Рад представить вам мой ознакомительный перевод шестого тома серии SAO: Progressive от уважаемого Реки Кавахары. Не буду надолго отвлекать вас от чтения этой замечательной книги, и быстро попрошу прошения за допущенные мною в переводе грамматические, лексические и прочие ошибки.

Как и всегда, этот перевод является результатом работы одного человека, и у меня нет ни времени, ни сил, ни возможности предложить вам текст идеального качества. Несмотря на это, я надеюсь, что мой перевод подарит вам несколько приятных мгновений, и прошу вас не судить строго плоды моих скромных усилий.

Я проснулся от того, что рядом кто-то зашевелился. Сквозь едва раскрытые веки я увидел слабый, светло-серый утренний свет. Судя по всему, было около пяти часов утра. В это время я обычно сплю, но лёг я очень рано и проспал уже девять часов. Мы собирались встретиться с Кизмель в столовой в семь, так что у меня ещё было время расслабиться, но я решил, что лучше не бездельничать.

И всё же, мои глаза снова закрылись. Холодный воздух раннего январского утра проиграл сражение с уютом тёплой кровати. Едва проснувшись, я снова погрузился во тьму.

«Ещё тридцать минут… Нет, двадцать», — подумал я как школьник утром в понедельник, и снова попытался уснуть.

В этот момент раздалось слабое «Мммм…», и я ощутил, что рядом со мной кто-то потянулся. Сначала я подумал, что мне снится кошка, но потом понял, что это не кошка и это не сон.

Мои веки были такими тяжёлыми, что, казалось, их склеили. Несмотря на то, что в виртуальном мире не использовались наши настоящие глаза, невозможность сосредоточиться в полусонном состоянии была странным образом похожа на ощущения в реальной жизни. Возможно, это было результатом взаимодействия между мозгом и «Нейрошлемом». Я несколько раз моргнул, пока серые пятна не превратились в нормально изображение.

Верхняя половина поля моего зрения была занята большой подушкой, а нижняя была заполнена чем-то светло-коричневым. Я понял, что лежу на правом боку, а моя правая рука вытянута вперёд и зажата между чем-то коричневым и подушкой.

Под моей левой рукой было что-то мягкое, а ноги в чем-то запутались. Сложно было сказать наверняка: это они кого-то поймали, или сами оказались в ловушке. Я ещё немного поморгал и, используя свободную руку, попытался оттолкнуть прилипшую к моему телу загадку…

— Нее… — раздалось откуда-то из-под моего подбородка, и нечто мягкое под моей левой рукой внезапно зашевелилось.

Это была не кошка и не какое-то другое маленькое животное. Это было большое животное одного со мной роста. Человек. Игрок. А конкретно, это была моя временная спутница, леди Асуна. Нечто коричневое, лежащее на моей правой руке, оказалось её головой.

После нашего доклада графу Гэлейону квест «Агатовый ключ» был завершён. Мы с Асуной получили огромное количество опыта и могли выбрать разное снаряжение.

Бонусы были фантастические, но то, что Кизмель дали целый день отдыха, сделало нас ещё более счастливыми. Завтра, 4 января, она могла делать всё, что хотела, и ей не нужно было идти на седьмой этаж до утра пятого января. Я всё ещё беспокоился о том, что передовая группа достигнет южного района к завтрашнему дню, но я передал информацию о новом боссе-сороконожке через Арго и поэтому не опасался, что они встретятся с ней неподготовленными.

Мы должны были принять участие в прохождении лабиринта и основного босса, но если бы Кизмель дала нам «Капли Вилли», то мы смогли бы перейти прямо из второй области в пятую. А если нет, то мы всё ещё могли догнать передовую группу по обычному маршруту примерно за полдня, если предположить, что подземелья уже были расчищены. Я сказал об этом Асуне после того, как мы вернулись в комнату на третьем этаже западного крыла, и мы решили, что завтра тоже будем отдыхать.

Вернувшись в прихожую и встретив Кизмель, мы пошли в подземную ванну чтобы смыть виртуальные пот и грязь. Чтобы избежать повторения вчерашнего происшествия, мы заранее договорились, что место для купания будет разделено между полами. Однако то, что я слышал, как две девушки болтали и смеялись по другую сторону корней Древа духов, не облегчило мне процесс купания.

Когда мы закончили купаться, то немного расслабились в зоне для отдыха, после чего отправились в столовую. Основным блюдом сегодня была рыба на гриле. Мало того, что в ней не было странного пряного соуса, которым любили пользоваться повара в SAO, так ещё и кожа рыбы была хрустящей и ароматной. С учётом всего этого, мне пришлось сходить за добавкой. После еды мы наслаждались чаем и болтали, вспоминая наши приключения на четвёртом и пятом этажах.

Из столовой я вышел очень довольным. Кизмель ненадолго ушла, чтобы вернуть накидку «зелёных листьев» в хранилище сокровищ, поэтому мы с Асуной решили немного осмотреть замок и пошли к восточному крылу, которое ещё не видели.

Именно тогда в тёмном дворе замка зазвенел колокол. Мы остановились, слегка заинтересованные тем, что эльфы звонили в колокола после завтрака и обеда, но я вспомнил, что это не сигнал времени.

Кизмель говорила, что колокол звенел только тогда, когда открывались южные ворота. Так как Тёмные эльфы практически не выходили из замка, то звон колокола говорил о том, что в замке Гэлей появились другие игроки.

Асуна поняла это одновременно со мной. Мы переглянулись и бросились к окну. Прижавшись к стеклу, мы посмотрели во двор и увидели, что огромные ворота действительно медленно открываются.

Моя первая мысль была о том, что это Мортэ или кинжальщик, или оба сразу. Замок Гэлей находился за пределами зоны безопасности, поэтому ничто не помешало бы им войти даже с оранжевыми маркерами преступников. Всё, что им было нужно для открытия ворот, это такие же кольца с символикой Льюсулы, что и у нас. Прошлой ночью я предположил, что им будет трудно вовремя пройти квест за Тёмных эльфов, но у меня не было никаких доказательств этого.

— Мы должны выяснить, кто это, — напряжённо сказала Асуна.

Я отбросил мгновенную нерешительность и сказал:

— Да, идём вниз. Будь наготове.

— Конечно.

Мы развернулись и побежали к лестнице открывая, свои игровые меню. Заменив простую одежду на боевое снаряжение, мы вооружились своим любимым оружием и быстро спустились на первый этаж западного крыла. Вместо главных дверей замка мы бросились к боковой двери в конце коридора и, слегка приоткрыв её, выглянули во двор.

Колокол всё ещё звонил, но ворота уже закрывались. Если посетитель уже исчез в просторном замке, то будет очень трудно его найти.

Но даже в этом случае мы могли бы спросить солдат возле ворот, как выглядят вошедшие игроки. Я набрался смелости и вышел на открытое место, направляясь к воротам вдоль отвесной стены, вырезанной из скалы.

Примерно через пять шагов Асуна протянула руку и схватила меня за воротник. Я издал приглушённый звук и остановился.

— Зачем? — прошипел я.

— Смотри, Кирито, — прошептала она в ответ, указывая не на ворота, а на Древо духов во дворе. Я присмотрелся и заморгал. Возле источника Древа духов стояли спиной к нам четыре человека. Их маркеры были такими же зелёными, как и наши.

Судя по их числу, было похоже, что это не группа Мортэ. К тому же у нас с Мортэ был официальный поединок на третьем этаже, и теперь наши имена всегда отображались друг для друга, в результате чего один из этих четырёх курсоров должен быть подписан как МОРТЭ, но всё, что я мог видеть, было столбиками HP и тэгом гильдии.

У ОАО Кибао был герб с серыми мечом и щитом на зелёном фоне. АРД Линда использовали серебряного дракона на синем поле. Но этот тэг гильдии был мне незнаком и представлял собою символ, похожий на золотую букву «Q» на чёрном фоне.

— Кирито, ты уже видел этот знак? — прошептала Асуна.

Я покачал головой.

— Нет. А ты? Хотя, ты бы не спросила, если бы видела.

Асуна не ответила, но я почувствовал, как она покачала головой. Система подтвердила, что среди них не было Мортэ, и мне казалось маловероятным, что группа РК во главе с Человеком в чёрном пончо сформирует гильдию и зарегистрирует её с таким отчётливым, запоминающимся логотипом. Однако, у нас пока ещё не было подтверждения, что они не были связаны между собой. Этот замок не был безопасным убежищем, поэтому мы должны быть очень осторожными.

Я стоял, прислонившись к грубой каменной поверхности, и думал, что же теперь делать, когда Асуна прошептала:

— Если игроки начнут драку внутри замка и их маркеры станут оранжевыми, как на это отреагируют Тёмные эльфы?

— Хм…

У меня не было мгновенного ответа на этот вопрос. Причина, по которой оранжевые игроки (преступники) не могли попасть в города с активным анти-уголовным кодексом была не в каком-то магическом барьере, который отталкивал бы преступников. Это происходило потому, что на них бы напали невероятно мощные охранники NPC. В бета-тестировании были люди, которые преднамеренно нарушали закон и шли в город, чтобы попытаться победить стражей. Они называли себя Гуардлерс, что по всей видимости было сокращением от «Убийцы стражей», но в отличие от Судокеров в Стахионе, никто из них не преуспел к концу бета-теста.

Скорее всего, солдаты Тёмных эльфов в замке Гэлей не были столь сильны, как стражи порядка в городах игроков, но я чувствовал, что они не будут игнорировать людей, бегающих с обнажёнными мечами внутри своего замка. Я могу с уверенностью сказать, что, если эти игроки нападут на нас, то по крайней мере Кизмель точно придёт к нам на помощь, а если она прикажет, то к нам присоединятся и охранники замка.

Я сжал все эти рассуждения в одну фразу:

— Не думаю, что они это проигнорируют.

Асуна согласилась.

— Я тоже так думаю. Давай просто поговорим с ними.

— Наверное, это единственный правильный выбор, — поддержал я.

Если мы не уйдём из замка, то не сможем остаться для них незамеченными, а у нас здесь ещё было слишком много работы.

Мы вышли из тени стены и, будучи готовы мгновенно достать наши мечи, пошли в сторону четырёх игроков, которые всё ещё смотрели на источник. Никто из нас особо не пытался скрыть свои шаги, но даже когда мы оказались в десяти метрах от них, ни один из игроков, стоящих к нам спиной, никак не отреагировал. Вероятно, они были слишком поглощены своим разговором.

— Лучше не нужно.

— Но я хочу разок попробовать. Никто так и не подтвердил, что только Блэльфы могут телепортироваться через Древа духов.

— Хорошо, проверяй. Но если ты исчезнешь, мы за тобой не пойдём.

— Если охранники разозлятся, мы убежим и оставим тебя одного.

Похоже, что в группе было трое парней и одна девушка. Основываясь на содержании их разговора, они определённо выполняли квест на стороне Тёмных эльфов, хотя термин «Блэльф» оставался для меня загадкой.

Мы остановились в двух метрах позади них, а они всё ещё нас не видели, поэтому я послал Асуне безмолвное сообщение и сделал полшага назад. Выражение её лица изменилось с напряжённого на ультраобщительное, и она крикнула приятным голосом:

— Добрый вечер!

Все четверо в шоке затоптались на месте, но никто не потянулся за оружием. Пять секунд они ошеломленно смотрели на Асуну, после чего их взгляды переместились немного вверх. Это был признак того, что они изучали её маркер. Потом они снова смотрели на Асуну несколько секунд и, наконец, заметили меня.

Первой заговорила девушка, которая была вооружена большим ятаганом и баклером.

— Добрый вечер. Прошу прощения, вы нас испугали.

— О нет, это я прошу прощения за мой неожиданный крик, — ответила Асуна с улыбкой, и опасение мгновенно покинуло их лица.

Если бы с ними говорил я, то мне бы потребовалось раз в десять больше времени, чтобы смягчить их.

— Ух, ты действительно заставила меня понервничать. Я не ожидал встретить здесь других игроков, — потирая нагрудник, заговорил невысокий парень с двуручным мечом, который только что говорил о своём желании изучить телепортацию через Древо духов.

Стоящий рядом с ним высокий, худой парень с глефой пожал плечами:

— Конечно же здесь будут игроки. Замок ведь общественный.

Последним был молодой человек со странным сочетанием башенного щита, толстого, как металлическая плита, и тонкого короткого копья. У него была короткая борода и приветливая улыбка.

— Всем привет, мы из гильдии «Кьюсак». Сейчас проходим квест Блэль… Тёмных эльфов.

Всё ясно, Блэльфами они называли Тёмных эльфов. Когда мы с Асуной пожали руку игроку со щитом, я задумался о том, как они прозвали Лесных эльфов.

Мы представились друг другу. Девушку с ятаганом, которая казалась умной и рассудительной, звали Лазули. Спокойного парня с двуручным мечом звали Тэмуо. Подвижного и высокого игрока звали Хайстон, и наконец, крепкий щитоносец был Гиндо.

Как и Асуне, мне были незнакомы их имена, и я никогда не слышал про гильдию «Кьюсак».

В данный момент в летающей крепости были в ловушке около восьми тысяч игроков и, конечно же, никто не мог запомнить все имена. На самом деле, я знал по имени менее сотни игроков. Если бы мы встретились в одном из главных городов, то я бы не обратил на них внимания, но третьего января замок Гэлей был на передовой линии похождения игры. По дороге сюда им пришлось пробиться через множество отвратительных ядовитых монстров в каньоне, а у них была даже не полная группа из шести человек. Они должны быть достаточно близки к нам по уровню, так почему же я никогда раньше их не видел?

Я почти решился нагрубить и спросить, не были ли они неигровыми персонажами, но очередной взгляд на их маркеры показал мне обычный зелёный цвет. Всё ещё будучи в напряжении, я взглянул на их доспехи и попытался их оценить. Двое были в лёгкой металлической броне, а двое в тяжёлой. Метал имел глубокий, богатый блеск, свойственный качественным изделиям. Несмотря на то, что они только что прошли очень опасным путём, их снаряжение выглядело свежим и невредимым, не считая щитов Лазули и Гиндо.

Возможно, что они не вышли из ворот Стартового города в числе первых игроков два месяца назад, но их способности позволили им догнать передовых игроков. Если так, то это обнадёживало, и скоро их обязательно завербует АОА.

— Вы вдвоём выполняете квест эльфов? — спросила Лазули, шагнув вперёд.

Её тёмно-зелёные волосы были завязаны в хвост, а гордые черты лица и хриплый, но пронзительный голос придавали ей вид активного и сильного человека.

Я послал Асуне ещё одно мысленное сообщение. Она посмотрела на меня, снова улыбнулась, и ответила:

— Да, всё верно. На самом деле, мы только вчера добрались до этого замка.

— Хм… это значит, что вы в группе проходчиков?

— Ну, если только технически…, — пожала плечами Асуна.

Большие глаза Лазули стали ещё больше.

— Ничего себе, я никогда не встречала никого из вас! И ты такая красивая! Я не могу в это поверить!

В её голосе были искреннее удивление и восторг, но какое-то мгновение трое парней смущённо смотрели на неё.

В чем дело? Я присмотрелся, но не смог прочитать их мысли по выражению лиц. После всего того времени, что я провёл с Асуной, я только сейчас начал понимать, о чем она думает… возможно начал.

