Для детей среднего и старшего школьного возраста

Туман стоял ужасный. И все же гордость королевской гавани, парусник «Неустрашимый», держался положенного курса. Вооруженный пятьюдесятью пушками и опытной командой, способной отразить любую атаку пиратов, «Неустрашимый» медленно двигался по темному морю.

На носу корабля одиноко стояла самая юная пассажирка. Звали ее Элизабет Свон. Она сжимала изящными ручками деревянное ограждение и ежилась от холода. Элизабет совершенно не боялась того, что могло подстерегать судно в тумане. Она даже втайне мечтала повстречать настоящего пирата! Ей вспомнилась старинная песенка, и, стоя в серой дымке, девочка начала напевать:

Внезапно чья-то рука крепко сжала ей плечо.

– Тише, мисс! – проворчал моряк. – В этих водах чертовы пираты – не редкость! Хотите, чтоб они на нас напали?

Элизабет, которой тогда было всего двенадцать, уставилась огромными глазищами на грубое, обветренное лицо мужчины.

– Мистер Гиббс! – строго обратился капитан Норрингтон к старому моряку.

– Но она распевала про пиратов! – стал оправдываться Гиббс. – А это к несчастью, особенно когда увязаешь в таком густом, неизвестно откуда взявшемся тумане... Попомните мои слова!

Элизабет знала, что все ждут от нее примерного поведения. Она плыла в Порт-Рояль, на Ямайку, куда ее отец был назначен губернатором.

– Мы должны держаться как подобает нашему классу, – напомнил он ей, выйдя на палубу. Элизабет кивнула, но в душе продолжала лелеять мечту о встрече с пиратом.

Она молча смотрела за ограждение, вглядывалась в глубокие зеленые воды. И вдруг она увидела, как что-то колышется в волнах. Это был зонтик от солнца! Такое зрелище позабавило девочку, она стала гадать, откуда бы он мог приплыть, и тут на воде, в окружении белой пены, показалась фигура покрупнее.

– Смотрите! – вскричала Элизабет, тыча пальцем за борт. Там, совсем близко к кораблю, проплывало неподвижное тело.

Капитан Норрингтон отреагировал молниеносно.

– Человек за бортом! – крикнул он.

Но у Элизабет глаза были более зоркие.

– Мальчик за бортом! – поправила она, заметив, что дрейфующий по волнам бедолага не старше нее.

– Принесите багор и выловите его! – скомандовал капитан Норрингтон матросам. Элизабет смотрела, как команда «Неустрашимого» замахала баграми и подцепила безвольное тело, когда оно проплывало мимо.

Губернатор Свон помог капитану Норрингтону втащить мальчика на борт. Элизабет подошла ближе.

– Он все еще дышит! – объявил Норрингтон, приложив ухо к губам пострадавшего.

– Но откуда он взялся? – недоумевал губернатор.

Команда «Неустрашимого», столпившись на палубе, вглядывалась в море в поисках ответа, и тут Гиббс неожиданно воскликнул:

– Пресвятая Мария, Матерь Божья!

Высунувшись за ограждение, Элизабет смогла разглядеть обломки и плавающие вокруг тела моряков. Затем из тумана медленно вырос обугленный и дымящийся остов погибшего корабля.

Капитан Норрингтон, опасаясь, что это дело рук пиратов, велел своим людям готовиться к битве.

– Тащите мальчишку на корму! – крикнул он. – Нужно освободить палубу!

Губернатор Свон разжал вцепившиеся в ограждение пальцы Элизабет и повлек дочку на корму, подальше от ужасного зрелища.

– Поручаю его твоим заботам, – сказал он ей, когда двое матросов перенесли бесчувственное тело мальчика за капитанский мостик. – Присмотри за ним.

Элизабет, кивнув, подошла и опустилась возле него на колени, а губернатор поспешил прочь. Девочка аккуратно откинула волосы со лба мальчугана. И тут веки его затрепетали, и глаза открылись.

– Меня зовут Элизабет Свон, – промолвила она и взяла его за руку.

– Уилл Тернер, – прошептал мальчик.

– Я буду присматривать за тобой, – сказала девочка, стараясь подбодрить и успокоить его, но он снова потерял сознание.

Когда он пошевелился, ворот его рубашки распахнулся, и Элизабет заметила на шее Уилла золотую цепочку с медальоном. Она осторожно сняла ее и повертела медальон в руках, надеясь, что тот сможет поведать ей что-нибудь о своем владельце. К своему изумлению она обнаружила, что золотая кругляшка украшена черепом и перекрещенными костями!

– Так ты пират! – прошептала она.

Тут подошел капитан Норрингтон, и Элизабет торопливо спрятала медальон за пазуху.

– Он что-нибудь говорил? – спросил Норрингтон, возвышаясь над распростертым на корме телом мальчугана.

– Его зовут Уилл Тернер, – ответила Элизабет. – Это все, что мне удалось узнать.

– Очень хорошо. – И капитан Норрингтон зашагал прочь.

Убедившись, что возвращаться он не намерен, девочка вытащила медальон и снова принялась его разглядывать. Но тут жуткое зрелище приковало к себе все ее внимание. Девочка так перепугалась, что не могла и слова вымолвить. Из тумана возник огромный корабль с черными парусами. На самой высокой мачте развевался флаг – череп с перекрещенными костями! А потом зловещий корабль, неуязвимый для грохочущих пушек «Неустрашимого», снова скрылся во мгле. Элизабет показалось, что череп на флаге улыбнулся ей на прощанье...

Внезапно раздался громкий стук, и Элизабет открыла глаза. Она лежала в своей уютной постели в губернаторском поместье. Через миг она сообразила, что это был всего лишь сон. Встав, она зажгла стоявшую у изголовья масляную лампу и выдвинула маленький ящичек своей шкатулки с украшениями. Вот он! Золотой медальон, который она тайком сняла с Уилла Тернера восемь лет назад.

– Ты до сих пор в постели? В такой час? – Из-за двери раздался настойчивый стук и голос отца.

Элизабет быстро надела на шею медальон, набросила халат и впустила губернатора.

– Какой чудесный денек! – объявил он, переступая порог. В руках он держал большую коробку. – У меня для тебя подарок!

Мимо него в комнату проскользнула горничная и отдернула тяжелые шторы, за которыми синело утреннее небо и простирался пейзаж Порт-Рояля. Это был маленький чистый городок с уютной гаванью, охраняемой пушками Форт-Чарлза, расположившегося у входа в бухту.

Губернатор Свон открыл коробку и извлек оттуда элегантное бархатное платье.

– Я подумал, что ты могла бы надеть его на сегодняшнюю церемонию, – сказал он, а Элизабет, обрадовавшись подарку, подхватила наряд и скрылась за ширмой. – На церемонию присвоения капитану Норрингтону нового звания, – добавил отец.

– Я знаю, – выглянув, ответила Элизабет, а горничная тем временем затягивала на ней корсет.

Девушка знала, что отец давно носится с идеей выдать ее замуж за капитана Норрингтона, но саму ее этот брак ничуть не интересовал.

– Он настоящий джентльмен, – продолжал губернатор, стараясь убедить дочь. – К тому же обожает тебя, ты же знаешь.

Элизабет, нахмурившись, вышла из-за ширмы. Платье было великолепное, но, к сожалению, слишком тесное.

– Мне сказали, что оно сшито по последней лондонской моде, – губернатор с улыбкой оглядел свою красавицу дочь.

– Должно быть, лондонские дамы научились обходиться без воздуха, – заметила Элизабет, поправляя платье, чтобы можно было хоть как-то дышать.

Когда Элизабет с отцом уже собрались отправиться на церемонию, дворецкий объявил, что пришел посетитель.

Губернатор спустился по лестнице и увидел, что в холле его ожидает юноша с длинным подарочным футляром. Это был не кто иной, как Уилл Тернер, молодой человек двадцати лет, по профессии кузнец.

– А, мистер Тернер! – воскликнул губернатор. – Рад видеть вас снова.

– Добрый день, сэр, – отвечал Уилл. – Вот ваш заказ.

Губернатору не терпелось увидеть принесенную кузнецом шпагу. Он открыл футляр и довольно улыбнулся. Губернатор собирался вручить эту парадную шпагу, выкованную из крепчайшей стали и украшенную золотом, капитану Норрингтону во время церемонии. Надо отдать Уиллу должное, он отлично знал свое дело.

Юноша принялся демонстрировать губернатору достоинства шпаги, ее легкость и баланс, но тут он поднял взгляд и заметил спускающуюся по лестнице Элизабет. Она была очаровательна как никогда. Лицо Уилла просияло.

– Ах, Элизабет, ты выглядишь потрясающе! – произнес губернатор Свон.

– Рада вас видеть, – поприветствовала гостя Элизабет. Ее улыбка говорила о глубокой симпатии к молодому кузнецу. – Кстати, вы мне сегодня снились. Я как будто бы заново пережила тот день, когда мы впервые встретились. Помните?

– Как я мог забыть, мисс Свон? – ответил юноша.

Разговор принял оборот, который вовсе не понравился губернатору. Тот взял у Уилла шпагу и торопливо выпроводил Элизабет за дверь.

– Всего доброго, мистер Тернер, – бросила напоследок девушка и снова улыбнулась своему симпатичному знакомому.

Затем она подобрала пышные юбки и забралась в ожидающую у подъезда карету. А за ней последовал и ее отец. Уилл стоял на крыльце и смотрел вслед удаляющемуся экипажу, пока тот не растворился в суете шумных улиц Порт-Рояля.

По пути в Форт-Чарлз Элизабет видела королевский парусник «Неустрашимый», стоявший на якоре в залитой солнцем гавани. Корабль охранял жителей Порт-Рояля от воров и пиратов. И, словно одного присутствия «Неустрашимого» было мало для того, чтобы держать преступников в страхе, на виселице, построенной у самого берега, болтались скелеты четверых пиратов. Пятая петля пустовала, а на веревке красовалась табличка: «ПИРАТЫ, ВЫ ПРЕДУПРЕЖДЕНЫ!»

К тому времени, как Элизабет и ее отец прибыли в форт, жаркое солнце уже стояло в зените. Девушка успела пожалеть, что надела такое тяжелое платье в знойный день. Но несмотря на палящую жару, казалось, весь город собрался, чтобы увидеть, как капитана Норрингтона произведут в чин командора. Услужливые помощники проводили губернатора и его дочь на отведенные им места, и церемония началась.

Все вроде бы шло хорошо... Но тем временем далеко внизу, под уступом скалы, в утлой лодчонке проплывал один из самых знаменитых пиратов во всех испанских колониях. Его звали капитан Джек Воробей. Он с серьезным и уважительным видом кивнул раскачивающимся на виселице пиратским скелетам и двинулся дальше. Когда он очутился в гавани, взгляд его упал на бросивший якорь парусник. Капитан Воробей прибыл в Порт-Рояль с одной мыслью – раздобыть себе судно покрупнее.

