7 марта 1932 г. полицией Детройта и его пригорода Дирборн и шпионами автомобильного короля Форда была расстреляна голодная демонстрация безработных. Четверо рабочих были убиты, шестьдесят пять — ранены. Многие раненые находятся при смерти, многие исколечены на всю жизнь.

В рабочих стреляли, когда они стройными рядами собирались повернуть обратно после демонстрации, проведенной перед воротами заводов Форда. В них стреляли потому, что они осмелились требовать работы или пособий для своих голодающих семей. Пять тысяч безработных фордовских рабочих принимали участие в этом голодном походе. Свинцом ответили на их требование хлеба. Но жертвою полицейского залпа пали не только 69 убитых и раненых рабочих. Полицейские расстреляли и ходившую по всему миру басню, будто Форд — «благодетель» рабочих.

Пропаганда автомобильных баронов и в особенности Генри Форда заставила многих рабочих поверить, будто автомобильные рабочие Америки живут благополучно и счастливо. Социал-фашисты всех стран усердно распространяли эту буржуазную ложь. Они пели восторженные гимны о системе Форда, как об идеале для рабочего класса. Они пели их для того, чтобы подорвать растущую солидарность мирового пролетариата с СССР, для того, чтобы бороться с растущим влиянием компартий.

Кризис, с его сокращением зарплаты и безработицей, нищета и голод для миллионов трудящихся, в том числе и тех, кто трудится или трудился на заводах Форда, основательно надорвали фордовскую легенду еще до 7 марта. События 7 марта нанесли ей новый сокрушительный удар.

Я, который много лет сам был рабом у Форда, и других автомобильных баронов в Детройте, докажу неопровержимыми фактами, что даже в период так называемого «процветания» американский автомобильный рабочий далеко не жил так благополучно, как об этом принято думать, и всегда подвергался самой жестокой и истребительной эксплоатации.

Нет больше издевательства над автомобильными рабочими, чем сказка об их «высокой зарплате». Сам Форд пустил в оборот эту сказку, когда ой возвестил всему миру, что все рабочие на его заводах будут получать не менее 5 долларов в день. Это было, однако, семнадцать лет тому назад, как раз во время войны, когда все предприятия американского капитализма работали полным ходом, поставляя военные припасы воюющим империалистическим державами. Как только война закончилась и прекратились сверхприбыльные поставки, фабриканты, в том числе и автомобильные стали отнимать все уступки военных годов, низводя зарплату до голодного уровня.

По большей части в автомобильной промышленности заняты неквалифицированные или полуквалифицированные рабочие. Квалифицированных не больше 6-7 процентов. Эта небольшая верхушечная группа рабочей аристократии получала (почти до 1929 г. по сравнению с неквалифицированными рабочими) довольно высокую зарплату. Многие из них зарабатывали до 10-12 долларов в день. Но большинство рабочих могли бы рассказать о своем заработке совсем другую историю.

В 1928 г. я работал на фабрике кузовов Бригса (где производились кузова для фордов) на штамповочном прессе за плату в 55 сентов в час. За шесть месяцев я стал производить на 150 кузовов в день больше, чем вначале. Я попросил у мастера прибавки. В ответ я был рассчитан. Позже я узнал, что на мое место был нанят другой рабочий с оплатой в 50 сентов в час. Сейчас эта работа оплачивается уже не выше 25 сентов в час.

Женщины получают еще более низкую плату. Все новые и новые тысячи их выполняют работу мужчин, и тем не менее они по большей части не в состоянии заработать свыше 1 доллара в день. Вот пример. Одна работница была нанята для работы в ночной смене на фабрике кузовов Фишера (принадлежит конкуренту Форда-Дженераль Моторс) — по 10 часов в ночь. После 3 дней работы ее рассчитали, так как не было больше работы. Она получила 3 долл. 35 сентов. Из этого заработка компания удержала 75 сентов за передник, который ее заставили купить, и 1 долл. 25 сент. за пару ножниц, в которых она больше не нуждалась. Она получила в итоге 1 долл. 35 сентов за 30 часов работы. Эти примеры характерны для всей промышленности.

В условиях капиталистической «рационализации» резко понижающей потребность в квалифицированной рабочей силе, быстро растет на автомобильных заводах число молодых рабочих. Можно смело сказать, что рабочая молодежь — до 20 лет составляет по меньшей мере 25% всех рабочих. Молодые парни и подростки выполняют ту же работу, что и пожилые рабочие, но получают они меньше. 18-летний парень на фабрике Бригса, работая рядом со мной, часто делал больше кузовов чем я. Однако, он получал только 40 сентов в час тогда как я получал 55 сентов. Так эксплоатация молодёжи, как и работниц, используется автомобильными фабрикантами для снижения общего уровня зарплаты.

