— Я ещё раз предупреждаю вас, мистер Шарп, что прогулка, — если вообще уместно это слово, — будет далеко невеселой. У многих нервы не выдерживают уже на полпути, а помощи ждать неоткуда. Так что, вкусив плод, придётся отведать его до конца. Готовы вы к этому? — спросил Рой Ньюпорт, управляющий Зоной «Пэгэтори», обращаясь к собеседнику.

Бартоломей Шарп, высокий, спортивного склада мужчина, лет тридцати, вопросительно посмотрел на жену.

— Мы же всё решили, Барт. Ну, Барт, пожалуйста! — нетерпеливо воскликнула стройная молодая женщина, умоляюще глядя на мужа.

— Конечно, конечно, Джозефин, — широко улыбаясь, ответил Барт.

Он повернулся к Рою Ньюпорту, седовласому пожилому человеку с черными проницательными глазами, и твердо произнес: «Наше решение окончательное, господин Ньюпорт. Мы намерены не только пройти Зону, но и пройти её до конца».

— Похвальные намерения, господин Шарп, — улыбаясь, ответил управляющий. — Значит, рассчитываете на наш главный приз в один миллион долларов?

— Я не привык проигрывать, господин Ньюпорт.

— Замечательно, господин Шарп! Ответ достоин настоящего мужчины. Но должен вам сказать, что за всё время существования Зоны только троим смельчакам удалось добраться до «Зед шесть». Только троим. Большинство заканчивало свой путь в «Зед три» или «Зед четыре». Тем не менее, я от души желаю вам удачи.

— Благодарим вас, господин Ньюпорт! — улыбаясь белозубой улыбкой, воскликнула молодая женщина.

«Ох уж эти чичако, — подумал Рой Ньюпорт, с первого взгляда разглядев в этой хрупкой, восторженной женщине новичка в подобного рода делах. — Сколько их здесь побывало любителей острых ощущений за эти семь лет, и никто не победил Зону», размышлял он, доставая из папки два заполненных бланка. «Ну, что ж, Зона одарит их острыми ощущениями на всю оставшуюся жизнь. Уж это — фирма гарантирует!»

Держа в руках фирменные бланки, управляющий пристально посмотрел на очаровательную супругу Бартоламея Шарпа. Он проникся симпатией к молодой женщине, которая, — и это ему было совершенно ясно, — не имела полного представления о том, что её ждёт в Зоне.

— Госпожа Шарп, могу я задать вам один вопрос? — спросил управляющий.

- Да, господин Ньюпорт. Прошу вас.

- Могу ли я узнать, госпожа Шарп, располагаете ли вы каким-либо опытом в подобного рода испытаниях?

Молодой женщине не удалось скрыть смущения под проницательным взглядом управляющего. Несколько взволновано, она ответила: «Видите ли, господин Ньюпорт…Ну, как вам сказать… Конечно я не имею такого опыта, как Барт, мой муж, я хотела сказать… но я…»

- Господин Ньюпорт, — мягко остановил жену Барт. — Я принимал участие в операции «Буря в пустыни». Вы знаете, что это такое…

Пристально глядя в глаза Барту, управляющий сухо произнёс: «Разумеется, знаю, господин Шарп. Это о многом говорит. Но вы никогда не были в нашей Зоне, а это испытание, пожалуй, будет по круче, чем «Буря в пустыне».

— Но ведь мы готовы подписаться, что ваша фирма не будет нести никакой ответственности за наше пребывание в Зоне, — поспешно сказал Барт.

— Да, это так, господин Шарп. И ваше согласие на это должно быть подтверждено вашими подписями на этих бланках, — ответил управляющий, держа в руках бланки соглашения.

— Мы готовы это сделать, — решительно ответил Барт.

«А парень с характером», — подумал управляющий, и сказал: «Я всё это говорю вам только потому, что игра должна вестись по строгим правилам. Мы не хотим подвергать людей, не подготовленных к таким серьезным испытаниям, чрезмерному риску. А риск, действительно, очень велик. Зона — это новое, неизведанное пространственное измерение, в котором происходят вещи, несвойственные для нашего мира. Но я вижу, господин Шарп, что вы можете постоять за себя и за свою очаровательную супругу».

Управляющий положил бланки на стол и протянул Барту авторучку. Барт быстро поставил подпись на двух бланках и передвинул их к жене. Джозефин взяла ручку, но её рука на несколько мгновений замерла над бумагой.

Острый взгляд Ньюпорта сразу заметил замешательство молодой женщины, и его ладонь мягко легла на бланк.

- Простите, госпожа Шарп. Но я хотел бы сказать вам ещё кое-что, прежде чем вы поставите подпись под этими документами, — доброжелательно произнес управляющий.

Джозефин посмотрела на управляющего настороженным взглядом.

— Да, господин Ньюпорт. Я слушаю…

— Знаете, госпожа Шарп. Я ведь сам дважды ходил в Зону. И должен признаться, что в первый раз я добрался только до «Зет три», а во второй — с трудом дошел до четвертого квадрата. А вот на третью попытку меня уже не хватило. «Зачем я всё это говорю ей, — подумал он. — Ведь я не имею право говорить подобных вещей».

Джозефин уже овладела собой и, улыбнувшись, непринужденно сказала: «Вот как? В таком случае у меня есть шанс обставить вас, господин Ньюпорт! Хотите пари?»

Ну, дай-то бог, — проговорил управляющий и убрал ладонь с бланка.

Джозефин решительно подписалась под бланками и улыбнулась мужу. Он ответил ей ободряющей улыбкой.

— Отлично! Теперь осталось только оплатить ваше пребывание в Зоне, и я оформлю контракт, — сказал управляющий.

Барт достал из кармана деньги.

— Вот десять тысяч долларов, господин Ньюпорт, — сказал он, протягивая деньги управляющему.

Управляющий взял деньги, оба бланка, поставил на них свою подпись и печать, затем один экземпляр вернул Барту, а второй запер в сейф.

— Договор заключен, господин Шарп, — сказал управляющий. — Вам выдадут экипировку, необходимое снаряжение и карту Зоны. Наш инструктор проведет с вами подготовительную работу. И я хочу верить, что вы добьётесь своей цели. Я искренне желаю вам успеха. Выход в Зону назначен на шесть часов утра завтрашнего дня. А пока, господа, желаю вам приятного отдыха в нашей гостинице. За счет фирмы, разумеется…

В 5-45 утра Барт и Джо вышли из гостиницы. На Барте был оранжевый комбинезон, на ногах — легкие, прочные краги, руки закрывали тонкие, эластичные перчатки, а на поясе висели тяжелый армейский кольт и тесак. На Джозефин был комбинезон голубого цвета.

Их уже ждал микроавтобус, за рулём которого сидел Стив Глэн, инструктор Зоны. Накануне Стив несколько часов провёл в гостиничном номере Шарпов, разбирая с ними варианты прохождения Зоны.

— Привет, Стив!

— Привет, Джозефин! Привет, Барт! Как настроение?

— Всё в порядке, Стив. Мы готовы! — ответил Барт.

— Окей. Тогда поехали, — сказал Стив, и включил зажигание машины.

Мотор мягко заворчал, и машина, набирая скорость, устремилась к Зоне.

Стив не закрывал рта. Он мог говорить о Зоне в любое время дня и ночи.

— Зона полна неожиданностей и непредсказуемых явлений. Она нашпигована ими, как рябчик мелкой дробью, после удачного выстрела. Надо помнить об этом постоянно. Ни на секунду нельзя расслабляться. Чуть потерял бдительность, и готово! Зона только и ждёт этого. Тут же подкинет какую-нибудь пакость, вроде «Красного перца». Но это цветочки! А ягодки… Кстати, о цветочках. В Зоне сказочно красивые цветы. Но их красота коварна. Могут ждать сюрпризы. «Чёрные брызги», например. Так что, держитесь от цветов подальше. Впрочем, для Зоны понятие «держитесь подальше» звучит просто нелепо. Я бы сказал так: лучший способ избежать ловушек Зоны, это вообще не входить в неё. Вот так-то! Постичь тайну Зоны невозможно. Она неповторима, как мир. Точнее — как Вселенная. Это новое пространственное измерение. Все земные понятия и законы в Зоне теряют всякий смысл. И всё же, у Зоны есть одна особенность. Чем дальше проникаешь в Зону, тем больше опасность. Как сказал русский ученый Кирилл Панов, когда побывал в Зоне, — чем дальше в лес, тем больше дров!

Стив замолчал, думая о чём-то своём. Потом тихо произнёс: «Хороший был парень, Кирилл. Умер от разрыва сердца после выхода из Зоны в Мермонте. Может, слышали?»

Стив говорил не столько для Барта и Джо, сколько для самого себя. Он говорил о Зоне так, как профессор о своём любимом предмете, как родитель о своём ненаглядном дитя.

— Да, девять километров Зоны далеко неравноценны. Если первую половину проходят за час-два, то вторая половина занимает раза в три больше времени. Впрочем, дальше «Зет четыре» мало кто проходил. Большинство ломается уже после третьего квадрата. Зона выворачивает всех буквально на изнанку. До тошноты. До кровавой блевотины. До истерии, до…

Стив вдруг осёкся, осознав, что наговорил лишнего, и замолчал. Он искоса посмотрел в зеркальце заднего обзора. Лицо Джозефин было искажено болезненной гримасой. «Идиот! — мысленно отругал себя Стив. — Какого черта разболтался!»

Машина, плавно вписавшись в поворот, вышла на последний отрезок пути к Зоне.

— Подъезжаем, — сказал Стив, и, помолчав, добавил. — Вот что я вам хочу сказать, ребята. Зону одолеть можно, если очень захотеть. Надо только превозмочь себя. Тысячу раз превозмочь. И не поддаваться панике. Из любого положения, даже критического, можно найти выход. И главное — думайте друг о друге, и ваша верность, ваша любовь помогут вам в тяжелую минуту.

Заскрипели тормоза, и машина остановилась у высокого, глухого железобетонного забора.

— Ну, вот и приехали! — сказал Стив, и взглянул на часы.

Оставалось ещё минут пять свободного времени.

Все вылезли из машины. Стив держал в руках два компактных рюкзака красного цвета. Он помог Барту и Джо укрепить рюкзаки на спине, проверил замки крепления и коротко обронил: «Порядок!» Затем Стив вернулся к машине и вытащил из неё два серебристых шлема и два мотка нейлоновой веревки. Он молча протянул шлемы Барту и Джо и, пока они облачались в них, пристегнул кольца веревок к карабинам их поясных ремней.

— Ну, вот и всё, ребята, — сказал Стив. Теперь пора. Помните. После прохождения каждого квадрата, вы обязаны дать контрольный сигнал. Либо зеленая, либо красная кнопка. Красная — выход из Зоны. Надеюсь, вы будете пользоваться только зеленой кнопкой. Контрольное время выхода из Зоны — 12 часов пополудни. Желаю успеха!

Стив пожал руки Джо и Барту, затем подошел к стальной двери в железобетонном заборе и нажал комбинацию кода. Дверь плавно открылась, освободив проход в Зону.

