Работа спецкурьера предполагает наличие собранности, внимательности и самодисциплины. Ты нигде не задерживаешься и не останавливаешься без веской причины. Ведешь себя тихо и обязательно неприметно, ни в коем случае не выделяясь из обычной толпы.

Это очень важно, если не хочешь попасть в неприятности.

А еще важна пунктуальность. Без нее никуда. Нельзя опаздывать или приходить раньше времени, все должно делаться точно в указанный срок.

Я сел на рейс из Цюриха точно по расписанию. По прилете в Хитроу прошел таможенный контроль и спокойно направился к выходу.

Из багажа у меня был только кожаный портфель с кипой документов, должный подтвердить образ бизнесмена в деловой поездке.

Неброский деловой костюм средней ценовой категории (не слишком дорогой, но и не дешевка из магазина готового платья), классический галстук, темные туфли.

Правое запястье обхватывал кожаный ремешок. Он удерживал то, ради чего меня отправили в Лондон. Изготовленный в позапрошлом веке австрийским часовых дел мастером хронометр стоимостью в четырнадцать с половиной миллионов евро.

Швейцарская страховая компания, на которую я работал, как и полагается солидной и уважаемой фирме, имеющей за плечами четыре сотни лет успешной деятельности, предпочитала вести дела тихо и незаметно. Как и многие другие организации подобного типа. Старая школа, в чьих недрах родилось выражение: деньги любят тишину.

А значит, никаких частных рейсов с толпой вооруженных горилл на борту. Никаких кортежей из бронированных джипов с тонированными стеклами на посадочной площадке. Ничего такого, что так любит изображать Голливуд.

Все гораздо проще. Банальнее. Неприметнее.

О моем грузе знал строго ограниченный круг лиц из двух человек. Отправитель. И получатель. Тем самым гарантируя его сохранность при перевозке. Секретность являлась самой лучшей защитой в такого рода делах.

Я шел по центральному залу и уже видел выход. За стеклянными раздвижными дверями меня ждал Пол. Мой напарник. Отличный парень, родом из Новой Зеландии. Крепкий, надежный, имеющий отличную подготовку, приобретенную в малочисленной армии своей страны и оточенную после на службе нескольких частных военных компаний.

Пол сегодня изображал водителя, посланного встретить делового партнера своего босса. Отсюда этого не было видно, но я знал, что полы его пиджака скрывали кобуру, где в полной боевой готовности покоился автоматический SIG Sauer P229. Точно такой ждал меня в салоне серого седана, припаркованного рядом.

Все шло четко по плану. До раздвижных дверей оставалось всего несколько метров.

А потом наступила темнота. В одну секунду я находился в Хитроу, а в следующую очутился рядом с невысокой каменной грядой. Неясно где, но совершенно точно за городом. Ни одного здания поблизости не наблюдалось. Солнечный свет молниеносно сменился тусклым невзрачным сумраком.

Оглядеться и понять, что происходит, не успел. Один вдох — и легкие охватило жаром. Боль потекла широкой волной, с легкостью достигая самых отдаленных уголков организма.

Меня затрясло в лихорадке. Не успел опомниться, как рухнул на землю. Попытка отстраниться от боли не помогла, казалось, каждая клеточка в теле заполыхала отдельным пожаром.

Я не выдержал, из горла помимо воли вырвался дикий крик. Мне казалось, что меня посадили в костер, облили бензином и подожгли.

Боль была не просто страшная, она была невыносимая. И неудивительно, что сознание вскоре отключилось от шока.

Впрочем, забытье не продлилось долго (судя по впечатлениям). Очнулся я от все того же сумасшедшего жара, продолжавшего бушевать внутри, выжигая плоть не хуже промышленной плазменной горелки.

В голове промелькнули мутные образы с барбекю и частями человеческого тела на вертеле у африканских племен.

Я представлял себя куском мяса, подвешенным над полыхающим костром, и ничего не мог с этим поделать.

Трудно сказать, сколько продолжалась страшная экзекуция. Но в один миг вдруг все резко переменилось. Не стало лучше. Нет. Просто плюс поменялся на минус. Тело охватил жуткий холод. И теперь стало казаться, будто разогретая до состояния «готово» плоть подверглась мгновенной заморозке.

И опять сознание не пожелало долго терпеть подобного издевательства, нырнув в спасительные воды забытья.

Очнулся резким рывком. Зубы клацали друг об друга, челюсть ходила ходуном, организм трясся в ознобе, мышцы болели, а кости отзывались тупой ноющей болью. Я скорчился в позе эмбриона и единственное, о чем мог думать, так это о теплом одеяле и до краев наполненном стакане с бренди.

Раздавшийся рядом голос воспринялся как глас божий, сообщивший, что на мое персональное спасение отправлен отдельный батальон ангелов из службы быстрого реагирования небесной канцелярии.

В поле зрения появилось двое. Они выглядели до того необычно и странно, что я поневоле забыл о терзающей меня боли.

Два… (человека?) стояли в паре метров от меня и что-то живо обсуждали на совершенно незнакомом языке. Дискуссия проходила весьма бурно и эмоционально.

Один, тот что пониже, был облачен в кожаные одежды коричневого окраса. Короткая куртка на толстой шнуровке, штаны, сапоги с острыми носками и на высоком каблуке, пояс обхватывал широкий ремень. В руках абориген держал длинную палку, вроде бы металлическую, хотя насчет последнего полной уверенности не имелось. С таким же успехом (копье?) могло быть из пластика или вовсе из редкой породы дерева.

Другой кардинально отличался от товарища. Более массивный, высокий, он носил нечто напоминающее скафандр и при первом взгляде заработал у меня прозвище — «робокоп». Голову здоровяка закрывал шлем, причем очень хитрый, с двойным забралом, состоящим из прозрачного пластикового щитка и дополнительной бронированной маски, в случае необходимости опускающейся вниз и закрывающей полностью лицо за исключением тонкой прорези для глаз.

Он был вооружен значительно лучше приятеля. Закованные в сталь ладони держали мощную винтовку, здорово напоминающую оружие из фантастических блокбастеров. Такой «мухобойкой» самое то охотиться на «чужих».

Удивительный диссонанс. Первый чем-то походил на выходца из позднего средневековья, а второй словно из технологичного развитого будущего.

Интенсивный обмен мнениями быстро подошел к концу. «Робокоп» подошел ко мне и прижал сверху коленом. В этот момент я почувствовал себя так, словно на меня бетонную плиту сверху опустили. Не слишком приятное ощущение.

Уха коснулась какая-то склизкая субстанция. Я затрепыхался, пытаясь избавиться от неприятного ощущения, но после пережитого мышцы едва двигались, не очень торопясь поспешить хозяину на выручку.

Бесполезно, руки еле шевелились, бессильно скребя по серому песку. Еще через секунду я с ужасом осознал, что непонятная хрень, аккуратно уложенная на меня, ожила и быстро юркнула в ушную раковину.

Сразу же появились кошмарные ассоциации насчет заражения инопланетными паразитами. Кричать и ругаться не получалось из-за пересохшего горла. Любые другие проявления возмущения истязателями нагло игнорировались. Одно хорошо — тяжесть сверху пропала, здоровяк снова отошел к более заурядно одетому соратнику.

