Disney

Моряки рассказывают: давным-давно из уст в уста передавали легенду о призрачном черном корабле, иногда появлявшемся среди густого тумана. Паруса у него были огромными и черными, будто скроенными из тени и сшитыми нитью греха. Палубы и мачты залиты кровью тех невинных душ, на долю которых выпало столкнуться с черным кораблем. А команда этого корабля, все сплошь пираты, обречена до скончания веков плавать под буйными ветрами убийств и коварства.

Но, конечно, это всего лишь старая моряцкая байка. Ты ведь не веришь в призраков, правда?

Снова Элизабет снился этот ужасный сон. Воспоминание из детства, преследовавшее ее все эти годы.

Элизабет открыла глаза. Она была в постели, в доме губернатора в Порт-Ройале. Элизабет поднялась с постели, взяла свечу и подошла к комоду. Выдвинув верхний ящик, она выложила из него все то немногое, что там находилось внутри. Никто кроме нее не знал, что в ящике был тайник, и что внутри него лежал тот самый золотой медальон с изображением черепа. Задумчиво повертев золотую кругляшку в ладонях, девушка повесила цепочку себе на шею.

«Нужно отдать ее Уиллу при первой же возможности», – подумала Элизабет и улыбнулась своему отражению в зеркале. Неужели прошло восемь лет?

Мысли ее прервал внезапный настойчивый стук в дверь:

– Элизабет!

Она не ответила, лишь судорожно бросилась к постели и начала быстро одевать неудобную кофту. Стук повторился:

– Элизабет, с тобой все в порядке? Ты одета?

Нужно было что-нибудь ответить... Язык как назло не желал слушаться:

– Да… да! – выдавила наконец из себя она.

Через мгновение дверь отворилась, и на пороге появился отец. Губернатор, изрядно пополневший, но также и искренне любивший свою дочь заглянул в ее комнату.

– Ах, ты еще в постели, соня. – Воскликнул он, входя в комнату. За ним просеменили две горничные, держа в руках огромную коробку. Одна из них подошла к окну и отдернула тяжелые шторы, за которыми синело утреннее небо, и простирался пейзаж Порт-Ройаля. Это был маленький чистый городок с уютной гаванью, охраняемой пушками Форт-Чарлза, расположившегося у входа в бухту. Солнце залило всю комнату. Элизабет от неожиданности даже зажмурилась. Губернатор подошел к окну и самым добродушным тоном произнес:

– День нынче дивный. – Элизабет лишь еле заметно кивнула. – Я принес подарок.

Он протянул Элизабет коробку. Внутри было элегантное бархатное платье из Лондона.

– О, красота, – воскликнула восхищенно Элизабет.

– Нравится? – улыбнулся губернатор.

– Можно узнать, что за повод? – спросила Элизабет с настороженностью.

– Разве он нужен отцу, чтобы побаловать дочку? – удивленно ответил отец, вытаскивая из коробки великолепное желто-золотое платье с серебряной шнуровкой. – Ступайте! – добавил он, обращаясь к служанкам.

Элизабет вскочила с постели и, быстро взяв из протянутых рук отца платье, зашла за ширму. К ней тут же подскочили горничные и начали зашнуровывать корсет. Отец между тем продолжал:

– Собственно я надеялся, что ты наденешь его на церемонию.

– На церемонию? – изумилась Элизабет.

– Да, капитану Норрингтону присваивают очередное звание. – пояснил губернатор.

– Так и знала, – сказала Элизабет с восторгом.

– Командор Норрингтон! Звучит красиво. Настоящий джентльмен, ты не находишь? Он к тебе не равнодушен. Элизабет, ну как платье, подошло?

– Ммм, еще не знаю.

– Мне сказали, что такие в моде в Лондоне.

– Видно модницы Лондона обходятся без воздуха. – Элизабет еле-еле подавила стон. Это великолепное на вид платье нестерпимо сжимало ее и без того тонкую талию.

Отец лишь усмехнулся в ответ. В дверях появился дворецкий:

– Милорд, к Вам пришли.

По пути в Форт-Чарлз Элизабет видела королевский парусник "Неустрашимый", стоявший на якоре в залитой солнцем гавани. Кораблю охранял жителей Порт-Ройала от воров и пиратов. И, словно одного присутствия "Неустрашимого" было мало для того, чтобы держать преступников в страхе, на виселице, построенной у самого берега, болтались скелеты четверых пиратов. Пятая петля пустовала, а на веревке красовалась табличка: «ПИРАТЫ, ВЫ ПРЕДУПРЕЖДЕНЫ!»

Поисковый отряд медленно двигался по узкому переулку. Туман настолько сгустился, что не было видно ни зги. Солдаты обыскали всю округу, но пират, казалось, исчез без следа.

Убедившись, что отряд прошел мимо, Джек выскользнул из своего укрытия – из-за большой статуи. Цепи по-прежнему были у него на руках. Пробираясь по улочке, он наугад дернул за ручку двери кузнечной мастерской и довольно улыбнулся, когда створки с легкостью отворились.

В кузнице царил полумрак, помещение освещала лишь пара тусклых фонарей. Джек разглядел, что все стены увешаны цепями и инструментами.

«Ах, магазин кузнеца, – подумал он. – Я могу использовать один из этих ножей».

Пират поблагодарил фортуну за то, что она привела его в подходящее место. Здесь он сможет избавиться от проклятых кандалов. Внезапно раздался громкий всхрап, заставивший его вздрогнуть. В углу спал пьяный кузнец, мистер Браун. Джек приблизился к нему на цыпочках и с силой пнул его, но мистер Браун даже не пошевелился, лишь снова захрапел.

Удостоверившись, что кузнец ему не помеха, Джек подошел к горну и опустил цепь, соединявшую кандалы, прямо на горячие угли. Когда она раскалилась докрасна, пират снял со стены кувалду с короткой рукоятью и резким ударом разрубил металл возле одного из наручников. Запястье побагровело и покрылось волдырями от нестерпимого жара, зато теперь его руки были свободны.

Джек уже собирался обрубить цепь возле второго запястья, когда железный засов на двери со скрежетом отодвинулся. Пират мгновенно юркнул в тень и увидел, как в мастерскую вошел Уилл Тернер.

Юноша огляделся и заметил храпящего в углу мистера Брауна.

– Там же, где и всегда, – пробормотал Уилл, а потом заметил лежащую у горна кувалду и произнес: – Не там, где всегда...

Молодой кузнец потянулся за кувалдой, чтобы отнести ее на место, когда из темноты вдруг вынырнул клинок и хлопнул его по руке!

Уилл отскочил и оказался лицом к лицу с Джеком Воробьем, направившим острие шпаги юноше в грудь. Уилл внимательно оглядел незнакомца.

