Послышался громкий хруст гравия под колесами машины, которая ехала слишком быстро по рыхлой породе, поднимая пыль и строительный мусор в воздух. Тормоза завизжали, когда автомобиль остановился.

Кто-то явно торопился.

— Черт, — пробормотал Джейк. — Осторожнее, Логан!

Я оглянулся и задушил стон, когда водительская дверь большого черного пикапа распахнулась, и оттуда выскользнула пара стройных ног, облаченных в туфли, которые даже близко нельзя подпускать к строительной площадке. Эти маленькие ножки направлялись ко мне, неся миниатюрную темноволосую женщину — проклятие моего существования — Амелия Эдвардс.

Дочь моего босса.

— Логан, — едко поздоровалась она со мной. — Я беспокоилась, что ты, возможно, упал в бетономешалку или с лесов, когда не ответил ни на один мой звонок. Я так счастлива видеть тебя живым и здоровым.

Я изо всех сил пытался сдержать смех. Уверен, что «счастлива» — не то слово, которое она хотела использовать.

— Ты звонила? — притворяясь удивлённым, я достал телефон из заднего кармана. — Эта чертова штука ведет себя странно в последнее время. Должно быть, я пропустил твои голосовые сообщения.

Она уставилась на меня и скрестила руки, тем самым приподнимая упругую грудь и выставляя напоказ ложбинку в V-образном вырезе темно-синей рубашки. С трудом оторвав взгляд от проблеска гладкой кожи, я сосредоточил свое внимание на рослом мужчине, неторопливо следовавшем за Амелией.

— Логан, — поздоровался он наклоном головы. На его губах играла ухмылка, частично скрытая за усами. — Опять проблемы с телефоном?

Я ухмыльнулся.

— Чертовщина какая-то, Дэвид.

Амелия фыркнула — определенно неподобающий звук для леди.

— Дай мне свой телефон, — потребовала она, протягивая руку, — я отвезу его в Apple Store, чтобы они проверили его.

— Нет, я позабочусь об этом.

— Я настаиваю, — сладко улыбнулась она. — Это, в конце концов, собственность компании.

— Нет, серьезно, — прошипел я сквозь стиснутые зубы. — Я позабочусь об этом.

Она открыла рот, чтобы возразить, но Дэвид прервал ее.

— Оставь его, Эми. Если Логан сказал, что позаботится об этом, он позаботится.

Она захлопнула рот, поджав надутые пухлые губки. Хотя в глазах полыхал огонь. Они стреляли в меня лазерами, которые я старательно игнорировал.

— Что случилось, Дэвид?

— Нам нужно пересмотреть бюджет. Я попросил Амелию назначить тебе встречу, но она не смогла связаться с тобой, и тогда я решил навестить тебя. Она поехала со мной.

— Я думал, тебя не было в городе, Амелия.

— Я вернулась раньше.

— Потрясающе, — я кивнул и повернулся к Дэвиду. — Мне прийти в офис или ты хочешь сделать это здесь?

— Приходи в офис после того, как закончишь.

— Хочешь, чтобы я принес нам ужин?

— «Анджело»? — с надеждой спросил он.

— Нет! — рявкнула Амелия. — Никакой пиццы, папа! Ты знаешь, что сказал доктор.

Дэвид закатил глаза.

— Он сказал быть осторожным, Эми, но ни слова про то, что я не могу иногда съесть кусочек пиццы.

— Когда в последний раз ты ее ел?

— Неделю назад… может, больше.

Она повернулась ко мне, уперев руки в бока.

— Логан?

Я поднял руки в знак капитуляции.

— Я не слежу за твоим отцом. Понятия не имею, что он ест.

Она поджала губы, постукивая туфелькой по гравию, сканируя взглядом то меня, то Дэвида. Приятно для разнообразия быть не единственным, на кого она раздражена.

— Никакого бекона или колбасы, — накинулась она на меня. — И поменьше сыра.

— Конечно.

Дэвид поймал мой взгляд и закатил глаза, давая мне понять, что он думает о ее приказе. Я мог бы что-нибудь придумать и сделать их обоих счастливыми. Она, вероятно, останется здесь всего на несколько минут. Может быть, я возьму две пиццы — одну, чтобы сделать Амелию счастливой, и одну для меня и Дэвида, которую я принесу, как только она уйдет.

Мой план сработал бы — вот только она не ушла. Следующие пару часов Амелия допрашивала меня по перерасходу бюджета и пристально следила за тем, чтобы Дэвид ел овощную пиццу с напылением сыра. Тот факт, что на другой половине были копченые колбаски, не помогал. Амелия словно коршун следила, какую половину он ел, и всякий раз хлопала отца по руке, когда тот тянулся за пепперони. Настроение Дэвида омрачилось еще больше, когда Амелия осмелилась съесть пиццу, которую он так хотел. Он даже вальяжно расположился на стуле, позволяя ей разнести в пух и прах каждое мое решение.

Когда Амелия вышла за документами, я повернулся к нему.

— Спасибо за поддержку, — зарычал я.

— Спасибо за паршивый обед, — парировал Дэвид в ответ.

— У меня есть другая пицца в грузовике.

— Оу, да?

— Удачи получить ее после того, как ты спустил «генерала» на меня, — рявкнул я, используя прозвище, которое парни придумали для Амелии.

Он улыбнулся, когда Амелия вернулась в комнату. Она села на стул, и подол ее юбки задрался, открывая мне вид на ее колени. Ее мягкие округлые колени.

— Теперь о сверхурочных, — начала она.

Дэвид поднял руки.

— Сверхурочные были необходимы, Эми. Клиент хотел изменения и знал, сколько это будет ему стоить, — он откинулся на спинку стула. — На самом деле, я почти уверен, что помню, как одобрил большинство этих расходов. Что касается тех, о которых я не знал, Логан бы не потратил, если б в них не было необходимости.

Мы с Амелией недоуменно уставились на него, а он встал, как ни в чем не бывало, потягиваясь.

— Иди домой, Эми. Ты, должно быть, устала, а мне нужно поговорить с Логаном о других вещах. Я позвоню тебе на выходных.

Амелия собрала свои файлы и покинула офис, что-то бормоча себе под нос. Нахмурившись, я посмотрел на Дэвида.

— Вот так просто? Вдруг все стало в порядке, потому что ты хочешь заполучить другую пиццу? Ты такой придурок.

— Частично. Но мне нравится смотреть, как вы оба препираетесь. Не могу поверить, что ты позволил ей указывать тебе, с чем заказывать пиццу.

Я застонал.

— Ты мой босс, Дэвид, но давай смотреть правде в глаза — она командует парадом. Я не осмелился привезти другую пиццу.

Он вздохнул.

— Вы когда-нибудь поладите?

Я не знал, что сказать, поэтому пожал плечами.

— Возможно, однажды.

Он покачал головой.

— Вы двое сведете меня с ума. Сходи за другой пиццей, прежде чем Эми не передумала и не вернулась, чтобы продолжить спор.

Я рассмеялся, потому что Амелия была вполне способна на такое.

Заехав на подземную стоянку, я улыбнулся в предвкушении. Машина моей девушки была припаркована рядом с моим обычным местом, и это означало, что она была здесь — ждала меня.

Я остановился в коридоре, сняв грязную одежду, и шагнул в душ, смывая с себя пыль и грязь после рабочего дня. Ощущение горячей воды на уставших мышцах было великолепным, но я не стал задерживаться, стремясь поскорее увидеть ее. Обернув полотенце вокруг талии, я схватил другое и, пробежав по мокрым волосам, направился по коридору в свою спальню. Толкнув дверь, я увидел мою девочку, которая свернулась на моей кровати, ее темные волосы рассыпались на подушке, и она улыбалась мне той самой улыбкой, предназначенной только для меня. Наполненной теплом, светом и любовью. Любовью ко мне.

Сбросив полотенце, я скользнул в кровать, притягивая ее к себе.

— Боже, как я соскучился по тебе. Ненавижу, когда ты уезжаешь.

— Я тоже это ненавижу, — прошептала она.

— Откажи ему в следующий раз, — пробормотал я в ее губы.

— Я не могу.

— Знаю.

Сжав в кулак ее густые волосы, я прижался к сладким губам, смешивая наше дыхание. Ее бархатный язычок коснулся моего, и я заблудился в ее сладости. Застонав, я прижал ее к своей груди и углубил поцелуй. Жестко. Наши языки поглаживали и дразнили, кружась в танце неистового желания. Она схватила меня за плечи, когда я прижал ее к себе — моя потребность в ней стала подавляющей и необузданной. Тело гудело от возбуждения, ощущение того, как ее мягкие изгибы идеально подстраиваются под мое твердое тело, было совершенством. Она была создана, чтобы быть рядом со мной. Амелия принадлежала мне. Я навис над ней, заглядывая в ее темные озера — в них плескались эмоции, зеркально отражающие мои.

— Ты нужна мне, — прохрипел я.

— Возьми меня, — застонала она, обвивая ноги вокруг моих бедер, тем самым направляя меня в свою горячую влажность. Я толкнулся вперед, зашипев от ощущения того, что мы вновь воссоединились. Каждый раз был как первый. Каждый раз меня охватывало чувство, будто я вернулся домой. Я двигался внутри нее, оставляя горячие, влажные поцелуи на ее шее, зарывшись носом в ее волосы и вдыхая ее аромат.

Удовольствие от ее губ на моей коже, ее тела, прижимающегося к моему, и жара, окружающего мой член, было слишком интенсивным. Я больше не мог сдерживаться и бурно кончил, когда ее внутренние стеночки сжались вокруг меня. Я застонал, продолжая врезаться в нее так глубоко, как только мог, продлевая мой оргазм, в то время как она задыхалась и дрожала в моих руках.

Она обняла меня, притягивая к своей груди, и я удовлетворенно выдохнул, наслаждаясь нежными, неторопливыми поглаживаниями ее пальчиков в моих волосах.

— Сегодня ты была усладой для моих уставших глаз.

— Я успела на ранний рейс. Я так скучала по тебе, и когда папа сказал, что едет к тебе, то чуть не вырвала ключи из его руки, — призналась она. — Я больше не могла ждать ни одной минуты — даже если мне пришлось побыть стервой.

Я ухмыльнулся в ее шею, покусывая мягкую кожу.

— Ты хорошо справилась, малышка. Я почти купился на твое выступление.

— Это было тяжело. Мне понадобились все силы, чтобы не броситься в твои объятия.

— Сейчас ты здесь.

— Почему ты не ответил на мои звонки?

Я вздохнул.

— Я хотел… но весь день был окружен сотрудниками. Я не знал, что ты вернулась, и так чертовски скучал по тебе, что был уверен, если кто-нибудь услышит, как я с тобой разговариваю, то все поймет. Я собирался перезвонить тебе, как только буду свободен.

— Значит, ты не игнорировал меня?

— Я никогда не смогу игнорировать тебя, малышка. Никогда.

— Хорошо.

Я засмеялся, поцеловав ее в висок.

— Хорошая попытка забрать мой телефон, но после того что ты сделала в прошлый раз, я больше не поведусь на это.

— Я думала, тебе понравились мелодии.

— Барри Уайт? Я так не думаю. Не говоря уже о фотографиях, которые ты закачала туда. Боже, каждый раз глядя на экран, я зарабатывал нехилый стояк, — я сделал паузу. — Напоминания также не помогали.

Она ухмыльнулась.

— Но это сработало. Ты не забывал.

— Я бы никогда не забыл трахнуть тебя, — зарычал я, зная, что это заставит ее хихикать.

Она не разочаровала, и маленькие хриплые звуки наполнили комнату. Но затем она глубоко вздохнула.

— Что такое, милая?

— Ненавижу постоянно злиться на тебя. Я чувствую себя двумя разными людьми.

— Я знаю, но это единственный способ быть вместе… по крайней мере, пока. — Я зарылся носом в ее волосы. — Мы разберемся с этим.

— Обещаешь? — мягко спросила она.

— Да, — я крепче обнял ее. — Как твоя мать?

Она застонала.

— Хуже, чем когда-либо. Этот дом должен быть закончен, и побыстрее.

Я усмехнулся. Когда бывшая жена Дэвида решила полностью отремонтировать свой дом, она настояла на том, чтобы именно Дэвид организовал это для нее, несмотря на то, что жила на другом конце страны. Все еще не в состоянии отказать ей, он сделал, как она просила, но Руби была ужасным клиентом и постоянно меняла свое мнение, вызывая все горе мира. Она бесконечно названивала, и, будучи трусом, Дэвид послал Амелию разобраться с проблемами, когда стало невозможно решить их по телефону.

— Ты должна сказать ему, чтобы он сам разбирался с этим дерьмом. Он просто не может сказать женщине «нет».

— Знаю. Я поговорю с ним и в следующий раз отправлю его, — Эми прижалась ближе. — Я не могла дождаться, чтобы вернуться к тебе.

— Добро пожаловать домой, детка.

— Я люблю тебя, Логан.

Я выдохнул в ее волосы. Теперь она вернулась туда, где ей место, даже если это должно было быть тайной.

— Больше, чем я могу выразить словами, Эми. Любовь просто недостаточно большое слово.

Она расслабилась, погружаясь в сон. Я крепко обнял ее — две женщины в моей жизни снова слились в одну.

Амелия Эдвардс — проклятие моего существования днем.

Эми Эдвардс — любовь всей моей жизни и единственная женщина, которую мне запрещено иметь.

Несколькими месяцами ранее

Дэвид повесил трубку и, вздохнув, провел рукой по лицу. Я оторвал взгляд от бумаг, которые разбирал, и нахмурился, посмотрев на него.

— Проблема?

— Моя дочь возвращается домой. Она решила принять мое предложение о работе.

— Но это хорошие новости, ведь так?

— Да, наверное. С уходом Шелли, Амелия — идеальный кандидат, она как никто другой справится с этой работой. У нее есть опыт, она организованна и ни от кого не потерпит дерьма. — Он провел пальцем по фотографии, стоявшей на его столе. Я часто видел эту фотографию. Его дочь Амелия была красивой девушкой с длинными темными волосами и бездонными карими глазами, как у Дэвида.

Я работал на Дэвида два года, но никогда не встречался с его дочерью. Обычно он сам ездил к ней в гости, но даже в тех случаях, когда она была в городе, то никогда не приходила в офис. Пару месяцев назад Дэвид поделился новостями, что она развелась со своим горе-муженьком. Он не сильно расстроился из-за этого, так как Майк, по мнению Дэвида, был ленив, всегда и во всем готов пойти легкой дорогой и не заботился об его маленькой девочке должным образом. Казалось, Амелия слишком долго несла этот груз. Дэвид попросил ее вернуться домой и работать на него, чтобы иметь возможность присматривать за ней. Он постоянно беспокоился о своей дочери и так много о ней говорил, что я чувствовал, что почти знаком с ней.

— Думаешь, она не справится с работой?

Дэвид откинулся на спинку кресла и уставился в окно.

— Не работа беспокоит меня, Логан. Управление этим местом не будет проблемой после большого офиса, в котором она работала. Я переживаю… за команду. Не хочу, чтобы они вились вокруг нее. Она уязвима и у нее золотое сердце. Но Амелия также очень красивая и довольно застенчивая — я не хочу, чтобы ее доставали или беспокоили.

Я кивнул в понимании. Дэвид всегда был довольно защищающим по отношению к своей дочери.

— Я уверен, что ребята будут уважать ее. Если хочешь, я могу поговорить с ними. Скажу им, чтобы держались подальше.

Дэвид повернулся в кресле и серьезно посмотрел на меня.

— Она недосягаема для всех здесь, Логан. Для всех. Амелия — не просто еще один сотрудник. Она — моя дочь, — его пальцы барабанили по столу. — Может быть, мне стоит внедрить новую политику — никаких отношений в компании?

Я засмеялся.

— Это будет слишком очевидным, Дэвид, поскольку Амелия будет здесь единственной женщиной. Мне кажется, ей будет немного неудобно и, честно говоря, это может сделать ее более заманчивой для некоторых из них. Кроме того, — я ухмыльнулся, — ты разобьешь сердце Джейку. Он ухаживал за Паркером с тех пор, как устроился сюда. Ты не можешь так поступить с ним, когда он так близко.

Дэвид засмеялся. Мы все знали, что Джейк чувствовал к Паркеру. За исключением, казалось, самого Паркера.

— Возможно, ты прав. Они все подходящего возраста, но я хочу большего для нее. — Он вздохнул. — По крайней мере, мне не нужно беспокоиться о тебе.

Я усмехнулся.

— Оу? Не ее тип? Слишком неотёсан для нее?

— Ей двадцать шесть, Логан, она на двенадцать лет моложе тебя. Я не думаю, что ты любишь возиться с «малолетками», — он прищурился. — Или я неправ?

Я покачал головой, стараясь не смеяться над его свирепым выражением лица.

— Нет, слишком молода для меня. Мне нравится, когда они самостоятельно ходят и разговаривают, — затем я подмигнул ему. — Расслабься, Дэвид. Кажется, твоя дочь может сама за себя постоять. Я уверен, что если кто-нибудь из придурков выйдет за рамки дозволенного, она поставит их на место.

Он кивнул, но не выглядел убежденным.

— Я поговорю с ними.

