В военном деле ракеты использовались ещё в раннее Средневековье. Наиболее известной ракетной системой стала ракета Конгрева (Конгрива), принятая на вооружение в 1820-х гг. в Англии, а затем получившая распространение в других странах.

Неустранимым дефектом всех ракет было отсутствие стабилизации в полёте и, как следствие, огромное рассеивание. Конгрев попытался решить эту проблему, прикрепляя к корпусу ракеты длинный деревянный, реже железный шест. Позже стали шест вставлять в днище ракеты, чтобы обеспечить осевую симметрию.

Дальность стрельбы ракетами Конгрева достигала 2–3 км. Однако огромный разброс ракет делал их неэффективными в полевой войне. Наиболее успешно ракеты Конгрева использовались при запуске с катеров (барказов) при стрельбе по площадным целям, как, например, порты, города и т. д. Так, русские войска успешно использовали такие ракеты при штурме средневековых крепостей в Центральной Азии в 1840–1860-х гг. С появлением нарезной дальнобойной артиллерии боевые ракеты по всему миру были сданы в арсеналы, а на вооружении остались только сигнальные ракеты.

Но вот в 1941 г. реактивная артиллерия (системы залпового огня) стала грозным оружием в Красной армии, в вермахте, а затем в армиях западных союзников.

Дело в том, что конструкторы всех стран решили, что реактивные твердотопливные ракеты могут быть идеальным носителем химических боеприпасов, поскольку значительное рассеивание для них не играет особой роли. Важно число запущенных ракет, а потому и появились пусковые установки залпового огня.

В ходе работ по созданию химических ракет конструкторы параллельно решили несколько интересных задач: по стабилизации ракеты в полёте, по созданию эффективных пороховых двигателей и по конструированию пусковых установок для одновременного старта нескольких ракет.

2 июля 1941 г. Одиннадцатый день войны. В этот день немцы закончили ликвидацию окружённой группировки наших войск в районе Белостока и заканчивают уничтожение группировки под Новогрудком. 1-й германский армейский корпус подошёл к Риге. Рано утром на запад по Можайскому шоссе шла секретная автоколонна. В её составе были семь секретных пусковых установок БМ-13, одна 122-мм гаубица (для пристрелки), а также 44 грузовых автомобиля. Это была первая опытная советская ракетная батарея. Почти весь командный состав батареи был подобран из слушателей Военной артиллерийской академии Ф. Э. Дзержинского. Командир батареи — слушатель 1-го курса академии капитан Иван Андреевич Флёров. К батарее от Главного артиллерийского управления (ГАУ) был прикомандирован подполковник А. И. Кривошапов.

Батарея двигалась только ночью, а днём автомобили тщательно маскировались, ведь германская авиация постоянно охотилась за автомобилями на этом стратегическом шоссе.

На рассвете 4 июля батарея сосредоточилась в лесу в семи км южнее Смоленска, в полосе обороны 20-й армии. Подполковник Кривошапов и капитан Флёров выехали в штаб артиллерии фронта, где узнали, что эта армия нанесла контрудар по противнику с двух направлений — севернее и западнее Смоленска. Это затруднило, но не остановило наступление германских войск. В ночь на 14 июля немцы овладели Оршей. Ранним утром 14 июля Кривошапов и Флёров получили по радио вызов в штаб артиллерии Западного фронта. Генерал Г. С. Кариофилли, охарактеризовав тяжёлое положение наших войск, приказал до 15 ч. 30 мин. дать залп по железнодорожному узлу Орша. Поскольку станция и железнодорожные пути были сданы противнику в исправном состоянии, туда немедленно стали прибывать немецкие эшелоны с личным составом и материальной частью.

Батарея, совершив короткий марш-бросок к опушке леса восточнее Орши, в 15 часов заняла там новую огневую позицию. К этому времени уже был наскоро оборудован и наблюдательный пункт. И через 15 минут с боевых установок в небо взметнулись реактивные снаряды. Второй залп 94 снарядами был произведён в 17 ч. 20 мин. Стрельба велась из шести пусковых установок, так как на седьмой был повреждён электрический кабель от пульта управления стрельбой к пироконтактам снарядов.

Появление на фронте батареи капитана Флёрова стало полной неожиданностью для руководства абвера и вермахта. Главное командование сухопутных сил Германии 14 августа оповещало свои войска: «Русские имеют автоматическую многоствольную огнемётную пушку… Выстрел производится электричеством. Во время выстрела образуется дым… При захвате таких пушек немедленно сообщать».

Откуда взялось название «Катюша», доподлинно неизвестно. Любопытна версия Петра Гука: «И на фронте, и потом, после войны, когда знакомился с архивами, беседовал с ветеранами, читал их выступления в печати, я встречал самые разные объяснения тому, как грозное оружие получило девичье имя. Кое-кто считал, что начало было положено буквой «К», которую ставили воронежские коминтерновцы на своей продукции. В войсках ходила легенда, будто названы гвардейские миномёты по имени лихой девушки-партизанки, уничтожившей немало гитлеровцев. Возможно, «К» — это начальная буква завода «Компрессор». Ведь морские пушки имели индексы Б-14, Б-13, Б-24 — по названию завода «Большевик», а армейские — 3К, 8К и т. д. по названию завода им. Калинина.

Ну а широко распространённое название «Катюша» связано с бестолковой классификацией нашего ГАУ, которое именовало М-13 и снаряд, и реактивную систему в целом, а БМ-13 — и боевую машину в целом на самых разных автомобильных шасси, и её артиллерийскую часть. И солдатам, и офицерам было сложно разобраться в этой путанице, и они попросту всю реактивную матчасть именовали «Катюшей». Первые опыты с 82-мм и 132-мм ракетами были проведены в 1930–1933 гг. Калибр наших ракет периода Великой Отечественной войны 82 мм и 132 мм был определён диаметром пороховых шашек двигателя. Семь 24-мм пороховых шашек, плотно уложенных в камеру сгорания, дают диаметр 72 мм, толщина стенок камеры 5 мм, отсюда диаметр (калибр) ракеты 82 мм. Семь более толстых (40-мм) шашек таким же образом дают калибр 132 мм. Важнейший вопрос при конструировании реактивных снарядов — способ стабилизации. Наши конструкторы предпочли оперённые реактивные снаряды и придерживались этого принципа до конца войны.

В 1930-е годы были испытаны ракеты с кольцевым стабилизатором, не выходящим за габариты снаряда. Такими снарядами можно было стрелять из трубчатых направляющих. Но испытания показали, что с помощью кольцевого стабилизатора добиться устойчивого полёта невозможно. Затем были отстреляны 82-мм ракеты с размахом четырёхлопастного оперения в 200, 180, 160, 140 и 120 мм. Результаты были вполне определённые — с уменьшением размаха оперения уменьшается устойчивость полёта и кучность. Оперение же с размахом более 200 мм смещало центр тяжести снаряда назад, это также ухудшало устойчивость полёта. Облегчение оперения за счёт уменьшения толщины лопастей стабилизатора вызывало сильные колебания лопастей, вплоть до их разрушения.

В качестве направляющих для оперённых ракет были приняты желобковые направляющие. Опыты показали, что чем длиннее направляющие, тем выше кучность снарядов. Длина направляющих для РС-132 была принята максимальная (5 м), которая допускалась железнодорожными габаритами.

В декабре 1937 г. 82-мм реактивные снаряды были приняты на вооружение истребителей И-15 и И-16, а в июле 1938 г. снаряды РС-132 были приняты на вооружение бомбардировщиков.

В июле 1941 г. на вооружение реактивной артиллерии был принят авиационный реактивный снаряд РС-82, который получил индекс М-8.

Небольшое число этих снарядов имелось ещё до войны, а после начала войны был налажен их массовый выпуск. В сентябре 1941 г. — феврале 1942 г. в НИИ-3 была разработана новая модификация снаряда М-8, которая имела такую же дальность (около 5000 м), но почти в два раза больше взрывчатого вещества (581 г) по сравнению с авиационным снарядом (375 г). К концу войны был принят на вооружение 82-мм снаряд М-8 с баллистическим индексом ТС-34 и дальностью стрельбы 5,5 км. Стандартная установка, с которой запускались эти снаряды, получила индекс БМ-8-48.

В мае 1942 г. группа офицеров Главного управления вооружений разработала снаряд М-30, в котором к ракетному двигателю от М-13 присоединялась мощная надкалиберная головная часть, выполненная в форме эллипсоида, с максимальным диаметром 300 мм. После успешных полигонных испытаний, 8 июня 1942 г. Государственный комитет обороны (ГКО) издал постановление о принятии на вооружение М-30 и начале его серийного производства. В сталинские времена все важные проблемы решались быстро, и уже к 10 июля 1942 г. были созданы первые 20 гвардейских миномётных дивизионов М-30. Каждый из них имел трёхбатарейный состав, батарея насчитывала 32 четырёхзарядные одноярусные пусковые установки. Дивизионный залп, соответственно, составлял 384 снаряда. Ставка Верховного Главнокомандования приказала командующему гвардейскими миномётными частями генералу В. В. Аборенкову испытать новую реактивную систему во фронтовых условиях. В начале июля генерал выехал в район города Белёва, где в это время 61-я армия Западного фронта под командованием генерала П. А. Белова готовила локальную наступательную операцию. Туда срочно направили восемь только что сформированных дивизионов М-30, сведённых для удобства управления в полки.

Командующий армией определил цели — узлы сопротивления немцев в деревнях Аннино и Верхние Дольцы. Огневые позиции были выбраны с таким расчётом, чтобы стрельбу можно было вести на дальности, близкой к предельной, то есть 2400–2600 м. В этом случае рассеивание снарядов ожидалось меньшим. Но пусковые установки пришлось разместить на опасном расстоянии от переднего края противника, и они попадали в зону его ружейно-пулемётного огня. Это сразу же создало трудности с доставкой реактивных снарядов на огневые позиции. На автомашинах снаряды подвозить было нельзя — немцы их тут же бы обнаружили. Пришлось ночью доставлять снаряды на руках личного состава дивизионов.

Днём 5 июля на позиции немцев в Аннино и Верхних Дольцах с громоподобным рёвом обрушились два полковых залпа. Обе деревни были стёрты с лица земли, после чего пехота заняла их без потерь. Снаряды М-30 имели фугасную, химическую и зажигательную боеголовки. Однако в основном применялась фугасная боеголовка. За характерную форму головной части М-30 фронтовики называли его «Лукой Мудищевым» (герой одноимённой поэмы Баркова). Естественно, что это прозвище, в отличие от растиражированной «Катюши», официальная пресса предпочитала не упоминать. «Лука», подобно германским 28-см и 30-см снарядам, запускался из деревянного укупорочного ящика, в котором он доставлялся с завода. Четыре, а позже восемь таких ящиков ставили на специальную раму, в результате чего получалась простейшая пусковая установка. Мощная головная часть М-30 имела неудачную аэродинамическую форму, и кучность была в 2,5 раза хуже, чем у М-13. Поэтому снаряды М-30 применялись только массированно. На 1 км фронта прорыва было положено сосредотачивать не менее трех дивизионов М-30. Таким образом, на 1000-метровой линии обороны противника обрушивалось не менее 576 снарядов. По рассказам фронтовиков, часть снарядов М-30 застревала в укупорках и летела вместе с ними. Интересно, что думали немцы, наблюдая летящие на них кувыркающиеся деревянные ящики?

Мощность снарядов «Лука» (М-30 и М-31) производила большое впечатление как на противника, так и на наших солдат. О «Луке» на фронте ходило много разных предположений и выдумок. Одна из легенд состояла в том, что будто бы боевая часть ракеты начинена каким-то специальным, особо мощным взрывчатым веществом, способным сжигать всё в районе разрыва. На самом деле в боеголовках применялись обычные виды взрывчатки. Исключительный эффект действия снарядов достигался за счёт залповой стрельбы. При одновременном или почти одновременном взрыве целой группы снарядов вступал в силу закон сложения импульсов от ударных волн. Снаряды М-30 выпускались в трёх вариантах:

1) Фугасный снаряд с тупой головкой М-30 с баллистическим индексом ТС-16. Табличная дальность: минимальная 1800 м, максимальная 2500 м.

2) Фугасный снаряд М-30 с заострённой головкой с баллистическим индексом ТС-20. Табличная дальность: минимальная 1800 м, максимальная 2800 м.

3) Зажигательный снаряд М-30 с баллистическим индексом ТС-18. Табличная дальность: минимальная 1800 м, максимальная 3500 м.

Производство снарядов М-30 было прекращено по Постановлению ГКО с февраля 1943 г.

Существенным недостатком снаряда М-30 была малая дальность стрельбы. Этот недостаток частично устранили в конце 1942 г., когда был создан новый 300-мм фугасный реактивный снаряд М-31 с дальностью стрельбы в полтора раза больше. В М-31 головная часть была похожа на М-30, но вес корпуса головной части был уменьшен с 23,5 кг до 10,8 кг за счёт уменьшения толщины стенок с 7 мм до 4 мм. При этом вес взрывчатки в головной части не изменился по сравнению с М-30.

При попадании в грунт средней твёрдости и установке взрывателя на «З» (замедление) создавалась воронка диаметром 7–8 м и глубиной 2–2,5 м. Снаряд мог пробить кирпичную стену толщиной до 75 см. Разрыв 3–6 снарядов М-31 совершенно разрушал двух- и трехэтажное здание.

При разрыве снаряда с установкой снаряда на мгновенное действие зона поражения ударной волной живых неукрытых целей (в рост) составляла до 1900 м² (радиус поражающего действия ударной волны 20–25 м) и укрытых целей — до 500 м² (радиус 10–12 м). Мощное разрушительное фугасное действие снарядов М-31 (и М-30) объяснялось высоким содержанием в них взрывчатого вещества. Но, обладая сильными фугасными качествами, снаряд М-31 (как и М-30) в пробивном (ударном) действии уступал нереактивным артиллерийским снарядам, например, 122-мм и 152-мм осколочно-фугасным гранатам и особенно 203-мм фугасному снаряду. Это, в свою очередь, объяснялось малым относительным весом снаряда М-31 (относительный вес снаряда выражается отношением абсолютного веса снаряда в килограммах к кубу калибра снаряда в дециметрах), меньшей скоростью при встрече его с преградой. Недостаточная прочность тяжёлых реактивных снарядов М-31 и М-30, как и малое пробивное (ударное) действие, ограничивали использование их для стрельбы по бронированным и бетонированным целям.

В 1943 г. был создан реактивный снаряд улучшенной кучности М-31УК. Улучшенная кучность достигалась за счёт медленного проворота снаряда, компенсировавшего неравномерность работы двигателя. Для вращения снарядов М-31УК на его ракетной камере около центра тяжести было ввёрнуто четыре штуцера с Г-образными каналами. Благодаря вращению рассеивание снарядов существенно уменьшилось. В апреле 1944 г. реактивные снаряды М-31УК были приняты на вооружение взамен М-31.

Снаряды М-31 запускались с рамных пусковых установок, а также пусковых установок БМ-31-12 на шасси автомобиля «Студебеккер».

На Восточном фронте РСЗО были применены одновременно в Красной армии и вермахте, с разницей в 10 дней. Немцы использовали свои реактивные системы уже 22 июня под Брестом и в ряде других мест.

Вопреки расхожему мнению, первая РСЗО была принята на вооружение в вермахте, а не в Красной армии. Работы по созданию реактивного вооружения в Германии были начаты в 1929 г. при Морском министерстве, а в 1931 г. при Военном министерстве был создан специальный отдел, ведавший вопросами реактивного вооружения. Как и в СССР, наземные пусковые установки с неуправляемыми ракетами предназначались в основном для стрельбы химическими боеприпасами, то есть снарядами, начинёнными отравляющими веществами. Принципиально важным моментом для неуправляемых ракет стала проблема их стабилизации в полёте. Именно отсутствие эффективно действующей системы стабилизации тормозило развитие неуправляемых ракет, а совсем не косность мышления генералов, о чём любят разглагольствовать наши историки.

В СССР с середины 1930-х годов была принята исключительно крыльевая система стабилизации реактивных снарядов, хотя и предпринимались отдельные попытки создания опытных турбореактивных снарядов.

В Германии же в это время предпочитали стабилизацию реактивных снарядов вращением и отказались от крыльевых стабилизаторов. В результате у немецких реактивных снарядов дальность стрельбы была несколько меньше, чем у советских снарядов типа М-13 с крыльевыми стабилизаторами, но зато немцы выигрывали в кучности. Кроме того, для пуска турбореактивных снарядов немцы смогли использовать сравнительно короткие трубчатые направляющие, в отличие от длинных направляющих балочного типа в советских пусковых установках.

В конце 1930-х годов германским инженером Небелем был спроектирован 15-см реактивный снаряд и шестиствольная трубчатая установка, которую немцы называли шестиствольным миномётом. Испытания миномёта были начаты в 1937 г. Система получила наименование — 15-см дымовой миномёт типа «Д». В 1941 г. её переименовали в 15 cm Nb.W 41 (Nebelwerfer), то есть 15-см дымовой миномёт обр. 41. Естественно, что основным назначением «дымовых миномётов» была не постановка дымовых завес, а стрельба реактивными снарядами, начинёнными отравляющими веществами. Интересно, что советские солдаты называли 15 cm Nb.W 41 «Ванюшами», по аналогии с М-13, называемыми «Катюшами».

