— Тимофей Константинович! Вы не забыли, что завтра у вас назначена встреча с главой «Корватса»? — напомнила мне моя секретарь, Лина, зная о моей забывчивости.

— Да, спасибо, что напомнила, — поблагодарил я девушку, попросив ее принести мне документы по этой компании и по ее главе в частности. Что она и сделала.

Все оставшееся время я изучал всю принесенную мне информацию. Мне надо было найти подход к этому человеку, чтобы он согласился заключить договор именно с нашей компанией.

Я работаю в рекламном агентстве и являюсь менеджером высшего звена по связям с клиентами. Без особого пафоса могу сказать, что наша компания процветает благодаря мне, так как моя говорливость и умение уболтать даже самого непримиримого, идет на пользу и мне, в финансовом плане, и компании.

Вот только с этим «Корватсом» у всех рекламных агентств произошли накладки. Кто бы ни пытался заинтересовать его главу — все потерпели фиаско. Он был непримирим. У всех вставал один вопрос: неужели его продукция не нуждается в рекламе? Это маловероятно. Но тогда почему он никогда не прибегает ни к чьим услугам? Я очень надеялся на свой профессионализм, который за пять лет работы я отточил до высочайшего уровня. И вот завтра мне предстоит попытаться. Уже одно то, что он согласился на встречу, говорило о многом, так как всем остальным он отказывал сразу, еще по телефону.

И сейчас мне предстояло досконально изучить эту личность, глядя на которую даже мурашки ползли по телу. И было от чего: смуглый жгучий брюнет с темными глазами, ледяным взглядом, который не предвещал ничего хорошего. Такой и убить может, и даже глазом не моргнет.

Волевой подбородок, губы тонкие, презрительно сжаты, тем самым показывая свое превосходство над окружающими. Нда…и с этим типом мне завтра предстоит встретиться? Брррр…Я, конечно, не робкого десятка, но этот Аркадий Карлович меня здорово пугал.

Засидевшись за документами, забыл о времени, разрабатывая тактику ведения завтрашних переговоров. Опомнился только тогда, когда позвонила моя девушка Лиля, с которой через неделю у нас свадьба. Она хорошая, милая, заботливая. Мы уже полгода живем вместе. А пожениться решили, когда она обрадовала меня тем, что скоро у нас будет ребенок. Хотя не стану скрывать, изначально меня эта новость повергла в шок. Я как-то не был готов стать отцом. Но потом примирился с этой мыслью. Если так разобраться, то двадцать семь лет — подходящий возраст, чтобы заводить семью. Единственная неувязка была в том, что Лиля мне всего лишь нравилась, но я ее не любил. А тут такое…Поэтому, как человек ответственный, я сразу же согласился на свадьбу.

И вот сейчас она звонила и взволнованно интересовалась куда я пропал. Сообщив ей, что скоро буду, потянулся до боли в спине. Я и сам не заметил, что все время провел в напряжении. После чего, собрав вещи, отправился домой успокаивать девушку.

Несмотря на то, что было уже поздно, она не спала, более того, была чем-то взволнована. Но на все мои вопросы отвечала односложно, порой невпопад. Но когда она отвернулась, не дав мне ее поцеловать, психанул уже я.

— Лиля! Что случилось? — раздраженно поинтересовался я.

— Ты еще спрашиваешь? — вызверилась она на меня. — Ты почти не находишься дома, не уделяешь мне внимания, и еще спрашиваешь, что случилось? — под конец она уже просто орала, зля меня еще больше.

— Знаешь, дорогая, я вообще-то пытаюсь работать, чтобы удовлетворить твои непомерные запросы, — холодно резюмировал я, отворачиваясь от нее. В последнее время мало того, что ее запросы возросли, так еще и количество истерик увеличилось. И они стали напрягать все больше.

Вот только, будучи оптимистом, решил списать ее волнение на предсвадебную лихорадку. Как оказалось позже, это была моя ошибка. В эту ночь впервые за полгода спали мы порознь. Ну и ладно, хоть высплюсь перед предстоящей встречей.

Утром, едва заскочив на работу, предупредил всех, в шутку конечно:

— Все, ребят, я на встречу. Если не вернусь, поставьте памятник, усыпанный каллами, — в тот момент я даже предположить не мог, насколько моя шутка окажется пророческой. Ребята пожелали мне удачи, похлопав по спине. А начальник нашего отдела заключил:

— Мы все верим в тебя! Удачи! — после чего мы хлопнули кулак о кулак со всеми, была у нас такая традиция, когда встречи обещали быть трудными.

Шутовски раскланявшись со всеми, поблагодарив за напутствие, я помчался на встречу, которая должна была состояться в одном из ресторанов города.

Приехал я раньше назначенного времени. Потому, очень удивился, когда, подходя к кабинке, услышал грубый голос мужчины:

— Послушай меня внимательно, я никогда не признаю этого ребенка! Ты уже нашла лоха, который на тебе женится. Что тебе от меня надо? — в голосе сквозило столько презрения, что даже я поежился, посочувствовав, судя по всему девушке, которая в тот момент находилась там.

— Я все равно добьюсь признания твоего отцовства, сделаю анализ ДНК. И тебе ничего другого не останется, — закричала девушка, а меня в этот момент основательно так тряхнуло. Лиля?! Что она здесь делает? И при чем тут признание отцовства от какого-то мужчины? Что она вообще несет? Или у нее основательно поехала крыша на почве предсвадебной лихорадки? Надо срочно восстанавливать. А то ведь скоро на всех бросаться будет.

— Я бы не советовал мне угрожать, — сквозь зубы процедил мужчина, — это, знаешь ли, чревато последствиями.

— Ха! И что ты сделаешь? Убьешь меня, так же, как всех неугодных тебе? — закричала девушка, как ни странно, но в ее голосе не было страха, зато у меня внутри все перевернулось.

Только сейчас до меня дошла истина, ага, как до утки, на пятые сутки. Это что получается? Ребенок, из-за которого я и согласился на свадьбу, вообще не мой? И лох, о котором говорил мужчина, это я и есть? Вот же стерва, что удумала! Хотела заставить меня признать чужого ребенка? Ну, уж нет. Теперь я на ней точно не женюсь. Зачем она мне такая сволочная нужна? Пусть ищет другого лоха. А я пас.

И тут я услышал звуки потасовки. Что там происходит? Послышался вскрик Лили, полный боли и ужаса. Не мешкая ни секунды, я ворвался в кабинку и застыл: на полу в неестественной позе лежала Лиля. На виске была кровь. Девушка не дышала, во всяком случае, грудная клетка не поднималась.

Склонившись над ней, прощупал пульс. Может еще не поздно. Но пульса не было. Подняв глаза на этого типа, который без всяких эмоций наблюдал за мной, я зло процедил:

— Ты убил ее! И понесешь наказание!

— А вот в этом ты ошибаешься, — ровным и холодным голосом произнес он, я только недоуменно посмотрел на него, и он продолжил, — я всего лишь случайный свидетель трагедии, разыгравшейся на моих глазах.

— Какой трагедии?! — я поразился его надменности и самоуверенности, убить человека и так себя вести…Это просто уму непостижимо.

— Самой обычной! — решил просветить он меня. — Молодой человек застал свою будущую жену в объятиях другого и, не выдержав такого зрелища, убил свою так и не состоявшуюся жену, а после, выхватив мой пистолет, застрелился сам.

— Ты что несешь? Какой пистолет? Какой застрелился? — от такой наглости я взорвался.

— Самый обычный пистолет, зарегистрированный, — при этом он неуловимым жестом извлек оружие на свет божий, я поежился. — А жив ты ненадолго! — после чего, не успел я слова сказать и глазом моргнуть, как этот тип подскочил ко мне, приставил пистолет к моему виску и…выстрелил.

Последней моей мыслью было: «Вот и пришел пипец котенку! А я даже не успел еще пожить!» После чего меня поглотила темнота.

Как же больно. Болит каждая клеточка тела. Что со мной произошло? Ничего не помню. С трудом приподняв голову, огляделся. Я лежал на какой-то лесной поляне, вокруг были огромные деревья с необычными широкими листьями и синими прожилками на них.

— Ого! У нас такого точно не было! — произнес я вслух, и только потом сообразил, что сказал. — Стоп! А где это у нас?

И тут моя голова просто взорвалась от потока информации, которая лавиной хлынула в мою больную голову. Я даже откинул ее назад на мягкую траву, не в силах держать ее на весу.

Когда память полностью восстановилась, я задумался. Меня же вроде убили, тогда где я сейчас нахожусь? И что за странные звуки раздражают мою больную голову?

Прислушавшись, понял, что кому-то хуже, чем мне. Невдалеке раздавался стон, полный боли и страдания. С огромным трудом попытался встать. Не получилось. Поэтому, встав на четвереньки, просто пополз в направлении стонов.

Голова еще кружилась. В тело будто втыкали тысячи иголок. Но я продолжал ползти. Звук становился все ближе. За пределами поляны, под одним из огромных деревьев лежал красавец ягуар. Его черная лоснящаяся шкурка была вся в крови. А сам он стонал, как человек.

Сам не зная почему, я даже испугаться не успел, подползая ближе, при этом замечая огромную рану на животе и на лапе. Мне стало жаль это гордое и прекрасное создание. Вот только что делать в случаях таких травм, я имел весьма поверхностное понятие.

Потому стал действовать наобум. Оторвав от своей рубашки несколько кусков, я обвязал сначала лапу животного, а потом стал обматывать рану, предварительно обложив ее листьями, как я думал подорожника. Очень уж были похожи листочки. И только потом замотал.

Все это время зверь смотрел на меня, как мне показалось, чересчур умными глазами. Но что со страху не привидится. Только желание помочь все же пересилило мой страх. А закончив с перевязкой, я стал медленно отползать от животного.

Но далеко уползти мне не дала лапа зверя, который каким-то образом мгновенно оказался рядом со мной, закинув на меня здоровую лапу и подтягивая меня к себе.

Пипец мне пришел. Сейчас слопают меня и не подавятся, хорошо если косточки останутся. Меня обуял такой страх, что зубы выбивали дробь. Но животное вдруг…лизнуло меня по щеке теплым шершавым языком.

От такой ласки мне стало не по себе. Я попытался отстраниться, но…кто же мне позволит? И тут я почувствовал, что под тяжестью начинаю задыхаться.

— Слышь, зверь, ты меня придушить решил в порыве благодарности? — с трудом прохрипел я, кое-как поворачивая к нему голову.

Ой, мамочки! Лучше бы я этого не делал. Ягуарчик в этот момент решил зевнуть и перед моим лицом открылась пасть с острыми клыками. Уууууу… Я же ему на один зуб. Загрызет и фамилию не спросит.

И в этот момент я наконец осознал, что моя смерть от выстрела, осознание которой пришло только сейчас, ничто по сравнению с тем, что меня сейчас загрызут.

Но зверь, как ни странно, убрал от меня свою лапу, но отодвигаться не стал, устраиваясь поудобнее у меня под боком. Я завис. Это чего получается, он меня понимает? Вот это номер. Умное животное? Собравшись было спросить об этом феномене, я даже попытался перевернуться, но тут рядом с нами раздался насмешливый голос:

— Какая идиллия! — я резко обернулся…закрыл глаза, снова открыл. Картинка не изменилась. Перед нами завис в воздухе парень с черными крыльями, которые развевались в то время, пока сей индивидуум, закинув ногу на ногу, осматривал нас.

Позади меня раздался такой рык, что у меня волосы зашевелились. Я уже даже не знал на кого из них мне смотреть. Ни зверь, ни этот крылатый, особого восторга не вызывали. Краем глаза скосив взгляд, я опять выпал в осадок. На спине этого зверя трепыхались крылья. Ни фига се…Они что, тут все крылатые? Поведя плечами, вдруг у меня крылья выросли, с сожалением ничего не обнаружил, потому продолжил наблюдать за одним и за вторым. Они оскалили клыки…Ой, мамочки, у того, который был вроде человеком, а вроде и нет, тоже оказался полный набор таких же клыков, от которых любой дантист будет в шоке.

— Ты кто? — немного осмелев, конечно, такая защита позади меня лежит и рыкает, поинтересовался я у парня. Тот нагло меня осмотрел, спрятал клыки и расплылся в улыбке во все тридцать два.

— Я? Алиат. Наследник клана Тарианов, — церемонно представился он, даже снизошел до наклона головы. А я пытался сообразить, вот как мне ему сказать о том, что его пафосность излишня. Я все равно не имею ни малейшего представления о том, что это за клан такой, Тарианы. Но видя, что парень продолжает ждать хоть какой-то реакции, я тяжело вздохнул и произнес:

— А я Тим. Только я не знаю кто такие Тар…Тур… Я забыл, извини. В общем я не знаю твоего клана, — метаморфозу, которая стала происходить с юношей надо было видеть. Его глаза стали в пол лица. Он смотрел на меня так, как на врага народа. Был бы в руках автомат, точно бы расстрелял. Сзади послышались какие-то хрюкающие звуки. Повернувшись к зверю, спросил, — а ты чего вдруг захрюкал? Или я ошибся и ты не ягуар, а покрашенный под него свин?

Теперь уже передо мной раздался оглушительный хохот. А кошак, состроив обиженную морду, отвернулся. Я уже просто не знал на кого мне смотреть. Переводил взгляд с одного на другого. Не выдержав, вскочил на ноги, и зло глядя то на одного, то на другого, выпалил:

— Может мне кто-нибудь объяснит, где я нахожусь? Куда я вообще попал? И кто вы такие? Один в воздухе виснет, другой сначала кровью истекает, потом крылья распускает, еще и умный зверь к тому же. Что вообще происходит? У меня полный перегруз информации. Сервер сейчас точно будет недоступен от такой нагрузки, — во время моей тирады оба смотрели на меня, открыв рот. Судя по-всему, я ввел их в ступор.

— А ты вообще откуда? И что за непонятные слова ты сейчас произнес? — первым отойдя от шока, осторожно, будто разговаривая с душевнобольным, поинтересовался Алиат.

— Я первый задал вопрос, — непонятно почему, но я не спешил выдавать информацию о себе. Ожидая, пока мне ответят, я стал осматриваться вокруг и только тут до моего слуха донеслись звуки водопада, который явно был где-то поблизости. Мне отчего-то до чесотки по всему телу захотелось искупаться. О чем я и сообщил этому парню и зверю.

Те без всяких возражений последовали за мной. Точнее, парень шел впереди меня, а зверь позади. Как под конвоем, блин. Арестовали они меня, что ли? Ладно, с этим потом разберемся, а сейчас купаться.

Шли мы недолго. И вот деревья вдруг расступились перед нами, и я поразился красоте, представшей моим глазам. На огромной поляне, окруженной со всех сторон высокими гигантами, с невысокой скалы в небольшое, чистое, как слеза, озеро, низвергал свои воды водопад. Брызги воды, разлетаясь в стороны, искрили на солнце, переливаясь разными цветами радуги. Подойдя ближе, можно было увидеть каменистое дно, где кое-где проплывали странные разноцветные рыбки, виляя большими плавниками.

— Какая красота! Как жаль, что у меня нет с собой камеры! — воскликнул я, совершенно забыв, что я не дома. И только потом, сообразив, обернулся, чтобы посмотреть на этих двоих. Они, как и ожидалось, смотрели на меня, открыв рот. Нда…И где я нахожусь, что эти даже не слышали о камере? Ну, ладно зверь, ему по штату не положено, но этот тип… С каждой минутой все становится все страньше и страньше, как говорилось в одной из известных детских сказок.

Больше ни о чем не думая, я стал лихорадочно скидывать с себя одежду, не замечая ничего вокруг. Раздевшись до плавок, хотел было поинтересоваться, пойдет ли со мной кто-нибудь, но пришел в ужас. И зверь, и этот тип смотрели на меня таким плотоядным и голодным взглядом, что я поежился. Не выдержав, спросил:

— Э-э-э-э-э… Вы чего это? Съесть меня собрались? Так я не вкусный, я костлявый, честно, — от моей реплики, тип с крыльями стал хватать воздух, как рыба, выброшенная на берег. Он открывал и закрывал рот, силясь что-то сказать. Но у него не получалось. Ну и ладно. Пусть пока подберет слова, а я пока искупаюсь.

Водичка оказалась в меру прохладной, что меня очень даже устраивало. Вволю наплававшись, я подплыл к водопаду и стал под упругие струи воды. Было так хорошо ощущать эти потоки на своей спине. Отличный массаж получился, расслабляющий. Чистый и обновленный я собрался было вылезать из озера, как глянул на свое отражение…И чуть не заорал. Это вообще кто? Это не я! Или я?! Черты лица вроде и мои, но в тоже время и не мои. А уши вообще отдельная тема. Они были слегка заострены. Из ярко-рыжей шевелюры, которая у меня была раньше, я превратился в жгучего брюнета. Глаза стали темными, как ночь, а были голубыми. Губы…мои тонкие губы, вдруг стали слегка пухлыми, как будто мне их силиконом накачали. Скулы слегка заострились. Из воды на меня смотрел ну очень красивый парень.

Я, конечно, никогда уродом себя не считал, но то, что смотрело на меня из зеркальной глади воды, поразило даже меня. Это было совершенство. Единственное, что меня порадовало, так это то, что моя модная, стильная стрижка осталась при мне, несмотря на смену цвета волос. Выходя из воды, посмотрел на оставшихся на берегу. Нда… И снова эти взгляды, которые меня стали напрягать.

Я уже было собрался игнорировать их, как Алиат, пристально глядя мне в глаза, задал вопрос:

— Тим, ты будешь моим мужем? — все, вот это точно полный писец. Каким таким мужем? Он что, головой ударился? Я девушек люблю.

Я несколько минут непонимающе смотрел на крылатого. И только потом, пытаясь сообразить, что же я не так понял, поинтересовался:

— Это как? — он усмехнулся и ответил:

— Обычно. Я предлагаю тебе брак, — меня даже передернуло от такого. Вот так просто предлагает брак, как будто говорит о погоде.

— А ничего, что мы оба как бы парни? — на всякий случай уточнил я. Теперь на меня смотрели ну очень удивленно, как будто я сказал, что вокруг нас трава не зеленая, а синяя.

— И что? — а ведь он реально не понимал, что тут такого. — Именно потому, что парни, я и предлагаю тебе брак, — да-а-а-а-а…чувствую, что сейчас некоторое время моим вторым именем будет даун, так как я абсолютно ничего не понимаю.

— Так! Надо сесть, успокоиться… — бубнил я себе под нос, эти двое молчали. Ну, зверь-то молчал по определению, а вот этот тип настороженно глядел на ставшего вдруг дергаться нервного меня и не произносил ни слова. Оба ждали.

Я присел на травку, откинул голову назад. Меня все еще била нервная дрожь, но я пытался несколько раз глубоко вздохнуть и выдохнуть. Глаза пока были закрыты. Открывать я их не спешил, так было чувство, что сплю и мне это всего лишь сниться. А вот сейчас проснусь и окажусь дома, в своей кровати, еще и посмеюсь над глупыми снами.

Так! Расслабился. Успокоился. Теперь открываем глаза…снова закрываем. И так несколько раз. Увы! Картинка не менялась. Я продолжал находиться на той же поляне, рядом со зверем и этим непонятным летуном. И только теперь пришло осознание всей правды, что я попал, причем по-крупному. Оказался неизвестно где, неизвестно с кем. Да еще и мужем ни за что, ни про что хотят сделать. Какой, на фиг, муж!? Я девушек люблю!

Обведя этих двоих шальным взглядом, я прочистил горло. Подумал с чего начать и выпалил:

— А теперь рассказывай! Где я нахожусь? Что это за мир? Кто ты вообще такой? Почему и у тебя, и у него крылья? — я имел ввиду того самого ягуара, который спокойно лежал у моих ног, смотря на меня пристально и…как-то странно.

— А-а-а-а-а… — протянул крылатый, не соображая с чего ему начать. И что рассказывать. — Ты что, даже не знаешь где находишься? — поразился он, а я согласно кивнул. — Но тогда как ты здесь оказался?

— Не знаю! Упал. Потерял сознание. Очнулся уже здесь. А где это здесь, не имею ни малейшего понятия, — на одном дыхании выпалил я. Что-то все еще сдерживало меня от раскрытия того, откуда я прибыл и каковы были причины.

— Ничего себе! — воскликнул Алиат. — И что, совсем-совсем ничего не помнишь? — я на это утвердительно кивнул. Тогда-то этот тип стал рассказывать: — Этот мир называется Эйвиал. Он поделен на четыре материка. На одном из них живут эльфы: светлые — в лесах, и темные — в горах. К ним доступ закрыт, они никого к себе не пускают без особой надобности, считая себя Перворожденными, требуют к себе максимум уважения и почета, хотя… — тут юноша скривился. — Ничем это все не заслужили. Поэтому, мы стараемся с ними лишний раз не пересекаться. На втором — гномы и люди. Туда доступ открыт всем. Тем более, что у нас идет очень бойкая торговля с гномами, которые являются прекрасными оружейниками. А оружие нам очень необходимо. На третьем — наги и драконы. К последним, как к самым мудрым существам, обращаются все за советом. Они никогда ни в чем не отказывают. Более того, благодаря им в нашем мире царит спокойствие, нет войн и нападений из других миров. Они удерживают защиту, не позволяющую никому к нам проникнуть. А вот на четвертом сейчас находимся мы. Здесь обитают оборотни и вампиры.

— Но ведь они не ладят между собой! — вставил я свою реплику, так как книги фентэзи я люблю, и именно там писали, что оборотни с вампирами извечные враги. И постоянно грызутся между собой.

— Ну, особой дружбы между нами нет, но и войны тоже, — пожал плечами Алиат. А до меня вдруг дошла истина. Это что же получается? Этот тип и есть вампир?

Крылатый кивнул головой. У-у-у-у-у-у… я уже вслух думать начал. Надо срочно восстанавливать свое душевное равновесие. А то так и до раскрытия своей тайны недалеко.

— А что, вы и кровь пьете? — наивно поинтересовался я. Ну, а что? Должен же я все узнать. А вдруг он меня сейчас высушит до дна? И мой второй шанс на новую жизнь накроется медным тазом. И еще неизвестно куда меня забросит снова, если, конечно, забросит.

— Конечно! — вампир не мог понять, что меня так удивило. Зато я весь передернулся и машинально попытался отодвинуться подальше. Заметив это, крылатый поспешил меня успокоить: — У нас всегда в запасе есть донорская кровь. Тем более, что она нам не так уж часто необходима. Раз в неделю, если молодой вампир, и раз в месяц, если это древний, — а вот это уже радует. Значит, можно продолжать, не боясь скорой смерти.

— А обычную пищу вы можете есть? — мне было интересно все. Страх исчез, теперь я решил пользоваться возможностью и все узнать из первоисточника. Ведь книги — это одно, ни один из авторов никогда не видел ни одного вампира, потому и писали наобум, а тут такая возможность: сравнить реальность и выдумки.

— Естественно. Иначе мы бы просто умерли с голоду, — решил отвечать на все мои тупые вопросы тот, при этом ему осталось только пальцем у виска покрутить, такой у него был взгляд.

— Так вы не бессмертные? — немного расстроился я. Даже тут авторы наврали. Все оказалось намного прозаичнее.

— Хм, странный вопрос, — задумался на миг вампир. — Живем-то мы вечно, сами не умираем. Но вот убить нас вполне можно. Так что, бессмертными нас точно не назовешь. Мы скорее долгожители. Хотя… — он пытался что-то вспомнить. — Знаешь, все-таки наш основатель, Князь, он действительно бессмертный и неуязвимый. Вот его убить нельзя. Это точно, — заключил он. — Многие пытались, так как в этом случае вся сила переходит тому, кому удастся убить древнейшего основателя, но ни у кого ничего не вышло. Все потерпели фиаско, сложив свои неразумные головы.

— Хорошо. А вы кусаете людей? Обращаете их в вампиров? — пошел я дальше со своими расспросами. В этот момент выражение лица парня надо было видеть. Он, бедный, чуть воздухом не подавился.

— Зач-ч-ч-чем? — с трудом выдавил он из себя. — Наш клан не принимает чужаков. И обращать может только Князь, и то, в том случае, если вдруг человек окажется парой вампира. Но это должна подтвердить Богиня в Храме. Иначе, никакого обращения не будет. Люди очень алчны, они мечтают о долгой жизни, потому и устраивают походы с просьбами обратить. И идут на любые ухищрения ради этого.