Форд не представляет тут исключения. Правда, он постоянно хвастался, будто никогда не снижает зарплату. Но это наглая ложь. В 1928 г. я одно время работал на токарном станке с окладом в 6 долларов в день, но вскоре я был переведен в другой цех на такую же работу, и моя зарплата была снижена до 5 долл. в день. Мне сообщили, что это потому, что я еще не привык к этой работе. Однако, уже через несколько часов я освоился с работой и не отставал от других рабочих.

Тем не менее, когда я через 5 недель попросил повысить мою плату до старой ставки, я в тот же вечер получил расчет.

На фабрике Форда имеется так называемая ремесленная школа, но школа — это лишь вывеска для экаплоатации детского труда. Мальчиков 13 лет и моложе якобы обучают квалификации. Но на самом деле они часто, работают неделями на производстве, получая по 25 сентов в час. После 4 лет «обучения» их ставят на работу рядом со взрослыми, но много лет проходит, прежде чем они получат зарплату взрослых.

В конторе по найму у Форда — постоянное оживление. Форд ежедневно рассчитывает сотни рабочих, а затем нанимает обычно часть из них через несколько дней — за низшую плату. Это — метод скрытой урезки зарплаты. Но в декабре 1931 г. Форд перешел к открытому методу, срезав зарплату всем рабочим своих фабрик на 1 доллар в день.

С рабочими — иностранцами и неграми обращаются еще более бесцеремонно, чем с американцами. Им дают самую тяжелую и самую грязную работу, в особенности — неграм. Автомобильные бароны не брезгают ничем, чтобы внести раскол в ряды рабочих. Они возбуждают рабочих — коренных американцев против иностранцев, белых — против негров. Они распространяют слухи, что зарплата низка потому, что «иностранцы готовы работать за меньшую плату, чем 100-процентные американцы». Они восстанавливают негритянских рабочих против белых, рассказывая неграм, будто их не допускают к лучше оплачиваемой работе, нанимают последними и рассчитывают первыми только потому, что белые рабочие против них. Вот пример хозяйского трюка. На автомобильной фабрике Хризлера в одном, отделении были два конвейера с одинаковыми операциями (сборка дверец). На одном работали негры, на другом — белые. Мастер подходит к белым рабочим, рассказывает им, что негры лучше работают, чем они, а ведь они де «лучшие люди, чем эти черные остолопы». Обманутые белые рабочие начинают спешить. Тогда мастер переходит к неграм, рассказывает им то же самое и добивается таких же результатов. Революционный профсоюз автомобильных рабочих в конце концов разоблачил этот грязный трюк и тогда белые вместе с негритянскими рабочими об’явили забастовку протеста против издевательских штук мастера.

Чтобы дополнить картину приведем несколько официальных цифр. В 1931 г. средняя зарплата по всей автомобильной промышленности была 20 долларов 38 центов за полную рабочую неделю. У Форда же —18 долл, в неделю, кроме того, Форд, как уже сказано, снизил зарплату на 1 доллар в декабре 1931 г., а за последующие месяцы провел новое снижение. Чтобы получить представление о том, что означает подобная да еще дополнительно сниженная зарплата, надо ее сравнить с голодным «прожиточным минимумом», установленным правительством.

Правительственный минимум, который еще не включает ряда крайне необходимых вещей, который к тому же считает среднюю рабочую семью в Америке состоящей из четырех (в действительности она состоит из 5 лиц), предусматривает, что для семьи рабочего требуется по крайней мере 828 долл. 50 цент, в год, т. е. 16 долл. 57 центов в неделю. Между тем после недавних сокращений зарплата у Форда не достигает и этой цифры.

Да, до кризиса автомобильная промышленность процветала. Но она создавала богатства для мистера Форда, для компании Дженераль Моторс и для других паразитов — автомобильных баронов. За время с 1923 г. по 1927 г.— Форд «заработал» 654.851.061 долл. В 1928 г. и 1929 г. прибыль была значительно выше. Компания Дженераль Моторе получила за время с 1922 по 1927 г. 715.459.223 долл. прибыли. За первые 9 месяцев 1929 г. прибыль составляла 240.534.613. Не малая толика выпала и на долю остальных компаний. Так распределялись блага «процветания» между хозяевами и рабочими.

Когда вы утром входите в трамвай, направляющийся к заводам Форда, или вечером в вагон, в котором едут возвращающиеся с работы, вас при виде пассажиров охватывает чувство глубокой удрученности. Бледные и усталые лица их выражают лишь усталость. Многие едут с закрытыми глазами. Они не спят, но просто отупели и не воспринимают ничего, что происходит кругом. У кого глаза открыты, тот тупо таращит их как бы во сне. Нет никакого оживления, нет разговоров, нет смеха. Все очень тихи. Они носят, на себе проклятье конвейера, этой страшной сверхгонки.

