В последние годы во всем мире мощный импульс получила функциональная медицина. Это ни в коем случае не враждующее с официальной медициной направление и не еретическое учение. Коренное отличие заключается не в средствах лечения, не в материалах и не в оборудовании, а в подходе к здоровью и благополучию. Функциональная медицина придерживается активного подхода, при котором здоровье пациента зависит не столько от конкретной выпитой им таблетки или проведенной операции, сколько от целого комплекса факторов, и он, пациент, выступает не наблюдателем, а участником строительства своего здоровья. Образ жизни, характер питания, гигиена — все это влияет на состояние организма. А понимание здоровья основывается на определении Авиценны «здоровье — это безупречное функционирование», и с этим ведь не поспоришь.

Общепринятая стоматология, которую преподают сегодня в вузах, как наука сложилась в начале ХХ века, когда реалии в окружающей среде, пище, материаловедении были иными. Теоретическим фундаментом для такой стоматологии была и остается эволюционная теория Дарвина, то есть все изменения в полости рта объясняются приспособляемостью организма к окружающим условиям: еде, воде, нагрузкам. Хотя на практике доказательств этой версии не приводится: может быть, их даже не существует вовсе. Однако все методы лечения исходят именно из этого постулата. На деле это означает, что любые перекосы, скученность зубов, нарушение прикуса воспринимаются как этап адаптации и вариант нормы, и задача врача — не устранить недостатки, а предложить внешнюю конструкцию, которая поддержит либо заменит поврежденный орган. При этом считалось, что чем жестче конструкция, тем дольше она простоит. Поэтому развитие получили «инженерные» методы лечения: металлические штифты[6], бюгели[7], мостовидные протезы, пломбы, брекеты[8], импланты.

На самом же деле в человеческом теле все системы гибкие, амортизирующие колоссальную нагрузку, которую оказывают мышцы (например, жевательная мышца может давать нагрузку до 600 кг, язык — до 500 г на каждый зуб).

Изменившиеся в течение последнего столетия реалии жизни существенно трансформировали и характер проблем со здоровьем. Так, лечение дефектов в полости рта у пациентов ХХ века не требовало специальной работы с прикусом. Большинство пациентов имели столь незначительные изменения ширины верхней челюсти, что можно было их игнорировать и объяснять той же теорией эволюции, наследственностью.

Например, стираемость эмали, потеря боковых зубов у людей, родившихся в ХХ веке, встречалась в основном в 55–60 лет. Назывался такой диагноз «возрастной стираемостью». В ХХ веке люди в возрасте 70 лет носили частичные протезы, у молодых людей чаще ставились диагнозы кариеса, гипоплазии эмали, флюороза.

Исправление прикуса не носило тотального характера, проводилось в детском возрасте, было больше профилактическим методом восстановления эстетики.

Диагноз «дисфункция височно-нижнечелюстного сустава» встречался настолько редко, что до сих пор нет ни удовлетворительного описания его в учебниках, ни методов его лечения.

Критическая проблема общепринятой стоматологии даже не в том, что она не угоняется за масштабированием болячек, которые 60–70 лет назад и не снились ни врачу, ни пациенту. Беда в том, что она не рассматривает связи зубомышечного органа со всем организмом и не прослеживает причинно-следственную связь между поставленными пломбами и коронками и возникновением общих заболеваний.

Например, при протезировании фронтальных зубов монолитной конструкцией происходит жесткое сцепление двух верхних челюстей, отчего возникают отеки на лице. При низкой пломбе с одной стороны происходит перекос нижней челюсти, что ведет к спазмам мышц шеи и болям в шейном отделе, а в дальнейшем, с годами, к нарушению кровоснабжения щитовидной железы с этой стороны. Но это не все: на противоположной стороне при этом поднимается плечо и возникает перекос всего тела, перегрузка коленных суставов и деформация стоп. И таких примеров можно приводить много.

За последние тридцать лет характер заболеваний, с которыми работает мировая стоматология, существенно поменялся. Верхняя челюсть сужается в каждом поколении все больше, и речь идет именно о сужении, а не о генетическом эволюционном недоразвитии, как обучают в медицинских вузах. То есть две половинки верхней челюсти соединяются нёбным швом под все более острым углом и вдавливаются в нос.

Это сужение вызвано нарушением носового дыхания, возникающим у детей еще в грудном возрасте. Причина — ухудшение качества воздуха и в целом загрязнение атмосферы на всей Земле. В связи с чем «возрастной ценз», количество зафиксированных патологий и их течение резко отличаются от ситуации в стоматологии середины XX века.

В шестилетнем возрасте у детей часто можно видеть скученность передних молочных зубов, патологическую стираемость моляров — как молочных, так и первых постоянных. Встречается ранняя потеря молочных моляров. Искривление носовой перегородки, аденоиды, поллинозы, искривление осанки встречаются почти у 90 % детей.

У молодых людей до тридцати лет привычной картиной стала патологическая стираемость эмали. У многих из них к тридцати годам уже удалены моляры, иногда по два, по три. Клиновидные дефекты, оголение, чувствительность шеек зубов у молодых пациентов — тоже не редкость. Эталон широкой белозубой улыбки забывается, уже привычна желтая узкая улыбка с мелкими зубами.

Щелчки жевательного сустава, сколиозы, головные боли, шейный остеохондроз, вегетососудистая дистония, поллинозы сильно «помолодели» и встречаются почти у 100 % молодых людей начиная с подросткового возраста.

В западных странах доктора, выясняя причину омоложения «старческого» маразма, провели ультразвуковое исследование мозга. Результат измерений показал: во время жевания полноценными высокими «молодыми» зубами увеличивается объем кровотока в зоне памяти мозга. Если зубы стерты, то процесс жевания изменяется и каверны мозга кровоснабжаются не в полном объеме. Усугубляется это тем, что мы все больше употребляем мягкую, перетертую пищу.

Мы наблюдаем быстрые по времени (всего 3–4 поколения людей) изменения в полости рта в виде сужения челюстей и осложнения, с этим связанные. Вызвано это, повторю, ухудшением качества воздуха и воды.

Эта глава — самая важная для понимания связи функций зубомышечного аппарата со всем организмом в целом. Подробно каждую из функций мы рассмотрим во второй части книги, а сейчас вы узнаете, какие задачи стоят перед зубами, деснами, языком, мышцами лица, насколько важна их стабильная работа и какими проблемами чревато ее нарушение.

Жевательные мышцы свободно взаимодействуют только с молодыми высокими зубами. Они составляют каркас лица, которое остается подтянутым, пока мышцы в движении, то есть пока зубы молодые и не стертые. Жевание в норме должно быть вертикальным, с открыванием рта, то есть по оси зуба.

Пища, здоровая и правильная для зубов — мясо, рыба, овощи и фрукты — рубится во рту. Мягкая пища — булочки, торты, каши, пюре и практически весь фастфуд — приводит к стиранию эмали зубов, так как эта пища перетирается латеральными мышцами круговыми движениями.

При стирании эмали жевательные мышцы провисают, появляются признаки старения лица: синева, а потом мешки под глазами, глубокие носогубные складки, висящие щеки.

Зубы, альвеолярные гребни, язык, нёбо участвуют в артикуляции звуков речи. Русская фонетика уникальна тем, что бо́льшая часть согласных произносится из положения, свойственного нам от природы, — «кончик языка на нёбе» или «язык поднят к верхнему нёбу» (т, д, р, н, л, ч, ж, з, ц, ш, щ).

При ротовом дыхании язык опускается вниз, речь становится картавой. Дети разговаривают шепелявя, так как располагают язык между зубами. Это усугубляется модой на английский язык в детских садах, где акцент делают на обучении английской фонетике, а русская свистит, картавит и шепелявит. Мы отмечаем, что на телевидении и в кино молодые ведущие и актеры уже не обладают безупречной дикцией. Теряется норма произношения по-русски.

Положение мыщелков[9] височно-нижнечелюстного сустава зависит от высоты эмали зубов, а с мыщелками соседствует улитка среднего уха и рецепторы внутреннего уха, то есть вестибулярный аппарат.

При потере эмали зубы как опора занижаются, и нижняя челюсть задвигается назад, сдавливает дыхательное и глотательное горло, а также щитовидную железу. Поэтому могут проявляться дисфункция щитовидной железы, спазмы при глотании, спазмы латеральной мышцы, часто по ошибке диагностируемые как неврит тройничного нерва.

Человек подсознательно выдвигает голову вперед для снятия сдавливания горла, при этом спазмируются задние мышцы шеи, позвоночные и сонные артерии. Возникают шейный остеохондроз, головокружения, головные боли, повышается риск инсульта.

Природа заложила в нас специальный механизм, с помощью которого мы можем сбросить накопленный за день стресс, обнулить напряжение. Проявляется он во сне: человек стискивает зубы, стучит или скрипит ими. Это работают жевательные мышцы, обеспечивая нам эмоциональную разрядку, чтобы, проснувшись, мы чувствовали себя отдохнувшими и готовыми к заботам нового дня.

Зубы со стертой эмалью в неправильном прикусе не могут полноценно снимать стрессы и эмоции. Напряжение накапливается, что проявляется в виде неврозов, панических атак, гипертонии, язвы желудка.

Именно невозможность сбросить напряжение приводит к тому, что дети с неправильным прикусом больше устают, хуже учатся. У них могут наблюдаться психосоматические расстройства, вегетососудистая дистония.

Концепция «Человек изначально идеален» основывается на принятии человека с идеальным строением, имеющего организм, способный к самовосстановлению и самоизлечению. Лечение и профилактика по этой концепции опираются на простые и логичные решения функциональной стоматологии.

Сужение челюстей и стираемость эмали рассматриваются не как генетическое изменение в процессе эволюции, а как страдания идеального организма из-за влияния нарушенной экологии и других негативных внешних условий.

В лечение входит:

• восстановление стертой эмали до нормальной анатомии зуба методами реставрации;

• ночное ношение капы-корректора MIKATA из мягкого силикона для релаксации мышц;

• восстановительная работа с жевательными мышцами и языком. Основными правилами являются жевание с открыванием губ, то есть вертикально, и положение кончика языка за бугром нёба.

• Человек — изначально идеальное творение природы, Бога.

• Зубы «запрограммированы» стоять в идеальном ряду.

• Каждый зуб образуется в зародышевом фолликуле идеальной анатомической формы.

• Верхний и нижний антагонисты формируются отдельно на верхней и нижней челюстях соответственно, но идеально подходят формами, как ключ к замку.

• Если внешние воздействия привели к сужению верхней челюсти и наклону альвеолярных гребней внутрь, зубы не адаптируются, а стираются и изнашиваются при смыкании и находятся в состоянии «сжатой пружины».

• При освобождении зубных рядов от давления мышц «пружина» расслабляется, и зубы сами занимают свое место при условии возвращения им правильной анатомической формы.

• Лечение и результаты стабильны.

1-й класс — Верхняя челюсть не сужена

2-й класс — Верхняя челюсть сужена

1-й подкласс — альтернативная опора создается верхними зубами на нижнюю губу;

2-й подкласс — альтернативная опора создается нижними зубами на верхнюю губу;

3-й подкласс — альтернативная опора создается антагонистами зубов в перекрестье.

Подклассы даются на переходный период от классификации Энгля для взаимопонимания между стоматологами. На план лечения подклассы не влияют.

Клинически концепция «Человек изначально идеален» используется более 17 лет.

При восстановлении правильного прикуса по данной концепции у пациентов:

• проходят головные боли, мигрени, головокружения, шейный остеохондроз, «невриты» тройничного нерва, неврозы, панические атаки, спазмы в горле, жжение и сухость языка;

• стабилизируется состояние в полости рта. В течение нескольких лет не появляются оголенные шейки зубов, чувствительность эмали, кариозные полости, сколы эмали;

• у детей исправляется сколиоз.

