Ася

В тот день, я должна была зайти к Янке за курсовой. Сама нифига не умею нормально написать. Удивляюсь, как я ещё умудряюсь сдавать зачёты. В общем, пришла я к подруге, но без предупреждения.

Звоню в дверь, никто не открывает. А мне что, делать нечего, туда-сюда мотаться, по всему городу. У них тут элитный район. Дом, где богатенькие живут. Давно хотела посмотреть, где моя подруга обитает.

Но какого черта? Звоню, звоню, никто не открывает.

Полезла в сумку, достала телефон, только хотела набирать, щёлкнул замок, дверь открылась.

Не поняла!

– Янка, ты здесь! – кричу.

Никто не отзывается. Я толкнула дверь, пока вошла, пока обернулась, смотрю чья-то волосатая рука по двери – хлоп. И замок с громким щелчком захлопнулся.

– В чём дело? – поворачиваюсь, стоит мужик.

Ну как мужик – мужчина. Такой здоровенный, накачанный. Бицуха, что надо. Тело в татуировках. Я притихла, смотрю на его руку, что захлопнула дверь, а там рисунок и думаю, что это может означать. Нашла о чём думать.

На бёдрах у него белоснежное полотенце. И офигенный торс, аж блестит от бронзы загара.

– Какого вообще…? – пытаюсь возмущаться.

На лице его обаятельное выражение, как у кота, который мышь поймал и вот сейчас начнёт ею заниматься.

А я как дурра, уставилась на его соски и татуировки. Рассматриваю грудь и совсем забыла что нужно кажется сваливать.

– Ты кого-то ищешь?

Голос, тот ещё баритон, или бас, всё время путаю. Но когда он прозвучал, чувствую, мурашки по спине побежали.

– Да, говорю, – а сама взглядом по мужику шарю, что-то ищу. Что я там, у него на торсе потеряла.

Мужичина улыбнулся и ко мне. Я дернулась, а он подошел, за руку взял, и к двери припечатал. А сам надо мной, как дракон огнедышащий нависает. Всё, я в тисках. Ни туда, ни сюда.

– Что за… – пытаюсь вырваться.

– Хочешь? – выдохнул он мне в лицо.

Э, да он видно уже ждал, кого трахнуть сегодня и я дура попалась, прямо на удачу. Запах геля для душа, коньяка и чистого мужского тела. Извините, не дышать не научилась, а как вдохнула эту пьянящую смесь ароматов, поплыла.

Чтоб его! Он как будто чувствует, что я голодная. У меня в последний раз секс был в прошлом году, на новый год.

Конечно, как только он меня придавил, я сразу захотела.

– Что…? – выдыхаю я и даже дураку стало бы понятно, это означает – трахни меня, как хочешь.

Он так близко. Но черт, где-то в глубине ума назревает чёткое – это наверное Янкин отец.

– А где Яна? – пролепетала я.

Скорее, чтобы удостовериться, что её тут точно нет.

– Янка на курорт улетела, со своей мамашей. Я один. И как видишь, уже готов.

Мать его, смотрю вниз и действительно что-то там, в белизне полотенца возвышается. Отлично у мужика встал член и что мне теперь делать.

Я вообще так не делаю никогда. Сегодня что-то такое в меня вселилось при виде этого тела. Хочу, чтобы вот этот мужичина прямо здесь, в это прихожей, оттрахал меня по самое не хочу.

Секс с незнакомцем, интересное событие. Я конечно не авантюристка, а скорее тихоня, но если об этом совсем никто не узнает, почему нет. Сколько можно мне самой в своих же трусах копошиться. Пусть там покопошится кто-то ещё.

Уже почувствовала как горячо между ног. Трусики мои становятся влажными, а громадный накачанный мужичина в ответ, на мои пошлые мысли понял их с первого раза. Потянулся, задрал юбку и тронул мою ногу своей теплой ладонью. Прошелся пальцами по внешней стороне бёдер. Потом пальцы нырнули вглубь, протиснулись у меня между ног, разомкнули их без особого усилия и коснулись клитора.

Я смотрела в его глаза, а он в мои. Лёгкая улыбка всё время играла на его губах.

Охренеть, я попала в его похотливые лапы… но не могу убежать…

– Хочу тебя трахнуть, – выдохнул он.

Захар

Эту сучку, я пару раз заприметил, когда высаживал Янку возле университета. Подруга её видно.

Ещё тогда обратил внимание на сиськи раздающие блузку. Тогда же в первый раз подумал, как мог бы неплохо ей засадить.

Маленькая, хорошенькая, как лисичка, волосы длинные струящиеся. Жопастенькая, грудастая, талия тоненькая. Обожаю таких. При виде неё в одежде, я испытал что-то вроде щекотания в яйцах. Мои яйца не на каждую отзываются. Правда и не каждая западает мне в сердце со второго раза, а эта запала даже с первого.

Не поверил своим собственным глазам, когда вышел из ванной, кто-то звякнул в звонок. И в глазок я увидел её хорошенькое личико.

В моей возбуждённой душем голове, сразу всё встало на свои места. Супруга на Бали с падчерицей, я один на хозяйстве, заехал с работы домой. Когда ещё так повезёт.

Эту маленькую сучку, никак не должен упустить. Тем более, тогда ещё замечал её любопытный взгляд в мою сторону. И когда я пристально глянул на неё из машины, она даже улыбнулась.

Я только ещё когда в глазок её увидел член мой начал вставать, так что другого вывода и не подразумевалось, как затянуть её маленькую, круглую задницу в мою большую квартиру.

Неважно, главное, что теперь она здесь, стоит ко мне задом, а я с трудом запихиваю в её тугое пространство свой немаленький секс рубильник.

Отличное ощущение, давно такого не испытывал.

Впечатление, что я лишаю её девственности, хотя она явно не девочка.

Да после раздолбаного влагалища моей благоверной, это просто рай для члена. Уже только одно проникновение в эту пещерку доставляет бурю эмоций, которые даже собственный кулак, не всегда умеет повторить.

А когда мой великан заскользил, и движения вошли в нужный ритм, о, это просто райское блаженство.

Её круглая задница, в раскрытом состоянии превратилась в форму сердца. Я даже готов был сказать, как её люблю, эту розовенькую, упругую, сочную задницу. Вот так поставил бы и любовался день или два. Трахал бы её и опять любовался. Это самая идеальная задница, какие я видел в жизни, а я их повидал очень много.

Ещё я разложил бы её перед собой, раздвинул бы ей ноги и смотрел, пока мой жадный язык не бросится прокладывать себе путь в сладких складочках.

Она почти пищит от моего настойчивого, плотного, и горячего траха.

О девочка, совсем скоро ты ещё не так запищишь…

Ноги её дрожат и иногда отрываются от пола. Смотрю на маленькие пальчики с розовым лаком, я обязательно поцелую каждый… потом.

Кончаю скромно по мужски, не выдавая всего того удовольствия, которое получил.

И только сейчас подумал, а что если выпущу её из объятий, сразу убежит.

А моя буйная фантазия, ну ни как не могла позволить этому случиться.

Нет, сегодня готов жертвовать чем угодно, только бы она стонала подо мной, ещё хотя бы часа три, а можно и до вечера и ночь.

О боже. Я ведь до утра, могу быть совершенно свободен. Все сделки на завтра.

Ради этого – я посмотрел на дырочку её ануса и протяжно вздохнул.

Туда точно не влезу, не хватало девке разорвать всё на свете. Но можно засунуть пару пальцев. А члену хватит и её пещерки, а возможно доберётся и до рта. Конечно доберётся.

Ох, я снова вздохнул и понял, сегодня дева вообще никуда отсюда не поёдёт.

– Ты не сильно торопишься? – выдохнул я.

Её профиль с открытым словно в жажде ртом, испуганный взгляд…

Боже, это ощущения не заменит ни одна похотливая сучка давалка, которая сама на меня лезет.

– Вообще-то мне нужно…

– Пропусти. Я закажу пиццу, если ты голодная.

Студенты любят пиццу.

– Хорошо, – согласилась она.

Ах, я почти крикнул от счастья.

Она согласна!

Главное что она сама согласилась и мне не пришлось насильно, заставлять её остаться здесь. Я конечно мог бы, но не на первой встрече.

Потом когда она будет хотеть меня, как кошка. Вот тогда я буду делать с ней всё что хочу.

Ася

Бля, я что за пиццу согласилась остаться.

Не за пиццу, а просто попала в такую волну, из которой пока ещё выныривать не хочется. Хочется тонуть и карабкаться, но никак не выныривать.

А, и ещё чтобы он меня спасал.

И пока его член во мне, я даже двигаться не хочу. Жду, что же будет дальше. Я пока не кончу нормально никуда отсюда не пойду.

Только подумала об этом, член его выскользнул из моего раскрытого до максимума влагалища. Это не слишком приятно.

Между ног осталась недосказанность и пустота. Ну и еще то, отчего совсем не хотелось вставать.

Это что издевательство такое. Я решительно требую продолжения и доведения меня до логически завершенного процесса.

Я стояла, всё так же перегнувшись и ждала неизвестно чего, когда он потянул меня за руку. Пришлось встать на ноги обернуться и снова я напротив его сосков, и татуировки. Смотрю на крылья птицы, на меч. И думаю – какого черта?

Наверное, неудовлетворение на моём лице.

Быстрым рывком мужчина стягивает с меня футболку, поворачивает к себе задом, расстегивает молнию на юбке и она падает на пол. За секунду расстегивает, лифчик падает, освобождая грудь.

Я боюсь посмотреть вниз на его член. Чувствую, как по ногам стекает его сперма.

– Идём, – он тянет меня, и я иду.

Подчиняюсь, любому его приказу.

Заходим в просторную ванную комнату. Черная плитка с мраморными прожилками оттеняется светлой плиткой пола и потолка. Этот совершенно бесцеремонный мужчина толкает меня в душевую кабинку, заходит сам, закрывает полупрозрачную дверь. Мы оказываемся в замкнутом пространстве – он и я.

Он нажимает кнопку, струя холодной воды обдаёт меня с ног до головы.

– Ай! Предупреждать надо! – кричу я, но уже пошла тёплая.

Он смеётся. Проводит ладонью у меня по голове. Приглаживает волосы.

– Ты смешная! Как тебя зовут?

– Ася, – говорю, и вода затекает мне в рот.

Я намокла, быстро, полностью. Струи воды проникают повсюду, охватывают изгибы моего тела.

– Ася, – он усмехается.

Своё имя не говорит, да и не надо. Зачем мне его имя. Меньше знаешь, лучше спишь. Я снова вспомнила про Янку. Да ну её.

Мужчина выключил душ. Взял с полочки гель, выдавил себе на ладонь, растёр и начал меня обмазывать. Он водит скользкими ладонями по моему телу. Я не двигаюсь. Мне хорошо. Наслаждаюсь этим сладостным массажем. Подчиняюсь и ничего не могу.

– Ты такая маленькая, и такая фигуристая, это у тебя от кого, от мамы?

– Да, – выдыхаю, закрыв от удовольствия глаза.

Рука его проникает между ног сзади. Он проводит пальцами по каждой половине туда и обратно, потом приближается к анусу.

– Ах, – вздохнула я, открыла глаза и испуганно посмотрела в лицо мужчины.

– Не бойся, я не сделаю ничего плохого.

Он не торопится. Мнёт мою задницу, то одну половину, то другую и всё время касаются отверстия.

Мне страшно, но так хорошо.

Он обхватил ладонью подбородок, лицо моё приподнялось.

Мужчина смотрит какое-то время в глаза, на рот, на губы, на волосы. Взгляд его медленно передвигается по моему лицу.

– Ася, – говорит он.

И в сочетании со взглядом это завораживает и как будто приказывает делать так как хочет он.

Ещё никто вот так не произносил моё имя.

Это заставляет меня заглядывать ему в лицо и смотреть на его губы, на скулы с легкой щетиной. Но боюсь прикасаться к нему. Я вижу, как нравлюсь, он почти фигеет от моего лица. Только это и могу понять по его жадному, неторопливому взгляду.

– Ты удивительно красивая, Ася, – выдыхает мужчина.

А я благодарно заглядываю ему в глаза и как могу улыбаюсь, потому что подбородок мой все ещё в тисках его пальцев. В его полной власти.

Он нагибается надо мной, нажимает пальцами мне на скулы и от этого усилия, я послушно открываю рот.

Его лицо уже совсем близко, но всё ещё не касается моего.

Вторая ладонь всё ещё сзади. Она не отпускает, вьётся возле ануса, смазывает его, трогает и готовит… к чему готовит… о нет…

В этот момент, я поняла к чему он готовит мою задницу. Только не это, она не выдержит такого члена… Я не собираюсь тут…

Только подумала, палец его уже скользнул в размятое отверстия, и от неожиданности проникновения, я ещё сильнее открыла рот.

Тогда он нагнулся надо мной, обхватил мои губы своими губами.

Даже если бы я хотела застонать, не смогла бы это сделать. Мощный язык проник мне в рот и заполнил его весь и сразу. Я не мола ни двинуться, ни отстраниться, ни вскрикнуть.

Тем временем его палец, проник в моё отверстие полностью. Превозмогая неприятное и непривычное, я в какой-то момент почувствовала неожиданное и скорое удовольствие.

Мужчина медленно двигал пальцем у меня в заднице, языком во рту. Всё это вместе взятое, привело мои ощущения к одновременному и такому странному удовольствию.

Теперь понимаю, почему все лезут к заднице. Надеюсь, он не собирается засунуть туда свой член. Пара скользких движений и я почувствовала, как второй палец намеревается проникнуть туда же…

Что за планы? Я выгнулась, делая удобнее и себе и ему.

А это ничего, мне начинало нравиться. Главное не член, пусть засовывает палец, но не член.

И вообще, не слишком ли много я ему позволяю.

Запоздало спохватилась и расставила ноги от удовольствия, когда почувствовала, как вторая его ладонь легла на мой клитор.

О, да.

Это меняет дело. Я вдруг почувствовала такое, что забыла о любом, сопротивлении. А он умело медленно и аккуратно двигал пальцами у меня в заднице и на клиторе.

Рот мой всё ещё занят, его языком. Одним движением мужчина повернул меня к себе задом. Я ударила ладонями по стенам кабинки, вытянулась в струнку и ощутила приближение, долгое подползающее, медленное удовольствие.

Всё моё тело задрожало, кровь бросилась в лицо и я даже стала двигать бёдрами в такт движений.

О, боже это что-то неземное в задницу, и клитор. В порыве оргазма я оттолкнулась от стены и прижалась к мужчине, что трахал меня пальцами в жопу и ещё даже больше раздвинула ноги, чтобы дать больше места для его ладони на моём пульсирующем от оргазма клиторе.

Безумно хорошо, сладко, нескончаемо долго.

Такого ещё не было, я кончала, кажется целую минуту.

Может нет, но это было так долго как никогда.

А когда кончила, еле устояла на ногах, он придержал меня и прижал к себе.

– Тебе хорошо? – прошептал на ухо.

Я медленно кивнула.

Захар

Пока я трахал её пальцами в задницу, мой член снова встал.

Да, чувствую сегодня Ему ещё вставать и вставать. Бесконечно.

Ася кончала долго, очень долго, закрыла глаза и сползала по стене, если бы не удержал, упала бы точно.

Я прижал её к себе, стало так хорошо. Эта девка будит во мне какие-то давно забытые ноты. Даже не знаю на что это похоже, но чувствую, отпустить её равносильно, что отрезать себе палец.

Давно у меня такого не было, и я перестал уже верить, что когда-нибудь ещё будет.

Старею. Забыл, что бывает эйфория, от которой ты уже не ты, а кто-то другой.

И вот теперь, как раз то самое ощущение.

Я нажал кнопку душа и вода снова опалила холодом, а потом пошла теплая, и горячее.

Я стал тереть тело Аси, смывать гель который обильно намазал. Мой член ждёт. Он не торопится. Она не видит, стоит задом, я мою её и она просто подчиняется моим плавным движениям.

Удивительно, как она тиха. И даже скромна. Пугается, отстраняется, не хочет, а потом соглашается. Тихо, безропотно.

Вот чего мне не хватало в жизни, вот этого прекрасного создания. Если она и бывает, груба в словах, это напоказ. В жизни и тем более в сексе, она явно скромница. И мне нравится это больше всего.

Мои ладони скользят по её груди. Она скользкая от геля и упругая от природы. Я любуюсь ей, наблюдаю, как дергаются соски. Держусь из последних сил, даю ей время на отдых.

Разве можно это выдержать. Это стройное упругое тело рядом, я трогаю его, и мой член уже вовсю требует проникновения.

Всё не могу больше терпеть, поворачиваю Асю лицом к себе, и она в испуге смотрит на мой вставший член.

Главное не дать опомниться.

Припечатал её к стене, протиснул руку между ног, приподнял, и раздвинул ей ноги. Она хватает меня за шею и опускается на мой член. Теперь её лицо чуть выше моего Мы смотрим друг на друга, и в её глазах я вижу желание.

С этим я согласен. Первое движение, и она открытым ртом вдохнула воздух. Я всадил свой член до самого конца.

Ася обхватила ногами мои бёдра. Её руки у меня на плечах. Ладонь легла на голову провела по волосам.

Я почувствовал в её движениях тихое, незаметное требование. Обхватил ладонями её задницу, потянулся и снова всадил член. Она охнула и широко раскрыла глаза.

Потом я уже не останавливался.

Трахал её и трахал, как безумный, как будто сейчас у меня её заберут и больше не покажут. Я вбивал в неё свой член, как будто стремился проникнуть, как можно дальше еще дальше и ещё.

Её грудь подскакивала и дрожала. Я ловил ртом сосок и зажимал его губами, он выскакивал и я снова ловил.

В глазах Аси блеск и поволока. Она уже устала от моих бесконечных терзаний и ещё не отошла от оргазма, а тут я опять.

Ну ничего после этого раза, точно закажу пиццу… После этого точно.

Мы стали кончать почти одновременно. Удивительное ощущение. Я забыл обо всём, просто проплыл в этом безумном оргазме. У меня даже в глазах потемнело на несколько долгих мгновений. Давно мне не было так хорошо.

Что же это такое?

Я прижимал её к стене, натягивал на свой член, который просто бесконечно извергался прямо в её влагалище.

О, это было прекрасно.

Ну что маленькая, добро пожаловать на вакантную должность – моей любимой любовницы.

Ася

Конечно же, я получила свою пиццу. И даже две.

Он не ел, сидел напротив, смотрел как я жадно ем и улыбался.

А я чувствовала себя девочкой, которую любят, гладят, и балуют. Как мало оказывается мне надо.

Даже казалось, что я счастлива, только это какое-то другое счастье.

Я знала, что это не любовь… А может и любовь, кто её знает.

Ещё никогда я не была влюблена по настоящему, чтобы с надрывом и страданиями, чтобы со слезами и истериками… Наверное никогда так не влюблюсь.

Но это, что-то другое. Мне хотелось остаться тут, с ним навсегда и подчиняться ему, делать все, что он скажет всё что захочет.

Но это невозможно… это просто не возможно…

Захар

За делами только поспевал.

Иногда работаю прямо на разрыв, даже ночью. Забываю обо всём. Если бы я не был трудоголиком, не было бы у меня сейчас финансовой компании, которая, между прочим, вторя в городе. От меня зависит многое, бесконечные идеи держу в голове.

Как я умудрялся между всеми этими делами вспоминать о моей девочке. Даже странно. Обычно, когда работаю, о бабах даже мыслей не имею.

А об этой малышке вспоминал, ещё как вспоминал.

Соскучился страшно. Надо бы дёрнуть её куда-нибудь. Она обо мне наверняка мечтает по ночам. Беспокоится. Потеет, теребит свою дырочку, в мечтах о моём скакуне. Думает, почему не звоню.

С одной стороны – пусть поволнуется, хуже не будет… Но с другой, я уже и сам начинал волноваться, а вдруг уведут девку?

Такая малышка за километр видна, и не мне одному.

Нужно бы уже звонить вот только телефона не взял. Идиот.

Мне тогда из компании позвонили и всё, мозг моментально переключился.

Придётся к универу ехать, искать её в Янкиной группе. Ладно, разберёмся.

Вспомнил, во сколько пары заканчиваются, и наобум поехал искать мою красавицу. Повезёт, значит повезёт, нет, так пройдусь по универу.

Только подъехал и надо же какая удача, идёт моя Ася прямо в нужном направлении… а с ней пацан.

