В оформлении обложки использовано изображение с https://pixabay.com/ru/photos/люди-человек-женщина-холдинг-руки-2568247/.

Утро выдалось таким же пасмурным. Дождь лил как из ведра, серость асфальта дополняла природную. Ханна тяжело вздохнула потягиваясь. «Если и чашечка кофе не исправит ситуацию, ничто не исправит». Звонок на ресепшен, и спустя десять минут, потраченных на умывание, она вдыхала любимый аромат, и чувствовала себя намного лучше. Молоко на подносе осталось нетронутым, девушка предпочитала напиток в натуральном виде. Так было не только с кофе. Множество лет назад, будучи юной и недостаточно сообразительной, она могла размениваться на красоту и встречать по обложке. Приобретя опыт, осознала — нет ничего прекраснее естественности, и ценила её во всем: окружающем мире, искусстве, людях. Модные веяния сменялись с немыслимой быстротой. Ханна помнила, как на пике была худоба, татуаж, губы-пельмени. Губастые дамы нравились Пабло. Задумавшись, она дёрнулась, и расплескала напиток.

Встреча состоялась в обед, и она решила прокатиться по городу. «Доведётся ли снова когда-нибудь побывать — не известно». А по окончании съезда, ей предстоит поездка на Кубу. Целый год она разрабатывала теорию о затонувшем сокровище близ островов, и давно не погружалась. Где-то в глубине души становилось тепло, ведь самая грандиозная в мире находка носила её имя. То погружение девушка могла вспомнить в мельчайших деталях. К сожалению, с того дня она больше не надевала акваланг, предпочитая раскопки. Влюблённая пара вызвала сильнейшее потрясение, и вода напоминала об этом. Почему же она решилась попробовать? Всё дело в психологе, посоветовавшем встретиться со страхом лицом к лицу. Если и существует вероятность исцеления, необходимо её использовать. «К чёрту страхи!»

Первой остановкой в туре по Дублину был знаменитый старинный замок короля Иоанна Безземельного. «Ох! Что тут скажешь». История переплеталась с реальностью, позволяя прочувствовать масштабы прежней роскоши. Монумент света или, как его называют, «Дублинская игла» удостоился чести быть сфотографированным на память. Но больше всего ей понравилась церковь Христа. Снаружи она выглядела типичным готическим зданием, но внутри совершенно не походила на обычные церкви: высокие потолки, чёрные стены, мощная энергетика, сбивавшая с ног. Закружилась голова, благо в церкви есть где присесть и перевести дух. Ханна взглянула на часы, игнорируя вопрос священника. «Пора».

Съезд проходил в муниципальном здании, не имевшем ничего общего с теми, что она рассматривала накануне: современное, светлое, миловидное. В актовом зале стоял невыносимый гул. Отвыкнув от скопления людей, тяжело погрузиться в громогласную среду. Коллеги обсуждали находки, открытия, кто-то не гнушался личной жизнью и постельными победами. Ханна присела в первом ряду, приглядев свободное место ещё издалека. «Пять минут шума можно и потерпеть. Заберу награду и сразу на поиски клада». Разглядывая пальцы, она надеялась, что никто с ней не заговорит. События последних лет наложили определенный отпечаток, и она не хотела, чтобы бестактные люди бередили раны. Перед ней вырос высокий брюнет с аккуратно выстриженной бородой, казавшейся нарисованной. Он выгнул бровь и ехидно улыбнулся.

— Привет, Лившец! Притаилась? Я твою рыжую головку за версту заметил! — оскалился мужчина, впиваясь в неё карими глазами. Он был худой, и не являлся для девушки идеалом, но имел харизму, и привлекал когда-то.

— Марк? А я тебя сразу и не узнала. Борода просто шик! — хохотнула она, а он согнал мужчину с соседнего кресла, и устроился рядом.

— Как дела красавица? Сто лет тебя не видел, — по-доброму спросил он, и слегка наклонился, обдавая дыханием.

— Не жалуюсь. Как видишь, жива и здорова, — отвечала без энтузиазма.

— Ни капельки не изменилась. Всё так же горяча и остра на язычок, — цокнул и рассмеялся. — Поборемся за первое место, а? — подтолкнул плечом. — Слышал о твоей находке. Пальцы? Итак, палец против пирамиды! — объявил, словно рефери. Ханна не смогла скрыть улыбку.

— Я надеру тебе зад одним пальцем! — Оба они рассмеялись.

Диалог пришлось прервать, ведь на сцену вышел председатель совета — коротконогий мужчина с залысиной. Зал мгновенно стих, а он начал с насущного — открытий. Перечислив их по бумажке, он фальшиво улыбнулся, и перешёл к списку лучших. Естественно, Ханна и Марк были в нём.

— А теперь я оглашу наиболее значимое открытие! Победитель получит гранд и почетную грамоту! В этом году гранд составляет кругленькую сумму! — поиграл он бровями. Десятка претендентов затаила дыхание, коллеги перешёптывались, гадая, кто победил. — Лучшим археологом года становится…. — У неё пересохло в горле. Марк нащупал её ладонь и крепко сжал. — Марк Грассо’!

Зал взорвался аплодисментами. Марк крепко её обнял, шепнул на ухо: «Прости», и поднялся на сцену. Он святился от счастья, а она вжалась в кресло, чувствуя себя ничтожной.

Дождавшись окончания речи, девушка поспешила покинуть зал. Заиграла музыка, начался концерт. Настроение было испорчено, и праздновать совсем не хотелось. Она вдруг подумала: «А если бы я победила, захотелось?». Вряд ли. Она получила бы награду и ускользнула после концерта. Народ хлынул в фойе, и она не успела выскользнуть за дверь. Оказалось, техника вышла из строя, и устроили перерыв. Погода не баловала, случались перебои напряжения.

— Ханна, дорогая! — блондинка слегка за сорок, с крупной родинкой на носу и пышными формами в два прыжка нагнала беглянку. — Куда это ты?! Концерт обещали продолжить! — прислонила к вываливающейся из декольте груди ладонь. — Так жаль, что ты проиграла! Ну, ничего! У тебя ещё вся жизнь впереди! — понизив голос, заговорщически мигнула и прокрякала, — Марк похорошел. Такой мачо.

— Я тоже рада тебя видеть, Ронда, — буркнула девушка, молясь, чтобы особа переключилась на кого-то ещё.

— Как там Пабло? — стоявшая поблизости женщина решила присоединиться к их кучке. Она была маленькой, худой, а лицо имело сходство с крысиной мордой.

— Ой! Да заткнись ты! — обрубила её Ронда, и Ханна облегченно вздохнула.

Дамочки отвлеклись, затевая перепалку, и она выбежала в дождь, на ходу накидывая пальто на плечи. Жёлтое такси притормозило, впуская беглянку. Промокшая, она смотрела в окно и тихонечко плакала.

Выплакав остатки уважения, девушка включила телевизор и открыла пачку дорогущих отельных чипсов. Лишние килограммы сейчас её не пугали. Жизнь дала трещину, и стань она жирной, никто не расстроится. Чуть позже, скинув одежду, Ханна встала перед встроенным в шкафу зеркалом, и повертелась, проверяя не прибавилось ли в боках. Фигура претерпела изменения. Куда подевалась былая стройность? Были времена, когда она могла есть что угодно и не набирать ни грамма. Образовался небольшой животик и бока, не критично, но и приятного мало. Она переключилась на внешность, унимая внутреннюю дрожь. Победа на съезде должна была дать надежду, а вместо этого наградила пинком под зад. Оплатив межгород, она набрала длинный номер, который помнила наизусть.

— Ольга? Как дела? — в трубке раздалось бормотание. — Хорошо. Нет, я в порядке. Пока.

Повесив трубку, она забралась в кровать, и ворочалась, взбудораженные нервы мешали уснуть. Комнату осветил экран мобильника. Перевернувшись на другой бок, прочитала сообщение: «Я один. Приезжай. Отметим. Марк». Девушка положила телефон обратно на тумбочку и уставилась в потолок. «Уснуть всё равно не получится». Раньше она ни за что не согласилась бы провести с ним вечер, и дивилась своей легкомысленности.

Собралась на удивление быстро, из макияжа только туш, вполне достаточно. Отель Марка находился в двух кварталах к северу. Метрдотель участливо поинтересовался, к кому прибыла гостья, позвонил в номер, и указал на лифт. Ханна знала, как к ней относится Маркс, не трудно было догадаться. Однако вступать с ним в какие-либо отношения не собиралась. Неожиданно вспомнился незнакомец, и она вновь раскраснелась. «Жаль я не знаю его номер». Девушка постучала в комнату тридцать три, размышляя счастливое ли это число. Ожидая услышать шаги, она мялась с ноги на ногу. Постучала чуть громче — ответа не последовало. Тогда она инстинктивно толкнула дверь, и обнаружила, что та не заперта. «Надеюсь, он одет». Прихожая зона закончилась. Марк вышел с балкона и широко улыбнулся. «Ясно. Он курил». О вредной привычке коллеги ей было известно, ведь они провели много времени на раскопках вместе. С появлением Пабло, она стала отдавать предпочтение ему.

— Ты пришла! — обнял и отстранился. — Красное или белое? — приподнял бровь. — Или покрепче? — Она рассмеялась.

— Красное подойдёт.

Марк откупорил бутылку и разлил по бокалам, запах миндаля проник в ноздри.

— Обожаю его, — вдохнула она аромат.

— Знаю, — хмыкнул он.

Они о чём-то болтали. Ханна не смогла запомнить ни тем, ни интонации. Было приятно, тепло, как дома. Обычно она так чувствовала себя рядом с Пабло. Он был ей не только супругом, но и настоящим другом. С Марком ей тоже не нужно было претворяться кем-то другим. Как старый знакомый, он знал, что перед ним заносчивая, сдвинутая на работе и победах девушка с чересчур высоким голоском. Следующий миг изменил жизнь навсегда. Она долго будет гадать, как развивались бы события, не случись с ней этого. Воздух дрогнул, и посреди комнаты материализовался человек. Он был высокий, худой, бледный, имел острый нос и близко посаженые глаза, светлые волосы, тонкие губы, татуировку на шее, и белый костюм странно сочетавшийся с чёрной рубашкой, поверх которой на толстой цепочке висел кулон, изображавший челюсти хищного животного. Ханна охнула, плюхнувшись на кровать, а Марк выронил бокал, разбивая в дребезги.

Человек повернул голову, глаза покрылись пленкой. Когда она исчезла, зрачки поменяли расположение, стали вытянутыми и желтыми. Девушка попятилась, начиная икать. Визитёр дрожал, словно являлся голограммой, меняющей очертания, и вскоре его голова полностью видоизменилась. Казалось, будто всё не взаправду. Страшный сон, и только. «Такого не бывает!» Новая голова принадлежала рептилии, острые зубы торчали из пасти, их облизывал длинный язык. Он прыгнул, ухватил Марка за горло когтистыми пальцами, протыкая кожу. Кровь струилась ручейками по шее, коллега завыл. Преодолевая страх, на негнущихся ногах Ханна двигалась к выходу. Что-то подсказывало, чудище не насытится одной жертвой, тем более такой худосочной. Стоя в дверях, она наблюдала, как молниеносным движением оно откусило Марку голову, окропляя себя алой кровью. Тело с глухим стуком приземлилось о пол, а она припустила по коридору, и на улицу. Метрдотеля на ресепшене не застала. Никого не застала. Тишина сдавила виски. Дождь хлестал в лицо, ветер растрепал волосы. Девушка торопилась покинуть злосчастное место.

Не в силах унять дрожь, она курсировала по номеру, в затылке стучало. «Что это было?! Чёрт! Я спятила! Точно спятила! Сумасшествие заразительно!» Ханна не могла поверить своим глазам! Да и кто в такое поверит?! Исщипав руку до синяков, она сделала вывод, что пребывает наяву. «А значит, либо мозг преобразовал убийцу в чудовище. Либо оно действительно существует», — помотала головой, отметая фантастическую версию. Была ещё и третья — ничего не произошло. Дабы исключить вариант поехавшей крыши, она заглянула в мобильный, сообщение от Марка было на месте. «Нет. Нет. Нет», — твердила, надеясь на игры разума. Следующим логичным шагом оказался звонок в гостиницу коллеги. На ресепшене трубку никто не взял, в номере Марка тоже было глухо. Она вновь заметалась, делая очередное открытие: «Если убийца существует — я свидетель».

Девушка остановилась, и стремглав помчалась собирать чемодан. Спустя минуту, не дожидаясь лифта, она неслась по лестницам. У чемодана отвалилось колесико, и он противно скрипел, соприкасаясь с поверхностью пола. Внезапно в здании погас свет. Она притаилась в кромешной тьме, громко ухало сердце. Выглянув из-за угла, в свете фонаря, проникавшего в окна, заметила светлую тень, скользнувшую внутрь. «Твою ж мать!» Она забилась в угол под лестницей, и прикрылась чемоданом. Белоснежные брюки скрылись на лестнице. Казалось, момент длится вечно. Шаги удалялись, а она, достав из багажа деньги и паспорт, выбралась из здания налегке.

Промокнув до нитки, усиленно соображала, мыслительный процесс давался тяжело. Куда податься? В аэропорт? Нет, она проверила бы там в первую очередь. Вокзал? Как вариант. К тому же, в утреннее время отправлялось множество поездов, и отыскать одну единственную особу будет не просто. Петляя улочками, девушка добралась до вокзала. Светало, город проснулся и загудел, люди торопились. Она растворилась среди толпы, и поспешила на рейс, отбывавший через полчаса. Место заняла у прохода, неоправданный риск не вписывался в планы. Нервно перебирая пальцы, заметила на другом перроне остроносого человека. Он оббегал купе, мелькая белым пятном. Поезд тронулся, и ему пришлось выскочить на ходу. Оскалившись, он направился к тому, в котором укрывалась она. Сердце рухнуло в пятки. В тот же миг поезд гуднул, хотя до отправки оставалось минут десять, и с резкого старта стал набирать обороты. Пассажиры негодовали возмущаясь. А она наблюдала, как человек в белом с непроницаемым лицом смотрит ей вслед.

Ханна понимала, что оттянула момент встречи ненадолго. Поезд следовал без остановок до Англии, белый будет ждать её там. В этом она не сомневалась. Девушка схватилась за голову. «Ох! И угораздило же меня!» Она гадала, чем Марк заслужил такую участь. И не связано ли это с его триумфальным открытием? Награда и гранд, конечно, дорогого стоили, но точно не жизни. Вариантов было не много, и для начала она решила выбраться из поезда, пересесть на рейс до Лондона, и укрыться в посольстве. Оставалось только добраться до конечной цели. Сморил сон. Единорогами и радугой не побаловал, но и кошмары обошли стороной.

Бодрый голос объявил остановку: «Ливерпуль!» Ханна была на сто процентов уверена — убийца прибудет на станцию. Вспоминая, как он на всех парах мчался, проверяя тот поезд, вжалась в кресло. Оглянулась, пытаясь просчитать, в какую сторону лучше бежать. Игра напоминала русскую рулетку. Один знакомый Пабло таким образом окончил земные мучения, поставив на кон баснословное состояние. Только вот выигравшего счастливчика обвинили в убийстве, и посадили. Впрочем, лет через двадцать он выйдет, и будет богат. Она дергалась, не зная, что предпринять, и вдруг ощутила тоненький импульс. Взгляд упал на необъятных размеров кожаный чемодан, принадлежавший расфуфыренной даме. Он не поместился в ручную кладь, и проводница поставила его у самых дверей вагона, а после объявления остановки — выкатила в тамбур. У девушки появилась идея. Не привлекая внимания, она вышла из вагона, присела на корточки и открыла чемодан. «Сколько же тут шмотья!» Вытащив ровно половину, ждала, нервно оглядываясь. Кто угодно мог разрушить план, появившись не вовремя. Однако удача была на её стороне. Двери открылись. Она прицелилась, закинула вещи под поезд, залезла в чемодан, и закрыла молнию изнутри. Обладательница багажа имела жуткий акцент и тянула слова. Ханна сделала вывод, что дама прибыла из стран Прибалтики, и засомневалась в правильности решения. Женщина поторапливала спутника, обливавшегося потом от тяжести чемодана.

— Ты туда камни положила?! — кряхтел мужчина.

— Ха-ха! Смешно, дорогой! Камни от Диор! — лепетала особа.

Казалось и вещи, и кожа изделия пропахли едким парфюмом, но несомненно дорогим. «Лучше, чем быть съеденной тварью!», — успокаивала она себя. Вскоре багаж оставили в покое. Легкое подергивание оповестило о продолжении путешествия. Мелодичный голос объявил: «Следующая остановка — Лондон. Приятного пути!» Ханна выдохнула, поправляя затёкшие ноги. «Получилось». А в уголке сознания вибрировала очередная волна тревоги — белый будет её искать. Выбравшись, она нашла свободное место, и задремала. Усталость скопилась, жизненные силы были на исходе. Спала она на редкость крепко, и даже не заметила, как поезд прибыл в пункт назначения. Кто-то из пассажиров участливо разбудил.

Вокзал оказался переполнен, туристические группы обступили со всех сторон. Пробившись к выходу, девушка вздохнула свободно. Не менее угрюмый город встретил сыростью, серым небом, затянутым тучами, и выхлопными газами. Припомнился день, когда она сбежала в Европу, пытать счастье в археологической ассоциации. Окончившую престижный университет студентку взяли без раздумий, и началась интересная жизнь, полная приключений и открытий. Променяв мрачный Лондон на солнечную Италию, где они с Пабло приобрели квартирку, она ни разу не пожалела. Родители до сих пор обитали в столице Англии, и чувствовали себя комфортно. Им нравился и климат, и доход. Отец держал несколько лавок с экзотическими фруктами и сладостями.

Девушка подумывала, не отправиться ли в отчий дом? И категорично себе отказала. Подвергать опасности стариков она не могла. Поначалу посольство казалось удачной идеей. Однако её распирало от любопытства, а там информацией не обзаведёшься. Кроме того, сутки отвечать на глупые вопросы не было никакого желания. Ханна здесь когда-то училась, и обзавелась друзьями, но при мысли, что из-за неё пострадают люди, тошнота подкатила к горлу. Тогда она отправилась в ближайший магазин электроники, приобрела самый дешевый ноутбук с возможностью выхода в интернет, и, озираясь по сторонам, забрела в простенькую гостиницу.

Номер был крохотным. В комнатке два на два с трудом поместилась кровать. Она оценила ширину проёма, задаваясь вопросом, как они смогли протиснуть её внутрь. Заперев дверь, приняла душ. Ванная тоже габаритами не баловала, и мыться пришлось в одном положении. Смыв грязь пути и страх, ощутила нереальную лёгкость. Ноутбук и бесплатный вай-фай ожидали. Ханна сощурилась, наведя курсор на строку поиска. «Что же искать?». Можно было начать с татуировки, но она не запомнила, что там изображено. «Продолговатое. Возможно, дракон, но не точно». Компьютер шумел и нагревался. Следовало поторопиться, на гарантийный ремонт у неё времени нет. Неожиданно в памяти всплыл кулон. Он был в точности, как челюсти чудища, только маленькой копией. Ханна набрала текст, и Яндекс моментально вывел картинки, похожие на него, как две капли воды. Некоторые казались более древними, другие новехонькими. Материалом в основном служил природный камень. Убийца носил амулет из белого.

Она перешла к описаниям: «Амулеты датируются годами до нашей эры. Считается, что они принадлежали шаманам, связующим людей с Богами того времени. Первые находки обнаружены на Кольском полуострове и в южной части Африки. По слухам побрякушка давала шаману невероятные силы!» Сарафанное радио её не интересовало, и она попыталась найти фамилию учёного, обнаружившего артефакт, но во всемирной паутине не было об этом ни единого упоминания. Ханна собиралась захлопнуть крышку не на шутку разошедшегося ноутбука, как вдруг заметила похожую цепочку у члена совета археологов. По запросу выскочило его фото с последнего съезда. Одержимая идеей, она открывала фото за фото, и рыскала глазами. «Бинго!» Он стоял боком, позабыв запахнуть пиджак. Амулет виднелся частично, но она была уверена, что на правильном пути. Кусок походил на часть челюсти. «Член совета заодно с убийцей». Осознание сдавило виски. Просмотрев фотографии других участников съезда, ничего подозрительного не обнаружила.

Вымотавшись беготнёй, девушка собиралась поспать хотя бы часок, а потом отправиться в Лондонскую библиотеку. Где же ещё искать упоминание об амулете, как ни в книжной вселенной? Однако заснуть не получалось, мысли жужжали в черепной коробке. «Что если Пихлер заказал убийство Марка? Но зачем ему это? Несчастный, видимо, узнал страшную тайну». Не покидал образ рептилии со сверкающими жёлтыми глазами и острыми зубами, по коже поползли мурашки. Пабло бы не удивился положению дел. Он всегда говорил, что рядом с ней находиться опасно. Никогда не знаешь, куда приведёт женское любопытство. Она вздохнула. «Ах! Мой дорогой! Ты был исключительно прав!»

Раз уснуть не получилось, она закинула в сумку ноутбук, и нырнула на сумеречные улочки. Дождик не лил стеной, как в Дублине, а периодично покапывал раздражая. Люди только открывали зонты, и он кончался, откровенно насмехаясь. До храма знаний пришлось добираться на автобусе. Фасад был подстать коллекции книг — необъятный и отчасти потрёпанный, над входом она заметила объемную камеру. «Прошлый век, такие уже не используют, в основном». Проходя под ней, девушка опасливо заглянула в объектив, и паранойя не заставила себя долго ждать. «Что если они за мной наблюдают?».

Она решила ускориться, и набрала книг старинной эпохи. К слову, в отличие от обычных читателей её гильдия имела доступ к исторически ценным экземплярам. Продемонстрировав удостоверение археолога, она принялась за работу. Целью, естественно, являлся амулет. Только большинство книг было написано на других языках. Она знала иврит, английский, итальянский, немецкий и немного из русского, а остальное казалось белибердой. Хорошо, что везде были картинки, и по ним можно ориентироваться. Девушка сердито откидывала книги в сторону, пальцы почернели от пыли времён. Спустя час поиска, откинувшись на спинку стула, она перевела дух. В состоянии покоя взгляд пал на темно-зелёную, растрёпанную обложку.

Ханна взяла книгу, открыла, и громко чихнула. Пыль слетела со страниц, открывая взору картинку с изображением амулета в точности, как у убийцы. Слова были на иврите и выведены пером. Некоторые из них оказались не понятными, похоже, устаревший вид, вышедший из обихода. Она собралась прочесть первую строчку, наткнулась на препятствие, и зависла соображая. В то же мгновение грузные двери библиотеки с грохотом распахнулись. Раздались выстрелы, и посетители с криками ломанулись на улицу. А она, зажимая находку под мышкой, спряталась под столом, и поползла. Молчаливый палач стучал по паркету каблуками. Ещё несколько шагов, и она увидела белые брюки. «Проклятые камеры!» Раскатистый смех отразился от стен.

— Я нашёл тебя по запаху, рыжая! — рявкнул обладатель белоснежного костюма. — Пряный, — тянул он слова, — сладкий! Я бы учуял его и за тысячу вёрст!

Она задрожала, задевая ножку стула. Он читал мысли, и имел острый нюх. Так значит, зубастая голова не привиделась? И это не происки воспалённого смертью сознания? Девушка нервно чесалась, представляя, как он откусывает ей голову. Преследователь вновь расхохотался.

— Умная девочка!

Служивший укрытием стол поднялся, отлетел на несколько метров, и с грохотом разлетелся об стену. Ханна прижимала книгу к груди, боязливо поднимая глаза на убийцу. Костюм сиял чистотой, амулет покоился на чёрной рубашке, сияя, будто солнечным светом. Существо оскалилось, крохотные челюсти погасли, и картинка начала подрагивать, как голограмма. Через мгновение перед ней стояло оно — с человеческим телом и головой рептилии, внешне напоминавшей ящерицу, только с массивными, острыми, в несколько рядов зубами. Кожа блестела, лоснилась, на морде раздувались ноздри, представлявшие собой вертикальные полосы. Желтые глаза имели чёрные зрачки, и ярко-выраженные завихрения радужки.

Оно предвкушало победу, облизывая длинным, раздвоенным языком острые зубы. Девушка находилась в мгновении от смерти, но сдаваться не собиралась. Не в духе Лившиц страшиться препятствий, пусть они и не совместимы с реальностью нормального человека! Дрожа, она опустила глаза. Оно подалось вперёд, выгибая спину. Удар кобры вот-вот свершился бы, но она сработала на опережение, зашвырнув ему по носу книгой. Существо затрещало омерзительнейшим из звуков, а Ханна воспользовалась заминкой и припустила к дверям.

