А. Вуайер
18+
ПОЖАЛУЙСТА, ОБРАТИТЕ ВНИМАНИЕ:
ОГЛАВЛЕНИЕ
1. ПРЕДИСЛОВИЕ: ЗНАКОМСТВО С А. ВУАЙЕР
2. МАСКАРАД
3. КОНЬ
4. ИСПОВЕДЬ ЧАСТЬ 2
5. СКАЗКА О ДЕВСТВЕННИКЕ ЧАСТЬ 3
ПРЕДИСЛОВИЕ: ЗНАКОМСТВО С А. ВУАЙЕР
Меня зовут А. Вуайер. Работаю я специализированным секьюрити в приватном секс-клубе для мужчин-геев. Моя задача — сидеть перед небольшим зеркальным окном, следить за происходящим в различных комнатах и обеспечивать благополучие и безопасность всех участников. А происходить может что угодно: от трансвестизма, ролевых игр, ванильного анального секса и минетов до полноценного БДСМ.
Позвольте пояснить процесс.
Каждый участник подписывает договор о полном неразглашении. Только администрации известны настоящие имена участников; в комнатах используются исключительно псевдонимы. Самое важное для защиты настоящей жизни участников — это конфиденциальность. Я ничего не знаю о мужчинах, что частенько наведываются в наше заведение.
Каждый участник заполняет бланк о предпочтениях, в который в любое время можно внести поправки и/или новую информацию. «Верхний» и «нижний»
Исходя из всего этого, подбираются кандидаты.
Обычно верхнему предлагаются запросы нижних, и если он согласен соблюдать установленные нижним правила, оговариваются дата и время, и оглашается стоп-слово нижнего.
А чтобы все шло согласно плану, я обязан за ними присматривать.
За исключением случаев, когда поступают особые просьбы, и дано согласие с обеих сторон, участники не выбирают партнеров для сцены. Физические особенности и предпочтения должны быть ясны из списков критериев отбора. Если мужчины друг друга устроили и хотели бы вновь встретиться, они пишут об этом в поле бланка «Предпочтения», а администрация обеспечивает обратную связь. В клубе нет платных работников секс-индустрии. Все участники оплачивают членство. Они соглашаются регулярно сдавать анализ крови, где должен быть указан ВИЧ-статус. Бейрбэккинг и игры со спермой — дело обычное, но только в случае согласия всех участников.
Короче говоря, я наблюдаю за тем, как мужчины, чтобы почувствовать себя живыми, занимаются сексом.
И это их истории.
МАСКАРАД
Каждый год клуб устраивал бал-маскарад. Большая открытая комната превращалась в тематический зал, угождавший всем фетишам и фантазиям. Тема костюмированной вечеринки — XVIII век, костюмы превосходные: белые бриджи, фраки с латунными пряжками, жилеты и, конечно же, крайне важные маскарадные маски.
Маски различались по цвету — это что-то вроде ханки-кода. Синие, черные, серые, зеленые и кожаные; каждая говорила о предпочтениях владельца. Маски у верхних украшались драгоценностями слева, у нижних — справа, а у универсалов — с двух сторон. Это простой, но действенный метод общения без слов. И забавный способ для членов клуба сохранять анонимность.
В зале собралось сорок человек, за зеркальными окнами дежурили все охранники. Обеспечивая безопасность, служба охраны следила за комнатой. Подобные мероприятия, как правило, заканчивались оргией, поэтому крайне важно, чтобы каждый мужчина был опознан, а ограничения соблюдались.
В углу комнаты установили барную стойку, далее танцпол, столы и стулья. На стене висели кандалы, рядом несколько мягких скамей, в углу огромная кровать и мягкая перекладина, над которой нагнулись трое голых мужчин со связанными запястьями и готовыми задницами. Если кому-то захочется по-быстрому перепихнуться без резинки, чтобы снять напряжение, они готовы. Тогда как обычный бар предлагает орешки или воду, клуб предлагал теплую, уже разработанную для траха задницу.
Мужчины просто расстегивали бриджи, вытаскивали член и спускали.
Это, можно сказать, помогало растопить лед и определенно создавало атмосферу.
Как только кто-нибудь вставал сзади одного из них, остальные прекращали беседовать и смотрели. Танцевавшие мужчины тоже смотрели. Едва верхний заканчивал, прочие продолжали разговоры и танцы.
Двое мужчин, за которыми мне пришлось присматривать, танцевали. Уверенный верхний с темно-каштановыми волосами и коренастой фигурой выбрал молодого твинка с торчащими во все стороны черными волосами и бледной кожей. Если верить полученной информации, оба ванильные, однако верхний любил побыть папочкой-доминантом, а нижний любил, когда им распоряжались в спальне. Идеальная пара. Причем они нашли друг друга без подсказок и знакомств.
В танце они смотрелись поразительно. Тискались, жались друг к другу, крепко целовались. Маски прибавляли красочности. Глядеть — одно удовольствие. По звуковой связи я слышал их разговор. Верхний, которого сегодня звали Итан, развернул нижнего, чтобы он взглянул на пару, что трахалась в углу.
— Скажи, Энтони, тебе нравится?
Энтони кивнул, а Итан опустил руки ему на бедра и прижался членом к заднице.
— Ты за этим пришел? — спросил Итан. — Хочешь, чтобы тебя трахнули?
Энтони опять кивнул, но в этот раз еще и улыбнулся.
— Да.
— Прилюдно? Или в отдельной комнате?
— Я не против, если люди будут смотреть.
Итан улыбнулся и нежно поцеловал Энтони в шею.
— Сколько мужчин за вечер?
Энтони развернулся и встретился с ним взглядом.
— Один. Я не делюсь.
То, что Итан удивился, было заметно даже сквозь маску. Он неспешно растянул губы в улыбке.
— Неужели?
— Да. Если тебя не устраивает, давай разбегаться.
Итан улыбнулся шире.
— Меня устраивает. — Он с любопытством наклонил голову. — Сколько раз за ночь?
— Зависит от того, насколько он хорош. Если он умеет трахаться, тогда один раз, но на всю ночь.
Откинув голову назад, Итан захохотал и обнял Энтони крепче. Он явно был удивлен и очарован.
— Всю ночь?
Энтони одарил его легкой улыбкой.
— Да. Начиная с прелюдии.
— Скажи, Энтони, а когда начнется прелюдия?
Энтони провел рукой по заднице и прижался к Итану бедрами.
— Уже началась.
Если Итану хоть на минуту показалось, что он здесь главный, он очень ошибался. Всем, без сомнений, рулил Энтони.
Итан вроде как хотел поцеловать Энтони, но вместо этого прикусил губу.
— И сколько длится прелюдия?
— Пока мне не надоест.
— Правда?
— Да.
Итан коснулся губами подбородка.
— Ты очень самоуверенный.
Энтони отстранился и посмотрел Итану в глаза.
— Почему бы и нет? Если кому-то хочется мне присунуть, он должен это заслужить.
Итан ухмыльнулся.
— Я нахожу твою самоуверенность... очень привлекательной.
— Воспринимаешь меня как вызов? — спросил Энтони.
— Вроде того, — сознался Итан. — Мне нравится, что ты вынуждаешь мужчин добиваться тебя. Но есть кое-что еще. Большинство людей сочли бы тебя надменным...