Он пристально осмотрел «Неустрашимого». И хотя сразу было видно, что это мощный корабль, оснащенный пятьюдесятью пушками, внимание Джека Воробья привлек не он, а королевский парусник «Перехватчик», небольшое маневренное судно с несколькими пушками и мортирой посреди главной палубы. Корабль был пришвартован к берегу у скал, среди которых возвышался Форт-Чарлз.

Обычно если глаз Джека падал на вещь, которую ему хотелось заполучить, пират не терял времени даром. Беззвучно гребя, он направил лодку к причалу.

Капитан порта придирчиво осмотрел Джека с ног до головы.

– Эй ты, там! – крикнул он. Вид новоприбывшего и его обшарпанной посудины не внушал ему доверия. – Утренняя плата, чтобы попасть в порт, шиллинг. И мне нужно знать твое имя!

Помощник начальника порта открыл громадную регистрационную книгу, где расписывались все причаливающие. Джек лучезарно улыбнулся.

– А если я дам вам три шиллинга, и мы забудем об именах, а? – спросил пират и кинул монеты на исписанные страницы.

Выражение лица начальника порта переменилось, как будто он сначала принял Джека за кого-то другого, а теперь понял свою ошибку. Он протянул руку через плечо своего помощника и длинным скрюченным пальцем захлопнул книгу. Отступив в сторону, он торжественно произнес:

– Добро пожаловать в Порт-Рояль, мистер Смит!

Шутливо отсалютовав капитану порта, Джек поправил висевшую на боку шпагу и с улыбкой зашагал по причалу прямо к «Перехватчику». «Кажется, день сегодня выдался на славу», – подумал он.

Проходя мимо «Перехватчика», пират натолкнулся на двух охранявших судно солдат.

– Посторонним здесь не место, – предупредил его один из часовых.

– Простите, я не знал, – промолвил Джек, и тут его чуткое ухо уловило звуки музыки, доносившиеся их Форт-Чарлза. Он прикрыл глаза ладонью от яркого солнца и посмотрел вверх.

– Что это они там затеяли, в форте? А вас двоих не пригласили?

– Кому-то же надо охранять этот причал, а то бродят тут всякие... – Часовой красноречиво оглядел потрепанный пиратский наряд Джека.

– Совершенно верно, – согласился морской разбойник. – У вас благородная миссия. Уверен, это очень важная посудина.

– Корабль, – строго поправил его солдат. – Командор Норрингтон собирается устроить на нем охоту за последними пиратишками, которые еще остались в Карибском море. Ни одно судно не сравнится с «Перехватчиком» в скорости.

– Неужели? – равнодушно переспросил Воробей. – А я вот слышал об одном. Говорят, оно до того быстрое, что никому за ним не угнаться. Называется «Черная жемчужина».

Оба часовых при упоминании легендарного корабля на миг онемели.

– Ни один действительно существующий корабль не догонит «Перехватчика», – наконец ворчливо произнес первый.

– Я видел ее, – покачал головой второй. – «Черная жемчужина» настоящая!

Эти двое начали спорить, существует ли печально знаменитая «Черная жемчужина» на самом деле или это только выдумки. Когда они заметили исчезновение Джека, было уже слишком поздно.

– Эй! – крикнул солдат, увидев его стоящим за штурвалом «Перехватчика». – А ну, убирайся оттуда!

– Извините, – невинным тоном промолвил Джек бегущим по причалу часовым. – Не смог устоять... Уж больно хорошая посудина... то есть корабль.

– Тебе не разрешено подниматься на борт! Как тебя зовут? – потребовал ответа солдат.

– Смит, – как ни в чем не бывало откликнулся Джек.

– И зачем же вы прибыли в Порт-Рояль, мистер Смит? Только без вранья!

– Как, совсем без вранья? Ну ладно! – Джек вздохнул. – Сознаюсь: я собираюсь захватить какой-нибудь корабль, отправиться на Тортугу, набрать там команду и заняться честным пиратством.

Часовые удивленно переглянулись.

– Я же сказал без вранья! – крикнул один из них.

– А по-моему, он говорит правду, – заметил второй.

Тем временем Джек заметил, что в форте поднялся переполох. Красивая девушка в бархатном платье упала со скалы в плещущиеся далеко внизу волны!

Командор Норрингтон и губернатор Свон перегнулись через парапет, намереваясь прыгнуть и спасти Элизабет. Но это значило бы пойти на верную смерть.

– Там внизу скалы, сэр! Это просто чудо, что она не разбилась! – воскликнул солдат, оттаскивая Норрингтона от парапета.

Еще пару минут назад Элизабет стояла здесь, беседуя с командором. Он разглагольствовал о том, что теперь, получив повышение, мечтает найти достойную женщину, которая стала бы его женой.

– Вы достойная женщина, – произнес он, прозрачно намекая, что хотел бы жениться на ней.

Элизабет, хватая ртом воздух, как вытащенная из воды рыба, промолвила, что не может дышать. Но случилось это вовсе не из-за неожиданного предложения Норрингтона. Полуденная жара и тугой корсет сделали свое дело – девушка лишилась чувств, упала со стены форта и полетела навстречу волнам.

Командор и губернатор поспешили вниз, в гавань.

Капитан Джек Воробей нетерпеливо наблюдал за тем, как разворачиваются события.

– Разве вы не собираетесь спасти ее? – обратился он к часовым, когда Элизабет плюхнулась в воду.

Те лишь тупо посмотрели на Джека.

– Я не умею плавать, – признался один. Очевидно, и второй тоже не умел – он лишь затряс головой.

– А еще солдаты! – фыркнул Джек, недовольный тем, что похищение «Перехватчика» откладывается. – Что ж, хорошо. – Он вручил часовым свой пояс и пистолет: – Смотрите не потеряйте.

Джек нырнул в воду и поплыл к Элизабет, уже успевшей скрыться в волнах. Она медленно погружалась все глубже в темные воды. Пышные бархатные юбки окружали ее, будто облако, и вдруг сильная рука обхватила ее за талию.

Джек был опытным пловцом, но даже ему не удавалось вытащить Элизабет на поверхность. Он быстро сообразил, что намокшее и отяжелевшее платье тянет их вниз. Пират резко рванул ткань в стороны, пуговицы отлетели, и вот громоздкий наряд пошел ко дну, а Джек с Элизабет вынырнули.

Часовые помогли вытащить девушку на причал.

– Она не дышит, – заметил один, приложив ухо к ее носу и рту.

– Отойди, – скомандовал Джек и, выхватив нож из висевшего на поясе у солдата футляра, склонился над Элизабет.

Затем, к изумлению обоих моряков, он рассек лезвием корсет ровно посредине. Элизабет тут же закашлялась и стала сплевывать воду.

– Никогда бы до такого не додумался, – сказал часовой.

– По всему видно, что ты не бывал в Сингапуре, – произнес Джек с дьявольской ухмылкой. Он уже собирался поинтересоваться у Элизабет, как она себя чувствует, но тут кто-то приставил к его горлу клинок.

– Встать! – велел ему командор Норрингтон. Пират хотел объяснить, что тут произошло, но понял, что толку от этого не будет.

– Элизабет! С тобой все в порядке? – губернатор бросился к дочери.

– Да, да, все отлично, – ответила девушка.

Цепко схватив Джека за руку, Норрингтон заметил на внутренней стороне запястья незнакомца клеймо в виде буквы П, а над ним татуировку – маленькую птичку, летящую над водой.

– Так-так... Значит, пират, – процедил Норрингтон. – Джек Воробей, если не ошибаюсь? – Прибежавшие вслед за командором солдаты схватились за пистолеты.

– Капитан Джек Воробей, если вам угодно, – уточнил Джек.

– Что-то я не вижу вашего корабля... капитан, – насмешливо произнес Норрингтон.

– Он говорил, что собирается захватить какое-нибудь судно, – сказал один из часовых и протянул командору пояс и пистолет Джека. Норрингтон осмотрел пиратское имущество и фыркнул. Однозарядный пистолет и сломанный компас, не указывающий на север, явно не произвели на него впечатления.

– Ты, без сомнения, самый жалкий пират из всех, о ком я слышал, – язвительно заметил командор.

– Но вы, по крайней мере, слышали обо мне, – с улыбкой парировал Джек.

Норрингтон достаточно насмотрелся на этого клоуна, чтобы понять: завтра утром нужно будет вздернуть его вместе с остальными пиратами, ждущими своей печальной участи в Форт-Чарлзе.

– Принесите кандалы, – холодно приказал он.

– Я этого не допущу! – вмешалась Элизабет. – Пират он или нет, но этот человек спас мне жизнь!

Однако командор Норрингтон не собирался отпускать пленника. Солдаты надели Джеку на запястья тяжелые оковы.

– Наконец-то... – вздохнул Джек и молниеносно взмахнул корсетом, все еще остававшимся у него в руках. Шнуровка обвилась вокруг пистолета, который держал один из солдат. Джек дернул, и оружие полетело в воду. Мужчины на миг растерялись, а Воробей тем временем натянул цепь от кандалов и накинул ее на шею Элизабет. Пистолеты всех солдат и моряков в порту нацелились на пирата, но командор взмахнул рукой, велев всем отступить. Джек захватил Элизабет в заложницы и использовал ее как щит. Норрингтон боялся, что кто-нибудь откроет пальбу и попадет в девушку.

Джек велел Элизабет подобрать его пояс и пистолет, а потом они вдвоем попятились по причалу.

– Это просто неслыханно! Вы – презренный трус! – воскликнула Элизабет, пытаясь вырваться.

Но Джек лишь улыбнулся.

– Я спас вашу жизнь, а теперь вы спасли мою. Мы квиты.

А потом пират громко обратился к собравшимся в порту:

– Леди и джентльмены, вы надолго запомните этот день, когда вам почти удалось поймать Джека Воробья! – С этими словами он отпихнул от себя Элизабет, схватился за корабельный канат, оттолкнулся и взлетел под самые небеса. Норрингтон тщательно прицелился в Джека и выстрелил. Пуля задела веревку, и Джек упал на груду такелажа.

Сделав невероятный кульбит, пират накинул цепь от кандалов на натянутую веревку и съехал на палубу корабля. За какую-то долю секунды он вихрем промчался через нее, спрыгнул вниз и... только его и видели.

– В погоню! – крикнул Норрингтон. Отряд солдат принялся прочесывать улицы и переулки Порт-Рояля. Началась охота за Джеком Воробьем!