– Так это за тобой охотится вся эта солдатня! – воскликнул он, не сводя с Джека глаз. – Ты – тот самый пират!

Пират прищурился, как будто вспомнил что-то:

– Лицо знакомое. Я угрожал тебе прежде?

– С пиратами якшаться против моих правил, – ответил бойко юноша.

– Из-за меня правилам изменять не стоит, – Воробей решил поскорее покинуть помещение. – Позволь откланяться.

Уилл схватил лежащую возле горна шпагу и скрестил ее с клинком Джека.

– Считаешь, это разумно, парень? Затевать бой с пиратом? – ухмыльнулся Джек.

К его неудовольствию, Уилл ответил дерзким выпадом:

– Ты угрожал мисс Суонн.

– Только слегка, – улыбнулся пират.

Уилл и Джек обменивались ударами со скоростью молнии.

– Хочу отдать тебе должное, фехтовать ты умеешь, – сказал Джек, кружа возле Уилла, которому неизменно удавалось отбить все атаки пирата.

Воробей двигался до тех пор, пока дверь кузницы не оказалась у него за спиной. И тут, на глазах у изумленного юноши, он развернулся и кинулся наутек. Уилл не растерялся и запустил свою шпагу Джеку в спину.

Оружие пролетело у Джека над головой и вошло глубоко в дверь. Морской разбойник дернул засов, но все напрасно – ему мешала шпага.

Уилл думал, что уж теперь-то его противник оказался в ловушке, но у Джека Воробья всегда был припрятан козырь в рукаве. Он медленно повернулся к Уиллу и улыбнулся, а сам скользнул взглядом по двери черного хода.

– Это был хороший бросок. И все же есть одно «но» – ты стоишь на моем пути к свободе, – произнес пират, указывая острием клинка на заднюю дверь. – Только теперь, – добавил он с самодовольной усмешкой, – ты безоружен!

Уилл молча снял со стены еще одну шпагу и бросился в атаку.

Парируя, Джек украдкой огляделся по сторонам. Кузница оказалась увешана оружием.

– Кто кует все это? – спросил он.

– Я кую, – ответил Уилл под звонкое лязганье сшибающихся клинков. – И упражняюсь в фехтовании по три часа в день!

– Лучше найди себе девушку... Или, может, ты упражняешься три часа кряду, потому что нашёл её, но добиться расположения красотки не способен? – поддел молодого кузнеца Джек.

– Я упражняюсь три часа, чтобы при встрече с пиратом, заколоть его! – сердито ответил Уилл и принялся наседать на противника, пока тот не оказался прижатым к стене.

Джек намотал цепь, все еще свисавшую с одного из наручников, вокруг Уилловой шпаги и рванул ее на себя. Но юноша оказался проворнее. Он продел острие в звено цепи и с силой воткнул клинок в потолок. Пират оказался пришпилен к месту.

Джек продолжал размахивать шпагой, раскачиваясь взад и вперед. Он ухитрился развернуться и нажать ногой на мехи горна. В воздух взметнулось облако искр – и прямо в лицо Уиллу. Юноша отпрянул и прикрыл глаза рукавом.

Используя свой вес, пират расшатывал торчавшую в потолке шпагу, пока та не выпала. Спрыгнув на пол, Джек подхватил большой деревянный молот и запустил им в Уилла. Молот угодил юноше в запястье, тот уронил шпагу и упал, а когда поднялся, пистолет Джека уже смотрел ему промеж глаз.

– Это нечестно! – возмущенно крикнул Уилл. Джек поднял брови и ухмыльнулся, словно бы говоря: «А чего ты ожидал от пирата?»

– Я пират, парень, – с этими словами Джек оттолкнул его от двери. – Не для тебя эта пуля.

Джек уже был на полпути к свободе, когда мистер Браун неожиданно выбрался из своего угла и саданул пирата бутылкой по голове.

Джек рухнул на пол, и тут двери кузницы распахнулись и внутрь ринулись вооруженные солдаты. Растолкав их, вперед вышел командор Норрингтон.

– Отличная работа, мистер Браун, – произнес он, нависнув над Джеком. – Вы способствовали поимке беглого преступника.

– Сэр, это мой гражданский долг, – икнул кузнец, покачиваясь.

– Надеюсь, все запомнят этот день, когда капитан Джек Воробей попался нам! – воскликнул довольный командор. – Увести его.

Люди Норрингтона поволокли пирата прочь, а мистер Браун поглядел на валявшиеся на полу осколки и проворчал:

– Из-за этого мерзавца пропала моя выпивка!

Наступила ночь, и плотный туман одеялом накрыл весь Порт-Ройал. Лишь расположенный высоко на скалах Форт-Чарлз был ясно виден над серой дымкой. Да еще в гавани из тумана, словно акулий плавник, торчала стеньга большого черного корабля. На мачте красовался флаг с черепом и костями.

Туман принес с собой странное, неуютное чувство. Элизабет лежала в своей мягкой постели и читала перед сном, но вдруг пламя лампы замигало, а потом и вовсе погасло. Девушка попыталась снова зажечь ее, но ничего не выходило... Комната погрузилась в полную темноту.

Среди пушечной канонады плыла шлюпка, доверху наполненная награбленным добром. Она выскользнула из тумана и устремилась к выходу из гавани. Элизабет, дрожа от страха, сидела на носу, а пираты гребли к темной громаде корабля.

Когда они приблизились, Элизабет разглядела ростру судна – женщину с маленькой птичкой в протянутой руке. Туман расступился, и девушка поглядела вверх. Там, в вышине, трепетали метры и метры черной парусины. Это была «Черная жемчужина».

Шлюпку подняли на борт. Над освещенной фонарями палубой клубилась плотная дымка. Элизабет с первого взгляда определила, что пестрая команда «Жемчужины» состоит из выходцев с самых разных уголков света. Головы некоторых пиратов украшали завязанные узлом платки. У других были шелковые жилетки и потрепанные плащи, без сомнения, похищенные с какого-нибудь несчастливого корабля, который теперь догнивал на морском дне. Все пираты как один были дикарями с обветренными лицами и все как один пялились на Элизабет!

– Не знал, что мы берем пленных, – преградил им путь боцман.

– Она болтала о праве говорить с Барбоссой, – объявил Пинтель, вытолкнув девушку на палубу.

Пираты хранили молчание. Даже у самых отъявленных головорезов был свой кодекс чести. Право переговоров делало любого пленника неприкосновенным – по крайней мере, до тех пор, пока он не встретится с капитаном.

И тут, словно почуяв, что речь идет о нем, из дымки на главную палубу медленно выступил человек. Это был капитан «Черной жемчужины», а звали его Барбосса. Со снастей, напугав Элизабет, вдруг спрыгнула обезьянка и приземлилась прямо капитану на плечо.