Что ещё за парень, мать его? Лучше, чтобы у неё никого не было. Будут под ногами мешаться эти недоделки, скорострелы.

Если есть парень, это проблема.

Сижу, наблюдаю. Так и хочется выйти из машины, подойти к ним неожиданно, посмотреть на реакцию Аси. Что будет делать?

Она стоит, что-то ему втирает, а он рот на неё раззявил, слюни почти текут. Конечно, там только сиськи чего стоят. На такие доечки хочешь, не хочешь, рот откроешь. А попочка… моя сладенькая…

Блять – вспомнил про её задницу, тогда у меня в руках, и член мой сразу зашевелился.

Я блять, на неё теперь спокойно смотреть не смогу?

Неделю без неё прожил, а когда увидел, хер мой как охотничий пёс, сразу учуял добычу.

Ну так давай, тяни девку в машину и тащи куда-то в парковую зону.

А может домой?

Да нет, сегодня у меня времени не так много. Вообще надо бы гёздышко, с траходромом. Чтобы зашел и полдня трахал, трахал её во все дыры. Не знаю как во все, а в главные точно.

Короче, сейчас поймаю Аську и разберемся.

Я впился взглядом в её задницу. Потом смотрю, как Ася она на парнишку глядит, что-то сказала, и… мать его еп ты, целует его…

Охренеть. Это ещё что такое?

Чтоб тебя. Уже совсем не могу сидеть в машине, чуть не вышел от злости. Блять. Это уже слишком.

Какое-то злое, ревнивое чувство, проснулось моментально. Даже уши, как будто вспыхнули огнём. Я когда злюсь, у меня всегда уши горячие становятся и краснеют.

А что ты хотел, неделю девке не звонить и хочешь, чтобы она ждала, пока твой член снова о ней вспомнит. Вокруг целая куча молодых свободных членов… я осмотрелся. Да, парней тут ни фига себе. С хера ей меня ждать?

Они расстались. Ася пошла в сторону, а он провожает её влюбленным взглядом. Смотрю, как поедает он её своими меленькими глазёнками. А хер его, наверняка зачесался. Конечно, на такую задницу у кого не зачешется? Дать бы ему в этот голубой глаз, да по маленькому его членику.

Ну да ладно не сегодня… Гуляй пока пацан.

Ничего.

Я повернул ключ зажигания, выехал со стоянки, и за Асей.

Прошла она немного. Не оборачивается, значит, не узнала меня.

Идёт, телефон достала, остановилась.

Я быстро подъехал, стекло опустил:

– Садись, – прямо грубо так в приказном тоне, чтобы не было возражений.

Она глазками блымкнула, посмотрела во все стороны и садиться. Ещё бы не села.

Ну всё девочка, считай, пришло твоё счастье, в лице моего члена.

Она села и недовольно смотрит вперед. Типа обиженная. Я нажал стеклоподъёмник, окно закрылось, вжал педаль газа.

Знаю я одно местечко в лесопарке, давно там не был. Вот туда и направил своего железного коня.

Ехали недолго. И всё в тишине. Ася обиженно молчала, я посматривал и криво улыбался. Ничего, сейчас разгоним обиду твою, моя красавица. Главное что ты здесь, со мной, а остальное неважно.

Приехали. Остановился. Сидим.

– Ну как дела? – говорю.

– Никак, – отвечает резко.

– Обиделась?

– На что? – а она с гонорком.

– Малыш, у меня работы много. Некогда.

Я потянулся, взялся за её подбородок, она его гордо высвободила. Тронул плечо, отдёрнулась. Потянулся к декольте, тронул пальцем за кофту.

– Отстань, – оттолкнула она мою руку.

Играется.

Тогда я убрал руку. Открыл дверь, вышел из машины. Стоя у двери, и глядя на Асю, снял пиджак, аккуратно положил его на переднее сидение.

Она даже не шелохнулась, смотрит вперёд. Как будто ей всё равно.

Но у меня так не будет. Сейчас мы девочка, твою гордость в пух и прах разобьём. Сейчас ты меня умолять будешь, чтобы я тебя трахнул.

Я закрыл свою дверь, обошел машину с другой стороны и открыл её дверь.

– Вылазь.

– Не буду.

– Выходи из машины.

– Нет.

Ну всё, теперь я точно начиню злиться, по-настоящему…

Ася

Стальная хватка его пальцев больно сдавила предплечье.

Одним движением, он грубо вытянул меня с переднего сидения, так что я чуть не упала на траву.

Вокруг только деревья и кусты, глушь какая-то. Я в своём гордом ожидании даже не поняла, что тут за глухомань. Кричи не кричи, ни кто не услышит.

Хлопнула дверь переднего, открылась дверь заднего и он втолкнул меня с такой силой, что я растянулась на просторном, словно целый диван, сидении.

Да тут у него почти целая комната.

Он быстро заскочил за мной в машину, уселся, нажал пару кнопок, клацнули замки дверей, заиграла музыка.

Это получается, мы тут закрыты, и никто эти двери открыть не сможет?

Ещё кнопка, шторка отделила нас от не тонированных стёкол, несколько синих лампочек осветили пространство, в котором мы оказались.

Да у него тут всё предусмотрено, можно даже жить в такой машине, не то что трахаться. А трахаться и подавно, хоть остановись в центре города.

– Выпить хочешь, у меня тут есть пиво, шампанское, и коньяк.

– Нет, – я постаралась снова сесть прилично и скрестила руки на груди, всем своим видом показывая, ничего ему не обломится. Пусть даже не надеется.

Нужно было вовремя брать мой телефон.

А он по ходу и не собирался смотреть на мои обиды, просто взял за руку, потянул к себе, положил ладонь на свои брюки. На самое выдающееся место.

Охренеть! Да у него полный стояк, твёрдый, аж страшно.

И что с того?

– Расстегни брюки, – сказал он таким тоном, как будто я тут для того, чтобы подчиняться.

Секунду другую, я тянула, а потом чувствую пальцы мои, без моего разрешения полезли к ремню.

Вроде обижена, а брюки ему кинулась расстёгивать.

– Что ты там копаешься?

Он резко схватился за мою футболку, когда я немного отвлеклась, рванул её и стянул. Мои волосы тут же растрепались, упали на лицо. Мужчина не ждал, резким, даже грубым движением дернул застёжку лифчика и мои оголившиеся сиськи уже перед его носом.

– Иди сюда, – он потянул меня за талию, и в одно мгновение я оказалась сверху.

Голова упёрлась в потолок, но если слегка нагнуться.

Губы его уже легли на мой сосок и потянули его. Ладони сдавили груди, и язык шарил по коже, прошелся между грудей, оставляя влажный след и снова вернулся к соскам. Так чувствительно и в то же время требовательно, его губы тянули и отпускали. Я чувствую его зубы, они слегка покусывают мои соски.

Да, теперь я уже не могу сердиться. Только одно желание, чтобы меня распластали прямо здесь, и сделали со мной что-то очень приятное. Вся горю от желания.

Ладонь моя легла на голову мужчине и сама придавила к груди. А жадные пальцы уже без команды потянулись к ширинке.

Я почувствовала, как его палец скользнул вниз в мои намокшие трусики. Потом во влагалище, прошлись по нему, смазали обильно моей же влагой.

В этот момент его член уже показался. Я освободила его, из плена брюк и трусов собственной рукой. Освободила и опять, как увидела, испугалась. Он словно змей готовый вцепиться в меня, такую беззащитную.

Дернулась, хотела отстраниться. Но не тут-то было.

Мужчина крепко обхватил каждую половинку моей задницы. Приподнял, раздвинул с такой силой, что казалось у меня всё там сейчас порвется. Одной рукой направил своё членище в моё мокрое влагалище, и я стала медленно опускаться.

Когда села полностью, с низким, грудным ахом, всепоглощающее чувство от которого рот мой открылся, глаза наполнились слезами и поволокой.

Состояние желания и возбуждения накрыло мощной волной.

Я посмотрела в глаза мужчине, о котором я целую неделю мечтала и выдохнула:

– Как тебя зовут?

Взгляд его сверкнул огоньком и мужчина сказал с громким вздохом:

– Захар.

Дальше что-то безумное, он толкнул мои бедра вверх, я подлетела и снова села на член, подлетела и снова села.

Я хватала этого охренительного Захара за шею, за голову, тянулась к спинкам сидений. Старалась наклониться вперед, чтобы не биться головой об потолок. Моя грудь колышется над его губами и языком.

Сладко, чувственно, нетерпеливо. Я уже и сама подскакивала и садилась, а он тянул меня на себя. Я чувствовала его член внутри, каждой клеточкой своего тела. Он как продолжение меня, и мы слились в безумном ритме.

Ой, мамочки, это какое-то сумасшедшее состояние, от которого не скоро отойдёшь. Оно охватило меня, и заставило делать то, чего я от себя совсем не ожидала.

Я становилась смелой и требовательной.

Захар почти лежал на сидении, а я скакала и терлась об него, хватала за лицо, за плечи, лапала грудь.

Пальцы мои сами потянулись к вороту его рубашки и быстро, быстро расстёгивали пуговицы. Снова его бронзовые соски. От их вида я пришла в ещё большее возбуждение и хваталась за них, сдавливала и теребила.

Я видела, как он приходит в состояние блаженства, вздрагивает, подкатывает глаза и открывает рот навстречу моему рту.

Потом схватил мою ладонь и засунул себе в рот, и стал облизывать пальцы. Я ещё сильнее нагнулась вперёд, хотела потянуться к его губам, но клитор мой не выдержал такого движения и запустил моментальный процесс…

Я стала кончать, тихо скользя телом по телу Захара. Он прижимал меня, нежно и заботливо, давая насладиться моментами эйфории, позволяя тихо вздыхать.

Я обмякла на его руках, как хорошо.

Но его член всё ещё во мне, и он всё ещё…

Одним стремительным движением он снял меня с себя, не успела ойнкуть, как очутилась на коленях, на коврике этой огромной машины.

Прямо перед глазами его стоячий, огромный, влажный от моей собственной смазки член…

Ох, черт…

– Возьми его, не бойся…

Вы серьёзно?

Захар

Внезапно округлившимися глазами, она уставилась на мой чудный агрегат. И как испуганный котенок попыталась отстраниться, тогда как я крепко держал.

Неужели он такой страшный? Мне казалось, даже наоборот. Пока ещё никто от него не шарахался, с таким выражением лица.

Наша Ася видно, ещё ни разу член не брала в рот. Тем лучше, я буду первый мужчина, который засунул свой член в её прекрасный ротик.

Когда-то девочка, нужно начинать. Так лучше пусть это будет мой красавец, чем не доросший писюнчик того парня.

Мой член нужно было немного, пару раз облизать и пососать, чтобы он получил то, зачем собственно в эту глушь приехал.

Скажи спасибо малышка, что тебе не пришлось над ним работать с нуля.

Пока что у меня на неё друг мой встаёт сам по себе.

Это супруга, если хочет чтобы её трахнули работает по-полной, потому что у меня на неё давно никаких движений.

Ася попыталась отстранится:

– Нет, я не могу… нет, нет.

Но шансов у неё никаких, я просто, взял, положил свою ладонь на её затылок и потянул вниз.

– Обхвати его губами, не бойся… тебе будет приятно.

Будет ли ей приятно это конечно вопрос спорный, но главное пообещать. А уж как там будет, посмотрим.

Если бы ей было немного больше лет, и она уже бы насосалась кучу членов, или хотя бы один, но много раз, возможно, ей сейчас было бы приятно.

Но студентка, которая и трахалась наверное, один единственный раз до меня, вряд ли получит удовольствие от двигающейся в её ротовой полости возбуждённой машины секса. Как бы он не был прекрасен для кого-то другого, для неё сегодня это просто монстр.

Ну а вдруг?

Я снова надавливал, Ася сопротивлялась. Друг мой уткнулся в её губы.

– Открой рот, говорю.

– Уу.

– Блять, давай бери его в рот!

– Я не могу, мне противно, – защищает она ладонью губы.

– Что тебя там противно, твою мать, – я начинал злиться, – охренеть, блять, становись задом!

Это меня уже начинало выводить.

Ладно, пока мой член не упал, нужно задействовать его в работу. А то вообще ничего не получится, с такими скромницами, мать их.

Ася быстро встала задом, послушно оперлась на сидение, как будто обрадовалась, что я больше требую брать в рот и подставила свою аппетитную задницу.

При виде неё, я вздохнул, встал на колени, достал из кармана на сидении презик, быстро отработано натянул и без остановок нацелил свой член Асе между ног.

– В следующий раз, если не возьмешь в рот, найду кого-то, кто возьмёт, поняла.

Я с силой вошел в неё, она ойкнула.

– Да.

– Поняла, не слышу?!

– Да поняла, поняла.

– Значит, возьмешь в следующий раз.

– Да, возьму, – плаксиво, но с удовольствием выдохнула Ася.

От злости я схватил её за волосы, она вскрикнула, но не отстранилась.

Я натянул волосы и начал резко трахать её, потом быстрее и ещё быстрее. В какой-то момент я уже не мог остановиться. От моих бешеных движений, Ася громко вскрикивала и стонала, а я как сумасшедший долбил в её дырку, чтобы не остаться без извержения моего вулкана.

Вот жешь блять, нашел любовницу, которая ничего не умеет и ничего не хочет.

Но я дурею от неё просто так. Хочу её. Только одна её задица заставляет забыть обо всём на свете.

Ладно, остальное придёт со временем.

А сейчас тупо трахнуть, хоть как-нибудь.

И мне стало хорошо, я содрогнулся, несколько коротких и долгих движений и я уже простил её нежелание взять в рот и всё на свете. Чудная девочка, чудная.

О, мама мия! Сегодня прощаю. Ничего, она своё ещё отработает.

Бляяяя…

Я обхватил её тело своими ручищами, схватился за сиськи и притянул на себя так, что кажется, Ася в этот момент в меня вросла.

О, это прекрасно. Я кончал и кончал.

Ну что за дырочка, она даёт каждый раз просто райское удовольствие. Необычайное, забытое, юное удовольствие.

Я хуею от неё, от этой девки. Где она блять, взялась…

Ася

Слабость разлилась по телу, и я больше не могла стоять на коленях, ноги онемели. Он вытащил из меня член, и я почти сразу упала на сидение.

Захар повозился с презервативом, достал откуда-то салфетки и вытер свой член. Потом посмотрел на меня и улыбнулся.

От его улыбки я почувствовала что-то такое, чего ни от одного парня не чувствовала. Тепло и привязанность. Это наша вторая встреча, но как будто мы давно знакомые и более того, давно любящие друг друга люди, и у нас нет между собой секретов.

Он быстро натянул трусы, его опавший член скрылся и я вздохнула с облегчением.

Слава богу, удалось избежать этого омерзительного действия – сосания его возбуждённого пениса. Я не собираюсь брать его член в рот. Никогда, нет никогда. Пусть, что хочет делает. Хоть что. Я не хочу и не могу. Всё, вот мой ответ.

Но где-то в глубине мозга, я всегда ощущала что-то привлекательное в том, чтобы взять…

Нет, короче – нет.

Захар

Завозился с делами.

Потом приехала супруга с курорта.

И снова мои мозги в стадии закипания, от её бензопилы. Болтает, болтает. Иногда хочется подойти и вставить кляп в её напичканные силиконом губы.

А кожа её лица, рук и ног… О боже! Это какое-то чудовище вернулось с Бали. Она наверняка на том пляже совсем позабыла, что не индейка и не нужно себя запекать. Такого цвета кожи не существует в природе, её приобретают либо на огороде с тяпкой, либо как моя супруга, на Бали.

Она счастлива и довольна своим видом, но когда, накрасит губы розовой перламутровой помадой, мне кажется что передо мной монстр.

Устал, честно. Устал от неё. А уйти не могу, совесть не позволяет. Ну что она может без меня? Сопьётся на этих своих светских вечеринках, или опустится, или ещё что-то похуже.

Истерички все такие. Они как дети, держаться за твою брючину, и только отпусти, пропадёт, потеряется, пойдёт не по той дорожке. Или задумает страшную месть и будет изо дня в день напоминать о себе. Бр-р-р.

Пусть будет, она мне не мешает. Пусть играет в светскую львицу, показывает статус, если нравится. Поэтому и не двигаюсь. Не бросаю.

Да и Янку, считай с пелёнок вырастил. Она дочь мне, самая настоящая дочь.

Ну как я могу бросить её мать? Без меня скурвится, кинется во все тяжкие. Я её знаю.

Жанку, при мне держат мои деньги. Боится потерять. Если бы я был обычным рабочим на заводе, она давно бы сбежала, или нашла бы любовника побогаче. Но скорее всего, просто бросила бы меня. У неё в глазах только доллары и евро.

Интересы моей жены примитивны и понятны. Шмотки, магазины, салоны, светские тусовки. Только этим и занимается. И дочку за собой тягает. Та тоже наподобие матери.

Ладно, проехали.

Ася

Слишком загорелая на солнечном курорте, Янка сидела на подоконнике и болтала ногами. Она уже по второму кругу рассказывала, как классно они с матушкой отдохнули. А я уже по третьему кругу обзавидовалась.

А чего? С такими бабками как у них и не отдыхать на курортах?

Это я, от стипендии к стипендии, ну и мама что вышлет, перебиваюсь.

Но я гордая, деньги не возьму ни от кого. Хоть умирать буду, не унижусь никогда.

– Слышала сегодня в общаге – вечеринка? – я тоже сижу на подоконнике и болтаю ногами.

– Ага, я уже матушке сказала, что у Юльки заночую. Так что гуляем. Ю-ху, – она подняла руки и начала двигаться, как будто танцует.

– Класс, оттянемся, – я тоже задергалась.

– Это точно. Как раз и расскажу тебе вечером, как ко мне клеился один парниша. Если бы не мама… Короче потом. Это нужно сначала рассказывать.

Мне конечно интересно, кто там к ней клеился, но больше я ждала момента, чтобы хоть чуть-чуть коснуться темы её отца, кажется сейчас момент подходящий.

– Слушай, а твоя матушка замужем? – вставила я между Янкиными словами песни, которую она напевала.

– Конечно, они с Захаром уже сто пятьдесят лет вместе. Столько не живут.

– Захар – это твой папа?

– Нет, отчим. Но он мне как отец, я его очень люблю. Он со мной с самого детства, так что я другого отца не знаю. Он очень хороший. Строгий конечно, но он же мужик.

– Так, твоей маме ты говорила сколько лет?

– Сорок три. Он её на пять лет моложе.

– Ого, разве так бывает.

– Ну живут же они, значит бывает.

Захар

Домой вернулся поздно.

Сегодня, как назло в пробке простоял почти час. Хорошо хоть не без толку. Набросал на завтра план работы, а то вечно не успеваю. Потом стою, туплю. А эти идиоты смотрят и думают, какой у них идиот директор.

Конечно, я могу говорить и без заготовок, но с заготовкой моя речь льется, как река. Сам себя заслушиваюсь.

Домой вошел в полдесятого. И тут же услышал какие-то визги, что за мать твою такое? Я не собираюсь слушать тут их веселье. Устал, и не буду мириться с лишним шумом.

Сейчас в душ и пожрать. Надеюсь, Жанка не сильно расслабилась на курортах и всё ещё помнит свои прямые обязанности. И это не салоны и не магазины, а кормить меня отменной едой по вечерам, а не купленным в супермаркете дерьмом. Если бы она хреново готовила, то я бы точно не держал её здесь столько времени.

Из кухни лёгкий аромат. Ух. Да, будет вечер и будет пища. Лучше поздно, чем вообще не поужинать.

– Я дома! – крикнул в сторону кухни.

Дверь Янкиной спальни тут же открылась, и меня от увиденного шибануло так, что даже не знаю, куда делись в первый момент мои мозги. И что случилось с усталостью, мать её, она пропала. Это что шутка такая?

– Пап, привет. А можно у нас Ася переночует, мама разрешила. Сказала, если ты разрешишь.

А из-за Янки выглянуло моё яркое Солнышко. Выглянуло и улыбается так мило. И ножкой в сторону так, и пальчиком в пол упёрлась. Взгляд мой скользнул по лицу, груди, талии, и я почти ощутил всё, что там у неё под юбочкой.

Это что ведение? Галлюцинация?

В пробке настоялся и теперь мечтаю о том, чего нет?

Охренеть! Вы что издеваетесь! Как я, буду тут существовать весь вечер?