Оставшись на причале наедине с дочерью, губернатор Свон накинул свой сюртук ей на плечи. Неожиданно похолодало, и под ногами заклубился густой туман.

Поисковый отряд медленно двигался по узкому переулку. Туман настолько сгустился, что не было видно ни зги. Солдаты обыскали всю округу, но пират, казалось, исчез без следа.

Убедившись, что отряд прошел мимо, Джек выскользнул из своего укрытия – из-за большой статуи. Пробираясь по улочке, он наугад дернул за ручку двери кузнечной мастерской и довольно улыбнулся, когда створки с легкостью отворились.

В кузнице царил полумрак, помещение освещала лишь пара тусклых фонарей. Джек разглядел, что все стены увешаны цепями и инструментами. Пират поблагодарил фортуну за то, что она привела его в подходящее место. Здесь он сможет избавиться от проклятых кандалов. Внезапно раздался громкий всхрап, заставивший его вздрогнуть. В углу спал пьяный кузнец, мистер Браун. Джек приблизился к нему на цыпочках и с силой пнул его, но мистер Браун даже не пошевелился, лишь снова захрапел.

Удостоверившись, что кузнец ему не помеха, Джек подошел к горну и опустил цепь, соединявшую кандалы, прямо на горячие угли. Когда она раскалилась докрасна, пират снял со стены кувалду с короткой рукоятью и резким ударом разрубил металл возле одного из наручников. Запястье побагровело и покрылось волдырями от нестерпимого жара, зато теперь его руки были свободны.

Джек уже собирался обрубить цепь возле второго запястья, когда железный засов на двери со скрежетом отодвинулся. Пират мгновенно юркнул в тень и увидел, как в мастерскую вошел Уилл Тернер.

Юноша огляделся и заметил храпящего в углу мистера Брауна.

– Все там же, где я его оставил, – пробормотал Уилл, а потом заметил лежащую у горна кувалду и произнес: – А вот эту штуку я там не оставлял...

Молодой кузнец потянулся за кувалдой, чтобы отнести ее на место, когда из темноты вдруг вынырнул клинок и хлопнул его по руке!

Уилл отскочил и оказался лицом к лицу с Джеком Воробьем, направившим острие шпаги юноше в грудь. Уилл внимательно оглядел незнакомца.

– Так это за тобой охотится вся эта солдатня! – воскликнул он, не сводя с Джека глаз. – Ты – тот самый пират!

Уилл схватил лежащую возле горна шпагу и скрестил ее с клинком Джека.

– Думаешь, это благоразумно, парень? Бросаться со шпагой на пирата? – ухмыльнулся Джек. К его неудовольствию, Уилл ответил дерзким выпадом.

Уилл и Джек обменивались ударами со скоростью молнии.

– Хочу отдать тебе должное, фехтовать ты умеешь, – сказал Джек, кружа возле Уилла, которому неизменно удавалось отбить все атаки пирата.

Воробей двигался до тех пор, пока дверь кузницы не оказалась у него за спиной. И тут, на глазах у изумленного юноши, он развернулся и кинулся наутек. Уилл не растерялся и запустил свою шпагу Джеку в спину.

Оружие пролетело у Джека над головой и вошло глубоко в дверь. Морской разбойник дернул засов, но все напрасно – ему мешала шпага.

Уилл думал, что уж теперь-то его противник оказался в ловушке, но у Джека Воробья всегда был припрятан козырь в рукаве. Он медленно повернулся к Уиллу и улыбнулся, а сам скользнул взглядом по двери черного хода.

– Это был хороший бросок. И все же есть одно «но» – ты стоишь между мной и выходом, – произнес пират, указывая острием клинка на заднюю дверь. – Только теперь, – добавил он с самодовольной усмешкой, – ты остался без оружия!

Уилл молча снял со стены еще одну шпагу и бросился в атаку.

Парируя, Джек украдкой огляделся по сторонам. Кузница оказалась увешана оружием.

– Кто все это выковал? – спросил он.

– Я, – ответил Уилл под звонкое лязганье сшибающихся клинков. – И я тренируюсь по три часа в день!

– Тебе надо найти себе девушку... Или, может, ты упражняешься со шпагой по три часа в день, потому что нашел девушку, но не можешь ее заполучить? – поддел молодого кузнеца Джек.

– Я упражняюсь по три часа, чтобы при необходимости расправиться с любым пиратом, какого повстречаю! – сердито ответил Уилл и принялся наседать на противника, пока тот не оказался прижатым к стене.

Джек намотал цепь, все еще свисавшую с одного из наручников, вокруг Уилловой шпаги и рванул ее на себя. Но юноша оказался проворнее. Он продел острие в звено цепи и с силой воткнул клинок в потолок. Пират оказался пришпилен к месту.

Джек продолжал размахивать шпагой, раскачиваясь взад и вперед. Он ухитрился развернуться и нажать ногой на мехи горна. В воздух взметнулось облако искр – и прямо в лицо Уиллу. Юноша отпрянул и прикрыл глаза рукавом.

Используя свой вес, пират расшатывал торчавшую в потолке шпагу, пока та не выпала. Спрыгнув на пол, Джек подхватил большой деревянный молот и запустил им в Уилла. Молот угодил юноше в запястье, тот уронил шпагу и упал, а когда поднялся, пистолет Джека уже смотрел ему промеж глаз.

– Это грязная игра! – возмущенно крикнул Уилл. Джек поднял брови и ухмыльнулся, словно бы говоря: «А чего ты ждал от пирата?»

– Тебе повезло, парень, – с этими словами Джек оттолкнул его от двери. – Этот заряд предназначен не тебе.

Джек уже был на полпути к свободе, когда мистер Браун неожиданно выбрался из своего угла и саданул пирата бутылкой по голове.

Джек рухнул на пол, и тут двери кузницы распахнулись и внутрь ринулись вооруженные солдаты. Растолкав их, вперед вышел командор Норрингтон.

– Отличная работа, мистер Браун, – произнес он, нависнув над Джеком. – Надеюсь, вы все надолго запомните день, когда капитану Джеку Воробью почти удалось сбежать!

Люди Норрингтона поволокли пирата прочь, а мистер Браун поглядел на валявшиеся на полу осколки и проворчал:

– Из-за этого мерзавца пропала моя выпивка!

Наступила ночь, и плотный туман одеялом накрыл весь Порт-Рояль. Лишь расположенный высоко на скалах Форт-Чарлз был ясно виден над серой дымкой. Да еще в гавани из тумана, словно акулий плавник, торчала стеньга большого черного корабля. На мачте красовался флаг с черепом и костями.

Туман принес с собой странное, неуютное чувство. Элизабет лежала в своей мягкой постели и читала перед сном, но вдруг пламя лампы замигало, а потом и вовсе погасло. Девушка попыталась снова зажечь ее, но ничего не выходило... Комната погрузилась в полную темноту.

Оглушительный грохот заставил Элизабет выглянуть в окно. Внизу она заметила двух громил, барабанящих в дверь. Девушка выскочила из своей комнаты и метнулась к парадной лестнице, но так и не успела предупредить дворецкого – тот уже отпер замки!

Два грязных, оборванных пирата, которых звали Пинтель и Рагетти, ворвались в холл. У того, что повыше, Рагетти, был деревянный глаз, поскрипывавший при движении. У каждого на поясе висело по сабле и пистолету. Отполированное оружие блестело, готовое к бою.

Услышав звук выстрела, Элизабет едва не упала в обморок. Перепуганный дворецкий рухнул на пол, а пират с улыбочкой перевел дуло пистолета на девушку.

Она в ужасе помчалась в свою комнату и заперла дверь. Разбойники кинулись за ней вверх по лестнице и ударили в дверь с такой силой, что она едва не слетела с петель. Когда Пинтель ворвался в комнату, Элизабет схватила с постели грелку, наполненную горячими углями, и что есть силы ударила пирата по лицу. Тот отпрянул, держась за обожженный и сломанный нос.

В дверном проеме появился Рагетти, и Элизабет снова размахнулась грелкой. Дымящиеся угли рассыпались по голове пирата, волосы и деревянный глаз мгновенно загорелись. Воспользовавшись переполохом, девушка выскользнула из комнаты и устремилась к лестнице.

Разъяренные пираты погнались за ней. Элизабет бежала по ступенькам. Рагетти перескочил через перила и спрыгнул вниз, чтобы перехватить ее. Пинтель пытался наброситься сзади. Когда Рагетти приземлился перед девушкой, его волосы и глаз все еще дымились. Она оказалась в ловушке!

Вдруг стена особняка с грохотом раскололась, и внутрь влетело пушечное ядро. Опрокинутый канделябр рухнул на пол, заставив обоих пиратов отшатнуться.

Элизабет поспешила в столовую и заперла за собой двери. «Мне бы только найти какое-нибудь оружие!» – думала она, в панике оглядываясь по сторонам. Но ничего подходящего не попадалось. Сообразив, что пираты вот-вот сломают створки, она нырнула в шкаф и притаилась.

Элизабет затаила дыхание, а услышав тяжелые шаги, поморщилась.

– Мы знаем, что ты здесь, крошка. Выходи, и мы тебя не тронем, – пообещал Пинтель и подмигнул своему дымящемуся другу. – Мы все равно найдем тебя. Ты хранишь вещицу, которая взывает к нам. Золото зовет нас!

Элизабет прижалась к полкам, на которых лежали стопки скатертей и салфеток, и поглядела на висевший у нее на шее медальон. Лучик света, проникавший сквозь щель в двери, блеснул на золотой поверхности и вдруг исчез. Девушка подняла глаза, чтобы посмотреть, что загородило свет. Перед ней стоял Пинтель собственной персоной.

– Привет, детка!

«Так я и знал, что этот день закончится неплохо!» – подумал Джек Воробей, сидя за решеткой. Тюрьма ходила ходуном, и с каждым пушечным залпом с борта «Черной жемчужины» пират чувствовал приближение свободы.

Ядра превращали тюремные стены в обломки, но пока ни одно из них не угодило в камеру Джека.

– Мои соболезнования, дружище! – воскликнул его сосед-заключенный, выбираясь из развороченной темницы. – Тебе сегодня не везет!

Глядя, как трое узников ловко карабкаются по руинам на волю, Джек вынужден был согласиться. Он сидел взаперти в полном одиночестве. Из тумана выплыла луна, а пушки «Черной жемчужины» принялись палить совсем в другую сторону.

Джек глубоко вздохнул, оглядел полуразрушенную тюрьму и заметил забившегося под длинную лавку пса. Тот по-прежнему держал во рту связку ключей. «Черт побери!» – подумал Джек. Он просунул руку в соседнюю камеру, схватил кость и принялся подманивать животное.

– Эй, песик, иди сюда!