— Мне было бы лучше, если бы я знал, что ты, Логан, присматриваешь за ней. Ты сможешь это сделать?

— Считай, что мы договорились.

— Может быть, вы могли бы стать друзьями.

«Друзьями?»

Я не привык дружить с девушками, но для Дэвида могу попытаться.

— Я в игре, если она согласится, — я ухмыльнулся. — Ей не шесть, ты знаешь. Ты не можешь выбирать друзей для нее, но я помогу ей, чем смогу.

— Спасибо, Логан. Я знал, что могу положиться на тебя.

— Не проблема, — отмахнулся я. — Рад помочь. Я с нетерпением жду знакомства с ней.

Дэвид нахмурился, и я поспешил заверить его.

— Расслабься… как друг. Она будет мне как еще одна младшая сестра. Это будет здо́рово.

Я понял, что ошибался, уже через пять секунд после того как Амелия вошла в офис. Все мысли о том, чтобы быть ее другом, вылетели в окно. И я определенно не чувствовал себя так по отношению к моей младшей сестре Мелисе. Фотография, которая стояла у Дэвида на столе, не отдавала Амелии должное — и она определенно была не маленькой девочкой. Невысокий рост компенсировали соблазнительные формы, волосы темными волнами струились по спине, но больше всего выделялись ее глаза — удивительно яркие и умные. А потом Амелия улыбнулась — полные розовые губки изогнулись в теплую, соблазнительную улыбку, от которой мое тело напряглось от желания. Амелия была одета в простую темно-синюю юбку, блузку кремового цвета и туфли на низком каблуке — наряд, который полностью подходил для офиса, но на ней выглядел нереально сексуально.

Так сексуально и соблазнительно, что я был тверд в мгновение ока.

Так сильно возбужден, что не мог даже встать, чтобы поприветствовать ее. Я бы не смог скрыть свою реакцию на нее.

Вместо этого я как пятнадцатилетний юнец спрятался за большим предметом мебели. Когда Дэвид представил нас, я мог лишь протянуть Амелии руку, оставаясь на месте, и пробормотать приветствие. Брови Дэвида взлетели на мою кажущуюся грубость, а Амелия смутилась. Тем не менее, она вложила свою маленькую руку в мою, вежливо приветствуя меня. Заряд электричества пробежал по позвоночнику, когда моя ладонь полностью обхватила ее маленькую руку, и мне потребовалась вся сила воли, чтобы не притянуть ее на колени и не начать жадно целовать — даже при том, что Дэвид стоял рядом. Я хотел почувствовать, как эти манящие губы ощущаются под моими. Глаза Амелии расширились, и она отдернула руку назад. Ее язычок выглянул наружу, облизывая нижнюю губу, а затем зубы вонзились в пухлую плоть.

Я хотел этот язык у себя во рту.

Я хотел укусить эту нижнюю губу, а потом скользнуть языком в манящую сладость и дразнить ее до тех пор, пока она не станет умолять меня о большем.

Вместо этого я схватил файл, свой ноутбук и, пробормотав что-то о встрече с клиентом, убежал.

Как трус.

В свою машину.

Я схватился за руль, не в силах контролировать горячее, необузданное желание, пульсирующее в моем теле.

Я хотел ее.

Амелию, дочь босса. Босса, который попросил присматривать за ней, быть ей другом и держать других мужчин подальше от нее.

В данный момент — это единственное, о чем мы с Дэвидом могли бы договориться.

В моей груди зародилось рычание.

«Никто, черт возьми, не приблизится к Амелии. Они не тронут ее. Она — моя!»

И неважно, что Амелия слишком молода для меня, только что завершила неудачный брак или что она дочь Дэвида и за пределами моей досягаемости.

Я не знал, как смогу держаться от нее подальше.

Но мне придется.

Примерно шесть недель у меня хорошо получалось избегать Амелию. В ее присутствии я держался вежливо, но прохладно. На встречах сидел как можно дальше — одного глотка ее нежного, женственного аромата было достаточно, чтобы мой член начинал дергаться. Это неизменно приводило к неуместным мыслям о том, чтобы похоронить лицо в ее шее, сжимая в кулак густые волосы, пока я жестко трахаю ее. На своем столе. На ее столе. В моем грузовике. В грузовике Дэвида. Где угодно.

Я видел, как вспышка боли пересекала ее лицо каждый раз, когда я пытался скрыться от нее. От моего тона ее плечи немного опускались, и я ненавидел это, зная, что причиняю ей боль. Но это был единственный способ держаться от нее подальше. Иногда Амелия расправляла плечи, и мы спорили из-за какого-то незначительного нарушения, которое она мне приписывала. Ее глаза пылали, она повышала голос и отказывалась отступать. Она была чертовски великолепна.

Мой член соглашался с этим и хотел ее еще больше. Мне снова приходилось прятаться, часто беря дела в свои руки — буквально — когда я больше не мог этого терпеть. Я даже спрятал бутылку лосьона в ванной для подобных случаев. То, что мне было почти сорок лет и при этом приходилось дрочить в ванной, чтобы пережить день и не трахнуть женщину, которую я едва знал, было более чем унизительно.

Я стал проводить больше времени на стройке, которую мы в настоящее время вели, чем в офисе. Дэвиду я сказал, что ребята расслабляются и там требуется мое присутствие, но на самом деле — это был единственный способ для меня сохранить рассудок.

Амелия была повсюду. Я слышал ее смех в офисе и хотел быть тем, кто заставил ее улыбнуться. Когда она приносила печенье, которое сама испекла, я хотел украсть их все и сохранить для себя, просто потому что их сделала она. Вместо этого я качал головой, когда она смущенно предлагала контейнер, игнорируя то, как ее улыбка угасала от моего отказа, и втихаря воровал их позже, когда Амелия была занята. Я украдкой бросал на нее взгляды во время встреч, желая, чтобы у меня была возможность улыбнуться ей и увидеть ее дивную улыбку взамен. Но если наши глаза встречались, я быстро отводил взгляд, отвергая ее. Если Амелия появлялась на строительной площадке, я рычал на нее за отсутствие ботинок со стальным носом и каски, даже не приветствуя ее. А правда была лишь в том, что я был в ужасе от того, что она могла пораниться, гуляя по стройке, но я не мог сказать ей об этом.

Новая эмоция — та, которую я никогда раньше не испытывал, в моих венах текла горячей свободной субстанцией.

Ревность.

Увидев, как Кевин стоит рядом, шутит и смеется вместе с ней, глубоко внутри меня разгорелся пожар. Направившись к ним, я зарычал на него:

— У нас перерыв на кофе?

Он нахмурился.

— Я не пью кофе, Логан.

— Тогда, я думаю, перерыв окончен. Вернись к работе.

Амелия уставилась на меня в замешательстве, когда он ушел.

— Это было грубо.

— Я плачу́ им не за то, чтобы они флиртовали с тобой.

— Он не флиртовал. Он говорил о своей маме! Мы сравнивали печенья, которые они делают!

— Неважно, — пробормотал я. — И в последний раз говорю: надевай гребаную каску, когда находишься на площадке!

Я потопал прочь, зная, что Амелия наблюдает за мной, без сомнения, проклиная вслед. Она редко ругалась, но в такие моменты я находил ее довольно сексуальной. Все в ней казалось сексуальным. И это бесконечно расстраивало меня.

Амелия была противоположностью всему в моей жизни. В моем мире пыли, гравия и твердой стали она была свежей, сладкой и нежной. Ее голос был словно теплый мед по сравнению с хриплыми тенорами, с которыми я имел дело весь день; ее манеры — мягкими и женственными по сравнению с грубостью, окружающей меня. В ней была нежность, которую она скрывала ото всех, и я мог увидеть ее лишь когда она думала, что остается незамеченной — обычно при личном общении с отцом после работы. Я хотел немного этой нежности в своей жизни.

Я хотел ее нежности. Я хотел ее.

Амелия плавно взяла на себя управление офисом, действуя умно, скоординировано и честно. Она была великолепна, и Дэвид сиял от гордости.

Он ворчал на меня за то, что я не был достаточно дружелюбен к ней, на что я только хмурился.

— Я говорил тебе, Дэвид, ты не можешь выбирать ей друзей. Это дело вкуса. Оставь это.

Еще через пару недель Амелия стала больше стоять на своем и начала все время спорить со мной. Мы обменивались колкостями и тонко завуалированными оскорблениями даже во время совещаний. Я подумывал, что, возможно, лучше всего было бы найти другую работу. С моей квалификацией я мог легко двигаться вперед, вот только мне нравилось работать с Дэвидом, и пока Амелия не появилась, мне нравилась моя работа. А теперь я боялся каждого дня, зная, что в любой момент мне придется иметь дело с ней дело. Но мысль о том, что я не увижу ее, делала меня несчастным.

Иногда, когда мы с Амелией находили общий язык и работали в команде, это было чертовски волшебно. Казалось, будто она точно знала, о чем я думаю, и идеально отвечала — наши идеи переплетались в полной синхронизации. В те моменты в ее обществе было легко, и я хотел ее еще больше.

«Я такой трахнутый придурок!»

Я откинулся на спинку стула, раздраженно проводя руками по волосам и дергая пряди. Сегодня днем у нас была еще одна перепалка, и, сбежав из офиса, я провел остаток дня на стройке, огрызаясь на всех вокруг. Только будучи уверенным, что здесь никого нет, и есть возможность поработать в одиночестве, я вернулся в офис, чтобы заполнить документы. Ранее днем я слышал, как Дэвид и Амелия планировали поужинать вместе, так что горизонт был чист.

Или я так думал, пока не услышал тихое покашливание. Я удивленно поднял голову вверх. Амелия стояла у моей двери, нервно теребя в руках файл.

— Логан? Могу я поговорить с тобой минутку?

— Я думал, ты собиралась поужинать.

— Планы изменились. — Она заколебалась. — Могу я войти?

— Конечно, — я указал на стул перед своим столом. — Что я сделал на этот раз? Нужно проверить счет за мой сотовый телефон?

— Оу, — Амелия немного поерзала на стуле, — нет, ничего подобного. Вообще-то, я хотела показать тебе цифры за прошлый месяц.

— Какая-то проблема?

— Нет, — она передала мне файл. — Твое предложение о разделении смен принесло больший доход и сэкономило время. Отец был очень доволен. Это оказалось… действительно отличной идеей.

Я взглянул на цифры и кивнул, пряча лицо. Теплая волна согрела мою грудь от ее тихой похвалы.

— Хорошо, — грубовато сказал я. — Рад, что сделал что-то правильно. — Я вернул ей файл. — Что-нибудь еще?

Амелия прикусила губу и глубоко вздохнула.

— Логан, я не уверена, почему мы так неудачно начали знакомство, но можем ли мы начать сначала? Мой отец думает, что мир крутится вокруг тебя, команда уважает тебя, а другие сотрудники считают, что ты один из лучших. Не знаю, почему я тебе так не нравлюсь, но обещаю, если ты позволишь мне попробовать еще раз, ты поймешь, что на самом деле я неплохой человек, — она нерешительно улыбнулась. — Может быть, ты мог бы дать мне еще один шанс?

Амелия выглядела такой уязвимой, такой грустной. Я хотел стереть эту печаль и заставить ее улыбнуться.

— Я не испытываю к тебе неприязни, Амелия.

— Но… — начала она смущенно.

Я поднял руку, перебивая ее.

— Это моя проблема, не твоя. Мне очень жаль, что я расстроил тебя, — я вздохнул, изучая Амелию. Она выглядела уставшей, и я вдруг подумал, что это из-за меня. — Думаю, мне нужно двигаться дальше. Найти другую работу.

Она моментально вскочила на ноги.

— Нет! Ты не можешь этого сделать!

— Что, прости? — нахмурившись, спросил я.

— Ты нужен моему отцу, Логан! Он зависит от тебя. Уйду я. Ты здесь уже несколько лет, а я только пришла и меня легко можно заменить. Ты не можешь работать в другом месте! Ты не можешь!

Я уставился на Амелию. Она была так расстроена, руки сжались в кулаки по бокам, сердитые слезы блестели в уголках больших глаз.

— Ты семья Дэвида. Ты ему нужна больше, чем я. Он найдет другого менеджера проекта.

— Нет. Он говорит, что ты самый лучший. Он нуждается в тебе, — настаивала Амелия.

— Я не думаю, что могу остаться здесь, — признался я.

— Из-за меня?

— Да, — честно признался я.

— Почему ты так меня ненавидишь?

Мгновение я просто смотрел на нее, а потом тихо сказал:

— Я не ненавижу тебя, Эми, — мой голос упал до шепота. — Совсем наоборот.

— Ты назвал меня Эми? Ты никогда раньше не называл меня Эми.

— Так я думаю о тебе.

— Но ты со мной почти не разговариваешь.

— Это вопрос выживания, — глазами я умолял ее понять. — Я поговорю с Дэвидом в понедельник.

— Я не хочу, чтобы ты увольнялся, — Амелия потрясенно покачала головой.

— Это необходимо.

Она повернулась и ушла. Я услышал, как за ней закрылась дверь офиса, и знал, что теперь точно остался один. Я посмотрел в окно, размышляя о своем уходе. Несмотря на то, что мне это не нравилось, уйти придется. Мои чувства к Амелии только усиливались, а не уменьшались, как я надеялся.

Некоторое время я сидел и смотрел в окно, а потом сдался, даже не став притворяться, что смогу поработать. Мне нужно пойти домой и определиться, что делать дальше. Я схватил куртку и вышел наружу, глубоко вдохнув прохладный воздух. Оглядевшись на парковке, я увидел один из грузовиков Дэвида. Должно быть, погрузившись в свои мысли, я не заметил его раньше. Но когда я подошел к своей машине, то увидел, что в грузовике кто-то был.

«Эми».

Она склонилась над рулем, вцепившись в него руками, и ее плечи дрожали, грузовик практически вибрировал от силы ее рыданий. Мое сердце сжалось при виде этого. Не было никакой мысли, только реакция.

Я пересек тротуар и сел в грузовик, прежде чем даже понял, что делаю. Посадив Эми на колени, завернул ее в свои объятия, и прижал к груди.

— Шшш, Эми. Не плачь.

— Ты… не можешь… уйти… пожалуйста, Логан. — Она подняла голову, и ее залитое слезами лицо разбило мое сердце. — Я не хочу, чтобы ты уходил… пожалуйста!

Ее мольбы и боль в голосе были невыносимы. Я приподнял ее лицо, вытирая слезы большими пальцами.

— Эми… — пробормотал я.

Она накрыла мои руки своими, сжимая мои запястья.

— Пожалуйста, — прошептала она.

А затем я поцеловал ее.

Ее мягкие губы идеально сочетались с моими. Я чувствовал соль ее слез, сладость блеска для губ и аромат самой Амелии. Это было опьяняюще, и теперь я знал, что хочу ощущать этот вкус до конца своей жизни. Мы оба застонали, когда я скользнул языком вдоль ее нижней губы.

Я хотел большего.

Одной рукой прижав ее к своей груди, другой освободил из зажима ее волосы, которые шелковой волной рассыпались по плечам, и я тут же зарылся в них пальцами, дергая за локоны, чтобы наклонить голову назад. Я целовал кожу ее шеи, облизывая и покусывая дорожку обратно к ее рту, изнемогая от нужды вновь ощутить ее вкус на своем языке. Она вплела пальчики в мои волосы, грубо сжимая короткие пряди и притягивая мое лицо ближе к себе. Выдернув рубашку из пояса юбки, провел рукой вверх по голой коже ее спины, лаская костяшки позвоночника. Она захныкала мне в рот, когда я обхватил набухшую грудь, прослеживая затвердевшие соски большими пальцами.

Амелия начала извиваться и ерзать на моих коленях, ее юбка поднялась, когда она переместилась. Я застонал от того, что мой обтянутый денимом член встретился с ее горячим центром, обжигающим даже через мои штаны.

— Пожалуйста, Логан, — задыхалась Эми.

Недели запретного желания, бушующей страсти и бесконечного разочарования взорвались во мне. Зарычав, я разорвал кусок кружева и скользнул пальцами в ее влажность, в то же время захватывая рот Эми требовательным поцелуем. Она застонала, запрокинув голову назад, когда я начал гладить ее, только еще больше усиливая ее желание.

— Вот и все, Эми. Почувствуй меня. Почувствуй, что ты со мной делаешь. Кончи на мои пальцы и покажи мне, что ты хочешь меня.

— Логан!

Я снова поцеловал Эми, врываясь языков в ее сладость и лишая дыхания, при этом продолжая трахать ее пальцами. Внутренние мышцы Эми плотным кольцом окружили мои пальцы, и она «разлетелась на миллион кусочков», приглушенно закричав мне в рот.

Я с удовлетворением прошипел, когда Эми дернула мой пояс и расстегнула молнию. Подняв бедра, всего на мгновение почувствовал прилив прохладного воздуха, прежде чем был окружен ее влажным центром. Выругавшись от подавляющего чувства быть похороненным внутри нее, я схватил Эми за бедра, чтобы остановить движение.

— Дай мне минутку, детка. Я хочу почувствовать тебя.

Эми уронила голову мне на плечо и содрогнулась, позволив мне задавать темп. Скользнув руками по ее бедрам, я начал медленно двигаться, подталкивая ее к своим толчкам.