Барт и Джо бросили последний взгляд на реальный мир, который они покидали. Они уходили из хмурого, серого утра, под неприветливым, мрачным небом которого, замазанным грязными плотными облаками, нехотя, как бы с оглядкой, зарождался новый день. Взявшись за руки, Барт и Джо шагнули в неизвестное.

Тяжелая стальная дверь у них за спиной вновь ожила. С легким скрипом, она поползла к противоположной стене, как бы разделяя мир на две части. Там, за тающим светлым квадратом дверного проёма, оставался живой мир человеческих радостей, тревог и надежд, а здесь, по их сторону, — суровые испытания, страх и неизвестность. Дверь, глухо охнув, закрылась и замерла. Всё. Они в Зоне.

И сразу же их окружила непроницаемая тьма и жуткая, леденящая кровь, тишина. Джозефин крепко прижалась к Барту. Он слышал её прерывистое дыхание и чувствовал учащенное биение своего сердца. Барт вдруг остро ощутил, что теплое, тревожное дыхание жены и стук её сердца остались единственной тонкой нитью, связывающей его с реальным миром. Одной рукой он обнял жену за плечи, а другой достал из набедренного кармана фонарь.

Острый луч света, разорвав темноту и мгновенно промчавшись до первой преграды, желтым пятном распластался на черной стене. Барт повел фонарем по сторонам, и они увидели, что находятся в глухом, узком туннеле примерно двух метров в диаметре. Весь свод и стены туннеля были густо покрыты черными гибкими трубочками размером с карандаш, на концах которых тут и там сверкали ртутным блеском капельки жидкости. В движущимся луче света фонаря черные стены туннеля вспыхивали всплесками холодного серебряного огня. Неожиданно, вспыхнул красный свет, который окрасил весь туннель в огненный цвет. Было ощущение, что всё кругом пылает огнём и этот туннель ведёт в ад. Через секунду свет погас, и снова Барда и Джо окружила непроглядная чернота. Барт и Джо медленно двинулись вперед. Барт считал про себя шаги. Через каждые четыре шага в плотное, пружинящее как резина покрытие пола, была встроена стальная решетка с мелкими ячейками, сквозь которые невозможно было ничего разглядеть. Через сорок шагов туннель закончился стальной дверью, точно такой же, через которую они вошли в него. Луч фонаря, скользнув по периметру двери, выхватил табличку под самым сводом туннеля. На табличке была надпись: «Конец санитарной зоны».

— Так мы ещё не в Зоне? — почему-то шепотом спросила Джо.

Выходит, что нет, — так же тихо ответил Барт. — Зона за этой дверью.

Барт надавил на дверь рукой. Это было похоже на попытку сдвинуть с места слона.

- Барт! Наверное, где — то должна быть автоматика? — сказала Джо.

Первое волнение улеглось, и в Джо проснулся охотник. Она тоже достала фонарь, и пока Барт тщательно обследовал дверь, стала осматривать стены туннеля.

— Нашла, Барт! Я нашла!

Примерно в метре от двери, в стене была небольшая ниша. Под лучом фонаря высветились две кнопки: красная и зеленая.

— Молодчина, Джо! С тобой не пропадешь! Давай нажимай!

Джо, без колебаний, нажала на зеленую кнопку. Тут же в ниже засветилась надпись: 6-07 утра. Ещё через мгновение стальная дверь мягко сдвинулась с места и открылась. Волна света вошла в дверной проём, и чернота туннеля отступила куда-то вглубь.

Барт и Джо вышли из туннеля и вновь очутились в раннем августовском утре. Когда их глаза адаптировались к свету, они с интересом стали осматривать местность. Перед ними лежало поле похожее на сказочный ковер, сотканный из изумрудной травы и ярких, всех красок и оттенков, цветов. Воздух был наполнен сладким, пьянящим ароматом цветов и свежескошенной травы. По низкому голубому небу, — казалось, оно висело над самой головой, — с запада на восток плыли белые кучевые облака. На небе не было видно солнца, но солнечный свет, каким-то удивительным образом, наполнял всё вокруг. И эта сказочная красота покоилась в глубокой тишине. Тишина была бы абсолютной, если бы её не трогал тонкий, чуть слышный звук, напоминавший жужжание пчелы: зы-зы-зы-зы…

— Барт! Какая красота! — воскликнула Джозефина.

Её голос прозвучал резко и сухо, и ему тут же ответило раскатистое эхо: барт-барт-арт-арт-кая-кая-сота-ота…

— Да-да-да…, ответили Барт и эхо, — мы-мы-зоне-оне-оне…

Барт не слышал сам себя и прервал фразу на полуслове. Наклонившись к уху Джо, он негромко сказал: «Чертово эхо. Невозможно говорить. Вот тебе и первый сюрприз Зоны. Будь внимательнее, Джо, и помни, дорогая, ты должна выполнять все мои команды. Не задумываясь. Автоматически. Уж потерпи, дорогая. Дома будешь командовать ты», — закончил Барт и улыбнулся жене.

- Да, милый. Я буду послушной девочкой, — улыбнувшись в ответ, также тихо ответила Джо.

Барт достал карту и выверил по компасу направление движения. До «Зед-2» им надо было идти на северо-запад по диагонали квадрата «Зед-1» примерно 1300 метров. Барт убрал карту в планшет и стал рассматривать местность по направлению движения. Почти сразу же он нашел нужный ориентир: одинокий желто-рыжий холм, метрах в пятистах от них. Указав рукой на холм, Барт наклонился к жене и сказал: «Ориентир — желтый холм. Иди за мной след в след, и ни шагу в сторону!» Он поцеловал жену и шепнул: «Мы дойдем, дорогая. Обязательно!»

Барт взглянул на часы. Было 6-15 утра. Пошли! — скомандовал он и вступил на изумрудный газон. Трава была сухая, жесткая и пружинила под ногами, не оставляя следов. Каждый шаг сопровождался хрустящим звуком, будто крахмал перетирали: крак-крак-крак… Джозефина шла за Бартом, напряженно следя за каждым его шагом. Это оказалось трудным занятием, и, незаметно для себя, она стала отставать от мужа. Шагов через семьдесят их уже разделяло метров пять. Барт обернулся и, призывно махнув рукой, крикнул:

— Не отставай, Джо!

— Отставай-вай-джо-жо…, - подхватило эхо.

Джозефина ускорила шаг, уже не смотря под ноги, а ориентируясь на мужа.

Так они прошли ещё метров сорок, под звук собственных шагов и неведомое жужжание: крак-крак-зы-зы-крак-крак-зы-зы… Джозефина стала поглядывать по сторонам. Яркая красота невиданных прежде цветов радовала глаз, а их сильный аромат дурманил голову. Она была очарована буйством красок Зоны, и страх перед Зоной растворился в её сердце бесследно. Она взглянула в сторону мужа и невольно залюбовалась его походкой. Высокий, широкоплечий, узкобедрый, он шел легко и свободно, и в каждом его движении чувствовались уверенность и сила. «Я люблю тебя, Барт! Барт, ты слышишь? Я тебя люблю!» — мысленно повторяла она. Почти в то же мгновение Барт обернулся, улыбнулся и, ободряюще кивнув головой, вновь твердо зашагал вперед.

Для Джозефины это стало таким радостным мгновением, что её охватило желание что-то сделать для мужа, тут же, сию секунду. Она огляделась. Примерно в трех шагах от себя она увидела редкой красоты цветок: высокий, стройный стебель венчала шапка-шар розы всех цветов радуги. Такую необычную розу Джозефина не видела никогда в жизни. Когда Барт прошел мимо этого цветка, цветок всколыхнулся от легкого движения воздуха и тут же вспыхнул разноцветными огоньками-радугами. Он был так красив, что невозможно было оторвать взгляда от него. Поравнявшись с цветком, Дзжозефина присела на корточки и протянула руку к стеблю. Но как только она дотронулась до него, из фиолетовой шапки цветка во все стороны брызнули струйки темной жидкости. Несколько капель попало ей на лицо, и она сразу почувствовала жгучую резь в глазах.

Барт! Барт! — вскричала она, закрывая лицо ладонями.

Барт-барт-арт, — заголосило эхо.

Тут же последовал другой звук: крак-крак-крак-крак, и сильные руки мужа подняли её на ноги.

Джо! Что с тобой?

Джо-джо-жо-то-то-ой…, - откликнулось эхо.

Глаза. Что-то с глазами, — прошептала Джозефина.

Барт отвел ладони жены от лица и увидел, что оно покрыто черными, маслянистыми пятнами. Дернув молнию на нагрудном кармане комбинезона, он выхватил из него пакет, быстрым движением разорвал его и тщательно протёр глаза и лицо жены влажным марлевым тампоном, пропитанным специальным раствором.

— Успокойся, дорогая. Сейчас всё будет в порядке, — мягким голосом произнес он.

Минут через пять, когда резь в глазах окончательно прошла, Джозефина спросила: «Что это было, Барт?».

- Черные брызги. Ты не пыталась сорвать какой-нибудь цветок, Джо?

Джозефина посмотрела на мужа виноватым взглядом и тихо сказала: «Но он был удивительно красив… Я хотела подарить его тебе…».

Барт, положил ладони рук на плечи жены и мягко сказал: «Джо, дорогая. Прошу тебя, будь осторожней. Мы ведь только в самом начале пути…».

Они вновь двинулись вперед. Теперь Джозефина не только не любовалась цветами, но и обходила их стороной.

Крак-крак, — мерно раздавалось после каждого шага Барта. Крак-крак, — отзывались шаги Джозефины. Зы-зы-зы, — тихо жужжал неведомый звук. Через каждые десять шагов Барт останавливался и обеспокоено оглядывался на жену. Обернувшись в очередной раз, он не остановился, а продолжал движение. Крак-крак-пфьюю…

Резкий, свистящий звук разорвал тишину Зоны. Тут же пронзительно засвистело эхо: пфью-пфью-пфью…, и из под ног Барта взметнулось вверх красное облачко. Оно обволокло Барта, и он почти растворился в нём, в своем оранжевом комбинезоне.

Барт! — воскликнула Джозефина.

Барт-барт-барт…, - охнуло эхо.

Стой, Джо! Не двигайся! — раздался из облака приказ Барта.

Стой-ой-джо-жо-айся-айся-ся-ся…, - предостерегала Зона голосом эхо.

Джозефин, уже было готовая броситься к мужу, послушно замерла на месте. Из густого облака вынырнула спина Барта. Он сделал два или три шага, пятясь спиной назад, и остановился.

Джо! Я вышел из облака? Негромко спросил он.

Да, Барт. Ты в метре него, также тихо ответила она.

Джозефина подошла мужу и взглянула ему в лицо. Из глаз Барта обильно текли слёзы.

Что произошло, Барт? — встревожено спросила она.

