Мой сводный брат – как скала, и я во всем этом теряюсь... Рид "Альпинист" Конвэй - самый лучший покоритель гор на западном побережье. Говорят, он круче, чем все отвесные скалы, на которые ему случалось подниматься. Со времен средней школы я не могла выкинуть из головы его дерзкую улыбку и рельефное тело. И самое ужасное в том, что как бы я не презирала его, Рид оставался моим сводным братом. О Риде ходят страшные слухи - о наркотиках и мафии. Несмотря на это и наши прошлые ошибки, я ничего не могла поделать с собой и краснела от каждой грязной реплики Рида, брошенной в мой адрес. Своими сильными пальцами он может согнуть металл, и может разбивать женские сердца. И я не позволяю себе находиться рядом с Ридом, ведь я - примерная девушка, первая в семье, кто поступил в колледж. Но не успеваю я и глазом моргнуть, как меня затягивает в его мир, и вот я уже делаю то, о чем и помыслить не могла. Рид тот еще засранец, но он нечто большее, чем тело, твердое, как камень. И мне нужно узнать то, что он скрывает, прежде, чем нас обоих настигнет мафия.
Переводчик:
Редактор:
Обложка:
Рид просто идет по коридору, а я уже точно знаю, чего он хочет.
Того же, что и каждую ночь. У меня из головы не выходит ощущение его кожи, языка и губ, которыми он водит вдоль моего позвоночника, его шершавых пальцев, которыми он скользит в мои трусики и посылает дрожь по всему телу.
Порой я его ненавижу. Но желаю его сильнее, чем могу осознать.
Наши родители не должны об этом узнать. Никто не должен. Ведь на карту поставлено более ценное, чем наша репутация.
Наши жизни.
И дело не только в том, что он мой сводный брат. Между нами существует что-то гораздо большее, и так много людей угрожает разрушить все то, что мы знаем и любим. Но Рид всегда рядом и держит все под контролем.
Когда он входит в мою комнату, дверь тихонько скрипит. Я никогда не сплю. Не могу, зная, что Рид так близко. Он проникает в мою комнату, словно тень, закрывает дверь и запирает ее на замок.
— Ты всегда так тяжело дышишь, — шепчет Рид, прижимаясь ко мне мускулистым, теплым телом.
Я сдерживаю стон и веду пальцами по его прессу.
— Я никуда от тебя не денусь. — Он прижимается губами к моей шее.
Я хватаю его за руку. Слышу шумы дома, представляю дремучий лес, деревья, ветку, что царапает стекло. И будто бы все это пытается нас поглотить. Наполовину мечта, наполовину желание. Хочу вернуться к природе, быть дикой и свободной, позволить Риду все, что он хочет со мной сделать. Его тело, что вдавливает меня в матрац, пахнет землей и мускусом.
— Все еще хочешь от меня уйти? Услышав о том, чем я занимаюсь, считаешь меня чудовищем? — Он трется небритыми щеками о мои затылок и шею, скользит пальцами к влажному местечку у меня между ног.
Я не хочу, чтобы он останавливался.
Есть только дверь, однажды открыв которую, мы разрушим все, что есть между нами, и мы оба знаем, что после просто не выживем.
Мы живем у кромки леса. Дремучего леса. Деревья в нем больше, чем все, что я могу представить. Они древние, как то чувство, что заставляет меня сейчас прикусить нижнюю губу. Мы с легкостью могли бы исчезнуть в этом лесу, раствориться во времени и пространстве.
— Часть тебя желает быть пойманной, — говорит Рид низким, хриплым, наполненным желанием голосом.
Я выгибаюсь и вскрикиваю, когда его пальцы достигают цели.
В голове пусто, меня накрывают волны сильного наслаждения.
— Рид, — повторяю я снова и снова.
— До утра еще далеко, — шепчет он.
Я надеюсь, оно никогда не наступит.
Глава 1
Рида Конвэя я впервые увидела в третьем классе. Он со своей матерью-одиночкой только-только переехал в Риджвуд из большого города и был зачислен в нашу школу. Я жила в этом городишке с рождения. Здесь любое происшествие становилось сенсацией.
Тогда Рид был тихим, всегда серьезным. Еще бы, ведь в то время он не был самым популярным парнем в школе, не выделялся ростом более шести футов, не имел накачанного совершенного тела. Когда мы в первый раз встретились, Рид был простым мальчишкой.
В те годы мы с ним мало разговаривали и уж точно несерьезно. Первые несколько месяцев я сильно переживала из-за этого, ведь совсем несложно сказать хотя бы «привет». Но я всегда замечала его, всегда на протяжении всего нашего взросления, и я не была единственной. Когда стало ясно, какой Рид необыкновенный, к нему начали тянуться люди. В старших классах от его стеснительности не осталось и следа, когда на него начали вешаться, как сумасшедшие, толпы девчонок.
Я совсем не была одержима Ридом. На самом деле он казался мне заносчивым засранцем. Но трудно не принимать во внимание, что уже в свои шестнадцать парень выигрывал местные соревнования по альпинизму, а в семнадцать ставил рекорды. Сложно было не смотреть на того, рядом с которым все хотели быть.
Пока Рид все не изменил, моя жизнь протекала легко и понятно. Я не пользовалась популярностью в школе, но имела близких друзей и школьную работу. Собиралась поступать в колледж, и все говорило о том, что я буду первая из семьи, кто чего-то добьется. Ради этого стремления я все поставила на карту. В то время как другие девчонки моего возраста тратили время на то, чтобы наблюдать за парнями на грязных велосипедах или ходить за покупками в торговые центры, я зависала в библиотеке и зубрила до онемения задницы.
Я была той еще зубрилкой. Да, признаю. Вообще-то, секретом это не было, и я не очень горжусь тем, что совсем не смыслила в моде и носила очки в толстой оправе. Но вот такой уж я была – старая добрая Ребекка, умная и сосредоточенная.
Вот только все когда-то меняется. Моя мама умерла, когда я была еще совсем малышкой, так что я ее не помнила, и у меня в мыслях не было, что папа снова решит жениться. Пока в один прекрасный он день не объявил, что помолвлен, и мой мир резко пошатнулся. Один разговор, и вот уже вся моя жизнь повернулась на сто восемьдесят градусов.
Трудно было не замечать Рида «Альпиниста» Конвэя. Он был по-мальчишески красив. Его сексуальная улыбка разбивала сердца. Рид излучал ту уверенность, которую я ни у кого не видела. Но в нем было что-то большее, что-то глубоко внутри, что он не часто показывал. Казалось, будто все в мире идет так, как хочется ему, а если нет, он тут же все под себя подстраивал. Я видела проблески глубины его души все годы, но он не открывался мне полностью. И все переживали, что он уедет из городка.
А еще Рид был моим сводным братом.
***
Меня долгое время не было в Риджвуде.
Протащив чемодан вниз по эскалатору, я вышла из здания аэропорта на улицу, где шел дождь, вдохнула воздух с запахом соснового бора и улыбнулась. Долгое время я провела недалеко от Нью-Йорка в Дартмутском колледже, но Риджвуд, расположенный на границе Канады и американского штата Вашингтон, всегда оставался для меня домом.
И в этом кое-что было. Маленькие городишки с их очарованием каким-то образом засасывали тебя и не отпускали, неважно как далеко тебе удалось убраться. Несмотря на то, что здесь через день шел дождь, Риджвуд оставался одним из самых красивых мест, которые я знала. К северу и востоку от города простирались горы и повсюду виднелись леса. Основные рабочие места были на лесопилке и бумажных фабриках, но эти предприятия довольно сильно в последнее время сократили.
Стоя около небольшого местного аэропорта, я чувствовала будто ничего не изменилось. Перелет из Нью-Йорка в Вашингтон был трудным и длительным, тем более мне пришлось делать две пересадки – в Чикаго и Сиэтле. За последние четыре года я нечасто приезжала в родные пенаты, ведь это было затратно. Тем более тогда, когда моей мачехе поставили диагноз – рак.
Трудно было находиться вдали от семьи, когда один из ее членов болен. Каждый раз, когда я молила отца позволить мне вернуться домой, он заверял, что все в порядке, что я должна сосредоточиться на учебе. Папа всегда меня защищал. К счастью за прошедший год болезнь Коры остановилась. Это была долгая и тяжелая битва, но Кора выиграла.
И вот теперь я на какое-то время приехала домой. Колледж окончен с отличием, я получила грант на учебу на факультете компьютерных технологий в Техасе. Время на пребывание дома было ограничено, но мне хотелось использовать его на полную катушку.
Вытянув шею, я осматривала улицу в поисках старенького джипа моего отца. Я почти год не была дома и с нетерпением ждала возвращения в семью.
Глянув на часы, нахмурилась. Папа опаздывал на пятнадцать минут, что было на него непохоже. Вытащив телефон проверила сообщения. Ничего не было.
Обеспокоенная села на скамейку и стала ждать.
Я очень сильно любила дом, но был один пунктик, заставляющий меня возвращаться туда с еще большим удовольствием – высокомерный и привлекательный, больше всего любящий дразнить меня до пожара на щечках. Все неправильно, но я ничего не могла с этим поделать. Несмотря на статус нашего родства, между нами существовала история.
Словно почувствовав, куда уносят меня мысли, появилась машина отца. Я встала со скамейки желая побыстрее с ним увидеться.
У меня челюсть отвисла, когда машина остановилась около меня.
— Бекка, привет, — окликнул меня Рид с улыбкой. — Как всегда выглядишь очень хорошо.
Рид рассмеялся, увидев, как я нахмурилась.
— А где папа?
— Неужели не рада меня видеть?
Ответ на этот вопрос был слишком сложен, чтобы даже начинать его обдумывать. Я смотрела в светло-серые глаза Рида, мерцающие весельем из-за моей реакции. У этого парня было красивое лицо, словно высеченное из камня, русые волосы, как обычно, коротко и стильно подстрижены.
Рид – мой сводный брат. Парень, которого мне трудно не заметить.
— Нет, просто... я ожидала увидеть папу.
— Расслабься, я знаю, — рассмеялся Рид. — Он вынужден был остаться на заводе, поэтому отправил меня встретить тебя.
Я кивнула. Объяснение похоже на правду. Несмотря на то, что рак отступил, остались кредиты, которые необходимо выплачивать. Мой отец работал как проклятый.
Вот только это было необязательно. Насколько я поняла, большинство счетов оплачивает Рид. Одно могу сказать точно: Рид очень предан семье. Он делает все, чтобы помочь матери, и, похоже, все деньги от выигранных соревнований по альпинизму и от работы гидом уходят на оплату ее медицинских счетов. А если верить отцу деньги были довольно большие.
Рид вышел из машины и подошел ко мне.
— Давай помогу. — Он кивнул на мой багаж.
— Похоже, не все рыцари перевелись. — Я пожала плечами.
— Нет, просто не хочу выслушивать твое нытье про мокрые волосы, — усмехнулся Рид.
— Я не так уж и долго отсутствовала, чтобы забыть про дождь в здешних местах, — нахмурилась я.
— Извини, студенточка, не хотел тебя обидеть.
Я закатила глаза и раздраженно забралась в машину. Он рассмеялся, закинул мой чемодан в багажник и сел на водительское сиденье.
Рид выехал на дорогу и помчался к дому, где я выросла. Мы двинулись на север, и я наблюдала за окном густые, зеленые леса. Здесь мало чего было: один кинотеатр в тридцати милях отсюда, один продуктовый магазин и крошечный торговый центр с несколькими магазинами одежды и парикмахерской. Еще было несколько закусочных и ресторанов, а в остальном лишь лес, горы и реки.
— Как дела в колледже? — спросил Рид.
— Отлично. Ты же ведь знаешь, что я его закончила?
— Да, Бекка, владею такой информацией. — Рид взглянул на меня.
— Ладно, хорошо. — Я нервно рассмеялась. — У меня осенью начинаются занятия.
— В Техасе?
— Да. В Остине.
— Слышал, крутой город.
— Я немного взволнована этими событиями.
Рид молчал, а я не могла не вспомнить нашу последнюю встречу.
Я вернулась в реальность, когда Рид включил дворники на лобовом стекле. Даже не заметила, что снова пошел дождь. Наблюдая за движениями щеток, радовалась, что могу хоть на что-то отвлечься.
Я оказалась не готова к возвращению в те воспоминания. Особенно не тогда, когда Рид находился рядом со мной, всего лишь в нескольких дюймах.
— Как чувствует себя твоя мама? — спросила я.
— Хорошо. С нетерпением тебя ждет.
— Да? У нее отросли волосы?
— Да. И она прекратила носить те ужасные парики, — рассмеялся Рид.
Я улыбнулась. Кора ошеломляла в самом классическом смысле этого слова. Даже во время болезни она умудрялась выглядеть абсолютно идеально. После химиотерапии у нее выпали волосы, но Кора запаслась огромным ассортиментом париков и частенько присылала мне фото в одном из них.
— Они не были ужасными. Ей очень шли.
Рид заворчал, но ничего не ответил.
Между нами существовало напряжение и тому была причина. Думаю, явно ощущалось мое первое появление в году после исчезновения. Не удивлюсь, если мыслями Рид был там же, где и я.
От аэропорта мы двинулись в самое сердце города. Это был не совсем центр, по крайней мере, не как в городках, что на восточном побережье, но это был мой дом. Все, вроде бы, осталось прежним, и пока для одних людей это казалось депрессивным, для меня все казалось таким, каким нужно.
Мне бы хотелось, чтобы время не коснулось Риджвуда. Я знала, что это невозможно, что под первозданной личиной бурлят свои проблемы, но все равно каждый раз, возвращаясь сюда, чувствовала себя хорошо.
Рид замедлился и свернул на парковку минимаркета.
— В чем дело? — спросила я.
— Я сейчас по-быстрому кое-что сделаю. Ты останешься здесь.
— Соскучился по «Слим Джим1»? — Я подняла бровь.
— Не думаю, что они до сих пор так же готовят, — смеясь, ответил Рид.
— Это же Риджвуд – место, забытое временем.
— Действительно. — Рид улыбнулся и кивнул. Машина остановилась на парковочном месте. — Скоро вернусь.
Не успела ничего ответить, как он выпрыгнул из машины и побежал в магазин. Я наблюдала за ним через лобовое стекло, но Рид быстро исчез из поля зрения. На секунду у меня появилось желание последовать за ним, но не хотелось снова промокнуть, ведь я только-только начала обсыхать.
Рид вернулся через несколько минут и забрался в машину. Мы выехали с парковки и влились в движение на дороге.
— Передумал? — спросила я.
— Что?
— Ты ничего не принес.
Секунду Рид смотрел на меня.
— А, да, — кивнул он. — У них не было того, что мне нужно.
Я одарила его непонимающим взглядом, но не стала давить. Когда Рид хотел, он мог быть загадочным.
Я научилась не пытаться его разгадать. Если Рид захочет раскрыться, он это сделает.
Мы ехали через город в напряженной тишине. Мне это не нравилось. Не нравилось, что нет беспощадных шуточек Рида о том, что я ботаник или что-то такое же глупое. Все лучше, чем это молчание.
— Какие планы на лето? — наконец-то нарушил Рид тишину.
— Пока не знаю. Думаю встретиться с некоторыми людьми.
— Например?
— Для начала с Линдси.
— Она же работает официанткой в «Блю»? — усмехнулся Рид.
«Блю» – это «Блю Лайт Динер», но большинство сокращали до первого слова.
— Насколько я знаю, да.
— Забыл, что вы были близки.
— Что? Что это значит?
— Ничего. Просто она уже не та, что была в старшей школе.
— Не та?
— Люди меняются. Вот как ты. — Рид снова пожал плечами.
— Отлично. Ты снова начинаешь.
— Студенточка, прекрати переводить все мои разговоры в подколы, — рассмеялся Рид. — Или мне нужно было назвать тебя ботаником? Раз уж ты больше не в колледже.
— Если я ботаник, то ты тупой качок.
— Отличный ответ. Зачет.
— А что насчет тебя? Будут какие-нибудь соревнования скоро?
На какое-то время у Рида появилось отстраненное выражение лица.
— Да. Есть кое-что на примете. — Он кивнул.
— Как все проходит?
— Хорошо. Упорно тренируюсь.
Я окинула взглядом его тело. Должна признать, мой сводный брат был в гораздо лучшей физической форме.
— Прекрати пялиться, Бекка. — Он посмотрел на меня и усмехнулся.
— Я не смотрела. — Я покраснела и отвернулась к окну.
— Да ты меня взглядом прямо раздела.
— И вовсе я это не делала. Не будь придурком.
— Да ладно, сестренка. Понятно. Трудно контролировать себя рядом со мной.
Я вздохнула и покачала головой. Наверное, тишина лучше.
Вскоре мы съехали с трассы и направились по грязной проселочной дороге, где едва могли бок о бок поместиться две машины. Каждый изгиб этой дороги был мне хорошо знаком, потому что я сотни раз по ней ездила. Впереди показалось здание из дерева и стекла, из трубы которого лениво полз дымок.
— Для нас разожгли камин, — прокомментировал увиденное Рид.
Я широко улыбнулась. Я приехала домой.
Глава 2
Как же мне было ненавистно быть новеньким ребенком в городе. Даже спустя годы я не ощущаю себя местным. Да, я знаю леса вокруг Риджвуда лучше, чем кто-либо, я лучший в альпинизме, но если ты не родился в городе, то навсегда останешься немного чужеземцем.
Ребекка никогда не заставляла меня себя так чувствовать. Она была «ветераном», как я называл ей подобных, и когда приехал ребенком в Риджвуд, Бекка была со мной милой. Поначалу трудно влиться в жизнь маленького городка, и дети в нем не особо доброжелательны.
Но Ребекка была другой. Вероятно, она даже не помнит, потому что мы тогда не могли считаться друзьями, но все равно она была со мной милой. В первые месяцы любое проявление доброты было очень важно, и Ребекка одна из немногих детей, кто улыбался мне и здоровался.
Хотя жизнь становилась лучше. Я взрослел, занялся альпинизмом, завел несколько друзей. Долгое время я чувствовал себя потерянным, как будто в мире у меня ничего не было. Люди вокруг были довольны и счастливы и, похоже, довольствовались жизнью, а со мной было все не так. Порой мне даже приходилось соскребать себя по утрам с кровати.
Все изменилось, когда я занялся альпинизмом. Сначала это была небольшая секция, всего лишь несколько занимающихся и немного специальных стенок. Но вся моя жизнь перевернулась.
В моей памяти навсегда отложился этот день. Мне было пятнадцать. Я занимался альпинизмом с приятелем, которого сейчас едва ли вспомню. Мы взбирались на скалу, парень учил меня правильно пользоваться веревками и карабинами, когда я откинулся назад и взглянул на пейзаж.
Мы едва ли поднялись выше деревьев, но я видел все вплоть до горизонта. Все распростерлось передо мной, и я больше не слышал того, что говорил мой приятель. Были лишь я, солнце, небо и ветер в моих волосах. Я чувствовал себя свободно и естественно.
В тот день сошлись все паззлы. Я понял все, что делали другие. Когда я занимался альпинизмом, мир приобретал смысл.
И все это распространилось и на прогулки в густых лесах вокруг Риджвуда. Мне нравилось находиться в дремучем лесу одному, между нашим городом и Канадой, где на мили вокруг никого не было. Я мог весь день напролет гулять, залезать на деревья и изучать растения.
В средней школе было хорошо. Девушкам я нравился, и у меня никогда не возникало проблем с тем, чтобы завести себе подружку. Вероятно, им нравился альпинизм или что-то в этом роде, и то что я не был грубым. Но меня не интересовал женский пол. Все, что мне хотелось — заниматься скалолазанием и делать это быстро.
А вот Бекка все время была рядом. Я видел ее в коридорах и в классе, и всегда мне было интересно, какая она. Несмотря на мою растущую популярность, рядом с Беккой я терял уверенность. Все знали, что она самый умный человечек в школе, и даже если большинство считало ее занудной неудачницей, я видел в ней много положительных качеств.
Я замечал, как она накручивает волосы на пальцы, когда нервничает. Замечал, как она покусывает дужки очков, когда сосредоточена. Бекке нравилось по утрам пить апельсиновый сок и иногда она брала его в пластиковой бутылке в школу.
Но я почему-то рядом с ней смущался. Я не был гением, а вот Бекка была. Она была умной, серьезной и чертовски сексуальной. Мне хватало подружек, но всегда на краешке сознания маячила Бекка, то вспыхивая, то исчезая из поля зрения.
Моя карьера пошла вверх, когда мне было семнадцать. Я выиграл местные соревнования и понял, что если захочу, то могу быть очень хорош в альпинизме. Я тренировался почти каждый день, покорял вершины так часто, как только мог, и что-то во мне изменилось. Как-то резко местные соревнования стали для меня слишком легкими, поэтому начал потихоньку участвовать в региональных. Я побил несколько рекордов, выиграл кучу денег, и зажглась моя звезда.
Но в маленьких городках было кое-что забавное. Неважно, каким знаменитым ты был, ты оставался таковым лишь в пределах маленького городка. И нужно было лишь одно, что все изменит.
Мне потребовалось два события.
Во-первых, была Бекка. Я не видел какого-то внимания с ее стороны ко мне. Я был в нее влюблен, совсем чуть-чуть, и не понимал, что происходит и что это значит, пока не стало слишком поздно. Через два дня после того, как я наконец-то осознал свои чувства, наши родители объявили о том, что тайно поженились на выходных.
Ребекка Фостер, девушка из той ночи, той жаркой ночи, стала моей чертовой сводной сестрой.
Все оказалось грехом. Как только я что-то получал, это моментально от меня ускользало. И этот случай не стал исключением.
Второе событие, изменившее мою жизнь — рак у моей мамы. И это в сто раз хуже, чем желание трахнуть сводную сестру. В это время Бекка уехала в колледж и не видела всего, через что нам пришлось пройти. Она не видела, как ее отец смотрел на меня, когда я начал приносить домой деньги, чтобы оплачивать медицинские счета матери. Бекка не видела, куда мне пришлось вляпаться, чтобы достать деньги, не видела то дерьмо, в которое я все больше погружался.
Бекка не видела, как моя мать висела на волоске от смерти. Не видела, как Кора поборола ее и стала только сильнее.
Бекка не видела кучу долгов, под гнетом которых мы жили. Не видела ту тьму, что окружала меня.
И после всего этого, после ее коротких, но мучительных визитов, Бекка вернулась домой. Моя сводная сестра. Бекка Фостер.
Умная девчонка, которую я не могу выкинуть из своей чертовой головы.
* * *
Я наблюдал за тем, как Бекка поднималась по ступеням к главному входу и волочила свой багаж. Я вздохнул и улыбнулся. Как на нее похоже – отказаться от моей помощи. Она не в первый раз мне отказывает.
Дом расположен на полутора акрах земли, как забором окруженный лесами. Мой отчим Джек купил его задешево в былые времена. И когда женился на моей матери, они переехали сюда вместе. За несколько лет Джек обустроил все, построил огромную веранду, соорудил две пристройки и второй этаж. Дом был стилизован под охотничью хижину, и поскольку я едва ли помню другие дома, в которых рос, то считал этот своим родным.
Мы не были богачами даже близко, ведь пережили лечение раковой опухоли у мамы. Но Джек много работал, да и я помогал как мог. Мне не нравилось жить дома, но как только мама заболела, все мои планы пошли коту под хвост. Я не мог уехать, не тогда, когда она страдала.
Я помогал по мере своих возможностей. Жертвовал ради мамы всем и делал бы это столько, сколько потребовалось. Но никто не знал, на что мне пришлось пойти. Никто не знал, что мне пришлось делать, чтобы покрыть больничные счета.
Представить не могу, что было бы с нами, если бы несколько лет назад я не познакомился с Томом.
— Так и будешь там стоять? — спросила, оглянувшись на меня, Бекка.
— Люблю дождь. — Я пожал плечами.
— Ладно, чудик. — Бекка скинула обувь, оставив ее перед дверью, и вошла в дом.
Какое-то время я просто стоял и смотрел ей вслед. На несколько месяцев Бекка вернулась в мою жизнь. Даже после того вечера в фургоне я по-прежнему с нетерпением ждал наших встреч. Мне нравилось пялиться на ее задницу, когда Бекка шла впереди меня. Ничего не мог с собой поделать. Эта девчонка чертовски сводила меня с ума.
Я вздохнул и последовал за ней в дом. Скинув мокрую одежду на кресло на веранде, вошел внутрь.
Было тепло и уютно. Из-за дождя температура понизилась, и мама вместо того, чтобы включить электрическое отопление, растопила камин. Я увидел, как Бекка поднимается наверх. Судя по всему, чтобы переодеться в сухую одежду и распаковать вещи. Я отправился на кухню.
— Все в порядке? — спросила меня мама.
— Да, отлично. Бекка пошла наверх распаковать вещи.
— Я так рада, что вы вновь под одной крышей, хоть и ненадолго. — Мама кивнула и улыбнулась.
— Да. Я с этим справлюсь. — Я пожал плечами.
Мама нахмурилась. Она всегда обладала хорошей интуицией, но почему-то со мной все выходило из-под контроля. Мама практически всегда считывала мое настроение.
Большую часть времени это чертовски раздражало, но порой радовало, что не нужно ничего объяснять.
— Почему ты в плохом настроении? — игриво спросила она.
— Это не так, — проворчал я.
К несчастью, сегодня не тот раз, когда я могу обойтись без объяснений.
— Давай, поделись.
— Просто устал. Долгая поездка в город.
— Мы оба знаем, что дело не в этом. — Мама покачала головой.
— Плюс ко всему я уже несколько дней не занимался альпинизмом.
— Ладно. Захочешь – расскажешь.
Я покачал головой. Что мне ей сказать? «Мам, я до боли в яйцах хочу трахнуть Бекку». Даже от взгляда на ее задницу у меня твердеет член. Когда Бекка рядом, мое сердце бьется как сумасшедшее. И плевать на то, что она моя сводная сестра.
Сомневаюсь, что маме это понравится.
— Когда Джек вернется?
— Надеюсь, что скоро, — вздохнула мама.
Я только собрался ответить, как в дверях появилась Бекка.
— Кора, — улыбаясь, поприветствовала она маму.
— А вот и ты!
Они тепло и крепко обнялись. Я улыбнулся, залез в холодильник, достал банку пива и открыл. Должен признать, мне нравилось, что у них такие добрые отношения.
Неважно, что мы с Джеком не особо ладили. Может, большую часть времени он и был придурком, но это легко игнорировалось. Да и кому хочется тратить много времени на угрюмого подростка?
— Выглядишь потрясающе, — сделала комплимент маме Бекка.
— Спасибо, дорогая. Я отлично себя чувствую.
— На самом деле ты выглядишь еще лучше, чем до болезни.
— На самом-то деле это не так. Но я ценю твои слова. — Мама рассмеялась. Она никогда не признается в том, насколько любит комплименты.
— Мам, не будь скромницей. Разве ты за две недели не сбросила пять килограммов?
— Скинула. Да это любой дурак может сделать, — кивнула она.
— Ты все такая же потрясающая, — рассмеялась Бекка.
Я глотнул пива и внутренне улыбнулся. Что за восхитительное воссоединение.
— Мне пора, — вмешался я в их разговор.
— В такую погоду? — посмотрела на меня мама.
— Дождь уже утих. Выйду на короткую прогулку.
— Возьми с собой Бекку, — после недолгого молчания сказала мама.
— Нет, правда, не стоит. — Бекка вскинула руки вверх. — Мне не хочется снова мокнуть.
— Что за абсурд. Ты только приехала домой, тебе стоит выйти на улицу, посмотреть, что изменилось.
Типичное мышление жителей нашего городка. Все считали лес чем-то волшебным. Если плохо себя чувствуешь, то необходимо сходить в лес и подышать свежим воздухом.
— Мам, если она не хочет идти, пусть остается.
— Вообще-то мне бы хотелось пойти. Короткая прогулка? — Бекка посмотрела на меня и мне показалось, что я что-то увидел в ее глазах.
— Просто по окрестностям, — кивнул я.
— Пойдем.
Я взглянул на маму, пожал плечами и отправился к входной двери. Снова надел мокрую обувь и сухую куртку. Бекка зашнуровала ботинки и накинула на голову капюшон толстовки.
Дождь утих и теперь лишь противно моросил. Мы шли по тропе, что вела между деревьями, вокруг леса, вдоль тонкого металлического забора, который Джек соорудил несколько лет назад, чтобы не дать медведям возможности забредать на наш двор.
— Все осталось прежним, — нарушила тишину Бекка.
— Да, здесь не так уж много изменений. — Я допил пиво, смял банку и сунул в карман.
— В этот раз меня не было всего лишь год.
— Как колледж? — кивнул я.
— Отлично. — Бекка пожала плечами.
— Все экзамены на отлично сдала? А вообще, о чем я спрашиваю, естественно сдала.
— Сдала. — Бекка окинула меня взглядом.
— Да ладно, студенточка, мы же все знаем, что ты – гений, — улыбнулся я.
— Уже начинаешь?
— Ничего не могу с собой поделать. Тебя уж очень легко подколоть.
Бекка вздохнула и устремила взгляд вперед. Я наблюдал, как капли дождя скатываются по ее волосам, и как она смахивает мокрые пряди с лица.
Внезапно в голову ворвалось воспоминание о фургоне. Это было год назад, но представлялось так ярко, как будто все произошло лишь вчера.
Это был наш не первый поцелуй. Но самый свежий и показавший, что Бекка меня хочет.
— Дятел, — проговорила Бекка.
— Ого, да. Большой. — Я проследил за ее взглядом, вернувшись в настоящее.
— Кстати, твоя мама действительно хорошо сейчас выглядит.
— Спасибо. Она наваляла раковой опухоли.
— Да, она потрясающая. Бекка рассмеялась. — Я бы на ее месте опустила руки и умерла бы уже давно.
— Сомневаюсь. Но ты права, мама потрясающая.
В полном молчании мы сделали несколько шагов.
— Каково это – снова оказаться дома? — нарушил я тишину.
— Хорошо. Странно ощущается то, что я пробуду здесь больше двух недель.
— Не переживай, я найду, чем тебя занять, — кивнул я.
— Да? И чем же?
— Будешь колоть дрова. Драить полы. Загружу тебя работой.
— Забыла, что мы живем во времена рабства. — Бекка рассмеялась.
— Это же Риджвуд. У нас тут эволюция медленно идет.
— Так значит, пока я буду уборкой заниматься, ты отправишься на охоту?
— Буду убивать медведей голыми руками, — кивнул я.
— Ух-ты, такой сильный.
— Чертовски верно. У меня же репутация безбашенного.
— Я уже об этом забыла. Все же знают, что ты знаменитый убийца медведей.
Мы рассмеялись. Я глубоко вдохнул, втягивая в себя прохладный воздух. Дождь чуть поутих, и Бекка скинула с головы капюшон.
Впереди я увидел забор, прислонившийся к дереву, проволока была немного погнута. Я остановился.
— Что случилось? — спросила Бекка.
— Мне нужно провернуть кое-какое дельце, — ответил я. — Придется оставить тебя здесь.
— Куда ты собрался? — Она нахмурилась.
— Да так, нужно встретиться с кое-какими приятелями. Знаешь дорогу назад?
— Эй, я вообще-то здесь родилась.
— Отлично. Не потеряйся, студенточка.
— Повеселись.
— Ладно. Увидимся.
Бекка посмотрела на меня так, будто ей больно от того, что я ее покидаю.
Хотелось бы мне сейчас рассказать ей правду, но я знал, что это станет концом всему. Мне нужно хранить секреты.
Я напомнил себе, что все уже почти закончено.
Бекка развернулась и пошла по тропе, а я двинулся к забору. Какое-то время я смотрел вслед девушке, восхищаясь ее крепкой попкой. Как я желал снова увести свою сводную сестру в лес и трахнуть. Грубо и жестко.
А вместо этого пошел на север в сторону фургончика, и по моим венам разбегалось нервное ожидание.
Глава 3
Я расстегнула чемодан. Мои волосы высохли уже второй раз за день. Я ничего не могла с собой поделать и думала о том, где же сейчас Рид. На него совсем непохоже исчезать вот так. Да, он был таинственный, но не до такой степени.
Наверное, я не могу его в этом винить. Не после того, что случилось в последний раз, когда мы с ним виделись.
Не было ни одного дня, чтобы я не думала о том поцелуе. Это был не первый наш поцелуй, но он оказался самым опасным для меня. Мы с Ридом были сводными братом и сестрой, наши родители были женаты. Мы не должны были целоваться в фургоне посреди леса. Все это было неправильно.
А что еще хуже — мне хотелось этого поцелуя. Когда губы Рида коснулись моих, по позвоночнику пробежал пожар. Мне казалось, что я заживо сгорю от жгучей потребности в этом парне. В ту же секунду как у нас возник телесный контакт, у меня между ног стало влажно, и я поняла, что если сейчас же все это не прекращу, то позже об этом пожалею.
Вздохнув, я вытащила одежду и начала распихивать ее по ящикам. Я фантазировала о той ситуации каждый день, о том, как рядом с Ридом теряю контроль. Это было пугающе, но и возбуждающе. Мне нравилось представлять, как он хватает меня за бедра своими сильными руками, кончиками пальцев легко ласкает мой клитор, посылая по позвоночнику волны удовольствия.
Именно этого мне хотелось. Хотя большую часть времени Рид был тем еще придурком.
Вместо того, чтобы думать о его теле, я загрузила себя учебной работой. Топила свои желания в отвлечениях, потому что единственное, что мне хотелось, было для меня недосягаемо.
Я оглядела свою старую детскую спальню и улыбнулась. Папа и Кора здесь ничего не поменяли, что одновременно и здорово и немного печально. На стенах по-прежнему висели старые постеры Аланис Мориссетт2. И хотя я понимала, что нужно их сорвать, в них было что-то ностальгическое и забавное.
Закончив раскладывать вещи по местам, я забралась на кровать. Почему-то не могла перестать беспокоиться за Рида. Да, конечно, внешне он смотрелся вполне хорошо. Он выглядел так, будто находился в самой лучшей форме, и это очень отвлекало.
В нем сочетались обычные дерзость и поддразнивания и что-то еще, что-то немного темное. С тех пор, как у Коры обнаружили рак, что-то внутри Рида изменилось. Казалось, он стал только хуже.
Я покачала головой. Нахожусь дома всего лишь какие-то пару часов, а уже одержима Ридом и его настроением. Ладно, он занятой и успешный альпинист. Какое имеет значение то, что я думаю?
Поднялась и, сбежав по скрипучим ступеням, отправилась на кухню. Кора нарезала лук, слезы катились по ее щекам.
— Все так печально? — Я не справилась с собой и рассмеялась.
— Это все глупый лук. — Она подняла взгляд и улыбнулась.
— Я обычно прекращаю резать, когда начинаю плакать.
— Нет нужды в остановках, я обычно шинкую до конца.
— Похоже, ты в хорошем расположении духа. — Я села за стол, засмеялась, и Кора рассмеялась вместе со мной.
— Да, милая. Ничего не могу с собой поделать. Смотри, бешеная дамочка с ножом!
Я снова рассмеялась. Кора закончила нарезать лук и высыпала его в кастрюлю.
— Когда папа вернется домой? — спросила я.
— Скоро. Он мне недавно звонил. Будет к ужину.
— Ладно. Отлично, — кинула я.
— А куда ушел Рид?
— Меня не спрашивай. Он мне ничего не рассказывает.
— В последнее время он все чаще и чаще исчезает. — Кора покачала головой.
— Правда?
— Да. Просто без задних мыслей пропадает в лесу. — Кора замолкла и нахмурилась. — Порой его нет по нескольку дней.
Я в удивлении уставилась на нее. Порой Рида нет по нескольку дней? Он всегда был независимым, с железной силой воли, и непохоже, что стал бы куда-то уходить, не предупредив об этом Кору.
— А ты знаешь, где он пропадает?
— Рид говорит, что на соревнованиях по альпинизму или фестивалях. Иногда он занимается экскурсиями. — Кора замолкла. — Но я не знаю.
— Все в порядке?
— Абсолютно. — Кора подняла взгляд и улыбнулась. — Я просто глупая. Последние несколько лет Рид застрял здесь, заботясь обо мне. Неудивительно, что теперь, когда мне лучше, он хочет заняться своей жизнью.
Я кивнула. Что-то в ее словах было, но все же. Кора явно обеспокоена, и я не могла ее винить за это. С Ридом я была всего ничего, и все равно почувствовала, что с ним что-то происходит.
— А ты как себя на самом деле чувствуешь? — спросила я.
— Отлично. Правда. Никогда не чувствовала себя лучше.
— Я так тобой горжусь. В смысле, после всего, что произошло. Ты удивительная.
— Это так много для меня значит. — Кора улыбнулась.
— И знаешь… — Я замолкла, ощущая неловкость. — Мне очень жаль, что я так мало времени провела рядом с тобой. Когда ты болела.
— Послушай, малышка, я знаю, что ты в мгновение ока оказалась бы дома, если бы кто-то из нас тебя об этом попросил. Но я до конца жизни ненавидела бы себя, если бы ты бросила учебу. — Кора помахала рукой, развеивая мое беспокойство.
— Знаю. И тем не менее, я должна была быть здесь и помогать.
— Бекка, послушай, у меня было предостаточно помощи. — Кора подошла и присела напротив меня. — Я втянула в свою проблему твоего отца и Рида. Мне не хотелось и тебя вовлекать во все это.
— Ничего страшного бы не случилось.
— Знаю. Но вот такая вот я, как бы ужасно это не звучало. Сейчас ты здесь, и я еще на этой земле. Вот все, что имеет значение, — Кора нежно улыбнулась. — К тому же, я бы тебе просто не позволила вернуться домой.
Я улыбнулась, еле сдерживая слезы. Действительно, именно такой Кора всегда и была: на позитиве, добрая, заботливая. Когда ей только диагностировали рак, я собиралась уезжать из дома, но твердо решила остаться. Однако через несколько дней Кора заявилась ко мне, держа в руках билет на самолет, и кричала на меня, пока я собирала вещи.
Да, вот такой она человек. Кора знала, на что будут похожи ее следующие месяцы или годы, и считала, что я не должна проходить через это вместе с семьей. Я приезжала так часто, как только могла, но было трудно. Авиабилеты слишком дорогие, а я и так ущемляла себя во всем и подрабатывала, чтобы платить за обучение.
Но часть меня злилась из-за того, что я так просто сдалась. Честно говоря, мне хотелось быть в Дартмуте. Это была моя мечта. И слава богу, что Кора поборола рак. Я бы себя никогда не простила, случись иначе.
— Как идут дела на лесопилке? — сменила я тему.
— Да все как обычно. — Кора поднялась и снова принялась за готовку ужина. — Управленцы сильно урезают часы, союзы давят с другой стороны. Сейчас везде тяжело.
— Как папа с этим справляется?
— Делает все возможное. В последнее время он берет побольше дополнительных смен.
— Пару дней назад мы разговаривали с ним по телефону, и он показался мне уставшим.
— Ты же его знаешь. Он всегда на грани какой-нибудь катастрофы.
Я засмеялась. Мой отец был хорошим человеком, но он также был параноиком. Наш гараж был заставлен запасами воды и консервов на случай какой-либо чрезвычайной ситуации. Не то чтобы отец ожидал Судный день, строя бункеры и храня пищу с большим сроком годности, но он действительно верил в то, что надо быть готовым.
Папа вырос в Риджвуде, как и его родители. Лесопилка и лес были тем, в чем он разбирался лучше всего и изо всех сил старался передать часть этих знаний мне. Я умела разжечь костер и немного поохотиться, но никогда бы не смогла выжить там в одиночку. Просто я не воспринимала это так, как он.
Хотя папа никогда не заставлял меня чувствовать себя виноватой. Ведь это был его путь.
— Итак, расскажи мне больше об этой аспирантуре, — сказала Кора.
— Это в Техасском университете. Я вернусь туда осенью.
— Ты рада?
— Очень рада. Но и волнуюсь. Программа достаточно устрашающая.
— Ты сама кого хочешь устрашишь, Бекка. Ты отлично справишься, — улыбнулась Кора.
— Тем не менее, чувствую себя скверно, снова уезжая так далеко.
— Не твоя вина. У нас в Риджвуде точно нет престижных университетов.
— Все равно, хотелось бы остаться дольше, чем на лето.
— Ты поступаешь правильно. Не позволяй себе слишком волноваться.
Я знала, что она права. Не моя вина, что Техас был единственным местом, куда мне можно было податься. Но я ненавидела то, что была той, кто оставляет свою семью и никогда не возвращается.
— Ладно, хватит киснуть, — сказала Кора, улыбнувшись мне. — Что с тобой сегодня?
— Наверное, дождь. Ты знаешь, где-нибудь в другом месте он не идет все время, да?
— Ты привыкнешь.
— Никогда не думала, что придется делать это снова. Но знаешь, что? Я действительно счастлива быть дома.
— Так-то лучше! Больше никакой Дебби Доунер3.
Я засмеялась в тот момент, когда открылась входная дверь.
— Кора? — раздался голос отца.
— На кухне, — ответила она.
Я встала, и тут вошел папа.
— Привет, пап, — сказала я.
— Бекка. Как поездка? — Он широко улыбнулся.
Я пересекла кухню, и отец заключил меня в крепкие объятия. В тот момент все мои волнения из-за недостаточного времени пребывания дома растаяли.
Мой отец был высоким мужчиной, ростом шесть футов и четыре дюйма, и носил густую кустистую бороду. Глаза у него были ярко-синего цвета, почти полная противоположность бледно-голубым Рида. Оба были одного роста, хотя у Рида не было бороды.
Моего папу точно нельзя было назвать домоседом. Он любил охотиться, ловить рыбу и заниматься стройкой. У него была автомастерская в небольшом здании на заднем дворе, где ему нравилось возиться со старыми автомобилями. Он работал менеджером на местной бумажной фабрике, но был известен как один из лучших инженеров во всем городе.
Однако мой отец был жестким человеком. Быстро влюблялся, но долго держал обиду. Гнев был для него вторым «я».
— Поездка была нормальной, пап, — сказала я, высвобождаясь из объятий.
— Кажется, что тебя не было здесь вечность. — Отец снял шляпу и куртку.
— Всего лишь год.
— Что у нас на ужин? — спросил папа Кору, целуя ее в щеку.
— Курица и печеный картофель, — ответила та.
— Звучит отлично.
Папа сел за кухонный стол, я пристроилась рядом.
— Как работа?
— Долго и трудно. Как обычно.
— Кора рассказала мне о сокращениях.
— По всей стране одно и то же, — усмехнулся он. — Держались до этого, переживем и сейчас.
— Отрадно слышать. — Я улыбнулась. — Смастерил что-нибудь занятное в последнее время?
— По правде говоря, да.
Папа рассказал про машину, которая помогала сушить обувь вращением на высоких скоростях.
— Но она не очень-то работает, — сказал он наконец, ухмыляясь.
— Ты должен показать мне.
— Нет, — грозно сказала Кора. — Эта штука однажды убьет кого-нибудь.
— Она немного нервничает, потому что я разбил окно на прошлой неделе. — Отец отмахнулся от нее.
— Папа! — сказала я, смеясь.
— Все немного вышло из-под контроля. Ерунда. — Он пожал плечами.
— Ерунда? — переспросила Кора. — Ты запустил рабочий ботинок со скоростью тридцать миль в час!
Я чуть не согнулась пополам от смеха, представляя своего папу отчаянно пытающимся остановить взбесившуюся обувницу.
— Она преувеличивает, — пробормотал он.
Мы проговорили так еще с полчаса, пока ужин не был готов. Папа пошел переодеться, пока я накрывала на стол. Рид должен был вернуться, но его нигде не было видно, а взять с собой мобильный телефон он не потрудился.
— Этот юноша, — сказала Кора, качая головой. — Однажды он там потеряется.
Как только папа вернулся, и мы уселись ужинать без Рида, открылась входная дверь.
— Простите, я опоздал, — прокричал мой сводный брат.
— Твоя мать приготовила все это. Ты можешь хотя бы приходить вовремя? — папа строго взглянул на Рида, как только тот вошел.
— Прошу прощения, Джек. — Рид ухмыльнулся ему. — Я не думал, что ты удостоишь нас своим присутствием.
— Не умничай.
Рид уселся за стол рядом со мной.
— Пахнет чудесно, мам.
— Спасибо. Налетайте!
С минуту мы в молчании жадно уплетали еду, наслаждаясь стряпней Коры. Было странно ужинать в семейном кругу. Когда Кора была больна, в течение тех немногих раз, что я могла приехать, мы никогда не садились есть вместе, главным образом потому, что у нее не было аппетита.
— Без проблем нашла дорогу обратно? — спросил меня Рид.
— Да, хотя тебя благодарить не за что. Куда ты ушел?
— Нужно было кое о чем позаботиться.
— Надеюсь, этим «кое-чем» не было «рисковать своей жизнью на скользком обрыве скалы», — заметила Кора.
— Восхождение не угрожает моей жизни. Это все равно что прогулка по холму для меня, — усмехнулся Рид.
— Люди все еще называют тебя «альпинистом»? — спросила я его.
— Некоторые, да.
— Он скромничает, — вставила Кора. — Все до сих пор так его называют.
— Я предпочел бы, чтобы его называли как-нибудь по-другому. Например, «работающий по найму», — проворчал папа.
Рид пропустил это мимо ушей.
— Я полагаю, от некоторых привычек трудно избавиться.
— Привычки? Разве ты не установил десять региональных рекордов? — спросила я.
— Двенадцать, вообще-то, — кивнул он.
— О, прости. Я забыла, что ты был важной шишкой.
— Чувствуешь себя неловко?
— Только если немного.
— Не переживай, студентка. Ты не так уж плоха.
После этого комментария мы быстро расправились с едой. Мой папа объявил, что устал, хотя он потратил достаточно времени, чтобы закончить целую курицу в одиночку. После уборки посуды я зависла на заднем крыльце, слушая дождь, стучащий по крыше.
Через минуту вышел Рид.
— Славно здесь, — сказал он.
— Да. Я скучала по этому крыльцу.
Рид уселся на стул напротив меня, потягивая пиво.
— Хорошо выглядишь, — отметил он.
— Оу, спасибо.
— Колледж тебе под стать.
Я пропустила это мимо ушей.
— Куда ты ушел тогда на самом деле?
— На самом деле я не был в каком-либо особенном месте.
— Серьезно, не расскажешь мне?
— Серьезно. Давай поговорим о чем-нибудь другом. Например, о том, как ты все время пялишься на меня.
Я быстро отвела взгляд, понимая, что он прав. Не могла оторваться от него. То, как его рубашка облегала тело, было неоспоримо сексуально, и я снова и снова представляла ощущение, когда он поцеловал меня.
Так было всегда, когда я была около него. Как бы я ни старалась, все заканчивалось желанием сорвать с него одежду. Или, может быть, я хотела, чтобы Рид прижал меня к дивану и сделал все, что захотел.
В общем-то, оба варианта были хороши.
— Я не пялюсь, дурак.
— Да все в порядке. Я не против услаждать твой взор.
— Ты действительно не изменился.
— А ты изменилась. В тебе есть что-то новое.
— Что же? — не могла не спросить я.
— Бекка... — Он прищурился. — Ты, наконец, поцеловалась с мальчиком?
— Нет. Все еще скромница. — Я закатила глаза.
— Думаю, это неправда. Порезвилась немного в прошлом семестре?
Я рассмеялась. Если бы он только знал, насколько ошибался. В реальности я почти ничем не занималась, кроме учебы. Конечно, я была с несколькими парнями, но не так, как предполагал Рид.
— Раскусил. Я была местной шлюхой.
—Так и думал, — кивнул он. — Ты хорошо держишься.
— И так будет все лето? — Я снова закатила глаза.
Рид встал, быстро допивая пиво, и подошел ко мне.
— Ты знаешь, как будет, Бекка.
— И как же? — тихо спросила я.
— Если хочешь узнать как, можешь найти меня в любое время. — Он пристально посмотрел на меня.
И ушел, не сказав больше ни слова. Его голос висел в воздухе, жар пробегал вверх по моему позвоночнику, ноги дрожали. Я чувствовала, что уже потекла.
Встряхнула головой. Это лето будет трудным.
Глава 4
Я пробрался через забор и, наблюдая, как Бекка возвращается обратно к дому, мысленно винил себя за то, что повел ее на свою маленькую «экскурсию». Эта девушка будет подозрительной, если я продолжу выдавать ей чушь на каждый ее вопрос.
Я обернулся и поспешил в лес, двигаясь быстрее, чем обычно. Мне нужно было добраться до фургона и там встретиться с Томом. У меня было достаточно времени. В глубине души я хотел как можно дальше держаться от своей сводной сестры и как можно скорее.
Не было похоже, что она будет следить за мной или что-то еще. Несмотря на то, что Бекка выросла в Риджвуде и тысячу раз ходила по лесу, она до сих пор не знала этой местности, как я. Насколько могу судить, она забыла, каково это - жить рядом с дикой природой. Бекка пошла в колледж немного расслабленной. Но я не стал мягче. Отнюдь. За последние несколько лет я узнал о лесе больше, чем кто-либо. По какой-то причине это казалось нормальным для меня. Мир обретал смысл, когда я пробирался среди деревьев, спокойно отслеживал оленя или следовал по пути, который больше никто не мог видеть. Это было не совсем похоже на то чувство, которое я испытывал, когда карабкался на скалы, но близкое к нему.
Мне потребовалось полчаса тяжелой прогулки, чтобы найти свое маленькое фургонное убежище. Я открыл дверь и залез внутрь, закрыв ее за собой.
Дом, милый дом. Или, по крайней мере, дом вдали от дома. Это было моим убежищем от мира, единственное место, где никто меня не потревожит. Бекка была единственным человеком, которому я его показал, и, скорее всего, так еще будет достаточно долго.
Я потянулся за барахлом из шерстяных и хлопковых одеял и почувствовал гладкий пакет, завернутый в коричневую бумагу. Он был довольно большой и весил тонну. Я слегка толкнул его и услышал безошибочный звук гремящих таблеток.