Асуна тоже заметила их реакцию, но продолжала разговаривать с Лазули, не выдавая никаких подозрений. Она рассказала о том, что мы были частью передовой группы, но не входили в какую-либо гильдию, а Лазули упомянула, что четверо «Кьюсак» покинули Стартовый город только четыре недели назад. В этот момент Асуна предложила продолжить разговор в столовой.

Голодные искатели приключений сразу же согласились, и мы направились на второй этаж через вестибюль замка Гэлей. Кизмель уже должна была справиться с задачей в хранилище сокровищ, но я не увидел её в столовой. Честно говоря, я не мог предвидеть, что может случиться, когда она будет взаимодействовать с другими игроками, и поэтому я решил, что не стоит её искать. Все шестеро сели за стол у окна.

Подошёл управляющий, и мы с Асуной попросили чай, а группа Гиндо заказала еду и хлеб, и им тоже досталось немного рыбы. Хайстон сразу же приклеился к своей тарелке. Когда он съел всё первым, на его измождённом лице появилось извиняющееся выражение.

— Вы должны простить нас. Обычно у нас нет денег, а сейчас мы в замке Тёмных эльфов и еда здесь бесплатная, поэтому мы не можем себе отказать в таком удовольствии.

Тэмуо, чья голова была выбрита как у бейсболиста из старшей школы, набросился на рыбью голову и ударил Хайстона по плечу.

— Не будь таким сдержанным перед красивой девушкой! В эльфийской деревушке на пятом этаже ты дважды заказывал шампуры с мясом!

— И в каждой руке их было по три штуки!

Они были весёлой группой, но что-то в них показалось мне странным. Хайстон сказал, что они бедны, но у них была довольно дорогая амуниция. И если у них хватило сил зайти так далеко, то при условии, что они не вкладывали свои средства в ненужные вещи и азартные игры, у них должно быть достаточно денег, чтобы потратить их на приличную еду.

Но я не собирался изучать финансовое положение гильдии, с которой только что познакомился, поэтому просто сидел и потягивал чай. Затем, с самой непринуждённой и естественной улыбкой, которую только можно себе представить, Асуна спросила:

— Так где вы познакомились?

«Учитывая, что, когда мы впервые встретились в Толбане на первом этаже, она была похожа на колючего ёжика, то сейчас Асуна превратилась в довольно приятную светскую даму…»

Эта мысль попыталась вырваться из моего носа, и я почувствовал, как жидкость в моей чашке забурлила. Поняв мои мысли, фехтовальщица осторожно наступила на мою левую ногу, посылая мне очень чёткий, хотя и молчаливый сигнал.

Не зная про акт запугивания под столом, четверо друзей переглянулись. Бородатый денди Гиндо, пусть и не такой холеный как Окотан из АОА, прежде чем ответить, аккуратно вытер рот салфеткой.

— Мы познакомились в Стартовом городе. Но сначала мы не планировали покидать город… Мы больше походили на братство по обмену информацией.

— По обмену информацией? — повторила Асуна.

Гиндо почувствовал подозрение в её голосе и объяснил:

— Учитывая ваше положение в игре, это будет звучать для вас жалко, но «ждуны», которые предпочитают оставаться в безопасности Стартового города, не имеют жилья и голодают. Конечно, здесь нельзя умереть от голода, и можно спать на улице, но все хотят горячую пищу и мягкую постель. Это означает, что всё равно нужны деньги на еду и жилье.

Это было правдой. И хотя я давно не возвращался на первый этаж, я знал, что это было намного сложнее, чем выглядело. Самый быстрый способ заработать денег — убивать монстров. В SAO даже слабые черви и кабаны прямо за границами Стартового города выбрасывали по несколько монет. Убивайте их по десять штук в день — и вы сможете позволить себе приличную еду и место для сна. Однако, даже в случае с кабанами было невозможно абсолютно исключить несчастные случаи.

Слишком сконцентрируетесь на одном монстре — и вы можете пропустить появление другого, возродившегося поблизости, что приведёт к необходимости сражаться сразу с двоими. Благодаря повторению небольших ошибок или неточностей в суждениях, человек приобретал знания, опыт и в конечном итоге силу. Но в этом мире у вас была только одна жизнь, и она была платой за ошибку. Скорее всего, большинство из двух тысяч игроков, которые уже покинули смертельную игру, погибли недалеко от Стартового города. И согласно приблизительным подсчётам Арго, среди них было несколько сотен бета-тестеров. Одной ошибки, приведшей к панике, было достаточно, чтобы истощить ваши очки жизни независимо от того, как много вы знали об игре…

— Однако мы зарабатывали деньги, не выходя в пустоши и не убивая монстров. На самом деле в Стартовом городе можно найти множество квестов — сказал Гиндо.

Настала моя очередь повторить за ним.

— Квестов?

— Да. Конечно мы не могли брать такие квесты как «Выйди из города и найди эту штуку» или «Убей Х монстров», но внутри города можно делать такие задания, как разные поручения, поиск потерянных вещей и даже такие редкие квесты как уборка дома и выгул домашних животных…

— О, да, точно! — сказала Лазули, которая доедала маринованные овощи с жареной рыбой, — Это там, где ты должен был навести порядок? Это было непросто… По всему дому были кучи вещей, и пришлось сортировать их в огромные деревянные ящики во дворе. Чтобы пройти квест, нужно было идеально отсортировать все вещи, но было сложно определить, игрушки это или бытовые предметы…

— А вы знаете, что если украсть монеты, драгоценности или другие вещи из этих куч, то вы окажетесь в подвале этого особняка на полдня? — добавил Тэмуо.

Хайстон вздохнул.

— Только ты попытался сделать что-то подобное.

Наблюдая за ними, Асуна хихикнула, а их лидер Гиндо криво улыбнулся и развёл руками.

— Дело в том, что есть множество квестов, которые дают безопасный заработок. Но, так как они не угрожают вашей жизни, то все они очень утомительны. Мы начали встречаться друг с другом в различных квестовых локациях и, естественно, начали обмениваться информацией.

— Абсолютно верно. Хотя сначала я пыталась держаться на расстоянии от этого подозрительного старика, — сказала Лазули, указывая вилкой на Гиндо.

Он простонал:

— Не такой я и старый…

Хотя его внешность и манера поведения были совершенно другими, я видел в жестах Гиндо сходство с человеком по имени Кляйн, с которым я провёл несколько часов, охотясь на кабанов в первый день игры.

Он остался в Стартовом городе, чтобы быть вместе с друзьями. Повышал ли он сейчас свой уровень, чтобы добраться до передовой? Или он сосредоточился на своей безопасности? Его имя всё ещё было в списке моих друзей, поэтому я мог написать ему сообщение, когда захочу, но последние два месяца мы не общались. Полагаю, что я чувствовал себя виноватым из-за того, что оставил его, и решил не вспоминать об этом, общаясь с ним.

Стартовый город казался бесконечно далёким, но с воротами телепортации до него был фактически один шаг. Если мы посетим Стахион, было бы неплохо снова побывать на первом этаже.

Именно тогда Лазули сказала:

— Тем не менее, как правило нет штрафа при прохождении квестов в группе. Если вы работаете вместе, то делаете всё быстрее и можете использовать дополнительное время для поиска книг на японском языке для чтения. Вскоре наша маленькая компания по обмену информацией стала настоящей игровой группой.

— Ясно… — сказала удовлетворённая ответом Асуна и убрала носок ботинка с моей ноги под столом.

Казалось совершенно естественным, что люди работают вместе, чтобы проходить безопасные квесты в Стартовом городе, но мы были в замке Гэлей, расположенном прямо на передовой. Между группой, выполняющей городские квесты чтобы не сражаться с монстрами, и группой, создавшей игровую гильдию, была огромная разница. Если они создали гильдию, то прошли сложный и опасный квест на третьем этаже. Кроме того, у них было отличное снаряжение, и они прошли через скорпионов в пыльном каньоне на пути к этому замку.

Хайстон почувствовал мою настороженность и, откинув длинные пурпурные волосы, повернулся, чтобы посмотреть мне прямо в глаза.

— Теперь, когда мы добрались до этой части истории, мы можем довести её до конца. Когда мы основали группу, то какое-то время получали довольно солидный доход. Однако, хотя Стартовый город достаточно большой, в нём не бесконечное количество квестов. Некоторые из них — ежедневные квесты, которые можно выполнять только один раз в день. Но когда об этом стало известно, их начало проходить столько людей, что приходилось ждать по полдня, что пройти их.

— Да, в этом есть смысл, — сказал я.

Бородатый денди Гиндо продолжил вместо Хайстона:

— Все городские квесты были пройдены ещё до того, как был очищен первый этаж, и поэтому у нас возникли проблемы. Не то чтобы я критиковал вас — ребят из передовой группы — как раз наоборот. Мы очень благодарны за ваш тяжёлый труд и нам стыдно, что вы делаете всё это для нас. Мы даже не можем себе представить, что могли бы сделать то же самое, проходя лабиринты и убивая Боссов этажей…

— Однако, это не совсем правда, — сказал я чуть более прямо, чем мне, вероятно, следовало бы это сделать. — Судя по всему, у вас высококачественное снаряжение, и если вы смогли добраться до этого места, то вы можете сражаться в лабиринтах без особых проблем…

Я хотел спросить их, не хотят ли они присоединиться к рейд-группе, но все четверо вдруг начали качать головами.

— Нет, нет, нет, мы не можем. Мы не такие, — начала протестовать Лазули, но Гиндо оборвал её.

— Давайте объясним всё по порядку. Итак, я рассказывал вам, как мы проходили квесты в Стартовом городе. Что ж, в тот момент у нас были приличные сбережения, поэтому в ближайшее время нам не грозил голод. Однако, даже живя в самой дешёвой гостинице, мы бы в конечном итоге опустошили наши кошельки. Мы обсудили это и взвесили два варианта: растянуть наши деньги максимально долго и жить в безопасности города или потратить всё на снаряжение, зелья и покинуть город.

— Неужели…?

«Если бы у вас был такой вариант, то вы бы выбрали его с самого начала», — подумал я, прежде чем кое-что понял.

— Точно. Если вы проходите квесты, то получаете больше, чем просто деньги. Вы получаете очки опыта.

— Именно, — сказал Тэмуо с торчащим изо рта рыбьим хвостом.

Он заработал губами чтобы втянуть оставшуюся часть внутрь и улыбнулся.

— К тому времени, когда мы прошли все внутренние квесты в Стартовом городе, мы все были на пятом уровне.

— Что…?

Я замер, и мы с Асуной переглянулись.

Я покинул город на первом уровне сразу после речи Акихико Каябы, но я помнил, что, когда я получил «Закалённый клинок» в Хорунке, я всё ещё был только на четвёртом уровне. Чтобы проиграть червям и хрякам вокруг Стартового города группе из четырёх игроков пятого уровня с хорошей экипировкой понадобится катастрофическое стечение обстоятельств.

Но особенность MMORPG заключалась в том, что возможность катастрофы присутствовала всегда. Что бы игроки, которые были в безопасности города почти месяц, наконец решили бы покинули эту зону, должен был появиться серьёзный мотив, который подтолкнул бы их вперёд.

— Мы знали, что наши уровни были высокими, но причина, по которой я утверждал, что мы должны выйти в мир, была иной, — робко сказал Хайстон, держа свою чашку обеими руками.

— Я просто хотел проходить больше квестов. Квесты в SAO, как правило, детальны, хотя многие из них похожи на творение ребёнка. Вы просто не можете сказать, что в них произойдёт в следующее мгновение. Мне кажется, что, когда мы думаем о решении загадки или бегаем по городу в поисках недостающего предмета, то это единственные моменты, когда мы действительно можем забыть, что играем в игру, которая пытается нас убить…

— Серьёзно?! Это всё, о чем ты думал?! — закричала Лазули, сердито хлопая Хайстона по плечу.

Тем не менее, её хмурый взгляд очень скоро превратился в улыбку.

— Ты просто должен был это сказать! Тогда бы нам не пришлось спорить все те часы.

— Да уж. Мы все знали, что ты самый большой любитель квестов из всей группы, — отметил Тэмуо.

Хайстон покраснел и попытался доказать, что он не такой уж одержимый.

Глядя на ссорящихся спутников, Гиндо снова улыбнулся и продолжил:

— В любом случае, мы решили использовать почти все наши сбережения для покупки снаряжения и вышли из города. Сначала мы прошли все квесты на истребление и сбор урожая, которые мы не могли выполнять раньше, и, получив шестой уровень, заработали новый слот навыков. В тот момент я даже начал думать, что с такой скоростью мы очень скоро догоним передовую группу…

Внезапно, он перестал улыбаться и сжал руки в кулаки.

— Мы с лёгкостью завершили все квесты в Хорунке и Мидае и попытались пройти через болото до Толбаны. Через неделю после того, как мы покинули город, нам уже казалось, что мы очень хорошо сражаемся. Кобольды вокруг были достаточно слабыми, и мы стали довольно дерзкими. В болотах нам попалась группа из трёх кобольдов и мы не заметили, что один из них был нам незнаком…

— Это был Ловчий болотных кобольдов? — спросил я.

Гиндо выглядел удивлённым, но кивнул.

— Да, думаю его звали именно так. В то время я использовал одноручный меч и петля, которую бросил кобольд, опутала мой клинок, и он упал в болото. Я попытался его поднять, но пока я дотягивался до него, на меня напал другой кобольд…

— Вы не читали «Руководство по стратегии»? — спросила Асуна, и её голос стал чуть жёстче, чем раньше, — Я почти уверена, что к тому времени оно бесплатно распространялось в Мидае.

— О… э-э…

Гиндо неловко повернулся, чтобы посмотреть на своих друзей, и вздохнул.

— Конечно мы читали его перед тем, как покинуть Стартовый город. Просто эти руководства были в основном посвящены монстрам и предметам, а информация о квестах была ограничена большими и сложными заданиями. Мы очень гордились тем, что выполнили все квесты в Стартовом городе. Мы начали думать, что знаем больше чем «Руководство», поэтому просто пролистали в Мидае его обновлённую версию. Когда позже мы внимательно прочитали его, то увидели, что там была инструкция по борьбе с Ловчим болотных кобольдов и предупреждение об опасности, которую он представлял…

Я открыл было рот, но понял, что не знаю, что сказать. «Руководство по стратегии» было направлено на информирование игроков о безопасном прохождении. Это было основной причиной, по которой Арго создавала и распространяла его в одиночку. Чтобы охватить все квесты, даже не смертельные, ей бы понадобились многочисленные помощники.

— В тот момент я был очень близок к смерти, а жизни Тэмуо и Лазули были в жёлтой зоне, — сказал Гиндо, опустив голову от стыда.

— Я был в полной панике. Я просто хотел убежать, но мы были в болоте, поэтому бегать было трудно. Я был уверен, что умру. Мы бежали и бежали, как одержимые, и наконец оторвались от монстров, но в тот момент наш дух был сломлен…

С момента официального запуска SAO я сражался на переднем крае, но, к моему удивлению, смерть очень редко тянулась ко мне. Однако, я точно понял, что он имел в виду, когда говорил о сломленном духе. Я всё ещё чувствовал, как по моему позвоночнику бежал холодок, когда я вспоминал сражение с Королём Тельцов на втором этаже. Тогда я был парализован после его молниеносной атаки и, будучи не в силах ничего сделать, просто смотрел на приближающегося Босса.

