Роман Романович. Война родов. Новое начало

Глава 1. Данте, вырывающийся из ада

Пылающее лезвие прошло сквозь тело демона, разрубая его на две половины. Куски обуглились и рассыпались пеплом ещё до того, как коснулись земли. Когда я вырвался из мира Пасти, она в отместку решила бросить на меня свои легионы.

И где только их скрывала раньше?

Прыжок, я перелетаю сотню других тварей и оказываюсь на крыше здания. На меня пикирует ангел мщения, смещаюсь в сторону и пропускаю его атаку. Пасть готовилась. Первые минуты я спокойно пробивался, пачками убивая привычных тварей, но дальше в ход пошли отборные солдаты. Отличающиеся тем, что их чёрные тела испещряли серебряные нити.

И вот на них моё очищение работало гораздо хуже.

Ангел мщения прыгнул следом, нацелив на меня чёрное копье. Тело его покрыли серебряные доспехи, а во второй руке находился серебряный щит. Я отвёл удар мечом в сторону, зашёл в бок и ударил в основание шеи. Напрямую не пробить, но если доставить очищение прямо внутрь организма, то эти твари умирали, как миленькие.

Пасть готовилась, но и я не стоял на месте.

Разгоняюсь, прыгаю на следующую крышу и там драка повторяется. Я так уже минут пять развлекаюсь. Перебил штук семь ангелов, под сотню демонов, а сколько их было внизу — страшно представить. После того, как выжег заразу Пасти из себя, часть моих способностей канула в лету. Чувствительность снизилась в разы, а интуиция упорно молчала, что наводило на не самые радужные мысли.

Получается, каждый раз, когда я доверял ощущениям, это были не мои чувства, а сигналы от Пасти? Как задумываюсь над этим, так дрожь берёт. Хорошо, что сейчас времени думать нет.

Я продолжал рваться вперёд, но полчищам демонов не было конца и края. Да и сама эта изнанка, пространство между двумя мирами трещала по швам. В какой-то миг массовые разрушения вокруг дошли до того, что в момент очередного прыжка, я оказался совсем в другом месте.

Меня выбросило в мир людей. Сразу навалилась гравитация, дом, куда я прыгал — исчез, а на его месте появился другой. Среагировать я не успел, поэтому врезался в чье-то окно и пробил его, влетая в квартиру. Самую обычную квартиру чьего-то семейства. Оглядевшись, увидел, что хозяева были тут же. Мёртвые. И эти мёртвые поднимались.

* * *

— Назад! — крикнула Эрминия.

Лук запылал в её руках, первая стрела ушла в цель раньше, чем кто-либо успел моргнуть. Следом ещё десяток стрел щедро разлетелись по лезущим в дом тварям.

Полчаса назад девушка мирно спала в постели, не подозревая, что происходит в городе. Разбудило резко навалившееся чувство мути и тяжёлой энергии. Так бывало, если близко подойти к особо мрачным участкам Пасти, но почувствовать это здесь, в доме у Эдварда, где жила девушка…

С чем-то похожим лучница уже сталкивалась. В прошлый раз, когда возникли схожие чувства, к особняку явились Ротены. Наученная горьким опытом, Эрминия действовала на инстинктах. Вскочила с постели, быстро оделась и метнулась вниз, где подняла на уши всю охрану и домочадцев.

Выяснилось, что полтора часа назад Эдвард покинул дом. В разгар ночи. Более того, ушёл он в броне, с оружием и неизвестно куда. Для лучницы этого хватило, чтобы окончательно перейти в режим паранойи.

— Что случилось, госпожа? — спросил Джо.

— Ты не чувствуешь?

— А что должен чувствовать?

— Тяжёлую энергию. Кого-то мутит? Тошнит? Головокружение?

— Меня, — робко подняла руку одна из служанок.

— Никуда из комнаты не выходить. Джо, свяжись со своими, предупреди, что происходит нечто странное.

Глава охраны дома кивнул и полез за телефоном. Эрминия сделала тоже самое, желая набрать Амалию. В прошлый раз они оказались в схожей ситуации вместе, поэтому девушке инстинктивно захотелось связаться с подругой.

— Связь не работает, — хмуро сказал Джо.

Эрминия глянула на свой телефон, тот тоже показывал, что связь на нуле.

— Дерьмо Пасти, — выругалась девушка.

Именно в этот момент давление резко выросло, послышался гул и через секунду собравшиеся люди услышали треск стекла. А следом в помещение ворвалось грязное марево, какое бывает рядом с Пастью.

Лучница среагировала раньше, чем поняла, что происходит. Шагнула вперёд и накрыла всех куполом защиты.

— Ко мне! Быстро! — крикнула она.

Чем больше площадь покрытия, тем сложнее удерживать защиту. Охрана среагировала как надо, толкая всех в кучу. Люди за мерцающей пленкой в ужасе смотрели, как грязный дым добирается до них, как врезается в щит и растекается по нему.

Эрминия нахмурилась. Давление низкое, но ощущение такое, будто они оказались в Пасти.

— Что это? — испуганно пискнула та самая служанка, которая ранее почувствовала себя плохо.

Ответить ей не успели. В здание ворвались демоны, и лучница открыла стрельбу. Следующие полчаса прошли в попытках отбиться от всё лезущих тварей. Обычная охрана ничем не могла помочь, связь отказала напрочь и что происходит, было непонятно. Эрминия удерживала щиты, защищала людей, отбивалась от прущих демонов, но чувствовала, что с каждой секундой сил всё меньше. Слишком большое давление на неё одну.

— Надо уходить отсюда, — прошипела она в минуту затишья.

— Куда? — спросил Джо.

Охранники, которые по идеи должны были защищать, ничего не могли поделать с ситуацией, поэтому единственное, что им оставалось — помалкивать и не мешать. Не смотря на то, что это была «правильная» ситуация, когда маг защищает обычных людей от демонов, Джо всё равно чувствовал вину и неловкость, что не может помочь.

— Да куда угодно! — отмахнулась Эрминия, — Для начала надо добраться до соседей, — Идём к Шелия.

Фактически, Эрминия не имела права распоряжаться людьми Эдварда. Но сейчас была не та ситуация, чтобы возмущаться и спорить. А как это делать, если магиня — единственная защитница, благодаря которой охранники и остальные ещё живы.

— Нельзя дом оставлять, — всё же вырвалось из дворецкого.

— Дому ничего не будет, — сказала, как отрезала лучница, — А вот нас могут убить.

— Эдвард может сюда вернуться.

— Вот за него я точно не волнуюсь, — криво усмехнулась Эрминия, — Кто-кто, а он о себе позаботиться сможет. Всё, отставить разговоры. Прижались друг к другу и вперёд, за мной на выход.

Сказано — сделано. Лучница первая направилась за ней, водя луком из стороны в сторону и готовясь в любой момент отразить удар. Но то ли демоны закончились, то или ещё что, но миновать двор удалось без происшествий. Чего не скажешь о том, что последовало дальше, когда добрались до улицы.

Пространство за забором кишело тварями. Куда не глянь — везде они. Целое полчище. Стоило заглянуть за стену, как сразу становилось понятно — в квартале магов присутствует рекордное количество тварей. Радовало только одно — над другими домами магов были видны всполохи. Значит, там до сих пор успешно отбивались. Если добраться до Шелия, то станет проще.

Эрминия понимала это. Но также понимала, что выйти на улицу и пробежать разделяющие их с домом Шелия пару сотен метров будет не так легко.

— Идём вдоль забора, — махнула она людям. — Не шумим.

Последние слова были лишними. У демонов хватало способов обнаружить людей и без слуха. Не прошло и минуты, как ближайшие твари почувствовали их и бросились по следу.

Удалось пройти пару десятков метров до того, как Эрминия снова призвала лук. Первая тварь запрыгнула на забор, снесла его верхнюю часть и упала вниз, кувыркаясь. Уже материализовались, — мысленно отметила девушка в который раз. Она разных тварей встречала. Но те, которые пришли сейчас — чем-то отличались от привычного варианта. Какой-то новый вид, плотный и быстрый.

Эрминия выстрелила навскидку и попала точно в цель. Но следом прыгнуло ещё два демона, оказавшись рядом с отрядом. Две стрелы и звери отпрыгивают, рыча. Ещё пара стрел и они оседают, хрипя и умирая.

— Бегом! — уже не скрываясь, крикнула лучница, — Вдоль забора! Перебирайтесь к соседям!

Забор мало помогал, как укрытие, но это лучше, чем оказаться перед тварями на открытом пространстве. Лучница остановилась и продолжила методично расстреливать чудовищ, что пёрли на неё нескончаемым потоком.

— Да когда же вы уже сдохните!

Выстрел, шаг назад, выстрел. Два шага назад, послать четыре стрелы, резко отпрыгнуть в сторону и пропустить тушу монстра. Демон упал уже мёртвым, но проехал ещё несколько метров по инерции. Две стрелы, три шага назад, ударить по площади, накрывая волну тварей.

Когда её подопечные перелезли через забор, лучница развернулась и побежала к ним. Разделяться ни в коем случае нельзя. Один демон — и все обычные люди умрут. Это, не говоря о том, что в любой момент может накатить дыхание Пасти.

Эрминия разогналась и прыгнула, перелетая забор… ей не требовалось, как остальным перелазить. Способности магов дарили возможность перескочить препятствие. Если бы не демон.

Этот отличался от всех остальных на порядок. Похожий на собаку, с серебристыми прожилками, он подбил девушку в прыжке и покатился вместе с ней. Рядом раздались крики. Что-то кричали охранники, послышалась стрельба, но лучница всего этого не слышала.

Все её мысли сосредоточились на том, как чужие острые зубы вонзились в бок. Обожгло болью, да такой, что девушка чуть сознание не потеряла. Но слишком хорошо её готовили, слишком долго закаляли… На одних инстинктах, Эрминия создала стрелу и вонзила прямо в глазницу монстра.

Прошли те времена, когда лучница могла создавать лишь стрелы одного формата. Сейчас это был скорее сгусток её силы, максимально убийственный, прямо как учил Эдвард. Снаряд вошёл в глазницу, дорвался до мозга твари и выжег его напрочь.

Секунда и зверь обмяк, придавив девушку. Та дёрнулась, но боль терзала её, не хватало сил выбраться.

— Сейчас! — рядом оказался Джо с другими охранниками.

Они навалились на тушу и совместными усилиями скинули её. Джо подал руку девушки и рывком поднял. Та скривилась, прижимая руку к боку, но в следующую секунду ей потребовалось оттолкнуть мужчину.

К ним прыгнули ещё два демона. Эрминия успела подстрелить одного, но второй добрался до охранника и мгновенно разорвал его на части. Стрела убила зверя уже после того, как мужчина умер.

— Уходим! — шипела она от боли.

Джо снова её подхватил, подставил плечо, и они все вместе побежали. Следующую минуту девушка не запомнила. Было темно, холодно, глаза слезились. Она стреляла, убивала, отбивалась от демонов. Удалось выбраться на улицу и побежать к дому Шелия, но на них снова напали.

Одну из служанок разорвали, ещё кого-то ранили, Эрминия отчаянно отбивалась и последнее, что она увидела, это как мир заполняет обжигающий свет. А дальше пришла спасительная темнота.

* * *

Амалия проснулась от того, что в доме раздался сигнал тревоги. После нападения Ротенов на квартал и ранения дочери, Амон сделал выводы и ввёл новые меры безопасности. В частности добавил систем слежения и оповещения, разместил в гостевом доме усиленную охрану и провёл несколько учений, заставляя домочадцев отрабатывать поведение в условиях нападения.

Не сказать, что это всем понравилось… А как может понравиться, когда тебя ночью, не предупредив, поднимает сигнал тревоги, ты не знаешь, что делать, а потом… Потом глава рода, давя своей силой, читает лекцию о правилах поведения в случае беды.

Это было давно, успело немного позабыться, но стоило в дом прийти реальной беде, как сразу вспомнилось, что нужно делать. Ещё до конца не проснувшись, Амалия быстро оделась и спустилась вниз, где уже ждала большая часть домочадцев.

— Что происходит? — спросила девушка, оглядывая присутствующих.

— Пока непонятно. Зарегистрирован большой прорыв в Пасти. — ответил ей брат.

— Где отец? Не вернулся?

— Пока нет, — покачал Артем головой.

Амалия была в курсе, что отец ещё вечером уехал по делам и заранее предупредил, что его лучше не ждать. На утро был запланирован саммит и глава рода последние дни активно занимался переговорами, проясняя, что именно грядёт. И надо же было тому случиться, что именно в ночь, когда сработала тревога, он отсутствовал дома.

Девушка пробежала взглядом по всем тем, кто находился здесь. Из сильных магов только Баррак, который сейчас находился в другой комнате и пытался выяснить, что происходит.

— Откуда пришёл сигнал? — тихо спросила она у брата.

Тихо, чтобы не нервировать остальных. По регламенту, в случае тревоги жильцы должны собраться вместе в подвальном укреплённом помещении. Тут стены толще, есть запас еды и воды, рядом родовое хранилище с оружием и артефактами. На самом деле это место настолько укрепленное, что даже если сюда толпа магов на штурм придёт, обороняющиеся смогут час другой продержаться. Это если силы нападающих будут в несколько раз их превосходить.

— С наших земель. Сработала тревога на посту, а потом сигнал оборвался.

— И это всё? — недовольно наморщилась Амалия.

— Да, — так же хмуро кивнул брат, — Сам пока не понял, почему нас тут собрали.

— А кто общую тревогу объявил?

— Баррак, — глянул в сторону другой комнаты брат.

— Отцу звонил уже?

— Не я этим занимаюсь.

Амалия полезла в карман, где обычно держала телефон, но его там не оказалось.

— Блин, трубку забыла. Я сейчас…

— Стой! — перехватил её брат, — Забыла? Пока разрешения не дадут, нам нельзя отсюда выходить.

— Ты серьёзно?

— Более чем. Или хочешь потом лекцию от отца слушать?

У Амалии нашлось бы много чего сказать в ответ, но тут её резко придавило силой. Как и всех остальных магов. Это было сродни зуду, когда боли не чувствуешь, но ощущение крайне неприятное. Заплакали дети, кто-то ругнулся, а градус непонимания скакнул до заоблачных высот.

— Все целы? — вошел в зал Баррак, — Связь отрубились. С Амоном связался, но договорить не успели. Всем сидеть здесь. Быть готовыми ко всему.

Артём на это лишь кивнул. Амалия молча поморщилась от давления. От него хотелось чесаться и как следует вымыться. Словно… Словно залез в самую мерзкую тёмную Пасть. Это ощущение говорило светлому магу лучше других, что дело пахнет неприятностями.

— Пойдём, — подтолкнул Артём сестру за плечо, — Пора облачаться в доспехи.

Девушка кивнула и пошла за братом к хранилищу. Пропавшая связь — это тревожный звонок. Когда Ротены нагрянули также было. Поэтому и правда, лучше приготовиться. В частности одеть броню, достать оружие и быть готовыми ко всему.

Амалия помогла застегнуть брату доспех, но когда сама стала одеваться, сверху послышался шум. Следом в доме взорвались окна, послышался звон стекла, а давление магии возросло до рези в зубах.

— Ставь щиты! — крикнул Баррак. — Запитывай контур!

Опыт — великая вещь. Когда в квартале магов прорвалось в прошлый раз дыхание Пасти, от чего умерло несколько человек, выводы были сделаны. Шелия оборудовали артефактную систему, которая будет способна выдержать почти любое давление. Баррак среагировал вовремя. Ответственные маги разом подали энергию на контур, вспыхнула защита и беда прошла мимо.

— Что сказал Амон? — вышла вперед Кино, придерживая живот, когда ситуация устаканилась и стало понятно, что прямо сейчас ничего плохо не произойдет.

— Мы не договорили, — глянул на неё Баррак, — Уверен, он выдвигается сюда.

— Демоны! — крикнул Сергей, сын Баррака.

Парень стоял в коридоре и занимался наблюдением вместе с охранниками, которые продолжали контролировать подступы. Когда пошло дыхание Пасти, он прикрыл мужчин, дал им время отступить и так вышло, что остался последним. Встретив демонов первым.

Тварь запрыгнула в окно, проскользила по паркету и прыгнула на мага. Тот отшатнулся от неожиданности, но успел среагировать. Луч сжигающего света врезался в тушу, когда она растянулась в прыжке и прожёг в ней дыру.

Но демон пролетел по энергии дальше, врезался в Сергея и сшиб его, от чего он покатился вместе с тушей по ступеням вниз, прямо под ноги к отцу.

— Живой? — спросил тот, когда его сын замер.

— Да. Пара ушибов.

— Щит держи и не зевай.

Баррак шагнул вперёд и сжёг следующую тварь, что прыгнула следом. Последующие минуты, собравшиеся в укрытии маги поочерёдно выжигали одну тварь за другой. Они перебили штук тридцать монстров, которые лезли нескончаемым потоком. Так бы могло продолжаться до бесконечности, чередуясь, они не тратили силы до критичных значений, успевая восстанавливаться.

Но тут раздался особо разрушительный грохот и в дом заявилась тварь крупнее, чем обычно. Когда это произошло, в первых рядах стояла Амалия и Артём. Баррак счёл, что риск допустим, под прикрытием остальных можно юных наследников поставить на отражение угрозы. Никто не ожидал, что сюда залезет такая тварь.

Сначала показалось, что это пожаловал третий ранг. Единственное, Амалия удивилась, впервые увидев демона с серебристой броней. Но удивление ей не помешало нанести давно отработанную связку как раз против таких противников. Тварь была крупной, мордой пробила одну из стен, часть крыши осела ей на макушку, что ничуть не смущало чудовище. Амалия лишь поморщилась, чувствуя, как её заполняет злость от того, что родительский дом разрушают.

С рук девушки сорвалось всепоглощающее пламя, оно добралось до морды твари и… Расплескалось по ней, словно это не убийственная магия, способная испепелить кого угодно, а всего лишь жалкие брызги воды. В то же время с другой стороны прилетел удар брата, и он оказался чуть более эффективным.

Демон зарычал во всю глотку, от чего у людей заложило уши и Амалия увидела, как серебристая броня чуть почернела. Но вот именно, что чуть. Демон удвоил усилия, расширил проход и почти успел схватить девушку, только вот… Слишком много она тренировалась с Эдвардом, поэтому давно наработала правильные рефлексы. Увернуться, выставить щит и ударить ещё раз, но теперь иначе, меняя тип воздействия.

Снова демон выдержал удар, но вот следующий смог его пробить. Это был третий вариант связки, которую неоднократно нарабатывала Амалия. Если бы этого хватило… Демон был огромным, с потрясающей регенерацией, он в итоге смог загнать двух магов и добраться до спуска вниз, перегородив собой весь проход.

— Назад! — крикнул Баррак. — Назад, чтоб вас, герои доморощенные!

Мужик злился. Он видел, что атаки наследников не принесли особого эффекта и успел десяток раз испугаться, что тех успеют достать. Что он тогда Амону скажет? Брат с сестрой отскочили, прячась за магическую защиту и тут больше Баррак сдерживаться не стал.

В его руке мелькнул посох, который он направил прямо в морду твари и… Ярчайший луч света пробил голову на вылет, врезался в остатки потолка первого этажа и ушёл в небо. Демон ещё некоторое время дёргался, после чего затих.

— Поспешил, — тихо сказал мужчина, глядя на то, как туша демона начинает гнить и жутко вонять.

Как её теперь убирать с прохода? Надо было добавить систему вентиляции, а не только сдерживания, — мысленно сделал он себе зарубку.

Следующие пять минут выдались на удивление спокойными для этой ночи. Маги перевели дух, собрались с силами и даже вытолкнули тушу демона наружу. После чего Баррак вместе с сыном отправился наверх, чтобы контролировать обстановку. Да и если твари снова попрут, то лучше их убивать вне дома. Глядя на разрушения, мужчина только зубы стискивал. Он не знал, что происходит в городе, но когда творится такое дерьмо… В общем, это была плохая ночь.

— Ты что тут делаешь? — обернулся мужчина, когда к нему наверх поднялась Амалия.

— Эрминия, — выдохнула она.

— Что Эрминия?

— Она здесь рядом живет и одна там, надо помочь.

— Почему одна? — нахмурился маг, — А Эдвард что? Уверен, парень о ней позаботится.

— Эдвард, он… — замялась девушка, кусая губу, — Он сейчас далеко.

Это было отдельной темой беспокойства для неё. Её дар позволял чувствовать, всё ли в порядке с близкими людьми. Иногда чувствовать, близко или далеко они находятся. Эдвард находился очень далеко. Более того, если верить ощущениям, то он что-то делает за Пастью. Амалия нутром чуяла, что это не к добру и происходит нечто важное. Важное и опасное. Отправиться в Пасть она сейчас не могла. Да и слишком хорошо знала своего парня, чтобы наивно думать, что может ему как-то помочь. Скорее это он всем поможет, если быть откровенной с собой и трезво оценивать силы. Но вот подруга — это другое. В доме у Эдварда больше нет магов, следовательно Эрминия одна. А раз так, и на них напал такой же поток демонов, то ей приходится туго. Это в лучшем случае. Амалия чувствовала, что Эрми жива, но… Это в любую секунду могло измениться.

— Мы не можем выйти, — покачал головой Баррак, — Из старших магов я один. Предлагаешь разделиться? Посмотри, что на улице происходит, — кивнул он на окно, — Я скажу, что. Там сейчас дыхание Пасти гуляет так же легко, как зимний ветерок. Демоны прут целыми ордами, а если глянуть в небо, то кажется, что начался апокалипсис. В такой ситуации я не могу позволить кому-то выйти из дома. Сам бы сходил, но… Позволить вам остаться одним тоже не могу. Так что ждём твоего отца. Как он приедет, так решим вопрос.

Амалия слушала, кивала, какая-то часть её соглашалась, но другая требовала действовать. Остаться здесь было логично, но неправильно по отношению к подруге.

— Кто-то идёт! — крикнул внезапно Сергей.

Амалия вместе с Барраком бросились к окну и увидели людей Эдварда. А вместе с ними Эрминию, которая явно была ранена и без поддержки идти не могла. Один из охранников обхватил её сзади и тащил, в то время, когда та из последних сил отстреливалась. Амалия точно видела, что силы подруги на исходе. Сотни раз вместе занимались, такие детали влёт после этого подмечаешь.

В тот момент девушка поступила опрометчиво, но так, как считала правильным. Находясь на втором этаже, откуда и открывался вид для наблюдения, она прыгнула из окна, приземлилась на землю и рванула на помощь едва отбивающимся людям.

Ошибки первых минут боя были учтены, Амалия взяла на вооружение родовые артефакты и сейчас без лишних сомнений пустила их в ход. Участок перед домом затопило белым светом, выжигая стаю демонов, что увязалась за беглецами. Не прошло и двух секунд, как твари были перебиты.

Амалия подбежала к Эрминии, но та к этому моменту успела отключиться. Отбросив артефакт в сторону, она призвала силу исцеления и наложила на лучницу. Та успела истечь кровью и находилась на грани. Ещё чуть-чуть и было бы поздно…

— Берегись! — раздался голос, полный отчаянья.

Амалия вздернула голову и увидела, как Баррак бежит к ней, как его лицо перекошено от ужаса. Резко обернувшись, девушка заметила мелькнувшую тень и почувствовала, как её плечо пробивают чужие когти, а тело взмывает вверх.

Заорав от боли, Амалия стиснула зубы, схватилась за лапу демона, что её пробил, и выпустила родовую магию. Ту самую, что была испепеляющим жаром пустыни. Конечности твари обратилась в прах, а девушка упала вниз, больно ударившись о землю.

Рядом полыхнуло, пошел обмен ударами, и кто-то подхватил девушку, потащив в сторону. Сфокусировав взгляд, морщась от боли, она смогла разглядеть, что происходит.

К ним пожаловали крылатые монстры. Один из них носил голову быка. Именно эта тварь схватила Амалию и подняла в воздух. Чудовище сейчас хромало, но девушка видела, как быстро у него восстанавливается конечность. Другой демон напоминал с виду человека. Женщину с крыльям. Ангел мщения, — мелькнула догадка в голове Амалии. Эта женщина была в серебряных доспехах, с щитом и чёрным копьем. Именно с ней сцепился Баррак и не сказать, что перевес был на его стороне.

Эта тварь давила мужчину и Амалия осознавала это так же чётко, как и то, что их дела плохи. Рядом раздался громогласный рёв и на драку явился ещё один сверх монстр. Это если не считать десятков других демонов, что их окружали. Рядом колдовал Сергей, отгонял особо шустрых тварей, но…

Это конец, поняла девушка. Пришло время умирать. Крылатая женщина пронзила копьем Баррака, подняла его над землей и швырнула на землю. Гигантский демон раздавил забор и спешно шагал к людям, что жались друг к другу.

Амалия собрала силы и нанесла удар, прямо по женщине с копьем, но её защита легко выдержала. В этот момент девушка была готова поклясться, что та улыбалась. Абсолютно мёртвой улыбкой.

Ангел мщения взмыл в воздух и оказался рядом с Амалией. Занеся чёрное копье, эта женщина собиралась убить девушку.

Когда лезвие с нечеловеческой скоростью метнулось к сердцу Амалии, раздался звон. Чёрное лезвие отскочило и в тот же миг пространство вокруг затопила обжигающая чистота. Демоны взвыли и рассыпались, даже та гигантская туша. Крылатая продержалась дольше всех, но и она в итоге исчезла под натиском.

Когда Амалия проморгалась, она увидела Эдварда.

— И на минуту вас одних оставить нельзя, — покачал он головой, устало улыбаясь.

Глава 2. Слияние двух миров

Выбираться из чужой квартиры я не спешил. Сначала упокоил мёртвых, что тут раньше жили, после чего выглянул на улицу. Требовалось разобраться, что происходит. Увиденное внушало что угодно, кроме надежды на светлое будущее.

Когда я только оказался в этом мире, Пасть казалась чем-то мистическим. А первая встреча с демоном, когда почувствовал его через стенку убежища — так и вовсе, напугала до дрожи. У страха глаза велики, как говорится, а неизвестность — лучшее пугало для человеческой психики.

Потом мир Пасти для меня приоткрылся и я увидел, что по ту сторона прохода есть мир изнанки или мир-отражение. Это мир, где свободно гуляют демоны, а чёрные жгуты энергии устремляются куда-то в небеса. Из увиденного напрашивался логичный вывод, что это и есть мир Пасти, где она живёт. Но нет, всё оказалось не так. Мир изнанки — это не привычная планета. Это именно изнанка. Другое измерение, работающее по своим законам. Но есть ещё другой слой, где я нашёл старика и узрел, насколько велико то, что стоит за Пастью.

Возможно, там когда-то был обычный зелёный и цветущий мир. Быть может и люди там имелись, пока Пасть не развилась из чего-то во что-то совсем невообразимое. Полуматериальная разумная нервная система размером с целый мир. Уверен, не так себе человечество представляло контакт с инопланетянами.

Во всём этом мне не давал покоя один вопрос. Почему меня пустили внутрь? Почему дали поговорить со стариком? А главное, почему выпустили? Мысль, что моя способность разрушать энергию Пасти настолько велика, что я смог пробиться — грела, конечно, но критичность мышления заставляла сомневаться в этом. Старик упомянул, что для существа такого масштаба, живущего многие тысячи лет, пять минут — незаметный интервал. Что это значит? Почему тогда демоны сторонились, и проход открылся? Да и аватар Пасти ведь потом явился ко мне, почти схватил.

Чем больше я думал о произошедшем, тем больше сомневался. Мне требовалось пересмотреть всю свою жизнь в этом мире. Потому что каждое моё действие подвергалось влиянию Пасти ровно с того момента, когда я принял её силу. Так может и сейчас, мой побег часть чужого плана? Сейчас из способностей у меня осталось только очищение. Чувствительность снизилась, щиты создавать не получалось, да и усиление тела барахлит. Жаль. Сила мне бы сейчас ох как не помешала.

За окном же творилась дьявольская чертовщина. Подземный мир пришёл на землю. Меня с изнанки буквально выкинуло. А если быть точным, то грань между мирами перестала существовать. Смотря из окна, я видел отражение города, которое накладывалось на сам город. Да и в небе творилось чёрт знает что. Если присмотреться, то среди туч видны жгуты Пасти, что заполняют небесный простор.

Никогда не думал, что увижу своими глазами апокалипсис.

Долго мне рассуждать не дали. Демоны выследили меня, и очередная крылатая тварь спикировала в окно. Попыталась. Я по прежнему легко сжигал обычных монстров. Единственные, кто вызывал задержу — это серебряные демоны. Этот цвет меня начинал уже бесить.

Выследили меня не только демоны. Как я закончил с пернатой, в комнате материализовалась шаманка.

— Что происходит? — взволнованно спросила она, выглядывая в окно вместе со мной, — Мир сошёл с ума. Трудно находиться здесь.

— Старик мёртв. Пасть решила заглянуть в мир людей и задержаться тут. Навсегда, — пересказал я коротко события.

— Ты убил его? — спросила она, игнорируя последние слова.

— Смерть для него была избавлением. Пасть поймала его и держала распятым на кресте.

— Собаке собачья смерть.

Тут я впервые задумался, а на каком языке говорит женщина. Она вроде шевелила губами, но при этом звуков не издавала. Кажется, её слова раздавались у меня прямо в голове.

— Да, это так, — прочитала она мои мысли.

Только этого мне не хватало.

— Что думаешь делать? — спросила женщина.

— Выживать. Мне нужно найти своих.

— Они… — она прикрыла глаза, — Тебе лучше поспешить. На твой дом обрушились демоны. Кажется, они хотят убить всех магов, чтобы не мешали.

— Час от часу не легче. Можешь указать направление?

Я понятия не имел, где нахожусь. Не уверен, что если узнаю адрес, то смогу быстро сориентироваться. Во-первых, я не все улицы в городе знаю. Во-вторых, легко провалиться в очередную аномалию и оказаться у Пасти на обед.

— Я проведу. Ты готов?

— Идём.

Женщина легко прыгнула вниз. Я же глянул с высоты пятого этажа и побежал к лестнице. После того, как выжег часть своих сил, не готов так рисковать. Надо заново изучать свои способности.

Шаманка дождалась меня внизу. После чего я побежал за ней. Та петляла между улиц и, кажется, выбирала места, где меньше всего демонов. Остаётся только удивляться, что у неё за способности.

Вскоре я и сам разобрался, где мы находимся. Узнал место, когда вышли на главную улицу. Отсюда до родового квартала минут десять езды. Мелькнула мысль захватить машину, но быстро погасла. Быстро я не смогу завести чужую тачку, а перехватить кого-то — так улицы пусты. Иногда я замечал людей, как кто-то вдалеке пытался убежать. Чаще всего это заканчивалось криком боли. Много их было. Этих криков. Я был бы рад помочь, но когда замечал кого-то, демоны подбирались к нему слишком быстро.

А ещё фонари не работали. Не сразу это понял. Улицы города погрузились в непроглядную тьму. Фонари молчали, ни одного света в окне. Да, в этом мире города ночью привыкли сохранять тишину, но не тогда же когда творится апокалипсис? Кроме как приходом Пасти в этот мир, объяснить происходящее я не мог. Даже неоновые вывески не работали.

— Стой! — остановила меня шаманка, — Впереди куклы идут.

— Что за куклы?

— Мёртвые. Тела, что захвачены Пастью.

И снова я отметил, что со мной общаются, передавая сразу смысл. Мёртвые для шаманки были именно куклами. Я не полностью уловил суть, но отношение плюс минус было именно как к обычной кукле, которая болтается на верёвочках чужой воли.

Послышались хрипы, рычание и я увидел, о чём она говорила. По улице и правда промчалась стая зомби. Выглядели они жутко до дрожи, бежали быстро. Гораздо быстрее обычного человека. Не знаю, что привлекло их внимание, но встреть они кого, его жизненный путь быстро закончится. С перспективной пополнить ряды мёртвых.

— Ты можешь узнать, что происходит в городе?

— Его накрыло, — коротко ответила она.

— Насколько всё плохо?

— Духи вопят от ужаса, — снова малоинформативный ответ, — Это серьёзно.

Последние слова она сказала, повернувшись ко мне и заглянув в глаза.

— Скоро я должна буду уйти. Чувствую, угроза коснётся всего мира.

От этих простых слов внутри всё сжалось. Не хотелось бы мне жить в мире, когда в нём разворачивается апокалипсис.

— Идём! — махнула она мне рукой.

И мы пошли. Точнее побежали. Я нёсся по улицам, выжигал попадающихся демонов и в итоге добрался до улицы, что вела прямо к нужному кварталу. Шаманка со мной не дошла. В какой-то момент пошла рябью и исчезла, не успев мне ничего сказать. Так я остался один, но уже было понятно, куда идти, так что…

То, что придётся тяжело, понял сразу, как только подошёл ближе. Здесь был настоящий демонический легион. Демоны двигались настолько плотными стаями, что в темноте выглядели, как единое чудовище. А уж какая какофония звуков стояла на улице.

Что самое отвратительное — стаи одна за другой шли на приступ магического квартала. А там ведь Эрминия, одна. За Амалию я опасался меньше. Пока её семейство рядом, то защитят.

Если только… Я точно знаю, что Пасть имеет способы влияния на магов. Кто знает, что будет, если дойдёт до прямого контроля. Я так до конца и не понял, какие планы у этого божественного существа. Но не просто же так здесь толпа демонов? Зачем-то она сюда направляет свои войска. Это внушало надежду, что там есть те, кто отбивается до сих пор.

Прикинув количество тварей, я направился вперёд, как ледокол. Других вариантов всё равно нет. Связь не работает, ни с кем связаться не могу. Да и медлить ни в коем случае нельзя. Спасти тех, кто в особняке — это только малая часть того, что надо сделать.

Твари наседали на меня, я их сжигал пачками, но это не уменьшало их энтузиазма. Первые ранги, вторые, иногда встречались третьи. Хуже всего приходилось с теми, кто носили серебряную броню. Приходилось искать уязвимое место, пробиваться и выжигать тварей через касание. Что тоже отдельный риск. Учитывая, что части своих способностей я лишился, это было труднее, чем обычно.

Успел я в самый последний момент. Свой дом проверил первым и никого там не обнаружил. Боясь думать самое плохое, рванул к Шелия. Если Эрминия куда и пошла, то только к ним. Почти сразу увидел всполохи магии вокруг их дома и вот тогда выжал из себя всё, чтобы оказаться там как можно скорее. Вывел Амалию из под удара, а после этого выжег всех наседающих демонов, раскрывая свою ауру очищения на максимум. Я всё же чувствовал, как демоны вокруг беснуются, но конкретно сейчас они затихли и снизили натиск.

— Джо, доклад, — бросил я своему начальнику охраны.

В то же время протянул руку Амалии и помог ей встать. То, что она жива и так видел, поэтому можно не волноваться. А вот Эрминия ранена, как и несколько других моих людей. Не всех здесь вижу. Ещё из раненных Баррак, но вроде живой мужик.

Большинство из присутствующих имели те или иные повреждения. Если брать обычных людей, то все они подцепили лёгкое магическое заражение. Поэтому первое, что я сделал — это выжег всю заразу. Мне для этого даже подходить не надо. Что точно осталось со мной — это ювелирное умение владеть очищением. Дальше помогут целители. Пока из них здесь только Амалия, которая и занялась раненными.

— Когда всё началось, Эрминия собрала всех в доме. Где-то с полчаса отбивались. Дальше пошли на прорыв. Дошли не все. Есть раненные, — чеканил слова Джо, тяжело дыша.

— Ещё есть, что известное? Связь работает?

— Нет и нет. Без понятия, что происходит. Как будто конец света начался.

— Без как будто, — сказал я ему прямо, от чему мужик отчетливо сглотнул.

— Насколько всё плохо?

— Это война против Пасти.

— Против Пасти? — к нам подошёл Сергей, — Ты что имеешь в виду? — говорил он напряжённо и нервно.

— Всё потом, — отмахнулся я от него. — Мы можем доставить раненных в ваш дом? Там укрытие?

— Да, там все наши, — бросил Сергей взгляд на дом.

Зданию досталось. Я видел, что часть стены отсутствует, крыша в некоторых местах обвалилась и казалось, что здесь порезвился кто-то большой. Даже знаю кто.

Тем временем Амалия помогла Барраку прийти в себя, после чего все вместе мы отступили. Оказалось, что у них тут целый бункер оборудован. Почему я не додумался до этой идеи? Очевидно же. За мою глупость мои же люди заплатили сегодня кровавую цену. Погибла служанка, двое охранников, ещё пара человек была сильно ранена. В том числе пострадал дворецкий. А ведь служанка — его внучка. Жаль девушку. Ей всего двадцать три года было.

— Ты как? — шепнул я Амалии, когда мы спускались.

— Нормально. Лучше, чем могло бы быть. Спасибо тебе. — она взяла меня за руку и сжала её.

От этого я почувствовал, как напряженно её тело. Близость смерти всегда оставляет отпечаток.

— Эдвард, что происходит?

— Тебе правду или успокоить?

— Судя по формулировке, ничего хорошего.

— Да. Где твой отец?

— Уехал по делам. Где сейчас — не знаю, связи нет.

Я кивнул и прошёл в общее помещение, где собрались основные домочадцы Шелия. Все, кроме старших мужчин. Их отсутствие я ещё заранее почувствовал. Но как-то иначе. Моё восприятие изменилось. Если раньше колебание магии и жизни я ощущал, будучи частью общей системы Пасти, то сейчас… Не знаю, как описать. Просто иначе видел, что отца Амалии и остальных мужчин нет. Из старших боевых магов только Баррак. Женщины здесь, но они все поголовно целительницы.

Глянул на Кино, что сидела в кресле, держась за свой живот. Тяжёлые времена у неё для родов выпали. Глянул на Сару, которая занялась раненными. Лицо серьёзное и сосредоточенное, как у неё всегда бывает при работе. Остальные выглядели кто как. Радостных лиц я не увидел, в каждом чувствовалась тревога.

— Эдвард, отойдём? — спустя минуту ко мне подошёл Баррак, как только получил лечение.

Я только кивнуть успел, как меня утащили в соседнюю комнату. Единственный, кто пришёл, это Артём, наследник рода. Мужчина зыркнул на него, но ничего не сказал.

— Парень, ты в курсе, что происходит? — задал главный вопрос Баррак.

— В общих чертах. Пасть решила выйти в мир людей и начала войну против человечества.

— Что это значит? — озадаченно уставился на меня мужчина.

И вот как ему объяснить? Для местных Пасть такое же привычное явление, как молния. В моем мире люди раньше верили, что это происки богов, что бог Тор бьёт своим молотом, поэтому в небе гремит. Те, кто верит в науку совсем иначе это объясняют. Но в любом случае, во что бы человек не верил, нужно подобрать веские слова, чтобы объяснить принципиально новую картину мира.

— Пасть — разумна, — сказал я прямо. Прошло время, когда стоило скрываться, — Сам видел. Говорил с ней. И не смотрите на меня так. Если не верите, то выгляните в окно и гляньте на небо. Мир Пасти, не тот, что изнанка где мы все были, а настоящий — сейчас сливается с миром людей. По крайней мере я это так понял.

— Без обид, но звучит, как бред, — не удержался от комментария Артём.

— Я в курсе. Тем не менее — это правда. Единственное, чего я не знаю — насколько беда масштабна. Точно знаю, что накрыло весь наш город, но что в других местах — неизвестно.

— Я тебя услышал, парень, — покачал головой Баррак и скривился, словно от головной боли, — Пусть Амон с этим разбирается. То, что ты сейчас сказал — важно, но не меняет ситуации. Нам надо выжить и защитить наши семьи.

— Я не могу здесь оставаться. Мне нужно помочь своим людям. — ответил я.

— Как ты себе это представляешь? — нахмурился маг.

— Пока не знаю. Нужно планировать вылазку в город.

— Через орду демонов? Ты ведь из города пришёл, насколько там всё плохо?

— Тяжёлая версия того, что было в Ювгороде.

При этих словах я увидел, как напряглась челюсть Баррака, да и сам он побледнел. Тогда творилась полная жесть, в которой я принимал активное участие. Всё же кое-какая репутация у меня была. Возможно, её не хватает, чтобы поверить предыдущим словам, но принять оценку происходящего в городе — маг впечатлился.

— Я не могу помочь тебе отправиться в город, — сказал он, — Но предлагаю начать с другого. Сейчас мы ждём Амона с другими магами. Надеюсь, они смогут пробиться. Лучшее, что можно сделать сейчас — наладить связь с соседями и взять под контроль квартал магов. Как смотришь на это?

— Могу заглянуть к соседям. Мне легче будет пройти.

— Да, я видел. Но всё равно пойду с тобой. Буду прикрывать. Артём, — повернулся он к наследнику. — Остаёшься за старшего, никому из дома не выходить, сидите в укрытии. Понял?

— Будет исполнено, — кивнул он чуть заторможено.

Первые, к кому направились — были Михайловы. За чертой дома всё так же кишело демонами всех рангов, но наседали они не только на нас, а вообще на все дома. Стоило выглянуть за забор, так со всех сторон всполохи магии заметны были. Почти со всех. Чьи-то дома подозрительно притихли, что ни о чём не говорило. Могут также в бункере отсиживаться.

Каждый участок в этом квартале — это несколько сотен квадратных метров. Всем хватало, чтобы поставить большой особняк и даже свои небольшие лески или сады иметь. Поэтому каждая территория огорожена. Деревьями и заборами, да так, что особо не видно, что находится вдалеке. Вспышки магии это как вспышки света, их трудно не заметить. А вот притаившегося демона — это да. Сегодня ночью твари совсем обезумели.

Мы спокойно дошли до забора, а дальше пришлось прорываться с боем. Почти… Я всё так же выжигал всех тех, кто смел к нам сунуться. Барраку и вовсе работы не оставалось, он выпендриваться не стал и берёг силы, идя за мной.

То, что Михайловы развлекаются на полную, увидели издалека. Кажется, они большую часть своих магов вывели во двор и сейчас дружно косили прущих на них демонов. Совсем на голову отмороженные, — то ли возмутился, то ли восхитился я. Михайловы больше всего из магов имели отношение к пути воина, так что всегда мне импонировали. Прямолинейные, никогда не отказывающиеся от драки.

Когда услышал чей-то радостный смех и крики соперничества, кто больше голов отрубил — то вовсе не удивился. К сожалению, пришлось нарушить эту идиллию и я перерезал поток тварей, что бежал к этим берсеркерам.

— Эдвард! — крикнул мне Евгений, — Решил заглянуть на огонёк?

Голос его звучал чересчур жизнерадостно. Подойдя ближе, я рассмотрел детали. Да, здесь все мужчины. Многие из них ранены, но, кажется, не обращают на это внимания. Да и на лицах блаженные улыбки, что несколько странно.

Действуя больше на инстинктах, я ударил по ним волной очищения. В этот момент ощутил сопротивление, словно чья-то чужеродная энергия не хотела умирать.

Михайловы было разом все дёрнулись в мою сторону, но прошли всего пару шагов и затихли.

— Как себя чувствуешь? — спросил я у Евгения.

Мужик потряс головой, словно с бодуна, оглядел их воинство и грязно выругался.

— Спасибо, — коротко кивнул он, когда осознал в полной степени происходящее, — Вы не в курсе, что происходит?

— Конец света начался. Локальный или нет — не знаю, но лучше нам объединиться.

— У нас семьи в доме и запасы. Уйти будет лишним.

— Но и оставаться вам одним… — покачал я головой.

— Дерьмо, — только и выругался он.

— Это что, — шагнул вперёд его брат Иван, — Мы контроль потеряли? Я сейчас чувствую себя, будто неделю пил и трахался с грязными девками. Голова трещит и мутит. А раны откуда? Я и не заметил, — выдал простодушно этот гризли.

Иван и правда выглядел более потрёпанным, чем другие. Какой план у Пасти — оставалось только гадать. В чём ей не откажешь, так это в коварстве. Зачем биться напрямую, если можно тихо воздействовать на магов и сгубить так, что и сами не заметят. Или её планы ещё хуже? Что, если она постепенно погружала Михайловых в безумие? Вдруг ещё немного и они полностью утратили бы себя, а Пасть получила новых солдат. Твою же мать… Я глянул на дома соседей.

— Если светлый род так легко поддался влиянию, то у наших тёмных соседей дела ещё хуже обстоят, — озвучил мужчинам пришедшую догадку, — Что происходит я позже объясню. Расскажу, что знаю. А сейчас — нам лучше заняться проблемой, пока маги совсем не обезумели.

В этот момент со стороны соседних домов раздался особо сильный взрыв.

Глава 3. Защищая свой дом

— Готова?

Степан держал за руки жену, смотрел ей в глаза и пытался накрутить на последующий прорыв. Та кивнула, он принял это и потащил её сначала через двор, а следом они выбежали и на общую улицу.

В мире творилось, Пасть знает что. Ещё полчаса назад они с братом спешно покидали отель, где их прижали неизвестные. Требовалось оторваться от преследования, но тут в небе началось… А непонятно, что началось! Будто Пасти явились в город и решили устроить кровавое шоу. Вместе с демонами и мертвецами. Два брата рванули домой. Только если Дмитрий рвался к отцу, чтобы доложить ему, то Степан рвался к жене, которая осталась одна и кто знает, что могло с ней случиться.

Успел. Успел прийти в дом, полный трупов и застать супругу, которая заперлась в покоях, куда уже почти ворвались демоны. Убив тварей, Степану пришлось зачищать дом и от других чудовищ. Когда закончил, парень решил, что больше им здесь делать нечего и раз пошла такая пьянка, надо выбираться и идти туда, где помогут. Ближайшее подходящее место было родительским домом. Не хочется возвращать туда, откуда сбежал, но выбора то нет.

Степан ожидал, что после того, как они выскочат на улицу, все демоны сбегутся на них с округи. Происходящее напоминало кошмар, когда не знаешь, откуда ждать удар. Но вместо массового нападения, парочка свободно пересекла улицу. Виной тому был Клоз, что направлялся к Михайловым. Он сверкал на всю округу и его было трудно не узнать.

У Степана на секунду мелькнула мысль, что надо идти к нему, но… Как бы там не было, лучше держаться ближе к семье. Перескочив вместе с супругой через забор, маг крови быстро огляделся и направился в ту сторону, где мелькала фигура родича. То, что члены рода Шамал выскочили на улицу и приняли бой его не удивило. Родовой силой так и смердело. Почему-то в эту ночь гораздо отчётливее, чем когда-либо ранее.

Впереди было чисто, только одинокая фигура, что только что расправилась с тройкой демонов. Остальные находились дальше, метрах в пятидесяти. Степан махнул рукой, зажигая свою силу и тем самым показывая, что это он.

— Свои! — крикнул он, чтоб наверняка.

Не помогло. Со стороны родича прилетел чёрный и звенящий от силы таран. Слишком хорошо знакомый парню удар это был. Кинув каплю крови вперёд, Степан сбил траекторию и магия пронеслась над головами супругов. Попади она в них — и гостей ждала бы мучительная смерть.

— Братец, да ты охренел! — возмущённо завопил Степан, узнав атаковавшего. — Какого лешего ты творишь!

— Степан? — раздался гулкий голос.

Небо наверху давало слишком мало света. Было смутно видно фигуру брата, но тот вышел на открытый участок из под тени деревьев и Степан смог его рассмотреть. Маури. Старший брат, он же наследник рода, он же самый жестокий маг в их отнюдь не мирной семейке.

Терпеть издевательства Маури для Степана было так же обыденно, как в других семействах обниматься. Сложно сказать, что чувствовал парень по отношению к старшему брату. Тому уже было тридцать шесть лет, он давно вошел в силу, обзавёлся женой и детьми, а когда-нибудь в будущем готовился принять бразды правления родом. На самом деле он уже сейчас вёл многие проекты, в том числе военные. Маури — это как наказание для врагов. Отец отправлял его туда, где требовалась особая жестокость. После таких вылазок брат успокаивался. На время. Потом снова начинались издевательства.

Но это был брат. Часть рода. Не смотря на те страдания, что причинял, он мог поддержать, защитить и поделиться опытом. Это Степан признавал так же, как и свою ненависть к брату.

— Предатель явился. — не сказал, а прошипел Маури.

От чего-то Степан сглотнул, а супруга сзади прижалась к нему сильнее.

— Ты всегда был слабаком, — тем временем продолжал брат. — Пришло время научить тебя быть сильным.

Степан смотрел на брата, на его чёрные глазницы, которые заволакивала тьма и понимал, что уйти не получится.

— Беги, — шепнул он супруге, — Беги к Клозу и приведи его сюда.

Та, хвала удаче, тупить не стала. Сжала на секунду руку мужа, после чего скользнула в лес и быстро скрылась.

— Правильно. Эта подстилка нам только помещает. Кровь против силы? — хмыкнул… братец.

После чего нанёс удар. Степан усмехнулся в ответ, ускользая от атаки. В прямом противостоянии у него нет шансов. Но прошли те времена, когда он был мальчиком для битья. Ещё когда брат только начал говорить, Степан понял, что драке быть. Слишком грязная кровь у брата, слишком от него смердит. Это было ненормально но, о том что сейчас происходит потом разбираться будем.

На одной атаке Маури останавливаться не стал. Он всегда так бил. Яростно, жёстко, с целью не убить, а покалечить. Размывшись тенью, Степан выскочил из под хорошо знакомой связки и нанёс удар кровью.

Плеть захлестнула ногу брата, дернула в сторону, от чего тот полетел и приложил головой о дерево. Этого было мало, чтобы вырубить его, поэтому Степан нанёс добивающий, пробивая защиту копьём крови.

По-расчётам этого должно было хватить. Но куда там. Братец встал, потряс головой и зарычал утробно, словно дикий зверь.

— Долбанный псих! — выругался Степан.

От последующей атаки он уйти не смог. Брат разом накрыл весь участок, ломая вековые деревья. Вместе с щепками, комьями земли и камнями, маг крови, выставив все доступные щиты, полетел в сторону, пробил своим телом забор и вылетел на улицу.

— Это будет тяжелее, чем я думал, — чертыхнулся он.

Будь парень обычным человеком, то сейчас бы сплевывал сгустки крови из лёгких от сломанных рёбер, но не с его специализацией растрачивать ценный ресурс. Требовалось подняться, но как же тяжело это далось. А всё проклятая сила Маури, которая подавляла и разрушала организм.

— Эй, Стёпа, — послышался чужой голос, который, если быть честным, парень был сейчас рад слышать, — Ты тут живой?

— Клоз! — криво улыбнулся маг, — Слушай, будь хорошим соседом, сейчас мой братец в проходе появится, приложи его, как умеешь?

— А что с ним?

— Да совсем с катушек поехал. Не переживай, я отцу скажу, что сам тебя попросил.

Именно этот момент Маури выбрал, чтобы выскочить наружу. Клоз светился, как ходящая электростанция, так что парень смог рассмотреть, как выглядит брат. Искупали во тьме — лучшее описание, подходящее ему, как никогда. Казалось, что у него даже волосы из тьмы созданы.

Неизвестно, чем там собирался добить Маури, но Клоз сделал, что просили. Степан прикрыл глаза, настолько это был обжигающий свет. Но оно того стоило. Проморгавшись, парень увидел, как брат трясёт головой и, кажется, приходит в себя.

* * *

Кажется, образ героя, который всех спасает, приклеился ко мне, как туалетная бумага к подошве. Сам её не замечаешь, а люди косятся. Амалию спас, остальных спас, ещё и Степана спас.

Мы сначала вместе с Михайловыми шум от взрыва услышали. Как я понял, это старшенький Модо развлекался, пойдя в разнос. Где-то в ту же минуту на нас Кристина Ротен выбежала, зовя на помощь. Пока господа маги прикидывали варианты, я ускорился и оказался рядом со Степаном, которого размазали по асфальту.

— Клоз? — выдал Маури Шамал, после того, как я его приложил очищением, держась за голову, — Что происходит? Степан?

— Э, братец, ты что, совсем не в себе? Как на меня нападать, так ты первый, а как отвечать за содеянное, так в отказ?

Снова у Стёпы защитный механизм в виде сарказма включился, — отметил я. Или это часть его натуры? А плевать.

— Как себя чувствуешь? — обратился я к Маури, — Есть подтвержденный случай, когда маги теряют способность адекватно мыслить. С тобой, видимо, тоже самое произошло.

— Да я уже понял, — махнул он рукой, — Клоз, официально тебя прошу помочь… кхм… вылечить других.

Эти слова он сказал, выпрямившись и смотря на меня максимально брутальным взглядом. Что довольно иронично, учитывая, что он в домашнем халате и босиком. Я прям представляю, как сработала тревога, господин наследник выбежал из спальни, а дальше Пасть ему совсем мозги отрубила, и он пошёл развлекаться. Что не помешало ему быстро прийти в себя, проанализировать ситуацию, собраться и попросить меня официально, о помощи. Он сейчас как вылитая из чугуна статуя, идеально отражающая образ гордого наследника могущего рода.

— Не вопрос, — ответил я простодушно, наблюдая, как он чуть скривился.

Вид гордый, да только одежда не подходящая. Наверное ему холодно. На улице то разгар зимы. Снега нет, пару дней назад всё подтаяло, а следом морозы навалили и это всё замерзло. Что, если честно, не упрощало ситуацию.

Как договорились, отправились во двор Шамал. Я не испытывал к ним особой любви, но понимал, что такой союзник пригодится в этой войне. Тем более, когда противоположный вариант — это если они станут врагами. Что могут натворить Шамал, если захлебнуться в жажде крови — страшно вообразить.

На пару с Маури мы прошли вокруг дома и обратили всех в благоразумие. Наследник легко держал удар родственников, которые дошли уже до того, что были готовы напасть на любого. Закончили минут через десять, долго возиться не пришлось. Как итог — я получил личную благодарность от Модо. От пустых слов толку нет, но хоть в спину не ударят и то хлеб.

— Надо бы по другим соседям пройтись, — озвучил я очевидную мысль, — Поможете?

— Шелия и Михайловы в порядке? Ещё кто?

— Только у них был. До вас добрался, потому что Степан попросил.

Получай фашист гранату. Я не настолько хорошо знаю это семейство, чтобы спрогнозировать реакцию на мои слова. За то, что Степан привёл меня, то есть обеспечил лекарство от безумия — его могут как похвалить, так и отругать. Мол, какого хрена ты к Клозу полез, дурачок. Тем и интересен был мой вброс. Да, сейчас не до этих игр, но не удержался. Само выскочило.

— Мы поможем, — согласился Модо.

Так и пошло дальше. Собрали отряд и пошли по соседям. Первыми на пути попались Горчаковы. Те чувствовали себя прекрасно. Укрылись за непробиваемыми щитами и игнорировали любые угрозы. Огинские находились здесь же, в их общем бункере. Оба рода без следов влияния на психику. Обменялись с ними информацией. Никто ничего не знал. Что ожидаемо. Кажется, я здесь самый информированный человек, но то, что можно сказать Шелия, нельзя выдавать налево и направо остальным.

Когда разобрались с этими двумя родами, то увидели небольшое шоу. В поместье Орловых явилась София. Да как… Прилетала на своих чёрных крыльях. Силой от неё фонило так, что даже на фоне царившего вокруг безумия пробивалось. Главное, чтобы дамочка с катушек не поехала. А то будет, как с Огасом. Толпой её валить придётся.

Проверка всех домов заняла час. Не во всех мы застали живых. Род Тарковских и Баюшевых были вырезаны подчистую. Из поместий никто нам на встречу не вышел. Живые внутри тоже не ощущались. Зато трупы нашлись. Демоны постарались, кто же ещё. Это было понятно сразу, как близко подошли. Оба дома наполовину разрушены.

Проблемы нам доставили Абамалек. Когда мы до них добрались, те превратились в каких-то убийственных монстров. Разрослись, когти отрастили и напоминали обезумевших то ли оборотней, то ли вурдалаков. Заметили мы их в последний момент, те сидели в засаде. По итогу жаркой битвы род Абамалек, та его часть, что жила здесь — отправилась на свалку истории. Никто по этому поводу грустить не стал. Каждый понимал, что сейчас ситуация из разряда настолько особенных, что любой произвол спишет.

С остальными проблем не возникло. А вот у них трудностей хватало. У каждого нашлись раненые и убитые.

Замечу, что за этот час мы перебили несколько сотен демонов, пару десятков из которых были третьего ранга. Бои вышли жёсткие. Настолько, что квартал магов сейчас напоминал наглядное пособие, что бывает на поле брани после ковровой бомбардировки.

Конец нашего шествия ознаменовали два события. Из квартала свалили Орловы. Несколько джипов и один большой грузовик отчалили в неизвестность. Кто именно покинул квартал я не видел, но сам факт отметил. Уверен, там находится София. Кто же ещё удержит столь мощный щит тьмы вокруг колонны. Вторым событием было прибытие Амона. И вот оно вызвало наибольший ажиотаж, потому что он привёз новости из города, которых нам так всем не хватало.

В итоге маги договорились между собой, выделили людей для обороны главной улицы и даже наладили сообщение с помощью сигнальных огней. Колдануть такой не сложно. Ещё договорились, что каждый будет присматривать за тем, кто рядом и если заметит признаки изменения в психике, то сразу же меня позовут. Опять я был главной затычкой в бочке. Или главным лекарством от переизбытка Пасти в организме.

Ладно, хватит ворчать, настало время поговорить.

* * *

Перед тем, как устроили общий сбор, Амон перехватил меня и утащил к себе в дом.

— Баррак мне уже сказал, что ты в курсе происходящего, — говорил он, пока мы спешно шли по коридору, — Заходи, — мне открыли дверь в кабинет.

— Кое-что знаю, но прозвучит это безумно.

— Я только что из города. Вот там творится настоящее безумие.

— Что именно? — решил я уточнить перед тем, как начну свой рассказ.

— Не знаю. Но выглядит жутко, — Амон, не смотря на всю свою солидность, был на нервах.

Я уже знал, что он находился где-то в центре на переговорах, когда всё началось. Как забили тревогу, сразу выехал в сторону дома на защиту близких. Но машины заглохли и половину пути им пришлось добираться на своих двоих. Постоянно отбиваясь, то от демонов, то от мертвецов. Темнота, мир проваливается в бездну, вокруг хаос и смерть — такая прогулка кого хочешь измотает. В ответ на мой вопрос Амон добавил деталей. Всё не так плохо, как могло бы быть, но то, что начался настоящий апокалипсис — теперь можно смело утверждать.

— Так что тебе известно? Времени мало, хотелось бы хоть немного прояснить ситуацию.

— Пасть — разумна. Она влияет на магов. Насколько влияет — сейчас достаточно сильно, чтобы взять под полный контроль. Её цели — точно не знаю, но они ведут к уничтожению человечества в том виде, к которому мы привыкли. Откуда знаю — сам с ней общался.

— Ты сейчас не шутишь? — спросил Амон, нервно жуя губу.

В ответ я изогнул бровь, мол, какие тут могут быть шутки? Мужик всё же кремень. Вздохнул, на десяток секунд прикрыл глаза, выдохнул и принял мои слова.

— Поверю тебе на слово, парень. Объяснения лучше всё равно нет. Не буду сейчас спрашивать, откуда ты всё это знаешь. Спрошу другое. Раз тебе больше известно, то есть мысли, что нам всем делать? Можно закрыть или уничтожить Пасти? Остановить её распространение?

— Уничтожить — скорее нет, чем да. Я видел то, насколько она могущественна. У меня есть сила, чтобы закрывать отдельные Пасти, но это как сорвать лист на дереве. Много ли толку? Остановить — не знаю. Я сейчас понимаю так же мало, как и вы. Надо проверить прошлые места, где были открыты Пасти. Может, если там всё ещё находятся проходы, то если их закрыть, это снизит нагрузку. Надо проверять. Что делать — да, мысли есть. В первую очередь спасать людей. Мне надо добраться до своих.

— Сейчас улицы, как по ту сторону Пасти, — покачал головой Амон, — Мне больно это говорить, но возможно твои люди мертвы. Не все, — поднял он ладони вверх, — Изменения не сплошные. Есть обычные места. Но демоны и мёртвые… Ты был в Ювгорде, знаешь, насколько быстро распространяется зараза.

— Тем быстрее мне надо попасть к своим. Там и Пасти находятся, которые проверить можно.

— Что же, это похоже на план. — вздохнул он, — Что думаешь насчёт остальных, скажешь им?

— Не вижу смысла. Мне не поверят. Да и какой толк? Лучше сказать, что надо проверить Пасти и закрыть их, если будет возможность. Я готов начать со своих, если вдруг кто ещё боится потерять власть.

На это Амон лишь криво усмехнулся. Маги и так уже потеряли власть. Потому что чем и кем править на руинах человеческой цивилизации?

Глава 4. Сквозь город

— Клоз собирается ехать один? — спросил Маури. — Так-то у нас тоже люди есть.

Обсуждение началось по второму кругу. Переговорив с Амоном, мы вдвоём вышли и встретились с остальными, чтобы обсудить дальнейшие планы. Если в общих чертах, то повестка дня звучала так: в городе начался конец света, что нам всем делать?

— У всех есть люди, которым надо помочь, — устало сказал Амон, потирая глаза, — Доводы вы все слышали. Любой из магов может попасть под влияние и потерять себя. Что и случилось с Абамалек. Кто-то хочет повторить их судьбу? Лекарство от этого пока только одно известно, — взгляды скрестились на мне.

— Тогда тем более отпускать Клоза плохая идея. — вставил Горчаков.

— Сидеть на месте тоже не вариант, — покачал я головой.

— Хватит, — Модо шагнул вперёд и придавил всех силой. Выглядело это нагло, но заставило магов замолчать, — Как я понял, нам всем грозит перспектива остаться одним в разрушенном городе, если ничего не предпринять. Клоз предложил решение — смотаться к его Пасти и проверить, получится ли её закрыть и тем самым снизить уровень проблемы. У кого-то есть решение получше? То, что нам всем надо попытаться спасти наши земли — это понятно. Но что предлагаете? Потащим с собой семьи? Кто-то смог завести хоть одну машину? А даже если получится, то у всех хватит сил при движении ещё и от демонов отбиваться? Все вы знаете, что это будет та ещё авантюра. Поэтому решение очевидно — отправляем Клоза на разведку. Сами ждём здесь новостей. Если кто хочет, может послать разведчиков, но тут сами решайте, готовы ли разделить силы. Амон, что скажешь? Тяжело было пробиваться сюда?

— По грани прошли, — ответил глава Шелия, который благодаря весёлой и бессонной ночи выглядел более помятым, чем остальные.

— Дайте мне два часа. — сказал я, — Постараюсь вернуться за это время. Мне проще всего будет пройти. В любом случае здесь останется часть моих людей, так что я вернусь.

— Решено. В любом случае, мы не можем удерживать Эдварда. Так что лучше помочь, чем попусту сотрясать воздух. — подвел итог Амон.

— Как ты собираешься добираться в город? — уточнил со скепсисом Горчаков, — Пешком долго выйдет.

— У нас найдётся решение, — внезапно предложил Модо.

Сейчас вся электроника вырубилась и отказывалась работать. С машинами чуть иначе. Как-то же Орловы смогли уехать. Как именно лично я не знал. Это противоречило известному мне. Думал, что машины тоже вырубает, но видимо есть исключения. Одно такое Модо и предложил в качестве щедрого жеста. Не знаю, с чем это было связано. То ли с тем, что это род военных и у них была нужда в работающей технике в условии магических противостояний. То ли учли прошлый опыт прихода сюда Ротенов, то ли ещё что. Как итог, в гараже у них нашлось несколько грузовиков, которые разрабатывались как раз на тот случай, чтобы двигаться в условиях нарушения физических законов и подавления магией.

Модо отправил со мной Маури, чтобы тот выдал транспорт и объяснил нюансы. Сам же остался отвечать на вопросы, на каких принципах эти разработки строились. Всем собравшимся магам это было интересно, как никогда.

* * *

— Ты главное своё поле держи и тогда должно работать, — сказал он вроде как серьёзно, когда мы подходили к гаражам.

— Я с тобой! — за нами увязалась Эрминия, как ей казалось, незаметно.

— Погеройствовать решила?

На это девушка ничего не ответила, но то, как она напряглась, как упрямо смотрела, складывалось впечатление, что даже если я откажу, она всё равно следом увяжется. Эх… Вылазка это опасная затея, но помощь мне не помешает. Да и кто сказал, что со мной более опасно, чем оставаться здесь? Будь моя воля, я бы вообще всех близких людей увёл на свои земли и там укрепился. Но ту же Амалию мне никто забрать не позволит.

— Мы тоже с тобой, Клоз! — к гаражам подошел Степан и его родной брат, в смысле не сводный, Дмитрий.

— Вы то мне зачем? — прямо спросил я, не желая сейчас тратить время на пустую болтовню.

— Прикроем. Я умею укрывать отряд, — ответил Дмитрий.

— А я просто не хочу пропускать веселье, — улыбнулся Степан.

Да конечно, так я ему и поверил. Скорее эту двойку послали, как шпионов, чтобы за мной присмотреть и узнать, какая обстановка в городе. Мне это даром не сдалось, но… Машина принадлежит Шамал. Видимо в довесок к ней идёт пару отпрысков семейства.

Тем временем Маури залез в автомобиль и завёл его. Отлично, одной проблемой меньше.

— Будете тупить, мешать или вредить — без сожалений брошу, — ответил я этим двоим. — Залезайте, да едем. Времени и так упущено слишком много. Ты тоже, — глянул я на Эрминию.

Ту к этому моменту успели подлатать, от ранений и следа не осталось. Вот что значит толпа целителей среди соседей.

* * *

— Сразу к Пасти, Клоз? — спросил Степан.

Сейчас он сидел за рулем, как самый бесполезный. Я генерировал очищение в пределах машины. Его брат создавал вокруг нас искажающее поле и о чудо, демоны игнорировали нас. Разве что на шум дёргались, но мы проезжали мимо и они быстро теряли нас. Эрминия же лучница, поэтому ей нужны свободные руки. Поэтому маг крови, в силу специфики своих умений, сейчас бесполезных и сидел за рулём.

— Нет, сначала не к Пасти, — я назвал ему адрес, где жила Тётушка и дети.

Это первое место, которое я собирался навестить, молясь, чтобы с ними всё было спокойно. Дом там хороший, укреплённый, если повезёт, то они до сих пор живы. Главное, чтобы дыханием не накрыло.

— Так и знал, что ты собираешься свои делишки провернуть. Но не мне тебя судить. Лучше другое расскажи. Что происходит, Пасть его дери? — чувствовалось, что Степан нервничает.

Он пытался это скрыть, но всё равно прорывалось. Впрочем, нервничали все. Достаточно глянуть за окно машины, чтобы найти десяток причин. Первая — темень. Настоящая, непроглядная темнота. Вторая — куда не глянь, всегда заметишь либо демона, либо мертвецов, свободно бегающих по улицам. За последний час их стало значительно больше. Пока нам удавалось их объезжать, но как долго нам будет вести — кто знает. В тех случаях, когда на машину наскакивал кто-то, я его быстро очищал, отправляя в утиль, но что будет, если на нас, не смотря на маскировку, откроют охоту… Надеюсь, Пасть сейчас другими делами занята.

— Ты сам ответил. Пасть нас всех дерёт.

— И что это значит? Апокалипсис? Пора запасаться гречкой, тушёнкой и туалетной бумагой?

— Бумага то тебе зачем? — нервно хохотнул его брат.

— Ты чего, тупой? Чистая жопа во время апокалипсиса это главный фактор личного комфорта.

— Дураки, — тихо прошептала Эрминия.

— Воу-воу, леди, — Степан её расслышал, чем подтвердил свой прекрасный слух, — Девочки не какают, да?

— Стёпа, лучше заткнись, — начал раздражаться его брат.

Точнее они так скидывали напряжение. Говорю же, все на нервах.

— Клоз, так что? Жопой чую, что ты в курсе происходящего.

— Какая у тебя чуткая жо…

Разговор прервался, когда Степан дал резко по тормозам. Ехали мы достаточно быстро и выскочив за поворот, дорогу нам преградила толпа мертвецов.

— Зомби-апокалипсис, мать его. Прям как в Ювгороде. Хотя здесь пострашнее. — пробормотал маг крови. — Их тут сотен пять. Что делать будем?

Выглядело это так, будто и правда конец света случился. Волна мёртвых, что неспешно брела по городу. Чего они тут замерли? До этого живо бегали, а сейчас притихли. Словно кто-то забыл о своих любимых игрушках. Пасть управляет мертвецами? Хороший вопрос. Я попытался проанализировать всё то, с чем уже сталкивался. Сомневаюсь, что контроль ведётся напрямую каждым существом. Хотя… Блин, с этой Пастью, будь она неладна, не знаешь, чего ждать. Это ведь принципиально иной тип мышления и возможностей, поэтому не надо судить по человеческим меркам. Сейчас я подумал, что у Пасти не хватит мощностей, управлять напрямую каждым существом, будь то демон, мертвец или захваченный маг. Но кто сказал, что это так? Я провожу аналогии с компьютерами. В моем мире никаких ресурсов не хватит, на подобный контроль. Как вариант, каждому существу прописан алгоритм действий, а прямое вмешательство происходит по мере надобности, но и это не факт, что правда.

— Чего они стоят? — прошептала Эрминия.

В такой ситуации невольно переходишь на шепот.

— Сейчас сдам назад.

— Погоди. — остановил я Степана, — Это ловушка.

— С чего ты взял?

— С того.

— Клоз! Не будь мудаком, хоть сейчас!

— Слишком долго объяснять. Да и сложно это всё.

— А ты попробуй.

— Пасть знала, что я сюда приду.

