Я отложила «Магический вестник», на который потратила почти треть моих оставшихся весьма скромных капиталов, и задумалась о том, как оказалась в такой заднице. Это касалось как места, где я находилась, так и моего нынешнего положения. Трудно было оценивать по другому эту таверну в глухой дыре на самом краю Империи.

Нет, для этой деревни, находившейся в стороне от оживленных трасс и крупных населённых пунктов, таверна была ещё приличной. В ней хотя бы не было контрабандистов и прочих сомнительных с точки зрения закона личностей. Но эта относительная безопасность была её единственным достоинством. Ни комфортом, ни хорошей кухней похвастаться она не могла. Впрочем, даже на самый скромный номер, который я снимала, денег у меня оставалось всего на пару дней.

На то, чтобы выехать из этого посёлка на границе с Закрытым королевством в более обжитые районы, имеющихся средств тем более не хватало. Надежды найти работу, которая позволила бы это сделать, умерли на страницах купленного сегодня «Вестника». В разделе «Вакансии» не было ничего, на что я могла бы претендовать. Я рассчитывала уговорить найденного работодателя оплатить мне портал в качестве аванса, но увы! Никто в моих услугах не нуждался.

Обратиться за помощью к друзьям? Но я давно потеряла их следы, сама отказавшись от дружбы после того, что случилось. До сих пор я об этом не жалела, считая, что отрезав прошлое, поступила правильно. А в новой жизни заводить друзей не получалось. Приятели, добрые знакомцы – это да, но с настоящей дружбой не получалось.

Родня? Они оказались там же, где и друзья – в прошлом. Только тетя Лилиан, заменившая мне когда-то мать, не позволила вычеркнуть себя из моей жизни. Но связаться с ней будет сложнее. Небогатая вдова торговца не обладала никакими магическими способностями, да и лишних средств у неё не было, поэтому просьбу о помощи можно будет послать только обычной почтой. Письмо отсюда будет идти не быстро, так что дожидаться помощи придется долго. Да и не хотелось тревожить тётю. Это самый крайний вариант, но похоже придется к нему прибегнуть. Впрочем, чтобы дождаться помощи от тёти нужно искать хоть какую-то подработку тут.

Найти же хоть какую-то приличную работу здесь будет сложно. Жителей в пограничном посёлке было немного, в Закрытое королевство и из него поток путников был минимальным.

Я должна была насторожиться, когда кинувший меня работодатель выбрал дорогу через этот пункт пропуска. Ехавший с семьей с дипломатическим поручением Императора маркиз должен был добираться по более известному и популярному пути. Там я, оказавшись без работы, легко бы нашла выход, предложив услуги компаньонки, няньки, служанки проезжающим дамам.

Но я ни о чём не думала, положившись в выборе маршрута путешествия на своих работодателей. Хотя в самом начале работы со стороны маркиза и были неприличные намеки и поползновения, но после моего вежливого, но недвусмысленного отпора, он отступил, и, казалось, не замечал меня. Я уже давно вышла из юного возраста, писанной красотой никогда не отличалась, а работая последние годы своеобразной нянькой при магически одаренных детях, взяла привычку выглядеть как можно неприметней. Поэтому подлянки с этой стороны никак не ожидала.

Маркиз отправлялся в Закрытое Королевство со своей красавицей женой, несколькими служанками и обычной нянькой для своего маленького сына. Все они были женщинами привлекательными и моложе меня, поэтому мне казалось, что я в безопасности. Но маркиз был властной и злопамятной сволочью. Здесь, в этой дыре, когда вернуться назад я самостоятельно уже не могла, он сделал мне крайне неприличное и унизительное предложение. После того, как я отказалась стать его подстилкой, меня бросили здесь, не заплатив ни копейки за проработанное время.

Об этом своем решении я нисколько не жалела. Мне предстояло стать даже не любовницей, а так, сексуальной обслугой. Я даже не очень нравилась маркизу как женщина. Ему просто нужно было унизить и подчинить меня. Власть – вот чего он действительно жаждал. Мне даже повезло, что он сделал свой ход здесь, в последнем поселке на границе с Королевством. Остаться здесь без копейки денег было всё же лучше, чем отправиться в другую страну с таким человеком, будучи от него полностью зависимой.

Как бы мне здесь не было трудно, уехавшим с ним женщинам я не завидовала! Я уверена, что после пересечения границы он развернётся по полной. Да и моё отсутствие добавит семье проблем. Ни маркиз, ни его жена не владели даже зачатками магии, а вот их маленький сын обладал сильным магическим даром, не понятно от кого унаследованным. Из-за своего малосознательного возраста контролировать свои способности малыш не умел и даже их не осознавал. Только моё присутствие позволяло избегать проблем. Я гасила спонтанные выбросы его магии, расплетала невольные проклятия, которые рассерженный малыш бросал на близких.

Так как никто в окружении ребёнка магию не видел, то и мою работу оценить не могли. Хорошо выполненная, она не замечалась. Это как с чистотой. Порядок никто не замечает, так как кажется естественным. Но стоит перестать убираться, и разница начинает чувствоваться довольно быстро. В Закрытом Королевстве найти мне замену маркиз не сможет, и рано или поздно я буду отомщена. Правда, вряд ли я об этом узнаю. Из Закрытого Королевства вести до нас не доходят. Впрочем, это их проблемы. А мне стоит подумать о моих.

В детстве моя мама твердила мне: «Никогда не соглашайся на меньшее!» Сама она отказалась развивать свой дар, чтобы выйти замуж за любимого. В семье она была вполне счастлива, но видно всё же жалела о нереализованных возможностях. Поэтому мечтала о другой доле для меня. Даже имя дала Глория, надеясь, что мне удастся стать знаменитым магом. Но увидеть, как начинала сбываться её мечта, ей не довелось. К тому времени, как мне удалось стать одной из лучших студенток Магической Академии, она уже умерла. Случилось это, когда мне было восемь лет. Отца убил его собственный конь, ударив копытом в висок. Мать пережила любимого лишь на полгода. Скованный и не развиваемый дар под влиянием горя вспыхнул ещё ярче и выжег её.

Тётя Лилиан, взявшая меня на воспитание после смерти сестры, несмотря на бесконечные хлопоты с собственными детьми, сделала всё, чтобы мечта матери сбылась. Она оплачивала уроки старенького мага, жившего на соседней улице, которые помогли мне овладеть собственным даром. Поддержала в стремлении поступить в лучшую Магическую Академию и всегда радовалась моим успехам. Она учила меня чуть-чуть по-другому: «Всегда стремись к большему!» И я стремилась…

А теперь я сидела за столом таверны, и жизнь мне не предлагала ни меньшего, ни большего. Теперь мне предстояло в очередной раз вспомнить другой урок тёти Лилиан – о лягушке, сбившей масло из сливок. В который раз мне предстояло отчаянно бить лапками, захлёбываясь и идя ко дну, в слабой надежде выкарабкаться.

Я отложила «Магический вестник», не оправдавший моих ожиданий, и обвела взглядом зал таверны. В очередной раз во мне оживала глупая надежда увидеть за столиком рыдающую барышню или скучающую пожилую леди, остро нуждающихся в компаньонке. Но возможность встретить здесь такую даму был равен шансу увидеть в этой дыре беглую принцессу.

Народу в таверне в этот предобеденный час было немного: несколько местных мужиков, не спеша попивавших пиво; компания наёмников, судя по характерной одежде и оружию; парочка мастеровитых гномов. А вот за пару столиков от меня в углу у стены сидела интересная троица. Надежды найти у них работу для меня не было, это был бескорыстный, но жгучий интерес. Это были дарги, загадочные жители Закрытого Королевства. Именно желание узнать больше об этом народе магов и подтолкнуло меня принять предложение о работе от этого чертова маркиза. Шанс увидеть Закрытое Королевство выпадал обычному жителю Империи один на миллион.

В Королевство я не попала и теперь уже не попаду, но вот трое даргов за почти соседним столиком давали возможность полюбоваться на них. Именно полюбоваться! Никаких принципиальных внешних отличий от людей у этой расы не было, но свойственная им характерная красота сразу выделяла потомков драконов из людской толпы. Причем черты у даргов могли быть разными – у одних классически правильными, у других нет. Но всегда создавалась общее впечатление гармонии и красоты, особой притягательности. Может быть, это было ещё и влияние свойственной этой расе ментальной магии, но не попасть под их обаяние не мог ни один человек. Поэтому опасаясь быть очарованными, на даргов старались не смотреть.

Вот и все остальные посетители таверны, сидевшие в зале, постарались расположиться так, чтобы даже случайно не смотреть на них. Лишь я стала исключением. Когда ещё я увижу настоящих даргов! А тут такая троица! Я любовалась на них, испытывая чисто эстетическое наслаждение, как на совершенные произведения искусства.

Трое блондинов разного возраста и типа. Двое взрослых мужчин и один юноша, только вышедший из подросткового возраста. Они чем-то походили друг на друга, как родственники. А может быть, это были просто расовые особенности? Не знаю, слишком мало я видела представителей этого народа. При этом при общей схожести они разительно отличались. Один блондин с волосами тёплого солнечного оттенка и сам казался таким же тёплым, жизнерадостным, лёгким. Мужчина чуть постарше больше напоминал ледяной январь как лунным оттенком длинных волос, так и суровым взглядом, направленным на самого юного из троицы.

Юноша с пепельно-русыми волосами обладал чертами лица столь нежными, что походил на девушку. Он напомнил мне о моей младшей племяннице своей хрупкостью и упрямством, ясно читаемом в выражении лица. Одежда их была практичной и функциональной, но при этом красивой и изысканной. У нас в Империи она была бы ещё и безумно дорогой, но возможно в Закрытом Королевстве это было не так. Всё вместе –внешность, одежда, грация движений, составляли просто завораживающую своей красотой сцену.

Столик даргов был окружен пологом тишины, и даже звука оттуда до меня не доносилось, хотя я и сидела достаточно близко. Но мимика и жесты, особенно младшего из них, были очень выразительны. Мне было ясно, что между ними разгорается конфликт. Старший в чем-то упрекал младшего, тот злился, а средний солнечный блондин пытался их примирить. Эта сцена отвлекала меня от собственных проблем и потому, хоть это и не совсем прилично, я глазела на даргов не отрываясь.

Вот ледяной дарг протянул младшему какую-то мелкую вещь. Кажется, кольцо. Юноша на этот простой жест просто взорвался! Он вскочил, схватил вещицу и тут же отшвырнул её от себя. Бросок был довольно сильный и в мою сторону. Кольцо, зазвенев, упало рядом со мной. Я встала из-за стола, подняла кольцо и, сжав его в руке, собралась направиться к столику даргов. Но не успев сделать и шага, почувствовала, что в таверне всколыхнулся магический фон. Кто-то начинал плести заклинание, и это были не дарги.

Я осмотрелась и увидела, что дремавший в противоположном углу выпивоха оказался совершенно трезвым магом, уже сплётшим заклятие смертельное для даргов – «Чёрную стрелу». Когда-то я учила его на последнем курсе Академии и сейчас узнала плетение. Стрела уже летела в направлении юного дарга, напомнившего мне племянницу. Я помнила, что «Чёрная стрела» смертельна для даргов, но для людей нет, только очень болезненна. Не давая себя задуматься, я шагнула прямо под заклятие, перехватывая его на себя.

Это действительно было очень больно! Казалось, каждая клеточка моего глупого тела взорвалась жаром. Я судорожно сжала кулаки и почувствовала, как что-то оцарапало ладонь до крови. Но эта мелкая боль тут же отступила под болевым цунами заклятия, накрывшего меня с головой. В глазах потемнело, и беспамятство унесло меня от этой дикой боли в глухую темноту.

Рей Эрриа

Брат ругал Элиду за глупый побег, безответственность, читал ей лекцию о долге перед родом и Королевством. Та огрызалась. Я пытался немного смягчить страсти, но чувствовал, что это бесполезно. Надо было дать им спустить пар, поэтому замолчал и позволил себе отвлечься на приятную для меня эмоцию, доносящуюся со стороны.

Давненько я не ощущал такого чистого восхищения, направленного на нас. Ни единой грязной ноты! Ни грамма похоти, даже влечения. Чистый восторг ребёнка, впервые увидевшего бабочку! Даже обидно. Я просто отогревался в его сиянии. Незаметно я попытался определить источник столь редкой эмоции.

Почти все посетители этой убогой таверны старательно нас не замечали. Только через пару столиков от нас сидела совершенно невзрачная женщина и смотрела на нас. Восхищение, любопытство, интерес золотой волной плыли от неё. Обидно немного, что источник столь красивой эмоции имеет такой непрезентабельный вид, но что поделать. Надо вкушать нектар везде, где его встречаешь.

Я настроился на её волну, чтобы чётче читать эмоции и немного отдохнуть от негатива, бушевавшего рядом. Тем более, что эта незнакомка давала пищу не только чувствам, но и интеллекту. Было загадкой, как эта явно приличная дама оказалась здесь. Спутников у неё не было. Ни внешность, ни одежда не давали повода заподозрить её в том единственном занятии, которое могло бы объяснить появление одинокой женщины в этом трактире. Любопытно.

Но ни разгадать загадку, ни насладиться восхищением я не успел. Брат, не умеющий наслаждаться жизнью сам, не давал это делать и другим. Он решил надавить на Элиду и потребовал сейчас же надеть кольцо. Её возмущение пробилось даже сквозь щиты, которые мы привычно держим. Она вскочила, схватила кольцо и бросила его в сторону. К счастью, в сторону наблюдавшей за нами женщины, так как та наверняка отдаст его нам.

Видимо именно с такой целью она встала и подняла упавший у ног перстень. В её чувствах не ощущалось жадности или чего-то подобного. Эмоции оставались всё такими же чистыми. Если бы артефакт упал возле гномов или наёмников, забрать его без осложнений не удалось бы.

Вдруг я почувствовал её удивление и невольно посмотрел туда же, куда и она – в угол напротив нас. Там человеческий маг плёл заклятие. Брат тоже увидел это, приподнялся, чтобы создать щит, но явно не успевал. Заклятие уже сорвалось с пальцев мага и стремительно летело в направлении сестры. Я хотел заслонить её, но стол между нами мешал сделать это.

Я всё ещё не разорвал свой настрой на нашу соседку и потому почувствовал, как тепло восхищения сменилось холодом потрясения и прямо каменной решимостью. Она сделала маленький шаг вперёд и заклятие врезалось в неё. Я стремительно оборвал связь, но успел ощутить режуще-острое чувство боли.

Женщина побледнела и сломанной куклой упала на грязный пол. Брат бросил парализующее заклятие в напавшего на нас мага, а я создал щит перед сестрой. Увы! Заклинание брата опоздало. Маг успел уйти в открывшийся портал.

Я пришла в себя от какого-то покачивания и потряхивания. Всё тело у меня болело, словно его долго жевал беззубый крокодил. Жевал, жевал и выплюнул. И даже небольшие толчки отзывались новой болью. Странные и неприятные ощущения. Странное и неприятное пробуждение. Что со мной? Где я?

В голове всплыло последнее воспоминание, как я храбро, но глупо шагнула под чужое заклятие. Так что удивляться тому, что пробуждение столь болезненно, не стоит. Жива – уже хорошо! Я попробовала пошевелить пальцами. Удалось, и даже практически не больно. Значит, от «Чёрной стрелы» я со временем оправлюсь.

Вопрос номер два: где я? Падала я на твердый пол, а сейчас подо мной относительно мягкая постель, которая почему-то покачивается. Не открывая глаз, провела ладонью по ложу. Простыня из шёлка. Ого! Я явно не в своём номере. Стоит открыть глаза. Тут же звонкий и мелодичный голос произнес:

– Брат, она очнулась!

На меня смотрела юная девушка-дарг со смутно знакомыми чертами. Кажется, тот юноша не зря показался мне слишком нежным. Она сидела совсем близко от меня. Я осмотрелась. Казалось, мы находимся внутри конфетной коробки с прозрачными окошками. В голове щёлкнуло: это карета, на одном из сидений, свернувшись, лежу я, а на другом сидит спасенная мной девушка.

Покачивание прекратилось. Карета остановилась, дверцы открылись одновременно с двух сторон и к нам заглянули уже знакомые мне дарги.

Один солнечно улыбнулся мне, а второй отдал команду девушке:

– Элида, дай ей попить!

Девушка пересела ко мне и поднесла к губам фляжку, от которой тянуло целительской магией. Я сделала глоток, но перестала чувствовать боль ещё до того, как проглотила горьковатую освежающую жидкость.

– Рей, не убирай до конца. Оставь немного, чтобы чувствовать динамику, – отдал команду старший.

Я вновь почувствовала боль, но уже слабую, лишь тень прежней. Значит, дарг напрямую воздействовал на мои чувства, а я этого даже не ощутила. Какая сильная магия! Впрочем, я сейчас не в том состоянии, чтобы замечать такие воздействия. Может быть, окрепнув, я смогу отслеживать воздействие на меня. А сейчас есть более насущные вопросы.

– Где я? Куда мы едем? – впрочем, куда бы ни ехали, но то, что я не в той таверне, уже хорошо. Но это я удержала при себе.

– Вы помните, что произошло? – вопросом на вопрос ответил старший из даргов.

– Да. Какой-то маг запустил в неё «Чёрной стрелой», а я перехватила собой, – к чёрту скромность. Сразу дам понять, что они мне кое-чем обязаны.

– Почему вы спасли сестру?

– Это заклятие смертельно для вашей расы, а для людей нет. Хотя и чертовски болезненное, – я поморщилась и потянулась к фляжке с лекарством.

По кивку брата Элида вновь поднесла к моему рту флягу.

– Откуда ты знаешь об этом? Дара в тебе настолько мало, что магом ты быть не можешь. – Тон старшего, и до этого не слишком любезный, стал более холодным и подозрительным.

– Это теперь. Когда-то всё было иначе, и я училась в Академии на боевого мага. Там и узнала об этом заклятии. – Я прикрыла глаза, не желая продолжения допроса.

– Брат, она ещё слаба! – воскликнула девушка. – Ей надо отдохнуть!

Тот неохотно кивнул.

– Всё же где мы? Куда вы меня везёте? – собравшись с силами, спросила я.

– Отдыхайте, леди! На стоянке поговорим. – вновь вернулся к ледяной вежливости старший из моих новых спутников.

Сил у меня не было, и спорить я не стала. Откинулась на подушку и под возобновившееся покачивание кареты уснула.

При своем следующем пробуждении я чувствовала себя намного лучше. Только слабость и головокружение при попытке сесть напоминали о происшедшем. Увидев, что я проснулась, Элида помогла мне сесть и удобно устроиться, подложив мне под спину подушку. Смотрела она на меня с доброжелательным любопытством. Я на неё, наверно, тоже. Во-всяком случае, именно эти чувства я испытывала, но начинать разговор не спешила.

Во-первых, я не готова была отвечать на возможные расспросы из-за слабости и растерянности. Слишком плохо представляла ситуацию, чтобы откровенничать. Во-вторых, вообще не знала, как принято говорить с даргами, чтобы нечаянно не обидеть. Пусть лучше моя соседка по карете начнет первой.

Та тоже не спешила, видимо, по похожим причинам. Но всё же как более юная, не выдержала первой и спросила то, что мучило её больше всего:

– Это правда, что вы учились в Магической Академии?

– Да, – тема была мне не очень приятна, но в этом я уже призналась, и отрицать смысла не было.

– В какой?

– В столичной.

– О-о-о! – с уважением протянула девушка. Наша Имперская Академия была действительно одной из самых лучших.

– Поступить было трудно?

Я пожала плечами:

– Поступила. – А куда мы едем? – решила перехватить инициативу я.

Девушка замялась:

– Брат на остановке всё расскажет.

– А когда остановка и где она будет?

Теперь пожала плечами Элида и извиняюще улыбнулась. И тут в наступившей тишине подал голос мой живот, что-то требовательно пробурчав. А я осознала, что давно чувствую просто зверский голод.

– Простите, вы наверно есть хотите, а я вас вопросами мучаю.

– Да, я бы перекусила. – Голод пересилил вежливость.

Элида подняла с пола корзинку, достала из неё аккуратную коробочку и подала мне. Заставляя себя действовать медленно, открыла её и с вожделением уставилась на аппетитную выпечку, лежавшую там. Маленькие золотистые пирожки пахли потрясающе, а выглядели ещё лучше! Я просто слюной захлебнулась и, не задавая вопросов, аккуратно достала первый пирожок из коробочки. Проявив титаническую силу воли, медленно откусила первый кусочек, а дальше очнулась только тогда, когда мои ищущие пальцы вместо очередного пирожка царапнули дно коробочки. Неужели всё?! Я неверяще смотрела на открывшееся дно. А я даже не наелась…

– Вам наверно много сразу нельзя, – в ответ на мой вопрошающий взгляд немного виновато сказала Элида. – Всё-таки двое суток без сознания.

– Сколько?! – неверяще переспросила я. Это как же далеко за это время мы могли уехать и куда? Но эти вопросы отступили перед другими очнувшимися потребностями организма.

– М-м-м. Элида, – как бы поделикатней сформулировать? – Может быть, карету сейчас остановят?

Элида, слегка порозовев, крикнула в окно:

– Ральф, прикажи остановиться!

Карета остановилась, и я постаралась как можно быстрее добраться до ближайших кустиков. Смущаться я буду потом!

Этот марш-бросок забрал все мои силы, и на дорогу я возвращалась заметно медленней. При виде красавцев даргов, ждавших меня у кареты, я всё же смутилась, но постаралась не показать этого. Тем более, что передо мной возникла очередная проблема. Сил подняться назад в карету у меня не было.

Догадавшись о моём затруднении, старший из даргов обхватил меня за талию и легко подсадил. Вид у него при этом был абсолютно невозмутимый. Дождавшись, пока я устроюсь на своем месте, он ни слова не говоря захлопнул дверцу, и карета тронулась.

Элида протянула мне знакомую флягу с лекарством. Я охотно глотнула его и откинулась на подушку. Буду ждать остановки и набираться сил к предстоящему непростому разговору.

Задумчиво я смотрела в окно на мелькающий пейзаж. Он был мне совершенно не знаком, но это и не удивительно. Я никогда не была раньше в этом краю Империи. У меня даже мелькнула мысль, что за то время, которое я провела в беспамятстве, мы могли оказаться уже и в Закрытом Королевстве. Но потом отвергла это подозрение. Все мои проездные документы остались у мерзкого маркиза, а без них меня вряд ли бы удалось провезти через границу даже даргам. Насколько я знала, с этим было очень строго. Дарги весьма неохотно пропускали людей в свои земли.

Ехали мы по безлюдной местности по дороге, окруженной лесом, так что вид сёл и жителей не мог стать подсказкой. Впрочем, куда бы мы ни ехали, главное, я выбралась из той безнадежной таверны. Я не просила своих спутников прихватывать меня, значит, смогу потребовать у них оплатить дорогу до ближайшего крупного города. А там я уже найду какую-нибудь работу. Не впервой!

Раздумывая об этом, я механически перебирала собственные пальцы и вдруг осознала, что чувствую на них что-то лишнее. Я опустила взгляд и неприятно поразилась! У меня на пальце правой руки было незнакомое кольцо. Оно не выглядело слишком дорого, но явно было старинным, из потемневшего серебра с изысканным орнаментом и несколькими некрупными полудрагоценными камнями. У меня никогда такого не было! Я вообще не любила носить кольца. Они мне мешали. Даже защитные артефакты я предпочитала в виде браслетов или подвесок.

Я вгляделась в перстень пристальней – в нём явно ощущалась магия. Видимо, это был какой-то артефакт, но я не могла определить его функции. Сейчас он спал, и рассмотреть плетение заклинаний не представлялось возможным. Странно, откуда оно взялось?

– Элида, это что за кольцо? – спросила я, показав руку. – Простите, что я так запросто обращаюсь к вам, но именно так называли вас наши спутники.

Я намекнула, что мы пока не представились друг другу, и если у девушки есть титул, то я его не знаю. Элида сделала вид, что не поняла моего намека, решив наверняка отложить полноценное представление до пресловутой остановки.

– Ничего, ничего, называйте, – разрешила она, с любопытством рассматривая кольцо на моем пальце. Было полное ощущение, что видит она его впервые. Моё подозрение, что это то самое, брошенное во время семейной ссоры, перед этим искренним и явным интересом, побледнело и почти растаяло.

– А это разве не ваше? – спросила девушка.

– Нет! У меня ничего подобного никогда не было. Может быть, это всё же ваше? – я протянула руку с кольцом поближе к девушке.

– Нет, нет! – решительно ответила она и даже слегка отодвинулась.

Я попыталась снять его, чтобы рассмотреть получше. Может быть, на внутренней стороне кольца найдется какая-нибудь надпись. Но мне это не удалось! Кольцо плотно сидело на пальце и сниматься совершенно не желало! Здесь явно была замешана магия, но ничего опасного в нём не ощущалось. Придётся пока отложить эту загадку.

Мерное укачивание кареты и не прошедшая до конца слабость усыпили меня.

Проснулась я от того, что Элида осторожно теребила меня, приговаривая:

– Мы приехали. Просыпайтесь!

Я открыла глаза и первым делом бросила взгляд в окно, надеясь, что вид посёлка скажет мне, где я нахожусь. Но увы! Карета стояла на краю лесной поляны, и живописный вид не мог дать никаких подсказок.

На поляне суетилось несколько слуг. Кучер возился с лошадьми. Этим же занимались и два знакомых дарга. Элида подсказала:

– Ваша дорожная сумка под лавкой. Возьмите необходимое и давайте сходим к ручью, приведем себя в порядок.

Я с большим удивлением и радостью извлекла свою верную сумку и, заглянув в неё, убедилась, что все необходимые и привычные мелочи на месте. Это сразу подняло мою веру в лучшее будущее на несколько пунктов. Только женщина, внезапно обнаружившая, что осталась в дороге без зеркала и расчёски, поймёт мою чистую радость от зрелища своей старенькой косметички.

Прихватив с собой нужное, мы с Элидой вышли из кареты и не спеша пошли в указанную старшим даргом сторону. Мы с Элидой были единственными женщинами в этой компании. У девушки не было даже служанки и, кажется, у меня появилась надежда найти работу компаньонки хотя бы на время пути. Всё-таки даже посещение кустиков в женской компании в дороге более комфортно, чем в одиночестве.

Поляна, выбранная для остановки, находилась на берегу небольшой реки и мы спустились к прозрачной воде. Ранняя осень, несмотря на тепло и солнце, не располагала к купанию, поэтому мы только умылись и присели на бревно, вынесенное когда-то волнами на берег. Заниматься прической под весёлое журчание волн было таким умиротворяющим занятием! Закатные лучи ласково трогали кожу и, уничтожая колтуны, сбившиеся за двое суток, я чувствовала, что в порядок приходят не только мои волосы, но и жизнь. Это была иллюзия, но такая приятная.

Наш разговор с Элидой был таким же пустым и приятным: «Как убрать волосы?», «Не осталось ли на воле прядей?», «как хорошо на берегу» и т.п. Лишь когда нас пришел звать слуга, мы неохотно оставили берег и вернулись к нашим спутникам. На поляне весело горел костер, на котором готовился ужин. В ожидании его братья расположились за столом, от которого веяло магией. Видно, братья были сильными магами, раз не пожалели сил на создание стола и нескольких кресел, которые выглядели удобными и изящными, но совершенно неуместными на лесной поляне.

Мы с Элидой присоединились к мужчинам, и наш стол окружил полог тишины. Видимо, пришло время обещанного разговора.

Начало разговора было вполне ожидаемым:

– Давайте представимся, – предложил ледяной блондин. – Я старший лорд рода Александр Эрриа. Мой брат лорд Рей Эрриа и сестра леди Элида.

Представления сопровождалось вежливыми кивками и со стороны младших членов рода улыбками. Лорды и леди Эрриа перевели выжидательный взгляд на меня. Что же, может быть они считали, что сказали достаточно, но я и нашу знать знала постольку-поскольку, а уж Закрытое Королевство на то и закрытое, что о нём мало что известно. Так что имя рода мне ничего не сказало, хотя ясно было, что положение семейства несравнимо выше моего.

– Меня зовут мисс Глория Редстоун, – я тоже решила быть краткой.

Эрриа молчали, ожидая продолжения. Я тоже. Лорд Александр взял инициативу на себя:

– Мисс Редстоун, кто вы? Как оказались в той таверне? Согласитесь, одинокой даме там не место. Да и ваши знания заклинаний при почти полном отсутствии дара удивительны. Вызывает вопросы ваше появление и действия одновременно с этим магом.

Младшие члены семьи нахмурились, а у Элиды возмущенно вырвалось:

– Брат, ты что намекаешь, что мисс Глория в сговоре с нападавшими?! Она спасла мне жизнь!

– С какой целью?

– А просто в бескорыстные порывы вы не верите? Тогда мне нет смысла что-то доказывать, – нисколько не обижаясь, но не считая нужным оправдываться в глупом порыве, сказала я. – Знаете, ваше появление в той таверне вызывает вопросов не меньше.

Лорд Александр нахмурился, а Рей Эрриа неожиданно солнечно мне улыбнулся:

– Вы правы, мисс Глория. Вы позволите так вас называть?

– Конечно, – ответить иначе под тёплым взглядом красивых голубых глаз мужчины не смогла бы ни одна женщина. Точнее, мало кто на моём месте сумел бы удержать «Буду счастлива!», что прямо-таки рвались с моих губ. Легендарное обаяние даргов действовало!

– Наше появление объясняется просто, хотя мы хотели бы сохранить его в тайне от остального мира. – на его вопросительный взгляд я смогла только кивнуть, подтверждая обещание хранить секрет.

– Мы догнали там нашу сестру Элиду, сбежавшую из дома из-за семейной ссоры. Причины ссоры мы раскрывать не будем. – легко и извиняюще вновь улыбнулся Рей.

Что же, вполне правдоподобное объяснение и понятно, что об этом благородное семейство не стремится распространяться. На правду и я решила ответить тем же.

– Я сопровождала в поездке в Закрытое Королевство нашего дипломата в качестве няни при ребенке-маге. Моего крошечного дара достаточно, чтобы видеть и купировать произвольные выбросы его дара. Но на границе Империи мой работодатель сделал мне непристойное предложение, принять которое я не могла. Меня выгнали с работы, ничего не заплатив, и я застряла в этой таверне.

Меня распирало ненормальное желание быть полностью откровенной и говорить, говорить. Чтобы остановиться, пришлось прикусить до крови губу, чтобы хотя бы боль отрезвила меня.

Заметив это, лорд Александр повернулся к брату и сказал:

– Прекрати, Рэй. Ты совершенно не умеешь тонко влиять на людей. Твоё «мягкое» убирание боли привело к тому, что мисс Редстоун поняла бы, что голодна, лишь на смертном одре от голода.

Желание говорить спало, и я благодарно кивнула лорду Александру. Рей вновь улыбнулся мне, и я тотчас его простила. Да, красота – это страшная сила! Особенно когда она дана ментальным магам.

– Мисс Редстоун, значит, ваш бывший работодатель едет с посланием к нашему королю? Ваш император шлёт нам такое? – глаза лорда Александра гневно сверкнули.

– Вряд ли наш Император знает, какое это.., – просившееся на язык слово я с трудом проглотила. – Маркиз Брифин очень скрытный и хитрый. Даже со мной, личностью без связей и влияния, он позволил себе раскрыться только там, где я уже ничего не могла предпринять. А с людьми влиятельными он наверняка не таков. Мысли же мы, люди,– читать не умеем.

– Мы тоже мысли не читаем.

Я с облегчением вздохнула. Не очень-то приятно знать, что кто-то читает всю ту ерунду, что всплывает в твоей голове. Например, сейчас, глядя на губы лорда Рея, я озадачилась вопросом, как он целуется. Поймав себя на этом, я также мысленно надавала себе пощёчин: «Очнись, Лори, очнись! Соберись и не отвлекайся на несбыточную ерунду!»

– Ещё не хватало читать всю ту ерунду, что крутится в ваших головах. – продолжил свою мысль лорд Александр, а я вздрогнула. Вот как это понимать?! Он сказал это почти моими словами!

– Впрочем, вернемся к более насущным вещам. Что вы планируете делать дальше, мисс Редстоун?

Этот вопрос отрезвил меня и заставил очнуться от приятных грёз, которые навевали улыбки красавчика Рея.

– Я хотела бы вернуться в Ольхон. В столице Империи мне будет проще найти новую работу.

– И как вы предполагаете это сделать?

Хоть мне и не хотелось, но придется признаваться, что нуждаюсь в их помощи. Просить чужих людей мне всегда было не просто, тем более, что я и так находилась в более слабом положении по сравнению с даргами.

– Это зависит от того, где мы находимся, куда вы меня завезли. – намекнула я. В конце концов, я ведь не просила брать меня с собой в этот непонятный путь.

– Мы не могли оставаться в том месте и не могли оставить вас больной и в одиночестве. – пожал плечами лорд Эрриа-старший.

Я представила, что лежу несколько суток без сознания в жалкой комнатке таверны, без помощи и защиты, и содрогнулась.

– Благодарю вас, – склонила голову я.

– Не стоит. Это меньшее, чем мы могли отблагодарить вас.

– Всё же, где мы сейчас находимся и куда направляемся? – вернулась я к прежней теме.

– Мы сейчас у нас на родине, в Закрытом королевстве и направляемся к ближайшему городу Дижану, где планируем воспользоваться порталом.

Я буквально онемела! Оказывается, вот уже несколько суток я нахожусь за пределами Рудгарской империи и даже не подозреваю об этом! Да, мечты сбываются, но чаще всего совсем не так и не тогда, как хотелось.

Словно почувствовав (впрочем, почему словно?) мои растерянность и страх, Элида сочувственно сказала:

– Не волнуйся! Тебе здесь ничего не грозит.

А Рей тепло улыбнулся.

– Значит, без вашей помощи мне домой не вернутся.

– Да, – спокойно подтвердил старший дарг. – В связи с этим у меня к вам следующее предложение. Как вы понимаете, мы предпочитаем скрыть побег Элиды и вмешивать посторонних не хотим. Путешествовать юной и благородной леди, пусть даже с братьями, без компаньонки или служанки довольно странно. Поэтому предлагаем вам работу компаньонки сестры до нашего возвращения домой. А там мы оплатим из вашего заработка портал до Ольхона. .

Это было так здорово, что я невольно начинала искать подвох. До сих пор все подарки судьбы были у меня с червоточиной.

– И сколько у меня после этого останется?

– Трудно сказать. Это зависит от того, как долго мы будем в пути, но обещаю, что достаточно для жизни до новой работы.

– Звучит хорошо, но хотелось бы услышать конкретную цифру, – проснулись во мне гены торговцев. Говорить об этом с холодным лордом Александром было легче, чем с его эмоциональными родственниками.

Он совершенно спокойно озвучил цифру, которая позволила бы мне, сколько б не стоил портал, спокойно жить целый год и не думать о работе. Подвоха в этом я не заметила, хоть и пыталась. Предложение было более чем щедрым, особенно учитывая моё полностью зависимое на данный момент положение. И, разумеется, я согласилась.

Но прежде чем лорд Александр снял полог тишины, я решила прояснить для себя ещё одну непонятку:

– Когда я очнулась, то у себя на руке обнаружила это кольцо, – продемонстрировала руку и заодно полюбовалась на перстень. Надо признать, смотрелся он не плохо. – Это не моё. Не знаете, откуда оно у меня?

– Это наше родовое кольцо, защитный артефакт, а как оно появилось у вас на руке мне не известно. – спокойно пояснил Эрриа.

– Но леди Элида его не узнала, – удивилась я.

– Ну, она его почти не видела, – пожал плечами Александр Эрриа.

Действительно, она ведь практически сразу отшвырнула его, едва он попал к ней в руки, вспомнила я. Странно! Так с защитными артефактами не обращаются. Что-то этот ледяной лорд не договаривает. Впрочем, это не моё дело. Со своими артефактами пусть разбираются сами.