Беспокойный узел в моем желудке наконец развязался, и я вздохнул с облегчением.
Я ненавидел оставлять вещи в фургоне, но не мог рискнуть и забрать пакет домой. Маловероятно, что случайный турист мог найти фургон, не говоря уже о том, чтобы украсть что-то, но все равно. Было рискованно оставлять его незапертым.
Я прикрыл пакет и прислонился к задней двери. Ко мне неожиданно вернулось воспоминание о поцелуях Бекки.
Эта чертова девчонка. Она понятия не имела, что делала со мной, хотя я постоянно говорил ей. Я любил смотреть, как она ходила, покачивая бедрами. У нее отличная задница. Крепкая и аппетитная.
Я почувствовал, как мой член напрягся, увеличивая давление в джинсах.
Бекка. Мне хотелось, чтобы она приходила столько раз, сколько это было возможным. Я начал поглаживать себя, думая о ее теле и о том, что я бы с ним сделал.
Жутко хотелось прижать свой язык к ее клитору и услышать ее стон. Хотелось, чтобы она умоляла меня трахнуть ее, когда я продолжал бы лизать и сосать ее киску, скользя одним пальцем внутрь и наружу.
Хотелось, чтобы она произносила мое имя, когда я тянул бы ее за волосы и направлял свой член глубоко внутрь. Я хотел почувствовать сладкую влажность тепла ее мокрой киски и то, как она прижималась бы к моему члену. Верхом на мне. Как она нуждалась бы в нем больше всего на свете.
Я сжал челюсти, когда задвигал рукой быстрее. Так хотел почувствовать напряженное тело Бекки, получающее оргазм, накрывающий ее с головой.
Я хотел чувствовать ее мягкие груди в своих руках.
Хотел заставить неметь пальцы ее ног и закатываться глаза.
Хотел снова и снова трахать тугую киску своей сводной сестры.
Оргазм сильно ударил меня, и я подумал о том, как тело Бекки потело под моим, извиваясь от удовольствия, когда я заполнял ее.
— Бля. — Я тихо застонал. Схватил одеяло и убрал беспорядок. — Посмотри, что ты делаешь со мной, — пробормотал я.
У меня действительно слишком мало времени, чтобы дрочить, но я не мог все вернуть обратно. Бекка была таким отвлечением, сладким, чертовски сексуальным отвлечением, но я не мог себе этого позволить. Пока не был свободен от Тома и остальных отморозков.
Снова одевшись, вылез из фургона, проверяя часы. Можно успеть вовремя, если поспешить. Я схватил завернутый в бумагу пакет и захлопнул дверь перед тем как уйти.
Место встречи было недалеко, где-то в миле или двух. Я делал такую вылазку довольно часто за последние несколько лет, но не потому, что на самом деле хотел этого. Прежняя нервозность никуда не уходила.
Я знал, с какими парнями был связан. Знал, что стоит на кону, на собственном опыте. Дерьмо! Я был по колено в гребаных ставках.
Они были плохими людьми. Но когда моя мама заболела, мне нужно было найти способ заработать дополнительные деньги. Я не собирался заниматься скалолазанием. Даже если бы я выиграл каждый конкурс на Западном побережье, то все равно не смог бы получить достаточно денег, чтобы оплатить все медицинские счета за мамино лечение.
Том дал мне возможность внести их. Я ненавидел то, что должен был делать, но это позволяло мне получить необходимые деньги. Мне довелось обладать знаниями и умениями, и его работодатели платили очень, очень хорошо.
То есть, они платили очень хорошо, если ты не облажался и не потерял их поддержку. Тогда вы будете в долгу перед ними, работая в два раза больше, чтобы расплатиться.
Я увидел машину Тома, припаркованную на небольшой поляне впереди, сжал челюсти и решился. Еще одна передача денег. Я делал это много раз.
Спустившись с холма и увидев сквозь деревья Тома и какого-то парня, которого не узнал, я медленно двинулся на поляну, осторожно глядя на них. Том помахал, выглядя достаточно дружелюбно, но выражение лица незнакомца оставалось пустым.
Он был примерно моего роста, около метра девяноста два, мускулистый. Его шея была толстой и покрытой татуировками. Я сразу понял, кем мог быть этот человек, и задался вопросом, зачем чертов Том привел его для простого обмена.
— Эй, Альпинист, — сказал Том.
— Том. Кто твой друг?
— Альпинист, это Жак. — Лицо Тома вытянулось на секунду, когда он взглянул на этого человека.
Мужчина кивнул.
— Зови меня Джей, — сказал он с сильным французско-канадским акцентом.
— Хорошо, Джей. Я Рид. Некоторые называют меня Альпинистом.
Он не ответил.
— Джей берет на себя некоторые распределения в данной области, — сказал Том, бросив на меня неприятный взгляд.
— Я буду иметь дело с ним?
— Нет, все еще со мной. Он просто хотел прийти и увидеть, как это работает.
Я взглянул на Джея. Он почти лениво смотрел на меня своими темно-карими глазами. Его тяжелая кожаная куртка могла легко скрывать пистолет, и этот парень заставлял меня чувствовать себя неловко. Я догадался, что он, вероятно, оказывал такое влияние на большинство людей и совершенствовал это.
— Это, в принципе, так, — сказал я, держа пакет.
— Альпинист наш лучший мул. — Том взял пакет и разорвал бумагу.
— Не называй меня гребаным мулом.
— Это не то, кем ты являешься? — Джей посмотрел на меня удивленно.
— Я, возможно, перевожу дерьмо за вас, ребята, через границу, но я не мул. — Том открыл коробку и начал перебирать банки, убедившись, что все на месте. — Плюс, — продолжил он, — я выйду, как только мы рассчитаемся.
— Как только рассчитаемся, — повторил Джей.
— Он потерял пакет. Теперь оплачивает, — вмешался Том.
— Потерял пакет? Я думал, что он лучший?
— Происшествия случаются, — Том посмотрел на меня
— Я чуть не умер в тот день. — Я уставился на Джея. — Я делаю все как надо.
Он оглянулся на меня, его глаза были плоскими. Джей не ответил, и я почувствовал, как холод пробежал по моему позвоночнику.
— Здесь все: Викодин, Перкоцет, Оксикодон, даже немного Демерола. — Том закончил просматривать таблетки. — Канада может предложить только лучшие лекарственные средства, отпускаемые по рецепту.
Джей указал на пакет, и Том передал его.
— Я закончил здесь? — спросил я.
— Почти, — сказал Джей.
Он начал просматривать таблетки, пока Том наблюдал, неприятно глядя.
За все время работы с Томом я никогда не видел, чтобы он выглядел таким озабоченным. Раньше у нас были люди, которые приходили за таблетками, но у Джея явно был кто-то другой, кто-то важный. Кто-то опасный
— Все в порядке, — хмыкнул он, передавая пакет обратно Тому.
— Отлично. Хорошо. Рад, как всегда, повидаться. Увидимся позже, — сказал мне Том.
— Погоди, — промычал Джей. Том поднял глаза, удивившись. — У нас новая сделка.
Джей долго смотрел на меня.
— Ты будешь делать пробежки раз в неделю, пока долг не будет выплачен, — заговорил он.
— Ты чертов сумасшедший? — Я заморгал. — Два раза в месяц уже достаточно опасно.
— Раз в неделю. Мы встретимся снова в следующий понедельник для передачи.
— Как это будет работать? Достаточно ли поставки на север?
— Есть предложение. Они знают, что ты придешь.
Я сцепил зубы. Совершать походы по канадской границе было непросто, хотя я освоил их за последние несколько лет. По-прежнему требовался, по крайней мере, один день, чтобы подняться туда и еще один день, чтобы вернуться и переночевать в лесу.
Как мне объяснить родителям, почему я исчезаю в течение двух дней каждую неделю? Каждые две недели было достаточно плохо, но я делал это, изменив свое расписание. У меня не было достаточных оправданий, чтобы внести еще больше изменений в свою обычную рутину.
— Ты ставишь меня в затруднительное положение, — сказал я.
— Мы понимаем. Но Джей здесь, и он знает, что делает, — сказал Том, пытаясь сыграть миротворца.
— Ты лучший или нет? — сказал Джей, глядя на меня. — Ты хочешь выбраться из этого долга?
— Да, — сказал я сквозь зубы.
— Тогда будешь делать эти вылазки. Не жалуйся опять.
Мне захотелось сломать ему челюсть. Когда злость прошла сквозь меня, я понял, что совсем не боюсь его. Да, он напугал меня, но это не значило, что я не решусь разбить его самодовольное лицо.
Но мне нужно было вернуть долги. Прошло слишком много времени с тех пор, как я занимался скалолазанием в свое удовольствие, и желание вернуться на горные стены становилось слишком мощным, чтобы его игнорировать. Теперь, когда моей маме стало лучше, а счета были оплачены, мне больше не нужны были деньги.
Это был большой риск, но я предпочел бы выйти из игры.
— Хорошо, — сказал я. — Но не называй меня мулом.
— Очень хорошо, Альпинист. — Джей криво улыбнулся.
— Великолепно. Это улажено. Увидимся в следующий понедельник, Альпинист, — сказал Том.
Я смотрел, как Джей, улыбаясь, залез обратно в машину. Том наградил меня извиняющим взглядом.
Как только они исчезли из виду, я повернулся и направился к дому. Солнце садилось, и я знал, что должен спешить, если хочу успеть на ужин.
Но я нервничал. Все изменилось, и мне не было известно, почему. До сих пор все шло гладко, не считая упущенной передачи. Но Джей, явившийся из ниоткуда, положил начало, о котором я ничего не знал.
И одна вылазка в неделю будет тяжелой, очень тяжелой. Мне предстояло поторапливаться быстрее, чем раньше. Однажды я чуть не умер, пытаясь перевезти наркотики через границу. И больше не пытался это делать.
Иногда поздно ночью я вспоминал об этом падении.
Я вздохнул, глядя на ленивый дым, валивший из дымохода. Я тешил себя надеждой, что родители верили в то, что мои деньги идут от соревнований по скалолазанию. По крайней мере, именно так я им объяснил свой первый взнос за мамино лечение. Они не задавали вопросов. Возможно, догадывались, что я занимаюсь не только восхождениями на вершины. Но не спрашивали меня. Они не хотели знать.
Это и к лучшему. Они не должны узнать, что я рисковал своей жизнью и своей свободой. Что я занимался контрабандой обезболивающих препаратов для отморозков, чтобы просто погасить медицинские счета своей мамы.
Я перелез через забор и пошел к дому.
Правда никогда не должна выплыть наружу. Я не хотел видеть разочарованного взгляда мамы.
Мне нужно было сделать еще пять вылазок.
Еще пять недель.
Глава 5
Задняя часть моих джинсов была мокрой от брызг воды, когда я ехала по Мейн стрит. Было так здорово снова прокатиться на своем велосипеде. Свежий воздух наполнял мои легкие.
К счастью дождь прекратился. Снаружи было комфортно, тепло, но не жарко, и облака пока не собирались проливаться дождем.
Направляясь в центр города, я проколесила мимо старой церкви, в которую мы ходили в былые времена. Я наметила себе цель впереди: закусочная «Блю Лайт Дайнер» или просто «Блю».
Пока я пробиралась сквозь уличное движение, то поймала себя на том, что запыхалась. Не критично, однако достаточно, чтобы заметить. Мне действительно следовало больше бегать и ходить пешком. Но я была слишком занята учебой, чтобы побеспокоиться об этом, поэтому все время откладывала на потом.
Я заехала на автостоянку и пристегнула велосипед к уличному знаку. В принципе, можно было этого и не делать, учитывая, что в Риджвуде, в основном, не было преступности, но лучше не испытывать судьбу.
Распахнула входную дверь «Блю», и меня тут же накрыло с головой волной ностальгии. Прошла вечность с тех пор, как я была в «Блю» в последний раз, однако в старшей школе я захаживала сюда постоянно.
Вспоминались многие поздние вечера с друзьями, наполненные жирной едой и смехом. Мы с моей подругой Линдси говорили о том, с какими парнями хотели бы потерять свою девственность, как если бы кто-то из нас действительно собирался это сделать. Мы обе были страшными трусихами тогда.
Больше нет, размышляла я. До меня дошли некоторые слухи о Линдси. Правда или нет, с годами мы потеряли связь, однако я хотела это исправить. Вне зависимости от того, что о ней говорили люди.
Я огляделась и никого не узнала. В этом не было ничего необычного. Администратор кивнула, когда я села за стойку, не утруждая себя попытками заполучить столик. Было не очень переполнено, так как это был как раз час между утренним и обеденным ажиотажем.
— Хэй, милочка, что закажете? — спросила меня официантка.
— Кофе и тарелку картофеля фри, пожалуйста, — сказала я.
Официантка кивнула улыбаясь, и ушла.
Я вздохнула и огляделась по сторонам, все еще поглощенная воспоминаниями. Мы заходили в «Блю» с моим отцом после футбольных матчей, когда я была совсем маленькой. У меня даже было смутное воспоминание о своей маме, прежде чем та умерла от рака: как она пила содовую и улыбалась.
Я нахмурилась. Не думала о маме долгое время. Ее не стало прежде, чем я повзрослела настолько, чтобы сформировать четкие воспоминания о ней, хотя ее образ в «Блю» казался довольно реальным.
— Вот, пожалуйста, — сказала официантка, ставя передо мной чашку кофе. — Фри будет через минуту.
— Спасибо.
Я подняла чашку и сделала глоток.
Теплый и горький. Как раз такой, какой мне нравится.
Когда я поставила кружку и подняла взгляд, передо мной вдруг возникла Линдси. Потребовалось мгновение, чтобы узнать ее. Опираясь на стойку администратора, одетая в униформу, моя давняя подруга держала блокнот для записи заказов. С секунду я удивленно рассматривала ее. Выглядела она намного старше, чем я предполагала. У нее были черные мешки под глазами, и она была худой, очень худой. Линдси никогда и не была полной, но все же.
Как только она посмотрела в моем направлении, я помахала рукой. Она показалась смущенной на мгновение, затем узнавание «расцвело» на ее лице.
— Ребекка? — спросила она, подходя.
— Привет, Линдси.
— Боже мой! Я не знала, что ты дома!
Я встала, и мы обнялись. Она смеялась и казалась по-настоящему радостной меня видеть. Я не разговаривала с ней больше года, а не видела и того дольше. Но внезапно мы будто снова были старшеклассницами.
— Я только вернулась. Думала, что следует тебя навестить.
— Как ты узнала, что я тут работаю?
— Рид сказал мне.
— Альпинист частенько сюда заходит. — Линдси многозначительно улыбнулась.
— Как ты?
— Я прекрасно. Слушай, мне нужно возвращаться к работе. У меня будет перерыв через полчаса, подождешь меня?
— Да, конечно.
— Ну вот и славно. — Линдси вернулась к своим столикам.
Я вернулась на свое место, как раз когда другая официантка поставила передо мной тарелку картофеля фри. Я кивнула в знак благодарности и засунула одну картофелину в рот. Хрустящая, соленая, божественная.
Линдси выглядела осунувшейся. Даже когда она улыбалась, ее взгляд оставался печальным. Девочка, с которой я вместе выросла была задорной, хотя и немного медлительной. Она не поступила в колледж и потому осталась дома в Риджвуде искать работу. Было трудно остаться друзьями, и, в конечном счете, наши пути разошлись. Это произошло с большинством моих друзей того времени.
Я нахмурилась. Ненавидела то, что произошло. Я ненавидела то, что была тем типом людей, которые позволяют дружбе умереть. Хотя правда в том, что иногда это происходит само собой.
Люди меняются. Вырастают во что-то новое. И ты не можешь ничего изменить, даже если это грустно.
Пока я жевала картошку и пила кофе, почувствовала, как кто-то сел на стул рядом со мной.
— Забавно встретить тебя здесь.
Я вскинула взгляд. Рид сидел около, ухмыляясь.
— Что ты здесь делаешь? — спросила я его.
— Пришел на ланч. Это преступление?
— Нет, я просто не ожидала тебя здесь увидеть.
— Я тоже не ожидал увидеть тебя, однако мы оба тут.
Подошла официантка.
— Что тебе принести, Альпинист? — спросила она Рида.
— Привет, Марси. Кофе и сэндвич с тунцом, пожалуйста.
— Хорошо, сейчас принесу, — она удалилась.
— Марси? — спросила я его.
— Я известная личность в здешних местах. — Он ухмыльнулся мне, и я почувствовала, как голова слегка закружилась.
Обтягивающая футболка демонстрировала его мускулы, а волосы растрепались от чего-то, чем он занимался. Я хотела протянуть руку и поправить их, но они выглядели чертовски мило и так.
Вдобавок это было бы абсолютно странно и неприемлемо. Сводные сестры не прикасаются к сводным братьям таким образом, верно?
— Выглядит, как завтрак чемпиона, — отметил он, кивая на мою картошку фри.
— Традиционная еда. Не ела ее очень долгое время.
— Так же хороша, как тебе запомнилось?
— Не особо.
Он засмеялся, в то время как Марси вернулась с его кофе и затем удалилась. Рид поднял кружку и отхлебнул из нее.
— Твоя задница грязная, — сказал он.
— Прошу прощения?
— Твоя задница. — Он отклонился и посмотрел на мою попу. — На ней пятна грязи.
— А, точно. — Я покраснела. — Я приехала сюда на велосипеде.
— Что, по-твоему, я имел в виду?
— Ничего.
— Послушай, сестричка, если бы я хотел сказать, что твоя задница выглядит классно, я бы просто так и сказал, — наклонился он ко мне.
— Уймись.
— Хотя она на самом деле выглядит классно. — Он откинулся обратно и снова взглянул на нее.
— Рид, довольно пошлостей.
— Всего лишь делаю комплимент. С удовольствием бы иногда наблюдал тебя, нагнувшейся на моей кровати.
— Ну ладно, уже хватит. — Я вытаращилась на него.
Он засмеялся и снова отпил свой кофе. Меня бесило то, какое удовольствие ему доставляло дразнить меня. Он умудрялся не заходить слишком далеко и при этом все же заставлять меня краснеть.
— Ну и каково это, вернуться назад?
— Странно. А еще будто бы и не уезжала никуда.
— Риджвуд забавный в этом плане. Неважно, насколько сильно изменятся люди, город останется прежним.
— Будто мы тут во временной дыре среди деревьев, — кивнула я.
— Проживаем наши жизни задом наперед.
— Скоро будет каменный век, — хихикнула я.
— Классно. Тогда я бы мог просто схватить тебя и затащить в свою пещеру. И сделать с тобой все, что пожелаю.
— Я тебя умоляю. Я бы отбилась.
— Отбилась? Я в два раза больше. И просто бы отшвырнул тебя.
— Что ж, к счастью, сейчас не каменный век.
— Да брось. Ты бы убила за один час в пещере со мной.
— Ну да, конечно. Думаю, я бы предпочла быть съеденной тираннозавром.
Он засмеялся, и я улыбнулась.
— Эй, а куда, кстати говоря, ты ходил этим утром? — спросила, меняя тему.
— Особо никуда.
— Типичный Рид, избегающий прямого ответа.
— Типичная Бекка, делающая вид, что не хочет, чтобы я изнасиловал ее в ванной.
— Как насчет изнасиловать самого себя?
Прежде чем он смог что-либо ответить, официантка Марси вернулась и поставила перед ним сэндвич.
— Еще что-нибудь, Альпинист?
— Не, этого достаточно. Спасибо, Марси.
— А тебе? —улыбнулась она мне.
— Нет, спасибо.
Я посмотрела ей вслед и спросила себя, как часто Рид ходит в «Блю», если официантка знала, что обращаться к нему нужно «Альпинист»?
— Я ее знаю? — спросила я его.
— Не думаю.
— Полагаю, ты здесь завсегдатай.
— Как уже сказал, я – лицо известное. — Он взял сэндвич в руки и откусил от него огромный кусок.
— Отстой. Ты даже ешь, как пещерный человек. — Я скорчила гримасу.
— Не считаю нужным тратить время на манеры. — Он прожевал и проглотил.
— Безусловно.
— Не будь ханжой, студентка, — сказал Рид.
— Я не ханжа.
— Ну да. На самом деле, ты ходишь со спинным корсетом.
— Разве ты не должен говорить, чтобы я выставила свою задницу?
— Я бы с удовольствием вставил что-нибудь в твою задницу.
Я проигнорировала это.
— То, что я не животное, как ты, еще не значит, что я ханжа или кто-то еще.
— Разумеется, значит. Тебе необходимо раскрепоститься. Я точно знаю, что могло бы помочь.
— Отлично, просвети же меня.
— Большой отпадный оргазм, — наклонился ко мне Рид. — Предпочтительно от моего каменного члена.
— Ты только подтверждаешь мою точку зрения. — Я покраснела и отвела взгляд.
— Я лучше буду животным и буду трахаться, чем стану чопорной ученой занудой.
Как только я подготовила самый остроумный и колкий ответ, за стойкой возникла Линдси.
— Привет, Альпинист, — сказала она.
— Линдс. Что нового?
— Ничего. — Она взглянула она меня. — Не хочешь выйти? У меня небольшой перерыв.
— Разумеется, — кивнула я.
— Еще увидимся, Альпинист.
— Конечно, — проворчал тот, возвращаясь к еде.
Я встала и последовала за Линдси на улицу, где мы сели на тротуар спинами к стене. Я чувствовала благодарность за то, что она вытащила меня из разговора с Ридом.
— О Боже, мои ноги убивают меня, — пробурчала моя подруга, доставая из кармана пачку сигарет и зажигалку.
— Не знала, что ты куришь.
— Начала два года назад. Помогает со стрессом. — Она засунула сигарету между губами и закурила, глубоко вдыхая. — Хочешь?
— Нет, спасибо.
Мы еще посидели немного в тишине, пока Линдси делала другую глубокую затяжку.
— Вы с Альпинистом близки? — спросила она.
— Он мой сводный брат.
— Дерьмо, точно же, я все время забываю. Каково это иметь его в качестве сводного брата?
— Не знаю. Нормально, если он не ведет себя, как козел.
— Должно быть здорово видеть его разгуливающим по дому без футболки. — Она опять затянулась.
— Мы держимся друг от друга подальше, — ответила я.
— Держу пари. Он занятой парень.
— Что это значит? — Я моргнула.
— Ты знаешь, о чем я говорю, —ухмыльнулась она мне.
— Нет, на самом деле не знаю.
— О. Проехали. — Ее лицо вытянулось.
— Что ты имеешь в виду? — Я прищурилась.
— Только лазание. Вся эта фигня. — Очередная затяжка.
Я взглянула на Линдси сбоку.
— Да, я имею в виду, он много лазает. Впрочем, как дела у тебя? — спросила она быстро.
Она вела себя странно, но у меня не было ни малейшей догадки, почему. Что вытворял Рид?
— Дела хорошо. Я дома на лето.
— Ты выпустилась?
— Да, определенно.
— Поздравляю, Бекка. Это потрясающе.
— А что насчет тебя?
— О, все как обычно. Работаю здесь и живу в квартире с девчонками.
— У тебя свое жилье?
— Не Тадж Махал, но да.
— Это же здорово.
— Ну, оно мое и еще двух соседей.
— Кто-то, кого я знаю?
— Не, — Она снова затянулась.
— Все равно очень круто.
Последовало краткое молчание, пока мы смотрели через парковку вместе. Становилось все более ясно, что между нами прошло много времени. Мы практически не знали друг друга. Простейшие подробности о жизни друг друга были полными загадками.
— Эй, сегодня вечером будет классная вечеринка. Хочешь пойти?
— Конечно, почему нет.
— Рид там будет. Ты, наверное, можешь поехать вместе с ним.
Я нахмурилась. Здорово, это как раз то, что мне было нужно. Вечеринка с моим сволочным сводным братом. С моим адски сексуальным сводным братом. С мои животным сводным братом.
— Круто. Звучит весело.
— Отлично. Рид знает, где.
— Ты часто с ним видишься?
— Не особо. Ну, то есть, наши пути иногда пересекаются, но не часто. Его люди немного… — Она осеклась.
— Немного что?
— Жесткие. Но ты этого не слышала от меня, хорошо?
Я заморгала. Что она имела в виду, говоря, что его люди были жесткими? Из того, что я вспомнила, Рид тусовался с кучей хороших парней. Они пользовались успехом и были тупыми, как кирпичи, но были достаточно хорошими детьми. Никто не попал в беду, и Рид меньше всех.
Что-то изменилось? Как вышло, что я только сейчас это замечаю?
Я открыла рот, чтобы разузнать побольше, как заметила Рида с другим парнем. Я кивнула в их направлении:
— Кто это?
— Это Том, — посмотрела Линдси. — Они вместе в деле.
— Деле?
— Ага. Спроси Рида об этом. Я не хочу быть слишком вовлеченной.
Я наблюдала, как те двое залезли в машину и уехали, направляясь дальше от города.
— Ну ладно, — сказала Линдси, гася сигарету, — мне нужно вернуться и немного поесть, пока я еще могу.
— Хорошо.
Мы встали и вернулись внутрь.
— Увидимся завтра? — спросила она.
— Конечно.
Линдси улыбнулась и поспешила на кухню. Я села обратно на свое место и отхлебнула холодный кофе.
В моей голове кружился ураган вопросов. Что Рид делал с жесткой толпой, в какое такое дело он был вовлечен? Я знала, что он давал своей матери и моему отцу деньги на лекарства от рака, говоря при этом, что это призовые от участия в соревнованиях по скалолазанию. Неужели происходило что-то еще?
Вздохнув, я дала знак Марси принести чек и, заплатив, вышла к своему велосипеду.
Пока я ехала домой, не переставала спрашивать себя, что прячет Рид?
Может быть, вечеринка была отличным местом выяснить это.
Глава 6
Ранним утром солнечный свет пробивался сквозь мои окна, когда я начал собирать свое снаряжение для походов. Я всегда носил с собой одни и те же предметы, такие вещи, без которых никогда бы не хотел оказаться в дикой местности. Карта, компас, еда и вода были первостепенными вещами. Я удостоверился, что у меня есть хороший нож, палатка, дополнительная одежда, солнцезащитный крем, спички, аптечка и многое другое. Дополнительные носки всегда были важны, так как дождь, несомненно, проникал через все, что я надевал.
Сказал маме и Джеку, что буду водить несколько охотников день или два, пытаясь добыть им оленей.
Я отправлялся рано утром на следующий день. И немного нервничал. Я никогда не нервничал перед восхождениями, но переход через границу с таблетками, выдаваемыми по рецепту, казался мне более опасным. На скале я контролировал ситуацию. То, что случалось со мной, полностью зависело от моих навыков и способностей. Но с этими контрабандными переходами я весь был во власти судьбы. Или что там контролирует мир. Если кто-то наткнется на меня, спящего в моей палатке где-то, где я не должен быть, или если они увидят, что я игнорирую пограничные знаки, меня просто поджарят.
До сих пор мне везло. Кроме одной неудачи, мои перебежки проходили без происшествий. Я каждый раз пересекал границу в новом месте и был осторожен. И не шел на ненужные риски.
Стук в дверь вырвал меня из раздумий. Я взглянул на вещи, разложенные по всей комнате, и решил спрятать их.
— Что? — крикнул я.
— Рид, это я.
Голос Бекки.
— Погоди.
У меня не было времени все убрать. И потом, если бы у меня была законная причина отправиться в поход, мне все равно не нужно было бы все скрывать от нее.
Я толкнул дверь. Бекка стояла на пороге, одетая только в узкую черную футболку и короткие хлопковые шорты. Я оглядел ее с головы до ног и вынужден был признать, что выглядела она чертовски привлекательно. Вероятно, только что встала с постели и все равно выглядела идеально, как будто провела весь день, приводя себя в порядок.
— В чем дело? — спросил я Бекку.
— Ни в чем. Что ты делаешь?
— Собираюсь.
— Очень содержательно. Собираешься для чего?
— Завтра буду сопровождать кое-кого.
— Круто. Кого?
— Каких-то охотников. Они ищут «баков». Больших самцов оленей.
— Я знаю, кто такие «баки». Где ты нашел этих ребят?
Я сделал паузу.
— К чему все эти вопросы?
— Ни к чему, — сказала она, улыбаясь. — Не бери в голову.
— Я не знаю почему, но ты прямо сейчас выглядишь очень подозрительно.
— Прости. Просто еще рано. — Она засмеялась.
— Это все, что ты хотела? Просто поздороваться? — хмыкнул я.
— О, нет. — Она выглядела немного взволнованной.
— Начинай говорить, а не то я затащу тебя сюда и заставлю работать на меня. — Я прислонился к дверному косяку и скрестил руки на груди.
— Что? — моргнула она, раскрыв рот:
— Поручу тебе работу по упаковке.
— Ну да, точно. — Она быстро собралась. — Так вот, я хотела спросить тебя о вечеринке сегодня вечером.
— Как ты узнала о ней? — Я прищурился, глядя на нее.
— Линдси пригласила меня.
— Ты действительно собираешься зависать с этой девчонкой?
— Она мой друг.
— Она наркоманка.
Это заставило ее задуматься.
— О чем ты говоришь?
— Линдси – наркоманка, принимающая таблетки. Дерьмо, большинство в этом городе такие.
— Я тебе не верю.
Я стиснул челюсть. Типичная избалованная девчонка из колледжа, ведущая себя так, будто все знает лучше меня.
— Тебе и не нужно.
— Зачем ты вообще такое сказал?
— Потому что тебе не нужно связываться с такими как она.
— Ты ничего не знаешь о том, что мне нужно.
— Думаю, ты будешь удивлена. Я достаточно хорошо понимаю тебя, Бекка.
Она пропустила этот комментарий.
— Ты собираешься идти на эту вечеринку или нет?
— Да, я пойду.
— Окей. Ты меня отвезешь.
— А если я скажу «нет»? — вздохнул я.
— Я спущу всю твою одежду в унитаз.
— Очень по-взрослому. — Я засмеялся.
— Все равно. Больше до тебя никак не доходит.
— Ладно. Отвезу. Но не говори, что я не предупреждал тебя.
— Спасибо. — На мгновение Бекка задержала свой взгляд на мне.
— Что-нибудь еще нужно?
— Я дам тебе знать, если что-то потребуется. — Она одарила меня взглядом, затем развернулась и пошла.
Я фыркнул.
— Будь готова к десяти, — сказал ей вслед.
Я захлопнул дверь и оглядел вещи, разбросанные по комнате. Бекка не имела ни малейшего понятия, во что втягивает саму себя, идя на вечеринку к кузену Тома. Город сильно изменился с тех пор, как она уехала. Большинство изменений были незаметны. Ты мог пройти по центру города завтра и пятьдесят лет назад и не увидеть почти никакой разницы. Но сердце Риджвуда, его душа, изменились безвозвратно. Стало больше преступности. Больше безработных. Банды из Канады и Калифорнии занимались торговлей наркотиков через границу. И я был частью медленного морального упадка нашего прекрасного города. Не было ни минуты, когда я забывал это. Я ненавидел то, что делал, ненавидел то, что мне приходилось делать. Но не собирался смотреть, как умирает моя мама, и не пытаться хотя бы облегчить финансовое бремя своей семьи.
Я не ходил в старшую школу. Не учился торговле. Моими навыками были только быстрые походы и восхождения. Во всем остальном я был бесполезен. Контрабанда была единственной вещью, которой я мог заниматься, которая действительно изменила нашу жизнь. Аморально это или нет, но я делал это. И если не я, это делал бы кто-то другой. К тому же, я не продавал наркотики и не принуждал никого принимать их.
По крайней мере, так я оправдывал себя. На самом деле, единственным, что помогало мне спать по ночам, был факт, что каждый заработанный мной цент сразу шел на оплату маминых счетов за лечение. Всех до единого. Я не мог потратить эти грязные деньги на себя. Это просто было неправильно.
***
Положив упаковку спичек в передний отсек своего рюкзака, я оглядел комнату. Потребовалось несколько часов на сборы, но зато теперь мой рюкзак был плотно упакован, каждый важный предмет на своем месте. Я поднял его и оценил вес. Идеальный. Не знаю, почему я обеспокоился его весом, разве что подсознательно, ведь я всегда упаковываю одни и те же вещи. Тем не менее, береженого Бог бережет. Любой лишний килограмм может стать убийцей. Лишний килограмм означает лишнюю потраченную энергию, а тебе потребуется вся твоя энергия, когда ты окажешься посреди глубокого леса без надежды на спасение.
Я вернул рюкзак на место и вернулся в дом. Джек ушел на лесопилку, а мама была на пробежке. Я налил себе немного кофе и вышел на заднее крыльцо. Среди деревьев увидел Бекку. Она уходила в лес. Я не имел ни малейшего представления, куда направляется эта девчонка, но она не могла идти далеко, так как при ней не было никакого снаряжения.
Когда я увидел, как движется ее задница, старое воспоминание внезапно пронзило меня.
Когда я вернулся мыслями в настоящее, то понял, что воспоминание осталось со мной по двум причинам. Во-первых, это был один из очень немногих случаев, когда мы с Беккой были настолько близки. Было миллион моментов, когда я хотел протянуть руку и схватить ее, это было всего пару раз. Наши братско-сестринские отношения держали все в безвыходном положении, независимо от того, что я мог чувствовать. Хотя второе было более важным. Это ударило меня внезапно: она выбралась отсюда, а я нет. Я планировал путешествовать по стране, смотреть, что там за пределами Риджвуда. Вместо этого моя мама заболела, и я связался с кучкой чертовых бандитов.
Я все еще лазал. Все еще участвовал и побеждал в соревнованиях. Но не уехал из этого города.
И я был немного разочарован в самом себе. Если бы мне пришлось вернуться в прошлое, я бы все сделал точно так же. Я пожертвую всем ради своей семьи. Но в глубине моего сознания все еще звучал тот амбициозный голос, который хотел взбираться лучше всех.
Я наблюдал, как Бекка исчезла в утреннем тумане. Воспоминание длилось не больше нескольких секунд, но неожиданно я почувствовал усталость.
Мне был известен только один способ, как бороться с этим. Я допил свой кофе, пошел в гараж и взял свое снаряжение для скалолазания.
Глава 7
Я выбралась из душа, выпуская клубы пара под потолок, и протерла зеркало.
Почти всю вторую половину дня я провела, разгуливая по угодьям и заново знакомясь с деревьями. Поначалу быть там одной казалось необычным, но я быстро привыкла. Большую часть своей жизни я прожила среди этих деревьев и только последние четыре года была от них вдали. Однако, они ощущались меньшими. Более тесными. Почти как если бы деревья стали тоньше и реже, и подлеску было позволено расти больше.
Нахмурилась своему отражению в зеркале. Кем, черт возьми, я была? Иногда ощущала себя уличной девчонкой, выросшей в маленьком городке, а иногда ученым гиком и компьютерным программистом, жившим в Дартмуте. Я чувствовала тягу обеих личностей. Была еще девчонкой, как и раньше, девчонкой из Риджвуда, но и при этом кем-то еще. Было трудно приспособиться к тому, в кого я постепенно превратилась, не замечая ничего, когда жила в колледже, но нахождение дома сделало это таким заметным. Я пошла дальше. А мир, казалось, остался стоять на месте.
Я прошла из ванной в свою спальню и легла на кровать, волосы все еще были влажными. До вечеринки еще несколько часов, но следовало начать собираться чем раньше, тем лучше. Рид, возможно, не станет меня дожидаться. Это было проклятием длинных волос. На то, чтобы высушить их, уходила вечность.
Я включила канал «Нетфликс» (прим.: американский развлекательный канал), начала одеваться, и два часа пролетели как мгновение. К тому моменту, как закончился четвертый эпизод «Нашинкованных», я была почти готова к выходу. Высунула голову из двери.
— Рид? — позвала я.
Ответа не последовало. Было уже девять часов. Предполагалось, что мы выедем через час. Хмурясь, я прошла по коридору и постучалась в его дверь.
— Рид?
По-прежнему без ответа. С опаской я отворила дверь.
— Я захожу, так что, пожалуйста, будь в одежде.
Комната была пуста. Все еще хмурясь, зашла внутрь, не уверенная в том, что заставило меня это сделать.
Комната выглядела более или менее так, как я ее помнила. Рид содержал ее в достаточном порядке. Плакаты известных альпинистов были развешены на стенах, и несколько безделушек украшали подоконник. Я прошла и взяла маленького деревянного кролика, скорее всего, вырезанного вручную. Кролик был гладким и теплым в моих руках.
— Нравится?
Я чуть не подпрыгнула на месте.
— Рид, — сказала я. — Я искала тебя.
Он стоял в дверях, ухмыляясь мне. Парень был весь потный и грязный, и на нем еще были его перчатки для лазания. Я смотрела на его выступающие мускулы, его рельефное стройное тело, уверенно стоящее передо мной.
— Что ж, ты меня нашла.
— Верно. Только хотела уточнить насчет вечеринки.
— Все в силе, девушка из колледжа, — кивнул он.
Я вернула кролика на место.
— Ты ходил в горы?
— Конечно. Что выдало эту секретную информацию?
Я нахмурила брови. Почему он вел себя, как задница?
— Что ж, ладно, увидимся через час. — Я собралась уходить.
— Мой отец сделал его, — сказал Рид неожиданно.
— Что? — Я оглянулась на него.
— Кролик, — ответил Рид, кивая на него. — Он вырезал его для меня, когда я был ребенком.
— О, это очень здорово.
Я немного слышала об отце Рида. Знала, что он умер, когда мы оба была еще маленькими, но ни Рид, ни Кора не говорили особо о нем. Думаю, для них это было просто слишком больно.
— Он делал кучу подобных вещей. Но это все, что у меня осталось.
— А у твоей мамы есть что-нибудь?
— Не думаю. Если и есть, она никогда мне не показывала.
Я не знала, что еще сказать. Рид никогда раньше мне не открывался, и это немного обезоружило.
— Тебе следует принять душ.
— Хочешь присоединиться? — ухмыльнулся он.
— Нет, спасибо. Я сегодня уже мочила волосы.
— Можешь надеть шапочку для душа. Мне без разницы.
Я закатила глаза и вышла из комнаты. За моей спиной слышался его смех, пока я закрывала уже свою дверь.
Типичный Рид. В одну секунду он разговаривает про своего мертвого отца, а в другую уже отпускает грязные шуточки на мой счет. И точно знал, как свести меня с ума, заставить меня хотеть мягко поцеловать его губы, а затем пожелать, чтобы он погрузил свой рот между моих ног.
У меня не было ни малейшей идеи, как я собиралась выживать рядом с ним все лето.
***
В машине Рид молчал. Я села на заднее сиденье грузовика и ощущала, как вибрации двигаются вверх по моим ногам. Поглядывала на него, охватывая взглядом мускулистое тело. На нем были простые джинсы и футболка, но он стянул ее.
Рид поймал мой взгляд и расплылся в улыбке.
— Ты выглядишь хорошо, — сказал он.
— Спасибо.
— Слишком хорошо для этой вечеринки. Привлечешь к себе много извращенцев.
— У меня стойкое ощущение, что один уже рядом со мной, — пробормотала я.
— Я и вполовину не так плох, как эти парни, — засмеялся он.
— Если там так опасно, зачем ты идешь? — отрывисто спросила я.
Он помолчал немного, размышляя.
— Ты привыкаешь к этому со временем.
— Значит, и я привыкну.
— Не уверен, что привыкнешь, Бекка, — покачал он головой.
Я закатила глаза и начала смотреть в окно. Вся эта его чрезмерная опека была очень неудобной, и мне хотелось от нее избавиться.
По правде говоря, я немного нервничала. Меня не было в Риджвуде долгое время, не считая того раза с Линдси. Что, если Рид прав, и я больше не вписываюсь в общую картину?
Мы проехали через город и направились на север к окраине.
— А где вечеринка, кстати говоря?
— Рядом с угольной шахтой.
— Кто же там живет?
— Никто не живет. Там стоит старый дом на колесах, который какие-то парни нашли и отремонтировали. Сейчас людям нравится там тусоваться.
— Как твой грузовичок.
— Что-то типа того. — Он взглянул на меня.
Мы вернулись в тишину, и воспоминание о Риде, целующим меня в лесу, снова всплыло. Мое сердце быстро забилось в груди, и я почувствовала, что начала волноваться в два раза больше.
Наконец, примерно через полчаса езды, Рид свернул на грунтовую дорогу. Мы тряслись и подскакивали на ней, направляясь к горящим впереди огням. Он вырулил на расчищенную площадку, на которой стоял опутанный проводами белых рождественских огней трейлер.
И около сотни людей, толпящихся вокруг него.
Я была удивлена размерами вечеринки. Ожидала небольшое и расслабленное, однако это больше походило на тусовку среди деревьев. По крайней мере, два бочонка и стол с бутылками виднелись тут и там.
— Битком, — сказала я.
Рид свернул на обочину и припарковал грузовичок в линию с другими машинами.
— Да, обычно здесь так и бывает по пятницам.
— Ты всех их знаешь?
— Нисколечко, — фыркнул. Он посидел немного, глядя в окно. — Слушай, я знаю, тебя тошнит от подобных вещей, но, если у тебя будут проблемы, сразу разыщи меня.
— Хорошо, папочка, так и сделаю. — Я вздохнула.
— Серьезно. Разыщи меня.
Я толкнула дверь и вышла. Звуки кричащих и смеющихся людей сразу ударили по мне. Впереди кто-то играл в известную игру: пил пиво, делая стойку на руках, и кучка людей поддерживала его.
Я никогда не играла в эту игру и тем более не планировала попробовать. Кроме того, на мне была юбка. Выглядеть это будет не очень-то женственно.
— Веселись, студентка. — Рид выбрался из машины и кивнул мне.
— Плевать, — промямлила я и направилась к толпе.
Никто не казался знакомым. Рид постоянно был окружен толпой людей, все называли его Альпинистом, но я не знала ни одного из них. Я пробиралась сквозь толпу, высматривая Линдси. На мне был свитер. Ночь была немного прохладной, но я чувствовала себя стесненной, несмотря на то, что мы были на открытом воздухе. Я вытащила телефон и написала сообщение Линдси: «Ты где? Я на месте».
В задумчивости подошла к бочкам и взяла кружку. Парень на разливе улыбнулся мне.
— Я тебя не знаю, — сказал он.
— Первый раз. — Я пожала плечами.
— Что ж, наслаждайся самым хорошим дешевым пивом, которое можно найти в Риджвуде, новичок, — ответил он, наполняя мою кружку.
— Спасибо, — улыбнулась я ему.
У него были лохматые волосы и молодое лицо, почти мальчишеское, но он должен был быть моего возраста или чуть старше.
— Я Джош, — сказал он.
— Бекка.
— Приятно познакомиться, Бекка.
Прежде чем я смогла что-то ответить, кто-то вышел передо мной и начал нетерпеливо наливать себе пиво. Я улыбнулась Джошу и ушла обратно в толпу.
Мой телефон завибрировал, и я достала его. «Только что пришла, около дома на колесах!».
С чувством облегчения я направилась в ту сторону и обнаружила Линдси, прислонившуюся к стене трейлера и смотрящую в свой телефон.
— Эй, — позвала я.
— Привет, Бекка! — Она подняла глаза. — Я очень рада, что ты пришла!
Мы обнялись, и я засмеялась.
— Конечно, пришла, какие еще тут могут быть занятия?
— В основном, метамфетамин.
— Здесь много народа. — Я опять засмеялась.
— Знаю, больше, чем обычно.
— Часто здесь бываешь?
— Ну да. Это теперь обычное дело.
— Правда? Это здорово.
— Наверное. Приедается со временем. — Она широко улыбнулась мне. — Пойдем, достанем мне выпить.
Мы проделали наш путь обратно в сторону бочонков. Джош все еще разливал и улыбнулся мне, когда мы подошли.
— Так скоро вернулась? — спросил он меня.
— Мне пива, — прервала его Линдси.
— Привет, Линдс, — сказал он, глядя на нее.
— Джош. — Она ему не улыбнулась.
Повисло короткое неловкое молчание, пока Джош наливал ей напиток. Сразу после этого мы ушли.
— Ты знаешь его? — спросила я ее.
— Он просто скотина.
— О! Мне он показался достаточно милым.
— Они все кажутся поначалу…
Я позволила этому комментарию зависнуть в воздухе, пока следовала за ней на окраину вечеринки. Линдси заметила несколько шезлонгов, схватила их и упала в один, смеясь.
Пока я садилась, приметила Рида, пробирающегося сквозь толпу в сопровождении двух миленьких девушек.
— Раз уж мы говорим о скотинах, — начала я.
— Что? Рид?
— Посмотри на него. — Я кивнула.
Мы смотрели, как девушки догнали его и стали разговаривать с ним, явно заигрывая.
— С ним все в порядке, — заметила Линдси.
— Не знаю. Он иногда такой заносчивый.
— Ты можешь его осуждать? В смысле, у тебя же есть глаза?
— Что это должно означать? — Я одарила ее взглядом.
— Он самый горячий парень здесь, Ребекка. Возможно, во всем Риджвуде.
— Не может такого быть.
— Поверь мне, Альпинист слишком великолепен для этого маленького городка, — засмеялась.
Я нахмурилась, наблюдая, как Рид что-то сказал девушкам и затем ушел. Они за ним не последовали. Рид поднял взгляд и встретился с моим, одаривая меня большой ухмылкой.
— Дерьмо, — пробормотала я.
— Что?
— Он только что поймал меня на наблюдении за ним.
— Ну, теперь он идет сюда.
Я смотрела, как он проделал свой путь через толпу и подошел к нам.
— Альпинист, — поприветствовала Линдси.
— Линдс, Бекка. Веселитесь, девочки?
— Почти столько веселья, сколько можно здесь получить, — сказала Линдси.
Рид посмотрел на меня, а я отхлебнула свой напиток. Я заметила, что у него в руках не было ничего, но решила это не озвучивать. Вероятно, он не пил, чтобы увезти позже нас домой, что было для меня небольшой неожиданностью. Я полагала, что немного он все-таки выпьет, хотя может быть, Рид был более ответственным, чем я его считала.
— Что насчет тебя? Нравится то лучшее, что Риджвуд может предложить?
— Довольно круто. — Я пожала плечами.
— Довольно круто? Это место – свалка.
— Ты выглядишь получающим удовольствие.
— Теперь, когда я смотрю на твои милые ножки, так и есть, — улыбнулся он.
Линдси хихикнула, явно удивленная.
— Остынь, Рид. — Я закатила глаза.
— Не могу совладать с собой. Что-то в тебе, одетой в юбку, сводит меня с ума.
— Ребята, вы разве не типа брат с сестрой? — спросила Линдси.
— Нет, — отрывисто сказала я, возможно, слишком быстро. — Мы просто сводные брат с сестрой.
— Наши родители не женились до лета перед ее отъездом, — сказал Рид, кивая на меня.
— Мы почти не жили вместе, — добавила я.
Линдси посмотрела на меня взглядом, который, очевидно, наводил на мысль о чем-то, о чем я не могла позволить себе думать.
— Мне надо идти, — сказал Рид, оглядываясь на толпу. — Долг зовет.
— Что это значит? — спросила я, но он уже ушел и не ответил.
— Возможно, встреча с Томом, — ответила Линдси.
— Что с ним и этим парнем? Что-то таинственное происходит, о чем меня не предупредили.
— Спроси его об этом, — ответила она, качая головой, чем только усилила мое любопытство.
Было ощущение, что знали все, кроме меня.
Я вздохнула и отпила из своего бокала, не желая давить на нее сильнее.
— О, черт, похоже, начинается «Флип кап», — сказал Линдси, указывая. — Давай присоединимся.
Не спеша, я встала и последовала за ней к толпе людей, которая собрались за столом. Линдси привела нас в одну из команд, и мы выстроились на нашей стороне.
Я не очень любила игры с выпивкой. На самом деле, я и выпивала немного, но поскольку не была дома так долго, что не хотела подать вида, будто мне невесело. Когда подошла моя очередь, я выпила пиво в своем бокале и смогла перевернуть его со второй попытки. Мы выиграли первую игру на милю.
Я смеялась, пока все радовались. Джош стоял рядом со мной, и мы обменялись взглядами. На секунду я почувствовала себя частью группы.
В последний раз я играла во «Флип кап» или любую другую игру давно, и к третьему раунду стало очевидно, что я больше не в форме для питья. Я ходила на несколько вечеринок в колледже, но в основном училась и проводила время со своими соседями по комнате. И никогда не выбиралась на сумасшедшие вечеринки в Дартмуте.
Наверное, мне было довольно скучно. Но я действительно пыталась быть чуть менее неуклюжей.
Начался четвертый раунд, и я смотрела, как люди передо мной пили пиво и переворачивали свои бокалы. Когда настала моя очередь, мне удалось сделать это с первой попытки.
— Да, черт побери, Бекка, — сказал Джош, обнимая меня.
Я рассмеялась, чувствуя себя немного навеселе, в то время как мы снова выиграли игру.
— Ты мастер в этом, — сказал он мне.
— Ни в коем случае. Я ужасна.
— Серьезно, потрясающий результат. Классная и талантливая, отличное сочетание.
— Спасибо, наверное. — Я покраснела.
Группа начала распадаться, люди теряли интерес к игре. Я наблюдала, как Линдси отправилась с двумя, выглядящими грязными, парнями в сторону фургона. Она даже не удосужилась мне что-нибудь сказать, просто исчезла без слов.
Мне потребовалось мгновение, чтобы осознать, что она просто оставила меня здесь, окруженную людьми, которых я не знаю.
— Хочешь еще выпить? — спросил Джош.
— Конечно, — сказала я, не зная, что еще делать.
Я пошла за ним к бочонкам. Народу было еще больше, и я начала тщательно рассматривать людей. Не узнавала ни одного из них, но все они были определенного типа.
Жутко. Или хотя бы немного страшно. Там было много кожаных курток и татуировок, и больше чем несколько крутых парней со шрамами на лицах. Люди были громкие и шумные, немного агрессивные.