— А девушек в вашем мире много? — ну да, знаю, больная тема. Кто о чем, а я о них, родимых. Должен же я как-то планировать свое будущее.

— Есть, конечно, и девушки, но их очень мало, так как в основном у нас мир мужчин. Если рождается особь женского пола, то ее, как бесправное существо, не имеющее право голоса, сразу же выдают замуж за одного из вассалов, который на это согласится, — любезно ответил мне вампир, пока еще не понимая зачем мне это надо. Зато меня эта информация расстроила.

— А кто же вам тогда детей-то рожает? — отчего-то этот вопрос меня резко взволновал. Я и ждал, и боялся его ответа.

— Известно кто. Супруги и рожают. Что за семья без детей, — как прописную истину, озвучил юноша. А я уже окончательно прифигел. Мужики? Рожают?! Но это же нонсенс! Вот это я попал, так попал. Вот рожающих мужиков мне только и не хватало.

— Как все сложно, — заключил я. — А чем вы вообще занимаетесь? Производство? Торговля? — мне было интересно все. Я пока решил отойти от темы мужских браков, очень уж она меня напрягала. Мне было как-то не по себе. Нет, против геев я ничего не имел, но сам им становиться как-то не хотел. Это же… Бр-р-р-р-р…

Но в эту минуту я почувствовал, что мои глаза стали слипаться. Видимо сказалась слишком большая нагрузка, как на организм, так и на мозг. Слишком много потрясений на одного меня, вот и произошел полный перегруз организма и воспаленного мозга.

— Сейчас тебе лучше отдохнуть, а потом я тебе все расскажу дальше, — заметив мое состояние, произнес вампир.

— Не вздумай ко мне прикасаться, — уже с почти закрытыми глазами, угрожающе заметил я, прижимаясь к теплому и мягкому боку зверя, который, будто защищая меня от всех напастей, укрыл своим крылом. — А то порву. Я не люблю мужчин. Мне больше девушки нравятся.

Это было последнее, что я произнес, проваливаясь в сон.

Снилась мне Лиля, которая с упреком смотрела на меня и качала головой. Только сейчас она совершенно была не похожа на себя прежнюю. Ее лицо отчего-то было черным. Глаза впали в глазницы, рот перекошен, половина зубов гнилые. Фух! Меня даже передернуло от такого зрелища.

— Зачем ты нас убил?! — провыла она, а я вскинулся от возмущения. Что она вообще несет? Это же не я ее убил, более того, еще и сам пострадал от этого.

— Ты же знаешь, что это сделал не я. Зачем наговариваешь? — устало поинтересовался я. Спорить с ней не хотелось.

— Зато ты сейчас жив-здоров, а мне приходится гнить в земле, не имея права на второй шанс, на вторую жизнь, — зло оскалилась она. После чего резко бросилась на меня. Закричав от неожиданности, я проснулся и с ужасом стал оглядываться кругом. Фух! Пронесло.

Я находился в том же мире, куда меня забросила Судьба. От моего крика и зверь, и вампир резко подскочили и стали оглядываться, пытаясь понять, что меня так напугало.

— Сон, — пояснил я. — Мне приснился страшный сон, — пытаясь стряхнуть его остатки, резко мотнул головой. А в следующую минуту мозг пронзила мысль, которую я и решил озвучить: — Господа хорошие, это, конечно, все хорошо. Но где же я жить-то буду? И чем мне заниматься? — второй вопрос озвучил скорее для себя, нежели для них.

— Так я же тебе предложил выход! — хитро прищурился вампирюга, а мне резко захотелось стукнуть его чем-нибудь, желательно потяжелее.

— Не дождешься, — твердо и уверенно изрек я, — как уже говорил и не раз, я девушек люблю. Все! Баста! Эта тема закрыта. И больше мы к ней не возвращаемся. Ясно? — кивнули отчего-то оба. Странно, а зверь-то тут причем? Вот чем-чем, а зоофилией я точно не страдаю. — И вообще, есть хочу, — сменил я тему. Так как в эту минуту желудок выдал такой концерт по заявкам, что мне даже стало неловко. А, сами виноваты. Нечего морить голодом бедного, несчастного меня.

В руку мне толкнулась морда ягуара, который, встав, мотнул головой, показывая идти за ним. Я и пошел. Уже зная, что вреда он мне точно не причинит, не то что эта клыкастая морда, которая усиленно пытается склонить меня к браку, от которого я совсем не в восторге.

Шли мы довольно продолжительное время. От голода немного кружилась голова, но я, сцепив зубы, продолжал двигаться. Наконец, перед нами показался домик, довольно симпатичный снаружи. Два этажа, ставни резные, на них были вырезаны ягуары в прыжке. Красивое зрелище. Дверь, сразу видно, массивная. На ней висело кольцо с головой, опять-таки, ягуара. На окнах висели кремовые шторы. Сам домик был белого цвета. Странно. Даже не поймешь из чего он сделан.

Лужайка мне тоже понравилась. Две клумбы, на которых росли красивые, но неизвестные мне цветы, которые я видел впервые. Дорожка к дому была выложена булыжником, я такие видел на картинках по истории. Но все было очень ухоженно и радовало глаз.

Подойдя к двери, зверь толкнул ее, от чего она сразу же открылась. Я немного приоткрыл рот. Они что, вообще не запирают дома? А если воры? Неужели у них такой честный народ, что не полезет в чужой дом? Верится, но с трудом. Вопросов пока задавать не стал, рано. Вдруг окажется, что внутри охрана, вооруженная до зубов, тогда и вопросы сами собой отпадут. Но, стоило нам войти, как оказалось, что дом абсолютно пуст. В нем никого не было.

— А что, он никем не охраняется? — не удержался-таки, спросил. — Или у вас воров нет? Настолько все честные? — когда раздался хохот вампира и некое похрюкивание зверя, я вздрогнул от неожиданности. И вот что я такого спросил, что их это развеселило? Вполне закономерный вопрос.

— Воры есть везде, — решил сделать мне одолжение и ответить крылатый. — Вот только сюда они не сунутся, побоятся. Потому эти дома и не запираются.

— А кого или чего они побоятся? — не унимался я, так как внятного ответа так и не получил. И тут ягуар предостерегающе зарычал на Алиата. Не понял. Это что, мне не хотят чего-то говорить? Что за тайны Мадридского двора?

— Чуть позже ты обо всем узнаешь. Не все сразу, — попытался увернуться вампир, но не тут-то было. Я, как баран, пер напролом.

— Неа, так не пойдет. Лучше сказать об этом сразу. Ведь, как я понял, вы хотите предложить мне здесь жить? — на согласный кивок я почти не обратил внимания. — Ну вот, а если мне здесь жить, то имею полное право узнать в чьем доме я буду жить. А вдруг меня хозяин возьмет и выгонит, — все больше распалялся я. Меня несло в неведомые дали.

— Не выгонит, — твердо заявил Алиат, причем так, что у меня даже желание отпало дальше спрашивать. Его глаза вдруг заблестели, клыки удлинились. Ой! Кажется меня сейчас есть будут. Но тут сбоку зарычал зверь и вампир очень быстро стал опять белым и пушистым. Нда, высказался. Вампир — белый и пушистый. Это точно из области фантастики.

Не дав мне больше и рта раскрыть, видимо их обоих уже достали мои вопросы, ягуар потащил меня, вцепившись в край рубашки, дальше. Я не стал сопротивляться. Войдя в комнату, зачарованно замер. Посреди стоял стол, а на нем чего только не было. И целиком зажаренная птица, и несколько видов каких-то салатов и нечто, похожее на наши отбивные, только почему-то синего цвета. Это что, животинка, из которой делали эти отбивные, умерла от старости? Или от болезни? Что-то мне это даже пробовать не хочется. А вот все остальное вызывало обильное слюновыделение.

Вопросительно глянув на этих двоих и получив согласный кивок, сразу же направился к столу. Хотелось всего и сразу. Но воспитание пересилило, и я стал аккуратно поглощать пищу, медленно разжевывая каждый кусочек и пытаясь понять, что ем. Зря старался. Все равно ничего не понял. Но все было очень вкусно, мне понравилось. А еще и сытно. Так что, голод я утолил быстро.

Расслабившись, откинулся на спинку высокого стула, и погладил себя по животу. И только тогда смог основательно рассмотреть остальную часть интерьера, которую я пропустил, увидев накрытый стол. Вампир продолжал есть. Но что меня поразило больше всего, ягуар, сидя на стуле, прекрасно орудовал лапами, аккуратно закидывая кусочки мяса в пасть. Ни фига себе! Вот это зрелище.

Интересно, когда я перестану чему-нибудь поражаться и удивляться. Наверное только тогда, когда окончательно освоюсь в этом мире. Теперь, на полный желудок можно и дальше послушать о мироустройстве и определить для себя направление деятельности. Я больше чем уверен, что о рекламе здесь точно никто не слышал. Вот и буду первым и единственным в своем роде. Было бы что рекламировать, а подать идею мы сможем отлично. Да и клиентов можно будет найти. Я отчего-то был в этом уверен.

Дождавшись пока оба насытятся, чтобы не отрывать от процесса поглощения пищи, я, наконец, задал свой вопрос:

— А теперь ты мне расскажешь о том, кто и чем здесь занимается? Мне это надо для дела и для общего развития.

— Странный ты, — заключил Алиат. — Сам ни о чем не рассказываешь, только спрашиваешь. Мы ведь даже не знаем кто ты и откуда. Даже твою сущность никак не получается определить, — произнес вампир, принюхиваясь.

— Что значит, не можешь определить? — удивился я. — Я самый обычный человек. Больше никем не могу быть. Или я чего-то не знаю.

— Нет, ты определенно не человек, — констатировал юноша, чем снова вверг меня в ступор. Что значат его слова? Как это не человек? А кто же я тогда?

В комнате повисла пауза. Каждый что-то обдумывал. Я, например, думал о словах клыкастого о своей уже нечеловеческой сущности и не мог понять, как могло такое произойти, что я, оказавшись в этом мире, вдруг перестал быть человеком. О чем думал крылатый пока не знаю. Но его взгляды меня однозначно смущали, заставляя покрываться краской. Слишком откровенные, раздевающие и плотоядные, они выводили из себя. Так и хотелось стукнуть его, чтобы выбить из его головы даже мысли о моем совращении.

И тут снова зарычал зверь. Вампир, глядя на него, ухмыльнулся, а я только непонимающе переводил взгляд с одного на другого. Свою ухмылку клыкастый озвучил просто:

— В этом доме всего две кровати. На которой из них будешь спать ты? — ничего не понял. Что значит на какой из них?

— А есть принципиальная разница? — на всякий случай уточнил у него.

— Конечно, — откровенно расхохотался он. — С кем из нас ты будешь спать? — он что совсем с дуба рухнул? Это что еще за вопросы?

— Это как понимать? А вы вдвоем никак? — он отрицательно мотнул головой, наблюдая за мной во все глаза. — А домой ты свалить не хочешь? Как раз одна кровать освободится, — предложил я еще один альтернативный вариант, он тоже, ничего не объясняя, отрицательно мотнул головой. — Ладно, тогда с ягуаром, — заключил я, не понимая от чего эта клыкастая морда так ехидно заулыбался.

Не став заморачиваться по поводу этой ухмылки, спокойно обследовав спальню, в которой предстояло спать, пришел к выводу, что мне тут очень нравится, да и кровать была, как футбольное поле, гигантских размеров, так что, переживем. Единственный вопрос, который меня волновал, это почему зверь должен спать на кровати, а не на коврике, но пока спрашивать не стал. Вдруг у них здесь звери такие привилегированные, что могут спать на кроватях, а я влезу не в свое дело.

На ночь я принял душ, точнее, его подобие. Очень интересная штука, магическая. Становишься на поддон, и из потолка на тебя льется вода, да еще и тело само становится мыльным. Вот только если бы оно еще и мылось, было просто супер, а так мыться пришлось самому.

Чистый, приятно пахнущий, я запрыгнул в кровать, подтянул к себе зверя, как плюшевого медведя, и уснул сладким и спокойным сном.

И только утром до меня дошел смысл ехидства вампира, когда, открыв глаза, с ужасом заметил, что я прижимаю к себе обнаженное тело. Все могло бы быть замечательным, если бы это тело было женским, но…оно оказалось мужским.

С воплем подскочив с кровати, я во все горло завопил:

— А-а-а-а-а-а-а… Ты кто?! Где зверь?!

— Я и есть он самый, — улыбаясь во все тридцать два, подперев голову рукой и глядя на меня, заметил парень. Мой мозг такого не выдержал. Я медленно опустился на пол и впал в прострацию. Вот только еще одного озабоченного на мою голову или, точнее, на некую часть тела, не хватало. Надо срочно делать отсюда ноги или загрузить их обоих по полной программе, чтобы они и думать забыли о моем соблазнении.

Долго сидеть не стал. Придя к такому заключению, встал и гордой, непринужденной походкой направился в другую комнату. При этом, глянув на обнаженного парня, посоветовал:

— Прикройся. И топай за мной. Дело есть, — после чего, больше не глядя на него, быстренько ретировался.

В гостиной, как я ее назвал для себя, в кресле уже сидел вампирюга и хитро улыбался. В эту минуту у меня возникло желание вцепиться в его лицо всей пятерней, чтобы стереть эту наглую ухмылку. Вместо этого, с максимальным достоинством, стараясь не замечать его взглядом, я сел в кресло напротив. Закинул ногу на ногу и приготовился ждать того, другого, который некогда был зверем. Долго его ждать не пришлось. Он появился минут через семь-десять.

На нем была длинная туника, подвязанная какой-то веревкой. Ни штанов, ни шорт не было. Ноги тоже остались босыми. Он, особо не заморачиваясь, сел прямо на пол. Теперь я смог его рассмотреть. Каштановые волосы топорщились в разные стороны, на плече была татуировка огромной черной пантеры в прыжке и с раскрытой пастью. Еще тату было на лице, но это его, как ни странно, не портило. В одном ухе была серьга, довольно интересная: похожа на кость. Глаза с вертикальным зрачком были желто-зеленого оттенка. Необычно как-то. Но в следующую минуту, заметив, что я его пристально разглядываю, его глаза стали обычными, человеческими. Губы тонкие, нос прямой. В целом парня можно было бы назвать красивым, если бы я был ценителем мужской красоты. И это просто констатация факта. Тело оказалось довольно накачанным, сильным, натренированным.

Когда все расселись по своим местам, я, глядя то на одного, то на другого, задал вопрос, на который мне обещали ответить, да видно забыли.

— Итак, господа хорошие, я спрашивал об устройстве этого мира, кто и чем занимается из рас. Мне очень интересно это знать. Расскажете? — оба парня синхронно кивнули головой. Начал вампир, второй же, как оказалось, оборотень, пока молчал.

— Только если ты пообещаешь рассказать нам кто ты и откуда, — стал торговаться вампир, а оборотень согласно кивнул при этом.

— Только если вы оба прекратите меня донимать вашими соблазнениями и нелепыми предложениями, — включился в торговлю я.

— Почему? — подал голос оборотень, недоуменно глядя на меня.

— Потому что я не хочу быть соблазненным мужчиной, — терпеливо стал объяснять, как малым детям. — Я к этому не готов и не знаю, буду ли готов когда-нибудь. Вы можете стать просто друзьями, но… — заметив блеск глаз обоих, закончил, — если прекратите домогательства.

После моих слов оба поникли, но им ничего не оставалось делать, как согласно кивнуть. И только потом вампир начал излагать. Я слушал молча, прокручивая в голове варианты своей будущей компании. Из всего рассказанного, я уловил следующее: эльфы светлые занимаются целительством, земледелием. Сами изготавливают ткани и шьют из них одежду. Их драгоценности очень высокого качества, причем намного превышают даже гномьи. Тоже самое касается и скакунов. Эльфийские лошади самые быстрые, самые красивые и выносливые. Единственно с кем они не сравнятся, это со скакунами вампиров. А еще светлые выращивают довольно вкусные и редкие овощи и фрукты, которые скупаются всеми расами. Так как они довольно питательны.

Темные эльфы, живущие в горах, сами ничего не производят и не изготавливают, кроме оружия. Их клинки и мечи сделаны из такой прочной стали, что сломать их невозможно. В редких исключениях они могут делать парные клинки под заказ, индивидуально для одного существа. Одна капля крови и сие оружие слушается только одного хозяина, потерять или украсть такое невозможно. Они всегда возвращаются.

Наги. Это довольно своеобразная раса. Малообщительная, но вместе с тем довольно сильные лекари. Так же они занимаются виноделием и добычей жемчуга, который впоследствии продают как эльфам, так и гномам. Вот только в процессе торговли сами не участвуют, предпочитая посредников. Так как им довольно сложно покидать свой материк из-за необщительности и молчаливости, граничащей с угрюмостью.

Гномы занимаются изготовлением оружия, добывают руду и драгоценные камни. Ведут бойкую торговлю. Но самое главное, они отличные банкиры. По всему миру находятся их банки, которыми пользуются абсолютно все расы. Гномы вспыльчивы, порой их гнев может обернуться против них, так как они ввязываются в драки даже с заведомо сильнейшим противником, от чего сами же и страдают.

Вампиры занимаются разведением лошадей. Их скакуны необычной породы. Как правило сильны и выносливы и преданы только одному хозяину, которого сами же и выбирают. И через некоторое время могут даже общаться на ментальном уровне. Их лошади очень ценны, только не каждому дано их иметь. Вампиры тоже малообщительны, предпочитая только общение между собой. Так же, как и наги, используют посредников, которыми, как правило, выступают люди.

Сами же люди занимаются всем понемногу. И земледелием, и пошивом одежды, и бойкой торговлей, и производством. Только их качество во многом уступает остальным расам. Но их это вполне устраивает. С людьми мало кто старается общаться, так как они слишком алчны, завистливы и меркантильны. Во всем стараются найти выгоду для себя, несмотря на то, что кому-то другому может это не нравиться, или даже может навредить. Но их это мало волнует, так как на первом месте собственное благополучие. Именно поэтому людей стараются обходить стороной, прибегая к их услугам только в экстренных случаях и очень редко.

Драконы самые мудрые существа этого мира. Они служат в качестве гаранта равновесия сил. Никуда не вмешиваясь, мало с кем общаясь, они иногда могут дать совет. Только у драконов живет оракул, который может предсказать судьбу, соединить пары или разлучить их. Может помочь в поиске истинного. Но эта информация доступна не всем, а только тем, кому оракул сам захочет открыть истину.

Оборотни промышляют охотой. Ничем другим они не занимаются, так же очень редко общаются с кем-то, помимо своего народа. Они агрессивны, непредсказуемы, недружелюбны. Но первыми никогда нападать не станут, стараясь сгладить конфликт. И только в том случае, если противник нападет первым, могут просто разодрать без всякого сожаления. В торговлю не вмешиваются, считая это не достойным их занятием. В браки вступают между собой, не приемля кого-то из других рас, предпочитая чистоту крови, на которой просто помешаны.

Выслушав все, у меня в голове стали крутиться шестеренки, прорабатывая план. Оба парня сидели молча, заметив, что я обрабатывал информацию, сдвинув брови. А я напряженно размышлял с чего и как начать. Мне определенно нужна была помощь. Так как не зная мира, в одиночку я не справлюсь. А эти двое могут стать отличными помощниками.

Заметив, что я пришел к некоему решению, голос подал оборотень:

— Тим, ты нам расскажешь кто ты и откуда? — осторожно поинтересовался он.

— Я еще не услышал обещания не приставать, не соблазнять и не домогаться, — в свою очередь парировал я, посматривая то на одного, то на другого. Тяжело вздохнув, оба такое обещание дали. Тогда-то я и рассказал все, что со мной произошло, откуда я прибыл, как меня убили и за что. Кем я был в прошлой жизни, и кем собираюсь стать в этой, новой. Чем собираюсь заняться, подключив к своему проекту и их двоих, если они не будут против.

Те слушали молча, не перебивая и не задавая ни одного вопроса. И только когда я озвучил им свои планы, они согласно кивнули, тем самым показывая, что против точно не будут. А вот когда я закончил, с них разом слетела вся смешливость, они о чем-то напряженно размышляли, а потом голос подал оборотень:

— Знаешь, Тим, мне кажется, ты не просто так появился в нашем мире. Так как за всю историю существования, здесь не было никого из других миров, потому что у нас стоит очень мощная защита, пробиться через которую невозможно. Как это удалось тебе, остается загадкой, которую может разгадать только оракул и нам стоит отправиться к нему, — заметив мой немой вопрос, он поспешил ответить. — На тебя определенно возложена какая-то миссия, о которой и необходимо узнать, чтобы впоследствии это не оказалось сюрпризом.

На слова оборотня вампир согласно кивнул. Тогда задумался и я. Может он и прав? Ведь если у них такая мощная защита, то тогда действительно возникает вполне закономерный вопрос: как мне удалось здесь оказаться? А значит, прежде чем начинать нашу кампанию, мы должны обязательно попасть к драконам. Именно это мы и решили сделать в первую очередь, собравшись выдвигаться уже завтра. Сегодня еще день на отдых и возможность осмотреться, подготовиться и узнать еще что-нибудь, о чем я позабыл или упустил из виду. А так же оба парня должны были предупредить своих о скором отъезде, чтобы никто за них не волновался.

На том и решили. Пока оба парня ушли каждый в свой клан, я отправился к тому самому водопаду. Каким-то образом я запомнил к нему дорогу, хотя в прошлой жизни постоянно страдал топографическим кретинизмом. Это была моя проблема, мог запутаться в трех соснах. А сейчас даже сам поразился собственному чутью, как будто я ходил по этой дороге каждый день, основательно ее выучив.

Придя на берег того самого озера, я сел на траву и стал зачарованно смотреть на низвергающиеся струи водопада. Меня это успокаивало. Я думал о том, что сказал оборотень. Какая же миссия возложена на меня? Кто я вообще, если вампир так и не смог определить мою расу? Какие у меня возможности? Есть ли во мне магия? Мне вдруг так захотелось, чтобы она была. Хотя я и сомневался в том, что с моим счастьем мне будет дано испытать ее.

Единственное, что я в себе ощущал, это необычный приток сил и энергии. Мне хотелось и петь, и танцевать от счастья. А еще, раскинув руки в стороны, взлететь высоко-высоко и парить над землей. Я только сейчас, наконец, осознал, что жив-здоров, в отличие от коварной Лили. Ведь недаром мне приснился тот сон. Значит она второй шанс на жизнь не получила. А еще мне стало казаться, что она не просто так мне приснилась. И я чего-то не досмотрел в своем сне, не вовремя проснувшись.

Решив пока выбросить все мысли из головы, я разделся, перед этим оглянувшись вокруг, а то кто его знает, что может рядом притаиться или кто, народ-то тут, как я понял, не совсем адекватный, и поспешил в воду. На миг еще мелькнула мысль в голове, что меня стало странно неимоверно тянуть к воде. Но когда я оказался в прохладе озера, все мысли тут же испарились, оставив только негу и удовольствие.

Вволю наплававшись, только сейчас заметил, что солнце уже давно основательно переместилось. Ого! Это сколько же я тут нахожусь? Мне показалось, что всего с полчаса, а на деле оказалось, что несколько часов, так как, придя в домик, застал двоих парней с обеспокоенным видом.

— Ты куда это пропал? — накинулся на меня вампир. — Мы беспокоились за тебя. Пришли, а дом пуст. Не делай так больше, неизвестно на кого нарваться сможешь. Что-то неспокойно у нас стало. И оборотни, и вампиры пропадают бесследно. И их не могут почувствовать даже Князь и вожак стаи. Так что тебе лучше одному не ходить.

Мне пришлось согласиться с доводами Алиата. Так как об опасности я совсем не думал. Но тут глубоко внутри возникло некое предчувствие того, что мне только что чудом удалось избежать какой-то незавидной участи. О чем я и поведал этим двоим. Они с тревогой смотрели на меня, а потом оборотень вынес решение больше ни на миг не оставлять меня одного. Мое состояние передалось и им, поэтому, пообедав, мы решили никуда не ходить, а пообщаться на тему остального устройства мира.