«Притягиваю и толкаюсь.

Вход. Выход.

Быстрее и быстрее.

Жар между нами обжигает…»

Грузовик был наполнен звуками нашей любви: стоны, хныканье, вздохи, нежные слова, звуки соприкасающейся кожи. Ничего не существовало за пределами кабины — ничего не имело значения. Был важен лишь этот интенсивный акт, происходящий между нами. Эми подняла голову, задыхаясь, и я обхватил ее за шею, удерживая ее взгляд и продолжая толкаться, пока она не достигла апогея. Ее глаза расширились и затуманились от экстаза. Мой оргазм огненной лавой пробежал по позвоночнику, яростно взрываясь. Я крепко схватил Эми и застонал, опустошая себя внутри нее.

Она рухнула на меня, положив голову мне на грудь, и я обхватил ее руками, чувствуя, как сильные чувства переполняют меня. Зарывшись носом в ее волосы, я вдохнул пьянящий аромат, в то время как ее пальчики прослеживали ленивые круги на моей шее.

— Это было… неожиданно. Хотя чертовски удивительно, пробормотал я и поцеловал ее в лоб. — Я так долго хотел тебя, Эми.

— Ты представлял это себе, Логан?

Я усмехнулся.

— За исключением местоположения, да. Я не планировал наш первый раз на переднем сидении твоего грузовика.

— Нет? — хихикнула Эми.

— Может быть, третий или четвертый.

Она снова захихикала.

— Мне понравилось. — Эми поерзала и сморщилась, на ее лице появилась маленькая улыбка. — Даже несмотря на то, что мы немного грязные.

— Да уж… Черт, Эми! — расстроенно простонал я. — Я не… я даже не думал… черт… детка, я чист, но я должен был использовать защиту — я не ожидал… и не планировал…

Она прижала палец к моим губам.

— Я чиста и на противозачаточных, Логан. Все в порядке.

— Скажи мне, что ты не жалеешь о том, что только что произошло, — умолял я.

— Скажи, что ты не уволишься.

— Теперь я не смогу оставить тебя, — я вздохнул в ее волосы. — Это выше моих сил.

Эми подняла голову.

— Вот и хорошо.

Я улыбнулся, глядя на Эми. Мы нежились в постели — наш обычный субботний ритуал протекал полным ходом. Я сделал кофе, она приготовила свои потрясающие бутерброды на завтрак, и мы вернулись в постель с прессой. В течение часа я лениво просматривал заголовки газет, наслаждаясь спокойствием, а Эми в это время отгадывала кроссворд, часто прерывая меня вопросами.

— Нелетающая птица, три буквы?

— Эму.

— Место хранения, четыре буквы?

— Хм… шкаф?

— О, подходит!

Я ухмыльнулся, продолжая читать.

— Толкающий инструмент?

Я поднял взгляд.

— Что?

— Четыре буквы. Возможно, начинается на Ч… и совершенно точно заканчивается на Н.

— Ты издеваешься надо мной?

— Ага.

А затем Эми упала на кровать, смеясь над своей глупой шуткой. Усмехнувшись, я поднял ее ноги себе на колени и погладил лодыжки так, как ей нравится. Она вздохнула от удовольствия и улыбнулась, положив руку под голову. Она была расслаблена и с нежностью смотрела на меня.

Мне нравилось видеть ее такой.

В офисе она была Амелией, крутой и профессиональной, силой, с которой нужно считаться, недаром заработав прозвище «генерал». Она справлялась с командой, поставками и проблемами качественно и без нареканий. Выглядела Амелия соответственно; ее наряды всегда были по-деловому женственными, но никогда не пересекали грань, а волосы собраны в строгую прическу. Часто шальной завиток выбивался из общей массы и не слушался, когда она пыталась приручить его, а мне требовались недюжинные усилия, чтобы сдержать себя. Я хотел протянуть руку и сам убрать локон за ухо, оставив при этом нежный поцелуй на мягкой коже. Было все труднее сопротивляться.

При общении с отцом она по-прежнему оставалась эффективной и властной, хотя ее слова были смягчены любовью, если, конечно, они не спорили из-за бюджетов или его ужасных привычек в еде.

Но наедине со мной она становилось моей Эми. Язык ее тела менялся, движения приобретали плавность, мягкость, и она становилась податливой и гибкой, как жидкая ртуть. Ее улыбки были наполнены светом, взгляд — теплом и любовью, и она источала нежность, которую я так долго жаждал. Эми часто смеялась, заражая меня своим весельем. Мне нравилось заставлять ее смеяться.

— Ты такая забавная.

Она ухмыльнулась.

— И ты любишь меня.

— Люблю.

Ее лицо стало серьезным.

— Скажи мне.

Убрав ее ноги с моих колен, я навис над ней, удерживая ее взгляд.

— Я люблю тебя, Эми. Больше всего на свете. Ты — мой мир.

Она застенчиво улыбнулась.

— Я люблю тебя.

Я проследил вдоль ключицы языком, выводя узоры на нежной коже. Поднялся поцелуями выше, оставляя влажный след на шее, и нежно прикусил мочку уха, улыбаясь ее дрожи.

— Теперь о том задании из кроссворда, может быть, мне нужно помочь тебе с… физической демонстрацией толкающего инструмента?

— Да… Логан… Боже… да… покажи мне.

Она свернулась калачиком рядом со мной, укутанная в мои объятия. Газеты были разбросаны по полу вокруг нас, одна чашка перевернулась, заливая темным варевом бумагу. Я снова и снова прослеживал кожу ее руки вверх и вниз, выводя незамысловатые узоры пальцами.

— О чем думаешь? — поинтересовалась она через некоторое время.

— Как хорошо, когда ты в моих объятиях.

Она прижалась крепче.

— Знаю.

— Хочу, чтобы ты все время была здесь.

Эми чуть отстранилась, посмотрев на меня.

— Логан?

— Ненавижу, когда ты уходишь, а я даже не могу ни с кем поговорить — рассказать о том, как сильно я скучаю или беспокоюсь о тебе. Ненавижу скрывать то, как сильно люблю тебя.

— Тогда нам нужно это изменить.

Я кивнул.

— Знаю, что нужно, просто не знаю как. — Я нервно провел рукой по волосам.

— Мы поговорим с моим отцом и все ему расскажем.

Я фыркнул.

— Конечно, все пройдет отлично. Уверен, что к концу разговора у меня будет разбита губа, и я лишусь работы.

— Ты действительно думаешь, что он будет настолько расстроен? Отец очень хорошо к тебе относится.

— В дополнение к тому, что я намного старше и недостаточно хорош для тебя, думаю, он разозлится, что мы держали наши отношения в секрете все это время. Он будет злиться по многим причинам.

Эми покачала головой.

— Ты достаточно хорош для меня. Он увидит это. Возможно, сначала он рассердится, но отец любит меня и хочет, чтобы я была счастлива. Ты делаешь меня счастливой.

Погладив ее щеку, я улыбнулся.

— Мне нравится делать тебя счастливой, но я не уверен, насколько быстро твой отец придет в себя. Он был очень настойчив, чтобы никто в компании не приближался к тебе.

— Тогда мы должны немедленно это решить. — Ее голос стал еще тише. — Ты беспокоишься об его гневе в личном или профессиональном плане?

— Понемногу о том и другом, — признался я. — Я профессионал своего дела и мне нравится работать на твоего отца. Я очень люблю свою работу.

— Больше, чем ты любишь меня?

Я дернул себя за волосы от разочарования.

— Конечно же, нет.

— Тебя смущают наши отношения? Ты стыдишься меня?

— Нет! Ничего подобного!

— Но мы все еще прячемся.

— Эми…

— Ты собирался уйти, когда думал, что мы не можем быть вместе. Что сейчас? Ты бы ушел ради наших отношений? Или ты не имел это в виду?

— В то время да. Я не хотел уходить, но думал, что так лучше.

— Но не сейчас? Даже если бы это означало, что мы открыто можем быть вместе?

— А что насчет тебя? Ты сказала то же самое, — бросил вызов я. — Ты говорила, что важно, чтобы я продолжал работать с твоим отцом. Или это уже не имеет значения?

Эми встала, вдруг очень рассердившись.

— Ты этого хочешь? Чтобы я отказалась от своей работы?

Я тоже встал, чувствуя напряжение.

— Не вкладывай слова мне в рот.

А потом мы поссорились. Мы бросали друг другу злые слова и обвинения. Ни один из нас не смог принять правильное решение в ситуации, возникшей в неподходящий момент, когда мы были обеспокоены, не уверены в будущем и устали скрывать свои чувства. Я должен был обнять Эми и сказать, что мы поговорим с ее отцом. Решим проблему вместе. Если он будет в ярости и полностью против нас, я, не раздумывая, уйду с работы, которая мне нравится, потому что люблю ее больше всего на свете.

Вместо этого мы продолжали спорить, пока она не разозлилась окончательно и, собрав свои вещи, ушла. А я был достаточно зол, чтобы отпустить ее.

Хлопок двери за ее спиной еще несколько часов эхом отражался в доме и в моем сердце.

В воскресенье я был несчастен. После бессонной ночи, когда я всю ночь ворочался, прокручивая наш спор в голове, моя кровать казалась слишком большой и пустой без нее. Я несколько раз тянулся к своему сотовому, собираясь позвонить ей, но каждый раз передумывал, не желая, чтобы этот разговор произошел по телефону. Я очень хотел увидеть ее, но идти к ней домой было опасно. Она всегда приходила сюда, поскольку я жил далеко от Дэвида, а ее квартира находилась в двух кварталах от него. Слишком велика была вероятность того, что он увидит мой грузовик. Я мерил шагами комнату, расстроенный и сердитый, но в итоге решил хоть раз сделать что-то правильно и, послав все к черту, запрыгнул в свой грузовик.

Притормозив у ее подъезда, я увидел там грузовик Дэвида, припаркованный рядом с машиной Эми, и, проклиная всех и вся, просто уехал. Остаток дня я провел, занимаясь делами, и несколько раз проезжал мимо ее дома, но грузовик Дэвида оставался там, словно тихий страж. Сдавшись, я отправился домой и отправил ей простое сообщение.

Я ждал напрасно — телефон так и не зазвонил, а сообщение осталось без ответа.

В понедельник утром я был угрюмым, уставшим и отчаянно хотел ее увидеть. Просмотрев свое расписание, я едва сдержал проклятья, увидев, что сначала у нас намечалось рабочее совещание, а затем встреча с новым клиентом. Я уже встречался с ним один раз и мгновенно невзлюбил его. Он был напыщенной задницей, и я надеялся, что мы больше не увидим его, но, как нарочно, он запланировал еще одну встречу.

Амелия будет присутствовать на обеих встречах, и если мы сначала не поговорим, то обстановка может быть враждебной, а я бы не хотел этого.

Закрытая дверь ее кабинета и отсутствие грузовика на обычном месте подсказали мне, что Амелия еще не пришла. Дэвид разговаривал по телефону, и я помахал ему, проходя мимо. Закрывшись в своем кабинете, я разбирал бумаги, внимательно прислушиваясь к возне снаружи. Когда я, наконец, услышал приветливый голос Амелии, то расслабился и, выждав несколько минут, встал, прихватив со стола папку, чтобы пойти поговорить с ней. Открыв дверь кабинета, я замер, когда увидел ее. Вцепившись в дверной косяк, я тяжело сглотнул.

«Боже!»

Для всех остальных она выглядела нормально. Для меня она была гребаным грехом.

Мягкое платье с запа́хом темно-синего цвета обнимало ее изгибы и заканчивалось чуть выше колен. Бант на бедре умолял меня схватить его и развязать. Она надела шпильки, отчего ее ноги казались длинными и бесконечными, и, черт возьми, я хотел, чтобы эти ноги были обернуты вокруг моих бедер, а каблуки впивались в мою задницу, пока я трахаю ее. В ее наряде не было ничего необычного, кроме того, что это был один из моих любимых. Однажды я сказал ей, как чертовски сексуально она в нем выглядела.

Но мое внимание привлекли ее шикарные волосы, от которых у меня перехватило дыхание. Они струились по плечам и спине волнами темного атласа, не оставляя меня равнодушным. Эми оставила их кудрявыми, хотя ненавидела это, но знала, что я люблю, как буйные завитки кружат вокруг ее лица при движении. Я хотел запустить пальцы в мягкие локоны, притянуть ее лицо к своему и поцеловать. Нагнуть ее над ближайшим столом и умолять о прощении, вдыхая ее сладкий аромат. Трахать ее до тех пор, пока она не начнет стонать мое имя, показывая своим телом, что мы в порядке.

Вместо этого меня парализовал ее взгляд. Извинения в моих глазах напрочь перекрыл вызов в ее колючем взгляде. Эми знала, как я отреагирую, увидев ее волосы распущенными, как сильно захочу прикоснуться к ней, но в то же время не смогу этого сделать. Она все еще злилась на меня, думая, что я ценю свою работу превыше нее.

Сделав глубокий вдох, я оттолкнулся от двери и пересек офис.

— Доброе утро, Амелия, — поздоровался я, осознавая, что за нами наблюдают.

— Логан, — резко бросила она, и на этот раз я знал, что это не притворство. Вблизи я видел очевидную боль в ее глазах и насколько уставшей она выглядела.

— У меня есть пара мыслей по поводу того файла, который мы обсуждали. Я подумал, ты могла бы уделить мне минутку перед собранием персонала. — Я сделал паузу и прочистил горло. — Я думал о том, что ты сказала, и на самом деле очень хочу поговорить с тобой.

Ее глаза вспыхнули, и она поспешила сморгнуть появившуюся в них влагу. Я шагнул вперед, испытывая необходимость быть ближе, и глубоко вдохнул ее аромат, окруживший меня.

— Пожалуйста, — добавил я, борясь с невероятным желанием послать все к черту и сгрести ее в свои объятия, не заботясь о последствиях.

Прежде чем она смогла ответить, из своего кабинета вышел Дэвид.

— Отлично, — он хлопнул в ладоши, призывая к вниманию. — Мне нужно поговорить с вами обоими до прихода Хантера. В мой кабинет — сейчас же.

Наш пузырь лопнул. Эми опустила глаза и отступила назад, снова закрываясь от меня.

— Конечно, папа, — отозвалась она и прошла мимо меня, задевая мою руку своими длинными волосами.

Неспособный сопротивляться, я потянул один локон пальцем, наслаждаясь его мягкой и шелковистой текстурой на моей мозолистой коже. Мне потребовалось призвать на помощь всю выдержку, чтобы усмирить в себе пещерного человека, который хотел намотать на кулак ее волосы и притянуть к себе. Претендовать на нее перед всеми. Завиток раскрутился и скользнул с пальца, когда она ушла.

— Мы поговорим позже, Логан.

Я молча последовал за Эми, понимая, что пойду за ней куда угодно.

Мне просто нужно было убедиться, что она это тоже понимает.

Несколькими месяцами ранее

Я протянул Эми чашку кофе, и она улыбнулась мне, удобнее умостившись на моем диване.

Когда я, наконец, ссадил ее с колен и пересел на водительское место в ее грузовике, она вопросительно посмотрела на меня.

— Я живу в пяти минутах отсюда, поэтому часто оставляю свой грузовик на стоянке. Если Дэвид увидит твою машину, он начнет искать тебя.

— Мы куда-то едем?

— Да. Мы поедем ко мне домой и поговорим.

— Хорошо.

Добравшись до дома, я дал ей свои штаны и толстовку, и пока она переодевалась, переоделся сам и приготовил кофе. Когда она вышла из гостевой комнаты в моей одежде и с распущенными волосами, я не мог сдержать ухмылку.

Она была очаровательна.

Рукава толстовки были закатаны несколько раз, а штаны еле держались на бедрах. Я притянул ее ближе, целуя в висок.

Когда она хотела собрать волосы зажимом, я остановил ее.

— Оставь все как есть. Мне нравятся твои волосы.

Она опустила голову, покусывая нижнюю губу.

— Продолжишь делать это, и мы не поговорим, — предупредил я, вытягивая мягкую плоть из плена.

Цвет залил ее щеки, и я усмехнулся, потянув ее к дивану. Я не понимал, как она могла краснеть после того, что мы только что сделали. Эта девушка была для меня загадкой, которую я хотел разгадать.

Эми пила кофе, глядя на меня поверх своей кружки, и была слишком далеко, поэтому я подсел ближе, переплетая наши пальцы вместе.

— Я думала, ты ненавидишь меня, — призналась она.

— Совсем наоборот.

— Тогда почему?..

Я поцеловал ее руку.

— Узнав, что ты возвращаешься, Дэвид твердо сказал, что ты — недосягаема. Для всех, — я покачал головой, невесело смеясь. — Он попросил меня быть твоим другом. Присматривать за тобой, как за младшей сестрой. Только мои чувства к тебе совсем не братские. Единственным способом не посягнуть на тебя было дистанцироваться.

— Но ты ему очень нравишься, он уважает тебя. Если бы мы поговорили с ним…

— Я на двенадцать лет старше тебя, Эми. Он просто взбесится.

Эми вздернула подбородок.

— Возраст — это всего лишь число.

— Немаленькое число.

Она пожала плечами.

— Твой возраст меня не беспокоит, — она вздохнула, сосредоточив взгляд на своей кружке, а затем тихо продолжила, — а вот то, как ты относился ко мне, беспокоило.