Я с некоторой грустью посмотрела на посверкивающие под солнцем камушки колечка. Оно так украшало мой палец! Рука с этим неброским, но изящным украшением, сразу смотрелась прямо-таки аристократично. Старинный орнамент и серебро подчёркивала длину моих пальцев и бледность кожи. Оно совсем не утомляло и не раздражало меня, как те редкие кольца, что приходилось носить раньше.

Почему-то даже помолвочный перстень, когда-то подаренный Туем, я не могла носить долго, и он очень обижался, когда ловил на том, что я стараюсь забыть его дома. А это сидело, как родное! Расставаться с ним не хотелось, но надо.

– Раз это ваше, то возьмите его. – Я протянула ладонь к лорду Эрриа.

– Снимите лучше сами, – осторожно ответил тот. Я почувствовала, как напряглась Элида и даже лёгкий и улыбчивый Рей затаил дыхание.

Я честно попробовала ещё раз, но с тем же результатом, как и при первой попытке. Кольцо поворачивалось на пальце, но снять его не удавалось!

– Не получается! Знаете, ваш артефакт, вы и снимайте! – я вновь протянула руку с кольцом к лорду Александру.

Тот осторожно, двумя пальцами взял меня за запястье, а другой рукой попытался снять весело подмигивающий своими камушками перстень. Пальцы мужчины были неожиданно горячими и странно контрастировали с холодным и пристальным взглядом.

Его попытка разлучить перстень со мною была столь же безуспешна, как и моя. Убедившись в этом, он сразу же отпустил мою ладонь, а я почувствовала странное и неуместное сожаление. Чёртова магия даргов! Похоже, нужно держаться от них подальше.

– Странно! Значит, вы не надевали кольцо сами? Может быть, вы чувствуете его?

– Нет и ещё раз нет! Не надевала! Последний раз перед тем, как очнуться с ним на пальце, я помню, что подняла кольцо с пола, чтобы вернуть вам. И просто держала в ладони, когда попала под удар заклятия.

Я запнулась, вспомнив, как судорожно сжала в этот момент кулак, и что-то оцарапало его. Вгляделась в перстень, стараясь увидеть и почувствовать свойственную ему магию. Нет, ничего! Точнее, я видела вплетенный в орнамент узор заклинаний, но он словно спал, тускло мерцая.

– Нет, я ничего не чувствую. А вы?

Лорд Александр пристально всматривался в кольцо.

– Нет, я тоже не вижу вашей связи с кольцом, но оно не снимается. Странно! Может быть, это последствия магического удара, под который вы тогда попали, и со временем они развеются, – с нотами сомнения произнёс он.

– Возможно, – согласилась я. Хотелось бы в это верить. Носить у себя на пальце чужой артефакт с неизвестными свойствами как-то напрягало.

– А какие свойства оно имеет? – сделала попытку уточнить я.

– Защитные, – кратко и туманно ответил лорд и так тяжело глянул на меня своими серыми глазами, что желание уточнять, как именно оно защищает и от чего, исчезло без следа.

– Вы проверяйте его время от времени, и если удастся снять, скажите мне, – попросил он.

Элида поёжилась и отвела глаза. Рей смотрел на мои пальцы почти также пристально, как старший брат, и молчал.

Словно торопясь прервать затянувшуюся паузу, Александр сделал лёгкий жест, полог тишины развеялся, и приказал слугам нести ужин.

Вновь проснувшийся аппетит отвлек от неприятного ощущения какого-то подвоха, который мне чудился за нашим разговором. Голод сделал мой нюх особенно чувствительным. Даже аромат хлебной горбушки казался таким привлекательным, что рот наполнялся слюной, и приходилось прикладывать усилия, чтобы держаться, как воспитанная дама, а не голодный пёс.

Остальные тоже испытывали, видно, схожие ощущения, а потому естественно переключили внимание на выставляемые на стол хлеб, масло, сыр, колбасы, овощи и зелень, вслед за которыми подали горячую, исходящую паром рассыпчатую кашу.

Признаюсь честно, это зрелище и ароматы на какое-то время сделали меня глухой и немой, бросившей всю силу воли на то, чтобы не забыть полностью об этикете. Пока расставляли тарелки с кашей, я взяла хлеб, нанесла на него ровный слой слегка подтаявшего масла, на котором так естественно смотрелись дополнивший мой бутерброд розовый лепесток ветчины (резать его так тонко это ненужное извращение!) и кусочек сыра. Слуги благородного рода Эрриа зачем-то тратили время, нарезая хлеб не большими крестьянскими ломтями, а небольшими, на пару укусов, квадратиками. Поэтому я смогла добавить забытый мной вначале лист салата, обернув им поперёк получившийся бутербродик.

Только проглотив в два укуса этот бутерброд, я почувствовала себя готовой культурно есть божественно пахнувшую кашу. Она не только чудесно выглядела и пахла, но и была необыкновенно вкусна! Или так мне показалось из-за голода. Но как бы там ни было, я просто наслаждалась её вкусом! К тому же она хорошо сочеталась и с зеленью, и с мясом, рождая новые вкусовые оттенки.

Только утолив первый голод, я смогла наконец оторваться от еды и уделить внимание сотрапезникам. Наслаждение едой сменились умиротворением и благодушием, тем более, что ужин-то ещё не закончился! Впереди был чай, кипевший в котелке на огне. А к чаю наверняка у этого семейства тоже что-то да было. В крайнем случае, я могла сделать себе ещё парочку бутербродов.

Улыбаясь собственным мыслям, я обвела взглядом красивых блондинов и утонченную Элиду, бескорыстно любуясь их совершенной внешностью. Смотрели они на меня как-то странно. И молчали… Наконец Рей произнёс:

– Да… Не думал, что к каше можно испытывать столь страстные чувства! Не ужин, а прямо оргия какая-то получилась, – не выдержав, он расхохотался, и чуть помедлив, к нему присоединилась зарумянившаяся Элида.

Даже лорд Александр улыбнулся, произнеся задумчиво:

– Я уже и забыл о таких чувствах, – и увидев моё недоумение, пояснил. – Мисс Глория, мы эмпаты и невольно разделили ваши эмоции. Они были так сильны! Кстати, если вы позволите, то я наложу заклинание, которое прикроет ваши эмоции от окружающих. Оно никак не повлияет на ваши чувства, просто транслировать их на окружающих будете не столь интенсивно.

Я смутилась и согласилась. Не очень-то приятно, когда тебя читают, как открытую книгу.

– На какую вещь его наложить? Что вы носите, почти не снимая?

Я сняла с шеи небольшой кулончик, оставшийся от матери, и протянула его Александру Эрриа. Тот сжал его в ладонях и прикрыл глаза, сосредотачиваясь. Через минуту он вернул засиявший магическим узором кулон. Я быстро вернула его на шею, благодарно улыбнувшись.

– Какой ты жестокий, брат! – посмеиваясь, сказал лорд Рей. – лишил нас такого удовольствия!

Слуги подали чай, и Элида разлила его в красивые фарфоровые чашки, которые смотрелись немного странно на фоне окружающего леса, но очень органично в руках даргов-аристократов. К чаю был сладкий пирог, так что делать бутерброды не пришлось, и мы пили чай, ведя неспешную светскую беседу о природе, погоде, городах Закрытого Королевства.

Было интересно наблюдать, как понемногу меняется окружающая местность. Всё чаще среди знакомых лип, дубов и клёнов попадались непривычные мне растения. Деревья с серебристой корой и листьями, напоминающими веер. Другие, казалось бы, хвойные, были покрыты тоненькими иголочками ярко-желтого цвета, резко контрастирующими с чернотой стволов и веток. Я не знала, присущ ли им такой окрас круглый год, как зелень сосне, или они сменили цвет из-за осени. В тех местах нашей Империи, где я бывала раньше, мне такие не попадались.

Смотреть было вдвойне интересней, так как дорога становилась уже не столь безлюдной, как раньше. Хотя нас по-прежнему окружал лес, но иногда на дорогу выходили охотники, навстречу проезжали купеческие небольшие караваны или выворачивали с просёлочных дорог телеги с крестьянами. Случалась это пока не слишком часто, но всё же чувствовалось, что мы приближаемся к цивилизации.

Наше путешествие мне нравилось. Теперь мы, казалось, не особенно спешили. Каждые три часа делали небольшие остановки, чтобы Элида и я могли размять ноги. В это время к нам присоединялся Рей и развлекал весёлой болтовней.

Так что моя новая служба скорее напоминала отпуск. Путешествие по новым местам с красивой природой под надежной охраной в приятной компании мало напоминало мои последние работы.

Обычно присмотр за маленьким ребёнком-магом, не контролирующим свой природный дар, требовал от меня постоянного напряжения. Малыши и так-то неугомонные и бесстрашные создания, за которыми нужен глаз да глаз, а мои подопечные представляли опасность не только себе, но и окружающим. Маленькие стихийники могли поджечь что-нибудь, залить водой, поднять ураганный ветер в порыве гнева или вырастить плотоядную лиану, если не успеть вовремя перехватить выброс.

От Элиды же ничего такого ждать не приходилось. Не похоже было, что она вновь пустится в бега. Что бы ни послужило причиной её побега, сейчас девушка была спокойна и дружелюбна.

Общение с нанимателями и другой обслугой также обычно не давали расслабиться. Такие продуманные негодяи, как последний маркиз, мне обычно не попадались, хотя в начале своей работы приходилось сталкиваться с непристойными предложениями и домогательствами. Со временем я стала старше, научилась выглядеть неприметно (что с возрастом, увы, становилось всё легче) и разбираться в людях, так что уже не сталкивалась с этой опасностью, грозящей зависимым женщинам. И, как показала нынешняя история, утратила бдительность.

Гораздо чаще с нанимателями возникали другие трудности. Те, что не были магами, не могли оценить сложность моей работы, и постепенно старались навесить на меня дополнительные обязанности обычной няньки или гувернантки, если подопечный был постарше. Родители-маги, даже вполне хорошие люди, смотрели на меня как на убогую – в лучшем случае с жалостью, а чаще с лёгким презрением. И хотя я научилась смирять свою гордость, принимая их отношение как неизбежное зло, но нет-нет, что-то да пробивало мою наращённую толстокожесть.

Мой нынешний наниматель лорд Александр держался отстранённо вежливо, слегка высокомерно, но не более, чем любой дарг по отношению к человеку. Поэтому его холодность меня нисколько не задевала. Хотя нельзя сказать, что он меня игнорировал. Я замечала, что лорд Эрриа часто пристально за мной наблюдает, словно пытаясь разгадать некую загадку. Скрывать мне особо нечего, хоть и выставлять напоказ свою историю я не люблю. Если получу прямой вопрос, то также прямо и отвечу. Но пока лорд Александр ограничивался молчаливым наблюдением.

Другим источником напряжения на прежних работах часто становились отношения с хозяйскими слугами. Моё непонятное им положение в доме часто порождала конфликты. Хоть я и умела находить подход к людям, но моя незаметная работа, двойственное (ни слуга, ни барыня) положение всегда порождали пересуды среди обслуги. Всегда находился кто-нибудь, кому казалось, что я получаю деньги ни за что, в моей сдержанности видел высокомерие, и начинал интриговать и строить пакости. Я научилась справляться и с этим, но душевные силы такая мышиная возня тоже отнимала.

Здесь же ничего этого не было. Мои обязанности компаньонки сейчас вряд ли можно было назвать трудными. У Элиды оказался лёгкий характер, она была мне благодарна за спасение и очень скоро мы почти сдружились, насколько это возможно при такой разнице в положении и жизненном опыте. Про разницу в возрасте не говорю, так как дарги были долгоживущей расой и вполне возможно, что по годам мы с девушкой были равны. Вот только она была почти подростком, а я взрослой дамой.

Здесь, в дороге, обычной в большом доме толпы слуг и служанок не было, а потому не возникали присущие большим коллективам интриги и сплетни. В свите Эрриа были лишь двое воинов, которые на привалах не чурались выполнять роль слуг, кучер и юноша – то ли оруженосец, то ли слуга. Он занимал самую низкую ступень в нашей маленькой «стае», но его это нисколько не тяготило. Ник, так звали парнишку, считал вполне естественным, что ему приказывают практически все, а он выполняет всю чёрную работу. Так же как и меня совершенно не напрягало, что я слежу за вещами Элиды, привожу при необходимости их в порядок – чищу и штопаю, приношу забытое, убираю на место брошенное. Ведь это моя работа, за которую я получу деньги. Наоборот, это способствовало моему душевному спокойствию, делая мир более понятным, а моё положение в нём устойчивым.

Ник, как и я, был человеком, а воины то ли дарги, то ли полукровки. Джед и Маркус (так их звали) были весьма привлекательны, как и все дарги, но сильной магии, как в Эрриа, в них не ощущалось. Костер развести, защитный контур установить, бытовая магия по мелочи – вот, пожалуй, и всё, на что их хватало.

Держались они со мной дружески, но особо мы не общались. В дороге я была в карете, вместе с Элидой, на привалах с ней же или со всем семейством Эрриа, так что они держали дистанцию. Хотя при случае охотно обменивались шутками, дружески улыбались, ненавязчиво помогали мне.

Вот и сейчас, когда карета остановилась для очередного отдыха, Маркус помог мне выбраться из неё, что было не лишним. Последний участок дороги был довольно тряским, и меня слегка укачало. К тому же после нескольких часов сидения в практически одной позе, мышцы затекли и ноги не сразу привыкли к твёрдой земле.

Вид у меня, наверно, был, как у моряка, сошедшего на сушу после трёхдневного шторма. Поэтому Маркус не отошёл сразу, а стоял рядом, чтобы подстраховать при необходимости. Его молчаливое дружелюбное присутствие подбодрило меня, и я рискнула шагнуть от кареты на траву поляны. Ноги не подвели, и я добралась до дерева, к которому и прислонилась, в ожидании Элиды.

Я часто и глубоко дышала, чтобы избавиться от лёгкой тошноты и привкуса пыли, оставшегося после дороги. Воздух был вкусный, как родниковая вода: прохладный, напитанный запахом трав и смолы, с неуловимо грустной осенней ноткой.

Показавшаяся из-за кареты Элида выглядела не лучше меня – такой же бледной и присыпанной пылью.

– Пока мы не осмотрим место, никуда не отходите, – раздался решительный голос лорда Александра. По нему не скажешь, что он пробыл несколько часов в седле.

Ник расстелил под деревом плед, на котором мы с Элидой и устроились, ожидая, пока мужчины исследуют местность, наслаждаясь твёрдой землёй и свежим воздухом. Элида упала на спину и уставилась в небо так, как будто там разворачивалось захватывающее действо.

– Смотри, смотри, Лори (я давно разрешила ей звать меня этим привычным вариантом имени), дракон! – смеясь, закричала девушка, показывая на плывущее в вышине облако.

Мужчины насторожились и посмотрели в небо так, словно реально опасались увидеть этого давно исчезнувшего предка расы даргов. Лишь убедившись, что кроме птиц и облаков в вышине ничего нет, они продолжили заниматься своими делами. Забавная реакция! Неужели в Закрытом Королевстве есть то и те, что давно исчезло в человеческих землях?

Я откинулась на спину и присоединилась к девушке в увлекательном занятии рассматривания облаков.

– Леди, вы так и будете здесь валяться или всё же соблаговолите умыться? – раздался рядом весёлый голос Рэя Эрриа.

Как всегда в последнее время даже эти простые слова в его исполнении воспринимались мной как приглашение на свидание. Сердце забилось быстрей, горячая волна пробежала по венам. Чёртово обаяние даргов! Пока я не видела Рея, то была спокойна, но в его присутствии гормоны начинали бунтовать. В голову лезли всякие глупости.

Красавец Рей наверняка догадывался о моей реакции на него, обычной для человеческих женщин, но никогда ни словом, ни взглядом не выходил за рамки стандартной вежливости. Только синие глаза смеялись.

Я понимала, что это просто врожденная магия даргов и может быть немного игры с его стороны. Мне вряд ли удастся узнать вкус его губ или крепость объятий. Уж в слишком мы разной весовой категории. Внешность, возраст, социальный статус – по всем параметрам я ему безнадежно проигрывала. И это даже хорошо! Не позволяло предаться вечной женской слабости – придумыванию личной сказки.

Но несмотря на осознаваемую мной полную бесперспективность сердечных волнений (а может быть, именно поэтому), я была даже благодарна Рею за эти чувства. Лёгкая влюблённость, появлявшаяся лишь в присутствии обаятельного блондина, заставляла чувствовать себя такой живой! Я уже забыла о том, как это бывает.

Я поднялась с пледа далеко не так грациозно, как Элида, и мы направились к роднику, найденному неподалёку. Его холодная вода, которую я вначале попила, набрав в ладони, ломила зубы и была вкусна, как осенний воздух.

Я опустила руки в ключ, чтобы вновь набрать воды, но уже для умывания. И вдруг почувствовала её! Я ощутила давно забытое родство со своей магической стихией. Ключ был таким энергичным! В роднике чувствовалась мощь и сила, накопленная за время нахождения под землёй, которая рвалась наружу. Он охотно подпитывал меня родственной энергией.

Жалкие остатки магии, которые неощутимо тлели во мне, превратились в крохотную искорку. Её не хватило бы ни на одно даже самое слабое заклинание, но это было как лучик света, внезапно увиденный слепым! Долгое время я могла ощущать магию лишь в момент поглощения чужих выбросов, но она быстро вытекала из меня, как вода из треснувшего сосуда. И вот вновь внутри жила моя собственная магия, которая (я чувствовала это) уже не покинет меня!

Улыбаясь, я прошептала, умываясь, слышанные в детстве слова:

– Водичка, водичка, умой моё личико, чтобы глазки заблестели, чтобы щёчки заалели, чтоб смеялся роток, чтоб кусался зубок!

Мир вокруг словно тоже умылся и стал ярче и выпуклей. Значит, мне не чудилось, что после пробуждения в Закрытом Королевстве мой магический дар ожил. Я задавила надежду, что лекари, утверждавшие когда-то, что дар покинул меня навсегда, ошибались. «Лори, довольствуйся тем, что имеешь! Радуйся и малым дарам», – напомнила себе правило нынешней жизни.

Рей Эрриа

Я присматривал за девушками, ведь мы пока не разобрались с нападением на Элиду, а потому даже умыться к роднику они должны были идти под охраной. Исчезнувший маг тревожил нас с братом. Неизвестно, как он нашёл нас тогда и не сможет ли вновь неожиданно появиться рядом, шагнув из портала. Одной из причин такого неторопливого путешествия по плохим заброшенным дорогам было желание спрятаться от неведомых врагов и необходимость дать время уже расследующим это происшествие службам найти виновных. Подставлять под удар неизвестного врага единственную оставшуюся женщину рода желания не было.

Но ничего опасней ос поблизости не наблюдалось, а потому я с удовольствием рассматривал узоры эмоций Глории. Сухарь братец приглушил её защитным артефактом, так что теперь мы не могли чувствовать их, но при желании рассмотреть можно. И я рассматривал. Не часто встретишь такие чистые и ясные цвета.

Вдруг Глория словно вспыхнула, и всплеск радости пробил даже наброшенную защиту. Надо же, как она наслаждается простыми жизненными радостями. То вкусному ужину, то вот теперь возможности смыть пыль. Даже любопытно, как она будет сиять от более чувственных удовольствий.

Глория Редстоун

– Забавно, как простое умывание может преобразить женщину, – сказал лорд Александр, когда мы вернулись от родника. – Вы словно помолодели, мисс Глория.

Надо же, первый раз слышу от него подобие комплимента! Наверно, я и правда выглядела хорошо. Во-всяком случае, чувствовала себя прекрасно, обновленной и энергичной. Я изо всех сил сдерживала желание смеяться и пританцовывать. Первая за долгие годы подпитка от своей стихии вызвала чувство лёгкой эйфории и я, осознавая это, пыталась держаться в рамках. Но желание проказить трудно было сдержать, и я сладко пропела, с нежностью глядя на лорда Александра:

– Не могу поверить своим ушам! Доброе слово от вас дороже бриллианта. Надо обвести в своём календарике этот день красным!

Для усиления эффекта я глупо хихикнула, приложив руку к сердцу. Ледяной блондин слегка поморщился от моей сладости и даже, кажется, хотел попятиться, но сдержал порыв.

– Что же, я рад, что вы немного отдохнули. Отправляемся дальше. Если поспешим, то к вечеру приедем в большое село и сможем заночевать в таверне.

Таверна это не только нормальная кровать, но и возможность помыться горячей водой. Ради этого стоило поспешить!

Не успела карете тронуться, как отдохнувшая Элида приступила к своему любимому занятию последнего времени: расспросам об Академии. Судя по её жгучему интересу к этой странице моей жизни, бежала она именно в Имперскую Академию. Если бы ей удалось туда добраться, у братьев уже не получилось бы так легко вернуть девушку домой. Она поступила бы. Магический дар у девушки был сильный, и хотя даргов в стенах Академии я не встречала, но по закону наше учебное заведение было открыто всем расам, и это правило строго соблюдалось.

Когда впервые Элида спросила меня не просто о вступительных экзаменах, факультетах, а о личном: «легко ли найти там друзей?», я внутренне напряглась. Думала, что вспоминать о потерянном будет больно. Но оказалось, что прошедшие годы присыпали пеплом ту жгучую тоску, что возникала в душе раньше, когда что-то вдруг случайно напоминало мне о моих потерях. Но теперь, вытащенные расспросами Элиды из закрытого на долгие годы сундука воспоминаний, лица друзей, мелкие происшествия и студенческие проказы словно ожили, принося мне грустную радость.

Я вновь шла по коридору общежития, с трудом таща узел с пожитками. Гордость от успешного поступления смешивалась с тревогой и легким страхом. Как примут меня будущие однокурсники и главное соседка по комнате, куда я шла заселяться? Те девушки, с которыми я познакомилась во время поступления, провалились, и теперь мне предстояло заводить знакомства заново.

Вдруг в коридор почти прямо на меня из открывшейся двери шагнула высокая темноволосая девушка с кувшином в руках. Мы едва не врезались друг в друга и резко затормозили. Незнакомка улыбнулась и эта белозубая улыбка, смотревшаяся на смуглом лице особенно ярко и светло, сразила меня наповал. Я почувствовала ничем необъяснимое, но явственное родство душ с этой высокой и яркой красавицей, и улыбнулась в ответ.

– Привет! Я Танита, поступила на факультет боевой магии, а ты?

– Глория Редстоун, теперь твоя однокурсница, – представилась я.

– Заселяешься? – кивнула Танита на мой узел. – Помочь?

Узел был тяжелый, и меня даже слегка перекашивало от усилий, когда тащила его по коридору. Но просить помощь я не привыкла и сейчас замялась с ответом. Не дожидаясь его, Танита решительно протянула мне свой кувшин:

– Держи! А я возьму твой узел. Мне нетрудно, а то ты такая крошка, – со снисходительной симпатией сказала девушка, решительно производя озвученный обмен.

Я себя крошкой не считала, до среднего девичьего роста вполне дотягивала, но Таните, конечно, явно уступала по физическим параметрам. Она была высокой, атлетически сложенной и напоминала грациозностью сильного хищного зверя. Из-за смуглой кожи, буйных чёрных кудрей и тёмных глаз она напоминала чёрную пантеру, а я, если продолжить звериные ассоциации, тянула только на домашнюю козочку.

Танита проводила меня до моей комнаты и там я познакомилась со своей второй лучшей подругой студенческой юности. Правда, в тот момент я так не думала. Тогда она показалась нам высокомерной зазнайкой. Да и как иначе, если увидев входящих в комнату незнакомок, она, встав со стула, сделала изящный книксен и ровным мелодичным голосом произнесла, представляясь:

– Анита Сюзанна Мария Вероника де Винченцо, – и выжидательно сверху вниз посмотрела на меня.

Танита за спиной презрительно фыркнула и вышла, произнеся напоследок:

– Лори, через час ужин, я зайду за тобой.

Я кивнула новой подруге и ответила своей соседке:

– Глория Редстоун.

Делать книксен я даже не пыталась, а просто коротко кивнула. Даже если бы моя соседка не представилась по полной форме, в ней всё равно любой угадал бы аристократку. Тонкая кость, бледная кожа, отточенное изящество движений, гордая посадка головы. А простая элегантность наряда заставила почувствовать себя безвкусной провинциалкой. Моё красное в белый горох платье с его оборками и бантиками, казавшееся мне таким нарядным ещё недавно, сразу стало нелепым и безвкусным, отразившись в зеркале рядом с нарядом Аниты.

Наверно, я бы заработала комплекс неполноценности и оттого неприязнь к соседке, если бы в этом элегантном холодном совершенстве не обнаружился явный недостаток. При божественной фигуре с текучей плавностью линий у девушки было совершенно некрасивое лицо. Большой широкий нос царил на нем. Отвлечь от носа не могли ни узкие длинные губы, ни небольшие глаза с белесыми ресницами и непонятным цветом. Даже красивая прическа, в которую были уложены светло-русые волосы, не спасали впечатления.

Я не считала себя красавицей, но и дурнушкой не была. Так что засчитала себе в актив хотя бы одно преимущество перед соседкой и потому легко приняла её право на дистанцию, заявленную таким представлением. Моя соседка была явно старше меня, как потом выяснилось на целых два года! Была аристократкой, превосходила меня воспитанием и жизненным опытом, потому я не протестуя решила признать её старшинство в нашей комнате.

– Анита Сюзанна Мария, – только успела произнести я, как девушка меня прервала.

– Можешь звать меня просто Анита, – серьёзно произнесла она.

Отлично! А то по утрам я бы не выговорила её полное имя, даже сейчас я чуть не сбилась.

– А ты меня Глория, – охотно поддержала я такое упрощение.

– Где твоя кровать? Где мне располагаться? – уточнила я.

Потом, когда спустя год, мы, смеясь, припомнили Аните, как она представлялась нам своим полным именем, подруга не поверила и даже немного рассердилась, думая, что мы подшучиваем. Она этого совершенно не помнила. Оказалось, что то, что мы приняли за лёгкое высокомерие, было жесточайшим смущением. Анита трудно сходилась с людьми и вначале держала дистанцию. Наше невольное соседство сделало общение со мной для неё необходимостью и потому ускорило сближение.

На ужин мы отправились втроем – я, Танита и Анита. Анита, погруженная в себя, шла с одной стороны от меня, Танита, демонстративно игнорирующая аристократку, с другой. Мы с ней весело болтали и постепенно к нам присоединилась Анита, подавая изредка ироничные реплики, вызывающие наш невольный смех.

А в столовой, когда взяв ужин, сели за столик, к нам решительно подошла невысокая блондинка и сказала:

– Я Ольята, с вашего факультета. Девчонки, нас на факультете мало, давайте держаться вместе! – и не дожидаясь ответа, подсела к нам.

Так мы нашли четвёртую подругу в нашу команду. Оказалась, что каждая из нас владела одной из четырех стихий. Я – стихией воды, Танита была огненным магом, Анита – магом воздуха, а Ольята – земли.

Мы отличались и внешне, и по характерам, но при этом каждая вносила в команду что-то своё, удачно дополняя друг друга. Танита – авантюризм и отвагу, Анита – интуицию и аристократизм, Ольята – практичность и уравновешенность, я – целеустремленность и организованность.

Оценив успешность такого сочетания, преподаватели не стали разбивать нас, а сформировали боевую пятерку, дополнив для усиления Антуаном, который в нашей команде отвечал за защиту.

Вырванные из темноты забвения, лица друзей стояли перед моими глазами, я вновь слышала их голоса, вспоминала привычки и милые особенности. И потому даже не сразу осознала вопрос, который задала мне с увлечением слушавшая о наших приключениях и проказах Элида:

– А где сейчас твои друзья? Кем стали?

– Не знаю…, – с трудом вынырнув из прошлого, ответила я. – Я о них ничего не знаю.

– Но почему? – удивленно спросила Элида и не дождавшись ответа, всмотревшись в моё лицо, тихо осторожно спросила. – Они предали тебя?

– Нет! Конечно, нет! – я возмущенно отвергла такое предположение. – Мои друзья не предавали меня.

– Тогда почему?

Действительно, почему за прошедшие годы я даже не попыталась что-то узнать о когда-то близких мне людях? Я не могла сейчас дать ответ на этот простой вопрос не только Элиде, но и себе. Как я могла отказаться от нашей дружбы? Ведь с тех пор ничего похожего в моей жизни уже не было.

Молчание повисло в карете. Не дождавшись ответа, Элида деликатно решила сменить тему.

– К вечеру мы будем в деревне. Интересно, там кроме таверны есть какая-нибудь лавка? Ты хочешь что-нибудь там купить? Я бы посмотрела чулки.

Я охотно подключилась к обсуждению планов на вечер. И стала расспрашивать о предстоящей остановке в деревне. Для меня это будет первое посещение населенного пункта Закрытого королевства, поэтому теперь я стала расспрашивать девушку и с интересом слушать ответы.

В обещанную деревню мы прибыли на закате. Золотой свет и длинные тени делал это обычное село похожим на мираж жаждущего уюта путника. Мы ехали по главной улице и добротные дома, сложенные из прочных серых камней, под лучами закатного солнца казались розовыми. Фруктовые деревья отбрасывали на дорогу длинные тени, цветы в палисадниках радовали яркими красками и сладкими ароматами.

Не знаю, как смотрелось бы село в пасмурную ненастную погоду, а сейчас тихим осенним вечером оно словно дышало покоем. Мычание коров, крики детей, заполошный лай собак после долгой безлюдной дороги казались почти музыкой, обещая прелести цивилизации.

Если бы я не знала, что нахожусь в Закрытом Королевстве, то по виду деревни никогда бы об этом не догадалась. Село было большим и зажиточным, но ничем особо не отличалось от таких же в нашей Империи. Разве что наряды жителей слегка отличались большей яркостью, но и у нас в Империи жил разный народ. На Севере одевались и выглядели совсем не так, как в южных горах или западных лесных деревушках .

Если судить по внешности встреченных селян, которых я жадно рассматривала в окно кареты, среди жителей деревни были и люди, и дарги.

Судя по главной улице, здесь у нас были все шансы посетить лавку, а может даже не одну. Во-всяком случае, на площади в центре села, где находилась таверна, было и что-то вроде маленького рынка, а в широких окнах нескольких домов легко опознавались витрины магазинчиков. На рынке, правда, из-за вечернего времени торговцев уже не было, но они наверняка появятся утром.

Лавки же, хозяева которых обычно жили в том же доме, при желании мы ещё посетить успели бы. Но это уж как решат наши лорды. Вначале надо устроиться в гостинице. Желание принять обещанную ванну боролось с нетерпением увидеть, что продается в лавках здешнего Королевства. Я решила узнать вначале о наших планах, а там уже выбирать. Если мы отправимся в путь с утра пораньше, то сделать выбор в пользу лавок. Тем более, что кое-какие мелочи были действительно необходимы. Если же мы немного задержимся здесь, то я предпочту вначале отдых.

Видимо, Элида думала так же, поэтому, как только Рей открыл дверцу кареты, чтобы помочь выйти, она первым делом спросила:

– Рей, мы здесь надолго или уедем рано утром?

– Не волнуйся, сестричка, – смеясь, ответил тот, – на рассвете не уедем. Успеете пробежаться по лавкам.

Успокоенные, мы прошли за ним в таверну. Лорд Александр уже договорился о комнатах для нас и мы, не задерживаясь в заполненном людьми зале, поднялись наверх. Вполне ожидаемо нас с Элидой поселили в один номер, комнаты по соседству заняли мужчины. Нам велели комнату не покидать, а ужинать прямо там. Проходя по залу, я не заметила в таверне особо зловещих личностей. Среди посетителей, мне показалось, преобладали местные крестьяне и проезжающие купцы. Но помня, с чего началось наше знакомство, я тоже предпочла бы не рисковать. Вдруг охота на леди Элиду ещё не закончилась.

Так что мы, не споря, закрылись в своей достаточно чистенькой комнате, распорядившись только насчёт купания. Похоже, мужчины уступили нам лучшую комнату. Здесь были не только две кровати, шкаф, стол и кресла, но и такие приятные мелочи, как ширма, большое зеркало и раковина для умывания. Так что когда слуги притащили бочку и заполнили её горячей водой, ширма позволила создать какое-то подобие уединения. Первой купалась Элида, а я помогла ей вымыть роскошные русые волосы.

Выбравшись из бочки, девушка провела над нею рукой, и я увидела, как стекающая с пальцев магия растворяется в воде.

– Вот и всё, вода снова чистая. Купайся!

Второго приглашения мне не потребовалось, и я заняла её место за ширмой. Перед тем как забраться в бочку, я сняла свой кулончик и попыталась снять перстень. Увы, и в этот раз ничего не получилось! Ну и ладно! Я погрузилась в приятно-горячую воду. Какое блаженство! Я чуть не замурлыкала от удовольствия.

Из-за ширмы раздался смех Элиды:

– И правда, как ты насыщенно чувствуешь! Поваляюсь на кровати и поблаженствую вместе с тобой. Нужна будет помощь, позови.

Я решила не думать о том, что мои эмоции сейчас слышны, а просто получать удовольствие от купания, которое только усиливалось от возрожденной искорки дара. В воде я ощущала её лучше.

В зале таверны

– Надо признать, здешний повар неплох. Мясо ему удается! – с довольным видом произнес Рей, откидываясь на стуле и благодушно оглядывая зал таверны.

– Да и пиво недурственное, – поддержал его Джед.

–Неплохое, но увлекаться не стоит. Тебе ещё Маркуса сменять. – напомнил воину Александр, окидывая зал настороженным взглядом.

Никто из ужинающих здесь мужчин не внушал подозрений. Обычная для сельской таверны публика, разбавленная проезжими купцами с охраной, несколькими путешествующими семейными парами разного возраста и небольшими компаниями наемников. Но и в прошлый раз, в день нападения на Элиду, нападавший ничем не выделялся, так что Александр не позволял себе расслабиться, потерять бдительность.

Вдруг лёгкая волна удовольствия коснулась чувств даргов, на лицах многих появились улыбки. Атмосфера в зале стала заметно спокойней и благодушней.

– Похоже, Глория купается, – засмеялся Рей, – и сняла твой блокиратор.

– Да, – невольно в ответ на эту умиротворяющую эмоцию улыбнулся и Александр, – блокиратор сняла, а вот перстень так и не снимается.

– Но и никак себя не проявляет? – став серьёзным, уточнил Рей.

– Нет, словно спит, – подтвердил старший из братьев, – а мы уже не можем затягивать наше возвращение. Король торопит.

– Что будем делать? Может быть, как-то подтолкнуть ситуацию?

– Как, Рей? Мне ничего в голову не приходит, хоть палец отрезай, – с мрачной улыбкой произнёс лорд. Рей передёрнулся и неуверенно улыбнулся, показывая, что понял шутку.

– А может быть, просто обратиться к Богине-Матери? – неуверенно подал голос Джед. – Здесь наверняка есть храм.

– Почему бы и нет? – перевёл на него взгляд лорд Александр. – Пусть девушки завтра отправятся туда помолиться. Хуже не будет.

– Уж Элида будет молиться особенно старательно, – хмыкнул Рей.

– Вот и объяснишь ей задачу, – бросил ему брат.

Закончивший ужинать Джед встал и отправился сменять Маркуса, а братья продолжили неспешный разговор. Теперь они обсуждали поступившие из столицы донесения о тех, кого подозревали в покушении на сестру. Точных сведений ещё не было, но кое-какие ниточки уже зацепили. Руководить расследованием вот так, на расстоянии не просто. Это было ещё одним весомым поводом ускорить возвращение домой, но неясность с привязанным к Глории артефактом вынуждало пока прятаться в тени.

Путешествие по безлюдным дорогам окраины Королевства не позволяло лорду Александру с головой окунуться в расследование и интриги, но и их враги сейчас были слепы и глухи, не в силах подобраться к Эрриа.

Но время передышки подходило к концу, а ясности всё не было.

