Как христианину следует относиться к своему здоровью и к своей болезни, как принять страшный диагноз, как смириться с неизбежным концом и потерей близких – все эти вопросы служат темами писем свт. Феофана Затворника к разным лицам. Святитель, называя скорби и болезни училищем веры и терпения и знаком Божией любви, утешает своих духовных чад, призывает к терпению в ниспосланном испытании и воодушевляет надеждой на мученические венцы, потому что только
Болезни и страдания – неразлучные спутники, сопровождающие нас в жизни с самого рождения.
Вот немощный старик, измученный старостью и болезнями. Вот мужчина, некогда полный сил, а ныне сломленный тяжким недугом. Вот юноша, строящий планы на будущее, но мечты которого рушит болезнь. А вот невинный младенец, первыми чувствами которого на земле были страдание и боль.
Рядом с болезнью идет еще одно испытание – смерть. Сколько горя она приносит нам! Как велика скорбь супруга, потерявшего свою половину! Как велико страдание матери, лишившейся своего ребенка!
Столкнувшись с этими испытаниями, можно возроптать и усомниться в величии Божием. Ведь если болезни и смерть неизбежны, то и наша жизнь становится несправедливой и бессмысленной. Разве справедливо то, что у одного прекрасное здоровье, а другой страдает тяжким недугом? Разве справедливо, когда смерть похищает одного из двух близких людей? Неужели они были хуже тех, которые прожили жизнь в благополучии? Как нам смириться с мыслью, что все нажитое трудом приходится в один миг терять перед лицом смерти? Все эти вопросы неизбежно встают перед человеком во все времена. И часто ослепленный скорбью и унынием человеческий ум не в состоянии дать на них ответ.
Так что же такое христианское отношение к болезни и смерти? Ответ на этот вопрос мы находим в письмах к духовным чадам великого русского святого, известного богослова святителя Феофана Затворника1. Он, обобщая опыт Церкви, святых отцов и свой собственный, дает простые и ясные ответы на вопрос, что же такое болезнь и смерть, с которыми мы так часто встречаемся в жизни, и всегда эти встречи связаны со скорбью, отчаянием, унынием.
Советы, данные святителем, помогут нам отойти от тех ценностей, которые навязываются нам падшим миром и взглянуть на жизнь так, как учит нас Святое Евангелие.
Милость Божия буди с вами! Если все от Господа, то и болезнь ваша от Него же. Если все от Господа к лучшему, то и болезнь ваша.
Болезнь ваша помешала вам ехать в Москву. Следовательно, не ехать в Москву в настоящее время для вас лучше. И успокойтесь на этом, и не загадывайте, несмотря на болезнь, ехать. Москва не уйдет, и дорога к ней после будет также открыта, как и теперь. Пройдет болезнь, и съездите в Москву.
Вот причастились Святых Христовых Таин. Слава Богу. Если б тут была помеха, то было бы жалости великой достойно. Но другое-то – все мелочь.
Враг внушает: не выдержишь. А вы отвечайте: и не берусь сама, одна выдержать, но надеюсь, что милостивый Господь не оставит меня одну, а поможет устоять, как помогал доселе.
Опять болезнь! Дай вам, Господи, терпение и благодушие и избави от ропотливости грешной! Не смотрите мрачно на немощи. Они указывают, скорей, на милость Божию и Божие к вам внимание, нежели на неблаговоление. Что от Бога, все ко благу.
Есть болезни, на излечение коих Господь налагает запрет, когда видит, что болезнь нужнее для спасения, чем здоровье. Не могу сказать, чтоб это не имело места в отношении ко мне.
Бог послал болезнь. Благодарите Господа; потому все, что от Господа, бывает к добру.
Если чувствуете и видите, что сами виноваты, то начните с раскаяния и жаления пред Богом, что не поберегли дар здоровья, Им вам данный. А потом все же сведите к тому, что болезнь от Господа есть и случайно ничего не бывает. И вслед за сим опять благодарите Господа. Болезнь смиряет, умягчает душу и облегчает ее тяжесть, обычную от многих забот.
Даруй, Господи, поправиться и вашему гимназисту. Пусть гуляет побольше… чай и купанье хорошо. Молочком отпаивайте. Болящую Любовь спаси, Господи!
Я лечусь молоком, и кроме молока – никакой пищи. Это для обновления крови.
Очень жалею о болезни Чернички. Помоги ей, Господи, справиться. Хорошо, что скоро захватили. Это должно быть воспаление печени или другое какое ее поражение.
Опасность тут может быть только от запущения. Но как доктор под рукой… и начато лечение, то дней через пять все пройдет. Терпение только подай, Господи… Я посмотрел у гомеопатов. Они не робеют пред этой болью. Главное у них – аконит, белладонна, колокинт, хомомила, меркурий. Но когда доктор указал свои средства – это все одно. Благодушествуйте!
Да приближится к вам Матерь Божия с помощью и Ангелы Хранители ваши да покроют вас крылами своими!
Я знал в Санкт-Петербурге одного генерала, который все болезни производил от душевных состояний. Но все же и это милость Божия, хоть и не сладкая, но душеспасительная.
Был еще один доктор, который не брался лечить прежде, нежели больной не исповедуется и не причастится Святых Христовых Таин. Бывает, что болезнь схватывает, чтоб пробудить душу заснувшую.
Всякого благодушия желаю вам и болящей.
Болезнь! Что делать? Терпите и Бога благодарите, говоря в себе: «Эта болезнь грех ради моих великих и неисчетных. Господь отнимает силы, чтоб хоть этим остепенить меня. Он уж не знает, как меня исправить. И милости, и скорбные посещения – все переиспытано, и все не в прок. Час же смерти близится; и когда придет, что делать моему окаянству? Господи Боже мой! Пощади немощное создание Свое!» В болезни-то, хоть и легкой, все смерть придет на память, чтоб дать душе самым делом испытать, сколь верно слово Премудрого:
Б. больна… Пусть в это благовремение научается памяти смертной – спасительной… Здоровому трудно помнить… Господь для того и болезнь посылает, чтобы напомнить о смерти… а от сей памяти перевесть и к тому, чтобы болящий озаботился наконец и приготовлением к смерти.
N.N.
Воодушевитесь!
Весело смотрите в глаза болезни… Но мечтайте меньше… Пойдут в голове роиться разные пустяки… Браниться будете с кем попало… Все это в мыслях… Потом все пройдет.
Благодушествуйте! Верно, вас что-нибудь опасное встретило бы в дороге. Вот Господь и посадил, или положил вас дома… Благодарите Господа. А все-таки молитесь, да благоволит оздороветь вам.
Спаси вас, Господи! С праздником и забыл поздравить!
Благослови вас, Господи!
Ропотливость ваша и упадок духа – хороший знак. Это предвещает скорое прекращение болезни.
Что доктора врозь пошли – это потому, полагаю, что и болезнь изменилась: была в печени и прошла. А когда вы в другой раз простудились, явилась другая болезнь – катаральная. Это ныне повсюдная немочь, ибо грипп – катарального рода болезнь. Если в печени не чувствуете боли, то надо поверить второму доктору. Впрочем, смотрите сами. Ваши мысли об отчаянном будто положении своем никуда негожи. Это враг мутит. Кто может сказать, что будет? Один Бог, но враг, богом себя нечестиво заявляя, всюду встревает с своим пророчеством лукавым и веру возмущает и покой от сердца отгоняет. Не слушайте его, а стойте в вере, что болезнь от Бога и во благо вам и, когда сделает свое дело, отойдет… и здравы будете, и поработаете Господу в какой-либо обители.
За все благодарите Бога; и за нездоровье благодарите. Мне со стороны легко так говорить; вам же на деле не легко, может быть, так чувствовать. Всяко при слове о терпении и молюсь, да даст вам Господь благодушно перенесть болезнь и научиться в ней чему-нибудь. Для чего связал вас Господь, кто угадает? Но то несомненно, что и это попущено вам в видах споспешествования целям жизни, которую вы избрали и в которой хоть кое-как держать себя стараетесь. С этой стороны можно и не пытать более дела болезни вашей. Мужества себе к благодушному терпению в минуты отяжеления страданий ищите, кроме сказанного, в воспоминании терпения всех святых, и особенно мучеников. Сколько и как терпели?! И вообразить трудно. Да и всем
И то, что обетовано Господом, называется венцом. Чего ради? Того ради, что туда нельзя взойти без страданий. Туда дорога одна – крест произвольный или непроизвольный.
Ангел Хранитель да приносит вам утешение и благодушие! На то, что шум в голове не дает удержать мысли, не сетуйте. Бог судит душу по тому, что от ней самой зависит, а не по тому, в чем она не властна. В сердце держите намерение не отходить от Господа, и Он примет сие дело.
Теперь вам надо оставить свое постническое правило. После отпоститесь, если Богу угодно будет поднять вас, а теперь, в болезни, в виде лекарства можно кушать все, по совету врача.
Христос Воскресе!
Воскресший Господь да подаст вам утешение и мужество: одно – чтоб утишить прискорбность положения, другое – чтоб иметь силу подъять и нести тяготу ее.
Господь близ нас, и Богоматерь, и Небо со скорыми помощниками объемлет нас. А болеть все же болим и исхода не видим. Ужели это случайно?! Ужели они не видят?! И, видя, ужели не состраждут и готовы помочь – и все же оставляют нас томиться? Если они – вся любовь, то всё, конечно, допускают это не по неприязни. Если так, то что же это?!
То же, что бывает между пирогом, жареным в печи, и между хозяйкою. Дайте пирогу чувство, мысль, язык… Что бы он заговорил хозяйке?! «Матушка! Засадила ты меня сюда, и жарюсь… Ни одной крупинки у меня не осталось не жаримой, все горит, до нетерпимости… И то беда, что исхода не вижу, и конца не чаю. Обращусь направо, обращусь налево, вперед, или назад, или кверху – отвсюду заперт, а жаром несет до нестерпимости. Что я тебе сделал? За что такая неприязнь…» – и прочее, и прочее. Дайте хозяйке уменье понимать речь пирога. Что бы ответила она ему?! «Какая тут неприязнь?! Я, напротив, о тебе только и радею. Потерпи немного… и увидишь, какой ты у меня выйдешь красавец! Не наглядеться!.. А какой аромат от тебя пойдет по всему дому!.. Эко диво-дивное! Так потерпи еще чуточку – и увидишь отраду».