В этой главе я хочу обобщить все пункты концепции «Человек изначально идеален» (в дальнейшем буду называть ее просто концепцией) и рассказать, как они реализуются на практике во время конкретного приема, какими принципами руководствуется врач и какова доля участия в лечении самого пациента. Итак, добро пожаловать на прием к стоматологу!

Зубы часто сравнивают с жемчугом. И это неслучайно. Причем повод для аналогии дают не только белизна, гладкость и сияние, но и сходство состава (бусина из раковины на 86 % состоит из карбоната кальция, а зуб на 98 %). Но это не все сходство.

Приняв от природы такой драгоценный дар, мы просто обязаны относиться к зубам бережно и тщательно ухаживать за ними. Федерико Феллини говорил: «Жемчужина — автобиография устрицы». Эту метафору вполне можно перефразировать в отношении зубов, потому что они так же, как наше жизнеописание, отражают все, что мы любим и не любим в жизни, все, что мы едим, чем занимаемся и даже чем болеем. Давайте же не будем портить нашу «автобиографию».

В идеале зубы нужно чистить утром после завтрака — перед тем, как выйти на работу или учебу. И вечером — после ужина, перед сном. Это известно всем, но не все знают, почему оптимален именно такой режим.

Дело в том, что ночью слюнные железы не работают, из-за чего мы ощущаем сухость во рту. А наша слюна имеет щелочной pH и защищает от микробов, бактерий. Поэтому чем меньше бактерий останется перед сном, тем лучше.

Обратите внимание, что по утрам лучше чистить зубы именно после еды, а не сразу после подъема. Так вы уберете и налет, и остатки пищи, и будете ощущать свежесть и чистоту до самого обеда. Да и окружающим будет приятнее находиться с вами рядом.

Чистить нужно все поверхности зубов — их четыре. Зубная щетка справляется с наружной и внутренней сторонами, а качество процесса зависит от количества колебаний в минуту. Для ручной, или механической, щетки предел 70 колебаний в минуту, для электрической вращающейся — около 10 000, для звуковых — 500 000, ультразвуковых — 1 000 000.

Если снаружи и изнутри чистка зубов особых сложностей не представляет, то боковые поверхности удастся обработать щеткой, только если зубы у вас стоят через один. В самом удачном положении окажутся счастливые обладатели единственного зуба — представляете, как легко за ним ухаживать! Но шутки в сторону, потому как чистить боковые поверхности действительно важно, иначе там начнут скапливаться остатки пищи, которой вы будете подкармливать патогенные микроорганизмы, образуется налет и зубной камень.

Еще наши древние предки принимали меры, чтобы сохранять зубы в чистоте. Примерно полторы тысячи лет назад люди натирали поверхность зубов веточками, расщепленными на концах на волокна — наподобие миниатюрного веника. И только спустя сотни лет была придумана зубная щетка, которой мы пользуемся и по сей день. В Европе зубные щетки впервые появились в Англии: их изобрел Уильям Аддис в 1780 году.

История его изобретения любопытна и авантюрна, поэтому сделаем небольшое отступление, чтобы познакомить с ней читателей. В возрасте 26 лет Аддис, молодой предприниматель из Спиталфилдса, оказался в тюрьме по обвинению в участии в антикатолическом бунте. Сидя в Ньюгейтской тюрьме, он, как мог, следил за зубами, начищая их тряпочкой с сажей и солью. Однажды на глаза ему попалась обычная метла, и Аддиса осенило: ведь можно сделать такую же метелку для зубов, и тогда можно будет вычищать их лучше, чем тряпочкой, так как ворсинки будут проникать и между зубами. Взяв небольшую кость, он сделал в ней множество крошечных отверстий и вставил в них маленькие веточки.

И только потом, выйдя из заточения, он понял, что щетка — чуть ли не единственный способ уберечь зубы, которые у англичан XVIII века стали резко портиться. Это было связано с активным распространением сахара-рафинада — его начали выпускать и поедать в промышленных масштабах. А так как лечение в то время сводилось к выдергиванию заболевшего зуба у цирюльника, то профилактика давала шанс избежать этой парикмахерской «услуги». Зубные щетки вошли в моду, стали востребованы, и предприимчивый англичанин начал выпускать их серийно, а основанная им фирма существует и поныне.

А потом настала эра электричества, и в середине XX века мы получили возможность чистить зубы щетками с моторчиком. С момента их изобретения чистка зубов стала быстрой, эффективной и интересной. Сегодня электрическая щетка — один из самых популярных гаджетов для гигиены.

Даже те, кто начал пользоваться электрической щеткой из любопытства к технической новинке или отдавая дань моде, быстро начинают ощущать изменение качества чистки зубов. Механической щеткой, как бы мы ни старались, сделать несколько тысяч вращательных движений в минуту никак не получится. Кроме того, как я заметила, у многих людей вырабатывается привычка возить щеткой по зубам движениями из стороны в сторону в горизонтальной плоскости и только с внешней стороны. Да, учитывая прямоугольную форму головки мануальной щетки, так удобнее, но ведь зуб имеет объемную округлую форму, как, например, бусина. И чистить необходимо все стороны — в 3D-формате. Нужно запастись терпением, чтобы делать ручной зубной щеткой выметающие движения по всем направлениям. Зато электрическая щетка с вращающейся головкой с этой задачей справляется быстро и качественно, так как устроена совершенно иначе: условно ее можно сравнить с наконечником бормашины с полирующей насадкой. Головка насадки электрической щетки совершает до 10 500 возвратно-вращательных и до 48 000 пульсирующих движений в минуту. Но если при виде бормашины человек испытывает неподдельный ужас, то электрощеткой пользуется, наоборот, с удовольствием. Благодаря небольшой круглой головке ее легко направлять, на чистку тратятся те же три минуты, но с совершенно иным результатом.

Современные зубные щетки умнеют на глазах, становясь интерактивными помощниками и самого пользователя, и… стоматолога! Вот, например, на заметку любителям высокотехнологичных примочек: щетка с обратной связью при помощи встроенных датчиков определяет зоны, которые вы чистите, и, если вы что-то пропустили, указывает, где конкретно надо доработать. Также она контролирует силу нажима — это важно, так как помогает обезопасить зубы и десны от чрезмерного давления.

Щетка собирает информацию о состоянии полости рта и может отправить ее напрямую стоматологу, а он, в свою очередь, укажет, на какие области в дальнейшем надо будет обратить особое внимание при чистке.

Конечно, при желании одинаково хорошего результата можно добиться и ручной, и электрической щеткой, но усилия при этом затрачиваются разные. Приведу пример из своей практики.

На приеме я обычно объясняю пациентам принципы чистки зубов:

♦ каждый зуб надо чистить отдельно, со всех сторон,

♦ в конце чистки — проводить щеткой вдоль десны по границе перехода шейки зуба в десну,

♦ задние зубы необходимо обязательно чистить с дистальной стороны, то есть со стороны горла.

Когда пациент выполняет рекомендации, результат сразу виден. Но я-то представляю, каких трудов стоит выполнить эти рекомендации от и до, и искренне хвалю пациента: чистка зубов на «отлично»! А пациент отвечает: «Это я купил электрическую щетку». И никаких особых усилий он не прикладывал, лишнего времени не тратил, а довольны все. Зубы гладкие и блестящие, десны бледно-розового цвета — этот результат вы и сами можете оценить, глядя в зеркало после каждой процедуры.

Напомню только: чистить зубы электрической щеткой и ирригатором надо два раза в день — после завтрака и после ужина. И особенно тщательно нужно удалять зубной налет и остатки пищи вечером, так как во сне у нас слюна, которая естественным образом защищает от бактерий, не вырабатывается, и, если гигиена соблюдена не полностью, начинают плодиться микробы, что, естественно, отрицательно влияет на здоровье зубов.

В наше время рынок изобилует средствами для поддержания гигиены полости рта: всевозможные пасты, гели, ополаскиватели, пенки для любого возраста и на любой вкус — только выбирай! Но так было не всегда. В древности никаких паст, естественно, не существовало, а белые зубы у многих народов были эталоном красоты. Для того чтобы добиться этой красоты, люди использовали золу, древесный уголь, смолу, растертые в порошок камни, корешки растений, толченое стекло, пропитанную медом шерсть, соль и прочую экзотику. В Древнем Египте белизны зубов добивались с помощью растолченной в порошок смеси из мирры, ладана, изюма, бараньего рога, веточек мастикового дерева. В Китае и Индии зубы чистили толчеными минералами, рогами и копытами животных, гипсом. В Древней Греции терли пемзу и добавляли в нее винный уксус.

И только в середине XIX века стали делать знакомый многим зубной порошок на основе мела, а чуть позже представили «разжиженный порошок» — зубную пасту. Она, правда, сначала не очень впечатлила пользователей — довольно большая стеклянная банка была не самой удачной упаковкой, да и не очень гигиеничной. Но вот появился тюбик — и его портативность, компактность и удобство значительно облегчили зубным пастам путь к популярности. Видя интерес людей, производители принялись экспериментировать с составом и вкусами, чтобы охватить как можно большее число потребителей. И, похоже, добились своего — сегодня мы не можем представить себе дом, где не пользовались бы этим средством ухода за полостью рта.

На современном рынке существует несметное количество зубных паст, но все их можно разделить на четыре вида.

I. Лечебно-профилактические пасты могут содержать кальций, фосфор, фтор и подходят для постоянного использования.

II. Пасты для лечения десен — в их состав могут входить антибиотики, антисептики, витамины A и Е, растительные экстракты, прополис и другие лечебные природные вещества, а также вещества, помогающие поддержать местный иммунитет в полости рта и позволяющие снять воспаление тканей.

III. Отбеливающие пасты. Согласно исследованиям российской компании SPLAT, в настоящее время существует три типа отбеливания, эффективность которых экспериментально проверялась в международных многоцентровых клинических исследованиях.

Абразивное отбеливание. Действует за счет использования так называемых абразивов — нерастворимых компонентов, физически удаляющих окраску, налет и остатки пищи. Самым безопасным абразивом является диоксид кремния, который имеет частицы сферической формы разного размера, бережно очищающие, не травмирующие эмаль. Как правило, различные абразивы (сода, лактат алюминия, диоксид кремния) содержатся в любой зубной пасте, но у отбеливающих паст их параметры подбираются индивидуально для достижения максимальной степени очищения.

Кислородное (пероксидное) отбеливание. Достигается за счет использования соединений перекиси водорода, таких как пероксид кальция, пероксид карбамида. При выполнении всех рекомендаций — чистке зубов дважды в день и дополнительном использовании паст, снижающих чувствительность, эти вещества зачастую позволяют добиться неестественной белизны зубов, удаляя натуральную окраску в глубоких слоях эмали.

Ферментативное отбеливание. Поскольку окрашивающие вещества из внешней среды в первую очередь накапливаются в естественной пелликуле (пленке на поверхности) зуба, различные ферменты могут разрушать эту пленку и снижать степень окрашивания, осветляя зуб до его естественного, природного цвета. Ферментативный тип отбеливания считается наиболее безопасным для эмали, и пасты с таким типом отбеливания можно использовать ежедневно.

Большинство современных зубных паст содержат не одну, а сразу несколько систем отбеливания, что улучшает результат при использовании.

IV. Пасты для чувствительных шеек зубов. Среди них есть пасты, содержащие нитрат калия — вещество, которое работает как поверхностный анальгетик, обезболивает, но не лечит, поэтому эффект является временным и просто маскирует проблему. А вот пасты, содержащие различные формы гидроксиапатита кальция и лактата кальция, действительно помогают устранить проблему повышенной чувствительности эмали и дентина за счет реминерализации эмали и закупорки — своеобразного «микропломбирования» — дентинных трубочек.

Человек — это не только физический организм. И уже во внутриутробном периоде закладываются его собственные будущие мысли, желания, потребность в красоте, в социальном успехе.