Возможность выспаться в мягкой постели и прочие прелести цивилизации привели меня в благодушное настроение. Я проснулась с давно забытым ощущением радости. Казалось, что впереди ждёт что-то очень хорошее! Я не стала гасить это редкое чувство рациональным разбором своей ситуации и привычным ожиданием подвоха. В конце концов впереди действительно меня ждут маленькие радости – вкусный завтрак и знакомство с лавками Закрытого Королевства. Надо получить удовольствие от этого по полной!

Не успели мы привести себя в порядок, как в дверь постучали. Голос Маркуса сообщил, что лорды Эрриа ждут нас к завтраку внизу. Отлично! Я уже соскучилась по людям, и позавтракать в общем зале будет любопытно. Посмотрю, во что одеваются здешние женщины, прикину, как мои наряды вписываются в здешнюю моду. Станет ясно и что ждать от здешних лавок. Денег у меня оставалось совсем мало, так что тратить их нужно было продумано.

В сопровождении Маркуса и Джеда мы с Элидой спустились в зал. Там было не многолюдно. Наши красавцы-лорды сидели за столом в углу зала и при виде нас встали. Рей солнечно улыбнулся мне, и сердце привычно ускорило бег, а щёки зарумянились. Знаю, что это глупо, но устоять перед обаянием дарга действительно невозможно! Моего рационализма и силы воли хватало только на то, чтобы в ответ ограничиваться улыбкой, а не лепетать всякие глупости. Это позволяло всем делать вид, что ничего не происходит, а мне сохранять лицо.

Я села поближе к лорду Александру. Его холодность помогала мне держаться в рамках. Подошедшей официантке, симпатичной полукровке, мужчины заказали мясной пирог, а мы с Элидой сырники со сметаной и мёдом. Скрасить ожидание помог салат из свежей зелени с сыром и орехами, нарезка из холодного мяса и сыра.

– Куда вы собираетесь пойти после завтрака? – спросил нас лорд Александр.

– Хотим пройтись по здешним лавкам, – умилительно глядя на брата, сказала Элида. – Нужно прикупить шпильки, платочки, булавки.

– Хорошо, только загляните и в местный храм, поклонитесь Богине. Тебе, сестра, не помешает поблагодарить её за чудесное спасение.

Девушка согласно кивнула. Я подумала, что и мне есть за что её поблагодарить – за мой оживший дар.

– Заодно купите немного продуктов в дорогу на здешнем рынке, – добавил заданий Александр Эрриа. – А после обеда отправимся дальше и к вечеру доберемся до следующего постоялого двора. А там ещё день и будем в Дижане.

Как я поняла, именно оттуда Эрриа планировали воспользоваться порталом, чтобы добраться домой. Так что, кажется, мое путешествие по Закрытому Королевству подходило к концу. Стоило не терять времени и постараться увидеть как можно больше.

– Кстати, мисс Глория, раз вы отправляетесь за покупками, то наверно, часть уже заработанного мне стоит выдать сейчас?

Я с готовностью кивнула. Действительно, ходить по рынку и лавкам с собственными честно заработанными деньгами будет намного приятней. Да и спокойней. Пока будущая большая зарплата была лишь туманным обещанием, а выданный сейчас аванс позволил бы оценить степень щедрости моего нынешнего нанимателя.

Лорд Александр передал мне замшевый мешочек, который порадовал своей весомостью. Очень хотелось заглянуть в него, чтобы проверить: есть ли там серебро, или только медь, но я сдержалась. Посчитаю чуть позже, у себя в комнате, тогда и смогу лучше представить, на что рассчитывать при окончательном расчёте. Впрочем, даже если там только мелочь, её, судя по весу, было достаточно, чтобы получить удовольствие от нынешнего шопинга.

Полученные деньги приятно грели карман во время завтрака и хорошо отвлекали от обаяния лорда Рея. Отдавая дань сырникам, я погрузилась в размышления о том, что стоит купить сейчас. Остававшиеся у меня до этого монеты не позволяли мне всерьёз строить планы на покупки. Их вряд ли хватило бы на что-то большее шпилек и пары носовых платков. Теперь же передо мной стоял серьёзный выбор: позволить себе что-то из крупных покупок типа кофты или прочных туфель, или ограничиться мелочами.

Наверняка в селе товары будут не лучшего качества, но зато и не дорогими, особенно если здесь и сделаны. Погрузившись в обдумывание этой непростой задачи, я совсем не прислушивалась к застольному разговору. Голоса Элиды, Рея, Джеда и Маркуса сливались для моих ушей в приятную мелодию. Мне не терпелось закончить завтрак и отправиться изучать сокровища, что ждали на прилавках Закрытого Королевства.

Похоже, Элиде тоже не хотелось терять время, поэтому после завтрака даже не поднимаясь в номер, мы сразу большой компанией отправились на рынок покупать продукты в дорогу. Так как это меня не касалось, а было заботой Элиды и Рея, то я расслабилась и с удовольствием просто рассматривала товары и продавцов. Мне было интересно сравнивать цены и ассортимент здешнего базарчика со знакомыми мне имперскими. Я с самого детства ходила с тёткой на такие же маленькие рынки закупать продукты для дома, и привыкла запоминать цены, присматриваться к свежести продуктов и поведению продавцов.

Надо сказать, что ничем принципиально здешний базарчик не отличался от такого же сельского где-нибудь у нас в Империи. Разве что торговцы красивее. Всё-таки кровь даргов бросалась в глаза. Да практически на каждом были видны амулеты, защищающие от ментальной магии.

А ассортимент тот же: молоко в зачарованных для сохранения свежести кувшинах, нежно желтеющие сыры, свеже-пойманная и копченая рыба, визжащие поросята и блеющие козы, дичь и какое-то местное пойло в небольших бочках. Всяческие плоды местных садов и огородов, полей и лесов, среди которых радовали глаз и пробуждали аппетит дымчатые гроздья винограда, бархатистые огоньки то ли абрикос, то ли местных слив, незнакомые мне сорта яблок и груш. Всё это так одуряюще-соблазнительно пахло! Я не могла устоять, и пока Рей азартно торговался, приценилась к крупным медовым грушам. Это дало повод заглянуть наконец в заветный мешочек и убедиться, что в нем собраны разнокалиберные монеты, где есть не только медь, но и серебро. Стоявший рядом Маркус помог разобраться с имеющимися у меня местными монетками, чтобы не потрясти торговку излишней щедростью.

На одну вытащенную им монету я купила не только несколько груш, но и небольшую корзинку, куда планировала складывать покупки. Одну из груш я сразу взяла в руки, обтёрла платком и надкусила. Мягкая, сочная, сладкая! У неё был такой божественный вкус, что я не стала жалеть о том, что испачкалась от брызнувшего сока. Просто поторопилась её поскорее съесть, пока на меня не успели накинуться прилетевшие на запах осы.

Несмотря на слова Рея о том, что они сами купят яблоки, виноград и прочее для всех нас, я всё равно приценивалась к душистым яблокам, обсуждая с торговкой, какой у них вкус, как долго они хранятся. Купила кулёк орехов и парочку загадочных экзотических фруктов в жёсткой колючей оболочке, сладкий пирожок и какую-то дурацкую свистульку из чёрной крупной косточки.

Это было так приятно – тратить свои деньги на пустяки, торгуясь только ради спортивного интереса, никуда не торопясь. Не часто я могла позволить себе такое. То не было денег, то времени, то на руках висел очередной подопечный, требующий внимания.

Но вот закупка провианта закончилась. Мужчины отправились с ним в гостиницу, а мы с Элидой и охраняющим нас Маркусом пошли искать местный храм Богини-Матери.

Он обнаружился недалеко, на соседней улице на небольшом холме в окружении осеннего сада. Сад был невелик, но позволял настроиться на нужный лад. Пока мы шли по дорожке, окруженной гнущимися от плодов деревьями, пение птиц и шорох опавших листьев словно перенес нас в другой мир, далёкий от торговцев и рынка.

В небольшом храме никого не было в этот час. Жители села приходили сюда в выходные на торжественные службы или на закате, когда все основные дела уже переделаны, так что сейчас нам никто не мешал.

Мы с Элидой подошли к невысокой статуе Богини и положили на постамент свои дары – фрукты, купленные недавно. Пламя, горевшее в каменной чаше у ног Богини, дрогнуло и выбросило вверх небольшой искрящийся язычок.

Не знаю, о чём молилась Элида, а я искренне от души поблагодарила Мать за те милости, которые она дарила. Пожалуй, впервые за долгие годы, последовавшие за потерей дара, я вошла в храм со спокойным сердцем, примирившейся с собой и судьбой. Может быть, спокойная неспешная дорога и воспоминания, которые пробудила своими расспросами Элида, позволили наконец осмыслить прошлое и вспомнить то хорошее, что пряталось за болью потерь. Теперь, глядя на доброе и всепрощающее лицо Богини, я искренне благодарила её за то, что у меня БЫЛО: любовь, друзей, яркую юность. Благодарила за то, что есть сейчас – здоровье своё и тёти, благополучие её семьи и мою теперешнюю передышку от вечной гонки, за искорку дара, что вновь почувствовала в себе.

Уходили мы из храма молча, каждый обдумывая что-то своё. И лишь выйдя за пределы храмового сада, мы вновь почувствовали шопинговую лихорадку. К счастью для мужчин, в этой деревне было только два магазинчика, поэтому наш «загул» длился не слишком долго. Я купила себе пару прочных башмаков, так как, отправляясь когда-то с семейством маркиза в дальнюю дорогу, на прогулки по лесу я не рассчитывала. Мои единственные походные туфли выглядели уже довольно жалко. Мокрая трава, острые камни, лужи, в которые я несколько раз невольно ступала, довели их на грань развала. Новые башмаки, пошитые для местных жительниц, смотрелись грубовато, но были прочны и удобны. Элида пыталась вначале отговорить меня, но осмотрев стоящую в лавке обувь, сморщила носик и махнула рукой.

Себе она присмотрела тёплые носочки из мягкой пушистой пряжи и такие же короткие перчатки. По утрам было уже прохладно, и симпатичные яркие носки наверняка пригодятся в дороге. Так что я тоже купила себе такие же, только с другим узором. Сделав эти практичные покупки, мы отправились во вторую из имеющихся в селе лавок.

Там мы, как и говорили, посмотрели на булавки и носовые платки. Батистовых и шёлковых здесь не было, но нашлись полотняные совершенно неожиданных расцветок, нашитые видно из остатков тканей, приобретенных швеей для других целей. Украшенные к тому же вышивкой, они смотрелись иногда нелепо, иногда вызывающе, а некоторые удивительно прекрасно.

Мы с Элидой едва ли не полчаса перебирали стопку то смеясь, то восхищаясь. Девушка отложила один чёрный, с вышитым на нём кораблём, для Рея, коричневый с дубовыми листьями и желудями для Александра, и парочку разноцветных с цветами для себя.

Я тоже не устояла и купила ярко-голубой с белыми цветами, отделанный простым белым кружевом, другой нежно-жёлтый с вышитой птицей и ярко-розовый, похожий по цвету на лепесток пиона.

В этой лавке мы зависли надолго. В отличие от той, в которую зашли вначале, в этой товар был очень уж разнокалиберный. Рядом с обычной для сельских мест грубоватой керамикой вдруг неожиданно обнаруживалась одинокая чашка из тонкого фарфора, или красноватый заварник, покрытый характерной для мелинцев яркой глазурью. Первый раз наткнувшись на непонятно как попавшую сюда из далёких краев вещь, мы с Элидой просто остолбенели. Хозяин лавки пояснил, что покупает такие остатки у проезжающих купцов.

– Вот эта чашка, например, оставалась у купца одна из разбившегося в дороге сервиза, – пояснил он, держа в толстых пальцах просвечивающий изящный фарфор. – А мне нравятся такие необычные вещи, вот и скупаю у них за полцены.

Услышав это, мы с Элидой с удвоенным интересом стали разглядывать стоящие на полках вещи. А вдруг да наткнемся на какое-нибудь сокровище? Даже сопровождавший нас Маркус заинтересовался и спросил, есть ли тут такое же неходовое оружие? Я вспомнила, что хотела купить нож и присоединилась к Маркусу.

Торговец подвел воина к стоявшему в углу сундуку и предложил посмотреть там. Я попросила воина присмотреть мне небольшой нож, который и в хозяйстве пригодится, и как оружие на крайний случай сойдет.

Мне не хотелось вновь ощущать себя беззащитной, как в тот миг, когда отказала маркизу и он смотрел на меня, явно решая, просто выкинуть меня на улицу или… Хоть я и не ходила в отличниках у нашего наставника по боевой подготовке, но всё же азам самообороны в Академии меня научили. И хороший нож в случае крайней необходимости помог бы выиграть время.

Пока Маркус перебирал стрелы, кинжалы, стилеты, кастеты и прочие совершенно экзотические орудия убийства, мы с Элидой рассматривали булавки и шпильки, изготовленные местным кузнецом и завезенные издалека. Часть из них были совершенно простые, другие же заинтересовали даже разборчивую Элиду. Я не устояла перед несколькими булавками с полудрагоценными камнями, в которых ощущалась слабая природная магия. Мне по душе пришелся теплый сердолик, хранящий женское здоровье, горный хрусталь, проясняющий ум и усиливающий интуицию, и кошачий глаз, защищающий от зависти и злобы. Элида же предпочла бирюзу, призванную помочь найти истинную любовь, и авантюрин, обещающий приключения. Я же давно не искала ни того, ни другого.

Потому хотела вначале уступить девушке найденную среди множества других шпильку, попавшую сюда из далёкой Мелинии. Украшенная стальным цветком, она напоминала стилет и ищущей приключений девице могла пригодиться. Но повертев её в руках и узнав, что к ней нет пары, Элида с грустным вздохом отказалась.

– Она совершенно не вписывается в мой стиль. Братья не разрешат.

Мне же её братья не указ, стиля я не придерживалась, так что купила её, поторговавшись, по цене металла, из которого шпилька сделана.

Элида стала прицениваться к небольшой шкатулке из розового дерева, когда меня окликнул Маркус:

– Леди, посмотрите на этот нож. Мне кажется, он неплох, хотя у него нет чехла, и рукоятка потрескалась, – уже для торговца добавил воин, чтобы тот не набивал цену.

Я взяла нож в руки и почувствовала в нём родственную душу. Потёртая и потрескавшаяся рукоять, металл, покрытый местами тёмным налётом, придавали клинку невзрачный вид. Но элегантная и смертоносная простота форм, прочность и острота, убеждали, что нож верно послужит хозяину. Стоило мне прикоснуться к клинку пальцем, как я увидела засиявшие магией руны, говорящие, что клинок совсем не так прост, как кажется.

Выходила я из лавки с изрядно похудевшим кошельком, но была довольна. Давно я не получала такого удовольствия от покупок. Мои гены торговцев говорили, что приобретения потрясающе выгодны. Висевший на поясе в купленных здесь же потёртых ножнах клинок и шпилька-стилет, спрятавшаяся в волосах, заставляли почувствовать себя почти ядзиной, таинственной женщиной-убийцей, а прочные башмаки делали шаг особенно уверенным.

Время пролетело незаметно, и не успели мы отойти от лавки, как нам навстречу попал запыхавшийся Ник, которого лорд Александр отправил поторопить нас. Оказывается, времени оставалось только пообедать и пора отправляться.

В гостинице мы с Элидой быстро привели себя в порядок в отведенной нам комнате, сложили сумки и готовы были к дороге. Мне было немного грустно. Эта небольшая остановка напомнила, что конец путешествия скоро, и оно разведет меня навсегда с обаявшим меня семейством Эрриа. Иногда я даже забывала, что не подруга, а лишь компаньонка знатной леди Элиды. И мне вряд ли удастся узнать, поможет ли ей бирюза найти истинную любовь, и почему бежала из семьи.

Никогда больше я не увижу солнечных улыбок Рея и дружеской поддержки Маркуса и Джеда. Ещё несколько дней и я вернусь в свою Рутгарскую Империю, даже не рассмотрев по-настоящему Закрытое Королевство. Вновь придется искать работу, но если лорд Александр сдержит слово (а похоже, что сдержит), то обещанная зарплата позволит мне сделать паузу. Тогда я совершу то, что давно должна была сделать. Обязательно приеду к тете Лилиан, навещу своих кузин и племянников, отыщу потерянных подруг. Возможно, наши когда-то близкие отношения умерли навсегда, но они имеют право знать, что я жива, здорова и относительно благополучна. Да и мне интересно, как сложилось у них судьба после моего исчезновения из их жизни.

Медленно выплывая из темноты беспамятства, первым делом я ощутила непривычно приятное прикосновение шелковистой ткани к обнаженным рукам, уютную мягкость постели. Это было совершенно не похоже на постель в номере таверны и тем более на жесткую лавку кареты.

Любопытство и лёгкая тревога заставила меня скорее открыть глаза, чтобы осмотреться. Кровать, в которой я, судя по обнаженным рукам, лежала в одной сорочке, явно находилась не в гостинице. Уж слишком она была просторной! А главное, ни в какой гостинице не могло быть балдахина из такой роскошной ткани, кисейной завесы и кремового шелковистого постельного белья. Кисея, отделявшая меня от комнаты, позволяла чувствовать себя защищённой от чужих взглядов, хотя сквозь неё виден был силуэт молодой женщины, сидевшей в кресле неподалёку.

Пытаясь понять, где нахожусь, лихорадочно перебирала последние воспоминания. Но они ничего не объясняли. Я помнила, что после обеда в сельской таверне мы с Элидой погрузились в карету и наш маленький караван покинул деревню. Я с удовольствием смотрела в окно, рассматривая вначале дома и сценки сельской жизни, затем пейзажи, а затем, убаюканная мерным покачиванием и сытным обедом, незаметно для себя заснула.

Переход от бодрствования ко сну был плавным и ничем особенным не запомнился. Поэтому пробуждение вместо кареты в незнакомом месте стал для меня совершенно неожиданным. Попытка отвести кисейную завесу, чтобы лучше рассмотреть комнату и сидящую рядом девушку, оказалась неудачной из-за неожиданной слабости. Рука вновь упала на одеяло, не дотянувшись до кисеи.

Помощь пришла с той стороны. Услышавшая шевеление в кровати, девушка стремительно встала и, отодвинув в сторону завесу, взволновано посмотрела на меня. А я с облегчением узнала Элиду.

– Элида, где мы? – мой голос звучал слабо и хрипло.

– В нашем родовом замке.

– А как мы сюда попали? Я не помню дорогу, – растерянно сказала я.

«Неужели несколько дней пути выпали из моей памяти? И если это так, чем вызвано беспамятство? Что со мной случилось?», – метались панические вопросы в моей голове.

– Брат открыл портал, и мы перешли сюда.

– Я не помню перехода.

– Брат перенес тебя сонную, – пояснила Элида.

– Лорд Рей?

– Нет, Александр. Рей отправился в столицу, к королю.

Все эти пояснения только запутали меня, поэтому я замолчала, пытаясь хоть как-то осмыслить сказанное.

– Ты, наверно, хочешь пить? – спохватилась Элида и повернулась к изящному столику, стоявшему у кровати.

Из общения с Анитой и работы в некоторых по-настоящему богатых домах я знала, что такие внешне простые вещи, как этот столик из ридгарийского дуба и мелинский кувшинчик с чашечками, стоящие на нём, стоят весьма дорого. Одна чашечка, в которой Элида подала травяную настойку, обошлась бы мне в годовой заработок. Очевидно, что семейство Эрриа совсем не бедствовало!

Впрочем, какое мне до этого дело. Мои мысли убегали к безопасной теме стоимости окружающих меня вещей от неприятной реальности. Что-то было не так! На это намекала и суетящаяся Элида. Она явно старалась не смотреть мне в глаза.

– Значит, мы давно могли сюда попасть?

– Не от самой границы, конечно, но да, уже пару дней братья могли бы открыть портал.

– Зачем же мы тратили время на тряску в карете и ночевку на лесных полянах?

– Мы прятались от врагов.

Что же изменилось и так внезапно? Когда мы выезжали из гостиницы, и в дороге, ничего не говорило о том, что планы Эрриа так резко переменятся. И эта странная слабость. Приподнимаясь на подушки, чтобы выпить из предложенной девушкой чашки, я её ощутила в полной мере. Голова кружилась, тело было вялым и непослушным. Правда, боли нигде не чувствовалось. Больше всего это напоминало знакомое мне в прошлом магическое истощение, которое я пару раз зарабатывала в студенчестве, переоценив свои силы. Но ведь сейчас я не колдовала.

На всякий случай я с замиранием сердца проверила возродившийся огонёк дара. Вдруг исчез? Но нет, почти не ощутимый и ослабший, он по-прежнему был во мне.

– Что со мной, Элида? Я больна? Это последствия заклятия?

– Нет, Лори, ты не больна, – торопливо успокоила меня девушка.

– Но что со мной?

– Не знаю, – отвела глаза Элида. – Может быть, ты просто устала? Или портал так воздействовал. Я сейчас пришлю служанку. Она поможет тебе привести себя в порядок, и ты ещё отдохнешь. Если что-то понадобиться, скажешь ей.

Элида явно торопилась покинуть меня, избегая расспросов, и что-то скрывала. Мне казалось, что она чувствовала себя виноватой. Но чувство вины могло быть вызвано как невозможностью ответить на мои вопросы, так и чем-то более серьёзным. Чтобы не накручивать себя совсем уж без меры, спросила прямо:

– Леди Элида, ответьте мне честно: моей жизни или здоровью что-то угрожает?

– Нет, конечно, нет! – напрягшаяся вначале, с облегчением уверенно ответила та. – Не волнуйся, Лори. Слабость скоро пройдёт, ты здорова. Просто нужно отдохнуть.

Элида ободряюще мне улыбнулась и торопливо вышла из комнаты.

Она чувствовала себя неловко оттого, что не могла всё объяснить Глории. И смотреть на неё сейчас девушке было тяжело. Перед глазами стояло чужое лицо Лори тогда, в карете, когда задремавшая было компаньонка вдруг открыла засиявшие золотым светом глаза.

Как сейчас Элида слышала её уверенный голос с непривычными интонациями, непочтительно обращающийся к благородной даргине:

– Ну что, трусишка Эли, зови брата. У нас мало времени. Дар этой человечки пока слишком слаб для долгих разговоров.

Подъехавший на зов Александр, только увидев сияющие золотым светом глаза Глории, сразу всё понял и, остановив карету, подсел к ним.

На его почтительный кивок Глория всё с теми же незнакомыми интонациями полунасмешливо, полу-сердито сказала:

– Мальчишка! Ты долго собираешься тянуть? Пора вводить хранительницу в род. Мы её принимаем.

Ответить Александр ничего не успел. Глаза мисс Глории Редстоун закрылись, и она в глубоком обмороке осела на скамейке.

Вся эта жуткая сцена до сих пор стояла перед внутренним взором Элиды и мешала свободно говорить с подругой. Да, именно подругой привыкла считать за время путешествия эту человечку даргиня. Она только надеялась, что со временем впечатление ослабнет, и их дружба вернется. Хотя уже никогда ничего не будет таким, как в это короткое путешествие. Элида смахнула слезинку и поспешила к брату.

Всё это я узнала потом, а в этот момент с недоумением смотрела на дверь, скрывшую от меня Элиду. Моя интуиция просто трубила об очередной подлянке, приготовленной мне судьбой, но в чём она заключается, я угадать была не в силах. Что же, нужно быть наготове. А для этого в первую очередь прийти в форму.

Поэтому, когда на смену Элиде почти мгновенно вошла служанка, ожидавшая, видимо, за дверью, я без лишнего стеснения попросила помочь дойти до туалетной комнаты.

Хорошенькая, как все даргини, темноволосая служанка подала и помогла надеть очаровательный бирюзовый халатик из тонкого шёлка и, поддерживая под руку, довела до нужного места. Без её помощи я бы не справилась. Уж очень кружилась голова и подкашивались ноги. Поэтому сделав все дела и умывшись, я вернулась в постель.

К этому времени кто-то уже принес то ли завтрак, то ли лёгкий обед и поставил его на прикроватный столик. При виде еды мой желудок радостно забурчал и в предвкушении сжался.

Служанка помогла мне удобно устроиться в подушках и приступить к еде. Только в далёком детстве, когда я пару раз серьёзно болела, за мной так ухаживали. Готовили бутерброды, подавали тарелку с кашей, наливали чай, намазывали блинчики указанным вареньем. Это было приятно, тем более, что служанка ухаживала з мной с дружелюбной улыбкой.

Так что, покончив с завтраком, я почувствовала прилив сонливости и оптимизма. На сытый желудок легче было поверить, что всё будет хорошо, а если и не очень, то я справлюсь. Не впервой! Поэтому позволила себе расслабиться и задремать. Пусть неприятности сами меня ищут. Я не буду торопиться им навстречу.

Когда я проснулась через пару часов, то чувствовала себя значительно лучше. Но верная принятому решению не искать неприятностей, отказалась идти на семейный ужин Эрриа. Элида специально зашла пригласить меня, но с пониманием и даже облегчением приняла мой отказ, объясненный слабостью. Я решила продолжить политику страуса и не покидать свою комнату как минимум до утра.

Элида предложила принести мне что-нибудь почитать из библиотеки замка, и я попросила сборник сказок Закрытого Королевства. Девушка удивилась и улыбнулась:

– Зачем тебе сказки? Нянчиться у нас пока не с кем. У нас и романы есть, а не только всякие трактаты.

Тут она сморщила носик, видно вспомнив особо занудные фолианты.

– Романы читать долго, а мне только на вечер. Ведь наверно уже завтра меня отправят в Империю?

На этот полу вопрос леди Элида ничего не ответила, отведя взгляд, и я продолжила:

– А сказки и читаются легко, и о народе говорят больше, чем иные трактаты.

Элида улыбнулась, посчитав моё утверждение шуткой, но я искренне так считала. В сказках видно, что люди считают добром, а что злом. Какое поведение идеальным, какое приемлемым, а что безусловно осуждается. Узнать, какого мужчину считают дарги идеалом и что должна делать девушка, чтобы его заполучить. Никакой философский труд не расскажет об этом так кратко, живо и доходчиво, как сказка.

Элида пообещала прислать со служанками и ужин, и свои любимые книжки, и рассталась со мной до утра. Я же провела самый чудесный вечер за последние не знаю сколько лет.

Служанки принесли ужин и обещанный Элидой сборник сказок, который оказался довольно зачитанной, но очень красивой толстой книгой. Картинки в ней были просто волшебные! Я, пролистнув несколько вначале, отложила книжку, чтобы насладиться ею после ужина. А то увлекусь, и всё остынет.

Так как чувствовала себя я уже заметно бодрее, то ужинала за столом и, поев, отпустила прислуживавшую служанку. Я осталась одна и знала, что никакой воспитанник или прихоть хозяйки не выдернет меня из этого сладкого одиночества. Впереди меня ждали мягкая кровать, всякие вкусности на прикроватном столике и увлекательные истории.

А в это время где-то в замке

Мягкий свет магических светильников выхватывал из уютного полумрака расслабленные мужские фигуры, сидевшие в креслах друг против друга. Между ними стоял стол с полем для игры в куродо и расставленными на нем фигурками. Рей и Александр лениво делали ходы, но без особого азарта.

Блики от огня в камине играли на бокалах с вином, отчего казалось, что их согрело не тепло рук, а живое пламя. Этот свет очага придал тёплый оттенок шевелюре старшего лорда, сделав его похожим на брата.

Больше чем игра братьев занимал разговор, но фигурки в руках и необходимость делать ходы помогали немного отвлечься.

– Ты так быстро попал к королю, Рей. И даже леди Рузанна не задержала?

– Леди Рузанна очаровательна, но твои поручения у меня всегда в приоритете, Алекс.

– Как отнесся король к новости?

– Сказал, что полностью тебе доверяет. А мне показалось, что он даже обрадовался.

– Обрадовался?

– Да, из-за Элиды. И мне показалось, что новая хранительница его тоже чем-то устроила. Он удивился, но так приятно удивился, мне показалось. Сказал, что не ожидал подобного, но раз так получилось, то примет твое решение.

– Мы все его принимаем. Куда теперь деться. Рей, ты уверен в собственном ходе? Не передумаешь? – переспросил Александр, глядя на небрежно сделанный ход брата.

– Я-то не передумаю, как-никак не родовой замок проиграю, если что. А вот ты не передумаешь? Может быть, всё же мне жениться?

– Леди тебе нравиться? – Александр пристально вгляделся в брата.

– Она забавная, – Рей легкомысленно улыбнулся. – Да и что такое каких-то лет 70 – 80. Я в это время всё равно брак не планировал.

Александр отпил из бокала, всмотрелся в огненный отблеск в пурпурном вине, и, поставив его рядом, решительно произнес:

– Нет, пусть будет, как решил жребий. Завтра я поговорю с Глорией. А ты убери свою гадость.

– Влечение ко мне вовсе не гадость, – засмеялся Рей.

– Но не теперь.

– Хорошо, хорошо! Уберу при первой же встрече. А ты… – но в ответ на предостерегающий взгляд брата Рей догадливо замолчал и переключился на игру, где из-за ошибочного хода назревали крупные неприятности для его башни и мага.

Глория Редстоун

Я удобно устроилась в подушках, задернула кисейную занавесь, зажгла светильник, и мне казалось, что я то ли на корабле, то ли в сказочной башне, одна одинешенька. Давно мне не было так уютно и хорошо. Я рассматривала великолепно нарисованные картинки и сказки Закрытого Королевства словно оживали. Нарисованные короли, принцессы, рыцари и дамы были прекрасны внешне, хотя и несколько неоднозначны внутри. Среди героев историй не было так любимых нашими сказочниками магов. Видимо потому, что среди даргов других и не было. Все были в той или иной степени магами, а потому отмечались лишь особо выдающиеся.

Среди персонажей выделялись несколько типажей. Среди женщин было в основном два типа героинь. Добрая красавица со слабым даром, которой в результате все кому не лень внушали что попало: то страстную любовь к какому-нибудь уроду, то, наоборот, обиду или даже ненависть к прекрасному принцу. Это и двигало сюжет.

Второй популярной героиней местных сказок вполне ожидаемо была честолюбивая стерва с сильным даром, которая сама внушала другим всякие полезные ей желания.

Похоже, в этом королевстве человеку задерживаться не стоило. Мне в таком раскладе выпадала роль страдалицы со слабым даром и все последующие неприятности. Точнее, ментального дара у меня совсем не было и в отличие от сказочных героинь появиться и не могло. Красавицей я не была, но подозреваю, что желающих покопаться в чужой голове здесь нашлось бы не мало. Из любопытства, ради забавы или корысти, или просто желая показать свою власть. Судя по сказкам, такие ментальные забавы были здесь весьма популярны.

Среди мужчин, героев сказок, я выделила три типа: Воин, Учёный, Чиновник. Все они владели магией и были в равных пропорциях представлены как среди положительных, так и среди отрицательных персонажей. Воин вполне ожидаемо был смел, прямодушен и предпочитал решать проблемы в прямом столкновении, полагаясь на свое боевое мастерство и силу. Если он был злодеем, то честно рубил головы, завоевывал мир и бесчестил девиц. Если стоял на стороне добра, то рубил головы злодеям и освобождал красавиц.

Учёный напоминал стихию, которая редко бывает плохой или хорошей, но часто опасной или полезной. Его главной страстью было исследование. И ради этого он препарировал младенцев или наделял слабых красавиц сильной защитой, давал в руки воину могучее оружие для покорения мира или его освобождения от главного злодея. Главное, что влияло на оценку этого персонажа слушателями, была сила его разума, знания, которые он получал в результате.

А самым главным в этих историях был Чиновник. Он командовал воином, направлял ученого и решал, кому достанется красавица. Если он был честен и благороден, то в мире наступал порядок и благоденствие. Если он был глуп, то верх брал или воин, или учёный, наводя порядок своими методами. А самое страшное, когда он был честолюбивым злодеем. В даргинских сказках от такого не было спасения. Ведь он имел право влезать прямо в головы подданным и подчинять их до такой степени, которая нашим королям и не снилась. В сказках, конечно, и на таких находилась управа, но какая-то неубедительная.

Особенно меня заинтересовала история про такого очередного расчётливого злодея, которого смогла победить добрая принцесса Элалия вместе с благородным рыцарем Эрриа благодаря волшебному перстню. За этого рыцаря принцесса в итоге вышла замуж, а я задумалась. Совпадение ли имя рыцаря с моими знакомыми, или сказка сложена про одного из их предков?

Картинки с этим Эрриа я рассматривала особенно внимательно и даже, кажется, обнаруживала сходство с лордом Александром. Впрочем, в этой книжке половина героев были красивыми блондинами с суровыми лицами, так что мне могло и показаться.

Прочитав больше половины толстой книги, я отложила её и решила, что остальные истории предпочту увидеть во сне. Вряд ли завтра мне удастся продолжить прятаться под этим балдахином. Предстоит обсудить с лордом Александром моё отбытие домой, гонорар за отработанное время и попрощаться с понравившимися мне людьми. Как ни грустно, но моё путешествие подошло к концу и нужно покидать Закрытое Королевство. Тем более, что судя по сказкам, таким, как я, здесь не место.

Утром я проснулась рано и чувствовала себя, не в пример вечеру, хорошо. Потому решила немного осмотреться в комнате и замке. Вчера вечером я покидала кровать только чтобы дойти до умывальника и туалета, и все силы уходили на этот короткий маршрут. Даже дойти до окна, которое было в комнате, у меня не было сил.

Сегодня в узкое, но высокое окно светило солнце, добавляя жизнерадостности моему пробуждению. Поэтому знакомство с местностью я решила начать с него. Вид, открывавшийся из окна, был головокружительным, но мало говорящим о самом замке. Моя комната, судя по всему, располагалась на верхних этажах, и окно выходило на внешнюю сторону замка. Когда я присела на подоконник и осмотрелась, мне показалось, что я лечу. Меня окружало ясное утреннее небо, а ниже землю закрывали то ли туман, то ли низкие облака, сквозь которые в отдалении прорывались вершины гор.

Других окон в комнате не было, и я решила выйти в коридор, надеясь найти там новые виды. Правда, для этого предстояло найти свои вещи. Хотя шёлковый халатик мне понравился, но встречаться в нем с незнакомцами я была не готова. Тщательно обследовав комнату, я нашла небольшую гардеробную, где стояли мои сумки и висело несколько платьев.

Так как моя жизнь не предполагала услуги горничных, то фасоны нарядов позволяли одеваться самостоятельно, что я и сделала. Платья, которое служанка извлекла из сумок, были одно серое, другое глубокого зелёного цвета. Хотя зелёное не очень подходило для утра из-за тёмного тона, но серое было совсем уж унылым. Я выглядела бы в нём скромнее местных служанок, поэтому выбрала зелёное. Заплела свои каштановые кудри в плотную косу, а переобуваться не стала. Так в выданных мягких, удобных тапочках, больше похожих на домашние туфельки, отправилась обследовать ближайшие к моей комнате места.

В коридоре было сумрачно и пусто. В него выходило несколько дверей друг против друга. В одну сторону коридор уходил вдаль, скрываясь за поворотом, а в другой стороне было окно, к которому я и направилась. Уходить слишком далеко от своей комнаты я не рискнула, а от окна в конце коридора была видна дверь моей спальни, так что угрозы потеряться или пропустить посетителей не было.

На стенах висели картины, а ближе к окну стояли высокие красивые напольные вазы, но впечатление создавалось некоторой заброшенности. Ни цветов, ни сухоцветов в вазах не было, на рамах картин виднелась пыль. Хотя по закрытым дверям судить сложно, но было ощущение, что комнаты за ними пусты и в них давно никто не жил.

Выглянув в окно, я увидела внутренний двор замка и несколько хозяйственных построек. Хотя расстояние до земли было большим, как будто я смотрела с третьего этажа, но всё же не выше облаков, как в моей комнате. Замок явно располагался в горах, и внешняя стена сливалась с краем утеса. Если бы не облака, из своего окна я, скорее всего, увидела бы пропасть. Здесь же можно было увидеть кусочек внутренней территории родового поместья Эрриа.