А уже ночью мне снова приснилась Лиля. Только в этот раз она стала еще страшнее. Мерзко улыбаясь, она поведала мне о том, что за ее убийство мне придется скоро расплачиваться. Я ужаснулся ее словам. И снова с криком проснулся. Спал я на этот раз один, потому и не удивился когда в комнату вбежали оба перепуганных парня. Они, выслушав мой сон, только покачали головой и вампир произнес:

— Да, что-то определенно назревает. И это что-то совсем нехорошее. Поэтому, нам надо не медлить, а прямо сейчас отправляться в путь, — возражений не последовало. Мы очень быстро собрались. Сложили еду, кое-что из вещей и с какой-то тяжестью на сердце отправились к драконам.

Когда я узнал, что весь путь, а это неделя, нам придется пройти пешком, я сначала был в шоке, так как слабо представлял себе такое. Но оба парня меня успокоили, что это в порядке вещей. Ничего себе порядки. Я был поражен до глубины души. Но, так как альтернативы никакой не было, пришлось топать на своих двоих. Вот только дальнейшее меня удивило очень сильно. Мы шли уже часа три, а я не чувствовал ни усталости, ни голода. Тело было полно сил и энергии. Странное что-то со мной творится.

Пока шли, все время крутил головой, рассматривая окрестности. Стоило нам выйти из леса, как перед нами раскинулось огромное поле, усеянное голубыми и красными цветами. При этом посеяны они были так, что создавали некий причудливый узор. Я даже остановился рассмотреть.

Когда-то я любил картинки, как их называли «кошачий глаз». Когда надо напрягать зрение, пытаясь увидеть картинку. Так и сейчас. Я напряг глаза. И передо мной открылся узор. Это была некая петля с витиеватым рисунком. Странно выглядит. Но красиво.

— А что это за рисунок такой странный? — не удержавшись, поинтересовался у своих спутников. Они на меня посмотрели ну очень удивленно.

— Э-э-э-э…Ты о чем? — осторожно спросил оборотень.

— Ну как же? — в свою очередь удивился я. — Неужели вы не видите? — те отрицательно мотнули головой. — Там же рисунок: петля с некими иероглифами, — попытался объяснить я, но, судя по ставшими огромными глазами обоих, сделал только хуже.

— С чем? — осторожно переспросил вампир. — С какими такими иролигами?

— Ладно, проехали, — устало вздохнул я.

— Куда мы проехали? — тут же спросил оборотень, а я взвыл. Вот как мне с ними общаться, когда они ни бельмеса не понимают.

— Никуда. Это выражения моего мира. Все. Теперь по поводу рисунка… — те застыли, слушая меня очень внимательно. — Там есть узор: петля, а на ней как бы своеобразный рисунок. Вы не видите? — они еще раз попытались посмотреть на поле, но, судя по всему, ничего не увидели, поэтому только отрицательно мотнули головами. — Хорошо. Тогда идем дальше.

— Странные у тебя способности, — буркнул себе под нос вампир, но я его прекрасно услышал, вот только ответить на это ничего не смог, так как и сам не знал ответа. — И о них не мешало бы узнать подробнее, — теперь уже он продолжал, глядя на меня.

А мне и самому стало интересно, есть ли во мне хоть что-нибудь экстраординарное, какая-либо магия или способности, но решил, что пока рано об этом спрашивать. И вот сейчас, собравшись обратиться к оборотню, вспомнил, что его-то имени я так и не удосужился спросить за все это время.

— Зверь, а имя у тебя есть? — спросил я, опустив глаза, стало как-то неудобно, хотя причин я понять не мог. Подумаешь, имя спросил.

— Есть, но пока я не могу его сказать, — ответил тот, а я на него воззрился, как на восьмое чудо света.

— Почему не можешь? — я чего-то не понимаю, что за тайны Мадридского двора? На мой вопрос ответил Алиат, а оборотень с невозмутимым видом последовал дальше.

— У оборотней не принято называть имен, только своей паре или другу и все, — начал клыкастый, — все остальное время их так и зовут или оборотень, или зверь. Пока мы с тобой не удосужились ни одного, ни второго звания, не узнать нам его имени.

— А-а-а-а-а… понятно. А то я уже подумал было, что он безымянный, — расслабился я. Где-то что-то подобное я уже читал, поэтому эта информация меня не удивила.

В молчании мы прошли еще пару часов. Пока не достигли города, в котором было решено перекусить и заночевать. Подойдя к воротам, заметил огромную очередь желающих попасть в город. Я с интересом рассматривал всех, кто находился около ворот. Там были и мужчины, и несколько женщин. Правда, их было очень мало.

На мужчинах была разнообразная одежда. На ком-то просто кожаные жилетки на голое тело и такие же кожаные штаны, заправленные в высокие сапоги. Я даже содрогнулся: в такую жару, да еще и в сапогах. Брррр… На некоторых были просто длинные рубахи на выпуск, подпоясанные чем-то наподобие кушака, а на ногах были широкие шаровары и легкие плетеные шлепанцы. Женщины все поголовно были в платках, прикрывающих часть лица. И длинные юбки, однотонные и в основном темного цвета. А еще на них были бесформенные рубахи, которые висели на дамах, как на вешалках. Не очень приятное зрелище. На такую посмотришь…все желание пропадет.

Не дав мне толком всех рассмотреть, и оборотень, и вампир потянули меня к воротам.

— Не спи, иди быстрее, — шепнул мне Алиат, а я глянул на него, на конец очереди, потом на оборотня. Меня поняли с полуслова. — Нет, стоять мы не будем. Пройдем так, — ну, не даром говорят, что наглость — второе счастье. Вот лишний раз в этом убеждаюсь. Но спорить не стал. Пошел вслед за ними, ожидая в любую минуту окрик в спину.

Его не последовало. Мы благополучно добрались до ворот. Охрана хотела было остановить наглых нас, но не тут-то было. Вампир полыхнул глазами, те дружно отскочили, будто привидение увидели, еще и поклонились, впридачу ко всему. Хм, интересные у меня спутники. Надо бы побольше о них узнать. С чего это вдруг охранникам вздумалось кланяться? Я чего-то не знаю?

Сейчас спрашивать не стал, решив отложить все вопросы на потом, когда доберемся до гостиницы. А пока я во все глаза рассматривал город. Дорога была вымощена булыжником, об асфальте здесь и слыхом не слыхивали. Идти было не совсем удобно. Я постоянно спотыкался, ругаясь себе под нос. Вокруг стояли довольно ухоженные домики одно- и двухэтажные. Около каждого такого домика был разбит небольшой сад и красивые ухоженные клумбы. Кругом была чистота и порядок. Ни тебе обертки от конфет, ни окурка на дороге, ни кожуры от фруктов. Ничего. Я почему-то даже подумал, что и сами дороги здесь были чистыми, почти стерильными. Это показалось мне странным. Но я снова промолчал, оставив разговоры на потом.

Впереди показалось большое строение в три этажа и с вывеской какой-то не то черепахи, не то змеюки с панцирем, этого я не разобрал. Но выглядело оно довольно своеобразно и красиво. Войдя внутрь, огляделся. Большой зал с деревянными столами и стульями, за которыми сидели мужчины. Кто-то просто пил, кто-то ел. Все тихо переговаривались между собой. Мои спутники подошли к стойке, за которой стоял огромный такой мужик, метра два ростом. Его кулак был, наверно, с мою голову. Такой один раз врежет и все — поминай, как звали.

Вампир о чем-то тихо шепнул этому великану, тот только кивнул, доставая ключи и протягивая Алиату. Собравшись подняться по деревянной лестнице наверх, я вдруг почувствовал чей-то взгляд. Машинально обернувшись, столкнулся с черными, как ночь глазами незнакомца, который смотрел на меня, не мигая. Причем, на его лице не было ни одной эмоции.

В какой-то момент взгляд изменился. Он стал удивленный, а зрачок парня стал вертикальным, а сам глаз янтарно-желтым. Заметив мою заминку, обернулся и оборотень. Проследив за моим взглядом, он вдруг споткнулся и чуть было не свалился с лестницы, толкнув вампира, который шел впереди, в спину.

— Что? — резко обернулся тот, не понимая из-за чего произошла заминка. А проследив за взглядом оборотня и моим, резко высказался. — Ахвирт манад каритаз.

— Чего? — обернулся теперь я. Мне стало интересно. Слова звучали очень певуче и довольно интересно. — А теперь переведи, что сказал.

— Это не для слабонервных, — хихикнул тот, почему-то нервно. А вот меня вся эта ситуация стала напрягать. Пока оба моих спутника с неким ужасом смотрели на юношу за столиком, я смотрел на них. Они вдруг стали какие-то неадекватные. Взгляд обоих стал стеклянным. И они, как зомби, двинулись к этому типу. А вот это мне совсем не нравится.

Резко схватив обоих под локти, я потащил наверх. Откуда только силы взялись. Но мне это удалось. После чего, проведя перед их глазами рукой, скомандовал:

— А ну, на меня смотреть! Живо! — и тут произошло чудо. Их взгляд резко стал осмысленным. Они смотрели на меня пораженно.

— Как ты это сделал? — с трудом выдавил из себя вампир.

— Что сделал? — не понял я его вопроса.

— Как избавил от наведенной магии? — уточнил оборотень. А я смотрел и не понимал, чего они от меня хотят. И тут откуда-то сбоку раздался голос.

— Он не только смог вас избавить, но и сам ее даже не почувствовал, — мы все трое обернулись. Перед нами стоял тот самый тип, который только что сидел за столиком и пытался загипнотизировать и меня, и, как оказалось, моих спутников.

— Ты кто такой? По какому такому праву ты пытаешься нас гипнотизировать? Это ущемление прав чел…существ, и это уголовно наказуемо. Ты разве не знал об этом? — от моих воплей офигели все трое. Оборотень и вампир вообще чуть сознание от ужаса не потеряли. Видать этот тип крупная такая шишка, раз они на меня смотрят, как на смертника, приговоренного к казни.

— Мне нравится этот мальчик, — вдруг расхохотался парень, а мои спутники резко выдохнули.

— И этот туда же, — устало заметил я. — А вот ты мне совсем не нравишься, — высказавшись, выхватив ключ от комнаты у Алиата, я гордой походкой продефилировал к своей комнате. А войдя, просто захлопнул ее перед носом всех троих, двинувшихся было за мной.

Мне и двоих-то было за глаза, а тут еще и третий нарисовался на мою голову.

Стоило мне закрыть дверь, как с той стороны раздался грохот.

— Тим! Ты что творишь?! Сейчас же открой! — завопил Алиат. Сначала хотелось повредничать и не открывать, но любопытство оказалось сильнее меня. Потому пришлось открыть.

Все трое стояли и недоуменно рассматривали мою решительно настроенную тушку. А я твердо вознамерился наконец узнать все, о чем еще не успел спросить. Иначе от этих загадок у меня мозги точно вспухнут.

— Заходите и рассказывайте! — получилось как-то резко, но мне уже было все равно. Все эти недомолвки начинали напрягать.

— Что рассказывать? — садясь в кресло, спросил вампир. Оборотень и этот тип расположились на широком подоконнике, поджав под себя ноги.

— Для начала, мне бы хотелось узнать, кто этот тип, — не совсем культурно ткнул я в него пальцами. — Потом вы мне расскажете почему оборотень и вампир, как вы мне говорили, не совсем ладящие между собой, спокойно спят в одном доме, при этом не являясь даже друзьями, — перечисляя, я загибал пальцы. — А еще мне хотелось бы знать, кто наводит такую стерильную чистоту в городе. И последнее… — я на миг замолчал, задумавшись, а затем, посмотрел на странного типа. — Что такое наведенная магия?

Трое парней во время моего монолога не произнесли ни звука, только периодически переводили взгляды с моего лица на загибаемые мной пальцы.

— Хм…А ты смел. Это необычно, — подал голос этот тип. Заметив, что я собираюсь подать голос, он махнул рукой, показывая молчать. Пришлось последовать его «совету». — Зовут меня Даат. Я дракон. И сюда прилетел по настоянию оракула. Чтобы вы в целости и сохранности смогли до него добраться, так как на тебя, пришлый, началась охота.

— И чем я кому-то помешал? — поинтересовался я, так как не мог взять в толк, как кому-то стало известно, что я нахожусь в этом мире. Ведь прошло всего три дня, как я здесь.

— Сие мне не известно. У меня задание: помочь дойти живыми и по возможности здоровыми. А больше мне ничего знать не положено, — ответил он, а я сник. Загадок только прибавилось. — Хм, что касается чистоты города… — тут он впервые улыбнулся. А улыбка у него красивая. Открытая и искренняя, она его сразу же преобразила. Из хмурого и неприветливого, он стал довольно милым и приятным для общения. — Это магия. Все просто. В городе везде магические потоки, которые и создают чистоту.

А что? Очень даже удобно. Не надо носиться с метлой постоянно. Раз — и все чисто. Хорошо. С этими вопросами разобрались. Теперь я смотрел то на Алиата, то на зверя, тем самым показывая, что теперь их очередь.

— Наши кланы не враждуют, но и дружбы особой не водят, — начал оборотень. — Но мы с Алиатом нашли общий язык, мы не друзья, просто товарищи. Мы вместе охотимся иногда, развлекаемся. И неплохо общаемся. Вот в общем-то и все, — заключил он.

Нда…а ларчик просто открывался. Все оказалось довольно банально. Значит, с этим тоже вопрос прояснен. Теперь было замечательным узнать кому же я понадобился. Но об этом никто не знал. И мыслей ни у кого не было.

Даат нахмурил брови к чему-то прислушиваясь. Напряглись и зверь с вампиром.

— Вы чего? — попытался прислушаться и я, но ничего, кроме гомона посетителей внизу да размеренного дыхания своих спутников не услышал.

— Оно где-то недалеко, — уверенно произнес дракон, оба парня согласно кивнули. — Значит, я прибыл очень вовремя. Ну, что же, будем надеяться, что скоро мы хотя бы будем иметь представление с чем нам придется столкнуться.

— Это только в том случае, если оно решит проявить себя, — заметил вампир.

— Думаю, проявит, причем в самое ближайшее время, — уверенно произнес дракон. — Поэтому, нам остается только ждать.

— А еще лучше бежать. И чем быстрее, тем лучше. Я чувствую это уже здесь, — заметил вампир, а оборотень и дракон согласно кивнули. — Как только взойдет луна, будем уходить через окно, — с ним все согласились.

До темноты еще было немного времени, пока ждали, заказали еду в комнату. И за трапезой слушали рассказы о королевстве драконов. Как они летать учатся, как живут, как пары находят. Даат рассказал несколько местных легенд, которые мне понравились, рассказал про оракула.

Хорошо, что с хозяином юноши расплатились сразу, так как нам не пришлось спускаться в общий зал и светиться лишний раз. Как только комнату озарил свет полной луны, дракон, выглянув в окно, цокнул языком и удрученно заметил:

— Аккуратнее, там кардрошы. Ни в коем случае не использовать магию. Она нас выдаст с головой, — все согласно закивали. А мне и кивать нечего было. Так как я вообще не знал, что и как использовать. Поэтому, пока я гость в этом мире, мне приходилось слушать товарищей. Сказали прыгать, будем прыгать. Вот только это странное слово как-то резануло слух.

Первым пошел Даат, за ним Алиат, потом зверь. Собравшись прыгать, услышал внизу звуки не то драки, не то потасовки. Не разобрал пока, но сиганул вниз. Как ни странно, страха перед прыжком со второго этажа я даже не испытал. Это осознание пришло много позже, а пока я приземлился на что-то мягкое и тут же вскрикнул от неожиданности, когда вокруг моих щиколоток сразу же что-то обвилось, подбираясь все выше, пытаясь схватить за руки, подбираясь к шее.

Усиленно пытаясь избавиться от этой напасти, только еще больше запутался. Мне на помощь пришли спутники, в частности, дракон, который разорвав путы, подхватил меня на плечо, быстро выбрался из этих зарослей. Вот только, судя по всему, эти странные приставучие растения служили в этом мире некоей сигнализацией, так как, стоило нам отбежать метров всего на двадцать, как мы заметили бегущих нам навстречу мужиков в латах и с пиками.

Бежать от них не имело смысла. Поэтому, на их окрик мы остановились. Подбежав к нам, вперед вышел один, судя по всему их начальник. Окинув взглядом нас, всех четверых, он задал вопросы:

— Кто такие? Почему ночью бежим? Через окно? Платить не хотите? — на все вопросы решил ответить Даат. Он тоже вышел вперед, принял расслабленную позу.

— Мы пытались скрыться от преследования. Потому и через окно. И за все уже оплачено, — но эти аналоги местных полицейских упорно не хотели нас отпускать, пытаясь всеми силами отвести в местную тюрьму для выяснения всех дел. И как не пытались все трое убедить этого дядьку, что нам нельзя в тюрьму, он стоял на своем. А время катастрофически уходило. Я же тихонько стоял позади всех, ожидая результата. Его не было, никто не хотел идти нам навстречу.

Видя, что все попытки бесполезны, я решил рискнуть. Растолкав своих спутников, чем очень их удивил, вышел вперед. Встал перед этим типом и спросил:

— Как насчет сыграть в наперстки? Выиграешь ты — мы идем с тобой, выиграю я — ты нас отпускаешь, — по его глазам я понял, что сейчас в нем борются азарт, предвкушение и долг. Но победил, конечно, же азарт. Кто бы сомневался. Обернувшись к парням, спросил, — стаканчики есть у кого-нибудь? Надо три штуки.

Тут же все трое охранников достали каждый по стакану и протянули мне. Я взял, поискал глазами относительно ровный камушек. Нашел. Заметив стоящий неподалеку столик, пошел к нему, все двинулись следом. Показав, что кладу камушек под один из стаканов, стал быстро-быстро крутить их. Остановив, показал глазами на остановившиеся предметы, произнес:

— А теперь ты должен угадать где находится камушек, — глаза у того забегали от одного стакана ко второму, а затем к третьему. После чего, уверенно ткнув пальцем, еще и постучав по донышку, он сказал:

— Вот здесь, — на это я слегка пожал плечами и поднял искомый предмет…пусто. — Не может быть! — воскликнул тот. — Давай еще раз!

Мы играли еще три раза. Ни разу он не угадал. После четвертого раза, возмутился уже дракон, что пора и честь знать. Охранникам ничего не оставалось, как отпустить нас. Вот только время было уже потеряно, невдалеке занималась заря. Поэтому нам пришлось спешить к городским воротам. Вот только никто из нас не заметил, что следом за нами неслышной тенью следует еще кто-то. Его никто не видел, зато я спиной ощущал его злой взгляд, который прожигал насквозь.

Стоило нам выскочить за ворота, как вдруг в спину полетело нечто свистящее, но невидимое. Первым среагировал Даат. Оттолкнув меня, резко повалил вампира и оборотня. Обернувшись, мы увидели стоящего невдалеке типа в плаще и низко надвинутом на глаза капюшоне. Лица разглядеть не представлялось возможным. Тот взмахнул рукой и в нашу сторону полетело еще что-то круглое и черное. Тут уж было не до сдерживания магии. Подскочив, трое парней резко вскинули руки. Оборотень что-то прошептал и молния, вылетевшая из его ладоней, устремилась к этому типу. Алиат выпустил черный сгусток.

Но ничего не достигло цели. Точнее, оно-то достигло, но рассыпалось на мелкие частицы, долетев до злоумышленника. Тогда в дело вступил Даат. Взмахнув руками, выпустил целый столп огня, который помог нам открыть портал и скрыться в нем, пока тот гад дезактивировал огонь. Он немного отвлек внимание типа, что было нам на руку.

Вышли мы на какой-то равнине, усеянной цветами. Вокруг было все зелено, ярко и красочно. Я даже залюбовался, а потом решил спросить:

— А кто это был? Почему мы не открыли портал прямо в гостинице? Что это за растения? И мы уже прибыли?

На меня посмотрели, как на врага народа. Мои спутники просто свалились на траву, так как использование магии отняло много сил. И только дракон еще был в состоянии мне что-то ответить:

— Ты слишком любопытный. Нет, мы не пришли. Нам еще неделю добираться и такие вот встречи периодически будут происходить, так как на тебя началась усиленная охота, если он даже решил действовать в открытую. Так что, сейчас отдыхай, а все остальные ответы получишь позже, — после этого он прикрыл глаза и, судя по всему, задремал.

Вот успокоил, так успокоил! Ладно, где наша не пропадала, прорвемся. Вот только что мне-то сейчас делать? Отдыхать мне совсем не хочется. Энергия бьет через край. Посижу, подумаю, пока эти дрыхнут. Может и найду себе развлечение.

Пока мои спутники спокойно дрыхли, я встал, потянулся и решил немного размяться. Вокруг, кроме нас, никого не было, да и опасности я не чувствовал, поэтому, оставив всех спать, пошел туда, куда меня влекло некое чувство. Ноги утопали в мягкой и пушистой траве, ветерок развевал волосы, приятно охлаждая кожу. Я шел, рассматривая причудливые цветы и растения, некоторые из которых при моем приближении причудливо склоняли свои стебли.

Отойдя на приличное расстояние, я с удивлением обнаружил небольшое озеро, скрытое зарослями высокой травы. Собравшись уже было бежать к воде, я вдруг резко остановился, будто наткнувшись на стену. Что меня остановило я так и не смог понять. Но где-то глубоко внутри зрело предчувствие опасности.

Сделав вперед один осторожный шаг, посмотрел себе под ноги. Ничего не произошло, я никуда не провалился, земля не разверзлась под моими ступнями. Тогда откуда это чувство? Собравшись двинуться дальше, от чего во мне уже просто завопила сирена, я впервые в жизни решил послушаться свое внутреннее чутье. Остановился, не зная, что мне сейчас делать. Бежать обратно и будить товарищей, когда они еще не отдохнули толком, или все же пойти и посмотреть что там такое?

Мою дилемму решили сами спутники. Позади меня раздался окрик Алиата:

— Тим, стой! Не ходи дальше! — закричал вампир, а я застыл, как вкопанный. В его голосе сквозило столько волнений, страха, что я испугался сам.

Парни подошли ближе, огляделись вокруг. Дракон даже присел, зачем-то приложив руку к земле, к чему-то прислушиваясь. Мы все застыли. Через несколько минут он встал и с удрученным видом заметил:

— Нечто поселилось в озере, через которое нам надо пройти, — вампир и оборотень кивнули согласно головой. Вот чего они кивают? Я ничего не понял, поэтому и решил уточнить:

— А зачем нам идти через озеро? Мы не можем его обойти? — все трое отрицательно покачали головой. А Алиат решил пояснить:

— Здесь повсюду полно магии. По какой бы тропе мы не пошли, нас все равно выведет к озеру. Так зачем пытаться обойти то, к чему нас все равно приведет. Да и озеро надо очистить от напасти. В нем лечебные источники некогда были. Да и водные жители не должны страдать из-за нечисти, которая пытается нас остановить, — когда он закончил, я задумался.

— А почему ты считаешь, что именно нас? — эта последняя его фраза резанула слух, поэтому мне стало интересно его мнение.

— Потому что появилось оно всего два дня назад. Как раз тогда, когда и оракул узнал о твоем существовании, — охотно объяснил он. — Да и чувствую я направленную магию, которая на тебя… — тут он коротко хохотнул, — не действует. Сам лично проверял.

— Это тогда, в корчме? — уточнил я, он согласно кивнул. И тут, собравшись еще что-то спросить, так и застыл. Меня потянуло туда, вперед, к озеру, к воде. Я боролся с собой всеми силами. Заметив, что у меня даже зубы заскрипели от напряжения, Алиат подскочил ко мне, прижал мою тушку к себе, и стал гладить по спине, успокаивая. Никаких намеков в его дружеском объятии не было, я даже в глаза его посмотрел, чтобы удостовериться, но в них было только беспокойство и тревога.

Склонив голову ему на плечо, я почувствовал, что и правда, тяга немного отходит. К нам подошли дракон и оборотень. Даат, посмотрев на меня, спросил:

— Что происходит? Ты что-то чувствуешь? — на это я только кивнул, отстраняясь от вампира. А потом рассказал о притяжении, тяге к воде, а также о том, что никто не знает кто я есть, какое существо из меня получилось. Тот задумался, поводил по мне руками, а потом пораженно выдал: — Самое интересное, что твою сущность и я не могу определить. А тяга определяется просто: очень многих из нас влечет к воде, но в данном случае тебя просто пытаются заманить в озеро. И если бы у тебя не было такой сопротивляемости к наведенной магии, то ты уже давно был бы мертв.