Придвинувшись к ней, я приподнял ее лицо и погладил щеку.

— Прости, — пробормотал я. — Мне было ненавистно так поступать, но я не знал, что еще делать. Ты так глубоко запала мне в душу, малышка.

— Правда? — прошептала она, повернув лицо и поцеловав мою ладонь.

— Ты рождаешь во мне чувства, которые я никогда раньше не испытывал, — признался я. — Никогда не чувствовал такой… потребности в другом человеке. Я хочу защитить тебя, уберечь от вреда. Хочу прикасаться к тебе все время.

Я провел пальцами вдоль ее шеи по слегка покрасневшей от моей щетины коже.

— Я хочу пометить тебя, чтобы все знали, что ты моя. — Я на мгновение прикрыл глаза, а когда открыл их, увидел, что она пристально смотрит на меня. — Я хочу знать, что заставляет тебя смеяться и плакать. Хочу знать, о чем ты мечтаешь, и воплотить эти мечты в реальность. Я хочу быть частью твоей жизни.

Я глубоко вдохнул.

— Я хочу заняться с тобой любовью… трахнуть тебя и снова услышать, как ты кричишь мое имя. Я хочу… я хочу быть всем для тебя.

— Но?

— Мы находимся на разных жизненных этапах, Эми. Твой отец не одобрит наши отношения. Даже если он не уволит меня, то все равно будет несчастен.

— Мне плевать на его чувства.

— Нет, — мягко сказал я. — Ты обожаешь своего отца.

— Я обожаю тебя, — от этих слов у меня перехватило дыхание. — Откуда ты знаешь, что мы на разных этапах, Логан? Мы оба здоровы, довольны работой. Я не типичная двадцатишестилетняя женщина. Мне не нравится ходить в клубы и тусоваться до поздней ночи. Мой отец всегда говорил, что у меня старая душа — мне всегда было неуютно со своими сверстниками. Я живу спокойной жизнью, и если не ошибаюсь, ты тоже.

Эми накрыла мою руку своей, поглаживая кожу.

— Я хочу узнать тебя. Быть твоим другом… и кем-то бо́льшим. Разве это плохо?

— Ты уже стала бо́льшим для меня.

— Тогда мы можем попробовать?

— Я хочу.

Эми поставила свою кружку на стол, а затем забрала мою, поставив ее рядом. Забравшись ко мне на колени, она обняла меня за шею.

— Я тоже хочу. Пожалуйста, прекрати с этим бороться, Логан.

Положив руки Эми на бедра, я изучал ее лицо, на котором были видны все эмоции. Подсунув пальцы под свободный материал ее толстовки, погладил мягкую кожу спины.

— Я устал бороться с тобой, Эми. Я хочу тебя. Хочу быть с тобой. Я просто не знаю, чем это закончится. Не хочу обидеть тебя больше, чем уже сделал.

— Тогда не надо.

— Ты уже пострадала — твой брак…

Она покачала головой, перебивая меня.

— Мы с моим бывшим мужем не подходили друг другу, поэтому развод был облегчением. — Эми горько рассмеялась. — Он хотел жить веселой разгульной жизнью, но при этом не хотел взрослеть и брать на себя ответственность. Мне казалось, он поможет мне стать менее серьезной. Я была достаточно серьезна за нас обоих.

— Но?

— Я поняла, что есть разница между серьезностью и ответственностью. В какой-то момент его постоянная потребность в вечеринках и неспособность удержать работу стали очень утомительными. Я пыталась. Делала все возможное. Я работала, он играл. Просто чаша моего терпения лопнула, и когда я сказала ему повзрослеть, он послал меня куда подальше.

— Идиот. Он должен был лучше заботиться о тебе.

— Мой отец согласился бы с тобой.

— Я хочу заботиться о тебе.

— Я тоже хочу заботиться о тебе, — она колебалась, но все же спросила. — Что насчет тебя, Логан? Папа упоминал, что ты развелся.

Я кивнул.

— Как и ты, я женился по неправильным причинам. Мы встречались какое-то время и все наши друзья поженились, поэтому узаконить отношения казалось правильным решением.

— Что случилось?

Я пожал плечами.

— Мы были слишком молоды. По мере взросления менялись и наши желания. — Я сухо усмехнулся. — Или, по крайней мере, желания Оливии изменились. Она ненавидела все, что я делал. Мою работу, мой образ жизни — все. Ей нужен был бизнесмен, который носил дипломат и водил BMW, а не вечно пыльный работяга в каске, разъезжающий на грузовике. Мы расстались через пару лет.

— Мне жаль.

— Не надо. Она была не для меня.

— И с тех пор? — спросила Эми.

— Конечно, у меня были отношения, я ведь не монах. Но никогда и ни с кем я не чувствовал такой связи, как с тобой. Это как… — я запнулся.

— Как? — подтолкнула она.

Я приблизился к ней, паря над ее ртом.

— Как будто я ждал тебя.

— Логан, — выдохнула Эми.

Наши губы встретились, и я пропал. Несколько мгновений мы делили одно дыхание на двоих; наши губы слились в синхронном танце, языки переплетались и гладили, изучая вкус и возможности друг друга. Медленно отстранившись, я прижался к ней лбом.

— Что же нам теперь делать? — спросил я. — Скажи мне, чего ты хочешь, Эми. Я сделаю для тебя все, что угодно.

Она демонстративно вскинула голову.

— Мы оба взрослые люди, и чем мы занимаемся наедине, это только наше дело.

— А твой отец?

— Пока мы оставим все, как есть. Разберемся с ним, когда будем готовы… когда поймем, к чему это все приведет.

— К чему ты хочешь, чтобы это привело, малышка?

Ее глаза стали бездонными.

— Вместе навсегда.

Со стоном я притянул ее к груди и поцеловал.

Это было именно то, чего хотел я.

Дэвид наклонился над своим столом, что-то протягивая Амелии.

— Ты оставила это в моем грузовике.

— Спасибо, пап, я искала его, — сказала Амелия, забирая телефон из рук отца.

— Я только сегодня утром обнаружил его. Надеюсь, ты не пропустила ничего важного.

— Подключу зарядное устройство и посмотрю.

Не уверен, каким взглядом одарил меня Дэвид, но я вспомнил свое сообщение, которое Эми, очевидно, не видела. Она понятия не имела, что я пытался связаться с ней, но вдруг его читал Дэвид?

— Не смог взломать мой пароль, а, пап? — поддразнила отца Амелия, и я расслабился, когда он покачал головой.

— Я бы попытался, но эта чертова штуковина разрядилась. Если ты отказалась от домашнего телефона, Эми, тебе нужно следить, чтобы сотовый всегда был заряжен, и помнить, куда задевала его.

Она кивнула, проводя пальцем по экрану.

— Обычно я так и делаю, просто забыла в этот раз. — Она сунула телефон в карман. — Зачем мы с Логаном понадобились тебе?

— У Хантера осталось несколько вопросов, но думаю, он будет работать с нами. Я хочу, чтобы вы оба сотрудничали с ним. Думаю, ему понадобится много технической помощи. Отправь к нему наших лучших людей, Логан.

— Все наши люди лучшие, Дэвид, — возразил я.

Он засмеялся.

— Тогда лучших из лучших.

Я коротко кивнул.

— Сделаю.

Он пристально изучил меня.

— У тебя проблемы с Хантером?

— Кроме того, что он высокомерный всезнайка и у меня плохое предчувствие насчет него? Нет, конечно.

Я не добавил тот факт, что мне не понравилось, как он смотрел на Эми, когда был здесь в прошлый раз. Как будто она что-то съедобное. Я напомнил себе, что не имел права это говорить.

— Поработайте с ним. У него много проектов в процессе. Это может стать началом нового витка в нашем бизнесе, и мы хорошо заработаем.

Я кивнул, уже начиная ненавидеть эту идею.

— Эми, я хочу, чтобы ты участвовала во всех встречах. В прошлый раз ему понравились твои идеи. Найди с ним взаимопонимание.

— Конечно, пап.

Теперь я ненавидел эту идею еще больше.

Я встал.

— Что-нибудь еще?

Амелия нахмурилась.

— Нет. Я жду от вас выдающихся результатов.

Мы оба кивнули и вышли из его кабинета.

— Стейси, — позвала Амелия свою новую помощницу. — Скажи всем собраться через десять минут в конференц-зале. Мне нужно просмотреть кое-какие записи.

Она отвернулась, чтобы уйти, но я схватил ее за руку даже прежде чем понял, что делаю.

— Через пятнадцать минут, — поправил я, уводя ошарашенную Эми в свой кабинет. — Мне нужно обсудить с тобой этот файл перед встречей, Амелия. Это важно.

Игнорируя удивленное выражение лица Стейси и взгляд Эми, я втянул ее в свой кабинет, закрыв дверь на замок. Секунду спустя я толкнул ее к стене, придавив своей грудью к твердой поверхности.

— Что ты делаешь? — прошипела она.

— Разговариваю с тобой.

Эми толкнула меня в грудь.

— Это не похоже на разговор. Тем более, ты сам наложил табу на прикосновения в офисе.

— Я все равно нарушаю все правила. Если я отправлюсь в ад, то хотя бы сделаю это с удовольствием, — зарычал я, хватая ее за бедра и поднимая ее на себя. Она обернула ноги вокруг моих бедер — в точности, как я себе представлял.

— Логан, — ахнула Эми, когда почувствовала, насколько я тверд.

— Ты не получила мое сообщение, — пробормотал я ей в ухо, медленно толкаясь бедрами и заставляя ее дрожать.

— Ты послал мне сообщение?

— Да, хотел извиниться. Я несколько раз приходил к тебе домой, но там был Дэвид. Я просил тебя позвонить мне.

— Я не видела. Мы выходили обедать, и я оставила свой телефон в грузовике. После того как папа уехал, я искала его, а потом отправила тебе электронное письмо с извинениями, но ты не ответил.

Я выгнул бровь.

— Я не проверял свой компьютер.

— Ты должен научиться пользоваться технологиями и добавить электронную почту на свой телефон, старичок.

Я ухмыльнулся на ее поддразнивание, с облегчением поняв, что она больше не злится на меня. Эми знала, что в отличие от нее я ненавижу все это технологическое дерьмо.

— Мне нравится уединенность, малышка, — я прижался ближе, лаская вершину ее бедра. — Особенно мне нравится уединенность с тобой.

Она захныкала, и я накрыл ее рот своим. Я нежно целовал ее, легонько касаясь ее губ, прикусывая нижнюю губу зубами и мягко прослеживая пухлую плоть языком. Эдакие маленькие, беззвучные символы извинений.

— Прости, малышка, я ненавижу спорить с тобой. Ненавижу не иметь возможности поговорить с тобой.

Ее глаза наполнились слезами.

— Не плачь. Пожалуйста, Эми, не плачь.

— Мне тоже очень жаль.

— Мы поговорим сегодня вечером? Ты придешь?

— У меня деловой ужин с отцом.

— Приходи после.

Ухмыльнувшись, она выгнулась мне навстречу, заставляя меня стонать от контакта.

— Будет поздно, Логан, и мы оба знаем, что в таком случае никаких разговоров не будет. Ты будешь такой сонный и сексуальный, а твой член будет ухмыляться и подмигивать мне — кончится все тем, что мы займемся любовью.

— Ты думаешь, спросонья я сексуален?

— Определенно. Ты весь взъерошенный и твой голос такой хриплый, урчащий. Мне нравится.

Запомню эту информацию на будущее.

— Мой член… подмигивает? — усмехнулся я.

— И ухмыляется. Кокетливый маленький мерзавец делает это постоянно.

Я слегка прикусил мочку ее уха.

— Очевидно, прошло слишком много времени с тех пор, как он подмигивал тебе, иначе ты бы не называла его маленьким мерзавцем, Эми. Я настаиваю, чтобы ты пришла позже вечером, чтобы я мог напомнить тебе, насколько он не маленький.

Эми вздохнула, лаская мой затылок пальцами.

— Я люблю тебя, — горячо прошептала она, крепче прижимая меня к себе, тем самым заключая мой член в желанный плен. — Может быть, он хотел бы подмигнуть мне сейчас?

— Детка, мы должны идти. Стейси постучит в любую минуту.

— У нас есть семь минут.

Я коснулся пальцами банта на ее бедре, отчаянно нуждаясь почувствовать ее без преград.

— Мы не должны.

— Я хочу тебя, — выдохнула она.

— Ты должна быть тихой, — предупредил я, дергая за бант и скользя руками под ткань. — Без нижнего белья, Эми? — застонал я, прикусывая мочку уха. — Непослушная девчонка.

Она тихо застонала, когда мои пальцы коснулись ее влажного центра.

— Мы должны быть быстрыми.

— Шесть минут, — прошептала она, задыхаясь, когда мои штаны ударились о пол с тихим стуком.

— Мне хватит трех, — застонал я, врываясь в нее. — Я заставлю тебя кончить так быстро.

— О, Боже, — прохныкала Эми. — Мне нужно только две.

Она была права.

Это были лучшие две гребаные минуты в моей жизни — оргазм не заставил долго ждать, обрушиваясь на меня горячей лавой, и мой стон утонул в сладости ее рта.

У меня оставалось еще четыре минуты, чтобы натянуть штаны, помочь ей привести себя в порядок, а затем просто обнимать ее. Напряжение покинуло ее тело, и она расслабилась в моих объятиях. Я гладил ее голову, пропуская сквозь пальцы густые длинные пряди ее потрясающих волос, и шептал на ушко слова обожания. Я чувствовал себя спокойным и удовлетворенным. Она всегда делала это со мной.

— Я прощен? — пробормотал я в ее волосы.

— Да. — Эми зевнула, а потом блаженно вздохнула.

— Хорошо, — усмехнулся я. — Не могу поверить, что мы оба пытались связаться друг с другом и не смогли получить сообщение. Это спасло бы несколько потерянных часов сна для нас обоих.

— Отличная пара, — согласилась она.

С сожалением я приподнял ее лицо за подбородок.

— Лучшая пара, Эми. — Я сделал глубокий вдох. — И пришло время всем узнать об этом.

— Правда? — прошептала она.

— Мы разберемся с этим. На этой неделе я поговорю с твоим отцом.

— Мы должны поговорить с ним вместе.

— Выступить единым фронтом?

— Да.

Я ласково провел носом по ее щеке.

— Хорошо. Может, если ты будешь свидетелем преступления, он не убьет меня.

Стейси постучала в дверь.

— Все в конференц-зал! — прощебетала она.

Я отстранился, обхватив лицо Эми руками. В ее глазах вновь плескалось спокойствие и нежность.

— Завтра, — пообещал я.

— Завтра.

Два часа спустя в глазах Эми больше не было и намека на спокойствие и нежность. Она бросала на меня гневные взгляды, пока Дэвид, чье лицо побагровело от ярости, орал:

— Лучше бы тебе иметь чертовски хорошее объяснение, Логан. Твоя выходка стоила мне огромных денег!

Я подскочил, хлопая рукой по столу.

— Он перешел все границы, Дэвид! Я не мог сидеть и слушать это дерьмо! Он приставал к твоей дочери!

Дэвид повернулся к Эми.

— Это правда?

— Я сама могла с этим справиться. Чем я и занималась, пока ты не решил вести себя как пещерный человек, Логан!

Я уставился на нее, мысленно напоминая себе, что она не слышала всех тех мерзких высказываний, которыми одарил ее этот ублюдок, когда она вышла из кабинета за документами. Ему хватило наглости подмигнуть мне и поинтересоваться, «трахает ли кто-нибудь в офисе эту горячую попку». Затем он продолжил бормотать, какие развратные вещи сделал бы с ее задницей.

Я толкнул его к стене, придавив за горло как раз в тот момент, когда вернулась Эми с Дэвидом на буксире.

В офисе началась неразбериха. Хантер кричал, что я без причины напал на него, угрожал разорвать деловые отношения и обещал закидать судебными исками, если меня не уволят.

Я покачал головой на слова Эми.

— Ты не слышала, что он сказал, когда ты вышла. Ты бы не справилась с этим дерьмом. Поверь мне.

Глаза Эми расширились, а лицо побледнело.

Я перевел взгляд на Дэвида.

— Я не мог позволить ему оскорблять ее или тебя, — я расправил плечи. — Уволь меня, если хочешь.

Он провел рукой по лицу и встал.

— Я не собираюсь тебя увольнять. Когда ты сказал, что у тебя плохое предчувствие, я надеялся, что твои опасения касаются бюджета. Но никак не моей дочери. Не желаю иметь с ним никаких дел.

— Хочешь, чтобы я ему позвонил?

— Нет, я позабочусь об этом. — К моему удивлению, Дэвид протянул мне руку. — Спасибо, что присматриваешь за ней.

Я пожал ему руку.

— Всегда пожалуйста.

Когда Дэвид вышел из комнаты, я вздохнул и повернулся к Эми.

— Ты опять злишься на меня?

— Что он сказал?

Я спокойно пересказал ей все, а затем продолжил.

— Я не мог просто сидеть и слушать это, Эми. Даже если бы мы были не вместе. Но ты моя, и я не мог рисковать, позволив ему приблизиться к тебе. Если бы с тобой что-нибудь случилось из-за того, что я сдержался и старался не рисковать ради какого-то бизнеса, я бы не вынес этого.