К его величайшему изумлению, тот вылез из-под лавки! Пес подходил все ближе и ближе, пока ключи не оказались на расстоянии вытянутой руки. Но вдруг он занервничал, начал поскуливать и замер.

– Что случилось, приятель? – спросил Джек. И тут дверь тюрьмы с шумом распахнулась, и собака отскочила в сторону.

Внутрь ввалились двое пиратов с «Черной жемчужины».

– Да это вовсе не оружейный склад! – оглядываясь, воскликнул один из них. И тут он заметил томящегося в камере Джека. – Так-так... Глядите-ка, кто тут! Это же капитан Джек Воробей!

– В последний раз мы видели тебя на забытом богом острове, – добавил второй. – Как, черт побери, ты смог оттуда выбраться? Крылышки отрастил, что ли? – Пираты рассмеялись. – Кажется, тебе снова не повезло!

– Лучше о себе побеспокойтесь! Для предателей и бунтовщиков предназначены самые жуткие круги ада! – свирепо прорычал Джек.

Морским разбойникам его реплика пришлась не по нраву. Один из них протянул руки за решетку и схватил Джека за горло. Воробей принялся вырываться, но, опустив взгляд, он обнаружил, что его держат не обычные руки. В лунном свете он увидел белеющие конечности скелета.

– Так проклятие действительно существует! – воскликнул Джек, и пират отдернул руки от лунных лучей. Увидев, как кости снова превращаются в человеческую плоть, капитан проговорил: – Значит, все эти байки – правда!

– Ты не знаешь, каково это – жить в аду, – сказал один из пиратов. Затем они развернулись и пошли прочь.

Среди пушечной канонады плыла шлюпка, доверху наполненная награбленным добром. Она выскользнула из тумана и устремилась к выходу из гавани. Элизабет, дрожа от страха, сидела на носу, а пираты гребли к темной громаде корабля.

Когда они приблизились, Элизабет разглядела ростру судна – женщину с маленькой птичкой в протянутой руке. Туман расступился, и девушка поглядела вверх. Там, в вышине, трепетали метры и метры черной парусины. Это была «Черная жемчужина».

Шлюпку подняли на борт. Над освещенной фонарями палубой клубилась плотная дымка. Элизабет с первого взгляда определила, что пестрая команда «Жемчужины» состоит из выходцев с самых разных уголков света. Головы некоторых пиратов украшали завязанные узлом платки. У других были шелковые жилетки и потрепанные плащи, без сомнения, похищенные с какого-нибудь несчастливого корабля, который теперь догнивал на морском дне. Все пираты как один были дикарями с обветренными лицами и все как один пялились на Элизабет!

– Она потребовала переговоров с капитаном Барбоссой, – объявил Пинтель, вытолкнув девушку на палубу. Пираты хранили молчание. Даже у самых отъявленных головорезов был свой кодекс чести. Право переговоров делало любого пленника неприкосновенным – по крайней мере, до тех пор, пока он не встретится с капитаном.

И тут, словно почуяв, что речь идет о нем, из дымки на главную палубу медленно выступил человек. Это был капитан «Черной жемчужины», а звали его Барбосса. Со снастей, напугав Элизабет, вдруг спрыгнула обезьянка и приземлилась прямо капитану на плечо.

Барбосса шагнул вперед, и Элизабет обратилась к нему, но тут боцман отвесил ей оплеуху.

– Говори, только когда тебя спросят! – прошипел он.

– А ты не распускай руки! Она защищена правом переговоров! – прорычал Барбосса, схватив боцмана за запястье. – Приношу извинения, мисс, – обратился он к Элизабет.

– Я пришла, чтобы договориться о прекращении нападений на Порт-Рояль, –- промолвила девушка, стараясь придать своему голосу и виду уверенности.

Капитан Барбосса улыбнулся, как улыбается снисходительный отец нашкодившему дитяте.

– Как много длинных и мудреных слов, мисс, а ведь мы всего лишь простые, неграмотные пираты. Чего вы хотите?

– Я хочу, чтобы вы уплыли отсюда и никогда не возвращались, – твердо ответила Элизабет.

Команда захохотала, а капитан Барбосса заявил, что это невозможно.

– Ладно. – Элизабет подбежала к борту и взмахнула медальоном. – Тогда я выброшу его!

Все разом умолкли.

– Я догадалась, вы охотитесь за этой штуковиной, – промолвила девушка. – Я узнала ваш корабль, потому что видела его восемь лет назад.

– Неужели? – холодно спросил капитан. Казалось, угрозы Элизабет ничуть его не напугали.

– Так я бросаю! – Дочь губернатора занесла руку, приготовившись вот-вот разжать пальцы.

Обезьянка пронзительно закричала.

– Нет! – завопил Барбосса.

Элизабет в последний момент успела поймать брошенную безделушку за цепочку. И торжествующе улыбнулась.

Барбосса отступил и окинул Элизабет долгим, пристальным взглядом.

– А имя у вас есть, мисс? – спросил он.

Мысли Элизабет понеслись галопом. Она боялась, что, если пираты узнают о том, чья она дочь, ей несдобровать. Поэтому она назвала первую фамилию, какая пришла ей в голову.

– Элизабет. Элизабет Тернер. – Пираты покосились друг на друга. – Я горничная в доме губернатора.

– Что ж, хорошо, – кивнул Барбосса. – Давай сюда медальон. А мы выйдем из гавани и никогда не вернемся в этот город.

Он согласился на ее условия! Сердце Элизабет запело.

– Но могу ли я вам доверять? – спросила девушка.

Капитан Барбосса, повысив голос, предупредил:

– А ну, давай побрякушку, иначе это будут последние слова, которые ты услышишь!

У Элизабет не оказалось выбора. Она протянула цепочку, пальцы боцмана жадно зашевелились, но обезьянка его опередила и отнесла медальон Барбоссе.

– Как насчет нашей сделки? – с тревогой осведомилась девушка.

Барбосса улыбнулся и приказал боцману прекратить пальбу.

– Собирай людей, и отчаливаем.

Элизабет с облегчением услышала, что пушечная канонада прекратилась. А потом она сообразила, что корабль отплывает.

– Стойте! – крикнула она. – Вы должны доставить меня на берег. Согласно законам чести...

Капитан Барбосса развернулся.

– Во-первых, о вашем возвращении на берег во время переговоров речи не шло, так что я вам ничего не должен. Во-вторых, пиратский кодекс чести распространяется только на пиратов, а вы таковым не являетесь. И, в-третьих, – он улыбнулся, сверкнув золотыми и серебряными зубами, – наш кодекс – это скорее советы, чем строгие правила. Так что добро пожаловать на борт «Черной жемчужины», мисс Тернер!

Когда пушки умолкли, туман медленно рассеялся, обнажив гавань с останками затонувших и обгоревших кораблей. Уилл Тернер с трудом поднялся и, потирая шишку на макушке, оглядел причиненные пиратами разрушения. Думая только об Элизабет, юноша поспешил в Форт-Чарлз.

– Они похитили ее! – крикнул он, ворвавшись в кабинет командора Норрингтона.

Взгляды Норрингтона и губернатора ненадолго оторвались от расстеленной на столе карты Карибского моря, а потом командор обратился к одному из солдат, карауливших вход:

– Мистер Мартог, выведите отсюда этого человека.

Мартог схватил Уилла за руку, но тот рывком высвободился.

Норрингтон посмотрел на него с раздражением.

– Мистер Тернер, вы не военный и не моряк, вы кузнец. Вам нечего здесь делать. Сейчас не время для необдуманных, поспешных действий.

– Мы должны броситься в погоню! – запротестовал Уилл. – Нужно ее спасти!

– Мы отправим поисковый отряд со следующим приливом, – буркнул Норрингтон, снова уставившись в карту.

Командор и губернатор пытались вычислить, куда могла отправиться «Черная жемчужина», и тут Мартог произнес:

– Этот Джек Воробей... Он говорил о «Черной жемчужине»...

– Не то чтобы говорил, но упоминал, – поправил его второй солдат.

– Так спросите у него, где корабль! – потребовал Уилл, понимая, что драгоценное время уходит попусту. – Заключите с ним договор. Он может привести нас к этому судну!

В ответ Норрингтон лишь покачал головой.

– Уходите, мистер Тернер!

Уилл выбежал из кабинета и направился к тюрьме, чтобы поговорить с Джеком Воробьем.

Джек пытался расшатать прутья решетки в своей камере, и тут рядом с ним возник Уилл.

– Ты, Воробей! Ты знаешь что-нибудь об этом корабле... о «Черной жемчужине»?

– Кое-что, – невозмутимо ответил Джек.

– Где его стоянка?

– «Черная жемчужина» часто бросает якорь у ужасного острова Исла де ла Муэрта. Впрочем, ты небось и сам слышал такие байки, – пожал плечами Джек. – Ас чего это ты спрашиваешь?

– Пираты забрали мисс Свон, – произнес Уилл, стиснув кулаки.

– А, так ты все-таки нашел девушку! – с пониманием кивнул Джек. – Но мне-то что до этого?

Уилл пододвинул скамеечку и уселся на нее.

– Я мог бы освободить тебя, – предложил он.

Джек заглянул юноше в лицо.

– Как тебя зовут, парень? – спросил он.

– Уилл Тернер.

Джек улыбнулся и кивнул.

– Ну, хорошо, мистер Тернер, вот что я вам скажу... Я решил так: ты вытаскиваешь меня из этой клетки, а я помогаю тебе добраться до «Черной жемчужины». Договорились? – И он протянул руку сквозь прутья решетки.

– Договорились! – воскликнул Уилл и крепко пожал руку пирата.

Норрингтон не поверил своим глазам! Джек Воробей захватил «Неустрашимый»! Командор отлично знал, что «Перехватчик» быстрее и маневреннее этого парусника, которым, к тому же, управляли всего двое. Погоня не займет много времени! Норрингтон выкрикнул:

– Полный вперед!

– Они нас догоняют! – крикнул Уилл Джеку.

Когда «Перехватчик» настиг свою добычу, Норрингтон обнаружил, что палуба «Неустрашимого» пуста!

– Обыскать все каюты и трюмы! – приказал он, и команда «Перехватчика» в полном составе перебралась на парусник.

На самом «Перехватчике» не осталось никого, кроме одинокого часового. Джек и Уилл в мгновение ока перелезли через ограждение. Теперь они завладели этим кораблем!

– Плавать умеешь? – поинтересовался Джек у часового, схватив его за шею.

– Как рыба! – усердно закивал бедняга.

– Это хорошо, – сказал Джек и выбросил его за борт.

Джек и Уилл быстро отвязали соединявшие два корабля канаты и подняли фок.

