Под крышей небольшой хижины, на куче старого рваного тряпья метался в беспамятстве молодой, лет тридцати мужчина. Бессвязные обрывки фраз периодически слетали с его губ, приводя в замешательство мужчину и женщину, которые с тревогой следили за молодым человеком.

— Зря ты его сюда притащил, — тихо произнесла женщина, с осуждением глядя на своего мужа.

— Я не мог его бросить умирать возле Проклятого озера, Тана, ты знаешь это. — Мужчина быстро посмотрел на женщину и отвел взгляд в сторону незнакомца.

— Это Темный. Ты видел у него звезды на ключицах? — Тана подошла к молодому человеку и, смочив тряпку, провела влажной тканью по воспаленному лбу, мечущегося в бреду парня.

— Если наши боги не хотят нам помогать, так может быть Темные, нам помогут? — Зло произнес мужчина и собрался выйти из хижины.

— Кейн, ты куда? — Женщина отстранилась, от молодого человека и с тревогой посмотрела на мужа, — не оставляй меня с ним.

— Все хорошо будет Тана, мне надо на охоту. У нас заготовлено мало мяса и шкур. Нам за них много не выручить в Камаре.

— Я боюсь с ним оставаться одна. Подожди когда он придет в себя. — Взгляд Таны был умоляющим.

— Хорошо, я буду рядом, позовешь меня, когда он придет в себя, — Кейн развернулся и вышел за порог своей лачуги.

Тана перевела взгляд на молодого человека. Тот казалось, затих, и теперь ровно дышал, погруженный в глубокий сон. Странная одежда мужчины говорила о том, что он явно был чужеземцем. В их краях такую одежду не носили. Широкие свободные штаны, темного цвета и легкая белая жилетка с открытыми плечами. На ногах тоже были необычные белые ботинки со шнуровкой.

Молодой человек был хорошо развит физически. Рельефные мышцы проступали под белой, загорелой кожей. Короткая стрижка и гладко выбритая кожа на лице. Тана невольно залюбовалась, разглядывая молодое лицо незнакомца.

Внезапно тот слегка сглотнул и едва подвигавшись, приоткрыл глаза. Тана встретилась с незнакомцем взглядом и спустя несколько мгновений позвала мужа. Кейн зашел в хижину, вытирая на ходу руки испачканные кровью. Охотник снимал шкуру с очередной туши животного.

— Он очнулся, — Тана настороженно посмотрела на мужа.

— Я вижу, принеси воды, — мужчина присел над незнакомцем и поднес поданную Таной, пиалу с водой к губам молодого человека, приподнимая ему голову. Незнакомец сделал несколько глотков и лег обратно, обводя взглядом хижину и ее обстановку.

— Где я? — Спросил он через несколько мгновений, стараясь принять сидячее положение.

— Ты в доме Кейна, из народа арлов, — ответил мужчина.

— Что? — Незнакомец нахмурил брови и обвел хозяев хижины недоуменным взглядом.

Кейн вопросительно посмотрел на Тану, но та тоже была в некотором замешательстве.

— Ты в доме Кейна, из народа арлов, — повторил хозяин хижины.

— Какого народа арлов, что за бред? — Незнакомец явно недоумевал все больше.

— Ты Темный? — Спросил Кейн, слегка подаваясь назад, помощь незнакомцу уже была больше не нужна.

— В смысле 'темный', - молодой человек, нахмуренно посмотрел на Кейна, — я нормальный.

— Я Кейн, охотник, а это моя жена Тана, — мужчина повернул голову в сторону женщины.

— Так стоп, — Парень явно не понимал, что происходит вокруг. — Меня на машине подрезали, на мосту, я ограждение пробил и в реку ушел… — парень замолчал, оглядывая себя, а затем переводя взгляд на хозяев хижины.

Кейн и Тана молча, переглядывались, так же, не понимая, о чем говорит незнакомец.

— Я нашел тебя возле Проклятого озера и принес тебя сюда. Ты был без сознания. Озеро убивает всех, кто приблизится к нему или надолго задержится возле его вод.

— Какое озеро? Проклятое? Да у нас нет во всем Подмосковье таких озер? Вы чо несете? — Казалось, что незнакомец теряет последние капли самообладания.

— Я не знаю, про какие земли ты говоришь Темный. — Покачал головой Кейн. — Озеро находится около половины дня пути отсюда. До Камары два дня, а до Ардоса, столицы Антании три тысячи лег.

— Какого Ардоса? Какой Антании? — Парень поднялся на ноги и, шатаясь, направился к выходу из хижины.

Покинув лачугу, он в немом изумлении уставился на открывшийся пейзаж. Вдалеке раскинулись высокие горы с заснеженными вершинами и уходящими своими пиками в нижний край облаков. Насколько хватало глаз, вокруг распростерся огромный реликтовый лес, с вековыми деревьями и переплетающимися лианами, которые в некоторых местах образовывали растительную стену.

Сама хижина располагалась на возвышенном уступе, горного массива, окруженная стеной леса с трех сторон. Внизу журчала небольшая речушка, а еще чуть в стороне были развешены растянутые для просушки шкуры животных.

Парень обернулся к мужчине и женщине, стоящих на пороге хижины и наблюдавших за ним. Мозг парня отказывался верить во все происходящее вокруг него.

— Где я? — Повторил свой вопрос молодой человек.

— Ты в Антании, в двух днях пути от Камары. — Так же ответил Кейн.

— Ничего не понимаю, — проворчал под нос себе парень. — Антания, это где? В Европе?

— Я не знаю, о чем ты меня спрашиваешь Темный, — Кейн покачал головой.

— Да почему я 'темный' то? Меня Жекой зовут. Жека Елизаров. — Нервы у парня явно зашкаливали и он старался из последних сил сохранить самообладание.

— У тебя на ключицах две звезды. Их носят высшие жрецы Темных богов. Как ты оказался у озера? — Кейн скрестил руки на груди и пытливо посмотрел на парня.

— Я не помню. Звезды мне на зоне сделали, когда срок мотал. Братва короновала. Никакой я не жрец. Я вор в законе. — Елизаров вздохнул. Мозг лихорадочно пытался найти выход из сложившейся ситуации.

Последнее, что он помнил, это был мост, по которому он несся на своем джипе, когда ему внезапно перегородила дорогу впереди идущая фура. Чтобы уйти от лобового столкновения, повлекшего, неминуемую смерть, Елизаров резко вывернул руль вправо и, врезавшись в ограждения моста, снес его. Машина потеряла сцепление с асфальтовым покрытием моста и, пролетев в воздухе несколько метров начала заваливаться вперед. Евгений видел, как на него стремительно надвигается водная гладь реки. В следующее мгновение машина врезалась передним бампером в воду и в лобовое стекло ударила мощная волна, обтекая машину по корпусу и разнося брызги на несколько десятков метров вокруг. Елизаров ударился о руль и потерял сознание.

То, что происходило сейчас, не вписывалось ни в какие рамки здравого смысла. Либо он, Жека, должен был быть в больнице, либо на том свете, который тоже под вопросом есть он или нет. Может быть, он вот так и выглядит на самом деле, 'тот свет'. А эти люди, словно крестьяне, сошедшие со страниц учебника истории восемнадцатого века теперь встретили его. Вот только рассказать толком ничего не могут.

Евгений еще раз осмотрелся вокруг, затем перевел взгляд на людей, стоящих в стороне и наблюдавших за ним.

— А где этот храм, в котором живут такие же, как я? — Елизаров отошел от края уступа и приблизился к мужчине. На вид тому было около пятидесяти лет. Длинные волосы были забраны кожаным ободком на лбу и спадали сзади до плеч. Густая борода почти закрывала шею. Одет был мужчина в кожаную рубаху, подпоясанную ремнем и широкие, грубо сшитые штаны.

— Храм Темных находится в Запретном лесу. Я выведу тебя на дорогу, но дальше ты пойдешь один. Я дам тебе немного еды с собой и оружие.

— И как долго мне идти? — Елизаров уже сейчас хотел отправиться в путь.

— До Запретного леса около дня пути, а там тебя выведут к храму Темные, которые решат, стоит тебе открыть дорогу к храму или нет. — Кейн вернулся в хижину и спустя несколько минут вышел из нее с мешком в виде рюкзака. Во второй руке, он держал меч, довольно грубой работы.

— Почему лес называется Запретный? — Евгений взял в правую руку клинок и несколько раз крутанул его в руке, рассекая воздух.

— Во истину Темные могучие войны, — восхищенно протянул Кейн.

— Темные, — усмехнулся Елизаров.

Евгений родился в небольшом поселке на севере Архангельской области. В десять лет он вместе с матерью переехал поближе к столице. Отец ушел от них, когда Жене было полтора года. Мать работала преподавателем в академии сельскохозяйственных наук на кафедре педагогики и психологии.

Евгений увлекался историей. Начал посещать секции восточных единоборств. К шестнадцати годам он уже занимал первые места в юношеских соревнованиях по кекусинкаю. В школе тоже был на отличном счету. Ровесники, правда, не знали, как к нему относится. С одной стороны Жека был правильным пацаном. Мог постоять за себя. Девчонки втихаря вздыхали по нему. С другой стороны, он постоянно посещал различные факультативы и был откровенным 'ботаником' и заучкой, сторонясь шумных компаний и вечеринок с дискотеками.

Мама не могла нарадоваться на сына, пока не случилось то, что по маминому мнению никогда не могло случиться в семнадцать лет с ее Женечкой. Женечка влюбился. Но влюбился не в простую, скромную ботаничку, а в местную путанку, как ее называли между собой пацаны с его двора.

Лариска была мечтой всех парней. Семнадцатилетняя девчонка, которая курила и глушила портвейн из горла вместе с местными бандюганами. Она была смесью ангела и дьявола во плоти. Ангельская внешность и дьявольский характер привлек к себе внимание подающего большие надежды в спорте Женечки.

Елизаров стал крутиться в тех местах, где обычно тусили братки, в надежде увидеть Ларису. Вскоре его заметили. В одной из потасовок с пацанами из другого района, на счету у Жени было несколько сломанных носов и конечностей.

Братва радостно приняла Елизарова или Елизара, как они называли его между собой в свои ряды. Портвейн, первые баре на гитаре. Елизар все глубже увязал в этой блатной романтике.

Лариса любила дорогие вещи, а денег у Жеки не было. Выход подсказал один из братков. Елизара взяли на 'дело'. По указанию 'сверху', от смотрящего у них на районе, нужно было прессануть, одного делюгу. В итоге немного переборщили и делюга вместе с частью денег, лишился некоторого здоровья.

В семнадцать лет Елизаров попал на 'малолетку', а потом досиживал свой пятилетний срок уже на взрослой зоне. Там он заработал непререкаемый авторитет и по решению воровской сходки его короновали.

Выйдя из колонии, Жека обратился за помощью к авторитетам, чтобы развивать свой бизнес и готовить подрастающую смену. Он открыл несколько спортзалов по городу и фитнес-центров, где подрастающее поколение, наращивало мышцы для предстоящих битв с конкурентами.

Потихоньку империя Елизарова разрасталась. Евгений сам посещал свои фитнес-центры и держал свое тело в строгости. У него был личный тренер по восточным единоборствам, который помогал и оттачивал навыки Елизара во владении мечами и прочими атрибутами восточной экзотики.

Вскоре у Елизарова появились конкуренты, которые решили прибрать лакомый кусочек к своим рукам. На Елизара началась охота. В этот раз он ехал с очередной 'стрелки', на которой ему было предложено отдать сеть центров, расположенных в центре города. Евгений отказался. Поэтому фура на мосту оказалась вовсе не случайно.

— Пойдем Темный, я провожу тебя, — Кейн, протянул заплечный мешок Елизарову и направился в сторону леса. Евгений закинул мешок за плечо и шагнул следом за мужчиной.

Тропа шла мимо хижины и, огибая склон горы, уходила в лесной массив. Кейн шел впереди, а Елизаров, стараясь не отставать, ступал практически след в след. Вокруг кипела лесная жизнь, разносясь по округе многочисленными голосами птиц. Солнечные лучи едва пробивались, сквозь мощные кроны деревьев. Тропа практически утопала в стелющемся по земле мхе. То тут, то там огромные корни деревьев выпирали из-под земли. Временами путники шли по корням, периодически перепрыгивая с одного корня на другой. Каждый думал о своем, стараясь не нарушать воцарившееся молчание.

Через полдня пути, Кейн остановился на привал.

— Надо перекусить Темный, — мужчина скинул мешок и порылся в его недрах, извлекая краюху хлеба и кусок вяленного мяса.

— Ты одолел, — вздохнул Елизаров, — я не Темный, зови меня Елизаром. Так привычнее.

— Хорошо, — кивнул Кейн и протянул ломоть мяса и хлеба Евгению.

— Ты не ответил на мой вопрос, там у хижины. Почему лес называется Запретным? — Елизаров вонзил свои зубы в ломоть мяса, откусывая приличный кусок.

— Мы, арлы, стараемся туда не ходить без особой надобности. Ты сам поймешь, когда войдешь в него. Там совсем другая атмосфера. Тебя охватывает тоска и какое-то чувство безысходности и тревоги. Раньше это был лес как лес, но потом в нем возник храм Темных. Никто не знает, откуда он появился. В этих лесах жил Лесной народ. — Кейн повел рукой вокруг, — Мы их называли Древлянами.

— И что это за храм? Сектанты что ли? — Не понял Евгений.

— Кто? — Переспросил Кейн, но потом мотнул головой и продолжил. — Древляне решили изгнать чужаков, но у них не хватило сил. Темные оказались сильнее. Их жрецы брали в плен древлян и приносили в жертву своим богам. Постепенно древляне ушли из этих мест. Их никто не видел уже много веков. А храм остался. Говорят, что время от времени Темные появляются в Ардосе. Но это слухи. Я очень удивился, найдя тебя на берегу Проклятого озера, лежащего без сознания. Ты много не помнишь, но то, что ты из Темных, это точно.

— Проклятье, да с чего ты взял, что я из Темных? — Елизаров перестал жевать и внимательно посмотрел на Кейна.

— Твои звезды говорят сами за себя. Их носят жрецы Темных. Есть третья такая же, на спине между лопаток. Но этих жрецов никто никогда не видел. Они общаются только с богами.

— Да это просто бред какой-то, — фыркнул Елизар, дожевывая мясо.

— В любом случае Темный ты или нет, к тебе будет пристальное внимание. — Кейн ткнул рукой в сторону звезд, наколотых у Елизарова и торчащих из под белой майки.

Евгений покосился на звезды и усмехнулся. Ну да, Темный. У себя он тоже в Подмосковье ни разу светлым не был. Криминал, теневой рынок.

— Скоро похолодает, возьми куртку, — Кейн вынул из заплечной сумки сверток и протянул Елизарову. Тот принял сверток из рук мужчины и развернул. Это была не большая кожаная куртка на шнуровке с короткими рукавами и капюшоном.

— Спасибо, — кивнул Евгений и накинул куртку, зашнуровав ее спереди словно корсет.

Посидев еще несколько минут и запив обед водой, Кейн с Елизаром снова продолжили путь в сторону Запретного леса. Когда над землей опустились сумерки, Кейн остановился.

— Все. Здесь сделаем привал, а завтра дальше ты пойдешь один. — Оглядывая поляну, окруженную лесом, произнес охотник.

— Разве мы уже подошли к Запретному лесу? — Удивился Елизаров.

— Мы рядом с ним. Разве ты не чувствуешь? Я не хочу так близко останавливаться на ночлег у его границ. — Кейн разжег костер и протянул к огню озябшие руки. Вокруг действительно становилось холоднее.

— Я ничего не чувствую, — пожал плечами Евгений, прислушиваясь к своим внутренним ощущениям и пододвинулся к огню.

Подбросив больше веток в костер, и согревшись у огня, путники задремали. Когда пламя костра начало угасать, в стороне от поляны раздался тихий рык. Кейн мгновенно вскочил на ноги. В руках был натянутый лук. Елизаров приподнялся на руках, разлепив сонные глаза, но уловив тревогу в поведении Кейна, тоже встал в боевую стойку, взяв в руки меч.

— Кто это? — Тихо спросил Евгений.

— Я не могу разглядеть в темноте. — Прошептал Кейн.

Внезапно в отблеске костра мелькнули два зеленых зрачка в метре над землей среди густых зарослей кустарника, а затем на поляну выскочила огромная черная кошка. Мужчин и хищника разделял лишь костер.

Елизаров в некотором изумлении смотрел на зверюгу. С одной стороны это была пантера, но с другой стороны вместо густого черного меха, тело хищника покрывала черная крупная чешуя как у рептилии. Вдоль спины по всей длине хребта росли небольшие шипы, а на морде из пасти с двух сторон торчали два больших закругленных клыка виде бивней, которые словно защищали морду животного от ударов со стороны.

— Это кто? — Пораженный прошептал Елизаров.

— Трикс, — также тихо ответил Кейн. — Почему он вышел за пределы Запретного леса? Они никогда не покидали его раньше.

Кошка в это время начала обходить костер со стороны Кейна. Тот натянул тетиву и выпустил стрелу практически в упор. Стрела неохотно пробила жесткую чешую трикса и застряла наконечником в его плече. Зверь ощетинился и перекусил древко, продолжая наступать, но уже заметно прихрамывая на переднюю ногу.

Кейн попятился назад к Елизарову и вновь натянул лук.

— Ты только дразнишь его. — Процедил Евгений, перехватывая меч удобнее.

— Я слышал о них, но никогда не видел живыми. Только шкуру. — Тихо ответил Кейн, не сводя глаз с хищника, который медленно приближался к ним.

Зверь, щетинясь и раскрывая клыкастую пасть, продолжал наступать.

— Надо разделиться. — Произнес тихо Елизаров и поддев носком кроссовки ветку, швырнул ее в костер. Угли от удара взметнулись ярким фонтаном, устремляясь в ночное звездное небо. Этого хватило, чтобы зверь слегка отпрянул назад.

Кейн с Елизаром разошлись по сторонам, не спуская глаз с хищника. Зверь, не ожидая такого расклада, переводил взгляд с одной жертвы на другую, не решаясь на кого напасть первым. Длинный хвост яростно лупил по бокам хищника.

Евгений взял из костра длинную палку, пылающую на конце и выставил ее слегка вперед. Этого хватило, чтобы спровоцировать трикса. Тот с низким рыком стремительно прыгнул в сторону Елизарова. Парень успел ткнуть в морду хищника свой факел и отскочить в сторону. Трикс ослепленный искрами приземлился, в то место где только что стоял Евгений и, промчавшись по инерции еще пару метров, вспарывая когтями дерн, развернулся для новой атаки.

В этот момент Кейн выпустил стрелу, которая нашла слабое место в боку хищника и глубоко застряла в его теле. Трикс рыкнул от пронзившей бок боли и отвлекся на ее источник, норовя вытащить глубоко вошедшее древко. В это момент Елизаров, стоявший чуть в стороне, рубанул мечом, стараясь попасть в корпус животного. Когда меч уже практически коснулся тела трикса, тот резко развернулся, уходя из под удара и отбивая лапой клинок, клацнув когтями по стали. Елизарова развернуло по инерции с мечом в руке, подставляя незащищенную спину, но он не стал останавливаться и разворачиваться обратно, теряя драгоценные секунды, а просто завершил круг и снова ударил мечом, в подставившегося неосторожно хищника.

Сталь пробила плотную чешую и застряла в плече зверя. Трикс взвыл от боли и, дернувшись вперед, повалил Евгения на землю, сбивая его своей грудью. Меч остался в теле хищника, вывернувшись из рук Елизарова. Евгений схватился руками за клыки, которые торчали с боков и, оказавшись прижатым к земле, не давал хищнику сомкнуть челюсти у себя на шее. Зловонное дыхание из пасти с утробным рычанием буквально не позволяло Елизару вздохнуть. Мышцы были напряжены до предела. Трикс уперся когтистой лапой в грудь молодого человека, выпуская когти и стараясь освободиться от хватки. Елизаров заорал от боли, когда когти хищника вошли глубоко ему в грудь. Кейн подобрался ближе, но стараясь соблюдать дистанцию между ним и зверем, теперь выпускал в бок трикса одну стрелу за другой.

Елизар чувствовал, как ослабевает хищник, пытаясь освободиться от его хватки, с каждой вонзенной в его тело стрелой. Спустя несколько мгновений зверь упал на передние лапы, а затем и задние, похоронив под собой Евгения. Отдышавшись, Елизаров постарался выбраться из-под тяжести трикса. Кейн перекинул лук за спину и, подойдя к Евгению, помог стащить тяжелого хищника с обессиленного молодого человека.

Грудь неимоверно болела. Четыре глубокие борозды, оставленные когтями трикса, кровоточили. Кейн вынул из своей сумки несколько склянок и тряпок. Склонившись над лежащим парнем, он принялся возиться с ранами Елизарова. Тот лишь слабо постанывал.

— Ты не дойдешь до храма, — произнес Кейн, замазывая раны своей мазью и прикладывая к груди сложенные в несколько слоев тряпки.

— Нормально все будет, — слабо произнес Елизар. Во рту все пересохло.

— Раны затянутся, только шрам останется, но это будет не скоро. — Кейн колдовал со своими мазями и тряпками над телом молодого человека.

Трикс лежал возле костра. Закончив с Елизаровым, Кейн подошел к туше и начал ее разделывать. Шкура трикса ценилась очень дорого, и можно было не сомневаться, что они с Таной обеспечат себе безбедное существование на долгую морозную зиму, которая в этих краях приходила рано. Кейн не мог поверить, что они вдвоем, с Темным, смогли убить такого матерого хищника. Все-таки боги хранят своего жреца.

Рана на груди саднила, но мази делали свое дело. Видимо Кейну не раз приходилось на охоте пользоваться ими. Елизаров лежал в полудреме возле пылающего костра и смотрел, как охотник ловко орудует своим охотничьим ножом над телом хищника.

Внезапно в глазах потемнело, и Евгений с удивлением обнаружил себя лежащим на полу в каком-то помещении. Каменный пол отдавал холодом. Вокруг царил полумрак, освещаемый несколькими факелами, горящими на стенах комнаты.

Поднявшись с пола Елизаров, осмотрел рану и с удивлением обнаружил, что от нее не осталось и следа. В одной из стен зиял темный проем, служивший входом в это помещение. Сняв со стены факел, он осторожно выглянул наружу и увидел длинный коридор, уходящий в темноту. Оглянувшись, молодой человек направился по коридору, осторожно ступая на каменный пол. Вскоре впереди забрезжил свет и спустя несколько мгновений Елизаров вышел в большой зал.

Мощные, круглые колонны, расположенные по периметру зала образовывали арки. В центре зала была аккуратно сложена небольшая груда камней, словно это был языческий алтарь. На стенах полыхали светильники. Казалось, что в зале никого не было, однако Елизаров явно ощущал чье-то присутствие. Словно невидимые глаза наблюдали за ним.

Потолок зала уходил ввысь, образуя купол. Евгений видел такие у себя дома, когда иногда посещал церковь. Оглядевшись, он обнаружил выход из зала в противоположной стене. Шагнув вперед, он направился в сторону выхода, через центр зала, когда вдруг по стенам зазмеились фиолетовые разряды, сходясь в одной точке в центре каждой из сторон. В следующее мгновение с этих точек к середине зала, над алтарем, лучами сошлись четыре темных плотных облака, соединившись в одно.

Облако заклубилось над камнями сложенными на полу. Внутри периодически проскакивали маленькие фиолетовые молнии, освещая облако своими разрядами.

— Стой, — услышал Евгений тихие, шелестящие голоса.

— Кто здесь? — Елизаров огляделся и осмотрел зал, но никого не увидел.

— Мы Темные, — услышал он тихий ответ. Казалось, голоса исходил из облака.

Парень уже перестал чему-либо удивляться. Он подошел ближе и с прищуром посмотрел на облако.

— Как я здесь оказался и где Кейн?

— Он там, где ты его оставил, — ответили хозяева храма, проигнорировав первую половину вопроса.

— Мне говорили о вас. Вы можете мне помочь? — Казалось, Евгений никогда так не хотел услышать ответа на свой вопрос, как сейчас.

— Еще не время, — голоса слегка шипели. — Ты все узнаешь.

— Тогда зачем я здесь? — Елизаров начинал раздражаться из-за сложившейся неопределенности.

— Твоя рана, — облако продолжало трансформироваться. В какой-то момент оно опустилось вниз по алтарю и, струясь по полу, окутало ноги Елизара, поднимаясь по телу вверх.

Евгений посмотрел на грудь и увидел рану оставленную триксом. Кровь сочилась и, пульсируя толчками, вытекала из глубоких рваных борозд, оставленных хищником, стекая и пропитывая одежду.

Облако поднималось выше, окутывая молодого человека. Евгений чувствовал легкие разряды на своей коже. Казалось, десятки игл пронизывают глубоко все его тело. Вскоре он погрузился во тьму, закрыв глаза и прислушиваясь к своим ощущениям. Удары игл становились все чувствительнее. Все тело задергалось в судорогах, и Евгений… проснулся.

Над ним с обеспокоенным взглядом стоял Кейн. И тревожно заглядывал в глаза.

— Тебя всего колотило Елизар. Ты кричал, а потом затих. Я думал, что ты умер.

— Мне кажется, я был там, в храме, — хрипло произнес Евгений.

— Тебя посетили Темные? — Кейн был не мало удивлен.

— Так они себя назвали. — Евгений принял сидячее положение. Тряпки спали с груди, обнажая четыре параллельных шрама. Раны полностью затянулись, словно были нанесены несколько лет назад.

— Это не мазь, — настороженно произнес Кейн. — Тебе помогли твои боги жрец. И звезды… они стали другими.

— В смысле? — Не понял Елизар и посмотрел на свои ключицы. Наколки действительно изменились. Из бледно-синих, они стали четкими, ровными с фиолетовым оттенком.

Евгений вздохнул, запахнул куртку и поднялся. Солнце уже практически встало над лесом, но тело охватывала лесная утренняя свежесть. Елизар озяб, и его слегка потряхивало от утренней прохлады. Оглядевшись, он обнаружил, что туши трикса на поляне не было.

— А где зверюга? — Поинтересовался он у Кейна.

— Я разделал ее и отнес подальше от лагеря, чтобы не привлекать остальных хищников.

Сев у костра, Кейн и Елизар позавтракали. Пора было расставаться.

— Попроси своих богов за нас с Таной, — протягивая руку, произнес Кейн.

— Хорошо, — усмехнулся Елизаров и, хлопнув дружески ладонью по плечу охотника, развернулся в том направлении, в котором они шли.

Евгений не знал, каким образом он находил дорогу сквозь чащу непроходимого леса. Возможно, его на самом деле вели Темные. Всю дорогу, что он шел к храму, мысли молодого человека были заняты тем, зачем он понадобился местным богам.

Лес заметно густел. Тропа то поднималась вверх по холму, то снова уходила вниз. Несколько раз Елизарову приходилось переходить широкий ручей вброд. Вокруг царила тишина. Словно жизнь в лесу остановилась. Занятый размышлениями Евгений только сейчас это заметил, когда остановился передохнуть на небольшой полянке у поваленного бурей дерева, вывернутого вместе с корнем.

Разместившись на стволе, Елизар вынул из заплечного мешка кусок хлеба и ломоть мяса. Это были последние припасы. Разделив все на две равные части, Евгений убрал одну половину обратно в мешок, а вторую принялся методично уплетать. Казалось, никогда он не ел с таким аппетитом как сейчас. Елизар не знал, сколько ему еще предстоит мотаться по этим лесным тропам, прежде чем, как сказал Кейн, Темные откроют ему дорогу к храму.

Пережевывая последний кусок, и собираясь запить пищу водой из бутылки, Елизаров уловил краем глаз движение в нескольких метрах от себя. Проливая воду, он резко ушел назад буквально кувыркнувшись со ствола за секунду до того как в то место где он сидел с глухим стуком в ствол вошла стрела.

Слегка приподнявшись, используя ствол дерева, как защиту Евгений вынул меч, расположенный в ножнах за плечами. На краю поляны стоял юноша с изящным луком и целящийся в сторону Елизарова.

— Не стреляй, — подал голос Евгений.

— Что ты оставил в Запретном лесу арл? — Раздался недовольный голос стрелка.

— Я не арл, я Те… я Елизар, — в последний момент благоразумно закончил Евгений.

Слегка поднявшись над стволом, Елизаров хотел было поднять руку с мечом вверх над головой, показывая, что он не хочет драки, а просто переговорить. В этот момент стрелок вновь пустил стрелу, и та вошла в нескольких сантиметрах от Евгения в ствол дерева. Елизаров снова спрятался за деревом. В душе поднимался гнев.

— Какого рожна ты палишь во все, что движется? — Негодующе возмутился Елизар.

— Кто ты? — Спросил стрелок, натягивая лук снова. — Мне не понятна твоя речь чужестранец.

— Я же говорю, я Елизар. Давай поговорим. — Евгений сделал вторую попытку приподняться из-за ствола.

— Убери меч и выходи, — строго потребовал юноша с луком.

Елизар спрятал меч в ножны и, подняв руки, поднялся во весь рост. Лучник продолжал держать его на прицеле. Теперь Евгению удалось получше рассмотреть стрелка.

Перед Елизаровым стоял молодой человек лет двадцати пяти. Светлые с пепельным оттенком волосы, забранные обручем, так же как и у Кейна на лбу, спадали ниже плеч, обнажая небольшие уши заостренные кверху. Миндалевидные зеленые глаза пристально следили за движениями Елизара.

— Ты чо? Эльф что ли? — Оторопело уточнил Евгений.

— Кто? — Не понял стрелок, слегка нахмурившись.

— Эльф, — повторил Елизаров.

— Я древлянин, а вот кто ты, раз уж ты не арл? — Лучник продолжал целиться из своего оружия в Евгения.

— Опусти лук, я для тебя не опасен, — Елизар начал обходить ствол.

Лучник несколько мгновений оценивал ситуацию, а затем опустил стрелу вниз, велев Елизарову сесть на ствол дерева.

— Ты разговариваешь не как арл, но выглядишь точно так же. Кто ты и что делаешь в этом лесу, куда запрещен вход для смертных. — Стрелок прошел чуть вперед, не сводя взгляд с Евгения.

Елизаров на мгновение задумался. Сказать, что он Темный, означало верный конец, так как со слов Кейна, Темные не мало попортили крови древлянам и вынудили их уйти из этих мест. Смысла сообщать ему, о том, что он из Подмосковья, тоже не было. Это ничего б не дало стрелку. Надо было, как то спасать ситуацию.

— Я из другого мира, — коротко ответил Евгений.

— Хорошо, допустим, — после небольшой паузы произнес лучник. — Но что ты тут делаешь, вблизи от храма Темных.

— Мне нужно в этот храм, — не стал юлить Евгений, — у меня есть вопросы к его обитателям.

— Ты хочешь пообщаться с Темными? Но они убьют тебя, если этого не сделаю раньше я. — Изумился древлянин.

— Нет, не убьют. Я им нужен, но не знаю зачем. — Покачал головой Елизаров.

— Так это они тебя призвали в этот мир? — С негодованием выпалил лучник и вновь натянул лук, целясь практически в упор.

— Ты задрал уже меня, — Евгений начинал раздражаться из-за назойливого желания эльфа его убить.

— Я не… как ты сказал? — Эльф чуть при опустил лук и вопросительно посмотрел на Елизарова.

Евгений заматерился про себя одними губами, кляня судьбу за то, что свела его с этим древлянином.

— Перестань, — насторожился эльф и вновь поднял лук.

— Да что?! — Нервы были на пределе.

— Губами шевелить, я вижу, ты колдуешь. — Глаза с прищуром смотрели на Евгения.

Елизаров закрыл глаза и опустил голову. Плечи тряслись от беззвучного смеха.

— Что с тобой? — Насторожился древлянин.

— Нормально все, — успокоившись, ответил Елизаров и посмотрел на эльфа.

— Ты смеялся? — Поразился тот.

— Нет блин, рыдал, — фыркнул Евгений и вздохнул полной грудью. Нервное напряжение спало, словно ушло вместе со смехом.

— Что ты будешь делать в храме? — Поинтересовался снова древлянин, опустив лук.

— Я не знаю. — По слогам произнес Елизаров. — Возможно, там я получу ответы на свои вопросы.

— Я Айдариэл, страж этих мест. Смертным запрещено сюда ходить. — Эльф убедился, что чужеземец действительно для него не опасен и закинул лук за спину.

— Я не местный, — вздохнул Евгений. — Ты знаешь, где храм?

— Примерно, — кивнул Айдариэл. — К нему нельзя просто так подойти. Темные скрывают его от посторонних глаз. Он может быть на следующей поляне, а может появиться через несколько лег или нескольких дней пути.

— Как это? — Не понял Елизаров.

— Темные могут открыть тебе дорогу к нему, а могут отвести тебя от храма, и ты будешь ходить еще долго, прежде чем они разрешат тебе подойти к нему.

— То есть я могу колесить тут по лесу до китайской пасхи и не попаду в этот храм? — Уточнил Елизар.

— Китайской пасхи? — Не понял эльф.

— Ладно, забей. — Вздохнул Евгений, глядя как у эльфа недоуменно поползла бровь вверх. — Так ты проводишь меня? А то подозреваю, следующего стража я не переживу.

— Я один здесь. Больше стражей нет. — Гордо ответил Айдариэл. — Мой народ ушел из этих мест, которые принадлежали нам десятки столетий.

— Из-за Темных, я слышал, — кивнул Елизаров.

— Да. На исходе было решено оставить здесь стража, чтобы никто не мог попасть в храм, а так же сообщить нашему Совету, если эти места снова станут пригодными для нас. Я вызвался добровольцем.

— Обожжи, война когда была у вас? Кейн говорил, что много веков назад, — Уточнил Елизаров.

— Кто этот Кейн? Арл? — Спросил эльф.

— Да, — коротко кивнул Евгений.

— Я здесь уже семь веков, — ответил Айдариэл, — но храм, по-прежнему отравляет своим присутствием эти леса.

— Почему отравляет… сколько веков? — Евгений не поверил своим ушам.

— Семь, — как то безразлично ответил эльф. В голосе сквозила, какая-то ностальгия, словно память, возвращала Айдариэла в те времена, когда в этих местах властвовал его народ.

— Прикалываешься что ли? — Не поверил Евгений, но увидев вновь недоуменное выражение лица у эльфа, исправился. — В смысле, тебе больше семи веков?

— Что тебя так удивляет Елизар, мы бессмертны. Разве ты не знал? — Эльф подозрительно посмотрел на молодого человека, но вспомнив, что он из другого мира, добавил, — время, не властно над нашим народом.

— Здорова, — фыркнул тот и огляделся, — мы идем?

— Да, иди вперед, Темные укажут тебе дорогу. Мне они вряд ли откроют тропу к храму. — Эльф, казалось, слегка с издевкой, произнес последнюю фразу.

— Что ж вы не справились с Темными, раз вы бессмертные? — Подколол в ответ на издевку Евгений, разворачиваясь и направляясь в ту же сторону в какую шел до встречи с эльфом.

— Я говорил о времени, а не о стали и магии, — слегка нахмурившись, произнес эльф.

— То есть вас все-таки можно убить? — Уточнил Елизар, чуть обернувшись, но, не сбавляя шага.

— Тебя это забавляет? — В голосе эльфа почувствовались нотки негодования.

— Да нет, так для информации. — Евгений решил больше не поддевать гордого Айдариэла. В этом лесу любой союзник будет только на руку.

Лес, по которому шли путники, располагался у подножия скалистых гор. Огромный массив разрушался под воздействием ветра и дождей. То тут, то там в лесу встречались нагромождения камней, рухнувших с огромной высоты в чащу леса и теперь поросших вековым мхом. Тающие ледники образовывали водные потоки, которые прокладывали среди скальных пород себе русла и устремлялись вниз к основанию гор, местами образуя шумные водопады.

Евгений шел занятый своими мыслями. Как там дома теперь, наверно его потеряли, или признали погибшим. Сможет ли он вернуться назад к своей империи, которую ему пришлось, так не вовремя оставить.

Возле одного из водопадов, образующего озеро и окруженного пологим берегом, переходящим в реликтовый лес, путники решили остановиться на ночлег. Наломав веток и постелив их возле костра, Елизар задумчиво доедал свой последний паек. Айдариэл сидел молча, вынув свой тонкий изящный клинок и воткнув его перед собой в песчаный берег, созерцал языки пламени, которые взметались к ночному небу, пожирая ветки, которые периодически подбрасывал в костер Елизаров.

— Расскажи о своем мире? — Попросил эльф, — он такой же, как наш?

— Нет. Вернее не совсем, — Евгений лежал и смотрел в ночное звездное небо. Оно буквально завораживало его. Казалось, что здесь, в этом мире, звезды были гораздо ближе. Мириады ночных светил излучали мягкий насыщенный свет, который рассеиваясь, падал на землю.

Евгений оторвался от ночного неба и сел поближе к костру. Вынув небольшую ветку, он пошевелил угли и подкинул еще дров в костер.

Разговор затянулся глубоко за полночь. Евгений рассказал о машинах, оружии, плавно переходя на свою жизнь. Особенно эльфа заинтересовала зона, где Елизаров отбывал свой срок. Айдариэл словно губка впитывал в себя все то, что рассказывал ему Евгений.

Утро застало обоих спящими возле потухшего костра. Евгений ополоснулся в озере. Айдариэл сходил в лес и вернулся с тушкой небольшого зверька, напоминающего зайца.

— Пора завтракать и собираться в дорогу Елизар, — произнес эльф. — Не известно, сколько мы еще здесь проходим, прежде чем Темные откроют нам тропу к храму.

— Мне кажется, что моей жизни не хватит дойти до этого храма, — усмехнулся Евгений.

— Они призвали тебя и нет смысла вечно блуждать по этому лесу. — Возразил Айдариэл, держа разделанную тушку над углями.

— Вечно, — фыркнул Елизар и подсел к костру. — В отличие от тебя, я не могу вечно.

Эльф пропустил колкость мимо ушей и, разделив тушку, отдал часть Евгению. Позавтракав, путники собрались и направились в лес. Через несколько часов пути над лесом начал сгущаться туман.

Местность вокруг становилась более мрачной. Спустя час видимость настолько упала, что в нескольких метрах перед собой уже ничего не было видно. Айдариэл достал лук и, вложив стрелу, теперь ступал плавной, крадущейся походкой. Туман в этих лесах был большой редкостью, и ожидать можно было всего что угодно.

— Что-то не так? — Уточнил Елизар, видя, как эльф насторожился, и тоже вынул клинок.

— Туман. Его не должно быть, — коротко пояснил Айдариэл.

— Здорова, — фыркнул себе под нос Евгений и продолжил движение вперед.

Вскоре путники вышли на поляну и туман понемногу рассеялся. Сквозь молочные клубы концентрированного пара, в центре поляны явно прорисовывались очертания какого-то здания. Подойдя ближе, Евгений и Айдариэл увидели храм, выстроенный в готическом стиле. Стены храма, выложенные из темного серого камня, уходили вверх и терялись в тумане.

— Мы пришли, — тихо произнес эльф.

— А я уж и не надеялся, — фыркнул Евгений.

— На твоем месте я бы не радовался. — Парировал Айдариэл.

Пройдя вдоль стены несколько метров, путники увидели вход. Толкнув двухстворчатую массивную дверь, оказавшуюся не запертой, Елизар вошел внутрь храма. Перед глазами предстала небольшая комната, освещенная факелами, расположенными на стене.

— Я уже был здесь, — тихо произнес Елизар.

— Ты? Когда? — Эльф удивленно посмотрел на Евгения.

— Во сне. Мне снилось это место, когда трикс поранил меня. Темные вылечили мою рану.

— Ты одолел трикса? Один? Значит, ты действительно им нужен. Ты знаешь куда идти? — Айдариэл с некоторым недоверием смотрел на Евгения.

— Нет, вместе с Кейном и да, сейчас будет коридор, а за ним большой зал.

Евгений взял со стены факел и направился к выходу из комнаты, ведущему в коридор, а за ним и в зал, где у него состоялась встреча с Темными.

Спустя несколько минут Елизар и Айдариэл оказались в том самом зале. На стенах висели светильники. Колонны так же переходили в арки, а в центре зала располагался алтарь.

Евгений и Айдариэл направились было к нему, как вдруг в противоположном конце зала мелькнул силуэт в сером плаще и накинутом капюшоне. Спустя несколько мгновений к ним вышел человек, сильно напоминающий монаха. Лица разглядеть было не возможно. Капюшон практически скрывал его, а лицо закрывала маска. На несколько секунд Евгению показалось, что человек, вставший перед ними, была девушкой, хотя мешковатый силуэт одеяний не позволял сказать этого точно.

В следующее мгновение в руках человека появился длинный, изящный, слегка изогнутый клинок, вынутый снизу из-за спины. Монах резко вскинул руку, и с пальцев слетела не большая огненная сфера, устремившись в путников. Евгений не успел увернуться и шар, врезавшись в него, отбросил на стену. Эльф выпустил стрелу и спрятался за колонну. Монах, крутанув в воздухе мечом, сбил стрелу на подлете и вновь метнул сферу в эльфа, который попытался выпустить в монаха еще одну стрелу. Шар врезался в колонну, где мгновение до этого стоял Айдариэл. Сгусток энергии взорвался, обратив кусок колоны в крошку, которая градом осыпала участок зала, и то место где стоял эльф. Айдариэл успел кувыркнуться вперед и, послав стрелу в монаха, спрятаться за следующей колонной.

Елизар с трудом поднялся, чувствуя ноющую боль в груди, и тоже укрылся за колонной. Ситуация накалялась. Монах, крутнувшись на месте и уходя с траектории стрелы, вновь сбил ее на подлете, разрубив древко пополам.

Вынув меч, Елизар перебежал за другую колонну. Монах повернулся в сторону Елизара, казалось бы, слегка озадаченный тем, что тот еще двигается после полученного удара сферой. В этот момент Айдариэл вновь пустил стрелу, и та чиркнула по телу монаха, вспоров плащ и задев плечо. Монах сдавленно вскрикнул и повернулся, стараясь держать в поле зрения обоих.

Айдариэл выждал момент и, кивнув Евгению в сторону монаха, бросился по кругу между колоннами, выпуская на ходу одну стрелу за другой. Монах, завертелся волчком, уходя с траекторий полета стрел и периодически метая огненные сферы в сторону Айдариэла. В зале поднялся грохот от взрыва шаров и крошащихся стен и колонн. Крошки камня вместе с пылью буквально заполнили зал. Елизар, воспользовавшись тем, что Айдариэл привлек все внимание монаха, метнулся к тому норовя сбить его с ног.

Монах повернулся к Елизару и парировал своим мечом удар клинка сбоку. В следующее мгновение монах нанес сильный удар ногой в корпус Евгения, но тот блокировал удар и нанес мощный контрудар в грудь монаха. Тот слегка потеряв равновесие, отвлекся, отступив на шаг назад и, сделав взмах мечом, замер с клинком эльфа у своей шеи.

— Не двигайся жрец, — произнес Айдариэл, держа меч на уровне своих плеч.

— Я убью вас во имя Темных — раздался женский голос из-под капюшона.

— Не дергайся, — тяжело дыша, произнес Евгений, — брось меч.

Жрец, а вернее жрица, проигнорировала требования Елизара, продолжая стоять и тоже тяжело дышать.

Внезапно, как и во сне Евгения, по стенам храма зазмеились фиолетовые разряды, сходясь к центру каждой из стен. В следующее мгновение четыре темных, плотных облака вырвались из точек расположенных в стенах, образовав единое целое в центре над алтарем, клубясь и переливаясь фиолетовыми разрядами.

— Мы ждали тебя, — прошелестело облако.

— Я знаю, — ответил Елизар, подходя ближе к Темным.

— Опусти меч древлянин. Амадина не причинит тебе вреда, — потребовали Темные от эльфа. Тот посмотрел на Евгения и, увидев легкий кивок головы, убрал меч. Все лицо эльфа и одежда были в крошке и пыли.

— Оставь нас, — потребовало облако, и девушка отступила назад за одну из колонн, убрав меч на место за спину.

— Зачем я вам нужен? — Елизар понимал, что от этого разговора зависит его дальнейшая судьба.

— Несколько тысячелетий назад, мы были богами, Темными, как принято здесь называть. Не в этом мире, в нашем, мы его называем Эйнос. Страх, боль, смерть все это было подвластно нам. Мы жили в гармонии со Светлыми. В мире был баланс. Где была жизнь, там была смерть. Где был мрак, там был свет. Пока несколько наших молодых Темных богов, не решили, что они могут вершить судьбу Эйноса. Они были сильнее. Страх, ненависть, зависть питали их силы. Началась война между Темными и Светлыми. Эйнос погрузился в хаос. Смерть и запустение царило повсюду. Ночь воцарилась над нашим миром. Молодым богам было не понять, что они сами загнали себя в ловушку. Не бывает смерти без жизни, и нет радости без печали. Мы были изгнаны в этот мир. Здесь наша сила слабее. Мы должны питаться смертью, болью, страхом. Но мы не делаем это так бездумно, как молодые темные боги Эйноса. За несколько тысячелетий мы накопили силу, чтобы вернуть баланс в нашем мире, но мы не можем туда вернуться. Нам нужен ты.

— А я, то здесь причем? — Елизар немного растерялся от такой новости.

— В этом мире, как и в любом другом, есть замок, который запирает его, чтобы не допустить смешивания миров. Когда создавался этот мир, Древние установили печать, чтобы этот мир, не мог соприкоснуться с нашим или вашим мирами. Такие боги как мы не можем путешествовать по мирам, в отличие от Древних, у которых были ключи ко всем печатям в мирах, которые они создали.

— Все равно не вкурил чо то. Я каким боком к вам? — Елизар недоуменно смотрел на мерцающее облако.

— Ты должен найти и уничтожить печать. Тогда мы сможем уйти из этого мира и восстановить баланс в Эйносе.

— А здесь-то вам чего не живется? — Евгений никак не хотел подписываться на эту затею.

— Вы обещаете, что уйдете из этого мира, если мы уничтожим печать? — Раздался голос Айдариэла.

— Обещаем древлянин. — Прошелестело облако.

— Ну-ка, ты давай не горячись, — Елизар повернулся к эльфу.

— Ты должен найти ее, — глядя в глаза Евгению, произнес Айдариэл.

— Если мы не уйдем, в этом мире наступит дисбаланс сил. Начнутся войны, эпидемии. Будет процветать зависть, алчность, насилие. Это приведет к гибели этого мира.

— А местные разве не могут вас прессануть? — Снова встрял в разговор эльф. Елизар удивленно посмотрел на Айдариэла, слово 'прессануть' было явно, позаимствовано у него.

— Нет. Мы не можем вступить в войну с вашими богами. Энергии наших миров не соприкосновенны. Так же как и твоя энергия Елизар. Поэтому амадина не смогла причинить тебе серьезного вреда своими сферами.

— Чем больше ответом, тем больше вопросов. — Проворчал под нос Евгений. — Пусть тогда местные вам помогут с печатью и ключом. Я то, причем?

— Ты Темный в своем мире, поэтому выбор пал на тебя. Печать может сломать лишь пришелец из другого мира. Местные не станут помогать ни нам, ни тебе. Они будут сохранять нейтралитет, ибо вмешательство одной стороны приведет к действиям другой. Это принцип равновесия.

— Я все равно не могу понять, вы же пришельцы, по сути. Взяли и сломали эту печать. — Елизар ни как не хотел верить в происходящее.

— Мы ограничены в пространстве и не можем покидать стены этого храма. Единственными проводниками в этом мире являются жрецы.

— То есть они глаза и уши? — Уточнил Елизар.

— Да, они могут передавать нам, то, что видели и слышали. К сожалению, война с местными расами уничтожила практически всех жрецов. Остались лишь единицы. Они собирают жертву по этому миру.

— Вы сами на нас напали, — вспыхнул Айдариэл.

— Ваш Совет был глуп. Мы отправляли посланников к вам, но вы слишком гордая раса и поплатились за это. — Впервые в голосе Темных появились нотки раздражения. — Нельзя воевать со смертью или ночью. И то и то придет неизбежно.

Айдариэл резко скинул лук и выпустил стрелу в мерцающее облако. Та бесшумно в нем скрылась, и… ничего не произошло. Темные зашелестели похожим на смех звуком.

— Не уподобляйся своим сородичам древлянин.

— Так обожжи, давай отмотаем немного обратно. То есть я должен найти печать и разбить ее. После этого вы уходите в свой мир, а я в свой. Я правильно понял? — Елизар подождал, когда Темные перестанут смеяться.

— Да. Все верно.

— То есть заколдовать меня здесь не смогут? — Евгений уже практически согласился на условия предложенные Темными.

— Нет, но это не спасет тебя от стали или яда. — Ответили Темные.

— А если меня убьют? — Елизар насторожился.

— Тогда ты не вернешься в свой мир, — ответили Темные.

— Резонно, — согласился Евгений.

— Мы можем помочь тебе, положи свой меч на алтарь, — произнесли Темные.

Евгений посмотрел на свой клинок и, подойдя к алтарю, положил на него меч. Спустя несколько мгновений клинок оторвался от камней и, поднявшись в воздухе, погрузился в облако. Разряды молний стали интенсивней. Облако буквально засветилось изнутри фиолетовым светом так, что на него было больно смотреть. В следующее мгновение зал озарила яркая вспышка, и мир вокруг словно погрузился в темноту.

Через минуту из клубящегося облака показался клинок. Он медленно плыл в руки Елизара, практически параллельно земле на уровне груди. Евгений невольно залюбовался мечом. По всей длине изящного лезвия тянулись руны, которые пульсировали фиолетовым светом. Удобная рукоять меча словно была создана по руке Елизара.

— В этом мече сила инферно. Никому кроме тебя в этом мире нельзя прикасаться к клинку, ибо меч будет забирать жизненную энергию, взявшего его в руки. Это Нинторис, меч одного из Древних. Им ты сможешь разбить печать.

Эльф и человек заворожено смотрели на клинок. Никогда они не видели ничего подобного. Евгений вытянул руку с мечом вперед и крутанул его несколько раз вокруг себя. Казалось, что клинок был продолжением его руки. Фиолетовый веер рассекал воздух вокруг Елизара.

Замерев с клинком на месте, Евгений вытянул руку с мечом вверх. Нинторис внезапно изменил свои очертания и жидким серебристым металлом, словно стек в ладонь Евгения, погружаясь в его руку от запястья и до локтя. Евгений схватился свободной рукой за то место, куда погрузился меч. Рука словно горела в огне, как будто ее опустили в жидкий металл. Спустя несколько мгновений боль стала утихать, а на внутренней стороне руки от запястья до локтя появились руны.

— Меч признал тебя, — словно с каким-то кашляющим смехом прошелестел голос Темных.

— Я так и буду с ним ходить? — Все еще приходя в себя и морщась от стихающей боли, спросил Елизар.

— Меч всегда будет с тобой, когда тебе будет угрожать опасность. — Ответили Темные.

— И где мне найти эту печать? — Разглядывая руны на руке и переводя взгляд на Темных, поинтересовался Елизар.

— С тобой пойдет наша амадина или стражница, как вы их называете здесь. Ее зовут Райна. Она будет вашим путеводителем.

Со стороны колонны вышла девушка и откинула капюшон. Елизар на мгновение потерял дар речи. Светлые волосы спадали на плечи, зеленые, как майская листва глаза смотрели на него с какой-то строгостью и надменностью. Если и были где-то известные воительницы валькирии, то выглядеть, по мнению Елизара, они должны были именно так.

— Вы обещаете, что я вернусь домой после того как уничтожу печать? — Евгений повернулся к Темным.

— Да, после того как будет сломана печать, мы сможем вернуть тебя назад. Сейчас ты заперт в этом мире, так же как и мы.

— То есть попасть сюда можно без проблем, а вот свинтить отсюда уже никак? — Евгений оценивал про себя шансы добраться до печати.

— Да, именно так. Мир может принять тебя, но вот выпустить нет. Древние знали секрет перемещения из одного мира в другой, не ломая печати. Но их нет, и единственный способ вернуться, это взломать печать. Пусть грубо, но это крайний вариант.

— Понятно, — Евгений повернулся к амадине. Девушка смотрела на него с холодным безразличием. Казалось, отдай сейчас приказ Темные и она без раздумий снесет ему голову своим мечом.

— Вот уж фартануло, — раздался голос Айдариэла со стороны.

— Собирайся, мы выходим, — покосившись на эльфа, произнес Елизар, обращаясь к Райне.

Развернувшись, Евгений вместе с Айдариэлом покинули зал, оставив в нем Райну и Темных. Выйдя за пределы храма, вокруг которого продолжался клубиться туман, оба присели на поваленном бурей комле огромного дерева.

— Ты хочешь идти со мной? — Поинтересовался Елизар у эльфа.

— Да, — кивнул тот. — Пока ты не разобьешь печать, Темные не уйдут из этих мест и мой народ не сможет вернуться сюда.

Спустя несколько минут из дверей храма показалась девушка. Одета она была по-походному. За спиной торчали рукояти мечей, а через плечо была перекинута небольшая сумка.

— Козырная дева, — прокомментировал эльф, глядя в сторону Райны.

— Айдар, завязывай, — фыркнул Евгений и тоже посмотрел в сторону девушки.

Та остановилась недалеко от храма и, повернув голову в сторону Евгения, кивком головы позвала следовать за ней. Айдариэл и Елизар переглянулись и, поднявшись, направились в сторону Райны, которая, уже не обращая внимания на ребят, двинулась в противоположном от них направлении.

Вскоре туман рассеялся и отряд из трех путников, направился по едва заметной тропе пробираясь сквозь чащу леса.

— Это все еще Запретный лес? — Поинтересовался Елизар у эльфа, спустя полдня пути от храма и перескакивая с одного корня огромного дерева на другой, густо заросшего мхом.

— Разве ты не видел метки на стволах деревьев? — Удивленно спросил Айдариэл.

— Он не местный, откуда ему знать, — фыркнула амадина, останавливаясь и оглядываясь по сторонам.

— В смысле? — Елизар тоже огляделся, но ничего не увидел.

Айдариэл натянул лук и выпустил стрелу в один из стволов, стоящих в стороне от тропы. Елизар проследил ее путь и его взгляд упал на отметины в виде четырех оставленных глубоких царапин, вскрывших кору дерева. Стрела вошла точно в центр отметины.

— Это что? — Не понял Елизар и перевел взгляд на своих проводников.

— Это территория шайян, — продолжая осматривать местность вокруг, ответила амадина.

— Кто это? — Евгений внутренне напрягся, начав тоже следить за кустами вокруг.

— Это лесные полулюди полуживотные, — пояснил эльф.

— Твою же дивизию, — выругался про себя Елизар.

— Шайяны не владеют оружием и магией. Они живут небольшими племенами. — Эльф вскинул лук и натянул стрелу, целясь по сторонам. Райна тоже вынула клинок.

— Они здесь, — сообщила амадина, — решили напасть.

— Да где они? — Елизар всматривался в кусты по бокам тропы, но никого не видел. Машинально сунув руку через плечо, чтобы вынуть меч, он поймал пустоту, запоздало вспомнив о Нинторисе.

В этот момент лес словно ожил. С диким рыком на тропу через кусты выпрыгнуло несколько существ. Еще тройка шайян спрыгнули на землю с близлежащих деревьев.

— Где твой меч? — Проорала Райна и нанесла удар ближайшему существу, резко подскочившему к ней. Шайяна взвыл и отскочил в сторону. Рев эхом подхватили остальные.

— Я не знаю. — Елизар смотрел на запястье с рунами и переводил взгляд на быстро перемещающихся шайян.

С виду это были мощные гориллоподобные существа, которые точно так же перемещались на четырех лапах. Под черным густым мехом переливались бугры мышц. Даже встав на четвереньки, шайяны были ростом с человека, а поднявшись на задние лапы для атаки, становились гораздо выше. Шайяны перемещались настолько быстро и стремительно, что Елизар едва успевал следить за ними.

— Призови его, — прокричала амадина и метнула огненную сферу в одного из шайян. Сфера попала точно в тело, покрытое черной шерстью и, взорвавшись, отбросила шайяну в сторону.

— Да как? — Елизар уловил справа от себя движение и едва успел увернуться. Когти вспороли воздух возле него и шайяна не останавливаясь, пронесся мимо, перепрыгнув через мощные кусты и скрывшись за ними в следующее мгновение.

Айдариэл буквально крутился волчком, выпуская одну стрелу за другой и уворачиваясь от ударов, проносившихся мимо шайян. Елизару казалось, что существа держат определенную дистанцию, стараясь избегать прямого контакта, однако их перемещения становились все ближе, а нападения яростнее.

Амадина тоже не стояла на месте. С ее пальцев то и дело срывались сферы. Несколько кустов и деревьев занялись огнем. По тропе пополз едкий дым, образуя завесу.

— Уходим, — Райна тяжело дышала. Куртка в нескольких местах была порвана. Волосы растрепаны.

— Давай назад, — Айдариэл натянул лук и прицелился в одного из шайян стоящего возле огромного ствола дерева и наблюдавшего за полем боя.

Елизар бросился по виляющей тропе, туда, откуда они только недавно пришли. Райна бежала следом, а спину прикрывал Айдариэл. Шайяны с глухим рыком неслись вдоль тропы по зарослям, параллельно бегущим путникам. Обгоняя небольшой отряд, шайяны забегали вперед, норовя забросать тропу позади себя большими ветками и обломками старых деревьев, пытаясь сбавить ход у тех, кто отступал сейчас назад, с их территории.

Периодически над головами Елизара и его спутников через тропу перепрыгивали несколько шайян, приземляясь за кустами и продолжая бежать параллельно тропе. Елизар бежал впереди, с трудом разбирая дорогу сквозь густую поросль леса. Позади, не отставая, неслась Райна, периодически оборачиваясь и следя за шайянами, которые уже практически наступали им на пятки.

Лес внезапно расступился, и Елизар оказался на краю обрыва. Отвесная стена уходила вниз метров на тридцать вниз и заканчивалась быстрой горной рекой. Обернувшись, он увидел, как несколько шайян прижимают его и Райну к краю обрыва, выйдя из леса и стоя на задних конечностях, обнажая в оскале мощные клыки. Из груди раздавался низкий хрипящий рык.