Утренние густые тени прятали детали, серые камни, из которых были сложены постройки и выложен двор, добавляли суровости здешнему пейзажу. Только устроившаяся на солнышке кошка, тщательно вылизывающая пёструю шкурку, разбавляла брутальность открывшегося вида.

Вскоре я увидела служанку с корзиной в руках, пересекавшую двор, затем пару слуг, тащивших вёдра с водой. Одеты они были добротно и выглядели бодрыми и спокойными. Наблюдать за ними было достаточно увлекательно, но тут я услышала шаги, направляющиеся в мою сторону. Я предпочла вернуться в свою комнату и у двери встретилась со знакомой служанкой. Она шла проводить меня на завтрак.

Говорить о слабости или искать какие-то другие отговорки я не стала. Чувствуя себя готовой узнать о планах хозяев и причинах своего обморока, я отправилась за служанкой в «Голубую столовую». Именно там будет завтрак, как сообщила мне девушка.

Столовая, которая находилась на этаж ниже и занимала угловую комнату, действительно была голубой. Узор из нежно-голубых цветов на стенах, голубая обивка мебели и скатерть в сочетании со вторым преобладающим в декоре комнаты белым цветом создавали ощущение легкости и прохлады. Его усиливал солнечный свет, заливающий комнату из больших окон, имеющихся сразу на двух стенах. Одна из них совпадала с расположением в моей комнате, и в этих окнах видно было только голубое утреннее небо с белоснежными облаками.

Наверняка зная об особенностях столовой, собравшиеся здесь Эрриа были одеты в светлую одежду. На Элиде было светло-сиреневое платье. Рей выбрал бело-золотой наряд, а лорд Александр несколько оттенков серого. Я в своем тёмно-зелёном выглядела диссонансом в этой гармоничной картине. Впрочем, что бы я не выбрала в своём гардеробе, результат был бы один. В моих неброских нарядах наёмной служащей я всегда выглядела бы чужой рядом с этими высшими аристократами. За время нашего путешествия я несколько забыла о разнице в социальном статусе со своими спутниками. А сейчас, глядя на их физическую красоту, подчеркнутую грацией движений и элегантной одеждой, на то, как естественно они пользуются дорогими вещами, совершенно не задумываясь, например, о цене фарфора, стоящего сейчас на столе, я особенно резко почувствовала свою чужеродность.

«Мне не место здесь и даже хорошо, что скоро вернусь домой», – подумала я. Но мысли потекли дальше: «Домой? Но есть ли у меня дом? Вряд ли наемные квартиры, которые я снимала в перерывах между работами, можно назвать так».

Не давая себе окончательно впасть в уныние, я шагнула к сидевшим за столом Эрриа. Элида поприветствовала меня дружелюбной улыбкой. Увидевшие меня мужчины встали. Точнее, Рей, тепло улыбнувшись, привстал, обозначив приветствие, а лорд Александр вышел из-за стола, выдвинул мне стул и лишь дождавшись, пока я устроюсь, вернулся на своё место.

– Вы сегодня прекрасно выглядите, мисс Глория, – даже дежурный комплимент прозвучал в устах Рея совершенно искренне, так что легко можно было поверить в свою неземную красоту.

Странно! Его голос и улыбка по-прежнему были мне приятны и вызывали тепло в душе, но без прежнего влечения. Теперь мои чувства были чисто дружескими, и я также открыто и тепло улыбнулась в ответ.

– Действительно, зелёный цвет делает ваши глаза ярче и удачно гармонирует с цветом волос и кожи, – неожиданно поддержал комплимент старший из братьев.

Это было неожиданно и приятно. Чувствуя себя уверенней, я приступила к завтраку. Он проходил практически в молчании. Элида бросала на меня какие-то виноватые взгляды и размазывала еду по тарелке. Мужчины и я отсутствием аппетита не страдали, и потому за столом вначале звучали лишь дежурные фразы.

И только когда подали кофе, а мне по моей просьбе налили травяной чай, разговор стал более содержательным.

– Мне говорили, лорд Рей, что вы отправились в столицу? – решила уточнить я.

– Да, но я уже вернулся, – озвучил очевидное с белозубой улыбкой Рей. – Там заметно теплей, чем здесь.

И он продолжил развивать безопасную тему погоды.

– Как тебе понравились сказки? – решила вступить в беседу Элида, и в ответ на удивленные взгляды братьев пояснила. – Глория вчера попросила сказки даргов из нашей библиотеки, чтобы скоротать вечер.

– Очень увлекательно! – ответила я и, вспомнив зацепившую меня историю, спросила, – Кстати, там была сказка про принцессу Элалию, вышедшую замуж за какого-то Эрриа. Это случайно не ваш родственник?

Семейство Эрриа переглянулось и Элида потупила глаза. Лорд Александр ответил:

– Да, это наши прадед и прабабка. Кстати, кольцо на вашем пальце это тот самый перстень принцессы Элалии.

Я с ужасом уставилась на свой палец, попыталась лихорадочно снять кольцо, но оно только ехидно подмигнуло мне сверкнувшими на солнце камешками. Кольцо решительно отказывалось покидать мою руку!

Так вот в чём была засада! Очевидно, что такую ценную семейную реликвию, а тем более артефакт, никто не позволит увезти с собой в Рудгарскую империю. Наверняка до сих пор Эрриа ждали, пока артефакт сам покинет мою руку. Но не дождались! И теперь собираются решить вопрос по-другому. Но как? Не отрубят же мне палец?!

Я с ужасом подняла взгляд на Эрриа. Рей смотрел с интересом, ожидая моей реакции. Элида прятала глаза, предупреждая меня о том, что выбранный семейством способ вряд ли будет приятным. Взгляд лорда Александра был пристальным, но нечитаемым.

– Вы уже закончили завтрак? – вежливо поинтересовался он.

Даже если бы это было не так, сейчас кусок не пошел бы мне в горло. Я бы побоялась задохнуться от страха, поэтому молча кивнула.

– В таком случае, может быть, мы продолжим наш разговор в моем кабинете? – безукоризненно вежливо предложил старший рода Эрриа.

Я не видела смысла оттягивать неизбежное. Лучше узнать что меня ждёт сразу и согласно кивнула. Говорить что-то я пока была не в силах.

Лорд Александр встал, подошёл ко мне и предложил руку. Я не отказалась от помощи. Из-за волнения у меня подкашивались ноги, и я не была уверена, что без поддержки смогу подняться.

Встав, я ещё раз посмотрела на людей, точнее, даргов, которых уже считала друзьями. Лорд Рей смотрел на меня тепло и успокаивающе, а Элида с сочувствием. «Не похоже, что мне будут резать пальцы», – подумала я. – Или, во-всяком случае, это будут делать не больно!»

Я собралась с духом и, опираясь на руку лорда Александра, покинула Голубую столовую.

Как и по каким коридорам, мы шли в кабинет лорда Александра, я не запомнила. Все мои силы уходили на то, чтобы взять себя в руки. Я старательно уговаривала себя, что эти приятные дарги не людоеды какие-нибудь и ничего плохого не сделают. Но внутри всё дрожало в предчувствии неприятностей. Справиться с нервами я никак не могла, лишь твёрдая рука лорда, как ни странно, хоть как-то поддерживала меня и не только физически.

Правда, когда войдя в кабинет, лорд Александр вначале собственноручно усадил меня в удобное кресло, и лишь затем сел напротив, его забота стала меня напрягать. По контрасту с его обычной сдержанной, отстранённой манерой это внимание казалось предвестием какой-то особенной гадости, приготовленной судьбой и Эрриа. Потому я даже почувствовала облегчение, когда Александр Эрриа сказал, внимательно и холодно глядя мне в глаза:

– Ну что, откроем карты? У вас на пальце действительно кольцо принцессы Элалии. Точнее, это артефакт семьи Эрриа, который носили женщины нашего рода задолго до принцессы. Просто принцесса стала его хранительницей, войдя в семью. Он имеет большое значение не только для нашего рода, но и для всего Королевства.

Я похолодела. Ясно, что имел в виду лорд: кольцо необходимо снять с моего пальца. Но способ, какой способ он предложит? Из-за таких долгих подходов ничего простого и хорошего ждать не приходилось.

– В нашем роду осталось по разным причинам мало членов, а женщина, после смерти тёти Элис, прежней хранительницы артефакта, только одна – Элида. Она должна была принять кольцо и чтобы избежать этого, убежала из дома.

– А я думала, она бежала в нашу Академию, – невольно прервала я рассказ, который мне нравился всё меньше. Если спокойная и уравновешенная Элида бежала из дома из-за этого кольца, то и мне ещё больше захотелось с ним расстаться. Но незаметно подёргав его, я с тоской убедилось, что это по-прежнему невозможно.

– Так может, из-за этого её хотели убить там, в таверне? – вдруг осенило меня.

– Скорее всего, – кивнул Александр. – Я же говорю, что кольцо не только защищает наш род, но и помогает королевской династии. У него много уникальных свойств и лишить нашу семью столь мощного артефакта через смерть его возможной хранительницы хотели бы многие.

Боже мой! Я уже готова была сама предложить отрезать мне палец, только чтобы избавиться от столь чреватого неприятностями украшения.

– Что же делать? Как мне его снять? – пусть уже скорее прозвучит рецепт Эрриа. Я готова на любой ритуал (или почти любой), только бы освободиться от этого сокровища.

– Никак!

Такого ответа я не ожидала и тупо смотрела на холодное красивое лицо мужчины. «Он меня пугает, – успокаивала себя я. – Сейчас, сейчас прозвучит настоящий способ. Он, конечно, будет неприятным, иначе предисловие было бы короче. Но я соглашусь». Но лорд Александр молчал.

– То есть как это – нельзя снять? Я ведь не Эрриа. Должен быть способ вернуть его вам.

– Нет, такого способа нет. По каким-то причинам кольцо выбрало вас в качестве хранительницы и не покинет вас до самой смерти.

Чёрт! Чёрт! Что за мрачные намёки! Что он имеет в виду?

– И что теперь? Вы меня убьёте? – озвучила я самый пугающий вариант событий.

Лорд Александр от неожиданности вздрогнул и с искренним возмущением произнёс:

– Как это пришло вам в голову? За кого вы нас считаете? – но с некоторым усилием взяв себя в руки, он холодно и ровно произнес. – Зачем нам торопиться? Каких-то 60 – 70 лет мы вполне можем подождать.

В другой раз это прямое указание на разницу в длине человеческой жизни и долгожительстве даргов могло бы меня царапнуть, но сейчас прозвучало как музыка. Дарги могли себе позволить подождать моей смерти от старости. Сами они за это время особо не изменились бы. Разве что Элида немного повзрослела бы.

– Тогда что я должна делать? Вернуть артефакт вам я не могу, а вы не можете с ним расстаться? Я правильно понимаю?

Лорд Александр кивнул, но промолчал, словно не знал, как сказать нужное.

Он встал и прошелся по комнате. Я следила за его стремительными движениями. На душе было тяжело. Александр остановился напротив меня, заложив руки за спину, и пристально вглядываясь в моё лицо, неожиданно спросил:

– Леди, скажите, что вы предпочитаете – иллюзию, дарящую счастье? Или неприглядную правду? Подумайте, прежде чем отвечать.

Раньше я без всяких раздумий ответила бы, что только правду. Но поработав во многих семьях, я своими глазами увидела, как часто счастье женщины зависит от умения искренне заблуждаться, не замечать грубую шероховатость реальности. Иногда я искренне им завидовала.

– Но если сейчас я выберу иллюзию, то ведь буду знать об этом.

– Нет, я немного изменю ваши воспоминания, и вы забудете об этом выборе. И будете жить обычной жизнью, временами даже счастливой.

Соблазнительное предложение, но нет. Когда иллюзии разбиваются, это куда больнее…

– Предпочитаю правду.

Александр вернулся на прежнее место и сел напротив меня. Он расслаблено откинулся на спинку кресла и лишь руки, крепко сжимавшие подлокотники, выдавали его напряжение.

– Вы правильно понимаете, что мы не можем отпустить вас, Глория… Больше того, вы сами не сможете это сделать. Артефакт не позволит это. Он пробудился и ясно выразил своё желание.

– Я понимаю, как вы можете помешать мне вернуться в Империю. Но как может помешать кольцо?

– Оно просто подчинит вас, воспользуется вашим телом. Вы ляжете спать в Ольхоне, а очнетесь в Илларии. И ничего не будете помнить. Это постепенно сломает вас, подорвёт силы.

Вот оно что! Похоже, вот как объясняется моё беспамятство и слабость: пробуждение артефакта!

– А если я останусь тут, разве это не сломает меня?

– Если примете свою судьбу, то нет. Артефакт вовсе не бездушная вещь. Он заботится не только обо всем роде Эрриа, но и о своей хранительнице. Он будет пробуждаться только в жизненно важных случаях. Могут пройти годы от пробуждения до пробуждения, – попытался успокоить меня лорд Александр.

Я замерла, обдумывая услышанное. Больше всего это походило на своеобразную тюрьму, из которой не сбежать. Я должна оставаться в Закрытом Королевстве, прикованная к роду Эрриа. Мысль о том, что собственное тело и разум могут в любой момент быть подчинены чему-то неведомому и чуждому, просто ужасала. Теперь я понимала, от чего так отчаянно бежала Элида.

Похоже, у меня не было выбора на ближайшее время. Пока я не узнаю больше об артефакте и его хранительницах, не стоит и пытаться покинуть Королевство. Видимо, прочитав по моему лицу, что первая порция информации усвоена, лорд Александр вздохнул и продолжил:

– Это не всё. Недостаточно просто носить кольцо и жить в Королевстве. Вы должны войти в наш род.

– Как? – всё-таки речь идёт о каком-то обряде.

– А как обычно входят женщины в чужой род? – хмыкнул мой собеседник. – Выйдя замуж!

– Я? Выйти замуж? За кого выйти замуж? – Я ожидала услышать о каком-нибудь сложном магическом действе и такой простой ход ошеломил. Хотя я предпочла бы ритуал, даже немного кровавый. Лучше отрезать палец! Это короткий миг мучений, а брак он навсегда.

Пока эти мысли панически метались в опустевшей от шока голове, лорд Александр продолжил, отвечая на последний вопрос:

– За меня, Глория, – звучало это безрадостно, но безоговорочно.

– Почему за вас, а не за Рея? – против воли вырвалось у меня.

– Мы бросили жребий, и выпало мне, – спокойно пояснил он, пристально вглядываясь в меня.

«Повезло! – подумала я. – Если бы я вышла за Рея, то очень быстро потеряла бы собственное сердце. Это была бы зависимость большая, чем от артефакта». Я содрогнулась, представив влюбленную себя и терпящего обожание Рея. «Лучше честный брак-сделка с холодным Александром!»

– У меня есть выбор? – всё же решила уточнить очевидное.

– Нет! Вы или сами подчиняетесь моему решению, или я внушу вам это согласие, – прямо и жестко сказал лорд, сверкнув ледяными глазами.

Я вспомнила прочитанные вчера сказки и кивнула, принимая его решение. Лучше подчиниться, сохраняя хотя бы возможность трезвой оценки обстоятельств, чем ментальное подчинение.

– Брак будет фиктивным?

– Нет, – с явным сожалением произнес Александр. – Необходимо консумировать его, а потом будет так, как захотите вы. Я не буду настаивать.

Ещё бы! Мне даже стало немного жаль красивого лорда. Я представила, как буду требовать от него исполнения супружеского долга, а он вежливо уворачиваться. Эта забавная, но невероятная картинка несколько подняла мне настроение. В случае с Александром хоть в этом я смогу контролировать ситуацию, владея собственным сердцем.

– Только я не девственница, – посчитала нужным предупредить я.

– Я тоже, – хмыкнул мужчина. – Это даже лучше. Значит, мы оба представляем, о чём идёт речь.

Пожалуй. Я согласно кивнула.

Александр явно расслабился, его руки больше не сжимали судорожно подлокотники, а свободно лежали на них. Видимо, он опасался истерик и скандала с моей стороны. Но я не видела в этом смысла. Мужчина напоминал мне снежную лавину, остановить которую невозможно. Решение принято и будет им выполнено. Ситуация явно нравилась ему не больше, чем мне, и если бы он знал другой выход, нашего брака не было.

Значит, чтобы сделать ситуацию более приемлемой, нужно договариваться.

Приняв такое решение, я вдруг осознала, что сижу в кресле, напряженно выпрямив спину и не пошевелившись на протяжении всего разговора. Напряжение схлынуло: пальцы резать и тем более убивать меня никто не планирует, а значит можно расслабиться. Тело стало искать более комфортное положение, а глаза обежали комнату в поисках воды для пересохших губ.

Кувшин со стаканами я увидела на каминной полке и спросила своего практически жениха:

– Лорд Александр, не могли бы вы дать мне попить?

Вставать с кресла я ещё была не готова, боялась, что ноги будут подгибаться. У меня было такое ощущение, словно меня уже подвели к эшафоту и в последнюю минуту объявили, что казнь заменили каторгой.

Мужчина поднялся, налил воду в два стакана, один подал мне, а второй выпил сам. Видно и ему этот разговор давался не просто.

Вода была вкусной и холодной. Я осушила стакан и почувствовала себя лучше. Нервная дрожь ушла. Судьба сказала своё слово, теперь мне предстояла решить, что с этим делать.

Короткая пауза помогла и лорду Эрриа перевести дух и настроиться на следующий раунд нашего разговора.

– Леди, можете называть меня просто по имени – Александр.

Отметив свое превращение в «леди» из просто «мисс», я кивнула.:

– А вы меня Глория, – признавая взаимно переход наших отношений в новое качество.

– Глория, – слегка запнувшись на имени, продолжил Александр, – прежде чем обсуждать будущее, мне хотелось бы узнать ваше прошлое.

Вполне естественное требование.

– Я была официально помолвлена. У меня был жених, мы собирались пожениться по окончании Академии и в ожидании свадьбы жили вместе. Вы знаете, что у магов с этим свободнее, чем у обычных жителей.

– Я не об этом, – отмахнулся лорд. – Ваша личная жизнь в прошлом меня не касается. В будущем, став моей женой, вы конечно должны будете соблюдать определенные правила, но об этом позже. Меня интересует, как вы вообще могли учиться в Академии, обладая столь крошечным даром?

Мое горло сжалось Тема потерянного дара по-прежнему была болезненной для меня. Странно, почему это интересует Эрриа? Видимо, не терпит загадок. Что же, отвечу.

– Когда я поступала в Академию, мой дар вовсе не был столь исчезающе мал. Наоборот, я была одной из самых одаренных на своем потоке.

Невольно я вспомнила, какую радость мне приносила моя стихия. С какой жадностью с самого детства я познавала и развивала дар. Когда другие девочки бегали на свидания, я зубрила учебники. Тётя Лилиан, желая, чтобы хоть во мне воплотилась мечта сестры, моей матери, всегда в этом поощряла меня. Она даже шла на немыслимую для себя жертву: не слишком настаивала на том, чтобы я училась быть хорошей хозяйкой. От своих девочек она жёстко требовала, чтобы они умели готовить, шить, стирать, вязать, делать выгодные покупки. Мои кузины не только работали по дому, но и помогали матери в лавке, так что в школу тоже, как и я, шли  с радостью, воспринимая её как передышку в работе.

Я вовсе не была белоручкой, и несла свою долю домашних обязанностей, но главным была учёба и подготовка к вступительным экзаменам в Академию. Как тётя была рада моему поступлению. Мне же тогда это казалось естественным. Себя вне магии я не представляла!

Академия была самым счастливым временем моей жизни: любовь, дружба и Магия! С каждым новым знанием мой дар становился сильнее, подчинялся мне легче. Иногда я ощущала себя всесильной…

– Что же случилось с вашим даром? Когда он исчез? – прервал мои нахлынувшие воспоминания лорд Александр.

– На последнем курсе. Я перенапрягла его… На практике в горах размыло плотину и нужно было задержать наводнение, чтобы люди успели спастись.

Я вновь вспомнила тот холодный серый день, когда вода была повсюду. С неба падала стена ливня, под ногами хлюпала напитанная влагой земля, а внизу в долине бежала чёрная, разбухшая от воды река. Никогда раньше я не чувствовала, как грозна может быть моя стихия.

Дожди шли уже неделю. Вода в реке, что протекала через посёлок, где мы жили на практике, прибывала с каждым днём. Поэтому я прислушивалась к ней регулярно, предупреждая селян, живших ближе к берегу, о подтоплении. Они, убедившись в точности моих прогнозов, ворча, покидали свои дома, отгоняя скотину повыше в горы, переселяясь на время вместе с ней в пещеры.

Но всё это не требовало от меня особых усилий, и наша практика благополучно подошла бы к концу, если бы выше по течению дожди не размыли плотину. Я почувствовала, как вода превратилась в несущую смерть силу сразу, как где-то вдали рухнула дамба. У нас был где-то час, до того момента, как вал подойдет к деревне. Преподаватель отослал вестник с просьбой о помощи, меня отправил на возвышенность, а сам вместе с моими друзьями принялся организовывать эвакуацию.

Я стояла наверху и когда почувствовала приближение вала, из части воды сделала новую дамбу, не дававшую потоку смести деревню. До сих пор в кошмарах мне иногда снится эта холодная чёрная стена, несущая смерть, которую я пытаюсь удержать от падения. А она своей массой неуклонно давит и пригибает меня, и как только я упаду, неизбежно накроет всех.

Тогда, наяву, я продержалась пятнадцать минут до появления взрослых магов, и отключилась, уже зная, что помощь пришла.

– Потом меня долго лечили от магического истощения, но выяснилось, что я, как треснутый сосуд, перестала удерживать магию. Это позволяло поглощать чужие выбросы, а остатки собственной маги давали возможность видеть чужие плетения. Но это и всё.

Рассказывать о том, как разрушилась моя жизнь, я не стала. Вряд ли лорду Александру это интересно.

Тогда я узнала, что жизнь не рушится в один день. Пока была жива надежда, казалось, что ещё немного и всё вернётся к правильному ходу вещей. Ведь не может жизнь быть настолько несправедливой. Я же не сделала ничего плохого! Дружба, любовь, будущее – всё у меня было связано с магией и моим даром. Нужно просто потерпеть, приложить усилия и всё вернется! По-другому просто не может быть!

И даже когда прозвучал беспощадный приговор целителей, вначале всё осталось почти как прежде. Моя жизнь продолжалось по инерции в тех же стенах, в том же окружении. Я жила в общежитии в нашей комнате с Туем, только он уходил на учёбу, а я оставалась дома. После занятий к нам приходили друзья.

Они не отвернулись от меня, но им было неловко со мной. Между нами стояла их вина (которой не было) и моя депрессия. Сама жизнь отдаляла нас. Они продолжали учиться, готовились к экзаменам и выпуску, а я медленно погружалась в пустоту. Я не знала, как мне дальше жить. Я цеплялась за нашу с Туем любовь, и боялась признаться себе, что одной её мне мало, чтобы заполнить жизнь.

Подруги не знали, о чём говорить со мной. Обсуждать при мне учёбу, мелкие забавные происшествия, что неизбежно сопровождали студенческую жизнь, им было неловко, и слова становились пустыми и вымученными.

Также пусты и мучительны стали наши разговоры с Туем. Лишь ночь объединяла нас, сжигая в страсти недомолвки и обиды дня.

Мне казалось, что я задыхаюсь, мир утратил цвет и кругом холодная чёрная вода, проникшая уже в мою кровь.

Проснувшись однажды утром в пустой постели (Туй ушёл на занятия), я поняла, что больше не могу так. Каждый день разрушал и уносил что-то ценное из моей прежней жизни: смех, дружбу любовь. Мне казалось, я ясно вижу, чем закончиться этот путь. Чем долго мучительно наблюдать, как всё медленно рушится, лучше оборвать разом.

Я встала, собрала вещи, написала прощальные письма Тую и друзьям, оставила  помолвочный перстень и ушла. Я постаралась написать так, чтобы у них не мелькнула даже тень мысли, что это письмо уходящего из жизни. Тем более, что это действительно было не так. Я собиралась построить свою жизнь заново, без магии и Туя. И мне это удалось.

Удалось тогда, удастся и сейчас. Я уже знала, что это возможно: найти новые цели, новые радости, новую себя. Пусть они были не столь хороши, как прежде, как мне когда-то мечталось, но были. А этот новый поворот был особенно непредсказуем, и найти в нём хорошее намного легче, чем в прошлый раз.

Но всю эту до сих пор мучительную для меня историю я изложила предельно кратко, сказав лишь, что после исчезновения дара оставила Академию и стала работать.

– Ваши друзья и жених отказались от вас? – нейтральным голосом спросил Эрриа.

– Нет. Это я отказалась от них, – грустно улыбнулась. – Тогда, сменив имя, я уехала в случайно выбранный городок на севере империи. Они, по словам тёти, вначале искали меня, но потом перестали.

Сейчас, из-за вопросов Элиды и теперь Александра, оглянувшись назад, я понимала, что полностью оборвав все нити, связывавшие с прошлым, была не права. Это было несправедливо по отношению к друзьям. Ведь и им пришлось непросто в этой истории. Но тогда мне было так больно! Только закрыв боль за глухой стеной отчуждения, мне удалось тогда начать всё заново.

Успешная студентка, начинающая магиня, счастливая невеста Глория Редстоун умерла, а родилась скромная Лори Редди, ищущая работу и новое место в жизни. Вначале я работала в лавке артефактов, где сохранившаяся возможность видеть магию оказалась к месту. Затем совершенно случайно я нашла новую профессию – няньки при магически одарённых детях.

Лишь спустя несколько лет, построив эту новую жизнь, и окончательно примирившись с потерями, я вернулась к своему настоящему имени. К тому времени моя история была забыта, друзья уже не искали меня, и нянька Глория Редстоун мало кого интересовала.

Вырывая меня из прошлого, лорд Александр сказал:

– Я интересуюсь вашим даром не из пустого любопытства. При пробуждении артефакта он пользуется магией хранительницы.

Мне стало понятно, почему очнувшись, я испытывала такую знакомую слабость.

– Увы, – я развела руками, – значит, буду для вас практически бесполезна.

– Нет, не думаю. Раз вы обладали от рождения даром, он постепенно вернется. Может быть, не в том объёме, как раньше, но частичное восстановление наверняка будет. Артефакт лечит и восстанавливает свою хранительницу. Пока он спал, но после вашего введения в род его действие усилится.

Вот оно что! Оказывается, он уже действует. Наверняка это благодаря кольцу ко мне уже вернулась искорка магии. Я с благодарностью провела пальцем по перстню. Вот уже неожиданный бонус от этой в остальном малоприятной ситуации.

– Раз вы согласны вступить в брак с открытыми глазами, без иллюзий, то не будем откладывать. Сегодня я представлю вас всем в замке, как свою невесту, а завтра свадьба.

Я просто опешила от такой скорости:

– Это не слишком быстро?

– А зачем тянуть? Сегодня закажем свадебное платье, слуги начнут готовить часовню и всё необходимое к праздничному ужину, и завтра я введу вас в Храм. Надеюсь, вас устроит скромная свадьба? Если нет, то потом, позже, я обещаю устроить пышное празднование в столице.

– Меня вполне устроит скромная свадьба, но…

– Леди, я введу вас в род, а наши семейные отношения, права и обязанности обсудим и выработаем уже после свадьбы. Согласитесь, что сейчас мы слишком мало друг друга знаем, чтобы реально представить, что нас ждёт.

Я согласно кивнула. Подход непривычный, но здравый. Чтобы мы не пообещали друг другу сейчас, до свадьбы, это будут лишь слова и благие пожелания. Как часто после свадьбы даже искренние клятвы оказываются невыполненными или даже невыполнимыми. Брак же в нашем случае неизбежен, потому чем скорее мы бросимся в его пучину, тем скорее поймём, что нас ждёт.

– Обещаю, что буду заботиться о вас и относиться с уважением. Надеюсь, что и вы ответите мне тем же, – сказал мой жених.

– Обещаю, – искренне ответила я.

Неплохая основа для брака. Готова думать, что даже лучше, чем иная любовь, особенно без взаимности.

– В таком случае, пойдёмте, обрадуем родственников, – Александр встал и подошёл ко мне, протянув руку.

Мысль о том, что Рей и Элида станут мне роднёй, неожиданно понравилась. Я росла в окружении детей тёти Лилиан. Тогда мы, бывало, ссорились, помладше даже дрались, но потом, когда жизнь развела нас, я иногда остро скучала по своим кузинам и кузенам.

Опершись на крепкую руку, я поднялась из кресла, и лорд Эрриа внимательно осмотрел меня.

– Это платье вам действительно идет, Глория, но всё же вы теперь моя невеста и объявить об этом стоит в чём-то более праздничном. Вы позволите его немного преобразить на мой вкус?

Я кивнула. Может быть, какая-нибудь юная барышня и обиделась на такое предложение, мне же было любопытно.

Мы подошли к висевшему на стене зеркалу, которое отражало нас по пояс. Смотрелись мы вместе не гармонично. Высокий, атлетически сложенный красавец мужчина в роскошной одежде и маленькая рядом с ним скромно одетая женщина заурядной внешности.

– А мы неплохо смотримся вместе, – неожиданно сказал Александр, и, уловив изумление в моих глазах, пояснил. – Ты такая хрупкая и тёплая на моём фоне. Только одежда не гармонирует. Но это сейчас исправим.

Он пристально всматривался в отражение, и я, воспользовавшись моментом, так же внимательно рассматривала мужчину, который завтра станет моим мужем. Мы действительно в какой-то мере делали друг другу выгодный контраст. Мой средний рост и стройная фигура на фоне высокого и мощного тела лорда казались меньше и изящней. Моя хрупкость подчеркивала силу и мощь Эрриа. Эта сила казалось особенно опасной из-за впечатления холода, исходившего от красивого лица с правильными, хотя и немного резкими чертами и тяжелым подбородком.

Контраст тепла и холода, света и темноты, тоже присутствовал. Александр Эрриа был серебристым блондином с серыми, стальными глазами. Я же была обладательницей зелёных глаз и каштановых волос, которые рядом с серебристыми прядями жениха в тени кабинета смотрелись почти чёрными.

Пока я изучала своего жениха, тот приступил к колдовству, вначале экспериментируя с цветом платья.

– Хорошо, что я в сером, – задумчиво сказал Эрриа, рассматривая то, что получалось. – С ним будет сочетаться практически любой цвет вашего платья. Так что подберём цвет под ваши глаза, сделав оттенок зелёного более светлым.

Перебрав несколько вариантов, Александр остановился на светлом голубовато-зелёном, создававшем ощущение свежести и сбросившем мне пару лет как минимум.

Затем ткань платья стала выглядеть как дорогой шёлк, покрытый изысканной вышивкой в тон. Он кивнул своим мыслям и на моём платье появился серебристо серый кант, а жилет лорда украсился вышивкой голубовато-зелёного цвета, гармонирующего с цветом моего наряда. Теперь мы выглядели парой.

– Об украшениях подумаем позже, а сейчас немного изменим причёску.

Решительно и быстро он расправился с моей косой, распустив её, с удовольствием рассматривая каштановые пряди. Затем также быстро и ловко заплел две тонкие косички от висков, закрепив их сзади и оставив остальные волосы лежать свободно.

– На Элиде когда-то натренировался, – заметив мое изумление, пояснил мужчина.

Эрриа расправил мои волосы по плечам. Потом подхватил одну мою прядку и, задумчиво разглядывая её, пропустил между пальцев.

– Какие у вас необычные волосы.

Мысленно я хмыкнула: «Разве что на фоне белобрысых Эрриа!», но вслух ничего не сказала.

Лорд Александр внимательно посмотрел на нас в зеркало и довольный результатом произнёс:

– Так значительно лучше!

Не могла с ним не согласиться. Светлое нарядное платье, распущенные волосы преобразили меня. Красавицей я не стала, но и невзрачной дамой без возраста уже не выглядела. В памяти неожиданно всплыло слово, которым когда-то называла меня комендантша нашего общежития – «миловидная». Давно меня так не называли! Я улыбнулась собственному отражению.

– Пойдёмте, леди Глория! Порадуем новостью остальных.

Пока мы шли по коридорам назад, в Голубую столовую, то больше молчали. Но это совместное молчание не тяготило. Каждому было о чём подумать. Правда, я всё ещё была в шоке от столь стремительной перемены в своем положении и будущем. Мысли метались в моей голове, как вспугнутые птицы. Так же случайно вспыхивал и разговор с Эрриа. Например, увидев легкий слой пыли на стоящей в нише статуе, я прерывала молчание, чтобы спросить:

– А почему этот коридор выглядит немного заброшенным?

– Мы здесь обычно не живем, поэтому слуг здесь не много. Это наше родовое гнездо, возведенное первым Эрриа. Мы собираемся в нём обычно лишь по каким-то ответственным поводам – свадьбы, прием в род, инициация мальчиков.

– А ваш замок большой?

– Не очень. Элида потом познакомит тебя с ним.

Я заметила, что Александр скачет в обращении ко мне с «ты» на «вы» и обратно. Я же даже мысленно оставалась с ним на «вы» и только переход на имя, который удавался с некоторым усилием, обозначал сокращение дистанции. Очевидно, что ни он, ни я ещё не осознали до конца изменение наших отношений. Хотя дорога от кабинета до Голубой столовой была не короткой, её всё же было явно недостаточно, чтобы успеть осмыслить происшедшее.

Когда мы вошли в Голубую столовую, Рей сидел с рюмкой вина, пристально разглядывая его глубины. Элида стояла спиной к нам у окна, то ли любуясь на небо, то ли о чем-то раздумывая.

– Рей, Элида. Рад сообщить вам, что леди Глория согласилась выйти за меня замуж. Свадьба состоится завтра.

Элида резко обернулась, Рей поднял голову и оба пристально стали вглядываться в моё лицо.

– Ты счастлива? – каким-то детским голосом спросила Элида.

– Не очень, – честно ответила я. – Но я уже научилась принимать неизбежное.

Рей шумно вздохнул, а на лице Элиды отразилось облегчение.

– Если что меня точно радует, так это то, что мы с тобой станем сестрами, – продолжила я.

– А я братом, – засмеялся Рей и, стремительно поднявшись, раскрыв объятия, бросился ко мне.

Но каким-то текучим, быстрым движением Александр встал передо мной на пути брата.

– Не стоит спешить, Рей. Завтра, в храме, ты сможешь поздравить новую сестру, а пока лучше отправляйся за портнихой для наших дам. Кстати, найди таких, которые смогут остаться в замке на время, чтобы сшить Глории соответствующий её новому статусу гардероб.

Рей хохотнул и хлопнул брата по плечу.

– Не волнуйся, брат, – и уже серьёзно добавил. – Рад за тебя. За вас1

Добавил он, выглянув из-за спины Александра, перекрывавшего доступ. Улыбка, адресованная мне, была искренней и какой-то родственной.

И он, и подошедшая к нам Элида, выглядели довольными и радостными. Поздравления звучали искренне, как будто наше объявление о грядущей свадьбе было обычным. Как будто о своем решении сообщает любящая пара, а не совершенно чужие друг другу люди.

Ни я, ни Александр, как я убедилась, бросив на него быстрый взгляд, когда он вновь встал со мной рядом, не считали нужным притворяться счастливыми. Не знаю, как выглядела я (скорее всего растерянной), а у лорда Эрриа был обычный для него бесстрастный вид.

– Элида, – обратился он к сестре, – я оставляю Глорию на тебя. Покажи ей замок, представь слугам, а я пока займусь остальной подготовкой, отдам распоряжения, подготовлю бумаги. Кстати, тоже подумайте, что нужно к свадьбе, чтобы я чего-то не забыл.

Отдав эти распоряжения, Александр с братом оставили нас. Мы же не спешили покинуть светлую и уютную комнату.

– Может, ещё по чашечке чая? – заговорщицки предложила Элида.

– Пожалуй! – согласилась я.

После такого трудного разговора я бы и от рюмки самогона не отказалась, но чай тоже сгодится.