Я лежал у их ног и чувствовал себя совершенно по-идиотски. Встать не могу, в ухо засунули какую-то гадость, где нахожусь и что вообще происходит, совершенно неясно.

Плюсы, впрочем, тоже имелись. Дикие перепады боли исчезли, оставив вместо себя усталость и желание снова отрубиться, чтобы проснуться в банальной больничной палате и увидеть вокруг себя обычную обстановку без всяких фантастических декораций.

К сожалению, высшие силы не услышали мою мольбу и оставили все как есть. Я лежал, странная парочка стояла рядом, молча ожидая какой-то реакции.

В мозгу слабо шевельнулась надежда, что бесцеремонные пришельцы не ждут, пока из моей груди полезет всякая чертовщина, как в известном ужастике. Становиться инкубатором для инопланетных тварей категорически не хотелось. Да и просто умирать в общем-то тоже.

Таким образом прошло одна-две минуты. Конечности потихоньку оживали, понемногу снова наливаясь силой. И я стал прикидывать, как бы половчее удрать от странной парочки, избежав выстрела в спину.

— Ты меня понимаешь? — раздавшийся вопрос заставил непроизвольно вздрогнуть.

Голос доносился из шлема «робокопа». И что самое удивительное, весьма «чистый», без примесей так называемой «искусственности», характерной для внешних динамиков.

— Да, — осторожно ответил я, шокированный тем, что слова незнакомого языка обрели смысл.

— Хорошо, — мужик в скафандре удовлетворенно хлопнул в ладоши, небрежно придерживая свою винтовку чудовищных размеров, зажав под локтем.

Интересно, сколько эта дура весит? Выглядит тяжелой. Наверняка без встроенного экзоскелета не обошлось.

— Тебе повезло, что ты выжил, немногим это удается, — подхватил разговор второй, тот что поменьше.

Я с трудом сглотнул. Ситуация выглядела настолько нестандартной и необычной, что с трудом удавалось держать себя в руках. Если бы не пройденный спецкурс психологической подготовки, то даже не знаю, как бы я реагировал на подобное.

Обычные люди, попав в экстремальную ситуацию, обычно теряются. Например, угодив в случайную перестрелку, рядовые обыватели подчиняются древним животным инстинктам и бросаются бежать, толком не разбирая дороги, лишь бы оказаться подальше от опасного места. И как правило, попадают под шальную пулю. В редких случаях застывают в ступоре и тоже заканчивают плохо. Вместо того чтобы найти укрытие, залечь и оценить обстановку из безопасного места.

Так и здесь. Я не стал впадать в панику, взял себя в руки и постарался успокоить бешено колотящееся сердце.

— Где мы? — спросил я, с трудом поворачивая шею, чтобы оглядеться.

Вокруг… скажем так, местность не изобиловала растительностью, скорее напоминала пустыню с обильными вкраплениями невысоких скалистых наростов.

Что за место? Черт его пойми, непонятно. Небо… ох ты же-е-ее… а неба-то и нет. Ну как бы. Была свинцовая бездна, уходящая в никуда. И солнца тоже не видно. Совсем. Небесное светило отсутствовало напрочь. И похоже, дело тут вовсе не в плотной облачности или наступающем вечере.

Это открытие меня так поразило, что на несколько секунд я все-таки сбился и едва не впал в панику. Потому что к такому в частной клинике, специализирующейся на психологической подготовке военных специалистов из частных военных компаний, не готовили.

Неужели другая планета? Ну дела…

— Это междумирье, — ответил низенький, с любопытством изучая мою реакцию на происходящее.

Междумирье, значит, ладно… А Альфа Центавра находится, видимо, за ближайшим углом… прелестно….

— Вы меня спасли? — спросил я, принимая сидячее положение.

Тело двигалось с очень большим трудом. Знакомое в чем-то ощущение, наступающее после интенсивных физических нагрузок.

Вот только за весь рейс из Цюриха я максимум, что поднимал, так это стакан с минеральной водой.

Проклятье, Пол, наверное, обалдел, увидев, как я буквально у него на глазах растворяюсь в воздухе. Оставалось пройти всего ничего…

— Нет, только подсадили червя-переводчика, — любезно просветил меня коротышка с копьем.

Детина, покрытый с головы до ног железом, хранил молчание. Судя по поведению, он выступал в паре в положении ведомого.

— Червь-переводчик, — медленно повторил я и уточнил: — Это то, что вы запихнули мне в ухо?

— Да, — мой собеседник растянул рот в жизнерадостной улыбке.

Чего это у него такое хорошее настроение? Прямо подозрительно. Смотрит на меня, как бездомный кот на кусок свежей колбасы. Не нравился мне его энтузиазм.

— Это какой-то паразит?

— Верно. Сейчас он обживается у тебя в коре головного мозга.

Мне поплохело. Воображение не так уж ошиблось, рисуя картины из кино. Когда сообщают, что в башку подсадили какой-то инородный живой организм, поневоле начнет тошнить, и никакая подготовка тут не поможет.

— Без него мы бы не смогли общаться, — все еще сверкая белозубой улыбкой, объяснил «коричневый».

«Серый» все так же нависал справа металлической глыбой. Его близость становилась неуютной.

Попробуем прояснить ситуацию. Пока происходящее скрывалось за пеленой тумана.

— Как я сюда попал? — я выразительно повел рукой.

Жест потребовал приложить неимоверные усилия. Никогда не ощущал себя настолько слабым и беспомощным. Очень сильно надеюсь, что симптомы носили временный характер.

— Тебя затянуло в «дикую воронку». Ты удивишься, насколько часто это случается. В мирах постоянно пропадают разумные в огромных количествах. И в большинстве своем они оказываются здесь.

Я вспомнил виденную как-то передачу о большом количестве людей, пропавших без вести. По всем странам приводились невероятные цифры в десятки тысяч человек, и это только каждый год по официальным данным. Неужели исчезнувший народ появляется в конце концов в этом сумрачном «чистилище»? Полная жуть, если правда.

Неосознанно я еще раз огляделся, словно ожидая увидеть выныривающего из пустоты очередного скитальца.

Неправильно поняв мое телодвижение, коротышка заявил:

— Можешь не беспокоиться, я поставил «полог отрицания». Нас никто не побеспокоит.

Ага… «полог отрицания»… понятнее не стало.

— Что такое «порог отрицания»? — закономерно удивился я.

— Проекция, — парень с копьем вытянул руку вперед.

Над открытой ладонью повис многогранник, сотканный из лучей света. Фигурка медленно крутилась, переливаясь солнечными зайчиками.

— Красиво, — признал я.

Парень усмехнулся и чуть повел кистью.

Фигурка метнулась к ближайшему булыжнику и вошла в него, как горячий нож входит в масло, прожигая камень насквозь и оставляя после себя идеально ровную дыру в форме утыканного иголками шара.

Я сглотнул. Неслабый фокус. Что-то подсказывало, что эта штука и металл также легко может прожечь без проблем.

— Магия? — выдохнул я.

— Управляемое проецирование иала, — поправил меня визави.

Незнакомое слово. Вживленный паразит-симбионт (или кто он там такой?) никак не отреагировал на него.

— Что такое иал? — не спросить, разумеется, я не мог.

Проклятая слабость в теле все еще с трудом позволяла двигаться. Приходилось сидеть и вести беседу. Хотя инстинкт требовал уйти от встреченной парочки подальше. Не нравилось мне в них что-то.