Барбосса шагнул вперед, и Элизабет обратилась к нему:

– Я пришла, чтобы...

Но тут боцман отвесил ей оплеуху:

– А ну молчать! Пока не спросили, – прошипел он.

– К парламентеру даже пальцем прикасаться не смей! – прорычал Барбосса, схватив боцмана за запястье. – Приношу извинения, мисс, – обратился он к Элизабет.

– Капитан Барбосса, я прошу ограничить агрессию в отношении Порт-Ройала, – промолвила девушка, стараясь придать своему голосу и виду уверенности.

Капитан Барбосса улыбнулся, как улыбается снисходительный отец нашкодившему дитяте.

– О! Такие затейливые слова, мисс, не привычны для уха пирата. Чего Вы хотите?

– Я хочу, чтобы вы ушли раз и навсегда, и никогда не возвращались, – твердо ответила Элизабет.

Команда захохотала.

– Я намерен дать отрицательный ответ, – заявил Барбосса. – У Вас все?

– Посмотрим! – Элизабет подбежала к борту и взмахнула медальоном. – Значит, я могу выбросить его?

Все разом умолкли. Их взгляды были прикованы к медальону.

– Таких вещиц хоть отбавляй. Трюмы набиты битком, – усмехнулся Барбосса. – Что это?

– Я знаю, что это то, что вы ищете, – промолвила девушка. – Я узнала ваш корабль, потому что видела его восемь лет назад на пути в Порт-Ройал.

– Неужели? – холодно спросил капитан. Казалось, угрозы Элизабет ничуть его не напугали.

– Ладно. Раз эта вещь никчемная, ее вовсе незачем беречь. – Дочь губернатора занесла руку, приготовившись вот-вот разжать пальцы.

Обезьянка пронзительно закричала.

– Нет! – завопил Барбосса.

Элизабет в последний момент успела поймать брошенную безделушку за цепочку. И торжествующе улыбнулась.

Барбосса отступил и окинул Элизабет долгим, пристальным взглядом.

– Как Ваше имя, мисс? – спросил он.

Мысли Элизабет понеслись галопом. Она боялась, что, если пираты узнают о том, чья она дочь, ей несдобровать. Поэтому она назвала первую фамилию, какая пришла ей в голову.

– Элизабет. Элизабет Тернер. – Пираты покосились друг на друга. – Я прислуга в доме губернатора.

– Мисс Тернер! – Барбосса окинул всю команду взглядом.

– Прихлоп, – послышался шепот среди команды.

– И как безделушка попала к прислуге? – поинтересовался капитан. – Перешла по наследству?

– Я не украла. Глупый намек, – поспешила заверить команду в своей правоте девушка.

– Что ж, хорошо, – кивнул Барбосса. – Отдайте медальон. И мы уйдем из гавани и никогда не вернемся в этот город.

Он согласился на ее условия! Сердце Элизабет запело.

– Но могу ли я вам доверять? – спросила девушка.

Капитан Барбосса, повысив голос, предупредил:

– А у Вас есть выбор?! Отдайте свою побрякушку, иначе это будут последние слова, которые Вы услышите!

У Элизабет не осталось больше выбора. Она протянула цепочку, пальцы боцмана жадно зашевелились, но обезьянка его опередила и отнесла медальон Барбоссе.

– Обмен! – с тревогой осведомилась девушка.

Барбосса улыбнулся и приказал боцману прекратить пальбу.

– Откатить орудия! Свистать всех наверх!

Элизабет с облегчением услышала, что пушечная канонада прекратилась. А потом она сообразила, что корабль отплывает.

– Стойте! – крикнула она. – Вы должны доставить меня на берег. Согласно законам чести...

Капитан Барбосса развернулся.

– Во-первых, о Вашем возвращении на берег у нас уговора не было, так что я Вам ничего не должен. Во-вторых, пиратский кодекс чести распространяется только на пиратов, а вы таковым не являетесь. И, в-третьих, – он улыбнулся, сверкнув золотыми и серебряными зубами, – наш кодекс – это просто свод правил и указаний, а не жестких законов. Так что, добро пожаловать к нам на борт, мисс Тернер!

Когда пушки умолкли, туман медленно рассеялся, обнажив гавань с останками затонувших и обгоревших кораблей. Уилл Тернер с трудом поднялся и, потирая шишку на макушке, оглядел причиненные пиратами разрушения. Он по-прежнему сжимал в руке топор. Думая только об Элизабет, юноша поспешил в Форт-Чарлз.

– Ее украли! – крикнул он, ворвавшись в кабинет командора Норрингтона. – Украли Элизабет!

Взгляды Норрингтона и губернатора ненадолго оторвались от расстеленной на столе карты Карибского моря, а потом командор обратился к одному из солдат, карауливших вход:

– Мистер Мэрдок, выведите отсюда этого человека.

Мэрдок схватил Уилла за руку, но тот рывком высвободился.

– Надо идти за ними и спасти ее! – наступал он на собравшихся мужчин.

– С чего Вы предлагаете начать? – спросил губернатор. – Если у Вас есть сведения касательно моей дочери, поделитесь ими.

– Мы отправим поисковый отряд со следующим приливом, – буркнул Норрингтон, снова уставившись в карту.

Командор и губернатор пытались вычислить, куда могла отправиться «Черная жемчужина», и тут Мэрдок произнес:

– Этот... Джек Воробей... он говорил о "Жемчужине".

– Скорее упоминал вскользь, – поправил его другой солдат.

– Спросите у него! – потребовал Уилл, понимая, что драгоценное время уходит попусту. – Заключите с ним договор. Он может привести нас к этому судну!

В ответ Норрингтон лишь покачал головой.

– Нет, пираты, пришедшие в форт, оставили его за решёткой. Значит они не союзники, – с этими словами Норрингтон отвернулся от Уилла и продолжил прерванный диалог. – Губернатор, мы определим, каким курсом...

– Какой от этого толк?! – Психанул юноша, воткнув державший в руках топор в середину разложенной на столе карты.

Норрингтон посмотрел на него с раздражением.

– Мистер Тернер, вы не военный и не моряк, вы всего лишь кузнец. – Командор вытащил топор из крышки стола, приложив немалые для этого усилия. – И сейчас не время для бурных истерик. Не заблуждайтесь.

Уилл выбежал из кабинета и направился к тюрьме, чтобы поговорить с Джеком Воробьем.

Джек пытался расшатать прутья решетки в своей камере, и тут рядом с ним возник Уилл.

– Ты, Воробей! Ты знаешь что-нибудь об этом корабле... о «Черной жемчужине»?

– Кое-что, – невозмутимо ответил Джек.

– Где его стоянка?