Радостно улыбнувшись, девушка развернула бурную деятельность. Откуда-то выдвинула небольшой столик и поставила его к окну. Мне предложила подтащить к нему кресла, а сама принялась переносить с большого стола, где мы завтракали, всё необходимое для чаепития. Оказалось, там были не только конфеты, джем, но и не замеченные мной ранее пирожные.

Как только мы сели за импровизированный стол, Элида вновь превратилась в элегантную леди, чинно разливающую чай. Всё это время мы практически молчали. Не считать же разговором обычные вопросы: «Сливки?», «Тебе зелёный или фруктовый?», «Нет, спасибо!»

Я совсем не аристократично обхватила тёплую чашку руками (они почему-то были холодными), вдохнула тонкий чайный аромат, посмотрела на открывающийся в окно вид с бескрайним небом и пиками гор, и почувствовала, как меня отпускает напряжение, которое до этого даже не осознавала.

Я пила чай маленькими глоточками, чувствуя, как его тепло медленно согревает мою озябшую душу. Мы с девушкой молчали, не спеша наслаждаясь чудесным напитком, вкусными сладостями и завораживающим видом из окна. Не знаю, что было в голове у Элиды, а я старательно ни о чём не думала, жила мгновением покоя. Из своего прошлого я знала, что надо ценить такие минуты передышки. Уже скоро налетят тревоги, хлопоты, страхи, заботы, разочарования, оградиться от которых не удастся. Поэтому, Глория, дыши, оценивай букет вкусов, пропитывайся синевой неба и не думай ни о чём!

Но всё подходит к концу, и чаепитие тоже. Сигналом к этому стал вопрос, тихо заданный мне Элидой:

– Ты на меня не сердишься?

– За что?

– Если бы я не отбросила тогда кольцо, не отказалась стать хранительницей, то оно бы не выбрало тебя.

– Нет, не сержусь. Я ведь сама подняла его, сама подставилась под удар заклятия. Так что, не вини себя. Я-то тебя не виню, – ответила я, и задумалась: «Хотела бы я, чтобы ничего этого не было?»

И поняла, что нет. Если бы не Элида, кольцо, заклятие, то неизвестно, что ждало меня в том трактире. Не было бы этого чудесного путешествия, предвкушения открытия Закрытого Королевства, знакомства с даргами.

Меня вдруг потрясло осознание, что очередной этап моей жизни закончился и открывается что-то совершенно новое. Не знаю, что там впереди, но о том, что закончилось, жалеть не стоит. Там не было друзей, любви, свободы, только труд, заботы и короткие минуты покоя.

– Тогда я рада, что у меня завтра появится сестра! – Элида порывисто сжала мою руку, и тут же смутилась.

– И я рада! – ответила ей пожатием и улыбнулась. Она с самых первых мгновений тронула меня своей искренностью, юным обаянием, напомнив о моих младших родственниках, давно не виденных.

«Вот видишь, Глория, ты уже нашла несколько плюсов в нынешней ситуации, – мысленно усмехнулась я. – Возвращающийся дар, новые сестра и брат, и целый новый мир в придачу!» О минусах я думать не хотела. Они сами о себе напомнят. Ещё успею их прочувствовать.

Подкрепившись и успокоившись, мы отправились исследовать родовой замок. Он оказался не очень большим для таких сооружений, но совершенно неприступным. Замок располагался на узком горном плато, буквально вросший в скалы. Как я поняла, значительная часть помещений располагалась в теле скалы, над которой возвышались лишь три жилых этажа. Часть хозяйственных построек также были пристроены к скале, которая с двух сторон охватывала узкое плато. С двух других сторон, как я и предположила, глядя в свое окно, замок окружала пропасть и никаких мостов и дорог, ведущих сюда, не было видно.

Элида с увлечением знакомила с замком, показывая свои любимые места, представляя встреченным слугам как невесту лорда Александра. Мне она пояснила, что официально меня представят всем уже завтра, после свадьбы, как новую хозяйку. После одного из таких неформальных знакомств с живущими в замке людьми, Элида, отойдя от них, неожиданно призналась:

– Знаешь, я так рада, что ты сама согласилась выйти за брата. Я боялась, что будет внушение, и ты появишься уже влюбленной в него.

Она помолчала и продолжила.

– Когда на уроках магической этики нам говорили, что пользоваться ментальным даром нужно с осторожностью, я не понимала, чем плохи хорошие внушения. Чем плохо, если в результате человек будет счастлив? А сегодня, когда ждала вашего прихода, поняла.

Разъяснять свою мысль она не стала. А я представила, как живу, влюбленная в Александра, верящая в его любовь, и окружающих, знающих истину, и содрогнулась.

Мы заглянули в часовню, где завтра состоится свадьба. Она тоже находилась в теле скалы, в большой и высокой пещере. Свет из окон, пробитых в одной из стен и куполе пещеры, падал столбом в центр просторного зала с расположенными там фигурами Богини-Матери и Отца. Остальная часть помещения пряталась в полумраке. Чувствовалась древность и намоленость этого места.

– Надо украсить часовню, а то мрачновато, – скорее себе сказала Элида. Я промолчала, так как строгость и аскетичность часовни были вполне созвучны в моем представлении предстоящему событию.

Появление портних мы не пропустили. Оказалось, что портал здесь стационарный, открывается только во внутреннем дворике, месте, хорошо просматриваемом почти с любой точки.

И вторая половина дня прошла в обсуждении и выборе фасонов, примерке привезенных нарядов, среди которых было и несколько свадебных платьев. Рей видимо достаточно точно описал свою будущую сестру и все привезённые для меня вещи были почти впору, требуя незначительной подгонки. Мерки Элиды у портних наверняка были, потому несколько готовых нарядных платьев для неё даже подгонки не требовали. Хотя Элида высказала свои пожелания по перемене декора, так что портнихам придётся напряженно поработать всю ночь.

Покидая нас, в первую очередь Рей предложил определиться со свадебным платьем для меня, и с этого мы и начали. На выбор мне были предложены несколько заготовок: красное, по традициям имперских аристократов, парочка белых, как принято у всех остальных для девушек, выходящих замуж впервые.

Красное мне показалось слишком дерзким для свадьбы. Красный цвет будоражил и тревожил, чего мне не хотелось в и без того тревожные мгновения. Белый, цвет невинности и юности, я с собой также не связывала.

Портниха миссис Кора Крами, почувствовав мои сомнения, предложила померить наряд цвета слоновой кости, внешне строгий и скромный по фасону, но сшитый из просто роскошной ткани! Струящийся, расшитый цветами в тон шёлк казался тёплым и невесомым, как свет. Я в него просто влюбилась и выбрала его для свадьбы.

При примерке миссис Кора уточнила глубину декольте, длину юбки и прочие детали, которые предстояло изменить к завтрашнему дню, и я вздохнула с облегчением, думая, что на этом подготовка к завтрашнему дню закончиться. Мастерицы отправятся подгонять нам наряды, а я наконец смогу побыть наедине со своими мыслями.

Но оказалось, что кроме свадебного платья нужны наряды для завтрашнего утра, для обеда и для послесвадебного ужина, и, самое главное, на взгляд миссис Крами, наряд для брачной ночи! При этих словах Элида покраснела, я онемела. Спорить и объяснять, что нужды в этом нет, я не могла, а потому пришлось примерить весьма откровенные сорочки и пеньюары. Постепенно я даже вошла во вкус и вспомнила, как когда-то любила красивое бельё и наслаждалась всеми этими милыми мелочами. Так что, увлекшись, выбрала для себя практически все показанные портнихой комплекты, отвергнув только самые откровенные.

В таких приятных, но утомительных хлопотах день незаметно подошёл к концу. Увидеться со своим женихом мне удалось лишь на ужине.

Ужин прошел спокойно. Рей шутил о своем путешествии за портными, Элида делилась впечатлениями о планируемых нарядах, мы с Александром в основном молчали, лишь иногда отвечали на реплики или вопросы. После ужина Александр предложил мне вновь пройти в кабинет, чтобы обсудить пару вопросов.

Спорить я не стала, но шла с тяжелым предчувствием. Хотя представить, что именно меня пугает в предстоящем разговоре, не могла.

Кабинет с горящим камином выглядел даже уютно и устроившись в кресле я предпочла смотреть на языки пламени, а не в лицо лорда. Но своей первой же фразой он сумел меня огорошить и привлечь внимание:

– Прежде чем вступать в новые отношения, нам надо закончить с прошлыми.

– А разве между нами уже есть отношения, которые необходимо закончить?

– Конечно! Какая у вас короткая память, леди, – скупо улыбнулся Александр. – Вы на меня работали. Уже забыли?

– Действительно! Но я ведь уже не компаньонка Элиды?

– Разумеется. Но я с вами не рассчитался. Как вы предпочитаете: получить наличные или мне перевести деньги на ваш счет? Если да, то в какой банк?

Я расслабилась. Тема нашего разговора оказалась неожиданно приятной, хотя сумма вряд ли могла быть слишком большой. Ведь как раз перед моим беспамятством и прекращением путешествия лорд Эрриа выплатил неплохой аванс, а тут и работа моя подошла к концу. Получить наличные и подержать в руках блестящие кружочки очень хотелось. Как-то когда деньги переходят со счета на счет трудно поверить в их реальность. Но высказывать недоверие Эрриа у меня не было оснований. Прежде чем решать, что лучше, решила уточнить сумму. Она оказалась неожиданно большой. Увидев удивление на моем лице, лорд Александр пояснил:

– Я включил стоимость обещанного вам портала до столицы Империи. Теперь вы им уже не воспользуетесь. В будущем свои путешествия будете осуществлять уже как моя супруга. И должен сразу предупредить, что это будет не часто. Большую часть времени вам предстоит жить в моем поместье.

– Здесь? В горах? – место, конечно, было живописным, но очень уж напоминало ссылку.

– Нет, ну что вы! В моем личном поместье. Оно значительно южнее и не в таких диких местах.

Уже легче.

– Но об этом мы поговорим потом? Согласны? Честно говоря, я пока сам плохо представляю нашу семейную жизнь, – с неожиданным вздохом признался Александр.

Я согласно кивнула. Тема нашей будущей семейной жизни откровенно пугала и хотя обсуждать её стоило, но совершенно не хотелось. Пока мы не говорили об этом, можно было сделать вид, что ничего и не будет. Говорить о деньгах было куда приятней. Тем более то, что я вступаю в брак со своим, пусть и не большим капиталом, давало мне чувство уверенности.

– Знаете, я бы предпочла треть суммы получить наличными, а остальное положить на мой счет в гномьем банке. Кстати, а как в браке будет обстоять дело с моей собственностью? Я хотела бы увидеть брачный контракт.

Обсуждение брака через юридические термины далось мне легче. Это напоминало привычные для меня трудовые контракты, которые я заключала со своими работодателями.

– Всё, что принадлежало вам до брака, останется в вашей личной собственности, – успокоил меня Эрриа. – Рей сейчас пишет наш брачный контракт. Завтра, думаю, закончит, и я дам вам с ним ознакомиться. Если что-то вызовет вопросы, обсудим. В своей имущественной части он будет довольно стандартным. Я продолжаю распоряжаться всем принадлежащим мне имуществом, выделяя вам содержание, которым распоряжаетесь вы. В случае рождения детей содержание увеличивается. Если бы не необходимость прописать некоторые вещи, которые касаются вас, как Хранительницы, я бы просто взял стандартный брачный контракт, проставив только нужные суммы.

Звучало для меня несколько туманно, так как стандартные для Закрытого Королевства брачные контракты я не знала. А если учесть ещё и особые пункты для хранительницы, то и вовсе результат был непредсказуем. Но сохранение прав на личную собственность обнадеживало, так как гарантировало хотя бы минимальную свободу выбора. Знала я семьи, где жена сама даже в «Шоколадницу» зайти не могла, не говоря уж о покупке платья.

– Хорошо. Надеюсь, мне удастся его увидеть до заключения брака.

– Разумеется.

Лорд Александр открыл сундучок, стоявший перед ним на столике, и отсчитал у меня на глазах оговоренную сумму в приятных золотых кругляшках. Сложив их в замшевый мешочек, передал его мне, глядя серьёзно и пристально:

– Вот и всё. Больше вы на меня не работаете. Теперь, леди Глория, вы только моя невеста.

Мне понравилась эта его щепетильность, но на слове «невеста» сердце ёкнуло. Если бы было возможно, предпочла бы оставаться служащей у семейства Эрриа. Лорд Александр в качестве работодателя нравился мне значительно больше, чем в роли жениха, а тем более мужа. Хладнокровный, сдержанный, кажется даже безэмоциональный, – это не то, что девушка мечтает увидеть в супруге. Хотя в моем случае эти качества для жениха предпочтительней. Представив этого сильного и могущественного мужчину, пылающего чувствами, я содрогнулась. Не важно, была бы это любовь или неприязнь, для меня это было бы равно губительно.

Даже выведя за скобки могущество ментального мага, одного его превосходства в статусе, богатстве, связях хватило бы, чтобы полностью подчинить меня. Его холодность позволяла мне хотя бы дышать свободно. Стремление лорда Александра обеспечить мне хотя бы минимальную свободу выбора я оценила. Оно дарило мне надежду на то, что брак наш будет хотя бы терпим.

Убрав мешочек с заработком, я спросила:

– Это всё, что вы хотели обсудить? Я могу идти? – оставаться наедине с лордом Александром мне не хотелось. Видимо, и ему тоже, так как он с явно видимым облегчением подтвердил, что это всё, и я могу распоряжаться этим вечером по своему усмотрению.

Я встала, но вдруг сообразила, что сама дорогу не найду и растерянно посмотрела на Александра. Просить его проводить меня до моей комнаты не хотелось, но сама буду блуждать долго.

Видимо, догадавшись о моем затруднении, мужчина на мгновение словно ушёл в себя, а потом сказал:

– Сейчас за вами придёт служанка, она вас проводит.

И действительно через пару минут в комнату вошла уже знакомая мне девушка-даргиня, и замерла на пороге в ожидании приказа.

– Мирриам, ты согласна на время стать личной служанкой леди Глории? – обратился к ней Александр.

Та кивнула, дружелюбно улыбнувшись мне.

– Если она вас не устроит, то позже сможете заменить её другой девушкой по вашему выбору, – обратился уже ко мне лорд Эрриа. – А пока она будет сопровождать и служить вам. Я поставлю на вас временную связь, и если Мирриам будет нужна, достаточно будет просто мысленно позвать её.

Девушка подошла ко мне поближе, и я увидела, как ниточка заклинания сорвалась с пальцев лорда и связала нас.

После этого мы отправились с ней к моей комнате. Мне не хотелось сейчас никого видеть и вести пустые разговоры. Говорить о серьёзном тем более не хотелось. Пока мы шли, Мирриам поясняла мне дорогу, что, накладываясь на уже проведенную Элидой экскурсию, помогало чуть-чуть сориентироваться в новом для меня доме.

Поймав себя на мысли о замке, как своем новом доме, я мысленно улыбнулась. Как быстро приспосабливаешься к хорошему! А возможность сказать о чём-то «мой дом» относилось к последнему. После смерти матери и продажей тётей отцовской лавки, которая одновременно служила жильем нашей семьи, собственного дома у меня не было. Если завтра я войду в род Эрриа, этот суровый замок станет и моим родовым гнездом.

Эта мысль мне понравилась, и я на ходу прикоснулась рукой к камню стен. Мне показалось, что замок откликнулся дружелюбным интересом. Но скорее всего, это лишь почудилось.

– Мирриам, ты действительно не против служить мне? – решила прояснить я.

– Конечно. Вы ведь завтра станете женой нашего лорда, и, значит, первой леди рода.

– Но я человек. Тебя это не раздражает?

– Нет, у вас очень приятная аура.

Я даже приостановилась, желаю понять этот довод.

– Приятная аура? Вы что, людей оцениваете по ауре?

– Ну да. Я не могу чувствовать ваших эмоций из-за наложенной на вас защиты, но вижу эмоциональную ауру. Говорят, обычно у людей она довольно грязная при встрече с нами, – девушка непроизвольно сморщила нос. – Из-за этого мы с вами дел стараемся не иметь. Уж очень вы интенсивно чувствуете! Если же эмоции ещё и неприятные…

Действительно, они же все эмпаты! Представив, какие волны страха, вожделения, любопытства обрушиваются на даргов в наших землях, я поняла, почему они нас избегают.

– Вы можете называть меня Мирри, – продолжила девушка, – и звать в любое время.

Я кивнула, дав понять, что приняла это к сведению. Служанок у меня до этого не было, и привыкнуть в любой момент прибегать к чьей-то помощи ещё предстояло. Поэтому придя к себе, я отпустила Мирри и попыталась найти занятие на оставшийся вечер.

Вначале я взялась за книгу, которую читала вчера. Неужели только вчера?! У меня было ощущение, будто между прошлым вечером и сегодняшним прошла неделя, так разительно поменялось моё положение. Утром я выходила из комнаты отставной компаньонкой хозяйской сестры и мысленно прощалась с понравившимися мне людьми, а вернулась почти хозяйкой этого замка и почти родственницей моей подопечной.

Сосредоточиться на чтении никак не удавалось. В голове всплывали обрывки сегодняшних впечатлений: лица, слова, взгляды. Мои мысли метались между ними, с равной серьёзностью обдумывая: «Не зря ли я выбрала для домашнего платья сиреневый шёлк?» и «Почему Рей так улыбался, поздравляя нас с помолвкой?».

Чувствуя, что книга не отвлечет меня от пустых раздумий, а додуматься сейчас я могу до многого, решила найти себе какое-нибудь занятие. Прибирать в комнате на ночь глядя было как-то глупо, да и не по статусу, хотя именно уборка всегда помогала мне в прошлом успокоиться и привести мысли в порядок. Но похоже теперь протирать пыль и мыть полы собственноручно мне вряд ли придется. Представила реакцию лорда Александра на меня, моющую полы в замке, и хихикнула.

Но заняться чем-то было необходимо. Внутри поселилось беспокойство, которое не давало мне оставаться на месте. Тогда я решила разобрать свои сумки и разложить вещи из них. Похоже, в ближайшие пару дней уезжать отсюда не придется.

Это обеспечило меня делом на час и немного успокоило. Затем я решила написать тёте Лилиан письмо с сообщением о переменах в моей жизни. Тётя оставалась единственным человеком из прошлого, с которой я сохранила связь. Когда после своего исчезновения из Академии я спустя полгода собралась с духом и написала о своей жизни в провинции, она ответила очень сердитым письмом. Сердилась она не на то, что я не оправдала её надежд (чего я опасалась), а на моё молчание. В весьма доступных выражениях она объяснила мне, какое свинство оставлять в неведении свою старую тётушку о судьбе её единственной племянницы. Она дала мне понять, что я всегда могу рассчитывать на неё и даже если я «вступила на путь порока», то по-прежнему остаюсь её племянницей. И она, как моя тётя, должна иметь возможность «вправлять мне мозги» и помогать «глупой девчонке».

Тогда мы установили правило, что как минимум раз в две недели я обязательно писала ей хотя бы совсем коротенькое письмецо. Ответы от неё такой же регулярностью не отличались в большей степени из-за того, что став нянькой, я часто меняла адреса. Но когда я подолгу жила на одном месте, тётя с радостью сообщала мне о переменах в жизни соседей, кузин и кузена, появлении новых племянников и племянниц. Так что, даже не бывая в Инте, я была в курсе местных новостей. А теперь была моя очередь потрясти её сенсационной новостью о предстоящем замужестве. Но каждый раз, когда доходила до этого, моя рука замирала или начинала неосознанно чёркать и ронять кляксы, портя до этого аккуратный лист.

После нескольких неудачных попыток поделиться с тётушкой судьбоносной новостью, я махнула рукой и малодушно решила ограничиться пока частью истории: что я уже не работаю на маркиза Брифина, но живу в Закрытом Королевстве, и в ближайшее время отсюда уезжать не планирую. Закончила письмо уверениями, что у меня всё в порядке, я здорова и не похудела, и пожеланиями всяческого благополучия ей и всему многочисленному тётушкиному семейству. Запечатав письмо, сделала себе мысленную заметку не забыть завтра отправить его через Рея или Александра.

За окнами к этому времени наступили сумерки, а потом и загорелись звёзды, но спать я по-прежнему не хотела. Отступившее на время беспокойство вновь накинулось на меня, как голодный пёс. Даже ванна с лавандой не справилась с ним. Попытки игнорировать тревогу не помогли. В то время как разум был у меня холоден и спокоен, внутри всё скручивалось в тугой узел и тихо ныло.

Тогда я решила признать свои страхи и справиться с ними при помощи рацио. Чего, собственно, я опасаюсь, что меня тревожит? Попробую озвучить все ждущие меня ужасы. Обычно это помогало. Разобрав тревожащую меня ситуацию по косточкам и прикинув самые печальные завершения возможных событий, обычно я убеждалась, что смогу пережить их. И хотя бы немного успокаивалась, заняв мысли выработкой различных стратегий на будущее, должных смягчить или даже избежать наиболее неприятных вариантов развития событий.

Обычно, но не в этот раз. Стоило мне задать себе вопрос «Чего же я боюсь?», как из подсознания выскочили тысяча и один вариант того, что меня пугало.

Вдруг меня запрут в этом замке, и я больше никогда его не покину? Вдруг меня решат ввести в высший свет Закрытого Королевства, и я опозорюсь? Как я справлюсь с ролью хозяйки поместья, вдруг слуги будут смеяться надо мной и подстраивать пакости? Вдруг Александр захочет меня, а я его нет? Вдруг я захочу его так, что потеряю голову, а он меня нет? Вдруг за его холодностью прячется маньяк, наслаждающийся болью и унижением жертвы?

Поймав себя на том, что старательно воображаю всё более мрачные сексуальные сцены с собой и женихом в главных ролях, постаралась завершить этот экскурс в подсознание. И это мне почти удалось, вот только тело стала сотрясать дрожь. Я подошла к окну, надеясь, что красивый ночной пейзаж за стеклом отвлечёт меня. Но увы! Тревога лишь нарастала. Я присела на широкий подоконник, обхватила себя руками, пытаясь справиться с дрожью. Камень на сердце, который до этого я воспринимала как художественный образ, сейчас ощутимо давил, не давая дышать.

– Чёрт! Что здесь так темно? Где вы, Глория? – вдруг раздался голос Александра и в комнате вспыхнули светильники, освещая его непривычно растрёпанную фигуру.

Обычно закованный в костюм и застёгнутый на все пуговицы, сейчас Александр был в одной рубашке с расстёгнутыми верхними пуговицами и домашних мягких брюках. Больше того, на белоснежной рубашке были видны несколько тёмных пятен и судя по запаху от вина. Выглядел он настолько непривычно, что я оказалась в состоянии даже спросить его:

– Вы пьяны?

– Да, немного, – с лёгким сожалением сказал он. – У нас мальчишник перед свадьбой.

– И вы пришли за мной? – потрясенно переспросила я.

– Нет, – хмыкнул Александр, – вам там не место. Я почувствовал твою тревогу. Сильные эмоции пробивают защиту, и если я почувствовал тебя, значит дело серьёзное. Твой предсвадебный мандраж принял опасные формы.

Говоря это, он подошёл ко мне, всё ещё сидящей на подоконнике, подхватил на руки и как куклу перенёс в кресло. В его действиях не ощущалось никакого сексуального подтекста. Он переносил меня скорее как вещь, которую нужно переставить в более подходящее место. Но тепло его тела помогло справиться с дрожью, согрело меня. Когда он оставил меня в кресле и отошёл к кровати в поисках, как оказалось, пледа, я еле справилась с желанием попросить его об объятиях. Мне просто хотелось тепла, оно прогоняло тревогу.

Он укутал меня в плед и спросил:

– Как же тебе помочь? Я бы мог убрать тревогу, но сейчас всё же слишком пьян, чтобы заниматься такой тонкой ментальной магией. Девичник тебе устраивать не с кем. Спаивать Элиду я не позволю, а другой компании для тебя нет.

– Мне бы какое-нибудь снотворное, – предложила я.

– Точно! Вначале я дам тебе какой-нибудь успокаивающий отвар, а потом усыплю.

– Можно сразу усыпить.

– Не-е-ет! – с немного пьяной интонацией не согласился Александр. – Если усыпить сразу, то будут сниться кошмары. Сейчас, подожди!

Он мгновенно исчез, оставив меня бездумно смотреть на место, где только что находился. Плед и кресло согрели, внезапное появление и исчезновение жениха отвлекли от мрачных мыслей, мне стало чуть легче.

Через пару минут в комнате вновь материализовался мой жених, ещё более встрёпанный и с новыми пятнами на белой рубахе. Я не подозревала до этого, что лорд Александр может выглядеть так, почти человечным, без обычного для него пугающего совершенства. Даже явственный запах алкоголя, исходивший от него, успокаивал меня. Видно, он также нервничал перед завтрашним днём и снимал тревогу привычным для мужчин способом.

Александр налил в стакан воду из стоявшего рядом с кроватью кувшина, и накапал туда какого-то отвара из принесённого с собой пузырька. Я видела, что кроме трав там есть немного лечебной магии.

– Выпейте, Глория, и у вас останется минут пятнадцать приготовиться ко сну. Потом вы будете не в силах пошевелиться, так что к этому времени должны оказаться в постели, и я применю сонное заклятье.

Я послушно выпила и прихватив халат, направилась в ванную, а Александр отошёл к окну. И стоял, глядя на звёзды, до тех пор, пока я не окликнула его, уже лежа в постели. Честно говоря, я чувствовала себя немного неловко, лежа в одной сорочке под одеялом, и подзывая к себе жениха. Но по его взгляду не видно было, что он ощущает двусмысленность ситуации.

– Готовы?

Я кивнула. Александр сформировал заклинание и запустил его в меня. Не прошло и пары мгновений, как я отключилась.

Утром я проснулась в состоянии мрачной решимости. Предстоящая свадьба меня не радовала, но я запретила себе бояться. «Избежать судьбы всё равно не удастся, пройду этот день до конца достойно! Никто не увидит моей слабости», – настраивала я себя, лежа в постели. Пойти в разнос как вчера мне не хотелось. Тем более, что сегодня я почти всё время буду на глазах у даргов, и если вдруг сорвусь, то все увидят мой страх и слабость.

И действительно, только эти утренние мгновения я была наедине с собой. Уже скоро появилась Мирри, принесшая подогнанное за ночь одно из новых платьев, и с этой минута началась суета.

Завтракали мы с Элидой без мужчин. То ли вчера мальчишник у них затянулся, то ли они уже включились в дела, не знаю. Во время завтрака было видно, что и Элида волнуется, думает о чём-то своем. По внезапно задаваемым вопросам стало ясно, что её занимает вопрос украшения часовни и замка в честь такого значимого события, как свадьба главы рода.

Я даже заволновалась – не ждут ли гостей? Может быть, у Эрриа свои представления о камерной свадьбе. Но из моих осторожных вопросов выяснилось, что нет, на свадьбе будут только те, кто в замке.

– Ну, почти, я так думаю, – с ноткой сомнения произнесла девушка. – Как я знаю, даже портниху с её мастерицами за пару часов до события вернут в столицу. Мерки они уже сняли, дошьют там. Поэтому они должны закончить всё самое необходимое до возвращения.

Так что сразу после завтрака мы с Элидой отправились к миссис Крами с мастерицами. Элида с её единственным праздничным платьем освободилась сравнительно быстро, а я оказалась в плену портних до самого обеда.

На обеде все, кроме Рея, нервничали. Александр пообещал после обеда дать мне ознакомиться с брачным контрактом, вместе с Элидой уточнял, есть ли у меня какие-то особые пожелания к оформлению замка, меню праздничного ужина, особенностям церемонии. Только от одних вопросов у меня голова пошла кругом и зашевелилась паника.

Поэтому решительно остановила этот допрос, заявив, что контракт обязательно прочитаю, а во всем остальном полностью им доверяю, так как просто не знаю ни кухню, ни цветы, ни традиций Закрытого Королевства.

Услышав это, Элида потянула меня на экскурсию в кухню, чтобы я продиктовала кухарке рецепт любимого десерта или просто одобрила выбранные ею блюда.

Я успела ознакомиться только с половиной, когда за мной пришла Мирри, передав пожелание лорда Александра явиться к стационарному порталу. Там как раз отправляли в столицу миссис Крами с командой. Такая известная портниха даже ради лорда Эрриа не могла оставить надолго своих клиентов.

Я искренне благодарила за чудесные платья, которые только её мастерство могло создать за такие короткие сроки. Она заверяла, что счастлива работать для будущей леди Эрриа, и всё остальное я получу в самое ближайшее время.

Это соревнование в любезности продолжалось почти до того самого мгновения, когда вышедшие в центр внутреннего дворика женщины исчезли в воронке портала.

Я думала, что Александр вызвал меня сюда именно для проводов портних. Хорошие отношения с талантливым мастером важны, не всё решают деньги, и выказанная вежливость в моём случае вдвойне необходима. Именно миссис Кора будет первой, кто заочно познакомит со мной светское общество столицы.

Такую сенсационную новость, как брак даргского лорда и бедной человеческой женщины, в салоне миссис Крами будут подавать, как изысканный деликатес самым важным клиенткам. От того, в каком настроении портниха покинула замок, будет зависеть насколько подробным и доброжелательным будет этот рассказ.

Но оказалось, что лорду Александру эта мысль в голову не приходила, и пригласил он меня сюда вовсе не для этого.

– Я знаю, что свадьба для женщин очень важна. Мне жаль, что ваша, Глория, проходит так скромно и быстро. Я подумал, что может быть вы хотите кого-то пригласить на неё?

От неожиданности я вначале просто онемела, а потом, преодолев комок в горле, переспросила:

– Это возможно? Насколько я знаю, в Закрытое Королевство въезд людей без особого разрешения запрещен.

Я прекрасно помнила, как долго и сложно мой прошлый работодатель мерзкий барон оформлял документы на въезд для всех нас.

– У меня есть право на несколько часов приглашать одного человека в Королевство без всяких дополнительных разрешений. Я этим никогда не пользовался, но сегодня особый случай. Так вы хотите?

– Конечно! Тётю Лилиан! Но как?!

– Она ваша родня по крови?

– Да, сестра матери!

– Отлично. Это облегчит дело. Дайте мне вашу руку и думайте о ней, – он снял перчатку и протянул мне ладонь.

Я, не мешкая, вложила свою. Почти тотчас почувствовала, а затем и увидела, как Эрриа начал плести заклинание поиска. Мне так хотелось увидеть тётю, я так старалась представить её для облегчения поиска, что даже не сразу поняла, что появившиеся в центре дворика кусочек знакомой кухни и усыпанная мукой тётушка не мираж, а открывшийся портал.

– Тётя Лилиан! – позвала я её. Тётя вздрогнула и оторвалась от теста, раскатываемого на столе.

– Глория?! – неверяще сказала она, глядя в мою сторону.

– Зовите её сюда, я долго не удержу портал, – предупредил Александр.

– Тётя, идите сюда, ко мне! – позвала я.

Тётушка, не задавая вопросов, перехватила скалку, как оружие, и решительно шагнула вперёд, ко мне. Моё сердце сжалось от щемящей нежности. Вот такая она, моя тётушка! Ради своих детей (а я для неё как дочь) она, не задумываясь, шагнет хоть в огонь, хоть в воду, хоть в не знамо куда ведущий портал.

Как только тётя оказалась в замковом дворике, мы бросились друг к другу в объятия. Родной запах, родное тепло, родные сухонькие руки. Я вглядывалась сквозь слёзы в такие знакомые черты и с грустью замечала новые морщинки, совершенно седые волосы. Как давно мы не виделись!

Также жадно тётя всматривалась в меня.

– О, я испачкала мукой твоё красивое платье, – огорченно сказала тётя, рассматривая мой наряд.

– Не важно!

– Мне, конечно, приятно, Лори, что ты так рада меня видеть, но платье явно дорогое и к нему надо относиться бережно, – говоря это, тётя нахмурилась и кинула быстрый взгляд вокруг, остановив его на лорде Эрриа.

– Лори, куда ты опять вляпалась? Что это значит?

Я представила, как всё это выглядит с её точки зрения. Я явно в дорогом, не по моим заработкам, наряде, рядом знатный красавец дарг, вокруг замковый комплекс. В растерянности я молчала, не зная с чего начать объяснения. На помощь пришёл Александр.

– Рад познакомиться с тётей моей невесты. Представь меня, Глория.

При слове «невеста» глаза тётушки потрясенно округлились.

– Лорд Закрытого Королевства Александр Эрриа, мой жених. Миссис Лилиан Вирринг, моя тётя.

Слушая титулы моего жениха, тётя смотрела всё подозрительней.

– Жених? И когда же свадьба?

– Сегодня, через несколько часов. Именно на это событие мы вас и пригласили, – любезно и слегка насмешливо сказал мой жених.

Даже не обладая его талантом видеть эмоции, я понимала, какая смесь удивления, недоверия, надежды бушуют сейчас в груди у тётушки.

– Я могу увидеть брачный контракт? – с мрачным прищуром спросила тётя. Похоже, она склонилась к недоверию и стремлению защитить меня.

– Конечно. Может быть, вы пока с Глорией отправитесь готовиться к торжеству, а чуть позже контракт принесут к вам? – предложил Эрриа. Тётино недоверие явно забавляло его, но держался он с ней очень вежливо.

Благодарность к нему переполняла меня. За одну эту встречу с тётей я готова была авансом простить часть будущих прегрешений. Теперь свадьба превращалась для меня из пустой формальности в действительно жизненно-важное событие. Мне не удалось порадовать тётю выпуском в Академии. Пожалуй, свадьба в замке со знатным даргом позволит хотя бы частично заменить тот несбывшийся триумф.

– Да, деточка, пойдём, и ты мне всё расскажешь!

Мы направились ко входу в замок, а нам на встречу уже спешила Мирри.

– Мирриам, проводи леди в её покои и передай просьбу Элиде помочь миссис Вирринг, тёте Глории, с нарядом к свадьбе. А то мы выдернули её на свадьбу совершенно неожиданно, без предупреждения.

Мирри внимательно осмотрела тётю, оценивая её фигуру, и почтительно кивнула. Она пошла впереди, показывая нам дорогу.

Глава 23. Предсвадебные хлопоты

Пока мы шли по замку, тётя внимательно рассматривала его и слуг, попадавшихся на встречу. Чем дальше мы шли, тем больше тётя хмурилась. Наконец, бросив на меня оценивающий взгляд, она не выдержала:

– А твой жених колдун? – нейтрально спросила она.

– Да, он маг, и сильный, – подтвердила я, выбрав более привычный термин.

– Он, случайно, жертвы не приносит?

От неожиданности я фыркнула. Логика тёти была ясна: такое сокровище как племянница могла разве что на жертву сгодиться.

– Нет, тётя, дарги применяют ту же магию, что и мы. А для их родовой жертвы не требуются. Она даётся им при рождении.

Тётя бросила на меня подозрительный взгляд, но комментировать не стала. Зато проведя пальцем по раме картины на стене и обнаружив пыль, строго сказала:

– Лори, ты плохо следишь за домом. У тебя пыль!

– Тётя Лилиан, это ещё не мой дом.

– Как только станет, ты должна им серьёзно заняться. Такой прекрасный замок заслуживает лучшего ухода, – тётя окинула меня сомневающимся взглядом и тише добавила. – Не знаю, Лори, сможешь ли ты построить слуг. Без этого с таким хозяйством не справиться.

Тётя замолчала и о чём-то глубоко задумалась. Она внимательно и оценивающе разглядывала интерьер и отделку замка, одежду слуг, и всё больше и больше хмурилась. Так-как время от времени она бросала взгляды и на меня, при этом грустнея всё больше, я догадалась, что мой предстоящий брак озадачивал её всё больше. И предположения, судя по грустным вздохам и тревоге в глазах, были самыми мрачными.

Но до тех пор, пока мы не достигли моей комнаты, тёте удавалось сдерживаться. Лишь только после того, как Мирриам, провожавшая нас, отправилась выполнять поручение лорда, она решила приступить к допросу. Первый вопрос меня озадачил:

– Лори, твой жених тебя любит?