— Энергия междумирья, — объяснил «колдун».

Так, ну ладно. Уже кое-что. Картина становится более понятной. В том смысле, что перестает напоминать чаепитие у безумного Шляпника из «Алисы в стране чудес», как я ощущал себя до сих пор.

— Ясно. И вы, значит, ее используете? — сказал я, помолчал и вкрадчивым тоном осведомился: — А домой меня случайно отправить не можете?

Копьеносец неприятно рассмеялся.

— Нет, тебе дорога домой уже закрыта. Навсегда. Твой организм адаптируется и перестраивается под влиянием иала. Преобразование происходит на клеточном уровне, без возможности отката назад. Ты не сможешь вернуться, потому что теперь не выживешь долго в обычных мирах. Понимаешь меня?

Я застыл, переваривая услышанное.

— Я что, стану каким-то мутантом? — глухо спросил я.

И услышал в ответ еще одну порцию дребезжащего смеха.

— В какой-то мере так и есть, — подтвердил коротышка. — Ты станешь дегаром. Точнее, ты уже почти превратился в него. По времени осталось немного. При вживлении червь выпустил в твой организм особый токсин, выступивший в качестве обезболивающего, так что никаких болевых эффектов ты сейчас не ощущаешь.

Я автоматически вспомнил первые мгновения появления в этом странном мире. Выходит, за нормальное самочувствие надо благодарить ту гадость, что мне подсадили через ухо.

— Сначала мы не хотели тратить его на тебя, слишком уж паршиво ты выглядел. Мой товарищ, — красноречивый жест на «железного человека», — выступал против, но я настоял. И судя по твоему нынешнему состоянию, оказался прав. Ты выжил.

Что тут скажешь?! Надо бы поблагодарить помощников, избавивших от лишних страданий, но внутренняя чуйка подсказывала, что в реальной жизни очень трудно встретить настоящих самаритян. Люди — гады, очень редко когда-либо делают что-то просто так.

— И что теперь? — я попытался подняться и тут же снова рухнул на пятую точку. Ноги не держали, напоминая палки, наполненные желе.

— Теперь ты поедешь с нами, — взгляд парня стал пронзительным и крайне нехорошим.

В ту же секунду мою шею охватил тонкий ремешок. Причем его не накинул кто-то из стоящей рядом парочки, а он сделал это сам. Взмыл в воздух и молниеносно скакнул вперед, словно живое существо.

Дерьмо…

— Не буду врать, судьба у тебя незавидная, — проникновенным тоном поделился коротышка. — Одна из гильдий Овелона купит тебя в качестве «моллюска», обучит и отправит в рейд.

Мордоворот громко заржал.

— Заброска в первый попавшийся мир для сбора л-излучения. Каждый второй подыхает.

Пятьдесят процентов выживших? Нерадостная статистика.

— Остальные умирают в следующие пять рейдов, — продолжал меня просвещать робокоп. — До конца срока контракта доживает один из двадцати.

Какая-то хреновая у них получалась математика. Чем они там таким опасным занимались? И кто такой дегар? Последний вопрос я задал вслух.

— Дегар — это тот, кто умеет управлять иалом, — любезно пояснил коротышка. — Я тоже дегар. Хотя между нами пропасть. Ты — никто. А я свободный житель величайшего города сферы мироздания.

Ну вот, со статусом разобрались. Похоже, я тоже превратился в местного мага, только на самом дне социальной лестницы. А думал, что дегар — это какой-то синоним раба. Уже неплохо. Или нет? И все гораздо хуже, чем кажется? Проклятье, все-таки слишком мало информации.

— В какой-то степени тебе повезло. Основная масса затянутых в дикие воронки умирает сразу же. Некоторых так вообще разрывает на части. А те, кого выбросило сюда, в большинстве своем подыхают от иала. Видишь ли, в областях с плотной концентрацией энергии междумирья обычным разумным не выжить, — низкорослый парень кивнул на своего более массивного приятеля, затянутого в металл.

Так это не просто высокотехнологичная броня, но и защита от некого местного аналога радиации? Если этому детине пробить дыры в скафандре, то он быстро загнется. Стоило взять на заметку.

Похоже, мой оценивающий взгляд не понравился кудеснику. Едва заметное шевеление кистью заставило удавку сжаться на горле.

Я захрипел и снова рухнул на землю, больно ударившись локтем о торчащую каменюку. Сквозь зубы помимо воли вырвался короткий поток ругательств. Гребаные ублюдки, какие мы нежные, косо посмотреть нельзя…

— Будешь делать глупости, до Овелона целым не доберешься, — раздался над головой голос. — Ты же не хочешь себе навредить? Особенно сейчас, когда твой организм ко всему прочему еще и восстанавливается после прожитых лет.

Восстанавливается после прожитых лет? О чем это он? Я что, буду молодеть? А вот это уже неплохо.

— Дегары живут дольше простых смертных, не укорачивай свой век раньше срока, — посоветовал коротышка.

А «терминатор» не замедлил добавить с ехидным смешком:

— За тебя это с большим удовольствием сделают другие.

И громко заржал, найдя свою шутку очень смешной. Лично меня хохотать не тянуло. Да чего уж там, и улыбаться совсем не хотелось.

— Все, кончай веселье, пора в путь. Нам еще долго добираться обратно, — скомандовал парень с копьем.

Здоровяк подхватил меня под мышки и поднял, как пушинку. Без труда заволок на вершину каменной гряды. Там обнаружился диковинный аппарат. Прямоугольная открытая платформа висела над землей на высоте полуметра. На ней находились кресла в полулежачем положении. Перед самым передним располагался небольшой приборный пульт с рулем-штурвалом.

— Глайдер, — пояснил недомерок, которого за последние две минуты я очень сильно невзлюбил из-за его возможности контролировать надетый на меня ошейник.

Конечно, он сказал совершенно другое слово, но симбионт-переводчик перевел мне название механизма именно так, подобрав из моей памяти самое подходящее определение.

Стоило признать, работал он просто отлично.

— Давай садись и не вздумай дергаться, если упадешь при движении, тебя размажет тонким слоем на многие километры.

Ничего не оставалось, как подчиниться. Опять корчиться от удушья не хотелось.

Меня усадили в одно из средних кресел, крепко пристегнув ремнями безопасности. Коротышка занял место водителя, мордоворот в технодоспехах уселся позади.

И мы поехали. Точнее полетели. Необычная машина не поднималась высоко, парила над поверхностью, сохраняя весьма приличную скорость.

Вокруг, куда доставал взгляд, расстилалась серая пустыня с редкими вкраплениями скальных образований. Ни животных, ни приличной растительности, лишь уходящий в никуда пустой горизонт.

Примерно через полчаса глайдер стал притормаживать, пока полностью не остановился, замерев рядом с небольшим островком ярко-зеленого цвета.

Идеально круглый кусок подстриженного газона диаметром в три-четыре метра смотрелся в окружающей сумрачной местности совершенно чужеродным элементом. Но не это привлекло мое основное внимание. На куске дерна с травой лежало человеческое тело. Девушка лет двадцати, в широком платье фасона какой-нибудь эпохи Ренессанса.

— Готовая, — коротышка легко спрыгнул на землю, профессионально проверил пульс и безразлично дернул плечом. — Ран нет. Загнулась от иала.