От его слов я даже вздрогнул. Но потом, оглянувшись на озеро, заметил некий темный сгусток, который образовался над водой. Ткнув в него пальцем, я спросил у своих спутников:

— Вы тоже это видите? — они посмотрели в ту сторону, но, судя по их недоуменным взглядом, ничего не увидели. — Черный сгусток над водой, — уточнил я, а они отрицательно покачали головами.

— Странная у тебя магия, — задумался дракон. — Но я даже не могу распознать вообще ее наличия, — я уже хотел было расстроиться, но он продолжил, — но она есть, определенно. В тебе чувствуется большая сила и мощь, только она пока спит. И как ее разбудить, я пока не знаю. А теперь, — он посмотрел на всех нас, — нам пора. Стоять и ждать неизвестно чего нет смысла. Идем? — нам ничего не оставалось, как согласиться.

Подходя ближе, я наблюдал за этим сгустком, который, по мере нашего приближения, стал увеличиваться. Постепенно оформляясь в некий силуэт, только пока определить пол этого силуэта не представлялось возможным. Я комментировал товарищам все, что происходит с тьмой. Они внимательно слушали, а дракон в это время что-то шептал про себя. Зверь тоже стал к чему-то готовиться. Только Алиат внешне оставался совершенно невозмутимым. Но эта эмоция была напускной. Я чувствовал это.

Достигнув воды, мы остановились. И тут вода в озере забурлила, и из нее показалась голова водяного. Его длинные зеленые волосы обвивались вокруг мощного торса. Кожа была какого-то неестественно-темного оттенка, покрытая чешуей. В глазах полыхала ярость. Он поднялся выше над водой, распростер руки и закричал, глядя то на дракона, то на оборотня, то на вампира:

— Вы трое можете быть свободны, а мальчишку мы забираем! Только он нам нужен! — я посмотрел на товарищей. Их лица были полны решимости. Это меня порадовало. Тогда, не дав и слова сказать Даату, который только-только открыл было рот, я спросил у этого типа:

— А ты не много хочешь? И с какого рожна такому кренделю, как ты, понадобился такой субъект, как я? — последнего вопроса он явно не понял. Впрочем, так же, как и мои спутники. И только вампир слегка ухмыльнулся, зная, что своими словами я могу поставить в тупик. И тут, наконец, Даат тоже вставил свое веское слово:

— Мальчик пойдет и дальше только в нашей компании. Здесь он не останется. Не мечтай! — и вдруг вместо Даата перед нами предстал красавец-дракон. Его серебристая чешуя отливала на солнце, мощные крылья развевались, будто он собрался взлететь.

Сбоку раздался рык. Оглянувшись, заметил, что и оборотень тоже находился в облике ягуара. Даже Алиат преобразился, покрывшись какими-то мелкими пластинами. Его фигура стала мощнее. Он выпустил крылья. Все трое были готовы. Только я стоял и не знал, что мне делать. Но в голове возник голос Даата:

«Не вмешиваться! Это самое главное!» — возразить мне было нечего. Так как я даже понятия не имел, как я могу вмешаться и что делать, когда даже рукопашным не с кем было заняться. Не с призраком же. Первым выпустил заклинание водяной, но дракон его просто развеял, пустив столп огня. Водный успел спрятаться. Но тут этот силуэт отправил в сторону дракона темный сгусток. Я крикнул ему отклониться, показав откуда он летит и по какой траектории. Даат снова полыхнул пламенем, сгусток развеялся.

Вампир, полоснув себе по руке, откуда показалась капля крови, быстро-быстро что-то зашептал, над ним стало образовываться белое прозрачное облако, которое он, подув на него, отправил в сторону водяного, одновременно с ним и зверь, подпрыгнув, чем-то полыхнул в него же, из его рта вырвался туманный сгусток прозрачный, как слеза. Заклинание вампира попало по назначению, от чего зеленоволосый взвыл, корчась в муках, в то время, как дракон, полыхнув, добавил еще и огнем, который охватил все тело мужчины, словно парализуя его, не давая скрыться под водой.

А вот заклинание оборотня попало аккурат в тот самый силуэт, который был занят тем, что пытался снова запустить в меня своей тьмой, потому, отвлекшись, не заметил того, что летит в него. Стоило прозрачной капле попасть на силуэт, как того резко охватило сияние, распространяясь по всему «телу». Тот застонал, захрипел, извиваясь. Зато теперь это нечто смогли увидеть и мои спутники.

Мы наблюдали за тем, как оба: и водяной, и этот некто корчатся в муках, и ждали, что будет дальше. Парни приняли свой облик, и теперь просто стояли наготове, ожидая каверз. И они последовали, вот только не оттуда, откуда ждали.

Тьма постепенно исчезала, растворяясь в той самой прозрачной слезе, водяной, продолжая корчиться, стал вдруг меняться. Его кожа начала приобретать белоснежный цвет, чешуя постепенно исчезала. Глаза стали совсем другими. Когда тот полностью очистился от чужого влияния, огонь исчез. А перед нами предстал довольно представительный мужчина с доброй улыбкой на лице.

— Спасибо вам! — низко поклонился он. — Вы смогли очистить наше озеро от зла, которое поселилось здесь недавно, проникнув в каждого из нас. Многие не выдержали. Погибли. Но сейчас, благодаря вам, озеро снова чистое и лечебное.

Когда дракон, выйдя вперед, собрался о чем-то спросить, сбоку показалась голова нимфы, которая, подплыв к берегу как можно ближе, вдруг резко выбросила руку вперед. Мы даже сообразить ничего не успели, как в меня полетел кинжал. Первым среагировал оборотень. Один прыжок и он стоит передо мной, а в его грудь врезается этот самый клинок. Нимфа, бросавшая оружие, вдруг резко стала чернеть, ее кожа покрывалась какими-то наростами, которые все разбухали и разбухали. И в один момент она просто взорвалась.

Я же, схватив оборотня, который стал оседать на землю, закричал, увидев, что тот весь в крови, более того, место, куда попал клинок, резко стало распухать, тогда я попытался как-нибудь вытащить эту гадость из его груди. К нам подскочили Даат и Алиат. Они присели на колени. Вампир взял руку зверя в свою, всячески пытаясь передать ему свою энергию. Даат стал помогать мне с кинжалом, при этом что-то шепча и водя второй рукой над раной.

— Поднесите его к воде, — раздался обеспокоенный голос водяного, — так вы ничего не сможете сделать, клинок необычный, его окунули в кровь гиобуса, потому все ваши попытки тщетны.

— О, Демиург! — воскликнули в один голос Даат и Алиат. — Только не это! — и тут дракон посмотрел на водяного. — Его ведь спасти может только кровь водного, причем только из правящей семьи? — на это мужчина кивнул.

— Потому, не мешкайте, времени остается все меньше, — строго произнес тот. Дракон, подхватив оборотня на руки, тут же поднес его к озеру. Зверь был без сознания. Его лицо посинело. Внутри меня раздирала вина, гнев на ту особу, беспокойство за товарища. Глаза стало щипать. Одинокая слезинка скатилась по щеке. Я ее даже смахивать не стал.

Водяной, не долго думая, разрезал острым когтем ладонь и, приложив ее к ране, другой резко выдернул кинжал, который нам так и не удалось вытащить с Даатом. После чего уже полностью накрыв рану рукой, стал что-то шептать. К нему присоединился и дракон, накрывая сверху руку водяного и вслух произнося странные слова, от них рану стало окутывать золотое сияние, которое впитывалось в тело зверя.

Постепенно цвет лица оборотня стал приобретать его обычный оттенок, из рваного дыхание стало становиться ровным и спокойным, а опухоль вокруг раны стала исчезать. Водяной еще несколько раз разрезал свою ладонь, чтобы своей кровью полностью очистить рану от яда. И когда прямо на глазах она стала затягиваться, оба вздохнули с облегчением.

А вампир все это время держал меня за руку. От беспокойства я даже не замечал того, что мои ногти впиваются ему в руку, оставляя следы, раздирая до крови. И только тогда, когда опасность и угроза жизни исчезла, а оба лекаря без сил опустились рядом со зверем прямо в воде, я заметил, что натворил. Виновато посмотрев на ранки, хотел уже было принести свои извинения, но вампир только махнул рукой.

— Пустяк, сейчас затянется. Главное, что со зверем все в порядке. Мы все очень волновались, — я согласно кивнул. А потом, пользуясь тем, что тревога немного спала, решил узнать:

— А кто такие эти глобусы? — тут уж Алиат не выдержал и рассмеялся, несмотря на трагичность момента, даже оба мужчины, все еще склоненные над телом, улыбнулись.

— Не глобусы, а гиобусы, — поправил он меня. — Это крупный зверь, с меховой шкурой, острыми клыками, который обитает на материке нагов. Он очень ядовит. Его укус смертелен. Но, как правило, он сам не нападает, только если его затронуть. И именно наличие его крови пугает, — задумчиво закончил он.

— Почему? — в свою очередь удивился я, а посмотрев на дракона и водяного, заметил нахмуренные лица. Ответил мне Даат:

— Потому что, я не удивлюсь, если на своем пути мы встретим и этих зверей, что было ну очень нежелательно, так как магия их не берет, более того, они, поглощая ее, становятся сильнее. А драться с ними…можно конечно попытаться, но это очень сложно, — заметил он, удрученно качая головой.

В эту минуту внутри образовалось предчувствие, что встреча с этими зверьками состоится, причем очень скоро. Говорить своим спутникам я ничего не стал, но твердо решил по дороге узнать побольше о них. А сейчас нам пора было отправляться, о чем и поведал дракон, бережно беря на руки зверя, который все еще был без сознания, и, поблагодарив водяного, мы ушли дальше.

Пройдя равнину, спустившись с высокого холма, мы вышли к горам, шапки которых уходили высоко в небо. Дорога, сначала довольно широкая, но по мере приближения к перевалу, все более сужающаяся, вилась как змея. Изначально мы шли все втроем, зверь пока так и не пришел в сознание, поэтому спокойно спал на руках дракона, который, на мой взгляд, слишком нежно прижимал его к себе. Решив пока не обращать на это внимания, мы продолжали двигаться вперед. Чем ближе к перевалу мы подходили, тем уже становилась тропа. И мы уже шли по одному.

Первым шел вампир, за ним дракон, а замыкал я, не забывая при этом оглядываться по сторонам. По дороге мы заметили пещеру, в ней-то и решили немного передохнуть, перекусить, а заодно и проверить состояние зверя.

В пещере было довольно просторно. Посреди находилось кострище. Видимо, эта пещера служила многим местом отдыха. Дракон разжег костер, откуда-то достал сумку, в которой находились продукты. А что? Очень удобно, таскать на себе ничего не надо, закинул сумку куда-то в воздух, а потом достал.

Чуть позже Алиат мне пояснил, что таким образом они многие вещи переносят в подстпространственном кармане. И сам при этом достал из него же свою поклажу.

Пока вода в котелке нагревалась, мы втроем склонились над зверем. Даат провел над его телом рукой, которая светилась золотистым сиянием. А закончив это своеобразное обследование, довольно улыбнулся.

— Все в порядке. Яда в организме больше нет. И он скоро проснется, — как бы в подтверждение его слов, ресницы оборотня затрепетали, глаза распахнулись. Он недоуменно оглядывал нас, а потом хрипло спросил:

— Я жив? — теперь пришла наша очередь смотреть на него, как на душевнобольного.

— А с чего ты умирать-то собрался? — вырвался у меня вполне закономерный вопрос. На него зверь только слегка повел плечами, и прикрыл глаза.

— Но ведь на клинке был яд гиобуса, — наконец, подал он голос. — А это, как известно, смертельно. После него еще никому не удавалось выжить. Тогда как это удалось мне? — зверь переводил взгляд с одного на другого, пытаясь решить эту дилемму.

— Тебя откачали водяной и дракон, — присаживаясь рядом с ним на колени, проинформировал я. — Они тебя лечили своей кровью.

Оборотень даже закашлял от удивления. А я никак не мог взять в толк, что именно могло его так поразить. Подумаешь, кровь себе пустили. Ведь для пользы же дела. Так что здесь удивительного?

— Кровью делятся только в особых случаях, — любезно решил просветить меня Алиат, присаживаясь на колени рядом со зверем. — И только с родственниками, друзьями или любимыми. Поэтому, нашего оборотня и удивило то, что, не являясь никем из вышеперечисленного, удостоился такой чести.

Странные у них законы. Это что получается? Вот будет идти кто-нибудь, ему станет плохо и на помощь никто не придет, потому что это не принято? Абсурд какой-то. Я этого никак не мог понять. Поэтому, решил оставить эти размышления, пока мой мозг не вскипел окончательно. И так слишком много всего на меня свалилось.

Вода в котелке закипела. Даат бросил туда крупу и мясо, туда же отправились и разного вида травки. По пещере стал распространяться приятный запах, от которого даже слюнки потекли.

К тому моменту, как все было готово, наш зверь окончательно пришел в себя. Вот только вопрос о его спасении все еще не давал ему покоя. Тогда-то дракон и решил его немного успокоить.

— Водяной пришел тебе на помощь в знак благодарности, за спасение от зла, которое захватило его озеро, — произнес Даат, не оборачиваясь, а продолжая помешивать еду в котелке.

— А ты? — пряча глаза, спросил оборотень, от чего дракон резко обернулся и пристально посмотрел на юношу, лицо которого было залито краской смущения.

— А я об этом скажу позже, — изрек тот, отворачиваясь и снова занимаясь готовкой. Согласного кивка зверя он так и не увидел.

Я наблюдал за этими двумя, и внутри зрело чувство, что они скоро будут вместе, очень уж откровенные взгляды оба бросали друг на друга. И как показало дальнейшее, я нисколько не ошибся.

Основательно подкрепившись, стали готовиться ко сну. Алиат, чему-то улыбаясь, направился поближе ко входу в пещеру. Дракон и оборотень, не сговариваясь, отправились вглубь, туда, куда не доходил свет от луны. Я же решил расположиться ближе к костру, там было самое теплое место. А в пещере с наступлением сумерек значительно похолодало.

Вампир выделил мне свой плащ, сказав, что он все равно никогда не мерзнет. Я, укутавшись, немного согревшись, стал проваливаться в сон. И вдруг до меня стали доноситься странные звуки, причем как раз с той стороны пещеры, где находились Даат со зверем.

Резко приняв сидячее положение, стал всматриваться в темноту. Сначала ничего не было ни слышно, ни видно. Затем раздался стон оборотня, а с моим зрением что-то произошло. Оно, вдруг, обрело резкость и четкость. Я стал видеть, как днем.

Снова посмотрев туда, откуда раздавались стоны, я застыл. А моя челюсть едва не встретилась с полом. Я наблюдал за двумя обнаженными телами, понимая, что этот столь интимный момент только для них двоих, но никак не мог себя уговорить оторвать от них взгляд.

Между тем Даат страстно целовал зверя, который обнимал дракона, шаря руками по его телу, пытаясь притянуть ближе к себе. Дракон отстранился от губ юноши, прикусив мочку уха, зализал укус и стал так же неистово целовать-кусать шею парня, а тот изогнулся, откинул голову назад, давая больше простора.

С шеи Даат опустился на ключицы, затем дошел до бусинок сосков, играя с ними: то втягивал в рот, то кусал, затем зализывая. А оборотень стонал все громче, пытаясь зажать рот ладонью, но это мало помогало.

Дракон опускался все ниже, выцеловывая каждый сантиметр тела, пока перед его лицом не оказался налитый кровью член, который он слегка лизнул, потом обвел головку языком, и только после этого заглотил его наполовину.

С губ зверя слетел страстный гортанный стон, а его любовник продолжил свои манипуляции, при этом вставляя один палец в анус парня. Оборотень изгибался, как мог, толкаясь глубже в рот Даата, который, продолжая сосать, разрабатывал юношу.

В какой-то момент дракон отстранился, встал между разведенных ног юноши, закинул их себе на плечи и стал входить. Зверь застонал, судя по всему, от боли. Конечно, кому же будет приятно когда ему член в задницу вставляют? И зачем только соглашался?

Но я продолжал смотреть дальше. Возбуждения у меня не было, все, что происходило перед моими глазами было, как наглядное пособие, от которого я получал эстетическое наслаждение.

Даат, медленно войдя до самого конца, остановился, лаская руками тело зверя, при этом надрачивая слегка опавший член, который от таких манипуляций вновь встал колом, и только потом начал двигаться.

Сперва движения были медленные, но постепенно они набирали темп. И вот уже оборотень стонет от страсти и желания, пытаясь насадиться глубже, что-то шепча при этом. Его припухшие от поцелуев губы блестели от того, что язык то и дело порхал по ним, облизывая. По виску стекала капелька пота. Глаза блестели от страсти и желания, это отлично было видно даже в темноте.

И тут зверь вскрикнул особенно громко и кончил себе на живот, за ним через пару толчков последовал и дракон.

Теперь они лежали, обнявшись, отдыхая. Судя по их лицам, они были довольные и удовлетворенные. А мне вдруг стало не по себе от того, что я за ними подсматривал. Только сейчас во мне проснулось раскаяние, и я поспешил лечь, чтобы меня не заметили.

Стоило мне подумать о том, что только что было перед моими глазами, как я провалился в сон без сновидений. А проснулся от воя какого-то животного, находящегося совсем неподалеку.

Подняв голову, заметил недовольные и удрученные взгляды своих товарищей. Повернув голову ко входу, Даат, снова занявшийся приготовлением теперь уже завтрака, произнес:

— Я очень надеюсь, что мое чутье меня подводит, и это не те, о ком я думаю, — но на это замечание вампир только покивал и ответил:

— Нет, чутье тебя не подводит, это именно они, — после чего, осмотрев всех нас, спросил, — и что делать будем? — ответа никто не знал. Тогда дракон уверенно произнес:

— Прорываться, другого-то ничего не остается, — оборотень и вампир согласно кивнули. Я тоже, глядя на них, закивал головой.

Плотно позавтракав, все собрали остатки пищи, закинули в тот самый карман, а взамен достали оттуда оружие. Да, внушительное, надо сказать. У дракона был огромный меч, у вампира два кривых кинжала, чем-то напоминающих наши ятаганы, а у оборотня клинок, с резной красивой ручкой. Только у меня ничего не было. Это удручало.

— А мне оружие? — на всякий случай попросил я, и к моему удивлению, дракон достал два парных клинка и протянул мне.

— Держи! А пользоваться ими ты умеешь? — отчего-то я стал уверен в том, что умею, потому, согласно кивнул, беря в руки такую красоту. Они легли точно по ладони, как будто для меня сделаны. Сталь засверкала в лучах солнца, светившего в пещеру. Как будто подмигивала мне. Подкинув их вверх, проверяя сбалансированность, словил. Отлично. То, что надо. Вот теперь можно было смело выдвигаться. Так как, даже не спрашивая, я уже понял, что за зверье выло снаружи. Это те самые гиобусы, о которых говорил водяной. Ядовитые звери, которые питаются магией.

— Магию не применять, — словно прочитав мои мысли, предупредил всех Даат, и мы пошли на выход. — Да, и вот еще что, — заметил он, оборачиваясь. — Надо завести их повыше в горы. Там будет удобнее.

В чем должно состоять это самое удобство, я так и не понял, зато поняли мои спутники, ну, а я пока ничего снова спрашивать не стал. Сейчас не до объяснений. Может позже.

Выйдя из пещеры, мы, стараясь передвигаться бесшумно, двинулись вперед, прислушиваясь к доносившемуся откуда-то неподалеку, вою. Создавалось ощущение, что он повсюду, окружает нас со всех сторон.

Даат, шедший впереди всех, постоянно оглядывался и прислушивался, при этом, успевая еще и за зверем следить, готовый в любую минуту подхватить, помочь, защитить.

Мы поднимались все выше в горы. Тропка была настолько узкая, что идти было неудобно, ноги скользили по камням, затрудняя дальнейшее восхождение. Но мы упорно двигались вперед, так как пользоваться левитацией, как сказал вампир, было нельзя. Эти твари сразу почувствуют приток магии и мгновенно окажутся здесь, а так оставалось мизерная надежда на то, что нас не заметят, и мы беспрепятственно обойдем горы.

Надежда рассыпалась прахом, когда мы вышли на относительно ровную площадку, где на нас смотрели две пары разъяренных и гневных глаз огромных, чем-то похожих на медведей, только с огромными клыками, с которых капала слюна, тварей.

Назад идти не было смысла, да и, как оказалось, поздно. Обернувшись, заметили еще одного, подбирающегося к нам и грозно рычащего гиобуса. Меня охватила дрожь. Но не страха, а странного предвкушения.

Краем глаза заметив, что и мои спутники резко сгруппировались, я вскинул вперед руки с клинками. Тот зверь, который подошел сзади, резко бросился на меня, грозно рыча, это послужило своеобразной командой для остальных, которые тоже бросились на парней.

Зазвенела сталь, запели клинки, зарычали звери. Шум стоял невообразимый. Даат, отбиваясь от твари, не давая ей близко приблизиться, чтобы слюна не попала на кожу, резко произнес:

— Двигаемся наверх, быстро! — никто и не думал возражать. Короткими перебежками, уворачиваясь от животных, мы поднимались все выше. Я удивлялся только одному: в моем теле появилась легкость, некая грация, с которой я уворачивался от зверюги, при этом несколько раз и сам умудрился нанести ему ощутимые удары. Я летал так, будто у меня выросли крылья.

С трудом, но нам удалось подняться выше, почти на самую вершину. Там-то и развернулся настоящий бой, так как к троим гиобусам присоединилось еще четверо. Уворачиваться стало все сложнее, эти твари оказались довольно верткие и прыткие. Одному из них удалось оцарапать мне руку когтем, от чего рана сразу стала опухать, а рука терять чувствительность.

Заметив это, Даат, глядя куда-то вверх, громко закричал, ему вторили оборотень и вампир. Да и сами животные рычали так, что уши закладывало. Несколько раз дракон ударил мечом по скале, от чего поднялся такой шум, грохот, что вокруг все содрогнулось.

— Зачем это? — едва успел спросить я у Алиата, который оказался ближе всех ко мне.

— Нам срочно надо вызвать лавину, иначе всем придет конец, — стал пояснять он, отбиваясь от очередной атаки гиобуса.

Я посмотрел наверх, и тут же перед моими глазами предстала огромная снежная масса, которая быстро двигалась вниз. Я только успел удивиться столь явному видению, как вдруг раздался оглушительный грохот и мое видение стало становиться явью.

Мои спутники едва успели окинуть меня изумленным взглядом, после чего, дракон резко подхватил на руки оборотня, крылья которого оказались повреждены, а Алиат схватил меня, и мы, уже не взирая на применение магии, понеслись вниз, в то время, как лавина быстро подгребала под себя гиобусов.

Спустившись на землю, я не выдержал и поинтересовался:

— А почему мы сразу не могли так сбежать? И они что, все погибли? — ответ мне дал дракон, продолжая подозрительно посматривать:

— Сбежать нам бы не удалось, эти звери слишком быстро бегают, а применение магии только придало бы им сил. И нет, они не погибли, выберутся, но мы к тому времени успеем отойти подальше, — ответив на мои вопросы, он, сощурив глаза, спросил: — А теперь скажи мне, как тебе удалось вызвать лавину?

От этого вопроса я впал в ступор, непонимающе смотря на своих спутников.

— А с чего вы взяли, что это сделал я? — попытался увильнуть от ответа. — Там такой грохот стоял, что неудивительно ее быстрое схождение.

— Нет, — возразил дракон, — в тот момент, когда ты смотрел на верхушку горы, твои глаза светились фиолетовым цветом, и сразу после этого сошла лавина.

От слов Даата я впал в прострацию, а на меня с интересом вопросительно смотрели трое спутников.

На несколько минут повисла тишина. Товарищи смотрели выжидающе, а я обдумывал ситуацию, которая пока никак не хотела укладываться в голове. Тогда я решил размышлять вслух, авось чего и соображу.