Пирогову речь вы прописали. Теперь переймите речь хозяйки и благодушно перейдите к ожиданию благодетельного исхода. Я думаю, что этим вам и все хлопоты покончить можно. Положите себя в руки Божии и ждите. Вы – все же в руках Божиих, только двигаете руками и ногами… Перестаньте это делать и лежите спокойно.
Разъезжать же что толку2. Уж ездили… Терпения благодушного вам желаю. Спасайтесь!
Милость Божия буди с вами! Поболели? Но славу Богу, что поправляетесь или уже поправились. Слава Богу и за то, что не без пользы перенесли болезнь. Уроки, какие вы извлекли себе из обстоятельств сих, очень многозначительны в жизни и общей, тем паче духовной. Ничего не ожидать от людей, и все попечение свое возложить на Господа, и еще постоянно ждать смерти… и, веруя, что Господь оставил еще пожить для очищения грехов, всю заботу на то обращать. Эти пункты – рычаги духовной жизни и направители. Духовного отца своего не судите строго, не зная наверно, почему он так невнимательно держал себя. Афонских отцов спаси, Господи! Они хорошо действовали. Брат же ваш и сын … мудреные судьи… как это у них все клеится?
Болезнь была не от образа жизни – следовательно, и менять его не следует по причине болезни. Род пищи в восстановлении сил – побочное дело… Главное – пища свежая, непорченная, воздух чистый… и больше всего спокойствие духа. Непокой духа и страсти портят кровь и существенно вредят здоровью. Пост и вообще постническая жизнь – лучшее средство к хранению здоровья и процветанию его. Немец Гуфеланд написал науку к долголетней жизни, где превозносит и постническую жизнь. Научники должны его слушать, а мы других имеем учителей, поважнее этого немца. Молитва вводит дух в Божию область, в коей корень жизни, – а от духа и тело причащается той же жизни… Дух сокрушен, покаянные чувства и слезы не сокращают силы, а придают их, ибо поставляют душу в отрадное состояние. Вы хорошо сделали, что не поддались их внушениям. Впрочем, в видах скорейшего восстановления здоровья, чтоб пространнее работать Господу, можете без греха немного снизойти к немощам тела, – в сне, труде, стоянии, в пище. Это уже после Страстной.
Вот лето… можете иногда молоко употреблять и даже бульон, то же и яйца… ездить за город, ибо в городе нет чистого воздуха. Всегда в нем примесь есть. Старцы древние писали, что они сурово относились к телу, не его убить имея в виду, а чрез умерщвление плоти умертвить страсти.
Милость Божия буди с вами! Желание пожить естественно живому. И тут нет греха. Но настоящее в этом отношении расположение есть: «буди воля Божия!» Жить ли, умереть ли, да будет как Богу угодно. Это расположение надо усилить и довести до того, чтоб оно не давало порождаться какому-либо относительно сего беспокойству.
С чем явиться? Пред Бога лучше всего явиться с этим ничегонеимением.
И к вам подошла холера?
Спаси вас, Господи! У нас около слышно, но не шибко. А у вас сразу и в таком числе! Будем молиться и просить Господа о помиловании. Однако ж и то верно, что Бог бережет береженого. Есть книжки, где прописано, какие брать предосторожности, и в газетах писали. Читайте и исполняйте. Сырого не есть, воду кипяченую пить, прохладив ее немного, и подобные указания.
Вы хорошо делаете, что не поехали в область холеры, чтобы не подпасть под ее злые руки, а теперь уже делать нечего. Терпеть надо и милостей Божиих чаять… Да хранит вас Милосердый Бог.
N.N.
Потрудились над больными! Благословенный труд, ибо и тут приложимо утешительное слово:
За это и Господь посещает души, милостивые и доброхотные к нуждающимся. И если увидит какую болящей, как тещу Петрову некогда, берет за руки – готовность покорствовать Ему – и восставляет.
Христос воскресе!
Силы ваши хоть не совсем возвратились, однако ж их достаточно оказывается, чтоб ходить за болящим, не стоющим такого ухода. Но Господь Милостивый не посмотрит на недостоинство болящего и к Себе отнесет уход сей. И потом утешение за то пошлет: или полное оздоровление, или должную [награду] отложит на будущий век.
Да будет вам сие во благо!
Милость Божия буди с вами!
А я уж беспокоиться начинал, что нет вести о болящей. Ну и слава Богу, что опасность прошла. Теперь только осторожность – во всем, паче же в пище, питии и движении воздуха вокруг болящей.
Болящая весьма хорошо сделала, что причастилась Святых Христовых Таин, кои суть истинное врачевство для души и тела. Даруй ей, Господи, благодушие и терпение. Спокойствие душевное – великое пособие к выздоровлению. Как бы хорошо она делала, если б могла не думать… Пустяков столько лезет в голову. Пусть молится коротенькою молитовкою ко Господу Спасителю, Матери Божией и Ангелу Хранителю.
Потом пусть читает на память какой-нибудь псалом, какой знает, и размышляет о нем потихоньку. Евангелие хорошо прочитать ей немного, а она бы послушала.
Не оставляйте ее одну. Сидите подле, – и тут что-нибудь работайте… и другие тут бы были. Ей веселей… и мысли не бурлили б… Это теперь большие враги.
Вы крепко уморились. Теперь отдыхать будете. И весело посматривать на выздоравливающую…
Оправились?! Слава Богу! Но того расположения и чаяния, что вот-вот смерть, не отлагайте… И вследствие того пребывайте в состоянии готовящейся поминутно отойти… Дай вам, Господи, еще потрудиться во славу Его.
Очень рад, что наконец вы стали на ноги. Выздоровевший обыкновенно чувствует себя обновленным. Думаю, что и у вас было то же чувство. Надо сделать, чтоб обновление телесное сопровождалось обновлением духовным. Вам Бог дал или указал его – в краткой молитве, которую вы творили тогда. Мне и пришло на ум подсказать вам: возьмитесь за одну коротенькую молитовку – и все ее творите… и за делом и без дела, и ходя и сидя, непрестанно. Сначала вы будете заставлять себя творить эту молитовку, а потом она сама будет читаться… Только возьмитесь и без перерыва трудитесь… Это молитва: Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешную.
Внимание же при этом держите не в голове и не на Небе, а в сердце, там внутри, под левой грудью.
Когда навыкнете, то этим будете разгонять все смущающее и призывать мир на душу.
Все от Бога: и болезни, и здоровье, и все от Бога подается нам во спасение наше. Так и ты принимай свою болезнь и благодари за то Бога, что печется о спасении твоем. Чем именно посылаемое Богом служит во спасение, того можно не доискиваться, потому что и не узнаешь, может быть. Посылает Бог иное в наказание, как епитимию, иное в образумление, чтоб опомнился человек; иное, чтоб избавить от беды, в которую попал бы человек, если бы был здоров; иное, чтоб терпение показал человек и тем большую заслужил награду; иное, чтоб очистить от какой страсти, и для многих других причин…
Милость Божия буди с вами! Все охаете; но охаете спасительно, или по делу спасения. Благослови, Господи, ваши тревоги по сей части. Вы в болезненном состоянии по телу. Дело же спасения требует трудов и лишений. Как же быть? Терпите благодушно вашу болезненность и благодарите за нее Бога… потому что не будь ее, вы бы, быть может, ходили кверху ногами, а теперь сидите и ходите все как следует. Другая польза та, что, будь вы здоровы, вам следовало бы, если б вы вздумали деятельно содевать свое спасение, держать строгие посты, бдения, долгие молитвословия, выстаивание общих церковных служб и прочие труды. Теперь же это у вас заменяется терпением болезненности. Терпите же и о прочем не беспокойтесь. Только душу держите, как следует. Духовная сторона у вас цела. Следовательно, ею вы должны служить Богу во всей полноте: трезвиться и бодрствовать, дух сокрушенный и смиренный иметь, в молитве (умно-сердечной, предзрении пред собою Господа) пребывать, помыслы отгонять, смирение питать, не осуждать, с радующимися радоваться, с скорбящими соскорбеть, памятовать Бога и смертный час и прочее подобное… Вот вам и спасение! Что вы прописали о своем ястии и питии, тут ничего нет укорного, если все принимается в скромной мере. Ваше желание чаще причащаться удобоисполнимо. Имейте у себя запасные Святые Дары: частицы Тела, пропитанного Кровию… и причащайтесь, когда потребность, или как положите. В монастыре много дарохранительниц свободных. Попросите и употребляйте. Дома держите дарохранительницу со Святыми Тайнами на почетнейшем месте, среди святых икон.
Спасайтесь!
Вашей красавице все не легче… Очень жалею; но не допускаю ропотливых мыслей. Все от Бога, а Бог лучше нас знает, что кому пригоднее… и на лекарей не серчайте. Они не сами лечат. А вылечивают, когда Бог благословит. У Бога же о болезненном и здоровом состоянии совсем другие мысли, чем у нас, и они отстоят от наших, как небо от земли. Бывает, что Бог болезнью укрывает иных от беды, которой не миновать бы им, если бы они были здоровы. Вон Веру Алексеевну Бог укрыл болезнию от женихов. И ведь не к худу. Веруйте в Бога – и все перенесете добре.
Благослови вас Господь всех – матушку, супруга вашего и вас и красавицу болящую.
Спасайтесь!
N.N. желаю выздоровления, а пока даруй, Господи, терпения! N.N. спаси Господи! Я всегда поминаю ее на проскомидии. Давно страдает. Даруй, Господи, терпение. Выполаскивает Господь, чтобы белее была.
А мучеников так еще подрумянивал Господь. Вот как Он любит Своих холить и украшать!
Поклон всем знаемым и всему Тамбову.
Спасайтесь!
Господь да укрепит вас в здоровье! Вот весна и лето, – молочко и зелень… перебуровят кровь и освежат. Исправится она, и все пойдет добре!
Всяко Господне есть дело, и здоровье. Может быть, нездоровье вам пригожее, чтоб буянить не стала плоть. Его святой воле предать все лучше будет, конечно. Но ведь Он же и лекаря с лекарствами сотворил.
Спасайтесь и о нас Бога молите.