— Надо прыгать, — произнес Елизар, еще раз осмотрев обрыв. — Где Айдариэл?

— Он отстал, — тяжело дыша, произнесла амадина и тоже посмотрела в реку с обрыва.

Шайяны приближались. Елизара с Райной их отделяло около пятнадцати метров. Сначала шайян было четыре, потом из леса на каменистый обрыв из зарослей выпрыгнули еще трое, приземлившись на четвереньки и поднимаясь на задние лапы.

— Прыгаем, — рявкнул Елизар и потащил за собой Райну, которая собралась стоять насмерть, на краю обрыва с клинком в руке. В следующее мгновение, шайяна с низким рыком опустились на четвереньки и как по команде бросились вперед.

Елизар дернул за собой амадину и, оттолкнувшись от края обрыва, прыгнул в реку. Райна в последний момент, перед тем как оторваться от земли сунула клинок за спину и последовала за Елизаром.

Шайяны с громким рыком домчались до края обрыва и, остановившись, проследили за путниками, которые вошли в водную гладь реки и больше не показывались на ее поверхности.

Река стремительно несла свои воды по извивающемуся среди скал руслу, периодически преодолевая каменистые пороги и взбивая воду в пену. Путников видно не было. Шайяны постояв несколько мгновений, развернулись и ушли вглубь леса.

Казалось, что легкие вот-вот взорвутся, от нехватки кислорода. Елизар последним усилием рванул к поверхности реки. Водная стихия кружила и увлекала его за собой в пучину.

Вынырнув, Евгений отдышался, с трудом держась на поверхности реки. Водный поток нес его вдоль крутых каменистых берегов. Райны нигде не было видно. Позвав ее и не дождавшись ответа, Елизар поплыл к ближайшему камню, торчащему из воды и омываемому потоком.

Ухватившись за уступ, он взобрался на камень и огляделся. В нескольких десятках метров от него у противоположного берега он увидел Райну. Ее тело было перекинуто через упавшее в поток дерево. Видимо она смогла зацепиться за ствол. На большее у нее не хватило сил.

Елизар нырнул в реку и сильными взмахами, направился в сторону амадины. Через несколько минут, выбившись из сил, он ухватился за ствол и подтянулся к девушке. Та казалось, была без сознания. На лбу кровоточила приличная ссадина, которую Райна скорее всего получила, ударившись в потоке о подводный камень головой.

Вытащив на берег девушку, Елизар обессиленный, рухнул рядом. Закрыв глаза, он постарался восстановить дыхание. Все тело ломило. Давно он так не загонял себя. Рядом шумела река, перекатываясь на порогах.

Берег, на котором лежал Елизар и Райна, был усыпан крупной галькой. Приподнявшись на локтях, Евгений осмотрелся. Преследователей не было, однако это не означало, что их больше не преследуют. Все вещи, которые у них были с собой, унесло водным потоком.

Амадина издала глухой стон и с трудом села, ощупывая ссадину на лбу. Поморщившись от боли, она перевела взгляд на Елизара. Тот молча смотрел на реку. Сказать было нечего.

— Ты убить меня решил? — Зло произнесла Райна и швырнула камень в Елизара.

— Тебя и так бы убили там, — поморщившись от чувствительного попадания камнем в бок, ответил Елизар.

— Что это было? — Райна неуверенно поднялась на ноги. Ее всю качало.

— В смысле? Шайяны. Ты же сама сказала, — Евгений тоже поднялся.

— Я спросила, где твой меч? — Едва не сквозь зубы, процедила она, зло глядя на Елизара.

— На, достань, — Евгений то же вспылил и протянул руку с рунами девушке.

— Ты хозяин меча, я не могу его касаться, — Райна с осуждением смотрела на Елизара.

— Ну, а чо ж ты не сожгла их там всех? — Евгений отвернулся и убрал руку.

— Мои силы не безграничны. Я умею делать то, что должны делать амадины. Используя магию, я теряю свою энергию. Боевое заклятие не всегда лучше крепкой стали.

— Айдар погиб? — Евгений перевел взгляд на реку. На скулах играли желваки.

— Я не знаю, мне показалось, он увел часть шайян за собой, разделившись с нами в лесу. — Райна присела на камни. Тело все еще было слабо.

— Гадство, — Елизар пнул камень и повернулся к амадине. — Нам нужно идти дальше.

— Тебе нужно научиться призывать меч. Этот мир убьет тебя прежде, чем ты достигнешь печати. — Райна смотрела на реку, крутя в руках небольшой, плоский камень.

— Как? — Елизар раздраженно перевел взгляд на свою руку.

— Я не учитель, а амадина, — усмехнулась Райна.

— Зашибись, — фыркнул Елизар, потирая фиолетовые руны на руке.

— Ты даже костер не способен развести, как тебя выбрали Темные? — Амадина поднялась на ноги и направилась по берегу вдоль реки. Елизар выматерился одними губами про себя, глядя в спину уходящей девушки. Райна была права. Без благ цивилизации он был здесь ни кем.

Забравшись по крутому берегу выше по течению и углубившись в лес, путники остановились на небольшой поляне. Разведя костер, амадина приготовила выловленную в реке рыбу.

Елизар сидел и переосмысливал все то, что с ним приключилось за последнее время. Вспоминал свою прошлую жизнь. Слова Райны очень больно зацепили его за живое. Возразить ей он не мог. Все правильно. Слишком цивилизованным он был. Машины, телефоны, интернет, электричество. Даже на зоне, где приходилось отстаивать свою правоту силой, о нем заботилось государство. Поило, кормило, одевало. Пусть он не служил в армии. Пусть никогда не работал. Но зона была той школой жизни, в которой ты не получаешь диплома, а приобретаешь жизненный опыт.

На зоне сидит разный люд. Есть очень образованные, есть просто умудренные жизненным опытом арестанты. Все они в той или иной мере приложили руку к образованию Елизара. Зона закалила его. Сделала бойцом. А теперь все перевернулось с ног на голову.

Поднявшись, Елизар выломал крепкий сук и перехватил его словно меч. Выломав второй, аналогичный, он подошел к наблюдающей за ним амадине.

— Твои навыки владения мечом, очень мне пригодятся. — Евгений протянул палку Райне, сидящей у костра.

— Амадины не берут себе учеников, — фыркнула Райна, — учиться нужно на настоящей стали, чтобы у тебя был страх получить реальный урон от меча противника.

— У меня нет меча, — хмуро произнес Елизар.

Амадина поднялась и взяла палку в руки. Разойдясь в разные стороны, противники встали в боевые стойки. Райна, выждав момент начала сближение, сокращая дистанцию. В следующее мгновение она сделала выпад, но Елизар ловко парировал его, уйдя с линии атаки и оказавшись чуть сбоку от амадины. Его меч касался ее спины.

— Хм, мне неизвестен твой стиль, но второго такого шанса я тебе уже не дам, — замерев, произнесла амадина, жестко глядя в глаза Елизара.

— Я учту, — Евгений увеличил дистанцию и вновь встал в стойку.

Два меча с деревянным стуком схлестнулись в поединке. Елизар старался зацепить амадину своим мечом, но та каждый раз уходила от атаки, блокируя удары или пропуская их мимо себя. На плечах и теле Евгения появлялись все новые синяки. В очередной выпад, когда казалось уже, что меч коснулся груди Райны, та резко изогнулась, едва не касаясь плечами земли и выбила носком ноги меч из рук Елизара. Парень отвлекся на меч, вылетевший из рук и получил сильный удар по ногам, который буквально свалил его на землю. В следующее мгновение он почувствовал острый обломок палки на своем горле. Райна стояла над ним и жестко смотрела в глаза.

— Все, хватит на сегодня, — тяжело дыша, произнес Елизар, поднимаясь на ноги. — Где ты так научилась махать мечом?

— У каждого свое предназначение. — Амадина казалось, даже не устала.

— Ты же простой человек, как и я, — Елизар подсел к костру и подбросил в него веток. Над поляной начинали сгущаться сумерки.

— Нет, — Райна качнула головой и подсела к костру — ты арл, а арлы не владеют магией.

— А ты у нас значит джедай, — фыркнул Елизар.

— Кто? — Не поняла Райна.

— Ладно, не важно, — вздохнул Евгений и перевел взгляд на огонь.

— Нас называют мэджиками. Тех, кто родился среди арлов и способен к магии.

— Прямо как мутанты, — не удержался от колкости Елизар.

— Я не понимаю твоих слов, — Амадина внимательно посмотрела на Евгения, уловив издевку в его голосе, а затем отвернулась, разглядывая носок своего сапога, сшитого из мягкой кожи.

— Извини, я не хотел. Ты сама меня задела, когда сказала что я словно слепыш в вашем мире.

— Но это так и есть. — Глаза Райны смотрели с вызовом на Елизара.

— Я знаю, — вздохнул тот и снова уставился на огонь. — Расскажи мне о вашем мире.

— Даже я не знаю всего, — усмехнулась амадина.

— Кто такие мэджики?

— Мэджики это… маги. Они есть у каждой расы. Не только у арлов. Они есть среди древлян. Даже у шайян они есть, но они не умеют ею пользоваться. Это все равно, что дать им меч. Они его просто выбросят. — Райна взяла в руки тонкую ветку и пошевелила ею угли в костре.

— А как ты попала к Темным?

— Меня продали им, когда мне было пять лет. Мои родители арлы. Я была самой младшей в семье. У отца с матерью было еще шестеро детей. Они едва сводили концы с концами, выращивая на своей земле скудный урожай. В нашу деревню пришли жрецы Темных. Они предложили выкупить меня. Отец согласился. Жрецы хотели принести меня в жертву своим богам, но те разглядели во мне мэджика. Храм стал моим домом. Темные научили меня всему. Они сделали меня амадиной. Стражницей храма.

— И много вас стражниц в этом храме? — Елизар с интересом смотрел на Райну.

— Нет, мэджики очень редко встречаются среди рас. Есть не только девушки амадины, но и мужчины.

— А почему отправили со мной тебя, а не мужчину. Ведь они сильнее и выносливее. — Елизар потер ушибленные места.

— Это не так. Я была лучшей. Вы, мужчины, слишком эмоциональны. А с горяча, не всегда можете принять верное решение. Женщины более хладнокровные и расчетливые воины. — Райна с легкой усмешкой смотрела на Елизара.

— Далеко эта печать, которую нужно сломать? — Елизар вопросительно посмотрел на амадину.

— Мне сложно тебе объяснить. Ты не знаешь нашего мира. Печать находится в древнем храме Тау-Шан, расположенном на острове Хорос. Храм охраняют несколько стражников. Среди них есть и мэджики стихийники. Сам храм тоже находится под защитой мощных заклинаний. — Райна перевела взгляд с костра на Елизара.

— Что за стихийники? — Елизар все больше озадачивался словами амадины.

— Стихийники, то есть каждый владеет своей стихией. Например, я огневик мэджик. Есть еще водники, воздушники или защитники, которые могут создавать защиту от магии других мэджиков.

— То есть тупо мечами махать сейчас не модно, — произнес со вздохом Елизар.

— Почему? Магия это альтернатива. Мэджик не может пользоваться ею бесконечно, иначе он истощит свой энергетический запас и может умереть. Сначала мне приходилось произносить заклинания, чтобы создать сферу. Потом заклинания стали мысленно складываться в голове, пролетая мгновенно. Ты также можешь научиться призывать меч.

— Твои бы слова да богу в уши, — усмехнулся Елизар.

— А кто твой бог? — Поинтересовалась Райна.

— Не знаю, — пожал плечами Елизар, — он не такой как ваши.

Амадина внимательно посмотрела на Елизара и поднялась на ноги.

— Ниже по течению есть небольшое поселение, там можно разжиться вещами и едой.

— Пошли, — кивнул Елизар и тоже поднялся.

Затушив костер, путники направились вниз по реке. Пройдя несколько лег, Елизар и Райна вышли к небольшой деревушке, окруженной с трех сторон лесом. Жители деревни, похоже, промышляли охотой и рыбалкой. На берегу реки были развешены сети, а ближе к домам на рогатинах сушилась выделанная шкура животных.

Остановившись на краю поселения, Райна озадаченно огляделась по сторонам. Елизар тоже ощутил какое-то неприятное беспокойство.

— Ты чувствуешь? Что-то не так. — Амадина вынула меч.

— Да, как-то здесь молчаливо, — кивнул Елизар.

Деревня казалась совершенно пустой. Центральная улица словно вымерла. Не было слышно рева домашней скотины. По деревне не носилась детвора, не сновал туда-сюда деревенский люд по своим делам. Ветер гонял по улице мелкий мусор, перекатывая его с одной стороны улицы на другую.

Поселение насчитывало около трех десятков домов. Вросшие в землю старые лачуги, с поросшим мхом бревнами. Где-то, сквозь покосившийся забор, были видны более добротные избы.

Дома располагались возле небольшой центральной площади. Елизар и Райна дошли до нее и остановились, озираясь вокруг. Елизар по дороге выломал штакетник из забора и держал теперь его на правом плече.

— Куда все делись? — Евгений озирался по сторонам, всматриваясь в дома.

— Не знаю. Вон дом старосты, пошли, зайдем. — Райна направилась к дому.

Елизар последовал за амадиной, отстав от нее на пару шагов. Зайдя на крыльцо, Райна толкнула дверь и остановилась.

— Эй, есть здесь кто живой? — Громко произнесла она.

В доме что-то упало, и раздался низкий рык. В следующее мгновение внутри дома несколько темных силуэтов пришли в движение и направились к выходу, навстречу Райне.

Амадина метнула огненную сферу вглубь дома, откуда на нее надвигалось темная, издающая тихое гортанное рычание масса и отскочила с крыльца назад, встав в боевую стойку, держа меч наготове.

Елизар оказался чуть в стороне от крыльца и тоже взял штакетину наперевес. В доме полыхнул огонь. Окна вместе с рамами вынесло из оконных проемов, осыпая осколками и щепками Елизара и Райну. Те пригнулись, пряча лицо и голову, чтобы не посекло стеклянными брызгами, и снова встали в боевые стойки.

Через несколько мгновений из дома выползло существо. Это был человек. Ползя из последних сил, он полыхал как сухое полено, пожираемое огнем. Из горла вырывался хриплый рык. Елизар с ужасом смотрел на то, как человек абсолютно не обращая внимания на пожиравший его огонь, полз по направлению к Райне.

Сделав несколько движений, человек замер, медленно догорая. Клубы дыма вываливались из дверного проема и разбитых окон. Слышно было, как гудит огонь и трещит деревянная обстановка, сгорая в пламени.

— Осторожно! — Услышал Елизар, и словно в замедленном темпе увидел исказившееся лицо амадины. В следующее мгновение Райна выбросила руку вперед и с ее пальцев сорвался огненный шар, устремившийся прямо в Елизара. Тот в последний момент успел пригнуться, и шар пролетел над ним, обдавая волной горячего воздуха.

Обернувшись, Евгений едва не потерял дар речи. Позади него стояли жители деревни. На первый взгляд их было около сорока человек. Но не это поразило его больше всего. Неизвестная болезнь казалось, буквально изъела все их тела. Это были живые мертвецы. Шар сбил с ног подкравшегося мертвеца и теперь тот, объятый пламенем, пытался подняться на ноги. Вскоре он затих, прекратив издавать глухой рык.

В толпе нарастал гул. Мужчины, женщины, дети. Толпа издала протяжный рев и ринулась в сторону Елизара и Райны. Евгений повернулся к амадине и увидел, как из домов выходят все новые мертвецы, образовывая серую массу тел, двигавшуюся в их направлении.

— Что здесь произошло? — Елизар подошел к Райне.

— Я не знаю. Присутствие Темных в этом мире нарушает баланс. Зло начинает просачиваться повсюду. — Райна стиснула руки на клинке.

— Они нас просто сметут, надо уходить — Елизара всего колотило. Он впервые воочию видел живых мертвецов. Не киношных, а реальных. Мертвые селяне надвигались на них с двух сторон. Из близлежащих домов выходили все новые мертвецы, пополняя надвигавшуюся на них толпу. По мере приближения, мертвецы начали переходить на бег.

— Где твой меч? Призови его — перекрикивая толпу, проорала амадина.

— Да я не знаю как, — ответил Елизар и сжал пальцы в кулак, разглядывая руны на руке. Затем он перехватил по удобнее штакетину. Костяшки на пальцах побелели, пальцы впились в твердую древесину.

Райна метнула несколько сфер в толпу. Часть мертвецов заполыхала, упав и сбивая с ног сзади наступающих селян. Мертвецы падали под ноги напиравшим сзади селянам. Те спотыкались, но вновь поднимались, отстав от основной толпы.

Вскоре первые несколько мертвецов налетели на Елизара и Райну, разделив их на два фронта. Райна вертелась волчком, рассекая мечом тела. Елизар тоже крутился, уходя от ударов и сбивая с ног мертвых селян, норовивших поймать его в свои объятия.

Стараясь не стоять на месте, Райна и Елизар перемещались по площади, оставляя позади себя ползающие и уже замершие навсегда тела. Несколько сфер угодили в дома, и теперь они полыхали, занося площадь черным едким дымом.

Елизар не знал, сколько продолжался этот бой. Силы были на исходе. Дым застилал глаза. Райна тоже едва держалась на ногах. Вся площадь была усеяна горящими и разрубленными телами. Мертвецы продолжали наступать.

В какой-то момент Елизар отвлекся и увидел, как несколько мертвецов схватили амадину. Этой заминки хватило, чтобы несколько тел повисли на нем, норовя сбить с ног и повалить на землю.

Елизара охватило отчаяние, на смену которому пришла какая-то злость. Поднимавшаяся изнутри волна гнева и злобы, казалось, готова была сжечь все нутро не хуже магического огня, пожиравшего уже добрую часть поселения.

Райна из последних сил пробилась к Елизару. Вся одежда и лицо было в крови. Слипшиеся багровые волосы налипли на лицо.

— Призови меч, — прохрипела она, падая на колено и упираясь мечом в землю. Два мертвеца навалились на нее со спины, норовя впиться зубами в шею.

Казалось, это стало последней каплей. Сознание Елизара заволокло темным туманом. Руны на руке загорелись фиолетовым светом. Вокруг наступила какая-то не естественная тишина, как будто мир замер в ожидании чего-то ужасного. В следующее мгновение все вокруг озарилось фиолетовой вспышкой. Из руки вырвался мощный фиолетовый разряд. Молния ударила в землю и та с оглушительным грохотом, встала на дыбы вокруг Елизара, разметая все вокруг на части. Ударная волна подняла земляной цунами, который уничтожал все на своем пути, разнося рядом стоящие и горящие избы по бревнам. В радиусе нескольких десятков метров образовался пустырь с воронкой в центре, в которой лежали несколько тел.

Елизар не знал, сколько он пролежал без сознания. Тело словно горело огнем. Правая рука ныла тупой пульсирующей болью. Во рту все пересохло. Над остатками поселения стояла глухая ночь. Площадь озарялась всполохами огня, доедавшего развалины рядом стоящих домов.

Вокруг были раскиданы искромсанные обгоревшие тела селян. Едкий дым заволок площадь и остатки поселения. Несколько уцелевших домов на окраине, теперь сиротливо стояли в одиночестве, словно памятники, напоминая о том, что недавно здесь была деревня.

Елизар попробовал пошевелиться, но смог лишь с усилием приподнять голову. Райна лежала рядом без сознания, погребенная под двумя телами селян.

Внезапно он услышал шорох в стороне от площади, там, где стояли уцелевшие дома и, поморщившись от боли, повернул голову. В его сторону по центральной улице направлялся человек. Что-то знакомое мелькнуло в его силуэте, и когда человек подошел ближе Елизар узнал в нем древлянина.

— Что здесь произошло? — Айдариэл присел на корточки возле Елизара и внимательно осмотрелся по сторонам.

— Тебе с самого начала все рассказать? — Евгений стиснул зубы и попытался сесть.

Айдариэл помог Евгению принять сидячее положение и подошел к Райне. Скинув с нее тела, он осмотрел амадину, а затем перевел взгляд на Елизара.

— Жива? — спросил Евгений одними пересохшими губами. Голос куда-то пропал.

— Да, но она крайне истощена. — Кивнул древлянин и поднял девушку на руки.

Вскоре путники расположились в одном из уцелевших домов. Айдариэл положил Райну на кровать и помог перебраться в дом Елизару.

— Куда ты пропал? Мы думали, что тебя убили шайяны, — Евгений сидел за столом и пил какой-то мутный отвар на травах, который приготовил Айдариэл.

— Древляне знают лес не хуже шайян. — Усмехнулся тот. — Я увел нападавших от вас в другую сторону. Сделал круг, чтобы вывести их на свои же следы, а потом просто растворился в лесу, спрятавшись под обрывом небольшой лесной речушки.

— Как ты нашел нас? — Напиток стоял уже комом в горле, и Елизар отставил кружку в сторону.

— Я увидел дым от пожарища. Вы бы все равно рано или поздно где-нибудь наследили. Правда я думал, что будет не так козырно, — фыркнул Айдариэл, кивнув на двери, выходившие в сторону поселения.

— Это капец какой-то просто. Целая деревня мертвяков. — Выругался Елизар.

— Такого не было раньше. Что-то изменилось в мире. — Айдариэл сидел возле Райны и протирал раны на ее теле.

— Темные предупреждали, что баланс сил в этом мире из-за их присутствия нарушен. — Евгений вздохнул и, поднявшись из-за стола, шатающейся походкой перебрался на один из пустующих топчанов, застеленного шкурами.

— Я постою на стреме, отдыхай, — Айдариэл поднялся и прикрыл входную дверь.

— На стреме, — фыркнул Елизар и слабо улыбнувшись, провалился в глубокий сон.

Солнечные лучи с трудом пробивались сквозь мутные стекла избы. Елизар открыл глаза и приподнявшись на руках осмотрелся, разглядывая обстановку дома. Райны не было, так же как и Айдариэла.

Встав с топчана, Елизар подошел к небольшой кадке и заглянул в нее. Пить хотелось неимоверно. В кадке оказалась вода. Зачерпнув ковшом, Елизар жадно припал к живительной влаге. Со двора доносился непонятный шум и голоса. Выйдя на крыльцо, он зажмурился от яркого солнца. Соорудив из ладони козырек, Елизар осмотрел двор.

В нескольких метрах от крыльца, Райна упражнялась с мечом, совершая немыслимые удары и прыжки. Чуть в стороне стоял Айдариэл, а рядом с ним переговариваясь и наблюдая за тренировкой амадины, несколько селян.

Услышав звук открываемой двери все замерли и обернулись на Елизара. Селяне сорвались с мест и, подбежав к крыльцу, упали на колени.

— Благодарим тебя Темный, за то, что спас нас от этой нечисти. — В разнобой заголосили они.

Елизар, чуть растерявшись, оторопело посмотрел на Айдариэла, а затем вновь перевел взгляд на селян. Их было семь человек. Мужчина лет сорока, юноша лет восемнадцати, три женщины разных возрастов и двое детишек. Видимо это была уцелевшая семья.

— Древлянин нам все рассказал. Если бы не ты, только одним богам известно, сколько бы мы прятались в подполье и ели сырые корнеплоды. — Мужчина в молитвенном жесте прижал руки к груди.

— Встаньте, — Елизар махнул рукой и сам сел на крылечке. — Что произошло у вас?

Селяне поднялись, мужчина подошел к Елизару и прислонился плечом к столбу, поддерживающему крышу крыльца, остальные остались стоять на месте.

— Три дня назад в деревню пришел мужчина, — селянин волновался и постоянно сбивался. — Поначалу мы приняли его за монаха. Незнакомец говорил, что скоро весь мир изменится. Мертвые восстанут против живых. Чтобы мы готовились к войне.

— Вы не стали его слушать? — Уточнил Елизар.

— Мы живем тем, что поймаем в лесу или реке. Что-то родит нам земля. Я кузнец, а это моя семья. Мать, жена, сын со своей женой и дети. Мы недавно тут поселились. К чему нам война. Откуда взяться мертвым? — Селянин вздохнул и посмотрел на Елизара.

— Ну и что дальше? Он ушел? — Евгений не сводил взгляда с мужчины. К ним подошли Айдариэл и Райна.

— Он ушел на местный погост, — продолжил древлянин. — Ночью поднял мертвяков из своих могил и отправил их по домам. Поселение стоит тут уже несколько поколений и у каждой семьи на погосте был кто-то из родни.

— А мы недавно тут и у нас никого нет. Когда начался весь этот кошмар… — селянин судорожно сглотнул, — я спрятал семью в подполье. С улицы доносился плач и крики наших соседей. Это было страшно. Вскоре в деревне наступила мертвая тишина. Мы боялись выйти из подполья. Три дня просидели здесь.

Мужчину потряхивало мелкой дрожью. Казалось, он заново переживал ту страшную ночь.

— А куда делся некромант? — Поинтересовался Елизар после небольшой паузы.

— Я не знаю, — покачал головой селянин, — в нескольких легах от нас есть еще одно поселение. Может он направился туда.

Елизар переглянулся с амадиной и древлянином.

— Нам в ту сторону? — Спросил он у Райны.

— Да. Но мы можем обойти ее стороной. — Райна еще не восстановила дыхание после тренировки и теперь глубоко дышала. Крутанув меч в руке, она закинула его за спину.

— Этот демон все погосты поднимет на нашем пути. — Выругался Елизар.

— Валить надо этого фраера, — высказался Айдариэл.

Елизар и Райна приподняв недоуменно бровь, покосились синхронно на эльфа.

— Чо? — Айдариэл, непонимающе посмотрел на своих спутников.

— Айдар, завязывай с феней. Рецидивист блин, — фыркнул Елизар.

— С палками мы быстро всех 'завалим' — с усмешкой произнесла Райна и, поднявшись на крыльцо, вошла в дом.

Елизар, поняв, в чей огород, был сейчас камень, тихо выругался про себя одними губами.

— Подожди, а как вы тут палками все селение разнесли? — Не унимался эльф.

— Вот так, — проворчал Елизар и, поднявшись, тоже вошел в дом, оставив селян снаружи. Он сам не понимал, что произошло тогда. Казалось, что все тело словно взорвалось, разметав все вокруг и погасив его сознание.

Зайдя в дом, Елизар лег на топчан и закрыл глаза. Тело продолжало ломить, словно его переехала многотонная фура. Райна похоже восстанавливалась значительно быстрее, скорее всего ее подпитывала энергия своего мира. Елизар здесь был чужаком, и помогать ему никто не собирался.

К вечеру все собрались за одним большим столом. Хозяйки состряпали ужин и теперь тихо переговаривались между собой, сев с одной стороны стола. Рядом разместились мужчины. Селяне приняли решение идти в другое поселение. Здесь они оставаться не хотели.

Переночевав в доме, Елизар подошел к мужчине.

— Ты говорил, что кузнец?

— Да. — Коротко кивнул тот.

— Мне нужно выковать одну вещь, сможешь? — Елизар нарисовал палочкой на земле то, что он хотел сделать.

— Это не сложно, Темный. Сделаю — мужчина кивнул и направился к кузне, стоящей на заднем дворе дома.

Пока, селяне были заняты своими делами, Елизар со своими спутниками обошел оставшиеся целыми дома. Подобрав себе одежду и набрав сумки с едой, путники собрались в доме у кузнеца. Решили, что выйдут в дорогу на рассвете.

К вечеру кузнец принес Елизару заказ. Это были два листа железа, которые походили на элементы рыцарских доспехов, для защиты груди и спины. Елизар примерял их на себя и остался доволен. Защита не стесняла его движений, а уберечь от стрелы или меча вполне могла.

— Такое носят в твоем мире? — Райна постучала костяшками пальцев по стальной пластине на груди Елизара.

— Раньше носили, сейчас уже нет. В моем мире более современное оружие и защита соответствующая, но принцип остался тот же. У нас их называют бронежилетами.

— Может проверим? — Райна повернула ладонь кверху, выставив ее вперед и к центру, с кончиков пальцев, начались сползаться небольшие огненные завихрения, образуя сферу в центре ладони.

— Ты давай не горячись, — фыркнул Елизар, покосившись на образующийся огненный шар.

Райна сжала ладонь и погасила пламя. Евгений увидев усмешку в глазах амадины, молча развернулся и, сняв свой импровизированный бронежилет, вышел во двор. Вечер спускался над остатками поселения. Селяне все это время собирали тела и хоронили их на погосте.

Утром, простившись с семьей кузнеца, Елизар со своими спутниками направился по дороге к соседнему поселению. По словам мужчины до поселения было около двух дней пути.

Дорога, по которой шли путники, петляла по лесу, периодически огибая крутые склоны, густо поросшие лесом. Идти по ней было проще, чем ломиться сквозь чащу. Пару раз Елизар останавливался на привал, а ночь коротали на выбранной небольшой лесной поляне, возле которой журчал чистый ручей.

На привалах Елизар заставлял амадину тренировать его на сломленных толстых палках. Выкованный бронежилет защищал Евгения от сильных ударов Райны. Елизар почти полностью восстановился благодаря заботам Айдариэла, умевшего готовить отвары из лесных трав.

— Как ты призвал меч? — Сидя у ночного костра, поинтересовалась Райна.

— Я не знаю, — Елизар покачал головой, орудуя веткой в костре — это вышло само.

— Так не бывает. Нинторис почувствовал, что нужен тебе.

— Я увидел, как на тебя навалились мертвяки, да и сам уже практически обессилел. Меня это просто взбесило. — Елизар швырнул ветку в костер, поднимая фонтан искр, которые устремились в ночное небо.

— Без меча, нам нет смысла появляться на Хоросе. Нас просто уничтожат. — Райна пристально смотрела на Елизара.

— Я все это знаю, — раздраженно произнес Елизар.

— Твои руны, это ключ к мечу, — тихо произнес Айдариэл, — Темные ничего не делают просто так. Если они не открыли тебе значение этих рун, значит еще не время.

— Да вы сговорились что ли? — Елизар раздраженно посмотрел на своих спутников.

— Мы хотим тебе помочь, — спокойно ответил древлянин.

— Я не просил, чтобы меня сюда притащили. Сейчас сидел бы у себя дома и смотрел телик.

— А что такое телик? — Айдариэл заинтересованно посмотрел на Елизара.

— Ну, это… — Евгений замялся, не зная как объяснить эльфу все технические тонкости. — Можно словно через окно смотреть различные истории, которые пишут в книгах.

— Это магия? — Айдариэл казалось, был под впечатлением.

— Это наука, технический прогресс. В нашем мире нет магии.

Айдариэл недоверчиво посмотрел на Елизара, а затем, чуть отодвинувшись от костра, лег, закрыв глаза. Евгений тоже последовал его примеру. Райна сидела у костра, сомкнув веки. Спала она или нет, Елизар не знал, но тревожить ее не стал.

Ардос, столица Антании поражал гостей своим великолепием. Город располагался на нескольких холмах. Широкие мощеные улицы с зелеными аллеями, пересекались с маленькими проулками. История Ардоса насчитывала больше десяти веков. Центр города пересекла река, делящая его на несколько частей своими притоками и искусственно созданными каналами, которые снабжали город водой.

В центре города располагался императорский дворец. Выстроенный из белого камня он взмывал вверх, словно норовя пронзить небесную высь своими остроконечными шпилями. Многочисленные дворцовые постройки с переходами и сторожевыми башнями были обнесены мощной крепостной стеной, по которой патрулировали стражники.

Дальше от стены начинались городские кварталы. Зажиточные горожане могли себе позволить жилье вблизи дворцовых стен. Дальше шли более бедные кварталы с ремесленными лавками, базарами и харчевнями. Гости столицы могли найти себе постоялый двор по приемлемой цене в этих кварталах.

Границы Ардоса заканчивались лачугами и трущобами, где проживал всякий сброд. Нечистоты выливались прямо на улицу, под ноги проходившим мимо горожанам. В дешевых трактирах никогда не прекращались драки, которые зачастую заканчивались смертью одной из сторон.

Часть города выходила в порт, где стояли военные и торговые суда. Торговля и налоги, которыми император Джемай, обложил свои земли, составляли одну из основных статей дохода императорского дома. Другой статьей дохода были войны, которые Джемай вел со своими соседями.

Император разменял уже четвертый десяток лет, причем двадцать из них он правил Антанией, отравив своего отца и забрав всю власть в свои руки. Это был жесткий и расчетливый человек, не доверявший никому из своего окружения.

С недавних пор у Джемая появился новый советник. Никто не знал, откуда он взялся, однако, власть во дворце благодаря указанию императора он имел практически не ограниченную. Прежних советников император либо казнил, либо удалил из императорского дворца.

— Ворон принес новую весть мой император, — советник слегка склонил голову в знак приветствия своего повелителя.

— Не томи Тантор, что за весть? — Император слегка подался вперед.

— Наши некроманты, что мы отправили к границам твоих земель, начали свою жатву. — Тантор стоял, слегка склонившись перед Джемаем, опустив и скрестив руки перед собой. Он был одет в серую монашескую рясу с широкими рукавами и подпоясан кожаным черным поясом. Капюшон был откинут назад. На шее висел массивный амулет в виде круга с древними рунами, расположенными в центре амулета.

С тех пор как Тантор появился в свите императора, тот успешно провел несколько военных компаний. Новый советник оказался сведущ в военном деле, да и в других государственных делах, он зарекомендовал себя с хорошей стороны.

С его подачи, император разогнал городской совет, который решал важные вопросы, касающиеся жизни столицы и мог повлиять на решения императора. Теперь Джемай стал полноправным властителем своих земель и мог решать вопросы единолично, советуясь лишь с новым советником.

— Сколько потребуется времени, чтобы создать армию? — Джемай сошел с трона и подошел вплотную к советнику.

— Я думаю, это не займет много времени. К зиме у нас будет полноценная армия мертвецов, поднятая некромантами по всей Антании. — Тантор внимательно посмотрел в глаза императору. В другое время такая дерзость каралась бы смертью наглецу, позволившему себе такой жест.

— Если все будет так, как ты сказал, у меня будет непобедимая армия, которую не надо кормить, и которой не надо платить содержание. — Император заложил руки за спину и медленно обошел вокруг советника.

— Не сомневайтесь мой повелитель, разве я хоть раз дал вам повод к этому? — Тантор слегка повернул голову в сторону императора.

— Нет, твои советы очень пригодились мне в последнее время. Я благодарен тебе за твою помощь. Но ты ничего не просишь взамен за свою службу мне. Живешь в простой келье без всяких удобств, не водишь к себе женщин и мужчин. Практически ничего не ешь и не пьешь вино. — Император вопросительно посмотрел на советника.

— Мне ничего этого не нужно, вся эта мирская суета не для меня. Мне больше нравиться проводить время в вашей библиотеке. Так же как и вы, я благодарен императору за то, что он разрешил мне изучать древние свитки. Видеть, как развивалась ваша империя.

— Хорошо, — кивнул Джемай, — дай мне знать, если будут еще новости.

— Непременно мой повелитель, — Тантор слегка кивнул, — я могу быть свободен?

— Да, — Джемай дал понять, что аудиенция окончена.

Советник накинул капюшон и направился к выходу из тронного зала. Пройдя по широким коридорам и миновав дворцовую стражу, Тантор вошел в свою келью. Помещение, где он жил было обставлено без излишеств. Широкая кровать застелена шкурами, в центре стоял стол и лавка. На столе были разложены свитки с книгами и письменные принадлежности.

Тантор плотно прикрыл за собой дверь и, смастерив защитное заклинание, подошел к столу. Взяв в руку амулет, мужчина направился к одной из стен его кельи, на которой висело зеркало. Сделав несколько пасов рукой на зеркальной поверхности, Тантор отошел на пару шагов назад.

Зеркало продолжало отражать обстановку комнаты, но спустя несколько мгновений его поверхность подернулась небольшой дымкой. По краям зеркала замерцал фиолетовый свет, освещая лицо Тантора. Вскоре на поверхности появилось густое облако, которое озарялось изнутри фиолетовыми всполохами.

— Говори жрец, — прошелестело облако несколькими голосами.

— Все идет по плану, — Тантор склонил голову в почтительном поклоне. Сквозь одеяния прорисовывались очертания сияющих фиолетовых звезд на ключицах.

— Ты отправил некромантов? — Облако постоянно изменяло свои очертания.

— Да, некроманты выдвинулись к границам империи. Скоро они начнут создавать армию. — Жрец смотрел в пол, не смея поднять глаз в сторону зеркала.

— Хорошо, — прошелестело облако тихими слегка шипящими голосами. — Император доволен?

— Да, он ни о чем не догадывается, — ответил Тантор.

— Он глупец, который не видит дальше своего носа. — Облако казалось, засмеялось тихим смехом. — Когда этот мир будет на грани уничтожения и наша власть будет абсолютной, пришелец разобьет печать и откроет нам дорогу в другие миры. Ничто не сможет остановить нашу армию. Миры будут падать к нашим ногам один за другим.

— Этот смертный знает, для чего он должен уничтожить печать?

— Он хочет вернуться домой. Мы поможем ему, — в голосах звучал неприкрытый сарказм.

— То есть он знает, только то, что ему следует сделать, — Тантор, стоял, опустив и скрестив руки, так же как стоял перед императором.

— Ты задаешь слишком много вопросов жрец. — Голоса стали жестче.

— Простите, — мужчина склонился еще ниже.

Облако замерцало в абсолютной тишине, а затем медленно исчезло, словно растворилось в глубине зеркала, оставив его поверхность, снова зеркальной.

Тантор выпрямился и обессилено рухнул на скамью, облокотившись об стол. Лоб покрывала холодная испарина. Общение с Темными всегда отнимало много энергии. Некроманты должны были справиться со своей задачей. Иначе план Темных мог провалиться.

По дороге, приближаясь к старому селению, шли трое путников. Девушка и два мужчины. Один из них был древлянином, девушка амадиной храма Темных, а третий путник был похож на простого человека, облаченного в стальные пластины и посохом в руке с накинутым на голову капюшоном.

— Не похоже, чтобы здесь побывал некромант, — Айдариэл всматривался в очертания поселения.

— Не факт, что он направился сюда. — Тихо произнес Елизар.

Путники стояли на холме, уходящим своим склоном прямо к границе поселения. Двускатные крыши, крытые глиняной черепицей, а местами и просто грубо отесанными досками, ютились близко одна к другой. Из труб шел дым, а по улицам периодически сновали селяне, спешащие по своим делам.

— Идем, — Елизар первый шагнул вперед и начал спускаться по склону. Следом за ними последовали остальные.

Войдя в поселение, которое было значительно больше того, где у них произошел бой с мертвецами, путники направились в местный трактир. Зайдя внутрь трактира, они расположились за небольшим столом. Хозяин трактира, так же как и его посетители, проводили путников заинтересованными взглядами. Редко можно было увидеть в своих краях столь разношерстную компанию.

Заказав себе обед, гости тихо начали обсуждать свои проблемы, стараясь не привлекать излишнего внимания, и вскоре посетители трактира перестали обращать на них внимание, лишь изредка бросая пытливые взгляды.

— Похоже, здесь ничего не произошло, — Айдариэл осматривал трактир, осторожно поглядывая на посетителей и уминая принесенный обед.

— Мы не могли его обогнать, — ответила Райна, откусывая хороший кусок мяса и запивая его водой.

— Надо спросить у старосты, — подал идею Елизар.

Все как по команде перестали жевать и настороженно посмотрели на Евгения.

— Это не очень здравая мысль, — тихо произнесла амадина.

— Мы не можем гоняться за ним по всей Антании. Куда нам дальше? — Елизар отщипнул кусок хлеба и закинул в рот.

— Нам нужно в Ардос, — Райна сделала последний глоток и отставила стакан.

— Ардос, так Ардос — пожал плечами Елизар.

Рассчитавшись за обед, путники хотели направиться к выходу, когда трактирщик остановил их:

— Вы наемники?

— Нет, просто путешествуем, — ответил Елизар и повернулся к выходу.

— Вы пришли со стороны Солей, оттуда уже четыре дня никого не было и нет вестей. Вы были там — Трактирщик перекинул полотенце через плечо и облокотился о барную стойку.

— Что такое Солей? — Не понял Елизар и вновь повернулся к мужчине.

— Соли, это небольшое поселение на берегу реки в дне пути отсюда. Там живет мой брат.

Путники переглянулись.

— А вы ничего не слышали? — Осторожно поинтересовался Айдариэл.

— Что мы должны были услышать древлянин? — Подал голос один из посетителей, сидевших с тремя мужчинами за столом ближе всех к путникам.

— Деревни больше нет. Ее уничтожил некромант. Это случилось как раз четыре дня назад, — жестко произнесла Райна.

— Этого не может быть. Я сам был там четыре дня назад, — подал голос один из сидевших мужчин за столом и начал медленно подниматься. Народ в таверне возбужденно загудел.

— Я видел дым от пожарища, — раздался голос со стороны.

— Тебе повезло, — усмехнулась амадина.

— У вас в селении был кто-то чужой? — Елизар жестко посмотрел на трактирщика.

— Кроме вас за четыре дня никого с той стороны. — Покачал головой трактирщик. — Может быть, это вы уничтожили деревню? Мы простые селяне, занимаемся земледелием, охотой. Война это не наш промысел.

— Что ты хочешь этим сказать арл? — Айдариэл схватился за рукоять клинка.

— Вы выглядите очень подозрительно. Я думаю вас нужно проводить на пограничную заставу, пусть воевода решает, что с вами делать. — Ответил трактирщик.

— Мы никуда не пойдем, у нас своя дорога у вас своя, — жестко ответил Елизар. Обстановка в трактире накалилась до предела. Полтора десятка посетителей, настороженно смотрели в сторону путников.

— Без шаров, — тихо процедил Елизар амадине. Райна коротко кивнула, медленно положив руку на рукоять своего меча за спиной.

В следующее мгновение таверна пришла в движение.

— Остановитесь, — прозвучал зычный голос. Все вокруг замерли на какое-то мгновение, а затем опустили руки, повернувшись в сторону выхода.

— Уходите из моего поселения. Вас никто не тронет. — На пороге стоял мужчина лет пятидесяти. Мощного телосложения с зычным голосом. Он очень походил на бывшего вояку. Глаза гневно сверкали, разглядывая обстановку в трактире.

— Их надо на заставу. К воеводе, — подал голос трактирщик. — Ты слышал, что они сказали о Солях?

— Мне уже донесли. Пока я староста Косогор и я буду решать, кто куда пойдет. Кто не согласен… я не держу. — Мужчина подошел к путникам и цепким взглядом осмотрел всех.

— Ты зря так поступаешь Хант, — с укором произнес трактирщик.

— Даже мне, простому служаке, видно, что эти чужаки не так просты. Если они и виновны в том, что произошло в Солях, то, что ты сможешь сделать с ними сейчас? Они могут точно так же разнести тут Косогоры вместе с твоей таверной. Я отправлю гонца воеводе и предупрежу его. Уходите, — Хант повернулся к Елизару.

— Спасибо, — Елизар коротко кивнул и вместе с остальными вышел на улицу, где уже собралась толпа селян. Народ во все глаза следил за троицей, пока та медленно двигалась в сторону выхода из их поселения.

Покинув Косогоры, путники перевели дух и направились в сторону Ардоса.

— Ты слышал про заставу? — Айдариэл шел чуть впереди.

— Да. Думаешь, некромант решил податься туда? — Елизар покосился на древлянина.

— Нас он не касается, — встряла в разговор амадина. — Наша цель это печать. У императора полно войск, чтобы решить этот вопрос.

— Я всего неделю тут, а меня уже раз пять чуть в расход не пустили. Гостеприимно тут у вас, — фыркнул Елизар.

— Благодари Темных, что ты живой до сих пор, — съязвила Райна.

— Благодаря им, я здесь. — Парировал Елизар.

Вскоре начался лес, а над ним начали опускаться сумерки. Путники углубились в чащу по лесной дороге. На одной из полян они решили сделать привал. Разбив костер и приготовив ужин, Елизар как обычно принялся упражняться с мечом.

Мелай был воеводой приграничной заставы вот уже полтора десятка лет. Крупный мужчина лет пятидесяти с аккуратной короткой бородой и спадающими до плеч волосами. Пристальный взгляд из-под густых бровей, одну из которых пересекал шрам, переходящий на щеку, создавал суровый образ воеводы. Из-за спины торчали рукояти двух клинков, которыми он владел практически в совершенстве.

Застава стала его домом. Даже когда, приходила очередная смена, меняющаяся каждые два года, Мелай всегда оставался, не смотря на уговоры друзей, которых он завел за время службы.

Сейчас воевода шел по двору, на котором тренировались его бойцы, сходясь в поединке на деревянных мечах. Мощные скалозубы, родственники триксов, расположились возле ворот заставы. В отличие от триксов, скалозубы поддавались дрессировке. Размером с пантеру, эти животные не имели жесткой чешуи по всему телу, однако пасть увенчивали два мощных саблевидных клыка, росших вниз из верхней челюсти.

Скалозубы проводили пристальным взглядом воеводу и снова повернули головы в сторону ворот. Два стражника так же расположились возле створ и следили за подступами к стенам заставы.

Сама застава располагалась у подножия скалистой гряды, которая служила естественной защитой одной из сторон пограничной заставы. С другой стороны простиралась степь, переходящая в пустыню с огромными холмами и песчаными дюнами.

В двух легах от заставы начинался лес. Пограничная стража не редко выбиралась в него, чтобы поохотиться и порадовать своих сослуживцев свежим мясом. Да и на зиму, когда все подъезды к заставе будут переметены, вяленое мясо разнообразит рацион пограничников.

Сейчас из леса вышел путник и направился прямиком к заставе по извивающейся среди невысоких холмов дороге. На голове был накинут капюшон, который защищал голову от ветра и непогоды. Широкое монашеское одеяние скрывало фигуру путника и определить мужчина это или женщина было сложно.

Увидев, как скалозубы напряглись и начали проявлять беспокойство, один из стражников внимательно осмотрел прилегающую территорию, заметив странника.

— У нас гости, — произнес он проходящему мимо воеводе.

Тот поднялся на трехметровую стену и пристально вгляделся в очертания путника:

— Монах, что ли? — Недоуменно произнес он вслух, приложив руку к глазам, пряча их от уходящего за горизонт солнца.

Дорога, проходящая через заставу, уходила сквозь гряду в соседнее государство, расположившееся за ней. Чтобы миновать заставу, нужно было ехать несколько дней вдоль гряды, но и там стояла другая застава, с воеводой которой Мелай был очень хорошо знаком. Вместе с ним они прошли не одну войну, которую Джемай вел против соседей.

Путник подошел к воротам и откинул капюшон:

— Удачного вечера вам, — слегка улыбнувшись, произнес монах.

— И тебе не хворать святой человек. Какими судьбами к нам или мимо идешь? — Воевода спустился вниз и знаком показал открыть ворота.

— С благим делом иду к вам, — путник вошел на территорию заставы и чуть поклонился, приветствуя воеводу. Скалозубы буквально крутились на своих местах, норовя сорваться с крепкой привязи и хлестая себя яростно по бокам, припадали к земле.

— Что ж за дело тебя привело к нам? — Покосившись на скалозубов, поинтересовался Мелай, разглядывая вечернего гостя. На вид тому было не больше тридцати лет. Абсолютно лысый, с крючковатым носом и пристальными серыми глазами под густыми черными бровями.

— Император велел провести службу по усопшим воинам по всем приграничным заставам. Я и мои братья выполняем это повеление. — Монах снова чуть склонил голову в знак учтивости.

— Что ж, дело действительно благое. Да и худа не будет, — Мелай согласно кивнул, — Много тут в свое время нашего брата полегло. Кого по отдельности, а кого и всех вместе хоронили.

— Тогда разрешишь мне кладбище ваше посетить, да обряд совершить? — Монах слегка покосился на скалозубов, что рвались с цепей и хрипло рычали, оскалив клыки.

— Ты поди голоден с дороги, поужинай с нами, расскажешь, что в мире повидал, переночуешь, а утром и обряд свой совершишь? — Мелай, махнул стражникам, чтобы те закрыли ворота, и направился в сторону трапезной. С тренировочных площадок несколько молодых воинов наблюдали за воеводой и монахом.

— Благодарю тебя воевода, но дело, прежде всего, а там можно и отужинать. — Вежливо отказался монах.

— Как знаешь, мой боец проводит тебя. Кладбище не далеко, но места тут в прошлом лихие, и отпускать тебя одного мне совесть не позволит. — Воевода махнул рукой и один из воинов, накинув рубаху и пояс со снаряжением, подбежал к нему.

— Спасибо, — коротко кивнул монах и направился вслед за молодым воином.

Воевода проводил их глазами и, снова покосившись на беснующихся скалозубов, направился в трапезную.

Воин привел монаха на местное кладбище, расположенное у подножия скал, в раскинувшемся редком лесу. Кругом, насколько хватало глаз, стояли покосившиеся надгробия.

— Благодарю тебя, — произнес монах, давая понять, что больше он в его услугах не нуждается.

— Я могу подождать, — ответил боец, разглядывая монаха.

— Нет, я найду дорогу обратно, не переживай. — Священник осмотрел территорию.

— Воевода будет недоволен, если я оставлю вас здесь. — Парень сомневался, стоит идти или нет. С одной стороны ему было интересно, что будет делать монах. Хоть какое-то развлечение за последние несколько месяцев. С другой стороны на заставе начинался ужин, а пропускать его очень не хотелось, да и Мелай будет ругаться, если с монахом что-нибудь приключится.

Монах подошел к воину вплотную и заглянул в глаза. Парень хотел немного отстраниться, но не успел. Из-под полы одежды священника блеснул сталью небольшой кинжал. В следующее мгновение клинок вошел в грудь молодого воина, легко пробивая кожаный доспех. Парень сдавленно всхлипнул и начал оседать, недоуменно глядя на монаха.

— Ты сам выбрал свою судьбу, — тихо произнес тот, стоя над распростертым телом.

Развернувшись, некромант выбрал место для обряда и, слегка расчистив его, начертил круг. Солнце уже практически село и в редком лесу у подножия скал наступили сумерки.

Читая заклинания, некромант чертил древние руны от края круга и, двигаясь по спирали к центру. Руны соприкасались между собой, пересекаясь и образуя затейливую вязь. Вокруг стояла мертвая тишина, словно сама природа и весь мир, сейчас наблюдали за действиями некроманта.

Закончив с рунами, монах вернулся к телу воина. Приподняв его и прислонив спиной к стволу дерева, некромант слегка вынул кинжал из груди, подставив глубокую пиалу под рану. Кровь хлынула, наполняя жертвенный сосуд.

Когда чаша наполнилась, монах вернулся к рунам. Вновь начав читать заклинание, некромант слегка наклонил пиалу, и кровь, тонким тягучим ручейком потекла на руны, заполняя их. Со стороны могло показаться, что кровь сама чертила магические символы на земле.

Когда руны заполнились, некромант поднял голову к темному небу и, разведя руки в стороны, произнес заключительное заклинание, замерев и закрыв глаза. Казалось, что монах просто окаменел. Силы покинули его, а руки и ноги стали деревянными. Все тело свело судорогой. Человек словно большой крест, стоял над распростертыми вокруг надгробиями.

Легкий ветерок в абсолютной тишине, едва пробежался по погосту, поднимая пожухлую листву. И вновь настала тишина. Мертвая. Руны, замерцав фиолетовым светом, подернулись серым облаком, которое росло в разные стороны, стелясь по земле и охватывая все новые и новые могилы.

Где-то в глубине земли начал нарастать неясный шум, словно что-то огромное зашевелилось в ее недрах, пробиваясь на поверхность.

В нескольких местах начали образовываться провалы. Над могилами поднялся ветер. Земля пришла в движение, волнами перекатываясь по погосту и выворачивая с корнями деревья, росшие на кладбище.

Надгробия падали разбиваясь и проваливаясь в пустые склепы, из которых начало выбираться из земли вызванное некромантом зло. Воины в доспехах, похороненные своими братьями, выбирались из могил. Полуистлевшие, с остатками плоти пальцы крепко сжимали клинки. В пустых черных глазницах таилась злость и ярость, которая искала выхода, чтобы обрушиться на того, кто посмел потревожить вечный сон воинов.

Вот уже все кладбище пришло в движение. Из могил вместе с воинами выскакивали скалозубы, похороненные вместе со своими хозяевами, погибшие на поле брани.

Все это войско стягивалось к тому месту, где стоял некромант. Воины, окутанные серым клубящимся туманом, становились вокруг человека, пробудившего их. Скалозубы хищно скалясь полуистлевшими пастями, обнажали мощные клыки. Хвосты яростно бились об обнажившиеся под плотью ребра.

Внезапно со стороны заставы раздался шорох. Некромант обернулся и увидел воина посланного Мелаем, проверить задержавшегося монаха. Человек с ужасом наблюдал за развернувшимися действами, прячась за деревом.

В следующее мгновение он развернулся и бросился к заставе, чтобы предупредить воеводу.

— Убить, — прошептал едва слышно, ссохшимися губами некромант, протянув руку в след убегающему воину.

Мертвецы повернули головы в сторону заставы, и спустя мгновение, ринулись следом в погоню, переходя с шага на бег. Скалозубы, перепрыгивая провалы в земле и вывернутые с корнями деревья, устремились в чащу, преследуя убегавшего воина.

Парень бежал изо всех сил, бросив оружие и снаряжение, стесняющие его движения. Среди деревьев показались огни заставы. Сзади доносилось гортанное рычание скалозубов и бряцание оружия мертвых воинов, которые преследовали бойца.

Парень выскочил на опушку в нескольких десятках метров от заставы:

— Некромант! — Проорал он, озираясь назад и ускорив бег из последних сил.

Стража на стенах повернула головы в сторону бегущего, не понимая, что происходит. Скалозубы рвались с цепей, норовя перекусить клыками сдерживающую их привязь.

Вскоре парень достиг света падающего на землю и освещающего пространство вокруг стен заставы факелами. В этот момент из темноты выпрыгнул скалозуб, опустившись прямо на плечи парню и роняя его на землю, впился клыками в шею, разрывая плоть. Из темноты один за другим начали появляться мертвые воины, которые мчались к стенам заставы.

— Застава к бою, — проорали стражники, поднимая всех воинов.

Мелай выскочил из казармы и рывком поднялся на стену. То, что он увидел, заставило вздрогнуть его, повидавшее всякое в жизни сердце. Из леса выбегали все новые и новые мертвецы, окруженные клубящимся серым облаком. Скалозубы, обгоняя бегущих воинов, стремительно сокращали расстояние между опушкой и стенами заставы.

— Проклят тот, кто это сделал, — зло произнес Мелай, оправившись от увиденного. Вынув клинки из-за спины, воевода спрыгнул на землю и, подскочив к скалозубам, перерубил махом крепления, которые держали на цепи скалозубов. Хищники рванули на стены, в несколько прыжков преодолевая расстояние.

Пограничники хватали оружие и, освобождая из клеток новых скалозубов, тоже поднимались на стену, да сосредотачивались возле запасных ворот, откуда надвигалась угроза.

Весь гарнизон заставы был в ужасе от увиденного. Позади войска мертвых из леса вышел некромант. Весь иссушенный словно мумия с ввалившимися глазами, он опирался на посох. Рядом, по обеим сторонам шли два скалозуба, словно охраняя его.

Несколько хищников ринулись со стены и врезались в самую гущу мертвого войска, подступившего практически в плотную к стенам заставы. Разметая мертвецов в стороны, они сцепились со своими мертвыми сородичами, яростно катаясь сцепившимися в клубок телами и отшвыривая стоящих рядом воинов.

— Отправьте ворона в столицу, — приказал Мелай, наблюдая за мертвым войском со стены.

— Что будем делать командир? — Тревожно спросил один из бойцов, стоящих рядом с воеводой на стене.

— Надо больше огня, — рявкнул Мелай и, взяв со стены факел, швырнул его в гущу мертвецов приблизившихся к стене. Факел упал на головы наступающих и несколько тел занялись огнем. Бойцы последовали его примеру и вот уже в нескольких местах пылающие, словно брошенные факелы мертвецы падали, догорая и продолжая ползти, пока не замирали совсем.

Некромант повернулся к сопровождающим его скалозубам и коротко что-то сказал, отдав приказ. Скалозубы сорвались с мест и большими скачками направились в сторону заставы. Проскакивая мимо горящих воинов, они поддевали их головами и вскоре сами занялись огнем. Подобравшись вплотную к стенам, две горящие большие кошки мгновенно забрались по деревянной стене, оказавшись лицом к лицу с испуганными бойцами.

Основная масса защитников заставы были не опытными бойцами, которые отбывали военную службу, отдавая долг империи. Теперь Мелай с болью в сердце наблюдал, как горящие скалозубы разбрасывают в стороны его воинов.

Под натиском мертвецов пали запасные ворота, через которые на заставу хлынула орда, сметающая и крушащая все на своем пути. От горящих мертвецов, что были подожжены защитниками заставы, занялись огнем хозпостройки. Амбар, кузница, казармы. Все полыхало, заволакивая черным дымом.

Через несколько минут, застава пала. Мелай, последний защитник заставы отбивался от наседавших мертвецов, которые потеряли человеческий облик, но не утратили навыки владения оружием. Он видел, как среди мертвого войска поднялись его убитые товарищи. Скалозубы, которые пожертвовали своими жизнями ради защиты заставы, теперь хищно скалились со страшными ранами на шее и боках, подступая к воеводе.

— Ну, уж нет, — окинув взглядом пылающую заставу, — процедил сквозь зубы Мелай. — Не получите вы меня.

За спиной пылал амбар, норовя обрушиться и похоронить под собой воеводу. Один из скалозубов вырвался вперед и прыгнул на грудь воеводе, норовя вцепиться в шею своими клыками. Воевода выставил вперед клинки и, проткнув обоими тело хищника, совершил бросок через себя. Скалозуб когтями вцепился в тело воеводы и вместе, слившись в один клубок, они влетели в горящий амбар, сбивая догорающие подпорки, держащие крышу постройки.

Амбар рухнул, погребая под собой воеводу и мертвого скалозуба. Тысячи искр взметнулись к ночному небу.

Некромант стоял в центре горящей заставы, а вокруг собирались мертвые воины. Первый рубеж границы был взят. Оставалось еще несколько застав.