Увидев, что «Перехватчик» удаляется, Норрингтон развернул «Неустрашимый» и велел своим людям заряжать пушки. Но было слишком поздно. Джек успел перепилить рулевую цепь парусника, и тот не мог сдвинуться с места. «Перехватчик» со стоящим у штурвала Джеком Воробьем устремился к горизонту, на поиски «Черной жемчужины».

«Перехватчик» оказался быстрым и маневренным кораблем, как Джек и надеялся. При попутном ветре он мог покрыть за день немалое расстояние. Капитан рассудил, что до Тортуги, где можно подыскать себе подходящую команду, осталось всего несколько миль.

К его удивлению, Уилл схватывал премудрости морского дела на лету.

– Когда-то мне доводилось служить юнгой, нужно было отработать проезд из Англии, – объяснил Уилл. – Когда моя мать умерла, я отправился сюда, на поиски отца... Билла Тернера.

– И что? – лукаво поинтересовался Джек.

– Ты знал моего отца, – заявил Уилл. – Ты согласился помогать мне только после того, как услышал его имя.

Джек вздохнул, прикинул, что бы такое рассказать поубедительнее, но в конце концов решил поведать Уиллу правду.

– Да, я знал его, – произнес он. – Все звали его Билл... Прихлоп Билл.

– Прихлоп? – удивился Уилл.

– Хороший был человек, – произнес Джек. – Настоящий пират.

Уилл в ужасе отшатнулся.

– Ложь! Мой отец не пират! – вскричал он. – Он был торговцем! Уважаемым, законопослушным человеком!

– О, сюда стекается немало желающих скинуть с себя груз респектабельной жизни... и они все торговцы, – промолвил Джек с многозначительной улыбкой.

– Мой отец не считал свою семью грузом! – возмутился Уилл.

– Конечно, потому что он всегда мог все бросить и отправиться пиратствовать! – заметил Джек.

– Мой отец не пират! – воскликнул Уилл, выхватив шпагу.

– Опусти оружие, – уныло велел ему Джек. – Ни к чему снова затевать драку.

Видя, что Уилл не намерен сдаваться, капитан резко крутанул штурвал. Мимо проехала рея и ударила юношу прямо в грудь.

Уилл вцепился в брус, и тот продолжил движение и наконец замер над пенными валами.

– Пока ты там висишь, подумай вот о чем, – сказал Джек, подобрав оброненную юношей шпагу. – Можешь признать, что твой старик был пиратом и при этом хорошим человеком, или не признавать. А я, в свою очередь, могу позволить тебе утонуть, но без твоей помощи мне не пришвартоваться в Тортуге.

Одна из волн плеснула особенно высоко и чуть не унесла с собой Уилла.

– Ну так что? – спросил Джек, направив на юношу острие шпаги. – Продолжишь плавание под началом пирата или нет?

В милях от земли и с нацеленным на него оружием Уиллу ничего не оставалось, как согласиться. Джек развернул рею обратно, и кузнец снова оказался на палубе. Воробей кинул ему шпагу и улыбнулся.

Вдвоем они поставили кливер и приготовили швартовы. Скоро «Перехватчик» достигнет берегов Тортуги!

Джек сошел на берег. До чего же приятно было снова оказаться в порту, где он чувствовал себя как дома! К нему тут же подошла женщина с яркорыжими волосами и в еще более ярком красном платье.

– Скарлетт! – воскликнул Джек, раскинув руки для объятий.

Но женщина отвесила ему пощечину, развернулась и гордо зашагала прочь.

– Эй, я этого не заслужил! – запротестовал Джек. Уилл лишь вскинул бровь и промолчал.

Порт на Тортуге был грязным и вонючим. Приливы словно бы принесли сюда все отребье Карибского моря, и Джеку это нравилось. Он уже различал пьяный смех пиратов, гонявшихся по улицам за дамами и шутки ради макавших в воду какого-то торговца.

– Ну, как тебе здесь? – обратился Джек к Уиллу. В этот миг окно над ними распахнулось, и женщина выплеснула на землю содержимое ночного горшка. Пират еле успел увернуться.

– Мерзкая дыра, – ответил Уилл, зажимая нос от вони.

– Да, незабываемое место! – согласился Джек, не замечая отвращения на лице юноши. – Вот что я тебе скажу, Уилл: если бы все города на земле были такими, как этот, всем бы жилось легко и вольготно!

К Джеку приблизилась молодая блондинка.

– Гизелла! – воскликнул пират, радостно скалясь. Красавица улыбнулась в ответ, ударила его по лицу и удалилась.

– И этого я тоже не заслужил! – заявил Джек, потирая щеку.

– А тут, на Тортуге, много девушек? – поинтересовался Уилл, беспокоясь за будущее Джека.

– Ты прав, – сказал Воробей после секундного размышления. – Чем быстрее мы наймем команду и уберемся отсюда, тем лучше! Вот здесь мы наверняка сможем найти рулевого. – И он указал на таверну под названием «Верная невеста».

Уилл поднял взгляд наверх и увидел вывеску, изображавшую невесту с букетом цветов. Ее руки сковывали кандалы.

– Сюда! – И Джек повел юношу во двор.

Там, в грязи, вместе со свиньями, валялся старый Джошеми Гиббс. «Пьян, как всегда», – подумал Джек и вылил Гиббсу в лицо ведро воды.

– Будь проклят воздух, которым ты дышишь! – пробормотал тот, а потом открыл глаза и увидел Джека.

Воробей помог своему давнему приятелю подняться, и тут Уилл окатил Гиббса еще одним ведром воды.

– Черт побери, я ведь уже проснулся! – завопил тот.

– Это чтоб не так воняло, – объяснил Уилл. Джек потащил спотыкающегося пьяницу к дверям таверны.

Они вдвоем расположились в самом темном углу, а Уилл остался стоять у входа, на страже. Стол освещала одна-единственная свечка, и переговаривающиеся стороны склонились друг к другу как можно ближе, чтобы их никто не услышал.

– Я разыскиваю «Черную жемчужину», – прошептал Джек. Гиббс насторожился.

– Дурацкая мысль, – сказал он. – Ты ведь лучше меня знаешь, что рассказывают об этом корабле!

– Но я-то не дурак, – ответил Джек и с улыбкой поднял свой бокал.

Однако убедить Гиббса оказалось не так-то просто.

– Так докажи мне это, – потребовал он. – С чего ты взял, что Барбосса отдаст тебе «Жемчужину»?

– Есть у меня одно средство. – Джек кивнул головой в сторону Уилла, который околачивался возле дверей и не слышал их разговора.

– Этот паренек?

– Это сын Прихлопа Билла Тернера. Его единственный ребенок! – шепнул Джек.

Гиббс, прищурившись, поглядел на Уилла, который как раз пытался угомонить выпивоху, пристававшего к девушке-подавальщице.

– Средство, говоришь? Кажется, ветер и правда подул в нужную сторону. Я сколочу для нас команду! – с чувством воскликнул старый пьяница и грохнул кружкой по столу.

Над Карибским морем прогремел гром. Разразилась буря. «Перехватчик» плыл, кренясь с борта на борт под затянутым черными тучами небом. Джек, стоя на носу, взглянул на свой компас и кивнул. Пока все шло как нельзя лучше. Он снова посмотрел на стрелку, которая никогда не показывала север, а вместо этого поворачивалась в направлении Исла де ла Муэрта, стоянки «Черной жемчужины».

Корабль раскачивался на громадных валах. Белые полотнища туго натянулись под порывами сокрушительного ветра.

– Нам лучше убрать паруса, сэр, – крикнул Гиббс, боясь, что они порвутся.

– Они выдержат, – откликнулся Джек.

Тем временем шторм набирал силу.

Порывы ветра с ревом ударяли в борт. Джек опять посмотрел на компас, а потом на море. Он улыбался.

– Вижу, ты в хорошем настроении, капитан. Отчего? – перекрикивая шквал, спросил Гиббс.

– Мы их догоняем! – ответил Джек.

– Мертвые не болтают! – крикнул попугай Коттона, когда «Перехватчик» медленно скользнул в туман, окутывавший остров. Вся команда была настороже.

Вдруг судно вынырнуло из плотной дымки, и откуда-то снизу раздался скрежет. Уилл огляделся по сторонам и обнаружил, что они плывут по кладбищу погибших кораблей, налетевших на окружавшие Исла де ла Муэрта рифы. Мачта одного из них сейчас скребла по днищу «Перехватчика» и грозила пробить его.

За штурвалом стоял Джек. Он торопливо захлопнул крышку компаса и сосредоточился на управлении кораблем – надо было как можно осторожнее провести его среди обломков. Капитан слегка подправил курс, и скрежет прекратился. Гиббс и Уилл во все глаза таращились на серые останки мертвых кораблей, мимо которых они проплывали.

– Где он взял этот компас? – спросил Уилл у рулевого.

– Он рассказывал, что когда-то ходил в учениках у картографа, – ответил Гиббс. – Но наверняка я не знаю... Слышал только, что однажды ночью Джек объявился на Тортуге с этим компасом и с идеей отправиться на Исла де ла Муэрта, за сокровищами. Тогда он еще был капитаном «Черной жемчужины».

– Что?! – изумился Уилл. Он понятия не имел, что «Жемчужина» раньше принадлежала Джеку Воробью. Он наклонился к Гиббсу поближе, чтобы послушать его историю.

– Но вся беда в том, что Джек Воробей слишком честный... – посетовал рулевой.

Он рассказал, что Джек пообещал поделить сокровища поровну между всеми членами команды.

– И вот его старпом пришел к нему, – качая головой, продолжал Гиббс, – и заявил, что раз Джек готов поделиться всем, так пусть поделится и тайной, где зарыт клад. И Джек открыл им, где сокровища. Той же ночью на корабле вспыхнул мятеж, – с грустью сказал Гиббс. – Они высадили Джека на необитаемом острове и бросили его умирать. По нашим законам, когда пирата высаживают на берег, ему оставляют пистолет с одним зарядом. После трех недель голода и жажды выстрел начинает казаться самым простым решением. – Рулевой поднес палец к виску. – Но Джек не таков, он выжил! И сохранил пистолет с тем самым единственным патроном. Он бережет его для того человека. Старпома, который его предал...

– Барбоссы! – закончил Уилл. Наконец-то все разрозненные кусочки мозаики сложились для него в единую картину.

– Точно.

– Но как Джеку удалось выбраться с острова? – поинтересовался юноша.

– Он поймал несколько морских черепах, связал их вместе, и получился плот, – уверенно кивая, произнес старый моряк.

– Морских черепах? – недоверчиво переспросил Уилл.

– Именно, – со всей серьезностью подтвердил Гиббс.

И тут Джек приказал бросить якорь и спустить на воду шлюпку.

– Мы с Уиллом сойдем на берег, – объявил он.