Как ни в чем не бывало обыскал труп и вернулся обратно на водительское сиденье.

— Вот что бывает обычно с теми, кто сюда попадает через дикие воронки, — небрежно сообщил он, нажимая кнопки на приборной панели.

А я почему-то подумал совсем о другом. Если все правда, и люди действительно исчезают тысячами (и это только с Земли), то общее количество попавших в междумирье должно исчисляться невообразимым числом. Даже если из них у каждого десятого дар к управлению энергии (читай магии), то их все равно должно быть очень много. А значит, ими и в самом деле не очень-то дорожат. Таких обычно называют пушечным мясом. Расходным материалом для выполнения самых опасных и самых паршивых заданий. И очень похоже, что меня и впрямь ждет незавидная участь.

Иногда строгое следование правилам прибавляет проблем. Стоило не спешить и пропустить стаканчик-другой при приземлении в Хитроу. Глядишь, сейчас бы не оказался не пойми где с туманными перспективами на ближайшую жизнь.

Следующая остановка произошла где-то через час. Глайдер плавно затормозил, повиснув в месте, которое, на мой взгляд, ничем особо примечательным от остальной местности не отличалось. По крайней мере, никаких путешественников из других миров поблизости не наблюдалось.

— В чем дело? Разве вы не собирались ехать в город? — я наморщил лоб, вспоминая название упомянутого в разговоре местного населенного пункта. — В Овелон.

Инопланетяне (а кто они еще по отношению ко мне?) не ответили на вопрос. Споро выгрузились из своей летающей тарантайки и принялись доставать какие-то штуки из боковых багажных контейнеров. Их там, оказывается, скрывалась целая куча, если судить по откинутым крышкам.

Я бросил беглый взгляд на оставшуюся без присмотра приборную панель, прикидывая, смогу ли завести незнакомый механизм для самостоятельного полета.

Выглядело вроде несложно. В том смысле, что кнопок не так много, как ожидалось от машины, умеющей парить над землей. Вспомнить самый простейший земной самолет, в кабине пилота на пульте управления столько всякого добра, что глаза разбегаются. Без специальной подготовки нечего и пытаться лезть за штурвал. Гарантированно разобьешься еще на стадии взлета.

А тут ничего, попроще. Правда, никаких подписей не видать. А поясняющие значки лично мне ни о чем не говорили. Черт его знает, где зажигание, а где тормоз. Педали и рычаги рядом с водительским сиденьем отсутствовали напрочь.

— Вставай, будешь помогать, — коротышка одним движением расстегнул заблокированный ремень безопасности, освобождая меня от оков.

Кажется, он заметил мой интерес к системе управления глайдера. Но включать удавку не стал, ограничившись грубым толчком с зависшей платформы.

— Тащи это на взгорок, — мне вручили перетянутые гибкой лентой, напоминающей изоленту, охапку коротких трубочек.

Легкие. Из алюминия? Материал вроде похож. Не пластик точно и определенно не дерево.

Я обхватил аккуратно перевязанные фиговины (только бантика сверху не хватало) и направился в указанном направлении, где уже с чем-то возился робокоп.

— Давай, — здоровяк перехватил принесенные трубки, схватился за один конец рукой и тряхнул, как тряпкой.

Круглые железки, издав мелодичный звук, разошлись в стороны и выдвинулись на три секции, существенно увеличившись в длине.

Оказывается, я принес треногу. Только почему-то на пяти опорах, а не трех или четырех, как обычно.

Не обращая на меня внимания, мордоворот в скафе принялся сноровисто устанавливать на стойку какой-то серый куб. Снизу вставил прозрачный футляр-капсулу. На бок прикрепил щиток с дисплеем и двумя рядами кнопок под ним.

Конструкция имела слегка несуразный вид, однако не выглядела самоделкой. Это явно серийный образец, изготовленный на промышленной фабрике для выполнения определенных функций.

— Что это? — спросил я, не скрывая любопытства, осматривая поставленную на попа бандуру.

— Иал-ловушка, — объяснил коротышка, успевший присоединиться к нам на пригорке. — Сканер уловил высокую концентрацию энергии в этом месте.

Выходит, иал можно собирать, как какой-нибудь урожай посевных. Очень интересно. Я впитывал информацию, стараясь ничего не упустить. Похоже, выбраться отсюда еще не скоро представится возможность. Следовало вникать в местные реалии для полной акклиматизации в социуме.

— Энергию используют в технике? — я кивком головы указал на замерший глайдер.

Кудесник кивнул.

— Только после обработки. Сырая энергия не подходит для работы в механизмах. Они быстро выходят из строя. Для этого иал превращают в вайт. Более стабильный источник питания, — парень ткнул пальцем в мощную винтовку товарища: — Это называется вайзер. Он использует стандартный вайт-аккумулятор для выстрелов энергетическими снарядами.

Словоохотливый коротышка объяснял все подробно. Похоже, ему было в радость почесать языком хоть с кем-то, кроме своего приятеля. Думаю, с таким же успехом он мог болтать и обращаясь к простому булыжнику. Он рассказывал мне о незнакомых вещах вовсе не по доброте душевной, а потому что хотел поболтать. Наверное, они уже долго шлялись по серой пустыне, раз разговоры друг с другом их уже притомили.

Знаю о таком. Сам испытывал нечто похожее. Как-то раз пришлось просидеть в хижине в уединенном уголке американо-канадской границы целый месяц в компании одного человека. Общие темы бесед очень скоро исчерпали себя, и мы в основном отмалчивались, занимаясь каждый своими делами в ожидании передачи посылки. Помню, как после задания, зайдя в первую закусочную, минут десять трепался с барменом о всякой ерунде, настолько соскучился по общению с другими людьми.

Так что я отлично понимал любителя шмоток из коричневой кожи. И пользовался данным обстоятельством на полную катушку, заполняя пробелы в знаниях о жизни в междумирье.

— А что такое л-излучение? — я припомнил сказанный здоровяком термин касательно моего возможного времяпрепровождения на службе у неких таинственных «гильдий Овелона». Интуиция говорила, что это тоже относится к сбору неких ресурсов, как то, чем мы занимались сейчас.

Коротышка аж крякнул от удивления и весьма уважительно посмотрел на меня.

— У тебя отличное чутье, новичок. Или ты так хорошо соображаешь? Уж не знаю, что хуже. Но ты попал в яблочко. Без л-излучения невозможен процесс перегона иала в вайт.

— Его добывают в других мирах?

— Верно. В мирах с богатой биосферой. Безжизненные пустыни для этого не годятся. Собственно, участок, куда ставят установки добычи, сам становится куском такой пустыни после наполнения л-резервуаров. Аборигенам, как сам понимаешь, это не очень нравится. Они нападают, пытаясь помешать процессу сбора. Нередко со смертельным исходом для рейдеров. Когда-то я тоже занимался этим и могу с уверенностью сказать — это одно из самых опасных занятий в Овелоне.

Я сделал стойку.

— Значит, в чужие миры забрасывают специальные группы, и они занимаются там сбором этого л-излучения, — осторожно осведомился я, мысль свалить отсюда и вернуться домой не покидала меня с тех пор, как здесь очутился.

К этому времени устройство на треноге уже вовсю заработало, мы отошли от него подальше и сейчас наблюдали, как стеклянная емкость в форме термоса с металлической крышкой и основанием понемногу заполнялась светло-синим туманом. По мере наполнения и плотности концентрации цвет изменялся, становясь более насыщенным и ярким, напоминая голубой неон.