Милость Божия буди с вами! Скорблю вместе с вами об N. и молюсь, да сотворит Господь с нею милость и вас всех да успокоит. Но вместе с сим всем нам надо держать в мысли закон, по которому Господь размеряет участи наши на земле. Тут всё от Господа – от мала до велика, и всё есть средство в деле приготовления к будущей жизни. Такой же смысл болезней и здоровья; таков смысл и болезни вашей N. Ей на дороге к будущей блаженной жизни непременно, по Божию премудрому и благому суду, надо потерпеть, что терпит. Усвойте сие воззрение и ей то же внушите, – и то, что есть тягостного в этой болезни, перестанет тяготить душу и успокоит ее. Вера – целительница души, упованием окрыленная и любовию согретая.
Установясь в сем убеждении, о лечении всю заботу имейте и сердечное попечение, но с душевным спокойствием и преданием всего в волю Божию. Пусть и N. так расположится: счастье земное, конечно, тоже благо есть в своей мере. Но если Господь находит, что для меня лучше не иметь той части сего счастья, которое зависит от здоровья, – буди воля Божия! Довольно с меня любви мужа, матери, отца и родных. Приношу благодарение Господу и за это, и за то… и за то, что дается, и за то, что не дается. Да даст только мне Господь благодушие и терпение и такое настроение духа, с каким не стыдно явиться пред Господа.
Праздники на дворе. Поздравляю с ними! Радость праздничная да поглотит вашу скорбь.
Прошу передать поклон, поздравления и благожелания знаемым.
Вас всех да благословит Господь!
Спасайтесь.
Милость Божия буди с вами! С праздником Святой Пятидесятницы! Желаю вам всех благодатей Святого Духа, о коих ныне молитвенно поминается в святой Церкви, паче же здравия и спасения!
Здоровье ваше пошатнулось. Пошатнутое здоровье может пошатнуть и спасение, когда из уст болящего слышатся ропотные речи и возгласы нечаяния. Да поможет вам Бог избавиться от той и другой беды!.. Видите, куда я веду речь-то?! У вас прорываются такие речи, а речи, конечно, от чувств и помышлений, сии же последние такого рода, что при них дело спасения не в силе. Извольте внять сему и поправиться… Здоровье и нездоровье в руках Божия промышления о нас суть средства к спасению, когда тем и другим пользуются в духе веры… Но они же и в пагубу ведут, когда относятся к ним своенравно. Что для вас особенно потребно – есть терпение благодушное и Богу покорное. Как только покажется в вашей душе такое расположение, тотчас вы вступите на путь спасения – в Рай. И смотрите, тогда воодушевляйтесь!
Вам делали операцию. Даруй, Господи, чтобы она сделала дело, для которого была принята. Господь да помилует и спасет вас!..
Другая у вас боль от болезней дочери… Вот что вам скажу… Как вы уже все возможные средства перепробовали, то вам остается одно – помириться с этим горем и нести его с покорностью Богу, веруя, что эта болезнь необходима для спасения вашего и дочери вашей… а также и мужа ее…
Помирившись таким образом, и держите себя спокойно и то же спокойствие одолжите и дочери. Поминайте положение, что терпящие покорно горести и болезни состоят в чине мучеников.
Поминайте положение мучеников, которые иногда, будучи измучены, оставляемы были в темнице на несколько лет – на пять, десять, двадцать. Но покорно терпели и благодушествовали, имея Рай пред глазами… за терпение.
Благослови вас, Господи!
Спасайтесь!
N.N.
Благодарствую за поздравление и вас взаимно поздравляю.
О том, что вы не оправились еще, очень жалею. Даруй вам, Господи, оздороветь совсем… Болезнь, впрочем, учит смирению и покорности воле Божией. Благодушествуйте и Бога за все благодарите, в уверенности, что все к лучшему, хоть это не видно теперь. После увидите.
В болезни учитесь смирению, терпению, благодушию и Богоблагодарению. Что приходит нетерпеливость – это дело человеческое. Придет – отгонять надо. На то и чувство тяготы положения, чтобы было что терпеть. Если не чувствуете тяготы, то и терпения нет. Но когда приходит чувство тяготы и сопровождается желанием ее сбросить, то тут ничего нет грешного. Это естественное чувство. Грех начинается, когда вследствие сего чувства душа поддастся нетерпеливости и начнет склоняться к ропотливости.
Даруй вам, Господи, здоровье; а если оно не нужно на это время, да подаст благодушное терпение. Что в болезни внутреннее к Богу обращение не то уж – это следствие слабости. Кто чувствует свою пред Богом непотребность, тот не допустит неправых чувств и во время боли. Умудряйтесь. Душа, не испытанная скорбями, никуда не гожа. Когда боль есть, можно послабить немного, особенно какао пить ничего бы. Что не все кладете поклоны – ничего. Можете не записывать в штрафную книгу пропусков, а что записали, вычеркните.
Исправляйте правило молчаливою молитвою Иисусовой. При этом, если можете класть поклоны, положите сколько по силам, а то так стойте. Если не можете стоять – сидите; если сидеть не можете – лежите. Умом только с Господом быть не переставайте.
Вы так разболелись, что собираетесь умирать. Готовиться к этому и всегда надо, а тем паче надо готовиться больному. Но придется ли умереть или еще дано будет пожить – это надо отдать на волю Божию. Поживите, – и еще потрудитесь. Только что начали.
Милость Божия буди с вами!
Прибавьте и еще подобных мест побольше… и перечитывайте их… Они очистят око сердца вашего и научат, как смотреть на скорби, утеснения, поношения. Утвердитесь в убеждении, что все от Бога… до малейших случаев… и принимайте все как лично от Него на вас налагаемое. И благодушествуйте, и благодарите. Ибо все ко благу вам, видимо ли то или невидимо. Знаете, как закаливаются железные изделия? Окончив всё в совершенстве, разжигают добела… и в холодную воду.
Именно это совершается теперь с вами… Все это для вас не новость и уже практикуется вами… Но текстики прочитывать хорошо… От них свет приходит и тьму разгоняет.
Тесноты от Бога… терпим и благодарим… Но если под руками есть способы устранить их – и это от Бога, и никакого нет греха воспользоваться ими и высвободиться из-под теснот. Есть ли они у вас? Есть…
Чувствуете изнеможение и думаете, что это дверь к исходу. Немощность напоминает о смерти; но не пророчит о часе ее. Принимая, однако ж, напоминания, не непристойно готовиться к ней. Как вы постоянно немоществуете, то вам легко сродниться с мыслию об исходе, по примеру пр. Никанора, и он не застанет вас нечаянно. Блаженна память об исходе; она с памятью о Господе – крепкая основа христианскому благонастроению духа.
Сны, вами прописанные, – все хороши. Но к чему они даны? В утешение и укрепление духа, да не малодушествуете, и на утверждение мысли об ином мире, не далече от нас сущем, и в удостоверение об общении с ним. Это милость Божия!
Вашу жалобу на себя, что плохо молитесь и не держите подвигов, вам разрешил святитель Тихон, сказав: «Болящему какая молитва? Благодарение и воздыхание».
Тем замещается и всякий подвиг. Благодушествуйте же!
Порядок, как вы молитесь (келейно, не бывая в храме по болезни), хорош. Исполняйте, как наладилось. Порядок нужен по немощи нашей, а не для самой молитвы, которая и без всего может быть… Проходите мысленно Литургию, не как совершающий, а как присущий (умно переносясь в храм) на совершаемой другим.
N.N… не знаю, что сказать? Вот ему книжки и брошюрки. Коли станет читать, найдет что-либо вразумительное… (К упорядочению в поведении.) Вы сами о себе невеселых мыслей держитесь? В Египте был старец настоятель, кажется, Аполлос… Всем братиям твердил и сторонним тоже: нам, христианам, не следует скорбеть… Пусть язычники и жиды скорбят. А мы спасенные Господом… наш Рай и Царство Небесное. С нами Христос, благодать Святого Духа, Богоматерь, Небесные воинства и все святые… Эти мысли и подобные им держите, а скорбное все прочь… Великое будто дело, что приходится сидеть в келии, что в храме не бываете (не по лености, а по болезни). Когда молитесь, вы всякий раз храмом Божиим бываете (см.: 2 Кор. 6, 16). Ибо Господь везде есть. Читайте почаще «Отче наш»… и «Богородице Дево радуйся»… Бог – Отец наш, а Богородица – Мать наша… Святые Тайны – сосцы Ее, ибо они – плоть, от Нее заимствованная!
Так и занимайте ум… Еще пусть лежит пред глазами развернутое Евангелие и Апостол. Прочитайте стишок и старайтесь всякое слово обратить в предмет рассуждения. Если Бог подаст мысль, запишите ее. Пусть лист лежит на столе… И другие добрые мысли записывайте. Благослови вас, Господи, и всякого вам утешения желаю. Ваш доброхот
Насилу-то вы отозвались! Очень жалею, что немощь ваша все длится и еще расширяет свое владычество; даруй, Господи, вам избавиться от этой болезни. Хотя у Господа, посылающего недуги, всегда имеется в виду наше благо, однако же мы не без соизволения Божия молимся об избавлении от них, как бы отвращаясь от блага, сим путем нам обещаемого. Ибо, может быть, и того чает от нас Господь при сем, чтобы мы усерднее молились Ему. Тогда молитва наша совпадает с намерениями Божиими.
Молиться о выздоровлении нет греха. Но надо прибавлять: «Аще волиши, Господи!» Полная покорность Господу, с покорным принятием посылаемого, как блага, от Господа благого, и мир душе дает… и Господа умилостивляет… И Он или оздоровит, или утешением исполнит, несмотря на прискорбность положения.
У вас на душе впереди всего стоит болезнь дочери. Болите о ней и болезненно взывайте ко Господу, и дочери то же внушите, и всем своим тоже скажите. Тогда все молитвы о ней сторонние сольются с вашею и составят трубный глас, сильный привлечь внимание Господа…
Да избавит ее Господь от ее немочи…
Да поможет вам Бог!
Болезни – вместо епитимий идут. Терпите благодушно: они будут как мыло у прачек. В церковь не ходите… (По болезни.) Дома почаще взывайте к Богу! Что вы не можете, это не значит, что вы пасынок. Вот вам «Паломник» (для чтения полегче).