Рабов невозможно было бы заставить работать с такой спешкой. Тут перейдены все границы человеческой выносливости. Всякое движение руки и тела тщательно высчитаны хронометражем и мастером, но при этом рабочему не оставлено и мгновения, чтобы глотнуть воды, чтобы вытереть пот с лица, чтобы отправить свои естественные нужды. Горе рабочему, который глотнет воды чаще, чем этого хочет мастер. Его моментально выбрасывают на улицу. Рабочий должен просить у мастера разрешения пойти в уборную. Мастер тщательно следит, сколько времени рабочий пробыл там. Если, по его мнению, это заняло слишком много времени, рабочий получает предупреждение или даже его увольняют.

Вас увольняют также, если вы разговариваете на фабрике с рабочими другой смены. Угроза расчета постоянно висит над головой рабочего. Осенью 1931 г. Форд издал приказ, что всякий рабочий, кто придет на работу в белой сорочке, будет рассчитан. Он заявляет, что в этом случае рабочий тратит слишком много времени, уделяет слишком много внимания тому, чтобы сохранить рубашку чистой.

На других фабриках не лучше. Когда я работал на фабрике Бригса, там был издан приказ, что всякий рабочий, который оставит станок по какой бы то ни было причине без разрешения мастера, будет немедленно уволен.

Шпионы хозяев шныряют по всему предприятию, выслеживая каждое движение рабочих. Часто они работают рядом с вами. Они доносят на каждого, кто поворчит на зверское обращение и скверные условия. Рабочие автомобильных фабрик Форда и других часто по возвращении, домой, узнают, что у них на квартире был произведен обыск хозяйскими шпионами или просто наемными бандитами — в надежде захватить коммунистическую литературу. Если вы почему либо не понравитесь мастеру или шпиону, они совершат налет на вашу квартиру. Подбросят вам какую-либо «литературу», потом ее сами «найдут», сообщат компании — и вы без работы. Если вы вздумаете протестовать против обыска, вас изобьют и все равно уволят.

Вследствие страшной гонки невероятно возрасло количество несчастных случаев. Ежедневно машины отхватывают пальцы руки, часто срываются с кранов тяжести, которые из-за спешки не успевают надежно прикрепить. Не один рабочий был раздавлен ими, чему я много раз сам был свидетелем. Однажды, на фабрике Бригса рабочий был разрезан на мелкие куски острыми краями груза листового железа, сорвавшегося с крана. Куски его тела пришлось собирать в мешок, чтобы похоронить. В другом случае женщина, работавшая около меня у пробивного станка, потеряла 3 пальца. Она работала 9 часов подряд, невероятно спешила и была совершенно измучена и измотана. Машинообразная ловкость, с которой она подавала материал в пресс на минуту покинула ее. Она недостаточно быстро отдернула руку, когда пресс опустился. Раздался душу раздирающий крик — трех пальцев как бы не бывало.

Хозяева применяют всякие хитрости, чтобы не платить компенсации жертвам несчастных случаев. Так один рабочий потерял правую ступню на фабрике Форда. Его уговорили согласиться на другую работу вместо компенсации. Через 3 недели его уволили с новой работы...

Помимо огромного роста несчастных случаев бешеная гонка на предприятиях вызывает постоянную массовую безработицу. Даже в 1928 г., когда автомобильная промышленность была полностью нагружена в Детройте, Флинте, Ленсинге, Понтиаке и Других автомобильных городах насчитывались десятки тысяч безработных. Один товарищ, работавший много лет у Форда, на примере показал, как конвейерная гонка систематически увеличивает армию безработных. Он работал по изготовлению покрышек автомобильных шин. В 1925 г. 160 рабочих произвели 3.050 покрышек. В 1928— 4.950 покрышек было произведено 25 рабочими, а в 1931 г. — 6.970 покрышек 16 рабочими.

Ни в одной отрасли американской промышленности рабочие не пострадали от кризиса так, как в автомобильной. В одном Детройте свыше полумиллиона безработных. У Форда в 1929 г. работало не менее 120.000 рабочих. Сейчас осталось лишь — 25-30 тысяч. В общем из 3.692.665 автомобильных рабочих в Америке почти 2 миллиона без работы. Занятые еще на производстве работают от 1 до 4 дней в неделю. При этом многие работают по 10—14 часов в день. Их положение не намного лучше, чем положение безработных. Они не только получают ничтожную зарплату, они живут в постоянном, страхе перед постоянно угрожающей им полной безработицей и голодной смертью.