Только из-за того, что рядом со мной была Асуна, я не бросил после этого группу проходчиков и не спрятался в безопасности города. Она говорила что-то вроде: «Я скорее умру, чем сдамся», и я не мог оставить её одну и вернуться в Стартовый город. Я прекрасно представлял, что пережили эти четверо.

Тем временем Гиндо продолжил:

— Когда мы вернулись в Мидай, разбитые и опустошённые, на городской площади собрались игроки и что-то кричали. Когда мы спросили, что случилось, они рассказали, что, пока нас не было, был убит Босс первого этажа. Это было захватывающе и замечательно, и мы были благодарны игрокам, которые сделали это, но мы поняли, что это не для нас.

Гиндо вздохнул, и в разговор вмешался бритоголовый Тэмуо.

— Мы только что потерпели поражение и были несчастны, и вдруг слышим эти новости. Это показало нам, насколько мы бесполезны. Я играл в молодёжной бейсбольной лиге до средней школы…

— Что?! — вскрикнул я, перебивая его.

Частично я удивился от того, что он играл в бейсбол, но в основном это произошло от того, что он так легко сообщал незнакомцам подробности о себе в реальном мире. Тэмуо казался удивлённым моей реакцией, но Хайстон раздражённо покачал головой.

— Мы уже говорили тебе, не начинай разговоры о реальной жизни.

— И что? Я могу говорить о своей жизни, если захочу. Правильно? — спросил он, обращаясь ко мне за поддержкой.

Я неловко согласился.

— Э-э, да.

— Видите ли, в бейсболе действительно легко сказать, когда вас превзошли. Конечно, это верно для всех видов спорта, но в вашей команде всегда есть хотя бы один парень, которого вы никогда не превзойдёте, а когда вы играете в турнире, то видите монстров, которых даже он не может победить. Только люди, которые могут преодолеть это, достигают вершин в спорте, но я не смог. Когда я услышал, что Босса убили, я снова вспомнил это чувство. Ощущение того, что я нахожусь на трибунах, а все события происходят далеко от меня…

Он замолчал, его глаза смотрели в никуда. Как будто он видел жаркую дымку над бейсбольным полем в середине лета.

Как участник сражения против Босса первого этажа, я должен был что-то сказать, но не смог найти слов. Тэмуо говорил о том, что их уже победили, и они не в состоянии на что-то повлиять, но я категорически не разделял это мнение. Единственное, что определило текущую передовую группу, это успешный старт в самом начале игры, и ничего больше. Ни один из Боссов не был лёгок. Когда они стояли в Мидае и удивлялись нашей победе над Ильфангом, мы оплакивали смерть Диавеля, лидера нашей рейд-группы.

— Так почему после этого ты не вернулся в город? — спросила Асуна, затаив дыхание.

Тэмуо несколько раз моргнул, настолько прямым был её вопрос.

— Если бы мне пришлось использовать для ответа одно слово, то это было бы слово упрямство.

Он посмотрел на своих друзей, и все они кивнули.

— Мы знали, что не собираемся участвовать в передовой группе, но мы всё ещё были упрямы, думая, что знаем о квестах больше, чем кто-либо другой. Поэтому мы сказали себе: прежде чем сдадимся и вернёмся в безопасную зону, давайте проверим, как далеко мы сможем продвинуться с помощью одних только квестов.

— Только квестов? — спросил я, а рядом со мной ахнула Асуна.

— Ой! Означает ли это, что «К» из «Кьюсак» это…?

— Да! Ты очень проницательна, Асуна! — заметила Лазули, щёлкая пальцами.

При этом, думая, что зовут его, стюард Тёмных эльфов бросился к столу, испугав Лазули. Но Асуна воспользовалась возможностью и заказала медовый эль, а когда официант ушёл, Хайстон продолжил объяснение.

— Ты права, первое «К» это от слова квест. А остальное говорит о мешках золота, которые мы соберём. Это всё придумал наш друг, играющий в бейсбол.

Асуна разразилась милым смехом, а я добавил своё гораздо менее милое бульканье. Так как у всех гильдий, которые мы знали, были крутые и яркие имена, такие как «Армия Рыцарей Дракона» и «Легендарные Герои», то простота и честность «Кьюсак», которым не хватает квестов, чтобы заполнить мешки золотом, подействовали на нас как щекотка.

В этот момент удачно доставили медовый эль, и я, сделав глоток сладкой, освежающей жидкости, утолил свою жажду.

— Понятно. Буду честен, вы казались мне весьма подозрительными, но раскрыли все секреты. Судя по всему, у вас действительно мало денег, а всё ваше снаряжение — это награды за квесты.

«И причина, по которой вы выглядели так неловко, когда мы признались, что мы из передовой группы, заключалась в том, что вы чувствовали вину за то, что не помогаете нам» — мысленно добавил я.

Что-то в том, как Гиндо потянул за свою короткую бороду, подсказало мне, что он понял мои не высказанные слова.

— Да, ты прав. Мы предпочитаем получать больше опыта, чем денег за выполнение квестов, но, выбирая среди возможных наград, можно собрать довольно хорошее снаряжение. К сожалению, чтобы получить такую награду, всё же приходится сражаться.

— Твои слова — абсолютная правда, — признал я.

Но у меня всё ещё оставался один вопрос. Хотя они и были квест-ориентированной гильдией, но как у них получилось добраться да замка Гэлей такими свежими и чистыми? Гигантские насекомые и членистоногие в бесплодных каньонах были самыми жёсткими из обычных монстров, которых можно было встретить в этом районе.

— Итак, вы говорите, что начали играть за фракцию Тёмных эльфов, взяв квест «Война эльфов» на третьем этаже, и пришли в замок Гэлей, чтобы продолжить поиски тайных ключей? — спросил я.

Четыре члена «Кьюсак» кивнули.

— Всё так. Вы уже взяли ключ с этого этажа? — спросил Хайстон.

Прежде чем ответить, я посмотрел на Асуну.

— Да, мы только что вернулись. Если вы хотите, мы можем рассказать вам основные моменты, на которые следует обратить внимание.

— Это было бы очень ценной информацией.

Хайстон улыбнулся и, наклонив голову, продолжил пить.

— Мне кажется, что случайные мобы по дороге были сложнее, чем разгадывание загадки… У вас были проблемы с гигантскими жуками на пути к замку? — задал я очень плавный по моим меркам наводящий вопрос.

Моя спутница раскусила мою попытку и неловко откашлялась. Однако, все четверо были такими же прямыми, как и предполагалось из названия их гильдии, и никто не отнёсся к моему вопросу скептически.

— О, мы просто оставляли нападавших нашему эскорту, и сосредоточились на самообороне, — произнёс Гиндо фразу, которую я не сразу понял.

— Эскорт? Вы наняли других игроков?

— О нет. У нас нет на это денег. Я имею в виду NPC Тёмных эльфов. Разве у вас его нет? — спросил он.

Я снова посмотрел на Асуну.

Сначала я подумал, что к «NPC Тёмных эльфов» можно было отнести Кизмель, но она не была нашей охраной или эскортом, и мы встретились с ней в замке Гэлей. Или это означало, что у них была своя Кизмель? Может им тоже удалось победить Рыцаря лесных эльфов в Лесу мерцающих туманов и, спася Кизмель от смерти, получить её в спутники?

Я осмотрел столовую, но не увидел никого, кто подходил бы по описанию. Они могли разбить группу в момент прибытия, но это может означать, что наша Кизмель может наткнуться в замке на другую Кизмель. Я не мог себе представить, что произойдёт в этом случае.

Асуна хрипло спросила, разорвав возникшую тишину:

— Как… Как зовут ваш эскорт…?

— Как зовут? — повторил ошеломлённый Гиндо.

Он посмотрел на своих спутников.

— Ребята, вы знаете имя этого блэльфа?

Остальные покачали головами, и Лазули ответила:

— На его маркере просто написано, что он Скаут Тёмных Эльфов. Разве это не имя?

Теперь настала наша очередь переглянуться. Кизмель была рыцарем, а не скаутом. Она относилась к Королевской гвардии Тёмных эльфов. Это уменьшало вероятность того, что эскорт «Кьюсак» был ещё одной Кизмель, но я должен был быть абсолютно уверен в этом.

— Кстати, какого пола ваш эскорт…?

— Мужчина. Настоящий хрен, — сказал Тэмуо.

Мы с Асуной выдохнули.

В дальнейшем разговоре мы узнали, что, как и предполагалось изначально, в начале квеста им встретились Тёмный и Лесной эльфы, которые погибли. Они кое-как сумели выполнить задания командира лагеря, а на последнем этапе квеста на третьем этаже им дали Скаута Тёмных эльфов, который стал их эскортом и пятым членом отряда. Он исчезал при входе в человеческие города и снова появлялся, когда они из них выходили. Если они принимали другие, несвязанные квесты, или просто охотились, то он снова исчезал. Он был очень холодным, как и положено Тёмному эльфу, и не вступал ни в какие личные или светские разговоры.

Когда я соло выполнял квест «Война эльфов» в бета-версии, у меня не было сопровождения, и тот факт, что оно появилось, говорил о том, что его добавили в официальном релизе. Если этот эльф был настолько же сильным, как Кизмель, то я прекрасно понимал, как четыре ориентированных на квесты игрока добрались до замка Гэлей без какого-либо ущерба.

Когда мы открыли дверь в наш гостевой номер на третьем этаже западного крыла, намереваясь переодеться, прежде чем пойти в комнату Кизмель, то с удивлением вскрикнули. Стройная эльфийка уже сидела на диване в нашей комнате.

— Что ты здесь делаешь, Кизмель?

Рыцарь подняла узкий стакан в правой руке.

— Жду вас, конечно. Вы уже поговорили с новыми посетителями?

— Что? Ты знала, что мы встречаемся с другими игро… Я имею в виду с другими человеческими воинами?

— Конечно. Я просто держалась на расстоянии, не желая вмешиваться.

— Ты могла бы об этом не беспокоиться…

Однако, несмотря на моё заверение, было действительно очень хорошо, что Кизмель такая внимательная. Она была гораздо более человечной и по своим манерам и интеллекту, чем другие Тёмные эльфы, и, конечно, чем обычный Скаут Тёмных эльфов, который сопровождал «Кьюсак». Я не мог представить, как они могут отреагировать на неё, и было не ясно, как это повлияет на Кизмель. Ведь игроки могли открыто говорить о том, что этот мир был просто игрой в виртуальную реальность.

В онлайн ролевых играх, в которые я играл до SAO, я не был хорош в ролевой части игр. Но почему-то для меня стало естественным брать на себя роль «человека-мечника, путешествующего через Айнкрад» при взаимодействии с Тёмными эльфами, и это наполняло меня лёгким удивлением.

Кизмель движением руки предложила нам сесть.

— Вы закончили говорить с новыми посетителями?

— Да, они сказали, что собираются навестить лорда замка, — сказала Асуна.

Рыцарь поставила перед ней новый стакан и налила из бутылки, стоящей на столе, бледно-золотую жидкость. Когда она сделала то же самое для меня, я почувствовал знакомый, освежающий запах. Это было то самое Лунное вино, которое так любила её сестра Тилнель.

Мы подняли тост, и я сделал глоток довольно крепкого алкоголя, который на самом деле не пьянил, и продолжил:

— Эти четверо утром покинут замок и отправятся в храм на юге, поэтому мы не увидим их до вечера. Завтра у тебя ценный выходной, поэтому мы должны придумать, чем займёмся…

Асуна внезапно ткнула меня в бок локтем. Я посмотрел на неё в недоумении, прежде чем понял, что я только что сделал.

Завтра четверо членов «Кьюсак» отправятся на юг за «Агатовым ключом». За тем самым ключом, который мы только что нашли.

Этот набор из шести тайных ключей, открывающий таинственное Святилище, которое, как гласили легенды Тёмных эльфов, уничтожит Айнкрад, и которое, как полагали Лесные эльфы, вернёт его на землю, не может существовать в двух экземплярах. Насколько знала Кизмель, мы прошли с третьего до шестого этажа и, преодолев большие испытания, сумели собрать четыре из этих драгоценных, уникальных в своём роде ключей.

Но в игровой системе было столько же секретных ключей, сколько было игроков, выполняющих квест «Война эльфов». В этот момент «Кьюсак» получили запрос от графа Гэлейона на получение «Агатового ключа». Что если завтра они вернутся после завершения квеста, и Кизмель станет свидетелем того, как они несут копию ключа? Это вполне может произойти.

Что если она спросит нас, почему эти четверо идут в ту же самую святыню? Если у неигровых персонажей в этой игре такой продвинутый ИИ, разве они не должны быть запрограммированы на возможность интегрировать эту информацию и воспринимать её сходу?

— Конечно… Я знаю, что слишком много прошу у вас, людей, — пробормотала Кизмель.

Она допила свой бокал. Я автоматически взял бутылку, наполнил его снова, и осторожно спросил:

— Э-э… ты знаешь причину, по которой они идут в храм, Кизмель?

— Конечно, чтобы получить ключ.

— …

Мы с Асуной уставились на Тёмную эльфийку, которую, казалось, абсолютно не беспокоила эта информация. Когда она заметила, что мы на неё пялимся, она улыбнулась и с лёгким любопытством спросила:

— Так вы не знали?

— Не знали что? — тихо сказала Асуна.

Улыбка Кизмель стала немного извиняющейся.

— Командир передового отряда объяснил, что он использует рыцарей, чтобы сбить с толку и ввести в заблуждение Лесных эльфов. Мы делаем то же самое в части нахождения ключей.

— Что… Что это значит?

— После того, как мы забрали ключи, разведчики оставили в тех же храмах ложные ключи, созданные нашими священниками. Если кто-то обещает нам свою помощь в поиске ключей, то мы её принимаем. Всё это делается, для того, чтобы ввести в заблуждение Лесных эльфов …

— …

У нас с Асуной не было слов. Само существование поддельных ключей было неожиданностью, и даже более того…

— Но тогда… Разве это не подвергает рыцарей и солдат опасности? — спросил я ошеломленно.

Кизмель опустила взгляд.

— Конечно. Лесные эльфы напали на несколько таких отрядов, и некоторые рыцари погибли.

— Но зачем вам идти на такие жертвы?! — спросила Асуна, резко наклонившись вперёд.

Рыцарь положила нежную руку ей на плечо.

— Потому что нахождение тайных ключей — это крайне серьёзная миссия. Провал недопустим. Вся история и знания эльфов, людей и гномов хранятся в этом летающем замке, и, если он рухнет, всё будет потеряно вместе со многими, многими жизнями. Мы не можем позволить разрушить то, что защитила древняя жрица. Я верю, что её Величество Королева хочет собрать шесть ключей, чтобы вечно держать дверь Святилища закрытой…

Кизмель замолчала, но я продолжал размышлять на эту тему. После того, как мы с Асуной вмешались в битву между Кизмель и Рыцарем святого леса Лесных эльфов на третьем этаже, дуэли между Тёмными и Лесными эльфами начали происходить постоянно. Наше вмешательство было вполне естественно, так как таким образом игрок начинал квест «Война эльфов», но, если принять объяснение Кизмель за чистую монету, то Тёмные эльфы целенаправленно рисковали своей жизнью ради того, чтобы наша история развивалась.

Но действительно ли дизайнер этого квеста, какой-то сценарист из «Аргуса», учитывал такой ход событий при разработке? Было логично, что в MMORPG одно и то же событие могло происходить для каждого игрока, так как что-то меньшее будет несправедливым. Если смотреть на это изнутри игрового мира, то может показаться, что один и тот же персонаж умирал и возвращался к жизни снова и снова, но ни один игрок не собирался на это жаловаться. Например, маленькая девочка из квеста «Закалённое лезвие» болела, выздоравливала, опять заболевала и это повторялось снова и снова.

