— Митр, смотри, какая тачка шикарная, — толкнул меня в бок мой друг Фрол. Я повернул нехотя голову. Было жарко и душно, автобус трясло. Мы возвращались с дачи друга, где провели выходные. Только дача нам и остается, так как на другой отдых денег нет ни у него, ни у меня. Его зарплата програмиста уходит на содержание больной матери, а моя — на вечно всем недовольную жену и ребенка. Они вытягивают из меня все соки. От мыслей о жене, я скривился, окинул взглядом салон: кроме нас с Фролом, в нем находился представительный мужик — и что он тут забыл в этой развалине, две бабки с корзинами и мамочка с ребенком. Мой взгляд вернулся к мужику. Странно было видеть его в старом, допотопном автобусе, который трясется на ухабах.

Я осмотрел автомобиль, медленно ползущий рядом с автобусом. Движения на дороге не было, вот машина и плелась по встречке. Странно, почему бы не обогнать? Я с восторгом разглядывал каждую деталь красавицы. Классная тачка. У меня такой никогда не будет. Да что греха таить, у меня никакой не будет. Неудачник по жизни. С работой не везет, с женой тоже не повезло. Только и остается любоваться на такую красоту. С машины перевел взгляд на водителя. За рулем сидела шикарная блондинка в солнцезащитных очках. Ее длинные волосы каскадом рассыпались по плечам. Хороша.

— Засмотрелся? — усмехнулся друг. — Тебе такая не светит. Вставай, нам выходить скоро.

Я встал, взялся за поручень и пока еще было время, снова устремил свой взгляд на девушку.

— Н-да, это ж сколько надо давать и сосать, чтобы получить такую красавицу? — не удержавшись, выпалил я, надеясь, что сказал это тихо, и меня, кроме друга, никто не услышал. Как же я ошибся.

— Ты тоже такую хочешь? Это можно устроить, — раздался позади меня голос того самого холеного мужика. Я застыл истуканом. Все слова застряли в глотке. А все потому, что в этот момент я почувствовал его руку на своей заднице. Меня прошиб холодный пот.

Медленно повернул голову, посмотрел в ухмыляющееся лицо мужчины и едва нашел в себе силы отрицательно мотнуть головой. Он оскалился еще больше.

— Как надумаешь — звони, — бросил он загадочную фразу. Во всяком случае в тот момент она была для меня именно таковой. — Шеф, тормозни здесь, — громко обратился он к водителю.

Автобус с кряхтением и скрежетом затормозил. Я даже подумал, что он сейчас развалится. Но вроде уцелел. Мужик легко спрыгнул со ступенек, бросил на меня взгляд, подмигнул, подошел к остановившейся феррари и скрылся внутри. Я выдохнул. Оказалось, все это время я задерживал дыхание. Задница до сих пор горела огнем в том месте, где его рука гладила и ласкала. Тьфу ты, только этого мне не хватало. Уже и педики на меня зариться начали. Дожил.

— Митр, что ты там бурчишь? Мы выходим, — окрикнул меня Фрол. Я поспешил на улицу. Быстро попрощавшись с другом, бегом помчался домой. Я расчитывал, что бег остудит разгоряченный мозг, но этого не произошло. Более того, стоило мне войти в квартиру, как начался мой персональный Ад.

— Явился? — с порога отозвалась жена. Она стояла, уперев руки в бока и как обычно недовольно смотрела на меня. — Нагулялся? А я должна пахать как лошадь? В квартире убери, ребенка накорми, выгуляй, в сад отведи… Ни минуты отдыха нет. Зато ты у нас развлекаешься и отдыхаешь.

— Лина, какой сад, выходные, — устало заметил я, пытаясь обойти ее и дойти до душа. Ничуть не бывало. Она схватила меня за руку, дернула к себе.

— Мне надоело это безденежье, надоело рабство, и вообще, мне все надоело. Я думала, что мой муж в состоянии будет обеспечить семью, а ты оказался ничтожеством, не способным ни на что, — распалялась все больше Лика. — Нормальный мужик уже би на панель пошел ради семьи, а ты все сопли жуешь.