Системы и органы также начинают формироваться задолго до рождения человека на свет. В первые три месяца беременности появляются ткани, в которых впоследствии вырастут зубы. Зачатки и молочных, и постоянных зубов закладываются в шесть месяцев — после того, как сформированы все органы и системы будущего человека.

Внутри челюстных костей плода образуются маленькие пузырьки — фолликулы, с жемчужинами из кальция внутри, в которых уже заложена правильная форма, бугристости. Их количество соответствует всем будущим молочным (20) и постоянным (32) зубам. Также в этот период создаются условия для формирования прикуса.

Хочу подчеркнуть, что недоразвитых от природы челюстей нет. За свою практику я ни разу не встречала людей, у которых проблема с прикусом была бы связана с таким наследственным фактором.

Проблемы неправильного прикуса, скученности зубов и того, что они якобы не помещаются в челюсти, имеют в своей основе другие причины.

Верхняя челюсть состоит из двух косточек, которые соединяются на середине нёба небным швом. Эти половинки могут смыкаться под разным углом. Норма и наилучший вариант — когда создается почти плоское горизонтальное нёбо. В этом случае человек дышит свободно и имеет правильный широкий прикус и красивую улыбку.

Нижняя челюсть ограничивается размерами верхней челюсти и зависит от них. Чтобы развитие проходило правильно, кончик языка у ребенка должен лежать на нёбе и давить на него.

В дальнейшем, когда ребенок рождается, данный баланс поддерживается при грудном кормлении за счет сосательных движений, которые совершает малыш. Щеки ограничивают рост верхней челюсти снаружи, а язык при сосании давит на нее изнутри, чтобы она приобретала правильную форму. При искусственном кормлении из бутылочки с широким отверстием малышу не надо добывать себе молоко — оно течет само по себе, язык находится внизу, и ребенок просто делает глотательные движения. Тогда верхняя челюсть, которая создает нёбо, остается узкой — готической, как говорят стоматологи — и формируется неправильный прикус. Искусственное вскармливание — первая причина нарушения прикуса. Но существует и вторая — глобальная.

Экологи давно бьют тревогу в связи с резким ухудшением качества воздуха, воды, почвы. Это, действительно, опасная тенденция — мы своими руками рушим собственный дом. Но помимо этого, мы рушим дом собственных детей, которым предстоит жить на планете после нас. В последнее время из-за плохой экологии, в том числе нехватки свежего воздуха, новорожденные вынуждены дышать ртом — при этом языку приходится опуститься вниз на альвеолярные гребни. Язык уже не давит изнутри на верхнюю челюсть, зато щеки исправно продолжают свою работу, давя на нее снаружи. В результате угол между половинками верхней челюсти уменьшается, она сужается — и формируется неправильный прикус.

В цепную реакцию вовлекается носовая перегородка. Она является продолжением верхней челюсти, и когда две пластины готического нёба вдавливаются своим «острым шпилем» в нос, происходит искривление носовой перегородки.

В период внутриутробного развития всегда закладывается правильный сценарий прикуса. Самый главный негативный фактор, влияющий на его формирование, — загрязненный воздух, из-за которого у новорожденного нарушается носовое дыхание.

Все зубы считаются от оси симметрии — от центра челюсти, находящегося под носом. Первые два — резцы, затем клык, потом в молочном прикусе идут премоляр (четвертый зуб) и один моляр. Всего в молочном прикусе 20 зубов.

В полгодика у ребенка появляются передние резцы. Слизистая может набухать, краснеть — процесс болезненный. Для ребенка этот период сложный — он капризничает, плачет. Ему становится некомфортно еще и потому, что боковых зубов пока нет, опереться не на что, а передние стучат друг о друга.

Малыш в это время любит сосать боковыми сторонами рта пальцы, соски, грызть игрушки, создавая себе дополнительную опору. Отсутствие боковых зубов — психологический момент.

Естественна и нормальна готовность родителей сделать все, чтобы ребенок вырос здоровым, красивым и счастливым. И все рекомендации и назначения врачей ответственные мамы и папы, как правило, выполняют — если стоматолог сказал, что прикус нарушен, то костьми ляжем, но исправим. Однако родителям маленьких пациентов важно понимать, что формирование правильного прикуса не должно вестись любой ценой, и осознавать, что каждое произведенное сейчас, в детстве, действие отразится не только на состоянии зубов, но и на общем самочувствии уже во взрослом возрасте. Когда стоматологи уговаривают вас для исправления прикуса удалить у ребенка не помещающиеся во рту зубы (это, к сожалению, все еще практикуется при лечении брекетами), помните, что, решив таким способом вопрос эстетики, сделав совершенной улыбку, вы можете создать ему серьезные проблемы на всю жизнь. И вашему повзрослевшему ребенку, возможно, даже придется учиться улыбаться заново.

Боковые зубы, появляющиеся в постоянном прикусе, на протяжении всей жизни играют роль нашей физиологической и психологической опоры, поэтому от их состояния зависит очень многое. По времени смена прикуса совпадает с первыми годами школьной учебы. В это время у ребенка кардинально меняется режим дня. В среднем и старшем школьном возрасте занятость и нагрузка возрастают еще больше. И получается, что следить за зубами, вовремя их чистить ребенку некогда: утром он спешит на занятия, а вечером валится с ног от усталости. Но именно в школьные годы крайне важно сформировать осознанное отношение к гигиене зубов, чтобы к тому времени, как ребенок вступит во взрослую жизнь, она не начиналась у него с серьезных проблем со здоровьем.

Как сегодня выглядит школьный день наших детей? Собираясь рано утром в школу, перекусить он, может быть, что-нибудь и успевает, а зубы почистить — не всегда. В школе после завтрака зубы чистить никому и в голову не приходит. Если на перемене ученик перехватывает что-то, принесенное из дома, — тем более. Обед в школе также не сопровождается никакими гигиеническими процедурами, кроме мытья рук. Вернувшись домой после уроков, кружков-секций и продленки, уставший ученик в конце дня кое-как повозил щеткой во рту и отправился спать. И так ежедневно.

Получается, что дни напролет ребенок грызет гранит науки, а заодно копит на зубах налет и грязь, создающие питательную среду для размножения микробов. Вследствие этого в школьном возрасте у детей резко возрастает количество случаев кариеса.

Вы не задумывались, почему старики сидят дома, стараются реже выходить на улицу и сводят к минимуму все очные контакты? Потому что невозможно улыбнуться. Нет зубов — это не только проблема «нечем есть», но и проблема коммуникации. Старость и одиночество сильно связаны с отсутствием передних зубов.

Даже малыши детсадовского возраста, если спросить их, откуда берется кариес, наверняка дружно ответят: «От конфет!» Да, всегда считалось, что кариес развивается из-за злоупотребления сладостями и особенно опасными для зубов сладкими кислотосодержащими газированными напитками, а также из-за неправильной гигиены. В молочном прикусе у детей действительно бывает фиссурный[13] кариес, связанный только с употреблением большого количества сладостей. На его возникновение, на мой взгляд, влияет поведение родителей. Ошибка заключается в том, что они пытаются запретить малышу есть сладкое, но при этом в доме оно не переводится. Если уж родители так переживают за здоровье ребенка, то логичнее ограничить покупки конфет, печенья и булочек, заменив их сухофруктами и домашней выпечкой, где нет химических добавок, и предпосылок для возникновения кариеса станет меньше. А табуированием продуктов ничего не добьешься — не зря же говорят, что запретный плод сладок. И к тому же совсем отказывать в сладком детям нельзя — не только потому, что они его любят, но и потому, что оно необходимо, так как является условием роста. Сухофрукты — хороший заменитель промышленных сладостей, они содержат не рафинированные сахара, а более полезную фруктозу.

Но чрезмерное увлечение сладким — не единственная причина. Вообще существует несколько сотен теорий возникновения этих «черных дыр»: и недостаток витаминов, и нарушение диеты, и сбои нервной и эндокринной систем, и неправильный состав слюны — и еще множество разных объяснений. Но в последние десять лет доказано, что кариес развивается в первую очередь при неправильном положении зубов во рту — нарушении прикуса. Казалось бы, при чем тут прикус?

Дело в том, что при включении жевательными мышцами функции сбрасывания стресса (она проявляется сильным сдавливанием мышц, когда мы спим, подробнее об этой функции — в главе «Состояние зубов и генерализованное тревожное расстройство») на эмали зубов в неправильном положении возникают трещины, сквозь которые проникают болезнетворные бактерии, вызывающие развитие кариозной полости. Нет трещин — нет вторжения. Вот вам и прямая связь.

По моим клиническим наблюдениям, действительно наиболее разрушенные зубы — с пломбами, кариесом — это именно те, которые находятся в самом узком положении, то есть наклонены внутрь полости рта. На зубе, стоящем правильно, очень редко можно увидеть кариес или пломбу.

Исходя из того, что сказано выше, можно утверждать, что риск возникновения кариеса многократно возрастает у ребенка с нарушением прикуса, который к тому же очень эмоционален, потому, что получает слишком много возбуждающей нервную систему информации (через телевизор, например). Во-первых, психологические затраты он пытается восполнить сладким. А во-вторых, ночью все накопленное в избытке напряжение он сбрасывает через жевательные мышцы, вплоть до скрежета зубами, которые порой толком и не почищены, — в результате ребенок автоматически попадает в группу риска.

Защитить ребенка от возникновения кариеса можно, обеспечив ему спокойное детство без перевозбуждающих мультиков и игр, правильное питание и хорошую гигиену.

И еще пару слов о кариесе на молочных зубах. Заметив у 5–6-летнего пациента дырочку в молочном боковом зубе, стоматолог вместо лечения предлагает родителям: «Давайте мы этот зуб лучше удалим — все равно ему выпадать». Родители склонны соглашаться со специалистами, и зуб удаляют. Знакомая ситуация? После удаления год, два, а то и три ребенок ходит без опорного зуба — а соседние из-за этого преждевременно стираются и положение челюсти меняется. В моей практике были случаи, когда у ребенка в 8–9 лет из-за вырванного преждевременно зуба соседние успевали стереться настолько, что их приходилось реставрировать. Поэтому я считаю, что молочный зуб, пораженный кариесом, раньше времени вырывать нельзя — его надо лечить.

У совсем маленьких детей кариес бывает очень редко. Если он и возникает, то к 4–5 годам, когда мышцы челюстей становятся более крепкими, и при включении функции сбрасывания стресса во сне на эмали от сдавливания могут образоваться трещины, в которые попадают болезнетворные организмы.

Но с кариесом часто путают некариозные поражения эмали — гипоплазию, то есть недостаточное развитие поверхностного слоя — эмали, состоящей преимущественно из кальция.

Этот порок развития проявляется в виде пятнышек коричневого или желтого цвета на зубах. Отличить гипоплазию от кариеса легко.

Кариес — всегда одиночное поражение зуба между зубами или посередине фиссуры, то есть в том месте, где может застрять пища.

Гипоплазия поражает всегда симметричные зубы или симметричные места на них. Например, если это передние резцы, то коричневое или беловатое пятнышко будет на обоих резцах: на режущих краях или посередине зуба. Гипоплазия, как правило, появляется сразу на прорезавшихся зубах, а кариес возникает позже, всегда одиночно и несимметрично.

Гипоплазия — эндемическое[14] поражение, связанное с состоянием окружающей среды и качеством воды в том или ином регионе. Встречаются целые эндемические очаги, Москва и Московская область входят в такую зону.

Чтобы избежать подобной патологии развития, можно посоветовать пить разную воду, из разных источников, есть больше привозных фруктов и овощей, чтобы разнообразить состав употребляемой воды.

Приведу пример того, как путаница с диагнозами едва не обернулась для одного из моих маленьких пациентов длительным, болезненным и совершенно ненужным лечением.