Не хотелось в это верить, но… Я ехал к дому Эльзы. Он, собственно, находится в сотне метров от нас. Ещё пару домов оставалось миновать, чтобы добраться до нужной цели. Моя чувствительность хоть и изменилась, но кое-какие возможности остались. Сейчас я чувствовал, что мёртвые заполонили все ближайшие улицы. Как бы мы не объезжали, проблема никуда не денется.

Почему я решил, что ловушка именно на меня? Возможно дело в паранойе, а возможно в том, что в квартире Эльзе я чувствовал непонятные вибрации. До боли знакомые, но в этой мешанине хаоса, что творился снаружи, было не разобрать.

— Нам надо пробиться вперёд, подняться вон в то здание, вывести гражданских и уехать отсюда.

— Они настолько важны для тебя? — возмутился Степан.

— Это мои личные ученики, так что да.

— Волчонок? — поняла Эрминия.

— Да, и остальные тоже.

— Сколько их там?

— Семеро.

— Как ты их в машину сажать собираешься? — снова возмутился маг крови.

— Поместимся как-нибудь.

Ехали мы не на обычной легковушке, а на военном джипе. Для такой толпы тут тесновато, но если я засяду снаружи и возьму с собой Эрминию, то поместятся как-нибудь. Жить захочешь и не такое сделаешь.

— Надеюсь, оно того стоит. Пора выпустить свою магию, Клоз. Двинули.

Степан нажал на педаль газа, мотор заурчал и мы рванули прямо в толпу.

* * *

Чуть ранее.

— Куда ты нас везёшь? — спросил Павел, поглядывая на улицы, которые заполонили демонические отродья.

— На базу, — сухо ответила София.

— А поточнее?

— Увидишь.

Два часа назад София находилась в мире за Пастью и изучала непонятные процессы, что там развернулись. Слишком уж активизировались демоны. Да ещё этот саммит, назначенный на утро. Он мало волновал женщину, но чутьё нашептывало, что надвигается большая беда, так что… Мозг методично перебирал варианты, что происходит и к чему готовиться.

Всё началось так внезапно, что женщине осталось первые минуты лишь наблюдать, как в один момент рушится весь мир. Со стороны изнанки это выглядело завораживающе. Раздался мощный грохот, чёрные жгуты, что пробивали путь в мир людей все разом оторвались, а потом, словно взбешённые змеи, ударили обратно. Не прошло и пяти минут, как грань между мирами истончилась и София увидела родной город. Теперь переход был не нужен, чтобы выйти на ту сторону.

Первое, что сделала женщина — это отправилась на свою базу на родовых землях. Родичи не знали, чем она там занимается, София не пускала в свои дела, предпочитая в тихую накапливать силу. Земли стали базой, где она с приближёнными магами, которых взяла в свою команду, отдыхала, проводила опыты, строила дальнейшие планы и практиковалась в магии.

София всегда жила с мыслью, что семья — это поддержка и опора. Тем больнее было, когда отец предал. Может не специально, может он хотел другого, но что такое его слабость, как не предательство? Да и Павел, любимый братец, вроде бы сделал шаг к силе, но быстро сдался и не решился развиваться этим путём. Последний их конфликт стал причиной того самого осознания, когда София поняла, что полагаться стоит только на себя.

И раз уж точка опоры потеряна и на род больше положиться нельзя, то в какой-то миг ей пришла мысль, а зачем ограничиваться семьёй? Эта мысль была связана с появлением первого ученика. Когда он пал ниц и умолял научить его, женщина, не ожидая для самой себя, согласилась. Ни разу не пожалев.

Как его звали, София так и не узнала. Его имя, данное от рождения, не интересовало её. Он попытался представиться, но получил удар чёрной плетью, после чего женщина объяснила, что имя он получит, когда проявит себя. С тех пор много воды утекло, последователь показал себя и Орлова нарекла его Дарк. Или тёмный. За его образ, за чёрные, как уголь волосы, за привкус тьмы в его магии, за неистовство и такое же фанатичное стремление обрести силу, как и у самой Софии.

Дарк стал первым, но не последним. Дальше они путешествовали вдвоём, сражаясь по очереди с разными магами. Вскоре нашёлся ещё один, кто захотел к ним присоединиться. Потом ещё. Через полтора месяца на них вышла девушка, которая целенаправленно их искала. Слухи, что за Пастью гуляет чёрная орлица и собирает вокруг себя магов тихо расходились среди того закрытого сообщества магов, что посвятили свою жизнь познанию магии.

Всего учеников присоединилось десять. Трое из них погибли. Осталось семь.

Когда всё началось, первое, куда заглянула София — навестила своих последователей и дала им распоряжения удерживать родовую землю и их базу. А ещё собрать приближённых людей и защитить их. Не смотря на весь свой фанатизм и зацикленность на силе, София не хотела остаться в мире одна. Люди — полезны. Негоже разбрасываться ресурсом.

В родительский дом женщина отправилась только тогда, когда навела порядок среди своих. Дома она нашла то, что и ожидала увидеть. Кучку трясущихся от страха женщин, детей и стариков, да Павла, который отбивался из последних сил от демонов. София приземлилась в тот момент, когда на него наседали три твари. Она опустилась во дворе, брат её заметил, но женщина не спешила прийти на помощь.

— Что-то ты долго с ними возишься. — бросила она ему.

Павел вспыхнул, убил одного демона, но осталось ещё двое. София тихо свистнула. Твари остановились, припали к земле и поползли к ней, как нашкодившие щенки. Эта две твари ростом со взрослого человека, были готовы разорвать любого, но эту женщину боялись настолько, что подчинились.

— Спасибо за помощь, — нехотя кивнул мужчина.

Щелчок пальцами и демоны рассыпаются в труху.

— Надо уходить, — заявила София.

— Что происходит?

— Пасть затмила весь город. Подробностей не знаю. Я пришла, чтобы забрать вас.

— Куда?

— На наши земли поедем. Там база.

— Хорошо. — ответил Павел, помедлив.

Когда происходит не пойми что, нужно объединяться. К своему стыду, если и дальше так продолжать будет, мужчина осознавал, что не сможет защитить тех, кто оставался в доме, спрятавшись в убежище. На отца надежды нет. Тот значительно потерял в силе. Есть ещё молодые, но они максимум смогут убить слабых тварей. Да и то, штук пять, не больше. Так что выбора не было. Лучше последовать за Софией.

В дом женщина входила, испытывая смятение. Всё, о чём она говорила — сбылось. Пришла беда, а сил защититься нет. Будь сейчас все маги рода живы, они бы и сами пробили себе дорогу, куда угодно. Но их больше нет. А те, кто остался — слабы.

— Тётя! — в коридор вышла Мария. — Ты пришла!

София ничего не сказала. Когда-то она боролась за эту девочку, хотела направить её, но… С тех пор юная девушка совсем отдалились от неё. И то, что она сейчас в панике, забыла все свои обиды и бросилась к тёте, лучше всего говорило о том, что как была слабачкой, так и осталась.

— Куда мы идём, Павел? — послышался голос Ангелины, его жены.

— Уходим вместе с Софией.

— Ты доверяешь ей?!

Разговор доносился из соседней комнаты, но София его прекрасно расслышала, криво усмехнувшись. Мария же посмотрела виновато, чувствуя себя неловко от того, как принимают женщину.

— Дочь, — вышел в зал Роман Орлов. — Ты пришла.

И снова София ничего не сказала, молча глядя на отца, как он опирается на трость. Слабак. Мелькнула мысль, есть ли смысл их спасать, но женщина отбросила её в сторону. На пути мага есть нешуточная угроза потерять себя. Держаться за семью — один из способов заякориться.

— Вернулась приблудная, — вышла из подвала Альбина Орлова.

— И тебе привет, бабушка, — не удержалась от сарказма София.

Никогда она эту вредную старуху не любила.

— Павел, ты уверен, что нам надо ехать? Что вообще происходит? Кто-то может объяснить?

А это уже Игнат Орлов. Он же двоюродный дед Софии. Надо признать, что с годами члены рода не становились приятнее в общение.

— Значит так, — снова щёлкнула пальцами София.

Звук прозвучал резко, как удар хлыста. В этот простой жест была вложена сила рода. Чёрные орлиные крылья полыхнули за спиной. Это лучше всего говорило о праве повелевать. Не просто принимать решения, а именно править любым членом рода по праву силы и крови.

Чёрные крылья — это особенность их семьи. Только сильнейшие представители могли их призывать, что даровало им возможность летать. Крайне полезное умение в любой войне. То, что София шагнула гораздо дальше и открыла следующую ступень развития этой способности — об этом не было смысла говорить. Не поймут.

На родственников любо дорого было смотреть. Каждого проняло.

— У вас есть простой выбор. Остаться здесь. В этом случае вы умрёте. Или отправиться со мной. Я увезу вас на родовые земли, на базу, где мои люди. Решайте. У вас ровно минута.

Впервые в жизни София с удовольствием наблюдала, как решение было принято тут же и единогласно. Крылья — всего лишь внешний атрибут способности. На внутреннем уровне они усиливали у всех членов семьи готовность следовать за носителем силы. Родичи этого не знали, только может отец, да старики, которые всё поняли, а остальные просто склонили голову, до конца не осознавая этого.

София чувствовала довольство. На родовую способность у неё имелись обширные планы, которым в царящем хаосе можно, наконец-то, дать полный ход.

Из дома выезжали, плотно утрамбовавшись по машинам, спешно собирая необходимые вещи. Родовое хранилище много чего берегло на чёрный день. Сегодня он настал. С некоторыми артефактами даже слабые маги смогут оказать достойное сопротивление любой угрозе.

К артефактам София относилась, как к костылям, то есть с презрением, считая, что полагаться на заёмную силу, это гарантированно сгубить свой путь мага. Сегодня она сделала исключение. Новые вызовы требуют максимальной отдачи, что влечёт увеличение риска потерять себя. Огас Ротен был сильным, это женщина признавала, но он потерял себя, за что и поплатился. Так что… Женщина прихватила из хранилища родовой камень. Последний, кто его носил — был великим магом рода Орловых. Использовал он артефакт ровно для тех же целей, снижая риск окончательно сойти на путь безумия.

Спустя час, когда они проехали через город, отбились от нескольких стай демонов и разместились на базе, София вышла на улицу, где стала наблюдать за тем, как действуют её последователи. Те справлялись с задачей на отлично. Район оцеплён, корпус стражей и близстоящие места взяты под контроль, эвакуация людей и припасов шла полным ходом.

Какая бы дьявольщина не происходила, демоны шли не настолько большим потоком, чтобы задавить людей. Несколько циркулирующих магов справлялись с задачей, а если становилось туго, то остальные приходили им на помощь.

Первый этап плана был выполнен. София собрала людей, вывезла членов семьи, основала аванпост. Здесь можно продержаться и обороняться, но… Сколько это будет продолжаться? То, что мир катился в полную задницу очевидно даже тем, кто цепляется за надежды, что скоро всё закончится. Не закончится. Особенно, если ничего не делать.

— Госпожа, будут приказания?

Дарк возник за плечом тенью. Как всегда, говорил он мало, тонко чувствуя настроение той, следовать за которой выбрал своим жизненным путём.

— Как настроения?

— Мы преданы вам, — склонил он головы, — Но у каждого из нас есть свои семьи.

Как мало слов, как много смысла.

— Ждите здесь, делайте, что должно. Я пошла разбираться, с тем что происходит.

София расправила крылья и взмыла в небо. Именно там наблюдалось скопление чёрных жгутов. Ровно тринадцать больших, что шли от Пастей. То же самое, что раньше было в том мире, пришло сюда. Если где и есть ответы, то там. Жгуты пересекались, образовывая чёрное полотно над центром города.

Зачем София туда направляется — она и сама не знала. Это было всего лишь догадкой. А ещё желанием изучить странный феномен. Тринадцать жгутов сформировали червоточину, из которой вытекали потоки дыхания. Можно сказать, что весь город накрыло покрывалом из Пасти.

Чем выше поднималась женщина, тем больше усиливалось давление. В какой-то момент оно стало настолько большим, что тело заломило, мышцы были готовы слезть с костей. Но если бы женщину останавливали такие мелочи, она никогда бы не пришла к своей силе.

Поднявшись ещё выше, София разглядела среди свинцовых туч висящую в воздухе фигуру. Здесь, выше самых высоких домов, трещали разряды энергии, что давали немного освещения. Орлова направилась к силуэту и разглядела, что это женщина.

Но кто она?

Незнакомка имела крылья, ничуть не уступающие тем, что у Софии за спиной. Руки пустые, опущенные, фигура просто висела в воздухе, игнорируя гравитацию. Казалось, крылья были всего лишь декоративным элементов, этой магине не требовалось ими махать, чтобы неподвижно зависнуть в воздухе.

— Ты пришла, дочь моя, — прозвучал неживой голос.

София вздрогнула от осознания, кто с ней говорит. Это был не человек.

Глава 5. Белый волк

— Почему они нас игнорируют? — спросил Степан, тарабаня пальцами по рулю.

В ответ все промолчали, продолжая нервно вглядываться в бесконечные ряды мертвецов. Когда Степан вдавил педаль в пол, машина рванула вперёд, и мы врезались в толпу. Я выжег несколько десятков мертвецов, от чего они отключились и попадали на асфальт. Звук ломаемых тел, хруст костей и бульканье, доносящийся из под машины, заставлял морщиться от омерзения, но что-то было не так. Мы раскрыли себя, но нападения не последовало.

— Нам это только на руку. Паркуйся, — бросил я Степану, опустившись на мгновенье вниз.

Чтобы проще было бороться с мёртвыми, пришлось вылезли в люк, который предусмотрительно имелся в машине как раз на такой случай. Не пригодилось.

— Вы со мной? — спросил я остальных, спрыгивая вниз.

— Лучше не разделяться. Сомневаюсь, что тачку угонят, — ответил Степан, после чего нервно хохотнул, словно ему в голову шутка пришла и он не смог сдержаться.

Дверь в подъезд оказалась закрытой. Домофон тоже не работал. Ключей у меня не было. Вопрос решила Эрминия. Она создала стрелу и тупо срезала петли. Я придержал дверь, чтобы она грохотом своим весь квартал не перебудила. Запоздало пришла мысль, что в доме есть живые, не только в квартире Эльзы, а убрав парадную дверь, я снизил их шансы выжить. Дерьмо…

На удивление лифт продолжал работать, неизвестно как. Но никто на нём не решился ехать. Зачем только Степан на кнопку нажал? Застрять сейчас было бы верхом идиотизма. Поэтому нас ждала короткая пробежка всего лишь на шестой этаж. Но ничего, маги народ крепкий.

— Открывай! Свои! — постучал я в дверь.

С другой стороны ощущались живые. Послышался топот ног, щелкнули замки и мне открыла Мия. В темноте не разглядеть, насколько бледной выглядела юная девушка, но то, что она на нервах ощущалось отчетливо.

— Эдвард! Ты пришёл!

Повисшая у меня на шеи барышня была следствием нашей встрече. При этом я каждым сантиметром спины ощущал нарастающее любопытство со стороны магов.

— Тише-тише, — опустил я Мию на пол, с трудом разжимая её руки, — Да, это я. Вы тут как? Я не один, кстати.

— Мы целы. — из темноты донесся голос Эльзы.

Щёлкнула зажигалка и женщина зажгла свечу.

— Спасибо, что пришёл. Что происходит?

— Мир катится в бездну, вот что. Готовы выходить?

— Да. Давно собрались на всякий случай. Как чувствовала.

— Тогда за мной.

Спустились без происшествий и лишних слов. Внизу почти ничего не изменилось. Только те мертвецы, которых я отправил в нокаут заново восстали. Всё также, как было в Ювгороде.

Мы почти дошли до машины. Я ударил очищением, чтобы очистить нам путь. Сомневаюсь, что вид мёртвых благоприятно сказался бы на психике детей. Ладно парни, выдержат, но вот девчонки… От них так и веяло ужасом, когда они на улице оказались. Хотя что стоящие трупы, что валяющиеся — разница не большая. Запоздало понял, что моя магия — палка о двух концах. Она вроде очищала нам путь, но при этом также освещала его, высвечивая окружающие нас ужасы. Мия даже взвизгнула.

Я подумал, что от страха, но заметил движение и обнаружил серебристого мертвеца, что вылез из толпы и бросился на детей. В следующий миг произошло сразу несколько вещей.

Волчонок вспыхнул белым и сшиб мертвеца. Но его силы не хватило, чтобы убить. Только замедлить. Стрела Эрминии из-за этого прошла мимо и ушла в толпу. Моё же концентрированное очищение достигло цели и закончило начатое.

Повисла тишина. Больше мёртвые не спешили на нас нападать.

— Клоз, если ты скажешь, что это твой внебрачный сын, то я долго буду смеяться, — тихо проговорил Степан.

Я же отметил, как он сделал шаг назад, а его брат встал так, чтобы прикрыть. В голове медленно щёлкнуло, что сейчас произошло.

Волчонок воспроизвёл мою силу.

* * *

— Эдвард, — виновато и испуганно проговорил парень спустя долгую минуту звенящей тишины.

Я чуть поднял руку, призывая его молчать. Не сейчас.

Мозг лихорадочно просчитывал последствия того, что сейчас произошло. Для господ магов последний год, один бегающий Клоз был большим испытанием, со своей дико мешающей силой. То убьёт кого-то, то Пасть закроет. Я мешал слишком многим. Более того, этот вредный Клоз ещё начал проводить эксперименты, взял личных учеников в шестнадцать то лет! Ладно, мне сейчас уже семнадцать, но это ничего не меняет.

Вот что получается. Проблемные способности есть. Личные ученики есть. А теперь есть один ученик, который пошёл по стопам учителя. Его магия чуть отличалась, но вот именно, что чуть. Слишком хорошо я знал этот привкус.

Это было очищение.

Пока слабое, но какие его годы? Причём я видел, что это была именно магия, а не способности сверха. Та энергетика, которую я последние месяцы стимулировал в мальчишках — дала наконец-то всходы. Пригляделся к остальным — вроде ничего такого нет, но у Волчонка — да. Теперь я в нём ощущал мага.

И это меняло всё. Новость, что я смог создать мага из обычного парня, да ещё и со своими же способностями — случись это в обычное время, меня бы убили от греха подальше. Соседи бы и убили. Один Клоз может быть полезен. Десяток и технология очищения — это беда мирового масштаба для всего сообщества магов.

Ладно бы это. Но проявление способностей увидели два Шамала. Которые быстро всё поняли и сейчас медленно пятятся от меня. Одно резкое движение и здесь начнется бойня. Потому что это секрет такого уровня, за который очень легко убить.

Я прикинул последствия этого варианта. Если атаковать, то уверен, что смогу их задавить. Видимо два мага что-то почувствовали, от них повеяло напряжением и убийственным намерением. А ещё вокруг зашевелилась кровь. Степан готовился драться насмерть, я ощущал это.

Эрминия молча встала мне за спину. Как-то незаметно сместилась. Дети ничего не понимают. Чуют нутром, слишком хорошо они раньше были знакомы с выживанием и опасностью, но не понимают всех раскладов.

— Эй, Клоз! — бросил мне Степан, — Может, поговорим?

— Выдохните. Я не буду вас убивать.

Я показательно расслабился. Если атакую, то всё же не факт, что получится безоговорочно победить. Они ведь оба диверсанты. Если хотя бы один выживет, то… Мне тогда лучше валить из города. Модо точно пойдёт войной. Ещё и других против меня настроит.

— Ты же понимаешь, что мы расскажем отцу? — озвучил очевидное Степан, — Но при этом стоит учитывать нынешнюю ситуацию. В мутной водичке, как говорится, и не такое провернуть можно. Понимаешь, к чему я?

— К чему же?

— Что не надо горячиться. Твой клон нам всем сейчас не помешает.

— Я не клон! — возмутился Волчонок.

Ещё несколько секунд мы со Стёпой играли в гляделки. Я прикидывал те или иные варианты, но оптимального не находил. Надо самому разобраться, что произошло. Но это потом, и не при свидетелях точно.

— Все в машину, — бросил я спасённым, — Я сверху поеду. Эрми, ты со мной сядешь?

— Не вопрос.

Братья сохраняли осторожность. Степан, незаметно, как он думал, набрал порцию крови с убитых мёртвых. Плевать. Если ему так спокойнее, то пусть.

В итоге мы всё же погрузились и тронулись отсюда. Следующая цель — корпус стражей. Надо узнать, что там и как, после чего найти моих сверхов, а там дальше понятнее будет.

Ну и ночка, — подумал я за секунду до того, как судьба преподнесла ещё один сюрприз.

Я вглядывался по сторонам, наверх тоже поглядывал, пока мы удалялись от злополучной толпы мёртвых, но пропустил момент, когда прямо перед машиной на нас свалилась тень. Раздался треск ломаемого асфальта, Степан резко затормозил и машина врезалась в… кого-то.

У этой кого-то были за спиной чёрные крылья и она остановила машину одной рукой, лишь поморщившись. Бронированный грузовик, который не успел затормозить до конца…

— Клоз, — прохрипела София.

В следующий миг я ударил всем доступным мне очищением.

Глава 6. Черная орлица

— Кто ты? — спросила Орлова, зависнув в воздухе перед странным существом.

— Я та, кто даровал тебе силу.

— Свою я силу взяла сама, — ответила женщина раньше, чем подумала.

— Да неужели? — усмехнулась незнакомка и подплыла ближе, заглядывая в глаза Софии.

Внезапно женщина ощутила, что не может пошевелиться. Дёрнувшись, она убедилась, что тело её не слушается. Попытка призвать магию также ничем не увенчалась.

— Ты так отчаянно искала путь ко мне, — говорило существо, — Я могу дать тебе то, о чём ты мечтала. Настоящую силу.

София обмякла и чуть не провалилась вниз. Тиски чужой воли исчезли, магия вернулась, но женщина чувствовала, что полностью находится в чужих руках. Это пугало до дрожи.

— Что взамен? — задала она вопрос, понимая, что никто силу просто так предлагать не будет.

— Стань проводником моей воли. Распространи по миру меня.

На Орлову разом навалились десятки видений. Это был хаотичный поток информации, в котором она захлебнулась. Прошла секунда, другая, существо снизило давление и София смогла разобрать, что ей хотят показать.

Мощь нового божества подавляла, лишала надежд на светлое будущее и давала ясно осознать, что как прежде — не будет. София увидела, как по всему миру Пасти пробуждаются, как сила нескончаемым потоком выходит из них. Это всё было спланировано. Пасти не просто так возникали рядом с людьми. Это был симбиоз. Именно в людях это древнее существо видело проводников. Какая именно цель у всего этого не показали. Но София точно увидела, что безумие происходит по всему миру. Где-то больше, где-то меньше, но… Магическая пандемия охватила весь мир. Демоны шли нескончаемым потоком, люди гибли и сразу же восставали в виде мёртвых. Некоторые из них уже начали свою эволюцию, формируясь в стаи и действуя, как единый организм.

Очагов сопротивления хватало. Маги пытались бороться, сверхи тоже, да и обычные люди тщетно хотели скрыться от опасности. Орловой предложили возглавить армию Пасти в этом городе, создать оплот новой силы, подчинить себе всех остальных.

И первое, что надо было сделать — убить Клоза.

Могущество, сила… Приманка была слишком сладка. Женщине показали, что именно ей откроют, стоит только согласиться. Такую мощь раньше было невозможно представить. Если пойти по этому пути, то врагов больше не останется. Всё, о чём мечтала Орлова — сбудется. У этого было только одно но.

Это чужая сила. Заёмная. Которую ей могут как дать, так и забрать.

Для женщины стало ударом, что есть кто-то, кто может легко её парализовать. Несмотря на все её тренировки, истязания себя, она всё равно осталась слабой. Пусть и перед богом.

Когда-то София верила в силу рода и что та защитит её. Но родичи подвели. Согласиться на это предложение — предать себя. Снова стать уязвимой.

Внезапно сработал родовой артефакт. Камень вспыхнул красным светом и мгновенно раскалился. София увидела, что её окружают сотни чёрных нитей, что уже оплели тело. Женщина и не заметила, как оказалась в путах. Погрузив в образы, Пасть не собиралась пускать всё на самотёк и давать право выбора. Зачем? Если проще подчинить.

Артефакт сработал, подарив мгновение ясной мысли. Маски были сброшены.

Орлова нанесла удар всей своей силой. Тьма на тьму. Воздух затрещал, пространство стало рваться на части. Откуда не возьмись, налетели десятки крылатых демонов.

София ладонью поймало копье, что чуть не лишило её глаза. Ударив второй рукой, она развоплотила ангела мщения. Ещё удар, ещё… Атаки сыпались на женщину со всех сторон, подавляя и терзая. Плечо обожгло болью, побежала кровь. Чиркнули по бедру, от чего нога сразу онемела.

Рванув в сторону, София вырвалась из окружения и полетела на всех порах, пытаясь разорвать дистанцию. Не выходило. Требовалось что-то другое.

Пасть совершила ошибку. Показав видения, та приоткрылась и позволила кое-что заметить женщине. Взмыв в воздухе ещё выше, София набрала скорость и полетела прямо в центр пересечения жгутов силы.

Чем ближе, тем хаотичнее магия там становилась, тем больше шансов было, что собственные силы откажут. В тот момент женщина действовала на инстинктах.

Никто не вправе забирать то, что она добывала потом и кровью. Никто не сможет отнять у неё то, что её по праву. Через злость и ненависть, Орлова пробилась через заслон и оказалась в самом эпицентре стихии.

После чего нанесла удар. Она не пыталась разорвать путы, наоборот. София жадно потянула к себе силу, подчиняя её.

Это был вызов богам. Чья воля сильнее.

Ей удалось. Всего на пару секунд, но связь была нарушена. Крылатые демоны пошли рябью и осыпались пылью. Внизу, в городе, часть мёртвых остановилась и замерла.

Всего пару секунд разрушений, этого хватило, чтобы посеять сумятицу в стане врага. Но расплата была жестокой.

Громыхнуло, чёрная молния пронеслась через небеса и атаковала Софию. Сила удара была настолько велика, что пробила все щиты и отправила женщину прямо вниз, придав ускорения. Крылья развеялись, сознание помутилось, а чужая воля захватывала контроль.

Сознание разделилось на две части. Одна часть нашёптывала, что сопротивление бесполезно, что надо сдаться и награда будет сладка, что это единственный способ выжить. Другая часть требовала собраться, расправить крылья и выбираться отсюда.

Пересилив себя, ничего не соображая, София выправила падение в считанных метрах от какой-то крыши. Потоки воздуха направили её вверх, думать с каждой секундой становилось тяжелее и требовалось срочно найти спасение.

Сколько это длилось — женщина не знала. Мелькали смутные картинки, как она врезалась в дом, пробила его насквозь. Как дралась с демонами, как её скручивало от боли. В какой-то миг от сознания женщины осталось не больше, чем капля.

А потом она увидела до боли знакомое свечение. В голове вспыхнул приказ — убить! После этого София, окончательно потеряв над собой контроль, спикировала вниз.

* * *

Я глядел на Орлову, а та… Хотелось бы сказать, что эта сцена была наполнена пафосом, противостоянием и сведением давних счетов, но нет. София блевала. Сначала прямо на капот машины, а потом куда-то на асфальт.

Когда её увидел, то подумал, что всё — конец. Пришла за мной и сейчас будет смертный бой. Чёрные провалы глаз, марево тьмы вокруг — барышня явно не поздороваться спустилась столь эффектно. Поэтому я и ударил на опережение, подавляя и выжигая её магию.

Отчасти это получилось. А конкретно — выжечь всю ту муть, что налипла на женщину. Только секунд через десять, когда нападения так и не последовало, в мозгу что-то щелкнуло. Я снизил давление и дальше работал ювелирно, выжигая весь навязанный контроль. Почему не убил, раз представился такой шанс? Ответ прозаичен. Я смог выжечь только верхний слой, влияние Пасти, но забраться внутрь и разрушить её магические способности при всей моей силе не получилось. Дамочка оказалась до неприличия крепкой.

— Клоз, эпичный махач отменяется? — донёсся голос Степана, который уже выскочил наружу из машины, но подходить к Орловой не спешил.

— Видимо да.

Ладонь женщины хлопнула по капоту, от чего я вздрогнул. Да и других это понервничать заставило. София поднималась медленно, пошатываясь. Утерев лицо рукавом, от чего лучше не стало, она сфокусировала взгляд на мне.

— Эдвард, — последовал короткий кивок.

— София. — ответил я тем же.

А может всё же напасть? Она явно ослаблена. Будь мы здесь одни, так бы и поступил. Но тут дети, в битве такого уровня им выжить не получится.

— Ты в курсе? — указала она пальцем наверх.

— Что миру настал конец?

— Пока не настал, — мотнула она головой резко, — Но если бездействовать, то всем конец. Пасть она…

— Разумна? — подсказал я замешкавшейся Орловой, что пыталась подобрать слова.

— Ты и про это в курсе, — не спрашивала, а утверждала женщина. — Ещё увидимся. Мне будет нужна твоя помощь.

Ответить я ничего не успел. Дамочка взмыла в воздух и быстро скрылась в темноте.

— Клоз, ты словно магнит для неприятностей, — нервно выдал Степан, — Валим отсюда.

Последнее было не лишним. За нами уже гналась волна демонов.

* * *

Когда подъезжали к корпусу стражей, я впервые испытал настоящую гордость за своих людей. Те смогли укрепиться, отбиться от волны демонов и мёртвых, ещё и близлежащим людям помочь.

На самом деле нас ещё на ранних подступах остановили. На соседней улице показался БТР, нас засекли, после чего стражи направились к нам. Меня узнали, что сняло все вопросы.

— Отбиваемся, как можем, господин, — ответил мне боец на вопрос, как у них дела.

— Так держать.

— Что нас ждёт? — чувствовалось, что это общий вопрос всей команды. Мужик смотрел на меня с надеждой.

— Борьба за наше будущее. Не падать духом, — сказал я ему и похлопал по корпусу машины.

Степан газанул и вскоре мы наконец-то добрались до корпуса стражей.

— Лихо у тебя тут, — прокомментировал Дмитрий, — Давно готовиться начал?

— Не так давно, как хотелось бы.

Сейчас рядом с основным зданием шла активная драка. Двойка сверхов, Алмаз и Матвей, истребляли прущих на них тварей. При этом развернувшись в полную свою мощь, что сравнима с некоторыми сильными магами. Не зря я их с помощью зелий усилил. Вовремя.

Остановились мы прямо рядом со входом в здание. Я чувствовал, что людей там набилось, как селёдок в бочке. Это радовало. Чем больше выживших, тем лучше. Не собираясь ждать, пока сверхи закончат, я сразу направился к ним и сжег одной волной демонов.

— Как вы тут? — спросил я у двух тяжело дышащих бойцов.

— Да звиздец, — махнул рукой Матвей, — Что происходит?

— Этот вопрос всех интересует. Меня в том числе. — ответил им.

— Есть непонятная информация, — вставил Алмаз.

— Какая?

— Перед тем, как всё началось, что-то произошло рядом с Пастью. Камеры засняли, оператор успел увидеть вспышку и силовую волну. После этого электронику отрубило.

— Ясно. Пока я тут, можете отдохнуть. Идёмте ближе к зданию, расскажете, что происходило, пока меня не было.

В следующие двадцать минут я выслушал рассказы как сверхов, так и Спартака, который занимался людьми внутри здания. У него способней не было, так что появляться снаружи строго противопоказано. Как и всем остальным.

Чего-то неожиданного я не услышал. Как ни странно, но обошлось без обильных жертв и стражи отработали, как надо. То есть строго по регламенту на случай подобных действий. На их стороне было несколько факторов.

Первый — мои земли не такие уж и большие. Это всего лишь среднего размера район в городе. Не весь город, а малая его часть. Да, тут есть, где развернуться, но если на машине, то добраться с одной стороны на другую — занимает до смешного мало времени. Поэтому когда прошла общая тревога, а вначале средства связи ещё работали, стражи успели среагировать и в том числе добраться до основного здания. Тем более, почти каждый из них жил здесь же, в соседних домах.

Второй момент — в связи с завтрашним саммитом, да и общей паранойей, где-то треть стражей и так бдила. К сожалению, повезло не всем. Погибло девять человек. Случайные жертвы, которые пали от дыхания Пасти. Как только оно появилось, Спартак скомандовал общий сбор и пока люди добирались, кого-то задело.

В итоге в первые минуты стражи собрались в главном корпусе, и здесь начинался третий момент. Здания — это не только стены. Это ещё системы очистки и фильтрации воздуха, как раз на такие случаи. Иначе говоря, дыхание, приближаясь к бункеру, не просачивалось внутрь, а очищалось на ранних подступах. Деталей я не знал, это вопрос к технарям, но, как факт, система работала. Насчёт бункера это не оговорка. Некоторые дома строились именно по принципу укрытия на случай магического прорыва. Жаль, что системы очистки были далеко не везде.

Что сейчас творилось в городе — черт его знает. Известно было только насчет ближайших домов. Они тоже строились по принципу укреплений. Какие-то изменения вносили буквально пару недель назад. Ох не зря я деньги в землю вкладывал. Как минимум это сейчас спасло несколько сотен жизней.

Что не решало проблему полностью. Мне рассказали, что видели за последние полтора часа. Демоны прибегают регулярно. Пара сверхов ездит по району вокруг, иногда подбирает людей, но чаще убивает тварей. Ещё мертвые. Они представляли наибольшую угрозу. Если тело не уничтожить, то оно мутировало во что-то совсем уж несусветное. Что в потенциале грозило эпидемией мертвецов в рамках всего города. А это под десять миллионов человек. Если так случится, то можно смело утверждать, что человечеству пришел конец.

— Что нам делать? — задал главный вопрос Спартак, когда они закончили свой доклад.

— А какие тут могут быть варианты? — поморщился я, — Обороняйтесь. Рад бы помочь, но вынужден уехать. Я вас не бросаю, — поднял я руку, останавливая вопросы, — Но если эту проблему не решить, — потыкал я в сторону неба, — То дальше будет только хуже. За этим и еду.

— Опять геройствовать? — хмуро проговорил Алмаз.

— Если придется.

А что тут ему ещё скажешь. Я может и рад бы спокойно валяться в постели, да наслаждаться комфортом, но сейчас, боюсь, нет в городе места, где было бы спокойно. Так что в путь. Искать пути спасения для всех.

Перед тем, как уехать дальше, я сделал две вещи. Пробежался быстро вокруг домов, выжигая всю налипшую заразу, а заодно людей обработал. Фильтрация это, конечно, хорошо, но до конца она не справлялась и вскоре начнется тоже самое, что происходило в Ювгороде. Тысячи людей хапнут магическое заражение. Но, кажется, у меня было на это решение.

— У меня для вас особая задача будет, — сказал я сверхам, — Вот этого парня беречь любой ценой. — указал я на Волчонка.

— Не вопрос, но? — Матвей приподнял бровь.

— Он поможет вам выжить, — только и ответил я, — Но в бой его не посылайте, он пока слишком слаб.

Сказано это было после того, как я с домами закончил. В этих зданиях сейчас несколько сотен человек скрывалось. По большей части семьи стражей. Блин… Сколько дел то ещё предстоит… Надо бы организовать рейды по всем ключевым местам и вытащить моих людей, хотя бы приближенных. Черт! Ладно, единственное, что я сейчас могу, это отправиться к родовой Пасти и глянуть, что там. Если сейчас спасательные операции устраивать, это на несколько часов затянется. Минимум.

Как сверхам задачу поставил, то отвел Волчонка, который всё это время рядом стоял и слышал сказанное, в сторону, где нас никто не слышал и не видел.

— Как себя чувствуешь?

— Да нормально вроде, — ответил он, смотря в пол.

Ну да, ну да. Когда я со сверхами говорил, он аж пылал от смущения. Не привык к такому вниманию.

— Это хорошо. Времени нет, поэтому скажу прямо. У тебя пробудились способности. Такие же, как у меня. Молчи и не перебивай, — остановил я его, когда он дернулся, — Как и почему — то следствие моего влияния. Эта новость в мирное время привела бы к тому, что тебя и меня быстро бы убили. Слишком я неудобен для врагов. Поэтому я со Степаном тогда чуть и не сцепился. Твоя задача сейчас — беречь себя. По возможно применяй свой дар, но если устанешь — останавливайся. Исключения — угроза смерти. Позже я вернусь, мы изучим твои возможности и решим, что делать. Пока — береги себя.

— Но как же другие? Если я могу помочь…

— Умерев, ты никому не поможешь. Иди сейчас в здание, сядь где-нибудь в углу и медитируй. Постарайся посекундно вспомнить, что делал, как выпустил силу. Какие ощущения были, в какой части тела, что чувствовал после. Пробуй вызывать силу дозировано, по капле. Но лучше не рискуй. Дождись меня.

Отправив Волчонка в убежище, я вернулся к машине, где меня дожидалась Эрминия и два парня.

— Эдвард, я могу остаться и помочь. Можно организовать рейды за людьми. — предложила лучница.

Я на секунду прикрыл глаза, скривившись от головной боли. Ещё и Эрминия… Нет, её мотив понятен. У неё тоже здесь рядом живут люди, которым нужно помочь. Но без меня она много не навоюет. Поэтому не хотелось её отпускать. Только вот… Тяжелые времена требуют тяжелых решений. Там, у Пасти, она мне ничем не поможет. Здесь от неё больше толку будет.

— Если уверена, то оставайся. Насчет рейдов пока не уверен, но постарайся помочь организовать здесь оборону и спасти как можно больше людей. Зря не рискуй.

Эрми кивнула, подбежала ко мне, обняла, после чего спешно направилась к корпусу.

— Как мило, — покачала головой Степан, — Клоз, мы на связь с кварталом выйти смогли. У них пока всё в порядке.

— Связь заработала?

— Всего на тридцать секунд. Думаю, случайно коридор возник и мы успели его поймать.

— Ясно. Едем к Пасти?

— Погнали.

То, что Степан поделился новостью было щедро с его стороны. А ещё довольно грамотно. Наверняка он сообщил отцу о Волчонке, а значит убивать этих двоих, когда мы с ними наедине останемся, теряет смысл. Может и не думал он об этом, но… Впрочем, не важно. Новость я принял, но сейчас требовалось заняться совсем другим.

Пора узнать, что там рядом с Пастью творится.

Глава 7. Прорыв к Пасти

— Я такой жести никогда не видел. Машина здесь не пройдёт, — сказал Степан, вглядываясь вдаль.

Подтверждая его слова, мотор заглох. Это не смотря на то, что я держал поле очищения вокруг нас. До сих пор не понимаю, как работает физика рядом с проявлением столь извращённой магии, что прёт из Пасти. Дерьмо…

— Дальше пешком пойдём. — сказал я.

— Идея сомнительная. Видишь вон ту тень, что движется на нас? Это третий ранг как минимум.

— Тогда нам лучше скорее выйти отсюда.

Я выскочил из машины, собирая заряд для удара. Вокруг творилась чертовщина в квадрате. На фоне царящего у Пасти безумия обстановка в городе, как посиделки в парке в солнечный денёк. Здесь плотность грязи настолько запредельная, что в какой-то момент чернота встала сплошной стеной.

Тень вынырнула на нас и действительно оказалась демоном третьего ранга, размером с двухэтажный дом. Я ударил очищением, взрывая ей морду, но зверь и не подумал умирать. Его тело восстанавливалось буквально на глазах, с пугающей скоростью.

Что же… Я прыгнул к демону, раскручивая ауру очищения до предела и обрубая поток к силе. Зверь покачнулся, его зашатало и я ударил ещё несколько раз, сначала подрубая ему ноги, а следом пробивая голову.

— Вы так и будете отдыхать? — бросил я братьям, как закончил.

— Не наш профиль, — равнодушно пожал плечами Дмитрий, а Степан кивнул.

Учитывая творящееся безумие, их равнодушие выглядело, как изощрённая издёвка.

— Глаза прикройте, — сказал я им в ответ и пустил волну очищения в сторону, где раньше находилась Пасть.

Это было сродни попытке переселить бурю. Настолько много стихии, что не видно домов и дороги. Непонятно, куда идти. Но волна очищения помогла. Моя сила набежала на бушующий вихрь, и тот раздался в стороны, открывая нам дальнейший путь. Я шагнул вперёд, братья за мной, нервно поглядывая на тушу вроде как мертвого демона. Я его победил, но кто сказал, что он в следующую секунду не восстанет? В любом случае, проверять то времени нет, надо идти дальше.

К Пасти я шёл с несколькими целями. Первая — попытаться закрыть или перерубить канал. Судя по небу, это не поможет, мир Пасти наполовину слился с миром людей, но проверить надо было. А вдруг? В пользу этой идеи говорило творящееся здесь безумие. Из прохода валило колоссальное количество тёмной энергии и если эту дыру заткнуть, дышать станет легче. В буквальном смысле. Сейчас эта энергия устремляемся в небо, разливается по улицам и отравляет людей. Кого-то сразу концентратом дыхания Пасти убивает, а кого-то убивает медленно, через магическое заражение. Братья идут за мной след в след, им тоже тяжело приходится. Бросил на них взгляд, увидел побледневшие лица и до предела напряжённые тела. Мне и самому каждый шаг давался с трудом. Ощущение, будто сдвигаю гору. Приходилось толкать очищение перед собой и оно, как ледокол, разрушало тьму вокруг. Только вот тьма так просто сдаваться не хотела и набрасывалась снова и снова, заставляя скрежетать зубами от напряжения.

Вторая причина, зачем я пробивался к центру Пасти — хотелось найти устройство Нойманна. Если этот старый хер ещё жив, он ответит за содеянное. То, что он мне не друг, я уже понял. А как складно заливал при встрече. Если его технические возможности значительно превосходят общепринятые технологии этого мира, то мог ли он как-то изучить меня в своём офисе? Вполне мог. Это объясняло, зачем была нужна встреча, зачем столько рассказывать о себе и почему он пропал сразу после. Получил желаемое, вот и пропал. А я, дурак, даже не подумал о такой возможности. Константин тоже хорош. Сыграл меня в тёмную. Ну да от него другого ожидать и не стоило, при его то роде деятельности.

Путь до Пасти был наполнен вспышками света, убийствами демонов через каждые пять шагов, завыванием ветра и непрерывным давлением на уши, словно погрузился на пару десятков метров под воду. Твари лезли, как ненормальные. Да не просто лезли, а буквально влетали в нас, как торпеды. В этой клоаке два Шамала ничем не могли помочь. Я видел, как их шатает от давления. Степан попробовал что-то наколдовать, но его магия разрушалась либо от внешнего давления, либо от моего очищения. Мне тупо не хватало контроля, чтобы ещё и его магию пропускать. Тут бы выжить… Я держал общий щит, не давая бури сожрать нас и держал щит индивидуальный, разрубая им нападающих демонов.

— Кажется, Пасть вышла из берегов! — крикнул Степан, вынося вердикт происходящему минут через пятнадцать блуждания во тьме, — Мы не заблудились, Клоз?! Ты понимаешь, где мы находимся?! Сможешь что-то сделать?

Треск и гул такой, что едва слышно, что он говорит. Пасть сейчас как водопад. Оглушает и подавляет. Чем дальше мы проходили, тем хуже работало очищение. Я здесь бывал сотни раз, но даже так, слабо понимал, где мы идём. Часть домов разнесло в труху, приходилось шагать по обломкам, что замедляло и без того медленных нас.

— Не знаю, надо пробовать! — крикнул я ответ, — Чувствую, что Пасть где-то дальше! Давайте ещё вперёд!

Ориентировался я на усиливающееся давление. И не прогадал. Не пройдя и десяти шагов, мы внезапно вывалились в свободное пространство. Это было также внезапно, как выйти из бездны. Здесь был разряжен воздух, дышать тяжело, но магия отсутствовала, словно я её два часа выжигал.

— Что это? — ошарашенно спросил Дмитрий, оглядываясь по сторонам.

Объяснять я ничего не стал. Вместо слов направился вперёд. По логике устройство должно находиться в центре этой аномалии. Мы вышли в идеальный круг, где-то на пару сотен метров в диаметре, свободный от бушующей бури. Где-то раньше здесь и находилась Пасть, я узнаю это место. Только теперь нет марева, ничего нет. Почти… Я увидел чёрные нити, что прорывались из бывшего центра Пасти. Они как змеи вились и устремлялись в небо. Наверное, настолько концентрированные, что даже технология Нойманна не смогла их перебороть.

— В чем дело, Клоз? Ты снова в курсе и молчишь, да? — догнал меня Степан.

— Не сейчас, всё потом.

Обойдя по кругу место, я смог разобраться, что здесь происходило. А заодно найти устройство. То находилось в одном из домов, установленное почти рядом с бывшей Пастью. Если не ошибаюсь, от него до серого марева раньше было метров десять, не больше. Устройство генерировало нечто, что разрушало силу Пасти в радиусе сотни метров. Это не перекрывало весь поток, но видимо этого хватило, чтобы закрыть Пасть. С чем та не согласилась, нанесла удар и пробила новый проход, гораздо больший.

Я понял… До меня дошло, что происходит в городе. Смещение двух миров… Пасти — они как дыры, что соединяли два мира. Из изнанки лилась энергия, которую маги и использовали. А ещё это естественная среда для обитания демонов. То место, куда мы пришли, где раньше и находился проход, сейчас раздалось вширь на многие десятки метров и работало, как дыра, откуда приносило всякое дерьмо. В смысле обильным потоком шла магия, или энергия, от чего два мира сливались. Или это было следствием слияния. Твою же мать… Пока непонятно, к чему это приведёт, но очевидно, что ни к чему хорошему.

Думаю, не ошибусь, если скажу, что ткань пространства, та прослойка, что отделяла миры, сейчас рвётся и трещит. Если раньше магия приходила в мир только через Пасти, то теперь она просачивается также легко, как через дырявую тряпку. Через одну такую дыру я и выскочил, когда убегал от того божества, что стоит за Пастью. Что хотел сделать Нойманн? Как вижу, он думал, что если перерезать поток, то этого окажется достаточно. Как заплатку поставить или пробку воткнуть. Ой дурак…

Само устройство выглядело, как медная коробка, изрядно покрытая копотью. Я нашёл её в одном из домов, спрятанную в кирпичной нише, среди обломков стены.

— Клоз, Пасть тебя дери! Ты объяснишься? — вспылил Степан, — Если это твоё устройство, то тебе точно хана. И нас убивать бессмысленно, такое не скроешь.

— Это не моё.

— Но ты знаешь, чьё? И знал, что эта штука будет здесь?

— На оба вопроса — да.

— Дерьмо! Нам надо поговорить по душам! — заявил он требовательно.

— Нет. Мне надо закрыть Пасть. А вы хватайте коробку.

— Она не рванёт? — подозрительно спросил Дмитрий, — На месте того, кто её устанавливал, я бы её заминировал.

Мы синхронно повернулись к устройству. Действительно…

— У вас щиты работают? — спросил я.

— Всю магию разрушает, словно её и нет, — поделился Степан, — Донельзя неприятное чувство. Ты понимаешь, что это значит?

Понимаю. Это идеально оружие против магов. Ставишь такое и вся их сила становится не больше, чем пшик. Мир изменился трижды. Нойманн придумал, как закрывать Пасти с помощью технологий. Только город выбрал не тот. Это раз. Он же придумал, как разрушать силу магов. Это два. Пасть пришла в мир людей. Это три.

В какой-то степени это иронично. Если бы не общий апокалипсис, то в ближайшие года, при условии, что технология таких устройств окажется лёгкой в производстве, мир либо разорвало бы на части, либо магов загнали бы в самый низ. Страшно представить, что будет, если эта технология станет общедоступной. Полная жесть. Получается, конец привычного порядка случился бы в любом случае.

Интересно, Нойманн понимал, что он делает? Конечно, да. А саммит, куда собрались представители разных стран — это всего лишь площадка для торгов. Новость бы прогремела на весь мир. Ночью разом закрываются тринадцать Пастей. Все в шоке. В тот же вечер Ноймана бы завалили заказами на эти устройства. Маги попытались бы убить его, но обломались, напоровшись на подавление магии. Ещё бы узнать, как эта технология влияет на сверхов и изменённых. Если те сохраняют свои силы, то… Да здравствует новый мировой порядок, который не случился, потому что Пасть решила сделать свой ход. Люди думали, что самые умные, но их жестоко обломали. Нойманн — как в древнем Вавилоне, залез в самую высокую башню и бросил миру вызов. Только он не знал, что у богов окажется своё мнение.

Проверил, работают ли мои силы. Работают, хвала удаче. Даже ощущение возникло, что они усилились. Синергия с устройством? Возможно. Если его создавали по моему образу и подобию, то почему нет. Но тогда получается, что моё очищение работает на противоположных принципах? Я уже думал об этом, вот ещё один факт в пользу этой теории.

— Так что делать будем? — задал вопрос Степан, нервно поглядывая на устройство.

— Можно оставить здесь, — предложил я неуверенно.

Неуверенно, потому что такая штука точно пригодилась бы на моих землях. При условии, что она безопасна. Пока мы здесь находились, на нас ни разу демоны не напали. А значит устройство защищает и от них. Нойманн — гений. Если он сдохнет, я первый обрадуюсь, но величие его технического гения признаю. За столь короткий срок создать новую технологию, способную перевернуть мир.

— Ну уж нет, — заявил Степан и шагнул вперёд, поднимая устройство.

Я инстинктивно отшатнулся, меньше всего желая, чтобы нас тут взрывом на куски разорвало. Без щитов, это гарантированная смерть.

— Ты что творишь, идиот?! — возмутился его брат.

— Это ценный образец! — огрызнулся Стёпа, который сам офигел от своего поступка, — Мы живы и это главное!

Может сразу Степану озвучить, что устройство я себе заберу? Ладно, пусть пока в неведение остаётся. А то как бы на эмоциях не расколошматил коробку… Мне же надо другим сейчас заняться. Выйдя из заброшенного дома, я направился прямо к чёрным нитям. Рядом с ними находилось старое преломление пространства, граница между мирами. По ней я и нанес удар. А заодно выжег всю заразу, пустив волну наверх. Устройство и так ослабило нити, а я нанес точечный удар, пережигая их. Нитей было сотни, пришлось обойти всю территорию. Следом за мной вышел Степан, неся коробку и мы увидели, как круг очищения смещается. Надо же… Как любопытно. Следующие десять минут ушли на то, чтобы вместе обойти территорию и разорвать к чертям всё, что создавало поток, уходящий в небо. Удивительно, но у нас получилось.

— Кажется, небо посветлело. — заметил Степан.

— Это ничего не значит. — ответил я, — Идём к машине.

— Ты закончил?

— Как видишь. Если Пасть вернётся, то…

Новый мир — это неизвестность во всей красе. Никто не знал, что будет дальше, как будут развиваться события. По сути, каждый из нас сейчас накапливал информацию, пытаясь разобраться в происходящем.

Ослабил ли обрыв нитей Пасть? Улучшил ли ситуацию в городе? Неизвестно. Но надо продолжать.

— Едем ко второй Пасти.

* * *

Со второй Пастью вышло почти так же, как и с первой. Единственное, случился облом с устройством. Не получилось его найти. Сомневаюсь, что оно тут отсутствовало, скорее вышло из строя, что намекало — технология Нойманна не такая уж и устойчивая.

Не знаю, смог бы ли я сам пробиться к центру Пасти, но то, что одно устройство было с нами, выручило. Вообще езда вместе с ним напоминало увеселительную прогулку. Демоны от нас разбегались, а мертвецы, если попадали в радиус поражения, падали обычными телами, лишаясь своих сил.

— Что-то мне жутко от этого, Клоз. Есть шанс, что эта штука нас облучит и навсегда лишит способностей? — спросил Степан.

— Не знаю, — честно ответил я.

Вопрос интересный. Как именно работает устройство? Как оно влияет на магов, да и на мир в целом? Быть может там есть радиоактивные элементы и мы сейчас дружно хапнем заряд радиации. Ещё одна неизвестная переменная, которую требовалось изучить, чтобы избежать последствий.

Как бы там не было, устройство я решил оставить возле корпуса стражей. Не прямо в нем, мало ли, вдруг внутри и правда взрывчатка, но где-то рядом, чтобы людей накрывало лишь по краю в случае чего. Что и было сделано. Братья возмутились, но были посланы.

— Я жизнью рисковал! — яро возмущался Степан.

— Ты всего лишь коробку поднял. Мы все вместе там находились. Будь там взрывчатка, то вместе бы и погибли. Если вам нужно такое же, езжайте к своей Пасти и там ищите.

— Но у твоей второй же мы не нашли, — закономерно возразил Степан.

— Тогда скрестите пальцы, чтобы вам повезло.

— Эту штуку маги захотят увидеть. — заметил Дмитрий.

— А толку то? Среди вас есть профессиональные инженеры или те, кто сможет разобраться? Где можно найти образцы вы теперь знаете.

В общем, удалось отжать коробку. Степан на меня с таким выражением лица смотрел, будто не верил, что я это сделаю. Как конфетку у ребёнка отобрать, мда. Всё же логика и аргументы победили, так что до драки дело не дошло. Я вышел к своим, узнал обстановку, убедился, что с Эрминией и остальными всё в порядке. Спасательные работы продолжались и мне рассказали, что натиск дыханья, демонов и мертвецов резко снизился. Возможно, это было связано с тем, что мы две Пасти перекрыли и поток исходящей в наш мир энергии уменьшился. Но смотря в небо, было видно, что проблемы и не думали заканчиваться.

* * *

— Ладно-ладно, Клоз, — проговорил с обидой Степан, когда мы уже отъехали от корпуса стражей и направлялись в родовой квартал, чтобы сообщить новости и выработать план, — Но ответь вот на что. Ты знаешь, кто за этим стоит? И что вообще происходит? Не находишь, что пришло время раскрыть часть тайн?

Кто за этим стоит, я знал. Даже знал, где он сейчас может находиться. Наверняка в той же башне, где уже встречались с Нойманном. Думается мне, он хотел посмотреть на дело рук своих лично, поэтому остался здесь же, в городе. Да и саммит. Наверняка он там планировал быть. Уж с представителями стран точно. Иначе зачем всех собирать? Можно было и просто Пасти закрыть. Только вот я сомневаюсь, что Нойманн из тех идеалистов, которые просто хотят исполнить свою миссию и тихо удалиться в закат. Нет, ставлю на то, что он собирался на этом как следует заработать и укрепить свою власть. По сути, Нойманн стал бы олицетворением нового мирового порядка. По крайней мере, до тех пор, пока остальные не изобретут аналогичные технологии. Учитывая, что в этом вопросе он всех превосходит на голову, то догнать его не смогут. Не в ближайшие пару десятков лет. Если только убить, но и на этот случай, я уверен, он подготовился.

Вопрос в том, что рассказать братьям. Слить им информацию — это значит раскрыться перед родом Шамал. Надо ли оно мне?

Глянул в окно. Мимо проносились дома, в темноте скрывались орды тварей, а мёртвые с каждой минутой пополняли свои ряды. Если сейчас не повод для открытости, то когда?

— Устройства создал один человек. Его имя Нойманн.

— Нойманн? — резко повернулся ко мне Степан. Да и Дмитрий хмыкнул.

— Знаете про него?

— Ещё как! Шли по его следу, когда на нас какие-то суровые мужики напали.

— Что за мужики?

— Э, нет, Клоз. Давай сначала ты расскажи, что происходит, а потом мы поделимся информацией. Согласен?

— Не очень равноценный обмен.

— Ты просто не знаешь, о чем мы в курсе.

— Не переоценивай себя, — равнодушно ответил я, продолжая держать вокруг нас поле очищения. Иначе машина в любой момент могла захлопнуть.

— Ладно, — сдался Стёпа, переоценив расклады, — На нас напал отряд каких-то сверх людей. Не сверхов-изгоев, а именно шаблонный отряд.

— Шаблонный?

— Да, их наверняка создавали специально. Заговор против магов давно готовился. — поделился Стёпа, как он считал, великим откровением.

Это он про изменённых что ли? Значит и их решили пустить в ход. Интересно, где Степан с братом на них нарвались, но не трудно догадаться. Шли по следу Нойманна, там и встретили. А ведь изменённые это ещё один вид товара, который можно было продать на саммите. Как всё закручивается то… Или закрутилось бы, не рухни мир.

— Так что происходит, Клоз?

— А вы не видите? Гляньте вокруг. Как следует присмотритесь и осознайте масштаб.

— Можно конкретнее? — раздражённо сказал парень.

— Можно. Но сначала вы должны проникнуться, чтобы поверить. Пасть разумна.

— Разумна? — удивился Дмитрий и повернулся ко мне.

Брат Степана, пока мы ехали, удерживал вокруг нас маскирующий покров. Довольно интересная способность. Не знаю, как это выглядело со стороны, но твари нас не замечали. Единственное, нам двоим требовалось держать поле очищения и покров на дистанции друг от друга, чтобы его магия не уничтожилась.

— Считайте, что Пасть — это как божество. Реальное божество. Злобное. С планами по захвату мира людей. Что вы и видите за окном.

— Это ты сейчас так шутишь? — заерзал на водительском кресле Степан.

— А похоже на юмор?

— Звучит несколько дико. Погоди, это не только у нас в городе?

— Не знаю. Думаю, не только.

— Дерьмо, — ругнулся Дмитрий. — И что нам делать? Не хотелось бы жить в разрушенном мире.

— Если всё настолько плохо, то жить нам недолго осталось, — из Степы попёр мрачный фатализм.

— Остаётся верить, что надежда есть. — ответил я.

— Это опять что-то из твоей концепции силы? Клоз, а вот это божество, про которое ты говоришь — это достаточно сильный противник?

— Ты не представляешь насколько.

— Что нас ждёт? — повернулся ко мне Дмитрий. Он тоже сидел на переднем сиденье. — Ты ведь знаешь больше других, почему, кстати?

— На какой вопрос отвечать? — прищурился я и глянул ему в глаза.

— Что нас ждёт?

— Пасть хочет захватить… всё, — не сразу я нашёлся, что тут сказать, — Демоны привычны, но и они меняются. Появились мёртвые, что плодят других мертвецов. Да и маги, как вы сами видели, чуть не утратили себя. Если это происходит по всему миру, то… Сами представьте, что нас всех ждёт.

— Миллиарды мертвецов, во главе которых будут стоять тёмные маги, а вокруг них бегать полчища демонов. — ответил Степан, — Но зачем это Пасти?

— Не знаю, — в который раз за эту ночь я расписался в своем неведение, — Человечество всю свою историю либо сражалось с ней, либо воровало её силы. Может Пасть научилась у нас плохому?

— Более сентиментальной херни я в своей жизни не слышал, — припечатал Степан.

Тут наш разговор снова прервался. Мы почти доехали до родового квартала, как история повторилась. С неба спикировала орлица. София пришла за мной.

Глава 8. Враги объединяются

— Твою мать! — выругался Степан.

В который раз за ночь ему пришлось резко тормозить. Насколько вижу, до Софии сантиметров десять осталось. Любит она эффектные появления. При этом на Стёпу она глянула так, что задень он её машиной, она его лично на кучку маленьких кровавых магов разорвала бы.

— Клоз! — позвала женщина.

— Чего? — вылез я из машины.

— Ты мне нужен.

Звучало вдохновляюще, как приговор.

— А подробнее? — решил я обойтись без глупых вопросов и шуточек.

— Я нашла способ, как можно сократить проблемы в городе.

— Твои предложения?

— Ты отправляешься со мной. На машине не вариант ехать, поэтому я тебя заброшу, куда надо.

— На крыльях полетим?

— Да.

Угу, вот как. Я смотрел на женщину и пытался понять, что она задумала. Глядит спокойно, до предела собрана. Кожа бледная, как у мертвеца. За последние месяцы она сильно изменилась. Превратилась из обычной женщины, которая за собой следила, в мрачную статую. Черты лица заострились, а кожа словно мрамор — бледная и холодная. Следов косметики и в помине нет, кажется, она давно перестала смотреться в зеркало, но если кто-то скажет, что Орлова превратилась в серую мышь, то он сильно ошибётся. От неё пахло не то, что силой, а настоящей мощью. Кажется, что сам воздух вокруг этой высеченной из камня фигуры наэлектризован. София приковывала взгляд не красотой, а скрытой опасностью.

Вижу, что она в себе, а не контролируется Пастью, взгляд ясный и цепкий. Смогла избежать попадания в цепкие лапки чужой воли? Это хорошо и плохо одновременно. Плохо тем, что София сильна и собирается впутать меня в какую-то авантюру. Хорошо тем, что она сейчас без поддержки Пасти и, кажется, драка отменяется. Пока что.

— Времени нет, Клоз. Надо действовать.

— Раз так, почему сама не сделаешь, что должно?

— Сил не хватит. — ответила она и даже мускул на лице не дрогнул.

— Как я могу тебе доверять?

— Никак. Как и я тебе. Но выбора нет. Или ты думаешь я рада обращаться к тебе за помощью?

Мда уж… Этот мир и правда перевернулся, если сама Орлова ко мне за помощью обратилась, а я обдумываю, согласиться или нет, вместо того, чтобы послать её далеко и надолго. Как понимаю, София предлагает мне полетать над городом. Как это выглядеть будет? Она меня обнимет и понесёт на чёрных крыльях? А вдруг ручки разожмутся и пока-пока, Эдвард? Я сейчас лишился части своих сил и не уверен, что переживу падение. Точнее уверен, что не переживу.

С другой стороны, если она действительно нашла решение, то это возможность прекратить падение мира в бездну. Но что она задумала? Для чего я ей понадобился? Не так много вариантов, если подумать. Перекрыть остальные Пасти, после чего ударить по тому, что сейчас происходит в небе. Если проводить аналогии с нервной системой, скорее всего она хочет разрушить какой-то центральный узел и, остаётся надеяться, это сможет ослабить Пасть. Осталось всего лишь туда добраться, пробиться через все заслоны, а потом как-то отступить. То, что София доставит меня, куда надо — я не сомневаюсь. То, что поможет выполнить мою часть работы — тоже. Но вот с последним пунктом, отступлением — должны возникнуть проблемы. Мозг так и рисует картину, как она закидывает меня наверх, прямо в сосредоточие чертовщины, что развернулась в небе, я выжигаю это очищением, а потом… Орлова оставляет меня одного наедине с гравитацией.

Готов ли я рискнуть? Готов ли пойти на смерть ради того, чтобы спасти других?

— Мне нужно заглянуть в квартал магов, проверить их и тогда я буду готов отправиться с тобой, — сказал я спустя пол минуты молчания.

Отчаянные времена требуют отчаянных решений. Если она попытается меня сбросить, то утяну её с собой. Её крылья и способность летать — это та же магия, которую я лучше всего умею разрушать. Так что, если и разбиваться, то вместе. Красивый будет финал. Заклятые враги объединяются и вместе погибают. Мда… Ещё меня успокаивало, что ей не нужны такие хитрости. Она достаточно сильна, чтобы ударить в лоб. Убить меня подло и в спину — это не её стиль. О, нет, уверен, она захочет насладиться битвой, сломать меня и доказать, что сильнее.

София в ответ на мои слова кивнула, развернулась и прыгнула к домам, где прятались маги. Что же, встретимся с ней там.

* * *

— Что удалось узнать, парень? — Евгений Михайлов на пару с Амоном буквально затащили меня в особняк последнего.

Перехватили они меня, когда я из машины вышел и к ним на территорию направился. Степан с Дмитрием же дальше уехали, к дому Шамал. Так что вскоре они доложат отцу всё, что видели. Будь один Стёпа со мной, я бы ещё понадеялся, что он часть информации утаит, но его брат… У него таких причин нет.

— Пока ничего, что могло бы решить проблемы. — ответил я на вопрос, — Две Пасти закрыл, но какой эффект это дало — не скажу. Вроде чище и легче дышать стало, но… Отсюда были видны изменения?

— Не особо, — покачал головой Евгений, — Как катился мир в задницу, так и катился.

— Жаль. Пасти сейчас — как места гигантского пробоя. Концентрация силы там запредельная, мы едва смогли пройти. Нити перерубить удалось, давление снизить тоже, но… Может эффекта здесь не заметно, потому что это всего две Пасти из тринадцати.

— Предлагаешь и остальные закрывать? Не все это воспримут адекватно. Наверное… — неуверенно закончил Амон.

Ну да, мир резко изменился. То, что маги раньше контролировали и это являлось источником их власти, сейчас убивает. Всех. Как самих магов и обычных людей, так и саму возможность править. Потому что чем править, если на твоей земле все вымрут? Демонами? Так те скорее нападут, чем подчиняться будут.

— Надо сбор устроить и обсудить. Чтобы обид потом не было, — сказал Евгений, — Лично я даю тебе добро на закрытие Пасти.

Нравится мне этот мужик. Ситуация полная жесть, но он не боится действовать и принимать решения. Тот же Амон тоже мне симпатичен в целом, но не спешит быть категоричным. Умом понимаю, что поспешность и импульсивность не лучшие качества для главы рода, но сердцем мне всё же это ближе. Не суета, а готовность быстро принимать решения. Я поэтому и принял решение Орловой отчасти. Есть проблема, её надо решать. И так уж сложилось, что предложений лучше не поступило.

— Ещё кое-что… — замялся я, подбирая слова, — Толчок событиям дало закрытие всех Пастей разом. За этим стоит один конкретный человек. Его зовут Нойманн Рихт. Иностранец. Его технологические возможности превосходят наши в десятки, а то и сотни раз. Он изобрёл устройство, что уничтожает как Пасти, так и всю магию.

Меня слушали внимательно, не перебивая. Амон так и вовсе, превратился в статую и не шевелился. А Евгений наоборот, поглаживал свою бороду, закусив губу.

— Нойманн? Устройство? Час от часу не легче, — выдал Михайлов, — Это подтверждёная информация?

— Устройство видел собственными глазами и одно такое оставил в корпусе стражей у себя. Чтобы людей защищало.

— Получается, во всём виноват этот мужик? — подытожил Евгений.

— Нет. Пасть, она… Насколько мне известно, то божество, что стоит за ней, последние столетия, а то и тысячелетия влияет на людей, в частности на отдельных магов. События последних дней — это звенья одной цепи. Помните случай, когда четвёртые ранги напали на прилетевших магов? Случайность, которая не случайность.

— Ты прости, парень, но звучит это как бред. — покачал головой Евгений, — Но это не значит, что я тебе не верю. Просто это слишком дико и мозг отказывается принимать.

— Поэтому я и не хочу рассказывать это всем, — криво усмехнулся я.

— Остаётся один важный момент — откуда ты это всё знаешь? — задал Амон вопрос, который задавать не стоило. — Если Пасть влияет на всех нас, то и на тебя может?

— Может, — кивнул я, — Думаю, так и было.

— Амон, если никому не верить, то всё теряет смысл, — ответил Михайлов, — Думаю, надо исходить из того, что Эдвард свой человек и на нашей, общей стороне. А то, что он сказал — правда. По крайней мере пока нет объяснения лучше.

— Получается, некий Нойманн создал управу на магов, — вернулся Амон к обсуждению, пристально глядя на меня и оставив вопрос про «откуда» в покое.

Надолго ли?

— Да. — то, что он это сделал, изучив меня, лучше оставить за кадром, — Когда ехал сюда, ко мне пришла Орлова. Её Пасть тоже чуть не захватила, но удалось помочь и вернуть ей разумность. Да-да, не смотрите на меня так. В общем, у неё есть план. Деталей не знаю, но мне нужно полететь с ней.

— Слишком рискованно, — замотал головой Евгений сразу же.

— А есть выбор? Я был в городе. Там ничего хорошего не творится. Сколько времени прошло с начала? Часа три от силы? А от населения города повезёт, если половина осталась. Сюда я заглянул проверить, всё ли с вами в порядке. Теперь ухожу.

— Ты с ней именно летать собираешься? — уточнил Амон. — Ты понимаешь все риски?

— Не хочется, но видимо придётся. А риски я понимаю, как никто другой.

— Тогда держи, — снял Евгений с себя кулон, на мощной стальной цепи.

— Артефакт? — присмотрелся я.

Я и так чувствовал, что оба мага обвешаны дорогими игрушками с ног до головы. В буквальном смысле. Штук по десять артефактов у каждого и это минимум, потому что при таком количестве они оба выглядели, как сверкающие реакторы.

— Да. Называется последний шанс. Если прижмёт, он тебя от чего угодно спасёт. От удара в спину или от падения с небес. Мощная штука.

А ещё, наверное, семейная реликвия. Абы что глава рода носить не будет.

— Спасибо. — только и сказал я, не зная, как ещё выразить признательность.

— Не время для благодарностей. Раз решил идти, твоё право. Нам остается пожелать тебе удачи. — хлопнул меня по плечу Евгений.

— Что сами делать будете?

— Надо наведаться на свои земли и взять их под контроль. А ещё найти те устройства, про которые ты говорил. — ответил Амон. — Не переживай, мы тут разберёмся. Когда отправляешься?

— Надо переговорить сначала с главами других родов. Да и, — тут я невольно покосился на Амона, — Хотел с Амалией поговорить.

— С другими главами мы поможем, — хмыкнул Евгений. — Иди тогда, а мы соберём всех.

На это я лишь кивнул и вышел из дома. Орлова меня уже ждала. Я ощущал её стоящую на улице между домами. Ничего не боится видимо. Поток демонов снизился, но рода всё ещё держали оборону и нет-нет, где-то рядом разносились вспышки магии. Софию же твари обходили стороной, не рискуя приближаться. Наглядная демонстрация силы.

* * *

С двумя главами мы болтали в крыле дома Шелия, которое пережило массированную атаку демонов. Убежище находилось в другой части особняка. Я вышел и направился туда, где находилась Амалия. Двое же мужчин, чуть задержавшись и о чём-то переговорив, вскоре отправились следом, собирать остальных глав. Я чувствовал, как утекает время, но и сигать в омут с головой не собирался. Надо хотя бы предупредить остальных о том, что мы собираемся сделать, чтобы потом избежать проблем.