Слезоточивый газ, — прохрипел он. — Синий пакет, Джо…

Джозефина быстро вынула из кармана синий пакет, разорвала его и наложила на лицо мужа влажную марлевую повязку. Минут через пять Барту стало лучше, и он был в состоянии двигаться дальше. Но прежде, он показал жене источник слезоточивого газа. В изумрудной траве краснело несколько стручков… перца, на один из которых и наступил Барт.

- Видишь, Джо, как эти маленькие ядовитые бомбочки напоминают перец. Помнишь, Стив говорил нам о «Красном перце»? Надо быть осторожнее. Не повторяй моей ошибки, дорогая. Никогда не делай ни шагу, если тебя что-нибудь отвлекло.

Они продолжили путь, и уже без приключений добрались до желтого холма. Барт взглянул на часы: 6-35. «Полкилометра за 25 минут. Ужасно!», — подумал он, доставая карту.

Холм был насыпной, из мелкого золотисто-рыжего песка. Барт прикинул размеры холма. Вершина песочной горы достигала метров десяти, а её основание растянулось метров на тридцать. В лучах солнечного света желто-рыжий холм переливался золотыми бликами, словно золотая гора.

Золотой холм! Барт, мы нашли клад! — смеясь, воскликнула Джозефина.

Холм-олм-клад-ад…, - откликнулось эхо.

Красиво, — согласился Барт.

Барт взглянул на карту. Слева и справа от холма, ядовитым зелёным цветом с чёрными штрихами было обозначено болото, а по середине — тянулась желтая полоска, шириной метров в двадцать.

- Джо. За холмом с обеих сторон болото, разделенное полоской песка. Честно говоря, я даже не знаю, какой путь менее опасен, и какое из двух зол меньше: «Ржавая хлябь» или «Желтый штопор», — задумчиво произнёс Барт.

— Желтый штопор звучит немного приятнее, — неуверенно проговорила Джозефина.

Барт кивнул головой, в знак согласия. Он наклонился и поднял несколько мелких камешков.

- Смотри, Джо, — сказал он, и бросил камень на песчаный холм.

Камень упал на холм, выбил фонтанчик песка, сполз нехотя по склону и замер. Барт бросил второй камень, уже в другом направлении. Та же картина. Но когда третий камень коснулся песка, он не выбил фонтанчика, а штопором ввинтился в песок, оставив за собой воронку.

- Вот это и есть «Желтый штопор», — сказал Барт, — в миниатюре…

Что будем делать, Барт? — тихо спросила Джо.

Подготовимся к сюрпризам, Джо. Стой на месте. Я сейчас.

Барт стал собирать камни, разбросанные около холма, и складывать их широкий набедренный карман. Наконец, набив полный карман, он крикнул: «Всё, Джо! Пошли!»

Всё-сё-сё-жо-жо-шли-ли…, - откликнулось эхо.

Они обогнули холм с правой стороны, прошли несколько метров по узкой полоске твердой земли и остановились. По правую руку от них тянулось болото, поросшее густой осокой и камышом. Со стороны болота тянуло сыростью и плесенью. Болото чавкало, сипело и хлюпало…

Джозефина с отвращением передёрнула плечами и повернулась в сторону песчаной полосы. Безупречно золотистый песок ласкал и радовал взор.

- Джо, — сказал Барт. — Полоса песка тянется метров на двести. Это четыре сотни шагов, а у нас только тридцать камней. От этих камней зависит всё. Они наши лоцманы. Придется тебе потрудиться, дорогая.

Понимаю. Я буду аккуратной, Барт.

Барт вынул из кармана несколько камней и бросил один на песок, в полуметре от себя. Выбив фонтанчик песка, камень замер. Второй камень… третий… Барт и Джо медленно продвигались вперед, аккуратно ступая на место, куда упали камни. После каждого шага Джо вынимала из песка очередной камень, придавленный ногой Барта. Раза три Барт восклицал: «Штопор!» Они обходили опасное место и вновь шли вперед. После первых тридцати шагов пески поглотили четыре камня, ещё несколько камней исчезли в «Желтом штопоре» после очередной серии шагов. Когда они сделали 250 шагов, у них осталось только два камня. Теперь Барт был вынужден действовать рациональнее. Он стал бросать камни на расстояние метра, удлинив, таким образом, шаг вдвое. Он знал, что Джо тяжело шагать такими «семимильными» шагами, да и ещё подбирать камни, но выбора не было. Им удалось пройти ещё метров пятьдесят, прежде чем пески поглотили последний камень. До конца песчаной полосы оставалось всего каких-то метров двадцать.

Барт посмотрел на жену. Она тяжело дышала. Капли пота катились по её лицу. «Надо что-то придумать», — лихорадочно соображал Барт. Он стал ощупывать карманы. Вдруг его осенило. Он снял с пояса моток веревки, вынул из ножен тесак и к его рукоятке прикрепил конец веревки. Получился отличный метательный снаряд. Барт бросил нож на расстояние вытянутой руки. Нож вонзился в песок по самую рукоятку. Барт повернулся к жене и улыбнулся: «Порядок, Джо. Лоцман, что надо!»

Они снова двинулись вперед. Раза два нож штопором уходил в песок, но Барт легко выдергивал его веревкой. Джозефин еле передвигала ноги. Ей хотелось только одного: лечь и расслабиться. Шаг за шагом они приближались к твердой земле, приветливой лужайке, покрытой изумрудной травой. До неё оставалось три метра. Джозефин не выдержала. Забыв обо всём, она побежала к лужайке. Шаг, два…

Ой! Ой-ой-ой…, - крик Джо слился с криком эха.

На глазах Барта, в метре от него, Джо провалилась в страшную воронку «Желтого штопора». Барт оцепенел. Над поверхностью песка осталась только голова Джо. На него смотрели широко раскрытые глаза жены, наполненные ужасом. «Так наказывают неверных жён в Саудовской Аравии», — вдруг пришла ему на ум нелепая мысль.

Барт бросился на колени и стал разгребать песок вокруг Джо. Через несколько минут он вытащил жену из песчаного плена и, совершенно обессиленную, положил на изумрудную траву полянки. Барт вынул карманную аптечку, достал из неё нашатырь и растёр виски Джозефин. Затем он достал из рюкзака термос с горячим кофе, налил несколько глотков в крышку термоса и протянул жене.

Джо, дорогая. Выпей кофе. Тебе станет лучше.

Он помог жене сесть и поднёс к её губам стаканчик с горячим напитком. Нашатырь и кофе помогли. Джозефин стало лучше.

Ты можешь идти дальше? — спросил Барт.

Да, дорогой. Сейчас, — виновато улыбаясь, — ответила Джо.

Да, да. Отдохни минут пять.

Барт взглянул на часы: 7-15. «Уже час в пути, — подумал он, — а ещё не дошли до «Зед-2». Хватит ли сил у Джо?

Рой Ньюпорт вошел в главный операционный зал и направился к терминалу, за которым сидел Стив Глэн.

Привет, Стив! Работаешь?

Привет, Рой. Контролирую маршрут.

Какой?

Зед один.

Это…это супруги Шарп, не так ли?

Да. Бартоламей и Джозефина Шарп.

Ну и как у них дела?

Десять минут назад дали сигнал прохождения первого квадрата.

С каким временем?

Семьдесят пять минут.

Слабовато.

Да. Пожалуй.

Я сразу понял, что они чичако, — авторитетно произнес Ньюпорт. — А как на других маршрутах?

В разных квадратах Зоны восемь джестеров. Худший из них опережает Шарпов на 30 минут.

Да. Чичако. К третьему квадрату испекутся, как пить дать, — сказал Ньюпорт.

Стив Глэн неопределенно пожал плечами и неожиданно заявил.

Рой! А хочешь пари? Ставлю сотню против пятидесяти, что ребята дойдут до шестого квадрата. Идет?

Рой Ньюпорт снисходительно посмотрел на Стива.

Оставь лучше сотню себе, Стив. Я не привык заключать заведомо выигранное пари, да ещё и не на равных условиях.

Хорошо, Рой. Давай на равных. Сто против ста. Идет?

Но только не говори потом, что я заставил тебя заключить это пари, — засмеялся Рой, протягивая руку Стиву.

Окей, Рой.

Зеленая лужайка оборвалась также неожиданно, как и пески. Окаймлявшая лужайку с двух сторон заболоченная пойма, сомкнулась, образовав большое, мрачное болото. Низкое небо Зоны стало ещё ниже и тяжело зависало черно-серым покрывалом с малиновой каймой над черно-серой болотной хлябью, так что невозможно было различить границу между небом и водой. От болота тянуло промозглой сыростью и смрадом. Зона резко сменила своё обличье, оставив позади безупречную чистоту и гармонию красок.

Всего 15 минут назад Барт нажал зелёную кнопку на контрольном столбе, разделявшим «Зед-1» и «Зед-2», и, сверил маршрут, повернул на север.

Они тащились по нескончаемому, вонючему болоту, казалось уже целую вечность. Джозефина угодила в «Ржавую хлябь». Пока Барт вытаскивал жену из зловонной ямы, он сам весь перемазался в этом дерьме, и теперь от них смердело, как от тысячи тухлых яиц.

Когда они, наконец, выбрались на небольшой островок сухой земли, Барт сделал ватные тампоны, пропитанные дезодорантом, и заткнул ими ноздри Джо и себе.

И снова вперед по сизо-лилово-черной, липкой, вонючей, гнусной жиже. Наплыл густой, маслянистый, ядовито-желтый туман, и когда Барт и Джо погрузились в него, им стало трудно дышать. Они хватали воздух ртом, и вместе с воздухом заглатывали отвратительную желтую слизь. Вдруг Джозефина издала истошный вопль и потеряла сознание. Барт едва успел подхватить её на руки. Барт почувствовал, что на него устремлён чей-то взгляд. Он взглянул вперёд и обомлел. Из под упавшего в воду дерева, обросшего желто-зелеными водорослями, из тёмно-зеленой болотной хляби, торчала голова кикиморы. Её два ярко белых глаза без зрачков смотрели на Барта. Он понял, что это и была причина обморока Джо.

Барт повернул в сторону и, с трудом преодолевая липкую хлябь, двинулся на белую прогалину — единственное светлое пятно в сплошной черноте болота.

Метров через пятнадцать болото кончилось, и Барт выбрался на твёрдую сухую почву, Он вытащил из болота Джо и привёл её в чувство, дав понюхать нашатыря. Джо пришла в себя, и на неё вдруг напало беспричинное и безудержное веселье. Задыхаясь от смеха, она тыкала пальцем куда-то за спину Барта. Барт обернулся и увидел весёлого призрака, лихо отплясывающего буги-вуги прямо на воде. Но Барт был не в состоянии ни пугаться, ни смеяться, — он с трудом боролся со сном.