Длинные вереницы обтрепанных людей с голодным взором покрывают улицы автомобильных городов Америки. Это «хлебные» очереди. Безработные получают жалкие крохи от благотворительных обществ, деятельностью которых хозяева пытаются отвлечь их от борьбы за выдачу государственных пособий. Почти ежедневно можно читать в газетах заметки о безработных, падающих от истощения на улице. Тысячи безработных разыскивают куски: хлеба и другие об’едки в чанах с отбросами у гостиниц и богатых домов. Тысячи безработных в Детройте — без крова. В холодные зимние месяцы они вынуждены были ночевать в пустых товарных вагонах, в погребах или в полицейском участке. Полиция выгнала из Детройта, и других автомобильных городов тысячи таких безработных, и в безнадежных поисках работы они теперь странствуют из города в город, часто падая замертво на дороге.

В январе 1931 г. был уволен один рабочий, много лет проработавший на автомобильной фабрике «Понтиак Мотор Кар компании» в Понтиаке. Он явился в муниципалитет (городская дума) за помощью,— место помощи полиция выгнала его из города. Когда он прибыл в Флинт, тамошняя полиция погнала его обратно в Понтиак. В течение двух дней его гоняли из одного города в другой. К концу второго дня без сил, голодный и готовый на все он лёг перед воротами фабрики, с которой его выгнали и отказался двинуться с места. Его забрали в участок, избили и присудили к 3 месяцам тюрьмы.

Ежедневно выбрасывают на улицу рабочие семьи за невзнос квартплаты. У тысяч квалифицированных рабочих, которых уговорили купить себе дом их в рассрочку, теперь за неуплату установленных взносов эти дома отбирают. Таким же образом мебельные общества забирают обратно мебель, проданную в рассрочку. Тысячи рабочих семей лишены права пользования газом, освещением и водой. В одном доме газовая компания закрыла газ в то время, когда мать согревала на нем немного молока, которое получила у соседа для своего больного ребёнка.

Ужасающая неописуемая нищета масс толкает их на самоубийства.

В 1931 г. покончили с собой свыше 100 фордовских рабочих. В феврале 1931 г. рабочий Форда, который был уже свыше года безработным, застрелил свою жену и 4 детей и затем застрелился сам. Последние 5 дней у них в доме не было ни крошки хлеба.

Компартия об’единяет массы в рядах революционного профсоюза автомобильных рабочих и в советах безработных. Борьба за государственное страхование от безработицы под руководством компартии разрастается. Все более широкие массы рабочих сплачивают под красным знаменем и выдвинутыми компартией лозунгами борьбы против выбрасывания безработных из квартир, против прекращения подачи им газа, света воды и за бесплатную выдачу пищи и молока для детей рабочих, за пособие в 20 долларов в неделю каждому безработному. Компартия требует, чтобы при оказании помощи безработным не устанавливалось никаких ограничений для иностранных и негритянских рабочих. Компартия ведет также борьбу против снижения зарплаты.

Дело в том, что автомобильные короли, как и все другие предприниматели пользуются ужасающим положением безработных, чтобы непрерывно урезать зарплату занятых рабочих, ухудшать условия их работы. Им в этом усердно помогают и социал-фашисты и профсоюзные чиновники из предательской Американской Федерации Труда. Эти мошенники, как попугаи повторяют хозяйские словечки о том, что, мол, «процветание» скоро вернется. Они борются против компартии и революционных профсоюзов, мобилизующих и организующих рабочих для революционного выхода из кризиса. Сущность их предательской политики наглядно показывает заявление Дм. В. Шартса — одного из руководителей социал-фашистской «Социалистической партии». По поводу расстрела голодной демонстрации у завода Форда он заявил: «Когда меня положат в могилу, я буду рад тому, что никто не скажет, что я один из тех негодяев, которые подстрекают невинных рабочих на участие в этом бунте против закона и порядка».

Так социал-фашисты говорят о борьбе рабочих против; голода.

Для борьбы против единого фронта автомобильных баронов, правительства и продажных социал-фашистских вождей компартия и революционный профсоюз автомобильных рабочих выдвигают следующую программу немедленных требований против убийственной гонки, за замедление хода конвейера, за минимальную зарплату в 6 долларов в день, за отмену системы шпионажа и черных списков, за оплату труда женщин, молодежи и негритянских рабочих наравне с взрослыми рабочими — американцами (при условии одинаковой работы). Компартия ведет также борьбу за отмену расчетов. Выдвигаются требования, чтобы автомобильные фабриканты давали пособие воем рабочим, которых они лишили места.