Сердце торжествующе билось, но радоваться было рано. Он нагнал её на пороге, и схватил за шею когтистыми пальцами. Кровь струилась под футболку — вязкая, горячая. Он надавил, и она опустилась на колени, в глазах мельтешили солнечные зайчики. До последнего Ханна не падала духом. Казалось бы в последний момент стоило подумать о чём-то, что любишь, или попрощаться с любимыми. Ну, на крайний случай пожалеть себя. Это было точно не про неё. Воинственная, неуправляемая, перешагивавшая через правила, и всегда достигавшая желаемого девушка думала о том, как сильно она хочет воткнуть нож в жёлтый глаз. Существо расхохоталось. Она зажмурилась: «Марк умер быстро, страданий не будет». Оно сжало когти сильнее. Громадные двери с грохотом распахнулись.

Ханна приоткрыла глаз, и потеряла дар речи. К ним навстречу шагал красивый, статный мужчина с седеющей бородой и висками — незнакомец, с которым она стала близка по дороге на съезд. Крепкие мышцы выделялись из-под рубашки, и она загляделась, позабыв о неминуемой гибели. В руке у мужчины сверкало загнутое лезвие. Он остановился в паре метров с непроницаемым выражением на лице.

— Лазарь! Отпусти девушку! — гортанно прогремел незнакомец. — По-хорошему прошу… — прорычал, сверкая глазами. «При желании они могли поглотить комнату. Да что там. Вселенную».

Существо зашипело и совершило рывок. События произошли стремительно, но для неё, будто прошла целая вечность. В миллиметре от головы пронеслись зубы и встретились с клинком, часть осыпалась. Лазарь затрещал, крутанулся, и исчез. А незнакомец вытащил из руки острые зубы, успевшие его проткнуть, и грубо схватил девушку за шиворот, поставив на ноги. Она беззвучно открывала рот, тыча пальцем туда, где только что стояло существо.

— Идёшь со мной! — отрезал сердито, перевязывая на ходу руку. Ханна послушно за ним поплелась.

Незнакомец шагал быстро, всё время оглядываясь. Девушка еле поспевала, и он нетерпеливо схватил её за локоть. Она вырвалась, а он хмыкнул. Спустившись в метро, довольно долго плутали и вышли на той же остановке, с которой начали путь. Она собиралась включить Ханну, приподняв палец вверх, но встретилась с гневным взглядом, и умолкла. Вскоре они оказались за чертой города. Она отошла от потрясения, и пол пути мучилась догадками. В конце концов, терпению настал конец, и Ханна шлёпнула ему по плечу.

— Вопросы потом! — рявкнул он, надеясь на результат.

— Я тебя не боюсь! — взвыла она скрипучим голоском, не контролируя эмоции. — Может, хотя бы расскажешь, куда идём?! — Он остановился, впиваясь в неё серыми, глубинными глазами.

— Мне ты можешь доверять! Я спас тебе жизнь! — возмутился мужчина и продолжил шагать.

— Зачем было спускаться в метро? — лепетала она.

— Рептилии опираются на нюх. Внизу обоняние притупляется, — обыденно пояснил он, пытаясь отыскать что-то глазами.

— Похоже на плохой сон, — вздохнула она.

— Ты мой плохой сон, — буркнул он и широко улыбнулся.

Внезапные эмоции пугали девушку, тем более после того, что пришлось пережить. Он достал из кармана крохотный чёрный камень, приблизился, и обнял. Она слушала, как стучит его сердце.

— Доверься мне, — прошептал он, обнял крепче, и они перенеслись в совершенно другое место.

Незнакомец по-мальчишечьи улыбался, камень всё ещё сиял на его ладони.

Она осматривала помещение: светлое, чистое, имевшее металлический оттенок. Оно казалось просторным за счёт зеркальной поверхности пола. Ближняя стенка бесшумно отъехала, и в проёме показалась красивая курносая девушка со светлыми волосами, собранными на голове в элегантную прическу. Она перевела взгляд с мужчины на гостью, и нахмурилась.

— Где ты был? — властно спросила, сложив на груди руки, голубые глазки вмиг стали жестокими. Ханна таращилась, не скрывая шока.

— В Лондоне, — съязвил он.

— Дон! Я серьезно! — она заметила раны у него на руке и побледнела. — В целительский блок! — Он топтался, как школьник. В помещении раздался шелестящий звук, и он выставил перед собой руки.

— Хорошо. Уже иду, — взглянул на гостью. — Она…

— Я займусь. — Дон кивнул и скрылся за футуристичной дверью, а Ханна нервно сглотнула.

Девушка подошла, колыхая полы красного балахона. Она была красива и молода, а глаза непомерно мудры. Неестественное сочетание не укрылось от любопытной особы.

— Амина, — протянула изящную руку.

— Ханна, — пожала в ответ.

— Я отведу тебя туда, где ты сможешь отдохнуть. Не бойся, я не кусаюсь, — слегка улыбнулась.

Она следовала за девушкой. А что ей ещё оставалось? По пути Ханна дивилась бесконечным коридорам с отъезжающими дверьми, скрывавшими множество комнат. Здесь было на удивление тихо. Спутница обладала идеальной осанкой, только в районе шеи что-то выпирало из-под балахона. «Горб, наверное», — подумала гостья. «Об этом лучше не спрашивать».

— Ещё не все перестроились на новый режим, — решила Амина поддержать разговор. — Поэтому в коридорах пусто. Через пару часов яблоку негде будет упасть. Интересно послушать, зачем он притащил тебя сюда? — обернулась, сверкнув глазами.

— Я увидела существо…, — заикалась она. — Оно убило моего коллегу. — Амина развернулась, всколыхнув воздух, и схватила до боли за руку.

— Ящер? — Ханна кивнула, ощутив, как что-то касается кожи. — Разберёмся, — промямлила спутница, и спешилась отпуская.

Они прибыли в крохотную комнату с круглым окошком под потолком, превышавшим высоту когда-либо встречаемого. Амина указала на кровать.

— Отдохни. Поспи. И лучше не выходить, пока за тобой не придут.

— Стой! Кто вы такие?! — прокричала ей девушка вслед.

— Всему своё время, Ханна, — спокойно ответила та, и скрылась за дверью.

Она провалилась в сон, терзаясь кошмарами. Ящер находил и убивал её тысячу раз, и каждый она думала: «Почему я не просыпаюсь?». Когда открыла глаза, в комнате было темно. Посидев так какое-то время, изо всех сил постаралась унять внутреннего червя, но не смогла, и скользнула в коридор. Образ властной девы в красном балахоне не выходил у неё из головы, вплоть до того момента, пока она не увидела длинного человека ростом метра четыре. Он передвигался огромными шагами, руки длинные, голова большая и кудрявая. На нём также был одет красный балахон с капюшоном. Она прижалась к стене, часто дыша. В памяти всплыл образ находки, потрясшей мир порядочное количество лет назад. Она и сейчас была на устах у мировых учёных. Женщина, застывшая в поцелуе с мужчиной, имела точно такие же пропорции. «Как такое возможно?! Я сплю? Точно сплю! Прошли тысячелетия! Они жили на Земле всё это время? Прятались? Может, моё открытие не такое уж и значительное?».

Коридор заполнили люди: некоторые обычные, другие длинные. Они носили разный цвет одежды, в основном балахоны. Были и подвластные земной моде. Переговариваясь на своём языке, из которого она не понимала ни слова, они прогуливались, или спешили по своим делам, не обращая на неё внимания. Девушка отдышалась, как следует, и продолжила путь. Блуждая, она случайно наступила на очерченный белым квадрат, и панель пришла в движение, поднимая на этаж выше. Уловив голоса, отправилась на звуки, и притаилась за углом, предполагая, что иначе дверь автоматически откроется. Как минимум два голоса из общей массы сразу узнала.

— Какого чёрта ты притащил её сюда, Дон?! — вскрикнул мужчина, и остальные притихли. — Тебе ли не знать, как это опасно! Не лучшее ты выбрал время для выкрутасов!

— А что мне было делать?! Оставить её умирать?! Лазарь сожрал бы её, и не подавился! — он был разгневан, обороняясь.

— Дорогой, девушка узнает нашу тайну, — спокойно, по-матерински отозвалась женщина.

— Не встревай, Ида… — процедил сквозь зубы мужчина. — Они что-то затевают. Я разослал весть в десятки стран. А ты подвергаешь опасности свой народ, — продолжил он разочарованно.

— Мне жаль, — хмыкнул Дон.

Ханна дернула ногой, и дверь отворилась. В просторном зале, у панорамного окна, открывавшего вид на город, восседали люди. Во главе остроносый седовласый длинный человек, который, видимо, и отчитывал её прекрасного незнакомца — Дона. Следом белокурая светлая женщина, тоже длинная. Амина. Старикашка со шрамами. Длинная черноглазая особа, взирающая на шпионку с полуулыбкой. Лысый длинный с неприятной внешностью. Длинный в коричневом балахоне и с пытливыми глазками, державший за руку красивую худую женщину. И ещё один длинный — нереально красивый блондин с волосами до плеч. Она выдавила виноватую улыбку и заикаясь произнесла: «Извините». Старикашка заливисто рассмеялся хрюкая. Черноглазая тоже заулыбалась. Главного ситуация не позабавила.

— Отведи её в куту! — рявкнул он Дону, и тот, послушно кивнув, взял её под руку и потащил по коридору.

— Наш мальчик такой большой! — восхитилась Ида, как только дверь затворилась.

— Не стоило отпускать его на Землю! Здесь он совсем испортился! — всё ещё злился Ларо.

— И постарел, — подметил старикашка — Оли.

— Ты себя то в зеркале видел?! — подколола его Агата, и они рассмеялись.

Ханна вновь вырвала руку, и фыркнула. Он хищно оскалился. Следуя по коридорам, Дон непрестанно с кем-то здоровался, тормозя движение. Они зашли в куту. Он метнул взгляд на кровать, щёки порозовели. Девушка мысленно охнула засмущавшись.

— Доставила я тебе неприятностей, да? — поспешила перейти к разговору.

— Да, — их разделяло всего несколько сантиметров, она ощущала его дыхание. — Ты не виновата, — улыбнулся застенчиво. — Не в том месте, так сказать…

— Как ты узнал, что оно охотится за мной? Кто эти длинные люди? Они всегда были такими? Вы жили на Земле тайно? — посыпались вопросы, била дрожь. Дон прижал её к себе и поцеловал, уколов бородой.

Поцелуй оказался жарче того спонтанного, и она застонала от удовольствия. В порыве страсти он сорвал с неё одежду и накрыл собой. Такты совпадали, не выбиваясь из ритма. Ханна взлетала до небес и пикировала обратно. Его сердце быстро и громко стучало, а руки блуждали по нежному телу. Крепко сжимая бёдра, Дон развел ей ножки чуть в стороны и ускорился. Она извивалась под ним, а он прижимал её крепче, не отпуская. Волна наслаждения смыла тревоги, оседая внизу живота. Они тяжело дышали, а после лежали в обнимку. Девушка гладила его по массивной кучерявой груди, утыкаясь носом в бородатую щёку.

— Сколько тебе лет?

— Сорок семь.

— Ты человек? — Он поцеловал её в губы.

— Почти.

— Давно мне не было так хорошо, — шептала на ушко.

— Мне никогда не было, — серые глаза не лгали. Ханна потянулась, и они снова слились в страстном поцелуе.

Очнувшись в полном одиночестве, девушка разочарованно хмыкнула. В комнате ещё витал запах любви, и она поспешила одеться, дабы не быть застигнутой кем-то врасплох. Туннели пустовали, видимо, для жителей было рановато. «Тем лучше. Они выводят меня из равновесия». Прогуливаясь в тишине, она размышляла об этой расе и словах носатого. Страх опоясывал сознание, и проникал глубоко в душу. «Что если они решат от меня избавиться? Я ведь узнала их тайну!» Она удалялась от своей комнаты, которую почему-то называли «кутой». Не менее волновал вопрос, как ей удалось разобрать речь, отличную от человеческой. Сама не зная как, Ханна забрела в тот зал, где себя рассекретила. Стол и кресла с сенсорами трогать не стала, опасаясь что-то сломать. От неё, итак, хлопот хватало. Встав напротив окна, созерцала город, который когда-то был ей домом. Посмотрев под ноги, краем глаза заметила чёрную фигуру, и вздрогнула. «Не нужно бояться», — прозвучал ласковый голос у неё в голове, девушку буквально парализовало от страха.

— Дон не сказал, что мы владеем телепатией? — улыбалась светловолосая женщина в чёрном балахоне.

— Нет. Он тоже? — Та усмехнулась.

— Естественно! Он не обычный человек — первый в своём роде, унаследовавший дар Магнуса. — Женщина приблизилась, и Ханна заметила седину, покрывающую её виски. Она мгновенно прочла мысли. — Ты права, я стара, как мир! — расхохоталась. — И я не преувеличиваю, дорогая! Наша раса стояла у истоков! Вы произошли от нас! — вскинула аккуратную бровь.

— Надеюсь, это не сон. Если проснусь, разочарованию не будет предела. — Собеседница усмехнулась.

— Ты искала нас… — округлила глаза. — Ты нашла его… — Она не понимала о чем идёт речь, женщина горько расплакалась. Ханна не знала, как вести себя в таких ситуациях, плачущие люди всегда её напрягали. Однако она протянула руку, и коснулась длинной ладони, успокаивая.

— Простите, я не хотела вас расстроить.

— Где ты нашла их? — Она собиралась спросить, что та имеет в виду, но в зал на электрической каталке заехал старикашка.

— Ида! — кряхтел он, закалявшись. — Я не помешал? — ехидно блеснул глазами. Девушка обратила внимание на шрамы, усеивавшие лицо и руки человека. С первого взгляда их было не разглядеть за морщинами.

Ида не успела ответить, диалог прервала громкая, разрывающая барабанные перепонки сирена. Женщина и старик обеспокоено переглянулись. Освещение изменилось, приобретая красный оттенок.

— Отведи её в безопасное место! Возьми стражей! А я найду Ларо! — нервно крикнула та, выбегая в коридор.

У старика затряслись сморщенные руки, глазки забегали, и он помчался прочь из зала, а Ханна припустила за ним.

Коляска развивала немалую скорость, и девушка, не поспевая, перешла на бег. Он мчал по коридорам, сворачивая так резко, что пару раз чуть не перевернулся. Вокруг преобладала паника. Люди мельтешили, переговаривались, закрывались в комнатах. Все, кроме синих балахонов, с серебристыми пушками наперевес собиравшихся в кучки. Старик на ходу достал из кармана металлический прямоугольник. Тот издал протяжный писк, и из него вырвался столп света.

— Тина! — хорошенькую женщину она видела раньше. — Я веду девушку в целительский блок! Пришли туда стражей!

— Считай уже сделано! — отчеканила женщина, подмигнув.

Блок находился в центре сооружения, состоял из множества комнат, и панорамным видом из окна обделён не был. В просторном помещении, напоминавшем приёмную, их встретил длинный, кудрявый мужчина, затворив за ними герметичные двери. Свет здесь тоже был красноватым, но даже он не смог затмить белизны стен и потолка. Она озиралась по сторонам, уже привыкнув к тошнотворному звуку сирены. Спустя мгновение всё стихло, и освещение стало ярким, слепя глаза. Выглядел блок, словно берлога красавчика-злодея из романтичного фильма — мебель с изогнутыми спинками, натертые до блеска полы, бежевые диваны с массивными подлокотниками. Она перевела дыхание, сбившееся продолжительным бегом, и подошла к окну. Реальность поплыла, в ушах засвистело. На поле, в метрах десяти от них неподвижно стоял убийца. Только теперь он был не один — сотни, а может и больше, людей в белоснежных одеждах с загадочными амулетами скалили острые зубы.

— Ты в порядке? — ухватил её за плечо кудрявый.

— Да, — заикалась она, наблюдая, как противник начинает движение.

— Тяжелая предстоит встреча, — вздохнул он. — Кстати, я Шай. А тот ворчун — Оли, — старикан махнул ей рукой, и снова достал металлический предмет, на сей раз голограмма изображала лицо Дона. Впрочем, пообщаться им не удалось, со всех сторон раздался грохот, заглушая звуки. Ящеры перешли в наступление.

Они стреляли красными сгустками по каркасу, и кудрявый оттащил её от окна. Вовремя, потому что выстрелы угодили в цель, разбивая его вдребезги, и впуская порывистый ветер. Снаружи, помимо залпов, раздавался треск, издаваемый существами. Учитывая количество, звук был всеобъемлющим. «Черт!» Шай принёс оружие, бросил одно старику, другое вложил ей в ладонь.

— Палец к сенсору! Всё просто! — крикнул он, подбираясь к остаткам окна.

Вмиг на него свалился человек с головой ящера, легко запрыгнувший в блок. Кудрявый упал и выронил пистолет. Существо оскалилось, обнажая жуткие зубы. Рука девушки дёрнулась, палец скользнул по сенсору, и бесшумный выстрел снес рептилии половину башки, размазывая по стенам зелёную жижу.

— Отличный выстрел! — похвалил скрипучим голоском Оли, подкатил ближе к краю, и начал отстреливать тех, кто успел забраться на каркас.

Из них получился бы не плохой отряд, отбивались вполне успешно. Если бы не взрыв, разнесший заблокированную дверь в щепки. Ханну задело волной, отбросив назад. Она приземлилась не очень удачно, пыталась поднять голову — не выходило, боль пронзила виски. Проведя рукой по затылку, заметила кровь на ладони. «Твою ж мать». Оли целился в проём, а Шай продолжал отстреливаться в разбитое окно. Из дымки, созданной взрывом, возник он — убийца Марка. Он скинул амулет, и костюм треснул по швам, обнажая зеленое, лоснящееся тело. Ноги были крепкими, с когтистыми лапами, и парочкой чёрных, заострённых когтей на икрах. Передние лапы походили на руки, только с острыми, как бритвы ножами на пальцах. Хвост был длинным и мощным, случайный взмах рассек пополам диван.

— Привет! Рыжая! — пропел он игриво.

Оли выстрелил, но луч отскочил, не причинив существу вреда. Оно выгнуло спину, прыгнуло, и угодило старику в грудь, переворачивая коляску. Шай направил на противника пистолет, но стоило жёлтым, вертикальным глазам на него взглянуть — взгляд помутился, и он выронил оружие, часто моргая.

— Приятно встретиться, милая! — звучал мерзкий голос в пространстве, он всё ещё скалился. — Интересный ты экземпляр! Понимаешь нашу речь! Видишь истинный облик! Не подвластна гипнозу! Проверим, насколько сильное у тебя сердечко! — Прыжок, и когтистая лапа прижала горло, воздух перестал поступать. — Сладкая кровь! — втянул он шумно ноздрями. Раздвоенный язык пробежался по шее, украшенной алой струйкой, и существо застонало. — Кто ты такая? — возбужденно пропело оно. Она вибрировала всем телом от страха и отвращения.

Внезапно что-то отбросило его назад. Ханна слабо поднялась на локте, и увидела Амину. Она стояла посреди комнаты — красивая и властная, еле заметные глазу вибрации исходили от кожи. Лазарь зашипел и бросился в атаку. Балахон красавицы разорвался острыми иглами, взметнувшимися к потолку. Обнаженная, грациозная дева кипела от гнева и сверлила взглядом врага. Лазарь дернулся к окну, но она яростно махнула рукой, и его голова взорвалась — лопнула, как мыльный пузырь, заполненный жижей. Она помогла Ханне встать, и та случайно уколола палец об иглы, притаившиеся на хребте. Корабль сильно затрясло, и он взмыл в небо. Вместо пейзажа в окне виднелись пушистые облака.

Совсем скоро звуки лучевых выстрелов, со свистом рассекавших по кораблю, стихли. Остатки неприятеля были перебиты. Её уложили на парящую койку, и она с опаской поглядывала вниз, гадая, упадёт ли штуковина. Амина облачилась в балахон и села напротив, терпеливо ожидая, пока Шай введёт исцеляющую сыворотку гостье. Старикашка лежал в соседней комнате и поторапливал друга, ему тоже досталось. Ханна была потрясена произошедшим и видом Ящера, и Амины. Когда целитель поспешил к Оли, та прокашлялась.

— Я не читаю мысли, но мне не трудно понять, что творится у тебя в голове, — закусила губу, подбирая слова.

— Моя жизнь перевернулась. Ещё недавно я была Ханной Лившец, и только! А сейчас я вижу вещи, которых не может существовать! Кажется, я спятила, — закатила она глаза, и Амина рассмеялась.

— Забавно. Я была такой не всегда, — девушка с интересом на неё посмотрела. — Когда-то давно со мной случилась беда. На городок, где я работала, напали, и ранили меня ядовитым ножом. Я умирала. И тогда друзья, стараясь помочь, сделали меня мутантом. Случайно, конечно же, — разводила руками. — Я долго привыкала к изменениям и силе, но именно благодаря этому не постарела ни на день.

— Сколько же тебе лет? — восторженно прошептала она.

— Много тысяч земных, а на Люмиусе мы были всего двадцать, — подсчитывала она. — Оли?!

— Чего тебе! — ворчливо откликнулся старикан.

— Сколько тебе сейчас?! — ехидно улыбалась, ожидая ответа.

— Семьдесят три, и все мои! — весело парировал он.

— Люмиус? — спросила Ханна.

— Как ты нас понимаешь? — спросила в ответ, сощурившись.

— Я не знаю, — спешилась девушка, и вжала шею в плечи. — Лазарь тоже этим интересовался прямо перед тем как…

В блок ворвались ребята в серых комбинезонах, и молниеносно установили стекло. Дуть, наконец, перестало. Следом прибыл Дон, взъерошенный, с глазами навыкате. Бесцеремонно ворвавшись, он таращился на девушек, пока не осознал, что всё в порядке. А затем рухнул на койку напротив, придерживая руку. Ханна заметила ранение и побледнела. Амина устремилась к белоснежной стойке, куда-то нажала, выехала полка. Она достала острую иглу с рукояткой, проткнула ему руку, и Дон зажмурился, терпеливо перенося процедуру. Рана в момент затянулась, и он благодарно кивнул.

— Пойду прогуляюсь, — хмыкнула Амина и удалилась, оставляя их наедине.

Он присел на край, и взял её за руку. Она погладила место ранения, которое теперь выделялось розоватым пятном новехонькой кожи.

— Как такое возможно?

— Как и всё остальное, — пожимал он плечами. — Наша медицина на высоте. Всегда была. А вот ваш выводок так и не смог достичь высот, — хмыкнул. — И это при том, что наши прибывали на Землю, и совершали прогрессивные открытия. — Она широко улыбнулась. «Умный мужчина на вес золота».

Ханна ценила в противоположном поле именно мозг. Мужчина мог быть уродлив, обладать пагубными привычками, но если был одарён умом, девушка тянулась к нему безоговорочно. В случае с Доном ум идеально сочетался с внешностью, и она не верила своему счастью.

— Мы отбили атаку, — прошептал он, прерывая поцелуй, распаливший пациентку до предела. — На высоте им с нами не тягаться, флот слабоват. — Прерывая единение, в комнату влетела Тина.

— Срочный совет! — прикрикнула командным тоном, и он закатил глаза.

— Отдыхай. Я скоро вернусь, — на выходе обернулся. — Не переживай, Ханна. Больше тебе ничего не угрожает. Я тебя в обиду не дам.

Она лежала на койке, не опасаясь, что рухнет. Стоило подумать о Лазаре, и он тут же уверил её в безопасности. «Хитрец прочитал мои мысли тогда в поезде», — додумалась девушка, и густо покраснела. А она то гадала, рисковал ли незнакомец, переходя в наступление. Пока отходила от сотрясения, решила подвести итог тому, что узнала накануне. Во-первых, существует раса невероятно высоких и мозговитых телепатов с новейшими технологиями и способностью к перемещению в измерениях. Мозг туго связывал действительность с реальностью. Во-вторых, они были на какой-то другой планете двадцать лет, а по факту тысячелетия. Улететь им пришлось скорее всего из-за ледникового периода. В-третьих, они воюют с Ящерами, которые, судя по всему, тоже пришельцы. Вспомнилось, как убийца загипнотизировал Шая, и лишил его воли. «Страшно подумать, на что они способны». В-четвёртых, она понимает их язык и видит рептилий насквозь. «Видимо, не всем людям дано лицезреть отвратительную, зубастую голову». В мозгу жужжало от обилия информации, начиналась мигрень. В истории зияло множество пробелов, которые не терпелось поскорее заполнить. В комнату пожаловал целитель и оповестил о полном выздоровлении. Она вскочила на ноги, дивясь бодрости и приливу сил.