Амалию мне не пришлось звать. Та сама меня заметила и направилась на встречу, спустившись со второго этажа, где у них был наблюдательный пункт. Внизу же стоял Баррак и его сын. Мужчина мне кивнул, но подходить не стал. Заметил, с кем я пообщаться пришёл и направил Сергея на наблюдательный пункт вместо девушки.

Когда та спустилась ко мне, я лишь хмыкнул, когда увидел её в полном боевом обличии. Явно доспех артефактный, сделанный на заказ. Больше всего сейчас девушка напоминала эдакую жрицу солнца. Золотистые доспехи надёжно скрывали её тело. На поясе посох висит. Что-то такое я уже видел в исполнении Шелия. Эти штуки умеют концентрировать силу, и усиливать испепеляющую магию в разы.

— Выглядишь грозно, — улыбнулся я.

Девушка вместо слов сразу перешла к объятиям. И должен сказать, что обниматься в броне не самое удобное. Но кого это сейчас волновало? Я прижимал её к себе, вдыхал запах волос и думал, что должен найти способ, как всех спасти.

— Как ты? — спросила она первой, ощупывая меня. Словно хотела убедиться, что я цел и невредим.

— Жив, как видишь. Справляетесь тут?

— Куда мы денемся, — слегка нервно усмехнулась она. — Судя по тому, что отец ушёл к соседям, — бросила она взгляд в сторону Амона, который как раз выходил на улицу, — Вы что-то придумали?

— Да. Я отправлюсь закрывать Пасти.

— А что с твоей? Получилось?

— Получилось. Но проблему полностью это не решило.

— Думаешь, остальные согласятся?

— Надеюсь, что да.

— А если нет?

— Я всё равно это сделаю, — отвечаю ей, задумавшись над вопросом. — Если есть шанс, что это решит проблему, хотя бы частично, то нужно действовать.

— Отец уже дал добро?

— Пока нет. Прямого разрешения я от него не услышал. Зато Михайлов сразу согласился.

— Что взять с этого медведя, — улыбнулась она горько, — Почему ты, Эдвард? Почему ты опять должен рисковать за всех?

— Такова судьба, — ответил я как мог, заглядывая ей в глаза.

— Тогда прижми меня по крепче и обязательно возвращайся.

Сказано это было так, что в груди что-то дрогнуло и потеплело.

* * *

— А ты не спешил, Клоз, — осмотрела меня София, — Пусть мир катится в Пасти, главное не забыть про подружку?

— Никогда не думала, что ты злая, потому что одинокая?

Губы женщины дёрнулись, словно она хотела презрительно скривиться, но сочла, что это выше её достоинства, устраивать со мной перепалки.

C Амалией я пробыл минут пять. Больше нельзя было позволить себе. Хотя, чего уж, хотелось остаться и задержаться здесь. Вышел я как раз к тому моменту, когда главы родов собрались вместе и направлялись в мою сторону. Быстро собрались. Вот что конец света с бюрократией и промедлением делает.

— Ты готов? — спросил у меня София.

— Если ты хочешь, чтобы я закрыл Пасти, сначала с ними договорись, — кивнул я на делегацию, что приближалась к нам.

Кажется, в ответ женщина прошипела что-то очень тихое, вроде «Старпёры».

— У нас нет времени на болтовню.

— Тогда попробуй быть убедительной. — хмыкнул я, тоже не особо радуясь тому, что надо сначала договориться, а потом уже делать.

Вот же ирония. Десять минут назад думал, какое хорошее качество готовность действовать быстро, а сам медлю и жду согласований. Ладно, как минимум предупредить о закрытие Пастей я обязан.

— Клоз! — крикнул Горчаков, метров за тридцать. — Ты правда хочешь закрыть Пасти? Вместе с ней?

И столько было презрения к Софии, что та аж зашипела, как гнездо рассерженных змей.

— Есть предложения получше? — спросил я его, когда он остановился перед нами.

— Надо подождать и разузнать, что происходит. — заявил он.

— Мир рушится, вот, что происходит, — бросила ему София, — Хоть раз в жизни не будь дураком, который цепляется за старый порядок. Мир не будет прежним, если ты ещё этого не понял.

— Помолчи, женщина! — зло рявкнул Горчаков.

Идиот…

— Господа, — взял слово Амон, — Предлагаю не устраивать сцены. Кто даёт добро на то, чтобы Клоз закрыл Пасти в городе? Свои он уже закрыл, так что в малодушии его обвинить не получится.

— Это не подтверждённая информация, — заметил Огинский.

— Вы ещё скажите, что я это организовал, — мой палец упёрся в небо, — Чтобы под шумок вас власти лишить.

— Эдвард, успокойся, — вышел вперёд Михайлов, — А ты, Иван, — обратился он к Огинскому, — Следи за тем, что говоришь. Эдвард не врёт.

С одной стороны я рад, что Михайлов так уверен во мне, а с другой стороны бесит разлад в этом маленьком королевстве магов.

— Мои сыновья подтвердили, что Клоз закрыл две Пасти, — заявил Модо, — Я даю добро. Амон прав, нужно принимать решение сейчас и не задеживать парня. Что скажут остальные?

Модо внушал. Он источал силу, с которой могла поспорить разве что София. Разговоры как-то сразу умолкли.

— Я даю добро, — сказал первым Амон.

— Я уже дал, — подтвердил Михайлов.

— Мы начнём с моей Пасти, — заявила София.

Её слова стали решающими. Все прекрасно знали о нашей с ней вражде. И раз уж я готов был полететь с этой женщиной закрывать Пасть Орловых, то случилось и правда что-то невообразимое. Постепенно, со скрипом, но руки подняли все присутствующие. Хотя недовольство я ощущал также отчётливо, как и то, что времени осталось крайне мало. Если оно вообще у нас было. Единственные, кто не отметился — это рода погибших.

* * *

— Теперь то ты готов? — слегка раздражённо спросила София, когда мы отошли в сторону.

— Да.

— Мне придется тебя обнять. Надеюсь, тебя и твою девушку это не смутит.

— А есть причины для смущения? — приподнял я бровь.

Если когда-то Софию и можно было назвать красивой, то точно не сейчас. Бледная кожа, впавшие щеки, худоба. Складывалось впечатление, что она забыла, когда последний раз ухаживала за собой. Эти мысли я оставил при себе. Надеюсь, она не догадалась, о чём я думаю. А то некоторые оскорбления простить слишком трудно.

Орлова церемониться не стала, подошла сзади, обхватила меня руками и взмыла вверх. Я чувствовал далеко не женственные руки. Будто в стальные тиски зажали. Удивительная хватка у неё. Да и летела она вместе с грузом легко и незаметно, что ей это доставляет трудностей. А ведь я почти под сотку вешу, со всеми этими изменениями организма.

Взлетели стремительно, я и глазом моргнуть не успел, как вылетели за пределы родового квартала, а там и поднялись над крышами обычных пятиэтажек. Ветер бил в лицо, приходилось щуриться, да пытаться усмирить сжавшееся сердце, что ушло в пятки. Не то, чтобы высоты боюсь, но прямо сейчас я как никогда уязвим и буквально нахожусь в руках врага. Почему-то именно в этот момент довериться Орловой показалось опрометчивой глупой идеей, но эти лишние мысли я выбросил из головы и сосредоточился на том, чтобы хоть что-то разглядеть внизу. Увидел только одно. Света нет. Нигде. Пока летели, снизу доносились отзвуки боли и смерти, чей-то рёв, достаточно громкий, чтобы быть услышанным на высоте в небе. Город бился в агонии. На его улицы вышли хищники и собирали кровавую жатву. К сожалению, деталей я разглядеть не смог, слишком было темно.

На то, чтобы добраться до первой Пасти ушло минут пять от силы. Скорость то приличная. Даже пугает такая возможность. Если начинать против этой женщины полномасштабную войну, то лучше заранее как-то приготовиться к тому, насколько большой ущерб она способна нанести. Один пролёт над моими землями и половина домов будет разрушена.

По иронии судьбы, прибыли мы к родовой Пасти Орловых. Если в этом мире есть настоящие боги, то они смеются надо мной. Да и над Софией тоже. Её род так боялся, что мои родичи закроют их Пасть, что они объявили нам войну и перебили всех, кроме меня. А теперь Орлова сама доставила меня сюда, чтобы я закрыл проход. Не главная ли это насмешка в наших переплетённых судьбах?

София всё же не удержалась от небольшой провокации. Резко пойдя на снижение, она развила ещё большую скорость, а потом также резко расправила крылья. Воздух ударил в них, нас бросило вверх, а она… Отпустила меня. Прямо перед землей, на которую я и упал, уходя кувырком вперёд. Твою мать… Тело сработало раньше, чем я сообразил, что происходит. Будет мне уроком.

— Прости, — усмехнулась она, приземляясь рядом, — Надо ещё поработать над посадкой.

На секунды на её мраморном лице мелькнули живые эмоции. Насмешка, вызов, азарт и капелька затаённой ненависти. Как ни странно, такая София мне нравится больше, если это слово возможно применить в отношении неё. Живой человек понятнее и привычнее, чем свихнувшаяся на почве поиска силы магиня. А ещё её выходка говорила о том, что вся ситуация давит не только мне на мозги.

Как бы там не было, первое, что я сделал — это отошёл от женщины. Мысль, что сейчас наилучший момент, чтобы атаковать — не отпускала меня.

— Убить тебя здесь будет символично, — ухмыльнулась эта ведьма, прекрасно видя, о чём я думаю.

— Как и тебя, — не остался я в долгу, — Наша с тобой история началась именно здесь.

— Нет никакой нашей истории, — мотнула она головой, — Мы всего лишь враги. Один должен убить другого, вот и всё.

— Начнём?

— Закрывать Пасти? Да. Или хочешь подраться? Я только за. В эти трудные времена, знаешь ли, не хочется рисковать и дожидаться твоего совершеннолетия. Мало ли, вдруг умрёшь раньше времени. Это будет донельзя… обидно.

От неё веяло ощущением тотального превосходства.

— Ты уже бывала здесь? — перевёл я тему и не стал реагировать на её подначки.

— Да. Кто-то придумал устройство, что разрушает магию.

— Что ты с ним сделала?

— Уничтожила.

Какой интересный ответ. Уничтожить можно по-разному. Если она пересилила устройство — это один вариант. Если она отказалась на время своей силы, подошла к коробке и только тогда сломала — совсем другой вариант. В первом случае София сильна, а технология Нойманна не так хороша, как показалось.

— Идём? — кивнул я на стену бушующей силы, куда нам надо было войти. — Жаль, что коробку уничтожила. Она помогла бы нам.

Женщина ничего не ответила, молча направившись вперёд. Если шторм силы на нашем пути её и пугал, то она этого не показала. По моим прикидкам, здесь бушевало в разы сильнее. Что могло говорить о чём угодно. В том числе том, что времени совсем не осталось. Я начинал жалеть, что так надолго задержался, теряя драгоценные минуты.

София что-то сделала, от чего буря притихла. После чего уступила мне дорогу. Дальше к центру Пасти пришлось добираться, выжигая тёмное давление на своём пути. София тоже продолжала что-то делать, усмиряя шторм. А это был именно шторм. Любой порыв стихии грозился разорвать наглецов, что посмели зайти внутрь него. Горько это признавать, но без женщины я бы, если и справился, то мучился гораздо дольше. А ещё Орлова генерировала какое-то излучение или что-то вроде этого, от чего демоны разбегались в ужасе. Интересная способность.

А дальше было то, что и каждый раз до этого. Я добрался до чёрных нитей, которые и перерубил, одну за другой. Пространство рвалось, трещало, от злой энергии воздух кипел вокруг, но мы справились. Как закрыл, так придавило, что думал, прямо тут и размажет. Ни очищение, ни щиты Орловой не помогали.

Наконец, всё закончилось. Я облегчённо выдохнул и закрутил очищение ещё больше, выжигая остатки бури.

— Клоз, ты видишь? — указала женщина наверх. — Магические перепады создают давление, что рождает треск и разряды.

Проследив за тем, куда показывает София, я увидел, как после разрыва Пасти в небо словно разряд молнии ушёл.

— Что это?

— Это мы оборвали один из каналов. Третий в нашем городе. Осталось ещё десять.

— Что произойдет, если все оборвать?

— Я не знаю. Мои знания обрывочны. — женщина в этот момент выглядела донельзя задумчивой.

— Что это значит?

— А ты любопытный, да? — её взгляд сфокусировался на мне, — Что же, почему бы и не поболтать. Пасть чуть не поглотила меня. Должна признать, что выбралась только благодаря твоей помощи. Что в силу наших с тобой «отношений», — выделила она это слово, — Та ещё злая ирония. Когда богиня попыталась поглотить меня, то показала ряд образов. Не знаю, что произошло, но я тогда многое увидела. В том числе ту сеть, что представляет собой Пасть.

— Насколько большая эта сеть?

Тут Орлова отвернулась. Её плечи опустились, а взгляд устремился в небо.

— Она бесконечна. Её жгуты пронизывают оба мира. В небе, под землёй, в океанах. Человечество уже проиграло. Понимаешь, Эдвард? Нас уже захватили, а всё, что последует дальше — лишь агония.

— Тогда к чему это? Ради чего мы боремся? — не понял я её упаднического настроения.

— Если выжить не получится, то почему бы не отомстить?

— Ты хочешь этого? Отомстить? Ради этого притащила меня сюда? А ты не думала, что твои знания ограничены и поэтому не видишь выхода из ситуации?

— Если такой умный, то предложи решение, — внезапно рассмеялась она, — Давай, маленький Эдвард. Ты ведь герой. Выживаешь там, где другие умирают. Всегда в центре событий. Нечего сказать?

— Нечего. Пока что. Но всё может измениться.

— Как изменится — сообщи. А пока предлагаю продолжить и нанести максимальной ущерб этой суке.

— Ты о ней в женском роде. Встречалась с аватаром?

— Если ты про существо, выглядящее как женщина, то да. Как погляжу, ты тоже. — хмыкнула она, — Летим дальше?

— Да.

— Только хочу тебя предупредить. Я увидела ещё кое-что. Пасть начала атаку по всему миру. Не везде, но в ключевых городах — да. Не знаю, какие у неё возможности, но у меня сложилось впечатление, что контролировать всё и сразу у неё не получается. Поэтому нам так легко было сейчас. Понимаешь, к чему я клоню?

— Что чем дальше мы продвинемся, тем жёстче сопротивление нам окажут? Я тоже думал об этом. Что же… Пока не попробуем, не узнаем.

— Тогда летим.

* * *

— Небо посветлело, — заметила София.

Только что мы закрыли шестую Пасть. Перед этим выдержав массированную атаку из обычных демонов. Их тут пара сотен нас поджидала. В основном первые и вторые ранги, но нашёлся и десяток третьих. А ещё серебряные твари, что больше всего проблем доставили. Способность Софии отгонять тварей дала сбой. Пришлось разбираться по старинке.

Слаженного боя не вышло. Я двинулся в одну сторону, Орлова в другую. В итоге я закончил на пару секунд раньше, чем она. Всего у нас обоих ушло минут пять на эту толпу, но, признаю, выложиться пришлось основательно. Эта безумная ночь давно подтачивает запасы сил.

— Так утро же. — ответил я.

— Солнце взошло полтора часа назад. — возразила София. — Пасть перекрывала его. А наши действия привели к тому, что стало чуть светлее.

— Это внушает надежду. Отправляемся дальше?

— Если ты не устал, то да.

Устал, но разве сейчас время для отдыха? Сама женщина выглядела, будто её из стали отлили.

* * *

— Что это?

Орлова смотрела в небо, как и я. Сейчас на весь город разносились звуки взрывов, словно его обстреливают. После того, как в небе замелькали вспышки, догадка из серии возможных перешла в серию реальных.

— Атакуют Пасть? — предположил я.

— Кто? — нахмурилась София, — Городская власть? Какой в этом смысл?

— Как видишь, он есть, — указал я на всполохи.

— Летим ближе.

Дам я согласие или нет, женщину не волновало. Она подхватила меня, и мы рванули в сторону взрывов. Это последнее, что я хотел делать. Не хватало мне ещё под обстрел попасть. Без щитов это плохо кончится. Надо скорее вспоминать свои наработки по разрушению физических объектов, а то допрыгаюсь так быстро. Смешно, но для меня сейчас любой человек с пистолем опаснее, чем самый сильный маг.

Сейчас, когда небо немного расчистилось, на контрасте от восходящего солнца было видно, что прямо над центром города разрослась чёрная паутина. Сердцевина её в центре и находилась. Размерами она же была с этот центр города, плюс минус. Ещё на многие километров вокруг исходили отростки потоньше и сколько всего площади занимает эта хрень видно не было.

Зато, когда добрались до восьмой Пасти, мы заметили, что закрывая её, часть нитей разрушается, что и создает просветы над небом.

Сейчас же кто-то запустил серию ракет прямо в сердце Пасти в небе. Там рвануло так, что на весь город видно было и паутина как-то поблекла. Приблизившись, мы наблюдали, как прямо на ходу формируются новые нити, а старые километровыми площадями отмирают.

Длилось это пару минут, стреляли редко, но метко. Пока в какой-то момент нити не оформились в жгуты и не рванули прямо вниз. Видимо туда, откуда шли удары.

Почему-то я не удивился, когда чёрные жгуты вломились в самый высокий небоскрёб города. За счёт его высоты, мы могли наблюдать с расстояния за происходящим.

Зуб даю, именно там Нойманн сидит сейчас. И именно он организовал атаку на Пасть. Когда жгуты добрались до здания, небоскрёб быстро сдаваться не стал. Вокруг него полыхнул белый шар защиты, о который нити и сожгли себя. Но так продолжалось недолго. Вместо того, чтобы атаковать на пролом, нити двинулись вниз и…

А что было дальше я разглядеть не мог. Что-то там внизу произошло, от чего меньше, чем через минуту небоскрёб начал рушиться.

Орлова наблюдала за этим молча. Колос сопротивлялся, не хотел падать. Строили его явно с большим запасом прочности, но Пасть смогла найти подход, чтобы обойти все препятствия.

— Кто там был? — задала вопрос София. — Ты ведь знаешь?

— Тот, кто изобрёл те устройства, что закрывали Пасти.

Часть из них мы, кстати, нашли, когда закрывали проходы. Всего девять на текущий момент получилось.

— Нам надо ускориться. — скомандовала женщина.

Именно скомандовала. Всё это время она вела себя почти адекватно, ни жестом и ни словом не провоцируя меня. Не считай той первой выходки с приземлением. Но сейчас, видимо, её слишком перевозбудила картина разрушения центра города. Когда падает такой небоскрёб, достанется всем. Прямо сейчас гигантское пыльное облако затопило там всё вокруг и уже не разглядеть деталей.

— В какую сторону?

— Закончим начатое, а потом попробуем атаковать то, что в небе.

— Почему не сейчас?

— Можно и сейчас, но не разумнее ли ослабить Пасть максимально?

— Звучит и правда разумнее.

Что настораживало. Орлова и разумность? Я помню, настолько она неадекватная была после битвы с Ротенами. Огрызалась на всех, была готова подраться с любым главой рода. Зверь, а не человек. Сейчас же это образец разумности. Она готова признать свою слабость, не хочет излишне рисковать там, где этого можно не делать. Даже не знаю, радоваться или нет. Прямо сейчас мне это может и на пользу, но когда мы с ней сойдемся в поединке насмерть, её разумности я рад не буду.

* * *

Я готовился к тому, что на последних Пастях придётся тяжелее, чем обычно. По факту же нас даже никто и не встретил. Что настораживало. Возможно причина в том, что Нойманн смог нанести урон Пасти и отвлечь её. В это хотелось верить. Но почему-то мне всё больше казалось, что наши метания никакой роли не играют, поэтому врагу начхать на нас.

— Закончили, — сказала София, словно не веря то, что и правда все тринадцать Пастей оказались позади.

Если вдруг жизнь вернётся на прежнее русло, чертовщина в небе исчезнет, и народ продолжить жить, как жил, то магические рода мне спасибо точно не скажут. По сути, я их всех сегодня лишил власти. Что позволительно в условиях апокалипсиса, то непростительно в условиях мирной жизни. Для этого и нужно было добровольное согласие со стороны господ магов. Если что, им сложнее будет мне предъявить недовольство.

— Что дальше? — спросил я её, продолжая отслеживать реакции. В любой момент я был готов принять бой.

— Летим наверх. Остались силы?

— Найдутся.

Остается надеяться, что артефакт Михайловых поможет. Только вот планам было не суждено сбыться.

София было шагнула в мою сторону, чтобы подхватить, как замерла и уставилась в небо. Как и я.

Вся паутина, что одним своим видом внушала ужас, осыпалась вниз. Миллионы чёрных хлопьев разносились по всему городу.

Глава 9. Черные хлопья

Чёрные хлопья падали с неба. Миллионы и миллиарды. Ветер подхватывал их, разносил по улицам. Я протянул руку и позволил нескольким упасть на ладонь. Это была плоть Пасти. Овеществленная магия. Она липла к коже и… Хотела просочиться внутрь организма. Понимая, что ни к чему хорошему это не приведёт, я выжег заразу очищением и создал вокруг себя поле, чтобы другие частицы на меня не осели.

Рядом Орлова делала почти то же самое — изучала новое явление. На её руке уже целый шар собрался, но захватывать женщину не спешил.

— Аккуратнее, — не удержался я от совета.

— Не беспокойся, — хмыкнула она, не смотря на меня.

После чего шар вспыхнул и сгорел.

Я глянул, как ведёт себя эта вязкая субстанция, падая на крышу, где мы стояли. Плоть оказалось живой. Собираясь в струйки, она просачивалась в щели и уходила куда-то вниз, в здание, на котором мы находились.

— Ты понимаешь, что это значит? — спросила Орлова.

— Пасть стремится соединиться со всеми живыми существами, что есть в городе. Или даже мире. Теперь она будет везде, в каждом человеке, животном, быть может и в растениях. Ею будет пропитан воздух, и мы её никак не сможем уничтожить.

— Да. Но есть способ выжигать эту заразу.

— Много ли магов так смогут?

— Не знаю.

Мы смотрели друг на друга. Не знаю, о чём думала она, а у меня в голове билась мысль о злой иронии. Два непримиримых врага, которые, возможно, окажутся единственными, кто может противостоять новой угрозе. Эпидемия, а может и пандемия магического заражения чужеродным богом уже началась.

— Смотри, — женщина отошла от меня, подошла к краю крыши и указала вперёд и вниз.

Я подошёл и встал в паре метров от неё, вглядываясь вдаль. Слияние двух миров продолжалось. Само пространство было извращенно. Я видел обычные дома, на которые накладывались проекции с изнанки. Как это возможно, к чему приведёт и какие будут последствия — остаётся только гадать.

— Мне нужно вернуться. Тебя подбросить? — предложила Орлова.

— Щедро с твоей стороны. Забрось меня в родовой квартал. Не хотелось бы получить толпу обезумевших магов.

— Беспокоишься о своей девчонке? — улыбнулась Орлова.

Мне была непонятна эта улыбка. Уж точно не мирный вопрос. Намёк на угрозу?

— Если ты думаешь навредить кому-то из моих близких, то лучше забудь про это.

— Нет, Клоз. Зачем мне это? Наша битва ждёт нас с тобой впереди. Сейчас предлагаю заняться другими делами. — махнула она на город.

Да уж, проблем там хватает.

* * *

Родовой квартал встретил всполохами магии. В основном полыхала магия Шелия. Этот палящий свет ни с чем не спутаешь. София высадила меня у границы квартала, после чего свалила, улетев по своим делам. Скатертью дорога. До сих пор не верю, что у нас с ней обошлось без драки. Но чувствую, что всё ещё только впереди. Рано или поздно наши дороги снова пересекутся и разойтись миром больше не сможем.

Моё появление встретили с радостью. Первым на пути попался Амон. Он шёл по улице и методично, метр за метром выжигал чёрные хлопья. Или скорее уже лужи, что успели собраться на дороге. Здесь же находился его сын, что занимался тем же самым. Больше никого я не видел. Значит, не такие уж мы с Орловой уникальные, что радовало.

— Эдвард! — махнул мне старик рукой.

Если он в обычное время выглядел, как взрослый мужчина, то сегодня, такое чувство, словно на десяток лет постарел.

— Как вы тут?

— Выжигаем заразу, как видишь. Может ты прольёшь свет на то, что происходит?

— Сам в шоке. Мы успели закрыть Пасти, но это всё равно случилось.

— Это победа или поражение?

— Скорее второе, — ответил я хмуро, — Заметили, как ведёт себя эта субстанция?

— Охотится за всем живым, — ответил мрачно Амон, — Только мы здесь вдвоём и остались, чтобы снизить угрозу. Остальные по убежищам разошлись. Там защита держится против этой напасти. Не все маги способны с ней справиться.

При этих словах Амон послал ещё одну волну испепеляющего света, сжигая лужу грязи, что скопилась в одном месте.

— Единственная засада, — продолжил Амон, — Эта хрень просачивается вниз.

— Сейчас… — прислушался я к ощущениям.

Под землёй и правда находились целые потоки этой дряни. От ощущения мерзости я ударил очищением и выжег там всё напрочь на многие метры вниз. А то ещё вылезет чудо подземное.

— Иди в дом, Эдвард. Там Сара с остальными занимается исследованием этой мерзости. Мы взяли образец. Там же тебе все новости и выводы сообщат.

— Больше никто из магов с хлопьями бороться не может?

— Мы это мраком назвали. Пока я других способных не видел, хотя все пытались. Лучше всего Шамал продержались, но не смогли перебороть, часть просочилась в их организмы. Так что ты всех магов тоже проверь. На всякий случай.

Как мало сказано, и как много смысла за этим скрывается. Что София за монстр такой, если даже Шамаловцев переплюнула? Или это чисто её фишка и дело не в силе? Ладно, оставлю пока её в покое, сейчас надо о другом подумать.

Я добрался до дома Шелия, спустился вниз и прошёл через защитный барьер, скрыв своё очищение. А то не хватало ещё защитный периметр разрушить. Перед тем, как внутрь зайти, на минуту задержался, прислушиваясь. Чёрные хлопья собирались вокруг дома, просачивались в стены, скрывались под слоем снега и земли. Мрак был повсюду и это пугало до дрожи. Надо как можно скорее добраться до своих людей, а то есть все шансы, что я встречу воинство Пасти, а род людской прекратит там своё существование. А ещё Эрминия. Надеюсь, ей хватит ума укрыться. Ещё есть надежда на Волчонка. Из того, что я увидел, он сможет эту дрянь выжечь. Наверное.

Дерьмо… Сейчас как никогда мало времени и надо действовать быстро.

Меня встретили тепло. Не знаю, что именно думали люди, но появление нового человека, который вернулся из большой вылазки в город, внушало надежду. В том числе на то, что их родные тоже вернутся. Вскоре мне рассказали, что часть магов Шелия отправилась на свои земли с той же целью, что и я ранее ездил к себе. Взять под контроль то, что ещё оставалось целым. По идее, род Шелия побогаче меня будет, да и дела у них давно хорошо идут, так что они могут быть готовы ещё лучше. Но кто знает, как оно сложилось. Уехали старшие маги, то есть Баррак с Арсением, да их сыновья. Женщины, дети и старики остались здесь. Да ещё Амон с сыном, чтобы защищать их.

— Живой! — выдохнула Амалия мне в ухо, крепко обнимая.

— А ты сомневалась?

— Конечно, нет!

Пока мы обнимались, я чувствовал внимание других людей. Причём гораздо острее, чем раньше. Сквозь общую тревогу и напряжение пробивалось как одобрение от нашего союза, так и осуждение.

— Пойдём! — потащила меня Амалия, — Нужна твоя помощь.

В доме нашлась целая лаборатория или магическая мастерская, как-то иначе это место я назвать не могу. Из присутствующих: беременная Кино сидела в углу. Сара находилась у столешницы, где проводились опыты над мраком. Рядом с ней в лечебном кресле сидел Павел Михайлов. Его отец, Евгений, стоял здесь же, рядом.

— Вы что, на живом человеке опыты проводите? — удивился я, проходя внутрь.

В ответ заслужил убийственный взгляд от Сары. Да и остальные смотрели как-то недобро. До того, как они успели что-то сказать, я подошёл ближе и точечно выжег всю дрянь, что на них налипла.

— Фух, — выпустила из легких воздух Сара, хватаясь за столешницу. Да так крепко, что та затрещала.

В который раз убеждаюсь, что целители только с виду мирные и слабые. Так-то в них дремлет мощная сила, что заслуга тела, которое они меняют всю свою жизнь.

— Вовремя ты, — хмыкнул Евгений.

— Павла не трогал, — предупредил его, — Вы опыты ставите?

— Да. — кивнула Сара, — Что скажешь?

Вопрос не праздный. Мы с ней ранее много работали вместе и она прекрасно осведомлена, что у меня есть запредельная чувствительность. Или была. Надо проверить, потому что способности изменились и, кажется, до сих пор меняются. Мне бы пару дней выделить на то, чтобы изучить себя, эх…

Я присмотрелся к парню. Чернота проникла в него и сейчас активно распространялась по телу. Что я и озвучил.

— Может выжечь? — забеспокоился Евгений.

— Давай, — сказала Сара.

Окей. Я накрыл парня очищением, убирая всё лишнее. Того аж затрясло, пульс подскочил и испарина на лбу выступила. Закончилось это, когда Сара на него руки наложила и исцеляющим светом прошлась.

— Как ощущения? — последовал к нему вопрос.

— Как будто с другого света вернулся. Казалось, что ничего не меняется, но стоило убрать эту гадость и словно проснулся.

Маги переглянулись между собой. Значит, Пасть и правда захватывает тех, кого касается? Я оценил масштабы беды, что прямо сейчас разворачивается в городе. Да поможет нам всем удача.

* * *

Как бы мне не хотелось рвануть к своим, я задержался здесь ещё на полчаса. За это время мы все вместе провели небольшое исследование. Факт первый — мрак разумен. Он движется, ищет живых, взаимодействует с любым проявлением жизни. Проверили это на домашних животных и на растениях. Мраку было плевать, что захватывать. Одним домашним котом пришлось пожертвовать. Итог — где-то спустя двадцать минут после заражения зверушка облысела, и начала активно мутировать, превращаясь в монстра. Демонстрация вышла настолько впечатляющей, что равнодушным никто не остался.

— Домашние животные, скот, крысы в конце концов… — перечисляла Сара, — А ещё насекомые. Если это по всему миру, то мы наблюдаем закат человеческой цивилизации.

— Предлагаешь сдаться? — нахмурился Евгений.

— Нет, но… — покачала головой женщина, — Будем работать дальше.

Проверили за это время и другое. Как сила разных магов влияет на мрак. Михайловы ничего не могли с ним поделать. Целительские способности тоже. Удивила Амалия, которая смогла подобрать такой тип воздействия, что выжгла эту дрянь. В этот момент я сильно удивился, заметив и тут следы своего влияния. И ещё кое-что увидел. Сила Амалии была в разы чище, чем у остальных магов. В чём причина? В том, что она находилась постоянно рядом со мной?

А ведь это идея. Что будет, если вычесть из способностей магов всё влияние Пасти? Кто сказал, что их умения — это только её заслуга? За столько тысяч лет мутаций, люди по определению должны были обзавестись кое-какими собственными способностями. На это намекают, в том числе и хроники. В мире есть отрезок истории, когда Пасти закрыли. Маги ведь не исчезли. Да, потеряли во влиянии, но кое-что осталось и без внешней подпитки.

Своими мыслями прямо сейчас я делиться не стал. Мне нужно время, чтобы это обдумать.

Спустя те полчаса, что я сам себе выделил на изучение вопроса и обход соседских домов, отправился дальше, к своим людям. С обходом просто вышло. К моменту, когда поднялся из лаборатории, Амон уже созвал всех желающих причаститься. В смысле сжечь с себя весь мрак. Хоть здесь задержек не случилось.

* * *

Когда добрался до своих земель, ситуация там приближалась к критической. Оцепление исчезло. Все люди забились в убежище. Ехал я сюда на собственной машине. Что-то изменилось, транспорт заработал, как и некоторая электроника. Это касалось далеко не всех мест в городе. Стоило мне выехать за квартал магов, как я быстро в этом убедился. Но если держать поле очищения вокруг себя, то машина едет. Телефон же был всё также бесполезен, потому что связь отказывалась работать.

Пока ехал, держал свою ауру очищения на полную, раскрыв её на добрую сотню метров вокруг. Хотя бы так я мог помочь тем людям, что ещё оставались живы. Да и количество гадкого мрака сокращал на улицах.

В корпусе стражей я застал Эрминию, что сидела, прижав к себе колени. Её всю трясло. Черноты она хапнула изрядно. Рядом находился Волчонок. Сейчас без сознания. Вокруг такие же, едва дышащие люди. Как только я убрал всю гадость из помещения, они ожили и расцвели буквально на глазах.

— Эдвард! — пришла в себя Эрминия и первая её эмоция была радостью, — Ты вовремя, Пасть нас всех дери! — крикнула она, после чего закашлялась и совсем не как леди вытошнила какую-то чёрную муть. — Твою же мать, — пробормотала она вяло, после чего вспыхнула силой исцеления, окончательно приводя себя в порядок.

Не одну её тошнило, кстати. В помещении хватало людей, которые набрали в себя слишком много инородной мути и когда я выжег этот мрак, их начало крутить, ломать и тошнить.

— Что у вас тут произошло? — спросил я лучницу, когда она пришла в себя.

— Когда чёрная хрень обрушилась на наши головы, никто сразу не понял, что произошло. А когда поняли, было поздно. Спасибо Волчонку. Он всех спас, дал время продержаться до твоего прихода. — поведала она устало.

Сколько меня не было? Часа четыре где-то, плюс минус. Всё это время людям пришлось выживать, бороться с демонами, дрожать от страха в убежищах. Как вижу, укрытия не помогли. Мрак проник и сюда. И правда, полное дерьмо…

— Перенапрягся? — кивнул я на Волчонка, который всё так же валялся в отключке.

Эльза и дети сидели здесь же, приводили себя в порядок, как и остальные люди. Но с разговорами не лезли. Только Тётушка нервно поглядывала, бросая взгляды то на меня, то на Волчонка.

— Да. — ответила девушка, — Выжигал, сколько мог, после чего отключился. Минут пять назад.

— Ясно. Где Матвей и остальные?

— Они в другом жилом здании, что рядом. Держат щит от заразы.

— Хорошо. Я к ним. Ты со мной?

— Да.

— Народ! — обратился я к людям. — Помощь пришла. Сохраняйте спокойствие!

Пока говорил с лучницей, меня придавило чужим вниманием. Люди постепенно приходили в себя, видели господина и, конечно же, им было интересно узнать, что их ждёт. Мне, если честно, тоже было бы интересно узнать, что нас ждёт.

Задерживаться не стал. Требовалось помочь слишком многим.

* * *

— В шеренгу! Плечом к плечу! Не тормозим! Каждая секунда вашего промедления — это чья-то жизнь! — орал Матвей.

Людей собирали из ближайших домов, кто чудом не попал под заражение, после чего направляли ко мне.

Когда мир рушится и это не пустые слова, описывающие лёгкие проблемки… Когда реально пришла жопа и коснулась каждого, люди перепуганы, подавлены и стоит проявить слабину, как сразу же начнется паника — требуется кто-то, кто даст надежду и возможность на него опереться. Эту роль занимал я и мои люди. Зная, что делать, я методично ходил от одного дома к другому и выжигал заразу.

Но ещё, чтобы пресечь брожение, требовался некто, кто методом кнута организует людей. Спартак выступил «светлой» стороной этого процесса, занимаясь в первую очередь административной работой. И если кто-то скажет, что это просто — то он дурак. Организовать даже несколько сотен человек — это титанический труд в нынешних условиях. Тёмную же сторону занял как раз Матвей, который сейчас ругался матом на тех, кто медлил. Люди находились в подавленном состоянии, закономерно, что они плохо соображали. Ночь без сна, колоссальный стресс, заражение мраком и последующее исцеление — этот набор кого угодно доканает.

Когда я только сюда пришёл, первое, что я сделал — это прошёлся по всем домам вокруг и нашёл сверхов. В том числе переговорил быстро со Спартаком и поставил ему ряд задач, чтобы он организовал людей.

Там же выяснился один неприятный момент. Мои способности были ограничены. Я мог разом убрать поверхностное заражение с нескольких сотен человек. Предела пока не нашёл. Он ограничивался той дистанцией, что я мог охватить. Это около ста пятидесяти метров сейчас. Но чем дальше от меня, тем слабее очищение, что снижало эффективность. Это было особенно заметно после дистанции в сотню метров.

Речь сейчас про поверхностную работу. Если человек только что подхватил мрак и изменения не сильно его коснулись, то лёгкой обработки ему хватит. Достаточно подойти ко мне поближе, когда я очищаю. Если же человек находится под воздействием мрака дольше получаса, то изменения уходили глубоко внутрь организма и требовалась ювелирная работа.

С последствиями мы столкнулись через полтора часа после того, как я прибыл. Из одного дома разом выскочила стая людей. То, что это именно стая и пока ещё внешне людей было видно с первого взгляда. Хищные повадки, оскалы, готовность броситься на любого. Они и бросились, проявив верх агрессии — забили двоих стражников, что занимались поиском выживших, которые сами были способны дойти до меня, чтобы проводить их на общее место сбора, где и шло очищение.

О случившемся я узнал уже после того, как стая скрылась в неизвестном направлении. Это был далеко не самый странный случай за сегодня. Находились люди, которые дрожали от панических атак. Никого бы это не удивило, встреться один или два раза. Но когда целые группы людей находились в домах с ярко выраженными паническими атаками — тут невольно задумаешься и возьмёшь на заметку. Что примечательно, после того, как я таких очищал — они резко приходили в норму. Разве что организм продолжало трясти, что легко объяснялось тем уровнем стресса, что они пережили.

Приступы паники не заканчивали список новых открытий мира, а только начинали его. Следующее, что обнаружили — самоубийцы. Действовали мы по принципу кругов. То есть стражи разошлись по ближайшим домам и сгоняли всех тех, кто мог идти. Это сильно экономило время, давая мне возможность очищать непрерывным потоком. Обработанных людей перехватывал Спартак со своей командой и сортировал дальше. Кому нужно была медицинская помощь — к лекарям. Стариков и детей — в убежище. Всех тех, кто соображал и мог помочь — в поисковые команды. Процесс двигался не так быстро, как хотелось бы. Ко мне постоянно возвращались за очищением, потому что хапнуть новую порцию мрака было так же легко, как нарваться на стаю мертвецов или демонов. Это ещё один фактор, что снижал скорость продвижения.

Где-то ближе ко второму часу и началась эпидемия самоубийц. Они прыгали с крыш, резали себе вены или пытались разбить головы о ближайшую стену. Сначала списали на переизбыток стресса, но… Целая толпа самоубийц? Опять же, стремление прикончить себя быстро исчезало, стоило мне их очистить.

Вспышки гнева, насилие, царящая апатия — с чем мы только не столкнулись. Словно кто-то разом пробудил все человеческие пороки. И я даже знал кто. В зоне риска находились все. Человек мог получить исцеление, отойти от меня на пару сотен метров, снова коснуться мрака и свалиться прямо там, в апатии, больше не желая жить.

Кроме всего этого находили ещё сотни трупов. Редко когда в доме выживало больше половины жильцов. Отчасти повезло, что момент трагедии пришелся на ночь. Люди находились дома, в укрытии… Не особо это помогало, но лучше так, чем гуляй они на улице. Там точно шансов не было.

Также я постарался собрать ключевых людей, каких только смог. Из хорошего: удалось спасти большинство врачей и сверхов целителей, что работали у нас с Эрминией в больницах. Сейчас на них столько работы навалилось, что волком выли от нагрузки, но куда деваться. Трудились все. Ещё приятный момент — Екатерина Шмитцер, что занималась издательством на моей земле, ночью находилась у себя на работе. Вместе со своей командой, составляя пиар-акции на все возможные последствия саммита. Это их и спасло. Когда всё началось, она быстро загнала людей в убежище под издательским домом, где они и просидели, пока за ними не явился я.

Были и трагичные моменты. Погиб Марк вместе со своей семьёй. Их убило дыхание Пасти, наверное ещё в первые минуты. Тела нашли у себя в постелях, так что вывод очевиден. Так я лишился поверенного.

Переживать из-за этого тупо не было времени. Я пахал, как проклятый, работая одним большим генератором очищения. Иногда выезжал, чтобы поддержать огнём и мечом, если стражи сталкивались с противником, что им был не по силам. Эрминия, сверхи — все те, кто мог сражаться, делали это на износ. Все, кто мог, пахали в это время, не щадя себя. Для меня же это всё слилось в бесконечный поток моей силы. Очистить толпу, ещё и ещё. Сесть в машину, прокатиться по району, выжигая заразу, уничтожить пару десятков монстров всех видов. Вернуться, снова очистить заново собравшуюся толпу, повторить.

Всего на свои земли я смог выделить четыре часа. Этого хватило, чтобы снизить уровень проблемы «сейчас мы все умрём» до «несколько часов продержимся». После этого направился на выручку к дружественным мне родам, понимая, что я, по сути, уникальный специалист и возможно единственный, кто может остановить массовую эпидемию мрака.

Я ожидал, что выйдя за границу своего района, который мы худо-бедно начали контролировать, перебив сотни тварей и окончательно упокоив полчища мёртвых, встречу жёсткое сопротивление. Но нет. Почему-то город опустел. Куда-то подевались демоны, мёртвые попрятались и улицы сейчас были свободны, как никогда.

Единственная проблема, с которой столкнулся, пока катался — это разрывы в пространстве. Мир Пасти пришёл и задержался, не собираясь уходить. В таких местах отказывалась работать техника, связь напрочь вырубало, да и гравитация могла резко измениться. Какие ещё там опасности скрываются пока никто не знал. Лично я предпочитал объезжать эти язвы на лице города стороной.

Мотаться между землями магов — не самое продуктивное занятие, учитывая, что в одну сторону ехать полчаса в лучшем случае. Хвала удаче, что пробок нет. Сейчас это шуточка из разряда чёрного юмора, но что поделать. Слишком много сегодня на меня обрушилось.

Моменты переезда я использовал, чтобы отдохнуть. Держать постоянно очищение вокруг себя не такая простая задача. Силы давно кончились и каждое новое применение собственной магии давалось с большим трудом. Но и нормально отдохнуть я не мог, потому что каждая секунда промедления — это чья-то жизнь. А если быть точным, то сотни жизней.

Сначала поехал к Шелия, следом к Михайловым, после к Горчаковым и Огинским, что вышли на связь. Та, наконец-то, худо бедно, но заработала, рода между собой наладили общение. После них вернулся к себе, к тому моменту ситуация снова ухудшилась. Да и новых людей привели. Неожиданно к нам повали выжившие с соседних государственных или корпоративных районов. Их сажали в отдельно взятом месте, беря под охрану.

Как разобрался с кризисом на своих землях, снова устроил турне по городу и так до самого вечера. Чем больше проходило времени, тем хуже становилась обстановка там, где меня не было. Хотя это как посмотреть…

В чем-то произошедшее можно сравнивать с эпидемией. Мрак добрался до всех людей. Единицы смогли избежать его. Процентов двадцать сохранили себя и свой разум. Именно они больше всего мне попадались, либо случайно, либо сами приходили к магическим родам, где я их и встречал. Остальные же восемьдесят процентов населения — по большей части оставалось гадать, что с ними произошло. Часть пала жертвой дыхания Пасти в первые минуты трагедии. Другая часть погибла от лап и клыков демонов. Умершие обратились в мертвецов и регулярно пополняли свои ряды, добавляя ещё одну категорию причин смерти. Кто-то умер от обрушения зданий. Этого хватало в городе. Я то и дело натыкался на руины. Возможно, это было связано с пересечением одного мира с другим. Наверняка ещё и пятая категория есть, которая умерла как раз из-за того, что резко оказалась в другом измерении. Последняя же причина (хотя далеко не факт), это сам мрак. Он прореживал тех, кто умудрился выжить, избежав предыдущих пунктов.

О точной статистике пока рано было говорить. Да и не до анализа мне было. Восемьдесят процентов — это так, навскидку. Через меня проходило гораздо меньше людей, чем раньше жило в городе. Гораздо меньше. Я метался, как ошпаренный, пытаясь успеть везде, где мог. Закончился день тем, что меня тупо вырубило. Я не выдержал напряжения и уснул прямо в машине, когда возвращался на свои земли.

Глава 10. Вассалы

— Кто такие будете? — вышел я вперёд и остановился перед тройкой магов.

— Самойловы. Младший род.

— По какому делу?

— Хотим пойти под руку старшего, — склонил голову мужчина и встал на колено.

Что-то новенькое… Сейчас раннее утро. Мне дали выспаться, но пару часов назад всё же разбудили, потому что нескольким людям стало резко хуже. Я помог, прошёлся по кварталу, уменьшил количество проблем и слёг обратно, досыпать. Слишком перенапрягся в прошлый день, чтобы и дальше легко чудеса творить.

В следующий раз проснулся сам и меня огорошили проблемой, что на улице дожидаются трое магов. Сейчас передо мной стояли мужчина, на вид ему лет сорок, но скорее всего больше. Справа от него жена, а слева за спиной — сын, лет шестнадцати. Приехали эти ребята на машинах, прихватив с собой небольшую толпу людей, человек в пятьдесят.

— Чем раньше занимались и почему именно ко мне? — задал я вопрос.

— Мы маги обычные. Вели дела в городе, имели свой бизнес. Вчера всего этого не стало, большая часть наших людей погибла. С нами те, кто выжил. Ещё пару десятков человек спасли случайно.

— Что у вас за силы такие, что смогли пережить эту ночь?

— У меня защитные, у супруги изгоняющие.

С защитными понятно. Что-то типа Алмаза наверное. Изгоняющие — знаю такой тип магов. Их магия имела специфический привкус, который демоны не переносили и старались держаться подальше. Специализации, кстати, не означают, что маги ничего другого не умеют. Это всё же маги, а не сверхи.

Насчёт вассалитета тоже история интересная. Это древняя традиция. Если магический род достаточно силён, то он может взять себе вассала. В принципе, чем-то особым от классического средневекового формата это не отличается. Обычно в роли господина выступает старший род. Младшие, идя к нему в подчинение, надеются получить доступ к знаниям, к Пасти для прокачки умений, защиту и связи. Взамен они платят своей преданностью и по максимум вкладываются в общие дела. А если конкретно, то будь цел их бизнес, я имел бы право, как господин, полностью им распоряжаться. Могу отобрать, могу не лезть, могу любые приказания отдавать. У этого есть простое объяснение — в тусовке магов кто сильнее, тот и прав.

В современном мире система вассалитета считалась анахронизмом. Последний раз её применяли во время мировой войны, то есть лет эдак шестьдесят назад. Только вот современный мир перестал существовать, есть его руины. Так что этот мужчина, что стоит передо мной — быстро сориентировался в окружающей обстановке и принял решение.

Вопрос, почему ко мне пришёл, а не к другим тоже понятен. Я один из немногих, кто сейчас создал вокруг себя безопасную зону. Другие рода тоже сейчас этим занимаются, но во многом благодаря тому, что я им помог.

Надо ли это мне, даже думать не стоит. Люди, способные быстро адаптироваться в новой ситуации и более того, благодаря своим умениям пережившие ночное безумие мне пригодятся. В ответ на то, что мужчина склонился, я шагнул вперед и положил ему ладонь на голову, пропуская через темечко поток своей магии и выжигая всю заразу. То, что заражены мраком все прибывшие и некоторые из них в тяжёлом состояние — я заметил издалека. Наверное, поэтому они и поспешили так быстро прийти на поклон. Сам бы я, окажись на их месте, не спешил и раз уж выжил, то посмотрел, как события в городе будут развиваться. Хотя нет, стоп. Как-то же этот мужик узнал именно обо мне? Думаю, выбор был его осознанным. Не вижу на лице страха или паники. Там скорее тяжесть ответственности. Когда не хочешь идти в подчинение, но понимаешь, что это нужно для выживания, как тебя, так и твоей семьи с людьми. Интересный дядька, надо будет к нему присмотреться.

Вассальная клятва у магов это не только слова и договорённости, это ещё обмен магией. Сейчас эти трое поклянутся мне служить, сделают это, заложив в основу свою силу. Не то, чтобы это абсолютное препятствие на пути предательства… Но они сто раз подумают, перед тем, как это сделать. Я изучал хроники, которые утверждали, что почти никогда такие случаи для предавших ничем хорошим не заканчивались. Их либо перебивала старшая семья, либо от них всех отворачивалось общество (кому охота вести дела с предателями?), либо им приходилось бежать на другой конец света и начинать всё с начала. Но о последнем варианте история умалчивала, я его сам дополнил, так как он логичен. Были известны случаи, когда отделившиеся или предавшие резко теряли в силе, так что клятва — это не просто слова. Как это будет выглядеть в моём случае, учитывая мою нестандартную магию — сейчас взглянем. Действо должно быть сугубо добровольным и благодаря своей чувствительности я надеюсь увидеть эффект.

Что и произошло. После того, как я дал добро, все трое склонились, поклялись и по их аурам прошла рябь. Так я получил своих первых вассалов.

* * *

— Отчёты готовы? — зашел я в кабинет.

— Да, — ответил за всех Спартак, что находился уже здесь.

Как и остальные. Спартак, Матвей и ещё пяток человек, которые сейчас занимались руководством «спасения человечества» в лице моих земель. Ещё вместе со мной пришла Эрминия. Девушка выглядела такой же истощённой, как и все остальные. Впалые щёки, лихорадочный блеск глаз. Эта воительница с утра до ночи моталась по периметру и отстреливала всех тварей, что вылезали из своих нор.

Сейчас был конец второго дня, как всё началось и настала пора подвести итоги.

— Тогда начинайте. — махнул я рукой и уселся в кресло, — Кто первый?

— Я первый, — встал Спартак, — Если коротко — то ситуация полная жопа.

— Не удивил. Давай конкретику.

— Как скажешь, — устало ответил он, — Сейчас у нас три с половиной тысячи людей. Тысяча из них не принадлежит тебе, они пришли с соседних улиц, прилегающих к родовым землям. То есть наших выжило около двух с половиной тысяч.

Я поморщился от этой цифры. Две с половины тысячи из десяти. Простых слов не находилось, чтобы описать масштаб всей трагедии. Спартак эти цифры сообщил, словно на эшафот вышел. Здесь присутствующим повезло. Их родные пережили эти дни. А вот остальным — нет.

— Получается… — замялся Спартак, — На этой земле семь-восемь тысяч трупов. Требуется проверить дома. Часть обратилась в мертвяков, а часть застряла у себя в квартирах. Если не хотим проблем, то надо с этим что-то сделать.

Про эту проблему я уже думал, да и наблюдал, скажем так, собственными глазами. Когда всё началось, большая часть людей погибла от дыхания Пасти, тут же обратившись в довольно резвых мертвяков. Резвых и сильных, способных выломать дверь. Правда, в этом мире к своим жилищам относились серьёзно, предпочитая ставить чуть ли не противотанковые двери, поэтому часть тварей покидала жилища через окна. От чего много где вокруг домов находили десятки расплющенных тел. Падение с высоты даже мёртвые не переживали.

В обычной жизни такое количество умерших составило бы проблему. Трупы то гнить скоро начнут, как бы до болезней не дошло. В этом же мире всё было в десяток раз хуже. Мрак проникал в человеческую плоть, пусть даже и мёртвую, мог её захватить и тогда рождалось чудовище.

— Ты уже видел нежить, — продолжил Спартак, — Всё больше случаев, когда эти мелкие уродцы появляются на улицах.

Мелкие уродцы — это половинчатые люди. В смысле размерами максимум в метр, выглядящие, как комки обнажённых мышц, с чёрными жилами, да внушительными уродскими пастями. Зрелище мерзкое донельзя. Собираются в стаи и нападают на живых. Случайно удалось узнать, как они рождаются. Там, где накопилось много мёртвых, в смысле окончательно мёртвых, начинается процесс брожения, мрак проникает внутрь организмов, стягивает тела, а дальше… Из этого месива вылупляются уродцы. Их так и называют, уродцы. Сделанные из людей, но людьми не являющиеся. Ожившие комки жил, костей и мышц, без мозгов, зато зубастые, быстро ползающие и бегающие.

— Придумали, что с этим делать?

— Решение уже давно есть, — взял слово Матвей, — Умерших надо сжечь. Уродцев — уничтожить.

— Что люди говорят?

— Массовые сжигания их повергнет в шок, — заявила Екатерина Шмитцер.

Железная тётка. Мир рушится? Ну и что, это не повод раскиснуть, превратиться в жертву и ныть. Она включилась в работу моментально. Занялась людьми, помогла наладить диалог, следит за настроением и даёт рекомендации, как и на что реагировать, чтобы не допустить паники и других проблем.

— Но ничего, переживут, — добавила она жёстко. — Надо будет только объяснить ситуацию. Но после того, как все увидели оживших мертвецов и уродцев, с этим проблем не возникнет.

— Тогда даю добро. Только как это будет реализовано?

— В городе есть крематорий. — ответил Спартак, — Можно туда всех свезти.

— А его одного на всех хватит? Впрочем, попробуйте. Это лучше, чем жечь прямо здесь, на глазах у людей. Если с крематорием не выйдет, найдёте удалённое место, куда все трупы и свозите, а я за ними присмотрю, — моё очищение, как я надеюсь, сможет предотвратить появление новых уродцев, — Ещё надо подготовиться на случай, если город захлестнёт волна мёртвых и прочих тварей. Если честно, то я удивлён, что это до сих пор не случилось.

— Это нас подводит к другому вопросу, Эдвард, — взял слово Матвей, — У нас есть запасы, мы сможем всех прокормить, но надо думать о будущем. Как насчёт устроить рейды на соседние земли и забрать всё, что осталось бесхозным?

Щекотливый момент. Мы пока наверняка не знаем, что происходит в мире. Да, Орлова говорила, что накрыло всё, только вот есть шанс, что она ошиблась. Возможно остальной мир живет себе спокойно и беды не знает. Но это пустые надежды, как мне кажется. Как-то это мелочно для Пасти. Наверняка размах её действий глобален. Понять бы ещё, чего она добилась и куда всё идёт.

Щекотливость ситуации в том, что отправить своих людей на чужую территорию с целью грабежа — это значит признать, что отныне в городе царит анархия и право сильного. Впрочем, признаю я это или нет — ничего не поменяется. Волна грабежей и так пронесётся по всей столице, так что лучше возглавить этот процесс, чем кусать локти, опоздав.

— На это тоже людей выделите. — кивнул я со скрипом, просчитывая последствия, — Я покажу, куда пока соваться точно не стоит, а куда надо наведаться в первую очередь. Матвей — это для тебя задача. Будете главной ударной силой против монстров. Если какие маги возмутятся, то зовите меня. И да, организуйте отряды так, чтобы в случае заражения, их быстро ко мне доставляли. Сами все опасности понимаете.

— Займусь, — кивнул сверх.

— Что дальше? Какие ещё проблемы свалились на наши головы?

— Работа всех муниципальных служб. Электричество, отопление, вода… Ничего не работает. — перечислил Антон Герасимов.

Говоривший дядечка этими вопросами раньше у меня на земле и занимался. Проблема заключалась в том, что всё это мой род для своих земель закупал у чужих подрядчиков. Учитывая, что произошло с городом — вся система перестала работать и это мягко сказано. Сейчас зима на улице. Проблема уже ощущалась в полный рост и требовалось срочно что-то решать. Убежища имели автономные системы, включая генераторы электроэнергии, но этого мало для всего района и того количества людей, что у нас есть.

— Детей в убежища, в тепло. Там получилось же наладить систему?

— Да, но ресурс ограничен, — ответил Герасимов, — Я уже сделал это. Дети, старики, женщины — всех стараемся разместить. С остальными — надо как можно больше людей делом занять, тогда проблем меньше будет.

Занять — это само по себе проблема. Большинство той работы, которую раньше выполняли утратила смысл. А дел, которыми можно занять толпу в три тысячи человек, не так уж и много. Живи мы в обычном мире, отправил бы всех на вылазки в город. Но сейчас это не возможно и приведёт к колоссальным потерям, чего допустить нельзя. Поэтому каждая вылазка — это подготовка хорошо вооружённого отряда, к которому как минимум в придачу идёт один сверх, а лучше пара. Тогда у них есть шансы вернуться живыми. Сверхов и магов по пальцам рук пересчитать можно, а значит отрядом мало людей выйти сможет. Сто, может двести человек. Да и то, это будет один два отряда, которых нет смысла отправлять просто бродить. Надо их в конкретные места направлять, чтобы погрузочными работами занимались. С остальными что делать?

— Подумайте, как можно больше людей вовлечь в сбор ресурсов. Ещё наладьте, кто выживших обслуживать будет. Готовка, помощь раненым и больным. За стену выпускать только хорошо вооружённые отряды. В первую очередь направить их на разграбление продуктовых сетей и складов. Всех остальных направить на прочёсывание родовой земли. Пусть те же трупы стаскивают. Ещё направьте людей, чтобы строили укрепления. Хоть землю копают, хоть песком мешки набивают, но займите всех делом. Оборону выстраивайте так, чтобы если орда мёртвых или демонов прорвалась к нам, то десяток раз споткнулась, пока до людей добираться будет. А насчёт воды, света и прочего я попробую решить вопрос. Или как минимум поспрашивать тех, кто может его решить.

Была у меня мысль обратиться к Шелия, потому что именно их род связан с энергетикой и в том числе поставками электричества. Может и по другим вопросам помогут. Или как минимум дадут специалистов. На крайний случай обозначат проблему, что нужно сделать, чтобы решить вопрос, а там видно будет.

Мда… лёгкой жизни впереди не ждёт.

* * *

— Эрми, пойдём, выйдем, — притормозил я подругу.

— Прозвучало угрожающе. — посмотрела та на меня красными от недосыпа и переутомления глазами.

— Сейчас ещё Волчонка захвачу и прогуляемся вместе. Кое-что вам расскажу.

— Неужели прольёшь свет на то, что творится в мире?

— Да.

На это лучница чуть ли стойку не сделала. Она ещё вчера ко мне с вопросами подходила, но я ничего рассказывать не стал. Волчонок тоже подвис в ожидании. Слишком его жизнь изменилась. Был никому не известным парнем, а стал чуть ли не всеобщей надеждой. Я видел, как люди на него смотрят. Как минимум с большой благодарностью.

Парня я нашёл во дворе. Он делал то, что я ему говорил ранее. Тренировал свою силу, обрабатывая людей. Махнув ему рукой, я увёл этих двоих в сторону, туда, где не было посторонних.

— Спрашивайте. — предложил я им, когда убедился, что нас никто не видит и не слушает, — У вас наверняка накопилось много вопросов.

— Что происходит? — сразу последовал вопрос от Эрминии.

— Начать с короткого ответа или сразу развернутый?

— Полноценный, — твердо ответила она.

— А ты что? — глянул я на Волчонка, — Тоже хочешь разобраться в происходящем?

— Больше хочу узнать, что со мной стало и что с этим делать.

— Как ни странно, обе темы связаны. Начну с тебя, Эрми. Что происходит спрашиваешь ты? Настал конец света. Есть предположение, что происходящее у нас здесь, также случилось и в других городах мира. Думаю, в ближайшие дни это подтвердится.

Двое подростков ничего не сказали. Хотя можно ли их так назвать? Волчонку недавно исполнилось шестнадцать лет. Эрминии через месяц где-то будет восемнадцать.

— Это всё? Конец? — выдала Эрминия спустя минуту молчания.

— Я не знаю. Вот в нём — наша надежда, как мне думается, — указал я на Волчонка.

— Во мне? — то ли удивился, то ли возмутился парень.

— Да. Но давайте я нормально объясню.

Перед тем, как позвать их сюда, я тщательно обдумал, что и как говорить. В итоге пришёл к простой мысли, что держать всё в себе больше нет смысла. Я и погибнуть могу. Если это случится, то должны остаться те, кто понимают, что происходит. Выходить к народу и выливать на них правду матку я не собирался, но сообщить своему ближнему кругу — да. Решив при этом начать с Эрминии и Волчонка. Первая моя боевая подруга. Мы вместе сражались, воевали, её люди живут на моей земле, у нас общие дела. Прошло достаточно времени, чтобы я убедился, что на неё можно положиться. С Волчонком чуть иначе. Он вроде как мой личный ученик, но из-за вздорного характера и таланта влипать в неприятности к нему меньше доверия. Но он пробудил в себе мою силу, а это меняло всё. Вообще всё, не только моё к нему отношение.

— Первое, что вам надо как следует уяснить, — начал я свой рассказ, — Это то, что Пасть — разумна. А точнее то существо или даже божество, что стоит за Пастями. Или проходами в другое измерение. Это существо древнее, ему много тысяч лет и в последнее время оно смогло достаточно развиваться, чтобы оказывать влияние на всё человечество. Лучше сразу отказаться от идеи понять это существо. Оно — не человек. Это сложно осмыслить, но вы уж постарайтесь. Есть теория, что Пасть влияет на людей. В том числе провоцирует их на агрессию. Помнишь Ротенов, Эрми? — при их упоминании лучница вздрогнула, — Когда я был за их Пастью, то видел, как им послали демонов четвёртого ранга. Не сами твари к ним пришли на зов благодаря ритуалу, а Пасть направила, потому что ей это было выгодно.

— Почему ты раньше это не сказал? — напряжённо спросила она.

— А это что-то бы изменило? Вот ты узнала, что это меняет?

— Получается, что Пасть виновата в смерти моих родичей. — ответила она с застарелой болью.

— Возможно, — не стал спорить я, — Но также она виновата в том, что восемьдесят процентов людей в городе погибло.

— Иначе говоря, наш враг — божество, которому хватило сил уничтожить мир? — выдала Эрминия.

— Пока нельзя утверждать, уничтожило или нет. Мы живы, а значит надежда на будущее есть.

— Так, ладно… Давай дальше. Хочу выслушать тебя полностью, а потом делать выводы. — Эрминия стала массировать виски, словно от головной боли спасаясь.

— Расклад такой. Пасть пришла в наш мир. То место, что находилось за проходом и куда так любили ходить маги — на самом деле не являлось отдельным миром. Это всего лишь изнанка. Которая и обрушилась на нашу реальность. Могу предположить, что это как убрать прослойку между двумя мира. Понятно объясняю?

— Не очень, — неуверенно покачал головой Волчонок.

— Тебе сложнее. Ты не был по ту сторону. — задумался я, как объяснить, — Если по простому, то есть мир людей, а есть отдельный мир, где живёт Пасть. Там никто из людей не бывал. Почти… — тут я вспомнил старика, да и себя, — Ещё была прослойка между этими двумя мирами, куда часто выбирались маги и откуда приходили демоны. Теперь же границы исчезли и наш мир схлопнулся с изнанкой. Что и можно увидеть в городе, где наибольшие разрушения. Это одна из основных угроз, с которой нам предстоит разбираться.

— Как? — последовал вопрос от Волчонка.

— Я пока не знаю. Но, надеюсь, вы мне поможете в этом.

— Как? — парень повторил вопрос, но в этот раз его эмоции были совсем другими.

— А ты ещё не понял? — хмыкнул я. — Или то, что ты спас сотни жизней за эти два дня не натолкнуло тебя задуматься о своём будущем?

— Я… — замялся он, так и не найдя, что сказать.

— Эдвард, давай дальше. Это ведь не всё? Что делать обсудим, как договоришь.

— Это далеко не всё, да. То, что я расскажу — не должно выйти из этой комнаты. Надеюсь, это понятно? Волчонок, тебя это в первую очередь касается. Даже мальчишкам нельзя рассказывать, пока я добро не дам. Усёк?

Парень нахмурился, но кивнул.

— Если усекли, слушайте дальше. Есть остатки человечества, которые сейчас погрузились в хаос. Чтобы оценить масштабы, надо понимать, как устроено человеческое общество. Уже сейчас мы столкнулись с тем, что в домах нет тепла. Люди мёрзнут. Нет электричества. Перебои с водой. Не факт, что эти проблемы получится решить быстро, да и вообще решить, потому что мир слишком сильно изменился, и мы не знаем, как именно и насколько далеко эти изменения простираются. Больше еду в магазине не купишь, потому что некому её будет туда завести. Больше люди не будут ходить в офис за зарплату, по крайней мере, не скоро к этому вернутся. И точно не в том виде, как это было раньше. Первое, что вам надо понять — мир изменился и не в лучшую сторону. Поэтому настраивайтесь на суровое выживание. Еда, лекарства, все блага цивилизации отныне в ограниченном количестве, возможно невосполнимом. Это приведёт к тому, что люди будут голодать, умирать от болезней, что подтолкнёт их мародерству и борьбе за выживание. Город заполонят одиночки, банды и вооружённые отряды. Человеческая жизнь перестанет ценится.

— Жуткие вещи ты рассказываешь, — покачала головой Эрминия, при этом поглядывая на Волчонка.

Саму её сказанное не шибко тронуло, а вот парня впечатлило. Кажется, о столь масштабных последствиях он не думал.

— Это что касается стороны людей, как вида. Против нас выступает Пасть и её возможности я не могу до конца представить. Вы знаете про демонов, мертвецов, вчера появились уродцы. Ещё могут возникнуть болезни, может дойти до перехвата контроля над магами. Уверен, это малая часть того, какие проблемы нам доставит Пасть. Придумать, что делать против неё — первоочередная задача.

— Но Пасть — это не всё, с чем нам предстоит столкнуться? — заметила Эрминия.

— Не всё. Есть и другие фракции, которые могут нам доставить проблемы. Есть организация, которая проникла во многие структуры. Её цель — уничтожение Пасти, а заодно и магов. Отчасти именно они спровоцировали то, что произошло два дня назад.

— Что за организация?

— У них нет названия, насколько я знаю. Так и называют себя — организацией. Если от них что-то осталось, то вы должны знать, что на их стороне есть изменённые люди. Они быстры, сильны и опасны. Их изготавливали, как оружие против магов.

— Изготавливали? — вырвалось у Волчонка, да и Эрминия дёрнулась.

— Да. Эрми, ты можешь догадаться, о ком я говорю. Случай в лесу.

— Первый?

— Он в том числе.

— Дерьмо, — ругнулась она.

— Да, — согласился я, — Организация и изменённые это вторая сторона конфликта, которую нам надо опасаться. Третья сторона — есть человек, Нойманн Рихт, который владеет технологиями, опережающими весь мир на несколько десятков лет. Именно он придумал устройства, которые оказались способны закрыть Пасть. Одно такое вы видели вчера.

Оно, кстати, в итоге отключилось. После того, как я его привез, проработало ещё часов двенадцать и угасло. В итоге его рискнули разобрать, но что там за технология применяется никто понять не смог. Не удивлюсь, если в городе в принципе нет достаточной научной и технологической базы, чтобы воспроизвести устройство.

— Эта штука мои силы блокировала. Не до конца, но значительно их подавляла, — поделилась Эрминия, — Я попробовала сопротивляться, немного получалось, но… Потом это устройство вырубилось.

— То, что смогла сопротивляться — это хорошо. Думается мне, маги смогут адаптироваться к этой штуке. Но там, где одно устройство, там и другие. Понимаете, к чему всё шло?

— Магов хотели свергнуть позавчера ночью? — уточнила Эрминия.

— Свергнуть?

Я глянул на Волчонка, задавшего этот вопрос. Кажется, у него информационный перегруз. Слова вроде слышит, а что за ними стоит, уже не понимает. Досталось мальцу… Жил себе, не тужил. Все дела сводились к школе, занятиям со мной, мир был привычным и понятным. А тут на него откровения такого уровня вывалили. Не удивительно, что у него мозги плавятся.

— Волчонок, — обратился я к нему, — Помнишь, когда вы с Эльзой жили у Пасти, то там была конкуренция среди банд мальчишек?

— Помню, — кивнул он, хватаясь за что-то ему знакомое.

— Нет разницы между большой политикой и конфликтами мелких банд. Это основа человеческого общества, на которой оно строилось всю последнюю историю, начиная с пещерных времён, когда наши предки только научились добывать огонь и заканчивая сегодняшним днём. Конфликт — вот основа всего. Есть разные противоборствующие силы, что конфликтуют за власть и ресурсы. Без разницы, кто. Мальчишки во дворе. Ученики в школе. Маги и государство. Если хочешь разобраться в происходящем, тебе это надо всегда держать в голове и задаваться вопросом. Какие есть стороны конфликта? Какие у них цели и в чём суть конфликта? Надо оно тебе участвовать в этом или проще пойти иным путём? Некоторые конфликты избежать не получится. Такой, как с Пастью, например. А если ты хочешь жить хорошо, то и вовсе. Придётся много с кем сразиться. Не обязательно это будет драка. Чаще всего нет. Но потрудиться придётся в любом случае. Понимаешь?

— Идея понятна, — кивнул парень, — Но всё равно. Технологии, маги, изменённые… — покрутил он рукой, выражая смятение.

— Ничего, разберёшься. Я вам это рассказываю, чтобы вы понимали, какие силы играют против нас. Какие-то из них могут оказаться полезными, но ради этого тоже придётся постараться. Есть обычные люди, есть Пасть, есть изменённые и организация, есть Нойманн. Ещё есть отдельные рода магов. С некоторыми из них я дружу. Это Шелия и Михайловы. В случае чего можно рассчитывать на помощь от них. Есть другие, с кем враждую. Такие как Орловы. Возможно, есть ещё кто-то, кто пока себя не проявил.

— Если всё, то это подводит нас к вопросу. Зачем ты это рассказал и что хочешь предложить? — спросила Эрминия.

— Что предложить… — эхом откликнулся я, задумавшись, — Мир рухнул и если хотим выжить, нам надо построить на его руинах что-то новое. Достаточно крепкое, чтобы выдержало все трудности. И ты, Волчонок, наша надежда.