Действительно ли именно дизайнеры игры создали такие второстепенные элементы, как фальшивые ключи и рыцари-приманки для защиты целостности мировоззрения и игровой механики? Или это было что-то другое, например, самостоятельные действия игрового мира?

— Что такое, Кирито?

Я поднял глаза, когда услышал своё имя, и встретился взглядом с Кизмель, которая тоже была погружена в свои мысли.

— Н-ничего… Просто задумался.

— Я понимаю, что ты чувствуешь. Иногда даже мне интересно, собираем ли мы настоящие ключи или нет.

— Реально? — спросил я, случайно перейдя на сленг настоящего мира.

Но это выражение явно включалось в словарный запас Кизмель, и она не обратила на это внимания.

— Да, на самом деле это возможно. Хотя мы и взяли ключ из святилища, но как только он был помещён в хранилище, никто не может сказать, подменили его священники или нет…

— Да, понимаю…

«Потенциально возможно, что и наши ключи, и ключи «Кьюсак» являются подделками. Или, может быть, все они настоящие?» — Я снова потерялся в вопросах, на которые не было ответа.

Сидящая рядом Асуна спросила:

— Если создают фальшивые ключи, чтобы отвлечь Лесных эльфов, разве не плохо то, что и настоящие и поддельные ключи собираются в одном месте? Я имею в виду, что, например, замок Йофель подвергся нападению.

— Да, в твоих словах есть логика, — согласилась Кизмель, подняв глаза к потолку.

В гостевой комнате замка Йофель были огромные окна, из которых открывался вид на улицу, но замок Гэлей был вырезан прямо в скале, поэтому окна были только со стороны прихожей, и это компенсировалось большим количеством внутреннего освещения. В дополнение к настенным светильникам, похожие были установлены в гостиницах в Стахионе и Сурибусе, на потолке висела сложная люстра, похожая на канделябр, в которой мерцали огоньки.

— Мы думали, что замок Йофель никогда не подвергнется нападению. У Лесных эльфов на четвёртом этаже было всего лишь несколько маленьких лодок, и мы не могли предположить, что они объединятся с Падшими эльфами. Если бы вы нас не предупредили, мы бы не подготовились вовремя к их атаке. Даже не смотря на силу виконта Йофилиса замок мог быть потерян. Но…

Кизмель посмотрела на нас и ободряюще улыбнулась.

— Даже со всей злой сообразительностью Падших они не смогут напасть на замок Гэлей с большой армией. Как вы сами убедились, я бы не смогла сделать и десяти шагов за пределами этого места без накидки «зелёных листьев». У Лесных эльфов есть подобные накидки, но тоже в небольшом количестве. Эти вещи были сшиты из листьев Святого Древа, и сделать что-то подобное уже невозможно. Даже Кабаны, самые сильные воины Лесных эльфов, не нападут на этот замок, имея в своём распоряжении не более десяти накидок и рискуя потерять сокровища, которые были получены после Великого разделения.

— А что насчёт Падших эльфов? Возможно ли, что у них есть что-то похожее? — продолжила Асуна, но Кизмель снова покачала головой.

— Ты забыла? Падшие были прокляты Святым Древом. Если они наденут плащ из его листьев, то сгорят дотла. Ну, может что-то и не такое страшное, но боль и шрамы будут обязательно.

— Да, ты права, — сказала Асуна прикусив язык, чтобы показать, насколько она забывчива.

Кизмель усмехнулась в ответ, но её веселье длилось недолго, и она сложила руки в задумчивой позе.

— Но, как сказала Асуна, хранить ключи в одном месте слишком долго — это, пожалуй, ненужный риск. В замке есть Древо духов, и я полагаю, что мне придётся отказаться от выходного и продолжить задание, как только наступит утро…

«Что!?» — собирался закричать я, но Асуна была быстрее.

— Нет!

Она практически перелетела через низкий столик к Кизмель и схватила её за руки.

— Извини, что заставила тебя волноваться. Теперь я понимаю, что этот замок в безопасности. Просто оставайся с нами завтра! Я уже знаю, что мы будем делать!

Тёмно-фиолетовые глаза Кизмель несколько раз моргнули, и она снова улыбнулась Асуне нежной улыбкой старшей сестры.

— Отлично. Тогда я уеду через два дня, как и планировалось изначально. Чем мы завтра займёмся?

— Это всё ещё секрет. Я расскажу об этом утром, так что жди сюрприз, — сказала Асуна с улыбкой, и я немного занервничал.

После того, как «Кьюсак» отправились на поиски «Агатового ключа», мы с Асуной пять секунд молча смотрели друг на друга.

— Сайлон исчез потому, что его убил Мортэ?

— Они сказали, что это случилось ночью первого числа. Это соответствует времени засады Мортэ и кинжальщика. Но как это вообще возможно? Я предполагал, что только наш Сайлон мёртв, а все остальные всё ещё живы и здоровы в своём особняке — пробормотал я.

Кизмель с любопытством посмотрела на меня.

— О чем ты говоришь?

— Это о квесте, который мы выполняли в Стахионе. Когда мы говорим «квест», то имеем в виду просьбу или задание, — объяснил я, прежде чем приступить к краткому описанию «Проклятия Стахиона».

— Десять лет назад произошло убийство и пропал золотой куб. Лорд Сайлон нанял нас найти его, и мы оказались в заброшенном доме, в соседнем городе Сурибус. Лорд неожиданно появился там и парализовал нас. Когда, погрузив нас в повозку, он возвращался обратно в Стахион, на него внезапно напали и он был убит.

К концу истории брови Кизмель нахмурились, и она пробормотала:

— Итак, всё это вы пережили, прежде чем прибыть сюда. Получается, что тот, кто напал на вас, убил лорда. И именно у них были отравленные иглы Падших…

— Всё так.

— Асуна, это нельзя просто проигнорировать, — сказала Кизмель, повернувшись к фехтовальщице, — я очень хочу узнать, как ты запланировала мой выходной, но разве мы не должны всё это расследовать? Нужно узнать, как использовать ключи, которые вы нашли.

— Что-что? — выпалила Асуна.

Мы оба широко раскрыли глаза.

Я был обеспокоен квестовой линией «Проклятие Стахиона», так как мы оставили её висеть незаконченной, и я был не против идеи потратить время на то, чтобы продвинуть её дальше. Однако, если Кизмель собирается к нам присоединиться, то ей придётся войти в Стахион. Я несколько раз молча открыл и закрыл рот, прежде чем понял, что спросить у эльфийки.

— Твоё присутствие очень нас усилит, но ты уверена, что хочешь пойти в человеческий город?

— Эльф ведь может дышать в черте города? Я никогда не была ни в одном из больших городов, но я знаю множество историй о моих товарищах, которые пробирались в города людей из любопытства или для выполнения какой-то тайной миссии. До Великого разделения люди и нелюди часто посещали города друг друга. Если я надену капюшон, то они могут даже не заметить моих длинных ушей.

— Может быть и так, но…

«Даже если спрятать её уши, люди всё равно увидят маркер неигрового персонажа с надписью: «Королевский рыцарь Тёмных эльфов», — подумал я, посмотрев на партнёршу.

По какой-то причине Асуна улыбалась Кизмель.

— Кизмель, конечно пошли! На самом деле я планировала сегодня провести экскурсию по Стахиону.

— Что?! — крикнул я — это и был твой план?

— В Стахионе есть ворота телепорта, а Древа духов эльфов появляются только с третьего этажа. Поэтому я решила, что ни Кизмель, ни другие Тёмные эльфы никогда не видели ни первого, ни второго этажа Айнкрада, — сказала Асуна, поворачиваясь к эльфийке.

— Это правда. Некоторые эльфы исследовали башни Небесного столпа, который вертикально соединяет этажи, но начинали они только с третьего этажа. Насколько я знаю, ни один эльф не ступал на первые два этажа с древних времён. Я смогу похвастаться перед своими родственниками и товарищами на девятом этаже, что я прошла через человеческие ворота на второй этаж. Я даже смогу рассказать это Тилнель, когда нам будет суждено встретиться снова.

Асуна протянула руку и погладила Кизмель по спине. Я тоже немного расстроился, но не мог удержаться от того, чтобы подумать над логистикой такого путешествия.

В Стахионе были сотни NPC, и игроки не собирались проверять маркер каждого персонажа, который бродил по улицам. Но это не решало все проблемы. Может ли NPC путешествовать через ворота телепорта для игроков? Я ни разу не видел, что бы NPC использовали телепорт.

Что если мы втроём войдём в ворота, а Кизмель не сможет переместиться и останется позади? Тогда мы с Асуной могли бы просто вернуться назад. В более сложном случае Кизмель, а может и всех нас, может отправить по случайным координатам. В худшем варианте возможно полное удаление Кизмель из системы. Я не мог исключить такую возможность.

— Нет, подождите.

Внезапно мне пришла в голову мысль, и я открыл над столом окно игрового меню. В папке входящих сообщений у меня всё ещё было сообщение, которое я получил вчера, перед входом в пещеру четвёртой области. Я коснулся его и использовал кнопку «ОТВЕТИТЬ», чтобы отправить новый вопрос.

«ЧТО произойдёт, ЕСЛИ ВОЙТИ В ТЕЛЕПОРТ С NPC В ГРУППЕ?»

Арго потребовалось на ответ не более тридцати секунд.

«КВЕСТОВЫЙ NPC УДАЛЯЕТСЯ ИЗ ГРУППЫ. ОХРАННИК ОТПРАВЛЯЕТСЯ С ВАМИ. 10 °C. В КАЧЕСТВЕ БОНУСА: ПП ПОСЕРЕДИНЕ ТРЕТЬЕЙ ОБЛАСТИ.

Таким образом, я снова увеличил свой счёт, но по крайней мере, получил информацию, которую хотел. В крупных городах были казармы, где можно было за деньги нанимать NPC-телохранителей. Я никогда не пользовался этой услугой и вряд ли когда-либо видел группы с такими NPC, поэтому я просто не знал, что случалось с этими охранниками, когда они проходили через ворота телепорта.

Мы с Асуной не платили Кизмель за общение с ней, но наши поиски ключа на шестом этаже уже завершились. В этот момент Кизмель сопровождала нас по собственной воле, поэтому было трудно сказать, к какому из двух вариантов Арго относится наша ситуация.

По крайней мере оказалось, что система была подготовлена к тому, что неигровые персонажи могут заходить в ворота телепорта, и у нас не будет таких несчастных случаев, как отправление по неизвестным координатам или полное уничтожение. Я поднял взгляд и перебил девушек, которые говорили о девятом этаже:

— Думаю, что Кизмель тоже может использовать ворота телепорта. Так как этот вопрос мы решили, то давайте начинать. Нам потребуется некоторое время, чтобы добраться до Стахиона …

— Я готова уйти в любое время.

— Я тоже!

Я вскочил на ноги и сунул себе в рот последний кусочек тоста Асуны, жуя на ходу. За спиной я услышал жалобу о моих плохих манерах и пригнул голову, а Кизмель и эльфийки за соседним столом захихикали.

К сожалению, мы не нашли Теано в поместье лорда, и она была не единственной, кого там не было. Поскольку лорд Сайлон был мёртв, или пропал без вести, как говорилось в официальной версии, большинство его слуг исчезло, и особняк встретил нас в уныло-тихом состоянии. Наша группа из четырёх человек направилась ко входу в подземелье на втором этаже подвала, но Теано там не было, а мраморная дверь была плотно закрыта, поэтому мы вышли на улицу, чтобы разыскать садовника Терро.

Когда мы нашли его в углу двора, Терро отказался отвечать на любые наши вопросы, утверждая, что он ничего не знает и не понимает. Было даже непонятно, вспомнил ли он нас с Асуной. Однако когда Мия, всё ещё с противогазом на лице, потребовала, чтобы он рассказал всё, что скрывает, крупный мужчина сразу сдался.

Утром второго января, на следующий день после смерти Сайлона, из ниоткуда появилась Теано и заставила Терро помочь ей открыть секретную заднюю дверь в подземный лабиринт. На этот раз я не сдержался от крика:

— Что!? Черт возьми!

Задняя дверь! Если она существовала, то ключ для входа в темницу был совершенно бессмысленным. Сайлон мог просто зайти туда и забрать золотой куб. Я был настолько ошеломлён, что сел на корточки и обхватил руками колени.

Асуна опустилась рядом и прошептала мне на ухо:

— Неужели в подземельях не бывает какого-то скрытого прохода или двери в самой последней комнате, из которой можно выйти наружу?

На самом деле, Асуна раньше не играла в РПГ, но даже она смогла понять такие базовые правила игры. Действительно, если задуматься, то только человек, прошедший через подземелье, мог узнать о секретной задней двери. Это были Питагрюс и Теано, и один из них был давно мёртв. Я прошёл через подземелье в бета-версии, но телепортировался обратно ко входу после того, как получил золотой куб.

Вспоминая об этом, я понял, насколько часто мы использовали телепортацию в бета-версии, но в финальном выпуске такая возможность была удалена, включая и телепортацию в Железный дворец после смерти.

Осмыслив всё это, я встал, успокоился и позволил Терро отвести нас к задней двери подземелья. Крупный NPC использовал свою огромную силу, чтобы сдвинуть основание каменной статуи в углу двора, под которой скрывалась лестница вниз. Обойдя все головоломки, монстров и босса, мы сразу оказались в последней комнате подземелья.

Как я и ожидал, там не было никаких признаков окровавленного золотого куба или матери Мии. Мы вышли из особняка и молча остановились в десяти метрах от его величественных ворот.

— Может найдём тихое место, где сможем обсудить ситуацию? — предложила Асуна.

Кизмель и Мия согласились, я тоже был не против, но понимал, что два игрока и два неигровых персонажа, трое из которых в капюшонах, обязательно привлекут внимание. Так как нас уже атаковали в запертом доме, то находиться в закрытых помещениях города было не безопасно.

— Может на открытой террасе вдоль главной оживлённой улицы вероятность нападения будет не так велика, — предположил я, полагая, что мы должны оставаться на виду.

Но прежде, чем Асуна смогла что-то сказать, заговорила Кизмель:

— У вас с Мией ещё есть необходимость оставаться в городе?

— Что?

Мы с Асуной обменялись взглядами и посмотрели на Кизмель.

Вообще то, у нас были планы. После завершения квеста мы собирались воспользоваться воротами телепортации Стахиона, чтобы посетить первый этаж и показать Кизмель Стартовый город. Но в сложившейся ситуации мы должны быть готовы к нападению и во время осмотра достопримечательностей, к тому же, сейчас с нами была Мия.

— Ну… Хм… — запнулся я, и Кизмель так и не услышала ответ на свой вопрос.

Я увидел, как эльфийка, поворачиваясь к Асуне, улыбается в глубине своего капюшона.

— Асуна, я была очень тронута, узнав, как много ты запланировала на этот день. Однако, я не могу проигнорировать нападение на вас и Мию. Прежняя я вообще не волновалась о ссорах людей, но после того, как вы спасли меня, я хочу спасти Мию.

Асуна медленно закрыла глаза и открыла их с невероятно нежной, даже любящей улыбкой.