Над империей царствовала бархатная ночь. Мириады звезд освещали ночное небо, посылая на землю свой чарующий мягкий свет. Ардос жил своей ночной жизнью, которая не замирала ни на миг.

Городская стража патрулировала улицы города, пресекая периодически вспыхивающие в разных частях города беспорядки. Горожане старались не попадаться на глаза страже, чтобы у тех не возникало лишних вопросов.

Император Джемай молчаливо наблюдал с огромного балкона за распростершимся внизу, перед дворцом городом. Сегодня он получил весть о том, что одна из застав пала. Тантор знал свое дело. Однако, как и любого другого правителя, его терзали сомнения. Собирая армию мертвых, он ослабляет границы своей империи.

На востоке, где начали свою жатву некроманты, его империя граничила с пустынной империей хасков, граница которой проходила через непреступную гряду гор, и лишь небольшое ущелье служило единственной дорогой соединявшей две империи. Застава, которая стерегла эту дорогу, теперь оказалась во власти некромантов Тантора.

Хаски были расой арлов, как и жители Антании, самой многочисленной расой населявшей этот мир. Это были смуглые воины, кожа которых приобрела едва ли не кофейный загар под палящим солнцем и загрубевшая от жестоких песчаных бурь, периодически проносившимися по огромной пустыне.

Женщины, как и мужчины, были отличными воинами, порой, не уступая владением луком и мечами мужчинам своего племени. Хаски вели кочевой образ жизни, перемещаясь по землям империи небольшими селениями, от одного оазиса до другого.

Столицей империи хасков, был Мадияр или Пустынная Звезда, как он величался на языке своих подданных. Мадияр был древним городом, основанным более двух тысяч лет назад. Поначалу этот небольшой островок жизни сложно было назвать Пустынной Звездой. Мадияр был скорее пристанищем для разбойников, которые пережидали здесь песчаные бури или делили добычу после разбойных нападений на караваны, что шли с востока на запад через песчаные дюны, везя с собой товары для торговли.

Постепенно небольшое поселение разрослось и стало пристанищем для многих беглых преступников и простого люда искавшего лучшей жизни. В Мадияр стали заходить караваны, чтобы пополнить запасы провизии и воды. Многие хаски сменили разбойное ремесло на торговлю либо нанимались в охранники для сопровождения этих же караванов.

Из небольшого поселения Мадияр превратился в Пустынную Звезду. Город, раскинувшийся посреди бескрайних просторов пустынных земель. Правителем империи хасков был Мин-Одат, который жестко, но справедливо правил своим народом. Император пользовался уважением и любовью среди своих подданных. На протяжении многих веков династия Мин-Одата правила этими землями.

Скудная земля пустыни не позволяла заниматься земледелием, однако в некоторых местах империи хасков, были обнаружены богатейшие места драгоценного металла называемого в этом мире агатом. Из агата делались монеты и украшения, которые ценились очень высоко во всем мире. Рудники по добыче агата регулярно пополнялись рабочими, составлявшими в основном заключенными и рабами.

Не редко на селения, расположенные возле рудников нападали немногочисленные отряды разбойников. Однако стража и вольнонаемные охранники, состоящие в основном из хасков, пресекали все эти попытки.

Для привлечения рабочей силы на рудники, хаски регулярно нападали на близлежащие поселения, в том числе находящиеся на территории Антании и других прилегающих земель.

Торговля и добыча агата составляли основную статью дохода империи хасков. Джемай понимал, что рано или поздно пустынные арлы, выслав дозорный отряд, убедятся в отсутствии заставы, и тогда, многочисленные отряды хасков пройдутся волной по землям Антании, разрушая все и уводя в рабство антанцев.

Но эта мера была вынужденной. Скоро он соберет свою армию и тогда обрушится всей мощью на своих врагов. Нужно только потерпеть. Некроманты знают свое дело, а Тантор держит его в курсе всех событий.

Языки пламени, пожирая поленья в костре, устремлялись в ночное небо. Елизар задумчиво смотрел в огонь. Рядом сидели Райна и Айдариэл. Каждый сейчас наверно думал о своем. Тишину, воцарившуюся на поляне, нарушал треск поленьев и шум небольшой, перекатывающейся на порогах речушке, протекавшей не вдалеке.

После того как состоялся суд и Елизара отправили в колонию, жизнь словно разделилась на 'до' и 'после'. Лариску он больше так и не увидел, да и не нужен он ей был.

Мама периодически навещала его в колонии и присылала передачки. Елизар словно ожесточился. Сердце загрубело. Может это его спасло в суровых условиях, сначала на малолетке, а потом во взрослой колонии.

Евгений привык полагаться только на себя. Быть в контрах со всем миром. Он давно усвоил простую истину если не ты, то тебя. В его мире доброта и порядочность были непозволительной роскошью. Сейчас, все что происходило с ним, ничуть не изменилось. Не смотря на то, что он попал сюда, в другой мир, правила остались те же.

Через два дня Елизар и его спутники вышли к большому поселению. По словам Райны до Ардоса оставалось еще половина пути. Троица вошла в селение и, сняв на постоялом дворе два номера, спустилась вниз в харчевню.

Сидя за столом и уплетая поданный ужин, запивая его кислым вином, Елизар тихо обсуждал дальнейший план действий, когда народ в таверне заметно встрепенулся и подался на улицу.

— Что происходит? — Озираясь и недоуменно глядя на своих спутников, поинтересовался Елизар.

— Не знаю, — пожала плечами Райна, продолжая пережевывать кусок вареного мяса и глядя равнодушно перед собой в тарелку.

— Похоже, мы рискуем пропустить какое-то зрелище, — пришел к выводу Айдариэл, который в отличие от Райны, проявлял живой интерес к происходящему.

— Ладно, доедаем и сходим, посмотрим, что там. Райна можешь остаться, — произнес Елизар, махом допивая содержимое бокала.

— Я иду с вами, — отодвигая тарелку и тоже допивая вино, произнесла Райна.

Троица поднялась из-за стола и вышла на улицу. К их удивлению та практически опустела. Оставшиеся прохожие бежали в сторону центральной площади, на которой видимо уже собралась основная часть населения.

Пробравшись сквозь толпу, Елизар увидел помост, на котором стояла большая клетка. Вокруг клетки расположились около трех десятков воинов имперской гвардии вооруженных мечами и копьями.

В клетке стоял крепкого телосложения парень. Он с безучастным видом смотрел вперед перед собой. Из одежды на нем была лишь набедренная повязка. Длинные черные волосы спадали ниже плеч. Всем своим видом он производил впечатление дикаря.

Загорелая, смуглая кожа переливалась буграми мышц. На вид парню было около двадцати пяти лет. На крепкой шее был одет ошейник, который явно вызывал у парня дискомфорт.

По всей видимости, сидевший в клетке парень был преступником и теперь все собрались, чтобы решить его участь. Толпа возбужденно гудела и постоянно перемещалась, норовя подойти поближе к помосту.

— Тихо всем, — раздался зычный голос над площадью, и вокруг наступила тишина. — Жители Марицы, перед вами задержанный преступник, который терроризировал всю округу на протяжении полутора лет. Этот дино по имени Рамир, обвиняется в убийстве тридцати шести жителей Марицы.

Толпа негодующе загудела и подалась вперед. Елизар, поддавшись давлению толпы, оказался у самого помоста. Внезапно парень в клетке поднял глаза и внимательно посмотрел на Елизара. Взгляды пересеклись, и Евгений увидел в глазах Рамира какую-то тоску и безысходность. Убийцы так не смотрят.

— По закону Антании, любой преступник имеет право на справедливый суд, — продолжал один из имперцев. — Это значит, что каждый из жителей Марицы, либо другого поселения империи имеет право сказать в защиту подсудимого.

Над площадью повисла тишина. Атмосфера ненависти и боли, словно волнами расходилась по толпе. Казалось, жесткие прутья клетки защищают не толпу от подсудимого, а наоборот.

— Рамир из народа дино, ты обвиняешься в убийстве тридцати шести жителей этого поселения. Наказание за эти преступления смерть. — Имперец повернулся к клетке с парнем.

— Я не виновен, — глухо произнес парень.

— Тебя нашли не далеко от последней жертвы. Ты был голый и весь в крови. То, что осталось от жертвы, мог сотворить только ты. — Имперец повернулся к монаху стоящему рядом. — Приводи приговор в исполнение.

Монах откинул капюшон, и Елизар увидел женщину лет тридцати пяти. Суровое лицо с забранными назад в хвост волосами. Сведенные к переносице брови и сузившиеся глаза зло смотрели на парня. Женщина вскинула руки перед собой и с ее запястий заструились два серых облака, которые устремились к Рамиру. Облака окружили парня, окольцевав его. По телу Рамира прошла болезненная судорога. Лицо исказилось гримасой боли. Стиснув зубы и застонав, он вновь бросил взгляд в сторону Елизара.

Евгений в толпе повернулся к амадине. Та лишь отрицательно покачала головой. Айдариэл тоже смотрел в сторону парня, а на скулах играли желваки. Помочь ему они ничем не могли.

— Стойте! — Раздался голос над площадью и народ замер. Елизар сам в какой-то момент испугался, тому, что сейчас произнес. Все взоры обратились к нему.

Народ недоуменно расступился, и вокруг Елизара образовалось небольшое кольцо свободного пространства. Райна и Айдариэл стояли рядом, чуть в стороне.

— Кто ты? — Жестко спросил имперец и жестом осадил женщину. Та прекратила казнь, и облака растаяли, растворившись в воздухе.

— Меня зовут Елизар, — Евгений понял, что обратной дороги у него нет. Нужно было идти сейчас до конца.

— Ты хочешь сказать в защиту этого дино? Ты не похож на имперского подданного. Откуда ты?

— Я не из этих мест, — слукавил Елизар и кивнул в сторону парня, — кто-нибудь застал его в момент совершения преступления?

По толпе пронесся недоуменный ропот, казалось, что вина дино доказана, его нашли на месте преступления.

— Что ты хочешь этим сказать? — Имперец медленно спустился с помоста и вышел чуть вперед. Толпа расступилась. Между Елизаром и имперцем образовался коридор.

— Я хочу сказать, что возможно этот че… этот дино, пытался спасти очередную жертву. — Елизар с прищуром смотрел на имперца, склонив голову чуть вбок. Над толпой снова пронесся недоуменный ропот. Сейчас среди населения уже не было той железной уверенности в виновности парня.

— Тихо! — Осадил толпу имперец, подняв руку вверх. — У тебя нет права голоса. Ты не имперский подданный. Я еще раз спрашиваю, кто ты и что здесь делаешь?

— Я иду в Ардос, — коротко ответил Елизар.

— Вот как? А твои спутники? Древлян уже много лет никто не видел. Какое дело у тебя в Ардосе?

— Это мое личное дело, — жестко произнес Елизар.

— Ты обязан отвечать, когда тебя спрашивает капитан имперской гвардии. — Глаза имперца хищно сузились. Несколько воинов подошли к капитану вместе с женщиной.

Райна встала в боевую стойку, как и Айдариэл за спиной Елизара, приготовившись вступить в схватку. На запястьях женщины стоящей рядом с капитаном появились два струящихся серых облака.

— Может это вы преступники, которые терроризировали эту округу на протяжении полутора лет. Я приказываю вам подчиниться и следовать за мной для дальнейшего разбирательства. В противном случае вы будете убиты на месте как преступники оказавшие неповиновение властям. — К капитану подтянулись еще несколько бойцов, ощетинившись копьями и мечами.

— Девушка мэджик, — предупредила женщина капитана. — Ее надо устранить в первую очередь.

— Хм, это уже становиться интересно. — Протянул капитан, с интересом поглядывая на троицу, стоящую перед ним. — Я давал вам время, взять их.

Капитан махнул рукой и выхватил из ножен меч. В следующее мгновение толпа шарахнулась назад, устраивая давку и боясь быть зацепленной потасовкой между имперцами и чужаками.

Женщина взмахнула руками и два серых облака, словно толстые канаты мгновенно охватили Елизара. В горле запершило, и Евгений почувствовал тошноту, однако это вовсе не остановило его. Взяв посох наперевес, он приготовился защищаться.

Несколько стрел устремились в сторону путников, но Райна сбила их мечом на излете. Одна стрела угодила Елизару в бронежилет и, щелкнув, высекая искры, отлетела в сторону. Отбив стрелы, Райна метнула в женщину два огненных шара, которые врезались в тело женщины и слегка отбросили ее назад, не причинив ей значительного вреда. Облака вокруг Елизара рассеялись и он, крутанув в воздухе посохом вокруг себя, вновь встал в боевую стойку. Айдариэл вынул лук из-за спины и держал на прицеле капитана.

— Что происходит? — Капитан остановился и изумленно посмотрел на свою женщину мэджика. Остальные тоже встали в некоторой нерешительности.

— Я не понимаю, — с трудом и некоторым недоумением произнесла женщина. На лице появилась гримаса боли. — Я не могу причинить вред этому чужаку. Моя магия бессильна против него.

— Что значит бессильна? — Не понял капитан.

— Я могу поглощать чужую энергию, файеры, но здесь что-то другое. Его энергия неуправляема. — На скулах женщины играли желваки. Она пристально смотрела на Елизара, — кто ты? За всю свою долгую жизнь я встречала лишь одно существо, перед которым я была бессильна, и это существо было не из нашего мира.

— Это так. Я не из вашего мира, — произнес Елизар, не опуская посоха.

— Значит, ты не просто так оказался здесь, — Женщина взялась за ушибленное файерами место.

— Это не ваше дело. Что с ним? — Елизар кивнул в сторону дино.

— Он преступник и должен быть казнен, — жестко ответил капитан, понемногу приходя в себя.

— Я хочу знать все детали этого дела, — Елизар опустил посох, а Айдариэл свой лук. Райна спрятала свой меч за спину и встала рядом с Евгением, чтобы на всякий случай успеть предотвратить новую атаку.

Капитан вопросительно посмотрел на женщину. Видимо она имела авторитет среди имперской гвардии, хотя и подчинялась ему.

— Я предлагаю пройти в дом к главе этого поселения и поговорить обо всем. Твое присутствие в этом мире неспроста и горячиться в такой ситуации не следует. Я думаю, дино может подождать своей смерти еще чуть-чуть. — Женщина кивнула капитану.

— Хорошо, — согласился имперец и дал знак своим бойцам взять в кольцо помост.

Елизар со своими спутниками и капитан в сопровождении женщины и нескольких гвардейцев прошли в дом к главе, расположенный невдалеке от площади. Толпа, постояв и проводив взглядами уходящих, еще немного постояла в ожидании чего-нибудь интересного, а затем нехотя разошлась по своим делам.

Дом главы поселения представлял собой двухэтажную постройку, выполненную из толстых бревен. Зодчие на славу постарались, создав добротный дом, способный простоять не один век.

Глава Марицы встретил Елизара и капитана на подходе к дому. Узнав суть визита, он охотно пригласил всех к себе в дом и, накрыв стол в гостиной, расположил всех за обеденным столом. Гвардейская стража осталась возле крыльца, а в дом зашли лишь капитан и сопровождавшая его мэджик.

Уважаемый в поселении глава, представившийся гостям как Тамоз, представлял собой упитанного в годах мужчину с узкими лукавыми глазками и окладистой бородой. Он постоянно заискивающе смотрел на капитана и его спутницу, а в сторону Елизара бросал настороженные взгляды.

— Скажите мне уважаемый Тамоз, — сев за стол, поинтересовался капитан, — когда точно у вас начали происходить убийства?

— Ваша светлость, я ведь уже все рассказал вам, когда император Джемай направил вас сюда, чтобы разобраться с ситуацией. — С легкой заискивающей улыбкой произнес глава поселения.

— Вы расскажите это моим новым знакомым, — капитан кивнул в сторону Елизара, — возможно у них появятся к вам вопросы и они увидят то, что мы могли выпустить из виду.

— Но ведь преступник уже пойман и ожидает казни на центральной площади? — Недоуменно ответил Тамоз.

Капитан проигнорировал ответ главы и жестко посмотрел на него.

— Хорошо, — вздохнул хозяин дома и, повернувшись к Елизару, поинтересовался, — что вы хотели знать?

— Мне нужно знать все, я уверен, что дино не виновен в тех преступлениях, которые ему предъявляют, — жестко ответил Елизар.

— Убийства начались примерно полтора года назад. Охотники и лесники начали находить растерзанные тела поселян. Кто-то буквально потрошил их, расчленяя и оставляя части тела все вместе, даже не пытаясь скрыть следы преступления. Местные следопыты видели возле тел следы крупного хищника, но такие здесь не водятся. Следы были вокруг жертвы, но дальше они просто исчезали. Наша округа славится толковыми охотниками, способными выследить любую добычу, но они оказались бессильны против этого убийцы. Более того. Поселению грозит голод, потому что промысловики занимающиеся добычей мяса, кореньев и ягод, просто отказываются ходить в лес. Сейчас они ходят группами по несколько арлов, чтобы в случае нападения можно было дать отпор. Несколько раз мы устраивали облавы, но убийца всегда уходил. Я благодарен капитану, что наконец-то он избавил нас от этой напасти.

— Он не верит, что дино преступник, — бросил Тамозу через стол капитан.

— Но тогда кто? Неужели вы верите во все эти легенды о лесном духе? — Изумился Тамоз, удивленно глядя на Елизара.

— Что за лесной дух? — Переспросил капитан. — В прошлую нашу встречу, ты не говорил об этом.

— Потому что это все народные суеверия. Бред пьяных поселян, сказки которыми пугают детей на ночь, чтобы они не уходили в лес и не могли заблудиться там. — Глава растерянно, пожал плечами.

— Что за легенда? — Уточнила женщина рядом с капитаном.

— Уважаемая Навия, я не хотел даже утруждать вас этим бредом. — Тамоз развел в стороны руки.

— Что это за легенда? — Подавшись вперед, жестко и по слогам переспросила женщина.

— Хорошо, — вздохнул глава и, сцепив пальцы в замок, положил руки на стол.

'Этой легенде уже более трех веков. Когда-то, в этих лесах стоял храм, в котором жрецы поклонялись Темным богам. Их никто не трогал, пока в лесу не пропали две девочки, отправившиеся за грибами и ягодами. Родители девочки и несколько селян устроили поиски, но девочек так и не нашли. Ни каких следов.

Разгневанные селяне решили, что их принесли в жертву Темным богам. Собрав народ, родители пришли к храму. Жрецы отрицали причастность к пропаже девочек, но им никто не верил. Всех жрецов загнали в храм и, подперев двери, подожгли. Никто не уцелел. Один из жрецов оказался мэджиком огневиком. Огонь был бессилен перед ним, тогда озверевшая толпа растерзала его, выпотрошив и расчленив. Перед смертью жрец успел сказать, что лес будет проклят, и Темные накажут всякого кто войдет в него. По сути, он обрек все поселение на голодную смерть, потому что арлы зависели от леса. Он их кормил. Легенда осталась легендой. Ничего не происходило вот уже более трех веков. На месте старого поселения возникла Марица. Вот так вот. А последние полтора года, начали происходить все те события, о которых я вам поведал'

Тамоз замолчал и задумчиво сосредоточил взгляд на своих пальцах. От Навии не ускользнуло то, как сузились глаза Елизара при упоминании о Темных.

— Кстати на месте пожарища, жители нашли маленькие амулетики, которые носили девочки. Все-таки жрецы принесли их в жертву. — Вставил после недолгого молчания хозяин дома, окинув присутствующих взглядом.

— Зачем дино потрошить селян? Какая в этом цель или мотив? — Поинтересовался Елизар.

— Я не знаю, возможно, его прислали Темные, — пожал плечами Тамоз.

— Это бред, — сорвалось с уст Райны, которая тут же сконцентрировала на себе удивленные взгляды присутствующих.

— Ты амадина, — после недолгой паузы, глядя на Райну, произнесла Навия.

— Да, я амадина, — с вызовом ответила девушка.

— Глесс, ты бы положил большую часть своей гвардии, прежде чем смог захватить ее, — с усмешкой произнесла Навия, глядя на капитана.

— Я рад, что мы разобрались, — проигнорировал выпад женщины капитан имперцев. — Вопрос по убийствам остается открытый.

— Вы уверены, что преступления прекратятся, когда вы казните дино? — Елизар посмотрел в сторону капитана.

— Тут другой вопрос возникает. — Влез в разговор Тамоз. — Я не знаю, каким образом дино оказался здесь, виноват он или нет, но я опасаюсь мести со стороны его сородичей. Дино своих не бросают. Если выяснится, что мы казнили их соплеменника напрасно, мало не покажется.

— Проклятье, — стиснув кулаки, выдал капитан. — И что вы предлагаете? Отпустить его? А вдруг это все-таки он. Я напомню вам, что мы нашли его без сознания в крови жертвы, в нескольких шагах от нее самой. Еще теплой.

— Я повторю, что он мог защищать ее, — жестко парировал Елизар.

— Значит, надо искать этого лесного духа, — подытожила Навия.

В комнате повисла тишина. Каждый смотрел сейчас друг на друга за столом. Слышно было, как гудит улица за открытыми окнами.

— Если вы ручаетесь за этого дино, ваша помощь оказалась бы очень кстати. — Капитан вопросительно посмотрел на Елизара. Тот озадаченно посмотрел на своих спутников.

— Хорошо, мы поможем вам и отправимся в лес на поиски. Если выяснится, что дино не виноват, вы его отпускаете. — Елизар внимательно посмотрел на Глесса.

— Конечно, — улыбнулся капитан. — Только древлянин останется с нами, чтобы мы могли быть уверены в серьезности ваших намерений.

— Но он лучше всех ориентируется в лесу? — Возмутился Елизар, — вы оставляете нас, по сути, без глаз и ушей.

— Я дам вам дино, — ответил капитан. — В его интересах справиться с этим заданием.

— Я не сниму ошейник, — возразила Навия капитану.

— Это твое дело. Завтра утром вы все, кроме древлянина, отправляетесь в лес и постарайтесь найти этого лесного духа, потому что местное гостеприимство пусть простит меня уважаемый Тамоз, мне уже порядком надоело.

Елизар посмотрел на негодующего Айдариэла и коротко кивнул ему 'так надо'.

На рассвете небольшой отряд в составе Елизара, Райны и Навии подошли к помосту с дино. Тот сидел в центре клетки с опущенной головой.

— Тебя отпускают, — произнес капитан, дав знак гвардейцу открыть клетку, — ты поможешь им отыскать лесного духа. Вместо тебя здесь останется древлянин. Если ты сбежишь, это будет расцениваться, как попытка избежать наказания. По законам империи любой может поручиться за тебя и принять смерть. Ты понял дино?

Освобожденный парень согласно молча спрыгнул с помоста и протянул связанные руки. Капитан перерезал путы и дал знак гвардейцам подать парню одежду.

— Ошейник, — глухо произнес дино.

— Нет. Ты останешься в ошейнике, пока. Если все пройдет удачно тебя освободят. — Капитан развернулся и, не прощаясь, отправился к себе в расположение.

— Я Елизар, — подойдя к парню, произнес Евгений.

— Я помню, ты вступился за меня, — хмуро ответил тот и холодно покосился на Навию. Та ответила ему таким же взглядом.

— Идем? — Елизар окинул отряд взглядом и вопросительно посмотрел на дино, предлагая тому шагать вперед.

Отряд покинул поселение и углубился в лес.

— Куда мы идем? — Поинтересовался Рамир.

— Я думаю, надо идти к месту, где была найдена последняя жертва, — двигаясь следом за дино, произнес Елизар.

— Хорошо, — кивнул Рамир и ускорил шаг. Дино двигался по лесу с грациозностью кошки. Его мягкая бесшумная походка и легкие движения приводили Евгения в восхищение.

Через полдня пути, путники остановились на привал. Разложив костер, все молчаливо принялись обедать. Елизар ловил пристальные взгляды Навии на себе.

— Что за руны у тебя на руке, я не видела ничего подобного? — Поинтересовалась та.

— Я не знаю, — слукавил Елизар, хотя его слова были близки к реальности. Он действительно не знал, что они означают, а говорить Навии о Нинторисе он не хотел.

— Ты жрец Темных? — Вновь спросила Навия, — я видела, как ты смотрел, когда Тамоз рассказывал о храме Темных у себя в доме.

— Нет, я не жрец, — покачал головой Елизар.

— С тобой идет амадина храма Темных. Они практически никогда не покидают пределы храма. Может… ты Темный? — Навия внимательно посмотрела на Елизара.

— Ты задаешь слишком много вопросов, — неодобрительно осадила женщину Райна.

— Девочка, я владела магией, когда твоя мать еще носила тебя в утробе. Твои файеры опасны лишь для них, — Навия кивнула в сторону дино, — для меня они не более чем досадное препятствие.

С этими словами женщина слегка подалась к огню и протянула руку. Вокруг запястья образовалось уже знакомое Елизару серое облако. Пламя костра потянулось к руке Навии. Языки пламени словно втягивались в ладонь женщины пока перед путниками не остались лишь тлеющие угли.

— Хотя мечом ты владеешь виртуозно, этого у тебя не отнять. — Усмехнулась Навия.

Елизар готов был поклясться, что Райна готова была испепелить Навию прямо на месте.

— Мне нужно больше пространства для того чтобы обнаружить следы. Сложно что-то почувствовать, находясь рядом с вами, — произнес Рамир.

— Ты хочешь уйти с тропы? — Поинтересовалась Навия.

— Да, — дино коротко кивнул.

Женщина вопросительно посмотрела на Елизара.

— Пусть делает, так как считает нужным, — пожал плечами Евгений.

— Ты доверяешь ему?

— Нет, но у меня нет оснований и не доверять ему. Если он говорит, что от него будет больше пользы вне тропы, то пусть так и будет.

— Ошейник я не сниму, — предупредила Навия.

Рамир оскалился, обнажая острые клыки и недовольно посмотрел на женщину, затем он поднялся и скрылся в зарослях кустарника, густо росшего на краю поляны.

— Кто он? — Елизар посмотрел в след скрывшемуся Рамиру.

— Ты не знаешь кто такие дино? — Навия изумленно посмотрела на парня. — Это…

Разговор возле костра прервал Рамир, выйдя обратно на поляну и оглядев присутствующих. Подойдя к костру, он присел на корточки и молча следил за языками пламени, которые отражались в его зрачках.

— Рамир, как ты оказался возле последней жертвы духа? — Елизар не сводил глаз с дино.

Парень продолжал молча созерцать пламя немигающим взглядом.

— Тебя спросили… — начала было Навия.

— Я слышал вопрос, — глухим голосом перебил женщину Рамир и повернул голову в сторону Елизара. Несколько секунд он смотрел ему в глаза, а затем продолжил, — мы не убиваем никого без надобности. Только если в этом есть крайняя необходимость или опасность для жизни.

— Ты ушел от ответа, — Елизар продолжал смотреть в сторону парня.

— Я видел его, этого вашего лесного духа.

— Почему ты не сказал нам об этом? — Навия недоуменно воззрилась на дино.

— А вы бы мне поверили? Увидев то, что я лежу возле последней жертвы. Дино никогда не волновали дела арлов. Мы видели, что лесной дух убивает их, но не вмешивались. Пока дух не убил одного из наших. Тогда нам стало понятно, что он опасен даже для нас.

Казалось, Навия потеряла дар речи, лишь изумленно глядя на Рамира. Райна тоже с недоверием покосилась на парня. На поляне воцарилась тишина, нарушаемая треском пожираемых огнем поленьев.

Рамир рассказал, что он выследил лесного духа или как называли его дино, Датор. Один из племени дино видимо оказался вблизи разрушенного храма и Датор напал на него, вернее на нее. Сородичи нашли разорванное тело дино, не далеко от границы своих земель.

Рамир покинул свое племя, чтобы выследить духа. Погибшая дино была его младшей сестрой. Через несколько дней поисков по лесу, он наткнулся на арла, который охотился за дичью.

Рамир видел как из чащи, буквально из ни откуда появилось существо, покрытое белой густой шерстью. Арл едва доставал ему до груди. Датор был гораздо крупнее и быстрее арла.

Схватив жертву и подняв высоко над землей, Датор с рыком разорвал арла, швырнув уже бездыханное тело на землю, белая шкура существа окрасилась в багровый цвет. В этот момент Рамир напал сзади и, сбив с ног Датора, покатился вместе с ним по земле. Дино и Датор сцепились в жесткой схватке, но в какой-то момент, Датор оказался сверху и мощным ударом погасил сознание дино.

Рамир был уверен, что ранил духа, прежде чем тот, успел ударить. Когда он пришел в себя, то обнаружил, что находится связанным и в ошейнике. Молить о пощаде в племени дино не принято. Рамир понимал, что ему не оправдаться. Никто не поверит его истории. Все примут это за попытку избежать наказания. Как собственно это и случилось.

После рассказа на поляне воцарилась тишина.

— Почему он не поступил с тобой точно так же? — Елизар задумчиво смотрел на костер, периодически переводя взгляд на Рамира.

— Возможно, его спугнули гвардейцы, — дино слегка пожал плечами.

— Нам пора, — Елизар поднялся и принялся тушить костер.

К вечеру путники достигли разрушенного храма. Черный, обгорелый остов практически зарос и теперь находился в едва проходимой чаще. Даже сейчас по истечении трех веков здесь ощущалась атмосфера боли и отчаяния.

Любое существо, оказавшись здесь, ощущало себя неуютно и старалось покинуть страшное место.

Внезапно гнетущую тишину нарушил протяжный вой, раздавшийся вдалеке, а следом за ним ударил раскат грома. Вечернее небо начали быстро заволакивать грозовые тучи.

— Это он? — Елизар посмотрел на Рамира. Тот утвердительно кивнул.

— Он почуял нас и идет следом.

— Надо найти укрытие от дождя. Глупо встречаться с духом ночью под проливным дождем. — Произнесла Навия.

— Здесь есть неподалеку небольшая пещера. Но нам нужно торопиться — Рамир развернулся и направился легким бегом вглубь чащи. Остальные последовали за ним.

Когда уже практически стемнело, дино привел отряд к небольшой пещере, вырубленной в скальной породе на склоне большого холма. Дождь уже начинал прилично хлестать упругими струями по лицу, затекая за шиворот и попадая в глаза, когда отряд буквально ввалился под спасительный навес.

Навия сотворила защитное заклятие, которое оградило вход в пещеру. В углу были предусмотрительно сложены дрова. Видимо охотники не раз пользовались как ночлегом этой пещерой. Вскоре в очаге сложенном из камней, заполыхал костер.

Поужинав и распределив дежурство, все улеглись, оставив Рамира сторожить костер и наблюдать за входом. Следующим после полуночи должна была стать очередь Елизара.

Закрыв глаза, все буквально провалились в тяжелый сон. Сегодняшний день вымотал всех без остатка. Елизару казалось, что он только сомкнул веки, как его разбудил Рамир.

Протерев глаза, Елизар подсел к костру и подбросил дров в огонь. Угасающее уже было пламя, вновь разгорелось, освещая своими всполохами стены пещеры. Снаружи громыхал гром, перебивая шум проливного дождя. Разряды молний освещали пространство перед пещерой.

В какой-то момент Елизар, погруженный в свои мысли, вдруг почувствовал смутную тревогу. Поднявшись, он подошел к выходу из пещеры. Проем защищало заклятие Навии. Словно жидкая стена из стекла, защита не впускала даже капли дождя. Елизар осторожно вытянул вперед руку и коснулся защиты. Пальцы обдало прохладой и в животе вновь возникло неприятное чувство тошноты.

Разряд молний осветил местность перед пещерой и Елизар, словно сквозь прозрачное стекло увидел свою руку с той стороны защитного заклятия. Магия была бессильна против пришельца из другого мира.

После вспышки молнии мир снова на короткие мгновения погрузился в темноту. Елизар с трудом в темноте различал свою ладонь с той стороны защиты. Когда молния сверкнула в очередной раз, ударив совсем рядом от пещеры, Елизар увидел его. Это был Датор.

Отдернув руку, Елизар подался внутрь пещеры, с ужасом глядя на трехметрового монстра, который стоял в плотную к входу в пещеру. Всполохи молнии периодически освещали Датора, вновь погружая в темноту. Красные, словно угли глаза, пристально следили за Елизаром. По белой густой шкуре струями стекала дождевая вода, которая казалось, совсем не причиняла Датору неудобств.

Елизар ощутил какой-то животный ужас. Даже на зоне, когда против него в туалете вышли два парня с заточками, чтобы поставить его на перо, он не испытывал страха, лишь какое-то злое хладнокровие. Тогда он вышел из стычки победителем, заработав определенный авторитет среди воровской братвы.

Сейчас, глядя в глаза Датору, казалось, вместо крови в венах течет жидкий лед. Елизар не мог понять, почему тот стоит до сих пор и не нападает, лишь потом запоздало вспомнив про защитное заклятие.

Датор был похож на шайян, которые напали в лесу. Однако он стоял на двух ногах. Под белой шкурой перекатывались бугры мышц. Мощные клыки, торчавшие из разинутой пасти, способны были впиваться глубоко в плоть, разрывая ее на части. Длинные руки, едва не доходили до колен и заканчивались пальцами с опасно изогнутыми когтями.

Елизар нисколько не сомневался, что встреть они его на открытой местности, все было бы кончено в одно мгновение. Каким образом Рамир умудрился с ним сцепиться и выжить, Елизар даже не представлял. Датор на самом деле казалось, был созданием Темных богов.

Между Датором и Елизаром было не больше метра. Сделай Елизар шаг вперед, и он стал бы в прямой досягаемости монстра. Между ними стояла защита Навии, которую Датор чувствовал и не пытался пересечь.

Мгновения превращались в вечность. Елизару показалось, что время остановилось. Внезапно Датор пошевелился и перевел взгляд чуть в сторону от Елизара. Тот обернулся и увидел всех троих спутников, стоящих чуть позади него.

Райна вскинула руки и в сторону Датора один за другим метнулись два огненных файера. Шары врезались в жидкую защиту Навии. Стена вспыхнула огнем, отбросив волной жара всех находящихся в пещере назад.

— Что ты натворила?! — Простонала Навия, едва не согнувшись пополам от боли, скрутившей все ее тело.

Датор отшатнулся назад от вспыхнувшей стены. От шкуры шел пар. Из гортани раздался тихий рык. Защиты больше не существовало, и в следующее мгновение, монстр шагнул в пещеру.

Между Датором и Елизаром со спутниками было не больше пяти метров. Сама пещера была тоже около пяти метров в диаметре, образуя круглую площадку с выложенным из камней очагом в центре. За спинами путников шла шероховатая каменистая стена. Отступать было некуда.

Датор, зарычав, сделал шаг навстречу Елизару. В это мгновение Райна выпустила еще два огненных файера, которые врезались в тело Датора и отбросили его на пару шагов назад. Монстр пошатнулся, зарычав от боли и снова шагнул навстречу отряду, прижавшемуся к стене.

Навия тоже взметнула руки, и Датора окольцевали два серых струящихся толстых обруча. Это замедлило его движения, но не остановило. Рыча от боли и ярости Датор продолжал медленно приближаться.

Лицо Навии перекосила гримаса боли. Казалось, она отдала все силы на удержание этого монстра, и теперь все ее тело изнутри пожирала невыносимая боль.

— Ошейник! — Проорал Рамир.

— Я не могу, — стиснув зубы, простонала Навия, борясь с Датором из последних сил.

Райна подскочила к Рамиру и схватилась за сдерживающий его ошейник. В следующее мгновение она со стоном отдернула руки. На ладонях остались два ожога в ширину ошейника.

— Мне его не снять, — перекрикивая рычание беснующегося монстра, произнесла Райна. Ее ладони полыхнули огнем.

— Нет, — простонала Навия, — только когда я отпущу, иначе ты заденешь меня.

Силы покидали мэджика. Навия словно превратилась в старуху. Волосы поседели и теперь безжизненно висели. Все ее тело сотрясала судорога. Пальцы на руках скрючились, обтянутые морщинистой кожей. По сути, перед Елизаром и Райной уже стоял полусогнутый скелет, державшийся из последних сил.

Елизар подскочил к Рамиру и вцепился пальцами в ошейник. Стиснув зубы, он начал его разрывать. Толстая материя, из которой был сделан ошейник, нехотя подалась. Навия упала на колени и завалилась на бок, распластавшись на полу. Силы покинули ее. Жива она была или нет, никто не знал, но ее магия сделала свое дело.

Датор, шатаясь из стороны в сторону, хромая, продолжал надвигаться. Однако в нем уже не было той несокрушимой силы. Его тело тоже ссохлось. Глаза поблекли. Из груди вырывался тяжелый хриплый рык.

Райна вновь вскинула руки и в монстра влетели два огненных шара, отбросив Датора на пару шагов назад. Белая шкура занялась огнем. В воздухе запахло паленой шерстью. Сделав шаг вперед, Датор оглушительно взвыл. С рук Райны снова сорвались огненные шары, отбросив духа назад. Датор упал и закатался по земле, сбивая пламя.

Встав на четвереньки, он с утробным рыком рванул вперед. Райна успела швырнуть еще два файера прежде чем Датор сбил ее с ног, подмяв под себя и развернулся к Елизару, повисшему на Рамире. Ударив когтистой лапой наотмашь, он отбросил Елизара в сторону и тот, отлетев, ударился о стену, потеряв сознание. В руках остались зажатыми две половинки ошейника.

Рамир остался один на один с Датором. На миг тот замешкался, и в глубоко посаженных красных глазах появилось узнавание, словно он вспомнил дино. Этого хватило, чтобы Рамир с рыком бросился на Датора, обращаясь в воздухе в огромного волка.

Два тела, рыча и нанося друг другу серьезные раны, сплелись в один клубок, катаясь по полу пещеры. Райна пришла в себя и из последних сил отползла в сторону, чтобы не попасть под этот перемещающийся по полу пресс.

Елизар с трудом открыл глаза и с изумлением обнаружил, как два огромных тела медленно перекатывались по пещере. Пол был устлан шерстью и залит кровью. Не вставая, он перевел взгляд на Райну. Та тяжело дышала. Из порванной губы сочилась кровь. Девушка пыталась подняться, но у нее не хватило сил.

Елизар поднялся на ноги. Тело свело судорогой от боли. Было ощущение того, что по нему проехался товарняк. Хромая он подошел к девушке и, склонившись, схватился за рукоять торчащего из-за ее спины меча. Медленно достав его из ножен, он повернулся в сторону клубка.

Датор и Рамир сцепились мертвой хваткой друг в друга. Отпустить один другого не мог, иначе это дало бы преимущество другому. Тяжело дыша, и истекая кровью, оба лежали недалеко от входа, озаряемые всполохами молний.

Елизар подошел к телам и всмотрелся в очертания клубка. Волк впился клыками в плечо Датора, норовя добраться до шеи. Тот в свою очередь держал мощными руками шею Рамира, стараясь его задушить. Силы уже покинули обоих, и теперь, они лежали, без движения, хрипло дыша.

Елизар поднял меч и привлек внимание обоих. Датор всмотрелся в глаза Елизара пристальным взглядом. Елизар ожидал увидеть безысходность в глазах Датора, но напоролся на холодную ярость и желание убивать.

В следующее мгновение холодная сталь клинка медленно вошла в шею Датора, распарывая горло. Кровь хлынула на пол, и через мгновение все было кончено. Елизар убрал руки с торчащего из горла клинка и присел рядом с телами.

Рамир отпустил свою мертвую хватку и выбрался из-под тела Датора, отползая в сторону и тяжело дыша. Гроза потихоньку стихала. Молнии становились реже. Гром уже грохотал где-то вдалеке.

Елизар закрыл глаза, тяжело дыша, и словно провалился в тяжелый сон, под мерный стук капель, падающих со свода пещеры на пол.

Над Марицей заходило вечернее солнце, когда жители поселения потянулись к центральной площади. По улице медленно шла процессия в виде огромного волка, на спине которого лежало завернутое в плащ тело. Рядом шатаясь и держась за волка, шла девушка. С другой стороны от них медленно, опираясь на посох, хромая, шел молодой человек с кровоподтеками на лице. В руках он нес увесистый мешок.

За странной компанией собралась толпа народу, которая возбужденно гудя, двигалась следом на небольшом расстоянии. На центральной площади компанию встретил капитан гвардейцев.

Глесс, скрестив руки на груди, внимательно следил за вошедшим на площадь небольшим отрядом. Вокруг него собрались гвардейцы, вынув мечи.

— Лесного духа больше нет, — глухо произнес Елизар и швырнул мешок к ногам капитана.

Один из гвардейцев вытряхнул содержимое мешка, и, на всеобщее обозрение на мостовую упала голова Датора. Народ в ужасе отпрянул назад. В толпе раздался плач нескольких детей.

— Где Навия? — Спросил Глесс у Елизара.

— Она пожертвовала собой ради всех. — Устало произнес тот.

Гвардейцы сняли тело женщины, завернутое в плащ, и положили к ногам капитана. Глесс склонился и приподнял полу плаща, скрывавшую женщину. На лице отразилась буря чувств. Видимо Навия была близка капитану.

— Мы похороним ее, как и подобает, — выпрямившись, произнес капитан. — Дино может быть свободен. Все обвинения с него сняты.

Капитан развернулся и направился в расположение гвардейского гарнизона. Айдариэл подхватил амадину и, помогая ей, направился в харчевню, где они снимали комнаты. Рамир шел следом.

Вечером все приняли ванну, а местные знахари помогли Айдариэлу со снадобьями. На следующий день, ближе к вечеру все собрались в комнате у Елизара. Ужин хозяин харчевни принес туда же.

— Сегодня ночуем еще здесь, а завтра выдвигаемся в сторону Ардоса. — Пережевывая кусок вареного мяса, произнес Елизар.

— Дино вернется к своим? — Спросил Айдариэл, глядя на Рамира. Тот молчаливо разглядывал столешницу, переводя периодически взгляд на сидящих за столом. На скулах играли желваки. Раны уже практически затянулись, и теперь уже ничего не напоминало о недавней страшной схватке.

— Я не могу вернуться к своим. — Тихо произнес Рамир.

— Почему? — Елизар недоуменно посмотрел на дино.

— Мой отец, вожак нашего племени. Он запретил дино мстить Датору, сказав, что Аделла, моя сестра, виновата сама, покинув пределы наших территорий, на которых мы жили веками и не покидали без надобности. Его слово, это закон для всех дино. Кто нарушает закон, того изгоняют из стаи.

— Ты решил нарушить закон, но почему? — Айдариэл, сидел за столом с коротким клинком в руках и выскабливал острым лезвием руну своего народа, периодически бросая взгляды в сторону Рамира.

— Зачем мне закон, который не защищает свой народ? — Дино покосился на руну, выскобленную в деревянной столешнице.

— И куда ты теперь? — Елизар отодвинул тарелку.

— Не знаю. — Слегка мотнул головой Рамир. — За Аделлу я отомстил. Дальше мне без разницы.

— Нам не помешает лишний боец, — Райна чистила клинок, сидя чуть в стороне от стола. Все трое разом посмотрели на нее.

— Ты спас мне жизнь, хотя я об этом тебя не просил. По сути, сейчас вы моя стая. — Рамир перевел взгляд на Елизара. Тот, молча, смотрел в глаза дино.

— Ты не знаешь, куда мы идем и зачем. Возможно, тебе это не понравиться, — Елизар поднялся и слегка хромая подошел к окну, разглядывая улицу напротив харчевни. Не смотря на спускающиеся над поселением сумерки, жители Марицы похоже решили устроить праздник по поводу избавления леса от духа. На площади, где еще недавно хотели казнить дино, теперь расставлялись столы и кушанья. Играла музыка, и народ уже начинал веселиться, стекая к площади небольшими компаниями.

— Вы идете в Ардос, — уточнил Рамир.

— Ардос, это не конечная цель нашего пути. Мы идем в Тау-Шан.

Рамир несколько мгновений изумленно смотрел на Елизара. Тот усмехнулся, увидев выражение лица парня.

— Зачем вам в этот храм? Вы все ляжете еще на подступах к нему. Ни одна нога смертного уже много столетий не ступала на Хорос. Что за дело у вас там?

— Мне нужно уничтожить печать Древних, чтобы вернуться домой. В свой мир, — объяснил Елизар, не став ничего придумывать и юлить.

— Это дорога в один конец. Вы самоубийцы. Лучше б меня казнили на площади, — проворчал Рамир. Елизар, молча, улыбнулся, продолжая смотреть в окно.

Мин-Одат прохаживался по просторному тронному залу своего дворца. Последние новости, пришедшие с границы Антании, совсем не радовали, а наоборот, настораживали. Кто-то уничтожал гарнизоны застав. По последним данным, что доставили лазутчики во дворец, уже пять застав Джемая пали от неизвестного врага.

Небольшой отряд хасков отправленный в разведку, пропал бесследно. Один из вернувшихся следопытов, сошел с ума и нес какую-то ерунду об оживших мертвецах. Однако посланный второй отряд, дошел только до середины ущелья. Хаски принадлежали к воинствующему народу, где казалось, даже младенцы впитывали с молоком матери суровые, не писаные законы пустынного народа.

Все, что могли рассказать немногословные воины, так это то, что на границы Антании пало проклятье богов. Нельзя воевать с тем, что уже мертво.

Мин-Одат терялся в догадках. Рисковать наобум своими людьми он не привык. Имперский Совет, состоящий из семи уважаемых людей столицы, на последнем заседании решил не форсировать события, а следить за границей, чтобы быть готовым к любым неожиданностям. К границе в близлежащее поселение были направлены два мэджика стихийника.

Сейчас один из семи участников Совета, стоял перед Императором.

— Что ты думаешь о сложившейся ситуации на границе Сантал? Есть какие-нибудь новости от твоего человека при дворе Джемая? — Император подошел вплотную к советнику.

— У Джемая, появился новый советник. С его подачи, Император устранил городской совет и полностью взял в свои руки власть над городом и империей. Советника зовут Тантор. Никто не знает, откуда он появился. Этот арл пользуется неограниченным авторитетом у Джемая. — Сантал слегка склонил голову в бок, глядя на Императора.

— Очень интересная личность, — задумчиво произнес Мин-Одат.

— С подачи Тантора, Джемай провел несколько успешных военных компаний на западе и южных приграничных территориях, значительно расширив владения своей империи.

— Стоит ли нам ожидать нападения со стороны Антании? Может подтянуть несколько отрядов к границе и дать в помощь мэджиков?

— Я не думаю ваша светлость, что это сейчас так необходимо. Возле рудников на границе с Мертвыми землями активизировалось несколько разбойничьих отрядов. Они нападают на караваны с агатом. Это уже в какой-то мере начало негативно сказываться на экономической ситуации в приграничных землях.

— Хорошо. Усиль охрану караванов и отправь несколько отрядов к рудникам. Я не хочу, чтобы эти шайки подорвали репутацию империи и уверовали в свою безнаказанность. А к границе я все-таки отправлю пару отрядов. — Мин-Одат развернулся и направился в сторону небольшой комнаты, расположенной за тронным залом, давая понять Санталу, что разговор окончен.

— И позови мне начальника дворцовой стражи, — обернувшись, произнес Мин-Одат, перед тем как скрыться в покоях комнаты. Сантал коротко кивнул и вышел из тронного зала.

Илия, был начальником дворцовой стражи вот уже несколько лет. Смуглый крепкий, лет тридцати мужчина, по праву считавшийся одним из лучших бойцов империи Хасков. Он верой и правдой служил своему императору, начиная свою службу с рядового бойца и заканчивая начальником дворцовой стражи.

В десять лет, оставшись сиротой, Илия был продан в рабство. Его новым хозяином стал Дециан, старец, живший в Мертвых землях. Среди хасков шла молва, что Дециан владел секретами Древних. Мечи изготовленные этим старцем, ценились дороже агата, а о его мастерстве владения этими мечами ходили легенды. Многие хотели попасть в ученики к Дециану, чтобы перенять его искусство, но старец никого не брал. Никто не знал, что он усмотрел в этом десятилетнем оборванце, захваченном в плен хасками при налете на приграничные земли Антании.

Илия стал учеником Дециана. Он приходил в поселения кочевников за провизией и материалами. Дециан стал отцом для молодого юноши. В семнадцать Илия осиротел второй раз.

Придя в Мадияр, он поступил на службу к императору. Пройдя несколько военных компаний, военачальники заметили способного юношу, который не уступал в мастерстве владения мечами самым матерым воинам, за плечами которых был не один десяток военных походов.

Илия начал быстро продвигаться по карьерной лестнице и к тридцати годам стал начальником дворцовой стражи и, по сути, личным телохранителем Императора.

Сантал нашел его проверяющим экипировку заступающего в дозор отряда.

— Тебя искал Император. Не заставляй его ждать, — произнес советник и, пройдя дальше, направился по своим делам. Илия, молча, проводил советника и отпустил отряд, заступать в очередной дозор по столице.

— Вы звали меня мой Император, — начальник дворцовой стражи вошел в тронный зал.

— Да Илия, звал. Подойди сюда, у меня к тебе будет важное поручение. — Император вышел из комнаты и присел на трон.

Илия подошел к Императору и хотел поприветствовать его как полагается, но Мин-Одат осадил его рукой.

— Оставь это для придворных вельмож. Здесь никого нет.

— Слушаюсь мой Император, — Илия склонил голову, а затем внимательно посмотрел на своего повелителя.

— Меня очень настораживает ситуация на границе с Антанией. Пять застав пали за очень короткий промежуток, а Джемай даже не стягивает войска к границе. И кто этот враг? Очень много вопросов, и ни одного ответа. Ты слышал, что произошло с разведотрядом, отправленным к заставе через ущелье?

— Да. Отряд пропал, один боец выжил, но сошел с ума, твердя о мертвецах.

— Иногда мой друг, мне кажется, что самые здравомыслящие среди нас это как раз сумасшедшие. Ты знаешь, что я ценю тебя как родного сына, несмотря на то, что ты чужой для нас крови. Твои родители были антанцами.

— Я это знаю мои Император, — Илия склонил голову в знак учтивости.

— Я хочу, чтобы ты отправился к ущелью, на границе с Антанией. Твое присутствие там, станет для меня успокоением. Узнай, как можно больше о том, что там происходит и возвращайся назад. Я дам тебе сопроводительное письмо. Оно гарантирует тебе неограниченную власть в приграничных землях.

— Когда я должен выдвигаться мой Император? — Илия внимательно следил за Мин-Одатом, ловя его каждое движение.

— Передай свои полномочия начальника дворцовой стражи, и завтра на рассвете отправляйся. Я предупрежу свою дочь, что тебя не будет во дворце какое-то время.

Илия смущенно опустил глаза. Оказывается, Мин-Одат был в курсе его отношений с Лей-Сан. Императорская дочь слыла первой красавицей в столице и оказывала знаки внимания начальнику дворцовой стражи. Двадцатилетняя красавица свела с ума верного Императору воина и их легкий роман, давно уже перерос в серьезные отношения.

— Благодарю тебя мой Император, — Илия поклонился Мин-Одату и, развернувшись, скрылся за дверями тронного зала.

— Когда-то и я был таким же молодым, да горячим, — слегка улыбнувшись, произнес тихо Мин-Одат.

На рассвете Илия собрал все необходимое в дорогу и, оседлав дэва, выдвинулся из столицы в сторону ущелья. Дэв мчался на своих мощных задних лапах по выжженной солнцем пустыне. Сильный хвост служил отличной балансировкой при беге, а при необходимости мог стать серьезным оружием.

Дэвы были миролюбивыми и выносливыми животными. Короткие передние лапы служили для захватывания пищи или других предметов. Широкая спина, переходящая в длинный хвост, позволяла всаднику комфортно устроиться в седле. Тупая морда, с двумя остроконечными ушами и острыми резцами позволяла перемалывать челюстями любую грубую пищу, найденную в пустыне.

Хаски давно уже приручили этих спокойных животных и теперь использовали их в качестве хороших помощников в своем хозяйстве. Дэвы могли перевозить тяжелые грузы на большие расстояния, и обходится в пустыне без воды и пищи по несколько дней.

В бою дэвы тоже оказывали неоценимую услугу, когда хаскам необходимо было совершить стремительный бросок на врага. Развивая хорошую скорость на своих мощных лапах, они практически сметали противника. Лучники, сидящие верхом на дэвах, могли спокойно целиться, опустив поводья и перемещаясь по полю боя.

Сейчас Илия мчался на своем дэве в сторону ущелья, покрывая одну легу за другой по песчаным безжизненным дюнам. За спиной в ножнах были крепко приторочены два меча, которые достались ему в свое время от Дециана и с которыми Илия никогда не расставался. Весь путь по расчетам начальника дворцовой стражи должен был занять не более трех дней. В кармане лежала грамота, которая наделяла его практически неограниченной властью и предписывала оказывать всяческое содействие ее владельцу.

Через день пути по бесплодным землям Илия прибыл в одно из селений, стоящее на границе рудника. Местная стража, увидев грамоту, препроводила мужчину к старейшине поселения. Знаки отличия, которые выдавали в нем высокопоставленного начальника дворцовой стражи, в виде трех полумесяцев на рукавах и нашивкой в виде восьмиконечной звезды на груди, символа Мадияра, Илия предусмотрительно спорол острым клинком, спрятанным в голенище мягкого кожаного сапога, чтобы не привлекать к себе внимания и не искушать лишний раз разбойников промышлявших в этих краях.

По дороге к дому старейшины, внимание Илии привлек молодой человек, скованный одной цепью с остальными рабами. Видимо их приобрели на местном рынке. Парень был хаском, однако его глаза в место темно карего, отливали голубым цветом. Под рваной одеждой угадывалась крепкая фигура воина. Несомненно, он стал бы ценным рабом на руднике.

Илия поймал на себе взгляд парня, которым тот его провожал и на мгновение остановился. Парень словно бросал ему вызов, показывая свое неповиновение. Взгляд голубых глаз говорил о том, что этот раб, закованный сейчас в цепи, не считает себя таким.

Пройдя в дом старосты, Илия протянул хозяину жилища грамоту. Староста, мужчина лет пятидесяти, сидел на циновке перед небольшим низким столом, заваленным документами. Слегка полноватый, с короткой стрижкой и неопрятной бородой торчащей во все стороны, хозяин дома недовольный тем, что его оторвали от важных дел, взял грамоту и, развернув ее, пробежался глазами по строчкам.

В следующее мгновение, он рывком встал и, слегка склонившись, в учтивом поклоне, предложил свое место Илии. Тот лишь отмахнулся рукой.

— Что привело сюда, столь высоко чтимого арла? — Хозяин жилища настороженно посмотрел в сторону гостя.

— Оставьте эти светские манеры уважаемый…? — Илия вопросительно посмотрел на мужчину.

— Тагул, — подсказал тот.

— Тагул, — повторил Илия. — Я простой воин, который выполняет поручение Императора.

— Чем я могу быть полезен Императору? — Тагул жестом пригласил присесть Илию.

— Мне необходим ночлег и, пополнить запасы провизии, — Илия мотнул головой, отказавшись от предложения, и остался стоять на ногах.

— Хорошо, вам выделят дом рядом с моим. Еще что-нибудь? Может, желаете рабыню? — Тагул тоже остался стоять, не посмев сесть на свое место.

— Проходя по вашему поселению, — Илия проигнорировал последний вопрос Тагула, — я видел рабов, которых скоро отправят на рудники. Кто они?

— Это взбунтовавшиеся поселенцы, с границы наших земель. Они отказались платить налог, установленный Императором. — Тагул сокрушенно посмотрел на гостя, сведя руки вместе перед собой. — Это вынужденная мера, иначе остальные поселения тоже откажутся платить, увидев безнаказанность своих соседей.

— Я понял, — Илия согласно кивнул головой. — Среди них есть молодой хаск. Он заинтересовал меня. Я хочу выкупить его.

— Я знаю, о ком вы говорите. Это Хаврат. Предводитель этих бунтарей. — Тагул внимательно посмотрел на Илию, — я не стану спрашивать, зачем он вам, но боюсь, что вы ошиблись. Он не тот арл, который вам нужен.

Илия сунул руку во внутренний нагрудный карман и вынул оттуда маленький синий драгоценный камень с искусной огранкой. Положив его на стол перед хозяином, он заметил, как алчно загорелись глаза Тагула.

— Я покупаю его у вас.

— Но он простой поселянин? — Изумился Тагул, — за этот карданит, вы можете купить всех рабов, что есть у меня.

— Мне не нужны все. — Илия, собрался уже, было покинуть жилище Тагула, как тот остановил его.

— Подождите, а если он не оправдает ваших надежд?

— Значит, я ошибся. Камень можете оставить себе. В любом случае. Я не хочу, чтобы уважаемый Тагул терпел убытки. И еще. Не нужно, чтобы кто-то знал обо мне здесь. Не надо распространять слухи. — Илия развернулся и вышел на улицу.

Тагул проводил гостя и что-то сказал своему помощнику, стоявшему возле дверей на выходе. Тот согласно кивнув, поспешил следом за Илией.

Через несколько минут, Илия в сопровождении помощника Тагула достиг местной тюрьмы, где содержались преступники и рабы. Тюрьма представляла собой огороженную территорию под открытым небом. По периметру двухметровой стены, располагались вышки, на которых стояло по два часовых.

При тюрьме, возле ворот было выстроено небольшое помещение, где располагались охранники, сменившиеся со своих постов и начальник тюрьмы. Сейчас он стоял возле открытых ворот и запускал туда очередную партию рабов. Мужчины и женщины содержались в одном месте. Вдоль стен тюрьмы шли колоды, куда видимо высыпали еду для кормежки рабов и заключенных. Нужду, заключенные под стражу справляли, где придется. Так же как и ночевали на земле, под открытым небом.

Помощник Тагула опередил Илию и подошел к начальнику тюремной стражи. Сказав ему что-то на ухо, он ткнул в сторону Илии рукой. Мужчина недовольно покосился на подошедшего воина, но перечить не стал. Молча развернувшись, он вошел на огороженную территорию, а вместе с ним еще три стражника стоящие у ворот.

— Хаврат из селения Мира, — позвал зычным голосом начальник стражи.

Через несколько мгновений из толпы рабов и заключенных вышел молодой хаск.

— На выход. — Кивнул ему тюремщик.

— Куда вы его? — К парню прижалась молодая девушка. — Он ни в чем не виноват.