Она взяла меня за руку.

— Я никогда не видела тебя таким.

— Я сделаю все, что угодно, чтобы защитить тебя.

Закусив губу, она слегка улыбнулась.

— Это довольно горячо, Логан. Никто никогда не защищал меня, кроме отца. Надеюсь, ты не попадешь за это в тюрьму. Ты слишком красив для этого.

Я был рад, что она больше не злится, и с улыбкой чуть наклонился вперед.

— Позволь мне все прояснить, Эми, — я понизил голос. — Ты считаешь меня сексуальным и красивым? Мой голос урчит, а член ухмыляется?

— И подмигивает.

— Точно. И подмигивает.

Эми кивнула.

— Это дополняет картину.

— Ничего себе, сегодняшний день полон открытий.

Она встала и быстро поцеловала меня в губы.

— Подожди, пока не увидишь, что я покажу тебе позже.

— Не могу дождаться.

Несколько дней спустя я сидел за столом, пытаясь сосредоточиться на файле передо мной. Безуспешно. Я мог думать только о Эми. О нас и о том, как рассказать Дэвиду. Я задумывался над тем, как события прошедших дней повлияют на наш с ним разговор. Сделают его легче или труднее.

Он, наконец, успокоил Хантера — тот не выдвинет обвинений, но и сотрудничать с нами не будет. Когда я передал Дэвиду слова Хантера, он нанес ему визит, и после этого дело было закрыто. Злой Дэвид — страшный Дэвид. Я знал это по собственному опыту. Я также слышал, что он осторожно звонил в другие компании, предупреждая их о Хантере.

Дверь распахнулась, впуская в трейлер громкий шум стройки. Дэвид протянул мне чашку кофе, и я с благодарностью принял ее, откидываясь на спинку стула.

— Привет, — пробормотал я. — Не ожидал тебя увидеть.

— Эми потребовалась подпись одного из новеньких.

— Значит, ты привез документы?

— Нет, она приехала со мной. Эми сказала, что хочет побеседовать с ним за пределами офиса, и чтобы ты поучаствовал. — Он опустился на стул, делая глоток кофе. Тяжело вздохнув, Дэвид уставился в окно. — Думаю, она собирается уйти, Логан.

Я покачал головой.

— Нет, это не так.

— Если она уйдет, это твоя чертова вина! — он хлопнул рукой по твердой поверхности. — Почему вы не можете найти общий язык?

— Дэвид…

— Она моя дочь, Логан! Ты моя правая рука и мой лучший друг! Почему вы не ладите? На днях ты встал на ее защиту, значит, она хоть немного нравится тебе?

Я сделал глубокий вдох.

— Мы друзья, Дэвид?

— Что это за чертов вопрос? Конечно, друзья. Ты мне ближе всех остальных здесь, ты же знаешь.

— Почему?

— Что почему?

Я изучал разгневанное лицо Дэвида, и у меня появилась идея.

— Почему мы друзья?

— Да что с тобой сегодня? Что за вопросы ты мне задаешь?

— Просто объясни мне. Ты мой босс, к тому же на четырнадцать лет старше меня. Что у нас может быть общего?

Он посмотрел на меня как на сумасшедшего.

— Какого черта возраст имеет значение в дружбе? У нас много общего — нам нравятся одинаковые вещи, мы хорошо ладим и мне все равно, на четыре года или на четырнадцать лет ты моложе меня.

— Что насчет других отношений? — спросил я тихо.

— Что ты имеешь в виду?

— Должен ли возраст иметь значение в любых отношениях, пока это хорошо для обеих сторон? Даже несмотря на то, что могут подумать другие люди.

Он нахмурился и хотел уже ответить, когда на площадке начался настоящий ад. Снаружи послышались крики, вопли и оглушающий грохот. Я моментально подскочил на ноги и помчался к двери, распахивая ее.

То, что я там увидел, заставило мою кровь заледенеть в жилах, и я с ужасом осознал масштаб катастрофы.

Башенный кран, который поднимал оборудование, сломался, и теперь груз свободно раскачивался, разбрасывая обломки по площадке. Строительный мусор и куски стройматериалов летали, будто при штормовом ветре. Рабочие делали все возможное, они кричали и пытались очистить территорию.

И посреди этого хаоса без каски и защитного снаряжения стояла Эми.

Позади меня Дэвид выругался и закричал, чтобы Эми убиралась оттуда. А в моей голове колокольным набатом звучало только: «Не она, Господи, только не она!».

Не раздумывая ни секунды, я слетел со ступенек, выкрикивая ее имя.

— Эми! Детка, уходи оттуда! Шевелись, Эми! Уходи!

Я добрался до нее еще до того, как она повернула голову, заключил в объятия и толкнул обратно под безопасный навес. От силы моего выпада мы оба повалились на землю, но я успел перевернуть нас так, чтобы приземлиться на спину, а Эми сверху на меня. От удара о землю весь воздух вышел из меня, но стальную хватку вокруг Эми я не ослабил.

— Детка, ты в порядке? — выдохнул я, осматривая ее.

Прежде чем она смогла ответить, я увидел, как кусок разбитых лесов взмыл в воздух, направляясь прямо на Эми. С громким проклятием я перекатился, игнорируя ее дискомфорт, и накрыл ее своим телом.

Адская боль пронзила ногу, заставляя меня кричать от отчаяния. Я посмотрел в испуганные глаза Эми, когда ее рот открылся, чтобы предупредить меня, но на губах застыл лишь вопль ужаса:

— Логан!

Еще больше мучительной боли обрушилось на мой затылок, взрываясь огненным извержением.

А потом все потемнело.

Где-то вдалеке я слышал приглушенные голоса. Я попробовал открыть глаза, но боль была слишком сильной. Попытка повернуть голову на звуки так же не увенчалась успехом, мне казалось, что я обездвижен.

Голоса гудели…

— Слишком рано говорить, ему нужно время… отек…

Другой голос, сердитый и грубый:

— …ты мог погибнуть… почему ты не сказал мне…

Нежный, знакомый мне голос шептал:

— …вернись ко мне, Логан, пожалуйста. Ты нужен мне. Я люблю тебя.

Мой собственный умоляющий:

— Эми…

Темнота снова забрала меня.

В следующий раз, когда я пришел в себя, мир стал четче, хотя боль едва ли изменилась. На этот раз я смог открыть глаза, моргая в тусклом свете. Я находился в пустой комнате, а рядом со мной монотонно пищали машины. Сосредоточив взгляд на мужчине, сидящем возле моей кровати, я наткнулся на стоический, темный взгляд Дэвида. Его глаза были впалыми и измученными.

Воспоминания просочились в мой одурманенный мозг, и меня накрыла паника. Несмотря на боль, я изо всех сил пытался поднять голову, произнося единственное слово, которое имело значение.

— Эми?..

Он встал, нависая надо мной и толкая меня обратно на подушку.

— Она в порядке.

— Где? — застонал я. Мне нужно было знать, насколько она близко. Я хотел увидеть ее, убедиться, что она в порядке.

— Эми спит.

— Пожалуйста, — умолял я, борясь с темнотой. — Мне нужно… я люблю…

И я опять отключился.

Проснувшись в следующий раз, я был уже не один в кровати. Рядом со мной, свернувшись калачиком, спала моя девочка, ее голова лежала на моей груди и она сжимала в кулак мою больничную сорочку. На одной руке у Эми была фиксирующая повязка, и я видел синяки на ее бледной коже. Я обнял ее, прижимая к себе.

Боль в голове уменьшилась, но не пропала. Поморщившись, я уткнулся носом в ее макушку.

— Эми, — прошептал я, — малышка?

— Она снова отказалась уходить.

Я взглянул на Дэвида, который, прищурившись, смотрел на нас.

— Она упрямая.

Маленькая ухмылка появилась на его губах.

— Как ее мать.

— Как и ее отец.

Я прочистил горло, с благодарностью принимая воду, предложенную Дэвидом, и, сделав несколько глотков, передал стакан обратно.

Он откинулся на спинку стула.

— Можно подумать, что, оставаясь здесь, она защитит тебя.

— Мне нужна защита, Дэвид?

— Ты хочешь мне что-то сказать, Логан?

— Я люблю твою дочь.

— И?..

— Она любит меня.

— Как долго?

Я колебался, не зная, что ему сказать.

— Как долго, Логан?

— Я был влюблен в нее с первого дня, как она приехала.

— Ты лгал мне все это время?

— Я пытался бороться с этим, Дэвид. Мы пытались. Я держался от нее подальше, пока был в состоянии, даже пытался заставить ее ненавидеть меня. Но мы любим друг друга.

— И, тем не менее, ты скрывал это.

— Мы беспокоились о твоей реакции. Ты сам сказал мне, что никто не был достаточно хорош для нее, что она недосягаема для всех, помнишь? Я пытался уважать это, пытался бороться с этим. — Я нетерпеливо стряхнул волосы со лба, игнорируя боль, вызванную этим простым действием. — Я не знал, что еще делать, Дэвид. Эми — все для меня, понимаешь? Она дополняет меня — как будто я всю жизнь ждал только ее.

— Мы решили рассказать тебе, — я указал на себя. — А потом произошла трагедия.

Он ничего не ответил, и я воспользовался этим, чтобы посмотреть на Эми. Ее длинные ресницы покоились на щеках, и она слегка нахмурила пухлые губы. Я провел по ним пальцем и улыбнулся, когда она надула губы и поцеловала кончик пальца. Я тяжело вздохнул, пытаясь найти больше сил, чтобы продолжить разговор. Я был истощен.

— Знаю, ты считаешь, что я не лучшая партия для нее. — Я вновь посмотрел на Дэвида, который теперь наблюдал за нами. — Я не богат и не могу предоставить ей все, чего она заслуживает. И я старше ее.

— Мне все равно, богат ли ты — важнее, как ты относишься к ней. Но ты старше, гораздо старше, — проворчал Дэвид.

— Ты сам сказал на днях, что возраст не имеет значения для взаимоотношений. Или это применимо только когда выбираешь ты? — бросил я ему вызов.

Мгновение он пристально разглядывал меня.

— Ты сам сказал, что она старая душа. Эми идеально мне подходит. Нам так хорошо вместе, и я сделаю все, что угодно, лишь бы она была счастлива… в безопасности. — Я сделал глубокий вздох и заявил. — Включая уход из компании, если ты этого хочешь.

— Ты бы ушел?

— Да.

— Ты спас ей жизнь. Рисковал собственной жизнью, чтобы спасти ее.

— И я бы сделал это снова — сто раз.

На его лице появился проблеск улыбки.

— Я не смогу пройти через это сто раз.

— Тогда нам, возможно, нужно запретить ей появляться на площадке.

— Я позволю тебе самому сказать ей об этой, — усмехнулся он.

— У меня все еще есть работа?

Он откинулся на спинку стула, потирая лицо.

— Логан, когда я говорю тебе дать всем выходной за хорошую работу, я включаю тебя в это заявление?

— Как правило, нет.

— Когда я говорю тебе надрать всем задницу, потому что мы отстаем от графика, ты часть этой задницы?

— Нет.

— Когда я сказал «недоступна для всех», то так же необязательно имел в виду тебя.

— Ты серьезно?

Он покачал головой.

— Мне нужно кое в чем признаться. Не могу передать, как часто я думал, что вы двое будете отличной командой. Сколько раз я хотел, чтобы она нашла кого-то такого же, как ты, сильного и заботливого.

— Ты никогда не заикался об этом, — отметил я.

— Знаю. Я думал, что разница в возрасте слишком велика, и то, что вы работаете в одной компании, не очень хорошая идея. Мне была ненавистна мысль, что в случае вашего разрыва мне придется выбирать между вами.

— Нет, — тихо сказал я. — Если бы это случилось, я бы ушел. Я бы не заставил тебя выбирать. Но этого не произойдет, Дэвид. Она моя жизнь. Я так долго ждал ее, что чуть не ушел.

— Полагаю, было тяжело прятаться, да?

— Ты понятия не имеешь. Мог бы хоть что-нибудь сказать. Дать мне подсказку.

Он ухмыльнулся, пожав плечами.

— Не хотел облегчать тебе жизнь. Вызов полезен для мужчины.

— Засранец.

— Сначала я думал, что вы честно не нравитесь друг другу, поэтому не стал форсировать события. Но вы так хорошо работали вместе, и это дало мне надежду. Хотя в последнее время…

— Мы больше не могли тебя одурачить?

Он усмехнулся.

— Нет, вы двое были слишком созвучны друг другу. Если Эми была расстроена, я знал, что и ты тоже будешь. Когда она светилась, ты также был на седьмом небе от счастья. — Дэвид поднял руку. — И я не хочу знать, почему.

Я ухмыльнулся. У меня тоже не было желания рассказывать ему.

— В конце концов, я заметил, как вы вели себя друг с другом, и надеялся, что между вами что-то есть. А после инцидента с Хантером убедился в этом окончательно. Я никогда не видел тебя в такой ярости. Тогда я понял, что она в хороших руках, и ты позаботишься о ней.

— Так ты не против?

Он провел пальцами по бородке, глядя на меня. Я крепче прижал Эми к себе, когда Дэвид наклонился вперед.

— Больше никакой лжи. Ты показываешь миру, как гордишься, что встречаешься с моей дочерью. Защищаешь и любишь ее так, как она заслуживает.

— Согласен.

— Тогда сделай это.

— Обязательно.

Он встал, положив руку на мою, которая держала его дочь.

— Я рад, что у нее есть ты.

— Спасибо, Дэвид, — улыбнулся я.

— И я хочу внуков… скоро, — он ухмыльнулся. — Никто из нас не становится моложе.

Я моргнул, а потом засмеялся.

— Обязательно обсужу это с твоей дочерью.

— Ладно. Хватит этого эмодерьма. Я собираюсь пойти выпить кофе. Скажу им, что ты проснулся, — он остановился у дверного проема. — И Логан…

— Да?

— Причинишь ей боль и узнаешь, что у меня достаточно участков и бетона, чтобы никто никогда не нашел твое тело.

— Я в курсе.

— Хорошо. Имей это в виду, — он мрачно хохотнул, открыл дверь и вышел.

Потянувшись за стаканом, я сделал еще один глоток. Очень надеюсь, что когда доктор приедет, он даст мне что-нибудь от боли. Я повернулся к Эми.

— Я знаю, что ты проснулась, малышка. Ты очень плохая актриса. Неудивительно, что он не купился на это.

— Он это сделает, ты же знаешь, — пробормотала Эми мне в грудь. — У него есть доступ к большому количеству бетона.

— Буду помнить об этом, — усмехнулся я, поцеловав ее голову. — Сколько ты слышала?

Она подняла голову.

— Достаточно.

— Ты напугала меня до чертиков, — признался я, глядя на нее сверху вниз.

Эми моргнула, и ее глаза наполнились слезами.

— Все произошло так быстро. Я знала, что мне нужно двигаться, но ноги не слушались меня, а потом ты оказался рядом.

— Я должен был добраться до тебя.

— И тебя ранило.

— Моя голова может выдержать это. Хотя «Тайленол» был бы очень кстати.

— Логан, — увещевала Эми, приподнявшись. — У тебя сотрясение мозга, швы, сломана нога и ушибы на плечах и спине — это гораздо серьезнее, чем головная боль!

Я посмотрел вниз, впервые осознав, что моя нога в гипсе. Швы на голове и боль в спине я уже прочувствовал.

— Как долго я был без сознания?

— Почти весь день. Тебе придется ненадолго уйти с работы.

— Хм. Что ж, думаю, хорошо, что я поручил тебе присмотреть за мной.

— Я присмотрю.

— Тогда я буду в порядке.

— Я так испугалась. На тебя упал кусок арматуры, и ты отключился, люди кричали, и папа прибежал, приехала скорая. — Она покачала головой. — Я плакала и отказывалась оставить тебя, пытаясь объяснить отцу почему, но он, наконец, схватил меня и сказал, что все знает и понимает. Он велел мне успокоиться и поехать с тобой, чтобы меня могли осмотреть. Папа поехал следом за Скорой и был здесь со мной — с нами — до сих пор.

— Малышка… — выдохнул я.

— Он был таким сильным, Логан, — продолжала она. — Я сказала ему, как сильно люблю тебя и как ты заботишься обо мне. Он великолепно принял это, как только перестал раздражаться. Папа тоже беспокоился о тебе.

— Я в порядке.

— Мы оба в порядке, — всхлипнула она.

— Когда я смогу выбраться отсюда?

— Ты только проснулся. Я бы сказала, не раньше, чем через пару дней.

— Тьфу. Я хочу домой. Там я быстрее поправлюсь, тем более, если ты позаботишься обо мне. Но только после того, как заживет твоя рука.

— Это просто растяжение. Руку придавило, когда ты перекатил нас.

— Мне очень жаль.

— Логан, ты спас меня. Тебе не за что извиняться.

Я нахмурился.

— Я велел тебе носить защитную экипировку! Я говорил тебе это снова и снова!

— Надену в следующий раз.

— Следующего раза не будет, — фыркнул я. — Отныне тебе запрещено появляться на стройке. Навсегда. — На ее лице появилось упрямое выражение, которое я слишком хорошо знал. — Никаких споров. Твой отец согласен.