Это не была обычная моя толпа. Я не заметила, какой грубой она казалась сначала, потому что была слишком нервной, чтобы действительно обратить внимание. Но выпив, достаточно раскрепостилась, чтобы серьезно взглянуть на людей.
Мне было некомфортно, но я была рада, что Джош разговаривал со мной. Пока он наливал мне еще пива, болтал о своей работе почтальона и своей собаке.
Я последовала за ним подальше от основной толпы, и мы, в конечном итоге, сели в те же шезлонги, на которых Линдси и я сидели раньше. Джош придвинулся ко мне, но я ничего об этом не подумала.
— Итак, у тебя есть парень? — спросил он.
— Нет парня. Что насчет тебя?
— Тоже нет парня.
— Я имела в виду девушку, — хихикнула я.
— Нет девушки, — подтвердил он. — Как у кого-то вроде тебя нет парня?
— В смысле?
— Ты знаешь. Сексуальной и милой. — Он наклонился ближе.
— Мм, не знаю, — моргнула.
Голова немного кружилась, и мне было жарко. Джош был милым и все такое, но я не была заинтересована в нем в этом плане. Я вытащила свой телефон и написала Линдси: «911. Найди меня».
— А где твоя подруга? — спросил Джош.
— Не знаю. Вроде пошла туда. — Я кивнула в сторону дома на колесах.
— Наверное, накачивается. Типично для Линдси, — засмеялся он.
— О чем ты говоришь?
— Ты не знала? Она местная наркоманка.
— Не смей так о ней говорить. — Я нахмурилась.
— Виноват, я не пытаюсь быть грубым.
— Ну ладно, — сказала я, вставая. — Спасибо за выпивку.
— Погоди. — Он встал следом. — Я же сказал, что виноват.
Я собралась уходить, но Джош схватил меня за руку. Мое сердце забилось в груди.
— Отпусти меня, парень, — сказала я.
— Я просто пытаюсь извиниться. Я не планировал выводить тебя из себя.
— Окей, а я пытаюсь уйти.
— Я все еще разговариваю с тобой. — Он усилил хватку.
— Я сказала, отпусти меня.
Прежде чем он понял, что делаю, я плеснула свое пиво прямо ему в лицо. Оно брызнуло с удовлетворяющим всплеском, стирая самодовольный вид с его лица.
— Что за фигня? — спросил он, отпуская мою руку.
— Не прикасайся больше ко мне, задница, — сказала я.
— Ты чертова сука.
Я начала быстро уходить, но Джош был прямо за мной. Люди начали оглядываться, привлеченные звуками проклятий Джоша, пока я пыталась уйти. Я оглянулась испуганная, и не увидела ни одного человека, которого знала. Где был Рид?
И вдруг он сразу появился, как будто мог читать мои мысли. Я почувствовала огромную волну облегчения, проходящую через меня, когда он направился прямо к Джошу, его лицо было твердым, как камень.
— В чем дело? — спросил меня Рид.
— Ни в чем. Давай выбираться отсюда, — сказала я ему.
— Все в порядке, Альпинист. — Джош прекратил следовать за мной и отступил на шаг назад.
Рид стоял, секунду уставившись на Джоша.
— Ну же, Рид, — снова сказала я, протягивая руку.
Он посмотрел на меня, на пустую кружку в моей руке, затем обратно на Джоша и сложил два и два.
— Ах ты, гад, — прорычал он, надвигаясь на Джоша.
—Да ладно, Альпинист! Все ж в порядке, — сказал тот, отступая дальше, держа руки в воздухе.
Быстрее, чем я могла уловить, Рид шагнул и ударил Джоша по лицу. У Джоша не было шансов. Он принял сильный кулак Рида прямо в челюсть и упал на землю, схватившись от боли за лицо.
— Еще раз к ней подойдешь, и я убью тебя, — сказал Рид, угрожающе нависая над ним.
— Рид! Хватит! — сказала я лихорадочно.
Люди пялились на нас. Я ужаснулась, что вот-вот начнется большая драка. Мне хотелось убежать, но вдруг кто-то засмеялся.
— Отделай его хорошенько! — сказал какой-то человек, и вся толпа засмеялась.
Рид ухмыльнулся.
— Представление окончено, — сказал он, обнимая меня и ведя к машине.
Джош потирал свое лицо, но не пытался подняться. Он явно боялся Рида, а публика, очевидно, была не на его стороне.
Я не могла в это поверить. Рид не только появился именно тогда, когда был мне нужен, но и без проблем отключил Джоша, как будто тот был ничем. Часть меня разозлилась, что Рид причиняет кому-то боль, но другая часть была счастлива, что это произошло. Этот мудак Джош был слишком агрессивен и страшен и заслужил, чтобы кто-то выбил из него дерьмо разок или два.
— Ты в порядке? — спросил меня Рид.
— В порядке. Тебе не нужно было этого делать.
— Вообще-то, нужно было. У этого парня особая репутация.
— Правда? — Я нахмурилась.
— Скажем так, ты не первая девушка, плеснувшая выпивку ему в лицо.
Я вздохнула и позволила Риду отвести меня обратно к грузовику. Звуки вечеринки немного отступили, когда мы двинулись по периметру. Я чувствовала себя в безопасности с сильной рукой Рида вокруг моих плеч, и, хотя я могла справиться сама, была благодарна, что он появился.
— Убираемся отсюда, — сказал он.
— Хорошо.
Мы залезли в машину, он посидел некоторое время, не включая двигатель.
— Я говорил тебе быть осторожнее.
— Ты не контролируешь, что я делаю, Рид.
— Я знаю. Но эти люди иногда могут быть порядочными засранцами.
— Ты все время так говоришь. Почему же они твои друзья?
— Это сложно. — Он наклонился ко мне. — Я просто хочу, чтобы ты была в безопасности.
Его губы были слегка приоткрыты. Его великолепные полные губы. Я почувствовала, как двигаюсь ближе к нему.
— Линдси все время говорит кое-что. Насчет тебя и того парня Тома.
— Неужели? Что она говорит?
— Ничего. Только, что ты с ним в чем-то участвуешь. Кто он?
— Просто парень, с которым я работаю.
Я чувствовала себя расстроенной, но его голос был глубоким и ровным, и его запах угрожал подавить меня.
— Работаешь над чем?
— Просто работа. Почему ты так беспокоишься?
— Мне все равно. В смысле, я не знаю.
Я трепетала, не в состоянии сказать ему правду. Беспокоилась, потому что он волновал меня гораздо больше, чем я хотела бы признать.
— Слушай меня в следующий раз, Бекка. И забудь о том, что говорит Линдси, — лицо Рида было в дюймах от моего.
— Спасибо. За это.
— Не стоит благодарности.
Он был так близко. Такой опьяняющий.
То, как он смотрел на меня, вызывало мурашки по позвоночнику. Я уже чувствовала, что стала мокрой.
И тут мой телефон начал вибрировать.
Рид нахмурился и посмотрел на мою сумку.
— Лучше ответь, — сказал он.
— Да все в порядке.
Он рассмеялся и выпрямился, запуская двигатель. Я нахмурилась, беря себя в руки, и вытащила телефон из сумки. Это была Линдси.
— Алло, — ответила я.
— Бекка! Боже мой! Я слышала, что произошло. Ты в порядке?
— Я нормально. Куда ты пропала?
— Я зависала в трейлере с другими ребятами.
— Ты оставила меня одну.
— Мне так жаль. Я думала, ты пойдешь с нами.
— Что ж, я не пошла.
— Где ты?
— Еду домой с Ридом.
— О. Хорошо. Слушай, я повеселилась. Мне действительно жаль, что с тобой произошло такое.
— Это не твоя вина. — Я вздохнула.
— Конечно, моя. Позволь мне угостить тебя ланчем или сделать что-нибудь еще?
— Без проблем. Напиши мне потом.
— Ок. — Она отключилась.
Я положила телефон в сумку, в то время как Рид вывернул на главную дорогу.
— От этой девчонки жди беды, — промычал он мне.
Я вздохнула, не желая опять начинать новую битву, и продолжала думать о том, как близко была всего минутой ранее к тому, чтобы поцеловать его.
— Возможно, — пробормотала я.
Мы молча ехали домой, несостоявшийся поцелуй завис в воздухе. Рид должен был почувствовать это, должен был знать, что это то, что я хотела. У него была способность, будто он мог прочитать мое тело.
Проблема была в том, что я хотела, чтобы Рид сделал с ним больше, чем просто прочитать.
Но это было слишком опасно. Я вспомнила, как удивлена была Линдси, услышав, как Риду нравилось со мной разговаривать.
Мы не могли это сделать. Я не могла это сделать.
Поездка была тихой, моя голова жужжала, полная сомнений, переживаний и непреодолимого желания.
Глава 8
Бекка была в моих мыслях, когда я отправился в свой поход ранним утром следующего дня. Становилось все более и более очевидно, что она отсутствовала слишком долго. Даже несмотря на то, что я предупредил ее насчет вечеринки, все равно настояла на том, чтобы пойти. Это не было большим делом, но она закончила тем, что слишком много выпила и напоролась на этого чокнутого. Хотя я не мог осуждать ее за то, что произошло потом. Иногда Джош выглядел таким приятным парнем, и девчонки продолжали западать на его чепуху. Опять же, им требовалось немного времени, чтобы понять, какой он кусок дерьма. Было приятно сломать ему челюсть. Я был в ярости от того, что Бекка подверглась опасности, но надо было признать: Джош нуждался в избиении. Все, чего я ждал предлога. На секунду испугался, что не смогу остановиться. Я опасался, что действительно убью мерзавца. Но потом кто-то окликнул меня, и напряжение рассеялось. Видя выражение лица Бекки, ее страх, почти обезумел от гнева.
Я прошел через подлесок и преодолел забор, окружающий нашу собственность. Мой план состоял в том, чтобы отправиться на север, следуя тщательно продуманному пути, который я проделывал все эти годы, пока не доберусь до границы. Оттуда пройду несколько миль на восток и пересеку реку, являющуюся границей с Канадой, там, где покажется наиболее безопасным.
Я осознавал, что возвращение Бекки домой нарушает все планы. И настолько привык лгать Джеку и своей маме, что это больше не представляло сложности. Ложь была всего лишь частью моей повседневной жизни с тех пор, как я попал в контрабандный бизнес. Но Бекка уже начала задавать вопросы. Это было только делом времени. Кто-то в городе собирался что-то сказать ей, вероятно, та наркоманка Линдси, и мне нужно было сделать выбор. Следовало либо лгать ей, либо сказать правду. Но мне не хотелось лгать Бекке. Несмотря на все вещи, что я делал годами, никогда ей не лгал. Никогда не был в том положении, в котором нуждался, но этот факт был важен для меня. Я врал всем остальным в своей жизни. Но с Беккой хотел быть честным. Чтобы все было по-другому.
Подлесок был плотным под ногами, солнце начинало медленно подниматься, сжигая влажность, образовавшуюся за ночь.
Я собирался пересечь границу в час дня, сделать обмен в два и надеялся быть уже на полпути домой к тому времени, как стемнеет. По крайней мере, такой был план.
Как я убеждался раз за разом, планы не работают. Каждый начинает с отличной подготовки и планирования, но как только тебя впервые пинают в лицо, внезапно все превращается в безумное стремление выжить. Легко забыть все, над чем ты работал, когда на твоей одежде кровь.
И только когда карабкался по поверхности утеса, я не чувствовал себя так, как будто барахтаюсь. Я не знал почему, но было что-то в утесе, что имело смысл для меня. Я мог видеть опоры для рук и ног, мог видеть маршрут, который мне нужно было бы совершить, чтобы быть быстрее всех. Это сразу появлялось в моем сознании, когда я впервые смотрел на стену. Почти магия.
К сожалению, этот навык не особо мне помог, когда дошло до контрабанды наркотиков из Канады.
Насколько я ненавидел признаваться в этом самому себе, настолько хорошо я не знал Бекку, чтобы предугадать, как она отреагирует, если узнает, чем мне приходится заниматься за деньги. Страх? Отвращение? Разочарование? Не было никакой возможности узнать, и это беспокоило меня.
Ненавидел иметь что-то не под контролем. Я не был помешан на тотальном контроле, однако мне нравилось иметь влияние на события. Поэтому, когда моей маме диагностировали рак, тут же нашел способ помочь ей. Я не мог сидеть и смотреть, как ей становится хуже и хуже. Не в моей крови быть пассивным. Скалолазание не приносило достаточное количество денег. Мне нужно было делать что-то более экстремальное. Не был уверен, смогут ли остальные понять, почему я сделал этот выбор, но все, чем я руководствовался — желание помочь своей семье.
Я только надеялся, что и Бекка поймет это таким образом.
***
Я посмотрел на солнце и прикинул, что уже около полудня. Снял с себя легкую парку, аккуратно сложил ее и сунул в карман своего рюкзака.
Я приближался.
Пересечение границы пока что было самой опасной частью всего предприятия, особенно пересечение в Вашингтон из Канады с рюкзаком, полным наркотиков. Если меня поймают без наркотиков, будет уже достаточно плохо. А если с ними? Отправлюсь в тюрьму без вопросов.
Затянул рюкзак и начал взбираться. Нечего было слишком беспокоиться. Лес был прелестным, темным и глубоким, а у меня были обещания, которые нужно выполнить. И еще немного миль, прежде чем я встречусь с бандитом из Канады и совершу передачу.
Спустя еще полчаса ходьбы услышал журчание воды впереди. Вздохнул, понимая, что вода – это граница, и я управился за очень хорошее время. Терпеть не мог добираться рано, но это лучше, чем опаздывать.
Первый и единственный раз, когда я показался поздно, был плохим. Они пригрозили урезать мне плату за каждую минуту моего отставания от расписания. Очевидно, даже гангстерам не нравится ждать с кучей нелегальных наркотиков в машине.
Я остановился у реки и присел рядом с ней. Уровень воды был ниже обычного, и двигалась она медленнее, что было хорошо. Вероятно, я мог бы просто перейти через нее, вместо того чтобы надеяться на упавшее дерево или самодельный мост, как я обычно делал.
Когда направился на восток, начал замечать знаки. Они были размещены по обе стороны от границы и в большинстве своем задумывались для запугивания заблудившихся путников. Эти предупреждения обещали такие вещи, как необоснованно высокие штрафы и сотни лет в тюрьме, плюс физическое расчленение и пытки, если вы не отступите немедленно.
Я протянул руку и взял самый близкий знак. Дернув дважды, смог оторвать его от дерева, к которому он был прибит. Ухмыльнувшись, размахнулся и бросил в реку. Знак вращался быстрыми кругами вокруг центральной оси, пролетая высоко над водой и сверкая ярким солнечным светом с его отражающей поверхности. А потом затонул с удовлетворенным всплеском.
Когда я поднял взгляд, то неожиданно остолбенел. На канадской стороне было движение. Не размышляя ни секунды, я растворился обратно в лесах, подальше от воды. Спрятался за деревом и слушал, не шелохнувшись. Мое сердце тяжело стучало в грудной клетке, пока я оставался абсолютно безмолвным. Мне казалось, что я не двигался в течение часа, хотя на самом деле не более тридцати секунд. Мне были слышны голоса пробирающихся сквозь кустарники людей. Они, определенно, не пытались быть незаметными и как только подобрались ближе, я начал разбирать, что они говорят.
— Говорю тебе, я что-то слышал, — сказал один.
— Не может быть. Это была просто рыба.
— Рыба не издает подобные звуки.
Я наблюдал, спрятавшись за деревом и несколькими кустарниками, как двое парней появились у воды. Слышал, как кровь стучит в моих висках, когда я смотрел на них. Ко мне медленно приходило понимание происходящего.
Эти люди не были одеты как пограничники или полицейские из отряда конной полиции. При них не было винтовок.
— Видишь, я же говорил, — сказал более высокий.
— Может быть, это было подальше внизу? — ответил другой.
Двое мужчин были одеты в одежду коричневого цвета, на головах у них красовались широкополые шляпы, с собой они несли удочки. Я вздохнул и слегка расслабился. Это всего лишь какие-то местные канадцы, выбравшиеся порыбачить, хотя, почему они хотели заняться этим так близко к границе, было для меня загадкой.
— Ты с ума сошел. Давай просто бросим здесь, посмотрим, удастся ли что-нибудь урвать.
— Это ланч для тех неудачников, — сказал другой парень. — Они заняты перекусом.
— Что ж, мы накормим их еще больше.
Они засмеялись и начали разматывать свое снаряжение. Секунду-другую я наблюдал, как они разложили стулья и нацепили наживку. Не стал дожидаться, чтобы увидеть, смогут ли они что-то поймать. Я двигался как можно тише, направляясь глубже в лес, прежде чем возобновить свой поход вдоль берега реки, вдали от рыбаков.
Потребовалась пара минут, чтобы восстановить дыхание. Впервые видел людей рядом с границей, и это было жесткое напоминание, что я не был абсолютно один в лесу. Не был действительно неуязвимым.
Я чувствовал себя немного потрясенным, когда двинулся на восток, увеличивая расстояние между мной и рыбаками. Бросание знака было глупой, глупой и незрелой ошибкой. А если бы это был пограничный контроль? Они бы точно начали преследование, и сомневаюсь, что смог бы спрятаться от тренированных профессионалов.
Мне повезло. Не хотелось это признавать, но мне невероятно везло и везло долгое время. Провал и потеря одной передачи были ничем по сравнению с тем дерьмом, в которое я мог попасть. Каждый раз, возвращаясь домой живым с нетронутой посылкой, я превозмогал невозможное. И неожиданно стал делать перебежки чаще.
Проверил солнце и решил, что уже достаточно отдалился от тех парней. Реальное место встречи было милю-другую впереди них, но я предпочел оставаться глубже в лесах с канадской стороны к той точке. Они никогда не узнают, что я там был.
Успокоив себя, спрятался в кустах и стал ждать. Место, которое я выбрал, было относительно мелким и медленным, поэтому знал, что могу запросто перейти.
Не считая животных, не было никаких признаков жизни. На другой стороне не было движения. Через несколько минут я медленно начал входить в реку. Вода была холодной и освежающей для моих ног. В самой глубокой части реки она дошла до середины моих бедер, прямо под рюкзаком. Я чувствовал себя незащищенным, невероятно незащищенным, и кто-то, находящийся в миле от меня, мог легко меня обнаружить. Я двигался так быстро, насколько мог при этом быть не слишком шумным. И когда добрался до другой стороны без инцидентов, быстро рухнул за кусты, желая, чтобы мое сердце успокоилось.
Что подумает Бекка, если домой неожиданно позвонят пограничники?
Было бы ужасно расстроить маму, но, наверное, где-то в душе она уже знала. На самом деле, я больше боялся разочаровать Бекку. Чертову идеальную Бекку.
Через минуту мой пульс успокоился, и я снова двинулся к месту встречи. Проверил навигатор, взглянул на компас и понял, что буду как раз вовремя. Рыбаки задержали меня больше, чем я предполагал.
— Канада, о, Канада, — подумал я.
***
Немного спустя я появился в пустом кемпинге.
Мне не было известно, почему местные бандиты знали об этом месте. Когда-то оно было популярным, но на протяжении многих лет из-за экономических факторов, которые я и не пытался понять, люди уехали и вообще перестали приезжать сюда.
Что сделало его идеальным местом встречи для нас.
Я сбросил свой рюкзак на скамью и огляделся. Парни еще не показались, что было слишком неожиданно. Им не нравилось задерживаться ни на секунду. И не мне их осуждать.
Я снял кроссовки и носки и положил рядом с собой высушиться на солнце. Посмотрел на природу вокруг, медленно завоевывающую лагерь, и задался вопросом, будет ли однажды весь мир выглядеть так, наполовину искусственным и наполовину естественным?
Немного погодя услышал автомобиль. Я наблюдал, как черный седан спустился по грунтовой дороге и остановился на другом конце площадки, не рискуя ехать дальше. Однажды парень проехал на автомобиле до самого места, где я сидел, и автомобиль застрял в грязи. Мало того, что мне пришлось нести контрабандой наркотики в тот раз, так еще и подталкивать автомобиль бесплатно.
Открылись обе дверцы, и двое мужчин вылезли из машины. Я смотрел, немного удивленный, как они подходят ко мне.
Мужчина справа был лысый и носил черный костюм с туфлями и солнцезащитными очками. Ему могло быть и двадцать лет, и сорок. Я не имел ни малейшего понятия. Но он выглядел сильным, шел окруженный аурой уверенности, которую нельзя было спутать ни с чем другим. Он определенно смахивал на телохранителя. Парень слева был новеньким. Ни один из тех, с кем я обычно встречался здесь, не выглядел настолько гадким или профессиональным, как он. С одной стороны лица у него был шрам, и парень выглядел угрюмо. Я встал, когда они подошли.
— Почему без обуви? — спросил тот, что со шрамом.
— Что? — Я уставился на него.
— Ты снял ботинки. — Он кивнул на скамью.
— Мне нужно было перейти реку. Я их сушу. — Я почти засмеялся.
Он кивнул, как будто это было самое очевидное на свете.
— Вы кто такие, ребята? — выпалил я.
— Я Ригли, — улыбнулся парень со шрамом. — Это Дженнер. Ты всегда будешь говорить со мной. Сделай вид, что его не существует.
Ригли махнул рукой на Дженнера, отпуская его. Дженнер не шелохнулся ни на дюйм, лишь стоял, как статуя.
— Окей, Ригли. Что случилось с другими ребятами?
— Смена власти. Теперь ты работаешь со мной.
Я вздохнул про себя. Терпеть не мог иметь дела с бандитами. А особенно с бандитами, которых не знал или не понимал.
— Принес товар? — спросил я его.
— Да, но не так быстро. Мы не встречались, ты и я. Твое имя Рид?
— Люди называют меня Альпинистом.
— Почему это?
— Не знаю. — Я пожал плечами.
Не очень хотелось рассказывать ему свое прошлое.
— Ну ладно, Альпинист. У нас для тебя изменения.
— Не люблю перемен.
— Никто не любит. Но это правда жизни.
— О’кей. Какое положение вещей сейчас? —Я кивнул, чувствуя, что надо быть осторожным.
— Сейчас ты имеешь дело со мной. Если меня здесь нет, ты ни с кем не имеешь дело. Понял?
— Ладно.
— Кроме того, ты будешь носить больше. Не слишком много, но больше.
— Я и так уже тащу, а не несу. — Я нахмурился. — Слишком много может убить меня.
— Убить тебя? — засмеялся он. — Нет, нет, этого не произойдет. Ты сильный американский мальчик, с тобой все будет в порядке.
— Это все?
— Это все. Очень просто, да?
— Давай уже со всем покончим. Мне предстоит долгий путь назад.
— Альпинист, такой нетерпеливый. Ну ладно. — Он снова засмеялся.
Он кивнул Дженнеру, который подошел и протянул мне сумку.
Я расстегнул ее и заглянул внутрь. Она была полна обычных таблеток. Я оглянулся и кивнул, размещая содержимое в своем рюкзаке.
— Это все? — спросил я.
— Это все. Был рад встрече, Альпинист.
— Взаимно, — промычал я.
Они развернулись и направились обратно к машине. Я наблюдал, как машина медленно тронулась, развернувшись туда, откуда приехала.
Вздрогнул, когда медленно натянул носки и кроссовки. Скоро я снова их намочу, но это было нормально. По крайней мере, они будут полусухими во время короткого прохода до реки.
От встречи с этими двоими у меня было плохое предчувствие. Дженнер был жутко тихим и напряженным, а Ригли казался почти веселым. Тем не менее, эти перемены что-то значили, но мне еще не было известно, что.
Я поднял рюкзак, хмурясь. Он был тяжелее обычного. Я начал поход обратно к дому, в животе все съежилось. Все больше беспокойства. Когда я пересек реку и продолжил путь, солнце начало спускаться на западе, а я не знал, что означают изменения. Хуже того, опасался, что увяз глубже, чем сам думал.
Глава 9
Рид ушел утром после вечеринки. Должно быть, он ушел рано, чтобы отправиться в горы или куда бы то ни было. Туда, к чему готовился.
Когда я села и проверила свой телефон, то почувствовала глубокое смущение и легкую головную боль. Три сообщения от Линдси. Первое выглядело встревоженным. Наверное, оно было отправлено сразу после того, как Линдси услышала о том, что случилось с Джошем. Следующие два были более поздними, вероятно, после того, как подруга проснулась.
Я вздохнула, потягиваясь. Линдси не была такой в те времена, когда мы были друзьями. Она была милой девушкой, может, немного тихоней, может, не самой умной в мире, но доброй и заботливой. Она бы никогда не бросила меня на вечеринке.
И потом еще то, что Рид и все остальные продолжали говорить о ней. По-видимому, Линдси была наркоманкой или что-то типа того? Я вообще не поняла этого на вечеринке, но опять-таки, она могла принять наркотики перед нашим приходом или после того, как оставила меня. Когда-то мы были близки, но столько всего изменилось за последние четыре года, что, может быть, больше я ее не знала.
Несмотря на все, эта девушка была моей единственной подругой. И я не хотела быть тем человеком, который бездушно отбросил кого-то в сторону, если тот совершил одну ошибку.
«Ничего страшного, — напечатала я в ответ. — Рид отвез меня домой, я в порядке».
Я нажала на кнопку отправки. Несколько минут спустя Линдси ответила.
«Мне ТАК ЖАЛЬ насчет этой задницы Джоша. Он ТАКОЙ придурок».
«Не твоя вина, ты пыталась меня предупредить, хах», — написала я в ответ.
«Позвони мне, когда у тебя будет минутка».
Я вздохнула и набрала ее номер. Она ответила на второй звонок.
— Привет, Бекка, — сказала Линдси устало.
— Привет, Линдс.
— Слушай, я не хотела говорить об этом в смс-ках. Я просто сожалею о том, что случилось. Мне ни за что не следовало бросать тебя таким образом.
— Я понимаю. В смысле, они твои друзья. Ты не была обязана няньчиться со мной всю ночь.
— Все равно, я чувствую себя ужасно. Ты никого не знала.
— Это на самом деле ерунда, Линдс.
— Тем не менее, мне плохо. Есть что-нибудь, что я могу сделать, чтобы загладить свою вину перед тобой?
Я остановилась на мгновение, так как что-то внутри меня щелкнуло.
— Вообще-то, есть.
— Что?
— В «Блю» принимают? Мне нужна работа на лето.
— Еще как принимают! — Она засмеялась. — Я замолвлю за тебя словечко. Забегай в любое время после трех, как раз когда начинается моя смена.
— Окей, здорово. Было бы превосходно.
— Извини еще раз. Но я уже в предвкушении работать вместе!
— Ну да, не беспокойся об этом. — Я не могла не рассмеяться над ее энтузиазмом. — Увидимся позже, хорошо?
— Звучит хорошо. До встречи.
Мы отключились. Я бросила телефон на кровать и вздохнула, задаваясь вопросом, где именно был Рид?
Я представляла его забрызганным грязью, бесстрашно ведущим группу людей сквозь глухие леса. Он перепрыгивал упавшие деревья, преследовал медведей и высасывал змеиный яд из укусов. Никогда до этого не встречала кого-либо подобного Риду, и все мои чувства к нему обрушивались на меня, когда я представляла себе, как он меня защищал.
Обычно я не ведусь на всю эту защитную ерунду а-ля пещерный человек, но Рид другое дело. По какой-то причине это завело меня больше, чем я могла бы объяснить, когда наблюдала, как Рид укладывал Джоша на землю и угрожал ему. Я чувствовала себя в безопасности. Я практически потекла перед ним прямо там.
Именно это меня и беспокоило. Я могла броситься на него. Я все еще хотела этого, но не могла себе представить разочарование на лицах наших родителей. Даже если мы поцеловались однажды много лет назад, еще до того, как наши родители поженились, мы не могли бы делать это когда-либо снова.
Вопреки тому, что я хотела на самом деле.
***
Суббота наступила и прошла без происшествий. Я встретила Линдси в «Блю», заполнила заявление и побеседовала с менеджером. Мне даже досталось бесплатное питание.
Проснувшись рано утром в воскресенье, чувствовала себя обновленной. Похмельное уныние предыдущего дня давно ушло, и я была готова заняться чем-то более активным, чем сидеть в закусочной и есть жирную пищу.
Я спустилась по лестнице и замешкалась, когда зашла на кухню. Рид сидел за столом, попивая чашку кофе и читая газету.
— Доброе утро, — сказал он, не поднимая взгляд.
— Доброе. — Я подошла к стойке и налила себе кофе. — Где ты был?
— Водил некоторых местных.
— Как все прошло?
— Прошло довольно хорошо.
— И куда же вы, ребята, ходили?
— Я провел их по мысу Боул, и они порыбачили в Маленьком озере. — Он поднял взгляд на меня.
— Звучит как хороший двухдневный поход.
— Так и было. — Он кивнул и вернулся к газете.
С минуту я помедлила, отпивая свой кофе. Целая гамма чувств прошла сквозь меня в тот момент. Волосы Рида были слегка влажными, на нем была спортивная одежда. Очевидно, он только что вернулся оттуда, где бы он ни был, или по крайней мере достаточное для душа время назад.
Я не поверила его истории. Не верила настолько, насколько хотела верить, что он отсутствовал, потому что водил местных по округе. Маленькие намеки Линдси все время заставляли меня размышлять о том, что Рид реально делал со своим временем.
— Собираешься просто стоять там? — усмехнулся он.
— Нет. Просто размышляю.
Я прошла и села за стол напротив него, делая еще глоток моего напитка.
— О чем?
— Пытаюсь решить, чем хочу заняться сегодня. Мне уже надоело сидеть дома.
— Ты пробыла дома только несколько дней и уже планируешь влезть в какие-то проблемы? Что же тебе нужно? — Он поднял бровь.
— Я хочу заняться чем-нибудь активным.
С секунду он смотрел на меня, не говоря ни слова.
— Что насчет того, чтобы после обеда прошвырнуться со мной?
— Я не думаю, что смогу идти в ногу.
— Почему нет? — Он положил газету и усмехнулся мне. — Девчонка, которую я помню, была очень даже хороша в подобных вещах.
— Ну да, что ж, девчонка, которую ты помнишь, была слишком занята учебой, чтобы заниматься походами, лазанием и подобным.
— Да ладно, давай! Это все равно что езда на велосипеде. Мы пойдем куда-нибудь полегче.
— Не знаю. Не хочу тебя задерживать.
Он подался вперед, его улыбка прорывалась через мою нерешительность.
— Ты не задержишь меня, — сказал он.
— Ладно, хорошо. Но ты должен устроить мне что-нибудь попроще.
— Я не думаю, что ты захочешь попроще, Бекка. — Он отклонился назад, усмехаясь.
***
Я посмотрела прямо на обрыв скалы, и моя челюсть отвисла.
Скала выглядела как громадное лицо, сделанное из стекла, без возможности забраться наверх. Для Рида, наверное, это было просто, как лестница, но для меня это выглядело как устрашающий и гладкий кусок похожего на лед стекла, с которым невозможно справиться.
— Это просто? — воскликнула я.
— Доверься мне, — засмеялся Рид. — Эта стена – самый простой подъем во всей области.
Солнце находилось высоко и жарило в небе, когда мы встали у основания скалы. Мы поболтали о его маме и ее выздоровлении, о моем отце и его работе, поддерживая безопасные темы. Я не спрашивала Рида о том, что он делал в лесу, а он свел грязные комментарии к минимуму.
Я наблюдала, как Рид настраивает снаряжение, шагает в страховочную систему и проверяет веревки и узлы.
— Я поведу, ты просто иди следом. Я сделаю все трудные части. Все, что нужно делать тебе – взбираться.
— Не знаю, Рид, — нахмурилась я. У меня кружилась голова от одного взгляда на вершину.
— Доверься мне. — Он встал перед мной. — Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось. Это будет просто.
Я кивнула, чувствуя внезапный всплеск решимости. Уверенность Рида была заразительной.
— Окей. Давай сделаем это.
— Вот это моя девочка. — Он засмеялся.
Я смотрела, как он распутал вторую страховку и провел ее ко мне.
— Давай тебя в это оденем.
— Я справлюсь, — сказала я, но он уже схватил меня за бедра и притянул к себе.
Я ощутила трепет, проходящий по моему позвоночнику, когда Рид расстегнул ремни и обмотал их вокруг моих лодыжек и бедер. Его дыхание согревало мою шею, когда он прижимался ко мне, затягивая то, что нужно затянуть. Я чувствовала себя беспомощной, позволяя ему одевать себя таким образом, но какая-то часть меня наслаждалась этим. Он был такой непоколебимый и уверенный в себе. С того момента, как мы добрались до скалы, он словно стал другим человеком, и ему принадлежало все вокруг.
— Окей, с тобой все хорошо, — сказал Рид, выпрямляясь.
— Спасибо. Наверно.
Он кинул мне шлем, и я надела его. Рид надел свой, и проскользнул в пару своих перчаток, бросая мне мои собственные. Когда мы оделись, он взял трос.
— Готова? — кивнул он мне.
— Готова, если вообще когда-либо буду.
Рид шагнул к стене и стал именно тем, кем должен был. Я смотрела, как он забрался на первые десять футов без каких-либо проблем. Это выглядело так, как если был он шел по земле, его руки и ноги двигались в тандеме. Одну секунду он удерживался гравитацией, а в другую он был в воздухе, цепляясь за выступы на скале.
— Давай, следуй за мной, — позвал он, начав налаживать страховочные тросы.
— Ты можешь сделать это, — пробормотала я себе, шагая к стене.
— Первая опора для руки в футе справа от тебя, — крикнул Рид.
Я подняла глаза и увидела углубление. Потянулась и схватила за него, а затем нашла опору для своих ног. Сделав выпад, приподнялась, плотно прижимая свои бедра к стене.
— Вот так, — сказал Рид.
Я поднималась, следуя его путем. Между нами висела толстая синяя веревка, соединяющая наши жгуты. Я знала, что если упаду, Рид сможет поймать и удержать меня. Много лет назад я была довольно сильным альпинистом, хотя в основном придерживалась домашних курсов. Тем не менее, Рид был прав. Это было очень похоже на езду на велосипеде. Все часы практики нахлынули на меня, и я начала чувствовать себя более уверенно.
Я подняла глаза и увидела, как Рид продвигается дальше. Окидывала взглядом его крепкие ноги и руки, мышцы, ходящие под кожей, слегка начавший стекать вниз по спине пот. Мой Альпинист был, словно акробат. Как будто стена для него ничего не значила. Между тем, я карабкалась с трудом, всегда на десять-пятнадцать футов ниже него.
— Вот так вот. Точка опоры в четырех дюймах слева, — сказал он вниз, ухмыляясь мне.
Я нашла опору и подтянула себя.
— Не будь таким напыщенным, — парировала я.
— Просто убеждаюсь, что ты можешь сделать это.
— Как насчет побольше беспокоиться о самом себе?
Он засмеялся и одной рукой отпустил стену, раскачиваясь телом. Я чуть не закричала, но вместо этого проглотила крик. Парень расхохотался от взгляда на мое лицо, и его смех разошелся над лесом.
— Эта стена для меня, будто детский бассейн, — сказал Рид. — Возможно, я бы смог нести тебя на своей спине.
— Хочешь проверить?
— Если сможешь поймать меня.
Я заворчала, когда он вернулся к стене и снова продолжил карабкаться.
Солнце пекло мне в спину, пока шаг за шагом мы становились ближе к вершине. Я понятия не имела, какая у стены была высота, и даже не хотела спрашивать, но была уверена, что это — самое высокое, на что я когда-либо поднималась.
Однако Рид был прав, говоря, что будет легко. Скала была обтесана и отмечена погодой, временем и восхождениями, что сделало все опоры для рук и ног легкими для обнаружения и хвата. И поскольку Рид заботился о наших страховочных тросах, мне не нужно было ничего делать, кроме как сосредоточиться на подъеме.
Когда я достигла половины пути, начала чувствовать себя уверенно. Ощущала себя хорошо на самом деле, будто делала что-то, на что не все в мире способны. Я карабкалась по отвесной скале, используя только руки и ноги, и это было невероятно. Чувствовала себя свободной и взбудораженной впервые за последнее время.
Так было, когда я взглянула вниз.
— Вот дерьмо, — сказала я.
— Что случилось? — крикнул Рид обеспокоенно.
— Я посмотрела вниз.
— Да ладно тебе, Бекка, ты напугала меня, — засмеялся он.
— Я сама напугалась! Господи, мы ведь высоко!
— Ну да. Думаю, я должен был предупредить тебя.
— Насколько в точности высоко мы взбираемся?
— Вряд ли ты на самом деле захочешь узнать.
— Рид.
— Давай просто скажем, что после этого ты официально альпинист. — Он ухмыльнулся мне.
Я застонала и крепче вцепилась в стену. Я не очень боялась высоты, но было трудно не начать немного паниковать.
— Бекка, послушай меня, — сказал Рид. — Ты в порядке. Ты со мной. Я взбирался на больше стен, чем могу сосчитать. Даже если мы будем высоко, я никогда, никогда не позволю тебе пострадать. Ты понимаешь?
— Да, — мягко сказала я.
— Ты в порядке. Скажи, что ты в порядке.
— Я в порядке.
— Скажи громко. — Рид отцепился от стены и сложил одну руку рупором около рта. — Я чертовски в порядке! — прокричал он.
Я засмеялась.
— Я в порядке! — крикнула, но все равно держала руки крепко на скале.
— Кричи, пока легкие не заболят.
— Я в порядке! — прокричала так громко, как могла.
— Другое дело. Теперь давай взберемся на эту сучку.
Я снова засмеялась. Вынуждена признать, было весело кричать над находящимся внизу лесом. И хотя я все еще была напугана, абсолютно точно знала одну вещь: Рид никогда не позволит мне упасть.
Мы продолжили путь в тишине. Рид продвигался вперед и организовывал страховку, я следовала за ним так хорошо, как могла. Мои конечности начали гореть от напряжения, и пот свободно катился по спине, но я уже могла видеть, как близко мы были к вершине.
И это хорошо. Минутная паника прошла, и я снова почувствовала себя оживленной, как будто была самым свободным человеком в мире.
Не думая ни о чем, я взбиралась. Двигалась вверх, вверх и вверх, следуя за Ридом, потому что знала, что с ним я в безопасности.
И вдруг он исчез. Я на секунду раскрыла рот в изумлении, прежде чем его голова появилась на краю обрыва.
— Еще немного, — сказал он, ухмыляясь.
Я засмеялась и двинулась быстрее. Я была в пяти футах, затем в двух футах, затем остались дюймы. Рид протянул свою руку над краем, и я схватилась за нее. Он откинулся назад и начал тянуть меня вверх, вверх и вверх, и мои ноги почувствовали твердую землю. Мы отскочили от края, и я обвила свои руки вокруг Альпиниста, дико смеясь от волнения.
— Отличная, блин, работа, Бекка, — сказал Рид, смеясь со мной.
— Я взобралась на эту сучку! — сказала я.
— Ты чертовски права, взобралась, — расхохотался он.
Я посмотрела ему в глаза, улыбка приклеилась к моему лицу. Парень, казалось, светился от солнца, и вид, раскинувшийся вокруг нас, был восхитительным.
И тогда Рид поцеловал меня, руками крепко обняв меня. И я поцеловала его в ответ. Это ощущалось правильно, как будто было именно то, что нам следовало сделать в тот момент. Вкус Рида затопил мой рот, когда наши губы и языки встретились, он прижимал меня к себе сильными руками. Какой-то маленький голос в моей голове говорил что-то о том, что это неправильно, но я игнорировала его.
Я хотела Рида. Я хотела его очень сильно, хотела всегда. На вершине этого обрыва, после следования за ним ввысь, после того, как он разговором избавил меня от панической атаки, знала, что я – его. Знала, что мне нужно было поцеловать его.
Через минуту он отстранился, мягко улыбаясь. И тот кричащий голос вернулся. Голос, который продолжал говорить снова и снова. Он твой сводный брат.
— Рид... — сказала я.
— Нам не нужно говорить. В любом случае, это все, что я хотел сказать. — Он покачал головой, обрывая меня.
— Вид здесь наверху потрясающий, — вздохнула я.
Он начал снимать свое снаряжение.
— Ты выглядела потрясающе на стене.
— Ну-ну. Наверное, я все время выглядела ужасно напуганной.
— Серьезно. Ты выглядела так, будто всегда здесь была. — Он сделал паузу и посмотрел на меня. — Все еще выглядишь.
Я хотела сказать ему то, о чем думала. Хотела сказать, что когда он взбирался, то выглядел как акула, плывущая через открытый океан. Но не могла.
— Как же мы спустимся вниз? — сказала я вместо этого.
— Пойдем пешком. — Он засмеялся. — Это займет час-другой.
— Звучит хорошо, — кивнула я и начала убирать свое снаряжение.
— Будет отличная возможность понаблюдать за твоей симпатичной задницей.
— Я только что достаточно насмотрелась на твой зад до конца жизни.
— Ты любишь мой зад. Ты не можешь достаточно насмотреться на меня.
— Нет, благодарю. — Я засмеялась и покачала головой.
— Хватит притворяться. Бьюсь о заклад, под всем этим альпинистским снаряжением ты вся течешь. Наверное, хочешь, чтобы я трахнул тебя прямо здесь, на обрыве.
— Звучит опасно, — сказала я.
Но на самом деле я хотела сказать «пожалуйста».
— Немного опасности только заставит тебя больше выпендриваться.
— Ладно, хватит. — Я покраснела и отвела взгляд. — Давай выбираться отсюда.
Он бросил мне бутылку воды и засунул снаряжение для скалолазания в свой рюкзак:
— Следуй за мной, девчонка из колледжа.
Мы отправились вниз по тропе к машине. Когда шли, то шутили и смеялись, и чувствовалось, будто дистанция между нами, годы и мили исчезают прочь. Поцелуй и то, как сильно мне хотелось большего, вероятно, помогли. Находясь в лесу только с дерзким Ридом, я чувствовала себя более дома, чем долгое время до этого.
Глава 10
Я был на вершине мира. Возможно, это – не самый высокий пик, на который я когда-либо взбирался, и далеко не самый сложный, но Бекка справилась наилучшим образом. Стоя там, видя огромную улыбку на ее лице, не смог остановиться. Я абсолютно ни о чем не жалел. И поцеловал бы ее еще тысячу раз.
Даже днем позже, после того как вкус улетучился, ощущение поцелуя витало еще долго. Каким-то образом я еще мог чувствовать его, будто ее губы оставили на мне метку.
Было глупо даже думать так, однако это было правдой. Бекка стала первой девушкой, которая действительно произвела на меня впечатление. Даже до того, как мы впервые по-настоящему увидели друг друга.
Я до сих пор все помню. Это невозможно забыть.
Был выпускной год, незадолго до окончания школы. Один из парней в нашем классе, какой-то богатенький мальчик, которого я уже даже не помню, решил устроить большую тусовку, пока его родители находились в Сиэтле.
Для нас это было недостижимо. Большой город был мечтой, которую когда-либо достигали лишь немногие избранные из нас.
Даже родители этого упакованного мальчика были не такими богатыми, а больше похожими на зажиточный средний класс, но их дом был приличным.
Тогда единственным, что меня волновало, было трахнуть столько девушек, сколько могу, и оказалось, что я был неплох в этом. Когда настала та ночь, я слонялся от одной комнаты к другой, по какой-то причине не находя себе места. У меня было много шансов. Многие девушки, вероятно, были готовы, но что-то заставляло меня продолжать бродить.
И тогда я увидел ее.
— Ты ведь Бекка? — спросил, стараясь выглядеть круто.
На самом деле я точно знал, кто она. Я не мог перестать замечать ее, даже если другие люди не замечали.
— Ага. А ты Рид, — сказала она.
— А я Линдси.
Я впервые видел ее подругу.
— О, привет, Линдси.
Она хихикнула.
— Что ж, могу я принести тебе выпить? — я оглянулся на Бекку.
— Конечно, почему нет. — Она прикусила губу, и это заставило мой член шевелиться, как ничто другое.
— Здорово, — сказал я и пошел за пивом.
Когда вернулся, ее подруга загадочным образом растворилась.
— Куда ушла твоя подруга? — спросил я.
— Ей стало нехорошо, — солгала Бекка, глядя в сторону.
Я улыбнулся. Разумеется, ее подруга воспользовалась возможностью, чтобы оставить Бекку наедине со мной. Что означало хороший шанс для меня.
Бекка взяла у меня напиток и сделала глоток.
— Отличная вечеринка, — сказал я.
— Неплохая, — кивнула она.
— Не думаю, что я видел тебя на какой-нибудь ранее.
— Я не особый любитель вечеринок.
— Нет? Ты выглядишь весьма уместно.
— Что это должно значить? — Она одарила меня взглядом.
— Ты знаешь, что я имею в виду, — сказал я, вставая около нее. — Ты самая горячая девчонка тут, знаешь?
Она засмеялась. Она действительно засмеялась прямо мне в лицо.
—Это что, подкат? — спросила девушка.
Я ухмыльнулся ей. Я знал, что это будет то еще испытание, однако не ожидал смеха.
Трепет пробежал по моему телу, и я подготовил себя к тому, что нужно будет потрудиться.
— Да, он. Ничего не могу с этим поделать.
— Все твои подружки на это ведутся?
— Ну, большинство из них да.
— Хорошо тебе. — Она засмеялась. — Это кое-что объясняет.
— В смысле?
— Я имею в виду, посмотри на себя, — промямлила она.
— Что ты сказала? — переспросил я, очень хорошо зная, что она сказала, но желая услышать это еще раз.
— Я сказала, ты популярен. Вот что.
— Это не то, что ты говорила, но окей. — Я ухмыльнулся.
— Почему ты так неожиданно стал ко мне клеиться? — покраснела Бекки.
— Как я уже сказал, ты самая горячая девчонка на этой тусовке. Может, это и подкат, но это также правда.
Она засмеялась и покачала головой, легонько шлепая меня по руке.
Мы провели так несколько часов, флиртуя.
Я перестал пить через некоторое время, и Бекка тоже. Осознал, что впервые на вечеринке мне не нужно было напиваться, потому что проводил время с кем-то интересным. Вскоре мы начали обмениваться историями про наши фамилии, и оба были удивлены, что росли с родителями-одиночками.
У нас было много общего. Мы смешили друг друга. И мой член жаждал выбраться из штанов.
— Есть настроение на небольшую прогулку? — спросил я Бекку ближе к концу ночи.
— Мне пора бы собираться домой.
— Я отвезу тебя домой после, обещаю.
Она сделала вид, что обдумывает.
— Окей, ладно.
Я пошел вперед, направляясь в лес. Она следовала неподалеку, и мы пробирались через подлесок, смеясь.
Звук впереди возник быстрее, чем мы увидели источник. Пробравшись через кусты, увидели небольшой водопад, спускающийся по скале. Он сбегал вниз и вливался в более крупный ручей, который перетекал в большую реку и так далее, пока не добирался до океана. Звук был громким в темном молчаливом лесу, за исключением дыхания Бекки и журчания стремительной воды. Отражение лунного света на водной поверхности было прекрасно, будто из сна.
Я взял Бекку за руку.
— Ты знал, что здесь есть такое? — улыбнулась она мне.
— Конечно, знал.
— Сколько девушек ты сюда приводишь посмотреть на это?
— Ни одну, — сказал я, и это была правда. — Мне не нравится делиться подобными вещами.
— Так почему ты делишься со мной?
Я пожал плечами, на самом деле неуверенный:
— Я чувствовал, что так надо. — Придвинулся к ней. — В тебе что-то есть.
— Я не понимаю, — прошептала она. — Почему сейчас? Почему так внезапно?
— Я не могу объяснить.
— Попробуй.
Она слегка приоткрыла губы, когда я прижал ее к себе.
— Не похоже, что я тебя не замечал.
— Ты замечал меня?
— Стоящую у шкафчика. Идущую по коридору. Но, знаешь, мы никогда ведь не были достаточно близки?
— Я тоже тебя замечала, — прошептала она.
И тогда я поцеловал ее. Звук маленького водопада заполнил мои уши, или, может быть, это был звук стучащего в груди сердца, кровь прилила к голове. От губ Бекки у меня кружилась голова. Было ощущение, будто все вело к этому моменту, каждая девчонка, которая меня мало волновала, каждая скала, на которую я взбирался, все. Все заканчивалось здесь у водопада, с девушкой, которую я едва знал, целуя ее так, будто в последний раз.
Мы простояли так всю ночь, целуясь, смеясь и разговаривая. Я хотел большего, гораздо большего, но знал, что натиск может отпугнуть ее. Вместо этого предпочел остаться на грани оргазма и устроить долгую череду поцелуев.
Оглядываясь назад, могу сказать, что это было ошибкой.
Два дня спустя наши родители объявили о помолвке. Они прятали свои отношения от нас обоих, предполагая, что мы каким-то образом будем против. И вот неожиданно я перешел от эйфории и нетерпеливого ожидания скользить рукой по твердой заднице Бекки до проживания с ней как со своей сводной сестрой.
Та ночь была годы назад, и наши родители поженились, вот почему поцелуй на вершине скалы был так сладок. Поэтому было ощущение, что в моих венах бриллианты. Поэтому и на следующий день я чувствовал себя окрыленным.
***
Эйфория продолжалась до того момента, как я добрался до своего спрятанного в лесу грузовичка и взял сумку с таблетками. Пока я поднимался с таблетками на встречу с Томом и Джеем, а воспоминания о моих немногих похищенных поцелуях с Беккой звенели в моей голове, радость, которую я чувствовал, медленно начала исчезать. У меня не было места для счастья. Не сейчас, когда угроза мести банды нависла над моей головой. Мне следовало быть полностью в каждом моменте, оставаться в игре, или любой риск мог все испортить.
Я направлялся сквозь лес, следуя по знакомой тропе. Мне практически не нужно было смотреть под ноги, чтобы точно понимать, куда иду, потому что помнил все лесные тропы от края до края. Время прошло быстро, и вот я уже выбирался на поляну.