– Конечно, нет!

– Слава богине! – тётя Лилиан с облегчением выдохнула. – Я уж волновалась за тебя. Говорят, эти дарги могут любому затуманить мозги, но кажется здравый смысл остался при тебе.

Хотя тётушка была совершенно права в своих сомнениях, было чуть-чуть обидно:

– Тётя, по-твоему, лорд Александр не может меня полюбить?

Она окинула меня любящим, но жалостливым взглядом, и со всей возможной для неё деликатностью пояснила:

– Лори, ты ведь себя в зеркале видела? Разумеется, любовь дело такое, что полюбить можно и совершенного урода, а ты девушка симпатичная. Поэтому утверждать с уверенностью, что твой жених не мог бы тебя полюбить, я не буду. В своей жизни я каких только странных пар не встречала. Но жениться на тебе ЛОРД Александр без веских причин не стал бы.

– Почему? – мне было просто любопытно, что она думает об этом.

– Ты и сама всё прекрасно понимаешь, Лори, но если хочешь – поясню. Не говоря уж о том, что он дарг, а ты человек без дара, даже без этого вы птицы совершенно разного полёта. Он красивый мужчина в полном расцвете сил, знатного древнего и богатого рода, а ты … – поджав губы, тётя покачала головой.

– Я его не достойна? – хотя тётя говорила то, что я и сама думала, её слова меня почему-то задевали.

Тётя Лилиан стремительно подошла и крепко меня обняла, громко сказав прямо в ухо:

– Девочка моя! Ты достойна большего!

Ответив на объятие, я всё же переспросила:

– Это как?

– Ты достойна настоящего, как у твоих родителей, – тихо сказала тётя, но, собравшись, продолжила более бодрым голосом. – Ты у меня не охотница за титулом и богатством, так что отвечай, в чём дело?

Без излишних деталей я рассказала, что спасла жизнь сестре лорда Александра, Элиде и невольно стала хранительницей их родового артефакта. Так что у Эрриа оставался один выход – ввести меня в род через брак.

– Понятно. Что же, честная сделка неплохая основа для брака, иногда даже лучше, чем любовь. – философски заметила успокоенная тётя. – Кто знает, может и выпадет тебе кусочек счастья.

– Только кусочек?

– Это уж зависит от вас. Всё-таки я хочу увидеть твой брачный контракт. А тебе, наверно, пора готовиться, приводить себя в порядок, – заволновалась тётя.

– Сейчас подойдет моя служанка, – сказала я и первый раз мысленно позвала «Мирри!».

Тётя прошлась по комнате, рассматривая её и спросила:

– Значит, ты будешь жить не здесь? В другом поместье?

– Да. Александр сказал, что оно расположено южнее и в более обжитых землях.

– Но ты всё-таки и про этот замок не забудь, наведи порядок. – Глядя на бескрайнее небо за окном, она неожиданно мечтательно вздохнула. – А мне он нравится. Похож на гнездо дракона из детских сказок, где из любого окна можно полететь.

Она, продолжая глядеть на небо, смешно раскинула руки, имитируя полёт, и я вдруг увидела вместо сухонькой старушки девочку-подростка, любящую истории о драконах. Когда я была маленькая, она часто рассказывала их. Но тётя для меня всегда была взрослой и до этого мига я не думала, что и она когда-то была ребёнком, верящим в чудеса. Сердце сжалось от нежности.

Раздался стук в дверь и после моего «Войдите!» в комнату вошла целая делегация: Мирри, лорд Рей, принесший контракт, Элида вместе с незнакомой пожилой драгиней, чем-то неуловимо напомнившей мне тётю.

Я представила брата и сестру Эрриа, а Элида назвала даму, пришедшую с ней. Это оказалась местная экономка, которая хотела сама рассмотреть тётю, чтобы представлять, какой размер платья нужен.

На её пристальный оценивающий осмотр тётя ответила вызывающим взглядом, гордо вскинув голову и подобравшись. Я вспомнила, что часть критических высказываний об уходе за замком были сделаны ещё при Мирри и они, видимо, уже дошли до экономки.

Но до схватки дело не дошло, хотя казалось, всё было на грани. Дама Ригина, как представили экономку, кивнула своим мыслям, и сказав, что всё поняла и платья для гостьи через полчаса принесут, нас покинула.

Лорд Рей передал брачный контракт и предложил с ним ознакомиться. В ответ на его белозубую улыбку тётя Лилиан неожиданно слегка зарумянилась, принимая из рук красавца-дарга бумаги. Видно, даже на мою стойкую тётю подействовало знаменитое даргской очарование. Но всё же стойкая дама готова была бороться за мои интересы даже с даргами, и строго отметила:

– Это юридические документы, молодой человек, а не роман. Мне нужно время, чтобы с ним тщательно ознакомиться.

Поняв намёк, Рей откланялся, сказав, чтобы его позвали через Мирри, когда будем готовы обсудить и подписать документ.

Элида, доброжелательно улыбаясь, честно призналась, что хотела увидеть женщину, воспитавшую меня.

– Лори так часто вас вспоминала. Я от неё постоянно слышала «Как говорит тётушка Лилиан», поэтому не могла удержаться, чтобы вас не увидеть.

Тётя вновь польщенно зарделась.

– Лори, до свадьбы осталось не так много времени. Поэтому всё-таки начинай готовиться, сейчас придет ещё одна служанка в помощь Мирри, чтобы заняться тобой, – напомнила Элида. – Я тоже пойду готовиться. Если что-то будет нужно, передай через Мирри.

После ухода Элиды Мирри пошла готовить мне ванну, а тётя заметила:

– Сестра твоего жениха приятная девушка. Повезло тебе с ней. И хорошо, что ты выходишь замуж не за этого красавчика.

– Слишком хорош для меня? – со смешком уточнила я.

– И это тоже. Но главное, что он ещё не нагулялся. Пока он будет плохим мужем для любой серьёзной девушки. Иди, купайся, а я пока изучу контракт. Дай мне только бумагу и ручку, чтобы можно было сделать пометки.

Так мы и сделали. Я наслаждалась ванной с травами, солями и прочими процедурами. Как я слышала краем уха, тёте в это время принесли несколько нарядов на выбор, и она отложила парочку платьев.

Я вышла из ванной комнаты чистая и умащённая чудесными кремами, сделавшими кожу бархатистой, сияющей, пахнувшей неведомыми цветами. И прежде чем перейти к следующим процедурам, спросила у тёти, что она думает про контракт.

– Хороший контракт. Муж назначил тебе очень щедрое содержание и прав в браке оставляют тебе не меньше, чем обычно. Единственные ограничения связаны с поездками и общением с членами рода. Ты не можешь выезжать из Закрытого Королевства и один из членов рода всегда должен быть рядом с тобой.

– Считаешь, можно подписывать?

– Да, только в разделе о твоем добрачном имуществе нужно вписать твое приданное.

– А оно у меня есть?

– Конечно. После смерти твоей матери я продала ваш дом и лавку. Эти деньги отложила тебе на приданное

Это стало для меня новостью. Я думала, что эти деньги ушли на мою учёбу и прочие траты, неизбежные при воспитании ребёнка.

– Ты мне ничего об этом не говорила!

– Собралась бы ты замуж, сказала бы. А так вы молодые, глупые. Захотела бы потратить на что-то ещё. Сумма для этого рода не впечатляющая, но всё же ты не бесприданница, будет, что твоим детям оставить.

– Ты думаешь, что Эрриа оставит своих детей без наследства?

Тётя ничего не сказала, но глянула на меня так выразительно, что я словно услышала «Своих не оставит, а твоих…»

– Я желаю счастья вашему браку, но жизнь длинная, и это наследство от родителей даст тебе хоть какую-то защиту.

– Спасибо, тётя!

На этом мы прекратили обсуждение предстоящего брака, а занялись подготовкой к празднику. Теперь в ванную отправилась тётя, а Мирри занялась моим лицом, руками и волосами. Так тщательно моей внешностью никто раньше не занимался. Должна признаться, что мне это нравилось. Я расслабилась и полностью подчинилась моей служанке.

Затем к нам присоединилась тётя Лилиан и выделенная лично ей горничная. Для тёти такой уход тем более был внове, и если вначале она пыталась отказаться, то потом явно наслаждалась процедурами.

Присутствие тётушки спасало меня от тревожных мыслей, которые иначе наверняка одолевали бы перед свадьбой. Она рассказывала мне новости о своих детях и внуках, моих кузинах, племянницах и племянниках. Мне было странно, что мои двоюродные сестры, которые помнились девочками и молодыми женщинами, уже матери семейств. Я, конечно, знала об их свадьбах и прочих событиях из тётушкиных писем, но сейчас, в разговорах, это всё обретало плоть в забавных деталях, житейских проблемах, милых несуразностях.

Я так глубоко погрузилась в этот рассказ, что словно перенеслась в тётушкин дом, и удивилась: «Почему я лишила себя этого куска собственной жизни?» Только из страха увидеть жалость в глазах близких, я вычеркнула их из своей жизни и потеряла не только дар, но и семью. Я не приезжала в свой городок эти годы, а теперь уже и не смогу это сделать. Мне уже не увидеть малышку Глорию, названную кузиной Жасмин, оказывается, в мою честь. Не познакомиться с зятьями, мужьями сестер. Какая я была глупая!

За этими хлопотами и разговорами время пролетело незаметно. Дошло и до нарядов. Вначале одели тётушку в выбранное ею платье.

– Оно уже лет двадцать, как вышло из моды, – с извиняющейся интонацией сказала Мирри. – Дама Ригина достала его из прошлых запасов, но вам идёт!

И это было правдой. Серебристо-серое бархатное платье, украшенное вышивкой и кружевами, гармонично перекликалось с серебром седины тётиных прядей, оттеняло её серые глаза, подчеркивало стройность фигуры. Умелый макияж, очень деликатный и неброский, вместе с искусно уложенными волосами словно забрали у тёти десяток лет. Она выглядела теперь как знатная дама. Когда к ней поднесли зеркало, тётя вначале отшатнулась, словно не узнав себя, а затем просто прикипела к стеклу глазами, жадно разглядывая своё преображение.

Пожалуй, даже ради одного этого мгновения стоило выйти за Эрриа. Я никогда не видела тётушку такой потрясенной и счастливой. Но она быстро взяла себя в руки и повернулась ко мне.

– Так, а где же твоё платье? Пора и тебе расправить крылышки.

Мирри кивнула и словно по её знаку в комнату внесли свадебное платье. Эта кремовая сказка вызвала единодушный вздох у всех присутствующих. Тётя отошла к окну, чтобы не мешать служанкам и внимательно следила за тем, как на меня слоями надевают одежду. Признаюсь честно, что за свою жизнь в одной комнате вместе с сёстрами в детстве, с Анитой в общежитии, другой обслугой, работая в небогатых домах, я утратила чрезмерную стыдливость. То, что сейчас я надевала чулки и корсет на глазах тёти и служанок, меня особо не напрягало. Тем более, что справится с корсетом я в одиночку и не смогла бы. Так же, как и с платьем.

Чувствуя себя куклой, я послушно поднимала руки, затем продевая их в рукава, поворачивалась и замирала. Тётя, разглядывая моё красивое и очень женственное бельё, роскошное платье одобрительно хмыкала и улыбалась.

Теперь была моя очередь замереть перед зеркалом. Я никогда не была так красива! Затянутая в кремовый шёлк, моя фигура казалось особенно изящной. Тёплый оттенок светлой ткани гармонировал с цветом кожи и эффектно контрастировал с темно-каштановыми локонами.

Не успела я налюбоваться на себя, как в дверь вновь постучали, и в комнату вошла нарядная Элида. В руках она несла шкатулку, а за её спиной видна была ещё одна служанка, несущая что-то напоминающее белое облако.

– Александр передаёт тебе свадебные дары, – торжественно произнесла Элида. – Здесь в шкатулке украшения для тебя, а Юта несёт фату, в которой выходила замуж наша мама.

Тётя подошла и приняла из рук девушки шкатулку с драгоценностями. Посмотрев на меня и дождавшись разрешающего кивка, тётушка поставила её на столик и открыла. Достала и аккуратно разложила тиару, серьги и колье, сверкающие в солнечном свете. Посмотрев на это великолепие, тётя довольно улыбнулась и сказала:

– Девочки, с этим вы справитесь сами, а я пойду к лорду Рею. Надо внести поправки в брачный контракт перед тем, как ты его подпишешь.

Тётушка подхватила свои заметки и, кивнув служанке, решительно двинулась на выход.

– Вы найдете Рея в библиотеке, – пояснила Элида.

Проводив взглядом ушедших, девушка добавила:

– Она точно такая, как ты говорила. Похожа немного на мою тётю Эухению – строгая, но добрая. Ты с ней познакомишься, когда мы поедем в столицу.

– А я думала, что в вашем роду нет других женщин.

– А она после того, как вышла замуж лет двести назад, уже не в нашем роду, а в семействе Агуэро. Тоже очень влиятельный род. Как тебе подарки Александра? – переключилась Элида.

Я подошла поближе к разложенным драгоценностям. Ярко сверкали изумруды и небольшие, обрамляющие их алмазы. Украшения смотрелись легкими, изящными и какими-то весенними.

– Очень красивые! – искренне сказала я.

– Ты позволишь помочь? – взяв в руки серьги, спросила девушка и дождавшись согласия, продела их в мои уши. Затем надела колье и подвела меня к зеркалу. – Ну как?

– Чудесно!

– У тебя глаза, как эти камни, – улыбнулась Элида. – А я думала, почему брат выбрал именно этот комплект. Думала, он подарит жемчуг. Так, а теперь займемся фатой и тиарой. Садись!

Я послушно села и отдалась во власть Мирри и Элиды, которые закрепляли на моей прическе фату и тиару. Фата, сделанная из каких-то прямо-таки лунных кружев, была, несмотря на длину, очень лёгкой, почти невесомой.

Я чувствовала себя сказочной принцессой! Мне было немного неловко, но пришлось признаться, что считая себя трезвой и практичной, я ошибалась. Тщеславие и слабость к свадьбам, оказывается, были свойственны и мне. Как ни глупо было в моих обстоятельствах придавать значение этой мишуре, но красивое платье, фата, драгоценные украшения, восхищение в глазах других женщин, доставляли мне радость.

Не успела я насладиться своей долей комплиментов, сделать несколько кругов по комнате, привыкая к платью, обуви, фате, как Элида, на минуту словно прислушавшись к чему-то, сказала:

– Брат говорит, что пора. Ты должна вначале подойти к Рею, подписать контракт, а потом он тебя проводит в часовню.

Сердце у меня ёкнуло, но я отогнала подступающую панику, сосредоточившись на том, как я дышу, иду, двигаюсь. Главное не наступить на подол своего прекрасного платья, не запнуться, не свалиться с каблуков, не зацепить кольцом нежную, как лунный свет фату.

Так, почти на автомате, я дошла вначале до библиотеки, где Элида передала меня с рук на руки тёте и Рею. Здесь мне предстояло подписать брачный контракт. Я сделала попытку прочесть хоть что-то, но буквы скакали и не складывались в слова. Я решила довериться тёте и подписала контракт, не читая. Увидела, что подпись Александра уже стоит и поставила рядом свою закорючку. В качестве свидетелей вслед за мной поставили подписи тётя и Рэй.

Закончив с юридической процедурой, улыбчивый Рей предложил руки мне и тёте. Не знаю, как она, но я нуждалась в поддержке. От волнения я не чувствовала ног и плохо соображала. Все мои силы уходили на то, чтобы выглядеть невозмутимой, а не бежать, повизгивая, прятаться в какую-нибудь тёмную норку.

Видимо, ощущая мою тревогу, Рей не пытался разговаривать со мной, а развлекал тётю рассказом о замке. Я не вникала в его слова, но дружелюбный голос Рея и любопытный тётин немного успокаивали меня.

Так незаметно для меня и слишком быстро мы дошли до часовни, откуда доносился лёгкий гул голосов. Мы переступили порог и на минуту остановились, чтобы перестроиться. Теперь я стояла в центре, а тётя и Рей по сторонам, держа каждый за свою руку. Выглядело это, наверно, забавно, словно меня пытаются удержать от побега.

Я обратила внимание, как преобразилась часовня. Цветы, зажженные светильники сделали помещение нарядным и торжественным, а заполнившие люди словно бы меньше.

– Откуда здесь столько народа? – несколько нервно спросила я.

– Это все, кто живет в замке – воины и слуги. Ещё несколько гостей из родственников и приближенных к роду прибыли сегодня порталом. Всё-таки женится глава рода. Положение обязывает. = пояснил Рей.

– Выше нос, девочка моя! – подбодрила с одной стороны тётя.

– Не дрожи, Глория. Дамы, вперёд! – скомандовал с другой стороны Рей. – Шагаем! И раз! И два!

И мы пошли. Лица оборачивающихся ко мне людей сливались в светлые пятна, голоса слышались как неровный гул. На минуту голова у меня закружилась, показалось, что сейчас упаду. Словно почувствовав это, стоящий впереди Александра обернулся ко мне и словно послал волну уверенности. Впрочем, почему словно? Учитывая ментальные способности даргов, скорее всего он это и сделал. Мне стало легче, и я с поддержкой тёти и Рея дошла до жениха. Александр взял мою руку, а мои спутники отошли к остальным гостям церемонии.

Жрец начал произносить какие-то слова, но я не могла понять их, словно они звучали на незнакомом языке. Наконец Александр трижды сказал «Да!» в ответ на вопросы жреца и выжидающе повернулся ко мне. Я послушно повторила трёхкратное «Да» и Александр подвёл меня к статуе Богини-Матери, у ног которой в чаше горел священный огонь.

Александр достал из висевших на поясе ножен кинжал и отрезал кусочек своей пряди. Потом повернулся ко мне и спросил:

– Вы позволите? –

Я кивнула. Он взял в одну руку мой локон и отхватил его кончик, передал мне получившуюся прядку и шёпотом пояснил:

– Сейчас одновременно кинем их в огонь, принося жертву Богине, чтобы она благословила наш брак.

Мы вместе протянули над чашей руки и уронили в огонь прядки. Неожиданно бывшее до этого маленьким огоньком пламя вспыхнуло и рванулось вверх, охватывая наши руки. Только шок помешал мне отшатнуться. Пламя тёплым языком лизнуло наши запястья и опало. Но теперь наши руки светились огнём в том месте, где их касалось священное пламя. На миг я почувствовала острую боль, которая быстро исчезла.

Какой странный обряд и брачная магия! Ожидая пояснений, посмотрела на Александра. Судя по потрясению, с которым он продолжал рассматривать наши руки, это было не запланированное дополнение к обряду. Наконец он словно очнулся и повернулся к стоявшим за нашими спинами Элиде и Рею. Элида держала в руках поднос с брачными браслетами. Они смотрели на наши руки с таким же ошеломленным видом.

– Рей, очнись! – требовательно сказал Александр. – Не обязательно, чтобы остальные знали о благословении Богини.

Рей кивнул и передал Александру браслет, который тот надел на мою руку. Сияние к тому времени погасло, а на запястье проступил узор, имитирующий браслет. Настоящий золотой ободок как раз прикрыл его.

Затем я взяла из рук Элиды парное украшение и надела его Александру, прикрывая такой же проступивший узор.

Александр поднял наши руки вверх, демонстрируя всем присутствующим в храме наши брачные браслеты. Раздался радостный гул, тётя промокнула глаза и я поняла, что стала супругой и леди Эрриа.

Александр наклонился ко мне и быстро поцеловал. Задумывался поцелуй, видимо, как формальный, но ожёг меня как печать, пробежав огнём и дрожью по всем моим жилам.

На этом обряд не кончился. Крепко держа за руку, Александр повёл меня куда-то вглубь часовни. При своём прошлом посещении в этот конец меня не водили, и потому каменная голова дракона в натуральную величину стала для меня шокирующим сюрпризом.

В мерцающем свете живого огня, горевшего перед нею, голова выглядела пугающе реалистично. Длинная мощная шея уходила в камень стены, и казалось, что там, в скале прячется и тело чудовищного зверя.

– Глория, теперь мы с тобой принесем жертву нашему предку, чтобы он принял тебя в род, – пояснил Александр, вновь доставая кинжал.

– Хорошо, – согласилась я, но совсем не ожидала того, что за этим последует.

Александр вначале полоснул свой палец, затем проткнул мой, и смешал на кинжале выступившие капли своей и моей крови.

Опустившись на одно колено, он вложил кинжал с нашей кровью в приоткрытую пасть дракона и почтительно произнес.

– Прими новую кровь в семью.

Я увидела, как волна странной магии прокатилась от каменной пасти по длинной шее к стене и растворилась в ней. Александр вынул из каменной пасти чистый сверкающий кинжал и произнес, глядя мне в глаза:

– Вот и всё, Элория. Теперь ты неотделимая часть нашего рода.

– Глория, – поправила его я.

– Нет, теперь Элория. Все хранительницы носят имя, начинающееся с Э. Такая семейная традиция, – пояснила мне Элида и улыбнулась. – Но я буду звать тебя Лори.

Мы отправились назад в заполненную людьми часть храма. Я думала о том, что похоже в легендах о происхождении расы даргов от драконов и людей есть зерно истины.

Когда мы вышли в центральную часть часовни к нам стали подходить с поздравлениями прибывшие на свадьбу некоторые родственники и друзья Эрриа. Но первой была тётя. Вытирая мокрые глаза, она крепко обняла меня, и сказала:

– Как жаль, что нельзя сохранить на память эти минуты.

– Вот я безголовый! – внезапно откликнулся Рей, хлопнув себя по лбу. – Я же чувствовал, что что-то забыл. Маркус!

К нам подошёл знакомый воин.

– Я забыл на столе в библиотеке магокамеру. Принеси сюда и сделай пару снимков для нас и тёти Лилиан.

После ухода Маркуса Рей добавил, обращаясь к нам с тётей:

– Всё-таки кое-что ваша Империя делает лучше, чем мы.

– Да, у нас сильная артефакторика, – со сдержанной гордостью согласилась я.

И вдруг меня осенило: теперь, когда у меня есть хоть и крохотный, но собственный постоянный дар, занятия артефакторикой стали возможны. От открывающейся перспективы захватывала дух и я, к стыду своему, совсем не запомнила представляемых мне родственников Эрриа. Впрочем, они не очень стремились общаться со мной. Слова поздравлений, произносимые ими, звучали формально, а взгляды выражали скорее недоумение и любопытство, чем доброжелательность.

Пока мы принимали поздравления, Маркус успел вернуться. Мы впятером построились на фоне цветочной гирлянды и витража, чтобы нас запечатлели. В центре я и Александр, рядом со мной тётя, которую под руку подхватил Рей. А Элида стала рядом с Александром. Маркус с камерой в руках обратился к нам:

– Лорды и леди, улыбнитесь!

Тётя и так сияла, для Рея и Элиды улыбнуться проблемой не было. Я подумала о том, как скоро смогу вновь изучать магию, пусть и больше в теории, и улыбнулась тоже достаточно радостно. Похоже, единственный мрачный тип в нашей композиции был новоявленный супруг. Это подтвердило почтительное обращение Маркуса:

– Милорд, улыбнитесь!

– Александр, улыбнись, – поддержал Рей. – Это нетрудно. Просто покажи зубы. Ты же это умеешь.

На эту незатейливую шутку мы все рассмеялись, и Маркус щёлкнул несколько раз. В воздухе материализовались три картинки, на которых счастливо смеялись три потрясающе красивых и два просто симпатичных человека.

Тётя сразу схватила одну из них и спрятала в выданную ей сумочку.

– Пойдем, Лори, – обратился ко мне Александр. – Нам предстоит ещё церемония твоего официального представления жителям замка.

Он подхватил меня под руку и решительно повел на выход. Остальные шли сзади нас. Когда мы вышли на крыльцо, я увидела, что внутренний двор заполнен построившимися в несколько рядов людьми.

Остановившись на ступеньке, лорд Александр голосом, разнесшимся над двором, произнес:

– Рад представить вам леди Элорию Эрриа, мою жену и хозяйку замка!

В ответ грянули приветственные крики. Мы спустились с крыльца, и Александр стал представлять мне частично уже знакомых людей: Среди них были командир гарнизона крепости и его воины, экономка и кастелян замка, главный конюх и главная горничная, и ещё множество других даргов и даргинь. Хотя запомнить всех было невозможно, но я пыталась. Ведь с ними мне придется взаимодействовать уже завтра.

Затем был праздничный ужин, организацией которого занималась Элида. Для неё это было первым таким ответственным приемом, пусть и только для слуг и самого близкого круга людей. Видно было, что она волновалась, когда, робея, спрашивала мнение тёти.

Мне было приятно видеть, как она просияла при комплиментах хозяйке от моей тётушки. Мне вдруг показалось, что девушке очень не хватает старших родственниц. Да и то говорить, в её юном возрасте о ведении хозяйства думается в последнюю очередь, а тут пришлось. Но тут до меня дошло, что в следующий раз эта обязанность упадёт на меня, а знаний об этикете даргской аристократии у меня ещё меньше, чем у Элиды. От этой мысли у меня даже аппетит пропал.

Звучавшие в нашей части стола разговоры поддерживали в основном Рей и Элида. Александр был любезен, но часто словно выпадал из разговора и так при этом леденел, что приставать к нему никто не рисковал. Главные вопросы, которые мучили гостей «Что всё это значит?» и «Кто я такая?», задать прямо в лоб они не могли, а потому пытались вызнать что-то исподволь.

Ответы, которые они от меня и тёти получали, ввергали их в ещё больший шок и непонимание.

– Кто ваши родители, леди Элория?

Вначале я не сразу понимала, что обращаются ко мне, и тут вступала тётя:

– Глория моя племянница. Мы из старинного купеческого рода.

Что было правдой, хотя похвастаться богатством ни одна ветвь не могла.

– Чем вы занимались раньше, леди Элория?

– Работала, – честно отвечала я. Я не собиралась выдавать себя за кого-то, кем не являюсь.

– Как давно вы знакомы с лордом Александром?

– Лори спасла мне жизнь, – поторопилась вступить Элида. Но её красочный рассказ вызвал у друзей и родственников ещё больше вопросов.

– Как семейство Эрриа оказалось в Империи? Как долго они там были? Зачем отправились? Кто пытался убить Элиду?

Тут уже пришлось выкручиваться Рею и Александру, выдавая приглаженную версию. Я с завистью смотрела на столы слуг, где царило искреннее веселье. Я вполне понимала близких Эрриа, у которых наш брак вызывал столько вопросов. Я и сама до сих пор не вполне верила в то, что произошло. Иногда казалось, что сейчас я проснусь и увижу себя безработной и безденежной магичкой, лишенной дара.

В такой обстановке кусок не шёл мне в горло. Только настойчивые просьбы Элиды попробовать то или это заставляли меня что-то съесть.

Наконец Александр обратился к нам с тётей:

– Как ни жаль с вами расставаться, но время вышло. Я должен отправить вас обратно.

Тётя с достоинством кивнула и обратилась ко мне:

– Лори, ты проводишь меня в свою комнату? Мне нужно собраться и переодеться.

– Мы ненадолго оставим вас, – извинительно обратился Александр к гостям, сидящим за нашим столом.

Он помог нам с тётей подняться и вместе с нами вышел из зала. Когда мы вышли в коридор, он подхватил нас под руки и сказал:

– Здесь, в стенах замка, только я могу строить порталы. Так что перенесу вас прямо к Лори. А там как будете готовы, позовете Мирри, она проводит вас к внутреннему дворику, к основному порталу. Уверен, что сейчас и остальные гости начнут уходить.

Тётя любовно провела рукой по юбке своего серебристого платья и сказала:

– Да я быстро соберусь. Только переоденусь в своё платье.

Александр недоуменно нахмурился:

– В своё платье? – и, видно вспомнив, в каком виде тётушка попала в замок, осторожно продолжил. – Тётушка Лилиан, вы не обидитесь, если я попрошу считать это платье, что сейчас на вас, моим подарком? Он, конечно, очень скромный, но простите племянника. Я просто не подумал, всё случилось так быстро.

Тётя ошеломленно смотрела на Александра. Ни у неё, ни у меня не умещалось в голове, что этот знатный лорд, тем более дарг, действительно теперь её родственник. Может быть ей он и не племянник, но она ему точно тётя!

Воспользовавшись нашим онемением, Александр построил портал и мгновенно перенес нас к моей комнате. Также быстро он исчез, оставив меня наедине с тётей.

В комнате тётушка переодеваться не стала. Платью она явно была рада. Я понимала её желание показаться в таком нарядном виде перед своими дочками, а может даже соседями. Но свою скалку и домашний наряд не забыла. Складывая всё это более компактно, она словно между делом спросила:

– Лори, я говорила тебе, что Антуан уже несколько лет как сошелся с Аннитой?

Она бросила на меня быстрый взгляд, проверяя реакцию. Имя моего бывшего жениха и подруги в такой связке могли бы царапнуть меня, но нет! Я поняла, что любовь, причинявшая мне когда-то такую боль, что была глубоко заперта, уже давно умерла. Осталась только память о ней.

– Они любят друг друга?

– Кажется, да! Аннита ждёт ребёнка, но они никак не поженятся.

– Я рада, что они вместе. Надеюсь, они будут счастливы.

Я говорила то, что чувствовала. Мне действительно было приятно, что два когда-то самых близких мне человека, теперь вместе. Они подходили друг другу практически идеально.

– Тётя, ты сможешь передать им мою записку?

– Конечно, они поддерживают со мной связь, узнают про тебя.

Я присела написать им письмо. Сказать хотелось многое, но я ограничилась кратким: «Желаю вам счастья!» Потом подумала и добавила: «Аннита, надеюсь, ты наденешь это на свою свадьбу». Развязала пояс от своего свадебного платья и, аккуратно свернув его, приложила к записке.

– Тётя, помоги мне снять фату.

Она меня действительно утомила, но ещё больше мне хотелось продлить наше общение. Тётя охотно подошла и стала доставать шпильки.

– Обычно от неё избавляются раньше, – немного укоряюще сказала она.

– Знаю, но наша свадьба организована так скоропалительно, что этот момент мы забыли. Хотя платье для праздничного ужина и сшили, – усмехнулась я.

Тётя аккуратно сняла тиару и, полюбовавшись недолго, поставила её на столик. Затем освободила меня от фаты и снова замерла с ней ненадолго.

– Красота-то какая! – восхищенно вздохнула она. Затем бережно положила её на мою кровать.

Кстати, я заметила, что вещей в комнате стало меньше. Об этом я и спросила вошедшую в этот момент Мирри.

– Конечно, – ответила она. – Теперь ведь у вас другая спальня и покои. Мы ещё не всё успели отсюда перенести.

Это напоминание о моем новом статусе напрягло меня, но пока я задвинула мысли об этом подальше.

– Тётя, мне так жаль, что я не подготовила подарков сёстрам и племянникам. Я не знала, что Александр сможет привести тебя к нам.

– Ерунда! – отмахнулась тётушка.

Вдруг меня осенило:

– Мирри, ты могла бы собрать немного фруктов, конфет для малышей на кухне? Хотя бы сладкие гостинцы передам для племянников.

Мирри на миг задумалась и ответила:

– Конечно, их принесут к порталу. Если вы готовы, я провожу туда.

Она подхватила узелок со скалкой и прочими вещами тётушки, и мы отправились. Я крепко держала тётю под руку и молчала. Боялась, что если начну говорить, то расплачусь от волнения. Мне так не хотелось с ней расставаться! Она тоже ничего не говорила. Лишь когда мы подошли к выходу из дома, тётя на минутку остановилась, посмотрела мне в глаза и сурово сказала:

– Лори, ты должна быть счастлива! Помни, у тебя для этого всё есть.

Я шмыгнула носом и послушно ответила:

– Я постараюсь.

Александр ждал нас у стационарного портала. В руках у него что-то было.

– Лори, я хочу сделать тебе ещё один свадебный подарок. Эти парные шкатулки для связи.

Я счастливо ахнула и благодарно посмотрела на него. Такой артефакт стоил не меньше, чем подаренные ранее драгоценности. И теперь у меня с тётей могла быть постоянная связь. Достаточно было положить письмо или какую-то маленькую вещь в одну шкатулку и через мгновение они оказывались в другой.

Я быстро объяснила это тёте, вручив одну из шкатулок. К нам подбежала служанка с большой корзиной и пояснила:

– Это гостинцы для ваших миледи племянников, как сказала Мирри.

Корзину поставили у ног тёти, и я задумалась о том, как тётя перенесёт всё это.

– Ничего, справлюсь, – бодро сказала тётя, заметив мой задумчивый взгляд.

– Представьте, куда собираетесь попасть, – сказал Александр, взяв её за руку.

Тётя сосредоточилась. Я увидела, как волна магии влилась от Александра в стационарный портал, и перед нами вновь открылся вид на знакомую кухню. Сейчас в ней царил полумрак. Тётя хорошим броском отправила туда свой узел со скалкой и домашней одеждой. Торопливо клюнула меня в щеку, подхватила в одну руку корзину, в другую шкатулку и со словами «Не люблю долгих прощаний!», решительно шагнула вперёд.

После ухода тёти я почувствовала себя потерянной, как ребёнок среди чужих людей. Мне хотелось забиться в свою комнату и побыть одной. Но нужно было стоять рядом с Александром, чтобы проводить тех немногих гостей, которых сочли нужным пригласить Эрриа.

Не знаю, был ли смысл в этом моём стоянии, так как большинство уходящих меня игнорировали. Нет, они вежливо кивали, но смотрели, как на пустое место и даже слов не тратили. Как сказал один из них своей жене, выходя из замка, из-за выпитого не сумев сделать голос потише:

– А какой смысл её запоминать? Этот брак всё равно ненадолго, максимум лет на 70. Да и то из них лишь лет 20 – 30 будет полноценным, а потом эта человечка превратиться в старую тётушку.

Александр поморщился и бросил взгляд на меня. Слышать эти слова мне было неприятно, но полезно, чтобы не питать иллюзий. Поэтому я сделала вид, что ничего не услышала, подумав: «Вот и хорошо. Я вас тоже запоминать не буду».

Александр тоже решил притвориться глухим, хотя с этим гостем попрощался довольно холодно. Мы честно отстояли свою вахту, и лишь попрощавшись с последней пожилой парой, наконец вновь отправились в зал, где всё ещё продолжалось веселье. Я в своём красивом, но тонком платье основательно продрогла. Всё-таки осенний вечер в горах, это не летний у моря. Не помог даже сюртук, который, почувствовав мою дрожь, накинул мне на плечи Александр. Поэтому, заходя в замок, я попросила мысленно Мирри принести к столу чего-нибудь согревающего – чая и–и глинтвейн.

Войдя в зал, мы обнаружили, что обитатели замка, не очень-то нуждаются в нашем присутствии. Суровый вид лорда скорее понижал градус веселья, поэтому Александр готов был сразу покинуть наш свадебный пир, но я жаждала чая и решительно заняла своё место.

Мирри мне быстро принесла дымящуюся чашку, о которую я охотно погрела застывшие руки. Каждый глоток горячего напитка понемногу отогревали меня. А вот мой новоявленный супруг предпочел согреться бокалом вина.

Увидев, что я закончила с чаем, Александр вопросительно выгнул бровь, и я согласно кивнула. Хотя мне не очень хотелось уходить, но портить людям праздник нашим присутствием было бы жестоко. Должен же хоть кто-то в день нашей свадьбы чувствовать себя счастливым.

Когда мы встали, раздались приветственные возгласы тех, кто ещё помнил повод для застолья. Правда, высказавших желание проводить нас в супружескую спальню лорд охладил одним взглядом. Вместе с нами зал покинули только Мирри и мужчина, который видимо был личным слугой Александра. Мы с мужем шли рука об руку, а слуги на шаг сзади. Но у меня было ощущение, что мой супруг так глубоко погружен в свои мысли, что не очень-то помнит, кто идет с ним рядом.

Шли мы не в то крыло замка, где до этого была моя комната. Неужели действительно в супружескую спальню? Мне-то казалось, что пока наш брак это пустая формальность. Неужели я ошибалась?