– «Черная жемчужина» часто бросает якорь у ужасного острова Исла-де-Муэрте. Отыскать туда путь не дано никому. Кроме тех, кто уже знает, где он. Впрочем, ты небось и сам слышал такие байки, – пожал плечами Джек. – А тебе это все зачем?

– Пираты забрали мисс Суонн, – произнес Уилл, стиснув кулаки.

– А, так ты все-таки нашел девушку! – с пониманием кивнул Джек. – Но мне-то что до этого?

Уилл пододвинул скамеечку и уселся на нее.

– Я мог бы освободить тебя, – предложил он.

Джек заглянул юноше в лицо.

– Как тебя зовут, парень? – спросил он.

– Уилл Тернер.

– А назвали в честь отца, да?

– Да.

Джек улыбнулся и кивнул.

– Ну, хорошо, мистер Тернер, я передумал. Если вытащишь меня из-за решётки, обещаю, я доставлю тебя на "Жемчужину". По рукам? – И он протянул руку сквозь прутья решетки.

– По рукам! – воскликнул Уилл и крепко пожал руку пирата.

Уилл взял доску и использовал ее как рычаг, чтобы приподнять железную решетку. Штырь в петлях короткий, он выскользнул, и дверь решетки сошла с петель.

– Скорее, нас могли слышать, – забеспокоился юноша.

– Тут мое добро, – промычал себе под нос Джек и кинулся собирать свои вещи.

Внезапно пират схватил пистолет и нацелился на Уилла.

– Убив меня, ты мог бы бежать раньше, но ты не захотел этого сделать, – констатировал факт юноша.

– Ты хочешь сказать, что я поступил неверно? – Воробей выждал паузу. – Когда у тебя всего один шанс, то лучше действовать наверняка. Тогда этот момент еще не наступил. Как, впрочем, и сейчас.

С этими словами он поставил пистолет на предохранитель и опустил дуло.

Элизабет томилась в плену, запертая в каюте «Черной жемчужины». Вдруг в дверь ввалились двое пиратов. Это была та самая парочка, что похитила ее из поместья: Пинтель и его одноглазый приятель Рагетти.

– Сегодня будете обедать с капитаном. Он просил надеть это, – заявил Пинтель и кинул девушке черное шелковое платье.

– О, передайте капитану, что я склонна дать отрицательный ответ, – Элизабет кинула платье обратно пиратам.

– Он это ожидал и сказал, что в таком случае, Вы будете обедать голой, – платье снова полетело к Элизабет.

Головорезы развернулись и вышли.

Элизабет стала разглядывать наряд и вдруг услышала раздавшийся из-за двери скрип. Пираты подглядывали за ней в замочную скважину!

Элизабет схватила шпильку, ткнула ею в отверстие и почувствовала, как она уперлась во что-то твердое.

– Ой! Мой глаз! – взвыл Рагетти. От удара шпилькой деревянный глаз выскочил и покатился по палубе. – Ловите его! Не дайте ему упасть за борт! – заорал несчастный пират и неуклюже припустился за своим оком.

Боцман наступил на бесценный шарик и сказал:

– Я бы с радостью прибил его тебе к голове гвоздями! – Он пнул глаз, и тот покатился дальше.

Пираты с хохотом глядели на Рагетти, ползавшего по палубе на четвереньках и пытавшегося нащупать свой деревянный протез.

"Перехватчик" оказался быстрым и маневренным кораблем, как Джек и надеялся. При попутном ветре он мог покрыть за день немалое расстояние. Капитан рассудил, что до Тортуги, где можно подыскать себе подходящую команду, осталось всего несколько миль.

К его удивлению, Уилл схватывал премудрости морского дела на лету.

– Когда-то мне доводилось служить юнгой, нужно было отработать проезд из Англии, где я провел свое детство, – объяснил Уилл. – Мать растила меня одна. После ее смерти я решил найти своего отца… Билла Тернера.

– И что? – лукаво поинтересовался Джек.

– Ты согласился мне помочь, как только узнал мое имя, – заявил Уилл. – Я обрадовался и не стал вдаваться в расспросы. Я не глупец, Джек. Ты знал моего отца.

Джек вздохнул, прикинул, что бы такое рассказать поубедительнее, но, в конце концов, решил поведать Уиллу правду.

– Да, я знал его, – произнес он. – Мало, кто знал его, как Уильяма Тернера. Остальные звали его Прихлоп. Или Прихлоп Билл.

– Прихлоп? – удивился Уилл.

– Хороший был человек, – произнес Джек. – Хоть и пират. Вы на одно лицо.

Уилл в ужасе отшатнулся.

– Неправда! Мой отец никакой не пират! – вскричал он. – Он был торговцем! Уважаемым, законопослушным человеком!

– О, сюда стекается немало желающих скинуть с себя груз респектабельной жизни... и они все торговцы, – промолвил Джек с многозначительной улыбкой.

– Мой отец не считал свою семью обузой! – возмутился Уилл.

– Конечно, потому что он всегда мог все бросить и отправиться пиратствовать! – заметил Джек.

– Мой отец не пират! – воскликнул Уилл, выхватив шпагу.

– Опусти оружие, – уныло велел ему Джек. – Ни к чему снова затевать драку. Напросишься на поражение.

– Ты не победил. Ты сжульничал. В честном бою я бы тебя заколол. – Уилл не считал себя побежденным.

– Тогда сражаться честно явно нет резона, – сделал заключение Джек.

Видя, что юноша не намерен сдаваться, капитан резко крутанул штурвал. Мимо проехала рея и ударила юношу прямо в грудь.

Уилл вцепился в брус, и тот продолжил движение и, наконец, замер над пенными валами.

– Пока ты там висишь, подумай вот о чем, – сказал Джек, подобрав оброненную юношей шпагу. – На самом деле важно лишь одно – что человек может, и чего он не может. Например, ты можешь признать, что твой отец был пиратом и славным малым. Или не можешь. Но дух пиратства у тебя в крови. И с этим ничего не поделаешь. Теперь взять меня. Я могу тебя бросить. Но пришвартоваться в Тортуге в одиночку не смогу. Поэтому…

Одна из волн плеснула особенно высоко и чуть не унесла с собой Уилла.

– Решай, сможешь плыть под командованием пирата? – спросил Джек, направив на юношу острие шпаги. – Или же нет?

В милях от земли и с нацеленным на него оружием Уиллу ничего не оставалось, как согласиться. Джек развернул рею обратно, и кузнец снова оказался на палубе. Воробей кинул ему шпагу и улыбнулся.

Вдвоем они поставили кливер и приготовили швартовы. Скоро “Перехватчик” достигнет берегов Тортуги!

Над Карибским морем прогремел гром. Разразилась буря. "Перехватчик" плыл, кренясь с борта на борт под затянутым черными тучами небом. Джек, стоя на носу, взглянул на свой компас и кивнул. Пока все шло как нельзя лучше. Он снова посмотрел на стрелку, которая никогда не показывала север, а вместо этого поворачивалась в направлении Исла-де-Муэрте, стоянки “Черной жемчужины”.