Впереди уже стояла машина Тома, припаркованная рядом с черным седаном, которого я прежде не видел. Сверился с часами. На самом деле я прибыл на несколько минут раньше. Хмурясь, остановился поодаль. Они никогда не приходили заранее, и никогда до этого на двух машинах.
Том выбрался из машины первым, выглядя смущенным, за ним последовал Джей.
— Для чего две машины? — крикнул я.
— Меры предосторожности, — ответил Джей. — Мы приедем вместе, а уедем по отдельности. Имеет смысл?
— Как скажешь, — кивнул я.
— Принес мой товар?
Я поднял сумку и Джей взял ее. Тут же он открыл ее и проверил содержимое. Удовлетворенный, закрыл ее снова и сунул под мышку.
— Ты хорошо работаешь, — сказал он.
— Спасибо.
— Знаешь, мы всегда ищем хороших людей, людей, которые хорошо работают.
Я сделал паузу. Мне никогда до этого еще серьезно не предлагали присоединиться к банде, и Том хмурился, явно удивленный.
— Нет, спасибо, — сказал я. — После того, как мы рассчитаемся, я вернусь к скалолазанию.
— Скалолазанию, — повторил Джей.
— Ага, — вмешался Том. — Поэтому мы зовем его Альпинистом.
— Ты предпочтешь лазить по всяким штукам, нежели присоединиться к организации типа моей?
Джей выглядел рассерженным.
Я посмотрел на него, но не ответил, не желая отступать. Почувствовал, как мой пульс ускорился, и страх пронзил грудь, в то время как Том переводил взгляд с одного на другого, явно не находя слов.
И так же быстро, как наступил гнев, Джей смягчился.
— Да я же шучу.
Том издал нервный смешок, а я слегка расслабился.
— У нас все хорошо? — спросил Том.
— Конечно, конечно. Все у нас хорошо.
Джей кивнул мне.
Я кивнул в ответ.
— Увидимся на следующей неделе, — сказал я.
— Увидимся, Альпинист.
Джей переглянулся с нами, ухмыляясь безумной усмешкой, затем двинулся к машине. Сел на пассажирское сиденье, и машина тронулась. Окна был затонированы настолько, что я даже не заметил человека за рулем.
Когда машина скрылась из вида, Том заметно расслабился.
— Блин, от этих ребят у меня мурашки.
— Что ты, черт побери, делаешь, парень? — набросился я на него.
— Что ты имеешь в виду? — Он взглянул на меня.
— Вот это дерьмо. — Я обвел рукой местность вокруг нас. — Эти чертовы парни. Что ты делаешь?
— Я делаю деньги, вот что.
— Это я уже понял. С теми парнями это имело смысл. Но эти новые… Они, черт побери, безумные.
— Они другие. Я приспосабливаюсь.
— Приспосабливаешься, — плоско повторил я.
— Они мои новые наниматели. Я не могу просто так выйти.
— Я знаю. Но все эти перемены. Мы в каком-то серьезном дерьме. — Я вздохнул и покачал головой.
— Я знаю, Альпинист. И мне жаль, что ты втянут в это.
— Прекрати. Ты знаешь, это был мой выбор. — Я отмахнулся от него.
— Все равно. Я надеялся, к этому моменту ты уже выйдешь.
— Я уже достаточно скоро закончу.
— Ага. Скоро.
Лицо Тома не очень-то вселяло уверенность, но я предпочел не обращать на это внимания.
— Дерьмовая вечеринка была в ту ночь, — сказал я.
— Ага. Я слышал, ты вырубил Джоша?
— Он сам напросился.
— И я слышал, что девчонка, из-за которой ты это сделал, достаточно привлекательная. Я подумываю к ней подкатить, — засмеялся Том.
— Нет, не подумываешь. — Я стиснул челюсть.
— Почему нет? Ты вдруг стал сторонником отношений, Альпинист?
— Она моя сводная сестра. Не приближайся к ней.
— Да, конечно, как скажешь, — кивнул он, взглянув на меня раздраженного.
Я не понимал ярости, которая внезапно меня охватила. Не было похоже, будто у меня были права на Бекку, или, по крайней мере, такие, которые знал Том. Все пока знали только, что она моя сводная сестра, а Том не знал даже этого. Тем не менее, от мысли о каком-то жирном отморозке, похожим на Тома и приударяющим за Беккой, у меня сжимался желудок.
— Ну ладно, дело сделано. — Я сделал глубокий вздох, успокаивая себя.
— Джош больше не покажется поблизости, готов поспорить.
— Не покажется, если он умный.
— Иногда ты чертовски пугающий, ты знаешь, Альпинист? — засмеялся Том.
— Только для таких, как Джош.
— Я понял, почему Джей хотел видеть тебя в команде.
— Ты тоже пытаешься меня завербовать?
— Блин, нет. Просто говорю, что понял.
— Мы здесь закончили? Я умираю с голоду. — Я вздохнул и посмотрел на наручные часы.
— Да, определенно. Джей сказал, мы должны уходить по отдельности, так что я пойду первым.
— Конечно. Увидимся позже.
Том кивнул мне и пошел к своей машине. Я наблюдал, как он забирается в нее и отъезжает.
Меня раздражало, что Бекка была на радарах парней типа Тома. Именно поэтому я отговаривал ее идти на ту вечеринку. В нормальных условиях, в нормальных городах ходить на вечеринку с кучей разных людей не было большим делом. Так ты встречаешь новых людей, заводишь новых друзей. Но в Риджвуде все было по-другому. Банда захватывала контроль, потихоньку скупая землю, занимаясь бизнесом и продавая наркотики, главным образом, малоимущим и экономически угнетенным местным жителям. Людям нужны были деньги, которые приносила банда, а банде нужны были потребители. Некоторые видели в этом взаимовыгодное сотрудничество.
Я видел плохую ситуацию, которая становилась еще хуже. Мне нужно было вернуться на скалу, выиграть несколько соревнований и вытащить, наконец, свою семью из Риджвуда.
Но сначала мне нужен был ланч. Я развернулся и начал короткий путь обратно домой.
***
Час спустя я заехал на парковочное место около «Блю». Зайдя внутрь и заняв место у барной стойки, кивая официантке, задумался, почему я всегда приходил в «Блю». Еда не особо хороша, и были и другие места, которые можно бы посетить. Но «Блю» стало чем-то вроде дома. Оно было удобным и знакомым.
После того, как официантка (Дженни или Джанет, или как-то на «Дж») поставила стакан холодного чая передо мной, я откинулся на спинку стула и улыбнулся себе. «Блю» было хорошим. Оно было комфортным.
— Эй, Рид.
Я чуть не упал со стула. Справа от меня стояла Бекка в полной униформе «Блю».
— Бекка?
— Сюрприз. Линдси устроила меня на работу.
Я взглянул на нее и сразу почувствовал, что мой член начинает твердеть. Бекка выглядела невероятно, чертовски потрясающе в своем фартуке и синей рубашке на пуговицах. Она улыбнулась мне, а я захотел сорвать с нее брюки и трахнуть прямо на стойке, чтобы все видели. Что-то было в ней в этой униформе, что сводило меня с ума.
— Тебе идет, — сказал я.
— Не знаю, чувствую себя по-дурацки. — Она нахмурилась и оглядела себя.
— Ты выглядишь чертовски горячо.
— Перестань, — покраснела Бекка. — Кто-нибудь может услышать. — Она подошла немного ближе.
— Услышать, что? — Я ухмыльнулся ей. — Что твой сводный брат не может перестать думать о том поцелуе?
— Да, именно, — прошипела она.
— Или, может быть, что он хочет лизать твой сладкий маленький клитор, пока твоя спина не выгнется, и ты кончишь.
— Рид, остановись.
Бекка подошла немного ближе. Я мог видеть, что она задышала чаще.
— Тебе же нравится это, не так ли? Ты хочешь, чтобы я положил тебя на стойку и трахнул сзади, прямо здесь. Ты хочешь, чтобы я отшлепал твою упругую задницу.
Она изо всех сил пыталась не улыбаться, а мне было чертовски тяжело.
— Кто научил тебя говорить подобные вещи? — спросила она.
— Ты вытаскиваешь это из меня.
— Ты ешь?
— Если ты предлагаешь, я с удовольствием поем тебя в туалете.
— Ну достаточно. Мне надо обслужить столики. — Она игриво шлепнула меня по руке, прямо как сделала годы назад.
— Ладно. Просто думай о том, как я провожу языком по твоему клитору.
— До свидания, Рид, — сказала она, глядя в сторону.
— Хорошей смены, студенточка.
Бекка отошла, и ко мне сразу вернулась моя официантка.
— Итак, что я могу принести тебе? — улыбнулась она мне.
Мое сердце тяжело стучало в груди, и я не мог перестать думать о сладкой киске Бекки, медленно опускающейся на мой длинный твердый член. Я хотел заставить ее попотеть, поработать над телом, пока она бы не кончила достаточно сильно, чтобы забыть свою фамилию.
— Я умираю с голоду, Джейни. Что насчет блинчиков?
— Считай, сделано, Альпинист. — Официантка слегка улыбнулась мне и ушла.
«Блю» только что стал чуть более сложным. Не мог сказать, что я хотел больше сложностей, но определенно хотел Бекку.
Я откинулся на спинку стула, представляя все разные способы, которыми желал иметь Бекку, и все разные места в закусочной, в которых я мог это сделать.
Глава 11
Мы не говорили об этом больше. Я испугалась, что если скажу Риду, что чувствую жгучую смесь страха и вожделения, то что-то изменится между нами. В тот момент, когда я открыла рот, чтобы поцеловать его, мир будто зажегся вокруг меня. Может, это просто адреналин, оставшийся после восхождения, но это было еще не все. Казалось, будто он был создан, чтобы свести меня с ума.
К пятнице я начала волноваться – было слишком спокойно. Знала, что могу легко решить проблему, просто поговорив с Ридом, но с каждой проходящей секундой появлялись новые препятствия. К тому времени, как я почувствовала, что готова хоть что-то сказать, было уже слишком поздно.
Рид уже надолго уходил на неделе. Он или работал гидом, или лазал, или же ходил на вечеринки, на которые я, конечно же, не была приглашена. Мне казалось, что он слишком занят для меня. Кроме тех случаев, когда замечала, что он не может прекратить смотреть на меня, будто охваченный голодом, или это, по крайней мере, так чувствовалось.
— Привет, дамочка, ты все еще работаешь?
Посмотрев вверх, я вздрогнула. Парень пялился на меня, будто я была самым большим идиотом на свете. Затянув свой фартук, направилась к нему.
— Простите, чем могу помочь?
— Конечно. Что насчет добавки кофе?
— Да, конечно, сейчас будет, — нахмурилась я.
— Хорошая девочка. Поторапливайся.
Вот мудак.
Был почти конец моей пятничной смены, и я уже была полностью измотана. Я начала действительно рано и заканчивала в полдень. Мой последний столик был скопищем бизнесменов, одетых в костюмы. Я не имела ни малейшего понятия, что бизнесмены хотели в Риджвуде, но они были несносной проблемой в моей заднице. Просто идеальный конец моей смены.
Когда я вернулась наполнить их кружки снова, самый несносный парень из всей группы наклонился ко мне.
— А знаешь, ты ничего так, — сказал он, ухмыляясь своим друзьям, — для официантки.
Они все расхохотались. Я улыбнулась, но мои глаза сказали: «Я сверну твой позвоночник, пресмыкающееся».
— Что-то еще, парень? — спросила, стараясь игнорировать его.
— Счет.
Я с облегчением кивнула и поспешила прочь. Работать в «Блю» было неплохо до этого. Зарплата приличная, но рабочих часов много, и всегда на ногах. Я не видела Линдси так часто, как хотелось бы, в основном потому, что у нее хорошие смены.
После того, как чек был оплачен, я, забрав свои скудные десять процентов чаевых, отошла повесить передник.
— Привет, Бекка! — сказала Линдси, входя в комнату.
— Привет, Линдси. Ты только начинаешь?
— Ага, я твоя замена. Как сегодня дела?
— Не так ужасно. Я только что обслужила отвратительный столик, но, в основном, ничего.
— Те бизнес-парни?
— Да. А откуда ты узнала?
— Они были наглыми, когда уходили. Держу пари, что почти не дали чаевых. —Она сморщилась.
— Так и было, — рассмеялась я.
— Слушай, хочешь пойти на завтрашнюю вечеринку? Обещаю, на этот раз я тебя не брошу.
— Там будет Джош?
— Нет, так же, как и Рид. — Она покачала головой.
— Откуда ты это знаешь?
— Я просто слышала, что он занят. Это все, — ответила она, пожав плечами.
Снова нахмурившись, я заметила ее неловкость, но решила не настаивать.
— Хорошо, я согласна. Это звучит весело.
— Классно, я напишу тебе.
— Наслаждайся своей сменой.
Она улыбнулась и помахала мне, как только пошла работать.
Что Линдси знала о Риде, что она не сказала мне? Рид вел себя так, будто не был близок с Линдси, но она, казалось, знала больше о его расписании, чем я.
Он говорил, что она наркоманка, но я не видела доказательств.
Раздраженная, вернулась домой, желая только расслабиться в ванне, полной воды.
***
Сев на край ванны и наблюдая за тем, как теплая вода заполняла белое пространство, я подставила руку под кран и улыбнулась, радуясь, что наконец-то могу расслабиться.
— Бекка, ты здесь? — услышала голос Рида, когда он постучал в дверь.
— Кто же еще это может быть?
— Ты занята?
Я вздохнула.
— Нет, еще нет, — поднявшись, открыла дверь.
Рид стоял там, ухмыляясь.
— Ты бы отвернулся для приличия. Я же могла здесь стоять голой.
— Вот именно поэтому я и пялюсь на тебя.
— Что такого важного ты хочешь мне сказать, что даже помешал мне принять ванну?
— Пойдем со мной в поход.
— Ни в коем случае. Это противоположность того, что я хочу делать прямо сейчас.
— Давай же. Ты можешь принять самую долгую ванну на свете, но только после того, как мы закончим.
— Почему именно сейчас?
— Мне нужно что-то тебе сказать, — ответил он, пожав плечами.
— И что же это? — спросила я, задумавшись.
— Не сейчас. Лучше, когда будем одни.
— Но я же уже видела твой фургон.
— Это не мой фургон.
— Неужели это что-то круче твоего автобуса?
— Это даже близко не он, но тебе все равно понравится. — Он рассмеялся.
Я смотрела на его самоуверенную улыбку и знала, что должна сказать «нет» и принять ванну. Знала, что куда бы он ни хотел отвести меня, я не хочу туда. Но правда была в том, что на самом деле я хотела. Не должна была, но хотела.
— Ну ладно.
— Встретимся во дворе.
А потом Рид исчез. Я смотрела ему вслед, пока он шел по коридору, а потом спустился по лестнице. Я обернулась и отключила воду.
На мгновение мне показалось, что разрешу себе нырнуть в ванну.
***
Рид стоял внизу в походных штанах, ботинках и обтягивающей черной футболке, когда я, наконец, закончила собираться.
— Это заняло слишком много времени. — Он повернулся и посмотрел на меня.
— Я могу вернуться и принять ванну сейчас же.
— Давай же, — рассмеялся он.
Мне пришлось поторапливаться, чтобы догнать его. Он улыбался и выглядел так, будто лучшее время его жизни – это выбирать свой путь через подлесок.
— Все еще не скажешь мне, куда ведешь?
— Увидишь.
— Ты же не собираешься меня похитить?
— Если только ты безмерный везунчик, — ухмыльнувшись ответил Рид.
— Не знаю, быть запертой в том фургоне до конца жизни – не звучит весело.
— Успокойся, у тебя будут супружеские визиты. Этого уж точно будет достаточно, чтобы сделать тебя счастливой.
— Ведешь себя так, как будто у тебя магический член или еще что.
— Так и делаю, ведь это мой дар и мой путь.
— Ага, выглядит как настоящая проблема, — рассмеялась я.
Мы дошли до забора вокруг дома, и Рид быстро перелез через него. Потом повернулся и помог мне встать, проявив при этом свои сногсшибательные манеры, чары от которых разрушились, стоило ему лишь сказать:
— Твоя задница выглядит просто потрясающе в этих джинсах.
— Полагаю, я должна сказать спасибо, — вздохнула я.
— Итак, когда же ты начала работать в «Блю»? — спросил Рид, когда мы двинулись в путь.
— Не так давно. Линдси меня устроила.
— Все еще общаешься с этой наркоманкой?
— Она извинилась за ту вечеринку.
— Ей нужно сделать больше, чем просто извиниться.
— Она нашла мне работу.
— Это да, думаю, я должен ее отблагодарить за тебя в той секси-униформе. — Он пожал плечами.
— И что это должно означать?
— Не знаю, но что-то в этой униформе меня завело, как только увидел тебя.
— Это же просто фартук и синяя майка, — покраснела я.
— Да, но я бы хотел увидеть твою задницу в этом фартуке, только в нем. Я точно полюбил бы этот вид.
— Этого никогда не случится.
— Никогда не говори никогда. Я могу попросить это у тебя достаточно скоро.
— Вряд ли, униформа лишь твоя фантазия, не моя.
— И кто же тогда твоя фантазия? Сладкий сводный братик с большим петушком?
Ничего не могла поделать с тем, что по моему позвоночнику пробежались мурашки, пока я представляла Рида только в трусах, и как его выпуклость растет под моими прикосновениями. Пока мы шли, я, мысленно проклиная испорченные, а значит, и бесполезные трусы, осознала, что была уже мокрая.
— Не совсем, — ответила я.
— Серьезно? И не говори, что ты поклонница садомазо.
— Ни за что. — Я рассмеялась.
— Нет? Думаю, что тебе бы понравились шлепки.
— Значит, ты привел меня сюда, только чтобы поговорить о пошлостях?
Как же я была взволнована, зная, что вскоре мне придется вернуться, если Рид не прекратит соблазнять. Мы же одни одинешеньки в лесу, а я уже прекращаю себе доверять. Мое тело желает большего.
— Мы идем туда, — сказал он, ухмыляясь. — Я действительно наслаждаюсь прогулкой.
Я вздохнула. Его улыбка была ярко освещена через густой навес листвы, и это напугало меня. Он взволнован, я тоже.
Мы шли еще минут десять, пробираясь между деревьев. Насколько можно было судить, Рид не шел по какой-то определенной тропе. Он не использовал карту или компас, что беспокоило меня. Ему казалось, что он знал, куда шел, но что-то в глубине моего сознания боялось, что мы заблудимся в лесу навсегда. Что было глупо, потому что примерно через сорок пять минут Рид резко остановился.
— Мы пришли.
Я осмотрелась. Участок леса, где мы стояли, выглядел в точности как любой другой кусок леса, через который мы прошли. Вокруг ничего не было видно, ни деревянных домов или специальных микроавтобусов, или вообще чего-либо. Просто участок леса продолжался впереди.
— Действительно мило, — сказала я с иронией.
— Здесь, — ответил Рид и указал на дерево.
Я поднялась и посмотрела.
— Но я ничего не вижу.
Он засмеялся и указал прямо на место. Вырезанные на дереве две буквы. Р.С.
— Ты хотел мне всего лишь показать чьи-то инициалы, вырезанные на этом дереве?
— Задумайся чуток.
И тут я врубилась. Это же его инициалы.
— Ты же написал их?
— Как только мы переехали, — кивнул он.
— Вау, я удивлена, что ты помнишь дорогу.
— Я прихожу сюда каждый раз, когда чувствую себя одиноко. — Он прислонился к стволу.
Я прислонилась рядом с ним.
— Это хорошее место.
Рид рассмеялся.
— Нет, не здесь. — Он протянул мне нож. — Почему бы и тебе не добавить свою надпись?
— Я думала, что это было только твое особое место? — Я взяла нож.
— Неа, я подумал, что ты бы хотела оставить свой след, если тебя не было так долго.
И в тот момент осознала, что это действительно было то, что мне хотелось. Я отсутствовала так долго, что город как будто бы забыл про меня, хотя он едва ли изменился.
Захотелось сделать что-то, чтобы они меня запомнили. Я хотела быть снова частью всего этого. По какой-то причине, вырезая свои инициалы на каком-то случайном дереве, на самом деле казалось, будто от этого мне станет легче.
Не имела ни малейшего понятия, как Рид догадался, что это будет именно то, что я захочу сделать. Но мне отчаянно хотелось оставить свой след в Риджвуде, даже если он был только в виде порчи дерева. Я знала, что бедное дерево не сделало ничего, чтобы заслужить мои разделывания, но решила, что оно не слишком большого ума.
Итак, я вырезала. Поначалу было тяжело, пока Рид не показал мне, как правильно это делать, и тогда пошло довольно быстро. В конце концов вырезала глубоко в коре рядом с его инициалами буквы Р. и Ф.
— Я думал, что ты напишешь Б, — сказал Рид.
— Ребекка – это же полное имя.
— Ну да, в этом есть смысл.
Мы любовались моей работой, позволяя звукам леса заполнить тишину для нас. Я ощущала покой по непонятно какой причине, хотя просто высечение ножом своих инициалов на дереве ровно ничего не меняло. Все-таки я чувствовала, что была частью леса, и пока дерево стоит, и мои инициалы будут здесь. Никто не знал, для чего они созданы, лишь я.
— А здесь мило, — прокомментировала я.
— Это вырастет с тобой.
— И сколько времени на это потребуется?
— Для чего? — Он посмотрел на меня.
— Чтобы выросло с тобой.
Он задумался об этом на секунду, оглядывая лес.
— Ну, пока я не начал восхождение по горам. Это было как найти свое место в мире.
Я кивнула. Это имело смысл. Это было то, что я искала, что оставила, когда ушла в колледж, чтобы попробовать и найти. Мое место в мире никогда не было очевидным или простым, или легким, но почему-то, стоя с Ридом напротив дерева с нашими инициалами, вырезанными в стволе, я ощутила покой. Больший, чем чувствовала в течение длительного времени.
Не думая, схватила Рида за руку. Он не был удивлен вообще, когда мы переплели свои пальцы. Он посмотрел на меня, и я знала, что это значит.
Я смотрела на него, слегка приоткрыв свой рот, когда Рид навалился всем телом, прижав меня к дереву. Его глаза были напряженными, когда я вдохнула его запах, смешанный с ароматом сосновых деревьев вокруг нас. Я чувствовала, как земля вибрирует вокруг меня, или, может быть, это было просто мое возбуждение на рельефное тело так близко ко мне.
Рид ничего не говорил, и не нужно было.
Спустя мгновение он медленно наклонился вперед и жестко меня поцеловал.
В этот миг я растаяла. Все внезапно стало неважным. Стресс от новой работы, стресс от нового места, страх перед будущим, все это исчезло, как только его губы накрыли мои. Он прижимался теснее, перемещая свои руки вдоль всего моего тела. Я вздрогнула, когда Рид прикусил мою губу и схватил за грудь, а другой рукой коснулся моего лица.
Что это было? Я знала, что происходит, я знала, что это было то, что должно было произойти после нашего поцелуя на скале. Это было то, что происходило с тех самых пор, как мы впервые поцеловались, с тех пор, как он влез в мой мозг.
Я начала расстегивать ремень на штанах Рида.
— Черт, Бекка, — пробормотал он, целуя мою шею.
— Я хочу тебя.
— Знаю.
— Прямо здесь. Мне все равно.
Я вздрогнула, когда руками он медленно провел вниз по моему животу и скользнул в мои штаны. Его теплые и сильные пальцы против моей мокрой киски. Он начал тереть меня. Я поежилась и закинула голову назад.
— Я годами думал о том, как трахну тебя в этом лесу, — шепнул Рид в мое ухо. — Думал о том, как заставлю тебя орать как можно громче здесь, в лесу.
— Есть здесь кто-нибудь? — всхлипнула я.
— Кого, черт подери, это волнует?
Я застонала, когда своими пальцами он ловко щелкнул под моими трусиками и начал размазывать мою влагу по набухшему клитору. Мозоли от многолетних восхождений сделали пальцы обеих рук грубыми и мягкими одновременно, и этот парень явно имел невероятный контроль над своими руками. Мои колени начали трястись, когда волны наслаждения прокатывались через меня.
— Я не хочу быть пойманной.
— Нет, хочешь, — сказал он, потирая нежно, мучительно и удивительно мягко. — Иначе почему ты так стонешь?
— Ничего не могу с этим поделать, — захныкала я.
— Нет, можешь, но не хочешь.
С придыханием оттолкнула его, и он криво ухмыльнулся. Я пошла на него, сминая его рот своим, и закончила, разорвав штаны. Я засунула руку ему в трусы и сжала горячий член, на мгновение шокированная его размером. Рид не преувеличивал, когда сказал, что у него большой член; он был твердый, толстый и длинный, когда я начала медленно гладить его.
Правда была в том, что он, конечно же, был прав. Рид действительно мог читать меня как открытую книгу. И я хотела этого прямо здесь и сейчас и мне было совершенно все равно, есть ли здесь кто-нибудь, кто мог услышать.
Я ласкала член, поглаживая его по всей длине, когда Рид толкнул меня обратно к дереву и продолжил тереть мой клитор. Я едва могла сосредоточиться, пока он доставлял мне своими пальцами такое удовольствие, какого я никогда не чувствовала раньше.
— Ты уже полностью мокрая, — шепнул он мне на ушко.
— Неа, — простонала я.
— Не лги мне, — Рид вдруг дернул мою рубашку через голову, вытаскивая мою руку из своих штанов.
Он поцеловал мои холмики и накрыл их своими ладонями, а я обняла его за голову, когда он расстегнул лифчик и отшвырнул его.
— Я нуждаюсь в тебе, — шепнула я.
— Скажи это снова. — Он дернул мои штаны до колен.
Холодный лесной воздух охладил мою обнаженную кожу, и соски затвердели.
— Трахни меня, Рид.
Он отошел, чтобы опустить свои штаны, открывая свой затвердевший член.
— Скажи, пожалуйста, — скомандовал он.
Вместо этого я упала на колени перед ним, глядя на его ухмыляющееся лицо. Медленно взяла его член в рот и начал сосать кончик, смакуя соленый вкус. Работая над длинным и толстым стволом, я втянула его настолько сильно, насколько могла, хотя едва могла вместить все это в рот.
Рид застонал от удовольствия и, слегка прижимаясь, попытался протолкнуть глубже свой член в мой рот. Я отступила назад, по следу моих губ появилась небольшая дорожка слюны.
— Дерьмо, Бекка, — проворчал он, — соси меня так и тебе не нужно просить.
Я улыбнулась и лизнула основание, поднявшись вдоль него, и снова взяла кончик в рот. Прошлась по кругу языком и начала снова сосать член, работая вверх и вниз, плотно обхватив губами. Рид застонал и схватил мои волосы немного грубо, посылая острые ощущения по моему позвоночнику.
— Встань, — скомандовал.
Я встала, и он сорвал мои трусики, разорвав тонкие кружева.
— Они мне нравились, — сказала, смеясь.
— Я куплю тебе новые.
Он наклонился и пошарил в своих штанах на секунду, найдя свой кошелек. Вытащил презерватив и бросил кошелек обратно на землю. Я ахнула, когда он схватил меня за бедра, повернул и толкнул вперед. Я подняла руки и обхватила наше дерево. Перед лицом маячили инициалы. Рид разорвал фольгу и раскатал презерватив вдоль члена.
— Ты хочешь взять мой член? — шепнул он мне н ушко.
— Не заставляй меня ждать, — сказала я.
Я почувствовала, как кончиком он надавил на мою мокрую киску и внезапно оказался внутри меня. Ахнув, схватилась за грубую кору дерева. Член Рида полностью заполнил меня. Так глубоко. Рид сжал мои бедра руками.
— Черт, твоя киска невероятна, — прорычал он.
Я не могла откликнуться, когда он начал двигаться во мне чертовски глубоко и медленно, а затем сильно дернул от дерева. Я потерялась в острых ощущениях, когда Рид толкнулся еще глубже и сильнее. Мне пришлось держаться за дерево, когда он трахал меня все жестче, блуждая своими сильными руками по моей коже. Схватил меня за грудь и крепко сжал соски.
— Твоя задница чертовски безупречна, — сказал, тяжело хлопая ее.
Я ахнула.
— Сделай это снова, — сказала я.
— Я знал, что тебе это понравится. — Он шлепнул мою задницу сильнее.
Застонала, когда пальцами он нашел мой клитор, загоняя в меня свой член все глубже и глубже. Я не могла перестать громко стонать. Знала, что поблизости могут быть люди, знала, что мы находимся не более чем в сорока пяти минутах от дома, но больше не могла контролировать себя.
Рид контролировал меня. Были только он и его сильное тело, работающее на мое. Я оглянулась через плечо, открыв рот. Руками он дарил острое наслаждение моему клитору, в то время как членом глубоко вонзился в мою киску.
Он снова шлепнул меня по заднице, и я задохнулась, когда пальцами Рид скользнул обратно на мой клитор. Всего было слишком много – удовольствие, распространяющееся по всему телу, Рид, его сильные руки, его идеальный член, глубоко проникающий внутрь меня. Я начала стонать, и мое тело напрягалось, когда оргазм накрыл и прокатился сквозь меня. Я прижалась лицом к коре дерева, открыв рот.
— Ты со мной? — проворчал Рид.
— Черт, продолжай.
Я слышала, как он стонал, вколачиваясь в мою киску все сильнее и сильнее. А я хотела все больше и больше, и чтобы это никогда не заканчивалось, когда внезапно почувствовала, как новый оргазм разгорелся и снова взорвался внутри меня. Каждый мускул, казалось, напрягся, а затем расслабился снова и снова, когда наслаждение прокатилось сквозь меня в волнах ослепляющего удовольствия. Потом я почувствовала, что Рид застыл, крепко сжимая мою грудь, и громко застонал, глубоко погрузив в меня свой член. Казалось, мир застыл на месте, и ничего более мне не было нужно.
Медленно мы опустились на землю и улеглись на листья, переплетая наши потные тела. Я смотрела в небо сквозь деревья и прислушивалась, как бьется сердце Рида.
— Дерьмо, Бекка, — сказал мой сводный брат.
— Да, знаю.
— Не думаю, что я когда-либо так чувствовал себя.
— И я, — сказала я, хихикая.
Не хотела вставать. Хотела остаться там как можно дольше. Но, к сожалению, мы должны были идти домой. Обратно к нашим родителям. Женатым родителям.
— Давай останемся еще ненадолго, — сказала я мягко.
— Ок.
И следующий час я не была его сводной сестрой. Я просто была его.
Глава 12
Грязь просачивалась в сапоги, пот катился по спине, а я не мог перестать думать о Бекке.
Ее задница под моими руками, ее бедра, губы и грудь, и каждый ее мускул – мои. Продолжал воспроизводить в своей памяти выражение ее лица, когда я своим членом заполнил до отказа ее мокрую тугую киску. Это было чистое удовольствие, смешанное с легкой болью. Бекка нуждалась в моем члене, в каждом его дюйме.
Я думал об этой девчонке столько, сколько помню себя. С тех пор как впервые увидел ее милое наивное личико в школьном коридоре. И все усложнилось, когда мы стали сводными братом и сестрой. И теперь, когда я ее взял, меня будто поразило громом. Это было ни на что не похоже.
Потом мы лежали на земле под деревом, на котором были вырезаны наши инициалы, и дышали друг другом и лесом. Я хотел рассказать Бекке все – о контрабанде, раке и деньгах и особенно о том, как сильно я хотел и нуждался в ней, но не мог найти слова. Они просто не приходили на ум. И я не мог себя заставить испортить момент совершенного покоя после оргазма.
Когда вошел в подлесок, звук реки заполнил лес. Мне было понятно, что разговор о контрабанде состоится рано или поздно. Я не мог скрывать это от Бекки дальше. Она уже задавала вопросы, благодаря этой наркоманке Линдси. Но у меня были более насущные проблемы, о которых нужно волноваться, чем какая-то Линдси и ее болтливый рот.
Переходя реку, я держал свой пакет над головой, чтобы он не промок. Вода плескалась вокруг моей талии. Я чувствовал себя уязвимым, понимая, что был прекрасной мишенью для тех, кто следил за границей. Поэтому быстро, как только мог, брызгая водой во все стороны, я перебирался на другой берег. Тем не менее, кто-то мог бродить неподалеку и легко заметить меня. Если это когда-нибудь случится, все будет кончено. Но пока удача сопутствовала мне. Я отправился в лагерь, прекрасно зная, что доберусь туда намного раньше назначенного времени.
Снова задался вопросом, как Бекка воспримет тот факт, что я продавец наркотиков? Беспокойство по поводу морали, вероятно, было пустой тратой времени, но во время своих длительных походов я позволял своему разуму блуждать по этому дерьму. У Бекки всегда было развито чувство правильного и неправильного. Но если бы только она могла понять, каково было в первые годы, когда мама заболела, когда счета продолжали накапливаться все больше и больше, без конца. Я сделал то, что должен был сделать для своей семьи. И всегда буду делать. Я не мог просто жить и позволить отсутствию денег угрожать выздоровлению своей матери. Мужчина не может быть мужиком, если он не хочет жертвовать, трахая дерьмо во имя сохранения своей семьи.
Вскоре я добрался до палаточного лагеря и сел на стол для пикника, чтобы снять ботинки и носки. Солнце приятно ласкало мое лицо, когда я откинулся назад и стал ждать появления черных машин с бандитами и их наркотиками. Речная вода капала с моей одежды, а я вспомнил нашу с Беккой прогулку к дому. Спустя час после простого лежания, мы встали, оделись и медленно направились к дому. Я хотел рассказать ей все. Хотел рассказать, что она заставила меня почувствовать, когда вошла в комнату, как мой член шевелится почти каждый раз, когда она приближается, как я голоден по ее телу. Я хотел брать ее снова и снова, пока она не изогнулась бы, и я едва смог бы дышать. Я голодал по ней так, как никогда раньше, и вкус ее киски только усилил это желание.
С женщинами, с которыми я трахался, одной ночи было достаточно. Но я устал от скучных и тупых девушек, которые продолжали идти за мной. Успех в скалолазании сделал меня популярным в таком маленьком городке как Риджвуд. В течение долгого времени мне не приходилось беспокоиться о том, чтобы девочки приходили ко мне и делали то, что я хотел. И после того, как я их получал, они становились мне не интересны.
Но Бекка была другой. У нее была сила. Она глубоко засела в моей голове.
Но когда мы вернулись к дому, я не сказал ни слова об этом, и Бекка тоже ничего не сказала. Мы поднялись в тишине, почти не глядя друг на друга, как будто это было неудобно. Я практически слышал, как ее мозг кричал о нас, как о сводном брате и сестре, но это никогда не имело для меня значения. Это были просто слова. Наши родители поженились, но это ничего не значило для меня. Мы не были родными братом и сестрой. Я хотел то, что хотел, и этого было достаточно.
Как только мы вернулись в дом, я услышал, как моя мама двигалась по кухне, готовила обед, а отец Бекки смотрел игру в бейсбол по телевизору. Моя девочка посмотрела на меня и нахмурилась.
— Оставим это между нами, — шепнула она.
— И что по-твоему, я собираюсь сделать? Зайти в дом и сказать твоему отцу, что только что дал тебе лучший оргазм в твоей жизни?
— Рид!
— Скажу моей маме, что я только что трахнул тебя у дерева и заставил стонать и извиваться?
— Давай, сделай это.
Я усмехнулся, мое сердце колотилось, волнение снова залило мои вены. Подошел к ней ближе.
— Хочу, чтобы ты снова закричала. Я хочу отвезти тебя в глубокие леса и позволить тебе кричать.
— Просто оставь это между нами. — Бекка помолчала секунду.
Затем она вошла в дом, широко улыбаясь. Моя мама попросила ее помочь с ужином.
Я откинулся назад и вздохнул, когда воспоминание померкло. Вернул свои мысли в лагерь, сидя на скамейке, как мудак, ожидая, когда еще больший придурок даст мне наркотики, чтобы перетащить через границу. Это казалось бесконечным, но все же когда-то должно было закончиться.
Мой самый большой страх – что гангстеры будут продолжать придумывать новые причины, чтобы держать меня. Иногда, особенно во время обратного перехода через границу в Америку с рюкзаком, полным наркотиков, я думал обо всех различных способах, благодаря которым мог бы вернуться к этим ублюдкам, чтобы украсть их груз и убежать с ним. Но если бы я действительно поверил в одну из этих глупых детских фантазий, то мог бы поцеловать в зад свою скалолазную карьеру и свою семью тоже.
Звук шин по гравию объявил о приезде машин задолго до того, как я их увидел. Надел свою мокрую обувь и встал. Черный автомобиль вынырнул из-за поворота, остановился, и только Ригли вышел со стороны водителя.
— Мистер Конвэй, — сказал он, улыбаясь мне.
— Ригли.
— Как прошел переход?
Он подошел и остановился передо мной, скрестив руки на груди и прищурившись на солнце. У меня возникло желание сломать ему челюсть, но я держал себя под контролем.
— Как обычно.
— И поэтому мы так это любим, не так ли?
— Есть товар?
— Так быстро и по-деловому? — Он нахмурился.
— У меня долгая дорога назад.
— Да, так и есть, не так ли?
— Я буду рад начать как можно быстрее.
— Ладно, двигай за мной. — Он понял намек.
Мы пошли к машине. Ригли вынул сундук и кивнул на содержимое.
— Это шутка?
— Никаких шуток, мистер Конвэй.
Внутри было, по крайней мере, вдвое больше, чем в последний раз. Я посмотрел на него и покачал головой.
— Так не пойдет.
— Так не пойдет? — рассмеялся он.
— Нет, Ригли. Я не могу нести такой вес.
— Я вижу. — Он стоял очень близко и неподвижно.
— Ты не догоняешь. Когда дело доходит до походов, каждый дополнительный грамм веса означает, что придется тратить гораздо больше усилий, чтобы продолжать двигаться.
— И ты считаешь, что не сможешь поднять этот вес?
Я знал, что он пытался сказать. Это чувствовалось по его интонации.
— Я не планировал этого, нет. С помощью нескольких передач я мог бы это сделать, никаких проблем. Но вы, люди, не говорили, что меняете порядок.
— Мы поменяли порядок.
— Я вижу это. И говорю тебе – это не отлично.
— Я понимаю, что ты говоришь. — Ригли медленно кивнул. — Но скажи, у тебя есть семья, да?
Ублюдок. Он собирался угрожать моей семье. И, честно говоря, это было единственное, что сработало.
— Моя семья не имеет к этому никакого отношения, — сказал я.
— У них есть все, что с этим связано, или так мне говорят.
— Я смогу унести половину товара. Потом сразу вернусь за остальным.
— Нет, — просто сказал он.
Я знал, что не смогу им противостоять. Я знал, что эти люди будут делать что угодно для того, чтобы наркота текла, потому что она была огромным источником дохода для их организации. Речь шла не только обо мне и Ригли, речь шла о всех в толпе, и, если бы произошел перерыв в сладком потоке наличных денег, нам бы не поздоровилось. Такой человек, как Ригли, знал это. Такой человек, как Ригли, сделает все, чтобы сохранить себя в живых, включая причинение вреда моей семье.
— Прекрасно, ублюдок. Я возьму его. — Я выплевал слова, будто они жгли меня.
— Хорошо. Начинай. — Он спокойно улыбнулся мне.
Я взял пакет и начал распихивать наркоту. Едва хватило места, чтобы все поместилось, но мне удалось заполнить каждый квадратный дюйм, в то время как Ригли молча смотрел. Когда я закончил, он закрыл багажник. Не сказав ни слова, я повернулся и пошел обратно туда, где мои носки все еще сушились на солнце. Ригли следовал за мной пару шагов.
— Мистер Конвэй?
Посмотрел на него.
— Рид, — сказал я.
— Рид. Если ты когда-нибудь снова назовешь меня ублюдком, я тебя убью.
— Хотелось бы посмотреть на твою попытку, — улыбнулся я ему.
Был момент, когда я точно подумал, что он собирается достать пистолет и выстрелить в меня. И честно говоря, в глубине моего сознания тихий голос поприветствовал это. Не потому, что я хотел умереть, а потому, что мне было больно жить по их прихотям.
Вместо этого Ригли пожал плечами и вернулся к своей машине, сел в нее и уехал. А я смотрел на него, и мое сердце колотилось.
Я надел носки, крепко сжал свой пакет и поспешил в обратный путь.
***
Я чувствовал себя именно так, как и ожидал. Пачка была слишком тяжелой. Ничего не мог с этим поделать, поэтому пришлось терпеть. Я пересек реку без проблем, но солнце уже начинало садиться, а мне нужно было еще долго добираться до своего лагеря.
Все шло медленно. Поход с перегруженным рюкзаком был одной из самых больших опасностей, с которыми сталкивался серьезный турист. Люди никогда не принимали во внимание то, как даже дополнительный грамм в течение длительного периода влияет на тело, не говоря уже о незапланированных девяти килограммах. Если бы я не был осторожен и не подбадривал себя, то такой вес мог бы привести к обезвоживанию или тепловому удару.
Я посмотрел на солнце и проверил свой компас. До лагеря было, по крайней мере, еще несколько часов, и световой день уже почти заканчивался. Разочарованному и раздраженному, мне необходимо было найти подходящее место для ночлега. Потребовалось двадцать минут, чтобы найти небольшой ручей, и еще десять, прежде чем я нашел ровный песчаный участок, достаточно хороший и сухой, чтобы поставить палатку. Вскоре в темноте я забрался в свое убежище и улегся на ночь.
Все мои мечты были только о Бекке. Единственное, о чем я мог думать, только о том, как снова попробовать ее губы, увидеть, как они изогнутся, когда я введу свой твердый член глубоко между ее ног. Я хотел жестко брать Бекку снова и снова, и заставить ее быть неистовой и мокрой бесконечно. Но вместо этого застрял в палатке в незнакомом месте, ворочаясь во влажном ночном воздухе.
Но, в конце концов, сон наступил, и я очнулся только перед рассветом. Единственной едой была банка фасоли и несколько протеиновых батончиков, и мой желудок ворчал, когда я отправился в путь.
Я предполагал, что вернусь домой ближе к закату, ведь лишний вес затруднял мое движение, вынуждая отстать от графика. Это означало, что у меня было много медленных, болезненных миль, чтобы подумать. Подумать о Бекке, о том, что я хотел от нее, и о том, как я ее получу. Подумать о толпе и всем дерьме, в котором я был. Подумать о том, что все эти изменения означали что-то большее, что-то, частью чего я определенно не мог быть. И подумать о том, как я собираюсь выбраться, потому что выход был моим единственным вариантом. Даже когда казалось, что его нет.
Глава 13
Мои ноги ныли как сумасшедшие, когда я толкнула нашу входную дверь.
— Привет? — крикнула я.
— Привет, милая, — ответила Кора.
Я вошла на кухню и улыбнулась ей.
— Как дела?
— Хорошо. Как работа?
— Знаешь, как обычно. Сраные дальнобойщики и ужасные чаевые.
— Ты привыкнешь к этому. Я рада, что ты нашла хоть какую-то работу.
— Где Рид?
— Честно говоря, я не уверена. Мы ждем его возвращения до сих пор, — она нахмурилась.
Я посмотрела на часы. Было уже полвосьмого, а он обычно возвращался ближе к полудню. По воскресеньям Рид устраивал рыбацкие вылазки.
— Он звонил?
— Нет, и мы пытались дозвониться до него. Безрезультатно.
— Но у него ведь не всегда есть там связь?
— Да. Уверена, с ним все в порядке. Я просто беспокоюсь.
— Он скорее всего на восхождении и забыл позвонить. — Я засмеялась. — Не волнуйся, Кора, с ним все будет хорошо.
— Кстати, мы с твоим отцом идем сегодня на ужин, а это значит, что ты сама по себе.
— Я думаю, что смогу покормить себя.
— И накормить Рида, когда он объявится.
— Поняла. Время для душа. — Я кивнула головой.
— Наслаждайся. Увидимся вечером.
Я повернулась и вышла из кухни, узел беспокойства скручивался в желудке. Не было похоже на то, что Рид просто исчез. И хотя мы обе вели себя так, как будто все в порядке, я могла видеть беспокойство, проскальзывающее в каждом дюйме улыбки Коры.
Пока я снимала с себя рабочую одежду, заворачивалась в полотенце и шла в ванную, каждая ужасная вещь, которую только можно было вообразить, продолжала проноситься в моей голове. Может быть, на них напали медведи, или они упали в овраг, или утонули в реке, или просто безнадежно заблудились, или укусила змея, или того хуже. Глубокие леса были прекрасны и невероятны, но и полны того, что потенциально может навредить тебе.
Я включила воду в душе и ждала, пока станет жарко. Знала, что Рид был большим мальчиком, полностью способным заботиться о себе и о людях, которыми он руководил, но все же… Нельзя было не волноваться.
Вода приятно ласкала мою кожу. Я долго стояла под душем, думая о Риде, вспоминая его, пока не почувствовала, что стресс долгого дня начинает уходить из моего тела и мышц. Вспоминала ощущения между ног.
Мурашки пробежали по всему моему телу, и я промокла насквозь, поскольку начала исследовать себя.
Когда я начала тереть свой клитор, мягкие и тихие стоны срывались с моих губ. Я вспомнила, как Рид трахал меня так уверенно прямо там, в лесу, где кто-то мог наткнуться на нас. И какой бы это был скандал. Оттрахана в лесу своим сводным братом!
Я откинулась на прохладную кафельную стену и позволила теплой воде стекать по груди, а сама начала пальцами порхать над своим клитором все быстрее и быстрее. Стоны срывались с моих губ вместе с именем Рида. Не знала, хотела ли я этого засранца, потому что его член выглядел таким невероятным, или потому что под внешностью действительно было что-то большее. Но все мои чувства закружились в голове, когда я вспомнила, как Рид сильно отшлепал мою попку, рыча в ухо, как животное.
Я почувствовала, как мое тело напряглось, когда вспомнила, как Рид пришел, слова, которые он сказал, и как громко он трахал меня там, в лесу. Я снова кончила, мой разум сосредоточился на Риде и его идеальном теле, его рельефном теле альпиниста, его руках и пальцах. Прижалась к стене, тихо задыхаясь и надеясь, что Кора или мой отец случайно не услышали меня.
Пока я мылась, меня не покидали эгоистичные мысли о том, как несправедливо было то, что мой отец женился на маме Рида сразу после той ночи на вечеринке. Было несправедливо, что несмотря на то, что Рид был мои сводным братом, он продолжал хотеть меня и любил беспощадно нажимать на мои «кнопки». И хуже всего — было несправедливо, что я любила его и так же сильно хотела.
Но я не могла позволить себе так думать. Мир был несправедлив во многих других отношениях, и, если бы моя худшая проблема заключалась в том, что я хотела своего сводного брата, жизнь могла бы быть еще сложнее. Я разберусь с этим, научусь разбираться. Я не собиралась быть одной из тех плаксивых девчонок, которые одержимы отношениями с каким-то парнем. Этого не могло произойти, даже если бы было слишком хорошо. Я пока не знала, чего хочу или чего могу хотеть. И кроме того, это ведь Рид. Он, вероятно, переспал с половиной девушек в городе.
Я отключила воду и вытерлась. Потом вышла через холл, завернутая в полотенце, и переоделась в удобную одежду в своей комнате. Когда вернулась в гостиную, то заметила, что папа и Кора ушли.
— Эй? — крикнула я, но ответа не последовало.
Нахмурившись, вернулась наверх и постучала в дверь спальни Рида. Никто не ответил. Я открыла дверь и заглянула внутрь, но его там не было.
Спустилась вниз и проверила часы на кухне. Было семь тридцать, и солнце висело опасно низко над землей. Земля завершала еще один полный оборот.
Я ходила по кухне в течение минуты, не зная, что делать. Я волновалась о том, что Рид еще не вернулся домой. Было крайне необычно, что он в лесу после наступления темноты, и, в лучшем случае, оставалось всего полчаса для солнечного света. Рид никогда не подвергал своих клиентов опасности.
Решившись, я забежала наверх и накинула на себя какое-то туристическое снаряжение, завязала волосы в тугую мокрую гульку и спустилась вниз. Схватила ботинки и открыла заднюю дверь, присев на стул, чтобы завязать их.
Мое сердце колотилось в груди. Что-то случилось с Ридом. С ним случилось что-то очень плохое, иначе он бы позвонил или появился, или что-то еще. Кора была права, и теперь я действительно испугалась. Что, если это как-то связано со странными вещами, о которых Линдси постоянно упоминала? Кроме того, Рид, определенно, занимался опасным видом спорта, таким, как скалолазание. Что, если он пошел на восхождение, никому не сказав об этом, и получил травму?
Ужас и беспокойство начали переполнять меня. Мне нужно было позвонить в полицию, но я плохо соображала. На самом деле, я настолько глубоко погрузилась в свои мысли, что даже не заметила фигуру, приближающуюся ко мне, пока она практически не встала передо мной.
— Куда это ты собралась, студентка?
— Рид! — Я посмотрела вверх.
— Единственный и неповторимый, — ухмыльнулся он мне.
Он был весь в поту и тяжело дышал, но казался совершенно нормальным. Рид был одет в свою обычную походную одежду, и его рюкзак был привязан к спине, что означало, что мой сводный брат действительно был где-то в лесу.
— Где ты был?
— Сопровождал.
— Допоздна?
— Да. Ребята хотели. — Он стряхнул рюкзак и сел напротив меня.
Он начал снимать ботинки.
— Твои клиенты хотели остаться допоздна? Это довольно опасно.
— Мне нужны были деньги, — сказал Рид, отвлекшись.
— Верно, но все же. Зачем тебе мириться с таким риском?
— Много денег.
Он стянул один ботинок и перешел к другому.
— Почему они хотят оставаться так допоздна? Я имею в виду, что там делать?
— Охота, — хмыкнул Рид, вытягивая ногу.
Он откинулся на спину и закрыл глаза.
— Кто были эти ребята?
— Что это за вопросы такие? — Рид резко открыл глаза.
— Ты заставляешь беспокоиться меня и свою маму, вот и все.