В голову полезли нехорошие мысли о привычке радиоактивных хреновин к свечению в темноте. Очень надеюсь, что это не какой-нибудь аналог урана или плутония. Свинцовых трусов на мне нет.

— Да ты действительно неплохо соображаешь, — издевательски заметил коротышка.

Здоровяк в броне громко фыркнул. В отличие от нас, он стоял вполоборота и не смотрел на активно работающую иал-ловушку.

Один контейнер очень быстро наполнился, автоматика резво сменила на другой, отправив исходящий легким сиянием тубус в пластиковый держатель.

Я предпочел не заметить ерничание в свой адрес.

— Однажды я видел, как цветущую долину с озером и лесом преобразователи л-излучения превратили в горную лощину, где кроме песка и пыли ничего не осталось, — продолжил разглагольствовать коротышка. — Туземцы с испугу принялись собирать целую армию, но к тому времени мы уже ушли через схлопнувшийся портал.

Кудесник зашелся визгливым смехом. Я покачал головой. Вот по кому плачет Гринпис. Хотя вряд ли экологи-активисты встретят у местных понимание. Прикончат защитников дикой природы и помнить забудут.

Итак, подведем итог. Есть два вида энергии. Иал — это сырой вариант, не пригодный для использования в обычном ключе. Вайт — обработанный, работающий, видимо, в качестве электричества для механизмов. Чтобы из первого получить второй, необходим особый реагент, некое л-излучение. Его добывают в мирах с обильной флорой и фауной. Высасывают жизненные соки с земли при помощи преобразователя. Для этого отправляют специальные группы через порталы.

Остается прояснить, порталы открываются в произвольном порядке, в качестве, так сказать, некого природного феномена, или для этого имеются специальные технологии?

— Порталы бывают нескольких типов, — дегар охотно поделился со мной общедоступной для жителей Овелона информацией. — Самые распространенные — дикие воронки. Они возникают постоянно, за короткий промежуток времени успевая перетащить сюда какого-нибудь растяпу, одного или вместе с куском того мира.

Я медленно кивнул. Меня из Хитроу затянуло одного. А мертвая девушка перенеслась вместе с приличной частью газона. Видимо, раз на раз не приходится. Могло вообще половину тела отрезать и привет. В какой-то степени и впрямь повезло…

— Также есть статичные порталы, закрепленные на уровне одного перехода. Их всего несколько, и поддержание их стабильности влетает в немалую сумму. Как правило, там стоят аванпосты, принадлежащие гильдиям. С другой стороной налажены связи, вплоть до прямой торговли. Туда, естественно, рейдеров не засылают.

Ну разумеется. Кто будет вести дела с контрагентом, портящим экологию твоего родного мира. Другое дело, какие-то левые планеты с незнакомыми туземцами. Тут можно разойтись по полной программе. Л-излучение — это ресурс. Весьма ценный и даже жизненно необходимый для развития цивилизации, отсюда и беспощадность.

Люди сволочи еще те, за полезные ископаемые легко готовы развязать полномасштабную войну. Стоило ли упрекать местных в подобном поведении.

— И конечно долгоиграющие порталы. Они вроде диких воронок, возникают сами по себе, но держатся значительно дольше. Существует аппаратура, способная не только найти их, но и предсказать появление путем пеленгации электромагнитных возмущений особого типа. Заброску в рейд за л-излучением обычно осуществляют как раз через них.

Я добросовестно запоминал услышанное. Пусть это и общеизвестные истины для здешних жителей, для меня-то это зона неизведанного.

— А как же технологии? — спросил я. — За ними ведется охота в других мирах?

Кудесник тряхнул головой.

— Бывает и такое, — согласился он. — За обычными ресурсами тоже устраивают экспедиции. Некоторые гильдии занимаются этим целенаправленно, чтобы потом продавать добытое на торговых площадках. Хотя бывают и исключения. Я как-то слышал, мастер строительства гильдии Нисара отправил две группы на заброску с приказом привезти пятьдесят кубометров натурального дерева. Уж не знаю, зачем они ему понадобились и чем не устроил ассортимент на центральном рынке стройматериалов.

Нехило. Так и представляется: сидит какой-нибудь босс, захотелось ему крабов. Вызвал секретаршу и приказал отправить в другой мир людей на ловлю свежих ракообразных…

Да нет, бред. Перебор. Экономическая составляющая, скорее всего, играет в таких делах первостатейную роль. Или нет? Как говорится, у богатых свои причуды. Могут себе позволить безумства похлеще…

Стоящий до последнего момента без движения робокоп вдруг круто развернулся и зашагал, тяжело ступая по каменистой почве, в сторону видневшегося неподалеку еще одного пригорка.

Прямо на ходу сзади его бронескафа открылись пазы в районе лопаток, оттуда вынырнули два летающих шара, понесшихся вперед с умопомрачительным ускорением.

О как. Круто. Какие-то дроны-разведчики?

— Что-то случилось? — поинтересовался я, не поленившись по-быстрому оглядеться.

— Стой! Замри! — коротышка предостерегающе вскинул руку вверх.

Сам присел, став удивительным образом похож на хищника из семейства кошачьих. Небольших размеров, но все же хищника, готового рвать и кусать до тех пор, пока враг не отступит или не исторгнет последний вздох перед смертью.

А я внезапно услышал странный шепот, рождавшийся, казалось, прямо в мозгу. Сначала было непонятно, что там бормочет незнакомый голос, меняющий тембр через равные промежутки времени, но очень быстро удалось разобрать череду повторяющихся друг за другом слов:

— Убей его! Убей его! Убей его!

Я потряс головой, пытаясь избавиться от звуковых галлюцинаций. Разум быстро охватила расслабленность приятного наваждения. Пришлось очень постараться, чтобы полностью не рухнуть в транс чужеродного влияния.

— Что еще за хрень? — я с силой потер виски.

Перед глазами вставали картинки, где я нападаю на дегара, вырубаю его, сбегаю вниз по склону каменистой насыпи, сажусь в глайдер и улетаю, оставляя позади своих пленителей.

Видение казалось настолько реальным, что чудом удалось удержать себя в руках. Также сильно помогла агрессивная поза застывшего коротышки, провожающего каждое мое движение подозрительным взглядом.

Постепенно настойчивый шепот затих, став напоминать едва слышный шелест листьев, гонимых ветром по мостовой поздней осенью.

— Что это было? — повторно спросил я.

— Шепотун, — лаконично ответил парень с копьем, все так же напряженно вглядываясь в мое лицо.

И только через минуту, убедившись, что от меня не стоит ждать каких-либо отчаянных поступков под влиянием инородной воли, он соизволил дать более подробные пояснения:

— Здесь тоже иногда попадаются существа, — коротышка озорно подмигнул. — Что ты услышал?

Я напрягся. Говорить или нет? Правда звучала не слишком приятно для собеседника. С другой стороны, ложь могут раскрыть. Не могу сказать, что парочка хозяев глайдера казались мне приятными личностями, но и лезть на рожон, выставляя себя вруном, будет не прагматично. Нужно вести себя осторожно, присмотреться, а уж потом что-либо предпринимать.

— Убей его! — честно сказал я.