В ходе войны советские и германские конструкторы создавали новые образцы РСЗО, используя опыт противника, а иногда попросту копируя новинки друг у друга.

Послевоенная философия развития систем залпового огня во всём мире базировалась исключительно на разработках советских или германских конструкторов. В связи с этим в рамках нового «Музея ТМ» им будет уделено особое внимание. Однако в нашем «Музее» найдётся место и для послевоенных американских и даже китайских РСЗО.

3 марта 1928 г. на Главном Артиллерийском полигоне на Ржевке была запущена первая отечественная 82-мм ракета, двигатели которой работали на бездымном порохе. Пуск мины был произведён из миномёта системы Ван-Дерена.

Так была впервые испытана 82-мм неуправляемая ракета, получившая в 1941 г. индекс М-8. Откуда же взялся калибр 82 мм, ранее не встречавшейся ни в русской, ни в иностранной артиллерии? Калибр был определён размером семи пороховых шашек. Они вместе с реактивной каморой и дисковой диафрагмой составляли реактивный пороховой двигатель ракеты.

В 1930-е гт. были испытаны ракеты с кольцевым стабилизатором, не выходящим за габариты снаряда. Такими снарядами можно было стрелять из трубчатых направляющих. Но испытания показали, что с помощью кольцевого стабилизатора добиться устойчивого полёта невозможно. Затем были отстреляны 82-мм ракеты с размахом четырёхлопастного оперения в 200, 180, 160, 140 и 120 мм. Результаты были вполне определённые — с уменьшением размаха оперения уменьшается устойчивость полёта и кучность. Оперение же с размахом более 200 мм смещало центр тяжести снаряда назад, это также ухудшало устойчивость полёта. Облегчение оперения за счёт уменьшения толщины лопастей стабилизатора вызывало сильные колебания лопастей, вплоть до их разрушения. Характеристики некоторых модификаций снарядов М-8 представлены в таблице 1.

Таблица 1

Данные некоторых модификаций 82-мм реактивных снарядов М-8

Принятие на вооружение этих же снарядов для наземных войск затянулось по многим причинам, важнейшей из которых была их низкая кучность.

В июле 1941 г. на вооружение реактивной артиллерии был принят авиационный реактивный снаряд РС-82, который получил индекс М-8.

В сентябре 1941 г. — феврале 1942 г. в НИИ-3 была разработана новая модификация снаряда М-8, которая имела такую же дальность (около 5000 м), но почти в два раза больше взрывчатого вещества (581 г) по сравнению с авиационным снарядом (375 г).

К концу войны был принят на вооружение 82-мм снаряд М-8 с баллистическим индексом ТС-34 и дальностью стрельбы 5,5 км.

В первых модификациях реактивного снаряда М-8 применяли ракетный заряд, изготовленный из нитроглицеринового пороха баллистического типа марки Н. Заряд состоял из семи цилиндрических шашек с наружным диаметром 24 мм и диаметром канала 6 мм. Длина заряда была 230 мм, а вес 1040 г. Для увеличения дальности полёта снаряда ракетная камера двигателя была увеличена до 290 мм, а специалисты ОТБ завода № 98 после испытания ряда вариантов конструкций заряда отработали заряд из пороха НМ-2, состоявший из пяти шашек с наружным диаметром 26,6 мм, диаметром канала 6 мм и длиной 287 мм. Вес заряда составил 1180 г. С применением этого заряда дальность полёта снаряда увеличилась до 5,5 км.

Радиус сплошного поражения осколками снаряда М-8 (ТС-34) составлял 3–4 м, а радиус действительного поражения осколками 12–15 м. Проектирование пусковых установок для 82-мм реактивных снарядов в НИИ-3 не проводилось. Впервые работы над ними были начаты в июле 1941 г. в СКБ завода «Компрессор». В начале июля завод «Компрессор» изготовил два опытных образца пусковых установок с 38 направляющими. Один из образцов был установлен на шасси автомобиля ЗИС-5, второй — на шасси ЗИС-6.

На техническом совещании в СКБ завода «Компрессор», которое проводилось 9 августа 1941 г., было принято решение для повышения надёжности установки уменьшить количество направляющих до 36, так как их компоновка не исключала возможности задевания оперением ракеты (при малых углах стрельбы) за кожух винта горизонтального наведения. Установка получила индекс БМ-8-36.

^{Пусковая установка БМ-8-24 на шасси лёгкого танка Т-60.}

Пусковая установка БМ-8-36 была принята на вооружение Красной армии 6 августа 1941 г. и передана в серийное производство на заводы «Компрессор» и «Красная Пресня». К началу сентября 1941 г. заводы изготовили 72 установки этого типа, а к ноябрю — 270 установок.

В начале октября 1941 г. по заданию Главного управления вооружений гвардейских миномётных частей конструкторская группа СКБ завода «Компрессор», возглавляемая В. А. Тимофеевым, совместно с бригадой конструкторов из НИИ-3 разработала 24-зарядную пусковую установку БМ-8-24 на шасси лёгких танков Т-40 и Т-60. Установка предназначалась для стрельбы реактивными снарядами М-8 всех модификаций. Она отличалась высокой проходимостью, имела укрытие для боевого расчёта в корпусе танка и позволяла вести стрельбу прямой наводкой.

В июле — августе 1941 г. в НИИ-3 была спроектирована мотоциклетная установка для 82-мм реактивных снарядов. В коляске мотоцикла на специальной платформе было смонтировано 12 авиационных направляющих типа «флейта», снабжённых пиропистолетами. Правда, в серию эта установка не пошла.

В 1942 г. Горьковский завод фрезерных станков разработал 60-зарядную пусковую установку на шасси автомобиля ГАЗ-АА для 82-мм реактивных снарядов, но из-за перегрузки шасси широкого распространения она не получила. Было изготовлено всего 50 таких установок.

В марте 1942 г. на Горьковском заводе фрезерных станков создали проект и изготовили образец опытной пусковой установки на шасси американского грузовика «Студебеккер». Испытания проводились в начале апреля. При пуске реактивных снарядов сорвало крышу кабины, вылетели стёкла, и установка была снята с испытаний.

^{БМ-8-48 на базе американского грузовика «Форд-Мармон».}

Осенью 1941 г. испытывали 82-мм пусковую установку БМ-8-36 на шасси автомобиля ЗИС-5. Установка показала удовлетворительные баллистические качества, но не была принята на вооружение из-за плохой проходимости по фунтовым дорогам. Была спроектирована и пусковая установка БМ-8-36 на шасси ЗИС-6, но из-за нехватки шасси на вооружение эта пусковая установка принята не была.

Летом 1942 г. на вооружение поступило несколько пусковых установок для 82-мм ракет М-8 на шасси импортных автомобилей. Так, СКБ завода «Компрессор» смонтировало пусковую установку БМ-8-36 на автомобиле «Шевроле».

В апреле — июне 1942 г. в СКБ завода «Компрессор» конструкторской группой В. М. Васильева была спроектирована 48-зарядная пусковая установка БМ-8-48. Особенность её конструкции состояла в применении двух пакетов направляющих типа «балка» от пусковой установки БМ-8-24 на шасси танка Т-40. Эта пусковая установка стала основной для стрельбы реактивными снарядами М-8 и состояла на вооружении до конца войны. В качестве шасси для БМ-8-48 использовались в основном автомобили «Студебеккер» и «Форд-Мармон».

Таблица 2

Сравнительные данные снарядов 8 cm R.Sprgr и М-8

^{* Кучность советских ракет М-8 дана но таблицам стрельбы военного времени, где она была явно завышена.}

Наш противник тоже не дремал — командование войск СС решило принять на вооружение советские ракеты М-8 и М-13 и дало техническое задание фирме «Шкода» доработать их и запустить в крупносерийное производство.

В 1942 г. на базе 82-мм советского снаряда М-8 на заводе «Шкода» в Зброевке были созданы реактивные снаряды 8 cm R.Sprgr. Фактически это был новый снаряд, а не копия М-8, хотя внешне германский снаряд был очень похож на советский аналог. В отличие от турбореактивных снарядов, двигатель 8 cm R.Sprgr имел особое центральное сопло. Снаряд был снабжён четырёхперым стабилизатором. Однако, в отличие от советского снаряда, перья снаряда были поставлены косо под углом 1,5° к оси снаряда. За счёт этого происходило вращение снаряда в полёте. Скорость вращения была во много раз меньше, чем у турбореактивного снаряда и не играла никакой роли в стабилизации снаряда, но зато устраняла эксцентриситет тяги односоплового ракетного двигателя. А ведь эксцентриситет, то есть смещение вектора тяги двигателя из-за неравномерного горения пороха в шашках, и был основной причиной низкой кучности советских ракет типа М-8 и М-13.

Для сравнения с германским 8-см снарядом приведу в таблице 2 данные лучшего советского 82-мм снаряда М-8 (0-931), принятого на вооружение в 1944 г. и имевшего баллистический индекс ТС-34. Из таблицы видно, что снаряд фирмы «Шкода» имел большую дальность стрельбы, содержал больше взрывчатого вещества и имел лучшую кучность, чем самый лучший образец советского снаряда типа М-8 — снаряд 0-931, принятый на вооружение в 1944 г.

Что же касается пусковой установки германских 8-см снарядов, то она почти полностью была «содрана» с советской. Пусковая установка имела 48 направляющих, установленных в два ряда. Как и у М-8, ведение снаряда по направляющим производилось Т-образными штифтами, соединёнными с корпусом снаряда. Длина направляющих составляла около двух метров, а вес пусковой установки без ракет и шасси — 1290 кг.

^{Пусковая установка германских 8-см снарядов на трофейном французском полугусеничном автомобиле «Сомуа» MCL.}

В качестве шасси для пусковой установки немцы использовали бронированный полугусеничный автомобиль «Мул», на котором взамен 15-см десятиствольного миномёта было установлено 48 направляющих 8-см ракет. Кроме того, использовался и трофейный французский полугусеничный автомобиль «Сомуа» MCL. 8-см реактивные установки использовались исключительно в войсках СС. После капитуляции почти вся документация, касающаяся их, была уничтожена. Так что существуют лишь обрывочные сведения о производстве и боевом применении 8-см ракет.

Первые стрельбы 132-мм неуправляемыми ракетами были проведены в СССР в 1930–1933 гг. Опытным путём была выбрана перьевая система стабилизации. В качестве направляющих для оперённых ракет были приняты желобковые направляющие. Опыты показали, что чем они длиннее, тем выше кучность снарядов. В итоге длину приняли максимальной, которая допускалась железнодорожными габаритами — 5 м.

До 1935 г. шашки из пороха ПТП имели длину 57,5 мм, и их в двигатели ракет укладывали по пять последовательно, а с 1936 г. начали применять 287,5-мм шашки из пороха Н. Вес заряда увеличился с 3 до 3,5 кг.

Для ВВС выпускались осколочно-фугасные снаряды РС-132 и бронебойные РБС-132. Исходно, основными снарядами для наземных пусковых установок считались химические боеприпасы. В 1936 г. в НИИ-3 для полевой артиллерии был создан ракетно-химический снаряд РХС-132. Его могли снаряжать стойким — СОВ (иприт) и нестойким — НОВ (синильная кислота) веществами. Вес снаряда 39,5–43,1 кг. Дальность стрельбы таким боеприпасом составляла 8165–8900 м. В 1938 г. создали автомобильные установки МУ-132 с 24 направляющими для химических снарядов. Боевая часть одного РХС вмещала восемь литров отравляющих веществ, а в артиллерийских снарядах аналогичного калибра помещалось всего два литра. Для создания мёртвой зоны на площади 12 га было достаточно одного залпа с трёх грузовиков, что заменяло 150 гаубиц или три артиллерийских полка. На дистанции 6 км площадь заражения ОВ одним залпом составляла 6–8 га. Недостатком снарядов была необходимость вставлять капсулы с ОВ незадолго до пуска, то есть, ОВ не могли постоянно находиться в ракетах.

По ряду причин химические боеприпасы не использовались во Второй мировой войне. Дымовые и зажигательные снаряды применялись крайне редко. Подавляющее большинство выпущенных 132-мм реактивных снарядов были осколочно-фугасными.

С 28 сентября по 9 ноября 1939 г. на научно-исследовательском артиллерийском полигоне (НИАП), восточнее Ленинграда, прошли полигонные испытания 132- и 203-мм осколочно-фугасных реактивных снарядов и нескольких вариантов пусковых установок. Испытания выдержали только пусковая установка МУ-2 (БМ-13) и реактивный снаряд РОФС-132 (М-13). Любопытно, что начало малосерийного производства М-13 произошло без официального принятия его на вооружение. В течение 1940 г. заводы изготовили всего 1000, а до 1 мая 1941 г. — 10 788 снарядов М-13. Незначительны были заказы и по пусковым установкам.

В январе 1941 г. Наркомат общего машиностроения получил от ГАУ заказ на изготовление в течение 1941 г. (причём исключительно во втором и третьем кварталах) всего лишь 40 пусковых установок БМ-13.

17 июня 1941 г. на подмосковном полигоне в присутствии высшего военного руководства состоялись показательные стрельбы снарядами М-13. Стреляли два опытных образца боевой машины БМ-13. Из них одна была заряжена осколочно-фугасными реактивными снарядами РС-132, а вторая — 132-мм зажигательными снарядами. Испытания были признаны успешными, и 21 июня 1941 г. было принято Постановление Правительства о развёртывании крупносерийного производства снарядов М-13 и боевых машин БМ-13. Основным направлением совершенствования ракет в ходе Великой Отечественной войны стало улучшение кучности (поскольку РС были неэффективны при стрельбе по малоразмерным целям), а также увеличение веса боевой части и дальности полёта. В ходе войны отечественные конструкторы создали снаряд М-13 уменьшенной дальности с баллистическим индексом ТС-14, который отличался от классического М-13 (ТС-13) только меньшим весом порохового двигателя, меньшей дальностью, но несколько большей кучностью на той же дистанции, а также большей крутизной траектории (гаубичностью). Снаряд с индексом ТС-14 имел взрыватель ГВМЗ, а в качестве топлива использовался пироксилиновый порох. На снарядах было написано красной краской: «Уменьш. дальн.».

В 1942 г. появился снаряд М-13 с баллистическим индексом ТС-29. Эти ракеты отличались от М-13 с баллистическим индексом ТС-13 дополнительным переходным дном, посредством которого головная и цилиндрическая части снарядов соединялись на резьбе. Взрыватель снаряда ГВМЗ. В качестве топлива использовался нитроглицериновый порох.

В 1943 г. в производство запустили снаряды М-13 со сварным корпусом с баллистическим индексом ТС-39. Снаряды имели взрыватель ГВМЗ. В качестве топлива использовался порох НМ-4.

Основной причиной низкой кучности реактивных снарядов типа М-13 (ТС-13) был эксцентриситет тяги реактивного двигателя, то есть смещение вектора тяги от оси ракеты из-за неравномерного горения пороха в шашках. Это явление легко устраняется при вращении ракеты. В этом случае импульс силы тяги будет всегда совпадать с осью ракеты. Вращение, придаваемое оперённой ракете с целью улучшения кучности, называется проворотом. Ракеты с проворотом не следует путать с турбореактивными ракетами. Скорость проворота оперённых ракет составляла несколько десятков, в крайнем случае сотен оборотов в минуту, что не достаточно для стабилизации снаряда вращением.

В 1943 г. на фронте были захвачены германские реактивные снаряды 8 cm R.Sprgr — реплика советских М-8, но с косоугольными стабилизаторами. В июле 1944 г. на вооружение поступили снаряды М-13 (ТС-46), отличавшиеся от обычных невращающихся ТС-13 только изогнутым косопоставленным оперением, за счёт которого происходил проворот снаряда в полёте. Реактивные снаряды с проворотом за счёт энергии пороховых газов у нас называли УК — улучшенной кучности, например М-13УК.

М-13УК по своему устройству отличался от М-13 тем, что на переднем центрирующем утолщении имелись 12 тангенциальных отверстий, через которые вытекала часть пороховых газов. Отверстия просверлены так, что пороховые газы, вытекая из них, создавали вращающий момент. Снаряды М-13УК-1 отличались от снарядов М-13УК устройством стабилизаторов. В частности, стабилизаторы М-13УК-1 изготовлялись из стального листа.

Эффективным средством для проворота любых оперённых РС стали спиральные направляющие. Испытания их опытных образцов начались в середине 1944 г. Помимо вращения снарядов, спиральные направляющие обладали большей живучестью по сравнению с прямолинейными, то есть были менее подвержены действию пороховых газов.

Данные реактивных снарядов М-13 ^{* — при угле 14°20′. ** — при угле 45°.}

К апрелю 1945 г. было изготовлено 100 боевых машин Б-13СН (СН — спиральные направляющие) и сформированы первые подразделения, вооружённые ими. При стрельбе из БМ-13СН кучность снарядов М-13 и М-13УК была практически одинакова. Ракеты М-13 давали радиус сплошного поражения осколками 8–10 м (при установке взрывателя на «О» — осколочное) и действительного поражения — 25–30 м. В грунте средней твёрдости при установке взрывателя на «З» (замедление) создавалась воронка диаметром 2–2,5 м и глубиной 0,8–1 м.