— Эффект длиться пару часов. Наслаждайся, — усмехнулся Шай, и побрел принимать пострадавших.

Ханна спешно покинула блок, по пути обнаружив восстановленные окно и дверь. «Быстро!» В коридорах кое-где работали серые комбинезоны, ловко производя замену материала, которому она не нашла подходящего описания. Хождения привели на запах еды. Двери распахнулись, гудящий зал встретил приятными ароматами. Столики были чётко пронумерованы. Она не знала, какие тут порядки, и просто села за номер двенадцать. Длинный человек в сером балахоне с иссиня-чёрной бородой тут же возник подле.

— Доступ, — устало протянул он.

— Что?

— Доступ. С вашей новой одеждой не поймёшь из какой вы касты. Ключ-карту покажите, — скрестил он на груди руки.

Девушка мямлила, похлопывая себя по карманам. К счастью, к столику пожаловала Ида, снисходительно на него взглянула, и тот умчался на всех парах.

— Спасибо, — смутилась Ханна, поправляя рыжие волосы. Та лишь подмигнула в ответ.

Бородатый вернулся и подал вкуснейшие блюда: ножка ягнёнка в соусе, запечённые морепродукты в кляре, фруктовый салат, и чашечку ароматного кофе. Она быстро умяла еду, живот разболелся. Ида дождалась, пока девушка насытится, и низко к ней наклонилась.

— В зале переговоров сегодня вечером. Приходи одна, — поднялась и грациозно удалилась.

Вернувшись в комнатку, она наткнулась на Дона, который вскочил, как только дверь отворилась, в глазах маячила паника.

— Что случилось? — Он опустил глаза. — Дон?! — не выдержала она.

— Совет считает, что ты навела на нас Ящеров, — хмурился он.

— Что? Они меня чуть не убили! Дважды! — вскинулась девушка.

— Знаю. Я тебе верю. Ларо’ нет.

— Кто такой Ларо’?

— Правитель. — Ханна поняла, кого он имеет в виду.

— Только не говори, что они отправят меня на съедение тварям! — схватила его за рубашку.

— Они хотят выяснить, лжёшь ты или нет. К сожалению, это хуже, чем быть съеденным, — прижался, уткнувшись носом в плечо. Она слышала, как громко стучит его сердце. — Уедем сегодня, — заглянул ей в глаза.

Ханна задумалась, её жизнь была скучна и до боли предсказуема. Единственная радость — работа приносила плоды, но после великого открытия, ничто не казалось особенно значимым. Сумасшедшие деньки, погоня Ящера, и внезапная страсть позволили почувствовать себя живой. А дивный новый мир манил загадками. К тому же, Лившец не пасуют перед неприятностями! В сознании всплыло вытянутое лицо отца, серьёзное, как и всегда.

— Ты не понимаешь, чему подвергнешься! — вспылил, прочитав мысли. — Процедура причиняет адскую боль! Я лично её проходил! — брызгал слюной.

— Зачем? — глухо спросила она.

— Чтобы увидеть родителей, — повесил он нос. — Они умерли, когда я был ещё младенцем.

— Мне жаль, — она обняла его за шею и поцеловала в бородатую щёку. — Я справлюсь, — шепнула на ушко.

Он расслабил плечи, сопротивление было бесполезно. Дон смирился с решением девушки, не понимавшей, какую боль ей предстоит пережить.

Она не хотела отпускать его, завлекая, но мужчина мечты, сверкнув глубинным взглядом, умчался проверять обстановку. Ханна лежала на кровати — счастливая, как никогда. Никакая болезненная процедура не могла омрачить настроение. Тем более что вернуться домой, означало вновь попасть под прицел убийц. Вряд ли они потеряли к ней интерес. Что-то подсказывало, на место Лазаря придёт другой хладнокровный. Вспомнился Пабло, сетовавший на её вечно холодные руки и ноги, и шутливо обзывавший лягушкой. «Как давно это было!»

На улице смеркалось, и она поплелась по коридорам, исполнять обещание. Довольно быстро сориентировавшись, вышла по памяти к тому самому залу. Грызло беспокойство. Дон вернётся и будет искать. Не хотелось ссориться на пустом месте. Она вновь услышала голоса и притаилась, прижимая ладонь к ногам. «Второго такого позора не пережить».

— Какие вести? — спрашивала Ида.

— Десятки стран захвачены неприятелем! И я не о низах человечества, дорогая! — звучал голос, видимо, из той штуки для связи.

— Твари просочились в правительство?

— Вне всяких сомнений! Они с лёгкостью подчиняют слабовольных людей! Даже наши подверглись влиянию, сложив оружие! Половину отряда на днях уничтожили! Я еле ноги унесла!

— Они рассекретили местонахождение корабля, — задумчиво тянула слова Ида.

— Но как же импульсы? Нил говорил, звуковое поле невидимо рептилиям!

— Я тоже так думала. Ларо полагает, наша юная гостья навела врага.

— А ты?

— Я так не думаю. Затаись на время, Ная. Не высовывайся, ладно?

— Как там моя девочка?

— В порядке.

— Хорошо. Будем на связи.

Дождавшись окончания разговора, Ханна вошла в зал. Ида и ухом не повела. «Рада, что ты пришла», — зазвучал ласковый голос у неё в голове. Она осторожно встала позади чёрной фигуры, скрестившей на груди руки. Выглядела женщина печально.

— Лет десять назад ты сделала великое для человечества открытие, — слабо сказала та. — Оно потрясло мир. Ученые со всего света начали задаваться вопросами о существовании иной жизни. Они и раньше предполагали, но после Мари’ преисполнились уверенности.

— Мари’? — испуганно отозвалась девушка.

— Да. Она была моей невесткой. А юноша — мой сын. — Ханну, словно ударили по лицу, звон стоял в ушах. Она нашла подтверждение своей теории из уст человека, присутствовавшего при оледенении Земли! — Ты рада…, я понимаю, — хмыкнула Ида. — Благодаря тебе люди отправили в космос сигнал с мощного спутника. Оно дрейфовало, может, тысячи лет, пока не попало в лапы к зелёным, острозубым тварям. Ничего не напоминает? — Сердце заныло, и она схватилась за грудь.

— Моё открытие привело сюда Ящеров? — заикалась.

— Вполне возможно, — она подошла, слегка наклонилась, и взяла её за руки. — Дон уязвим от рождения, дорогая. Прошу тебя…., не навреди, — голубые глаза молили о понимании.

— Причём здесь он? — слёзы катились по лицу, хлюпала носом.

— Ты же видела, каким был живот у Мари’? — приподняла Ида бровь.

— Не может быть, — трясла она головой. — Ему же сорок семь лет! Это невозможно! — закричала она с надрывом. Ида притянула её к себе, обнимая, громадное сердце ухало оглушая.

— Ты готова поверить в Ящеров, другую расу, и войну между ними, но только не в это! — усмехнулась она. — Мы были на Люмиусе. Планета находится в другом измерении. Время там протекает иначе, — длинными пальцами утирала ей слёзы. — Дон быстро вырос. Я и заметить не успела, — грустно вспоминала. — Он жаждал узнать о родителях больше, прибегая к нестандартным методам, — стала серьезной. — Но и этого оказалось недостаточно. И тогда он отправился на Землю. Моему мальчику было всего семнадцать. Впрочем, глупо было удерживать его возле себя. Они всё равно находят способ выполнить задуманное. Мой сын тому доказательство.

— Значит, — хлюпала Ханна, — он вернулся, и здесь постарел.

— Дон унаследовал от Мари’ способность читать мысли, но остальное у него от отца. Рем был, как ты.

— Рем, — она вспомнила их, застывших в поцелуе, замёрзших, и разрыдалась. Ида выдернула картинку из её головы, и тоже расплакалась. — Но как же вы?

— Мы живём долго, — пыталась та взять себя в руки. — Самый старый представитель прожил три тысячи. Эволюция произвела на свет маленьких людей. Долгие годы мы считали явление насмешкой природы. Сто лет по сравнению с тысячами — ничто! Время в другом измерении щадило нас. Часть скучала по дому, и решила вернуться. Они рисковали, ведь обстановка планеты не была известна наверняка. Так появились вы — новое поколение Землян, — добродушно улыбнулась. — Если бы Дон не улетел, выглядел бы на двадцать, — они рассмеялись. — Теперь ты понимаешь, что он раним. Не обижай моего мальчика. — Ханна кивнула.

— Почему они не улетели с вами? — выпалила она, не в силах унять любопытство. Ида сразу поняла, о ком спрашивает гостья.

— Мари умерла при родах, а Рем не смог её покинуть, — отвернулась, скрывая слёзы. — Тебе пора. Есть над чем подумать, правда? — Девушка кивнула.

Следуя в комнату, она думала о них, восхищаясь отчаяннее. Остаться с любимой до конца смог бы не каждый. Отец Дона был любящим, верным, и очень смелым человеком. Могла ли она представить, что познакомится с сыном тех, кого обнаружила на глубине? Могла ли подумать, что влюбится в него и потеряет голову? Ханна резко остановилась. Она только сейчас поняла, что без ума от своего незнакомца. Чувство будоражило и пугало. С высоты полёта маленького человека девушка пыталась осознать масштабность картины, раскладывая события по полочкам. Земля замёрзла, и они улетели. Однако часть возвратилась, не зная, куда прилетит. «Достойно уважения!» Она вновь прослезилась, поймала взгляд праздного зеваки, рыжего, как и она сама, и двинулась дальше. Они постарели лет на двадцать, проведя тысячелетия в другом измерении. Затем Дон вернулся домой, и жил здесь. Она снова затормозила, кто-то врезался в неё сзади, и ругнулся. «Знал ли он об открытии? Знал, что я обнаружила их?». Ханна тряслась, опасаясь его реакции, и нарезала круги по коридорам. Вспомнила слова Иды, и её чуть не вывернуло наизнанку. «Из-за меня прилетели твари!» Дабы унять тошноту, она прислонилась к стене и часто дышала.

Он нашёл её там, застывшую, словно восковая фигура. Она смотрела в одну точку и в никуда. Мысли блуждали, брови, то и дело, поднимались и спускались обратно. Дон применил дар, вытаскивая из сознания информацию, но на сей раз давалось тяжело. Видимо, эмоциональное состояние Ханны мешало проникнуть глубже. Впрочем, того, что витало на поверхности, хватило, чтобы понять, с кем она говорила.

— Это не твоя вина, — бормотал он, прижимая её к себе и ласково гладя по плечам горячими ладонями. — Никто не знает, откуда взялись Ящеры. — Голубые глазки взирали на него с надеждой.

— Прости меня. Я нашла…

— Я знаю, — перебил улыбнувшись. — Идём. Я тебе кое-что покажу.

Она послушно следовала за ним, пока они не вышли на самый последний этаж корабля.

— Мы сконструировали его по образу небесного камня! — пыхтел он, стараясь сдвинуть лестницу, заржавевшую от времени, мышцы соблазнительно напрягались под рубашкой. — Он прилетел к нам когда-то и наделал шороху! Долгая история. Мы смогли сгенерировать энергию космоса и научиться летать на длительные расстояния! Когда-то…, — поднажал, — это было мечтой! — Лестница отъехала, грохнув об пол.

Дон подал ей руку, и они выбрались наружу. Серое небо заволокли пышные, тёмные тучи. Где-то вдалеке блестела луна. Ветерок трепал волосы и приятно касался лица. Она втянула воздух полной грудью.

— Как хорошо!

— Я жил на другой планете долгие годы, — смотрел он на облака, — но лишь вернувшись сюда, почувствовал себя дома. — Ханна улыбнулась — она, как никто другой, понимала, что дом у каждого свой. — Верно, — хмыкнул Дон. — Поиски родителей затянулись, я терял надежду. И угадай, что произошло? — Она улыбнулась сквозь слёзы. — Ты! — возбужденно выкрикнул он. — Я был взволнован и безумно счастлив! Ты подарила мне то, о чём даже не подозревала! Успокоив душу, я отправился путешествовать, встречал людей, но оставался одинок. Годами я искал себя, любовь, мечту. Казалось, она совсем близко, но в то же время непостижимо далеко.

— Ты был на их стеле? — дрогнул голос девушки.

— Конечно, — поцеловал её в макушку и заглянул в глаза. — Должен признаться, довольно часто. — Она вздохнула. — Не поэтому. Просто я был без ума от рыжеволосой красавицы, плакавшей на могиле моих родителей каждый день. Пару раз я был близок к тому, чтобы подойти, но не хватало духу.

— А как ты оказался в том поезде? — вскинула она брови.

— Я ожидал прибытия корабля. Даже с нашими технологиями путь занимает больше трёх месяцев. А потом напал на след Лазаря, который путешествовал твоим поездом. Ну, дальше ты знаешь… — Ханна зарделась румянцем. — Прости. Твои мысли меня возбудили, и я решил, — руки ласкали ей талию и ягодицы, — перейти в наступление.

Несколько дней корабль перемещался с места на место. Приземлиться они не могли, залечивали раны. Ларо’ созвал совет, и члены единогласно приняли решение проверить гостью болезненным способом. Ханна не противилась, понимая их опасения. Как сказала та женщина из передатчика, Ящеры пробирались во власть. Люди, может, и не достигли высот в технологиях и медицине. Зато в смерти им не было равных. Орудия для убийств у них получались лучше всего. На данный момент существовали тонны ядерного. Процедуру назначили на определенный день, так как она требовала тщательной подготовки. Девушка стала частым гостем в целительском блоке, подвергаясь ежедневным переливаниям крови. Дон был от перспективы не в восторге, задирая правителя при первой удобной возможности. Очередное переливание ослабило тело, и она валялась на парящей койке, считая точечки на потолке. Кудрявый тихонько присел рядом, проверяя иглу, неведомым образом отправлявшую содержимое в контейнер, пристроенный на другом конце комнаты.

— Долго ещё? — заныла она.

— Пару раз, не больше. Кровь нужно насытить кислородом и витаминами. Иначе процедуру не выдержать.

— Как это будет?

— Больно и откровенно, — усмехнулся он.

— Ну, спасибо. Точишь зуб на моего парня? — спросила Ханна, пребывая в замутнённом состоянии ума, и медленно прикрыла рот рукой, вышло комично.

— С чего ты взяла?

— Когда он приходит, ты меняешься в лице, — виновато потупила взгляд.

— Дело во мне, — буркнул Шай и неосторожно выдернул иглу, кровь брызнула ему в глаз. — Извини.

Дон забрал её и отнёс в обеденный зал на руках. Зеваки награждали их осуждающими взглядами. Он пылинки сдувал со своей принцессы, а по кораблю ходили слухи, что она предатель. Ханна заметила изменение людской реакции.

— Они меня ненавидят, — бурчала она, строя рожицу рыжему молодому красавцу, которого видела накануне в коридоре.

— Это сын Оли, — пояснил он, покосившись. — У него всегда такое лицо. Видела б ты старика в молодости, — подмигнул. — Старикан, несмотря на возраст, обладал отличным слухом.

— На своё посмотри! — рявкнул он. — Горбоносый, как батька! А знаешь, кто ему нос поломал?! — тыкал пальцем в грудь. — Тебя ещё и в проекте не было! — Мужики, сидевшие поблизости, рассмеялись.

— Он преувеличивает, — надулся Дон. — Это фамильная особенность.

— И она отлично держит очки, — поцеловала его в горбинку, и он раскраснелся.

Дни сменялись, и Ханна потеряла им счёт, пребывая в состоянии чрезмерного счастья. Казалось, она только-только начала жить по-настоящему, а предыдущие года бесцельно прожитыми. Судьба насмешница привела его к ней, не иначе. Утром Шай произвёл последнюю процедуру и отправил её отдыхать. Вприпрыжку девушка перемещалась по кораблю, не обращая внимания на напряженные взгляды его обитателей. Настроение стало угрюмее и мрачнее. А она то наивная полагала, хуже уже не придумаешь. Впрочем, сейчас это мало тревожило, ведь спустя долгие недели и месяцы ожидания она, наконец, обрела то, чего безумно желала — познала любовь! Дон не был первым мужчиной в её жизни, но чувство возвышенности Ханна ощутила впервые именно с ним. Она поникла, вспоминая день, когда обнаружила его родителей, и будораживший секс с Пабло. «Черт». Отчего-то казалось, что она ему изменяет. Девушка могла бы рассуждать об этом часами, но кто-то с силой дернул её за рукав, и прижал к стене. «Рыжий!» Он ухмылялся, крепко удерживая за запястья.

— Отпусти, мать твою! — заорала она, и он закрыл ей рот рукой.

— Тише! Строптивая какая! — чёрные глазки похотливо блестели.

Юноша оказался на редкость крепким, и её метания напоминали жалкие попытки пташки вырваться из клетки. Рука жадно курсировала по аппетитному телу, но как только коснулась заветного места, наколенная до предела ярость выплеснулась через кожу. Рыжий трясся сотрясаемый током, волосы на голове встали дыбом, запахло паленым. Ханна толкнула его ладонями в грудь, и тело, отрывая ноги от земли, взметнулось. Не понимая, что происходит, она сползла по стене и горько заплакала.

— Эй! Вставай! Ханна? — ласковые руки коснулись щёки.

Она открыла глаза, опухшие от рыданий. Амина перевела взгляд с рыжего на неё. — Марут тебя тронул? — изогнула бровь, в пространстве прокатились вибрации силы, хребет затрещал под одеждой.

— Он…не…успел.

— Идем со мной.

Она помогла ей подняться, и повела по безлюдным коридорам. Ханна думала: «Везёт, как утопленнику. Самое время для процедур, когда все спят». Прекрасная целительница привела её в куту. Девушка огляделась. Стены были завешаны картинами с изображениями пейзажей, покрывало на кровати вышито вручную.

— Присядь, — добродушно предложила хозяйка, и она послушно устроилась на покрывале. Нити различных цветов переплетались, образовывая систематичные рисунки. — Я вышила его сама. Оно — наша история.

— Земли? — Амина засмеялась — прекраснее сложно было выдумать звука.

— Нет, конечно! Меня и друга, — глаза стали печальными. — Так. Что случилось в коридоре? — прищурилась. Ханна вела пальцами по ниточке, прослеживая путь от побережья к горе и заснеженным далям.

— Он хотел…, — осеклась.

— Так я и думала. Ему это с рук не сойдёт, — процедила та.

— Не нужно, — следила за ниточкой, которая привела к сражению двух рас и зависших над ними кораблей. — Он, вроде как, уже пострадал. Что это?

— Магнусы и Минимусы не всегда жили в мире. Высокий народ притеснял нас, и мы воевали. — Ханна охнула. Ниточка продолжала виться, изображая воскресшую девушку, у которой отрастали крылья. — Рем спас мне жизнь.

— Ты его любила? — догадалась она, и ляпнула, не подумав.

— И сейчас люблю, — печально ответила та. — Я как раз направлялась к тебе. Не думала, что процедура окончиться раньше, — помедлила. — Хотела предупредить… — Она в нетерпении ёрзала. — Кровь готова, и завтра мы можем приступить к…

— Хорошо, — побледнела Ханна.

— Не волнуйся. Я буду крайне осторожна. Обещаю. У аппарата нет побочных эффектов. Ну почти, — пожала плечами.

Дон ожидал его в зале для переговоров. Как же мучительно ползут минуты, когда скучаешь! Двери распахнулись, впуская правителя, улыбнувшегося неизменно криво. Жест призывал присесть, но он выгнул спину, противясь его воле.

— Как знаешь, — буркнул тот, устраиваясь в кресле, принявшем форму спины. — Я понимаю, что ты недоволен моим решением. Девушка стала тебе близка. Этого не заметил бы разве слепой. Уверен? Она может оказаться предателем. — Дон скрипел зубами, скулы напряглись. — Ясно, — вздохнул Ларо’. — В любом случае, завтра нам станет известна правда. А теперь о насущном, — стучал по столу длинными пальцами, раздражая. — Ящеры пробились во власть. Да, да! Не смотри на меня так! Ты не вчера родился! Думал, они будут сидеть сложа руки?! Пока ты наслаждался чувствами, они порабощали людей! Стоит ли говорить, что ядерная война уничтожит планету? — Дон проглотил язык. — Верно, — читал дед его мысли. — Наше оружие бесполезно. Единственный, кто может взрывать их — Амина, но даже ей не под силу справиться с армией бесов!

— Нил? — с надеждой спросил он, срываясь на писк.

— И он, и Ян трудятся без сна. Пока тщетно. Нападение показало, что Ящеры превосходят нас не только числом, — массировал виски. Дон прочитал его мысли.

— Улететь? Серьезно?

— Мы всегда можем вернуться на Люмиус, — клевал он длинным носом. — По сравнению с Землёй сплошные плюсы. — Дон сжал руки в кулаки и отвернулся.

— Ты ненавидишь планету по другой причине! Разве её вина, что твоя жена и дочь оказались другими?! — взорвался он, годами копя недомолвки. Они нависали над ними не зримым саваном, тёмным и непроглядным. Ларо’ вскочил на ноги, губа затряслась от злости.

— Как ты смеешь?! Я спас тебе жизнь! Я взрастил тебя, как собственного сына! — Дон опустил плечи.

— Прости. Я не должен был…

— Помнишь, я говорил тебе про Унду?! — резко спросил правитель, и он кивнул. — Это не сказки, — усмирял пыл древний, как мир, человек. — Они улетели обратно с теми, кто решил вернуться. Вполне возможно, раса ещё на планете. Однако я не обнаружил их на прежнем месте. Тина собирает отряд. Только Унда поможет уничтожить хладнокровных! Времени мало! Предлагаю заняться делом! — вновь пылил Ларо’, жестикулируя. Дон уже уходил, когда он окликнул. — И не вздумай сделать ей ребёнка! — Тот застыл в дверях, нахмурившись. — Если не хочешь копать могилу!

Белые брюки чеканили шаг, каблуки стучали о паркет. Вид из окна завораживал даже бездушное создание. Он сложил на груди руки, разглядывая мерзкие, кожаные пальцы, которыми должен был довольствоваться все эти годы. Захват цивилизации обычно проходил в несколько этапов, но с этой планетой середина оказалась затяжной.

— Иногда, я хочу разорвать кожу, и пройтись по улицам городка! Предвкушаю их вопли! — басил он, не гладя на собеседника.

— Ты всегда был нетерпелив, Лазарь! Помню, как вылупилось твоё яйцо! — хохотал усатый мужчина с жёлтыми, вертикальными зрачками. — Оно просто взорвалось, чтоб меня! — Они расхохотались. — Кстати, — приблизился, положив руку с когтистыми пальцами ему на плечо, — тебе идёт новый образ! Симпатичная мордашка! — Лазарь шлёпнул ему по руке.

— Нашли корабль? — прошипел он.

— Нет, — беспечно ответил усатый, — летают, как птицы! — Тот схватил его за лицо, когти выползли из-под ногтей и впились в щёки, пуская зеленую жижу.

— Я похож на шутника? — шипел он. — Если Магнусы помешают мне осуществить план, я разрежу тебя на куски! И раскидаю по разным частям планеты! Ты никогда не соберёшься назад, Крон!

— Будет сделано, — опустил тот глаза.

— Скоро прибудут остатки флота во главе с командором! К тому времени корабль нужно уничтожить! — Крон часто кивал. — Девицу доставь мне! Я с ней ещё не закончил! — оскалил он острые зубы, голограмма подрагивала, открывая истинный облик владельца медальона.

Дон был встревожен и явно не договаривал. Она предполагала, что его может страшить предстоящая процедура. Однако присутствовало что-то ещё, незримо омрачавшее жизнь. Ханна, вполне возможно, прокручивала бы это в голове, не будь занята другим волнующим моментом. Вспоминая рыжего гада, содрогаемого ударами тока, она осознала — импульс проходил сквозь кожу. Каким-то неведомым образом она излучала убийственную волну. И чем дольше думала, тем больше склонялась к сумасшествию. Девушка-учёный могла поверить в инопланетян, корабли, и мутантов, но открывшиеся сверхспособности — перебор. Естественно, рассказывать Дону она не стала, стараясь запрятать тревоги в глубине сознания. Пока получалось.

В назначенный час он отвёл её в подвальное помещение корабля. Множество вытянутых залов, не выделявшихся стилем, блестели металлической поверхностью. В одном из таких ожидал совет. Ларо’ выпятил губу, одарив девушку скептическим взглядом. Амина участливо взяла её за руку и повела к креслу, расположенному в центре комнаты. Визуально оно ничем не отличалось от тех, что стояли в зале управления. Спинка моментально приняла форму благодарно занывшей спины.

— Постарайся расслабиться, — массировала ей руки целительница. — Прислони пальцы к сенсорам, как только подам знак. — Ханна кивнула.