— Когда сказали про лавину, которая никак не хотела сходить, я всего лишь посмотрел на шапку горы, а перед глазами возникло видение как она сходит, — произнес я, — а потом это видение превратилось в явь. Как это произошло я ума не приложу, — разведя для достоверности руки, высказался я. Спутники только пораженно покачали головами, а дракон задумчиво констатировал:

— Твоя магия начинает просыпаться. И теперь я понимаю из-за чего устроена охота. О таком мы ни разу не слышали, чтобы не применяя магии, как таковой, можно было что-то сотворить.

— Постой-постой! — воскликнул я. — Ты меня окончательно запутал. Что значит, не применяя магии? Ты же сам только что сказал, что с ее помощью я каким-то образом вызвал эту лавину, а сейчас говоришь, что магии не было. Это как? — кажется, в моих мозгах сейчас начнется перегруз, так как я абсолютно запутался и ничего уже не понимаю.

— Все просто, — улыбнулся Даат. — Потоков магии, которые бывают в таких случаях, от тебя не исходило, заклинаний ты никаких не произносил, силы вокруг тебя не ощущалось, но тем не менее, именно с ее помощью тебе и удалось вызвать лавину. Твоя сила оказалась невидимой, скрытой, так как я даже сейчас не ощущаю ни в тебе, ни вокруг тебя вообще никакой магии.

Ну вот! Вместо того, чтобы понятно все объяснить, еще больше запутал. Я теперь вообще ничего не понимаю. Но впридачу ко всему, я заметил, что от раны, оставленной когтями гиобуса, не осталось и следа, но уже на этом внимания заострять не стал, побоялся окончательно запутаться во всем. Лучше я потом как-нибудь спрошу. Да и мои спутники, судя по всему, забыли о ней.

— Ладно, хватит меня грузить, нам, наверное, пора, а то у меня сейчас «винда» зависнет, — махнул я рукой, показывая, что разговор окончен.

— Эээээ…Чего? — в один голос воскликнули все трое. — Кто где висеть будет? И что на тебя грузить? У нас же поклажа в пространственном кармане, — поинтересовался Даат, а я чуть не взвыл. Вот все время забываю, что они меня по определению не могут понять.

— Мозги у меня сейчас закипят от обилия всего неясного и непонятного, — попытался вполне доступно пояснить я, на это они только кивнули, но никто не произнес больше ни слова. А мы, передохнув немного, отправились дальше.

Дорога была ровная, мы двигались по широкому тракту. С одной стороны был лес, с другой раскинулось большое поле, на котором росли высокие стебли растений, от малейшего дуновения ветерка стебли склонялись то в одну, то в другую сторону. Красиво.

Сколько времени мы шли не знаю, но солнце стало клониться к закату, поэтому теперь нам необходимо было найти место для ночлега. Но поблизости, как назло, ничего стоящего не было.

Тогда было решено углубиться в лес, поискать источник и расположиться около него. Искать долго не пришлось. Стоило нам немного пройти вперед, как ноги сами понесли меня в нужную сторону, при этом я вырвался вперед и шел к воде, не разбирая дороги, даже не замечая того, что кусты царапают кожу.

— Тим, ты куда? — окликнул меня Алиат. — Нам же в другую сторону.

— Нет, нам именно сюда, — возразил я, продолжая свой бег. Остальные, решив не возражать, бежали следом, пока мы не выскочили на берег небольшого пруда, который освещался лучами уже заходящего солнца, рисуя на воде причудливые узоры.

Но, подбежав ближе, нас ожидало еще одно потрясение. На песке, подняв голову к небу, стоял обнаженный парень. Его длинные белые волосы отливали серебром, и каскадом падали вниз, чуть ниже попы. Он, не мигая, смотрел в одну точку, словно и не замечая нас.

А стоило нам подойти ближе, как он, продолжая стоять неподвижно, даже не моргнув ни разу, спросил:

— Кто вы такие и что вам здесь понадобилось? — несмотря на то, что тон голоса был ровным, безэмоциональным, в нем ощущалась угроза. Я уже было собрался высказаться в своей привычной манере, отвечая грубостью на грубость, как меня опередил Алиат. Он отодвинул меня слегка в сторону, подошел к этому типу, поклонился.

— Мы просто уставшие путники, просим разрешения отдохнуть у пруда. Утром мы уйдем и больше вас не побеспокоим, — после слов вампира этот уникум обернулся, осмотрел всех нас, задержав взгляд на мне, и только после этого впился глазами в вампира.

— Плату ты знаешь? — Алиат кивнул. — Все согласны? — снова кивок, а мне вдруг захотелось завопить, что я ни на что подписываться не собираюсь, но в эту минуту этот клыкастый резко наступил мне на ногу, еле сдержался от вскрика. Даже зубы пришлось сцепить. Вот же гад. Что он творит?

И тут у блондина на губах мелькнула едва заметная улыбка. Он протянул руку, показывая, где нам располагаться. Так и хотелось сделать все наоборот и специально устроиться метра на три дальше, чем он показал.

Тишину прорезал хохот блондина, который, не отрывая от меня своих синих глаз, произнес:

— Можете располагаться там, где нравится, я даю свое разрешение, — вампир покраснел, как маков цвет, с немым укором посмотрев на меня. А я что? Стоял и довольно улыбался.

Выбрав место, где трава была помягче, упал на нее и, раскинув руки в стороны, уставился в небо. Мои спутники стали тоже готовиться к ночлегу. Пока зверь с вампиром раскладывали плащи, Даат, уже по устоявшейся привычке стал готовить ужин. А блондин в это время стоял поодаль и переводил взгляд на каждого из нас, пока не остановился на вампире, который в этот момент, посмотрев на этого типа, чему-то согласно кивнул.

Когда все было готово, мы плотно поужинали, пригласив к импровизированному столу и блондина, но тот отказался. Во время нашей трапезы он встал и ушел обратно к пруду, снова застыв статуей самому себе.

Поев, убрав за собой, Даат со зверем, подхватив плащи, углубились чуть дальше в лес, я опять устроился около костра, воспользовавшись плащем вампира, а он сам в это время медленно двинулся к блондину. Тот не шелохнулся, пока руки Алиата не обвили его талию. Только тогда он развернулся в кольце рук вампира, при этом пристально посмотрев мне в глаза.

«Не хочешь присоединиться?» — раздался в моей голове его голос, а у меня от такого предложения чуть глаза на лоб не вылезли.

«Нет, уж, увольте, обойдусь без этого», — возмущенно ответил я, укрываясь с головой плащем и отворачиваясь от этих двоих. Вот только нормально уснуть мне так и не дали. Этот гад беловолосый решил отомстить, демонстрируя у меня в голове, от чего перед глазами даже картинки появились, все то, чем они стали заниматься.

Нежные и страстные объятия, поцелуи, переплетение тел. Чтобы не видеть всего этого, я стал в уме горланить песни из кинофильмов, вспоминая и представляя их себе. Получилось. Теперь вместо мужских ласк я спокойно смотрел старые фильмы моего мира, полностью отключившись от реальности.

Засмотрелся так, что не заметил, как уснул. И снова мне приснилась Лиля, только на этот раз я оказался в состоянии ее прогнать. Исчезала она с утробным рыком и стонами. А я проснулся отдохнувшим, в отличном расположении духа.

Сладко потянувшись, оглянулся на своих спутников, да так и застыл с вытянутыми вверх руками. Даже зевок застрял в горле. Все четверо, включая и этого типа блондинистого, смотрели на меня не мигая.

— Аааа…Эээээ… Вы чего это? — я даже попытался отодвинуться от них подальше. Кто их знает, что у них на уме?

— Как тебе удалось сопротивляться духу? — спросил Даат, а у меня глаза распахнулись широко-широко.

— Какому духу? В чем сопротивляться? — я уже начал злиться от всех этих загадок. Да и уставать я от них начал очень сильно.

— Вот это и есть дух этого леса, — заметил Алиат, странно косясь то на меня, то на этого блондина, который, не отрываясь, сверлил меня глазами. Странный у вампира взгляд. Если бы они были знакомы не одну ночь, подумал бы, что это ревность. Но ведь ее просто не может быть. Или может?

— И он изъявил желание идти с нами, — заметил Даат, вот только особой радости в голосе я не обнаружил. А этот-то с чего вдруг недовольный? Как все запутанно.

Я только пожал плечами, не став отвечать на их вопросы. В тишине мы поели. Все сидели с кислыми лицами, только блондин чему-то улыбался, благо, что сейчас он уже был одет в длинную тунику без рукавов, подпоясанную толстым шнурком. Уже хоть что-то, а вот мои спутники, глядя на него все больше хмурились, а Алиат вообще медленно закипал.

Да уж, чувствует моя пятая точка, что не все будет так гладко, как было раньше. И что в этом духе такого, что заставляет всех так реагировать на него? Но, думаю, очень скоро я это узнаю.

После плотного завтрака, мы, наконец, отправились в путь уже впятером. Правда перед уходом этот самый дух еще минут десять чего-то шаманил около пруда.

— А что он там делает? — спросил я оборотня, так как он стоял ближе всех ко мне. Глядя на блондина так и хотелось вручить ему бубен в руки для полной достоверности.

— Делает отвязку от леса, — ответил зверь, я на это с умным видом кивнул, будто все понял.

— Конечно же, отвязку! И как я сам не догадался! — иронично воскликнул, посмотрев на троих спутников, из которых только Даат понял о чем я. Подойдя ко мне ближе он пояснил:

— Дух привязан к этому месту и уйти не может просто так. Он даже за пределы леса выйти не сможет. А с помощью обряда, который он проводит, может стать свободным.

— А раньше он не мог этого сделать? — удивился я.

— Для отвязки нужна веская причина, — задумчиво произнес дракон. — Какую он указал никто не знает, но, видимо, вескую, раз его отпускают, — уже с сожалением закончил товарищ, глядя на довольное лицо блондина, заканчивающего свои манипуляции.

Теперь мы смело двинулись в путь. Даат уже без всякого стеснения прижимал к себе оборотня, продолжая косо поглядывать на духа. А тот шел размашистым шагом и чему-то, одному ему известному, улыбался.

Из леса мы вышли, и теперь наш путь пролегал по пустыне, вокруг были только пески, в которых ноги утопали по самую щиколотку. Идти было не очень удобно. Но тем не менее, усталости я не ощущал. Мои спутники раз за разом доставали фляги и пили воду, а вот мне пить совершенно не хотелось. Во мне бушевало море энергии.

Ко мне подошел ближе блондин и попытался взять за руку. Негодующе, я вырвал свою конечность из его загребущих лапок. Посмотрев на вампира, подумал, что он испепелит меня взглядом. Ну, вот! А совсем недавно предлагал мужем стать. Как быстро меняются приоритеты. Но ревность из него била ключом.

— Что тебе надо? — сорвался я на грубость, не люблю, когда меня касаются без моего разрешения.

— Ты так и не ответил на вопрос: как тебе удалось избавиться от моего влияния? — нисколько не смутившись от моей грубости, продолжал улыбаться он.

Посмотрев на товарищей, заметил, что и они прислушиваются к нашему диалогу. Им тоже стало интересно, как у меня это получилось.

— Я просто пытался отвлечься от тех картинок, что ты мне демонстрировал, вспомнив наши старые фильмы, вот и представлял их себе, это же лучше, чем наблюдать то, чем вы там занимались, — ответил я, при этом умолчав о том, что только в прошлую ночь уже стал свидетелем одного такого действа, больше мне не хотелось.

Даат, на миг задумавшись о моих словах, тихо произнес:

— Кто же ты такой? Магия на тебя не действует, от силы лесного духа ты отмахиваешься, как от назойливой мухи, лавину вызываешь просто силой мысли. От раны гиобуса избавляешься, как от простой царапины, — вот же, заметил-таки. А я-то думал, что никто не обратил на это внимания. А тут оказывается вон как, все все заметили, просто молчали. — Какие сюрпризы в тебе еще таятся?

На этот вопрос у меня ответа не было, так как я и сам даже предположить не мог, что еще этакого во мне может таиться. Поэтому, только руками развел.

— Поживем — увидим, выживем — узнаем, — процитировал я пословицу, со мной согласились все.

Несколько раз за время нашего пути этот дух пытался влезть мне в голову. Это я понял по тому, что у меня было чувство, будто некие щупальца пытаются добраться до мозга, и вот тогда я вспомнил, как читал в какой-то книжке, что надо представить дверь, которую захлопываешь перед наглым вторженцем. Так и сделал. Подействовало. Получилось.

Блондин даже вздрогнул, но все равно несколько раз пытался попасть туда, куда его не приглашали. Не тут-то было. Я держал ухо востро.

Пустыня резко закончилась, началась болотистая местность. Здесь передвигаться пришлось очень осторожно. Вокруг было очень тихо, даже слишком тихо. Нигде не слышался шелест листвы редких деревьев, росших неподалеку, не пели птицы. Тишина давила и удручала. И снова возникло чувство опасности.

Скорее всего, не у меня одного. Так как кругом оглядываться стали все четверо. Заметив небольшой островок сухой земли, мы устремились к нему. Стоило нам попасть на него, как дух замахал руками и стал что-то шептать. После чего вокруг нас замерцало марево.

— Это что? — шепотом спросил я оборотня, он снова оказался рядом.

— Защита. Неспокойно тут, — так же тихо ответил он. С этим пришлось всем согласиться. Так как я тоже чувствовал что-то напряженное и удручающее. И тут над ухом что-то зажужжало. Я поднял голову и обомлел…на нас неслись стаи огромных комаров. Такой укусит и сразу всю кровушку высосет. Глядя на ужас, отразившийся на моем лице, все посмотрели в ту сторону. Дракон попытался задвинуть оборотня себе за спину, но вдруг споткнулся о какой-то корешок и едва не упал. Ему пришлось отступить в другую от зверя сторону. Да и тот как-то странно споткнулся, но ему на помощь, не дав упасть, тут же пришел дух, подхватывая и приобнимая. Дракон резко подскочил и практически выхватил юношу из объятий блондина. А тот только стоял и мило улыбался, после чего, обернувшись к приближающейся стае кровопийц, махнул рукой и они…резко повернули обратно.

Нам, скрипя зубами, пришлось поблагодарить этого типа. Что-то не нравится он мне, очень не нравится. Поэтому, я стал к нему присматриваться. Ведь не зря же оба парня резко споткнулись. Я чувствовал, что без него не обошлось, но доказать бы не смог. Ладно, посмотрим, что будет дальше, и как он будет себя вести.

Разжигая костер, Даат ни на миг не выпускал из вида блондина, который подошел к Алиату, приобнял его и стал что-то нашептывать тому на ухо, от чего его лицо залилось краской. Хм. Очень интересная картинка: краснеющий вампир. Что же такого ему говорил этот пакостник, что тот так засмущался? Мне и хотелось и в тоже время не хотелось об этом знать.

Наш ужин был готов довольно скоро. Расположившись на траве, которая была слишком сырой, от чего сразу же намокли брюки, не сообразил сразу плащ подстелить, а теперь было поздно, я со скоростью ветра впихнул в себя приготовленное, предчувствуя, что ночка будет веселой. Только собравшись укладываться спать, почувствовал сопение. Обернувшись, увидел с одной стороны костра недовольного оборотня, с обидой смотрящего на дракона, а с другой такого же злого Даата, с огнем в глазах наблюдающего за зверем.

«Они что, с ума сошли, что ли? — пронеслась в голове мысль, так как оба уже даже покраснели от злости и гнева. — Что-то тут нечисто!»

Обернувшись на вторую парочку, заметил, что дух целует шею вампира, но его глаза устремлены на парней, и они светились странным синеватым светом. Не долго думая, я встал, подошел к оборотню, встряхнул его хорошенько, едва удержался, чтобы не дать подзатыльника, и только после этого спросил:

— Что с тобой? Что ты там увидел такого, чего не вижу я? — тот перевел на меня горящий взгляд и ответил:

— А ты разве не видишь, как Даат целует этого беловолосого? — вот теперь пришла моя очередь изумляться. Была бы возможность, точно покрутил бы пальцем у виска, а так решил не обижать товарища, только бросил взгляд на нагло ухмыляющегося духа, который будто спрашивал: «И что ты сейчас станешь делать?» Ничего не говоря, я пошел к дракону.

— А ты что увидел такого интересного? — тот с трудом отвел глаза от зверя, повернулся ко мне. Я даже отшатнулся, огнем, полыхающим в глазах, можно было опалить.

— Он целуется с этим духом! — выпалил тот, снова гневно поворачиваясь в сторону оборотня. А вот я задумался, чтобы такого совершить и как убрать эту гадость. И тут вспомнил тот день, когда дракон пытался зачаровать вампира и оборотня. И решил попробовать. Зажмурив глаза, представил над ними купол, который препятствует чьему-нибудь влиянию и надел на них. Возле меня раздался дружный «Ах!». Открыв глаза, с радостью заметил, что у меня получилось. Зато теперь блондин пожирал меня недовольным взглядом. Так захотелось по-детски показать ему язык. Едва сдержался.

Обнимаясь, Даат подхватил оборотня на руки и закружил от радости, что это была всего лишь иллюзия. Но тут откуда-то из болот раздался рык и вой. Застыли все. Улыбки сошли с лиц счастливых парней, теперь они напряженно всматривались в темноту, откуда на нас двигалось нечто огромное.

— Наги-отшельники, — мрачно заметил Даат, но потом специально для меня пояснил, — они специально заманивают путников в болота и питаются ими. На этих тварей тоже не действует магия, — а мне так и хотелось спросить в этот момент, а действует ли она вообще хоть на кого-нибудь? Но вовремя сдержался. Эти твари приближались, и теперь я видел их тела, как у наших питонов, огромные кольца так и извивались. На лице оскал, клыки торчали изо рта. Пугающее зрелище.

Пока они приближались, мы стояли и ничего не делали. Вот этого я и не мог понять. Почему стоим? Чего ждем? Пока нас схомячат и не подавятся? Стоило им подойти к защите, которую поставил дух, как они врезались в нее, будто в невидимую стену. Их отбросило обратно в болото. Начав злиться, наги несколько раз пытались прорваться сквозь нее, но безрезультатно. И тут один из них, вытащив свой хвост, на кончике которого был светящийся острый, как клинок, наконечник, стал долбить по невидимой стене. Дух скривился и, сцепив зубы, процедил:

— Она скоро падет, трещины уже появились, — вот тут-то оборотень, вампир и дракон стали наизготовку, начиная формировать заклятия. Я же не знал, что делать мне, поэтому, только переводил взгляд с одного на другого, на третьего и на четвертого.

Защита рухнула, наги, оскалив клыки, бросились на нас. Но тут дракон запустил в них огнем, который обволок тела, но не причинил ощутимого вреда. Оборотень запустил в них ледяную стрелу, которая так же, как и огонь, рассыпалась прахом, ударившись в тела нагов. Вампир запустил сгусток черной энергии, но и она прошла мимо. Тогда в ход пошли мечи, ножи и кинжалы. Я тоже достал свою пару, которую мне, можно сказать, подарили. Танец клинков начался.

Наги оказались полностью неуязвимы. Их не брало ничто: ни магия, ни сталь. Силы уходили со скоростью ветра. Почувствовав слабость, я стал понимать, что это может быть конец. А оказаться в животе у этих мерзких и вонючих тварей совсем не хотелось. Подобравшись к зверю, я шепнул ему, чтобы он снова запустил ледяные иглы, тот, ничего не спрашивая, стал формировать заклятие. А я в этот момент ясно решил представить, как они глотают эти иглы, после чего их раздувает как шарики и они лопаются. Картинка снова слишком ясно предстала передо мной, а в это время и зверь запустил в них магией.

Все получилось именно так, как я и представил. Один за другим эти твари стали раздуваться, становясь похожими на огромные шары, и один за другим с громким треском лопаться. А дракон добавил еще и столп огня, который, прошивая их теперь насквозь, полностью оголял скелет, сжигая так, что не оставалось и следа. Покончив с ними, мы без сил повалились на землю. Сил не было уже ни у кого.

А на небе занималось зарево рассвета. Тогда было решено отдохнуть пару часов и двигаться в путь. Что-то мы тут немного подзадержались. Но я все еще не доверял этому беловолосому, который, судя по его взгляду, опять замыслил некую гадость. Поэтому, за ним сейчас глаз да глаз нужен. Именно этим я и займусь, но позже. А сейчас надо немного отдохнуть, так как глаза уже слипались, а мозг просто отказывался функционировать адекватно.

Проснувшись бодрым, свежим и отдохнувшим, я оглянулся. Все уже были на ногах. Дракон и оборотень предсказуемо мрачные, вампир с горящими от ревности глазами, а сам дух весело улыбающийся. Ну кто бы сомневался. Сделал гадость — на сердце радость. Это как раз про нашего спутника.

— Я пропустил что-то интересное? — потягиваясь, поинтересовался у Даата. Он, на мой взгляд, оказался самым адекватным из всех.

— Вот он, — кивок в сторону духа, — снова подкатывал к зверю. Вампира ему оказалось мало. Уж слишком он любвеобилен, — я посмотрел на довольного парня, о котором говорил дракон, и в эту минуту у меня тоже в голове возникли мерзопакостные идеи. Ну, что же, раз ты горазд на пакости, я тоже кое-чего уже могу. И с каждым разом получается все лучше использовать эту мою способность. Поэтому, я тоже пакостно ухмыльнулся и мысленно обратился к духу. То, что он меня прекрасно услышит, я не сомневался.

«Если не прекратишь донимать парней, станешь импотентом! Усек?!» — судя по его округлившимся глазам, он ничего не понял. Тогда я решил продемонстрировать ему это наглядно. Прикрыв глаза, сосредоточился и представил, как мужская сила уходит из него, и член ни в какую не хочет вставать. Почувствовав в себе небывалый приток энергии, а еще и возмущенный вопль блондина, открыл глаза. Тот, вскочив, носился по небольшому пятачку островка, на котором мы находились, и вопил, что есть мочи:

— Ты что сделал? Как? Зачем? Верни все обратно! — на него наши спутники смотрели недоуменно, не имея ни малейшего представления, что произошло. А я только сидел и посмеивался. На вопросительный взгляд дракона, оборотня и вампира, ответил:

— Всего лишь сделал его импотентом, — и эти ничего не поняли. У них что, вообще такого не бывает, что ли? Поэтому, пришлось объяснять более доступно. — Лишил его мужской силы. Теперь его член не встанет, пока он клятвенно не пообещает не донимать больше никого, не приставать и не делать гадостей.

На мои слова первым расхохотался дракон. Ну-ну, дошло наконец-то, как до утки, на пятые сутки. Следом последовал хохот оборотня. А вот на вампира было жалко смотреть. Его расстроенная мордашка совсем сникла. Ну, ничего, пару дней потерпит без секса, ничего с ним не станет за это время. А дух все продолжал вопить, пока Даату это не надоело. Он махнул рукой, и у блондина резко пропал голос. Он открывал и закрывал рот, пытаясь выдавить из себя хоть один звук, но безуспешно. Совсем поникший, он сел поодаль и, надувшись, стал сверлить нас взглядом, состроив лицо обиженного всеми и подавленного ребенка. Во всяком случае, смотрелось это именно так.

— Не вернешь все обратно? — на всякий случай поинтересовался он, уже по моему выражению читая ответ, но я решил озвучить его вслух.

— Неа, пока не поклянешься не делать гадостей, — ответил я, но он не пожелал этого делать, потому, просто отвернулся от нас всех. Ну и ладно. На некоторое время будет поспокойнее.

Быстро собравшись, отправились дальше. Болота прошли с огромным трудом. Несколько раз болотный дух пытался нас запутать, ведя в трясину. Но тут как раз и пригодилась злость нашего блондина, который оказался значительно сильнее того. Высказавшись и огрев того магией, от чего болотный дух запрыгал по кочкам, громко вопя, дальше идти стало намного легче. А я только и успел подумать, что же они все такие шумные. Чуть что, сразу вопить. Но зато радовало то, что дальше нам стало легко идти, и мы вскоре выбрались из этих болот, которые уже набили оскомину.

