Эта история началась в разгар 90-х, когда Сергей учился на втором курсе мединститута. Трудное было время, большинство людей прозябали в нужде, выживали как могли. На улицах царил беспредел — средь бела дня шпана могла избить или ограбить любого, никто не чувствовал себя в безопасности. Именно в таких обстоятельствах юноша встретил свою первую любовь.

В теплый майский вечер Сергей возвращался домой после смены в городской больнице — подрабатывал здесь санитаром после занятий. Жил с матерью вдвоем, ее скудной зарплаты учительницы и его стипендии не хватало, так что работал на полставки еще с первого курса. Шел не спеша к остановке автобуса мимо небольшого сквера и услышал оттуда громкое гоготание явно шпаны, а потом возмущенные девичьи голоса. Какое-то предчувствие заставило парня повернуть в ту сторону — обычно в чужие разборки он старался не вступать, себе же дороже обойдется, — осторожно прошел ближе и встал за густым кустарником.

Увидел сквозь просветы в листве двух девушек, сидевших на лавочке, и стоявших напротив них трех парней лет двадцати, с характерной для уголовной братвы короткой стрижкой и кожаном прикиде. Между тем бандиты перешли от слов к делу — тот, кто стоял посередине, по-видимому, вожак, вынул из кармана кожанки нож-бабочку, несколько раз эффектно покрутил его перед глазами замолчавших в испуге зрителей, а потом потребовал выложить на лавку все ценности.

Девушки не стали сопротивляться, выложили из сумок деньги, сняли с пальцев кольца, а потом — по красноречивому жесту грабителя, — и сережки с мочек ушей. Тот забрал их себе, но этим не довольствовался, с сальной ухмылкой заявил:

— Поедете с нами. Вы телки, в натуре, самый смак, будете ублажать настоящих пацанов.

Одна, из девушек, с каштановыми волосами, попыталась что-то сказать, но бандит грубо перебил ее на полуслове: — Не вякай, шалава! А ну-ка, вставайте и пойдемте с нами, не то порежу, — и повел ножом перед лицами напуганных девиц.

Сергей смотрел на происходящее насилие и закипал злостью, без тени сомнения решил вмешаться. Быстро снял поясной ремень с массивной пряжкой, обмотал свободный конец вокруг ладони и приготовился к нападению. Как только шедший впереди главарь поравнялся с ним, выскочил из-за кустарника, с оттягом ударил ремнем.

Пряжка попала точно туда, куда метил — в висок, вожак рухнул как подкошенный. Тут же подскочил ко второму, ближнему бандиту, повторным взмахом угодил ему в глаза. Он закричал от боли, упал на асфальтовую дорожку и завыл, схватившись обеими руками за пострадавшее место. Третий не стал испытывать судьбу, развернулся и что есть мочи побежал через сквер в сторону соседней улицы.

Все произошло в считанные секунды, внезапность нападения дала Сергею шанс быстрой победы, он же не упустил его — опыта драк в своем районе на окраине города ему хватало с лихвой. Осмотрелся вокруг, кроме них, никого в сквере не заметил. Главарь лежал на асфальте неподвижно, без сознания. Подельник его немного отошел от первой боли, присел на дорожке, все еще держась за глаза, тихо стонал. Девушки же стояли на месте как завороженные, переводя испуганные глаза от обезвреженных бандитов на неизвестного им спасителя.

Сергей, стараясь не напугать их еще больше, проговорил помягче, успокаивающим тоном, не приближаясь к ним:

— Все хорошо, девушки, никто вас не обидит! Можете идти куда хотите. Хотя подождите немного, я верну ваши вещи.

Наклонился над вожаком шпаны и обыскал его. Нашел искомые ценности во внутреннем кармане куртки, собрал все в горсть и протянул девушке, говорившей с бандитом. Впервые всмотрелся в ее глаза и утонул в их зелени как в омуте .... Забыл обо всем вокруг, видел только умопомрачительно красивое лицо — чуть худощавое с выдающимися немного скулами.

Все черты на нем гармонировали идеально — высокий лоб, тонко очерченные брови и густые ресницы, аккуратный носик, алые сочные губы. Но, главное — широко раскрытые изумительные глаза. Их чарующая сила поглотила юношу, не осталось ни воли, ни мыслей противиться ей. Неизвестно, как долго пробыл в забвении, очнулся от мягкого голоса девушки, говорившей ему что-то.

С немалым напряжением заставил себя взять в руки и прислушался к словам, больше любуясь приятным тембром, чем вдумываясь в смысл произносимого.

— ...еще раз большое спасибо, молодой человек! Вы спасли нас, мы бесконечно благодарны за вашу доброту и смелость. Ах, да, мы же не назвались. Я Кира, а моя подруга Лера. А как вас зовут? Надо же знать имя своего спасителя.

— Сергей ... Сережа Максимов — сбиваясь, пробормотал парень. А потом, набравшись духу, выговорил: — Можно, я провожу вас?

Ясно понимал, что они сейчас попрощаются и уйдут, найти же потом девушку в большом городе просто нереально. От этой мысли пришел страх, чувствовал — жить без нее не сможет. Такое у Сергея случилось впервые, прежние отношения с бывшими одноклассницами, да и с сокурсницами, не вызывали особой душевной сумятицы. Легкий флирт, приятное времяпровождение, не более. Какими-то серьезными обязательствами с кем-либо себя не связывал, да и постоянной подружки у него не было — сегодня с одной, через неделю с другой.