Лечить сестру или к святым прибегать – одно другому не мешает. Лекаря Бог сотворил, и лекарства суть Божии творения. Лекарь не сам лечит, а Бог чрез него лечит. Бог внушает лекарю, и он прописывает настоящее лекарство. А когда Бог не помогает лекарю, не знаю, попадет ли кто из них на настоящее лекарство. Обратитесь к лекарю; но в то же время паче Господа и святых Его молите, чтоб вразумили его угадать лекарство. И ко святым угодникам прибегайте, и все делайте, что люди благочестивые делают в таких случаях (только знахарок не знайте).
Ибо не знать, где сокрыта для ней помощь Божия. Может быть, Бог судил ей быть такою, потому что это для нее спасительно. И она во всю жизнь такою останется, ради своего спасения. Или послал Бог сию болезнь на время, чтобы испытать веру ее и родителей ее. Бог один все сие ведает. Болезнь – не покор и не есть знак отвержения Божия. Напротив, и это милость Божия. От Бога все милость: хоть болезнь, хоть беднота, хоть беда. Пусть молится сестра усерднее Богу, но, молясь, пусть не говорит: «Дай здоровье», а: «Буди воля Твоя, Господи! Слава Тебе, Господи! Если угодно, буди воля Твоя! Верую, что и это (болезнь) хорошо, как хорошо здоровье. Благодарю Тебя, Милостивого Создателя!» Выучи ее читать и писать, и рукодельям, и пусть спасается как черничка.
Благословение Господне буди на тебе.
Вы добре устроили молитвование о своей дочери. Два молебна на неделе, да на проскомидии помин. Кажется бы, довольно. Но кто же тут болезненно молится? Бог внимает молитве, когда молится болящий о чем-либо душою. Если никто не воздохнет от души, то молебен протрещат, а молитвы о болящей не будет. То же и проскомидия, то же и обедня. Только и есть тут ваша вера и надежда, знамением коих служат ваши заказы. Но сами вы бываете ли на молебнах? Если нет, то и ваша вера безмолвна… Вы заказали; но, дав деньги, чтоб другие молились, сами сбросили с плеч все заботы… Болящего о больной никого нет. Служащим молебен и на ум не приходит поболеть пред Господом душою о тех, коих поминают на молебне… Да и где им на всех наболеться?
Другое дело, когда вы сами на молебне или в церкви на Литургии, когда поминается Н. на проскомидии… Тогда ваше болезнование берется молитвою Церкви и быстрее возносится к Престолу Божию… и самую молитву Церкви делает болезнующей, хотя служащие и не болят. Так видите, в чем сила!.. Бывайте на молебнах сами и болите душею о болящей… И дело будет. В церкви на Литургии болите во время проскомидии… и особенно когда после «Тебе поем» Богородичную поют песнь: «Достойно есть…» Тут поминаются снова за совершенною жертвою живые и умершие…
Обедня сильнее, чем поминовение только на проскомидии, потому, что это выражает сильнейшее ваше соболезнование о болящей и с тем сильнейшую веру и надежду, что Господь не оставит вас Своею помощию… Где заказать? В Задонске, у св. Тихона… А если душа лежит к Киеву, в Киеве… Куда душа лежит, туда и закажите…
Но главное, сами болите о больной… и больше бедным помогайте… не тем только, которые ходят… Облегчите тяготимое бедностью семейство. Его молитва облегчит вашу тяготу сердечную…
Благослови, Господи, всех вас – матушку вашу, вас с супругом, болящую дочь и прочих деток и всех, кои около вас… и торговые дела ваши.
Милость Божия буди с вами! Вы все болите. Спаси вас Господи. Что вы решились пособороваться, это очень хорошо. Таинство сие для христиан должно быть единственным врачебным способом при болезнях, как я, кажется, уже поминал вам. Да поможет вам Господь. Мне думается, что вы еще нужны здесь. Для вас, может быть, уже довольно бы, но надо пристроить еще детей, и когда это устроите, тогда и с Богом!
N.N.
Очень рад, что вам легче. Блюдитесь, чтобы не раздражать опять боли. Относительно говенья не слушайте доктора, а только спросите, какая постная пища вам пригожа. Не спрашивайте, можно ли говеть; прямо говорите: хочу говеть, какая пища. И чтобы он ни говорил, не покоряйтесь! Мало ли пищей легких постных? Суп на миндальном молоке… Жидкая кашица из каких-либо круп… манных, овсяных и других. Чай с тем же молоком – вечером. Да неделя много ли? Вон наши монахи иные совсем всю неделю не едят…
Благослови вас, Господи! Спасайтесь!
Что же это вы расхворались! Если не оправитесь, – причаститесь, как больная. Молитесь дома, вместо всякой службы кладите поклоны, со своею молитвою… а потом исповедаться и причаститься.
Пост подходит. Перекрестясь и Богу себя вручив, держите постный стол, и тот воздержно. Особенно это соблюдайте в неделю говения. Спросите Афонских старцев. Я думаю, и они то же скажут… Не от одной пищи живот… или здоровье, но от Божия благословения, которое всегда осеняет предающего себя в волю Божию при подъятии тягот на пути выполнения заповедей Божиих.
Милость Божия буди с вами!
Верно, теперь вы уже съездили в Москву и воротились. Что Бог дал? Уразумел ли Захарьин, в чем сила? Если да, – слава Богу! Если нет, что делать? Но все же не отчаивайтесь! Может быть, в Киеве найдется… Болезнь эта очень скрытная. И добраться до корня не дает…
Я не думаю, чтобы тут было душевное или вражье. Нет, это одна из болезней, в которых жизненная сила встречает какую-то по временам задержку в своем движении. Отсюда обмороки. Но что такое жизненная сила… уловить никто не уловил еще… И в этом причина неуспешности всякого лечения.
Но положите, что и совсем не найдется доктор, умудриться могущий вылечить, и тут не робейте. Потому что жизненная сила опять может взять силу… и исправить дело сама…
Как и бывает, что припадки прекращаются сами собою. Припадки, конечно, вещь неприятная; но ведь жить все же можно. Сто лет можно прожить… Плохое это утешение и для больной, и для вас. Но что же делать-то?!. Бог – Владыка наш. Он судил так сему быть. Надо покоряться. И благодушествовать и благодарным быть…
Как мы можем сказать, что эта болезнь не послана Господом для отвращения какой-либо беды от болящей или от вас… Течение жизни сокрыто от нас, и случайности ее бывают так непонятны, что нам ничего не остается, как взывать: «Буди воля Твоя, Господи!» Ибо знаем, что от Господа идет всегда одно добро.
Благослови вас, Господи! Спасайтесь!
Что лечиться нет греха, об этом и вопроса не должно быть. Но что многие не пользовались этим средством, по вере и для терпения, это не лишено цены. Надо только потом уж терпеть благодушно, чтоб не впасть в ропот. Ропот уж грех. Кто не чувствует мужества, каковы мы все, грешные, то лучше прибегать к лекарям, все же помощи ожидая от Бога, ибо Он вразумляет лекарей.
Милость Божия буди с вами! Вы все болеете… Очень жалею. Да поможет вам Господь или оздороветь, или благодушествовать в болезни. Да будет не якоже хощем мы… а якоже Он.
Ваше противление лекарским указаниям едва ли достойно похвалы… И лекаря, и лекарства Бог создал не затем, чтоб они только существовали, но затем, чтоб ими пользовались больные. Все от Него; Он попускает поболеть, и Он же окружил нас способами врачевательными. Если есть долг блюсти Божий дар жизни, то и лечиться, когда есть болезнь. Можно не лечиться в ожидании, что Бог излечит, но это очень смело. Можно не лечиться для упражнения в терпении, в преданности в волю Божию, но это очень высоко, и при этом всякий «ох!» будет в вину, уместно же только одно благодарное радование… Господь да управит вас наилучшим образом быть настроенной! К тому же у вас ведь есть что потерпеть. Вы завистны, – все одна хотите забрать.
Что вы переехали к соседке, очень одобрительно. Яйца к поправлению крови… Еще идут железные порошки или пилюли. Если в числе докторских указаний есть это… употребляйте их. Вам, в качестве лекарства, можно и бульон пить: это не плотоугодие, а нужда и частичка долга, заключающаяся в долге лечиться.
Милость Божия буди с вами! У вас настроение духа доброе. Все как следует при настоящем вашем положении. Утешаюсь тем и молю Господа сохранить в вас сие до конца.
На все воля Божия да будет. Даст ли выздороветь Господь, буди воля Его. Оставит ли болезнь с сохранением жизни, буди воля Его. Все будет во благо, ради предания себя в руки Божии.
Вы добре сделали, сообщив, что подумал о вас пр. Иосиф. Это очень утешительно. Теперь поусерднее помолится, узнав о вашей болезни.
Про целебность артоса с богоявленской водою и я слыхал. Однако ж буди воля Божия. А лекарств разве не употребляете?! И то и другое нужно употреблять – и Божеское, и человеческое… И в человеческих средствах действие целебное от Бога. По сей вере и человеческое переходит в Божеское… или Божеское приходит чрез человеческое.
Храните память Божию и память смертную. От них страх Божий будет в силе. От страха – внимание к себе и всем делам своим, мыслям и чувствам. От сего – трезвенная благоговейная жизнь. От сей – страстей подавление. От сего – чистота. От чистоты – с Богом пребывание не мыслями только, но и чувствами.
Трудитесь. Труд все преодолевает с Божией помощию.
Смерти чего страшиться? Но того, что по смерти, надо бояться, – и стараться всегда быть готовой к тому. Готовность есть плач о грехах, посильное делание добра и непоколебимая вера в Господа Спасителя, всем спастися желающего. Всем? Следовательно, и вам. А чего Господь желает, тому кто может помешать? Не давайте только со своей стороны оплошности, – а Господь уж не оставит.
Ваше настроение, как вы изобразили его в последних письмах, очень хорошо. Дай, Господи, хранить вам его и сохранить до конца так, чтобы переход ваш от зде туда не был особенно чувствителен и резко отличен от того, что теперь имеете.
Господь, везде сый и вся исполняяй, как теперь с вами и в вас есть, так и по переходе. Где же Господь, там и Небо и все что есть на Небе, – и видение Небесного, и слышание, и соответственные тому чувства, утренняя освежающая прохлада и радужные образы и лица. В сопровождении их да даст вам Господь достигнуть престола Своего, где зримый умно узрен Он будет вами и якоже есть в прославленном теле Своем, светлосиянным и все осиявающем.