– Конечно можно милая, пусть остаётся. Здравствуйте.

Кивнул и попытался улыбнуться. Она тоже улыбнулась, и тоже кивнула, и на личике такое виноватее выражение. Чтобы это не означало мне всё равно.

Не задерживаясь в проходах, я как очумелый понёсся в душ, чтобы направить струю холодной воды, на свой почуявший добычу член.

Охренеть можно от такого стресса. Вы же предупреждайте, а то я могу и не совладать с самим собой. Нужно, в конце концов, взять себя в руки.

В душе я немного успокоился и всё хорошо обдумал.

Так, что мы имеем? Ася у меня в квартире и тут же моя жена и дочь. Отличная ситуация. Я должен был быть готов к такому повороту событий. Но оказался, готов не очень.

Ладно, справимся.

– Захар, ужин через десять минут! – прокричала Жанна под дверью.

– Окей, я понял.

Ася

Янка сама предложила заночевать. А потом утром, её отчим отвезёт нас в универ. Она так меня просила, хотела полностью рассказать про хахаля, который клеился к ней на Бали.

Сначала я испугалась и не соглашалась, но Янка всё-таки уговорила. Она такая прилипала, что трудно отказать. А ещё я подумала и попробовала представить, какие глаза будут у Захара, когда он увидит меня у себя дома. Да ещё и ночью.

Волнительно, но интересно. Потом я даже нашла в этом плюсы и решила, если будет возможность, его подразнить. Пусть почаще вспоминает обо мне.

За ужином он немногословен. На лице никаких эмоций. Только казалось, что он чем-то недоволен или даже зол. Кинул пару холодных, неприветливых взглядов и этим ограничился. Теперь уже я и сама понимала, что сделала большую глупость, когда согласилась на предложение Янки.

Я не должна была приходить. Но за окном уже темно и ехать куда-то поздно. Да и зачем? Сейчас с Янкой закроемся в комнате и никто никому мешать не будет.

Больше я не стану тут ночевать никогда.

И как я собралась его дразнить? Вот глупая, придумываю всякий бред.

Перед сном Яна, среди горы розовых подушек, долго и со всеми неинтересными подробностями рассказывала про Бали и своё знакомство.

– И представь, он только хотел сказать мне что-то и тут мама выползает. Вот блин, я прямо готова была маму втолкнуть обратно в номер, чтобы повторить этот момент.

– Не повезло, – сочувственно качаю головой.

– Ещё как не повезло. А мама ещё тоже, говорит, иди мой ноги. Прикинь. Я вообще в шоке. Иди мой ноги! Не ну нормально? Они у меня что грязные? Где она это вообще взяла? В первый раз такое слышу, мыть ноги, ты слышала такое когда-нибудь?

– Слышала в детстве, когда с улицы приду, а пятки у меня чернющие.

– Ну блин, то в детстве в деревне, а это на Бали. И тебе сколько было, а мне сколько, ну есть разница. Капец, эта мама вечно меня позорит.

Потом мы улеглись и ещё о чем-то болтали. Смотрели фильм, листали Янкин инстаграм. Потом она стала засыпать, и я тоже.

Часов в двенадцать Янка засопела, а я за ней.

Захар

Мои яйца разрывало от адреналина и от возбуждения. Мощной волной просто сносило башку.

Охренеть. Такого ещё не было. Это и опасно и безумно возбуждает. Секс в ванной под носом у жены. Риск, на грани развода.

Но я не волнуюсь. Единственная кто может пострадать от этого, моя жена.

Если сунется, это будет последнее, куда она сунет свой нос. Поэтому я обнаглел.

И моя девочка, тут совсем не причём. Нет, конечно она причём, но ведь, не я виноват, что Янка её сюда притащила.

Так что, нечего бояться. Пусть боятся другие.

Когда мой член выдал порцию спермы прямо на круглую половинку Аси, я просто задохнулся от счастья. Хотел бы я не вдёргивать своего друга, кончать и кончать в эту сладкую дырочку. Но явно не сегодня.

Спасибо уже за то, что всё вечернее напряжение спало и я, довольный и счастливый, напоследок прижал мою принцессу к груди и потянулся к её великолепным губкам, чтобы закрепить на них наше сегодняшнее преступление.

А когда она обвила мою шею своими ручками, я просто не мог удержаться, чтобы не опуститься ниже и присосаться к её великолепной груди, к этим обалденным соскам. Я сжал их и обхватил губами, как голодный щенок, что никак не может отпустить сиську набухшую от молока.

Ох!

Всё, пора сворачиваться. Пока не поздно. На прощанье я поцеловал мою маленькую девочку. У двери прислушался. А потом быстрым движением открыл и выпустил, птичку на волю.

Сумасшествие. Вот, что она со мной творит.

Ася

– Кому это ты там машешь? – услышала над ухом и резко обернулась.

Никита уже рядом, налетел как коршун и обхватил рукой талию.

– Тебе какое дело? – я стала высвобождаться.

– Милая такая улыбочка. Это тому мужику в стремном Ленд Ровере?

– Отстань.

– Нет, ты скажи, – Никита схватил меня за локоть и потянул к себе, я оказалась в его объятьях и тут же стала из них выбираться.

– Отвали придурок!

– Ну конечно, ты же у нас всем даёшь, особенно когда выпьешь, – громко сказал он.

Я вырвалась и оттолкнула его.

– Пошел вон!

– Сама пошла, сука!

Несколько человек посмотрели на нас, но все незнакомые. Я быстро обернулась. Янка уже далеко на лестнице. Хорошо, что она не слышала, а то бы…

И вообще, ситуация очень опасная. Нужно быть осторожной, можно ведь так влипнуть, что потом проблем будет целая куча.

А я – уже влипла. Разве не заметила?

Заниматься сексом с отчимом подруги, это вообще что-то такое, за гранью. Если бы я была на Янкином месте, просто растерзала бы любую свою подругу, за то, что она такое творит.

Но не я начала. Начал он. А я просто не могу сопротивляться. Никита идиот.

Всё, теперь даже разговаривать с ним не буду, не то чтобы ещё что-то.

Захар

Здоровая тётка с огромным бюстом направленным прямо на меня, вручила ключи и на прощание неприлично улыбнулась.

Надеюсь, она не представила меня в своих грязных фантазиях, уже от самого этого хотелось поскорее исчезнуть из её поля зрения.

– Спасибо, – успел проронить, когда она загружала свою огромную задницу в несчастный Пежо.

Надеюсь на заднем сидении у неё противовес, иначе колесо переднее от водителя будет всегда стираться на бок.

Ладно, не моя забота. Главное, в руке моей ключ от неземного блаженства, которое с сегодняшнего дня начну получать в больших количествах. Я представил, что буду творить с моей малышкой и тоже улыбнулся неприлично.

Хорошо, что Пежо уже уехал. Не дай бог риелторша подумала бы, что это я ей так улыбаюсь.

Ну всё, победа у меня в руках в виде ключа. Я повернулся и пошел в подъезд, назад в квартиру. И даже подпрыгнул на крыльце, так радостно сейчас на сердце.

Оттуда я уже позвонил моей сладенькой малышке и договорился о встрече.

Ася

Любимая?

Он сказал любимая?

Я повернулась к Захару. Даже не знаю, что сейчас выражал мой взгляд, но сердце ликовало. Это потрясающе. Невозможно. Неужели он настолько мне близок, и так меня…

Нет, не буду пока произносить. Я не должна говорить об этом раньше времени. Пока, это только секс и ничего больше.

А если начну считать чем-то другим, неминуемо разобьётся чьё-то сердце. А может и чья-то жизнь. Нет, я не буду отвечать на это слово. Это просто секс, приятный нам обоим и необходимый. Главное, убедить себя.

Я повернулась и вошла в комнату. Захар положил палец на выключатель, и я остолбенела от увиденного. Красота этой комнаты неописуема. Вот так сразу, я не могу сказать ничего, восторг и только. Мне стало трудно дышать, захотелось заплакать. Никогда не видела ничего подобного.

Я словно попала в волшебную комнату принцессы. Повсюду кружево, красное как кровь, и белое как снег. Поразительно прекрасно.

– Это всё для тебя, – тихо сказал Захар.

Я обернулась, он подошел сзади обхватил меня своими сильными руками, а я прижалась к нему спиной. Мне даже показалось, что этот момент самый счастливый момент, какой был у меня в жизни.

Смелые пальцы скользнули по моему телу, прошлась по талии, бёдрам. Властная ладонь скользнула по груди, остановилась и замерла на подбородке.

Всё, теперь я только хочу его… только это… квартиру, кровать, и его здесь, со мной в этой кровати.

Он повернул мою голову к себе и словно тисками сдавил пальцами подбородок.

– Ты довольна?

– Да, – выдавила я.

– Тебе нравится здесь?

– Очень.

Взгляд его, тут же загорелся безумием. Он давил пальцами и рот мой, словно у голодного птенца открывался всё шире.

Я хотела. Немедленно сейчас, чтобы он сорвал с меня одежду, раздел полностью, догола, всю.

Его палец проник мне в рот, и я обхватила его губами.

И вот тут началось. Захар поволок меня к кровати. Я едва не свалилась, но он ловко подхватил и кинул на эту, охренеть какую кровать. Приступил, медленно и беспощадно расправляться с одеждой.

А я что, я помогала. Скорее сними, сдёрни, порви…

Всё, что было раньше всё не то, вот это – настоящее.

Не прошло и минуты, и я совершенно голая лежу перед ним, расставив ноги и жду, жду, изнемогаю…

А он… не торопится. Теперь не торопится. Рассматривает меня, пожирает огненным взглядом.

Ну же, давай умоляю я в мыслях, трахни меня скорее, потом насмотришься квартирка то наша.

Но он, как будто в первый раз, хочет изучить всё сначала, по новой. Под этим взглядом я начинаю дрожать от желания, которое разрастается у меня внутри. Оно уже испытывает голод, ждёт удовлетворения.

Мои глаза не говорят, они орут – возьми меня Захар!

А он непростительно медленно расстегнул рубашку, бессовестно, тягуче, расстегнул брюки, снял их и остался в обтянувших бёдра трусах с белой полоской Найк.

Какого хрена! Трусы снимай! Кричу молчаливо.

Но он не снимает, ждёт. Чего-о-о?

Одно колено уже на кровати, одна рука оперлась о край. Он навис над моими бёдрами. Замер, рассматривает не двигаясь, а я почти не дышу.

Ну, пожалуйста, дотронься до меня! Коснись, но он только дышит, и смотрит, смотрит и дышит…

Только бы выдержать, не схватить его за руку и не потянуть на себя.

Медленно он нагнулся и коснулся губами живота.

Только от одного этого касания, я выгнулась в дугу и закрыла глаза…

О, боже…

Захар

Милая, чудная, нежная…

Вижу теперь, она именно та, о ком я мечтал всю свою жизнь…

Я заслужил, я могу, я сделаю…

Это моя награда и я вырву её у любого, кто попытается, или только даже осмелится её у меня забрать. Разорву на куски, убью, прикончу… это я загнул конечно… но кто знает. Чувствую себя просто помешанным, одержимым, повязанным с ней.

Привязанным к её телу – точно.

Ася

– Девочка, девочка моя, – шепчет, он и надвигается сверху.

Я лежу на животе. Скрутилась, как будто защищаюсь от его настойчивых ласк. Дыхание учащённо, не могу отдышаться. Я как безумная кричала, и кончала ему в рот. Такого оргазма не было ещё никогда в моей жизни. С каждой нашей встречей, я узнаю что-то новое. И это не может не нравиться.

Никто и никогда не проделывал со мной такого. Сладостная, безумно чувственная и нежная пытка, от которой я лезла бы на стену, если бы Захар не держал меня в своих сильных ладонях.

Впервые я так кричала. Мой крик удивлял меня саму. Ударялся о стены и растворялся в тишине этой спальни. Не думала, что такое бывает, только слышала, теперь узнала сама.

Боже. Я не знаю точно, но кажется, я люблю его. Вот, прямо сейчас, полюбила окончательно. Не просто в его власти, с ним я как будто одно целое. Не могу без него. С этого дня он нужен мне каждый день, каждую ночь.

Несколько глубоких вдохов и я пришла в стояние покоя.

Когда почувствовала, как крепкие пальцы умелым движением схватились за бёдра и приподняли их над кроватью. Я встала на колени, схватила подушку, прижалась к ней, как за спасение от кого-то опасного, желающего поглотить меня целиком. Оно уже проникает в меня.

Чувствую в себе его мощный член и воскресаю, моментально избавляюсь от нахлынувшей усталости. Нет, сегодня мне не стоит так долго отдыхать, я буду трахаться до полного изнеможения. Пока мы вместе не упадём в бессилии. А сейчас я готова на всё…

Его член сделал первое движение, это разбудило новое желание. Я привстала, оперлась на локти и приподняла голову.

Ладони словно перед стартом, легли мне на бедра, пальцы вцепились в округлые половинки, надавили и потянули. Моё горячее влагалище полностью поглотило член Захара. Потом освободило и снова поглотило…

Ах! Ох! Охренительно! Великолепно! Хочу ещё и ещё…

Ещё чуть-чуть и я завою оттого, как мне хорошо.

А он всё быстрее, настойчивее, все сильнее надавливая на бёдра. Долбит и долбит. Я почти подскакиваю от каждого толчка, всё глубже насаживаюсь на его обалденный член. Не хочу ничего другого в себя, только его безумный, охринительный член.

А потом, он схватил меня за волосы, потянул, я оттолкнулась руками и выпрямилась. Захар обхватил мою грудь и сдавил на неё так, что она торчала и даже не дергалась от резких движений.

Спина моя почти прижалась к его животу, а потом он толкнул меня вперёд и мы упали на кровать.

Несколькими последними, энергичными движениями он вошел, натягивая меня на себя. Горячее дыхание Захара обожгло кожу. Всё так же сдержанно он простонал мне в плечо, а потом схватил его зубами и прикусил. Мне не было больно, а даже приятно от этого мужественного, и немного безумного укуса.

И я тоже простонала как бы в солидарности, показывая как мне хорошо.

От нахлынувшей неги руки и ноги я раскинула в стороны, словно пытаясь занять всё пространство, но это была только половина кровати, меньшая её половина.

Захар привали меня своим телом. Положил руки на мои, и мы скрестили наши пальцы с силой, на какую способны только люди бесконечно желающие друг друга.

Мы лежали так, счастливо и беззаботно, ничего не тревожило и не могло потревожить. Как будто больше ничего нет вокруг нас. Только он и я.

– Тебе тяжело? – шепнул Захар мне на ухо.

– Нет, мне приятно. Не вставай.

– Хорошо, но когда будет нечем дышать, предупреди меня, чтобы я проснулся.

Я засмеялась. И вскоре мне действительно стало труднее дышать.

– Ну всё, вставай.

Он шутливо захрапел. И мне пришлось попытаться высвободиться. А когда я сделала это, Захар схватил меня за руки придавил и порычал:

– Никуда не пушу.

– Отстань, – смеялась я.

А он быстро перевернул меня, и сделал грозный вид, как будто набрасывается.

Эта игра и моё тихое счастье, здесь рядом с ним.

Блеск в его глазах, голос и губы на моих губах, без этого я не смогу. Хочу видеть его так часто, как это вообще возможно.

Неужели я буду жить здесь? А Захар будет приходить ко мне, в эту огромную кровать и мы будем заниматься любовью.

Да, такого счастья я не ожидала.

Дальше, я показывала ему свою благодарность, как могла. И буду показывать ещё долгое, долгое время.

Ася

После пар мы вышили из корпуса и остановились на крыльце. Я обернулась, нужно было что-то сказать Янке, чтобы она не тащилась за мной. Дома скучно и она каждый день идёт со мной в общагу, чтобы покрасоваться перед пацанами, да и девчонками тоже. Типа – вот она какая крутая, вся такая в бренды одетая. Но я не сказала бы, что все на неё так и смотрят, скорее смотрят на меня.

Сегодня нужно собрать вещи и переезжать на квартиру, а Янка будет только мешать, задавать лишние вопросы. Не хотелось врать напропалую, но видно всё равно придётся.

– Стой! – Янка пошла к лавочке, села и начала поправлять хлястик у босоножка. – Вот дрянь, а я ещё заплатила за них такие бабки. Придётся идти к тебе общагу, у меня мозоль.

Я ж говорила, не отвертишься.

– Ну пошли, я как раз вещи соберу, – повернулась я, чтобы идти.

– В смысле?

Хорошо, что я уже подготовила, что именно скажу Янке, чтобы она не заподозрила неладное.

– Да мамина знакомая просила к ней поселиться на время. Она работает, иногда и в ночную, а собакой некому гулять.

Надеюсь, получилось правдоподобно.

– Вообще классно. Пойдём, как раз посмотрим, где ты будешь обитать.

– Ты что, я туда не могу никого водить.

– С чего это?

– Ну так она сказала. Предупредила строго, а то сразу говорит – выгоню.

Фух…

Янка хмыкнула и, кажется поверила моим сказочкам.

Да ну её. Мне там, на новой квартире ещё Янки не хватало. Попалиться совсем не хочется. Понятное дело.

Пришли мы в общагу. Я с вечера уже и так достаточно собрала, ещё осталась одна сумка и можно вызывать такси.

– Да, жаль, что ты к этой тётке переезжаешь, – разочарованно потянулась Янка и свалилась на мою кровать.

– Нормально.

– А гулять по ночам как?

– Так я почти не гуляю.

– А если в клуб, или куда? В общагу можно и не вернуться, у меня заночевать, а у тётки не прокатит.

– Посмотрим, это что такая проблема? – возразила я, на её странные аргументы.

В дверь постучали.

– Входи! – кричу.

Открывается дверь, стоит Никита. Его ещё тут как раз и не хватало. Осмотрел сумку и чемодан.

– Чего надо? – грубо так говорю, чтобы не думал права качать.

– А ты куда?

– Не твоя забота.

– Слушай Ася, можно тебя на минутку, – он недовольно прищурился и глянул на Янку.

– Нет нельзя, уходи, – сказала я сердито.

– Ну, пожалуйста, – тон его смягчился.

– О Господи, – я бросила вещи и пошла на выход, – только одну минуту, у меня нет времени с тобой болтать.

Мы вышли. Он потянул меня к окну в конце коридора.

– Слушай, извини меня, я тебя назвал… – начал Никита.

– Ну? Что дальше?

– Прошу прощения.

– Всё? Прощаю, – я хотела уже идти.

Он схватил за руку и потянул назад, обхватил меня, прижал к себе.

– Руки убери!

Он нехотя отпустил.

– Ася, я прошу тебя…

– Слушай, ты совсем тупой или притворяешься? Я сто раз повторяла и снова говорю, я тебя не хочу, и не буду с тобой встречаться. Это понятно? У меня есть парень, он любит меня, а я его. Что непонятного?

Никита молчал. В какой-то момент мне его даже стало жалко. Захотелось сказать ему что-то приятное.

– Олька, с первого этажа, давно в тебя влюблена. Вот и встречайся с ней, чего ты ко мне привязался?

– Я тебя люблю.

– Но я то нет.

– Я могу сделать так, что ты меня полюбишь, – он снова взял мою ладонь и потянул к себе.

– Ну хватит, надоело, – я выдернула ладонь, – У меня уже язык болит, тебе повторять всё время одно и тоже.

Он вздохнул, а я развернулась пошла от него в свою комнату.

– Ты ещё пожалеешь, – сказал он мне вслед, но я даже не повернула головы.

Янка сидела на кровати, красила ногти на ногах.

– Что ты с ним такая грубая, нормальный парень.

– Да ну его, – я закрыла сумку, потом достала из другой сумки чистую футболку. Хотела переодеть, а то пока собирала вещи, немного вспотела. Я отвернулась от Янки и сняла футболку, что была на мне.

– Ой, что это у тебя? – Янка, указала пальцем на моё плечо.

– Где? – я попыталась посмотреть.

Но не увидела ничего и подошла к зеркалу. Сзади, на плече, красное пятно и даже следы зубов.

– Это что? – Янка вскочила с кровати, подошла близко и посмотрела, – это кто тебя укусил?

– Никто, – попыталась я соврать.

– Как никто, это же явно укус, даже видны следы от зубов.

Она смотрела на меня удивлённо, и как бы показывая, чтобы я сейчас не сказала, она не поверит что это не укус. Взгляд её требовал ответа.

– А, это Никита меня укусил пару дней назад. Поэтому теперь я на него такая злая. Больно же. Зубы у него, как у лошади.