— Я сказал на выход, — рявкнул начальник стражи.

— Все хорошо будет Сеола, — обняв девушку и поцеловав ее в макушку зарывшись лицом во всклокоченные от грязи волосы, произнес Хаврат.

Отстранившись от девушки, он под молчание толпы вышел к воротам, жестко глядя в глаза тюремщику.

— Тебя выкупили, теперь ты подчиняешься этому уважаемому арлу, — кивнул в сторону Илии начальник тюремной стражи.

— Я ни кому не подчиняюсь, — хмуро произнес Хаврат.

— Да ты вконец уже обнаглел раб, — возмутился тюремщик и замахнулся плетью, покоившейся до этого у него на поясе.

— Остановись, — прозвучал властный голос. Все обернулись в сторону Илии. — Он моя собственность. Ты не смеешь его больше трогать.

— Как будет угодно, — тюремщик опустил руку с плетью. И дал команду закрывать ворота.

Хаврат стоял в нескольких метрах от Илии, смотря в его сторону, и даже не моргнул, когда начальник тюремной стражи сделал замах плетью.

Илия подошел к Хаврату и посмотрел внимательно в глаза.

— Я надеюсь, что не ошибся в тебе хаск.

— Зачем я тебе? — Хаврат смотрел, не отрываясь на Илию.

— Мне нужен опытный боец. Там куда я иду хороший клинок на вес агата. Возьми меч. — Илия кивнул одному из стражников, чтобы тот бросил ему клинок.

Стражник вопросительно перевел взгляд в сторону начальника тюремной стражи. Тюремщик несколько мгновений оценивающе смотрел на Илию.

— Этот раб положил четырех наших людей, прежде чем его вынудили сдаться. У нас в руках оказалась его сестра. Мы бы хлебнули с ним тут горя. Я рад, что вы его выкупили, но я крайне не рекомендовал бы вам давать ему оружие.

— Дайте ему меч, — Илия вынул из-за спины свои клинки и повел плечами, разминая их.

— Щас будет потеха, — не весело усмехнулся тюремщик и кивнул стражнику.

Один из охранников бросил клинок перед ногами Хаврата. Железо упало в метре от ног молодого человека, выбивая облако пыли.

— Какой смысл мне с тобой драться? — Недоуменно поинтересовался Хаврат, продолжая стоять.

— Я хочу знать. Ошибся я в тебе или нет? — Илия положил клинки на свои плечи, держась за рукояти.

— Зачем мне убивать уважаемого арла, который меня только что купил?

— Ты слишком много задаешь вопросов Хаврат. Бери меч.

— Вы зря потратили свои деньги. Я не стану драться, — хаск покачал головой и развернулся, намереваясь вернуться в тюрьму.

— Ты хочешь помочь своей сестре? Она не протянет долго на руднике, став забавой для местных охранников. — Жестко произнес Илия.

— Поэтому я возвращаюсь, — зло произнес Хаврат, резко обернувшись в сторону незнакомца с мечами. Затем он продолжил путь в сторону ворот.

— Я даю тебе слово, что с ней ничего не случится. Ее возьмут в дом старейшины присматривать за хозяйством. — Произнес Илия.

Хаврат замер. Возле него, буквально на расстоянии вытянутой руки стоял один из охранников, который оценивающе смотрел в его сторону. В следующее мгновение хаск сделал выпад, ударив ногой в грудь стражнику. Того отбросило на стену и не давая ему упасть, Хаврат подхватил потерявшегося от удара стражника, выхватывая меч из ножен.

Стражники метнулись в сторону обнаглевшего раба, но тюремщик остановил их жестом. Хаврат вернулся на свое место и носком ноги подцепил лежащий в пыли меч, подбросив его в воздух. Тот, взлетев, сделал оборот и удобно лег в ладонь хаска.

Крутанув мечами в воздухе, со свистом рассекая его, Хаврат быстрым движением сблизился с Илией и первым нанес удар. Илия отпрянул назад и парировал удары. Два бойца сошлись в поединке. Зазвенела сталь.

Перед воротами тюрьмы, в образовавшемся из любопытных жителей и страдающих сейчас от безделья стражников кругу, бились на мечах два арла. Ни один не уступал другому в мастерстве владения мечами. Раб бился наравне с незнакомцем.

В какой-то момент Хаврат сделал выпад, и Илия, парировав его, резко выбросил вперед ногу, ударив парня в грудь. Хаврат отлетел в сторону, падая спиной на землю. В следующее мгновение Хаврат рывком встал на ноги, но Илия не дал ему времени для занятия позиции, и хаску сейчас пришлось парировать удары, которые сыпались на него словно град.

Мечи крутились вокруг Илии, точно живые, создавая неприступную защиту, и в тоже время наносили смертоносные удары. Хаск вовремя уходил с траектории ударов, однако на контратаку у него уже не хватало сил.

Через несколько мгновений Хаврат вновь оказался на земле, сбитый подсечкой по ногам Илией, а еще спустя мгновение он почувствовал острый укол клинка в шею. Илия стоял над ним с отведенным в сторону одним мечом и вторым мечом у шеи хаска.

Хаврат тяжело дышал. Их глаза встретились.

— Так может драться только один арл во всей Империи… — Хаврат не договорил. Меч больно уколол его в шею, а незнакомец покачал головой.

Через минуту оба воина направлялись в сторону дома старейшины. Тагул согласился взять в дом сестру Хаврата, не смея отказать важному гостю из столицы. Да и синий камешек тонкой огранки приятно грел душу. За такую щедрость он готов был взять Сеолу в дочери.

— Я не могу понять, для чего я тебе понадобился? — Спросил Хаврат, когда он вместе с Илией расположился в соседнем доме старейшины. В комнате в стене горел огонь, поддерживая тепло в помещении.

— На границе нашей империи происходят странные вещи. Император отправил меня узнать, что твориться на границе с Антанией. Разведывательный отряд пропал без вести, а уцелевший воин сошел с ума, твердя о мертвецах.

— Мне нет дела до империи, которой наплевать на своих подданных — произнес Хаврат.

— Ты не прав. Мин-Одат очень заботится о своих подданных. Если ты думаешь, что тебе нет дела до Империи, тогда подумай о своей сестре. Если империя падет от неизвестной угрозы, то даже тебе ее не спасти. — Илия смотрел на языки пламени, которые плясали в очаге.

— Если пропал целый разведотряд, то, что можем сделать мы? — Хаврат внимательно посмотрел на Илию.

— Отряд не был готов к тому, что там увидел, — тихо произнес начальник дворцовой стражи. Сейчас его мало занимал этот разговор. Перед глазами всплыл образ улыбающейся девушки. Это была Лей-Сан. Илия с любовью вспоминал те мгновения, когда они были вместе.

Казалось бы, хрупкая девушка, Лей-Сан обладала по истине, крепким, если не сказать мужским характером. Цепкий ум, пронзительный взгляд зеленых глаз и обезоруживающая улыбка в те минуты, когда она смеялась, заходясь звонким мелодичным смехом.

Лей-Сан претили все эти знатные вельможи, которые заискивали перед ней при каждом удобном случае, но воспитание, данное ей отцом, не позволяло вести себя с ними по-хамски, как ей порой очень хотелось.

Любимым занятием Лей-Сан было покидать дворец, под покровом ночи, переодевшись в одежды простолюдина и вместе с компанией таких же детей знатных особ, обворовывать богатых горожан, раздавая добычу бедным горожанам. Обрадованные бродяги тут же шли пропивать в местные таверны так удачно свалившееся на них богатство.

Однажды она попалась в руки людям Илии. Молодой человек сразу разглядел в хулиганке дочь Мин-Одата, но виду не подал. Продержав ее ночь вместе с единомышленниками в тюремной камере, наряду с обычными дурно пахнущими бродягами, он был удивлен, когда в камере из всех ее единомышленников к утру осталась она одна. Остальные не выдержали и, признавшись, были выкуплены своими родными.

Утром Илия выпустил свою заключенную, выведя за стены острога.

— Я ничего не скажу вашему отцу уважаемая Лей-Сан, — с легким поклоном учтиво произнес Илия.

— Ты знал кто я, и продолжал меня держать в этом остроге? — Прищурившись, недовольно произнесла девушка.

— Мы оба играли в придуманную вами игру, — улыбнулся стражник. — То, что вы делаете, не осчастливит никого. Большая часть бедняков, которым вы раздаете краденное, к утру оказываются здесь. Им не доказать, что это не они украли кольцо или брошку у знатного арла. В итоге все они оказываются осужденными за кражу.

Лей-Сан фыркнула, но возразить было нечего. После этого инцидента она перестала хулиганить, а отец так и не узнал ничего об этом или сделал вид, что не узнал.

Через несколько дней, Лей-Сан нашла Илию в казармах, возле площадки для тренировки бойцов. Молодой человек стоял по пояс раздетый и упражнялся в фехтовании мечей под заинтересованные взгляды воинов собравшихся неподалеку.

После тренировки, Лей-Сан подошла к молодому воину.

— Может ли уважаемый Илия, обучить меня искусству мечей? — Девушка заинтересованно смотрела на парня.

— Откуда у императорской дочери такой интерес к простому воину из императорской стражи? — Вытирая пот тряпкой, с легкой улыбкой поинтересовался Илия.

— Мне сказали, что вы лучший мечник во всей империи. Любая женщина в империи хасков обязана владеть мечом.

— Женщины обязаны рожать детей и следить за хозяйством, я не думаю, что император Мин-Одат одобрит эту идею. — Продолжал улыбаться Илия.

— Ты слишком дерзко себя ведешь, — с вызовом произнесла девушка.

— Прошу прощения, — Илия убрал тряпку и враз посерьезнел, — я не хотел обидеть дочь императора, но тренировать я ее не буду. Прошу меня простить, но обязанности имперского стража не дают мне времени на длинные разговоры.

Илия отложил тряпку и, взяв перевязь с мечами, направился в казарму. Лей-Сан проводила его долгим взглядом и вернулась во дворец. Вечером в казарму пришел Император. Вместе с начальником дворцовой стражи и в сопровождении нескольких бойцов, он подошел к тренировочному месту, где обычно упражнялся Илия.

— Оставьте нас, — потребовал император и взглянул на молодого воина. — Ты догадываешься, почему я здесь?

— Да ваше высочество, — Илия встал на одно колено, склонив голову и уперев по бокам перед собой мечи в землю, держась за рукояти.

— Поднимись, — приказал Император. — О тебе ходят легенды как о лучшем мечнике империи. Твоим учителем был сам Дециан.

— Так и есть мой повелитель, — коротко ответил Илия, взглянув в глаза императору.

— Моя дочь, Лей-Сан, хочет тренироваться у тебя. В чем причина твоего отказа?

— Повелитель, ратное дело это удел воинов, а не… — Илия замялся, не зная, что сказать.

— Не для изнеженной знати, — закончил с усмешкой Мин-Одат. Илия благоразумно промолчал, согласившись с императором.

— Я не могу и не хочу тебя принуждать, тренировать мою дочь. Это не ее просьба. До меня дошли слухи, что она приходила к тебе. Решай сам. В любом случае, я благодарен тебе за службу.

— Служу империи — Илия прижал ладонь к сердцу и слегка склонил голову, опустив глаза.

— Я понимаю, что этот визит наделает много шуму. Я перевожу тебя в заместители начальника дворцовой стражи. И это не потому, что на тебя обратила внимания моя дочь. Я хочу, чтобы меня окружали люди, которым я не побоюсь подставить свою спину. Ты понимаешь меня? — Глаза Мин-Одата не смотря на возраст, сохранили свою ясность, и теперь строго смотрели на молодого воина.

— Да мой повелитель. — Илия буквально ладонью ощущал биение сердца.

Мин-Одат развернулся и молча, покинул лагерь имперских стражников, расположенный во внутреннем дворе имперского дворца.

Воины, стуча мечами о щиты и всем, что было в их руках, приветствовали нового начальника дворцовой стражи. Илия поднял руку в знак благодарности, а затем, приложив ее к сердцу, слегка поклонился за оказанную честь.

Однажды, когда время близилось к полуночи, проверяя посты дворцовой стражи, он увидел Лей-Сан, которая стояла на балконе в одиночестве и смотрела на простирающийся перед дворцом город. Илия хотел было пройти мимо, но что-то в девушке его остановило. Казалось, она пребывала в какой-то меланхолии.

Илия остановился, невольно залюбовавшись девушкой. Лей-Сан словно почувствовала чей-то взгляд на себе и обернулась. Увидев молодого воина, она досадливо отвернулась. Такое поведение слегка обескуражило молодого человека. Подойдя к девушке, он встал рядом, оглядывая ночной город.

— Я хочу извиниться за свою бестактность, моя госпожа — тихо произнес он.

— Я слышала, вас повысили, — с усмешкой произнесла Лей-Сан, продолжая смотреть на город.

— Да, это так. — Коротко ответил Илия.

— Что ж, поздравляю вас, — девушка повернулась к молодому человеку. На губах играла легкая улыбка.

Илия некоторое время смотрел в ее большие глаза, и казалось, тонул в них.

— Ваше предложение еще в силе? — Поинтересовался он, сам недоумевая, как произнес такое.

— А как же хозяйство и дети? — С усмешкой произнесла Лей-Сан.

Илия несколько мгновений смотрел в глаза девушке, а затем, молча, развернулся и направился прочь, коря себя за слабость.

— Илия, — Услышал он голос Лей-Сан позади себя и обернулся. Девушка смотрела ему в глаза. На лице не было даже тени усмешки, — я приду.

Илия еще, какое-то время смотрел на Лей-Сан, а затем коротко кивнул, молча направившись к следующему посту.

На следующий день в лагерь императорской гвардии пришла молодая девушка. Короткий корсет выгодно подчеркивал ее фигуру. Ниже пояса были одеты таки же короткие кожаные шорты, которые не стесняли движений.

Имперцы, увидев девушку, приветственно зааплодировали. Лей-Сан смущенно заулыбалась. Никто даже и думать не смел, чтобы отпустить сальную шутку иначе следующий рассвет, в лучшем случае, можно было встретить где-нибудь в дороге на дальнюю границу.

Илия вышел из казармы и подошел к разминающейся девушке.

— Моя госпожа, при всем уважении я не думаю, что вам нужно тренироваться среди бойцов имперской стражи. — Илия оценивал внешний вид своей ученицы.

— Меня они ни сколь не смущают, — подойдя в плотную, произнесла девушка.

— Вас нет, но вы приковываете все их внимание, а это влияет на качество тренировки.

— Хорошо. Я жду, — Лей-Сан выжидающе посмотрела на Илию.

Приказав продолжать тренировку без него, Илия жестом поманил за собой девушку и легким бегом направился к городским стенам. Лей-Сан последовала за ним.

Взбежав на городскую стену, Илия ускорил бег. Девушка еще некоторое время продолжала бежать за ним, но вскоре отстала. Волосы спутались и лезли в глаза. Тугой корсет мешал дышать.

— Постой, — выдохнула Лей-Сан и остановилась, едва переводя дух. Илия остановился и вернулся к девушке. — Я больше не могу.

Молодой человек подошел к дочери императора.

— Может быть, прекратить тренировку? — В глазах светилась едва скрытая усмешка, намекая на то, что пора бы прекратить этот женский каприз.

— Нет, — тяжело дыша, произнесла Лей-Сан.

Илия осмотрелся. Сейчас они стояли на городской стене. Стражников не было. До следующей башни оставалось меньше половины леги. Подойдя к девушке, он резко обхватил ее одной рукой, зайдя за спину, а второй, вынув нож из голенища, вспорол шнуровку стягивающую грудь в корсете. Вынув шнурок из корсета, он обхватил волосы девушки и, стянув их в пучок на затылке, перевязал шнурком.

— В следующий раз, будьте добры придти именно так, — произнес он, развернув девушку лицом к себе и слегка отстранившись.

— Что ты себе позволяешь? — Рявкнула было Лей-Сан, но почувствовала как ей заметно легче дышится.

Илия, молча, посмотрел на девушку и, развернувшись, продолжил бег. Девушка последовала за ним.

Теперь каждое утро они начинали с пробежки, а затем Илия переходил к физическим упражнениям и фехтованию на мечах. Лей-Сан не редко уходила с тренировок в синяках и кровоподтеках. Илия каждый раз думал, что эта тренировка последняя. Но девушка вновь и вновь возвращалась к нему. Через полгода тренировок, учитель решил устроить первый экзамен своей ученице.

Лей-Сан пришла в лагерь имперцев. Илия как обычно тренировался со своими подчиненными. Увидев девушку, он прекратил тренировку и подозвал одного из своих бойцов. Тот был в имперской гвардии уже чуть больше года.

— Край, подойди ко мне, — приказал Илия.

Боец подбежал к начальнику и встал перед ним, убрав руки за спину, как требовал того воинский этикет.

— Ты в имперской страже уже чуть больше года и зарекомендовал себя как очень способный боец. Я хочу, чтобы ты устроил поединок с моей ученицей.

— Мой командир, но разве подобает драться имперскому стражнику со своей госпожой? — В глазах воина было недоумение.

— Ты хочешь сказать, что я не способен обучить вас искусству меча и зря ем свой хлеб, за который платит наш Император? Тогда зачем я здесь? — В глазах Илии сквозила усмешка.

— Прошу прощения мой командир. Я не хотел вас обидеть, — Край склонил голову.

— Давай посмотрим, зря я ем свой хлеб или не зря. — Произнес Илия и жестом отправил обоих на площадку для поединка.

Вокруг площадки собрались молодые и бывалые воины. Кто-то начинал ставить ставки, предсказывая проигрыш одной из сторон. Внезапно над гудящим лагерем возникла тишина. Все посмотрели вверх.

На дворцовой стене стоял Мин-Одат в окружении свиты. Император, молча, следил за тем, что происходило сейчас во внутреннем дворе имперской стражи.

— Мой повелитель, — Илия вышел вперед и склонил голову.

— Мне сообщили, что моя дочь хочет устроить бой с имперским стражником, воином, которые считаются лучшими во всей империи благодаря тебе Илия.

— Это мое решение, мой повелитель. Если вы хотите прервать поединок, он прекратится.

— А он что, уже начался? — Недоуменно спросил Мин-Одат.

— Еще нет. Бойцы разминаются.

— Какие ставки? — Мин-Одат поднял руку, принуждая замолкнуть негодующую свиту.

— Пять к одному против Лей-Сан, — раздался голос одного из имперцев.

— Что ж, я думаю, казна не оскудеет, если я поставлю сто агатов на свою дочь, — усмехнулся император. Народ вокруг оживленно загудел, предвкушая хороший куш.

Когда ставки были сделаны, а бойцы размялись, над площадкой повисла напряженная тишина. В одном углу стояла Лей-Сан с двумя мечами в руках. В противоположной стороне расположился Край, в руках которого была глефа, два коротких острых меча соединенных между собой длинной рукоятью.

— Начали, — коротко произнес Илия, стоя в первых рядах и готовый прекратить бой в любой момент.

Два бойца начали медленно сходиться. Толпа словно взорвалась, подбадривая поединщиков. Край крутанул глефу, образуя вокруг себя щит из сверкающей стали и в следующий момент нанес удар, выбросив глефу вперед. Лей-Сан ушла с траектории удара и, парировав удар клинком, нанесла контрудар вторым мечом.

Край уклонился от клинка и, вернув глефу назад, взмахнул ею наотмашь, увеличивая расстояние от опасно сблизившейся девушки. Лей-Сан пригнулась, пропуская острые клинки над собой и сделав резкий выпад, ударила ногой в корпус Края. Тот отлетел в сторону под неистовый рев толпы, но в следующее мгновение он уже стоял на ногах.

Вращая глефу над собой и вокруг себя, Край приближался мелкими шагами, прижимая девушку к углу. Короткие лезвия свистели в воздухе, стремительно рассекая его. Лей-Сан сделала выпад мечом, но Край блокировал удар, уперев глефу в землю, а в следующее мгновение, используя древко как упор, оторвался от земли, огибая свое оружие и нанеся удар ногой в лицо девушке.

Лей-Сан, коротко сдавленно простонав, отлетела в угол, упав лицом в пыльную землю внутреннего двора имперской стражи. Вокруг повисла тишина. Все подняли глаза на Императора, но его взгляд оставался холодным.

Край тяжело дышал. В нескольких местах виднелись порезы, из которых сочилась кровь. Он не думал, что победа может так тяжело ему достаться. Однако имперская дочка заставила себя уважать.

Край уже собирался было покинуть место боя, как вдруг Лей-Сан зашевелилась и, повернувшись, поднялась на ноги, размазывая текшую из разбитой губы кровь по лицу. Глаза словно отливали сталью. Взгляд был полон решимости.

Край нехотя встал в боевую стойку и принялся ждать. Лей-Сан, раскручивая вокруг себя мечи, направлялась в сторону бойца. Стальная мельница очерчивала круги вокруг тела девушки. Край тоже начал вращать глефу и ускоряясь, двинулся навстречу своей противнице.

В какой-то момент оружие, высекая искры, звонко ударилось друг о друга. Два бойца никак не хотели уступать друг другу. Они кружили по площадке под завороженные взгляды зрителей. Словно это был какой-то танец.

Илия зорко наблюдал за боем, отмечая про себя ошибки каждого из бойцов. Вот Лей-Сан слишком далеко отвела руку с мечом, теряя драгоценные секунды для контрудара. Вот Край провел удар глефой, едва не увязнув в нападении.

Удары становились все медленнее. Противники измотали себя. Оба тяжело дышали. В обычном бою схватка длиться несколько секунд. Либо ты, либо тебя.

Край снова совершил ошибку, ударив глефой и норовя зацепить девушку подсечкой по ногам. Лей-Сан увернулась от удара и оказалась в непосредственной близости от своего противника. Лицо бойца вытянулось, когда он осознал свою ошибку, но было уже поздно. Один клинок Лей-Сан разнес глефу пополам, а второй лег на плечо Краю, едва касаясь шеи. Оба противника еле стояли на ногах, тяжело дыша.

Край улыбнулся, признавая поражение, и выпустил обломки глефы из рук. Клинки со звоном упали в пыль. Сверху раздались хлопки. Народ поднял глаза и увидел аплодирующего Императора. В следующее мгновение толпа взревела, выигравшие в ставках ликовали, предвкушая свой доход.

— Вы молодцы, я увидел то, что хотел. У обоих есть недостатки. Будем исправлять их. — Илия стоял в нескольких шагах от бойцов.

Край, улыбаясь, кивнул и вернулся к своим друзьям, которые подтрунивали над ним. Лей-Сан сделала шаг в сторону Илии и почувствовала, как у нее отказывают от напряжения и усталости ноги. Падая, она увидела ускорившегося Илию и в следующее мгновение почувствовала, как крепкие мужские руки подхватили ее, оторвав от земли, и понесли в сторону казарм.

Придя немного в себя и отдышавшись, она позволила Илии обработать раны.

— Ты быстро учишься, — похвалил он свою ученицу.

— То есть на хлеб я себе сейчас в имперской страже заработаю? — Улыбнулась и поморщилась от боли в разбитой губе Лей-Сан.

— Заработаешь, — кивнул Илия.

После этого поединка, Илия продолжил тренировки с императорской дочерью. Лей-Сан заработала непререкаемый авторитет среди воинов имперской стражи. Они принимали ее за равную и отдавали честь ее королевской крови.

Однажды девушка позвала Илию в императорскую библиотеку. Молодой человек в совершенстве владел мечами, но в свитках и грамоте был крайне несведущ. Так началось их взаимовыгодное сотрудничество, которое со временем перешло в нечто большее, что простые смертные называют любовью.

Сейчас Илия смотрел на языки пламени и вспоминал вечера, проведенные вместе с Лей-Сан.

— Где ты так научился владеть мечами? — Повернул он голову в сторону Хаврата, который тоже видимо, думал о чем-то своем.

— Мой отец состоял в имперской страже, пока Мин-Одат не отправил его на заслуженный отдых.

— Твой стиль показался мне знакомым. Я знаю его уязвимые места. Если немного доработать, то будет очень не плохо.

— Я простой селянин, к чему мне все эти военные тонкости. — Задумчиво произнес Хаврат. — Я ни с кем не воюю.

— Тагул сказал, что вы взбунтовались, — напомнил Илия молодому человеку.

— Он обложил нас дополнительным оброком в обход императорской казны. Заставив, по сути, работать на него. Хотя какое дело императору до нас, — горько усмехнулся Хаврат.

— Мне нужен отряд из таких же бойцов как ты. Я не хочу ослаблять охрану поселений, забирая у них воинов. У тебя есть кто-то? — Илия внимательно посмотрел на молодого человека.

— Все мои друзья либо на рудниках, либо в тюрьмах. — Так же горько усмехнулся Хаврат.

— Бунтари, стало быть? — Уточнил Илия. — Они нам подходят. Соберем отряд из десяти, пятнадцати человек и выдвинемся к границе. А теперь давай спать.

Молодые люди легли на циновки там же где и сидели. Закрыв глаза, оба погрузились в глубокий сон.

В небольшой комнате, больше похожей на монашескую келью, за грубо сколоченным столом сидел советник императора Джемая. Тантор внимательно изучал старые едва сохранившиеся свитки, выполненные из кожи неизвестного ему животного. Свиткам насчитывалось боле полутора десятков веков. Древние руны образовывали затейливую вязь, открывая смысл написанного, жрецу Темных.

За небольшим окном догорал день, освещая комнату багровыми тонами заходящего солнца. Тантор не обращал внимания на окружающую его обстановку. Сейчас он был занят поиском ответа на свой вопрос.

Один из некромантов сообщил ему что некто, смог уничтожить целую деревню восставших мертвецов. Некромант сообщал, что небольшая деревенька Соли, расположенная недалеко от заставы, была полностью под контролем неупокоенных. Однако после того как застава пала, некромант не ощутил отклика от восставших на свой призыв. Из этого следовало, что деревня была уничтожена кем то, кто изначально не вписывался в планы Темных и Тантора.

Сейчас советник изучал свитки, в надежде найти ответы на свои вопросы. Кто мог обладать такой силой, чтобы сравнять с землей целую деревню мертвяков. Свитки содержали много информации, однако главного ответа на вопросы жреца они не давали.

Подойдя к зеркалу, Тантор вновь совершил обряд призыва Темных.

— Говори, — прошелестело облако.

— Некромант сообщил, что некто, очень сильный, уничтожил деревню Соли, в приграничных землях. Кто может обладать подобной силой? И не ставит ли это под угрозу наш план? — Тантор склонился в поклоне перед зеркалом.

— Это пришелец, — после недолгой паузы произнесло облако. — Только он, обладая силой меча Древних способен уничтожить тех, кто уже давно мертв.

— Но разве он не должен помогать нам? — Тантор недоуменно поднял глаза.

— Ты глупец, — облако заклубилось. Фиолетовые разряды стали сверкать интенсивнее, казалось, Темные пришли в ярость. По зеркальной глади пошла трещина, извиваясь и расходясь на множество ответвлений. — Не вздумай ему мешать. Его задача уничтожить печать Древних.

— Простите за мою недальновидность, — Тантор склонился в почтительном поклоне и почувствовал, как из носа побежала кровь.

— Пусть все идет своим чередом. Некроманты собирают кровавую жатву. Скоро мы соберем армию и заставим этот мир склониться перед нами. А когда пришелец разобьет печать, нас уже ничто не сможет остановить. Наша власть будет неограниченной.

Тантор из последних сил пытался сохранить остатки сознания. Кровь капала из носа, заливая пол. Все тело сотрясалось в мелких конвульсиях.

Темные растаяли в зеркале, и Тантор рухнул на пол, теряя сознание. Придя в себя, он добрался до стола и, собрав древние свитки, в ярости скомкал их, швырнув в камин. То, что было написано несколько столетий назад, теперь не имело значения. История мира переписывалась заново и возможно о ней уже читать будет некому.

Четверо путников вышли на рассвете из Марицы и направились в сторону Ардоса. Поселение все еще спало, после праздника устроенного в честь избавления от лесного духа.

Елизар заметно поправился благодаря снадобьям Айдариэла. По Райне и Рамиру вообще сложно было сказать, что совсем недавно они участвовали в смертельной схватке с Датором.

Дорога пролегала по холмистой равнине. По пути встречались небольшие деревеньки в два, три двора. Селяне предпочитали не выходить к путникам, прячась в своих покосившихся, заросших мхом избах.

К вечеру Елизар со спутниками достиг опушки леса. Близкая осень уже начинала окрашивать листву деревьев в золотые и багряные тона. Теплый ветер качал листву. В нос Елизару ударил терпкий запах луговых трав.

— До Ардоса остался день пути. Куда дальше? — Углубившись в лес, поинтересовался Елизар.

— Из столицы есть два пути. Один морской, второй по суше. — Ответила Райна, шагая чуть впереди.

— Когда я уничтожу печать и твои боги покинут этот мир, что ты будешь делать? Тебе некому станет служить. — Елизар опирался на посох. От дневного перехода ноги уже прилично гудели.

— Когда, — фыркнул Рамир, — я бы сказал 'если'.

— Надеюсь, что Темные навсегда покинут наш мир. — Тихо произнес Айдариэл.

— Подамся в наемники, — пожала плечами Райна, — мэджики всегда были на особом счету у Императора.

Путники шли по дороге, когда внезапно до их ушей донесся конский топот. Переглянувшись, все, не сговариваясь, бросились в густые заросли. Спустя несколько минут мимо них в сторону Ардоса пронеслась кавалькада имперцев в количестве десяти человек.

— Что они тут ищут? — Недоуменно произнес Елизар.

— Скорее всего, это был Глесс, который возвращался в Ардос. — Ответил Айдариэл.

Согласившись с ним, Елизар решил остановиться на ночлег подальше от дороги, чтобы оставаться как можно дольше незамеченными. Лишние вопросы к его отряду ему были не нужны.

Разбив лагерь на небольшой поляне, путники поужинали и легли спать. Если завтрашний день пройдет без происшествий, то к вечеру они должны были быть в Ардосе.

Елизару казалось, что он только что, закрыл глаза, как мягкий свет заставил его разлепить сонные веки.

Приподняв голову, он увидел, что костер едва тлеет, а все его спутники спят. Свет исходил от незнакомца. Или точнее сказать призрака. Тот не касаясь земли, мягко плыл над ней в глубину леса. От его тела исходил мягкий зеленоватый свет.

Тихонько встав, Елизар направился следом. Казалось призрак, совсем не обращал внимания на шедшего позади мужчину. Пройдя несколько десятков метров сквозь густые заросли, Евгений вышел к большому озеру. Воды озера были кристально чистыми и отливали зеленоватым светом. В воде плавали мириады песчинок, которые светились словно светлячки желтыми огнями.

Как будто огромный кусок звездного неба упал на землю и теперь отливал не темно-синим, почти черным цветом, а мягким зеленоватым, словно маня, окунуться в его глубины.

По берегам озера медленно проплывали уже знакомые Елизару призраки. Из чащи леса появлялись все новые и новые сияющие зеленым светом силуэты. От такой красоты у Евгения захватило дух. Несмотря на слабый ветерок, поверхность озера оставалась абсолютно ровной. Ни малейшей ряби.

Подойдя к берегу и спустившись к воде, Елизар опустил в воды озера свою ладонь. Маленькие светящиеся желтые крупицы пришли в движение и облепили пальцы мужчины, образуя золотистую перчатку.

— Осторожно! — Услышал он крик Райны позади себя и резко обернулся. Все трое стояли позади него. — Ты не знаешь, что делаешь. Почему вы, арлы, такие безмозглые?

— Да что происходит то? — Возмутился, поднимаясь, Елизар. Желтые крупицы, словно вода стекли с руки обратно в озеро.

— Это священное озеро забвения, — произнес Айдариэл, подойдя поближе к воде. Рамир присел на корточки и остался сидеть там, где стоял, с интересом оглядывая озеро.

— Что еще за озеро забвения? — Не понял Елизар.

Райна подошла к нему и осмотрела руку. Затем она взяла ветку, лежащую на берегу и бросила ее в воду. К изумлению Елизара, кругов на воде от упавшей в воду ветки не было.

Ветка плавно погрузилась вглубь озера и ее тут же облепили желтые искрящиеся частицы, подобно тому, как недавно они облепили руку Елизара. Через несколько мгновений крупицы вновь разошлись по сторонам и от ветки ничего не осталось.

— Это арии, души давно умерших арлов и других существ. Озеро как память о них. О тех, кого давно забыли. Тех, кто предан забвению, — сев на берегу, тихо произнес Айдариэл. — Ариям известно многое, но они не разговаривают с живыми. В них память сотен поколений.

— Красивое место, — так же тихо произнес Елизар, глядя, как мимо них проплывают бестелесные оболочки.

— Озеро не может причинить тебе вреда, — произнесла Райна. — Зайдя в него, ты выйдешь словно младенец. Вся грязь этого мира, будет уничтожена озером. Хотела бы я так.

Елизар, скинув одежду, остался в плавках. Медленно подойдя к озеру, он вошел в его воды. Мягкая прохлада ласково коснулась кожи. Маленькие крупицы тотчас устремились к телу Елизара и спустя несколько мгновений, он оказался весь облеплен этими золотистыми частицами.

Окунувшись в озере, он вышел из его вод. Крупицы сияющим золотым потоком стекали с тела Елизара. Троица заворожено замерла, глядя на это зрелище.

— Можно прожить десять жизней и не увидеть ничего подобного, — произнес Айдариэл.

— Нам нужно возвращаться к лагерю, — произнесла Райна, — завтра тяжелый день.

Все согласились с ней и вскоре вернулись к огню, подбросив веток в угасающий костер. Спать никому уже не хотелось.

— Арлы избегают этих мест. Для них они считаются гиблыми. — Произнес Рамир. — Я бывал у этого озера раньше.

— В древности, арлы хоронили в таких озерах своих умерших предков. Но эти традиции давно канули в лету. Мир меняется. И не всегда к лучшему. — Айдариэл играл прутом с угольком в костре.

Утро застало путников дремлющими возле костра. Наскоро позавтракав, Елизар со своими спутниками выдвинулся в путь. К вечеру они достигли Ардоса.

Двигаясь в потоке других путников направляющихся в ворота столицы Антании, Елизар со своими спутниками подошел к воротам, которые охранялись шестью стражниками.

— На воротах стоит городская стража, с ними женщина мэджик, — тихо предупредила Райна. — Говорить буду я, все молчат.

Поравнявшись со стражей, путники остановились.

— Покажите документы с имперской печатью, подтверждающие, что вы поданные империи или платите налог за пребывание в городе. — Потребовал начальник стражи.

— У нас нет ни денег, ни документов, — ответила Райна, — мы наемники, идем, чтобы наняться в охрану караванов, отправляющихся из столицы в сторону южных границ.

— Вам все равно придется заплатить по одному агату с каждого. Иначе мы не пропустим вас в город. — Настаивал на своем стражник.

— Четыре агата? — Возмутилась Райна.

— Да, ну или если нет денег, я охотно развлекусь с тобой, заплатив тебе один агат, — похабно улыбнулся начальник городской стражи.

— Даже не думай, — раздался со стороны голос женщины мэджика, обращаясь к Райне. Мэджик вышла вперед. Видимо она обладала такой же силой что и Навия. Ладони женщины обволокло серым струящимся облаком. Вспыхнувший было, огонь на пальцах Райны погас, заставив девушку поморщиться от боли.

— Вы лжете, зачем Темному устраиваться простым охранником в караван? — Мэджик посмотрела в сторону Елизара.

— Что вы себе позволяете? — Зло произнесла Райна.

— Для вас вход в город закрыт, — жестко ответил начальник стражи и потерял интерес к Райне и ее спутникам.

— По осторожнее Клайд, ты когда-нибудь отхватишь за свою похоть, — обратилась мэджик к начальнику стражи. Тот коротко заржал и принялся останавливать очередного арла, входящего в город.

Отойдя в сторону, чтобы не мешать потоку горожан вливавшихся и уходящих из города Елизар повернулся к Райне.

— Нам обязательно в этот город? Может просто обойти его стороной?

— Нам не обойти его, — покачала головой амадина. — С севера Ардос омывается Инейским морем, названным в честь первого императора Антании. С юга идет гряда Волчьих гор. Нам через нее не пройти. Дино нас просто убьют. Сам город расположился на нескольких холмах, которые примыкают к горной гряде.

Рамир усмехнулся и посмотрел в сторону людского потока, направляющегося в город. Айдариэл в задумчивости закусил нижнюю губу. Быть растерзанными сородичами Рамира никому не улыбалось.

Внезапно от людского потока в их сторону направился седовласый лет пятидесяти мужчина. Он привлек внимание всей четверки.

— Вечер добрый, — поздоровался он с Елизаром и его спутниками.

— Добрый, — кивнул в ответ за всех Елизар, с интересом рассматривая подошедшего арла.

— Меня зовут Трой, я торговец с южных земель. Мой обоз остановился в леге от городских ворот. Я видел, что у вас возникли сложности со стражниками. Вы наемники? — Мужчина по очереди окинул взглядом путников.

— Что вам нужно уважаемый Трой? — Поинтересовался Айдариэл.

— Мы везем святыню в свой родной город, и нам бы не помешала пара хороших мечей для защиты. Это очень редкая и дорогая вещь. Я слышал, вы направляетесь в южные земли?

— Да, нам нужно в ту сторону, — кивнул Елизар, — вы хотите нас нанять?

— Я заплачу за вас налог. Сейчас в Антании орудует много разбойников, и я буду спокоен, ели в моем караване будет хоть один мэджик. — Трой покосился в сторону Райны.

— Куда вы направляетесь? — Елизар понял, что это был шанс хотя бы миновать столицу.

— Я из Пухета, небольшого городка в двух неделях ходьбы отсюда. — Пояснил Трой.

Елизар вопросительно переглянулся с Райной. Та согласно кивнула и обратилась к мужчине.

— Это третий город по величине после Ардоса. Он считается столицей южных земель. Сколько вы нам заплатите?

— Если все пройдет без происшествий и обоз достигнет Пухета целым и невредимым, я заплачу вам по двадцать агатов каждому. — Трой вопросительно посмотрел на Райну, он понял, что из всей четверки торг лучше вести с ней.

— А если возникнут какие-то сложности? — Задала вопрос Райна.

— Цена не имеет значения, мы беремся в любом случае, — встрял в диалог Елизар.

— Ожидайте меня здесь, я скоро прибуду со своим обозом, — мужчина развернулся и направился прочь от городских стен.

— Можно было поторговаться, — проворчала Райна, покосившись на Елизара.

— Сейчас торг не уместен, мы все заинтересованы друг в друге, — возразил Елизар.

— Нам не помешают деньги, если предстоит дальняя дорога. — Парировала амадина.

— Во всяком случае, мы избавили себя от необходимости думать о ночлеге и пропитании на ближайшее время. — Поддержал Елизара Рамир.

Райна фыркнула, поняв, что спорить здесь бесполезно и присела на землю в ожидании обоза. Остальные последовали ее примеру. Когда над городом спустились сумерки, и городская стража зажгла на стенах факелы, у ворот города показался обоз Троя.

— Мне необходимо внести вас в подорожную грамоту. Назовитесь, — Подойдя к Елизару и его спутникам вместе со своим помощником, произнес Трой. Помощник развернул свиток и вынул из небольшой торбы на своем плече писчие принадлежности.

— Елизар, — Евгений назвался первым. Остальные последовали его примеру.

Когда формальности были соблюдены, все направились в сторону городских ворот. К счастью стража на воротах сменилась и сейчас заступила ночная смена. Новый начальник городской стражи проверил документы и беспрепятственно пропустил обоз в город.

Елизар с интересом разглядывал дома и улицы, по которым не спеша двигался обоз. Шесть крытых, тентованных повозок запряженных по одной лошади, неторопливо двигались в сторону подходящего для ночлега постоялого двора.

Кроме Троя, в обозе было еще десять человек. Шестеро управляли повозками, а четверо осуществляли охрану. В конце обоза была привязана еще одна лошадь. Видимо их меняли, когда какое-нибудь из животных уставало.

Город жил своей ночной жизнью. Везде на стенах висели факелы, освещая улицы. Вскоре бедные кварталы и трущобы сменились более ухоженными постройками. Пока шли по бедняцким кварталам, охрана несколько раз отгоняла попрошаек, норовящих выклянчить для себя немного монет или еды.

Найдя постоялый двор, Трой разместил людей, позаботившись предварительно о лошадях, которым насыпали корм и дали воды.

Заказав ужин, Елизар со спутниками устроился за одним из столов. Вскоре к ним присоединился Трой.

— Зачем вам в южные земли? — Поинтересовался торговец.

— Мы идем дальше, — уклончиво ответила Райна, Елизар и остальные, молча, смотрели на обоих.

— Я столько раз слышал о древлянах, но, ни разу за всю свою жизнь их не встречал, — покосившись на Айдариэла, произнес Трой.

— В жизни многое бывает впервые, — философски заметил Айдариэл, улыбаясь одними уголками рта.

— Странная у вас компания. Темный, мэджик, древлянин, а ты похож на арла, но в тебе есть что-то звериное, — торговец посмотрел на Рамира.

— Он дино, — коротко ответил Елизар.

Торговец изумленно хлопал глазами, оглядывая всю компанию.

— Теперь вы меня еще больше озадачили, — удивленно произнес Трой.

— Тебе не надо знать арл, мы выполним часть своей сделки, а ты выполнишь свою, — ответила Райна и принялась уплетать принесенный ужин.

— Мы выдвигаемся завтра утром, спокойной всем ночи, — встав из-за стола и попрощавшись со всеми, произнес Трой.

— Зря ты так с ним, — усмехнулся Елизар. Райна недоуменно приподняла бровь, покосившись на Евгения, но затем, проигнорировав его слова, принялась за ужин.

Когда вечер уже подходил к концу и путники собрались подняться наверх, в свои комнаты, в таверну завалилась небольшая компания из четырех пьяных имперских стражников. Елизар хотел было уже идти, когда его взгляд встретился с взглядом одного из имперцев. Это был Клайд.

— Ты? — Изумленно произнес имперец, — я тебя знаю. Как ты попал в город?

— Это не твое дело. Я нанялся в охрану обоза. — Жестко произнес Елизар, почувствовав на себе многочисленные взгляды посетителей таверны.

— А твоя подружка? — Клайд перевел сальный взгляд в сторону Райны, — Ты не передумала милая? Я могу хорошо заплатить тебе.

Глаза девушки гневно сузились. Райна почувствовала, как ее чуть выше локтя предупреждающе взял Елизар. Проигнорировав выпадку имперца, компания направилась наверх.

— Куда вы идете? Я еще не закончил с вами, — рявкнул Клайд.

— Ты сейчас не при исполнении, так что осади чуток, — фыркнул Елизар.

— Да как ты смеешь? Ты знаешь, с кем разговариваешь? — Имперец выхватил меч из ножен и в бешенстве опрокинул рядом стоящий стол, за которым сидели притихшие посетители.

Трое оставшихся имперцев тоже выхватили мечи и последовали примеру своего начальника, опрокидывая столы и освобождая место. Вся таверна пришла в движение.

— Без огня, — предупредил Елизар Райну и начал спускаться вниз. Райна кивнула и, выхватив мечи из-за спины, двинулась вниз по лестнице впереди Елизара. Клайд, размахивая мечом, сделал выпад, намереваясь зацепить Райну. Та ушла от удара и, оказавшись чуть сбоку, нанесла удар ногой в корпус имперца. Клайд, охнув, согнулся пополам. Райна обернулась вокруг своей оси и нанесла рассекающий удар мечом в корпус согнутого Клайда. Имперец сдавленно вскрикнул и завалился на деревянный пол таверны. Следом за ним в атаку вклинились еще двое имперцев. Елизар носком ноги подбросил выроненный клинок Клайда и поймал его в воздухе за рукоять.

Внезапно один из стражников сдавленно вскрикнул и схватился рукой за шею, из которой торчала стрела. Все перевели взгляд на Айдариэла, который стоял с луком в руках наверху лестницы.

На мгновение в таверне повисла тишина, а затем несколько человек схватили мечи и тоже ринулись в сторону Райны и Елизара. Зазвенела сталь. Елизар и Райна отбивались от наседавших участников потасовки.

Рамир скинул с себя куртку и, прыгнув с лестницы в самую гущу толпы в воздухе обратился в волка, приземлившись на четыре лапы и сметая мощным телом посетителей таверны. Арлы в ужасе шарахнулись в стороны от невесть откуда взявшегося здесь дино. В таверне возникла давка.

Рамир схватил зубами одного из имперцев и швырнул за барную стойку. Тот влетел в стену и рухнул вниз. Волк, махом, преодолев стойку, оказался на упавшем имперце. Челюсти сомкнулись на шее. Стражник захрипел и вскоре затих.

Дино вскочил на стойку и хищно оскалился, обнажая окровавленные клыки. Все кто был в таверне, в ужасе притихли, глядя во все глаза на матерого хищника. Казалось бы, что драка сошла на нет. Последний из выживших имперцев, попятился в сторону выхода, следом за ним ринулись остальные. Посетители в ужасе бежали вон, давя упавших и не давая им подняться.

— Что здесь происходит? — Раздался голос Троя сверху.

Елизар с остальными посмотрели на него. Таверна опустела в считанные мгновения. Остались только раненые, которые пытались отползти по разным сторонам от эпицентра драки.

— Не большой конфликт, — произнес Елизар, пряча отобранный у имперца меч за спину.

— Оставайтесь на своих местах, — властный голос разнесся по таверне.

Все повернулись в сторону выхода. В разгромленное помещение вошел капитан имперской стражи, а за ним еще пять имперцев и мэджик. Похоже, это был ночной патруль.

Мэджик взмахнула руками и Рамир заскулив, рухнул с барной стойки, завалившись на бок, в сером облаке, струящемся с рук мэджика. Невыносимая боль буквально раздирала его изнутри. Райна выбросила вперед руки и с ее пальцев сорвались два огненных файера. Один шар снес с ног капитана, второй попал в мэджика.

Женщина пошатнулась и, отпустив Рамира, перенесла свое внимание на Райну. Имперцы начали обходить Елизара и его спутников полукругом, намереваясь, напасть с двух сторон.

С рук мэджика сорвались уже знакомые Елизару струящиеся серые облака, которые рванули в сторону Райны. В этот момент, Елизар схватил девушку и оттолкнул ее за себя, оказавшись на линии атаки мэджика. Облака двумя канатами обвили тело Елизара. В животе вновь появилось чувство тошноты.

Айдариэл вскинул лук и быстрыми выстрелами снял двоих имперцев. Стрелы точно так же прошили одному горло, а второму грудь, войдя глубоко в тело. Рамир придя в себя, стремительным броском подмял под себя еще одного из имперцев.

Мэджик недоуменно смотрела в сторону Елизара. Ее магия была бессильна против этого незнакомца. Женщина чувствовала, как ее начинают потихоньку покидать силы. Мощи заклятия с лихвой могло хватить не на один десяток арлов. Даже дино хватило лишь мгновения, чтобы он упал к ее ногам, а этот незнакомец стоял словно скала.

Райна не дожидаясь, когда опомнится мэджик, метнула в нее несколько файеров. Огненные шары врезались в тело женщины один за другим, отбросив ее назад. Вскрикнув от боли, та вылетела в дверь таверны и упав на мостовую, затихла. Один из имперцев бросился на улицу за подмогой, второй оставшийся в живых подбежал к мэджику, стараясь привести ее в чувство. Остальным он уже помочь не мог.

— Берите свободную лошадь в обозе и уходите из города. На вас сейчас начнется облава. Встретимся завтра на южной стороне города. Я вижу, что не зря нанял вас и терять свои кровные я не хочу. — Быстро произнес Трой.

Елизар согласно кивнул и выскочил на улицу. Возвращаться наверх за вещами было глупо. Если их поймают, вещи уже не понадобятся. За убийство семерых имперцев наказание было одно, смерть.

Остальные выскочили следом.

— Рамир, Райна, быстро к южным воротам, мы с Айдаром следом за вами — скомандовал Елизар, подбегая к стойлу, где располагалась одна из лошадей Троя. Как назло, та была без упряжи. Елизар увидел стоящего рядом запряженного красавца и, недолго думая, вскочил на него. Айдариэл с легкостью замахнул следом, расположившись на крупе.

— Прыгай, — Рявкнул Рамир амадине подставляя спину. Девушка закинула мечи и вскочила на спину волку, вцепившись в густую шерсть и плотно обхватив торс волка ногами. Рамир быстро привык к весу Райны и, сохраняя балансировку, устремился по городским кварталам в сторону южных ворот.

Следом мчались Елизар с Айдариэлом. Периодически их пути пересекались и вновь расходились. Пары неслись по параллельным узким улицам города. Редкие прохожие шарахались вдоль стен от несущихся животных.

Городская стража уже была поставлена на уши. Многочисленные усиленные патрули прочесывали городские кварталы. Повернув за угол одной из улочек, Елизар нарвался на один из патрулей. Те, опешив, потеряли драгоценное время. Елизар снес стражников корпусом коня и пронесся мимо, скрываясь в недрах кварталов.

Рамир огромными прыжками покрывал расстояние. Райна привыкла к бешеной скачке и теперь подсказывала дино направление. Внезапно на них выскочил отряд из пяти имперцев. Двое вскинули луки, остальные ощетинились мечами, приготовившись дать отпор.

Рамир не сбавляя скорости, несся прямо на них. Райна отцепилась от шкуры волка и метнула два файера в сторону целящихся имперцев. Огненные шары устремились в стражников. Через мгновение два тела буквально отшвырнуло по сторонам. Один из лучников успел пустить стрелу, и та, вскользь, чиркнула по шее Райны, вспарывая кожу.

Стражники растерялись от такого напора. Когда до стражников оставалось не больше четырех, пяти метров, Рамир прыгнул на стену узкой улочки, оттолкнувшись от нее и, совершил длинный прыжок, оставляя воинов внизу под собой. Мягко приземлившись, волк оставил позади себя изумленных стражников, и в следующее мгновение, скрылся за поворотом.

Елизар мчался во весь дух, петляя по городским улицам, пытаясь обойти городскую стражу. Несколько раз с крыш домов по нему открывали огонь лучники, но наконечники стрел, звякнув о стальную пластину, отскакивали в сторону, высекая искры.

— Айдар, спереди, — предупредил Елизар, увидев трех лучников расположенных на крышах по ходу движения. Древлянин вынул лук и выпустил пару стрел в ответ стреляющим имперцам. Двое лучников завалились, пронзенные стрелами, третий схватился за плечо и торчащее из него древко стрелы.

Конь заметно начинал уставать, сбавляя темп скачки. Из груди и боков торчали несколько стрел вошедших лишь на длину наконечника. Потеряв в скачке Рамира и Райну, Елизар надеялся, что они успели добраться до южных ворот.

Когда до выезда из города оставалась пара кварталов, конь под ездоками сбавил скорость, переходя на шаг, а потом завалился на бок, едва не придавив их своим телом. Елизар с Айдариэлом соскочили с падающего коня и, не останавливаясь, бросились к воротам. Здесь было меньше городской стражи, основная масса которой была сосредоточена в центре города и теперь стягивалась к южным воротам следом за беглецами.

Прячась за домами и используя подворотни, Елизар с Айдариэлом крались в сторону ворот, скрываясь от мимо проносившихся стражников. Выйдя на прямую к воротам, Елизар увидел, что их в спешке закрывают, отрезая путь к бегству. Возле ворот столпилось не менее двух десятков имперцев, вооруженных мечами и копьями.

Внезапно в стороне от них раздался шум и на площадь между воротами и заканчивающейся улицей появился огромный волк с девушкой на спине. Елизар затаив дыхание, увидел, как Рамир выскочив к воротам, едва успел изменить траекторию бега, чтобы не врезаться в ощетинившуюся копьями толпу стражников.

Райна швырнула несколько файеров в толпу, которые взорвались в гуще имперцев, расшвыривая тела и сея смуту в ряды стражников. Когда Рамир уже готов был вновь скрыться в темных улицах города, его тело окольцевали два серых облака. Волк судорожно дернулся, пытаясь вырваться из серых колец, но к двум кольцам добавилось еще третье, окончательно сломав волка и заставив его распластаться на площади.

Тело Райны тоже сковало серое кольцо. В нескольких метрах от беглецов стояли два мэджика. Мужчина и женщина. Они плотно держали дино и амадину в своих заклятьях, выкачивая из них жизненную энергию. Райна упала сначала на одно колено, а затем рухнула на мостовую всем телом возле Рамира, который уже трансформировался обратно в арла.

Стражники взяли обоих в кольцо копий и мечей, не давая шанса даже пошевелиться. Один из мэджиков подошел вплотную к беглецам и защелкнул на их шеях ошейники, которые ограничивали их силу.

Подняв на ноги качающихся ребят, два десятка стражников направились в городской острог, чтобы заключить в камеры пленников.

— Ищите Темного и древлянина. Они не могли уйти далеко, — раздался властный голос на площади.

Елизар переглянулся с Айдариэлом. Похоже, они застряли в столице на неопределенное время. Спустя несколько мгновений оба спутника скрылись в темных недрах городских кварталов.

Джемай выслушал доклад о поимке двух из четверых опасных преступников и приказал привести их к нему. Спустя час Рамир и Райна стояли перед императором в ошейниках и закованных в цепи.

— Так значит, ты, стало быть, амадина храма Темных? — Джемай подошел вплотную к девушке. Позади императора шел Тантор. Девушка проигнорировала вопрос императора, разглядывая его советника. Тот стоял чуть позади и тоже смотрел, не отрываясь в сторону Райны. Кулон с рунами Темных на груди советника говорил сам за себя.

— Ты слышала мой вопрос? — Джемай повысил голос.

— Да, я амадина, — Райна перевела взгляд на императора.

— И что же ты делаешь в столице? Я слышал, вы практически никогда не покидаете своего храма.

— Я искала новых адептов для моих владык. — Райна вновь встретилась взглядом с Тантором.

— Ну, хорошо, я могу поверить, в то, что ты искала своих адептов вместе с Темным. Но как ты объяснишь присутствие вместе с вами древлянина и этого дино? — Император указал рукой в сторону Рамира. Тот стоял, глядя перед собой с безучастным видом.

— Они помогают мне…

— Ты лжешь! — Перебил девушку император. Древляне вели многовековую войну с вами, и теперь ты хочешь сказать, что один из них вам помогает? Милая моя. Я дам тебе еще один шанс. Что ваша четверка делала в Ардосе?

Райна молчала. Джемай обошел вокруг пленников и посмотрел на Тантора.

— У тебя есть хоть какие-нибудь предположения?

— Я думаю, что наши мэджики смогут разговорить им язык, мой повелитель.

Джемай посмотрел в сторону мужчины стоявшего до этого чуть позади пленников в накинутом капюшоне. Мужчина зорко следил за движениями императора. Джемай, молча, кивнул ему и тот, откинув капюшон, вскинул руки в направлении пленников. Два темных облака заструились с ладоней мэджика и окутали с ног до головы пленников. Райна стиснула зубы от боли, давя в себе крик и лишь глухо застонав.

Рамир казалось, сопротивлялся дольше, но и он, упав на одно колено, приглушенно захрипел. Неимоверная боль разрывала тела пленников. Казалось мышцы, и плоть разрываются на части. Из носа Райны потекла кровь.

— Достаточно, — остановил мэджика Джемай. — Мне они нужны пока еще живыми. Отведите их обратно. Пусть с ними поработают наши палачи. Я думаю, что скоро они заговорят.

Несколько стражников рывком подняли находящихся практически без сознания пленников и увели обратно в острог.

— Надо усилить поиски, — повернулся Джемай к Тантору. — Я думаю, что Темный является главным звеном в их отряде. Древлянин меня интересует меньше. Усильте охрану на южных воротах. Они ведь, кажется, туда спешили? И пригласи мне Флая. Для его хайтеров есть работа.

Тантор согласно кивнул и покинул императорский зал, отправив гонца в Террию, известный на весь Ардос трактир, где собирались наемники, профессиональные убийцы и прочий отчаянный люд.

Хайтеры занимались розыском, профессиональным воровством и шпионажем. Их орден возглавлял молодой, лет тридцати пяти мужчина, которого все знали как Флай. Короткая стрижка, аккуратная бородка и пристальный, казалось бы, пронизывающий насквозь взгляд руководителя Ордена, говорил о том, что Флай не зря ест свой хлеб.

В Орден можно было попасть, лишь проработав на него несколько лет и зарекомендовав себя с выгодной для Ордена стороны. Хайтеры не признавали никаких норм морали. У них не было кодекса, который бы предписывал участникам Ордена определенных строгих правил. Костяк Ордена составляли молодые, сильные, в прошлом отличные воины, которые пробовали себя на поприще наемников и убийц.

Если хайтер брал заказ и не выполнял его. Он попросту исчезал. В Ордене не было неудачников. В отличие от той же Лиги наемников, хайтеры действовали очень искусно и не заметно.

Как правило, хайтер выполнял свою работу, получал от заказчика гонорар и исчезал до нового задания. Сейчас, Джемай был заинтересован в услугах Флая. В столице поговаривали, что нынешний император занял трон не без помощи главаря Ордена и его людей.

Прибыв в Террию, посыльный сообщил бармену, что Флая разыскивает Император и передал особую метку, подтверждающую его слова. Бармен кивнул и занялся своими делами. Можно было не сомневаться, что сообщение найдет своего адресата.

Когда над городом спустились сумерки, Джемай прогуливался в своем саду. Небольшие фонтаны дарили живительную прохладу, окружающей листве и его обитателям.

В саду, по коротко подстриженной траве, прогуливались птицы с красивым оперением. В зарослях густого кустарника, спасались от жары, одомашненные дикие псы, доставленные из Мертвых земель. Эти хищники осуществляли охрану сада и Императора не хуже хорошо обученной дворцовой стражи.

Джемай в задумчивости подошел по мощеной дорожке к одному из искусственно созданных водопадов, который взметнулся ввысь на добрых десять метров. Вода каскадами струилась вниз, приятно лаская слух своим шумом.

Император, молча, созерцал струящиеся потоки воды, когда сзади кто-то тихонько кашлянул, словно прочищая горло. Джемай обернулся и увидел перед собой Флая. С нескольких сторон к императору подкрадывались псы, прижимаясь к земле и хищно скаля пасти, обнажая мощные клыки. Джемай поднял руку, жестом остановив их, и хищники, потеряв интерес, вернулись на свои места.