— Наши планы могут подождать, у нас есть всё время мира. Как только мы решим все эти проблемы, я смогу придумать что-нибудь ещё. К тому же, мы с Кирито тоже не хотим бросать Мию.

Я был уверен, что Асуна видела уровень девочки, но похоже, что она не учитывала это при рассмотрении сложившейся ситуации. Хотя и сама Мия не считала свои навыки чем-то особенным.

Мия глубоко поклонилась нам.

— Спасибо, я даже не представляю, где сейчас моя мама и что она делает. Пожалуйста, я буду очень признательна за вашу помощь.

— Конечно, — сразу сказала Кизмель и, посмотрев на меня, продолжила, — теперь у меня есть предложение. Почему бы нам не отвезти Мию в замок? Падшие там её не побеспокоят, и мы найдём много мест, где можно расслабиться и поговорить открыто.

— Как?! — вскрикнул я.

Но это было правдой. Так как даже анти-уголовный кодекс не помог нам в городе, то ни одно место не могло быть для нас более безопасным, чем замок Гэлей. Единственный вопрос заключался в том, согласится ли Мия покинуть свой дом в Стахионе и отправиться в такое далёкое путешествие.

Когда я рассказал Мие о замке, её глаза за стёклами противогаза стали большими и сверкающими. В спешке её язык заплетался:

— Конечно я хочу увидеть замок эльфов!

Почти на автопилоте я вскочил с дивана и побежал к дверям из столовой. Холодный воздух коридора помог мне изгнать последние остатки сна. Я бросился к окну и посмотрел сквозь стекло вниз во двор.

Первое, что я увидел, были широко открытые ворота замка. Мерцающие во дворе белые вспышки определённо были визуальными эффектами сражения.

Почти не думая о том, что делаю, я распахнул окно, и звуки лязга металла и криков усилились. Собравшиеся позади меня слуги закричали.

Возле ворот знакомые охранники Тёмных эльфов сражались против группы одетых в чёрное воинов с характерными масками на лицах. Я прищурился и, сосредоточившись на группе нападающих, увидел ярко-красный маркер «Воин Падших эльфов».

«Падшие эльфы!»

У меня было подозрение, что это они, когда я впервые увидел нападающих, но официальное подтверждение системой сделало шок ещё сильнее. Раньше они организовывали небольшие засады и тайные нападения в пустошах и подземельях, но таких масштабных атак не было. Падшие держались в тени борьбы между Лесными и Тёмными эльфами. Так почему же они предприняли вторжение в замок Гэлей, возможно, наиболее защищённый из цитаделей Тёмных эльфов? Как они убедили охранников открыть ворота? И я думал, что эльфы не могли пройти через бесплодную долину без посторонней помощи…

Вопросы возникали очень быстро, но если я буду просто здесь стоять, то ответы на них не появятся. Я должен был принять решение о том, что мне делать.

В данный момент сражение происходило между воротами замка и бассейном Древа духов, но из открытых ворот появлялось всё больше и больше Падших эльфов. Сейчас их уже было около тридцати. Конечно, из дворца выбежало больше охранников, но отдельно взятый воин Падших был сильнее простого охранника Тёмных эльфов. У меня было ощущение, что надеяться на охранников при обороне замка — не самая лучшая идея.

Но моим самым главным приоритетом были жизни Асуны, Кизмель и Мии.

Основываясь на этом, я предположил, что мы должны попытаться сбежать из замка, пока охранники всё ещё сдерживают Падших эльфов. С другой стороны, гордый рыцарь Кизмель никогда не убежит и не бросит своих товарищей, а Асуна, несомненно, захочет сражаться вместе с Кизмель. В любом случае, первым делом нужно объединиться с ними в библиотеке.

На улице раздались крики.

Сражавшиеся на первой линии обороны охранники Тёмных эльфов споткнулись, и трое из них одновременно упали. Судя по маркерам, их HP было заполнено более чем наполовину. Я был ошеломлён, пока не заметил мерцающую иконку с решёткой. Паралич.

Недалеко от боковых стен замка виднелись несколько вражеских эльфов с надписью: «Разведчик Падших эльфов», которые что-то бросали в охранников. Отсюда я не мог видеть, что это было, но инстинктивно понял, что снова появились ядовитые иглы.

Охранники Тёмных эльфов были в металлической броне, но она была неполной. Большая часть их рук и ног была открыта, являясь лёгкой целью. Дыра в линии обороны закрылась новыми охранниками, а парализованных воинов отнесли в безопасное место. Однако было ясно, что если парализуют слишком много охранников, то оборона быстро разрушится.

Объединиться с Асуной или броситься на помощь охранникам? Я на мгновение застыл в нерешительности, но сделал резкий вдох и начал действовать.

Открыв игровое меню, я сел на пол в коридоре. Сначала я отправил краткое (возможно ненужное) сообщение Асуне о необходимости прервать обучение, а затем сложил ноги в позу лотоса. В настоящей дзен-медитации я должен был сформировать ладонями эллиптическую символику, но в этом мире мне просто нужно было выпрямить пальцы и положить ладони на ноги. Это была поза активации навыка «Медитация».

В бете, для активации умения нужно было удерживать эту позу в течение шестидесяти полных секунд. Поскольку потратить столько времени сразу после начала сражения было нереально, то это умение быстро назвали бесполезным. Однако, у меня уровень умения доведён до пятисот, и, вероятно, это должно уменьшить время активации.

«Пожалуйста, позвольте мне не ошибиться!» — взмолился я. Система мне не ответила, но к тому времени, когда я молча сосчитал до двадцати, на моем индикаторе HP появилась иконка, которую я не видел несколько месяцев. Это был силуэт человека сидящего в позе дзен — символ баффа «Медитация».

Если верить Бухруму, то этот бафф был способен аннулировать парализующий яд второго уровня. Если этого не произойдёт, то это будет очень плохой новостью, но если я буду просто стоять здесь и смотреть, то плохие новости не заставят себя ждать. Всё, что я мог сделать, это довериться старику и действовать.

Я встал и приказал слугам позади меня:

— Идите в кладовую и принесите все лечебные и противоядные зелья во двор!

Большинство слуг испуганно отступили в сторону столовой, но самая старшая из них смело сказала:

— Конечно! Давайте сделаем это! — и, подняв свою длинную юбку, побежала в восточное крыло.

Её младшие коллеги пристыженно обменялись быстрыми взглядами и бросились за ней.

Я бы с удовольствием спрыгнул во двор из окна, но разведчики Падших меня заметят, а я хотел получить преимущество от неожиданности моего появления.

Я побежал к концу западного крыла, отправив на ходу второе сообщение Асуне.

«ВСЕ ТРО СДЕЛАТЕ ВАШЕ БАФФ ПЕРЕД НАХОДОМ В ДВОР»

Я слишком торопился, чтобы исправлять свои опечатки.

С начала их обучения прошло около пятидесяти пяти минут. Если обучение прервалось в тот момент, когда зазвенел колокол, то ни одна из моих инструкций не имела значения, но тот факт, что ответа не было, позволял мне надеяться, что обучение всё ещё продолжалось. У меня было ощущение, что от того, получат они умение «Медитация» или нет и смогут ли они использовать его во время сражения, будет зависеть наша победа или поражение.

Перепрыгивая на лестнице по десять ступенек за раз, я бросился из главного здания в западное крыло и вдруг услышал в голове голос моей спутницы:

«Ты не будешь спешить, не сказав мне ни слова! Ты должен быть в моем поле зрения все двадцать четыре часа. Это понятно?!»

Это было всего три дня назад, после того, как мы поговорили с офицерами АРД в трактире в Стахионе. С тех пор я держал это обещание, исключая только такие места, как раздевалка горячего источника, но я полагал, что в замке Гэлей безопасно и это усыпило мою бдительность. Асуна сказала мне не смотреть, как они тренируются, но в библиотеке было много книжных шкафов, и я мог бы просто подождать за углом.

И как раз во время обучения, как будто это было специально рассчитано, напали Падшие эльфы. Конечно, это совпадение, но это было очень похоже на знак. Я ускорился, пытаясь опередить своё предчувствие, и подбежал к боковой двери в конце первого этажа западного крыла.

Я затормозил, так как пнуть дверь и выскочить из неё было плохой идеей. Вместо этого я чуть-чуть приоткрыл её, чтобы проверить расположение ближайших врагов. Поскольку боковая дверь была довольно близко к внутренней стене, если я выйду и направлюсь вдоль стены, то я скоро доберусь до разведчиков, бросающих отравленные иглы. Но была только половина третьего дня, и ещё очень далеко до темноты, которая могла бы скрыть моё присутствие.

Очевидно, что я не мог дожидаться наступления темноты, и должен вытащить свой меч и выйти на открытое пространство.

Меня встретили звон мечей и крики. Я поморщился от шума и побежал вдоль стены справа от меня.

Круглая впадина, которая полностью вмещала в себя замок Гэлей, была чуть более двухсот метров в поперечнике, а источник, питавший Древо духов и находившийся посередине этого пространства, имел ширину около тридцати метров, так что от стены замка до горячего источника было около восьмидесяти метров. Линия обороны охранников замка уже была отброшена на половину этого расстояния. Если Падшим удастся проникнуть в замок, будет очень трудно помешать им добраться до сокровищницы, расположенной на четвёртом этаже главного здания замка, где в настоящее время хранились четыре священных ключа. Мы должны были остановить их во дворе, и устранение Падших разведчиков, бросавших свои парализующие иглы, было первостепенной задачей.

Как только я увидел впереди первого разведчика, то перестал красться и рванулся вперёд. Падший почувствовал меня и обернулся, показав маску с отверстиями только для глаз. Он вытащил из пояса чёрный дротик и отвёл руку назад.

Когда я увидел блеск иглы, то воспоминание о событиях, произошедших три дня назад, вспыхнули в моей голове. Чувство беспомощности, которое я ощущал, лежа на земле, неспособный пошевелить даже пальцем, смотря на ужасающее зрелище приближающегося Мортэ, стало жидкостью холоднее льда, которая заполнила мои вены.

Но я стиснул зубы, сдерживая страх, и поднял свой «Вечерний меч».

Рука Падшего разведчика размылась в воздухе, и покрытый парализующим ядом второго уровня «Шип Шмаргора» со свистом полетел к моей груди. Было слишком поздно уворачиваться или защищаться. Если бафф «Медитация» не защитит меня от паралича, то я беспомощно свалюсь на землю в самый разгар битвы.

Я почувствовал удар чуть ниже моей левой ключицы, а в нижнем левом углу поля зрения появилось тёмное пятно. Но я не стал отвлекаться и сосредоточил всё своё внимание на мече в моей руке.

Клинок засиял синим светом, и невидимая рука системной помощи толкнула моё тело вперёд.

Никакого паралича!

— Давай! — закричал я, активировав четырёхударный навык «Вертикальный квадрат».

Когда разведчик понял, что я не парализован, его глаза расширились. Он потянулся к талии за кинжалом, но было уже слишком поздно. Мой первый удар ударил его в левое плечо, оставив после себя в воздухе блестящую вертикальную линию. Мой меч отлетал назад, выполняя удары вниз и вверх, оставляя на теле разведчика визуальные эффекты урона. Эти три слеша уничтожили почти шестьдесят процентов здоровья противника.

Затем мой меч вернулся в исходное положение и отошёл ещё дальше, почти за спину, готовясь нанести разрушительный четвёртый удар. Я снова почувствовал, как рукоять «Вечернего меча» дрожит в моей ладони. Но вместо того, чтобы сопротивляться воле меча, я направил его по скорректированному направлению.

Улучшенный эльфами клинок тяжело вонзился в грудь Падшего разведчика. Критический удар по уязвимой точке уничтожил его оставшиеся сорок процентов жизни. Завершенный квадрат из синего света вспыхнул ярче и рассеялся, а мгновение спустя тело разведчика распалось на бесчисленные осколки.

С начала квеста «Война эльфов» я убил более десяти Падших эльфов, и это было обычным занятием, поскольку я должен был это делать по условиям квеста. Хотя это и было убийством, я не мог остановиться. Я помогал Тёмным эльфам и я должен защитить Асуну, Кизмель и Мию. Даже Асуна, которая считала NPC ещё более человечными, чем я, без колебаний сражалась против Падших.

Сквозь тающие многоугольники, оставшиеся от мёртвого противника, я увидел двух других разведчиков Падших эльфов, которые бросали свои иглы в охранников с другой стороны ворот замка. Я не мог себе представить, что они не заметили мою атаку, но в данный момент они предпочли помогать своим товарищам. На мгновение я посмотрел налево и увидел, что теперь красных маркеров Падших эльфов было чуть больше, чем жёлтых маркеров защитников замка.

Прежде чем мой взгляд вернулся к двум оставшимся разведчикам, я кое-что заметил и прищурился. У солдат Падших эльфов, которые были одеты во всё чёрное и сражались стоя спиной ко мне, было что-то странное, прикреплённое к поясам. Это были узкие палочки с ярко-зелёными пятнышками, привязанные за кончики. Палочки не были частью их снаряжения, это были живые ветки деревьев.

Ветки с листьями на конце были около трети метра в длину, и были отломаны от обычного дерева. Если бы ветки носили обычные игроки, я бы даже не обратил на это внимания. Но тот факт, что это были эльфы, в корне менял ситуацию. Как и все эльфы, Падшие не могли причинять вред живым деревьям. Я хорошо помнил, что генерал Нолц говорил в затопленном подземелье на четвёртом этаже, где Падшие эльфы тайно покупали у людей древесину.

«После лишения благословения Святого Древа мы всё ещё связаны табу эльфийской расы».

В этом и был секрет того, как Падшие передвигались по каньонам. Как бы они не обошли табу, они были защищены неким барьером, создаваемым ветвями. Это означало, что их следующий вероятный ход…

— Аaа!

Крик во дворе отвлёк меня от размышлений. Сражавшийся на переднем крае охранник Тёмных эльфов рухнул на землю и был убит изогнутым клинком воина Падших эльфов. Прежде чем его соратники смогли помочь ему, его тело превратилось в синие осколки и исчезло.

— Черт! — выругался я и прогнал мысли о ветках из моей головы.

Нашим главным приоритетом было повернуть вспять ход битвы. Мой бафф скоро исчезнет, и я должен устранить оставшихся разведчиков прежде, чем это произойдёт.

Я взял меч в левую руку и вытащил парализующий дротик, застрявший под ключицей. Он всё ещё был пригоден для использования, поэтому я прицелился и бросил его в одного из разведчиков.

Пока я не использовал свой пятый слот под «Медитацию», я думал о том, чтобы занять его умением «Метательные ножи». К счастью, даже без специализированного умения мне удалось попасть в левую ногу разведчика, которая была хорошей, неподвижной целью. Судя по всему, у него не было никакой защиты от паралича и он молча рухнул на землю после того, как вокруг его маркера появилась зелёная рамка. Другой разведчик поспешил к нему, чтобы дать своему напарнику зелье, но я уже приближался на полной скорости.

В последний момент разведчик отказался от намеренья излечить своего напарника и достал кинжал. Я ударил его простым, но сильным ударом. Падший скорее уклонится, чем отобьёт его, но именно этого я и жду. Когда я ненадолго застыл после своего удара, разведчик ловко бросился вперёд и ударил меня кинжалом.

Эта атака была сильнее и быстрее любого удара, который я видел у Падших до сих пор, но я уже мог применить «Молниеносный удар», основной навык умения «Боевые искусства», который я использовал против Мортэ.