— Я?

На парня было жалко смотреть. Вся его задиристость куда-то разом подевалась. Но ничего. Дальше будет только хуже.

Глава 11. Земли Орловых

— София!

Женщина шла в штаб, чтобы обсудить ситуацию c людьми. Но её попытался остановить брат. Он перехватил её на улице, перед самыми дверьми в здание.

— Чего тебе? — нахмурилась она, раздражаясь от того, что кто-то тратит её время.

— Я хочу участвовать. — выпалил Павел. Взгляд серьёзный, кулаки сжаты, решительности хватит на десятерых.

Но под её немигающим взглядом решительность дрогнула, дала трещину. Все эти детали не ускользали от женщины. Спасение родственников прошло штатно, всех их разместили на базе, после чего они… В общем, женщина с ними церемониться не стала, и просто посадили их куковать, пока остальные работают. Кого-то это устраивало, но видимо не всех.

— В чём? — холодно смотрела Орлова на брата.

— Во всём. Я твой брат, если ты забыла. И наследник рода!

— Лучше иди к остальным и не мешай взрослым делать свою работу, — ответила она презрительно.

От этих слов лицо Павла закаменело. Он порывался что-то сказать, но София призвала свою силу, от чего брат закаменел уже буквально. Его мышцы парализовало.

— Если хочешь помогать, то стань сильным. Сможешь сбросить оковы? Давай, попробуй.

Лицо мужчины пошло красными пятнами, а глаза напряглись так, что того и гляди, лопнут и вытекут. К чести мужчины, он смог дёрнуться и его рука, пусть и медленно, но стала приближаться к сестре. На что та довольно улыбнулась.

— Неплохо. Может ты и не так бесполезен. Вот тебе задание — подчини мрак. Справишься — будет тебе дело. Если обезумеешь — не обижайся.

Не дожидаясь реакции, Орлова развернулась и вошла в здание, где ждали её люди с докладами. Подошёл к концу второй день после трагедии. Уровень хаоса снизился и требовалось подвести итоги, чтобы понимать, с чем им всем работать.

Относительно происходящего женщина испытывала смешанные чувства. С одной стороны все её мечтания, которые казались столь важными ещё пару лет назад, сбылись. Она обрела силу и заняла главенство в роду. Никто не смеет с ней больше спорить или задвигать на вторые роли. Силенок не хватит для этого. Кто из родичей остался? Только Павел обладает хоть какой-то силой и всё что он может, едва пошевелиться, когда София призывает малую часть своих сил.

Мечты сбылись, но удовлетворения они не принесли.

Раньше ей хотелось, чтобы родственники её уважали. Хотелось получить признание. Уважения не случилось, случилось подчинение на уровне инстинктов. Да и у кого там теперь уважение искать? У отца, который сломался и больше не может быть главой рода? У брата-слабака? У женщин, детей и стариков? Уважение семьи, как способ самоутверждения потерял весь смысл.

Софии хватало смелости в этом себе честно признаться. Наверное, это и есть взросление. Когда ты перестаёшь что-то доказывать родственникам. Когда женщина это осознала, она испытала облегчение. Как бы горько это не было, но значимую часть её мотивации составляло именно это желание доказать, что она сильна. Вроде неплохая мотивация, но на самом деле ущербная, заставляющая тратить много сил на бессмысленные метания. Сейчас же, когда доказывать больше ничего не надо, можно выдохнуть, как ни странно. Выдохнуть и плотно заняться развитием своей силы.

Да и семья теперь видится в несколько другом ключе… София очень хорошо запомнила момент, когда чуть не потеряла себя под давлением Пасти. Принцип этой потери очень простой. Пасть — сильна. Невообразимо сильна. Её совокупная мощь превосходит всё то, что в принципе может быть доступно людям.

Поэтому требуется тотальная самоотдача, выдающаяся самодисциплина и сила воли, чтобы противостоять чужому давлению. Это была ещё одна причина, почему женщина так холодно отнеслась к брату. Он слаб. Не только как маг, но и как человек. Нет жесткости по отношению к себе, нет внутренней устойчивости. Слабости так много, что все противоречия, одолевающие его — видны за версту. Надави на него ещё чуть больше и мальчишка в теле мужчины сломается. Поэтому София не могла ему доверять. А без доверия, как подпустить его к делам?

Два последних дня заставили пересмотреть весь подход, как к себе, так и к пути мага в целом. Об этом пока было рано утверждать, но внутри Софии трепетало предвкушение, что она нашла решение извечной проблемы всех тёмных магов. Каждый из магических родов знает: чем больше силы набираешь, тем выше риск свалиться в пучину безумия. Считалось, что виной тому именно сила. Эта идея настолько укоренилась в головах у магов, что выработался инстинкт, избегать излишков силы. Поэтому в мире было так мало древних семей, что пережили века. Если род набирал слишком много силы, то мог погибнуть полностью из-за безумия самих членов семьи, которые должны были его защищать. Если не набирал достаточно сил, то мог пасть от рук врагов. Непрерывная ротация в истории магов. Сильные бояться стать ещё сильнее, поэтому их пожирают те, кто не испугался. Но уже следующие поколения их наследников снова боятся и так по кругу, до бесконечности.

Когда София в один момент чуть не утратила себя, а потом смогла вернуться, в первую очередь благодаря Клозу, она задумалась, а что осталось от неё последним. Когда теряешь себя по кускам, что остается последним? Этот вопрос беспокоил женщину, и ответ оказался банален. Последним гибнет твой стержень, центр воли. Пока он есть, даже в случае захвата ещё можно сопротивляться. Если он исчезает, то и от человека ничего не остаётся. Сознание утрачивается.

Поэтому женщина сформировала для себя задачу развивать свой центр воли. Для чего, ни много ни мало, требовалось достичь внутреннего совершенства. Когда эта задача была сформирована, перед Софией открылся целый пласт для развития. Какой толк изучить новое убийственное заклинание, если тебя внутри разрывают противоречия, обиды, ненависть и пустые стремления? В этом и заключалось испытание силой. Если система неустойчива, то обретенная мощь разрушит её своим давлением.

То, что задача для развития стала ясна, не означало, что реализовать её будет легко. Эти два дня, София помимо того, что пыталась спасти земли рода и своих людей, переосмысливала всю свою жизнь. В том числе отношение к семье. Если раньше она искала там поддержу и защиту, то теперь нашла совсем другое. Принципиально иной источник силы в своём роду.

Орлова всего лишь захотела стать опорой для других и перестать искать опору для себя. В этом была принципиальная разница, что добавляла ей устойчивости. Которой сейчас ох как не хватало.

Брат остался внизу. Оставалось дождаться, что он будет делать. Больше София не испытала по отношению к нему обиды и разочарования. Почти… Что-то ещё оставалось, но пройдет время, женщина и с этим разберется. Сейчас требовалось заняться другими делами.

— Докладывайте, — прошла она в зал, где её дожидались те люди, которых она поставила руководить в новом хаотичном мире.

— Удалось спасти пятнадцать тысяч человек, госпожа, — встал Ярослав Толк, начальник корпуса стражей, а заодно главный человек среди обычных людей.

Именно к нему сходились основные потоки информации, которые он в свою очередь доносил до Софии.

— Это люди вашего рода, — уточнил он, — Ещё около пяти тысяч человек прибилось к нам с соседних районов. Итого двадцать тысяч. Без отопления, электричества, провизии и лекарств долго мы не протянем, — не жаловался, а говорил очевидное мужчина, — Я уже организовал поисковые группы. Это было сделано ещё в первый день, но мы ограничены прикрытием. Без него в городе сейчас делать нечего.

— Что с переболевшими?

— Девяносто процентов мутировало или умерло, — сухо ответил мужчина.

Переболевшие — это группа в сотню человек, которых поразила новая зараза в виде хлопьев Пасти. Маги её уже прозвали мраком. Что-то в этом было. Когда эта субстанция в любом количестве касалась живого человека, начиналась трансформация. Эту сотню Орлова приказала собрать из пришлых людей, что не принадлежали к её земле и поместить на карантин. Требовалось изучить новую угрозу и чем раньше это будет сделано, тем лучше. Ответственным за это она назначила Дарка, который дожидался её с личным докладом. Сейчас же она слушала сухие цифры отчёта.

Десять человек из ста выжило и сохранили рассудок. Семьдесят процентов из погибших мутировали в непонятно кого. Внешне люди, а по поведению — звери. Их пришлось убить.

София молчала слушала доклад, анализируя ситуация. Ничего хорошего их не ждало. Большая часть людей, что раньше жили на землях Орловых — погибла. Остальные выжили чудом. Отчасти благодаря своей способности противостоять новой угрозе, отчасти благодаря самой Софии и её последователям, что нашли способ, как разгонять мрак.

— На сколько хватит запасов?

— Если на двадцать тысяч человек, то на пару месяцев. Но нас скорее убьёт холод и анархия. Внизу вас ожидают преступники. С ними тоже надо что-то сделать. Я подготовил список их провинностей.

София взяла бумаги, пробежала глазами по скупым строчкам. Мародерство, убийства и попытки изнасилования. На такую толпу, да в такое время людская природа дала о себе знать. Вполне ожидаемое развитие событий, которое требовалось пресечь на корню. Но это вопрос быстро решаемый… Есть и другая проблема. Как бы не были плохи их поступки, для общего настроя хуже другой тип людей — подстрекатели. Вот их София уже ненавидела всей душой. Это особый тип людей, который провоцировал панику, рассказывая, как всё плохо. Сейчас и правда плохо, но какой смысл нагнетать, подавляя и без того подавленных людей?

Что же, сами напросились.

Когда совещание закончилось, София вышла на улицу, куда уже привели преступников. Почти тридцать человек. Как всегда бывает в таких случаях, толпа людей собралась вокруг, ожидая, что сейчас произойдет.

— Насильников, убийц и мародеров в одну сторону. — приказала она.

Стражи бросились исполнять приказ, оттаскивая людей. Пятеро здесь находились за драку. До убийства дело не дошло, но с ними всё равно надо было что-то делать. Двадцать три человека же переступили черту.

Орлова взмахнула рукой и всю эту группу людей накрыла чернота. Секунда и на землю упали обгорелые трупы. Запахло палёным, кого-то из толпы вырвало, послышались крики ужаса.

— Если до кого-то не дошло! — разнёсся её голос над всей толпой, усиленный магией, — Настали трудные времена. И у меня нет времени возиться с идиотами, которые не способны соблюдать порядок. Если это кому-то не нравится, то у вас есть право уйти в любой момент, никого держать не буду. На этом всё.

Народ заволновался, но не прошло и десяти секунд, как толпа стала рассасываться. Все вдруг резко вспомнили, что у них есть дела.

— Уберите трупы и сожгите их, — дала приказание женщина, — Что касается вас, — подошла она к пятёрке мужчин, — На два дня под замок, без еды, давать только воду. Если драка повторится, изгоню со своей земли. Если убьёте кого-то, то видели, что будет.

Впечатлённые демонстрацией мужики лишь закивали, понимания, что беда их миновала. На фоне смерти два дня без еды не так уж и страшно.

То, что кто-то покинет земли женщина не боялась. Наоборот, рада будет, если тысяч пять человек свалит. От них сейчас никакой особой пользы нет, если говорить по правде. А кормить, поить и обеспечивать жильём надо. Так что люди балласт, но никак не поддержка в эти трудные времена. Против демонов они сражаться не умеют, против мёртвых тоже… А проблем выше крыши. Так что Орлова не собиралась церемониться.

* * *

Направляясь к зданию, где её дожидался Дарк, женщина увидела отца. Он впервые вышел на улицу и сейчас стоял, опираясь на трость.

— Чего тебе? — остановилась рядом с ним София.

— Да вот, смотрю, как правит моя дочь.

— И как?

Женщина не ждала одобрения. Ей было интересное другое. Что скажет этот сломленный старик, что раньше сам был главой.

— Быть может, в тёмные времена нужен кто-то с тёмной душой. — ответил он образно.

Если в его словах и была издёвка, то скрытая. Хмыкнув, София отправилась по делам, выкинув этот случай из головы. Больше похвала отца её не интересовала.

— Госпожа, — встретил её Дарк, как всегда, склонив голову.

— Покажи мне десять выживших.

Десяток счастливчиков выглядели, как люди, перенесшие тяжёлую болезнь. София присмотрелась к ним, оценивая. Что в них такого, что они смогли перебороть мрак? Она уже успела изучить эту субстанцию. По сути, мрак — это проявление концентрированной энергии Пасти. Плоть божества в каком-то роде.

Так как женщина являлась мощным практиком высшей магии, то прекрасно чувствовала эту субстанцию. Что несколько нервировало, потому что мрак теперь скрывался повсюду. Он был в щелях, между стен, в земле, в воздухе, в растениях. Мир постоянно менялся, обычные люди были не способны это увидеть, но Орлова это прекрасно ощущала и искала способ, что с этим делать.

Пока она смогла только разрушать мрак. Её последователи — изгонять. Их сил было достаточно для этого. Но не достаточно, чтобы уничтожить мрак окончательно.

И вот в этом противостоянии появился десяток людей, что смогли пережить касание мрака. В чём их особенность?

— Жить хотите? — спросила она.

— Хотим, — ответил один из мужчин, даже не поглядев на остальных.

— Тогда будете подчиняться напрямую мне. Сегодня вы отринете всю свою прошлую жизнь. Откажетесь от имени, фамилии, всех своих прошлых смыслов и целей. Вашей задачей станет единственная цель — обретение силы. Если согласны, переходите под моё начало. Если нет — проваливайте.

Всё же София смогла кое-что разглядеть в этих людях. Этим чем-то был потенциал.

Глава 12. Прощай детство

Волчонок очнулся порывисто, дёрнувшись всем телом, за час до того, как надо было вставать. Снилось, что напал монстр, что люди умирают от болезней, что надо бежать кого-то спасать… С трудом сообразив, что это всего лишь дурной сон, парень лёг обратно и постарался успокоиться. Ночь он провёл в общем зале, где ютилось ещё десять человек. Не смотря на портативную грелку, в помещении царил холод и тело успело продрогнуть. Провалявшись минут десять и убедившись, что уснуть уже не получится, Волчонок тихо поднялся и вышел из комнаты, перед этим бросив взгляд на своих парней. Те спали в одном ряду, накрытые в несколько одеял.

Вчера вечером Эдвард загрузил мальчишку так, что до сих пор в голове не укладывалось. Требовалось обдумать внезапные изменения в собственной жизни. Слишком резкие и порывистые. Волчонок ощущал себя оторванной щепкой, которую подхватил ураган и сейчас разобьёт о скалы. Поэтому парень отправился наверх, на крышу. Пусть там и холоднее, зато думается лучше.

Пока шёл, глаза автоматически выискивали следы мрака. Парень достаточно насмотрелся за последние дни, чтобы понимать всю опасность этой субстанции. На улице царила ночь. Рассвет прибудет где-то через полчаса, если мальчик не запутался во времени. В здании всего пять этажей, вид на весь город не открывался, но на площадь рядом — да. Поёжившись от холода и закутавшись плотнее в куртку, Волчонок добрался до края и свесил ноги. Тётушка скажет, что это неоправданный риск и прочитает очередную лекцию, но это если она узнает.

Внизу, не смотря на тёмное время ночи, народу хватало. Эдвард выставил оцепление, отвечающее за ночную безопасность мирно спящих людей. На вторую ночь его волчата жаловались, что раз пять от выстрелов просыпались. Это то твари забегали, то мертвецы, то уродцы. Последние особо пугали Волчонка, хотя он в этом никому и никогда не признается.

Сам же Волчонок спал, как убитый, поэтому никаких выстрелов не слышал. Зато сейчас увидел. Вдалеке раздалась стрельба, кто-то выдал пару очередей и всё затихло. Охрана внизу засуетилась, связалась с кем-то по рации и успокоилась. Значит нормально всё, можно выдохнуть.

Хочешь не хочешь, но то, что происходит внизу было хорошо видно. Электричество всё ещё отсутствовало, зато стражи притащили бочки, где и разожгли огонь. И свет есть, и погреться можно. Волчонок ещё раз поёжился и задумался, не спуститься ли ему вниз. Суровые мужики его не прогонят. Наоборот, рады будут. Парень уже насмотрелся на то, как на него реагируют люди. Все радовались, когда он мимо проходил и были не прочь, чтобы он опять здесь это своё колдунство применил, изгоняя мрак. Колдунство — это так один из незнакомых мужиков сказал, прося о помощи. Слово прицепилось к Волчонку. А как ещё назвать это? Эдвард называет очищением, но по мнению парня, колдунство оно и есть колдунство. Не магия же. Какой маг из Волчонка?

На этой крыше было одиноко и хорошо. Здесь не надо выглядеть уверенно, здесь можно бояться. Страшно было так, что живот сводило. Или не страшно, а тревожно. Эмоций столько, что и жизни не хватит их переварить. Эдвард говорил, что надо медитировать и делом заниматься, тогда легче станет. Волчонок в целом был согласен, но пока не понимая разумом, какой-то внутренней частью себя чуял, что надо осмыслить эмоции и дать им волю. Иначе съедят.

Волчонок тревожился. У него имелась целая сотня причин, чтобы переживать. В день трагедии, он планировал идти в школу, как и в прошлый день, и позапрошлый. А ещё планировал после уроков позвать одноклассницу гулять. Как делал это уже несколько раз, а она соглашалась. Последняя их прогулка так и вовсе, закончилась поцелуями и обниманиями. За что пацаны его подкалывали, что он всё, влюбился и пропал для них. В ответ Волчонок сам подкалывал, что они просто завидуют и им тоже не помешает кого-то позвать на свидание. Тем более, были девчонки, которые заглядывались на его пацанов, так что почему бы и нет. Но те робели, в чем тоже никогда не признаются.

Девушку, которую Волчонок хотел позвать на свидание звали Алёна. Где она сейчас — парень не знал. А раз он не знал, значит есть все шансы, что она мертва. Если же быть до конца честным с самим собой, то вероятность этого сто процентов. Алёна жила недалеко от дома, где жил Волчонок. То есть на землях Эдварда. Если её нет среди выживших, то…

От этого было вдвойне тревожно и больно. Волчонок просто не знал, что делать с этими чувствами, как их пережить, к кому обратиться за помощью. К Эдварду? Так тому самому не легко. Парень видел, как его наставник работает на износ, ночью выключаясь от усталости. Да и после вчерашнего разговора, когда Волчонок прикоснулся к тому уровню проблем, что их окружает, все его личные трудности показались мелочными. От чего не перестали приносить страдания.

Ещё Волчонок боялся, что не выдержит. На него повесили груз ответственности, который нет сил держать. Эдвард объяснил ему, как развивать очищение, что нужно для этого делать. Дал задания и практики, которым надо уделять по несколько часов в день. Это помимо того, что каждый день требовалось обрабатывать десятки людей, которых коснулся мрак.

Где взять силы? Волчонок чувствовал, как гудит мозг, как внутри всё рвётся от напряжения, но не знал, куда податься.

Внезапно Волчонок дёрнулся, услышав, как открылась дверь на крышу. Ту давно никто не смазывал, гул и скрип всю округу известил, не только парня.

— Эй, мелкий, ты что тут делаешь? — донёсся сквозь завывания ветра удивлённый голос Эрминии.

— Чего тебе, заноза? — набычился парень, но больше для виду, чем по настоящему.

В этом Волчонок не признается, но Эрминия нравилась парню. Да она всем пацанам нравилась. Чего стоят её тренировки, когда она в облегающих штанишках и топе растягивалась, крутилась и вытворяла чудеса изворотливости. Осознав, о чём думает, парень смутится и отвернулся.

Девушка же прошла вперёд и плюхнулась рядом, ничуть не боясь высоты. Ну да после того, как её Эдвард кидал по всему залу, часто прикладывая об стены, а она после этого вставала, как ни в чем не бывало, Волчонок сомневался, что падение с высоты пятого этажа убьёт девушку.

— Вообще-то это моё место, — дерзко заявила она.

— Это общая крыша и я первый пришёл, — ответил спокойно парень.

Слишком хорошо он знал характер этой девушки. Не то, чтобы она сильно дружила с мальчишками, но вот подшутить над ними считала милым делом. Чем частенько несказанно бесила.

— Дай угадаю. Пришёл сюда грустить, жалеть себя, думать, как всё плохо, что не знаешь, как жить и что теперь делать? — глянула она на него, — Понимаю. Очень знакомое состояние.

— Да что ты в этом понимаешь? — возмутился Волчонок.

Он не знал, через что прошла Эрминия. Для него она всегда была милой лучницей, с которой дружит Эдвард. А ещё она была магиней. Значит, у неё по определению всё было хорошо и тяжелой жизни она не знала. У парня из трущоб, как он думал, было право так думать про любого представителя золотой молодежи.

— Действительно, — фыркнула Эрминия, ничуть не задетая его словами, — Ты ведь у нас белый Волк. Видел жизнь. Жил в трущобах. А я золотая девочка. Девочка, которую никогда не похищали, не собирались принести в жертву, чью родню не перебили, а дом не сожгли. Девочка, которая никогда и никого не убивала и свою кровь не проливала.

В её голосе было столько яда и сарказма, что Волчонок невольно вздрогнул.

— У тебя всё это было в жизни? — не поверил он.

— Не важно. Что было, то было. Просто знай, что не одному тебе хреново. Всем тем людям, что внизу — кивнула она в сторону улиц и домов, — Тоже паршиво. Может больше, чем тебе. Многие похоронили своих родных.

Волчонок задумался. Он часто был диким, но не тупым.

— И что делать? — наконец спросил он, спустя долгую минуту.

— С чем?

— С тем, что разрывает изнутри. С тем, что так хреново, что аж жить не хочется, — выдал он прямо.

— Быть проще. Не драматизировать. — отчеканила лучница. — Помнить, что жизнь продолжается.

— И…? — Волчонок повертел рукой, пытаясь сформировать вопрос.

Слова вроде понятны, но как это в жизнь воплотить…

— Чего тупишь, а? — ткнула его локтем в бок лучница, — Вот ты сидишь, ноешь тут. Какой смысл? Тяжело? Так и что? Если смаковать это, то сам себя съешь. Кому от этого хорошо будет? Тебе? Другим? Нет. Я тоже себя жалела. Прекрасно знаю, что толку в этом нет.

— А в чем есть?

— В делах. На мне мои люди. Задача возродить и продолжить род. Много ответственности. Это не даёт возможности тратить время на жалость к себе. Найди себе цель, если хочешь выжить. Найди смысл. А потом топ-топ-топ ножками к нему. Тренируйся, занимайся, посвяти себя чему-то. Тем более, у тебя уже есть, чему. Твои способности — уникальны. В нынешние времена ты теперь даже немного круче, чем маг. Понимаешь это? Не просри возможность. Твои способности нужны людям. А теперь иди уже. Не одному тебе хочется посидеть и подумать.

— А как же перестать жалеть себя и всё такое? — улыбнулся Волчонок.

— Кто сказал, что я собираюсь жалеть себя? У меня по плану тренировка, — фыркнула Эрминия.

— Ладно-ладно, оставляю тебя здесь.

Но перед тем, как Волчонок ушёл, он спросил ещё кое-что.

— Как думаешь, у нас есть шансы?

— На что?

— Выжить.

— А какая разница? Всё равно надо бороться до конца, чтобы помирать было не стыдно.

Чтобы помирать было не стыдно… Волчонок пообещал себе запомнить эту мысль.

* * *

Спустившись вниз, он пошёл будить своих парней. Не одному же ему отдуваться. Первое, что сделал парень, войдя в комнату, это собрал внутри силу, как учил Эдвард и послал её мягкой волной на всё помещение. Сразу стало легче дышать. Мрак проникал всегда и повсюду. Даже в этом относительно чистом зале скопились крупицы, что оказывали влияние на людей.

Кто-то от воздействия проснулся, но быстро сообразил, что произошло и облегчённо выдохнул. Когда тебя избавляют от участи стать безумным зверем, невольно переполнишься благодарностью.

Растолкав мальчишек, Волчонок шикнул на них, чтобы не шумели и указал на выход. Те, не особо довольные побудкой, вынужденно смирились с неизбежным.

— Чего так рано? — жалобно проныл Болтля, сразу же получив подзатыльник.

В сугубо профилактических целях. Впрочем, давно прошли те времена, когда самый младший из них был слабым и тихим. На одних рефлексах, продолжая зевать, Болтля ткнул кулаком в корпус Волчонку. Тот привычно заблокировал и отвесил ещё один подзатыльник. В этот раз для мотивации.

— Эй! — возмутился мальчишка.

— Хватит вам. Волчонок, ты чего нас разбудил? На улице же темнота. — голос Бегунка звучал недовольно.

— На разминку идём. Для начала давайте согреемся.

Кары, что обрушили мальчики на его голову, Волчонок пропустил мимо ушей, уведя мальчишек в соседний коридор. Подходящего места для занятий сейчас не было, но разве это повод отказываться от разминки? Быстро разогреться, потянуться, а потом отжимания, приседания, снова отжимания, несколько раз повторить. Холод постепенно отступал, а тела разогревались. Там и рассвет наступил. А вместе с этим люди стали подниматься, выходить из квартир и идти заниматься делами. Внезапно в городе, где отказало электричество, изменился график работ. Без света-то как делами заниматься. Никак. Поэтому люди и вставали рано, потому что сделать нужно было многое.

— Белый Волк! — воскликнул один из мужчин, что проходил мимо, — Как сегодня?

— Нормально, — ответил хмуро парень.

Его бесило, когда другие называли его Белым Волком. Вопрос же был типичным. Нормально — это про то, не захватил ли мрак души людей. В ответ мужчина счастливо улыбнулся и убежал по лестнице вниз. На фоне других лиц, заспанных, с мешками под глазами, этот живчик выглядел как свет во мгле.

— Ты у нас теперь большой человек, — заметил Бегунок.

— Я тоже так хочу, — заявил Болтля, — Что тебе вчера Эдвард говорил? Он рассказал, как открыть такую же силу?

Звучало это донельзя наивно, от чего Волчонок сморщился ещё больше.

— Он совсем другое рассказывал. Если хочешь такие же силы, то иди и спроси его, чего ко мне-то лезешь.

— Так я уже подходил, — вздохнул мальчишка, — Он ответил, что способности проявляются спонтанно.

— Тогда чего ты меня спрашиваешь? Или думаешь, Эдвард бы что-то скрывал?

— Кто его знает. — пожал плечами мальчик, — Но силу то хочется. Вон ты какой важный теперь.

— Думаешь, это весело? — возмутился Волчонок. — Так, идём вниз. Нас ждёт пробежка, заодно периметр проверим.

После вчерашних откровений, Эдвард ещё задержал парня и выдал ему ряд задач, обсудив то, что произошло за день. Как понял Волчонок, его тело научилось вырабатывать антипод магии. Слабо понимая, что такое антипод, парень воспринял это, как нечто противоположное. Словно у него появилась сила, действующая на проявление Пасти, как чистящее средство на грязную посуду. Раньше в качестве наказаний Волчонку часто её мыть приходилось дома у Тётушки, так что такая ассоциация пришла не просто так…

— Грош цена любой силе, если ты её не можешь контролировать, — говорил вчера Эдвард, буквально впечатывая слова и в без того перегруженное сознание Волчонка. Парню даже показалось, что это какое-то воздействие и что Эдварду приходится к этому прибегать, потому что на нормальное обучение нет времени, — Твоя первоочередная задача — изучить свою силу, а потом научиться её контролировать. Ты пробудился стихийно, не осознавая, что и как делаешь. Попробуй найти тот центр, что находится внутри тебя и отвечает за генерацию этой энергии. Постоянно прислушивайся к нему. Наблюдай за тем, какие ощущения будут возникать в течении дня. Уверен, поводов для применения очищения ты найдешь много.

То, что говорил Эдвард отчасти было знакомо парню по прошлым тренировкам с ним. Он много времени тратил на то, чтобы мальчишки постигали возможности своего тела. Наблюдение за ощущениями, управление вниманием и концентрация — тоже было хорошо знакомыми. Поэтому чисто технически Волчонок разобрался для себя, что ему нужно делать. Осталось сделать.

Он вывел мальчишек на улицу и погнал их вокруг здания. Правда, лично сам он смог пробежать лишь круг.

— Волчонок! — махнул ему один из стражников, — Нужна твоя помощь! Заражённых привезли!

Виновато глянув на пацанов, парень получил в ответ насмешки, что мол, давай иди, отлынивай от тренировки, которую сам и начал. Насмешки были без злобы, все понимали важность очищения заражённых, но от этого легче не становилось. Как-то неудобно вышло…

Мальчишки продолжили свой бег. Тренировки они любили, а то, что ворчали с утра — так это привычные их игры между друг другом. Сам же Волчонок отправился к стражу. Приехал автобус с людьми. Очередные беженцы. Всех своих на земле уже собрали и помогли.

Лишних вопросов парень задавать не стал. И так всё очевидно. Он такие автобусы десятки видел только за вчера. Внутри человек тридцать сложено в полуобморочном состояние. Водитель тоже на последнем издыхании. Как только доехали? Парень знал, что сюда много кто направляется. Но мало кто доезжает. За периметр стен было лучше не соваться. Это здесь Эдвард лично возглавил зачистку от демонов и мертвецов. Да Эрминия ещё помогала вместе со сверхами. А что творилось в городе — судя по рассказам, там царил настоящий ад.

Парень подбежал к автобусу, заглянул внутрь. Заразиться он не боялся. Очищение выжжет любой мрак. А если не любой, то Эдвард всегда поможет. Опасны только последние стадии заражения. Если человек добрался до неё, то в большинстве случаев ему уже не помочь. По-крайней мене не с силой Волчонка.

Собрав внутри себя заряд, парень ударил по всему автобусу. Эдвард об этом предупреждал, что сила будет нарастать, если её развивать. Но есть риск надорваться. Сейчас, с утра, когда запас энергии полон, Волчонок решил проверить себя. Накрывать весь автобус — это что-то новое для него. Но тут стоит признаться, что работа только начиналась. Накрыть то накрыл, но это была лишь поверхностная очистка скорее самого автобуса, а не людей. Теперь же предстояло как следует поработать.

Войдя внутрь, направил поток очищения на водителя. Того выгнуло дугой и вырвало прямо на руль. Привычное зрелище… Организм испытывал слишком сильные потрясения и не выдерживал.

Не задерживаясь, Волчонок направился дальше. На переднем сиденье женщина, что прижимала ребёнка. Тому повезло. По какой-то причине мрак его почти не коснулся. А вот её да. Слишком много набрала. От удара очищением тело затрясло и она отключилась. Парень знал, что стражи сейчас окружают автобус, а целителей уже позвали. Те займутся пострадавшими сразу, как только он закончит.

Следующая пара людей, ещё и ещё. Волчонок работал методично. Где-то в середине автобуса он увидел труп. Человек умер, его кожу покрывали трупные пятна. От зрелища Волчонок замер. Не то, чтобы его пугали мертвецы, просто… Начать день с мёртвых вгонит в ступор и тех, кто покрепче, а не только подростка.

Заминка обошлась дорого. За спиной, без всякого рычания и шума, нарисовалась тень, что набросилась на парня и повалила его прямо на труп. Да так неудачно, что ни вырваться, ни дёрнуться. Закричав от боли, Волчонок забился, пытаясь скинуть с себя существо, которое вцепилось ему в плечо.

Схватка длилась секунд десять, а потом вбежавший стражник приложил заражённого прикладом и оттащил от парня.

— Живой? — крепкие руки схватили и резво поставили на ноги.

Придя в себя, первое, что сделал Волчонок, это выпустил волну очищения, сразу на весь автобус, в разы массивнее, чем до этого. Людей затрясло, кто-то захрипел, ещё несколько стошнило и в автобусе стало нечем дышать. После этого Волчонка увели на улицу, прибежал кто-то из руководства и быстро навёл порядок.

— Кто, мать вашу, пустил пацана в закрытое пространство к заражённым?! — орал и бесновался этот страж, — Вы совсем охренели?!

Разнос затянулся на полчаса. Всё то время, что целители занимались сначала Волчонком, а потом он сам занимался пострадавшими. Было стыдно. Сам затупил, подставился и… Чуть не погиб. Сегодня в очередной раз парень ощутил дыхание смерти.

А сколько ещё таких случаев будет впереди?

Глава 13. Мы новый мир построим

Связь с другими городами удалось наладить на третий день. Кто-то из радиолюбителей поймал частоту и установил контакт. Интернет, телефония — всё это отказывалось работать по непонятным причинам. Всё списывали на Пасть, но кто знает, как там на самом деле. Радио работало тоже, не то, чтобы хорошо. Сегодня случился первый случай, когда из этого что-то получилось.

— Докладывай, — махнул я радиолюбителю. Обычный с виду парень, с синяками под глазами, истощённый стрессом и недосыпом. Как и все остальные, впрочем.

— В общем, это… — мялся он, робея перед большим начальством, — Я поймал сигнал из соседнего города. Новгорода. Там это… Почти тоже самое, но не всё так плохо. То есть плохо, конечно…

— Да не мнись ты, — осадил я его, — Давай чётко и по делу.

Постепенно парень расслабился и смог внятно объяснить, что узнал. В ночь трагедии остальной мир не сразу заметил, что произошло в Москве. Новости прошли где-то утром, ближе к обеду. Потом они подтвердились. Столица, вместе со всем саммитом, который был значим на мировом уровне, перестал выходить на связь. Как тут не забеспокоишься? Вот и забеспокоились, но не сразу.

Этот парень, что рассказывал, связался с такими же радиолюбителями, решившие в трудное время половить сигналы. Так что источник информации был не то, что бы хорошо осведомленным. Поэтому власть держащие люди могли и сразу о проблеме узнать. А может и нет. Пересказывали мне сейчас со слов обычных людей, на их уровне слухи к обеду стали расползаться. Новгород прожил в спокойном режиме на день больше. Бедствие у них случилось на следующую ночь. Также явилась орда демонов, вслед за ними мёртвые, прокатилось большое дыхание и сейчас город погрузился в анархию. На связь же вышла группа людей, человек в десять, которые чудом выжили и пытались выяснить, что происходит.

Мы были не первые, с кем они связались. В нескольких других крупных городах тоже самое происходило. Оставалось выйти на связь с другими странами, чтобы однозначно утверждать — наступил конец мира. Не надо быть гением, чтобы оценить последствия явления Пасти в мир людей. Выживут, да и то не факт, самые сильные и те, кто сможет приспособиться. У обычных людей мало шансов продержаться против новых угроз. У магов тоже, как ни странно, мало шансов продержаться. Так что надо морально готовиться к тому, что многие города, где не окажется кто-то, кто сможет остановить бедствие, вымрут.

А это удар по всем системам разом. Рухнет экономика… Да всё рухнет. Экономика, производства, поставки, логистика — всё то, что обеспечивало существование человеческого общества. Если кризис удастся миновать, то первоочередной задачей будет сохранить технологии, в надежде, что удастся в ближайшее столетие вернуться к прежнему уровню. Я не питал иллюзий, что всё останется, как прежде. Если повезёт, то рухнем в средневековье. Если не повезёт, то упадём вплоть до каменного века и превратимся в варваров. Если совсем не повезёт, человечество вымрет, а на смену ему придёт новый вид: гибрид людей и Пасти.

Может в этом и заключается её задача? Породить новый вид, дать жизнь своим детям.

* * *

Первую часть четвёртого дня я провёл, помогая роду Шелия наладить поставки электричества в город. Электростанции пострадали со слов Амона, но был шанс восстановить их и в ближайшие дни решить проблему. Первая главная трудность — персонал. Слишком многие погибли. Вторая главная трудность — сырьё. Оно рано или поздно закончится, после чего город останется без электричества, тепла и воды.

Как только пришли новости из других городов, я дал отмашку бросить все силы на перехват ресурсов. Нужно было захватить всё то, что поможет нам выжить. Еду, лекарства, бензин, оружие — всё.

Моя помощь Шелия заключалась в том, что я прошёлся по их землям и людям, очищая и выжигая заразу мрака. Это была сделка. Так-то сейчас много желающих, кто хотел помощи от этого рода. Постепенно ситуация в городе вырисовывалась и то там, то тут всплывали группы выживших. Пока что они сбились в небольшие группы, но думается мне, что дальше люди либо начнут объединятся, либо это скатится в войны уличных банд.

* * *

Проблемы ждать себя не заставили. Где-то в середине четвёртого дня после трагедии, мои люди столкнулись с одной из таких банд. Точкой конфликта послужил большой продовольственный склад одной магазинной сети. Её держала какая-то корпорация, что ровным счётом больше ничего не значило.

Место первыми нашли мы и благополучно вывозили оттуда провизию. А потом пришёл кто-то очень умный, нанёс удар по нашим людям и тем пришлось отступить. Атаковали сверхи. Что выводило проблему на новый уровень, вне зоны компетенции обычных людей. Эрминия, её и мои сверхи в тот момент на соседних улицах перемалывали орду мёртвых вместе с десятком демонов и сразу прийти на помощь не смогли. А там новость дошла до меня и я выдвинулся на место происшествия. Шелия предложили помощь, но я отказался. Сам разберусь.

— Что у вас тут? — спросил я Матвея, останавливаясь у их убежища.

Хвала удачи, что связь хоть и со скрипом, но заработала. Люди наладили несколько вышек и перебрасывали сообщения между ними. Напрямую с нужным человеком по прежнему связаться было нельзя. Сначала бойцы у продуктового связались с нашей базой, потом оттуда ушёл сигнал на земли Шелия, а там дальше и до меня добрались. Пока то да сё, прошёл суммарно час.

— Твари продолжают лезть. Им тут словно мёдом намазано. Чужаки засели на складе и не высовываются.

— Ни себе ни людям, — зло бросил Алмаз. — Их там человек двадцать. Сильные сверхи в том числе. Просто так не пробиться. Не когда нас с двух сторон атакуют.

Я когда к ним подъезжал, дорогу себе очищением прокладывал. Тварей и правда в округе много собралось. Они не постоянно нападали, но куда не глянь, в любом дворе и на любой улице десяток другой мертвецов или демонов найдёшь. Как будто сидят и выжидают, когда людишки расслабятся и можно будет их убить.

— Здание оцепили? — спросил я.

— С трёх сторон. — ответил Матвей, — Три главные улицы перекрываем. Все пути отхода сил нет закрыть. — покачал он головой, — Но мы их машины сломали, они не смогут уехать.

— Сколько наших убили?

— Семь парней, — зло бросил сверх.

— Плохо. Эрми, пойдём со мной. Вы тут мёртвых сдерживайте, а я решу вопрос.

За последние дни я с горем пополам смог изучить, как изменились мои силы. Раньше я, не понимая, в какую задницу погружаюсь, смело использовал те силы, что даровала Пасть. Эти силы проникали в меня, изменяли тело, что дало божеству возможность захватить контроль. Пришлось идти на крайние меры и выжигать часть самого себя, чтобы вырваться.

Из последствий: я стал медленнее, слабее, чувствительность снизилась, пропала интуиция. Ну как интуиция… Та штука, через которую Пасть влияла на меня. Так что это и не интуиция вовсе была, а пульт управления глупым и наивным Эдвардом. Как вспомню, до сих пор жутко становится. Абсолютно ненавязчивое влияние через подкидывание ложных ощущений. Там тревогу усилить, здесь беспокойство, а тут напряжения добавить и вот я уже реагирую так, как надо. Никаких кардинальных вмешательств, но если правильно выбрать момент, достаточно лёгкого толчка.

Моё ослабление случилось четыре дня назад. За это время я пришёл в себя, изучил последствия и начал исправлять ситуацию. Первое, с чем разобрался — это полностью очистил организм от всякой дряни и потенциальных источников проблем. Как итог, стоило телу залечить все микроповреждения внутри, как я почти на сто процентов вернул прежний физический уровень. Плюс очищение усилилось, расправило крылья и скоро, думаю, я легко смогу раскручивать ауру метров на двести.

Единственная засада была со щитами. Они мне больше недоступны. Есть задумки, как с этим поступить, но… Очищение, моя основная сила — это идеальный разрушитель магии. То есть я легко могу создать защиту против заклинаний. Но против пули — тут другая история. Меня сейчас легко убьёт любой человек единственным метким выстрелом. Что несколько нервировало и щекотало нервы. Хорошо, что сейчас мои противники сверхи. Будь это парни с автоматами, так бы легко я на них не пошёл.

— Что ты хочешь сделать? — спросила лучница, когда мы подошли к зданию.

Какая-то чувствительность осталась, поэтому я ощущал, где и сколько людей находится в здании. Нас заметили и готовили жаркую встречу.

— Они вон там сидят, — указал я на нужную стену, — Покажу тебе новый фокус, будь готова.

Я собрал концентрат своей силы и ударил по стене, превращаю ту в пыль. Старая догадка подтвердилась. На высоких уровнях очищение не только магию разрушало, но и физические объекты. Я пока только начал это умение осваивать, долго такой поток не удержу, но стену проломить — уже могу.

Лучница не растерялась, посылая одну стрелу за другой в открывшийся проход. От моего удара часть сверхов и бойцов пострадала, Эрминия усилила хаос, после чего мы вместе заскочили туда и отправили в нокаут тех, кто выжил к этому моменту.

Убедившись, что проблем больше нет, я вернулся к своим людям.

— Вяжите выживших и продолжайте отгрузку.

Закрутилась деловая суета. Большая часть конкурентов погибла. Назвать их врагами язык не поворачивался, хотя, с того момента, как они атаковали моих людей и убили, шансы на мирное решение вопроса исчезли. Поэтому я и поступил жёстко, не собираясь их щадить. Законы военного времени набирали обороты.

— Это что за приём был? — подошла ко мне Эрминия, отвлекая от гнетущих мыслей.

— Мои силы несколько изменились.

— Да я заметила. — фыркнула она, — Тоже так хочу. В чём секрет?

Я присмотрелся к девушке, пытаясь в очередной раз найти ответ на вопрос, почему Пасть до сих пор не захватила всех магов? Ей хватило малой части собственной силы внутри меня, чтобы схватить. Почему с другими магами иначе? Или разница в том, что мною занялись напрямую?

Как бы там ни было, любой маг — это потенциальный источник опасности. Без разницы, какого он направления. Светлого, тёмного или серого. Это всё фикция, думать, что оттенки есть суть противоположности. Нет, это всё проявление одного и того же, а конкретно — сил Пасти. Эрминия в том числе использует магию, данную ею. А значит в любой момент девушку могли захватить. Понять бы ещё, от чего это зависит. У меня были только догадки, к сожалению не подтвержденные.

— Ты ведь знаешь, что Пасти захватывают магов? — решил я поделиться своими мыслями.

В этот момент мы стояли достаточно в стороне, чтобы никто нас не услышал. Обрывки слов может снующие туда-сюда бойцы и услышат, но это не критично.

— Сейчас об этом все, наверное, знают.

— А почему так, задумывалась? — эту тему мы с ней не обсуждали.

— Потому что может?

— А почему может? — улыбнулся я её ответу.

Почему Пасть решила уничтожить человечество? Потому что может. Вот и весь сказ.

— Хм… Она же божество, все дела, — повертела рукой Эрми, выражая сомнение.

— Чью силу используют маги?

— Пасти? А, вот оно что… Маги черпают силу из неё, поэтому она имеет к ним… эм… доступ? — брови девушки бросились вверх.

— Да, я так думаю. Поэтому тёмные маги это первые, кто в зоне риска, как мне кажется. Потому что больше всего силы забирают себе именно они.

— Ты ошибаешься, — покачала она головой, чем вызвала моё удивление, — Тогда это зависит не от цвета рода, а количества силы. Так ведь логичнее?

— Что-то в этом есть. — согласился я.

На ум пришли Ротены. Они точно были пешкам в руках Пасти. Это можно объяснить в том числе тем, что они собрали слишком много сил. Тогда следующая на очереди Орлова. Которую Пасть почти захватила, но в последний момент дамочка свалилась на меня с неба и я ей помог прийти в себя.

— Так что же получается, — продолжила девушка развивать мысль, — Чем больше маги сражаются, тем больше вбирают заёмной силы, тем скорее отправятся на чужую сторону?

— Хм… с этой стороны я не смотрел. Возможно.

Получается цикличный процесс. Чем больше угроз, тем больше мотивации нахапать чужой силы. А там сам не заметишь, как потеряешь себя. Надо приглядывать за знакомыми магами и изучить этот процесс. А ещё лучше поделиться догадками и послушать, что в ответ скажут.

— Так и к чему ты это? — уточнила она, зная мою привычку заходить издалека.

— Моя сила противоположна Пасти, — ответил я, — Поэтому если ты хочешь освоить такой приём, тебе нужно не поглощать силу, а двигаться в противоположном направлении.

— Это как? — захлопала она глаза.

— Если найдём ответ на твой вопрос, то это будет шансом для всего человечества.

— А как ты наделил Волчонка этой силой?

— Сам до конца не понимаю. — честно ответил я.

Что сыграло решающую роль? Способности парня? Может он был сверхом, который пока не раскрылся, а я подтолкнул его в нужном направлении? Сыграло то, что он детство провел рядом с Пастью и адаптировался к ней или того лучше, выработал антитела на её воздействия, а я этот процесс усилил? А если бы не смертельная опасность, способности бы пробудились в нём? Вопросов столько, что не счесть.

— А ты можешь со мной также поработать? — спросила девушка.

— Также — это как? Влиять на тебя очищением в надежде, что что-то поменяется?

— Ну да. — закивала она.

В принципе, идея не самая плохая. А если вспомнить, что Амалия проявила талант в уничтожение мрака, так и вовсе, интересно становится. На девушек напрямую я никогда не влиял. Это было бы слишком заметно, их чувствительность к магии гораздо выше, чем у мальчишек. Но сам факт нахождения со мной видимо какое-то влияние оказывал. В общем, чего тут думать, когда эксперименты ставить надо.

— Идут! — раздался внезапный крик, прерывая разговор. — Тревога! Все по местам! — последовали тут же приказы.

Всего на это место приехало штук сорок моих стражей. Плюс четвёрка сверхов во главе с Матвеем. И ещё человек двадцать Эрминии. Это я имею в виду бойцов с оружием. Так-то им помогали отгружать ещё пятьдесят человек. Не так много в рамках целого продуктового склада. Здесь запасов еды на пару ближайших районов, повезло, что это место никто не разграбил до нас. Не все люди были задействованы в погрузке. Часть из них циркулировала на грузовиках между складом и моими землями. Вместе с ними катался ещё мой первый вассал, прикрывая от демонов, да и остальных напастей.

Как только раздался первый крик, народ засуетился, занимая оборону. Про погрузку тут же забыли и правильно сделали. Я пока врагов не видел, зато ощутил их на краю чувствительности. До них метров двести. Ощущаю сгустки мрака. Предположительно сверхи, но какие-то неправильные. Заражение их изменило?

Вскоре они показались в поле видимости. Высадились из машин, на которых приехали и направились к нам, ничего не боясь и не скрываясь. Всего их человек двадцать, но заражённых только десяток. С чем это связано? А не, вру. Заражение есть у всех, просто у остальных столь небольшое, что издалека не засёк.

Лезть вперёд я не стал, только шепнул бойцам, что это сверхи, а сам отошёл в сторону и скрылся за спинами моих людей. Не от страха, а желая посмотреть, что будет дальше.

— Остановитесь! — крикнул Матвей, — Кто такие будете и чего пришли?

Сейчас времена лихие и непонятно, кто тебе друг, а в кого лучше сразу стрелять. Компания остановилась метров за сорок от моих бойцов. Пришли они без оружия, но людям со способностями оно и не нужно. Сейчас гости на прицеле, их держат на мушке со всех сторон, угроза от них есть, но не большая. Алмаз сможет всех прикрыть, а остальные… Да тут одного Матвея хватит, на самом деле. Или Эрминии. Я добавлю, если что. В прошлый раз затык случился, потому что они успели занять позиции в здании. А так я подошёл и до штурма не дошло. Так бы, думаю, мужики и сами справились бы.

— Мы сверхи нового порядка! — ответил громко предводитель этой странной компании.

А то, что компании странная — ясно за версту. Следы заражения отчётливы, кожа бледно серого цвета, видны чёрные прожилки на коже. Особенно на кистях рук. Сам предводитель одет в тёмный балахон, словно он сектант из дешёвого фэнтези. Неужели специально за пару ночей пошил прикид, чтобы внушать неокрепшим умам и подавлять их таинственностью? Да и слова его. Сверхи нового порядка? Звучит и правда, как название тупой секты.

— Мы будем рады нашим собратьям, что избраны судьбой!

Он это серьёзно? Мужик говорил величественно и мощно. Его голос разносился по округе, заставляя нервничать людей. По крайней мере я чувствовал, как кое-кто из стражей заволновался.

— Мужики, — ответил Матвей, — Вы там что, обдолбались? Какого хрена вам надо здесь?

— Вы напали на моих людей! Забираете у нас то, что наше по праву!

— Какому такому праву? — кажется, Матвей опешил от такой наглости, — Ваши люди — это горстка придурков, что напала на нас? Вы пришли за добавкой? Лучше валите отсюда нахрен, целее будете!

Можно было бы и помягче, но не здесь и сейчас. Эти пришедшие странные какие-то. Веет от них чем-то нехорошим. Так что я Матвея понимаю и не осуждаю. Правильно делает, что посылает их.

Ответ не заставил себя ждать. Я отчётливо увидел, как главный сверх оскалился, окончательно теряя человеческие черты лица. Он воздел руки и… Что этот товарищ собирается сделать я не увидел, выпуская поток очищения. Хотел глянуть, как мои люди отработают, но инстинкты сработали на опережение.

Но моя магия дала сбой. Она добралась до мужчины, но разбилась о вспыхнувшую защиту. Это был круговой щит, напоминающий воздушный шар, который обтянули чёрной сеткой. Мрак сделал свой ход. Моё очищение разбилось, как волны о берег.

Сверх на секунду отшатнулся, после чего нанёс ответный удар. Он всё же воздел руку к небу, призывая чёрное пламя. В тот же миг в него влетела стрела Эрминии, играючи пробивая защиту. Снаряд угодил точно в грудь, от чего сектанта откинуло назад. Остальных пришлых накрыло огненной сеткой и… На этом всё закончилось.

Так я подумал, потому что обрубки тел попадали на землю и вроде бы больше некому было сопротивляться. Но тут опять полыхнула чернота, огненное пламя спало и часть сверхов поднялась. В том числе и их предводитель, чья грудь зарастала буквально на глазах.

— Узрите величие нового порядка! — заорал он, переходя в нападение.

Глава 14. Сверхи

После пафосной речи главаря, я выхватил меч, который сейчас всегда таскал с собой, ускорился и кинулся в ближний бой. На меня рвануло черное пламя мрака, я окутался очищением и пробился через эту гадость. Что-то было не так. Если раньше я словно туман изгонял, то в этот раз чувствовал, что вязну в тугой субстанции.

Мрак развивался и это было плохо.

Сейчас мне хватило сил пересилить. Я выжег всю дрянь и снес заигравшемуся сверху голову. Остальные сразу обмякли, но с ними никто церемониться не стал. В бою как-то так вышло, что группа пришлых разделилась на две части. Зараженные, которых насчитывал десяток, бросились к своему предводителю, попав под мой клинок. По ним я тоже прошелся. Парочку подстрелила Эрминия. Ещё троих мои сверхи разобрали на части.

Бой закончился сразу, как весь мрак испарился. В живых осталось штук семь сверхов, наименее зараженных. Они в горячку боя не полезли, предпочтя отступить.

— Что это было? — ко мне со спины подошел Алмаз, поглядывая на тела. — Новая проблема?

— Видимо, — ответил я ему.

— Хватайте выживших! — рявкнул рядом Матвей, — Сейчас допросим этих упырей!

Под новой проблемой сверх имел ввиду поведение гостей. Странные речи, мрак внутри, стайные реакции. Складывается такое чувство, что мрак прибавил сил, но забрал часть здравого смысла и притупил инстинкт самосохранения.

Через пару минут перед нами сидел мужик, хлопал глазами и пытался сообразить, что происходит. В чувство его привела Эрминия, кастанув что-то из арсенала целителей.

— Кто такой будешь? — спросил Матвей у мужика.

Тот сфокусировал на нас взгляд, задержался на мне и отчетливо сглотнул. Ближний бой он такой. После него я обычно похож на демона, что вырвался прямо из чертогов ада, весь облитый кровью. Надо почиститься, но не успел, только лицо обтер. Эх… где моя прошлая защита, без неё непривычно и менее комфортно.

— Мужики, вы чего? — затрясся этот товарищ, — Где я? Что происходит? Чего вам надо?!

Нарастающую панику прервала звонка пощечина, которую выписал Матвей. А рука у него тяжелая. Такой лапищей и челюсть можно выбить, а то и вовсе — череп сплющить.

— Не ты задаешь вопросы. Кто такой будешь? Откуда пришел?

— Михаил меня зовут! — воскликнул он, — Из квартала сверхов пришел! Вроде… — тут он замялся.

— Что значит вроде? По делу отвечай? — надавил на него Матвей.

— Погоди, — притормозил я сверха, — Миша, послушай меня внимательно. Вы напали на моих людей. Твой командир что-то там кричал о новых порядках, перед тем, как атаковать. Пришлось ему голову отрубить. Вон он, валяется тут рядом, видишь? — я кивнул в нужную сторону.

Мужик увидел. От чего побледнел ещё больше.

— Я не помню этого! Всем чем хотите клянусь!

Я переглянулся с Матвеем и кивнул ему. Тот прессанул мужика ещё пару раз и мы услышали любопытную историю. Жил был себе Миша, не тужил, а потом случился конец мира. Дальше помнит смутно. Первые дни прятался, из дома не выходил, пока во дворе квартала сверхов странные дела происходить не начали. Всех вытащили во двор, да объявили, что все страдания закончились, настала новая эра, где изгои будут господствовать. В этот бред мало кто поверил, но дни шли, степень проблем постепенно доходила до всех, а там и сектантские речи западали в смятенные души.

— А кто вам про новый порядок рассказал? — уточнял я, слушая дивный рассказ.

— Так он назвался Пророком. Мутный тип. Сейчас понимаю, а вчера его речи иначе выглядели.

— Это с которым ты пришел? — кивнул я снова на труп, что валялся метрах в десяти от нас.

— Нет. Это его Апостол. Первый, кто прошел через причастие.

— Причастие? Что за дичь? — переспросил Матвей.

— Так это… Не знаю я! Это таинство!

Я в ответ лишь головой покачал. Что у них там в квартале за ерунда творится? Реально очередная секта возникла?

— Вы другое спросите, — вмешалась Эрминия, что неподалеку сидела, — Сколько у них сверхов выжило, а сколько умерло?

— Так почти все живы, — ответил мужик, как само собой разумеющееся.

Вот как. Почти все, значит? А история обретает краски.

— Матвей, дай задачу бойцам остальных расспросить. После этого наведаемся в гости, как со складом закончим. — отдал я приказ, задумчиво смотря на мужика.

* * *

До квартала сверхов добрались ближе к вечеру. Я здесь уже бывал, когда выслеживал умельцев со способностью скрываться. Место из серии «так себе». Находилось оно на окраине, но не в пригороде, а в черте города.

Пристанище изгоев. Место, куда ссылали всех неугодных сверхов. Нечто среднее между гетто и рабочими кварталами. Нас встретили шестиэтажные бараки. Обычными домами их язык не поворачивался назвать. Дома старые и обшарпанные, их давно никто не обновлял. Официально этим местом занималось государство, а по факту — никто. Всем было плевать на изгоев.

Это только если у тебя полезная способность, то есть шансы устроиться в хорошее место и на хорошую работу. А если способность не особо полезна, тем более если она неприглядно выглядит и опасна для окружающих, то ждёт тебя опускание на самое дно. В смысле переезд в район изгоев.

Как выживали местные — для меня остается загадкой. То, что это рассадник мелкого криминалитета (или не особо мелкого) — общеизвестный факт. Жили здесь и обычные люди. Как в плане деятельности, так и способностей. Это место вроде как уже несколько веков существует, в том или ином виде. Что сейчас, что триста лет назад изгоев никто не любил. За такой срок, хочешь или нет, но образуются семьи, союзы и толпа изгнанного народа, обзаведется детишками. Которые могут родиться, как со способностями, так и без.

— Что ты там хочешь найти? — спросила меня Эрминия, которая увязалась следом и отказалась возвращаться на базу.

— А ты как думаешь?

В который раз замечаю за собой привычку отвечать вопросом на вопрос. Что касалось исключительно моих учеников, у которых я хотел стимулировать мыслительные процессы. Если уж готовишь человека, то делай основательно — в каком-то роде это стало моим девизом.

— Случай интересный. Все заметили, что те сверхи отличались. Силы много, дури в голове ещё больше, но главное — мрак сопротивлялся твоей силе. Что это значит?

— Что Пасть вырабатывает иммунитет, — ответил я буднично.

Хотя поводов для паники хватало. Я помню, как сами Пасти, имею ввиду проходы между мирами, пытались бороться против меня. В частности утащить куда-то наверх. Это означало, что божество, стоящее за Пастью, давно начало адаптироваться к моей силе и искать подходы, как с ней справиться. Почему-то она не выбрала путь прямого противостояния, наслав на меня орду демонов, а решила играть тоньше, действуя, как иммунная система. То есть вырабатывая иммунитет против меня. Если так пойдет дальше, то я потеряю своё преимущество и погибну.

— Ещё интересно и другое, — увел я мысль девушки в другое русло, — В этом месте много выживших. Почему?

— Не знаю, — покачала она головой, становясь со мной рядом.

Мы вышли из машины и остановились напротив входа в квартал. Я видел десятки людей, что находились на улице и складывалось впечатление, что они держат оборону. По крайней мере улицы перекрыты, оружие в руках имеется и наверняка уже послали за начальством. Поэтому не будем спешить и подождем.

— Все допрошенные, как один, имели проблемы с памятью, — стал я объяснять ход своих мыслей девушки, — Это значит, что мрак захватил их. Кого-то больше, кого-то меньше. Тех, кого больше, они вроде остались похожи на людей, но сильно изменились. Что это за Пророк? Что за Апостол? Как изменились их силы, что будет, допустим, через пару недель и куда нас это всех приведет?

— Думаешь, их силы будут прогрессировать?

— Уверен в этом.

— О чем болтаете? — к нам подошел Матвей, что вылез из второй машины, — Что мы лезем в очередную задницу?

— Ты чего такой мрачный? — удивился я.

— Да место какое-то жутковатое. Веет от него плохим.

Что верно, то верно. Квартал сверхов ощущался, как гноящаяся рана.

— Эй, окрикнул я ближайшего сверха, что недобро косился на нас, — Где тот, кто называет себя Пророком?

Степень заражения у бойца средняя. Выглядит как перекачанная гора мышц. Без огнестрельного оружия. Значит, можно предположить, что способности у него физического плана. Я ожидал любого ответа, в том числе, что нас пошлют, но нет, этот товарищ молча указал в глубину дворов. Я кивнул и отправился туда, чувствуя, как вокруг нас сгущается чужое колючее внимание.

— Господин… — тихо пробормотал рядом сверх.

— Прикрывайте спину, — бросил я Матвею и Алмазу, — Если что, бейте на поражение, не стесняйтесь. Эрми, тебя это тоже касается, раз уже пришла.

Идти по полупустым улицам, ощущая, как из окон смотрят десятки людей, как мрак уже коснулся их тел и душ… Было страшновато. Словно в фильме ужасов оказался и не знаешь, какой монстр выскочит на тебя за следующим поворотом. Как всегда, неизвестность пугала больше всего.

Главный злодей нашелся в центре квартала сверхов. Он стоял на помосте, что собрали из старых развалюх. Кто-то стащил десяток машин в одну место, после чего их прессом примяли. Или сверхспособностью, что работала, как каток. Вокруг фигуры злодея собрались десятки людей. Пока шел к ним, то увидел, что они постепенно, один из другим, подходят к Пророку, становятся на колени, после чего он награждает их… Мраком? На его ладонях рождались шевелящиеся черные сгустки, которые он и вкладывал в рты людей. Это чем надо думать, чтобы эту гадость сожрать.

— Они это едят? — Эрминия говорила так, будто её прямо сейчас стошнит. — Может их сразу всех накрыть массированным ударом?

Жалости в её словах я не услышал. Все собравшиеся люди вокруг помоста заражены мраком, а причастие от Пророка запускало в них новую волну изменений.

— Болтать будем? — по деловому спросил Алмаз.

Всего нас пришло сюда четверо. Остальных двух сверхов и людей Эрминии оставили рядом со складом, дальше контролировать погрузки.

— Нет, — жестко ответил я, — Отойдите назад.

Выйдя вперед, я запустил поток очищения прямо на всю толпу. Чтобы здесь не творилось, это лучше погасить в зародыше. Эффект от очищения превзошел все ожидания. Люди хором завизжали и попадали на колени, а кто-то и полностью свалился на землю. Я выжигал мрак в их телах, тот сопротивлялся и доставлял людям страдания.

Усилив натиск, я пошел вперед, прямо к Пророку. Тот стоял спокойно, отгородившись темным куполом и не собирался сдаваться.

— Еретик! — завопил этот дядька в балахоне. Ещё один сектант, чтоб их.

В меня полетели копья мрака. Я сгустил на их пути очищение, перехватывая, замедляя и выжигая. Просто так они разрушаться не собирались.

Десятки стрел врезались в щит сверха. Огненная сеть оплела его и прожгла защиту. Мои напарники справлялись лучше, чем я. В какой-то момент Эрминия нанесла особо сильный удар, от чего самозваного пророка отбросило в сторону. Там и я рванул вперед, пуская в ход меч.

Проверенный способ и в этот раз не подвел. То, что отражало моё очищение, не смогло справиться с обычной физической атакой. Ладно, пусть не обычной, а усиленной, но всё же. Я разрубил врага на части, его защита опала, а дальше оставалось лишь выжечь остатки мрака.

Как закончил, оказался в окружение десятков валяющихся людей, что стонали от боли. Что-то новенькое. До этого, стоило выжечь мрак из тел, как они быстро приходили в себя. Вот и думай, добро сделал или зло? Вроде спас людей, но они сейчас лежат и мучаются. Тот случай, когда лекарство оказалось горьким.

— Эй! Кто здесь главный? — крикнул я пустоту, зная, что за нами наблюдает множество людей.

Парламентера долго ждать не пришлось. Из-за дома выбежал парень, со взъерошенными волосами, да синяком под глазом. На вид ему лет двадцать, не больше.

— Ты кто такой? — остановил я бегуна.

— Меня Светляк зовут, — ответил он, прерывисто дыша и оглядывая нашу компанию, задержавшись взглядом на корчащихся людях, — Можно? — кивнул он на них.

— Что именно?

— Помочь. Исцелить, — смотрит серьезно, отслеживает мою реакцию.

— Помоги, — махнул я приглашающе рукой и отошел в сторону.

Что примечательно, в парне совсем не было мрака. Как так-то? В этом месте и даже капельки нет?

Незнакомец за свои слова ответил, призвав то, что больше всего подходило под определение «исцеляющий светляк». Он создал шар, который летал от одного человека к другому.

— Он их лечит, — заметила Эрминия, с прищуром наблюдая за происходящим, — Быстро и качественно. Сильные способности.

Интересно, что парень забыл в этом квартале, если у него такие таланты? Любая больница, да и любой род оторвут с руками сверха с исцеляющими умениями высокого уровня.

— Я закончил, — отчитался парнишка вскоре.

Результаты его работы были на лицо. Люди вставали, оглядывались и совсем не понимали, что происходит. Очередной случай амнезии?

— Может объяснишь, что тут происходило? И почему ты не зараженный? — спросил я его.

— Скрывался, — дернул он головой, — Не особо удачно, — кривая улыбка подчеркнула синяк под глазом.

— Если ты целитель, чего глаз не подлечишь?

— Мои способности не работают на себя. Тело само восстановится. Скоро. Вы кто?

— Меня зовут Эдвард Клоз, — ответил я, — И ты не рассказал, что тут происходит.

— Этот мужик совсем сбрендил, — глянул он на разрубленный труп, — В лихие времена решил забрать власть себе. Стал вокруг себя народ собирать. Как-то обращал их, от чего они себя теряли. Несогласных убил несколько человек. Мне от него и досталось.

— Что в день трагедии у вас тут происходило? Почему так много выживших?

В домах я чувствовал сотни и сотни людей. Большая часть из них обладала способностями.

— Да как-то продержались. — хмыкнул он, — Моя магия не плохо темноту изгоняет.

Неожиданное признание. И очень многообещающее. Если нашелся ещё один тип, чья сила хорошо противостоит Пасти, то…

— Хочешь присоединиться ко мне? — прямо предложил я.

— А зачем? — напрягся он.

— Мир рухнул. Пасть пришла к людям и решила их всех убить. Так не только у нас в городе, а везде. Может пока и не во всём мире, я точно не знаю, но в ближайших городах аналогично, может ещё хуже.

— И что с того? Зачем присоединятся?

— Вместе проще. — пожал я плечами, — Дело добровольное. Таким людям как ты, я буду рад на своей земле.

— Здесь не любят магов. А ты маг, — не спрашивал, а утверждал он.

— Многие маги меня тоже не любят, как и я их. Что с того? За моей спиной два сверха стоят. Как видишь, вместе мы вполне уживаемся.

— Нет.

— Что нет? — теперь уже я нахмурился, не поспевая за его прыгающей речью.

— Ты нам помог, Клоз, — ответил он, — Хотя не все это понимают. Поэтому я скажу тебе прямо и не буду играть. Я отвечаю за этот район, поэтому не могу уйти.

Я бы мог спросить, а не слишком ли он молод, чтобы отвечать за что-то, но вспомнил, сколько мне лет и промолчал.

— Я готов и других людей принять. Тех, кто полезен, кто готов работать и подчиняться. Новый мир требует больших усилий, чтобы выжить.

— Я тебя услышал, но пока не готов ответить, — покачал он головой, внимательно смотря на меня.

— Как хочешь. Мы уходим. Если есть ещё зараженные, то лучше сразу скажи, помогу решить проблему.

— И что? Никакой платы?

— Моя плата — это сокращение уровня общей проблемы. Чем меньше обезумевших людей, тем лучше.

Светляк покивал, понимая. Действительно понимая. Я видел это в его глазах. В итоге на помощь он всё же согласился. Его способностям до моих было далеко. Поэтому я прошелся по кварталу и провел обряд экзорцизма, выжигая весь мрак, что скрывался как в людях, так и в земле, животных, домах.

После чего мы отправились на базу.

* * *

— Мы так просто уйдем? — спросила Эрминия, когда мы сели в машину.

— А есть другие варианты? — глянул я на неё.

— Этот сверх был бы полезен, — заметил Матвей.

— И что теперь, силком его тащить? — удивился я.

— Да нет… — махнул головой Матвей, — Просто… А, ладно.

— Пусть сами решают свою судьбу. Если он правда отвечает за всех остальных людей, то сам уйти просто так не может.

— Слишком этот парень молод, чтобы за всех отвечать, — проворчал Матвей, а потом резко замолчал и на меня глянул, — Хотя… Мда… Ладно…

На это я только посмеялся.

— Мне другое интересное, — вставила Эрминия в повисшую паузу, — Если есть один сверх, что может изгонять мрак или противостоять ему — значит, могут быть и другие?

— Могут, — согласился я.

— Тогда надо наладить с ними контакт и изучить.

— Согласен, — а что тут ещё скажешь. — Но тут ещё кое-что. Одаренные против мрака могут быть не только в этом городе, но и других. Что повышает шансы человечества.

После этих слова в машине, где мы сидели, как-то потеплело. Надежда она такая, приятное ощущение.

Познавательная поездка вышла. Работы теперь только прибавится. Мир сильно изменился и требовалось разведать, по каким новым правилам он живет и какие существа по нему бродят.

— А меня другое беспокоит, — покачал головой Алмаз, — Зачем этот сверх обращал других? Почему мрак напрямую захватить не мог?

— Так он захватил. — ответил я. — Сегодня что-то другое было.

Только вот понять бы ещё, что именно.

Глава 15. В поисках нового господина

Первый поднёс самодельный факел к доскам и поджёг их. Пламя быстро набросилось, повалил дым, а вскоре всё погребальное ложе пылало, сжигая труп любимой женщины. Смотреть на это было больно.

В день трагедии Первый вместе со своей группой находился на задании, охраняя важных персон. Произошло несколько стычек с магами, даже до большой драки дошло, так что охрана была оправдана. Изменённый ждал, что самый большой замес начнётся после. Чего стоило только закрытие Пастей, без предупреждения и переговоров, как демонстрация нового порядка.

Ночью пришло подтверждение, что Пасти удалось закрыть. А через десять минут город накрыл конец света. Назвать это как-то иначе у Первого язык не поворачивался. Дыхание Пасти захлестнуло город. Вслед за ним явились демоны, аномалии и полчища мёртвых, которых с каждой минутой становилось только больше.

Словно этого было мало, под конец утра в небе что-то случилось и на город обрушилось то, что прозвали мраком. До этого момента Первый ещё старался выполнять задачу, тщетно пытаясь выйти на связь с начальством, но безуспешно. Когда пришёл мрак, актуальность задач утратила смысл. В силу того, что все цели погибли. Единственные, кто выжили — изменённые. Исключительно благодаря тому, что могли адаптироваться и в том числе умели противостоять дыханию Пасти. С демонами и мертвецами понятно — против них помогало специальное оружие.

С мраком же вышло сложнее. В итоге все обрушившиеся беды в следующие сутки прикончили шестерых из девятерых в его команде. Вместе с самим Первым их осталось четверо. После того, как объекты их задания погибли, было принято решение пробиваться к главному зданию организации и искать, кто там выжил.