— Меня всегда удивляла твоя способность, появляться крайне неожиданно. Я скоро перестану доверять своей страже. Может быть мне лучше нанять твоих хайтеров? — Джемай с улыбкой смотрел на своего гостя.

— Вы знаете, что это не приемлемо для Ордена. — Так же улыбнувшись в ответ, произнес Флай. — У Императора есть работа для Ордена?

— Вчера, городская стража задержала двоих незнакомцев, которые убили семерых моих человек и покалечили несколько горожан. Это мэджик, амадина из храма Темных. Вместе с ней был дино. Мне стало известно, что с ними были еще древлянин, и самое интересное, Темный. Этот персонаж меня интересует больше всего. К сожалению этих двоих задержать не удалось. Твои хайтеры знают Ардос как свои пять пальцев. Я хочу, чтобы они нашли их и как можно быстрее.

— Меня интересует цена вопроса? — Флай смочил руку в водопаде и стряхнул капельки влаги с ладони.

— Я даю за обоих пятьсот агатов. Это больше чем необходимо. Незнакомцы пришли со стороны восточных ворот. Это могут быть шпионы Мин-Одата. Чем быстрее вы их найдете, тем быстрее получите свои агаты. — Джемай посерьезнел и теперь внимательно смотрел на своего собеседника.

— Орден возьмется за это дело, — после некоторого раздумья ответил Флай.

— Прекрасно, — Джемай развернулся и направился в сторону своих покоев, дав понять гостю, что аудиенция закончена.

Тантор покинул дворец и направился в городской острог, где содержались пленники. Пройдя мимо тюремной охраны, он спустился в подвал. В полумраке коридора отдавало сыростью. В воздухе витал запах плесени и нечистот. Поморщившись, советник подошел к интересующей его камере.

Тюремщик отомкнул засов и впустил Тантора в камеру, где на жесткой койке из грубо сколоченных досок сидела, обхватив колени амадина.

— Ты знаешь, зачем я сюда явился. Где пришелец? — Тантор прикрыл за собой дверь, отпустив тюремщика погулять.

— Кто ты? Жрец? — Райна стиснув зубы, смотрела на гостя.

— Я советник императора. Меня зовут Тантор. — Мужчина пристально следил за пленницей.

— Джемай знает, кто ты на самом деле? — Райна смотрела в одну точку на стене, расположенной напротив нее.

— Ты задаешь не те вопросы амадина. Я общаюсь напрямую с богами, ты обязана мне подчиняться. — В голосе советника появились железные нотки. — Где пришелец?

— Я не знаю где он, — равнодушно произнесла девушка, — мы разделились, когда уходили из постоялого двора.

— Как его имя? — Тантор сверлил взглядом амадину.

— Его зовут Елизар, — таким же безразличным голосом ответила Райна.

— Я свяжусь с Темными, чтобы узнать твою судьбу. Ты не выполнила того, зачем тебя направили. — Советник развернулся и направился к двери.

— Я готова вернуться в храм и понести наказание, — раздался тихий голос девушки.

— Я сообщу тебе волю богов, — ответил Тантор и покинул острог.

Вернувшись в келью, советник сотворил охранное заклинание и, подойдя к зеркалу, которое заменили взамен сломанного, совершил обряд вызова Темных. Зеркало потемнело и в нем начало клубиться серое облако с проблесками фиолетовых разрядов.

— Говори, — прошелестел в келье голос Темных.

— Елизар в городе, Владыки, — Тантор замер в поклоне.

— Ты встретил его? Амадина с ним?

— Боюсь, что амадина потеряла его. Сейчас она находится в остроге по приказу Императора, а Елизар исчез.

— Девчонка не выполнила своего предназначения, поставив наш план под удар. Она стала опасной и может навредить делу. Нельзя, чтобы кто-то узнал о печати Древних. Избавься от нее. Сейчас нужно найти пришельца. Ты сам поможешь ему. Елизар не должен быть пойман. — В голосе Темных, явно проскальзывали ноты ярости. Облако начало клубиться сильнее. Молнии мощными разрядами полыхали внутри.

Таверна Террия, славилась на весь Ардос тем, что это место было убежищем наемников, воров и профессиональных убийц. Здесь были свои негласные законы, которые знал каждый посетитель этого заведения.

Любой из посетителей таверны, мог чувствовать себя здесь в безопасности. Потенциальная жертва и ее убийца могли спокойно сидеть рядом, распивая вино. Однако эта безопасность длилась ровно до того момента, пока посетитель не перешагнет порог таверны, покинув ее.

Никто из постояльцев не мог останавливаться в таверне более чем на три дня. По истечении этого срока, его убедительно просили покинуть заведение, иначе он попадал в черный список и вход сюда посетителю был заказан.

Даже имперцы, зная, что в Террии находится какой-нибудь разыскиваемый преступник, старались не соваться на ее территорию, потому что это было чревато для самих имперцев.

Однажды один из капитанов городской стражи решил нарушить эти негласные законы. Зайдя в таверну, он взял под стражу одного из убийц, которых разыскивали уже более полугода. Убийцу казнили, а капитана имперцев, нашли повесившимся в собственном доме.

Джемай не раз хотел разнести это заведение, но он прекрасно понимал, что новая Террия появится в другом месте, а вот ему, не смотря на многочисленную профессиональную охрану, придется спать с открытыми глазами. Да и сам император не раз прибегал к услугам постояльцев этой таверны.

Сейчас за одним из столиков Террии сидел в одиночестве Флай и потягивал принесенное барменом вино. Разглядывая посетителей, он отмечал про себя нужных ему людей, тех, кто мог сообщить полезную информацию.

Внезапно его внимание привлекла знакомая фигура. Это был гонец при императорском дворе. Люди такого ранга редко посещали таверну, но если они сюда приходили, значит, вопрос того стоил.

Гонец переговорил с барменом и тот согласно кивнул. Парень оглядел таверну, и покинул ее. Флай подал знак нескольким хайтерам, сидевшим в разных местах зала и те, поднявшись, направились на выход, следом за гонцом. Видимо тот назначил кому-то встречу и Флай очень заинтересовался, кто бы это мог быть.

Гонец не спеша шел по улице. Над городом спустились сумерки и на стенах домов зажигали факелы для освещения улиц. Имперская стража, проходя мимо гонца, кивала ему, продолжая обход. Внезапно, гонца окликнула фигура в капюшоне и монашеской рясе, стоявшая до этого не заметно в одной из подворотен. Гонец повернулся к незнакомцу и что-то коротко сказав, направился по своим делам.

Незнакомец, так же развернувшись, направился в другую сторону. Скрываясь в темных проулках столицы, он подошел к неприметному дому и, открыв входную дверь, исчез в полумраке дома.

Бессменный бармен Террии был практически в курсе всего, что творилось в городе. Он являлся связующим звеном всех цепочек и многоходовок которые разыгрывались обитателями таверны. Слухи, интриги, новости. Однако он молчал. Бармен был немым, и это делало его бесценным для таверны. Да и спрашивать его о чем то, запрещалось все теми же негласными правилами. Поэтому подходить к нему и спрашивать о чем ему сообщил гонец, было бессмысленно.

Незнакомцем в монашеской рясе был Тантор, который теперь сидел в доме за грубо сколоченным столом и ждал посланца от того кто ему был нужен и за кем он отправлял гонца в таверну.

— Добрый вечер советник, — из-за неприметной двери в комнате появился посетитель и подошел к столу, присев напротив Тантора.

— Добрый, — кивнул советник и сотворил защитное заклятие, как делал это у себя в келье, когда призывал Темных.

Следившие за Тантором и домом хайтеры, теперь могли только догадываться о чем разговаривал с посетителем советник.

Перед Тантором сидел один из наемных убийц. Он состоял в Гильдии наемников. Лицо закрывала ткань, оставляя открытой лишь глаза и часть лба. На голову был накинут капюшон.

— Мне сказали, что у вас есть работа для наемников. — Глаза внимательно следили за советником.

— Да, есть — коротко кивнул тот.

— Что же это за арл, которого так необходимо устранить, прибегая к нашей помощи? — В глазах не было и тени усмешки, но это явно чувствовалось в голосе.

— Это не арл. Это мэджик. Амадина храма Темных. День назад, она вместе с дино была поймана в городе. Сейчас она находится в остроге. Мне нужно чтобы ты ее убрал. Амадина опасна для меня. — Тантор чуть подался вперед. — Тебе уже не так смешно?

— Нет, — покачал головой наемник, уже более внимательно глядя на советника. — Вы знаете, что амадину так просто не убрать. Что вы предлагаете?

— Сейчас она в ошейнике и ее сила значительно ослабла. Я уговорю Императора, чтобы он приказал доставить ее во дворец. В этот момент вы нападете на стражу и убьете амадину.

— Но, вы же прекрасно знаете, что после этого Император спустит всех собак, чтобы найти убийц и… заказчика. К тому же амадину будет охранять мэджик и не менее десяти имперцев. Это, по сути, невыполнимо. Я потеряю многих своих.

— Значит, я зря обратился к вам, — советник поднялся из-за стола — Гильдия уже не та, что была раньше.

— Я не сказал, что мы отказываемся от этого дела. Не мне вам говорить, что после этого задания всем участникам придется исчезнуть из города навсегда.

— Это не мои проблемы, — жестко посмотрел на наемника Тантор.

— А что с дино? Он тоже опасен?

— Нет, дино не так опасен, но если вы устраните и его, это будет бонусом к оплате.

— Когда вы собираетесь поговорить с Императором?

— Завтра днем и возможно, что к вечеру амадину доставят во дворец. Этого не должно произойти. Вы меня поняли? — Тантор не дожидаясь ответа, бросил на стол мешочек с камнями.

Наемник развязал тесемки и его глаза широко распахнулись. В ладонь высыпалась горсть драгоценных камней, переливающихся в свете светильников, горевших на стенах, своими многочисленными гранями. Это был неслыханный гонорар. За такую сумму можно было покуситься на самого императора.

Убрав камни в мешок, и сунув его за пазуху, наемник встал из-за стола.

— Мы все сделаем. Это наша последняя с вами встреча.

Тантор еще несколько мгновений смотрел в сторону наемника, а затем, развернувшись, покинул дом. Сейчас нужно было убедить Джемая в том, что амадина что-то знает и ее необходимо допросить во дворце.

Наемник так же покинул дом и скрылся в сумерках. Исчезнуть из города с гонораром, не выполнив задания, было немыслимо для репутации наемника. Двигаясь по ночным улочкам в сторону Террии, наемник не заметил, как следом за ним под покровом ночи крались два чужака.

Тантор вернулся во дворец и, закрывшись в келье, сел в задумчивости за стол. Нужно было что-то решать с Елизаром. Если люди Флая найдут его раньше, чем он, Императора будет крайне сложно убедить в том, что пришелец не шпион. Джемай попросту казнит его, предварительно, допросив. Если он узнает про печать и Темных, с планом Владык можно будет распрощаться. Джемай не захочет делить с ними власть.

Елизар поднялся и сел за стол. В том, что он побывал в мире Темных, он нисколько не сомневался. Казалось, что в носу до сих пор стоял запах серы. В этот момент в комнату зашла Сейла и положила на край стола сухую одежду.

— Как зовут ваших Темных богов? — Елизар внимательно посмотрел на девушку.

— Темный проверяет меня? — Испуганно произнесла тихо Сейла, стараясь не поднимать глаз в сторону Елизара. — Талас, бог смерти и разрушения. Мы молимся ему, чтобы он не забирал рано наших близких и родных когда те болеют или в опасности…

— Второй Сатар, — подсказал Елизар, не дослушав девушку.

— Да, — кивнула та. — Бог боли, страха и безумия. Он спасает нас от людской ненависти, или чтобы избавил нас от мучений. Кто-то наоборот призывает его, чтобы наказать своих обидчиков, так же как и Таласа.

— Ты знаешь, что-нибудь об Альдэроне, семи мирах? — Елизар внимательно посмотрел на девушку. Айдариэл, услышав разговор, подсел рядом с Елизаром.

— Темный пугает меня своими словами. — Девушка вжала голову в плечи, — я не знаю, о чем вы говорите.

— Ты тоже заинтересовал меня. Я знаю об этих богах, но об Альдэроне слышу от тебя впервые. Что это за семь миров? — Древлянин с интересом посмотрел на Елизара.

— Я был в мире Темных. Его называют Эйнос.

— Так же как и в Храме? Тогда? — Айдариэл слегка кивнул в сторону головой, намекая на сон.

— Да, — Елизар коротко кивнул.

— Ты видел богов, они разговаривали с тобой? — Древлянин начал одеваться.

— Да, видел и разговаривал, — Елизар покосился на девушку. Та поняла, что лишняя здесь и вышла из комнаты.

— Они говорили, что если погибнет один мир, то во всех семи мирах Альдэрона наступит хаос. — Медленно произнес Елизар, начав одеваться.

— Значит наш мир не единственный, — так же задумчиво произнес Айдариэл. — Что будем делать дальше?

— Надо вытаскивать Райну и Рамира. Без них идти нельзя.

— Боюсь, что вытащить их будет не реально. — Покачал головой древлянин. — Они пожертвовали собой. Нам нужно двигаться дальше.

— Интересно как мы пройдем мимо стражи на южных воротах, — усмехнулся Елизар.

— Я думаю, в городе есть не мало, лазеек, которыми пользуется местный люд.

— Извините, я слышала ваш разговор, — в комнату вошла Сейла, — мой отец занимается очисткой городских стоков, которые идут под землей. Я думаю, когда он придет в себя, то сможет помочь вам.

Елизар переглянулся с Айдариэлом. Это был вариант, который они могли испробовать.

На следующее утро, покинув келью, Тантор нашел Императора, прогуливающимся в своем саду. Подойдя к Джемаю, советник склонился в почтительном поклоне.

— Как там наши шпионы? Еще не заговорили? — Джемай кивнул в ответ на поклон Тантора.

— Думаю, что амадине есть, что нам сказать. Велите, чтобы ее доставили во дворец для допроса. — Советник подошел, встав рядом с Императором.

— Ты уверен, что это так необходимо? — Император посмотрел в глаза Тантору, — разве мы не можем узнать это от палачей?

— Я думаю, что информация, полученная нами от посторонних, может быть не такой полной и достоверной. — Советник не отвел взгляда, чтобы Джемай не мог расценить это как лукавство.

— Хорошо, я прикажу доставить ее во дворец. А дино?

— Я думаю, его можно просто казнить как убийцу. Он не представляет для нас никакой ценности.

— Я не могу этого сделать, пока не узнаю, какую роль каждый играл в этой четверке. Мои люди сейчас ищут остальных беглецов. — Император подошел к кусту, росшему возле мощеной дорожки и, сорвав небольшой продолговатый плод с ветки, отправил его в рот.

— Что-нибудь известно по ним? — Тантор наблюдал за Императором, как тот сплевывает косточку плода в ладонь и выбрасывает ее в гущу кустарника.

— Пока нет. Входы и выходы в город находятся под жестким контролем имперской гвардии. Никто не сможет проскочить без моего ведома.

— Это хорошо, — кивнул Тантор, — есть еще кое-что. Мне необходимо отправиться в южные земли. Есть информация, что четверка направлялась именно туда. Необходимо узнать, что там есть. Что привлекло их внимание. Думаю, амадина сможет нам рассказать.

— Откуда информация? — Джемай настороженно покосился в сторону советника.

— Гвардейцы допросили некоего Троя, торговца, который заплатил за постой этой четверки на постоялом дворе. С его слов они нанялись в охрану обоза, которым тот владеет и направляется в южные земли.

— И что он говорит?

— Торговец рассказал, что незнакомцы хотели пересечь Ардос и направиться в качестве охраны в ту сторону. На юге, в приграничных землях сейчас тоже, работают наши некроманты. Стража не пустила этих четверых в город. Он им помог, включив в подорожную грамоту. С какой целью они направлялись туда, торговец не знает. — Советник пожал плечами.

— Значит, ты хочешь допросить амадину и направиться в южные земли? — Император внимательно посмотрел на своего советника.

— Часть восточных земель уже под контролем наших некромантов. Граница и несколько поселений. Но до меня дошла информация, что Темный, уничтожил одну из деревень, подконтрольных нашим некромантам на востоке. Если этот Темный способен уничтожить мертвецов, он может сорвать наши планы. Эти четверо покинули восточные земли и направлялись в сторону южных границ. Нужно выяснить какая у них была цель.

— Не нравиться мне такой расклад, — проворчал Джемай. — Ты нужен мне сейчас здесь в городе. Разве нельзя отправить твоих людей в эти южные земли?

— Я думаю, они не знают, что именно нужно искать. Я, к сожалению пока тоже, но амадина должна прояснить ситуацию. Боюсь, что это нечто, может значительно повлиять на ваши планы.

— Значит, скоро мы все узнаем от нее, а там будем решать, — произнес Джемай и, развернувшись, направился в сторону дворца.

Тантор проводил императора взглядом и поспешил в свою келью. Мысли были заняты амадиной. Если ее смогут доставить во дворец, она может наговорить лишнего, а этого допустить было нельзя и нужно было срочно выходить на Елизара. Прошло уже больше суток, а пришелец, словно в воду канул.

Флай продолжал сидеть за столиком в таверне, когда к нему подсел один из его хайтеров.

— Гонец приходил по указанию советника Императора, — тихо произнес он.

— С кем тот назначил встречу? — Флай прищурился, глядя в сторону посетителей таверны.

— Наши люди не смогли прослушать разговор. Советник поставил охранное заклинание, но после разговора двое наших, проследили за вторым гостем. Им оказался наемник.

— Стало быть, кто-то перешел советнику дорогу, — задумчиво произнес Флай. — Знать бы кто?

— Нам продолжать следить за наемником? — Хайтер вопросительно посмотрел на своего начальника.

— Да, — коротко кивнул тот. — Любая новость должна быть сразу у меня. Что известно про Темного и древлянина?

— Пока ничего. Они нигде не появлялись. Все трактиры и забегаловки под нашим контролем. Скорее всего, они пока где-то затаились.

Флай цокнув с досады языком, качнул головой и жестом руки дал понять своему шпику, чтобы тот продолжал поиски.

Зайдя в таверну, где останавливались на ночлег Темный и древлянин, Флай поднялся в их комнату и осмотрел оставленные вещи, еще не тронутые прислугой таверны.

Забрав часть из них, и спрятав под одежду, Флай покинул таверну, направившись к восточным воротам. Проследив, чтобы за ним не было слежки, глава Ордена несколько раз сворачивал по безлюдным улочкам, петляя и заметая следы.

Наконец он дошел до нужного дома и, открыв дверь, шагнул в его полумрак. Пройдя в огороженную небольшим простенком комнату, он оказался перед пожилой женщиной. Та сидела в кресле, а возле ее ног расположилась маленькая девчушка, лет десяти.

Женщина была слепой. Седые волосы были забраны назад черной повязкой, прикрывавшей глаза. На голову был накинут черный платок. Слегка полноватые руки покоились на подлокотниках кресла.

— Приветствую тебя Дария, — Флай вынул из-под одежды принесенные вещи чужаков и передал их подошедшей девчушке. Та вернулась с ними на место и положила их на колени женщине.

Дария коснулась вещей своими руками и провела по ним ладонью.

— Я знала, что ты придешь, — ответила женщина.

— Вот как? — Тихо удивился Флай и, подставив стул перед женщиной, присел на него.

— Ты ищешь пришельца, — женщина мелкими движениями пальцев касалась принесенных главой Ордена вещей.

— Пришельца? — Не понял мужчина, сведя брови к переносице.

— Он не из нашего мира. Я не могу понять, как он здесь оказался. Его окружает чистая как лесной воздух магия древлян и темная магия Талоса. И… — женщина замерла, а в следующее мгновение отдернула руку от вещей — Древние.

— Ты настораживаешь меня Дария. Что это все значит? Ты можешь сказать, где он? — Слова женщины приводили Флая в недоумение. Казалось, что он пришел к этой ведунье за ответами, а получил вместо этого еще больше вопросов.

— Я вижу древлянина, он в ремесленных кварталах, не далеко от городского острога. — Женщина вновь осторожно коснулась вещей.

— Я понял. Спасибо тебе, — Флай благодарно кивнул и, вынув несколько монет, положил поверх вещей. Затем он поднялся, направившись в сторону дверей.

— Этот город проклят, — произнесла в след уходящему мужчине Дария.

— Мы все прокляты… — Флай обернулся.

— Ардос станет городом мертвых, — повысив голос, перебила его женщина.

Флай замер, не зная как понять слова ведуньи. Лишь одно он уловил своим тонким профессиональным чутьем, скоро грядут большие перемены.

Елизар в задумчивости сидел за столом и вспоминал все те перипетии, что выпали на его судьбу в последнее время. Перед глазами стояла Райна. Вот она ожесточенно борется с мертвецами в небольшой деревеньке. А вот схватка в таверне. Их тренировки на лесных полянах.

Казалось, Райна была той Лариской, что так вскружила голову Елизару. Та же ангельская внешность и дьявольский характер. Встряхнув головой, Елизар сбросил с себя это наваждение и посмотрел в сторону Айдариэла. Тот сидел напротив за столом и готовил снадобье из принесенных Сейлой с местного рынка ингредиентов, чтобы поставить быстрее на ноги ее отца.

Оставлять в городе Райну и Рамира Елизар отказался, не смотря на все доводы Айдариэла. Эта пара стала частью его команды, а русские своих не бросают, как он сказал упертому древлянину. Нужен был план, как вытащить их из острога, а отец Сейлы выведет их из города.

Девушка объяснила, как найти городскую тюрьму. Оказалось, что накануне они с древлянином практически дошли до нее, когда неожиданно нарвались на двоих грабителей.

За окном сгущались сумерки. Нужно было идти к острогу. Поднявшись из-за стола, Елизар кивнул Айдариэлу, показывая в сторону дверей. Древлянин отставил в сторону пиалу со снадобьями.

Вооружившись, оба тихо покинули дом и в сгущающихся сумерках направились в сторону острога. Прячась в подворотнях, Елизар подошел вплотную к тюрьме. Возле больших, обитых железом двухстворчатых дверей прохаживались два стражника.

По периметру острога была возведена мощная толстая стена, по которой сейчас патрулировала охрана. Тюрьма мало чем отличалась от изолятора в мире Елизара. Он уже проходил однажды через это. Но чтобы самому туда лезть, об этом он никогда бы не подумал.

Обойдя острог по периметру, Елизар нашел несколько уязвимых мест в охране тюрьмы. Оставался главный вопрос, сколько стояло стражников внутри тюрьмы. На стенах он насчитал восемь человек и двое у ворот.

Внезапно ворота медленно распахнулись, и из недр тюрьмы вышел конвой в количестве шести человек и одного мэджика. В центре конвоя двигалась Райна, закованная в цепи и ошейнике. Все тело было исполосовано и кровоточило. Видимо местные тюремщики даром времени не теряли.

— Куда они ее? — Елизар посмотрел в сторону Айдариэла.

— Я не знаю, — покачал тот головой, не сводя взгляда с конвоя, — возможно во дворец к Императору.

Мэджик двигался впереди. Это был мужчина лет тридцати. Абсолютно лысый, в монашеской рясе с откинутым капюшоном. Какой силой он обладал, Елизар не знал, но это был шанс. Все же лучше чем штурмовать острог.

Двигаясь следом за конвоем, Елизар дошел до перекрестка двух не слишком больших улиц. Конвой повернул в сторону дворца, и в этот момент с крыш и из подворотен на стражников напало несколько человек. Трое стражников упали сразу, пронзенные стрелами. Трое других начали оказывать ожесточенное сопротивление, выхватив мечи. Со стороны нападавших, тоже были убитые.

Мэджик вертелся волчком, перемещаясь по перекрестку и нанося удары нападавшим. В одной руке у него был меч. Со второй руки срывались короткие разряды голубых молний, которые впивались в тела нападавших, покрывая их сеткой мелких струящихся по телу разрядов.

Получив разряд, нападающий вскрикивал и, выгнувшись дугой, заваливался на мостовую, после чего его добивали стражники.

— Вперед, — стиснув зубы, рванул в сторону драки Елизар. Айдариэл не отставал.

Еще двое стражников завалились на мостовую, окрашивая ее своей кровью и пронзенные стрелами древлянина. Елизар налетел на мэджика. Два меча схлестнулись в смертельном поединке. Райна, отбивающаяся от двух наседавших на нее наемников, старающаяся держаться поближе к мэджику, вдруг с удивлением встретилась глазами с Елизаром. Тот на мгновение замер и пропустил скользящий удар мечом по руке.

Сквозь стиснутые зубы раздался сдавленный стон. Елизар схватился за раненную руку, которая безвольно повисла плетью. Райна накинула сзади цепь на шею мэджика и начала его душить. Мужчина схватился свободной рукой за цепь.

В следующее мгновение по цепи проскочил разряд, который впился в тело девушки. Райна вскрикнула от пронзенной боли и, отпустившись от мэджика, припала на одно колено на мостовую. По ее телу сновали маленькие голубые разряды.

Мэджик занес меч, чтобы нанести удар, но в этот момент его тело прошил насквозь, чей-то клинок. Сзади стоял мужчина, лицо которого закрывала повязка, оставляя лишь открытыми глаза. Тот пристально смотрел в сторону Елизара.

К месту схватки подтянулись еще два патруля городской стражи. Весь перекресток был усеян телами. Елизар мельком заметил, что несколько человек, дерутся между собой и параллельно, нанося удары городской страже.

Вдруг с низко расположенных крыш спрыгнули еще полдюжины одетых во все черное нападавших. Люди двигались с какой-то кошачьей грацией. Спустя несколько минут все было кончено. Ослабевшего Елизара подхватили крепкие руки и потащили в сторону ремесленных кварталов.

Елизар уже практически не понимал, что происходит вокруг него. Раненая рука горела огнем. В полубессознательном состоянии его втащили в какой-то дом и положили на грубо сколоченный топчан, накрытый шкурами.

Проваливаясь в забытье, он сквозь смежающиеся веки увидел Райну и Айдариэла, которые тоже были в этой комнате. Оба были обессилены и с трудом сидели на скамейке возле стола. Райна поднялась на ноги и легла на топчан рядом с Елизаром. Это последнее, что он помнил.

Утро застало Елизара разметавшимся по топчану. Рука была перевязана и уже не саднила так сильно. Напротив него, на стуле сидел незнакомец и внимательно его разглядывал. Елизар встретился с ним глазами.

— Кто ты и почему из-за тебя весь город стоит на ушах? — Раздался голос незнакомца.

— Меня зовут Елизар, — хрипло ответил Евгений, стараясь принять сидячее положение. За спиной незнакомца возле стола сидели древлянин и амадина, которые смотрели в их сторону. С амадины сняли цепи и по видимому, срезали ошейник, который ограничивал ее силу и не позволял быстро восстанавливаться.

— Я знаю твое имя, — произнес незнакомец, — Меня зовут Флай, я глава Ордена хайтеров. За твою голову Император заплатил хорошие деньги. Я не могу понять, почему две самые сильные организации в городе сбились с ног, разыскивая тебя. Вчера мы схлестнулись не только со стражниками, но и наемниками. Я потерял не мало своих людей. Зачем ты так нужен Императору?

— Я не знаю, зачем я понадобился вашему Императору, — покачал головой Елизар. Айдариэл принес воды и подал ее Евгению. Тот большими глотками осушил ковш и вернул его древлянину.

— Твои спутники сказали, что вы направляетесь в южные земли. В остроге остался дино. Сейчас весь город стоит на ушах. Городская стража усилена. Император рвет и мечет из-за того, что у него из-под носа увели амадину. Я хочу знать, во что я ввязался?

— Я не просил тебя помогать нам, — холодно ответил Елизар, — но я благодарен тебе за помощь.

— Благодарен? — Изумился Флай и рывком поднялся на ноги, — если б не я и мои люди, ты лежал бы сейчас вместе со своими спутниками на том перекрестке. На конвой напали не с целью освободить амадину, а убить ее.

— Мне нечего тебе сказать, — покачал головой Елизар.

— Ты Темный, и ты пришелец из другого мира. Я знаю об этом. Император очень хочет твою голову, а тебе нечего мне сказать? — Флай расхаживал по комнате, не сводя взгляда с Елизара.

— Что ты хочешь от меня? — Вспылил Евгений, дернувшись на кровати, и тут же поморщился от боли в раненой руке.

— Я… хочу… знать…. зачем… ты… Императору? — Медленно произнес Флай. — Мне стоит только махнуть рукой, и вся городская стража будет здесь с минуты на минуту. Я поступился вековыми принципами Ордена, не выдав тебя Джемаю. А ты сидишь и играешь в молчанку? Я чувствую нутром, что грядет, что-то очень серьезное. Ты не зря оказался в этом мире Темный.

— Мне нужно на Хорос, — жестко ответил Елизар, выслушав гневную тираду Флая.

— На Хорос? — Изумленный взгляд остановился на Елизаре, — что ты оставил на этом, всеми богами забытом острове?

— Мне нужна печать Древних, — Елизар тоже не сводил взгляда с главы Ордена.

— Какая печать? Тогда зачем ты Императору?

— Я не знаю, — Елизар покачал головой и, прислонившись затылком к стене, закрыл глаза. Объяснять, что-то этому человеку у него не было сил.

— Оставь его, он еще слишком слаб, разве ты не видишь? — Раздался голос амадины.

Флай посмотрел в сторону девушки и через мгновение вышел из комнаты.

Джемай готов был разнести весь дворец. Начальника городской стражи он приказал казнить. Тантор стоял перед Императором и выслушивал гневные тирады. Амадина пропала. С одной стороны это было на руку советнику, с другой стороны появлялась неясность в дальнейших планах. По сути у него отпала необходимость сопровождать Елизара в Тау-Шан, но оставался вопрос относительно того где сейчас находится пришелец и с ним ли сейчас амадина.

Все ворота в городе были усилены стражей. По городу так же патрулировали усиленные за счет регулярной армии Императора стражники. Кругом проходили обыски. Весь город стоял на ушах. Казалось, в столице сейчас резко уменьшилось количество жителей и резко возросло количество имперцев.

— Вызови мне Флая, я должен с ним переговорить, — император был резок. Развернувшись, он покинул тронный зал и направился в свои покои.

Тантор направил гонца в Террию, а сам возвратился в свою келью. Подойдя к зеркалу, он призвал своих Владык.

— Император крайне недоволен сложившейся ситуацией. Он готов разнести весь город, чтобы найти пришельца, — Тантор стоял в почтительном поклоне. Облако мерцало разрядами. В келье была почти гробовая тишина.

— Ты убьешь императора, — раздался шелестящий голос, через некоторое время.

— Что? — Тантор изумленно посмотрел на зеркало.

— Ты убьешь Императора и совершишь обряд инициации. Тело Императора станет нашим. Ты все понял?

— Да Владыки, — Тантора всего трясло.

— Дай команду некромантам, пусть выдвигают свои отряды в сторону столицы. Скоро придет наше время. Нужно лишь уничтожить печать. — Облако постепенно растворилось в зеркальной поверхности.

Тантор сел за стол и облокотившись о столешницу, закрыл лицо дрожащими ладонями. Пришло время для того, для чего он здесь появился.

Илия объехал вместе с Хавратом все приграничные поселения, где томились на рудниках друзья его нового знакомого. Вскоре отряд из двенадцати человек направился в сторону границы с Антанией.

Десятка отчаянных парней согласилась сопровождать Илию в его походе. Еще двое, узнав, куда они направляются, отказались покинуть рудники, посчитав этот поход в один конец. Молва о разведотряде, сгинувшем в ущелье, быстро разнеслась по землям хасков.

Остановившись возле подножия горной гряды, отряд расположился на ночлег. Завтра предстояло войти в ущелье, чтобы подойти к заставе антанцев. Хаски разожгли костер и собрались возле него, тихо переговариваясь между собой.

Илия осмотрел дорогу, которая уходила вниз между двух соседних скал. Редкие, хилые деревца, растущие в скальной породе, тянулись по краям ущелья. В нескольких местах произошли обвалы, частично завалив и без того не широкую тропу.

Хаврат подошел к начальнику дворцовой стражи и встал рядом.

— Тебя что-то тревожит? — Поинтересовался он у Илии.

— Не знаю, — покачал тот головой, — какое-то странное предчувствие. Раньше такого не было. Словно стоишь на краю пропасти и решаешь сделать шаг вперед или назад.

— Животные ведут себя очень настороженно. Такое ощущение, что их что-то пугает. Сколько нам двигаться по этому ущелью?

— Если идти без задержек примерно день пути, я был тут несколько раз, когда мы ходили в походы против антанцев.

— Но ведь сейчас у нас с ними перемирие вроде бы? — Хаврат вопросительно посмотрел на Илию.

Тот повернулся в сторону хаска и молча, кивнул, направившись к костру. Над лагерем быстро спускались сумерки. С ущелья дул холодный принизывающий ветер, который тоскливо подвывал, нагоняя и без того гнетущее настроение хасков.

Ночь прошла спокойно, и с первыми лучами утреннего солнца отряд выдвинулся в ущелье. Тропа петляла между скал, то поднимаясь вверх, то опускаясь и теряясь сквозь многочисленные завалы. Похоже, что тропу уже много дней не чистили.

Дэвы с легкостью несли на себе седоков, перескакивая небольшие обломки камней, рухнувших с высоты и раскрошившихся на более мелкие части при падении. Через полдня пути отряд остановился возле небольшой горной речушки.

Один из бойцов направился набрать воды, как вдруг его внимание привлек предмет, лежащий на дне не далеко от берега. Вглядевшись в очертания предмета, хаск резко обернулся и встревоженным голосом позвал остальных.

Отряд подтянулся к берегу и все посмотрели туда, куда указывал их спутник. На дне реки под струящейся водой, застряв в камнях, лежал меч, а его рукоять накрепко сжимала оторванная человеческая кисть.

Илия вошел в ледяную воду и, подняв меч, вернулся с ним на берег. Вокруг него собрались остальные бойцы.

— Это меч хаска из разведотряда. На нем клеймо имперской гвардии, — тихо произнес он, пытаясь освободить мертвую хватку запястья.

— Это рука не была отсечена, — заметил один из бойцов, — сталь не оставляет таких ран.

— Что или кто мог такое сделать? — Поинтересовался стоящий рядом с Илией хаск.

— Похоже на хищника, — ответил Хаврат.

— Никому не разбредаться. Костры жечь не будем. Перекус, небольшой отдых животным и снова в дорогу. Смотреть в оба, мечи держать наготове. — Жестко скомандовал Илия, оторвав, наконец, кисть и швырнув ее, обратно, в реку.

Отряд, молча, разгрузил животных, дав им не большой отдых. Илия выставил двух дозорных, чтобы они могли предупредить об опасности. Хаски забрались на скалы и оттуда обозревали ущелье. Ветер стих и тишину, воцарившуюся в ущелье, нарушал лишь шум реки. Мощный поток, омывая камни и перекатываясь на порогах, устремлялся в противоположном движении отряду. Над ущельем нависли низкие тучи. Казалось, вот-вот начнется дождь.

Спустя час, отряд снова начал движение. Теперь двигались медленно, стараясь производить как можно меньше шума. Большая часть пути была пройдена, благодаря быстрым дэвам. Вскоре ущелье должно было кончиться.

Илия внимательно смотрел по сторонам. С одной стороны тропы была отвесная стена, с другой стороны шел обрыв в пропасть, где шумя своими водами, неслась река. Тропа постепенно сужалась. Начальник дворцовой стражи отмечал про себя места возможных засад, но каждый раз все было тихо.

Дэвы начали заметно нервничать. Их приходилось едва ли не силой принуждать двигаться вперед. Казалось, что тревога животных передалась хаскам. Бойцы озирались по сторонам, надеясь вовремя заметить опасность.

Отряд преодолевал одну легу за другой, но ничего не происходило. Илия уже начинал думать, что страхи были беспочвенными, когда сверху вдруг неожиданно для всех с едва заметного уступа на одного из хасков с тихим рыком напала непонятная тварь. Приземлившись прямо на дэва с седоком, тварь по инерции пронеслась мимо, зацепив их когтями и увлекая за собой в пропасть. Дэв испуганно вскрикнул и ушел вместе с наездником в пропасть, увлекаемый тварью.

Позади отряда приземлились еще две твари, а спереди из-за поворота вышли несколько человек, которые словно заживо сгнили и теперь представляли собой жуткое зрелище. Вышедших из-за уступа мертвецов сопровождала еще одна точно такая же тварь. Бойцы с ужасом переводили взгляды. Все происходящее казалось страшным сном. Два мертвых скалозуба хищно скалились, медленно приближаясь и припав к земле, лупили, по обнажившимся сквозь гнилую плоть ребрам хвостами.

Шестеро мертвецов с мечами в истлевших пальцах, начали сближение, переходя на бег. Третий скалозуб вырвался вперед и стремительно сокращал расстояние, оставшееся до отряда Илии.

Позади отряда, отрезая путь, к отступлению хрипя и скалясь, две скалозуба устремились к обезумевшим животным и хаскам. По спине Илии прошелся холод. Дэвы практически перестали слушаться. Через несколько мгновений кошки врезались в отряд, сбивая с ног животных и опрокидывая седоков.

Илия вынул клинки и развернул своего дэва в сторону скалозубов. Одна из кошек повалила соседнее животное с седоком и принялась рвать своими мощными клыками плоть. Илия снес телом дэва кошку и, склонившись над ней, ударил мечом. Клинок рассек гнилую плоть, и обезглавленное животное заскребло когтями землю. Дэвы остальных хасков в суматохе подмяли под себя мертвецов. Трое хасков лежали вместе со своими животными на земле.

Крошечный пятачок дороги стал, словно последним рубежом. Бой кипел несколько минут. Скудная, каменистая земля жадно впитывала в себя багровую влагу. Рычание скалозубов перемежалось с предсмертными вскриками дэвов и хасков.

Вскоре на пяточке остались лишь Илия и Хаврат. Мертвецы с помощью скалозубов практически положили весь отряд, но сами тоже легли рассеченные мечами хасков. Илия стоял спиной к спине с Хавратом, единственными выжившими из отряда. Невдалеке от них два оставшихся скалозуба терзали своими мощными клыками последнего дэва и, подняв окровавленные морды, воззрились на двух воинов.

Один глаз, как и клык, одного из скалозубов видимо потерялся в бою. Сейчас мертвый хищник остановил свой взгляд на двух бойцах и, перепрыгнув агонизирующее тело дэва, крадущейся походкой начал приближаться к Илии и Хаврату. Второй тоже, лупя в ярости себя хвостом по бокам, начал сближение, слегка отстав от первого.

В шее приближающегося хищника торчал клинок одного из хасков, практически пронзивший ее насквозь. Зверь, прихрамывая начал сближение. Когда до воинов оставалось не больше двух метров, скалозуб прыгнул, широко расставив когтистые лапы в воздухе.

Илия и Хаврат разошлись в разные стороны с мечами наперевес. Скалозуб приземлился на пустое место, поднимая когтями каменистую крошку и пытаясь развернуться для новой атаки. Второй скалозуб подкрадывался, прижавшись к земле, норовя улучшить момент для атаки.

Хаврат нанес удар мечом, оказавшись ближе и метясь в голову хищнику. Скалозуб уклонился от удара, отбив его лапой. Сталь звонко дзынькнула о когти. В этот момент Илия сблизился со скалозубом и клинком ударил по рукояти меча, торчащего из шеи мертвого хищника. Меч, разрывая плоть, вспорол шею, выпадывая из образовавшейся раны.

Голова скалозуба дернулась и в следующее мгновение отделилась от тела, упав и покатившись по каменистой земле. Хищник завалился на бок, вспарывая когтями скалистую поверхность площадки, и вскоре затих.

В этот момент второй скалозуб стремительным броском поймал в свои объятия Илию и они, вдвоем, не удержавшись на площадке, рухнули в пропасть. Хаврат подбежал к краю обрыва и увидел лишь большой всплеск воды, который брызгами разнесся по стремительно несущейся реке.

Оглядев площадку, Хаврат закинул меч за спину. Дальше идти смысла не было. Еще одну такую встречу, он не переживет. Обойдя все тела и убедившись, что никого не осталось в живых, Хаврат направился назад, вниз по течению.

Лей-Сан стояла возле окна, глядя, как вечернее солнце садится за горную гряду на западе империи. Где-то там сейчас должен был находиться Илия. При воспоминании о молодом человеке, сердце девушки тревожно сжалось. Отец отправил ее любимого туда, откуда никто не возвращался живым вот уже на протяжении нескольких дней.

В последнее время она очень сблизилась с начальником дворцовой стражи. Казалось, что Илия стал тем источником света, который создавал вокруг нее теплоту и уют. Теперь, когда его не стало, Лей-Сан почувствовала пустоту, словно холодный западный ветер пробил брешь, в, казалось бы непоколебимых стенах их отношений, и теперь ее пробирал озноб, покрывая тело мурашками. Принцесса могла сколь угодно кутаться в теплые меха, но этот озноб было не согреть, ни каким теплым мехом. Только Илия своим присутствием, своим дыханием мог отогреть замерзшую душу принцессы.

Услышав позади себя шорох, девушка обернулась. На пороге комнаты стоял один из приближенных советников ее отца.

— Принцесса, мне необходимо с вами поговорить, — произнес советник, склонившись в учтивом поклоне.

— Я слушаю тебя Сантал, — Лей-Сан отвернулась от окна и кивнула в знак приветствия.

— Речь идет о вашем отце. Я разговаривал с ним, но Император не хочет видеть очевидных вещей. Он слишком любит своих подданных, чтобы заметить угрозу, которая исходит от Совета. — Сантал подошел вплотную к Лей-Сан.

— О чем ты говоришь? — Взгляд девушки стал настороженным.

— Вот уже много лет я служу верой и правдой вашему отцу. Вы знаете, что в последнее время Совет крайне недоволен политикой вашего отца. Он дал слишком много свобод владельцам рудников. — Сантал заглянул в глаза девушке.

— Но ведь этой политики придерживались мои предки, — недоуменно посмотрела на советника принцесса.

— Времена меняются. Большинство в Совете считает, что необходимо ужесточить правила по добыче агата. Империя растет, а вместе с ней растут и запросы. Армия, образование, различные исследования, все это несет на себе бремя расходов. — Сантал слегка развел руки в стороны.

— Я не понимаю, к чему вы клоните? — Лей-Сан неосознанно перешла на более официальный тон.

— Совет пришел к выводу, что теперешняя политика вашего отца не приемлема для Империи. Они хотят ужесточить налоги. Увеличить добычу агата за счет рабов и вольнонаемных хасков. — Сантал внимательно смотрел в глаза принцессе.

— Вы прекрасно знаете, что мой отец не пойдет на это. — Лей-Сан прищурила глаза, на скулах заиграли желваки.

— Я это знаю и неоднократно говорил об этом вашему отцу. Но он не хочет меня слушать. Я понимаю, что вы не можете влиять на политику государства, и ваш голос не имеет власти, но… — Сантал замялся, не зная как продолжить предложение.

— Говорите прямо, — жестко произнесла Лей-Сан. Все эти политические изворочки ее сильно раздражали.

— Я хочу, чтобы вы предупредили отца о том, что возможно Совет захочет отстранить его от управления Империей, — Сантал сжал пальцы обеих рук в замок на груди.

— Это же дворцовый переворот, — тихо выдохнула Лей-Сан.

— Я вас предупредил, потому что ваш отец всегда благосклонно относился к моей семье, — Сантал слегка склонил голову в знак признательности.

— Разве Совет не понимает, что Империя раздробится на мелкие уделы, где каждый начнет воевать друг против друга, в то время как на границе с Антанией происходят странные события, способные перерасти в войну? — Лей-Сан возмущенно посмотрела на советника.

— Политику вашего отца поддерживают еще двое уважаемых хасков, однако большинство склонны к тому, чтобы отстранить Императора от власти. — Советник подошел к окну, за которым распростерся ночной Мадияр.

— Почему вы пришли ко мне? Разве вы не могли сказать это все Императору? — Принцесса тоже развернулась к окну.

— Я боюсь, что при дворе вашего отца даже у стен есть уши. Любое слово или действие тут же станет известно Совету. К тому же, как я уже говорил вам, ваш отец не хочет меня услышать.

— Как жаль, что здесь сейчас нет Илии, он смог бы навести порядок во дворце и прищучить этих чинуш, — вздохнула Лей-Сан.

— Есть еще одно обстоятельство, о котором бы я хотел с вами переговорить моя принцесса, — Сантал настороженно посмотрел в сторону дверей и вновь повернулся к девушке.

— Я слушаю вас, — Лей-Сан внимательно посмотрела в глаза советнику.

— При дворе Джемая есть мой человек. Его зовут Флай. Он глава Ордена хайтеров. Флай сообщил мне, что в столице Антании происходят непонятные вещи, так же как и на границе наших земель. В городе появился пришелец. Он не из нашего мира. Его зовут Елизар. Этот пришелец очень нужен Джемаю, но зачем никто не знает. Весь город гудит, словно разворошенный улей. В домах горожан имперская гвардия проводит обыски в надежде найти пришельца. Этот Елизар сейчас находится в руках Флая. Он хочет знать, что с ним делать. Елизар говорит об острове Хорос и какой-то печати Древних.

— Печати Древних? — Переспросила Лей-Сан, подавшись вперед к советнику.

— Да, что вас так насторожило? — Сантал непонимающе смотрел на девушку.

— Я читала в имперской библиотеке древние свитки. Один из свитков, практически затертый до дыр, наверное, самый старый во всей библиотеке говорил о печати Древних, якобы эта печать запирает мир на магический замок. Любой, кто попадает в наш мир, остается здесь навсегда.

— Это какой-то бред, — недоверчиво произнес советник.

— В свитке говорилось о семи мирах Альдэрона, сотворенных Древними. Я думала, что это просто красивая сказка. — Задумчиво произнесла Лей-Сан.

— Я не сомневаюсь в вашей мудрости моя госпожа, но меня терзает вопрос, каким образом может иметь к нам отношение этот пришелец?

— Возможно, что он здесь неспроста и все, что происходит в Антании как-то с ним взаимосвязано. Во всяком случае, я считаю, что Джемай не должен его получить. Ты говорил об этом отцу?

— Нет пока еще. У вашего отца есть более важные государственные вопросы. — Сантал слегка поклонился и направился к дверям, ведущим из покоев принцессы.

— Есть какие-нибудь новости от Илии? — Лей-Сан встревожено посмотрела на советника.

— Нет, моя госпожа, — поворачиваясь в дверях, покачал головой Сантал и тихо вышел из покоев.

Лей-Сан снова повернулась к окну и, кутаясь в меховую накидку, поежилась от охватившего ее озноба.

Поиски пришельца вот уже два дня не могли ни к чему привести. Елизар словно в воду канул. Имперская гвардия сбилась с ног, пока разыскивала его. Джемай мерил шагами свои покои, когда к нему вошел Флай.

— Ты разочаровываешь меня, — зло произнес Император.

— Мои люди делают все что могут и даже больше, но пришелец, словно сквозь землю провалился. — Флай внимательно следил за перемещениями Джемая.

— Ты никогда раньше не подводил меня Флай, что произошло сейчас? Я знаю, что на одном из перекрестков моего города произошла стычка, в тот момент, когда амадину вели ко мне на допрос. Ее хотели убить наемники. Кто заказчик я пока еще не установил, но мой советник сейчас все делает для этого. Мы задержали несколько наемников, но они пока молчат.

Флай согласно кивнул, продолжая смотреть на Императора.

— Тебе нечего сказать? — Джемай вопросительно вскинул бровь.

— Пока нет мой повелитель. Мои люди усилили поиски, но пока тоже безрезультатно.

— Тогда что они делали в стычке с наемниками? Если я правильно понял, то именно они помогли ей бежать. Я начинаю думать, что ты ведешь двойную игру Флай.

— Это не так мой повелитель. Я не знаю, кто напал на наемников и помог бежать амадине. Возможно, эти нападавшие просто переоделись в хайтеров, чтобы скрыть свое истинное лицо.

— В остроге содержится дино. Я усилил охрану. Если к исходу третьего дня поисков ничего не произойдет, я публично выведу его на казнь, может быть, это подтолкнет пришельца, и он совершит ошибку попытавшись спасти своего друга.

— Вы хотите устроить ловушку?

— Нет, это будет реальная казнь, — произнес Джемай, давая понять руководителю Ордена, что аудиенция окончена.

Флай, молча, поклонился Императору и покинул покои Джемая. Дино его не интересовал, а вот пришельца нужно было выводить из под удара Императора и чем дальше от Ардоса тем лучше.

После того как Флай ушел, из полумрака, в комнате Джемая, на свет вышел Тантор. Император внимательно посмотрел на своего советника. Все время разговора Джемая с Флаем, тот стоял неподвижно в стороне, скрываясь в глубине комнаты, и слышал весь разговор.

— Что ты думаешь обо всем этом? — Джемай внимательно посмотрел на своего советника.

— Я думаю, что главе Ордена есть, что скрывать, — тихо произнес Тантор. — Но я не могу понять, в чем его заинтересованность.

— То есть ты думаешь, что этот пройдоха знает, где пришелец? — Джемай не сводил удивленного взгляда со своего собеседника.

— Сложно сказать, — качнул головой советник, — во всяком случае, пойманные наемники молчат, а некоторые уже замолчали навсегда, не выдержав пыток палача.

— Я хочу, чтобы ты допросил дино, перед тем как его казнят. А что с этим… как его, которого задержали в таверне и он помогал попасть в город этой четверке?

— Вы говорите о Трое? — Уточнил Тантор.

— Да, он не говорил, может быть слышал, зачем они шли в южные земли?

— К сожалению, у торговца не выдержало сердце, когда его допрашивали. Бедняга скончался, а все его имущество обращено в доход государства. — Тантор сложил перед собой руки.

— Понятно, что с нашими некромантами?

— Я дал им команду выдвигаться в сторону столицы. Часть восточных и южных земель находится под властью некромантов. Они движутся к столице во главе армии мертвецов. — Ответил Тантор и увидел изумленный взгляд Императора.

— Ты велел им двигаться в сторону столицы? Ты с ума сошел? Ты понимаешь, во что они превратят Империю пока придут сюда. Ты должен был оставить их у границ. — Джемай был в ярости от сообщенной новости советником. Он планировал направить армию в земли хасков, но уж, ни как не вглубь своей империи и тем более к столице. Антания станет мертвой империей. Этого он допустить не мог.

— К сожалению, распоряжение уже отдано, — Тантор сокрушенно развел руки.

— Немедленно отмени приказ, ты слышишь? Иначе ты отправишься следом за своими предшественниками — Джемай приблизился к советнику в плотную и процедил сквозь зубы свою угрозу.

Из-под полы монашеской рясы Тантора мелькнул короткий кинжал с рунами на клинке. Джемай вздрогнул, чувствуя, как острая сталь проходит сквозь его внутренности, распарывая их. Ноги стали ватными, а в глазах все поплыло.

Тантор подхватил падающего Императора и, подняв на руки, перенес на кровать. Джемай пытался сфокусировать недоуменный взгляд на своем советнике, но вскоре силы окончательно покинули его. Взгляд Императора замер и остекленел.

Тантор выждал еще какое-то время, а затем начал подготовку к обряду инициации. Предупредив дворцовую стражу, о том, чтобы императора не беспокоили, жрец принес из кельи свитки с заклинаниями и необходимые для ритуала ингредиенты.

За окном спустилась полночь, когда Тантор закончил все приготовления. Вокруг кровати императора были начертаны древние руны. Шесть зажженных свечей стояли в виде шестиконечной звезды, в центре которой располагалась кровать с телом Джемая.

Открыв свиток и дождавшись, когда луна займет свое место на ночном небосклоне, Тантор начал читать заклинание. Сначала тихо, едва слышно, голос его становился громче и громче. Окна распахнулись, и в комнату ворвался поток ветра. Подняв в воздух свитки, разложенные на столе и мелкие вещи, вихрь закрутил их по комнате.

Над городом начали сгущаться тучи. Неестественно черные, они низко стелились над городом. Небо прорезали сполохи молний, которые буквально лизали высокие крыши домов.

Испуганные горожане норовили быстрее укрыться от надвигающейся бури, прячась в подворотнях и пересекая открытые пространства. Вскоре все небо над городом заволокло клубящимися темными тучами, которые тускло, освещались изнутри разрядами молний.

Тантор, не прекращая читать заклинания, подошел к телу Джемая и начертил жертвенной кровью, набранной из раны императора руны на щеках и лбу мертвого тела, покоящегося на кровати.

В висевшем на стене зеркале клубилось серое облако, которое также озарялось сполохами фиолетовых разрядов. По зеркальной глади зазмеились трещины, расходясь от центра к краям зеркала.

Вскоре темное облако обволокло башню и, просочившись в распахнутые окна, заполнило комнату. Руны на теле императора засветились ровным фиолетовым светом. Тело начало потряхивать мелкой дрожью. От рун по лицу и дальше через шею по всему телу поползли фиолетовые разряды.

Облако окутало тело. В комнате неистовствовал ветер. Предметы интерьера начали с грохотом падать на пол. Два имперских стражника вбежали на шум в комнату, но их тут, же прошило разрядами молний, ударившими из окутавшего императора облака.

Стражников отбросило назад. В следующее мгновение комнату озарила пронзительно яркая вспышка, и все вокруг погрузилось в темноту. Тантор с трудом разлепил веки. Силы практически покинули его. Обряд забрал всю его энергию.

Кровать с телом императора находилась в центре клубящегося облака, а вокруг стояла мертвая тишина. Внезапно сквозь облако проступили очертания человеческого тела, и вскоре в центр комнаты вышел Император. Глаза сияли фиолетовым светом.

В следующее мгновение облако словно втянулось в тело императора и глаза медленно пульсируя, потухли, обретя человеческие зрачки. Император медленно осмотрелся, остановив взгляд на лежащем жреце.

— Ты хорошо потрудился мой друг, — произнес Император глубоким ровным голосом.

— Владыка? — Просипел пересохшим горлом Тантор.

— Мы Талас и Сатар, боги смерти и твои владыки, — произнес Император двумя голосами.

Тантор из последних сил принял подобающее положение и склонился перед Императором.

— Скоро все изменится. Этот мир станет нашим, а за ним и другие миры Альдэрона склонятся перед нашим могуществом.

Камара была сравнительно небольшим поселением, насчитывающим около трех сотен дворов. Как и в любом другом поселении, у нее была своя площадь, на которой местные и приезжие торговали своими товарами. Во время праздников весь люд собирался на площади, чтобы посмотреть театрализованные представления бродячих артистов и музыкантов.

Поселение было расположено в трех днях пути от границы с империей хасков, окруженное лесами, как и большая часть Антании, которая простиралась с востока на запад на несколько тысяч лег.

Двухэтажные добротные дома зажиточных поселян перемежались с небольшими избами менее зажиточных камарцев, основной статьей доходов, которых, была добыча мяса, шкур и рыбная ловля в местных речушках. Часть поселенцев возделывали небольшие земельные участки, отвоеванные у леса.

Местные старейшины по приказу Императора обложили данью все население Камары, которое обязано были сдавать подушевой налог шкурами, мясом и тем, что родила земля.

Камара была сравнительно молодым поселением, которое постоянно росло. С нескольких десятков домов она выросла до приличных размеров поселения. Этому благоприятствовало и то, что поселение было расположено вдоль большого тракта, проходящего к горной гряде на востоке и ведущего к столице Антании, Ардосу, на западе.

Поселение готовилось к очередному осеннему празднику. Заботливые хозяева украшали свои дома ветками вечно зеленых деревьев, символизирующих достаток и благополучие в доме. Красочные гирлянды и фонарики из бумаги висели вдоль улиц, украшая фасады домов.

В нескольких местах детвора соорудила соломенных чучел, которые олицетворяли уходящее лето. Веселые, нарисованные рожицы радовали глаз поселян, даря хорошее настроение.

Сейчас над поселением спустилась мягкая бархатная ночь, какие бывают в осеннее время. Огромная луна на усыпанном мириадами звезд небе, освещала спящую Камару. Редкие, засидевшиеся допоздна посетители трактиров, кутаясь в теплую одежду и спасаясь от осенней ночной прохлады, спешили в свои дома, чтобы согреться у теплых очагов.

Никто не догадывался, что к поселению со стороны горной гряды, расположенной на востоке, затерявшись среди бескрайних лесов, приближалось зло, поднятое из могил некромантами.

Мэджики шли по лесу, мягко ступая по стелющемуся мху опираясь на дорожные посохи. Позади них двигалось огромное войско в клубящемся сером облаке. Тысячи мертвых глаз, в которых таилась злоба и ненависть ко всему живому, устремились вперед, туда, где была жизнь.

Вскоре лес закончился и некроманты остановились. Два дня назад они получили приказ от своих Владык о том, что пора выдвигаться в сторону Ардоса. Огромная армия, собранная ими на границе Антании ждала своего часа рассеянная по приграничным заставам и лесам.

Мощные скалозубы шли рядом со своими мертвыми хозяевами. Вокруг стояла гробовая тишина, нарушаемая лишь бряцаньем оружия и тихими гортанными звуками хищников.

Лишь луна была молчаливой свидетельницей надвигающейся беды. В нескольких дворах залаяли собаки, чувствуя угрозу от расположенного невдалеке леса. Лай подхватили остальные животные. Во дворах заблеяла испуганная скотина.

Трое некромантов молча, созерцали расположенное как на ладони поселение. Позади, стояла мертвая армия, готовая сорваться с места в любой момент по приказу своих темных владык.

Некроманты в молчаливом жесте синхронно подняли свои посохи вверх и вытянули их в сторону поселения. Многотысячная мертвая масса пришла в движение и, шагнув вперед, устремилась к поселению, переходя на бег.

Спустя несколько мгновений в Камаре начался кровавый хаос. Мертвецы выбивали входные двери и обрушивали на спящих поселян шквал ударов смертоносной стали. Собаки и домашняя скотина рвали привязи, норовя спастись от надвигающейся опасности, но скалозубы буквально разрывали их на части своими мощными клыками и когтями.