По сигналу она прислонила большие пальцы к сенсорным областям, встроенным в подлокотники, и руки вмиг заковало в кандалы. Назад пути не было. Она подумала: «Должно быть реально больно, раз лишили движения». Амина хлопнула в ладоши, и из пола вырос экран на ножке. Она начала активировать кресло, и откуда ни возьмись из него показались острые прутья. Медленно, они протыкали кожу, причиняя нестерпимую боль. Девушка запрокинула голову, силясь стерпеть агонию, но не смогла и протяжно завыла. Краем глаза она видела, как мечется у выхода Дон. Остальные члены совета спокойно ожидали начала извлечения информации. Управляемые опытной целительницой прутики атаковали точечно, проникая в голову и позвоночник. Боль была поистине невыносима! Они буквально буравили кость! Ханна истошно кричала, извиваясь на кресле. Теперь стало понятно, почему любимый так противился процедуре.

— Выпускай жидкость! — крикнул правитель, голос эхом раздваивался, ускользал.

— Я не могу пробить кость! Аппарат не справляется! Что-то не так!

Внезапно, по телу пациентки волной прокатился ток, и острые прутики засияли, а затем переломились. Та же участь постигла информационный планшет. Амину, касавшуюся его пальцами, немного тряхнуло. Свет погас.

Лицо Ханны сверкало миллионами искорок, освещая пространство. Вече охнули, затаившись во тьме. Генератор затарахтел, и вновь стало светло. Ида удивленно моргала. Дон подбежал, и освободил её, сбросив кандалы.

— Ты как? Ханна? Прошу, не молчи! — тряс за голову, струйки крови стекали за шиворот.

Веки зашевелились, мутноватый потолок оповестил, что она в целительском блоке. «Прошла, называется, процедуру». Судя по всему, дверь в палату была открыта, и она слышала разговор, происходивший в коридоре. Вначале слова сливались, но позже начала различать обрывки.

— И всё равно я бы не стал доверять! — злился правитель. — Стоило ей появиться, на нас напали! Она вывела из строя «червя»! Ты видел её лицо? Оно святилось!

— Успокойся, дорогой, — пропел голосок Иды. — Девушка не обычная. Я сразу ощутила это. Но и обвинять её в том, что она заодно с врагом, мы не можем. — Ларо’ шумно вздохнул.

— Как ей удалось? — лепетал растерянно Дон.

— Не знаю. Может, она мутант, как Амина, — отозвался Ларо’. — А, может, одна из Ящеров.

— В любом случае, мысли девушки чисты. Ты и сам это знаешь. Оставь их в покое! — раздражалась Ида, завершая бессмысленную беседу.

Ханна ощутила, как он бережно взял в ладони её руку. Она делала спящий вид, но переусердствовала, и веки стали напряжённо подрагивать.

— А ещё ты громко думаешь, и я давно знаю, что ты проснулась, — обиженно пробасил Дон.

— Прости, — с опаской на него взглянула.

— Я должен был остановить процедуру, — потупился, под глазами пролегли тени, даже борода как-то осунулась.

— Ты не виноват. Так случилось, — боялась быть отвергнутой.

— Я не отвернусь от тебя, Ханна, — погладил по щеке. — Я ждал тебя сорок семь лет, — улыбнулся, и она раскраснелась. — Как ты это сделала?

— Я не знаю.

— Ты замечала за собой… — Отрицательно покачала головой.

— Не могу отделаться от ощущения сна. Такого просто не бывает в реальности, — горько сказала она, отвернувшись.

— Что ж, я вполне реальный, — наклонился и поцеловал, щекоча бородой. — И хладнокровные тоже. — Мороз пробежал по коже.

Несколько дней девушка находилась в блоке, следы от прутиков залечили. Шай развлекал гостью, как мог. Они сблизились. Создавалось впечатление, будто знает кудрявого вечность. Оттого тяжело было видеть, как он недолюбливает Дона. К слову, тот пропадал, замышляя нечто опасное. Ханна кожей чувствовала, ничего хорошего встревоженность и затишье не сулят. Шай настойчиво отправлял её в куту.

— Ты давно на ногах. Какой смысл отсиживаться? — прочёл мысли и поджал губу. — Слухи улеглись. Статус предателя отпал, когда Вече увидели твоё светящееся лицо, — застенчиво хмыкнул. — Ящеры так не умеют. Они, скорее, скрываются, нежели выставляют напоказ способности. К тому же, все мы читаем мысли, и коварный замысел давно выплыл бы наружу, — расставлял он чудны’е предметы в чёткой последовательности.

— Не могу поверить…

— Хочешь узнать, кто ты такая? — снова залез в голову. — Сдавала когда-нибудь кровь? — игриво приподнял бровь.

И тут девушка вспомнила, что походы в больницу заканчивались всегда одинаково. Врачи разводили руками, ведь кровь пациентки не желала выходить ни из пальца, ни из вены. Дабы не мучить ребёнка болезненными заборами, попытки исследований прекратились.

— Вряд ли получится извлечь хоть каплю, — размышляла она.

Шай продемонстрировал тонкую иглу, помахав ей в руке, и Ханна втянута шею.

— Ладно! Не бойся! — рассмеялся целитель.

В палату вплыла неизменно облачённая в красный балахон Амина. Волосы красавицы были собраны в элегантный пучок на затылке, а выражение лица излучало неподдельный интерес. Ханна уловила напряженность в общении, возникавшую между ней и Шаем. Отношения многих на корабле носили чисто формальный характер, и только внимательный к мелочам человек мог разглядеть, что они накалены до предела. Амина забрала её из палаты. Ступая по коридорам, девушка больше не ловила на себе гневных взглядов. Народ расслабился, и ей то же стоило бы.

Спутница привела в свою обитель и затворила за ними дверь. Ханна присмотрелась, у неё испуганно бегали глаза.

— Что такое? — шепнула она.

— На границе с планетой зависли корабли, — выглядела та бледнее обычного. — Множество кораблей.

— Ящеры…, — сперло дыхание.

— Дон и Тина собираются на поиски союзников. Предприятие опасное, но времени нет! Со дня на день враг перейдёт в наступление!

— Зачем тогда было порабощать власть?! Чушь какая-то! — вскипела Ханна.

— Мы разрушили их планы, — взяла девушку за плечи, не прерывая зрительного контакта. — Послушай! Я не знаю почему, но Лазарь заинтересовался тобой! А потом твой дар проявил себя! Я чувствую, что ты нам поможешь, — отпустила и отвернулась. — Утром Дон поведёт отряд на поиски единственных существ, способных повергнуть Ящеров! К сожалению, мы не знаем, где они обитают. Ты должна отправиться с ним.

— Но я…Как? Носатый ни за что не позволит! — заикалась она.

— Если узнает…, — заговорщически прошептала Амина. — Ничего не говори Дону. Я приду за тобой на рассвете и помогу укрыться на корабле. Ханна, — выдохнула её имя, — откройся не раньше пары часов полёта. Иначе будет напрасно.

Согласившись на рискованный план, девушка отправилась к себе. В коридоре она встретила рыжего насильника, споткнувшегося, убегая прочь. «Так тебе», — буркнула под нос. Возле куты немного помедлила. «Дон взбесится. На что она меня подбила?». Решив думать о чём-то поверхностном, шагнула в комнату. Любимого внутри не оказалось. Он, видимо, готовился к вылазке, о которой умалчивал. Ханна рухнула на кровать, вытянув ножки. План целительницы-мутанта основывался на банальном предчувствии. Сложно было довериться, но она вспомнила, как та спасла ей жизнь, взорвав голову Ящера. «Как минимум, я обязана вернуть должок». Вспомнилась и реакция убийцы, предвкушавшего расправу над жертвой. «Хорошо, что его больше нет». Кровожадное существо внушало ей откровенный ужас. Вопросы множились в голове, как и странности вокруг. Девушка размышляла, могла ли она приобрести способности, коснувшись своей мировой находки? И что не так с её кровью? Почему же способности не проявились при нападении Ящера? Она ведь была на волосок от смерти! Дважды! Почему аппарат, называемый «червь», не смог проникнуть в сознание? И что его охраняет? Несмотря на сюрреалистичность происходящего, она доверяла своему чутью, не подводившему с десятого класса. В тот злосчастный год Ханне показалось, что Томми Рамс тянется её поцеловать. Вплоть до окончания школы сверстники дразнили рыжую девчонку отвратительным, обидным словом, которое она постеснялась произнести даже мысленно.

Он тяжело опустился на постель. Дыхание и борода щекотали шею, рука обвила талию. Желая скрыть плутавшие мысли, она долго настраивалась на нужный лад, но надобность отпала сама собой. В его присутствии Ханна могла думать лишь об одном. Дон оскалился и поцеловал в макушку, прижимаясь теснее.

— Думал, застану тебя спящей, — прошептал он, зарываясь лицом в волосы.

— И не пришлось бы объяснять, что уезжаешь, — продолжила она.

— Ты научилась читать мысли? — Она знала не глядя — он приподнял брови. Развернувшись, нащупала в темноте его губы.

— Амина сказала, — ляпнула, не подумав, но эмоции сбоили в объятиях, и он не ощутил подвох.

— Я должен найти Унду, — гладил её по бедру. — Обычно они селятся под водой. — Она вспомнила о тревоге перед погружением, о ласкавшей кожу воде, о приглушённых звуках океана, о бесконечной красоте глубин! Дон прочёл мысли. — Ты обожаешь воду? Занятно, учитывая твою проводимость, — весело хмыкнул.

— Это опасно? — спросила она.

— Не опаснее, чем находиться на корабле, — голос вмиг стал серьезным. — Амина ведь рассказала причину? — Ханна кивнула.

— Она переживает за тебя, — погладила по густым волосам.

— Она для меня много значит, — соприкоснулся носами.

Девушка вдруг поняла, как тяжело было целительнице все эти годы, с обожанием растившей сына мужчины, которого любила. Дон хмыкнул.

— Верно, Шерлок, — отозвался он грустно. — А теперь представь какого Шаю, — на немой вопрос пояснил. — Они были вместе до оледенения.

Недомолвки и причина напряжения разъяснились. Иронично, ведь от собственных тайн она была всё ещё далека. До утра они нежились в объятиях. Он уснул, мирно похрапывая, а она смотрела в потолок и думала, как её угораздило окунуться в многовековую историю, насыщенную хитросплетениями из чувств.

Ханна понимала, что находится во сне. Цветная картинка ярко пестрела, так не бывает в реальности. Однако по каким-то невидимым канонам потустороннего мира девушка могла управлять перемещениями. Она прогуливалась по кораблю, и наблюдала за перепалкой старикана и его очаровательной жены. Мелькнула мысль, как такая знойная женщина позарилась на Оли, и тут же отпала. «Наверняка, раньше он был самим совершенством». Раскатистый смех пронёсся у неё в голове, и она замерла, затаив дыхание. Место сменилось. Раннее детство, улица ровных, одинаковых домиков, серое небо. Дождь намочил волосы, и они прилипли к лицу. Она видела себя со стороны маленькой. Отец вышел на крыльцо, почесав в затылке. Маленькая Ханна припустила к дому, но нога угодила в глубокую лужу. Вскоре тело погрузилось в неё наполовину. Через мгновение коричневая вода накрыла с головой. Отец поводил носом, не понимая, откуда взялся внезапный плюх, и прикурил сигаретку. Он часто сбегал от матери покурить в одиночестве. Ребёнок находился под водой где-то с минуту. Ощущая всеобъемлющую жалость, Ханна подорвалась на помощь, как вдруг выталкиваемая еле видимой волной вода фонтаном брызнула на тротуар, а дитя вынырнуло на поверхность, и зацепилось руками за край. На этом сновидение перешло в глубокую фазу, и мозг отправился отдыхать, но картинку она запомнила.

Очнувшись от заполнившего комнату треска, заметила Амину, которая волновалась, и не могла сдержать хребет. Дона уже и след простыл. Импульс поднял с кровати и направил за целительницей, петляя извилистыми коридорами. Мысли хаотично метались. Она думала, что судьба привела её к ним не просто так! «Я обязана выяснить, почему!» К тому же, на корабле было не многим безопаснее экспедиции. Да и по погружениям она безумно соскучилась. Выпустив из сердца Пабло, девушка, наконец, созрела окунуться в омут с головой. Трудно сказать, повлиял ли сон на решение, раньше они ей и вовсе не снились. Неприятный осадок остался, и казалось горчил на языке.

Они стремительно добрались до нижнего отсека громадины. Двигатель тарахтел, из трубы валил огненный столп. Амина ухватила её за плечо.

— Не подведи! Надеюсь, я в тебе не ошиблась! — прокричала она, обняла, и легким движением руки отодвинула люк корабля в сторону.

Ханна собиралась спросить: «Что же дальше?», но вибрации подтолкнули, и она машинально ухватилась за край. А как только забралась внутрь, люк мгновенно захлопнулся.

Волосы и одежду опалило. Запах напоминал пикники в городском саду. Специально отведённых мест на всех не хватало, и они выходили засветло, а потому воскресение для любительницы поспать превращалось в настоящую пытку. Отряхнувшись, она осмотрелась. Отсек был забит механизмами, слаженно клацающими друг по дружке. Звук отбойного молотка вскоре перешёл в мерное туканье в затылке. Только выходить было рано. Амина просила подождать пару часов. Проблема заключалась в том, что часов у неё не было. Положившись на врожденное чувство времени, девушка сидела, поджав под себя ноги. Чуть позже, в создаваемый люком зазор, она сумела разглядеть ночь, и собралась выходить, коленки дрожали. Реакция членов экспедиции мало её волновала, она боялась разозлить Дона.

Корабль тряхнуло. Ханна подлетела и ударилась головой, в глазах помутнело. Прогнав навязчивую дымку, и покачиваясь, начала подъем по лестнице из механического отсека. Бац! Ещё раз мотнуло — врезалась плечом в стену. Не дожидаясь очередного удара, и игнорируя липкую кровь, стекавшую за шиворот, выбралась в коридор. Тяжело было удерживаться в вертикальном положении, и она пригнулась. Мотало из стороны в сторону, и девушка старалась уберечь голову. Подобравшись к залу управления, она ужаснулась. Тина вела корабль, уворачиваясь от атаки. Большая часть экрана мигала красным — не добрый знак. Длинный красавец с хвостом сражался с Ящером, как-то проникшим на борт. Она перевела взгляд и увидела дыру в стекле, подтверждая догадку. Чуть поодаль Дон сражался с другим. Ещё один длинный человек упал, и лежал без сознания.

Она схватилась за кресло, в отместку завизжавшее охранной сиреной. Дон отвлёкся и получил когтями по щеке, оставившими глубокий, тройной порез. Красавчик отсёк существу голову, покатившуюся по металлическому полу, жёлтые глаза потухли. Однако не успел перевести дух, ведь сквозь разбитое стекло на борт запрыгнул ещё один зубастый. Ханна тяжело дышала, свист вырывался из лёгких, голова кружилась. Преодолевая навязчивые вертолёты, она силилась следить за ситуацией. Ящер поймал его на мушку, зрачки расширились гипнотизируя. Он шипел, выплевывая раздвоенный язык, и красавчик приставил себе к горлу кинжал. Ещё немного, и они потеряли бы одного из отряда! Девушка неистово закричала, и сверкающая волна промчалась по полу, задевая самоубийцу. Он затрясся, упал, и подергивался, выронив кинжал. Ящер перекинул на неё взгляд. Жуткая голова исчезла, скрываясь за голограммой усатого, щекастого мужчины.

— О! Какая удача! — пробасил он приближаясь. Дон отбросил противника и устремился к нему. Усатый материализовал хвост и сбил его с ног. Тот отлетел об стекло, впечатавшись спиной. Мужчина скалился и наступал. — Он хочет тебя! И теперь я понимаю, почему! Сладкая, терпкая, словно вино! — хрипел тот.

Она не знала, как работает ток, и надеялась — откликнется на опасность. И тут длинный, находившийся всё это время без сознания, вскочил на ноги, подхватил обидчика, и швырнул в стекло, сделав в нём ещё одну дырку. Тина увернулась от атаки вражеского судна, и выровняла аппарат, скомандовав системе залечить раны.

Ханна опустилась на пол, бледная, как мел. Дон, прихрамывая, подоспел и осмотрел её на предмет повреждений.

— Что она здесь делает?! — вскинулся красавчик, все ещё дергая глазом после шоковой терапии.

Видимо, у Дона возник тот же вопрос, потому как он одарил любимую гневным взглядом, опасение за жизнь и здоровье отошли на второй план. Он сощурился, силясь прочесть мысли, но дальше образа Амины не продвинулся. Девушка научилась защищать личное пространство. Впрочем, и его хватило.

— Разборки потом, Улайла! — рявкнула Тина, обращаясь к красавчику. — Корабль неисправен! Садимся! Будьте начеку!

Посадка была далеко не мягкой. Ханна вновь ударилась, на сей раз локтем. «Удивительно, сколько синяков может вместить человеческое тело». Дон зло косился, и сердце горестно разрывалось. Страх быть отвергнутой разросся, активируя потовые железы. Странно, но с Пабло таких опасений не возникало. Не существовало в отношениях ни ревности, ни соперничества, ни страхов. Жизнь с ним была тихой, уютной, лишенной любых проявлений страсти. Откровенные мысли просочились к телепатам: Улайла хмыкнул, Дон сжал скулы, нахмурившись. Девушка выбралась из аппарата последней. Ночной воздух проник в ноздри — тёплый, родной, ни с чем не сравнимый. Она сразу поняла, в какой полосе находиться, и открыла рот, но Тина опередила.

— Сицилия! Отлично! До пункта назначения лететь и лететь! Вот, гады! — плевалась она.

— Как они узнали о вылазке? — пропел нежный голосок длинного, спасшего её от усатого. Ханна хлопала ресничками, осознавая, что спаситель девушка, подстриженная под каре и с множеством серёжек, поблёскивавших в ушах.

— Они ждали! — отозвался Улайла, размашисто шагая. — Поднажмём!

Тина передала Ларо’ о нападении, и тот решил сменить маршрут корабля. Так же ей пришлось доложить о дезертире на борту, и он тяжело вздохнул.

— Выполняйте приказ. Первостепенная задача должна быть выполнена. Учёная меня не волнует, — отрезал правитель и прервал соединение.

Они исправно шагали в темноте по бескрайней пустоши. Запахи цветущего луга приятно щекотали, репейник прилипал к одежде, колов тоненькими иголочками-липучками. Она на мгновение позабыла о пережитом, наслаждаясь ароматной ночью. Путешествие началось. У подножья горы маячили весёлые, хмельные огни, и девушка определила город с первого взгляда. Помниться, Пабло бесконечно бухтел, ведь молодежь выводила его из себя, завывая под окнами. А она любила этот городок. Он олицетворял собой жизнь — шумную, быструю, неуловимую.

— Таормина! — крикнула она в спины отряду, опережавшему на несколько шагов.

— У нас будет время посмотреть город? — с надеждой спросила длинная девушка у Тины.

— Нам шевелиться надо! — отрезала та. — Ящеры на хвосте!

— Вот именно, — бормотала Ханна. Командир отряда резко остановилась и повернулась.

— Что прости? — выгнула она бровь. — Считаешь, можешь указывать?! — повысила голос, раздувая ноздри. Дон рефлекторно дернулся, но притормозил.

— Я только хотела сказать, что бежать глупо! Именно этого ждут убийцы! — вспылила она, включив особую, резавшую слух громкость.

Спутники задумались соображая. В итоге Тина скомандовала найти ночлег в городе, возобновляя шаг. Улайла поглядывал в небо, тряся увесистым пучком на затылке. Очертания мужчины выглядели соблазнительно, и девушка невольно загляделась: крепкие мускулы играли в свете луны, выделяясь из-под рубахи свободного кроя, мускулистая шея напрягалась. Дон намеренно прокашлялся, и она поспешила отвлечься.

— У меня домик в городке! — прокричала им в спины.

— В гости зовёшь?! — игриво отозвался красавчик.

— Почему бы и нет. Вряд ли там будут искать, — она покраснела и поблагодарила ночь.

— Не плохая мысль, — успокоилась Тина, остановив отряд, и пропуская её вперёд. — Переждем, а утром возьмём в аренду авто.

Улочки города были заполнены веселившимися людьми. Никто не обращал внимания на необычных, чересчур высоких чужаков. В скором темпе Ханна вела их за собой, поднимаясь всё выше. Пьяный парнишка выскочил из-за поворота, и наткнулся на длинную девушку.

— Привет, — протянул он заплетавшимся языком. — Познакомимся? — Девушка хмыкнула и обошла наглеца, который принялся тереть глаза, видимо, списав явление роста на алкоголь.

— А он ничего, правда Селина?! — подколол, расхохотавшись, Улайла.

Вспотев из-за длительного подъема в гору, они остановились у крошечного домика с аккуратным заборчиком по периметру. Она выудила ключ из горшка и махнула рукой, отворяя скрипучую дверь.

Дом был обустроен на современный манер, только вот порядком запылился. Она не возвращалась сюда довольно давно. «Три года и два месяца», — посчитал дотошный до мелочей мозг, вызвав у Дона улыбку. На первом этаже располагалась скромная гостиная, кухня, и летняя веранда с просторным патио, а на втором три спальни. Девушка отыскала длинные спички, красавчик помог принести поленья и разжечь камин.

— Почему усатый так оживился? — тихонько спросил он, сверкая ровными, белыми зубами. Она пожала плечами, смущенная его вниманием.

Тина и Селина скрылись куда-то, а Дон уложил подбородок в ладонь, избегая встречаться с ней взглядом. Улайла прошёлся по комнате, в свете огня он выглядел ещё фееричнее. Дон резко встал, всколыхнув пыль, и вышел на веранду.

— Ревнует, — хмыкнул красавчик. — И правильно делает, — пропел подмигивая.

Он принялся изучать фотографии, пристроенные на стене. Она совсем о них позабыла. Там были изображены они с Пабло — в поездке по работе, и на отдыхе. Везде он по-хозяйски обнимал жену за плечи, выпятив пивной животик. Ханну вновь кольнула совесть.

— Твой отец? — спросил собеседник посредственно.

— Нет, муж, — прочёл мысли Дон, подпиравший косяк, яростно сверкнул глазами, и снова ушёл.

— А ты у нас та ещё штучка! — расхохотался красавчик, подталкивая кулаком в плечо, в шутку конечно же. Она съёжилась, ощущая, как горят щёки.

Тина устроилась в кресле, по-хозяйски запрокинув ноги на подлокотник. Она открыла бутылку вина, отхлебнула, и достала из кармана выцветшей куртки передатчик. Однако столп света не успел вывести голограмму, ведь Дон вырвал устройство у неё из рук. Возмущению на лице командира не было предела.

— Они могут перехватить сигнал и прийти за нами, — резко пояснил он, и Тина расслабила плечи.

Ханна мечтала остаться с любимым наедине и объясниться, но он держался особняком, а говорить при всех она не решилась бы. На диване аккуратно устроилась Селина, по-царски выгнув спину и сложив руки перед собой. Девушка смотрела в камин, не моргая, светлые бровки хмурились. У хозяйки дома, наконец, появилась возможность рассмотреть спасительницу: высокая, худая, маленькая грудь, костлявые плечи, длинная шея, продолговатые скулы, расширенный к основанию нос, крупные карие глаза, сверкавшие в свете комнаты, словно янтарные камни, лицо усеянное веснушками, бесцветные ресницы, и ямочки на щеках. Волосы, как и у Ханны, имели соломенный оттенок. «Как много рыжих на один квадратный метр», — недовольно подумала она. Селина улыбнулась, подошла, и присела рядом.

— Спасибо, что спасла меня, — прошептала, коснувшись руки.

— Всегда пожалуйста, — отозвалась она, смущенно улыбаясь. «Рыжий цвет достался от папы», — прозвучало весело у неё в голове, и Ханна неожиданно вздрогнула. «Оли», — догадалась она. «Верно», — подметила Селина не глядя.

Она провела параллель с другим отпрыском старикана. «В семье не без урода», — не успела осечься, и спасительница помрачнела, карие глаза внимательно на неё уставились. «Что он натворил?». Ханна вскочила на ноги и покинула комнату, не желая раскрывать недавнее нападение, и начинать склоку. К тому же, Дону также было о нём не известно.

Ночной бодрящий воздух успокоил нервы, звезды ярко сияли на небе. Она задрала голову, любуясь созвездиями. Они казались такими далёкими! Раньше она не усомнилась бы в этом. Сейчас ни в чём не была уверена. Улайла выбрел следом и молча встал поблизости, попивая вино. Он не нарушал тишины, и не давил присутствием, и ей было спокойно в его компании.

— Народ, который способен истребить их, какой он? — спросила она, обхватив себя за плечи.