Смогли, добрались. И обнаружили руины. В здании если и остались выжившие, то сейчас они были погребены под завалами. Всё это время Первый исполнял свой долг. Но в городе его ждала женщина и ребёнок, его сын. Мужчина разрывался между ними и своим долгом, не смея отказаться от последнего. Разрушенное здание стало последней каплей.

— Парни, у меня к вам вопрос, который может изменить всю нашу дальнейшую судьбу, — сказал он тогда, поворачиваясь к остаткам их отряда.

— Предлагаешь свалить? — словно прочитал его мысли Второй.

Первый, Второй, Пятый и Седьмой. Вот кто выжил.

— Так сразу? — нахмурился Пятый, — И куда нам идти? Без базы, поддержки, тыла. Ради чего?

Пятый был простым мужиком, если так можно сказать про изменённых. Простым и преданным. Единственной его целью было служить организации. Наличие понятного дела наполняло его жизнь смыслом. Первый хорошо знал своих ребят. Он видел, насколько Пятый подавлен. Ему требовался новый смысл, чтобы согласиться на авантюру.

— У меня есть сын, — признался мужчина, заходя с козырей.

Реакции разнились. Не сразу остальные поняли, что услышали. Второй грязно выругался. Пятый нахмурился. Седьмой сплюнул и уставился в небо, присвистнув.

— Уверен? — спросил Второй, вкладывая в это слово весь скептицизм.

— Делал тест. Несколько раз проверял. Да и похож он на меня.

— Где он сейчас?

— Не знаю. Может уже мёртв.

— Тогда отправляемся туда! — рявкнул Второй.

Остальные согласились. Когда только мужчины соглашались на эксперимент по изменению, им было по двадцать — двадцать пять лет. Все молодые, наивные, не задумывающиеся о семье. Тридцать лет службы, взросление и жизненный опыт заставляли пересмотреть отношение к некоторым вопросам.

Дети — больная тема. В двадцать лет для парней это не казалось важным. Тем более они все, как один, были сиротами, не знавшими родительского тепла.

Время шло, отношение менялось. А ещё запретный плод сладок. По заверениям всех врачей и учёных изменённые не могли иметь детей. Первый же своим примером доказал, что это не так. Было от чего забеспокоиться.

Ещё одна вылазка в город, бесконечные сражения и попытки пробиться в нужное место. Когда Первый ворвался в квартиру, он застал гнетущую атмосферу. Гражданская жена лежала мёртвая, обнимая едва живого сына. Того накрыло и дыханием Пасти, и мраком. Первый видел характерные следы и последствия. Успел наглядеться на такие же за время прогулок в городе.

Что с этим делать тоже было известно. Мальчику на свой страх и риск Первый дал лекарства из аптечки, которую всегда носил с собой отряд. Когда борешься против магов, то закономерен риск получить магическое заражение. Исходя из этого лекарства и создавались. Но они работали на телах изменённых, которые в разы сильнее обычных человеческих. Что будет с мальчиком — Первый не знал. Возможно, сейчас он собственными руками добьёт сына.

— Ты уверен? — только и спросил Второй.

Он, как и остальные, смотрели на ребёнка как на чудо. Он в каком-то роде чудо, и являлся доказательством того, что невозможное возможно.

— Нет, но выбор отсутствует, — качнул головой Первый и вколол спецсредство.

А дальше они все, как завороженные, наблюдали за тем, как бледность кожи медленно уходит. Хороший признак.

— Что с женщиной делать будешь? — спросил Пятый спустя пару минут.

— Надо сжечь, — сказал мрачно Второй.

Первый только кивнул. Они уже не раз видели, как мёртвые тела восстают. Оставить труп здесь или закопать — это гарантировано дать ему обратиться во что-то нехорошее. Может Первый и не самый лучший мужчина с точки зрения отношений, может он не особо умел любить, но какие-то чувства к умершей всё же испытывал. Боль в груди доказывала это лучше всего. Единственное, что он мог для неё сделать сейчас — избавить от страшной участи восстать и позаботиться о сыне.

Погребальный костёр был готов через двадцать минут — собирали всё, что может гореть. Времени в обрез, требовалось найти помощь для ребёнка. Первый остался с ним, в то время, когда его команда собирала доски и сливала бензин из машин. После, оставив сына в квартире, мужчина спустился, чтобы лично зажечь пламя.

Огонь, что забирал подношение, символизировал то, что прежняя жизнь окончательно закончилась.

— Что дальше? — подошёл к нему Второй, дав пару минут побыть одному.

— Идём к Клозу.

— К мальчишке? — удивился напарник, — Очищение и целители?

— Да. Если кто и выжил в этом безумии, то Клоз точно.

— Ты в него так веришь?

— А ты нет? — посмотрел Первый на Второго.

Тот в ответ ничего не сказал.

* * *

На то, чтобы добраться до земель Клоза ушло двое суток. Сразу выйти не смогли. Любые попытки поднять сына приводили к тому, что того скрючивало от боли. Первый не знал, что делать. Боялся навредить, но ещё больше боялся, что бездействие отнимет у него ребёнка.

Выбрали подождать, в надежде, что состояние стабилизируется. Кое-как напоили бессознательное тело, а через пару часов тот очнулся и попросил еды. Спросил, где мама и мужчина не нашёлся, что ответить. Поев ту скудную еду, которую приготовили мужики, сын опять отключился и провалялся в отключке пять часов. Снова вода и еда, после сон.

Постепенно Первый успокоился. Сын явно шёл на поправку. До полного выздоровления может и далеко было, но и смерть отступила. Отцу в это очень хотелось верить.

На следующий день они всё же рискнули выбраться и отправиться в путь. А через час застряли, срочно ища укрытие. Впереди их поджидал гигантский монстр, что и многих демонов третьего ранга превосходил. Ладно бы он, но в округе в целом хватало тварей, как демонов, так и мёртвых. Поэтому отряд решил не шуметь и скрыться. Тем более сыну стало плохо от перемещения.

Это время изменённые пытались разведать, что происходит вокруг. Да и выйти на связь с начальством тоже пытались. Но организация молчала. Сомнительно, что она полностью погибла, наверняка есть выжившие, но где они и кто остался цел — неизвестно.

Каждый из мужчин в эти дни задался вопросом, чего он хочет больше. Вернуться к прежней жизни, когда за тебя решают другие или уйти в свободное плаванье, полное неизвестности.

Когда отряд наконец-то добрался до Клоза, стало окончательно понятно, что мир канул в бездну и произошло что-то непоправимое. Очаги людей оставались, но какая дальше судьба ждёт человечество — почему-то радужные перспективы не удавалось представить при всех усилиях.

— Они тут основательно укрепились, — доложил Второй, вернувшись с земель Клоза, — Везде наблюдатели, стражи с оружием, толпы людей суетятся, возводят защитные сооружения или округу грабят. Напрямую к ним пойдём?

— Да. Больше нельзя медлить, — ответил Первый, поглядывая на сына, который до сих пор так и не пришёл в норму.

Сегодня мальчику опять стало резко хуже и отец опасался, что ещё чуть-чуть и произойдёт непоправимое. Спустя пятнадцать минут отряд вышел к одному из постов стражей, что охраняли проход на родовые земли. Встретили их не то, чтобы радостно, но и без ненависти.

— Кто такие? — спросил страж, наводя оружие.

Первый многое мог сказать о военных людях. Недостаточно взять автомат, чтобы стать солдатом или воином. Нужно умение обращаться с оружием, нужна уверенность в конце концов. Изменённый отметил, что автомат держат расслабленно, а глаза при этом цепкие. Их заранее засекли, осмотрели и выставили рейтинг опасности, когда сначала можно перекинуться парой слов, а не стрелять сразу.

До ближайшего стража метра четыре. Вполне хватит времени, чтобы среагировать. Ещё трое стражей прикрывают. Ещё две двойки сидят по разным квартирам в соседних домах и контролируют обстановку сверху.

Ещё Первый знал, что за углом скрывается пулемётное гнездо. Если пойти на прорыв, то попадёшь под подавляющий огонь.

— Мы к вашему господину. Знакомы с ним. У нас ребёнок и нам нужна помощь.

— Что с ним? — глянул страж, который за последние дни чего только не насмотрелся.

— Отравление дыханием Пасти и заражение мраком, — ответил хмуро Первый, тихо злясь, что надо тратить время на болтовню.

— Проходите. Без резких движений. И за железки свои лучше не хватайтесь.

К этому моменту изменённые остались без автоматического оружия. Патроны ещё в первый день закончилось, а пополнить было негде. Поэтому из оружия только холодное, с которым четвёрка мастерски умела управляться.

Стражи выделили одного сопровождающего, который отвёл их на распределительный пункт.

— Уж простите, но придётся ножками прогуляться. С транспортом нынче сложно, — ответил взрослый мужик, поглядывая на четвёрку изменённых.

Вроде дружелюбно болтает, но при этом продолжает контролировать, как они ведут себя. Да и из окон за ними приглядывают. Пока Первый шёл, оценивал оборону, что возводили люди.

Если демоны или мёртвые сунутся сюда, им придётся столкнуться с кучей препятствий. Начиная от мешков с землёй, которыми выложили настоящий лабиринт. Продолжая стащенными с округи машинами и всяким строительным мусором, что укрепляли этот лабиринт. А ещё десятки огневых точек.

— Здесь мы сортируем всех пришлых, — продолжил рассказывать страж, — Сами понимаете, времена тяжёлые, всех просто так принять не можем. Скоро к вам подойдут лекари.

— Нам нужен Эдвард, — сразу заявил Первый.

— Он всем нужен, — без тени юмора ответил мужчина, — Мы передадим начальству вашу просьбу. Как вас представить?

— Скажите, что пришёл Первый. Он поймёт.

Мужик покосился на странное имя, но ничего не сказал.

Так называемый распределительный центр оказался обычным домом, что отдали под нужды беженцев. Всех тех, кто приходил на родовые земли, ища сильную руку, что сможет их защитить.

— Может нам показать себя, чтобы Клоза позвали? Не хочу тратить время на бюрократию, — шепнул Второй.

— Пока не надо, — покачал головой Первый. — Может нам и так помогут.

В зале их первым делом осмотрели и попросили сдать оружие. Странно, что до этого так не поступили. Первый со скрипом, но подчинился. Остальным тоже самое приказал. Если что, изменённые сами по себе оружие.

Как закончили с этим, их проводили в комнату, где они и дождались врача, что пришёл минут через десять. Не целитель, а обычный медицинский работник, целью которого было определить степень проблемы.

— У вас есть способ снять магическое заражение от дыхания и убрать мрак? — с ходу обозначил суть проблемы Первый.

— Есть, — кивнула молодая девушка, — Но не так быстро. Вы тут не одни, кому нужна помощь.

— Нам она нужна больше, чем другим, — зло бросил Второй, — Ребёнок в любой момент может умереть.

От этих слов Первый поёжился. Сын находился у него на руках и отцовское сердце требовало делать что угодно, чтобы притащить целителей, способных помочь с проблемой. Усилием воли он сдерживал себя.

— Да, вижу, — покивала медсестра, оглядывая мальчика, — Ждите, скоро вами займутся.

То, что произошло дальше, никто из изменённых не ожидал. Ещё минут через пять вошли двое. Какой-то пацан и сверх-целитель. Причём пацан шёл впереди. Зайдя в комнату, он оглядел присутствующих и, ничего не сказав, направил поток белой энергии на малыша.

Чего в тот момент Первому стоило не сорваться в атаку — одному провидению известно. Если бы не сын на руках, так бы он и поступил. Действо заняло всего пару секунд, после чего неизвестный пацан ушёл, а целитель остался.

— Сейчас я вашему ребёнку помогу. Возможны судороги после очищения. — говорил он, — Позволите?

— Да, конечно, — кивнул Первый.

— Что за очищение? — Второй не постеснялся спросить.

— Изгнание мрака, — коротко ответил сверх, принимаясь за лечение.

Вскоре все четверо мужчин, что собрались вокруг мальчишки, наблюдали, как тот оживает буквально на глазах. Бледный цвет кожи ушёл, щёки покраснели, да и чёрные прожилки от мрака исчезли.

— Хорошо накормить, напоить и дать выспаться. Как проснётся — нагрузите физически, но без фанатизма. Если что, обращайтесь за помощью.

— Спасибо. — только и смог ответить Первый.

— А что это за парень был? — уточнил Пятый, смотря задумчиво.

— Мы его называем Белый Волк, но сам он это имя не любит. Воспитанник нашего господина. Благодаря ему многие люди живы, а не умерли.

Каждый из изменённых прекрасно знал, кто такой Белый Волк. Он же Волчонок, которого Эдвард тренировал вместе с остальными мальчишками. Правда, узнать его сходу не получилось. Парень неуловимо изменился, словно повзрослел на пару лет. Когда сверх ушёл, изменённые обменялись взглядами.

— Клоз что, размножился? — бросил с непонятной интонацией Второй.

Первый ничего не сказал. Он смотрел, как его сын дышит спокойно и ему наконец-то ничего не угрожает. Оставалось устроиться в этом спятившем мире и дать ребёнку защиту. А ещё лучше — будущее.

Глава 16. Разговоры по душам

— Жизнь ироничная штука, Первый. Имя то у тебя есть нормальное? — обратился я к мужчине, что сидел передо мной.

То, что четвёрка изменённых явилась на мои земли я узнал только через день после этого. Они прямо попросили о встрече со мной, просьбу даже передали наверх, но… Надо понимать, что сейчас не спокойное время, а суматошное, когда нервы у каждого на пределе, а забот полон рот. В общем, информация задержалась. Тем более, сами изменённые, после того, как помощь получили, больше встречи не требовали, тихо затаившись на моей земле.

Когда мне наконец сообщили о странных мужиках с мечами, я наведался к ним и узрел Первого с компанией. А ещё ребенка, донельзя напоминающего самого командира этой банды. Вот так поворот. Спустя десять минут мы с Первым оказались у меня в кабинете.

— Мне пришлось отказаться от имени, когда соглашался на эксперимент. — ответил он равнодушно, наблюдая за мной.

— Давно это было?

— Тридцать один год назад, если быть точным.

— То есть тебе сейчас в районе пятидесяти лет?

— Пятьдесят два, — сказал он, всё так же спокойно и не моргая.

— А ты откровенен, — обратил я внимание на странность, — А ещё хорошо сохранился для своих лет. Зачем пришёл?

— Хочу найти, где жить в новом мире.

Такой простой ответ и как много в нём смысла.

— Что с вашей организацией?

— Не знаю. — удивил он меня.

— Даже так? — прищурился я.

— Основное здание разрушено. На связь никто не выходит. — пожал он плечами, вроде как равнодушно.

— И ты пришёл ко мне, — покачал я головой, обдумывая сказанное.

— Надеялся, что сыну поможешь. — ответил он как-то странно поглядывая на меня.

— Помогли?

— Да, спасибо.

— Хорошо. А дальше что? Чего не ушли?

— Так некуда. — хмыкнул он.

— И? Разве это повод остаться? Уверен, твой небольшой отряд нашёл бы, как устроиться.

— А тебе мы не нужны? — прямо спросил он, от чего я откинулся назад и оценивающе оглядел его.

— Ты серьёзно? Давай уточню. Ты являешься изменённым, секретным проектом организации, которой несколько сотен лет и которая считает своей главной целью уничтожение Пастей, а ещё и магов заодно. Тебя больше тридцати лет натаскивали против магической братии и…. тут должна быть барабанная дробь, ты приходишь к магу? Чтобы что? Выделить тебе квартиру и кусок хлеба? Или к делам хочешь быть причастным?

— Сидеть на обочине жизни нам будет не по вкусу. — оскалился он, — Если приставишь к делам, то будем рады.

— Ты за всех говоришь? Уверен, что они согласятся на меня работать?

Промолчал. И задумался. Что было очень красноречиво.

— Не знаю, — всё же выдал он спустя минуту, — Но мы больше не хотим возвращаться в организацию. Это общее решение.

— Ты, кстати, знаешь, что её создал маг? — бросил я пробный шар.

Зрачки мужчины расширились, он напрягся, но от возмущений удержался.

— Это точная информация?

— Нойманн рассказал. Знаешь его?

— Знаю, — вздохнул он. — Но как так?

— Боюсь, ты слишком мало понимаешь в происходящем. Хотя может и нет. Но вернёмся к твоему вопросу. Что именно ты предлагаешь и хочешь?

— Мир изменился. — дёрнул он головой и заиграл желваками, — Не в лучшую сторону. А у меня сын. Если организация об этом узнает, за ним начнут охоту. Мне многого стоило, чтобы скрыть его. Поэтому я не хочу возвращаться. Даже если организация ещё жива.

— Как я могу тебе верить? Вдруг это очередная ваша игра?

— Я не знаю, как ты можешь мне поверить, Клоз. То, что я привёл сына и он сейчас на твоей земле, а значит в полной твоей власти ничего не значит?

— Должно значить? — прищурился я, — Я свечку не держал, не знаю, кто отец ребёнка. Не знаю, кто ты такой, как относишься к мальчику. Не знаю, какие интриги за этим могут скрываться.

— Выгода. В первую очередь надо искать выгоду. — ответил мужчина, — Зачем такие сложности? Следить за тобой? Так ты отработанный материал, Клоз. Нойманн смог воссоздать твои способности в технологии. Игра потеряла смысл, как только люди научились закрывать Пасти.

— Не люди, а один конкретный человек, что спровоцировал катаклизм мирового масштаба. Ты уже знаешь, что в других городах аналогичная ситуация?

— Слышал, — отвёл он взгляд.

— И всё же, как я могу тебе доверять и позволить находиться рядом?

— Никак, — посмотрел он мне в глаза.

— Почему именно ко мне? — вздохнул я, — Есть и другие центры силы. Мы не единственные выжившие в городе.-

Тебя я знаю лучше других, — тут он усмехнулся, — Успел насмотреться, пока наблюдал за тобой последний год.

— Я знаю, какую плату с тебя возьму за возможность остаться на моей земле. — сказал я внезапно для самого себя в первую очередь.

— Какую? — подобрался мужчина.

— Если не считать преданности, то я хочу получить ответы. Всё, что ты знаешь об организации, ваших делах, какие интриги вы крутили, что завели мир в такие дебри. Я хочу знать всё. Это моя цена за то начальное доверие, что может возникнуть между нами.

Первый молчал долго. Очень долго, пристально смотря на меня. После чего кивнул. Так начался наш серьёзный разговор.

* * *

День за днем я копил факты, касающиеся мрака. Мне докладывали целители, что работали с заражёнными людьми. Делился своими наблюдениями Волчонок. Стражи собирали слухи, записывали интересные истории, передавали начальству, а те доставляли информацию мне на стол. На мои земли приходили пришлые, что делились своими историями и какие опасности встречали в городе, пока выживали там. Я и сам постоянно изучал мрак во всех его проявлениях, со всей доступной мне чувствительностью, пусть и изменившейся.

К концу второй недели постепенно стала вырисовываться картина, в каком мире мы теперь живём. Подтвердилась информация, что схожее происходит и в других уголках планеты, не только ближайших городах, так что теперь можно смело утверждать — конец света наступил, а что будет дальше, зависит уже от самих людей.

За всеми разрозненными фактами, что удалось добыть, я никак не мог разгадать намерение Пасти. В чём смысл? Что она хочет? Пока всё выглядело абсурдно.

Мой стол был завален бумагами, в которых я систематизировал узнанное. Момент первый — Пасть выбрала момент для нападения, когда в городе закрыли тринадцать проходов. Я помнил, что мне в своё время говорили. Под городом заложена древняя магия. Закрой одну Пасть — и улицы затопит хаос. Связаны ли эти три момента между собой? Выбор времени для прихода в мир людей, закрытие тринадцати Пастей и древняя магия, что оставили магические рода прошлого? Слишком подозрительно для обычного совпадения, но кто знает, может божество, стоящее за Пастью, выбрало этот момент из озорства?

А возможно это было следствием стремления людей победить Пасти. Те пытаются их закрыть, а она реагирует на агрессию ещё большей агрессией. Но выглядит всё так, что божество само подводило к этому финалу, манипулируя людьми. Или нет? Неизвестно.

Следующий известный факт — мир людей сросся с изнанкой. Той зоной, в которую раньше можно было попасть, пройдя через любую Пасть. У меня отдельная подборка донесений и слухов на столе лежит, где записаны сотни показаний, насколько странны места, где два мира схлопнулись. Изменчивая гравитация, искажённое пространство, другая температура воздуха, другое давление и даже погода. А ещё есть неподтверждённый слух, что эти места должны иметь один размер, но имеют совсем другой. Сам пока не бывал там, так что не могу наверняка утверждать, что это так.

Дальше из фактов шло самое интересное. То, какое влияние Пасть оказывает на мир через мрак. Мраком назвали плоть бога, что упала с небес. Как-то это слово быстро разошлось среди людей. Настолько быстро и единодушно, что невольно возникали подозрения.

Большая часть населения города погибла. До сих пор идут похороны того, что осталось от мертвецов. Столько пылающих костров в этом городе никогда не видели. Несколько работающих крематориев работали непрерывно. Их заняли Шелия, часто сжигающие трупы магией. Иначе было не справиться.

Те, кто выжил, постепенно адаптировались к изменениям и вот это было вдвойне интересно, потому что позволяло прикоснуться к планам Пасти.

Частицы её, в виде мрака, коснулись всего, что есть в мире и плоды этого мы только начинаем пожинать. Из города пропали животные. Почти все. Те, что ещё попадались на глаза относились к счастливчикам, что попали под защиту людей и магов. Таких, как я. Выжигая массово заразу, я спасал не только людей, но всё многообразие жизни. Куда подевалось зверьё — беспокоило не только меня, а всех, кто хоть немного задумывался о происходящем. Тут есть как угроза экологической катастрофы, так и риск нашествия новой волны тварей. Не говоря уж о том, что без животного мира люди потеряют значительный источник питания.

Аналогично с растительным миром. Почти… В чём-то судьба деревьев и прочих растений напоминала людскую. Я регулярно получал донесения, что растительность в городе вымирает. Деревья высыхают и чернеют, после чего рассыпаются. Некоторые только чернеют, продолжая расти, и к чему это приведёт, думаю, скоро узнаем и далеко не факт, что нам это понравится.

Что касается демонов, так они тоже изменились. С момента трагедии прошло десять дней и можно утверждать, что порождения Пасти мутировали, адаптируясь к новым условиям. Это стало бы проблемой, но твари почему-то затаились, что нервировало. Я не верил, что они сдохли, потому что стычки продолжались до сих пор. Но слишком редко и только в тех случаях, когда люди сами провоцировали хищников, забираясь в их логова. Склады, продуктовые и прочие магазины, дома… Нарваться можно было где угодно.

Складывалось впечатление, что демоны затаились и чего-то ждут. Я знал, что есть особые виды монстров, которые опасались магов. Скрытые, умные твари, способные разносить болезни. Поэтому можно было ожидать, что очередная эпидемия вспыхнет в любой момент.

Тоже самое с мертвецами. Трупов на улицах значительно меньше, чем должно было бы быть. Куда они скрылись? Кто-то грешил на метро, но туда люди пока не совались. Может и зря. Метро идеальное место для того, чтобы спрятать армию нежити.

Изменился даже сам воздух. На моих землях с ним было всё в порядке, но поездив по городу, я увидел, как в некоторых местах он пропитан мраком. И в нём умудрялись выживать люди.

Люди — отдельная проблема, которая тоже непонятно, куда вела. Случай в квартале сверхов лучше всего описывал, что происходит. Мрак заражал, человек резко менялся, далеко не в лучшую сторону. Пока из замеченного — все случаи работали по одному принципу. Продвинутый заражённый собирал вокруг себя других заражённых. Мы ещё несколько таких ячеек нашли, до ужаса напоминающие сектантов и вовремя их обезвредили. Но сколько ещё таких объединений по городу — неприятная загадка, на которую совсем не хочется узнавать ответ.

В новом мире информация играла решающую роль, определяя, выживешь ты или нет. На локальном уровне мне требовалось решать сотни задач, чтобы мои люди тупо не сдохли от голода, холода и прочих угроз. На уровне стратегии требовалось сплотить людей и сформировать новое общество, которое выживет в изменившемся мире. А если смотреть ещё дальше, то требовалось нечто большее, чем просто сплочённость нескольких тысяч выживших.

Рано или поздно проблемы доконают человечество в том виде, в каком оно есть. Эта простая мысль повергла меня в шок. Если ничего не изменится, люди — вымрут. Имею ввиду современного человека, не зараженного. На их смену как раз они и придут. Заражённые, да мёртвые. Но назвать их настоящими людьми уже будет нельзя, потому что они переродятся. Не уверен, что у новых видов будет собственная воля. Возможно, ими продолжит управлять Пасть.

Эта мысль, что людям конец, заставила думать о будущем. Требовалось найти решение. Когда удалось разобраться с основными проблемами, навести порядок хотя бы на своей земле, помочь Шелия решить вопрос с отоплением и электричеством, усилить оборону — после этого я выдохнул и задумался о более глобальных вещах.

Что делать, чтобы сохранить человеческий вид? Следующая мысль поставила в ступор ещё больше.

А надо ли его сохранять?

Ведь если говорить по правде, в чём-то люди сами виноваты, что пришли к такому итогу. Их тяга к насилию, войне и разрушению научила Пасть жестокости и то, что человеческая жизнь не имеет ценности. Зато война и убийства — имеют.

Так надо ли спасать человечество в том виде, в каком оно есть, если это человечество уже обречено на исчезновение?

Сколько не думал, не смог найти ответ на этот вопрос. Зато нашёл на другой. Если обычные люди должны исчезнуть, то я не хочу, чтобы их потомками стали заражённые и мертвецы.

Разве это достойное наследие? Нет.

В большинстве своем люди алчны, глупы, полны гордыни, эгоизма и невежества. Но также в некоторых людях, пусть их и не много на фоне общей массы, есть высшие качества. Способность любить, создавать, сила воли, доброта, сострадание, великодушие и прочие.

Если человеку суждено переродиться, то пусть следующее поколение будет лучше предыдущего, а не отражением его самых тёмных начал.

Так я сформировал то, чего хочу добиться. Пока не знаю как, но это не мешало мне приступить к реализации цели.

И первое, с чего я начал, запряг свою новую разведку. Когда Первый пришёл ко мне, я ожидал чего угодно, кроме того, что он попросится на службу. Его сослуживцы подтвердили это намерение и тоже захотели остаться. Просто так им было бы трудно доверять, но Первый согласился на максимальную откровенность и слил все секреты организации, про которые я спрашивал.

Когда допрашиваешь человека несколько часов подряд и можешь чувствовать его эмоции, то вероятность обмана снижается в разы. Допускаю, что его могли подготовить к этому, но… А зачем такие сложности? Убить меня? Так это глупо. В смысле глупо плодить сущности и внедрять в мою команду изменённых. Проще было послать их, чтобы они перехватили меня при выезде с родовых земель. Тем более сейчас я мотаюсь по городу часто, а времена лихие, убить меня не так уж и сложно, если подумать. Чтобы следить за мной? Тут аналогично, не вижу в этом смысла. Нет у меня больше выдающихся секретов, чтобы внедрять элитных солдат в окружение.

Из того, что я узнал… Косвенно подтвердилась информация, что организация существует давно. Первый знал, как минимум о последней сотне лет. Ну как знал, это скорее обычная логика и понимание, что такие эксперименты, которые проводились над людьми, чтобы создать их отряд, не могут взяться из ниоткуда.

Сам Первый изначально шёл на службу государству. Детдом, кто родители неизвестно, весёлое детство, кадетская школа, потом служба в армии и где-то там он записался добровольцем в секретный проект. Итог известен. Первый стал первым удачным экспериментом. И не постеснялся мне рассказать, как именно это происходило и что перед удачей были сотни неудач. Мда, лихие раньше времена царили. Правда, я так и не понял, почему Первый считает себя первым. Блин, раздражает его имя, вечная путаница с ним. Насколько помню из архивов Патриарха Асов, эксперименты над людьми проводились ещё во время войны, то есть больше шестидесяти лет назад. Был перерыв? Потеряли разработки и начинали заново? Ещё одна загадка истории, которая сейчас не играла большой роли.

За прошедшие с момента создания Первого тридцать лет, многое изменилось. Изменённые являлись собственностью организации, не имели права на имя, семью, детей и нормальную жизнь. К ним относились, как к оружию. Что являлось одной из основных причин, почему они хотели свалить. С сыном у него отдельная история вышла. Со своей драмой, интригами и жизнью в постоянном страхе, что это вскроется. Сын — главная личная причина, почему Первый решил «завязать». Он давно об этом мечтал и конец света дал ему такую возможность. Информацию больше не утаить, слишком много свидетелей, а значит лично ему возвращаться обратно никак нельзя. В новых условиях интерес к ребенку изменённого, что вполне мог унаследовать его мутации и гены, только возрастёт.

Когда Первый это мне рассказывал, его глаза напоминали две льдины, в которые запаяли детекторы, отслеживающие мои реакции. Ведь и у меня мог возникнуть интерес как к созданию изменённых, так и к сыну мужчины.

У меня интерес возник, ещё какой, но обо всём по порядку.

Отряд изменённых называли «Призраками». За умение оставаться незамеченными и за специфику их работы. Первый рассказал, как за мной следили, какие технологии и приёмы использовали. Рассказал в том числе о попытках влияния, когда меня хотели настроить против магов.

Я слушал, кивал, сопоставляя то, что мне известно с рассказом и только диву давался, насколько плотный за мной контроль шёл. В основном с помощью технологий, которые как раз поставлял Нойманн Рихт.

— Что ты о нём знаешь? — спросил я тогда Первого.

— Не многое. Знаю, что он имел большое влияние на организацию.

— Не в курсе, он жив?

— Без понятия. Этого человека я один раз вживую видел. Зато знаю, что он смоделировал твои способности, когда Константин тебя к нему привёл.

Как я и думал. Надо же было так попасться… Но винить себя смысла нет, потому что я не предполагал, что в этом мире есть технологии столь высокого уровня, что всего за пару часов общения смогут меня просканировать вдоль и поперёк. Воистину, этот Нойманн гениальный учёный.

За время расспросов я многое узнал, о тайных делах организации. В том числе о подготовке свержения магов. Этот проект давно разрабатывался и вот, наконец, они собирались достичь значительного успеха. Саммит — это вовсе не прикрытие. Его реально собирали со всеми заявленными целями.

— Там собирались выставить несколько важных проектов, — делился Первый, — Основное — это, конечно же, разработки Нойманна. Изначально был план, что его устройства покажут, как образцы всем заинтересованным. Общественность через сми специально готовилась на тот случай, если маги воспротивятся. Было разработано несколько десятков сценариев восстания.

— И тебя не смущало таким заниматься? — спросил я, желая понять, что за человек передо мной сидит.

— Меня всю жизнь натаскивали, что маги это зло. И по большей части я с этим согласен. В силу своей работы я всякое повидал.

— Ты до сих пор хочешь свергнуть магов?

— Думаю, это больше не актуально. Мир слишком изменился.

— Кто ещё планировал выступить на саммите? И что там хотели показать? — спустя минуту обдумывания ответов вернулся я к теме.

— Следующее по важности — оружие против демонов. Против магов оно тоже хорошо работает. Всё это оружие значительно превосходит то, что есть в общем доступе, так что само по себе бы вызвало фурор. Насколько мне известно, у Нойманна склады забиты этим оружием под завязку.

Логично, что тут скажешь. Если намечается война, то почему бы на ней не заработать?

— Оружие — это не только большие пушки. Системы контроля Пастей и демонов, системы обнаружения магии. У Нойманна в запасе уйма технологий, которые бы перевернули понятие войны. — уточнил Первый. — Но были и другие. Ходили слухи о других проектах «изменённых». Насколько правдивы — не знаю. Ещё знаю, что активно заманивали на саммит одного человека. Азиат, вроде как гений биоинженерии. Я видел доклад, где показывали собак, способных потягаться с демоном первого ранга.

— Ещё этого не хватало, — покачал я головой. — Он приехал?

— Не знаю. До конца так подтверждения и не поступило. Если приехал, то это прошло мимо меня. Что вполне могло случиться, потому что у нас задача на тот момент другая была. Планировался сценарий, когда саммит будет атакован магами. На самом деле это случилось. Твой сосед на пару с братом, имею ввиду двух младших сыновей Шамал, напали на иностранных граждан. Нужно ли говорить, что руководство это только обрадовало, потому что маги знатно подставились?

— Не нужно.

Стёпе, Стёпа… Я представил, какую информационную бучу собрались поднять и если бы не конец света, то… Он бы наступил просто чуть позже, вот и всё. Магов назначили бы олицетворением зла. А люди и так на взводе. Началась бы революция, беспорядки и хаос, в котором так удобно договориться и распространить устройства по закрытию Пастей.

— Ещё из интересного — доклады в области истории и социологии, — продолжил Первый.

— Это тут причём? — удивился я.

— Так недостаточно предъявить оружие против магов. Нужно ещё подтолкнуть всех к активным действиям. Для чего и готовились доклады, как маги пагубно влияют на мир, его развитие, развитие технологий и так далее. Вишенка на торте — описание нового свободного общества. Свободного от магической диктатуры.

— Основательный подход.

— Десятки лет подготовки, что ты хочешь, — пожал плечами мужчина.

— Почему именно этот город? — в конце спросил я. — Чем так здесь всем намазано?

— Здесь наибольшая активность Пасти. Главный нервный узел насколько я знаю, — ответил Первый, — И кто сказал, что только здесь? Аналогичные устройства были установлены во всех крупных городах мира.

Если так, то реакция Пасти может быть всё же следствием. Что, если она защищалась? Впрочем, это не важно. Пасть это враг и других вариантов быть не может.

Глава 17. Росток

Выйдя на площадку, я огляделся, обдумывая, подходит это место или нет. Здесь вроде не будем мешать работающим людям, но при этом окажемся на виду и любой желающий сможет увидеть, что здесь происходит. То, что нужно.

Настроив очищение, я пустил волну, испаряя весь снег в радиусе пятидесяти метров. Думаю, для начала этой площади хватит.

— Готовы? — спросил я у волчат.

— Что, прямо здесь? — удивился Болтля.

— Тебя что-то смущает?

— Так холодно же, — поежился мальчишка.

— Это же хорошо, — недобро усмехнулся я, — Чем быстрее начнем, тем лучше. Волчонок, ты ведешь разминку. Чего замерли?

— Давайте парни, погнали, — Волчонок шагнул вперед, повернулся к своим волчатам и начал комплекс разминочных упражнений.

Те зевали вовсю, дрожали от холода, но постепенно включились в процесс. Сейчас около семи утра, солнце только встает, но достаточно светло, чтобы начать заниматься. Как я и ожидал, к нам сразу приклеилось внимание стражей, что находились вокруг, охраняя покой мирных жителей. Чуть позже, когда все выберутся, свидетелей станет ещё больше.

Я не боялся, что мальчишки заболеют. Во-первых, они достаточно закаленные, а если нет, то значит закалятся. Во-вторых, я собирался попробовать поиграть с температурой воздуха, очищая холод. Даже звучит бредово, но раз уж снег получается испарять, то почему бы и нет? В-третьих, у меня тут под боком десяток целителей, что легкую простуду вылечить точно смогут. Да и не легкую тоже.

Пока ребятня разминалась, я раскинул ауру очищения. В моих планах было, чтобы все занятия происходили в её поле. Волчонку я дал аналогичное задание, чтобы он сверкал своей чистотой, совмещая с тренировкой. Пусть контроль и способности развивает, а ещё мальчишек обрабатывает.

Минут через двадцать к нам пришла Эрминия и молча присоединилась к разминке. Я тоже вместе с ними размялся. После началось основное занятие, где мы отрабатывали технику рукопашного боя.

Где-то через час пришел Первый. Постоял минут десять, наблюдая за тем, как я учу, а потом выдал:

— А не молод ты, чтобы детей учить?

Это был вызов. Прямой вызов, перед глазами учеников. И мне это нравилось. Поэтому я указал рукой перед собой.

— Как насчет спарринга?

Судя по блеску в глазах, Первый также как и я давно хотел схлестнуться. Не из-за ненависти, а чисто из спортивного интереса. Мне семнадцать лет, Первому за пятьдесят и он посвятил всю свою жизнь сражениям. Подготовка у него должна быть отличная. Только вот он не знает, что у меня за плечами ещё одна жизнь воина.

Когда Первый встал передо мной, его друзья появились из-за ближайшего угла дома. Немного опоздали к началу, но это не важно. Первый за почти год слежки за мной прекрасно знал, на что я способен. Я же знал не так много, как хотелось, но собирался это исправить.

Атаку начал я. С простого сближение и резкого удара. Без прощупывания почвы, сразу в бой. Первый легко увернулся, а дальше началось. Мы оба плавно поднимали скорость, шаг за шагом, пока не размылись в едва заметные тени.

Если описать Первого одним слово, то это будет безупречность. Он двигался филигранно идеально. Каждое движение вплетается в общий рисунок боя. Никакой суеты, напряжения или помех. Профессионал, который хоть и чувствует азарт, но не дает эмоциям захватить себя. Через минуту мы достигли его предела скорости. Я это понял, когда ускорился, а он не смог. Сбавив обороты, продолжил бой на его уровне.

Первый — взрослый, жилистый и мощный мужик. Но прошли те времена, когда я выглядел, как подросток. Сейчас моё тело переполняла мощь, даже превосходящая его. Что касается техничности… Может его и готовили лучшие инструктора организации, но я продукт многовековой истории боевого рода.

Итог был закономерен. Первый пропустил удар и отлетел назад, приземлившись на задницу. На таких скоростях, простых ударов не бывает. Вот и он, схаркнул кровь и поморщился.

— Слишком я стар для этого, — улыбнулся мужчина, сквозь боль.

В ответ я также улыбнулся. Измененный оказался хорош. Гораздо выше по развитию, чем обычный человек, даже хорошо тренированный. Пожалуй, Первого можно по праву назвать убийцей магов. Уверен, он с этой задачей справится, особенно, если его снабдить оружием и выдать команду таких же измененных, как и он.

— Я тоже хочу! — крикнул тот, кто носил имя Второй.

— Прошу, — указал я на место перед собой.

Отдых мне не требовался. Пока я задействовал не весь потенциал. То, что задумали измененные было очевидным, как белый день. Они хотели меня прощупать. Как и я их. Так почему бы не сразиться с ещё одним?

Если сравнивать Первого и Второго, то последний не был безупречным. Зато он был твердым, как скала. Возможно, это его индивидуальная мутация. Он чаще пропускал удары, но почти не обращал на них внимание. Правда и меня коснуться не мог, уступая в скорости.

Второй был слеплен совсем из другого теста, нежели Первый. Если с тем мы бодались мастерством, то с этим — мощностью. В итоге я забил его, как тушу. Бил так сильно и так долго, пока он не свалился, едва дыша. До этого он не хотел уступать, продолжая нападать. Знаю такой тип людей. Они в первую очередь уважают силу и, как бы дико это не звучало, охотнее будут подчиняться тому, кто их победил. А если победил на их же поле, то есть в противостоянии голой мощью…

К этому моменту Первый уже пришел в себя и спокойно наблюдал за нашим поединком. Как и ещё сотня других людей, что столпились вокруг. Я молча глянул на Пятого и Седьмого, без слов спрашивая, не хотят ли они выйти. Захотели. Сначала Пятый, а сразу после него Седьмой.

Пятый был изворотлив, как змея. Попасть по нему оказалось сложнее, чем по остальным. А седьмой — хитер, как лис. Финты и ловушки, которые он вплетал в рисунок боя было что-то с чем-то. Я искренне насладился чужим мастерством, показав своё.

— Он вообще человек? — шепнул Второй Первому, думая, что я не услышу.

— Теперь и я в этом сомневаюсь, — ответил тот.

После четвертой победы, толпа зааплодировала мне. Я поднял руку, призывая их к тишине.

— Люди! Вы увидели моё мастерство. И видели, что у меня есть ученики. Если кто-то хочет присоединиться, он может прийти в любое время.

Я замолчал, а по толпе загуляли шепотки. Это хорошо, но на этом шоу законченно. Вернувшись к Волчатам, которые поглядывали на собравшихся с гордостью, я погнал их заниматься дальше.

* * *

— Как он нас, — сказал Второй, когда они вчетвером собрались в уединенном месте.

— Это было нечто. Давно меня так не валяли, — прокряхтел Седьмой.

— А вы заметили главное? — спросил Первый.

— Что именно?

— Он дрался с нами на нашем уровне, скорости и по нашим правилам. Тебя, — палец уперся во Второго, — Он подавил силой. Потом переиграл твою гибкость и твои игры, — палец перемещался с одного на другого измененного.

— Сколько ему там лет? — покачал головой Второй, — Семнадцать? Никогда не поверю. Я готов понять, почему он выживал во всех передрягах. Можно списать на талант к магии. Но откуда у него мастерство? Мы уже давно этим занимаемся, но нас уделали, как котят. Это ненормально, мужики.

— Лучше про другое задуматься, — вставил седьмой, — Зачем он собирает учеников?

— Хороший вопрос, — кивнул Первый.

— Вы как хотите, а я в следующий раз присоединюсь к мальчишкам. Пусть это выглядит странно, но плевать, — уверенно заявил Второй.

Первый лишь прищурился и оглядел хорошо знакомого напарника. Он был скалой в их отряде. И больше остальных в людях ценил мощь. Не силу даже, а именно мощь, грубое звериное начало. Интересно, Клоз подавил его специально, чтобы завербовать или это вышло случайно?

* * *

На одиннадцатый день после трагедии, как раз под новый год, пришло сообщение от Шелия, что на них вышло чудовище гигантских размеров и требуется помощь. Со связью по прежнему были проблемы, она то работала, то сбоила, то напрочь отказывалась служить. Как только дошел сигнал и мне об этом сообщили, я взял своих сверхов и отправился к соседям. Измененных и Эрминию оставил на базе. Они и здесь пригодятся, на случай, если беда постучится в дом.

Когда добрался до места, всё уже закончилось. Тварь и правда оказалась гигантской, на пару тонн весом минимум, отдаленно напоминающее то, что случилось в Ювгороде. Размеры мне было сложно оценить, так как я видел только лежащий труп, но и так, он достигал в высоту метром семь, а это двух-трех этажное здание. В длину и того больше. Чем-то монстр издалека напоминал помесь свиньи и динозавра. Словно на хряка натянули твердую черную шкуру, отрастили ему клыки и когти, после чего увеличили в размерах.

— Спасибо, что пришел, — подошел ко мне Амон, что руководил разгребанием последствий, — Много кого мраком поразило, если поможешь, то было бы хорошо.

— Не вопрос. Но потом хотелось бы услышать рассказ, что тут произошло.

Поле битвы внушало страх и уважение. Квартал Шелия шел по тому же принципу, что и мой. То есть они укреплялись, бросив на это все силы, превращая обычный жилой район в крепость. Общую стену вокруг укрепили, возводили оборонительные сооружения внутри, а вереница домов вдоль периметра превратилась в своеобразные башни. Выжившие же переселились вглубь земель и жили кучно.

У меня происходило тоже самое. Новые времена требовали адаптации. Сейчас, если ты хочешь выжить, нужно сплотиться и укрепиться. Иначе вот такой монстр, что сейчас лежал передо мной, вынесет весь квартал.

После просьбы Амона, я направился к пострадавшим. Послушал, о чем говорят люди, не стеснялся задавать вопросы, а как закончил, получил подробный рассказ от Баррака, что тут случилось. Интересовался я не от простого любопытства, а потому что информация — залог выживания. Сегодня напали на Шелия, а завтрак ко мне прийти могут. Нужно быть готовым.

События разворачивались так.

— Тварь засекли на ранних подступах, где-то за полкилометра до нашего района, — говорил Баррак.

— Откуда она пришла выяснили?

— Нет. Там мертвый квартал, может и есть свидетели, но мы пока не выяснили.

Мертвый квартал — это значит, что там больше никого не осталось. Если кто и выжил после трагедии, то покинули дома и те пустовали, навевая гнетущее чувство своими пустыми глазницами брошенных квартир.

— Тварь целенаправленно шла к нам. Почему — не скажу. Может ей приглянулось, что здесь куча людей. Она нас жрала за милую душу. Около десяти человек отправились к ней в желудок, — мрачно перечислял маг, — Пока информация дошла наверх, сам знаешь как сейчас со связью, пока мы собрались, монстр добрался до стены. Та ему препятствия на составила. Последствия главного боя ты видишь перед собой, — мужчина указал в сторону трупа.

Рядом два разрушенных здания, куча обломков, оплавленных до черного блеска. Магия Шелия высокого калибра. Сама туша монстра прожарена до основания и запах стоял соответствующий.

— Обычное оружие монстра не брало. У него шкура круче танковой брони. Обычная магия — тоже в пролете, — делился опытом Баррак. — Пока за высшую не взялись, толку не было. В итоге спалили монстра к чертям.

А заодно спалили всё в радиусе пятидесяти метров. Жар до сих пор ощущался. Высшая магия — это тот максимум, что может выдать старший маг. Иначе говоря, самые забористые заклинания, недоступные молодежи.

Для меня, у которого нет высших магов, это означало большие проблемы. Прикидывая варианты борьбы против столь здоровых и крепких тварей, остается уповать исключительно на очищение. А ведь у некоторых монстров уже появился иммунитет на него.

Нужно искать новое оружие. Или создать его самому.

* * *

После разговора с Барраком, я помог обработать тушу, заряженную мраком. Собравшихся беспокоил вопрос, а можно ли её съесть? Как говорил, тут пара тонн мяса, что капля в море для всех людей, что здесь живут, но всё равно приятный бонус, ведь сейчас проблемы с поставками свежего мяса. В том смысле, что поставок нет, а людей много и они хотят кушать. Сейчас у Шелия около двадцати пяти тысяч человек. У Михайловых — около десяти всего. Сказалось то, что род любителей ближнего боя меньше всего приспособлен под новые реалии, поэтому смертность у них выше, да и притока новых людей не случилось. В тяжелые времена люди шли туда, где больше шансов уцелеть.

У меня собралось около одиннадцати тысяч, но это потому, что изначально людей было меньше. У других родов в разы больше. А так, если считать по приросту, то сейчас людей больше, чем было. Дошло до того, что я запретил пускать всех подряд и брал только тех, кто представлял наибольшую ценность.

Насчет ценности отдельный вопрос. Крайне болезненный… Экономика современного мира, имею ввиду то, что было до трагедии, строилась по принципу производственных цепочек. Если ты хочешь хлеб, то надо сначала вырастить пшеницу, перемолоть её, правильно замешать с другими ингредиентами и только после этого засунуть в печь. А ведь это всего лишь хлеб. Если брать что-то более серьезное, типа автомобиля или компьютера, то там уже задействованы целые отрасли с длиннющими производственными цепочками. Но ладно машины, они сейчас не так важны. Больше всего заботила еда и вот с ней намечались проблемы. Кто засеет поля? Кто будет разводить скот? Если бы мы находились на производственной базе, то есть в поле где-нибудь, тогда проще было бы. Но в городе собрались, как ни странно, городские жители. Здесь нет полей. Нет животноводства. Есть только производства, которые перерабатывают внешний продукт. Ту же муку в хлеб.

Еда, жилье, медикаменты и оружие. Это основа, влекущая за собой смежные области, такие как строительство, образование и прочее.

Когда людей десяток человек, то это один уровень запросов, а соответственно и решений. Если проследить историю человечества, то пока люди не открыли возможности охотиться, запасать пишу, а потом и обрабатывать землю, то они жили небольшими племенами. У меня же одиннадцать тысяч человек, а в городе ещё несколько сотен тысяч. Как их обеспечить всем нужным?

Как бы это цинично не звучало, основная масса людей была балластом, а не помощниками. Это моя отдельная головная боль, как занять толпу. Занять нужно в обязательном порядке. Потому что когда человек бездействует, то он склонен накручивать себя и в итоге создавать проблемы, а не уменьшать их. Пока толпу сдерживал страх и суровые законы, которые я донес до всех. За любую провинность кара будет жестока. Начиная от изгнания с земель, что обрекало человека на более чем вероятную гибель, заканчивая казнью здесь и сейчас, если преступление серьезно.

Основная масса людей либо грабила город, либо занималась стройкой, возводя укрепления. Ещё были целители, няньки для маленьких детей, учителя для тех, кто постарше, повара и все прочие, кто обслуживал существование большого коллектива. Это решало две ключевых задачи: собрать доступные ресурсы и занять людей делом. Но не решало проблемы глобально, потому что выживать на пережитках прошлого долго не получится. Нужно восстанавливать производство. Что пока совсем непонятно, как делать. Я даже подумывал, чтобы уйти в более подходящие места, но куда и как вести людей в неизвестность непонятно.

На фоне всего этого, туша монстра и возможность её сожрать взбудоражила умы людей. Если таких тварей в округе окажется много, то это частично отдалит проблему голода. Осталось узнать, можно ли это мясо есть.

А потом придумать, как сформировать из обычных людей охотников, способных поохотиться на демонов.

Глава 18. Крысы

На двенадцатый или на следующий день, после того, как я провел публичную тренировку с волчатами, с утра ко мне пришло четыре новых человека. Второй (изменённый который), один молодой парень, которого я не знал и две девушки близняшки. Их раньше я видел, они ходили в стрелковый клуб Эрминии и считались её людьми. Если со Вторым всё понятно, молодой парень выглядел более менее спокойно, разве что волновался, как всё будет проходить, то девушки пришли подавленными. Эрминия шепнула, что их мать и отец погибли. Теперь они одни в этом мире. Как я понял, лучница с ними общалась и направила ко мне.

Я далеко не самый лучший психолог. Совсем другая у меня специальность. Но не надо быть гением, чтобы понимать происходящее с психикой человека в таких ситуациях. Смерть близких — это сильнейший стресс. Плюс крушение всего привычного мира — это если не более сильный стресс, то сопоставимый уж точно, что удваивает нагрузку. Меняется весь быт и привычки. Цели, которые человек до этого считал важными, умирают и теряют смысл. Всё ранее привычное теряет смысл. Надо перестраиваться, учиться чему-то новому, но… На это ещё нужно найти силы.

Если присмотреться, то легко найти проблемы психологического характера у девяноста процентов тех людей, которые у меня здесь есть. Эти травмы сейчас подавлены, потому что люди озабочены выживанием, но аукаться будут всю дальнейшую жизнь. Я не знал, как помочь всем. Разве что дать ощущение безопасности, создать оплот стабильности, да нагрузить работой. Ещё я не знал, как помочь этим двум девушкам оправиться. Но я знал, как нагрузить их тела, как научить находить опору внутри себя, а если её там не окажется, то как создать с нуля.

В чем-то это универсальный способ, проверенный веками. Если мир вокруг запредельно хаотичен и ты не знаешь, доживешь ли до завтра, в любой момент тебя могут сожрать и убить — в такой ситуации человек обнаруживает, что он мало что может контролировать. Для большинства это удар, который они не могут перенести. Нет, от этого не умирают, но впадают в состояние психологического анабиоза, отрицания реальности или тупо медленно саморазрушаются. Я уж не говорю про убегание в дурные привычки, типа алкоголя или наркотиков.

Все эти убегания и отрицания не помогают, а только усугубляют ситуацию. Если ты столкнулся с тем, что потерял контроль над своей жизнью, то начинай с простых вещей, которые ещё находятся в твоей власти. Поэтому первое, что я сделал с этими тремя: близняшками и молодым парнем, это нагрузил их разминкой и физическими упражнениями. Пусть они почувствуют свои тела, свои мышцы, а завтра ощутят боль в них. Пусть заметят, что они ещё живы и найдут в тренировках опору. Это то, на что они могут влиять, что могут развивать и что поможет им окрепнуть. Волчат это тоже касалось, но они трагедию переживали легче. Всё же я их давно готовил. Что насчет Второго — так этот мужик, как мне кажется, сродни камню. Не пробили его трагедии мирового масштаба. Что взять с профессионального бойца.

Пришел Второй за другим. Он нашел того, кто смог переиграть его на его же поле и жаждал если не реванша, то развития. Первый рассказал, как происходят тренировки изменённых. Ключевое, что в них развивали — способности к адаптации. Команда учёных и сверхов вывели эту способность организма на принципиально иной уровень, а дальше… Дальше три десятка лет изменённых нагружали, постепенно задирая планку испытаний. Отсюда сверхскорость, повышенная сила, быстрое восстановление, игнорирование большинства ядов, крепкая кожа, регенерация, замедленное старение и десятки других, менее заметных бонусов.

Во всём этом была одна проблема. В какой-то момент изменённые столкнулись с тем, что их сложнее нагрузить ещё сильнее. Банально нет подходящих противников. С магами редко когда подраться можно. А друг против друга — так и у этого есть предел. Каждый из бойцов идеально знал друг дружку. Так что во мне, как я подозреваю, Второй нашёл новый вызов и способ превзойти себя. Поэтому с ним я занимался совсем иначе.

Всю тренировку я не стеснялся читать лекции, указывая на слабые места и давая философию. Если кто-то подумает, что философия — это пустая болтовня, то он ничего не понимает в пути воина. Если у тебя слабый дух, слабое мышление и слабая философия жизни (да и смерти тоже), то пика силы тебе не достигнуть. Путь воина, как я его понимаю, требует постоянно преодолевать себя. Находить свои слабые стороны и трансформировать их в силу. День за днём, во всех своих делах. Сильно грузить я не стал. Просто рассказывал, на примере понятных и актуальных ситуаций, как стать сильнее.

Я не ждал, что мои наставления быстро прорастут в новичках. Я вообще не уверен, что они придут завтра снова и продержатся больше, чем неделю. Ничего, это допустимые потери. Мой план — вовлечь как можно больше людей и пусть они отсеиваются. Среди кучи необработанной руды я найду свои алмазы.

Осталось только понять, что из них я собираюсь выковать.

Третье, что я делал, пока тренировал и учил — это развивал собственные умения. Какая-то моя часть постоянно генерировала очищение, которое стало для меня настолько же естественным, как и дыхание. Другая моя часть отслеживала изменения в людях от тех попыток влияния, что я предпринимал. Очистить энергетику человека до стерильности, насытить чистой энергией, убрать усталость из организма и десятки других экспериментов, что я ставил на добровольцах. Правда, они об это не знали, так что добровольность условная.

Больше всего удивил Второй. Способность к адаптации была видна невооружённым взглядом. Его организм жадно впитывал вливаемую силу и к чему это приведёт, я очень хотел узнать.

Тренировка планировалась на три— четыре часа. Если кто перенапряжётся, я дал целителям задание помочь этим людям. Раз уж есть такая возможность, то стандартный формат тренировок можно изменить и не бояться перенапряжения.

Начинали мы в семь, а закончить в десять-одиннадцать было бы самое то. Если людей станет больше, надо ещё будет придумать, что делать с графиками их работ. Сейчас активно налаживали новую систему, кто, где и сколько должен работать, а ещё сколько за это получать. До конечного варианта было далеко, чего только стоит согласовать маршруты вылазок в город, но, думаю, устаканится. Как и мои занятия с людьми тоже.

У нас, кстати, много зрителей собиралось. Которые приходили постоять в моей ауре. Очищение — это синоним выживания в эти дни. Поэтому люди тянулись, а я не мешал.

Зато помешали мне. Тренировку не удалось завершить до конца. Где-то ближе к десяти утра раздался сигнал тревоги. Причем сразу чуть ли не в центре моих земель, где больше всего народу находилось.

— Что там? — повернулся в сторону сирены Второй.

Следом за сиреной донеслись крики, а после и люди побежали, кто куда, от пока невидимой опасности. Меч теперь всегда был со мной, поэтому, подхватив его, я бросился навстречу источнику неприятностей.

Раздались выстрелы и сразу за ним взрыв. Не понимая, что происходит, я ускорился и вскоре увидел, в чем дело. Прямо из канализационного люка валил дым, сквозь который выпрыгивали крысы. Стражи открыли огонь именно по этим тварям и видимо попытались блокировать поток. Но пули их особо не брали. К моменту, когда я подбежал, на поверхности оказалось десяток монстров, что бросились в разные стороны на людей.

Одна из крыс прямо на моих глазах добралась до бойца и вцепилась ему в ногу. Размером с крупную собаку, эта тварь явно крупнее своего прежнего размера. Да и мраком от неё смердело так, что страшно становилось.

Я выпустил направленно волну очищения, желая помочь бойцу, но… Крыса проигнорировала атаку, продолжая пожирать мужика. Тут сразу несколько монстров бросились мне наперерез и в ход пришлось пустить меч, чтобы разрубить их на части.

Мозг хладнокровно фиксировал происходящее и искал слабые места. Шкура жёсткая, надо бить там, где её нет. Повышенная сопротивляемость очищению. Тело само по себе крепкое и очень живучее. Даже располовиненные на две части, монстры продолжали жить и пытались добраться до людей.

Из канализационного люка продолжали лезть крысы. На открытом пространстве их уже пару десятков собралось и я не знал, как их разом остановить. Внезапно в люк прилетела стрела, часть асфальта осела и поток на время затих.

Тут ещё и Второй подбежал, тоже размахивая мечом. Вместе с ним на пару мы быстро прикончили тварей, пока те не разбежались. Спасло то, что они не превосходили обычного человека в скорости.

Стоило на секунду замедлиться, как недалеко раздались новые крики. Мы рванули туда и там история повторилась. Только теперь это было не в одном месте, а сразу в нескольких. Возникла паника. Твари добрались до обычных людей, которым не повезло оказаться на их пути. Я видел, как одному парню разом откусили руку, настолько мощные челюсти отрастили себе крысы.

Я ворвался в самую гущу, разрубая одного монстра за другим, но этого было мало. Слишком активным потоком они шли. Не только через люки, а через все щели, устроив массовый набег.

Приходились постоянно смещаться, чтобы не быть заваленным трупами. Где-то рядом рубился Второй, работая лишь чуть менее эффективно, чем я. Вскоре нарисовались его друзья и дело пошло чуть веселее. На шум сбежались стражи, но лучше бы они остались в стороне. Пули почти не брали крыс, те легко восстанавливали ранения и быстро добирались до людской плоти.

Следом пришли сверхи, но и это не переломило бой в нашу сторону. Я нарубил уже полсотни, а крысы лезли и лезли, не собираясь останавливаться. Мало того, они ещё и разбегались по округе, сея хаос и разрушения.

Требовалось что-то сделать. Срочно.

Всё это время я перебирал разные типы очищения, которые смогли бы массово убить монстров. Что-то работало хуже, что-то лучше, но идеального результата так и не получилось достичь. Зато в какой-то момент я смог их разозлить.

После очередной вспышки очищения, крысы как-то все разом повернулись ко мне и следующая минута вышла жесткой. Меня чуть не облепили со всех сторон и вырваться удалось исключительно благодаря скорости. Правда, без последствий не обошлось и одна зверюга вцепилась мне в плечо, выдрав кусок мяса.

В бою, когда в крови бушует адреналин, боль не чувствуешь. Я прорвался из завала, буквально распинав крыс, что так и норовили в меня вцепиться. После чего рванул от них в сторону, увлекая за собой. Раз уж нашёл способ их разозлить, то надо этим воспользоваться, выиграв время для обычных людей.

За следующие двадцать минут я собрал целую орду тварей. Вместе со всей командой мы сместились за стену, где смогли развернуться. Результативнее остальных оказалась Эрминия, что площадными ударами отправляла сотни крыс на тот свет разом. Но такое чувство, что они со всего города собрались, и не думают заканчиваться.

В какой-то момент я вбежал в одно из заброшенных зданий, пролетая через этажи так быстро, как только мог. Крысы бросились за мной и чуть не отстали. Пришлось замедлиться и дать им бой, нарубив пару десятков. В итоге я вбежал в какую-то квартиру и напоследок ударил со всей дури очищением, будя в них первобытную ярость.

Крысы ломанулись за мной, а я, развоплотив часть стены, прыгнул наружу, перелетая разделяющее пространство до следующего дома. Тут всего метров пять-шесть, специально так выбирал. Влетев в чью-то бывшую квартиру, я врезался в диван, а потом и в стену. Поднявшись, наблюдал чудную картину, как десятки крыс выходят в окно. Только у них ножки слишком короткие, чтобы так далеко прыгнуть. Поэтому они падали вниз.

Первые из них разбивались об асфальт. Часть пыталась затормозить и избежать участи, но сзади их подталкивали собратья. Да и я постоянно генерировал ауру «ненависти» от чего они как сумасшедшие продолжали кидаться.

Гравитация перестала работать, когда следующие ряды падали на переломанные трупы своих собратьев. Тут подоспели сверхи, Алмаз создал два щита-пластины между домами, которые сработали, как барьер. В итоге крысы стали набиваться, как в бочку.

Всё это дело Матвей накрыл огненной плетью, а Эрминия засыпала стрелами, посылая их навесом. О, что тут началось… Визг, запах палёных шкур и непрерывно растущая гора из трупов.

Схему повторили ещё два раза. С перерывами минут по десять, потому что найти подходящие дома, да ещё крыс за собой увлечь, перед этим их собрав с округи — та ещё задача. Это время растянулось для меня в непрерывный бег и рубку. Подошли стражи, пытались поддержать огнём, но толку от них было мало. В итоге они откатились и добивали тех, кто отставал от основной массы.

Когда это безумие закончилось, я обессилено рухнул прямо на землю и минут пятнадцать смотрел в одну точку, приходя в себя. Твою же мать… Крысы долбанные.

* * *

— Куда они? — спросил Болтля по старой привычке, чтобы хоть что-то сказать.

Волчонок, понимая, что это риторический вопрос, молча проводил Эдварда взглядом, как он, подхватив меч, рванул в сторону шума. Парня беспокоил вопрос, ему то что делать? Бежать следом или нет?

Заминка не была связана со страхом. Она была связана с непониманием. Будь там обычная шпана, Волчонок бы вписался без раздумий. Но если там будут стрелять или придут демоны с мертвецами — то что он может сделать? Эдвард уже неоднократно им донес регламент поведения в случае нападения. Если коротко, то звучал он так — не мешайтесь.

С другой стороны, бездействовать, когда остальные бросились сражаться — это претило духу Волчонка. Неправильно как-то.

Тем временем, пройдя через первую привычную реакцию что-то ляпнуть, мыслительный процесс Болтли шел дальше. В его голове собирался пазл. Болтля хотел, чтобы у него пробудились такие же способности, как и у Волчонка. Да и кто не хотел из их компании? Ради этого мальчишки, не сговариваясь, стали заниматься ещё усерднее, думая, что это их приведёт к желаемому. Ещё Болтля помнил, как у Волчонка пробудились способности. В момент смертельной опасности, когда он защитил всех в квартире от верной смерти!

Тогда была смертельная опасность, и сейчас тоже пришла смертельная опасность. Не зря же слышны выстрелы, крики боли и все стражи, во главе с Эдвардом, сбегаются в одно место? Случилось что-то плохое, а значит это был способ проявить себя.

— Это наш шанс! — мысль прошла через все кусочки пазла и собралась в своеобразный вывод, который Болтля и озвучил.

В этот момент наконец-то показался противник. Это была крыса. Большая, страшная, даже издалека видны её острые и мощные зубы. Болтля сглотнул, но энтузиазма не растерял.

— А ну дай! — подбежал он к Волчонку и выхватил у него клинок.

Эдвард уже начал его учить обращаться с оружием и пропускать через него силу. Сегодня был их первый урок. Волчонок от такой наглости растерялся и выпустил оружие из рук. Болтля отбежал от него на пять метров, когда до парня дошло, что задумал этот сорванец.

— А ну стой! Прибью! — заорал он, бросаясь вперёд.

До ближайших крыс, которые всё выбегали и выбегали, было метров сто. Ими уже занимались стражи и не то, чтобы успешно. Тут ситуация резко изменилась и ещё одна стая выбежала с другой стороны, вбегая в жилой дом. Туда Болтля и рванул.

Волчонок продолжал за ним бежать, на ходу матеря его на всю голову! В голове парня билась только одна мысль, что если с Болтлей что-то случится, Эдвард им потом обоим голову открутит.

К сожалению, маленький паршивец был достаточно быстрым и имел фору, чтобы Волчонок его не успел догнать. Зато мелкий засранец успел догнать крысу и долбанул её мечом прямо по хребту.

Волчонок видел, как тварь дёрнулась, захрипела, развернулась и прыгнула на мальчугана. Тот упал на спину, а крыса насела на него. Болтлю спас клинок, который он выставил перед собой.

Парень бросился на помощь, но не успел. Ещё одна крыса кинулась ему в ноги и цапнула за лодыжку. Заорав, Волчонок упал на землю, чуть не разбив себе лицо. Сверху прыгнула ещё одна крыса, что когтями царапала спину. Где-то рядом с ухом клацнули зубы.

Раздался выстрел, тварь откинуло на землю. К мальчишкам подбежал страж с оружием, он посылал одну пулю за другой в набегающих монстров, но тех оказалось слишком много. Да и шкура их была настолько крепка, что выдерживала попадание.

Болтля в этот момент орал на всю округу и пытался скинуть тварь, которая всё ещё тянулась к нему своей пастью. К нему подбежал Бегунок с Севой и они на пару схватили монстра за задние лапы и хвост. Дернули, освободили мальчугана, но сами оказались в опасности.

Крыса прыгнула на Бегунка и вцепилась ему в подставленный локоть. Волчонок смог подняться, пнув вторую крысу по морде, но та и не думала сдаваться. Потеряв мальчишек из виду, парень снова оказался на земле, в последний момент успев схватить крысу за челюсть и не дать сомкнуться той у себя на лице.

Спас его Болтля. Он подбежал, занёс клинок и пробил череп крысе одним ударом. Провернул, дёрнул оружие в сторону и скинул содрогающийся труп.

— Живой? — спросил мальчишка.

— Какого хера! — завопил Волчонок, — Эдвард нас убьёт!

Болтля поморщился, помог подняться Волчонку, тот огляделся и увидел, что остальные крысы тоже прикончены. По всему выходило, что на их счету аж целых два трупа. С остальными справились подоспевшие стражи. Весь живот Болтли был исполосован когтями, по телу бежала кровь и кажется, даже внутренние органы видны. Но важно было другое.

Раны испускали белое свечение. Почти такое же, какое генерировал сам Волчонок.

Глава 19. Отражатель

— Значит ты, завидуя Волчонку, рискнул жизнью, подставил других и всё ради попытки обрести силу? — чеканил я слова, смотря на Болтлю.

— Я не завидовал! — возмутился он.

— Завидовал, завидовал, — проворчал Волчонок. Остальные мальчишки закивали.

Я оглядел воинство, стоящее передо мной. Что они отчебучили, мне с охотой стражи пересказали. Да и я сам увидел последствия, когда к целителям зашёл, что латали раненых. Всех, кроме Болтли.

Этот малолетний, незнамо кто, умудрился сам себя исцелить. Пробудив силу. Бегунок и Сева смотрели на него с плохо скрываемой завистью и мне прям слышится, как у них в голове шестерёнки скрипят, генерируя мысль — а не рискнуть ли нам тоже?

— В чём твоя ошибка? — устало вздохнул я.

— Подставил остальных. — опустил глаза Болтля.

— А конкретнее?

— Я кинулся на неизвестно врага, без оружия. Точнее не умея пользоваться мечом. Остальные же и вовсе с пустыми руками были, зачем-то увязавшись за мной.

— Мы тебе жизнь спасли! — вспыхнул Бегунок.

— Подставил других, что ещё? — придавил я мальчишек взглядом, чтобы они не поругались.

— Это всё. Я рисковал, но это был оправданный риск, — упрямо заявил Болтля и даже мне в глаза заглянул с вызовом.

На это я лишь хмыкнул.

— За первый серьёзный бой — хвалю. За то, что не бросили эту бестолочь — тоже, — обвёл я их всех взглядом, — То, что кинулись на крыс без оружия — с этого дня введу для вас дополнительные занятия. Будете у меня теперь в броне ходить и бой холодным оружием осваивать. Да и стрелять вас научу. Если узнаю, что применяете оружие где-то не по делу, то лучше вам бежать из города, потому что после этого вас будут ждать исключительно тёмные деньки. Настолько тёмные, что конец света за окном покажется манной небесной. Уяснили?

В ответ раздался хор усиленно болтающихся вверх-вниз голов.

— Насчёт тебя, Болтля. Сознательно рискнуть — это ты молодец. Подставить всех остальных — жёсткий косяк. Единственный вывод, который вы все должны из этого сделать, это осознание своей вопиющей слабости. Волчонок получил силу, но помогла ли она сегодня? Я вас учил драться, это вас спасло? Не особо. Но раз вы такие активные, возьмусь за вас по серьёзному.

Мальчишки переглянулись. Прям чувствую, как им хочется спросить, а что было до этого? Несерьёзно что-ли? О, они это скоро узнают.

— Что с твоей силой? Опиши, что чувствовал, — сказал я Болтле, убедившись, что мне вняли, и приготовился разбираться в произошедшем.

Мой бой с крысами закончился где-то полтора часа назад. О том, что ребятня пострадала я далеко не сразу узнал. И без того проблем хватало. Всего мы перебили около тысячи крыс. Часть из которых не увязалась за мной и смогла добраться до других людей. Под тридцать трупов сейчас лежат на улице, накрытые брезентом и дожидаются, когда их предадут огню. Отправить, что ли, волчат помогать разбираться с трупами? А это хорошая идея. Пусть посмотрят на смерть вблизи. Увидят, чего чудом избежали.

Но это чуть позже. Сначала выслушаю рассказ.

— Да я сам не понял, — почесал макушку Болтля. — Вроде светиться сначала начал. А потом боль ощутил. Крыса меня того… Подрала сильно. Дальше нас к целителям отвели. Как дошёл — не помню. Пришёл в себя, а ран уже и нет. Целители удивились, потому что они до меня добраться не успели.