На окраинах поселения зажглись огни. Потревоженные поселяне выскакивали на улицу, чтобы тут же попасть под мечи мертвых воинов. В нескольких домах в суматохе и резне, опрокинулись светильники с горящими фитилями. Дома занялись огнем, которые пожирая деревянные постройки, перекидывался на соседние здания.

По улицам метались обезумевшие от ужаса люди и животные, стараясь спастись от всего этого кошмара, но мертвецы находили свою очередную жертву и обрушивали на нее свою злобу и ярость. Проносящиеся мимо скалозубы огромными скачками настигали свою жертву и, сбив ее с ног, вонзали в плоть смертоносные клыки.

Через час все было кончено. Камара была объята огнем, а в центре площади посреди тысячной армии мертвецов стояли три некроманта, молча оглядывая вокруг картину хаоса и разрушений.

Повсюду валялись мертвые, искромсанные тела людей и животных. Едкий дым стелился по улицам, заволакивая их. Два некроманта подняли посохи, и стоящая вокруг них армия пришла в движение, покидая разрушенное поселение.

Оставшийся некромант в абсолютной тишине, нарушаемой треском пламени пожирающего дома и хозпостройки, начал чертить древние руны, перемещаясь по площади.

Подойдя к одному из мертвых поселенцев, он набрал жертвенной крови и, вернувшись к рунам, заполнил их багровой жидкостью. Руны засветились ровным фиолетовым светом.

Спустя несколько мгновений из образовавшегося из рун светящегося круга начало исходить клубящееся, серое облако, которое стелясь по земле, поглощало метр за метром землю на площади, распространяясь все дальше и дальше вглубь поселения.

Вскоре оно заполнило всю Камару. Некроманта сотрясали мощные судороги, сводя все тело в один, казалось бы, болевой спазм. Ветер затих, переставая раздувать пламя, которое пошло на убыль.

Внезапно новый, мощный порыв ветра словно простонав, промчался по деревне, сбивая пламя с деревянных построек. Площадь погрузилась в темноту, освещаемая лишь луной и молчаливыми далекими звездами.

В конце улицы началось непонятное движение и вот уже спустя несколько мгновений к площади из домов и окраин поселения начали стягиваться мертвые жители Камары.

Страшные раны покрывали их тела. Безжизненные взгляды были устремлены к центру площади, туда, где стоял некромант, широко раскинув в стороны руки. Вскоре площадь заполнилась некогда еще живыми поселянами, которые теперь стекались со всех окраин поселения и шли по ночным улицам в молчаливом оцепенении.

Вскоре некромант пришел в себя. Новый призыв мертвых, вызвал у него сильную потерю сил. Энергия некромантов была не безгранична, как и у любого мэджика. На поддержание огромной армии мертвецов уходило такое же огромное количество сил.

Некроманты выглядели глубокими стариками, хотя и встретили каждый по отдельности тридцатую осень в своей жизни. Если энергии не хватит, армия мертвецов обратится против своих владык и, уничтожив их, расползется по землям Антании страшной заразой.

Сейчас, некромант, сохраняя последние остатки сил, вытянул посох и направил мертвых жителей туда, где находилась основная армия Темных. Сотни тел в окровавленных, разорванных ночных рубашках с изувеченными телами, направились туда, куда указал посохом некромант.

Сам мэджик опустился на колени, опираясь на посох. Рядом стояли два верных скалозуба, в отблесках мертвых глаз, которых, начало снова разгораться пламя погибшей Камары.

Оборванные гирлянды болтались на холодном ветру. Несколько соломенных чучел занялись огнем. Нарисованные на ткани веселые лица под воздействием огня искажались, превращаясь в злобный оскал.

Вскоре небо на востоке подернулось утренней зарей, и первые лучи солнца осветили жуткую картину произошедшего. Ветер гонял над пепелищем оборванные обгорелые праздничные ленты. Повсюду витал запах смерти, горя и боли.

Левая рука ныла острой болью, от раны, нанесенной мечом мэджика. Стиснув зубы, Елизар терпеливо переносил боль, когда Райна обрабатывала его рану. Айдариэл мог наверно сделать это лучше, но Райна доверила ему лишь изготовление снадобья.

— Зачем ты ввязался в драку? — Спросила она, разглядывая рубленые края раны на предплечье.

— Было бы лучше, чтобы тебя казнили? — Процедил от боли сквозь зубы Елизар.

— Я не думала, что ты совершишь такой глупый поступок. Тебе надо было уходить. Я бы тебя выручать не стала, — Райна приложила кусок ткани с мазью к ране и начала накладывать повязку.

— Русские своих не бросают, — встрял в разговор Айдариэл.

— Кто? — Бровь Райны недоуменно взметнулась вверх.

— Айдар, — осадил древлянина Елизар. Вдаваться в подробности он не хотел, а все знания древлянина по поводу национальностей сводились к тому, что они русские. Этим собственно все объяснялось.

Елизар потирал фиолетовые руны, расположенные от запястья до локтя. Нинторис мирно покоился в его руке, и как вызвать его Елизар по-прежнему не знал. Все попытки до этого ничем не увенчались.

Райна говорила, что ему нужно испытать то же самое чувство, как тогда, в деревне, чтобы вызвать меч, но Елизар не мог. Не получалось у него. Это раздражало.

Вечером в дом зашел Флай. Сев за стол, он несколько мгновений разглядывал Елизара.

— Я помогу тебе покинуть город. Есть люди, которые заинтересованы в том, чтобы ты не попал в руки Джемая. — Флай говорил тихо, едва слышно.

— Я не уйду без Рамира, — покачал головой Елизар.

— Ты сумасшедший? Император усилил охрану. Завтра он казнит твоего дино, и ты не сможешь ничего с этим сделать. Тебе надо уходить сегодня. Мои хайтеры тебя проводят по подземным тоннелям.

— Это неприемлемо для меня. — Покачал головой Елизар.

Флай в немом изумлении посмотрел сначала на Елизара, а затем на его спутников.

— Что ты предлагаешь? — Флай вопросительно посмотрел на Евгения.

— Я пока еще не решил, — покачал головой Елизар.

— Я ничего не понимаю, ты отказываешься от помощи, и в тоже время сам не знаешь, чего хочешь?

— Не торопи меня, — жестко произнес Елизар.

Флай закусив нижнюю губу, молча, смотрел на своего нового знакомого.

— Я не знаю, зачем ты здесь, в этом мире и зачем тебе на Хорос, но Джемай очень хочет тебя заполучить.

— Мне плевать на Джемая. Ты говорил, что можно уйти из города через подземные коммуникации. Скорее всего, к острогу тоже идут эти канализационные тоннели? — Елизар не сводил взгляда с Флая.

— Да, есть — кивнул тот.

— Значит, твои люди проведут меня по ним в острог. — Елизар дал понять, что это даже не обсуждается.

— Когда ты хочешь идти?

— Завтра будет уже поздно, значит идти нужно сегодня ночью. — Елизар поднялся из-за стола и, поморщившись, повел раненой рукой.

— Ты не боец сейчас, — произнесла Райна. — Смысл, рисковать ради дино?

— Я рискнул ради тебя. Его я тоже не оставлю. Может в вашем мире каждый сам за себя, но у нас оставлять друзей в беде не принято, — повернувшись к Райне, также жестко ответил Елизар.

Райна несколько мгновений оценивающе смотрела на Елизара, а затем, взяв клинки, отправила их себе в ножны за спину. Айдариэл, сидевший до этого в стороне тоже поднялся и, взяв снаряжение, стоящее в углу, закинул его на себя.

Флай, молча, переводил взгляд с одного участника отряда на другого, а затем, поднявшись, направился к двери.

— Я направлю своих людей как стемнеет, и вы сможете проскочить незамеченными мимо городского патруля. — Руководитель Ордена покинул дом, оставив в тишине троих спутников.

— Нинторис нам бы сейчас очень пригодился, — задумчиво глядя на Елизара, произнесла Райна.

— Ядреную бомбу бы нам сейчас, — так же задумчиво произнес Айдариэл, поймав на себе изумленные взгляды своих спутников. — Чо?

— Ядерную, — фыркнув, поправил древлянина Елизар.

— О чем он говорит? — Райна недоуменно перевела взгляд на Елизара.

— Не обращай внимания, нахватался где-то, — отмахнулся Елизар и присел обратно на лавку.

За окном быстро стемнело. Отец Сейлы, уже довольно сносно стоял на ногах. Он объяснил Елизару и его спутникам как добраться до острога, а затем покинуть город. На Флая Елизар не очень хотел рассчитывать, хотя тот и сильно помог ему.

Вскоре к дому, где находился Елизар, подошло несколько человек. Все они были в черном, с закрытыми повязками лицами, оставляя открытыми лишь глаза. Хайтеры обрисовали маршрут до ближайшего канализационного стока и когда все были готовы, отряд из нескольких человек в сгущающихся сумерках, покинул дом.

Достигнув стока, хайтеры первыми спустились под землю. Под ногами хлюпала жижа, и нестерпимо воняло канализацией. Поморщившись, Елизар направился следом за хайтерами.

Те безошибочно вели его по сети канализационных тоннелей. Вскоре Елизар привык к запаху и двигался практически в темноте, видя перед собой спину впереди идущего хайтера.

Следом двигалась Райна, за ней Айдариэл. Замыкали группу еще два хайтера. Флая с ними не было, да и Елизар не особо в нем нуждался. Его люди действительно прекрасно знали город, как наземную его часть, так и подземную.

Вскоре отряд достиг острога. Все замерли, выжидая, когда над ними пройдет тюремный патруль.

— Где мы сейчас? — Тихо спросил Елизар одного из хайтеров.

— Мы во внутреннем дворе острога, — ответил тот. — Есть еще один вход, он ведет к камерам, но там мы окажемся в западне.

— Сколько охранников сейчас в остроге? — Елизар лихорадочно обдумывал дальнейший план.

— Внутри острога десять охранников. Четверо во внутреннем дворе и восемь на стенах.

— Многовато, — процедил задумчиво Елизар.

— Есть время вернуться, — произнес хайтер, — мы выведем вас за городские стены.

— Нет, — покачал головой Елизар.

— Если мы проникнем здесь, есть вероятность того, что охранники забаррикадируются внутри острога и подадут сигнал городской страже. Через несколько минут тут яблоку упасть негде будет.

— А если внутри?

— Тогда мы окажемся внутри тюрьмы, и нас могут попросту закрыть в одной из секций. И опять же подадут сигнал стражникам.

— Проклятье, — выругался Елизар.

Время шло, а у Елизара не было четкого плана действий. Он практически кожей ощущал нервное напряжение собравшихся вокруг него людей. Все взгляды были сконцентрированы на нем.

— Мы проникнем сразу в двух местах, — наконец решился он.

— В двух? — Изумленно повысил голос хайтер.

— Айдариэл снимает охрану, вы проникаете внутрь острога и открываете центральные ворота изнутри. Освобождаем заключенных и, воспользовавшись суматохой, скрываемся в стоках. Вопросы есть? — Елизар осмотрел присутствующих.

— Амадина идет с нами? — Поинтересовался хайтер.

— Да, — встретившись в полутьме канализации взглядом с Райной, кивнул Елизар.

— Хорошо, — кивнул хайтер и, оставив часть своих людей рядом с Елизаром, направился в сторону второго стока.

Джемай сидел в тронном зале, когда к нему, поклонившись, подошел Тантор.

— Приветствую вас Владыки, — произнес он, замерев на месте.

— Ты хорошо поработал жрец, мы довольны. — Джемай сошел с трона и медленно направился в сторону Тантора. — Армия движется в сторону столицы. Через несколько дней они будут здесь. Что-нибудь известно про пришельца? Где он?

— По моим данным Елизар еще в городе. Здесь у него в остроге находится один из спутников, которого Джемай хотел казнить завтра. — Тантор продолжал почтительно склоняться перед Владыками, боясь распрямить спину и поднять голову.

— Кто это? — Темные подошли к жрецу и, коснувшись рукой, выпрямили его.

— Это дино, Рамир. Он попал в руки Джемая вместе с амадиной, когда они пытались прорваться через южные ворота. — Тантор смотрел прямо перед собой.

— Хм, этот дино сейчас в остроге?

— Да Владыки, — кивнул Тантор.

— Я хочу увидеть его. Ты проводишь меня, — Джемай направился к выходу из тронного зала.

Дворцовая стража, увидев своего Императора, встала на вытяжку, отсалютовав ему, как предписывает дворцовый этикет. Джемай кивнул стражникам и, пройдя мимо, направился из дворца.

Накинув плащ и капюшон, Император покинул дворец в сопровождении Тантора, который так же накинул капюшон, чтобы не привлекать излишнего внимания любопытных глаз.

Один раз их остановил патруль, но Джемай протянул вперед руку с императорским перстнем, символом власти и у патруля отпали все вопросы. Стражники поклонились и, обойдя стороной пару в плащах и капюшонах, продолжили обход.

Вскоре Император стоял перед тюремными воротами. Стража увидев, кто к ним пожаловал в гости, вытянулась по струнке и, отворив ворота острога, впустила высокопоставленных визитеров во внутренний двор тюрьмы.

Джемай вошел в ворота и направился в сторону острога. К нему навстречу вышел тучного вида начальник охраны.

— Мне нужен дино, — выслушав доклад, произнес Джемай.

— Как вам будет угодно повелитель, — начальник охраны склонился, прижав руку к груди и тут же обогнав Императора, дал знак охранникам отпереть двери острога.

Войдя внутрь тюрьмы, Императора повели к камере, где содержался дино. Отодвинув засовы, охранники распахнули дверь в камеру и вошли вместе с Императором. С потолков камеры свисали цепи, которыми были скованы руки Рамира. На ногах так же были одеты кандалы, которые в свою очередь были прикованы цепями к стене.

В камере витал кислый запах спертого воздуха и давно не выносимых нечистот. Тело дино было все исполосовано плетками. Многочисленные синяки и кровоподтеки покрывали смуглое тело Рамира. Глаза заплыли. На рассеченных губах виднелась запекшаяся кровь.

— Он так и не заговорил, как мы его не пытали, — произнес начальник охраны.

— Оставьте нас, — жестко приказал Император.

— Но мой повелитель, это может быть оп… — Начальник охраны осекся, увидев властный взгляд Джемая.

Охранники покинули камеру, оставив Императора с советником наедине с дино.

— Ты знаешь, почему я здесь? — Император подошел к дино вплотную.

— Мне нечего сказать тебе, — Рамир, пытался разглядеть сквозь заплывшие глаза визитера.

— Я Джемай, Император Антании, мне очень важно знать, где сейчас находится Елизар?

— Мы разминулись с ним у ворот. Больше я его не видел, — прошепелявил разбитыми губами дино.

— Завтра тебя казнят как преступника, разве так хотел твой отец чтобы ты окончил свой путь?

— Кто ты? — В заплывших глазах появился вопрос.

— Я тот, кому очень нужен твой друг, — глаза Императора засветились фиолетовым светом источая вокруг себя серое струящееся облако. Джемай приблизился вплотную к лицу дино.

Рамир отшатнулся от Императора, насколько позволяла цепь.

— Елизар должен закончить то, для чего он здесь оказался.

— Я не понимаю о чем ты, — тихо произнес Рамир, покачав головой.

— Пришелец остался в городе из-за тебя. Для нас это не приемлемо. Я думаю, нет смысла ждать завтрашней казни. Когда тебя не станет, Елизар покинет город. — Император поднял руку и коснулся тела дино. С кончиков пальцев зазмеились фиолетовые разряды, побежав по телу Рамира, оплетая его сеткой мелких молний, струящихся по всему телу.

Рамир стиснул зубы от боли и выгнулся дугой. Вены на теле разбухли. Казалось, что мышцы вот-вот взорвутся от мощного перенапряжения. Кровь словно закипела, пробегая по венам раскаленным жидким металлом.

В этот момент снаружи острога раздался непонятный шум. Император оторвался от дино и вопросительно посмотрел на советника. Тантор, развернувшись, выглянул из камеры в коридор и тут же отпрянул назад.

— На тюрьму напали, — произнес он, повернувшись к Императору.

Как и было предусмотрено планом Елизара, Айдариэл осторожно выбрался по пояс из канализационного стока, расположенного возле одной из стен. Бесшумно сняв выстрелами троих охранников расположенных на стенах и обходящих тюрьму по периметру, он вылез полностью из стока, давая место остальным.

Елизар, вместе с двумя хайтерами незаметно подкрались к четверым охранникам, стоящим во внутреннем дворе. Хайтеры синхронно перерезали глотки двум стражникам, а Елизар прошил клинком насквозь третьего охранника.

В этот момент их увидел четвертый и подал сигнал тревоги. Со стен засвистели стрелы. Один из хайтеров упал, пронзенный стрелой в грудь. Айдариэл тоже продолжал стрелять по стенам, где укрывались стражники. Сняв еще одного, он укрылся под стеной, на которой стояли два охранника. Еще двое оставшихся, начали занимать позицию на противоположной стене.

Елизар схлестнулся с четвертым, оставшимся в живых стражником. Второй хайтер поднял лук со стрелами одного из убитых охранников, свалившихся со стены, и теперь не давал прицелиться стражникам на стене.

В это время в остроге, четыре человека схватились с внутренней охраной. Райна двумя файерами сняла одного из охранников, еще двоих уложили на пол два хайтера. Один из охранников путаясь в ключах начал судорожно закрывать замок одной из секций острога, пытаясь отрезать путь к наступлению нападавшим.

Райна метнула один из своих мечей, и охранник осел возле клетки, не убрав руку с ключей в замочной скважине. Один из хайтеров сквозь решетку отбросил ногой осевшего стражника с мечом в груди и открыл дверь.

К месту схватки начали стягиваться остальные стражники. Райна файерами выбила несколько дверей в клетках, откуда тут же хлынули заключенные, которые бросились на подоспевших к месту схватки охранников.

Завязалась потасовка. Стражники косили мечами направо и налево, рассекая безоружных заключенных, но в какой-то момент их просто захлестнула волна озверевших людей.

Пробираясь к камере Рамира, один из хайтеров нарвался на двух заключенных, которые с обезумевшими глазами налетели на него. В руках мелькнули заточки. Когда Райна подоспела на помощь, хайтер был уже мертв. Рубанув мечом одного и отбросив ногой второго заключенного в сторону, амадина освободила проход к камере дино.

Из камеры вышел советник, а следом за ним Император. Амадина нанесла удар мечом советнику, но в этот момент ее клинок натолкнулся на меч Джемая, который светился фиолетовыми рунами, и казалось, был продолжением его руки.

В следующее мгновение Джемай вытянул вперед свободную руку, и Райну отбросило в сторону мощным разрядом фиолетовых молний. Девушку откинуло всем телом на клетку. Ударившись об нее и распластавшись на полу, амадина подняла голову и с изумлением посмотрела на Императора, глаза которого светились ровным фиолетовым светом.

— Владыки, — прошептала она в изумлении.

— Что ты делаешь здесь амадина? — Раздался требовательный вопрос Темных.

— Я сопровождаю пришельца, — Райна с трудом поднялась и присела на одно колено в почтительном поклоне.

— Где он? — Голоса Темных стали тише.

— Во внутреннем дворе Владыки. — Ответила Райна, не поднимая головы.

Джемай повернулся в сторону выхода из острога и направился туда. Вокруг происходила грандиозная свалка. Заключенные дрались не на жизнь, а насмерть с оставшимися в живых стражниками и между собой. Озверевшие, одичавшие люди буквально готовы были зубами рвать глотки друг другу.

Несколько заключенных узнав Императора, бросились ему наперерез, но Джемай мечом и разрядами молний буквально растерзал подскочивших к нему людей. Тантор шел следом. С его рук срывались темные сферы, которые попадая в тела заключенных, отбрасывали их в сторону, превращая в иссушенных мумий.

Райна проводив взглядом Императора и с трудом поднявшись, бросилась в камеру, где содержался дино. Сбив замки с цепей, она помогла освободиться обессиленному Рамиру. Ошейник по-прежнему ограничивал его силу.

Выбравшись из камеры Райна поддерживая дино, направилась в сторону выхода из острога. Под ногами ползали раненые заключенные. Остальные устремились к выходу. Из охранников никто не уцелел.

Елизар, с трудом положив четвертого стражника, прижался к воротам острога. Рана на руке снова открылась и теперь кровоточила. Изнутри доносился приглушенный шум схватки.

Айдариэл к этому времени снял еще двоих охранников со стены и теперь оказался под прицелом оставшихся двух стражников засевших на противоположной стене. Ни хайтер, ни древлянин не могли их достать.

В этот момент ворота острога распахнулись и во внутренний двор хлынули оставшиеся в живых заключенные. Лучники на стенах начали расстреливать бегущих к воротам острога людей.

Спустя несколько мгновений из ворот вышел Император, а следом за ним советник. В ворота со стороны города стучала городская стража, пытаясь их открыть. Елизар, воспользовавшись суматохой, рванул в распахнутые ворота вместе с Айдариэлом и хайтером.

— Стой пришелец, — услышал он позади себя голос и обернулся, узнав его.

— Вы? — Изумленно произнес Елизар.

— Хорос ждет тебя, — Джемай начал приближаться к Елизару. С другой стороны подтянулись Райна и Рамир.

— Но разве вы сами не можете сейчас отправиться в Тау-Шан? — Елизар был крайне удивлен появлением Темных во внутреннем дворе тюрьмы.

— У нас есть другие дела, которые требуют нашего присутствия. — Глаза Темных светились, подернутые струящейся дымкой серого облака.

— Я понял, — кивнул Елизар и покосился на ворота, которые уже подались под натиском имперских войск.

— Уходим, — хайтер бросился к канализационному стоку, расположенному у стены.

— Мы еще увидимся пришелец, — прошелестел голос Темных, и, обернувшись, Император принял человеческий облик, направляясь к воротам.

Отряд бросился следом за хайтером и спустя несколько мгновений, все бежали в сторону южных ворот по подземным канализациям.

Джемай поднял меч, который плавно стек, погрузившись в его запястье и, остановился напротив ворот. Тантор повернулся к лучникам стоящим на стенах и бывшими свидетелями всего произошедшего. В следующее мгновение две темных сферы врезались в тела стражников и, сбросив их со стены, погрузили в вечную темноту.

Ворота острога пали. Имперские войска ворвались во внутренний двор, отлавливая заключенных. Перед начальником городской стражи, к его изумлению стоял Император и его советник.

— Ваше имперское величество вы целы? — Обеспокоенно спросил он, подходя к Джемаю и склонившись в поклоне, прижал руку к груди.

— Все в порядке мой друг, ты успел вовремя. Благодарю тебя за службу. Позаботься об этих несчастных, — Джемай двусмысленно кивнул в сторону пойманных заключенных.

— Слушаюсь мой повелитель. — Начальник городской стражи повернулся в сторону своих подчиненных, держащих заключенных в крепких захватах и, молча, кивнул. В следующее мгновение десятки клинков пронзили тела людей. Через минуту все было кончено.

Внутренний двор тюрьмы, как и сам острог, был усеян телами. Император в сопровождении Тантора покинул тюрьму и направился в сторону замка, точно так же накинув капюшоны и оставаясь как можно дольше инкогнито.

Небольшой отряд из пяти человек направлялся в сторону южных ворот, отыскивая путь среди канализационных ответвлений. На одной из развилок Рамир потерял сознание. Силы были на исходе.

Елизар тоже еле стоял на ногах, перед глазами все плыло. Сказывалась потеря крови и усталость.

— Рамиру надо снять ошейник, — Поддерживая дино, произнес Айдариэл.

— Это может сделать только мэджик, который наложил его либо обладающий такой же силой, — ответил хайтер.

Елизар, тяжело дыша, подобрался к Рамиру и, схватив рукой за ошейник, попробовал его сорвать. После второй неудачной попытки, он, продолжая тяжело дышать, присел рядом. Хайтер изумленно смотрел на Елизара.

— Разве ошейник не может причинить тебе вреда?

— Нет, — покачал головой Елизар. Объяснять сейчас ничего не хотелось.

— Сколько нам еще до выхода из города? — Спросила Райна хайтера.

— Сложно сказать. Я знаю лишь направление пути. Думаю еще треть. — Хайтер сидел на корточках, в то время как Елизар и Рамир полулежали в нечистотах, текущих по стокам.

Когда уже все перевели дух, и собрались было идти дальше, Елизар вынул короткий клинок. Вцепившись в ошейник Рамира, он оттянул широкую полоску и поддел ее клинком намереваясь обрезать.

Сталь, коснувшись магической ткани начала накаляться. Руку Елизара обожгло раскалившимся клинком. Вскоре в воздухе к запаху нечистот примешался запах горелой плоти. Елизар, стиснув зубы, продолжал резать ткань, которая нехотя подавалась.

Вскоре клинок сделал свое дело, и ошейник спал к ногам Райны и Айдариэла, которые поддерживали Рамира и Елизара. Евгений откинулся назад. Казалось, клинок прикипел к его ладони.

Тихо застонав сквозь зубы, Елизар оторвал клинок от ладони вместе с пригоревшей коркой плоти и, отбросив клинок в сторону, потерял сознание.

Райна помогла подняться дино, а Айдариэл подняв на руки Елизара, медленно, с трудом, направился следом за хайтером, который все еще был под впечатлением от увиденного. Останавливаясь через каждых пол леги, отряд добрался до края канализационного стока.

Вырвавшись на свежий воздух, все путники упали на уже начинавшую желтеть траву, все еще не веря, что им, наконец-то, удалось выбраться из города. Над Ардосом начинала подниматься утренняя заря.

— Что мне передать Флаю? — Когда достаточно отдышавшись, спросил, поднявшись на ноги хайтер.

— Передай, что Джемай уже не тот, кем был раньше, — произнесла Райна и откинулась на траву.

Хайтер постояв несколько мгновений, направился к южным воротам. Слова Райны сильно озадачили его, но переспрашивать он не стал.

Через несколько часов, когда Елизар пришел немного в себя, и с трудом поднялся, вся четверка направилась вглубь леса в поисках источника воды, чтобы застирать испачкавшиеся в нечистотах одежды и отмыться от въевшегося запаха.

Найдя небольшую лесную речушку, которая медленно несла свои воды между двух пологих берегов, густо поросших кустарником, путники привели себя в человеческий вид. Елизар, шатаясь от кровопотери, с трудом держался на ногах.

Рамир восстановил силы и теперь, практически ничего не напоминало в нем того изможденного, иссеченного плетьми дино. Исчезнув, не надолго в лесной чаще, он вскоре вернулся с небольшой тушей животного, похожего на оленя. Приготовив ужин на огне, все принялись уминать горячее мясо, запивая пресной водой, набранной в этой же речушке.

— Почему Император отпустил нас? — Недоумевал Айдариэл, — ведь он хотел казнить дино.

— Это был не Император, — тихо произнесла Райна. — Это были Владыки.

— Темные? — Казалось, удивлению древлянина не было границ.

— Да, — коротко кивнула амадина.

— Но как они оказались в Ардосе? Вне стен храма?

— Обряд инициации, который совершил жрец. Теперь телом Джемая распоряжаются Талос и Сатар.

— Но почему они раньше не могли совершить этого? — Недоумевал Айдариэл.

— Потому что они ждали его, — Райна кивнула в сторону Елизара, лежащего возле костра с закрытыми глазами.

Айдариэл немного помолчал, переваривая новую информацию, а затем, поднявшись, занялся Елизаром. Насобирав в лесу необходимых кореньев и трав, он приготовил отвар и мазь, для лечения ран.

— Нас могут тут обнаружить, — Рамир сидел возле костра и наблюдал за языками пламени.

— Да, надо уходить. — Согласно кивнула Райна.

— Пока он не окрепнет, его опасно перемещать. Н забывайте, что здесь в этом мире он очень слаб. — Возразил Айдариэл.

— Я возьму его на руки, — ответил Рамир.

Над поляной воцарилась тишина. Слышно было, как потрескивают дрова, пожираемые огнем в костре.

Елизар тяжело дышал, периодически приходя в себя и вновь проваливаясь в беспамятство. Рана на руке загноилась. К вечеру у Елизара начался жар. Райна тревожно смотрела на него, смачивая тряпку в воде и вытирая ею воспаленный лоб парня, покрытый испариной.

Когда над поляной сгустились сумерки, Райна поднялась с места и ушла в чащу леса. Айдариэл проводил ее взглядом, переглянувшись с Рамиром. Жар у Елизара не спадал. Ему становилось хуже.

Райна, выбрав место под огромным деревом с раскидистой кроной, вынула короткий клинок и принялась чертить руны. Затем она сделала надрез на запястье и, окропив руны своей кровью, принялась читать не то молитву, не то заклинание.

Руны, замерцав ровным фиолетовым светом, пришли в движение и начали складываться в различные слова, расходясь в обратном порядке и складываясь вновь. Вскоре глаза девушки замерцали фиолетовым светом, а в следующее мгновение она распласталась без сознания на земле.

Перед Таласом и Сатаром в тронном зале Ардоса стоял фантом амадины.

— Что ты хочешь? — Спросили Темные.

— Елизар очень плох. Он может не увидеть следующего рассвета, — произнесла, склонившись Райна.

— Хорошо, мы услышали тебя амадина. — Император сделал жест рукой и фантом девушки исчез.

Елизар метался в бреду. Все тело било мелкой дрожью и знобило. Внезапно он почувствовал невесомость и, открыв глаза, вновь увидел себя среди знакомого пейзажа. Над ним было багровое небо, по которому, словно по огромной бескрайней реке плыли тяжелые облака.

В нос ударил запах серы. А до слуха донеслись раскаты извергающихся вдалеке вулканов. Мощные глыбы породы извергались из жерла, разлетаясь на десятки лег вокруг. Лавовые реки стекали вниз по склонам, выжигая и без того мертвую землю.

Елизар осмотрелся и обнаружил стоящим себя возле уже знакомой ему рощи, с желтой и оранжевой листвой.

— Здравствуй Елизар, — услышал он позади себя знакомый голос и, обернувшись, увидел двух братьев Таласа и Сатара. Те стояли чуть позади него и пристальными взглядами сверлили Евгения.

Полноводная горная река, несла свои воды, прокладывая себе дорогу сквозь скальные породы. Беря свое начало высоко в горах у тающих ледников, небольшой ручей впитывал в себя другие маленькие ручейки, которые вместе превращались в более серьезный водный поток, образующий местами многоступенчатые каскады водопадов.

Истачивая скалы и вымывая мягкие частицы породы, вода устремлялась вниз, к подножию горной гряды, служащей рубежом меж двух империй. Одни правители сменялись другими. На смену одному поколению людей приходило другое, менялись границы империй и лишь река, несущая свои воды по проложенному за десятки веков руслу, была молчаливой свидетельницей происходивших в мире событий.

На пологом берегу реки лежал молодой человек, с трудом выбравшись по пояс из воды. Одежда была в лохмотьях. Многочисленные ссадины и кровоподтеки покрывали его тело. Спутанные длинные волосы налипли на лицо. Грудь тяжело дышала.

Внезапно невдалеке от него, водная гладь реки разошлась тысячами брызг, и из недр реки появился монстр, который хрипя и скалясь, рывками приближался к молодому мужчине.

Тот приподнял голову и, увидев монстра, с трудом выполз на берег. Оружия у него с собой не было. Встав, шатаясь на ноги, мужчина начал медленно, хромая, отступать от берега к отвесным скалам, которые образовывали неприступную стену.

Мертвая тварь выбралась из реки, приближаясь к мужчине. Илия озирался в поисках любого предмета, способного сойти за защиту, но кроме камней, ничего подходящего рядом не было.

У скалозуба видимо был перебит при падении в реку позвоночник, и теперь он волочил задние ноги за собой, перебирая по берегу мощными когтистыми передними лапами. Из распоротой брюшной полости и прогнившей грудной клетки при каждом рывке выплескивались остатки речной воды. Скалозуб не сводил своих мертвых глаз со своей жертвы.

Илия поднимал камни и швырял их в приближающегося монстра. Тот, получая чувствительные удары в голову и корпус, свирепел все больше, приходя в ярость. Вскоре он почти достиг Илии. Мужчина в очередной раз швырнул тяжелый камень, но поскользнувшись и потеряв опору, рухнул на крупный щебень.

В этот момент скалозуб, пропустив тяжелый удар камнем по туловищу, сделал очередной рывок и подмял под себя Илию, норовя вонзить в него свои смертоносные клыки.

Илия выставил вперед руки и, погрузив пальцы в мертвую плоть, старался сохранить дистанцию, чтобы скалозуб не смог дотянуться до него острыми клыками. Остатки сил стремительно покидали его, а клыки твари были уже угрожающе близко от лица и шеи.

Илия понимал, что так долго он не продержится, все силы уходили лишь на то, чтобы не дать скалозубу сомкнуть свои мощные челюсти на своем лице. Когда, казалось бы, что силы были на исходе, из груди Илии вместе с остатками сил вырвался крик, эхом разнесшийся по ущелью.

В этот момент со стороны кто-то нанес мощный удар в корпус скалозуба, практически сбросив его с Илии, и в следующее мгновение с хрустом ломаемых костей, рассек тело твари мечом.

Илия, теряя сознание, разглядел лишь очертания лица Хаврата, а в следующее мгновение сознание покинуло его.

Хаврат двигался назад вдоль русла реки. У него еще оставалась надежда, что Илии удалось выбраться из лап скалозуба. Внезапно впереди себя он увидел два борющихся в реке тела. Ускорив шаг, он начал преследовать их, перескакивая с одного валуна на другой, которыми был усеян каменистый берег реки.

Впереди шумел водопад. Сцепившиеся тела то появлялись на пенистой поверхности реки, то вновь погружались в ее пучину. В какой-то момент, оба тела, швырнуло на выступавший из реки камень. Ударившись об него со всей силы, тела разделились и плыли теперь порознь друг от друга.

Хаврат понимал, что даже если он сейчас бросится на помощь другу он не успеет его вытащить до того момента как оба они упадут с высоты нескольких десятков метров в огромном потоке воды на острые как бритва скалы, веками оттачиваемые устремляющимися вниз водами реки.

Вскоре оба тела одно за другим скрылись в водах водопада, и Хаврат потерял их из виду. Обогнув русло, он начал спускаться по практически отвесной скале. Искать обход времени не было. Сдирая кожу на руках и ногах о камни, Хаврат обернулся и увидел, что тело Илии прибило на мелководье водами реки.

Спустившись со скалы, Хаврат на какое-то время потерял из виду своего друга. Ища подходы к реке, он услышал шум схватки. Вынув меч, Хаврат устремился к тому месту, где был сейчас его друг.

Увидев как скалозуб, рыча и хрипя, пытается дотянуться своими клыками до лица Илии, Хаврат с разбегу нанес мощный удар ногой в корпус мертвой твари, вложив в удар всю оставшуюся силу.

Скалозуба немного отбросило назад, но этого хватило, чтобы нанести удар мечом и не зацепить Илию. Голова скалозуба, отделившись от тела, покатилась вниз к реке. Обезглавленное тело, проползя еще пару метров, завалилось на бок и вскоре затихло.

Хаврат склонился над Илией и, убедившись, что тот дышит, устало сел рядом, выронив из рук клинок. Река по-прежнему несла свои воды прочь от гор, шумя водопадами и перекатываясь на каменистых порогах. Ей не было никакого дела до всей этой людской суеты.

Когда Хаврат отдышался и поднабрался сил, он, шатаясь, поднял находящегося без сознания Илию и перенес его в более удобное место, скрытое от посторонних глаз.

Вспомнив, что все снадобья остались наверху, на том пяточке, где произошла схватка, в торбах, притороченных к седлам дэвов, Хаврат выругался на замысловатом языке хасков и принялся промывать раны Илии. С собой у него было лишь оружие и небольшой запас еды.

Оставалось лишь ждать, когда Илия достаточно окрепнет, чтобы стоять на ногах. А пока Хаврат разделил остатки еды, не зная, сколько они проведут времени, в этом ущелье. Надеяться, на то, что здесь пройдет какой-нибудь караван не приходилось. Ущелье стало проклятым среди хасков и никто сюда соваться не хотел. Даже разбойники, промышлявшие здесь иногда, ушли из этих мест.

Через два дня Илия достаточно окреп, чтобы держаться на ногах. По его просьбе Хаврат соорудил, что-то наподобие посоха из костей мертвого скалозуба, лежащего на берегу реки.

Выйдя на дорогу, по которой они проехали здесь несколько дней назад, Илия, поддерживаемый Хавратом, направился в сторону Мадияра. Теперь он знал, кто уничтожил разведотряд и какая угроза могла исходить со стороны Антании. Не известно было лишь, насколько большой была эта угроза.

Идя по иссушенной солнцем земле, не видевшей уже несколько месяцев дождей, Илия вместе с Хавратом подошли к началу ущелья, тому месту, где они останавливались на ночлег, перед тем как войти в него.

Остановившись на привал, Илия, обливаясь потом, пересохшими, истрескавшимися губами припал к курдюку, сделанному из выделанной шкуры животного. Живительная влага, прохладой потекла по подбородку.

— Как мы попадем в Мадияр? — Хаврат тяжело дышал. Большую часть еды и воды он отдавал Илии, на восстановление и поддержание сил.

— Я пока не знаю. Нужно добраться до ближайшего поселения или хотя бы наткнуться на сторожевой отряд. — Покачал головой Илия.

Передохнув, путники поднялись и направились дальше. Вскоре каменистая земля закончилась, уступая место песчаным дюнам. То тут, то там, все еще попадались одинокие обломки скал. Пустыня неумолимо наступала на ущелье, однако сильные ветры, порой, проходящие через него, выдували песок назад.

К вечеру, когда Илия вместе с Хавратом преодолели несколько лег по выжженной солнцем пустыне, друзья остановились на ночлег. Костер разводить было не из чего. Путники прижались друг к другу спинами, чтобы не замерзнуть в пустыне ночью, когда пески остывали, и над бесплодными землями хасков опускалась осенняя, ночная прохлада.

Ночью поднялась небольшая песчаная буря, которая забивала глаза и уши. Становилось трудно дышать. Песок больно рассекал открытые участки кожи. Не будь Илия с Хавратом жителями этих земель, привыкшими к таким бурям, им пришлось бы очень туго.

Утро застало их спящими и практически заметенными песком. Выбравшись из под песчаного заноса Илия осмотрелся. Невдалеке стоял маяк в виде старого сухого дерева. Хаски ориентировались по маякам, так как пустыня постоянно меняла свои очертания.

Добравшись до маяка, путники остановились на привал. Теперь нужно было идти на восток до Драконьего Зуба, старой как сама пустыня скалы, одиноко возвышающейся над песчаными дюнами.

От скалы до ближайшего рудника было около двух дней пути. Там можно было найти пищу и кров. Еда у Илии с Хавратом закончилась. Остался лишь на половину пустой курдюк с водой.

Внезапно вдалеке показалась небольшая кавалькада из десятка хасков, которые мчались на дэвах в сторону Драконьего Зуба. Заметив путников, хаски изменили направление и начали приближаться к Илии.

Вскоре их окружили чуть больше дюжины человек. Это были разбойники. Выставив перед собой копья и мечи, хаски рассматривали незнакомцев, так не осторожно попавшихся им на пути.

Дэвы постоянно перемещались вокруг путников. Лица разбойников были замотаны тряпками, оставляя открытыми лишь глаза. Жесткие колючие взгляды не предвещали ничего хорошего.

Грубо изготовленные мечи и наконечники копий угрожающе нацелились в сторону путников. Разбойники были одеты в грубую рваную одежду, спасающую их от палящего солнца и песчаных бурь.

— Брось меч, — потребовал главарь разбойников. Хаврат переглянулся с Илией и выполнил требование разбойника.

— Антанец, — произнес один из хасков. — Что ты оставил здесь, в забытых и проклятых богами местах.

— Я начальник дворцовой стражи, — жестко ответил Илия, — если вы поможете нам, то будете щедро вознаграждены.

— Ну да, а я наверно принцесса Лей-Сан, — засмеялся главарь шайки разбойников.

При упоминании имени принцессы, Илия дернулся было вперед, но его тут же осадили, едва не нанизав на острые пики.

— Вы сдохните как дикие псы из Мертвых земель, если мы вас сейчас здесь оставим. Зачем пропадать двум рабам, когда за них можно получить не плохие деньги. — Главарь снова заржал диким не приятным голосом. Его подхватили остальные.

— Что вы хотите от нас? — Спросил Хаврат.

— Ну, я думаю, вас немного подлечат, и я выставлю вас в боях с такими же рабами, как и вы.

— Ты знаешь, что такие бои запрещены законом, — процедил сквозь зубы Илия.

— А никто и не узнает. Думаешь, этому старому пердуну, Мин-Одату интересно, чем живут его люди на границе империи? — Фыркнул главарь.

— Мин-Одату есть дело до всего, — ответил Илия.

— Ладно, это все пустой треп. Вяжите их, — Велел своим людям главарь.

Несколько разбойников соскочили с дэвов и, подобрав меч, забрали все вещи у Хаврата, связав запястья. Затем обоих путников посадили на разных животных, и кавалькада направилась к Драконьему Зубу.

Главарем отряда разбойников был уже седой, в годах хаск, которого разбойники звали Мич. Мужчина взял себе меч Хаврата, а свой отдал одному из разбойников. Дэвы легко несли двоих седоков на своих спинах, покрывая большие расстояния. В словах Мича была правда и не согласится с ним, Илия не мог. Они действительно могли сгинуть с Хавратом в бескрайних песках бесплодных земель.

Остановившись возле Драконьего Зуба, разбойники сделали привал. Молча сняв пленников с дэвов, они дали им воды и немного еды.

— Кто ты? Беглый раб? — Мич внимательно посмотрел на Хаврата, сидя в тени скалы и прячась от жаркого солнца.

— Нет, — качнув головой, ответил тот.

— Тогда кто?

— Какая тебе разница, ты же все равно нас продашь, — Фыркнул Хаврат.

— Мне действительно нет до вас никакого дела. — Пожал плечами Мич.

— Ты зря не поверил нам, — произнес Илия. — Ты мог бы получить гораздо больше за нас.

— Чтобы меня казнили как разбойника? Ну, уж нет, — Усмехнулся Мич и повернулся к одному из своих — Лука, завяжи им глаза, я не хочу, чтобы они знали дорогу туда, куда мы отправляемся.

Разбойник послушно оторвал две тряпки от своей одежды и завязал глаза пленникам. Илия стиснул зубы от злости. Он еще был слишком слаб, чтобы вступить с разбойниками в схватку.

Остаток дня, разбойники со своими пленниками провели в дороге, и остановились на ночлег, только когда зашло солнце и над пустыней спустились сумерки. Сняв пленников с животных, разбойники посадили пленников на землю, дав снова немного еды и воды.

Мич оставил охрану, которая присматривала за Илией и Хавратом. Им обоим перевязали руки за спину и связали дополнительно ноги, хотя это было излишним. Пленники итак сейчас были в полной власти разбойников и зависели от них.

Переночевав, кавалькада вновь отправилась в путь и вскоре прибыла в точку назначения. Насколько понял Илия, это был разбойничий город или как его все называли столицей воров — Тахус.

Тахус затерялся среди бескрайних песков империи хасков. Власть в нем осуществлял старый, в прошлом известный на всю империю разбойник по кличке Дион. Ходили легенды, что Дион в свое время обокрал самого Императора, выкрав из дворца крупный драгоценный камень, считавшийся фамильной драгоценностью Мин-Одата.

Тахус был очагом преступности. Сюда стекались беглые воры, убийцы и прочий криминальный сброд. Город не платил налогов в имперскую казну. Его не касались войны. Расположенный на задворках Империи, Тахус стал притчей во языцех у пустынного народа.

Узкие грязные улочки и невысокие дома, практически без окон составляли основной массив города.

Бордели, игорные дома, таверны и трактиры здесь были на каждом углу. Мин-Одат не раз порывался отправить войска, чтобы сжечь дотла весь этот город, бывший, словно гнойной язвой на теле Империи, но воевать с ним никто не собирался.

Однажды он направил войска в Тахус, но город был пуст. Весь криминальный люд попросту покинул город, скрывшись в пустынях и промышляя набегами на мелкие поселения и рудники, да нападая на караваны. Оставив в Тахусе гарнизон из трех сотен воинов, Мин-Одат был неприятно удивлен, узнав, что через некоторое время часть гарнизона была вырезана убийцами, когда бойцы патрулировали город, а еще часть примкнула к разбойникам. Солдат в городе попросту ненавидели.

Узнав, что гарнизон ушел из Тахуса, в город снова стеклись воры и убийцы. Больше Мин-Одат свои войска в столицу воров не отправлял.

Сейчас Мич, со своими пленниками остановился в одном из домов, который принадлежал ему. В доме хозяйничала полноватая женщина, покрикивающая на работников, которые по ее мнению очень медленно шевелились.

Пристроив дэвов в хлев и дав им еды, Мич распустил своих головорезов по домам, чтобы те могли отдохнуть с дороги. Пленников завели в каменный сарай без окон и захлопнули дверь, предварительно развязав руки и сняв повязки с глаз. Вскоре им принесли еду и воду.

— Где мы? — Спросил Илия, одного из работников, который принес еду.

— Это Тахус, — коротко ответил хаск.

— Проклятье, — выругался Илия и посмотрел на Хаврата. Его догадка подтвердилась. Хаврат молча кивнул, согласившись со своим другом. Начальника дворцовой стражи здесь точно никто не любил и узнай кто он на самом деле, любой в городе мог пожелать ему скорейшей кончины.

Свободолюбивый народ Тахуса не признавал рабства. Все работники Мича были вольнонаемными бродягами, работавшими за кусок и крышу над головой. Воровать у своих хозяев, было не принято.

Если такое вскроется, в лучшем случае бедолагу просто прибьют хозяева. В худшем он будет обречен на голодную смерть в городе, где его больше никто не возьмет к себе на работу.

Однако отношения между хозяевами и подчиненными были практически рабовладельческие. Хозяин мог ударить своего работника и тот не мог ничего сказать в ответ, иначе он рисковал оказаться на улице.

В доме Мича все было без излишеств. Все имущество можно было быстро собрать, чтобы так же быстро покинуть город. Всю добычу, Мич делил между своими соплеменниками, не забывая про свою долю главаря. Каждый раз он отправлялся в пустыню, собирая шайку в каком-нибудь трактире.

Сейчас он планировал выставить на арену, где бились за деньги наемники, пленного антанца и хаска, чтобы можно было на них заработать. Это была обычная практика, когда с пленников нечего было взять.

В сарай, где содержались пленники, зашла пожилая женщина со снадобьями в руках. Подсев к Илии она осмотрела раны.

— Кто тебя так поранил антанец, я вижу, что раны нанесены не сталью?

— Ты все равно не поверишь мне женщина. Делай свою работу и уходи, — тихо произнес Илия.

Женщина обработала раны мазью и, посмотрев в сторону Хаврата, молча, вышла из сарая, закрыв его снаружи.

— Надо выбираться отсюда. — Тихо произнес Илия. Мазь щипала раны, но делала свое дело.

— В Тахусе вряд ли стоит рассчитывать на чью-то помощь. Нас быстрее убьют, если узнают кто мы. — Ответил Илии Хаврат.

Тахус возник на территории заброшенного рудника по добыче драгоценного агата. Центр города уходил ярусами на десятки метров вниз. Там где некогда были хозпостройки и промышленные помещения, вырубленные в скальной породе, теперь ютился всякий сброд.

Часть города и окраины были расположены вокруг этой огромной воронки, уходящей под землю. Многочисленные переходы с яруса на ярус, позволяли легко попасть в нужную часть города.

Беглые рабы, преступники и каторжане, сбежавшие с рудников, все, кому не было места под солнцем в Империи хасков, находили здесь приют. Весь преступный мир Тахуса делился на касты.

Воры держались особняком, так же как и убийцы. Некоторым горожанам был закрыт доступ в отдельные, так называемые элитные кварталы города. Там где расположилась высшая каста криминального мира.

Но всех их, богатых и бедных, объединяло одно, страсть к боям, которые проводились в Тахусе регулярно. Бойцов на арене называли здесь могиварцами, в честь одного из знаменитых мечников, Могивара. Этот хаск, в свое время открыл свою школу бойцов в Тахусе.

Среди жителей города ходили слухи, что никто так и не смог победить этого воина. Многие зажиточные хаски, вкладывали деньги в своих воинов, получая хорошие прибыли от боев. Из школы Могивара, вышло много известных бойцов, снискавших себе славу на аренах Тахуса.

Арены представляли собой небольшие клетки четырехугольной формы. Зачастую бой велся до смерти одного из поединщиков. В боях мог участвовать любой желающий, но, как правило, желающих было не много и поэтому любой мало-мальски значимый поединок привлекал всеобщее внимание.

Горожане ставили ставки на одного из бойцов. Это могли быть не только деньги. Это могла быть чья-то жизнь или другое имущество, которым располагал человек. Такие арены были по всему городу. С окраин Тахуса начинались арены попроще, где бился всякий сброд, желающий заработать себе на выпивку.

Чем ближе были расположены арены к центру города тем, значительнее были выигрыши и тем профессиональнее были поединки. По сути, одной из главных статей дохода в городе были могиварские бои.

Однажды, когда Илия практически восстановился, к нему в сарай зашел Мич. Посмотрев на Хаврата, он перевел взгляд на Илию.

— Собирайся антанец, пришло твое время. Сегодня ты отработаешь мне свой долг или сдохнешь, как бесполезный пес.

— Что ты хочешь от меня? — Сверля взглядом хаска, поинтересовался Илия.

— Один из уважаемых жителей Тахуса хочет организовать бой. Я приглашен туда в качестве участника. Ставки три к одному против тебя. Так что не подведи меня. — Мич развернулся к выходу.

— Я не оставлю Хаврата, — ответил Илия.

— Не переживай, скоро придет и его очередь, — усмехнулся Мич и вышел из сарая.

Переглянувшись с Хавратом, Илия вышел из сарая, впервые за несколько дней. Солнце уже село за горизонт, и город был освещен факелами. Во дворе дома Мича стояло несколько человек, вооруженных мечами. Связав запястья Илии, небольшая группа людей покинула двор, выйдя на улицы города.

— Ты впервые здесь антанец? — Усмехнувшись, спросил у Илии Мич, глядя, как тот рассматривает город.

— Я очень надеюсь, что скоро покину Тахус, — тихо произнес Илия.

— Ну, ну, — усмехнулся Мич и продолжил путь.

Пройдя несколько улиц, по которым стекался народ в одном с Мичем и Илией направлении, те вошли на территорию довольно большого двора. В центре, на небольшом помосте стояла клетка, окруженная толпой народа, который оживленно гудел.

В центре клетки бились два воина. Оба уже порядком израненные и еле стоявшие на ногах, подбадриваемые толпой. Илия на мгновение замер, разглядывая бойцов, но затем его подтолкнули в спину, веля двигаться дальше.

Бойцы были одеты в традиционные боевые костюмы хасков. Небольшие юбки и грубые кожаные доспехи, которые могли спасти от вскользь ударившего меча или не дать тому глубоко проникнуть в тело.

Вскоре один из бойцов ударив мечом, совершил ошибку, целясь в корпус противника. Тот блокировал удар и нанес удар кулаком в лицо. Кровь брызнула по арене и боец, крутанувшись на месте, распластался на полу клетки. В этот момент второй боец подошел и, поставив ногу на тело поверженного, прижал воина к полу, вонзив меч в спину.

Толпа взвыла, торжествуя победу. Другая часть, досадливо ругаясь, отходила в сторону. Клетку открыли, и из нее, изнемогая от усталости, вышел победитель, торжествующе поднимая меч над собой.

Несколько человек заскочили на освободившуюся арену и, подняв тело побежденного, вынесли его из клетки.

— Следующий твой бой, — произнес Мич, внимательно глядя на Илию.

— А если я откажусь? — Поинтересовался тот.

— Тогда я казню вас обоих. Я итак потерпел от вас убытки. Мои люди требуют от меня часть оплаты понесенных ими расходов.

Илия зло посмотрел в сторону Мича и снова перевел взгляд на клетку. На арену в это момент вышел хаск, одетый в нарядный костюм и, поклонившись, обратился к собравшимся людям.

— Уважаемые жители города. Сегодня в бою сойдутся известный вам могиварец по имени Джет и… никому не известный антанец, захваченный в плен уважаемым Мичем, который организовал нам этот славный бой. Ставки три к одному против антанца. Давайте поприветствуем наших доблестных воинов. — Выступающий, вновь поклонился горожанам, разведя руки в стороны.

В этот момент на арену вышел могиварец. Толпа возбужденно загудела, приветствуя воина. Илия, получив меч и проверив его балансировку, вошел в клетку под неодобрительный гул толпы. Антанцев тут явно недолюбливали, хотя среди жителей города было не мало беглых преступников с Антании.

Ведущий развел бойцов по сторонам и когда те были готовы, покинул клетку. Толпа тут же восторженно заревела, предчувствуя кровавое зрелище. Могиварец не сводил взгляда с Илии. Тот в свою очередь тоже не спускал глаз со своего соперника.

Выждав момент, могиварец, вращая мечом, начал уверенно сближаться с Илией убежденный в своем превосходстве. Взмахнув мечом, он, сделал обманный выпад и, обернувшись вокруг себя, в следующее мгновение, нанес удар сверху.

Илия, предугадав движение Джета, сблизился с ним на опасное расстояние в тот момент, когда тот делал оборот вокруг себя и в следующее мгновение, не дав нанести удар сверху, вонзил меч в грудь могиварца, прошив его насквозь.

Глаза могиварца недоуменно округлились, а в следующее мгновение он рухнул под ноги Илии, сползая с его меча. Вокруг клетки возникла гробовая тишина. Никто даже не понял, что произошло.

Через несколько мгновений Илия подошел к дверям клетки и, швырнув меч на пол, вышел из нее, направившись в сторону Мича, который во все глаза таращился на своего пленника, как и все остальные.

Когда, наконец, до толпы дошло, что, только что произошло, народ начал подсчитывать свои убытки, а те, кто поставил на антанца, не могли придти в себя от свалившегося на них выигрыша.

Забрав причитающиеся ему агаты, Мич вместе с Илией и сопровождавшей его охраной покинул двор и, вернувшись к себе, домой, проводил Илию до сарая. Сопровождавшие их хаски, всю дорогу обсуждали маневр Илии.

— Ты заслужил сегодня для себя праздничный ужин, — едва сдерживая радость, произнес Мич.

— Сколько я должен драться, чтобы ты отпустил нас? — Жестко спросил Илия, игнорируя радость Мича.

— Не торопись антанец. Возможно, я отпущу тебя, когда ты поможешь мне перебраться жить поближе к центру города. Туда куда вход разрешен только избранным. — Усмехнулся хозяин дома.

— У меня нет для этого времени. Мне нужно во дворец. Возможно, что мир в Империи находится под угрозой. — Илия жестко смотрел в глаза Мичу.

— Мне нет дела до имперских войн. Они были и раньше. Тахус сохраняет нейтралитет. — Усмехнулся тот.

— Ты глупец Мич, эта война может уничтожить все живое. Ты не знаешь, с чем я столкнулся на границе с Антанией. На твоем месте я бы хорошенько подумал. — Илия развернулся и, подойдя к противоположной стене сарая, где сидел Хаврат, присел рядом с ним.

Мич задумчиво захлопнул дверь сарая, оставив охрану сторожить пленников, а сам вернулся в дом. Слова антанца насторожили его. Слух о проклятом ущелье, соединявших две империи, донеслись и до Тахуса.

На следующий день ближе к вечеру в дом Мича постучался незнакомец. Это был хорошо одетый антанец, известный в криминальных кругах как Майс. Антанец принадлежал к средней касте воров. Его сопровождали два охранника.

— Здесь ли живет уважаемый Мич? — Поинтересовался Майс. На вид мужчине было около сорока лет. Смуглая кожа сочеталась с серого цвета глазами, от которых, казалось, ничего не могло укрыться. Изящная небольшая бородка, переходящая в бакенбарды и короткая стрижка. Весь ухоженный вид антанца, говорил о том, что он отошел от своего криминального прошлого, но может в любой момент вернуться к этому промыслу.

— Да, чем могу быть полезен, уважаемый…? — Мич вопросительно посмотрел на незнакомца, не зная его имени.

— Я Майс, у меня к вам деловое предложение. Вчера состоялся бой между вашим пленным антанцем и могиварцем по имени Джет. Насколько мне известно, Джет был очень хорошим бойцом. — Майс выжидающе посмотрел на Мича.

— Да, — Коротко кивнул Мич, не торопясь рассказывать все незнакомцу.

— Сколько вы получили за этот бой? — Майс разглядывал убранство дома.

— К чему этот вопрос? — Мич вопросительно посмотрел на вора.

— Я пришел к вам с деловым предложением. Сегодня вечером в моем доме состоится бой. Некоторые, из моих друзей, скажем так, не последних людей в городе, высказали предположение, что ваш антанец сможет выстоять против Триаса.

— Триаса? — Мич удивленно посмотрел на Майса, — но ведь Триас был учеником Могивара.

— Ты можешь сшибать крохи по окраинам этих трущоб, — Майс повел рукой вокруг, переходя на простой тон, — а можешь сорвать очень хороший куш. Решай сам.

Мич задумался. С одной стороны такие предложения поступают не каждый день. Если сказать, вообще не поступают. С другой стороны у него из головы не шел разговор с антанцем. Майс терпеливо ждал.

— Хорошо. Я приду. — Сверля взглядом гостя, произнес хозяин дома.

— Я рад, что мы договорились, — учтиво улыбнулся Майс, — я пришлю чуть позже за вами своего человека.

Вор развернулся и покинул дом Мича. Тот пребывал в некоторой растерянности. С одной стороны он ничего не терял. Если антанца убьют, у него оставался хаск. С другой стороны это был билет в лучшую жизнь, туда, куда Мич не мог попасть при всем своем желании.

Открыв дверь сарая, он вместе с охраной вошел внутрь, где сидели пленники.

— У тебя есть шанс покинуть Тахус, — произнес он, разглядывая Илию.

— Говори, — Илия поднялся на ноги и посмотрел вопросительно на Мича.

— Сегодня состоится бой с Триасом. Это очень сильный боец. Он был учеником самого Могивара. Ты будешь биться с ним. В случае победы ты значительно увеличишь свои шансы, — Мич внимательно следил за антанцем.