То, что происходило теперь с ним, мог назвать определенно — к нему негаданно пришла любовь. О которой много говорят и пишут, слагают песни и легенды, но не каждый в своей жизни хотя бы раз ее испытывает. Сергей не знал, что она принесет ему — счастье или мучение, но без девушки, только что, с первого взгляда, вошедшей в его сердце, не мыслил будущего.

Девушки переглянулись между собой, после Кира, ненадолго призадумавшись, ответила согласием:

— Хорошо, Сережа, проводи нас. Мы живем неподалеку отсюда, в двух кварталах.

С этого вечера у парня начались отношения с Кирой, они встречались почти каждый день. Ходили в кино и театры, на концерты заезжих знаменитостей, просто гуляли по городу. В один из выходных дней отправились к горному озеру, где у них произошла первая близость, в волшебном упоении души и тела. Потом встречались на квартире Кириного брата — он оставил ей ключи приглядывать за попугаем, а сам уехал с семьей в отпуск.

Казалось, все между ними складывалось хорошо, только иногда Кира устраивала скандалы, хотя юноша старался угодить ей во всем. Не совсем удачный ответ на ее вопрос, какая-нибудь заминка в исполнении воли подруги, случайный взгляд на проходящих девушек — все, у Киры портится настроение, дует губки. Приходилось парню прикладывать немало усилий, каяться во всех грехах, пока своенравная подруга не простит и позволит обнять себя.

Так прошел месяц, в абсолютном счастье для Сергея и как гром среди ясного дня прозвучали слова Киры при очередном свидании:

— Сережа, нам надо расстаться. Извини, но ты мне не пара.

Обескураженный юноша стоял в недоумении перед Кирой, лишь смотрел на ее побледневшее лицо, вглядывался в огромные бирюзовые глаза и не верил своим ушам. Не понимал, почему они не могут быть вместе. Что случилось, ведь им же хорошо вместе! Задал Кире вопросы о том, когда до его сознания дошло, что она прощается с ним. Сердце же никак не могло поверить сказанному любимой, надеялось на лучшее — все образуется, девушка просто обиделась на что-то, как было не раз. В ответ на свои вопросы услышал только короткое: — Прости, но так будет лучше. Прощай.

Уже позже Сергей смог понять и как-то оправдать Киру. Она из обеспеченной семьи — ее отец в руководства города, — привыкла к роскоши и определенному комфорту. Он для нее очередной воздыхатель, с которым можно приятно провести время, получить какое-то удовольствие. Но не тот, с которым она может связать судьбу, создать семью. Ей нужен надежный мужчина, за которым она будет как за каменной стеной, и который сможет обеспечить достойную жизнь. А что мог дать он, будущий заурядный врач — только жалкое существование по ее представлению.

Ясно понимал — надо забыть Киру, ее уже не вернуть. Никакие мольбы и заверения не поменяют решения волевой девушки, только доставит себе унижения и лишнюю боль израненному сердцу. Но ничего не мог поделать с собой, душа рвалась к любимой. Однажды Сергей не выдержал, поехал к ее дому и простоял до ночи. Увидел, как из подъехавшей иномарки вышла Кира, вставший из-за руля мужчина проводил ее до подъезда и поцеловал, та упорхнула к себе. Едва сдержал желание выйти из-за своего укрытия — растущего во дворе дуба, и надавать ухажеру по ушам. Развернулся и заставил себя идти домой, мучаясь от нестерпимой боли в груди.

В таком умопомрачительном состоянии прошла неделя, другая, Сергей уже отчаялся справиться со своей бедой, когда вмешалась его мама — она сама настрадалась за сына. Узнала от кого-то о молодом психотерапевте, творящем чудеса, уговорила обратиться к нему. Именно встреча с ним поменяла судьбу Сергея, дала путь к тем вершинам, к которым он идет уже двадцать лет.

Илья Николаевич Мельник, так звали психотерапевта, кроме частной практики вел научную работу с изучением психики человека и предложил юноше участвовать в одном важном для него эксперименте. На специальной установке мозг подопытного подвергался каким-то облучениям, в результате менялись интеллектуальные и эмоциональные характеристики. Предупредил Сергея о возможной опасности, побочных эффектах, тот же согласился без колебаний — готов был ко всему, лишь бы прекратить душевные мучения.

Не сразу, после длительных занятий и многих сеансов, юноша добился существенного прогресса в интеллекте и психике, к тому же у него проявились особые способности, позволившие справиться не только со своей проблемой, но и в будущем с лечением серьезных психических заболеваний. Добился успехов в научных исследованиях, стал автором крупных открытий в тайнах человеческой души. Со временем удостоился всех возможных регалий в научном обществе, да и государственными наградами его не обошли.

В семейной жизни Сергея также сложилось неплохо — встретил скромную девушку, полюбившую его, они поженились, сейчас живут в полном согласии, растят вместе детей. Но честно признавался себе — настоящей любви к жене у него нет, да и вряд ли будет, к кому-то ни было. Та, первая, любовь не уходила из сердца, но она уже не заставляла страдать, навевала только легкую грусть о минувшей юности. С Кирой доводилось не раз встречаться, она пыталась восстановить былые отношения, Сергей же отказал — не хотел пачкать грязью то светлое чувство, что хранилось в его душе.