— Давно. Когда мы были первыми поселенцами Земли, — басил красавчик, — с небес упал громадный камень! — Холодок пробежал по коже.

— Метеорит? — выдохнула она.

— Он угодил в море! Волна смыла ближайшие города! Масштабная была катастрофа! — оскалился. — Тогда мы думали, хуже быть не может, и ошибались, — горько продолжил. — Камень оставил воронку, и она не прекращала вращения. Ларо’ полагал, что тот задел тектонические плиты, и нам конец. Он отправил главу ловцов в глубины моря, чтобы узнать причину вращения. И тот узнал, — многозначительно покосился, Ханна затаила дыхание. — Камень оказался межгалактическим кораблём, и привёз к нам гостей. Существа называли себя Ундой. Они были могущественны, ведь он питал их невероятной силой! — загорелись его глаза.

— Что же с ними случилось? — не выдержала девушка напряжения.

— Царь существ замыслил поработить Землю, расширив вращение воронки. Он хотел затопить сушу. — Ладошки вспотели, и она незаметно вытерла их о брюки. — Рем справился с ним, и на трон взошла дочь царя.

— Рем? — возбужденно переспросила она, Улайла кивнул.

— Он был главой ловцов и героем моего времени. Мои сыновья хотели походить на него, — лицо собеседника осунулось, и она поспешила соскользнуть с опасной темы, и вернуть его в нужное русло. — Унда заключила мир с Землёй, — подытожил красавчик. — Мы неплохо уживались. А потом наступили холода…Их раса спасла нашу от вымирания, забрав с собой на другую планету. — Ханна усиленно соображала.

— Значит, вот как вы спаслись, — поражено шептала она. — А после Унда улетела обратно? — Он кивнул.

— Им нравилась Земля, решили рискнуть. Так, — протянул он, — я поведал тебе об Унде. Теперь твоя очередь откровенничать. Ты всё ещё за мужем? — прищурился улыбаясь.

Единение прервал Дон, объявивший недовольным тоном, что пора ложиться, и она не успела ответить. Утром они отправляются в путь, а ей так и не удалось с ним поговорить. Зато о предмете поиска она узнала немного больше. В голове не укладывалось, как могло происходить на Земле столько невероятных событий до появления современных людей! Если бы ученые знали, им пришлось бы переделать календарь, добавив в него, как минимум, тысячу лет. Мужчины устроились в одной спальне, женщины в другой, а хозяйка легла в гостиной. Под треск камина она погрузилась в тревожный, чуткий сон.

Она плыла, вода мягко ласкала кожу, поддерживала, вела. Ощущения были невесомыми, приятными, радость погружения разливалась по телу. Рыбки стайками огибали незнакомку, тараща выпученные глазки. Они пестрели множеством цветов и оттенков, а некоторые сливались с окружающим миром. Мурена резко вынырнула из коралла, цепко схватив добычу зубами, и также стремительно возвратилась. «Не зевай — съедят. Законы природы никто не отменял», — думала она, улавливая знакомый смех, звонкий и лёгкий. Ханна повертелась, и поплыла дальше. В метрах ста вода казалась чище, прозрачнее. Она перевела взгляд и на мгновение потеряла дар речи — на приличной глубине острыми пиками зияли верхушки каких-то чудны’х сооружений. Они блестели, переливаясь синим свечением. Такой красоты девушке видеть не доводилось! Понимая, что глубина, на которой находится открытие, губительна, она боролась со жгучим желанием погрузиться. Решающим аргументом оказался сон. «Я же сплю. Что может случиться?». Ханна начала спускаться, предвкушая встречу с загадочными существами, о которых говорил Улайла. Пики сооружений приближались, и морское дно становилось темнее, но только не там. Островок света манил, как пламя мотылька. Ничто не предвещало беды, как вдруг из ниоткуда прибыло холодное течение, и свело ноги. Она подергала ими, не ощущая, и медленно пошла ко дну. Волосы разметались, пузыри вырвались изо рта, соленая вода проникла в горло, и лёгкие. Она широко распахнула глаза, изо всех сил надеясь проснуться. Плечи затряслись, девушка зажмурилась, и выплюнула воду на пол, задыхаясь.

— Что это значит?! — ревел Дон, больно хлопая ладонью ей по спине. Остальные члены отряда проснулись от шума, и спешно спустились вниз.

— Она блюет, что тут такого? — фыркнула Селина.

— Морской водой?! — рявкнул Дон, продолжая лупить.

— Не нравится мне это, — протянула командир. — Уходим сейчас. Ждать рассвета не будем. Дон, — он поднял на неё испуганные глаза, — найди машину…попросторнее, — кивнула на высоких ребят.

Он нехотя оставил Ханну, и умчался выполнять приказ. А она пришла в себя, осознавая, что чуть не утонула во сне. Расспрашивать никто не стал, и девушка была благодарна, сил на объяснения не оставалось. Ноги так и не обрели чувствительность, холодная вода буквально их заморозила. К возвращению Дона, она могла пошевелить пальцами, но не более. Он обеспокоено поглядывал, и ей стало приятно.

— Погнали! — весело откликнулся Улайла. — Запрыгивай, рыжая! — протянул длинные руки, намереваясь подхватить, но Дон преградил дорогу.

— Я справлюсь, — процедил он сквозь зубы, и мачо ретировался.

— Как скажешь, — бросил тот на ходу.

Любимый подхватил её на руки, теплота груди успокоила, сердце мерно стучало. Она безумно по нему соскучилась. Он отнёс её в машину, усадив на переднее сиденье. А длинные и Тина укрылись в салоне минивэна.

Правитель метался по залу переговоров, напрягая извилины. Количество Ящеров не просто пугало — ужасало. Не мог припомнить, когда ощущал что-то подобное и паническое в последний раз, и вспомнил Мари’. Он часто видел её во сне — счастливую в объятиях Рема. Улыбка дочери даже с того света помогала влачить непростое существование. Люмиус для измученного сердца стал настоящей находкой. На время он отгородился и радовался жизни, боль притупилась. Однако возвращение воскресило страдания, и страхи вернулись. Он понимал, что Ящеры по сравнению с Ундой всесильны. Ни одним оружием не удалось лишить существо жизни. Оно умирало, но ненадолго, и появлялось вновь в ином обличии. Кроме того твари обладали даром убеждения, влиявшим и на Магнусов. Именно благодаря ему они с лёгкостью поработили правящие верха планеты. Руководить людскими куклами, которые для них по сути являлись кормом, было бы идеально легко, если бы Дон не разрушил коварные планы. Его тяга к планете, и желание найти кости родителей стали камнем преткновения на пути к мировому господству жутких существ. Правитель, получив сигнал, принял решение единолично, и отправил корабли сквозь космическое пространство. Это был их первый самостоятельный полет, и он прошёл на отлично. Бросаться в бой умный народ не собирался, просчитывая варианты. Ящеры тоже выжидали. Так они и зависли на окраине городов под защитным, невидимым для потомков полем.

Современный мир манил, интриговал. Ларо’ дивился, как всё изменилось, но отчасти грустил о былых временах. Древнее общество было упорядочено, и он старался на благо людей, за которых нёс ответственность. Новые земляне плодили нищету, голод, поддавались низменным искушениям. Узнав о наказаниях, он в голос расхохотался. За подобные выходки глава Вече казнил бы без раздумий, а тут лишь менялись года заточения. «Неужели страшнее лишиться свободы, нежели жизни?», — размышлял он, переворачивая в памяти события прошлых лет. Ему, как представителю высшей расы, сложно было понять, какого это — лишиться свободы! Он вдыхал её полной грудью с самого детства.

— Успокойся, мы справимся, — раздался бархатный голос из угла, и он закивал, скрестив за спиной руки.

— Их флот насчитывает сотни кораблей. Только представь, тысячи Ящеров во плоти, — качал головой, повесив острый нос.

— Мы пережили падение камня, — она зашагала навстречу, — воронку, угрозу царя Унды, и…, — положила руку ему на плечо, сжав пальцы, — оледенение. С ними мы тоже справимся, — поцеловала в щёку, он испуганно покосился.

— Их не убить.

— Всех можно убить, — хмыкнула Ида. — Нужно только знать, как, — широко улыбнулась, развеивая печаль.

— Девица меня тревожит, — устремил взгляд на город, корабль зависал над Осло.

— Дон большой мальчик, — погладила по седым волосам. — Он решит сам, а нам останется только принять.

— Ты так спокойна, — выдохнул Ларо’, прочитал её мысли и прищурился.

— Она? Это она нашла их? — хмурил кустистые брови.

— Она появилась не вовремя, правда? — помрачнела. — Знаешь, с возрастом начинаешь верить во всякие глупости. — Он вопросительно на неё посмотрел. — В судьбу, например.

По коридору раздался оглушительный топот, и двери распахнулись, впуская рослого стража.

— Правитель! Они начали снижение! — басил задыхаясь.

Ларо’ достал передатчик, на нём моргало лицо Наи.

— Атакуем?! — прокричала она, картинка тряслась. Он медленно кивнул и прервал соединение.

Корабли древних землян со всех уголков планеты начали стекаться к месту битвы. Выбор Ящеров пал на крупную часть суши, отколовшуюся после многочисленных катаклизмов. Над Москвой в тот день сгустились беспощадные тучи. Местные жители, ничего не подозревая, продолжали жизненные процессы, дрейфовали во времени. А над грозовыми облаками, испускавшими молнии, зависли громадные, металлические, остроугольные корабли. Аппарат правителя находился во главе процессии. Он стоял в зале управления за спиной опытного пилота, и тревожно смотрел на монитор. Враг стремительно приближался.

Ящеры не отличались изобретательностью, и космолёты строили простенькие, но мощные. На вид напоминало тарелку, какие не раз видели земляне, признанные обществом сумасшедшими. Хищная раса действительно похищала людей, но назад никто не возвращался. Они не приспособлены к растительной пище, и нуждались в пропитании. Человеческое мясо подходило лучше всего. Иногда люди видели странные сны о похищениях и принимали их за реальность, а спустя год становились обедом для кровожадных отпрысков хладнокровных. Передатчик правителя вновь замигал.

— На позиции! — объявила Ная.

— Не рвись в бой! — рявкнул он ей, зная о том, как тяжело подруге приходится.

Они сдружились благодаря Амине, и поддерживали отношения. Ларо’ приказал изобрести для неё протезы. Устройства были настолько хороши, что практически не отличались от настоящих рук. Только вот энергии на управление затрачивалось побольше, и Ная быстро уставала.

— Встретим с огоньком! — задорно блестели её глаза.

Враг замедлился, спускаясь на потоках ветра. Они напряжённо ожидали. Пилот держал пальцы у сенсора, в полной готовности среагировать. Позади раздался скрип инвалидной коляски. Старикан держал в руках пистолет, борода топорщилась, скалился. Ларо’ кивнул вояке, припоминая дни, когда тот сражался на передовой. Корабли противника отделяло метров тридцать, когда они врубили двигатели на полную мощь, развернув вниз турбинами. Столп огня вырвался, опаляя и плавя поверхность, на борту началась паника. Пилоты попятились, снижаясь, но первые ряды, включая аппарат правителя сильно покорёжило. Он вскипел, ударяя по сенсору кулаком. Тот беспорядочно моргал и издавал мерзкий звук. Нажав на кнопку громкой связи, Ларо’ передал флоту:

— В атаку! — В тот же миг они взмыли и открыли огонь по врагу.

Минивэн нёсся по шоссе на немыслимой скорости, пассажиров потряхивало. Улайла периодически ударялся головой, и ворчал. Женщины терпели. Дон рулил, как заправский дальнобойщик. Она сидела рядом, не обращая внимания на гневные полу взгляды своего мужчины, и анализировала сон. Было в нём что-то неправильное. Ноги обрели чувствительность, но оставались слабыми. Она вспоминала восторг и не могла дождаться погружения. Острые пики засели на краю сознания, и никак не желали его покидать. Захотелось уснуть и продолжить скитания. Однако перспектива в реальности захлебнуться, останавливала от опрометчивого поступка, навеянного любопытством. Вспомнился и смех звонкого, женского голоска. Второе подряд сновидение начиналось именно с него. «Не с проста», — бухтела Ханна.

Дорога вела через города и поселения. Вскоре они достигли парома, переправлявшего машины на материк. Уставший Дон выскочил из авто и поспешил приобрести билет. Перебравшись на другую сторону засветло, продолжили путь. Через пару часов проезжали местечко, где она обнаружила заледеневших людей. Остановки не предвиделось, требования на передышку не рассматривались. Селине приспичило в туалет, и она непрестанно ёрзала, но выходить днём было опасно. Кто знает, как отреагируют местные на высоченную девушку экзотической внешности. К слову, рост мешал им с Улайлой комфортно путешествовать, приходилось скрючиваться, и мышцы затекали. Ханна жалела спутников, за что и была удостоена острого взгляда водителя.

На границе с Францией остановились. Стемнело, и все смогли справить нужду, разбежавшись по кустам. Ночь ароматно благоухала цветами, название которых она позабыла.

— Давайте в машину! — скомандовал Дон. — До побережья Испании ещё далеко! — Передатчик заморгал, освещая лицо Амины.

— Они наступают! — закричала она. — Ты на месте?!

— Нет! Нас подбили! Нужно время! — задёргался он, взъерошивая ладонью волосы.

— Его нет! Поторопись! Ищи знаки, Дон! Положись на Ханну! — Тина и Улайла переглянулись. Он хотел возразить, но та перебила. — Доверься! Я чувствую, что она сможет помочь!

Он отключил передатчик и вопросительно на неё посмотрел. Ханна разминала ноги круговыми движениями, просунув в распахнутую настежь дверь минивэна, волосы свисали, закрывая лицо. Она была увлечена, и разговора не слышала.

Границу преодолели без затруднений. Ноги окончательно оправились, глаза слипались. «Ну, уж нет», — подумала она, борясь с усталостью. Пассажиры салона уже спали, а Дон не моргая следил за дорогой. Она положила ладонь ему на руку, но он тут же её убрал, пристроив на руль. Девушка тяжело вздохнула.

— Может поговорим? — шепнула, оборачиваясь, опасаясь кого-нибудь разбудить.

— Нет, — отрезал сердито.

— Дай объясниться, потом решай, — настаивала она, не сводя с него взгляда. Он пыхтел, сжимая челюсти. Видимо, боролся с собой. — Пабло был моим мужем.

— Был, — повторил Дон, покосившись. — Он умер?

— Не совсем. Несколько лет назад он стал забывать простые вещи. Я списывала это на возраст, но однажды он не вернулся домой, — разглядывала пальцы, грустно вздыхая. — С тех пор я часто ловила его в городе, и на окраине. Он садился в автобус, уезжал, и забывал дорогу.

— Мне жаль, — откликнулся он тепло. — Где он сейчас?

— В лечебнице, — слезинки побежали из глаз. — Жизнь стала невыносима для нас обоих, и мне пришлось… — Он накрыл её руку своей.

— Что произошло там, во сне? — сжал ладонь. — Ты меня до смерти напугала.

— Я плыла и мне было так хорошо! Волшебно! А потом увидела прозрачную воду, светлую, чистую. Такой не бывает, — мечтательно улыбнулась. — На глубине торчали острые пики. — Дон побледнел и резко затормозил прямо посреди дороги. Тина врезалась головой в сидение и чертыхнулась.

— Что было дальше?! — закричал он, схватив до боли за плечи. — Ханна, прошу!

— Я…хотела спуститься и посмотреть, но холодное течение заморозило ноги, вода…проникла в горло, — запиналась она.

— И ты проснулась, — подытожил он.

— Вы спятили? — сонно бухтел Улайла. — Ящеры перешли в наступление, а вы тут сны обсуждаете?

— Согласна. Едем, Дон. На это нет времени, — рявкнула Тина на правах командира.

— Ты знаешь, где это было? — игнорировал он отряд. Она пожала плечами.

Протесты друзей вынудили продолжить движение, но делал он это неохотно, на сниженной скорости.

— Вспомни! Может, что-то выдавало местонахождение сооружений! Что-то знакомое? Хоть какую-то деталь! — жестикулировал за рулем.

— Пики? — выглянула Тина. — Острые?

— Да. Они были невероятно красивы, переливались голубым светом, — припомнила Ханна, и командир изменилась в лице. — Больше я ничего не помню, только холод. Я тонула, и наглоталась воды…, — осеклась, и Дон вновь затормозил посреди дороги. На сей раз пострадал лоб Селины. — Холод, — переглянулась с ним, открывая мысли.

— Думаешь, они там же, где ты обнаружила родителей? — брови поползли вверх. — Нам нужно обратно! Срочно! — Он резко развернул машину и вдавил педаль до упора.

Холодному течению, оледенившему дно, не нашли объяснения. А оно протекало только в одном участке водных просторов. Судя по всему, Унда поселилась поблизости, раз до них доходил холодок глубин.

— И мы доверимся сну?! — недоумевал красавчик, трясясь сгорбленной куклой на заднем сидении.

— Есть другие идеи?! — парировала Тина. — Она никогда не видела их…, не знала, что представляет собой мир, и каким-то образом обнаружила во сне! И чуть не утонула! Это знак!

— Чушь! — поддержала красавчика Селина. Дорога закончилась, и они тряслись на гальке.

— Однажды твоему отцу приснился сон! — обратилась командир к Дону, перекрикивая шум. — Королева Унды связалась с ним, и помогла нам спастись! Возможно, Делия знает, что происходит!

— Делия?

— Да! Так зовут королеву!

— Если знает, почему не поможет?! — оскалился Дон.

— Хороший вопрос! Спросишь у неё лично! Амина была права — ты наше спасение! — протянув руку, хлопнула девушку по плечу.

Ханна узнала бы тот пляж из тысячи. Сколько кругов совершили её ноги в ожидании открытия? Сколько нервов было потрачено? Выбравшись из машины, она с нетерпением ждала, пока они достанут снаряжение. Море плескалось, шурша пеной, и маня в свои ласковые объятия. Он приблизился и обнял за талию, уткнувшись носом в ухо.

— Прости. Я был не прав, — шёпот и тепло дыхания задействовали рецепторы, и она покраснела. — Мечтаешь искупаться? — серые глаза ехидно блеснули. — Повторим как-нибудь наедине? — легонько поцеловал в губы, она вспыхнула и смутилась.

Тина нацепила на голову странную, обтянувшую череп шапочку, и передала такое же устройство другим. Присоски сами приклеились к шее, зашуршало. Она вкратце объяснила, как устроен «провожатый». Ханна ни слова не поняла на нервах, и глупо кивала. Однако одно усвоила наверняка — присоски снимать нельзя!

Корабли врага были легче и маневреннее. Они свистели окружая. Какую-то часть удалось сбить. Падавшие на планету осколки разрушали дома, число невинных жертв множилось с каждой минутой. СМИ выбрались на места происшествия и транслировали в прямом эфире разруху неизвестного происхождения. Армия опоясывала город, пригнав тяжелую военную технику, благо такой в стране было хоть отбавляй. Люди пытались пробраться сквозь грозовые облака с помощью беспилотников, но они тут же падали, не выдерживая разряженного воздуха. Генералы пошли на крайние меры, и приказали сверхскоростному самолету разведать обстановку — пилот не выжил. Понимая, что технике не пробиться, решили заглянуть со спутника, но обнаружили чёрный экран. Единственное, что оставалось — встретить врага вслепую, во всеоружии. В городе объявили военное положение.

Ящеры вели в смертельной игре ни на жизнь, а на смерть. Ларо’ яростно отдавал пилоту приказы, и тот крошил корабли противника ловкими движениями тонких пальцев по сенсору. Старикан кряхтел позади, предвкушая ближний бой. Ида ворвалась в зал управления. Следом за ней Амина и Ян. Правитель покосился на них и продолжил.

— Нужно отступать, родной! — крикнула Ида, наблюдая за его метаниями. — Их слишком много! Нам не выстоять!

— Черта с два! — взревел он, и дал затрещину пилоту, который отвлёкся обернувшись. Из монитора выпрыгнула голограмма командующего третьей эскадрильей.

— Правитель! Они взяли на абордаж корабль первой эскадрильи! — чеканил слова, уворачиваясь от выстрелов.

— Ная…, — сердце замедлило ход. — Отступаем! — скомандовал он, и зло оглянулся.

— Мама? — сорвался голос Амины, хребет затрещал под одеждой.

— Теперь у них есть рычаг, — отозвался Ян, рухнув в кресло. Ларо’ вскипел. Казалось, пар вот-вот повалит из ушей.

— Созови совет! — прогремел он Амине, и, ссутулившись, спешно покинул зал.

Погружение началось. Ханна не могла нарадоваться тёплым, морским волнам, ударявшим о колени. Устройство делало вылазку более рискованной, нежели привычное оборудование. Шуршащий газ пугал до чертиков, сознание рисовало ужасные картины. «Ящеры наступают, человечество в опасности, некогда раскисать». Принадлежность ко всей этой истории до сих пор казалась ей чем-то непостижимым и нереальным. Почему именно она видит опасные сны? Если существует королева иной цивилизации, зачем ей передавать послание обычной девушке? Она ведь могла связаться с кем угодно! С Доном или Тиной, например! Ханна негодовала, и не она одна. Отряд косился: кто-то с опаской, кто-то с любопытством. Абсолютно для всех девушка-учёный являлась загадкой. Попав в их мир случайно, она оказалась фигурой, окутанной тайнами.

Тина плыла впереди, сразу за ней Улайла и Селина, замыкали они с Доном. Опустившись ниже опасной для человека отметки, ощутили холодок, пробежавший по коже.

— Тяжко без гидрокостюма, — подумала она, и мысль эхом отразилась в устройствах отряда. — Блин, — добавила и поймала смешливый взгляд красавчика. Водный мир в очередной раз очаровал девушку, и она позабыла о том, что не одна.

— У штуки есть громкая связь, — пояснил Дон подплывая.

В темноте морского дна скрывались его обитатели. Два крупных глаза моргнули и зарылись в песок. Вдалеке дрейфовали акулы, выгуливая острые зубы.

— Куда дальше? — передала мысль Тина, остановившись. Ханна посмотрела под ноги, вспоминая место, на котором когда-то стояло здание.

— Там я нашла их! Словно это было вчера! — не успела затормозить мысль, Дон ухватил её за ладонь.

— Отлично! — откликнулся «провожатый» Селины. Она достала крохотный монитор и добавила. — Там ничего нет!

Отряд в растерянности рассматривал дно — темное и тихое, ни намёка на цивилизацию и прозрачную воду с пиками. Как вдруг волна принесла холодное течение, и ноги онемели. Ханна схватилась за колени, поморщившись.

— Что такое? — разволновался Дон, и девушка догадалась — только она чувствует течение. Теперь она точно знала куда нужно плыть.

Обогнув обескураженных спутников, она поплыла в противоположную сторону, а они молча последовали за ней. С периодичностью ощущая холодок, Ханна проплыла несколько сотен метров без передышки, и выбилась из сил.

— Ты уверена? — переспросил Дон догоняя.

— Да.

— Откуда ты знаешь? — не выдержала Селина.

— Сложно сказать. Я чувствую, и всё!

Холодок обдал настойчивее, и она взвизгнула по громкой связи. Что-то поторапливало путников, и она не стала гневить течение, вспомнив о сне, заморозившим ноги. Закралась навязчивая мысль: «Что если королева заодно с Ящерами? Тогда мы плывем в пасть хищника сами». Улайла прочёл мысли кивая. «Согласен, рыжая. Согласен», — прозвучало у неё в голове.

Они совершенно вымотались. К счастью, впереди появилась гора. Вершина едва доходила до поверхности моря, изваяние было полностью спрятано под водой. Девушка слышала об этой находке, совершенной дайверами десятилетия назад. Однако они так и не смогли выяснить, что внутри. Мысль подтвердилась ледяным течением, полоснувшим по ногам, мурашки поползли по коже. Икры сводило, и Дон поравнялся, подстраховывая, на всякий случай. Ханна начала снижение. Следуя указаниям невидимого проводника, она привела отряд к середине подводной горы, и зависла напротив. Интуиция подсказывала — здесь что-то есть. А она никогда не ошибалась. Пабло не верил в успех, но благодаря прекрасной напарнице совершил великое открытие. Множество открытий. Шестое чувство затаскивало их в укромные уголки планеты не раз, и он в шутку стал называть жену ведьмой.

— Ничего! — послал раздражённую мысль Улайла.

— Сплаваем на разведку! — скомандовала Тина, зелёные глаза хладнокровно изучали обстановку.