— Я сказал ей, что буду сопровождающим.
— Но ты никогда не задерживаешься допоздна.
На секунду мне показалось, что я увидела вспышку гнева на его лице. Рид встал и вздохнул, явно слишком измученный, чтобы попытаться дать отпор. Ничего не говоря, он вошел в дом.
Я быстро сняла сапоги, не готовая позволить ему уйти так легко. Нашла его сидящим за кухонным столом, поедающим холодную пасту и пьющим пиво.
— Серьезно, Рид, почему ты так поздно? Почему ты мне не позвонил?
— Не было связи, — сказал он с полным ртом еды. — Присаживайся, пожалуйста, — он подтолкнул стул и кивнул на него, откусив еще один большой кусок.
— Я просто пытаюсь разобраться в этом. — Я вздохнула и присела.
— Я понимаю.
— Ты можешь рассказать мне, ты же знаешь.
— Мне нравится, как ты выглядишь с такой прической. — Он посмотрел на меня секунду.
— Насквозь промокшей и с гулькой? — рассмеялась я.
— Именно. Насквозь промокшей. Именно такой я хочу тебя.
— Не время.
— Всегда подходящее время. С таким телом ты должна постоянно трахаться.
— Рид, не здесь.
— Ладно, тогда я могу трахнуть тебя в другом месте.
— Это не то, что я имею ввиду.
Он сделал большой глоток пива и улыбнулся мне. Парень выглядел таким наглым и уверенным в себе, хотя усталость отражалась в его глазах.
— А это то, что я имею в виду.
— Слушай, я просто хочу знать, где ты был, чтобы я могла заставить твою маму чувствовать себя лучше.
— Кора в порядке. Это не первый раз, когда я задерживаюсь.
— Значит, Кора знает, где ты был? — Я замолчала, укладывая это в сознании.
— Не совсем. Но готов поспорить, у нее есть предположение.
— Это из-за того, что сказала Линдси?
Он не отвечал, просто продолжал есть дальше.
— Ты не можешь просто игнорировать меня, Рид. Другие люди говорят о тебе тоже. Очевидно, что-то происходит.
Внезапно он перестал есть, закрыл глаза и сделал глубокий вдох. А когда открыл их, его взгляд был опасен, как будто Рид пытался прочитать меня, глядя глубоко в мое сердце. Это было самое волнующее и страшное, что я когда-либо чувствовала, но все увязалось воедино в один момент. Я могла видеть в нем что-то дикое и опасное, чего не видела раньше. Но Рид скрывал это, неся с собой нечто трудное, тяжелое и темное.
— Ты уверена, что справишься? — мягко спросил он.
— Если у тебя неприятности, я могу помочь.
— Ты не можешь помочь мне. — Он грустно покачал головой.
— Расскажи, что происходит.
Рид взял пиво и допил его тремя большими глотками. Поставив пустую бутылку перед собой, он пристально посмотрел на меня. Бабочки затрепетали в моем животе.
— Когда моя мама заболела, — начал медленно, — твой отец не зарабатывал много денег. Я говорю это не для того, чтобы обвинить его или принизить. Он дает все, что может, и он порядочный парень, даже если меня ненавидит. Но тогда, когда ей поставили диагноз, денег было очень, очень мало. — Он остановился и посмотрел на свою еду, а затем продолжил. — Ты знаешь, сколько стоят лекарства от рака? Пребывание в больнице?
— Нет, не знаю. — Я покачала головой.
— Однажды днем, через несколько недель после начала лечения, я нашел счет. И позволь мне выразиться — там было дох*я денег. Хуже всего, что это был только один из многих, которые мы получили в будущем. Каждый новый счет означал годы долгов, тяжелой работы и, возможно, даже хуже.
— А что насчет страховки? — спросила я.
— Страховка помогла, но она не могла покрыть все, что нам было нужно на протяжении многих лет. Твой отец не мог оплатить все расходы, как бы ни старался. Никто не мог, на самом деле. Я запомнил то время. Я возвращался домой как можно чаще и продолжал умолять Кору позволить мне бросить школу, чтобы быть с ней, но она продолжала отказываться.
— Кора сказала, что ты начал выигрывать больше соревнований по скалолазанию в тот момент.
— Вот и вся история.
— Что ты имеешь ввиду под «историей»?
— Даже в самом крупном региональном конкурсе первый приз составлял не более нескольких тысяч долларов. Этого просто было недостаточно. В тот первый год я участвовал и выиграл практически все соревнования на дистанции, но эти деньги все равно были каплей в море.
— Что случилось, Рид? — мягко спросила я.
— Я сделал то, что должен был сделать для своей семьи. Если бы я не связался с Томом, мы бы, наверное, жили где-нибудь в трейлере. Кора, вероятно, уже вернулась бы на работу, и твой отец был бы мертв от каждодневных двойных смен.
— Что ты сделал?
— Я поговорил с Томом. У него были связи в мафии, какая-то франко-канадская группа парней. Они годами перевозили рецептурные лекарства через канадскую границу, в основном, обезболивающие и все такое. Но их контрабандиста поймали, и им нужен был кто-то, кто знал лес, чтобы занять его место.
— Что ты сделал? — Я почувствовала укол страха.
— У меня есть работа, Бекка. Я начинал медленно, всего несколько раз, но деньги были чертовски хороши. Я выхожу в Канаду, встречаю какого-то парня в палаточном лагере и возвращаюсь через границу на следующий день. Я встречаюсь с Томом и его парнями, произвожу обмен и получаю деньги. Все так чертовски легко и страшно, и я хорош в этом, даже при том, что ненавижу это.
— Это то, о чем говорила Линдси?
— Твоя подружка должна держать рот на замке, но да. Я занимался контрабандой наркотиков из Канады для мафии. Каждый пенни, который я заработал, ушел на оплату медицинских счетов Коры, и, если бы не эта работа, мы были бы на улице.
Закончив говорить, Рид сделал глубокий вдох и встал. Он подошел к холодильнику и схватив еще одно пиво, открыл его. Я уставилась на Альпиниста, потрясенная до безмолвия, даже не зная, что чувствовала по поводу того, о чем он рассказал мне.
Рид связан с мафией и контрабандой наркотиков? Это было так далеко от того парня, которого я, как думала, знала. Опасного, но все еще хорошего человека, с которым я провела так много времени.
— Как долго? — спросила я.
— Некоторое время. Годы.
— Твоя мама знает об этом? А мой отец?
— Как я уже сказал, у них, вероятно, есть подозрения.
— Ты все еще этим занимаешься?
Он не ответил, просто отпил пива.
— Ты все еще этим занимаешься? — я повторила, отчаянно надеясь, что он скажет: «Нет, нет, конечно, нет», что он сделал это только для Коры и оставил все это позади.
— Да, — сказал он невозмутимо.
Мне казалось, что я едва могу дышать. В глазах все потемнело. Я встала, чувствуя себя немного неустойчиво. Мне нужно было уйти. Не могла смотреть на его идеальное, красивое лицо. Его криминальное лицо. Он был частью проблемы в нашем городе. Он был источником всех таблеток, которые разрушали жизни. Он был причиной морального падения Линдси. Она была наркоманкой, или он хотел выставить ее такой. Рид, парень, который дал мне лучший оргазм в моей жизни, был контрабандистом наркотиков.
Я покинула кухню, боясь, что если заговорю, то скажу что-нибудь, о чем потом пожалею, или меня стошнит, или и то, и другое. Рид смотрел, как я ухожу, но не сказал ни слова.
Я побежала наверх и захлопнула за собой дверь спальни, запираясь на замок. Не представляла, зачем это сделала. Я знала, что Рид не навредит мне, но внезапно он стал угрожающей фигурой в моей жизни. Он был моим Ридом, но он также был преступником, контрабандистом.
Мне захотелось спрятаться. Я чувствовала себя трусихой. Я хотела заставить его уйти.
Лежа на кровати и смотря в потолок, пытаясь взять себя в руки, я знала, что между нами многое изменилось. Даже больше, чем уже произошло.
Глава 14
Я ненавидел ее взгляд, который она бросила на меня, выходя из кухни. Этот взгляд преследовал меня все время, пока я допивал свое пиво и искал место, где уронил свой рюкзак.
Я не хотел говорить Бекке, но тяжесть лжи была слишком велика. Можно было продолжать лгать маме и Джеку, но Бекка заслуживала лучшего.
Они всегда говорят, что правда освободит, но в моем случае правда только ухудшила ситуацию. Тем не менее, если Бекка собиралась быть моей, это должно было быть по-настоящему. Я не смог заставить ее хотеть меня, солгав о том, кто я и что сделал, чтобы заработать деньги.
Я взял свой рюкзак и покопался на самом дне. Рукоять пистолета хорошо ощущалась в моей руке, когда я вытащил его из рюкзака и оценил его вес. Кора подарила мне этот пистолет на мой шестнадцатый день рождения. Я тогда начинал ходить в походы по-настоящему.
Он был старым. Пистолет 38 калибра, который мой отец обычно носил с собой для защиты от медведей. Я всегда держал его под рукой, когда совершал свои канадские походы, хотя мне, к счастью, никогда не приходилось вытаскивать его из рюкзака.
Я сунул пистолет за пояс и вышел на улицу. Гнев и разочарование боролись во мне за контроль над моими эмоциями, но я не мог позволить себе поддаться. Был только один вариант. Я хотел Бекку, хотел ее больше, чем когда-либо прежде, но мне нужно было выбраться отсюда. У меня не было другого выбора.
Я завел грузовик и поехал. Мой разум блуждал по событиям последних нескольких дней, и, хотя я должен был быть абсолютно измотан, по какой-то причине чувствовал себя бодрым и возбужденным. Мой мозг гудел, когда я направился на север, подальше от города, хоть куда-нибудь. Просто хотел уехать совсем и быть как можно дальше от Бекки. Не мог оставаться в этом доме, пока этот ее взгляд все еще витал в воздухе.
Когда свернул налево на грунтовую дорогу, меня вдруг осенило, куда я направлялся. Почти как на автопилоте я был всего в полумиле от дерьмового трейлера, который Том называл домом. Этот человек являлся моим связующим звеном с мафией. Сначала я думал, что он был большой шишкой, но со временем стало ясно, что Том вовлечен только потому, что канадцам нужен был достаточно тупой американец, чтобы быть козлом отпущения на случай, если что-то пойдет не так на нашей стороне.
К несчастью для Тома, он был идеальным козлом отпущения. Доверчивый и глупый, и слишком верный, он был бы готов закрыть собой гранату ради членов своей шайки, даже если они постоянно не принимали его в расчет и не продвигали по иерархической лестнице в своей организации. Хуже всего, что Том не зарабатывал много денег, особенно учитывая степень риска. Совершенно ясно, что он был марионеткой во всем их предприятии. Мне всегда было жаль его, но я не говорил об этом, так как мне было нужно, чтобы Том помогал со сделками и платил мне, но, возможно, пришло время попытаться подтолкнуть его. Он уже начал замечать изменения, происходящие в банде, и, возможно, это сделало его более склонным к изменениям.
Подъехав к его грязному трейлеру, я припарковал грузовик и подождал минуту. Обычно он выходил, когда слышал, как подъезжает машина, часто пьяный и почти всегда с винтовкой. Не многие люди проезжали возле его территории, и это ему нравилось. Но пока я сидел в грузовике, в трейлере так и оставалось темно. Я вылез из машины и подошел к двери этого дома на колесах и постучал по дешевому металлу. Звук вибрировал по всей шаткой конструкции, но явно никого не было дома.
Я взглянул на часы. Было не поздно, а это значит, что Том, вероятно, где-то трахался. Мне не хотелось возвращаться домой, поэтому я сделал единственную разумную вещь, о которой мог подумать. Куском изогнутой проволоки, которую нашел около трейлера, я открыл замок входной двери. Взламывать трейлеры довольно легко, так как у большинства их хозяев не имелось ничего стоящее, что можно было прятать за добротными амбарными замками. И Том не был исключением.
Первое, что я заметил, был запах. Сырой и тяжелый, почти как мускус, но с оттенком гниющего мусора. Это не было ужасно, но довольно неприятно. Я сразу же открыл окно, надеясь, что воздух с улицы сможет очистить омерзительное пространство. Следующее, что я заметил, был беспорядок. Посуда в раковине, мусор по всему полу и полкам и другое, просто разбросанное дерьмо. Казалось, что Том никогда не убирал его, ни разу, и он, вероятно, даже не возражал против вони. Мусор и дерьмо объяснили запах, и было удивительно, что Том мог выжить в таком месте, как это.
Я пробрался сквозь завалы и протиснулся в спальню. Простыни на кровати были скомканы, горы грязной посуды рядом с кроватью, плюс куча пустых пивных банок, брошенных повсюду. Тем не менее, спальня была пуста.
Я вернулся в главную комнату и очистил место рядом с тем, что должно было быть кухонным столом, но сейчас было больше похоже на гигантскую пепельницу и мусорную корзину. Когда я огляделся, стало понятно, почему Том так защищал свой дерьмовый маленький трейлер. Наверное, ему было стыдно.
Я вытащил из штанов пистолет и положил его на стол рядом с собой. Убедился, что он заряжен и готов, хотя мне было непонятно, зачем я это делаю. У меня не было причин быть недоброжелательным к Тому. Он был моей лучшей прямой связью с мафией, и, если кто и поможет мне выбраться из той ямы, в которой я находился, так это Том.
Я откинулся назад и скрестил руки. Это должна была быть долгая ночь.
***
Я понятия не имел, как долго сидел в темноте, думая о том, что происходит, но в конце концов свет фар просочился через окна, и я услышал, как Том вылез из своей машины.
— Кто здесь, черт возьми? — Он подошел к двери и с грохотом схватил ручку, прежде чем открыть ее. — Чей это, блядь, грузовик? — спросил он про себя.
— Привет, Том, — мягко сказал я.
— Какого хрена, — крикнул он, чуть не подпрыгнув от неожиданности. — Альпинист? — Он включил свет, и слабый желтый блеск заполнил комнату от единственной верхней лампы. — Как ты сюда попал?
— Это нетрудно – взломать трейлер.
Том уставился на меня, разрываясь между гневом и полной растерянностью. Мы с ним находились в хороших отношениях, но они могли быстро испортиться, и он это знал. Том, возможно, был марионеткой, но он понимал, как шли дела, или, по крайней мере, он понял достаточно, чтобы смочь выжить в банде так долго, как он.
Том кинул взгляд на пистолет, который я бросил рядом с собой, и широко открыл глаза.
— Что, черт возьми, происходит, Альпинист? — спросил он.
— Просто хотел поговорить.
— Зачем ты принес пистолет, если хочешь поговорить?
— Ты знаешь эту херню, которую все говорят, Том. Это просто для защиты. — Я улыбнулась ему в ответ.
— О чем ты хочешь поговорить? — Он сделал паузу.
— Заходи внутрь.
Том закрыл за собой дверь, освободил место напротив меня и медленно опустился на него с легким ворчанием. Я понял, что он был немного пьян.
— У нас все в порядке, правда? — спросил он.
— Зависит...
— Зависит от чего? Я думал, мы в порядке?
Я наклонился вперед, и каждая унция эмоционального груза, который я нес в себе с тех пор, как у моей матери диагностировали эту гребаную болезнь, была готова выплеснуться из моего рта. Мне хотелось блевать на Тома до тех пор, пока он бы не понял, в какой глубокой зловонной дыре я оказался.
— Я хочу уйти.
— И это все? — засмеялся он.
— Это все.
— Ты должен им немного денег, но почти в расчете. Еще несколько вылазок, и все готово.
Я вздохнул и откинулся назад, качая головой. Том не получил этого и, вероятно, никогда не получит.
— Ты действительно думаешь, что они меня отпустят?
— Почему бы и нет? Таковы условия сделки.
— Том, ты понимаешь, что я знаю все об их сети распространения контрабанды, верно?
— Да, конечно. Но с тобой все в порядке. Они знают, что...
— Бля*ь, Том, — сказал я. — Неужели ты настолько наивен?
Он молчал почти минуту, пока я смотрел на него.
— Чего ты хочешь от меня? — наконец спросил он.
— Мне нужно избавиться от этого. Это никогда не должно было быть долгосрочным.
— Я не заставлял тебя связываться с этими парнями, Альпинист. Ты не можешь ожидать, что я возьму это дерьмо на себя.
— Я знаю. И я рад, что ты помог мне. — Я осмотрелся вокруг, нахмурив брови. — Но посмотри, как ты живешь.
— Что в этом плохого, чувак? Это сраная свобода, — засмеялся он.
— Это сраное убожество.
— Ну, немного грязно.
— Сколько они тебе платят?
— Невежливо говорить о деньгах, — ухмыльнулся он.
— Серьезно, чувак. Это место – абсолютная свалка. Если бы они платили тебе столько, сколько ты стоишь, тебе бы не пришлось здесь жить.
— Может быть мне здесь нравится.
— Никому это не нравится. Люди остаются в дерьме, потому что они должны.
— Неважно, сколько они мне платят. Я в игре. Я сам по себе, делаю то, что хорошо для меня.
— Между тем, ты также берешь на себя большой риск, если этот контрабандный бизнес когда-либо взорвется. Что и будет в конечном итоге. Это не может длиться вечно.
— И с чего бы это вдруг? — Том серьезно изменился в лице.
— Я не угрожаю твоему делу. Я говорю, что тебя не ценят твои боссы, и ты даже не осознаешь этого.
— Давай на секунду предположим, что ты прав, что, возможно, я думал об этом в последнее время. — Он вздохнул, расслабляясь. — Что я могу с этим поделать? Эти парни - серьезное дерьмо, чувак. Ты не просто просишь прибавки.
— Ты сказал, что в последнее время происходит много изменений.
— Да. — Он кивнул головой. — Серьезная перестройка организации, но я не владею подробной информацией.
— Окей. Это значит, что они сейчас уязвимы.
— Уязвимы для чего?
Я расстроенно покачал головой. У меня был план, но пока еще рано вовлекать Тома в это. Было слишком много переменных вокруг, и, если бы я раскрыл карты, а он бы решил сдать меня, козлом отпущения стал бы именно я. Мне нужно было заинтересовать его, но не выдавать свои истинные намерения.
— У меня есть несколько идей, но ты должен мне доверять.
— Сейчас не так много доверия, Альпинист, — Том многозначительно посмотрел на мой пистолет.
Я забрал его со стола. В ответ Том напрягся. Я проигнорировал это и, вытащив из пистолета магазин, стал извлекать из него пули.
— Лучше? — спросил я.
— Бля, не делай этого. Я чуть не обосрался.
— Расслабься. Я на твоей стороне. — Я рассмеялся.
— Я даже не знаю, на чьей я стороне.
— Ты на той стороне, которая заботится о тебе.
— И ты думаешь, что это то, что ты можешь сделать?
— Бля*ь, Том, посмотри на это место. — Я сжал свою челюсть. — Посмотри на свою сраную жизнь. Они владеют тобой, чувак, и, если их когда-нибудь поймают, они настучат на тебя так быстро, что ты окажешься в тюрьме, прежде чем сможешь чихнуть.
— Это неправда, — мягко сказал он. — Я был рядом некоторое время. Я привел тебя.
— Еще одна причина, по которой тебе не стоит так жить.
Том задумчиво прикусил губу.
— Это серьезные ребята, — сказал он наконец.
— Я знаю. Я тоже.
— Даже если бы я был заинтересован, я не умру за это.
— Я тоже, — засмеялся я.
— У меня еще куча дерьма впереди.
— У меня тоже.
— Окей. Я не говорю, что я...
— Подумай об этом.
— Ладно. — Он ухмыльнулся мне, качая головой. — Ты сумасшедший ублюдок, не так ли, Альпинист?
— Безумнее, чем ты думаешь, чувак.
Я встал, сунул пули в карман и засунул пистолет за пояс. Толкнул дверь и вышел к своему грузовику. Я слышал, как Том шел за мной к двери.
— Что помешает мне рассказать им? — спросил он.
Я обернулся. Он стоял там с ухмылкой на лице, скрестив руки на груди. Я быстро преодолел расстояние между нами и, прежде чем он успел стереть это глупое выражение, ударил его один раз в челюсть. Он отпрянул назад, схватившись за лицо.
— Никогда больше так не говори, — сказал я.
— Твою мать, чувак. Я просто хотел сказать...
— Они убьют и меня, и тебя тоже за то, что ты меня слушаешь. Никогда не думай, бля*ь, настучать на меня, Том.
Он посмотрел на меня, потирая челюсть. Ярость разливалась по моим венам, и я хотел стереть все разочарования на глупом, идиотском лице Тома, заставить его кровоточить для меня. Но я знал, что мне нужны его связи, если у меня есть хоть какой-то шанс выйти из ситуации живым, он был мне нужен. Я мог подтолкнуть Тома, но не мог подтолкнуть его слишком далеко. Бить его было, вероятно, не лучшим шагом, но я не мог терпеть такого дерьма от него. Я должен был убедиться, что он настроен против.
— Я просто сказал, — пробормотал он.
— Это по-настоящему. Вопрос жизни и смерти. Ты не хочешь, ладно. Но не заставляй меня убивать тебя только потому, что ты трус.
— Я не трус.
— Хорошо. Держи свой гребаный рот на замке.
Я повернулся, оставив Тома стоять. Залез в свой грузовик и завел двигатель. Том наблюдал, как я съезжаю с его территории назад по грязной дорожке. Как только оказался в нескольких футах от него, ночь поглотила его, а я направился домой.
Мне не хотелось видеть Бекку. Не с адреналином, текущим по моим венам. Гнев и неразбериха все еще держатся за меня. Но я заставил свою маму пережить достаточно дерьма за один уикенд и должен был появиться дома, по крайней мере, чтобы она знала, что меня не убил медведь.
Мои проблемы не были решены, но я начал работать над ними. Бекка может прийти в себя, а может и нет.
Но, в любом случае, я собирался быть готовым к ней, когда она поймет, что не может жить без моего твердого члена.
Глава 15
Его слова звенели в моих ушах.
Мой сводный брат – контрабандист наркотиков.
Я не знала, что делать с этой информацией. Всю ночь представляла его за решеткой, взаперти, потому что его поймали за ввоз наркотиков в страну.
Хуже того, я представляла себе всех людей, подсевших на наркотики, которые Рид пронес нелегально через границу.
И все же у него были веские причины. Меня не было рядом все это время. Я была слишком занята в школе, чтобы действительно помочь. Когда заболела Кора, Рид отказался от своей многообещающей альпинистской карьеры и продолжал идти на жертву ради своей семьи.
Но какая жертва. Это был его единственный вариант?
Рид стал контрабандистом наркотиков. Он работал с гангстерами. И лечение матери оплатил деньгами от наркотиков. Мой сводный брат ответственен в какой-то мере за то дерьмо, которое хлынуло в Риджвуд.
Несмотря на ложь и опасность, и все остальное, все, о чем я могла думать – это сильные руки Рида на моих бедрах, его член, глубоко скользящий между моими ногами, когда он трахал меня в глухом лесу. Мое сердце трепетало каждый раз, когда я думала о нем.
Я выскользнула из дома рано утром и пошла на работу, мой мозг был в тумане от противоречивых эмоций. «Блю» был таким же хорошим местом, как и любое другое, чтобы попытаться забыться, пока я суетилась между столами во время напряженной дневной смены.
Я немного волновалась, что столкнусь с Ридом, но он не появился. Не знала, что буду делать, если увижу его. Конечно, я была шокирована, когда Рид рассказал мне о том, как зарабатывает деньги, но спустя некоторое время почувствовала, что уже практически не злилась на него. Потому что у меня не было права злиться. Я покинула семью, когда Кора ясно дала понять, что хочет, чтобы я получила высшее образование.
Рид проявил инициативу. Рид подвергал себя опасности, чтобы помочь людям, которых он любил.
Тем не менее, для меня его признание стало огромным шоком. И Рид лгал всем в течение долгого времени.
Утро проскочило, как песок сквозь пальцы, и я пронеслась через все это на автопилоте. На самом деле, единственное, на чем я могла сосредоточиться, это то, о чем Рид сказал мне накануне вечером. И выражение его лица. Почти пустое. Такое пустое, как будто ему было все равно, что он говорил. Как будто он смирился с таким положением вещей.
Обслуживая последние столики и заканчивая свою смену, я огляделась вокруг и увидела, как Линдси вошла в «Блю» и направилась к черному входу. Я побежала, чтобы перехватить ее.
— Эй, Линдси, — крикнула я.
— Что случилось, Бекка? — Она остановилась.
— Могу я поговорить с тобой?
— Конечно. Я как раз собиралась подготовиться к смене.
— Я освобожусь через десять минут.
— Хорошо, конечно. — Она выглядела немного растерянной.
Повернувшись на каблуках, я ушла. Не была уверена, что чувствую к Линдси, и не была готова говорить о контрабанде Рида прямо на месте.
Однако прошло десять минут, и я не была ближе к тому, чтобы выяснить, что хотела сказать ей. Я вошла в подсобку и увидела, что Линдси стоит, прислонившись к стене.
— Посидишь со мной, пока я курю? — спросила она.
— Конечно.
Я последовала за ней, и мы сели на бордюр. Линдси прикурила сигарету, глубоко затянувшись.
— Я знаю о Риде, — тихо сказала я ей.
— А что насчет него? — Она подняла бровь.
— Я знаю о наркотиках.
Прошла целая минута молчания, пока Линдси осознавала то, что я ей сказала. Она сделала еще одну глубокую затяжку, сохраняя невозмутимость.
— А что насчет наркотиков? — наконец-то спросила она.
Это меня очень разозлило.
— Теперь ты будешь вести себя так, будто ничего не знаешь?
— Я не совсем понимаю, о чем ты говоришь.
— Ты намекаешь мне с тех пор, как я вернулась домой, а теперь вдруг ничего не знаешь? — Я уставилась на нее.
— Прости, Бекка, — нахмурилась она.
— Я знаю обо всем. О Риде и контрабанде.
— Я не могу говорить об этом. — Она отрицательно покачала головой.
— Как много ты об этом знаешь?
— Бекка, серьезно. Мы не можем об этом говорить.
Вдруг я заметила, что, когда она делала еще одну затяжку, ее рука дрожала. Линдси выпустила дым из носа и нервно огляделась.
— Что происходит?
— Ничего не происходит. Я просто не могу об этом говорить.
— Почему ты не сказала мне раньше?
— Это не мое дело. — Она посмотрела на меня серьезно. — И это еще не...
— Но ты ведь знаешь о нем. Это же очевидно.
— Да, я кое-что знаю.
— Что здесь происходит? — спросила я разочарованно.
— Хорошо, послушай меня. — Она оглянулась.
Она потушила сигарету и наклонилась поближе. Ее дыхание было неприятным, но я должна была быть возле нее, чтобы понять, что она шепчет.
— Этим утром ко мне домой пришли какие-то ребята. Я имею в виду, я обычно покупаю у них, так как у них качественный товар. Но они разозлились, сказали, что люди говорят.
— Кто это был?
— Я не знаю. Но они угрожали мне. Сказали, что если я буду продолжать рассказывать всем об их работе, то буду следующей.
— Следующей?
Она посмотрела на меня, но не ответила.
— У Рида неприятности? — спросила я.
— Честно говоря, я не знаю. Но эти парни… Они чертовски серьезные. Я больше не могу об этом говорить.
— Линдси, что происходит?
— Забудь об этом. Это не твоя проблема. — Она шарахнулась от меня и встала.
— Но Рид в этом замешан.
— Бекка. — Она нахмурилась. — Брось его, бля*ь. И не спрашивай меня об этом снова.
Я тоже поднялась, но Линдси уже шла обратно в «Блю». Я уставилась на захлопнувшуюся за Линдси дверь, и дыра в моем животе становилась еще глубже.
Зачем кому-то угрожать Линдси? Было ясно, что она покупала наркотики у мафии, но знали ли они каким-то образом, что Рид рассказал мне обо всем? Это невозможно. Ведь мы разговаривали с ним накануне вечером. Или, может быть, они просто наконец-то расправились с Линдси за то, что она не держала рот на замке. Становилось все более понятно, что Рид мне многое не рассказал.
Запутавшись и не приблизившись к ответам, я схватила свои вещи и отправилась домой. Моя смена закончилась. У меня была приличная сумма чаевых в кармане, но даже это не помогло мне отвлечься от безумия, окружающего Рида.
Вернувшись домой, я нигде его не обнаружила. Было еще рано, поэтому отец пока не пришел, а Кора куда-то уехала. Я не могла найти себе места. Продолжала вспоминать разговор на кухне, лицо Рида, его идеальные руки с мозолистой кожей, которыми он проводил по моему клитору, посылая дрожь по всему позвоночнику.
Я быстро переоделась, надела походные ботинки и отправилась в лес. Не могла оставаться дома и решила, что только свежий воздух мне поможет.
Деревья были огромными и зелеными, их ветви и листья, как паутина, составляли причудливый узор в воздухе, заставляя солнечный свет просачиваться пятнистым и ярким. Сухие ветки и низкий кустарник хрустели под моими ногами, а невидимые птицы щебетали вокруг. Несмотря на суету, лес выглядел спокойно и умиротворенно. Я продолжала идти и чувствовала себя немного расслабленно. Но узел беспокойства все равно сжимал мою грудь. Я беспокоилась о Риде и о бандитах, с которыми он был связан. Разговор с Линдси только ухудшил ситуацию. Моя подруга явно напугана. Я тоже должна была сходить с ума. Но вместо этого я боялась того, что желала Рида. Я хотела его, но он пугал меня.
Идя далее, я заметила, что дорога вокруг начала выглядеть очень знакомо. Для меня большинство дорог всегда выглядит знакомо, поскольку я выросла в этом районе, но здесь было что-то конкретное в деревьях, на которые я смотрела. Вдруг меня осенило: просто на расстоянии нескольких шагов точно было дерево Рида, которое приняло меня не так давно.
Я остановилась у ствола и провела рукой по коре вниз, останавливаясь, чтобы проследить линии наших инициалов. Ничего не смогла поделать со своей дурацкой улыбочкой. Рид мог быть контрабандистом, но он не мог быть плохим человеком. Я не поверю, что человек, которого я знала, мог думать только о деньгах и ни о чем более.
Я села, прислонилась спиной к дереву и закрыла глаза, блаженно улыбаясь. Вспомнила, как Рид властвовал над моим телом. Вспомнила мозоли на его руках и его силу во всем, что бы он ни делал. От этих воспоминаний я вся промокла внизу. И поняла, что начинаю засыпать. Я не останавливала себя. Солнце было теплое, и плюс я устала от работы. Я мечтала о Риде.
***
Треск ломающейся ветки вырвал меня из сна.
Мне снился этот лес. Мне приснилось, что мы с Ридом заблудились, но мне было все равно. Мне нравилось, что мы заблудились. Я чувствовала, что мне больше не нужно быть старой доброй Ребеккой, что я больше не должна быть хорошей девочкой из колледжа.
В лесу я могла бы быть кем-нибудь другим. Я могла бы быть той девушкой, которая позволяет Риду делать со собой все, что он хочет, потому что я тоже этого хотела.
Потребовалось несколько секунд, чтобы стряхнуть с себя дремоту, прежде чем я поняла, что лежу под деревом. Понятия не имела, как долго спала, но солнце стояло гораздо ниже, чем я в последний раз его видела. Должно быть, прошло несколько часов.
Я снова услышала треск веток, и он полностью меня разбудил. Я села прямо и огляделась, но ничего не увидела. Как можно было быть такой глупой? Я заснула прямо там, в лесу, где любой мог меня найти. Медведь мог подойти и покалечить меня, а я была бы слишком занята сном, чтобы заметить.
Где-то справа от меня послышался шум.
— Эй? — закричала я, вставая.
— Я так и думал, что найду тебя здесь.
Я чуть из ботинок не выпрыгнула. Как только собралась бежать, Рид вышел из-за кустов.
Мое сердце билось в груди.
— Рид! — сказала я. — Ты напугал меня.
— Извини за это, студенточка, — засмеялся он.
— Что ты здесь делаешь?
— Лучше спросить, что ты здесь делаешь?
— Я была... — Я замолчала, не совсем понимая, что делаю. — Я собиралась вздремнуть.
— Посреди леса?
— Да, прямо вот здесь. Я думала, это хорошее место.
— По понятным причинам. — Он усмехнулся.
— Нет, засранец. Потому что земля выглядела сухой.
— Я уверен, что именно поэтому. Тебе, наверное, приснился сон о том, как сильно я в тебя кончил.
— Могут ли девушки стать влажными даже ото сна?
— Наверное. Но если нет, я уверен, что смогу найти способ дать тебе это.
— Итак, что ты здесь делаешь? — Я проигнорировала это.
— Ищу тебя.
— Зачем?
— Мама волновалась. Тебя не было несколько часов
— О, я потеряла счет времени, — сказала я грустно.
— Очевидно.
Рид подошел на несколько шагов ближе ко мне. Я посмотрела на него и заметила темные круги под глазами, как будто он не спал накануне ночью. И одежда на нем была вчерашняя.
— Ты спал прошлой ночью? — спросила я.
— Нет.
— И это значит, что ты не принимал душ и не переоделся.
— Был занят. — Он остановился возле меня. — Я много думал о тебе.
— Я тоже думала.
— Думал о том, что здесь произошло. — Он остановился, его глаза были серьезными. — Я не могу выкинуть твою киску из головы, Бекка. Бля*ь, это как вирус, от которого у меня твердеет член.
— Как романтично.
— Я не пытаюсь быть романтичным. Я пытаюсь заставить тебя понять, как сильно я хочу тебя.
— Нам нужно поговорить о прошлой ночи.
— Я рассказал тебе все.
— Как ты мог это сделать?
Он посмотрел вниз на секунду, выражение его лица было нейтральным.
— Что бы ты сделала для своей семьи, Бекка?
— Я не знаю.
— Я почти ничего не сделал. Если бы время повернулось вспять, я бы сделал это снова. Я бы сделал это для тебя, если бы пришлось.
— Но контрабанда наркотиков? Это очень серьезно, Рид.
— Я это знаю. Серьезная работа за серьезные деньги.
— А как насчет людей, с которыми ты встречаешься? Как ты собираешься выбраться из этого?
— Тебя там не было, — сказал он, как отрезал. — И я рад этому. Тебе не нужно было видеть, какой была моя мама, когда ей стало хуже. Тебе не нужно было видеть, как твой отец пытался свести концы с концами, — он протянул руку и обнял меня за плечи, почти прижимая к себе. — Я рад, что ты осталась в стороне, но ты не знаешь, каково это было. Я сделал то, что должен был сделать.
— Мне страшно, Рид. — Я медленно кивнула.
— Это моя проблема, и я все исправлю.
— Линдси сегодня кое-что сказала.
— Что? — Он склонил голову.
— Она сказала, что какие-то парни приходили к ней домой и угрожали. Сказали ей никому не говорить о тебе и таблетках.
— Это случилось сегодня утром? — нахмурился Рид.
— Да. — Я кивнула головой. — Что здесь происходит?
— Я еще не уверен, — медленно сказал он.
— Ты расскажешь мне, если узнаешь?
Он молчал около минуты.
— Как далеко ты хочешь зайти?
— Рид, я.... я хочу помочь.
Он протянул руку и взял прядь моих волос. Я тихо вздохнула, когда Рид притянул меня к себе. Его губы в сантиметре от моих, наши тела прижаты друг к другу.
Мое сердце забилось в груди, и я почувствовала, как намокают трусики. Я никогда не видела Рида таким сильным, таким властным и контролирующим. Это был Рид из моих снов.
— Ты уверена, что это то, чего ты хочешь, студенточка?
— Да, — прошептала я.
— Несмотря на то, что я опасен?
— Ты не опасен для меня.
— Ты можешь ошибаться.
Когда он поцеловал меня, мир исчез. Все было темным и светлым, тень и солнце. Он сжал мои волосы сильнее, когда наши рты раскрылись, наши языки соприкоснулись. Его вкус залил мой рот, его тело сильно прижалось к моему. А потом Рид толкнул меня обратно к дереву. Я задыхалась, когда ударилась о грубую кору, а он руками исследовал мое тело, хватая мою грудь, а затем расстегивая джинсы. Губами он ласкал меня, и я поцеловала его в ответ, обвив руками шею. Рид вел себя иначе, чем в первый раз, более отчаянно, более страстно. Он начал целовать мою шею, грубо стащив с меня джинсы. Я задыхалась, прохладный воздух окатил мои голые бедра. Рид стянул с меня трусики и пальцами нашел мой влажный клитор. Этот парень не терял ни секунды.
— Боже мой, — ахнула я.
— Ты промокла насквозь, — грубо сказал он мне в ухо. — Ты действительно мечтала о моем члене.
— Нет. — Я вздрогнула, когда он дернул мои трусики вниз по ногам.
Рид большим пальцем вырисовывал узоры вокруг моего клитора, а двумя другими скользил в мою киску глубоко внутрь и обратно, посылая жгучие волны удовольствия по моему телу.
— Ты правда хочешь мне помочь? — Он хмыкнул мне в ухо.
— Что я могу сделать?
— Я трахну тебя языком.
— Как это может помочь? — Я сделала глубокий вдох.
Рид сильнее прижал меня к дереву, не переставая ласкать пальцами, и затуманивал мне разум.
— Я хочу попробовать тебя на вкус.
— Ты можешь делать все, что хочешь, — сказала я.
— Это волшебные слова, — сказал он с улыбкой, опускаясь ниже.
Это было похоже на то, как будто я наблюдала издали – как Рид упал на колени, опуская мои джинсы и трусики до лодыжек. Он прижался лицом к моим бедрам и стал облизывать вдоль клитора, жадно посасывая и поглощая меня.
Я не могла не стонать, не могла остановиться, даже если бы хотела. Я плавала по волнам удовольствия, когда Рид своим умелым и удивительным языком работал над моей промокшей киской.
Рид руками сильнее сжал мою задницу и бедра, и я запустила пальцы в его волосы.
— Черт, Рид, — ахнула я. — Это то, чего ты хотел?
— Это только начало. — Он поднял на меня глаза. — Хочу немного попробовать то, что хочу.
Я запрокинула голову и закрыла глаза, позволив ему полностью контролировать мое тело. Своим языком Рид выводил яростные круги вокруг моего клитора, посасывая и облизывая его, губами съедал все мое тело. Я чувствовала, как нарастает оргазм, в котором так сильно нуждалась.
Я больше не хотела быть обычной старой Ребеккой. Я хотел кончить в рот Альпиниста. Я хотела быть его девушкой, чтобы позволить ему трахать меня так, как он желал. Я хотела помочь ему уйти от банды и вернуться на скалы.
Я хотела поглотить его член. Я хотела трахать его упорно и медленно. Я хотела облизать его пресс и уснуть, прижавшись к его крепкому телу.
Мои бедра извивались и раскачивались, когда оргазм начал наступать. Рид охнул, когда я застонала громче, моя грудь сжалась, когда я схватила его за волосы, дрожь пробежала по моему позвоночнику. А потом меня накрыло. Взрыв охватил мой разум. Это было нечто! Чертов оргазм, изливающийся в рот моего сводного брата. Пришедший, когда Альпинист изводил меня, когда лизал, сосал и покусывал мой опухший клитор.
Я произносила его имя снова и снова, пока оно не впечаталось в мой разум. Я не могла стоять, поэтому Рид поддерживал меня, продолжая вылизывать, оставаясь на том же месте.
Медленно, так мучительно медленно и изумительно оргазм начал спадать. Я пришла в себя, когда Рид постепенно перестал ласкать, оставаясь на том же месте. Он посадил меня. Я тяжело дышала и держалась за ствол дерева, голова кружилась. Рид качнулся на пятках и встал, ухмыляясь мне.
— Просто немного попробовал, — сказал он.
— Охренеть, — все, что я могла сказать.
— Пойдем домой.
Он повернулся и начал уходить. Я подняла трусики и джинсы, надевая и застегивая их, потом догнала его.
— Это все, что ты хочешь сказать? — спросила я.
— Мне больше не хочется разговаривать. — Он посмотрел на меня искоса.
— Тебе было что сказать там, — пробормотала я.
— Я еще много чего скажу позже. — Он остановился и притянул меня к себе. — Продолжай говорить, и я заставлю тебя сосать мой член, когда вернусь.
— Окей, — сказала я, смеясь. — Что может быть хуже?
Он поцеловал меня снова и задержался на секунду.
Обратно к дому мы шли вместе. Я витала в облаках. Я позволила Риду довести меня до оргазма, и мне понравилось. Я отдалась своему сводному брату. Я не хотела больше сражаться. Рид сделал свой выбор. И это все, что мне было нужно.
Глава 16
Ночью дом был большим и тихим, когда я лежал в постели, пытаясь не заснуть. Я слушал свист ветра среди деревьев за окном и представлял, что слышу дыхание Бекки через стену.
Конечно, этого не могло быть. Иначе моя мама и Джек слышали бы ее стоны каждую ночь с тех пор, как я нашел ее спящей у дерева, на котором вырезаны наши инициалы. Дело доходило до того, что мне приходилось зажимать Бекке рот, чтобы заглушить ее вздохи и всхлипывания.
Мне грех жаловаться. Честно говоря, я даже не представлял, чтобы смогу пробираться в комнату Бекки и трахать ее до потери сознания.
Взглянул на часы. Наступало наше время. Мой член уже начал напрягаться при одной только мысли о том, что ее тело извивается напротив моего, наша кожа влажная от пота, когда мы ласкаем друг друга до оргазма и после.
Я не мог заснуть. И был чертовски уверен, что ей тоже не спалось.
Когда часы, наконец, показали полночь, я выскользнул из постели и прокрался через свою комнату. Открыл дверь, стараясь не шуметь, и мягко пошел по коридору. Я сделал короткую паузу и прислушался, убедившись, что не слышу звука телевизора внизу.
Ненавидел ждать так долго, но мы не могли рисковать и увидеться раньше. Наши родители легли несколько часов назад, но нам нужно было убедиться, что они крепко спят.
Я даже представить себе не мог, о чем мы будем говорить, если отец Бекки поймает мой язык, застрявший между ног его дочери.
Постоял у ее двери секунду, прислушиваясь еще немного. Я не слышал никакого шума, поэтому медленно повернул ручку и открыл дверь. И у меня перехватило дыхание.
Комната была освещена единственной лампой, свет которой был приглушен накинутым на нее шарфом. Бекка сидела на краю кровати, ее волосы были собраны в пучок, а тело было втиснуто в эту чертову шелковую вещь.
Она выглядела потрясающе. Когда закрыл за собой дверь, член уже стоял. Грудь Бекки была высоко приподнята, а губы надуты, в то время как улыбка играла на ее лице.
— Что скажешь? — спросила она мягко.
— Где ты ее взяла?
— Виктория Сикрет. Купила вчера.
— О*уеть.
— Так тебе нравится?
Я подошел к ней и схватил за волосы. Она тихо ахнула и улыбнулась мне.
— Мне это чертовски нравится, но давай снимем ее сейчас.
Бекка засмеялась и слегка толкнула меня назад. Я отпустил ее волосы, и она встала на колени, показывая мне этот милый и соблазнительный гребаный взгляд.
— Не сейчас.
— Блядь, Бекка. Осторожнее, или я войду по самое горло.
Она тихо рассмеялась и стащила с меня шорты, обнажив мой быстро вставший член. Бекка издала приятный звук, взяла его в руку и стала гладить по всей длине.
— Кто сказал, что я буду возражать?
— Черт, студенточка. Когда ты стала такой плохой?
— Когда ты трахал меня у дерева.
— Я произвожу такой эффект на женщин, — ухмыльнулся я.
Бекка потянулась и шлепнула меня по заднице. Я засмеялся, а она усмехнулась, все еще поглаживая мой ствол.
— Ты меня отшлепаешь? — спросил я.
— Не связывайся со мной.
Я наклонился и схватил ее за подбородок, мое лицо было в сантиметре от ее лица.
— Не забывай, кто здесь главный.
— Ты, — прошептала она.
— Скажи еще раз.
— Ты главный.
— Вот так-то лучше. — Я нежно поцеловал ее в губы.
Бекка никогда не прерывала зрительного контакта, облизывая мой член от основания до самого конца. Я усмехнулся и откинулся на спину, когда она начала водить своим языком по его толстой головке. Ее рот был теплым, и она сосала так сильно, пытаясь взять столько, сколько может. Потом Бекка качнулась назад, одной рукой схватив основание моего члена, и начала сосать медленно, двигая другой рукой вверх-вниз. Я ахнул, когда удовольствие и желание наполнили меня.
— Ты выглядишь чертовски красиво с моим большим членом во рту.
— Это то, что тебе нравится? — Она отступила.
— Я могу смотреть, как ты сосешь член годами.
— Лишь годами?
— Я могу смотреть, как ты сосешь мой член до самой смерти.
Она засмеялась и стала сосать снова, работая со мной все сильнее и быстрее.
— Ты пытаешься заставить меня кончить в этот милый ротик?
Ее ответ состоял в том, чтобы двигаться быстрее. Рукой она двигала вдоль моего члена, сильнее сжимая при этом свои губы. Слюна вытекала из ее рта и стекала вниз, я чувствовал тепло вокруг моих яиц, когда Бекка продолжала сосать. Я смотрел, как ее твердые соски подпрыгивали так же, как ее пучок, пока она обрабатывала мой член.
Я ахнул и положил руки ей на затылок, направляя ее рот все глубже и глубже по моей длине. Мне хотелось трахнуть ее красивое лицо, заставить ее принять мой толстый член глубоко в горло. Я хотел сделать ее своей, наполнить ее своей горячей спермой.
Бекка стонала, когда я толкал ее дальше вниз, перемещая свой член внутрь и наружу. Она позволила мне трахать ее так, и через несколько секунд я расслабился, позволив ей отступить и сделать глубокий вдох.
— Блядь, Бекка, — буркнул я.
— Ты главный, — сказала она, улыбаясь и поглаживая мой большой член. — Все, что захочешь.
— Это слова, которые хочет услышать каждый мужчина.
— Что угодно, Рид. Все, что захочешь. — Она немного посмеялась и подразнила головку члена своим язычком.
— Возьми его в рот еще раз. — Я наклонился вперед.
А потом я засунул свой член ей в рот. Она начала посасывать его с такой интенсивностью, о которой я даже не подозревал, явно пытаясь иссушить меня. Я смотрел вниз на ее тело, на гладкую линию ее позвоночника и хотел заполнить ее киску, схватив Бекку за аппетитную задницу.
Вместо этого мой телефон начал звонить. Я посмотрел на свои шорты. Какого хрена я взял свой телефон? Бекка отодвинулась, все еще нежно поглаживая мой член:
— Тебе нужно ответить?
— К черту все, — вздохнул я.
— Мой рот никуда не денется. Это может быть важно. — Она улыбнулась.
С проклятием я наклонился вперед и вытащил телефон из кармана. Проверил номер входящего абонента и замер, мое сердце забилось.
— В чем дело? — спросил я, когда ответил.
— Ты занят? У меня есть кое-что для тебя.
— Уже слишком поздно, Том. Завтра.
— Не, мужик. Нужно встретиться сегодня.
Я посмотрел на Бекку, беспокойство растеклось по ее лицу. Мой член все еще был твердым, черт побери, и покрыт ее слюной, и все, что я хотел, это вернуть ее в постель и трахнуть, пока она не начала думать трезво.
— Ты гребаный мудак. — Я зарычал в телефон.
— Что с тобой?
— Ты мешаешь.
— Взял горячую штучку, Альпинист? — засмеялся Том.
— Где ты хочешь встретиться?
— В условленном месте. Через полчаса.
— Ладно.
Я повесил трубку и швырнул ее на кровать.
— Кто это был? — спросила Бекка, вставая.
— Том. Мне нужно встретиться с ним.
— Прямо сейчас? Уже поздно. — Она нахмурилась.
— Он сказал, это важно.
— Все в порядке?
Я надел шорты, хотя мой твердый член никак не мог расслабиться.
— Наверное. Не уверен.
— Я могу что-нибудь сделать?
— Нет. Останься здесь. Я вернусь, как только смогу. — Я подошел и нежно поцеловал ее в губы.
— Я буду ждать тебя.
— Не жди меня. Тебе, наверное, нужно поспать, — рассмеялся я.
— Ты не хочешь закончить то, что мы начали? — Она нахмурилась.
— Черт, девочка, — прорычал я. — Конечно, хочу.
— Тогда я буду ждать
— Спи, я разбужу тебя.
— Ладно, просто будь осторожен, — вздохнула она.
— Всегда. — Я усмехнулся.
Не говоря больше ни слова, я выскользнул из ее комнаты, с трудом вместившись в свои шорты. Я стоял спиной к ее двери в течение минуты, глубоко дыша, пока мой член медленно расслаблялся.
Кровь перешла от члена к мозгу, когда я вернулся в свою спальню и переоделся. И перед тем, как уйти, схватил пистолет и сунул его в джинсы. На всякий случай. Я понятия не имел, во что ввязался.
Ночь была спокойной и прохладной. Машина стартанула с первого раза.
***
Я нервничал, когда подъезжал к месту, где мы обычно обменивались наркотиками. Я не привык быть там в машине, и поэтому место выглядело немного жутким, как будто его не должно было быть.
Вокруг никого не было. Я посмотрел на часы на приборной панели. Опоздал на десять минут. Либо Том занервничал и ушел, либо он тоже опаздывал.
Чувствовал, как пульс бьется у меня в горле. Я был на грани, беспокоился о том, почему Том позвал меня сюда. Если бы он сдал меня, то я просто попал бы в ловушку.
Но, по крайней мере, мне подарили последний минет до того, как получил бы пулю в череп. И это был охуительный минет.
Я чуть из кожи не выпрыгнул, когда услышал, как рядом с моей поравнялась еще одна машина. Мне потребовалась секунда, чтобы сориентироваться, но понял, что это Том.
Я вышел из машины.
— Что происходит, засранец? — спросил я, когда он заглушил мотор.
— Что? — Он открыл свою дверь.
— Я спросил, почему ты позвал меня сюда?