– Как добраться до острова, который никому не найти? – задал резонный вопрос Уилл. – Да еще с неисправным компасом.

– Он не указывает на север, но мы и не север ищем, верно? – усмехнулся Гиббс.

Корабль раскачивался на громадных валах. Белые полотнища туго натянулись под порывами сокрушительного ветра.

– Нам лучше убрать паруса, сэр, – крикнул Гиббс, боясь, что они порвутся.

– Они выдержат, – откликнулся Джек.

Тем временем шторм набирал силу.

Порывы ветра с ревом ударяли в борт. Джек опять посмотрел на компас, а потом на море. Он улыбался.

– Вижу, Вы в хорошем настроении, капитан. Отчего? – перекрикивая шквал, спросил Гиббс.

– Мы их догоняем! – ответил Джек.

Джек и Уилл налегли на весла и вскоре вплыли в заполненную водой пещеру. Воздух там был влажный и затхлый. На стене висел фонарь, и Уилл разглядел в стороне наполовину погрузившийся в песок скелет. Между ребер у него торчала шпага.

Когда они проплывали мимо останков бедняги, Уилл спросил:

– А что это за кодекс, о котором ты говорил Гиббсу?

– Пиратский кодекс, – отозвался Джек, продолжая грести. – За теми, кто попал в, плен, не возвращаться.

Внезапно на сводах пещеры замерцало несколько маленьких ярких кружочков. Постепенно их становилось все больше и больше. Уилл огляделся, но так и не смог понять, что это. А потом он посмотрел в воду и увидел тысячи золотых монет, отражавших свет фонаря. Эти сокровища просыпались, когда Барбосса и его команда через подземный коридор возвращались с бесчисленных рейдов.

Уилл и Джек беззвучно подгребли к площадке, на которой пираты оставляли свои лодки. Уилл вытащил шлюпку на берег. Джек выпрыгнул из нее и повел Уилла за собой.

Они осторожно поднялись на небольшое возвышение и окинули взглядом открывшиеся перед ними высокие залы. Уилл не верил своим глазам. Чего только не было в этой пещере!

В свете факелов поблескивали слитки серебра и золотые ларцы, усеянные бриллиантами. Кольца со сверкающими драгоценными камнями, кроваво-красные рубины размером с перепелиное яйцо, длинные нити крупного жемчуга, ярко раскрашенные шелка и целые россыпи золотого песка и монет. Пираты сдвинули ящики с сокровищами, освободив самую середину пещеры. Там, возле сундука с ацтекским золотом, стояла связанная Элизабет.

Уилл рванулся, чтобы спасти ее, но Джек удержал его.

– Лучше подождем подходящего момента! – прошептал он.

Но Уилл не мог ждать. На кону стояла жизнь Элизабет.

– Прости, Джек... но я не собираюсь быть козырем в твоем рукаве, – произнес юноша и огрел пирата веслом по голове. Обезьянка вдруг устремила взгляд на него, но тут заговорил капитан Барбосса, и зверек отвернулся.

– Настало время, джентльмены! Час избавленья близок! Мученьям вот-вот придет конец! Десять лет подвергались мы испытаниям. И каждый из нас доблестно бился сотню раз подряд. А затем еще сотню раз! Как я страдал! И эта кара, что мы несем, несоразмерна делам нашим! Вот оно! Проклятое сокровище самого Кортеса. Смотрите! Все, что было взято, мы возвратили. Кроме этого.

Произнеся свою речь Барбосса повернулся к девушке.

– Знаете, что я собираюсь сделать, как только мы избавимся от проклятия? – спросил капитан “Черной жемчужины”, с усмешкой косясь на Элизабет. – Съесть целую корзину яблок!

Пираты подобострастно рассмеялись, а Барбосса взял нож, рассек кожу на ладони Элизабет, положил туда медальон и сжал пальцы девушки в кулак. Затем капитан забрал у нее окровавленный золотой кругляш и бросил его в каменный сундук.

– Навеянное кровью пусть смоет кровь! – прокричал он.

Все напряглись, со страхом и нетерпением ожидая, когда проклятие наконец падет.

– Я не чувствую никакой разницы, – сказал через некоторое время одноглазый пират. Его приятели переглянулись.

– Как мы поймем, что больше не призраки? – спросил Пинтель.

Барбосса, нахмурившись, выхватил пистолет и выстрелил Пинтелю в грудь! Однако тот не рухнул замертво, а стоял, как ни в чем не бывало. Команда разочарованно загудела.

– Не помогло! – жаловались они друг другу. – Заклятье все еще действует!

Барбосса впал в бешенство. Он развернулся и схватил Элизабет за горло.

– Эй, прислуга! Твоим отцом был Уильям Тернер?

– Нет, – прохрипела Элизабет.

– Где его дитя? Где тот, кто отплыл из Англии десять лет назад? В чьих жилах течет кровь Тернера! Где он? – Барбосса начал терять терпение.

Среди пиратов поднялся ропот.

– Эй, вы, двое! – заорал боцман, тыча пальцем в Пинтеля и его одноглазого приятеля. – Вы притащили не того, кого надо!

– Но у нее был медальон, и по возрасту она подходила! – стал оправдываться Рагетти.

Боцман повернулся к Барбоссе.

– Это ты во всем виноват. Ты отправил Прихлопа на корм рыбам!

– Да, это ты навлек на нас проклятие! – поддержал его кто-то. Крики становились все громче, разъяренные пираты потрясали кулаками.

– Давайте перережем ей глотку и выльем в сундук всю кровь, вдруг сработает! – предложил боцман.

Внезапно Элизабет почувствовала, как кто-то зажал ей рот рукой. Это был Уилл. В пылу завязавшейся потасовки никто не заметил, что юноша освободил Элизабет от пут. Они вдвоем поспешили к лодкам. Девушка в последний момент успела схватить медальон.

Обезьянка увидела это и подняла крик, показывая на убегающих Уилла и Элизабет. Барбосса в гневе вскинул вверх руки.

– Они забрали медальон! – завопил он. – За ними! В погоню!

Пираты кинулись к своим лодкам, и тут оказалось, что все весла куда-то подевались.

– Найти их! – велел боцман.

Среди этой неразберихи вдруг возник пошатывающийся после удара по голове Джек Воробей.

– Ты! – вскричал Рагетти, узнав его. – Но ты ведь сдох!

– А ты разве нет? – спросил Джек, неуверенной походкой пробираясь среди сундуков.

Пираты все как один выхватили свои шпаги и пистолеты, и это сразу привело Джека в чувство.

– Право на переговоры, – заявил он.