Они уже, было, разделились, но тут девушка протянула руку, и камень вмиг засиял голубыми прожилками. Тина узнала свечение, и охнула. Гора начала движение, создавая щель, осыпавшиеся камешки засасывало, как пылесос. Вскоре она начала втягивать и воду. Тяга усилилась, и отряд затащило внутрь. Течение было быстрым, и они кувыркались, совершая немыслимые кульбиты. Дон ударился головой о край щели, и теперь алая струйка тянулась за ним. Красавчик тоже слегка пострадал, поранив руку. Девушкам повезло больше — их не задело.

Водоворот закрутил и выплюнул на песок. Ханна, почувствовав под собой опору, перевернулась на живот. Судорожно она нащупывала «провожатого». «Ух, на месте», — удостоверившись, расслабилась. Вода обволакивала, казалась густой, словно кисель, и прозрачной, как во сне. Девушка провела пальцами, и та ощутимо сквозь них просочилась. Не верилось, что это может быть правдой. Земляне сотни лет искали доказательства иной цивилизации, а она всё время находилась под боком. Похоже, у Унды были весомые причины не выходить на контакт. Вспомнив ажиотаж от находки, она хмыкнула, глотнув воды. Не раз ей представлялось, что было бы, если бы влюблённую пару нашли живыми — страшнее сложно придумать исхода. Люди не развились до необходимой ступени, по-прежнему пребывая на стадии разрушения. Тина помогла встать Дону, а Селина Улайле.

— Идём! — отправила она мысль, интонация и выражение лица подтвердили настроение.

Дно места, где они оказались, не было ограничено горой. Возможно, та являлась своеобразным порталом, переносившим в безопасный уголок. «Умно». Девушка взяла под руку любимого. Он медленно ковылял, и они отставали. А красавчик уже очухался и бодро шагал впереди, придерживая посиневшую руку. На многие километры тянулась прозрачная, неизвестной консистенции вода. Где-то за её границами было темно, но здесь казалось, будто лучи солнца достают до самого дна. Газ в устройстве зашуршал активнее. Видимо, они спустились ещё ниже. «На какой, интересно, мы глубине? Метров пятьдесят?», — размышляла она. «Девяносто три», — откликнулся Дон, делая очередное усилие.

— Как такое возможно! — взвизгнула она на привычной частоте в «провожатый», и они разом поморщились.

— Раньше модель позволяла погружаться на сорок максимум. Ян расширил возможности. Сегодня и проверим, — не сбиваясь с темпа, ответила Тина, красавчик ехидно ухмыльнулся.

Ханна силилась осознать. Будь у людей такие возможности, они бы изучили всё дно, и Мариинскую впадину впридачу.

— И не надейся! — огрызнулась Селина, сверля карими глазками.

Двигались они небыстро, но легко. Шаг подбрасывал и переносил с течением, которого на самом деле не было. Маленькие рыбки вились у ног, пощипывая за лодыжки. На лицах спутников читалось сомнение. Она и сама на долю секунды потеряла веру, но холодок вернулся, подгоняя с тыла. Поёжившись, девушка исправно шагала, поддерживая Дона. Сердце за него обливалось кровью. Он побледнел, тяжело дышал, и звук отдавался через устройство всей команде. Селина сменила её, и они ускорили ход. Ханна перемещалась, невесомо касаясь песка, ощущая полнейшее умиротворение, единение со средой, и душой. Она задрала голову, устремляя взгляд к поверхности. Солнечные лучи разделялись, достигая песка, и тот играл новыми красками. За коралловым рифом, обогнуть который Дону пришлось нелегко, они остановились. Она подумала: «Это лучший миг в моей жизни!», ведь на горизонте выросли пирамиды с острыми пиками, которые сверкали и переливались голубыми прожилками. Великое множество сооружений расширенных книзу и немыслимо тонких к завершению заполонили морское дно. Вдалеке виднелись фигуры, мельтешившие на фоне сказочного пейзажа.

Вода всколыхнулась, и их смыло волной. Ханна упала, ударившись щекой, и взвизгнула от боли, глотнув воды. Дон тоже повалился, слабые ноги совсем его не держали. А вот опытные ребята, напротив, напрягли мускулы и смогли удержаться, но ненадолго. Очередной вихрь смыл, словно песок. Девушка подняла глаза, и сердце замерло. Перед ней зависли громадные существа с лоснящейся, зелёной кожей, крепкими панцирями, жёлтыми глазами, и мощными, чешуйчатыми хвостами. Двое опирались на хвост, скрестив на груди мускулистые руки, и не сводя взгляда с чужаков. Тот, что посередине, сморщился, будто в навоз наступил.

— Вы нарушили границу Унды! — грохотал раскатистый голос. — Наказание — смерть! — Его хвост взметнулся, снес только что поднявшегося Улайлу, и тот отлетел на несколько метров.

Селина достала пистолет, прислонила палец к сенсору, но оружие дало осечку. Другое существо в момент нанесло удар, поранив ей шипом плечо. Она закричала, захлёбываясь, и упала на колени. Дон лежал на песке, дергаясь в попытке преодолеть слабость. Тина бросилась в бой, но тут же была отброшена, подобно красавчику. Главный закрутился в вихре и очутился на расстоянии вытянутой руки. Он замахнулся. Девушка видела, как стремительно летит в неё мощный хвост, и протянула руку, защищаясь. Ладонь искрила, ударяя невиданным по силе разрядом, и существо отскочило. Следом прокатилась волна вибрации, сверкающая и искрящаяся, и всколыхнула воду. Двое других попадали навзничь, теряя сознание. Главный трясся, стиснув зубы.

— Кто…ты…такая? — кряхтел он морщась.

— Веди нас к королеве! — не растерялась Тина, скрючившись, и потирая спину.

Существо не стало противиться, поднялось, и медленно поплыло в сторону города. Обыватели останавливались, прекращали дела, и глазели на чужаков. Между пирамидами оказалось подобие улочек, украшенных морскими растениями. Отряд опасливо озирался, следуя за проводником, в любой момент на них могли напасть. Ханна поглядывала исподлобья, но любопытства унять не могла. У существ, разных на вид и отличавшихся по цвету, были свои особенности и в строении, и в габаритах, а маленькие напоминали выводок. У кого-то на хвосте сверкало множество острых шипов, а кто-то не имел ни одного. Неизменным являлось наличие на груди панциря, но и тот имел у каждого свои толщину и цвет. Внезапный вихрь вновь сбил с ног Дона, и на этот раз не пощадил позеленевшую лицом Селину. Создавалось впечатление, будто её вот-вот вывернет наизнанку. Перед чужаками вырос гигант, превосходящий проводника высотой и шириной вдвое. Его глаза были желты, скулы широки, панцирь крепок, зелёная кожа блестела чешуёй, а на щеке прилипла крохотная ракушка. Он оскалил острые, белые зубы, всматриваясь в людей. Пытливый взгляд остановился на командире, и глаза возбуждённо сверкнули.

— Тина?! — отразился эхом гортанный бас. — Ты изменилась! — вихрь крутанулся слабее, и он заключил её в объятия. — Как же я рад тебя видеть! — Улайла напрягся, подпрыгивая ближе, и тот отпрянул, снисходительно фыркнув. — Возраст тебе к лицу! — обратился он к предмету своего обожания, перевёл взгляд на Селину и Дона, и помрачнел. — За мной! Я отведу вас в лазарет!

Ребята колебались, но командир последовала за существом, а они её примеру. В проводнике больше не было смысла, и его оставили в покое.

Преодолев несколько пирамидных улиц, остановились у низкого сооружения. Оно также сияло голубыми прожилками, но линии имели симметричность и находились на одинаковом расстоянии друг от друга. «Рай перфекциониста», — подумала девушка, гигант с интересом на неё покосился. В пирамиде не было двери, её заменял высокий и достаточно широкий проём. Внутри оказалось пусто, только чёрный выпуклый камень пристроился в центре. Ханна встала напротив, заглядывая в зеркальную сферу, где плясали обтекаемые пузырьки, сливаясь и разлепляясь.

— Гир! Посмотри, кто к нам пожаловал! — прокричал гигант, и у неё заложило уши.

Дальняя стена бесшумно отъехала, впуская высокого, худого, остроносого человека с глазами кроваво-красного цвета. Судя по плясавшему в них огоньку, он тоже узнал Тину, и широко улыбнулся, обнажая острые зубы. Селина крякнула и рухнула пол. Красавчик успел подхватить, и она чудом не разбила голову о светлый мрамор. Остроносое существо изменилось в лице, и приказало уложить девушку на выпуклую поверхность камня. Улайла колебался, но командир ухватила его за руку, и он острожно опустил Селину. В тот же миг камень ослепил голубым свечением. Вместе с ним сияли глаза и панцирь существа, разводящего в стороны руки. Когда свечение угасло, он тяжело вздохнул и облокотился о зелёный, усыпанный шипами хвост, утирая лоб, будто под водой мог вспотеть.

— Привычки остаются, — взглянул он на Ханну, и она прикрыла рот рукой. Селина закашлялась, очнувшись, от ранения не осталось и следа. — Кто следующий? — поднял остроносый бровь.

Они уложили Дона на камень, процедура повторилась, а Гир стал ещё более усталым. Следом он исцелил красавчику руку, и спину Тины. А после внимательно посмотрел на неё.

— Не хочешь избавиться от царапины? — указал на камень, и она отрицательно покачала головой. Он всмотрелся внимательнее, зрачки расширились. — Как ты блокируешь мысли? Никто в этой комнате не может защитить от меня тайны, — недоумевало существо.

— Я тоже не смог, кроме той, где ни черта не понял! — хохотнул гигант. — Ну, и фрукт вы к нам привезли! — Тина с сожалением посмотрела на остроносого, и он откровенно заулыбался.

— Я возродился, как только они вернулись на Землю. Гляди-ка! — постучал себя по крепкому, коричневому панцирю. — В этой жизни мне повезло! — Командир расхохоталась, глотая воду.

— Идём! Помогу вам устроиться! — весело пробасил гигант и направился к выходу, по пути хлопнув по плечу остроносого. А тот не сводил загадочного взгляда с рыжеволосой девушки, чьи мысли отчего-то не смог прочитать.

Он вёл их улочками. Дон пришёл в себя, и дёргался сильнее остальных, реагируя на любое движение. Селина и Улайла также были на стороже, но выглядели более уверенно. А Тина спокойно прыгала рядом с гигантом.

— Квинт! Делия всё ещё правит Ундой?! — Тот в голос расхохотался.

— Ну, конечно! Кому же ещё! — сощурился, вглядываясь в зелёные глаза. — Не может быть, — закачал головой, остановившись. — Мы истребили их планету ещё при отце Атласа! — сжал кулаки. — Дело дрянь!

— Нам нужно…

— Знаю! — перебил он, почесывая раздвоенный подбородок. — Она в уединений, понимаешь! — Они переглядывались, ожидая ответа. Квинт вздохнул. — Делия расклеилась. Были причины, — погладил себя по панцирю. — Десятки лет Унда обходиться без власти. Присутствием монарха мы обделены.

— Что теперь?! — раздраженно передал мысль Улайла. Гигант сорвал водоросль и пихнул ему в ладонь.

— Ешь! — кустистые брови сошлись на переносице, красавчик отпрянул. Тогда существо схватило его за лицо, и затолкало их в глотку.

Дон собрался атаковать, но Тина его остановила. Улайла откашлялся, и возмутился, не захлебнувшись. Слова чудесным образом зазвучали, словно и не под водой вовсе. Они спешно проглотили растение, и стянули «провожатых», оставивших красные полоски на коже.

— Где же нам найти королеву? — спросила гиганта Тина, тот пожимал плечами.

— Отдохните с дороги. Завтра отведу вас к Мирне. Может, она знает?

— Отведи сейчас! — выступил Дон, полный решимости. Квинт печально ему улыбнулся.

— Ты похож на него. Тот же пыл, — оскалился. — Только он был умнее, — в голосе прозвучало предупреждение. Он вновь обратился к Тине. — Мы создали воронку…на всякий случай. Мирна поселилась за ней. Утром я вас отведу. Отдыхайте, — указал в сторону ближайшей пирамиды, и вихрь унёс его вдаль.

Пустое мраморное жилище не баловало мебелью, но командир знала секрет, и та появилась прямо из пола, и открылась лестница, уводившая вверх и вниз. Они расположились на мягких, но мокрых, как и всё вокруг, диванах, в животах урчало. Тина и здесь не подкачала. Стена отъехала, открывая нишу, забитую странными пузырьками. Ханна взяла один и повертела в руке. По размеру шарик был намного крупнее икры, но имел с ней определенное сходство, являясь полумягким и заполненным жидкостью.

— Попробуй, — улыбнулась та, и опрокинула свой.

Девушка пригубила, прокусывая материю, и ощутила на языке пряный вкус сочной курочки. Её будто только что обваляли в специях и потушили. А после они устроились на диванах. Все, кроме Дона. Он шагал по комнате, гневно тыкая пальцем в передатчик, отказывавшийся работать на внушительной глубине.

— Успокойся, — протянула ему Тина, отпивая из шарика, взгляд сделался мутным. — Мы найдём Делию, и всё встанет на свои места. — Он резко к ней развернулся.

— Ящеры прямо сейчас жрут наших! — Она подавилась и закашлялась. — А ты говоришь мне успокоиться?! Отлично!

— Он прав! — вскочил с места красавчик, тряся волосами, собранными в хвост, они будто колыхались на сильном ветру. — Нет королевы и плевать! Попросим жителей нам помочь! — Тина откашлялась и побагровела.

— Делия управляет силой камня! Только корона сможет помочь в борьбе с врагом!

— Она бросила свой народ, — задумчиво сказала Селина. — Какое ей дело до нашего? — Мужчины закивали.

— Она любила и почитала твоего отца, — встретилась взглядом с Доном. — Когда-то он спас ей жизнь. Взамен королева помогла исцелить Амину. Уверена, ей есть дело, Дон, — взглянула на Ханну. — К тому же, она привела сюда нашу электрическую подругу, — подмигнула. — Ларо’ выстоит в схватке и сдержит противника! А мы должны сосредоточиться на поиске Делии!

Контраргументы закончились, и они отправились спать. Комнаты находились внизу. Тина с Селиной заняли одну, Улайла вторую, а они с Доном дальнюю, и самую тесную. «Зато вместе», — тут же отыскала девушка плюс. Он обнял её, прижимаясь к спине, рука крепко обхватила бедро. «Ловко ты его», — раздалось в голове, борода щекотала шею, тёплый поцелуй приятно коснулся плеча.

— Не спрашивай как, — пробубнила она в подушку, никак не привыкнув, что лежит под водой. — Я сплю на редкость долго, и сон бесконечен.

— Всем бы такие сны, — усмехнулся он.

— Ты в порядке? — накрыла его руку своей, он откинулся на спину.

— Не знаю. Я должен задаваться вопросами о существах, но почему-то могу думать только об отце.

— Понимаю, — устроилась у него на груди, обнимая. — Твой отец был настоящим героем, — пропела ласково, а про себя добавила: «Как и ты».

Грузные шаги и цоканье каблуков разбудили женщину, свернувшуюся калачиком на холодном полу. В боку стрельнуло, и она выгнула спину, охая невзначай. Металлический звон приближался, кто-то ударял по прутьям решёток предметом, издававшим невыносимый для больной головы звук. Она сощурилась в свете ярких ламп. «Будто в теплице», — припомнилось долгое путешествие на Землю, мозговитые Магнусы выращивали провиант прямо на корабле. Впрочем, и от их огурцов с помидорами скоро начался рвотный рефлекс. А вот фрукты ей бы никогда не надоели. Сладкие, они таяли во рту, доставляя неземное удовольствие. В животе громко булькнуло, напоминая, как давно она ничего не ела. Лязг достиг клетки, гадкая морда ухмылялась, сверкая внушительной щербинкой между зубами.

— Добро пожаловать на борт, Ная! — хлопнул в ладоши, и пригладил блондинистые, сальные волосы.

— Тебе это с рук не сойдёт, кем бы ты ни был, — прорычала она, накатила слабость, заставляя замолкнуть.

— Побереги силы, дорогая! Нам предстоит долгая беседа, — пожирал карими, темными глазами, пухлые губы расползались в нахальной улыбке. — Корабли флотилии уничтожают твой мир. Назад пути нет. Либо вы, либо мы, — приподнял он бровь.

— Посмотрим, — прошептала она, утыкаясь обрубком в бок, протезы они забрали.

— Мы выстояли против рас, обладавших невиданной мощью! Люди-переростки рептилоидам раз плюнуть! Так что, терять тебе в принципе нечего. Не считая своей жизни, конечно же, — присел на кресло возникшее из ниоткуда, и сложил рельефные руки на спинке. — Я хочу знать стратегию Ларо’. — Ная помотала головой и расхохоталась, существо опешило.

— Моя жизнь не стоит и гроша! — огрызнулась она, демонстрируя отрубленные кисти. — Я не надеялась выжить! Давай! Убей меня! — тяжело дышала.

Он ухмыльнулся, отодвинул стул ногой, плавно махнул рукой, и клетка отодвинулась. Ящер не опасался, ведь у пленницы не хватит сил с ним сразиться. Резким движением он схватил её за лицо, сдавил, причиняя боль. Она сопротивлялась, но тщетно. Голограмма пропала, и уродливая зубастая голова заняла её место. Желтые вытянутые зрачки немного расширились, и Ная ощутила, как сознание подчиняется его воле. Он хищно менял положение головы и зловеще шептал:

— Что задумал Ларо? — Взгляд женщины остолбенел, плечи расслабились.

— Он отправил Дона на поиски Унды. — Тот свистнул продолговатыми ноздрями.

— Они улетели с Земли! — вскипал Ящер.

— Нет. Они вернулись. Только местонахождение не известно, — чеканила сухо Ная под гипнозом. Он издал омерзительный треск, рыкнул, и отпустил пленницу, а она вновь потеряла сознание.

Белый пиджак развивался при ходьбе, он торопился. Передышка с землянами не продлится долго. Новому облику отлично подходил классический костюм, выделяя аппетитную задницу. Молодые образы безусловно ему нравились, но предыдущий оказался более комфортным и не таким броским. На это тело обращали излишнее внимание особи женского пола примитивной расы, и не только. Он хотел бы изменить голограмму немедленно, но после возрождения должно пройти несколько недель, прежде чем появиться такая возможность. Ворча под нос, Лазарь дождаться не мог этого момента. Даже для них оставалось загадкой устройство перерождения. Сколько себя знал, он мог генерировать ткани. Голова не являлась исключением, хоть её было сложнее возвратить. Единственным убийственным органом было, пожалуй, сердце, но и его некоторым удавалось восстановить. Хохотнул, вспомнив ликование рыжей перед его кончиной. «Я вернусь и сожру тебя живьём! Но сначала вдоволь наиграюсь!», — выражение лица стало жёстче. Ящеры не часто вступали с едой в интимную связь. Гораздо большее удовольствие им доставляло устрашать, мучить жертву. Казалось, мясо от страха становилось вкуснее. Иногда всё же случались исключения. Таинственная рыжая не выходила у него из головы. Она боялась, и он чувствовал это, но и готовность встретить смерть узнал моментально. Примитивные редко испытывали эмоции такого рода, чаще всего они надеялись выжить, страшились перед неизбежностью. Только не она. А ещё этот запах! Он сбивал с ног! Стоило пролиться капли крови, в воздухе распространялся сладкий и манящий аромат. За века бытия он впервые повстречал столь уникальное блюдо, и раздражался, потому как оно трижды от него ускользало. Возле шлюза командора его затормозила охрана. Получив одобрение, они пропустили главного советника внутрь. Озираясь, он остановился посреди зала, сложив руки в замок перед собой. Командор был выше, мощнее, кожа блестела, лоснилась. В тесном пространстве корабля могучие плечи казались необъятными. Когти на пальцах были толще, хвост массивнее, на спине пролегла серая полоска, говорившая о почтенном возрасте. На голове выделялся острый гребень, пульсировавший, издавая вибрации. Такой имел только альфа. Хищные жёлтые зрачки уставились на советника.

— Помнится, ты говорил — Магнусы под контролем, — разливался, как яд, приторный голосок. — Я надеялся, и чем ты мне отплатил? — развёл когтистые руки, хвост вилял, словно у злой кошки, задевая стол и кресла. Лазарь опустил глаза в пол.

— Мы обратили их в бегство, командор. Дело за малым. — Тот прищурился, мотнул хвостом, и он обвил ему шею, воздуха не хватало. Лазарь словно беспомощное дитя лупил его ладошками, голограмма дрожала.

— Верни свой облик! — взревел тот, брызжа слюной, и он вернул. — Так-то лучше, — выдохнул главный отступая.

Лазарь блокировал от него мысли. Встреча была не дружелюбной. Ему и думать не хотелось, что с ним сделает командор, узнав о существовании на Земле Унды. Покинув зал, он потирал шею, кожа вмиг стала синей. Сородичи любопытно косились, кто-то даже ехидствовал. Придётся разобраться с Доном самому, иначе не сносить ему головы. Он тут же позвал к себе Крона, и отдал приказ во что бы то ни стало ликвидировать проблему, пока та не стала погибелью. Оправдания не принимались, потерянный след значения не имел. Он вернул голограмму, радуясь наличию пальцев, и прикурил сигаретку: «Скоро увидимся, рыжая. Скоро».

Она встала раньше всех и бродила по жилищу, тщательно изучив каждый его уголок. Балкон открыл чудесный вид на иноземный городок, похожий на пристанище пришельцев из фантастического фильма. Всё-таки люди были близки в суждениях. Интересно, они улавливали частоту Унды и видели пейзажи во сне? Холодное течение ударило по ногам, но она не упала, благодаря руке, цепко ухватившей за плечо. В принципе падение в воде не было бы смертельным, просто инстинкт вызвал толику страха. Вчетверо превышая её рост, в проёме появилась фигура лекаря. Острый нос выплыл первым.

— Осторожнее, Ханна, — прищурил кроваво-красный глаз. — Течение здешних мест бывает внезапным, — в поведении чувствовалось напряжение.

— И холодным, — пробубнила она, глаза собеседника зажглись любопытством.

— Как ты нашла нас? — по птичьи склонил голову, не сводя с неё взгляда.

— Я узнала ответ во сне. Странно, правда? — хмыкнула девушка, а он схватил её за руку, и резким движением порезал ладонь. Она взвизгнула, а Гир вдохнул глубоко ноздрями и безумно улыбнулся.

— Этот запах ни с чем не спутать, — прошептал он с наслаждением, провёл пальцами по ране, панцирь засиял, и она затянулась.

Девушка ошарашено на него смотрела, мысли роились, но облачиться вслух не могли. Лекарь закрутился в слабом вихре цвета мокрой земли, и исчез в неизвестном направлении.

Как раз вовремя, ведь её окликнула Тина, и отряд засобирался в дорогу. Квинт не опоздал, и нервозность переросла в возбуждение неизвестности. Они достигли края воронки, поражавшей масштабами. Вода вертелась так быстро, что рябило в глазах. Ханна зажмурилась, справляясь с нахлынувшим головокружением. Холодок вновь появился, и еле ощутимо вился у лодыжек. Она старалась не думать о происшествии с лекарем, невольно периодически к нему возвращаясь. К счастью, телепаты были заняты, и не уловили вибраций. Иначе Дон обязательно бы разобрался по возвращении. Он держался рядом на случай опасности, выражение лица было серьёзным, но девушка знала — напускное. Она и сама боялась разочароваться, и вернуться ни с чем, пока Ящеры бомбят корабли и подчиняют Землян. Катастрофа являлась масштабной, и касалась всех без исключения. Квинт провёл широкой ладонью, насчитывавшей семь пальцев, и часть воронки испарилась, образовывая дыру. Ханна пересчитала: «Точно, семь». Особенность гиганта удивила её не больше наличия хвоста и панциря. Он передал людям маленькие камушки, нанизанные на потрепанные веревочки.

— Накиньте на шею! За чертой энергии Унды нет! Глубина может убить! — пробасил деловито.

Они нацепили кулоны, вмиг засиявшие голубым светом. Камень заморозил кожу, и девушка охнула. Пробравшись сквозь дыру, очутились в кромешной тьме. Давление сдавило голову, структура воды изменилась. Яркие планктоны и рыбки мельтешили в темноте, за века приспособившись к жизни на дне. Квинт дрейфовал впереди, выставив руку, словно опасался наткнуться на что-то. Дон боязливо нащупал её ладонь и сжал. Участники погружения морщились от боли. Волшебный камушек сдерживал давление, но от негативных проявлений не уберегал. Одна только Ханна не испытывала ни малейшего дискомфорта. Она дотронулась до яркой рыбки с выпученными глазами, и та потерлась о палец, как кошка. Дон удивленно моргал, не решаясь нарушать тишину. Гигант изменил направление, и вскоре они достигли приземистой пирамиды, заброшенной и ветхой на вид. Однако даже та сияла кое-где голубым. Видимо, энергия частично проникала в здешние места.