Энтони остановился, чем прервал Итана, и стрельнул в него мрачным взглядом. Не выпуская его из объятий, Итан улыбнулся.
— Но они бы ошиблись. Ты не надменный. Ты знаешь, что любишь. Ты за это не извиняешься, одобрение тебе ни к чему. Ты знаешь себе цену. — Итан скользнул руками по заднице и потерся об Энтони бедрами. — Это не надменность. Это офигенно сексуально.
Довольный комплиментом, Энтони улыбнулся, и они продолжили танцевать, прильнув друг к другу от бедер до груди, обхватили друг друга руками так, что между ними не пробивался даже лучик света.
Итан немного отодвинулся и посмотрел на Энтони.
— Можно тебя поцеловать?
— Да, — прошептал Энтони.
Итан его поцеловал, а Энтони в нем растворился. Я отлично знал это ощущение. Когда тебя целуют настолько идеально, остается только одно — таять. Энтони приник к нему, а Итан, который выше ростом, привлек Энтони к себе и целовал изо всех сил.
Когда они наконец-то оторвались друг от друга, я задумался, не поменялись ли они местами. Глаза у Энтони стали мечтательными, губы распухли, а Итан выглядел так, словно отлично знал, что творил с ним своими поцелуями.
А потом Энтони обхватил громадный член Итана через бриджи. Хозяйство у него явно внушительное, потому что Энтони широко распахнул жадные глаза.
— Черт.
Итан понимающе улыбнулся.
— Думаешь, осилишь меня полностью?
Энтони облизнулся.
— Да.
— Прямо сейчас?
Энтони покачал головой.
— Ты еще не заслужил мой зад.
Итан возбужденно и вместе с тем огорченно застонал. Он развернул Энтони лицом к паре, что трахалась на мягкой скамье, схватил за бедра и прижался членом к заду.
— Смотри на них, — прошептал он Энтони на ухо и медленно крутанул бедрами. — Они офигенные. Но я трахну тебя лучше.
Энтони опустил голову Итану на грудь и качнул бедрами, демонстрируя напрягшийся толстый член.
— Думаешь?
— Знаю, — тихо прохрипел Итан. — Я так тебе засажу, что ты забудешь свое имя.
Энтони застонал и качнул бедрами, ерзая задом по члену.
— Я войду в тебя по самые яйца, — сказал Итан. — И тебе понравится.
Энтони ахнул, а Итан крепче схватил его за бедра.
— Смотри, как они трахаются, — приблизившись губами к уху, проговорил Итан.
Пара уже собрала много зрителей; верхний сидел на скамье, широко расставив ноги, а нижний устроился на нем в позе перевернутого ковбоя.
— Он кайфует, — сказал Итан. — Посмотри на его лицо, когда член скользит внутрь и наружу. Но это просто трах. Ты же понимаешь, что секс — это не просто трах, да? Надо уделить внимание всему телу.
Энтони, кивнув, терся задом об Итана.
— Хочешь меня целиком или только задницу?
Итан, улыбаясь, поцеловал Энтони в шею.
— Если ты дашь мне разрешение, я буду боготворить каждый миллиметр твоего тела.
Энтони тяжело сглотнул.
— Ты даешь мне разрешение? Подаришь мне себя?
Энтони кивнул, а Итан, развернув и обняв, крепко его поцеловал. Я заметил, как Итан протолкнул язык Энтони в рот. Стоя на танцполе, они страстно целовались, шарили друг по другу руками и покачивали бедрами. А прервав поцелуй, дышали тяжело.
— Хочу тебя на кровати, — сказал Итан. — Чтобы перемещать тебя и найти точки, которые тебя возбуждают.
Энтони прикусил губу и кивнул.
— А когда я закончу, ты будешь как следует оттрахан, — пробормотал Итан.
Он погладил Энтони по бокам, по груди, по шее и взял лицо в ладони. Они почти соприкасались губами.
— Я наполню тебя спермой, а потом трахну еще раз.
Энтони закрыл глаза и прильнул к Итану.
— Да.
Итан впился ему в губы глубоким, но нежным поцелуем, затем взял за руку и повел к постели.
На кровати размера кинг-сайз из прочного темного дерева и с простым матрасом, затянутым светонепроницаемым чехлом, который сменят несколько раз за вечер, валялась смазка. Других постельных принадлежностей нет. Без надобности. У кровати только одно предназначение.
Энтони встал у подножия кровати, а Итан встал у него за спиной. Энтони закинул руку Итану за голову, а Итан пробежался руками по груди, по тонкой талии и прижался членом к заду. Он поцеловал Энтони в шею.
— Развернись.
Энтони развернулся.
Одну за другой Итан расстегивал пуговицы, словно каждая следующая ценнее предыдущей. Он обнажил бледную грудь и скользнул по ней огромными ладонями. Итан провел большими пальцами по соскам, а потом втянул в рот. Закончив с сосками, Итан осторожно целовал и царапал зубами ключицу.
Энтони запрокинул голову, отдаваясь ощущениям, и стиснул в кулаках рубашку Итана. Он ждал, походя на глину в умелых руках.
Итан резко стащил камзол с Энтони и загладил грубое движение нежнейшим поцелуем.
— Забирайся на кровать.
Бросив камзол на пол, Энтони сел на край кровати и начал отползать, зрачки расширились, влажные губы опухли. Итан взял его за ногу, осторожно стянул туфлю и носок и с той же заботой снял туфлю и носок с другой ноги.
Итан вобрал большой палец ноги в рот. Энтони рухнул на спину и закрыл глаза. На нем остались лишь белые бриджи, член стал еще заметнее. Он накрыл ладонью промежность и от души сжал.
— Не надо, — бросил Итан.
Он поцеловал свод стопы и опустил ногу на кровать. Крадучись он подполз к Энтони.
— Я буду доставлять тебе удовольствие. Твой член — мой. — Он отпихнул руку Энтони и поцеловал выпуклость.
Энтони застонал и приподнял бедра. Он извивался, отчаянно желая большего. Итан неторопливо стащил с Энтони бриджи, обнажая его на глазах у мужчин в масках. Они уже заимели зрителей; мужчины следили за тем, как Энтони лежал голым, а полностью одетый Итан сидел на коленях у него между ног.
Итан облизал отяжелевший член от яиц до кончика, скользил руками повсюду, царапал ногтями. Он втянул член в рот, а Энтони вцепился в матрас.
Прервался Итан до того, как Энтони кончил, и нашарил смазку. Он смазал пальцы и протолкнул в зад. Я не видел, сколько пальцев, но Энтони вытаращил глаза.
— Черт!
— Тебя надо подготовить, — двигая пальцами, сказал Итан. — Мало кто может принять мой член, тебя надо расслабить.
Он пропихнул пальцы и, обхватив член возле основания, взял в рот головку.
Энтони громко и бесстыдно застонал. Он схватился за матрас, а Итан все двигал и двигал пальцами. Вскоре Энтони начал вскидывать бедра, желая большего.
Момент, когда Итан отыскал сладкое местечко, был предельно ясен. Энтони выгнулся и вскрикнул:
— Черт!