– Будь по-твоему, капитан, – откликнулась Анна-Мария.

Гиббс нагнулся к уху Джека и тихо спросил:

– А если случится самое худшее?

– Тогда действуйте, как велит кодекс, – ответил Джек. – Вы все его знаете.

Джек и Уилл налегли на весла и вскоре вплыли в заполненную водой пещеру. Воздух там был влажный и затхлый. На стене висел фонарь, и Уилл разглядел в стороне наполовину погрузившийся в песок скелет. Между ребер у него торчала шпага.

Когда они проплывали мимо останков бедняги, Уилл спросил:

– А что это за кодекс, о котором ты говорил Гиббсу?

– Пиратский кодекс, – отозвался Джек, продолжая грести. – За теми, кто попал в, плен, не возвращаться.

Внезапно на сводах пещеры замерцало несколько маленьких ярких кружочков. Постепенно их становилось все больше и больше. Уилл огляделся, но так и не смог понять, что это. А потом он посмотрел в воду и увидел тысячи золотых монет, отражавших свет фонаря. Эти сокровища просыпались, когда Барбосса и его команда через подземный коридор возвращались с бесчисленных рейдов.

Уилл и Джек беззвучно подгребли к площадке, на которой пираты оставляли свои лодки. Уилл вытащил шлюпку на берег. Джек выпрыгнул из нее и повел Уилла за собой.

Они осторожно поднялись на небольшое возвышение и окинули взглядом открывшиеся перед ними высокие залы. Уилл не верил своим глазам. Чего только не было в этой пещере!

В свете факелов поблескивали слитки серебра и золотые ларцы, усеянные бриллиантами. Кольца со сверкающими драгоценными камнями, кроваво- красные рубины размером с перепелиное яйцо, длинные нити крупного жемчуга, ярко раскрашенные шелка и целые россыпи золотого песка и монет. Пираты сдвинули ящики с сокровищами, освободив самую середину пещеры. Там, возле сундука с ацтекским золотом, стояла связанная Элизабет.

Уилл рванулся, чтобы спасти ее, но Джек удержал его.

– Лучше подождем подходящего момента! – прошептал он.

Но Уилл не мог ждать. На кону стояла жизнь Элизабет.

– Прости, Джек... но я не собираюсь быть козырем в твоем рукаве, – произнес юноша и огрел пирата веслом по голове. Обезьянка вдруг устремила взгляд на него, но тут заговорил капитан Бар- босса, и зверек отвернулся.

– Знаете, что я собираюсь сделать, как только мы избавимся от проклятия? – спросил капитан «Черной жемчужины», с усмешкой косясь на Элизабет. – Съесть целую корзину яблок! – Пираты подобострастно рассмеялись, а Барбосса взял нож, рассек кожу на ладони Элизабет, положил туда медальон и сжал пальцы девушки в кулак.

Затем капитан забрал у нее окровавленный золотой кругляш и бросил его в каменный сундук.

– Из крови возникшее да будет смыто кровью! – прокричал он.

Все напряглись, со страхом и нетерпением ожидая, когда проклятие наконец падет.

– Я не чувствую никакой разницы, – сказал через некоторое время одноглазый пират. Его приятели переглянулись.

– Как мы поймем, что больше не призраки? – спросил Пинтель.

Барбосса, нахмурившись, выхватил пистолет и выстрелил Пинтелю в грудь! Однако тот не рухнул замертво, а стоял как ни в чем не бывало. Команда разочарованно загудела.

– Не сработало! – жаловались они друг другу. – Мы по-прежнему прокляты!

Барбосса впал в бешенство. Он развернулся и схватил Элизабет за горло.

– Бэвори! Твоим отцом был Уильям Тернер?

– Нет, – прохрипела Элизабет.

Среди пиратов поднялся ропот.

– Вы двое! – заорал боцман, тыча пальцем в Пинтеля и его одноглазого приятеля. – Вы притащили не того, кого надо!

– Но у нее был медальон, и возраста она подходящего! – стал оправдываться Рагетти.

Боцман повернулся к Барбоссе.

– Это ты во всем виноват. Ты отправил Прихлопа на корм рыбам!

– Да, это ты навлек на нас проклятие! – поддержал его кто-то. Крики становились все громче, разъяренные пираты потрясали кулаками.

– Давайте перережем ей глотку и выльем в сундук всю кровь, вдруг сработает! – предложил боцман.

Внезапно Элизабет почувствовала, как кто-то зажал ей рот рукой. Это был Уилл. В пылу завязавшейся потасовки никто не заметил, что юноша освободил Элизабет от пут. Они вдвоем поспешили к лодкам. Девушка в последний момент успела схватить медальон.

Обезьянка увидела это и подняла крик, показывая на убегающих Уилла и Элизабет. Барбосса в гневе вскинул вверх руки.

– Они забрали медальон! – завопил он. – За ними! В погоню!

Пираты кинулись к своим лодкам, и тут оказалось, что все весла куда-то подевались.

– Найти их! – велел боцман.

Среди этой неразберихи вдруг возник пошатывающийся после удара по голове Джек Воробей.

– Ты! – вскричал Рагетти, узнав его. – Но ты ведь сдох!

– А ты разве нет? – спросил Джек, неуверенной походкой пробираясь среди сундуков.

Пираты все как один выхватили свои шпаги и пистолеты, и это сразу привело Джека в чувство.

– Право на переговоры, – заявил он.

Морские разбойники опустили оружие, а Пинтель так и вовсе бросил свой пистолет на землю.

– Переговоры?! – завопил он в сердцах. – Будь проклят тот остолоп, который придумал эти переговоры!

Капитан Барбосса шагнул вперед и пристально посмотрел на Джека.

– Убить его, – велел он и отвернулся.

Пинтель с радостью схватил пистолет и прицелился. И тут Джек обратился к Барбоссе.

– Кровь девчонки не подействовала, так ведь?

Барбосса резко обернулся и уставился на него.

– Погоди стрелять, – сказал он Пинтелю. Тот заметно приуныл.

– Я знаю, чья кровь тебе нужна, – заявил Джек.

Уилл выкинул последние пиратские весла в воду и помог Элизабет подняться на борт «Перехватчика».

– А Джек разве не с вами? – спросил Гиббс.

– Где Джек, парень? – строго осведомилась Анна-Мария.

Элизабет ахнула. Она только сейчас сообразила, что ради ее спасения своей жизнью рисковал не только Уилл, но и знаменитый пират Джек Воробей.

– Попал в плен, – ответил Уилл и повел Элизабет к каютам. Гиббс и Анна-Мария обменялись мрачными взглядами.

– Поднять якорь и поставить паруса, – отдала приказ Анна-Мария, и «Перехватчик» вышел в открытое море.

Спустившись в каюту, Уилл раздобыл чистую ткань для перевязки. Он бережно забинтовал ранку на ладони своей подруги, и юноша с девушкой заглянули друг другу в глаза. Уилл наклонился, чтобы поцеловать ее, но Элизабет отстранилась и поймала его пальцы. Она сняла с шеи медальон и опустила его на ладонь Уилла.

– Это твое, – сказала она. Юноша удивленно глядел на безделушку. – Не узнаешь?

– Я думал, что потерял его, – произнес он. – Это был отцовский подарок.

Уилл не отводил от медальона глаз.

– Это часть проклятого клада. Значит, им нужна моя кровь. Кровь моего отца. Кровь пирата.

Пушечное ядро угодило в каюту Уилла Тернера, и выход оказался перегорожен выломанной балкой. Помещение стремительно наполнялось водой, а Уиллу все никак не удавалось открыть дверь. Он старался изо всех сил, и тут его внимание привлек тонкий, пронзительный крик. Это верещала проклятая обезьянка. Она схватила медальон и скрылась за пробитой переборкой.

Вода поднялась уже почти до потолка. Отчаявшись, Уилл напоследок набрал в легкие воздуха и нырнул.

Обезьянка промчалась по палубе мимо Джека, и тот успел разглядеть у нее в лапках медальон. Воробей погнался за зверьком по опрокинутой мачте и снова очутился на палубе «Черной жемчужины». Ему уже почти удалось вырвать сокровище из цепких пальцев злокозненной зверушки, когда медальон вдруг перехватила чья-то рука.

– Спасибо за помощь, Джек, – сказал Барбосса с недоброй улыбкой.

– Не за что, – мрачно ответил Воробей.

– Да я не к тебе обращаюсь, – отмахнулся Барбосса. – Джеком зовут нашу обезьянку.

Казалось, все было потеряно. Пираты Бар- боссы завладели «Перехватчиком», и корабль быстро шел ко дну. Гиббс подал сигнал, что его команда сдается. Барбосса поднял медальон над головой.

– А вот и наша награда! – крикнул он, и проклятые головорезы радостно загалдели.

Джек со связанными за спиной руками стоял на доске, перекинутой через борт. Внизу среди волн проскользнул темный плавник.

– В прошлый раз ты оставил мне пистолет с одним зарядом, – обратился Воробей к Барбоссе, прежде чем шагнуть навстречу судьбе и поближе познакомиться с акулами.

– Черт возьми, а ведь ты прав! – воскликнул Барбосса, явно наслаждаясь происходящим. – Где пистолет Джека? – спросил он у своих людей. – Принесите его, живо!

– Учитывая, что на этот раз нас двое, – Джек кивком указал на Элизабет, – настоящий джентльмен дал бы нам два пистолета.

– Пистолет будет один, как и раньше, – отрезал Барбосса, забрав у пиратов Джеково оружие. – И если ты настоящий джентльмен, ты избавишь даму от мучений, а сам сдохнешь с голоду!

Проклятая команда дружно загоготала, а Барбосса выкинул пистолет за борт.

Джек вдруг почувствовал, что ему в спину уткнулось острие сабли. Он сделал последний шаг и полетел в воду.

– Теперь очередь дамы! – провозгласил Барбосса.

Пираты подхватили девушку под руки. Ей удалось сохранить самообладание. Ступив на доску, она не выказала страха. Один только раз она обернулась и поглядела на Уилла. Девушка собралась что-то ему сказать, но тут боцман качнул деревяшку, и Элизабет полетела в море.

Волны сомкнулись над ней, вокруг пенились пузырьки. Она открыла глаза и увидела снующих вокруг рыбок. Затем она поглядела наверх и заметила очертания акул-молотов. Их темные тела скользили в бирюзовой толще воды.

Девушка задержала дыхание и повертела головой в поисках Джека. Тот шел ко дну, ведь руки его были связаны за спиной. Элизабет нырнула за ним и быстро распутала веревки.

Джек тут же опустился на дно, пошарил в песке и нашел свой пистолет.

Элизабет уже собиралась всплыть, но тут пират ухватил ее за щиколотку и потянул вниз. Она стала вырываться и лишь потом заглянула Джеку в лицо. Он покачал головой и указал на акул.