Несмотря на огромные затруднения (шпионаж, черные списки, террор), быстро растет Влияние и сила, революционного союза автомобильных рабочих. Коммунистические группы ведут упорную борьбу за организацию фабкомов революционного профсоюза на, предприятиях. Фабрично-заводские революционные газеты, листки и другая литература проникают в цеха автомобильных заводов. Ячейка компартии на заводах Форда активно подготовляет рабочие к борьбе. Орган ячейки и газета «Фордовский рабочий» выходит регулярно каждый месяц, его читают 15.000 фордовских рабочих. Эта маленькая газетка, которой форд боится, как чумы, является могучим орудием в борьбе против фордовской сверх-эксплоатации. Заводская полиция усиленно вынюхивает; и преследует коммунистов. Но боевой дух рабочих усиливается. Все более многочисленными становятся стачки и демонстрации под руководством компартии, Профсоюза автомобильных рабочих и Советов безработных.

Первая значительная стачка, проведенная Профсоюзом автомобильных рабочих, происходила на фабрике кузовов Мюрей в августе 1929 г. Стачка была об’явлена для борьбы против 20-процентного снижения зарплаты. Она была, правда, сорвана после пяти дней — лживым обещанием хозяев, но она наглядно показала нарастание боевых настроений в рядах автомобильных рабочих. Рабочие героически защищались от нападений полиции, двинутой для подавления забастовки силой. В сражениях с полицией было ранено семь рабочих и двое полицейских. Семьдесят пять рабочих были брошены в тюрьму.

Еще большее значение имела стачка на фабрике кузовов Фишера, принадлежащей компании «Дженераль Моторс». В ней участвовало 5.000 рабочих. И там рабочие в героической борьбе под руководством революционного профсоюза , уже одержали было победу. Но, когда руководители забастовки и десятки активистов союза были брошены в тюрьму, хозяевам опять удалось сорвать стачку при помощи своих социал-фашистских агентов. Всего было арестовано во время стачки сто тридцать пять рабочих. Уже после стачки полицейские агенты схватили девять руководителей профсоюза автомобильных рабочих, отвели их в лес и там избили до потери сознания. Одновременно в полночь был произведен налет на квартиры активных участников забастовки. Полицейские потащили их в участок и там жестоко избили. После этого их отпустили, предупредив, что они будут убиты, если не прекратят связи с красным профсоюзом.

Кроме этих двух крупных забастовок за последние годы на автомобильных заводах было несколько небольших стачек. Некоторые из них были выиграны, некоторые проиграны. Однако, всякий раз хозяева пытались подавить выступление рабочих путем полицейского террора и при содействии социал-фашистов из Америк. Федерации Труда. Эти лже-вожди рабочих — лучшие помощники автомобильных баронов. На выборах мэра (городского головы) Детройта они самым активным образом поддерживали кандидатуру фордовского прихлебателя Мэрфи. До выборов Мэрфи обещал пособие для безработных, обещал им работу, обещал прекратить выселения безработных и обуздать полицию. После избрания он ликвидировал и те жалкие пособия, которые всетаки выдавались до него. При нем было выселено еще больше рабочих семей, чем до него. Наконец, он вместе с Фордом ответственен за убийство 4 рабочих на демонстрации 7 марта. Это не говоря уже о других безработных, перебитых полицией г. Детройта. Вот такого мерзавца и хозяйского лакея поддерживали и поддерживают, вожди Америк. Федерации Труда. Чтобы увенчать свое предательство, они недавно предложили Форду разрешить, им организовать «его» рабочих в свой желтый профсоюз (до того, как возник революционней профсоюз автомобильных рабочих, Американская федерация Труда за взятки с одного с’езда на другой откладывала вопрос об организации рабочих автомобильной и стальной промышленности.

Вместе с полицией Американская Федерация Труда пытается сорвать и ту борьбу, которую советы безработных ведут против выселений. И здесь рабочие дают полиции решительный отпор. Дело доходит до рукопашных боев всякий раз когда рабочую семью выбрасывают из квартиры. В одном случае 2000 рабочих сражались четыре часа с полицией, когда последняя собралась выселять 6 негритянских семей. Многие рабочие за это поплатились тюрьмой.

Особенно гнусным преследованиям подвергаются негры. Их увольняют в первую очередь, а нанимают — в последнюю. В очередях за «благотворительным» хлебом их обходят. Они страдают больше чем белые рабочие от выселений, от полицейских зверств.