– Ничего себе даёт Никита. Прямо как мой отчим маму раньше кусал. То за плечо, то за шею. Он видно во время секса звереет что ли. Мама моя ещё и довольная ходила, показывала – смотри, как Захар меня кусает. От страсти.

Тут, я вообще притихла, боялась лишнее слово сказать.

Ну его нафиг с его укусами. Не хватало спалиться. Вот блин…

Я вызвала такси, попрощалась с Янкой и уехала на новую квартиру.

Захар

Вот и отлично. Теперь она моя целиком и полностью. Остаётся только любить и баловать. А как обычно балуют девушек и женщин, конечно, дарят им подарки и цветы.

Ася

О боже.

О чем ещё может мечтать девушка? Об огромном букете алых роз, о сладостях и о подарках. Ну и конечно, о великолепном, красивом мужчине с накачанными мышцами, который подхватит на руки и осыплет поцелуями, а потом сожмёт в стальных объятьях и будет трахать меня в разных неприличных позах. Сильными руками раздвигать мне ноги и проникать членом в моё горячее влагалище.

Теперь, это не мечта, это – моя реальность.

Я запрыгнула на него, обхватила и впилась губами в его губы. А он держал меня силой своего тела, потому что в руках у него торт и цветы. Смешно и так романтично.

– Тихо, тихо, сейчас торт упадёт, – смеялся Захар.

– Ну и пусть падает, – хихикала я.

– Отпусти, подожди, сейчас.

Пришлось слезть с него и идти в кухню. Он положил цветы и торт, обернулся в руке пакетик.

– А вот это тебе подарок.

– Что?

А пакетик от известного ювелирного бренда, прямо перед моими глазами. А потом Захар поднял его надо мной и сказал:

– Получишь только после того как поцелуешь.

Два раза повторять не нужно, конечно поцелую, ещё и как. Я обхватила его шею, потянула к себе голову, а он, как бы шутя, упираясь, приблизился.

Мои губы коснулись его губ и это заставило Захара, в первую же секунду опустить руку с подарочком. Я схватилась за пакет и отскочила. Он засмеялся.

– Так не честно, это обман! – попытался забрать, но я успела увернуться.

– А честно требовать поцелуй вначале, а не в конце?

– Ну конечно. Только я не понял, что ты имеешь в виду.

– Сначала подарок, потом поцелуй. И то, если понравится.

– О, какая ты…

Я быстро разделалась с пакетом и коробкой, открыла футляр и увидела великолепную золотую цепочку, с кулоном в виде сердца, пробитого стрелой.

– Это моё сердце, пробитое твоей стрелой, – Захар обхватил меня сзади, когда я залюбовалась кулоном.

– Ай, как красиво Захар, – я окрылённая подарком повернулась к нему.

Не знаю почему, но теперь я вдруг почувствовала, что всё у нас серьезно. Если до этого подарка казалось, что мы вместе так просто, потому что нам хорошо, то теперь ощутила другое. Ведь этот кулон, он что-то означает. Он как бы символ, нашей зарождающейся любви, в которой я всё меньше и меньше сомневалась.

Если ещё вчера я бы говорила об этом с осторожностью, то сегодня с каждой новой минутой понимала, всё намного серьёзнее чем кажется. При всей кажущейся лёгкости наших отношений, день за днём мы проваливаемся в них всё глубже.

Дорога назад всё труднее, если вдруг кто-то из нас захочет из этого выйти. С каждым днём наши чувства только крепчают. Я чувствую, что необходима ему, а он, как ни опасно это понимать, необходим мне.

Я начинаю по-серьёзному на нём зависать, начинаю хотеть его в любое время дня и ночи. Хочу трогать, касаться, и во сне замирать в его объятьях каждый день, а не только когда у него выдастся момент чтобы переночевать со мной.

Всё сильнее я ощущала себя неотделимой от него, и даже готовой на многое лишь бы мы не расставались.

Захар

Мои любимые соски, от них невозможно оторваться, сосать и сосать как младенец.

Божественное удовольствие. Мой язык неугомонный, трогает всё, лижет.

А член только и хочет одного, чтобы кончить в эту маленькую, упругую дырочку.

Моё тело наполняется натужным предвкушением, оно охватывает каждую конечность и заставляет работать только на него. Предвкушение оргазма. Чувствую, как становлюсь сверхчеловеком, способным на что… не важно…

Трахаю и трахаю, что ещё я должен делать.

Пальцы сжимают круглую задницу Аси, с силой и легким безумием.

Чувственное наслаждение, и я от него не откажусь. Кончаем почти одновременно, я падаю на неё, и Ася обхватывает меня своими маленькими ручками.

Безумие. Блаженство.

Ася

– Прикинь, Захар ушел из дома.

– Какой Захар? – мы сидели на лавке и ждали пары.

Я достала тушь и подкрашивала ресницу, когда Янка это сказала, я даже мазнула по глазу от неожиданности.

– Черт!

– Ну какой, папаша мой, отчим, – Янка жевала жвачку и глянула на мой глаз, на котором теперь красовалось черное пятно.

– Да. И что? – я заинтересованно уставилась на Яну, в ожидании, что она скажет дальше.

– Ну и что, поцапались с матушкой за то, что она все бабки на уколы ботокса потратила. И что-то там ещё. Ну и мне кое-что купили. Обычный шоппинг. Мы что теперь должны себе во всём отказывать? Если он бабки экономить решил мы не виноваты.

– А она много потратила?

– Да немного, тыщь пятьсот кажется.

– Ни фига себе вы на шоппинг тратите!

– Так он на неё наорал и сказал, что она на Франкенштейна похожа, прикинь.

Я спрятала косметичку и задумалась, а потом спросила:

– А куда же он пошел?

– А я знаю? Уже несколько дней его дома нет. Наверное какой-нибудь своей поблядющки, у него их наверняка куча.

– А ты откуда знаешь?

– Ой, да я всё знаю. Он матери постоянно с кем-то изменял, она вечно его ловила. А у меня мать если поймала, то обязательно разбираться идёт. И поверь не без вырванных волос. Матушка моя тогда превращается реально в монстра. Она его знаешь как любит, и за него готова любую с говном смешать.

Тут я немного поникла. Страшно стало. Да, страшно. Если матушка Янкина узнает и сама Янка, они обе точно меня смешают с чем-нибудь.

Но, где же Захар?

Захар

Ни хрена себе!

Только почувствовал свободу от одной, как другая уже пытается наложить свои маленькие прекрасные пальчики на мою свободу.

Только вылетел, с облегчением вздохнул и огляделся, только завеялся с партнёрами по злачным местам, она уже звонит – где ты. Твою ж мать!

Это какой-то замкнутый круг. Все баба одинаковы. Пару раз трахнешь, а она уже наяривает – ты где?

Я – отныне свободный человек.

Делаю что хочу, хожу, куда хочу, трачу, сколько хочу, и никому никакого отчёта нести не должен. Кто не доволен – их проблемы.

Не давал никаких обязательств по поводу Аси, просто улучшал её жизнь с той лишь целью, чтобы она за всё это была благодарна. Всего-то.

А тут такое – ты где!

Извините, вам забыл отчитаться.

Теперь заведёт истерику. И чем это отличается от того что устраивает Жанка? Да ничем.

И сейчас, я должен лично для неё, разложить по полочкам – кто есть кто.

Не хватало еще, чтобы какая-то девчонка указывала, где мне быть. Жена не указывала, а девчонка и подавно не будет.

Ася

Он лежал, закрыв глаза. Может спал. Мерное его дыхание словно прекрасная музыка для моих ушей.

Его прекрасный профиль. Я не могла оторвать взгляда от его губ, волевого подбородка. Протянула руку, хотела дотронуться, но остановила движение, замерла, чтобы не тревожить.

Он устал, работал, зарабатывал деньги. Для того чтобы я жила в этой квартире, и ни в чём не нуждалась. Он и так даёт мне достаточно много…

Но я хочу, чтобы он был со мной – всегда.

А не слишком ли много я хочу? Нет, это не многого.

Мой взгляд бродил по телу Захара. По крепкому животу, по широким плечам, по шее, и мощной груди с небольшой порослью волос. Медленно, размеренно его грудь вздымалась при вдохе и опускалась при выдохе. Я хочу, чтобы он был рядом. Каждый день.

Не удержалась, тронула его грудь и легла на плечо. Не открывая глаз, Захар обнял, прижал немного и положил ладонь мне на голову.

Просто движения, но сколько в них нежности, и даже… любви.

Ну почему он не со мной?

Я вздохнула.

– Что тебя тревожит, – услышала и приподняла голову.

Захар открыл глаза, подложил под руку ладонь и посмотрел на меня.

– Не знаю, – сказала, но сама очень хорошо знала, что именно тревожит меня.

Это вертелось на языке, но я опасливо понимала, если сорвётся, если не удержится, могут быть проблемы. И тогда вот эти тихие минуты, могут больше не наступить никогда.

Но как объяснить самой себе – сказать молчи. Будь довольна уже тем, что есть и не требуй большего. Как остановить слово, что вот-вот вырвется и всё испортит.

Его тяжело остановить…

Я тронула пальцами его губы, провела по щеке, возле глаза, тронула ухо и улыбнулась. Как будто заранее извиняясь за то, что сейчас скажу.

– Ну, я же вижу, ты хочешь мне что-то сказать, – подталкивает он.

И я не выдерживаю:

– Хочу, чтобы мы жили вместе.

– Этого не будет. По крайней мере, не теперь, – сказал, отрезал.

Освободил от моих рук своё плечо и встал. Я смотрела на его спину, бёдра, ноги. В них сила, защита, и в них моя любовь. Да любовь. Вот теперь я точно могу это сказать. Если раньше просто не понимала себя. Брала то, что мне дают, и просто наслаждалась тем что есть, то теперь, когда он так резко встал, глядя на его сильное тело, мне стало страшно. Что если сейчас, после моих неосторожных слов, он оденется и уйдёт.

– Но почему? – очень глупо, но я всё лила масло в огонь.

– Сколько тебе лет? – обернулся Захар.

Он стоял передо мной голый, но в непримиримой, даже требовательной позе. И мне стало страшно от выражения на его лице.

– Двадцать два, – пролепетала, но колесо уже не остановить.

– А мне – скоро сорок.

– Ну и что, это не главное.

– Главное, что мы с тобой на разных планетах, понимаешь? Нам хорошо пока мы вместе недолго, и не часто. Но только стоит начать вместе жить…

– Ну и что я хочу, – настаивала я.

– А я нет, – осадил он меня. – Я не хочу начинать всё сначала. Мы будем вместе пока нам хорошо, не больше.

Он повернулся и осмотрел меня жадным взглядом. Я вижу, как он хочет и тоже любит меня, но его любовь – она другая.

– Тебе плохо живётся здесь?

– Хорошо.

– Тогда к чему эти вопросы? Я прихожу и этого достаточно. Пока я не готов ответить на твой вопрос – почему.

Он вышел в кухню, а я села на кровати, обхватила себя руками, как бы защищаясь от слов, что сейчас прозвучали.

Нужно остыть и просто понять, что нам хорошо и что всё, что я делаю, это двигаю наши отношения к концу. А я этого не хочу больше всего на свете. Значит нужно просто молчать. Не требовать ничего того, чего он сам не захочет дать.

Или…

Можно попробовать заставить его, мне это дать…

Я вздрогнула от мысли, которая как ветер влетела в воспалённый желанием любви, мозг. Она влетела и заставила мысли двигаться по-другому.

Если Захар не хочет – нужно его заставить и теперь, я знаю как…

Захар

От Аси сегодня ушел рано. Не понравились её разговоры.

Вот так привяжи к себе собачку, а потом отпихивай, не отпихнёшь. Я не хочу, но то, что она пытается, образно говоря – хватать меня за шею злит, заставляет показывать характер. Она должна чётко знать границу, и надеюсь, сегодня я на это указал. Другое дело что Ася, скорее всего, будет настаивать на своём.

Всё всегда одинаково – сначала крышу сносит от секса, потом начинают плакать, как мало уделяю внимание, потом начинают хватать за горло, и в конечном итоге, приходится с кожей отрывать от себя.

Почему нельзя просто наслаждаться?

Вопрос риторический… вечный.

Ася

Уже несколько дней Янка совсем пришибленная. В стрессе, от того, что теперь не имеет возможности разбрасывать деньги направо и налево. В каком-то смысле жаль её конечно, но постепенно, жалобы по поводу отсутствия денег начинают меня просто бесить.

Да что она вообще знает, о том, когда у тебя нет денег на обычные вещи, а не на дурацкое платье, или новые джинсы.

В перерывах она постоянно жаловалась на отца, ругала его самыми последними словами. И мне надоело по третьему кругу слушать, какой кобель её отчим.

– Я вообще от этого всего в шоке. Матушка золото понесла в ломбард. А что дальше, вещи начнём продавать? Дизайнерские джинсы продавать не собираюсь. Пусть матушка продаёт. А мне в универ в чём-то ходить нужно. Он мне, как собаке, пять тысяч кинул. На – и живите полмесяца. Ну нормально? Так я пошла себе босоножки купила, а матушке не сказала, пусть выкручивается и думает на что нам жить.

– А зачем же ты деньги потратила?

– У меня, когда плохое настроение, я иду и что-то покупаю.

– Так вы не покупайте пока ничего, есть же вещи, зачем ещё? – удивляюсь я её странному легкомыслию.

– Сейчас похолодает, в чём мне ходить? В том же пуховике, что в прошлом году, так он уже устаревшей модели. В этом году другая мода. Я должна в старье ходить, потому что папаша решил деньги не на семью тратить, а шалав своих, членососок.

Такие слова мне вообще не понравились, тем более что я не членососка, я никогда в жизни не сосала и сосать не буду.

– А почему ты считаешь, что он встречается с шалавой, может с приличной женщиной?

– Интересно, что это за приличная женщина, которая мужика из семьи уводит? На такое только самая настоящая шалава способна.

– Ну, знаешь, – я уже начинала злиться, – вы тоже с матушкой привыкли, такие деньги тратить. Я вот, например, на десять тысяч в месяц живу и ничего, справляюсь.

– То ты, а то я. Не сравнивай, – она уже вообще не понимала что говорит.

– А чем я тебя хуже? – я сердито нахмурилась.

– Начнём с того, что ты приехала с провинции, у вас там на такие деньги все живут, – чем дальше, тем хуже.

– Хорошо, вот ушел отчим и всё, теперь не будет у вас столько, сколько раньше, что ты будешь делать?

– Да вернётся, куда он денется. Потрахается, погуляет, да придёт к маме прощения просить. Это всё у него так, просто ударила ему сперма в мозг, вот и побежал раздавать.

– Ты так уверена? А если не придёт? Может у него там серьёзные отношения. Может эта женщина женит его на себе, родит ему ребёнка.

– Что ты такое говоришь? – Янка недовольно и раздраженно глянула.

– Нет, ну представь, что это не женщина, как вы с матушкой думаете, а молодая красивая девушка, с фигурой с лицом и умная ещё при этом. Думаешь, она отпустит такого мужчину, как твой отец. Сомневаюсь. Если только она не полная дура, – сказала я, и как будто даже не Янке, а себе.

Говорю, а сама представляю, как всё это будет. Будем жить с Захаром, любить друг друга до безумия. Он-то точно от меня без ума, ну и я от него. Мы вместе и у нас появляются красивенькие дети. Я не транжира, деньги его будут в полной безопасности. Знаю цену деньгам и уважаю труд человека, который их для меня зарабатывает. В моём лице он наёдёт всё что искал и даже больше. Я экономная, хозяйственная, чистоплотная.

И постараюсь, чтобы он от меня никуда не делся. Нужно только поменьше ему об этом говорить, а то действительно, вернётся к Янкиной матери.

А сама Янка стала мне даже неприятна, с какого-то момента нашего разговора. У нас с ней явно разные цели, и только одно общее, её отчим.

– Ну да, скорее всего это какая-то нищенка или провинциалка, типа тебя. Ненавижу этих приезжих, – дальше воротила Янка.

– Получается, что ты и меня ненавидишь, если так.

– Тебя нет, я же с тобой дружу.

– Странная дружка, ты всё время хвастаешься, а я слушаю, – меня что-то даже понесло, – надоело без конца слушать, сколько стоит твоя обувь и вещи. Я хочу разговаривать на нормальные темы, а ты мне вечно слова не даёшь сказать. И всё должно быть по-твоему.

– Да что ты болтаешь, – недовольно повернулась она.

– Нет, я серьёзно, ты такая вся прекрасная, в дорогих шмотках, а я так, рядом стояла. Ты всегда не забываешь мне это напомнить. И вещи у меня типа все отстойные, вот теперь почувствуешь, что такое ходить в отстойных вещах.

Она посмотрела на мою блузку и даже как-то брезгливо сказала:

– Такое как на тебе никогда не надену, это же дешевка с эконом магазина.

– Важно не сколько стоят мои вещи, а то, что у меня в голове, – огрызнулась я.

– А у тебя и в голове ничего нет, ты же тупая. Я за тебя курсовую писала, помнишь, или уже забыла?

Мы отошли друг от друга на приличное расстояние и на следующей паре уже сидели за разными столами.

Вот и всё, кончилась дружба. А я думаю, была это дружба или что?

На третьей паре пришла смска от Захара – Жду тебя за углом.

Значит, вовремя я поссорилась с Янкой. Теперь не будет допытываться, куда я иду. Вот и хорошо. Буду сама по себе. Мне нужен только Захар.

Но на четвёртой паре мы уже помирились, не могу долго злиться. Да и ей нужно же перед кем-то умничать, а никто кроме меня слушать её не хочет. Короче, мы снова сидели вместе.

– Пройдёмся по магазинам, – не унималась Янка, интересно, на что она собиралась ходить по магазинам?

– У меня другие планы, – лучше бы мы были в соре, как теперь отвязаться от неё и идти за угол, вдруг привяжется.

– Ты в последнее время такая скрытная стала. Ничего не рассказываешь.

– Тётка строгая, стараюсь её не злить.

– Плохо. Перебиралась бы обратно в общагу, хоть погулять нормально можно.

– Нужно подумать. Но вряд ли. Она матушке нажалуется.

Когда закончились пары, я попрощалась с Янкой на лестнице и пошла в ту сторону, где за углом ждал меня Захар.

Захар

Ох, как я соскучился.

Весь день, без конца вспоминал об Асе. Решил, как закончу с делами, вот прямо приехать и сходу трахну её прямо в машине.

Написал сообщение, что буду ждать, и когда подъехал к университету, пристроился так, чтобы никто не заметил мою машину. На тот случай если Ася выйдет с Янкой. Не хотелось, чтобы дочь видела на кого я променял её мать. Ну и конечно не хотелось скандала и проблем для Аси.

Я прождал уже около получаса, когда увидел наконец, фигурку Аси показавшуюся из-за угла. Она шла в направлении авто и волосы её так красиво развевались, а грудь при каждом шаге так содрогалась, что я почувствовал как неизбежно и бесповоротно, твердеет и встает мой член.

Да, здесь и сейчас. Никуда я не поеду пока не отымею её прямо здесь, у всех под носом. Пусть только сядет рядом, только закроет дверь. О-о-о-х. Поскорее бы…

Ася села рядом со мной, повернулась и я налетел на неё всем своим телом. Схватил за шею сзади, притянул к себе голову и всосался губами в её губы.

Она даже не успела сказать – привет.

Я прошелся губами по шее и уху. Жадно и словно насыщаясь, коснулся языком.

– Я тебя хочу, – прошипел ей в лицо и увидел испуганный взгляд.

– Что прямо здесь?

Но я не шутил, одной рукой уже расстёгивал ширинку.

– Давай девочка, сделай это для меня, – я потянул её за шею, попытался нагнуть к своему высунувшемуся из ширинки ещё не слишком твёрдому члену.

Ася вдруг стала сопротивляться, уперлась ладонью мне в ногу. Ещё сильнее и требовательнее надавил и тут же почувствовал её мягкие губы на своём члене.

– О, да давай детка.

Я всё ещё держал её голову, чтобы она не высвободилась, никуда вдруг не исчезла и не сбежала. Тёмные волосы Аси, закрыли всю картину от посторонних глаз. Даже от моих. Ну и ничего, пусть так, только бы она не останавливалась. Но Ася не торопилась, всё медлила, я не понимал почему.