Джо как подкошенная рухнула на зеленый ковер травы. В сознании Барта слабо пульсировала мысль: «Спать нельзя… нельзя спать…» Превозмогая себя, он вытащил из кармана аптечку, достал нашатырь и сделал несколько глубоких вдохов. Сознание сразу прояснилось. Барт поднес нашатырь к ноздрям жены, и ей то же стало лучше. Затем Барт проглотил две таблетки транквилизатора, нейтрализующего действия веселящего газа, или «Киселя кикиморы», как говорил им Стив Глэн. Барт заставил жену проглотить таблетки, и через десять минут они оба окончательно пришли в себя. И тут они обнаружили в четырех метрах от себя черно-белый контрольный столб, на южной стороне которого был знак «Зед-2», а на восточной — «Зед-3». Они оказались с восточной стороны столба. Супруги посмотрели друг на друга и улыбнулись.

Это судьба, Дорогой, — сказала Джо.

Она встала, подошла к столбу и нажала зеленую кнопку. Барт благодарно смотрел на жену. Затем, по привычке, взглянул на часы. Часы показывали 8-30.

Квадрат «Зед-3» им предстояло пройти по направлению тридцать градусов на восток от севера. К их радости в этом направлении лежала хорошая дорога, ведущая к лесу. Они быстро достигли леса и углубились в него. Как только они вошли в лес, они застыли, как вкопанные, пораженные нереальностью увиденного.

Это был фантастический, сказочный лес. Огромные деревья, стволы которых были вздуты, словно вены на ноге человека, страдающего варикозным заболеванием, стояли плотной стеной, оставляя проход в виде узкого ручейка, кишащего рептилиями. На могучие деревья, невероятной формы и расцветок, откуда-то сверху, не с неба, а непонятно откуда, изливался нежный золотисто-оранжевый свет. Как будто Зевс прилетел к Данае и излился на неё золотым дождём. Что ждёт их в этом лесу — Добро или Зло? Для Барта и Джо ответ на этот вопрос был очевиден. Они поняли, что в Зоне они столкнуться только со Злом.

Барт и Джо медленно пошли по лесу. Сказочная красота леса завораживала их, и время от времени они останавливались, невольно любуясь фантастическими картинами, открывающимися перед ними чуть ли не на каждом шагу. Минут через десять они увидели впереди, за деревьями яркий золотистый свет. Они пошли на него и очутились у сказочного лесного домика. Крыша домика была аккуратно покрыта сухим тростником. Два окна и дверь были застеклены витражным стеклом. У стены домика стояла небольшая зеленая скамеечка. Кругом росли гигантские, полуметровые грибы. Сквозь сплошную зелень деревьев, окружающих домик, пробивались яркие золотистые лучи, оживляющие эту сказочную картину.

В окнах домика горел свет, и Барт с Джо решили «зайти в гости». Барт постучал в дверь, но ответа не последовало. После повторного стука дверь неожиданно приоткрылась с легким скрипом. Барт распахнул дверь и решительно вошел в дом. За ним последовала Джо. Они очутились в небольшой комнате, освещенной желтоватым светом двух электрических бра, висящих на стене по обе стороны двери. В комнате было чисто, но царила разруха. Несколько досок пола прогнили и провалились. В правом от двери углу комнаты стоял большой, полуразбитый глиняный горшок, на который со стены свешивалась живая веточка душистого табака. На полу валялась деревянная табуретка и разбитая белая тарелка. В левом углу стоял небольшой дырявый шкаф. Половину правой стены занимала печь, шесток которой освещался огнём, исходящим из печи. У печи располагалась длинная, новая деревянная скамья, на которой стояла большая, чистая корзинка. Из корзинки шел сильный, манящий запах домашних пирожков с грибами.

Запах горячих пирожков вскружил Джо голову.

— Барт! Горячие пирожки! — воскликнула Джо, и была готова ринуться к корзинке, когда Барт схватил её за руку.

— Стой, Джо! Здесь может быть полно ловушек. Нам лучше уйти!

Барт потянул за ручку двери, но дверь не открылась. Он дернул сильней — дверь не открывалась. Это была ловушка! Барт лихорадочно соображал, как выбраться из дома? «Окно!» — мелькнула мысль. Барт сделал шаг к окну, но в ту же секунду половица под его ногой треснула и провалилась в черную дыру подвала. Джо едва успела удержать мужа от падения в «преисподнюю». Какое-то время они стояли в полной растерянности.

— Может, использовать шкаф? — нерешительно предложила Джо.

— Попробуем, — откликнулся Барт. — Я буду держать тебя, а ты должна дотянуться до шкафа и свалить его на пол.

С третьей попытки шкаф рухнул на пол. Барт осторожно перебрался по нему к окну, и выставил его. За ним последовала Джо. Через минуту они выбрались из дома и быстро пошли сквозь густой лес.

Стена могучих деревьев уступила место мелколесью. На небольшом лесном озерце малахитового цвета, прямо из воды росли кустики разноцветных цветов. Озерцо окружали низкие деревца и кусты нежных пастельных расцветок: салатовых, голубых, сиреневых… Прямо по ходу их движения, на бесцветном небе едва улавливался круг, не то солнца, не то луны… А с левой стороны в этот микромир проникали нежные лучи света, игрой светотеней, как бы подчеркивая нереальность этого микромира.

Насладившись этой нереальной красотой, Барт и Джо осторожно обошли озерцо и двинулись дальше. На смену пастельным тонам леса стали приходить всё более тёмные краски и всё более причудливые деревья. Вскоре Барт и Джо остановились в нерешительности, не зная, куда идти дальше. Перед ними был непроходимый лес, по которому протекал небольшой серебристый ручеёк. С могучих деревьев свисали огромные древесные лапы со скрюченными «пальцами». Эти ужасные двух-трёх и четырёхпалые лапы закрывали небольшую полоску берега ручейка. Так что единственной «дорогой» был ручеёк. Немного поколебавшись, Барт и Джо вошли в ручеёк и двинулись по его течению. После болота кикиморы этот маленький серебристый ручеёк казался совершенно безобидным. К их величайшему удивлению, всё обошлось без сюрпризов, и они благополучно достигли края леса.

Лес закончился, и они вышли на поляну. То, что они увидели, вновь заставило их застыть в молчаливом восторге. Это была волшебная полянка из какой-то доброй сказки, которую они не читали. Между двух деревьев, с толстыми золотистыми стволами и могучими густыми изумрудными кронами, лежала маленькая полянка, покрытая нежнейшей травкой салатового цвета. Полянку обрамляла сочная зелень с цветами. Сразу за полянкой, в воздухе висели три конических чаши, из которых изливался душистый, золотистый нектар. Барт и Джо подошли к источнику нектара и не устояли, от того чтобы не испробовать эту ароматную жидкость.

— Это настоящая амброзия! — воскликнула Джо.

— А где ты успела попробовать амброзию? Это ведь напиток богов, — смеясь, произнёс Барт.

Их окружала такая красота, что не хотелось никуда идти и остаться на этой сказочной земле до конца жизни. Первым пришел в себя Барт.

— Дорогая, нам надо поспешить! — поторопил он жену.

— У меня закружилась голова. Наверное, от амброзии, смеясь, сказала Джо, с трудом оторвавшись от волшебного напитка.

Они двинулись вперёд. Слева от них бежала река, вдоль противоположного берега которой тянулась горная гряда, подножье которой обрамляли зеленые деревья. Они подошли к реке и чуть не лишились рассудка от того что произошло. У них на глазах зеленые деревья поменяли цвет на золотой. Было полное ощущение того, что на противоположном берегу реки стояли деревья, сделанные из чистого золота. Какое-то время Барт и Джо любовались этим сказочным зрелищем, забыв обо всём на свете… Им хотелось переплыть реку, чтобы побродить среди этих сказочных золотых деревьев… Но, снова Барт взял себя в руки, и они двинулись вдоль берега.

Но, не успели они сделать и десяти шагов, как были ввергнуты в глубочайший шок. У них на глазах противоположный берег исчез в волнах яркого рыжего пламени, извергаемого солнцем, очутившимся на противоположном берегу на высоте горы. Голубая река стала медной, и от неё исходил невыносимый жар. Барт и Джо в панике бросились бежать прочь от реки. Они остановились только тогда, когда Джо упала на землю, абсолютно выбившись из сил. Барт взял жену на руки и нёс до тех пор, пока не наткнулся на черно-белый столб. Барт опустил жену на траву и посмотрел на часы. В этом сказочном, нереальном мире они потеряли целый час и чуть не сошли сума. Барт склонился над женой и спросил её:

— Дорогая, ты можешь продолжать путь?

Джозефина посмотрела ему в глаза и прошептала:

— Я не знаю. Но мы продолжим. Это не обсуждается.

Барт подошел к столбу и нажал зеленую кнопку.

Квадрат «Зед-4» им предстояло пересечь в восточном направлении. Пройдя сквозь небольшую, изумрудно-зеленую рощу, а затем через чахлый, безжизненный кустарник, они вышли на открытую местность. Грязно-серого цвета земля кое-где была прикрыта скудной растительностью. Клочками ржавой травы, островками чертополоха и репейника, редкими кустиками пожухлой бузины и волчьей ягоды, проступавшими там и тут из густого смога. Видимость была не более десяти метров. Контраст с фантастическим миром, который они только что покинули, был разительным. Слева от себя они разглядели сквозь туман воду, — не то реку, не то озеро, — и маленький домик на островке. Вся эта мрачноватая картина была освещена слабым светом двух лун. То, что на небе две луны их не удивило. Они в другом измерении. Время от времени, из непроницаемого тумана раздавались странные звуки. Жалобные стоны, похожие на крик, попавшего в капкан зайца, чередовались с глухими ухающими криками. И ещё явственно было слышно уже знакомое жужжание: зы-зы-зы-зы…

Они шли на расстояние двух шагов друг от друга. Впереди Джо, а за ней Барт. Слева из тумана выплыли надолбы железнодорожного тупика. Неожиданно, туман развеялся. Перед ними предстала мрачная картина. На скрюченных рельсах, взметнувшихся вверх огромными проржавевшими крючьями, висели полусгнившие шпалы, маслянистые бока которых, поблескивали капельками росы. Шагов через двадцать показался прогнивший остов старого паровоза.

Джо показалось, что в черном проеме окна появилась и тут же исчезла, словно приведение, фигура женщины в белом саване в мерцающем фиолетовым свете. Джо замерла, охваченная страхом.

Барт…там кто-то есть…, - прошептала она, кивая головой в сторону паровоза.

Рука Барта оказалась на рукоятке кольта. Закрыв Джо спиной, он напряженно вглядывался в окна мертвого железного монстра.

— Там белое привидение женщины в фиолетовом сиянии, я видела…, - прошептала Джо.

— Я верю тебе, дорогая. В этой чертовой Зоне приходится верить в то, во что никогда в жизни не поверишь. Но не бойся. Я не дам тебя в обиду, — проговорил Барт и прижал Джо к себе.

— Мне страшно, — всхлипнула Джо.

— Спокойно, Джо. Спокойно. Иди вперед, — сказал Барт.

Пятясь спиной, Барт прикрывал Джо до тех пор, пока они не отошли от паровоза метров на двадцать. Только тогда, он развернулся на 180 градусов и ускорил шаг. За его спиной вдруг пронзительно ухнуло: «Угу-гу-гу…». От неожиданности Барт вздрогнул, и тут же ему на грудь бросилась, дрожащая от страха, Джо.