Не знаю, какой я ожидал увидеть реакцию на такие слова, но уж точно не заливистый хохот.

— Убей его, ха-ха, вот это да… ха-ха, — все никак не успокаивался кудесник, картинно держась за живот. — Убей его… здорово он тебя чуть не подловил… ха-ха… убей его…

Не знаю, что он нашел в этом смешного. Как правило, люди, услышав нечто подобное, не веселятся так откровенно. В том смысле, если и усмехнутся, то настороженными глазами сверкать все равно будут, на случай, вдруг сказанное абсолютная правда и непосредственное руководство к действию.

А этот ржет. Искренне, взахлеб, получая удовольствие от веселья.

— У меня стоит «основа» уровня «Бирюза», — кое-как успокоившись, объяснил весельчак. Видя недоумение на моем лице, он добавил: — Шепотун подталкивает жертву к самоубийству через ментальное внушение, а потом жрет труп, как падальщик. Понимаешь, о чем я?

Сообразил я быстро. Чего уж тут непонятного. Все лежит на поверхности.

— В случае моего нападения на тебя я бы умер? — осведомился я, почему-то твердо уверенный в положительном ответе.

— Даже испугаться бы не успел, — подтвердил дегар. — Я же говорю, у меня «основа» — «Бирюза». «Проекция» зафиксирована на «семерке». «Рукопашный бой» на «пятерке». Никаких шансов для новичка. Я бы тебя убил еще раньше, чем ты сблизился со мной для удара, причем реагируя на чистых рефлексах. То есть сам бы понял, что происходит, только после твоей смерти. Так что благодари богов, что не сделал глупость и не последовал совету шепотуна.

Коротышка помолчал и продолжил:

— А вообще ты молодец, смог устоять перед атакой на мозги. Обычно нужна сильная воля или защита от такого рода нападений. Выстоял самостоятельно, удержал контроль над сознанием. Немногие способны на такое.

Сообщение, что здесь водятся плотоядные твари, да еще к тому же умеющие влиять на разум, вызвали у меня закономерное беспокойство. Удрать? Куда удрать? Схарчат за ближайшим углом и имени не спросят. Вот черт…

Издалека прилетел грохот разрывов. Стоящий на скалистой сопке «робокоп» что-то увлеченно расстреливал из своей базуки, скрытое от нас на другой стороне.

Громыхало солидно. Сразу видно, работал серьезный калибр.

— Вот и все, конец шепотуну. Зарыться в грунт на метр не значит спастись от очереди из вайзера.

Я уважительно покивал. Действительно. Стрельба из инопланетной штуки здорово напоминала гранатометный обстрел. А то и минометный. Шум от череды разрывов вышел знатный.

— Что такое «основа»? — спросил я, отворачиваясь от места побоища.

— Биомеханический комплекс из псевдоживой синтетики, искусственная нервная система, умеющая запоминать изученные ранее навыки, — рассеянно объяснил коротышка, оглядываясь по сторонам.

Он вдруг прищурился, тонкие губы изогнулись в кривой усмешке.

— Кажется, я заболтался с тобой и забыл, что ты являешься ценным грузом, — проронил он. — Но знаешь, как говорят, лучше потерять благодарного слушателя, чем пять тысяч полновесных монет. Так что, без обид, новичок, остаток пути ты проведешь в бессознательном состоянии.

Что-то сказать в ответ и сделать я не успел. Мелькнула выброшенная вперед рука, обтянутая рукавом из коричневой кожи, и удавка сжалась особенно сильно. Перед глазами все поплыло — и наступила темнота.

Забавно, именно тогда я видел разговорчивого коротышку-дегара в последний раз. Больше я ни его, ни его приятеля в жизни не встречал.

— Эй! Просыпайся!

Кто-то требовательно тряс меня за плечо.

— Сделай ему укол.

В шею кольнуло острым, послышалось шипение впрыска шприца-инъектора. В голове немного прояснилось. С трудом удалось приподнять веки. И тут же зажмурить. Какой-то гад посветил мне фонариком прямо в глаза.

— Живой. Реакция нормальная.

— Может, на сканер? Выглядит не очень.

— Да ну. Возиться еще с этим биомусором. Давай оформляй его. Следующая партия уже на подходе.

Наступила короткая тишина. Меня снова сильно встряхнули, не давая вновь отключиться.

— Ваши долговые обязательства в размере десяти тысяч универсальных единиц были выкуплены гильдией Хром. Выставленный счет за оказание услуг включает доставку до города, вживление лингво-червя, комплект медпрепаратов для стабилизации организма после перехода через дикий портал и пройденный курс интенсивной терапии восстановления по прибытии.

Я дернулся, ощутил себя привязанным к вертикально стоящему столу, ноги, руки и пояс обхватывали эластичные ремни, жестко фиксируя в одном положении.

— Вам понятна суть сказанного? — рыхлая морда, маячившая перед глазами, требовательно глядела на меня, ожидая ответа.

— Я протестую, — медленно прохрипел я.

Морда широко заулыбалась, довольная полученной реакцией.

— Протест отклонен, — радостно сообщили мне. — Согласно положению 233-Б дробь четыре о принудительных взысканиях задолженностей с частных лиц, ваш статус свободного человека изменился. Отныне вы являетесь служащим нулевого порядка гильдии Хром. Что-нибудь еще хотите сказать?

Я послал его так далеко и надолго, как только смог. В ответ морда рассмеялась, пухлые щечки затряслись в унисон издаваемым звукам веселого похрюкивания.

— Имя?

Я открыл рот, собираясь назвать себя, но мне этого не дали сделать.

— А впрочем, неважно, от зубодробительных имен иномирян компьютеры сходят с ума. Запишем Кейном, прозвище получишь потом от своих товарищей-рейдеров. Станешь свободным, вернешь настоящее имя. Если доживешь.

Судя по всему, возмущаться было бесполезно. Процесс отработан до полной автоматизации. Никакие протесты и обращения не принимались к рассмотрению, отсеиваясь еще на стадии подачи устной заявки.

— Имплант.

К затылку приставили что-то холодное. Щелкнул пневмоинъектор.

— В твою шею помещен микрозаряд взрывчатки с дистанционным детонатором. Будешь сопротивляться или не выполнять приказы, аккуратный микровзрыв отделит твою тупую башку от тела. Все ясно?

Нестерпимо захотелось врезать по мерзкой харе, маячащей перед глазами и с садистским удовольствием перечисляющей отвратные новости, которые на меня свалились. Нет, не просто врезать, а прикончить. Сначала этого жирдяя, а потом найти тех двух ублюдков, продавших меня в это поганое заведение, где с людьми обращаются, как со скотом.

Без труда догадавшись, о чем я думаю, толстяк заржал и махнул пухлой рукой.

— С этим всё. Отправляй.

Стол дернулся и поехал. Я понял, что верхний конец крепился к подвижной транспортной линии.

Дальше меня и еще два десятка таких же бедняг провели через санобработку, побрили наголо и выдали вместо старой одежды бесформенные серые комбинезоны, чем-то напоминающие тюремные робы.

Женщины в группе тоже имелись, но никаких привилегий им это не принесло. Невзирая на пол, со всеми обходились с одинаковой бесцеремонностью.