Пишу так, как будто вы уж ногу одну занесли в ту неведомую, но всем желаемую и чаемую страну. Но думаю, что вы еще здесь, – и еще побудете. То, что вы в преддверии, я заимствую из слов ваших. Как вы уверены в том, что вот-вот дверь отворится и явится посол Божий звать на браки, яко готова уже вся, – то вам и следует держать себя так, как бы это уже происходило.
Некоторые сказания об отходящих говорят, что прежде посетят при сем страхи, от страх наводящих лиц. Но есть и другия сказания, уверяющие, что иные из отходящих не только не устрашаются, но дерзновенным словом разгоняют сии безобразные полчища, кои, впрочем, к таковым и близко подойти не могут, гонимые живущим в умирающем духом. Духом Божиим, созидаемом в продолжении всего пути, пройденного по обращении к Богу. Мужайтесь убо, и да крепится сердце ваше. Развеются сии из вражеского стана и приближатся свои, светлые, благоообразные, обвеселяющие и ублажающие. Благодать вам и мир!
Вот как вас схватило! Примите мое соскорбение. Но как вы написали, что полегчало, то, может быть, милость Божия продлит облегчение и совсем облегчит. Принимайте, что Господь пошлет, с покорностию и благодушием. Мысль о смерти никогда не лишнее дело держать; тем паче при болезненных припадках. И готовьтесь! Страх натурален… Но излишний, веру и упование колеблющий, от врага есть… Держитесь за Крест Господень и не отрывайтесь. Когда на совести ничего нет неисповеданного и неразрешенного, то все уже прощено… Слава долготерпению и милосердию Господню!
Враг вселяет безнадежие потому, что сам безнадежен… А у нас крепкая опора надежды… О сем теперь более и думайте… по началам нашей святой веры. Господь да прострет к вам объятия Свои приять душу вашу.
Вы собираетесь на тот свет. Добре! Благослови, Господи!
Желаете слышать что-либо в напутствие. И рад бы наговорить вам столько, чтоб вы уморились, читая. Но что сказать, когда дорога та сокровенна. Общее же ведение о ней, конечно, вам известно. Путь сей, однажды только всяким испытываемый и потому до времени сего испытания неведомый никем в подробностях, освещен, однако ж, для нас верою нашею святою. Воспроизведите все чаемое в сознании, – и стойте в том, взирая на Господа, прошедшего впереди нас сим путем и сретающего всех после того вступающих на него. Омойтесь слезами покаяния, облекитесь в благопомышления и расположения, Господу приятные, и стойте так пред дверьми входа сего, пока услышите: «Варвара – гряди!»
Читайте Евангелие… и из отеческих книг, что припомните наилучшего… святого Ефрема. Он часто молитвенно обращался к часу смертному.
Если смерть, – верую, что для вас не будет ужаса и мрака исполнена сень смертная. Освещена она верою вашею и великим упованием на милостивого Господа. Буди сие с вами!
Но мне верится, что вы возмогаете от немощи. Святитель Тихон да поможет вам!
Милость Божия буди с вами! Не имею, что сказать вам, но пишу, чтоб только сказать, что ваша участь немало занимает и меня. Приходит мысль, что вам лучше бы еще пожить… Но буди воля Божия во всем, наипаче в сем деле. Кто весть, что породит находящий день? Если отойти предлежит вам, идите с миром. Если остаться, да даст вам Господь побыть здесь в вящее убеление ризы души вашей к благонадежному вступлению потом в чертог Жениха Небесного.
Вы добре делаете, что все попечения земные отлагаете в сторону. И вообще, так лучше, тем паче в настоящем вашем положении.
Но мне все верится, что вам еще придется помаяться на земле… И на это благослови, Господи!
Милость Божия буди с вами! Так вот как у вас?! Вы уж окончательно собираетесь домой, к Отцу своему. Блажен путь. Благослови, Господи!
А я все думал, что вы поправитесь!.. И как вдруг – такое расстройство? Но будь воля Божия! Вы добре творите, что не отвращаете лица своего от смерти и с Господом не разлучаетесь. Мысль о Господе с верою и упованием неприступною делает душу для врагов и здесь, и по исходе. Это огонь, опаляющий их. Милостивый Господь да осеняет вас отселе до исхода и по исходе. Покров Матери Божией буди на вас!
Милость Божия буди с вами! Вы собираетесь в дальний путь – туда, откуда нет возврата. Никому не миновать сего пути. Но как минута, когда прикажут вступить в него, неизвестна, а известно только, что она может настать каждое мгновение; то лучше всего думать, что вот-вот надо будет отправляться восвояси, и всегда держать себя готовым к тому…
Да-да… Время течет… И не заметишь, как смерть придет. У вас там указали мне знаки смерти… Хоть очень сомнительного значения, всяко, однако ж, поставив себя в состояние обреченного на смерть, которая может вот-вот прийти и захлебнуть, я чувствовал, как горько быть в таком состоянии… И только несомненная надежда на милость Божию может усладить его… Коль великая и неописанная милость Божия – Крест Господень. В нем вся наша надежда.
Что же мудреного видите вы в словах Лествичника? Душа не от тела имеет бытие, а получает его вместе с телом, – и для того, чтобы жить с телом. А смерть придет разлучить их. И дивно, как душа будет жить без тела, привыкши с телом жить. Разлучение души с телом есть наказание, и оно должно быть чувствительно.
Святые по причине тесного общения с Господом или мало, или совсем не ощущают сего неудобства.
Милость Божия буди с вами! Верно, вы уж воротились. Наплакались, нагоревались… Теперь пора и утешиться. Владыко отошел не на худшее, а на лучшее. Следовательно, его ради надо радоваться, что кончились труды и хлопоты и начинается покой. И для нас это лучше. Он будет молиться о нас, и тамошняя молитва прямее и сильнее. Ему яснее, что нам нужно, и он прямо будет говорить Господу: даруй им то и то… И поелику будет говорить прямо пред Господом, слышнее будет молитва его. Следовательно, нам нечего горевать… а скорее радоваться и его ради и себя ради.
Станем и мы собираться… Будет экзамен. Просмотрим программу и, чего не учили, доучим, что не твердо знаем, протвердим. И поспешим это уладить… Ибо кто знает, может быть, вот-вот кликнут: Феофан Вышенский… или Н. Тамбовская… или еще кто… и выходи… Ни тетрадок, ни книжек нет… и подсказать некому. Всякий один… как перст… со своими собственными средствами… Так вон оно что?! Всяко с чувствами мудрено совладать… Господь да утешит вас всяким утешением.
Так вот каково ваше положение! Никак мне не верилось, чтоб вы до того разболелись, что и умирать надо собираться. Буди воля Божия! Но мне думается, что болезнь ваша не к смерти. Поживите с нами! Молитесь, и мы будем молиться. Впрочем, Господь да устроит путь ваш к лучшему. Умирать вы давно собирались. Потому смерть не застанет вас врасплох.
И всем христианам переход в другую жизнь успособлен; но тем, которые побольше потрудились над собою, Господа ради, дорога там прямей и беспрепятственней. Пересмотрите, однако ж, все – слова, дела и помышления, построже, как самый придирчивый судья, и все, что найдете неисправным, сложите у Креста Господня. Затем, Господу предавшись, ждите, что речет Он о вас, – еще ли маяться или на покой; там, конечно, лучше. Какое сравнение!
Когда придут страшливости за себя, сильнее предавайте себя в руки Господа, моля Его за веру восполнить недостающее в жизни и делах. Милосердые объятия Его простерты ко всем отходящим отселе. Да приимет Он вас и обымет говоря: «Гряди, невеста Моя, искренняя Моя!» Даруй вам, Господи, сие!
Память Божия да не отходит от вас. Теперь все прочь! Велите прочесть для вас житие святого Досифея, ученика аввы Дорофея. Святой Дорофей все спрашивал: «Как молитва?» – «Идет, – отвечал, – молитвами твоими». Пусть она и у вас идет. Помоги вам, Матерь Божия!
Что вам Бог даст? Даруй вам, Господи, облегчение и совершенное выздоровление. Обаче Его, а не наша будет воля!
Неужели вы в самом деле отойдете? Мне это не верится. Поболите, думаю, и подыметесь. Но что же делать, если и отойдете? Переход из сей жизни не есть особенность. Сколько отходят каждый день и даже час? И за нами придет череда. Кто ныне, кто завтра, все одно. Не одно только, кто каким отходит. Осмотритесь, все ли готово? И если нечего больше готовить, предайте себя Господу!
Когда издали смотришь на час смертный, он иначе кажется, нежели как, когда он подойдет. Живому и здоровому трудно восчувствовать себя отходящим. Смерть есть великое, еже о нас, таинство. Оно просветлено Христовою верою, но все есть нечто сокровенное. Когда придется проходить самым делом – тогда все уяснится. Страшливостями, однако ж, нечего себя томить. Господь прошел сею сению смертною, чтоб для нас сделать удобнейшим путь сей. Вслед Его и мы, проходя посреде сени смертной, да не боимся зла, ибо Он с нами есть, когда мы с Ним бываем в жизни сей. Грех разлучает, но когда он очищен покаянием и посильным трудом, то сего средостения нет уже.
Господь близ. Дерзайте убо.
Вам, больным, пишу все о смерти, но не думаю этим навесть на вас мрачные мысли, ибо возможно со Апостолом желать разрешиться, чтоб со Христом быть. (Флп. 1, 23). Это желание не чуждо вам. Указание же на близость достижения желаемого радует, а не уныние наводит.
Всех вам благ от Господа желаю. Затем и пишу, чтоб только это сказать. Первое благо болящему – выздоровление. Даруй, Господи! Оздоравливайте поскорее, чтоб еще пожить, не затем, чтоб грешить, по обычной поговорке, а чтоб, соутешаясь общею всех любящих Господа верою и любовию, попитаться и подрасти. Здесь ли, там ли, все расти надо, в известную всем назначенную меру возраста исполнения Христова (см.: Еф. 4, 13).
Что молитва? – обращаюсь к вам с вопросом аввы Дорофея к Досифею. Прочитали ль вам это житие? Оно сходно с вашим. Даруй, Господи, чтоб и конец был такой же.