Мне страшно, Барт, — прошептала она.

Барт крепко обхватил жену за плечи и молча зашагал вперед. Совершенно неожиданно на землю упал густой туман, и они погрузились в густой смог. В ноздри ударил резкий запах прокисшей капусты. Шагов через тридцать, смог стал таким плотным, что нельзя уже было разглядеть собственных пальцев на вытянутой руке. Барт достал фонарь. Луч света, с трудом протиснувшись метра на два сквозь грязно-желтый студень смога, безнадежно увяз в тумане. Барт остановился и повел фонарём по сторонам. Луч света обречено метался в замкнутом пространстве смога, не в силах пробить его. Барт напряженно думал. Необходимо было принять какое-то решение. Либо двигаться вперед, либо переждать туман. Но рассеется ли этот чертов смог? Кто знает? Надо двигаться. Нельзя превращаться в беззащитную мишень. Барт снял с пояса веревку и, отрезав от неё кусок метра в три, прикрепил один конец к ремню Джо, а другой зафиксировал на своем ремне.

Надо двигаться, дорогая. Пойдем в связке, — сказал он.

Барт, мне страшно, — дрожащим голосом проговорила Джо.

Не бойся, любимая. Я с тобой, — ответил Барт, прижимая её к груди. — Нам необходимо выбраться из этого тумана. Он делает нас беззащитными. Доверься мне, дорогая. Идём.

С трудом оторвавшись от мужа, Джо тихо ответила: «Да, милый. Надо идти».

Не успели они сделать и четырех шагов, как слева от них, где-то совсем рядом, раздался пронзительный крик агонизирующей жертвы, и тут же прозвучало жуткое клокотанье невидимого убийцы. Сквозь туман проступили контуры черных деревьев и серебристого привидения, летящего между деревьев.

Барт бросился к жене. Она стояла парализованная страхом, не в силах даже взглянуть на него. В слабом свете беспомощного фонаря она была похожа на голубое приведение, парящее в тумане. Барт молча обнял жену и крепко прижал её к себе. Так они простояли несколько минут. Наконец, Барт тихо спросил: «Джо, ты слышишь меня?» Джо дважды кивнула головой, вдавливаясь лбом ему в грудь. «Джо, нам надо двигаться». Она снова кивнула.

Медленно, почти вслепую, они снова двинулись вперед, связанные одной веревкой и одной судьбой. Барт считал в уме шаги: 29,30,31… За его спиной раздался хруст сломанной ветки, затем глухой шум, упавшего на землю тела.

Бааарт!

В один прыжок он очутился рядом с женой и помог ей подняться на ноги.

Мне показалось, что меня кто-то схватил за ногу… или я споткнулась? — неуверенно произнесла Джо.

Барт опустился на колени и направил луч фонаря на ступни Джо. Вокруг её правой лодыжки обвивался репейник. Барт помнил наставления Стива. Это был «колючий браслет». Барт достал нож, перерубил толстую ветку репейника и, продев нож между лодыжкой и «браслетом», одним быстрым движением освободил ногу жены от ужасной колючки. Барт встал и, вкладывая нож в ножны, сказал: «Всё в порядке, дорогая. Ты просто зацепилась за ветку бузины. Пустяки. Можно идти дальше».

Минут через пять Барт почувствовал, что дорога начинает подниматься в гору. Туман быстро стал таять и уже шагов через десять вовсе исчез. Они вышли на вершину небольшого холма. Низина за их спиной была скрыта сплошным плотным смогом, как будто кто-то опрокинул туда огромную лохань со сметаной, подкрасив её желтой охрой.

Тут и там виднелись небольшие холмики, покрытые жухлым лозняком. Справа, шагах в пятидесяти, виднелся остов разбитого грузовика, рядом с которым валялся велосипед со скрученными колёсами. Из тумана тянулась, заросшая бурьяном, железнодорожная колея. Они пошли по железнодорожной колее, которая змейкой спускалась с холма. Минут через пятнадцать они спустились с холма в долину.

На северо-востоке, менее чем в километре от них, можно было разглядеть группу домов. В этом безжизненном и безрадостном пейзаже не было заметно никакого движения, никаких признаков жизни. Во всём чувствовалась какая-то безысходность, которая усиливалась непривычным для глаза цветовыми контрастами неба: ярко-лиловое на юго-западе, оно безо всякого перехода превращалось в ядовито-желтое на северо-востоке.

Стуча зубами от холода и не в силах унять дрожь, Джо прижалась к мужу. Он помог ей стянуть с плеч рюкзак и, сняв свой, достал из него теплое шерстяное одеяло, которым тщательно укутал жену. Усадив её на второе одеяло, Барт вынул термос с кофе и налил густую, горячую, сладкую жидкость в стаканчик. Кофе пахло домашним теплом и уютом. Барт то же налил себе кофе и, медленно, с наслаждением, стал пить душистый напиток, чувствуя, как с каждым глотком силы возвращаются к нему.

Ну, как, Джо, тебе лучше?

Спасибо, милый, — слабо улыбнувшись, ответила Джо и, немного помолчав, добавила, — похоже, впереди нет больше болот и смога…

Барт посмотрел на жену поверх стаканчика, одним глотком допил кофе и потянулся к рюкзаку. Он достал флягу и плеснул виски себе и Джо. Несколько глотков виски окончательно согрели Джо. Она почувствовала, как тепло волнами разливается по телу, заглушая боль пережитых страхов.

Четверть часа отдыха восстановили их силы, и они снова были готовы сразиться с Зоной. Барт достал карту и разложил её на коленях. Их постоянным ориентиром до «Зед-5» была железнодорожная колея. По самой колее идти нельзя. Необходимо держаться метрах в шести правее. Барт наметил ближайший ориентир: небольшой, красновато-рыжий холм примерно в 200 метрах от них. Холм предстояло обойти справой стороны, по лощинке между ним и небольшой грядой, юго-восточный склон которой обрывался глубоким оврагом.

Упаковав рюкзаки, они двинулись дальше. Согретая выпитым кофе и слегка опьяненная от виски, Джозефина погрузилась в полузабытье. Она послушно шла за мужем с полным безразличием ко всему происходящему вокруг неё. Мыслями она была дома. «Как ты там, моя дочурка, моя маленькая Катрин? Спишь, наверное, крошка? А может уже проснулась? Проснулась, наверное… И, конечно же, хнычешь, мой маленький пупсик… Зовешь маму и папу… А Патрик успокаивает тебя. Он это умеет делать. Не плачь, Кэтти. Мама с Папой ушли на работу. Знаешь, какая у них тяжелая работа? Им приходится каждый день вставать чуть свет, пока ты ещё спишь, и идти искать работу. А это очень тяжело, Кэтти, искать работу. Так что, не плачь, пожалуйста. Ты уже большая девочка. Тебе ведь почти шесть лет, и ты должна всё понимать. Да. Патрик молодчина. Настоящий мужчина. На него можно положиться. Через месяц ему исполнится уже восемь…

Они достигли красно-рыжего холма, склон которого был усыпан бурой осыпью битого кирпича, и повернули вправо, к оврагу. За спиной Барта из оврага взметнулся ввысь, мерцающий фиолетовым светом, саван. Раздался пронзительный, тонкий крик, и фиолетовое мерцанье кануло в овраг. «Не плачь, моя девочка, — шептала Джо. — Я скоро вернусь домой и прижму тебя к себе. Крепко-крепко…»

Пронзительный крик заставил Барта обернуться. Он посмотрел на жену. Она спокойно шла за ним. «Всё в порядке, подумал он. Кажется, Джо начинает привыкать к Зоне».

Когда они, обогнув холм, шли вдоль его восточного склона, Барту вдруг показалось, что привычное уже для уха жужжание «зы-зы-зы-зы» изменило свою тональность и звучало как-то по-другому. За его спиной и где-то слева явственно звучало непрерывное зззззззз… Барт резко повернулся. Он увидел, что к Джо со стороны холма летит гигантская черная тварь. Её черные крылья, с серыми узорами, распластались на метр в каждую сторону туловища. Голова твари заканчивалась длинной черной иглой. Джо всё еще не замечала опасности, хотя тварь была уже в полутора метрах от неё. Двадцатисантиметровая игла твари откинулась вниз, как нос у «Конкорда», нацелившись в плечо Джозефины. Барта разделяло от Джо три метра…

Приглушенный сигнал внутренней связи прозвучал как раз в тот момент, когда электронные часы на столе Роя Ньюпорта, моргнув зеленым светом, сменили набор шестизначных цифр на девятку с нулями и начали отсчет секунд десятого часа утра пятого дня месяца августа 2010 года.

Привет, Рой! Это Стив.

Привет, Стив. Какие новости?

Боюсь, что не очень приятные. Для тебя, Рой.

Что ты имеешь в виду, Стив?

Твой бумажник, Рой, который скоро станет легче на сотню.

Ты о пари, Стив?

Именно. И должен тебя огорчить, Рой. Пари ты проиграл. Ребята уже в «Зед-4».

В «Зед-4»? — удивленно переспросил Рой. — Значит, всё — таки преодолели «Ржавую хлябь»… Не ожидал. Ну, Барт, вроде, крепкий парень, но девчонка… совсем хлипкая. Стопроцентная чичако, — это же видно невооруженным глазом.

Возможно. И всё же в этой девочке есть какая-то внутренняя сила, какая-то скрытая пружина и отчаянная решимость. Я это понял, когда инструктировал Шарпов перед выходом в Зону.

Может быть, Стив. Может быть. Но «Студень ведьмы» и «Долина призраков» ломали пружины и посильнее…

«Студень ведьмы», Рой? Да они уже выбрались из этого смога. Да и призраки, похоже, их не очень смущают.

Вот как? Ну, дай-то бог. Однако не спеши радоваться, Стив. Ты ещё не выиграл пари. Даже если Шарпы пройдут «Долину призраков», им ещё предстоит преодолеть «Мертвый город». А там, как известно, сходят с маршрута 99 процентов джастеров. Так что твой шанс выиграть пари, дорогой Стив, мне представляется призрачным.

А вот я так не думаю, Рой.

Ну что ж. Посмотрим.

Резкий звук выстрела вернул Джозефину к реальности. Она с удивлением смотрела на Барта, в руке которого ещё дымился кольт. Барт напряженно смотрел в сторону оврага, готовый отразить любую угрозу. Джо оглянулась и увидела её — огромную черно-серую тварь. С надрывным жужжанием, припадая на одно крыло, тварь долетела до оврага, на секунду зависла над ним и рухнула вниз.

Что случилось, Барт? Ты стрелял? — растеряно спросила она.

Барт подошел к ней и, обеспокоено глядя ей в глаза, сказал: «На тебя напало это летучее чудище, Джо. Разве ты не заметила?»

Джо молча покачала головой.

Послушай, дорогая, — нежно произнес Барт, положив руки ей на плечи. — Что с тобой? О чем ты думаешь?