— Черт, мужик. — Он выглядел нервным и продолжал оглядываться. — Я нашел кое-что.
Это заставило меня задуматься.
— Что-то большое?
— Да, чувак. Нечто большое. Что-то, что мы можем использовать. Но я чертовски боюсь, что они знают, понимаешь?
— Успокойся. О чем ты вообще говоришь?
— На днях ты приходил ко мне.
— Да. Что тебе удалось найти?
— Я нашел вот это. — Он глубоко вздохнул и поднял пачку бумаг.
Я протянул руку и забрал их у него. Он прислонился к капоту своей машины, практически дрожа, как маленькая псина.
— Хорошо, несколько бумаг. Отлично. Почему ты так нервничаешь?
— Я боюсь, что они поймают меня, чувак.
Он говорил быстро и слегка дергался. Я сразу понял, что он под чем-то, хотя не знал, под чем.
— Том, начни с самого начала.
— Окей, черт. — Он сделал еще один глубокий вдох. — Я получил сообщение о какой-то встрече на их обычном месте, в этом дерьмовом баре за городом. Я обычно не хожу, но они держат меня в курсе, на всякий случай.
— Почему ты не ходишь?
— У меня мало времени, понимаешь? Я не хочу привлекать внимание.
— Но на этот раз ты поехал.
— Да, чувак. Ты сказал мне принести тебе что-нибудь. В любом случае, я пришел, и это было обычное дерьмо. Я тусовался, говорил, что хотел, ну знаешь, отдал небольшой отчет о сделках, и все.
— Так откуда ты это взял? — спросил я, поднимая листы бумаги.
— Каждый начинает косячить, верно? Кокаин и все такое дерьмо, много выпивки. Я немного пристрастился, как обычно, но потом, когда все стало совсем охуенно, я пробрался в заднюю комнату, — он остановился и снова огляделся. Его паранойя начала приобретать смысл: он был явно более напуган, чем я думал. — Так что я пробрался туда и начал копаться в их дерьме. Я нашел эти бумаги и подумал, что они важны. Я собирался взять еще, но кто-то меня увидел. Я не думаю, что они поняли, что я делаю. Наплел им какое-то оправдание или типа того, но, черт возьми, я украл эти бумаги.
Я посмотрел на пачку в руке и начал читать бумаги.
— Я облажался? — сказал он через минуту.
— Заткнись, я читаю.
Стало понятно, почему он считал эти бумаги важными. Чем больше я читал, тем сильнее билось мое сердце, и я начинал волноваться.
С виду это были обычные бумаги. Свидетельство о собственности, плюс некоторые отчеты о расходах «Блю». В них не было ничего необычного. Кроме того, что они были в личной собственности какого-то бандита. Какого хрена мафиози из Канады владеют какой-то дерьмовой закусочной в Риджвуде?
— Ты молодец, — сказал я Тому.
— Да, ты так думаешь?
— Определенно. Ты догадываешься, что это значит?
Он отрицательно покачал головой.
— Полагаю, кто-то владеет «Блю». Странно, да?
— Очень странно. — Я почти начал смеяться, когда меня осенило. — Знаешь, почему гангстеры владеют закусочной?
— Понятия не имею, черт возьми. Может, им действительно нравятся сраные бургеры и картошка фри?
— Ты знаешь, что такое отмывание денег?
— Слышал это раньше по телевизору. Не совсем уверен, как это работает. — Он пожал плечами.
— Это значит, что люди, которые продают наркотики и прочее, должны что-то делать со всеми своими деньгами. Видишь ли, они не могут просто начать тратить их, иначе правительство заметит. Им нужно каким-то образом сделать это законным и налогооблагаемым, чтобы они могли пользоваться ими.
— Что должны делать с «Блю»?
— Отмывание денег работает на основе подсовывания нелегальных денег в чистый доход закусочной.
— Как такое может быть? — Том беспомощно посмотрел на меня.
— В основном они кладут деньги в кассу и подделывают документы, чтобы все выглядело законно.
— Как это нам поможет?
— Мы знаем где их деньги, теперь у нас есть козырь.
— Если мы знаем, где их деньги, то мы знаем, как им навредить. — Он кивнул головой.
— Точно.
— Черт, Альпинист. Ты хитрый ублюдок.
— Я это знаю. Но послушай, тебе стоит залечь на дно ненадолго.
— Дерьмо, думаешь?
— Если они заметят, что этот материал отсутствует, они обвинят тебя.
— Они ничего не заметят. Там был гребаный свинарник.
Я похлопал его по плечу, качая головой. В одну секунду он подумал, что ему пиздец, а в следующую уже был в полном порядке.
— Как скажешь, приятель. Просто будь осторожен.
— Черт, Альпинист, я, пиздец, как осторожен.
Том рассмеялся, и, могу сказать, что то, что он принимал ранее, все еще было в его венах. Он прыгал между паранойей и непобедимостью. Я предполагал, что Том сидел на кокаине, возможно, и на нескольких других вещах.
— Ты сможешь ехать домой на машине? — спросил я.
— Уверен. Я рад, что мы поговорили. Я очень нервничал.
— Не стоит. Ты молодец. Если найдешь что-нибудь еще, позвони мне.
Я вернулся к своей машине. Не мог поверить в свою чертову удачу. Я был уверен, что Том испугается, и никогда не думал, что он действительно попытается помочь мне так скоро.
— Альпинист? — окликнул меня Том.
Я сделал паузу.
— В чем дело?
— Мне нужно от тебя кое-что еще.
— О чем ты говоришь?
— Я не могу продолжать рисковать своим дерьмом только ради тебя. Мне нужно что-то еще. — Он сделал шаг ближе ко мне.
— Что ты хочешь? — Я прищурил глаза.
— Следующую партию получишь ты? Я хочу, чтобы ты украл половину.
— Ты, бля*ь, издеваешься? — уставился я на него.
— Это или десять тысяч долларов наличными. Выбор за тобой.
— Я не могу сделать ни одну из этих вещей.
— Лучше убей, Альпинист. Иначе я сдамся, и ты труп, — ухмыльнулся он мне.
— Ты кусок дерьма. — Я сжал свою челюсть.
— Прости, чувак. Это всего лишь бизнес. — Он пожал плечами.
Я откинулся назад и засунул пистолет за пояс. Мне так сильно хотелось вытащить его и выстрелить этой мрази прямо в лицо и смотреть, как он умирает, но это было бы безумием. Я был зол, но не сошел с ума. Вместо этого просто кивнул. Как бы я не ненавидел это, Том был мне нужен. Он был моим подельником.
— Ладно. Я что-нибудь придумаю.
— Увидимся.
Я сел в машину, завел двигатель и уехал.
Том называл меня хитрым, но это он был явно чертовски хитрым. Он, наверное, играл со мной с самого начала, давал мне надежду, давал волю мозгам, втягивал меня. Затем он сбросил бомбу, как и планировал.
Я не мог украсть эти наркотики. Гангстеры бы узнали, что это сделал я. И они знали, где я живу. И у меня не было десяти тысяч долларов.
Когда я мчался домой обратно к Бекке и ее сладкой киске, моя голова была полна планов того, как выбраться из гребаной ситуации, в которой я оказался.
Я припарковал машину и тихо прокрался внутрь, убедившись, что не разбудил маму и Джека. Поднялся по лестнице и медленно открыл дверь в спальню Бекки. Звук ее глубокого медленного дыхания заполнил пространство. Я улыбнулся сам себе. Бекка действительно заснула. Хотя в глубине души я все-таки надеялся, что она меня дождется. Когда я дернулся уходить, она перевернулась.
— Рид? — спросила Бекка.
— Да, это я. — Я вернулся обратно.
— Все хорошо?
— Сейчас да. — Я закрыл за собой дверь.
— Иди сюда, — сказала она, садясь и улыбаясь мне.
— С радостью.
Я пересек комнату, готовый забыть о своих проблемах.
Глава 17
Следующим утром я была точно так же вымотана, как и каждое последующее утро с тех пор, как Рид начал пробираться в мою комнату по ночам. И это самое сладкое истощение, когда-либо испытанное мною.
Я была в полудреме и все еще думала о Риде, когда спускалась вниз, одетая для ранней смены на работе. Мои волосы были затянуты в тугой пучок. Я налила в чашку кофе и села за стол, чтобы попытаться взять себя в руки, перед тем как покинуть дом.
Понятия не имела, куда Рид ушел накануне, когда нас так грубо прервали. Он не сказал, когда вернулся, и у меня не было шанса растормошить его, прежде чем его рот снова был на мне. А когда я проснулась, Альпиниста уже не было рядом. Его комната была пуста, и его одежды не было.
Я знала, что это, вероятно, связано с контрабандой. И никак не могла уложить в своем сознании тот факт, что Рид был связан со всем этим дерьмом. Но казалось, что с каждым оргазмом мне становилось все легче и легче.
Я вздохнула, попивая кофе. В прошлой жизни, в школе, и представить не могла, что буду с кем-то, кто связан с наркотиками, не говоря уже о контрабанде. Но Рид был Ридом, и в нем было что-то особенное. Кроме того, помогло то, что каждый цент, который он заработал, пошел на лечение его мамы. Отморозки не тратили все свое время и деньги на своих больных мам.
До сих пор я была хорошей девочкой. Отличницей. Собиралась в аспирантуру. Я едва курила травку, не говоря уже о таблетках. У меня было такое клише, но это правда. Рид что-то менял во мне. Я чувствовала себя более открытой, свободной.
— Чему ты там улыбаешься?
— Привет, пап. Ты напугал меня. — Я подняла глаза вверх.
— Напугал тебя? В этом небольшом доме? — проворчал он, наливая себе кофе.
— Почему ты еще не на работе?
— Сегодня начнем позже. — Он сел напротив меня. — Мельницу починили только ночью.
— Все хорошо?
— Нет. Разве что ты найдешь способ гидротермального охлаждения.
— Гидротермальное охлаждение невозможно без «охлаждения», верно?
— Хорошая шутка. — Он склонил голову и засмеялся. — Я немного загружен с утра.
— Как в остальном? Я почти тебя не вижу.
— Хорошо. Много работы на мельнице. Несколько парней уволили, поэтому я немного вялый.
— Мы должны беспокоиться? — нахмурилась я.
— Совсем нет, милая, все отлично, — махнул он рукой.
Мы погрузились в короткое молчание, и я отпила свой кофе. Мой отец выглядел потрепанным, измученным, возможно, даже более усталым, чем я. Я почти не спала, потому что все время была слишком занята сексом со сводным братом. Папа не спал, потому что был слишком занят работой, пытаясь прокормить семью.
— Кстати, — сказал он, прерывая мои мысли, — ты слышала какие-то странные звуки ночью?
— Что за звуки? — Мое сердце почти остановилось.
— Я точно не уверен. Может быть, это животные или что-то типа того, — покачал он головой.
— Я не знаю. Я спала довольно крепко.
— Да, хорошо. Наверное, просто показалось. Будь осторожна, может быть, это какой-то бешеный медведь или что-то еще.
— Конечно, я буду осторожна.
Я сделала глоток кофе, чтобы скрыть нахлынувшее на меня смущение. Не могла поверить в то, что отец только что сказал. Мы не стонали, как животные!
Опять же, я бы предпочла, чтобы он думал, что эти звуки издавали животные, а не мы, когда Рид заставлял меня кончать снова и снова. К счастью, папа крепко спал и, вероятно, ни разу не просыпался, чтобы действительно понять, что он слышал.
— В любом случае, мне нужно идти, — сказала я, вставая.
— Окей. Хорошего дня.
Я допила кофе, поставила кружку в раковину и направилась к входной двери.
— О, Ребекка, — я оглянулась назад на него, — хорошо, что ты дома.
— Спасибо, пап, — улыбнулась я.
— Увидимся.
Я помахала рукой и вышла так быстро, как только смогла. Надеюсь, что не столкнусь с «бешеными медведями».
***
Я плюхнулась за столик, держа в руках кружку с теплым кофе. Мои ноги ныли. То была кружка номер три, если я правильно считала, но и она никак не помогала побороть тяжелую усталость, которую я чувствовала.
Линдси оторвала взгляд от телефона, у нее были мешки под глазами. Она тоже выглядела уставшей, хотя я не знала, что ее поддерживало. Она уже была на полпути к своей кружке.
— Долгое утро, — сказала она.
— Не могу поверить, что это наш первый завтрак.
— Я знаю, серьезно. А этот столик? — Она кивнула в сторону группы молодых бизнесменов.
— Они не такие уж и плохие.
— Разве ни один из них не схватил тебя за задницу?
— Нет, но один попытался.
— Отвратительные уроды. — Она сделала такое лицо.
— Не волнуйся, я плюнула в их яичницы.
— Ты серьезно, Бекка? — Она широко открыла рот.
Я ухмыльнулась на секунду, позволив ей переварить то, что сказала.
— Нет, пошутила. Но я, серьезно, должна была это сделать.
— О, боже. — Она разразилась смехом. — Ты дашь мне секунду?
— Ты когда-нибудь это делала?
— Что, плевала в еду?
— Да.
— Однажды. После этого я чувствовал себя очень хреново, но парень был таким гребаным куском дерьма.
— Что он сделал?
— Он предложил купить меня. — Она допила кофе и подалась вперед.
— Купить тебя?
— Да, ну знаешь, для секса, — ухмыльнулась она.
— Что? Ты шутишь?
— Нет, он достал пачку сотен, посмотрел мне в глаза и сказал: «Все это твое, если ты проведешь ночь со мной».
— И что ты сделала?
— Я плюнула ему в яичницу! Серьезно, я что, похожа на проститутку? И почему он спросил меня об этом перед тем, как начать есть?
— Это так… так смело.
— Я знаю. И он был старым. Такой дряхлый, как все это прочее дерьмо. Это было хуже всего.
— Значит, если бы он был молод и прекрасно выглядел, все было бы хорошо? — Я засмеялась.
— Не прям хорошо, но лучше, — Линдси остановилась и улыбнулась мне. — Это были большие деньги, Бекка.
— О, боже. Ты же не серьезно говоришь, что трахнешь молодого парня ради денег?
— Кто знает? — Она пожала плечами. — Впрочем, я могла бы сделать это бесплатно. А могла бы также взять деньги.
Я чуть не выплюнула кофе, и мы с подругой разразились смехом. Было приятно наконец-то посмеяться с ней после всех тех странных вещей, которые произошли между нами. Линдси действительно изменилась за эти годы, но мне хватало той «старой» Линдси под твердыми внешними слоями.
— Кстати, как тебе живется с родителями? — спросила она.
— Неплохо. Я едва бываю дома.
— Как поживает Рид?
— Нормально. Не жалуюсь. Он едва бывает дома.
— Слушай, не думаю, что когда-либо говорила это, но я действительно счастлива, что твоя мачеха победила рак.
— Спасибо, Линдс. Я тоже.
— Она замечательная женщина. По крайней мере, всегда была добра ко мне.
— Да. Она мне очень нравится.
Линдси проверила телефон и вздохнула.
— Еще одна? — пробормотала она.
— Что там?
— Просто еще одна вечеринка, как та последняя. — Она взглянула на меня. — Ты должна пойти со мной.
— После того раза? Не получится. — Я засмеялась и покачала головой.
— Слушай, я обещаю, что больше не оставлю тебя одну. — Линдси подняла два пальца. — Слово скаута. Кроме того, ты уже говорила, что пойдешь со мной в другой раз.
— Не знаю, Линдс. Я не совсем уверена, что готова к сегодняшней вечеринке, — зевнула я, отвернувшись.
— Давай. Чем еще здесь можно заняться?
— Вздремнуть?
—- Ты права. — серьезно кивнула она. — Но как насчет того, чтобы вздремнуть после этой смены, а потом я заеду за тобой в восемь?
Я вздохнула. У меня действительно не было настроения идти на вечеринку, но я пренебрегала Линдси в последнее время. Она старалась изо всех сил извиниться за случившееся, и я не видела ее за пределами «Блю» где-то еще.
— Окей, ладно, — сказала я.
— Отлично! — сказала она, взбодрившись.
— Но помни, если ты оставишь меня наедине с каким-нибудь придурком, я сожгу твою квартиру.
— Идет, — засмеялась она.
Остальная часть перерыва пролетела быстро, и мы вернулись к работе. Я взглянула на Линдси раз или два. Казалось, она искренне радовалась, что я пойду с ней. Может быть, эта девчонка действительно поняла все с прошлого раза и сожалела.
В конце концов, я никогда бы не плюнула в еду того парня.
А позже, после того, как моя смена закончилась, и я свернулась калачиком в постели, чтобы вздремнуть, то почувствовала легкий оттенок сожаления. Он был таким мудаком. Я действительно должна была.
***
— Черт возьми! Да, время вечеринки! — Линдси закричала в окно, ее маленькая красная «Миата» быстро и легко мчалась по дороге.
— Откуда у тебя столько энергии? — Я рассмеялась.
— Я поспала. — Она казалась переполненной радостью.
— Разве эти вечеринки не стареют? — спросила я.
— В данный момент вечеринка переходит в что-то захватывающее, а потом обратно стихает, а потом снова, и так раз тридцать.
Я снова рассмеялась, наслаждаясь ее энтузиазмом, но в глубине души задавалась вопросом, где Линдси черпает энергию. Она выглядела так же изможденно, как и в начале дня, но не казалась такой усталой, как раньше. Мне было интересно, спала ли она действительно, как говорила?
— Нравится машина? — спросила меня Линдси.
— Да. Где ты вообще взяла что-то подобное?
— Крейгслист4, разумеется. Она старая, но еще живая.
Я осмотрела крошечную спортивную машину и подумала, что она сошла с конвейера в середине девяностых, но не была уверена. Выглядела машина немного потрепанной, но Линдс, очевидно, понравилась.
— Как ты можешь себе такое позволить?
— Она недорогая.
— Хм, может, мне тоже стоит начать искать на Крейгслист.
— Черт, сделай это, девочка!
Ночь была прохладной и комфортной, и по прогнозу дождь не предвиделся. Мы ехали с откидным верхом по пустым дорогам, ветер трепал наши волосы, и я должна была признать, что чувствовала себя уже немного лучше. Я хотела бы увидеть Рида перед отъездом, но он все еще где-то был. Не хотела звонить ему на сотовый из-за страха показаться психованным сталкером, поэтому просто оставила записку родителям и ушла.
Мы остановились на том же месте, что и в прошлый раз, и похоже, что та же вечеринка с прошлого раза никогда не заканчивалась. Когда я вылезла из машины, задирая юбку, почувствовала, что окунаюсь в какое-то другое время.
Это было странностью маленьких городов. Казалось, что время движется по-другому, как будто его тащат и тащат, а затем внезапно догоняют. Вечеринки, казалось, длились вечно. Одна и та же вечеринка снова и снова. Везде все шло в ногу со временем, но маленькие городки двигались медленно и однажды, может, сделают большой шаг в будущее.
Я следовала за подругой на вечеринку, улыбаясь нескольким людям, которых узнала из игры «Флип кап» (популярная американская игра с алкоголем для большой компании). Мы быстро взяли немного пива, а затем нашли те же самые стулья, на которых сидели в прошлый раз.
— Выпьем за Риджвуд, — сказала Линдси.
Мы чокнулись пластиковыми стаканчиками, и я отпила дешевого пенного пива.
— Сегодня вечером много людей, — сказала я.
— Больше, чем обычно.
— Итак, — сказала я, повернувшись к Линдси. — Умираю, как хочу спросить. Какие-нибудь парни в твоей жизни есть?
— Парни в моей жизни? — Она засмеялась. — Как странно.
— Что я должна была спросить? Трахаешься с кем-нибудь?
— Так будет намного лучше. — Она отпила свое пиво и окинула меня таинственным взглядом. — Может быть, парень или два.
— Расскажи мне!
— Вообще-то, он сейчас здесь.
Я снова посмотрела на вечеринку, но не могла выбрать никого, с кем, как я думала, может быть Линдси. Тем не менее, чем больше я смотрела, тем более странным было ощущение. На тусовке были ребята постарше, ребята, которые не выглядели так, как будто они местные.
— Где он сейчас? — спросила я, поглядывая на подругу.
— Вероятно, он там внутри. — Линдси кивнула в сторону трейлера.
— Это с ним ты виделась, когда бросила меня?
— Возможно. — Она хитро на меня посмотрела.
— Да ладно тебе! Я хочу с ним познакомиться.
— Я не знаю. Он, типа, секретный.
— Секретный? Он что женат или что-то еще?
— Нет, не женат, — засмеялась она. — По крайней мере, лучше ему, блять, не быть.
— Сколько ему лет?
— Старше нас на пару лет.
— Как он выглядит?
— Высокий, темноволосый и красивый. — Линдси отпила немного пива.
— Да ладно, Линдс, просто познакомь меня.
— Может быть немного позже. — Она огляделась и заметила кого-то. — О, привет, Томми!
Мы встретились с другой толпой людей, и Линдси познакомила меня со всеми. Когда мы разговаривали и шутили, я продолжала осматриваться, чувство беспокойства нарастало. Могу сказать, что на вечеринке все было по-другому.
На первый взгляд все было точно так же. Но разница была едва заметна, небольшое изменение настроения. Были ребята постарше, серьезные на вид, но было и кое-что еще. Как будто люди боялись быть слишком громкими. В первый раз, когда я пришла сюда, то едва могла слышать музыку из-за рева кричащих и смеющихся людей. Но сегодня я прекрасно слышала музыку.
Я следовала за Линдси и остальными и оказалась на импровизированной игре «Пиво-понг». Смотрела, как несколько человек играют. Это было скучно, но Линдси продолжала болтать с людьми, с которыми мы встречались, о всяком дерьме.
И она продолжала приносить напитки. Я выпила только три, но голова немного кружилась. Я еще не была пьяна, но уже была на пути к этому. А Линдси казалась еще более безумной, чем когда началась тусовка.
— А затем она полностью облизала его яйца под трибунами, — сказала Линдси, заканчивая рассказ о девушке, с которой мы учились в средней школе.
— Кто-нибудь это видел?
— Нет. Но это, однозначно, произошло.
Я зевнула и посмотрела на часы. Была почти полночь, что меня удивило. Время пролетело незаметно.
— Я немного устала.
— Устала? Ночь только начинается!
— Я знаю, но это ничего не меняет.
— Давай, еще один часик. Тогда мы уйдем, — нахмурилась она.
— Я не знаю. Ты сможешь ехать? — Она ничего не ответила, вдруг устремив свой взгляд к чему-то через мое плечо. Широкая улыбка расползлась по ее лицу. — Линдс?
— Ты сказала, что хочешь встретиться с моим парнем? — спросила она.
— Парень? Ты не говорила «парень».
— Хочешь с ним познакомиться или нет? — Она бросила на меня взгляд.
— Да, конечно.
— Хорошо, здорово, потому что он идет.
Я обернулась, когда трое парней вышли с центра вечеринки к нам. Они были такими же взрослыми парнями, которых я наблюдала всю ночь, но выглядели еще более напряженными. Двое парней, идущие немного сзади, были невзрачными, с каштановыми волосами и карими глазами, и им было почти скучно.
Но парень, идущий впереди, выглядел жутко. У него были татуировки по всей его толстой мускулистой шее. На самом деле, он был похож на огромный мускулистый шар, и его карие глаза смотрели на меня и Линдси так, как будто он был голоден.
— Эй, Джей, — сказала Линдс, подходя к нему.
— Линдси, — буркнул он.
Я смотрела, как он схватил ее за талию. Она хихикнула, когда он потянул ее к себе и накрыл ее рот своим, целуя глубоко и сильно.
Они оторвались через секунду. Два парня, которые следовали за ним, бродили в нескольких футах, по-видимому, наблюдая за игрой в «Пиво-понг». Все вокруг нас были немного тише, немного спокойнее.
— Джей, это моя подруга Бекка, — Линдси кивнула мне.
— Приятно познакомиться, — сказал он с французско-канадским акцентом.
— Привет, Джей. Приятно познакомиться.
Он улыбнулся и протянул руку. Мы дрогнули, его хватка была сильнее моей. Я быстро потянула руку назад, непонятный страх нарастал в моем желудке.
— Я знаю Бекку целую вечность. — Линдси повисла на его руке и глупо улыбнулась.
— Это так?
— Конечно, ее брат Альпинист.
Джей сделал паузу после того, как она это сказала, а затем взглянул на меня, улыбнувшись гораздо шире.
— Ты сестра Альпиниста? Я много слышал о нем.
— Думаю, Рид довольно популярен, — кивнула я.
— Думаешь? Ты должна знать, насколько популярен Альпинист. Все любят альпинистов. — Он откинул голову назад и засмеялся.
Мне было очень неудобно. Линдси смотрела на Джея, как на влюбленного щенка, но под его внешностью, определенно, было что-то зловещее. Все в нем кричало о плохом парне: от татуировок до его поведения. Было что-то не так в его взгляде и в том, как он улыбался, как будто делал это наигранно, чтобы вписаться в тусовку, а не потому, что он что-то чувствовал.
— Ты знаешь, где твой брат? — спросил он.
— Эм, его здесь нет.
— Ты уверена? — Он бросил на меня взгляд.
Прежде чем я успела ответить, кто-то появился рядом со мной. Я подняла глаза и открыла рот, когда увидела стоящего Рида, который смотрел на Джея, как разъяренный бык.
— Рид, какого черта ты здесь делаешь? — спросила я удивленно.
— Джей, — сказал он, игнорируя меня. — Что ты здесь делаешь?
— Просто знакомлюсь с твоей милой сестрой.
— Вы двое знаете друг друга? — спросила я.
— Едва. — Джей ухмыльнулся мне.
— Мы должны идти, Бекка, — сказал Рид, глядя на меня.
Я моргнула, удивленная напряженным выражением его лица. Знала – что-то было странным в том, что происходит, но то, как он посмотрел на меня, предполагало, что все было намного хуже, чем я думала.
— Эм, я не совсем уверена, — я посмотрела на Линдси. — Ты готова идти?
— Она прекрасно себя чувствует здесь. Да, Линдси? — засмеялся Джей.
— Конечно, я в порядке, Бекка.
Джей шлепнул ее по заднице и громко рассмеялся. Линдси просто глупо улыбнулась ему.
— Ладно.
— Пошли, Бекка, — Рид схватил меня за руку.
— Уверен, что должен идти, Альпинист? Мы можем выпить по стаканчику?
— В другой раз. — Он начал тащить меня к машине.
— Ой, ослабь хватку, — прошипела я ему.
— Увидимся, Альпинист, — сказал Джей.
Рид быстро оттащил меня от толпы обратно к машинам.
— Что это было? — спросила я его.
Как только мы были в безопасности, он ослабил хватку, но не отпустил меня:
— Этот парень действительно неприятный тип.
— Знаю. Но я в порядке. Линдси была с ним.
— Ты не понимаешь, — сказал Рид, открывая пассажирскую дверь своего грузовика и помогая мне сесть внутрь.
— Тогда объясни мне.
Он залез на водительское сиденье, завел двигатель и быстро выехал.
— Я не могу. Не сейчас.
— Что за чертовщина, Рид? Ты не можешь просто так меня забрать.
— Могу, — его глаза были устремлены на дорогу.
— Не будь засранцем, — крикнула я. — Что там произошло?
— Твоя сраная подруга, вот что произошло.
— Не говори о ней так.
— Ты еще ничего не поняла, Бекка? Линдси безнадежная наркоманка. Она не стоит твоего времени.
— Не говори так о ней, Рид. Кем ты себя возомнил? — Я ударила его по руке.
— Не будь такой чертовски наивной, Бекка. Твоей школьной подруги давно нет, ее заменила эта жалкая шлюха. — Он проигнорировал мой шлепок.
— Пошел ты, — сказала я зло.
— С удовольствием, — ухмыльнулся он мне.
— Серьезно, оставь меня одну.
— Как скажешь, студентка. — Он осмотрел дорогу.
Мы возвращались домой молча. Я кипела внутри и сердилась на него дальше. Ненавидела то, что он просто забрал меня оттуда, а затем оскорбил Линдси, как будто ему было насрать, что я думаю.
Я смогла бы о себе позаботиться. Знала, что Джей был дерьмом, и готовилась выбираться оттуда самостоятельно. Риду не нужно было врываться и спасать меня, как будто я все время была малышкой.
Когда мы вернулись домой, я вылезла из грузовика и хлопнула дверью. Он ухмыльнулся мне, когда я побежала внутрь.
— Спокойной ночи, Бекка, — сказал он, когда я ступила на крыльцо.
— Не входи в мою комнату, — обернулась я к нему.
— Если это то, чего ты хочешь.
— Да, спокойной ночи.
Я распахнула входную дверь и пошла наверх. Кора и мой отец уже были в постели. Я закрыла дверь и заперла ее.
Знала, что была немного пьяна и, возможно, слишком остро реагировала, но я была зла. Так зла, что не хотела видеть Рида.
Впервые за долгое время я заснула без прикосновений Рида.
Глава 18
Ночь была темной и ветреной. Я быстро шел, отдаляясь от дома.
Бекка была в безопасности в своей комнате, возможно, дулась на меня из-за нашей ссоры. Если она меня не хотела, тогда ладно, не буду ее доставать. Девушка не имела ни малейшего представления о том, что я сделал для нее, для своей семьи, и вела себя так, словно я был каким-то придурком или типа того.
Может и так. Но мне не нужно было от нее такого дерьма. Ни от кого не нужно. У меня были более серьезные причины для волнения.
По тихому лесу я двигался на север, в сторону грузовика. Не мог находиться в доме вместе с ней, не тогда, когда Бекка смотрела на меня, словно я кусок дерьма. В грузовике не совсем удобно, но там было сухо и лежало несколько одеял. За все годы я много раз там спал, обычно потому, что дома чувствовал себя в ловушке.
Сейчас же ощущал себя пойманным в своем собственном теле.
Я добрался до машины раньше, чем рассчитывал. Залез в кабину и закрыл за собой дверь. Темнота заполнила пространство, и я потянулся за свечой и зажигалкой. Через минуту слабый желтый свет озарил потрепанный салон.
Я прислонился к стене, подложив подушку под голову. Вытащил телефон и безразлично листал какую-то хрень в социальных сетях, пытаясь, в основном, отвлечь себя. Но мысли о произошедшем возвращались снова и снова.
Дело было не только в разговоре Бекки с Джеем. Хотя это довольно плохо. Дело было в том, что случилось перед разговором, и в том, что я собирался со всем этим делать.
Ненавидел одержимость, но тут было что-то важное. То, что я недостаточно понял. Теоретически, что-то могло помочь мне выбраться из ситуации, которую я создал сам.
Снаружи ухал филин. Возможно, он заметил мелькнувшую в густых кустах мышь и собирался спуститься вниз, чтобы поймать ее.
Я похож на того филина. И мне нужно было заточить свои когти.
***
Накануне мне позвонил Том. Ну, перед тем, как я вытащил Бекку с вечеринки.
— Как дела, Альпинист? — спросил он.
— У меня все еще нет денег, но я работаю над этим.
— Хорошо. В смысле, я тебе полностью доверяю.
— Что тебе нужно? — Я сжал челюсть, прислонившись к грузовику.
Мне просто нужно было уйти из «Блю». Не знал, почему избегал Бекку, но чувствовал, что между нами нужно установить какую-то дистанцию, пока я пытался уладить все дерьмо.
— Думаю, у меня есть полезная инфа для тебя.
— Ладно. И что за инфа?
— Не по телефону.
Я вздохнул. Том становился все большим параноиком.
— Хорошо. Где?
— Встретимся сегодня на обычной вечеринке.
— Ты все еще туда ходишь?
— Люблю чертовы часовые механизмы, мужик. Ты хоть представляешь, сколько минетов я там получил?
— Думаю, это не считается, если ты подкупаешь девчонок наркотой.
— Минет – это минет, Альпинист. Он всегда считается.
Иисус, что за чертова мразь.
— Хорошо, тогда встретимся там.
— До вечера, Альпинист.
Том сбросил вызов, и я посмотрел на телефон, немного раздосадованный тем, что он позвонил. Что еще Том мог так быстро выведать, и я должен был это узнать? Если парень ничего не рассказал по телефону, должно быть, его довольно сильно запугали мафиози.
Остаток дня я провел, занимаясь всякой фигней, в основном, чтобы держаться подальше от дома и не слишком много думать о том, что происходило. В конце концов, решил посмотреть фильм, просто чтобы убить время.
Когда фильм, наконец-то, закончился, нужно было уже выдвигаться. Я забрался в грузовик и двинулся с места, фары моей машины разрезали густую тьму на дорогах маленького городка.
Все время, что я пробыл вне Риджвуда на соревнованиях по скалолазанию, меня постоянно удивляли фонари. Их там было так много, и, казалось, у каждого был свой — фонари во дворах у домов, на телефонных столбах, на улицах, фонари были везде. В центре Риджвуда было столько же фонарей, как и в других городах, но стоило вам выехать за пределы крошечных центральных десяти кварталов, как темнота снова заполняла пространство. Что означало, что вы, в прямом смысле, можете увидеть звезды. Их было сотни, намного больше, чем люди видели в своих загрязненных пригородах. Может быть, темнота скрывала другие вещи, опасные вещи, но и многое раскрывала. Когда темно, вы можете многое узнать о себе, о том, какой вы человек, когда дело доходит до этого.
У всех нас внутри есть маленькая частичка тьмы. Но я понял, что важнее всего, как вы управляете этой тьмой. Если человек — хороший, это не значит, что он идеальный. Это значит, что в дерьмовых ситуациях он старается изо всех сил.
И были ситуации намного хуже моей.
Я припарковал грузовик рядом с остальными машинами и взял на заметку стоящую неподалеку красную «Миату». Это было авто Линдси, старая модель спортивной машины, которую она относительно недавно купила. Я никак не понимал, как она могла себе ее позволить, но меня это не слишком беспокоило.
Я ступил на мягкую землю и направился в сторону вечеринки. Сразу же накрыло странное предчувствие: что-то было не так.
Сначала я заметил парней. Они стояли, как львы в загоне зебр. Это были взрослые парни, чересчур грубые и, очевидно, не являющиеся частью обычной толпы на таких вечеринках. У меня ушла секунда на осознание, что там стояли члены мафиозной группировки, хотя причина их нахождения здесь была мне непонятна.
Я пробирался через толпу, кивая людям, которых знал.
— Альпинист!
— Привет, Джен, — улыбнулся я, посмотрев на обладателя голоса.
Она вернула мне улыбку. Девушка была около полутора метра ростом и весила не больше сорока пяти килограмм, но я знал ее со старшей школы. Она всегда крутилась рядом с Томом и его дружками, хотя я не представлял, почему. Джен была милой, такой милой, насколько это было возможно для все еще действующего торчка.
— Что ты здесь делаешь, Альпинист?
— Ищу Тома.
— Он там, с какими-то довольно странными типами. — Она кивнула на трейлер.
— Со странными типами?
— Ага, типа, крутые парни. Они мудаки, так что я сваливаю.
— Уловила какие-нибудь имена?
— Одного парня назвали Джеем, по-моему.
— Татуировки? Шкафоподобная внешность? — Я сощурил глаза.
— Точно. Огромные, как фургоны, — рассмеялась она.
— Окей, спасибо.
— Так почему ты в последнее время не тусуешься с нами?
— Был занят. У меня сейчас куча дел.
— Слышала, твоя мама пошла на поправку.
— Да.
— Это действительно здорово, чувак.
— Спасибо, Джен. Я должен найти Тома. Увидимся позже.
— Конечно. Позже.
Я развернулся и пошел дальше, не в настроении ввязываться в еще какую-то фигню с ней. Джен была милой и все такое, но она, чертовски уверен, могла болтать без умолку, а мне нужно было заняться делами. Плюс, ребром стоял вопрос о присутствии Джея на чертовой вечеринке. Что потребовалось высокопоставленному гангстеру в этом глухом, дерьмовом месте?
Я двинулся сквозь толпу, игнорируя комментарии, и постучал в дверь трейлера. Услышал, как внутри мгновенно стихли голоса.
— Что? — кто-то откликнулся.
— Это Рид. Ищу Тома.
Наступила пауза.
— Заходи.
Я толкнул дверь и прошел внутрь. В трейлере было сыро и дымно, но я сразу же выхватил взглядом около шести человек, развалившихся там. Двух я не знал, но они, очевидно, были одними из мафиози. Еще были две девушки. Я уже видел их, но никогда не стремился заговорить, наверно, это фанатки, желающие набрать баллы для еще одной дозы.
Остальными двумя были Джей и Том, которые сидели за небольшим столом, словно лучшие друзья. Я почувствовал, как похолодела в жилах кровь, и мне пришлось подавить злость. Во что, черт возьми, меня втянул Том?
— А, Альпинист, это ты, — сказал Джей.
Все посмотрели на меня.
— Джей. Том, — кивнул я им.
— Заходи, Альпинист. Присоединяйся к нам.
Я прошел дальше внутрь и, найдя пустую столешницу, прислонился к ней. Как только уселся, остальные вернулись к разговору. Заметил, как две девушки нюхали кокс с маленького зеркала, а те двое парней смеялись над ними.
— Что привело тебя сюда? — спросил у меня Джей.
Том нервно посмотрел на меня, но я постарался проигнорировать его.
— Просто отдыхаю. Решил поздороваться с Томом.
— Хочешь поторчать? — Джей указал на еще одно зеркало, покрытое коксом.
— Не. Я в порядке.
— Да ладно тебе, мистер Альпинист. Нюхни немного. Или, может, пива?
Я посмотрел вниз и заметил мини-холодильник. Схватил его и вытащил пиво, затем открыл бутылку. Я не хотел надираться рядом с этими мафиози и решил, что пиво — лучший из двух вариантов.
— Не употребляешь кокса?
— Не часто. — Я глотнул выпивки.
Джей наклонился вперед и вдохнул немного кокса со скрученной купюры в сто долларов. Том послал мне извиняющийся взгляд, хотя я не понял, из-за чего. Джей откинул голову назад, его взгляд стал немного диким и возбужденным, когда наркотик ускорил кровообращение.
— Черт, да, это дерьмо — классное, — сказал он.
— Да, действительно хорошее дерьмо, — нервно рассмеялся Том.
— Мистер Альпинист, вы выбываете.
Том взял сотню и шмыгнул свою линию кокса. Я сделал еще один большой глоток.
— Что ты вообще здесь делаешь, Джей?
— Почему спрашиваешь? — поднял он голову.
— Думаю, это не совсем твоя арена. — Я пожал плечами.
— Может быть, а может и нет. У меня много арен.
— Часто выбираешься на местные вечеринки в лесу?
— Нет, наверное, нет. Но сегодня у меня здесь дела, — засмеялся он.
Мой пульс ускорился. Хотел надавить, но боялся показаться слишком заинтересованным.
— Надеюсь, Том не пытается обчистить твоих парней, — шутя, сказал я.
— О, если он попытается, мы оторвем парню яйца и засунем их ему в глотку.
Выражение лица Джея никак не изменилось, но я заподозрил, что он не шутил.
— Никогда бы такого не сделал, Джей, — быстро сказал Том.
— Кстати, Том, говоря о делах, я достал те усилители, которые ты хотел. — Я ухмыльнулся ему и допил пиво.
Секунду он растерянно смотрел на меня.
— Окей, классно, — медленно кивнул он.
— Они снаружи, в моем грузовике, если хочешь взглянуть.
— Усилители? — cпросил Джей. — Что это такое?
— Для моей гитары, — сказал Том. — Мой последний сломался, черт возьми.
— Ты играешь на гитаре? Любишь рок-музыку?
— Конечно. Я собрал небольшую группу, — кивнул Том.
— У тебя с собой есть гитара? Можешь для нас сыграть. — Джей громко рассмеялся.
— Нет, гитары нет. Извини, Джей, — покачал Том головой.
— Ах, дерьмо. Ты должен сыграть мне в следующий раз. Сыграешь свою рок-музыку. — Он снова громко рассмеялся.
— Через несколько минут вернусь, — поднялся Том.
— Не задерживайся. Нам нужно многое обсудить.
Том кивнул и вышел за мной из трейлера. Как только мы покинули зону слышимости, он повернулся ко мне.
— Какого черта это было, Альпинист? Шутка о том, что я могу обчистить его?
— Ты заслужил это, урод. Что, черт побери, он здесь делает?
— Иисус, он только что появился. Я понятия не имел, что они приедут.
— Чушь собачья.
— Клянусь. Он только что показался и начал обсуждать условия и еще какую-то фигню. Серьезно, я думаю, ему просто стало скучно.
— Это довольно дерьмово, Том. Парень, которого мы планируем нагреть, только что появляется на этой вечеринке?
— Знаю, мужик. Клянусь, я не пытаюсь ни с чем тянуть. Сейчас я в той же лодке, что и ты.
— Ладно. Давай поговорим в машине. — Сжимаю кулаки и отворачиваюсь.
Ухожу, и Том следует за мной. Я решил, что нам нужна некоторая приватность для того, что он хотел рассказать, и тут уже не до поддержания репутации.
Я прислонился к бамперу и скрестил руки, а Том сконфуженно озирался вокруг.
— Ну, где усилители? — спросил он.
— Ты, черт возьми, шутишь?
— Что? Ты сказал, что можешь продать усилители.
— Я сказал это только для того, чтобы вытащить тебя из трейлера. Святое дерьмо, Том.
— Ладно, мужик, прости. А что я должен сказать Джею, если он спросит об усилителях?
Я уставился на него. Знал, что Том был идиотом, но, святое дерьмо, он сам это подтверждал.
— Скажи ему, что они тебе не понравились.
— Окей, да. Хорошо придумано.
— Мне придется придушить тебя, или уже расскажешь то, ради чего вытащил меня сюда?
Том кивнул и немного дернулся. Очевидно, что он был немного под кайфом, и, вероятно, это объясняло его сверхтупость.
— Точно, да. Я сегодня услышал кое-какое дерьмо о банде.
— Рассказывай.
— Ты встретил тех парней на севере, верно? — Я кивнул, и он продолжил. — Очевидно, парни с севера не рады тому, как здесь ведутся дела. Сейчас ведется своего рода война.
— Внутренние разборки? — Я поднял бровь.
— Да, я так думаю.
— Почему?
— Сложно сказать. Я слышал что-то о деньгах. Думаю, их не хватает.
— Подробности. Кто вовлечен?
— Не знаю, мужик. Джей определенно вовлечен каким-то образом. Кого ты встретил на севере?
— Парня звали Ридли.
— Ридли! Дерьмо, я знал, что это странное имя. Да, там он большая шишка.
— Почему тогда он со мной встречался?
— Сложно сказать.
Я отклонился к грузовику и, задумавшись, скрестил руки на груди.
— Значит, там идет гражданская война, и все это из-за денег, верно?
— Похоже, да.
— И мы знаем, где они хранят свои деньги здесь.
— Знаем?
— Или по крайней мере, где они их отмывают, — кивнул я.
Было такое чувство, что я разговаривал с ребенком.
— Не уверен, что мне нравится, куда ты пойдешь с этим.
— Ты не знаешь, куда я пойду с этим, и не притворяйся, что способен последовать за мной. — Я посмотрел на Тома.
— Мне без разницы, мужик, при условии, что я получу свои десять штук. — Он пожал плечами.
— Получишь.
— Эй, ты точно не привез усилитель? Мой, действительно, как кусок дерьма.
Я услышал всего половину того, что сказал Том, так как смотрел через поле, и мое сердце пропустило удар. Рядом с Линдси стояла Бекка, и они обе разговаривали с группой из трех мафиози.
— Что здесь делает Бекка? — тихо спросил я.
— Ох, черт. Да, твоя сестра здесь. — Том развернулся и глянул туда.
— Она с Линдси. А кто те парни?
— Это Джей и его головорезы, мужик, — Том рассмеялся. — Что она делает с Линдси?
— Они – подруги.
Я оттолкнулся от кузова и пошел в сторону Бекки. Мне нужно было оттащить ее от Джея, прежде чем девушка выдала бы, кем являлась.
Я не мог поставить ее под удар. Чем больше Джей о ней знает, тем хуже для нее. Я практически бежал туда.
— Линдси – это плохие новости, мужик, — сказал Том, но я едва слышал его. — Она сейчас чертовски сильно связана.
Я пересек поле и поспешно приблизился к Бекке и гангстерам. Мне нужно было увести ее отсюда. В голове набатом стучала только одна мысль — уберечь ее.
***
Через несколько часов в грузовике посреди леса мне вспомнились слова Тома. «Она сейчас чертовски сильно связана». Но какого черта это могло значить?
Линдси точно была наркоманкой, и она реально близко стояла к Джею, но это не было сюрпризом. Я подозревал, что она спала с ним из-за наркотиков или чего-то еще.
Но что, если тут было что-то большее? Ведь какое-то время Линдси работала в «Блю».
Я покачал головой. Девчонка была слишком тупой, чтобы реально участвовать в этом дерьме. Плюс, Бекка презирала меня за это же. Я больше не мог ее отталкивать. Честно говоря, ей было бы лучше, если бы меня не было в ее жизни, но это не имело значения.
Все началось с Бекки.
Я хотел держаться подальше от мафиози не только ради своего блага, но и ради семьи. Чем дольше я был с ними, тем в большей опасности могли оказаться мои родные.
И просто не выдержал бы, если бы с Беккой произошло что-то плохое.
Я вздохнул и перевернулся, глаза заломило от усталости. Задул свечи, выключил телефон и завернулся в одеяло. Мне нужно было подумать. Нужно было сложить все кусочки вместе. И нужно было уберечь Бекку.
Я уснул, мечтая о том, как проникну в ее теплую, уютную комнату и погружу свой твердый член глубоко между ног своей сводной сестры.
Глава 19
Он был горячим и в то же время холодным. В основном горячим, но внезапно что-то сжалось внутри него и Рид отстранился. Такое происходило не часто. Он так себя вел, когда признался мне о контрабанде, второй раз произошел в машине по дороге домой, после вечеринки.
Парень выглядел так, словно боролся с чем-то. С чем именно, я не знала, но там что-то произошло, и Рид скрывал это от меня.
Той ночью он не вернулся домой. Я знаю это, потому что проснулась около пяти часов и проверила его комнату. Было такое чувство, словно какой-то псих засунул мою голову в его комнату, но я немного волновалась. Его пустая кровать совершенно не помогала мне успокоиться.
Сон так и не вернулся, так что я была измождена, когда ввалилась где-то в семь часов утра на кухню. Кора уже была на ногах и готовила блинчики.
— Доброе утро, — сказала она.
— Доброе, — проворчала я в ответ, наливая себе кофе.
— Хочешь?
Сонно кивнула, делая свой первый утренний глоток. Каждый день я начинала с чашки кофе. Это был лучший из ритуалов.
— Где папа? — присев, спросила я.
— Взял смену на выходные.
— Опять?
— Я продолжаю втолковывать ему то же самое, но он и дальше работает.
Я нахмурилась. Мой отец теперь едва появлялся дома. Я уже начинала волноваться, что он завел себе вторую семью или решил загрузить себя до смерти. И я не знала, что было хуже.
Кора закончила с горкой, которую накладывала, и поставила передо мной тарелку с тремя золотистыми блинами.
— О нет, ты ешь первая, — сказала я.
— Уже. Как только закончила с тестом.
Я благодарно кивнула и закопалась в блины без единого лишнего слова. Даже не представляла, насколько голодной была, пока мягкие божественные блинчики не коснулись моих губ. Налила себе сиропа и налегла на еду.
— Проголодалась? — Кора села напротив меня.
— Изнемогаю от голода, — проговорила я с набитым ртом.
— Могу положить еще, если хочешь? — рассмеялась она.
— Нет, спасибо. Этого достаточно.
Я продолжала поглощать блины, пока Кора читала газету и пила свой кофе. Наконец, когда с последним кусочком было покончено, я откинулась на стуле. Кора ухмыльнулась мне.
— Эй, как насчет прогулки со мной? — спросила она.
— Да, конечно. Уже придумала, где?
— Нет. Просто небольшая прогулка вокруг дома. А то такое чувство, что я тебя почти не вижу.
— Знаю. Извини, я была слишком занята работой.
— Не извиняйся. — Женщина поднялась на ноги. — Встретимся снаружи в десять?
— До встречи.
***
Погода была прохладной, и в лесу свежо, когда мы хлюпали по тропинке. Мы шли медленно, избегая луж. Ночью, очевидно, шел сильный дождь, хотя я совершенно этого не заметила.
Обычно каждое утро я проводила, свернувшись на диване, смотря телевизор и попивая кофе, пока окончательно не просыпалась и не начинала чувствовать себя человеком. Признаю, я была немного лентяйкой, но любила комфорт больше всего на свете. И действительно преуспевала в создании комфортных условий для себя любимой.
Но во время прогулки я вынуждена была признать, что по утрам лес прекрасен. Не слишком жарко или влажно, а деревья и листья слабо блестели от мокрой росы, оставшейся после дождя.
— Как это – возвращаться? — спросила Кора.
— Неплохо. Кажется, будто ничего не изменилось, и в то же время все стало совершенно другим.
— Это место иногда дает тебе такое чувство. Что все по-прежнему, — кивнула она.
— Хотя это довольно неплохо, верно?
— Конечно. Твой отец любит это место.
— А ты нет?
— Я привыкла к этому. И я люблю твоего отца.
— Я не могу точно сказать, что чувствую. В смысле, я выросла здесь, так что Риджвуд всегда будет особенным местом. Но я замечаю вещи, о которых не знала, когда была ребенком.
— Добро пожаловать во взрослую жизнь.
— Быть взрослой отстойно, — рассмеялась я.
— Мне это расскажи. — Кори скорчила рожу. — В любом случае, такой ты остаешься самую большую часть своей жизни.
— Да, точно.
— Тебе нравится твоя работа?
— Она неплохая. Мне не нравится работать официанткой, но там хорошее место и хорошие люди.
— Это замечательно. Общение с хорошими людьми может сделать плохую работу сносной.
— Извини, что так мало бываю дома. Ты же знаешь, я хотела вернуться.