Даруй вам, Господи, мир душевный, терпение, великодушие, чтоб не прекращалась отрада, даруемая нам в Господе. Сквозь скорбность прозревайте и на то, что сильно обрадовать. Обымите покрепче верою, что терпением стяжевается душа (см.: Лк. 21, 19) и что скорби открывают вход в Царствие. Поминайте Господа, как Он был в саду Гефсиманском. Он томился в облегчение наших предсмертных страданий. Возьмем себе от Него и дух богопреданности:
Милость Божия буди с вами!
Пасха подходит. Где будете вы праздновать Пасху? Если б оставлено было на выбор, конечно, выбрали бы, где лучше. Но как все в руке Божией, то нам остается исповедать: там и так, где и как угодно будет Господу, прибавляя к сему и внутреннеейшее беспрекословное согласие: буди воля Твоя, Господи!
Да будет с вами неотступно Господь, Матерь Его Пречистая и Ангел ваш Хранитель! В сем содружестве да пребывает ваша душа богомысленным вниманием!
Часы каждого изочтены. Но тому, кто постоянно ждет своего часа, нет нужды в определительном указании, не последний ли он живет час, ибо у него и без того всякий час есть последний.
Кто силен сказать:
Для такой души и сени смертной нет. Одно мгновение, – и она представляется во ину область света, полную всяких отрад. Тогда воспоется и песнь исповедания:
Конечно, близость исхода, может быть, произведет содрогание. Мужайтесь и да крепится сердце ваше! Дерзайте, ибо Господь победил. Он же и каждого верующего являет победителем. Это несомненно. Враг же всегда тут подоспевает если не погасить, то омрачить светлое чаяние. Подготовившийся крепкою верою сумеет не обратить на это внимания, в руки Господни предавая душу свою. Вот-вот Ангелы Божии приидут и все омрачающее разгонят.
Не на безвестное течем (см.: 1 Кор. 9, 25). Упование же не посрамляет (см.: Рим. 5, 5).
Если уж отойдете и улучите часть спасаемых – и о нас Бога молите, да даст нам покаяться и исправить жизнь свою.
Благословение Господне на вас и на путь, какой Его святой воле благоугодно определить для вас!
Простите!
Время подошло, которое невольно располагает к собранности. Домоседству и вниманию к себе теперь череда вместо развлечений, к каким всегда почти повод подает лето.
Что же это я?! Да здоровы ли вы? И даже живы ли? Главного-то и не допытываюсь.
Апостол писал: всячески – животом ли, или смертью – да прославляется в нас Бог. Этого и вам желаю. Кто в жизни славит Господа, того и смерть будет в славу Его.
Упокой, Господи, душу усопшей рабы Александры. Но вы что же тревожитесь? Образ смерти ее ничего не представляет опечаливающего. Кончина христианская. Что нечаянно – ничего. Многие святые, Церковью прославленные, умирали нечаянно. Вспомните Афанасия Афонского! Лучше вместо сетования бесполезного усугубить молитву спасительную и самим себя держать всякий час наготове к смерти. Кто может сказать, когда чей ударит час? Молился я о покойнице живой; тем усерднее буду молиться об отшедшей.
Какая живая душа была эта Магдалина! Удержи нет. Такую Бог дал ей благодать! А все от веры и решения… Ибо, решившись однажды, она не ворочалась назад, даже помыслами.
Хорошо, что любите память Божию… прилагайте к ней еще и страх благоговейный. Память смерти не подавляет и не угрюмость наводит, а только возбуждает сторожевую бдительность над собою.
Юношеской веселости она не дает неудержимого разлива… и всему простору чувственности полагает меру и запоры. Вам желателен простор. Припомните, что не в шутку сказано слово о просторном пути…
Что делается с усопшими? Тело возвращается в землю, а душа получает от Господа особое некое место по своему устроению, где и пребывает до окончания века, в чаянии радостном или в нечаянии ужасательном. То – закрытая для нас страна. Что там, с точностию не определено… тамошнее состояние вполне соответствует тому, как настроит себя человек здесь, на земле. Как настроить – широко разъяснено в Евангелиях и Посланиях. Это и есть теперь для нас главное. Как цель не на земле, а в другом образе бытия, то разумно всю заботу обращать на то, чтобы добре приготовиться туда.
Не приготовимся… все пропало.
Спрашиваете, почему мы поминаем усопших? Потому что так заповедано нам делать. А что заповедано, видно из того, что в Церкви Божией не было времени, когда бы не творилось это поминовение. Значит, это идет от апостолов и Самого Господа. Но умишко наш всюду суется со своим носом, крича: почему и почему? Всего лучше дайте ему верою искреннею щелчок по носу – и присядет.
Можете после сего сказать сему буяну… Слушай, дурень; отшедшие живы, и общение у нас с ними не пресекается. Как о живых молимся мы, не различая, идет-ли кто путем праведным или другим, так молимся и об отшедших, не доискиваясь, причислены ли они к праведным или к грешным. Это долг любви братской. Пока последним судом не разделены верующие, все они, и живые, и умершие, единую Церковь составляют. И все мы взаимно друг к другу должны относиться как члены одного тела, в духе доброхотства и любительного общения, и живые, и умершие, не разгораживаясь пополам умиранием.
«Участь их решена». Участь отшедших не считается решенною до Всеобщего Суда. Дотоле мы никого не можем считать осужденным окончательно и на сем основании молимся, утверждаясь надеждою на милосердие Божие.
Усопшие не вдруг свыкаются с новою жизнию. Даже и у святых некое время держится земляность. Пока-то она выветривается, требуется время большее или меньшее, судя по степени земляности и привязанности к земному. Третины, девятины и сорочины указывают на степени очищения от земляности.
Есть догадка, что сии третий, девятый, сороковой [дни] соответствуют каким-то поворотам в образовании младенцев в матерней утробе. Видения были… и они благонадежнее в определении, чем наши догадки. Догадки – шаткое дело. Я думаю, что видения только подтвердили, а дело уже было в ходу в Церкви Божией, и было от апостолов.
Вы добре говорите, что любите молиться за усопших. И продолжайте любить. Мы не можем не поминать родителей, братьев, сестер, родных и знакомых. И как ни кричи умишко: «Почему?»… сердце все будет свое делать – поминать.
Милость Божия буди с вами!
Да упокоит Господь душу усопшей рабы Своей N. – матушки вашей! Неожиданная смерть. Потому, хоть печальная, неизбежна, но не чуждая утешений христианских. Зрелый плод! Прямо к столу Господню. Будем молиться об ней. Но не скорей ли от нее получим молитвенную помощь? Мы, христиане, не к безвестному течем. Почему, если не тяготят кого смертные грехи, несомненно веруем, что двери Царствия отверсты ему. Если же к этому присоединить и кое-какое добро и кое-какие жертвы Господа ради – то тем более сомнение не должно оставаться о блаженстве участи отходящих. Такова матушка ваша! Как и батюшка, как и брат!
N.N., конечно, тяжеловато будет. Но у ней достанет разума, чтобы не томить себя напрасными скорбными мыслями. Не видеть отходящих отца и матерь – будто ужасное что-то. Ничего тут нет кроме утешения. Бог отводит ради того, что, может быть, пред лицом отходящих она не выдержала бы горя. Как слабую, Ангел Хранитель отводил ее в сторону. Дорого благословение отходящих. А оно было несомненно и, может быть, ради отсутствия еще сильнее простиралось на нее, чем бы когда она была присуща.
Благословенье не потому сильно, что слышится, а потому что усердно изрекается. Если этого усердия не заподозрит она – что смущаться? Паче всего гадать при этом не следует, как будто и прежнее, и это отсутствие означает что-либо карательное или внушительное. Все от Господа, и все ко благу. Да утешит Господь всех вас. Прошу молитв у всех о мне многогрешном.
Милость Божия буди с вами!
П.С.!
Упокой, Господи, душу усопшаго раба Божия С. Путь совершен добре; путник радостно входит в родной дом. Плавание кончено; ненужная ладья разбита и брошена, а пловец пошел с накупленными товарами к Царю Града Великого, чтоб получить должный почет и барыши с процентами.
А мы здесь сидим. Есть басня, что павлин с перьями своими величался пред другою птицею без перьев таких. А как пришла нужда лететь, та птица улетела, а павлин остался на месте, только взад посмотрел. Похоже? С.О. к Небу полетел, а мы тут сидим.
Ну что же нам теперь, плакать или еще что? Я думаю, радоваться за С. О-ча. Слава Тебе, Господи! Не будет уже более маяться на этой прескучной и прескудной всем земле. Может быть, за себя поплакать надо? Не стоит… Много ли тут осталось? День, другой – и сами туда же пойдем. Я всегда был той мысли, что по умершим не траур надо надевать, а праздничные наряды и не заунывные петь песни, а служить благодарный молебен. У нас все кверху ногами перевернулось.
Что останкам тела умершего надо отдать некий почет, это совершенно справедливо. Но зачем у нас к этому телу обращаются, как к живому лицу? Удивляться надо. И С. О-ч жив… Какой он там молодец, какой красавец! Какой чистенький-светленький! Если б взглянуть – засмотрелись бы… А мы, насмотревшись на тело его – синевато, глаза впали и прочее… воображаем его таким… Этот самообман и раздирает сердце. Чтоб не раздиралось сердце, надо этот обман разогнать… Потом придет в голову сырая могила, мрачная… Увы! Бедный С.О.! А он в светлом месте, в состоянии, полном отрады, свободный от всех связанностей. Прелесть, как ему хорошо…
К довершению горя думаем: умер, не стало… А он и не думал переставать быть… И все так же есть, как был вчера накануне смерти, только ему хуже было, а теперь лучше. Что его не видать – это не потеря. Он бывает тут же… Отшедшие быстродвижны, как мысль. Я думаю, что С.О. смотрит у меня из-за плеча, что я пишу, и, верно, одобряет все…
Потом он сейчас к вам порхнет… И если увидит, что вы хмуритесь, покачает головою… Вот, скажет, мудрецы… Ничего не видят и видеть не хотят.
Пишу все сие в утешение вам и особенно Е.В. Надо переработать наши представления – и утешение будет с нами.