О наших детях…, - тихо ответила она.

Барт помолчал, смотря невидящим взглядом поверх головы жены. Затем тихо сказал: «Мы в любую минуту можем отказаться от всего…»

Нет, Барт! — решительно возразила Джо. — Мы пройдем Зону. Ради наших детей.

Барт притянул жену к себе, и они молча стояли, прижавшись друг к другу, под тревожным лиловым небом Зоны, где среди бурых холмов унылой долины. Наконец, Джо тихо, но твердо произнесла: «Вперёд, дорогой. Не беспокойся за меня. Я выдержу».

Они медленно двинулись дальше. Впереди шла Джо. Вновь выйдя к железнодорожной колее, они повернули направо и пошли вдоль заросшей чертополохом линии, держась метрах в шести от неё. Время от времени, с противоположной стороны насыпи выползал густой желто-серый туман, тяжелыми струями накатываясь на шпалы и оседая в чертополохе. Пахло ржавчиной и кислой капустой. Их новым ориентиром был состав из трех вагонов, рядом с которым, по правой стороне колеи, валялся остов разбитого вертолета. От этой груды проржавевшего металла их отделяло метров триста.

Стой, Джо! — неожиданно скомандовал Барт.

Джо остановилась. Барт подошел и встал рядом с ней. В нескольких шагах впереди тяжелый туман совсем закрыл железнодорожную колею, поднявшись над ней плотной двухметровой стеной. И там, в тумане, что-то было. Барт чувствовал это.

Пошли, Джо. Будь внимательна, — сказал Барт и двинулся следом за ней.

Предчувствие не обмануло Барта. Как только они поравнялись со стеной густого, темного тумана, смердящего кислятиной, в нём замелькали фиолетовые тени. Фиолетовые приведения метались в тумане, оглашая воздух скрипящим криком, визгом и тяжелым уханьем. Джо в ужасе бросилась к мужу.

Баарт!

Прижав к себе жену одной рукой, Барт выхватил кольт и трижды выстрелил в туман. Приведения не исчезли. Напротив, их фантастическая пляска стала ещё более необузданной, а визг и уханье заполнили всё пространство вокруг. Возня и крики теней оборвались также неожиданно, как и начались, и буквально на глазах, туман рассеялся.

Всё в порядке, Джо. Всё в порядке, — проговорил Барт, стараясь придать голосу уверенность. — Мы можем продолжать путь.

Они вновь двинулись вдоль насыпи, шагая по сухим рыжим кочкам, которые пружинили как резина и скрипели под ногами, словно крахмал. На них медленно наплывали остовы разбитых вагонов и вертолета, и чем ближе они подходили к этим полусгнившим останкам, тем острее ощущали опасность, затаившуюся где-то в груде ржавого железа.

Не доходя метров десяти до зловещего места, Джо невольно сбавила шаг и остановилась. Барт встал рядом, до боли в глазах вглядываясь в дышащие мертвым холодом останки, прощупывая взглядом каждый метр пространства, которое им предстояло преодолеть. Наконец, они очень медленно и настороженно двинулись вперед. Стояла гнетущая тишина, нарушаемая только нудным зы-зы-зы-зы…, - загадочной песней Зоны.

Со стороны вагонов неожиданно раздался тягучий скрип. Барт и Джо замерли, как вкопанные. Скрип оборвался и послышался шум скатывающейся с насыпи гальки. Всё стихло. Вновь Зона притаилась, напоминая о себе лишь бесконечным зы-зы-зы….

Выждав пару минут, они продолжили путь. Джо не слышала ни звука шагов, ни жужжания Зоны — только гулкий стук сердца в ушах и висках. Когда они миновали остов разбитого вертолета, Барт каким-то шестым чувством уловил движение за своей спиной. Он резко обернулся, сжимая рукоятку тяжелого кольта, и успел увидеть, как обломанные на половину лопасти вертолета, слегка качнувшись, уныло повисли над ржавой травой. Нервы Барта были напряжены до предела, сердце учащенно билось в груди. Смахнув тыльной стороной перчатки холодный пот со лба, он сделал несколько глубоких вдохов. Это помогло. Напряжение несколько спало. Барт повернулся и стал догонять Джо, которая, словно робот, продолжала идти вперед.

Они отошли от кладбища ржавого железа метров на тридцать и разом остановились, не в силах больше сделать ни шага. Огромным усилием воли Барт взял себя в руки. Он достал термос и буквально заставил Джо сделать несколько глотков кофе. Затем он сам выпил стаканчик кофе, и силы вернулись к нему. Барт вынул карту и наметил новый ориентир.

До «Зед-5» осталось метров семьсот. Это десять минут хода по хорошей дороге, — сказал Барт и, ободряюще, улыбнулся жене.

Обещай мне, дорогой, что это будет не более десяти минут, — слабым голосом сказала Джо.

Хочу надеяться на это, — уверено ответил Барт.

Через четверть часа они стояли у контрольного столба на границе квадратов «Зед-4» и «Зед-5». Перед ними, под ядовито-лимонным небом Зоны, лежал Мертвый город.

Барт и Джо позволили себе десятиминутный отдых. Барт сидел на жесткой чахлой траве, откинувшись спиной на пограничный столб, и внимательно изучал ближайшие подступы к городу. Джо сидела рядом, положив голову ему на плечо.

Им предстояло преодолеть 1350 метров квадрата «Зед-5» в юго-восточном направлении. «Средний горожанин проходит такое расстояние за 20 минут, — подумал Барт. — Сколько же потребуется нам?» Ровно в 10–30, нажав зеленую кнопку на контрольном столбе, они двинулись по направлению к городу.

Благополучно преодолев полосу «Красного перца», они выбрались на асфальтовую дорогу, густо присыпанную серовато-бурой пылью. Теперь, каждый их шаг оставлял глубокий отпечаток, и две вереницы следов потянулись по направлению первых домов, смотревшими на них черными, пустыми глазницами окон. «Шагаем, как астронавты по Луне, — подумал Барт. — Но астронавтов не поджидало столько сюрпризов, как нас…».

Когда они подошли к границе города, то замерли в полном недоумении. Перед ними лежал разрушенный Лондон. Впечатление было такое, что город пережил ядерную бомбардировку. Они очутились в центре Лондона. Точнее, в том месте, которое когда-то было центром огромного города. От величественного Вестминстерского дворца осталась только часть полуразрушенного фасада и башня Бег Бена. Им понадобилось время, чтобы прийти в себя от увиденного.

— Дорогой, это же Лондон…, - недоуменно прошептала Джо.

— То, что осталось от Лондона, — поправил её Барт.

— Но как…?

— Как это могло случиться, что мы оказались в Лондоне? — предупредил её вопрос Барт.

— Да. Я не понимаю…

— Я тоже не понимаю. Но это Зона. Наверное, мы попали в параллельный мир. Возможно, заглянули в будущее. Ты ведь слышала о параллельных мирах.

— Слышала. Но вижу впервые, — растеряно ответила Джо.

— Хорошо. Будет что рассказать детям. Нам надо идти.

Они двинулись вперёд. Первый городской квартал состоял из четырехэтажных домов грязно-бурого цвета. Ни в одном из окон не было стекол. Вдоль дороги тянулись груды битого кирпича и стекла. Повсюду валялись обрывки проводов, разбитая мебель и посуда. И никаких признаков жизни. Над городом висела зловещая тишина.

Но эта напряженная тишина оказалась обманчивой. Как только они ступили на пыльную мостовую улицы, город ожил. Каждый их шаг отзывался многоголосым эхо, прыгающим из окна в окно, с этажа на этаж, из дома в дом. Казалось, что невидимые жильцы этого загадочного города вдруг разом очнулись ото сна и все сразу с шумом забегали по комнатам и этажам своих мертвых жилищ. Там и тут хлопали пустые ставни окон, то ли от неосязаемого порыва ветра, то ли, подчиняясь воли невидимых рук. Улица наполнилась скрипом, топотом, скрежетом, лязгом. Эта ужасающая какофония звуков повергла Джо в панику. Она замерла на месте, крепко вцепившись в мужа. Он тоже остановился. И тут же всё затихло. Как будто ничего и не было. Над ними вновь повисла мёртвая тишина. Но стоило им сделать один шаг, как всё повторилось с ещё большеё силой.

Через несколько шагов Барт остановился. Какофония звуков была невыносима. Он понял, что дальше им не пройти. Мертвый город выставил на их пути непреодолимый звуковой барьер. Необходимо было менять тактику и найти другое решение. Барт лихорадочно думал, но мысли путались и метались в голове. Его взгляд остановился на черном проеме в стене дома шагах в четырех от них. Движимый одним лишь инстинктом и ещё, не осознавая того, что он будет делать в следующую минуту, Барт крепко взял Джо за руку и в два прыжка очутился перед черной дырой. Это была сквозная арка, выходящая в какой-то дворик, освещенный солнечным светом. «Куда ведет это проход? — подумал Барт. — Что это — ловушка или выход?» Он всё ещё не мог принять никакого решения, и кто знает, нашел бы он его, если бы не Зона. Здесь условия диктовала Зона. Неожиданно, из разбитых окон первых этажей зданий стал выползать густой желтый туман. Тяжелыми, тягучими струями он сползал на мостовую, выплескивая вместе с собой пронзительный кисло-сладкий запах. В считанные секунды ядовитый туман заполнил улицу и пополз к тому месту, где стояли Барт и Джо. Они уже знали, какую опасность таит в себе такой туман. Улица была заблокирована ядовитым смогом, и единственным спасением была арка, у которой они стояли. Вернее, — единственной надеждой на спасение.

Барт принял решение. Крепко держа Джо за руку, он вошел в арку. Он осторожно сделал первый шаг, второй, третий… Зона молчала.

Арка вывела их в небольшой внутренний дворик, со всех сторон окруженный домами. Это была ловушка, сразу догадался Барт. Он лихорадочно искал выход из глухого двора, но выхода не было. Из черного проема арки во двор стали заползать первые клочья тумана. Липкие клубни смога стремительно заглатывали маленькое пространство дворика, заставляя Барта и Джо отступать в его дальний конец. Зона безжалостно загнала их в угол. Они стояли у стены дома, и от волны тумана их отделяло уже всего два метра. Барт увидел в пяти шагах от себя распахнутую дверь. Выбора не было.

Бежим! — крикнул он, и они бросились к распахнутой двери.

На одном дыхании они преодолели несколько пролетов грязной, затхлой лестницы и остановились только тогда, когда лестница кончилась. Они очутились на четвертом этаже заброшенного дома. На лестничную площадку выходила единственная облезлая дверь. Барт потянул за ручку двери, и она нехотя открылась, скрипя ржавыми петлями. Перед ними был темный коридор, из которого тянуло пылью и плесенью. Два ярких луча их фонарей отодвинули темноту коридора далеко вглубь. Коридор был длинным. По-видимому, он тянулся вдоль всего здания. По обеим его сторонам зияли черные проломы выломанных дверей. Проломы вели в комнаты, пустые и заброшенные, с остатками жалкой мебели. И никаких признаков жизни. В этом доме не было даже крыс.