— Сейчас как себя чувствуешь?

— Да никак, — помотал раздосадовано головой Болтля, — Я уже пытался силу призвать, не приходит. И что с этим делать?

В его вопрос было столько надежды, словно у него украли чудо и теперь он у меня требует его вернуть. Я присмотрелся к парню и не смог увидеть следов. Энергетика есть какая-то, но слабые зачатки. У того же Волчонка в разы сильнее развито. На самом дела я думал, что если кто ещё и пробудится, то это будет либо Бегунок, либо Сева, а Болтля в самом конце. Двое мальчишек опережали его где-то на пару шагов. А Волчонок опережал их всех где-то на три шага.

Теперь же даже не знаю. Следа силы нет. Зато есть свидетели, утверждающие, что Болтля светился «очищением». То есть как лампочка в ночи чистотой полыхал. Плюс свежие шрамы, к которым никто из целителей не прикасался. Его проверили. Внутренние органы были повреждены, а сейчас полностью здоровы. Значит, каким-то образом мальчуган смог полностью восстановиться.

Я напряг чувствительность ещё больше, ощупывая его, но следов, как ни старался, найти не мог. Что это за мистика такая?

— Ой! — выдал он внезапно.

— Что такое?

— Я это… Эмоции чувствую! И светится всё как-то странно! Парни, да вы мне сами завидуете! — выставил он обвинительно палец на Бегунка и Севу.

— Тихо, — шикнул я, — Опиши, что чувствуешь.

Минут через пять удалось разобраться, что его ощущения сродни моей чувствительности. Загадок от этого только прибавилось. Я призвал очищение и направил на Болтлю, наблюдая, что будет. Тот через минуту, о чудо, засветился.

Как так-то?

— И что это значит? — то ли с надеждой, то ли жалобой спросил он.

— Будем разбираться, — только и смог ответить я. — Так, вы трое — идите помогать с покойниками. Скажите, что я вас послал. Ты, — глянул я на Болтлю, — Идёшь за мной.

— Так не честно! Почему нас наказывают? — возмутился Волчонок.

— Кто сказал, что это наказание? — сделал я вид, что удивлен, — Это учёба. Даю вам возможность наглядно посмотреть, чего вы едва избежали. Чтобы в следующий раз аккуратнее были. Чего встали? Бегом на улицу!

Трое парней свалили, а я связался со своими людьми. Первым делом передал сообщение, чтобы приставили мальчишек к разбирательству с последствиями. Вторым делом пригласил Эрминию и своих сверхов.

— Что случилось? — первой зашла девушка. Выглядела она уставшей, выложившись за время боя с крысами.

— Будь добра, призови свой лук и приложи его к Болтле. — кивнул я на мальчишку.

— Зачем? — спросила она, тем не менее делая то, что я сказал.

Пока ждал эффекта, рассказал, что открыл. Вскоре догадка подтвердилась. Болтля стал светиться чужой энергией. Силой мага. Прям как у Эрминии. Следом подошел Алмаз и Матвей. Подумав, я попросил только первого призвать щиты, а вот Матвея, с его огненными плетьми — лучше не надо. Поздно спохватился, зря только мужика гонял.

— Что это значит? — задала вопрос лучница, — Он копирует силы?

— Копирует или отражает. Пока сам не знаю, — покачал я головой, — Но вы видели? Хаотичное выплескивание, без контроля. Если увлечётся, то в лучшем случае поранится. В худшем — разнесёт всё вокруг и убьётся. Ты слышишь, парень? — глянул я серьёзно на Болтлю, — Риски осознаёшь?

— Д-да, — закивал он, чуть промедлив.

Почему-то мне кажется, что уже сегодня вечером он достанет Волчонка, чтобы применить свой дар. Мда… И вот что мне с ними делать?

* * *

Погибших людей сожгли. С крысами пока не определились, что делать. Их никто точно есть не собирался. Не настолько люди ещё отчаялись, чтобы опускаться до этого. Но как-то использовать — пока непонятно, может и можно. Я забрал несколько туш, которые отдал вивисекторам. В смысле медикам-учёным-энтузиастам, которые сейчас отвечали за исследование новой флоры и фауны.

Это только звучит мерзко — крыса. Да и выглядит тоже. Но по факту это мутант. Земной организм, что мутировал неизвестным науке образом во что-то иное. Укреплённые шкуры, что выдерживают попадание автоматной пули. Клыки, что легко прокусывают человеческие кости, да и кое-какую защиту. Когти, что оставляют следы на стальных пластинах. Мне когда данные сообщили, я напрягся, если честно.

С такими возможностями крысы в любой дом попадут при желании. Тупо проскребут себе путь сквозь стены. Опасно. Зато получается, что есть смысл их разделать, вдруг пригодятся. Можно сделать из шкур защиту, а из когтей — оружие. Не бог весть что, но это лучше, чем простая одежда. Да и когти большинство ножей по урону уделают. В условиях рухнувшего мира, где не заказать новое оружие, даже такие кустарные поделки могут стать подспорьем.

Крысы — не единственное, что изучал мой маленький отдел учёных. Все туши демонов, что мы убивали, проходили через их руки. Ещё поисковые команды захватывали для них все интересные образцы растений. В общем, у ребят дел хватало. Кроме поиска ценных материалов, они ещё выдавали сводки, где находятся уязвимые места у тварей, что было хорошим подспорьем в охоте.

Не только у меня, кстати, такие отделы имелись. У тех же Шелия тоже были. Мы с ними уже не раз данными обменивались. Это сильно упрощает жизнь, когда не надо рисковать и на собственный шкуре проверять, с чем можешь столкнуться.

К Шелия я в тот же вечер наведался. Мы с ними заранее договорились, как и с другими родами. Сейчас в городе образовалась мощная коалиция между мной, Шелия, Михайловыми, Горчаковыми и Огинскими. Что делали остальные — я знал лишь на уровне слухов. Орловы укрепились на своих землях и от них меньше всего новостей поступало. Шамал тоже с радаров пропали, но их поисковые отряды регулярно видели в городе, а значит они нашли способ, как противостоять угрозе. Про остальные рода тоже не особо слышно.

У Шелия я задержался. За эти почти две недели мы с Амалией так ни разу нормально и не виделись. Что у меня, что у неё дел было выше крыши. Девушку приставили к родовым целительницам и та активно перенимала мастерство, хотя раньше не особо стремилась к этой стезе. Как приехал и обсудил дела, то нашёл девушку.

— Ты в курсе, что сейчас светишься постоянно? — спросила она, когда мы остались наедине.

Род Шелия занял один из небоскрёбов на своих землях и Амалии выделили отдельные апартаменты в здании. Так что мы смогли с ней уединиться, урвав возможность.

— Да мне об этом уже не раз говорили, — устало проворчал я. — Последствия моей магии. Слишком часто её применяю.

Что правда. Я почти всё время генерировал вокруг себя ауру очищения, изгоняя мрак. Сидя в кабинете, в вылазках, когда выходил к людям, когда помогал целителям, когда вёл тренировки. Дошло до того, что это происходило без моего участия, навык ушёл на уровень рефлексов, стал естественным продолжением меня. Если я полностью отключал ауру, то свечение всё равно оставалось. Словно мой организм настолько пропитался чистотой, что теперь светится ею. Это несколько пугало. Потому что неизвестно, как далеко зайдут изменения в моём организме.

— Зато на освещении экономить можно, — неудачно пошутила Амалия.

Шуточки про свет сейчас из серии чёрного юмора, потому что каждый день была угроза, что система, которую с горем пополам наладили Шелия, навернётся в любой момент.

— Лучше расскажи, как твои дела? — притянул я девушку к себе.

— А как они могут быть? Всё то, что раньше имело смысл потеряло его. Теперь другие цели, задачи и обязанности. Я устала, Эдвард. Но деваться некуда. — положила она мне голову на грудь и прижалась.

— Получается развивать твою особенность?

— Ты про изгнание мрака? Как ни странно, но да. Мы постоянно тесты проводим. Я научилась выделять то, что наносит мраку наибольший урон. Знаешь, что мы открыли? — отстранилась она от меня, — Мрак имеет единую информационную систему!

— Что это значит?

— Если выжечь кусок мрака, что в следующий раз его кусочки будет иметь большую сопротивляемость. Словно перед смертью погибшая часть сообщает данные о той магии, что нанесла ей вред.

— Я что-то такое замечал, — киваю в ответ.

Ага, заметил, когда Пасть адаптировалась, пыталась меня сожрать и породила серебристых демонов, что почти игнорировали очищение.

— Но мы ещё кое-что узнали. Если сначала создать экранирование достаточной силы, то сигнал не проходит.

— А как вы его создавали?

— Я ставила мощные щиты. Настолько мощные, насколько могла. У других так не получается.

Я задумался, как это можно использовать. Единая сеть, значит? Глобально это ничего не меняет. Ну получает Пасть данные о том, как её частички гибнут. Выпускает обновления и следующее поколение мрака делает более устойчивым. Постоянная адаптивность. Всё это говорило о том, что у человечества нет шансов. Единственный выход — пересилить её скорость развития. Так что остаётся только посмотреть, кто лучше адаптируется. Люди или Пасть.

— У меня к тебе вопрос, — Амалия внезапно изменила тему.

— Какой же? — вернулся я из пучины своих дум.

— Возьмёшь меня с собой?

— Зачем? И тебя разве отпустят? — удивился я.

— Я уже договорилась. — улыбнулась девушка, — Мы сошлись на том, что мою силу изменило твоё влияние. Нужно это проверить. Поэтому мы, в смысле я и Сара, надавили на отца и он дал добро, при условии, что ты пообещаешь за мной присматривать.

— Это само собой, — кивнул я, осмысливая новость.

В целом, мысль интересная. То, что я как-то могу влиять на других, что обычных людей, что сверхов, что магов — можно считать подтверждённым фактов. Но имеющихся результатов слишком мало. Требовалось поставить это дело на поток. Если я создам тысячу таких же магов, как и я, что способны очищать мрак, это даст реальные шансы человечеству. Да мы пройдёмся по всему городу и выжжем заразу до тла. Наверное…

Шансы есть и неплохие. Даже я один являюсь тем фактором, который спас тысячи жизней и помогает людям удерживаться на плаву. Каждый день я очищаю сотни людей, что получают заражение. Если бы не это, то, кто знает. Может от города бы уже ничего не осталось. Я не являюсь уникальным, те же Орловы и Шамал как-то держатся. Да и других групп людей в городе хватает, но факт есть факт, благодаря моей силе людей в десятки раз больше выжило, чем могло бы. Поэтому мысль распространить семя очищения не такая уж и плохая. Обнадёживающая, я бы сказал.

Тем временем, пока я опять ушёл в свои мысли, Амалии это надоело и… в общем, дальше мы занялись тем, ради чего и уединялись.

* * *

Пусть и короткая, но всё же разрядка с любимой девушкой, прочистила не только то, что внизу, но и мозги. Нам это было нужно обоим. В конце концов, секс — это древний способ сбрасывать напряжение.

Когда уже возвращались, я определился, что собираюсь делать с мальчишками и их выходкой. Наши тренировки продолжатся, но… Пора признать, что этот мир непоправимо изменился и теперь царят совсем другие ценности, нежели ещё две недели назад.

Если раньше я с ними занимался, в первую очередь собираясь развивать силу духа на почве скорее спортивных дисциплин, а не боевых, то сейчас изменил решение. Отныне я буду готовить из них бойцов. Да и с остальными, всеми, кто попадёт ко мне на занятия, поступлю так же. Пора достать родовое наследие и вспомнить, как готовить бойцов, что способны постоять за себя и выживать в большинстве ситуаций, за короткий срок. Правда, наработки из прошлого мира не полностью актуальны, только в той части, что отвечает за физическую и психологическую подготовку, а вот навыки придётся разрабатывать с нуля. Потому что противники у парней будут в основном не люди, а дикие хищники, демоны и мертвецы.

Работы предстоит — море. Надо изучить способности Болтли, да и Волчонка тоже, надо разработать систему подготовки… Ах да, учитывая мои цели, тренировки надо адаптировать с учётом того, что люди будут приходить с разной степенью подготовленности. Мда… Вроде мелочь, а разница колоссальная. В моём то роду обучение начинали с малых лет. Даже игры в младенчестве строились по принципу, чтобы развивать нужные качества, что всячески поощрялось всеми членами рода. Поэтому, когда ребёнок вырастал, он был неплохо закален физически и психологически, от чего обучение ложилось, как по маслу. Здесь же мне предстоит выбивать людскую слабость, инертность, буквально ломая и так сломанных людей, чтобы выковать из них нечто принципиально новое.

Посмотрим, что из этого выйдет.

* * *

Как доехали обратно на мои земли, я первым делом разместил Амалию.

— Ты у меня на сколько?

— Не знаю. Пока не узнаем что-то новое. Ты всё так же тренировки проводишь, надеюсь?

— Да. — кивнул я, — Но формат изменился. Точнее изменится с завтрашнего утра.

— А как поменяется? — уточнила она, не зная, что именно я задумал.

— Увидишь, — многообещающе улыбнулся я, — Будет жёстко, так что готовься. Если честно, то не уверен, что это тебе нужно.

— Я не поняла. Это сейчас забота такая или оскорбление? — хмыкнула девушка, — Чтобы ты не задумал, я буду участвовать.

— Заметь, ты сама это сказала.

На это она ничего не ответила, смотря на меня с подозрением. Ну да… Я Амалию и Эрминию тренировал, но без жести. Теперь времена изменились и…

Любая тренировка строится в рамках физических и психологических ограничений. У тела есть предел, после которого он дальше не может. Да и не надо дальше. Тут зависит от тех целей, которое преследует развитие. Если ходишь в спортзал, чтобы мышцы подкачать, то превозмогать не нужно. Наоборот, процесс надо выстраивать так, чтобы отдыха было достаточно и мышцы успевали восстанавливаться. А точнее расти после того, как через упражнения им наносится вред. Это если в общих чертах.

Если цель другая, например, закалить тело до уровня стали, развить волю и подготовить человека действовать на запредельном уровне, то здесь подход иной. Надо устраивать сверх стресс для организма, чтобы постепенно его адаптировать к этому. Но что в лёгком формате обычных походов в тренажёрку, что в подготовке к экстремальным условиям, есть ограничение в виде запаса прочности организма и психики. Иначе говоря, если перестараться, то можно сломаться. Травму получить или банально сдаться, потому что воли не хватит, если напрягаешься сильно, а привычки к этому нет.

В этом же мире несколько иначе. Здесь есть целители и магия. Я могу загонять парней вусмерть и даже если они себе что-то повредят, их быстро поставят на ноги. Поэтому человеческий предел сильно отодвигается. Единственный момент — это чтобы целители были доступны. Потому что сейчас и без моих занятий проблем хватает. Каждый день кто-то заболевает, получает раны или ещё что. Забот у целителей полно, но господин я или кто? Тут циничный момент, что свои занятия я считаю более важными, чем здоровье отдельных людей, которым придётся подождать с помощью. Я ведь не просто хочу научить драться. Я хочу раскрыть способности к очищению. В этом залог выживания людей, а не в том, что кому-то простуду уберут.

В случае девушек, которые являлись магами, то с ними и вовсе проще. Они обе владеют навыками самоисцеления, а значит их выносливость в разы выше. Даже интересно, смогу ли я действительно выжать из них все соки. Завтра проверю.

Жаль, что нет целителей, что работали бы с психикой. Если возможности тела можно будет обмануть, то вот с психикой я пока вариантов не вижу, так что надо аккуратнее.

Амалию я разместил в своих покоях. После чего я предложил ей увидеть кое-что новое и мы вместе отправились искать Болтлю, чтобы изучить его способности.

Глава 20. Крещение

— Так и что? Это его разрушает или нет? — обратился я к коллегии целителей, которые присматривали за Болтлей.

— Некоторые силы да, разрушают. Но он сам себя исцеляет, используя наши силы.

Шёл второй час, когда мы изучали, что открыл в себе мальчишка. Сам себя разрушает и сам себя исцеляет. Свалился уникум на мою голову. Откуда такой результат-то?

— Значит, если рядом не окажется целителя, он может сам себя убить, — прозвучал вывод, — Как сам себя чувствуешь? — обратился я к мальчишке.

— Да нормально вроде. Устал только, — шмыгнул он носом.

Первые минуты Болтля тушевался, стесняясь пристального внимания от большого количества людей, а потом ничего, вошёл во вкус. Ещё бы, он ведь дорвался до того, о чём мечтал. Обрёл силу. Можно сказать, что магом стал… Мда, магом.

Стоило кому-то задействовать силы рядом с мальчишкой, как он их непроизвольно впитывал. Или отражал, мы пока до конца механизм изучить не смогли. Действует это где-то на дистанции двух метров. Если дальше, эффективность резко падала, а через три метра и вовсе, полностью угасала. Если маг или сверх способности не применяет в открытую, та же история с нулевым результатом. Поэтому риск, что парень случайно выпустит убийственную магию, пройдя рядом с её обладателем — снизился. Но полностью нельзя отрицать эту возможность, ведь способность неизученная и может развиться.

Что будет, если его силы вырастут метров до пятидесяти и мальчишка окажется в толпе магов или сверхов — узнавать не хотелось от слова совсем.

Что касаемо силы… Пока ничем мощным Болтля удивить не смог. Если Амалия создавала испепеляющий шар света диаметром сантиметров в тридцать, то максимум, что мог повторить мальчишка — это создать едва тлеющую искру. Ей даже обжечься нельзя. Это второй момент, снижающий риск. Должен признать, что волновался за мальца. Все эти эксперименты над ними, что я провожу — важная и интересная тема, но последнее, что я хотел, это навредить ему.

Сам парень каких-то видимых трудностей не испытывал. Разве что устал, но это нормально. Я отпустил его отдыхать и завершил наш сбор, отправив людей заниматься делами.

— Что это за чудо? — спросила Амалия, когда мы остались с ней одни.

— Если бы я знал.

— То есть ты не при делах?

— Этого я тоже не знаю, — вяло улыбнулся ей в ответ.

— Чудные у тебя здесь дела творятся, — только и покачала она головой, — Чем дальше займемся?

Ответить я не успел. К этому моменту мы как раз вышли из здания, где меня перехватил страж.

— Господин! Там делегация сверхов прибыла! Главный их Светляком представился и сказал, что вы знакомы.

— Где они?

— Там толпа под сотню человек. Мы их за стену пустили и наших стянули.

— Иди тогда, скажи, что я скоро буду. Амалия, ты со мной?

— А что за делегация и кто этот Светляк? — последовал вопрос.

— Если со мной, то сама увидишь. Кто это — один знакомый. Как понимаю, они из квартала сверхов пришли.

— Не самое лучшее место, — сморщилась она.

— Чем оно тебе не угодило? — обернулся я, шагая в сторону нужного места.

— Там отребье всякое собирается. Репутация у того района так себе. Мирным жителям там лучше не появляться.

— Знаешь, если кого-то долго ссылать в одно место, а потом на этой толпе поставить крест, сделать изгоями, то не удивительно, что люди и озлобиться могут.

— Ты их защищаешь? — не возмутилась, а спросила с простым интересом Амалия, — Будет интересно глянуть, чем ваша беседа закончится.

Мне и самому интересно. Когда подошёл к нужному месту, то увидел толпу людей, которых иначе, как беженцами не назовёшь. Пришли с мешками, нехитрым скарбом, часть людей перевязана, видно, что их потрепали.

Светляк впереди остальных стоит, от лица других говорить собирается. Я молча подошёл к нему и кивнул, здороваясь.

— Вы насовсем или мимо проходили?

— Как договоримся, — ответил он без доли шутки.

— Твоим людям нужна помощь? Вижу, у вас раненые. У меня есть целители, если нужно, то направлю.

— Было бы не плохо. Есть пара тяжело раненых людей.

— Хорошо. Ты здесь говорить хочешь? Или отойдём в более подходящее место?

— Можно и здесь, — сказал он с сомнением, переводя взгляд с меня на стражей, а потом и на Амалию, что стояла сзади.

— Как скажешь. — согласился я, кивнул недалеко стоящему Спартаку, который по этому случаю тоже подъехал выяснить, что это за толпа такая пришла.

Вопросы «иммиграции» стояли остро. Если в первые дни мы принимали чуть ли не всех подряд, то сейчас всё больше закручивали гайки. Мир изменился. Чем больше людей, тем сложнее выжить. Эта простая истина постепенно доходила до всех. Так же до людей в городе доходило, что одиночкам будет в разы сложнее. Нет магазинов, больниц, полиции, нет ничего, кто бы мог помочь или куда можно было бы обратиться. Даже тепла и электричества в домах нет, потому что Шелия вернули блага не во весь город, а только в малую часть районов. Так что можно сказать, что большие объединения людей, где есть охрана, нормальное жильё, комфорт и целители — это чуть ли не райские уголки. Выйди за стену и встретишь анархию, мертвецов и голодных демонов, что готовы тебя убить в любой момент.

— Я привёл самых адекватных. Тех, кто не опустился. Кто готов трудиться, — заявил Светляк.

— А остальные что? У вас на районе сильно больше людей было, чем я вижу сейчас.

— Это те, кто остался… Жив и в разуме. — вымолвил он с запинкой.

— Расскажешь, что произошло?

— Новая угроза, — ответил этот юный мужчина, на которого свалилось так много ответственности, — Наш квартал далеко на самый благополучный. Вчера там что-то произошло. Многие внезапно обратились, но не в мертвецов. Просто утратили волю. После чего покинули квартал.

— Сколько ушло?

— Около пятисот человек.

— А к чему было про благополучие? — зацепился я за его слова.

— Я… — снова замялся он, подбирая слова, — У меня есть теория, что пропали далеко не самые лучшие представители человечества. Кто давно опустился, чья воля слаба.

— И это вас сподвигло прийти сюда?

— Не только, — мотнул он головой, — Не прошло и двух часов, как на нас стая демонов вышла. Люди попрятались по домам, но это не помогло. Те легко находили их, выбивали двери, пробивались через окна, а кое-где и стены ломали. Пока перебили эту стаю, трупов значительно прибавилось. После этого было решено уходить. А ещё у нас проблемы с едой, нет воды в домах, как и тепла с электричеством. Либо помирать, либо идти под чью-то руку.

— Почему ко мне?

— Маги не любят изгоев. — хмуро ответил парень.

— Так я тоже маг, — решил я до конца прояснить ситуацию.

— Надеюсь, не такой, как все и мы найдём здесь покой.

— Нет, — отрезал я, — Покоя у меня нет. Чуть лучше, чем за стеной, — указал я на город, откуда они пришли, — Чтобы между нами не было недопонимания, сразу поясню ситуацию. Первое — у меня здесь отсутствует демократия. Сплошная тирания в виде меня. Второе — здесь не любят бездельников. Хочешь нормально жить — придётся трудиться на благо всех. Третье — прежний мир рухнул. Весь мир. Мы ловили сигналы из других городов. Там есть выжившие, но их ситуация не лучше, а то и хуже. Говорю это, чтобы было понимание, за что придётся вкалывать. Не за блага и возможность жить лучше. А за возможность в принципе выжить. За твоей спиной — твои люди. За моей — все те, за кого отвечаю я. Обсуди со своими, готовы ли они влиться в наш весёлый коллектив. Скажу прямо, что репутация у вашего квартала и правда так себе. Косые взгляды в вашу сторону я буду пресекать, насколько смогу. Произвола тоже не допущу. Но если сами нарушите закон, то не удивляйтесь, если кара последует незамедлительно.

— Я тебя услышал, — кивнул он, когда я закончил говорить.

— Тогда иди, обсуди со своими людьми, согласны ли они на это. Единственное, что я могу вам обещать — это немного безопасности и то, не факт. Надеюсь, ты это понимаешь.

— Было время осмыслить. — криво и грустно улыбнулся он.

Так закончились наши переговоры. Светляк ушёл к своим, а я отправился по делам. Вскоре мне сообщили, что они согласились остаться на озвученных условиях. Я дал распоряжение устроить людей, записать все их умения, как сверхспособности, так и обычные навыки, после чего мне список принести. Дальше буду думать, куда их пристроить.

* * *

Мертвецы день за днём мутировали. Вначале они напоминали типичных зомби, разной степени потрёпанности. Люди ведь умирали насильственной смертью, после чего восставали. От чего именно — никто достоверно не знал. Замечали, что некоторые трупы могли днями лежать и ничего не происходило. А бывало, что и минуты не проходило, как свеженький мертвец решал восстать.

Через какое-то время у мёртвых выпадали волосы. На голове, бровях — везде. Идеально гладкая кожа начинала дубеть и уже сейчас встречались твари, что способны были выдержать пистолетный выстрел в упор, с нулевыми для себя повреждениями.

Вместе с изменениями кожи отрастали когти, да и клыки вымахали так, что раздирали человека на раз-два. В основном от этого люди и гибли, когда им на пути не везло встретить мертвецов. Те их раздирали, рвали на части, после чего погибшие пополняли ряды своих убийц.

Тут выяснился ещё один момент. Постепенно оторванные у жертв конечности отрастали, раны зарастали и мёртвые восстанавливались.

Хуже обычных мертвецов только с отростками. Эту разновидность я встречал в Ювгороде. Сзади у таких тварей отрастали щупальца, повышающие их смертоносность в разы. Четыре дополнительных конечности могли как защищать, так и убивать. У них острые концы с зазубринами, а длина — по два-три метра. Отросток легко пробивал человека насквозь. Ходили слухи, что есть и ещё более продвинутый вид мёртвых, которых уже окрестили личами. Говорят, они применяли магические способности. Сам пока не видел и рад этому.

Главная проблема с мёртвыми — это их стайность. Чаще всего те, что с щупальцами собирали вокруг себя единомышленников. В смысле других мертвецов, что ненавидели живых и стремились всеми силами сократить их поголовье. Встретить стаю в десять-двадцать голов в городе проще простого. Если идёшь с хорошо вооружённым отрядом, то не страшно. Огнестрельного оружия достаточно, чтобы перебить кучку оживших ужасов. Если их будет не слишком много, то прорвёшься. А если в отряде есть маг или сверх, то и вовсе проще.

Только вот с каждым днём мёртвые высказывали всё больше признаков разумности. Устраивали засады, прятались по домам, звали другие стаи на помощь и даже облавы устраивали, загоняя добычу в нужное место. Люди поговаривали, что если так и дальше пойдёт, то нам всем конец. В городе погибло больше восьми миллионов человек, это если грубо прикинуть. Где они все? Даже восстань половина, улицы бы затопило мертвецами, но мы этого не наблюдаем, что заставляет нервничать. Где твари? Ходят слухи, что спрятались в метро, где темно и можно спокойно эволюционировать. Но никто спускаться туда не собирался. Без этого проблем хватало.

Всё это я обдумывал, пока запаковывал зомби. Достаточно их придавить очищением, чтобы обесточить. На землю падали вполне обычные мёртвые, теряя весь свой запал. Если отойти и подождать, то минут через десять снова поднимутся. Зависит от того, насколько пространство рядом насыщено энергией.

А сейчас оно везде насыщенно. Плотность такая, какая раньше была только рядом с Пастью.

— Грузите, — крикнул я своим бойцам, — Не забываем проверять, действительно ли они отключились!

Чем больше зомби заматерел, тем дольше сопротивлялся моей магии. И тем выше шансов, что выйдет осечка. Забрали десяток мертвецов, загрузили в кузов, после чего отправились обратно на базу. Там гостей ждали клетки, на скорую руку подготовленные под две задачи. Первая — часть мёртвых уйдут на столы вивисекторам… тьфу, в смысле исследователям. Почему-то язык не поворачивается их называть иначе, кроме как вивисекторы. Может потому что они потрошат всю живность, что попадает к ним на стол? Вторая же причина — обучение. Я собирался исполнить то решение, которое сам же принял сегодня утром касательно мальчишек. Пришло время посвятить их в настоящие мужчины старым древним способом.

* * *

— Что, парни, готовы стать взрослыми, почувствовать, что значит быть мужчиной в этом суровом, постапокалиптическом мире? — обратился я к четвёрке волчат.

За их спинами едва не прыснула от смеха Эрминия, но удержалась. Я зыркнул на неё и показал глазами, чтобы она ушла подальше. Незачем ей тут быть. Лишь отвлекать и смущать будет. Лучница кивнула и дистанцировалась.

— Что нам нужно сделать? — спросил Волчонок, нервно поглядывая на клетку, сейчас накрытую брезентом.

Клетку, из которой раздавалось рычание и которую периодически сотрясали удары. Если быть точным, клетки три. Или одна большая, разделённая на три части, в каждой из которых дожидался своей участи зомби. Обычные мертвецы, без усилений, самое то, чтобы дать мальчишкам испытать себя.

— Убить, — ответил я, стягивая брезент.

К чести парней, они не отшатнулись. Так, немного побледнели, но в целом достойно держались. А через пару секунд даже вперёд подались, разглядывая мёртвых. Всё же сидя за стенами защищённого района такое не часто увидишь.

— Убить? — переспросил задумчиво Болтля.

— Да. Оружие и защита лежат вон там, — указал я на подставки.

Дело происходило во внутреннем дворе корпуса стражей. Здесь огороженная территория, лишних глаз нет, кроме тех, что смотрят из самого корпуса. Пусть смотрят, это лишним не будет.

— Чего замерли? У вас две минуты на то, чтобы экипироваться и ещё две минуты, чтобы придумать план. После этого я открою клетку.

Парни переглянулись между собой и бросились к оружию. Там ничего огнестрельного не было. Есть мечи, биты с гвоздями, топоры. Ещё есть самодельная защита, которую люди мастерили из подручных средств.

Каждый день у нас в город уходили десятки поисковых команд. Нормального оружия и защиты на всех тупо не хватало. Поэтому выкручивались, как могли. Я бы мог дать мальчикам по автомату, но тогда будет совсем иной педагогический эффект. Они хорошо умеют драться, но не убивать. Это разные вещи. Я хочу, чтобы они почувствовали, что значит сражаться за свою жизнь, проливать кровь и проходить по грани.

То, что им причинят реальный вред я не опасался. В здании рядом, ждёт отряд целителей. Да и Эрминия рядом стоит, если что, первую помощь оказывать она умеет. Плюс я, который может в любой момент подавить мертвеца.

Шансы справиться у мальчишек есть. Четверо крепких и тренированных парней — почему нет? Мертвец лишь немногим превосходил обычного человека в силе и скорости, если тупить не будут, то забьют его.

— Готовы? — спросил я парней, когда они оделись и вооружились.

И не дожидаясь ответа, открыл первую дверь. Мертвец только этого и ждал, выскочил наружу, прямиком на мальчишек. Им до него метров десять, это меньше секунды, чтобы преодолеть дистанцию.

— Окружай! — крикнул Волчонок, взяв командование на себя.

Он же первым тварь и встретил, заехав по голове битой. Что монстра не остановило. Мертвец хоть и получил ранение, но по инерции сшиб Волчонка и они вместе полетели на землю кубарем.

Остальные растерялись и замерли. Секунда, вторая… Первым отмер Болтля и с криком, словно он на кровного врага бросается, занес меч и ударил тварь по спине. Клинок вонзился под лопатку, уже начавший к этому моменту вставать зомби дёрнулся и оружие выскочило из рук мальчишки. Мертвец отмахнулся, Болтле в корпус прилетел удар, который он попытался заблокировать руками, но всё равно, отлетел на несколько шагов назад. Монстр перевозбудился, не сразу понял, на кого нападать и в этот момент Волчонок его ногами оттолкнул. Прямо под удар Севы, который и поставил финальную точку. Он тоже биту взял, подскочил сзади и зарядил по затылку мертвецу. Череп не выдержал, брызнули остатки подгнивших мозгов во все стороны, часть попала парню на лицо и… Того стошнило.

Зомби прошёл ещё несколько шагов вперёд, шатаясь. Я видел, что ему уже конец, но мальчишки этого ещё не поняли. Волчонок сумел подняться, подскочил и зарядил битой по колену. Мертвец рухнул, а дальше малолетний недовоин забил его.

Мда… Ну можно сказать, что крещение кровью с горем пополам пройдено. У всех зрачки расширены, Волчонок скалится, биту крепко держит. Болтля поднимается, Сева на монстра с коктейлем смешанных чувств смотрит, а вот Бегунок… Тот струхнул. Что не грех, всё же это первая такая ситуация для них, если не считать крыс.

— Чего встал? — бросил я парню, — Раз оружие взял, то пусти его в ход. Давай, добей тварь. — кивнул я ещё на дергающегося монстра.

Добивать смысла нет. Он сейчас и так затихнет. Но мне нужно, чтобы Бегунок включился, как и остальные. Преодолел свою внутреннюю слабость. Что парень и сделал. Здесь против его трусости играло всё. То, что остальная троица успела отметиться и если он не пересилит себя, его же потом подкалывать до конца дней будут. Поэтому Бегунок разозлился сам на себя, подскочил и опустил топор на голову монстра. Да так неудачно, что оружие выскочило у него из рук и он вперёд пролетел, споткнулся и едва не распластался на земле. Я же едва удержался, чтобы глаза от этого зрелища не закатить. Воители, блин…

— Построиться! Осмотреть друг друга, проверить на наличие ран и повреждений. В горячке боя вы этого не почувствуете, что подведёт вас в самый ответственный момент! Волчонок, с тебя доклад, как закончите.

Мальчишки стали щупать и проверять себя, да друг на друга поглядывать. Постепенно напряжение их отпускало и на смену приходил… стыд. Вон как на меня смотреть не хотят, глаза опускают.

— Все целы! — отчитался Волчонок, когда они закончили, — Из повреждений только ушибы!

— И потерянная гордость, — едва заметно прошептал Болтля, за что получил локтем в бок.

— Какие ошибки допустили?

— Полезли на врага, будучи не готовыми! — рявкнул Волчонок с излишним энтузиазмом, да глянул на меня, мол, это ты нас подставил.

На такую дешевую провокацию я лишь усмехнулся.

— Не всегда есть время и возможность на подготовку. Сейчас вы увидели, чего стоите, если столкнетесь с угрозой. Ничего.

— Но мы же справились, — возмутился Болтля, больше себе под нос, нежели реально заявил.

— Ты это называешь справились? Один дохляк, из слабейших, против вас четверых, с оружием. Какой итог? Крайне печальный, — покачал я головой. — Волчонок, продолжай. Какие ещё ошибки допустили?

— Я встретил дохляка лоб в лоб. Надо было увернуться.

— Ещё? Остальные что скажут?

— Я затупил, — обреченно сдался Бегунок, — Подвёл команду.

— Есть немного. Но это твой первый раз, так что допустимо. Тренировки для того и нужны, чтобы когда дойдёт до реальной ситуации, вы не тормозили. Что ещё?

Больше мне ничего не сказали. Плохо… Учить их ещё и учить.

— Для начала — оружие. Не берите то, в чём не уверены, если хотите избежать повторения, когда оружие из рук вылетает. Волчонок, даю вам ещё две минуты, чтобы перевооружится и подготовиться.

— Ещё раз? — нервно воскликнул Сева.

— А вы как думали? Что тут зря три дохляка? Время пошло.

Что же, посмотрим, какие они выводы сделают и к чему придут через две попытки.

Глава 21. Слуги

— Ты что наделала? — прошипел Павел Орлов, сумев перехватить Софию.

— Спокойно, — глянула та на Дарка, который уже собирался оттолкнуть брата, что повел себя слишком нагло.

Павел это заметил и попятился. Не только, потому что боялся темного мага, но ещё и потому что София надавила силой, заставляя подчиниться.

— Что тебя так впечатлило? — обратилась к нему сестра.

— А то ты не знаешь! — эмоции были так сильны, что пересиливали подавление, — Нас за такое убьют!

— Кто же? — прищурилась женщина.

— Да все против нас ополчатся!

— Ты всё ещё боишься, Павел, — покачала она головой, — Не разочаровывай меня.

София молча пошла дальше, а её брат ощутил, что не может пошевелиться. Он пока не знал, что ему так два часа стоять, пока чары наказания не спадут.

Тем временем София прошла на один из пустующих складов, где они собирались провести ритуал. Закончить недавно начатое. В помещение находилось около двух сотен тех, кого уже прозвали слугами. И правда, будь сейчас обычные времена, за такое бы восстала вся общественность, а женщину прозвали бы главным злом города и устроили травлю. Но сейчас они все живут в другом мире и в другое время.

Слуги, что дожидались своего часа — все, как один, были отребьем. Теми, кто опустился на дно жизни. Наркоманы, бездомные, преступники. София не испытывала к ним никаких чувств. Ни сейчас, собираясь завершить ритуал, ни раньше, когда курировала поставки наркотиков и их сбыт, как у себя на землях, так и в других районах. Это та часть истории рода, про которую в приличном обществе лучше не упоминать. Правда, кончилось общество, а вместе с ним и устаревшие лживые стандарты. Сейчас балом правит сила и выживание. Если у тебя есть сила, что поможет выжить — значит ты прав.

Что-то в этом было. Наркотики делали с помощью Пасти, туда закладывалась частичка силы Орловых, что несла в себе заряд подчинения. Эти наркотики распространялись по городу, люди на них подсаживались и тем самым пополняли скрытую армию Орловых, которую можно было призвать в любой момент.

Старые, древние разработки, которые София лично доработала и вывела на новый уровень. И начала их продвигать за несколько недель до конца света, словно чувствуя, что времена настали тяжелые и скоро закладки пригодятся.

Два дня назад она активировала заряд подчинения. Наркотик имел широкое распространение. Жаль, что большая часть сброда, что его принимала — погибла в ходе крушения города. Но ничего. Заряд, как оказалось, сработал и на тех мертвецах, что при жизни его получили. Поэтому всего за два дня, используя малую часть потенциала, София обрела пару сотен помощников.

Верных слуг, которые идеально исполняли то, что им приказывали. Они не чувствуют боли, почти не требует еды и воды, а по состоянию находятся ближе к мертвым, чем к живым. Это если речь не идет про настоящих оживших мертвецов. Те и вовсе, испытывают только голод разрушения и жажду убивать. Неплохая армия в это смутное время.

Нужно сделать их ещё сильнее. Чем женщина и собиралась заняться.

На самом деле отликнулось гораздо больше, чем две сотни. Но здесь и сейчас для ритуала требовалось именно столько. Больше пока не потянуть. Как в плане обработки, так и в плане контроля, но ничего, у женщины всё было впереди.

— Госпожа, всё готово, — поклонилась одна из учениц, что отвечала за подготовку к ритуалу.

София окинула чертеж, который был размечен между тел. Не поленилась, прошлась между рядов, внимательно осматривая рисунки. Достойная работа. За неё можно дать имя.

— Нарекаю тебя Плетью!

— Спасибо, госпожа, — поклон стал ещё ниже.

— Начинайте, — махнула София рукой, — Те, кто обрел имя — сегодня вы получите ещё большую силу и право повелевать.

На текущий момент у Софии насчитывалось семнадцать учеников. Темные времена способствовали тому, что маги стекались к тем, кто сильнее. Они отказывались от имени и от прошлой жизни. Слабые, потерянные, ищущие того, кто даст им опору. София опору не давала, но помогала найти её в себе. Развить те силы и качества, что помогут выжить.

Из семнадцати только девять заслужили имя, доказав, что они не пустышки. Сегодня Орлова собиралась наградить их возможностью повелевать слугами. Заодно усилив их.

Эти девятеро встали в круг и начали формировать заклинание. Остальные собрались вокруг и щедро вкладывали свои силы. Орлова стояла рядом и своей властью задавала направление разворачивающейся магии. Насыщенность энергией выросла до таких размеров, что зайди сюда обычный человек — он бы умер тут же. Воздух трещал, запахло озоном, и вскоре эта магия выплеснулась на ожидающих слуг.

По тем словно наждачной прошлись. Ошметки одежды осыпались в труху, кожа начала слазить вместе с волосами и тут же отрастать заново. Кости трещали и ломались, чтобы сформироваться во что-то новое. Каждый из слуг вытягивался, обрастал защитным покровом и пропитывался единственным стремлением — служить тому, кто сильнее.

София сознательно заложила этот пункт. Если ты слаб, потеряешь контроль хотя бы на секунду, слуги набросятся на тебя и разорвут. Только тот, кто крепок волей достоин управлять.

— Кто готов, перехватывайте контроль, — бросила Орлова, когда ритуал подошел к концу, а трансформации завершились.

При этих словах она ослабила свой контроль, давая возможность ученикам перехватить его. Первым начал действовать Дарк. Женщина удивилась бы, будь иначе. Не даром же он носил статус первого ученика. С ходу ему удалось захватить пятерых. Плеть поймала троих, но София видела, как дрожит её воля. У остальных тоже получалось не то, чтобы идеально. Но ничего. Всему своё время, а навыки дело наживное.

— Какие будут приказания, госпожа? — чутко уловил изменившееся настроение Дарк, заметив, что София потеряла интерес к происходящему.

— Действуйте по плану. Учитесь управлять, после чего идите на улицу и наведите порядок на моей земле.

— Будет исполнено, — поклонился мужчина.

Сегодня он в очередной раз получил доказательство правильности своего выбора служить госпоже. Мужчина с трудом смог захватить шестерых слуг. В то время, когда госпожа с легкостью удерживала под две сотни разом.

* * *

— Кто такие будете? — недовольно спросил я у дерзко смотрящего болвана, что приперся на мою землю.

Шел пятнадцатый день после трагедии. Дошло до самых тупых и любящих отрицать любые изменения, что всё, дальше лучше не будет. Поэтому город сейчас разделился на тех, кто уже активно отжимал ресурсы и тех, кто опоздал и пытался запрыгнуть в уехавший поезд.

— Ты Эдвард Клоз? — процедил в ответ напыщенный болван. — Я думал, ты выглядишь более внушительно.

— А ты свататься что ли пришел?

— Нет, — улыбнулся он в ответ кривой улыбочкой, — Я вызываю тебя на поединок. По древним обычаям общества магов. Победителю достается всё.

Я осмотрел этого придурка, который мне сразу не понравился более внимательно. Чуть задержался взглядом на его группе поддержки за спиной. Шестеро магов, если не считать этого павлина. Навскидку средней силы, кто-то слабее, а в ком-то побольше дури найдется. Только стоит помнить, что сейчас насыщенность энергией в разы больше, поэтому маги гораздо опаснее.

Ещё с этими типчиками на паре грузовиков приехала небольшая толпа кто как вооруженных людей. Их тормознули возле стены, где они в наглой форме потребовали, чтобы явился я. Вот где-то в этот момент моя любовь к напыщенному болвану и родилась. Да такая, что хочется съездить ему по лощенной морде ботинком, чтобы зубы в глотку влетели и через задницу вылетели.

Что смешно, у магов и правда имелась традиция вызывать друг друга на дуэли. Я даже участвовал в одной такой, когда отстаивал своё право на самостоятельность. Но тогда несколько иной случай был, сейчас другое. Один род может бросить вызов другому роду. Обычно это делают младшие рода по отношению к старшим, когда хотят забрать чужие земли себе. В прошлом мире вместе с этим отходил контроль и над Пастью. После брошенного выбора было несколько вариантов. Первый — начиналась мочилово все против всех. Иначе говоря родовая война. Второй — один глава рода выходил против другого главы рода и они выяснили, у кого магический стержень толще. Ну или не главы, а самые сильные бойцы в роду. Если побеждала вызывающая сторона, то проигравшая могла освободить земли и свалить или бросить ответный вызов и так до тех пор, пока вызывальщики не кончатся.

Традиция древняя, в какие-то времена была популярной. Логика в ней тоже присутствовала. Зачем крушить имущество, что неизбежно произойдет в битве магов, если можно отойти в сторону и всё выяснить тет-а-тет? Участие обычных людей не рассматривается. В прямом противостояние большую часть истории они против магов роли не играли.

Сейчас эти традиции — полная туфта. Потому что нет больше Пастей, все закрылись. Нет и государства, а следовательно договора на землю. Есть закон силы. Я правлю на своей земле, потому что у меня есть сила, которую сейчас пришли оспорить.

Поэтому можно с этим поединком напыщенного болвана послать далеко и надолго. Если бы не одно но. У него за спиной шестеро магов. А у меня только сверхи, Эрминия и Амалия, которых я не особо хочу втягивать в бойню. Мда, не было печали. Ладно, этот товарищ сам напросился.

— Тогда здесь и сейчас. Бой до смерти. — озвучил я. — Готов?

Прибыл я со своим любимым мечом и в броне, так что время на подготовку мне не нужно. Блондинчик, а это был именно блондин, излишне смазливый, лишь кивнул и отошел на дистанцию в десять шагов.

Бесит. Бесит его улыбка, уложенные волосы, напыщенность и ядро мрака в груди, что пустил корни по его телу. Он марионетка уже? Или смог подчинить чужую силу?

Мы ударили одновременно. Из меня вырвался поток очищения, что ударил точно в центр его груди, где скрывался мрак. Сияющее копье преодолело расстояние меньше, чем за секунду. Но ему на встречу бросился водоворот, густой, как мазут. Очищение увязло в нем, как в патоке, не в силах перебороть.

Чего-то такого я и ожидал, бросаясь следом. Там, где застряло очищение, прошел клинок и успел коснуться груди противника перед тем, как меня отбросило. Маг отшатнулся, а водоворот мрака, будто сам по себе, сжал меня и откинул в сторону. Я несколько раз крутанулся, вспыхнул очищением и упал на ноги, принимая защитную стойку.

Краткий миг на оценку ситуацию и я снова лечу на всех порах к противнику. Напыщенный болван только начал приходить в себя, по его груди бежала черная кровь. В нем я не видел опасности, зато видел во мраке, что всё больше выбирался из мужчины и собирался в жгуты вокруг.

Я пролетел разделяющие нас метры и резко остановился в шаге от него. Волна очищения, что следовала за мной, рванула вперед и врезалась в защитный кокон, на полсекунды открывая мне путь. Я едва успел дотянуться кончик меча, но этого хватило, чтобы маг лишился глаза.

Меня снова откинуло, противник отшатнулся, и мы оказались на прежней дистанции друг от друга.

Я не надеялся, что ошеломлю противника. В этом бою слишком много неизвестных, поэтому моя тактика — прикончить врага как можно скорее. Без привычных мне щитов, любая ошибка и я труп.

С наскока разобраться не получилось, пора доставать следующие козыри из рукава.

И снова мы ударили одновременно. Маг, не смотря на потерю глаза, разозлился и нанес удар. Это походило на голубую волну, от чего и без того холодная зима стала ещё холоднее.

Эта волна напоролась на мою ауру подавления, которой я разрушал всё физическое, что лежало на моём пути. Под магом исчез асфальт, испарилась его одежда, волосы слизнуло, как и не было, но кожа уцелела. В образовавшийся котлован рухнул голый мужик, а я ушел в сторону, пропуская мимо остатки холода.

Лицо болвана лучше всего говорило, что он ошарашен, смущен и не готов продолжать бой. В отличие от гнезда мрака, что не собиралось сбавлять обороты. Из тела мужчины рванули десятки черных нитей, что попытались разорвать меня. Одна из них ужалила в плечо, вторая пробило бедро, а третья чуть не вспорола живот. От остальных я увернулся, но едва разминувшись.

Нити сгорали в очищении, но не сразу, им хватало времени, чтобы достать меня. Я сжал ауру, уплотнил её и сформировал вокруг себя что-то наподобие брони. А теперь вперед, добить врага.

Пока я пробивался через заслон мрака, мужик успел прийти в себя и кинул чем-то убойным. Снова этот голубой свет, что промораживал воздух. Почти… я почти успел добраться, но пришлось разрывать дистанцию. Да твою же мать… Что за идиотский бой…

Тем временем маг разошелся не на шутку, заливая холодом всё больше пространства вокруг. Я прыгал, уворачивался, как только мог, чувствуя, как кожу промораживает, а моя скорость падает. Требовалось срочно что-то придумать…

Я рванул вперед, прямо на мага. Он развел руки в сторону и резко выдохнул в мою сторону. Магия льда, вместе с мраком рванули на меня. Я собрал всю доступную мне силу, направил её в меч, поднял его вверх и… Резко метнул в сторону этого засранца, придавая ускорение волной очищения. Сверкнуло так, что на миг я потерял из виду мага. Зато ощутил в полной мере боль, когда мрак добрался до меня и снова откинул в сторону. Грудь располосовало, и кровь брызнула наружу. А ещё я чувствовал, как мрак проникает внутрь.

Направив очищение на себя же, я потратил драгоценные секунды на эту борьбу, восстанавливаясь. Повезло. Чертовски повезло, что меч достиг цели и пробил насквозь мужика. Тот стоял, покачиваясь, из его рта кровь выбегала толчками, но умирать он не собирался.

Собрать силу, выставить руку вперед… С моей ладони вырвалась яркая молния, что достигла рукояти и… Маг взорвался. Ошметки его тела разлетелись по округе вместе с кровищей. Мрак, как отдельное существо, тоже разлетелся кусками и спустя всего миг начал сползаться в одно место.

Ну уж нет, сволочь.

Я прыгнул прямо в него, погрузился в эту гадость и раскрыл ауру на полную, выжигая заразу. Борьба длилась с десяток секунд и в итоге вокруг образовалось идеально чистое пространство.

Как закончил, огляделся, глянул на стоящую недалеко группу поддержки. Их лица далеки от радости. Нельзя показывать слабость… Усилие воли, я делаю пару шагов и поднимаю меч, который пережил этот короткий бой и воткнулся в землю. Ты же мой хороший… Вспышка очищения, закрутить энергию внутри и остановить кровотечении. Теперь я готов к жестким переговорам.

Сзади у меня за спиной стягиваются мои силы. Подошла Эрминия, что встала рядом и смотрит недобро на не рискнувших пока напасть магов. Я ощутил, как вспыхнула магия и меня коснулась энергия исцеления. Спасибо, Эрми, боевая ты моя подруга.

Если сейчас начнется бой, я знаю, что она моментально выпустит стрелу, накрыв сразу всю группу магов. А я усилю эту стрелу очищением, чтобы наверняка пробить щиты. В тот же момент Алмаз прикроет меня своей защитой, остальные сверхи нанесут слаженный удар по заранее выбранной цели, а стражи поддержат плотным огнем. Если удастся блокировать чужую силу, то у нас есть все шансы победить без жертв.

Проходит минута, вторая, но маги так и не рискуют напасть. Чем больше проходит времени, тем меньше в них остается запала. Что же… Они попытались захватить власть, выпустили самого сильного и он погиб, не смотря на апгрейд в виде мрака. У них такие штуки тоже имеются. Кроме одного. Не успел обратиться или у него иммунитет?

— Ещё желающие есть? — вышел я вперед, когда Эрминия закончила меня латать.

Да и за пару минут силы удалось подкопить. Мда… Вроде победил, но итогами боя очень недоволен. Неприятно ощущать себя слабым. Будь проклят этот чертов мир и эта драная Пасть!

На вызов мне никто не ответил, уже это хорошо. Хотя, по уму их проще перебить сейчас, чтобы не ждать удара в спину.

— Победитель получает всё, — озвучил я условия поединка, — Сложите оружие, оставьте машины и уходите.

Если у них есть где-то база, то я и её бы обчистил, но тогда драка точно будет. Чего хотелось бы всё же избежать, чтобы лишний раз не рисковать людьми.

Напротив меня стояли семеро. Как только я приблизился и надавил, мрак внутри среагировал, забурлил в их телах. Это было видно настолько же отчетливо, как лица этих мужчин, что пришли сюда отобрать чужое.

Всего за несколько секунд ситуация изменилась в разы. Вот они смотрят на меня кто как. Кто-то со злостью или даже ненавистью, кто-то явно напряженно, а кто-то и боится. Но тут раз, мрак внутри разрастается, лица их превращаются в закаменелые маски, а следом они одновременно переходят в нападение. Шестеро из семи. Последний не понял, что происходит, лишь удивленно покосился на поднимающих руки в синхронном жесте магов.

Грянул выстрел. Тому, что справа разнесло голову спецпатроном. Измененные сделали свой ход и они оказались на голову быстрее всех моих людей. Если обычный человек сейчас смотрит на драку, то для него останется загадкой, откуда возник Первый.

Он молниеносно пронесся из-за ближайшего укрытия, зашел за спину магам и махнул мечом. Вторая голова полетела в сторону.

Мрак бросился на меня, я выпустил накопленное очищение и смог выжечь заразу. Эрминия выстрела, третьего мага, что стоял по центру, откинуло назад. Ещё выстрел, четвертая голова взрывается, а Первый оказывается рядом с пятым врагом и сносит ещё одну голову.

С шестым разбирается измененный на пару с лучницей. Ещё одна стрела, мага отбрасывает и в полёте его подлавливает меч Первого. Который успел добить и предыдущего, кто упал. Быстрота и точность, вот как надо работать.

Последний, кто остается, это седьмой маг. Он успевает отшатнуться и выставить защиту, поэтому снаряд хоть и прилетает ему в голову, но не убивает.

— Стой! — крикнул я Первому, что уже занес меч. — Оставь в живых, он не заражен.

Бой продлился секунды три от силы. Те люди, что приехали с магом ещё ничего не успели осознать. А потом, когда сообразили, их заблокировали оставшиеся измененные. Когда перед тобой откуда не возьмись появляются два сурового вида мужика, а маги умирают один за другим, лучшее, что ты можешь сделать — это не рыпаться.

Вот так закончилась первая дуэль, на которую меня вызвали.

Глава 22. Новый путь

— Так значит это не твои друзья? — спросил я у единственного выжившего после драки мага.

— Я с ними всего два дня провел, — покачал он головой, — Сколько раз мне ещё об этом сказать?

— Сколько нужно, — хмыкнул я, продолжая думать, что делать с этим типом.

После того, как добили зараженных мраком, то первым делом взяли под контроль обычных людей. Разоружили, забрали всё ценное, допросили и узнали, где их база. На удивление, среди них не было помеченных мраком, уж не знаю, с чем это связанно. Может вся гадость собиралась в теле магов, а обычные люди мрак не интересуют? До сих пор не было четкой теории, которая бы описывала логику поведения этой враждебной субстанции. Почему она некоторых убивает, а других оставляет? Почему одних усиливает, а других стороной обходит? Сплошные загадки.

С обычными бойцами вопрос решался прямо сейчас. На их базу наши уже успели скататься и забрать там всё ценное, что было. Там же нашлись женщины, дети и старики. Семьи всех тех, кто к нам воевать пришел.

Из допросов выяснилось, что изначально был костяк магов в количестве трех человек. Все из одного рода. После трагедии маги выжили, укрепились, собрали часть своих людей, что на них работала, тихо грабили ближайшую территорию и собирали ресурсы. Через недельку к ним ещё знакомые маги прибились, так и жили, постепенно укрепляясь. А сегодня их главарь решил перейти к чему-то большему, захватив мои ресурсы.

Что делать с людьми я пока не решил. Мне успели передать информацию, я изучил результаты допросов, но это не облегчало задачу, как поступить. Забрать провизию и бросить людей — это обречь их на голодную смерть. Без магической поддержки они долго не протянут, это факт. Оставить им еду — тоже как-то не хочется. Принять их к себе — это может привести к конфликтам, потому что кто знает, что это за люди и как они отреагируют на смену «хозяина». Вдруг в спину ударят? Там всего человек сто, для меня это капля пусть не в море, но в большом озере точно. Может их поселить на окраине и поставить на испытательный срок? Эх, куда не кинь, всюду клин. Надо на них лично взглянуть, пообщаться, тогда и определюсь.

— Я не враг вам, — говорил тем временем уверенно маг, который остался на сладкое, — С ними я случайно оказался.

— Что не помешало тебе пойти на поединок.

— Так я же не сражался, — искренне возмутился я. — В любом случае, какой смысл в этой болтовне? Что знал — я рассказал. Не убивать же ты меня будешь? Либо отпусти, либо возьми к себе.

— А чем ты можешь быть полезным?

— Я — артефактор, — с гордостью ответил он.

— Да? — вырвалось из меня удивление, — Почему тогда у тебя с собой ни одного артефакта?

— Эм… — замялся он, — Это сложный вопрос, в двух словах и не ответишь.

— А ты попробуй.

— Если кратко, то я сам по себе ходячий артефакт. Благодаря этому и выжил.

Тут он закатал рукава кофты и показал, как на руках вспыхнули руны. Опа…

— Судя по твоему выражению лица, пригодиться я смогу, — довольно хмыкнул маг.

* * *

Бой с напыщенным болваном оставил горькое послевкусие. Пора себе признаться, что не только мир изменился, но и магия. И что я не успеваю за этими изменениями. Мой главный козырь, очищение — больше не является абсолютным способом нейтрализовать любого засранца.

Странное чувство… Я пришел в этот мир в тело хлипкого пацана, за год достиг пика силы, а сейчас это перестало играть роль. Моё очищение развивается, но медленно. В то время, когда остальные маги шагают далеко вперед. Та же Эрминия подросла в силе и набирает обороты. Да и этот напыщенный болван… Вроде ничего такого применить не успел, но каждый его удар был наполнен мощью. В месте боя всё проморозила на многие метры вперед и мне, если быть честным, повезло. Будь он чуть шустрее и кто знает, чей бы труп хоронили.

Дерьмо Пасти.

Этот бой, как своевременная оплеуха. Прилетала, когда надо, позволила трезво оценить свои силы и увидеть грядущий конец. Если темпы развития будут сохраняться, в том смысле, что я буду двигаться медленно, а окружающие маги быстро, то не за горами очередной вызов, после которого история Эдварда Клоза закончится.

Очень странное чувство… Неприятное. Мне не нравится чувствовать себя слабым. Зато это помогает переоценить ситуацию, планы и дальнейшие шаги. Я решил, что надо укреплять базу, собирать ресурсы, вкладываться в наследие в виде мальчишек и прочих, кто решит пойти за мной, но… У всего этого нет смысла, если в следующем бою я окажусь недостаточно сильным.

Поэтому я решил взять паузу ото всех дел, тренировок с другими людьми и переключиться на постижение магических аспектов. А то только и занимаюсь, как думаю о спасение чужих жизней. Развитие способностей вроде идет, но, как я успел убедиться, слишком медленно.

Стоило сформировать для себя новую задачу, принять решение и уйти ото всех подальше, где никто не будет доставать вопросами… Как мозг заработал в нужном направление, выдавая пути, в какую сторону двинуться. Имею в виду куда развиваться, как магу. Больше всего меня сейчас интересовала тема, которую поведал новый знакомый маг. Имя у него забавное, конечно. Потап. В прошлой жизни, когда мир был цел, он занимался тем, что путешествовал по разным городам и странам, создавая на заказ артефакты. С его слов, он был довольно известен в определенных кругах и его работы ценились. Фишка мага в том, что он мог вкладывать силу в предметы.

— Как ты это делаешь? — спросил я его тогда.

— Эдвард, — говорил этот дядька, лет сорока, — Ты вот так хочешь, чтобы я рассказал все секреты, которые мой род копил столетиями?

— Да. — охотно согласился я.

Потап открыл рот, хотел что-то сказать, потом закрыл, снова открыл и… промолчал.

— Юноша, — взял он наставительный тон спустя минуту, осуждающе на меня смотря, — Этому искусству учатся всю жизнь и нужно иметь предрасположенность. В вашем роду создавали артефакты? Нет? Тогда мои объяснения не имеют смысла.

— Принимать к себе неизвестного мага тоже не имеет смысла. Я не прошу меня учить. Хочу понять общие принципы.

— Так они общеизвестны, — воскликнул маг, — Есть разные способы, как работают артефакторы. С помощью родовых практик, мы задаем свойства тем предметам и материям, с которыми работаем.

— Что для этого нужно?

— Да не много, — улыбнулся он радушно, — Всего лишь в совершенстве владеть этим искусством.

— Покажешь? — прямо спросил я, уставая от пустой болтовни.

— Чтобы создать артефакт, нужно время, — поднял он руку вперед и начал загибать пальцы, — Правильные материалы и подготовка. Если господин подождет неделю и будет готов щедро заплатить, то, так и быть, я создам артефакт.

— А если бег подготовки создать безделушку? Какими свойствами можно наделить предмет?

— Обычно просят защитными. Ещё часто нападающими. Женщины любят то, что благостно влияет на их красоту. Темы извечны, как сам мир. Если ты так хочешь демонстрации, — сдался он под моим «жадным» взглядом, то вот…

Маг выставил указательный палец и напротив него сформировал символ, напоминающий многоугольник. После этого он нанес символ на рядом стоящую кружку, из которой раньше чай пил. Взяв её в руку, он допил остатки и швырнул посуду в стену. Обычная, керамическая, ей суждено было разбиться, то кружка выдержала, звякнула и упала на землю.

— Что это был за символ?

— О, юноша всё же разбирается в нашем деле? — умилился артефактор, — Базовый защитный символ. Рисовать его не буду. Это секрет рода.

Тут я понял несколько вещей. Первое — он не понял, что я увидел символ. Вторая — он его и сам не видит. Вскоре закруглив разговор, я согласился принять его на службу, если он разработает систему защиты для земель. Передав его своим людям, чтобы разместили этого потенциального ценного кадра, сам я отправился к Амалии, которую расспросил на тему артефакторов.

— А что тебя интересует? Если ты встретил бродящего мага, то это не такая уж и большая удача. Они обычно далеко не самые сильные. Те, кто обладает реальным могуществом, сидят дома, с максимальным комфортом и это к ним ездят покупатели, а не они к ним. Улавливаешь разницу?

— Улавливаю, но меня другое волнует. По какому принципу артефакторы работают?

— Да кто как. — пожала плечами Амалия, — Кто-то силу вкладывает через символы, кто-то через образы, кто-то чертит. У каждого рода свои фишки.

Эти слова мне запали в голову. У каждого рода свои фишки. А ещё я помнил слова проклятого старика, который притащил меня в этот мир. Магия может всё.

Что он имел ввиду? Магия — это то, что дарует Пасть? Но ведь мои силы не от неё… Тут меня накрыло осознанием, что не всё так просто, как казалось. Точнее наоборот, очень просто, но пока это не осмыслил, то не понимал.

Для начала, стоит признать, что мои способности работают на иных принципах, нежели у местных магов. Следовательно, получаем, что есть два магических направления. По какой логике они строятся? И есть ли эта логика? Впрочем, даже отсутствие логики это уже логика. Если взять за аксиому, что магия может всё, то про какое из двух направлений речь? Классическое из этого мира или то, что есть у меня? Что имел ввиду старик? А, не важно. У меня то моя магия, вот и буду исходить из того, что она может всё. Так чего я тогда зациклился на одном очищение? Ладно-ладно, ещё освоил разрушение материальных объектов, а все остальные наработки, ту же скрытность, забросил в дальний угол.

Тут меня ещё одно озарение посетило. С чего я взял, что местная маги и моя — разные явления? Ведь нет предпосылок, что у местных есть какие-то ограничения. Вон сколько направлений, родов, индивидуальных способностей. А если оба направлению могут всё, не означает ли это, что я тут себе напридумывал и это одно направление? Черт ногу сломит.

Должен признать, что ответственность за других и непрерывный поток задач отнимают чертовски много времени. Надо переставать быть в каждой бочке затычкой и выстраивать систему менеджмента, чтобы дела и без меня решались. Мечты, мечты… Надо бы на денек пропасть, посмотрим, как люди себя вести будут.

Для себя я сформировал две задачи. Первая — сформировать принципы магии. Вторая — на основе этих принципов развивать свои способности. Стоило мне это подумать, тут же пришла другая мысль. А что, если любые принципы — это не помощники, а ограничители? Взять ту же Эрминию, из которой мне долго пришлось выбивать привычку создавать только стрелы и лук. Для неё создание чего-то другого было проблемой, потому что в её роду это считалось ненормальным. Что взять с тех, кто фанател от лука.

Или артефактор. Он использует символы. Наверняка они где-то записаны в родовой книжечки и у них в семье с малых лет на эти образы медитируют.

Как же всё просто, если немного подумать. Магия может всё, это означает, что можно взять и слепить из неё что угодно. Чем и занимались в родах, формируя из бескрайнего пластилина родовые особенности. Моя магия работает по тому же принципу или нет? Не попробовав, не узнаешь.

Какими бы мудаком не был старик, пару важных наставлений он мне дал. Вот хохма будет, если он врал, а я это сейчас всерьез воспринимаю.

Пораскинув мозгами, пришел к выводу, что принципы хоть и ограничивают, но при этом также усиливают. Поэтому мне надо создать устойчивые формы, эдакие домашние заготовки, что помогут в бою. В качестве вдохновения я взял то, что показал артефактор. Раз уж он может создавать символы и наделять их свойствами, то чем я хуже?

* * *

В медитации я просидел больше двенадцати часов, пытаясь на практике реализовать то, до чего додумался. Кое-какие наработки даже получились… Первое — если создать форму, то она ничем не будет отличаться от любого другого сжатого куска магии. Если проводить аналогии с глиной, то пока её не обжечь, это всё та же глина. Мягкая, податливая и бесполезная, даже если ей придали красивую форму.

Тренировку я начал с попытки создать аналог своего меча. Не всегда есть оружие, а идея обзавестись овеществленным очищением пришлась мне по вкусу. Контроля хватило, чтобы без особого напряга воссоздать почти идеальную копию. Я поигрался с размерами, формой, но меня это не устраивало. Я аналогично могу собрать очищение в шар, диск или в любую другую форму. В этом и была загвоздка. Глина оставалась глиной. Но как её обжечь и сделать твердой?

Ничего лучше, чем укреплять магический клинок по принципу «насытить магией, придать четкую форму, снова насытить», я не придумал. При увеличении концентрации форму удерживать становилось сложнее, поэтому и приходилось утрамбовывать. В итоге через полчаса таких игр я получил убийственный по своей силе инструмент. Что-то новое в моих практиках. Уверен, если таким мрак рубить, то одно удовольствие будет. Ещё бы научиться создавать меч за секунду и привыкнуть удерживать форму не задумываясь, тогда будет практический смысл.

Что и означало — обжечь глину. Я хотел создать шаблон, который не будет требовать усилий. Протоптать дорожку, по которой смогу проходить достаточно быстро, чтобы это работало в условиях скоростных боев.

Двенадцать часов потребовалось, чтобы убедиться — задумка работает. Создать меч, развоплотить, снова создать. Я вкладывал всю свою волю в то, чтобы сотворить из магии оружие. И с каждым разом, пусть на одну десятую процента, но у меня получалось. Спустя двенадцать часов я доходил до предела за пять минут, а не полчаса. Да и предел расширился, клинок пылал так, что освещал всю крышу, на которой я разместился. Зря, пожалуй. Слишком хорошо меня видно, тем более уже ночь настала, но если кто сюда сунется, это его проблемы будут.

Дошло до того, что клинок начал светиться золотистым. Привычное белое свечение сменилось золотом.

А после я подумал. Чего бы к очищению не добавить свойство аннигиляции? Пусть разрушает всё, чего касается. Так начались следующие двенадцать часов, которые пролетели, а я и не заметил.

За эту сутки я открыл для себя новый путь в магии. Оставалось узнать, как далеко я смогу в нём зайти.

* * *

— Удалось их найти?

— Да, — ответил мужчина, закованный в броню, — Они примкнули к Клозу.

— Факт предательства подтвержден?

— Они не вышли на связь, согласно протоколу, ответ очевиден, — ответил мужчина равнодушно, — Ещё кое-что есть.

— Что же?

— Ребенок. Первый опекает ребенка. Мальчика.

— Это…?

— Есть данные, что это его сын.

— Невозможно, — нахмурился мужчина, — Как бы он это скрыл? Если только Константин покрывал его… Ладно. Что делать, ты знаешь. Призраков захватить и доставить к нам. Не обязательно целыми. Мальчика тоже захватить и доставить. Целым.

Мужчина в доспехах кивнул и молча вышел из помещения.

Глава 23. Перехват

— За нами следят, — подошел Седьмой к Первому и сказал это безмятежным голосом, будто о погоде разговор идет.

Мужчина на это коротко кивнул и ничего не ответил. Он тоже почувствовал слежку и не трудно догадаться, кто это был. Организация жива и дала о себе знать. Всего на город измененных было не так много. Около семидесяти. Это те, о ком Первый был в курсе. Семь отрядов, для выполнения тех или иных задач. В других городах, где организация имела отдельные интересы, имелись и другие измененные, но за всю свою карьеру Первый с ними не пересекался. Ведь секретность никто не отменял, сценарий, когда измененных постараются захватить маги и допросить, был всегда тем риском в их работе, про который лучше не забывать. Поэтому измененным и выдавали тот минимум информации, который им был необходим для выполнения задач. Только вот… За почти тридцать лет работы и не такое узнаешь.

Отряд Первого, которого называли призраками, специализировался в первую очередь на скрытном наблюдение. Отсюда и название. Прийти никем незамеченным, также уйти. Иногда силовые акции, но это скорее редкость, когда иначе никак. Так стоит ли удивляться, что Первый смог засечь за собой слежку? Да и Седьмой тоже. Он в их команде всегда был главным «сенсом», обладая аномальной интуицией и чувствительностью.

Что будет дальше, Первый также прекрасно знал. Организация их выследила и собирает данные. Чуть позже информация дойдет до большого начальства, а после те отдадут приказ на захват или устранение. Скорее всего, сначала захотят допросить.

Больше всего Первый опасался за сына. Слишком очевидна их связь, чтобы того оставили в покое. Мужчина не раз думал, насколько правильно поступил. Будь жива мать ребенка, он бы оставил ребенка с ней, пристроил их к тому же Клозу, а сам оставался на дистанции, не показывая близость отношений. Но та умерла… И что-то в сердце Первого дрогнуло, он отчетливо ощущал, что сыну нужен полноценный отец, а не тень, что хоть и присматривает, но находится всегда на дистанции. В любом случае, что сделано, то сделано.