Девушка видела сооружение будто днём, заметив, что Дон выглядит совершено слепым. Он никак не мог сфокусироваться. Квинт, прищурившись, наблюдал. Паутина свисала со стен дома, мох опоясывал фасад. Казалось, там никто не живёт. «Как можно было променять прекрасный город на это?», — задалась она вопросом, и у неё в голове песней разлился чарующий смех. Она вспомнила, где слышала его раньше, и резко остановилась. Напрягавший зрение Дон, выпустил её ладонь, и на ощупь пытался вновь отыскать.

— Ханна? Что случилось? Где ты? — бормотал он.

Она взяла любимого под руку, и не сводя взгляда с дверного проёма шагнула в странное жилище.

Квинт заполнил большую часть комнаты, а они пристроились позади. Улайла занял позицию у самого выхода, то и дело, озираясь через плечо.

— Мирна! Я чувствую тебя! — грохотал голос гиганта, содрогая стены, с которых посыпалась земля. — Довольно изгнания! Разве не достаточно ты себя наказала?! Людям нужна помощь! — прокашлялся, в бой пошли контраргументы. — Ящеры вернулись, — произнёс он намеренно тихо, и воду всколыхнул зелёный вихрь.

Перед ними зависла чудесная, величественная особа: волосы золотыми струями спускались до пояса, кукольное личико имело светлый оттенок и аккуратные скулы; глаза были небесного цвета с неестественно светлой радужкой, губы пухлыми. Она скрестила руки на аппетитной груди, прикрываемой золотым, как и волосы, панцирем, и нахмурила идеальные бровки, сошедшиеся на переносице. Мощный хвост с множеством сверкающих шипов покоился без движения.

— Ты в своём уме? — прозвучало неожиданно, и Селина подпрыгнула на месте. — Ящеры мертвы! После взрыва планеты не выживают! — строптиво оглядывала чужаков, посягнувших на её территорию.

— Расскажи это тем, кто громит наш флот! И пытается поработить землян! — вспылил Дон, разговаривая в ином направлении.

Ханна же отлично видела хозяйку. Видимо, к электричеству добавилось умение видеть в темноте. Мирна задержала взгляд на девушке, и испуганно заморгала.

— Ты видишь во тьме глубин? — Она кивнула.

— Мирна, — перебил Квинт, — не время для этого. Нам нужно срочно найти Делию. Только корона…

— Сможет их одолеть, — закончила за него, косясь на необычную рыжую девчонку. — Я не видела Делию много лет, — помрачнела. — С чего ты взял, что я смогу помочь? — опустила голову, и подняла на него глаза, казавшиеся в этот момент особенно жестокими. — Она часто думала о нём. Не знаю, может, ей было бы комфортнее… — Ханна догадалась и открыла рот, хлебнув воды.

— Она там, где я нашла их! Дон! Она всё это время была там!

Квинт кивнул в знак благодарности и повёл отряд к выходу, а она задержалась. Мирна не спускала с неё глаз.

— Во сне я слышала твой смех. Тина думала, что меня звала Делия, но… Я думаю — это делала ты. — Эмоции сменялись на лице существа. Она подплыла ближе, заглядывая в глаза.

— Я не могу прочитать твои мысли, — глухо произнесла, протянула руку и коснулась плеча. Небесные глаза закатились, веки подрагивали. Явление стремительно прекратилось, и она расслабила плечи. — Тебя звала не я. Тебя звала твоя кровь, — глаза увлажнились, и она отвернулась. — Я пойду с вами. Скажи Квинту, мне нужна минутка, чтобы собраться.

Она не стала забрасывать существо вопросами. Было понятно — красавица жила в этой дыре не просто так, и жизнь у неё не сахар.

Отряду пришлось спешить в то место, которое они не раз проезжали. Делия питала чувства к Рему, и могла скрываться в холодных водах неизвестного происхождения. «А он был в ударе», — закатила она глаза. Тьма не пропускала ни капельки света, люди ступали медленно, на ощупь, существа дрейфовали. Квинт пыхтел. Его, видимо, раздражала медлительность. Мирна молчала.

— Куда мы плывем? — прокричала Ханна, не выдержав тишины.

— Недалеко отсюда есть водный портал! — прокричал гигант.

— Вроде того, через который мы к вам попали?! — подтягивала за собой Дона.

— Да! И он вынесет нас к побережью Аквы!

— Аквы, — повторила она, ощущая как гордо звучит.

— В нашем мире столица Земли называлась Аквой, — откликнулась Тина.

Квинт без конца поторапливал, а Мирна не проронила ни слова, пребывая в изрядном напряжении. Не было сомнений — что-то произошло между ней и королевой. Ситуация оказалась настолько сложна, что могущественные женщины предпочли жизнь отшельников, а вторая даже умудрилась забросить престол. Ханна думала над этим, и решила — лучше не знать. Однако девушке было жалко красавицу, с опаской проглядывавшую в её сторону, и страшившуюся предстоящей встречи.

Спустя какое-то время вода стала прохладнее и взволновалась. В нескольких метрах крутилась небольшая воронка. Квинт махнул им рукой.

— Прыгайте по очереди! Сгруппируйтесь! Может не слабо колыхнуть!

Первым вызвался Улайла, следом запрыгнули и все остальные. Селина взвизгнула, голос удалялся скачущим эхом. Когда Ханна подошла к краю, притягивавшему, словно магнит, случайно коснулась его рукой, и воронка замедлила ход. Гигант охнул у неё за спиной, Мирна прищурилась.

— Как ты сделала это?! — грохотал он, подталкивая её поближе. — Давай, давай! Времени мало!

Она спокойно, без выкрутасов, перенеслась на другую сторону — походило на детскую горку в аквапарке. Отряд приходил в чувства после круговорота, а она оглядывала обломки камней не выкорчеванных цивилизацией, по-прежнему покоившиеся на глубине. Дон помрачнел, его кулон сиял ярче обычного. Девушка осмотрелась — все кулоны сверкали голубым, и только её источал слабый свет. Существа многозначительно переглянулись. Прийдя в себя, они поспешили на поиски королевы, благо света для людских глаз здесь было достаточно. Они спускались всё ниже и ниже, без оборудования, и кислорода. Водоросли и кулоны исправно выполняли свои функции. Ханна поверить не могла, что это происходит наяву. Для неё не существовало большего удовольствия, чем погружение, а с лёгкостью и маневренностью оно превращалось в увлекательную игру.

Проплыв под камнями и куском суши, обнаружили углубление. Квинт собирался протиснуться, но оттуда внезапно показалась зубастая голова. Громадный кулак дал по носу хищнику, и акула изменила направление.

— Будьте осторожнее! — бросил сердито через плечо.

В углублении оказался скрыт проход, который и вывел путников в просторное помещение: стены были ровными и гладкими, вода прозрачной, тягучей, свет неведомым образом заливал пространство. Мирна загородила собой людей, гигант победно оскалился. Стало быть, они нашли королеву.

— Делия! — крикнул он, но ответа не последовало, и умоляющий взгляд пал на спутницу. Та тяжело вздохнула.

— Делия, — прошептала она, опуская глаза в пол.

В тот же миг чёрный вихрь взметнул воду и закрутился над головами. Отряд занял оборонительные позиции, а гигант улыбнулся во весь рот. Вихрь остановил вращение, чёрная кожа блестела чешуйками, янтарные глаза сверкали огнём, панцирь и корона переливались голубым свечением, а мощный, чёрный, усеянный шипами хвост придавал величия. Она была неземной красоты, имела широкие бёдра, увесистую грудь, скрытую под панцирем, атлетичное тело, а лицо четкость линий, и аккуратный носик. Коричневые бровки, одна из которых разделялась шрамом, нахмурились. Взгляд откровенно пронзал Мирну. Затем она перевела его на людей и остановила на Доне, глаза увлажнились. Делия подплыла и коснулась бородатой щеки, а тот заворожённо наблюдал за существом, красивее которого не встречал. Ханну пронзило уколом ревности, и она надула губы.

— Ты жив…, — прошептала королева, обдавая сладким дыханием. — Я помню тебя младенцем, — улыбнулась сквозь слёзы, глаза округлились. — Как такое возможно? — метнула острый взгляд на гиганта, видимо, замещавшего королеву в её отсутствие.

— Мы не выходили на связь с Землёй сотни лет, — виновато пожал громадными плечами.

Взгляд Делии стал сосредоточенным, она размышляла. Никто не решался встревать, терпеливо ожидая. Внезапно королева втянула носом воду, как бы принюхиваясь, и внимательно посмотрела на Ханну, девушка инстинктивно сделала шаг назад. Та приблизилась, янтарь будто плавился в глазах. Сложно было угадать эмоции, но Ханна ощутила кожей холодную ярость. Мирна преградила королеве дорогу, хищно выгнув спину.

— Ты посмела привести её сюда, — прорычала Делия, обнажая острые зубы. — Мне стоило бы убить её тебе в наказание.

— Она не виновата, и ты это знаешь, — цедила Мирна в ответ. — Я не звала её, она пришла сама. Отпусти, и я прослежу, чтобы девочка больше никогда не нарушила границы Глубин, — небесные глаза умоляли, руки сжимались в кулаки.

Хвосты существ колыхали воду. Дон ухватил Ханну за руку, и попятился к выходу. Гигант, похоже, также не понимал, что происходит.

— Договорились, — вильнула хвостом Делия и отскочила к стене. — Квинт! — он низко поклонился, задевая лбом каменный пол. — Оповести мою мать! Я возвращаюсь домой! — Тот просиял и широко улыбнулся. А она обратилась к Тине. — Мы уничтожили планету Рептилий однажды, — спокойно продолжила, игнорируя Мирну. — Энергия Унды способна и не на такое, — ухмыльнулась, корона засверкала ярче, активируя практически все кулоны. — Мои люди переберутся ближе к материку и будут готовы выступить. — Тина благодарно кивнула. — Рептилии регенерируют со скоростью звука. Убить их обычным оружием не получится. Камень должен источать достаточно энергии, чтобы получилось, при условии, что она достигнет атмосферы.

— Какой план? — отозвался Дон, не понимая, к чему она клонит.

— Народ Унды появится на поверхности и наполнит атмосферу энергией! А вы должны заманить сюда флот противника! Как только они вдохнут здешний воздух, их способность к регенерации исчезнет, и тогда дело будет за вами, — склонила голову на бок.

— Когда?! — обрёл дар речи Улайла.

— Для начала заманите их в Акву, — подняла она глаза к своду пещеры, словно могла видеть сквозь камень. А затем сняла с руки золотой с драгоценными камнями браслет, и передала Тине. — Надень его, и мы выступим. — Та серьёзно кивнула. — Не нужно благодарности, — улыбнулась королева. — Я люблю эту планету также, как ты. К тому же, почва пропитана воспоминаниями, — кожа сделалась чуть светлее, принимая болезненный вид. — Что ж! Сын Рема! — наигранно улыбалась. — Удачи! — перевела взгляд на Ханну. — Твой отец тоже сделал неправильный выбор, — поджала губу. — Постарайся, не ошибиться, — кивнула, взметнулась в вихре, и исчезла.

Квинт открыл было рот, но Мирна вскинула ладонь, останавливая. Люди с любопытством переглядывались.

— Вы слышали королеву! — весело прогремел гигант. — Она слово сдержит! Отправляйтесь на сушу!

Отряд направился к выходу, но Ханна остановилась в проёме, и гневно уставилась на Мирну.

— Тебе пора спасать мир, — глухо отозвалась та.

— Почему она меня ненавидит?! — дрожала девушка, будто от холода.

— Ты не виновата. Забудь, — ответила та беспечно.

— Ты расскажешь! — вскинулась Ханна. Улайла схватил девушку за локоть, и его ударило разрядом. Он взвыл, падая на колени. — Расскажешь, — рычала она, галиматья с кровью начинала её напрягать.

Мирна крутанулась в вихре, но она подпрыгнула, придала себе ускорение ногами, и сжала хвост в руке, глаза собеседницы блеснули испугом. Ханна резким движением вернула её на место. Да так, что та грубо приземлилась, стесав о каменный пол шип, и с вызовом посмотрела на рыжую бестию.

— Хорошо! — рявкнула сердито. — Только рассказ будет долгим! — кивнула в сторону друзей.

Дон положил ей ладонь на плечо, умоляя взглядом, и она выдохнула, разжимая кулаки.

— Я вернусь за ответами, Мирна! И не надейся! — Красавица серьезно кивнула, не протестуя.

— Ты знаешь, где меня найти. Течение подскажет, — Зелёный вихрь умчал её из пещеры, а они устремились к поверхности.

Выбравшись на берег, стянули с шеи кулоны и глотнули земного воздуха. Ощущение было обратным. Казалось, она пришла в гости, а не вернулась домой. Её кулон всё ещё находился на шее, и не излучал ни толики света. Селина выгнула рыжую бровь.

— Почему твой не работает? — откашлялась, переизбыток кислорода влиял на организм.

— Потому что она не человек, неужели не ясно? — ехидно подметил красавчик, собирая в привычный пучок волосы.

— Отставить! — гаркнула Тина, и больше щекотливая тема не поднималась.

Ханна задумалась. Улайла был прав. Внеземное происхождение вполне логично объяснило бы способности, появившиеся совсем недавно. Она вспомнила лица своих родителей и разочарованно хмыкнула, обращая на себя внимание Дона. Он участливо взял её под руку, и шепнул на ухо: «Ты лучшая», вызвав улыбку.

Машина ожидала там, где оставили. Местечко было заброшенное. Здесь никто не бывал, не исключая местных властей. Сменив одежду на сухую, засобирались в путь. Дон как раз выруливал с пляжа, когда над ними нависла малогабаритная округлая тарелка, с обоих краев показались серебристые пушки. Сердце девушки рухнуло в пятки, и она вжалась в сидение. Дон резко развернул машину, выстрелы просвистели, задевая обшивку. Он гнал вдоль моря, радуясь выбору авто, с безумным оскалом преодолевая препятствия, а ребята тряслись в салоне, стараясь не биться головами — на Земле не было Гира, способного их исцелить.

Аппарат не отставал, бесшумно лавируя и осыпая снарядами. Она обернулась, Дон схватил за шею и с силой прижал к сидению. Взрыв разнёс часть крыши над головой, осколки посыпались за шиворот. Её парализовало от страха, но мысли продолжали движение.

— Дон! — крикнула, сжимая ему колено. — Нужно в город!

Он вырулил к прибрежному городку, и корабль противника растворился. Видимо, открыто они появляться пока не могли. Он достал передатчик, в синем спектре появился Ларо. Выглядел правитель устало и удрученно.

— Нашёл? — угрюмо спросил тот.

— Делия требует выманить их в Акву! Здесь они смогут лишить врага способности возвращаться! — Тот задумался.

— У них Ная, — выдохнул Ларо. — Мы отступили.

— Действовать нужно сейчас! Унда готова! — Правитель кивнул.

— Они не глупы, — вклинилась в разговор Ханна. — И не станут использовать все корабли. Тем более, если узнают о наличии существ, которые их однажды повергли. — Дон тяжело вздохнул. — Ваш корабль может быть невидимым, так? — Голограмма кивнула. — Возьмите на борт как можно больше людей и спрячьтесь на пляже.

— А другие корабли пусть выманят Ящеров в черту города, — подытожила Тина, выглядывая из салона. Ханна кивнула. — Отличный план!

— Ну, испортит Унда воздух, и что? Откуда нам знать, на какое расстояние оно распространяется! — затряс Улайла пучком, Селина тут же поддакнула.

— Будем надеяться — повезёт, — огрызнулась Тина. — Есть идеи? — стрельнула в него взглядом, и он ретировался.

Обсудив детали, бросили машину и заняли церковный чердак. В здании не было ни души, а запах ладана успокаивал нервы. Скоро наступит рассвет. Путешествие оказалось долгим и утомительным, глаза слипались. Дежурить решили по очереди. Первым заступил Дон, а она привалилась ему на плечо, согреваясь теплом и слушая стук сердца.

— Поспи, — гладил её по волосам.

— Они послали корабль за мной, — вырвалось вдруг, и он нахмурился.

— Они боятся, что мы найдём Унду.

— Нет. Я чувствую — они ищут меня. Я ещё никогда не была ни в чём так уверена. — Он прижал её к себе теснее, зажимая в медвежьих объятиях.

— Я тебя никому не отдам.

Ларо созвал совет и оповестил об изменениях стратегии. Члены Вече безоговорочно его поддержали. Пару часов потребовалось, чтобы перетащить бойцов на большой корабль, предназначенный для межгалактического путешествия. Правитель оценил риски. В случае обнаружения и падения, понадобиться три года, чтобы воссоздать его вновь, и отправиться на другую планету. Он мечтал поскорее разобраться с проблемой и вернуться. Пребывание на Земле будоражило воспоминания. Сильный и мудрый Магнус до сих пор вскрикивал во сне, разрезая животы снова и снова. Лишь Ида знала об этом, и встревоженно наблюдала за реакциями любимого. В жизни она тоже успела натерпеться, и беспокоилась за Ларо. План рыжей был, откровенно говоря, рискованным. Рассредоточить людей и окружить врага было бы куда гуманнее. Однако до сей поры результатов битва не приносила, кроме потерь, и он согласился попробовать. На крайний случай они могут сбивать врага в море, а там Унда завершит начатое. Он гордился внуком, но никогда не признался бы заносчивому отпрыску. Улыбка застыла на бледном лице. Дон являлся идеальным сочетанием Рема и Мари. Иногда сходство пугало, и он погружался в себя. Ларо встал у панорамного окна, накинув на голову чёрный капюшон: «Приступим! Курс на Акву! Закончим всё там, где и началось!»

Громыхнуло, и она подскочила, широко распахнув глаза, веснушки побледнели от страха. Дон, кажется, тоже уснул, сонно потирая глаза, и закрывая её собой. Звук повторился, пробудились остальные. Тина прижала палец к губам, и они не решились нарушать тишину. Напряжение достигло апогея, и воспалённый мозг стал проецировать тревожные звуки. Реальность смешалась с фантазией, и девушка не знала, чему верить, искренне надеясь на лучшее. Затишье длилось не долго, дверь слетела с петель, врезалась в Тину, и впечаталась в Улайлу, повалив обоих одним махом. Белые костюмчики вальяжно вошли в помещение. Усатый стоял впереди и победоносно скалился. Дон бросился на него, но взгляд тут же остекленел, и он упал на колени перед жуткими существами. Усатый взглянул на Ханну, улыбаясь уголками губ, голограмма, скрывавшая хищную голову, дрожала. Девушка начала источать вибрации, готовая ударить по неприятелю, но тот вскинул ладонь.

— Рискни! И мы уничтожим твоих друзей! — прищурился. — Или же ты можешь пойти с нами, и я скажу хозяину, что удалось поймать только тебя, — оскалился, потирая ладошки, на пальцах выросли когти, шкрябая друг о друга.

Ханна оценила обстановку и поднялась на ноги, серьёзно кивнув существу. Усатый подвинулся, позволяя выйти наружу, хохотнул, глядя на барахтавшийся отряд, и покинул чердак. Лазарь сполна отблагодарит его за находку. Стук каблуков удалялся, сменяясь звуком взлетающего корабля. Дон пришёл в себя и рванул следом, но они уже скрылись за облаками. Он пронзительно закричал в ночь.

Внутреннее устройство посудины было лаконичным, стены и пол гладкими. Ящеры управляли ей с помощью мысли, транслируя во всеуслышание. Команды были короткими, чёткими, курс держали на главный аппарат флотилии. Усатый вальяжно развалился в кресле, наблюдая за товарищами, которым отдыхать было некогда. Девушка устроилась в соседнем кресле, сложила руки перед собой, и уставилась на пальцы. Так она ещё не влипала, но и выбор был не велик. Она не смогла бы позволить навредить Дону. Усатый метнул на неё любопытный взгляд и придвинулся, передвигая кресло рычажками, появившимися из ручек.

— Меня зовут Крон, — прохрипел он, ожидая ответа. — О чём задумалась, рыжая? — Она подняла глаза, и он догадался. — Беспокоишься за него? — голограмма активно дрожала. — Стоило бы позаботиться о себе, ведь сам Лазарь имеет на тебя виды, — гадкая улыбка активировала рвотный рефлекс, который она с трудом подавила.

— Почему? — прошептала испуганно.

— Хм, — почесал искусственный подбородок. — Думаю, дело в тебе самой, — наклонился, обдав тёплым дыханием. — Лазарь обычно не промахивается, — щёлкал пальцами, создавая отвратительный звук. — А ты изрядно его погоняла. Ему это льстит.

Корабль приземлился в просторном помещении главного аппарата, и Крон конвоировал пленную. Кипела жизнь, существа не прятались под голограммами, клацая острыми зубами, зелёные головы подпрыгивали при ходьбе, мощные лапы царапали когтями полы, а хвосты служили орудием труда. Они основательно восстанавливали подбитые корабли для следующей атаки. При виде Ханны твари вели носами, ноздри раздувались, раззевались пасти. Она незаметно понюхала свою одежду, но ничего не почувствовала. Крон приобнял её по-дружески, и проводил к металлической двери, лязгнувшей о стену, и оставил с первым заместителем наедине.

Молодой, симпатичный мужчина с атлетичным телом повернулся и одарил откровенной улыбкой. Она смутилась, поёжившись, будто от холода. Вмиг его глаза изменили цвет, а зрачки стали вытянутыми. Намеренно цокая каблуками, он подошёл вплотную, шумно втянул носом воздух, и схватил за плечи, впивая в них когти. Девушка охнула, теряя дар речи, ноги тряслись.

— Я так долго ждал этого момента, рыжая, — прошептал он, прижимаясь, и она ощутила степень его возбуждённости. — Думала, так легко от меня избавишься? Я выживал тысячи лет, — наклонился, ухватил за лицо, и длинный раздвоенный язык проскользнул ей в рот. Существо издавало треск, а она создала невидимую волну — ничего не изменилось. — На сей раз ты на моей территории! — рассмеялся Лазарь и заключил в стальные объятия.

Она совершала попытки вырваться, но безуспешно. Человеческая внешность не вязалась с силой, которой был наделён мужчина. Он пожирал её желтыми глазами, пока рука скользила, достигая лона. Она рычала, кусала его за шею, но он будто и не чувствовал боли. Пальцы достигли желанного места, и погрузились. Ханна презирала слабое тело за то, что оно поддаётся на ласки. А он и не думал останавливаться, погружая их глубже. Она морщилась, капли пота стекали по лицу. Озарило ужасное осознание — близости с тварью не избежать, без силы она всего лишь человек. Он развернул девушку спиной и содрал одежду, разрывая когтями в клочья. Треск усилился, уши болели. Грубо придавив лицом об стол, Ящер в неё вошёл. Ханна взвизгнула, сопротивлялась какое-то время, а затем смирилась. Лазарь ритмично обладал ею, треща и тяжело дыша. Дверь в зал отворилась, но он не прервал слияния. Усатый смущенно объявил:

— Корабли зависли над побережьем Италии, сэр!

— Вылетаем! Я скоро закончу! — отчеканил и впился когтями в нежную грудь, шепча ей на ухо: «Нравиться, рыжая?».

Одинокая слезинка скатилась, оставаясь на металлическом столе. Цена за спасение любимого оказалась слишком велика! «Лучше бы он меня сразу убил».

Потрёпанную и униженную её бросили в камеру. Двое существ охраняли выход, одно клетки. На потолке над головой загорелся фонарь, ослепивший и парализовавший одновременно. Лишившись зрения, она окунулась в мысли, проворачивая позорную сцену вновь и вновь. Однажды в юности её спасли морячки, оказавшиеся в нужном месте, сына старикашки отбросила сила, но неминуемая участь постигла девушку так, или иначе. Она чувствовала себя грязной, испорченной — сгнивший фрукт на витрине среди сочных собратьев. Именно этого и добивался Лазарь. Смерть физическая казалась ничем, по сравнению со смертью души, и Ящер угодил точно в цель. Семя чудища всё ещё находилось в ней, жгло внутренности, разъедая плоть, словно кислота. Ханна совсем поникла, скованное тело заныло, причиняя боль. Терпеть было невыносимо, и она тихонечко захлюпала носом. В этот миг девушка услышала знакомый хохоток, и вновь напряглась, взяв себя в руки. Мысли о смерти отошли на второй план. Она не станет дожидаться исхода! Теперь у неё появилась цель — узнать, кто она такая! Она напряглась изо всех сил, ток пробежал по пальцам и исчез. В этом месте, видимо, тоже что-то блокировало возможности. Повторила попытку — ток проскользнул до кисти. Шаркающие звуки приблизились, а значит она привлекла внимание. В животе забурлило, тошнота подкоптила к горлу. Ханна не стала сдерживать позыв, и низвергла содержимое желудка на пол, заливая всё вокруг. Прутья камеры с лязгом отворились. Даже лишившись зрения, она ощущала существо, протянула пальцы, и коснулась кожи. Собрав волю в кулак, направила на него остатки сил, и тот свалился затрясшись. Вмиг она обрела зрение, одна из завес пала. Преодолев паралич, дотянулась наполовину чувствительной рукой, и сорвала у него с пояса чёрный круг. Камень холодил ладонь, моргнул, и паралич отступил. Существо всё ещё тряслось. Выбежав из камеры, она оглянулась, и заметила в соседней женщину без кистей. Та лежала на боку, лицо посинело. Всего мгновение девушка думала, как поступить. Ная находилась без сознания, и она попыталась её разбудить — не вышло. Тогда Ханна дотронулась ей до лица, и ударила током. Разряд привёл пленницу в чувства, и та несвязно залопотала, а она потащила её под руку, нацелившись на тех двоих у выхода. Хищные пасти клацнули, ноги совершили прыжок, но волна смыла с пути. На сей раз и она была наэлектризована, и существа не смогли подняться, признаков жизни не подавали.