Ко мне пришла мама с ребенком 2,5 лет. Ее смутило, что на недавно прорезавшихся передних резцах ребенка есть пятна белого цвета. В ближайшей детской стоматологии, куда она обратилась, сказали, что это кариозные признаки и нужно депульпировать[15] зубы и покрывать их коронками. Маме показался неадекватным такой план лечения, и она пришла ко мне на консультацию. Я ей объяснила, что такое гипоплазия и чем она отличается от повреждений кариозного происхождения. Пятна у малыша были на двух одинаковых зубах и располагались симметрично — это явное свидетельство гипоплазии эмали. Такие зубы не требуют сверления, а тем более коронок, они стоят и работают полный возрастной цикл. Лечение вообще не понадобилось, только профилактические мероприятия: включить в рацион ребенка больше продуктов, богатых кальцием.

Флюороз — это симметричное поражение эмали зубов, выглядит как изъеденные неровные очаги темного окраса, вплоть до черного. Так же, как и при гипоплазии эмали, при флюорозе поражаются симметричные зубы.

Причина возникновения флюороза — избыток фтора в воде. Болезнь развивается только во время закладки зубов. Возникает флюороз сразу после прорезывания зубов и в дальнейшем не прогрессирует.

Понимая, что в организме и так фтора в избытке, люди начинают избегать фторсодержащих зубных паст. Но на самом деле, когда у ребенка прорезавшиеся зубы поражены этим заболеванием, не нужно бояться чистить их зубной пастой с фтором по двум причинам. Во-первых, в местах повреждения эмали (там, где вы видите пятна) могут возникать кариозные очаги, поэтому профилактические мероприятия должны быть общепринятыми. Во-вторых, ионы фтора участвуют в образовании длинной молекулы аморфного фосфата кальция (ACR — эту аббревиатуру вы иногда можете встретить в перечне ингредиентов зубных паст). Молекула «плавает» в слюне и заживляет выбоинки на эмали. И нормальная доза фтора в дальнейшем для эмали обязательно нужна.

В районах, где встречается флюороз, нужно употреблять в пищу привозную воду. Для того чтобы на постоянных зубах не было флюороза, давайте деткам до года бутилированную воду с нормальным содержанием фтора[16].

Первый моляр (шестерка), премоляр (четверка), клык и центральный резец в стоматологии называются ключевыми зубами. Они представляют собой систему безопасности нашего височно-нижнечелюстного сустава, входящего наряду с зубными дугами и жевательными мышцами в состав жевательного аппарата.

При нормальном прикусе и правильной работе жевательных мышц основная нагрузка при жевании приходится на моляры и премоляры: они осуществляют боковую защиту сустава от перегрузки. При потере этих зубов жевательные мышцы продолжают сокращаться с той же интенсивностью и силой, но давление уже падает не на моляры и премоляры, а на сустав и передние зубы. Естественно, происходит перегрузка[18].

Первые и вторые моляры (шестые и седьмые от оси симметрии зубы) — это наши опорные зубы. Смена прикуса в шестилетнем возрасте как раз начинается с появления шестерок. Только в постоянном прикусе они и вырастают, в молочном прикусе их нет.

Психологическая роль опорных зубов велика и недооценена. Ребенок, у которого есть первые моляры, становится физически более сильным, продуктивным, вдумчивым, и именно они обеспечивают стабильное внутреннее состояние в период, когда нет то одного, то другого зуба. Ребенок развивается, бегает, хорошо себя чувствует, потому что у него есть данная опора. Но если вдруг с шестыми зубами возникают проблемы и они теряют свою анатомическую форму и становятся ниже в прикусе, то это отражается на поведении. Вы можете заметить, что мальчик или девочка стали вести себя капризно. У таких детей всегда близко слезы — даже если это уже довольно взрослый мальчик 10–11 лет, плач для него является частой реакцией. Появляется привычка держать руки в карманах. Постановка тела вялая, ребенок не может стоять ровно с расправленными плечами и старается прислониться к стенке или присесть на краешек стула — в поисках дополнительной опоры. Понаблюдайте за тем, как он держится, и у вас сложится ощущение, что просто стоять — для него непомерная нагрузка. И, не в силах долго держаться прямо, ребенок как бы стекает вниз, но, даже если садится на стул, тоже не может усидеть и начинает закручиваться по винту, вслед за своей спиной, ищет более удобное положение, разворачивая плечевой пояс. Дальше, когда поясница устала, он начинает сползать и со стула, готовый куда-нибудь прилечь, то есть ему все время неудобно.

Какова первая мысль родителей, на глазах которых постоянно происходят подобные «перетекания»? Конечно, они делают вывод, что у их сына или дочери слабая спина, и для ее укрепления ребенка могут отдать заниматься плаванием или гимнастикой. Но в бассейне и спортивном зале он все делает через силу. Для любых достижений ему нужна опора, а ее нет. И ребенок пытается создать себе альтернативную опору. Например, может выдвинуть вперед нижнюю челюсть или, наоборот, задвинуть ее назад и закусить нижнюю губу. Тем, кто прибегает ко второму способу, особенно тяжело, так как ушедшая назад нижняя челюсть сдавливает дыхательное горло, и ребенок в попытке освободить его выдвигает голову вперед, что приводит к появлению ярко выраженной сутулости. К тому же опора сопровождается зажатием сосудов шейного отдела позвоночника, и у таких детей часто бывают головные боли, вегетососудистая дистония, у них устает шея, устают ноги. Когда все это накладывается на современную школьную нагрузку, мы видим ребенка с постоянными синяками под глазами, бледным лицом, быстро утомляющегося и раздражительного.

Родители, как правило, начинают искать сколиоз, находят и пытаются побороть его «народными» средствами воспитания. «Ну что ты опять пишешь носом, распрямись!» — одергивают они сутулящегося ребенка. «Опять скрючился, как знак вопроса!» — иронизируют они над не способным ровно стоять ребенком. «Ну что ты извертелся весь, не можешь спокойно сидеть?» — замечания сыплются и сыплются, а он ведь действительно не может! Главное, что родители никак не связывают состояние ребенка с зубами.

Что происходит с детьми, когда у них нет опоры, нет психологической стабильности, зато со всех сторон щедрые тычки и подзатыльники под генеральным лозунгом «Держи спину прямо!»? Такие дети начинают отставать в школе либо, если они ответственны и дисциплинированны, из последних сил стараются выполнить задания в ущерб здоровью. При этом они могут помогать себе, сцепляя другие зубы или прокладывая между ними язык.

Как показывает моя практика, устранение проблем с опорными зубами сказывается и на физиологии (выпрямляется осанка, укрепляется спина), и на психологическом равновесии. Ребенок становится спокойнее, увереннее в себе, собраннее, стабилизируется поведение.

Все мы знаем, что способность ощущать пространство и держать равновесие осуществляется за счет специального анализатора — вестибулярного аппарата. Мы видим горизонт и ориентируемся по нему. Но почему-то вестибулярный аппарат расположен не в глазах, а в ушах. Вы никогда не задумывались почему?

За способность держать баланс и совершать точные движения отвечают мозжечок и рецепторы, расположенные во внутреннем ухе: мешочек преддверия и полукружные каналы. Полукружные каналы расположены по соседству с улиткой уха и представляют собой три изогнутых трубки, наполненные жидкостью. Если вы когда-нибудь видели, как работает строительный водяной уровень, то с легкостью представите себе принцип действия полукружных каналов. Когда тело движется, жидкость в трубках тоже движется. Мы наклонились, повернулись, присели — жидкость переместилась, послав через нервные клетки соответствующий сигнал в мозг, а тот, в свою очередь, мгновенно отправил команду мышцам восстановить баланс тела. Так человеку удается держать равновесие. В этом сложном процессе задействован и зрительный аппарат. Мы стоим двумя стопами на земле, опираясь на подошвы, встроенный в голову «строительный уровень» ловко фиксирует все телодвижения, а глаза в это время, как дозорные, сканируют пространство и быстро обнаруживают цель — линию горизонта. Ее-то им и надо найти, чтобы тело держалось ровно, а мы ощущали, что устойчиво держимся на земле. Но удивительное дело: даже закрыв глаза, мы не теряем линию горизонта и не падаем. Ничего не видя, мы можем наклониться, выпрямиться, поднять тяжесть. И оказывается, что видеть горизонт, чтобы ощущать чувство опоры, не так уж и важно. Так кто или что помогает мозгу ориентироваться, когда глаза ничего не видят?

На самом деле у нашего тела есть две опоры. Первую мы все знаем — это стопы, по закону гравитации опирающиеся на поверхность, что обеспечивает нам прямохождение. А вторая — это зубы. Да-да, наш зубочелюстной орган, вкупе с височно-нижнечелюстным суставом и мышцами, является инструментом опоры для верхней части туловища.

Через вестибулярный аппарат, неспроста находящийся именно рядом с зубами, за височно-нижнечелюстным суставом, зубочелюстной орган дает мозгу сигнал, что мы твердо удерживаемся на ногах, то есть сбалансированы. Происходит этот фокус тогда, когда верхняя и нижняя челюсти смыкаются по горизонтальной прямой, параллельно земле. Иначе водяной уровень в трубках полукружных каналов справа и слева будет разным и вестибулярный аппарат будет давать ложные показания об окружающем его пространстве.

В норме, если прикус правильный, а зубы ровные, вестибулярный аппарат работает без сбоев. Так задумано природой, и когда стоматолог лечит вам зуб или восстанавливает зубной ряд, например, с помощью коронок или протезов, он должен следить, чтобы условие горизонтального смыкания челюстей обязательно соблюдалось.

Восстановить окклюзионную плоскость (плоскость смыкания) параллельно горизонту — это, собственно, первостепенная задача врача. Только в этом случае рецепторы вестибулярного анализатора правого и левого уха одновременно получают сигнал о том, где горизонт, вне зависимости от того, видим мы его или нет. Если же у нас стоит низкая пломба, или стерся зуб, или его нет вообще, или зубы при узкой челюсти расположены неровно, то, не имея горизонтальной окклюзии, мы можем даже с открытыми глазами не распознать, где горизонт.

В чем это выражается? Например, в том, что после наклона мы выпрямляемся и в какой-то миг ощущаем, будто падаем, как при головокружении. Но мозг-то, которому поступает сигнал, что тело вот-вот завалится, понимает, что нам ни в коем случае нельзя себя ронять в собственных широко открытых глазах, и решительно начинает руководить армией резервных мышц, стараясь выпрямить нас вертикально. Для того чтобы сбалансировать тело, мы пытаемся подставить плечо, изгибаемся — и это даже не всегда осознанные движения.

Нам с вами важно понимать, что зубы — наша опора, наша вторая «подошва».

Всем известно выражение «скрежетать зубами». Оно широко используется в языке как в прямом, так и в переносном смысле — когда надо передать, что человек находится в крайней степени раздражения, негодования, ярости. Словосочетание настолько звукописное, яркое и образное, что буквально влюбило в себя многих русских писателей. Скрежещут зубами персонажи Льва Толстого, Максима Горького, Ивана Крылова. У Пушкина в поэме «Полтава» Кочубей и Мазепа умудряются даже мыслить со скрежетом.

Давайте попробуем разобраться, какую информацию несет нам сей «зубовный скрежет». На языке психологии это агрессия. На языке медицины это бруксизм. Чаще всего он проявляется во время сна: человек стучит или скрежещет зубами, что, естественно, отрицательно сказывается на состоянии эмали, так как под нагрузкой происходит процесс стесывания зубов. В ракурсе физиологии медицина с психологией объединяются: скрипение и скрежет зубами — это способ, благодаря которому мы, созданные природой биологические существа, можем сбросить излишнюю агрессию. Какому органу логично делегировать столь ответственные полномочия? Разумеется, обладающему самой плотной тканью, а это зубы, ткань которых даже плотнее, чем костная.