Наконец, спустя пару долгих минут нерешительности, губы Ася кольцом сомкнулись на члене и я надавил, проталкивая его вглубь её рта. Несмело и неуверенно, она сделала пару движений, а потом стала двигаться быстрее, всё ещё упираясь.

Нет. Я не уберу руку до самого конца. Так долго ждал, только её увидел, сразу захотел, и это желание должно быть вознаграждено.

– Умница, – вздыхал я, когда она обхватила член пальцами и стала помогать себе рукой. – Да, давай, давай.

Я откинулся и прикрыл глаза. Сквозь, щёлки глаз я иногда видел проходящих мимо людей. Но ничего не могло отвлечь или потревожить меня сейчас.

Мой член стал каменным. Он вобрал в себя столько силы, сколько давненько не вбирал. Под этими нежными и такими любимыми губами он становился железным молотом, что может и гвоздь вбить, если надо. Смеюсь, конечно, но сила моего члена и меня самого поразила.

– Да, вот так, давай, давай девочка.

Он кипел, и вот вот собирался разразиться потоком спермы. Я схватил Асю за волосы, а она потянулась рукой, как будто показывая, что больно, но сейчас мне было всё равно.

Ася громко сопела носом, иногда выпускала член изо рта, чтобы получить хоть немного свежего воздуха, но потом снова брала в рот и это приводило меня в совершенное исступление. Головка члена касалась нёба, я чувствовал, как проскальзывает она между зубов и почти достаёт до горла Аси. О боже, что за невиданное ощущение. Минет от любимой, давно я такого не получал.

Рот мой перекосило от удовольствия, губы подрагивали, я уже почти не контролировал процесс, только рука моя всё ещё держала волосы Аси, чтобы в нужный момент стать твёрдой и не дать вырваться.

Ноги мои расставлены. Я влип в это кресло и ничего больше не могу.

Я даже не обращал внимание на какого-то парня, что стол неподалёку и разговаривал по телефону. Да какое ему дело.

Внезапно вспышка, я ослеп от удовольствия. И натянул рот Аси на свой член с таковой силой, что даже почувствовал, как она чуть ли не начала задыхаться. Я кончать ей в рот, она пыталась вырваться. Но слабо.

– Терпи, терпи, – крикнул я, и она затихла и позволила кончить.

Я откинулся, закрыл глаза.

Молчание с минуту, потом возня. И я услышал:

– Ты настоявшее животное, – она с силой, на которую способен воробей, стукнула меня по плечу.

Я засмеялся:

– Да детка, я животное, ты права. Отлично сосёшь, нужно будут это повторить.

– Никогда, – возмущённо отвернулась она, – я не хочу это больше делать, и никогда этого не делала.

– Ой, маленький, ты что никогда не брала в рот член? – я потянулся к ней такой возмущённой и обиженной.

– Нет, и не собиралась брать. Ты меня изнасиловал своим членом.

– Ну прости маленький, я просто так тебя захотел, прощаешь?

– Нет, – оттолкнула она мою руку.

– Ну хочешь, пойдём сегодня в ресторан?

Она немного повернулась, глянула и недоверчиво прищурилась.

– Ты приглашаешь меня в ресторан?

– Да приглашаю, в самый лучший, в какой захочешь.

– А что я надену, у меня даже нет платья и туфлей для ресторана.

Я счастливо вздохнул, потянулся застёгивать ширинку.

– Так мы сейчас поедем, и купим тебе всё, что захочешь.

– Ой, правда? – она повернулась и даже потянулась ко мне.

– Конечно, правда малыш.

– Ну ладно, – Ася прижалась к моему плечу, и уже совсем на меня не злилась.

Ещё раз я умилённо вздохнул. Да, малышка совсем целомудренна. Я был первым, кто получил от неё минет. Это радует. Пусть он был не таким уж и уверенным, но я получил настоящее удовольствие.

Ася

О-го-го!

Неприятный, и такой трудный минет, открыл дверь, о которой ещё полчаса назад, я даже не мечтала.

Вот это да. Значит иногда нужно просто немного потерпеть неудобство, чтобы получить желаемое.

Ну как неудобство. Конечно, я совсем не рассчитывала вот так, сходу глотать его сперму. Пару раз чуть не блеванула, но слава богу пересилила себя. В паре моментов даже нашла в сосании члена что-то приятное. Но только в паре, в основном конечно недовольство зашкаливало, но лишь до того момента, пока Захар не сказал, что мы пойдём в ресторан. А когда добавил про одежду, тут я и вовсе прозрела.

Эй, да я кажется начинаю стремительно меняться местами с моей подругой. И не скажу, чтобы мне это совсем не нравилось. Наоборот.

Ещё вчера это была только снятая квартира, и кулончик, а сегодня уже и шмотки пошли в ход. я не барахольщица, но приодеться на дурняк не откажусь. Тем более у нас любовь, что тут такого.

Не задерживаясь на достигнутом, и не давая застояться своим обещаниям, Захар застегнул ширинку, ласково посмотрел на меня и завёл мотор внедорожника. А я почти уже почувствовала себя, не просто какой-то там любовницей из-за угла, которую никому нельзя показывать, а совершенно законной девушкой. С законным правом на этого шикарного мужчину.

Ну и что с того, что он отчим моей подруги, вот теперь мне на это точно наплевать.

И хоть я не очень корыстный человек и не люблю пользоваться чужими средствами, но вот сегодня посчитала, буду пользоваться средсвами Захара по праву его девушки.

Ха! Такой минет заделала, да он должен на руках меня носить.

А он и носит. Подъехали к торговому центру, куда раньше я ходила только как на экскурсию. Потому что тут цены зашкаливают. Одна вещь стоит невероятные деньги. Например, туфли тысяч тридцать или пятьдесят. Я таких денег в руках не держала за всю свою жизнь, а не то чтобы туфли покупать.

Захар потянул меня в какой-то магазин. Было страшно, но я делала вид, что не какая-то провинциалка и в одежде разбираюсь. Девушка продавец тут же бросилась нам на встречу.

– Вам что-то подсказать?

– Да, подберите пожалуйста платье, вечернее но чтобы приличное, – сказал Захар.

– Минуту, – девушка осмотрела меня взглядом в котором и обмерила, и удивилась, и не поняла выбора Захара. В нём же, в этом взгляде желание угодить и продать не смотря.

– Прошу, – она вытянула со стоек несколько платьев.

Захар без вопросов и возражений выбрал красное.

Я как кукла, которая должна примерять то что дают, нарядилась в красное и вышла к нему.

Захар молчаливо пожирал меня взглядом и всё что смог выдавить в конце этого разглядывания – берём.

Потом туфли в другом бутике, где все стены уставлены обувью. Захар выбрал чёрные лодочки на шпильке, и тут я была безоговорочно согласна.

По ходу купили мне две пары новых джинс, несколько футболок, юбку карандаш, курточку и кроссовки, просто потому, что проходя мимо отдела, я с тоской посмотрела туда. Вспомнила о своих старых кроссовках, которые доживают. Захар поймал это взгляд и подтолкнул к магазину.

Я была на десятом небе от счастья, но вела себя достаточно скромно. Это он ходил возле стоек и всё бросал и бросал на кучу одежду, которую я должна примерить.

Когда продавцы озвучивали суммы я была в тихом шоке, но не подавала вида, а он просто подавал карту и всё, мы шли дальше.

Потом все эти покупки привезли домой.

Я как счастливый ребёнок, снова начала всё на себя мерить, выходить к Захару, и он лёжа на кровати, смотрел как я радуюсь. Думаю, это доставляло ему огромное удовольствие.

И ещё я поняла, то как радуется покупками его жена, ему давно уже не трогало его.

Мужчина должен чувствовать, как женщина рада его подаркам. Он должен получать от этого удовольствие так же как и она. Не от того, что именно он купил, а от того как его за это поблагодарили.

Если у него взяли кучу денег и сказали – спасибо милый, мало кто так захочет?

А вот если от радости покупок на него набросились, расстегнули штаны, и сели на его возбуждённый член, а потом подскакивали и кричали спасибо, спасибо, спасибо!

После такой благодарности он будет покупать и покупать, бесконечно.

В этот вечер в ресторан мы не попали, потому что я набросилась на захара, так как от себя самой не ожидала. И мы трахались до изнеможения прямо на вещах разбросанных по кровати.

Когда я оттраханая, разморенная, почти без сил валялась на кровати, он обнимал меня и я погрузилась в бесконечное ощущение счастья. Как будто ничего больше не нужно, только его тело рядом с моим, и его рука на моей талии, с силой притянувшая, обозначающая границы его владений.

Это ощущение занятости, полной и постоянной. Теперь я только его, а он только мой. Можно просто молчать, чтобы чувствовать это. Думаю, он тоже почувствовал. И уже скоро, сам запросит меня о том, о чём я просила его, но получила отказ. Он сам не сможет уходить от меня в ночь, сам захочет просыпаться рядом, и по утрам разнеженные и податливые мы будем заниматься любовью.

Он сделает всё сам…

Захар.

Уф!

Это что-то.

Кажется, я начинаю проникаться прелестями неженатой жизни. И непременно нужно завтра зайти в юридический, пусть кто-то займётся моим разводом. Нет, лучше нанять того, кто занимается именно разводами, я не хочу, чтобы в самый ответственный момент пришла Жанка и испортила мне всё веселье.

Да, завтра же подаю на развод.

Но это будет завтра, а сегодня мы с моей любимой, в лучшем ресторане нашего города.

Ася в красном платье, которое я выбрал сам. Красивая, стройная, сексуальная, до моего полного подчинения этой красоте и сексуальности. Буду одевать её как куколку, расчесывать её прекрасные волосы, застёгивать босоножки и сам буду пользоваться этой красотой.

Мы сидим в ресторане за столиком. Это так непривычно для меня. Как будто постигаю всё заново. Но только в лучшем виде и с лучшей девушкой. Пусть все любуются, какая мы прекрасная пара.

Мне нравится, как Ася смущается и тревожится, как испуганно оборачивается. Пусть лучше так, пусть чувствует себя простой девчонкой, а не зажратой скандальной сукой, какой бывала в ресторанах моя жена. Она бесила меня тем, как ковырялась в еде, выискивала недостатки и заявляла о них официантам, а иногда даже требовала шефа, чтобы высказать своё недовольство. Безумная стерва.

Неужели это мои деньги так её испортили. Надеюсь мою Асеньку не постигнет та же грустная участь. Очень надеюсь.

Мой взгляд на потрясающем декольте. Оно стыдливо прикрывает грудь наполовину и чуть выше сосков, но открывает простор для взгляда, принуждая пройтись по сочным полушариям, которые то и дело содрогаются от каждого движения Аси. Я так засмотрелся, что не заметил даже, как кто-то подошел и положил ладонь мне на плечо.

– Привет Романов!

Я обернулся.

– Привет Парамонов!

Пашка Парамонов мой давний друг. Я встал, мы обнялись, и обменялись крепким рукопожатием. Когда-то, ещё в самом начале нашего пути к деньгам, мы вместе мутили бизнес.

– Ну как ты, старик? Всё там же? – весело спросил Пашка.

– А где же ещё, там же конечно. Где бабки, там и я, ты же знаешь.

Пашка рад был видеть меня, но взгляд его всё время перебегал с меня на Асю.

– Ах, познакомься, это Ася.

– Как приятно, – он подошел, потянул руку Аси и приложил к своим губам, совершенно нахально разглядывая её грудь.

– Эй, эй приятель, ты не увлекайся, – сказал я весело, но сам, прищурился и вцепился взглядом в лицо Аси.

Как она реагирует.

Она смутилась, пыталась отнять у него пальцы, но он всё держал их какие-то долгие секунды. Потом ей всё же удалось убрать руку, а он всё ещё щупал взглядом её лицо и грудь.

Пашка, ещё тот ловелас, а я скорее однолюб. Если уж полюблю кого, то это надолго. Конечно, любовь глохнет, но с Асей, я думаю до этого момента ещё очень далеко.

Когда, всё время оборачиваясь, Пашка отошел, я глянул на Асю и сказал:

– Ещё немного и я вцепился бы ему в горло своими острыми зубами.

– Он так разглядывал меня, разве так можно? – смущённо покраснев жаловалась она.

– Нельзя, но глядя на тебя, об этом многие забывают и я в их числе. Если бы он не ушел, ему бы точно не поздоровилось. А ведь он, мой хороший друг.

– Такой друг, что в наглую рассматривает твою девушку.

– Сегодня мы ему это простим.

Я улыбнулся, но сам в душе очень обеспокоился этой неожиданной встречей. А Пашка такой крендель, он классных девок не пропускает. Надеюсь, он помнит наш уговор, ещё тогда в годы молодые. Девок друг у друга не отбивать.

Да и Ася по уши в меня влюблена, она вряд ли будет смотреть на других мужиков. В ней-то я уверен.

Ася

Я волновалась, чувствовала неловкость, стеснение. Впервые в таком важном заведении и в таком виде. Честно сказать, в какие-то моменты я брала себя в руки и кидала гордый взгляд в сторону, показывая всем своим видом, что со мной не впервые произошло подобное, и я часто хожу в рестораны со своим мужчиной.

По большому счёту, наверное это вообще никого не интересовало, но я почему-то была уверена, что всё мужики пялятся на меня и тем более на мою грудь, которая вот-вот вывалится из офигенного платья, которое выбрал для меня Захар.

Платье конечно классное. Но почему у меня такое ощущение, что я совершенно голая.

Вот и мужчина друг Захара, так смотрел мне в декольте, что я подумала, он сейчас носом в него упадёт.

В этот вечер я впервые в жизни была в ресторане, и ела такую еду, название которой даже с первого раза не смогла выговорить. Я читала меню и понимала, как глупо я буду выглядеть, если начну умничать и тыкать во что-то пальцем, поэтому предоставила выбор Захару, он-то знает что будет вкусно, а что нет.

Ели мы какую-то очень вкусную пищу – тартар из чего-то там, я не запомнила чего. Потом мясо, кажется по-каталонски. Запивали вином, но вкус его мне не понравился, хоть я об этом и не стала говорить. Потому что я так поняла, бутылка такого вина стоит дорого.

А вообще в ресторане мне понравилось, только я немного не поняла в чём смысл. Прийти поесть и чтобы на тебя посмотрели? Скукота. Вокруг нас сидели важные люди, молодёжи почти нет, все степенные и вальяжные.

Вот если бы мы сходили в клуб, думаю мне бы понравилось больше чем здесь. Ну да ладно нужно привыкать быть важной особой, ведь у меня такой мужчина, а значит, я не кто-то там попало, я его девушка, а может и будущая жена. Кто знает?

Когда мы поели и попили, стало совсем скучно. Хоть и играла тухлая музыка, это совсем ни к чему не располагало. Я немного захмелела от выпитого вина и сказала Захару, уже ничего не скрывая:

– Здесь так скучно и кругом одни старики. Если бы не еда, я бы не стала тут оставаться так долго.

– Милая, это самый дорогой ресторан в городе, сюда не приходят поесть гамбургер.

– Очень жаль, а я бы с удовольствием съела гамбургер и картошку фри.

Захар снисходительно улыбнулся.

– Ну хорошо, больше мы сюда не придём.

– А может нам куда-нибудь в клуб поехать? Вот я слышала, на прошлой неделе место прикольное открыли, называется – Аквариум…

– Хочешь в клуб, поехали в клуб.

Он поднял руку, чтобы расплатиться.

Отсюда поехали в клуб. И так он находился тут же, в центре, долго ехать не пришлось. Припарковались. Я вышла из машины и сразу увидела у входа очередь.

– Ой, придётся стоять.

– Не волнуйся маленький, мне ещё никогда не приходилось стоять в таких очередях.

Мы подошли ко входу, Захар достал что-то из портмоне и охранник тут же кивнул, и вежливо так попросил нас войти.

Девицы что стояли в очереди надменно осмотрели меня и пренебрежительно фыркнули.

Внутри, мне сразу понравилось. Сначала мы спускались по ступеням. Приглушенный, таинственный свет, стены разрисованы, словно вода и водоросли. Так красиво, что как только оказываешься в этом месте, уже не можешь повернуть назад. Тебя тянет внутрь каким-то таинственным образом, словно водоворотом затягивает и бессмысленно сопротивляться.

А мы и не сопротивляемся. Даже хотим, чтобы нас засосало. Внутри – вообще отпад. Кругом все танцуют, на стойках извиваются полуголые девицы и парни. Трясутся прямо над нашими головами. Они обнимают, трогают друг друга, заставляя хотеть, чтобы трогали тебя и самой трогать кого-то.

О да, я чуть пьяна и уже почти хочу потрогать Захара. Это мой вечер и сегодня я обязательно кого-то натрогаюсь.

Только сели за столик заказали выпить, как меня прямо потянуло на танцпол. Даже не думала, что буду настолько смелой, выпив только пару бокалов вина. Но я была очень смелой, встала и начала танцевать.

А мелодия обтекает, заставляет поднять руки, закрыть глаза и поплыть, поплыть по её бескрайней глади. Моё тело оно как будто ожило, встрепенулось, задвигалось, так как двигаюсь только сама для себя, когда никто не видит. Сколько раз я танцевала в комнате одна, сколько раз мечтала в танце о любви, о большой, безумной, страстной любви. Которая сорвет мне крышу, сшибёт с ног и заставить подчиниться и отдать ей всю себя без остатка.

И вот я открыла глаза и в ту же секунду поймала пристальный и жадный взгляд Захара. Наши взгляды встретились, переплелись, потянули нас друг к другу, и в тот же момент пронзило одной и той же стрелой наши сердца. В ту секунду я поняла, что влюбилась в Захара страстно, окончательно и бесповоротно.

Всё что я хотела, чтобы он взял меня, сорвал платье и трахнул, да хоть вот здесь посреди этого клуба… Хотела, чтобы он смотрел на меня, трогал, облизывал, всё что угодно, я вся для него.

В его взгляде тёмная буря, и мне стало понятно, что уже совсем скоро она снесёт меня с этого места…

Захар

Я пожирал взглядом её тело. Разрывал на ней это платье, стягивал трусики и впивался в её губы губами.

О, детка, какая ты…

О нет… черт.

Не знаю, как я смогу дотерпеть до дома. Она творит со мной, что-то невероятное. Ещё минута и мой член будет виден всем и каждому, даже в темноте.

А ещё не хотел в клуб, что я мальчик, что ли таскаться по клубам. Оттаскался уже, хватит. Но чего не сделаешь ради неё, девочка хочет потанцевать и я не могу отказать.

Я смотрел на танцпол и видел драгоценность, которая теперь только моя. И я согласен на многое, чтобы это длилось как можно дольше. Её тело в этом платье в свете огней, и меняющихся цветов, оно горело и обещало секс и любовь только для меня.

Невозможно вот так остановить природный процесс охвативший желанием мои органы. Твою мать… я махнул рукой, подбежал официант.

– Есть приват?

– Конечно, можете пройти направо, комната – Солнце свободна.

– Окей, спасибо. Я сунул купюру ему в карман, и он поблагодарил ещё раз.

Потом я уже не ждал, если подожду ещё чуть-чуть, придётся идти со стоячим и хоть тут не сильно светло, но я беспокоюсь о своём собственном неудобстве, чем о том, кто что увидит. Я встал и махнул Асе рукой. Она остановилась вопросительно глянула и пошла с танцпола, пробираясь между танцующими. Ася следила за мной взглядом и шла туда, куда иду я.

Тёмный угол, за ним коридор похожий на пещеру, я схватил Асю за руку и оттащил, как пещерный человек тянет в логово добычу. Быстро и пристально рассматриваю рисунки на дверях. Гора, облако, дерево, да где же бля это солнце?

Наконец-то мы у двери с дурацким рисунком. Развели херню, рисунки рисуют. Я толкнул дверь, затянул Асю и быстро закрыл дверь, как будто в страхе, что кто-то другой ворвётся и испортит мене всю малину. Или того хуже начнёт выгонять и спорить, что тоже очень хочет трахаться… Нет люди я первый, и пока не воткну свою член в Аськину промежность, в меня отсюда не вытянете, даже под угрозами.

Я с силой толкнул к двери Асю, она влипла в неё и подняла руки, как будто сдаётся, прижала их к поверхности, показывая, что я могу делать всё что захочу.

– Я чуть не умер когда смотрел на тебя там…

– От чего?

– Хочу тебя.

– Я тебя тоже, – она смотрела мне в глаза при свете тусклого освещения и полумрака комнаты.

Мне не нужно было разъяснять, я сам видел её страстное желание.