Корабль трясло, мотало. Сражение началось. Она же целенаправленно двигалась в поисках того отсека, куда прилетела. «Сейчас нужно уносить ноги. А позже я оторву башку этому гаду!», — думала девушка, сжимая до хруста челюсти. Она перестала себя жалеть, всем сердцем ненавидя опасную тварь.

Дон ожидал отмашки правителя, потея, краснея лицом, и безумно надеясь, что Ханна ещё жива. Он искал её множество лет, обошёл пол Земли, и потерять просто не мог! Тина, Улайла и Селина прикрывали тылы. Они заняли отвлекающий корабль, рассчитывая прорваться первыми. Остальные ожидали в засаде. Флот противника прибыл на поле битвы. Началось. Свист выстрелов закладывал уши, ящеры снабдили лучи ультразвуковой атакой. Морщась от боли, они планировали в потоке, остановив двигатель, и когда враги спустились, врубили на полную мощность. Куски металла посыпались на землю, последние крики обрывались перед взрывами. Краем глаза Дон заметил, как всколыхнулась водная гладь. Из глубин выросли мощные фигуры жителей Унды, и не было им ни конца, ни края. Возглавляла процессию королева. Корона засверкала ярче солнца, и панцири подключились, зажигаясь поочерёдно. Красивее зрелище можно было увидеть только на просторах галактики. Миллионы искорок излучались панцирями существ и поднимались в воздух, заполоняя его собой. Он скользнул рукой по сенсору, отодвигая Тину, и корабль врезался в бок самого большого из всех, кровь залила бородатое лицо. Выскочив из корабля, он припустил по коридорам, отстреливая тварей. Друзья старались за ним поспевать.

Вскоре земляне зажали рептилий, перерубив добрую их часть. Держалось всего несколько кораблей, включая главный. Они пятились, намереваясь отступить, но пути перекрыли. Ларо’ жаждал разгромить противника раз и навсегда, предугадав хитрый ход. Оказавшись на другом конце корабля, Дон заметил Амину, источавшую волны, и уничтожавшую взглядом.

— Дон! — крикнула Тина, не прерывая сражения. — В зал управления! Нужно захватить командора!

Он хотел было бежать, но увидел Ханну, тащившую на себе Наю, и остолбенел. В тот же момент на возвышении, что вело на второй этаж, показался Ящер в человеческом обличии, вытянутые зрачки сверкали, безумная улыбка застыла на подрагивавшем лице. Прыжок, и он уже внизу, медленно ступает и хлопает в ладоши, баталия его ничуть не смущает. Отчего-то Дон его сразу узнал. Кто-то замахнулся на существо, и резко воткнул нож себе в глаз, прощаясь с жизнью. Длинным языком Лазарь облизал ровные зубы:

— Добро пожаловать на борт! — прогремел он, оскалившись. — Тебя то мы и ждали! Верно, дорогая?! — Ханна побледнела, как мел. — Мы с рыжей стали близки за время твоего отсутствия! Расскажи ему, милая?!

Она проглотила язык, а Дон побагровел лицом и бросился в атаку, вмиг затормозил и воткнул клинок себе в ногу. Неистово завопив, исподлобья он сверлил врага взглядом.

— Слабый! — приближался тот. — Наивный! Глупый! Что в нём нашла Искра?! — Ханна нахмурилась. — Да, рыжая! Ты потомок рода планеты, которой не было равных ни в одной вселенной! Конечно, бархатная кровь у тебя лишь наполовину! Другая — отвратительно приторная, пропитанная морской солью! Но и это не помешает мне насладиться сполна! Я уничтожу его, и продолжу! — оттолкнулся, совершив затяжной прыжок, острые зубы нацелились на жертву.

Ханна бросила Наю и побежала, но ей было не обогнать мощное существо. Дон вытащил кинжал из ноги и поднял, готовый встретить судьбу. Зубы неумолимо приближались, электрическая волна прокатилась по кораблю, задевая и своих, и чужих. Люди и существа тряслись от разряда, но его будто и не тронуло. Казалось, всё кончено. Как вдруг Амина заслонила его собой. Зубы твари сомкнулись на шее, глаза закатились. В последний миг хребет острой пикой взметнулся и проткнул Лазарю глаз. Первый заместитель изрыгнул сгусток зелёной жижи, прохрипел что-то несвязное, и испустил дух. Вокруг трупа сверкали крохотные голубые огоньки, и плоть рассыпалась прямо у них на глазах. То же происходило и с другими павшими рептилиями, Унда исправно выполняла обещание. Амина лежала у него на руках, грудь часто вздымалась, веки прикрыты. Воины, шатаясь, начали приходить в себя после электрического удара. Ханна не осмеливалась подойти. Невозможно было описать ту боль, которую чувствовал её мужчина, и она напрочь забыла о собственных муках. Он утирал ладонью слёзы, гладя Амину по волосам.

— Не уходи, прошу, — шептали еле слышно губы. Целительница сделала усилие.

— Я…сдержала…слово — позаботилась…о…тебе, — дыхание оборвалось, и она обмякла, а он крепко прижал к себе тело и протяжно завыл.

Она подняла Наю, не совладавшую с ногами, пребывавшими долгое время в состоянии оцепенения. Корабль тряхнуло и накренило, участники битвы стали слетать вниз. Кто-то кубарём скатывался, кто-то врезался в стены. А она наткнулась на Амину, зажимая бездыханное тело в жуткий бутерброд. За каркасом протяжно свистело, а затем громыхнуло. Удар отпружинил обратно, но девушка успела ухватиться за искореженный выступ. Вода хлынула в щели. Ханна испуганно искала Дона глазами. Обнаружив, отпустила пальцы, и с высоты бросилась в воду. Удар пришёлся на ноги, и вывернул ей лодыжку. Она спускалась всё ниже, как в том сне, вода проникла в горло. Ещё немного и проберется в лёгкие. Он неподвижно лежал на дне, лицом вниз. «По крайней мере мы вместе», — подумала девушка, и вспомнила замороженную под водой пару, сомкнувшую губы в последнем поцелуе. Лёгкие заполнились водой, и она зажмурилась, принимая смерть. Однако той не последовало. Она вдруг поняла, что всё ещё дышит, и, преодолев оцепенение, подплыла к любимому. Схватив его под руки, начала подниматься, усиленно дергая здоровой ногой. Кто-то подхватил её сбоку. Ханна обернулась, и увидела Тину, которая, запасшись кислородом, раздувала щёки. Вынырнув, она шумно отдышалась и помогла удерживать Дона, пока они не нашли пробоину, и не выбрались наружу.

Хвостатые с шипами существа рассекали по морю, ныряя и нанизывая на копья Ящеров. У них не было ни малейшего шанса на спасение — не в этот раз. Делия чёрной фурией пронеслась над водой, выверенными движениями управляя хвостом, и устремилась к суше. Ящер с полоской на спине почти выбрался на берег, но шип пронзил ему горло, а тело рассыпалось в прах, и его унесло ветром. Гигант — Квинт оказался поблизости, и помог вытащить Дона на берег. Ханна нервно начала делать ему искусственное дыхание, но он не приходил в сознание. Руки похолодели и затряслись, в глазах плясали статические искорки. Квинт протянул амулет с голубым камнем, и она быстро надела его на шею любимому. Через мгновение он выплюнул воду и закашлялся, а она прижала его голову к груди, и истерично расхохоталась.

Усилиями Ларо’ жителям прибрежных мест стёрли память. Земляне не были готовы к подобным знаниям. Амину погребли на побережье Аквы, провожая в последний путь плакали. Ная рыдала взахлёб на плече у рослого мужчины своей расы. Видимо, он являлся отцом целительницы. Дон был безутешнее всех, падал в обмороки — организм не выдерживал столь сильной психологической нагрузки. Ханна отстранённо наблюдала за горем, не чувствуя ничего. Ей была безумно симпатична Амина, и лишь благодаря её стараниям она осталась рядом с Доном, но эмоций не было, как ни старалась воззвать к человечности. Девушка ненавидела себя за это, но и поделать ничего не могла. История Амины, Рема, Мари и их сына была печальной, но не затрагивала струны души. Ей будто подрезали их в одночасье. Вспомнила, как хребет проткнул глаз Лазарю, и улыбнулась. Впервые она открыто радовалась смерти, и не стыдилась своих мыслей. Праздно переводя взгляд, заметила соединенные руки Улайлы и Селины. «Не зря поддакивала», — усмехнулась, привлекая внимание Иды. Та грациозно подошла и тихонько сказала:

— Спасибо. Ты привела нас к победе. — Ханна часто закивала: «Если б ты знала, какой ценой», — добавила про себя, и собеседница услышала. Внимательно присмотревшись, она заглянула в израненную душу и не защищённую голову, и, взметнув песок, удалилась.

— Что это с ней? — отозвался скрипуче старикашка на коляске.

— Что тут скажешь, — выдохнула девушка, и зашагала в сторону города.

Несколько недель она пребывала в одиночестве, не желая никого видеть. Груз событий давил куда только можно, а грязь не смывалась шампунями. Жутко стыдно было бросать Дона в тяжелое время потери! Амина ведь вырастила его, как сына! Только вот по-другому она не могла. Прокручивая последние слова Лазаря, смирялась с тем, что её вырастили чужие люди. В груди кололо, переживания давали о себе знать. Стало быть, её отец неизвестное существо под названием «Искра», а мать из Унды. Девушка тяжело вздохнула, догадавшись, и ударила кулаком о стену. Кости хрустнули, но к счастью не повредились. Разрываясь между желанием навестить лживую мать и пустить себе пулю, выбрала третье — отправилась туда, где не была множество лет.

В дверях обыскали на наличие острых предметов, телефон пришлось оставить на проходной. Пухлая женщина лучезарно улыбнулась, и повела через палаты во двор. Раньше, наблюдая за постояльцами заведения, она думала: «Нет ничего хуже лишиться рассудка». А сейчас и сама предпочла бы забыть, не гнушаясь последствиями. Запах ароматных цветов достиг рецепторов, успокаивая.

— Посадили пару месяцев назад. Говорят, благотворно влияют на пациентов, — бросила через плечо женщина.

— Похоже на правду, — буркнула она и остановилась, завидев Пабло.

Он оживленно беседовал со старушкой в фетровой шляпе, размахивая мозолистыми руками. Слёзы навернулись на глаза. Она осторожно подошла и положила руку ему на плечо.

— Привет, — прошептала.

— Привет, — хрипло ответил мужчина, непонимающе моргая. Он полностью поседел, морщины стали глубже, животик куда-то исчез, глаза по-прежнему были пустыми. — Мы знакомы? — заискивал он.

— Нет, — покачала она головой, и он подключил обаяние.

Они болтали, словно впервые, флиртовали, и на мгновение Ханна почувствовала себя прежней — живой. Прогулка подошла к концу, и его увели в здание. На прощание он радостно махал ей рукой.

— Приходи ещё Ханна! Было здорово!

Утирая слёзы рукавом, она брела по дороге. Автобусы уже не ходили, такси в здешних местах попробуй ещё отыскать. Ночь была чудесной, тихой. Луна зависла на небе, закрываемая блёклыми тучками, не способными погасить сияние. Она вдруг поняла, что похожа на ночное светило. Вспомнился глубокий взгляд Дона, и девушка поникла. Она безумно скучала. Впереди раздался свист, и стратегическое укрытие растворилось. Корабль выплюнул трап, с которого сбежал бородатый мужчина, и заключил её в объятия. Обрадовавшись теплу, Ханна не успела среагировать. Стыд вновь разъедал, словно яд, отравляя сознание, и она дёрнулась, желая освободиться, но он не позволил.

— Корабль ждёт! — пробасил напористо.

— Я…

— Ты не виновата! — скулы напряглись, в глазах полыхала ярость. — Я не успел! Прости меня, Ханна! — Она заметила, как осунулось и похудело его лицо, и расплакалась, утыкаясь носом в массивное плечо.

Оставаясь с любимым, она день за днём преодолевала внутреннюю бурю. Стыд никуда не исчез, но притупился, и на этом спасибо. Девушка сражалась с собой, силилась забыть, и делала успехи. Народ Унды вернулся на прежнее место обитания, предпочитая жить подальше от людей. Что ж! Их можно понять. Улайла и Селина вовсю готовились совершить ритуал связи. Ханна наблюдала за влюблёнными издалека. «Через неделю мы улетаем на Люмиус», — зазвучала у неё в голове Ида, возникшая позади.

— От тебя зависит, полетит ли с нами внук, — гордо держала осанку. — Что ты решила?

— Не знаю, — отвечала она не глядя. — Трудно сказать. Я привыкла жить на Земле, — повернулась. — Только оказалось, что я и не человек вовсе, — боль мелькнула в глазах. Ида погладила её по щеке.

— Ты страдаешь, дитя. Я готова помочь. Позволь ….пробраться в сознание. Иногда нужно увидеть самой, чтобы понять.

Ханна обещала подумать, и чем ближе была дата отъезда, тем явственнее осознавала, что это единственный шанс выбраться из мира саморазрушения. Дон не стал противиться решению, но и восторга не испытал, процедура причиняла нестерпимую боль. Ларо одобрил идею, и лично присутствовал при исполнении. Он не успел поблагодарить девушку за помощь, и хотел загладить вину за резкий приём. Ханну усадили в кресло, руки и ноги защелкнулись браслетами. Лишение подвижности напомнило насилие, и она закусила губу, чтобы не разрыдаться. Дон, Ида, и Тина заняли позиции. Последняя узнала случайно, и непременно решила присутствовать, возражения не принимались. Аппарат начал действие. Ида управляла им с информационного планшета, скомандовав приготовиться. Острые прутики возникли из ниоткуда и проткнули голову, и позвоночник. На сей раз девушка не противилась, стараясь унять электричество, разливавшееся от локтей до кончиков пальцев. Руки сияли, глаза искрились миллионами огоньков, будто были сотканы из алмазов. На возникшем из потолка мониторе засверкали обрывки, которые сложный механизм каким-то неведомым образом выуживал из тканей костного мозга. Ида скомандовала: «Начать запись!» Они видели всё глазами испытуемой, проматывая плёнку на некоторых моментах, являвшихся особенно личными. Вскоре подобрались к последней встрече с Лазарем, и Ларо’ рявкнул — пропустить, но Дон не позволил. Они отвернулись, а он не моргая смотрел, и плакал. Аппарат остановился, прутья исчезли в кресле. Ханна обессилела и свалилась на бок. Он подхватил её на руки, и отнёс в куту, бережно укрыв одеялом.

Пробудившись, она дёрнулась, и мышцы свело, превращая в камень. Острая боль пронзила икру, и девушка, обхватив ногу, начала раскачиваться, подвывая — организм мстил за издевательство. Болезненность процедуры не позволила видеть воспоминания, и она мечтала поскорей добраться до записи. В палату белоснежного, целительского блока робко постучали. Кудряшки облепили серое лицо, Шай совсем на себя не походил. Он грузно опустился на койку, мимолетно на неё взглянув.

— Решилась все-таки? — Она кивнула, нога перестала болеть, и теперь колола. Ханна догадалась, что Шай скорбит по Амине, и накрыла его длинные пальцы своими.

— Мне жаль, — опустила глаза. — Ты любил её.

— Всегда. А она любила другого, и предпочла растить его сына. Я так и не успел простить, — хлюпал носом. Она потянулась и обняла, обхватив настолько, насколько смогла, а он пронзительно на неё посмотрел. — Уверена, что хочешь знать правду? Она ранит.

— Я опустошена, — впервые призналась девушка вслух. — Ида считает, что это поможет разбудить эмоции.

— Надеюсь, она права. Тебе не идёт образ бесчувственной леди. — Они улыбнулись друг другу.

Дон оставил информационный планшет в куте. К нему прилагалась записка: «Ты должна сделать это одна». Сердце защемило при мысли, что он, возможно, видел её позор. Однако любопытство пересилило, и она, собравшись с духом, отправилась в путешествие по прошлому. Вначале на экране ничего не происходило. Затем картинка затряслась, и резкий свет резанул глаза. Дитя кричало, сотрясая розовыми ручками. Оно сфокусировалось на лице вспотевшей и счастливой Мирны, и немного затихло.

— Хочешь её подержать? — ласково спросила она у кого-то.

— Это девочка? — переспросил грубый голос. Мирна кивнула, и передала свёрток.

Лицо мужчины было грубым, волосы на голове огненно рыжими, глаза карими, а нос и щёки усеивали многочисленные веснушки. Он улыбался одними лишь уголками губ, и слегка щурился от яркого солнца. В небе кричали чайки, воздух был свеж, а жизнь только начиналась и обещала быть увлекательной. Он погладил дитя по щеке.

— Как долго ты будешь скрываться здесь? — обратился к морской красавице.

— Делия уничтожит нас, если узнает, — бесцветно ответила та.

— Между вами давно ничего нет, так к чему ей держать тебя? — не понимал он хмурясь.

— Она не из тех, кто отпускает, — вздохнула Мирна. — Это у неё от отца.

— Я люблю тебя, — с надеждой в голосе сказал он, прижимая крепче дитя. — Давай сбежим? На моей планете подходящие условия для вас обеих. Там я смогу вас защитить….

Он не успел договорить, шум волны вихрем принёс нежданных гостей. Мирна вырвала у него из рук кулёк, дитя плакало, оглушая звуком.

— Молю тебя, Делия! — нагнулась она низко, волны щекотали ноги ребёнку. Отчего-то Ханна ощущала это тактильно. — Они не виноваты!

Вмиг хвост совершил кульбит, и проткнул мужчине шипом голову. Он задергался, упал, и затих. Мирна прижала младенца, заходящегося от плача. Королева оказалась совсем близко, нависая над ними, янтарные глаза обжигали.

— Я верила тебе, — с горечью произнесла она, и замахнулась.

Хвост взметнулся, метя чётко в младенца, но был отбит другим — зелёным и не менее мощным. Красавица с янтарными глазами испепеляла Делию взглядом.

— Ты не можешь убить дитя! Это против законов Унды!

— Не твоё дело, мама! — взревела королева, корона ослепила ярким голубым свечением.

— Убьёшь дитя, откажешься от трона! — не унималась та. Делия закрутилась в чёрном вихре, отступая, и выкрикивая на ходу: «Вернёшься, убью!»

Мирна в голос рыдала, а существа тихонько покинули их, возвращаясь в море. Затем она уложила дитя на песок, и принялась выкапывать яму руками.

Ханна плакала, дрожа всем телом. Теперь она понимала, почему Мирна жила в убогом месте, не баловавшим солнечными бликами и прозрачными водами. Много лет она была отшельником, и винила себя. А Делия так и не смогла править. Вспомнив ненависть королевы, она побагровела от злости. В конце концов, та убила её отца. Следующий обрывок памяти показал, как Мирна отдала девочку еврейской семейной паре.

— Берегите её! — со слезами на глазах сказала она на прощание, и поцеловала её в лоб. — Пара не была удивлена появлению существа, не противилась воле, и Ханна сделала вывод, что они давно знакомы.

Ну, а дальше можно было и не смотреть, но она не остановила запись. Теперь, зная предисловие, девушка видела, как сильно отличалась от людей. Мирна передала ей с генами любовь к морю, бризу, погружениям, и глубинным обитателям. Если мать не купала девочку в детстве дольше двух дней, она начинала хворать. Маленькая Ханна обожала поездки на море, и не хотела возвращаться в серый, безликий город. Родина приёмных родителей изобиловала морями, и она вечно канючила, что хотела бы жить там. Однако в воде не проявлялись никакие способности: она не плавала быстро, не крутилась в вихре. А дар настоящего отца открылся в ней лишь спустя множество лет. Она вдруг безумно захотела узнать о нём больше, но не знала с чего начать.

— Для начала неплохо бы поговорить с матерью, — хмыкнул Дон на пороге.

— Лезешь в мою голову? — размазывала она слёзы.

— Только когда не закрываешься, — улыбался он. Девушка подошла, обняла его за шею и потянулась, а он поцеловал и отстранился. — Иди к ней, — прошептал ей в лицо. — Ты готова.

Она просияла, эмоции били через край. Тина организовала погружение и снабдила «провожатыми». Селина и Дон нацепили шапочки, а она отказалась. Друзья удивленно переглянулись. Ханна справлялась и без неё. По какой-то причине она больше не нуждалась в оборудовании, полностью раскрыв потенциал. Давление причиняло отряду не мало неудобств, но ей и это было ни по чём. Они достигли той пещеры, и повеяло холодком, замораживавшим ноги.

— Она там? — зазвучал «провожатый» Дона, девушка кивнула.

— Удачи! — откликнулась Селина.

Друзья остались снаружи, готовые атаковать, если придётся. Появление королевы предугадать было не возможно, а та не жаловала Ханну. Забравшись в пещеру, она оказалась в просторном зале. Постепенно сбавляя обороты вращения, зелёный вихрь остановился. Мирна выглядела также сногсшибательно, не считая кривого шрама на плече.

— Пришла за ответами? — фыркнула она отворачиваясь.

— Можешь не делать вид, — огрызнулась Ханна подплывая, — мама. — Мирна метнула острый взгляд, слёзы застыли, не желая скатиться. — Я не виню, — всхлипнула Ханна.

— Как ты узнала?

— Тебе лучше не знать, — отгородила сознание, чтобы та не проникла. Мирна протянула руку и коснулась щёки.

— Хочешь знать об отце? — Ханна кивнула, и они устроились на потрепанной мебели. — Мы встретились случайно. Был разгар лета, и я любила плескаться у безлюдного пляжа, — пожала плечами. — Я влюбилась, и разрывалась между ним и Делией, — помрачнела. — А потом поняла, что никогда не смогу её покинуть. За столетия она стала неуправляема. Мы встречались тайно. Я забеременела. У нас процесс длиться дольше земного, и я умело тебя скрывала, — грустно вздохнула. — Под конец срока я сбежала и обосновалась на том пляже. А’ргос меня навещал. Мы были счастливы, томились ожиданием, и в один прекрасный день ты появилась на свет, — указала на вмятину на панцире. — Он деформируется у тех, кто имеет потомство.

— Она….

— Да. Твой отец пал от гнева Делии, но в этом нет её вины. Таковой была расплата за мой обман. Когда ты прибыла сюда, я очень испугалась, — встревоженно теребила пальцы. — Она узнала бы тебя по запаху из тысячи, и могла погубить. Даже сейчас ты очень рискуешь, — вложила в ладонь медальон, заискрившийся в ответ. — Если захочешь узнать об отце больше — надень, — замешкалась соображая. — Улетаешь?

— Я ещё не решила.

— Нет, решила, — улыбнулась та. — Будь счастлива, дорогая, — крепко её обняла. — Пообещай мне одно — не мсти за гибель отца, — опустила глаза. — И прости, что втянула тебя в это. — Девушка понимающе кивнула, прогоняя слёзы.

Она спрятала медальон в карман, и тот засверкал, согревая сквозь одежду кожу. Жалко было расставаться с матерью, но корабли собирались в путь. Ларо’ устал от Земли, и мечтал убраться на Люмиус. Ханна понимала рвение правителя. В одночасье ей полегчало, и если бы могли, крылья выросли бы за спиной. Она безумно любила самого обаятельного в мире мужчину, в глубинных глазах которого таилось море тайн и загадок. А ещё нашла замечательных друзей, обрела знание о происхождении, и настоящую мать. И как бонус — дары родителей. Лазарь растворялся в памяти, Ящеры исчезали, замещаясь приятными воспоминаниями. Смерть и война оставались далеко позади, а впереди маячило очередное путешествие длинною в жизнь.