— Отлично. Теперь вы оба будете указывать, что мне делать.

— Привыкай к этому.

В ее глазах заплясали чертенята.

— Что если я захочу заскочить по другой причине, Логан?

— По какой, например?

— Как на днях?

Я слегка поерзал под простыней.

— Ради этого я могу нарушить правила, — усмехнулся я.

— Правда?

— Но ты должна будешь идти прямиком к трейлеру. Никаких блужданий по стройке.

Она сунула руку под простынь, обхватывая пальчиками мое достоинство, и медленно погладила.

— Вообще никаких блужданий?

Я застонал.

— Эми, медсестра или врач могут войти в любую минуту или твой отец не дай Бог увидит, что ты делаешь. Не уверен, что он когда-нибудь будет готов к этому. Если ты продолжишь делать это, он будет ухмыляться и подмигивать…

— Мне нравится, когда он ухмыляется и подмигивает, — прошептала она.

— Я обещаю часто показывать это, когда мы вернемся домой, и моя голова перестанет раскалываться.

Она сразу же убрала руку.

— Прости.

— Никогда не извиняйся, — я уткнулся носом в ее голову. — Мне нравится, когда ты прикасаешься ко мне, но думаю, нам нужно подождать, пока мы не вернемся домой.

— Домой?

— Эми, мой дом становится домом по настоящему, только когда ты там. И я хотел бы, чтобы он был домом все время для нас обоих.

— Логан…

— Мы потеряли достаточно времени. Я хочу быть с тобой. Хочу дом и жизнь с тобой.

— Я тоже этого хочу.

— Выходи за меня замуж. Переезжай ко мне. Роди мне детей.

— В таком порядке?

— В каком угодно порядке. Просто сделай все это со мной. Пожалуйста.

Ее улыбка стала яркой, как полуденное солнце.

— Я согласна.

Я нежно поцеловал ее и откинулся на подушки.

— Я хочу отпраздновать, но думаю, что единственное, на что способен, это принять обезболивающее и вздремнуть.

Она вздохнула.

— Эх, жизнь со стариком. Думаю, мне лучше привыкать к этому.

— Я что-нибудь придумаю, — усмехнулся я.

Эми выскользнула из моих объятий.

— Пойду позову доктора. — Она остановилась у двери и нежно позвала: — Логан?

— Хм?

— Когда ты будешь готов, я с удовольствием поработаю над детьми.

— Детьми, Эми? Больше одного?

— Определенно.

— Я с нетерпением буду ждать больше ухмылок и подмигивания.

— Я люблю тебя, — нежно сказала она.

Это все, что мне было нужно. Она была всем, что мне было нужно.

— Я тоже тебя люблю.

Эми взбила мои подушки, а потом помогла откинуться на них. Она подошла к краю кровати, подняла мою ногу и, сунув под нее еще две подушки, устроила тяжелый гипс на место.

— Так нормально? Тебе нужна еще одна подушка?

Я улыбнулся ее суетливости. Она возилась со мной с тех пор как я вернулся домой, едва покидая меня. Я схватил ее за руку, поднося мягкую ладонь к губам.

— Я в порядке, малышка. Расслабься, пожалуйста.

— Тебе нужны обезболивающие?

— Нет. Думаю, мне нужно вздремнуть. — Я закатил глаза. Никогда прежде принятие душа не было таким изнурительным занятием.

Я, наконец, почувствовал себя чистым. Эми завернула мою ногу в специальную пленку, которую ей дали в больнице, и с трудом добравшись в душевую, я смог сесть на скамейку и смыть с себя противный больничный запах. Облаченный в чистую одежду и уставший, я с удовольствием лег на кровать.

Эми протянула мне пару таблеток и стакан воды.

— Выпей это и поспи немного.

— Я только и делаю, что сплю, — проворчал я.

— Логан, — начала она, положив руку на бедро и глядя на меня с укоризной. — Ты сильно пострадал. Твоему телу нужно время и много отдыха. И это, мистер, именно то, что ты получишь.

— Мне нравится, когда ты командуешь. Ты такая сексуальная маленькая медсестра. — Я усмехнулся и протянул руки. — Иди сюда.

Подозрительный взгляд Эми заставил меня рассмеяться.

— Я был хорошим пациентом и принимал лекарства. Я обязательно отдохну, но прежде хочу обнять тебя.

Она осторожно легла рядом со мной, позволив мне укрыть ее в своих объятиях. Прижав ее голову к своей груди, я удовлетворенно вздохнул от ее близости.

— Вот что мне нужно.

— Я не хочу навредить тебе.

— Малыш, лежа на моей груди и прижимаясь ко мне, ты не навредишь мне. Наоборот, это помогает. Мне нравится, когда ты рядом. Я чувствую себя лучше.

— Оу, хорошо, — пробормотала Эми.

Я поцеловал ее в макушку, вдыхая нежный аромат. Последние несколько дней она постоянно носилась со мной, и я знал, что она устала.

— Поспи со мной, детка. Хотя бы немного.

Я уже чувствовал, как ее тело становится тяжелым. Я поднял руку, лаская ее волосы, позволяя мягким прядям скользить между пальцами.

— Мне нужно приготовить ужин.

— Закажем китайскую еду, — заявил я. — Хочу пряную говядину и лапшу. Все, что нужно — это телефонный звонок и палочки.

— Мхмм, — пробормотала она сонно. — Звучит неплохо.

— Спи, детка.

Эми уснула через несколько секунд, вскоре я последовал за ней.

— Боже, как вкусно.

Я ухмыльнулся, посмотрев на Эми. Она сидела на другом конце кровати, одетая в одну из моих старых футболок и мои носки. Ее волосы были взъерошены после сна, и она выглядела восхитительно. Эми ела лапшу или, по крайней мере, пыталась справиться с палочками, но делала это ужасно. В основном она сдавалась и хватала вилку, но всегда старалась.

— Будет еще вкуснее, если ты положишь еду в рот, — заметил я, когда очередная порция лапши приземлилась на мою футболку. — Тебе понадобится много пятновыводителя, чтобы очистить эту футболку.

Эми посмотрела вниз и захихикала, ее глаза были полны веселья, когда она взглянула на меня. Я улыбнулся, с удовольствием отмечая, что дневной сон стер следы усталости с ее лица.

— Конечно, — протянул я, положив руку за голову и откинувшись назад. — Ты могла бы снять футболку.

— Тогда лапша упала бы на мою кожу, Логан.

— Я бы слизал ее.

— Логан!

— Эми?

— Доктор сказал…

— Доктор сказал, — прервал я ее, — когда я почувствую, что готов. Я дома уже два дня. Авария произошла больше недели назад. Я готов.

— Твоя голова…

— Я не предлагаю повиснуть на люстре, Эми, — я понизил свой голос, зная, как сильно она любит, когда я говорю хрипло, и неторопливо скользнул взглядом по ее телу. — Только мы вместе. Я скучаю по тебе, детка.

Она сглотнула, и ее щеки потемнели.

— Скоро, — пообещала Эми.

— Чертовски скоро, — зарычал я, шевеля бровями. — Может быть, моей сексуальной медсестре нужно прийти и потереть меня губкой. Я был бы очень признателен. Я знаю кое-кого, кто разок-другой подмигнет тебе.

— Логан, — предупредила она, пытаясь звучать сурово. Но по ее учащенному дыханию я видел, что мое обольщение сработало.

Она свесила ноги с кровати, отчего футболка задралась на бедрах. Я практически задохнулся, вспомнив, как великолепно было ощущать их обернутыми вокруг меня. Каково было, когда я был похоронен внутри нее.

— Куда ты собралась?

— Я собираюсь съесть свою лапшу в тишине.

Я похлопал по колену.

— Почему бы тебе не подойти сюда, и я с радостью съем твою лапшу?

Она моргнула, а потом рассмеялась. Подойдя ко мне, чмокнула меня в щеку.

— Хорошая попытка, Логан.

Я слышал, как она смеялась всю дорогу до кухни.

Скрестив руки на груди, я обиженно фыркнул. Полагаю, никакого секса сегодня не будет.

— Это не смешно! — крикнул я ей вслед.

— Еще как смешно.

— Джин, — самодовольно сказал Дэвид, положив карты на стол.

— Ты серьезно меня бесишь, — проворчал я, с отвращением бросив свои карты.

Он ухмыльнулся, сделав большой глоток пива.

— Ты злой как черт с тех пор, как я здесь. Что тебя гложет?

Я не мог сказать ему правду. Его голова взорвется, если я скажу ему, что мне отчаянно нужно трахнуть его дочь, пока она не закричит мое имя, а ее тугая киска не начнет доить мой член.

Поэтому я проигнорировал его.

— Куда опять запропастилась Эми? Когда она вернется домой?

Он вздохнул и откинулся на спинку кресла.

— Она выполняет для меня поручения. Я пришел, чтобы посидеть с тобой и составить тебе компанию.

— Ты пришел, потому что она сказала тебе. — Я раздраженно фыркнул. — Мне не нужна нянька.

— Тебе нужно что-то, чтобы успокоить твою сварливую задницу. Я принес пиццу. Думал, тебе понравится.

Я засмеялся.

— Ты принес пиццу, потому что это нравится тебе. То же самое с пивом. А я даже не могу выпить! — Я надулся как капризный ребенок, а затем, чтобы просто подначить Дэвида, добавил: — Эми будет в ярости, когда узнает, что ты ел пиццу и пил пиво на обед.

— Я не скажу ей. И ты тоже.

Я расхохотался.

— Мы же говорим про Эми. Она — «генерал» в действии. Эми узнает, что ты принес это с собой, как только переступит порог. И что еще хуже, она поймет, что ты прятал все в грузовике, пока она не уехала.

— Проклятье! — Дэвид встал, хватая коробку. — Я избавлюсь от улик. Ключевое слово здесь — "отрицание", Логан. Отрицай, отрицай, отрицай.

Я ухмыльнулся.

— У нее нюх, как у гончей.

— Черт! — он в панике оглядел комнату. — Зажги арома свечу! Она никогда не догадается.

— Дэвид, думаешь, Эми не удивится, что мы сидим здесь вдвоем и наслаждаемся свечами?

Он сел, опустив голову на руки.

— Мы так облажались.

— Мы? Я думаю, ты имел в виду себя. Ты облажался. Я ничего не делал.

— Ты тоже ел пиццу!

— Разве?

— Ты знаешь, что ел!

Я оглядел себя.

— Нет никаких доказательств. — Я оттянул свою футболку, демонстрируя доказательства своих слов. — Никаких крошек. — Я понюхал руки. — Нет запаха пиццы. — А затем причмокнул губами. — Мое дыхание свежее.

— Ублюдок. Поэтому ты помылся после того, как мы поели.

Я ухмыльнулся. Это было самое веселое с тех пор, как меня выписали.

— Можешь попробовать убедить меня помочь.

— Назови свою цену.

— Заставь свою дочь немедленно переехать.

— Она уже здесь живет.

— Только потому, что у меня постельный режим. Я не могу убедить ее.

— Что мне за это будет?

— Кроме отсутствия лекции, которая будет длиться дольше, чем ты потратил на то, чтобы привезти пиццу?

— Да, кроме этого.

— Я планирую жениться на ней, а затем поработать над внуками для тебя. Она будет так занята с ними, что ты свободно сможешь есть пиццу в любое время.

Я лгал, как по нотам, но это сработало.

— Договорились.

— Хорошо. Принеси освежитель воздуха и приоткрой окно. Я зажгу свечу. И отнеси все это дерьмо в свой грузовик.

— По рукам!

Эми вернулась домой через час с пакетом продуктов в руках. Она недовольно посмотрела на меня, когда подошла к дивану.

— Ты должен отдыхать.

— Я отдыхаю.

— Я имею в виду лежать. Ты принял лекарства?

— Да. Но я не устал. Мы с Дэвидом играли в карты.

— Вы обедали? Я оставила бутерброды.

К счастью, Дэвид заметил их и отнес в грузовик вместе с уликами.

Я кивнул.

— Они были великолепны, спасибо.

Она деликатно понюхала воздух.

— Почему пахнет освежителем? — ее глаза немного сузились. — И почему у вас горит свеча?

Дэвид застыл, я нахмурился.

— Объясню позже.

Эми начала постукивать пальцами.

— Объясни сейчас.

Я поманил ее пальцем, чтобы она наклонилась.

— Дэвид немного, хм, испортил воздух. Прошлым вечером он сделал свой знаменитый Чили. Я побрызгал на диван и зажег свечу. Это было очень плохо, детка. Не говори ему ничего, он и так был сильно смущен.

Я знал, что Дэвид слышит меня, но ублюдок ничего не мог сказать.

Эми посмотрела на меня, и я кивнул, сохраняя нейтральное выражение на лице.

Она встала.

— Приготовлю кофе.

Дэвид зыркнул на меня.

— Ты уволен.

— Хорошо, тогда я позову ее и скажу правду, — затем я бросил свои карты. — Джин.

— О, Логан, ты, черт побери, заплатишь за это. Пока не знаю, каким образом, но когда-нибудь я тебя достану.

Я улыбнулся ему.

— Играем дальше, мой любимый будущий тесть.

После того как Дэвид ушел, Эми настояла, чтобы я лег в кровать. Не потребовалось много времени, чтобы убедить меня — я был довольно уставший, поэтому легко согласился. Она помогла мне лечь в постель, потом легла рядом и болтала, пока я засыпал. Я надеялся, что когда проснусь, она будет рядом со мной, но проснулся один.

Я зевнул и потянулся, в замешательстве оглядывая комнату. Весь свет был погашен, кроме одного светильника в углу, тусклая лампочка отбрасывала замысловатую тень по комнате. На моей тумбочке лежал колокольчик. Нахмурившись, я потянулся к нему, не понимая, откуда он взялся. У меня точно не было никаких колокольчиков. Эми купила его? Неужели я так часто звал ее, что она принесла его, чтобы я перестал кричать? Я бы расстроился, будь это так. Она хотела, чтобы я использовал его?

Я замешкался, а потом встряхнул. Через пару секунд я услышал, как Эми идет по коридору. Я открыл рот, чтобы поддразнить ее, но слова застряли у меня в горле, когда она вошла. Эми была одета в самую короткую и тесную униформу медсестры, известную человечеству. На ногах красовались белые подвязки и шелковые чулки. Ее волосы были приподняты, а сверху была накрахмаленная копия шапочки медсестры. Образ завершала рубиново-красная помада на пухлых губах и темная подводка на глазах.

Эми была воплощением самой сексуальной медсестры в мире.

Остановившись в дверях, она уставилась на меня, смачивая губы своим розовым язычком.

— Вы звали, мистер Логан? — выдохнула она хрипло. — Вам что-то нужно?

В одно мгновение я стал твердым, и спортивные штаны превратились в палатку, когда я осмотрел Эми. Кровь рванула по венам с бешенной скоростью, дыхание участилось, и желание обрушилось на меня, обжигая позвоночник похотью.

— Я… я…

Эми прошла вперед и склонилась надо мной, отчего ее декольте практически вывалилось из плотного верха.

— Я могу вам чем-нибудь помочь?

— Я чувствую себя немного горячим?

Она склонилась ближе, но все равно слишком далеко для меня.

— Ты выглядишь… горячо.

— Эми, — застонал я. — Детка, не дразни.

Она улыбнулась, проводя пальцем по моей груди.

— Мне нужно осмотреть вас, мистер Логан. Найти источник вашей, хм, лихорадки.

— Да, — задыхался я. — Тщательно осмотрите меня.

— Мне нужно снять вашу футболку.

В мгновение ока я стянул ее через голову.

— Мммм, — промурлыкала Эми, постукивая пальцем по подбородку. — У пациента одышка и жар.

— Определенно жар. Я чувствую себя горячим и нуждающимся.

Эми скользнула рукой по моему животу, поглаживая пальцами чувствительную кожу. От ее прикосновения мышцы пресса напряглись.

— Мне нужно проверить ваши жизненно важные органы.

Я сглотнул.

— Да.

Она наклонилась, паря над моими губами.

— Я должна убедиться, что вы в порядке. Это моя работа.

— Ты хорошо справляешься, — прошептал я и схватил Эми за затылок, прижавшись к ее губам и толкнувшись языком внутрь. Пока мы целовались, Эми скользнула рукой по моей груди, играя с сосками. Я застонал от ощущения ее вкуса, так сильно скучая по нему. Справившись с зажимом для волос, убрал с дороги чепчик и схватил волосы в кулак, прижимая ее ближе. Я рывком притянул ее к своей груди, лаская ее спину поверх крошечного платьица.

— Вы должны снять платье, сестра.

— Позвольте мне делать мою работу. — Эми отступила, слегка нахмурившись. — Я не закончила осмотр.

Я не мог скрыть свою ухмылку. Ее губы были опухшими, волосы рассыпались по плечам, а симпатичная шляпка съехала набекрень. Соски выделялись жесткими пиками под белым материалом. Я махнул рукой.

— Продолжай.

Эми дернула мои спортивные штаны, посмотрев на меня с озорной ухмылкой, когда увидела, что «мой боец» стоит по стойке смирно. Ей потребовалась минута, чтобы стянуть штанину через гипс, но, наконец, я был свободен, и мои штаны улетели куда-то в угол комнаты.