Последние слова добили окончательно. Я вырвал свою руку, развернулся и, ни слова не говоря, вышел из квартиры. Поехал к родителям. Там можно было пеоекантоваться несколько дней, пока они сами укатили на отдых. А заодно подумать, где найти нормальную работу. Так как профессия менеджера среднего звена меня однозначно не устраивала.

Около дома родителей с радостью заметил товарища, которого не видел десять лет. Когда мы выпустились из школы, он уехал поступать за границу. И все это время мы не виделись, а сейчас я даже узнал его с трудом. Из замухрышки-ботана он превратился в уверенного в себе молодого мужчину. Вся его фигура так и излучала уверенность и достаток. Он стоял около классной тачки и говорил по телефону. Повернув голову, Серега заметил меня. Его глаза засветились радостью. Он быстро закончил разговор и бросился ко мне:

— Митрофан! А я звоню-звоню, а мне никто не открывает. Уже и не чаял тебя увидеть. Где ты? Как ты? — слова потоком лились из уст друга, а я стоял и улыбался. Рад был нашей встрече.

— Да я тут вообще случайно, — отвечая на рукопожатие и крепкое мужское объятие старых друзей, произнес я. — Со своей посрался в очередной раз, достала до печенок. А родители на отдыхе. Идем ко мне? Поговорим, ты расскажешь, где столько времени пропадал, чертяка!

— Трох, давай лучше ко мне, если твои родители в отпуске, там наверняка шаром покати, а нам не мешает отметить нашу встречу, — подмигнул Серый. Его аргументы оказались убедительными, я согласился.

Серега вытащил из автомобиля несколько пакетов, два вручил мне, еще два взял сам. Включил сигнализацию, и мы отправились к нему. В квартире, быстро сообразив на стол, мы отключили телефоны и отдались во власть пьянства и словоблудства.

Как выяснилось, друг с отличием закончил университет, его сразу пригласили в престижную компанию, где он сделал огромный скачок по карьерной лестнице. За четыре с половиной года он добился многого. А учитывая его скромные запросы и привычку экономить на всем, в силу жизненных обстоятельств, Сергей сколотил нехилый капитал, что позволило ему основать собственную компаную. Правда пришлось взять кредит, но с ним он как раз разделался в этом году. Назад в Россию вернулся для того, чтобы расширить свой бизнес.

Я слушал его, открыв рот. Какой же я идиот был, что не поехал вместе с ним. Сейчас бы проблем не знал. Глядишь, и вынужденную женитьбу бы на меня не повесили.

— А ты-то как? Женат? Дети есть? — поинтересовался Серый, опрокидывая в себя рюмку водки.

— Есть, — как приговор, произнес я. — Погулял на выпускном, называется. Переспал с какой-то фифой с параллельного потока, а через три месяца она ко мне заявилась сообщить о моем предстоящем отцовстве, — скривился я.

— И ты, как благородный рыцарь, тут же поспешил под венец, — расхохотался друг, я только кивнул. — А сейчас она наверняка всегда всем недовольна? — снова мой согласный кивок.

— Я уже устал от такой жизни. Мало того, что работу не могу найти подходящую, никуда без опыта работы не берут, так еще и Ликины вопли постоянно приходится слушать. А где взять опыт, если после универа молодые кадры никому не нужны? — распалялся я, перескакивая с одной темы на другую. — Кому нужен финансовый директор с красным дипломом, но без опыта?! — я шандарахнул кулаком по столу.

— Мне, — спокойно произнес Серый, я застыл, хлопая глазами. Увидев мою реакцию, друг улыбнулся и продолжил: — Мне нужен. Как я и говорил, я здесь для того, чтобы основать компанию в России. А для этого мне нужны стоящие люди, которые не потопят ее, не дав толком развиться. Твои способности я знаю. Если ты не против, я возьму тебя к себе финансовым директором. По рукам?

— Какой идиот в твердом уме откажется от такого предложения? — выдохнул я, еще не до конца осознавая, что это не сон.