Ну немножко не сплакнуть и не сгрустнуть нельзя. Но силою представления пересилить можно и утишить и совсем прогнать скорбь. Матушка Е-та В-на и С.О. с вами, только иным образом. Извольте сему поверить и перестать крепко тужить. Господь да утешит вас всех!.. Прошу молитв.
Милость Божия буди с вами!
Спешу сказать вам хоть слово–другое, чтобы застать вас здесь.
В ваших мыслях об общении с отшедшими много поэзии. Но как это так оживляет, умягчает и назидает сердце ваше, то я думаю, что так делать безгрешно. Да свободен ли кто от подобных мечтаний?
Что отшедшие живы, только другою жизнью, живут сознательно, пребывают в общении между собою по тамошним условиям и порядкам, и на нас посматривают и к нам приходят, слышат наши молитвы о них и о нас молятся, и делают нам внушения, все по тамошним законам и порядкам, а не как вздумается, – это должно считать положительно верным, хотя ничего определенного по всем этим пунктам сказать не можем. Бывает и здесь, на земле, проявление сочувствия душ, по коему душа душе, по поговорке, весть подает. Подобные сему взаимодействия можно допустить и у живых с умершими, или отшедшими. В письмах о том, «Что есть духовная жизнь», указывается всемирная стихия – эфир. По ней действия душ одной на другую могут проходить, как электрический ток по телеграфной проволоке. Препарат телеграфный тут есть сердце…
Давеча утром отец архимандрит прислал записочку с извещением от N. о смерти N.N. Упокой, Господи, душу ее! Вы писали, что будете очень горевать о ее смерти. Не погоревать нельзя, а очень горевать совсем не следует. Умерла не она. Она жива, только перешла в другую комнату и, надо полагать, в другой уже ходит одежде. Так и воображайте ее… что она жива, только в другом месте и в другом виде. Можно бы скорбеть, если бы не было основания веровать, что она обретет милость у Господа. Какие на ней грехи?! Веровала и работала Господу, сколько сил было. Как нет человека без греха, были, конечно, и у ней свои. Но вот Господь послал болезнь тяжеловатую… и ею отребил все эти грешки, немощи и неведения. За что же после сего останется карать ее правде Божией? Не сомневаясь же, что она обретет милость Божию, какой смысл в плаче и сокрушении безмерном? Лучше молитесь, и молитесь с духом покойным и богопреданным… Да надолго ли разлука?! Ведь ныне–завтра и мы туда же перейдем. Да будет Господь милостив ко всем нам!
Милость Божия буди с вами! Нельзя не поскорбеть: такова уж душа наша; но в меру, и притом небольшую. Что главное у человека, тело или душа? Душа главное. Когда душа жива, человек жив. А когда умирают, что умирает, душа или тело? Тело, а душа остается жива. Стало быть, умершие – живы; живы и ваши родители. Они только отлучились от вас и стали жить в другом месте. Туда же и вы в свое время перейдете – и увидитесь. Разлука у вас только временная. Потому и говорю, что не поскорбеть нельзя; только немножко, как скорбят, когда выезжают из дома в школу.
Так случилось у нас, что умерших мы воображаем такими, какими они были, когда лежали на столе в гробу… и затем как они в могиле, и даже причитываем: «Как тебе там темно, как тебе там сыро!»… А между тем, тут совсем нет тех, кого оплакиваем. Они в другом месте, и даже около нас, только в другом совсем виде.
Они и общение с нами продолжают, прямо с душою, а мы за хлопотами не чуем. Так, вместо скорби бесполезной для родителей ваших и вредной для вашего здоровья, извольте, воображая их живыми, вести с ними душевную беседу. И это не всегда будет мечта, а иногда будет сопровождаться действительностию, ибо они бывают с вами…
Прошлый раз, понуждаясь писать вам и не имея частных предметов для писания, я думал навесть вас на представление того, что встретите тотчас, как отделитесь от тела. Но слава Богу! «Болий есть иже в нас, нежели иже в мире». Почему, коль скоро в нас сей Болий, нечего бояться. Умершему дают в руки крест. Тут большой смысл… Сила победная! Но ведь рука сия уже не поднимется на поражение… и крест силен там «другой».
Кто в продолжении жизни вообразил в себе самом крест подвигами и делами самоотвержения, тот сам есть крест победный. Имеется ли основание вас почесть такой – распятою со страстьми и похотьми – или нет, извольте решите сами. Разложите архивные записи (память), пересмотрите все и решите своим судом совестным. Если чаете, что получите благоприятное решение, – добре… А если нет?! Этому «нет», думается, места нет. Не забытлив Бог, чтоб забыть пройденное вами и подъятое.
А что допускалось не Божие, то смыто слезами покаяния и не видится уже и не читается более в книгах животных. Светел да будет упованием лик души вашей и благонадежно воззревание мысленно на Господа, благоволительно взирающего на вас… и готового простреть десницу Свою всемощную приять вас… и перенесть во мгновение ока пред Себя, а затем и на место ваше. Блажен путь, имже идете вы днесь. Яко уготовася вам место упокоения. Буди, буди! Заступница Усердная! Всех нас заступи!
Хоть я говорю вам все о загробном, думается же мне, что вы еще скрипите… год – другой; а может быть, и совсем оправитесь. На все воля Божия да будет!
Стоя пред вратами смерти, конечно, вы помышляете и о том, что тотчас за ними сретает душа ваша.
Припоминаю, что кто-то рассказывал, что там душу встречают все, о которых и которым она молилась в продолжении жизни. Как это утешительно! Как милостив Господь к нашим душам, что повелевает ведомым им душам и духам сретать их тотчас при вступлении в неведомую еще им страну! Но дошли до нашего сведения и другие встречи… Враги себе сюда же подстревают – и будто не отстают от души, всячески смущая ее, изблизи или издали… пока не вступит она во врата Божии… Да укрепится душа верою мужественно и небоязненно воззреть на них – немощных. Как прах развевает их душа, верою и упованием вооруженная.
Воззвания к Господу, как стрелы молнийные поражают… И исчезают.
К душе сильной не могут они подступить и издали строят страшилища и шумные воздвигают гласы, чтоб поколебать веру и затмить упование нечаянием. Но власти никакой не имеют. Тут же Ангелы Божии блюдут душу… Все решает суд Божий милостивый.
Возгревайте сильнее веру в Господа Спасителя нашего и уповайте на Него. В сии орудия облекшись, не доступны будете врагам. Духовные расположения, вкорененные в сердце вашем, то же, что газы в аэростатах… Тотчас увлекут душу вашу горе – и врагам не поспеть за нею. Господь да благословит путь вам!
Это пишу про случай. На деле же у меня есть уверенность, что вы еще поживете. И благослови Господь пожить вам!
Милость Божия буди с вами!
Что пишете о П. А-не, и я так думаю. Милостив Бог! Зачем же печалиться-то? Когда бы не было надежды, что она милость обрящет, то надо бы убиваться; а так как есть, нечего скорбеть. На много ли мы отстали от ней? Не обернешься, как позовут.
Пусто стало. Да ведь она жива и бывает иногда у вас. Стало не пусто. Она, небось, смотрит, как вы печалитесь, и качает головой. Экой мудреный, подумаешь, народ. Жаль им, что Бог избавил меня из темницы сей. Радоваться бы, а они скорбят. Если б она явилась вам и вы стали ее просить, чтоб опять вошла в тело; она и руками и ногами, ни за что не согласится. В эту дрянную конуру лезть! Помилуй Бог.
Вы получили от матушки своей предуведомление, что умрете. Что же? Общий путь!.. Благодарите Господа, что дано такое напоминание, и приготовьтесь. Хоть, может быть, это и не совсем скоро будет, но все же будет. К готовому смерть никогда не приходит рано.
Милость Божия буди с вами!
Благодарствую, что поспешили известить меня о смерти Костромского владыки. До вашего письма мы не знали о сем, а в газетах, кажется, дня через три увидели известие о сем.
Я не умею горевать об отходящих, когда уверен, что они отходят ко Господу. Как горевать о них, когда они радуются? Если они видят нас (а точно, видят), то как им неприятно видеть наши слезы! Сказал бы, что плачем о себе, что их теряем, – и это не ладно. Ибо они не перестают быть близкими к нам, только невидимо, вместо видимого… они еще ближе становятся к нам. Ибо видимое бытие разделяется пространством, а невидимое сокращает разделение… так что вспомни о владыке (только сердечно-живою памятью), он тут и есть. Понимая так дело, я никогда не плачу и не горюю об умерших… Это со времени смерти батюшки и матушки. Они умерли через две недели друг от друга… Когда узнал об этом… какое налегло тяжелое и мрачное облако!.. Но в тот же момент пришли мысли немрачные и всю тьму разогнали… Утешился, и ни слезинки… Я верую, что это мне внушил Ангел Хранитель. С тех пор я делюсь этою верою со всеми.
Благослови вас, Господи!
Молите Бога о мне грешном, ваш богомолец
Милость Божия буди с вами!
Вы все тужите о Владыке и не надеетесь перестать тужить. Господь да утолит скорбь вашу! Восставьте ту уверенность, что Владыке там очень хорошо и что он не лишен вместе с тем возможности иметь свойственное таинственному его состоянию общение со всеми любящими его и молящимися о нем. Если верите сему, то поверьте, что он бывает у вас. Если бывает, то вы, стало быть, теперь получаете то, чего при жизни его не имели.
Вы думаете, что и время не уврачует скорби вашей. Это не так. Останется наконец тихая – не скорбь, а утешение приносящая память. Сам Владыка постарается наградить этим вас за такую любовь к нему. Вы обещали мне брошюрочку о его кончине и похоронах. Жду.
Так ли вы поминаете? Так, так. Бескровная Жертва возьмет вашу слезку и принесет пред Господа. Сердечное поминовение – главное с нашей стороны, а со стороны Божией Церкви – Бескровная Жертва. Вместе они делают полное дело поминовения.
И относительно поминовения: однажды в неделю всех поименно помяните, а в прочие дни по части, а иногда даже общим молитвенным поминовением: «Помяни, Господи, всех, коих поминаю», а поминаемых не повторяйте имена, а только мысленно просмотрите. Ибо Бог мысль видит, а не слово.
Мысль, что когда кто живо представится и стоит пред оком ума, то это значит, что он просит помолиться, есть истинная мысль… И так делать хорошо. Есть общение душ; и душа душе весть подает. Прочее у вас в порядке… (Одно только не в порядке – то, что последние письма писаны неразборчиво.)