Я двинулся на неё на это платье, как бык на красную ткань. Придавил всем телом к двери, положил ладонь ей на шею. Пальцы торопливо и жадно поползли вниз, стягивая с груди платье, оголяя тело Аси до самой талии.

Другой рукой я уже расстегивал брюки. Ася помогала мне, теребила пальцами ремень, но на самом деле только мешала.

– Подожди, – прошептал я, и она остановилась.

Я расстегнул брюки, а она нетерпеливо проникла пальцами под резинку моих трусов и обхватила член, я тихо простонал от такого уверенного захвата. Да, она очень быстро учится.

Моя ладонь уже у неё между ног, быстро прокладывает дорогу, стягивает трусики. Но я не могу терпеть, я поднимаю её ногу, отвожу в сторону и нащупываю мокрое влагалище. Она хочет так же сильно как я.

Некогда томиться, нужно брать и брать. Я не жду, хватаю вторую ногу Аси и с громким вздохом насаживаю её влагалище на свой член.

Хватаю губами сиськи. О боже, они великолепны и так пахнут. Мой язык, словно змей, веется по ним, ползает от одной к другой. От одного соска к другому.

Мать его… ёп…

Ася обхватывает меня за шею и стонет, подняв подбородок. Она вздрагивает от каждого моего движения, и вздрагивают её сиськи.

Это картина, которая вырывает из моей головы последние остатки разума и кидает моё тело в подчинение чувствам. От которых, я становлюсь просто тупым дураком. Я хочу это тело бесконечно, всегда. Хочу трахать и трахать мою Асю без остановки. И мне плевать на всё остальное и на всех, пусть кататься… Плевать…

Толчок, ещё толчок. Я вбиваю Асю в эту дверь, как сумасшедший. Мой член обезумел, как и я…

– Моя, моя… – повторяю, а она соглашается.

– Да, да, да…

Чувствую, как колотится моё сердце оно словно мотор болида, качает и качает кровь, будоражит её и гонит, заставляет двигаться, вспыхивать и охлаждаться, без остановки.

Вся сила в одно движение, назад, и снова вся…

Слышу, как трётся об дверь шелковистая ткань платья, как ударяется задница Аси и хлюпает где-то там внизу между нашими органами.

Всё происходит само собой, моя сила её слабость.

Её влагалище, сочное, маленькое чистое и мой член достойный этого удивительного влагалища.

Губы мои дрожат от надвигающегося оргазма, по лбу стекает капля пота, ещё одна и ещё. Волосы всклокочены, как у безумца. Я чувствовал, как Ася разворошила их, хватая меня за голову, за шею за плечи. Натягиваю и прижимаю к двери, снова натягиваю и, улыбаясь дурной, натужной улыбкой, которая говорит о приближении сумасшедшей волны, раздирающей всю мою жизнь на до, и после …

Ася задышала, грудь её подскакивает и опускается, дергается и трясётся, а я уже не ловлю, я жду вот, вот, вот…

Аааааааааааах!

Бляяяяятььььь!

Это что-то невероятное!

Дергаюсь, выпуская потоки спермы, которых не так много как кажется, но я судорожно стреляю ещё, и ещё. Прижимаюсь к её груди и открываю рот, чтобы напоследок ухватить ещё немного этого круглого чуда, чтобы остановить самое последнее груди движение всасывая сосок.

Ася тихо застонала, схватив меня за ухо.

Бляяятььььь!

– Я тебя люблю! – выдыхаю ей в грудь, совершенно осознанно это понимая.

– И я тебя люблю, – шепчет она, повисая у меня на руках.

И мы замираем, чтобы почувствовать, как момент этот запечатывается в памяти нас обоих.

Ася

Я готовила на кухне лёгкий ужин, когда в дверь позвонили. Оставила нарезку салата и весело пошла открывать, не сомневаясь, что это Захар.

Щёлкнул замок и, передо мной…

– Никита? – от удивления я расширила глаза, – но как ты узнал?

Не успела что-то сообразить, как он шагнул в прихожую, дернул дверь и она захлопнулась, оставляя меня наедине с парнем.

Не скажу, что я так уж сильно испугалась, но осознание того, что сейчас придёт Захар и застанет здесь постороннего человека, не обещало ничего хорошего. Я не собираюсь давать никаких поводов для ревности.

Возмущённо я упёрла руки в боки, собираясь прогнать нахала.

– Неплохо устроилась, Никита по-свойски вошел, осмотрел комнату, – кроватка ничего себе. Нехилый траходром. О, ужин готовишь, может пригласишь?

– Никита, пожалуйста, уходи. Сейчас придёт мой парень, и я не хочу, чтобы он тебя здесь увидел.

– А что такое? – деловито повернулся Никита, – Не хочешь, чтобы он знал, что мы с тобой встречаемся?

– Мы не встречаемся, ты меня с кем-то перепутал.

– Значит, будем встречаться. Это недолго устроить.

– Не мечтай даже. Ты мне совсем не нравишься, – дерзко сказала я.

– А кто трахался со мной на вечеринке в общаге? Разве не ты? И вроде тогда ты была совсем не против, так широко раздвигала ноги, что я сразу понял, как сильно тебе нравлюсь.

Его наглость начинала мне надоедать. Рассердилась и подошла совсем близко, начала выталкивать его в прихожую, но он стол на месте и я не могла никак его сдвинуть.

Тогда я оставила эту попытку и начала снова по-хорошему.

– Пожалуйста, уходи, я не хочу проблем, но они будут, если мой парень тебя тут застукает. Я скажу, что ты ворвался…

Он потянул ко мне руки, схватил меня за плечи и прижал к себе:

– Асенька, пожалуйста, прошу тебя, будь со мной. Ну зачем тебе этот старикан, из-за денег да? Так я заработаю, я всё сделаю, для того чтобы ты ни в чём не нуждалась. Прошу тебя брось его.

Я упиралась и пыталась высвободиться, но он крепче и у меня плохо получалось. Становилось страшно, что вот сейчас откроется дверь и войдёт Захар.

Он может подумать всё, что угодно.

– Да уйди ты, – злобно толкнула я Никиту и дала ему звонкую пощёчину.

Он отошел на шаг улыбнулся, и положил ладонь на щёку.

– Ну хорошо, раз не хочешь по-хорошему и сама, значит, будет по-плохому. Завтра после пар придёшь ко мне в комнату в общежитии. А если не придёшь, то весть универ и весь город и даже страна увидит, твой великолепный минет в машине.

– Что? – меня дернуло будто от удара токам, только небольшого такого разряда пока ещё маленького.

– То, что слышала.

В голове пронеслось воспоминание о том моменте, когда я под напором руки Захара сосала его член…

Но как? Откуда видео? Он врёт, точно врёт. Тогда откуда знает?

– Ничего я ни у кого не сосала, что за бред, – возмутилась я, а сама вцепилась в лицо Никиты, взглядом пытаясь понять, врёт или нет.

На лице его уверенность и наглая улыбка.

Ну всё трындец!

Откуда-то взялось видео и теперь позор на всю страну. А он выложит, точно выложит. Он в своей любви ко мне, какой-то злой. Потому что я всё время отталкиваю. И не задумается, выложит видео, если оно есть. Но вот есть ли?

– Покажи, – я протянула руку, – ну давай, покажи.

С ехидной улыбочкой на лице, от которой я поняла – видео есть, он достал телефон. Отошел от меня на пару шагов, видно чтобы я не бросилась и не вырвала. Пощелкал что-то на экране, а потом повернул ко мне экран. Поднял повыше, чтобы я не дотянулась. И тогда я увидела действительно ужасную картину.

Снималось как бы наискосок, как будто телефон держали неровно. Но то, что происходило в черной машине трудно было не понять. Темноволосая девушка, совершает движения и любой, кто это увидит, сразу поймёт что происходит. Лицо Захара почти не видно за тёмным козырьком. Да и моё лицо тоже рассмотреть не удаётся, за волосами.

Но само понимание, что это я заставило меня густо покраснеть.

– Ну что, и теперь будешь выебываться?

– Это не я, – попыталась я хоть как-то спастись от надвигающейся угрозы, – докажи что это я, там же не видно лица.

– Но ты-то знаешь, что это ты и я знаю.

– Этого недостаточно, – теперь уже я нахально попыталась ответить.

Он смутился всего лишь на мгновение, а потом сказал:

– Это не всё видео, я показал тебе только кусочек. А полная версия, там где ты садишься в машину и как он тянет тебя за шею, это всё у меня надёжно спрятано.

– Ты врёшь, – улыбнулась я, понимая, что он блефует.

– Нет, зачем мне врать? Конечно, если ты хочешь, чтобы уже сегодня вечером все увидели, как ты сосёшь, я могу и видео в интернет, мне то что, просто тебя жалко.

Чувствую, так дело не поёдёт нужно что-то предпринимать, причём срочно, пока не пришел Захар.

– Ладно, чего ты хочешь?

– Ну вот, совсем другое дело. Завтра после пар придёшь ко мне в общагу.

– Зачем?

– Я покажу тебе полную версию видео, и мы договоримся.

– Я не буду с тобой договариваться.

– А придётся.

– Ну хорошо ладно, я приду завтра в общагу, доволен? А сейчас уходи.

– А поцеловать на прощание? – он потянулся ко мне рукой, но я стукнула по ней.

– Обойдёшься, – я толкнула его в грудь, но он снова уцепился за меня, только чтобы показать, что он сильнее и мои дерганья ни к чему не приведут.

– Уломала, я пойду, но завтра жду тебя. И попробуй не прийти, тогда уже вечером ты знаешь, что произойдёт.

– Я приду, – процедила я сквозь зубы.

Он двинулся к двери, открыл её и обернулся. Улыбка его не понравилась мне. Она показывала его власть надо, и в одно мгновение я стала зависимой от какого-то человека, совершенно на пустом месте, стала кем-то, кем не хотела быть.

Паршиво.

В этот вечер, когда пришел Захар, я всё время была задумчивой и грустной. А на вопрос – что меня тревожит, отвечала – ничего такого.

Захар

Мне показалось, или она действительно стала задумчивой рассеянной. Ася стала другой. Всего за пару суток что-то изменилось и как я не старался развлечь, рассмешить, она плохо реагировала и только делала вид что смешно.

Нет, мне не показалось так и есть. Она расстроена, узнать бы чем.

А как узнать, если она молчит?

А тут ещё странное совпадение, я заходил в подъезд и увидел, как из него прямо выбегает парень. Мне показалось, или действительно это был он, тот парень, которого я не раз видел возле универа, когда встречал Янку. И даже пару раз видел, как он разговаривал с Асей, а один раз даже держал её за руку.

Может это ошибка и мне всего лишь показалось?

Но зерно сомнения уже упало, и понемногу стало пробиваться в моём влюбленном сердце, превращаясь в маленький, но такой неприятный росток.

Ася

Весь день, с самого утра – сама не своя.

Какое-то странное чувство. Всё время сосет в животе, даже после завтрака и обеда не отпускает тянущее предчувствие страха.

Боюсь, конечно боюсь. Не дай бог, он скинет видео в интернет и тогда всё. Я не представляла, какие могут быть последствия, но понимала – это будет катастрофа.

Страх, словно заковал в стальную клетку и я, как испуганный, маленький зверёк молчаливо выглядывала из неё в ожидании, что со мной сделают дальше. Сама я не знала, что делать, как поступить. Только с большим нетерпением и болью в животе ждала, когда всё закончится, и я смогу вздохнуть с облегчением.

Разные выходы из ситуации придумывались в голове. Пойти и убить Никиту. Шучу конечно. Или пообещать, что буду с ним, заставить стереть видео. Это казалось самым удачным решением. Притворится, прикинуться и согласиться на его условия, а потом незаметно стереть видео.

А если он не дурак, скопировал его куда-то. Скорее всего, так и есть. Будет постоянно меня этим шантажировать.

Ох, как страшно, если узнает Захар, это самое худшее. Я боялась этого больше всего. Ведь это может разрушить наши отношения. Даже не хотелось представлять что будет.

А если рассказать всё Захару? Нет. Нельзя. Он разозлится и кто знает, может даже прогонит меня из квартиры, а я так не хочу отсюда уходить.

Короче сначала нужно попытаться отжать у Никиты видео. Может, послушает меня и сотрёт, тогда всё решится само собой.

Захар

Не знаю, как я приехал домой. Достал её сумку и стал кидать на неё шмотки.

Злость моя зашкаливала, но чтобы не биться головой об стену, я бросал вещи. Некоторые рвал, и тоже бросал на пол.

Вот сука – обманула!

Меня – Захара Романова! На которого стоит очередь из крутых тёлок!

А одна та самая единственная, которую люблю, хочу, от которой крышу рвёт – обманула.

Как так?

Я сжимал кулаки, хватал и бросал вещи. Рвал и бросал. И без конца повторял – вот сука, вот сука!

Потом остановился, сел на кровать и опустил голову на ладони. Схватил себя за волосы, чтобы было больно.

Как же так? Ведь я всё для неё всё, а она просто пользовалась, и смеялась. Меня имела, как хотела и ходила к этому уроду в общагу.

Вот я идиот, какой же идиот. Как она могла, маленькая хитрая сучка?

Внутри всё кипело, руки дрожали и сердце со страшной силой колотилось от ярости.

– Захар! – услышал я вздрогнул и посмотрел в проём двери.

Сейчас она покажется там и я не смогу, просто не смогу этого вынести. Ася вошла в комнату и сразу глянула на сумку и на вещи разбросанные по комнате.

– Убирайся, – процедил я сквозь зубы.

Я чувствовал, как горит моё лицо от гнева, как сжались кулаки и ярость с новой силой закипает в жилах.

– Ты всё не так понял, – лицо её растерянно, но не до такой степени, чтобы я начал слушать то, что она сейчас начнёт мне тут рассказывать.

Я не слепой и верю своему зрению, а не каким-то историям, которые придумывала она по дороге.

– Я ничего не хочу понимать, – сказал я жестко, – вали отсюда и чтобы я никогда тебе больше не видел.

– Ты должен меня выслушать…

Да что ж такое, я вскочил, схватил сумку, потом Асю за руку и потянул к выходу.

– Убирайся грязная шлюха! Я найду, кто тебя заменит, не волнуйся уже сегодня на твоё место придёт другая.

– Нет, Захар, прошу тебя, – она упиралась, цеплялась за косяки дверей, – ты не понял, у него видео, где мы с тобой в машине, он меня шантажирует!

– Иди, придумывай где-то в другом месте, пошла отсюда! – я толкнул её за дверь, на лестничную клетку и туда же кинул сумку.

– Захар, выслушай меня, кричала она из-за двери, и стучала своими маленькими кулачками, – он сказал, что скинет это видео в интернет!

– Мне плевать, иди к нему. Убирайся!

– Ты должен мне поверить! Я не уйду, пока ты не выслушаешь меня.

Не хочу ничего слушать. Придумывает по ходу, а я не идиот, чтобы этим сказкам верить. Как я был слеп. Она обманывала, а я верил и любил.

Пошел на кухню. Настойчивый стук в дверь разносился по квартире, но совсем не тревожил, пусть стучит. Устанет, остановится.

Встал у окна, только тут стали появляться какие-то мыли.

Всё ещё слышал, как она кричит про какие-то видео, про шантаж, но не мог понять, при чём тут это и поцелуй который я видел. Она просто стояла и целовала его, а он облизывал её губы своим мерзким языком. От этого воспоминания меня передернуло. Картина этого мерзкого поцелуя, отпечаталась в памяти как слайд который теперь я не скоро смогу забыть. Не стереть, не выбросить.

То, что она скажет в своё оправдание, ничего не значит. А вот этот слайд, что стоит перед глазами значит всё.

Пока я думал об этом, стук затих. Ни звука с лестницы и за дверью.

Неужели ушла?

Если ушла, значит – я прав.

Так и есть.

Я был прав.

Ася

Долго, долго я стучала в эту чертову дверь. Плакала, просила, снова стучала. Сидела на полу, на лестничной клетке. Проходили соседи, косо смотрели, кто-то предлагал помощь, спрашивали, может взломать дверь, но я отказывалась.

Ну что я могла? Уже сделала кучу глупостей. А сейчас, сидя у двери, страшно жалела, что не рассказала всё Захару, в тот же момент, когда он пришел тогда, после ухода Никиты.

Пару часов прошло, но я всё не успокаивалась. Я верила, что он сейчас побесится, позлится, подумает и откроет, чтобы мы хотя бы поговорили.

Прислушиваюсь, в квартире тишина. Ни звука.

Уйти, разозлиться, вернуться в общагу это значит расписаться в том, что я не права. А я права, и если я сделала глупость, это не значит, что меня нельзя простить. Если так любит, как говорит, пусть простит.

Сама я не знаю, как поступила бы, если бы увидела, как он с кем-то целуется. Просто не знаю…

И снова стучу в дверь и жму на кнопку звонка. Я не уйду, даже если придётся тут ночевать, прямо на лестнице.

Я сидела, притулившись к двери, подобрав под себя колени. Тело затекло и ныло от неудобной позы, но не могла же я лечь тут, перед квартирой. Проходящие мимо люди могут подумать, что я пьяная.

В какой-то момент я почувствовала что засыпаю, а когда голова упала на руки, я даже засопела. Хотелось спать. Хорошо хоть сумка с вещами защищала мой зад от холодной плитки, а то и правда пришлось бы ехать в общагу.

Сил не было уже даже встать, я словно кукла скрючилась у двери и не могла разогнуться, притулилась и так заснула…

Захар

Всё не могу больше терпение на пределе, держусь из последних сил.

Выдавлю из себя злость уже по капле. Ещё немного и не выдержу. Но пока она здесь пока просит, умаляет, я креплюсь и держу лицо.

Пусть знает, как обманывать меня, пусть чувствует. Если бы мне было плевать на неё, я бы давно ушел. Что мне ночевать негде? Это же смешно. У меня нет с этим проблем.

Вот только уйти и оставить её одну и самому остаться одному, это уже ковырнуть щель и раздвинуть её ещё больше. А может и надо.

Не слишком ли я вцепился в эту девку.

Что я себе дальше думаю? Сейчас вот так получилось, а что будет дальше?

Все бабы одинаковые – тупые как валенки.

Она подумала… придумать такое, это даже с умом мыши не каждая способна. А у нее, что за мозги? Как у муравья. Чтобы на шантаж пойти и позволить засунуть себе в рот мерзкий язык. Ещё неизвестно, куда он ей засовывал его раньше.

Но крики её такие искренние. Я вижу, она не лжет. Протупила, бывает. Нужно дать ей время, пусть выговорится, пусть выльет всё, а потом буду решать.

Когда пазл в моей голове окончательно сложился, я понял, как всё было.

Да Ася глупа, но кто сказал, что мне нужна умная баба. Пусть будет глупой по-своему это даже не плохо. Главное ведь те функции, которые она будет выполнять и ум тут не причём, я не собираюсь вести с ней интеллектуальные беседы.

Ася действует меня совсем по-другому. Только тело и лицо – вот все что мне нудно. Она сама – такая, как есть. Пусть без ума, пусть будет немая, глухая и даже слепая, я буду заботиться о ней, такой как есть. Ей не нужно думать своими мышиными мозгами. И не нужно придумывать тупых планов по спасению репутации, я всё это смогу сделать за неё, сам.

Главное ведь это её лицо, руки, губы, грудь её задница и вся фигура, всё её тело. Только это главное и за это тело я готов ей простить очень многое. Очень.

Но сейчас я был непреклонен. Столько, сколько мог…

Захар

Я не из тех мужиков, которые не терпят женских слёз.

Наоборот, наслаждаюсь этими слезами, любуюсь. Способен доводить до слез, чтобы увидеть. Я не жестокий, просто мне нравится смотреть, как плачет Ася, только она, как стекают одна за другой, её сладкие слёзы и она размазывает их ладонями по щекам.

Она лежит и только иногда, вскользь смотрит мне в глаза, присматриваясь к моей реакции. Пытаясь понять настроение. Но я холоден и нетерпелив. Уверенными, требовательными движениями расстёгиваю платье, стягиваю с плеч, потом дергаю, чтобы стащить его полностью. Ася не сопротивляется, она податлива и тиха. Платье – это всего лишь обёртка для моего любимого тела, и она сейчас совсем не нужна.

Дергаю не жалея, что-то трещит, но мне всё равно. В комнате и так уже много разорванных вещей. Они всё ещё валяются на полу, но от этого зрелища я распаляюсь ещё больше.