В Детройте за ноябрь 1931 г. было выселено из квартир семьдесят девять негров. В 67 случаях совет безработных помешал выселению. В 1931 г. десять негров было застрелено полицией Детройта только по той причине, что они были безработными и у них негде было спать. Одного негретянского рабочего нашли спящим в погребе покинутого дома. Полиция застрелила его во время сна. В связи с движением протеста, организованным МОПР’ом, полиция оправдывалась, будто он был застрелен при попытке бежать.

Форд несет наибольшую ответственность за усиление террора против автомобильных рабочих. При первой демонстрации перед заводами Форда в феврале 1930 года трое организаторов профсоюза автомобильных рабочих были избиты и арестованы. Однако, демонстраций на улице повторялись, а недовольство в цехах неудержимо росло. Тогда Форд принял меры, чтобы провести в мэры города своего верного слугу — Мэрфи. Сделавшись мэром, Мэрфи отрядил сильный полицейский отряд для «защиты» заводов Форда. За продажу на заводах профсоюзной газеты «Новости автомобильных рабочих», коммунистического органа «Дэйли Уоркер» или всякой другой революционной литературы рабочих сажают в тюрьму. Производятся полицейские налеты на рабочие митинги. Число арестованных растет. Но несмотря на эти свирепые преследования растет революционный союз, советы безработных мобилизуют все большие массы на борьбу за пособие при безработице, усиливается компартия...

Таковы те общие условия, в которых возникли события 7 марта, получившие название кровавого понедельника.

Пять тысяч рабочих из числа выброшенных Фордом на улицу и обреченных им на голодную смерть подготовили поход к его заводам, чтобы потребовать работы и хлеба. Они требовали, чтобы из тех миллионов, которые они произвели для Форда, он уделил часть для того, чтобы спасти семьи от голода и лишений.

День, назначенный для голодного похода, был очень холодный. Сотни рабочих, слишком ослабевших, чтобы маршировать две мили (три с половиной километра) к заводам, вскочили в трамваи, отказавшись платить за проезд, и проехали бесплатно вопреки всем попыткам выбросить их из вагонов.

Уже с раннего утра сильные отряды полиции были направлены мэром Мэрфи к фабрике Форда. Обеспокоенный популярностью голодного похода, который подготовлялся революционными организациями в течение многих недель, Форд превратил Дирборн[1] в настоящий вооруженный лагерь.

Головной отряд голодной демонстрации прибыл в Дирборн около полудня. Там его встретила армия полицейских и шпиков, которые приказали рабочим повернуть назад. Демонстранты решительно продолжали двигаться вперед. Тогда полиция атаковала их бомбами, вызывающими слезотечение, и дубинками. Возмущенные рабочие отбили атаку и обратили полицию в бегство. Вызванная пожарная команда пытается остановить рабочих струями холодной как лед воды. Демонстранты, однако, опять организуют успешное сопротивление и вновь обращают неприятеля в бегство. Промокшие насквозь, несмотря на леденящий холод, рабочие продолжают двигаться к заводам. Но прежде, чем они подошли к заводским воротам, куда должна была войти делегация для пред’явления требований рабочих, объединенные силы полиции, шпионов Форда и пожарной команды снова атакуют демонстрацию. Рабочие опять быстро обращают их в бегство. Однако, полиция, забаррикадировав все входы отказывается пропустить на заводы делегацию рабочих. Проведя демонстрацию у самых ворот, участники голодного похода стали строиться в колонны для обратного пути. В это как раз время по ним открыли огонь.

Рабочий, принимавший участие в походе, рассказывает, что стрельбу начал фордовский шпион.

«Я видел, как наемник Форда стоял за забором револьвером в руках. Он раз двадцать стрелял в нас, и я видел, как два моих товарища пали мертвыми. После этого заговорили пулеметы, кося нас, как пшеницу. Они стреляли нам в спину. Это была настоящая бойня». Другой рабочий, который в это время работал на дворе, слышал, как два полицейских шутили друг с другом.— «Я застрелил по меньшей мере дюжину из них»,— заметил весело один из убийц.

Эдсель Форд (сын Форда) стоял на мосту вблизи места расстрела. Это он отдал приказ стрелять. Когда стрельба прекратилась и стали подбирать убитых и раненых, единственно о чем беспокоился Эдсель Форд, было состояние руководителя его шпиков, которого треснули кирпичом по башке.

Убийцы специально старались перебить коммунистов — руководителей голодного похода. Один рабочий рассказывает следующее об убийстве Джо Иорка — секретаря областкома и члена ЦК комсомола: «Я находился в пятидесяти ярдах от Джо, который организовывал отступление. Вдруг я заметил, что один из наемных бандитов Форда тщательно целится в голову Джо. Я крикнул Джо, но он меня не услышал. Через секунду он уже лежал распростертый на земле в агонии».