Очень скоро мы стали напоминать толпу клонов, полученных из одной пробирки. Нас вывели в коридор и под конвоем охранников, вооруженных дубинками-шокерами, загнали в просторную комнату. Включили проектор и заставили смотреть обучающий фильм о местных реалиях.

Очень скоро стало понятно, что недомерок с копьем мне неслабо попудрил мозги. Перемешал правду с вымыслом. Уж не знаю, зачем ему это. Наверное, развлекался со скуки, вешая лапшу на уши новичку.

Во-первых, дегары оказались не магами и кудесниками, способными управлять энергией междумирья. Так называли в Овелоне всех иммунных, выживших после переноса под плотным потоком иала. Их и в самом деле было немного по отношению к общему числу затянутых в дикие воронки. Лишь у каждого десятого организм справлялся с полученной нагрузкой. Хотя плюсы тоже имелись. Насчет долгожительства и молодости все подтвердилось.

Во-вторых, никому из местных не требовалась защита от высокой концентрации иала. Здоровяк носил броню не потому, что боялся дышать без фильтров, а потому что технодоспехи являлись его обязательной экипировкой.

Рейдеры, так называли здесь тех, кто ходил за дальний периметр для заброски в чужие миры, подразделялись на классы: штурмовики, стрелки, лекари, техники, разведчики и другие необходимые для выживания в суровых условиях специализации.

Мордоворот с огромной пушкой как раз-таки относился к классу штурмовиков, поэтому и шлялся все время в броне. Иначе пользы от него в пустыне не было бы. В отличие от коротышки. Который, как выяснилось, был мистиком.

Отсюда следовало в-третьих, никакого особенного дара для создания фигуры из света, с легкостью прожигающей камни, не нужно. Способность прививалась искусственно, через специальную технологию.

«Основа». Вот где болтливый засранец не солгал. Эта штука играла здесь первостепенную роль для любого разумного. Биосинтетическая структура, вживляемая в тело, функционировала, как продвинутая нервная система, умеющая запоминать изученные ранее навыки. Одновременно служащая идентификатором личности и средством коммуникации с внешними механическими системами.

В общем, наврал коротышка прилично. Вероятно, хотел полюбоваться разочарованной физиономией новичка, когда выяснится, что никаким дегаром — могучим кудесником — ему не быть.

Мелкий злобный ублюдок…

Самое смешное, что в распределительной очереди меня определили в «мистики». Как говорится, судьба не лишена иронии…

Имплантация «основы» прошла без осложнений. На позвоночнике между лопаток сделали небольшой хирургический разрез, внутрь поместили «зародыш». Заживили ткань специальным гелем и отправили отдыхать.

Все про все заняло не больше десяти минут. Операции подобного рода были поставлены на поток и не занимали много времени.

Каких-либо неприятных ощущений, пока искусственные нервные волокна прорастали в организме, не замечалось. Процесс занял сутки и прошел совершенно незаметно. Что лично меня весьма удивило. В том смысле, что когда слышишь, что тебе собираются вживить в тело некий посторонний объект, который к тому же должен распространиться внутри, то поневоле ожидаешь каких-либо последствий, вроде острых болевых ощущений. Но нет, ничего подобного не случилось. Что, естественно, радовало людей, подвергшихся процедуре внедрения.

А когда все закончилось, то стало наконец понятно, почему «основа» получила такое название.

Основа действительно являлась «основой» для всех живущих в Овелоне, единственном городе междумирья. Без нее выжить здесь было бы намного труднее.

Искусственная нервная система являлась краеугольным камнем, на котором, по сути, держалась местная цивилизация. Ну или по крайней мере, очень важным составным ее элементом. В любом случае без этой штуки подготовка рейдеров, а следовательно, и походы в другие миры усложнились бы весьма сильно. Как минимум величина потерь могла оказаться настолько большой, что общий замысел добычи л-излучения полностью терял свой смысл в связи с чудовищной нерентабельностью.

А так ничего, схема работала, приносила стабильный доход.

Действовало это так. Попавших сюда через дикие воронки людей гильдии выкупали за определенную сумму у вольных рейдеров, увеличивали долг в два раза, навешивая всякие ненужные услуги, и силой заставляли отрабатывать получившуюся задолженность.

Пока не рассчитаешься, никакого легального статуса в городе не получишь. Таких должников называли здесь «моллюсками» и относились соответственно.

Нет, разумеется, совсем голого человека не отправляли на «заброску». Тебе устанавливали базовую «основу», давали начальные навыки, предоставляли снаряжение и проводили обучение тому, чем тебе предстоит заниматься ближайшие несколько циклов.

Фокус в том, что все это делалось не бесплатно и записывалось в общий счет долга. И что еще интереснее, цены на экипировку, оружие, а самое главное, на добытые резервуары л-излучения, ставила гильдия, в чьих закупах ты ходил.

Таким образом, отработка могла занимать очень долгое время. Добыча ведь не сбывалась на рынке по справедливой стоимости. Который тут, кстати, тоже присутствовал.

Тебя вгоняли в кабалу, и ты ни черта не мог с этим поделать. Потому что местное законодательство полностью выступало на стороне твоих «работодателей». Формально не рабство, фактически оно самое и есть. Успешно действующее в весьма развитом с технологической точки зрения обществе на протяжении вот уже многих тысячелетий.

Почему для рейдов не задействовали киберсистемы? Задействовали, и весьма активно, даже имелась отдельная специализация для изучения — «техник». Но полностью заменить людей все же не выходило из-за сложностей функционирования в полностью автономном режиме.

К тому же, если брать абсолютные цифры, то выходило, что использовать «моллюсков» намного выгоднее, чем разворачивать полноценное производство продвинутых дроидов.

Дикие воронки появлялись постоянно, народ прибывал, играя роль постоянно пополняемого ресурса. Куда девать такую кучу людей? Убивать? Нерентабельно. Лучше извлечь пользу, забрасывая через порталы в чужие миры.

Чистая математика. Дешевле обучить, снарядить и отправить на заброску человека, чем создавать механический девайс с похожими функциями. В конце концов, людишки валились в междумирье, как из рога изобилия. Глупо не использовать такую халяву.

Так рассуждали обитатели Овелона, и положа руку на сердце, в чем-то их можно понять. На Земле воротилы крупного капитала давно уже поступали схожим образом…

Контингент «потеряшек» отличался невообразимым разнообразием. Кого только сюда ни заносило. Мало того, что из разных миров, так еще из разных эпох с совершенно отличным социальным устройством и уровнем технического развития.

Средневековые рыцари, менеджеры из магазинов, моряки с парусных судов, адвокаты, ныряльщики за жемчугом, простые домохозяйки (как из аналогов Земли двадцать первого века, так и времен викторианской Англии), рабочие, крестьяне, кадровые военные, обычные горожане, какие-то монахи непонятных религий, ученые, спортсмены и еще куча тех, чьи профессии я вообще не понимал.

Естественно, среди такой солянки попадались разные личности в плане морально-этических принципов.

В первый же день произошло несколько попыток изнасилований, драк и столкновений по заурядным причинам типа: не так посмотрел, случайно толкнул плечом и другая похожая ерунда.

Стоило отдать должное охранникам, с нарушением порядка справлялись они на ура. Видимо, уже не раз и не два сталкивались с подобным поведением в прошлом. Буйных быстро успокаивали ударами шокеров, заставляя повторять правила проживания на территории подготовительного центра.