Морские разбойники опустили оружие, а Пинтель так и вовсе бросил свой пистолет на землю.

– Переговоры?! – завопил он в сердцах. – Будь проклят тот остолоп, который придумал эти переговоры!

Капитан Барбосса шагнул вперед и пристально посмотрел на Джека.

– Убить его, – велел он и отвернулся.

Пинтель с радостью схватил пистолет и прицелился. И тут Джек обратился к Бар-боссе.

– Кровь девчонки вам не помогла, верно?

Барбосса резко обернулся и уставился на него.

– Погоди стрелять, – сказал он Пинтелю. Тот заметно приуныл.

– Я знаю, чья кровь тебе нужна, – заявил Джек.

Уилл выкинул последние пиратские весла в воду и помог Элизабет подняться на борт "Перехватчика".

– А Джек разве не с вами? – спросил Гиббс.

– Где Джек, парень? – строго осведомилась Анна-Мария.

Элизабет ахнула. Она только сейчас сообразила, что ради ее спасения своей жизнью рисковал не только Уилл, но и знаменитый пират Джек Воробей.

– Попал в плен! – ответил Уилл. – Что там велит кодекс?

Затем он повел Элизабет к каютам. Гиббс и Анна-Мария обменялись мрачными взглядами.

– Поднять якорь и поставить паруса, – отдала приказ Анна-Мария, и "Перехватчик" вышел в открытое море.

Спустившись в каюту, Уилл раздобыл чистую ткань для перевязки. Он бережно забинтовал ранку на ладони своей подруги, и юноша с девушкой заглянули друг другу в глаза. Уилл наклонился, чтобы поцеловать ее, но Элизабет отстранилась и поймала его пальцы. Она сняла с шеи медальон и опустила его на ладонь Уилла.

– Он твой, – сказала она. Юноша удивленно глядел на безделушку. – Не узнаешь?

– Я думал, что потерял его, – произнес он. – Это был отцовский подарок.

Уилл не отводил от медальона глаз.

– Это часть проклятого клада. Значит, им нужна моя кровь. Кровь моего отца. Кровь пирата.

Джек со связанными за спиной руками стоял на доске, перекинутой через борт. Внизу среди волн проскользнул темный плавник.

– Я надеялся, история не повторится... – вздохнул он.

– Джек. Джек! – Барбосса был как всегда любезен. – Ты не заметил, Губернатором этих земель мы назначили тебя в прошлый раз. Может быть, ты еще раз спасешься назло недругам? Но вряд ли. Акулы ждут.

– В прошлый раз ты оставил мне пистолет с одним зарядом, – обратился Воробей к Барбоссе, прежде чем шагнуть навстречу судьбе и поближе познакомиться с акулами.

– Черт возьми, а ведь ты прав! – воскликнул Барбосса, явно наслаждаясь происходящим. – Где пистолет Джека? – спросил он у своих людей. – Принесите его, живо!

– Учитывая, что на этот раз нас двое, – Джек кивком указал на Элизабет, – настоящий джентльмен дал бы нам два пистолета.

– Пистолет будет один, как и раньше, – отрезал Барбосса, забрав у пиратов оружие Джека. – И если ты настоящий джентльмен, ты избавишь даму от мучений, а сам сдохнешь с голоду!

Проклятая команда дружно загоготала, а Барбосса выкинул пистолет за борт.

Джек вдруг почувствовал, что ему в спину уткнулось острие сабли. Он сделал последний шаг и полетел в воду.

– Теперь очередь дамы! – провозгласил Барбосса.

Пираты подхватили девушку под руки. Ей удалось сохранить самообладание. Ступив на доску, она не выказала страха. Один только раз она обернулась и поглядела на Уилла. Девушка собралась что-то ему сказать, но тут боцман качнул деревяшку, и Элизабет полетела в море.

Волны сомкнулись над ней, вокруг пенились пузырьки. Она открыла глаза и увидела снующих вокруг рыбок. Затем она поглядела наверх и заметила очертания акул-молотов. Их темные тела скользили в бирюзовой толще воды.

Девушка задержала дыхание и повертела головой в поисках Джека. Тот шел ко дну, ведь руки его были связаны за спиной. Элизабет нырнула за ним и быстро распутала веревки.

Джек тут же опустился на дно, пошарил в песке и нашел свой пистолет.

Элизабет уже собиралась всплыть, но тут пират ухватил ее за щиколотку и потянул вниз. Она стала вырываться и лишь потом заглянула Джеку в лицо. Он покачал головой и указал на акул.

Джек заставил Элизабет плыть под водой. Наконец они добрались до рифов и вынырнули, задыхаясь и кашляя.

– Но почему надо было плыть у самого дна? – непонимающе прохрипела Элизабет.

– Акулы всегда нападают снизу, – тяжело дыша, ответил Джек.

Девушка мрачно кивнула. Пират повернулся и вгляделся в синеву моря. "Черная жемчужина" летела прочь на всех парусах.

– Уже во второй раз наблюдаю, как этот негодяй уплывает на моем корабле! – гневно воскликнул Джек.

Они с Элизабет переплыли узкую полоску воды, отделявшую рифы от суши.

Выбравшись на берег, девушка решила пройтись вдоль воды. Вскоре она вернулась на место, где начинались ее следы. Джек осматривал свой пистолет.

– Островок не такой уж и большой, верно? – спросил он.

– Если Вы хотите меня убить, то сделайте это прямо сейчас, – попросила Элизабет.

– Разве мы с Вами в ссоре, мисс Суонн? – Джек оторвался от своего занятия и пристально уставился на Элизабет.

– Вы хотели рассказать Барбоссе об Уилле в обмен на свой корабль, – кинула ему она гневно.

– Корабль нам бы не помешал, – согласился пират. – На самом деле я не собирался рассказывать Барбоссе об Уилле. Пока он не знал о нем, я мог с ним торговаться. Теперь это не под силу никому. И все это из-за этого дурака Уилла.

– Он рисковал своей головой, чтобы мы не погибли, – Элизабет пыталась реабилитировать юношу в своих глазах и глазах Джека. – Мы должны попытаться его спасти.

– Вот Вы и попробуйте, потом расскажете, чем все закончилось, – отмахнулся от нее пират.

– Вас уже высаживали на этот островок, – не сдавалась девица. – Значит мы выберемся также, как Вы тогда?

– К чему все эти хлопоты, цыпочка? – пытался остудить ее Джек. – Корабль ушел. Мистер Тернер умрет раньше, чем мы его найдем.

– Вы – капитан Джек Воробей, – напирала на него Элизабет. – Вы ускользнули из-под носа у семи агентов Ост-Индийской компании. Вы захватили форт Нассау, не сделав ни единого выстрела. Вы ведь тот, о ком я слышала? Или нет? Как Вы спаслись в прошлый раз с острова?