С Серегой мы засиделись до поздней ночи. Мы обсудили все аспекты дела, будущей фирмы друга, мое в ней участие. Едва держась на ногах, дополз до квартиры родителей. Раздев штаны, заметил выпавшую из кармана визитку. Поднимая ее, едва сам не свалился. Н-да, пить надо меньше. А то что-то меня штормит знатно. Расфокусированным взглядом пробежал по строчкам.

«Шеметов Станислав Игоревич. Генеральный директор…» — дальше фокус потерялся. Мелкие буквы не желали складываться в слова. Потому чего он там директор я так и не увидел. В тот же момент перед глазами всплыло холеное лицо того самого мужика из автобуса. Его рука на моей заднице. Я чертыхнулся и постарался выкинуть этот момент из головы. Упал на кровать и уплыл в объятия Морфея. Это единственный мужчина, кому я могу позволить себя обнять.

С этого дня моя жизнь изменилась. Уже со следующего дня я неотступно следовал за другом, который успел и документы сделать на новую компанию, и помещение найти, и даже оборудование заказать. Мне осталось разобраться с персоналом. Найти нужных поставщиков, организовать сбыт продукции, часть из которой Сергей привез с собой.

За месяц у меня не было ни одного свободного дня. Я крутился, как белка в колесе. Контракты. Договора. Деловые встречи. Жил я у родителей. Лика несколько раз звонила и требовала денег. Психовала, кричала, обвиняла в том, что я забыл ей сообщить о своем увольнении с прежнего места работы. Даже там закатила скандал, когда явилась меня искать. Денег я передал ей через родителей. Встречаться с женой не было ни сил, ни желания. Об инциденте в автобусе я и думать забыл, не до того стало.

— Трох, свяжись с этой компанией, нам нужно дополнительное оборудование, смогут ли они нам предоставить его в лизинг и на какой срок, — ко мне в кабинет ввалился весь в мыле Серега. Бросил на стол визитку, а сам развернулся на выход. — Меня две недели не будет, мое присутствие требуется в другом месте, — предупредил он, не став уточнять, куда отправляется. Я кивнул.

После ухода друга взял визитку, стал набирать номер и тут же напрягся. Что-то знакомое промелькнуло перед глазами. Я попытался вспомнить, где видел такой бумажный прямоугольник. Цвета синего с черным оказались слишком знакомыми. Я несколько раз произнес вслух имя.

— Сафронов Егор Дмитриевич. Заместитель генерального директора.

Раз за разом повторяя, я, наконец, сдался. Нет. Незнакомо. Набрал номер, ответили мне сразу. Я быстро договорился. Мне предложили приехать, заключить договор и самому выбрать нужный экземпляр. Я согласился. Уже через час был на месте. Поднимаясь в кабинет Егора Дмитриевича, еще раз просматривал договоры, чтобы ничего не упустить. Засмотрелся, задумался и не заметил, как на кого-то налетел. Бумаги рассыпались. Я чертыхнулся. Зло зыркнул на виновника, собираясь прочесть лекцию о внимательности, но слова застряли в горле. Мужик из красного ферарри. Так вот почему визитка Егора Дмитриевича оказалась знакомой. Я ее уже видел.

— Оп-па, мальчик, который хотел феррари? — усмехнулся мужчина. — Что же ты не позвонил? Мы бы этот вопрос быстро уладили.

Мужчина медленно, будто перетекая из одного положения в другое, приблизился ко мне, застывшему от неожиданности. Только когда рука мужчины взметнулась и приподняла меня за подбородок, я недовольно мотнул головой, отстраняясь и отходя на шаг назад.

— Не нуждаюсь в подачкам, я в состоянии заработать на понравившуюся мне машину, — ровно отчеканил я.

Не дожидаясь его ответа, я быстро двинулся к кабинету Егора Дмитриевича, чтобы побыстрее решить вопросы и покинуть эту кампанию.

— Куда же вы, молодой человек? — донеслось мне в спину. — А как же договорить? Вы, кажется, хотели феррари?

— Я не летаю в облаках, — произнес я, не оборачиваясь. — Мои запросы намного скромнее.

— Жаль, очень жаль, — прищелкнул языком мужчина. — А ведь мы могли бы договориться!

— Сомневаюсь, — отчеканил я и открыл нужную дверь.