Два пятна света фонарей ползли по облезлым стенам коридора. Джо осматривала левую сторону коридора, а Барт — правую. Луч фонаря Джо вплыл в очередной проём двери. Джо вскрикнула, фонарь выпал из её рук, и, глухо стукнувшись о пол, откатился в сторону. Джо почувствовала, как теплые волны подхватили её и унесли из реального мира. Она потеряла сознание.

В кабинете Роя Ньюпорта зазвучал звонок телефона дежурного оператора Зоны.

Ален Хьюз. Информация по Зоне, сэр.

Да, Ал. Говорите.

Закрыты два маршрута. «Альфа» и «Омега». Соответственно на третьем и четвертых квадратах.

Как прошел выход из Зоны, Ал?

Нормально, шеф. Режим Зоны был снижен до ноль трех. «Альфа» вышла самостоятельно. «Омегу» пришлось эвакуировать по служебной полосе.

Есть что-то серьёзное?

Пустяки. Вывих ноги.

Понятно. Профилактика Зоны требуется?

Нет, шеф. Только обычная проверка на максимальном режиме. Не больше часа.

Хорошо. Как остальные маршруты?

В зоне остались «Бетта» и «Зед» в пятом квадрате.

«Зед» в пятом квадрате? Любопытно…

Что вы сказали, шеф?

Всё в порядке, Ален. Я прошу вас информировать меня по маршруту «Зед» каждые 20 минут.

Окей, шеф.

Рой Ньюпорт опустил трубку телефона и посмотрел на часы: было 10:50.

Барт вынес Джо на руках из этого мрачного дома. Метрах в двадцати от того места, где она потеряла сознание, коридор поворачивал на 90 градусов направо, и ещё, шагов через сорок, заканчивался замызганной площадкой узкой лестницы черного хода. Спустившись по проржавевшим ступеням лестницы, Барт вышел на боковую улочку. Он огляделся. Не было и полуметра чистого пространства. Кучи мусора, битого стекла и разного хлама. Барт, держа Джо на руках, осторожно опустился на груду битого кирпича, прислонившись спиной к стене дома. Одной рукой он достал из нагрудного кармана аптечку, открыл её, расстегнув молнию пакета зубами, вынул нашатырь, также зубами вынул пробку, и поднес пузырек к ноздрям Джо. Её веки слегка дрогнули, и она открыла глаза.

Джо, ты слышишь меня?

Интонации родного голоса, проникнув в её сознание, вернули Джо к жизни. Её сознание прояснилось, мутная пелена перед глазами исчезла. Она посмотрела на мужа и слабо улыбнулась.

Джо, дорогая, как ты?

Уже лучше, — тихо ответила Джо.

Тебя что-то напугало? Что ты там видела?

Ничего, ничего, дорогой, — слабо покачав головой, ответила Джо. — Я дойду до конца. Обещаю тебе. Но только не будем больше заходить в этот дом… и в другие дома… Я прошу тебя об этом… Пожалуйста…

Успокойся, родная. Успокойся. Я горжусь тобой. Ты такая сильная! — сказал Барт и нежно поцеловал жену.

Через несколько минут, когда к Джо вернулись силы, они вновь побрели по мёртвому городу. На углу этой узкой, грязной улочки, покрытой не асфальтом, а каким-то толстым матовым стеклом, они увидели одинокий, покосившейся столб светофора, уныло смотревшего на них своим единственным стеклянным глазом циклопа. Когда они приблизились к нему шагов на пять, одноглазый светофор неожиданно ожил и замигал, озаряя улицу вспышками яркого разноцветного света; красного, оранжевого, желтого, зеленого, синего, фиолетового… Вокруг Барта и Джо заплясал хоровод их собственных многоликих теней, не черных, а цветных, разных гамм и оттенков…

Что это? — прошептала Джо.

Не знаю. Наверное, беззвучная цветомузыка Зоны, — неуверенно ответил Барт.

Что будем делать, Барт? — растерянно спросила Джо.

Пока не знаю. Думаю, надо переждать, — нерешительно ответил Барт.

Помигав разноцветными сигналами, светофор потух, но разноцветные тени не исчезли, и ещё некоторое время кружились вокруг них, постепенно тускнея, пока не растворились в матовом покрытии дороги. Джо и Барт продолжали стоять на одном месте, не решаясь сделать и шага. Джо вдруг как-то съежилась, покрутила головой и, крепко прижавшись к мужу, зашептала: «Мне страшно, Барт. У меня такое ощущение, что за нами кто-то постоянно наблюдает… кто-то невидимый…»

Взгляд Барта скользнул по фасадам облезлых домов. И ему вдруг показалось, что в одном из черных, пустых окон блеснул свет, как бы отражаясь от зеркала. «Померещилось, подумал он, — мертвецы не пользуются оптикой».

Ну, что ты, Джо. Кто здесь может следить за нами? Город мертв.

За нами следят, Барт. Я не могу объяснить тебе, но я это знаю наверняка, — твердо произнесла Джо.

Помолчав, Барт задумчиво произнес: «Это Зона, Джо… она следит за каждым нашим шагом… и ждет, когда мы ошибемся». Барт ощутил, как тело жены нервно задрожало. «Бедняжка. Это выше её сил, — подумал он. Хватит! Я не могу больше рисковать её здоровьем. Надо выходить из Зоны. Только бы дотянуть до контрольного столба…». Барт принял решение, и к нему сразу вернулось самообладание.

Пошли, Джо. Нам осталось совсем немного, — нежно произнес он.

Они уже почти пересекли перекресток улиц, когда Барт почувствовал запах бензина. Запах исходил откуда-то из-за завала, перекрывавшего улицу по правую руку от них.

Стой, Джо! Я должен проверить кое-что! — напряженно произнес Барт.

Барт быстро забрался на самый верх груды битого кирпича и замер, пораженный увиденным. Метрах в пяти от него стоял, сверкая никелем и свежей краской, новенький красный форд-пикап. От него-то и исходил запах бензина и теплого мотора. Это был очень живой запах. Запах дома. «Откуда он здесь? — подумал Барт. — Совсем новенький?»

Он повернулся к жене и крикнул: «Джо! Иди сюда! Скорее!»

Барт помог Джо забраться на вершину завала. Увидев новенький автомобиль, Джо удивилась не меньше мужа Они быстро спустились со стены и подошли к машине. Барт положил руку на капот форда — он очень теплый. Барт заглянул в боковое окно и увидел, что ключ зажигания был на положенном ему месте, в замке. Барт открыл дверцу машины, сел за руль и повернул ключ зажигания. Мотор тихо и радостно заворчал. Барт радостно воскликнул: «Джо! Дальше мы с тобой поедем с комфортом! Хватит, находились!»

А что, если, это ловушка Зоны? — неуверенно произнесла Джо.

В таком случае, это самая прекрасная из всех ловушек, в которые мы попадали! — ответил Барт. — Садись, дорогая. Поехали!

Форд плавно тронулся, развернулся и выехал на единственную дорогу. На дороге отчетливо виднелись следы протектор форда. Похоже было, что кто-то совсем недавно проехал здесь. Барт нажал на газ. Он придерживался свежих следов на дороге и вскоре выехал на довольно чистую улицу, прямой линией уходившей вглубь городских кварталов. Форд стремительно рванулся вперед. Через несколько минут они остановились у черно-белого столба, на котором был знак: «Зед-6».

Приехали, Джо! — весело произнес Барт, и выключил двигатель.

Красный телефон на столе Роя Ньпорта резко зазвучал тревожным голосом. Управляющий быстро снял трубку.

Ньюпорт.

Алан Хьюз. Срочная информация, шеф.

Что случилось?

Они угнали автомобиль, шеф.

Кто угнал? Какой автомобиль? Говорите яснее, Алан.

Маршрут «зед». В пятом квадрате джастеры угнали форд-пикап оператора.

Что?! — воскликнул управляющий. — Джастеры угнали служебный автомобиль? Что вы такое говорите? Этого не может быть! Это просто исключено! Такого не было за всю историю «Пэгэтори»!

Это случилось, шеф. Они захватили машину и уехали по служебной трассе «зед-эс».

Но как им это удалось? — недоумевал Ньюпорт.

Вышли из строя блок наблюдения и блок защиты у «Красной стены», и туда срочно выехал оператор, — сказал Алан Хьюз.

У «Красной стены», — машинально переспросил управляющий.

Абсолютно непреодолимая преграда. При нормальной работе защиты, конечно, — сказал Алан.

А где был автомобиль?

На служебной территории, рядом с «Красной стеной».

Неужели этот болван-оператор не мог поставить её в укрытие? — не скрывая раздражения, произнёс управляющий, скорее, не спрашивая об этом Хьюза, а выражая своё недовольство.

Очевидно, действовал по привычке, шеф, — откликнулся Хьюз.

По привычке! По привычке! — раздраженно воскликнул управляющий. — Совсем разучились думать! А эти ребята оказались умнее всех вас вместе взятых! Вместе с вашими электронными мозгами! — кипел Ньюпорт.

Хьюз хранил напряженное молчание.

Где они сейчас? — уже спокойнее спросил Ньюпорт.

На границе «Зед-пять» и «Зед-шесть», сэр.

Ну, ладно, Хьюз. Я должен всё обдумать. А пока продолжайте работу, — сказал Ньюпорт и положил трубку телефона.

Рой Ньюпорт задумался. Произошло чрезвычайное событие. Единственное, в своем роде, за всё время существования Зоны. Что делать с Шарпами? Какое принять решение? В инструкции ничего не сказано на этот счет. Действия джастеров в Зоне ничем не ограничивались. Ведь для того, чтобы преодолеть Зону, кроме железных нервов и выдержки, требовались ещё смекалка и изобретательность. Единственным требованием, выполнение которого было обязательным для тех, кто претендовал на главный приз, было прохождение Зоны по указанному в карте маршруту и в пределах контрольного времени. Выход за пределы своих квадратов, так же как и просрочка времени, лишали джестеров права на приз. «Ну, что ж. Игра должна идти по правилам», — решил Ньюпорт. Он нажал кнопку селектора, вызывая на связь оператора «Зед».

Стив Глэн слушает.

Стив. У меня к тебе один вопрос. Шарпы… Они не нарушали правил прохождения Зоны?

Ты имеешь в виду угнанный форд, Рой?

Да, Стив. Ребята оказались не промах. Но я хочу знать, не выходили ли они за пределы своего маршрута?

Никаких нарушений, Рой. Даже в случае с машиной. Они воспользовались трассой «зед-эс» в пределах своего квадрата.

Стив, ты уверен в том, что всё идет по правилам?

Абсолютно, Рой. Я сижу на терминале с 6-30 утра и веду постоянную видеозапись.

Хорошо. Продолжай запись. И вот что, Стив. При малейшем нарушении закрывай Зону.

Стив промолчал.

Ты понял меня, Стив?

Да, сэр. Закрыть Зону при нарушении маршрута.

