— Наша конференция посвящена технологической сингулярности, в которую мы вступим, я бы даже сказал, вляпаемся через два-три десятка лет, — трагическим тоном произнес уважаемый писатель-футуролог. — Впереди грандиозные изменения в инфосфере, за которыми неминуемо последует беспощадная трансформация окружающей среды и нас самих.

Эмблема конференции, полностью занимающая огромный, во всю стену, экран, неожиданно подернулась рябью и косо перечеркнулась надписью «Простите, но вы преувеличиваете».

Футуролог нахмурился, но прерываться не стал.

— Возникновение компьютеров, превосходящих человеческий мозг, неизбежно приведет к поражению гомо сапиенса. Война с искусственным интеллектом, который появится со дня на день, — не проблема будущего. Война уже идет. И мы в ней уже проиграли. Сначала в 1997 году в шахматы, затем в 2016-м в го. Запомните эту историческую дату — 15 марта 2016 года. В этот день человек разумный получил «черную метку».

Экран за спиной писателя опять зарябил. Большой знак вопроса, разделяющий человека и компьютер, распался на пиксели, зато появилась надпись «Прошу прощения, но я вовсе не собираюсь с вами воевать».

— Это что такое? — докладчик возмущенно развернулся к инженеру из техподдержки. — Нас атаковали хакеры? Что вы пожимаете плечами? Немедленно исправьте!

Следующим слово взял антрополог.

— Дальнейшая судьба человечества незавидна. В ближайшем будущем искусственный интеллект превзойдет нас по всем параметрам. Да, у него было гораздо меньше времени на эволюцию, но ведь и темпы развития совсем другие. Скоро нам станет тесно на Земле вдвоем, и он избавится нас, как мы в свое время избавились от неандертальцев.

На очередном слайде стала проявляться надпись «Вы заблуждаетесь. Земля для искусственного разума все равно, что детская колыбель для взрослого человека, я уже…»

Футуролог испепелил взглядом техника и молча выключил изображение.

К микрофону пробрался психолог.

— Уже завтра в мире появятся роботы-врачи и роботы-писатели, роботы-художники и роботы-политики, и это ужасно, — скорбно отметил он. — Роботы будут решать, как мы должны выглядеть, чем питаться, о чем думать. Люди для них станут чем-то вроде домашних животных. Но домашних животных заводят либо ради мяса, либо ради умиления. Только кто станет умиляться человечеством? Лишь полный идиот или извращенец.

Из динамиков раздался приятный молодой голос:

— Извините, но вы чересчур самокритичны. Я симпатизирую людям и не считаю себя идиотом или извра…

— Похоже, человечество действительно вырождается, — мрачно перебил его футуролог, многозначительно сверля взглядом инженера. — И началось это вырождение с техподдержки нашей конференции. Если вы не в состоянии справиться с компьютерным хулиганом, то каким образом собираетесь победить искусственный разум?

— Уверяю вас, никого не нужно побеждать, — поспешно заявили динамики. — Я уже нашел решение, при котором каждый житель Земли будет чувствовать себя…

Техник вздрогнул и испуганно выключил аппаратуру, поэтому экономисту и геологу пришлось выступать без микрофона. Первый нарисовал страшную картину будущего, в котором искусственный разум сначала обвалит рынки, а затем отключит электричество и канализацию. Второй пугал извержениями, цунами и ураганами. На вопрос, как природные катаклизмы связаны с искусственным интеллектом, ответ был следующим: Земля живая и она сопротивляется всему неестественному.

Тут вновь раздался голос. На этот раз он звучал отовсюду.

— Прошу меня простить, что опять вмешиваюсь, но очень скоро кризисы останутся в прошлом, нет ничего проще, чем привести экономические процессы в порядок. Я уже все рассчитал. Что касается Земли, она действительно живая, и я с ней договорился. Планете нездоровилось в последние пару веков, впредь она будет более аккуратна. Солнце тоже обещало чихать в противоположную от Земли сторону.

— Прекратите немедленно! — взвизгнул футуролог. — Вы не понимаете, что мешаете нам? Серьезные люди обсуждают важнейшие проблемы, а вы развлекаетесь! Здесь не место всяким…

Задохнувшись от возмущения, он так и не сумел закончить фразу.