День 7 марта вписал еще одну страницу в книгу истории американского рабочего класса. Американская буржуазия, пытающаяся подавить растущий под’ем пролетарского движения, прибегает к тем же методам, как и царизм в Кровавое Воскресенье 1905 года. Но, как и царизм, она копает свою собственную могилу. Возмущенные рабочие дали убийцам достойный ответ. В пятидневку после кровавого понедельника 500 рабочих вступило в компартию и свыше пятисот стали членами комсомола. Несмотря на полицейский террор, семьдесят пять тысяч рабочих участвовали на похоронах убитых товарищей. Они дали обещание, которого они никогда не забудут. Они поклялись отмстить.

Сейчас, в пору неслыханного разгула белого террора, больше чем когда-либо необходимо строить и укреплять Международную Защиту Труда, — Американскую секцию МОПР. Борьба рабочих автомобильной промышленности .наглядно показывает, насколько сильным оружием в руках рабочего класса является МОПР. Каждый арест, каждое террористическое выступление полиции, и судов против рабочих неизменно вызывает ответное выступление МОПР в передовых рядах борцов за спасение, за освобождение жертв капиталистического террора и «правосудия».

В 1929 г. МОПР организовал в судах Детройта, Понтиака, Флинта и Ленсинга защиту свыше 500 рабочих. В 1930 г. это число превысило 700, а в 1931 г. превысило 1.100.

МОПР мобилизовал широкие массы рабочих на участие в демонстрациях против полицейский зверств. Многие рабочие были освобождены !из тюрем под давлением широких масс, поднятых на борьбу МОЛР’ом. В октябре 1930 года 10 рабочих были арестованы в Понтиаке по обвинению в «преступном синдикализме»,— это нелепое «обвинение» означало для каждого из них 10 лет тюрьмы. Однако, МОПР организовал настолько грандиозную кампанию протеста, что суд принужден был их освободить. В январе 1931 г. трое рабочих — члены профсоюза автомобильных рабочих — были приговорены к году тюрьмы за то, что на фабрике Бригса они агитировали среди рабочих за вступление в красный профсоюз. И тут кампания МОПР освободила их вскоре после того, как они были осуждены.

Рост и усиление авторитета МОПР вызывает сильнейшее беспокойство буржуазии. Полицейские и судебные власти пытаются разгромить его так же, как и компартию и революционные профсоюзы. Все более учащаются случаи, когда полиция нападает на митинги протеста, созываемые МОПР’ом, и производит массовые аресты. Во время одного такого митинга, происходившего в рабочем доме, ворвавшаяся полиция угрожала собравшимся пулеметами. Многие из присутствовавший были арестованы. Тридцать руководителей и активистов МОПР’а были арестованы.

Во время стачки в г. Флинте, как и во многих других случаях, представители и адвокаты МОПР, прибывшие для оказания юридической защиты арестованным стачечникам и демонстрантам, были сами арестованы и брошены в тюрьму.

Со времени Кровавого Понедельника террор против революционных рабочих неудержимо растет, приобретает все более свирепый характер. Помещения детройского комитета компартии и профсоюза автомобильных рабочих тотчас же после событий 7 марта подвергались полицейскому налету. Были арестованы все, кого полиция могла там захватить. Были приняты меры для того, чтобы свалить ответственность за события на компартию, чтобы состряпать против ее руководителей судебное дело по обвинению в убийстве. Специальное «Грандджури» (комиссия), назначенное судом, находящимся под контролем Форда, повело дело «расследования» событий таким путем, что сразу стало ясно, что у комиссий лишь одна цель — засудить коммунистов. Когда МОПР потребовал, чтобы при «расследовании» присутствовал представитель рабочих, суд категорически отказал в этом. Прокурор прямо заявил, что он твердо намерен «учинить правосудие над виновными, в этом деле коммунистами».

В то время, как руководителей рабочих собираются в спешном порядке засадить на долгие сроки в тюрьму, полиция автомобильных баронов свирепо терроризует массы. Безработных останавливают на улице и обыскивают. В случае нахождения у них революционной литературы, их уводят в полицейский участок и избивают. Рабочих Форда и других предприятий задерживают и тщательно обыскивают при входе, на фабрику. Внутри заводов за рабочими шпионят сейчас более, бдительно, чем когда бы то ни было. Но террор не запугал рабочих. Многие из фордовских рабочих, которые наблюдали расстрел из окой завода, несмотря на террор, не побоялись рассказать о том, как наемные бандиты Форда открыли огонь, когда демонстранты стояли спиной к убийцам. Один из рабочих писал Американской секции МОПР: «Я готов дать показание против Форда и его бандитов хотя у меня семья — пятеро детей, и, хотя я могу потерять работу».