Вторым направлением развития отечественных реактивных снарядов стало создание мощных фугасных снарядов, поскольку фугасное действие реактивного снаряда М-13 было невелико. В июне 1942 г. на вооружение приняли фугасный 132-мм снаряд М-20, который отличался от М-13 более тяжёлой головной частью и, соответственно, меньшей дальностью стрельбы. М-20 имел калиберную боевую часть, то есть боевая часть имела тот же диаметр (132 мм), что и двигатель.

В ходе боевого применения снарядов М-20 выяснилось, что из-за большой длины головной части они имели недостаточное фугасное действие, а из-за тонких стенок — незначительное осколочное действие. В 1943 г. М-20 сняли с вооружения, а в июле 1944 г. прекратили его производство. За период с начала выпуска в сентябре 1942 г. по июль 1944 г. промышленность изготовила 560 600 боеприпасов М-20.

В 1942 г. сотрудники НИИ-3 В. Г. Бессонов и другие разработали проект 132-мм реактивного снаряда увеличенной дальности, получившего индекс М-13ДД. Это был первый реактивный боеприпас с двухкамерным ракетным двигателем. Обе камеры представляли собой штатные камеры от М-13, соединённые промежуточным соплом, имевшим восемь косонаклонных отверстий. Ракетные двигатели работали одновременно. Головную часть для М-13ДД позаимствовали у штатного М-13. Снаряд М-13ДД прошёл полигонные испытания на Урале, после чего его доработали, и 15–16 марта 1943 г. на подмосковном полигоне провели повторные полигонные испытания. После войсковых испытаний М-13ДД в октябре 1944 г. был прият на вооружение.

Несколько слов о пусковых установках снарядов М-13. БМ-13 на автомобиле ЗИС-6 с 16-ю пятиметровыми направляющими официально приняли на вооружение в августе 1941 г., хотя к этому времени десятки установок уже находились на фронте. Поскольку производство ЗИС-6 было прекращено 16 октября 1941 г., артиллерийскую часть М-13 начали устанавливать на импортные автомобили «Интернейшнл», «ДжиЭмСи», «Остин», «Форд-Мармон» и др.

^{Установка БМ-13СН со спиральными направляющими на шасси американского грузовика «Студебеккер» US-6. 1944 г.}

В апреле 1943 г. взамен 10 типов боевых машин для М-13 была принята «нормализованная боевая машина» БМ-13Н на шасси «Студебеккер» US-6, которая могла стрелять и снарядами М-20, но только с верхних направляющих.

БМ-13СН (спиральные направляющие) на базе «Студебеккера» приняли на вооружение в октябре 1944 г. БМ-13СН могла стрелять снарядами М-13ДД, М-13, М-13УК и М-20. Боевые машины на шасси иностранных грузовиков находились на вооружении до конца 1950-х гг. Однако уже с конца 1940-х гг. начался выпуск боевых машин на базе отечественной автотехники:

— БМ-13Н на шасси полноприводного автомобиля ЗИС-151 (индекс ГРАУ — У-9416);

— БМ-13НМ на шасси автомобиля ЗИЛ-157 (индекс ГРАУ — 2Б7);

— БМ-13НММ на шасси автомобиля ЗИЛ-131 (индекс ГРАУ — 2Б7Р).

Артиллерийская часть всех этих машин совершенно одинаковая, за исключением Б-13НММ, которая имела подножку для наводчика.

Значительное число боеприпасов типа М-13 хранилось на складах как минимум до 1991 г. Попытки модернизировать снаряд М-13 путём создания 132-мм РС с крыльевой стабилизацией (М-13А), начатые в 1947 г. в НИИ-125 и НИИ-6, закончились неудачей. В итоге 25 ноября 1952 г. взамен М-13 приняли на вооружение 140-мм турбореактивный снаряд М-14-ОФ.

В мае 1942 г. группа офицеров Главного управления вооружений разработала снаряд М-30, в котором к ракетному двигателю от М-13 присоединялась мощная надкалиберная головная часть, выполненная в форме эллипсоида, с максимальным диаметром 300 мм.

После успешных полигонных испытаний, 8 июня 1942 г. Государственный комитет обороны (ГКО) издал постановление о принятии на вооружение М-30 и начале его серийного производства. В сталинские времена все важные проблемы решались быстро, и уже к 10 июля 1942 г. были созданы первые 20 гвардейских миномётных дивизионов М-30. Каждый из них имел трехбатарейный состав, батарея насчитывала 32 четырёхзарядные одноярусные пусковые установки. Дивизионный залп, соответственно, составлял 384 снаряда.

Ставка Верховного Главнокомандования приказала командующему гвардейскими миномётными частями генералу В. В. Аборенкову испытать новую реактивную систему во фронтовых условиях. В начале июля генерал выехал в район города Белёва, где в это время 61-я армия Западного фронта под командованием генерала П. А. Белова готовила частную наступательную операцию. Туда срочно направили восемь только что сформированных дивизионов М-30, сведённых для удобства управления в полки.

Командующий армией определил цели — узлы сопротивления немцев в деревнях Аннино и Верхние Дольцы. Огневые позиции были выбраны с таким расчётом, чтобы стрельбу можно было вести на дальности, близкой к предельной, то есть 2400–2600 м. Днём 5 июня на позиции немцев в Аннино и Верхних Дольцах с громоподобным рёвом обрушились два полковых залпа. Обе деревни были стёрты с лица земли, после чего пехота заняла их без потерь.

Боевые испытания показали, что дивизион М-30 залпом из 384 снарядов на дальность 2600 м создавал плотность огня на площади 18 гектаров, равную 14 снарядам на гектар. Этого было недостаточно для надёжного подавления опорных пунктов. На такую площадь требовалось выпустить не менее 20 снарядов, то есть нужно было подключить, по крайней мере, ещё одну батарею. Тогда же выявилось, что для 96 пусковых установок дивизиона М-30 трудно выбрать и оборудовать огневую позицию — она оказывалась вытянутой по фронту на десятки метров. С учётом результатов испытаний штаб формирования гвардейских миномётных частей в июле перешёл к созданию отдельных дивизионов М-30 двухбатарейного состава по 24 пусковые установки в батарее. Залп дивизиона составлял теперь 288 реактивных снарядов. Необходимую плотность огня было решено достигать, привлекая к стрельбе по одной площади два-три дивизиона.

Снаряды М-30 имели фугасную, химическую и зажигательную боеголовки. Однако в основном применялась фугасная боеголовка. За характерную форму головной части М-30 фронтовики называли его «Лукой Мудищевым» (герой одноимённой поэмы Баркова). Естественно, что это прозвище, в отличие от растиражированной «Катюши», официальная пресса предпочитала не упоминать. «Лука», подобно германским 28-см и 30-см снарядам, запускался из деревянного укупорочного ящика, в котором он доставлялся с завода. Четыре, а позже восемь таких ящиков ставили на специальную раму, в результате чего получалась простейшая пусковая установка.

Мощная головная часть М-30 имела неудачную аэродинамическую форму, и кучность была в 2,5 раза хуже, чем у М-13. Поэтому снаряды М-30 применялись только массированно. Снаряды М-30 выпускались в трёх вариантах:

1) Фугасный снаряд с тупой головкой М-30 с баллистическим индексом ТС-16. Табличная дальность: минимальная 1800 м, максимальная 2500 м.

2) Фугасный снаряд М-30 с заострённой головкой с баллистическим индексом ТС-20. Табличная дальность: минимальная 1800 м, максимальная 2800 м.

3) Зажигательный снаряд М-30 с баллистическим индексом ТС-18. Табличная дальность: минимальная 1800 м, максимальная 3500 м.

Производство снарядов М-30 было прекращено по Постановлению ГКО с февраля 1943 г.

Существенным недостатком снаряда М-30 была малая дальность стрельбы. Этот недостаток частично устранили в конце 1942 г., когда был создан новый 300-мм фугасный реактивный снаряд М-31 с дальностью стрельбы в полтора раза больше. В М-31 головная часть была похожа на М-30, но вес корпуса головной части был уменьшен с 23,5 кг до 10,8 кг за счёт уменьшения толщины стенок с 7 мм до 4 мм. При этом вес взрывчатки в головной части не изменился по сравнению с М-30.

При попадании в грунт средней твёрдости и установке взрывателя на «З» (замедление) создавалась воронка диаметром 7–8 м и глубиной 2–2,5 м. Снаряд мог пробить кирпичную стену толщиной до 75 см. Разрыв 3–6 снарядов М-31 совершенно разрушал двух- и трехэтажное здание.

При разрыве снаряда с установкой снаряда на мгновенное действие зона поражения ударной волной живых неукрытых целей (в рост) составляла до 1900 кв. м (радиус поражающего действия ударной волны 20–25 м) и укрытых целей — до 500 кв. м (радиус 10–12 м). Мощное разрушительное фугасное действие снарядов М-31 (и М-30) объяснялось высоким содержанием в них взрывчатого вещества. Но, обладая сильными фугасными качествами, снаряд М-31 (как и М-30) в пробивном (ударном) действии уступал нереактивным артиллерийским снарядам, например, 122-мм и 152-мм осколочно-фугасным гранатам и особенно 203-мм фугасному снаряду.

Стрельба снарядами М-31 на дальность менее 300 м не производилась вследствие большого (свыше 500 м) рассеивания по дальности.

В 1943 г. был создан реактивный снаряд улучшенной кучности М-31УК. Улучшенная кучность достигалась за счёт медленного проворота снаряда, компенсировавшего неравномерность работы двигателя. Для вращения снарядов М-31УК на его ракетной камере около центра тяжести было ввёрнуто четыре штуцера с Г-образными каналами. Благодаря вращению рассеивание снарядов существенно уменьшилось.

В апреле 1944 г. реактивные снаряды М-31УК были приняты на вооружение взамен М-31.

Для стрельбы снарядом М-30 была разработана пусковая установка рамного типа, принятая на вооружение в июне 1942 г. Установка представляла собой раму из стальных балок, устанавливаемую на грунте с помощью стойки и сошника. В войсках её называли «рама М-30».

Первоначально станок предназначался для пуска четырёх снарядов, которые укладывались в деревянные укупорочные ящики, но с весны 1943 г. стали применять двухрядный способ заряжания, то есть пуск 8-ми снарядов. Залп бригады М-30 — 1552 снаряда с 288 рам, дивизии — 3456 снарядов с 864 рам. На переход дивизиона (36 рам) из походного положения в боевое уходило от 3 до 10 ч, а для перезарядки рам — 2 ч.

В конце 1943 г. были приняты на вооружение 6- и 8-зарядные рамы для М-31. В феврале — марте 1944 г. для стрельбы снарядами М-31, а позже и М-31УК СКБ «Компрессор» разработал 12-зарядную БМ-31-12 на шасси автомобиля «Студебеккер». Первоначально пусковая установка предназначалась для стрельбы из деревянных укупорочных ящиков. Позже перешли на стрельбу с направляющих сотового типа. Каждая направляющая ячейка сотового типа состояла из четырёх труб диаметром 32 мм и длиной 3 м, находившихся внутри связывающих их восьмигранных обойм. Трубы и ячейки располагались относительно друг друга так, что в поперечном сечении образовывали квадрат, в который вписывалась окружность диаметром 306 мм.

Особо следует отметить действие тяжёлых реактивных снарядов в завершающем сражении Великой Отечественной войны — битве за Берлин.

Всего к участию в Берлинской операции привлекалось более 44 тысяч орудий и миномётов, а также 1785 пусковых станков М-30 и М-31, 1620 боевых машин реактивной артиллерии (219 дивизионов).

Данные тяжёлых фугасных снарядов ^{* — К моменту принятия таких индексов ГАУ этих снарядов на вооружении уже не было.}

В боях за Берлин части реактивной артиллерии использовали богатый опыт, приобретённый ими в боях за Познань, который заключался в стрельбе прямой наводкой одиночными снарядами М-31, М-20 и даже М-13.

На первый взгляд такой способ ведения огня может показаться примитивным, но тем не менее результаты его оказались весьма эффективным. Для ведения такого огня в гвардейских миномётных частях создавались штурмовые группы. Состав группы был примерно следующий: офицер — командир группы, электротехник, 25 сержантов и солдат для штурмовой группы М-31 и 8-10 — для штурмовой группы М-13.

^{12-зарядная установка БМ-31-12 на базе грузовика «Студебеккер».}

Получив задачу на разрушение объекта, командир группы выбирал огневую позицию на возможно близком расстоянии от цели (чаще всего в доме, расположенном против цели); снаряды располагались на подоконниках, в проёмах окон, балконных дверей и т. п. Дальность стрельбы колебалась в пределах 50–200 м; в отдельных случаях огонь вёлся на дальность около 400 м. При стрельбе на дальность 100–150 м снаряд М-31 при встрече с преградой под прямым углом пробивал кирпичную стену толщиной до 80 см. Сразу после войны взамен М-31УК началась разработка снаряда М-31А. Новый снаряд должен был лететь на 6–7 км. Разработку М-31А в 1946 г. поручили КБ Министерства сельского (!) хозяйства.

Работы параллельно шли над четырьмя вариантами М-31А: с крыльевыми стабилизаторами с размахом оперения 400 и 460 мм и над двумя турбореактивными вариантами, созданными на базе германского опыта. В 1947 г. стало ясно, что крыльевые варианты «не тянут», и дорабатывался только турбореактивный вариант. В итоге 22 марта 1957 г. был принят на вооружение 240-мм турбореактивный снаряд М-24. Но об этом мы расскажем позже.

В вводной статье к «Музею», которая называлась «Реактивные системы залпового огня», уже говорилось о применении 82-мм и 132-мм снарядов с истребителей И-15, И-16 и бомбардировщиков СБ в 1937–1940 гг. В 1940 г. на вооружение ряда авиационных частей РККА были приняты снаряды РС-82 и PC-132. В 1940 г. заводы наркомата боеприпасов выпустили 125,1 тыс. ракет РС-82 и 31,68 тыс. ракет PC-132. В первом полугодии 1941 г. было выпущено 240 тыс. снарядов РС-82 и 34 тыс. снарядов PC-132 и РОФС-132.

К началу Великой Отечественной войны 82-мм реактивные снаряды состояли на вооружении истребителей-бипланов И-15бис и И-153. Самолёты не имели бронирования жизненно важных частей. Боевая нагрузка этих штурмовиков включала до 150 кг бомб или (4–8) × РС-82, а также четыре пулемёта нормального калибра: ПВ-1 — на И-15бис и ШКАС — на И-153. Первое применение реактивных снарядов нашей авиацией было в целом неудачно. Одной из причин этого стало нежелание лётчиков на небронированных машинах подлетать близко к цели. Снаряды запускались в основном с дистанции 600–700 м, то есть вне предельной досягаемости пулемётного огня с земли. Поэтому в июле — сентябре 1941 г. на НИП АВ ВВС КА (Научно-испытательный полигон авиационного вооружения ВВС Красной армии) были проведены стрельбы реактивными снарядами РС-82 и PC-132. Они показали малую эффективность стрельбы ими по малоразмерным целям, и особенно по танкам. В то же время массированное применение реактивных снарядов по площадным и линейно вытянутым целям (по колоннам войск) давали определённый эффект.

В ходе испытаний на НИП АВ ВВС КА средний процент попаданий снарядов РС-82 в неподвижный танк при стрельбе с дистанции 400–500 м составил 1,1 %, а в плотную колонну танков — 3,7 %. В последнем случае из 186 выпущенных снарядов в танки попало семь снарядов. Разрывы снарядов на расстоянии 1–3 м от танков особых повреждений не наносили.

Со снарядами PC-132 дело обстояло ещё хуже. Из 134 выпущенных снарядов ни один не попал в танк.

Для борьбы с танками в 1941 г. в PHИИ были созданы авиационные реактивные бронебойные снаряды РБС-82 и РБС-132. Эти снаряды были созданы на базе РС-82 и PC-132. Бронебойные снаряды были оснащены бронебойными боевыми частями. Кроме того, РБС-82 имел более мощный двигатель, его вес увеличился до 15 кг.

Для поражения танков снарядами РС-82 и PC-132 требовалось только прямое попадание снаряда, так как при разрыве снаряда вблизи танка существенных повреждений не получал. Реактивные бронебойные снаряды РБС-82 и РБС-132 при попадании по нормали пробивали 50-мм и 75-мм танковую броню соответственно. Причём, как показали полигонные испытания, РБСы пробивали танковую броню и затем взрывались, нанося сильные разрушения внутри танка и уничтожая экипаж.