Наблюдатели отреагировали вместе с ним:
— Вот оно!
— Задай ему.
— Пусть он кончит.
— Черт! Черт! — вопил Энтони, подаваясь бедрами вверх.
Он насаживался на пальцы, а Итан вознаградил его тем, что взял член в рот.
Кончил Энтони мощно. Он зашелся в сиплом крике, сочившемся наслаждением, и выгнул спину. Итан проглотил все, а когда Энтони повалился на кровать, он вытащил пальцы и навис над ним. Он взял его лицо в ладони и страстно поцеловал, давая ощутить собственный привкус.
Энтони вроде бы хотел коснуться Итана, но, видимо, рука слишком отяжелела или ослабла, потому что он уронил ее на матрас. Он совершенно выдохся и стал невероятно податливым.
Итан встал на колени и, убедившись, что Энтони готов, перевернул его, словно он ничего не весил. Теперь Энтони лежал на животе с широко раздвинутыми ногами, а Итан устроился между ними. По-прежнему полностью одетый, он вытащил массивный член. Белый материал плотно облепил яйца.
Членов я видел немало — в клубе и у себя в спальне, — но этот агрегат самый громадный из всех, что я имел удовольствие лицезреть. В длину сантиметра двадцать три, толстый, с разбухшими венами и идеальной головкой. При виде великолепного достоинства наблюдатели коллективно замычали и застонали. Теперь смотрели почти все.
Итан гордо улыбнулся, поливая член смазкой, и для показухи несколько раз потянул. Потом щедро полил смазкой зад, снова проталкивая пальцы, растягивая шире.
Итан навис над Энтони.
— Ты точно готов?
В ответ Энтони приподнял зад и застонал. Итан с легкостью погрузился в ожидавший вход.
Энтони ахнул, однако Итан не вошел даже наполовину. Он проталкивался все глубже и глубже. Энтони закричал, сжимая чехол. Он уперся лбом в матрас, а Итан схватил его за бедра и протолкнулся еще глубже.
— Черт, ты осилил, — прохрипел Итан.
Энтони лишился дара речи. Он только стонал и охал — смесь боли и блаженства. Энтони такой худой, член, должно быть, доставал до живота. Но тем не менее он ни разу не вздрогнул, ни разу не отстранился.
Итан замер, давая Энтони привыкнуть, а потом начал толкаться. Сперва медленно, демонстрируя великолепную выдержку. Он вытащил член до головки и проскользнул обратно. И делал так снова и снова. Всякий раз, когда Итан врывался, Энтони вскрикивал, а наблюдатели одобрительно вопили:
— Трахни его.
— Да, задай ему.
— Он балдеет, — сказал парень. — Смотрите, как он задирает задницу.
Итан улегся на Энтони, погрузившись в него членом на всю длину. Энтони схватился за матрас и распрямил плечи, громко постанывая.
— Тебе нравится мой член, правда же? — проскрипел Итан.
Говорить Энтони по-прежнему не мог. В ответ он пронзительно застонал.
Итан качнул бедрами, а Энтони снова вскрикнул.
— У тебя такой отменный зад, — сказал Итан. — Боже, ты принял меня до последнего сантиметра.
Он погладил Энтони по рукам, поцеловал в спину и начал толкаться резче.
Энтони, подогнув пальцы, раздвинул ноги шире, вцепился в чехол и закричал, но ни разу не сказал «нет». Ни разу не назвал стоп-слово. Он поднимал зад и умолял о большем.
Итан отодвинулся и, дотронувшись до спины, опустил глаза.
— Черт. Я вошел так глубоко. Ты принял меня полностью в тугой маленький зад. — При каждом толчке Итан ворчал. — Сейчас кончу, — сдавленно произнес Итан.
Энтони, застонав, наконец-то сумел заговорить:
— Пожалуйста.
Итан врезался в него и, кончая, запрокинул голову. Он зарычал, выгнувшись и застыв, а Энтони постанывал, пока Итан наполнял его спермой.
Зрители, возбужденные сильнее прежнего, застонали вместе с ними. Большинство обхватили промежности — необязательно свои, — но вскоре отвлеклись от мужчин на кровати.
Итан не спеша отстранился и осторожно перевернул Энтони на спину. Он быстро накрыл его собой и смачно поцеловал. Энтони его обнял, вытянул ноги и ответил на поцелуй с тем же пылом.
А потом события начали развиваться неожиданно. Итан помог Энтони подняться с кровати, спрятал размякший член в бриджи и подобрал вещи с пола. Он повел его в тихое место, где я отлично слышал их разговор.
Сперва, не проронив ни слова, Итан помог Энтони одеться. Он опустился на колени и держал бриджи, чтобы Энтони с легкостью в них шагнул, затем помог надеть камзол и начал покорно застегивать пуговицы.
— Как себя чувствуешь?
Энтони улыбнулся.
— Хорошо. Больно, но хорошо.
На миг Итан нахмурил брови, продолжая застегивать пуговицы.
— Может, это против правил, и я пойму, если ты откажешься, но у меня дома есть джакузи. Если хочешь, можешь воспользоваться. Поможет расслабить мышцы.
Энтони оцепенел. Реакция доказывала, что такого предложения он не ожидал.
— Понимаю, — проговорил Итан. — Это просто предложение.
Итан явно образованный человек, судя по изысканной уверенной манере держаться, я бы сказал, что он сообразительный состоятельный бизнесмен.
А вот Энтони походил на студента юридического. Даже сквозь маску я видел его сомневающийся взгляд.
— Зачем?
Заговорил Итан тихо, но уверенно:
— Думаю, последующий уход очень важен. Не хочу, чтобы завтра у тебя все болело, и ты начал жалеть.
Энтони хмыкнул.
— Больно будет в любом случае. У тебя конский конец.
— Не хочу, чтобы ты сожалел, — исправился Итан, стараясь не улыбаться. — И мы могли бы пообщаться.
Он смерил Итана долгим взглядом.
— Если я соглашусь на спа, это не значит, что я стану каким-то жиголо.
Итан усмехнулся.
— Даже представить не могу, что, имея такой острый язык, ты бы согласился стать жиголо. Разве что тебе это действительно по душе.
Энтони, вздернув подбородок, долго на него смотрел.
— Чего ты хочешь на самом деле?
— За пределами клуба во мне редко сомневаются и редко бросают вызовы. Искра в твоих глазах интригует, — сознался Итан.
— Тебе нравится мой острый язык?
Итан взглянул на его губы.
— Очень.
— Обычно из-за него одни неприятности.
— Ну еще бы.
Заметно, что Энтони всерьез раздумывал над предложением.
— По-твоему, я поверю, что после джакузи ты хочешь просто пообщаться?
— Могу отвезти тебя домой. Или, если хочешь, я уйду, пока ты принимаешь ванну. Можешь остаться на ночь. Утром водитель отвезет тебя, куда скажешь.
— У тебя есть водитель?
— Да.
Энтони фыркнул и покачал головой. Какое-то время он молчал, а Итан даже не пытался заполнить тишину. Он просто ждал.
— Знаешь, — заговорил Энтони, — за такое предложение я мог бы донести на тебя руководству.
Итан покачал головой и поднял руку ладонью вперед.