Ася всё ещё роняет слёзы, но уже я чувствую, как она разгорается.

Теперь в мои чувства добавилась и злость. Я ещё думаю простить, или не простить, а пока заставлю её подчиняться.

Движения спокойны и последовательны. Я холоден, и будто даже равнодушен, но умом понимаю – моя. Целиком и полностью моя.

Теперь она согласна на многое, лишь бы я не выгнал за порог этой квартиры. Хочет быть рядом со мной. Чтож я позволю, но только условия буду диктовать сам. Пусть знает и чувствует, никакие её капризы не заставят меня идти у неё на поводу.

Я дергаю Асю за руку, поднимаю с кровати.

Она стоит передо мной голая и послушная.

В штанах у меня напряжение и тяжесть. Это нужно решить пояснить этой красавице, свою главенствующую позицию. Чтобы однажды и навсегда она поняла, будет делать только то, что я прикажу.

И я точно знаю, чего хочу сейчас.

– На колени, – говорю грубо.

И этим наслаждаюсь.

– Что? – Ася пугается моего голоса и в глазах у неё замирает страх.

Но почти сразу его место занимает покорность и она медленно становится передо мной на колени.

– Снимай штаны.

Ася тянется пальцами к молнии джинсов, тянет её, расстёгивает и стягивает с меня джинсы, оголяя ноги. Мой член, едва сдерживаемый трикотажем трусов уже в полной готовности, нужно только потянуть резинку и он сам укажет на себя.

– Снимай трусы.

Руки Аси дрожат. Она в испуге смотрит то на мой член, то на лицо.

Чего пугаться? Ну да, возможно вот так перед своим во всей красе она его ещё не видела. Так пусть посмотрит, какой должен быть член у нормального мужика. Уже не девочка пора учиться и запоминать. Нужно хотеть самой засовывать его в рот по любому поводу.

Но этот момент напряжения и страха, мне нравится. И он неповторим.

Когда привыкнет такого уже не будет.

Она берётся за резинку трусов и медленно тянет их вниз, освобождая от всех преград моего верного помощника. И он колом встаёт прямо перед её лицом.

Ася громко вздыхает. Поднимает взгляд и смотрит мне в глаза то ли в желании не смотреть на член, то ли в ожидании указаний.

– Бери его.

Она обхватывает пальцами.

– Оближи сначала головку.

Ася снова вздохнула, нерешительно приблизила лицо к члену. Неуверенно вытащила язык и лизнула головку.

От одного этого прикосновения, мой член дернулся от удовольствия и напрягся.

– Обхвати его губами, пососи.

Она сделала, как сказал, и я откинул голову и посмотрел в потолок.

– Давай девочка, сделай мне приятное.

Ася облизала головку и я чувствовал, как становиться смелее её язык, увереннее двигается вокруг головки.

– О, черт, – простонал я, – а теперь обхвати губами плотно.

Я снова глянул туда, где она обхватила мой член губами. В этот момент я готов был взлететь от наслаждения. Тронул подбородок Аси и одобрительно погладил.

– Умница, – и я продвинул член дальше в её рот, – держи плотно, смотри на меня.

О, это удивительное ощущение, смотреть сверху на её грудь, на её задницу и совать свой член в её открытый рот, очумелое ощущение.

– Соси его, давай детка.

И глядя мне в глаза, Ася начала медленно сосать ….

Ася

О нет, только не это. Опять.

Я чуть не окосела, когда эта огромная штуковина приближалась к моим глазам. Вспомнилась фраза из фильма ,,одноглазый змей,, и я реально подумала, что это змей.

Когда Захар в приказном тоне сказал его облизать, я чуть сознания не лишилась.

Но чувствую нужно стараться, а то и правда найдёт другую. В желании угодить я согласна засунуть это чудовище к себе в рот. Но чем дальше он продвигался, тем больше я понимала, одно дело сосать в машине, а другое вот так, во всю его длину пытаться запихнуть себе в глотку.

Захар смотрит мне в глаза, я смотрю в его.

Кажется, он издевается, но нет. Я касаюсь члена языком и наслаждение подергивает щёку Захара, заставляет приоткрыть рот и впиться взглядом в мои губы, что обхватили этот невероятный ствол.

Его член достиг последних границ моего горла. Но он всё пробивает и пробивает себе дорогу, как будто я не человек, а резиновая кукла, в которую можно запихнуть всё до конца, вместе с яйцами.

Это кажется мне обидным. Хочу попробовать сопротивляться, но боюсь. Захар так настойчив, что кажется это и есть та жертва, которую он согласен принять, чтобы меня простить. И я снова стараюсь.

А он толкает всё сильнее. Я раскрываю рот широко как могу. И вроде есть в этом что-то приятное.

Чувствую, как колени мои раздвигаются, воздухом наполняется промежность, начинает дышать и независимо от моего желания требовать удовольствия. Неизвестно ещё, будет оно сегодня для меня, или нет.

Сегодня мне придётся работать на то, чтобы доставлять удовольствие ему. А я и не против, только не согласна на преумножение моих способностей. Пусть не думает, что я кашалот…

Но когда он потихоньку накрутил мои волосы себе на кулак и стал действительно глубоко запихивать свой член мне в рот, я реально чуть не блеванула, в один из таких заходов.

– Давай, открывай шире, обхватывай, – говорит он, и я делаю так, но блин чем дальше, тем хуже.

Не могу, он такой большой.

Я старалась, очень старалась, но в какой-то момент он засунул его так глубоко, что я с силой толкнула его и попыталась высвободиться.

Это уже слишком. Он что не чувствует границ дозволенного?

Закашлялась, упёрлась ладонями Захару в ноги и стала толкать, сопротивляться. А он всё держал меня за волосы и насаживал мою голову на свой член.

Я дернулась так сильно, что стало больно и я отскочила и закричала:

– Я не могу! Не могу больше! Не хочу! – меня дергало от конвульсий и рвотного рефлекса.

– Черт!

Он жестко дернул меня за руку и за волосы, что всё ещё держал в своей руке. Дернул так, что даже мозги мои наверное перемешались в голове.

Потом толкнул на кровать и мне ничего не оставалось, как упасть и раздвинуть ноги. Захар сразу навалился на меня всем своим телом и быстрым движением вставил член во влагалище.

– Ах! – выдохнула в его рот, который тут же накрыл мои губы.

Пусть лучше так. Пусть оттрахает меня и придавит. Я согласна на всё, лишь бы не запихивать член к себе в рот. Где это видано, чтобы такая маленькая и миленькая девушка, как я запихивала эту огромную штуковину себе в рот.

Движения его мощные настолько, я чувствовала его злость.

Ладно, злись, но я даю тебе всего один день, завтра ты сам будешь ползать на коленях.

Я расставила руки, обхватила тело Захара и вцепилась когтями в его спину. Он остановился, посмотрел мне в глаза, а потом с новой силой вставил член.

Всё колыхалось постель, моя грудь. Я хваталась за его руки, что упёрлись в мои бёдра и тащили их. В меня вселилось что-то новое, и тоже злое.

В какой-то момент я поняла, что он не может без меня также как и я без него.

Да он может меня заменить, но как заменить чувство…

Захар

Проснулся, открыл глаза, повертел головой. Глянул на своё голое тело. Чего-то не хватает на этой раскуроченной ночным сексом постели. Вернее кого-то…

На кровати только я один.

Наверное, Ася пошла, готовить мне завтрак. Вот умница. Завтрак и быстрый секс сейчас, как раз кстати. Вспомнил про вчерашнее злое настроение. Сегодня оно рассеялось как дым. Ничего. Ни одной злобной тучки на горизонте.

Вдруг, до моего расслабленного отличным здоровым сном слуха, донеслись рулады неприятных звуков.

Кажется Ася блевала в ванной.

Это что я девчонку довёл до такого состояния, что аж вот так?

Вот хрень. надеюсь, у неё ничего не повредилось. Да что может повредиться от такого чудного изделия как мой друг. От него должно быть только много приятного, но никак не состояние блевания.

Тогда какого хрена она блюёт?

Я потянулся, напряг мышцы, так что аж задрожал.

Эх, хорошо тут. Жаль что сегодня ещё куча дел.

Может ещё успею насадить Асю на свой корень жизни. Сейчас отблюётся и нужно, чтобы рот прополоскала получше. Не хочется нюхать блевотину.

А лучше пойду в ванную и прямо под душем засажу моей девочке, перед рабочим днём, чтобы легко и весело работалось.

А что это неплохая и свежая идея. Надо включить её в распорядок дня. Утренний трах перед пробежкой, или после побежки, или перед душем.

Если я пробегусь, уже и трахаться не захочу, а если трахнутсь… короче, нужно действовать по ситуации и по желанию. Моему конечно. Ей-то что, останется только подчиниться моему решению.

Эх, хорошо-то как. И чего я раньше жил с этой престарелой Жанкой. Аж дернуло от воспоминания. А сейчас каждое утро, лучик весеннего солнышка, малютка Ася у меня на члене и целый день я счастлив.

Что-то долго она там, пойду, потороплю.

Я встал как есть, в костюме Адама, то есть голый.

Захожу в ванную, сидит моя девочка, в обнимку с унитазом.

– Что такое, съела чего-то?

Она головой качнула.

– Тебе плохо? – я присел рядом.

А она голая и такая хорошенькая, даже запах не совсем приятный не стал преградой для моего нарастающего желания.

– Иди сюда, – я потянул её от унитаза.

– Отстань, – увернулась она и новый позыв заставил меня отстраниться.

Волосы её падали на белый ободок, и я подумал – теперь точно нужно принять душ вдвоём. Я её хорошо помою и в честь того что ей так плохо, ладно уж не буду заставлять сосать мой член. Но только до вечера.

– Ну чего ты? – я нагнулся и посмотрел, как она в порыве открывает рот.

В какой прекрасный овал он превращается и как неплохо смотрелся бы мой член в этом наряженном овале.

– Мне плохо не видишь, – она повернулась, вытерла рукой рот.

Я засмотрелся на её позу.

Изгиб спины, круглую попку и ножки… сейчас бы полезть сзади, ничего что упираться придётся в унитаз, мы же потом помоемся.

– Вижу малышка, что тебе плохо, но мне пора на работу и я хочу ещё по быстренькому тебя…

– Совсем сдурел, я не хочу, мне тошнит!

– Подумаешь, тошнит, я быстро. Ты можешь даже не отрываться от своего занятия, мне это не мешает.

– Ты дебил?

– Что за словечки у тебя? Нет, я не дебил, просто хочу тебя. Ну, иди сюда видишь, как я тебя хочу.

Члену моему не объяснишь дебил не дебил, он как всегда в своём репертуаре. Ему подавай сладкую дырку моей Аси и всё тут. Может справиться и самостоятельно. Главное чтобы его никак не обзывали.

Она села рядом с унитазом у стены, поджала ноги, и попустила голову на руки.

– Боже как мне плохо, прямо выворачивает всю.

– Нужно поменьше жрать на ночь.

– А я ничего не ела.

– Значит пить.

– И не пила, – она посмотрела на меня.

И как то вдруг, что-то во мне дернулось. Неожиданно и даже некстати, или кстати, или черти что это значит, но у меня проскакнула мыслишка, такая, от которой я даже встал на ноги. Посмотрел на Асю одной стороной глаза, потом другой, а потом обоими глазами сразу.

– А ты красавица моя часом не беременна?

– Чтоооо? – неуверенно и даже как-то плохо играя, проговорила она.

Не знаю, может это мне так показалось. Да нет, точно.

Мать твою… а что если правда?

Ася

Беременна?!

Это что он так прикольнулся надо мной?

Я не могу быть беременной!

Или могу?

Если на минуту допустить, что я беременна, то это значит…

Ах ты, черт!

Кажется у меня проблемы.

С Захаром у нас всегда защищённый секс. А когда был незащищённый?

Порылась в памяти, попыталась вспомнить все презервативы, которые он натягивал, все упаковки. И мне показалось, что не было ни одного раза, чтобы мы трахались без презерватива.

Ну, только может вчера, но со вчера я не могу сразу почувствовать, что беременна.

Трахались вчера, а сегодня беременна, это как-то неубедительно звучит, хотя кто знает. Такое тоже возможно.

И вдруг, в голове моей пролетело, как чёрная туча смутное воспоминание вечеринки в общаге, пьяный секст с Никитой…

Ком подкатил к горлу, стало трудно дышать. Стало страшно, так что аж до жути и дорожи в коленях. Пальцы похолодели.

Всё это пронеслось в моей голове и заполнило мозг. Но на самом деле прошло не больше минуты.

Так, тихо не паниковать. Еще ничего не известно. Может это обычное отравление.

Захар постоял надо мной, о чём-то задумался, а я боялась поднять на него взгляд.

Черт, черт, а если он догадается. А если узнает, что тогда будет, мамочки.

– Ладно, вставай котёнок, – сказал вдруг очень ласково, – давай, я тебя помою и ты пойдешь, ляжешь в постельку и полежишь. Если тебе плохо, нужно полежать. А я съезжу на работу, и вернуть к тебе. Привезу чего-нибудь вкусненького. Хочешь, – она потянул за руки, я встала.

Повел в душ, включил воду. Попробвал, чтобы пошла тёплая. И начал меня мыть.

А у меня от страха и мыслей все кишки сжались внутри. Нужно расслабиться и показать ему, что я больная. И ничего не боюсь, я просто больная, мне плохо. Если он увидит в моих глазах неуверенность и страх, догадается обо всём абсолютно.

И тогда катастрофа.

Я попыталась расслабиться, получалось плохо. Нужно подумать, просто подумать только без него, пусть идёт. Он помыл меня бережно, ласково, потом обвернул в полотенце и бережно так отнёс в кровать.

Легла, сжалась в комок. Движения мои напряженные и судорожные. Не могу иначе. Страх сковал и заставил делать совсем не то, что нужно.

А Захар сразу какой-то стал молчаливый. Он догадывается. Конечно, догадывается.

Что же делать?

– Маленький, я скоро буде поспи пока.

Он поцеловал меня в щёку, в лоб, в губы. Постоял немного, нависая надо мной, уперев руки в кровать.

Я положила ладонь ему на щёку и сказала:

– Я посплю, иди.

– Если что звони, я сразу приеду, – в его глазах напряженное выражение.

– Хорошо, – ответила я и попыталась выдавить улыбку.

Он такой заботливый, такой… А я… О, Господи…

Только дверь за ним захлопнулась, я быстро встала…

Нужно действовать, но что я могу?

Во-первых, спущусь в аптеку, потом вернусь, сделаю тест, пока Захар не приехал. И тогда уже буду думать, что делать.

Но как только я встала, схватила телефон и стала искать календарь, вспоминать, когда была та вечеринка.

Да что мне это даст, я же не знаю срок. Если и беременна, как я узнаю, когда именно. Пока не схожу к врачу. О боже…

Как страшно…

Я быстро оделась и с полумокрыми волосами спустилась вниз, в аптеку. Купила сразу несколько тестов на беременность, чтобы уже знать наверняка.

До дома почти бежала. Влетела в квартиру, в туалет, схватила стакан, который для чистки зубов, потом бросила его, схватила ковшик. Нет, не годится, побежала на кухню отыскала одноразовый стаканчик и снова в туалет.

Сделала всё по инструкции, чтобы точно без ошибок. Запихнула бумажку, подержала, вытащила и положила на раковину.

Я смотрела на эту маленькую бумажку и видела своими собственными глазами, как медленно, но верно проявляется полоска, за ней другая…

Не-е-е-ет!

Не может этого быть!

Достала ещё бумажку, тоже запихнула в стаканчик. Результат тот же…

Значит, я беременна…

Захар

Кажется ей и правда плохо.

А хорошо ли это?

Когда дверь за мной захлопнулась, я немного постоял, как бы думая не о чем-то, потом вспомнил о чём нужно думать и пошел к лифту.

Вот подбросила мне Ася задачку.

Если она беременна, это значит – что?

Что наш сексуальный марафон заканчивается, почти не начавшись. Я тут себе придумал годы беспробудного секса, а она – оп и беременная. И это через три месяца нашего знакомства.

Мы что только три месяца. Вот поэтому всё так свежо и как в первый раз. А у меня такое ощущение, что лет пять прошло, как я её знаю, и всё ещё свежо.

Неужели только три месяца.

Так ну хорошо и что нам теперь делать с беременностью? Если конечно она есть.

Я вышел во двор, сел в машину завёл мотор. Перед взором прошла девушка, катит коляску, а рядом малой бежит, на вид года три.

И что-то я так посмотрел на это, уже не как смотрел бы ещё вчера. Даже улыбнулся.

А что, очень даже может быть. Чего мне упираться. Детей-то своих у меня нет, а если есть, так я о них ничего не знаю. Смешно, очень смешно.

Да, конечно по логике вещей мы должны были трахаться года три, а потом бы она только должна была забеременеть.

Получается теперь всё нужно переставить с ног на голову.

Значит в тот, в самый первый раз, мой бедный одинокий сперматозоид, всё-таки нашел свою яйцеклетку. Вот ведь.

Столько лет я совал свой член в холостую, а тут раз и сразу выстрел. Меткий, самый настоящий выстрел. С первого раза, в яблочко. Я снова усмехнулся, глянул на себя в зеркало. А что, и ничего. Может и получится маленький Захарчик. И я стану отцом по-настоящему.

Кивнул сам себе, нажал педаль газа и поехал со двора.

Ася

Всё могло бы быть просто идеально, если бы не одна такая навязчивая и тревожная мысль – от кого я беременна?

Я помнила об этом каждую секунду. И даже когда забывала, тут же сова вспоминала.

Сотни, да нет уже тысячи раз я пересчитала все сроки и все возможности, миллион раз перекрутила все сцены секса у себя перед глазами.

Тревога и грусть завладели моим настроением, и я уже не могла быть просто веселой, а была напряженно-веселой, или напряженно-ласковой, или доброй. Всё время во мне это напряжение.

День ещё, я просидела дома, потом решила идти в универ. Не хотелось пропускать. Или хотя бы нужно идти договариваться с преподавателями, короче не сидеть, а что-то делать. Скоро сессия, потом каникулы, а что потом?

Я ещё не слишком могла представить, что буду делать дальше. Как быть с универом и вообще?

То, что Захар рад, и меня радовало. Но что будет, если он узнает, что я переспала с Никитой, причём так глупо и так…

Захар

Домой вернулся рано.

Сейчас вообще каждый день стараюсь, закончить как можно раньше, свалить все дела на замов. Упускаю конечно, но не забываю контролировать. Пусть попотеют и они. Привыкли ни хрена не делать, всё на мне.

Опасно конечно вот так. Кто-то может наворотить кто-то заиграться, а мне потом разгребать. Но на то они и замы, чтобы чувствовать мои желания, направления и темы. А кто не умеет подстраиваться, сразу пойдёт искать другую работу.

Послабил немного с работой, чтобы больше быть с моей девочкой. А она эти дни такая ранимая, всё что-то глазки красные. Думаю у неё не слишком хорошее настроение из-за постоянной тошноты. Конечно, кому понравится.

Приехал сегодня как обычно с полными пакетами всякой всячины. Она хоть и отнекивается, не хочет ничего, но главное чтобы было. Вдруг захочет, а тут я встану, принесу. Так хочется ей угодить, прямо из штанов лезу.

Кстати о штанах. На пару дней оставил Асю в покое. Пока не лезу, пусть переболеет. Слышал, у беременных в какой-то момент повышается сексуальное желание, так они тогда прямо набрасываются на своих мужиков. Нужно бы узнать поподробнее, когда именно этот момент настанет. А пока жду.

– Котёнок, я дома! – я зашел в прихожую, разулся, осмотрелся.

Тишина.

Никто не отвечает. Ася как обычно, валяется в постели. Захожу в зал, она такая грустная, и кажется… ну точно, снова глаза на мокром месте. Заплаканная.

– Ну, ты чего, – я подсел, смотрю, снова рыдала, – что так плохо? Может поехали к врачу. Думаю, пора уже.

– Да, мне плохо, потому что я возле универа встретила Янку, – тихо проговорила она.

Я напрягся. Посмотрел ей в глаза.

– И что?

– Ничего, просто она вырвала мне клок волос, прямо перед толпой. Она меня хватала за волосы, а все смотрели, смеялись. И видео там где мы в машине с тобой, уже весь универ видел.

Ася прикрыла лицо ладонью и снова начала плакать и слезы быстро, быстро капали на подушку. Видимо с утра здесь лежит и всё это переживает.