Задавать вопросы я не хотела. Вдруг я не правильно всё поняла и мои слова Александр воспримет, как навязывание. Подожду!

Наконец мы подошли к дверям одной из комнат и Александр отпустил мою руку, молча поклонился и отправился дальше по коридору. А я осталась в лёгком недоумении.

Мирри обогнула застывшую меня, толкнула дверь и щелчком пальцев зажгла в ней свет. Мы вошли и передо мной предстали покои, состоявшие из двух комнат. Одна была небольшой и проходной и в открытую дверь была видна огромная кровать.

– Это ваши покои, миледи, – пояснила Мирри. – здесь ещё ваша гардеробная и ванная комната. А там смежные покои милорда.

Она показала, где что находится. Мысль о том, что я нахожусь в покоях хозяйки замка, супруги лорда, меня напрягала. Я была не в состоянии рассматривать довольно милую обстановку.

Мирри усадила меня перед трюмо и принялась освобождать мои волосы, убирать украшения, смывать макияж. Горничная помогла мне снять платье и отправилась готовить ванную.

Накинув халат, я заглянула в спальню. Там мне бросились в глаза фрукты, сладости и вино с двумя бокалами, стоящие на небольшом столике. Столь явное напоминание о том, что должно следовать за свадьбой, вогнало меня в ступор. Очень хотелось уйти и спрятаться в своей прежней комнате. Но я сжала зубы и осталась на месте. Не побегу! В конце концов, лорд Александр не похож на маньяка. Думаю, у нас есть шанс договориться.

– Миледи! – окликнула меня из ванной горничная.

Я направилась в ещё не опробованное мной помещение, где царили приятные ароматы. Оставшись одна, я расслабилась в тёплой воде, почувствовав, как родная стихия подпитывает мою энергию. Я нежилась в ванне, пока вода не стала остывать. Нехотя пришлось покинуть её и надеть приготовленную Мирри сорочку и пеньюар. Они были очень хороши, но слишком явно предназначались для соблазна, а не спокойного сна в одиночестве.

Когда я вышла в спальню, в моих покоях уже (или ещё) никого не было. Мирри уже ушла, а Александр не пришёл. Я нервно походила по комнате, затем решила заглянуть в гардеробную. Она оказалась достаточно просторной, особенно потому, что платьев в ней пока висело не много. Хотя мне и хотелось постелить там себе где-то в уголочке, всё же я вновь вернулась в спальню. Александра по-прежнему не было.

Я присела в кресло, посидела в нём. Никто так и не пришёл… Я стала замерзать и решила прилечь. В кровати было тепло, но из-за нервов я крутилась там, как клубок в лапках у котенка. Мне казалось, что я даже чувствую коготочки, впивающиеся в меня. Александр не шёл.

Я снова встала, прошлась по спальне и решилась. Чем так дергаться, лучше пойти к нему самой и выяснить, ждать его или можно спокойно спать. Толкнула дверь, ведущую в его покои, тихо надеясь, что она замурована, но нет. Дверь открылась. Я глубоко вздохнула, набрала в грудь воздуха и стремительно шагнула, стараясь не растерять решимости.

Мысленно я репетировала свою речь перед мужем и очнулась, только увидев его. Правда, он не очень походил на себя обычного. Александр не спал, а сидел в кресле возле столика у своей кровати, на котором стояли бутылка и бокал. Судя по вальяжной позе, расстегнутой рубахе и некоторой замедленности реакции на моё появление, бокал был опустошен уже не в первый раз.

– Вы? Я не готов, не сегодня, – медленно выговорил он.

– Да я и не настаиваю, – поспешила успокоить я. – Просто сижу там одна, дура-дурой, не знаю – то ли спать, то ли вас ждать. Вот и пришла уточнить. А что ты пьёшь?

Александр взял бутылку в руки и, внимательно рассмотрев её, ответил:

– Что-то…

– Можно и мне? – поняв, что брачной ночи не будет, мне сразу полегчало, но захотелось выпить, чтобы окончательно расслабиться. – Приставать не буду.

Посчитала нужным успокоить лорда.

– Тогда присоединяйтесь, – он гостеприимно повел рукой в сторону столика.

– Сейчас, только закуску принесу. Только ты не пей без меня!

Пока я быстро сбегала к себе за подносом со сладостями и фруктами, прихватив и бокал для себя, Александр успел куда-то выйти.

Но не успела я удивиться, как он вернулся с мокрой головой и стулом в руках.

– Присаживайся в кресло, – гостеприимно уступил свое место мне, а сам присел на принесенный стул.

Я забралась с ногами в кресло, а он налил мне в принесенный бокал из своей бутылки. Мы молча выпили. Я едва не закашлялась от неожиданности. Словно огонь проглотила! Зато сразу расслабилась.

– Не спеши! Оно крепкое, – запоздало предупредил Александр и протянул половинку яблока.

Мы сосредоточено похрустели яблоком, и я решилась на вопрос:

– Это ведь не жребий? Ты сам решил жениться? Почему?

– Мы бросали жребий, – вначале сказал он, но, помедлив, уточнил. – Но я его подправил.

– Почему? – ещё раз спросила я.

– Кто-то же должен. А Рей ещё дурачок, не понимающий, что его ждет в таком браке.

– А ты знаешь?

– Я уже был женат. Рей думает, что достаточно чуть-чуть подправить твои чувства, ты влюбишься в него и всё! Никаких проблем от любящей жены: ты любишь, он позволяет себя любить, и все счастливы…

Я вздрогнула и быстро протянула к Александру бокал. Он щедро плеснул, и я быстро сделала глоток.

– Он просто не представляет, как быстро начинаешь чувствовать себя чудовищем, видя боль в её глазах…

– Да, именно любимые ранят особенно больно, – согласилась я, вспоминая последние месяцы жизни с Туем.

– Ты знаешь, что не сделал ничего плохого, просто сказал что-то не подумав, а у неё глаза раненной собаки… И от этого начинаешь злиться уже на неё…

– Да, и ничего не исправить, – я вспомнила эту досаду в глазах Туя, появляющееся отчуждение, становящееся с каждым днём всё шире. Всё больше тем в наших разговорах становились запретными или неуместными. Он начинал рассказывать, смеясь, о каких-то происшествиях в Академии и резко обрывал рассказ, вспомнив о моем пропавшем даре. Я пыталась сделать вид, что меня не ранят эти напоминания о том, что вдруг стало недоступным, но Туй видел мои глаза и замолкал.

– Чтобы не чувствовать себя негодяем, начинаешь избегать её, – продолжил Александр, – в результате она страдает ещё больше. Какой-то бесконечный бег по кругу! Точнее, по раскручивающейся спирали страданий.

– Да, и скоро даже страсть перестает спасать. После неё ещё больнее.

– И ментальное воздействие тут не помогает. Видеть её всё забывшей и вновь счастливой ещё тяжелей, ведь ты уже знаешь, чем всё кончится…

Александр вновь наполнил бокалы, и мы молча выпили. Каждый думал о своем. Я о том, что тогда поступила правильно, уйдя от жениха, вернув тяготившее его слово. Лучше было расстаться, пока любовь ещё не умерла, разъеденная горечью. Так у меня хотя бы остались счастливые воспоминания и уверенность в том, что и я была любима.

– Чтобы брак был удачным, чувства должны быть взаимными, – слегка запинаясь, но убежденно сказал мой муж. – Или взаимная любовь, или взаимная не любовь.

– Звучит, как тост! – оживилась я. – Так выпьем за не любовь!

– Выпьем! – поддержал он, и это было последнее, что я помнила.

Чей-то голос прямо в моей голове звал какую-то леди Элорию, мешая спать и вызывая боль. «Отстань! Не знаю такую!», – также мысленно ответила я и проснулась. Открывать глаза не хотелось, в висках словно молоточек стучал, во рту было удивительно погано. Мне было очень жарко, я была словно в тисках.

После некоторого усилия объяснение головной боли я нашла, вспомнив о вчерашней пьянке. Последний раз я так чувствовала себя ещё в редкие студенческие загулы. А вот тиски и жар мне напомнили о других пробуждениях – в объятиях жениха.

С дурными предчувствиями я всё же открыла глаза. Предчувствия оправдались. Я лежала в незнакомой спальне, надо полагать, в супружеской кровати. Спала на боку и взгляд мой упирался в стенку, а за спиной ощущалось мужское тело. Именно его рука крепко охватывала меня.

Я осторожно попыталась освободиться и медленно отползти к стенке. Но не успела. Ужасающе громко хлопнула дверь и пронзительный голос завопил:

– Милорд, милорд! Миледи пропала!

Рука, лежавшая на мне, судорожно дёрнулась, вначале инстинктивно попытавшись крепче схватить меня, а затем резко одёрнувшись. Хриплый голос лорда Александра за моей спиной переспросил:

– Миледи? Какая миледи?

Я почувствовала, что мужчина отодвинулся от меня и развернулся лицом к двери. Я повторила его маневр, но кроме его широких плеч ничего не увидела.

– Миледи Элория!

– Какая Элория?

Я вспомнила, что именно какую-то Элорию звал разбудивший меня голос.

– Леди Элория, ваша супруга! Её нет в спальне.

Александр лег на спину повыше на подушки и, поморщившись, посмотрел на меня. Обычно серебристые его глаза сейчас были почти чёрными.

– Почему нет? Тут она, зачем так орать?

Я не пошевелилась, предпочитая прикинуться ветошью. Во-первых, мне было неловко. А во-вторых, я боялась поднять голову из-за похмелья. Не хотелось опозориться ещё больше.

После паузы раздалось смущённое:

– Простите, милорд. Просто Мирри не нашла леди в её спальне и она не откликалась на её зов. Вот…

– Свободен. Леди найдена, – прервал мой муж, и я услышала хлопок двери.

Александр вновь, морщась, посмотрел на меня.

– Как голова болит! А с вами это вообще невыносимо!

Не успела я обидеться, как Александр прикоснулся к моим вискам и дурнота и боль ушли. Облегченный вздох одновременно вырвался у нас обоих. Я вспомнила, что дарги эмпаты, а значит, бедняга испытывал двойную гамму ощущений: за себя и за меня.

Теперь, когда мне стало физически легче, наступила пора моральных терзаний: было что-то или не было? Я ничего не помнила, кроме нашей пьянки. Судя по быстрым вопросительным взглядам, которые муж бросал на меня, его мучил тот же вопрос.

Я посмотрела на себя и прислушалась к своим ощущениям. На мне был всё тот же соблазнительный комплект, в котором вчера я отправилась в супружескую спальню – и сорочка, и пеньюар. Хотя они основательно сбились и перекрутились, но ни пояс, ни прочие ленточки не были развязаны, как я убедилась, проведя рукой по талии. Если верить моим ощущениям, то мы просто спали, и помнить было нечего.

– Миледи? Я вас ничем не обидел?

Видеть всегда уверенного в себе лорда Александра таким смущённым было забавно. У меня был сильный соблазн усилить его смущение, но я почти удержалась:

– Ничем. Это-то и обидно, – хихикнула я и в ответ на его взгляд торопливо добавила. – Шутка!

Александр облегченно расслабился, откинувшись на подушки, и сказал, не глядя на меня:

– Знаешь, Лори, я не хотел бы, чтобы наша первая ночь была по пьяни и совершенно выпала из памяти.

– Я тоже.

– Надеюсь, ты не обидишься, если я предложу пока подождать с этим? Давай вначале привыкнем друг к другу, – озвучил Александр мои мысли.

Но хотя я и сама этого хотела, всё же его слова царапнули моё самолюбие.

– Конечно, торопиться не стоит, – согласилась я и дружелюбно улыбнулась в ответ на его испытующий взгляд.

– Договорились!

Александр потянулся, как большой кот, и одним стремительным движением поднялся. На нем были одни подштанники, и я невольно засмотрелась на красивую мощную мужскую фигуру. Он направился в ванную, и я, воспользовавшись моментом, сбежала в свою спальню.

Там меня ждала Мирри, которая хотя и поглядывала на меня с любопытством, но не высказывалась. Лишь извинилась, что подняла тревогу.

Я же сказала, чтобы мысленно она продолжала звать меня Глорией, а то к Элории я не скоро привыкну. Спросонья и в следующий раз могу не откликнуться.

Вначале я чувствовала себя неловко из-за столь нелепого начала дня, но обсуждение платья, приготовленного девушкой, и прически, которую предстояло сделать, помогло успокоиться. По окончании всех утренних процедур, придавших мне вид благопристойной дамы (и не скажешь, что недавно страдала от похмелья), вопрос Мирри вновь выбил меня из колеи:

– Вы пойдете завтракать в Голубую столовую или вместе с милордом? Если с лордом Александром, то где вам накрыть?

Стоило представить себя под любопытными взглядами Рея и Элиды, как желание идти «в люди» резко пропало. Но и распорядиться о совместном завтраке с Александром тоже не была готова.

– Мы пойдем завтракать в Голубую гостиную, – раздался от двери голос мужа. – Кстати, Мирри, ты проводишь нас туда. Мне нужно будет сделать там объявление, касающееся и тебя.

Он чопорно предложил мне руку, за которую я с готовностью уцепилась, и мы отправились.

Мне было немного неловко перед собой, что я с такой готовностью прячусь за его спину в непростой момент первого появления перед родственниками уже в новом качестве молодой жены. Я даже не помню, когда последний раз отступала перед трудностями, позволяя решать их другому. Впрочем, никто обычно и не рвался. А тут наш первый совместный выход к завтраку сразу давал понять всем, что мы супруги (даже если пока это и не совсем так). И я была благодарна Александру, что он так сразу позаботился прояснить в глазах окружающих мой статус. В столовой он ещё раз без слов подчеркнул это, усадив меня на место хозяйки замка.

Прежде чем приступить к завтраку, Александр дал сигнал слугам выйти. Кроме семейства Эрриа в комнате остались только Мирри и мужчина, в котором я узнала личного слугу мужа. Обведя присутствующих взглядом, Александр произнес:

– Вы уже знаете, что вчера нас с Глорией связал истинный брак, – дождавшись подтверждающих кивков от всех, кроме меня, он продолжил. – Мирри и Гарриус, дайте мне слово, что без моего разрешения никому об этом не скажете. Подойдите ко мне.

Те с готовностью подошли к нему и, опустившись на одно колено, произнесли ритуальные фразы на незнакомом мне языке. Александр ответил им также непонятно и легко прикоснулся к каждому. Я увидела легкий свет незнакомой мне магии, на мгновение объединивший всех троих, и вот уже Мирри и Гарриус спокойно отошли в сторону.

– Можете идти, – отпустил их Александр, и потом продолжил. – Рей, ты же понимаешь, что чем дольше никто не будет знать об этом, тем дольше Элида будет в безопасности.

Рей кивнул, и даже Элида, кажется, знала, о чём идёт речь. Только я ничего не понимала. Я этого не любила и потому решила сразу прояснить:

– О чём речь? Что значит истинный брак?

– Это значит, что наш брак одобрили Боги.

– А в чем конкретно это выражается?

– В таком браке партнеры делятся друг с другом жизненными силами и магией. В нашем случае это значит, что срок жизни у нас выравнивается. Теперь ты проживешь значительно дольше, а я чуть меньше, чем обычно у наших рас. Что будет с нашей магией пока не ясно, но твой дар наверняка усилится, хотя и трудно сказать, насколько.

Я смотрела на Александра в полном ошеломлении. Теперь понятно из-за чего он вчера напивался. Срок нашего брака для него резко увеличился. Я-то по-любому настраивалась на брак до самой моей смерти, а вот он считал, что ещё поживет на свободе. И вдруг нате вам! Срок внезапно тоже превратился в пожизненный, да ещё и за его счет.

– Считая мою жену слабой человечкой, никто не будет пытаться убить её, чтобы лишить наш род хранительницы артефакта. От Элиды тоже на это время отстанут. У нас будет короткая передышка, лет на 20 -30, пока кто-то начнет подозревать, что с тобой, Лори, что-то не так. Ещё лет 20 дадим на сомнения в обычности брака, но без уверенности. А когда все поймут, как обстоит дело, ты, Рей, уже введешь через брак в наш род ещё одну женщину, Элида наберется сил и будет не так беззащитна. Мы выиграем время, чтобы разобраться с врагами.

По лицу Элиды было видно, что она рада появившейся свободе, хотя и чувствует себя слегка виноватой передо мной. Рей, при словах об обязанности жениться в ближайшие 50 лет, слегка поморщился, но промолчал. Александр продолжил:

– Рей, спрячь наши знаки истинного брака. Лори, сними брачный браслет, – говоря это, он снял свой, и стал виден узор на коже, ставший с момента свадьбы ещё ярче.

Брат, согласно кивнув, подошёл к нему, взял за руку, и я увидела, как золотой магический луч обрисовывает брачный орнамент и словно стирает его.

– Он просто прячет его под кожу, чтобы никто не видел – пояснила Элида.

Затем Рей подошел ко мне и прежде чем приступить, предупредил:

– Будет больно!

Я молча протянула ему руку. Ощущение было такое, словно обжигающий огонь лижет моё запястье, но пришлось терпеть. Когда Рей закончил, он добавил ещё одно заклинание, которое мгновенно сняло боль. Теперь никаких следов появившегося вчера орнамента не было.

– Золотой браслет наденете после завтрака. Пусть рука немного отдохнет, – предложил Рей.

После этого мы в молчании приступили к еде. Каждому было о чём подумать.

К концу завтрака за столом вновь зазвучали голоса. Вначале обычная пикировка Рея и Элиды, которую мы с Александром с удовольствием слушали. Но когда наши посиделки подходили к концу, Александр обратился к нам с Элидой:

– Дамы, сегодня мы с братом оставим вас на несколько дней. Нам надо разобраться с покушавшимся на тебя, Элида. Королевские сыщики вышли на след, и мы с Реем отправляемся в столицу. Попасть в замок можно только через центральный портал во внутреннем дворике. За ним будут следить день и ночь. На территории замка вся магия, кроме родовой, будет заблокирована. Так что, думаю, вы здесь в безопасности. Но всё равно, будьте осторожны! Всё решится в ближайшие дни.

– И что нам здесь делать? – слегка капризно спросила Элида.

Я даже удивилась, привыкнув к её обычно весьма разумному поведению. Я почти забыла, что она совсем юная, лишь недавно вышедшая из подросткового возраста, девушка. Видно, Элида после нашей свадьбы решила, что все проблемы, наконец, подошли к концу, и позволила себе расслабиться.

А вот братьев тон Элиды совсем не удивил. Рей улыбнулся и противно-ласковым голосом ответил:

– Как это чем, сестричка? За эти дни ты должна научить нашу новую сестру её обязанностям первой леди рода!

Моё настроение упало, а вот Элида явно оживилась. Её глаза предвкушающе засверкали и она пропела:

– Свобода! Свобода! Наконец-то свобода!

Мужчины поднялись из-за стола и Рей, смеясь, хлопнул Элиду по плечу:

– Радуйся, пока Александр для тебя что-нибудь не придумал.

Старший брат снисходительно улыбнулся, глядя на младших Эрриа. А вот ко мне обратился серьезно, почти официально:

– Леди Элория, вам действительно придется многому научиться. Начните тренироваться здесь, в нашем родовом гнезде, где все свои. Элида, а ты помоги Лори освоиться.

Дав нам такие указания, Александр кивнул Рею, подавая сигнал на выход. Мужчины попрощались с нами и ушли собираться в дорогу.

Элида выпорхнула из-за стола, сияя жизнерадостной улыбкой:

– Лори, я тебе сочувствую, но очень рада, что теперь ты будешь принимать этих скучных стариков, отвечать за приемы, порядок, и всё остальное, во что я даже не вникала.

Наверно, рядом с даргами я тоже стала чуть-чуть эмпатом, потому что эта брызжущая через край радость девушки немного развеяла моё беспокойство а заставила в ответ улыбнуться.

Я подошла к окну, чтобы полюбоваться на захватывающий дух пейзаж. Бескрайнее синее небо, облака, горные вершины и ты словно плывешь в вышине. Этот дивный вид, как камертон, помогал настроиться. Он говорил мне: «Мир прекрасен, Лори, хотя и суров! Лети, не бойся!»

– И что теперь, Элида? С чего начнем?

Элида мне напомнила воздушный шарик, с таким трудом удерживалась на месте. Она едва не подпрыгивала от радости.

– Сейчас мы отправимся к нашей экономке, даме Ригине. Нужно утвердить меню на сегодня и завтра. Она лучше тебе объяснит, что должна знать хозяйка замка. Пойдем!

И схватив за руку, Элида потащила меня к выходу.

Даму Ригину мы нашли в её кабинете, где она что-то заносила в толстый журнал.

– Дама Ригина, брат сказал, что теперь все вопросы с вами будет решать леди Элория. Она ведь теперь хозяйка замка.

Экономка внимательно посмотрела на меня, встала, отложив записи, и ровно произнесла:

– Слушаю вас, леди Элория.

Я прекрасно знала, что хорошая экономка зачастую в доме решает больше, чем хозяйка. И понимала, как мало я знаю, чтобы ссориться на пустом месте с этой почтенной женщиной.

– Ну что вы, дама Ригина. Это я хочу выслушать вас. Надеюсь на вашу помощь, ведь я совершенно не готова пока к роли хозяйки.

– Тогда вначале вы с леди Элидой утвердите меню на сегодня и завтра.

– Ой, это вы без меня! – с этими словами Элида поспешно выскользнула из комнаты, оставив нас наедине.

Мы проводили её взглядами и понимающе переглянулись. Этот короткий миг взаимопонимания словно сломал ледок между нами. Стоявшая до этого, как солдат на плацу, дама немного расслабилась, хотя по-прежнему выглядела внушающе.

Высокая, сухощавая, с гордой посадкой головы и умными холодными глазами, она куда больше походила на знатную даму, чем я. Её правильные красивые черты лица не портил даже возраст. Кстати, это была первая немолодая даргиня, которую я видела так близко. С долей зависти я убедилась, что свойственная этой расе необычная гармония черт с возрастом не исчезает. Морщинки в уголках глаз, складки возле губ, серебряные пряди в прическе придавали дополнительную глубину и благородство облику, делая его лишь притягательней.

Чем дольше я рассматривала даму Ригину, тем больше мне хотелось довериться ей, как старшей родственнице, как тёте Лилиан.

Мой перстень словно шевельнулся на пальце и я очнулась. Чёртово обаяние даргов! Оказывается, оно может действовать и так. А я даже не уверена, что дама Ригина намерено влияла на меня. Это вполне могло происходить и непроизвольно.

– Знаете, насчет меню я вполне доверяю вашему опыту. Только учтите, что лорды Александр и Рей сегодня покинут замок на несколько дней.

– Ясно. Тогда я внесу небольшие изменения в завтрашнее меню.

– Вам виднее, дама Ригина. Я хотела бы, чтобы вы познакомили меня с замком и моими обязанностями, как хозяйки. Как я понимаю, обычно здесь Эрриа не живут, и большую часть времени всем распоряжаетесь вы.

– Вы правы, леди Элория.

– Поэтому я не планирую без необходимости вмешиваться в ваши распоряжения. Но мне необходимо учиться и я была бы благодарна, если бы вы показали мне эту кухню изнутри.

Ещё один пристальный взгляд и благосклонный кивок.

– Хорошо, леди Элория. Буду рада помочь вам. Начнём, пожалуй, с экскурсии.

Мы отправились в путешествие по замку, и очень скоро я поняла сбежавшую Элиду. Дама Ригина относилась очень ответственно к своей работе, а может быть, её несколько задели высказанные вчера замечания тёти Лилиан. Поэтому я выслушала целую лекцию о нехватке слуг для содержания замка в надлежащем порядке. В доказательство меня провели по всем помещениям замка сверху донизу, и он оказался значительно больше, чем я думала. Несколько просторных и почти заброшенных уровней были спрятаны в теле скалы под первым этажом замка не считая подвалов с различными хозяйственными помещениями – погребами, складами и пыточными.

Припасов в подвалах было достаточно для маленького города, и я устала слушать их тщательное перечисление от экономки. Если в свое первое знакомство с замком мне больше показывали жилые помещения в господской части, то сейчас больше внимания было уделено его скрытой от гостей части – чуланам, кладовкам, складам, кухне, подсобным помещениям. У меня болели ноги, и пухла голова, но я решила не отступать.

Сделав перерыв на обед с Элидой, и немного передохнув, я продолжила изучать замок и знакомиться со слугами более плотно. Лишь когда солнце повернула к закату, мы прекратили наш обход. Дама Ригина выдала мне артефакт связи с ней в виде подвески на пояс. Достаточно было прикоснуться к ней, как экономка услышала бы мой зов. Если ей нужно было связаться со мной, подвеска начинала тихонько звенеть. Тогда при прикосновении к ней уже я слышала её голос. Мы договорились, что продолжим мое обучение завтра и в другие дни, но уже не так интенсивно. Дама Ригина будет выделять в своем расписании время для этого.

Я так устала от этого долгого похода, что после ужина собралась сразу отправиться к себе, попросив Элиду прислать мне несколько романчиков на свой вкус. Ужинали мы с ней вдвоем, и это было немного странно. Я уже привыкла, что лорд Александр и Рей всегда были рядом с нами, и стол казался каким-то пустым без мужчин.

Элида тоже, наверно, немного скучала по братьям, хотя по её словам и привыкла к их частому отсутствию. Она тепло улыбнулась мне, добавив:

– Как хорошо, что Александр женился. Теперь я не буду одна, когда они будут заняты своей политикой.

Но видимо, Элиде тоже требовалось время и одиночество, чтобы освоиться со случившимися в нашей жизни переменами, поэтому она не стала задерживать меня после ужина. Только уточнила, какие книги мне нравятся.

У себя в покоях я отпустила Мирри, предварительно заставив её найти мои старые наряды, которые можно было надевать без помощи служанки. После её ухода переоделась в своё старое домашнее платье, достала из сумки записную книжку, забралась с ногами в кресло и приготовилась записывать свои сегодняшние впечатления от экскурсии с экономкой.

Честно говоря, отъезд Александра меня радовал. Это давало мне время прийти в себя от перемен, немного свыкнуться с ними. Вот сейчас в старом привычном платье я смогла наконец расслабиться, забыть о леди Элории.

Вдруг какой-то странный звук со стороны комода привлек моё внимание. Что там такое? С некоторой опаской подошла к нему и увидела, что подаренная мужем шкатулка для связи с тётушкой вибрирует и постукивает. Открыв, увидела внутри письмо и газетный лист со знакомым с детства шрифтом. «Новости Инта», наша местная сплетница, освещавшая свадьбы, похороны, разводы, деяния мэра и прочие «важные» события маленького городка.

Сколько раз я видела её страницы в руках у дяди с тётей! Я даже улыбнулась, вспомнив, как они забавно делили свежий номер. Дядю волновали политические и спортивные новости, а тётя внимательно изучали раздел с объявлениями о помолвках и свадьбах. Что же тётя передала мне?

Я вернулась в кресло и развернула вначале письмо.

«Кузина Глория! Мы все рады за тебя и от души поздравляем со свадьбой. Маме немного неловко, что из-за её несдержанности твоя история попала в нашу газету. Она переживает, как к этому отнесется твой муж. Говорит, что аристократы не любят быть предметом сплетен. Но честное слово, это получилось невольно. Она была так рада за тебя, что рассказала всем соседям. А от них дошло и до журналистов.

Я подумала, что вряд ли твой муж узнает о нашей газете, но мама настаивает, что тебя нужно предупредить.

Целую, твоя кузина Виолетта».

Я отложила письмо и развернула газету, чтобы понять из-за чего разволновалась тётушка Лилиан.

Заметка была на полразворота и красовалась под броским заголовком «Наша землячка стала принцессой Закрытого Королевства!»

Начиналась она с фразы, пояснившей мне, почему тёте не удалось сохранить мою свадьбу в тайне: «Вчера половина жителей нашего города была взволнована таинственным исчезновением миссис Вирринг. Она исчезла прямо из своей уютной кухни, не оставив записки или других указаний на происшедшее. Рассыпанная мука и раскатанное тесто говорили о том, что покинула она свой дом внезапно и под принуждением.

По словам дочерей, которые подтвердили и соседи, эта дама никогда бы не бросила свою выпечку посредине процесса, даже не убрав за собой».

Я согласно хмыкнула. Это правда! Чтобы тётя не довела начатое дело до конца, не убрала бы рассыпанное, должно было случиться что-то невероятное!

«В этот день миссис Вирринг ждала в гости дочь с внуками. Именно для них она собиралась испечь свои популярные печенья, которые можно попробовать в лавке «У тётушки Лилиан». Представьте ужас дочери, когда придя в условленное время она не нашла дома мать!

К поискам миссис Вирринг вскоре присоединились семьи второй дочери и сына почтенной дамы, соседи и полиция. Но никаких следов исчезнувшей женщины найти не удалось. Когда близкие были уже в отчаянии, поздно вечером они вдруг услышали на опустевшей тёмной кухне звуки падения мебели и вскрик!»

Зная тётю, я хорошо представила, что именно она сказала, запнувшись в темноте о мебель, переставленную обследовавшими её кухню. Меня пробило на «хи-хи», когда я подумала, как бы её слова смотрелись на газетной странице.

«Роберт Вирринг, сын пропавшей, осторожно заглянул в кухню, опасаясь увидеть там бандитов. Не передать счастья детей, увидевших вместо этого свою вернувшуюся мать!

Соседка миссис Дайним, остававшаяся в доме, чтобы поддержать знакомых с детства дочек миссис Вирринг, рассказала нам, как она была потрясена видом вернувшейся»

Виолетта могла не оправдываться. Если в доме в момент возвращения тётушки была эта сплетница Дайним, шансов сохранить что-то в тайне не было. Уверена, что именно с целью ничего не пропустить, она там и находилась. Наверняка сразу после этого она обежала полгорода, чтобы сообщить потрясающую сплетню. Даже ночь её не остановила! Я вновь вернулась к статье.

«По словам миссис Дайним, её соседка, обычно одевавшаяся строго и добропорядочно, в этот вечер выглядела, «как королева!» Платье и украшения, которые были на миссис Вирринг, по словам соседки, наверняка стоят, как дом где-нибудь в районе Плёса. Даже если миссис Дайним преувеличивает, вы понимаете, как все были потрясены видом вернувшейся дамы.

Миссис Вирринг пояснила детям, что была на свадьбе своей племянницы мисс Глории Редстоун. Печальная история этой девушки также хорошо известна жителям нашего города. Мы все были счастливы узнать, что нашу землячку после многих испытаний ждало такое счастье, как брак с высшим аристократом Закрытого Королевства. Именно её жених лорд Александр Эрриа магическим порталом перенес тётю невесты прямо в свой замок, чтобы она могла поприсутствовать на свадьбе мисс Глории!»

Там было ещё много розовых бла-бла-бла и личных фантазий журналиста по поводу свадьбы, меня и Закрытого Королевства. А в центре всей этой фантазии красовалась копия нашего магоснимка. Надо признать, что на страницах знакомых с детства «Новостей Инта» наша компания смотрелась просто звёздно. Трое потрясающе красивых даргов и мы с тётей Лилиан, выглядящие вполне достойно даже на их фоне.

Это фото наверняка произвело фурор в нашем маленьком Инте. Я могла понять тётю, которая не удержалась и обнародовала его. Даже если Александр будет недоволен таким использованием снимка, я никогда не упрекну тётю. Она заслужила свою минуту триумфа.

Я сидела, раздумывая, что ответить кузине и нужно ли сообщить о статье Александру, когда в дверь постучались. На моё разрешение вошла Элида с парой книг в руках.

– Не помешаю? Я ненадолго, просто мы сегодня почти не виделись. Ты и завтра весь день проведешь с дамой Ригиной?

– Нет, экономке ведь нужно работать и посвящать два дня моему обучению это через чур. Мы договорились уделять каждый день по несколько часов на занятия. Кстати, Элида, управление замком это наверняка не единственное, что мне нужно знать.

– Наверно, но я как-то не думала об этом. Мне кажется, что остальное это просто, пустые формальности.

– Это просто только для тебя, а я даже о вашем Королевстве мало что знаю.

Я-то знала, как много значения придают в свете этим «пустым формальностям». Помню, как слуги в тех аристократических домах, где доводилось работать, перемывали кости гостям хозяев, которые приходили не в тот час, были не так одеты и допускали прочие мелкие ошибки в этикете

– Знаешь, Элида, ты напиши для начала, что должна делать старшая леди рода Эрриа. А там видно будет, чему ты меня будешь учить.

– Я стану твоей учительницей? – Элида состроила строгую мину, видимо, вспомнив кого-то из своих гувернанток, а потом расхохоталась.

Вышло это у неё так заразительно, что я присоединилась к смеху, хотя особого повода и не видела. От смеха руки Элиды ослабли и книги выпали. Мы одновременно наклонились за ними и звонко стукнулись лбами. Это вызвало новый приступ хохота. Элида упала в соседнее кресло, продолжая смеяться.

Но постепенно мы успокоились. Не знаю, как у девушки, а у меня этот приступ смеха словно смыл накопившуюся за день усталость и подспудный страх, который охватывал меня из-за мыслей о будущем.

– А что это у тебя за газета?

– Это из моего городка. Прислала тётя, – пояснила я.

– Можно, я почитаю? Никогда не видела имперских газет.

– Тут только одна страница со статьёй про тётю. Пояитай.

Я протянула ей статью, а сама взяла принесенные книги. На время мы затихли, читая. Элида принесла мне два дамских романчика о невинных девах и их роковой любви. Но так как эти банальные истории были вписаны в антураж Закрытого Королевства, то я сочла их довольно познавательными. Интересно было сопоставить с такими же любовными сказками из нашей Империи.

Наконец Элида оторвалась от статьи и протянула мне с улыбкой газету.

– Надо же, как занимательно написано.

– Как ты думаешь, Александр не рассердится на то, что о нас написали в газете? Надо ли ему рассказать об этом?

– Это большая газета? Где она выходит?

– Нет, это наш местный листок, его читают только в нашей провинции.

Элида с легким снисхождением посмотрела на меня:

– Твой Инт ведь далеко от столицы? – Я кивнула. – Вряд ли там читают ваши «Новости». Так что не думаю, что это взволнует Александра. А почему они назвали тебя принцессой?

– Соврали для красоты.

Девушка бросила на меня странный взгляд и перевела тему:

– Как тебе мои книги? Будешь читать или подобрать тебе что-нибудь посерьёзней?

– Не надо, эти почитаю.

На этом мы и расстались до утра. А утром я закрутилась в хлопотах моей новой жизни: примерка нарядов, которые шила оставленная миссис Кроми мастерица, занятия с дамой Ригиной, дальнейшее знакомство с жителями замка. В этот раз я плотнее узнала работу кухни, поговорила с кухаркой, потом застряла в библиотеке.

Так спокойно прошло ещё пару дней. Единственно, оказалось, что выбраться из замка на прогулку практически невозможно. Он напоминал остров, зажатый между высокими скалами и пропастью. Всё, что было необходимо, попадало или через стационарный портал, или через систему горных туннелей, выходивших где-то значительно ниже по склону. Ходили по нему немногие доверенные слуги со стражей, забирая доставленное купцами у поста вначале тунеля.

Стало понятно, почему в этом красивом замке Эрриа не живут постоянно. Всё же он больше был приспособлен для обороны, чем для комфортной жизни. И как мне ни нравилось родовое гнездо Эрриа, но хорошо, что Александр не оставит меня здесь. Очень скоро я почувствовала бы себя узницей.

К концу третьего дня я вновь нашла в шкатулке послание от родни. Кузина Виолетта вместе с тётей Лилиан с тревогой предупреждали меня о том, что до них добрались уже и столичные журналисты. Они стараются общаться с ними поменьше, но на соседский роток не накинешь платок.

Я представила, как много интересного журналисты могут узнать от той же миссис Дайним. И поторопилась написать тёте, что лучше уж она с кузинами поговорит с этими работниками пера, добытчиками информации. Попросила и дальше держать меня в курсе истории с прессой. Я начала подозревать, что так просто это не кончится, и стоило всё-таки как-то довести до лорда Эрриа новость о статье в нашей провинциальной сплетнице.