Впервые реактивные снаряды РБС-132 и РОФС-132 были с успехом испытаны в бою в августе 1941 г. экипажами 174-го штурмового авиаполка 11-й смешанной авиадивизии на Западном фронте. До этого бронебойные и осколочно-фугасные снаряды в июне — июле 1941 г. успешно прошли полигонные испытания на НИП АВ ВВС КА на самолётах СБ, Пе-2, Ил-2 и Су-2. В выводах отчёта по испытаниям (№ 0032 от 21 сентября 1941 г.) рекомендовалось увеличить ракетное вооружение Ил-2 до 12 снарядов. По результатам испытаний заместитель начальника Главного управления ВВС генерал Ф. И. Жаров и начальник ВВС ВМФ генерал С. Ф. Жаворонков 27 сентября 1941 г. направили письмо № НВ-13022сс заместителю председателя ГКО Н. М. Вознесенскому с предложением о немедленной постановке РБС-132 на вооружение ВВС КА и ВМФ. После согласования ряда вопросов с командующим миномётными частями Ставки Главнокомандования полковником Аборенковым в ГКО приняли решение о проведении сравнительных войсковых испытаний ракетных снарядов нового типа с целью определения наилучшего из них. Испытания эти проводились с ноября 1941 г. по январь 1942 г. экипажами 312-го и 519-го штурмовых авиаполков 47-й смешанной авиадивизии на московском направлении.

Но, несмотря на отличные результаты боевого применения бронебойных и осколочно-фугасных реактивных снарядов, наркомат вооружений так и не смог наладить их устойчивое серийное производство почти до середины войны. Массовое применение РБС-132 и РОФС-132 началось лишь с весны 1943 г., а РБС-82 — только с лета 1944 г. В 1942 г. авиационные снаряды РС-82 и РС-132 были модернизированы и получили индексы М-8 и М-13.

В 1941–1945 гг. важную роль в победе над врагом играли речные флотилии. Главной ударной силой были бронекатера и миномётные катера. Естественно, что в начале войны морякам пришло в голову вооружить катера пусковыми установками с ракетами М-13 и М-8. Причём корабельные пусковые установки изготовлялись как на заводах, так и в ремонтных мастерских флотов и флотилий. В феврале 1942 г. Артуправление ВМФ выдало техническое задание СКБ завода «Компрессор» на проектирование корабельных артиллерийских установок для реактивных снарядов М-13 и М-8. Разработка этих проектов была завершена СКБ под руководством В. П. Бармина в мае 1942 г.

Установка М-8-М обеспечивала пуск 24-х 82-мм снарядов М-8 за 7–8 с. Установка М-8-М была башенно-палубного типа и состояла из качающейся части (блока направляющих на ферме), прицельного устройства, механизмов наведения и электрооборудования.

Установка M-13-MI обеспечивала с восьми двутавровых направляющих (балок) пуск 16 снарядов М-13 за 5–8 с. Установка M-13-MI была надпалубного типа и могла быть смонтирована на крыше боевой рубки бронекатера (по предложению СКБ) или устанавливаться вместо кормовой артиллерийской башни бронекатеров проекта 1124. В мае 1942 г. первую установку M-13-MI отправили с завода «Компрессор» в город Зеленодольск, где она была установлена на бронекатер проекта 1124. Несколько позже в Зеленодольск была доставлена и установка М-8-М. Опытный образец установки M-1-13MI был установлен на бронекатере БКА № 41 (с 18 августа 1942 г. — № 51), заводской № 314, проекта 1124, а опытный образец установки М-8-М — на бронекатере БКА № 61 (заводской № 350) проекта 1125. Акт испытаний установки M-13-MI на бронекатерах был утверждён 17 июля 1942 г.

Приказом наркома ВМФ от 29 ноября 1942 г. реактивные установки М-8-М и M-13-MI были приняты на вооружение. Промышленности выдали заказ на изготовление 20 установок M-13-MI и 10 установок М-8-М.

В августе 1942 г. на заводе «Компрессор» была изготовлена пусковая установка M-13-MII для 32-х 132-мм снарядов М-13. Установка M-13-MII была башенно-палубного типа, её конструктивная схема аналогична схеме пусковой установки М-8-М. В Зеленодольске пусковую установку M-13-MII смонтировали на бронекатере БКА № 315 проекта 1124 взамен кормовой артиллерийской башни. Осенью 1942 г. установка М-13-МII прошла испытания на бронекатере и была рекомендована к принятию на вооружение. Однако на вооружение её не приняли, а опытный образец остался в Волжской флотилии.

Осенью 1942 г. реактивными установками М-8-М было оснащено 10 посыльных катеров типа Я-5 («Ярославец») водоизмещением 23,4 т. Филиал ЦКБ-32 на заводе № 640 разработал варианты вооружения торпедных катеров реактивными установками М-8-М. Головной катер по проекту 213 был построен на тюменском заводе № 639 и отправлен на испытания в город Поти. 5 мая 1943 г. катер был принят и получил наименование «Московский ремесленник Трудовых резервов». К июлю 1943 г. в строй Черноморского флота были введены ещё пять таких катеров. Их пусковые установки имели 24 направляющие.

Боевая эксплуатация пусковых установок М-8-М и М-13-М на морях, реках и озёрах выявила ряд их конструктивных недостатков. Поэтому в июле — августе 1943 г. СКБ завода «Компрессор» начало проектирование трёх корабельных пусковых установок улучшенного типа: 8-М-8, 24-М-8 и 16-М-13. Проектируемые установки отличались от прежних более надёжным стопорением реактивных снарядов на направляющих в условиях шторма на море; увеличением скорости наведения установки на цель; уменьшением усилий на ручках маховиков механизмов наведения. Артуправление ВМФ предлагало укоротить длину направляющих для 132-мм снарядов с 5 до 2,25 м. Однако опытные стрельбы показали, что при коротких направляющих очень велико рассеивание снарядов. Поэтому на пусковых установках 16-М-13 длина направляющих была оставлена прежней (5 м). Направляющие всех пусковых установок, использованных на бронекатерах, представляли собой двутавровые балки.

Однако работы над 82-мм пусковыми установками М-8-М по указанию заказчика (Артуправления ВМФ) вскоре были прекращены на стадии эскизного проектирования.

В феврале 1944 г. СКБ завода «Компрессор» закончило разработку рабочих чертежей установки 24-М-8. В апреле 1944 г. завод № 740 изготовил два опытных образца 24-М-8. В июле 1944 г. установки 24-М-8 успешно прошли корабельные испытания на Чёрном море. 19 сентября 1944 г. установка 24-М-8 была принята на вооружение ВМФ.

Рабочие чертежи реактивной установки 16-М-13, предназначенной для пуска 16 ракет М-13, были закончены СКБ в марте 1944 г. Опытный образец был изготовлен свердловским заводом № 760 в августе 1944 г. Корабельные испытания 16-М-13 прошли на Чёрном море в ноябре 1944 г. В январе 1945 г. пусковая установка 16-М-13 была принята на вооружение ВМФ.

Всего в ходе Великой Отечественной войны промышленностью было изготовлено и поставлено флотам и флотилиям 92 установки М-8-М, 30 установок M-13-MI, 49 установок 24-М-8 и 35 установок 16-М-13.

На кораблях и катерах с начала 1942 г. в инициативном порядке устанавливались самодельные пусковые установки. Опыт боевых действий торпедных катеров типа Г-5, сторожевых катеров типа МО-4, оснащённых пусковыми установками М-8 и М-13, на Чёрном море выявил достаточную эффективность при стрельбе по наземным целям. Однако в ходе нескольких десятков стрельб по германским десантным баржам и транспортным судам попаданий не зафиксировано.

Гораздо более эффективно, чем на Чёрном море, реактивные снаряды применялись по наземным целям на речных и озёрных флотилиях, в том числе на Ладоге, Онеге, Ильмене, Волге, Днепре, Дунае и Амуре.

Если в советской реактивной артиллерии применялись исключительно снаряды с крыльевой стабилизацией, то немцы же в начальный период войны использовали только турбореактивные снаряды.

В конце 1930-х гг. германским инженером Небелем был спроектирован 15-см реактивный снаряд и шестиствольная трубчатая установка, которую немцы называли шестиствольным миномётом. Испытания миномёта были начаты в 1937 г. Система получила наименование «15-см дымовой миномёт типа „Д“». В 1941 г. её переименовали в 15 cm Nb.W 41 (Nebelwerfer), то есть 15-см дымовой миномёт обр. 41 г. Естественно, что основным назначением «дымовых миномётов» была не постановка дымовых завес, а стрельба реактивными снарядами, начинёнными отравляющими веществами. Интересно, что советские солдаты называли 15-cm Nb.W 41 «Ванюшами», по аналогии с нашими М-13 «Катюшами». Немецкие же солдаты называли шестиствольный миномёт Stuka zu Fuß (сухопутная «Штука»). «Штука» — это название германского пикирующего бомбардировщика Ju-87, весьма эффективного оружия первой половины войны.

Лафет для установок 15-cm Nb.W 41 был взят от 3,7-см противотанковой пушки. Благодаря этому установка получилась лёгкой и мобильной. Подрессоренный ход позволял ехать за тягачом по шоссе со скоростью до 45–50 км/ч, а на поле боя расчёт вручную легко перемещал установку на небольшие расстояния.

Миномёт Nb.W 41 имел шесть гладких стволов, соединённых в один блок при помощи двух обойм. В задней части стволов имелись захваты для мин и вытяжные пружинные накатники. В обоймах каждый ствол был закреплён отдельно при помощи уголков и, соответственно, мог быть отдельно заменён.

В каждом стволе имелось по три планки, по которым происходило скольжение мины. Длина планки 1300 мм. Планки уменьшали трение между миной и стенками канала.

Данные 15-см миномёта Nb.W 41

Калибр, мм: 158,5

Длина ствола, мм/клб: 1300/8,23

Угол вертикальной наводки, град.: -5,6°; +45°

Угол горизонтальной наводки, град.: 24°

Вес в боевом положении, кг: 540

Темп ведения огня: 6 выстрелов за 5 с

Время повторения залпа, мин: 1,5

Время перезаряжания, с: 90

Расчёт, чел.: 3

Производство установок 15-ст Nb.W 41 и реактивных снарядов к ним ^{15 cm Nb.W 41 (Nebelwerfer) — германский 15-см шестиствольный дымовой миномёт обр. 41 г.}

Колёса с пневматическими шинами надевались на концы коленчатых полуосей. При переходе в боевое положение передний упор опускался, коленчатые полуоси поворачивались, колеса вывешивались, а миномёт опирался на три опоры (два сошника и передний упор). Ход миномёта имел пружинное подрессоривание. Обычно он перевозился механической тягой, а на поле боя он мог перекатываться силами расчёта.

15-см реактивные мины были устроены довольно оригинально: боевой заряд в них находился не в головной части, а в хвостовой. Головная же часть состояла из баллистического наконечника и порохового двигателя. На открытый конец реактивной камеры навинчивалась турбина, имевшая по диаметру окружности 28 сопловых отверстий диаметром 5,5 см, наклонённых под углом 14°. Угол наклона сопел создавал вращательное движение, стабилизирующее мину в полёте. Скорость вращения составляла от 37 до 47 оборотов в секунду.

В боекомплект миномёта входило пять типов мин.

Осколочная мина обр. 41 имела длину 926 мм и вес 34,1–39,06 кг. Она содержала 2 кг прессованного тротила.

Осколочно-дымовая мина обр. 41 предназначалась для задымления местности и для поражения живой силы. Она почти не отличалась от осколочной мины обр. 41. Длина её составила 1020 мм, а вес 35,5–40 кг. Основное отличие — меньшая толщина корпуса и снаряжение, состоявшее из 1,34 кг прессованного тротила и 4 кг дымообразующих веществ, представлявших собой минеральный наполнитель, насыщенный сернистым ангидридом.

^{15-cm Nb.W 43 — германский 15-см пятнадцатиствольный (три горизонтальных ряда по пять стволов) дымовой миномёт обр. 43 г.}

Химические мины аналогичны по устройству осколочно-дымовой мине обр. 41 и отличались лишь тем, что вместо дымообразующего вещества они снаряжены отравляющими веществами. Длина химической мины составляла 1020 мм, а вес от 39 кг до 43 кг в зависимости от типа снаряжения.

Против советских войск 15-см установки Nb.W 41 применялись с самого начала войны. Впервые эти установки стали трофеями Красной армии в конце июля 1941 г. 31 июля 1941 г. начальник Генштаба Вермахта генерал Гальдер записал: «О потерях в 52-м миномётном химическом полку. В руки противника попало большое количество секретной матчасти и документации».

^{Немецкая 15-см десятиствольная РСЗО Panzerwerfer 42 Sd.Kfz.4/1 на базе полугусеничного автомобиля «Мул» фирмы «Опель».}

К началу марта 1945 г. в Вермахте и войсках СС имелось 2295 пусковых установок 15-cm Nb.W 41 и 653 700 реактивных снарядов к ним. Первые части, на вооружении которых состояли 15-cm Nb.W 41, были сформированы в 1940 г. Через два года в составе Вооружённых сил были развёрнуты три полка (Nebelwerferregiment) — 51-й, 52-й и 53-й, а также девять отдельных дивизионов (Nebelwerferabteilung) — с 1-го по 9-й. Все эти части вооружили 15-см миномётами. В составе дивизиона числилось 18 пусковых установок, полк состоял из трёх дивизионов (15-cm Nb.W 41). В 1942 г. реактивная артиллерия была реорганизована. Осенью немцы создали на основе полков три дивизионных командования «дымовых частей» (Kommandateure der Nebeltruppe) и шесть моторизованных миномётных полков (1-й учебный, 51-й — 55-й). Согласно решению Генштаба Сухопутных войск, структура отдельных дивизионов впредь упразднялась.

С 1943 г. батареи 15-см реактивных миномётов (по 6 пусковых установок) начали включать в состав лёгких дивизионов артполков пехотных дивизий, заменяя в них 105-мм полевые гаубицы.

Буксируемая шестиствольная установка 15-cm Nb.W 41 имела как ряд преимуществ, так и ряд недостатков, в том числе меньшую мобильность, чем самоходная пусковая установка. Поэтому в апреле 1943 г. на вооружение Вермахта была принята артиллерийская часть самоходной пусковой установки. Она имела два параллельных блока из пяти 15-см труб. Итого 10 направляющих. Первым типом, использующим эту пусковую установку, стала «специальная полугусеничная машина 4/1» (Sd.Kfz.4/1) фирмы Opel, получившая название Maultier («Мул»). Гусеничная часть шасси этого автомобиля базировалась на шасси типа Carden Loyd, заимствованного с широко распространённой по всему миру в 1920-е — 1930-е гг. английской танкетки.

^{Реактивный десятиствольный 15-см миномёт (РСЗО) на шасси среднего немецкого танка Pz.kpfw.IV Ausf.Е, более известного у нас в стране как T-IV.}

Кроме шасси «Опеля», вариант самоходной пусковой установки реактивных снарядов выпускался на базе стандартного трёхтонного армейского тягача (3-ton schwerer Wehrmachtschlepper), полугусеничного бронетранспортёра, применявшегося в войсках для перевозки боеприпасов. Низкопрофильная бронекабина делала его схожим с бронетранспортёром Sd.Kfz.251. Толщина брони 15 мм. Длина машины 6,67 м, ширина 2,5 м, высота 2,83 м. Несколько самоходных пусковых установок с 10-ствольной артиллерийской частью были созданы на базе трофейных шасси. Одной из таких пусковых установок стало шасси на базе трофейного французского полугусеничного тягача SOMUA MCG/MCL.

Кроме того, несколько 10-ствольных 15-см артиллерийских частей было поставлено на шасси трофейных французских танков 38H «Гочкис».

Кроме шестиствольных миномётов, для пуска 15-см мин использовались и портативные ординарные пусковые установки 15-cm Do Gerät (Do — начальные буквы фамилии конструктора Вальтера Дорнбергера, a Gerät — это изделие, установка).

Пусковая установка 15-cm Do Gerät представляла собой решётчатую направляющую длиной 2140 мм, которую с помощью смонтированных в её передней части опор можно было наводить в вертикальной плоскости в диапазоне от +10° до +20°. Угол горизонтального наведения составлял 6°. Максимальная дальность стрельбы 5 км. Вес пусковой установки 19 кг.

При десантировании установку Do Gerät можно было сбрасывать с обычным парашютом. Для облегчения переноски на поле боя или в условиях горно-лесистой местности её можно было разбирать на три части.

Первое применение пусковых установок 15-cm Do Gerät состоялось в мае 1941 г. во время десантной операции немцев на остров Крит.

Любопытно, что в 1950–1953 гг. 15-cm Nb.W 41 применялся корейскими и китайскими войскам в ходе Корейской войны, и по оценке советских специалистов шестиствольные миномёты хорошо показали себя, в то время как 132-мм реактивные снаряды М-13 и их пусковые установки БМ-13Н действовали неудовлетворительно.

В начале 1940 г. на вооружение Вермахта поступили тяжёлые 28-см фугасные и 32-см зажигательные турбореактивные снаряды. Снаряды были надкалиберные и имели один пороховой двигатель (диаметр двигательной части 140 мм).

28-см фугасная мина имела мощное фугасное действие. При прямом попадании в каменный дом он полностью разрушался. Мина успешно разрушала укрытия полевого типа. Живые цели в радиусе нескольких десятков метров поражались взрывной волной. Осколки мины летели на дистанцию до 800 м.