— Виноват. Это просто мысль. Я не хотел обидеть. — Нахмурившись, он сделал шаг назад. — Извини.
Энтони прикусил губу.
— В девять у меня урок.
Итан остановился, но не обернулся.
— К этому времени мы закончим?
Итан бросил на него взгляд.
— Нет, конечно.
Энтони улыбнулся.
— Отлично.
Итан раздул ноздри, глаза вспыхнули. Но первым заговорил Энтони:
— Тебе придется потрудиться. Ты еще не заслужил мою задницу для второго раза.
Итан победно улыбнулся. Говорить что-то без надобности. Слова «вызов принят» написаны у него на лице. Он взял Энтони за руку и повел по комнате, полной голых мужчин, в поисках выхода.
Так хотелось пойти за ними, спросить, вдруг можно посмотреть их следующее свидание, но никак.
Вместо этого я перевел глаза на другую пару — у мужчины, полностью обездвиженного, руки привязаны к деревянному кресту, а второй, совершенно голый, стоял у него за спиной и трахал так, будто он его хозяин.
Откинувшись на спинку стула, я с радостью продолжил смотреть представление.
КОНЬ
Мне не очень часто доставались БДСМ-сцены. Находились другие охранники, которые понимали и могли оценить динамику лучше меня. В сцене, что выпала сегодня, участвовали два опытных члена клуба; списки предпочтений и ограничений походили на юридические документы. Вполне возможно, что так и должно быть. Это комплексное соглашение, где удовлетворялись более сложные потребности, чем физические.
Это просто игровая сцена: ни стеков, ни зажимов, ни спанкинга, ни мочи, ни шлепалок, ни истязаний. Наказаний не предусмотрено, хотя многие не согласились бы. Связанный мужчина получит наказание в самом лучшем смысле.
В комнате, предназначенной для БДСМ-игр, убрали оборудование, за исключением одного предмета. В центре комнаты стояло то, что можно назвать конем. Чем-то сходным пользовались гимнасты, только этот конь изменен для сексуальных позиций.
По сути, это прямоугольная дубовая пирамида с мягким верхом. Без сомнений, дорогая, она напоминала то, что можно увидеть в средневековой камере пыток. Деревянные грани с кандалами для рук и ног, у которых регулировалась высота в зависимости от габаритов привязанного мужчины и от того, как его расположили. В боковой части мягкой верхней грани сделана дыра размером с грейпфрут, где установлен мастурбатор. Имелись и другие застежки и зажимы, размещенные на разной высоте, но если верить бумагам, использоваться будет только мастурбатор.
Мужчина, которого сегодня звали Саб, стоял, склонив голову, а руки завел за спину. Он был обнажен, в задницу вставлена анальная пробка. Он ждал. Вскоре открылась дверь, и вошел мужчина, известный как Сэр. Не старше тридцати пяти, одетый лишь в потертые джинсы, низко сидевшие на бедрах, отлично проработанный торс оголен, ступни босые. Он замер, оценивая мужчину. Головы Саб не поднимал, но я заметил, как он улыбнулся.
— Как я погляжу, ты уже готов, — тихо проговорил Сэр.
На командный тон Саб мигом среагировал:
— Да, сэр.
Сэр слегка коснулся пальцами обивки коня.
— Это твое излюбленное приспособление?
— Да, сэр.
— Хочешь, чтобы я тебя привязал?
— Да, сэр, — прохрипел Саб.
— Хочешь, чтобы я наградил тебя своим членом?
Саб облизнулся.
— Да, сэр.
— Повтори стоп-слово.
— Красный.
— Ты произнесешь его в любой момент, когда тебе станет неуютно, да?
— Да, сэр.
— Молодец, саб.
Похвала вызвала у него улыбку.
Сэр замычал, взяв Саба за подбородок.
— Ты любишь угождать.
— Да, сэр. Моя обязанность — угождать вам.
Сэр медленно его обошел, осматривая каждый миллиметр тела.
— Как я погляжу, член у тебя уже начал напрягаться.
— Вы будоражите меня, сэр.
— А я тебя даже не трогал, — задумчиво сказал Сэр, а Саб улыбнулся. — Ты хороший саб, так ведь?
Саб кивнул.
— Ваше удовольствие — это мое удовольствие.
Сэр улыбнулся.
— Ты готов доставить мне удовольствие?
— Да, сэр.
— Прими позу.
Саб подошел к коню и широко расставил ноги. Член уже набух полностью, руки он по-прежнему держал за спиной.
Сэр взял смазку и вылил Сабу на член, потом смазал вход мастурбатора.
— Вставь член в игрушку, — потребовал он.
Без помощи рук Саб проскользнул членом в мягкое отверстие мастурбатора и подавил стон, а Сэр, стоявший у него за спиной и наблюдавший за проникновением, замычал.
— Нравится?
Он застонал:
— Да, сэр.
— Нагнись, — распорядился Сэр.
Саб неспешно опустился на мягкую грань, не вынимая члена из секс-игрушки. Мне было отлично видно, как член исчезал в мастурбаторе, яйца сильно напряглись, а черная анальная пробка торчала из задницы. Саб опустил руки. Дышал тяжело. Я мог себе вообразить, какая требовалась выдержка, чтобы не шевелиться и не начать трахать мастурбатор.
Уверенно и грациозно Сэр опустился на колени. Согнув левую ногу Саба, он передвинул ее к кожаным креплениям. Сначала он ногу привязал, а потом застегнул ремешок под коленом. Привязал левую руку — поза напоминала мотогонщика.
Только задница выставлена напоказ и готова к траху.
Бесшумно и ловко Сэр привязал правую сторону. Саба надежно прикрепили к коню, пристегнули и лишили способности двигаться. Сэр встал, восхищаясь произведением искусства, что предлагал Саб.
— Как чувствуешь себя, саб?
— Очень хорошо, сэр, — выдохнул Саб.
Круговыми движениями Сэр погладил Саба по спине.
— Замечательно выглядишь.
Саб качнул бедрами, насколько позволяли крепления, и застонал в ответ:
— Спасибо, сэр.
— Хочешь награду?
— Если вы ее дадите, сэр.
Сэр встал у Саба за спиной. Медленно водил руками по ягодицам, задевал анальную пробку, поглаживал яйца и член в том месте, где он проникал в мастурбатор. Саб громко стонал.
— Сейчас я это вытащу, — сказал он, пошевелив пробку.
Не спеша он вынул пробку, из-за чего Саб пронзительно застонал, затем отбросил и взял смазку.
— М-м-м, посмотри на себя. Уже готов. Хочешь награду?
— Да, пожалуйста.
Сэр замер и убрал руки.
— Что «да, пожалуйста»?
— Сэр. Да, пожалуйста, сэр, — быстро исправился Саб.
— Так-то лучше. — Сэр снова расслабился.
Вылитая на складку смазка стекла до растянутого готового входа. Сэр снял джинсы и нанес смазку на член, а затем встал у Саба за спиной. Я проверил условия сцены. Точно бейрбэк: без презерватива, внутреннее семяизвержение.
Любимые сцены.
Сэр постучал членом по входу.
— Это твоя награда?
— Да, сэр, — проскулил Саб. — Пожалуйста, сэр.