Джек заставил Элизабет плыть под водой. Наконец они добрались до рифов и вынырнули, задыхаясь и кашляя.

– Но почему надо было плыть у самого дна? – непонимающе прохрипела Элизабет.

– Акулы всегда нападают снизу, – тяжело дыша, ответил Джек.

Девушка мрачно кивнула. Пират повернулся и вгляделся в синеву моря. «Черная жемчужина» летела прочь на всех парусах.

– Уже во второй раз мне приходится смотреть, как этот негодяй уплывает на моем корабле! – гневно воскликнул Джек.

Они с Элизабет переплыли узкую полоску воды, отделявшую рифы от суши.

– Не такой уж наш остров и большой, да? – заметила Элизабет, когда они выбрались на берег. Но Джека не слишком волновали размеры этого клочка земли. Его уже однажды бросали здесь умирать.

Разобрав свой пистолет, пират разложил его на постеленной бандане. Когда все высохло, он собрал оружие и принялся копать в песке глубокую яму.

– Что ты делаешь? – поинтересовалась Элизабет.

Джек нащупал на дне большое железное кольцо и потянул за него.

– Там, внизу, спрятана лодка? – взволнованно спросила девушка. – Поэтому ты и смог сбежать в прошлый раз?

– Вроде того, – ответил Джек. Ему наконец удалось открыть люк, под которым обнаружилось глубокое черное отверстие. Внутри виднелись покрытые пылью и паутиной бочки с ромом.

Элизабет недоуменно поглядела на бочки.

– Но как они помогут нам выбраться отсюда?

– Никак, – вздохнул Джек, спрыгнув вниз и откупорив бутылку. – Нам отсюда не спастись.

– Но ведь в прошлый раз...

– В прошлый раз, – принялся объяснять Джек, глотнув рома, – я пробыл здесь всего три дня. Потом появились контрабандисты, торговавшие ромом. Они использовали этот остров как тайный склад. Я заключил с ними сделку, и они помогли мне добраться до большой земли. Но судя по всему, – пират обвел рукой заросшие паутиной бочки и бутылки, – их бизнес давно захирел. – Он глотнул еще рома и добавил: – Возможно, мы должны благодарить за это твоего дружка Норрингтона.

Изумленная Элизабет не желала верить своим ушам.

– Так просто? – переспросила она, в глубине души надеясь, что Джек пошутил. – Выходит, ты просто провалялся три дня на песочке, потягивая ром?

– Добро пожаловать на Карибы, цыпа, – вздохнул Джек и, захватив несколько бутылок, зашагал по берегу. – Взгляни на это с другой стороны, – посоветовал он девушке, пытаясь развести костер. – На деревьях растут фрукты. К тому же у нас есть ром. Тут можно продержаться целый месяц, а может, и больше.

– Месяц?! – воскликнула Элизабет. – Но у Уилла нет в запасе месяца! Мы должны срочно спасать его!

– Ты совершенно права, – откликнулся Джек, отсалютовав бутылкой. – За тебя, Уилл Тернер!

Элизабет уселась возле огня и тоже взяла покрытый пылью сосуд. Заставив себя глотнуть рома, девушка запела: «Так выпьем, друзья, йо-хо...»

– Что? Что это было? – встрепенулся Джек Воробей.

– Да ничего особенного. Песня про пиратов, которую я помню с детства.

– Я знаю много песен про пиратов, но все они не для детских ушей, – сказал Джек, бросив Элизабет еще одну бутылку. – С удовольствием послушаю твою...

Элизабет запела – сначала тоненьким голоском, а потом смелее:

– Мне нравится эта песня! – воскликнул Джек и начал подпевать.

Они звонко чокнулись, но глотнул один Джек. Элизабет лишь притворялась, что пила.

– Когда я верну себе «Черную жемчужину», то научу этой песне всю команду. Мы будем распевать ее каждый день! – пообещал он, приканчивая бутылку.

– И вы, несомненно, станете самыми грозными пиратами, бороздящими воды Карибского моря! – поддакнула ему Элизабет.

– Не только Карибского моря, – мечтательно произнес Воробей. – Всего океана! Нет, всего мира! Мы станем плавать где вздумается. Ведь что такое корабль? Не просто киль, корпус, палуба и паруса. Это все только мишура. На самом деле корабль... «Черная жемчужина»... это свобода!

– За свободу! – провозгласила Элизабет.

– За «Черную жемчужину»! – подхватил Джек и чокнулся с девушкой. Отхлебнув рома в последний раз, пират откинулся на спину и захрапел, мертвецки пьяный.

Итак, Джек оказался на борту «Неустрашимого», и Норрингтон собирался снова бросить его за решетку. Но Элизабет твердо вознамерилась спасти Уилла, и она знала, что без Джека ей не обойтись.

Вокруг пирата столпились моряки, чтобы заковать его в кандалы, как вдруг девушка воскликнула:

– Командор Норрингтон, мы должны немедленно плыть на Исла де ла Муэрта! Капитан Воробей мог бы указать нам курс, но ему не удастся сделать это, если вы бросите его в трюм.

Джек энергично закивал.

– Подумайте об этом, – сказал он Норрингтону. – «Черная жемчужина»... Барбосса... последний пират, угрожающий благополучию Карибских островов. Как вы можете мириться с таким положением дел?

Элизабет видела, что ей не удалось убедить ни Норрингтона, ни своего отца.

– Мы возвращаемся в Порт-Рояль, и никаких погонь за пиратами! – заявил губернатор Свон.

– Но тогда мы обрекаем Уилла на смерть, – промолвила девушка и обратилась к Норрингтону. – Командор, умоляю вас! Пожалуйста... ради меня... Пусть это станет свадебным подарком...

Норрингтон был потрясен.

– Как это понимать? Вы примете мое предложение при условии, что я спасу мистера Тернера? – осведомился он.

– Я выйду за вас, – сказала Элизабет. – Без всяких условий.

Джек изумился не меньше командора.

– Мистер Джилетт, – обратился Норрингтон к своему первому помощнику, – отведите мистера Воробья на капитанский мостик. Он укажет вам курс.

Джек встал к штурвалу и направил корабль на Исла де ла Муэрта. Он понимал, что надо торопиться. Необходимо попасть на остров до того, как кровь Уилла Тернера превратит Барбоссу и его проклятую команду в обычных людей.

Тем временем капитан Барбосса, Пинтель и его одноглазый приятель подошли к люку трюма, где томился Уилл.

– Вытащить его оттуда, – приказал Барбосса.

Команда Джека осталась взаперти, а мертвые пираты вместе с Уиллом погрузились в шлюпки, поплыли сквозь туман и скрылись в темном зеве пещеры.

Командор Норрингтон опустил подзорную трубу. Палуба «Черной жемчужины» оказалась пуста.

– Это безумие, – сказал он Джеку. – Если мы решимся на штурм острова, нас наверняка будет ждать засада.

– А что если самим устроить засаду? – предложил Воробей. – Я пойду туда и хитростью выманю людей Барбоссы наружу. Вам останется только стоять на палубе «Неустрашимого» и орать: «Пушки, огонь!» Что вы теряете? – Он не упомянул лишь об одной несущественной детали: что проклятие сделало команду Барбоссы неуязвимыми.

Норрингтон неохотно согласился и позволил Джеку взять лодку и в одиночестве отправиться на остров.

Но, глядя, как пират с довольной улыбкой гребет прочь, командор передумал.

– Мистер Джилетт, спускайте шлюпки!

В пещере, освещенной факелами и проникающими сквозь расселины лунными лучами, пираты шагали по камням и лужам, толкая перед собой Уилла.

– Не дрейфь, – сказал юноше Пинтель. – Тебе просто уколют пальчик и возьмут пару капель крови.

Но его тут же поправил другой пират:

– Нет уж, на этот раз мы не ошибемся. – Он покосился на Уилла. – Парень – только наполовину Тернер. Лучше для верности выпустить всю кровь!

– Значит, не зря ты боишься, – пожал плечами Пинтель и захихикал.

Когда команда добралась до центра пещеры, где стоял каменный сундук с ацтекским золотом, Уилла заставили опуститься на колени. Один из разбойников пригнул голову юноши так, что шея оказалась прямо над сундуком. Барбосса приставил к горлу Уилла нож.

– Извините! – раздался вдруг знакомый голос. – Простите! Тысяча извинений!

Охваченный гневом Барбосса замер. Джек Воробей! Он проталкивался сквозь толпу пиратов.

– Это невозможно, – процедил сквозь зубы Барбосса, уставившись на своего недруга.

– Ну почему же? – откликнулся Джек. Он-то знал, что на свете нет ничего невозможного.

– Джек! – вскричал Уилл, подняв голову. Но пираты заставили его снова склониться.

Барбосса ткнул ножом в сторону Джека.

– Ты следующий! – заявил он и снова приставил лезвие к горлу юноши.

– Ты не станешь этого делать, – спокойно произнес Джек.

Барбосса сжал кулаки и неохотно спросил:

– Почему вдруг я не стану этого делать?

– Потому что у самого устья пещеры тебя поджидает парусник «Неустрашимый», гордость королевского флота.

Капитан-призрак убрал нож от шеи Уилла и повернулся к Джеку.

Воробей напомнил Барбоссе, что, если проклятие снять, пираты станут обычными людьми... и командор Норрингтон сможет без труда перебить их, едва шлюпки покажутся из-под каменного свода. Но если люди Барбоссы схватятся с командой «Неустрашимого» под действием проклятия, у них есть шанс захватить еще одно судно!

– Два корабля – это же гораздо лучше одного, – уговаривал Барбоссу Джек. – У тебя появится свой собственный флот...

Целиком завладев вниманием Барбоссы, хитрец продолжал:

– Разумеется, ты сделаешь флагманом новый, большой корабль, и кто посмеет винить тебя за это?.. – Джек с улыбкой подошел к сундуку и провел пальцами по россыпи монет. – Но что станет с «Жемчужиной»? – размышлял он вслух. Вопрос повис в воздухе. Барбосса во все глаза пялился на Воробья.

– Назначь меня ее капитаном, – неожиданно предложил Джек. – Я буду плавать под твоим флагом. Клянусь отдавать тебе десять процентов от награбленного, а ты сможешь посещать приличные дома и представляться как командор Барбосса.

Барбосса стиснул зубы и ответил:

– Пятьдесят процентов.

– Пятнадцать, – стал торговаться Джек.

– Сорок, – потребовал пират.

– Двадцать пять, – не сдавался Воробей. – И я куплю тебе новую шляпу.

– Идет! – ухмыльнулся Барбосса, и они скрепили договор рукопожатием.