В результате меня томили плохие предчувствия, ночью я ворочалась с боку на бок, мучаясь мыслями о том, как отнесется Александр к тому, что имя Эрриа склоняют в наших газетах.

Я не подозревала, что уже завтра нас ждут события, перед которыми сплетни в прессе покажутся полной ерундой.

День начался как обычно, и ничто не могло объяснить поселившийся в душе червячок беспокойства. После завтрака я обошла вместе с дамой Ригиной служебные помещения, проверяя, как слуги выполняют данные им задания и раздавая новые. Было интересно наблюдать этот процесс управления большим домом, напоминающий работу больших часов с механическими фигурками.

Когда смотришь на такие часы со стороны, то видишь, как точно минута в минуту появляются прелестные фигурки, звучит мелодия, и, пройдя положенным маршрутом, они вновь исчезают внутри. Выглядит это восхитительно! Но ещё больше меня поразила точная и продуманная работа шестерёнок и прочих деталей, обеспечивающих волшебное зрелище, когда однажды мне удалось это увидеть.

Вот и сейчас дама Ригина давала мне увидеть, как обеспечивается точное, как часы, функционирование замка. Она объясняла, что определяет меню на несколько дней, откуда появляются продукты на нашей кухне, как и у кого мы их заказываем, как они доставляются и где хранятся. Все эти ценные сведения я тщательно конспектировала в заведенную для этого тетрадь.

Было это так увлекательно, что я забыла о необъяснимой тревоге, донимавшей меня с утра, и чуть не опоздала на очередную примерку к оставленной в замке портнихе. Она продолжала работать над гардеробом, достойным леди Эрриа, а это был объёмный труд. Ведь создавался он практически с нуля! Никогда не подозревала, что благородной даме требуется так много всего, и здесь, в замке, мне пока шили и подгоняли только самое необходимое.

Но даже с этим одна оставленная мастерица вряд ли бы справилась. Она лишь примеряли и подгоняла то, что готовила для меня по снятым меркам мастерская знаменитой миссис Крами в столице. Вот и сегодня должны были доставить очередную партию обновок для меня и Элиды, которые необходимо было примерить. Вспомнив об этом, я поспешила в выделенную под мастерскую комнату.

Мизансцена, которую я застала, войдя туда, меня чем-то царапнула. В комнате кроме уже знакомой мне девушки была незнакомая женщина. Эту высокую сухощавую даму с избыточным макияжем на лице раньше я в замке не видела. Но странным мне показалось даже не это. Её присутствие объяснял целый ворох новых платьев, которые были доставлены сегодня из столицы.

Просто в комнате витало какое-то напряжение, выражавшееся в застывшем выражении обычно живого и дружелюбного лица знакомой мастерицы, холодном, прямо-таки прицельном взгляде незнакомки, направленном на меня, едва я появилась на пороге.

– Леди Эрриа, миссис Крами передала вам, как лучшей клиентке, эту брошь.

Девушка потянулась к шкатулке, стоящей на столике, собираясь передать её мне. Но незнакомка остановила её резким окриком:

– Нет, не этой! Она не может быть леди Эрриа, это человечка!

Девушка отдернула руку. Мой перстень начал понемногу нагреваться.

– Тем не менее, именно я леди Эрриа, супруга лорда Александра, – холодно пояснила я.

– Простите, леди. Я не знала, – внешне почтительно сказала женщина, взяв себя в руки. – Но эта брошь для блондинки, вам она не пойдет по цвету.

Говоря это, она слегка презрительно сверху вниз смотрела на меня, придерживая рукой шкатулку, словно боялась, что я попытаюсь её выхватить.

– А, это для мисс Элиды, сестры лорда, – с облегчением выдохнула мастерица, которую смутил этот конфликт. – Она скоро подойдет, здесь есть платье и для неё. Тогда и передадите, мисс Груми.

Мисс Груми смерила нас задумчивым взглядом, словно что-то прикидывая. Девушка мастерица замолчала и зачем-то взяла в руки большие острые ножницы из корзинки с инструментами.

Мой перстень-артефакт стал почти горячим. Всё это мне не нравилось, и я мысленно обратилась к своей личной служанке: «Мирри! Передай Маркусу или Джеду, что в мастерской у портнихи какая-то странная незнакомая дама».

Маркуса и Джеда я хорошо знала по путешествию и доверяла. Они сообразят, что надо делать. А пока стоило потянуть время.

– Мисс Ойлятта, – обратилась я к мастерице, – покажите, что из этих платьев для меня.

Ойлятта молча смотрела на меня пустым взглядом, держа ножницы, словно нож. Перстень на миг обжёг меня, а девушка встрепенулась, с недоумением посмотрела на ножницы в своих руках, положила сверкнувший сталью инструмент на стол, и робко мне улыбнулась.

– Конечно, леди. Вам сегодня нужно примерить домашнее платье, блузу, юбку и амазонку, – перечислила она предстоящее и протянула вначале светлое домашнее платье.

Впереди была зима, и оно было тёплым, с длинным рукавом из тонкой шерсти. Раньше я не имела дела со столь качественными тканями. Эта же была такой тонкой выделки, что прильнула к моим рукам нежно, как котёнок. Не выдержав, я даже прижалась к платью щекой.

С платьем в руках я направилась к ширмам, мысленно вновь позвав Мирри. Принимать помощь этой странной мисс Груми мне не хотелось.

Словно откликаясь на мой зов, дверь мастерской вновь открылась, и на пороге показались Мирри и Элида. Мирри кивнула мне, давая понять, что моё послание передано. А элида прямиком направилась к новым нарядам, желая поскорее рассмотреть их.

– Леди Элида! Миссис Крами передала вам брошку, – поспешила обрадовать её Ольятта и показала на небольшую шкатулку.

– Элида! – поспешила отвлечь её я. Что-то не хотелось мне, чтобы привезённая странной мисс Груми вещь попала в руки новообретенной сестре. – Помоги вначале мне.

Немного удивившись, ведь рядом со мной уже стояла Мирри, девушка всё же отвела руку от шкатулки и направилась в нашу сторону.

Высокая мисс Груми вытянула руку характерным для магов жестом в её сторону, но ничего не произошло. Слова Александра оказались правдой.

– В замке не действует чужая магия, только рода Эрриа, – невольно вслух повторила я слова мужа.

Стремительным змеиным броском лже-портниха бросилась к Элиде и крепко схватила её. Точнее, наверно будет, сказать «схватил»? Сейчас рядом с высокой, но изящной девушкой широкие плечи и рост мисс Груми особенно явно выдавали истинный пол убийцы. Макияж на красивом лице казался грубой маской.

Но эти мысли скользило по краю сознания, всё внимание привлекал нож, прижатый мужчиной к тонкой шее Элиды. Откуда он появился в руке убийцы, я не успела заметить, да это и не было важно.

– Подожди, не убивай её. Тебе не удастся сбежать отсюда. Ты не сможешь создать портал, – попыталась образумить его я.

– Это не важно! Я должен убить леди Эрриа.

– Но ведь леди Эрриа – это я! Почему ты так уверен, что тебе нужна Элида? – я продолжала тянуть время.

– Какая ты Эрриа! – с презрением сказал мужчина. – Ты человечка!

– Но я хранительница артефакта, – я демонстративно покрутила рукой с перстнем. – Наверняка тебе заказали именно хранительницу. Ты зря убьёшь девочку.

При виде перстня зрачки у него расширились. Удивительно, что я заметила это на таком расстоянии, мелькнуло у меня в голове. Похоже, что я угадала, заказ был именно таким, и мои слова посеяли сомнения.

– Убьёшь её, умрешь сам, и всё напрасно! Заказ всё равно не выполнишь! Уходи. Отпусти девушку, и обещаю, тебя выпустят из замка.

Пусть потом его ловят где-нибудь подальше от нас. «Мисс Груми» медлил, раздумывая, а я злилась на Эрриа. Они утверждали, что здесь безопасно, но что-то не похоже! Отсутствие магии не помешает ему элементарно перерезать Элиде горло, а потом напасть на меня.

Правда, это вряд ли поможет ему выбраться отсюда живым. Патовая ситуация для нас всех.

– Хочешь, я заменю Элиду и выведу тебя к стационарному порталу?

– Не уверен, что твое обещание или жизнь имеет цену для Эрриа, человечка! Может быть, они только обрадуются, если я убью тебя, – насмешливо произнес мужчина. Не дождавшись от меня опровержений, хмыкнув, добавил. – Вот видишь!

Но видно было, что он раздумывает, и смерть девушки из сиюминутной переходит в категорию возможных.

– Хорошо, сделаем так. Блондинка остается заложницей, а ты ведешь нас к порталу, предупреждая всякие глупости от возможных героев. Эти двое девок остаются тут.

Я кивнула и, пока он не передумал, приказала:

– Мирри и Ольятта, зайдите в гардеробную и запритесь там. Так они не будут мешать вам, – а про себя подумала, что это не даст ему возможности передумать и причинить им вред, если что-то пойдет не так.

Даргини быстро забежали в примыкающую к мастерской гардеробную, и заперлись. «Мисс Груми» не обращал на их действия внимания, всё это время не спуская с меня глаз, и твёрдо держа нож у горла Элиды.

Как только мы остались в мастерской втроём, я вдруг увидела, как за спиной убийцы из стены замка совершенно беззвучно вышел Александр и сделал шаг в сторону. Вслед за ним появился и Рей. Это было похоже на мираж, тем более, что буквально через миг я уже никого не видела.

Хотя я не произнесла ни звука, но мои глаза всё же выдали удивление. Правда, «Груми» истолковал это по-своему:

– Вы прекрасная актриса, леди Эрриа, но меня вам не провести. Я на такие штуки не ведусь, и оглядываться не стану. Не советую пытаться переиграть меня! При первом же сомнении я перережу горло ей и заменю тобою. Шагай вперед!

Ничего не происходило! Может быть, братья опасались действовать из-за ножа у горла Элиды? Чтобы убить девушку, злодею хватит и предсмертного мгновения.

– Сейчас отправимся. Но может быть, вначале вы уберете нож от горла? – и на его насмешливую улыбку быстро пояснила. – Мало ли, впереди лестницы, пороги. Достаточно просто неловко запнуться, и на руках у вас бесполезный труп. Лучше держите нож у её сердца. Вы человек искусный, убить её и так сможете, но хотя бы не случайно.

Мужчина задумывается и вспомнив лабиринты замка, которые предстоит пройти, кивает. Не спуская с меня глаз, начинает медленно отводить руку от тоненькой белой шеи. Я стою, не шевелясь и даже не дыша.

В то мгновение, когда его рука с ножом начинает перемещаться к сердцу девушки, убийца внезапно падает, роняя и Элиду.

– Не кричите, леди! – слегка морщась, говорит вновь проявившийся Рей. Александр бросается к сестре.

Лишь тут осознаю, что действительно кричу и захлопываю рот. Но тишина не наступает. Это кричит Элида. Значит, жива!

Александр освобождает её из захвата несостоявшегося убийцы и помогает подняться. Я вижу, как Рей выплетает сковывающее заклятие и набрасывает его на «Груми». Значит, и он жив, хотя и неподвижен.

Слегка спотыкаясь и всхлипывая, Элида бросается ко мне, и, несмотря на свой высокий рост, умудряется так прижаться ко мне, что словно маленький ребенок, прячет голову на моем плече. Она рыдает, заливая меня слезами. Я обнимаю её в ответ и тоже беззвучно плачу от облегчения. Мы живы! Мы спасены!

– Всё хорошо! Всё хорошо! – успокаивая себя и Элиду, бормочу я.

Пока мы разводим сырость, в мастерской появляются несколько воинов во главе с Джедом. Дружески улыбнувшись мне, он командует солдатами, которые быстро подхватывают находящегося без сознания убийцу и куда-то уносят его. Остальные во главе с Реем тщательно обыскивают комнату.

Начавшееся движение отвлекает меня от плача к облегчению неловко стоящего рядом Александра. «Мирри, выходите! Уже безопасно», – мысленно зову прячущихся девушек.

Когда дверь гардеробной начинает отворяться, я вижу, как Джед нацеливается в неё из арбалета, и окончательно прихожу в себя.

– Стой, это Мирри и Ольятта!

Но Джед не опускает арбалета, пока не убеждается в этом.

Девушки, выйдя из своего укрытия, тоже в первые мгновения настороженно осматриваются, и лишь увидев лорда Александра, успокаиваются. Мирри направляется к нам с Элидой, а Ольятта – к привезенным нарядам.

– Если с платьями что-то случится, то я вовек с мадам не расплачусь, – поясняет она, заметив мой взгляд.

Я вспоминаю о броши, которую привёз с собой «Груми», и рассказываю об этом. Тут и Элида немного успокаивается, и с настороженным любопытством смотрит в сторону шкатулки, содержимое которой мы так и не увидели.

– Наверняка какой-то смертельно опасный артефакт. Отнеси её в лабораторию, только осторожно, – отдает команду Александр одному из воинов.

– Леди, куда проводить вас? – любезно, словно на приеме, поинтересовался он у нас, предлагая руки.

Мы с Элидой, взяв Александра под руки, переглянулись, и она сказала:

– Пожалуй, в Голубую столовую.

Я согласно кивнула. Мне тоже нравилась эта небольшая угловая комната с великолепными видами из окон. В сопровождении двух воинов Александр проводил нас туда, помог устроиться в креслах у одного из окон и успокаивающе сказал:

– Сейчас вам принесут травяного чая со сладостями. Больше ничего вам не грозит, но для вашего спокойствия за дверью останется охрана. А я пойду разбираться с этим…

– Вы ничего не хотите нам объяснить?

– Позже, Лори, я обязательно всё вам расскажу.

С этим Александр стремительно нас покинул

Мы с Элидой молчали, бездумно любуясь на проплывающие по небу облака, редких на такой высоте птиц и синь неба. Пока мы были не готовы обсуждать пережитый страх. Я боялась, что заговорив об этом, сорвусь в истерику. Наверно, Элида опасалась того же. Говорить же о чём-то другом мы пока были не в состоянии. Вот и молчали.

Скоро нам принесли чай, от которого приятно пахло мятой и лесными ягодами. Я видела, что в него немного добавлено успокаивающего заклинания, но это явно было не лишним. Поэтому увидев, как дрожат руки у взявшейся за чайничек Элиды, забрала его и разлила чай сама. Должна признать, что и в моих руках чашечки слегка позвякивали, но я справилась.

Только сделав по паре глотков, мы, наконец, смогли заговорить, пусть даже обсуждая принесенные бутербродики и печенья.

Элида ела немного, как истинная благородная леди. На меня же на нервной почве напал настоящий жор. Зато с каждым проглоченным бутербродом мне становилось немного легче.

– Я так испугалась! – вдруг сдавленным голосом произнесла Элида. При этом она не смотрела на меня, опустив глаза, словно стыдясь этого.

– Естественно! Ты же не идиотка. Любой бы испугался. Я так была просто в ужасе!

– Правда?! – Элида подняла огромные потрясенные глаза. – Ты тоже боялась?

– Ну конечно! До сих пор не отошла.

– А мне ты казалась такой хладнокровной.

– Внешность обманчива, – засмеялась я. – Ты тоже вела себя абсолютно правильно, не дергалась, внимание его не привлекала.

– Да я даже дышать боялась, – призналась девушка и тоненько захихикала.

– В общем, мы настоящие героини.

Мы переглянулись, и расхохотались просто до слёз. Со смехом напряжение понемногу оставляло нас, но обсуждать происшедшее по-прежнему не хотелось.

– Чем бы заняться, пока братья не придут? Интересно, не пришел ли новый «Магический вестник»?

– А у вас тут тоже его получают? – удивилась и обрадовалась я. Мне этот журнал нравился, но я думала, что он выходит только у нас в Империи.

– Да, достаточно просто подписаться. Его многие выписывают. Братья из-за научных новинок, а мне про модные тренды нравится.

Но тут же поспешила поправиться:

– И я же в Магическую Академию хочу поступить, поэтому про знаменитых магов люблю читать.

– Отлично! Пусть принесут несколько номеров. Я последний раз читала «Вестник» ещё в той таверне. Да и то, как читала? Объявления просматривала. Так что с удовольствием полистаю несколько.

– Тогда скажи даме Ригине, – кивнула Элида на мой пояс с артефактом связи. – Пусть принесут

Я так и сделала. Довольно скоро нам принесли стопочку «Вестников». Элида быстро схватила верхний, воскликнув:

– О, свеженький!

А я спокойно взяла предыдущий, но не успела его раскрыть, как Элида позвала меня:

– Лори! Смотри, как эта девушка на обложке похожа на тебя!

И правда, девушка, чей нарисованный портрет был на первой странице, очень походила на меня, только выглядела заметно красивей и эффектней. Элида, вчитавшись в заголовок статьи, к которому относилась картинка, растеряно произнесла:

– Знаешь, это и правда ты… Тут написано – история Глории Редстоун. Это ведь ты?

Я даже сама засомневалась.

– Да, я была Глория Редстоун. Это теперь я Элория Эрриа.

Мне пока было странно произносить своё новое имя, словно о другом человеке.

– Дай, я посмотрю, – протянула руку к Элиде, но та быстро спрятала номер за спину.

– Ну уж нет! Я первая!

Понимая, что забрать у неё «Вестник» с моим портретом без драки не удастся, поднялась:

– Схожу, проверю почтовую шкатулку. Подозреваю, там меня ждет письмо от тётушки или кузины.

Когда я вышла из столовой, один из воинов пошел за мной следом и остановился лишь на пороге моих покоев.

В шкатулке, как я и думала, лежала короткая записка: «Лори, прости! Это уже какое-то сумасшествие. Мы прячемся от журналистов, но они всё равно пишут о тебе, и пишут!» Там же лежал и «Вестник» с уже знакомым рисунком на обложке.

Я торопливо нашла нужную страницу со статьей. Она занимала целый разворот в рубрике «Знаменитые маги». Когда-то я мечтала попасть в череду знаменитых личностей, о которых рассказывали здесь. Правда, думала, что это случится значительно позже и по более достойному поводу.

Статью предваряло редакторское предисловие, в котором читателям приносилось извинение, что «Вестник» отступил от своих традиций, выбрав в персонажи рубрики меня, ничем не прославившуюся на ниве магии. «Более того, мисс Глория Редстоун сегодня магом не является, – писалось там. – Но удивительная судьба этой леди привлекла столько внимания, что мы не могли обойти эту волнующую читателей тему».

Торопливо, по диагонали, я просмотрела статью. Что касается фактов моей биографии, то она была довольно точна. Но тон изложения! Меня едва не затошнило от слезливой патоки, которой она была переполнена.

Здесь было всё: история моей несчастной матери, предпочевшей любовь магии. Я, бедная сиротка, стремившаяся воплотить её несбывшуюся мечту. Рассказ преподавателей о том, какой блестящей и подающей надежды студенткой я была.

Раскопали журналисты и историю с моей помолвкой, но в их изложении виновником расставания был сделан Антуан. Они не обвинял его ни в чем прямо, но краткое сообщение о том, что сейчас он живет с моей в прошлом лучшей подругой, словно намекало на чёрное предательство.

Я могла им только посочувствовать! Правда, меня порадовало, что Антуан и Анита, судя по всему, были успешны в карьере. Они работали в столице, на Императора. Интересно, тётя передала Аните моё послание? Надо будет напомнить ей.

Особенно трогательно и пафосно был написан эпизод, в котором рассказывалось о том, как я потеряла дар. Я чуть сама не прослезилась! Отбросила статью и немного побегала по комнате, чтобы сбросить пар.

Затем вновь раскрыла «Вестник». Были там и воспоминания женщины, которая в тот день рожала, из-за чего не могла вовремя покинуть деревню. Она говорила, что лишь благодаря мне не погибла сама и её новорожденная дочь. Прочитав о том, что крошку назвали Глорией, я закрыла журнал. Воспоминания о том страшном дне вновь нахлынули на меня, но теперь я видела не только чёрную стену из воды, нависшую над деревней, но и маленький пищащий комочек в одном из домов.

Слёзы просто хлынули из глаз, вымывая старую боль и сомнения, которых я стыдилась. Иногда, в минуты слабости, я жалела о том, что держала тогда поток до полного выгорания дара.

Я снова открыла статью и вгляделась в фото маленькой Глории, названной в мою честь. Девочка уже утратила умилительность крошки, но ещё не обрела прелесть расцветающей женственности. Она не блистала красотой и, судя по статье, не отличалась какими-то особыми талантами. Иначе бы журналист обязательно развил эту тему. Это была самая обычная крестьянская девочка, смотревшая со страницы серьёзно и немного напряженно. И она жила благодаря мне.

Я аккуратно сложила «Вестник» и вышла из комнаты.

Глава 33.

Разговоры в Голубой столовой

К тому времени, как я вернулась к Элиде, мне удалось успокоиться, и в голове замелькала новая тревожная мысль: «Как отнесется лорд Эрриа к тому, что его жена стала героиней подобных статей?»

Я до сих пор точно не знала статус рода Эрриа в Закрытом Королевстве, но не сомневалась, что он высок. Вряд ли принцесса Элалия вышла бы замуж за его предка, будь это иначе. И если судить по нашим имперским аристократам, то такие семьи не очень-то любили подобную славу.

«Всё-таки зря мы не сообщили Александру об этом, когда шумиха только начиналась. Может быть, он сумел бы остановить этот вал».

Мне казалось, что я попала в эпицентр урагана. Именно так я воспринимала случившееся. Ведь если даже в таком серьёзном издании, как «Магический вестник», посвятили разворот моей скромной особе, то можно представить, что творится во всяких бульварных листках!

Раздумывая о возможных проблемах, я вошла в Голубую столовую и наткнулась на заплаканный потрясенный взгляд Элиды.

– Это всё правда?!

– Ну что ты, Элида! Не принимай всерьёз. Журналисты всегда всё преувеличивают.

– Но то, как ты потеряла дар, здесь написано правильно?

Я вспомнила, что об этом рассказала только Александру, и для Элиды этот эпизод моей жизни был совершенно не знаком.

– По фактам – да, только уж очень пафосно изложено. Элида, я не хочу сейчас обсуждать своё прошлое. Прошу тебя, не принимай эту журналистскую писанину близко к сердцу.

Элида, не соглашаясь, покачала головой и бережно сложила «Вестник».

– Меня больше волнует, как твой брат отнесется к моей внезапной славе. Не повредит ли это вашей семье?

Девушка не стала отрицать такую возможность, на что я в тайне надеялась. Она не сказала, как мне хотелось: «Ерунда! Ваш «Вестник» у нас никто не читает!», а высказала то, что вертелось и у меня в голове:

– Нужно было сразу сказать брату. Но пусть другие говорят, что хотят, а я буду гордиться тобой!

Её горячность меня не успокоила. Надеюсь только, что этот приступ восхищения со временем сойдёт на нет, и наши отношения вернутся в нормальное русло.

Как я и подозревала, эти самые «другие» воспримут такое пополнение рода Эрриа, лишенную дара человечку, не столь восторженно и радостно. Перемоют кости и мне, и Александру, и всему нашему семейству. Но что случилось, то случилось! В конце концов, я ничего не скрывала и замуж не рвалась.

– Знаешь, Элида, меня больше волнует, что там с убийцей? – озвучила я другой волнующий вопрос. – Ты хоть приблизительно догадываешься, кто мог его нанять?

– Да кто угодно, – довольно равнодушно произнесла девушка. Похоже, мысль об этом была ей привычна. – Больше всех заинтересованы рода три, которые хотели бы занять наше место у трона. Но может быть и кто-то неизвестный, если в Королевстве зреет заговор.

– А чем им мешает артефакт?

– Он устами хранительницы предупреждает о грядущих опасностях для короны и страны, – неохотно просветила меня Элида. – Кроме того, он может развеивать ментальную магию. Ты же знаешь, что для нас, даргов, возможность внушать другим нужные мысли и эмоции, один из главных инструментов подчинения. Поэтому хранительница артефакта может мешать как политическому заговорщику, так и какому-нибудь безумно влюбленному, желающему заполучить равнодушную к нему женщину.

Да, список потенциальных заказчиков мог быть неопределенно большим.

– Будем надеяться, что Рей и Александр смогут разговорить эту «портниху», – кровожадно сказала помнившая нож у своего горла Элида.

Я разделяла и её чувства, и надежду.

Но увы! То, что в допросе что-то пошло не так, стало ясно по мрачному и озабоченному лицу Александра, когда наконец он вошел к нам.

– Ну что?! – нетерпеливо бросилась к нему Элида.

– Это он нападал тогда на тебя в таверне. Сегодня «Гуми» планировал убить тебя или через брошь, или руками работавшей у нас портнихи. Он сильный ментальный маг, профессиональный убийца. Внушил посыльной от миссис Крами, что отправиться сюда, в замок, должен он, и заменил её. Но брошь ты не взяла, а внушение мастерице развеивал артефакт. Пришлось ему самому действовать.

– Так он что, хотел убить меня по своей инициативе? – нахмурилась сестра.

– Нет, его наняли и, как профи, он жаждал довести заказ до конца.

– А кто его нанял? Выяснили? – вмешалась я.

Александр вздохнул и потёр лоб:

– Нет. Как только «Гуми» собрался произнести имя заказчика, он умер. Сердце остановилось.

– След оборвался? Ничего не узнали?

Мрачный вид Александра был теперь понятен.

– Почему же? По тем косвенным сведениям, которые убийца успел нам дать, круг подозреваемых можно значительно сузить. А главное, его смерть… Такому сильному магу, как «Гуми», влезть в мозги мог только ещё более сильный менталист. Таких немного. Значит, это кто-то из трёх ближайших к трону родов. Рей отправился в столицу, на доклад королю.

Мы помолчали. В моём представлении перспективы были мрачные. Что произойдет раньше: вычислят злоумышленника или убьют хранительницу? Такая гонка со смертью меня не радовала.

– Кстати, Александр, мы с Лори не сказали тебе раньше, что о вашей свадьбе написали в газете на её родине. Не думали, что её кто-то читает. А теперь… – Элида протянула «Магический вестник» с моим портретом на обложке брату.

– Хорошо получилась, – хмыкнул он, разглядывая рисунок.

Мы с Элидой замерев наблюдали за тем, как Александр читал статью. Определить по его лицу, что он об этом думает, было невозможно. Отложив номер, он ещё какое-то время молчал, о чём-то напряженно раздумывая.

Наконец он посмотрел на нас, неожиданно улыбнувшись:

– Что же, в данной ситуации это к лучшему. Теперь все, и наши враги тоже, узнают, что хранительницей артефакта стала ты, Элория. Значит, убивать тебя, Элида, больше не будут пытаться. Во всяком случае, в ближайшее время. Они затаятся.

Я, конечно, рада была за Элиду, но и самой ещё жить хотелось. Словно прочитав мои мысли, Александр обратился непосредственно ко мне:

– Тебя тоже трогать не будут. Им выгодно, что хранительницей стала потерявшая магию, ведь артефакт работает только за счет дара носящей перстень. Они будут считать, что он пока практически не действует. Если бы об отсутствии у тебя дара говорили мы, нам могли бы не поверить. А так, благодаря «Вестнику» об этом будет знать всё Королевство. Так что, считая артефакт не рабочим, на ближайшие годы наш род оставят в покое.

Он замер на несколько мгновений, зацепившись взглядом за горы и небо за окном. Мы с Элидой тоже молчали, обдумывая сказанное.

Девушка улыбнулась и сделала наивные просящие глазки:

– Брат, значит, теперь я смогу поступить в Академию?

Снова быстрая, мимолетная улыбка, преображающая Александра:

– Возможно. Через год посмотрим.

– Здорово!

Только аристократическое воспитание не дало Элиде завизжать от радости, а ограничиться хлопками. Эта желанная перспектива, похоже, окончательно вытеснило из её мыслей и убийцу, и возможных заговорщиков.

– Лори, ты позанимаешься со мной?

Она уже думала о будущем, уверенная, что «возможно» брата обязательно превратиться в «наверняка»!

– Конечно, – мне и самой стоило освежить в памяти прошлые знания, ведь дар ко мне возвращался.

– Но этим, дамы, будете заниматься уже не здесь. Пора возвращаться к цивилизации. Собирайтесь, сегодня же отправляемся в мое поместье, – и, посмотрев на меня, поправился. – Наше поместье, Лори. Там я живу постоянно, а теперь это будет и твой дом. Надеюсь, тебе понравится.

Я замерла, вдруг остро почувствовав, что очередной этап моей жизни подошёл к концу. Не тогда, в храме, а здесь, в уютной пронизанной светом гостиной, понимание неотвратимости и громадности перемен накрыло меня.

Глория Редстоун останется в прошлом. Из замка в новый дом, незнакомое мне поместье, отправится уже леди Элория Эрриа. Что ждёт эту леди я пока не знала. Мне захотелось остаться здесь, в этом замке-крепости, отгороженному и от Империи, и от Королевства, от врагов и друзей, горами и пропастями.

– Отлично! Лори, тебе там понравится! – оживленно обратилась ко мне Элида. – Я тебе всё покажу, познакомлю с соседями, пройдемся по магазинам! Можешь особо много не брать. Только самое необходимое. Остальное потом дама Ригина передаст.

– Пойдём! – лорд Александр встал и протянул мне руку.

«Не трусь, Лори! Отступать поздно!» – сказала я себе, и приняла протянутую руку мужа.

Императорский маг Антуан-Серджио де Льяно спешил домой. Ему не терпелось поделиться с Анитой радостью: статья о Глории оказалась правдой! Несмотря на то, что поднятая шумиха принесла им неприятности: шепотки за спиной, осуждающие взгляды, назойливость журналистов, новость о том, что Глория удачно вышла замуж была так хороша, что Антуан боялся ей поверить.

Тем более в том, как журналисты могут всё переврать, они с Анитой убедились на собственном опыте. Там не досказав, там переставив акценты, они умудрились выставить Аниту разлучницей, а его низким предателем, оставившим невесту в трудный для неё час.

В результате Анита последнее время никуда не выходила из дома, пытаясь избежать неприятного внимания. Антуан был более толстокожим и просто игнорировал шепотки и взгляды. В лицо же боевому магу никто не рисковал задавать нежеланные вопросы.

Никто, кроме главы Имперской службы безопасности графа Дэйрина. Уж его-то не заподозришь в том, что он примет на веру статью в прессе. И раз стал выяснять у Антуана о Глории, то значит, она действительно стала женой высшего лорда Закрытого Королевства.

Как и следовала ожидать, сам граф, наверняка знавший больше журналистов, ничего Антуану не рассказывал. Его больше интересовал характер Глории, какая она.

– Умная, сильная, решительная. В остальном я слишком долго её не видел, чтобы рассказать вам что-то интересное.

– Что-то она не выглядит счастливой невестой, – похлопывая по странице с знаменитым магоснимком, сказал граф.

– Я бы скорее насторожился, если бы она сияла. После случившегося Глория привыкла держать свои эмоции под контролем.

– Значит, романтичной дурочкой её не назовешь. Тогда тем более этот брак выглядит странным. Не могу понять, чем он вызван! Неужели всего за месяц знакомства мисс Редстоун могла свести с ума и довести до брака опытного аристократа, дарга, в конце концов?

– Так они были знакомы целый месяц? Тогда дарг, который легко видит истинные чувства человека, вполне мог оценить Глорию.

– Чувства, чувства… – проворчал граф. – К сожалению, они действительно могут спутать все разумные доводы и расчеты. Вот бы увидеть воочию эту парочку… Если леди Эрриа выйдет на связь с вами или вашими друзьями, обязательно сообщите мне.

Антуан молча склонил голову. В отличие от лорда Дэйрина, такой ошарашивающий брак Глории его не удивил. С ней могло случиться всё!

Глория, одна из немногих, получив от Судьбы плохие карты, не сдавалась, но и не оттягивала неизбежный проигрыш. Она ставила точку и начинала новую игру!

Антуан сомневался, что будь он на её месте, смог бы так решительно прекратить отношения. А в их ситуации только она могла разорвать помолвку. Даже если бы Антуан тогда совсем разлюбил её, он никогда не оставил бы пострадавшую девушку. И это принесло бы несчастье им обоим.

Сейчас, благодаря чувствам к Аните, он понимал, что тогда для него это была лишь юношеская влюбленность. Возможно, она бы могла со временем перерасти в настоящую любовь, если бы не этот удар судьбы. А может быть, и нет. Но выпавшее испытание влюбленность точно не пережила бы.

Он до сих пор испытывал вину от облегчения, что испытал в глубине души, прочитав записку, расторгающую их помолвку. Винил он себя и за то, что не смог отыскать исчезнувшую невесту. Если бы сейчас что-то подобное случилось с Анитой, он бы перевернул всё, но отыскал бы и вернул любимую! А тогда…

Антуан после исчезновения искал Глорию, чтобы убедиться, что с ней всё в порядке, предложить помощь, и не мог найти. А когда тётя Лилиан написала ему, что Глория работает где-то в глухой провинции Империи, то прекратил поиски.

Каждый из их четвёрки испытывал вину перед Глорией, и это разрушило дружбу. Они не винили друг друга – не в чем! Но каждый винил себя.

Зайдя в дом, Антуан скинул плащ и поспешил пройти в гостиную. Ему не терпелось обсудить с Ани новости. Она сидела в кресле перед камином, спиной к нему и сердце мужчины привычно дрогнуло от знакомого русого завитка на затылке, выбивавшегося из любой прически и падавшего на тонкую шею.

Антуан на мгновение замер, вновь восхитившись красотой её изящного тела. Мелодия линий и движений зачастую говорила ему о чувствах женщины больше, чем слова. Но сейчас он не мог понять, что значит её неподвижность. Только длинные изящные пальцы автоматически перебирали какую-то странную ленту цвета слоновой кости.

– Ани, что случилось?

Анита повернулась к нему в профиль, и он увидел, что щёки женщины мокры от слёз.

– Ты плачешь? Что случилось? – Антуан стремительно приблизился и развернул женщину вместе с креслом лицом к себе.

– Ничего плохого, – Анита постаралась улыбнуться и шмыгнула носом. Не каждая сможет изящно вытереть платочком слёзы и нос, но у Аниты каждый жест смотрелся красиво. Или так казалось Антуану?

Она протянула ему записку, лежавшую до этого на коленях, и внимательно смотрела, как мужчина читает.

Антуан сразу узнал знакомый почерк, хотя и видел его в последний раз много лет назад:

«Ребята, я так за вас рада! Вы должны быть прекрасной парой! Желаю вам счастья от всего сердца. Анита, на свадьбу у невесты должно быть что-то чужое. Надеюсь, что пояс от моего свадебного платья, примет хоть в каком-нибудь качестве участие в вашем торжестве. На удачу. Ваша Глория».

Анита вглядывалась в лицо Антуана, боясь заметить тень ревности, огорчения в глазах любимого, но ничего такого не обнаруживала. Воображаемая вина перед Глорией, стоявшая между ними, таяла, как снег под солнцем и уходила в прошлое.

Вернув ей записку, мужчина, глядя на неё сиявшими нежностью тёмными глазами, вдруг опустился на одно колено и торжественно произнёс:

– Анита-Мария-Сюзанна-Вероника де Винченца, выйдешь ли ты за меня замуж?

– Да! Да!!

Двое замерли, крепко обнявшись. Прошлое отпустило их, освобождая место будущему.

Цикл «Истории Закрытого Королевства»:

Родовой артефакт: Роман.

Глория Редстоун маг, потерявший свой дар, работу, друзей. Но судьба даёт ей новый шанс. Правда, раньше все подарки судьбы были у Глории с подвохом. Рискнет ли она теперь?

Мечты тётушки Лилиан: Рассказ

Вполне естественно мечтать в юности и желать изменить жизнь, если она тебя не устраивает. А вот тётушка Лилиан дама немолодая и жизнью своей вполне довольна. И неожиданные перемены теперь могут быть только у детей или внуков, думает она.