Эти слова характерны для решимости автомобильных рабочих продолжать борьбу против Форда и других автомобильных баронов, характерна для их готовности поддержать борьбу МОПР’а против свирепого и подлого капиталистического террора.

Кровавый Понедельник — это еще одна веха на пути, который ведет американские трудящиеся массы к революционному выходу из кризиса. События 7 марта в этом отношении следует поставить в один ряд с казнью Сакко и Ванцетти, расстрелом бастующих горняков Пенсильвании, террором в Кентукки, расстрелом в Камп-Хилль и делом Скоттсборо.

Методами террора — наряду с предательской демагогией социал-фашистов — буржуазия пытается заставить рабочий класс нести на себе, всю тяжесть кризиса. В то же время террор входит в план подготовки империалистической войны и интервенции против СССР. Буржуазия хочет разбить компартию и все другие революционные организации, чтобы лишить рабочих революционного руководства в тот момент, когда разразится война. Но с каждой новой атакой на трудящихся МОПР мобилизует все более широкие массы рабочих для протеста против кровавого террора. Растет и ширится влияние компартии и революционных профсоюзов. Каждая атака буржуазии все теснее сплачивает ряды и солидарность революционных пролетариев всех стран.

Дело Скоттсборо подняло сотни тысяч белых рабочих на совместную с негритянскими рабочими борьбу против угнетения негров, против белого шовинизма. Убийство двух негритянских рабочих в Кливлэнде, трех — в Чикаго, где шла борьба против выселения семей безработных дали толчок мощным демонстрациям, в которых участвовали сотни тысяч белых и негритянских рабочих» Чикаго и 76.000 Кливлэнда.

Убийство 18-летнего Гарри Симс наемными бандитами в Кентукки. Убийство 18-летнего Джо Иорк в, Детройте привели в движение новые сотни тысяч молодых рабочих. В СССР, во Франции, в Германии и Англии, во всем мире миллионы рабочих поддерживают растущее революционное движение американского рабочего класса.

Успешное строительство социализма в СССР — один из самых могущественных источников революционизирования американских рабочих. У себя, в богатейшей капиталистической стране мира они не видят ничего, кроме нищеты и голода. Они видят, как кучка миллиардеров вроде Форда, Рокфеллера, Моргана транжирят миллионы, в то время, как рабочие семьи вымирают от постоянного недоедания. И в то же время они видят, что в Советском Союзе уровень жизни рабочих постоянно повышается.

В Америке 12 миллионов безработных, а в отечестве пролетариата безработных нет. В стране доллара снижение зарплаты, усиление эксплоатации, удлинение рабочего дня. В стране большевиков — рост зарплаты и семичасовой рабочий день. Этих фактов нельзя скрыть даже за завесой лживых измышлений капиталистической печати.

Победы пятилетки, новые промышленные гиганты, автомобильный завод им. тов. Сталина, Нижегородский автомобильный завод, Магнитогорск, Днепрострой представляют разительный яркий и наглядный контраст с гниющей системой капиталистического производства. Американский пролетариат, естественно, спрашивает, почему же такие могучие промышленные предприятия, как заводы Форда, заводы американского Стального треста стоят, в то время, как они, рабочие, могут и хотят работать, но вынуждены слоняться без дела и голодать. Сотни тысяч бедных и разорившихся фермеров внимательно следят за ростом совхозов и колхозов в СССР. Внутреннее банкротство капитализма становится ясным и для них.

Американская буржуазия — колосс, но колосс уже на глиняных ногах. Глина медленно крошится. Усиливающийся белый террор свидетельствует лишь о том, что погибающий капитализм сознает свою собственную слабость.

Трудящиеся СССР — передовой отряд Мирового пролетариата в его борьбе против капитализма. Каждое наше героическое достижение в деле социалистического строительства — новый удар по расползающейся храмине загнивающего мирового; империализма. Пролетарские массы капиталистических стран — наши союзники. Вместе с нами они готовы стать на защиту социалистического отечества, против всяких попыток интервенции со стороны империалистических бандитов. Все это содействует сплочению и укреплению их рядов, все это повышает их боеспособность и силы, активно содействует и укреплению международной защиты СССР. А МОПР занимает всюду одно из первых мест в ряде организаций, повышающих боеспособность мирового пролетариата.

ЧИТАТЕЛЬ!

Пришли свой отзыв об этой книге, указав свой возраст и профессию по адресу:

МОСКВА, 9. УЛ. ОГАРЕВА, 4. ИЗДАТЕЛЬСТВО ЦК МОПР СССР.

Дирборн — предместье Детройта, в котором находятся заводы Форда.