Кинжал коснулся моего правого плеча, а мой левый кулак ударил разведчика в бок. Алгоритмы NPC и монстров имели привычку реагировать на внезапное использование другого типа атаки чуть медленнее.

— Oй…

Урон от «Молниеносного удара» был очень маленький, но разведчик ойкнул от неожиданности и замер. Это был шанс использовать боевой навык, но вместо этого я обхватил спину разведчика свободной рукой. Как я и ожидал, мои пальцы коснулись ветки дерева. Я схватил её и вытащил из его пояса.

Я не ждал, что это приведёт к мгновенной смерти Падшего эльфа. В конце концов, мы были во дворе замка под защитой Древа духов, и им не понадобится ветка, пока они не выйдут за ворота, но глаза разведчика выпучились под маской, и он хрипло закричал:

— Отдай!

Прежде чем эльф смог схватиться за ветку, я приставил острие «Вечернего меча» к его горлу и спросил:

— Как ты получил эту ветку?!

— Это не нужно знать человеку! — выдавил эльф, опуская оружие.

Глаза Падшего горели ненавистью.

— Какое тебе дело до нашей борьбы?! Вражда между эльфами не имеет ничего общего с людьми!

— С людьми? — повторил я.

Я оглянулся, но рядом был только парализованный разведчик. Асуна и Мия ещё не вступили в бой.

Разведчик цокнул языком, вероятно рассерженный тем, что слишком многое наговорил. Он отскочил назад, чтобы отдалиться от кончика моего меча, и снова приготовил свой кинжал. Чувствуя, что больше не получу от него никакой информации, я высоко поднял ветку в свободной руке. В тот момент, когда его взгляд инстинктивно поднялся вверх, я отбросил ветку в сторону и сделал выпад.

Разведчик опомнился, но этого было достаточно, чтобы замедлить его реакцию. Я воспользовался преимуществом и нанёс тройной удар «Острый коготь». Три красных черты, похожие на когти свирепого зверя, вспыхнули на груди разведчика, и он отлетел назад, ударившись о стену замка. Когда он отскочил от неё, я добавил одиночный горизонтальный удар.

Торс Падшего разрезало пополам, и разведчик молча растворился в воздухе. Когда его осколки окружили меня, я развернулся и подошёл к парализованному разведчику, у которого тоже была ветвь за спиной. Статус паралича пройдёт не скоро, но его глаз, который был виден мне под этим углом, бросал на меня взгляды ещё более острые чем метательные дротики.

В конце концов он оправится, поэтому я не могу оставить его в живых. Если я просто пронзил бы его сердце, то непрерывного проникающего урона было бы достаточно, чтобы убить его.

Вместо этого я остановился и убрал свой меч. Возможно, это было бессмысленное действие, а возможно, даже вредная эмоция, но я просто не мог заставить себя казнить беспомощного врага, как будто он был каким-то насекомым.

На кожаном ремне разведчика были карманы для метания игл, и внутри оставалось около десяти «Шипов Шмаргора». Я забрал их все и положил в свою сумку для переноски. Кроме этого, я бросил туда же его ветку и чёрный кинжал. Подобрав выброшенную мною ветку первого разведчика, я повернулся и осмотрел поле битвы.

Разведчики Падших больше не бросали свои отравленные иглы, но линия обороны замка проходила лишь в пятнадцати метрах от горячего источника. Если стражников оттеснят к воде, то оборона рухнет и враг может прорваться. Как только это произойдёт, через несколько секунд Падшие эльфы окажутся у входа в замок.

Сейчас замок атаковало около двадцати пяти воинов Падших эльфов, а охранников оставалось меньше двадцати. Около десяти охранников были парализованы, а из замка больше не появлялись новые защитники.

В бою участвовали все воины замка Гэлей, и, к сожалению, я не ожидал, что сам граф Гэлейон спустится вниз, чтобы переломить ход битвы.

Несколько секунд спустя я решил присоединиться к сражению и вытащил из сумки парализующие дротики. Девять дротиков я забрал у разведчиков, два отнял у Мортэ и ещё два получил у напавших на дом Мии Падших. Всего у меня собралось тринадцать дротиков. Если бы я смог парализовать ими хотя бы десять воинов Падших, то мы могли бы изменить ход битвы. Я нацелился на ближайшего ко мне Падшего и бросил в него дротик.

Игла попала прямо в щель между частями его брони. Воин на мгновение застыл, но затем продолжил размахивать ятаганом так, как будто ничего не произошло.

— Что?!

Я затаил дыхание и заметил незнакомую иконку на панели HP воина Падших. Она была похожа на чёрный лист и, возможно, это был эффект сопротивления параличу. Очень вероятно, что бросающие дротики разведчики могли случайно попадать в своих союзников, поэтому имело смысл как-то защититься от этого. Это было очень умной стратегией, даже слишком умной для неигровых персонажей. К тому же я всё ещё не знал, как Падшие эльфы прошли через ворота.

Я спал в столовой, когда меня разбудил колокол. Но я вспомнил, что сначала я услышал нормальный звон, сигнализирующий об открытии ворот, и только через несколько мгновений он превратился в сигнал тревоги. Означает ли это, что охранники открыли кому-то ворота, а Падшие неожиданно прорвались через них? Но в длинном пыльном каньоне, ведущем к воротам, негде было спрятаться. Если бы десятки врагов бежали к воротам от начала каньона, то у охраны было бы много времени, чтобы закрыть ворота за гостями.

Был только один вариант.

Те, кому открыли ворота, были в сговоре с Падшими, а кроме нас в этот момент квест "Война эльфов" проходили только «Кьюсак». Если они войдут в замок и захватят башню у ворот, то смогут продержать ворота открытыми достаточно долго для того, чтобы подошли Падшие эльфы.

«Неужели это правда?» — спросил я себя, не в силах в это поверить.

Я развернулся и побежал к ближайшей башне ворот. Открыв дверь, я с мечом наготове ворвался в комнату, но внутри никого не оказалось, а у меня не было времени искать доказательства убийства находившихся здесь Тёмных эльфов. Я поднял голову и увидел, что надо мной было много шкивов, канатов и гирь. Прямо передо мной был расположен деревянный рычаг, который я дёрнул изо всех сил.

С гулким грохотом наверху начали вращаться шестерни. Ворота закрывались, и это гарантировало, что любые потенциальные подкрепления не смогут попасть в замок. Я беспокоился о том, куда могли пойти «Кьюсак», но в данный момент битва во дворе была самой важной.

Выскочив из башни, я помчался к месту боя. Если парализующие иглы не действовали на Падших эльфов, то верный меч мне точно поможет.

— Рааах! — закричал я, набирая силу для удара, но теряя преимущество неожиданной атаки.

Трое ближайших Падших обернулись, и я бросился в центр их группы, чтобы подобраться как можно ближе, прежде чем активировать навык «Горизонтальный квадрат». Он не наносил такой большой урон одной цели, как «Вертикальный квадрат», но у него была лучшая точность и более широкий угол охвата.

Последовательность из четырёх горизонтальных ударов поразила всех трёх воинов, забрав две трети их здоровья и отбросив назад. Если бы я мог использовать этот недавно приобретённый навык снова и снова, я мог бы убить их всех, но, к сожалению, у навыка был таймер перезарядки чтобы компенсировать его значительную силу. Я должен был максимально использовать все атакующие навыки, которые изучил к настоящему времени. Здесь было более двадцати врагов, и если меня окружат, то я точно превращусь в мёртвый кусок мяса.

Ещё двое падших заметили меня. Я использовал на одном из них дальний удар «Звуковой прыжок». Этот воин защитился от атаки, но его ятаган был слабее «Вечернего меча» и он дрогнул, неспособный выдержать силу моего удара.

В тот миг, когда ненавистная задержка после применения навыка прекратилась, я использовал на замершем воине удар боевых искусств «Водяная луна». Инстинктивно почувствовав другого врага позади меня, я развернулся и активировал «Горизонтальную дугу». На груди воина появились V-образные разрезы, и он с хрипом отлетел назад.

Жаль, что я не смог добить его, но, если бы я потратил слишком много времени на одного врага, остальные бы меня окружили. Я заметил, что трое Падших, сбитые моим «Горизонтальным квадратом», уже встали, и атаковал одного из них навыком «Свирепый шип».

Моя атака шла так близко к земле, что рука практически скользила по ней. Чтобы отбить атаку, воин попытался использовать базовый навык ятагана «Разбойник». Если он меня ударит, то не только оборвётся выполнение моего навыка, но и я замру оглушённый. Поэтому я начал отклоняться, пытаясь избежать попадания «Разбойника». С другой стороны, если я отклонюсь слишком далеко от правильного направления моего удара, то оборву выполнение моего навыка. Покрывающий мой меч бледно-голубой свет начал мерцать, давая мне понять, что выполнение навыка может оборваться.

— Джааа! — прорычал воин, опуская вниз пылающее зловещим оранжевы цветом лезвие.

Острый кончик его ятагана зацепил мою грудь, забрав около пяти процентов здоровья, а мой меч отрубил его левую ногу. Оставшиеся HP воина исчезли и его стройное тело разлетелось, как тонкое стекло.

Громкий звуковой эффект привлёк внимание всех Падших, которые сражались в огромном дворе. Один из них, особенно крупный, который казался командующим, поднял свой ятаган, похожий на длинную саблю, и крикнул:

— Сначала избавьтесь от него! Окружите с четырёх сторон и прикончите!

Мгновенно четыре практически невредимых воина покинули линию атаки и бросились на меня. Это создало дыру в их линии атаки, но атакующих всё ещё было большее, чем защищающихся.

Один из охранников Тёмных закричал:

— Помогите мечнику! — но им будет трудно пробить даже ослабленную линию Падших.

Я должен был разобраться с этими четырьмя сам. На самом деле, если бы я мог просто прорваться через этот приближающийся строй, то это изменило бы ситуацию в нашу пользу и сделало бы победу возможной.

Падшие эльфы плавно скользнули вокруг меня. Я всё ещё не мог использовать «Горизонтальный квадрат», свою единственную хорошую широкую атаку, поэтому я отступил, выбирая правильную цель для удара. Но все они были одеты в одинаковую чёрную экипировку с капюшонами, и у них оставалось примерно одинаковое количество HP, поэтому мне было сложно выбрать лучшую цель.

Позади этой четвёрки воины с вдвое меньшим HP отступали к стене и пили лечебные зелья. Если они восстановят полное здоровье, то четверо окружающих меня Падших превратятся в восемь, и будет трудно даже убежать, а не то что уничтожить их.

Худшая ошибка, которую можно сделать в такой ситуации, это пытаться сразиться с одним врагом и прекратить двигаться. Как и в случае с монстрами, общая идея заключалась в том, чтобы продолжать двигаться, избегать окружения и постепенно уменьшать HP врага. Если подобное происходит в подземелье, то другие игроки могут разозлиться, так как вы легко соберёте «паровоз», привлекая внимание всё большего и большего количества монстров, но сейчас хорошие манеры ничего не значат.

Я глубоко вздохнул и, вскочив с земли, рванулся к выбранной наугад цели. Атакуемый мною Падший поднял свой ятаган в оборонительную позицию по диагонали, а остальные трое бросились ко мне. Скорость их реакции и командная работа были намного лучше, чем у обычных монстров, хотя этого и следовало ожидать.

Единственным плюсом было то, что ни один из воинов не имел тяжёлой экипировки или щитов. тяжело бронированных бойцов было очень трудно убить, но у Падших были только лёгкие металлические доспехи и ятаганы, и это означало, что я смогу преодолеть их оборону.

С опущенным мечом в правой руке я бросился вперёд. Воин заколебался, потеряв самообладание. Возможно он планировал отбить мой первый удар, но атака без применения оружия вносила элемент неопределённости в алгоритм работы ИИ.

Когда я был в двух метрах от него, воин наконец принял атакующую стойку. Я ускорился настолько, насколько мог, и вытянул свободную руку с разжатой ладонью вперёд. Я убедился, что оружие противника проскользнуло мимо, и, прогнав страх потерять пальцы, схватил ятаган за лезвие.

Мелькнула серебряная вспышка, и я почувствовал, как моя рука и оружие воина слились воедино. Я вырвал ятаган из руки врага и перевернул его, чтобы схватить за рукоять. Это был навык захвата оружия «Голодный круг», который я изучил, когда уровень умения «Боевые искусства» достиг ста, что произошло прямо в разгар этой битвы. Естественно, если бы я не покупал у Арго информацию о «Боевых искусствах», то не смог бы сразу его использовать, и узнал бы о его появлении только после окончания сражения.

— Как ты смеешь, мошенник?! — прорычал воин, потянувшись к своему оружию.

Я ударил его по руке Вечерним мечом и получил бонус отрубленной конечности. Воин застонал, схватившись за частично исчезнувшую руку. Я ударил его ногой и развернулся. Трое других Падших никак не отреагировали на мой трюк с захватом оружия.

— Шиа!

Я парировал диагональный удар ятаганом и, когда искры от этого удара брызнули мне в лицо, вонзил свой меч в бок нападающего. Предчувствуя ещё одну атаку справа, я заблокировал горизонтальный удар своим мечом. Второй воин дрогнул, и я, ударив его по шее ятаганом, бросился через щель между ними.

Пока в правой руке у меня был «Вечерний меч», а в левой захваченный ятаган, я находился в состоянии нерегулярного снаряжения, и это означало, что я не мог использовать боевые навыки. Но в сражении один против четверых я не хотел использовать какие-либо сильные атакующие навыки, которые могли привести к значительному снижению моей подвижности. Напротив, наличие меча в каждой руке давало мне больше возможностей для защиты.

Я не мог не подумать, что для таких случаев я бы мог использовать щит в слоте умения «Быстрая замена», но у меня достаточно неплохо получалось блокировать мечом быстрые и лёгкие удары Падших. К тому же я чувствовал, что мне нравится сражаться двумя мечами, и я мог блокировать удары и атаковать обеими руками.

Развернувшись, я сказал себе, что если я переживу этот бой, то серьёзно задумаюсь о тренировках с двумя мечами.

Я увидел перед собой последнего невредимого воина, позади которого стояли ещё два не сильно раненных Падших. Воин, у которого я украл ятаган, бросился назад к своим исцеляющимся товарищам чтобы одолжить оружие.

Согласно маркерам, их здоровье уже поднялось почти до семидесяти процентов. Через минуту они полностью исцелятся, и до этого момента я должен убить ближайших ко мне троих Падших. Но могу ли я сделать это без навыков? Я уже показал им всё, что имел. Вопрос не в том, смогу ли я это сделать. Я просто должен это сделать.

Если я буду стоять на месте, то меня быстро окружат, поэтому, сосредоточившись на воине справа, я бросился в атаку. Должно быть разгадав мою тактику нападения сбоку, Падшие начали так менять направление своего движения, чтобы всегда оказываться прямо передо мной. Но если бы я продолжал поворачивать направо, то в конце концов оказался бы в ловушке у стены замка.

«Отступать? Нет, у меня нет времени. Я должен завязать ближний бой и надеяться, что найду способ победить»

Я как раз собирался начать игру «всё или ничего», когда услышал голос:

— Кирито, берегись!

К тому времени, когда я вернулся во двор замка, в живых оставалось только три воина Падших эльфов. Неудивительно, что одним из них был командир с длинной саблей. Однако сюрпризом было то, с кем он сражался.