За один толчок Сэр пропихнул толстый член. Саб закричал, но не от боли, а от наслаждения.
— Черт!
Находясь во власти стоявшего за спиной мужчины, Саб затерялся в ощущениях: член в секс-игрушке, член в заднице. Это двойное удовольствие — уж мне ли не знать — быть одновременно и верхним, и нижним.
Ничто не сравнится с этим ощущением.
Я мог себе представить, каково это — быть связанным, скованным. Осязание сосредотачивалось там, где важнее всего. Саба обездвижили для максимального наслаждения, а Сэр доставлял ему удовольствие. Сэр скользил членом внутрь и наружу все быстрее. При каждом толчке Саб трахал мастурбатор, а вскоре, кончая, закричал.
Сэр замер, пока Саб переживал оргазм.
— Вот так, — простонал Сэр. — Твой зад стискивает мой член, когда ты кончаешь.
Он продолжил двигаться. Он не позволял Сабу падать, наоборот, поднимал все выше. Саб вскрикнул, скользя членом в мастурбаторе, в то время как его долбили в зад.
Сэр начал двигаться резче.
— Тебе нравится кончать, когда у тебя член в заднице, правда, саб? Прилежная маленькая шлюха.
Он запрокинул голову и расставил ноги шире, сменив ракурс. Саб стонал без остановки, каждый толчок извлекал из него новый звук. Сэр схватил Саба за бедра, не прекращая толкаться.
— Хочешь кончить еще раз, саб? — пропыхтел Сэр.
— Да, сэр. Ничего не могу поделать. Очень приятно. — Голос у Саба дрожал в такт с толчками.
— Я кончу в тебя. Это твоя награда?
— Да, сэр. Пожалуйста, сэр.
— Ты еще не готов. Сначала ты кончишь еще раз, понял?
— О боже, да. Сэр.
Сэр навис над Сабом, чуть ли не прижавшись грудью к спине и снова сменив ракурс. Теперь раздался другой стон, глубокий и раскатистый, как гром. Сэр схватился за кожаные ручки на коне, отчего мышцы плеч и бицепсы выпятились и перекатывались.
Саб ахнул и хрипло закричал, кончая во второй раз. Сэр остановился, позволив Сабу насаживаться на член. Сэр отпустил кожаные ручки и выпрямился во весь рост. Круговыми движениями он поглаживал Саба по спине. Легко можно понять, что Саб выдохся. Несмотря на крепления, он стал податливее, полностью расслабился. Размякший член выскользнул из мастурбатора, с головки стекала перламутровая сперма.
— Теперь ты готов, — сказал Сэр. — Теперь ты готов к моему семени, правда, Саб? Когда ты отдаешься полностью, тогда получаешь награду.
Сабу удалось лишь застонать.
Сэр схватил его за бедра и неритмично ускорился, снова откинув голову назад.
— О, ты отличная шлюха. Так тепло и тесно. Мой член создан для твоей задницы. Тебе нравится мой член, да, саб?
— Да, сэр, — застонал Саб. — Очень нравится.
— Хочешь, чтобы тебе наполнили зад спермой?
— Да. Пожалуйста.
Сэр резко толкнулся и вскрикнул, выгнувшись всем телом, кончил. Саб благодарно стонал, в то время как Сэр изливал в него семя.
Спустя какое-то время он спустился с небес на землю и неохотно отстранился. Из широко раскрытого зада вытекала сперма. Медленно и методично Сэр погладил Саба по спине, потом расстегнул ремешки, что крепили Саба к коню.
Затем передвинул ноги, пальцами Саб коснулся пола. Он принялся разминать мышцы.
— Пожалуйста, встань. — Голос звучал авторитетно, но уже мягче.
Саб встал и медленно выпрямился. Сэр его обнял и повел к кровати.
— Ложись.
Саб выполнил, а Сэр начал разминать мышцы плеч, шеи, ног. Несмотря на полную тишину и на то, что они оба были голыми, эта часть казалась самой интимной из всей сцены.
— Как себя чувствуешь? — закончив, спросил Сэр.
— Отлично, — сонно ответил Саб.
Ни к чему видеть его лицо, и так ясно, что он улыбался.
— Хорошо, — отозвался Сэр. — Имей в виду, юный саб: если на этой неделе ты будешь хорошим мальчиком, ты получишь еще одну награду.
Не проронив больше ни слова, Сэр ушел, а когда Саб начал тихонько посапывать, я запер комнату и дал ему поспать.
ИСПОВЕДЬ ЧАСТЬ 2
Комнату снова оборудовали для этой сцены: в центре стояли исповедальня и кровать. Свет приглушили. Я с нетерпением ждал эту сцену, потому что первая сцена мне понравилась не меньше самих мужчин.
Священник опять ждал в исповедальне. Черные волосы сочетались с одеждой. Когда дверь, тихонько щелкнув, открылась, священник поднял голову, и я заметил пасторский воротник и улыбку на лице.
По-прежнему безымянный мужчина проскользнул в комнату, а потом в пустое отделение исповедальни. Уселся он прямо, будто лом проглотил.
— Во имя Отца, Сына и Святого Духа. Моя последняя исповедь была неделю назад.
— Рад, что ты пришел, — сказал священник глубоким спокойным голосом. — Как прошла неделя?
— Тянулась невыносимо долго, — ответил мужчина. — Я... Я пытался сдерживаться, святой отец. Но... не получилось.
— Испытания посылаются нам ежедневно, сын мой. Расскажи мне о своих грехах.
— Я работаю с одним парнем. Мы вместе закончили смену и одновременно пошли в душ.
— И?
— И я его разглядывал. Он весь намок и подставил лицо под воду...
— Ты его трогал?
— Нет.
— Хорошо. А хотелось?
— Да. Очень.
— Ты фантазируешь о том, что хотел бы с ним сделать?
— Да, святой отец.
— Расскажи.
— Святой отец?
— Я не могу отпустить тебе грехи, пока не узнаю детали.
— Я присоединяюсь к нему, падаю на колени и отсасываю.
Священник погладил член через брюки.
— Ты глотаешь его семя? — С ответом мужчина не спешил, и священник добавил: — Мне нужно понять, насколько ты грешен.
— Глотаю.
Священник запрокинул голову и начал поглаживать себя быстрее.
— Что еще ты делал на этой неделе?
— Смотрел порнографию. Дважды.
— Ты мастурбировал на эти фильмы?
— Да.
— Мастурбация — это грех.
— Простите, святой отец.
— Я тебе не верю. Я считаю, ты будешь грешить постоянно.
— Я слаб перед лицом своих желаний, святой отец. — Мужчина сжал член через джинсы. — Как мне найти искупление?
— Для начала ты должен избегать соблазнов. Ты должен не обращать на них внимания. Верь, что за тобой присматривает высшее существо.
— Попытаюсь. Я не могу отказаться, святой отец. Я жажду мужской плоти, как наркотика.
— И тем не менее ты пришел покаяться в грехах. Ты ищешь очищения.
— Я не хочу грешить, святой отец.
— Хочешь причаститься? Это смоет с тебя грехи.
— Да, святой отец. Пожалуйста.