Природа или Бог распорядились, что сбрасывать излишнюю, бессознательную агрессию мы будем ночью, стискивая зубы. Можно сказать, подарили нам эту возможность, так как благодаря описанному механизму мы избавляемся от напряжения и просыпаемся утром отдохнувшими и готовыми жить в новом дне. Но если это такой полезный подарок, почему же тогда человек страдает от симптомов бруксизма, его зубы повреждаются, и он вынужден идти к врачу? Совершенно точно не потому, что нам досталась такая плохая природа, подбрасывающая троянских коней, которые нас же и разрушают. Причина кроется в том, что агрессии у человека стало слишком много, и орган, отвечающий за освобождение от нее, просто не справляется с такой дозой.

Далеко ходить в поисках источника зашкаливающего количества агрессии в нашем повседневном существовании не придется. По исследованиям психологов, основная причина — это информационный поток. Современный человек за один день получает столько информации, сколько, живи он в XV веке, получил бы за всю жизнь. Помимо сведений, которые нас интересуют, мы перерабатываем массу неконтролируемой и не запрашиваемой нами информации. В мозг сыплется все: реклама, новости из интернета и СМИ, сообщения через SMS и мессенджеры. Представляете, сколько на это тратится энергии? А когда на потраченную (читай: потерянную) энергию мы накладываем еще какую-то активность, вот тогда и возникает агрессия. Вместо того чтобы отдохнуть и восстановить энергозатраты, человек продолжает оставаться в процессе: уже практически на автопилоте, но что-то делает. Предположим, что у нас все же вырабатывается ментальный иммунитет, и мы, дисциплинируясь, сохраняем высокую работоспособность, пропуская через себя не перестающий фонтанировать инфопоток. Но организм-то при этом страдает! И ему не остается ничего другого, как выпустить пар, то есть сбросить агрессию и хоть как-то восстановиться через предусмотренные природой клапаны — здесь-то его и настигает ночной бруксизм. А теперь сделаем поправку на то, что вместо бонусных, отведенных на сброс напряжения нескольких минут, человек часами стискивает во сне зубы, скрежещет ими. Ничего удивительного, что зубы этого не выдерживают — и в первую очередь повреждаются те, что неровно стоят в ряду. И человек приходит лечиться к стоматологу.

Совсем убрать из жизни агрессию, увы, не может никто, даже ваш стоматолог. Но помочь при бруксизме стоматология вполне в силах. Первое и главное — восстановить зубные ряды в правильном положении. А помимо этого я советую всем использовать капу-корректор MIKATA. О том, как она работает, вы узнаете из следующей главы.

Почему, возвращаясь ночью домой и не зная, что у нас за спиной и в окружающей темноте, мы начинаем стучать зубами? Откуда берется эта зубная дробь? Стучать зубами, когда нам страшно, — защитная функция организма.

Первое — организм, чувствуя опасность, понимает, что реагировать надо быстро, и сразу сбрасывает стресс, не дожидаясь, пока он накопится. Второе — организм, все время стуча зубами, выверяет, где наш горизонт. Мы чувствуем горизонт, получаем опору, и это дает дополнительное психологическое равновесие.

То же самое происходит, когда нам навязывают какую-то неприятную информацию — мы неосознанно, не замечая того, выбиваем дробь зубами, сбрасывая негативные эмоции.

Пациенты, которым сегодня 50 лет и чуть более, — это совершенно необычная группа. И очень показательная. Они приходят ко мне с такой коллекцией болячек, которой нет даже у древних стариков. Буйным цветом процветают неврозы, панические атаки, климаксы, импотенция, остеохондрозы, грыжи позвоночника — это все следствие процесса смены формаций пациентов. Сегодняшние восьмидесятилетние частенько выглядят активнее, бодрее, и они не жалуются ни на неврозы, ни на грыжи. А поколение пятидесятилетних не просто жалуется — они страдают, и заметьте, это чутко улавливает реклама — именно пятидесятилетние являются главной целевой аудиторией фармацевтов, на них настроено большинство объявлений о лекарственных препаратах, БАДах и прочих паллиативных методах. Для меня насущный вопрос: а когда же начнутся подобные жалобы у пациентов 25–30 лет, с учетом глобального омоложения так называемых старческих болезней? Не надо быть ясновидцем, чтобы предсказать, что с каждым следующим поколением жалобы будут начинаться во все более молодом возрасте.

Игнорирование правильных способов жевания, дыхания, сна, обрастание стрессами без возможности сбросить их ночью начало приводить к своим первым плодам именно поколение, родившееся в 1960-е годы — когда стало заметно существенное нарастание темпа жизни и информационного потока, увеличивающих нагрузки на нервную систему. Эти люди, в отличие от военного поколения, уже явно не из стали. Как результат, мы констатируем, что к 50–60 годам люди наживают себе маразм, убийственные, тяжело переживаемые симптомы климакса, панические атаки. Могу сказать, что практически ста процентам моих пациентов возраста 50+ ничего не надо объяснять про паническую атаку, они на своем опыте прекрасно изучили, что это такое. Панические атаки — это болезнь нервной системы. С помощью нервной системы мы лечим очень многие заболевания — когда осознаем их и начинаем бороться. Но сама себя нервная система вылечить не в состоянии, поэтому панические атаки однозначно доводят человека до инсульта, болезни Альцгеймера или маразма.

Нервной системе можно помочь с помощью моей методики, так как она налаживает механизм сброса стресса. Восстанавливая по концепции правильную работу жевательных мышц, мы возвращаем пациенту возможность расставаться во сне со всеми накопленными за день негативными эмоциями, что, естественно, благоприятно отражается на состоянии нервной системы.

Истоки неправильного прикуса и перекоса по верхним челюстям всегда обнаруживаются в детстве. Это на 100 % верно по отношению к пациентам младше 45 лет. Когда ко мне приходят люди более старшего возраста и мы восстанавливаем полость рта съемными протезами, мостами, их организм вспоминает, что такое положение у зубов и челюстей уже было в молодости. А те, кому меньше 45 лет, не знают, что такое норма — у них ее никогда не было! Стоматологов о свершившейся смене типа пациентов в институтах не предупреждают, так как в стоматологию еще не проникло понимание, что сегодня пациенты приходят не возвращать то, что у них было раньше, а восстанавливать то, что генетически заложено, но чего они никогда не имели. Перекос челюстей, ротовое дыхание, сдвиг нижней челюсти для подстройки под верхнюю у них с самого детства, поэтому они считают это нормой. Их мозг отключил синаптические связи (нейронные связи), чтобы органы не страдали постоянно из-за этого, и живут они, не в состоянии понять, что не так, — дискомфорта же нет. Даже если в зеркале они видят, что лицо несимметрично, то не ощущают этого перекоса. Единственное, что может привести такого пациента ко мне — это кривой зуб, который хочется выровнять чисто из эстетических соображений. А то, что у пациента сводит шею и болит голова, приведет его скорее к неврологу, чем ко мне. Когда мы начинаем по концепции восстанавливать симметрию, все признаки идеальности, приходится очень много и подробно объяснять пациенту, что у него не генетическая асимметрия, а перекос по зубам, и наша задача — вернуться к норме. Приходится рассказывать ему, что такое норма. А главное — что переходный период от привычной ненормы к норме сопровождается конфликтом между сознанием и бессознательным. Мы ломаем все привычки — и тело начинает расправляться и отдыхать, что подтверждают все остеопаты и на своем опыте, и на опыте своих пациентов. А сознание не желает принять новое, непривычное: вдруг это потенциально опасно? как я буду жевать? а у меня, вообще, заболела шея после ваших манипуляций! Да, у 2 % будут неприятные ощущения в шее, так как идет раскрутка бывшего перекрута тела. Когда мы выравниваем перекос, пациент понимает, что шейные и головные боли прошли, но первые 2–3 дня он чувствует свой перекос, так как его начинает воспринимать мозг. Пациент в шоке: наверное, что-то пошло не так! — а просто произошел конфликт между привычкой, которую отстаивает сознание, и бессознательным — тело начинает подавать ощутимые сигналы.

Раньше таких пациентов не было. Было другое. Если пожилому человеку ставили криво-косо сделанный съемный протез с низкими зубами, то его организм, помня, как должно быть в норме, чувствовал, что зубы не дают опору. Кроме того, протез натирает и неудобен. Пациент с ним мучился, пока хватало терпения, и, так и не привыкнув к неудачному протезу, забрасывал его и больше не носил. Редко, но так действительно случалось — и подобные случаи хорошо иллюстрируют разницу между «тогда» и «сейчас». Сейчас организм сам не может подсказать норму, за нее принимается нарушение, а, как мы знаем, сознание резко противится любым изменениям привычек и с помощью неприятных ощущений пытается в нас вселить страх: «Зачем нас трогают? Жили мы с тобой с рождения со всем этим, и еще сто лет проживем!» Делает сознание это для того, чтобы втянуть организм обратно в зону комфорта.

И стоматологи, и пациенты должны понимать: невозможно поменять в науке и в методике подход, пока мы не осознаем, что перед нами новые реалии — и с точки зрения физиологии, и с точки зрения психологии. Самое сложное — переформатировать психологические установки, поэтому я всегда много внимания уделяю разъяснению наших задач, рассказу, что ждет пациента в результате, когда завершится короткий переходный период, вселяющий сомнения. Очень полезно создать образ — этот прием мне подсказали пациенты, профессиональные психотерапевты. Они просят поставить им задачу, объяснить, как это — расширить верхнюю челюсть, что при этом происходит? Но объяснить на понятных и ярких образах.

Тогда у меня возникла такая ассоциация: представьте, что верхняя челюсть — это бутон, закрытый цветок. Лепестки (то есть зубы) в нем скучены и располагаются криво. На протяжении периода нашего лечения бутончик потихоньку раскрывается, и каждый лепесток встает на свое место. Человеческое подсознание, восприняв этот образ, уже через две недели начинает давать ответную реакцию — зубы выравниваются.

В предложенной мной методике скорость восстановления не ограничена, само тело не включает тормозов и ограничений, а стремится раскрыть генетический потенциал. Тормоза — это наши стандартные мысли и вредные привычки, укоренившиеся в голове: неправильно располагать язык внизу рта; дышать ртом; спать на щеке с перекосом челюсти; жевать, поддавшись укору «закрой рот и не чавкай»; глотать, помогая языку губами и щеками.

Когда минует переходный период дискомфорта, организм безоговорочно примет обнаруженную норму, так как она в нем заложена, хоть пока и незнакома. И теперь он не даст сделать ничего, противоречащего норме. Например, если бы мне пришло в голову спилить высокие восстановленные бугры до первоначального состояния, с которым пришел ко мне пациент, то, во-первых, он ушел бы от меня крайне недовольным, а во-вторых, через пару дней у него свело бы шею, потому что его организм принял норму и обязательно отреагирует на ее нарушение. Это моментальное реагирование — одна из особенностей методики и одна из подсказок пациенту, когда пора идти на прием к стоматологу.

Начинающим стоматологам могу сказать: таких пациентов, которых лечили ваши учителя и старшие коллеги, у вас не будет! Ваш пациент придет с совершенно иными проблемами, которые по учебнику, стандартными инженерными методами решить не получится. Если вы не объясните пациенту, что у него генетически заложена совершенно другая картинка во рту, у него не будет стимула и возможности с вами сотрудничать. А без сотрудничества, по старинке воткнув пломбу и для приличия поинтересовавшись, не мешает ли она, вы отправляете пациента прямиком в болезнь Альцгеймера. И пока вы не научитесь видеть эту новую картинку, объединяющую десны, зубы, сустав, общие привычки, пациент, что бы вы ни делали для него, будет вами все равно недоволен, потому что его организм как идеальное творение Бога чувствует, что для него правильно, а что нет. Все, что правильно, мы ощущаем красивым, соразмерным. Эти ощущения не обманывают и не дают нас обмануть другим.