Пройдя немного по тракту, попали в горы. Там оказалось много легче. Дорога была широкая, идти стало приятнее после тех болот, по которым мы блуждали, да и воздух значительно изменился, стал свежее, дышать стало значительно легче. Прислушиваясь к внутреннему чутью, никакой опасности не обнаружил, да и спутники тоже шли довольно расслабленно. Через некоторое время мы вышли к небольшой равнине среди гор, всю усеянную вьющимися растениями. Стоило ступить на край равнины, как вдруг во мне завопило чувство опасности, а спину стал прожигать чей-то недобрый испепеляющий взгляд.

Оглянувшись, никого не обнаружил, но заставил своих товарищей заволноваться, так как очень уж обеспокоенный и напряженный был у меня взгляд.

— Что случилось? — первым спросил Даат, следуя моему примеру и оглядываясь по сторонам. Но ничего не обнаружил.

— Не знаю, — задумчиво произнес я, но чувство опасности продолжало вопить, не хуже сирены. — Что-то не так, но не пойму что, — между тем продолжил я.

Постояв несколько секунд на краю равнины, мы все-таки двинулись вперед. Пока ничего не происходило. А вот стоило нам оказаться на середине, как вдруг и началось… Растения зашевелились, зашипели и, как змеи, стали обвиваться вокруг наших ног, утягивая вниз, под землю. В ход пошли и магия, и сталь, но их было слишком много, мы не успевали отбиваться от всех.

И тут-то появился опять тот самый силуэт в капюшоне. Противно хохоча, он запустил в нас какой-то черной сетью, которая неслась на меня. Дракон, заметив ее, попытался спалить огнем, но он прошел сквозь нее, не причинив ощутимого вреда. Тогда оборотень запустил свои ледяные иглы, но и они прошли мимо. А сеть все приближалась. Вампир попытался растворить ее своим заклинанием, но у него ничего не вышло, даже дух попытался что-то сделать, но безуспешно, а ведь надо было еще и от этих приставучих растений отбиваться.

Поняв, что все попытки тщетны, я по инерции выставил руки вперед, пытаясь поймать эту гадость и скрутить ее. О, чудо! Она застыла прямо передо мной. Хохот этой твари резко прекратился. Даже растения застыли, как бы наблюдая за тем, что последует дальше. А дальше…из моих рук полился фиолетовый свет, сеть стала скручиваться, а я еще и делал манипуляции руками, скатывая эту гадость в шарик, она послушно следовала моим желаниям, пока не превратилась в маленький шарик, который я щелчком пальца отправил в обратном направлении, к тому самому типу в капюшоне. Тот, не став дожидаться, пока его накроет его же заклятием, резко растворился в воздухе.

В этот же момент и растения отпустили нас, сразу же став смирными. Мы поспешили покинуть сию негостеприимную равнину, направляясь дальше, к морю, где нас уже ждал корабль, который и должен был доставить нас через три дня в королевство драконов, к оракулу.

Только подумав о море, у меня будто крылья выросли за спиной. Я готов был бежать без остановки, чтобы побыстрее добраться до воды. Но мои спутники, заметив мой порыв, тут же осадили меня.

— Нам надо отдохнуть, борьба с этими приставучими ростками вытянула все силы, — заметил оборотень, выискивая место для привала. Как бы я ни хотел отказаться, но пришлось все же согласиться, так как я заметил, насколько уставшими были мои спутники. Даже в какой-то момент взгляд Алиата приобрел осмысленное выражение, что навело меня на невеселые мысли, опять-таки связанные с нашим новым спутником. Только сейчас в голову стали закрадываться невеселые мысли и думы. Но над этим я решил поразмыслить позже, а пока надо пристально следить за этим блондином, неизвестно, что еще он удумает, какие пакости крутятся у него в голове. Видимо, одного наказания ему оказалось мало, а значит, надо придумать что-то еще, чтобы наверняка отбить охоту к пакостям.

Место нашлось довольно быстро. Между скалами был довольно живописный островок, который как раз подходил для привала. Ковер мягкой травы так и манил, посреди этого островка находилось кострище, видимо, не мы одни такие, и здесь довольно часто отдыхали уставшие путники. Несколько минут все, просто упав на траву, наслаждались покоем и тишиной. Двигаться никому не хотелось, так было хорошо.

Но первым встал, как и предполагалось, Даат. По негласному соглашению, он, по уже устоявшейся привычке, стал разжигать костер и готовить еду. А я все-таки решил поинтересоваться:

— Даат, а тебе не в лом готовить на всех? — он на это только странно посмотрел на меня, но ответил.

— Я люблю готовить, и особых трудностей с этим не наблюдаю. Дело в том, что я ем только то, в чем уверен, что приготовил сам, вот и занимаюсь этим, — железная логика, с которой не поспоришь. И я не стал. Но тут меня заинтересовал еще один момент. Подойдя вплотную, оглянувшись на уснувших товарищей, я шепотом поинтересовался:

— Скажи, а зачем мы брали блондина, если, как я успел заметить, не хотели этого? — на этот вопрос дракон сначала не хотел отвечать, но потом, подумав немного, решил озвучить свое мнение.

— Понимаешь, ему нельзя отказать. Закон гостеприимства, будь он неладен, — Даат даже скривился от такого, но потом продолжил, — хозяину леса ни в чем нельзя отказывать, вот и у нас не было другого выхода, как согласиться взять его с собой.

— Но ведь ему же заплатили, — удивился я, вспомнив то, что происходило между ним и вампиром. На мою реплику дракон горько усмехнулся.

— Это символическая плата. Вообще, расплатиться должны были все, вот поэтому и пришлось соглашаться с тем, что он идет с нами, так как мы-то втроем не заплатили за отдых и ночлег, — а вот от этого я просто выпал в осадок. Ничего себе заявочка. Вот же, любвеобильный какой. Фиг ему, а не расплату. Пусть уж лучше топает с нами, чем спать с ним.

Заметив, что товарищи стали шевелиться, нам пришлось прекратить разговор, а я стал помогать парню, готовить, попутно спрашивая, какие травы для чего нужны, а он охотно объяснял и показывал. Не знаю зачем мне это надо, но вдруг пригодится. Не всю же жизнь я проведу со своими спутниками. Ведь еще неизвестно, что скажет мне оракул.

Когда все было готово, мы подняли товарищей, перекусили и решили дальше никуда не идти, остаться здесь на ночь. При этом я посмотрел на блондина, который что-то обдумывал, причем, если судить по его прищуренным глазам, это очередная пакость.

«Только попробуй что-нибудь сотворить, — пригрозил я, — одной импотенцией не отделаешься. Станешь моим подопытным, на котором я буду испытывать свои новые и все открывающиеся способности. Ты этого хочешь?» — на это мне ничего не ответили, а просто отвернулись. Единственное, что меня порадовало, так это то, что никто не поднял вопрос о том, как мне удалось избавиться от этой сети. Только я об этом подумал, как вампир, хлопнув себя по лбу, спросил:

— Тим, а как ты смог эту штуку скрутить? На нее же вообще ничего не действовало, — попал, а я так боялся этого вопроса. Вот что мне ответить на это?

— Я не знаю, — пришлось признаться честно. — Оно само получилось. Очень уж разозлил меня этот тип, который нас преследует и неизвестно чего хочет.

— Ну, тут как раз-таки все понятно, — подал голос дух. — Не нравишься ты ему, вот он и задумал тебя уничтожить.

— Я не музейный экспонат, чтобы всем нравиться, — огрызнулся я. Умник нашелся. А то я до сих пор не понял этого. Америку он открыл! — От личной антипатии не убивают, тут что-то другое, — заметил я, но дальше тему развивать не стал. Отвернувшись от всех, стал готовиться ко сну. И тут…

Почувствовав, что на меня что-то движется, резко обернулся и столкнулся взглядом с…Лиля? Не успев даже ничего сообразить, машинально накинул на нее колпак, тем самым останавливая ее и не давая ей исчезнуть. Вот теперь она ответит на все мои вопросы.

В прозрачном колпаке билась о невидимые стенки и свирепствовала та, кого я едва не назвал своей женой. Она рычала, скалила остатки зубов, когтями царапала стенку, вот только выйти у нее не получалось. А мои товарищи, только собравшиеся укладываться спать, резко подскочили к ней и недоуменно рассматривали это чудо.

— Тим, ты знаешь кто это? — удивился дракон, а я ответил утвердительно, подходя ближе к этому полутрупу. Рассматривая то, что от нее осталось, я впился взглядом в ее провалившиеся глазницы и спросил:

— Как ты здесь оказалась? Что тебе от меня надо? И с чего ты взяла, что это я тебя убил? Ты же знаешь, что я сам пострадал из-за тебя, — засыпал я ее вопросами. А она только рычала в ответ. И не думала отвечать на мои вопросы. Тогда к ней подошел Даат, вперил в нее взгляд и застыл. Она сначала бесновалась, но постепенно стала успокаиваться, ее поза становилась все более расслабленная, пока совсем не застыла. И только полностью успокоившись, монотонным голосом она начала отвечать на все мои вопросы:

— Как оказалась — не знаю, меня просто выдернули из нашего мира. Я не помню, что там произошло, даже не помню где это, там, но знаю одно, что убил меня ты, мне так сказали, — ее монотонный голос становился все тише.

— Кто тебе это сказал? И кто тебя ко мне послал? С какой целью? — продолжал допытываться я. А она стала медленно оплывать, но ответить все же попыталась:

— Он. Он мне приказал тебя убить, он сказал, что ты виновен в… — договорить ей было не суждено. Тело прямо на глазах стало рассыпаться, пока на траве не осталась только горстка пепла, в которую и превратилась Лиля.

— Теперь она тебя больше не побеспокоит, — произнес оборотень, рассматривая то, что от нее осталось. — А кто это вообще? — тут же спохватился он, глядя на меня.

— Моя бывшая невеста, — с сожалением ответил я. Несмотря на то, что эта девушка сотворила, мне было ее жаль. Такой участи она точно не заслужила. Полусгнивший труп, которым кто-то распоряжался по своему усмотрению. Да еще и на меня натравил, при этом подчистую стер память прошлой жизни. Но вот только вопрос о том, кто же этот пресловутый «он» так и остался открытым. — Ее убили на моих глазах, а следом за ней и меня, — напомнил я товарищам то, что уже однажды рассказывал.

Меня поняли все, кроме духа. Но ему пока рано открывать все, так как доверия он у меня все еще не вызывал. Да и глаза его бегающие наводили на невеселые мысли, что этот тип никак не желает успокаиваться, думая о том, как гадость сотворить и безнаказанным остаться. Интересно, что он придумал на этот раз? Это я узнал очень скоро. Стоило всем лечь спать, как дух, ехидно улыбнувшись, прикрыл глаза. Я же пока не торопился засыпать, да и не хотелось, потому наблюдал за ним из под полуприкрытых век. Когда раздалось ровное посапывание всех троих, блондин встал, и, подойдя к оборотню, улегся рядом, отодвинув при этом дракона.

Его руки нежно ласкали тело оборотня, заставляя того извиваться и постанывать. Только я уже хотел вмешаться, как глаза открыл дракон и в шоке застыл. Предчувствуя бурю, я вдруг подумал, что очень хотелось бы вернуть время назад, хотя бы на час. Даже глаза прикрыл, вспоминая, что мы делали час назад. А открыл от гомона, собравшихся укладываться спать, товарищей.

Неужели у меня и это получилось? Я готов был запрыгать от радости. Но сейчас пока было не до того. Подобравшись к зверю, я шепотом попросил его обернуться в ягуарчика. На мою необычную просьбу он только недоуменно посмотрел на меня, а я тихо произнес:

— Позже поймешь, — тот, больше ни слова не говоря, сделал так, как я просил.

— И что дальше? — у меня в голове, ментально поинтересовался он, а я стал думать, как наэлектризовать его шерстку. Нужна пластмасса. А где ее здесь взять? Тогда я решил попробовать это сделать рукой, представив, что у меня в руке расческа из этого чудного сплава из моего мира.

Получилось! У меня получилось сделать так, что шерстка оборотня прямо искрила. Подмигнув зверю, предложил укладываться спать, что он и сделал, укладываясь рядом с драконом, но не касаясь его. Если тот и удивился, то виду пока не подал, но насупился. Я же приготовился ждать. Когда пришло время, заметил подкатывающего к оборотню духа. Вот же…Даже звериная форма этого гада не смутила. Ну-ну, посмотрим-посмотрим, что ты сейчас запоешь.

Стоило духу с ехидной усмешкой коснуться зверя, как его так шандарахнуло током, что отбросило на полметра, а сам он взвыл. И тут я не выдержал, расхохотался так, что все подскочили от неожиданности. Переводя взгляд с меня, ржущего, как лошадь, на свирепого духа, которого все еще продолжало потряхивать, все все поняли, до зверя дошло, зачем я его просил обернуться и зачем натирал его шерсть, и он тоже, падая рядом со мной стал хохотать.

— Я тебя предупреждал? — сквозь приступ смеха поинтересовался я, тот только опустил глаза, ничего не отвечая. — В следующий раз я придумаю что-нибудь поэффективнее, — предупредил я, а он только буркнул себе под нос:

— Куда еще эффективнее? И так долбануло хорошо, аж искры из глаз посыпались, — и тут же, подняв голову, спросил: — А как ты это сделал? Это ведь твоя работа? Да?

— Не скажу, — и снова так захотелось показать язык, но сдержался. — Ни к чему тебе это знать. Но в следующий раз, я тебе обещаю, одним испугом ты не отделаешься, — от моего тона того даже передернуло. Он уже понял, что это не пустая угроза.

Вволю повеселившись, мы, наконец, смогли спокойно уснуть. Ночь прошла спокойно. Даже этот неугомонный спокойно спал, больше никого не донимая. Мне в эту ночь снилось что-то очень хорошее, светлое и воздушное. Более того, в моем сне был некий образ, пока еще не сформировавшийся. Единственное, что я запомнил, это светлые длинные волосы, меч и крылья. Странный сон и образ странный, но он вселил уверенность, предчувствие чего-то очень хорошего.

В таком отличном настроении я и проснулся. Стоило мне открыть глаза, как ко мне подошел Даат, взял под локоть и повел в сторону. Сначала я ничего не успел сообразить, но пошел следом. Он же, отведя меня на приличное расстояние, поинтересовался:

— Рассказывай, что произошло? Я почувствовал что-то необычное, — начал объяснять он. — А еще, было чувство, что со мной это происходит во второй раз. Что ты сделал? — более требовательно спросил он, а мне пришлось признаться, из-за чего я повернул время вспять. Сначала он хмурился, а потом просто расхохотался, но все же предупредил. — Больше так не делай, потому что вмешательства в жизненную и временную ауру может быть чревато последствиями.

Мне пришлось с ним согласиться и пообещать такого больше не делать. Поговорив, мы вернулись к своим спутникам. Те вопросительно посмотрели на нас, но никто из них не задал ни одного вопроса. Перекусив, мы двинулись дальше в путь. Как сказал Даат, нам остался один день пути, и мы уже будем у моря. Так оно и получилось. Время пролетело очень быстро, никто нас не преследовал, никто не пакостил, даже дух маленько поутих, спокойно шествуя рядом.

Весь путь мы проделали практически молча. Только Даат со зверем изредка переговаривались, да я крутил головой по сторонам, рассматривая все вокруг и временами задавая вопросы. Идти нам пришлось мимо больших городов, но заходить в них мы не стали, наученные горьким опытом, что промедление смерти подобно. Потому и бежали дальше, нигде не останавливаясь.

Даже привал за целый день не устраивали. Да и не нужен он был. Я с удивлением отметил, что даже не успел проголодаться, несмотря на количество потраченной энергии. И даже в который уже раз снова задумался о том, кто же я есть? И когда я об этом узнаю? На меня даже начал нападать приступ меланхолии, но снова вспомнился сон, и настроение, как по спецзаказу поползло вверх, добавляя энергии.

И вот, наконец, впереди замаячило море. В нос ударил запах свежести и морского бриза. Ноги сами понесли меня быстрее, хотя еще несколько минут назад казалось, что быстрее уже просто некуда. Оказалось есть. Даже мои спутники уже едва поспевали за мной.

Впереди показалась пристань, на которую мы и выскочили со всего разбега. На причале стоял только один корабль. И он ждал нас. Капитан, завидев нашу процессию, заулыбался и замахал руками. Мы взбежали на борт, после чего матросы сразу же отдали швартовы и громадина отчалила от берега.

Выбрав себе каюты, мы все поднялись на борт. И тут подошедший к нам капитан огорошил нас не очень приятной новостью:

— В море появилось чудовище. У него две головы и клешни, как у рака. Он ломает суда, а всех, кто на них находится, пожирает, — от этой новости настроение резко поползло вниз. — Но оно находится подальше, в другой части моря, — попытался успокоить нас капитан. — И будем надеяться, что мы на него не нарвемся.

«Ага, надежда умирает последней», — подумал я, предчувствуя, что это чудовище появилось неспроста. И оно точно не минует нас.

Как же я был прав.

Первый день пути я наслаждался спокойствием и негой. Несколько раз даже прыгал в воду и плавал, будто никогда моря не видел. Но в воде я чувствовал себя вольготно. В ней появлялась энергия, усталость исчезала, как по мановению волшебной палочки. Мои товарищи наблюдали за мной с улыбкой на губах. Даже команда, находящаяся на палубе, смотрела на мои ребячества с легкой усмешкой. Но мне в этот момент было наплевать на всех, я наслаждался, заряжался энергией.

Вволю наплававшись, поднялся на борт. Нас пригласили в кают-компанию, где уже был накрыт стол. Перекусив, решил немного помучить дракона. Выйдя с ним из душной каюты, стал расспрашивать обо всем, что меня интересовало. Об их легендах и мифах, ну, а что, у нас же они есть. Так почему бы не быть и в этом мире? О самом сотворении мира, что-то меня потянуло именно в эту сторону. Внутри меня зрело такое чувство, что это чем-то может мне помочь, вот только чем именно я пока и сам не то, что не знал, но даже и не догадывался.

Даат решил удовлетворить мою просьбу, тем более, плыть нам предстояло несколько дней, и занять в пути себя было практически нечем. Вокруг нас собрались и остальные товарищи, которые тоже не захотели сидеть в душном помещении, а заодно послушать то, что будет рассказывать дракон. А то, что рассказчик из него отличный, мы уже убедились. Из того, что он нам поведал, я узнал следующее.

Когда-то давно, когда этот мир только-только появился, кстати, как и откуда он возник, никто не знает, и легенд на этот счет тоже нет, в нем обитали только одни существа — найдеры, они-то и считались основателями этого мира, но Демиургами не были. Просто первые поселенцы, наделенные необычной магией, из-за которой их и стали периодически уничтожать вновь появившиеся расы. Так как мало кто мог принять существ, во многом превосходящих их по силе. Да и спутников они выбирали только из одной единственной расы — крылатых воинов — антаридов. У них была схожая магия, вот только эта раса была совсем малочисленная. И как только началось поголовное истребление найдеров, они просто исчезли, испарились из этого мира. Нет, они не бросили могущественную расу, их просто выбросило из этого мира, хотя никто до сих пор не знает кто оказался таким могущественным, чтобы избавить найдеров от поддержки крылатых.

Сама магия найдеров была довольно необычна. Для всплеска не требовались заклинания, просто надо было хорошенько сосредоточиться и понять, что именно ты хочешь, это значительно ускоряло процесс магического всплеска. Пока соперник плел нить заклятия, найдер уже мог несколько раз уничтожить своего врага. Потому и стали все существа, которые приходили в этот мир методично уничтожать этот сильный народ.

И только хитростью и сталью им это удалось. Найдеры были полностью истреблены. Хотя, говорят, что нескольким все же удалось скрыться, это был сам Владыка этого народа, он и его семья успела покинуть этот мир, причем, помог им в этом сам дух-защитник. Он не смог смотреть на то, как его любимцев истребляют. Но и помочь им ничем не мог. Единственное, что оставалось, только помочь сбежать из этого, больше не родного для найдеров, мира.

И вот уже несколько веков о них никто больше не слышал. Мифы про этих всесильных существ канули в Лету. И даже воспоминания стерлись. Поэтому, о них очень мало кто знает.

Слушая дракона, я не мог избавиться от мысли, что в его словах мелькает что-то знакомое. Но вот что, так и не понял. А потом наш разговор плавно перешел на то, чему за это время я уже успел научиться, и что мне еще предстоит.

Еще несколько раз окунувшись в воду, мы разбрелись по каютам. В сон клонило очень сильно. Как будто на мне пахали целый день. Странно как-то. И тут до меня дошло. Снова этот гад развлекается. Ну-ну, устрою я ему развлечение.

С огромным трудом отогнав от себя сон, поплелся на палубу, едва переставляя ноги. По пути зазывая и своих спутников. Они, такие же полусонные и малость не в себе, вышли узнать, зачем я их позвал. Только блондин был недоволен таким раскладом. А мне на его мнение было глубоко наплевать.

Попросив у команды зеркало, я поставил его на небольшой столик, после чего, глядя на блонда, который до сих пор так и не удосужился сказать нам свое имя, предложил:

— Хочешь, погадаю на суженного? — тот, странно дернувшись, сначала отрицательно мотнул головой, а потом, подумав, согласился.

Я подошел к парню, завязал тому глаза, сказал, что так надо, когда он попытался сопротивляться, при этом перед ним я поставил тарелку, предупредив, что необходимо сначала водить по ней, а потом по лицу. Пока его глаза были не завязаны, тарелка была чистая, а потом, когда он ничего уже не смог увидеть, я попросил тихонько поменять ее на смазанную копотью или золой. Мне принесли все, что я попросил. Тогда-то я и сказал духу начинать. Он, сперва с опаской, а потом все смелее, стал делать все, что я ему говорил.

Когда его лицо было полностью в саже, которую и предоставила команда, я снял с него повязку и подставил зеркало…Такого вопля я никогда не слышал. Все присутствующие даже шарахнулись в сторону, заложив уши. А потом раздался дружный хохот. Я же, наклонившись к уху этого типа, прошептал:

— Еще раз вздумаешь применить свою магию, я придумаю что-нибудь пооригинальней. Но разрыв сердца тебе будет обеспечен. Ясно? — вот тут ему ничего другого не оставалось, как, понурившись, согласиться. А мы, решив оставить духа размышлять над смыслом жизни, наконец-то с чистой совестью отправились отдыхать.

Теперь меня уже не одолевала такая навязчивая сонливость. Спать хотелось, но не так сильно, поэтому, улегшись на кровать, я задумался над той самой легендой, что рассказал дракон. В голове что-то крутилось, но пока сообразить, что именно, я не мог. Единственное, что вычленил мой уставший мозг, это крылатых существ. Ведь совсем недавно мне тоже снилось что-то такое. И хоть рассмотреть я ничего не мог, но очень хорошо чувствовал, что это как-то связано.

Постепенно меня забирал Морфей в свои объятия. И снова мне снился этот крылатый. Вот только на этот раз в его руке был меч, который я смог хорошо рассмотреть. Мне стало интересно, на кого он с мечом-то собрался идти. Но ответа, естественно, не получил.

Досмотреть сон мне не дали крики с палубы, где вся команда стояла на ушах. Быстро соскочив с кровати, бросился наверх. Там уже столпилась вся команда и мои спутники, выглядывая что-то или, как я понял, кого-то в воде. Подойдя к бортику, перегнулся и заметил юношу, совершенно обнаженного, который барахтался в воде. А ему бросали все, что под руку попадется, чтобы он не утонул. Голову пронзила мысль о неестественности происходящего, но я решил ее откинуть, не раздумывая, бросаясь в воду, чтобы помочь этому парню попасть к нам на корабль.

Вытаскивал я его с огромным трудом. Так как делать этого катастрофически не хотелось. Да что же это такое? Что со мной? Ответа на этот вопрос я не знал. Но продолжал помогать ему взобраться на палубу. В момент, когда он оказался на твердой поверхности, его глаза блеснули нехорошим огнем. Во мне завопило чувство опасности, но тут же, словно попав под какой-то барьер, сразу же утихло. Только тяжесть на душе все равно осталась. А вот такие перепады мне совершенно не понравились.

Но, тем не менее, оказавшись на палубе, юноша встал во всей своей красе, от чего у всех даже глаза заблестели от желания. А посмотреть там было на что: высокий, поджарый, с красивым телом, русые волосы, достигающие плеч, темно-зеленые глаза с красным отблеском где-то в глубине, прямой нос, тонкие губы, презрительно сжавшиеся от обозрения всех похотливых самцов, облизывающихся на его тушку. Парень нисколько не смущался своей наготы.