— Если я побеждаю, ты отпускаешь нас с Хавратом? — Уточнил Илия.

— Нет. Этот бой очень важный, но есть арены, где ты сможешь завоевать себе свободу. — Покачал головой Мич.

— Тогда почему я не могу биться сразу там? — Недовольно спросил Илия.

— Потому что тебя никто не будет рассматривать как претендента. Ты еще пока никто в этом городе. — Пояснил Мич.

— Когда бой?

— Скоро. За нами придут, — Мич развернулся и вышел из сарая.

Когда над городом спустились сумерки, в дверь дома Мича постучались. На пороге стоял невысокого роста молодой человек, одетый в простые одежды.

— Это дом Мича? — Уточнил он.

— Да, — кивнул хозяин дома.

— Идите за мной, вас ждут, — парень выжидающе посмотрел на мужчину.

— Хорошо, — кивнул тот.

Спустя несколько минут, несколько человек покинули дом и направились следом за гонцом. Илия внимательно разглядывал строения, составлявшие архитектуру города. Вскоре они дошли до края рудника, уходившего вниз на десятки метров.

Кругом горели факелы, освещая улицы, которые переходили в ярусы. Вокруг сновал народ, торопясь по своим делам. Возле игорных и публичных домов стояли зазывала, приглашая посетить их заведения. Кругом валялся мусор, среди которого сидели попрошайки.

Чем дальше и ниже по ярусам спускался Илия, тем чище становились улицы. Народу было значительно меньше. Более прилично одетые горожане, не спеша шли по своим делам, бросая взгляды в сторону идущих плотной компанией людей.

Вскоре гонец подошел к одному из домов и распахнул дверь, впуская гостей во двор. Там уже собралась приличная толпа народу. Люди пили вино, обсуждая свои проблемы и городские события. Когда во двор вошел Илия, все взгляды устремились в его сторону. Антанец почувствовал на себе десятки любопытных глаз.

От небольшой компании отделился уже знакомый Мичу человек и подошел к ним.

— Я рад снова видеть вас, уважаемый Мич, а это, стало быть, заинтересовавший нас антанец? — Майс с интересом разглядывал Илию.

— Какие ставки, уважаемый Майс? — Поинтересовался Мич.

— Сразу видно делового человека, — Майс улыбнулся и по-дружески коснулся плеча Мича. — Я ставлю двести агатов на Триаса, а вы?

Лицо Мича вытянулось от изумления. Против этой суммы ему нечего было противопоставить. Его дом и все его имущество едва ли дотягивало до половины.

— Я поставлю свой дом и жизнь его друга, который находиться у меня в плену. Он тоже хороший боец. Когда я захватил их в плен, при нем был меч имперского гвардейца. — Ответил Мич.

— Вот как? — Майс оценивающе смотрел на мужчину. С лица не сходила лукавая улыбка. — Оставьте свои трущобы себе. Я согласен на имперца.

Мич согласно кивнул, поймав на себе негодующий взгляд Илии. В это время Майс покинул их компанию и вышел в центр двора, на котором располагалась арена в виде четырехугольной большой клетки.

— Уважаемые гости, приглашаю вас сделать ставки, кто еще не успел и мы начинаем, — громко произнес Майс. Гости оживленно загудели, начав стягиваться к клетке.

На арену вышел ведущий и, подняв руки вверх, дождался тишины.

— Уважаемые гости. Мы рады приветствовать вас в стенах этого гостеприимного дома. Сегодня состоится бой, которого все ждали. Могиварец Триас, ученик Могивара, боец, который не проиграл ни одного боя за последние несколько лет, сразиться с незнакомцем, прибывшим из далекой Антании. Ходят слухи, что антанец прекрасно владеет мечом. Кто же станет победителем в этой смертельной схватке?

Пока выступал ведущий на арену вошел Триас. Это был спортивного вида мужчина лет тридцати пяти. Короткая стрижка, пронзительные глаза и шрам пересекающий лицо, словно делящее его на две части от правого уха до нижней части подбородка с разорванными и зажившими неправильно губами.

Триас двигался по арене с грациозностью кошки. В руках он держал глефу. Два серповидных коротких меча, соединенных меж собой длинной рукоятью. Покрутив ее вокруг себя, со свистом рассекая воздух, Триас остановился и, уперев глефу в пол, поклонился собравшейся публике. Толпа восторженно взвыла, приветствуя своего героя.

Илия, поднявшись на помост и шагнув в клетку, подошел к ведущему и встал с другой стороны. В руках он держал меч.

— Я могу попросить второй? — Поинтересовался он у ведущего.

— Второй? — Усмехнулся тот. Толпа поддержала его, засмеявшись в ответ на вопрос Илии. — Боюсь, что нет. Правилами поединка предусмотрено только одно оружие.

Илия стиснул зубы. Он видел, что глефа в руках Триаса с разборной рукоятью. Тот мог в любой момент разделить клинки и биться ими как полноценными мечами.

— Итак, уважаемые гости. Ставки сделаны, и мы можем начинать. — Громко произнес ведущий.

— Одну минуту, — раздался голос в стороне от арены, и толпа, обернувшись, невольно выдохнула. Невдалеке от ворот стоял мужчина, которого знали практически все в Тахусе. Это был Вэлнор, правая рука Диона.

Возле Вэлнора с обеих сторон стояли два охранника. Мужчине было за пятьдесят, но он оставался крепким и мускулистым человеком. Абсолютно лысым, под два метра ростом с жесткими чертами лица. Чуть крючковатый нос и слегка полноватые губы добавляли хищное выражение лица в дополнение к стального цвета глазам.

На Вэлноре был плащ, с откинутым капюшоном, так же как и на двух его телохранителях.

— Я ставлю пятьсот агатов на антанца, — произнес Вэлнор и направился к толпе горожан стоявших возле арены. По толпе прокатился изумленный гул. Это была немыслимая ставка.

Двое охранников следовали неотступно за своим начальником. Вэлнор подойдя к толпе, практически не остановился, тогда, как толпа почтительно расступалась перед ним, по мере его приближения к клетке, в которой находились бойцы.

Подойдя вплотную к арене, Вэлнор встретился взглядом с Илией.

— Я знаю, кто ты антанец, — глядя в глаза Илии, тихо произнес Вэлнор.

Илия несколько мгновений смотрел в глаза Вэлнору, а затем отошел на середину арены. Взглянув в глаза Триасу, Илия понял, что перед ним серьезный противник. В отличие от Джета, который бился на аренах и занимался позерством, Триас прошел не одну войну.

Крутанув в руке меч и поняв его способности, Илия встал в боевую стойку, не сводя взгляда с Триаса. Сейчас он бы все отдал за то, чтобы в его руках оказались мечи, которые выковал он сам, по технологии своего наставника Дециана.

Триас тоже не сводил взгляда с антанца. Он нутром чуял, что перед ним не простой пленник. В Илии чувствовался стальной стержень. От него веяло опасностью. Триас, за годы службы наемником научился чувствовать природу людей. Сейчас перед ним стоял человек, которого он не мог разгадать. Это очень сильно напрягало и раздражало в тоже время. Такая ситуация не позволяла разгадать действия соперника.

К стоящему в стороне Вэлнору подошел Майс и, поприветствовав его кивком головы, встал рядом с ним.

— Боюсь, что уважаемый Вэлнор зря потратил свои агаты, — с деланным сожалением произнес хозяин дома.

— Уважаемому Майсу, следовало бы более тщательно выбирать противников, — усмехнулся Вэлнор и, взяв у одного из слуг разносящих напитки, бокал с вином, пригубил из него, морщась, проглотив содержимое. Вино было отравительным.

— О чем вы? Триас в превосходной форме, — непонимающе произнес Майс.

— Сегодня ты потерял своего лучшего бойца и весь свой заработок. — Вновь усмехнувшись, ответил Вэлнор, — ты даже не представляешь к кому в клетку ты загнал бедного Триаса.

Взгляд Майса с тревогой устремился в сторону арены, а затем вернулся к своему гостю.

— О чем вы? — В голосе была настороженность и непонимание.

— Наслаждайся зрелищем Майс, — ткнув бокалом в сторону клетки, усмехнулся Вэлнор.

Майс встревожено перевел взгляд в сторону арены. Бой начался. Противники сближались с двух сторон, изучая друг друга. Триас, вращая вокруг себя глефой, медленно подступал к сопернику.

Илия встал в боевую стойку. Ему были знакомы приемы управления с глефой, и теперь он выжидал, когда Триас выйдет на линию атаки. Тот подходил все ближе и ближе, наращивая темп вращения. Вскоре вокруг Триаса образовалась стальная мельница из двух рассекающих воздух клинков.

Оказавшись на расстоянии удара, Триас выбросил вперед глефу, нанося сокрушительный рассекающий удар сверху. Единственным правильным вариантом, было, уклонится от удара, отскочив назад или в сторону, но антанец сделал то, чего никто не ожидал.

Схватив второй рукой за край острия меча, Илия выставил меч над собой, блокировав мощный удар Триаса. Глефа наткнувшись на жесткое сопротивление, загудела в руках могиварца, вибрируя от удара. В следующее мгновение Илия нанес удар ногой в корпус Триаса, отбросив того назад. Могиварец упал на спину, выронив глефу из рук. По толпе пронесся недоуменный вздох.

Триас рывком встал на ноги и носком подбросил глефу, поймав ее в воздухе. Сделав уважительный кивок Илии, он вновь встал в стойку. Илия проигнорировал кивок Триаса, жестко глядя в глаза могиварцу. Он не собирался оказывать чести убийце за деньги. Взглянув на свою ладонь, которой он схватился за край меча, он увидел неглубокие порезы, которые теперь кровоточили.

Могиварец вновь пошел в атаку, крутясь вокруг своей оси и вращая глефой. Илия стоял в боевой стойке и выжидал момента для защиты и последующего контрудара. Когда Триас достаточно сблизился с Илией он начал бить более сосредоточенно, не допуская ошибок.

Сталь звенела вокруг бойцов, высекая искры. Толпа заворожено смотрела на этот танец смерти. Оба противника были хороши. Илии не хватало второго меча, который был продолжением его левой руки. Сейчас он практически ушел в защиту, уворачиваясь от смертоносных ударов.

Словно два великих воина Дециан и Могивар встретились на арене. Ни один не хотел уступать другому. У обоих бойцов были порезы на теле, которые кровоточили.

В очередной раз, разойдясь по сторонам, два противника не сводили друг с друга глаз. Триас тяжело дышал. Илия, тоже не успев полностью восстановиться, теперь чувствовал, как тяжело вздымается грудь.

Толпа затаив дыхание, следила за каждым движением бойцов на арене. Любой не осторожный взмах мог стать последним для одного из противников. Илия знал, что глефа гораздо тяжелее меча, а, следовательно, соперник уставал сильнее. Движения становились не такими быстрыми и точными.

Встав в боевую стойку, Илия начал приближаться к Триасу, который выставил перед собой глефу и ожидал противника. Когда расстояние сократилось до минимума, Триас нанес прямой удар в грудь Илии. Тот блокировал удар мечом, ударив им наотмашь. Корпус Триаса развернуло, подставляя незащищенную грудь. Илия, выбросив вперед ногу, резко и сильно ударил в древко глефы, которую Триас не успел вернуть назад. Глефа с треском разломилась надвое, а сам Триас отлетел на пол. Две половинки глефы теперь лежали на полу арены в руках Триаса.

— Не поднимайся, если хочешь жить, — вытянув в его сторону меч, произнес Илия, тяжело дыша.

— Лучше умереть воином, чем голодным псом в подворотне, — сквозь зубы процедил Триас.

— Нет в такой смерти чести, — зло ответил Илия.

Триас, рыкнув, начал подниматься. Илия отошел назад. Встав снова в боевую стойку, он выжидал, когда Триас пойдет в атаку, но тот не спешил. Держа в руках обломки глефы, могиварец шаг за шагом приближался к антанцу. Два меча против одного.

Когда до Илии оставалось несколько шагов, Триас, скрещивая руки начал вращать мечами, образуя вокруг себя стальную защиту и в тоже время, прижимая Илию к решеткам клетки, заставляя его отступать назад.

— Вы говорили, что у Триаса нет шансов, — усмехнулся Майс, обращаясь к своему высокопоставленному гостю.

— Антанец дал ему шанс, но тот его не использовал, — парировал выпадку Вэлнор. — А сейчас… в прочем, что я рассказываю. Смотрите мой дорогой друг, смотрите.

Майс вновь перевел взгляд на арену, где Триас буквально загнал в угол антанца, вращая своими мечами, и не давая ни единого шанса своему противнику, уклониться от рассекающей воздух стали.

Триас нанес удар, но вместо того чтобы парировать удар, Илия ударил навстречу мечу могиварца. Мечи столкнулись, высекая искры, и Триас почувствовал, как рукоять меча выворачивается из запястья. В следующее мгновение половинка глефы вылетела из руки и устремилась в толпу, пролетев сквозь прутья решетки и найдя жертву среди зрителей. Клинок вошел в тело несчастного, пронзив его насквозь. Толпа ахнула, расступаясь, глядя, как пронзенный половинкой глефы хаск, с недоуменным взглядом оседает на землю двора.

Триас на мгновение отвлекся, но этого хватило, чтобы получить мощный удар в корпус ногой антанца. Могиварец отлетел в сторону, выронив от неожиданности второй обломок глефы.

Илия поднял упавший меч и провернул его в руке. Теперь он стоял с двумя мечами над лежащим на спине могиварцем. Тот поднялся на ноги, встав напротив Илии, сверля его злым взглядом. Противников разделяло не более трех метров. Толпа забыла про убитого шальным обломком глефы зрителя, и сосредоточила все свое внимание на поединке, затаив дыхание и ожидая развязки. В следующее мгновение Илия провернув свой меч в руке, метнул его в сторону Триаса, а затем, сделав оборот вокруг себя и вращая обломок глефы, так же метнул его следом в могиварца.

Два клинка с интервалом в несколько мгновений вошли в грудь Триаса, прошив его насквозь. Могиварец покачнулся на ногах и перевел с торчащих из груди мечей взгляд на Илию. Тот тяжело дыша, не сводил взгляда со своего противника.

В следующее мгновение Триас рухнул на пол арены, а над толпой повисла гробовая тишина. Никто не ожидал такой развязки. Илия подошел к дверям клетки. Охрана ощетинилась мечами, ожидая приказа Майса.

— Отправите мне мои агаты с доверенным лицом, — произнес Вэлнор и направился в сторону Мича. Тот буквально светился от переполнявшего его торжества. Сегодня он сорвал огромный куш, которого с лихвой может хватить не на одну безбедную жизнь.

— Полагаю, что антанец отработал свою жизнь в полной мере? — Поинтересовался Вэлнор у Мича.

— Да, — после небольшой заминки, кивнул тот. В глазах полыхнул алчный огонек, но Мич вовремя его погасил.

— Откройте арену, — приказал Вэлнор охранникам и подошел к клетке.

Илия вышел с арены, тяжело дыша и едва держась на ногах. Многочисленные порезы кровоточили. Он исподлобья смотрел в сторону Вэлнора.

— Помогите ему, — приказал тот своим людям, направившись в сторону выхода со двора Майса, и те, подхватив Илию под руки, повели его следом за Вэлнором.

— Стойте, — Илия освободился от удерживающих его рук и повернулся в сторону Мича. Тот вопросительно смотрел в глаза антанца. Илия перевел взгляд на Вэлнора, — прикажите отпустить Хаврата.

— Хаврата? — Непонимающе переспросил Вэлнор, переводя взгляд с Илии на Мича.

— Это мой спутник. Он сопровождал меня, когда на нас налетели люди Мича. — Пояснил Илия.

— Его отпустят, — произнес Вэлнор, глядя в сторону Мича. Тот, слегка замешкавшись, согласно кивнул и, повернувшись к своим людям, приказал отпустить пленного хаска. Искушать судьбу с Вэлнором, Мич не решился.

Люди Вэлнора доставили Илию к нему в дом, расположенный практически в центре Тахуса. Огромные своды пещер, были вырублены несколько десятилетий назад. Всю территорию двора освещали яркие светильники. Пламя в них горело ровным, практически белым светом, не давая дыма и копоти.

В одном месте из скальной породы бил просочившийся ключ, который теперь питал всю зелень, произраставшую на территории дома Вэлнора. Источник был оформлен в дикий камень и гармонично вписывался в интерьер дома. Повсюду росли небольшие зеленые деревца, видимо доставленные сюда по приказу хозяина дома.

Илию разместили в одном из помещений, рядом с комнатами Вэлнора. Хозяин выгнал оттуда всю прислугу вместе со скарбом и отправил знахаря, чтобы тот приглядывал за антанцем.

Хаврат сидел в сарае на циновке, прислушиваясь к звукам города, доносившихся с улицы, когда двери в сарай распахнулись и на пороге появились люди Мича. Хаск молча, поднялся, разглядывая их.

— Ты свободен, — произнес один из вошедших в сарай. — Твой друг тебя освободил.

— Где он? — Спросил Хаврат.

— Он в доме Вэлнора. Триас хорошо потрепал его. — Усмехнувшись, произнес человек Мича, и вышел из сарая, оставляя дверь открытой.

Хаврат вышел на улицу и направился в сторону центра города, надеясь найти Илию. Вокруг него сновал различный люд, спешащий по своим делам. Подойдя к спуску на один из нижних ярусов, ему преградили дорогу два охранника с мечами за спинами, выставив вперед ладонь.

— Стой. Тебе нельзя ниже. Только по приглашению или по грамоте на твое имя, дающей право на проход. Если у тебя нет ни того ни другого, тогда убирайся отсюда. — Осадил Хаврата один из охранников.

— У меня приглашение от Вэлнора, — нашелся хаск, с вызовом глядя на охранника.

Тот слегка растерялся, а затем, обернувшись к одному из мальцов, скучающих рядом и бывший видимо у охранников на посылках, подозвал его к себе.

— Назовись? — Обратился он к Хаврату. Тот сказал свое имя, и малец, кивнув, скрылся на нижних ярусах.

— Как боится своих же людей ваша знать, — усмехнулся Хаврат и отошел в сторону.

— Попридержи язык, — процедил один из охранников и потерял интерес к хаску.

Вскоре малец вернулся с одним из людей Вэлнора. Тот посмотрел на хаска и кивнул ему, чтобы тот следовал за ним. Охранники, молча, не сводя глаз с Хаврата, пропустили его и вновь занялись своими делами.

Илия лежал на выстланном шкурами топчане и смотрел, как знахарь обрабатывает его раны, когда в комнату вошел Хаврат.

— Я думал, что мы больше не увидимся или хуже того, что нас заставят драться друг с другом. Очень было бы жаль тебя убивать, — улыбнувшись, произнес хаск. κнигοед.нет

Илия фыркнул в ответ и поморщился от пронзившей бок боли. Видимо в пылу схватки Триас умудрился серьезно зацепить его.

Знахарь сердито цыкнул на обоих, заставив замолчать. Обработанная рана вновь закровоточила и все труды лекаря пошли насмарку.

— Оба друга вместе, — раздался голос в стороне и все разом обернувшись, увидели хозяина дома, который стоял на пороге комнаты.

— Спасибо, что разрешили мне войти, — Хаврат слегка кивнул головой.

— Надеюсь, ты так же виртуозно владеешь мечами, как и твой друг, — улыбнувшись, подошел к Хаврату Вэлнор и протянул руку для приветствия.

— Вы хотите меня испытать? — Хаврат пожал руку и вопросительно посмотрел на хозяина дома.

— Мне нужны хорошие клинки, — ответил Вэлнор и подошел к топчану, где лежал Илия, разглядывая работу знахаря.

— Зачем я тебе? — Спросил Илия, глядя в глаза хозяину дома.

— Ты можешь быть свободен пока, — обратился Вэлнор к знахарю и, подождав, когда в комнате останутся лишь они трое, подсел к топчану, на против Илии.

— Я долгое время был правой рукой Диона, помогая ему устанавливать в Тахусе власть и порядок. Сейчас этому городу нужен новый хозяин. Дион уже не тот, старый вор, что был раньше. Он погряз в играх и пьянстве, растрачивая агаты направо и налево. Его окружают одни лизоблюды. Вскоре он потеряет свой авторитет, и весь сброд поднимет бунт, круша и разоряя город. — Тихо произнес Вэлнор.

— Ты хочешь занять его место? — Илия внимательно посмотрел на Вэлнора.

— Да, — Кивнул тот. — Но у меня нет достаточно сильных мечников, чтобы захватить власть в городе. У Диона в телохранителях ходит турианец. Я слышал, один из них был твоим учителем? — Вэлнор вопросительно посмотрел на Илию.

— Турианец? — Илия слегка приподнял голову. В глазах читалось удивление.

— Да, этот воин стоит минимум дюжины простых мечников. Он иногда участвует на аренах ради развлечения. Один против толпы. — Зло произнес Вэлнор.

— Откуда ты обо мне столько знаешь? — Илия не сводил взгляда с хозяина дома, сидевшего напротив него.

— Я бывал в Мадияре, и видел тебя там при дворе Мин-Одата. Говорят ты лучший мечник во всей Империи Хасков. Подумай над моим предложением. Я помогу тебе вернуться в столицу. — Вэлнор поднялся, и направился было к дверям, но Илия остановил его.

— Возможно, скоро тебе не чем будет управлять. Я был в ущелье, на границе с Антанией. Кто-то или что-то подняло мертвецов из своих могил. Я со своим отрядом нарвался на них. Выжили только мы двое. Никто не знает, что происходит по ту сторону ущелья. Если не предотвратить эту угрозу, мертвецы появятся под стенами Мадияра и Тахуса.

— Сначала помоги мне с Дионом. Я не могу тебе ничем помочь, пока власть в городе принадлежит ему. Боюсь, что он даже слушать тебя не станет. — Подумав об услышанном, произнес Вэлнор и, развернувшись, вышел из комнаты.

Илия закрыл глаза, тоже задумавшись над тем, что сказал ему Вэлнор. Турианцы были немногочисленной воинствующей расой. Об их умении владеть мечами ходили легенды по всему миру.

Это были рослые под два метра люди с абсолютно белыми, как облака волосами, спадающими до плеч и такими же, в отличие от хасков, антанцев и других арлов белыми глазами.

Никто не знал, где находятся земли турианцев. Изредка, они по одному, просто появлялись, словно из ни откуда, как пришельцы из других миров и так же исчезали в никуда.

За все время, что Илия обучался у Дециана, этот турианец ни словом не обмолвился о себе или своем народе. Илия не знал даже откуда он пришел. Мастер всегда оставался загадкой для него. Дециан все время молчал, лишь изредка указывая своему ученику на недостатки или подсказывая ему.

Говорили, что турианцы прямые потомки Древних, живущих на обратной стороне Турии, ночного светила этого мира, которое проливало свой мягкий белый свет на бескрайние земли империй. В жилах турианцев текла кровь Древних. Откуда здесь, в Тахусе, появился турианец, оставалось загадкой. Но для Вэлнора он был непреодолимой преградой на пути к власти над Тахусом.

Илия провел несколько дней в доме Вэлнора, прежде чем благодаря стараниям местного знахаря, смог полностью восстановить свои силы. Хаврат постоянно был рядом, оберегая покой своего друга.

Вэлнор заходил каждый день, проверяя состояние Илии и обсуждая с ним планы по смене власти в Тахусе.

— Мне нужны мои мечи, если ты хочешь чтобы я схлестнулся с турианцем, — произнес однажды Илия Вэлнору, когда полностью практически восстановил силы и начал упражнятся с Хавратом на мечах, что так любезно предоставил ему хозяин дома.

— Ты знаешь, что это не возможно. Где я смогу взять мечи изготовленные по секрету Древних? — С досадой ответил Вэлнор.

— Я сам создам их. Мне нужны ингредиенты, — Илия протянул список хозяину дома. Тот пробежал глазами по списку и недоуменно посмотрел на начальника дворцовой стражи.

— Я смогу достать практически все, что ты написал, хотя пару ингредиентов раздобыть будет сложно, но вот последний, — казалось, Вэлнор был в некотором замешательстве.

— Домиантовый мир? Разве его нет в Тахусе? — Илия посмотрел на список в руках Вэлнора.

— Что это? — Недоуменно поинтересовался тот.

— Это смола, которая течет по стволу домиантового древа. — Пояснил Илия.

— Во всей Империи нет таких деревьев, — горько усмехнулся Вэлнор.

— Ты не понял, это не дерево в прямом смысле слова. Это жила в недрах рудников, которая на срезе горной породы напоминает древо. Когда из рудника извлекают агат, это место заполняется смолой. Она попадается крайне редко, но, тем не менее, ее можно найти.

— Я боюсь это не возможно. Никто не использует ее в своей деятельности, и я никогда не слышал ничего подобного, — покачал головой Вэлнор.

— Плохо, — Илия стиснул зубы, — неси то, что найдешь, но без смолы мечи будут не те.

Казалось мир Темных, Эйнос, доживал свои последние дни. Елизар видел как огромные вулканы, исторгая из своих недр лаву, словно огромные нарывы на теле этого мира, взрывались тысячами глыб, которые разносились на десятки лег вокруг. Клубы дыма поднимались из жерла вулканов и смешивались со свинцовыми тучами, которые казалось, стелились над самыми пиками гор, задевая их своей нижней кромкой.

Частые всполохи молний, рождающиеся в недрах туч, освещали их своими разрядами изнутри и, ударив в землю, вызывали мощные взрывы, грохот которых перемежался с раскатами грома, доносившимися до слуха Елизара.

Воздух был горяч и пропитан серой настолько, что казалось, легкие вот-вот сгорят от этой концентрации. Елизар с трудом втягивал его, обжигая грудь. Со стороны рощи к нему подошли Талас и Сатар. Теперь они были одеты в черные камзолы, которые подпоясывали широкие кожаные пояса.

Лица двух братьев были серьезны. Глаза с вертикальными желтыми зрачками неотрывно смотрели на Елизара, словно стараясь заглянуть ему в душу, увидеть в ней, то, что обычно пытается спрятать от окружающих человек. Вынуть наружу, показать ему его слабости, сделать его уязвимым.

— Ты заставляешь нас жалеть о своем выборе Елизар, — жестко произнес Талас.

— Я не просил вас, меня сюда выдергивать, — так же жестко ответил Елизар, не сводя взгляда с братьев.

— Амадина передала нам, что твое состояние крайне тяжелое. Ты можешь не увидеть следующий рассвет. Это ставит под угрозу весь наш план. — Сатар оказался ближе к Елизару, чем его брат. Обхватив левое предплечье Евгения пальцами, чуть выше раны он пристально посмотрел на нее.

Елизар так же перевел взгляд с Темного на руку, взявшую Евгения в, казалось бы, стальной захват. Рубленая рана сочилась кровью. Вокруг образовались гнойные струпья. Пульсирующая боль от прикосновения Сатара усилилась и вскоре стала практически невыносимой. Елизар заскрипел крепко стиснутыми зубами.

— Осторожнее Сатар, он нужен нам живым, — предостерег брата Талас.

— Я знаю, — все внимание того было сосредоточено на ране.

Елизар сквозь проступившие от боли на глазах слезы и застилавшие их пеленой, увидел, как из раны выходит гной, стекая вниз по локтю и в тоже время боль начала отступать. Тело словно стало нечувствительным ко всем раздражителям.

— Я убрал из твоего тела то, что могло тебя убить. Дальше все зависит от тебя, — отпустив руку Елизара, произнес Сатар.

— Печать должна быть уничтожена, иначе ты останешься здесь навсегда — Талас подошел вплотную к Елизару.

— Как мне ее уничтожить, если я не знаю, что мне делать с этим, — Елизар показал руны расположенные на правой руке.

— Нинторис сам придет к тебе на помощь когда это будет необходимо. Это все, что тебе нужно знать. — Талас развернулся и направился в сторону рощи. — Скоро все миры Альдэрона будут охвачены огнем, и лишь ты сможешь помешать этому. Торопись.

— Это просто бред какой-то — тихо произнес Елизар.

— Тебе пора пришелец, — Сатар вновь коснулся плеча Елизара и у того все поплыло перед глазами, ноги стали ватными. Евгений почувствовал, что падает на землю и… очнулся.

Вокруг него с обеспокоенными взглядами стояли трое его спутников. В глазах сквозила неприкрытая тревога.

— Ты вновь был с Темными? — Айдариэл внимательно смотрел на Елизара.

— Да, — из пересохшего горла вырвался шепот. Елизар облизнул сухие губы.

— Держи, — Райна протянула сосуд с водой и помогла напиться.

— Твоя рана затянулась, — раздался голос со стороны. Это был Рамир.

Все синхронно посмотрели на предплечье Елизара. На месте раны действительно остался небольшой шрам.

— Ты все еще слаб, но Темные сделали свое дело, это ты им молилась? — Рамир посмотрел на Райну. Та смущенно отвела глаза в сторону и молча, кивнула, закусив нижнюю губу.

— Хорошо когда за тебя есть, кому помолиться, — усмехнулся Рамир.

— Заткнись, тебя я тоже из острога на себе вынесла, — жестко ответила Райна.

— Ну, все, все, — Рамир поднял ладони, словно, сдаваясь.

— Что сказали Темные? — Айдариэл отошел в сторону и присел возле небольшого костра. Над лесом поднималась заря, освещая верхушки деревьев, поднимающихся ввысь.

— Нужно спешить, у нас мало времени, — тихо ответил Елизар, пытаясь сесть.

— Ты спросил у них о Нинторисе? — Райна вопросительно посмотрела на Евгения.

— Спросил, да только они ответили все тем же, — усмехнулся Елизар, — Нинторис сам знает, когда будет мне нужен.

— Когда отправляемся? — Рамир готов был прямо сейчас выдвигаться в дорогу.

— Как только я смогу идти, — Елизар поднялся. Перед глазами все поплыло. Если бы не вовремя подоспевший Айдариэл, подхвативший его, Евгений рухнул бы прямо там, где стоял.

Райна посмотрела в сторону Рамира. Тот, выдержав взгляд амадины, вздохнул и, сделав мощный прыжок, обернулся в волка. Елизар взгромоздился на спину и, вцепившись в густую шерсть, обхватил ногами бока дино.

Через несколько минут путники вышли в дорогу, двигаясь по лесу и удаляясь от Ардоса, который просыпался под первыми лучами утреннего солнца. Вскоре Елизар со своими путниками вышел на большой тракт, хорошо утоптанный проходящими мимо обозами и ведущий к южным границам Антании.

Тракт был окружен густым, практически не проходимым реликтовым лесом. Иногда его пересекали небольшие речушки, которые путники переходили вброд или по сооруженным местными умельцами мостам. Небольшие поселения, расположенные вдоль тракта, оставались в стороне.

Всякий раз, когда им навстречу вдалеке показывался обоз, Елизар уходил с тракта, чтобы у встречающихся арлов не возникало к нему лишних вопросов. Ночевали в лесу, в стороне от тракта, разведя, на поляне небольшой костер.

На следующее утро Елизар уже достаточно окреп, чтобы идти самостоятельно, опираясь на дорожный посох. Рамир принял человеческий облик, и небольшой отряд вновь вышел на тракт.

Перед небольшим поселением, насчитывающим не больше сотни дворов, путников застал дождь, который грозил к вечеру перерасти в ливень. Зайдя в поселение, Елизар вместе со спутниками нашел постоялый двор.

Зайдя в небольшой трактир, разместившийся на первом этаже постоялого двора, путники сели за грубо сколоченный деревянный стол, стоящий чуть в стороне. Редкие посетители, скользнув по вошедшим заинтересованными взглядами, вскоре потеряли к путникам интерес, обсуждая свои насущные проблемы, или просто методично поглощая вино.

— Через три дня пути мы будем в Пухете, а оттуда, до границы Антании, еще около четырех дней пути. — Произнесла Райна, встряхивая намокшие волосы.

— Жаль, что Трой нас не подождал, — произнес Елизар, вспомнив хозяина обоза.

— Что будете заказывать? — К столу подошел слуга и внимательно посмотрел на присутствующих.

— У нас нет… — Елизар осекся, когда на его руку сверху легла ладонь Айдариэла.

— Неси горячее мясо и вино, — повернулся он к слуге, встретившись с недоуменным взглядом Елизара.

— Чем будете рассчитываться? — Поинтересовался высокий худой мальчишка в замызганном переднике.

— Агатами, — произнес Айдариэл и к всеобщему изумлению извлек из одежды драгоценную монету. Положив ее на стол перед мальчишкой, Айдариэл вопросительно посмотрел на него.

Парень взял монету и, недоверчиво осмотрев ее, удалился.

— Я стесняюсь спросить откуда? — Елизар удивленно смотрел на древлянина. В глазах остальных читался тот же вопрос.

— Так мы же с тобой в Ардосе тогда двоих фраеров валь… — Айдариэл осекся, увидев как изменилось выражение лица Елизара, — ну ты же сам сказал, что Райна права и деньги в любом мире остаются деньгами.

— Ворюга блин, — фыркнул Елизар, но в данный момент он не осуждал своего друга, за то, что Айдариэл смог урвать агаты.

Райна усмехнувшись, посмотрела в сторону Елизара, а затем покачала головой, давая понять, что Айдариэл быстро учится у Елизара и по большей части ничему хорошему. Рамир просто проигнорировал слова древлянина. Он понял, что сейчас принесут мясо и ему не придется под дождем бежать в лес на ночную охоту.

Плотно поев и заказав на утро, еду с собой, путники поднялись в приготовленные для них комнаты. Когда все уже легли, в комнату Райны вошел Елизар. Он встал в дверях, разглядывая лежащую на кровати в одежде девушку.

— Что? — Повернув голову в его сторону, поинтересовалась амадина.

— Я хочу поблагодарить тебя, — произнес Елизар, внимательно глядя в глаза Райне.

— За что? — Не поняла девушка.

— За то, что ты попросила за меня Темных, — Елизар не отводил взгляда от зеленых глаз Райны.

— Не стоит, — амадина рывком села, поставив ноги на пол. — Я сделала то, что должна была. Иначе Владыки мне бы не простили твою смерть. Получилось бы, что я не справилась со своим заданием, — Выражение глаз Райны оставалось холодным.

— Все равно спасибо, — усмехнулся Елизар и повернулся в сторону выхода.

— Подожди, — раздался голос амадины, — есть еще кое-что… — казалось девушке сложно это выговорить. — Ты спас меня тогда, на перекрестке, в Ардосе. Я сказала, что ты совершил глупость. Я была неправа. Я тоже благодарна тебе. Ты не обязан был этого делать, но ты рискнул собой ради меня. Такого нет в нашем мире. Я почувствовала себя нужной. Понимаешь? Не обязанной кому-то, а именно нужной. Это давно забытое для меня чувство. Когда я была маленькой и обо мне заботилась мать. Все, уходи. Я итак сказала лишнего.

Райна легла на кровать и отвернулась к стене. Елизар постоял несколько мгновений и тихонько вышел из комнаты амадины, вернувшись к себе. Айдариэл вопросительно посмотрел на Елизара, но увидев взгляд Евгения, закрыл глаза, снова отдавшись сну.

Утром, заставив, раскошелиться Айдариэла еще на один агат, путники позавтракали и, забрав приготовленную для них снедь, выдвинулись в путь. Ночью тракт порядком размыло дождем и приходилось двигаться очень осторожно, чтобы не упасть в грязь.

Через половину дня пути, Елизар нагнал идущий попутно обоз из шести крытых повозок. У одной из телег сломалось колесо, и теперь часть сопровождавших обоз арлов занималась починкой.

— Постойте, — Услышал Елизар, когда они практически миновали головную повозку. Все разом обернулись и увидели коренастого, невысокого мужчину, лет пятидесяти, одетого в простую дорожную одежду, который сидел на повозке.

— Я слушаю тебя, — произнес Елизар остановившись.

— Куда вы идете? — Мужчина спрыгнул с повозки и подошел к путникам, переводя взгляд с одного на другого.

— В Пухет, — коротко ответил Елизар.

— Я владелец обоза, Тиор. Судя по вашей экипировке, вы наемники? — Уточнил мужчина.

— Что ты хотел? — Проигнорировав вопрос, поинтересовался Елизар.

— Если вы наемники, то я хотел бы вас нанять. Скоро начнется Марьяна падь, болотистая местность, густо поросшая лесом, тянущаяся на несколько лег. В народе говорят, что это неспокойное место. Раньше здесь стояла деревушка Марья, но она бесследно исчезла вместе со всеми жителями несколько десятков лет назад.

— Почему место неспокойное? — Нахмурился Елизар.

— За это лето тут пропало шесть обозов, — Тиор смотрел на Елизара, определив в нем главного.

Пока они говорили, вокруг первой повозки собралась толпа народу, следившая за разговором. Народ с интересом разглядывал Елизара и его спутников. Древлянина они видели впервые.

— В моем обозе есть несколько неплохих бойцов, но с вами я буду чувствовать себя уверенней. Я заплачу вам, — видя в глазах Елизара сомнения, продолжил Тиор.

— Хорошо, но будем двигаться максимально быстро, — согласился Елизар. С одной стороны, любая поломка повозок могла их задержать, но с другой, опять же, периодически начинающийся мелкий, нудный, моросящий дождь и скользкая грязная дорога, выматывала до нельзя, а крытые повозки были как нельзя кстати. Хоть какая-то защита от дождя и грязи.

Распределившись по повозкам, обоз тронулся с места. Вокруг тракта все так же тянулся лес. Дождь то начинался, то прекращался. Тучи на небе расходились, уступая место солнцу, которое посылая свои лучи на залитую дождем землю играло бликами в небольших, скопившихся на тракте лужицах. Затем тучи вновь сходились, закрывая приветливое солнце и посылая на землю моросящий дождь.

К вечеру путники достигли Марьяной пади. Тракт уходил вниз по склону и, огибая небольшие холмы, терялся среди леса. Перед Елизаром предстала огромная чаша, покрытая лесом и уходящая вниз. То тут, то там виднелись мелкие озерца, которые пробивались сквозь лесную чащу, играя бликами на воде от уходящего за горизонт солнца.

Падь уходила вправо и влево на несколько лег. Никто не знал, насколько она тянется и можно ли ее обойти. Да и ломиться на обозе сквозь чащу, тоже был не вариант.

— Ты ездил через нее раньше? — Спросил Елизар, разглядывая падь, когда Тиор подошел к нему.

— Да, ездил много раз. Но раньше такого не было. То ли Светлые меня оберегали, то ли другое что. Но в последнее время торговцы очень неохотно ездят через нее. — Тиор поправил меч на перевязи, который выглядел на его поясе как инородный предмет на теле.

— Останемся на ночь здесь, утром выдвигаемся, не ремесло это, на ночь, глядя соваться в неспокойное место. — Произнес Елизар и вернулся к своим спутникам. Тиор приказал разбить стоянку и вскоре в нескольких местах заполыхали костры, с дымящимися над ними котелками. Кто-то начинал расставлять палатки из выделанных шкур.

Елизар со своими спутниками сидел возле небольшого костра, расположенного чуть в стороне от основной массы обозников.

— Рамир, завтра выдвинешься вперед обоза, но далеко не уходи. Если что предупредишь. Ты со своим волчьим чутьем угрозу задолго до нас почуешь, — Елизар внимательно посмотрел на дино. Тот согласно кивнул. — Айдариэл, расположишься в конце обоза, на тот случай если задумают блокировать дорогу. Я поеду впереди, Райна в центре обоза, на тот случай если основной удар придется в центр.

Все молча, согласились и, поужинав, легли спать в предоставленных им Тиором палатках. Елизар никак не мог уснуть. Перед глазами стояла мама. Сколько его уже нет рядом с ней, две недели, месяц? Елизар потерял счет дням. Единственной его целью теперь это был Хорос. Остальное его не волновало, хотя, он уже успел привязаться к своим спутникам. А еще не давали покоя слова Темных об Альдэроне. Что значит все миры Альдэрона? А его мир входит в эти семь миров? Как много вопросов и ни одного ответа. За этими мыслями Елизар не заметил, как уснул.

Утро началось с низко стелющихся серых туч и моросящего дождя. Наспех позавтракав и собрав палатки, обоз выдвинулся в сторону Марьяной пади. Дождь понемногу усиливался.

Спутники Елизара, как было оговорено, распределились по обозу. Рамир на рассвете перекинувшись в волка, исчез в густых зарослях леса, подступающего к тракту почти вплотную.

Обоз медленно двигался по тракту, стараясь держаться кучно. Гнетущая атмосфера в купе с дождем давила на людей. Елизар вглядывался вперед и по бокам, надеясь увидеть подстерегающую их со стороны леса опасность. Однако пока все было спокойно.

Через несколько лег, когда дорога расширилась, и лес отступил, образуя небольшую пустошь, обоз остановился на привал. Дождь шел, не переставая, и решено было перекусить, не выходя из повозок.

— Здесь раньше была Марья, я бывал тут еще мальцом. Деревня насчитывала не больше трех десятков семей. Они занимались охотой и рыбной ловлей в местных небольших озерцах. Что стало с деревней, никто не знает. Она исчезла за одну ночь, как сквозь землю провалилась. — Тиор сидел рядом с Елизаром и запивал приготовленное мясо вином.

— Разве может деревня вот так просто исчезнуть, вместе с жителями. Я понимаю если бы селяне ушли из этих мест, но дома-то как они перевезут? — Недоумевал Елизар, — хотя в вашем мире я уже ничему не удивляюсь.

Тиор на мгновение, перестав жевать, с удивлением посмотрел на Елизара. Тот понял, что сморозил только что, и собирался исправиться, как в повозку забралась Райна. Ее взгляд не предвещал ничего хорошего.

— Что случилось? — Елизар внутренне напрягся.

— Я чувствую магию, что-то здесь не так. Надо убираться отсюда, — голос амадины был не на шутку встревожен.

— Но Рамир ничего не сказал, — пытался было возразить Елизар, но Райна ткнула рукой вперед, указывая куда-то вперед обоза.

Елизар и Тиор перевели взгляд в направлении указанном Райной и увидели впереди огромного волка, который стоял под стеной дождя в двух десятках метров впереди обоза. Это был Рамир. Дино вертел по сторонам мордой и постоянно перемещался, приближаясь к обозу.

Внезапно небо озарилось вспышками молний, осветившими пустошь, на которой стоял обоз, а затем раздался раскат грома. Сквозь пелену дождя в сполохе молний все отчетливее проступали очертания домов. Это была исчезнувшая несколько десятков лет назад Марья.

Люди в обозе не на шутку переполошились. Раздались сдавленные, испуганные крики. Лошади беспокойно дергались в упряжи, норовя сорваться с места. Возможно, что их пугал дино, приближающийся к обозу.

Сквозь стену дождя люди начали различать силуэты существ, которые молча, стояли на улице возле появившихся изб деревни и наблюдали за обозом, словно чего-то ожидая. Ростом с человека, с накинутыми капюшонами. Лиц нельзя было разглядеть, но Елизар почувствовал в этих существах что-то не человеческое.

Неожиданно позади дино, прямо на пути обоза возникла фигура в черном плаще и накинутом капюшоне. Елизару на какое-то мгновение показалось, что под капюшоном блеснули яркие, голубые зрачки.

Незнакомец стоял неподвижно под проливным дождем, не обращая на него никакого внимания. Казалось, что существо или человек, было в своей стихии.

— Это мэджик, но я не могу определить его силу, — произнесла Райна, вглядываясь вперед сквозь пелену дождя.

— Почему? — Елизар тоже переводил взгляд с Райны на фигуру в плаще и обратно.

— Я же сказала тебе, что много не знаю об этом мире. — Сквозь зубы произнесла амадина, прищурив глаза и зло глядя вперед.

В это время незнакомец в плаще вскинул вперед руку, указывая на обоз и темные силуэты, стоящие вдоль улиц в деревне, пришли в движение. Елизар видел как из под полы плащей, показались клинки, которые держали в руках обитатели Марьи. Через мгновение один за другим они начали исчезать под дождем, словно растаяв в струях воды льющихся с неба.

Рамир практически достиг первой повозки, когда буквально из ни откуда, под дождем, материализовалось одно из существ, пытаясь нанести удар мечом по дино. Райна вскрикнула и выбросила вперед руку. С ладони сорвался огненный файер и врезался в нападавшего, заставив того взорваться фонтаном воды. Брызги окатили повозку и стоявшего рядом дино.

Люди повыскакивали с повозок, вынимая клинки и понимая, что на них напали. Несколько существ возникли из дождя рядом с ними и, нанеся рассекающие удары мечами, вновь растворились в проливном дожде.

Часть охранников рухнула под колеса обоза, с рассеченными телами. Рядом с первой повозкой вновь возникло существо в капюшоне и, взмахнув мечом, попало под мощный удар лапы дино, разлетевшись на тысячи брызг, окатив Рамира с ног до головы.

— Смотри, — Райна выбросила вперед руку, указывая в сторону от обоза. Елизар и Тиор повернули головы в том направлении, куда она показывала. Один из нападавших в темном плаще и клинком в руке, сделав по улице деревни шаг в направлении обоза, растворился в дожде, обращаясь в прозрачную, переливающуюся водную субстанцию, которая стремительно приближалась к одному из охранников обоза. Когда до несчастного оставалось несколько шагов, субстанция материализовалась в существо, которое замахнулось мечом для удара, но в этот момент стрела Айдариэла прошила существо, заставив того распасться на крупные капли воды.

— Кто это такие? — Елизар оторопело смотрел на Райну.

— Не знаю, — Райна покачала головой и выскочила из повозки под проливной дождь. Ее взгляд был обращен к фигуре в плаще, что стояла впереди обоза. Елизар устремился следом за ней, вынимая меч из ножен.

Незнакомец обратил внимания на Райну и теперь, очертя рукой полукруг, направил ее в сторону амадины. В это же время с обеих сторон деревни, проступающей сквозь стену дождя, к Райне устремилось несколько существ. Амадина вынула клинок, продолжая подступать к незнакомцу.

Нападавшие возникали перед самой Райной, чтобы нанести ей удар, но амадина наносила удар за ударом уворачиваясь от клинков и, швыряя файеры в сторону приближающихся еще не успевших материализоваться водных субстанций. Огненные шары, шипя и превращая льющуюся с неба воду в пар, устремлялись вперед, находя своих жертв и обращая их в шипящие брызги. Рассеченные мечом тела лопались, словно мыльные пузыри, окатывая амадину потоками воды. Елизар двигался буквально по пятам, прикрывая девушку со спины.

Рамир с Айдариэлом занялись обороной обоза. Около десятка охранников лежали возле колес обоза, уткнувшись лицами в грязь тракта. Существа появлялись возле повозок, но, хищная ловкость Рамира, заставляла их избегать его смертельных клыков и когтей. Едва появившись в опасной близости, существа вновь растворялись в струях дождя, чтобы избежать встречи с дино.

Айдариэл, лавируя между повозок и коней, посылал одну стрелу за другой, пытаясь спасти оставшихся охранников, которые были легкой добычей для нападающих. Повсюду были слышны сквозь шум дождя крики раненых, ржание испуганных животных, и звуки столкнувшихся мечей.

Незнакомец вскинул вторую руку и в Райну устремился поток воды, который преобразовался в водяной шар, материализовавшийся из лившихся с небес струй дождя. Шар снес Райну с ног, швырнув ее в грязь. В это же мгновение над ней возникло одно из существ, с занесенным мечем, но Елизар, рассекающим ударом опередил его, погрузив меч в тело противника. Фонтан брызг буквально залепил глаза. Помогая подняться Райне, он устремился к незнакомцу.

Тот вновь швырнул водяной шар в Елизара, но Евгений в последний момент успел пригнуться и шар сбил возникшее за спиной существо, отбросив его назад. Когда до мэджика оставалось буквально пара метров, тот растаял в струях дождя и, материализовавшись в стороне от Райны и Елизара, вновь швырнул в них два водяных шара.

Елизар, получив чувствительный удар в спину, упал в грязь. Райна рассекла мечом летящий в нее шар и швырнула в ответ файер. Огненный шар с шипением, превращая дождь в пар, устремился в сторону мэджика, но тот вновь направил водяной шар в сторону файера и погасил его.

Елизар, лежа лицом в грязи, буквально закипал от бессильной ярости. Один за другим падали охранники обоза, скошенные мечами нападающих. Рамир и Айдариэл сновали между повозками в надежде спасти оставшихся людей. Лошади рвали узды в упряжи. Несколько повозок слетело с тракта, и теперь застряли в канаве, густо поросшей травой и наполнявшейся водой.

Елизар поднялся на ноги. От тела шел пар. Казалось, вся нервная система вот-вот взорвется от перенапряжения. На руке замерцали фиолетовым руны. Время словно остановило свой ход. Елизар увидел застывшие капли дождя, повисшие в воздухе. Перекошенные от злобы и отчаяния лица друзей и охранников обоза. Вокруг наступила мертвая тишина, а буквально через мгновение в землю с руки Елизара ударил мощный фиолетовый разряд молний, который буквально лизал сырую землю под ногами, заставляя вскипать воду.

Елизар несколько мгновений наблюдал за разрядами, которые струились и разветвлялись, стелясь у него под ногами, а затем он вскинул руку в сторону незнакомца. Тот, растерявшись от увиденного, замешкался и в следующее мгновение фиолетовые разряды опутали его тело, а дальше, словно по невидимой цепочке, молнии ударили в существ, напавших на обоз.

Спустя мгновение все пространство вокруг обоза оказалось, в сети фиолетовых разрядов. Тела существ сотрясала судорога, как и мэджика, который медленно оседал на землю, покрытый многочисленной сеткой фиолетовых молний.

Райна замерев на месте, как и остальные спутники Елизара, вместе с оставшимися уцелевшими людьми, заворожено смотрели, как падают в грязь и тают под струями дождя нападавшие один за другим, покрытые сетками разрядов. Вскоре мэджик тоже не выдержал и упал на землю. По телу пробегали редкие всполохи фиолетовых молний.

Елизар неосторожно махнул рукой, и разряд с его руки ударил в одну из повозок. Раздался взрыв, который разнес деревянную повозку в щепки вместе с ее содержимым. К счастью, людей в ней не оказалось, а Евгений, каким-то неосознанным движением, отдернув руку, погасил струящиеся с его руки разряды.

Над пустошью воцарилась тишина. Десятки тел были разбросаны вокруг оставшихся на дороге повозок. Дождь потихоньку начал стихать, пока не прекратился совсем.

Тиор обходил повозки и подсчитывал убытки. Елизар вместе со своими спутниками собрались в стороне. Из двадцати пяти человек сопровождавших обоз, уцелело только семь, включая хозяина. Одна повозка была уничтожена полностью Елизаром.

— Ты вновь призвал меч, — тяжело дыша, произнесла Райна. — Нинторис услышал тебя.

— Я все равно не знаю, как это получилось, — Елизар покачал головой.

— Не знаю, кто вы, но то, что сейчас произошло… — Тиора всего трясло, он с опаской смотрел в сторону Рамира, — на такое способны только боги.

— Надо убираться отсюда. — Ответил хозяину обоза Елизар, проигнорировав его слова.

Он подошел к телу мэджика и перевернул его на спину, откинув капюшон. Черный, абсолютно лысый череп с заостренными к верху ушами. Два отверстия вместо носа на черном лице. Рот без губ, замер в оскале, обнажая острые, кривые зубы. Яркие, голубые глаза, словно сапфиры, устремились неподвижно в небо. Спустя несколько мгновений тело начало таять на глазах, как и остальные тела нападавших, превращаясь в воду, которая растекалась по тракту мелкими ручейками.

— Надеюсь, он был один, — озираясь вокруг, произнес Елизар. Деревня стояла на месте и выглядела так, как будто жители только что покинули ее.

Вытолкав из канавы застрявшие повозки, и собрав тела погибших, обоз тронулся дальше. Хоронить погибших здесь не стали, опасаясь появления новых существ, хотя, что-то подсказывало Елизару, что больше подобного здесь не случится.

Дальше обоз двигался без приключений, добравшись до противоположной стороны Марьяной пади. На небе во всю уже светила Турия, когда Тиор дал команду разбить лагерь.

— Я благодарен вам за помощь, — подсев к костру, у которого собрались спутники Елизара, произнес Тиор и протянул мешочек с агатами Евгению. Тот взвесил мешочек на ладони и передал его Айдариэлу, который тут же спрятал его в недрах своей одежды.

— Надеюсь, дальше таких мест как Марья больше не будет? — Уточнил Елизар.

— Нет, завтра к вечеру мы достигнем Пухета. Вы можете двигаться с нами, если хотите. — Тиор поднялся на ноги и направился к своим.

— От повозок несет трупами, — фыркнул Рамир, — думаю, дальше стоит идти одним.

— Согласен, завтра на рассвете они похоронят своих людей, к этому времени мы будем уже далеко, — кивнул Елизар.

Утром, попрощавшись с Тиором, Елизар со спутниками направился в сторону Пухета. Тракт вилял между густо заросшими лесными склонами. Дождь прекратился, и на небе вновь засветило солнце, которое высушило грязь на тракте, идти стало гораздо легче.

Пухет встретил Елизара распахнутыми воротами. В отличие от Ардоса, тут не было городской стражи на воротах, хотя в городе имперцы частенько попадались на глаза, патрулируя город.

Широкие мощеные улицы и невысокие дома удивляли своей архитектурой. Крыши венчали остроконечные пики. Широкие окна, выложенные из разноцветных стекол, играли разными цветами в лучах заходящего солнца на стенах домов.

То тут, то там попадались различные храмы, где жрецы возносили почести каждый своему богу. Немногочисленная паства старательно отбивала поклоны, вторя жрецам. Двери храмов были раскрыты нараспашку, словно приглашая окунуться в ту или иную религию.

Елизар со спутниками, войдя в город со стороны северных ворот и миновав центр города, направился к южным воротам, ведущим из Пухета. Горожане двигались плотным потоком по широким улицам, стараясь по быстрее попасть домой, до заката солнца.

В нескольких местах в городе были разбиты скверы, с небольшими фонтанами. Вода каскадами струилась вниз, на радость резвящейся в фонтане детворе. Праздные обыватели медленно прохаживались по уже освещенным скверам или сидели на установленных тут же лавочках, обсуждая последние городские новости.

На Елизара и его спутников никто не обращал внимания. Найдя постоялый двор с трактиром, путники решили заночевать в нем, чтобы утром продолжить свой путь.

— Через четыре дня мы будем на границе с Антанией. Долго нам еще до Хороса, — устало поглощая ужин, поинтересовался Елизар.

— Всему свое время. Ты еще не готов, — делая глоток вина из бокала, произнесла Райна. — С юга Антания граничит с Дикими землями дредов. Антанцы стараются лишний раз не соваться туда. По всей границе стоят заставы, которые постоянно находятся в боевой готовности.

— Что еще за дреды? — Недоуменно поинтересовался Елизар.

— Это кочующие племена. — Ответил Айдариэл. — По хорошему их бы конечно обойти, но это займет очень много времени.

— Ну и что, что кочующие племена? — Не понял Елизар.

— Представь себе болото на десятки лег вокруг, — Райна внимательно смотрела на Елизара, — на этом болоте расположены острова размером с четверть леги, заросшие лесом и густым кустарником. Некоторые представляют собой нагромождение скал или просто пустошь.

— Ну, — все еще не понимая, к чему клонит Райна, протянул Елизар.

— Эти острова кочуют по болоту, каждый раз перемещаясь с одного места на другое. Бывает, они сталкиваются между собой, разрушая друг друга, а бывает, расходятся в стороны на несколько лег.

— И что? — Елизар недоуменно смотрел на амадину.

— Эти острова заселены дредами, некоторые из них, что пригодны для жилья. Раньше южные земли принадлежали дредам, но Джемай их выжил на эти острова. Теперь дреды, мягко говоря, недолюбливают антанцев. — Пояснил Айдариэл.

— Да в чем сложность то я не понимаю? — Едва не вспылил Елизар, — они хуже шайян или мертвецов? А после вчерашнего, так я вообще уже ничему не удивляюсь.

— Дреды не так опасны сами по себе, в них течет та же кровь, что и у арлов, но вот острова… Заночуя в одном месте болота, ты рискуешь оказаться далеко от того места где лег спать накануне. Остров перекочует за несколько лег в другую сторону.

— Да это просто звездец какой-то, — устало произнес Елизар. — А по болоту не пройти между островами?

— Думаю, нет. Когда-то это было огромное озеро, которое сейчас густо заросло травой. — Покачал головой Айдариэл. — встанешь в трясину и уйдешь на дно.

— Ладно, пошлите спать. Времени еще четыре дня подумать. — Устало выдохнул Елизар и, поднявшись из-за стола, направился в комнату, расположенную на втором этаже. Остальные последовали за ним.

Утром путники покинули Пухет, пройдясь по сонным улицам. Народ спешил на торговые площади, толкая перед собой повозки с товарами. Кто-то еще только пытался попасть домой, покинув ночное питейное заведение.

Тракт уходил на восток в сторону ущелья, к границам империи Хасков. Елизар со своими спутниками свернули с широкой дороги и направились через холмы в сторону Диких земель.

Вскоре они вышли на небольшую, проторенную дорогу, которая петляла между холмов, густо поросших травой. Иногда на пути путников возникали небольшие перелески с уже начинающей увядать листвой.

На третий день пути, дорога завела путников в реликтовый лес, который рос у подножия горной гряды. Пробираясь сквозь чащу по заросшей тропе, которой уже видимо много лет никто не пользовался, Елизар и его спутники вышли к небольшому озеру.

Голубая гладь озера отражала заснеженные горные пики, уносящиеся ввысь к небу. На озере стояла небольшая деревенька в пять домов. Постройки стояли на мощных сваях, уходящих вглубь озера, а переходы между ними были выполнены в виде не очень широких деревянных мостков с перилами.

Сама деревенька располагалась в нескольких десятках метров от берега. Из труб шел дым, а возле домов суетились по хозяйству люди. Елизар вышел на берег и направился по соединяющему мосту к деревеньке.

Люди, увидев незнакомцев, направляющихся к ним по мосту, соединяющему их деревеньку с берегом, высыпали из домов и пристально наблюдали за гостями. Когда до домов оставалось не больше десятка метров, несколько человек натянули луки и взяли на прицел незваных гостей.