Мелькнула мысль обратиться за помощью к Клозу, но тот, как на зло, свалил. Пропал уже надвое суток как. Один день отсутствовал, потом заглянул на земли, устроил массовую зачистку мрака и снова исчез. Если в первый день Клоз сообщал на весь город, где именно он засел, озаряя крышу дома, словно маяк в ночи, но на второй он словно испарился.

Да и не особо Первый стремился его найти. Давно привык сам решать свои проблемы и в этот раз не собирался менять привычки.

— Что делать будем? — спросил Второй, когда они собрались вчетвером.

— Придут за нами сегодня ночью, — ответил Первый, — Край — завтра.

— Чувствую, что организация затягивать не будет, — хмыкнул Седьмой, прислушиваясь к себе, — За нами уже вышли.

— Ты у нас теперь провидец? — хмуро бросил Пятый.

— А может и так. В этом долбанном мире способности ведут себя иначе. — огрызнулся Седьмой.

Первый на это лишь кивнул, прекрасно понимая, о чем идет речь. Уже произошло большое разделение. Был мир тот — до великой трагедии. Есть мир этот — где люди выживают на руинах прошлого человечества. Что касается способностей — они у всех измененных начали меняться. Как говорили маги, это потому что плотность энергии в пространстве выросла в разы. Учитывая их способность адаптироваться, то нет ничего удивительного в том, что и возможности подросли.

— Надо дать бой. — сказал твердо Второй, — Если мы решили выбраться из прошлой жизни, оставить всё позади, то надо этим уродам так дать по зубам, чтобы они к нам дорогу забыли.

— Убьем первый отряд, пошлют другой, — заметил Пятый.

— Не факт, — покачал головой Первый, — Наверняка не все выжили. Как среди измененных, так и среди руководства. Плюс связь и сообщение между городами отсутствует. Ресурсов мало и если мы победим, они побоятся тратить ещё.

— Звучит так, будто ты выдаешь желаемое за действительное, — хмыкнул Пятый.

— Хватит, — зло сказал Второй, — Давайте просто убьем тех засранцев, что придут за нами. А дальше решим, что делать.

На том и договорились.

* * *

Для боя Первый выбрал один из пустых дворов на Землях Клоза. Сейчас люди теснились в центре его земель, набившись в квартиры, как сельди в бочку. Не комфортно, зато тепло и есть свет с водой. Отапливать весь район было расточительно, поэтому выживали, как могли.

Первый сел на скамью в центре двора, положив на колени меч. Трое его напарников разместились по окружающим домам, затаившись. Сына Первый попросил взять Эрминию и присмотреть за ним, отговорившись, что у них планируется ночная вылазка. Лучница, на удивление, восприняла это спокойно и лишних вопросов задавать не стала, за что ей отдельная благодарность.

Это было самой узкой частью плана. Если измененные первым делом решат забрать сына, то это будет провал. Но насколько мужчина знал своих «коллег», они сначала придут за ним и его командой.

Так и случилось. Первый скорее ощутил, чем увидел, что во дворе появились посторонние. На улице царила непроглядная тьма, но улучшенное зрение позволяло с этим справляться. Глаза Первого выхватили силуэты, что не спеша к нему подбирались.

Трое… Заходят с разных стороны… Ещё несколько точно засели в укрытиях и готовятся поддержать оружием. Сколько их всего — Первый не знал. В лучшем случае неполный десяток. В худшем — прислали два отряда. Против двадцати измененных им точно не выстоять.

— Какими судьбами, господа? — с издевкой бросил он троице, которая остановилась от него в десятки шагов.

— А то ты не догадываешься, предатель?

В этой фразе скрывалось многое. Корпоративные войны, что шли десятки лет, личная вражда и неприязнь между двумя лидерами отрядов.

— Ты теперь по ту сторону баррикад, — сказал палач, — Доставишь мне удовольствие разобраться с тобой лично?

Первый давно знал этого человека. Палачи — это не официальное название отряда. Официальное отсутствовало. Отряд, который посылали к тем, кому был вынесен приговор. Первый на предложение лишь улыбнулся и кивнул. Лучше драться против одного, чем против троих. Но стоило помнить, что скорее всего люди палача используют это время для того, чтобы выследить его ребят, поэтому бой затягивать нельзя.

Двое других мужчин исчезли в тенях. Первый остался наедине со своим палачом. Он чувствовал, что лично его убьют, живых брать не собираются, даже не смотря на приказ. А ещё измененный знал, что два других противника могут прийти на помощь командиру в любой момент.

Сложный бой, где все преимущества на стороне врага. Тем интереснее…

Тишина сменилась звоном стали. Палач был худым и жилистым, меньше, чем сам Первый, но при этом силы ему было не занимать. В чем особенности его мутаций мужчина мог лишь догадываться. Сейчас некоторые из них он прочувствует на себе. Скорость такая же, как и у Первого, силы чуть больше, техника владения мечом идеальна.

Два врага наскочили друг на друга, обменялись ударами и разошлись в сторону, закружили вокруг.

Снова звон клинков, оружие мелькало едва заметными росчерками. Палач смог коснуться кончиком меча плеча, а Первый пробил ударом ноги в колено. Для обоих это было незаметной мелочью.

Ещё одна стычка. Темп вырос, Первый выкинул все мысли из головы и сосредоточился на поединке. Удар, блок, увернуться, размен и ещё по царапине появляется на телах противников. Но вместо того, чтобы отскочить, мужчина продолжил прессинг. Это чуть сломало рисунок боя, но палач был не из тех, кто легко сдавался. Ещё по два пореза и противники снова отскакивают.

Первый перенес вес с ноги на ногу, проверяя устойчивость. Рана пришлась по бедру. Глубокая. Если оказать помощь, то ничего страшного. Но в бою каждую секунда она будет ослаблять мужчину.

Палачу тоже досталось. Удалось задеть маску на лице, сбить её и оставить кровавую борозду над бровью, которая сейчас заливала глаз.

Первый понял, что следующая стычка будет последней. Остаться должен кто-то один.

Оба противника рванули друг на друга одновременно. Зазвенела сталь, протяжно и зло, от вложенной силы верное оружие не выдержало и переломилось на части. Чего-то такого Первый и ожидал, сознательно идя на размен. Два врага натолкнулись друг на друга, обрубок клинка палача вошел в бок Первому, а тот в ответ таким же осколком пробил живот.

— Неплохо, — прошипел в лицо палач, — Но маловато! Убейте его!

Первый дернулся, понимая, что сейчас его атакуют два других измененных. Но палач вцепился, как клещами и не отпустил от себя. Мужчина провернул рукоять меча, от чего противник застонал, но хватку не ослабил, в ответ продавливая и свой меч.

Прошла секунда, но никто так и не напал. Прошла вторая, тишина сохранилась. Палач не удержался, бросил взгляд по сторонам, но его людей не было. Первый заметил в его глазах растерянность, да и сам не понимал, что происходит.

— Голубки, может вы отпустите друг друга? — прозвучал внезапный голос, который Первый здесь меньше всего ожидал услышать. — Не, я не против высоких братских чувств, но всё же, — насмехался голос.

Палач зарычал и оттолкнул Первого от себя. Тот отскочил, разрывая дистанцию и оглядываясь. Но никого во дворе больше не было. Тем не менее, голос звучал где-то рядом.

— Первый, и кто это к нам такой интересный пожаловал? — спросил, всё так же насмехаясь Клоз.

— Где мои люди? — рявкнул Палач, оглядываясь по сторонам.

Откуда исходит голос более менее удалось определить, но в том месте находилась сплошная темнота. Напряженный момент разорвал звук разбитого стекла. Вскоре его сменил звук хлюпанья, когда человеческое тело падает с высоты, кости ломаются, а внутренние органы сплющиваются. Вслед за ним во двор спрыгнула темная фигура и голосом Второго спросила.

— Первый, ты как?

— Да живой, — ответил тот.

Тем временем палач пришел к какому-то выводу и рванул из двора. Только убежать ему было не суждено. Полыхнуло и вся одежда беглеца вместе с оружием развеялась прахом. Мужик внезапно для самого себя оказался голым и не заметил, как на его пути блеснул клинок, отрубая сначала руку, а следом ногу.

От чего палач окончательно потерял равновесие и полетел вперед, кувыркаясь.

Только после этого Клоз появился. Он буквально шагнул из темноты, ночь разошлась от его тела в стороны. Первый, по привычке, внимательно следил за этим, фиксируя в памяти детали новой проявленной способности. То, что Клоз до последнего оставался невидимым — говорило о многом.

— Есть и другие, — сказал Первый.

— Я о них позаботился. Больше никого не осталось, — ответил Клоз, — Ты ранен, — заметил он очевидное, подходя ближе, — Второй, займись вашими друзьями, а ты пока топай к целителям. Людей я уже поднял.

— Как узнал, что за нами пришли? — спросил Первый перед тем, как отправиться за помощью.

— Эти придурки решили напасть на Эрминию. Зря. С твоим сыном всё в порядке, не переживай. Но в следующий раз лучше предупреждать о проблемах заранее.

— Тебя не было, — проворчал Второй.

— Захотели бы — нашли, — усмехнулся Клоз, — Ладно, чего встали? Займитесь делом. Нам ещё ваших прошлых работодателей навестить надо.

* * *

Заглянувшие в гости проблемы я случайно заметил. После первого дня отсутствия, вернувшись на земли и убедившись, что всё в порядке, я отправился обратно, развивать следующие идеи. В частности взялся за изучение способности скрыться от чужих глаз и, как показала практика, достиг определенного успеха.

Те возможности, которые передо мной открылись — воистину безграничны. Всего два приема — либо придание магии формы, либо очищение, то есть разрушение всего и вся вокруг себя, а какие результаты. Специально обученные солдаты, над чьими организмами хорошо поработали, не смогли меня засечь. Правда, я настолько увлекся, что чуть не доигрался. Слишком разрушил пространство вокруг себя, от чего в какой-то момент чувство опасности взвыло настолько, что я дал обратный ход. С этим ещё предстоит разобраться, найдя ответы на вопросы, а что это было, и что есть пространство. Мда…

Я весь день посвятил практике, но ночью решил всё же вернуться домой, чтобы выспаться. Тем более, меня там ждала Амалия, которая, я был уверен, не обрадуется, если я пропаду. Поэтому часов в одиннадцать, когда основная масса людей разбрелась по домам и улеглась спать, я устроил последнюю тренировку, собираясь пройти незамеченным перед стражами. Для чего применял сразу два умения: раскрыл на полную свою чувствительность и укрылся в тенях, как это умение ранее назвала Эрминия.

Какого же было моё удивление, когда я засек подозрительных личностей, которые не должны были присутствовать на моей земле. Они зачем-то подкрадывались к зданию, где я жил. Сначала подумал, что пришли за мной. Потом эти типчики зачем-то подкрались к квартире Эрминии (а мы все, в том числе руководящий состав и сверхи, жили в одном здание). Причем они легко обошли всю охрану. Не заметив меня, следовавшего за ними.

Догадка, что происходит, пришла, когда я почувствовал сына первого в комнате у девушки. Там же находилась Амалия, которая болтала с подругой. Правда, обе девушки смогли что-то почувствовать и уже приготовились отражать нападение за пару мгновений до того, как измененные пошли на штурм, но… Я доводить до бойни не стал и вырубил засранцев. Сначала разрушил на них все физические вещи, оставляя голышом, а потом тупо задавил силой и вырубил. Это было ещё одним сделанным открытием. У меня, как у мага, имелось что-то наподобие ауры. Если по-простому, то это та энергия вокруг, которую я мог контролировать, придавая ей те или иные свойства. Если её уплотнить, то сдавить чужое тело можно так, что оно вырубится. Или сломается, если надо, но убивать я не спешил.

Когда дверь открылась, трое мужиков уже валялись ровным рядком в коридоре.

— Эдвард? — спросила Амалия, — Вот чем ты занимаешься, вместо того, чтобы уделить мне внимание? — при этом она уперла кулачки в бока, но потом её взгляд сфокусировался на пленниках и она выдала, — А почему они голые?

— Голые мужики? — высунула Эрминия голову над плечом Амалии, желая тоже рассмотреть, что происходит, — Подруга, я бы рекомендовала тебе начинать волноваться. Как бы наш Эдди не оказался из этих…

— Эй! — возмутился я, — Между прочим, это элитные убийцы.

— Голые? — хмыкнула Амалия, — Ну-ну.

Мне оставалось на это только закатить глаза и подивиться. Это же насколько надо быть безбашенными, чтобы сначала почувствовать грядущие неприятности, приготовиться драться насмерть, а потом, ощутив меня, спокойно выйти и троллить? Что это, глупость, наглость или святая вера в меня, что я всё разрулю?

— Ладно, Ами, — сказала Эрминия, продолжая разглядывать мужиков, — Не будем издеваться над твоим парнем. А то смотри, он и нас разденет.

— Эм… — покосилась девушка на подругу.

Это сейчас что было? Изощренный троллинг попытка номер два?

— Свяжитесь с охраной, пусть этих хлопцев запакуют, — сказал я серьезно, — Амалия, можешь их вырубить основательно, чтобы не очнулись в ближайшие два часа?

Амалия больше дурачиться не стала и приложила троих мужиков своей магией. Надо всё равно отдать приказ, чтобы их связали, а то кто знает, насколько их организмы быстро оправятся. Оставив девушек разбираться с проблемой, сам спустился вниз и вскоре отыскал Первого, который как раз собирался устроить с кем-то поединок. Рядом в тенях ещё двое бойцов ждали и, чувствую, их надо заранее устранить, чтобы они моему измененному в ответственный момент не подгадили.

Что я и сделал, возникнув у тех за спинами и мечом разрубив шейные позвонки, ударив сзади. Быстрая и тихая смерть. Пришли они, кстати, в подобие легкой брони. Вроде технологичное что-то, но мой магический клинок отлично справился. Ещё трое врагом крались по зданию и видимо хотели отыскать остальных измененных. Им я тоже решил помочь. Будучи укутанным в темноту, добраться к ничего не подозревающим жертвам труда не составило. Те так и не смогли меня обнаружить до последнего. Я успел устранить двоих, а третьего пришлось оставить самим измененным, чтобы спуститься вниз и помочь Первому.

Успел как раз к развязке их короткого поединка. Эх, грубо сработано… Зачем же идти на такой дурацкий размен? Первый мало того, что победить не смог, ещё и ранен оказался. Будь живы те двое, они бы ему сейчас голову снесли за такие оплошности. Зато какого было удивление неизвестного мужика, до которого с запозданием дошло, что он теперь один.

В общем, по итогу вечера могу сказать, что тренировка удалась. Осталось разобраться со свалившимися на голову проблемами.

Глава 24. Раздать долги

— Так значит это ваши друзья? — спросил я измененных, с которыми собрался после допросов.

Те закончились пару минут назад. Как оказалось, нечеловеческие организмы не смогли противиться моим методам, поэтому я тупо задавил чужую волю и получил ответы, которые хотел.

— Друзья? — возмутился Второй, — Да в гробу я их видел.

— Между нами нет дружбы, — спокойно ответил Первый, — Скорее личная неприязнь и здоровая конкуренция.

— Больше было похоже на сведение личных счетов, нежели на конкуренцию, — не удержался я от усмешки.

— Просто этот палач тот ещё мудак, — зло бросил Второй.

Из всей четверки он был самым эмоциональным.

— Что делать будем? — спросил я у них.

Лично у меня было и своё мнение, но хотелось бы услышать, что они скажут.

— А какие тут есть варианты? — усмехнулся Первый, прекрасно понимания расклады, — Либо нам уходить от тебя, либо наведаться на их базу.

— И что, так легко пойдете убивать бывшего работодателя?

— Этих работодателей мы тоже в гробу видели, — казалось, что Второму нравится отыгрывать роль эмоционального парня, что всегда груб и говорит прямо, — Костя ещё норм мужик был. Те, что сверху всегда относились к нам, как вещам.

— Иначе говоря, возвращаться мы не хотим, — подытожил Седьмой, — Да и нет теперь пути обратно, после того, что мы сделали. Как и у тебя, парень.

— Поэтому давайте лучше думать, как их обчистить.

Эти слова принадлежали Первому. При этом на его лице появилась совсем не свойственная улыбка. Кровожадная, с маниакальным блеском в глазах.

* * *

— Все на позициях? — спросил я по рации.

— Да, ждем отмашки, — раздался в ответ голос Первого.

— На месте, — вторил ему Матвей.

Убрав рацию, я окутался темнотой и неспешно направился к цели. Плененные измененные многое рассказали на допросе. Так много, что это резко поменяло планы на ближайшее время.

Для начала… Верхушка организации смогла выжить. За день до саммита они удалились в укрепленный бункер, откуда и руководили ситуацией.

Чтобы понимать происходящее в те дни, надо знать, как устроена организация. Официально в этом городе она занималась тем, за что отвечает служба безопасности. Тут ещё вопрос, кто на кого работал. Организация преследовала свои цели, используя ресурсы государства. Что говорило не в пользу последнего. Что сказать… Это ещё один пример децентрализованности местного общества. Нету и не было в последние года здесь сильных политиков, что смогли бы объединить города и навести порядок. Ну да плевать, это больше не имеет значения.

Есть верхушка организации, есть «менеджеры среднего звена», такие, как Константин, а есть исполнители. Не только измененные, которые являлись штучным и секретным материалом, но и сотни обычных людей, что работали по всему миру.

В каждом городе, который входил в список интересов организации, сидел так называемый куратор. Кто это, как его зовут по-настоящему, никто из рядового состава не знал. Да и из руководителей тоже. Тайному обществу три сотни лет, уж скрываться они научились.

По случаю саммита и грандиозной операции против власти магов к нам в город приехал ещё один куратор, чтобы помочь. Ну или преследуя какие-то свои цели, о чем мне пока неизвестно. Сейчас важно другое. Оба куратора за день до часа икс, когда должно было загромыхать на весь мир, предполагая, что маги нанесут удар, скрылись в надежном убежище. В котором в том числе находились внушительные запасы, на случай гражданской войны. Оружие, провизия, медикаменты — всё то, что помогло бы продержаться против магов. Аналитики давно просчитали, к чему приведет массовое закрытие Пастей, так что нет ничего удивительного в том, что люди, стоящие за этим и планирующие свергнуть магов, озаботились собственным выживанием.

Измененные прямо об этом не говорили, но у меня сложилось впечатление, что конфликт между обществом и магами расшатывали специально. В смысле понятно, что это делали сознательно, чтобы обезопасить себя и прикрыться революцией в случае ответного удара, но у меня другое подозрение возникло. Что, если закрыли Пасти, а маги бы на это никак не отреагировали? Ну закрыли и закрыли. Власть, деньги, имущество — всё это находилось в их руках и с чего бы они решили от этого отказаться? Перестроились бы и всё. Но если довести обычный народ до состояния ненависти в сторону магов, объявив тех главным злом, то… Тут попахивает переделом рынков. Не знаю, насколько организация преследовала экономические цели, но, думается мне, этот вопрос тоже учитывался.

Главное убежище, куда мы направлялись, хранил приличные запасы на случай массовой войны. В общем, куш был достаточно сладок, чтобы захватить его. Чем я и собирался заняться. Заодно выжжем заразу и избавим себя от проблем в будущем.

Палач, который пришел карать, рассказал и другое. Скрытые причины, почему отправили отряд зачистки за предателями. Всего из сотни измененных, что находились на момент трагедии в городе, выжило около пятидесяти. И не сказать, что они были образцом лояльности. Возможно, часть из тех, кто считался погибшим не умерла вовсе, а свалила, раз представилась возможность.

Не один Первый с его друзьями был недоволен исполнять роль оружия и не иметь нормальной жизни. А чем конец света не повод уволиться и исчезнуть с радаров, начав заново? Если Первый с другими просто исчезли в неизвестности, их бы просто списали. Но кто-то их заметил, пошли слухи, а за ними и брожения в коллективе. Чтобы не допустить бунта, кураторы и послали отряд показательно наказать предателей. Заодно похитить ребенка, который вроде как существовать не должен.

Сейчас на базе чуть больше сорока измененных и ещё сотня боевиков вперемешку с обычными людьми. Убежище находится на окраине города, в пустующем сейчас районе, где выживших не осталось. Кроме тех, кто спрятался под землей.

Сколько осталось времени, пока там вспыхнет и случится передел власти — мы не знали. Но по ответам палача можно сделать вывод, что брожения зашли слишком далеко и напряжение переполняло закрытое пространство. Где имелась толпа измененных людей, которым давным давно надоело начальство и им в головы нет-нет, да приходили мысли, что можно и самим встать у руля. Тем более, когда сила у них есть, а кроме неё ещё и большие запасы найдутся.

Хех… Если у кого-то такие планы и имелись, то им было не суждено сбыться. Потому что я собирался без лишней скромности вынести там всех и забрать добро себе. Нечего было на мою землю приходить. Дольше бы прожили.

* * *

Первый безмолвной тенью скользил за Клозом. Остальные измененные двигались тут же, рядом, сохраняя дистанцию. План был прост, как удар кулака в лобешник. Прийти и всех победить. Это Первый не сам придумал, а цитировал Эдварда, пока они добирались до укрепленной базы.

Сам мужчина не раз уже продумывал, как бы штурмовал настолько укрепленное место. Отдельный генератор, что питал всё убежище, говорил о том, что электроники ждет неприлично много. А значит нужно опасаться камер, датчиков движения, что, учитывая замкнутость убежища, делало тайное проникновение почти невозможным. Если несколько дней понаблюдать, взять пару заложников, то лазейку найти можно было бы, но… Клоз отмел эти предложения и сказал, что собирается покончить с проблемой раз и навсегда. Сегодня же.

Первый со скрипом, но согласился, уговорив нового «работодателя», что они вчетвером отправятся вместе с ним. Эдвард согласился не сразу и чуть до споров не дошло, но в итоге удалось договориться. Мда, никогда ещё призрак, что почти тридцать лет профессионально исполнял свою работу, не сталкивался с тем, что кто-то считает его обузой в предстоящей операции. Куда катится этот сумасшедший мир?

До убежища добирались вместе. Кроме измененных и Эдварда ещё ехали сверхи, что прикрывали обычных людей. Те должны были заняться погрузкой, после захвата базы и остались в соседнем районе, чтобы не выдать себя раньше времени. Это был ещё один момент самоуверенности парня. Он не сомневался, что с наскока захватит укрепленную базу, рассчитанную на противостояние магам. Что нервировало Первого, но возмущаться смысла не было, потому что ему уже предложили «просто наблюдать и не переживать».

Тем временем парень снова окутался чернотой и пропал из поля зрения Первого. Рядом чертыхнулся Второй. А дальше началась какая-то жесть.

Они быстро, не видя Клоза, добрались до нужного здания, используя свои методы. Там парень на пару секунд появился, давая им понять, где находится. После чего снова исчез и…

Земля у его ног стала испаряться, осыпаясь пылью. Процесс шел не то, чтобы быстро, но прямо на глазах у мужчин дыра разрасталась. А дальше процесс ускорился и вскоре перед ними предстал туннель, который пробивал потолок и упирался в какой-то коридор на расстояние трех этажей.

— Так просто? — хмыкнул рядом Второй.

— Молча. Вперед, — отдал приказ Первый и прыгнул вниз.

Клоз уже спустился и начал активно работать. Дальше была самая скучная операция в жизни призраков. Они спрыгнули вниз и шли по следам Эдварда, который несся по коридорам со скоростью пули. Где-то он проходил через двери, где-то прожигал себе проход напрямую. Измененные встречали людей, большая часть которых была без сознания. Другая часть лежала мертвой, обычно с кровавыми ранами. Клоз их убивал одним ударом, уж в этом Первый понимал. Убивал, что примечательно, только бойцов, не оставляя у себя за спиной никого в живых.

— Он нам так совсем работы не оставит, — нарушил тишину Второй.

Первый не стал его одергивать. Операция вышла абсурдной. По факту, они тут и не нужны. Куда катится мир…

Для Клоза не существовало препятствий. Он проходил там, где хотел и это вызывало легкое чувство сюра. Отряд всю жизнь готовили противостоять магам, да и это убежище проектировали с учетом отражения магической атаки, но… Как противостоять силе Эдварда?

Внезапно впереди раздался взрыв. Да такой силы, что пыль с потолка осыпалась. Следом взрыв повторился, послышалась стрельба и, судя по звуку, стреляли из очень внушительного калибра. Отряду понадобилось тридцать секунд, чтобы добраться до места боя. Но к этому моменту всё закончилось.

— А вы не спешили, — бросил им Клоз.

— За тобой не угнаться, — буркнул Второй.

— Цели остались? — спросил Первый.

— Да, ещё хватает. Первый куратор вон в той комнате. Я дверь прожег, его в отключку отправил. — указал парень направление, — Пакуйте его и допросите. Я пойду остальные места проверю.

Отряд Первого сейчас стоял в одном из подземных ангаров, в котором не плохо так повоевали. Оплавленные стены, кое-где обрушенный потолок, сильный запах горелого. С кем здесь сражался Клоз? Но тот ушел, ничего не став объяснять. Первый махнул своим парням и они отправились «писать заявление об увольнение».

* * *

Пробиться в укрепленный бункер труда не составило. Разрушение материи требовало от меня усилий, но не тех, которые стали бы проблемой. Вырубить обычных людей тоже плевое дело. Иногда на пути попадались бойцы и вот их я не щадил, убивая сразу. Несколько измененных тоже попалось, но и с ними справился.

Проблемы возникли, когда добрался до ангара, где меня поджидала тройка воинов, облаченные в ультра-технологичную броню. Из той серии, что Нойманн мне у себя в гостях показывал. Оружие тоже, явно не массового производства. Дружный залп этих трех жестянок чуть не отправил меня к праотцам.

Спасло то, что я прикрывался тьмой, поэтому враги ударили чуть в сторону от того места, где я находился. Что не помешало взрыву отбросить меня и припечатать об стену.

Послав оглушающий импульс, я быстро убедился, что они от него как-то защищены. Обычное очищение тоже бессмысленно, потому что магии в этих ребятах ноль. А вот технологии и ускоренные рефлексы, да, на их стороне.

Выхода не оставалось, я разрушил пол под собой и ушел под землю. В спину мне ударил поток пламени и чуть не сжег. Подарочек от стальных засранцев, чтоб их.

Плохой новостью для них было то, что я их чувствовал. Поэтому смог забраться прямо под ноги, прожечь пол, а дальше с каждым из них по отдельности разобрался. Последний удивил, подорвав свой костюм. Полыхнуло так, что меня в землю вжало и чуть не убило потоками расплавленной магмы.

Я рванул в бок по туннелю, чувствуя, как обгорает спина. В следующий миг раздался взрыв и я бросился наверх. А точнее вылетел, как пробка из задницы, которой предали ускорения хорошим пинком.

Удары смягчали новые разработки. Вслед за мечом я смог овеществить доспехи и теперь имел хоть какую-то броню, что поглощала урон. Но какие же это неудобные противники, блин… Хочу себе такие же костюмчики и пушки.

Укрепленный бункер, явно с повышенным запасом прочности, после нашего побоища напоминал… Да нахрен разнесенный ангар он и напоминал. Сработала система тушения, меня окропило водичкой, разнесся гул вентиляторов, что откачивали дым, а потом…

— Здравствуй, Эдвард, — прозвучал откуда-то из динамиков голос Нойманна, — Рад, что ты решил зайти в гости. Но мог бы просто постучаться.

— Так я и постучался, — вырвался из меня ответ, пока я оглядывался и прощупывал, не скрывается ли этот старика где-то поблизости.

По всему выходило, что нет, он не здесь.

— Как мило, — в его голосе слышался неприкрытый сарказм. — Если выйдешь в коридор, пройди по нему, там будет дверь, ближайшая по правой стороне. Иди туда, сможем поговорить без свидетелей. А своих новых дружков в другое место направь.

Голос отключился, а где-то через пять секунд в помещение вбежали измененные. Пока те оглядывались, пока говорил с ними, успел обдумать предложение и прикинул, что можно и поболтать. Поэтому Первого с компанией отправил в одно место, а сам направился на рандеву с излишне живущим стариканом, который задержался в этом мире. Лично я не против помочь ему исправить эту оплошность и обрести покой. Навеки вечные.

В указанное помещение я входил с опаской. Не потому что боялся нападения, а скорее какой-то подлости. То, что самого Нойманна там нет я заранее почувствовал, поэтому рассматривал любые варианты. В первую очередь те, где меня решат подорвать или использовать в темную.

— Не бойся, — сказал Нойманн, — Я всего лишь хочу поговорить.

Я ожидал увидеть голограмму, но всё вышло гораздо банальнее. Старикан решил пообщаться со мной через экран монитора. Само помещение напоминало переговорную. Большой стол, кресла вокруг и монитор, встроенный в стену, с которого на меня и смотрел этот безумный ученый.

Причем он не скрывался и показал, что с ним произошло.

— Да, эта тварь лишила меня ног, — со злой усмешкой бросил он, проследив за моим взглядом.

На изображение старик сидел в кресле. Вместо ног у него были протезы. Ничего запредельно технологичного, что-то простое, лишь эмитирующее ноги.

— Это случилось после того, как Пасть разнесла твою башню? — предположил я.

— Именно. Как всё внезапно повернулось, да, Эдвард?

Я внимательно смотрел на старика, подмечая, как он изменился. Волосы взъерошены, щеки запали, круги под глазами. А ещё этот стальной блеск в глаз. Стальной и лихорадочный. Изображение было не способно передать все нюансы, но Нойманн последнего, кого напоминал, это адекватного и мирного человека. Нет, скорее это был переполненный скрытой ненавистью и безумием старик. Интересно, мрак коснулся его?

— О чем ты хотел поговорить? — спросил я, оглядываясь и пытаясь понять, что скрывают стены.

До боли в мышцах хотелось долбануть, разрушая эту комнату, но я усмирил свой нрав. Дам старику пять минут. Если ничего путного не скажет, разнесу тут всё к чертям.

— О дальнейших планах. Надо закончить начатое. — сказал он твердо.

— Миру и так досталось после твоих действий. Хочешь разнести его окончательно?

— Это не я его разнес! — вспылил он, — А Пасть! Ты и сам знаешь!

То, как остро он реагировал на слова, лишь дополняло его образ безумца. Нойманн съехал с катушек? Опаснее гениального ученого может быть только безумный гениальный ученый.

— Так что же ты хочешь закончить? — спросил я, возвращая диалог в конструктивное русло.

Достать его и вывести на эмоции труда не составит. Но лучше пообщаться нормально, чтобы понимать, чего от него ждать. Этот человек обладает слишком уж выдающейся способностью порождать хаос, поэтому лучше быть в курсе его планов. Если он сам их хочет рассказать, то почему бы не послушать?

— Смотри, — взял старик себя в руки и вывел на монитор объемную модель земли, после чего переключился на менторский голос, — Пасть нанесла свой удар по всем крупным городам мира. Первой стала Москва. Где-то через час был произведем удар и по остальным столицам. Я смог выявить закономерность. Атака шла в зависимости от численности населения. Чем больше город, тем раньше по нему приходился удар.

Слова Нойманна сопровождали динамичные графики, как по всей планете, то в одном месте, то в другом, вспыхивали трагедии. Он что, специально презентацию подготовил? Ждал меня или у него всегда графики под рукой?

— В течение первых двух недель почти все города на планете постигла та же самая участь, что и этот, — подвел он черту, — Ты осознаешь масштаб проблемы?

— И у тебя есть решение? — заинтересовался я.

Мало ли, вдруг этот ученый предложит реальное решение.

— Есть, — довольно заявил он, сверкая маниакальным блеском в глазах, — Нужно уничтожить магов!

— Всего то? — вырвалось из меня.

Он это серьезно? Магов? Всех? В том числе близких мне людей?

— Нет, это только начало. Магов и всех тех, кого коснулось то, что люди прозвали мраком. Эта субстанция действует как симбиот, устанавливая связь с носителем и подключая его к общей базе. Все люди, что коснулись мрака, являются частью единой системы. Если её заразить…

— То все погибнут и дальше что?

— Система перестанет существовать, — убежденно сказал он.

А я слушал и не верил своим ушам. Старик окончательно с ума сошел? Даже на уровне элементарной логики его слова звучали глупо.

— А маги тут причем?

— Они носители. Нас ждет долгая работа, Эдвард. Мне нужны помощники, — говорил он с жаром, не замечая моей реакции, — Нужно уничтожить всех, кого коснулся мрак. Заразить систему и разрушить её изнутри. Потом нас ждет долгая работа по восстановлению планеты. Нужно стабилизировать пространство, устранить локальные прорывы и распространить мои устройства.

Нойманн говорил и говорил, брызжал слюной и искренне верил в свои же слова. Я же пытался понять, где этот псих скрывается, чтобы найти и прикончить его. С такими идеями он человечество окончательно добьет.

— Ты не думал, что если убьешь всех носителей, то от человечества ничего не останется? — вклинился я в его поток мыслей.

— Лес рубят, щепки летят. Разве не так говорят?

— Массовый геноцид и без того обескровленных людей не то, что леса не оставит, а опустошит всю планету.

Ведь мрак коснулся не только людей. Животные, растения, земля… Что, если Нойманн действительно сможет уничтожить носителей? Кто знает этого психа. Один раз он уже удивить смог. А где один раз, там и второй. Если ему удастся, то из тех десяти-двадцать процентов людей, которые выжили, сколько останется? Один процент из оставшихся? В разрушенном мире? В лучшем случае это откинет человечество в каменный век. В худшем — люди тихо вымрут и угаснут, оставив планету пустой.

— Ты не понимаешь. Либо мы убьем Пасть, либо она нас! — злился Нойманн.

— И как ты себе это представляешь? Зачем я тебе?

— Ты же воин! Помоги мне. Нужно привести носителей мрака, обеспечить доставку вируса. Вместе мы справимся быстрее!

То, что он не сомневается в том, что у него получится — напрягает.

— Хорошо. Давай встретимся и обсудим лично, что именно ты задумал, — ответил я.

Нойманн замолчал. Его брови нахмурились, между ними пролегла складка, а взгляд стал цепким и холодным.

— Что же… Эдвард. Видимо, договориться нам не получилось. Но ничего. Ты захотел посмеяться надо мной, но мы ещё посмотрим, кто смеяться будет последним.

После этих слов экран отключился, а я остался один. И почему мне кажется, что дальше лучше точно не будет?

Дерьмо…

Глава 25. Ограбление

— Очущуеть, — завороженно пробормотал Алмаз, — Это что за сокровища? Эдвард, мы что, на фабрике раздачи подарков?

— Лучше, — хмыкнул Матвей, стоящий рядом, — Походу мы на правительственном объекте. Так?

— Да, — ответил я, — Разберете, что тут есть? Первый, поможешь?

— Седьмой поможет, — кивнул тот на своего напарника, — Он спец в этих игрушках.

После того, как закончился разговор с Нойманном, не прошло и двух минут, как ко мне пришли измененные. Это время я простоял, обдумывая сказанное и, что говорится, завис на полную. Вроде очевидно, что Нойманн слетел с катушек, но именно это и пугало. Внутри поселилась тревога и непонятно, что с ней делать.

Измененные к этому моменту добрались до местного главного начальника, привели его в чувство и устроили экспресс-допрос. В итоге были посланы. Чтобы не доводить до крови, что всегда успеется, они и вернулись за мной, ранее впечатленные тем, как я даже их подготовленных «коллег» заставлял говорить, подавляя.

— Мистер Клоз, — прошипел неизвестный мне старик, когда я зашел в помещение, — И вы тут. Ожидаемо, — бросил он презрительно.

А я запоздало сообразил, что где-то его видел.

— Ваше лицо знакомое. Представитесь?

— Плохо, молодой человек, — процедил этот полноватый дядя, который совсем не тянул на иерарха тайной организации.

Может это синяк под глазами, кровоподтеки, да разорванная рубашка виноваты, что он лоск утратил?

— Это министр иностранных дел, — ответил за него Первый.

— Ого, какие большие люди. Дайте угадаю, вы занимались саммитом?

— Это не секретная информация, так что да, я, — всё же ответил он, посмотрев на меня гордо.

— А ещё вы, как я понимаю, куратор организации? У вас название то есть нормальное? Или за триста лет так и не придумали?

Мужчина поджал губы и ничего не ответил.

— Не хочу вас пугать… Да и не буду. — медленно проговорил я, — Просто скажу, что вы мне всё расскажете. В любом случае. Если добровольно, то останетесь целым.

— А если нет, то пытать будете? — насмехался он надо мной.

— У него другие методы, — с довольством покачал головой Первый.

Довольством и злорадством. Я глянул на измененного и отметил, что он не прочь, чтобы я подавил этого мужика. Хм…

— Всё проще. Если подавить центр воли, то человек теряет возможность сопротивляться и отвечает на все вопросы. На все, — выделил я эти слова, — Правда, после этого есть шанс остаться безвольным овощем. Что выбираете?

Мужик мне не поверил или не захотел сдаваться. Его выбор. Я подошел к нему и положил ладонь на лоб. Через телесный контакт проще воздействовать точечно. Да и быстрее. Через пару минут он запел, как вялый соловей, не смея сопротивляться.

Вторым куратором оказался Нойманн. Я не удивился, что этот ушлый тип смог проникнуть в эту структуру. Вопрос ещё, кто на кого работал. А вот измененные слегка выпали в осадок. Это было отчетливо видно, как они почти синхронно нахмурились.

А дальше на нас полилась информация, что происходит в городе и мире. В день трагедии где-то половика высокопоставленных людей, что прибыла специально на саммит, отправилась на небеса, отчитываться за дела свои. Кого-то удалось спасти, эвакуировать по убежищам, но в следующие пару недель количество выживших сократилось ещё больше.

Эти выжившие находились в убежище под местным кремлем. Вместе с верхушкой правительства, которая, по большей части, спаслась. Пока три дня назад неизвестная группа магов не разбомбила всё там и не захватила продовольственные запасы, заодно поставив кровавую точку в истории правительства страны. Кто это сделал куратор не знал. Видел лишь фото кратера, что образовался прямо за стенами Кремля.

Мда… неожиданный поворот. Ну да кому в этом мире есть дело до официального правительства, которые не могли ничего противопоставить магам? Дела у организации на их фоне смотрелись лучше. Она выжила, смогла сохранить ключевых людей, заперлась в заранее подготовленном бункере и планировала отсидеться, пока страсти не улягутся.

— Вы предупреждали правительство, что грядет? — спросил я.

— В общих чертах, — отвечал мужчина, чья голова безвольно болталась, опустившись вниз.

Периодически приходилось её поднимать, чтобы он слюнями не захлебнулся.

— Какие у вас планы были на правительство?

— Мы допускали, что его уничтожат.

— Вас это устраивало?

— Да. Имелся план по перехвату власти. Мы хотели поставить своих людей.

В общем, понятно. Я расспросил детали, выясняя, что организация не только магическую революцию готовила, но ещё и власть в стране хотела захватить. Ещё больше больше, хотя её у них и так много было.

Мотивы выступить против Первого и остальных подтвердились. Требовалось пресечь революционные мысли и наглядно показать, что бывает с отступниками.

Куратор многое знал о делах организации. А я не стеснялся спрашивать. Где находятся основные филиалы, кто стоит во главе, где хранится документация и компромат, где спрятаны базы и хранилища. А главное — где все наработки по проекту измененных. Стоило поднять эту тему, как от Первого с компанией повеяло напряжением.

— Расслабьтесь, — бросил я им. — Ну?

Те расслабляться и не думали. Для них это что, больная тема? Тем временем допрашиваемый, повинуясь приказу, рассказывал подробности, как именно создаются измененные и каких успехов они смогли достичь. В целом, ничего такого неожиданного. За последние шестьдесят лет они разработали химию, подобрали команду сверхов и накопили приличный материал по влиянию на человеческий оргазм.

Чем больше куратор рассказывал, тем больше от измененных веяло убийственным намерением.

— Вы чего? Напасть решили? — повернулся я к ним и посмотрел в упор.

— Зачем тебе эта информация? — спросил Первый.

— Информация лишней не бывает. Тем более, такого уровня. Вопрос в другом, чего вы такие напряженные?

— Считай это личным, — медленно проговорил Первый, — Уточни, какая статистика выживших.

— Выживает один из десяти, — послушно ответил куратор, — В начале выживал один из тридцати.

Мда… Это сколько они народу загубили? Реально ведь тысячи.

— Выдохните. Я не собираюсь запускать массовое производство измененных. Тем более убивать людей в промышленных масштабах. Выдохнули? Особо впечатлительные могут выйти за дверь.

Цацкаться мне с ними не хотелось. Не заработали они ещё на доверие. Если рыпнутся, придется убивать. Чего не хочется делать, но… Первый успокоился… кхм… первым. После чего рыкнул на своих парней и велел им идти заниматься остальной базой. Сам же остался участвовать в дальнейшем допросе.

Допрос растянулся на трое суток. Не только этого мужика, а вообще всех, кто был на базе. Где-то через полчаса подъехали мои люди, мы их запустили внутрь, а дальше началось разграбление. Всего на базе находилось около пятисот человек. Запаса провизии у них имелось на пару лет минимум. Если считать по объему, то для меня это не так уж и много, но несколько месяцев спокойной жизни подарит. Всех людей, не бойцов, забрали в плен и тоже увезли на базу. Вместе с куратором. К сожалению, больше двух часов человек не мог выдержать общения со мной. Был риск, что он преждевременно в овощ превратится. Поэтому на базе ему окажут помощь целители, дадут прийти в себя и отдохнуть, после чего я снова наведаюсь к нему в гости.

Пока шла разгрузка хранилищ, я со сверхами и измененными добрался до склада оружия и немного выпал в осадок.

— Против кого тут запасы готовили? — продолжал удивляться Алмаз, тиская в руках здоровенную пушку, — Это какой калибр?

— Эта детка способна пробить щит слабого мага, — взял слово Седьмой, — Если бить слаженно, то и средней силы защиту пробить можно. Единственный минус — патроны у этих малышек по цене золота, а то и дороже. Такие выдаются только на зачистку магов.

— Магов, значит, — покивал Матвей, протягивая жадные ручки к пушкам.

Ей богу, как дети, — подумал я, вертя в руках ствол и прикидывая, что надо себе тоже отобрать что-то.

Чего на складе только не нашлось. От легких пистолетов, до тяжелого вооружения, способного и мага на тот свет с одного залпа отправить. Ещё сотня комплектов брони, от легкой до тяжелой, продвинутые версии того, чем я в начале пути пользовался. Седьмой рассказал мне про характеристики… Что сказать, руки зачесались примерить. Прочность, ускорение, автономность, запас энергии, система маскировки, а главное — тактический модуль, что в реальном времени помогал вести бой. По сути, внутри был мини-искин, направляющий бойца. Опасная вещь. Засунь в них измененных и можно устроить революцию в одном отдельном городе. В мире не получится. Как только маги бы узнали про такое, они бы толпой наведались и всех положили.

Тут надо понимать, что готовый к бою маг и не ожидающий нападения — это совсем разные люди. Какой толк с брони, если тебя убьют нематериальным заклинанием?

— Матвей, займешься загрузкой? Любоваться потом будете. Не забудьте потренироваться перед тем, как в бою это применять. — дал я распоряжения.

— А ты сам не хочешь? — прищурился сверх, отвлекшись от игрушек.

— У меня другой путь. — ответил я и вышел наружу.

Дальше и без меня разберутся. А то, что у меня путь другой — это правда. Я могу снова нацепить защитный костюм и в этом есть свои плюсы, но и минусы тоже найдутся. У техники хватает ограничений. Её нельзя развивать самому. Она может прийти в негодность. У неё ограниченный запас как прочности, так и возможностей. А ещё она учит опираться на что-то внешнее, а не на себя. Прикинув расклады, пришел к выводу, что прямо сейчас броня мне может и даст какие-то бонусы, но если я хочу развиваться, как маг, то это скорее застопорит, чем продвинет вперед. Поэтому по старинке, ручками всё делать буду.

* * *

— Он не согласился? — спросил мужчина, сидящей за столом и ковыряющийся во… внутренностях.

— Нет, — зло бросил Нойманн, закатываясь в комнату.

— Ожидаемо. — равнодушно ответил мужчина, не поворачиваясь.

— Он бы нам помог. Его сила идеальна против магов.

— Насколько я знаю, у Клоза полно близких людей среди магов. А ты ему предложил всех их уничтожить. Его выбор очевиден.

— Некоторые вещи важнее личных привязанностей!

— Старик, уймись.

Мужчина развернулся и уставился на Нойманна.

— А то что, Хан? Я тебя спас и цель у нас общая. Ты продвинулся в своем деле? Смог воплотить то, что задумал?

— Я близок к этому, — равнодушно ответил азиат.

Хан был ещё одним кандидатом, которого забросили из другого мира. Случилось это пятнадцать лет назад. А месяц назад его карьера в Азии резко закончилась. Местное магическое сообщество узнало, что он добился успеха в разработке оружия против них. Создав, без лишней скромности, шедевр биоинженерии, способный почти игнорировать магию и на равных побороться как с демонами, так и с магами.

Как новость просочилась, на Хана напали. Из боя он вышел победителем и ударил в ответ, вырезав всю семью обидчика. Это было ошибкой. Хоть мужчина и вышел победителем, но общественность узнала о его разработках, а дальше началась травля. Все наработки, образцы и лаборатории были уничтожены в течение недели. Самого Хана сильно ранили, но его организм давно ушел от человеческих стандартов, так что удалось выжить и вырваться из захлопнувшегося капкана.

Так Хан оказался за границей, никому там не нужный, с хвостом из убийц. Стоило магам сообщить своим заграничным коллегам, чем занимался мужчина, как на него бы открыли охоту где угодно, куда бы он не подался. В итоге или убили бы, или захватили в плен.

Это уж Хан знал, как никто другой. Как никак большую часть жизни в этом мире он провел в рабстве у магического рода. Который тоже прекратил своё существование, не заметив, как верный раб, несущий золотые яйца и помогающий захватить несколько рынков сразу, связанных с выращиванием пищи, набрал силу и ударил в спину.

В общем, Хан магов не любил. А когда ему предложили выступить со своими наработками на саммите, сначала воспринял, как дурацкую шутку, а потом согласился. Слишком уж предложение было заманчивым. Безопасность, возможность нормально работать, а не под замком, прекращение травли — как от этого отказаться? Так Хан оказался в Москве, всего за день до конца света.

В котором были виноваты проклятые маги, настолько доставшие Пасть, что та пришла в мир людей. Хана спас Нойманн. Который и предложил план, как решить проблему. Единственный нюанс — Хан не доверял старику также, как и всем остальным. Поэтому готовил пути отступления, постепенно забрасывая в его организм вирусы. И чем больше крепло безумие Нойманна, тем больше Хан убеждался в правильности этого пути.

— Что тебе нужно, чтобы ускориться? — спросил старик в который раз.

— Я уже говорил. Мне нужны образцы. Мрак крайне устойчив ко взлому. Я смог расшифровать только часть его алгоритмов, которые, между прочим, постоянно меняются. Крайне адаптивный симбиот.

— Ты же знаешь, что если принести мрак сюда, то есть шанс заражения, — старик раздражался всё больше, требуя результатов немедленно.

— Тогда, если ты хочешь победить в этой войне, надо сделать выбор, — предложил китаец, — Рискнем. Если получится и я взломаю мрак, то смогу его нейтрализовать и создать вирус. Это даст тебе то, чего ты так страждешь.

Нойманн наконец заткнулся и внимательно посмотрел на мужчину. После чего развернулся и спешно покинул комнату, ничего не сказав.

Сам же хан вернулся к туше мертвой собаки, что лежала на столе. Она раньше принадлежала мраку, но того собралось небольшое количество, которое удалось нейтрализовать. Ломать не строить. Руки вошли в податливую плоть и Хан обратился к своей силе. Он как никто в этом мире умел работать с любыми живыми организмами, меняя их на генетическом уровне.

Глава 26. Башня одиночества

— Что за чертовщина? — вырвались из меня слова.

Было от чего удивиться. Центр города, где раньше находилось сердце каменных джунглей, а по совместительству главные бизнес-центры, предстал передо мной полуразрушенным и заросшими деревьями.

Сюда я пришел на следующий день после того, как взял штурмом логово организации. Всё добро мы оттуда перевезли, сейчас на базе шло переваривание добычи, а допрос пленных продолжался полным ходом. Я же решил отвлечься от этого и заняться не менее важным делом — поиском безумного старика.

Никаких зацепок, где бы он мог находиться у меня не имелось. Все, кого спрашивал в организации ничего не знали по этому поводу. Старый лис надежно спрятался и нужны хоть какие-то зацепки, чтобы отыскать его. Начал я с той башни, где мы раньше встречались.

Когда с Орловой летали по городу, видели, как Пасть разнесла её на куски. Сейчас же я наблюдал то, что произошло с обломками за последние три недели. И как это мимо меня прошло? Слухи ведь должны были распространиться от такого чуда. Или банально не заметил? Мда…

Небоскреб, где раньше жил Нойманн и откуда он нанес удар по Пасти, был, как и ожидаемо, разрушен. От него мало что осталось и обломками завалило улицы вокруг. Ближайшие дома, которые не могли похвастаться запредельным количеством этажей, но тоже далеко не малышами, аналогично рухнули. Не знаю, что именно послужило причиной массовых разрушений, то ли падение колосса, то ли буйство Пасти, то ли сила природы, что решила отыграться, но факт есть факт. Я смотрел на полностью разнесенный в хлам квартал, который раньше считался средоточием бизнеса и деловой сферы города. Нейтральная территория, где держали офисы сотни корпораций и родов.

От зданий остались лишь огрызки, между ними царили завалы из обломков и на всём этом активно прорастали деревья. Буро-зеленые стебли виднелись повсюду и непонятно, как это произошло.

Сам я находился на крыше одной из ближайших высоток, откуда открывался хороший вид. Специально залез, чтобы оценить будущую зону поисков, но теперь что-то не уверен, что хочу туда идти. Это последнее место, где будет отсиживаться Нойманн. Да и как было выжить в том безумстве, что здесь произошло?

Стоп. Нойманн ведь лишился ног, а значит на момент атаки Пасти находился здесь? Или нет? А может и вовсе, изображение было поддельным, но тогда возникает вопрос, зачем? Что движет стариком и что за шоу он устроил? Если же правда был здесь и лишился ног, то как он выжил? У него что, под землей спасательный туннель прорыт? Мда, даже звучит безумно. Но теперь я обязан проверить это место. Если что, то пробьюсь вниз, вдруг и правда найду скрытые пути отступления. Хоть какая-то, но зацепка.

Я спустился с крыши и вскоре оказался у этого бетонно-зеленого арт хауса. Город менялся, и не сказать, что к лучшему. Чем ближе я подходил, тем больше убеждался, что деревья ненормальные. С черными прожилками, в них скрывался мрак и это выглядело донельзя зловеще.

Словно ты муха, которая села в пасть к хищному растению. Мда, в пасть… Так метафорично, что прямо кричит — не лезь туда.

Ну уж нет. Меня таким не проймешь. Я ударил вспышкой очищения, расширяя её во все стороны. Резко запахло гнилью, а деревья прямо на глазах увяли. Всё бы ничего, но нервы щекотало ощущение, что за мною наблюдают. При этом я не чувствовал кого-то из живых людей в округе.

До нужной башни добрался без проблем. Если не считать за такие то, что приходилось скакать по обломкам зданий, как горный козел, рискуя каждый раз провалиться в расщелину или оказаться погребенным под завалом. Обломки — не самая устойчивая поверхность. Несколько раз и вовсе, пришлось выжигать себе путь сквозь здания, а то обходить слишком далеко.

Ни трупов, ни демонов, ни следов побоищ, ничего. Просто странные деревья, что росли прямо на камнях. Или скорее пробивались через щели в завалах, но это какое же упорство надо иметь, чтобы прорасти на десятках метров бетона?

Здесь настоящее царство мрака. Его так много и он так глубоко уходит, что я ждал в любой момент нападения снизу. Но мрак оставался нейтральной силой, игнорируя то, что я его выжигаю. Даже странно. На меня настолько плевать?

Не знаю, чего я ждал, когда сюда шел. Что Нойманн сидит тут на камушке и смиренно дожидается, пока я ему голову снесу? Жаль, что не так. Но глупо на это надеяться. Рядом с башней одиночества, как называли этот небоскреб в народе, я нашел лишь тонны разбитого бетона и стекла, да торчащие арматурины. Больше ничего.

Что же… Постучимся.

Я свел ладони вместе, а потом стал медленно их разводить, формируя абсолютно бесцветный шар. Так выглядела сила, что разрушала любые физические препятствия. Когда шар стал размером с баскетбольный, я кинул его вперед.

Никаких взрывов, треска и других специальных эффектов. Просто шар прожег бетон и ушел куда-то вниз, постепенно раскрываясь и формируя туннель. Так… Ещё добавим. Дальше я бил волнами, организовывая себе спуск вниз.

На то, чтобы пробить сотню метров вниз и тридцать метров в диаметре, у меня ушло около десяти минут. Неплохо… Только вот толку с этого никакого нет. Я получил длинный туннель, ушел глубоко под землю, увидел, что там переплетения этих подозрительных деревьев, пропитанных мраком и… Всё на этом.

Что приятно в моей способности — так это то, что срезы получились ровными. Поэтому почти ничего не обрушилось, добавляя мне проблем. Но спускаться вниз что-то не тянет. Один удар сверху и мне обеспечат самое большое надгробие в истории человечества. Да и не учел я один момент… Воду. Которая уже начала скапливаться внизу и кто знает, сколько пройдет времени до полного затопления. Сотня метров — это почти тридцать этажей. Учитывая разрушения, где я нахожусь, то получается, я спустился ниже уровня земли. А следовательно могу и на какие-то подземные воды нарваться.

На всякий случай расширил проход и создал ступени. Как-то же спускаться надо. Я ведь не Орлова с её крыльями и полетом. А жаль… Интересно, как решить эту проблему с помощью моей версии магии?

Через полчаса я спустился в самый низ и не поленился пробить проход дальше. Ничего-ооо. Лишь слой бетона, а ниже слой земли и камней. Каких-то зацепок найти не удалось. Можно и дальше здесь рыться, благо времени много это не занимает, но какой смысл? Если тайные проходы и существуют, то они могли обрушиться. Или Нойманн, опасаясь удара, заранее покинул башню и отдал приказ об атаке дистанционно. Но как он тогда ног лишился? Поскользнулся в ванне, когда брился? Эх, чтоб его. Надо искать другой способ, как выйти на старика, будь он неладен.

Я почти вылез, когда враги сделали свой ход. По закону подлости, когда спускаешься в гигантскую яму, идеальную для тех, кто захочет напасть сверху — обязательно кто-то решится это сделать. Но чего я не ожидал, так это облика тех, кто пришел за мной.

Это была стая собак.

Мне оставалось метров тридцать до поверхности, когда они показали себя. То, что эти твари отличаются от обычных «лучших друзей человека», сразу же бросалось в глаза. Размеры гораздо крупнее, чем у любого дворового барбоса. Шерсть отливает серебристым металлическим оттенком, что наводит на не радужные мысли. Ах да, ещё они стоят беззвучно, не шевелятся, пристально смотря на меня. Не лают, не виляют хвостом, не просят косточку.

Пока я осматривал их, первая особь спрыгнула ко мне и тихо зарычала. При этом её когти легко крошили бетон, касаясь его.

— Какой хороший песик, — проговорил я, — А где же твой хозяин?

В этих тварях ощущался мрак, но не так много, как ожидалось. Да и в целом они плохо ощущались, словно не совсем живые. Но и не мертвые. Что это за создания такие?

Я уже выучил урок, что когда бьешься с неизвестным противником, то, выпуская свою магию, не забывай уклоняться.

Псина прыгнула на меня. Но не та, что спустилась, а та, что подбиралась сверху. Они ещё и слаженно действуют. Я выпустил волну разрушения на вожака, стоящего передо мной, а сам сместился в сторону. Только вот пес проигнорировал магию и сам прыгнул ровно в то место, куда я ушел от предыдущего нападения.

Следующую атаку я встретил ударом меча и вот тот не подвел. Силы, вложенной в удар, хватило, чтобы разрубить морду твари и отправить её в долгий полет, прямо на дно туннеля.

Это стоило мне того, что на спину запрыгнула другая зверюга. Её туша весила прилично и я не удержался, полетел вперед, чудом замерев на краю обрыва. Хорошо, что мне голову не откусили, зубки будь здоров у этих зверушек.

Твари окружали, тихо рыча. Отступить мне было некуда. За спиной находился обрыв, который я сам же и вырыл. А впереди, закрывая путь к выходу, стоял десяток этих существ.

Я снова ударил разрушением. То ожидаемо не причинило им вреда, лишь шерсть чуть обуглило. Зато пройдя мимо, оно прожгло опору под их ногами. К сожалению, разрушение не работало мгновенно. Но достаточно быстро, чтобы твари разом провалились вниз, пытаясь зацепиться за края обрыва.

Усилив натиск, я принялся давить и подавлять монстров, закапывая их ещё глубже и не давая зацепиться. Стоило одной собаке прыгнуть, как я разрушал ту опору, которой она касалась.

Братская могила разрасталась, рычание сменилось паническим скулежом, словно это не машины для убийства, а самые обычные, мирные собаки.

Я настолько увлекся, что едва не пропустил появление ещё двух особей. Звери прыгнули сверху и отогнали меня. Подарили собратьям драгоценные секунды жизни. Одна так и вовсе, успела вцепиться мне в локоть и разодрать руку. Приголубив её мечом, раскроил череп и пинком отбросил от себя. Со второй поступил так же.

К моменту, когда закончил, одна тварь уже выбиралась наружу из нового туннеля. Пришлось отправить её обратно, ударить разрушением ещё раз, углубляя проход. А после я нанес удар чуть выше, чтобы каменный блок съехал вниз и накрыл этих монстров.

Так братская могила для мутантов получила надгробие. Твою же мать… Рука пылала огнем, кровь падала на камень. Надо было всё же броню одеть или хотя бы воплотить доспех. Но это слишком много сил отнимало, поэтому я по жадничал. Дурак… Ведь чувствовал, что здесь опасно. Тоже мне, великий маг нашелся, гроза всех врагов…

Пришлось разрывать куртку и перевязывать себя. А потом ещё и следы крови сжечь. Так, на всякий случай. Пообщавшись с магом крови быстро вырабатываешь правильные привычки.

* * *

Хан отключился от прямого управления стаей. Клоз, как и ожидалось, отправился искать Нойманна, о чем самому старику не обязательно знать.

Особого смысла во встречи с Эдвардом не было. Но Хан хотел посмотреть на него вблизи, чтобы удовлетворить любопытство. А ещё чтобы получить его днк и расшифровать, для чего прямой контакт не требовался, достаточно посредника.

Мир, откуда пришел Хан, сильно отличался от здешнего. Родина мужчины пошла совсем по другому пути, отдавая предпочтения в первую очередь биологическим технологиям. Что не привело цивилизацию к поголовному счастью, а наоборот, лишь обострило борьбу за власть и технологии.

Для Хана было нормой жить в убежище и посвящать всего себя разработке новых технологий влияния на живые организмы. А как иначе, когда сотню лет назад разразилась война настолько масштабная, что поставила человечество на грань уничтожения. Всё из-за проклятых вирусов. Неизвестно, кто первый выпустил смерть из пробирки, но остальные власть имущие в стороне не остались и ответили тем же. Как итог — от цивилизации остались осколки, люди ютились в резервациях, ограждаясь от ставшего опасным мира и тратили все силы на то, чтобы разрабатывать вакцины против постоянно мутирующих вирусов. А заодно создавать оружие, для борьбы с соседями и теми чудовищами, что они выпускали в мир поохотиться.

Когда Хан только попал сюда, то всё никак не мог привыкнуть, что можно свободно гулять по улицам города и не умереть через пять минут. По улицам под настоящим небом! Есть обычную еду, не обрабатывать её и вообще, относиться к своей жизни наплевательски.

Когда этот мир рухнул и пришел мрак, то для Хана это не было ударом. Не такой уж мрак и токсичный. Если ты подцепил его, то есть как минимум несколько способов, что с ним сделать. Куда ему до вирусов, что убивали мгновенно.

Нойманн был не в курсе, что Хан умеет подключаться к собственноручно созданным организмам дистанционно. Это жизненно необходимая способность для тех, кто жил его в мире, где выход на поверхность считался изощренным самоубийством. Собаки проектировались с расчетом, чтобы собирать и анализировать днк в моменте, после чего передавать данные хозяину. Для этого всего лишь был нужен физический контакт, с чем питомцы легко справились. Жаль, что Клоз перебил столь ценные образцы, но ничего… Нужно только выбраться на улицу и Хан создаст новых.

Главное сейчас другое. Избавиться от Нойманна и перехватить его ресурсную базу. Старик оказался излишне осторожным, пригрозив взорвать всё убежище в случае смерти. Так что требовалось действовать аккуратно и не спешить.

Что же касается убийства всех магов… Лично Хан против этого ничего не имел. Но и воплощать чужие цели просто так не собирался.

Глава 27. Симбиот

Заходя к себе в спальню, я испытывал легкое чувство вины. Вроде как сам забрал Амалию от семьи, а при этом самым наглым образом игнорирую её, то в долгие медитации уходя, то на допросах пропадаю, а то по городу в поисках безумного ученого бегаю.

Ладно бы просто внимание не уделял. Сейчас не те времена, чтобы на это обижаться. Но ведь был уговор, что я проведу ряд занятий с Амалией и мы проверим, как её сила изменится. Это было тоже важной задачей, которая оказалась задвинута в дальний угол. Надо исправлять.

У себя в квартире девушку я не нашел. Зато отыскал её у Эрминии, где они обе, на пару, завалились бумагами и что-то увлеченно чертили на школьной доске, которую тоже сюда притащили. Это сцену я увидел, когда лучница впустила меня и провела внутрь.

— Что тут у вас происходит? — заинтересовался я.

— Да так, — ответила Амалия, — Обсуждаем девичье секреты.

И непонятно. То ли она всё же обиделась и это колкость, то ли такая слишком завуалированная шуточка. Я подошел ближе, чмокнул её в губы и та вроде ответила. Значит бури не предвидится… Или месть будет гораздо изощреннее? Мда… И о чем я думаю? Неужели нервны настолько расшатаны, что везде подвох ищу?

— А если серьезно? Адаптивность, симбиоз… — прочитал я слова на доске, — Вы мрак изучаете?

— Если и так, то что? — фыркнула Эрминия, — Пока ты пропадаешь неизвестно где, мы важным делом заняты.

— Может поделитесь тогда?

— Может и поделимся. А ты нам что? — ответила лучница с вызовом.

— Хм… — посмотрел я на неё хмуро, — Это что за детский бунт?

— Чего это детский? Очень даже серьезный! — возмутилась она.

— Ладно, Эрми, не заводись, — тихо сказала Амалию, — Думаю, Эдвард тоже занимался важными делами.

Ого. Чудо, а не девушка.

— Про которые он, как обычно, ничего не рассказывает, — надулась Эрминия ещё больше.

— Это да, — вздохнула Амалия тяжко.

Это они сейчас что, разыгрывают сцену «плохой и добрый полицейский», чтобы меня на откровенности развести?

— Я занимался собственным развитием, — ответил им, смотря на девушек с подозрением, на что Амалия невинно захлопала глазками, — И решал вопросы с захватом базы. Вы про это в курсе.

— Амалия, ты ему веришь? Мне кажется, он что-то недоговаривает, — процедила Эрминия, как гестаповец.

— Я на допросе?

— Нет, но… — мягко сказала Амалия.

— Что но? Девчат, кончайте. Мне не до этого, — сказал я серьезно, прекращая игру.

На удивление, они обе переглянулись и действительно прекратили. Ладно, признаю, обе девушки чудо. Не считай кое-каких нюансов… мдэ…

— Так чем тут занимаетесь? — вернул я тему, что меня заинтересовала.

— Мы провели ряд экспериментов. — ответила Эрминия и отвела глаза. Да и Амалия как-то замялась.

— И? — надавил на них голосом, чувствуя подвох.

— Мы обе коснулись мрака! — выпалила лучница.

— Не ругайся! — сказала Амалия тут же, видя то, как меняется моё лицо.

— Что вы сделали? Мрака коснулись? Того самого мрака, что плоть божества, которая убивает людей или изменяет их, лишает воли? И вас никто не остановил?

— А кто нас может остановить? — парировала Эрминия.

Я задумался. Действительно, кто? Сверхи не могут. Это я им могу приказывать, а они мне или Эрминии нет. Потому что та госпожа. Как и Амалия. Другие маги, которые поселились на моей земле, теперь мои же вассалы, то есть тоже не могут приказывать. Кто ещё? Целительский корпус? Так там все поголовно люди Эрминии, что она скажет, то они и сделают. Выходит, что на эти две бестолочи, пока меня нет, управа отсутствует.

— И вообще! — выставила Эрминия палец вверх, — Победителей не судят! Так что выбирай, ворчать или выслушать, что нам удалось узнать?

— Рассказывайте, — махнул я на них рукой раздраженно.

До того, как девушки заговорили — прощупал их чувствительностью. Видимо они провернули всё, пока я отсутствовал. Иначе бы я любые изменения засек. Как с мраком справились, тут тоже особо нечего гадать. Волчонок. Ещё и пацана привлекли. Или сами управились, они же до этого побеждали мрак как-то.

Если отец Амалии узнает, что его дочка сделала, то сначала меня выпорет, а потом и её.

— Мрак — это что-то вроде симбиота. — начала рассказал Эрминия. — Живой организм, с запредельными характеристиками передачи данных. Ты уже в курсе о том, что мрак адаптируется ко всем способам, которыми ему вред наносится. Единственный способ избежать утечки информации — это экранировать его.

— Пока я ничего не услышал, что бы вас оправдывало.

— Ты погоди. Мрак — это как овеществленная магия. Или энергия, назвать можно по-разному. Какой из этого вывод?

— Какой же?

— У магии тоже есть проводимость.

— И? Вы этот вывод сделали на основе, что такое свойство есть у мрака?

— Да, — кивнула Эрминия. — Теория пока хромает, но и мы, только в начале пути.

— Так и всё же. Ради чего рисковали?

— Какой ты нетерпеливый, — закатила глаза Эрминия.

— Дело в том, — взяла слова Амалия, — Что мрак, соединяясь с любым живым организмом, начинает его изменять. Как он это делает? Во-первых, Эрми не просто так сказала про овеществленную магию. Это означает, что заряд энергии там такой, что её хватает на трансформацию. Понимаешь?

— Допустим, — согласился я. — А во-вторых?

— Во-вторых, — Эрминия снова перехватила инициативу, — Мрак несет заряд информации. Именно она задает то, как будет происходить мутация. Представляешь теперь себе размах? На землю обрушили бесконечное количество мрака, что способен изменить любой живой организм. Это бесконечное развитие нервной сети! Единая нервная сеть!

— Звучит как-то безумно. — покачал я головой.

— Ты просто не осознаешь весь масштаб сказанного. — вздохнула Эрминия, — Мы провели эксперимент. Если мрак влияет на организмы, то и организмы могут влиять на него. Теперь понял?

— Так и что вы сделали?

— Смогли перебороть его. Дозы были микроскопические, но и их хватило, чтобы ощутить давление. Если создать достаточный импульс, как волевой, так и энергетический, то есть шанс справиться с мраком. Понял ты, чугунная башка?

Эрминия не удержалась, подошла и постучала меня пальцем по лбу, для чего ей пришлось привстать на носочки. Вместе с постукиванием по черепной коробке там забегали мысли, сопоставляя уже известное мне и то, что рассказали девчата. И как только додумались? Меньше всего я от них ожидал научных изысканий.

Единая сеть, значит…

— Погодите, но ведь мутации спонтанны, разве нет?

— Ну… — замялась лучница, — Разве? Мертвецы, уродцы, монстры, растения… Разве всё это не в едином направление мутирует?

— Не уверен, — покачал я головой, — Лично мне казалось, что мутации хаотичны.

— Возможно, у нас мало статистики для этого. — сказала мягко Амалия, — Или действует принцип естественного отбора. Мрак случайным образом изменяет живые организмы, если особь получается удачливой, то знание распространяется и дальше эти версию появляются чаще.

— А вот теперь и мне жутко стало, — проговорила Эрминия.

— Да, тут есть о чего пугаться, — согласилась Амалия, — Если всё так, то лет через десять вся жизнь на земле кардинально изменится. Новые виды, в том числе людей, заполонят планету.

— Списав в утиль старую версию, — нервно хмыкнула лучница.

Пока они болтали, я пытался ухватить мысль. Сверхпроводник и заодно питательный элемент для любых изменений. Причем не только мрак, но и вся магия, то есть энергия. Получается… Мысль упорно ускользала, как скользкий угорь. По словам девушек, они впустили в себя мрак и тот попытался их изменить, но при определенной подготовке, если пересилить его, угроза сходит на нет. Кто сильнее, тот и прав? Или тут ещё роль играет качество информации и то, что вкладываешь в посыл?

— А вы пробовали изменить мрак отдельно? — задал я вопрос.

— Пока до этого не добрались, — покачала головой Эрминия. — Хочешь попробовать?

— Да. Где вы эксперименты ставили?

— Так в лаборатории, где же ещё.

* * *

Через полчаса я втащил тушу мертвеца, которого удалось поймать для наших экспериментов. Правда, люди на меня странно поглядывали, когда я нес его, но да ладно, переживут.

— Держите, — скинул я тушу на стол, — Что дальше?

— Сейчас, — сказала Амалия и… начала делать что-то.

Это что-то выглядело жутковато. Амалия растворяла плоть мертвого, которая превращалась в жижу и стекала в желоба. Я пригляделся и заметил, что их недавно установили. Получается, они это не первый раз делают? Надо было почаще в исследовательский отдел заглядывать.