Основываясь на теории эволюции, стандартная стоматология объясняет все наши характерные черты наследственностью. Таким образом, уникальный человек с его уникальной внешностью и характером — это набор самых разных признаков и качеств, которые уже когда-то были у его предков. И, значит, где надо искать истоки неправильного прикуса? Правильно, у родственников: родителей, бабушек и дедушек. Рассуждая так, врач находит «виноватого» и успокаивается, да еще и пациента пытается успокоить: «Ну, ничего страшного — это у вас семейная особенность». А на самом деле пациент получает не утешение, а скрытое послание: раз эта карма перепала мне от предков, то сделать с ней ничего не получится, нечего и рыпаться. И человек сам себя загоняет в тупик: раз нельзя исправить, то придется смириться.

Смирившись, человек живет год за годом, с течением времени зубы его тоже как-то приспосабливаются к своей участи: стираются, растрескиваются, обрастают разнокалиберными пломбами, верх и низ притираются — все это вместе придает асимметрию линии смыкания челюстей, что вызывает перекос лица, шеи и далее — всего тела.

Я не могу согласиться с доминирующей в стоматологии догмой, что все обусловлено наследственностью. Это, конечно, общепринято и привычно, но для меня не аргумент. Можно верить учебникам, но мои наблюдения и опыт говорят о том, что нет никакой предрасположенности, нет никаких мутаций, передающихся от поколения к поколению, в том числе связанных с изменением прикуса.

Основополагающее утверждение моей концепции, что человек создан изначально идеальным, не голословно. Объяснение причин таких явлений, как суженная челюсть, измененный прикус, искривленная носовая перегородка, витает в воздухе, причем в прямом смысле слова. В корне всех перечисленных патологий совсем другое «наследство» — природная среда, которую получает в дар новорожденный. Будущее здоровье его зубов зависит прежде всего от качества воздуха.

Взгляните, как дышит младенец, когда мама кормит его грудью — это эталон дыхания. Он забирает воздух носом, а кончик языка во рту при этом упирается в середину верхнего нёба — так и только так ему удобно сосать и глотать материнское молоко. В этом случае язык оказывает давление на верхнюю челюсть изнутри, создавая контрдавление давлению мышц щек снаружи, и верхняя челюсть формируется плоская, ровная. Тогда альвеолярные гребни не наклонены внутрь, зубы растут по широкой дуге и скученность им не грозит. Посмотрите на поколения людей, которым сейчас 70 лет и больше: верхняя челюсть широкая, нёбо плоское. А у современной молодежи проблемы с зубами начинаются чуть ли не с пеленок.

Давайте проследим, как они возникают. Младенец рождается с внутренним знанием о том, какой чистоты должен быть воздух. И при вдыхании воздуха, не соответствующего потребностям организма, у него срабатывает нулевая пара нервов[23], подающая сигнал «чую опасность», в ответ на который перехватывает дыхание в носу — мозг реагирует на предупреждение командой «этим дышать нельзя». Чем грязнее воздух — тем чаще передается запрет. Ребенок начинает забирать воздух преимущественно ртом, а при этом способе щеки снаружи сдавливают парную кость верхней челюсти. Верхняя челюсть закрывается, как зонтик, давит на нижнюю стенку носовой полости — и носовая перегородка искривляется. Образуется замкнутый круг: носовая перегородка мешает дыханию одной из ноздрей, ребенок все больше и больше дышит ртом, вследствие чего появляются насморки, поллинозы. И все это осложняется аденоидами — это железистая ткань, которая закрывает лишние отверстия, защищая нас от проникновения пыли и грязи из воздуха. Но она же мешает носовому дыханию, и тогда формируется неправильный прикус — язык, который должен находиться за бугром верхнего нёба, ложится на нижнюю челюсть, нижние зубы наклоняются внутрь, теряется опора. К двум с половиной — трем годам у ребенка уже видны признаки неправильного прикуса. В дальнейшем, чувствуя, что опоры на зубах не хватает, ребенок начинает либо прокладывать между зубами язык, либо прикусывать нижнюю губу, либо выдвигать вперед нижнюю челюсть, то есть создает альтернативную опору, в зависимости от которой формируется прикус. По международной классификации аномалия прикуса делится на три класса, в основе которых — тот тип альтернативной опоры, которую создает человек. Но в своей авторской классификации я выделяю всего два класса: первый — с правильной, не суженной верхней челюстью и второй — с узкой верхней челюстью. Специфичность альтернативной опоры на лечение не влияет, потому что цель лечения по моей методике — наладить носовое дыхание, для чего мы расширяем верхнюю челюсть и ставим язык в правильное положение — кончиком на нёбо. Проще говоря, совершенно не важно, в какую сторону, вперед или назад, выдается ваша челюсть, в обоих случаях причиной изменения прикуса является узкая верхняя челюсть — с ней-то мы и работаем, а челюсти, где бы они ни находились, после лечения принимают правильное положение.

Главная причина, вызывающая искривление зубов и неправильный прикус у человека, — это экологическая нестабильность, нарастающая, как снежный ком, в последние 100 лет. Рост промышленности в городах, вырубка лесов, засорение атмосферы — и, как результат, нам стало нечем дышать, а грудные дети перешли на дыхание ртом.

Вспомните, как улыбаются актеры прошлого столетия: Любовь Орлова, Клара Лучко, Нина Усатова — какие широкие улыбки, какие ровные белоснежные зубы! И ведь тогда не было брекетов, не было отбеливания. У всех этих людей свои зубы, свои природные «голливудские» улыбки.

А следующее поколение — те, которым сейчас 50 лет, уже имеют признаки сужения двух половинок верхней челюсти. У молодежи 25–30 лет еще более узкое «готическое» нёбо. Сужается оно оттого, что давление щек осталось, а давление языка пропало — он ушел на нижнюю челюсть, чтобы открыть горло для дыхания. В итоге при ротовом дыхании мы получаем наклон альвеолярных гребней внутрь рта, узкую верхнюю челюсть, неправильный прикус, искривление носовой перегородки.

Попробуйте вдохнуть ртом, когда язык находится на нёбе — у вас ничего не получится. Для дыхания через рот язык должен опуститься вниз, а это положение негативно влияет на прикус. Нет баланса давления изнутри и снаружи, которое создается мышцами: языком изнутри и щеками снаружи. В такой ситуации две половинки верхней челюсти образуют острый «готический» угол, искривляющий носовую перегородку. Наверняка многим из вас предлагали сделать операцию по ее выпрямлению.

Моя практика показывает: как только мы исправляем прикус функциональными методами, нёбо становится более плоским, кости верхней челюсти выходят из-под носовой полости, и носовая перегородка выпрямляется без операций, налаживается носовое дыхание, а зубной ряд становится ровным. Поэтому о мутации, о наследственности в отношении узкой челюсти, в которой зубы якобы не помещаются, мы говорить не можем. Через 4–6 месяцев возвращаются красивые зубные ряды, как это было у людей 100 лет назад. Но ведь для эволюции век — это ничтожно малый срок, за такое время она не в состоянии столь кардинально повлиять на скелет нашего организма.

Таким образом, я результативно доказываю, что изменения в прикусе у человека — не наследственные, а приобретенные в связи с экологическим неблагополучием на Земле.

Согласно принятой в официальной стоматологии классификации существует три основных варианта неправильного прикуса: дистальный (когда нижняя челюсть уходит назад), мезиальный (когда нижняя челюсть уходит вперед) и перекрестный.

Мировая стоматология долгое время пытается нас убедить, что эти разновидности — следствие мутации и передачи по наследству от родителей к детям той или иной аномалии прикуса. В течение многих лет наблюдая за пациентами, я не нахожу генетической причины возникновения нарушенного прикуса. В связи с чем я разработала собственную авторскую классификацию прикусов, она приведена в первой части книги. Я утверждаю, что каждый человек изначально идеален и наследует все идеальное. И я не видела ни одного случая передачи от родителей детям аномалий или болезней. Что мы действительно передаем по наследству, так это семейные ценности, традиции, особенности поведения, манеры. А еще тип телосложения, какие-то внешние черты: плотная шея, широкие плечи, или астеническая худоба, или выраженная мускулатура, или столь же выраженная полнота. При передаче телесных особенностей у детей могут формироваться те же поведенческие привычки, что у родителей. Например, при высоком росте и астеническом телосложении мальчик очень часто повторяет за папой привычку, наклонив голову вперед, выдвинуть нижнюю челюсть и упрямо обижаться. Или вот перед нами мама-мечтательница, у которой нижняя челюсть ушла назад и ясные глаза устремлены вдаль, а рядом с ней, закусив нижнюю губу верхними зубами, стоит и мечтает такой же романтически настроенный ребенок. Мама не замечает за ним вредной привычки, приводящей к патологии прикуса. Мало того, она даже не воспринимает эту привычку как вредную, потому что дитя копирует ее манеры.

Парадокс в том, что о генетической причине аномалий прикуса говорят только стоматологи. Но ни один генетик эту гипотезу еще не подтвердил! Научных исследований о наличии мутаций гена, отвечающего за мезиальный, или перекрестный, или дистальный прикус, не существует. И я категорически против того, чтобы делить все человечество на нормальных людей и «мутантов», имеющих тот или иной тип аномального прикуса вследствие генетической предрасположенности.

Когда моя концепция только складывалась, мне надо было понаблюдать, к чему приводит то или иное нарушение прикуса. И я начала с себя. Если с моими зубами что-то происходило (перекос или скол), я ничего не исправляла, а ждала, на что повлияет изменение. Первым делом спазмировались мышцы шеи, возникало ощущение перетруженности, усталости в шее, она начинала болеть. Я ждала, что будет дальше. Через два-три дня к шее подключалась головная боль. После этого эксперимент можно было не продолжать, так как дальше идет стандартная цепочка: усталость в пояснице, боль в коленках, а если бы я еще полгода ничего не делала с зубами, то начались бы проблемы и с внутренними органами. Так что всю методику, которой я сегодня пользуюсь, я тестировала на себе. И я точно знаю, что головные боли и шейный остеохондроз — только от зубов, потому что, как только я делаю себе правильное смыкание (для этого всего-то и надо, что поправить бугор зуба), сразу же все проходит. Не вскоре, не через неделю — в этот же день, через несколько часов! Повторив эксперимент несколько раз, я убедилась, что так и есть: непорядок с зубами вызывает боли в шее и головные боли.

Разглядывая самых разных знаменитых людей и их улыбки на фотографиях — политиков, артистов, военачальников, ученых, однажды я отметила любопытный факт: у людей со сходным типом прикуса сходятся и некоторые черты характера! И я стала искать подтверждение своей гипотезы. Начала наблюдать за своими маленькими и взрослыми пациентами, за знакомыми, за медийными персонажами с известными всем биографиями. Мои личные наблюдения привели к выводу, что прикус (а вернее, его нарушение) действительно влияет на личность и характер человека.

Если ребенок любит закусывать нижнюю губу, то у него формируется неправильный прикус. При взгляде на такого ребенка кажется, что его передние зубы торчат вперед. На самом деле это нижняя челюсть ушла назад, что может быть заметно в большей или меньшей степени. Подобные изменения нередко встречаются у людей, склонных к романтике, мечтательству.

Когда ребенок ответственный, достаточно самолюбивый, но при этом склонный к плаксивости, обидам по малейшему поводу, он часто закусывает верхнюю губу. Так формируется прикус, при котором нижняя челюсть выдвигается вперед. Человек с такой физиологической особенностью с возрастом производит впечатление высокомерного. В действительности же это всего-навсего детская привычка создавать себе опору. Чаще всего таким прикусом отличаются те, кто превыше всего ставит собственное мнение и упрямо отстаивает его, и этому вечному спорщику лучше на зуб не попадаться.

Дети, словно хватающие жизнь обеими руками, как правило, имеют перекрестный прикус. Они сильно сцепляют зуб о зуб. Обычно из них вырастают начальники, политики, привыкшие держать все в своих руках и уверенные, что им все по зубам.