Напротив, создавалось ощущение, что он ее выставлял напоказ, готовый в любую минуту дать отпор тому, кто первый решит испытать удачу. Даат не выдержал накаляющейся атмосферы. Подойдя к спасенному, он накинул на него плащ, прикрывая наготу, что не очень понравилось этому типу. На его лице мелькнуло недовольство, которое он поторопился убрать, пока никто ничего не заметил. И только после этого начались расспросы.

— Кто ты? И как оказался в море? — начал Даат, пристально смотря на юношу. Но его, что оказалось странным, этот взгляд нисколько не смутил.

— На наш корабль напали, — начал он. — Кто это был, мы даже не увидели. Не успели ничего сообразить, как он стал разваливаться прямо на глазах. Многих сразу выбросило за борт, я и был из их числа. Уцепившись за обломок, старался отплыть подальше, чтобы меня не утянуло в воронку, вслед за кораблем, — склонив голову, закончил он.

Все стояли и молчали, переваривая услышанное. И тут до меня вдруг дошло, что смутило с самого начала, когда я только увидел его барахтающимся в воде.

— А почему ты там барахтался, а не стал сам подплывать ближе? — спросил я, вспомнив, что именно мне пришлось тащить его фактически на себе к судну.

— Так я плавать не умею, — заметил он, а я явственно учуял ложь в его словах. Да и нестыковка была слишком явная. На которую я и поспешил указать.

— Если ты не умеешь плавать, то как продержался на воде? — сощурив глаза, поинтересовался я. — Ни бревна, ни какой-либо щепки в зоне видимости не было? — он понял свой промах. Его глаза вмиг стали красными, а сам он вдруг начал видоизменяться.

— Ты прав! — захохотал он страшным утробным смехом. — Я не только умею плавать, но и на ваше судно попал специально, чтобы на этот раз никаких осечек не вышло.

— Со всех сторон стали раздаваться крики ужаса, когда этот тип стал увеличиваться в размерах. Его руки стали тоже видоизменяться. Теперь меня пытались схватить две огромные клешни, щелкая перед самым лицом. Я отодвигался назад, а он шел на меня.

Когда моя спина уперлась в борт, я попытался достать его клинками, которые находились за поясом, но они словно по железу царапали. Его кожа стала твердой, как панцирь. Еще бы немного и он точно оторвал мне голову своими клешнями. Глянув на товарищей, успел только заметить, что они не могут сдвинуться с места, застыв статуями самим себе.

И тут, откуда-то с воздуха, раздался шелест крыльев, и на палубу спустился высокий блондин, с длинными волосами и мечом в руке.

Последней мыслью перед тем как меня поглотила тьма, была: «Это он, тот самый силуэт из сна!» Что происходило дальше ни видеть, ни слышать я уже не мог.

Когда я открыл глаза, огляделся и снова закрыл. Моей щеки коснулось что-то легкое и ненавязчивое. Снова открыв очи, уставился на наглеца, который водил кончиками пальцев по моему лицу. Сначала было подумал, что на лице что-то есть, и он решил стереть это. Но чем больше он водил, тем сильнее я укреплялся в мысли, что здесь не так все просто. А потом голову пронзила мысль, и я вспомнил, ведь в этом мире мужские отношения, вот он и… Что? Это он решил меня соблазнить, что ли? Ну, уж нет! Отстранившись, зло посмотрел ему в глаза. Он недоуменно смотрел на меня, не понимая, с чего я злюсь и продолжая гладить лицо.

— Клешни убери! — не выдержав, рыкнул я. — Ты чего их распускаешь? — тот отдернул руку, словно обжегшись. Вскочив с кровати, я с гордым видом прошествовал к двери. Он молча пошел за мной следом.

На палубе находились наши спутники вместе с командой. Кое-кто был ранен, кто-то просто сидел, опираясь на борт, кто-то чинил то, что в ходе битвы было разрушено. А повреждения были довольно ощутимые. Грот-мачта была снесена, фок-мачта сломана. Ни одной реи не уцелело. Теперь стоял вопрос, как нам плыть дальше. Но больше всего я хотел знать, куда делось чудовище и что здесь произошло.

Ответить мне решил зверь. Они с Алиатом подошли ко мне, поинтересовались как я себя чувствую. И только потом, устроившись на палубе, так как больше было негде, оборотень поведал о том, как этот самый крылатый, так вовремя прилетевший на помощь, едва смог одолеть чудовище. А пока зверь рассказывал, вампир ментально демонстрировал мне все, что происходило в тот момент.

Битва была жаркая. Магию использовать было нельзя, так как тот гад ею подпитывался, вот и пришлось обходиться только сталью. А мечом крылатый орудовал так, что даже дракон — мастер мечей — и тот позавидовал. Оружие пело в руках воина, будто являясь продолжением руки, рукой, только железной.

Взлет крылатого, взмах мечом. Чудовище выбрасывает вперед одну из клешней, пытаясь достать юношу, тот легко уворачивается, нанося удар по незащищенной части тела — шее. Это единственное уязвимое место у бронированной гадины. Оно взвыло от такого удара. На палубу хлынула кровь, шипя и разъедая доски. Битва продолжалась. Монстр рассвирепел, стал крушить все, что попадалось под руку, пытаясь поймать увертливого воина. Снова удар мечом, но в этот раз вышла осечка, теперь чудовище успело увернуться, и острая сталь прошлась только вскользь, не нанеся вреда.

В какой-то момент, монстр извернулся и достал-таки юношу, рассекая клешней тому руку от самого плеча. Не обращая внимания на кровь и резкую боль, крылатый перехватил меч в другую руку и, резко взлетев, перевернувшись в воздухе, взмахнул мечом и…вложив все оставшиеся силы, рубанул по шее гадины. В туже секунду он взвыл, от этого воя содрогнулось все вокруг, даже море заволновалось.

Голова чудища отделилась от тела и полетела в воду, а тело стало медленно оплывать, пока не превратилось только в лужицу, которая с шипением стала испаряться и исчезать. А потом вокруг стало тихо-тихо. Крылатый, опустившись на одно колено, облокотился о меч и стоял так, пока к нему не вернулась часть сил. И только тогда он взмахнул крылом и вернул подвижность товарищам.

Просмотрев все, что мне демонстрировали и рассказывали, я только поразился профессионализму этого типа. А он молодец, хорошо справился. Жаль только, что я отрубился в самый неподходящий момент. Так хотелось это самому увидеть. Но теперь нам предстояло что-то решать с кораблем, так как дальше мы плыть не могли. На море был полный штиль, и мы стояли на одном месте, дрейфуя.

Словно прочитав мои мысли, ко мне подошел крылатый и произнес:

— Ты можешь починить корабль, не прилагая никаких усилий, — я вопросительно глянул на дракона, он ведь тоже это может. Или нет?

— Ему для этого надо приложить максимум усилий, сплести сложное заклинание, потратить почти всю энергию, тогда как тебе можно об этом просто подумать, — ответил на мой немой вопрос оборотень, а все только кивнули. Так-так. Это уже интересно. Что такого знают они, чего не могу знать я? И с чего они вообще это взяли?

Ко мне подошел крылатый, от которого я снова шарахнулся. Но он, подняв обе руки вверх, показал, что ничего не намерен делать, а потом стал говорить, что мне делать. Я же полностью следовал его указаниям. А они были просты. Такое мне уже приходилось творить. Представить то, что хочу получить в итоге. С каждым разом у меня получалось все лучше, поэтому, сделал так, как мне говорили.

И вот уже корабль стал, как новый. Паруса натянуты, попутный ветер вызвал этот прилетевший тип, который меня нервировал тем, что не сводил с меня глаз. Да еще смотрел так, что внутри все переворачивалось. Вот что он там увидел? Еще я заметил, что вампир стал более адекватным, он перестал сверкать глазами от ярости и ревности, да и сам дух немного присмирел. Только все смотрел на крылатого, временами тяжко вздыхая. Странно. И что я пропустил, пока валялся в отключке?

Естественно, говорить об этом никто не спешил, ну и ладно. Все равно ведь узнаю. Пусть позже, но кто-нибудь да скажет. А сейчас я сел прямо на дощатый пол, облокотившись о борт и задумался. Мой взгляд упал на блондина, который в данный момент спрятал крылья и выглядел, как обычный человек. Я рассматривал его и приходил к неутешительному выводу, что или я все-таки начинаю смиряться с положением в этом мире, или происходит что-то очень странное.

Голубые глаза с золотыми искрами уставились на меня. Но я, задумавшись, даже не замечал этого, так как не мог разобраться в том, что со мной происходит. А происходили странные вещи. Несмотря на то, что этот тип меня до ужаса раздражал и неимоверно злил, меня каким-то образом тянуло к нему, и это абсолютно не радовало. Хотелось рвать и метать.

Поэтому, решив не искушать судьбу и не мучить себя сомнениями, я встал и, ни слова не говоря, ушел в свою каюту, куда через несколько минут вошел Даат.

— Что с тобой происходит? — садясь на край кровати, спросил он.

— Я и сам не знаю, — садясь к спинке кровати и подтягивая к себе колени, произнес я, смотря мимо дракона. Он молчал, не подгоняя и ничего пока не добавляя. А я продолжил: — Нечто странное. Я никогда не признавал того, что у вас в порядке вещей: любовь между мужчинами, а сейчас, наблюдая за вами, стал понимать, что такого негатива, как раньше, больше не испытываю. Но и сам пока не могу принять это для себя лично.

Даат меня выслушал. Несколько минут он молчал, обдумывая, а потом произнес:

— Я не знаю твой мир и твои порядки и законы, но могу только предложить одно: тебе придется принять свою новую сущность, свою вторую жизнь, уже в этом, новом для тебя месте. А еще тебе придется когда-нибудь принять и то, что у тебя будет избранник. Как ты это сделаешь, я не знаю, но когда ты встретишь его, я уверен, тебе будет легче смириться с таким положением вещей, — больше ничего не добавив, он вышел, оставив меня в хаосе мыслей.

— Что-то мне подсказывает, я его уже встретил, но я не хочу об этом думать, — сам себе пробурчал под нос я, когда за драконом закрылась дверь. А потом, резко взбив подушку, снова лег на кровать, накинув ее на голову, таким образом, пытаясь уйти от всех мыслей, одолевающих меня в этот момент.

И сам не заметил, как погрузился в сон, на этот раз без сновидений. Целый день я проспал и ночь тоже. А утром еду мне принес зверь. Молча поставил и так же, не говоря ни слова, удалился, не став ничего спрашивать. Это было мне только на руку. Так как говорить вообще не хотелось ни с кем и ни о чем. Но еще больше смущал тот факт, что мне очень хотелось снова увидеть этого крылатого, но я всеми фибрами своей души противился этому. Только лежи не лежи, прячься не прячься, а выходить-то все равно придется. А значит, надо собраться с силами, задрать нос повыше и вперед…

Так и сделал, только поел сначала. Должны же у меня быть силы, а то еще не хватало свалиться в голодный обморок.

Собрав всю свою силу воли в кулак, накинув на лицо маску безразличия, поднялся на палубу, где все весело, что-то обсуждали. И как я не убеждал себя не смотреть на крылатого, но как только оказался в непосредственной близости, взгляд начал искать его. А когда нашел, то по телу пробежала дрожь, кожа покрылась пупырышными мурашками, на лице появилась идиотская улыбка, которую я всячески попытался скрыть. Но, судя по тому, как устремился ко мне довольный блондин, мне это не удалось.

Ой! Что сейчас будет?!

Подбежав ближе, крылатый попытался обнять меня, но я шуганулся так, что едва не упал. На меня смотрели изумленно и с долей обиды. Ага, а что он думал? Хотел, чтобы я прямо сейчас упал в его объятия? Не выйдет. Я к этому не готов. И когда буду — неизвестно.

— Ты чего? — удивленно переспросил он, медленно подходя ближе.

— А ты чего? — вопросом на вопрос произнес я, отходя спиной от него подальше. Мои спутники наблюдали за нами и посмеивались. Вот же…нет, чтобы помочь, убрать от меня этого типа, так они еще и веселятся.

— Я хотел познакомиться с тобой ближе, — произнес он, а меня будто током шандарахнуло. Перед глазами замелькали картинки «близкого» знакомства оборотня и дракона. Ну уж нет, не надобно мне такого. Я как-нибудь обойдусь без этого. И тут раздался хохот духа. Его даже согнуло пополам. Вампир же едва сдерживался, чтобы не последовать примеру блондина и расхохотаться. Блин, я же и забыл, что они мысли читают.

Покраснев, как помидор, свирепо уставился на этих двоих. Вот устрою им какую-нибудь пакость, будут знать, как надо мной смеяться. Они, с трудом стараясь подавить очередной приступ смеха, попытались выпрямиться. Алиат только и смог выдавить из себя:

— Тим, не надо пакостей, а дух даже и этого сказать не мог, подкинув мне картинку, где все в саже и импотенты, тогда и рождаемость резко упадет. И тут я снова вспомнил, что в этом мире и мужчины рожают, от такого готов был просто взвыть, а эти двое, уже просто упали на палубу и корчились в конвульсиях.

Ах так! Ну, ладно! Вспомнив девочек-стриптизерок, тех, что понаглее, да поаппетитнее, представил их здесь, на палубе, а заодно и музыку подходящую приготовив, чем удивил всех, я зажмурился и…оппа! Девочки в полуголом виде оказались тут. Сначала нервно оглянувшись, они собрались заверещать, но, услышав музыку, стали танцевать. Успокоиться им пришлось помочь. У моих товарищей смех застрял в горле. Такого они отродясь не видели. Еще бы!

Две красотки в черном лифе, черных кожаных шортиках, высоких сапогах на шпильке, сантиметров пятнадцать, не меньше. Да, уж, амазонки вышли, что надо. Плавно двигаясь под музыку, они извивались, попутно избавляясь от одежды, подходя то к одному, то к другому парню. На всех остальных я наложил вето. А те, не в силах сказать хоть что-то, только таращились на двух девушек, которые уже просто терлись о них, приседая, так как встать парни так и не удосужились.

Тем временем, музыка подходила к концу, девочки были уже почти обнажены, осталось дело за малым. И тут, первым все-таки пришел в себя дух, заорав, как резанный:

— А-а-а-а-а-а-а…Тим…Убери их. Это кто? Что им надо? Это же женщины? Зачем они здесь? Я не хочу жениться на них, — ему вторил и Алиат, с ужасом смотря на девочек, которые, ничего не понимая, даже остановились. И тут одна из них, сощурив гневно глаза, стала надвигаться на блондина. Тыкая в него наманикюренным ногтем, разделяя каждое слово, она стала говорить:

— Ты…Ты кто такой вообще? И кто тебе давал разрешение жениться? Я бы с тобой на одном поле с…не села, а ты уже о какой-то мифической свадьбе глаголешь! Да у меня таких, как ты…Засунь свое мнение себе в задницу, — девица распалялась все больше, надвигаясь на блондина, а тот, вытаращив глаза, отодвигался от нее подальше.

Заметив, что сейчас придет полный писец как блондину, так и вампиру, я поспешил развеять девочек, отправив их обратно и стирая им память. И только потом, ехидно усмехнувшись, спросил:

— Как вам девочки? — дух даже икнул, а вампир схватился за голову. — Вот теперь я знаю, что делать, если опять повторится подобное, — закончил я, разворачиваясь к ним спиной и прыгая в море. Крылатый отправился вслед за мной.

Несколько раз он пытался подплыть ближе, но я старался все время ускользать. Вот не хочу я, чтобы он был в непосредственной близости от меня, напрягает это. Потому, вволю наплававшись, я все же решил кое-что объяснить этому типу. Не знаю, что он там возомнил, но мне это уже не нравится.

Выбравшись на палубу, махнул ему кивком головы, отзывая подальше от слишком любопытных товарищей и поинтересовался:

— Вот скажи мне, что ты за мной увиваешься? Я даже не знаю кто ты и как тебя зовут, а ты что-то от меня хочешь, — он удивился, его глаза стали, как блюдца. Собачка из сказки «Огниво» нервно курит в сторонке.

— Я Арлан, крылатый, меня перебросило в этот мир, потому что я почувствовал свою пару, которая находилась в большой опасности, — начал объяснять он, а я, тугодум такой, перебив, поинтересовался:

— Ну, и где твоя пара? Что ты здесь-то делаешь? — вот тут уже он не выдержал. Еще бы немного и точно, если бы было возможно, вызвал мне дурку, но вместо этого, он только попытался подсесть поближе и тихонько, словно боясь напугать, разговаривая, как с душевнобольным, произнес:

— Так она здесь? — я на это только стал нервно оглядываться. — Что ты тогда делаешь в моей комнате? — от моего вопроса он реально завис. Нервно сглотнув, он только смог из себя натужно выдавить:

— Так…это…ты… — в этот момент мне захотелось сбежать куда-нибудь далеко и надолго, чтобы не слышать этих слов, не видеть растерянность и обиду в этих глазах. Но и смириться с таким положением вещей я просто не мог. Поэтому, не дожидаясь очередной реплики, рванул на себя дверь, забыв о том, что она открывается наружу, несколько раз подергал. А собравшись привалиться к ней, едва не вывалился в коридор. От радости, что она меня выпустила, бросился бежать куда глаза глядят. По дороге едва не сшиб Алиата, который успел отскочить.

Спросить он ничего не успел, так как я вихрем промчался мимо, а он только рот открыл, но меня уже и след простыл. Найдя укромный уголок, подальше от глаз товарищей, я уселся прямо на палубу, подтянул колени к груди и едва не завыл от безысходности. Вот за что мне такое? Ну почему именно сейчас этот тип появился, только душу мне теребит, я не могу принять такого, хотя все мое естество тянется к нему со страшной силой. Мне едва удается совладать с собой. И сколько я смогу продержаться, не знаю. Но всячески буду пытаться. А там посмотрим, что из этого получится.

И тут же в голове пронеслась мысль: «А ведь он такой красивый, такой нежный и обходительный…» К черту! Какая красота? Какая нежность и обходительность? Оно мне и даром не надо! Не хочу-у-у-у-у-у-у! Сколько я так просидел, не знаю. Но очнулся от дум только тогда, когда диск солнца стал медленно сливаться с горизонтом. А на воду стали опускаться сумерки. Тогда, кое-как встав, потянулся, размял сомлевшие конечности, и направился искать остальных.

Они оказались на палубе. На меня смотрели, как на привидение. И тут меня чуть не снес вихрь из этого крылатого, который вдруг стал меня целовать. Ах ты ж, гад! Ну я тебе устрою…

Пытаясь оттолкнуть его, я зажмурился и кое-чего представил. Вдруг, откуда-то из штанов раздался громкий рык:

— Хозяин, ты чего творишь? Я тут стою, понимаешь ли, а ты? Думай, что делать будем? Мне неудобно и больно! Я разрядку хочу! — все вокруг застыли, оглядываясь и не понимая, откуда идет голос. И только прислушавшись, сообразили что это такое…раздался оглушительный хохот. А крылатый с укоризной смотрел на меня, после чего развернулся и отправился к себе. Но до нас продолжали доноситься разглагольствования его члена, который я и оживил: — Хозяин, я упал? Почему? Ты вообще куда идешь? А я? Я же снова встану. И тогда… — дальше мы не услышали. Он спустился вниз, а я все вернул как было.

А вот нечего ко мне приставать. Налетел, целует. А разрешения спросить? «Но ведь приятно-то как было», — пронеслась в голове мысль, от которой я и поспешил избавиться.

— За что ты с ним так? — подошли ко мне все товарищи. Я только скривился, но ответил:

— А чего он на меня набрасывается? Что-то я не припомню, чтобы давал разрешения на обнимания и целования. А тут налетел… — не дав мне договорить, вмешался Даат:

— Тим! Он твоя пара. И не может без того, чтобы не касаться тебя. Это закон притяжения Истинных. Поэтому, ты зря злишься, — но эти слова прошли мимо меня. Я упрямо сжал губы и процедил:

— Я уже говорил и неоднократно, что пока не готов к таким отношениям. И свое мнение менять не планирую, — больше не став выслушивать отповеди, развернулся и отправился в каюту. Только спускаясь вниз до меня донеслись слова вампира:

— Да, сочувствую я этому летуну. Тяжело ему придется, — а потом, обращаясь, судя по всему к духу, продолжил: — А ты вообще молчи. Ты вообще действуешь неправильно. Туманишь мозги. Так что… — больше я ничего не слышал.

Всю ночь у меня во сне всплывали образы пернатого, где он меня обнимал, окутывая своими крыльями. Его губы страстно впивались в мои, и я с жаром ему отвечал. Затем он начинал исследовать мое тело… Вот тут я вскочил, как ошпаренный, обливаясь холодным потом.

— Что за…

Подскочив, провел рукой по лбу и глазам, пытаясь снять наваждение ночи. Но картинки раз за разом всплывали перед глазами, а я с ужасом заметил, что возбудился. Причем, член стоял колом, причиняя неимоверную боль, от которой я застонал.

И тут дверь каюты открылась и вошел крылатый. Я посмотрел в его глаза и…поплыл. Лучше бы этого не делал. Стало еще хуже. Мне и так было несладко, а сейчас было чувство, что я выпил тройную дозу афродизиака.

Глядя в глаза, тем самым погружая меня еще больше в пучину желания и страсти, он медленно приближался. Я смотрел на него, как кролик на удава, не в силах отвести глаза или сбежать. Мне хотелось, чего именно я не мог понять, не мог решить для себя, но знал одно: мне нужна была разрядка.

И в то же время я остатками мозгов смог воспротивиться мысли быть снизу. Но, стоило парню подойти ко мне, последние здравые мысли покинули мою голову.

Арлан очень медленно и осторожно провел кончиками пальцев по лицу, обводя контур, опуская на шею, ключицы, а потом плавно обводя ставшими тугими соски. У меня из горла вырвался непроизвольный стон. Я откинул голову назад, хотя еще секунду назад хотел гневно взреветь и отстраниться. Но его нежная ласка не позволила мне этого сделать.

Тело горело, как в огне, требуя большего, хотя чего именно я и сам пока не определил. А крылатый, заметив, что я не в состоянии сказать ни слова против его действий, уже увереннее стал продолжать.

Обведя каждый кубик пресса, он достиг члена. Неуверенно смотря мне в глаза, провел по головке, обводя ее по кругу и размазывая выступившую каплю смазки. Сдерживаться стало просто невыносимо, да я и не стал, застонав уже в голос, громко.

Арлан толкнул меня в грудь, укладывая на кровать, я не сопротивлялся, а падая, потянул его за собой. Так мы и упали, я на простыни, а он на меня, при этом наши губы соприкоснулись, чтобы в ближайшие несколько минут больше не размыкаться.

Мы целовались, как изможденные путники, умирая от жажды. Каким образом юноша избавился от собственной одежды, оказалось для меня загадкой, мне-то этого делать не пришлось, я всегда спал обнаженным.

И теперь наши тела сплетались, переплетались и горели в огне страсти и желания. Когда терпеть стало больше невмоготу, Арлан, отстранившись от моих губ, стал…медленно насаживаться на мой член, что сперва повергло в шок, а потом, когда средоточие желания туго обхватили стенки ануса, думать ни о чем не хотелось.

Лицо крылатого немного исказилось от боли, стоило ему насадиться до конца. А мне захотелось в эту минуту резко дернуть его, заставляя двигаться, но я сдержался, понимая, что это не принесет ему удовольствия. Оставалось только ждать, пока он привыкнет ко мне.

Через несколько секунд парень сделал медленное круговое движение, к чему-то прислушался внутри себя, и только после этого стал двигаться с каждым толчком более уверенно, пока, наконец, он уже скакал на мне, откинув голову назад и стараясь насадиться до самого основания.

У меня перед глазами замелькали звездочки. Вцепившись в его бедра, я уже и сам помогал, натягивал его на себя, а потом, видя, что он готов и вот-вот кончит, провел по его члену. Он, будто только этого и ждал, с громким криком излился на мой живот, я же, сделав всего пару толчков, последовал за ним.

Без сил Арлан повалился на меня, уткнувшись в район шеи. Мой опавший член стал медленно покидать его анус. Так мы и лежали несколько минут, уставшие, но довольные и удовлетворенные, пока меня не посетила вполне здравая мысль, что я только что переспал с парнем.