– Она что тебе волосы вырвала? – спросил я возмущённо.

– Да. Обозвала всякими словами и что я тебя из семьи увела, и что теперь мне в универ лучше не показываться.

– Да что она себе вообще позволяет? Что за поведение?

Я встал, прошел по комнате. Внутри закипало возмущение на дочь. Не думал, что придётся становиться по ту сторону бордюра.

А как я себе всё это представлял?

Однозначно должно было произойти что-то плохое и вот оно уже начинает происходить. Не думал же я, что вот так просто буду трахать Янкину подругу, а Янка будет этому очень рада.

Начинается эпопея. Не скажу, что я не был готов, но как не готовишься, всё равно не ожидаешь.

А Янка начала быть по самому слабому звену – по Асе.

– Так, я сейчас поеду и разберусь с этим.

– Нет! Не бросай меня. Мне страшно, – Ася потянула ко мне руку и я подошел, взял её ладонь.

Сейчас она казалась такой беспомощной, и слабой, что я готов был плюнуть на всё и никуда сегодня не ехать, лишь бы сидеть тут с ней прижимать и ощущать её слабость своими сильными объятьями. Она в любом состоянии действовала на меня магнетически, и я не мог совладать с желанием остаться. Но мысли рвались разобраться и поставить на место и Яну и её мать.

– Ну что ты, – я снова подсел к Асе, провел ладонью по её разбросанным по подушке волосам.

Даже не верится, что Янка могла такое вытворить. Хотя, зная её мать, не удивительно.

Значит теперь и Жанка всё узнает – подумал я, и вот только подумал… звонок в дверь.

– Это ещё кто? – я встал, пошел к двери.

– Не открывай, а вдруг это они пришли? – испуганно проговорила Ася.

– Тем лучше! – я вышел в прихожую и открыл дверь, на пороге стояла Жанна.

Да. Только её ещё и не хватало. А впрочем, пусть. Раньше поговорим, раньше заткнуть свои грязные рты.

– Где она? – злобно прошипела Жанка.

– Кто?

– Эта малолетняя блядь! – она с налёту пролетела мимо меня и в комнату.

Я за ней.

Как успел, даже удивительно ещё немного и она набросилась бы на совершенно беззащитную Асю. Я схватил жену.

– Ах, ты маленькая прошмандовка! – Жанка тянулась, а держал её за балахон, и если она решит его скинуть, то точно набросится на Асю.

Но моя сила оказалась больше, и я потянул Жанку на выход. А она, как какое-то космическое животное, извивалась и прыгала, корчила лицо в безумном желании дотянуться до Аси.

– Я убью тебя дрянь!

– Так, рот закрыла и пошла, – схватил я жену ещё сильнее.

В прихожей у двери она немного поостыла и уже обращалась ко мне:

– А ты кобелина, вот ты у меня развод получишь, на нюхай, – и она подставила мне под нос пальцы, скрученные в дулю.

– Я тебя спрашивать не собираюсь, – грозно сказал я, раздраженный таким отвратительным вторжением.

Я конечно знал – она горластая, но не думал, что как базарная баба будет вести себя в такой ситуации. Это уже слишком. У меня словно глаза, наконец, открылись окончательно. В этой женщине нет ничего того, что мне нравится. Нет нежности, тишины задумчивости и нет даже женственности. Только какая-то пародия на всё это. Только игра и кривляние. А стоило смениться обстоятельствам, как её настоящая сущность, выскочила наружу и изуродовала окончательно.

– Учти, если будешь со мной разводиться, я тебя без трусов оставлю! – кричала она, а я прозревал.

– Ты можешь нормально разговаривать?

– А ты козлина, если свой член в трусах держать не можешь, тогда расплатишься деньгами. Раз трахаешься направо и налево.

– А кого мне, тебя трахать?

Она остановилась. Посмотрела на меня сначала возмущённо, а потом усмехнулась:

– Ну конечно, зачем тебе старая жена, если вокруг полно молодых девок.

– Вот именно, сама ответила. Только ты кое-что забыла.

– Что?

– Если бы ты была нормальной бабой, не гомодрилой в брендовых шмотках, может до сих пор тебя бы и трахал. А то во что ты себя превратилась пусть трахает кто-то другой, мне это не по вкусу.

– Ну ты и сволочь Романов. Я на тебя лучшие годы жизни потратила, – прищурилась Жанка.

– Так и я тебе лучшие отдал.

– Заметила. Значит всё, жена не нужна?

– Слушай Жанна, давай по-хорошему. К тебе я не вернусь. Своими криками ты добьёшься только того, что и ты и дочь останетесь ни с чем. А ей скажи ещё раз Аську тронет, я долго разговаривать не буду. Пойдёте обе работать на рынок картошку продавать. Я за свои слова ручаюсь. То что она сегодня устроила возле университета, так ей не продёт.

– Значит, ты уже и на дочь бочку катишь? Всё, прошла любовь.

– Если бы ты научила свою дочь не только шмотки выбирать, но хорошим манерам, а не базарным, сейчас бы мы об этом не разговаривали. Запомни, говорю один раз, если вы обе, не будете делать глупости, то возможно я вам что-то и оставлю. А если продолжите вот так, ты меня знаешь, я слова на ветер не бросаю.

– Ну ясно значит всё, прошла любовь? – она поутихла окончательно, но всё ещё держала гонор.

– Она давно прошла, просто ты этого никак не хотела замечать.

– Но как же так Захар, ведь всё у нас было хорошо, – теперь она уже сменила тон на более просительный.

– Не начинай. Не нужно. Разведёмся по-человечески. У нас будет ребёнок, Ася беременна. Так что сама понимаешь, назад дороги не будет. И если хоть один волос упадёт с её головы, то пострадаете вы с Яной. А я этого не хочу.

Жанна посмотрела туда в комнату, где лежала на диване Ася, прищурилась и снова на меня.

– Ладно, ты выиграл. Я тебя поняла. Значит назад дороги нет?

– Нет.

Захар

Всю ночь я обнимал Асю.

Иногда, во сне она отталкивала меня, иногда прижималась. Я старался быть с ней, чувствовать её, показать, что я рядом и понимаю её страдания. Так хотелось быть ей полезным, нужным, так хотелось уберечь от этого плохого состояния.

И надеюсь, у меня получалось.

Выспался, как мог. Утром встал, позавтракал сам. Не стал тревожить Асю. К утру она заснула, крепким, уже не таким тревожным сном. Бесшумно я покинул квартиру. Сегодня на работу нужно приехать пораньше, подготовится к важной встрече с партнёрами.

Вышел из подъезда, нажал кнопку сигнализации. Сел в машину и вставил, ключ в замок зажигания. Пока возился, услышал стук в стекло. Поворачиваюсь, у двери стоит парень и лицо его очень знакомо.

Странно. Что он тут делает? Возле дома, где живём мы с Асей. Она сказала, что он всё-таки запустил видео, значит нужно выйти и с ним по-мужски разобраться.

Вот и хорошо, не придётся идти в общагу. Сам пришел…

Выхожу из машины. Принял грозный вид, чтобы уже парень начал бояться.

– Доброе утро, – говорит он, как будто мы с ним большие и давние друзья, и улыбка его такая противненькая.

– Ты серьёзно? – я вообще не понял его радости.

После всего, что он сделал. Может, пришел прощения просить?

– Очень серьёзно. И кстати, как там Ася поживает, и мой ребёнок в её животе?

Что???

В меня, как будто выпустили обойму…

За секунду, произошло что-то подобное взрыву. Внутри. Но снаружи я остался неподвижен. Только щека дернулась. И скулы сжались, будто в хватке.

– С Асей всё в порядке спасибо.

Усилием воли, я стоял на месте и за микросекунды пытался переварить то, что он сказал.

А он не останавливался на достигнутом:

– Вы конечно молодец, взять девушку беременную от другого, это почти героический поступок. Уважаю. Я бы пожал вам руку, но боюсь не сегодня в следующий раз.

Руки мои начали сжиматься в кулаки. Ощущение стопудовых гирь надетых на эти кулаки.

– Слушай парень, – начал я медленно, всё ещё пытаясь осознать услышанное, – я конечно понимаю тебе обидно, что она тебя бросила, но такова жизнь, выигрывает сильнейший.

– Да, это так. Но я хоть спокоен, что дети у вас будут красивые. У меня и родители симпатичные, так что не волнуйтесь.

Это был последний гвоздь. Я не выдержал и быстрым ударом стукнул его в челюсть.

Он отскочил, не удержался, потерял равновесие и упал на тротуар. Но упал, как падают спортсмены, так чтобы получилось мягко. Привстал, посмотрел на стесанную немного руку. Я стоял над ним и чувствовал ещё слово, одно только слово.

Держась за подбородок, парень засмеялся:

– Понимаю неприятно такое узнавать, папаша. Ну, ничего, не волнуйся старик, я не буду мешать вашему счастью.

Глаза мои наливались кровью. Я смотрел на него и думал, ещё немного и брошусь на него, придушу вот здесь, посреди двора… где-то рядом вскрикнул ребёнок. Я обдернулся. Из подъезда вышла девушка и закричала своему малышу:

– Осторожно упадёшь.

Но мальчик всё бежал вперёд, радостно смеялся и не обращал внимание на крики матери.

В кармане зазвонил телефон. Я вздрогнул. Вспомнил про очень важную встречу, кинул последний взгляд на этого придурка, повернулся и сел в машину.

Парень, тем временем встал с тротуара, понял, что я не буду его больше бить, и довольно ухмыльнулся. Ухмылка эта сквозь стекло показалось мне не только довольной, но и грустной.

Черт побери!

Он любит её!

Ну конечно, это в глазах, это в лице, он меня ненавидит, а её любит.

Этот дерзкий взгляд, эта самоотверженность и риск. Он втаптывает Асю в грязь, заставляет её страдать, издевается над ней, ради любви.

Я завёл машину и вырулил со стоянки. Всю дорогу до работы, думал, как поступить с тем, что узнал. Правда это или ложь?

Вспомнился момент, когда я открыл дверь, а он целовал Асю.

А сейчас, может я накручиваю, но думаю, и она тянулась к нему…

Черт, черт…

Как поступить, как?

Ася

Наутро я встала отдохнувшая и довольная. Потянулась. Улыбнулась утренним лучам, что пробивались сквозь неплотно задернутую штору.

В универ идти не нужно. Что там делать? Не хочу, чтобы все глазели и тыкали пальцем. Да и вообще, я вот теперь думаю, нужен мне тот универ, или нет. Профессия не нравится, я вообще почти ничего не понимаю в этой психологии.

А если выйду за Захара замуж, начерта мне учиться. Тем более с ребёнком придется всё оставить на время. Нужно будет, как схожу к врачу, взять справку. И всё. Там уже академ возьму, а может совсем брошу универ. Захар придет, решим, как дальше быть.

Помню, как вчера, он послал Янкину маму. И очень этому довольна. Прямо даже жить стало легче. Я боялась этого больше всего, что она придёт, набросится на меня, а его не будет рядом.

Они с Янкой одинаковые, две ненормальные. Сели ему на шею и радуются. А теперь пусть почувствуют, как обычные люди живут.

И чего я в этой Янке нашла? Что у меня других подруг не было? А я всех раскидала, только с ней дружила. Почему? Сейчас уже и не вспомню, чем она меня так зацепила.

Скорее всего, нравилась мне своими рассказами о красивой жизни, и шмотками. Получается, я дружила с ней из-за того, что она богатенькая. Получается так.

Но я считаю, что она и её мать не заслужили такого мужчину как Захар. Они его совсем не ценили. Только требовали денег. Вот я так не буду поступать. Буду скромной женой и не балованной.

Я-то знаю цену деньгам. Со мной он поймёт, какой должна быть правильная жена. Обязательно поймёт. И ещё обязательно научусь готовить. Он любит вкусненькое. Буду готовить, всё что захочет.

Полутра я лежа в кровати и мечтала, как замечательно будем жить мы с Захаром и с нашим ребёночком. Опять вспомнились сомнения по поводу ребёнка, и чтобы об этом сильно много не думать, я сразу встала и пошла в ванную. Нужно принять душ и начать планировать свой день так, чтобы Захар был мной доволен.

Теперь я вся его, а она мой. Скоро будем настоящей семьёй, а не такой, как у него была.

Ещё нужно будет позвонить маме. Вот она обрадуется. Только не рассказывать ей при каких обстоятельствах мы познакомились. А когда узнает, я уже буду замужем…

Долго стояла под душем, наслаждалась струями воды. В общаге я забыла, что такое душ. И страшно завидовала Янке. В её квартире шикарная ванная с душевой кабиной с прозрачными стёклами.

А здесь, в квартире, где живём мы с моим Захаром, теперь всё для меня. Шикарная кровать, душевая кабинка, ванная. Пусть и поменьше чем у Янки, но это же съёмная квартира. Захар обязательно позаботится о том, чтобы мы жили хорошо.

Сегодня мне совсем не тошнило.

Вернулось хорошее настроение. Пропали куда-то плохие мысли. Всё хорошо. Лучше быть не может. Он мой я его, мы поженимся. Класс.

Нужно подумать, что приготовить на обед. Вдруг Захар захочет приехать, а у меня и обед готов.

Походила по квартире, побродила, выпила кофе. Впервые за долгое время я чувствовала себя свободной от всего. От обязанностей, от учёбы, от людей с которыми раньше общалась, а теперь порвала одним только лёгким движением. Я свободна от этого всего. И я люблю. Что может быть важнее.

В шелковой пижаме, майке и шортиках, я бродила из угла в угол, заглядывала в окна. Постояла в кухне, посидела. Пошла в комнату, чтобы снова свалиться на кровать, но решила завернуть в прихожую, глянуть на себя в зеркало.

Щелкнул выключатель. Я стояла напортив огромного, во всю стену зеркала и рассматривала себя. Красивая. Захар не просто так выбрал меня. Жгучие тёмные волосы, глаза, даже без туши чёрные ресницы. Чувственные губы. Моё лицо всегда будет красивым, я знаю. Даже если буду беременной, немного поправлюсь. Я подняла майку, глянула на живот, выпятила его и улыбнулась.

Может быть рановато, я не планировала беременеть, но пусть будет так.

Долго крутилась у зеркала. Смотрела на себя, представляла беременной. Надувала щёки, чтобы понять, как буду выглядеть если поправлюсь. Подняла майку, разглядывала грудь, пыталась представить, какой она станет, когда буду кормить грудью.

С этими мыслями снова щелкнула выключателем, прихожая погрузилась во мрак. Я пошла в комнату встала у края кровати, повела взглядом по стенам, а потом вскинула руки, охнула, и упала на кровать. Засмеялась от удовольствия.

Прижалась к подушкам, вдохнула аромат постели, там ещё угадывался запах Захара. Я прижала к носу край одеяла и улыбнулась.

Даже не знаю, что буду делать, если всё это вдруг куда-то исчезнет.

Да куда оно исчезнет?

Захар

Перегнул.

Хотел просто поговорить, но как увидел её, как представил что этот её трахает. Представил, как они смеются, целуются. Всё, пелена в глазах.

А она, черт, просто отдалась ему по пьяни и даже не помнит, как всё было.

Как мне теперь с этим жить?

Знать, что моя жена… будущая жена… черт…

Ещё вчера я считал её своей будущей женой, а что теперь? Что это меняет?

Нужно ещё разобраться.

Теперь только ждать, пока родится ребёнок и тогда сдавать тест ДНК. Так что ли?

О боже, а как жить до этого? Я уже ничего не понимаю.

Ещё вчера был счастлив, летел на крыльях к моей Асе, а теперь не могу на неё смотреть.

И вот тут я понял, как глубоко на ней завяз. Сначала думал, да ничего, побалуемся, перестанем. Это секс, только секс. Её тело и ничего больше. А сейчас, вот в эти самые минуты, когда вышел из подъезда, пошел к машине, каждый шаг как молот отдавался болью где-то в сердце, тяжестью и невозможностью уйти.

И всё же я уходил.

Нужно было отойти подумать, трезво или пьяно. Положить перед глазами факты и перетасовать их, правильно или нет.

Как сделать так, чтобы всё осталось и ничего не потерять. Но это значит, всю оставшуюся жить сомневаться и думать, что я воспитываю ребёнка от этого урода. А она будет спокойно плевать в потолок и всем рассказывать, как отлично меня поимела.

Я уже вырастил одну дочь и не скажу, чтобы остался очень доволен её воспитанием. Это что мне на роду написано поднимать и обеспечивать не своих детей.

Если ребёнок мой, клянусь, я прощу ей пьяный секс с этим прыщавым подростком, но если он не мой, вырву из себя с мясом чувство к Асе.

Я не стану второй раз идти по пути, по которому уже сходил.

В первый раз женился, потому что сперма стреляла в мозг, не хватало второй раз жениться по такой же причине. Мы слишком мало прошли вместе, чтобы я был уверен в ней. Поэтому, если ответ отрицательный будем расставаться.

Ася

Я ждала день, чего только не передумал за это время.

А потом решила, сколько можно?

Да виновата, да дура. И что, меня теперь повесить, убить, четвертовать? Надоело оправдываться. Надоело, без остановки, каждый час, каждую минуту, даже секунду чувствовать себя виноватой. Какого хрена?

Я себя не на помойке нашла, чтобы со мной так поступали. Не буду мириться с таким отношением. Это он сейчас такой, а что будет дальше?

Я бродила по квартире, лежала, сидела. И понимала, своим, пусть не самым выдающимся умом – мне здесь не место. Он не приходит. Это намёк, он просто не хочет возвращаться туда, где я.

Ну что же, тогда я сама не хочу оставаться там, где меня не хотят больше видеть.

Собрав остатки гордости, я достала чемодан и снова его собрала. Наполнила его только теми вещами, которые сюда принесла. Не хочу, чтобы он думал, что я была с ним ради вот этих украшений и одежды, ради обуви, и ради квартиры.

Я смахнула слезу, надавила на чемодан, застегнула молнию. Обвела взглядом комнату, в которой была счастлива. Да, тут прошли самые лучшие дни. Дни моей любви.

Ещё немного и разревусь окончательно. Не хочу плакать, но слёзы всё бегут и бегут по щекам. Я взяла чемодан за ручку и пошла в прихожую. Остановилась, посмотрела на себя в зеркало.

На шее кулон с сердцем пробитым стрелой. Захар говорил, что это его сердце и моя стрела. Я коснулась пальцами маленького золотистого сердечка, закусила губу. Мне так хотелось оставить его, но что-то изнутри меня требовало снять и положить на полку. Если уходить то с достоинством.

Я сняла цепочку, подложила на полочку. Когда Захар зайдёт, он должен сразу увидеть. Пусть посмотрит. Возможно порадуется, что я ушла, а может пожалеет. Надеюсь, пожалеет. Но унижаться не стану. Никогда.

Я взяла чемодан за ручку, открыла дверь и вышла из квартиры.

В тот вечер я вернулась в общежитие.

Захар

Я прошел по квартире. Пустота.

И что мне делать здесь без неё. Пару шагов туда, пару сюда.

Прошел, остановился, обернулся. На полке в прихожей что-то блеснуло.

Подошел, взял цепочку с маленьким золотым кулоном. Сжал в кулаке…

О Боже, какой же я дурак, какой дурак…

Ася

Когда он вошел, я поняла, что мы никогда не расстанемся больше. Столько решимости в его лице, столько любви, и столько нежности.

Яна вышла, я попыталась встать.

– Тихо, тихо, – он сел на мою кровать и обнял, прижал к себе, – бедная моя девочка. Прочти меня, как я мог так с тобой…

– Ты пришел? – прошептала я, не веря собственному счастью.

Разве я думала, что он придёт, что обнимет, попросит прощения. Разве мечтала?

– Больше без меня никуда ни шагу. Я забираю тебя.

Он встал, подхватил меня на руки и пошел из комнаты. Ногой открыл дверь и понёс меня по коридору. Все останавливались, смотрели и оборачивались.

Дошли до вахтёрши тёти Любы, и она даже засмеялась:

– Наконец-то, приехал прынц.

Захар нес меня словно какое-то сокровище, а я положила голову ему на плечо и была тихо счастлива. И я понимала, всё у нас будет хорошо, и теперь мы точно не будем делать глупости, не будем бросаться чувствами, как сделали в этот раз.

Он нес меня домой. Конечно, я хочу туда, к нему, быть с ним рядом всегда.