Конечно, неправильный прикус не обрекает человека на ту или иную судьбу. В конце концов характер формируется не только под влиянием физиологических факторов. Но как стоматолог я хочу подчеркнуть, что решенные проблемы с зубами — это расширение выбора и возможностей в жизни.

Лучше всего сформировать у ребенка правильный прикус. С ним он может стать кем угодно — и музыкантом, и поэтом, и политиком. И ему будет проще найти свое место в жизни. Правильные красивые зубы всегда помогут хорошо чувствовать себя в обществе и быть здоровым.

Часто в СМИ, разных статьях в интернете встречаются фразы о том, что наш организм несимметричен: одна нога может быть толще другой, одна сторона лица или тела — ниже другой. Легкий, незначительный перекос — это якобы нормально, в порядке вещей. Однако даже адепты этого взгляда на человека затрудняются сказать, где же граница между «нормальной» и патологической асимметрией.

Я в своей концепции придерживаюсь принципа изначальной симметричности человека. Симметрия — один из признаков идеальной окклюзии, линии смыкания двух челюстей.

При диагностике и подборе лечения я исхожу из принципа симметрии, который подтверждается положением зубов в полости рта.

Они симметричны: два резца центральных, два резца боковых, два клыка, четыре премоляра, шесть моляров. Ось симметрии во рту совпадает с осью симметрии носа и лба. Так как у нас внешний угол глаза и брови зависят от напряжения или атрофии височной и жевательной мышц, которые составляют абрис лица, то, как только отсутствует жевание с какой-либо стороны, именно с этой стороны идет провисание жевательной и височной мышц и, как следствие, — провисание брови и внешнего угла глаза.

При восстановлении зуба по высоте, приведении его в первоначальный идеальный вид и возврате функциональности мышцам лицо изменяется: бровь и провисшее веко поднимаются. И не нужно делать блефаропластику[24] или другие косметические процедуры: происходят естественная круговая подтяжка и омоложение лица. А все потому, что восстанавливается каркас лица — зубы.

Абрис нашего лица составляют височные и жевательные мышцы. От них зависит не только процесс жевания, но и молодость лица, отсутствие морщин. Височная мышца составляет каркас верхней челюсти. Она располагается на теменной и височной костях и заканчивается углом нижней челюсти.

Каркас нижней челюсти составляет жевательная мышца. Она начинается со скуловой кости и тоже заканчивается углом нижней челюсти. Это очень сильная мышца, способная развивать давление в 600 килограммов на квадратный сантиметр.

Вдовий горбик, шишка, загривок — все эти народные названия об одном и том же явлении — холке на шее. Среди советских терапевтов и невропатологов было распространено мнение, что появляется шишка на седьмом шейном позвонке в связи с отложением солей. Но этих самых «солей» никто и никогда не видел. В медицине даже нет такого диагноза — существует понятие «остеофиты», то есть наросты, новообразования на поверхности кости или в полости сустава. Но они имеют совершенно иную природу.

Холка на шее — результат изменения положения позвонков. А позвонки, в свою очередь, смещаются из-за неправильной высоты нижних опорных зубов. Функциональная стоматология может не только доказать и объяснить эту взаимосвязь, но и исправить патологию.

Нашим зубам очень важно, в какой позе мы спим. Оказывается, любимые многими «поза эмбриона» на боку, свернувшись калачиком, и на животе, повернув голову набок, обняв подушку и угнездившись на ней щекой, — очень неудобны для наших челюстей.

Сон, конечно, лучший лекарь, но только если он полноценный. С точки зрения пользы здоровью, самая естественная и правильная поза для сна — вытянувшись на спине. Когда спишь в таком положении, тело расслабляется полностью и хорошо отдыхает. Почему мы укладываемся в позу эмбриона и она кажется нам удобной и уютной? Потому что весь день из-за напряженных мышц тело закручивается винтом, и в этом положении хочет остаться. Ему так привычно отдыхать. Когда мышцы расслабляются, винт разжимается, и становится очень удобно спать на спине. А когда мы спим на животе, всегда происходит перекос нижней челюсти, что непременно приведет к нарушению прикуса. Кроме того, поворот головы совершенно не приносит пользы шее — может произойти смещение позвонков, спазмирование мышц шейно-воротниковой зоны, сдавливание нервных окончаний. При сне на животе сдавливается грудная клетка, в результате нарушается и сбивается дыхание, а значит, легкие недополучают кислород. Из-за давления страдают и органы, расположенные в брюшной полости. Для внешности сон на животе — это приговор к преждевременному старению, образованию морщин и отеков.

Мотивировка, что спать на спине неудобно, означает, что у вас просто не выработана привычка. Как говорится, неудобно спать только на потолке, а ко всему остальному можно приспособиться. Главное, понять, что это будет правильная и полезная привычка, и приступать к приучению организма:

• Выберите ровный, упругий ортопедический матрас. Излишняя перинная мягкость, любые неровности, пружины при сне на спине доставляют дискомфорт, а вы же не хотите чувствовать себя принцессой на горошине?

• Вероятность перевернуться наиболее высока во сне, когда вы не можете контролировать свое положение. С этими вольностями хорошо помогает справляться ортопедическая подушка со специальной ямкой для головы. Мышцы шеи на ортопедической подушке остаются расслабленными, вам удобно и вы не чувствуете желания сменить позу.

• Спать «по стойке смирно», с руками по швам вовсе не обязательно. Выберите наиболее комфортное для спины положение: попробуйте раскинуть руки в стороны или забросить их за голову, развести в стороны ноги или немного приподнять стопы, используя валик. Найдите максимально удобный вариант и спите на здоровье!

Успех имплантации неоспорим. Импланты были предложены около 80 лет назад, и с тех пор миллионы людей прекрасно пользуются этим совершенным заменителем зубов. На страницах книги я неоднократно подчеркивала, как важно, чтобы все зубы стояли на своих местах, а в клинических случаях описывала, что происходит с организмом, если человек их теряет. Пустоты на месте зубов — это и перекос в челюсти, и патологии височно-нижнечелюстного сустава, и смещения в шейном отделе позвоночника, и психологический дискомфорт, и физические недомогания — например, головные боли. Имплантация позволяет восстановить зубной ряд, а значит, согласно методике «Человек изначально идеален», способствует запуску механизма самовосстановления в нашем организме.

Мы воспринимаем имплантацию как одно из современных веяний стоматологии. Но родилась она в далеком XIX веке. Сам термин «имплантация» принадлежит русскому медику — еще в 1891 году первый доцент по зубоврачеванию в Московском университете, ординатор клиники им. Н.В. Склифосовского, доктор медицины Н.Н. Знаменский сделал доклад на IV Пироговском съезде врачей, а чуть позже опубликовал работу «Имплантация искусственных зубов» в журнале «Медицинское обозрение». Он выяснил, что наилучшим местом для укоренения искусственной конструкции будет не лунка, где располагается зуб, а кость. Также он писал: «Если посаженный человеческий зуб прирастет в ячейке только механически, то само собою является такого рода заключение, что вместо человеческого зуба может прирасти механически в ячейку и всякий другой искусственный зуб, как асептическое тело. Разумеется, такой зуб должен быть сделан из вещества очень прочного и неспособного подвергаться рассасыванию, будет ли это фарфор, металл или ему подобное»[28].

Знаменский экспериментировал с материалами — фарфором, стеклянной массой и каучуком, но дальше опытов дело, к сожалению, не пошло, и лишь в середине XX века советские ученые вернулись к проблеме установки искусственных зубов. Однако в 1958 г. приказом Минздрава СССР имплантация в отечественной стоматологии была запрещена.

На Западе идея создания искусственного зуба вызывала не меньший интерес. В 50–60-е годы XX века огромный вклад в развитие имплантологии внес шведский ученый Пер-Ингвар Бранемарк. Он открыл для медицины явление остеоинтеграции, суть которой в том, что костная ткань срастается с имплантом, становясь с ним единым целым. Главными принципами успешного приживления импланта Бранемарк называл абсолютную стерильность, как можно меньшую травмированность костной ткани, подбор импланта к размеру ложа точно по размеру и геометрическим пропорциям. После многочисленных экспериментов с материалами медики нашли тот, который при соблюдении вышеперечисленных условий идеально приживается к костной ткани — титан. Это прочный и легкий металл, который не окисляется и не ржавеет, обладает уникальной коррозионной стойкостью и биосовместимостью.

За пару десятилетий во всем цивилизованном мире имплантология заняла прочные позиции в ортодонтии, и, конечно, зубные врачи нашей страны уже просто не могли игнорировать такой перспективный путь стоматологии.

4 марта 1986 г. Минздрав СССР издал приказ № 310 «О мерах по внедрению в практику метода ортопедического лечения с использованием имплантатов», и это означало, что имплантация зубов — отныне метод вполне легальный и поощряемый. Казалось бы, это хорошо — люди смогут обрести новые зубы взамен утраченных. Но на деле вышло, что ставить-то импланты разрешается, но как, если в стране нет специализированных производств? И началась полная самодеятельность: титановую основу для зуба мог взяться расточить любой фрезеровщик — левые приработки тогда процветали даже на военных предприятиях. А затем, когда приоткрылся железный занавес, на территорию бывшего СССР хлынул поток дешевой и некачественной продукции — в том числе и стоматологической[29].

И вот тут начались проблемы, о которых стоматологи обычно не рассказывают своим пациентам…

Но для начала немного теории. Если говорить простым языком, то имплант — это титановый искусственный корень зуба. Как проходит операция по его установке? В кости стерильными фрезами на очень медленной скорости (чтобы не обжечь кость) делается отверстие нужной длины и ширины для импланта. Таким образом, кость не повреждается и воспринимает титановый корень. По идее срок годности импланта — это вся жизнь, они прекрасно стоят у пациентов по 30–40 лет. Но когда в 1990-х годах Россия открыла свои рынки и начала без всякой критики и фильтров пускать на них любые фирмы — было бы только у тех желание торговать — то на поверхность всплыли многочисленные кустарные производства, создающие продукцию либо «на коленке», либо в совершенно неприемлемых условиях, и компании, которые не отличаются порядочностью и не стремятся надолго оставаться на рынке. Их цель — быстренько сбыть товар, а о репутации они даже не задумываются. Эти компании делают реплики продукции известных фирм, не учитывая качество самого металла и качество получающихся изделий. И даже сейчас подобные производители широко представлены на нашем рынке.

А теперь давайте взглянем на ситуацию глазами пациента. Он не будет долго и кропотливо изучать все существующие бренды, чтобы выбрать качественный имплант. У него из критериев только один — цена. Человек видит, что есть варианты подешевле и подороже, а в чем разница между ними, не знает, и никто ему эту разницу не объясняет. Мало того, врач при этом может еще и сказать: «Да нет никакой разницы, все равно, какой ставить». И пациент, естественно, решает не переплачивать и выбирает тот, что дешевле.

Наш организм имеет такое счастливое устройство, что мирится с любым инородным телом внутри себя, если оно вживлено в стерильных условиях и далее не возникает никаких инфекций. Самое главное, чтобы не было нарушения герметичности. Поэтому при соблюдении стерильности импланты приживаются все. Другой вопрос, что мы вынуждены нарушить герметичность: через 4–6 месяцев после операции врач открывает имплант и начинает присоединять коронковую часть. Коронка, имплант и абатмент — несущая наддесневая часть зуба, собираются как конструктор «Лего»: одна деталь точно входит в другую. Здесь кроется еще одна проблема: каждой фирме выгодно продвигать именно свои составляющие, и врач может соединить между собой только детали одной и той же торговой марки. Сколько неблагонадежных и краткоживущих среди 250 фирм, производящих импланты и абатменты, не знает никто. Представим, что пациенту поставили имплант бренда, который через год пропал с рынка. Найти запчасти для замены винта, абатмента или коронки становится практически невозможно. А запчасти, особенно если мы говорим о no-name фирме с имплантами эконом-варианта непредсказуемого поведения, наверняка понадобятся. Например, если имплант произведен из некачественного титана, будут раскручиваться винты — резьба не удержит нагрузок. Нагрузки у нас во рту действительно колоссальные — 400–600 кг на каждый зуб! Также надо учесть, что имплант выдерживает исключительно вертикальную нагрузку, которую обеспечивают только вертикальные мышцы, а они работают лишь при правильном прикусе. О том, как правильно жевать, мы уже говорили: рубящими пищу вертикальными движениями челюстей, но ни в коем случае не перетирающими. Именно эти движения по косой ломают и зубы, и импланты.