Данные турбореактивных фугасных и зажигательных реактивных снарядов (мин)

28-см мина состояла из двух основных частей — корпуса и двигателя, скреплённых резьбовым соединением. Взрыватель — головной марки le.Igr. Z.23 nA по своему устройству был взрывателем непредохранительного типа мгновенного и инерционного действия с установкой на замедление 0,15 с. Головная часть содержала 50 кг жидкого тротила или амматола марки 40/60. Укупоркой для 28-см фугасной мины служила деревянная рама на одну мину, которая использовалась не только для транспортировки и хранения мины, но и для стрельбы. Размеры рамы: 1350×410×410 мм. Вес — около 30 кг. Вес рамы с миной около 110 кг.

Данные тяжёлой метательной установки обр. 41

Число направляющих: 6

Угол ВН, град.: +13,5°; +46°

Угол ГН, град.: 22°

Вес ПУ, кг: с 28-см минами — 1630, с 32-см минами — 1600, пустой — 1300

Скорость возки максимальная, км/ч: 35

Расчёт, чел.: 6

Время залпа, с: 10

^{Пусковая установка 320/280 мм реактивных снарядов на лафете гаубицы 10,5 cm le.FH 18/40.}

По своему устройству 32-см зажигательная мина подобна 28-см фугасной мине и отличается от последней только габаритами и снаряжением корпуса. Её взрыватель Wgr.Z.50 также относится к взрывателям непредохранительного типа, инерционного действия. Мина транспортировалась без взрывателя и детонатора. Приведение мины в окончательно снаряжённый вид производилось на огневой позиции, непосредственно перед стрельбой. Головная часть мины содержала 50 л керосина или нефти, 0,645 кг пиротехнического зажигательного состава и 0,975 кг тэна (взрывчатого вещества). Укупоркой для 32-см зажигательной мины служила деревянная решётчатая рама на одну мину. Рама предназначалась для транспортировки, хранения и стрельбы.

Размеры рамы: 1350×410×410 мм.

Вес порожней рамы около 30 кг.

Вес рамы с миной около 110 кг.

32-см зажигательная мина предназначалась для поджога различных строений и лесных массивов, а также для поражения живой силы противника. При стрельбе 32-см миной по лугам с сухой травой, лесу и т. д. единичное попадание вызывало горение на площади до 200 м² с пламенем до 2–3 м по высоте, прямые попадания мин валили 30–40-см деревья и могли их поджечь. Для одновременного поджигания площади в один гектар было необходимо попадание 50 мин.

^{Пусковая установка 320/280 мм реактивных снарядов на шасси среднего полугусеничного бронетранспортёра Sd.Kfz.251.}

При одиночном попадании 32-см зажигательной мины в дом она пробивала стену и крышу дома и воспламеняла домашнюю утварь или другие горючие материалы (сено, доски, дрова и др.). Горящая нефть (50 л) разбрызгивалась по фронту 20–25 м, в глубину на 10–15 м и по высоте на 2–3 м, оказывала соответствующее моральное действие и обжигала незащищённые части тела, матерчатая одежда пропитывалась горящими каплями нефти и воспламенялась.

Взрыв 1 кг разрывного заряда взрывчатого вещества вызывал дополнительное ограниченное осколочное действие.

Как уже говорилось, 28-см и 32-см мины транспортировались и запускались из так называемых укупорок, представлявших собой деревянные решётчатые ящики с одинаковыми наружными размерами как для 28-см, так и для 32-см мин. Четыре укупорки вставлялись в примитивную пусковую установку, называемую «тяжёлым метательным прибором обр. 40», германское обозначение s.W.G.40.

Прибор сей представлял собой деревянный или железный станок, на котором в укупорочных ящиках устанавливались четыре мины.

Прибор состоял из следующих основных частей: рамы со стойкой, колышков, забиваемых в землю, натяжных тросов и опорной доски. Рама станка с установленными на ней минами могла перемещаться в вертикальном направлении, что позволяло придавать станку различный угол возвышения в пределах от 5° до 42°.

На боевую позицию мины и метательные приборы обр. 40 доставлялись на грузовиках или бронетранспортёрах. Приборы (пусковые установки) устанавливались точно в направлении стрельбы, поскольку они не имели поворотного механизма. Обычно приборы расставлялись в шахматном порядке. Минимальное боковое расстояние между приборами составляло два метра, а между рядами приборов — пять метров.

^{Проект немецкой РСЗО на шасси Pz.Kpfw.V «Пантера» поздних серий.}

Перед установкой приборов на землю клали опорные доски и закрепляли двумя колышками каждую. Неровности грунта предварительно выравнивали. Потом на опорные доски устанавливали приборы, которым при помощи прицельного приспособления придавали требуемый угол возвышения. Приборы укрепляли забиваемыми в землю колышками и натяжными тросами. После закрепления приборов проверяли угол возвышения. Позади каждого ряда приборов освобождали от всякой растительности полосу шириной 1 м, чтобы устранить возможность воспламенения пороховыми газами.

Для производства выстрела следовало повернуть ключ в замочном устройстве. Стрельба начиналась с заднего ряда приборов обр. 40. Все четыре мины выстреливались из прибора обр. 40 за 6 с.

В 1941 г. тяжёлый метательный прибор обр. 40 был несколько усовершенствован, и часть его деревянных конструкций заменена металлическими. Новая пусковая установка получила наименование «тяжёлый метательный прибор обр. 41».

В 1944 г. немецкие войска начали использовать во Франции импровизированные пусковые установки 28-см и 32-см снарядов на базе полевой гаубицы 10,5 cm le.FH 18/40. Две укупорки со снарядами попросту крепились к качающейся части гаубицы. Подъёмный и поворотный механизмы гаубицы допускали углы возвышения от –2° до +42° и угол поворота до 56°. Сразу же после выпуска реактивных мин гаубица могла открывать огонь своими штатными снарядами. Получалось «дёшево», но не «сердито», поскольку, как уже неоднократно говорилось, для эффективного использования реактивных снарядов необходимо их массирование.

^{Тяжёлая метательная установка 41 для запуска 320/280 мм реактивных снарядов.}

Надо ли говорить, что тяжёлые метательные приборы обр. 40 обладали плохой мобильностью и были крайне уязвимы от огня противника, особенно с учётом их малой дальности стрельбы. Поэтому в 1941–1942 гг. немцы создали самоходные пусковые установки на шасси среднего полугусеничного бронетранспортёра Sd.Kfz.251 и трофейного французского танка 38Н «Гочкис». В обоих случаях укупорки с турбореактивными 28- и 32-см минами размещались по обоим бортам машины. На бронетранспортёре устанавливалось шесть укупорок (по 3 с каждого борта), а на танке — четыре. Вертикальное наведение осуществлялось с помощью рамы, к которой крепились укупорки. Максимальный угол возвышения составлял 40–45°. Горизонтальное наведение осуществлялось путём поворота машины. Внутри машины размещался электрический запальный аппарат, с помощью которого производился запуск снарядов. Броня машины защищала расчёт от пуль и осколков. Эти самоходные установки обладали хорошей манёвренностью и проходимостью, но их существенным недостатком была низкая кучность стрельбы.

Производство тяжёлых турбореактивных снарядов (тыс. шт.)

В 1944 г. в Германии было создано несколько проектов РСЗО на шасси танков «Тигр», «Пантера» и Е-50. Пусковая установка размещалась вместо башни. Ни одна из работ не вышла из стадии проектирования.

В 1941 г. немцами была создана возимая пусковая установка для 28-см и 32-см мин. Она получила название «тяжёлая метательная установка 41» и, в отличие от прибора 40, была выполнена вся из металла. Установка состояла из четырёх основных частей: ствольной фермы, верхней подвижной рамы, нижней неподвижной рамы и колёсного хода. Теперь перед стрельбой мины приходилось вынимать из деревянной укупорки.

Запуск шести мин из установки 41 производился в течение 10 с. Время перезарядки установки было порядка пяти минут.

Существенным преимуществом установки 41 по сравнению с прибором 40 была возможность осуществлять наведение не только в вертикальной, но и в горизонтальной плоскости. Установка имела подрессоренный колёсный ход и пневматические шины, что позволяло перевозить её по шоссе со скоростью до 35 км/ч. В качестве тягачей использовались полугусеничные лёгкие или средние тягачи, в кузове которых одновременно перевозился расчёт пусковой установки и 36 турбореактивных мин.

В 1941 г. было изготовлено 34 установки 41, а в 1942 г. — 311. На этом их производство прекратилось.

По германским таблицам стрельбы минимальная дальность пуска 28-см фугасной и 32-см зажигательной мины из тяжёлого метательного прибора 40 составляла 700 м при угле возвышения 10,1°. А при стрельбе с бронетранспортёра Sd.Kfz.251 минимальная дальность составляла для фугасных мин 975 м, а для зажигательных — 1150 м.

В Красной армии разрешалось стрелять из трофейного тяжёлого метательного прибора 40 на минимальную дальность 1200 м обеими минами «впредь до особого распоряжения».

В США неуправляемыми ракетами первыми заинтересовались ВВС, затем — моряки и лишь потом — армия.

Разработки авиационных ракет были начаты в 1940 г. Национальным исследовательским комитетом обороны (National Defense Research Committee) и Департаментом боеприпасов (Army Ordnance Department). Изготовление и испытания опытных НУРС велись на армейском арсенале Пикэтини (Picatinny Arsenal). Неуправляемый реактивный снаряд 4,5” BBR был принят на вооружение армией и корпусом морской пехоты США в 1942 г. Первоначально он предназначался для огневой поддержки с моря подразделений морской пехоты в ходе десантных операций, но уже в том же 1942 г. в дополнение к корабельным пусковым установкам (ПУ) были разработаны и ПУ полевой реактивной артиллерии. Калибр снаряда 4,5” BBR — 114,3 мм, длина — 760 мм, вес — 13 кг. Основные части снаряда: корпус с разрывным зарядом и взрывателем, соединительная муфта, реактивная камора с пороховым метательным зарядом, насадка с соплом и хвостовым оперением и электровоспламенительное устройство.

Тактико-технические характеристики пусковой установки Т27 «Ксилофон»

Пороховой метательный заряд весом 6,5 кг обеспечивал максимальную скорость снаряда 233 м/с, при этом дальность стрельбы составляла около 1 км. Подрыв находящегося в корпусе ракеты подрывного заряда (2,9 кг тринитротолуола) производился с помощью контактного взрывателя. По своему действию снаряд был сопоставим со 105-мм гаубичным осколочно-фугасным снарядом. Корабельные ПУ снарядов 4,5” BBR представляли собой пакеты сотовых направляющих, смонтированные на палубе кораблей огневой поддержки десанта под углом 45° к горизонту. Каждый из таких кораблей мог в течение считанных секунд выпустить несколько сотен реактивных снарядов, обеспечивая таким образом поражение оборонительных сооружений и живой силы противника на берегу. В 1942 г. корабельные ПУ использовались при высадке союзных войск в Касабланке, а с 1943 г. широко применялись при десантных операциях на тихоокеанских островах.

^{Пусковая установка T27E1 «Ксилофон» 8×4,5 дюймовых реактивных снарядов. США.}

Первые сухопутные установки для запуска снарядов 4,5” BBR представляли собой импровизированные желобообразные деревянные направляющие, которые морские пехотинцы США применяли для ведения беспокоящего огня по позициям японцев.

В 1943 г. на вооружение американская армия приняла 114,3-мм (4,5-дюймовый) артиллерийский реактивный снаряд М8. Он имел длину 900 мм и вес 16 кг, из которых 1,8 кг приходилось на заряд взрывчатого вещества (тринитротолуол) и 2,1 кг — на пороховой метательный заряд. Сгорая, пороховой заряд разгонял снаряд до скорости 260 м/с, обеспечивая дальность стрельбы 3,8 км. В отличие от уже состоявшего на вооружении реактивного снаряда 4,5” BBR снаряд M8 имел улучшенную кучность за счёт вращения в полёте (несколько оборотов в секунду), что достигалось наклоном сопел реактивного двигателя.

Для запуска снарядов М8 в 1943 г. была разработана ПУ T27 «Ксилофон», представлявшая собой пакет из восьми пусковых труб длиной 2250 мм. С помощью подъёмных механизмов пакету можно было придавать углы возвышения от 5° до 45°. Поворотные механизмы отсутствовали.

ПУ T27 обычно монтировались на 2,5-тонных грузовых автомобилях повышенной проходимости (2,5-тонных CMC или «Студебеккерах»). При этом в кузове автомобиля поперёк его продольной оси устанавливалось два пакета направляющих. (Тут американцы повторили схему советской ПУ МУ-1, которая была отвергнута, так как из-за раскачивания автомобильного шасси обладала меньшей кучностью стрельбы, чем схема с размещением направляющих вдоль продольной оси автомобиля.)

^{Средний танк M4A3 «Шерман» с пусковой установкой реактивных снарядов «Каллиопа». США. 1943 г.}

Наведение ПУ на цель производилось с помощью соответствующего поворота автомобильного шасси. Управление стрельбой осуществлялось посредством выносного пульта.

Кроме ПУ на шасси грузового автомобиля имелся и вариант T23 на шасси лёгкого вездехода «Виллис». Эта ПУ имела 12 трубчатых направляющих, смонтированных в два ряда в кормовой части автомобиля.

В дополнение к ПУ на автомобильном шасси в армии США в годы Второй мировой войны использовались и ПУ T34, смонтированные на танке M4A1 или M4A3. Они представляли собой обычный танк, на крыше корпуса которого над башней монтировалась рамная конструкция с 60 направляющими. В вертикальной плоскости направляющие наводились на цель с помощью подъёмных механизмов танкового орудия, ствол которого был шарнирно соединён с ПУ. Для наведения в горизонтальной плоскости соответствующим образом поворачивался корпус танка. В том же 1943 г. была разработана и принята на вооружение ПУ T34 на шасси среднего танка M4A1 «Шерман». Впоследствии такие установки выпускались и на модифицированном шасси M4A3.

^{Средний танк M4A2 «Шерман» с пусковой установкой РС T54.}

Артиллерийская часть ПУ T34 состояла из трёх пакетов трубчатых направляющих, расположенных в два яруса. Верхний ярус образовывал пакет из 36 направляющих, нижний ярус состоял из двух пакетов, в каждом из которых было по 12 направляющих. Все пакеты были жёстко соединены друг с другом и с помощью боковых стоек смонтированы на башне танка. Горизонтальное наведение ПУ осуществлялось поворотом башни, а вертикальное — подъёмом и опусканием танкового орудия, ствол которого был соединён с направляющими ПУ специальной тягой.

Несмотря на наличие ракетного вооружения, танк полностью сохранял вооружение и бронирование обычного «Шермана», что делало его единственной РСЗО, способной действовать непосредственно на поле боя. Экипаж мог вести огонь ракетами, находясь внутри танка, отвод с огневых позиций требовался только для перезарядки. Минусом являлось то, что приводы установки были присоединены непосредственно к стволу танкового орудия, что не давало вести огонь из него до тех пор, пока ПУ не сбрасывалась. В пусковых установках T34E1 и T34E2 этот недостаток был устранён. Полномасштабные закупки ракетных установок со стальными, пластиковыми и магнезиевыми пусковыми трубами началось в феврале 1944 г., когда соответствующие контракты были размещены на заводах компаний «Дженерал электрик» и «Файрстоун».

На вооружении армии США состояли:

Rocket Launcher T34 («Каллиопа») — модификация, несущая 60 реактивных снарядов калибра 117 мм (4,6 дюйма) в трубчатых направляющих — группа из 36 направляющих сверху и две сбрасываемых группы — по 12 трубок каждая — под ней (у версии, установленной на танке M4A1, сбрасываемых направляющих не было).

Rocket Launcher T34E1 («Каллиопа») — аналогичная T34 конструкция, но группы из 12 сбрасываемых трубчатых направляющих заменены группами по 14 штук.

Rocket Launcher T34E2 («Каллиопа») — калибр ракет увеличен до 180 мм (7,2 дюймов), количество трубчатых направляющих остаётся равным 60. Данный вариант применялся в боях в 1944–1945.

^{Бронетранспортёр-амфибия LVT-4 с пусковой установкой T54.}

Следует заметить, что танк M4A1 «Шерман» имел литую броню корпуса (51–76 мм) и башни (57 мм). Однако большая высота системы делала её хорошей мишенью для вражеской артиллерии.

Пусковые установки T34 поступали на вооружение отдельных танковых батальонов. Их боевое крещение состоялось в августе 1944 г. на Западном фронте. Обратим внимание, главной задачей T34 была не огневая подготовка, то есть обработка вражеских позиций, а поддержка танковых подразделений на поле боя.

В армии и морской пехоте США широкое распространение получили гусеничные десантные машины LTV (Landing Vehicle Tracked). Для сопровождения и огневой поддержки десанта на шасси LTV были созданы плавающие танки LTV(А) и LTV(А)-4. Они оснащались 75-мм гаубицами H8 от лёгкого танка M3 «Стюарт».