Барбосса на время оставил Уилла в покое. Кровь парня понадобится ему потом, когда он уберет с дороги людей Норрингтона и захватит их корабль. Капитан торжествующе поглядел на свою команду и воскликнул:

– Вперед!

В спокойных, залитых лунным светом водах возле устья пещеры застыли семь шлюпок с вооруженными людьми командора Норрингтона. Они собирались напасть на пиратов, как только те выберутся наружу.

Солдаты не заметили легкой ряби, пробежавшей по воде. Тем временем разбойники действительно покидали пещеру – но не на лодках! Они шли пешком по морскому дну!

Темные фигуры с оружием в руках двигались против течения; даже рыбы, и те шарахались от них. Проникавший сквозь темные волны лунный свет вернул пиратам их истинный облик, превратив их в армию шагающих скелетов. Никем не замеченные, они бесшумно миновали шлюпки Норрингтона и двинулись к «Неустрашимому».

И вдруг тишину нарушил всплеск. Все до единого солдаты выхватили пистолеты. Из черного жерла пещеры медленно выплыла шлюпка. Норрингтон насчитал на ее борту всего два силуэта и велел не стрелять. Командор не верил своим глазам: ей управляли две женщины!

Джилетт, оставленный на страже на борту «Неустрашимого», оглядывал окрестности в подзорную трубу. Он тоже различил двух дам, выплывших из пещеры. Но потом одна из них опустила зонтик, и обе фигуры залило светом луны. Это оказались вовсе не дамы, а два скелета в женских платьях, и у одного из них был деревянный глаз!

Догадавшись, что их обнаружили, один из призраков схватил пистолет и сбил с головы первого помощника шляпу. Джиллет отшатнулся, и тут со всех сторон из воды на борт «Неустрашимого», словно пауки, хлынули мертвые пираты. Захват начался!

Услышав звуки пальбы, Норрингтон поглядел на свой корабль и обнаружил, что там завязался бой. На борту толпились враги, повсюду белели кости. Командор тут же приказал своим людям возвращаться на «Неустрашимый», но пушки внезапно открыли огонь, и одна из шлюпок разлетелась в щепки. В Норрингтона целились с его же парусника!

Солдаты, изо всех сил налегая на весла, сквозь канонаду поплыли к «Неустрашимому». Им даже удавалось стрелять в пиратов. Наконец лодки Норрингтона приблизились к кораблю. Командор и его люди забрались на борт и бросились в гущу схватки.

В противники Норрингтону достался громадный пират, отчаянно размахивавший топором. Они долго гонялись друг за другом по палубе, пока в рукав Норрингтону не вцепился губернатор.

– Элизабет! – в панике воскликнул он. – Она исчезла!

Элизабет подплыла к «Черной жемчужине». Горя отчаянным желанием спасти Уилла, она принялась беззвучно карабкаться на борт. И тут до ее чутких ушей донеслись голоса. Два пирата накрывали на палубе стол для грандиозного пиршества: тут были и пироги, и галеты, и ром, и вяленое мясо. Они ждали, когда Барбосса и его команда возвратятся с радостной вестью о том, что проклятие перестало действовать. Вот тогда-то они все смогут наконец насладиться вкусом настоящей еды!

– Что ты съешь перво-наперво? – спросил один пират, пожирая глазами роскошные яства.

– М-м-м, пирог! – ответил его приятель, подумав.

– Точно, пирог! – согласился с ним первый.

Тем временем Элизабет миновала бойницу и перебралась через планшир. Доски едва слышно скрипнули. Оказавшись на палубе, девушка тихонько двинулась вдоль борта, и тут из тьмы ей навстречу с визгом выпрыгнула обезьянка. Элизабет сгребла зверька за шкирку и выбросила за борт. Обезьянка завопила еще громче и с плеском ударилась о воду. Пираты, высунувшись в бойницу, посмотрели вниз, а потом принялись озираться по сторонам.

Элизабет бросилась бежать, зная, что головорезы все же заметили ее. Она юркнула в темный угол, а те, громко топоча, пронеслись мимо. Вдруг они услышали, как задвигались снасти. Привлеченные шумом, они задрали головы вверх, и тут рея, на которой крепился парус, развернулась и ударила их в грудь. Пираты полетели за борт и присоединились к барахтавшейся в воде обезьянке.

К изумлению Элизабет, из полумрака вдруг выступила команда Джека. Это Анна-Мария и Гиббс налегли на рею, отправив призраков-часовых искупаться. Теперь «Черная жемчужина» оказалась в их руках!

– Послушайте! – воскликнула Элизабет, испытав облегчение при виде старых знакомых. – Уилл в плену у пиратов, в пещере. Если у нас есть хоть малейший шанс спасти его, мы должны им воспользоваться! Кстати, Джек тоже там! – добавила она, пытаясь самостоятельно спустить на воду шлюпку.

Никто не вызвался ей помочь. Элизабет растерянно поглядела на команду.

– Джек обещал нам корабль, – сурово произнесла Анна-Мария.

– И мы его получили, – подхватил Гиббс. – К тому же, нельзя забывать о кодексе...

– О кодексе? – не веря своим ушам, переспросила Элизабет. – Неужто вы бросите своего друга в беде? Вы ведь пираты! К черту кодекс!

Но команда не поддалась на ее пылкие речи, и девушка отправилась на Исла де ла Муэрта одна.

Казалось, что на этот раз удача отвернулась от Джека. Он стоял на сколоченном из досок эшафоте, а на шее у него красовалась петля.

Среди прибывших поглядеть на казнь горожан были Элизабет, ее отец и командор Норрингтон.

– Так нельзя! – взмолилась Элизабет. – Он рисковал жизнью, чтобы спасти меня, а потом и вашу команду! – Но в глазах губернатора читалась решимость неукоснительно следовать букве закона. А с какой стороны ни посмотри, Джек его нарушал.

Уилл тоже оказался тут как тут. Он продирался сквозь запрудившую площадь толпу зевак. Барабаны начали отбивать тревожный ритм, и палач уже собирался приступить к своим обязанностям, как вдруг на планку виселицы уселась зеленая птица. Попугай Коттона! Он поглядел прямо на Уилла – это был сигнал, – и Уилл кивнул Джеку.

Юноша приблизился к Элизабет и вытащил из ножен шпагу.

– Я люблю тебя! – сказал он девушке. – Мне стоило признаться тебе в этом раньше...

Не успела она вымолвить ни слова, как Уилл кинулся к помосту, выхватывая на бегу второй клинок. Тем временем палач нажал на специальный рычаг, и под ногами у Джека открылся люк. Уилл в два прыжка поднялся на эшафот и успел воткнуть в крышку люка свою шпагу. Та прочно вошла в дерево, и Джек, повисший было в воздухе, сумел поставить ноги на ее эфес.

Пират с трудом удерживал равновесие на прогибающимся под ним клинком. Уилл взмахнул второй шпагой и рассек веревку надвое. Джек упал и на лету выдернул из досок оружие.

Джек и Уилл плечом к плечу дрались с людьми Норрингтона, постепенно продвигаясь к окружавшим площадку перилам. Теперь им было некуда отступать, позади плескалось море. Солдаты нацелили на них ружья. Друзья оказались в ловушке.

И вдруг Уилл шагнул вперед и загородил собой Джека. Чтобы добраться до пирата, солдатам пришлось бы убить кузнеца.

Губернатор Свон с Норрингтоном протолкались вперед.

– Я проявил к вам снисхождение, и вот как вы отплатили мне! – упрекнул он Уилла. – С кем вы связались? Он же пират!

– Он хороший человек! – крикнул Уилл, обращаясь к Норрингтону.

– Вы забываете, где ваше место, Тернер, – процедил командор.

– Оно здесь, между вами и Джеком, – ответил Уилл.

Элизабет пробралась сквозь толпу и спрыгнула на перила, очутившись рядом с Уиллом.

– И мое тоже! – объявила она.

– Значит, вот к кому расположено ваше сердце? – спросил у девушки Норрингтон.

– Да, – кивнула Элизабет.

Двое друзей отважно глядели на Норрингтона. Его глаза на миг блеснули яростной решимостью. А потом он посмотрел на Элизабет, и его лицо смягчилось. Он оценил искренний и отчаянный поступок девушки и понял, что она никогда бы не полюбила его так, как любит Уилла.

– Я бы на ее месте выбрал тебя, приятель, – сказал Джек, сочувственно кивнув Норрингтону, а потом развернулся к толпе и крикнул: – Друзья, вы навсегда запомните этот день, когда вы почти повесили... – Не договорив, пират перемахнул через ограждение и бросился в море.

Зеваки хлынули к. краю площадки. Джек боролся с волнами далеко-далеко внизу. А в гавань в это время входила «Черная жемчужина». Команда Джека вернулась, чтобы спасти своего капитана!

Норрингтон повернулся к Уиллу и, похлопав по эфесу своей шпаги, подаренной ему в день повышения, произнес:

– Отличное оружие. Надеюсь, тот, кто сделал его, не менее серьезно и внимательно отнесется и к другим сторонам своей жизни. – Он отсалютовал Уиллу шпагой и добавил: – Мои поздравления. – Затем командор безмятежно обратился к Элизабет: – Мисс Свон, желаю вам обоим счастья.

Тут к Норрингтону подбежал Джилетт и спросил, не нужно ли срочно поднимать на «Неустрашимом» якорь и отправляться в погоню за Джеком.

– Думаю, мы можем предоставить ему один день форы, – ответил Норрингтон с улыбкой. – Исключительно ради спортивного интереса.

Стоявшие у самых перил Уилл и Элизабет обменялись долгими взглядами, а потом юноша крепко обнял и поцеловал свою возлюбленную.

– Но он простой кузнец... – со скорбью в голосе произнес губернатор.

– Нет! – гордо возразила Элизабет. – Он пират!

Коттон, стоявший у борта «Черной жемчужины» со своим попугаем на плече, бросил Джеку линь.

Джек схватился за канат и ловко вскарабкался на палубу. Гиббс отдал ему салют.

– Мне казалось, я велел вам действовать согласно кодексу, – со всей серьезностью напомнил ему Джек.

Гиббс неловко переминался с ноги на ногу.

– Кодекс – это скорее советы, чем правила... – начал он.

Джек улыбнулся и зашагал к капитанскому мостику. Стоявшая за штурвалом Анна-Мария при виде него отступила в сторону и сказала:

– Капитан Воробей... «Черная жемчужина» – ваша.

Джек с любовью провел рукой по рее, а потом взялся за штурвал. Да, это был его корабль! Джек откинул крышку компаса и сверился с курсом. Затем, донельзя довольный собой, он устремил взгляд в море и стал напевать себе под нос:

– Йо-хо, йо-хо, пиратская жизнь по мне...