Вернемся к нашему пациенту, который остается со своими проблемами один на один. Хирург никаких претензий принимать не собирается: имплант же прижился. И он вроде бы не виноват в том, что фирма приказала долго жить (хотя мог бы вспомнить тот факт, что именно он порекомендовал эту злополучную фирму). А для пациента начинаются настоящие хождения по мукам: то винт откручивается или ломается, то имплант отторгается из-за того, что не исправили прикус, прежде чем его ставить. И эти проблемы за всю историю существования имплантов приобрели глобальный масштаб.

Помочь попавшему в трудную ситуацию пациенту можно, но это довольно сложный, длительный, затратный и требующий от врача ювелирного мастерства сценарий. Методика заключается в том, что имплант высверливается из кости. К сожалению, вместе с костной тканью: ведь имплант уже прижился, сросся и составляет единое целое с костью. Это означает, что необходимо будет подсаживать кость вместо высверленной. Теперь о цене вопроса. Операция по извлечению импланта задействует очень дорогое оборудование. Хирург должен быть высочайшей квалификации. Также надо понимать, что речь идет о замещении органа, менять шило на мыло бессмысленно, значит, орган должен быть безупречного качества. Кроме того, возрастает риск осложнений — операция проводится на черепе, совсем рядом мозг и жизненно важные сосуды, нервы. В общем, когда человек узнает о том, через что надо пройти, чтобы избавиться от старого импланта и сделать новый, ему становится страшно вдвойне: и от предстоящих испытаний, и от мысли, хватит ли в кошельке денег расплатиться за свою «экономию».

Так что же, получается, что имплантология зашла в тупик? Нет, просто мы стоим перед необходимостью задуматься и сделать выводы. Самый главный вывод — мы обязаны уважать природу, которая дала нам организм, сделанный из невероятно качественных и стойких компонентов. И если уж так получилось, что мы не смогли сохранить собственный зуб и вынуждены замещать его имплантом, то надо выбирать самый качественный аналог. Экономить на себе может оказаться слишком дорого. Есть подлинники и есть реплики, а еще есть откровенно некачественные подделки. Выбирая самое дешевое, вы гарантированно своими руками создаете серьезные проблемы на будущее.

Молодым докторам совет: не стремитесь количеством заменить качество, ведь речь идет о здоровье пациента. К сожалению, в наших медицинских вузах не учат ответственности докторов перед пациентами на долгосрочную перспективу. Важным считается, чтобы у пациента не было претензий здесь и сейчас. Он доволен ценой и у него все прижилось — вот стандартный критерий успешной имплантации. А на самом деле важно, чтобы имплант стоял 20–30–40 лет, и за это время врач не должен терять контакт со своим пациентом, сохраняя ответственность за поставленные импланты и коронки, да и за здоровье пациента в целом. Для врача путь многолетнего сотрудничества тоже полезен: так он набирается опыта. Зная, что на несколько десятков лет он тесно связан с человеком, которого лечит, врач будет выбирать более качественный продукт и более ответственную фирму, которая разделяет его взгляды на здоровье. Такие фирмы существуют, хотя их изделия обойдутся, конечно, дороже по вполне объяснимой причине. Причина в том, что сами они на анализ качества затрачивают довольно серьезные средства и задействуют целые научно-исследовательские институты. Например, швейцарская компания Nobel Biocare или компания Bicon из США в случае, если их импланты на первых сроках не приживаются, производят бесплатную замену импланта на другой — более высокого уровня. При этом не прижившийся имплант забирают на исследование и выясняют, почему организм его отторг, нет ли скрытого брака. Такой подход я считаю наиболее приемлемым.

Пациенты всегда должны делать осознанный выбор и понимать, что они тоже разделяют ответственность. За здоровье отвечает и фирма, производящая имплант, и доктор, который выбрал эту фирму, и пациент, который выбирает доктора.

Эволюция имплантации показывает, в чем корень проблем, актуальных в наши дни. Самые первые операции проводились под лозунгом: «Никогда не уговаривай пациента на имплант». Пусть пациент сам очень захочет имплант и сам уговорит врача поставить его. Только тогда он будет разделять ответственность за свое здоровье вместе с врачом.

Фраза о том, что имплант выдерживает только вертикальную нагрузку, для стоматологов хрестоматийная, они все произносят ее пациенту скороговоркой, как заклинание, но почти никто из них не объясняет, за счет какой мышцы обеспечивается вертикальная нагрузка. Подозреваю, что многие стоматологи сами не знают, что это за нагрузка и откуда берется. А врач просто обязан рассказать, что у нас есть жевательные мышцы, которые работают только с зубами правильной анатомической формы, и вертикальная нагрузка возникает, когда мы жуем, не замкнув рот, а держа его приоткрытым и даже чавкая — так замыслила природа, которая не знает правил этикета, но зато все придумывает в соответствии с эргономикой и с целью максимального сохранения наших «механизмов» в рабочем состоянии.

Со временем про прикус совсем перестали говорить и перестали его добиваться перед тем, как ставить импланты. А на заре имплантации это было обязательным условием.

В последнее время в рекламе клиник, занимающихся имплантацией, пациентам обещают 10-летнюю гарантию (а должны бы давать ее на всю жизнь!), при этом не объясняют, что же будет, когда эти десять лет пройдут. И не снабжают никакими инструкциями, какие правила надо соблюдать, чтобы хотя бы за время гарантии с имплантом ничего не произошло.

Все перечисленные признаки показывают, насколько легче, неосмотрительнее и безответственнее стали обращаться с имплантами — как будто это рядовая стоматологическая процедура, не требующая от пациента особых усилий и особого поведения. На самом деле, когда мы с пациентом в ходе лечения обращаемся к имплантации, то сразу переходим на более высокий уровень требований.

На протяжении всей книги я не устаю заострять ваше внимание на том, что все наши зубные неприятности начинаются с нарушения носового дыхания, а в этом в свою очередь виноваты глобальные экологические проблемы. Нам не хватает воздуха, и мы переходим на дыхание ртом. При этом щеки сдавливают верхнюю челюсть, а язык опускается вниз. Сужение челюсти у поколений младше 50 лет — явление повсеместное и стабильно набирающее обороты. Происходит сужение челюсти в зоне опоры, поэтому опорные зубы (моляры) теряются, а передние становятся кривыми только потому, что боковые наклонены вовнутрь. У людей старшего поколения, родившихся в начале прошлого века, такой проблемы не было. И все методики, существующие в стоматологии, им помогали правильно жевать и иметь красивую улыбку, а эффект от лечения сохранялся на многие годы.

Сейчас мы наблюдаем, что прежние методы лечения периодически дают сбой. Нередко после исправления прикуса с помощью брекетов или постановки протеза случаются рецидивы: скученность зубов возвращается, керамика ломается. После установки импланта может произойти отторжение. То есть лечение оказывается неэффективным.

Зачастую это происходит потому, что к лечению подходят не с того конца. Вернее, начинают его не с первого, а с третьего-четвертого такта, как опоздавший на выступление оркестрант. Пожалуйста, запомните: прежде чем устанавливать брекеты, протезы или импланты, обратите внимание на работу мышц и суставов — без этого эффекта не будет. Повторю, что зубы не имеют мышечного аппарата и сами не двигаются. Их наклон зависит от деятельности общих мышц — жевательных и резервных. Поэтому, если вы хотите исправить прикус на всю жизнь, в первую очередь надо обратиться к функциональному стоматологу и поработать с мышцами.

Можно вернуть красоту улыбке, но это не значит, что зубы будут выполнять свои прямые функции — откусывать и пережевывать пищу. Если лечение на брекетах начать без проработки жевательных мышц или с языком, привыкшим вольготно возлежать на нижних зубах, очень скоро весь эстетический результат сведется к нулю — зубы при пособничестве недисциплинированных мышц снова расползутся из ровного строя, составленного с огромным трудом и за немалые деньги. Без функционального исправления боковых зубов лечение на брекетах также носит временный характер, и впоследствии возможны рецидивы. Без налаживания работы мышц и восстановления опорных зубов будет иметь недолгий успех и выпрямление носовой перегородки с помощью операции. По тем же причинам могут не приживаться импланты.

Прежде чем поставить брекеты, импланты или сделать протезирование, нужно обязательно расширить челюсти функциональными методами. Когда вернется правильное положение опорных зубов, возымеют долговременный эффект и любые другие методики.

Если мы говорим о новых реалиях в стоматологии, связанных с приходом пациентов, никогда не знавших, что такое норма, и стоматологам приходится им это объяснять и восстанавливать норму по ощущениям, то мы должны заострить внимание на дальнейших критериях контроля качества.

Напомню, что в функциональной медицине, и, в частности, в стоматологии, пациент не жертва, которой открыли рот, неизвестно что приклеили или заменили и отпустили до той поры, пока у него опять что-то не отвалится. Он — активный участник команды: он надевает капу-корректор на время сна, держит язык в положении на верхнем нёбе, правильно жует и борется со своими вредными привычками. Он стремится постичь норму и достичь ее, он признает, что является идеальным творением Бога, а не напичканным «генетическими аномалиями» потомком столь же несовершенных родителей.

Если мы, стоматологи, хотим, чтобы пациент и дальше относился к своей жизни сознательно, то должны рассказать ему, как следить за своим здоровьем в дальнейшем, после окончания лечения по концепции. Для этого существуют определенные критерии.

1. Верхние и нижние моляры, смыкаясь, размыкают резцы и клыки (фронтальная зона от пятого зуба слева до пятого справа). Если щель между верхними и нижними передними зубами незаметна визуально, то воспользуйтесь несложным тестом: возьмите фольгу от конфеты или шоколадки, расположите ее в пространстве от премоляра до премоляра и крепко сожмите задние зубы. Фольга свободно проходит сквозь щель между передними зубами? Значит, у вас все в порядке. Она нигде не должна зацепиться и порваться. Застряла на четвертом или пятом зубе (на премолярах)? Это сигнал, что пора прийти к стоматологу и поправить высоту задних зубов. Почему точкой отсчета мы берем четвертый и пятый зуб? Потому что в норме смыкания между ними быть не должно ни при каких обстоятельствах. Эти зубы даны нам для разгрызания самой твердой пищи, и если они будут стискиваться, то разрушат сами себя. Смыкаться должны только моляры — задние зубы, шинкующие пищу. Если пошел контакт на премоляры, то жевательная мышца начинает особенно сильно смыкаться — она ищет моляры, наши зубы-шинковки, и не находит, так как они стерты. И тогда мышца спазмируется.

2. Верхняя и нижняя уздечки губ совпадают и располагаются по центру относительно вертикальной оси симметрии нашего лица и тела. Нарушение симметрии свидетельствует о перекосе — это также повод немедленно прийти к стоматологу, чтобы поправить бугры зубов до нужной высоты.

3. Анатомически правильная форма зубов. Нельзя закрывать глаза на сколы, трещины, пониженную высоту из-за истирания эмали. Правда, вы можете и не заметить данных симптомов, но, если у вас ни с того ни с сего заболела шея или голова, значит, организм сигнализирует, что с зубами что-то произошло.