К стати. Что они сейчас делают, Стив?

Завтракают. На границе «Зед-5» и «Зед-6».

Они уже дали контрольный сигнал?

Нет, — коротко ответил Стив.

Немного помолчав, Ньюпорт сказал: «Ну что ж. Формально они ещё не прошли «Зед-5». Но я не формалист, Стив. Сотня твоя». Рой Ньюпорт отключил связь.

Барт и Джо закончили свой скудный завтрак и стояли около машины, прислонившись к капоту. Некоторое время они хранили молчание. Наконец, Барт сказал: «Я думаю, что настало время принять решение, Джо. Продолжать маршрут или выходить из игры? Я настаиваю на втором».

О чем ты говоришь, дорогой, — слабо запротестовала Джо.

Прежде всего, о тебе, дорогая. Я не могу и не хочу больше рисковать твоим здоровьем. Я вижу, что это выше твоих сил.

Нет, нет, милый. Я ещё могу…

Барт покачал головой и обнял жену за плечи.

Хватит, дорогая. Оставим эту затею. У нас машина. Через пять минут мы выберемся из этой проклятой Зоны.

Джозефина вдруг резко выпрямилась, повернулась к мужу лицом и взволновано заговорила.

А ты подумал, как мы будем жить дальше? Как ты будешь погашать кредиты? Как сохранить заложенный дом? А ты подумал о наших детях? Мы почти потеряли дом… Неужели ты хочешь, чтобы твои дети оказались в приюте? А может ты рассчитываешь, что завтра тебе свалится на голову постоянная, высокооплачиваемая работа? Три года без работы, Барт! Три года! Это пострашнее любой вонючей Зоны!

Джозефина разрыдалась и, всхлипывая, продолжала: «А что будет с нашей малюткой, Барт? Ты подумал об этом? Если ей не сделать операцию, через два месяца мы можем потерять её… Скажи мне, что ты готов немедленно достать сто тысяч долларов, необходимых на операцию, и я тот час соглашусь покинуть Зону…»

Рыдая и дрожа всем телом, Джо уткнулась лицом в грудь мужа. По лицу Барта текли слезы. Слезы жалости, горя, отчаяния. Так они стояли, двое молодых, красивых людей, опустошенные и беспомощные, в бессильной ярости на Зону и на судьбу.

Стив Глэн был поражен. То, что он увидел и услышал, тронуло его до глубины души. Теперь он понял, что привело эту молодую пару в Зону. Не жажда экстрима и адреналина, — это для толстосумов, — а их личная драма, полное отчаяние, последняя возможность спасти жизнь своей маленькой дочки.

Стив посмотрел на экран: молодая женщина билась в истерике в объятьях мужа. Стив закусил губу. Ему вдруг открылась оборотная сторона Зоны, этой огромной, экстравагантной игрушке для взрослых, этого электронного чуда, которое он до сих пор боготворил. В Зоне удовлетворялись не только низменные инстинкты людей, но и шла жестокая борьба за священное право человека на жизнь. Для Барта и Джо это обернулось не только борьбой за жизнь своего ребенка, но и семью кругами сущего ада…

Стив почувствовал себя как-то неуютно, а беспрерывное жужжание электроники «зы-зы-зы-зы», на которое он раньше просто не обращал внимания, вдруг стало раздражать его. Он вновь повернулся к экрану.

Джозефина немного успокоилась и, тихо всхлипывая, говорила: «Барт, дорогой. Раз мы это начали, то отступать нельзя. Это наш последний шанс. И мы дойдём до конца. Обязательно дойдём. Правда?»

Барт молча кивнул головой и тихо ответил: «Да, дорогая. Да».

Стив Глэн взглянул на часы. До истечения контрольного времени оставался ровно один час. «Не успеют, — подумал он. — Чтобы пройти 2500 метров квадратов «зед-6» и «зед-7» потребуется не менее 80 минут».

Очевидно, эта же мысль волновала и Барта. Он взглянул на часы и погрузился в размышления над картой, разложенной на капоте форда. Время от времени он делал на карте пометки фломастером. Наконец, он закончил работу и позвал Джо, которая отдыхала в машине.

— Послушай, Джо. У нас остался единственный шанс пройти Зону в контрольное время. Машина. И я очень рассчитываю на тебя дорогая. Один я не справлюсь. Ты будешь штурманом. Тебе придется одновременно следить за местностью и сверяться по карте. Это очень трудно. Очень. Нельзя допускать ни малейшей ошибки. Вот, смотри.

Барт склонился над картой и стал объяснять Джо маршрут движения. Убедившись, что Джо поняла свою роль, Барт подошел к контрольному столбу и нажал зеленую кнопку.

На терминале Стива Глэна высветилось время: 11–15. До конца контрольного времени оставалось 45 минут.

Барт вел машину очень осторожно, со скоростью не более 12,5 миль в час, так, чтобы Джо успевала разглядеть ориентиры на местности и сличить их обозначениями на карте. Они ехали по слабо пересеченной местности. Дорога то петляла между небольшими холмами, то продиралась сквозь заросли колючего кустарника. Фордик надежно защищал их от мелких пакостей Зоны: от «Летучих колючек», как горох барабанивших по машине, и «Красного перца», оранжевые облака которого время от времени вылетали из под колес машины. Хуже было с «Волчьей жвачкой», грязно-зеленые клубни которой, вылетавшие в метре от передних колес, намертво впивались в машину своими присосками. Очень скоро лобовое стекло форда было почти сплошь залеплено этой отвратительной массой, против которой стеклоочистители были бессильны. Тем не менее, они добрались до столба «Зед-7».

Они вылезли из машины и, пока очищали лобовое стекло форда, Барт готовил себя к последнему броску: 1400 метров на юго-запад по ровной, как стол, саване, покрытой рыжей травой, словно большим ковром. Но этот приятный для глаза ковер был полон ловушек, «Пустышек», как их называли. Попросту говоря, это были двухметровой глубины ямы, прикрытые той же рыжей травой, только с чуть заметным красным оттенком. Теперь всё зависело от остроты зрения. Барт решил ехать со скоростью 7 миль в час, или примерно три метра в секунду, что при самых благоприятных обстоятельствах, позволило бы им преодолеть савану за 8-10 минут и сохранить резерв в 20 минут. Джо, нажав зеленую кнопку на столбе, села в машину на свое место штурмана. Форд плавно тронулся с места.

Стив Глэн взглянул на часы: 11–30. Он почему-то занервничал, сорвал галстук и расстегнул ворот рубашки. Стив неотрывно смотрел на экран.

«Пустышка» — десять метров. Стив не заметил, что говорит сам с собой.

И тут же в наушниках Стива прозвучал голос Джо: «Пустышка, семь метров!» Машина вильнула влево и объехала западню. Ещё раза три-четыре они благополучно избегали ловушек. Глядя на экран, Стив заметил, что машина приближается к очень опасному участку. Треугольнику. На пути машины было сразу три ловушки, расположенные в форме треугольника: одна впереди, и две чуть сзади — справа и слева.

Пустышка, пять метров, — прозвучал голос Джозефины.

Фордик вильнул влево, и тут же возглас: «Пустышка! Два метра!». Барт ударил по тормозам и форд замер в полуметре от ямы. Мотор форда почему-то заглох и категорически не хотел запускаться. Барт вылез из машины и открыл капот. Минут через пять ему удалось завести двигатель. Нервничая из-за потерянного времени, Барт сказал: «Придется наверстывать упущенное время, Джо. Я чуть прибавлю».

Теперь он вел машину со скоростью 14 миль в час. Они миновали ещё три пустышки, а потом, почти пару минут, ехали спокойно. До конца Зоны оставалось уже меньше 200 метров.

Ну, вот и приехали! — произнес Барт, оборачиваясь к Джо.

Джо посмотрела на него и улыбнулась в ответ.

Стив Глэн сжал зубы и отвел глаза от экрана. Машина, попав левым колесом в пустышку, встала на дыбы. Мотор работал, и задние колеса продолжали крутиться. Стив взглянул на экран.

Джо выбралась из машины и несколько секунд стояла на одном месте, оглушенная ударом. Струйки крови текли у неё из носа. Джо бросилась к двери водителя, с трудом открыла её, и помогла Барту выбраться из машины. Похоже, он был ранен. Его лицо было залито кровью и он сильно припадал на правую ногу. Всхлипывая и размазывая по лицу кровь, грязь и слёзы, Джо перебинтовала голову мужа.

Нам надо идти, Джо, — прохрипел Барт. — Время на исходе…

Но ты же ранен! — всхлипывала Джо.

Пустяки! — прохрипел Барт. — Дойду…

Барт решительно шагнул вперед, но тут же, со стоном, осел на землю, схватившись рукой за правую ногу.

— Что с тобой?! — воскликнула Джо и бросилась к мужу.

Нога…, - скрипя от боли зубами, прохрипел Барт. — Помоги мне…

Кусая губы, Стив Глэн наблюдал за тем, как хрупкая молодая женщина, сама оглушенная ударом, пытается поднять на ноги стокилограммового мужчину. Наконец, ей это удалось.

— Пошли, Джо. Вперед…, - прохрипел Барт и, навалившись на жену почти всей тяжестью тела, запрыгал на левой ноге. Прыжок, ещё прыжок — остановка; прыжок, прыжок и вновь короткая передышка…

Стив Глэн взглянул на часы: 11: 52. До конца Зоны оставалось 150 метров и… 8 минут.

Барт и Джо медленно продвигались вперед. Дважды они падали и Джо, из последних сил помогала мужу подняться и они вновь, шаг за шагом, метр за метром, приближались к заветной цели.

Стив нервно взглянул на часы: 11:58. До контрольного столба оставалась 10 метров и всего два метра… до последней «пустышки».

Барт и Джо медленно ковыляли прямо на пустышку, не замечая притаившейся опасности.

Стив Глэн лихорадочно размышлял. Ребята почти дошли до цели. Они вели честную и очень мужественную игру, и по праву заслужили главный приз. Но ещё два шага и все их надежды погибнут… Рука Стива Глэна, подчиняясь его воли, легла на красную кнопку блокировки Зоны. Всё. Компьютер отключен. Для Барта и Джо Зона перестала существовать.

Барт и Джо доковыляли до контрольного столба и, нажав контрольную кнопку, в изнеможении рухнули на синтетическую траву. Терминал зафиксировал их время: 11: 59: 45.

Здесь Стив Глэн. Маршрут «зед» пройден в контрольное время и без нарушений. Джастеры нуждаются в немедленной медицинской помощи. Амбулаторную машину к выходу из «зед — семь».

Стив Глэн откинулся на спинку кресла, запрокинул голову и закрыл глаза. «Ну, вот и всё, — подумал он. Они прошли свои семь кругов ада. Сегодня они победили. Заслуженно победили в этой неимоверно сложной и опасной игре, созданной человеком и управляемой компьютером, о чём игроки не знают. Что их ждет впереди? В этом сумасшедшем мире? Не будет ли для них завтрашний день началом нового круга, восьмого…?»