А для ещё большего увеличения огневой мощи машин LVT, действующих в передовом эшелоне десанта, стало оснащение их ПУ реактивных систем залпового огня.

В феврале 1944 г. на атолле Кваджелейн янки использовали LVT-2 с установленными у бортов десантного отделения ПУ для реактивных снарядов калибра 114,3 мм (4,5 дюйма), имевших фугасную боевую часть, пороховой реактивный двигатель и кольцевой стабилизатор. Каждая из двух пусковых установок могла вмещать по 4 направляющие в один ряд или по 20 направляющих в 5 рядов. ПУ T45 с последовательным запуском 10–12 реактивных 114,3-мм снарядов («флотское» обозначением 4.5-in Mk.7) могла монтироваться на корме транспортёра LVT-1, бронетранспортёра LVT(A)-2 или плавающего танка LVT(A)-4. За характерный внешний вид машины, «ощетинившиеся» реактивными снарядами, прозвали «Хеджхок» (Hedgehog — «ёж»). При дальности стрельбы всего около 1000 м результаты оказались неплохими, хотя при таком расположении установок они заливались водой, выводившей из строя электрозапалы реактивных двигателей.

^{Бронетранспортёр-амфибия LVT-4 с пусковой установкой для 10–12 4,5-дюймовых РС. Австралия, 1945 г.}

На LVT-4 ПУ монтировали в центре грузового отделения. Это могла быть установка T44 с 114,3-мм реактивными снарядами или T54 с 183-мм (7,2 дюйма) снарядами. Коробчатая установка T54 была аналогична пусковой установке M17 (T40), ставившейся на средние танки M4 «Шерман», включала два пакета по 10 направляющих, смонтированные в тяжёлой раме. Наведение по азимуту производилось поворотом машины, по дальности — качанием ПУ в вертикальной плоскости с углами склонения и возвышения от -5° до +45°. С бортов ПУ защитили вертикальными листами 6,35-мм брони.

Стрельбу вели 183-мм реактивными снарядами T37 с фугасной боевой частью и кольцевым стабилизатором. В транспортёре размещалась укладка ещё на 20–40 реактивных снарядов. Установка вместе с бронированием и дополнительными снарядами увеличивала вес машины примерно на 2,7 т. Аналогично монтировалась ПУ T89 (10 реактивных снарядов калибра 183 мм) на транспортёре LVT-3. Эти машины были выпущены в небольшом количестве, да и в целом самих подобных ПУ в США изготовили немного.

Уже в июле 1945 г. в австралийской бронетанковой школе в Пуккапунуале провели испытания танка LVT(A)-4 со смонтированными в кормовой части двумя ПУ для 114,3-мм реактивных снарядов M8. Каждая ПУ содержала до 12 снарядов, выпускавшихся залпом или последовательно. В боевых условиях эти танковые пусковые установки испытать не успели — война окончилась.

Проектирование новой полевой реактивной системы М-13А, которая позже получила индекс М-14, было начато в 1946 г. с целью замены штатной системы М-13, то есть знаменитой «Катюши».

Головным разработчиком системы и порохового реактивного снаряда М-13А стало КБ-2 Министерства сельскохозяйственного машиностроения.

С декабря 1946 г. по май 1947 г. в КБ-2 были созданы три проекта оперённых снарядов — калибра 137,5 мм, 132,4 мм и 141 мм. С июля 1947 г. по февраль 1949 г. проведены десятки стрельб этими оперёнными снарядами. Однако весной 1949 г. все работы по оперённому снаряду М-13А прекратили и решили делать снаряд турбореактивным на базе германского 15-см снаряда.

В январе 1949 г. КБ-2 разработало эскизный проект снаряда ТРС-140. Для снаряда была спроектирована боевая машина БМ-13А с 16 направляющими трубами.

Войсковые испытания системы М-13А проходили на полигоне Капустин Яр с 15 ноября по 25 декабря 1951 г.

Постановлением Совмина СССР № 4964–1235 от 25 ноября 1952 г. снаряд ТРС-140 был принят на вооружение под индексом М-14-ОФ (М-14 осколочно-фугасный). Тем же Постановлением была принята на вооружение боевая машина БМ-14, созданная в СКБ Миноборонпрома под руководством В. П. Бармина. БМ-14 имела шасси от автомобиля ЗИС-151. Поскольку минимальная дальность стрельбы снарядами М-14 составляла около 7500 м, для стрельбы на меньшие дистанции на снаряд надевались кольца, тормозившие его в полёте. С малым кольцом дальность полёта составляла от 7550 до 5400 м, а с большим — от 5420 до 1000 м. Вероятное отклонение снаряда М-14-ОФ на предельной дальности без кольца было: по дальности 30 м и боковое 85 м. Кроме М-14-ОФ в боекомплект установки БМ-14 вошёл дымовой снаряд М-14Д, снаряжённый жёлтым фосфором. А в 1955 г. был принят на вооружение химический снаряд М-14.

В процессе эксплуатации установка БМ-14 получила новое шасси. Это нашло отражение и в индексах установок — БМ-14М (2Б2) на автомобиле ЗИЛ-157 и Б-14ММ (2Б2Р) на автомобиле ЗИЛ-131. Артиллерийская часть при замене шасси не менялась. Вес БМ-14М составил 8080 кг, а БМ-14ММ — 9340 кг. Габариты боевой машины БМ-14М в походном положении: ширина 2330 мм, высота 2560 мм. Высота машины при наибольшем угле возвышения 3045 мм. Для боевой машины БМ-14ММ габариты в походном положении составляли: ширина 2500 мм, высота 2750, высота при максимальном угле возвышения 3230 мм.

В 1958 г. под руководством главного конструктора А. И. Яскина была создана новая 140-мм пусковая установка БМ-14-17 (8У36) на базе автомобиля ГАЗ-63 или ГАЗ-63А. Шасси автомобиля ГАЗ-63 отличалось от ГАЗ-63А только наличием лебёдки, установленной на переднем конце рамы перед радиатором и приводимой в действие от двигателя автомобиля.

Число труб увеличилось на одну, а вес пусковой установки уменьшился почти на 3 т. Блок стволов в БМ-14-17 в отличие от БМ-14 помещён не в ферму, а в люльку, представлявшую собой жёсткую сварную коробку.

Боевые машины БМ-14, БМ-14М, БМ-14ММ и БМ-14-17 состояли на вооружении стрелковых дивизий. С 1948 по 1953 г. в состав этих дивизий был включён второй артиллерийский полк с боевыми машинами типа БМ-14. В полку было три дивизиона трёхбатарейного состава, в каждой батарее состояло четыре боевых машины; итого 36 боевых машин на полк. Кроме того, пусковая установка от БМ-14-17 (8У36) устанавливалась на речных бронекатерах проекта 1204.

В середине 1950-х годов в ГСОКБ-43 была разработана буксируемая 16-ствольная пусковая установка РПУ-14 для ракет типа М-14. Опытные образцы РПУ-14 прошли заводские испытания в течение 1956 г. А с 3 мая по 27 июня 1957 г. две РПУ-14 успешно прошли полигонные испытания. В ходе полигонных испытаний обе установки прошли на прицепе автомобиля ГАЗ-63 по 3000 км.

РПУ-14 смонтирована на лафете 85-мм дивизионной пушки Д-44. Качающаяся часть установки состоит из 16 труб (стволов) и сварной люльки. Полевая реактивная система М-31А (будущая М-24) разрабатывалась с целью замены штатной реактивной системы М-31. Войсковые испытания М-31А проводились на полигоне Капустин Яр с 25 июля по 31 августа 1950 г.

По результатам войсковых испытаний система М-31А была рекомендована к принятию на вооружение. Постановлением Совмина № 875–441 от 22 марта 1951 г. снаряд ТРС-24Ф был принят на вооружение под индексом М-24Ф вместе с боевой машиной БМ-24. Одновременно был принят на вооружение и химический снаряд МС-24, имевший ту же ракетную часть и баллистику, что и М-24Ф.

Данные 140-мм реактивных снарядов Данные 140-мм пусковых установок

240-мм турбореактивный снаряд М-24Ф состоял из головной и ракетной частей. В сопловом дне имелось 16 сопел, оси которых наклонены к оси снаряда под углом в 15°. За счёт наклона сопел возникала тангенциальная сила, раскручивавшая снаряд. В качестве шасси боевой машины БМ-24 был принят автомобиль высокой проходимости ЗИС-151 (индекс ГАУ — 8У31), позже переименованный в ЗИЛ-151.

Установка БМ-24 имела 12 направляющих каркасного (сотового) типа, помещённых на поворотной раме. БМ-24 была оснащена карбюраторным двигателем мощностью 95 л.с. БМ-24 с расчётом, снаряжённая 12 снарядами, имела запас хода по шоссе до 600 км.

Боевые машины БМ-24 входили в бригады (полки) корпусного подчинения. Всего в составе стрелкового или механизированного корпуса имелось 54 боевые машины БМ-24.

Согласно Постановлению Совмина СССР от 14 апреля 1948 г. были начаты работы над турбореактивным снарядом М-24ФУД (увеличенной дальности). Новый снаряд был создан в НИИ-1 под руководством главного конструктора Н. П. Горбачёва, переведённого из КБ-2 в НИИ-1 в 1952 г.

Основной целью разработки снаряда М-24ФУД было увеличение радиуса действия системы М-24 путём увеличения дальности стрельбы снаряда до 10–11 км при сохранении его калибра и используемой боевой машины. ЗИС-151 считались автомобилями высокой проходимости, но, увы, они сильно зависели от качества дорог. Поэтому ещё с 1947 г. неоднократно поднимался вопрос о переводе системы М-31А на гусеничный ход. Тактико-технические требования на разработку гусеничной боевой машины БМ-24Т были утверждены командующим артиллерией только 14 декабря 1950 г., а боевая машина на базе тягача АТ-С была принята на вооружение в 1956 г. Боевая машина БМ-24Т поступила на вооружение танковых корпусов Советской Армии. Согласно Постановлению Совмина СССР от 7 мая 1947 г. головным разработчиком комплекса ДРСП-1 в составе 200-мм реактивного снаряда, взрывателя и боевой машины назначался НИИ-1 Министерства сельскохозяйственного (!) машиностроения.

Войсковые испытания системы ДРСП-1 были проведены на ГЦП в Капустином Яре с 15 ноября по 25 декабря 1951 г. Комиссия по испытаниям системы рекомендовала принять её на вооружение и переименовать следующим образом: система МД-20, боевая машина БМД-20, снаряд МД-20, взрыватель ВД-20.

^{РСЗО БМД-20Ф на шасси ЗИС-151.}

Постановлением Совмина № 4965–1236 от 22 ноября 1951 г. реактивный снаряд ДРСП-1 был принят на вооружение под индексом МД-20Ф. Этим же Постановлением была принята на вооружение боевая машина БМД-20, созданная в СКБ Миноборонпрома под руководством В. П. Бармина.

Стабилизация снаряда МД-20Ф в полёте обеспечивалась четырёхкрыльевым стабилизатором. Эксцентриситет тяги ракетного двигателя компенсировался вращением снаряда вокруг своей оси за счёт тяги периферийных сопел двигателя.

Данные боевой машины БМД-20 (8У33)

Калибр направляющих, мм — 201

Число направляющих — 4

Вес артиллерийской части, кг — 2400

Вес боевой машины, кг:

без снарядов и расчёта — 7455

со снарядами и расчётом — 8700

Минимальное время полного залпа, с — 6

Время перехода из походного положения в боевое (без заряжания), мин — 1,5–2

Время заряжания, мин — 4–5

Данные снаряда МД-20Ф

Калибр, мм — 200

Индекс снаряда — Ф-951

Баллистический индекс — ТС-61

Длина снаряда с взрывателем, мм — 3040

Вес окончательно снаряжённого снаряда, кг — 194

Вес взрывчатого вещества, кг — 30,08

Скорость схода снаряда с направляющей, м/с — 22–34

Дальность стрельбы при нормальных условиях, м — 18 750

БМД-20Ф на шасси ЗИС-151 состояли на вооружении инженерных бригад РВГК. В дивизионе 19 боевых машин. БМД-20 поставлялись Северной Корее, Кубе и Эфиопии.

Ракеты «Град» произвели революцию в системах залпового огня. Увы, история создания этого оружия практически неизвестна отечественному читателю. Посему об этом придётся сказать пару слов.

В 1943–1944 гг. в Германии была создана неуправляемая зенитная ракета «Тайфун». По своим весогабаритным характеристикам она была близка к советской «Катюше» (М-13). Несколько образцов ракет «Тайфун» P и F стали трофеями Красной армии. В советской оккупационной зоне Германии был создан НИИ «Берлин». КБ-5 института (иногда его называли 5-м отделом) занималось германскими пороховыми реактивными снарядами.

К 1960 г. калибр изделия уже возрос со 115 до 122 мм. А сама система получила обозначение «Град». Новый снаряд стабилизировался как хвостовым оперением, так и вращением. Точнее, вращательное движение, поскольку оно было крайне мало — десятки оборотов в секунду, не создавало достаточного гироскопического эффекта, но зато компенсировало отклонение силы тяги двигателя. Таким образом, исключалась важнейшая причина рассеивания снарядов. Для того чтобы использовать трубчатые направляющие, крылья оперения были сделаны складывающимися. Такая система стабилизации оказалась близкой к оптимальной и была принята для последующих систем большего калибра «Ураган» и «Смерч».

При этом в конструкцию ракеты было внесено важное новшество — раскрываемое при старте оперение, что позволило запихнуть снаряд в 122-мм открытую трубу.

Первоначально (ещё в 1950-х годах) в качестве боевой машины новой РСЗО рассматривались варианты на базе СУ-100П с 30 направляющими (весом 24 т) и ЯМЗ-214 (затем КрАЗ-214) с 60 направляющими. Длительность залпа составляла 10–12 с. Скорость боевой машины достигала 40 км/ч.

Но после в качестве шасси были выбраны автомобили «Урал-375Д» или «Урал-4320». Артиллерийская часть состоит из 40 направляющих трубчатого типа, образующих так называемый пакет: четыре ряда по 10 труб в каждом. Труба предназначена для направления полёта снаряда, а также для его транспортировки. Калибр трубы 122,4 мм, длина 3 м.

Система «Град» была принята на вооружение постановлением Совмина от 28 марта 1963 г. Сдача серийных образцов «Града» была начата в 1964 г. Серийное производство установок БМ-21 велось на заводе № 172 в Перми. В 1970 г. завод изготовил 646 боевых машин, в 1971 г. — 497 боевых машин, из которых 124 пошло на экспорт. В первом полугодии 1972 г. изготовлено 255 боевых машин, из них 60 — на экспорт. К 1995 г. в 50 стран мира было поставлено свыше 2 тыс. боевых машин БМ-21.

Работы по модернизации РСЗО «Град» были начаты в 1990-е годы в ГНПП «Сплав». Впервые модернизированная РСЗО 9К51М «Торнадо-Г» была продемонстрирована в 1998 г. на показательных стрельбах под Оренбургом. Основное отличие «Торнадо-Г» от своего предшественника РСЗО 9К51 «Град» заключается в более совершенной системе управления огнём со спутниковой навигацией и компьютером расчёта баллистических показателей, что позволяет выполнять наведение на координаты цели в автоматическом режиме.

В состав РСЗО 9К51М входит новая модернизированная боевая машина БМ-21, старые и новые типы 122-мм реактивных снарядов, а также КСАУО «Капустник-БМ».

Боевые возможности новой системы были расширены за счёт новых реактивных боеприпасов. В номенклатуру вошли кассетные снаряды с отделяемой головной частью и самоприцеливающимися кумулятивными боевыми элементами, позволяющими эффективно поражать бронированную боевую технику противника.

Помимо старых используемых боеприпасов для РСЗО БМ-21 в номенклатуру входят и новые боеприпасы с повышенной дальностью и боевым могуществом, а также специально разработанные боеприпасы для системы «Торнадо-Г», увеличивающие её максимальную дальность стрельбы до 100 км.

Проработки дальнобойной 220-мм системы залпового огня были начаты в конце 1968 г. Первоначально она именовалась «Град-3». Рассматривалось два варианта боевой машины: на шасси автомобиля ЗИЛ-135ЛМ с 20 трубчатыми направляющими и на шасси гусеничного тягача МТ-С (объект 123) с 24 трубчатыми направляющими.

Первый опытный образец РСЗО «Ураган» изготовили в феврале 1972 г., а постановлением Совмина СССР от 18 марта 1975 г. № 724–227 РСЗО «Ураган» приняли на вооружение.

В состав комплекса 9К57 «Ураган» вошли: боевая машина 9П140, транспортно-заряжающая машина 9Т452 и реактивные снаряды. Как боевая, так и транспортно-заряжающая машины были созданы на автомобильном шасси 135-ЛМ.

Осколочный боевой элемент 9Н210, применяемый в кассетных головных частях 9Н128К 220-мм реактивного снаряда 9Н27К РСЗО «Ураган»:

1 — взрыватель 9Э246М; 2 — кольцо переходное; 3 — кольцо резьбовое; 4 — ролики; 5 — полиэтилен; 6 — разрывной заряд 9X37; 7 — стакан; 8 — прокладка; 9 — вышибная пружина; 10 — толкатель; 11 — лопасть стабилизатора; 12 — корпус.