Тёмный эльф, размахивающий тонким длинным мечом и одетый в блестящие серебряные доспехи и синий плащ, был не кем иным, как хозяином замка, графом Меланом Гусом Гэлейоном. Он потерял почти двадцать процентов своего здоровья, и его движения были неуклюжи, но командиру Падших было гораздо хуже, и я не стал вмешиваться. Два других врага были полностью окружены охранниками. Большинство листьев Древа духов осыпались, но опадение прекратилось.

Быстрый осмотр двора показал, что Асуна, Кизмель и Мия помогали слугам ухаживать за ранеными, а рядом с ними был и Бухрум.

Когда я подошёл, мудрец был как никогда напыщен.

— Приятно видеть, что ты умеешь следовать указаниям, мальчик. Чтобы вытащить графа из укрытия и заставить его присоединиться к битве, мне пришлось ворваться в спальню маленькой Меланы.

Я посмотрел на хихикающего старика, потом на храброго графа Гэлейона и снова на Бухрума.

— Так как ты мудрее и важнее, чем лорд замка, я хочу тебя кое о чем попросить…

— И что ты задумал? — подозрительно спросил Бухрум.

Я наклонился к его длинному уху, частично скрытому белыми бакенбардами, и прошептал:

— Мне нужны четыре ключа, которые хранятся в комнате сокровищ.

— Что?! — заорал старик, и мне пришлось прикрыть его рот рукой.

— Пожалуйста! Мои друзья… Вернее, хорошие знакомые, находятся в смертельной опасности. Я верну ключи, как только спасу их!

В тот момент я полностью забыл, что стоящий передо мной старик был NPC. Если размышлять прямо, то NPC, действующий по правилам, никогда не поможет в краже. Но происходящее несколько последних дней и общение с повстречавшимися нам NPC говорило о том, что в их поведении было что-то слишком человеческое.

Граф Гэлейон, который сейчас сражался с командиром Падших, в первую нашу встречу казался не более, чем просто квестовым персонажем, выдающим задания и читающим сухие строки в соответствии с указаниями системы. Но, наблюдая за ним сейчас и видя, как он неловко и отчаянно сражается, я рисовал себе яркий портрет человека с изнеженным воспитанием, который старался соответствовать своей роли лорда, подстрекаемый суровым старым учителем. Раньше я думал, что Кизмель и Виконт Йофилис — единственные особые неигровые персонажи, но после встречи с Бухрумом и Мией мне стало казаться, что такими были все неигровые персонажи, живущие в Айнкраде.

Бухрум ответил на мою просьбу свирепым взглядом и рычанием:

— Хрррммм…

— Послушай, я знаю, что это безумная просьба. Но это единственный способ…

— Хм. Хорошо.

— Да?!

Это оказалось гораздо проще, чем я ожидал. Бухрум взглянул на Асуну, которая давала охраннику зелье, и пробормотал:

— Копьё, которое я одолжил этой молодой леди, тоже было в сокровищнице. Подожди здесь.

Бухрум развернулся и, закрутив чёрные одежды, побежал к парадному входу. Гиндо, наблюдавший за нами из тени массивной двери, торопливо отошёл назад, но старик не обратил на него внимания и скрылся в замке.

По двору пронёсся боевой клич, это граф Гэлейон победил вражеского командира. Два оставшихся воина бросили свои ятаганы и сдались.

Мы успешно избежали разрушения замка Гэлей, но борьба ещё не закончилась. С неизвестным, который похитил трёх членов «Кьюсак» и заставил Гиндо открыть ворота в замок, нужно было разобраться раз и навсегда.

Я сделал глубокий медленный вдох, выдохнул и направился к Асуне, чтобы объяснить сложившуюся ситуацию.

Он был огромен. Почти весь десятый этаж Башни был занят залом Босса, что само по себе не было неожиданностью, однако, когда я в первый раз увидел зал Босса на шестом этаже четыре с половиной месяца назад, он поразил меня своими размерами. Стены, пол и потолок были голубовато-серого цвета, а слабое освещение оставляло углы зала тёмными. Огромная звезда была нарисована на потолке высоко над головой, напоминая о том, что башня и этот зал на самом её верху были пятиугольной формы.

Если смотреть из пустыни, то ширина башни казалась примерно равной половине её высоты. Если Башня имела сто метров в высоту, то диагональ пятиугольника была около пятидесяти метров, а каждая сторона…

— Эй, Асуна, каково соотношение диагонали пятиугольника к его стороне? — спросил я.

Фехтовальщица бросила на меня недоумённый взгляд.

— Квадратный корень из пяти, плюс один, и разделить на два. Это примерно одна целая шестьсот восемнадцать тысячных.

— Один, точка, шесть, один, восемь… — повторил я и продолжил — Значит, если бы диагональ была пятьдесят метров, то сторона была бы около тридцати метров?

— Точнее около тридцати одного, но думаю, что это не имеет большого значения.

— Согласен…

Мы могли поболтать на отвлечённую тему, так как ждали пока АРД и АОА займут свои позиции, и, судя по всему, у нас оставалось ещё секунд тридцать. На этот раз Асуна сама повернулась ко мне и сказала:

— Выражение квадратный корень из пяти, плюс один, и разделить на два называется Золотым сечением.

— Золотым?

— Его можно найти в соотношении длины к ширине Парфенона, или в соотношении верхней и нижней половины Венеры Милосской, и даже в человеческих лицах. Нос и рот считаются хорошо сбалансированными, если соотношение их ширины составляет один к одной целой шестьсот восемнадцати тысячным.

— Ого, — пробормотал я, глядя на лицо Асуны и пытаясь понять, правда ли это.

Она быстро ткнула меня в бок, и Арго окликнула нас:

— Эй, мы в комнате с Боссом!

Стоящая рядом Мия захихикала.

Наконец, с другой стороны зала раздался голос Кибао:

— Размещение завершено! Мы готовы!

— Понял! — закричал я, быстро оглядываясь.

Открывающиеся внутрь зала двойные двери всё ещё были широко открыты. Я молча помолился, чтобы они такими и остались, и посмотрел на Теано, которая стояла рядом с дочерью.

— Давай, Теано.

— Хорошо, — сказала она и посмотрела на золотой куб в своих руках.

Я заметил, как на её прекрасных чертах промелькнуло нечто похожее на волны на пруду, но быстро исчезло.

— Тогда давайте начнём. Мия, не заходи слишком далеко вперёд, — предупредила она дочь и пошла к центру комнаты.

Там, куда она направлялась, возвышался куб со стороной около полуметра. Он был чёрным и не отражал свет, как будто был вырезанным из угля. Хотя в тусклом освещении было сложно разобрать детали, на обращённой к нам стороне я заметил квадратное отверстие со стороной примерно двадцать сантиметров. С первого взгляда было очевидно, что золотой куб идеально поместится внутри.

— Как только куб войдёт туда, то станет заподлицо с блоком, и мы не сможем вытащить его обратно, — лениво заметил я.

Стоящая справа Арго сказала:

— Я осмотрела блок, и на его противоположной стороне тоже есть дыра.

— Тогда туда можно засунуть палку и вытолкнуть куб обратно?

— Палку или… — начала говорить Арго, но замолчала.

Теано присела и вставила куб в отверстие. Он вошёл так, как будто был смазан: не было ни звука, ни царапин, вообще ничего. В тот момент, когда чёрное и золотое стало одной поверхностью, голубоватый пол завибрировал.

Внезапно чёрный куб засиял золотым светом. Теано быстро отступила, и участники рейда приготовились. В абсолютной тишине большой куб поднялся в воздух, и многочисленные мечи и копья отражали его сияющий свет. Остановившись примерно в трёх метрах от пола, он начал боковое вращение. Сначала медленно, но потом, набрав значительную скорость, куб слился с мраком зала. Оставалась видна только линия, создаваемая золотым кубом, которая выглядела как кольцо света.

Раздался грохот, и зал снова затрясся. В воздухе появилось множество золотых кубов меньшего размера, которые тоже начали вращаться. Хотя я и не мог их пересчитать, но точно знал, что их было двадцать шесть. Золотые кубы окружили быстро вращающийся большой чёрный куб и начали прикрепляться к нему. Вращение постепенно замедлялось и наконец остановилось, показав нам один золотой куб, который был в три раза больше предыдущего и имел почти двухметровую сторону.

Двадцать шесть кубов выстроились по сторонам чёрного куба сеткой три на три и соединились вместе, хотя между ними и оставался промежуток. Другими словами, перед нами образовался гигантский кубик Рубика.

— Прямо как в бета-версии! Если вы ударите по кубам на гранях, то они повернутся в… — я остановился, кое-что заметив.

В бета-версии стороны были разноцветные, здесь же все стороны были одинакового золотистого цвета, и не было возможности выстроить их по цветам. А может быть они уже выстроились…

С мощным рёвом все двадцать шесть маленьких кубиков начали вращаться случайным образом во всех направлениях. Когда они остановились, то на каждой стороне куба образовался узор из девяти квадратов, в общей сложности пятьдесят четыре квадрата.

Нет, это был не просто рисунок. Это было что-то очень знакомое…

— Ц… цифры?! — ахнула Асуна как раз в тот момент, когда гигантский кубик Рубика остановился.

Ниже появившейся полоски его НР было написано сияющими, яркими буквами: Иррациональный куб.

Как я и ожидал, в этот момент двойные двери захлопнулись.

— Начинается! — крикнул голос, скорее всего принадлежащий Линду.

Словно в ответ на этот крик три из восьми углов Босса выпустили бледно-серые лучи, которые были направлены в сторону рейда. Я собрал всю силу своих лёгких и заорал:

— Уклоняйтесь!

В этот момент вдоль серых лучей ударили красные лазеры. Лучи лазеров издавали ужасающие шипящие звуки, а в трёх местах зала блеснули небольшие вспышки. К счастью, никто не получил прямой удар, но я видел, что несколько полосок HP немного просели из-за теплового излучения.

— Уфф… Наконец-то мы вернулись…

Когда я открывал окно своего меню, Асуна потянулась. Я даже не удосужился поднять руку и активировал меню низко над землёй. Было без двадцати час ночи пятого января.

Махнув левой рукой, я убрал окно и осмотрел окрестности.

Несмотря на то, что по стандартам онлайн-игр было ещё довольно рано, на площади телепортации в Стахионе, главном городе шестого этажа, почти не осталось людей. По моему мнению, это произошло из-за того, что ворота на седьмой этаж были активированы, и все туристы уже ушли наверх, а головоломки судоку, которые заполняли площадь, полностью исчезли.

Во мне практически не осталось тяги к загадкам, но Теано, стоявшая рядом с Асуной, с задумчивым выражением смотрела на пустые плитки. На её спине лежала спящая Мия с противогазом на голове.

Прошло всего два часа с момента победы над Иррациональным кубом, Боссом шестого этажа, и за это время мы совершили переход через пустыню пятого района, прошли через озеро Талфа и кратчайшим путём пересекли лес первого района…

Конечно же нет. Вместо этого мы поднялись по спиральной лестнице до седьмого этажа, дошли до его главного города, активировали телепорт и перенеслись сюда.

Насколько я знал, Мия и Теано стали первыми квестовыми NPC, которые использовали ворота телепорта для перемещения между этажами. На самом деле, я даже волновался, что они могут не пройти и просто застрянут на седьмом этаже. Однако система SAO оказалась более дружественной, чем я себе представлял. Хотя оставался шанс, что это была ошибка, аналогичная багу с рудой, который нашла Литен, и в будущем это будет исправлено.

Что касается Теано, то её не интересовали магические врата, через которые она прошла. Вместо этого она молча смотрела на площадь и на город в дали. В конце концов, она подошла к нам с Асуной и поклонилась, хотя Мия всё ещё лежала на её спине.

— Кирито, Асуна, вы спасли меня… Мало того, что вы уберегли Мию, я уверена, что не смогла бы в одиночку победить зверя-хранителя и уничтожить золотой куб.

«А ты знаешь, что Мия более высокого уровня, чем мы?» — хотел я спросить, но мудро воздержался. Вместо этого, я покачал головой и сказал:

— Пожалуйста… Но если бы вы с Мией не решили головоломки на дверях, то мы бы оказались в ловушке и погибли.

— Он прав, — добавила Асуна, — я думала, что довольно хороша в этих головоломках, но я никогда не смогу справиться с ними за десять секунд.

Теано слабо улыбнулась. Она поправила спящую на её спине дочь и обернулась, чтобы посмотреть на поднимающийся ступеньками Стахион. В конце главной улицы в лунном свете сиял особняк лорда. Тёмные окна говорили об отсутствии в нем жильцов.

— Что будет с особняком и со всем городом? — спросил я.

Их дальнейшая судьба была уже не в моих руках. В принципе, города в RPG управлялись игровой системой, а не NPC мэром, который в них жил, поэтому отсутствие Сайлона не должно повлиять на сам город. Но я не мог не заметить сильную грусть на лице Теано, которая появилась, когда она смотрела на особняк.

Не оборачиваясь к нам, она прошептала:

— Я думаю, что ничего не изменится, кроме того, что исчезли загадки. Только лорд Питагрюс, который создал Стахион. заботился о его управлении. Он бросил вызов страшному зверю-хранителю, вытащил из него золотой куб и использовал его силу для создания и связывания между собой каменных и деревянных кубов, из которых построен этот великий город.

— Что? Значит способность «Связывание» склеивала кубики? — удивлённо спросила Асуна.

Теано оглянулась и кивнула.

— Да, это его основное назначение. Но когда живое существо находится в пределах радиуса его действия, его тоже связывает. По словам лорда Питагрюса, золотой куб был прототипом оружия, созданного магами Альянса Девяти, который когда-то существовал на потерянных землях.

— …

Я посмотрел на Асуну. Кизмель рассказывала нам миф о создании Айнкрада и о Великом разделении, но я предположил, что это всего лишь эльфийская легенда. Кто же такой этот Питагрюс? Я поздно задумался об этом, но у меня не было настроения копаться в квесте «Проклятие Стахиона» после то, как мы его закончили. У нас было много других забот.

Например, Падшая эльфийка Кисара украла четыре священных ключа, которые мы собрали. И что ещё хуже, пропал таинственный Баксум, который использовал золотой куб, чтобы обездвижить всех нас в комнате с Боссом, и который пытался убить Теано, а может быть и всех участников рейда. АОА и АРД собирались провести экстренное совещание прямо в зале, но мы с Асуной не хотели, чтобы Теано и Мия услышали о нашем затруднительном положении в смертельной игре, и поэтому сопроводили их на седьмой этаж. Однако, эту ситуацию нельзя было игнорировать, поэтому я знал, что скоро мне придётся собрать основных членов обеих гильдий и рассказать им всё, что я знал о человеке в чёрном пончо и его банде. После того, как они стали свидетелями деяний Баксума, не составит большого труда убедить их в том, что в Айнкраде действует банда PK.

— Десять лет прошло с тех пор, как умер лорд Питагрюс…, — сказала Теано сходя с места, на котором она остановилась.

Мне пришлось напрячься, чтобы снова сосредоточиться на её истории.