Упокой, Господи, супруга вашего. Тамошние ощущают, когда от сердца молятся о них. И это служит для них великим утешением… и отрадою.
Относительно записи на поминовение сделайте так: выберите из светских и не светских, кого душа выберет, пока исполнится число имен, какое у вас предназначилось, а о прочих припишите: и всех сродников и знаемых. Бог знает, кто сии сродники и знаемые. И будет вспоминать их, – если Ему нужно напоминание.
Что неутомимо поминаете знакомых, живых и усопших – се добре!
Милостыня духовная – особенно для отшедших.
Милость Божия буди с вами! Поразила вас участь «Русалки» и бывших на ней… Кого же она не поразила?! Все поражены – и больше всех государь… Но не имеем ли мы возможности найти утешение в обетованиях христианских?! Кажется, имеем. Не погибель корабля ужасает, а участь бывших на нем. Станем мерять сию участь в отношении к участи вечной. Это главное. В каком положении были все эти лица? В положении исполняющих долг свой. Военный долг стоит ли в ряду Божиих? Богом определенных и Богом награждаемых? Да! Морское воинствование одинаково ли с воинствованием сухопутным? Да! И думается, его надо поставить немного впереди и выше… Теперь судите: люди, исполнявшие свой долг, внезапно захвачены смертию и отошли в другую жизнь, как их там встретят? Конечно, без укора… и притом как исполнителей своего долга… Говорит Господь: в чем застану, в том и сужду. Так и их судить будет, то есть как исполнителей своего долга. Исполнителям же долга предлежит добрый приговор… Теперь поставьте сие решение с тем вопросом … Зачем мы живем? Живем, чтобы, поживши здесь, на том свете встретить добрый приговор и соответственную тому участь. Не видите ли, что отошедшие от нас, на «Русалке» бывшие, ничего не теряют в отношении к главной цели нашего существования? И утешьтесь!
Прибавьте к сему: смерть их была ли сладка или мучительна? Я думаю, что подобную мучительность испытывали только великие мученики… Хоть она была непродолжительна, но меры ей определить нельзя… За что потерпели они сию мучительность? За исполнение долга. Так терпели и все мученики… и, следовательно, скончавшиеся по причине крушения «Русалки» должны быть причисляемы к сонму мучеников. Я, не колеблясь, решаю, что, как разбойник со креста прямо в Рай поступил, так и они. Я желал бы, чтоб все матери и отцы, братья и сестры и жены умерших тогда прочитали сии строки, поверили истине их и утешились. Я почитаю смерть их, в отношении ко спасению вечному, лучше смерти всех, кои в ту пору умирали, будучи окружены родными и знаемыми. Да упокоит Господь души их в Царстве Небесном!
Что у вас была за молитва при смерти брата? «Господи, подыми его». Выходит по вашим словам, что жизнь здесь – счастье на счастье, а смерть – дверь страданиям. На деле же смерть – дверь в Отечество для блаженной жизни. И спрашивать надо: зачем оставаться здесь? Или: «Слава Богу, наконец отбыл домой!» Зачем взят брат? Затем, что заслужил покой, а вы еще потерпите.
Милость Божия буди с вами!
В последнем письме вы завидовали тем, кои имеют возможность, по смерти своей, многих расположить к молитве о себе Бога богатою раздачею пособий нуждающимся. Неужели вы это серьезно говорите и думаете так?! На самом деле об этих распоряжениях можно сказать только, что они «не ничто», а имеют свою силу, однако, не безусловную. Это помогательное средство, а не главное и потолику сильно, поколику в силе главное. Главное же – дела благочестия, правды и любви с самоотвержением и искренннее покаяние, восполняющее все недостающее в сих делах и заглаждающее все противоположное им, при полной вере в Господа Спасителя и во все домостроительство спасения. Когда это главное есть, дело спасения безопасно, а когда нет, оно в опасности крайней, и то, чему вы завидовали, окажется запоздалым средством.
Делами такими теперь надо запасаться или лучше такое стяжать благонастроение, которое обычно выражается в таких делах. У вас, кажется, дело это так и идет. Да поможет вам Бог до конца быть в таких порядках.
Радуюсь, что у вас все добре, и утешаюсь тем, желая вам всякого блага, и душевного, и телесного. Будьте здоровы и благодушны.
Мое здоровье в порядке. Есть стариковские немощи, но такие, о коих и говорить не стоит… Благослови вас, Господи, всех и все дела ваши.
Где души грешников, не успевших оправдаться здесь?
Что – мытарства?
Что такое чистилище?
Милость Божия буди с вами!
Замедлил я ответом вам. Прошу извинить. Спрашиваете, как поминать умерших в сектанстве родителей ваших? В своей частной молитве поминайте их и молитесь о них, обращаясь к беспредельной милости Божией, и ей предавайте их участь. В Церкви же нечего поминать. Церковь молится о чадах своих, да сохраняют веру свою и преспевают в ней, о сущих же вне Церкви молятся – обратить их к вере и присоединить к Церкви. Как обращение сие должно совершиться здесь на земле, то и сила молитвы сей ограничивается пребыванием на земле тех, о коих идет молитва. Церковь есть живой союз всех верующих, кои все, сочетаваясь во едино под единою главою – Христом Господом, составляют единое тело. Составляют ее верующие, и живые, и умершие. Неверующие – и живые, и умершие – суть вне ее и вне Господа Спасителя – главы Ее. Здешние неверующие призываются, и если воспользуются сим здесь и внидут в Церковь, – то и там таковыми же будут, то есть чадами Церкви. Спаситель говорит:
Последние предаются беспредельному милосердию Божию. И вы предайте Богу участь родителей своих и молитесь о них в своей частной молитве сотворить с ними по сему милосердию и по вере вашей в сие милосердие.
Где души грешников, не успевших оправдаться здесь? В каком-либо месте, определенном для них Праведным Судиею. По смерти бывает частный суд, на котором определяется участь грешников… Но окончательное решение их участи последует на всеобщем Страшном Суде. До того они только ждут сего страшного момента… ужасаются и страдают от того. Что такое чистилище? Чистилище есть пункт веры католической. Это место, на котором грешники, неочистившиеся здесь, очищаются. Очищение совершается мучениями, соответственно грехам. В него поступают все, в которых есть какая-либо нечистота греховная. В Православной Церкви нет такого ученья, а есть верование, по коему умершие с покаянием и причащением, но не успевшие понести исправительных подвигов, или епитимий, восполняют сие молитвами о них Церкви и милостынями за них и, конечно, своими там молитвами. Они живут в надежде и не страдают, не в муках суть. Это похоже на чистилище, но не то же.
Что мытарства? Это образ частного суда по смерти, на коем вся жизнь умирающего пересматривается со всеми грехами и добрыми делами. Грехи признаются заглажденными противоположными добрыми делами или соответственным покаянием.
Найдите «Четьи-Минеи», месяц март. Там под 26 числом описано прохождение мытарств святой старицей Феодорой. Мытарства проходят все умершие, в жизни неоправдавшиеся грешники. Совершенные только христиане не задерживаются на мытарствах, а прямо светлой полосой восходят на Небеса.
Благослови вас Господь сохранить вашу ревность об угождении Богу и по ее влечению без жаления себя совершать все, что совесть ваша признает потребным для вашего спасения.
Время коротко. Час, другой – и смерть. Подавай отчет! И нельзя сказать, что записи забыл держать, ибо все дела уже там. Нас ждут для прочтения и рукоприкладства… что все так, и возражений или оправданий нет. Тотчас сверят с законом – и приговор… Когда бы на столько лет?! Но там лета безлетные. Горе нам! А сокрушаться нет охоты! И грех-то бросить не желаем… Как же это быть?! Буди воля Твоя, Господи, имиже веси судьбами спаси мя.
Будьте здоровы и веселы. Ваш богомолец
Предсказания уж сколько раз бывали, что вот-вот конец лета. И все невпопад. Спаситель сказал, что никто не знает времени. Нечего потому гадать и смущаться гаданиями других. Что будет Второе Пришествие, то несомненно. И то несомненно, что оно будет внезапно, при всех предзнаменованиях великих. Остается нам только ожидать непрестанно Господа и готовиться к сретению, не гадая о времени.
Помоги, Господи, год наставший провести в страхе Божием. Не к тому ли и сон ваш?! Страха Божия ничто столько сильно не поддержит, как память о Страшном Суде. Духу же уныния от этого поддаваться не следует. А следует только осмотреться хорошенько кругом, и что окажется неугодным Господу, то тотчас устранить и, если нужно, очистить покаянием. Тогда, положась на милость во всем Божию, останется только благодушествовать. Господь и на Страшном Суде будет не то изыскивать, как бы осудить, а как бы оправдать всех. И оправдает всякого, лишь бы хоть малая возможность была.
«Не имеете, чем оправдаться на суде… дел нет». Делами оправдаться нечего и думать. Оправдание всецело идет от всех в силу Крестной смерти Господа. Но есть побочности, кои тоже стоят как условия… и хотя в совершенстве мы их представить не можем, но можем искренно желать их и искать – некий успех представить… посильный, но в меру всей нашей силы… Варваре Александровне я задал задачу – решить, в чем состоит «добрый ответ» на Судище Христовом, о коем молимся в просительной ектении… и написать ответ. Вот вам то же пришлось написать. Буду ждать ответа. Но Варваре Александровне я приписал: хоть целый век – не решит… пусть… только бы каждый день и час думала о сем.
А вам что написать? Вы решите – тотчас и напишете.
Как святой отец благодарен за геенну?! По сознанию, сколь великое для нас благо в том, что Бог открыл нам о геенне. Если, и зная, что есть геенна, мы так беспечно грешим, что бы было, если б не знали о том? Теперь все же иной грешит, грешит – и призадумается.
Кладбище! Что за нужда о нем хлопотать? Где ни похоронят, все одно. Душе же какая помощь от места похоронения тела?..
Помните сказание, что из церкви-то выходили… Ну вот! Коли что неладно в душе, не сдобрить того похоронами.
Текст писем приводится по изданию: Творения иже во святых отца нашего Феофана Затворника. Собрание писем. В 2-х томах. М.: Правило веры, 2000.
Спрашивалось благословение: не поехать ли к доктору какому.