— Не начинай снова, — махнув рукой, сказала женщина. — Ты все сделала правильно.
— Знаю. Но все еще чувствую себя виноватой. — Она улыбнулась.
— Ну, не стоит. — Кори замолчала и посмотрела вдаль на лес. — Как дела у Рида? — сменив тему, спросила она.
— Честно говоря, не знаю, — осторожно ответила я.
— Он не вернулся домой прошлой ночью.
— Часто он так делает?
— Иногда. Он исчезает на некоторое время, а если мы спрашиваем, где он был, Рид придумывает какую-то отговорку.
— Ты знаешь, куда он уходит?
— Догадываюсь, но нет, не уверена. А ты?
— Нет, прости. Даже не представляю.
— Иногда он... сводит с ума, этот парень.
— Как я тебя понимаю. — Я рассмеялась.
— Но он так помогает, — продолжила Кори. — Не хочу набрасываться на Рида, потому что он так много сделал для нас, но как бы мне хотелось, чтобы он был более открытым.
— Он многое сделал, — кивнула я.
— Даже слишком, если спросить твоего отца. — Кора посмотрела на меня. — Не пойми меня неправильно, мы не слепые. Знаем, что та сумма денег, которую он достал — не одни лишь выигрыши соревнований по скалолазанию.
Я посмотрела на нее, удивленная открытостью женщины, но решила смолчать. Не мне говорить ей об этом. Даже если я была зла на Рида, то все еще заботилась о нем больше, чем хотела признать. И была не вправе говорить матери Рида то, что ее сын хотел сохранить в секрете.
— Я просто надеюсь, что мой сын не занимается чем-то безрассудным, понимаешь? — спросила она.
— Полностью. — Я медленно кивнула.
— Хорошо, что ты вернулась. В этом городе осталось мало достойных людей. Большинство его друзей... сомнительные.
— Не думаю, что я намного лучше.
— Ты точно лучше, дорогая, поверь мне. — Кори рассмеялась, взяв меня за руку.
Я рассмеялась вместе с ней, и женщина отпустила меня. Минуту мы шли в тишине.
— Могу я тебя кое о чем спросить? — произнесла я.
— Конечно. Все, что угодно.
— Почему ты думаешь, что Рид никогда не переедет отсюда?
— Он хотел остаться здесь и заботиться обо мне, — улыбнулась она.
— Но тебе уже лучше.
— Подозреваю, что в глубине души он боится, что я снова слягу. — Кори медленно кивнула.
— А что говорят доктора?
— Они думают, что я в лучшей форме, чем они сами.
— Рид действительно хорош, — мягко сказала я. — В альпинизме, в смысле.
— Все еще хорош.
— Знаю. Наверно, я просто хочу, чтобы он больше выбирался куда-то.
— Как и я. И я надеялась, что ты ему поможешь именно в этом.
— Но что я могу сделать?
— Он не часто открывается людям, но я видела, как он вел себя рядом с тобой.
Меня пронзил укол страха. Могла ли она знать, что между нами происходило? Если да, то она не могла быть такой спокойной по этому поводу.
— Я не знаю, — ответила я.
— Может быть, он поймет, что я в порядке, и что пришло время жить собственной жизнью. Я люблю, когда он рядом, но Рид уже сделал достаточно. Ему нужно двигаться вперед.
Через меня прошел поток разных эмоций, когда мы возвращались обратно к дому. Мне было тепло и даже немного жарко, так что я точно была готова к принятию душа.
— Прогулка была отличной, — сказала я, когда мы поднялись на заднее крыльцо.
— Да. Как-нибудь повторим. — Кори замолчала. — Бекка?
— Да?
— Не говори ему о том, что я сказала. Боюсь, это только заставит его еще больше закрыться.
— Хорошо. Обещаю.
— Спасибо, милая. Я собираюсь в магазин позже. Скажи, если тебе что-то нужно.
Я села на ступеньки и посмотрела на лес, когда Кори зашла в дом. Не знала, чего хотела или куда собиралась идти, но она была права насчет Рида. Он закрылся, хотя время от времени я мельком замечала кое-что, выплывающее из-под толстых слоев его самоуверенной маски.
Он был опекающим придурком. А еще одним из лучших людей, которых я когда-либо встречала. Он занимался контрабандой наркотиков, но заботился о своей больной маме. Этот человек был противоположностью самого себя.
А сама мысль о Риде заставляла мое сердце колотиться.
Я встала на ноги и зашла внутрь, сбросив сапоги и стянув свой легкий жакет. Когда я поднималась наверх, мои мысли крутились только вокруг горячего душа и того, как здорово будет его принять.
Открыла дверь спальни и ни на что не обращая внимания, стянула рубашку, бросив ее на пол рядом с корзиной.
— Привет, Бекка. — Я замерла и подняла взгляд. Рид сидел на моей кровати с широкой ухмылкой на губах. — Классные сиськи.
— Рид, какого черта? — Я скрестила руки, прикрыв грудь.
На мне был лифчик, и парень видел мою грудь сотню раз, но тем не менее. Почувствовала, как щеки покрывает легкий румянец.
— Ты хорошо выглядишь.
— Что ты здесь делаешь?
— Нам нужно поговорить. — Внезапно Рид нахмурился и стал серьезным.
— Можно я сначала надену рубашку?
— Если без этого никак... Но закрой дверь.
— Все серьезно? — Я закрыла дверь.
Выражение его лица мне все сказало.
— Да, серьезно.
По коже пробежал холодок страха.
Глава 20
Первый лучик солнца пробился через лобовое стекло, когда я проснулся на заднем сидении грузовика, завернутый в три слоя одеял. Но все равно было холодно.
Мне что-то снилось, но я не все запомнил. В первом я спускался с крутого холма, а земля под моими ногами превращалась в песок. Во втором я взбирался по отвесной стене, сделанной, очевидно, из стекла, а Бекка была прикреплена к моей спине. В обоих случаях я знал, что если остановлюсь – умру.
Минута ушла на то, чтобы прочистить голову и заставить померкнуть последние картинки из сновидений.
Но в такие моменты, в ограниченном состоянии полусна, когда человек еще не проснулся, но уже не спал, ленивый мозг работал на автопилоте. Он сам еще не проснулся, а человек не осознавал, кто он такой, и тихий голос, который комментировал всю вашу жизнь и создавал память, подозрительно молчал. Вот в такой момент в моей голове и созрел план.
Это было божественное вдохновение. Мысль тлела в уголке сознания, дрейфовала туда-сюда, а мозг задействовал неиспользованную энергию для решения проблемы и конкретизации идеи. По какой-то причине пребывание в сумерках полусна помогло осознать это.
Но когда я это сделал, меня словно молнией пронзило.
Сначала я пришел в восторг. Впервые, за, казалось бы, годы, я смог увидеть конец проблемам. Уловил свет в конце туннеля, и хотя он горел все еще далеко, но был там.
Однако вскоре первый порыв волнения начал иссякать, когда до меня дошло, что я должен сделать.
Я выпрыгнул из грузовика и размял ноги. Нужно было немного пройтись до дома, но сделать это как можно быстрее.
У меня было одно дело.
***
Я сидел на кровати Бекки и смотрел на девушку. Мой член уже натягивал штаны, твердый, как камень, от вида ее груди, едва прикрытой черным лифчиком. Я так сильно хотел подняться и сорвать его с тела Бекки, но подавил этот порыв.
— Все серьезно? — Она закрыла дверь и взглянула на меня.
Я нахмурился. Как я должен был объяснить ей все, чтобы девушка не сошла с ума? Ее сиськи порядочно отвлекали, но я действительно не хотел, чтобы она их прикрывала.
— Да, серьезно.
Бекка кивнула и захватила рубашку из шкафа, натянув через голову. Я все еще был твердым, но так стало немного легче сконцентрироваться.
— Ты в порядке? — спросила она.
— Нормально. Даже хорошо.
— Тогда что случилось?
— Тебе лучше сесть. — Я встал и кивнул на кровать.
Девушка вздохнула и села на то же место, которое я только что занимал. Я же отошел на несколько шагов назад и прислонился к стене.
— Выкладывай.
— Мне нужна твоя помощь.
Замолчал на секунду и подождал, пока до нее дойдет.
— С чем? — Бекка сощурила глаза.
— С проблемой мафии.
— Не думаю, что могу с этим что-то сделать.
Я скрестил руки, все еще решая, как много ей рассказать.
— Недавно я узнал кое-что о «Блу».
— Правда? Что? — Она подняла брови.
— Не хочу вдаваться в детали, но парни, на которых я работал, владеют тем местом.
— Серьезно? Никогда не видела их там.
— Помнишь Джея, того парня, от которого я утащил тебя прошлой ночью?
— Да, помню. Придурок.
Я проигнорировал оскорбление.
— Он – лидер здешней мафии. Уверена, что никогда раньше не видела его здесь?
Я смотрел, как она наморщила лоб, пытаясь вспомнить.
— Уверена.
— Ну, информация проверена. Владельцем «Блу» является мафия.
— Так что тебе нужно от меня?
— Ты знаешь, какие деньги там отмываются?
— Я смотрела «Во все тяжкие5». — Бекка пожала плечами. — Так что думаю, да.
— Ладно. Бандиты используют «Блу», чтобы отмывать свои деньги за наркоту. — Я замолчал, неподвижно застыв. — И я хочу ограбить их.
— Да, отличная идея. Мы можем ограбить их вместе, как Бонни и Клайд, —рассмеялась девушка.
— Я не шучу.
— Будь серьезным, Рид. Чем поможет ограбление этих парней?
— Я должен денег тому, кто помогал мне, и ему нужны деньги. И еще кое-что.
— Если тебе нужна моя помощь, просто расскажи мне все. — Она раздраженно фыркнула.
— Очевидно, эти парни все еще в Канаде, а здешние парни не очень ладят с ними. План в том, чтобы обчистить здешних парней и заплатить тамошним с надеждой, что между ними развяжется небольшая война.
— Это абсолютное безумие. Ты, должно быть, шутишь, — покачала головой Бекка.
— Нет. Знаю, что прошу о многом.
— Что именно ты просишь меня сделать?
— Достань мне ключ. Или оставь одну из дверей незапертой. Мне все равно, как ты это сделаешь, но найди для меня способ попасть внутрь.
— Ни за что. Я не помогу тебе ограбить место, где работаю. Это слишком опасно.
— Послушай меня, Бекка. — Я пересек комнату и упал на одно колено перед нею. — Это не только для моего блага, еще и для твоего, моей мамы и твоего отца. Я сильно связан с этими парнями и мне нужно свалить, пока все не стало еще хуже.
Она выглядела ошеломленной, но я почувствовал, как моя злость, грусть и отчаяние увеличиваются. Я схватил ее за руки и сильно сжал их, обожая ощущение ее кожи рядом с моей.
— Ты не можешь просто уехать? — мягко спросила она.
— Нет, если хочу вас всех уберечь.
— Почему просто не уйдешь?
— Я должен им денег. Партия накрылась, и теперь я погряз в этом. Плюс, я хороший контрабандист и слишком много знаю о них. Они никогда не позволят мне просто уйти. Но это может всех нас спасти. — Я замолчал и посмотрел девушке в глаза. — Ты должна мне поверить.
— Как ты все это узнал? В смысле, как ты собираешься обокрасть их и не попасться?
— Ты не работала с мафией на протяжении лет и не научилась некоторым вещам, как быть преступником.
— Они могут убить тебя.
— Они убьют меня, если я ничего с этим не сделаю.
Я видел, как она обдумывала это. Приблизился к девушке, присев на кровать. Наши ноги соприкоснулись, кожа к коже, и я вдохнул ее запах.
— Это слишком, — мягко сказала она.
— Ты нужна мне, Бекка.
И когда я сказал это, то понял, что сказал правду.
— Только ключ? — через секунду спросила она.
— Только ключ.
— Когда?
— Как только сможешь.
— У меня завтра ночная смена.
— Хорошо. Это сработает.
— Что, если меня поймают?
— Не поймают.
— А если да?
— Тогда мы убежим, далеко. Расскажем все родителям. Но нам не нужно делать это прямо сейчас.
Я видел, как она боролась сама с собой. Наконец, девушка заговорила.
— Хорошо. Я сделаю это.
— Черт, прости, что втягиваю тебя в это, — выдохнул я.
— Все в порядке. Я просто счастлива, что ты рассказал мне, что происходит.
— Я никогда этого не хотел, — произнес я. — Никогда и ничего из этого.
— Ты сделал то, что должен был.
Я потянулся и прикоснулся к ее щекам, притянув девушку к себе за подбородок. Она коротко вдохнула, расширив глаза.
— Мне нужно сделать кое-что еще.
— Рид, твоя мама внизу.
— Ее машина уехала пять минут назад. Ты не слышала?
— Рид...
Но я оборвал ее. Обрушил свой рот на ее губы, отчаянно желая отгородиться ото всех, убежать от всего. Я хотел Бекку, потому что впервые в жизни почувствовал, что кому-то действительно не плевать. Почувствовал, что кто-то хотел узнать то дерьмо, которое я прятал от всего мира.
Девушка таяла от моего поцелуя. Наши языки встретились, губы исследовали друг друга, я обвил руками ее талию, а она закинула руки мне на шею. Наши поцелуи углублялись, но было что-то такое, чего я не понимал, что-то заключенное глубоко в моей груди. Я чувствовал, что начинаю меняться и расти.
Я подтолкнул Бекку и положил ее на кровать. Отстранился и стянул с себя рубашку. Девушка улыбнулась мне и положила руки на мои кубики.
— Нравится то, что видишь? — спросил я, ухмыльнувшись.
— Не будь таким самоуверенным.
— Я самоуверенный только потому, что это правда. — Я приблизился к ней.
Она начала протестовать, но я стащил с нее рубашку, тем самым приглушив ее слова. Расстегнув ее лифчик, я начал целовать шею Бекки.
— Я соскучился, — прошептал ей на ухо.
— Я тоже соскучилась. Но все еще злюсь на тебя.
— Хорошо. Можешь выплеснуть свою злость на мой член.
— Рид!
Я потянул вниз ее шорты, открыв бело-розовые трусики. Целуя ее шею, рукой потянулся к ее местечку и понял, что девушка уже мокрая.
— Твоя киска не может врать.
— О, Боже мой!
— Ты вся намокла для меня.
Бекка тихо застонала, когда я пробрался рукой ей в трусики и прикоснулся к влажному клитору.
— Дерьмо, я хочу назвать тебя засранцем, но ощущения чертовски хороши, — сказала она.
Я рассмеялся, так как продолжал обрабатывать ее, потирая клитор и целуя девушку.
Через секунду Бекка потянулась к моим шортам и расстегнула их.
Затем я поднялся и спрыгнул с кровати. Девушка, нахмурившись, посмотрела на меня.
— Куда ты собрался?
Я подошел к окну и поднял жалюзи. Солнечный свет разлился по комнате. Я снял шорты, а затем и боксеры.
— Я устал трахать тебя в темноте, — сказал я. — Хочу видеть каждую частичку тебя.
Она рассмеялась, когда я прыгнул обратно в кровать, но смех быстро перешел в стон, когда я стянул с девушки трусики и припал ртом к ее киске.
Обожал ее вкус. Те звуки, которые Бекка издавала, и то, как она извивалась, когда я так касался ее. Я сосал и лизал ее клитор, погрузив один палец глубоко внутрь нее.
— Черт, Рид, — сказала Бекка, — наши родители могут вернуться домой.
— Я не спешу, — ответил я.
— Я не прошу тебя об этом. — Девушка застонала. — Я просто хочу, чтобы ты меня трахнул.
— Скажи «пожалуйста».
Я посасывал и лизал, упиваясь ею.
— Черт. Пожалуйста. — Бекка усилила хватку на моих волосах.
— Презерватив?
— Всегда будь готов. — Она потянулась к прикроватной тумбочке и вытащила один.
Я взял его и, открыв, раскатал по всей длине. Девушка жадно смотрела на мой большой член расширившимися глазами. В конце концов, она практически бросила меня на себя. Я рассмеялся тому, какой отчаянной она была, и играл с ней, дразня своим членом.
— О, мой бог. Мне нужно это.
— Скажи мне, как сильно ты в этом нуждаешься.
— Мне нужно кончить на твой толстый член, — прошептала Бекка.
Ее щеки стали красными.
— Грязная девчонка. Следи за своим ротиком, — ухмыляясь, сказал я.
А потом девушка задохнулась, когда толкнулся глубоко внутрь ее.
Это всегда было похоже на возвращение домой. Ее киска была тесной и теплой, засасывая глубоко в себя мой член. Несильно толкнулся бедрами, чтобы дать ей привыкнуть к моему размеру, но девушке это не требовалось. Она истекала, и ощущения были похожи на погружение в воду.
Бекка обвила руки вокруг моей спины.
— Да, я нуждалась именно в этом, — простонала она.
— Мне нужно заполнить твою маленькую киску, — прошептал девушке на ухо.
Я сжал ее руки над головой, продолжая глубоко трахать, устанавливая свой темп, свой ритм. Мы двигались так на протяжении некоторого времени, тела начали блестеть от пота на утреннем солнце. Я любил то, как выглядела ее кожа, то, как девушка закусывала губу, когда я толкался сильнее и прижимался своими бедрами к ее. Любил то, как ее киска обволакивала мой член.
А еще я любил быть немного грубым. Толкался глубже, жестко врезаясь членом в нее, когда мы начали работать вместе.
— Дерьмо, — застонала Бекка. — О, мой Бог. Нас услышит весь город.
— Так дай им послушать, черт возьми, — прорычал я.
Внезапно я вышел, схватил девушку за бедра и перевернул на живот. Бекка уткнулась лицом в подушки, готовая и знающая, чего я хотел, когда я вошел в нее сзади.
Она любила это. Знал, что она любила, когда я шлепал ее по заднице. Добрался до ее небольших сисек и в то же время сильно вбивался в нее, обрабатывая узкую киску.
И девушка отвечала. Она выгнула спину и покрутила бедрами, принимая мой член и сохраняя быстрый темп. Мог бы сказать, что Бекка была близко, когда я обхватил руками ее бедра и начал потирать клитор.
Девушка громко застонала в подушку, когда я еще раз шлепнул ее и потер клитор. Она откинула голову назад, все тело напряглось.
— Кончи для меня, — проворчал я.
— Трахни меня жестко.
— Кончи на мой большой член.
— Ох, дерьмо, — застонала она. — Продолжай.
Я потирал ее клитор, толкаясь глубоко и жестко. Любил, как выглядят ее бедра и задница, ее тело, покрытое потом.
И тут она кончила. Ее тело напрягалось каждый раз, когда девушка перешагивала грань, она спрятала лицо в подушку, не в состоянии иначе заглушить стоны. Я не замедлился, безжалостно трахая ее и потирая клитор, когда она кончила, и каждая мышца в ее теле напряглась.
Когда я наблюдал за всем этим, бедра Бекки сжали мой член, толкнув тем самым меня через край. Ее оргазм был таким чертовски сексуальным, что я не смог выдержать.
Я отстранился, а затем, схватив девушку за бедра, засадил свой член глубоко в нее. Больше не сдерживался, и Бекка застонала от удовольствия, когда я кончил жестко и горячо глубоко в ее узкой маленькой киске.
Мир потускнел. Были только она и ее тело, когда удовольствие затопило мой мозг, а член выстрелил спермой в презерватив.
Только после этого мы остановились. Вместе замедлили движения, дыхания смешались. Я медленно вышел и развалился на постели.
Бекка легла рядом со мной.
— Я нуждалась в этом, — прошептала она.
— Я тоже. — Я нежно поцеловал ее.
Потом мы лежали, не заботясь ни о чем, кроме друг друга. Мы должны были скрывать то, чего хотели друг от друга, но в тот момент все остальное ушло в сторону.
Имела значение только ее безопасность. Я осознал, что сделаю все, что смогу, если это значило, что бандиты не погонятся за Беккой.
Все дело было в ней. Именно Бекка вернула меня на землю после всех этих лет контрабанды наркотиков и сделок с ужасными людьми. Она была светом в конце тоннеля.
Я хотел стать для нее лучшим человеком.
И лежа в кровати, чувствовал, что почти стал им.
Я хотел, чтобы это продолжалось вечно.
Глава 21
Солнце уже заходило за горизонт, когда я вышла из машины и пошла в сторону «Блю». Рабочая форма вызывала зуд, словно была из шерсти, и меня не покидало чувство, что она мне не подходит. Вероятно, это просто нервы, но мне было жарко и неудобно.
Толкнула дверь черного входа и кивнула девушке, которую встречала на прошлой неделе. Начала медленно складывать свои вещи в маленький шкафчик.
Я пришла рано, намереваясь украсть ключ. Не могла поверить, что согласилась на это, но в обеденное время больше всего народу, а моя смена начиналась через несколько минут после его начала.
Это значило, что сейчас самое подходящее время, чтобы проникнуть в кабинет и схватить ключ.
За всю свою жизнь я не делала ничего подобного. Жила честно и скромно. И была хорошей девочкой.
Но Рид нуждался в помощи. И я знала, что наши родители тоже в ней нуждались, даже если сами об этом не догадывались.
Это было безумием. Что я делала? Чувствовала себя так, словно рисковала собственной жизнью.
«Блю» не была круглосуточной закусочной, за что я была действительно благодарна. Каждую ночь она закрывалась около полуночи и открывалась снова в полпятого. Едва ли можно выспаться, если у вас двойная смена. Но это значило, что у Рида появится окно в распорядке дня, чтобы вломиться и обокрасть это место.
Я вздохнула, прислонившись к ряду шкафчиков. В комнате персонала никого не было, возможно потому, что все были слишком заняты принятием заказов и уборкой столиков. Я знала, что менеджер, Марла, появится как минимум через три часа.
Как Рид мог быть настолько уверен, что «Блю» владеет банда? Не могла себе представить, что мой сводный брат без какой-либо причины просто ограбит это место. Все, что я узнала об Альпинисте, снова и снова доказывало, что парень руководствовался не только деньгами, а старался ради своей семьи. Тем не менее, что, если он ошибался?
Последние пару дней были круговоротом противоречивых эмоций, но я все равно не знала, как к этому относиться, когда пересекала комнату, направляясь к кабинету. Я хотела Рида, хотела во всех смыслах и, очевидно, желала ему помочь, даже если это значило обокрасть каких-то мафиози.
Но в чем именно заключался смысл? Как далеко я была готова зайти ради него?
Когда я дотронулась до дверной ручки, на меня обрушилась истина. Я уже знала, насколько далеко Рид готов был пойти. Он мог пожертвовать всем, подставить себя под удар или даже рискнуть своей жизнью, лишь бы быть уверенным, что его семья в безопасности.
И я должна была сделать для него то же самое. Риду необходимо было выйти из банды, если он хотел открыться и жить своей собственной жизнью.
Даже Кора знала, что он нуждался в этом.
И я могла помочь ему. Все, что нужно было сделать, это открыть дверь и взять ключ. Я точно знала, где он висел. Никто не заметит, если запасной ключ исчезнет на пару часов.
После всего, что Рид сделал для меня, всего, что он сделал для всех нас, я знала правильный ответ.
Повернула ручку. С тихим щелчком дверь открылась.
Помещение было маленьким — маленький кабинет, оснащенный кондиционером. Большую часть занимали сейф и стол. Почти не было места, чтобы закрыть за собой дверь и развернуться, ни во что не врезавшись. Поэтому я была так шокирована, когда услышала голос.
— Бекка?
Я застыла.
Поймали.
Они поняли, что я делала.
Она знали, что я сводная сестра Рида, а он был их врагом.
Посмотрела в сторону говорившего.
Сердце колотилось в груди.
Мне крышка.
Я была в ужасе от того, что они могли убить меня. Даже хуже: они могли убить Рида, моего отца и Кору, и все потому, что я слишком тупая, чтобы постучать.
Это была Линдси, присевшая на полу перед сейфом.
— Что ты здесь делаешь? — спросила она меня.
Я склонила голову набок. Какого черта она делала? У меня ушло полсекунды, чтобы заметить, что сейф был открыт, а руки девушки были спрятаны внутри него.
— Эм, — запнулась я, шокированная. — Я искала расписание на следующую неделю.
— Его еще не вывесили, — нахмурившись, сказала Линдси.
— Оу. А что ты делаешь?
Линдси быстро что-то сделала в сейфе, я не видела что. Затем захлопнула его и несколько раз немного повернула циферблат. Поднялась. Не лицо, а спокойная холодная маска.
— Марла попросила меня проверить кое-что.
— В сейфе?
— Да, в сейфе. — Она пожала плечами. — А что, какие-то проблемы? — девушка казалась рассерженной из-за моих вопросов.
Ее внезапная агрессия удивила меня.
— Нет, в смысле, все нормально.
— Тебе следует стучать, прежде чем куда-то врываться. — Линдси оттолкнула меня с дороги и открыла дверь.
— Извини.
Она косо посмотрела на меня и вылетела из кабинета, снова завязывая свой фартук и направляясь в зал.
Пару секунд я смотрела, как она уходила. Зачем Марле подпускать ее к сейфу? Зачем вообще она дала ей код? Насколько я знала, Линдси не работала в сфере управления, а они бы не доверили код к сейфу рядовому сотруднику.
И та злость, которую вызвали в ней мои вопросы. Она словно защищалась, как будто я поймала ее на совершении чего-то плохого. К тому же девушка, похоже, купилась на мою бредовую историю с расписанием. Все знали, что его вывешивают ровно в пять утра в субботу.
У меня не было времени хорошенько подумать об этом, так как я помнила свое задание. Быстро прошмыгнула в офис к крючку, где висел запасной ключ, и схватила его. Сунула в карман и убралась оттуда, захлопнув за собой дверь.
На секунду застыла. Линдси видела, как я туда заходила. Что, если она сложит вместе два и два? Но нет, никаких вариантов, что она в чем-то заподозрила меня. Я была такой паинькой. Кроме того, Линдси была моей лучшей подругой в Риджвуде. Я не могла себе представить, что она меня сдаст, тем более основываясь на такой дикой догадке.
В крови так сильно пульсировал адреналин, что я больше не могла об этом думать. Вместо того я приняла смену, схватила фартук и взялась за дело.
Когда наступила ночь и никто ничего не сказал о пропавшем ключе, я поняла, что сделала это. У меня все получилось.
Я поняла, насколько далеко могла зайти, чтобы уберечь людей, о которых заботилась.
Глава 22
Я заехал на заброшенную парковку ровно в два часа ночи.
Той ночью Бекка раньше вернулась домой в полном восторге от своего триумфа. Она украла ключ, точно, как мы планировали.
Я до конца не мог поверить, что она это сделала. Девушка, которая впервые после колледжа приехала домой в Риджвуд, никогда еще не шла на такой риск. Но она менялась, превратившись из ничего не замечающей хорошей девушки в человека, который воспользуется любым шансом, чтобы спасти жизни дорогих ей людей.
Не мог сказать, что гордился Беккой, потому что сам подверг ее опасности. Честно говоря, я чертовски ненавидел себя за это. Но в долговременном плане так было нужно.
И Бекка не отступила. Она сделала то, чего ей не хотелось делать. Поэтому я впечатлен.
Парковка пустовала, когда я заглушил мотор и вышел из автомобиля. Том был в пути вместе со своим знакомым. Это было неизбежно: ни один из нас не знал, как взломать сейф, так что пришлось кого-то нанять.
Вся эта операция зависела от больших бабок, спрятанных там. Если я ошибся, и «Блю» — обыкновенная закусочная, то я в полной заднице. Но надеюсь, что был прав.
Словно по команде еще одни фары осветили парковку. Я прислонился к капоту своей машины, мои черные рубашка и джинсы сливались с темнотой. Машина Тома остановилась рядом с моей. Он был одет тоже во все черное. Выглядел парень серьезно и почти круто, если бы я не знал, каким он был дятлом.
Тот, кто приехал с ним, однако, выглядел самым занудным человеком, которого я когда-либо видел.
— Это тот парень? — спросил я, когда Том подошел.
— Рид, это Тим.
— Рад знакомству, — сказал Тим, улыбаясь.
— Взаимно. — Я пожал его руку.
Тим был ростом около метра семидесяти или немного больше, с редкими каштановыми волосами. Думаю, ему было под сорок или уже сорок. Толстые затемненные очки, синяя рубашка на пуговицах, заправленная в брюки цвета хаки, и коричневые лоферы. В одной руке он держал портфель и выглядел так, словно собирался на работу в IT-компанию, но никак не взламывать сейф.
— Он не похож на вора. — Я посмотрел на Тома.
— Уверяю тебя, я лучший в Риджвуде, — рассмеялся Тим.
— Он надежный, Рид.
— Ладно, хорошо. — Я еще раз посмотрел на него и кивнул.
— Итак, какой план? — спросил Том.
— План в том, чтобы войти через черный вход, потом в кабинет, взломать сейф, украсть деньги и уйти, прежде чем кто-то заметит. — Я вытащил ключ из кармана.
— Это ключ от помещения? — спросил Том.
— Точно.
— И где ты его достал?
— Не волнуйся об этом, — сказал я, снова положив его в карман. Посмотрел на Тима. — Ты готов?
— Там есть система безопасности? — спросил он.
— Не уверен, — моргнул я.
— Что, если есть?
— Тогда будем работать быстро.
— Я могу отключить и систему безопасности. — Он вздохнул. — Что насчет двери в кабинет? Я подозреваю, что сейф находится в кабинете.
— Мы сломаем ее.
Он покачал головой.
— Я вскрою замок. — Парень замолчал и ухмыльнулся мне. — Ты когда-нибудь делал подобное?
— Нет, — признался я.
— Тогда хорошо, что я здесь.
— Сказал же тебе, что на него можно положиться. — Том нервно рассмеялся.
— Пойдем, — пробормотал я, раздраженный из-за Тима, но благодарный за то, что он знал, что делал.
Мы пересекли парковку, направившись вниз по улице в сторону «Блю». Двор был совершенно пустым, когда мы перешли дорогу и двинулись по аллее к заднему входу в здание. Наши шаги раздавались эхом, но их слышали только несколько сов.
— Наденьте маски, — сказал Тим.
Я натянул на лицо лыжную маску, Том сделал то же самое. Тим надел свою, а потом натянул очки поверх маски. Не знай я причину, рассмеялся бы.
Мы остановились у задней двери.
— Дело за тобой, — сказал Тим.
Я вытащил ключ, руки немного тряслись. Сделал глубокий вдох и попытался взять себя в руки.
Я не был вором. Тим был прав насчет этого. Возможно, ради семьи я делал то, чем не могу гордиться, но я не был преступником.
Но время шло и быстро. Я не знал, куда двигался. Иногда это меня пугало. Но вместо того, чтобы поддаться страху, я шел дальше. Я должен был двигаться дальше.
Вставил ключ в замочную скважину и повернул. Дверь быстро открылась.
Мы зашли внутрь.
— Никакой сигнализации, — заметил я.
— Нам повезло.
Том посмотрел на меня, когда мы зашли в пустое помещение, закрыв за собой дверь.
— Это место выглядит странно, — пробормотал Том.
Тим шикнул на него, когда мы нашли дверь и кабинет. Тим повернул ручку, и дверь легко открылась.
— Видишь, я знал это, — сказал я ему.
— Удачливые предположения.
Мы взяли свои фонарики и включили их. Сам кабинет был маленьким, там едва хватало места для двух людей.
— Том, стой на стреме, — сказал я.
— Конечно, — он остановился прямо за дверью.
Тим присел.
— Давай посмотрим, что ты собой представляешь, — пробормотал он сейфу.
Я прислонился к стене и, скрестив руки, наблюдал за ним. Парень двигался осторожно, но быстро, вытаскивая свои инструменты из сумки. Он начал с внешнего осмотра сейфа, уделяя особое внимание марке и серийным номерам. Потом приложил обычный круглый резонатор к передней части сейфа, а пару беспроводных наушников вставил в уши. Тим начал поворачивать диск и внимательно прислушиваться к звуку в наушниках.
— Поговори со мной, детка, — мягко сказал он.
Я посмотрел в сторону, потом на Тома. Парень был странным, очень странным, и пугал меня. Но, очевидно, он был профи в своем деле.
Еще через две минуты я посмотрел на него.
— Еще долго? — спросил.
Казалось, он не слышал. Тим вытащил еще один инструмент и начал стучать по сейфу, потом по карнизу и внимательно слушал.
— Еще долго? — громче спросил я.
— Тихо. Я почти закончил. — Он поднял голову.
Я посмотрел в сторону и вздохнул. Том послал мне робкий взгляд.
Ненавидел ждать. Не тот я человек, чтобы слоняться поблизости, пока другие люди делали важную работу. Мне нужно было чем-то заниматься, делать все возможное, чтобы убедиться, что все идет хорошо. Для меня стоять там, ожидая, пока самый чокнутый в мире парень занимался своего рода магией, было болезненно.
Вдруг со стороны кухни раздался шум.
— Черт? — сказал Том. Он вытащил пистолет из-за пояса своих брюк.
— Том, убери это, — шикнул я.
Но он уже ушел, наводя фонарик в сторону шума.
— Черт, — сказал я.
Посмотрев на Тима, который, казалось, ничего не заметил, я быстро последовал за Томом.
В кромешной тьме это место выглядело словно лабиринт. Я знал, что оно не было таким большим, но по какой-то причине ночью в помещении невозможно было ориентироваться. Я понял, что находился в главном зале, и мне пришлось снова развернуться. Наконец я нашел кухню.
— Какого черта, Том? — шикнул я.
Он посмотрел на меня, маска поднята. Мое сердце тяжело стучало. Зачем он снял свою маску? И почему указывал пистолетом на пол? Я сам потянулся к поясу и вложил пистолет в руку.
Я больше никого не увидел, проверив комнату с помощью фонарика.
У Тома было восторженное лицо, глаза сверкали, как у крысы, когда я посветил на него.
— Проверь, — сказал он.
Я прошел мимо него. На полу у его ног в мышеловку попалась мышь, даже была еще живая. Я скривился и ослабил хватку на оружии.
— Ты, черт возьми, серьезно? — спросил я.
— Мы услышали, как попалась эта пискля.
— Убери свое оружие.
— Тим почти закончил? — Том спрятал его за пояс штанов.
— Да, — развернувшись, сказал я. — Больше я здесь есть не буду.
Том рассмеялся, когда мы вернулись в другую комнату.
Когда мы добрались до кабинета, я услышал щелчок.
— Черт, да, детка, — сказал Тим запыхавшимся голосом. — Вот это папочка любит.
Я быстро зашел внутрь. Тим посмотрел на меня и улыбнулся, маски не было. А дверь сейфа была открыта.
— Хорошая работа, — сказал я, подходя к нему со спины.
Момент истины.
Если сейф будет пустым, тогда мы облажались.
Я посмотрел внутрь.
Пачки денег.
Куча пачек с деньгами.
— Джекпот, — рассмеялся я.
Тим отодвинулся, когда я начал загружать находку в спортивную сумку. Должно быть, там тысячи долларов, свернутые сотенными купюрами. Они были спрятаны глубоко в сейфе и почти доставали до дверцы.
— Пойдем, — сказал я, когда хранилище было опустошено, а сумка застегнута.
Двинулся через главную комнату, а Тим, закрыв сейф, последовал за мной. Мы все быстро преодолели расстояние, открыли заднюю дверь и ушли в ночь. Том закрыл за нами дверь.
Мы сняли маски. Деньги лежали у меня в сумке на спине, пока мы убегали к парковке. Оказавшись там, я позволил себе привалиться к машине и сделать несколько глубоких успокаивающих вдохов.
Сердце стучало так, словно скоро взорвется.
Я сделал это. Я только что ограбил мафию, очевидно, на большую сумму денег.
Этого должно быть достаточно. Даже более чем достаточно.
— Джентльмены, пришло время расплаты, — сказал Тим. — Пять штук.
— Пять штук? — я посмотрел на Тома.
— Заплати ему, — сказал тот.
Я потянулся к сумке и отсчитал сумму. Протянул ее Тиму, и он засунул деньги в портфель.
— Ну, — сказал парень. — было весело. Забудьте, что видели меня. Берегите себя, джентльмены.
Затем он ушел. Пересек парковку и исчез в ночи.
— Что за черт? — сказал Том.
— Странный чувак.
— Я должен был его отвезти.
— Очевидно, у него появились другие планы.
— Черт, да, Альпинист. Мы сделали это! — Том посмотрел на меня и рассмеялся.
— И твои десять штук лежат здесь. Давай все расставим по своим местам. Отсчитываешь свою долю, и мы убираемся отсюда.
— Звучит, как чертов план.
— Хорошо справился, — поднялся я.
— Черт, да. Ты тоже, мужик!
Я рассмеялся из-за чистого безумия, которое мы только что совершили. Расселись по машинам и уехали, Том ехал впереди.
Я только что обокрал мафию. Эта мысль должна была испугать меня, но, напротив, я чувствовал восторг.
Мой план действовал. Я собирался сделать это, черт возьми.
Сегодня я расплачусь с Томом. Завтра я пройдусь до Канады и заплачу им.
Скоро я буду свободным. Скоро Бекка, моя мама и Джек будут в безопасности.
Я крепче сжал руль.
Еще немного.
Глава 23
Я бежала по лесу. Мужчины преследовали меня. Или это были не мужчины? Я не знала. Но знала, что они чувствовали мой запах и могли последовать за мной, куда бы я ни пошла.
Я тяжело дышала, легкие горели, когда перепрыгивала через толстые корни и поваленные деревья.
Лес был погружен во мрак, на небе ни одной звезды. Пульс стучал в висках. Я знала, что что-то украла у них, и они хотели это вернуть, но я не могла вспомнить, что взяла. Я была напугана и в отчаянии.
Но была уверена, что если они меня поймают, то убьют.
Впереди на вершине я увидела грузовик Рида. Он был словно оазисом посреди пустыни. Я бежала так быстро, как могла, но меня нагоняли.
Пятнадцать метров. Шесть. Я слышала, как челюсти преследователей щелкали у самых моих пяток.
Налетела на грузовик, пытаясь открыть двери, но те застряли. Я не могла забраться внутрь. Не могла, и не важно, как сильно пыталась. Я стучала и кричала, но никто не ответил, никто не пришел.
Я развернулась. Люди не были людьми. Они были больше похожи на волков, но не совсем. Слюна капала на землю, а глаза светились.
«У меня ничего нет», — говорила я снова и снова.
Они набросились.
***
В ужасе проснулась.
Я немного вспотела, и у меня ушла минута на то, чтобы осознать, почему я проснулась. Мой телефон вибрировал на столе, словно сумасшедший. Часы показали пять часов утра.
— Алло! — cонно ответила в трубку.
— Привет, это я.
— Рид? Ты в порядке? — села я.
— В полном. — рассмеялся он. — Если бы меня схватили копы, тебе бы позвонили из тюрьмы. Или совсем не позвонили, если бы меня поймали бандиты.
— Что случилось?
— У меня получилось.
— В смысле?
— У меня получилось, все получилось. — Он снова рассмеялся.
— Ты где?
— В грузовике. Помнишь, как туда добраться?
— Нет, абсолютно, — вздохнула я.
— Я скину тебе координаты. Забьешь их в навигатор.
— Ты хочешь, чтобы я сейчас пришла?
— Да, пожалуйста. Еще мне нужно несколько вещей для похода. Их список я тоже тебе скину.
— Хорошо, хорошо. Ты уверен, что в порядке?
— Абсолютно, Бекка. Скоро увидимся.
Рид положил трубку.
Сонное состояние все еще не отпускало меня. Когда я подумала, что придется идти по лесу в предрассветных сумерках, мое сердце пустилось в галоп.
Через несколько секунд снова завибрировал телефон. Просмотрела сообщение и увидела список вещей, которые нужно было принести, и координаты.
Все еще не совсем проснувшись, я спрыгнула с кровати. Голос Рида звучал счастливее и восторженнее, чем я слышала с тех пор, как вернулась домой. Я не знала, во что влезала, но в глубине души мне было все равно.
Я уже погрязла по самые уши, и выхода не было.
***
Сумка Рида весила килограммов сто. Не буквально, в смысле, это было бы невозможно, но тем не менее. Я не имела представления, как парень будет нести на спине весь этот груз, да еще в Канаду и обратно. Плюс то, что он хотел прихватить с собой на пути обратно. Я еле смогла идти так на протяжении часа, не говоря уже о том, чтобы передвигаться двое суток подряд.
Но я должна была это сделать. Почему-то мне не хотелось возвращаться домой, а Рид не мог отправиться в путь без снаряжения. Так что теперь ни свет ни заря я тащила это через лес.
По крайней мере, странных волкообразных монстров, пытающихся меня убить, не наблюдалось.
Солнце медленно поднималось, когда я в конце концов забралась на гребень горы и посмотрела вперед на грузовик. Выключила телефон и засунула его в задний карман, благодарная за то, что мое длинное и тяжелое путешествие подошло к концу.
Рида нигде поблизости не было видно. Грузовик тихо стоял, но это ничего не значило.
— Рид, — позвала я, когда подошла ближе.
Двери машины открылись.
— Ты долго.
Рид выбрался наружу и ухмыльнулся мне.
— В следующий раз упакуй все, прежде чем будешь уходить кого-то грабить, и избавь от этого меня.
— Было немного тяжело? — рассмеялся он.
— Немного? Как ты вообще это понесешь? — Я сняла сумку с плеч и сбросила на землю.
— Всего лишь нужно немного мышц, — ответил Рид и обвил меня руками.
Я рассмеялась, когда парень поднял меня и поцеловал.
— Поставь на место, задница, — хихикнула я.
Он опустил меня, но руки не убрал.
— Черт, я рад видеть тебя, — сказал.
— Я ужасно волновалась.
— Тебе не нужно беспокоиться обо мне. Я везде выживаю.
— Я тебе верю, — мягко сказала я.
— Хочешь увидеть нечто потрясающее?
— Всегда.
Парень повел меня за руку к задней части автомобиля. Внутри была огромная спортивная сумка.
— Что это?
Рид усмехнулся, когда открыл ее. В сумке была куча свертков из сотенных купюр.
— Святое чертово дерьмо, — сказала я.
Он рассмеялся из-за моего шока.
— Угадай, сколько здесь.
— Я не знаю. Двадцать тысяч?
— Сорок. Сорок чертовых кусков. Это значит, что у них было почти шестьдесят пять.
— Что случилось с остальными пятнадцатью?
— Налоги.
— Уверена, подобные дела так не ведутся. — Я подняла бровь.
— Ведутся, когда нанимаешь профессиональных воров.
— Я хочу это знать?
— Нет, определенно, не хочешь.
Я снова посмотрела на сумку и взяла один сверток, взвесив в руке. Никогда еще не держала в руках столько денег.
— Это абсолютное сумасшествие, Рид.
— Знаю. Тебя это завело?
— Что?
— Хочешь высыпать все и получить на этих деньгах самый мощный оргазм в своей жизни? — приблизился Рид.
— Да, есть немного, — рассмеялась я.
— Очень плохо. Деньги уйдут к нашим друзьям с севера, и я не думаю, что они оценят на них твой запах. — Он схватил меня и повалил на себя, поцеловав в губы.
— Я не пахну!
— Каждый запах возбуждения пахнет по-своему.
— Но не мой, — зардевшись, сказала я.
— Твой запах похож на запах роз.
— Итак, какой план тогда? — Я покачала головой и снова поцеловала его. — Ты добираешься туда и отдаешь им деньги, которые изначально у них же и украл?
— В основном, да.
— Не думаешь, что они разозлятся?
— Нет, не думаю.
— Почему?
— Потому что между ними идет война. И я думаю, что деньги — главная причина.
— Но это все еще их деньги, верно? То есть, они все состоят в одной банде.
— На самом деле я так не думаю.
— Почему?
— Я обдумывал такой вариант. Зачем им отмывать деньги здесь в Америке, если большинство членов банды находятся в Канаде?
— Лучшая налоговая ставка?
— Может быть. — Рид рассмеялся. — Хотя ни в каких документах не упоминалось о ком-то, кроме американцев.
— Так ты полагаешь, что канадцы не знают об этих деньгах?
— Почти уверен.
Я замолчала, обдумывая сказанное.
— А что, если ты ошибаешься?
— Не ошибаюсь. — Он просто покачал головой.
— Рид, это опасно. Ты же придумал запасной план?
— Извини, Бекка, нет. Сейчас или все, или ничего, — вздохнул парень.
Минуту я стояла в тишине, прижавшись к его телу. Слушала размеренное, спокойное биение его сердца и понимала, что все зависело от того, что случится в Канаде.
— А если они тебя убьют? — прошептала я.
— Тогда тебе больше не придется волноваться.
— Не смей больше так говорить, — посмотрела я на Рида.
— Прости, но это правда. Если я буду мертв, то у мафии не будет причин беспокоить вас, ребята.
— Ты не будешь жертвовать собой ради нас.
— Нет, — сказал он, нежно улыбнувшись, — не буду.
— Только не умри там.
— И не собираюсь.
Я набросилась на Рида, страстно целуя. Этот поцелуй не был последним, он не мог быть последним. Я хотела, чтобы Альпинист вернулся; в ином случае, я потеряю не только сводного брата. Я потеряю часть себя.
Через минуту парень медленно отстранился.
— Я должен идти, — тихо сказал он.
— Нет. Останься еще немного.
— Черт, Бекка. Думаешь, я не хочу остаться здесь и заниматься сексом до потери сознания?
— Тогда сделай это.
— Я не могу упустить возможность.
— Ты не должен этого делать.
— Я могу забрать эти деньги и сбежать с тобой, но мы бы всю жизнь оглядывались. К тому же, наши родители были бы в опасности.
— Но это не обязательно должен быть ты.
— Больше некому. — Рид снова нежно меня поцеловал. — Прости, Бекка. Я должен идти.
Он перевернулся и вышел из машины. Я села и с минуту смотрела на парня, представляя, какой будет моя жизнь, если он уйдет.
Рид всегда был частью моей жизни, что бы я ни делала. Даже когда я была в школе, и мы не виделись с ним, память о нем оставалась. Годами я гадала, что было бы, если бы я, наконец, поддалась и позволила себе увлечься им.
Что в конце концов и сделала. Впустила его, но получила гораздо больше, чем ожидала. Он поглотил меня, и я ни разу не захотела оглянуться.
Но внезапно все оказалось под угрозой. Я могла потерять Рида навсегда.
Я выпрыгнула из грузовика. Рид повесил на плечи рюкзак и схватил спортивную сумку с заднего сидения. Я наблюдала за тем, как он собирался, обувался в сапоги и еще раз все проверял.
Наконец-то он посмотрел на меня:
— Вот и все, — сказал.
— Хорошо, — я не собиралась плакать.
— Увидимся завтра.
— Напиши мне. Не могу так долго ждать.
— Если получу сигнал, позвоню.
— Ладно. — Я кивнула.
— Ты должен вернуться. — Подошла и прижалась к Риду.
— Вернусь.
Еще один поцелуй и Рид, развернувшись, ушел.
Я смотрела, как он исчезал в лесу. Смотрела, как кружились листья, скрывая его следы. Солнце поднималось все выше.
Альпинист никогда не оглядывался.
Я чувствовала себя так, словно часть моего сердца ушла вместе с ним.
Глава 24
Никогда раньше ничего не переправлял в Канаду. Обычно я проносил контрабанду обратно в Америку.
Как оказалось, ввоз – это то же самое, что и вывоз, только наоборот.
Деньги были не очень тяжелыми. По крайней мере, не такими тяжелыми, как последняя партия наркотиков, которую я доставил неделю назад. Тем не менее, к тому времени, как дошел до реки и пересек ее, я весь вспотел. Холодная быстротечная вода помогла, когда я без проблем переходил реку.
Я двигался через лес в сторону лагеря. В запасе было еще полчаса, так что у меня будет время, чтобы отдохнуть и высушить носки. В основном, чтобы высушить их. Никому не нравится бегать в мокром.
Сев на скамью и стянув обувь и носки, мыслями вернулся к череде событий, произошедших за последние пару дней. Самым большим вопросом было — решился бы я на все это, если бы не начал встречаться с Беккой? Ответ — наверное, нет. Я бы, как обычно, тянул время и страдал от возрастающих запросов обеих сторон. Но когда в мою жизнь вошла эта девушка, у меня внезапно появилась причина все прекратить. Кроме защиты своей семьи мне был дан шанс на обычную жизнь.
Иногда скалолазание отвлекало меня от ежедневных проблем, но я начал чувствовать, что этого недостаточно. И, кроме того, у меня бы не было никакой серьезной работы, если бы я поставлял наркотики мафии. А что мне делать, когда все закончится? Я осознал, что занимался контрабандой так долго, что больше практически ничего не умел. Можно было бы вернуться к скалолазанию, и я хотел этого.
К счастью, у меня не было много времени плыть по течению таких мыслей. Я поднял голову, когда услышал, как какая-то машина свернула вниз по дороге в сторону лагеря. Это была та же машина, что и последние два раза. Она припарковалась, постояла минуту, а потом со стороны водительского места вышел Ридли.
Я встал и пошел ему навстречу. Черная спортивная сумка была крепко зажата в моей руке.
Этого момента я с нетерпением ожидал и боялся. Смесь адреналина и страха пронеслась через меня, и все, чего я тогда хотел — это бросить деньги к его ногам и уйти. Но все было не так просто. Нужно было закончить дело. Я не должен был позволить Ридли убить меня на месте.
— Привет, мистер Контрабандист.
— Ридли. — Я кивнул ему.
— Добрался без приключений?
— Как обычно.
Секунду он стоял и смотрел на меня, скрестив руки на груди. Я безошибочно приметил за поясом брюк силуэт пистолета, едва скрытый облегающей футболкой.
— Что там? — кивнув на сумку, спросил Ридли.
— Она наполнена пятнадцатью тысячами долларов. — Я бросил ее на землю.
— И зачем ты это сюда принес? — Парень вздернул бровь.
— Хочу вернуть их тебе.
Он мгновение осмысливал сказанное.
— Вернуть мне? — медленно произнес.
— Да. Это твои деньги.