Священник поднялся и отодвинул маленькую решетчатую перегородку. Обычно через окошко размером сорок на тридцать сантиметров, удобно расположенное на уровне талии, священник передает просвиру. Священник встал лицом к перегородке и расстегнул ширинку.
— Опустись на колени лицом к окну, — потребовал он. — Закрой глаза и открой рот.
Приказ мужчина исполнил: опустился коленями на встроенную подставку. Руки он завел за спину и открыл в ожидании рот. Священник вытащил член из брифов. Член у него превосходный: толстый, длинный, необрезанный. Обхватив возле основания, священник пропихнул его в окно.
— Это моя плоть. — Он уткнулся кончиком мужчине в губы. — Это мое вино. — Он протолкнулся в рот.
Мужчина его втянул, насколько позволяла исповедальня/глори хоул. Всасывал он сильно, словно изголодался, но священник, застонав, отодвинулся.
— Спасибо, святой отец.
— Ты еще не прощен, — прохрипел священник. — Я же говорил, чтобы ты избегал соблазнов, а ты даже не попытался.
— Простите, святой отец, я...
— Встань на колени у подножия кровати, — рявкнул священник.
Мужчина вскочил на ноги и помчался исполнять приказ. Он быстро принял позу: опустился на колени, руки сцепил за спиной, голову наклонил.
Священник выждал несколько секунд в исповедальне. Брюки он застегивать не стал и медленными уверенными шагами приблизился к мужчине, что в ожидании стоял на коленях.
Священник встал прямо перед ним, выпиравший член оказался рядом с лицом.
— Ты можешь избегать соблазнов?
— Ох, святой отец, — тяжело дыша, сказал мужчина, облизнулся и с трудом сглотнул.
— Ты его хочешь? — спросил священник, поглаживая член.
— Да.
— Можешь устоять?
— Стараюсь, святой отец. — Мужчина провел носом по члену. — Так хорошо пахнет.
— Сдерживайся.
Мужчина, закрыв глаза, потерся о член щекой.
— Не могу сдерживаться, святой отец.
Священник застонал:
— Какой же ты грешник.
— Мне надо искупить грехи, святой отец.
— Правда?
— Да. — Мужчина кивнул. — Если вам угодно.
Священник улыбнулся и пальцем приподнял голову мужчины.
— Открой рот и получишь ответ.
Он широко распахнул рот и высунул язык, а потом не спеша закрыл глаза.
Священник ухватил мужчину за подбородок и уткнулся головкой в язык.
— Пусть освящение плоти испросят все, кому необходимо покаяние, — прохрипел священник.
Он протолкнулся к мужчине в рот. Мужчина, громко застонав, быстро его вобрал. Священник схватил мужчину за волосы и тянул до тех пор, пока яйцами не коснулся подбородка.
— О, как отлично ты грешишь.
Мужчина сглотнул, а священник застонал и вытянул член. Он грубо взял мужчину за подбородок.
— Ты ничего от меня не получишь, пока не раскаешься.
— Да, святой отец. Мне нужно покаяться в плотских грехах.
Священник опустил руку мужчине на голову.
— На прошлой неделе ты ощутил освобождение? Я очистил твои тело и разум от нечестивых мыслей?
— Да, святой отец.
— И тем не менее ты продолжаешь дурные деяния. — Священник, потянув за волосы, запрокинул мужчине голову. — Тебе нужно очищение или наказание?
— И то и другое, — прошептал мужчина. — Накажите меня, чтобы я стал чище.
— Очень хорошо. Сними одежду.
Мужчина поднялся на ноги и быстро разделся, расставив ноги на ширину плеч, руки он держал за спиной и наклонил голову.
— Я не стану проявлять жалость, — прошептал священник.
— Я благодарен, — ответил мужчина.
— Забирайся на середину кровати. Встань на колени лицом к кресту.
Мужчина выполнил. По-прежнему одетый, священник смазал торчавший член по всей длине и устроился у мужчины за спиной. Священник смазал задницу и, схватив мужчину за бедра, прижался головкой к входу.
— Кающийся, — позвал его священник. — Я наполню твою плоть, твою душу. Ты примешь меня, примешь полностью. Чтобы смыть с тебя грехи, твоя плоть выпьет то, что я дам.
За один мощный толчок он протолкнулся в него. Мужчина вскрикнул и чуть не упал, но священник обхватил его рукой и удержал в позе.
На коленях лицом к кресту.
Как он и сказал, жалости он не проявлял. Двигался он резко.
Священник прижал мужчину к груди и безжалостно его драл.
— Только посмотри, как ты берешь член.
Мужчина застонал и выгнул спину, подавался навстречу и передергивал.
— Ох, святой оте-е-е-ец, — проговорил он, запинаясь при каждом толчке. — Наполните меня.
Священник толкнул мужчину.
— На четвереньки. — Священник не останавливался. — Покажи, как сильно ты сожалеешь.
Мужчина схватился за простыню и продолжал дрочить. Он наклонил голову, как бы поклоняясь кресту. Высоко задрав зад, он громко и протяжно стонал.
— Сожалею, святой отец.
Священник впечатался в него.
— Ты примешь покаяние. Примешь каждую каплю.
Мужчина закричал:
— Да, святой отец, — и кончил, забрызгав кровать белой спермой.
Священник вцепился мужчине в бедра и долбил его снова и снова. Кончая, он заворчал и опустошил яйца. По мере того как оргазм утихал, он неторопливо толкнулся еще несколько раз, а потом слез с кровати.
— Вылижи меня дочиста, — потребовал он.
Мужчина подчинился.
— Я искупил свои грехи, святой отец?
Священник приподнял его голову.
— Не думаю, что мы закончили. — Он выдержал паузу. — Придешь исповедаться через неделю?
Мужчина кивнул.
— Не помешало бы.
Большим пальцем священник нарисовал крест у мужчины на лбу и поцеловал его в губы.
— Греши дальше. Потом сможешь вымолить прощение.
Священник ушел, а мужчина улыбнулся.
СКАЗКА О ДЕВСТВЕННИКЕ ЧАСТЬ 3
Это третья запланированная встреча этих мужчин. Думаю, я волновался больше, чем они.
В этот раз ждал Дэйл. Сидя на краю кровати, он ждал, ждал и опять ждал.
Он снова посмотрел на часы, потом на зеркало, явно зная, что за ним наблюдали. Он приподнял брови и вздохнул, окутанный разочарованием, как пиджаком.
Дэйл старший из их пары, ему чуть за тридцать. Привлекательный, самоуверенный, в уголках глаз от улыбки проступали сексуальные морщинки. А Шон юнец. Студент восемнадцати лет, пришедший в клуб распрощаться с Д-картой. Наивный, как и большинство девственников. Ему крупно повезло, что его свели с Дэйлом. Дэйл отлично о нем позаботился, а если учесть, что встречались они в третий раз, станет ясно, что их друг к другу тянуло.
Обычно Шон сидел и ждал, но сегодня они поменялись ролями. Дэйл ждал, а Шон опаздывал.
Дэйл снова покосился на зеркало, за которым сидел я.
— Может, поступал отказ?
С ответом я не спешил, не хотелось вмешиваться, но он задал мне прямой вопрос. Я откашлялся и нажал кнопку интеркома:
— Нет. Он придет.