Составление и подписи договоров не заняли много времени. Уже через полчаса довольный достигнутым, я покинул кампанию и направился в свой офис, чтобы завершить оставшиеся дела.

Вечером едва живой от усталости, приполз домой. Меня встретила тишина. И куда благоверная с ребенком подевались? Только подумал об этом, как из своей комнаты на носочках вышел мой ребенок.

— Пр… — улыбнулся я, но малыш приложил палец к губам, подбежал ко мне и зашептал в самое ухо:

— Тихо, мама запретила шуметь, они там с дядей заняты важными делами, а мне сказали спать. А я не хочу, — скрутив губы трубочкой, пожаловался малыш.

С сыном на руках я открыл дверь в нашу супружескую спальню и сразу прижал к себе ребенка, чтобы он не видел творящегося на нашей кровати беспредела. Я стоял на проходе и равнодушно наблюдал, как моя жена, которая терпеть не могла минеты, страстно отсасывала какому-то хмырю, довольно наблюдающим за ее действиями. Его лицо показалось смутно знакомым. Сначала я не сообразил, где мог его видеть. А через мгновение меня осенило: сын. Он был точной копией этого хмыря. Вот гадство!

— Заканчивайте побыстрее ваши сверхважные дела, нам есть что обсудить, — спокойно произнес я. Хмырь на кровати зашипел от боли. Видимо, моя благоверная от страха ему причиндалы прокусила. Ничего, жить будет. Не все коту масленица. Довольно улыбаясь, я отнес сына в комнату, уложил его в кровать, поцеловал в висок и пожелал приятных сновидений. Малыш улыбнулся, закрыл глаза и затих.

Я ушел на кухню, поставил чайник и стал дожидаться жену. Она вышла с видом побитой собаки. Я не дал ей и слова сказать, начав свою речь:

— Я прощу тебе подлость и измену, потому что мне на тебя плевать, я прощу тебе обман с сыном, так как уже увидел, чей это ребенок, но простить почти пять лет, которые на тебя угробил — это выше моих сил. Завтра я подам на развод. Думаю, ты подпишешь нужные документы. В противном случае, я поведаю и твоим, и своим родителям о твоих махинациях.

Лика ничего не сказала, только с трудом кивнула головой. Может она и хотела что-то произнести, но я не дал ей такой возможности. Выключив чайник, так как резко расхотелось пить чай, я отправился в зал, закрылся там и упал на диван, скинув только пиджак. Так и уснул.

А утром меня разбудил звонок. Спросонья не понял сначала, кто звонит, только мычал в ответ на приглашение в кафе нечто невразумительное. Краем сознания зафиксировал информацию: куда и во сколько мне надлежит прибыть, а потом снова отключился, у меня в запасе еще три часа.

Проснувшись через час, переоделся, принял душ. В квартире никого не было. Впрочем, вещей Лики тоже не наблюдалось. Вот и замечательно. Неужели я смогу насладиться свободой? Черный кофе без сахара поднял настроение до отметки «отлично». Надев другой костюм, отправился на встречу в кафе. Кто звонил и по какому делу, я так и не сообразил.

В кафе прибыл аккурат к назначенному времени. Вошел внутрь и осмотрелся. Внутри забурлило возмущение. За столиком возле дальней стены сидел Станислав Игоревич. Что ж ему все неймется? Первое желание было развернуться и уйти. Но я посчитал это бестактностью, как-никак наша кампания сейчас тесно сотрудничает с его фирмой. И проявить неуважение — чревато.

Уверенной походкой двинулся к мужчине. Присел за стол и выжидающе застыл. Он не спешил начинать разговор. Смотрел прямо в глаза, словно чего-то ждал. Не дождался.

— Тебе не интересно, для чего я тебя пригласил? — усмехнулся он, я только отрицательно мотнул головой, не удосужившись ответить. — А я все-таки скажу.

Мне показалось, что ничего хорошего я не услышу. И оказался прав. Он достал конверт и положил его на стол, помедлил немного, а потом щелчком отправил его по поверхности стола ближе ко мне.