— Раздвинь ноги, Логан. Тебе должно быть удобно.

Застонав, я последовал ее приказу. Зная, что она смотрит на меня, я потянулся, физически ощущая, как ее взгляд блуждает по моему телу, задержавшись на моем эрегированном члене. Я немного выгнул спину, наблюдая, как ее глаза расширяются. Медленно потянувшись вниз, я обхватил свои яйца и погладил изнывающий от желания член. Эми наблюдала за каждым моим движением.

— Я думаю, что кто-то подмигивает тебе.

— И ухмыляется, — выдохнула она.

— Верно. Он готов для вас, сестра.

— Я сама решу это, мистер Логан.

Эми, наконец, сняла свою скудную униформу, оставшись в крошечном клочке кружева и в сексуальных подвязках с чулками.

— Кажется, жар усиливается, — прохрипел я, слегка сместившись на кровати, чтобы быть ближе к ней.

Эми медленно поползла по кровати, как львица, преследующая свою добычу. Я был добровольной жертвой.

Следующие десять минут были чистой пыткой в лучшем своем проявлении. Она использовала рот и руки, лаская мое тело. Она дразнила и пощипывала, кружа языком по коже и покусывая зубами соски, пососала у основания горла, оставляя там след.

— Ты выглядишь горячо, Логан, — прошептала она, облизывая шею и спускаясь вниз влажными поцелуями.

— Я весь горю из-за тебя, — прошипел я, обхватывая лицо Эми ладонями и жадно целуя.

Мы оба задыхались, когда она отстранилась.

— Мне нужно проверить вашу температуру.

— Хватит дразнить, — умолял я. — Боже, детка, ты нужна мне.

Эми выгнула бровь, а затем отодвинулась, сев рядом с моей здоровой ногой. Она проводила пальцами по моей ноге, каждый раз поднимаясь все выше и выше, заставляя меня сжимать в кулак простыни по бокам.

— Он только что подмигнул мне.

— Бьюсь об заклад, — застонал я. — Могу поспорить, что его ухмылка стала шире.

— Это вот-вот произойдет.

Удерживая мой взгляд, она наклонилась и взяла мой член в рот. Я откинул голову назад, выкрикивая проклятие, когда ее губы сомкнулись на моей твердой эрекции. Я потерялся в ощущении ее талантливого, нахального рта. Удовольствие взорвалось, струясь по телу, пока Эми обрабатывала меня, используя язык, руки и даже зубы. Жар и влажность, интенсивное давление, затем легкое поддразнивание — то, как она разнообразила свои ласки, доводило меня до грани оргазма, отступало, чтобы начать сначала.

В конце концов, я больше не мог этого выносить.

— Эми, детка, пожалуйста.

Она ухмыльнулась, затем потянула крошечные бантики на бедрах, представ передо мной голой. Стараясь не задевать ногу в гипсе, она оседлала меня и, откинувшись назад, медленно опустилась на мой член. Жар ее влажного естества дюйм за дюймом охватывал меня, пока мы не соединились.

— Иисус, — выдохнул я.

Эми выгнула спину, выпячивая вперед свою красивую грудь, и начала объезжать меня. Наш танец был идеален — я толкался вверх, насколько позволяла нога, а она встречала мои выпады, плавно вращая бедрами.

— Эми… бля… детка… так хорошо… так чертовски хорошо, — стонал я, поддерживая и направляя ее.

Она ускорилась и наклонилась вперед, щекоча кончиками волос мою кожу. Новая поза под другим углом послала волны удовольствия по моему позвоночнику, и мои шары сжались.

— Логан… О, Боже… — Эми переплела наши пальцы, когда ее тело начало дрожать.

— Отпусти, детка. Позволь мне почувствовать тебя.

Эми откинула голову назад и тихо вскрикнула. Я последовал прямо за ней, разрываемый мощным оргазмом, когда ее мышцы сжались вокруг меня стальными тисками.

Эми замерла, вздрогнув, и я прижал ее к груди, убрав влажные волосы от ее лица и покрывая легкими поцелуями ее нежную кожу.

— Ты идеальная медсестра.

— Я забочусь о своих пациентах, — захихикала она.

— Лучше бы я был твоим единственным пациентом, — зарычал я.

Она посмотрела на меня с улыбкой.

— Мой единственный и неповторимый.

Я стал серьезным.

— Останься, малышка. Переезжай ко мне прямо сейчас. Ты нужна мне. Каждый день.

Эми обхватила ладонью мою щеку, поглаживая кожу.

— Сегодня я договорилась с грузчиками, Логан.

— Да?

— Я чуть не потеряла тебя. Ты правда думаешь, что я оставлю тебя одного?

— Ты не хотела обсуждать это, и я подумал, может, ты передумала.

— Нет. Я хотела убедиться, что ты не передумал.

— Никогда. Я хочу, чтобы ты была здесь. И я хочу жениться на тебе. Хочу наполнить этот большой дом нашими детьми и смехом.

— Я тоже этого хочу.

— Когда приедут грузчики?

— Я планирую собраться за несколько дней. Меня перевезут на следующей неделе.

— Отлично.

Эми слегка передвинулась, приподнявшись на локте, и посмотрела на меня.

— Итак, насчет сегодня. Мой отец принес большую или очень большую пиццу?

— Черт возьми, Эми, как ты догадываешься обо всем этом дерьме?

Она ухмыльнулась.

— Отец паршиво прячет улики. Теперь колись.

Я вздохнул.

— Большую.

— Полагаю, это была мясная феерия.

— Там также были оливки.

— Ну, это другое дело, — фыркнула она.

Я усмехнулся.

— Он сказал, что сделал это для меня.

— Уверена, что так и есть.

Я прижал Эми к себе.

— Значит, вот как это будет, малышка? Никаких секретов, никаких тайных посиделок с пиццей и пивом с твоим отцом — ты все узнаешь и увидишь? Когда ты переедешь, я ничего не смогу скрыть от тебя?

— Да.

Я улыбнулся, поцеловав ее в висок.

— Я смогу с этим жить. Люблю тебя, детка.

Эми прижалась ближе.

— Я люблю тебя, Логан.

Я ворвался в трейлер, бросив свою каску в стену с такой силой, как только мог.

«Надеюсь, она оставит там гребаный след!»

Опустившись на стул, я откинулся на спинку, потянув за волосы.

— Мне нужен чертов «Адвил» и бутылка «Джека Дэниелса», — пробормотал я.

— Как насчет хорошего ужина и вина вместо этого?

Я резко вскинул голову. За столом в углу сидела Эми, а наверху стояла большая корзина.

— Что ж, это приятный сюрприз, — я улыбнулся, но потом нахмурился. — Я не видел твой грузовик?

— Он на задней стоянке.

— Ты…

Я осекся, когда Эми подняла каску.

— Я усвоила урок. — Лицо Эми потемнело. — Из-за меня ты пострадал.

Мое раздражение испарилось.

— Иди сюда, малышка, — позвал я ее, протягивая руку.

Эми встала и пошла ко мне, громко цокая по полу. Я перегнулся через подлокотник и присвистнул.

— Когда ты их получила?

— Сразу после несчастного случая. С тех пор я ни разу не была на стройке, поэтому ты их не видел.

Я схватил Эми за руку, притягивая к себе.

— Сексуально, — выдохнул я, поцеловав ее в губы. — Ты мне нравишься в сапогах со стальным носом.

— Я выгляжу как идиотка.

Я провел рукой по ее бедру, обхватывая округлую задницу.

— Ты выглядишь очень сексуально в юбке и сапогах, детка.

Ее смешок заставил дернуться уголки моих губ. Мне нравилось слышать ее смех.

— Дополнительное преимущество. — Хотя Эми улыбнулась, но улыбка не коснулась ее глаз.

— Хэй, детка…

Эми выгнула бровь, но ничего не сказала. Я погладил ее щеку, приподняв лицо за подбородок.

— Это был несчастный случай, Эми. Благодаря твоей заботе и терпению, я полностью здоров. Я в порядке.

— Несчастный случай, который произошел из-за меня.

Я ненавидел, что это все еще беспокоило ее.

— Нет. Не ты сломала кран. Это была неисправность оборудования, — я вздохнул. — Даже если бы ты была в каске и сапогах, я бы отреагировал так же, Эми. Я буду защищать тебя любой ценой — это моя работа. Всегда. Так что больше никаких обвинений в свой адрес, хорошо?

Прикусив губу, она кивнула.

— Итак, что там было насчет ужина?

— Я получила твое сообщение о том, что ты задержишься, поэтому принесла тебе ужин.

Я застонал, когда вспомнил, почему работал допоздна.

— В твоей корзине есть алкоголь?

— Снова Свен?

— Он решил, что хочет передвинуть две стены, — я фыркнул и, добавив ужасный шведский акцент, продолжил: — Это всего две стены, Логан. Две стены. Тебе так трудно это сделать?

Моя голова ударилась о спинку стула.

— Две несущие стены. Стены, которые уже подняты. Потом он захочет передвинуть кухню. Боже, помоги мне. Это никогда не заканчивается. Дизайн меняется еженедельно. Вот почему я ненавижу брать частные дома. Дайте мне огромные офисные здания, и я сделаю это в любое время.

— У меня завтра с ним встреча, — пробормотала Эми. — Скажу ему, сколько будет стоить перепланировка дизайна и переделка объекта.

— Много, — фыркнул я, сев прямо. — Пробегусь по цифрам и отправлю их тебе утром.

Она обошла вокруг стула и положила руки мне на плечи.

— Сначала нужно поесть и расслабиться.

— Я не уверен, что смогу это сделать.

— Ты сможешь. Я прослежу за этим — теперь это моя работа.

— Правда?

Она нежно толкнула мои плечи вперед, мягко массируя напряженные мышцы. Я застонал от удовольствия. Руки Эми были такими же талантливыми, как и ее рот. Я не мог понять, как такие крошечные пальцы могут с такой силой разминать больную плоть, снимая болезненное напряжение. Мне нравилось, когда она делала мне массаж. Мне нравилось, когда она прикасалась ко мне. Везде.

Я зашипел, когда Эми впилась пальцами в мою шею.

— Логан, твоя шея как цемент, — цокнула она.

— Это был дерьмовый день.

Наклонившись, она обернула руки вокруг моей шеи и прижала губы к уху, оставив там мягкий, затяжной поцелуй.

— Могу я помочь тебе расслабиться?

— Не искушай меня, детка.

Она расстегнула верхние пуговицы моей рубашки и сунула руки внутрь, царапая кожу ногтями.

— На прошлой неделе ты был довольно расслаблен, — промурлыкала Эми.

Я откинул голову назад на ее полную грудь, встречая озорной взгляд.

— Мы должны были остаться на Ямайке, — проворчал я.

— Это был прекрасный медовый месяц.

Я ухмыльнулся, притянув лицо Эми к своему. Поцелуи с ног на голову никогда не были так хороши, как с моей женой.

Церемония нашего бракосочетания прошла в мэрии без лишнего шума, Дэвид и несколько самых близких друзей были рядом с нами. Эми настаивала, что не хочет большую свадьбу.

«В первый раз у меня уже была большая свадьба не с тем парнем. На этот раз все будет тихо, но с идеальным мужчиной», — твердо заявила она.

Эми была прекрасна, а день — идеальным, потому что были только мы. Тихо, просто и реально. Затем мы провели неделю в уединенном домике с теплым песчаным пляжем, моей сексуальной женой и как можно меньшим количеством одежды. Мы редко выходили из хижины, заказывая еду на вынос. Мы гуляли вдоль прибоя, плавали в океане, танцевали под звездами, ложились за полночь и спали до обеда. Мы занимались любовью на огромной скрытой балдахином кровати, а иногда трахались на мокром песке под палящим солнцем. И были вместе каждую минуту, но неделя пролетела слишком быстро.

Шаловливые руки Эми вернули меня к настоящему моменту.

— Бьюсь об заклад, что смогу избавить тебя от стресса, — она снова поцеловала меня, лаская языком мои губы.

Зарычав, я развернул свой стул и посадил Эми к себе на колени. Обхватив ее лицо ладонями, страстно поцеловал, как всегда утонув в ощущениях и вкусе моей жены. Ее губы были мягкими и податливыми. Она зарылась пальцами в мои волосы, притягивая меня ближе. Я схватил Эми за бедра, прижимая к моей растущей эрекции, а затем дернул ее рубашку, впиваясь пальцами в кожу. Поглаживая костяшки позвоночника, застонал от того, насколько правильно было чувствовать ее прижатой к моей груди.

— Дверь заперта? — прошептала она мне в рот.

— Я закрою.

— И свет выключи.

На секунду я замешкался.

— Команда собиралась уходить, Логан. Я сказала, что мы с тобой собираемся поужинать и проверить отчеты, чтобы никто не беспокоил нас. — Ее ухмылка была такой шаловливой, что я не мог не улыбнуться. — Но сначала у нас будет десерт.

Это была отличная идея. Я бы никогда не упустил возможность заняться любовью со своей женой.

Я поднял ее с колен и поставил на ноги, но прежде чем уйти, поцеловал так, как ей больше всего нравилось. Жестко. Страстно. Грубо.

— Я закрою дверь и выключу свет, а ты сними рубашку. — Я подмигнул. — Юбку и сапоги оставь.

Удовлетворенно вздохнув, я откинулся на спину, и Эми свернулась на моей груди, укутывая нас пледом, который она принесла вместе с ужином. Я уткнулся носом в ее волосы, чувствуя себя намного более расслабленным, чем когда ворвался в трейлер ранее.

Ничто не успокаивало меня больше, чем время с моей женой.

— Все еще нужен «Адвил»?

Скользнув пальцами по подбородку, я приподнял лицо Эми к своему, целуя.

— Нет. — Я ухмыльнулся в ее губы. — Ты лучшее лекарство.

— Я хотела сделать твой день лучше, — улыбнулась она.

— У тебя получилось.

— У меня есть кое-что, что сделает его еще лучше.

— Оу, да? У тебя в корзине есть печенье?

— У меня есть печенье, но думаю, что это тебе понравится гораздо больше.

— Что может быть лучше печенья? Я должен это увидеть, — я протянул руку. — Дай мне.

Она вручила мне странного вида сверток, завернутый в коричневую бумагу.

Я выгнул бровь.

— Снова ходила за покупками в магазин для взрослых, детка? Должен ли я бояться того, что здесь?

Эми хихикнула, хлопнув меня по руке.

— Открой, — нервно сказала она.

Я снял бумагу, вытаскивая пояс с игрушечными инструментами и крошечную каску.

Нахмурившись, посмотрел в мерцающие глаза Эми.

— Очень мило, но я не уверен, что это подойдет. Он довольно маленький… — я запнулся и вытаращил глаза. — Эми, это?… Это…

Эми вытащила из пакета белую палочку и подняла ее, демонстрируя ярко-синий знак «плюс» в маленьком окне.

— Поздравляю! Ты будешь папочкой.

Свен, плохой день и весь мир исчезли, когда я прижал Эми к груди, оставляя невесомые поцелуи по всему лицу. Радость, которую мне прежде не доводилось испытывать, бурлила во мне, когда я держал в объятиях свою жену и нашего ребенка внутри нее.

— У нас будет ребенок… Это мальчик? Поэтому ты купила мне пояс для инструментов? — спросил я взволнованно, положив руку на живот Эми и широко расставив пальцы. Скоро появится бугорок, и там будет расти мой малыш. Я широко улыбнулся. — Да?

— Я понятия не имею, Логан. Сейчас твой малыш размером с горошину. Мы не узнаем пол еще несколько недель, — она скрестила руки на груди. — Хочешь сказать, что только у мальчика может быть пояс для инструментов?

Я покачал головой, ухмыляясь.

— Нет. Моя дочь может носить все, что захочет, включая ремни для инструментов.

— Хороший ответ. — Эми чмокнула меня в щеку, поглаживая мою кожу.

Я прижался к ее лбу своим.

— Все хорошо? Ты в порядке?

— Все отлично. Немного устала и утром слегка тошнило. Но я в порядке. Сегодня я была у доктора, и она сказала, что все в порядке. — Эми сунула руку в карман. — Я принесла тебе фотографию.

— Это горошинка! — воскликнул я, взглянув на изображение.

— Она будет расти. — Эми вздохнула. — Как и я.

— Ты станешь еще красивее. С нетерпением жду, когда ты округлишься, нося под сердцем моего ребенка. — Я снова положил руку ей на живот. — Спасибо, Эми. Ты только что сделала мой день, мою неделю… весь месяц.

У меня внезапно возникла идея.

— А твой отец знает?

— Нет. Я думала, мы расскажем ему вместе.

— Теперь я стану любимым зятем.

— Эм, Логан, ты его единственный зять.

Я махнул рукой.

— Не имеет значения. Он хотел быть дедушкой, и теперь он им станет! Я постарался.

— Ладно, как скажешь, — расхохоталась Эми.

— Проверю отчеты позже. Пойдем домой. Я хочу повесить изображение горошинки на видное место и побаловать мамочку.

— Я с удовольствием, — выдохнула Эми, положив голову мне на плечо.

— Спасибо, милая. Ты сделала сегодняшний день потрясающим, — пробормотал я, целуя ее в лоб.

Она прижалась ближе.

— Всегда пожалуйста.