Дальность стрельбы 35,8–10 км. Длина снаряда 4832 мм, стартовый вес 280 кг. В связи с увеличением дальности стрельбы 122-мм снарядов «Град», проблемами с автомобильным шасси и т. д. ряд экспертов считают, что у системы «Ураган» нет перспектив.

Система 9К58 «Смерч» — уникальная РСЗО не только из-за своей мощности и дальности, но и из-за куда большей точности стрельбы. Ракеты «Смерча» летят на расстояние 70 км, а рассеивание по дальности составляет всего 0,21 %, то есть около 150 м, что приближает её по меткости к артиллерийским орудиям.

Боевая машина 9А52 для РСЗО «Смерч» была создана на шасси мощного автомобиля МАЗ-543М. Позже в качестве шасси использовали автомобиль МАЗ-7911. Машины этого типа уже применялись в пусковых установках зенитного комплекса С-300П и оперативно-тактических ракет Р-17.

Таблица ТТХ новых реактивных снарядов для систем 9К51 и 9К51М ТТХ РСЗО «Смерч»

Калибр, мм — 300

Число труб — 12

Вес боевой машины, кг:

без снарядов и расчёта — 33 700

со снарядами и расчётом — 43 700

Дальность стрельбы, км:

максимальная — 70

минимальная — 20

Площадь поражения одним залпом, га — 672

Тип двигателя — Д-12А-525А

Мощность, л. с. — 525

Скорость движения по шоссе, км/ч — до 60

^{220-мм РСЗО 9П140 «Ураган».}

В состав комплекса РСЗО «Смерч» входит транспортно-заряжающая машина 9Т234-2, созданная на шасси автомобиля МАЗ-543А (шасси 79112). Возимый боекомплект на транспортно-заряжающей машине — 12 снарядов.

300-мм реактивная система залпового огня «Смерч» принята на вооружение постановлением Совмина от 19 ноября 1987 г. № 1316-323. До сих пор РСЗО «Смерч» не имеет аналогов в мире. В конце 1990-х годов была создана новая боевая машина 9А52-2Т. Её артиллерийская часть осталась практически без изменений, а в качестве шасси для армии Индии был использован чешский автомобиль «Татра» Т816. Благодаря этому вес пусковой установки снизился с 43,7 т до 39,5 т, а расчёт уменьшился до трёх человек. Соответственно, была создана и транспортно-заряжающая машина 9Т234-2Т на шасси «Татра» Т816.

В конце 1990-х годов начались испытания модернизированного комплекса «Смерч», позже получившего название 9К515 «Торнадо-С».

^{300-мм РСЗО 9А52 «Смерч».}

В новой боевой машине 9А54 изменился способ заряжания. Если раньше транспортно-заряжающая машина 9Т234-2 с помощью своего крана заряжала ракеты 9М55 в пусковые трубы боевой машины по одной, то сейчас пусковые трубы с ракетами «Торнадо-С» размещены в специальных контейнерах, и кран устанавливает их за считаные минуты.

А самое главное — это введение в комплекс «Торнадо-С» дальнобойных управляемых ракет. Их рождение стало возможным, с одной стороны, благодаря появлению у России новых типов ракетных двигателей на смесевом топливе, а с другой — благодаря созданию собственной глобальной навигационной спутниковой системы ГЛОНАСС. 24 спутника системы ГЛОНАСС, развёрнутые на орбите высотой 19 400 км, при совместной работе с парой спутников-ретрансляторов «Луч» обеспечивают метровую точность определения координат. Добавив в уже существующий контур управления ракетой дешёвый ГЛОНАСС-приёмник, конструкторы получили систему оружия с КВО в единицы метров.

Согласно заявлению главного конструктора тульского НПО «Сплав» Бориса Белобрагина, сделанному 28 декабря 2017 г., «тульские конструкторы приступили к разработкам новой реактивной системы залпового огня. Она по своим возможностям должна превзойти РСЗО «Торнадо-С». Проект, в рамках которого ведутся опытно-конструкторские работы, получил название «Прорыв».

В годы Великой Отечественной войны Ленинградский фронт был единственным, где применялись турбореактивные снаряды М-28 и М-32 — реплики германских 28-см фугасной мины WK.Spr. и 32-см зажигательной мины WK.Fl. В середине марта 1942 г. в посёлке Кондуя частями Красной армии был захвачен германский склад боеприпасов, где среди прочих хранились 28-см фугасные мины WK.Spr. и 32-см зажигательные мины WK.Fl. Эти снаряды доставили на Ржевку, где на их базе были созданы отечественные реплики — фугасные турбореактивные снаряды М-28 и М-32. В ряде отечественных документов М-28 именовался МТВ — мина тяжёлая вращающаяся.

Работами по М-28 и М-32 руководили заместитель начальника НИАПа инженер-полковник С. М. Серебряков и начальник конструкторского отдела полигона М. Н. Алешков.

Корпус боевой части снаряда М-28 штамповали из листовой стали толщиной 2–3 мм, а затем сваривали. Внутрь корпуса заливали 45,4 кг расплавленного тротила или амматола 40/60 и получали так называемый тяжёлый снаряд весом 82 кг с дальностью полёта 1900 м. Если боевую часть снаряжали 30 кг амматола 80/20 путём ручной набивки, то вес снаряда составлял 65 кг, а дальность полёта 3000 м.

В М-32 заливали около 50 кг зажигательного вещества. Двигатели обоих снарядов были одинаковыми.

В нарезное дно головной части ввинчивалась реактивная часть, выполненная в виде тонкостенного цилиндра с навинтным днищем-соплом, в котором имелось 26 сопловых отверстий, расположенных под углом к оси снаряда. В корпусе реактивной части помещалась пороховая шашка-моноблок с семью продольными каналами. Вес шашки 6,9 кг.

Снаряды транспортировались по одному в упаковочных ящиках, из которых они и выстреливались. Для производства выстрела упаковочные ящики со снарядами М-28 укладывались на деревянные или металлические пусковые станки-рамы. В первом случае на раму укладывали два ящика, во втором — четыре. Чтобы избежать смещения и опрокидывания при выстреле, рамы прикрепляли к земле с помощью сошников и растяжек. Вертикальное наведение производилось путём перемещения рамы вниз по подпоркам, имеющим дополнительные отверстия, в которые вставлялся болт, связывающий подпорку с рамой.

Запуск снарядов М-28 производился с помощью электрозапалов от подрывной электрической машинки. Тяжёлый снаряд М-28 с боевой частью, снаряжённой 45,4 кг амматола, при падении на грунт средней плотности образовывал воронку диаметром около 7 м и глубиной около 2 м. Облегчённый снаряд с 30 кг амматола 80/20 при взрыве в грунте образовывал воронку диаметром около 5 м и глубиной около 1,5 м.

Снарядами М-28 был оснащён дивизион трёхбатарейного состава. В каждой батарее имелось три взвода по 16 снарядов М-28 в каждом. Всего в дивизионе состояло 192 снаряда. Изготовлением реактивных снарядов М-28 и станков для их пуска в Ленинграде занимались более десяти предприятий, среди них машиностроительный завод им. В. И. Ленина, завод «Большевик», 3-я мебельная фабрика, Охтинский химический комбинат.

Возможности М-28 и М-32 (МТВ-280 и МТВ-320) хорошо видны из отчёта об их испытаниях на АНИОПе:

«Сегодня, 12 августа, на АНИОПе был проведены очередные испытания МТВ-280 и МТВ-320 в количестве 8 штук, снаряжённые заводом № 522 следующими составами:

3 шт. МТВ-320 жидкостным зажигательным составом;

2 шт. МТВ-320 и 1 шт. МТВ-280 термитными сегментами;

2 шт. МТВ-280 (фугасные) тротилом.

Испытания показали, что:

Выпущенные 3 мины МТВ-320, снаряжённые жидкостным зажигательным составом (смесь нитроклетчатки с бензином, соляровым маслом и бертолетовой солью), показали хороший результат воспламенения жидкости с большим поражением площади горящей смесью. Огнём была охвачена площадь, насчитывающая до 50 и больше очагов зажигания. Все три мины сработали хорошо и показали удовлетворительные результаты.

Мины МТВ, снаряжённые термитными сегментами, являются комбинированными минами фугасно-зажигательного действия. Выпущенные 2 шт. МТВ-320 и 1 шт. МТВ-280 сработали хорошо и дали большой разброс горящих термитных сегментов, образовав большое количество пожаров на местности. Отдельные сегменты разбрасывались от места взрыва до 300 м. При разрыве мины образовалась воронка до 1 м глубиной и 2 м в диаметре.

С целью получения повышенной дальности мин МТВ-280 заводом № 522 был изменён метод снаряжения, заливка мины тротилом заменена засыпкой, что облегчило её вес до 17 кг.

Результаты стрельбы показали: дальность полёта первой мины — 3100 м, и второй мины — 3400 м».

Не менее любопытна и справка «Сравнительные данные боевых качеств реактивного снаряда М-30, МТВ-280 и МТВ-320»:

«Научно-исследовательская группа артполигона, сопоставив реактивный снаряд М-30 по проекту Главного управления миномётных частей с находившимися в производстве на ленинградских заводах минами МТВ-280 и МТВ-320, даёт следующие сравнительные данные:

Снаряд М-30 в конструктивном отношении представляет из себя осколочно-химический снаряд, который можно использовать как зажигательный и фугасный, с изъятием в последнем случае центральной трубки из головной части. Мины МТВ также могут быть использованы в этих направлениях, причём они могут взять больше ОВ, чем М-30, и быть эффективнее. (МТВ — 27,5 кг, МТВ-320 — 37 кг, М-30 — 14,5 кг.)

Схема снаряда М-28:

1 — взрыватель; 2 — детонатор; 3 — взрывчатое вещество; 4 — боеголовка; 5 — соединительная гайка; 6 — пороховой заряд; 7 — двигательный отсек; 8 — сопло двигателя с решёткой.

Данные тяжёлых фугасных снарядов ^{* — к моменту принятия таких индексов ГАУ этих снарядов на вооружении уже не было.}

Эти же преимущества у мин МТВ перед М-30 остаются при снаряжении зажигательными веществами, т. к. устройство и действие зажигательной мины аналогичны действию химической мины.

Если переделать снаряд М-30 под фугасный снаряд, изъяв центральную трубку в головной части, то вес разрывного снаряда составит 28 кг ВВ, в то время как в мине МТВ-280 намечается 48 кг, что в 1,7 раза больше, чем в М-30. Отсюда сила взрывной волны МТВ-280 будет иметь более губительное действие, чем от М-30. В части осколочного действия М-30 имеет преимущества, т. к. головная часть его сварена из железа толщиной в 7 мм, в то время как толщина стенок головной части МТВ-280 составляет 2 мм. Как осколочно-фугасный реактивный снаряд М-13 намного превосходит М-30 как по дальности, так и по осколочно-фугасному действию, и он освоен в Ленинграде в массовом производстве. Дальность полёта снаряда М-30, по подсчётам, незначительно превышает мины МТВ-280. Снаряд М-30 в химическом снаряжении летит на 2650 метров, а мины МТВ-280 в фугасном снаряжении на 2000 метров, таким образом, ощутимых преимуществ по дальности эти снаряды не имеют. По трудоёмкости производство снаряда М-30 займёт больше времени, чем мины МТВ-280, почти на 6,5 часов. На основании заключений, данных АНИОПом, считаем, что:

Заменять мины МТВ-280 и МТВ-320, уже находящиеся в валовом производстве на ленинградских заводах, на снаряд М-30 нецелесообразно. Оставить в производстве на ленинградских заводах реактивные снаряды и мины следующих калибров: М-13, М-8, МТВ-280, МТВ-320 как уже полностью освоенные».

Войсковые испытания ракет М-28 были проведены на Ленинградском фронте 20 июля 1942 г. в районе Старо-Паново — 192 тяжёлые мины М-28 (более 12 тонн взрывчатки и стали) накрыли сразу два батальона противника: испанских добровольцев из Голубой дивизии и менявших их в это время в укреплённом районе Старо-Паново немцев.

^{Дети изготавливают реактивные снаряды М-28. Ленинград. 1942 г.}

Кроме пусковых установок рамного типа к началу осени 1942 г. в Ленинграде разработали самоходную шестизарядную пусковую установку ЛАП-7 (ЛАП — Ленинградский артиллерийский полигон). Её артиллерийскую часть смонтировали на трёхосном грузовом автомобиле ГАЗ-АА. Характерной особенностью ЛАП-7 стало поперечное расположение укупорочных ящиков, подобное тому, которое использовалось в опытной установке МУ-1. ЛАП-7 позволяла производить раздельное попарное вертикальное наведение реактивных мин, то есть можно было запускать три пары сна-рядов под различными углами возвышения — производить обстрел одним залпом трёх различных целей.

Любопытно, что по германским таблицам стрельбы 28-см WK.Spr и 32-см WK.(M).Fl имели минимальную дальность 700 м, а у МТВ-280 и МТВ-320 минимальной дальностью считало 1200 м.

Реактивные установки сыграли важную роль в обороне Ленинграда и прорыве его блокады. Поскольку реактивные снаряды под Ленинградом применялись в основном по хорошо укреплённым позициям противника, то среди них преобладали тяжёлые фугасные снаряды М-28, М-32 и М-30.

В ноябре 1939 г. в Великобритании доктор Элвин Кроу приступил к разработке зенитных неуправляемых ракет. Экзотика этих ракет состоит в том, что они должны были создавать своеобразное воздушное минное поле.

Концепция воздушного минного поля включала в себя запуск ракет, образовывавших на пути вражеских самолётов заграждение.

Боевая нагрузка ракеты состояла из фугасного боеприпаса, при помощи длинного троса подвешенного на парашюте. Предполагалось, что при столкновении с тросом самолёт получит некоторые механические повреждения, а затем подтянет к себе боеприпас и спровоцирует его подрыв с понятными последствиями. Большое количество воздушных мин должно было повысить вероятность поражения самолётов противника.

Морская ракета UP (Unrotated Projectile — невращающийся снаряд) имела вид цилиндра с прямым передним поддоном. Стабилизатор кольцевой. Ракета UP имела длину 810 мм при максимальном диаметре 178 мм. Вес изделия в боеготовом состоянии — 16 кг. Поражать цели предлагалось при помощи специальной воздушной мины. Она представляла собой компактный осколочно-фугасный боеприпас весом всего 240 г. При помощи 120-метрового троса мина крепилась к парашюту. Подрыв боевой части производился контактным взрывателем.

Наклонная дальность — 900 м, потолок — 200 м.

Поднявшись на заданную высоту, определённую углом возвышения, ракета сбрасывала крышку головной части и выбрасывала мину с парашютом. Опускаясь со скоростью до 5–7 м/с, мины в течение некоторого времени создавали заслон на пути атакующей авиации. Корабельные пусковые установки ракет UP имели 20 трубчатых направляющих (5×4). В 1940 г. линкор «Нельсон» был вооружён четырьмя ПУ, а линейный крейсер «Худ» — пятью ПУ, установленными на башнях главного калибра.

Летом 1940 г. для системы ПВО была создана ракета UP-3. Её калибр 76,2 мм. В носовой части расположен конический обтекатель, стабилизатор четырехпёрый. Ракета, как и UP, несла воздушные мины с парашютом. Ракеты UP-3 запускались как со стационарных, так и с автомобильных установок.

Эффективность ракет UP была невелика. Автор не обнаружил данных о сбитых ими самолётах.

В СССР работы над зенитными неуправляемыми ракетами впервые были начаты в 1940 г. во 2-м отделе РНИИ (НИИ-3). Там была спроектирована зенитная ракетная установка ЗРУ. Ведущим конструктором по этой теме был С. А. Пивоваров. Пусковая установка состояла из шести 4-метровых спаренных направляющих той же конструкции, что и на установке М-132 (на ЗИС-6).

Пакет направляющих устанавливался на трубчатой ферме. Ферма ставилась на квадратную поворотную раму, смонтированную на поворотной тумбе, служащей токосъёмником для приводов. Подъём фермы и поворот рамы осуществлялись электроприводами с дистанционным управлением от переносного поста управления, обеспечивающего наводку ЗРУ на цель и ведение огня одним человеком.

Электромоторы приводов питались током от подвижного электрогенератора постоянного тока, приводимого в движение автомобильным мотором ГАЗ-АА. Зенитная установка была смонтирована на одноосном четырёхбаллонном прицепе и в боевом положении ставилась на четыре откидных домкрата.

В середине 1940 г. опытная установка ЗРУ была изготовлена в мастерских РНИИ и испытана на одном из заводских полигонов, но возлагавшихся надежд не оправдала, так как обычные осколочно-фугасные снаряды М-132, применявшиеся на ней, не отвечали условиям ведения стрельбы ЗРУ по движущимся воздушным целям как по скорости полёта снаряда, так и по достижению максимальной высоты подъёма. Поэтому дальнейшие испытания зенитной ракетной установки до разработки специального зенитного снаряда были отложены.