— Кто вы и что вам нужно? — Спросил незнакомцев мужчина лет пятидесяти. Видимо он был старостой этой деревни. Седые волосы были забраны на лбу кожаным ремешком. Суровый взгляд на морщинистом лице, неотрывно следил за пришельцами. Одет был мужчина в просторную рубаху, расстегнутую на груди и такие же просторные штаны.

— Мы просто путники. Нам бы переночевать и завтра мы уйдем, — ответил Елизар.

— Что вы здесь делаете? В этих краях уже давно никто не был, — продолжал допрос мужчина.

— Мы случайно набрели на вашу деревню, мы идем в сторону Диких земель, — Елизар старался не делать резких движений, чтобы не спровоцировать жителей деревни.

— Диких земель? — Казалось, слова Елизара удивили мужчину, — Что вы забыли там?

— Отец, пусть они заночуют у нас, а заодно узнаем, что в мире делается, — вступился за путников молодой парень.

— Тебе бы помолчать Марис, — проворчал старик, но видно было, что он согласен со своим сыном. Незнакомцы не выглядели враждебно, а если они что-то задумают, то можно быстро их отправить в озеро.

Махнув рукой, мужчина дал команду опустить луки. Елизар облегченно вздохнул и вступил вместе со своими спутниками на территорию деревеньки. Незнакомцев пригласили в дом и накрыли стол. Просторная, светлая изба была просто, но с удобствами обставлена. Было видно, что хозяева не бедствовали.

— Меня зовут Калгат, я хозяин этой деревеньки. Тут вся моя семья. Жены, сыновья, дочери. — Приглашая за стол гостей, произнес хозяин дома.

— Я Елизар, а это мои спутники — Евгений кивнул в сторону друзей.

— Так значит, вы идете в Дикие земли? — Поинтересовался Калгат, присаживаясь за стол. Несколько женщин принялись суетиться, подавая гостям еду.

— Нам нужно на Хорос, — не стал юлить Елизар.

— На Хорос? — Вновь удивился хозяин дома, — тогда вы выбрали не самый легкий путь.

— Я знаю, — Елизар пригубил вина из бокала и принялся за ужин.

— Ну, рассказывайте, что повидали, где были? Мы редко выходим к людям. Живем отдельно. Обособленно. — Калгат с интересом разглядывал своих гостей.

Елизар рассказал о своих приключениях после того как они покинули Ардос. Солнце к тому времени уже село за лесом и в доме зажгли лучины. Собравшаяся в избе большая семья с интересом слушала повествование Елизара, иногда комментируя или охая и цокая языками. Когда время уже перевалило за полночь, все разошлись по домам, обсуждая между собой услышанное от Елизара.

Над Мадияром спустились сумерки. Солнце, пройдя в очередной раз свой путь по небосклону, скрылось за горной грядой, даруя жителям города вечернюю прохладу. Горожане праздно прогуливались по начинающим остывать от солнечного зноя улицам.

Лей-Сан в который раз пыталась поговорить с отцом о том, о чем ей доверительно сообщил Сантал, но отец, каждый раз уходил от разговора, упрекая дочь в некомпетентности.

— Политика не женское дело, — слегка раздраженно выговаривал Мин-Одат своей дочери.

— Но Совет… — снова было начала Лей-Сан.

— Совет шагу не сможет ступить без моего ведома. Сантал сгущает краски, — Мин-Одат подошел к Лей-Сан и, взяв ее ласково за подбородок кончиками пальцев заглянул в глаза дочери. — Ты очень мудрая не по годам. Когда я смотрю в твои глаза, то мне кажется, что это твоя мать смотрит на меня. Ты очень похожа на нее. Оставь государственные вопросы, разве императорской дочери нечем заняться во дворце?

Лей-Сан отстранилась от отца и несколько мгновений смотрела ему в глаза, а затем, развернувшись, молча, вышла из его покоев. В душе все клокотало. Как можно быть таким слепцом, чтобы не видеть, что происходит у тебя под носом.

Выйдя на открытую террасу, которая была пристроена к ее комнате и выходила на город, Лей-Сан вцепилась пальцами в ограждение балкона. От Илии до сих пор не было вестей. Живой он или нет, Лей-Сан не знала.

Внезапно сзади раздался шорох. Девушка обернулась и увидела стоящего в дверях советника. Тот учтиво кивнул и подошел к девушке.

— Доброго вечера моя принцесса, — поприветствовал Сантал Лей-Сан.

— Доброго, — вздохнула девушка, гася в себе негодование, вызванное разговором с отцом.

— Есть новости от Илии. Он прислал ворона с вестями, — Сантал увидел, как распахнулись глаза Лей-Сан в немом вопросе. — Он в Тахусе. Его захватили в плен, но сейчас все в порядке. Похоже, мы стоим на пороге очень больших перемен, и я бы сказал, очень нехороших.

— Что произошло, о чем вы? — Лей-Сан с нетерпением ждала подробностей.

— В ущелье, со стороны Антании кто-то поднял мертвецов из своих могил. Илия не знает, сколько их и что происходит со стороны границ этой империи. Но то, что он увидел, говорит об одном, вскоре мы можем схлестнуться с силой, против которой придется объединиться всем хаскам. Ваш отец собирает Совет для экстренного совещания.

— А что Илия, он сообщил, когда вернется? — Лей-Сан внимательно смотрела в глаза советнику.

— К сожалению, мне нечего вам сказать по этому поводу. Начальник дворцовой стражи сообщил только то, что счел сообщить необходимым. — Сантал извиняюще развел в стороны руки и, развернувшись, направился к дверям, ведущим из покоев Лей-Сан.

Девушка вновь повернулась в сторону города. Значит, Илия жив. Хоть одна хорошая новость за последнее время. Мысли путались в голове. Совет, мертвецы, Илия, отец. Казалось, голова вот-вот лопнет от всех этих раздумий.

Вернувшись в комнату, Лей-Сан прилегла на широкую кровать, свесив с нее ноги. Закрыв глаза, она попыталась привести мысли в порядок. То, что Илия находился в столице воров, совсем не говорило о том, что с ним все в порядке. За этими мыслями девушка не заметила, как погрузилась в глубокий сон.

Лей-Сан не знала, как долго она проспала. Ее разбудил непонятный шум во дворце и крики дворцовой стражи. Похоже, во дворце шел бой. Быстро поднявшись и выглянув осторожно за дверь Лей-Сан увидела сражающихся стражников. Коридор был усеян ранеными и убитыми. На подходе к ее покоям шел ожесточенный бой.

Внезапно, в ее комнате, в одной из стен, отворилась потайная дверь, и на пороге возник Сантал, весь взъерошенный, в порванных одеждах и крови.

— Скорее, принцесса, вам надо уходить. Совет устроил переворот. Ваш отец убит, а к вашей комнате с боем пробивается дворцовая стража, подчиняющаяся Совету. Я выведу вас за пределы дворца. А дальше мы отправимся в сторону рудников, которыми я владею. С наружи нас ждут еще двое советников, оставшихся верными вашему отцу и небольшой отряд имперской гвардии, так же оставшиеся на нашей стороне.

Лей-Сан не задавая лишних вопросов схватила ножны с мечами, которые ей подарил Илия и перекинув их через себя за плечи, бросилась в сторону распахнутой потайной двери.

Как только дверь захлопнулась, в комнату ворвались стражники, которые с недоумением осматривали покои, не понимая, куда могла подеваться императорская дочь. В комнату вошел один из бывших советников Императора.

— Где она? Вы упустили ее, — негодовал он. — Перекройте входы и выходы из города. Лей-Сан не могла далеко уйти, она где-то во дворце. Ищите.

Стражники покинули покои и устремились обыскивать дворец. Лей-Сан крадучись за Санталом, и двигаясь в тесном потайном коридоре ведущим за пределы дворца, оплакивала своего отца. Она отомстит, обязательно отомстит этим убийцам. Совет заплатит за все.

Вскоре они вышли на свежий ночной воздух. Город кишел войсками. На улицах происходили массовые стычки между имперцами, оставшимися верными Мин-Одату и войсками, перешедшими на сторону Совета. Несколько мэджиков схлестнулись между собой, метая друг в друга огненные файеры и молнии, которые врезаясь в стены домов, взрывались, разнося каменную кладку в крошку и осыпая ею сражающихся.

Горожане так же разделились на два фронта. Повсюду лежали убитые. В нескольких местах в городе начался пожар. Стоны раненых, лязг оружия и застилающий глаза, черный едкий дым, который постепенно заполнял улицы, наводил на горожан ужас. Кто-то заперся в доме, а кто-то спешно пытался покинуть город.

Лей-Сан в сопровождении Сантала и небольшого отряда пробиралась к воротам города, когда на них обратил внимание небольшой отряд гвардейцев, перешедших на сторону Совета.

— Это принцесса, держите ее, — прокричал один из них и отряд бросился в атаку.

Сопровождавшие Лей-Сан стражники выстроились вокруг нее и советников, образуя защиту. Лей-Сан тоже выхватила из-за спины два клинка, которые специально для нее выковал Илия, и приготовилась дать отпор.

Имперцев было больше, но прошедшие децианскую школу мечей стражники, быстро выровняли число нападавших. Лей-Сан ни в чем не уступала стражникам, защищавшим ее. Она точно также принимала участие в драке. На помощь имперцам подтягивались все новые силы. Число стражников неумолимо сокращалось. Из двух десятков оставшихся верными Мин-Одату бойцов на ногах оставалась стоять половина. Часть из них были ранены, но продолжали удерживать нападавших.

Вскоре со стороны одной из улиц, к обороняющимся подоспела подмога в виде отряда имперцев верных Мин-Одату. Они напали с тыла на имперцев, пытавшихся задержать Лей-Сан. Вокруг все перемешалось. Свои убивали своих. Это было не правильно.

Вскоре все было кончено. Лей-Сан, не убирая окровавленных мечей в ножны, продолжила путь следом за Санталом. Советник неплохо владел холодным оружием, но возраст уже был не тот. В нескольких местах на одежде Сантала были видны прорехи, которые сочились кровью.

Пройдя несколько кварталов, Лей-Сан и сопровождавшие ее советники, при поддержке полутора десятков стражников достигли ворот, которые охранял отряд имперской гвардии.

Отряд выстроился полукольцом, и ощетинился мечами и копьями, чтобы не дать принцессе покинуть город. Лей-Сан вновь приготовилась к бою, встав в боевую стойку, как учил ее Илия. Вдруг со стороны одного из домов вышел мэджик в плаще и накинутом капюшоне. Лей-Сан настороженно посмотрела в его сторону. Мэджик откинул капюшон, и девушка облегченно вздохнула, это была Халис, придворный мэджик стихийник, которая всегда была верна Мин-Одату. Халис виртуозно обращалась с воздушной стихией. Хрупкая девушка с большими миндалевидными карими глазами и темной, смуглой кожей. Мэджик была ровесницей Лей-Сан.

Халис подняла руку вверх и в этот момент с крыш близлежащих домов, прилегающих к городской стене, защищавшей город от внешнего мира, засвистели стрелы, которые устремились в сторону защищавших ворота бойцов. Направляемые воздушными потоками мэджика стрелы с удвоенной силой и скоростью мчались в сторону своих жертв. Несколько стражников упали на мостовую, пронзенные острыми наконечниками стрел. Каждая нашла свою жертву. Среди защитников ворот поднялся сильный ветер, который едва не сбивал их с ног. Распахнутые створки ворот ходили ходуном от шквального ветра. Поднявшиеся песок и пыль под ногами оборонявшихся, буквально застилали им глаза, не давая разглядеть ничего вокруг себя.

Это посеяло панику среди стражников. Лей-Сан воспользовавшись заминкой рванула к воротам, врезаясь в массу защитников ворот. Мечи чертили вокруг нее стальную смертоносную мельницу, от которой не было спасения. К ней подключились остальные дворцовые стражники, бывшие в подчинении у Илии и оставшиеся верными императорскому двору.

Когда все было кончено и ворота, ведущие из города, были свободны, Лей-Сан обернулась к лучникам, с удивлением узнав в них своих старых друзей, с которыми раньше она обворовывала знатных вельмож, раздавая деньги беднякам. Видимо Халис привела их с собой. Несколько парней и девушек в черных одеждах и масках, закрывающих лица, помахали ей руками и скрылись в ночном сумраке города. Лей-Сан благодарно улыбнулась в ответ, а в следующее мгновение ее небольшой отряд покинул город.

Когда Лей-Сан ушла от Мадияра на приличное расстояние и обернулась, ее сердце сжалось от боли. То, что не могли сделать враги за много веков, сделал Совет за одну ночь. Город пылал в междоусобной войне. Даже в ночных сумерках было видно, как густой черный дым поднимается над Пустынной Звездой.

Алчность и глупость Совета не знала границ. Сейчас, следом за Мадияром, вся Империя погрязнет в междоусобных войнах. То, что так свято хранил Мин-Одат, скоро перестанет существовать. Сантал был прав, Империя стояла на пороге перемен и перемены эти не сулили ничего хорошего.

Небольшой отряд удалялся от города в сторону одного из рудников, который принадлежал Санталу. Над горизонтом занимался новый день, и утреннее светило опять начинало свой неизменный путь по небосклону, равнодушно наблюдая, как насчитывавшая не один десяток веков Империя Хасков обращается в руины.

Вэлнор сдержал слово и достал все необходимые ингредиенты Илии, кроме последнего. Еще, он по просьбе начальника дворцовой стражи отправил в Мадияр ворона с важными известиями.

Теперь Илия был поглощен изготовлением мечей. Без домиантового мира, балансировка мечей будет нарушена, что скажется на их общем качестве. Хаврат стоял на подхвате и помогал, как мог.

В доме Вэлнора была старая заброшенная кузня, оставшаяся со времен выплавки агата из руды, добываемой рабами. Сейчас Илия привел кузню в надлежащий вид и принялся за изготовление клинков.

Вэлнор периодически заходил к своим гостям и узнавал, как обстоят дела. Илия, поглощенный в изготовление клинков передал полномочия по переговорам с хозяином дома Хаврату.

Через три дня клинки были готовы. Илия вышел во двор и протянул один из изготовленных клинков своему другу, а два взял себе. Клинки были похожи друг на друга, словно братья близнецы.

Взмахнув клинками, Илия услышал приятное гудение воздуха вокруг него. Рукояти легли в ладони словно литые. Хаврат тоже испробовал клинок Илии и в восхищении поцокал зыком.

— Это лучший меч, который я держал в своей жизни, — глядя на полированную сталь изящного клинка, произнес Хаврат.

— Это все равно не то, — усмехнулся Илия, — смотри.

Выйдя в центр площадки, перед комнатами, Илия встал, закрыв глаза и опустив мечи, стараясь сконцентрироваться. Слуги, спешащие по своим делам, заинтересованно останавливались, наблюдая за начальником дворцовой стражи. Вскоре во дворе дома Вэлнора собралась толпа зевак, с интересом наблюдая за происходящим. Сам хозяин дома, тоже вышел из своих покоев и встал на возвышении, чтобы лучше видеть Илию.

Открыв глаза и сконцентрировавшись, Илия отставил одну ногу назад и, встав в боевую стойку начал вращать мечами. Постепенно, мечи, ускоряясь, образовали вокруг своего хозяина стальную сферу, в центре которой постоянно перемещался по двору Илия. Народ заворожено смотрел на этот танец мечей. Клинки словно жили своей жизнью. Казалось, что во всем мире нет такого оружия, что мог бы преодолеть этот стальной барьер и нанести вред хозяину мечей.

Через несколько мгновений Илия резко замер в боевой стойке, выбросив руку с мечом, в направлении светильников горевших на стенах помещения. Пламя светильников затрепетало, но продолжало гореть.

— Видишь, — разочарованно протянул Илия, обращаясь к Хаврату, — будь у меня все ингредиенты, балансировка меча позволила бы направить поток воздуха по клинку в сторону огня, погасив его. Кроме этого, приходится тратить дополнительные усилия на управление мечами. Они должны быть продолжением твоей руки.

Слова Илии прервали хлопки в ладоши. Все повернулись в сторону Вэлнора. Тот стоя на возвышении, шагнул вперед в направлении тяжело дышащего Илии.

— Это просто великолепно. Никогда я не видел ничего подобного. Во истину турианцы великие бойцы, а их ученики не подражаемы. — Вэлнор подошел к Илии и взял из его рук один из клинков, с восхищением разглядывая его.

— Боюсь, что ученикам никогда не превзойти своих мастеров, — усмехнулся Илия. Капельки пота редкими ручейками стекали по лицу и телу начальника дворцовой стражи. — Меч должен слушаться своего хозяина.

Илия протянул Вэлнору клинок, которым он бился, до того как выковал свои мечи. Затем он поставил на выступ в скале светильник, виде высокой свечи.

— Как близко ты сможешь остановить этот клинок, не касаясь свечи? — Поинтересовался он.

— Не знаю, — пожал плечами Вэлнор и, размахнувшись, нанес удар клинком по светильнику, замерев перед ним в последний момент. Клинок рассек свечу пополам, продолжив свой путь и поведя Вэлнора за собой, заставив того слегка развернуться.

— А теперь возьми этот меч, — Илия протянул свой клинок и поставил половинку разрубленного светильника на место.

Вэлнор вновь замахнулся клинком и в последний момент остановил его. Клинок замер едва коснувшись светильника своей кромкой, едва врезавшись в податливый мягкий материал из которого был выполнена свеча.

— У меня нет слов, — Вэлнор продолжал восхищенно разглядывать клинок, который переливался своими полированными гранями в свете свечей.

Илия развернулся и, усмехнувшись про себя, направился в комнату. Толпа поняв, что представления больше не будет, разочарованно разошлась по своим делам, оставив Вэлнора и Хаврата на площадке двора.

— Я думаю, что пришло время встретиться с Дионом, — зайдя в комнату следом за Илией, произнес Вэлнор.

— Насколько я тебя понял, ты хочешь, чтобы я встретился с турианцем на арене и убил его. — Илия обтерся влажной тряпкой и сев на топчан, устланный шкурами, вопросительно посмотрел на Вэлнора.

— Да, — коротко кивнул хозяин дома, не сводя взгляда с Илии.

— А если я проиграю этот бой?

— Давай мы не будем рассматривать такой вариант. Ты же хочешь вернуться в Мадияр? — Вэлнор еще раз, взглянув на клинок, положил его рядом с Илией на топчан.

— Когда бой? — Поинтересовался Илия, взяв клинок и положив на колени, облокотился об него.

— Через два дня. Дион очень заинтересовался тобой.

— Ты уже сам обо всем договорился, — усмехнулся Илия.

Вэлнор несколько секунд смотрел на молодого человека, а затем вышел из комнаты, пройдя мимо стоящего в дверях Хаврата. Тот пропустил хозяина дома и подошел к Илии.

— Надеюсь, ты готов. — Тихо произнес Хаврат.

— Если я погибну, тебя здесь ничего не держит. Ты свободный. Возвращайся к своей сестре, — ответил Илия и откинулся на топчан, закрыв глаза. Сейчас его мысли были обращены к Лей-Сан. Если он победит, то вскоре сможет увидеть ее. В сердце предательски засвербело. Илия лежал и вспоминал каждый момент своей жизни. Уроки Дециана, когда он был еще совсем мальчишкой. Боевые походы, в которых он участвовал. Знакомство с Лей-Сан. Первые с ней уроки по фехтованию.

Илия не заметил, как уснул. Ему снился императорский дворец в Мадияре. Вот он провел инструктаж перед заступлением очередной дворцовой стражи. Вот он идет в покои Мин-Одата. Император приветливо улыбается ему. Губы Илии тоже растянулись в ответной улыбке. Внезапно лицо Императора стало менять свои очертания. Волосы на голове выпали, обнажая череп обтянутый старческой кожей. Лицо резко состарилось до неузнаваемости. Кожа почернела и начала сползать пластами, обнажая черную плоть. Глаза ввалились и теперь вместо них на Илию смотрели пустые глазницы черепа.

Через несколько мгновений Мин-Одат превратился в живого мертвеца. В этот момент в покой ввалилось еще несколько мертвецов, которые некогда были советниками, при императорском дворе.

Мертвецы направились в сторону Илии, хищно скаля обнажившиеся под сгнившей плотью зубы и протягивая руки в сторону начальника дворцовой стражи. Илия выхватил меч и нанес несколько ударов по приблизившимся телам. Меч прошел сквозь мертвецов, не причиняя им никакого вреда.

Мертвецы повисли на Илии, вцепившись в него и норовя впиться своими зубами. В этот момент, в комнате, словно из ни откуда, возник молодой парень с короткой стрижкой. Незнакомец был одет в безрукавую куртку с капюшоном, а на груди, ремнями был прикреплен стальной щит, защищавший его от стрел и мечей. На правой руке незнакомца сияли фиолетовые руны.

Илия, теряя остатки сил, пытался освободиться от захвата мертвецов. Глаза незнакомца вдруг замерцали ярким фиолетовым светом. По руке с рунами побежали разряды молний, охватывая ее плотной фиолетовой сеткой. В следующее мгновение комнату озарила яркая вспышка, ослепляя всех вокруг.

Илия проснулся и резко сел на кровати. Перед глазами стояли фиолетовые всполохи. Стараясь придти в себя, Илия подошел к столу и, плеснув из кувшина воды в ладонь, протер лицо прохладной влагой. Сердце учащенно билось в груди, а на душе появилось какое-то смутное чувство тревоги.

Два дня, что оставались до схватки с турианцем Илия тренировался во дворе дома Вэлнора. Он выжимал из Хаврата все, что мог. Хаск еле стоял на ногах от усталости. Вэлнор наблюдал со стороны за боем между хаском и антанцем. Его люди были готовы захватить власть в городе. Оставалось дело за малым. Устранить турианца. И сделать это должен был антанец.

Когда пришло назначенное для боя время, Вэлнор привел своих людей в дом Диона. Вместе с ним пришли Илия и Хаврат. При входе в дом их попросили сдать оружие. Илия осматривал двор, где была расположена арена. Клетки не было. Вместо нее был выложен из камней большой круг, возле которого размещались скамьи, ярусами поднимающиеся вверх. На арене спокойно могли биться несколько воинов, не мешая друг другу. Часть арены была расположена под открытым небом, другая ее часть под скалистым навесом.

Диону и его приближенным людям, было выделено отдельное место возле арены в виде помоста с импровизированным троном, на котором во время боя восседал хозяин дома. Над ареной, в скале были вырублены выступы, словно не большие балконы, на которых так же размещались зрители.

Двор был заполнен людьми, которые располагались на предложенные им места возле арены. Сам хозяин дома благодушно принимал гостей, улыбаясь одним и дружески похлопывая по плечу других. Рядом, словно гора возвышался турианец. Он был выше на голову всех гостей. Белые волосы спадали на плечи. Небольшая куртка без рукавов, обнажала мощную грудь, которую пересекал шрам. Из-за спины торчали изящные рукояти мечей, покоящиеся в ножнах.

Илия встретился взглядом с турианцем и на мгновение замер. Белые глаза без зрачков, очень напоминали глаза его мастера, Дециана. В этих глазах было что-то не человеческое. Они не выражали ни боли, ни сострадания, но Илия был уверен, что турианец смотрит, сейчас, прямо на него, словно оценивая. Вскоре антанца увлек людской поток, который не стоял на месте. Еще несколько раз обернувшись, Илия, каждый раз натыкался на белый взгляд турианца.

Вскоре все собрались и на арену вышли два бойца. Это были могиварцы, видимо их бой был разогревом перед основным зрелищем, ради которого все сегодня собрались. Ведущий огласил имена соперников, перечислил их достижения и после небольшого приветствия собравшейся публике, воины начали бой.

Через несколько минут поединка, под многочисленные выкрики азартных болельщиков, один из бойцов допустил ошибку, ударив мечом сверху. Второй боец отвел своим мечом удар в сторону и вонзил в бок своему противнику короткий клинок.

Победно размахивая мечом и окровавленным клинком под рев толпы, боец покинул арену. Второго вынесли на руках. Слуги с метлами замели кровавые следы на арене песком, и она вновь была готова принять очередных бойцов.

Илия вышел в круг под взгляды притихших зрителей. Все с интересом разглядывали новичка, который осмелился бросить вызов непобедимому турианцу. Вэлнор сосредоточил все свое внимание на арене. Его люди заняли ключевые позиции и теперь ждали сигнала, чтобы перерезать горло охранникам, обеспечивающим безопасность присутствующих и хозяина дома. Каждый принес скрытый клинок, спрятанный под полами одежды.

Турианец вышел на арену, приветствуя публику. Толпа взвыла, выкрикивая имя турианца. Здесь его все звали Хаген, хотя на родине у него было, скорее всего, другое имя. Охрана вернула мечи Илии. Турианец забрал один меч у охраны и оценивающе посмотрел на него.

— Дешевая подделка, — усмехнулся он, проводя рукой по клинку и пробуя его на баланс, провернув рукой в воздухе. Затем он взялся второй рукой за край меча и силой ударил плашмя об свое колено. Меч звонко дзинькнув переломился пополам. Илия, молча, стиснув зубы, наблюдал за турианцем, который был на голову его выше и гораздо мощнее. Хаген швырнул обломки меча в песок на арену, а затем, забрав второй меч у охранника, бросил его к ногам Илии. Тот медленно нагнулся и поднял меч из песка.

— Уважаемая публика, — начал ведущий, выйдя в центр арены, — сегодня мы все собрались, чтобы насладиться битвой поистине двух искусных бойцов. Перед вами один из лучших бойцов Империи Хасков. Как нам стало известно это начальник дворцовой стражи и едва ли не личный телохранитель самого императора.

При этих словах зрители взволновано загудели. Никто не ожидал здесь, в Тахусе, увидеть официальное лицо Империи. Илия смотрел сосредоточенно прямо перед собой, держа меч острием вниз. Ему было все равно. Сейчас его интересовал только предстоящий бой. Ему было плевать до того, что Хаген пытался оскорбить или унизить его перед толпой. Ему не было дела даже до толпы. В основной своей массе это были воры, грабители и убийцы, за жизнь которых Илия бы не дал и крупицы желтого песка, лежащего под ногами на арене.

— Да, да, уважаемая публика, перед нами не кто иной, как знаменитый на всю империю Илия, ученик Дециана. Турианца, который был известен далеко за пределами Империи своим мастерством владения мечами. Впрочем, как и хорошо известный вам Хаген, который еще ни разу не знал поражения в своих смертоносных поединках и всегда…

— Хватит, — раздался жесткий голос турианца, — начинаем бой.

Хаген выхватил мечи и начал сближение с Илией. Ведущий испуганно ушел с пути турианца и в спешке покинул арену. Турианец взмахнув мечами и провернув их несколько раз вокруг себя, взмахнул ими в сторону Илии, словно зачерпывая клинками песок с арены. Воздушный поток, сорвавшись с мечей, поднял плотное песчаное облако, которое устремилось в сторону антанца. Илия едва успел спрятать лицо, как его настиг рассекающий кожу своими частицами поток песка. Миновав антанца, облако рассеялось, разбрасывая остатки песка по сторонам. Толпа зачарованно выдохнула.

Пока Илия приходил в себя, Хаген опасно сблизился с ним и нанес несколько ударов мечами. Антанец в последний момент парировал своим мечом эти удары, уворачиваясь и уклоняясь от смертоносных клинков.

— На такое твой выродок не способен, — усмехнулся Хаген, кивая в сторону оставшегося целым меча и закинув клинки себе на плечи вальяжно начал обходить стороной Илию. Турианец не спешил, словно наслаждался игрой со своей жертвой.

Илия, молча, наблюдал за противником, сосредоточенно следя за каждым его движением.

— Многому Дециан тебя успел научить, пока не отправился к праотцам? — Хаген снял клинки с плеч и снова сделал несколько выпадов. Илии был знаком этот стиль, и он знал какие удары, последуют за какими, но все равно едва успевал уворачиваться от мечей турианца. — Ты так и будешь бегать от меня по арене?

Хаген снова принялся обходить Илию стороной.

— Турианцы свободный народ. Они не прислуживают ворам и прочему сброду, — огрызнулся Илия.

— Да что ты знаешь о турианцах, — казалось, слова Илии вывели из себя Хагена. Тот с яростью атаковал антанца, обрушив на него град ударов. Улучив момент, когда Илия парировал удар и неосторожно открылся, Хаген нанес удар ногой в грудь антанцу, отбросив его на песок арены.

Илия, упав на спину, перекувырнулся назад и снова спустя мгновение стоял на ногах.

— Ты не турианец, — усмехнулся Илия, — ты шавка, которой бросают объедки с хозяйского стола.

Хаген с рыком кинулся на антанца, норовя зацепить его своими мечами. Илия парировал удары, совершая броски тела из стороны в сторону. Соперники перемещались по арене под завороженные взгляды зрителей. Никогда они не видели ничего подобного.

— Ты видишь этот шрам? — Хаген тяжело дышал, так же как и Илия, но в отличие от антанца он не был ранен. Тело Илии кровоточило в нескольких местах. Техника владения мечами у турианцев строилась на двух мечах. Хаген это знал, поэтому он не дал второй меч своему противнику.

— И что? — Не понял Илия. Пот градом тек по его телу. Оба соперника ходили друг напротив друга то в одну сторону, то в другую, словно по кругу.

— Этот шрам мне оставил твой наставник, Дециан. Он сохранил мне жизнь. — Хаген снова закинул клинки на плечи. — Наш с ним поединок изменил всю нашу дальнейшую жизнь. Ты знаешь, что у турианцев не принято сохранять жизнь проигравшему? Нет большего позора, чем жить после того, как тебе сохранили жизнь. Для турианца это хуже смерти.

Хаген снова сделал несколько выпадов, меч турианца чиркнул вскользь по предплечью Илии, открывая новую кровоточащую рану.

— Погибнуть в бою от меча, вот высшая доблесть и слава для воина.

— Почему он сохранил тебе жизнь? — Илия был немало удивлен, он практически не обращал внимания на раны в азарте боя.

— Потому что я был молод и глуп. Мой народ изгнал меня с позором. Дециану, нарушившему непреложные вековые законы моего народа, предложили уйти, либо сразиться на мечах с еще одним воином. Дециан отказался. Он покинул свой народ, осев в этих землях. Защищайся антанец. — Хаген снова обрушил град ударов на Илию, заставив того совершать немыслимые движения и уклоны от ударов.

— Ты достойный соперник. Будь у тебя второй меч, исход боя мог быть и другим. Дециан хорошо обучил тебя антанец. — Хаген вновь дал Илии передышку. — Я хочу, чтобы ты отправил меня в Сумеречные пределы. Я встречу Дециана и спрошу его, зачем он так поступил со мной. А здесь, в этом проклятом для меня мире, я верну ему долг. Жизнь за жизнь.

Хаген нанес удар, но в последний момент убрал руку со вторым мечом. Илия парировал удар и рассекающим ударом нанес страшную рану на груди турианца. Тот замер, разглядывая кровоточащую рану, проходящую через всю грудь параллельно старому шраму, который когда-то оставил Дециан. Спустя мгновение Хаген упал на колени, выпрямившись и гордо ожидая заключительного удара.

— Я выполню твою просьбу турианец, передай Дециану, что я благодарен ему за все. — Илия сделал замах мечом. Лицо Хагена расплылось в улыбке. Вонзив оба клинка перед собой в песок арены, Хаген гордо вскинул подбородок, ожидая удара.

Илия нанес последний удар, и голова турианца отделившись от тела, упала в желтый песок, окрашивая его в бурый цвет. Обезглавленное тело Хагена завалилось на бок. В это же мгновение с нескольких сторон арены и на балконах послышались крики и возня. Люди Вэлнора по команде убрали охранников и теперь стягивались к месту, где сидел Дион. Среди зрителей возникла давка, все хотели быстрее покинуть, ставший опасным, дом Диона. Сам хозяин города сидел с белым лицом и смотрел в сторону Илии.

С нескольких сторон к Илии бросились охранники с мечами. Антанец рывком выхватил клинки оставленные турианцем. Мечи сидели в руке словно литые. Они были идеальны. Сверкая смертоносной сталью, клинки в руках Илии пришли в движение. Охранники один за другим падали в песок с рассеченными телами.

На балконах тоже началась паника и давка. Кто-то, не удержавшись на выступе, падал с высоты двух десятков метров, оставшись лежать навсегда на главной арене Тахуса. Выходы из дома были блокированы людьми Вэлнора.

Илия видел, как тот сквозь толпу, приблизился к Диону и вонзил в грудь хозяина дома клинок, прошивший Диона насквозь. Дион запрокинул голову и осел, завалившись мешком под ноги Вэлнора. Вскоре все было кончено. Люди Вэлнора взяли под контроль весь дом Диона. Не сдавшиеся охранники, бившиеся до конца, были убиты, остальные, обезоруженные, понуро стояли в стороне, не предпринимая никаких действий.

Илия, тяжело дыша с двумя окровавленными клинками в руках, отыскал Хаврата, который охранял Вэлнора во время массовой драки. Вэлнор кивнул Илии и вышел на середину арены.

— Уважаемые граждане Тахуса, — Раздался громкий голос Вэлнора над домом Диона.

Все замерли, обернувшись в его сторону. Вэлнор медленно прохаживался между распростертых на арене тел. — С сегодняшнего дня, хозяином города становлюсь я. Кто не согласен я не держу. В бесплодных землях много места. Дион в последнее время устранился от решения проблем, которых накопилось не малое количество, погрязнув в пьянстве и растрачивании городской казны. Этому городу нужен новый хозяин. Я призываю присягнуть всех мне на верность.

Над ареной и домом Диона повисла тишина. Все переваривали услышанное, молча глядя в сторону нового хозяина города.

— Да здравствует Вэлнор, новый хозяин Тахуса! — Раздался громкий голос одного из охранников, — Вэлнор! — подхватил другой и спустя несколько мгновений вся толпа начала скандировать имя, глядя на центр арены и приветственно поднимая руки вверх, бряцая оружием.

Вэлнор поднял руки вверх, призывая толпу к порядку и тишине.

— Я благодарю вас друзья мои за оказанное мне доверие. Клянусь, сделать все, что в моих силах, чтобы наш город начал процветать. — Вэлнор дал отмашку своим людям и те разблокировали выход из дома Диона. Толпа медленно без паники начала расходится по домам, обсуждая последние новости.

Илия сидел на лавочке, чуть в стороне от толпы, сложив мечи турианца на колени и облокотившись о них, смотрел в сторону Вэлнора. Тот подошел к антанцу.

— Ты сделал свою часть работы, я отпускаю тебя антанец, — тихо произнес он и протянул руку Илии. Тот с трудом поднялся и пожал протянутую руку. Покачнувшись, он едва устоял на ногах.

Хаврат тут же подхватил своего друга и направился с ним в сторону дома Диона, теперь хозяином здесь был Вэлнор, а значит, дом перешел ему.

Через несколько дней Илия полностью восстановился благодаря знахарю Вэлнора. В городе никто не трогал начальника дворцовой стражи. Илия мог спокойно перемещаться по кварталам Тахуса, не опасаясь ножа в спину.

Вэлнор дал ему снаряжение и провиант, чтобы Илия мог спокойно добраться до Мадияра. Два дэва стояли снаряженными и готовыми отправиться в путь.

— Мы еще встретимся Вэлнор, — глядя в глаза хозяину города, произнес Илия, пожимая на прощание тому руку.

— Я знаю, — кивнул тот, — пока я здесь хозяин, в этом городе тебя никто не тронет. Ты сделал больше для меня, чем я. Удачи тебе антанец.

Илия вскочил на дэва и, последний раз взглянув на Вэлнора, направился к песчаным дюнам. Хаврат следовал не отставая. Впереди двигался проводник, указывая дорогу. Вскоре Тахус скрылся за бескрайними песчаными барханами.

Через день пути проводник довел их до ближайшего маяка, дальше уже Илия знал дорогу. Первым делом они направились к руднику, где Хаврат оставил свою сестру. Дэвы бодро покрывали значительные расстояния и на исходе второго дня, на горизонте в вечерних сумерках показалось поселение с рудником.

Подъехав к руднику, друзья недоуменно осматривались вокруг. Над поселением стоял черный дым. Видимо рудник подвергся нападению. Тела убитых лежали заметенные песком.

— Что здесь произошло? — Хаврат обеспокоенно оглядывался по сторонам. — Куда делся Тагул? Где Сеола?

Хаск подъехал к дому хозяина рудника и, соскочив с дэва, бросился внутрь дома. Хаврат метался из одного разгромленного помещения в другое в надежде найти сестру. Выйдя из дома, он сокрушенно сел на крыльце. Взгляд растерянно метался из стороны в сторону.

— Надо найти живых, я не думаю, что нападавшие всех убили. — Произнес Илия, соскакивая с дэва и подходя к своему другу.

Поднявшись, Хаврат вместе с Илией прошелся по всем домам в поисках уцелевших. В одном из домов они услышали протяжный стон. Разгребая завалы, они извлекли тело пожилого мужчины. Хаск с трудом дышал. Дав ему воды, друзья подождали, когда мужчина придет в себя. Из раны на груди сочилась кровь.

— Что произошло? — Илия поддерживал старика, помогая принять тому удобное положение.

— Это была имперская гвардия. Они действовали по приказу Совета, — старик закашлялся, и с уголка губ засочилась струйка крови.

— Как такое может быть? — Илия недоуменно посмотрел в сторону Хаврата. — Мин-Одат не допустил бы такого.

— Император мертв. Империя пала. Разрозненные отряды имперцев нападают на рудники, забирая в казну весь агат и угоняя людей на рудники принадлежащие Совету.

— Кто-нибудь выжил во дворце? — Илия старался уловить каждое слово, вырывающееся из уст умирающего старика.

— Я не знаю, — покачал головой старый хаск и снова закашлялся. В горле заклокотало и старик, дернувшись, замер. Взгляд остекленел. Илия, стиснув зубы, положил старика и закрыл ему глаза. Выйдя из дома, друзья осмотрели рудник и не найдя больше никого в живых, решили заночевать в селении.

Утром с первыми лучами друзья направились в сторону столицы. Каждый думал о своем. Илия надеялся, что Лей-Сан удалось бежать из дворца, скрывшись среди пустынных земель.

Хаврат сидя верхом на дэве в задумчивости теребил пальцами подвеску на шее в виде небольшого диска с рунами на кожаном ремешке. Единственная вещь, которая осталась от Сеолы ему на память.

Илия не мог поверить, что Совет пошел на дворцовый переворот, заставив Империю распасться на отдельные уделы и погрязнув в междоусобных распрях. Как не вовремя он покинул дворец. Тогда когда Мин-Одату и его дочери так нужна была его поддержка. Будь он во дворце Совет бы не смог ударить в спину Императору.

Продолжая свой путь по стелющимся барханам и песчаным дюнам, Илия внезапно вспомнил свой сон, который ему приснился в Тахусе. Мин-Одат, превратившийся в мертвеца и таинственный незнакомец с фиолетовыми рунами на руке. У Илии оставалась надежда, что если во сне он не увидел Лей-Сан, то значит, она могла быть жива и если это так, он обязательно ее найдет.

Солнце медленно совершало свой путь по небосклону, наблюдая за двумя путниками, которые медленно пересекали огромные пространства, покрытые бесплодными песками, неукоснительно приближаясь к столице Империи Хасков.

Едва солнце озарило своими утренними лучами верхушки реликтового леса, деревушка, стоящая на озере проснулась и начала жить своей полноценной дневной жизнью наполненной бытом.

Елизар вместе со спутниками позавтракал и, поблагодарив хозяев за радушный прием, направился дальше в путь. Жители деревни вышли их проводить во главе с Калгатом.

— Подождите, я вас провожу, — Услышал Елизар за своей спиной детский голос. Обернувшись, он увидел девочку лет пяти, которая смотрела на него белыми без зрачков глазами. Такие же точно белые волосы, струясь и спадая с очаровательной детской головки, доходили до середины спины. Девочка была одета в простое серое легкое платьице с незатейливым вышитым узором, а ноги были обуты в мягкие, кожаные сандалии.

— Это Тая, она видимо, слепая от рождения, но у нее дар. Она прекрасно ориентируется в лесу и ни разу не заблудилась. Мы нашли ее около трех лет назад на берегу этого озера. — Марис вышел вперед и присел возле Таи, ласково теребя ее по волосам.

Елизар с удивлением смотрел на ребенка. Он еще ни разу не видел ничего подобного. Переглянувшись со своими спутниками, Елизар улыбнулся девчушке и, подойдя к ней, взял детскую ладонь в свою руку.

Тая схватилась своими крепкими детскими пальчиками за протянутую Елизаром ладонь и направилась в сторону леса, идя параллельно с Елизаром. Остальные не спеша направились следом. Девчушка уверенно шла по лесу, преодолевая густые заросли. Иногда Елизару казалось, что деревья и густые кустарники словно расступались заранее перед ними, словно пропуская их небольшой отряд. Во всяком случае, когда Елизар оборачивался назад, там, где они недавно прошли, оказывались непроходимые заросли.

— Ты же не простая девочка, — с интересом произнесла Райна, когда они удалились от озера на приличное расстояние.

— Ты все правильно поняла амадина — Тая отпустила слегка растерявшегося Елизара и зашла чуть вперед, повернувшись лицом к нему и его спутникам. Порыв неизвестно откуда взявшегося в этой чаще леса ветра, разметал волосы девочки и тут же стих, исчезнув в густых зарослях кустарника. Белые глаза сменили свой цвет на изумрудный.

— Это ты нас привела к озеру? — Райна подошла к Елизару и с некоторой опаской посмотрела в сторону девчушки, — я чувствую в тебе силу. Очень большую. Кто ты и как ты могла так долго ее прятать? Ведь любой мэджик распознает ее за легу.

— Тебе вовсе не обязательно знать, кто я, прислужница Темных, — усмехнулась Тая и присела на мощный корень, торчащий возле нее из земли.

— И что ты хочешь от нас? — Волнение Райны передалось Елизару. Он уже понял, что перед ним очень не простой ребенок.

— Я ждала вас с того самого момента когда в этом мире появился Нинторис, я почувствовала его. Это меч моего брата, Альдэрона, — с улыбкой произнесла Тая.

— Ты Древняя? — Глаза Райны расширились от изумления.

— Очень нехорошо говорить женщине 'древняя', - фыркнула Тая и посмотрев на свое платье, вновь перевела взгляд на Елизара и его спутников. — Присядьте, у нас есть о чем с вами поговорить.

Тая вытянула вперед руку и земля под ногами Елизара содрогнулась от внутреннего удара, словно что-то большое пришло в движение в ее недрах, заставляя небольшой отряд с трудом удержаться на ногах. В следующее мгновение из под земли, разрывая ее на части, показались мощные корни деревьев, подобно тому, на котором сидела Тая.

Елизар, привыкший уже ничему не удивляться в этом мире, осторожно присел на корень, напротив девчушки. Райна с Айдариэлом тоже последовали его примеру. Рамир остался чуть в стороне, словно прикрывая спину своим спутникам.

— Темные не сказали тебе, как пользоваться им, — Тая кивнула в сторону руки Елизара.

— Нет, — покачал тот головой, разглядывая и потирая фиолетовые руны на руке.

— Они не знают, — усмехнулась девчушка. — Как я уже сказала тебе, Нинторис принадлежал моему брату. Только он один мог владеть им. Никто, из всех семи миров, созданных Альдэроном, не мог коснуться этого меча. Даже сами Темные. Он убил бы всякого, кто попытался к нему прикоснуться. Слишком большая сила кроется в нем. Она просто сожжет своей энергией того до кого дотянется.

— Тогда как же он признал меня хозяином? — Елизар пристально смотрел на Древнюю.

— Представь себе полноводную реку, которая величаво несет свои воды между крутых и пологих берегов. Река питает и дает жизнь всему, что ее окружает. Древние называли ее Ра. Мать всего живого. Вся энергия миров подобна этой реке. Она питает их, поддерживая в них жизнь, протекая медленно из одного мира в другой. Темные хотели встать у истоков Ра, чтобы править всеми мирами. Если бы у них получилось, они бы могли управлять всей энергией. Всех семи миров.

— Мой мир тоже входит в эту семерку? — Елизар внимательно слушал Таю, не сводя с нее глаз.

— Множество веков назад эти миры сотрясала страшная война. Талас, Сатар и еще несколько молодых Темных богов создали тварей, которые хлынули из Эйноса в остальные миры. Многие расы были просто уничтожены и преданы забвению. Война длилась несколько веков. Альдэрон пожертвовал одним из миров, чтобы собрать всю его энергию в оружие против Темных. Этим оружием стал Нинторис, а миром, которым пожертвовал Альдэрон, был твой мир Елизар, мы его называем Дэйнос.

— А почему моим? — Возмутился тот.

— Дэйнос был братом близнецом этого мира. У вас тоже светит Турия, шумят моря, перекатывая огромные волны. Поют леса под ветрами. Люди поклоняются Светлым и Темным богам. Но ваш мир мертв. В нем нет магии. Нинторис вобрал в себя всю мощь Дэйноса, чтобы противостоять мощи Темных. Я не знаю, почему Альдэрон выбрал Дэйнос, — Древняя покачала головой. — Поэтому люди Дэйноса не восприимчивы к магии. Нинторис там не более чем железка, но здесь… здесь, в этих мирах меч оживает. Темные знали об этом. Они не просчитались когда призвали тебя в этот мир, хотя у них не было уверенности в том, что меч, ожив, не убьет тебя.

— Это я проверял высоковольтную линию, взявшись за нее, есть там ток или нет? — Елизара, казалось, сильно потрясли слова Древней.

— В последней схватке сошлись все Темные и Светлые боги. — Тая проигнорировала слова Елизара, продолжая повествование о былом. — К Светлым, присоединились мы, я Тайдария, мой брат Альдэрон и еще несколько Древних. Полем битвы стал этот мир. Удары были настолько сильны, что ощущались во всех семи мирах. Светлые и Древние защитили Ра ценой своих жизней. Нинторис был утерян. Альдэрон создал Печати, закрыв миры на магические замки. Талас и Сатар оказались заперты в этом мире. Лишь они уцелели в схватке, так же как и я со своим братом. Твари, созданные Темными, оказались выброшенными в Эйнос. Им тоже нет пути из мира Темных, пока стоит Печать Альдэрона.

— А где сейчас Альдэрон? — Елизар смотрел, не отрываясь, на Тайдарию.

— Я не знаю, — покачала та головой, — меч оказался у Темных, но они не могли им воспользоваться, поэтому они вызвали тебя. Ты должен разрушить печать Древних, чтобы снять замки с миров.

— Но тогда… — Елизар замолчал, — если я не уничтожу Печать, я не вернусь домой.

— А что твой дом? Там в Дэйносе твое тело спит. Вы люди называете это состояние комой. Когда ты уничтожишь Печать, произойдет взрыв огромной мощи. Замки, запирающие миры падут. Многие мэджики, не пережив такого колоссального выброса магии, который прокатится волной по всем мирам, просто сгорят как сухая осенняя трава. Ты думаешь, что сможешь уцелеть? Об этом тебя Темные забыли предупредить?

— Проклятье, — стиснув зубы, произнес Елизар. — И что дальше?

— Я не знаю, — покачала головой Тайдария. — Я рассказала тебе то, что ты должен знать. Темные очень сильны. Раз они вызвали тебя, значит, мы стоим снова на пороге войны. И эта война станет последней для кого-то. У меня нет уже той мощи, что была раньше. Альдэрона тоже нет и я не чувствую его присутствия ни в одном из миров. Единственный кто им может противостоять это Нинторис.

— Ты говоришь о нем как о живом. — Усмехнулся Елизар.

— Он живой, у него есть своя душа, как принято говорить у вас в Эйдосе. Меч может быть спокоен, а может приходить в ярость. Так же как и его хозяин.

— Темные сказали, что ты можешь вернуть меня домой, не нарушая Печати? — Елизар вопросительно посмотрел на Тайдарию.

— Могу, — кивнула Древняя и, соскользнув с камня, подошла к Елизару, заглянув тому в глаза. Затем она коснулась руки, там, где были нанесены руны. В следующее мгновение ее лицо подернулось болезненной судорогой и Древняя отдернула свою руку. Руны замерцали фиолетовым светом, а Елизар почувствовал едва стерпимый зуд в руке. — Сейчас ты единственный, кто стоишь между этим миром и Темными. Посмотри на них?

Тайдария кивнула в сторону спутников Елизара и тот, оглянувшись, почувствовал на себе взгляды друзей. Рамир, Айдариэл и Райна смотрели на него, словно ожидая его решения.

Отведя взгляд в сторону, Елизар поднялся и прошелся по поляне, на которой они остановились. Солнце едва проникало сквозь густые кроны деревьев. Вокруг щебетали на разные голоса птицы. В воздухе витало какое-то умиротворение. Казалось, все то, о чем рассказала Древняя не более чем какая-то страшная сказка. Чей-то злой вымысел.

Если Елизар вернется к себе, этот мир будет обречен. Сможет ли он дальше жить, зная, что подверг смерти уже ставших ему таких близких друзей? А если Темные не остановятся и пойдут дальше? Если они найдут способ взломать Печать и тогда уже его мир станет под угрозой или он оплошает и не сможет защитить этот мир и своих друзей?

— Ты не обязан жертвовать собой ради спасения чужого тебе мира, — раздался голос Райны.

— Нет, я остаюсь, — Елизар повернулся к Тайдарии, — но ты расскажешь мне все, что знаешь о мече.

— Я уже все рассказала тебе, — усмехнулась Древняя, — что ты еще хочешь знать о нем?

— Как им управлять? Как призвать его, тогда когда он нужен? — Елизар подошел к Древней и протянул руку с рунами.

— Эти руны, это имя меча на языке Древних. Это руна Нэна, — Тайдария ткнула детским пальчиком в первую руну.

— Нэна, — повторил Елизар, и руна засветилась ровным фиолетовым светом.

— Тори — дальше перевела палец Тайдария.

— Тори — произнес тихо Елизар, следом за Древней, заставив светиться вторую руну. Рука ощутимо зазудела.

— Эсса, — чуть помедлив, закончила Тайдария, назвав третью руну.

— Эсса — так же, через мгновение произнес Елизар.

В следующее мгновение фиолетовый разряд сорвался с руки и едва не зацепил Рамира, успевшего отскочить в сторону и, обернувшись в волка, хищно, негодующе оскалиться. Разряд ударил в вековое дерево, разнеся ствол в щепки и заставив его завалиться, круша и ломая все своей мощью на своем пути.

— Осторожней! — Громко осадила Древняя Елизара. — Ты не был готов к этому, мальчишка. Меч не игрушка. Каждый раз, когда ты призываешь Нинторис, он своей мощью наносит едва ощутимый урон Печати, освобождая энергию. Чем ближе ты к Хоросу, тем сильнее магия меча бьет по ней.

— А сразу сказать вообще не вариант был? — Раздался с укором голос Айдариэла в защиту Елизара. Древлянин поймал на себе изумленные взгляды своих спутников и Тайдарии. — Чо? Я в смысле, что предупреждать же надо.

— Что с тобой стало древлянин? Твой народ всегда был тактичен в своих словах? — Древняя смотрела в сторону Айдариэла. Тот смущенно отвел взгляд в сторону.

— Елизар с ним стал, — фыркнула Райна.

— Пробуй еще раз, но будь осторожен, — Древняя проигнорировала слова Райны, и обратилась снова к Елизару.

— Нэна… Тори… Эсса, — Елизар направил руку в низ, в то время как все его спутники спрятались за естественные укрытия, стволы и корни деревьев. С руки сорвался фиолетовый пучок молний, который стелился под ногами, опаляя зеленую траву и превращая все вокруг Елизара в выжженную землю.

— Заставь его принять форму меча, — раздался со стороны голос Тайдарии.

Елизар посмотрел на струящиеся молнии и представил в своем воображении меч, который ему подарили в Храме Темных боги. Молнии, сплетаясь между собой в плотный пучок, вдруг начали материализовываться в темный клинок. Сначала появилась рукоять, удобно легшая в ладонь Елизара, затем меч, жидким металлом стекая вниз, приобрел форму изящной крестовины и далее, все ускоряясь, наконец приобрел форму клинка, на котором светились руны. По всему мечу пробегали редкие разряды фиолетовых молний, беря начало у крестовины и заканчивая обоюдоострым краем клинка. Все присутствующие зачарованно смотрели на меч, затаив дыхание.

— Давно я его не видела, — тихо, казалось, с какой-то грустью в голосе, произнесла Тайдария. — Но лучше бы он оставался там, где его нашли Темные.

Елизар поднял меч на уровне глаз и с интересом рассматривал его. Затем он взмахнул им несколько раз. Воздух вокруг меча загудел, словно насыщаясь той энергией, что исходила от клинка.

— Нинторис может приобретать любую форму, которую ему задаст хозяин. — Произнесла Тайдария, — попробуй создать щит.

Елизар бросил короткий взгляд в сторону Древней и вновь сконцентрировался на мече. Нинторис некоторое время пребывал в состоянии клинка, а затем острие меча вновь изменилось, обращаясь в разряд молний и образуя вокруг руки Елизара переливающийся молниями щит.

— Давай, — Древняя повернулась к Райне. Та неуверенно поймав настороженный взгляд Елизара, вытянула вперед руку. В раскрытой ладони появились огненные завихрения, а в следующее мгновение в сторону щита с руки амадины сорвался огненный шар. Пролетев через поляну, он врезался в щит, взорвавшись и осыпав искрами Елизара, не причинив ему никакого вреда. Щит продолжал переливаться разрядами молний.

— Почему ты так слабо бьешь, — Тайдария вытянула руку и в сторону щита с ее ладони сорвалась ослепительная сфера, едва не заставив всех зажмуриться. Сфера врезалась в щит, заставив Елизара слегка пошатнуться и так же взорвавшись, осыпала его фонтаном искр.

— У меня нет такой силы, если я вложусь в удар такой мощи, я буду долго приходить в себя — с сожалением произнесла Райна.

— У тебя большой потенциал, но ты не умеешь им пользоваться. Магия Ра доступна для всех, а ты задействуешь собственные ресурсы. Словно черпаешь маленькими ладошками из этой реки, — усмехнулась Тайдария.

— Странно, что меня учит пятилетняя девочка, — фыркнула Райна.

Тайдария внимательно посмотрела на амадину и, сделав несколько шагов по поляне, в направлении Райны, обратилась в ее точную копию.

— Я надеюсь, амадину не очень это оскорбит, — вновь усмехнулась Древняя.

Елизар убрал меч и теперь, так же как и его спутники с изумлением наблюдал за происходящим на поляне между двумя девушками.

— Нет, я с радостью приму от Древней, — Райна все таки позволила себе уколоть Тайдарию, — любую помощь.

— Гордая девчонка, — фыркнула та в ответ и проигнорировала колкость. — Попробуй взять в себя больше энергии, повторяй за мной.

Тайдария встав параллельно Райне, повела правой рукой на уровне глаз, словно чертя невидимые символы в воздухе. Райна следя за Древней, старалась не отставать. Елизару казалось, что они чертят знакомую ему со школы прописную заглавную букву 'Н'.

Когда Райна заканчивала чертить в воздухе символ, следом за ее рукой появился огненный след, который горел в воздухе над поляной. Лицо девушки изумленно вытянулось, она вся задрожала. Казалось, на нее обрушился целый водопад энергии, который едва не захлестнул ее целиком. Все тело завибрировало от переполняющей ее мощи, а в следующее мгновение все тело Райны полыхнуло огнем. Девушка горела словно факел, но огонь не причинял ей никакого вреда. Тайдария с легкой усмешкой смотрела на Райну, а та замерла, прислушиваясь к своим внутренним ощущениям. Никогда она еще не испытывала ничего подобного. Ра дарила ей свою энергию, не беря ничего в замен.

Райна обернулась в сторону Елизара и вытянула руку. Елизар в последний момент призвал Нинторис, обращая его в щит. В следующее мгновение на него обрушился шквал огненных файеров. Поляна превратилась в сплошной фейерверк из взрывающихся и разлетающихся в разные стороны искр. Айдариэл и Рамир благоразумно наблюдали за всем происходящим на поляне из-за укрытия в виде массивного корня.

Вскоре Райна погасила бушующий огонь, и Елизар облегченно вздохнул. Нинторис жидким металлом вновь поглотился в руку. Тайдария стояла в стороне и наблюдала за молодыми людьми.

— Благодарю тебя Тайдария, — Райна прижала руку к груди и слегка поклонилась.

— Это все, что я могла для вас сделать, — Древняя с легкой улыбкой, кивком ответила Райне. — Помни, что Великая Ра, всегда рядом с тобой.

— Как многого мы не знаем, — вздохнула Райна, — если бы всю вашу мудрость передать другим расам…

— Знания убивают, — перебила Райну Тайдария. — Мы храним эти знания, чтобы в нужный момент передать их на благо миров, созданных Альдэроном. К сожалению Древних уже не осталось. Альдэрон исчез, а я выбрала себе путь забвения. Дети такие непосредственные. Они живут в своих маленьких мирках.

— Что нам делать дальше? Ведь мы шли на Хорос, чтобы уничтожить Печать — Елизар вопросительно посмотрел на Тайдарию.

— Я думаю, что Печать будет в любом случае уничтожена, если в этом мире появился Нинторис. Темные уже начали собирать свою армию, вам нужно объединить расы, чтобы дать отпор их армии. Хорос стоит на землях Тагории. Эти гиганты не любят чужаков. Но они окажут хорошую поддержку в войне с Темными, если вам удастся взять их на свою сторону. Ваш путь будет лежать через Дикие земли дредов. Я дам вам проводника, он стар, так же как и этот мир. Он проведет вас через Дикие земли.

— И где нам найти его? — Поинтересовался Елизар.

— Я дам ему знать. Он сам найдет вас. Его зовут Тэймар.

— Кто он? — Елизар не сводил взгляда с Тайдарии.

— Он перворожденный, — коротко ответила Древняя, — вам пора. Времени остается немного.

Елизар со спутниками поблагодарили Тайдарию и направились с поляны через лес в сторону Диких земель. Все находились под впечатлением от встречи с Древней, а из головы не выходили ее слова, которые вновь и вновь словно полыхали огнем в сознании: 'Темные очень сильны. И эта война станет последней для кого-то'.