— Боюсь, я не понимаю.
— До меня дошли кое-какие слухи о твоей организации, — сказал я.
— Моя организация – не твоего ума дело.
— На самом деле, моего. Слышал, ты не очень ладишь с Жаком.
Минуту Ридли изучал меня.
— Да, между нами есть кое-какие разногласия, как и с людьми из твоей страны.
— Слышал, это назвали войной.
— Мое терпение не безгранично, мистер Контрабандист.
Я кивнул и перешел к делу.
— Я кое-что узнал о твоих людях. Узнал, где они прятали и отмывали все деньги, полученные от продажи наркотиков.
— Мне очень опасно говорить такие вещи.
— Но это правда. Еще я узнал, как именно раздобыть эти деньги. Знаешь о закусочной под названием «Блю»?
— Не слышал о такой.
— Это их бизнес. Это место они используют для отсеивания своих денег.
— Где ты взял деньги, которые лежат в этой сумке?
Он выглядел взволнованным, раздраженным. Ридли осматривался так, словно что-то должно было произойти. Я осознал, что сделал его большим параноиком, чем мне было нужно.
— Я выкрал эти деньги из «Блю».
— Ты, должно быть, спятил. — Его глаза расширились.
— Я украл деньги у них, чтобы отдать тебе.
— Ты украл у меня.
— Нет. — Я покачал головой. — Я возвращаю их тебе. Таким образом, ты можешь выиграть войну.
Внезапно он вытащил пистолет из-за пояса и наставил на меня. Мое сердце ускорило ритм, и я отступил на шаг. За все мое время в наркобизнесе на меня ни разу не направляли оружие, и сейчас это было ужасно.
— Ты ошибаешься. Это наши деньги.
— Ты говоришь мне, что хочешь, чтобы у них на руках была такая сумма денег? Даже во время войны?
— Даже во время чертовой войны. — Ридли подошел ближе, прищурился. — Эти деньги должны были остаться там, где были.
— Но ты даже не знал о закусочной.
— Потому что я не должен был знать. Но отмытые деньги вернулись бы к нам любым другим законным путем.
Страх ударил в голову, такого я еще не испытывал.
— Я хочу помочь тебе оплатить войну.
— Глупый мальчишка. Ты обокрал нас.
— Я вернул тебе деньги.
— Но я не хотел этого. Американский доллар устойчивее, чем канадский. В твоей стране мы зарабатываем больше.
— Это только половина, — выпалил я.
— Там есть еще? — Парень застыл на месте.
— Да, здесь только половина.
— Тридцать тысяч долларов?
— Да, тридцать тысяч.
— Интересно. — Казалось, Ридли расслабился. Парень немного опустил оружие. — И все наличка в той закусочной?
— Они хранят деньги в сейфе в задней комнате.
Он не ответил, а начал задумчиво поглаживать подбородок. Я стоял совершенно неподвижно, как олень в свете фар, боясь, что если пошевелюсь, то спугну его.
Я невероятно ошибался. Канадцы хотели, что американцы отмывали деньги в Америке. Конечно же, хотели. В Америке деньги хранились лучше, они могли их умножать и инвестировать. Их не хотели возвращать. В глазах Ридли я обокрал его так же, как и южан.
— Ты очень, очень везучий парень, — наконец сказал он, убрав пистолет.
Я выдохнул:
— Почему?
— Потому что предполагалось, что в той закусочной будет храниться десять тысяч.
Я моргнул. Там было намного больше десяти.
— А чем, ты думал, были эти пять тысяч?
— Если у них есть деньги про запас, кто возражает? Но хранить двадцать тысяч, ну, это много. — Он пожал плечами.
— Они твои. Все, — кивнул я.
— И что ты хочешь взамен этих денег?
— Две вещи.
— Тебе повезет, если я не убью тебя прямо здесь и не заберу деньги. — Ридли рассмеялся.
— Ты никогда не получишь остальное.
— Вот поэтому ты все еще жив. Вперед, рассказывай об этих двух вещах.
— Первое – хочу, чтобы мой долг был прощен.
— Хорошо. И?
— Я хочу, чтобы ты полностью уничтожил Жака и его парней.
Какое-то время Ридли стоял молча, уставившись на меня своим напряженным безумным взглядом, а потом взорвался смехом. Он откинул голову и взревел, практически тряся ею. Наконец, парень успокоился. После этого осталось какое-то напряженное ощущение.
— У тебя есть яйца, мистер Контрабандист.
— Я только пытаюсь сделать, как лучше.
— Как лучше. Да, это хороший способ уйти.
— Я подумаю. — Ридли подошел ко мне и положил руку на мое плечо. — Если все так, как ты сказал, то тебе простят твой долг, а чертовы тараканы с юга умрут.
Я едва не рассмеялся в голос. Едва не распался на части от волнения.
— Это значит, что сделка состоится?
— Пока нет. — Его хватка на моем плече усилилась. — Сначала выясню правдивость твоей истории.
— Это правильно. У них в сейфе много денег.
— Да, по твоим словам. Если все верно, то они воровали у нас. Или, что хуже, они скрывали дополнительный доход. Возможно, для того, чтобы финансировать войну, о которой ты говоришь.
— Будь я на их месте, так бы и сделал.
— Молись, чтобы ты оказался прав. — Ридли отпустил меня, наклонился и поднял сумку.
— Как я узнаю? В смысле, что ты согласен на сделку.
— У тебя есть контакты на юге?
— Том.
— Да, Том. Знаю это имя. Я оставлю ему сообщение, если соглашусь.
— Остальные деньги будут у тебя.
— Остальные деньги уже мои. Единственное отличие в том, что если у нас будет сделка, ты останешься в живых.
— Довольно честно, — кивнул я.
Ридли расстегнул сумку и поставил ее на капот машины. Он посмотрел внутрь, быстро пересчитав свертки.
— Но, если сделка не состоится — ты мертв, а деньги все еще мои. — закончив, взглянул на меня.
— Я понимаю, — кивнул я.
— Хорошо. Скоро поговорим, мистер Контрабандист. — Он замолчал, затем ухмыльнулся. — Или тебя называть «мистер Вор»?
Я не ответил, когда парень развернулся, снова рассмеявшись. Он запрыгнул в машину и вырулил с территории лагеря, включив большую скорость, чем обычно.
Я смотрел, как он уезжал. Когда Ридли скрылся из виду, я перевел дыхание и рухнул обратно на столик для пикника, стараясь успокоиться.
Это было близко. Намного ближе, чем я думал. Но все, что я рассказал ему, было правдой. Я был уверен, что Джей и его люди воровали, готовясь к войне, и Ридли это поймет.
Это должно было случиться. В противном случае, как он и сказал, я – труп.
Но у меня была причина бороться за жизнь. Появился человек, которого я отчаянно хотел еще раз увидеть.
Я быстро натянул носки и ботинки, немного высохшие, и забросил на плечи свой рюкзак. Почувствовал легкость, поскольку больше не переносил через границу никаких наркотиков.
Впервые за долгое время я возвращался в Америку без сумки, наполненной нелегальными веществами.
Бежал быстрее обычного, стараясь возвратиться домой как можно раньше. Мне нужно было кое-кого увидеть.
Глава 25
Я была ужасно вымотана к тому времени, как добралась домой.
Рид ушел в Канаду, а я не имела ни единого шанса узнать, как обстояли дела. Застряла в подвешенном состоянии, гадая, простят ли гангстеры Риду его проступок или хладнокровно убьют.
Я сидела на заднем крыльце. «Не думай об этом,» — предостерегала саму себя.
Я должна была держаться, хотя бы ради него. Даже если внутри бушевали противоречивые эмоции, и меня разрывали сотни разных предположений, наполненных одними страхами и непониманием. Даже когда было ощущение, что мой мир балансировал на лезвии ножа.
Когда я нагнулась, чтобы развязать ботинки, завибрировал мой телефон. Сердце едва не выскочило из груди, но это не мог быть Рид. Пока нет. Он еще даже не дошел до границы.
Я вытащила мобильник из кармана и проверила сообщение. Оно было от Линдси.
«Привет, мы можем встретиться в «Кларк Парке» через полчаса? Нам нужно поговорить кое о чем важном».
Я прищурилась. Зачем ей понадобилось встречаться в парке для разговора? Она всегда могла просто позвонить мне.
«Ты не можешь просто прийти сюда?» — ответила я.
«Нужно быть в парке. Это, правда, важно, клянусь». — Подруга среагировала мгновенно
«Хорошо. Увидимся через полчаса». — Я вздохнула
Не имела понятия, что она задумала. Возможно, ей нужно было посоветоваться насчет отношений с парнем или что-то в этом роде. Или, может, Джей жестоко обошелся с ней, и Линдси нужна была помощь. Как бы там ни было, я — ее подруга и сделала бы для нее все, что смогла.
Я обратно зашнуровала ботинки и откинулась в кресле. Парк находился в двадцати минутах от дома, и это было неплохо.
С недовольным стоном я поднялась и зашла в дом. Схватила ключи от машины и вышла на переднее крыльцо. Я была все равно немного раздражена из-за того, что приходилось ехать аж в Кларк Парк.
Впрочем, это может быть хорошим отвлечением. Мне нужно было что-то, чтобы отвлечься от мыслей о Риде.
***
Я припарковалась и заглушила мотор. Парковка почти пустовала, не считая еще пары машин, хотя в моем поле зрения не было никаких людей. Вышла из машины и, прислонившись к ней, написала Линдси: «Я на месте, где ты?»
«В старом павильоне. Помнишь, мы в нем обычно тусовались?» — сразу же ответила она.
Я слабо улыбнулась самой себе и отправилась туда. Иногда, еще в средней школе, когда нам было плохо, и нужно было поговорить, мы шли в этот старый павильон, находящийся в отдалении от остальной части парка. Я помнила каждый раз, когда мы сидели рядышком и болтали о парнях, домашке и остальных типичных страхах подростков.
Это были веселые воспоминания, и странно снова туда возвращаться. Я решила, что дело серьезное, раз подруга после всех этих лет снова вытащила меня в павильон.
Пересекла вымощенную тропинку и свернула на немного грязную дорожку. Пробралась по ней через парочку деревьев и впереди заметила наше место. Павильон выглядел точно так же, как в последний раз, когда я здесь была.
Когда я подошла, Линдси сидела на столике для пикника, поставив ноги на лавку. Подруга выглядела измученной, словно сегодня совсем не спала, волосы спутаны.
— Привет, Линдс, — сказала я.
— Бекка. Слава Богу, ты здесь.
Она оживилась при моем появлении, но ко мне не подошла. Я остановилась перед девушкой, облокотившись о столб, поддерживающий свод павильона.
— Что происходит?
— Мне, правда, жаль.
— Чего тебе жаль? — рассмеялась я.
— У меня не было другого выбора. Я так виновата.
Кожу начало покалывать, а спина покрылась мурашками. Выражение лица Линдси было очень серьезным, почти умоляющим, а взгляд говорил, что я должна бежать.
— Что происходит? — спросила я.
— Это, должно быть, была ты, — произнесла она, положив голову на ладони. — Они не тронут тебя, если скажешь им правду.
Я сделала шаг назад, открыла рот и с развернулась к Линдси вполоборота.
В животе появился страх. Двое парней в костюмах, я вспомнила, что они были на той вечеринке, двигались в мою сторону. Повернулась к Линдси.
— Что ты сделала? — спросила я.
— Прости меня. — Она не смотрела на меня. — У меня не было другого выхода.
— Что ты сделала, черт возьми? — в бешенстве спросила я, но это не имело значения.
Двое мужчин остановились в паре метров от меня, а потом я увидела его. Он вышел из тени большого дерева в нескольких метрах от нас и ухмыльнулся мне.
— Привет, Ребекка, — сказал Джей.
Все еще улыбаясь, он прошелся по павильону и остановился рядом с Линдси.
— Что происходит? — спросила я, пытаясь сыграть дурочку.
Они должны были поверить, что я не имею ничего общего с произошедшим. Но это было глупо, так как они, само собой, подозревали меня. Линдси видела, как я заходила в тот офис, и знала о моей связи с Ридом. Они просто смогли сложить вместе два и два.
— Да вот Линдси говорит мне, что ты была плохой девочкой.
— Я не знаю, о чем ты говоришь. — Я посмотрела на подругу, но та избегала взгляда.
— Мой офис обокрали. Но ты уже знаешь об этом. — Он шагнул ко мне.
— Убирайся или я закричу.
— Вперед, кричи. Я нисколько не возражаю, — рассмеялся парень.
Я открыла рот, но кто-то схватил меня сзади и одну руку обернул вокруг моей талии, а второй закрыл мне рот.
Меня переклинило. Я укусила его за палец и наступила на ногу так сильно, как только могла. Мужчина сказал что-то на французском и отпустил меня, а я побежала.
Не оглядывалась. Бежала так быстро, как могла, направляясь к деревьям, и начала кричать так, что уши закладывало.
Три секунды великолепной свободы. Я надеялась, что смогу убежать, пока Джей не схватил меня, дергая туда-сюда, и бросил на землю.
Я упала в грязь и перекатилась. Через мгновение он сидел на мне, схватив за волосы.
— Еще раз попытаешься убежать, и все станет еще хуже, — гневно произнес Джей мне на ухо.
— Отпусти меня, ты, псих, — закричала я.
Он кивнул одному из громил, который подошел с банданой. Джей убрал мои волосы и держал руки, пока тот парень затыкал банданой мой рот и завязывал ее наподобие кляпа. Второй парень, тот, которого я укусила, скотчем связал мне руки за спиной.
Бешеный стук сердца отдавался в голове. Я пыталась кричать и бороться, но они были сильнее. Видела, как Линдси бросилась к Джею, зарывшись лицом в его мощную грудь. Парень погладил ее по голове, все это время ухмыляясь мне.
Они перевели меня через деревья, пересекли ручей и вывели на поляну. Там были припаркованы два внедорожника. Меня посадили на заднее сидение одной из машин, со мной сели Джей и громила, которого я укусила. Другой мужик забрал Линдси во вторую машину.
Когда мы выезжали из парка, Джей пододвинулся ближе ко мне:
— Твоя подруга сказала нам, что видела, как ты пробиралась в кабинет. — Он улыбнулся и положил руку мне на ногу. — Но я знаю, что ты хорошая девочка. Знаю, что ты не совершила бы ничего настолько глупого, как кража.
Меня тошнило, и я хотела отбросить его руку, но не могла. Мозг все еще обдумывал развитие событий, я была в шоке от того, что Линдси предала меня, уже не говоря о том, что я действительно видела, куда все вело. Предполагала такую возможность, но никогда бы не подумала, что подруга сможет бросить меня под автобус, даже не поговорив со мной.
И Рид был так далеко, пытаясь выдать этих ублюдков. Я была в опасности, похищена людьми, которых он старался уничтожить, а Альпинист даже не представлял об этом.
— Знаю, что ты близка с нашим контрабандистом, — продолжил Джей. — Вы двое семья, да? Ну, я знаю, как это работает. Возможно, ты сделала для него кое-что, кое-что глупое. Ты говоришь мне правду, и я отпускаю тебя, не причинив никакого вреда.
Я посмотрела ему в глаза, в его отвратительные свинячье глазки. Он потянулся ко мне и вытащил изо рта кляп.
Я плюнула прямо ему в лицо.
— Чертов уб… — прозвучало только это, прежде чем он снова заткнул мне рот.
Джей наклонился и оторвал кусок ткани от моей рубашки, использовав его, как тряпку, чтобы вытереть лицо.
— Это было очень, очень глупо, — спокойно сказал он.
Парень отвернулся и больше ничего не говорил.
Рубашка клочками повисла на моем теле, почти не скрывая груди. Я чувствовала себя разбитой и поверженной, но плакать не собиралась. Не доставлю этому больному уроду такого удовольствия.
Мы ехали около часа и в конце концов свернули на неровную ухабистую грунтовую дорогу. Мы возвращались туда, где нет ни одной живой души, дальше в лес. Въехали в медленно открывшиеся ворота. Здание окружал огромный забор, а большие деревья закрывали обзор всем, кому вздумается бродить в округе. Сам дом был простым и даже скучным, совершенно невзрачным.
Они вышли из машин и потянули меня за собой, толкая вперед по тропинке и через входную дверь. Я осмотрелась, совершенно не представляя, где нахожусь. Джей молча пихнул меня в спину, направляя к каким-то дверям и вниз по ступенькам. Мы спустились в темный грязный подвал. Старое тренировочное оборудование, давно покрывшееся пылью, было разбросано по всему помещению.
Парень вновь толкнул меня вперед. В одном углу из стены торчало металлическое кольцо, а к нему крепились цепи. Прямо под кольцом находился слив.
Меня пригвоздили спиной к стене прямо под кольцом. Джей взял цепи и обвязал их вокруг моей шеи, замкнув на висящий замок. Потом отошел и улыбнулся мне:
— Ты останешься здесь, пока не решишь сотрудничать. — Он кивком указал на слив. — Свои дела будешь справлять здесь. Мы не побеспокоим тебя.
Он уже собирался развернуться и уйти, но придумал что-то получше. Парень приблизился ко мне, его дыхание согрело мое лицо. Я попыталась закричать через кляп, но ничего не вышло, лишь приглушенный писк.
— Это за плевок, — сказал Джей.
Он схватил то, что осталось от моей рубашки, и сорвал с тела.
Я извивалась, пытаясь защитить себя, но цепи душили, если я слишком резко двигалась. Смеясь, Джей отступил.
— Красивая девочка. Будет жаль, если придется причинить тебе боль. — Его взгляд прожигал дыры на моей груди. — Расскажи то, что мы хотим знать, и все будет забыто.
Я пыталась сказать ему, чтобы шел к черту. Пыталась выкрикнуть все те ужасные вещи, которые хотела с ним сделать, но не могла. Я больше ничего не чувствовала, лишь стояла связанная, с кляпом во рту и цепями на шее, а тело прикрывали только джинсы и лифчик.
— Увидимся позже, — сказал Джей и ушел.
Он исчез, шаги стихли, ключ повернулся в замке на дверях, и я погрузилась во тьму. Единственным источником света было окно с толстой решеткой.
Я сползла по стене и упала на землю. Цепи позволяли мне сидеть, хотя сильно натягивались.
В тот момент, прикованная в подвале гангстеров, полуголая и замерзшая, я могла думать только о Риде. Он столько сделал для своей семьи, для меня, а я даже не знала об этом. Я должна быть сильной. Он придет за мной. Я знала, что он придет. Нужно только потерпеть до его прихода. Он ни за что не подведет меня.
Эта мысль была моим единственным утешением, тогда как остальной мир потерял все краски.
Глава 26
Я проснулся рано, впервые за долгое время чувствуя себя нормально.
Осталось преодолеть малую часть пути. Поскольку сейчас мне не нужно было таскать с собой партию наркотиков, я двигался гораздо быстрее и планировал вернуться в город в полдень, намного раньше обычного.
Убрал лагерь, собрал свои вещи, а телефон засунул в передний карман. Мне хотелось прочитать сообщение от Бекки как можно быстрее.
Я написал ей прошлой ночью, когда, наконец, пересек американскую границу, и на телефоне появилась нормальная сеть, что было большой редкостью. Маленький голубой кружочек показал, что мое сообщение было отправлено, но ночь прошла без какого-либо отклика от Бекки, что было необычно. Эта девушка всегда носила с собой телефон. Всем известно: солнце будет всходить, ветер дуть, а телефон Бекки лежать там, где она сможет до него дотянуться.
Пока я возвращался обратно в город, в животе появилось какое-то странное ощущение. Я чувствовал беспокойство, словно что-то неизвестное поедало меня изнутри.
Да, бандиты все еще могли меня убить, но это другое. Здесь я был уверен в успехе.
Когда до города оставалось часа два, до меня дошло: Бекка все еще не ответила. Она не могла не увидеть мое послание. Даже если злилась на меня, сомневаюсь, что проигнорировала бы такое сообщение.
Что случилось?
Я покачал головой, отогнав эту мысль. Вероятно, было какое-то объяснение. Может, Бекка утопила телефон в туалете, или батарея взорвалась, или еще сотня других причин, по которым она не смогла сбросить мне короткое сообщение.
Я сосредоточился на ходьбе, одна нога за другой, и сопротивлялся желанию побежать. Это только истощит меня, а впереди долгий день.
Минуты превращались в часы, и я уже был у границы города, когда телефон завибрировал. С нетерпением вытащил его из переднего кармана штанов.
«Когда доберешься, приди ко мне», — написал Том.
Я моргнул, почувствовав разочарование.
«Зачем? Ты что-то слышал?» — ответил ему.
«Просто приди»
Я нахмурился, но решил сначала сходить к нему. Место, где обитал Том, находилось ближе, чем мой дом, так что мне подходил такой расклад. Я не нуждался в отдыхе, не хотел отдыхать. Бекка точно была в порядке. Мне не нужно было волноваться.
Едва перевалило за полдень, как я оказался на заднем дворе Тома или, по крайней мере, на участке леса, который вел к трейлеру этого прохиндея. Остановился у дверей и дважды постучал.
— Том, это я, — позвал его.
— Привет, чувак. — Он открыл дверь, выглядя при этом измученно.
— Что-нибудь слышал от них?
— Но сначала я должен кое-что тебе показать, — кивнул он.
— Что они сказали?
— Зайди.
Что-то было не так. Канадцы отказались от сделки? Не было времени удивляться, потому что Том уже вернулся в трейлер. Я последовал за ним, решив согласиться со всем, что бы ни происходило.
Том предложил сесть на стул напротив него.
— Ты чертовски раздражаешь меня. Что случилось? — спросил я.
— Я получил весточку от канадцев, но сначала должен кое-что тебе рассказать.
— Что сейчас может быть важнее мафии?
— Это. — Он протянул мне телефон. — Смотри.
Я наклонился и схватил его. Посмотрел на фото. По какой-то причине сначала я не совсем понял, что это.
На снимке была полуголая девушка, знакомая девушка. Ее руки были связаны за спиной, а на шее затянута длинная цепь. Цепь тянулась от стального кольца, вбитого в стену. Похоже, она находилась над канализацией в каком-то грязном, отвратительном подвале.
Я уставился на фото. Медленно до меня дошло, кто был на нем.
Бекка.
Бекка была связана. Вокруг шеи – цепь.
— Что за черт? — медленно произнес я.
Бекка была полуголой, лифчик грязный, волосы растрепаны. Как будто она пробыла там не меньше одной ночи.
— Я получил это от Джея.
Ужас прошел по телу. Джей держал Бекку прикованной в своем подвале, будто чертов кусок мяса. Но затем ужас быстро сменила ярость.
— Ублюдок, — закричал я, поднимаясь.
— Воу, Альпинист.
— Я убью его. Где он, черт возьми? — Я потянулся рукой назад, нащупывая оружие.
— Успокойся, Альпинист. Сначала нам нужно поговорить.
Я приблизился к лицу Тома, не заботясь о том, что он не имел ничего общего с похищением Бекки. Мне хотелось навредить кому-то, что-то сломать, а Том стоял рядом. Ярость накрыла меня, угрожая затопить все вокруг.
— Говори, где он, — закричал я.
— Хорошо, я скажу. Но тебе нужно присесть.
— Если она пострадает, я убью их всех. Я вырву их чертовы глаза. — Я схватил его за рубашку.
— Альпинист, мужик.
— Где они, черт возьми? Скажи мне, где она?
— Альпинист...
Я усилил хватку.
— Говори сейчас, ублюдок, — вытащил оружия из-за пояса.
— Альпинист, приятель. Успокойся. Я не делал этого.
— Быстро говори. — Я поднял пистолет.
— Альпинист! — Я видел страх в его глазах, но мне было плевать. Передо мной стояло фото Бекки, и столько злости накатило на меня. — Рид! Опусти ствол.
Собственное имя отрезвило меня. Я перевел взгляд с пистолета на лицо Тома и медленно опустил оружие, затем спрятал его за пояс брюк. Отпустив рубашку, отошел от парня. Гнев никуда не делся, но я знал, что должен направить его не на Тома.
— Я должен идти туда, Том.
— Я знаю, мужик. Я понимаю. Но послушай меня. — Он замолчал, собрался с духом и продолжил. — Со мной связались парни с севера. Они принимают твое предложение.
— Когда они придут?
— Том посмотрел на часы:
— Час.
— Они приедут сюда через час. — Я медленно кивнул.
— И с подмогой. Очевидно, Ридли не хочет давать Джею шанс на перегруппировку, прежде чем ударить.
— Я должен идти сейчас.
— Нет. Если пойдешь сейчас – ты труп. Но если ты подождешь Ридли и его парней, мы вернем Бекку.
— Я не могу позволить ей оставаться там. Это моя вина. — Я сжал челюсти, пытаясь сдержаться и не выплеснуть снова свой гнев на него. — Из-за меня она там.
— Я понимаю. Правда. Но идти сейчас — это самоубийство и, в конце концов, она может еще больше пострадать. Слушай, Ридли хочет денег, которые у тебя есть. Он не позволит навредить Бекке.
Я отвернулся от Тома и толкнул дверь. Проигнорировал его протесты и продолжил путь в город.
У меня кружилась голова. Я должен найти их. Должен вытащить Бекку. И я не могу ждать целый час.
Ярость переполняла меня, конечности отяжелели, а пульс бился как бешеный. Я был так зол и полон адреналина, что не услышал, как сзади подошел Том.
Он боролся со мной, бросив на землю. Я выбросил руки, смягчив падение, но парень уже нависал надо мной, сражаясь с моим рюкзаком. Я почувствовал, как он схватил пистолет и забрал его.
— Уберись к черту от меня, — проворчал я.
— Прекрати брыкаться, Альпинист. Это для твоего же блага. — Он наставил на меня пистолет.
— Да пошел ты, Том. Убей меня, если хочешь, но я иду.
— Думаешь, будет лучше, если твою задницу грохнут? — Парень прижал меня к земле, приставив к виску оружие. — Ты хоть знаешь, куда идти?
— Я не могу остаться здесь. У них Бекка.
— Да, но только со вчерашнего дня. Она в порядке, мужик. Мы вернем ее.
Я сделал глубокий успокаивающий вдох. Знал, что Том был прав. Но это знание не спасало от желания уйти отсюда и что-то сделать.
— Ридли должен взять меня с собой, — наконец сказал я.
— Так и будет, мужик.
Том отстранился и отпустил меня, все еще держа на прицеле.
— Мы ждем час. Если они не появятся, я ухожу, — медленно поднялся я.
— Окей. Хорошо.
Я посмотрел на него.
— Пистолет. — Парень протянул его мне. — Больше не вздумай нападать на меня со спины.
— Будет сделано, Альпинист, — ухмыльнулся он.
Мы неспеша вернулись в трейлер.
Том был прав. Если меня убьют, Бекке не будет от этого пользы. Как бы я ни презирал ожидание и ни ненавидел себя за то, что втянул свою девочку в такое дерьмо, знал, что мне нельзя спешить, как последнему идиоту, иначе все испорчу.
Я подожду один час. Потом меня ничто не остановит.
Глава 27
Они приехали на четырех черных внедорожниках.
Мучительных сорок пять минут после борьбы с Томом, и вот подъехал Ридли со своими ребятами. Они вышли из машин. Их было двадцать человек, у каждого по автомату и бронежилету. Ребята выглядели так, словно знали, что делают.
— А вот и мой любимый вор. — Ридли улыбнулся и вскинул руки, когда увидел.
— Ридли.
— Сегодня прекрасный день, вор. Почему ты такой серьезный? — Он обнял меня и засмеялся.
— У них моя сводная сестра.
— В плену? — Ридли отстранился.
Я кивнул.
— Джей – мразь. — Он скривился. — Реальная мразь. Я рассчитываю прикончить его.
— Я иду с вами, ребята.
— Ты подготовлен? Знаешь, как убить человека? — Он поднял бровь.
— У них моя сводная сестра, — медленно произнес я. — Я иду, или сделки не будет.
— Ты сейчас пытаешься изменить правила? — Парень нахмурился.
— Джей изменил правила. Я должен пойти.
Ридли около минуты изучал меня, а я смотрел на него. Не имело значения, согласится он или нет. Я знал, что все равно пойду. Я должен, и я пойду.
— Окей. Ты едешь с нами.
— Хорошо, — кивнул я.
— Пьер, дай вору бронежилет. — Ридли посмотрел на мужчину с глубоким шрамом на правой щеке.
Мужик пожал плечами, затянулся сигаретой и потом пошарил во внедорожнике. Вытащил пуленепробиваемый жилет и бросил его мне.
Я раньше не надевал такое. Он оказался довольно тяжелым. Ридли посмотрел оценивающе.
— Ты выглядишь реально круто, вор, — сказал он, ухмыльнувшись.
— Я всегда крутой.
— А теперь, вор, остальную часть денег. — Парень громко рассмеялся.
Я порылся в рюкзаке и вытащил оттуда мусорный пакет, бросив его Ридли. Он поймал и посмотрел внутрь, потом на меня.
— Они были у тебя все это время?
— Торг. — Я кивнул. — Просто про запас.
Он снова рассмеялся бросил пакет Пьеру, а тот положил его в машину.
— Хорошо. Пойдем.
Мужчины сразу же побросали сигареты и начали загружаться по машинам.
— Увидимся. — Я посмотрел на Тома.
— Удачи, Альпинист. Не дай себя убить.
— Смерть не в моем стиле, — усмехнулся я.
Это была трудная ситуация, но какая разница. Машина тронулась, автомобили образовали колонну и направились к выезду из города.
Не представлял, куда мы ехали, но, очевидно, Ридли знал. Я ничего не спрашивал, а атмосфера в машине не способствовала болтовне.
Мысли возвращались к фотографии: Бекка, прикованная к стене, как животное, ее рубашка разорвана, а руки связаны за спиной.
Я не знал, что они с ней сделали, но заставлю их заплатить за это. Я обрушу адский огонь и смертную кару на порог их дома.
Мы ехали все дальше, углубляясь в леса и приближаясь к горам. Наконец водитель свернул налево и съехал вниз по грунтовой дороге. Вероятно, мы были в получасе езды от Риджвуда, в малонаселенной местности.
Это место окружал большой и высокий забор из железной сетки. Ворота были закрыты. На секунду я задумался, каким образом мы попадем внутрь.
А потом водитель нажал на газ, тем самым ответив на мой вопрос.
— Держись, — ухмыляясь мне, сказал Ридли.
Я схватился за автомобильное кресло как раз тогда, когда машина врезалась в ворота.
Нас качнуло в сторону, но ворота поддались. Хруст металла и треск решетки разнеслись по воздуху. Если похитители до сих пор не знали, что мы идем, то узнали теперь.
Остальные внедорожники последовали по проложенному нами пути, направляясь прямо к дому, стоящему в стороне от дороги.
Место окружали деревья и кусты, и вообще оно выглядело как самый обычный загородный дом. Разве что он был полон жестоких бандитов. И в подвале цепями к стене была прикована женщина, которую я люблю.
В доме не наблюдалось никакого движения, когда внедорожники окружили его. Парни медленно вышли из машин. Я следовал за Ридли, держась поблизости, в руках — снятое с предохранителя оружие.
Люди Ридли использовали сложные жесты, которые я не понимал. Они рассредоточились по всей территории, одна группа пошла за дом, остальные прочесывали двор.
— Просто держись за мной, вор, — сказал Ридли.
Парень выглядел счастливым, будто это был самый лучший день в его жизни.
На секунду мне стало страшно. Скоро я ворвусь в дом, наполненный жестокими и опасными мерзавцами. Вот реальный шанс умереть. Но как только я вспомнил Бекку и выражение ее лица, все страхи ушли. Почувствовал себя сосредоточенным и спокойным, таким, каким я был, взбираясь по отвесной стене.
Наша группа из четырех человек достигла главного входа. Парни использовали тяжелый стальной таран и ударяли им по дверям, посылая по воздуху громкий гул.
После третьей попытки двери распахнулись.
Наступила тишина, а потом прозвучал оглушающий рев выстрелов.
Мужчина спереди завалился назад, когда другая группа двинулась, чтобы прикрыть их. Люди в доме стреляли в нас из винтовок, крупнокалиберного дерьма, которое оставляло черные дыры в наших машинах. Ридли нырнул за один из кустов, я последовал за ним. Пули разрезали воздух, а Ридли громко смеялся, отстреливаясь.
— Вали ублюдков, — заорал он, весело скалясь.
Другая группа пошла вперед и вытащила из-под своих жилетов что-то похожее на гранаты. Ридли посмотрел на меня.
— Закрой глаза! — перекричал он звуки выстрелов.
Я увидел, как парни бросили гранаты в комнату. Как раз вовремя отвел взгляд.
Прозвучал громкий сильный взрыв, и появилась такая яркая вспышка, что мне было видно ее даже с закрытыми глазами, при дневном освещении и на расстоянии шести метров.
— Пойдем, — закричал Ридли.
Я открыл глаза и пошел за ним. Огонь внутри дома прекратился, и Ридли ворвался в двери.
Я приблизился к нему. Перед нами находился перевернутый стол, за ним сидели двое мужчин и кричали, закрыв руками глаза.
Ридли выстрелил, убив обоих. Их головы исчезли в красном дыме.
Еще одна команда последовала за нами и рассредоточилась по комнате. Соседняя комната была пустой, но в следующей были еще трое. Я прижался к стене, отстреливаясь, но нас загнали в угол, когда обстрел начался по стенам.
Эти люди были безумны. Бесстрашные и сумасшедшие, парни стреляли так, словно у них никогда не кончатся патроны.
Я отступил. Ридли остался там, стреляя в ответ и смеясь, как псих.
Я должен был найти Бекку. Это — моя единственная цель. У меня не было времени играть в спецназ с оставшимися бандитами. Я должен идти вперед. Вернулся в главный холл и пошел по другому коридору до T-образной развилки, рядом с которой находилась дверь. Заглянул за угол и ничего не увидел. Схватился за дверную ручку и толкнул дверь.
Ступеньки, ведущие вниз.
Сердце пропустило удар, когда я спустился в подвал. Закрыл за собой дверь и пошел так тихо, как только возможно.
— Бекка? — оглядываясь, позвал я.
Услышал, как что-то щелкнуло в дальнем углу. Поднял оружие и шагнул вперед.
По всему помещению стояли коробки, и вокруг было разбросано старое спортивное оборудование. Воздух был спертым и сырым, и на коже чувствовалась паутина. Я продолжил идти через этот бардак и направился в сторону шума. Обогнул гору коробок и застыл.
— Не ожидал увидеть тебя, — сказал Джей.
В тридцати сантиметрах от меня, освещенный всего одним окном, стоял Джей. Он прижимал пистолет к виску Бекки, а цепь была обернула вокруг ее горла.
Я посмотрел своей девочке в глаза. Она не выглядела испуганной, только измученной. Рубашка была разорвана, но лифчик все еще был на ней, а Джей одной рукой держал оружие, вторая же сжимала цепь. Бекка слегка покачала головой.
— Отпусти ее, — сказал я.
— Должно быть, она действительно нравится тебе, — небрежно произнес Джей. — Ты очень рискуешь.
— А ты прячешься за чертовой девчонкой.
— Она моя заложница. А вот что мы делаем с заложниками. — Он прижал пистолет к виску Бекки.
— Отпусти ее, Джей. Все кончено.
— А как насчет «нет». Напротив, или ты уходишь, или я вышибу ей мозги.
— Ты только ухудшишь свое положение.
— Это был ты, не так ли? — внезапно спросил он.
— О чем ты говоришь?
— Ты обокрал меня.
— Да. Я обокрал тебя.
— А эта сука помогала тебе.
— Она не имела к этому отношения.
— Ах. Я не верю тебе, — Джей ухмыльнулся и поднял голову. — Моя шлюха рассказала мне другое.
— Линдси? Большую часть времени она слишком обдолбана, чтобы понимать, что происходит вокруг.
— Может и так. Думаю, это не имеет значения. Но сейчас ты должен идти, или я пристрелю эту милую девушку.
— Я могу уйти. Но Ридли – нет.
— Я справлюсь с ним.
— Сперва дай ей уйти.
— Нет, этого не случится. Видишь ли, она мне понравилась. — Он улыбнулся больной, жестокой улыбкой. Потом отпустил цепь и свободной ладонью двинулся вниз к груди девушки. — Она милашка. Думаю, я сделаю ее своей, когда все это закончится. — Джей слегка передвинул пистолет, сконцентрировавшись на том, чтобы добраться до груди Бекки.
Мои руки отяжелели от ярости и адреналина.
Вдруг Бекка отшатнулась, когда рука Джея достигла чашки лифчика.
Я нажал на курок.
Пистолет выстрелил.
Джей завалился назад, уронив оружие. Он шокировано моргнул, не веря в то, что сейчас произошло. Я смотрел, как из красной дыры в его черепе потекла кровь, и парень медленно осел на пол. Он лежал на земле, голова закинута назад. Глаза превратились в безжизненные провалы.
Я бросил пистолет и побежал к Бекке. Убрал кляп, и девушка сделала глубокий вдох.
— Рид! — сказала она.
— Я здесь. Все хорошо. — Я сорвал скотч с ее рук и распутал цепь вокруг шеи. — Они не навредили тебе?
Бекка не ответила, только всхлипывая прижалась к моей груди. Когда ее тело сотрясла дрожь, я обвил девушку руками, крепче обняв.
— Все в порядке, — прошептал. — Все хорошо. Теперь все кончилось. Все закончилось.
Один душераздирающий, мучительный и радостный момент спустя мой мозг затопили ее запах и близость тела. Я был счастлив, что Бекка жива и в безопасности, но напуган тем, что с ней могло произойти. Девушка отстранилась.
— Как ты нашел меня?
— Ридли. Помогла сделка с канадцами.
— Вот почему я слышала все эти выстрелы.
— Ты в порядке?
— Они не тронули меня, — кивнула она.
— Уверена? Ты точно в порядке?
— Устала. Напугана. Но они ничуть не тронули меня.
Я длинно выдохнул. Почувствовал, как внутри что-то разжалось, и я притянул девушку к себе, обрушив свой рот на ее губы. Бекка с жаром ответила на мой поцелуй. Голод затопил мое тело, а ощущение ее кожи напротив моей посылало по спине дрожь.
Мой член напрягся. Я должен был прекратить это, иначе займусь с ней сексом прямо здесь, рядом с телом того куска дерьма, который похитил ее.
— Вот, — сказал я, стянув бронежилет и рубашку. — Надень это.
Бекка взяла мою рубашку и натянула ее через шею. Я бросил бронежилет на пол. Стрельба наверху прекратилась, были слышны только разговоры мужчин.
— Думаешь, мы победили? — спросила Бекка.
— Определенно. — Я кивнул.
— Теперь точно конец?
— Точно. Я обещаю.
Прежде чем она смогла что-то сказать, дверь в подвал открылась.
— Ау, есть там кто? — позвал Ридли.
— Это я, — ответил ему. — Мы сейчас поднимемся.
— Это мой вор! — он рассмеялся.
Бекка посмотрела на меня, а я просто пожал плечами. Мы обошли всякий хлам и грязное оборудование, а потом поднялись по ступеням.
— Итак, это твоя сводная сестра, — сказал Ридли. — Рад познакомиться.
— Ребекка, — ответила она. — Я тоже.
— Мы закончили здесь? — спросил я.
— Да. Все уроды мертвы, а мы победили.
— А мы с тобой?
— Все честно, мистер Вор. Ты хорошо поработал.
— Джей внизу, — тихо сказал я.
— Ах. У нас его девчонка. Мы подумали, что он удрал.
— Не удрал.
— У вас Линдси? — прервала нас Бекка.
— Да. — Ридли замолчал, а потом ухмыльнулся. — Что нам с ней делать?
— Я не знаю, — моргнула Бекка.
— Ей лучше умереть?
— Нет! — быстро сказала Бекка. — Нет, не убивайте ее.
— Уверена?
— Она достаточно пережила, — мягко сказала девушка.
Я на секунду посмотрел на нее, затем повернулся к Ридли.
— Мы пойдем.
Он уже отвернулся.
— Возьмите машину. Сегодня мы потеряли целую группу, так что она нам не нужна.
— Спасибо. Я оставлю ее у Тома.
— Забери себе эту чертову штуку. У нас есть чем ее заменить.
Я взял Бекку за руку, и мы вышли из дома. Я пытался не дать ей увидеть мертвых, но мы все равно прошли возле, как минимум, двух тел. Девушка смотрела в сторону, пока мы не вышли на солнечный свет.
Я чувствовал только радость, когда мы забрались в машину. Ключи уже были в замке зажигании.
— Как ты это сделал? — нежно задала вопрос Бекка.
— Я не знаю.
— Спасибо.
— Бекка…
— Нет, послушай меня. Спасибо тебе.
— Ты была там по моей вине.
— Нет, это не так. Я не должна была брать тот ключ. Линдси донесла на меня. Но ты пришел и спас меня.
— Я всегда буду оберегать тебя. Я обещаю, черт возьми. — Я обхватил ее лицо руками и притянул к себе.
— Я это знаю.
Я нежно поцеловал ее в губы.
— И мне плевать на условности сводных родственников, — сказал я.
— Я люблю тебя.
— Я знаю, — сказал, ухмыльнувшись. — А я окончательно и бесповоротно твой.
— Забери меня домой, ты, большой придурок.
— С радостью. — Я ухмыльнулся шире.
Снова поцеловал ее, наши губы застыли на мгновение, изучая друг друга. Наконец я отстранился, и мы поехали домой.
В машине посмотрел на Бекку, а девушка улыбнулась в ответ.
Ни один из нас не взглянул в зеркало заднего вида. Никто из нас не желал оставаться в прошлом.
Мы смотрели вперед и только вперед.
Это были жизнь и движение.
Вместе.
Эпилог
Через полчаса он был уже размытым пятнышком, крошечной точкой на пути к вершине скалы.
Это было третье соревнование Рида, и, если верить моим часам, он лидировал с огромным отрывом. Этого недостаточно для установления нового рекорда, но парень все еще возвращался в привычную колею. Рекорды начнутся довольно скоро, если он будет придерживаться сегодняшних тренировок.
Огромная волна гордости поднялась в груди, пока смотрела на его подъем. Я едва могла разобрать, что Рид делал, но знала, что он видел края выступов лучше, чем кто-либо другой. Он двигался методично и медленно, храня энергию для финального рывка.
После перестрелки мы поехали прямо домой, почти не разговаривая. Парень положил меня на кровать, и я проспала, наверное, часов двадцать. Когда проснулась, Рид дремал в кресле рядом с кроватью, одетый точно так же, как и днем ранее.
Больше мы не слышали о мафии. Рид сказал, что Том пытался привлечь к этому, но его мысли уже были заняты другим. Любимый уже думал о будущем.
— Я бы лучше занимался скалолазанием, чем перевозил наркотики, — через несколько дней сказал он мне. — Хотя там меньше денег.
Толпа возликовала, когда Рид достиг края горы и поднялся на вершину. Я остановила секундомер и улыбнулась, посмотрев на время. Он выиграет с чертовски большим отрывом.
С тех пор как Рид снова всерьез занялся скалолазанием, он впервые занял первое место. В двух первых соревнованиях он занял вторые места, а я знала, что парню нужна была победа.
Мне тоже нужна была победа. Потому что через две недели я поеду в Техас, чтобы начать свою программу для выпускников.
Наши отношения стали только крепче с тех пор, как ушла мафия. Рид был не таким угрюмым, закрытым, как раньше, словно снял с души огромный камень. Парень чаще смеялся и более открыто улыбался.
Кора тоже заметила перемены. Она не представляла, что по большей части это происходило потому, что каждую ночь ее сын пробирался в мою комнату, и мы занимались сексом до тех пор, пока, потные и задыхающиеся, не засыпали в объятиях друг друга.
Я смотрела, как Рид стоял там, руки вскинуты над головой в триумфе. Он, должно быть, знал, что с таким временем очень даже может выиграть.
Вот Рид, которого я знала. Он стоял на вершине скалы и ухмылялся миру внизу.
Это был Рид, в которого я давно влюбилась.
***
— Итак, что ты думаешь? — спросил он меня, небрежно прислонившись к капоту грузовика.
— Сегодня ты был удивительным, — честно ответила я. — Хотя смотреть, как люди лезут на гору, не самое увлекательное зрелище.
— Извини, что утомил тебя, — рассмеялся он.
Я приблизилась к Риду и положила руки ему на грудь. Почувствовала, как билось его сердце.
— Все в порядке. В любом случае, волнующим мой день делаешь именно ты.
— Грязная девочка, — ухмыльнулся Рид и поцеловал меня. — Не можешь насытиться, да?
— Просто пытаюсь все успеть до того, как уеду.
— Что ты имеешь ввиду?
— Я еду в Техас. И ты об этом знаешь.
— И что? — Он посмотрел на меня так, словно я сошла с ума.
— В смысле, я буду находиться довольно далеко от тебя. Мы больше не сможем видеть друг друга каждую ночь.
— Ты шутишь? — Рид громко рассмеялся. — Я только добился тебя. Думаешь, я позволю тебе исчезнуть из поля моего зрения?
— О чем ты говоришь? — Я подняла голову.
— Я еду в Техас вместе с тобой.
Я не знала, что сказать. Радость и шок пульсировали во мне, все слова исчезли.
— Если только ты этого хочешь, — добавил парень.
— Да! — быстро сказала я. — Да, пожалуйста, поехали в Техас!
— Тише, девочка. Не будь такой взволнованной. — Он рассмеялся и снова поцеловал меня.
— Но в Техасе совсем нет гор.
— Я знаю. — Он откинулся назад и потянулся. — Я подумал, что попутешествую, пока ты будешь занята учебой, буду подниматься, где смогу, и проведу все лето дома.
— Но что насчет моего отца и твоей мамы?
— Думаю, нам уже пора рассказать им обо всем.
— Мы, правда, должны это делать?
— Если они придут на свадьбу, то рано или поздно должны будут узнать.
Потрясение накрыло меня.
— Свадьбу?
— Что, думаешь, я позволю тебе уехать в Техас и жить там, словно непорядочная женщина? — Он улыбнулся своей самоуверенной, обезоруживающей улыбкой и вытащил с заднего кармана маленькую черную коробочку.
— Рид, — шокировано пробормотала я. — Что это?
Он открыл ее. Внутри было кольцо. Это было то, о чем я мечтала, смотрела по телевизору, но никогда не думала, что подобное будет и у меня.
Я сделала шаг назад, рот открылся сам собой.
— Ну же, Бекка. Я был влюблен в тебя, сколько себя помню. И я хочу жениться на тебе.
— Срань Господня, Рид, — сказала я, из глаз потекли слезы. Я пыталась сдержать их, но это оказалось невозможно.
Я всегда мечтала об этом моменте. Но даже мои самые смелые фантазии меркли в сравнении с реальностью. Рид широко улыбался, все его тело было немного потным и напряженным, и вообще он выглядел потрясающе, прислонившись к грузовику. Я не могла представить, как он опускается на одно колено, но парень даже не заморачивался по этому поводу. Это было не в его стиле.
Сердце колотилось в груди. Никогда не думала, что он женится. Такое даже в голову не приходило. Я подозревала, что мы будем скрывать наши отношения, может, однажды переедем туда, где нас никто не знает.
— Что ты ответишь? — спросил он.
— Да, — сказал я, бросившись к нему. — Черт, да!
Рид рассмеялся и поцеловал меня. Я ответила и разразилась потоком слез счастья. Внезапно они смыли весь ужас и страх последних месяцев.
Я хотела Рида. Всегда хотела его, даже когда боролась с собой, чтобы оставаться в стороне. Но он был единственным мужчиной, рядом с которым я всегда себя видела, даже когда мы встретились впервые, будучи детьми.
Я принадлежала Риду. И всегда буду принадлежать ему.
Он отстранился и надел мне на палец кольцо. Я была в шоке от того, как идеально оно подошло.
— Где ты вообще его взял?
— Купил на выигрыши с двух последних соревнований, плюс кое-какие сбережения.
— И оно подошло. — Я подняла руку и посмотрела на кольцо.
— Для этого я взял одно из твоих колец.
— Рид. Оно идеальное.
— Я люблю тебя, Бекка.
— Я тоже люблю тебя.
И снова мы слились в глубоком и страстном поцелуе, тела прижались друг к другу. Спустя некоторое время мы отстранились.
— Я должен был сделать это до нашего отъезда, — сказал Рид. — Будет неправильно отметить помолвку не в Риджвуде.
— Это идеально.
Так оно и было.
— Пойдем, — отошел парень. — Давай огорошим новостью наших родителей.
— Завтра. — Я покачала головой. — Давай сегодня просто насладимся этим.
Секунду он смотрел на меня.
— Хорошо. Как насчет спрятаться в грузовике и скрепить нашу помолвку?
— Только свадьбу скрепляют, — рассмеялась я.
— Я буду скреплять все, что хочу, и так часто, как сам того хочу. Теперь ты моя.
— Хорошо. Я не возражаю.
Рид рассмеялся и снова поцеловал меня, затем забрался на водительское сидение. Я запрыгнула на пассажирское. Он завел машину и выехал с парковки.
Мы ехали по длинному шоссе к нашему собственному месту, чистому и удобному, где мы начнем совместную жизнь. Жизнь за пределами Риджвуда и подальше от всего, что здесь произошло.
Я положила руку поверх его руки на коробке передач. Рид улыбнулся мне.
Я смотрела, как за окном проплывал лес, рядом сидел любовь всей моей жизни и вел нас навстречу будущему.
Конец
Заметки
[
←1
]
Американский бренд вяленых закусок или сушеных колбас, продаваемых по всему миру
[
←2
]
Аланис Мориссетт - канадская певица, композитор, актриса и продюсер, которая стала всемирно популярной в 1995 году, записав один из самых продаваемых альбомов за всё время «Jagged Little Pill».
[
←3
]
сленговая фраза, которая относится к тому, кто портит настроение другим, принося плохие новости и заряжая пессимизмом
[
←4
]
площадка для размещения объявлений США
[
←5
]
«Во все тяжкие» — американская телевизионная криминальная драма 2008 года