На самом деле, девчата не одни занимались. С ними работала команда настоящих ученых. Девушки же выступали в качестве… эм… носителей уникальных способностей. То есть колдовали. Обычные то люди этого делать не могут, что ставит крест на большей части экспериментов. Тот разговор, который я застал — это было следствием такого сотрудничества. Девушки пытались разгадать загадки мрака, не претендуя на серьезные научные прорывы. Скорее им было скучно… В чем они никогда не признаются.

Тем не менее, я успел убедиться, что тут и правда серьезная работа шла. С замерами, исследованиями, перепроверками всех фактов и научными экспериментами. Занимались этим люди Эрминии из клиник.

Амалии потребовалось минут пять, чтобы уничтожить всю плоть вместе с костями и внутренностями. От чего завоняло на всю лабораторию, но включилась вентиляция, избавив нас от участи задохнуться. В то же время Эрминия создала энергетические стенки, куда и поймала мрак.

— Вот как он выглядит, — задумчиво проговорил я, рассматривая эту субстанцию.

Что сказать… Черная, переливается и пульсирует. А ещё двигается, облепляет ограничивающие её стенки и разрушает их не спеша.

— Много сил забирает? — спросил я у лучницы.

— Зависит от объема. Здесь размером с кулак, расход энергии средний, но лучше не затягивать. Мы уже раз наблюдали, как мрак резко расширился и чуть бед не натворил.

— Сможешь его на несколько частей разделить? Чтобы я случайно всё разом не уничтожил.

— Попробую…

У Эрминии получилось разделиться на пять маленьких частей. От чего она взмокла, по вискам пробежал пот. Удерживать пять отдельных сосудов оказалось в разы тяжелее.

— Что ты хочешь сделать? — спросила Амалия.

— Сейчас увидите.

С первым образцом я мудрствовать не стал и направил на него небольшой поток очищения. Самую малость, желая вблизи рассмотреть, какая реакция будет. Выглядело это странно… Словно водой пытаешься размыть густой жир, а ничего не выходит. Уверен, если усилить давление, мрак уничтожится, но цель-то другая.

Так ничего и добившись, я попытался вложить форму. Тот же принцип, что и при создание меча. Ведь как сработал тот прием? Я своей волей придал энергии форму и создал такой уровень концентрации энергии, что она стала твердой. А что, если волей создавать не твердость, а информационный посыл? Вроде простая мысль, но она переворачивала весь мой подход к работе с собственными силами.

Тут же пришла другая мысль. Что, если моя магия это тоже самое, что и вся та энергия, которой пользуются местные, просто старик вложил в меня «форму»? То есть задал моим способностям иной вектор. Который я потом развил, каждый раз стремясь разрушать магию и очищать всё, что связанно с Пастью.

Если это так, сразу множество вопросов следует. Как старик это умудрился сделать? И какие именно факторы на это влияли? Играло ли роль то, что я из другого мира?

Походу, нам предстоит много работы.

* * *

— Эрми, придется уничтожить образцы, чтобы информация от них не ушла, — сказал я спустя два часа проб и ошибок.

— Сам сделаешь?

— Да, сейчас.

Я зажег очищение и испепелил остатки мрака.

— Какие выводы? — спросила Амалия.

— Вы и сами видели. Что-то в этом есть.

В двух из пяти случаев я перестарался и испепелил мрак. В одном случае и вовсе, получилось непонятно что, когда он медленно рассеялся дымкой, словно потерял все свои свойства. На четвертый раз удалось добиться того, что образец побелел и перестал ощущаться, как мрак. Этот образец мы решили скрестить с его оставшимся собратом, Эрминия убрала перегородку, а дальше случился бой между двумя полярности. Неожиданно…

— Они боролись, — озвучила Эрминия, — Это как-то можно использовать?

— Пока не знаю, — качнул я головой, — Но уверен в одном. Нужны дальнейшие эксперименты.

— Это мы всегда за, — уверенно заявила лучница, — Ведь так, подруга?

— Разумеется, — кивнула Амалия.

— Только мне надо будет кое-что потренировать, перед тем, как продолжим. Как насчет завтра с утра?

— Договорились. А что тренировать будешь? — заинтересовалась Эрми.

— Завтра и покажу, — не удержался я от того, чтобы обломать её и подразнить.

В ответ мне показали язык. Серьезностью между нами так и пахнет…

Оставив девушек убираться в лаборатории, на что они дружно возмутились, я быстренько выскочил наружу и пошел заниматься другими делами. Эта тема меня очень заинтересовала, но забросить остальное я не могу себе позволить. Тревога, что поселилась в груди, никуда так и не делась.

Первыми, кого я собирался навестить, это измененные. Надо узнать, что по допросам и обсудить с ними, как выследить Нойманна. Но дойти я не успел. На пути возник Потап, про которого я подзабыл со всеми этими навалившимися проблемами.

— Эдвард! — замахал он мне рукой издалека.

— Случилось что?

— Нет, хвала удаче, — всплеснул он руками, — Я хотел обсудить, как ты хочешь модернизировать район.

— А есть конкретные предложения?

— Да полно их. Я осмотрелся, глянул, как живут люди и… Раз уж мне тут тоже жить, то хотелось бы сделать это место более… скажем так, безопасным.

— Я только за. Что от меня нужно?

— Да как обычно. Золото, серебро, драгоценные камни.

— А это для чего?

— Право слово, молодой человек, — нахмурился он, — А куда я буду вкладывать силу? В асфальт что ли? Нужны материалы, которые хорошо удерживают магию. Это основы.

— И сколько надо?

— Учитывая ситуация, то сделаю настолько, сколько будет, — улыбнулся он.

Просто и искренне.

— Я передам своим людям, чтобы поискали нужное. А лучше Спартаку дайте точный список, что нужно. Только меня позовите, когда делать будете.

— Хорошо.

Больше задерживаться я не стал и ушел искать измененных.

* * *

— Так значит Нойманн задумал ещё что-то безумное? — спросил Первый, — Уничтожить всех магов?

— Не самое плохое, что может произойти в мире. — брякнул Второй.

— Понимаю вашу нелюбовь к магам, — холодно ответил я, — Но близкие мне люди — тоже маги. А ещё маги защищают обычных людей от того, чтобы быть растерзанными демонами или мертвецами. Если их не будет, кто этим займется? Может измененные? Так вас мало, по пальцам пересчитать можно.

— Всё-всё, — поднял руки вверх мужик, — Считай это профессиональной деформацией. Без обид, Эдвард.

— Я могу надеяться на вас? — прямо спросил я Первого и остальных.

— Можешь, — кивнул командир, — Старые директивы устарели и не все маги по определению плохие. Но не уверен, что это будет легко. Надо искать места, где Нойманн выходит наружу. Не сидит же он в бункере безвылазно?

— Кто его знает, — вздохнул я, — У него реально крыша поехала. Как бы он ещё раз бед не натворил. Не стоит исключать варианта, что Пасть его захватила и использует в своих целях.

— Пасть… Всё никак не могу привыкнуть к тому, что против людей играет божество, — тихо проговорил Седьмой.

Ранее я ввел измененных в курс дела, так что они знали, что к чему.

— Если будет информация, сообщите. Есть что по вашим коллегам?

На базе я не всех измененных перебил. Разбираться, кто там боец, а кто нет времени не было, поэтому я убивал только тех, кто внешне выглядел опасным. То есть всех с оружием. Но часть боевиков и измененных находилась на отдыхе, поэтому им повезло отправиться в нокаут, когда я по мозгам массово раздавал. Так и получилось, что сейчас у меня на базе несколько десятков измененных, что раньше служили организации. Их лояльность стояла под большим вопросов, отпустить просто так было нельзя. Но и убивать всех подряд не хотелось.

Поэтому этих людей сейчас прессовали все подряд. Первый участвовал в допросах, стражи их допрашивали, я в этом участвовал, когда дело доходило до интересных личностей. Кого-то точно придется убить. Например, агрессивно против меня настроенных. Отпускать потенциальных врагов я не собираюсь. Но были и те, кому лично на меня плевать и они с радостью бы свалили куда-то в закат, жить новой жизнью. Или присоединились ко мне, потому что сваливать особо некуда. Но оставлять их не самый лучший выбор, потому что это потенциальные предатели.

Правда, как им предавать то? Ударить в спину? Так я этого буду ждать, что лишние нервы, кстати. С другой стороны тоже ударить можно. При желание внедрить ко мне людей проще простого. Достаточно каких-нибудь полезных беженцев заслать. А, ладно, разберусь с ними со всеми как-нибудь.

— Да все те же расклады. За десяток человек я готов поручиться, — сказал Первый, — Пару лучше убить. Остальных и отпустить можно.

Кивнув, я попрощался с призраками и отправился дальше. Насчет оставить ли измененных решу позже, ещё раз лично пообщавшись с каждым. Эх, опять у меня земля под ногами горит и времени катастрофически не хватает.

Глава 28. Формы и символы

Неделя пролетела, я и не заметил. Нойманн так и не был найден. Где-то эта крыса спряталась, что не найти. Я напряг всех, кого мог. Измененных, к Амону Шелия обратился, к Михайловым, Огинским, Горчаковым и даже заглянул к Степану, который сейчас вернулся в род и всех выживших людей увел на земли Шамал.

Ничего. Много кто хотел бы найти Нойманна, но ни у кого это не получалось. Оставалось только ждать, когда проскочит хотя бы один слух, хотя бы одна новость, где он может скрываться. Чем дольше отсутствовал результат, тем больше внутри скручивалась тугая пружина. Не к добру это промедление. Надо избавиться от безумного старика любой ценой. Пока он жив, спокойно я спать не смогу.

Чтобы не съесть себя, параллельно занимался делами, с полной самоотдачей взявшись за новые разработки, и могу сказать, что наконец-то забрезжил свет в этом царстве мрака. Как в переносном, так и в буквальном смысле.

Но обо всём по порядку. Как и сказал девушкам, мне нужно было потренироваться. Перед тем, как дальше экспериментировать с мраком, я хотел подготовить ряд форм, развить их и закрепить, чтобы проще было. Опыт с мечом показал, что это не так просто сделать и нужно многократное повторение, постижение сути формы, чтобы она закрепилась. Я и дальше с мечом практиковался. Он для меня стал главным способом изучения нового пласта магии.

Первый принцип, который я вынес — требовалось вложить большое усилие, чтобы форма приобрела устойчивость. Чем устойчивей форма, тем она качественнее, сильнее, требует меньших усилий для её призыва. В некотором роде, магические семьи занимались этим же неосознанно, передавая знания из поколения в поколение. Как мне кажется, именно так возникли все родовые умения и направления. Грубо говоря, какой-то родоначальник придумывал заклинание и использовал его тысячи раз в своей жизни. У него рождались дети, он передавал знание и потомки продолжали совершенствовать форму. В этом и заключалось главное преимущество семей. Труд десятков людей на протяжение сотен лет и вуаля, кто-то начинает повелевать светом, как Шелия, кто-то силен в формах ближнего боя, как Михайловы, кто-то в щитах и защите, как Горчаковы.

Отсюда возникал вопрос. Можно ли освоить чужую форму без обучения носителем? То есть могу ли я научиться повелевать светом так же, как Шелия? Или навсегда буду позади, не имея родословной? Хороший вопрос. Можно провести аналогии с обычной жизнью. Может ли человек, в семье которого никогда не занимались музыкой, превзойти потомственного музыканта, при прочих равных? Предположу, что нет, не может. Ему потребуется гораздо больше усердия, труда, таланта и самоотдачи, чтобы превзойти. Надеюсь, у меня всё это есть, чтобы создать тот набор форм, который поможет выжить людям в резко изменившемся мире.

Это была та глобальная цель, которую я перед собой поставил.

Ведь если магия может всё, то нужно всего лишь найти новый способ её использования. Найти, развить и распространить. Делов-то…

Первый эксперимент я поставил на Волчонке, попробовав ему передать форму меча. Оружие, которое я призвал и показал, что оно разрубает любые физические объекты, крайне впечатлило парня. Как и остальных мальчишек. Но если бы всё так было просто. Волчонку тупо не хватило запаса силы и контроля, чтобы воплотить форму меча. Максимум, на что его хватало — это короткие вспышки очищения, которые и отдаленно не напоминали оружие.

Так я вывел второй принцип, что у каждой формы есть свои требования. Поэтому я специально для Волчонка разработал ряд практик, для его уровня, чтобы он развивал нужные качества. Пусть тренируется. Правда, заниматься могли только сам Волчонок и Болтля, Бегунку и Севе же оставалось лишь тихо завидовать. Да и то, с Болтлей не так просто, у него были отдельные задачи. Лишь отражая чужую магию, он не мог заниматься один и мог практиковаться только одновременно с другими. В пассивном состояние мага его отражающая сила не работала. Если Волчонок отдыхал, то и Болтля был вынужден бездействовать. Стоит ли говорить, что мальчишка задолбал Волчонка, да так, что тот от него сбегать стал? Не только его, кстати. От назойливого и крайне целеустремленного Болтли доставалось всем.

Амалия и Эрминия стали следующими, на ком я провел эксперимент. Они тоже заинтересовались формой меча и попробовали воплотить её на свой манер. Первой справилась лучница. Почти…

— Это как создать стрелу, — говорила она, держа в руках магический клинок, — Только форма другая. Ничего сложного.

— Ты создала другой меч, — покачал я головой, — Это обычная энергия, которую ты и так постоянно используешь. Насколько она эффективна против мрака?

— Средне, — поджала губы девушка.

— А я хочу, чтобы вы создали именно тот меч, который создаю я.

— Но это же твоя сила, — подивилась Амалия, — Нет-нет, я понимаю, что ты задумал, но это же противоречит всему, чему нас учили? — недоуменно спросила она.

В этой фразе была вся суть проблемы, с которой мы столкнулись.

Инерция мышления. То, о чем мне говорил старик, что закинул меня в этот мир. Не смотря на всю мою ненависть к нему, я всё больше смыслов находил в его словах. Может он и правда пытался научить чему-то путному?

— Это было актуально в прошлой жизни, а сейчас уже нет. Хочешь жить — адаптируйся, — сказал я слегка мрачновато.

Или не слегка.

Так и пошло дальше. Я обозначил девчатам задание, а они пытались воплотить задумку. Когда у них пусть и со скрипом, но стало получаться через пару дней, я убедился, что на верном пути. А самим девушкам успехи прибавили энтузиазма. Как и Волчонку с Болтлей. Они смотрели, что у «каких-то девчонок» получается, а у них нет, злились и набрасывались на задачу с удвоенной силой.

У Болтли так и не пробудилось собственных способностей. Если его отвести в чисто поле, то он там ничего сделать не сможет. Но находясь рядом с тремя практиками, он наполнялся их силой и проблем с запасом не имел. Только задачи его несколько отличались, если сравнивать с девушками. Навыки, требующиеся в жизни обычного мальчика, сильно отличались от того, что нужно было потомственному магу.

Что Эрминии, что Амалии не составляло труда воплотить какой-то конструкт из энергии, собственной волей придав ему нужную форму. Тут требовалось развитое пространственное мышление, высокая концентрация, умение убрать все лишние мысли и остановить внутренний диалог. Чтобы создать обычную палку из голой силы, нужен целый комплекс умений, которые за пару дней не разовьешь. Поэтому парни и мучились.

— Девчат, — обратился я к девушкам за советом в какой-то момент, — А как дела у вас в родах обстояли с обучением? Что вообще считается нормой в списке обязательных дисциплин для магов?

— Меня из лука учили стрелять, — хмыкнула Эрминия.

Амалия же покосилась на меня, как на невежу. Мол, ты же сам потомственный маг и тебя обучали, откуда такие вопросы глупые? Но если девушка и хотела что-то сказать по этому поводу, то промолчала. Не первый раз я так палюсь глупо. На самом деле я перестал за этим следить. Одной странностью больше, одной меньше, это уже не играло никакой роли. Даже если всплывет информация, что я из другого мира — то и что? На сегодня это далеко не самое странное, что происходит.

— Есть две основные школы, — ответила Амалия на мой вопрос, — Плетение и устремленность.

— Ага, а ещё десятки других направлений, которые тоже сильны, — фыркнула Эрминия, имея своё мнение на этот счёт.

— Пусть так, — не стала спорить девушка, — Но если смотреть в процентном соотношении, то будет два основных способа. У тебя, как мне кажется, — глянула она на подругу, — Был тот, что называется намерением. Создать лук и выпустить стрелу, вложив в неё свою волю. Отсюда и подготовка на то, чтобы стрелять для тебя стало максимально привычным. Так ведь?

— В целом верно, — неохотно кивнула лучница.

— А второй способ? — спросил я.

— Второй — начертательный. Или работа через плетения. Мы в роду иногда его используем, когда доходит до серьезной магии.

Я постарался вспомнить, как большинство виденных мною магов колдовало. Если брать что-то простое, то там почти голая сила. Ей придается форма, например, той же стрелы и некоторые свойства, такие как скорость или пробивная сила. Но также я видел, что в особенно сильной магии мелькали узоры и что-то отдаленно напоминающее символы. Едва различные, но может мне не хватало чувствительности, чтобы рассмотреть?

— А можешь что-нибудь такое создать? — попросил я.

— Это является тайным знанием, — покачала головой девушка.

— Тайным — в смысле им нельзя делиться?

— В смысле невидимым, — фыркнула Эрминия, — Ах да, ты же тонко чувствуешь магию. Ами, создай ему что-нибудь, вдруг рассмотрит.

— А нас ты этому так и не научил, — поджала губы Амалия.

Это она лукавит. Я делился знаниями с девушками, давал им упражнения, от чего их чувствительность и контроль выросли в разы, если сравнивать с тем, с чем они пришли ко мне. Не то, чтобы я являюсь таким великим педагогом и смог им дать больше, чем их семьи. Тут надо понимать несколько вещей, почему моя наука оказалась для них полезной.

Первое — они молоды. Амалии двадцать два, а Эрминии скоро восемнадцать исполнится. Поэтому они банально не успели достичь своего потолка. Да и никто женщин рода особо сильно не натаскивал, если говорить прямо. Эрминии так вообще, пришлось отстаивать право на нормальное обучение. Второе — мой главный наставник, это злополучный старик. Его идеи, которые он мне передал и те условия, которые он создал для обучения, если убрать все эмоции — в каком-то роде были революционными.

Что ещё раз доказывало, насколько инерция мышления пагубна для развития. Сам подход старика на голову превосходил то, что считалось нормой в магических родах. Это, плюс особенности моего рода из прошлой жизни, где развитие считалось чуть ли не культом, привело к тому, что я быстро прогрессировал. Ах да, ещё вложенный потенциал, но не это суть.

Чтобы осознать силу мышления, надо представить двух людей. Оба из магической семьи. У первого наследника есть всё: родичи его поддерживают и вызов, который перед ним стоит, это неспешно освоить новое заклинание. У второго же все мертвы и ему надо выживать. Ему нужно не просто новое заклинание в ленивом темпе изучать, а такое, которое позволит убить всех врагов и прожить ещё один день.

Чей подход будет сильнее? У кого мотивации больше? Кто чаще будет лениться и бездельничать, а кто будет класть всего себя, чтобы добраться до новых вершин?

А это ведь всего лишь один пример, как мышление влияет на конечный итог. Точнее это пример про мотивацию. Мышление несколько более глубокое понятие. Если сравнить две парадигмы: ты можешь создать только лук и ты можешь всё, то где больше потенциала для развития? У меня сильнее мышление и выше мотивация, поэтому я оказался впереди многих.

Ещё один нюанс — я взялся за постижение магии, имея взрослое сознание. Когда у тебя есть цель, ты умеешь действовать, не отвлекаешься ни на что, всё это подкрепляется жизненным опытом и волей… Это не то же самое, когда тебя в подростком возрасте отвлекают от примерки платьев и своих задач, заставляя изучать родовую магию. Утрирую, конечно, но думаю, общий принцип понятен.

В силу озвученных причин, я развивался быстрее, чем обычные юноши и девушки моего возраста. И чем больше я набирал силу, тем больше притяжения в свою сторону создавал. Так девчата и втянулись в занятия со мной.

Глава 29. Неожиданность

Воплощенную форму увидели все. Ещё бы. В неё столько энергии вложено, что хватит половину квартала разнести. Я серьезно продвинулся в том, чтобы овеществлять магию. Эрминия на два сгустка смотрела завороженно и сглотнула, когда они двинулись к ней.

После чего закрыла глаза и едва удержалась от того, чтобы не сморщиться. Форма вошла ей в переносицу, как капля воды в благодатную почву.

— Не сопротивляйся, расслабься, дыши, — говорил я тихо, помогая девушке настроиться.

— Жжется, зараза, — проворчала та.

Стоящая рядом Амалия дернулась, но я остановил её жестом.

— Может диагностику?

— Рано пока, — покачал я головой, — Ждем. Эрми, ты как?

— Да нормально вроде. Словно мешком придавило. Покалывает. Под черепной коробкой чешется. Но терпимо, — чеканила она слова, прислушиваясь к себе.

— Сможешь глаза открыть?

— Попробую…

Открывала она их так, словно в омут к акулам прыгала. Сначала один глаз дрогнул, потом второй приоткрылся.

— Есть изменения?

— Пока нет. Создайте что-нибудь.

Амалия воплотила символ солнца, но Эрми лишь головой покачала, ничего не увидев.

— Тогда ложись, закрывай глаза и описывай все те ощущения, что есть. — сказал я.

Проблема первоиспытателей в том, что они первые идут по неизведанной тропе. Нет статистики, нет наработанных методик. Глаза лучше закрыть или наоборот, надо во всю смотреть? Лучше лечь и уснуть или нужно как можно больше двигаться? Неизвестно. Единственное, на что я сейчас мог опираться, так это на смутное понимание вопроса, чутьё и здравый смысл. В последнем я не уверен. Потому что здравомыслие подсказывало, что эксперимент слишком опасен и мы зря рискуем.

Но проходила минута, другая, а там и час миновал. Постепенно все расслабились, напряжение ушло. Эрминии надоело валяться, она открыла глаза и чувствовала себя вполне нормально. Ощущения у неё были, но пока непонятно, что означающие.

— Чувствую, будто что-то происходит, но что именно — не скажу, — делилась она, — Тысячи маленьких ножек бегают у меня по черепу и что-то там делают.

Раз в час Амалия создавала символ, а Эрминия пыталась его разглядеть. Результата не было. Спустя шесть часов — тоже.

Начинали мы утром, чтобы можно было весь день наблюдать за девушкой. Но за день ничего так и не случилось.

Лучница спокойно поела, вышла на прогулку, сделала разминку — прошло без эксцессов.

Ночью легла спать, как ни в чем не бывало. На всякий случай в её комнате я разместил дежурную бригаду, да и сам пару раз просыпался, чтобы зайти проверить. Ни я, ни посторонние люди её разбудить не смогли. Подопечная дрыхла, как младенец после убойной тренировки. Единственная странность — Эрминия полночи потела и я чувствовал, что вложенная в форму энергия постепенно выделяется в окружающее пространство. Для меня это выглядело как расходящееся во все стороны световое пятно.

Так и прошла ночь. А на утро нас ждала победа.

— ВИЖУ! — заорала лучница, когда Амалия создала ещё один символ для проверки, — Смутно, но вижу! Да! Ухахаха!

Без шуток. Она реально так рассмеялась, бегая и прыгая по комнате. А вот взгляд Амалии не смеялся. Она смотрела на меня, кажется, прикидывая, как бы половчее схватить и заставить скорее создать форму и для неё.

— Не спеши, — покачал я головой, — Ещё как минимум сутки наблюдения, а лучше неделю.

— Я не готова столько ждать! — возмутилась она.

— А придется, — ответил я твердо.

Больше спорить она не стала. Как и обижаться. Всё же Амалия золотце. Когда хочет.

— Что дальше? — спросила Эрминия, когда угомонилась и перестала носиться.

— Развивай умение, а там посмотрим. — ответил я.

К вечеру Эрминия смогла резко скакнуть в освоение формы меча. Чем и хвасталась перед другими. Благодаря тому, что она теперь видела магию, девушка могла точнее работать с её параметрами. Что и говорить. Я, походу, совершил революцию в мире магов и остается только гадать, к чему это приведет. Забавный факт всплыл: оказывается, Эрми не видела тот лук, что создавала. А я видел, думая, что и она тоже. Внезапное осознание, что тут скажешь.

На второй день, когда убедились, что с Эрминией всё в порядке, её новый дар благополучно развивается, Амалия продавила меня и я ей тоже передал форму истинного зрения. Так-то оно магическое, но с легкой подачи девушек, прозвали истинным, что быстро прижилось.

История повторилась. День ничего не происходило, а на следующее утро Амалия стала улавливать смутные очертания символов. При этом она детально описывала ощущения, что с ней происходили. Пока на вскидку могу сказать, что форма зрения перестраивала энергоструктуру организма. Да и само зрение улучшило. Обе девушки заявили, что картинка словно резче стала.

Третьим подопытным стал Волчонок. На четвертый день я передал ему доработанную форму, потому что опасался, что с ним иначе выйдет. Девушки то потомственные маги. Их энергетика в разы сильнее, чем у парня. Опасения подтвердились, а дополнительная подготовка оправдалась. В случае Волчонка заняло два дня, когда у него прорезалось новое зрение. Связано это было с тем, как я понимаю, что требовалось создать больше «недостающих частей системы». Если проводить аналогии, то в случае девушек надо было добавить фильтр, а в случае Волчонка — создать систему чуть ли не с нуля.

Тут же выяснился и другой момент. Стоило мне передать форму третьему человеку, после того, как она закрепилась и прижилась, произошел эволюционный скачок самой формы. Без моего участия. Это было странно и непонятно, я несколько часов потратил, изучая обновление. Форма словно в стабильности прибавила, скорость и простота создания увеличилась. Слишком мало данных, чтобы делать однозначные выводы, но, чувствую, здесь ещё одним важным принципом пахнет.

Дальше по плану была разработка формы очищения, но по первым наброскам выходило, что она выйдет в разы сложнее. Но если выйдет — это будет настоящая революция в магическом мире. Ещё одна.

* * *

— Ты уверена, что хочешь уехать? — спросил я Амалию вечером, когда мы закончили с делами на день и остались одни.

— Не хочу. Но надо бы родных навестить, а то пропала слишком надолго, — усмехнулась она.

— Разве это надолго? — возмутился я.

— Так две недели прошло.

Мне не хотелось отпускать девушку. Привык, что она рядом, что вместе проводим ночи, а теперь что… Одному придется ночевать. Как-то пусто от этого. К хорошему быстро привыкаешь, тем более, когда в мире ничего хорошего не происходит больше. Сам удивился, насколько эгоистично это прозвучало, но что поделать.

— Я могу своим рассказать о том, чего мы добились? — спросила Амалия.

— Можешь, — ответил я, подумав, — Только отцу. Пусть он сам дальше решает, что с этой информацией делать. Не то, чтобы я хочу делать из этого тайну, но и болтать налево и направо лишнее.

— Хорошо, — прижалась она ко мне, — Как по мне, лучше эту информации придержать. А то это слишком взбаламутит общество магов. Сейчас усиление как никогда актуально.

— Думаешь, это намного усилит магов?

Было понятно, что усилит, но я хотел мнение, скажем так, конечного пользователя, чтобы лучше понимать масштаб.

— Возможность слепых делать зрячими — это настоящий фурор. Ты просто не понимаешь, сколько сил уходит на то, чтобы освоить простейшие родовые символы. У меня до сих пор символ солнца не получался, как ты заметил. Хотя я два года его тренировала. А теперь представь, что в высшей магии используются десятки символов. С каждым новым возрастает риск ошибок. Видеть их — это значит ускорить обучение в тысячу раз. И да, дорогой, надеюсь, ты понимаешь, насколько такая услуга дорого стоить будет?

— На что ты намекаешь? — улыбнулся я.

— На хозяйственность, — рассмеялась девушка, — А если серьезно, то боюсь, сейчас ни у кого просто нет возможности адекватно отплатить тебе. Сколько тонн еды будет стоит право стать зрячим?

Я задумался… И правда, сколько? Или чем ещё мне могут заплатить?

— Ещё кое-что, — сказала тихо Амалия, — Ты создал эту возможность с нуля. Всего за неделю. Не надо быть гением, чтобы понять, какие это перспективы открывает. Скажи прямо, ты ведь так любую форму можешь создать? С любыми свойствами?

— Наверное. — я и сам не знал точного ответа.

Чтобы создать форму зрения, мне потребовалось разом вложить в неё весь свой опыт чувствительности и продвинутого восприятия. По сути я передал абсолютно всё, что об этом знал. Знал — то есть весь свой опыт, понимание, ощущения. Объемное знание. И не только это, между прочим. Ещё я старался передать сообщение, как должны измениться клетки организма, чтобы тот перестроился и открыл возможность. Если говорить без лишней скромности, то я своей магией изменил сам организм.

Эта возможность сродни ядерному оружию, потому что кто знает, как далеко я смогу зайти.

— Судя по твоей задумчивости, ты осознаешь масштаб проблем, — проговорила Амалия, — Мой тебе совет — держи это в секрете. Говори всем, что это родовое умение и что максимум — это открывать зрение. Ну ещё может твоё очищение. Отцу я тоже самое скажу. Про реальное положение дел лучше никому не знать.

Тут я призадумался ещё раз. Если Амалия и правда готова скрывать настолько важную информацию даже от родичей, это говорило о многом. Как минимум о том, что это именно МОЯ девушка, а не просто девушка. То есть она мне прямо сказала, что считает нас парой и работает на НАШИ интересы. Не только мои, тут уж наивность включать не стоит. А именно на наши, потому что чем сильнее я, тем сильнее и она.

Этот подход мне определенно нравился. Пассаж я оценил и вскоре притянул девушку к себе. Надо же было попрощаться…

* * *

— Заходи, дочка. Давно не виделись, — откровенно ухмылялся Амон, поглядывая на девушку с интересом, — Эдвард уже уехал? Жаль, не успел с ним пообщаться. Чего он не остался?

— Привет, пап, — чмокнула Амалия отца в щеку, — У него и своих дел хватает.

— Такой занятой?

— И вечно хмурый, — улыбнулась дочь.

— Как ваши успехи? Удалось чего-то добиться?

— Да так… — махнула она рукой, — Небольшие успехи есть. Я магию научилась видеть…

— Прости, что? — Амон вроде услышал слова дочери, но сразу весь их смысл в голове не укладывался.

Обычные люди видели проявление магии, только когда та сопровождалась физическими эффектами. Пламя, лед, молнии или свет. Но саму начинку, что стояло за этим не видел никто. Ходили слухи, что есть умельцы, способные видеть, но…

Лично Амон считал, что это следствие запредельной чувствительности. Если слепой будет долго и усердно тренироваться пару десятилетий, то научится двигаться лучше зрячих. Так же и маги, тренируясь десятки лет, они формировали в себе то, что называется ощущением магии. Но это не было четкой картинкой. Работа шла на уровне ощущений и маги отличались точностью этой работы.

В некоторых случаях, если вложить много силы в заклинание, оно приобретало проявленную форму. То, что называлось овеществленной магией. Так маги, достигшие могущества, часто и поступали, проявляя свои заклинания, изучая их и шлифуя. Загвоздка в том, что для этого требовалось запредельная сила и контроль. А ещё лучше специальное место, где не надо опасаться выпустить вложенную мощь. Раньше самое простое было отправиться за Пасть, где и энергии много, и сеять разрушения не страшно. Но это опять же, недоступно многим, потому что слабому магу там делать нечего. Вот и получается, что первые десятки лет жизни юным дарованиям приходилось действовать буквально вслепую.

Амалия это прекрасно знала. Амон знал, что она знала. И поэтому если дочь говорит, что научилась видеть магию, это либо неудачно подобранная фраза, либо…

Мозг главы рода за несколько секунд выстроил цепочку событий. Дочь уехала к Клозу, тот давно успел прославиться своей чувствительностью и вот теперь Амон получил такое заявление.

— Давай уточним… — медленно проговорил он, — Ты именно видишь?

— Да, именно вижу. Все те символы, что сама создаю. Да и вообще, теперь гораздо лучше ощущаю потоки энергии, её концентрацию в окружающем пространстве, сами заклинания, уровень магов и всё то, что связанно с магией.

— И эти чудные способности открылись благодаря твоему парню?

— Именно. Скажу сразу, что он не хотел бы, чтобы это стало общеизвестным.

— А он может открыть эту способность и в других?

— Может. Если его хорошо попросить, — улыбнулась дочь хищной улыбкой прожженного капиталиста, на что её отец хмыкнул.

— Как же он это сделал?

— Какое-то родовое умение. Он не вдавался в подробности, а я не спрашивала, — ответила Амалия. Ни один мускул на её лице не дрогнул.

— Ясно… — тихо пробормотал Амон, задумавшись, — Не поверю, пока своими глазами не увижу. Пойдем, устроим тебе проверку. Если сможешь повторить родовые символы…

— Надо попробовать. Я как раз хотела с просьбой обратиться, чтобы ты мне показал всё наследие, пап.

— Всё может и не покажу, рановато… Но тест мы тебе сейчас устроим точно. Идем.

* * *

На следующий день после того, как Амалия уехала, меня чуть ли штурмом не взяли. В смысле Сара Шелия, которая жена Баррака и главный целитель в их роду, буквально примчалась ко мне, отыскала на базе и ворвалась в кабинет.

— Эдвард!

И столько эмоций было в её голосе, что только дурак не догадается, зачем ко мне пришли.

— Амон, конечно, попросил тебя не осаждать так сразу, но мы ведь с тобой договоримся? — посмотрела она на меня с оскалом голодной акулы, что встретила человека в открытом море.

— Надеюсь, ко мне не выстроится очередь, — только и сказал я, вставая из-за стола.

— Не переживай. Знают пока только Амон, да я. Ещё Амалия само собой. Так что…? — спросила она с надеждой.

Женщине я отказывать не стал. И не отказал бы, даже не будь Амалия моей девушкой и не будь хороших отношений с её родом. Сара почти месяц обучала меня премудростям работы с человеческим организмом. Делала она это не на отвали, а вкладывалась, ничуть не щадя мои мозги, запихивая туда тонны информации об исцеление. В какой-то степени я создал форму благодаря этим знаниям.

— Изменения обычно происходят на следующий день. Может на второй…

Тут я подумал, что если всплывет передача умения Волчонку, обычному парню, этот фурор будет побольше, чем в случае с магами. Мда…

— Я уже в курсе. Успела расспросить Амалию.

— Раз так, то начнем.

Было заметно, что Сара волнуется. Вон как кулаки сжала, а тело напряжено, как струна.

— Только расслабиться надо.

— Да, конечно…

Неужели для неё это так важно, что она настолько разволновалась? А ведь Сара не юная девочка, а взрослая женщина, со стальным характером. Она целитель. А значит видела смерть, кровь и разное дерьмо в промышленных масштабах.

Спустя десять минут дело было сделано. Сара получила форму. Задерживаться она у меня не стала, пообещав сообщить, как пройдет. Мне всё так же требовалась обратная связь для накопления статистики. Когда женщина уехала, я вернулся к тому, чем занимался до этого. А конкретно — разработкой двух форм.

Первая — это очищение. Вторая — поисковая форма. Она требовалась, чтобы отыскать Нойманна. Чем больше он оставался на свободе, тем выше риск, что его безумные обещания воплотятся в жизнь. Успеха пока не достиг в обоих случаях. С очищением тупо не хватало контроля и силы. Я уже начал подумывать, чтобы разбить задачу на несколько частей, но и это реализовать не так просто. Ведь надо заложить в организм последовательное развитие. В случае очищения, это перестройка чуть ли не всей энергетики и чем больше я погружался в это, тем больше деталей находил.

Что касается поиска, тут ещё хуже. Вариантов, как его реализовать даже на вскидку уйма. Надо попробовать воплотить каждый, а потом проверить в реальной жизни. Долгая, затратная по силам и муторная работа.

Но куда деваться. Жить захочешь и не так выкрутишься.

* * *

Спустя четыре дня.

— Это нечто! — в который уже раз воскликнула Сара.

— Согласна, — закивала стоящая рядом Амалия.

После того, как целительница вернулась домой, у неё, как и ожидалось, на следующий день открылось истинное зрение. В зачаточном состояние, но и это уже было прорывом. У Амалии к тому моменту дела обстояли чуть лучше, она более отчетливо различала тонкости магии. Пообщавшись, две женщины объединились и Саре пришлось вспомнить старые денечки, когда она была в роли ученицы. Самой учить — это да, ей привычно. А вот учиться чему-то заново — это несколько позабытая роль.

Так и пролетели два дня, когда обе женщины сутки напролет тратили силы на создание очередных символов. Сара знала их в десятки раз больше, чем Амалия, поэтому для той это тоже было как дополнительное обучение.

— Который день не перестаю удивляться. По моей оценки качество плетений выросло как минимум в два раза. Эдвард говорил, насколько далеко этот навык можно развить?

— Нет, — покачала головой Амалия, — Мне кажется, он иначе это воспринимает.

— Как?

— Ну… — замялась девушка, подбирая слова и обдумывая, что можно сказать, а что лучше скрыть.

— Не переживай, его тайны я никому не выдам, — усмехнулась Сара, — Даже твоему отцу.

Амалия на это лишь вздохнула про себя. Если надо будет, то выдаст. В этом вопросе девушка иллюзий не питала.

— Эдвард молод и до многих вещей доходит сам, открывая их заново. — ответила она осторожно, — Насколько знаю, привычные нам символы он не использует.

— Знать бы ещё, практиковали ли их у него в роду, — нахмурилась Сара.

— Если и практиковали, то когда бы успели научить?

— Да кто знает. Твоего парня либо тайно очень хорошо обучали, либо он гений. Думаешь, он не использует символы, значит?

— Угу. Поэтому у него и не было потребности учиться их видеть.

— Понятно. Хочется верить, что потенциал у этого умения имеется… Это ведь какие перспективы… Давай новое упражнение. Создавай привычное тебе солнце и попробуй его сжать до минимума, с сохранением формы. Если сможешь вложить ещё больше силы, то хорошо.

— Смысл?

— Принцип матрешки. Если научиться сжимать заклинания, то это потенциально откроет… Да много чего откроет. Свободное творчество. Сама знаешь, насколько трудно создать новый символ. Я не помню, чтобы кто-то на моем веку это делал. Только великие маги рода умудрялись, после передавая открытое знание наследникам.

— Думаешь, мы сможем что-то создать сами?

— А почему нет, — пожала плечами Сара, — Для начала надо освоить то, что есть. Потом займемся оптимизацией. Дальше кто знает, может и создадим что-то. Это навеки впишет наши с тобой имена в историю, так что старайся больше, девочка.

На это Амалия лишь улыбнулась, пытаясь создать то, что ей сказали. За прошедшие дни девушка скакнула вперед лет на пять в своем развитие. То, что считалось великим мастерством в её семье стало доступным меньше, чем за неделю. Невообразимая ранее скорость.

Внезапно символ солнце вспыхнул и распался. Амалия нахмурилась, создала ещё один и… Тот снова сорвался.

— С тобой всё в порядке, дорогая? — забеспокоилась Сара.

Новые возможности вели к новым опасностям. Как врач, Сара прекрасно осознавала риски в связи с чужими родовыми дарами и открытием новых способностей.

— Затошнило что-то… — неуверенно ответила девушка и схватилась за живот.

От чего Сара нахмурилась ещё больше и рефлекторно сплела заклинание диагностики. Как только то заработало, брови женщины взметнулись вверх.

— Тетя? Что со мной? — напряглась Амалия, видя её лицо.

— Даже не знаю, как тебе сказать, — покачала та головой, — Походу вы, ребятки, допрыгались.

— Да что там?

— Наверное, тебя надо поздравить. Да и Эдварда тоже!

— Тётя! — начала заводиться Амалия, от чего у неё закружилась голова, а тревога только увеличилась.

— Тиши-тише! — подошла Сара, создавая успокаивающее плетение, — Тебе сейчас надо беречь себя.

— В смысле?

— Ты беременна. И не округляй так глаза. Дело то хорошее.

Девушка ничего ответить не успела. На неё резко навалилась темнота, стало душно и она обмякла. Сара едва успела подхватить её в последний момент.

— Тише-тише, — бормотала она, — Хочу видеть лицо Амона. Да и на Эдварда посмотреть. Семнадцать лет пацану, а вон какой резвый оказался.

Глава 30. Отец

— Амалия… — доносился голос издалека, — Очнись. Хватит в обмороке валяться, как невинная монашка.

— А, что? Тётя? — очнулась девушка.

Сначала её взгляд был непонимающим, но по мере того, как она приходила в себя, всё больше эмоций отражалось на лице. Сара вспомнила себя, когда узнала о первой беременности, вспоминала десятки других женщин, которые также узнавали, что скоро познают прелести (и не только) материнства и… Прекрасно понимала эту юную девушку. А учитывая её ситуацию, то не удивительно, что у неё столько эмоций.

— Успокойся для начала, — твердо сказала Сара, — Дети — это всегда хорошо. Слышишь? Да и парень у тебя, хоть куда.

— Ему семнадцать!

— Это же не смущало тебя, когда вы трахались? — несколько грубо ответила Сара, стараясь привести Амалию в чувство.

— Но… я…

— Не мямли. Соберись. Новость потрясающая, конечно. Не переживай, я поговорю с твоим отцом. Да и с матерью поговорю. Если Амон не убьет Эдварда, то вот с ним тебе уже самой придется поговорить. Но не думаю, что Клоз из тех мужчин, что сбегает в кусты от ответственности.

— У него её и так слишком много, — криво усмехнулась Амалия.

— Ничего. Дети меняют мужчин, делают их крепче и сильнее. Вот увидишь, ему это только на пользу пойдет.

— Ох, тётя… Но как это произошло?

— Мне тебе очевидные вещи объяснить? Когда мужчина занимается сексом с женщиной…

— Да я не про это! — вспыхнула Амалия, — Я ведь предохранялась! Нашими методами!

— Оу, — задумалась Сара, — Каждый раз?

— Каждый!

— Уверена?

— Да!

— И у тебя никогда не мелькали мысли забеременеть от перспективного самца?

— Тётя!

Амалия возмутилась, но отведенный взгляд и лицо, вспыхнувшее краской, говорили за неё лучше всего, сдавая с потрохами.

— Я же не дура, — собралась Амалия и всё же ответила нормально, — Понимаю, что сейчас неподходящее время. Какие дети, когда в мире такое?

— А почему нет? Повторюсь, но дети это всегда хорошо. То, что вокруг ужасы это плохо, конечно. Тебе придется подумать, как окружить себя приятными вещами. Но ничего, справимся. Мы со всем справимся. Семья тебя точно поддержит.

— Но всё равно… Как это вышло?

— Хм… А какая разница? Впрочем, случай интересный и если подумать… Твой парень ходячий разрушитель магии. Может он вовремя секса того… Не сдержался. — хохотнула Сара, — Думаю, что не специально.

— Ну… он в последние дни постоянно светился силой… — припомнила девушка.

— В любом случае это не важно. Давай, опиши мне, как себя чувствуешь, а потом вместе с тобой подумаем, как и что сказать остальными. Но я хочу видеть их лица!

— Тётя! — снова покраснела Амалия, представив, как будет объясняться с родичами.

* * *

Чего я не ожидал, так это того, что ко мне заявится делегация Шелия. Приехала Амалия и её брат вместе с людьми. Целый вооруженный отряд пригнали. Не предупредив заранее. Узнал я об этом, когда они уже выгружались у главного здания, где я и находился на тот момент.

Выйдя на улицу, увидел донельзя напряженную Амалию и ухмыляющегося вовсю Артема. От парня так и веяло иронией и серьезностью. Откуда такой коктейль то?

— Что-то случилось? — первым делом спросил я у Амалии, подходя к ним.

— Случилось! — радостно воскликнул Артем. Не могу его гамму чувств до конца расшифровать.

А вот Амалия ничего не ответила. Взгляд отвела и руку на низ живота положила. Оу… Твою же мать…

* * *

— Ты не рад? — спросила Амалия бесцветным голосом, когда мы с ней уединились.

Артем минут пять назад сказал, что нам с ней надо как следует поговорить и лучше успеть это сделать до того, как приедет отец. Ход Амона я оценил. Мне дали время узнать, что Амалия беременна, осознать и принять это, после чего… эм… предложить вариант, как разрулить ситуацию.

— Я рад… — ответил я на вопрос девушки, — Но…

Разом все мои страхи обострились. Я рад ребенку, но как мне уберечь Амалию и дитя от всех бед мира? Как уберечь их от происков врагов? Ответственности на моих плечах резко стало в сотню раз больше, поэтому девушка и увидела на моём лице смятение и хмурость.

— Просто это неожиданно, — выдал я улыбку и подошел к ней, опустился на колени и прижался к животу, — Я чувствую, как в тебе зарождается жизнь. Срок маленький, самые первые дни. Так удивительно.

— Так ты правда рад?

Я поднял голову и заглянул ей в глаза. Девушка боялась. Боялась тяжелых времен, реакции семьи, моей реакции и будущего. В конце концов, Амалия молода и ещё жизни не видела. Сейчас, как никогда, я должен быть ей опорой.

Поэтому я собрался, выбросил все лишние мысли из головы и следующие полчаса выражал ей всю свою любовь, тепло и нежность, убеждая, что ребенок — это самое лучшее, что могло случиться в нашей жизни. Я и правда так считал.

То, что это ещё и пугает меня, потому что я понятия не имею, каково это, быть отцом — оставил при себе. Когда останусь один, обдумаю, поплачусь себе же в жилетку и определюсь, как жить дальше.

Одно понятно точно. Как раньше — не будет.

* * *

— Ну здравствуй, Эдвард, — подошел ко мне Амон.

Смотрел он без эмоций. Если не считать этого раската грома где-то в дали, который скрыт в его голосе.

— Поговорим? — предложил я.

— Поговорим, — кивнул он медленно.

В итоге… Поговорили. А какие тут могут быть варианты? Будь я реально семнадцатилетним пацаном, то не знаю, как бы реагировал. А так… Амон приехал через пару часов после Амалии с Артемом. За это время я пришел в себя, пообщался с девушкой, позвал её замуж, она согласилась и мы провели чудные минуты вместе. Можно сказать, что я был счастлив. Отцовство пугало, но было в этом что-то такое… Не могу выразить словами.

Когда приехал Амон, мне осталось лишь понести ответственность за содеянное. В смысле попросить руки его дочери, выдержать не самый простор разговор, обсудить все нюансы, дать обещание о защите и так далее. Договорились. А куда деваться? Аборт я в принципе не рассматривал. И если бы Амон мне предложил что-то такое… Или попробовал бы это сделать силой… Я бы выкрал Амалию и послал всех лесом, вплоть до объявления войны. И что-то такое мужик во мне почувствовал, когда попытался надавить.

Мимоходом он ещё прожал меня, что я всей его семье дарую форму истинного зрения. Мне не жалко, так что договорились. Куда деваться-то с подводной лодки…

А свадьбу назначили через две недели.

— Устроим праздник, — сказал глава рода, — Сейчас тяжелые времена, но людям не помешает праздник. Да и дочку хочу выдать замуж, как надо. Надеюсь, ты окажешься достойным мужем.

Я тоже надеялся.

* * *

— Ты что?! — воскликнула Эрминия, — Беременна?!

— Ты не рада? — с опаской спросила Амалия.

— Я? Я шокирована!

Вся поза Эрминии отражала то, насколько её эта новость поразила. Глаза расширены, брови вздернуты, а рот открыт! Лучница так и замерла, разглядывая то саму Амалию, то её живот.

— Ну дела! — наконец выдала Эрминия.

— Так ты не рада? — Амалия боялась этого разговора. Они успели с Эрми сблизиться и не хотелось потерять подругу.

Что уже раз чуть не случилось, когда она поцеловала Эдварда. Но тогда они смогли договориться, помириться и укрепить дружбу ещё больше.

— Я… не знаю, — ответила лучница честно, — Рада, конечно, но это так неожиданно! А можно потрогать? — спросила она с полным восторгом, глядя на живот.

— Так нечего ещё трогать, — улыбнулась Амалия облегченно.

— Всё равно! Дай я тебя хоть обниму! А Эдвард тебя уже замуж позвал?! Если не позвал, я его из лука подстрелю!

* * *

— Мужики, слышали новость? — Матвей подошел к своим бойцам, — Наш барин, того, женится.

— Серьезно? — улыбнулся Алмаз, — Хорошая новость.

Настолько хорошая, что вызвала улыбку на лице мужчины, который улыбался в лучшем случае раз в неделю.

— Давно пора! — добавил Дмитрий.

— Ага, пусть скорее наследников строгает, — хмыкнул Матвей, — Это всегда дело хорошее.

— Да он уже, наверное, — рассмеялся Дмитрий, — Не зря же сюда отец девушки приезжал. Целую делегацию привезли.

— Точно, — хохотнул Матвей, — Ну тогда надо им подарок готовить. Уважим господина.

* * *

Свадьба. Как много в этом слове скрывается. Вот и меня не избежала эта участь. Ещё немного и всё, покину стройные ряды холостяков. Каким-то мистическим образом новость просочилась в народ и уже на следующий день меня поздравили все, кому не лень. Под конец дня я так и вовсе, начал раздражаться и сбежал, отговорившись тем, что дел полно. Пришлось отдуваться Амалии, принимая поздравления. Она осталась у меня, как и половина женщин её рода. Разве что Кино не приехала. Ей скоро рожать, поэтому осталась под присмотром мужа.

А дальше завертелось. Амалия занялась вопросами свадьбы, я раз заглянул к ней на обсуждение и этого мне хватило, чтобы держаться подальше. Где достать свадебное платье в постапокалиптическом мире? Дилемма. Но хвала удаче, разруливать эти вопросы упало на Амона.

Чувствуя нарастающую ответственность, я утроил усилия в своих изысканиях. Начал с того, что в следующие четыре дня обработал всех Шелия. Под форму не попали только Кино, в силу беременности. Никто не знал, как это может сказаться на ребенке, поэтому решили не рисковать.

Попутно решал задачу с передачей очищения и добился небольшого успеха. Смог создать модуль, передающий магу способность использовать мою энергию. Что и применил благополучно на Эрминии. Та радовалась, как дитя и пару дней каталась по округе, истребляя монстров пачками.

С тем, как передать способности обычному человеку разобраться пока не получилось. Я знал, что рано проверять на живых людях, потому что каким-то образом в формы вкладывался принцип проверки на пригодность. Если я формировал задачу передать умение именно обычному человеку, для чего у него нужно было развить энергетику с нуля, то требования взлетали так высоко, что я не видел шанса решить вопрос в ближайшее время. Силенок не хватит. Сама же форма выходила громоздкой, не было в ней красоты. Тут и дурак поймет, что работать не будет.

Чудо, что у Волчонка и Болтли что-то пробудилось. Всё больше склоняюсь, что это следствие долгого влияния на них. Я же искал простое решение, чтобы раз и всё. Но не находил. Поэтому придумал другую штуку.

А что, если создать форму, которая будет работать на усиление тела, его укрепление и развитие базовой способности работать с энергией? Задача тоже, не то, чтобы простая, но за неделю я смог разработать начальную версию и применил на Севе с Бегунком. Те и рады были. Через пару дней они начали ощущать энергию, едва-едва, но это был успех. Осталось их натренировать и посмотреть, к чему это приведет.

* * *

День шел за днем, жизнь постепенно налаживалась и даже солнце радовало, согревая. Скорее бы эта зима кончилась, тогда начнется новый этап в жизни города. До свадьбы оставалось два дня, когда ко мне пришел Первый.

— Есть зацепка.

— По безумному старику? — напрягся я.

— Да. Дошел слух, что прошел бой. С применением технологического оружия и подавителей магии.

— Выдвигаемся. Только меч прихвачу.

* * *

— Это было здесь? — спросил я Первого.

— Если верить слухам, то да. Вон туда пошли, видишь следы? — указал он.

Я да, видел. Тут слепой только не увидит, что улицу и ближайшие дома разнесли в труху.

— Это могли и маги быть. — заметил я.

— Могли, — не стал отрицать Первый, — Но говорят, что тут магов убивали, а их силы отказывались работать.

— Ясно. Надо проверить. Рассредоточимся. Зовите, если увидите что-то интересное.

Я огляделся и раскинул чувствительность, заодно создавая форму поиска. Одна из моих наработок, что повышала диапазон чувствительности в разы. С нею я мог охватить площадь радиусом в пятьсот метров и одно это говорило о том, насколько мощная эта тема — формы. Правда, на создание одной такой уходило около двух минут, до применения в бою очень далеко. Но если как сейчас, когда есть время, то это незаменимая возможность. Если бы ещё это так по мозгам не давало… Направить на нервную систему разом такой объем информации кого хочешь перегрузит. Поэтому я работал вспышками, посылал импульсы, получал сигнал, а потом сразу отключался и уже после анализировал.

Так я смог найти двух людей, что ошивались в соседних домах, в глубине дворов. К ним вскоре и наведался, без лишних расшаркиваний подавив и допросив.

Два мужика бомжеватого вида оказались свидетелями. Они видели, как ехал конвой с припасами, на него напал отряд магов, но охрана включила какую-то штуку и силы нападавших быстро кончились. Как и сами маги. Как эти двое поняли, что маги напали? Так те магией кидались, пламенем всё залили вокруг. А про устройство как поняли? Никак, лишь увидели, что магия резко исчезла, после чего магов расстреляли, те и сообразить ничего не успели. Куда конвой уехал? А вон в ту сторону, прочь из города.

Если это были люди Нойманна и если они действительно выехали из города, то это усложнило задачу. Пока рано отчаиваться, я достал карту и прикинул маршрут. Меня в первую очередь интересовали промышленные объекты. Несколько таких были в той стороне, поэтому я нашел измененных и мы направились туда.

* * *

— Это здесь, — озвучил Первый.

— Вижу, — только и кивнул я.

Мы нашли какой-то завод, сейчас пустующий. Прямо на его главных воротах было написано «Клоз» и стрелка вниз.

— Ловушка, — высказал мнение Второй.

— Но проверить надо, — ответил я, — Ждите здесь.

Пару минут на создание поисковой формы, чтобы узнать — внизу что-то находится, но что именно и есть ли там живые мне увидеть и почувствовать недоступно. Нойманн научился блокировать сигналы? Или скорее разрушает всю магию.

Ещё пара минут, чтобы создать вокруг себя броню. Я её тоже успел доработать и прокачать. Единственное, с чем не справился — цвет. Я, блин, светился, словно меня золотом облили. Тридцать секунд на создание клинка и я готов к любой ситуации.

Вход я себе пробил, как умел — выжег все физические объекты на своём пути. Где-то в десяти метрах под землей нашелся туннель, куда я и спрыгнул, оставив измененных прикрывать тылы. В случае чего, у меня больше шансов выбраться из любой заварушки.

Но я помнил, что Нойманн чертов безумный гений, поэтому с ним лучше не шутить. Двигался я со скоростью улитки, проверяя всеми доступными способами путь вперед и выжигал к чертям любые подозрительные участки.

На то, чтобы пройти всю подземную базу, не такую уж и большую, ушло меньше получаса. В конце я нашел просторный зал. Пыльный и заброшенный, но видно по следам, что кто-то здесь недавно побывал.

В середине зала находился стол. На нем коробка. Самая обычная, в такие вещи запаковывают. На пути сюда я нашел устройства Нойманна, подключенные к генератору и уничтожил их, так что сейчас моя магия доступна мне. Да и не смог Нойманн полностью меня подавить, просто расход сил возрастал.

Верхушку коробки я аккуратно срезал клинком и заглянул туда. Внизу нашлась ампула и листок бумаги. При виде пробирки с неизвестной жидкостью по спине пробежал холодок. Раскрыв листок, я прочитал послание:

«Ты посмеялся надо мною, Клоз. Теперь я посмеюсь над тобой. Это антидот, одна порция. Решай, кто останется жив.»

Глава 31. Вместо эпилога

— Твою мать… — вырвалось из Второго, когда я вышел к ним. — Судя по твоему лицу, всё плохо?

— Именно, — мрачно кивнул я, — Переходим на режим изоляции. Старик добился успеха, а значит угроза вируса из гипотетической перешла в фактическую.

— Что делаем? — спросил Первый.

— Мы с вами изолируемся. Свяжитесь со Спартаком, обрисуйте ему ситуацию, пусть нам создаст удаленную зону, где мы и засядем.

— Зачем? — не понял Второй.

— Потому что Нойманн мог распылить вирус здесь и заразить меня. Теперь и вас. Так что мы потенциальные носители. Пока не выясним этого, ни с кем не контактируем.

— Дерьмо, — ругнулся измененный.

Я был полностью согласен. Редкостное дерьмо. Внутри поселилась жгучая ненависть к Нойманну. А ещё тревога. Я боялся, что задумка старика удастся.

* * *

— Амалия, ты как? — спрашивал я по телефону.

Кое-какую связь удалось наладить, поэтому я мог связаться с Шелия.

— Да вроде нормально, а что такое?

— Пока ничего, — ответил я, не желая нагнетать, — А как близкие? Кто-то заболел?

Девушка несколько дней назад уехала к родным, чтобы готовиться к свадьбе, которая вот-вот должна была случиться. Что та ещё проблема, потому что это повод собраться толпе магов в одном месте. Идеальный вариант, чтобы заразить всех разом.

— Отец на температуру жаловался сегодня. — ответила Амалия, спокойным голосом, пока ничего не подозревая. — Мама его в другую комнату выгнала. Но Сара помогла.

— Ещё случаи?

— Не знаю… Эдвард, что происходит? — спросила она всё ещё спокойно, явно думая о чем-то другом.

— Надеюсь, что ничего… Послушай меня. Ты сейчас должна удалиться от всех. Ни с кем не контактируй, возьми еды и изолируйся как можно дальше от остальных. Им тоже самое скажи. Я сейчас твоему отцу напишу и передам, что происходит.

— Хорошо, но… Ты объяснишь, что происходит? — тревога всё же проклюнулась.

— Главное не нервничай. Есть риск, что против магов разработали вирус. Понимаешь всю серьезность?

— Я… да, — я прямо почувствовал, как девушку затрясло.

За одно только это я был готов разорвать Нойманна голыми руками.

* * *

— Насколько угроза реальна? — спросил Амон.

— А насколько могут быть реальны угрозы от человека, который разработал устройства, подавляющие магию?

— Я тебя понял. Меры предприму. Что сам делать собираешься?

— Не буду ни с кем контактировать. День выжду и продолжу поиски.

— Со свадьбой что? Она через два дня запланирована.

— Не знаю, — честно ответил я, — Массовую гулянку лучше отложить.

— Как же всё не вовремя…. — только и вздохнул Амон, — Будь на связи, если что…

Он не успел закончить фразу, как закашлялся.

* * *

— Ты узнала что-то? Нашла решение? — в комнату зашел Баррак. Бледное лицо, синяки под глазами, он закашлял, прикрылся рукой и в который раз увидел следы крови. С каждым часом ему становилось хуже.

— Нет, — ответила Сара раздраженно, — Ищу, не отвлекай меня!

— Магия не помогает. Амон слег, его сын, Кино… Наши сыновья…

— Выйди и не мешай! — рявкнула женщина, — Я лучше тебя понимаю всю серьезность!

— Прости… — тихо сказал мужчина и осел на пол, потеряв сознание.

Сара лишь покосилась на него, но ничего делать не стала. Она уже успела изучить симптомы и то, как развивается болезнь. Сначала резко подскакивает температура. Её можно сбить, отсрочить болезнь на пару часов, но итог один и тот же. Дальше начинается кашель, возможны обмороки. Целительская магия больше не помогает, лишь на пару минут облегчая симптомы.

Сейчас женщина занимались тем, что пыталась выработать противодействие для нового вируса. Получалось так себе. Если так и дальше пойдет, придется пойти на экстренные меры.

* * *

Вирус разлетелся в течение нескольких часов после того, как я поговорил с Амоном. Он стал первой мне известной жертвой. В тот же миг я сорвался с места и отправился к Амалии, на ходу получая сообщения.

К моменту, когда я прибыл, большая часть Шелия слегла, единицы держались на ногах. На моих землях тоже разрасталась эпидемия, прибившиеся маги-вассалы жаловались на температуру и их всех изолировали. Случаев, чтобы заразился обычный человек или сверх пока не было. Аналогичные новости поступили от Михайловых, Горчаковых и Огинских.

Первой, к кому я пришел, была Сара. То, что дело плохо бросалось в глаза сразу же. Баррак лежал на полу, а жена его игнорировала, сосредоточившись на пробирках.

— Вот! — протянул я ей ампулу, — Это оставил мне тот человек, который всё это устроил.

— Почему тебе? — спросила Сара, выхватывая ампулу и рассматривая её.

— Издевка. Сказал, чтобы я выбирал, кому жить.

Женщина закашлялась, но при этом смогла разразиться одним заклинанием за другим, одновременно с этим открывая ампулу и… Тут я подумал, что она сама выпьет, но быстро устыдился этой мысли. Сара взяла пипеткой две капли, одну положила на стекло, вторую на ладонь. Магию же она плела как раз для второго случая, сразу исследуя те изменения, что происходят.

— Над тобой жестоко пошутили, — выдала она спустя минуту, — Это убийственный по силе яд.

Внутри всё похолодело. Ампулу я собирался отдать Амалии. Сам выбор был жесточайшей издевкой, но… Она носит моего ребенка, иначе поступить я не мог. Если это яд… Я смотрел, как чернеет кожа на руке Сары и стискивал зубы в бессильной ярости. Тварь…. Нойманн, какая же ты тварь…

— Удалось что узнать? — вымолвил я из себя.

— Вирус распылили заранее. У него есть какой-то инкубационный период, неделя-две. Мы успели все перезаражаться. Лекарство я пока не нашла. Это магическая дрянь только крепнет от исцеления. Попробуешь очистить? Давай на нём, — кивнула она на мужа.

Я лишь глянул на неё. Стальная женщина. Призвав силу, я плавно её направил на Баррака. Но ничего… Очищение прошло сквозь него, он застонал и на этом всё. Сара снова выдала десяток заклинаний, изучая последствия и лишь обреченно сморщилась, возвращаясь к столу.

— Не помогло, — коротко сказала она, — Если есть ещё идеи, то с радостью выслушаю. Не знаю, сколько у нас осталось времени, но мало. Очень мало, Эдвард.

* * *

— Как себя чувствуешь? — приложил Степан ладонь на голову жены, — Пылаешь.

— Плохо себя чувствую, — простонала Кристина. — Что происходит?

— Не знаю. Маги резко начали болеть.

Мысли Степана метались, анализируя происходящее. Утром слег отец, великого Модо Шамала сразила какая-то температура. Для знающих это было чем-то невообразимым. Маги почти не болеют, слишком крепкие у них организмы. Тем более великие маги. Ещё через час поднялась температура у его жены, матери Степана. Вскоре накрыло всех. Единственные, кто держался, это сыновья Модо, все, кроме Дмитрия. Тот тоже слег.

Ходили слухи, что разрабатывается вирусное оружие против магов, но… Ещё вчера Степан плевать хотел на все эти слухи. Но сегодня он понял, что мир в любой момент может преподнести неприятный сюрприз.

— Это будет глупая смерть, — вяло улыбнулась Кристина, — И наш ребенок, — погладила она себя по животу.

Степан посмотрел на неё, не понимая, что чувствует. Кристина забеременела месяц назад. Чему парень был в целом рад. Как никак, требовалось развивать новый род, для чего нужны наследники. Но вот сейчас, когда супруга заболела, Степан… Ему хотелось куда-то бежать, требовать помочь, сделать хоть что-то…

Но он держал себя на месте, методично обдумывая и анализируя ситуацию.

Через два часа ситуация резко обострилась. Умер один из стариков. Состояние остальных становилось хуже. Модо находился в бреду, да и Кристина едва дышала. Степан сидел с ней почти всё время, лишь выходя узнать новости. Парню требовалось принять важное решение.

Единственное спасение он видел в том, что маги крови называли «перерождение». Полная замена крови, обновление организма. Шанс выжить после этого один к пяти. Если рядом будет десяток целителей, то один к двум. Осталось найти этих целителей… Для самого мага крови шансы тоже не высокие. Потребуется буквально отдать всего себя, чтобы спасти другого. Об этой магии Степан знал лишь в теории. Кто в здравом уме будет рисковать собой? Раньше парень не мог даже представить такую ситуацию, но судьба играет людьми, как хочет.

Времени не было. Везти куда-то девушку не вариант, сердце почти остановилось. Целители находятся у отца, да и нет от них толку, раз не вылечили главу рода. Поэтому Степан закатал рукав и чиркнул лезвием по запястью. Кровь побежала, заливая лицо супруги, её грудь и живот.

Маг ставил на кон всё. Либо он справится, либо они все трое умрут. Такова была цена.

* * *

София зашла в больничный бокс, где лежала вся её семья. Старики, женщины, дети, отец, брат… Все. Кроме неё. Эпидемия вспыхнула так быстро, что никто ничего не успел понять.

Сама женщина тоже чувствовала недомогание несколько часов назад, но смогла найти решение. Если поднять плотность магии в теле до запредельных высот, то зараза отступала. Этот трюк смогли повторить семеро из её последователей. Ещё столько же находились в шатком состояние, словно не могли определиться, помирать им или найти в себе силы на борьбу. Остальные же… Кто-то уже умер, часть лежала в соседних палатах. Врачи носились, как сумасшедшие, целители выкладывались, но никто пока не нашел лекарство.

Орловой же оставалось тихо ненавидеть свое бессилие в этой ситуации и ждать, что будет дальше.

* * *

— Тащи Амалию, Клоз, и не задавай лишних вопросов! — кричала Сара.

— Что ты задумала?

— Тащи! Её! Сюда!

Сара выглядела, как безумная. В течение последних десяти минут пришла новость, что умерло двое стариков. Первым вирус унёс Галию Шелия, мать Амона. Следующим погиб Братислав Шелия, отец Арсения.

После этого Сара, видимо, признала, что лекарство не успеет изобрести. Она и сама едва стояла на ногах, держась из последних сил. За прошедшее время я десятки раз пытался помочь, но болезнь игнорировала мои силы. Зараза настолько быстро проникла в организм, что полная его очистка означала смерть для носителя.

Что задумала Сара я не знал. Но сделал то, что она просила. Пронесся быстрее ветра и оказался у Амалии. Та как полчаса назад начала бредить. Высокая температура, кашель… Сердце замерло, когда я увидел её. В этот момент я проклинал себя, молил богов, чтобы они забрали меня вместо неё. Но боги не слышали. Или не желали помочь.

Подхватив бережно девушку, я понес её к Саре. Та не медлила, засыпая приказаниями помощников. Обычные люди чувствовали себя настолько хорошо, что вызывали зубовный скрежет.

— Рядом их всех кладите! Впритык я сказала! — кричала Сара, чередуя крики с кашлем. — Амон! Очнись!

Люди складывали господ рядами. Здесь были уже все. Наследники и дети в центре. Старшие маги и старики, кто как, разбросаны вокруг. Мало кто из них присутствовал в сознание.

Вспыхнул свет, озаряя всех высшей магией. Сара приводила в чувство потерявших сознание, выжимая из них последние соки.

— Очнись! — крикнула она, влепив пощечину Амону.

Помогло. Тот очнулся, заозирался и смог сфокусировать взгляд на женщине.

— Что? Что происходит?

— Мы умираем, — припечатала она и снова зашлась кашлем, выхаркивая кровь, — Но есть шанс для рода! Ты знаешь, о чем я! Жизнь за жизнь!

— Ты с ума сошла! Это запретная магия!

— Или так, или они умрут!

Я смотрел и не понимал, что происходит. Жизнь за жизнь?

— Но они останутся одни, — прохрипел Амон, осматривая тела, — Мать погибла? — быстро догадался он, после чего произнес, — Буди остальных.

Эти слова мужчина проронил, как приговор. Да что они задумали?! Я хотел вмешаться, но Сара обожгла меня таким взглядом, что слова застряли в глотке. Ещё одна вспышка магии и люди начинают приходить в себя. Все, кроме наследников. Я смотрю на бледную Амалию, её трясет, она свернулась клубком, но мне не разрешают к ней подойти. Сара мечется от одного члена семьи к другому. Амон добрался до жены, он гладит её большой живот, о чем-то говорит, женщина рыдает и обнимает его.

Саре удается поставить на ноги всех взрослых. Она сгоняет их в круг, что-то кричит, но у меня в голове гудит от напряжения, не разобрать слова. Закончив с родичами, женщина подбегает ко мне, хватает за плечо. Её пальцы сжимаются, как тиски.

— Клоз! Обещай! — доносятся до меня её слова, — Обещай позаботиться о них!

Я киваю, начиная смутно догадываться, что она задумала. Меня отталкивают, выгоняют из палаты, требуют ждать за дверью. Но я оставляю её открытой, смотрю, что будет дальше.

Шелия берутся за руки, встают кругом вокруг младших. Единственная, кто в центре круга из взрослых — Кино, которая сжалась, смотря умоляюще на мужа. Слезы бегут по её щекам, но она молчит.

Магия вспыхивает неистово, я вижу сотни символов, которые члены семьи сплетают во что-то единое. Их тела начинают светиться, глаза режет, но я смотрю, запечатлевая каждую секунду этого момента.

В какой-то момент становится настолько ярко, что люди тонут в этой вспышке. А потом… Во все стороны разносится волна исцеления. Она проносится на многие сотни метров вокруг, но это бледное подобие того, что творится в центре.

Стихия утихла так же стремительно, как и возникла. Я кое-как проморгался, глаза слезились, но смог рассмотреть, что произошло.

Старшего поколения больше нет. Амалия очнулась первой, её не трясет. Она поднимается, всё её лицо в пепле. Я бросаюсь к ней и прижимаю к себе, пытаюсь спрятать от этого мира и безумия, что вокруг.

Но знаю, что жизнь теперь никогда не будет прежней.