— Посмотри, что в нем, — приказал Станислав Игоревич. Я открыл конверт и… фотографии выпали из моих рук. На них была изображена Лика в разных позах с разными мужиками. Но что самое поганое, в стороне сидел мой сын и наблюдал за действиями матери. Мне стало гадко и противно. Будь сейчас жена рядом, без зазрения совести свернул бы ей шею.

— Ознакомился? А теперь к сути. Чтобы это не появилось на порносайте, я предлагаю тебе два месяца совместного проживания в моем доме, — без церемоний внес свое предложение мужчина. Я задохнулся. Мне было ровным счетом плевать на жену, пусть бы ее фото хоть на каждом порносайте выложили, но попавший в кадр ребенок…

— Зачем тебе это надо? — выдохнул я, стараясь выровнять дыхание. — Я не гей и никогда им не стану, — на всякий случай предупредил собеседника.

— Никогда не говори «никогда», — философски изрек народную мудрость мужчина. — Ты даже не пробовал, а так категорично отрицаешь.

— Послушайте, шантажом вы ничего не добъетесь, — зло процедил я. — Насильно мил не будешь, знаете такое?

— Все зависит от того, насколько велико желание, — кривая усмешка исказила губы Станислава Игоревича. — Мое — очень сильно, потому я приложу максимум усилий для достижения своих целей.

— Удачи вам в этом, — я порывисто встал из-за стола, собираясь покинуть кафе, но меня схватили за руку.

— Сядь! — властно произнес мужчина. — Мы не договорили. Итак, сейчас мы едем к тебе, ты собираешь необходимые вещи и переезжаешь на два месяца ко мне. Если за это время мне не удастся вызвать в тебе ответных чувств, я отпущу тебя и исчезну с горизонта.

Мне ничего не оставалось как согласиться. Только на миг злорадство подняло голову, предвкушающе заворочавшись внутри. Переехать-то я перееду, только устрою ему такую жизнь, что он сам попросит меня освободить жилплощадь. Я приложу максимум усилий, чтобы довести самоуверенного хама до белого каления.

Переезд не занял много времени. Уже через два часа я раскладывал вещи в выделенной для меня комнате в большом двухэтажном особняке Станислава. Во дворе я заметил бассейн. Не раздумывая, нацепил плавки и отправился купаться. Сидя в шезлонге, заметил в окне наблюдающего за мной хозяина дома. Усмехнувшись про себя, начал действовать.

Сладко потянулся, медленно снял плавки, провел по своему телу руками, погладил член, легонько потеребил яйца, а после этого согнулся, повернувшись задом к дому и к окну, из которого за мной наблюдали, поднял с земли брошенные плавки и положил их на шезлонг. Поведя плечами, хрустнул сцепленными в замок руками и медленно, едва ли не виляя бедрами, как это делала Лика, когда пыталась меня соблазнить, двинулся к воде.

В воду вошел плавно, брызг почти не было. С наслаждением начал плескаться в теплой воде. А когда собрался выходить, заметил сидящего на бортике Станислава. Вот черт! Я же голый! Закралась паническая мысль, но я ее отогнал. Чего он там не видел, у самого такие же причиндалы между ног болтаются. К тому же, доводить, так по полной программе.

Подтянувшись на руках, запрыгнул на край бассейна, бодро подскочил на ноги под пристальным разглядывающим взглядом хозяина дома. Медленно подошел к шезлонгу, наклонился и взял полотенце.

— Еще пара таких нагибаний, и я не сдержусь, — хрипло произнес Станислав. — Ты специально меня провоцируешь?

— И ты меня изнасилуешь против моей воли? — насмешливо спросил я, не предпринимая попыток скрыть наготу.

— Изнасилование подразумевает как раз трах против воли, — наставительно произнес собеседник. Он быстро, со звериной грацией, приблизился ко мне. В первое мгновение я испугался, но с места не сдвинулся.

Он протянул руку и провел подушечкой пальца по моей влажной груди, опускаясь все ниже. Я недоуменно приподнял бровь. Но его нимало не смутило мое недоумение. Взяв мой вялый член в руку, он несколько раз дернул его вверх-вниз. Эффекта ноль. Дальнейшее его действие повергло меня в шок. Встав передо мной на колени, он заглотнул член, не сводя с меня глаз. Я задохнулся от непривычных эмоций. Но больше всего меня поразило то, что отвращения не было. Мужик делал мне минет, а я его даже не отталкивал. Хотя вынужден признаться, что делал он его мастерски.