Джек не ответил. Разобрав свой пистолет, пират разложил его на постеленной бандане. Когда все высохло, он собрал оружие и принялся копать в песке глубокую яму.

– Что ты делаешь? – поинтересовалась Элизабет.

Джек нащупал на дне большое железное кольцо и потянул за него.

– Там, внизу, спрятана лодка? – взволнованно спросила девушка. – Поэтому ты и смог сбежать в прошлый раз?

– Вроде того, – ответил Джек. Ему наконец удалось открыть люк, под которым обнаружилось глубокое черное отверстие. Внутри виднелись покрытые пылью и паутиной бочки с ромом.

Элизабет недоуменно поглядела на бочки.

– Но как они помогут нам выбраться отсюда?

– Никак, – вздохнул Джек, спрыгнув вниз и откупорив бутылку. – Нам отсюда не спастись.

– Но ведь в прошлый раз...

– В прошлый раз, – принялся объяснять Джек, глотнув рома, – я пробыл здесь всего три дня. Потом появились контрабандисты, торговавшие ромом. Они использовали этот остров как тайный склад. Я заключил с ними сделку, и они помогли мне добраться до большой земли. Но судя по всему, – пират обвел рукой заросшие паутиной бочки и бутылки, – их бизнес давно захирел. – Он глотнул еще рома и добавил: – Вероятно, благодаря стараниям вашего чертова дружка Норрингтона.

Изумленная Элизабет не желала верить своим ушам.

– И только-то? – переспросила она, в глубине души надеясь, что Джек пошутил. – Это и есть тот грандиозный подвиг Джека Воробья? Он целых три дня лежал на берегу, глотая ром?

– Добро пожаловать на Карибы, цыпа, – вздохнул Джек и, захватив несколько бутылок, зашагал к берегу.

– Ну хорошо, а в других историях есть доля правды? – Элизабет поспешила за пиратом.

– Правды? – огрызнулся пират.

Закатив правый рукав, он продемонстрировал наколку пирата, а закатив левый рукав – множество глубоких рубцов. Отогнув рубаху на правой груди, Джек продемонстрировал 2 сквозных ранения, затянувшихся кожей.

– Все неправда, – добавил он.

Затем Джек уселся на берегу, в очередной раз глотнув ром.

– Взгляни на это с другой стороны, – посоветовал он девушке, пытаясь развести костер. – На деревьях растут фрукты. К тому же у нас есть ром. Тут можно продержаться целый месяц, а может, чуть больше. Ищите на горизонте проходящие корабли, возможно у нас есть шанс.

– Месяц?! – воскликнула Элизабет. – А как же Уилл? У него нет в запасе месяца! Мы должны что-то предпринять!

– Вы абсолютно правы, – откликнулся Джек, отсалютовав бутылкой. – За тебя, Уилл Тернер!

Элизабет уселась возле огня и тоже взяла покрытый пылью сосуд. Заставив себя глотнуть рома, девушка запела: «Так выпьем, друзья, йо-хо!..»

– Что это было, Элизабет? – встрепенулся Джек Воробей.

– Мисс Суонн, – поправила она пирата. – Да ничего особенного. Песня про пиратов, которую я помню с детства. Тогда я думала, как было бы здорово повстречать пирата.

– Я знаю много песен про пиратов, но все они не для детских ушей, – сказал Джек, бросив Элизабет еще одну бутылку. – С удовольствием послушаю Вашу...

– Нет. Для этого мне нужно много выпить, – ответила девушка мрачно.

– Как много? – спросил пират заинтересованно.

Элизабет и Джек обменялись взглядом. Девушка пару раз глотнула ром, затем она запела – сначала тоненьким голоском, а потом смелее:

Итак, Джек оказался на борту "Разящего", и Норрингтон собирался снова бросить его за решетку. Но Элизабет твердо вознамерилась спасти Уилла, и она знала, что без Джека ей не обойтись.

Вокруг пирата столпились моряки, чтобы заковать его в кандалы, как вдруг девушка воскликнула:

– Командор Норрингтон, мы должны немедленно плыть на Исла-де-Муэрте! Капитан Воробей мог бы указать нам курс, но ему не удастся сделать это, если вы бросите его в трюм.

Джек энергично закивал.

– Подумайте об этом, – сказал он Норрингтону. – "Черная жемчужина"... Барбосса... последний пират, угрожающий благополучию Карибских островов. Как вы можете мириться с таким положением дел?

Элизабет видела, что ей не удалось убедить ни Норрингтона, ни своего отца.

– Мы возвращаемся в Порт-Ройал, и никаких погонь за пиратами! – заявил губернатор Суонн.

– Но тогда мы обрекаем Уилла на смерть, – промолвила девушка и обратилась к Норрингтону. – Командор, умоляю вас! Пожалуйста... ради меня... Пусть это станет свадебным подарком...

Норрингтон был потрясен.

– Как это понимать? Вы примете мое предложение при условии, что я спасу мистера Тернера? – осведомился он.

– Это не условия, – ответила Элизабет. – Это просьба. Ваш ответ не изменит мой. Я выйду за Вас.

Джек изумился не меньше командора.

– Мистер Джилетт, – обратился Норрингтон к своему первому помощнику, – отведите мистера Воробья на капитанский мостик. Он укажет нам курс.

Джек встал к штурвалу и направил корабль на Исла-де-Муэрте. Он понимал, что надо торопиться. Необходимо попасть на остров до того, как кровь Уилла Тернера превратит Барбоссу и его проклятую команду в обычных людей.

Тем временем капитан Барбосса, Пинтель и его одноглазый приятель подошли к люку трюма, где томился Уилл.

– Вытащить его оттуда, – приказал Барбосса.

Команда Джека осталась взаперти, а мертвые пираты вместе с Уиллом погрузились в шлюпки, поплыли сквозь туман и скрылись в темном зеве пещеры.

Элизабет подплыла к "Черной жемчужине". Горя отчаянным желанием спасти Уилла, она принялась беззвучно карабкаться на борт. И тут до ее чутких ушей донеслись голоса. Два пирата накрывали на палубе стол для грандиозного пиршества: тут были и пироги, и галеты, и ром, и вяленое мясо. Они ждали, когда Барбосса и его команда возвратятся с радостной вестью о том, что проклятие перестало действовать. Вот тогда-то они все смогут, наконец, насладиться вкусом настоящей еды!

– Что ты съешь перво-наперво? – спросил один пират, пожирая глазами роскошные яства.

– М-м-м, пирог! – ответил его приятель, подумав.

– Точно, пирог! – согласился с ним первый.