В ноябре 1941 г. командиром взвода зенитных пулемётов 64-го батальона аэродромного обслуживания младшим лейтенантом Н. И. Барановым были спроектированы зенитные установки для стрельбы авиационными ракетами РС-82 и РС-132. В этих установках были использованы направляющие и другие элементы авиационных пусковых установок. По указанию генерала И. П. Журавлёва на полевом авиационном заводе изготовили четыре 24-зарядные установки для реактивных снарядов РС-82 калибра 82 мм и две 12-зарядные установки для реактивных снарядов РС-132 калибра 132 мм. Ракетные установки были проверены опытными стрельбами, и составлены таблицы для зенитных и наземных стрельб. Дивизион в составе шести ракетных установок осуществлял прикрытие аэродромов под Тихвином и на Ладожском озере.

Установки были смонтированы на шасси автомобиля ЗИС-5. Максимальный угол возвышения установок 85°. Снаряды были оснащены дистанционными трубками.

Впервые в боевых условиях две пусковые зенитные установки, созданные Н. И. Барановым, были применены 14 ноября 1941 г., оператором одной из пусковых установок был сам изобретатель. Под деревней Сорожа, недалеко от Тихвина, при защите от воздушного нападения штаба Северной группы 4-й армии зенитными ракетами был сбит немецкий бомбардировщик «Юнкерс-88». В качестве снарядов применялись штатные авиационные ракеты М-8.

В сентябре 1942 г. главнокомандующий люфтваффе Герман Геринг подписал программу исследований с целью создания новых средств ПВО. Она включала в себя создание как управляемых, так и неуправляемых зенитных ракет.

В итоге в 1942–1945 гг. было создано несколько управляемых зенитных ракет — «Вассерфаль», «Шметтерлинг», «Энциан» и других, а также неуправляемая зенитная ракета «Тайфун». По своим весогабаритным характеристикам ракета «Тайфун» была близка к советской «Катюше» (М-13). Длина ракеты составила 1970–2000 мм, диаметр корпуса (калибр) 100 мм, размах стабилизаторов 220 мм.

Стабилизация ракеты осуществлялась четырёхкрылым стабилизатором. Крылья были косонаправленные (около 1°). За счёт этого ракета имела небольшое вращение, до 150 об/мин. Рассеивание на больших высотах стрельбы составляло 1/140 от наклонной дальности стрельбы.

Ракета «Тайфун» изготавливалась в двух вариантах: «Тайфун Р» и «Тайфун F». Основное различие вариантов Р и F было в двигателе. Вариант Р имел твердотопливный (пороховой) двигатель, а вариант F — жидкостный. Боевая часть обоих образцов содержала 0,7 кг взрывчатого вещества. Корпус боевой части выполнен из стали толщиной 0,7 мм. В переднюю часть вваривалась резьбовая втулка, в которую вворачивался ударный взрыватель.

Твердотопливный вариант «Тайфун Р» имел одношашечный двигатель весом 11,6 кг. Двигатель развивал тягу 2100 кг в течение 1,5–1,7 с, за это время ракета набирала скорость порядка 1150 м/с, что позволяло достигать высоты около 13 км. Горизонтальная дальность при этом составляла 12 км. Одна батарея состояла из 12 пусковых установок по 30 направляющих в каждой.

Снаряд «Тайфун Р» создавался в двух вариантах: с фугасной и осколочной боевыми частями — и имел следующие основные расчётные характеристики (см. таблицу).

Основные характеристики вариантов снаряда «Тайфун Р»

Жидкостный вариант «Тайфун F» был оснащён простейшим жидкостно-реактивным двигателем фирмы «Электромеханишеверке». В качестве топлива использовалась самовоспламеняющаяся комбинация окислителя, который немцы обозначили «сальбай» — 98–100-процентная азотная кислота, и горючего, которое обозначалось «визоль» — смесь бутилового эфира с анилином. Общий вес компонентов топлива — 8,32 кг. Подача компонентов была вытеснительной, необходимое давление создавал пороховой газогенератор.

Пусковая установка ракеты «Тайфун» была создана чешскими конструкторами завода «Шкода» (Skodawerke) в г. Пльзене на базе лафета и повозки зенитной пушки 8,8 cm Flak 36. Она состояла из блока направляющих и кабины оператора, смонтированных на общем поворотном основании на орудийном лафете. Блок направляющих состоял из 16 расположенных в два яруса винтовых направляющих длиной 3500 мм.

Немцы планировали до сентября 1945 г. сформировать 400 батарей по 12 пусковых установок в каждой и изготовить соответствующее количество ракет. Предполагалось производить до полутора миллионов ракет в месяц, но фактически немцы успели изготовить лишь 600 ракет.

Пусковая же установка была изготовлена лишь в одном экземпляре, а работы над её модификациями, предназначенными для размещения на кораблях и на шасси танка Pz.Kpfw.V «Пантера», были прекращены со вступлением в Пльзень советских войск.

^{Неуправляемая германская зенитная ракета «Тайфун».}

Немецкая жидкостная неуправляемая зенитная ракета «Тайфун F»:

1 — ударный взрыватель; 2 — заряд ВВ; 3 — электровоспламенитель газогенератора; 4 — кордитный газогенератор; 5 — разрывные мембраны; 6 — бак горючего «визоль»; 7 — бак окислителя «сальбай»; 8 — разрывные мембраны; 9 — пробка для задержки подачи окислителя; 10 — камера сгорания; 11 — поршень в горловине сопла.

Несколько образцов ракет «Тайфун» P и F стали трофеями Красной армии. В советской оккупационной зоне Германии был создан НИИ «Берлин». КБ-5 института (иногда его называли 5-м отделом) занималось германскими пороховыми реактивными снарядами. Любопытно, что поначалу наших военных распирало от гордости за любимую «Катюшу», и они не пожелали заниматься германскими турбореактивными системами залпового огня. Поэтому тематика КБ-5 была ограничена зенитным снарядом «Тайфун Р», противотанковым снарядом «Ротхампхен» («Красная шапочка») и стартовыми пороховыми двигателями к зенитным управляемым ракетам «Шметтерлинг» и «Рейнтохтер».

Руководил КБ-5 Н. И. Крупнов — начальник вновь созданного в 1945 г. в Москве для разработки реактивных снарядов Государственного центрального конструкторского бюро № 1 Наркомата боеприпасов.

По штату в КБ-5 должно было работать 120 немецких и 35 советских специалистов. Фактически же в июле 1946 г. было 40 немецких и 8 советских специалистов, а в середине августа — 12 советских специалистов и 149 немцев.

В КБ-5 работал доктор Вильгельм Бурхардт — один из создателей ракеты «Тайфун». К сожалению, он погиб в авиакатастрофе в 1946 г.

В ноябре 1946 г. все работы в НИИ «Берлин» были свёрнуты, а оборудование и специалисты вывезены в СССР.

В СССР с «Тайфуном» случилось множество приключений. То он превратился в РЗС «Стриж», то в Р-110 «Чирок». Последняя его метаморфоза — 9М22 «Град».

Работы по созданию американской 227-мм тяжёлой РСЗО MLRS (Multiple Launch Rocket System) начались в 1978 г. Войсковые испытания системы завершились в 1983 г., и в том же году фирма «Воут» приступила к серийному производству РСЗО MLRS для американской армии.

Для поставок системы MLRS странам НАТО в 1986 г. была создана международная корпорация, в которую вошли фирмы из США, ФРГ, Великобритании, Франции и Италии. Кроме стран НАТО, эта корпорация осуществляла поставки MLRS в Японию, Саудовскую Аравию и Бахрейн. В настоящее время эта РСЗО является стандартной реактивной системой НАТО, количество выпущенных боевых машин этого типа превышает одну тысячу.

РСЗО MLRS включает в себя самоходную пусковую установку (ПУ) М270, ракеты в транспортно-пусковых контейнерах (ТПК) и аппаратуру управления огнём. Пусковая установка разработана на базе американской БМП М2 «Брэдли». В передней части установки в бронированной кабине управления размещается расчёт в составе командира, наводчика и механика-водителя. Алюминиевая броня кабины защищает расчёт от пуль стрелкового оружия и осколков артиллерийских снарядов и мин.

За кабиной управления размещены моторно-трансмиссионное отделение и артиллерийская часть. В артиллерийскую часть ПУ входят: неподвижное основание, установленное на корпусе шасси; поворотная платформа с закреплённой на ней качающейся частью, в бронированной коробчатой ферме которой находятся два ТПК; механизмы заряжания и наведения.

Особенность артиллерийской части MLRS — отсутствие специальных направляющих для запуска ракет. Стрельба производится непосредственно из двух транспортно-пусковых контейнеров, каждый из которых имеет шесть трубчатых направляющих. Снаряжаемые на заводе герметичные контейнеры одноразового применения обеспечивают сохранность НУР (неуправляемых ракет) без какого-либо обслуживания в течение десяти лет.

Номенклатура боеприпасов MLRS состоит из:

М26 — 227-мм неуправляемый реактивный снаряд с кассетной головной частью (кумулятивно-осколочные субэлементы М77);

М26А1 — 227-мм неуправляемый реактивный снаряд с кассетной головной частью (субэлементы М85) и увеличенной дальностью (ER MLRS);

М26А2 — 227-мм неуправляемый реактивный снаряд с кассетной головной частью (кумулятивно-осколочные субэлементы М77) и увеличенной дальностью (ER MLRS);

GMLRS — 240-мм управляемый (инерциальная + коррекция GPS) реактивный снаряд с кассетной головной частью (субэлементы М85) и увеличенной дальностью (ER MLRS);

М28 — 227-мм тренировочный реактивный снаряд;

М28А1 — 227-мм тренировочный реактивный снаряд с уменьшенной дальностью;

AT-2 — 227-мм кассетный реактивный снаряд — постановщик мин.

РСЗО MLRS состоит на вооружении 15 стран мира, включая США, Израиль, Японию и Финляндию.

В мае 1986 г. началась разработка тактической ракеты MGM-140 ATACMS (Army Tactical Missile System). Первый её испытательный пуск состоялся 26 апреля 1988 г., а в декабре того же года приступили к изготовлению небольшой серии.

Эксплуатация MGM-140A ATACMS началась в январе 1991 г., тогда же начата замена ОТРК MGM-52 «Lance». Для запуска ракеты ATACMS используется модернизированная пусковая установка M270 системы залпового огня MLRS.

Оперативно-тактическая ракета ATACMS совершает свой полёт по так называемой полубаллистической траектории, когда её начальный разгон осуществляется по заранее запрограммированной жёсткой траектории, а весь последующий полёт после достижения апогея происходит в управляемом режиме. Управление ракетой осуществляется с помощью аэродинамических рулей по сигналам от бортовой системы управления, которая непрерывно определяет предполагаемую точку падения и вырабатывает соответствующие команды для совмещения её с целью. В связи с этим на малых и средних дальностях траектория полёта ОТР имеет ярко выраженный «второй апогей».

Тактическая ракета ATACMS имеет несколько модификаций:

ATACMS Block I — ракета с кассетной головной частью на 950 боевых элементов, дальностью до 165 км и инерциальной системой управления;

ATACMS Block IA — ракета с кассетной головной частью на 300 боевых элементов, дальностью до 300 км и инерциальной системой управления с коррекцией от GPS;

ATACMS Block IA Unitary — ракета с фугасной боевой частью весом 227 кг, дальностью до 270 км и инерциальной системой управления с коррекцией от GPS.

Впервые ATACMS были использованы американцами во время операции «Буря в пустыне». Всего по иракским целям было запущено 32 ракеты MGM-140A с ПУ M270 MLRS. Во время операции «Иракская свобода» было запущено более 450 ракет.

В 1994 г. в Соединенных Штатах началось проектирование РСЗО более подвижной, чем MLRS, но с сохранением её баллистики. Увеличение мобильности достигалось за счёт уменьшения числа пусковых направляющих и, соответственно, снижения веса. А главное — за счёт перехода с гусеничного на колёсное шасси.

О разработке РСЗО HIMARS (High Mobility Artillery Rocket System) впервые стало известно в 1994 г. Полномасштабные работы начались в 2002 г. Корпус морской пехоты США договорился с Сухопутными войсками о приобретении 40 систем HIMARS. Их развёртывание началось в 2005 г.

В июле 2007 г. морские пехотинцы из батареи «Фокс» 2-го батальона 14-го полка морской пехоты были размещены в иракской провинции Аль-Анбар. Это первое подразделение морской пехоты, использовавшее HIMARS в боевых действиях. HIMARS создан на базе пятитонного колёсного шасси FMTV Армии США. Новая пусковая установка может нести шесть реактивных снарядов РСЗО MLRS или одну оперативно-тактическую баллистическую ракету ATACMS. HIMARS по боекомплекту взаимозаменяема с РСЗО M270A1.

РСЗО HIMARS американцы уже применяли в 2010 г. в Афганистане, а в феврале 2018 г. — в Сирии. HIMARS состоит на вооружении США, Сингапура, Объединённых Арабских эмиратов, Канады и Иордании.

В начале февраля 2019 г. Польша завершила переговоры с США о поставках систем залпового огня HIMARS на сумму полмиллиарда долларов.

Из РСЗО европейских стран наибольшего внимания заслуживает германская LARS (Leichtes Artillerie-Raketen-System).

Испытания системы начались в 1967 г. РСЗО LARS поступила на вооружение ракетных дивизионов артиллерийских полков дивизий Бундесвера в 1969 г., а в следующем году началось её серийное производство.

Основные ТТХ систем залпового огня

Всего изготовлено 209 боевых машин, состоявших на вооружении только в ФРГ.

Самоходная пусковая установка разработана на базе грузового автомобиля повышенной проходимости «Magirus-Deutz» Typ 178 D15A.

Артиллерийская часть имеет 36 стволов, служащих направляющими для запуска неуправляемых ракет.

Первоначально имелось две модификации артиллерийской части: с одним пакетом из 36 стволов и с двумя пакетами по 18 стволов в каждом. Второй вариант был признан более предпочтительным и стал стандартным для всех пусковых установок системы LARS. Пакеты стволов смонтированы на поворотной раме, обеспечивающей горизонтальную наводку в диапазоне ±50° и углы вертикальной наводки от 0° до +50°.

Стрельба ведётся 110-мм неуправляемыми реактивными снарядами, которые стабилизируются в полёте оперением, раскрывающимся и устанавливающимся под углом. Скорость снаряда 635 м/с. Снаряды комплектуются следующими головными частями:

— осколочно-фугасной DM-11 с взрывателем ударного действия;

— осколочно-фугасной DM-21 с готовыми осколками (5000 стальных шариков) и неконтактным взрывателем, обеспечивающими радиус эффективного поражения живой силы 60 м;

— дымовой DM-15, содержащей 6 кг дымообразующего состава (батарея из восьми РСЗО LARS может создать дымовую завесу протяжённостью 3–5 км, которая удерживается в течение 15–20 минут);

— кассетной DM-70, снаряжённой восемью противотанковыми противоднищевыми минами АТ-1, полным залпом минируется площадь 400 на 300 м (заграждение состоит из 2304 мин, которые оснащены самоликвидаторами, срабатывающими по истечении установленного времени);

— пристрелочной, имеющей радиолокационный отражатель и используемой для подготовки данных для стрельбы системой управления огнём FERA. Перезаряжание пусковой установки производится вручную в течение 15 минут.

В 1980–1983 гг. в ФРГ проведена модернизация РСЗО LARS. Модернизированные образцы получили наименование LARS-2.

Всего модернизировано 209 РСЗО. По программе модернизации по стандарту LARS-2 каждая ПУ монтируется в задней части шасси 7-тонного грузовика MAN (6×6) (MAN LKW 7t. mil gl KAT I) и состоит из двух расположенных рядом обойм из 18 пусковых труб.

Все твердотопливные ракеты с оперением могут быть выпущены за 17,5 секунд. Ручная перезарядка ПУ занимает примерно 15 минут. Минимальная и максимальная дальности стрельбы составляют 14 и 30 км соответственно. Имеется семь типов БЧ ракеты, включая:

— кассетную для дистанционной постановки минных полей DM-711 с пятью противотанковыми минами AT-2, с тормозными парашютами;

— осколочно-фугасную DM-21;

— кассетную DM-701 с восемью противотанковыми минами AT-1.

В заключение рассказа о зарубежных РСЗО следует упомянуть системы залпового огня главного союзника США на востоке — Японии.

^{Японская система залпового огня «Тип 75».}

В этой стране проектирование первых систем началось в конце 1960-х гг. В 1975 г. состоялись испытания первой японской серийной РСЗО «Тип 75». Боевая машина «Тип 75» создана на основе бронетранспортёра «Тип 73», разработанного компанией «Мицубиси». В РСЗО «Тип 75» применяются турбореактивные снаряды с цилиндрическим корпусом, имеющим обтекаемую головную часть. Длина изделия составляет 1,86 м, диаметр — 130 мм. Стартовый вес ракеты 43 кг, из которых 15 кг приходится на осколочно-фугасную или кассетную боевую часть.

Снаряд комплектуется однорежимным твердотопливным двигателем, имеющим несколько косонаправленных сопел для стабилизации в полёте. Скорость снаряда достигает 700 м/с.