Но, что самое интересное, в этот раз такого сильного отторжения я уже не испытывал. Да, мне все еще тяжело было смириться с этим, но внутри будто что-то перевернулось. Не хотелось выпускать юношу из своих объятий, хоть и пришлось это сделать, когда в дверь раздался стук и ехидный голос духа произнес:

— Пора вставать, через пару часов мы будем на месте, надо собраться и подкрепиться, — нам ничего не оставалось, как улыбнуться друг другу и встать.

Арлан махнул рукой и на мне не осталось ни одного следа нашей страсти. Одежда на нем тоже появилась, как по мановению волшебной палочки. Я же оделся привычным способом. И только полностью собранные и одетые, мы вышли из каюты, чтобы в следующую секунду наткнуться на насмешливый взгляд духа.

— Ого! И как все прошло? Неужели наш непримиримый наконец-то смирился? И кто кого? Тим, как новые ощущения? Попа не болит? — но тут, посмотрев на Арлана, походка которого претерпела значительные изменения, скривился досадно. — Эх! А я-то думал…

Что он там думал, нам не довелось услышать, так как во время его монолога, в который никто не мог и слова вставить, мы как раз направлялись на палубу, а выйдя на нее, я решил снова его проучить за то, что слишком много говорит и думает.

Стоило нам оказаться на верху, как я представил веревку, свисающую с реи и петлю на ней, лежащую на палубе. И в тот момент, когда блондин собрался сказать, что он там подумал, его нога попала как раз петлю, после чего, она сомкнулась на его щиколотке и сам говорун взмыл вверх, головой вниз.

— Ааааа…Что это? Как это? Тим!!! Опять твои штучки! — орал он, болтаясь на одной ноге. А я, подойдя ближе, слишком ласково поинтересовался:

— Так что ты там думал? Поделишься? — на это он только гневно сверкал глазами, стиснув зубы и ничего не отвечая.

— Опять наш блондин Тима достает, — вздохнул дракон, наблюдая за нами. — И неймется же ему?

— А может он мазохист, и любит, когда на нем опыты проводят, — хохотнул Зверь, краем глаза поглядывая на вампира, который с улыбкой наблюдал за нами.

Времени оставалось все меньше, поэтому пришлось освободить этого говоруна, и пойти завтракать, так как капитан предупредил, что скоро мы прибываем на пристань.

Стоило мне развеять веревку с петлей, дух кулем свалился на палубу. Потирая ушибленную пятую точку, он зло зыркал на меня из-под ресниц. Но что-то говорить или снова истерить опасался, так как уже даже предположить не мог, что на этот раз взбредет в мою богатую на фантазии голову.

В это время капитан пригласил нас на завтрак и мы, так же молча, отправились за ним. За столом тоже стояла гробовая тишина, только слышалось легкое позвякивание вилок о тарелки, да изредка кто-то просил что-нибудь подать.

Закончив с трапезой, каждый направился за своими вещами, чтобы снова встретиться уже на палубе и наблюдать за тем, как впереди показался берег, который медленно приближался.

Я заворожено следил за приближающимся берегом, который, в отличие от наших, весь утопал в зелени. Около воды росли деревья-гиганты, их листья были огромны, во всяком случае, как я прикинул, одним таким я мог бы обернуться.

Сама пристань представляла собой деревянные сходни, которые вели на песчаный берег, по которому туда-сюда сновали существа разных рас и возрастов. А чуть поодаль стояла крытая повозка, к которой мы и направились. Дракон шел впереди нас, держа за руку зверя. Вампир и дух шли по бокам от них, а мы с крылатым чуть поодаль.

И тут, не дойдя до повозки всего несколько метров, между нами с крылатым и нашими товарищами пронесся вихрь, который, покружив вокруг, пытаясь дотянуться до нас, но безрезультатно, исчез так же стремительно, как и появился.

— Что ты сделал? — удивленно глядя на Арлана, поинтересовался я, так как в какой-то момент почувствовал, что моя сила разом возросла, а потом куда-то устремилась. Этого я понять не мог.

— Позаимствовал твою энергию для защитного барьера, — ответил он, после чего, словно извиняясь, продолжил: — Моей силы было недостаточно, вот я и…

Не дав ему договорить, взял за руку и поспешил к товарищам, которые стояли с глазами, словно блюдцами, не успев понять и сообразить, что только что произошло.

Стоило нам приблизиться, как полог кибитки откинулся, а довольно приятный голос с нотками тревоги скомандовал:

— Быстро! Запрыгивайте! У нас мало времени! — еще не договорив до конца, мы уже, чуть ли не рыбками, нырнули внутрь, а повозка рванула с места.

Внутри был полумрак, из-за которого ничего нельзя было рассмотреть, как я ни пытался. Единственное, что удалось рассмотреть, это блондинистый силуэт, сидящий со скрещенными по-турецки, ногами. И глаза его, изумительного голубого с зелеными искрами цвета, светились в темноте.

Только я было собрался поинтересоваться кто он и от кого мы удираем, как этот тип махнул рукой с широким рукавом, как у японцев в их кимоно, и произнес:

— Не сейчас. Все узнаешь, но чуть позже. Пока не время и не место, — сказано это было нетерпящим возражения тоном, потому я просто привалился к стенке повозки и прикрыл глаза.

Сквозь дрему почувствовал, как Арлан несмело привалился к моему плечу, готовый в любую минуту отпрянуть, если я вздумаю его оттолкнуть. Но я не собирался этого делать. Мое внутреннее Я уже готово было смириться с таким положением вещей.

Приподняв руку, я обнял его за плечи и притянул к себе, почувствовав при этом, как тело юноши расслабляется. Привалившись ко мне, он умиротворенно засопел. А я размышлял о том, насколько же изменилась моя жизнь. Если бы мне в моем мире кто сказал, что я буду спать с парнем, да еще и получать от этого удовольствие…Да я бы сразу отправил этого говоруна в нокаут.

А как оказалось, все именно так и произошло. К этому парню я отчего-то испытывал нежность. Даже к Лиле в свое время такого чувства не было. Что неимоверно удивило и поразило. Юноша дернулся во сне, а я только сильнее прижал его к себе, стараясь отгородить от всех страхов и напастей. А он в свою очередь доверчиво прижался ко мне еще ближе, еще теснее.

Повозка остановилась перед красивым, величественным дворцом, рассмотреть который мне толком и не дали, подталкивая в спину под защиту стен дворца. Пришлось последовать таким настоятельным просьбам.

Войдя внутрь, нас сразу же куда-то повели сквозь анфиладу комнат, пока не ввели в огромную залу, по периметру которой стояли зажженные свечи, которые издавали довольно приятный запах.

Посреди комнаты стоял постамент, на котором покоился большой шар, он переливался разными цветами, и от него исходили искры, похожие на электричество.

Тот самый блондин взял меня за руку и повел к этому шару, а остальным, которые было последовали за нами, он сделал жест рукой, показав не двигаться. Те застыли в напряженном ожидании.

Подойдя ближе, мы остановились, перед нами стало образовываться облако, которое постепенно формировалось в призрачную фигуру.

«Ну прямо джинн, только не из лампы, а из шара», — подумал я, наблюдая за силуэтом, который все больше и больше обретал человеческие черты. Пока, наконец, перед нами не завис юноша, лет пятнадцати на вид. Он посмотрел сначала на меня, потом на моего спутника, затем снова на меня, и только потом заговорил:

— Приветствую тебя, найдер! Это я вернул тебя обратно в твой мир, — на мой взгляд «а ля даунито», он пояснил: — Более точно я расскажу тебе позднее и отвечу на все твои вопросы, а пока я должен показать тебе того, с кем тебе придется столкнуться, с тем, кто всячески пытается тебя убить, чтобы заполучить твою силу и стать непобедимым. Одну из его личин ты уже видел.

Шар засветился. Дух приглашающим жестом руки показал на него, я подошел ближе. То, что я увидел, повергло меня в шок. Сначала я тупо пялился в изображения, а потом, не выдержав, воскликнул:

— Но это же…

Не договорив, обернулся к товарищам, рассматривая каждого, пока не остановился на крылатом. Только его поддержка поможет мне справиться с потрясением.

Глядя на растерянного меня, все разом подскочили и посмотрели в шар, в котором бесновался…мой шеф, который и отправил меня на встречу с тем самым мужиком. Но как? Я же столько лет проработал в этой компании. И за все это время мы ни разу не пересекались, если только на планерках, да в тот момент, когда он давал мне самые трудные поручения.

Но если он хочет меня убить, то почему не сделал этого раньше? Мысли ворохом крутились в голове. Арлан взял меня за руку, почувствовав мое смятение, и стал вливать в меня свою силу, тем самым выказывая поддержку. Я слегка улыбнулся, благодаря, и только потом обернулся к духу мира и оракулу, ожидая пояснений всему неясному и непонятному.

Оракул скромно отступил в сторону, негласно передавая слово духу, и тот начал рассказывать. Мы все слушали, затаив дыхание и не перебивая. Из всего, что он говорил, я узнал следующее.

В тот момент, когда начались гонения найдеров, дух стал подыскивать новый мир для них, а заодно и выявить того, кто все это затеял. И выявил. Им оказался советник Величества, в котором текла кровь найдеров, но сам он был оборотнем. Это был полукровка, который всеми силами стремился к власти, но из-за того, что из обоих кланов был изгнан, так как никто не признавал в тот момент смешанных браков, он ничего не смог бы добиться.

Путем интриг ему все-таки удалось втереться в доверие к Владыке, и тот сделал его советником, а в благодарность этот тип стал плести свои интриги дальше. Дух решил отомстить за своих детищ, которых оставалось все меньше.

Сплетя заклинание переноса, он договорился с Величеством, что оставшиеся в живых найдеры покинут этот мир, только ценой за спасение станет их память и магия. В другом мире у них не будет таких способностей, и начинать обустройство им придется с нуля.

Владыка без раздумий согласился. Ему важнее было спасти свой народ в надежде на то, что когда-нибудь они снова смогут вернуться в свой мир.

А утром, после того как мир покинула правящая семья, которая уходила последней, перед советником, который готовился к коронации, в его покоях возник дух мира и скептически окинул его взглядом.

— Ты доволен той подлостью, которую совершил? — поинтересовался дух, на что юноша только оскалился.

— Я смог доказать всем чего стою, — гордо вздернув подбородок, ответил он. — Столько столетий меня считали низшим, полукровкой, а теперь все народы будут преклоняться перед этим полукровкой. Теперь Я буду править этим миром, — ответил он.

— Нет, не будешь, — спокойно возразил дух. — Я не позволю тебе этого сделать, — эти слова взбесили парня, и он взревел:

— Да что ты можешь?! Ты бестелесный дух, который обязан мне подчиняться! — он стал угрожающе надвигаться на духа, тот даже шагу назад не сделал, продолжая усмехаться, чем еще больше выбешивал юношу.

— Нет, не должен, — ответил он. — Ты подлый и мелочный полукровка, который заслуживает наказания, и получит его. Ты будешь скитаться по мирам, без магии, без способностей, и отправляешься прямо сейчас, — после этих слов дух открыл портал и вышвырнул в него советника, в глазах которого застыл ужас.

Он еще попытался было сопротивляться, но бесполезно. Его просто засосало в воронку портала, которая за ним с треском захлопнулась.

— Вот и все, — заключил дух мира, а потом нахмурился. — Главное, чтобы он не узнал, как может получить силу обратно, причем в преумноженном виде, и не вернулся обратно.

Но этот гад, несколько веков скитаясь по мирам, узнал-таки, как ему вернуться и поработить мир. Для этого он должен был найти наследника найдеров и убить его, тем самым забрав его силу себе. Только убить его он должен был в тот момент, когда тому исполнится ровно две тысячи лет, в день солнцестояния, вот тогда и исполнится его мечта.

Советник нашел наследника. Он долго к нему присматривался, выжидал. Дух узнал о том, что принцу грозит опасность и отправил в тот мир фантом-защитник. И в назначенный день, когда полукровка готов уже был отмечать победу и радоваться, принц был убит. Стечение обстоятельств, которое сорвало советнику все планы.

Ведь чтобы получить силу, он должен сам, своими руками убить наследника, а ему это не удалось, и он взревел, когда дух мира смог вернуть душу наследника в родные пенаты. Так как путь сюда был ему заказан, он мог появляться только в виде фантомов.

Но сейчас все изменилось, он заключил сделку с чернокнижниками со всех миров, которые и согласились ему помочь попасть в этот мир и устроить войну.

Несколько минут стояла тишина, каждый переваривал полученную информацию. А потом вперед вышел оракул, посмотрел на меня и начал говорить:

— Времени очень мало, сила черни очень огромна. Просто победить их не возможно. Так как против чернокнижников всех миров мы устоять не сможем. Помочь может только одно, — заметив с каким ожиданием и напряжением мы на него смотрим, он продолжил: — Необходим кристалл жизни, который хранится в пещере Эзхор. Мы не могли его сами забрать оттуда, так как только истинный наследник может дотронуться до него, хотя желающих было много заполучить такую силу в единоличное пользование. Но… Все, кто ранее пытался дотянуть до него свои ручки, пройдя ловушки в пещере, умирал страшной смертью. У них начиналась жажда и удушье, тела высыхали за считанные секунды и превращались в мумии. Поэтому попытки добыть данный кристалл или хотя бы приблизиться к нему прекратились.

Когда оракул поведал нам об этом, слово взял дух мира. Он посмотрел на меня и на крылатого, и только потом произнес:

— Я перенесу вас: тебя и твою пару к пещере, так как время идет уже на считанные часы. Чернь приближается, — мы даже сказать ничего не успели, как воздух вокруг нас заклубился, мы увидели воронку портала, в который безбоязненно и шагнули, держась за руки.

Когда туман перед глазами рассеялся, мы увидели, что оказались в тоннеле, вокруг было темно, и только стены светились слабым светом, да где-то недалеко капала вода. Осмотревшись, хотя там и смотреть-то было не на что, пошли вперед, так как стоять на месте не имело смысла.

Вокруг нас что-то шуршало, трещало, пищало, но мы старались ни на что не обращать внимания. Дойдя до конца тоннеля, перед нами оказалась развилка. Не долго думая, я потянул крылатого в ту, которая уходила вправо.

— Почему туда? — шепотом спросил юноша.

— Не знаю, просто чувствую, меня туда тянет, — ответил я, продолжая осматриваться и прислушиваться, так как почувствовал опасность.

Дойдя до середины тоннеля, я вдруг по инерции схватил Арлана и повалил на пол, сам повалился следом. Здесь действовало тело на автомате, само. Над нашими головами засвистели стрелы, и если бы вовремя не пригнулись, из нас бы вышло отличное решето.

Когда водопад стрел закончился, я с опаской приподнял голову и прислушался к себе. Все, больше ничего не чувствовалось. Поднявшись, помог встать крылатому, после чего мы двинулись дальше.

И снова разветвление из трех тоннелей, меня опять потянуло в правый. Только мысль мелькнула в голове: «Эх! Не ходить мне налево!» — но как мелькнула, так и пропала. Потому что снова возникло чувство опасности. Только тело никак не хотело реагировать на нее, и я не знал, что делать и чего ждать.

Но вдруг я понял. Схватив Арлана за руку, совершил немыслимый прыжок. Ни фига себе. Я и так умею? В моем мире точно бил бы все рекорды. Додумать о достижениях в моем мире не успел. Юноша, чуть замешкавшись, одной рукой держась за мою, второй вцепился в пол, а сам повис над пропастью. Дело в том, что пол под ногами стремительно обрушился. Я успел перескочить, а парень, если бы не держался за меня, сорвался бы в пропасть. Но я, приложив массу усилий, вытащил его. И тут же выпалил:

— А ты что крыльями забыл как махать? — и вперил в него ожидающий взгляд.

— Я просто офигел, от твоего скачка, — слегка смущаясь, ответил Арлан.

И мы, немного отдышавшись, пошли дальше. Снова конец тоннеля, снова разветвление, новый путь, снова чувство опасности, рывок, бег… За нами вдруг стал рушиться потолок. Плиты с грохотом падали на пол, рассыпаясь на мелкие осколки и поднимая столп пыли, а мы все бежали, пока этот тоннель не закончился.

Все разом стихло. Мы остановились отдышаться и отдохнуть немного, а потом оглянулись. Мы стояли перед огромной пещерой, по периметру которой горели факелы, потому в ней было светло, как днем. Чего в ней только не было: какие-то сундуки, то тут, то там валялись всякие статуэтки, блюда, вазы, и все из чистого золота.

Но ни меня, ни Арлана это не интересовало. Наш взгляд был прикован к многогранному камню, который лежал на алтаре и переливался в свете факелов. Это зрелище завораживало, притягивало, как магнитом.

Арлан собрался было броситься внутрь, но некая сила не давала мне пока сдвинуться с места, потому я и его задержал, просто отрицательно покачав головой. Спорить он не стал, застыв рядом со мной.

Сначала ничего не происходило, а вот потом…по моему телу прокатилась теплая волна, от которой стало так хорошо, так приятно. Я наслаждался, будто в теплых и нежных руках матери. Мне даже глаза пришлось закрыть, чтобы не видеть реалий, а только наслаждаться покоем, лаской и негой.

Но через некоторое время все резко закончилось и мне в нос ударил запах сырости и тлена, исходивший из пещеры. В голове раздался легкий шелест, в котором я уловил только одно слово: «идите».

Не став больше задерживаться, мы стремительно подбежали к камню, и я протянул к нему руки. Он сам запрыгнул в протянутые ладони, сразу же уменьшившись в размерах. Положив его в карман, приобнял крылатого за плечи и развернулся ко входу в пещеру. Перед нами тут же открылся портал в ту самую залу, где остались наши друзья.

Вот только стоило нам появиться, как перед глазами предстало удручающее зрелище: наши товарищи висели, прикованные на стене. На каждом из них были ранения, кровь сочилась по их телам, регенерация не срабатывала.

Только оракул сидел в кресле, но его голова была откинута назад, создавалось ощущение, что он спит, вот только его грудная клетка не двигалась, она была абсолютно неподвижна.

Только я собрался броситься к оракулу, как меня неведомой, но очень мощной силой отшвырнуло назад, а справа раздался до боли знакомый голос моего шефа:

— Не так быстро, Тим! — я резко обернулся на голос и заметил ехидный оскал мужчины. Он протянул мне руку и скомандовал: — Камень. Или твои друзья сейчас погибнут.

Пока я находился в легкой прострации, он посчитал, что я задумался, и решил меня поторопить. Выставив вперед руку, из которой тот час выскочило зеленое свечение и устремилось к дракону, а достигнув его, причинило ужасную боль, судя по тому, как его лицо исказилось. Но тот не проронил ни звука. Зато заорал я:

— Стой! Ты что творишь, гад! Забери его, но не трогай их! — достав из кармана камень, я оглянулся на Арлана, который стоял неподвижной статуей, и бросил его этому типу.

Тот от радости готов был танцевать. Но стоило ему поймать самоцвет, как начался Армагеддон…

Вокруг все заискрило, засверкало, с потолка начало что-то осыпаться, огромная люстра с грохотом упала на пол, разбившись на миллионы осколков. Шеф в это время пытался отодрать от ладони камень, который прилип, разъедая кожу, оголяя кость. Этот тип просто взвыл, упал на колени. Не зная, что предпринять и за что хвататься в первую очередь, он хватался то за горло, то за камень, все еще пытаясь его отодрать.

Из его горла вырывались хрипы. Но тут затряслись стены. Раздался монотонный гул, пол пошел трещинами и разверзся на две половинки, таким образом разделив участников на два фронта. Шеф вместе с драконом и оборотнем остались на той половине, что мне совсем не понравилось. Цепи с них давно спали, но из-за ран, они не могли двигаться. Гул все нарастал, с потолка посыпалась штукатурка. А из бездны в полу вырвалось пламя. И тогда, чтобы не оставлять товарищей рядом с тем типом, я представил из воздуха носилки и перенес их на свою сторону. Только я успел это сделать, как стали открываться порталы и выходить некие личности в балахонах.

А шеф все продолжал реветь не своим голосом. И тут все пришедшие вытянули руки и что-то зашептали. Как я понял, они собирались остановить тот хаос, который творился, так как этому типу надо было убить меня самолично, но получалось только хуже. Пламя, вырывающееся из пола, стало подбираться все ближе к магам и шефу. Усмирить его не получалось. Мы даже не пытались этого сделать. Один из чернокнижников попытался помочь полукровке, но и сам прилип к камню.

И тут огонь вплотную подобрался к магам, начиная лизать края их балахонов. Они попытались открыть портал, чтобы исчезнуть из этого хаоса и кошмара, но ни у кого из них ничего не получилось, порталы не открывались, а огонь был все ближе. Тут и мои товарищи стали приходить в себя, и мы уже все вместе наблюдали за тем, как у шефа и мага, приклеившегося к нему стали просто оголяться кости на руках, распространяясь по всему телу. Кожа плавилась с огромным шипением, от крика этих двоих закладывало уши. Но мы стойко наблюдали за действом.

Когда огонь подобрался ко всем чернокнижникам, а от тех двоих остались только голые кости, которые стали разрушаться на глазах, мы вздохнули с облегчением. После исчезновения последнего захватчика вокруг стало вдруг так тихо, что эта тишина давила и напрягала.

Все следы разрухи разом исчезли. Пол снова был ровным, люстра висела на своем месте, стены сияли ослепительной чистотой, будто еще несколько минут назад по ним не проходилось пламя, а мои товарищи живые и здоровые стояли и улыбались. Оракул оглядывался по сторонам живой и здоровый, а рядом с ним сидел на корточках вампир, и держал его за руку.

Стоило нам выйти из ступора, как на полу, на том самом месте, где стоял полукровка, появилось свечение, которое озарило залу. Это светился камушек, который так и остался лежать там после того, как выполнил свою миссию. А как только я подошел ближе, он сам прыгнул мне в руки. И в следующую секунду…просто впитался в ладонь. Я только вскрикнул от неожиданности.

Перед нами снова появился дух мира и приглашающим жестом позвал всех на улицу. На моем лице появилась улыбка, когда дракон бережно взял под руку зверя, а вампир помог встать оракулу, после чего, слегка приобняв того за плечи, помог выйти. И только дух недовольно насупился, наблюдая за парочками, а после только зыркнул на меня из под ресниц.

Выйдя из дворца, заметили, что перед нами открылся портал и оттуда стали выходить удивленные и пораженные существа, оглядываясь по сторонам. Заметив нас, они только поклонились и стали выстраиваться в шеренгу по стойке «смирно». Двор постепенно все больше и больше заполнялся мужчинами, пока стать им стало просто негде. Но тут портал закрылся и все с ожиданием посмотрели на нашу компанию.

Вперед, поддерживаемый вампиром, вышел оракул:

— Найдеры! Вы снова вернулись в свой мир. Вам будет возвращена память и магия, — все загалдели, расплылись в улыбках и со всех сторон раздались крики радости и счастья.

Взмахнув рукой, оракул отправил всех осваиваться и располагаться, а к нам направились двое юношей, похожих друг на друга, как я понял, они были близняшками. Подойдя, они склонили головы, словно ожидая чего-то. Я пока не понимал, что же они хотят, но тут появившийся дух мира, растолковал все непонятки:

— Тим, это твои братья. К сожалению, отец не выжил после войны в одном из миров, а братья остались, — вот это номер. Значит, у меня будет семья? Я так обрадовался, что едва не подскочил от радости.

Парни подошли ближе и представились:

— Киэт! Нашит! — мое имя, как оказалось, они уже знали. Теплые объятия, слезы радости. И тут…оба брата посмотрели на нашего вредного духа и…зависли. Ну все. Кто-то попал по полной программе. Мускулистые, высокие красавцы-брюнеты с карими глазами не дадут ему скучать — это точно. Я только ехидно усмехнулся и, щелкнув пальцами, вернул нашему блондину потенцию. Тот даже взвыл от неожиданности, наклонив голову и посмотрев на свой стоящий колом член.

Подмигнув мне, братики схватили на руки духа и умчались куда-то вглубь дворца, а мы, сначала от такой картины немного зависнув, расхохотались. И только потом решили обустраиваться сами. Ведь теперь можно подумать и о себе любимом.

Прошел год.