Тем временем Элизабет миновала бойницу и перебралась через планшир. Доски едва слышно скрипнули. Оказавшись на палубе, девушка тихонько двинулась вдоль борта, и тут из тьмы ей навстречу с визгом выпрыгнула обезьянка. Элизабет сгребла зверька за шкирку и выбросила за борт. Обезьянка завопила еще громче и с плеском ударилась о воду. Пираты, высунувшись в бойницу, посмотрели вниз, а потом принялись озираться по сторонам.

Элизабет бросилась бежать, зная, что головорезы все же заметили ее. Она юркнула в темный угол, а те, громко топоча, пронеслись мимо. Вдруг они услышали, как задвигались снасти. Привлеченные шумом, они задрали головы вверх, и тут рея, на которой крепился парус, развернулась и ударила их в грудь. Пираты полетели за борт и присоединились к барахтавшейся в воде обезьянке.

К изумлению Элизабет, из полумрака вдруг выступила команда Джека. Это Анна-Мария и Гиббс налегли на рею, отправив призраков-часовых искупаться. Теперь "Черная жемчужина" оказалась в их руках!

– Послушайте! – воскликнула Элизабет, испытав облегчение при виде старых знакомых. – Уилл в плену у пиратов, в пещере. Если у нас есть хоть малейший шанс спасти его, мы должны им воспользоваться! Кстати, Джек тоже там! – добавила она, пытаясь самостоятельно спустить на воду шлюпку.

Никто не вызвался ей помочь. Элизабет растерянно поглядела на команду.

– Джек обещал нам корабль, – сурово произнесла Анна-Мария.

– И мы его получили, – подхватил Гиббс. – К тому же, нельзя забывать о кодексе...

– О кодексе? – не веря своим ушам, переспросила Элизабет. – Неужто вы бросите своего друга в беде? Вы ведь пираты! К черту кодекс!

Но команда не поддалась на ее пылкие речи, и девушка отправилась на Исла-де-Муэрте одна.

Казалось, что на этот раз удача отвернулась от Джека. Он стоял на сколоченном из досок эшафоте, а на шее у него красовалась петля.

Среди прибывших поглядеть на казнь горожан были Элизабет, ее отец и командор Норрингтон.

– Так нельзя! – взмолилась Элизабет. – Он рисковал жизнью, чтобы спасти меня, а потом и вашу команду!

Но в глазах губернатора читалась решимость неукоснительно следовать букве закона. А с какой стороны ни посмотри, Джек его нарушал.

Уилл тоже оказался тут как тут. Он продирался сквозь запрудившую площадь толпу зевак. Барабаны начали отбивать тревожный ритм, и палач уже собирался приступить к своим обязанностям, как вдруг на планку виселицы уселась зеленая птица. Попугай Коттона! Он поглядел прямо на Уилла – это был сигнал, – и Уилл кивнул Джеку.

Юноша приблизился к Элизабет и вытащил из ножен шпагу.

– Элизабет, я люблю тебя! – сказал он девушке. – Мне стоило признаться тебе в этом раньше...

Не успела она вымолвить ни слова, как Уилл кинулся к помосту, выхватывая на бегу второй клинок. Тем временем палач нажал на специальный рычаг, и под ногами у Джека открылся люк. Уилл в два прыжка поднялся на эшафот и успел воткнуть в крышку люка свою шпагу. Та прочно вошла в дерево, и Джек, повисший было в воздухе, сумел поставить ноги на ее эфес.

Пират с трудом удерживал равновесие на прогибающимся под ним клинком. Уилл взмахнул второй шпагой и рассек веревку надвое. Джек упал и на лету выдернул из досок оружие.

Джек и Уилл плечом к плечу дрались с людьми Норрингтона, постепенно продвигаясь к окружавшим площадку перилам. Теперь им было некуда отступать, позади плескалось море. Солдаты нацелили на них ружья. Друзья оказались в ловушке.

И вдруг Уилл шагнул вперед и загородил собой Джека. Чтобы добраться до пирата, солдатам пришлось бы убить кузнеца.

Губернатор Суонн с Норрингтоном протолкались вперед.

– По возвращении домой я проявил к Вам снисхождение и сразу же помиловал, и вот как Вы мне отплатили! – упрекнул он Уилла. – С кем Вы связались? Он же пират!

– И славный малый! – воскликнул Уилл, обращаясь к Норрингтону.

– Забыли свое место, Тернер, – процедил командор.

– Оно здесь, между Вами и Джеком, – ответил Уилл.

Элизабет пробралась сквозь толпу и спрыгнула на перила, очутившись рядом с Уиллом.

– Как и мое! – объявила она.

– Значит, Ваше сердце так решило? – спросил у девушки Норрингтон.

– Да, так, – кивнула Элизабет.

Двое друзей отважно глядели на Норрингтона. Его глаза на миг блеснули яростной решимостью. А потом он посмотрел на Элизабет, и его лицо смягчилось. Он оценил искренний и отчаянный поступок девушки и понял, что она никогда бы не полюбила его так, как любит Уилла.

– Я бы на ее месте выбрал тебя, приятель, – сказал Джек, сочувственно кивнув Норрингтону, а потом развернулся к толпе и крикнул: – Друзья, вы навсегда запомните этот день, когда вы почти повесили... – Не договорив, пират перемахнул через ограждение и бросился в море.

Зеваки хлынули к краю площадки. Джек боролся с волнами далеко-далеко внизу. А в гавань в это время входила "Черная жемчужина". Команда Джека вернулась, чтобы спасти своего капитана!

Норрингтон повернулся к Уиллу и, похлопав по эфесу своей шпаги, подаренной ему в день повышения, произнес:

– Замечательное оружие. Надеюсь, тот, кто его сделал, будет являть такую же заботу и преданность во всем. – Он отсалютовал Уиллу шпагой и добавил: – Мои поздравления. – Затем командор безмятежно обратился к Элизабет: – Мисс Суонн, желаю вам обоим счастья.

Тут к Норрингтону подбежал Джилетт и спросил, не нужно ли срочно поднимать на "Разящем" якорь и отправляться в погоню за Джеком.

– Думаю, мы вполне можем дать ему денек форы, – ответил Норрингтон с улыбкой. – Исключительно ради спортивного интереса.

Стоявшие у самых перил Уилл и Элизабет обменялись долгими взглядами, а потом юноша крепко обнял и поцеловал свою возлюбленную.

– Вот что за путь ты избрала. Но же простой кузнец... – со скорбью в голосе произнес губернатор.

– Нет! – гордо возразила Элизабет. – Он пират!

Почему Джек Воробей приплыл в Порт-Ройал на продырявленной лодке? За что он отхватил две пощечины в бухте «Разбитых кораблей» сразу же по прибытию? Кто такая Скарлетт, и кто такая Жизель? И за что они его так ненавидят? Знакомьтесь с дополнением к оригинальной истории о похождениях легендарного капитана Джека Воробья.