Несколько месяцев спустя

Дэвид разговаривал по телефону, когда я зашел к нему в офис. Я плюхнулся на стул перед его столом, прислонившись головой к мягкой коже, и закрыл глаза. Может, его звонок займет какое-то время, и я смогу вздремнуть. Слишком рано я услышал, как он повесил трубку, но продолжал сидеть, ничего не говоря.

— Логан, ты выглядишь истощенным, — наконец сказал Дэвид.

— Ага.

— С Эми все в порядке?

— Она более чем в порядке, — я поморщился. — Она так и плещет энергией.

— Что ж, это отличная новость.

— Ага.

— Ты мог бы иметь немного больше энтузиазма.

Я открыл глаза и, наклонившись вперед, положил руки на бедра.

— Я в восторге, что моя жена здорова. Я рад, что ее утренняя тошнота закончилась вместе с первым триместром, — я вздохнул. — Просто теперь она стала чрезвычайно, хм, активна.

Дэвид откинулся на спинку кресла и улыбнулся, щелкая ручкой между пальцев.

— Я знаю, что мы никогда не говорим о личных вещах, Логан, твоя жена — моя дочь и все такое, но Эми всегда была очень похожа на свою мать. И я жил с ее матерью, пока она была беременна Амелией. Я знаю о, хм, активности.

Я опустил голову обратно на стул.

— Боже, я неделями не мог дотронуться до нее и думал, что взорвусь… а теперь… Господи… теперь она не может насытиться мной.

Дэвид поднял руку.

— Если ты начнешь рассказывать мне какие-либо подробности, Логан, я обязательно сброшу на тебя еще один неисправный кран, полный лесов. Неважно, насколько мне будет жаль.

Я устало покачал головой.

— У меня нет желания делиться с тобой деталями, Дэвид, даже если бы она не была твоей дочерью — это дерьмо личное. Но, чувак, я не уверен, что переживу эту беременность.

Плечи Дэвида задрожали от тихого смеха.

— Рад, что развлекаю тебя, — зыркнул я на него.

Он покачал головой.

— Каждый мужчина чувствует себя одинаково. Жена внезапно становится любвеобильной, и он думает, что выиграл джекпот.

— Я так и думал, пока не понял, что Эми всегда мало. Я лежу обессиленный и счастливый, а она хочет начать все заново. Клянусь, я слишком стар для этого дерьма.

На этот раз Дэвид не скрывал своего смеха, и я усмехнулся вместе с ним. Он был прав. Когда утренняя тошнота Эми прекратилась, и ее вдруг снова заинтересовал секс, это было похоже на мечту. Она была взволнована и готова для меня, когда я вернулся домой, и потом снова поздно вечером. С утра все повторилось. Затем начались дневные визиты в трейлер, и я понял, что нигде не могу избежать ее шаловливых рук и умоляющих глаз. И у моего проклятого члена не было проблем с готовностью, возражала остальная часть моего тела. Я был измотан.

Самое страшное было то, что чем больше увеличивался срок ее беременности, тем более перевозбужденной Эми становилась. Прошлым вечером я придумал позднюю встречу, чтобы хоть немного вздремнуть в трейлере, прежде чем вернусь домой. Но я знал, что не смогу делать это часто. Она была слишком умна, и даже если теперь работает на полставки, все равно узнает. Мало того, что Эми расстроится, но она также будет в ярости. Страшно подумать, как ее гнев может трансформироваться в страсть, направленную на меня.

— Могу только сказать тебе, Логан, что эта ее любвеобильность скоро пойдет на убыль. — Дэвид ухмыльнулся. — Кроме того, как только ребенок родится, ты вернешься на сухой паек, поэтому постарайся насладиться этим.

Я хмыкнул.

— По крайней мере, здесь я в безопасности. Может, я украдкой вздремну позже за моим столом.

Рот Дэвида открылся, чтобы что-то сказать, когда мы оба услышали голос Эми в коридоре.

— Стейси, это грузовик Логана я видела?

Я в панике уставился на Дэвида.

«Сегодня мы с Эми уже дважды занимались любовью. Конечно, она не…»

— Я хочу увидеть его. Он в своем кабинете?

— Нет, он с твоим отцом, — ответила Стейси.

— О Боже, — зашептал я.

Я знал, что произойдет. Эми войдет сюда, такая светящаяся и милая, и скажет Дэвиду, что ей нужно со мной поговорить. Потом заберет меня к себе в офис и будет делать со мной все эти греховные вещи. В итоге Эми будет бодрой и пресыщенной, а я буду похож на ходячее, дрожащее подобие человека.

Дэвид встал.

— Прячься.

— Куда?

Он оглянулся вокруг.

— Залезай под мой стол. Быстро.

В мгновение ока я подскочил со стула и залез под стол. Он обошел вокруг, и я услышал скрип кожаного стула, когда он сел.

Через несколько секунд раздались шаги Эми.

— Привет, пап.

— Привет, Эми. Как поживает моя девочка?

— Хорошо.

— А мой внук?

— Отлично. Я думала, что Логан здесь?

— Оу, он был, но ушел пару минут назад. Ты только что разминулась с ним.

Послышался скрип другого кожаного стула.

— Это странно. Его машина все еще здесь.

— О. Ты смотрела в его кабинете? В туалете?

— Обе двери открыты.

— Тогда понятия не имею. Может, у него были дела здесь поблизости, и он ушел пешком.

Я закрыл глаза. Он был ужасным лжецом. Нам обоим конец.

— Возможно.

— Он говорил, что голоден. Наверное, вышел за едой. Если он вернется, я скажу, что ты его ищешь.

— Пытаешься избавиться от меня, папа?

— Конечно, нет! У меня, хмм, просто много работы.

Я услышал скрип ручки, а затем кто-то встал.

— Увидимся позже.

— Ага.

Шаги исчезли, и я вздохнул с облегчением. Я чувствовал себя плохо из-за этого, но вечером я заглажу перед ней вину.

Я подождал несколько минут.

— Она ушла? — спросил я. — На побережье чисто?

— О, Логан.

Я замер. Это был не голос Дэвида. Тяжело сглотнув, я схватился за край стола и вытащил свою задницу, встречая взгляд Эми за деревянной поверхностью.

Она покачала головой.

— Серьезно, Логан? Прячешься под столом моего отца?

— Я э-э… кое-что искал? — сказал я, но получился скорее вопрос.

— Может быть, свою гордость?

Я вздохнул и поднялся. Сев на край стола перед Эми, я взял ее за руки.

— Прости, детка. Я запаниковал.

— Почему?

— Я услышал твой голос и подумал…

— И что же ты подумал?

Слова вырвались из моего рта, прежде чем я смог их остановить.

— Что ты пришла искать меня, чтобы заняться сексом. А я не могу. Ну, то есть могу, но клянусь, я умру, Эми. Я устал и не могу продолжать, — я в отчаянии дернул за волосы. — Не пойми меня неправильно, я люблю заниматься с тобой сексом. Мой член хочет этого так же, как и ты, но я измотан! Мне нужен выходной!

Я ждал ее гнева или слез и уже приготовился утешать ее, но она уставилась на меня на мгновение, а затем запрокинула голову и громко рассмеялась. Эми смеялась так сильно, что слезы текли по ее лицу. Недоумевая, я скрестил руки на груди. Я совершенно не ожидал от нее такой реакции. Наконец, она перестала смеяться и вытерла глаза. Эми обняла меня, и я неуверенно обнял ее в ответ, подсознательно готовясь к подвоху. Поцеловав меня в шею, слегка отстранилась.

— Я замучила тебя, да?

— Я знаю, что мне нужно проверить голову, раз я…

Она покачала головой.

— Все в порядке, Логан. Я постараюсь немного контролировать себя рядом с тобой. — Глаза Эми танцевали от озорства, и, понизив голос, она продолжила. — Я просто все время хочу тебя, как будто я подсела на твой член. Он мой наркотик.

Я уставился на нее, открыв рот.

— Не моя вина, что ты такой чертовски сексуальный, и я знаю, как удивительно чувствовать, когда твой член похоронен внутри меня, — не унималась Эми. — Или то, как он подмигивает и ухмыляется, когда видит меня, маленький дразнилка.

— Ах… — я сглотнул, чувствуя, как «дразнилка» дергается. Ему тоже нравилось быть внутри нее.

— Хмм, — я изучал Эми мгновение. — Как ты узнала, что я под столом?

Она залезла в карман и вытянула листок бумаги.

«Мудак!»

После инцидента с освежителем воздуха прошло несколько месяцев, и все это время Дэвид пытался отомстить мне. Я думал, он сдался, когда узнал, что станет дедушкой, но видимо нет.

«Что ж, в эту игру могут играть двое».

Внезапно я перестал быть таким уставшим, как раньше. Моя жена так хорошо пахла и была такой податливой в моих руках. Я опустил голову к ее плечу, осыпая поцелуями тонкую шею. Эми задрожала, и я улыбнулся в ее кожу.

— Тебе это нравится, детка?

— Мне нравится все, что ты делаешь.

— О, да? — я притянул ее поближе, чтобы она встала между моих расставленных ног. Я слегка прикусил мочку уха и зарычал, когда ее руки скользнули к моим бедрам.

— Эми, — предупредил я. — Ты подобралась ужасно близко к мистеру Ухмылка.

— Он ухмыляется мне?

— Думаю, если бы ты посмотрела поближе, он бы еще и подмигнул.

— Что ты задумал?

— Две вещи. Сначала я хочу пообжиматься с тобой здесь. А потом отвезу тебя домой и вымотаю так сильно, что тебе понадобится сон.

— Ты найдешь для этого силы?

— Я постараюсь.

— Я была уверена, что ты собирался взять меня здесь, — захихикала она.

— Часть меня хочет этого, но думаю, твой отец действительно взорвется. И теперь, когда я сделал тебя беременной, я выполнил задачу и могу не беспокоиться о цементе для меня. Но…

— Но?

— Мы могли бы позволить ему думать…

Она засмеялась, сжимая в кулак мою рубашку.

— Как?

Именно тогда я услышал голос Дэвида.

— Они все еще в моем кабинете?

— Да, — ответила Стейси.

Я ухмыльнулся, подняв Эми на руки.

— Подыграй мне, детка.

Она обвила руки вокруг моей шеи, а ноги вокруг бедер.

— Сделай это.

Хихикая, Эми спрятала лицо в основании моей шеи, и я вышел из кабинета, держа ее на руках. Я кивнул Дэвиду, который выглядел совершенно потрясенным — он-то был уверен, что я получу нагоняй от Эми.

— Спасибо, Дэвид. Стейси, можешь ответить на мои звонки? Мы будем немного заняты.

Затем я вошел в свой кабинет, закрыв дверь на замок, и прижал Эми к стене, стараясь действовать нежно.

— Его лицо стало красным? — спросила Эми.

— Почти фиолетовым.

— Мы ужасны.

— Ужасно прекрасны, — возразил я, целуя ее в губы.

— Я все еще получу свои горячие обжимашки, верно?

— Конечно.

— А когда мы вернемся домой?

— Мы с моим членом твои, — я немного задумался. — Потом мы можем поспать?

— Хорошая идея, — засмеялась Эми.

— Хорошо.

Еще несколько месяцев спустя

В больнице было тихо, и я был благодарен, что Эми находилась в отдельной палате. Я улыбнулся жене, которая сейчас держала нашего сына, тихо воркуя с ним.

Щелчок камеры оповестил об очередном готовом снимке.

Она подняла на меня глаза.

— Ты уже итак сделал слишком много фотографий, папочка.

Я покачал головой.

— Невозможно сделать достаточно фотографий кого-то столь прекрасного, — я наклонился, проводя пальцами по мягкому пушку на голове моего сына. — Он — совершенство, Эми.

Она передала его мне в руки и откинулась на подушки.

— Он так похож на тебя, — нежно улыбнулась она.

Я посмотрел вниз, посмеиваясь над тем, как он засунул свой кулак в рот, обсасывая его. Наш малыш был настоящим богатырем, и видеть, как Эми рожает его, было удивительно. Находиться рядом с ними, когда он пришел в этот мир; поддерживать жену, которая, обессилев, откинулась на мою грудь, когда родился наш сын, крича и протестуя — это было величайшим моментом в моей жизни. Я испытал ни с чем не сравнимое чувство, когда впервые взял его на руки.

— Твой отец немного расстроен, что не смог прийти.

Она кивнула, зевая.

— Папа настаивает, что это ты убедил его не приходить раньше, просто чтобы одурачить его.

Я сунул палец в руку сына, удивляясь тому, как он крепко держал его.

— Дэвид успокоится, когда встретится с ним и услышит его имя.

Средним именем для нашего сына Мейсена мы выбрали Дэвид — в честь дедушки.

— Да, — прошептала Эми, — папе понравится.

— Это точно.

Мейсен моргнул, глядя на меня, и его глазки затрепетали от усталости. Он, как и его мама, тоже устал. Я встал, осторожно переложив его в люльку рядом с Эми. Потом повернулся к жене, чтобы убедиться, что ей удобно.

— Тебе нужно поспать, милая. У вас с моим мальчиком был очень напряженный день.

Я знал, насколько Эми была измучена, потому что даже не протестовала. Она устроилась удобнее и закрыла глаза.

— Люблю тебя.

Я наклонился, целуя ее в щеку.

— Люблю тебя, Эми. Спасибо за нашего сына.

Я уселся в кресло, наблюдая за своей семьей. Они оба спали, слегка повернув голову на бок. В профиль сын выглядел в точности как его мама — что меня несказанно радовало, — хотя Эми уверяла обратное. Может быть, он будет смесью нас обоих — мне бы это понравилось.

Эми — лучшее, что случалось со мной, и Мейсен был нашим продолжением в лучшем его проявлении.

Дверь открылась, и вошла медсестра Шелли.

— Все уже успокоились? — спросила она, проверяя их обоих.

Встревоженной она не казалась.

— Да.

— Звонил Дэвид Эдвардс. Сказал, что он отец Амелии?

— Так и есть.

— Он передал, что приедет в ближайшее время.

Я взглянул на часы.

— Уже девять часов. Его впустят внутрь?

— Он семья. И хотя время посещения ограничено, он может войти ненадолго.

— Хорошо.

Она остановилась у большого букета цветов возле кровати Эми, который я ей купил. Розы и лилии наполнили комнату своим ароматом.

— Красивые.

— Ее любимые. — Я кивком указал на Эми. — Она сказала, что их слишком много, но после сегодняшнего дня не думаю, что их вообще достаточно.

Шелли улыбнулась.

— Подобный опыт меняет жизнь. — Она похлопала меня по плечу. — Твоей любви будет достаточно для них обоих. Но цветы станут приятным дополнением. Продолжай в том же духе, и все будет хорошо.

Она ушла, и вдруг я заволновался. Я познакомлю Мейсена с Дэвидом. Покажу ему сына. Положу моего ребенка в руки лучшего друга и тестя. У меня было чувство, что они подружатся.

Мейсен заворчал, недовольно заплакав, и я мгновенно поднялся со стула. Я взял сына на руки, прижимая к своей груди, и сел обратно в кресло, положив под руку подушку. Мейсен сразу же уснул, и я улыбнулся. Я смотрел на него, не в силах оторваться, и начал говорить с ним так же, как когда Эми была беременна. Глупые мысли и планы на будущее. Все, что я ему покажу. Все чудеса, которые мы откроем вместе.

Я сморгнул подступившие слезы. Сегодня мои эмоции били через край. Я думал, что моя защищающая сторона работает только для Эми, но рождение Мейсена это изменило. Я сделаю все, чтобы защитить своего сына. Чтобы моя семья была в безопасности. Я буду их скалой, а они — моим смыслом жизни.

— Ты его избалуешь, — пробормотала Эми. — Ты не спускаешь его с рук.

Я прочистил горло.

— Это моя цель. Я собираюсь баловать вас обоих. А теперь спи. Мы с Мейсеном знакомимся.

— Я скучаю по вам обоим.

Я тихо засмеялся, встал и поставил стул рядом с кроватью. Взяв Эми за руку, я поднес ее к губам и поцеловал костяшки пальцев.

— Лучше?

— Ммхм. — Эми нахмурилась. — Ты в порядке, Логан?

Осторожно поддерживая Мейсена, я наклонился и поцеловал ее.

— Никогда не чувствовал себя лучше. — Я снова поцеловал Эми. — Спасибо, малышка. За то, что ты есть у меня. За нашего сына. За то, что сделала меня счастливее, чем я мог надеяться.

— Ты делаешь то же самое для меня.

— Хорошо. — Я провел рукой по волосам Эми, тихо напевая, зная, что это расслабит ее.

Вскоре ее дыхание выровнялось, и она снова уснула. Я комфортно расположился в кресле, не планируя двигаться, пока мне не придется. Мои жена и сын были рядом и в безопасности. Завтра мы поедем домой. Дэвид скоро будет здесь, и наша семья станет полной.

Я поцеловал мягкую кожу на головке Мейсена.

Жизнь не могла стать лучше.

Перевод не преследует коммерческих целей и является рекламой бумажных и электронных изданий. Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

Данный файл предназначен только для предварительного ознакомления! Просим вас удалить его с жесткого диска после прочтения и не распространять на отечественных и зарубежных сайтах.

Спасибо!