Я не стал говорить что-то вроде: «Парнишка втрескался в тебя. Поверь, он придет». Парнишка правда втрескался. А если принять в расчет, насколько Дэйл огорчен, не один Шон что-то испытывал.
В этот момент открылась дверь, и в комнату вбежал Шон. Запыхался он так, будто несся всю дорогу. Он бросил рюкзак на пол и ухмыльнулся.
— Извини. Лекция поздно закончилась. Боже, я боялся, что ты свалил.
Дэйл поднялся, не в силах скрыть улыбку.
— А я боялся, что ты решил меня продинамить.
Шон зашелся от смеха и скинул пальто.
— Это вряд ли. Всю неделю я думал о сегодняшнем дне.
Дэйл подошел к нему.
— Ты сюда бежал?
Шон медленно выдохнул, силясь выровнять дыхание.
— Да.
Дэйл застенчиво улыбнулся, наклонив голову, а затем поцеловал Шона в губы.
— Я тоже всю неделю думал о сегодняшнем дне.
Шон взял лицо Дэйла в ладони и поцеловал глубже, а Дэйл позволил ему вести. Шон отстранился и облизнулся, глаза потемнели.
— В общем, я тут подумал, что в этот раз главным буду я.
Дэйл выгнул бровь и сдержал улыбку.
— Правда?
Шон кивнул.
— Давай проверим, чему я научился за две недели.
С минуту Дэйл молчал.
— Ты с кем-то тренировался?
Шон затряс головой.
— Только с тобой и фантазиями в голове. — Он улыбнулся. — А что, ты бы приревновал?
Дэйл попытался это высмеять, но выпяченный подбородок и неуверенность в глазах говорили об обратном.
— Просто любопытно.
— А ты был с кем-нибудь на этой неделе? — парировал Шон. Он наклонил голову и с вызовом посмотрел Дэйлу в глаза.
— Нет.
Шон опять улыбнулся.
— Хорошо. Тогда, чтобы это исправить, ты кончишь дважды.
Дэйл хмыкнул, а Шон время зря не тратил. Он приложил руку Дэйла к промежности.
— У меня стоит с тех пор, как я ушел отсюда. Сколько бы я ни дрочил, не помогает.
Дэйл сжал член.
— Господи.
Шон вытащил рубашку Дэйла из брюк и расстегнул.
— Первое, чему ты меня научил, — это боготворить любовника, — сказал он, прижавшись губами к ключице. Он стянул рубашку и поцеловал Дэйла в шею. — И не стесняться говорить о своих желаниях.
Дэйл откинул голову назад, а Шон ласкал шею.
— Чего ты хочешь?
— Тебя, — быстро ответил Шон. — Хочу целовать тебя повсюду, хочу, чтобы ты стал глиной в моих руках, хочу пахнуть тобой, когда уйду отсюда.
— Да чтоб меня, — застонал Дэйл.
— До этого я тоже дойду, — пробормотал Шон. Он погладил Дэйла по спине, по заднице, а потом накрыл ладонью выпуклость. — Сядь на кровать.
Дэйл сел, а Шон опустился на колени возле его ног. Он развязал шнурки и осторожно снял ботинки, потом сделал то же самое с носками. Шон размял ступни и опустил ноги на пол, после чего показушно повел руками по бедрам.
Дэйл вскинул бедра, без стеснения сообщая о том, где хотел внимания от Шона. Шон засмеялся и рывком расстегнул ремень, кнопку и опустил молнию. Встав, он стащил с Дэйла брюки и бросил на пол. Он быстро упал на колени и дотронулся до бедер. Медленно снял с него брифы, высвобождая член.
Шон, замычав, облизал член по всей длине, а потом втянул головку в рот.
Дэйл застонал и запрокинул голову, отдаваясь наслаждению. Затем, будто не мог не смотреть, он, прикусив губу, наблюдал, как Шон скользил губами вверх-вниз.
— Я мог бы запросто кончить тебе в рот, — сдавленно произнес Дэйл. — Ты до охерения меня заводишь.
Шон стиснул член у основания.
— Давай. Обещаю, ты кончишь дважды. Дай попробовать тебя, пожалуйста.
Он щелкнул языком по уздечке и вобрал член до задней стенки.
Дэйл схватил Шона за волосы и приподнял бедра, кончая ему в горло.
— Черт! — закричал он. Его захлестнул оргазм, бедра задрожали.
Шон чуть закашлялся, но проглотил все, вытер рот тыльной стороной ладони и ухмыльнулся. Дэйл со смехом повалился на кровать.
— Господи!
— Хорошо?
— Кто тебя научил?
— Ты.
Дэйл снова засмеялся. Он попытался поднять руку, но уронил на матрас.
— Быстро учишься.
Шон похлопал по ноге.
— Забирайся на кровать.
Он снял кофту, ботинки и носки. Стащил джинсы и брифы. Когда он выпрямился, член у него гордо торчал. Залезая к Дэйлу, он покрыл поцелуями бедра и поиграл с сосками. Он уткнулся носом в шею и прикусил подбородок, после чего крепко поцеловал Дэйла.
Наклонив голову, Шон углубил поцелуй, а Дэйл наугад вытянул руку. Поцелуй полностью его захватил. Я не сомневался, что обучали именно Дэйла, а не наоборот.
Шон оторвался от Дэйла, губы у него опухли, глаза потемнели, веки отяжелели. Он уселся к Дэйлу на грудь, обхватил член и прикусил губу.
— Скажи, чего ты хочешь.
— Хочу, чтобы ты мне отсосал, — прошептал Шон. — Вот так.
Медлить Дэйл не стал. Он подложил подушку под голову, схватил Шона за бедра и притянул ближе. А затем взял член в рот.
Дэйл бродил руками повсюду: по бедрам, по заднице, по животу. Ласкал яйца и отсасывал.
— О боже, — застонал Шон. — Черт. О да, как хорошо.
Дэйл прошелся языком по яйцам.
— Хочешь кончить в рот или в меня?
Шон застонал:
— И так и так.
Дэйл замычал, быстро заглотив член, принял его так глубоко, как только смог.
Шон толкался, держась за стену. Он выгнулся, закричал и, кончая, подался бедрами вперед. Дэйл же просто сглотнул, отчего Шон ахнул и застонал:
— Че-е-е-е-е-е-е-ерт.
Боже. Они уделывали друг друга.
Держась за стену, Шон переводил дыхание, а Дэйл его вылизывал. Шон дернулся и, захохотав, чуть сполз. Он поцеловал Дэйла в губы, без сомнения, чувствуя свой привкус. Поцелуй длился долго, неторопливый нежный поцелуй.
— Перевернись.
Дэйл приподнял брови и хмыкнул, но сделал, как сказано. Он улегся на живот, широко раскинул руки и ноги. Шон взял презерватив и смазку и бросил на кровать, потом уселся к Дэйлу на задницу и надавил большими пальцами на мышцы спины. Дэйл застонал:
— О боже.
Шон подался вперед, разминая плечи и заднюю часть шеи.
— Ты напряжен.
— Работа, — пробормотал Дэйл в подушку и выдал первый кусочек личной информации: — На этой неделе я закрыл крупную сделку.
— Разве тебе не должно стать легче? — спросил Шон, не прекращая массажа.