— За эти десять лет таинственная сила, защищавшая куб, постепенно пропитывала город, создавая в Стахионе головоломки на каждой двери, точно так же, как она сделала в Столпе небес. Я не знаю, как лорд Питагрюс сдерживал силу куба, но я всегда надеялась обнаружить это вместе с Сайлоном, чтобы мы смогли убрать загадки, которые так мучили горожан. Но…

Теано замялась, а темнота скрывала её черты. Тихим голосом она продолжила:

— Но я не могла простить Сайлону убийство лорда Питагрюса в приступе гнева. Мы пообещали друг другу быть вместе, вот почему я хотела, чтобы он признал свой грех, раскаялся и подумал о том, что нужно сделать, чтобы действительно стать хранителем города. В течение долгих десяти лет я ждала того дня, когда он придёт ко мне…

Пока я смотрел как она качает головой, я, не задумываясь, задал вопрос, который часто крутился в моей голове.

— Теано, а что именно привлекло тебя в Сайлоне?

Асуна толкнула меня в бок, давая мне понять, что я задал потенциально грубый вопрос. Но Теано только мечтательно улыбнулась и посмотрела куда-то вдаль.

— Ещё в детстве он был безвольным и подозрительным, но гордым и всегда боролся с другими детьми…

«С детства? Они были друзьями с детства?» — задумался я и понял, что это правда.

Самый большой город шестого этажа был всего шестьсот метров шириной, и в два раза больше в длину. Дети одного возраста должны были знать друг друга.

— Но на самом деле он был очень добрым. С самого детства мне было поручено служить в особняке лорда Питагрюса. Я волновалась, и чтобы подбодрить меня он сказал: «Не переживай, я пройду испытание лорда Питагрюса и стану его учеником. Просто подожди меня». Он сдержал своё слово и мечтал, что в конце концов станет следующим лордом города, женится на мне, и мы будем жить в особняке вместе. Но когда он узнал, что его не выберут, его разочарование было очень велико…

— Что? Но, — я запнулся, быстро посмотрев на Асуну, — я думал, что Питагрюс выберет следующим лордом города тебя. Так что Сайлон не должен был так сильно переживать…

Теано на мгновение выглядела сбитой с толку, но затем быстро покачала головой. Лежащая на её плече Мия что-то пробормотала во сне, и мама нежно её успокоила. Затем она снова сосредоточилась на разговоре и опять покачала головой.

— Нет. Хотя лорд Питагрюс и научил меня всему, что касается головоломок, но это было для него просто игрой. Ему не нужен был наследник. Лорд Питагрюс был бессмертен и жил веками ещё до того, как построил Стахион.

— Что — что?! — закричал я и зажал рот рукой.

Как только я убедился, что Мия не проснулась, я продолжил более тихим голосом:

— Он… Он не мог умереть?

Я начинал задаваться вопросом, что, возможно, Питагрюс не был убит, и всё ещё жив, но Теано сделала отрицающий жест.

— Нет, я имела в виду, что у него была вечная жизнь. Он не мог умереть от старости. Когда я пришла в особняк, то он уже был стариком с седыми волосами, а дворецкий, который был старшим из всех слуг, утверждал, что Питагрюс выглядел так же, когда он был ребёнком.

— Значит, когда Сайлон узнал правду… — пробормотала Асуна, и Теано кивнула.

— Сайлон узнал, что лорд Питагрюс не умрёт от старости, и не будет никакого наследования должности. Я думаю, что гнев, разочарование и, возможно, даже страх, который он почувствовал, подтолкнули его на этот ужасный поступок. Как и сам этот город, лорд Питагрюс был свыше человеческого понимания…

Теано замолчала, и я понял, что мне больше не нужно поднимать тему о Сайлоне. Вместо этого я нащупал сумку на поясе и достал металлический ключ, который поднял в конце боя с Боссом.

— Теано, он должен быть у тебя, — сказал я, отдавая ей ключ.

Прежде, чем взять ключ, Теано мгновение его рассматривала. Взяв в руку объединённый ключ, она сказала:

— Значит, этот ключ всегда должен был быть единым. Лорд Питагрюс дал нам с Сайлоном эти ключи в наше восемнадцатилетие, но он не сказал, для чего они. Я никогда бы не догадалась, что они представляли собой ключ для извлечения золотого куба из тела зверя-хранителя. Зачем он отдал нам такую важную вещь?

У нас с Асуной не было ответа на этот вопрос.

В конце бета-версии квеста «Проклятие Стахиона» призрак Питагрюса простил Сайлону убийство, велел ему работать вместе с Теано на благо города и исчез. Другими словами, бета-Питагрюс назвал Сайлона и Теано своими преемниками.

Я задавался вопросом, возможно ли, что тоже самое случилось бы и с бессмертной версией Питагрюса, но я не мог поднять эту тему.

Вместо этого Асуна взяла на себя смелость сказать:

— Я уверена, что он любил тебя и Сайлона.

Не говоря ни слова, Теано снова посмотрела на далёкий особняк. Мне показалось, что на её лице что-то блеснуло, но когда она повернулась к нам, то снова мягко улыбалась.

— Возможно, ты права.

Теано положила ключ за воротник своих доспехов и потянулась назад, чтобы погладить голову спящей дочери. Она заставила нас дать обещание, что мы когда-нибудь снова посетим их, и унесла свою дочь с площади. Когда их полоски HP исчезли, в центре моего поля зрения появилось системное сообщение о том, что квест завершён. В отличие от бета-версии, мы не получили ни денег, ни предметов, но очков опыта было более чем достаточно, и мы с Асуной одновременно повысили свои уровни. Теперь я был двадцать второго уровня, а Асуна двадцать первого, но у меня не было ни сил, ни настроения для моего обычного прыжка радости.

Мы обменялись взглядами, сказали друг другу «поздравляю» и пожали руки. Казалось, что это привело Асуну в чувство, и, став более похожей на себя, она спросила:

— И что теперь? Мы вернёмся на седьмой этаж?

— Я умираю.

— Что?

— Мой бак полностью пуст. Примерно через три минуты я собираюсь потерять сознание и спать десять часов подряд.

Это вызвало в мою сторону один из обычных раздражённых взглядов Асуны. Она вздохнула:

— Это всё потому, что ты бродил всю прошлую ночь. Ох, нам же нужно вернуться в замок Гэлей. Мы должны извиниться перед стариком за пропавшие ключи.

— Ты права, но сейчас мне нужно поспать.

— Тогда давай останемся здесь. «Копыто Пегаса» подойдёт?

— Мне всё равно, лишь бы были одеяло и подушка.

Асуна снова покачала головой и, схватив меня за левую руку, потащила за собой. Она привела меня в большую гостиницу на северной стороне площади, и мы подошли к стойке регистрации. У стойки я уснул, но сквозь сон слышал, как Асуна заказала номер на третьем этаже и подтолкнула меня к лестнице.

Когда мы подошли к дверям в самом конце длинного коридора, Асуна что-то тихо прошептала. Я поднял тяжёлые веки и увидел, что моя напарница рассматривает нишу в стене рядом с дверью.

Это напомнило мне, что именно в этой комнате мы разговаривали с членами АРД о «Флаге гильдии» в день нашего прибытия на шестой этаж. Линд и Шивата безуспешно боролись с установленной в нише металлической загадкой, но теперь она исчезла.

Асуна потянулась, провела по пустой нише пальцами и, убрав руку, повернула дверную ручку. Раздался тихий щелчок, дверь распахнулась. Мы обменялись взглядами и, улыбнувшись, вошли в номер.

Номер был всё так же великолепен. В довольно большой гостиной комнате стоял стол с четырьмя стульями и диван, а в противоположных стенах были двери, ведущие в отдельные спальни.

Асуна спросила меня, какую комнату я бы хотел. Честно говоря, я мог просто поспать на диване, но я знал, что она меня отчитает, и поэтому сказал:

— Левую…

— Тогда я возьму правую. Спокойной ночи. И не забудь снять своё снаряжение, прежде чем упасть в постель.

— Спо… но…

Я пересёк гостиную по диагонали на полном автопилоте и повернул ручку двери на левой стене. В тёмной спальне я остался один и, открыв меню, дважды нажал кнопку «СНЯТЬ СНАРЯЖЕНИЕ». Оставшись только в нижнем белье, я упал лицом вниз на кровать. Почувствовав, что погружаюсь в мягкое одеяло, я напомнил себе, что ночи уже холодные, и одеялом нужно укрыться, но моё тело не слушалось.

Когда я играл соло на первом этаже и мне попадалось хорошее место, то для меня было обычным делом прокачиваться в течение двадцати четырёх часов подряд. Но сегодняшняя усталость была далеко за пределами того, что я ощущал раньше. Сегодня была не монотонная охота, где запоминание повторяющихся боевых схем позволяло моему разуму работать в течении долгого времени. Сегодня я постоянно ломал голову над тем, как приспособиться к различным ситуациям и опасностям, которые появлялись одна за другой. Но ведь то же самое происходило и с Асуной. Была ли она в лучшей форме, потому что использовала свой мозг чаще чем я? Если это так, то, если я хочу продолжать её защищать, мне нужно становиться умнее. Конечно, как её временный партнёр…

Мои мысли растаяли, и сознание начало погружаться в глубины бесконечной тьмы…

— Я поняла! Кирито, я поняла!

Дверь в мою спальню распахнулась, и в комнате раздался неприятно громкий крик триумфа. Загорелся свет, и сквозь веки, которые разжались лишь на пару миллиметров, я увидел, как в мою комнату вбегает Асуна в ночном белье.

— У тебя что? — с трудом спросил я.

— Числа! И не только это! — воскликнула Асуна, стуча руками по краю кровати напротив того места, где я лежал.

Я хотел сказать ей, чтобы она оставила это на завтра, но Асуна была так взволнована, что мне удалось перевернуться на бок и спросить:

— Какие числа…?

Асуна наклонилась ближе, и её карие глаза заблестели от волнения.

— Дверь в тайный дом Питагрюса в Сурибусе! Помнишь шестизначный код замка? Меня сводило с ума, что я не могла понять, что они означают!

Действительно, когда я сказал ей код замка, Асуна говорила, что цифры ей что-то напоминают.

— Там было… Шесть, два, восемь, четыре, девять, шесть? — спросил я, вырывая числа из памяти.

Асуна дважды кивнула.

— Точно, и это не просто случайная цепочка чисел. Это первые три совершенных числа.

— Совершенные числа?

Звучало знакомо, и я точно мог слышать об этом в школе. Любопытство заставило меня проснуться достаточно для того, чтобы я смог поддержать голову левой рукой.

— Что в них такого совершенного?

— Совершенное число — это целое число, которое равно сумме всех своих делителей. Смотри, делители шести — один, два и три, верно? Если их сложить, то получим шесть. Делители двадцати восьми — один, два, четыре, семь и четырнадцать, что в сумме составляет двадцать восемь. И четыреста девяносто шесть — это следующее такое число.

— О… Понятно…

Это было интересное открытие, но оно не казалось мне большим и важным событием. Просто тот, кто писал историю для квеста «Проклятие Стахиона», выбрал для кода замка первые три совершенных числа.

Но Асуна уже знала, о чем я думаю.

— Это ещё не всё! Итак, когда ты играл в бета-версию, ты видел маркер призрака Питагрюса?

— Да, видел.

— Как его звали? Как было написано его имя?

— Э-э… На самом деле мне кажется, что там было просто общее название «Беспокойная душа», без индивидуального имени.

— Значит, они и тогда это скрывали, — серьёзно ответила Асуна.

Затем, без предупреждения, она запрыгнула на кровать. Асуна перекатилась на бок рядом со мной и открыла окно меню так, чтобы я мог его видеть. Не подавая вида, что она заметила мой ошеломлённый вид, Асуна перешла на вкладку «СООБЩЕНИЯ» и использовала пустое поле для ввода сообщений в качестве блокнота для набора букв западного алфавита.

— Видишь ли, я думаю, что правильное написание имени Питагрюса будет таким. Мы просто никогда не видели, как пишется его имя, а только слышали, как оно произносится.

— Точно?

Я положил голову обратно на подушку и рассмотрел окно, в котором была следующая строка символов:

PYTHAGORAS

— П… Та… Тха… Что? Это так пишется его имя?

— Да, по правилам английского правописания. Тебе может быть всё ещё не понятно. Если бы ты был лучше знаком с японским произношением, или с правильным греческим.

— Японское произношение?

Совершенно растерянный, я снова посмотрел в меню. Я попытался произносить иностранные буквы так, чтобы они звучали на японском языке.

— Пи… Са… Гoрас? Пиза… Подожди, нет… Это должно быть… Подожди, это тот знаменитый математик?!

Девяносто процентов моей сонливости исчезли из-за притока адреналина. Я не был самым прилежным учеником в школе, но даже я знал это имя. Во втором семестре моего второго года средней школы, незадолго до того, как я попал в ловушку SAO, я узнал о древнегреческом математике, имя которого было связано с теоремой о сторонах прямоугольного треугольника. Он также был основателем какого-то математического клуба, названного его именем, и обнаружил целый набор математических свойств и концепций. И он был одним из тех, кто называл эти числа «совершенными».

— Так почему они просто с самого начала не сказали, что это Пифагор — проворчал я, зарабатывая смешок от Асуны.

— Вероятно, они хотели установить небольшую дистанцию между персонажем и исторической личностью, и именно поэтому они скрыли алфавитное написание его имени. В конце концов, он был только образцом для персонажа.

— А был ли силён настоящий Пифагор в решении головоломок?

— Нет, я никогда не слышала ничего подобного. И его никогда не называли Королём головоломок или чем-то похожим. Хотя, мне кажется, что его акцент на гармонии и целостности чисел связан с концепцией головоломок.

— Ну и ну…

Я перевернулся на спину и стал вспоминать события последних четырёх дней.

— А ведь настоящий Пифагор умер из-за своего последователя, — пробормотала Асуна.

— Точно?

— Это был человек, который хотел присоединиться к ордену Пифагора, но его отвергли. Из-за желания отомстить он поднял жителей города на протесты против Пифагора. Хотя я не помню, звали ли его Сайлон.

— Поднял их… — повторил я, думая уже не о Пифагоре, а о Человеке в чёрном пончо и его друзьях.

Проникший в АРД Баксум, который пытался украсть золотой куб, откуда-то знал, что открывает железный ключ, хотя этого не знала даже Теано. А кроме этого, он даже знал, как использовать силу золотого куба.

Как у Баксума оказался железный ключ, который Кисара забрала у нас с Мией? Каким образом Баксум и Человек в чёрном наладили свои отношения с Падшими?

Квест о проклятии закончился, и мы без потерь победили Босса шестого этажа, но нас окружали загадки и нерешённые проблемы. Если я хотел решить эти проблемы и защитить Асуну, то я должен стать сильнее. Достаточно сильным, чтобы сражаться с Кисарой один на один.

— Ах, да, Кирито.

Упоминание моего имени заставило мои полузакрытые веки снова подняться.

— Ч-что?

Асуна села и посмотрела прямо на меня.

— Покажи мне твои глаза.

— Хм?

Я удивлённо моргнул, не понимая, что задумала моя спутница.

— Когда в зале Босса ты прорвался через «Связывание», я увидела, что твои глаза сияют золотым светом.

— Что? Действительно? А сейчас?

— Сейчас они чёрные.

С облегчением я расслабился и позволил векам опуститься под взглядом карих глаз Асуны. Я почувствовал, что разум начал покидать моё тело, и понял, что действительно нахожусь на грани потери сознания.

Мягкая улыбка Асуны растворилась во тьме, и, засыпая, я услышал её тихий шёпот:

— Спокойной ночи, Кирито.

— Спокойной ночи, Асуна — сказал я, хотя и не был уверен, что эта фраза прозвучала вслух.