Я прикрыл глаза, откинув голову назад. Отдался наслаждению. Почувствовав приближение оргазма, задвигался быстрее, толкаясь глубже в рот Станислава. Но… Он отстранился, встал, усмехнулся и направился прочь, оставляя меня в таком плачевном состоянии.

— А говорил, что не гей, — обернувшись, бросил хозяин особняка. — Был бы натуралом, оттолкнул бы меня.

Я стоял столбом, глядя то на мужчину, то на свой член, требующий внимания. Слова Станислава до сих пор крутились в голове. А ведь он прав, черт бы его побрал. Неужели я такой же, как он? Я бессильно опустился в шезлонг, обхватил голову руками и с тоской посмотрел на медленно опадающий член.

Времени у меня было много, и я занялся самокопанием. За всю свою жизнь я никогда не обращал внимания на мужчин. Хотя вынужден признаться, что и девушки меня привлекали не все. Красотки с четвертым-пятым размером груди вызывали отторжение, зато худые и с нулевым размером возбуждали знатно. А если еще и с короткой стрижкой — меня можно было брать тепленьким.

То, что вытворял сейчас Станислав, нехило возбудило. Я, конечно, попытался отмазаться сам для себя тем, что минет был выполнен мастерски, хоть и мужчиной, но сам же отмел свои отговорки. Как правильно выразился хозяин особняка, был бы натуралом, я бы ему в морду вмазал уже за одну попытку ко мне прикоснуться, я же, напротив, еще и удовольствие получал.

Вот гадство! Я хлопнул кулаком по подлокотнику шезлонга, встал и с разбега прыгнул в бассейн — мне необходимо было остудиться.

Следующая неделя оказалась для меня пыткой. Станислав каждый раз так и норовил то облапать, то чмокнуть в щеку. Я стал дерганным, злым, но скорее на себя, так как осознавал, что я представляю на самом деле. Серега с усмешкой наблюдал за мной, не пытаясь влезть в душу. У нас давно было негласное правило: захочет — расскажет, нет — лезть с расспросами бессмысленно. И в один из дней я сорвался и поделился с другом своей проблемой. Объяснил, насколько погано себя чувствую из-за влечения к Станиславу. Серега не стал ругаться, материться, бить мне в морду — хотя, может, это здорово и отрезвило бы меня — он просто сказал:

— Есть обстоятельства, которые от тебя не зависят никаким боком. Иногда любовь не различает пола. И самого натурального натурала способна накрыть с головой, подсунув ему объект своего пола, будь то девушка или парень. Так что, расслабься и получай удовольствие.

Как ни странно, но стало легче. Правда, бросаться в авантюру с отношениями я не спешил, все еще приглядывался к Станиславу, который, словно почувствовав перемены во мне, стал более настойчивым. И я сдался…

После окончания срока, установленного Станиславом, я собирал свои вещи. В душе царила тоска. Время слишком быстро пролетело, я и не заметил. Моей сказке пришел конец. Станислав провел со мной чудесную последнюю ночь, но ни словом не обмолвился о наших дальнейших отношениях. Значит, они ему не нужны, он добился того, чего хотел, а большего ему и не надо.

Сцепив зубы, чтобы не выдать своего состояния, я закинул сумку на плечо и вышел в холл. Подпирая косяк, меня ждал хозяин особняка.

— Ты твердо решил уехать? — глухо поинтересовался он.

— Другого предложения мне не поступило, — стараясь казаться равнодушным, пожал плечами я.

Резкий рывок. Станислав рядом со мной. Схватил меня в охапку, сбросил сумку с плеча и прижал к себе. Мы стояли обнявшись, я чувствовал, как быстро бьется его сердце, мое тоже готово было выскочить из груди.

— Останься со мной, — попросил Станислав, отстранившись. А потом достал из кармана кольцо, натянул его мне на палец. Точная копия была на его собственном.

Вместо ответа, я прижался к мужчине и поцеловал…