— Не совсем. Теперь придется вкалывать.
— Уверен, в своем деле ты ас, — сказал Шон, надавливая большими пальцами на плечи.
Дэйл хмыкнул и повернул голову.
— Я корпоративный юрист. Я должен быть асом в своем деле.
Шон замер.
— Корпоративный?
Дэйл поднял голову и взглянул на Шона.
— Да. А что, какие-то проблемы?
— Нет, если тебя не волнуют незаконные растраты денежных средств генеральным директором и недоплаты сотрудникам. Это не только экономическая ответственность, но и этически предосудительно, не говоря уже об экологической катастрофе...
Шона перебил громкий хохот Дэйла.
— Я возглавляю отдел корпоративной социальной ответственности. Отслеживаю, чтобы корпорации соблюдали правила и честно вели бизнес.
Шон шумно выдохнул и хохотнул.
Дэйл улыбнулся и опустил голову на подушку.
— Дай угадаю: первый год?
— Экономика окружающей среды.
— Значит, ты умный?
Шон захохотал и снова принялся массировать плечи.
— Судя по всему, не такой умный, как ты.
Дэйл хмыкнул в подушку.
— Ну не знаю. У тебя волшебные руки. — Он застонал. — Очень приятно.
Шон, разрабатывая плечи, скользнул членом по складке.
— Еще бы.
Дэйл чуть приподнял зад.
— Ты же хотел, чтобы я стал глиной в твоих руках. Отлично выходит.
— Я еще не закончил. — Он сполз ниже, член уже затвердел. — Сначала я тебя вылижу. Хочу попробовать твой зад.
Дэйл застонал и раздвинул бедра шире.
— Да?
— Угу. — Шон наклонился к заднице. — А потом я тебя трахну. — Он раздвинул ягодицы и, облизнув промежность, щелкнул языком по входу.
— Черт, — вскрикнул Дэйл.
Шон повторил, на этот раз протолкнув язык внутрь, а вскоре уже трахал его языком. Дэйл сжал простыню и задрал задницу.
— Да, вот так. Ох, черт!
Вдохновленный реакцией, Шон начал быстрее вылизывать и трахать его языком, а Дэйл пытался подаваться навстречу.
— Хочу, чтобы ты меня трахнул.
Шон встал на колени и разорвал упаковку из фольги. Он раскатал презерватив, смазал себя и Дэйла. Вероятно, смазки он нанес слишком много, но не так много, как в прошлый раз. Шон правда быстро учился.
Бедрами он развел ноги Дэйла шире. Отяжелевший член оказался возле входа.
— Готов?
В ответ Дэйл поднял задницу.
Погрузился Шон медленно. Дэйл застонал, Шон затаил дыхание, а выдохнул, только когда вошел полностью.
— Черт, — выпалил Шон. — Так тесно.
Дэйл выгнул спину, отдаваясь Шону. Он только и делал, что стонал.
Шон начал двигаться, неспешно толкаясь, вытаскивал член почти целиком и проскальзывал обратно. На этот раз все развивалось медленно. Шон лег на Дэйла и в размеренном темпе покачивал бедрами. Он подсунул руки Дэйлу под плечи и целовал в шею.
Поначалу разница в габаритах казалась мне странной. Дэйл крупный, коренастый и широкоплечий, тогда как Шон подпадал под описание твинка: худой мальчишка. Однако смотрелись они классно. У них все получалось, они совпали, как кусочки головоломки.
Они даже не трахались. Такую нежность я видел в клубе нечасто. Большинство мужчин приходили сюда перепихнуться, разыграть фантазии, удовлетворить определенные нужды.
Сейчас все по-другому. Они другие.
— О боже, — простонал Дэйл. Он выгнулся, приподняв зад и голову, а Шон осыпал шею поцелуями. — Да. Вот так.
Шон ускорился, цеплялся крепче, они застонали, едва накал усилился. Шон выпрямил спину, засадил последний раз и кончил. Он ворчал, стонал и содрогался, наполняя презерватив, закатил глаза.
— Черт, — пропыхтел Шон и рухнул на Дэйла.
Дэйл извивался и удовлетворенно мычал.
Несколько секунд спустя Шон скатился с Дэйла. Избавился от презерватива и повалился на кровать.
Дэйл повернулся к нему лицом и подпер голову рукой.
— Было круто.
Шон смущенно ухмыльнулся.
— Ты не кончил. — Прежде чем Дэйл сумел ответить, в животе у Шона громко заурчало, что их насмешило. Шон погладил себя по животу. — Я торопился сюда и не успел поесть. — Он уставился на член Дэйла. — Можно убить одним выстрелом двух зайцев... Я могу тебе отсосать. Тогда ты кончишь дважды, а я поем.
Дэйл захохотал.
— Говоришь как парень, который давно уже не девственник.
Улыбка у Шона поблекла.
— Значит, мы ставим точку? В смысле не на сегодня, а навсегда? — Он пожал плечами. — Как ты знаешь, я пришел сюда лишиться девственности, и мы этого достигли. — Внезапно простыня показалась ему очень занимательной. — Если ты больше не хочешь со мной видеться, потому что я уже не девственник, ничего страшного. Но если ты хочешь, чтобы я заполнил графу, я заполню.
Дэйл смерил его долгим взглядом. Я решил, что он пытался выдумать способ отшить Шона. Шон, видимо, решил так же, потому что робко слез с кровати.
Слова, что слетели у Дэйла с языка, удивили меня так же, как и Шона:
— Приглашаю тебя на ужин.
Шон обернулся.
— На ужин? — Он расплылся в улыбке. — Правда?
Самоуверенный Дэйл даже не шелохнулся.
— Ты проголодался.
Шон усмехнулся.
— С удовольствием. — Он уперся коленом в матрас и нежно поцеловал Дэйла. — С большим удовольствием.
Дэйл погладил Шона по волосам, всматриваясь ему в лицо.
— Я должен быть с тобой честен. Я не силен в отношениях. Из-за того, что я много работаю, возникают сложности. Поэтому я и хожу сюда. Ради секса без заморочек. — Дэйл сделал глубокий вдох. — Но в тебе что-то есть...
Шон ухмыльнулся шире.
— Я тоже должен быть с тобой честен. Мама зовет меня маленьким Драконом, потому что ем я в три горла. — Он похлопал себя по животу. — Может, я и тощий, но поесть люблю. Раз ты ведешь меня ужинать, ты должен знать. — Он взял Дэйла за руку. — А про все остальное можно поговорить за ужином. Очень хочется есть.
Дэйл засмеялся.
— Давай тебя накормим.
Подбирая вещи с пола и шагая к выходу, они улыбались и безостановочно болтали об окружающей среде, во что мне даже не хотелось вникать. Дверь за ними закрылась, повисла тишина. Я сидел и улыбался, разглядывая беспорядок в пустой комнате.
Я понятия не имел, насколько их хватит: на неделю или на всю жизнь. Но это изумительно — стать свидетелем зарождения чего-то нового.
Я обожал свою работу, обожал смотреть, как мужчины трахаются, но видеть, как они влюбляются, еще лучше. Я опустился на спинку стула и заполнил документы, после чего выключил в комнате свет и вышел, гадая, что же увижу дальше.