Ну и понятное дело, не все смогли справиться с шоком перемещения непонятно куда. Выдернутые из привычных рамок бытия, они с трудом воспринимали происходящее.

Одна девчонка лет шестнадцати, кажется из числа аристократов своего мира, совсем поехала крышей. Постоянно вопила о конце света, о грехопадении, скором небесном суде и наказании за неправедную жизнь. Периодически ей вкалывали успокоительное, но это не помогало, и уже на третий день ее нашли повесившейся в отдаленном закутке. Уж не знаю, о чем она думала, совершая самоубийство, если считала, что уже умерла и находится в чистилище…

И такого здесь хватало с избытком.

На меня наехали всего один раз. Мордоворот из разряда «шкаф метр на два» попытался отобрать набор пищевого пайка за обедом, аргументируя экспроприацию необходимостью протеинов для своей немаленькой фигуры.

Ничего сложного. Когда огромная лапища протянулась вперед, я маятником качнулся вправо, пропуская конечность мимо себя. Одновременно с этим произвел удар левым коленом в причинное место прыткому «голодающему». Схватил руку, дернул вбок, дождался характерного хруста и завершающим аккордом врезал локтем по основанию черепа. Быстро. Эффективно. Безжалостно. С гарантированным внеплановым посещением медблока для противника.

Никто не успел толком опомниться, как громила лежал без сознания на полу с неестественно вывернутой верхней конечностью. Стоило мне сделать шаг вперед, как собравшаяся вокруг поглазеть на очередное представление толпа оперативно шарахнулась в сторону. Причем всех поразила не жестокость расправы (повидавших жизнь здесь тоже хватало), а скорость, с которой она была осуществлена. Охранники не успели даже толком среагировать, как зачинщик оказался избит.

Старая прописная истина работала в любом из миров: как поставишь себя вначале, так к тебе будут относиться в дальнейшем. После того случая больше ко мне никто не лез.

Ну а после всех обследований и медицинских процедур начался период обучения, и на всякие шалости, вроде драк, попросту не осталось времени. Тут лишь бы добраться до постели и упасть, забывшись тревожным сном, чем думать о том, об кого бы еще почесать кулаки или какую телку попытаться зажать в уголке для удовлетворения естественных физиологических надобностей.

Готовили специалистов следующим образом. В «основу» загружался инфопакет — «заготовка» с определенным массивом данных. Знания, касающиеся конкретного направления. Они усваивались и переходили в разряд «умений». Это когда ты уже знал, как выполнить тот или иной прием, четко понимая, что необходимо для этого сделать. Путем практических тренировок «умение» переходило в «навык». То есть полученные ранее знания закреплялись на уровне безусловных рефлексов.

В обычных обстоятельствах данный процесс занимал очень много времени. Если скажем, вспомнить ту же самую Землю.

Сначала ученики осваивают теорию, недели, месяцы, а то и все годы полноценного университетского образования. Затем применяют полученные знания на практике. И лишь спустя несколько лет становятся настоящими профессионалами своего дела. При должной старательности и непременном наличии желания достичь определенных высот в выбранной профессии.

Тут же все происходило быстрее. Намного быстрее. Результативность обучения превышала любые известные методики. Знания переходили в умения за считанные часы. А умения превращались в навыки за считанные дни.

Плюс, раз уже освоенный навык никогда не забывался. Основа сохраняла его в себе навсегда. Эту технологию стащили с какого-то высокоразвитого мира и с успехом применяли в Овелоне уже очень долгое время.

В базовый начальный набор, предоставляемый по льготной цене для мистиков, входило три специализированных навыка (их называли здесь проекциями): «Щит», «Световое копье» и «Лечение». Все третьего уровня включительно.

Проекции делились на два типа: печати и ауры. Печати были фиксированного действия. Ауры создавали поле непрерывного излучения с заданными характеристиками, где источником выступал сам мистик. Радиус воздействия зависел от уровня применяемой проекции.

Щит и копье относились к печатям. Лечение к аурам. Его можно было применять не только на себя, но и на других людей. Хотя для первого уровня это особой роли не играло. Ранку вылечить сможешь, а скажем, что посложнее, уже нет. Надорвешься. Третий уровень еще более или менее помогал.

Среди печатей тоже встречались целительские, но действовали они индивидуально, по одному на каждого человека.

Чем выше уровень навыка, тем лучше он функционировал и тем больше давал возможностей для оператора. Например, «Щит». На «единичке» ты мог создавать всего лишь ромбовидную фигуру силового щита диаметром не больше полуметра. И то исключительно перед собой, на расстоянии пары метров, не дальше.

На «тройке» количество ромбов увеличивалось до четырех и скрывало уже тело мистика в полный рост. С размером также увеличивалась прочность и долговечность защиты.

Максимально возможный уровень — десятка. Тут уже поле для применения носило поистине гигантский размах. Имея достаточное количество энергии, мистик легко мог закрыть участок площадью размером с футбольное поле со всеми находящимися там живыми объектами.

Это было очень круто и почти недостижимо для обычных «моллюсков».

Те, у кого имелось больше пяти «десяток», являлись абсолютными профи в своем классе. Их было немного, так как прокачать навыки до предела стоило невероятно дорого и далеко не всем оказывалось по карману.

Поначалу эта градация жутко напоминала мне какую-нибудь компьютерную игрушку, но потом стало понятно, что такая система учета намного лучше обычных значков вроде «лучший стрелок» или отметок в военном билете. Более прозрачная, более честная. Сразу видно, кто и на что способен, без прикрас и ошибок.

Не говоря уже о процессе обучения. Без этого подготовка никогда не смогла бы достичь таких невероятных вершин в плане поразительной эффективности.

Что есть, то есть…

Основы подразделялись на различные модели со своей особой спецификацией. Причем в каждой обязательно имелось встроенное свойство к дальнейшему улучшению.

Прокачка осуществлялась путем интеграции более совершенной версии в старую с полной заменой и качественным скачком в плане общей функциональности.

«Моллюскам» ставили по умолчанию модель универсального типа «Лазурь». Не бог весть что, но вполне работоспособная «основа», выполняющая свою функцию как надо. Она служила своеобразным фундаментом, на котором в дальнейшем можно возвести что угодно в зависимости от собственных предпочтений.

Через вживленную «основу» имелась возможность влиять на организм носителя. Вплоть до укрепления костной структуры, изменения суставов, связок, мышц, сухожилий и даже для улучшения работы внутренних органов с кровеносной и оригинальной нервной системой.

Это не генная инженерия в чистом виде, но что-то похожее, на мой взгляд дилетанта в научных вопросах.

Это были не какие-то примитивные импланты с проводками, батарейками и торчащими электродами из башки. Дело носило скорее характер биологического вмешательства. Хотя без синтетической составляющей процесс тоже не обходился.

В любом случае, при желании и наличии достаточного количества нужных средств, в Овелоне апгрейдили не только оружие и снаряжение, но и человеческие тела.

Что касается денег… В качестве единицы оплаты хождение имели так называемые «монеты». Небольшие квадратики из особого сплава, способные удерживать в себе определенный заряд вайта.

Да, все верно. Никаких бумажных ассигнаций, не подкрепленных ничем, кроме заявлений чиновников или банкиров. Валютой выступал самый ценный ресурс в междумирье — энергия.

Если подумать, то данный вид торговых взаимоотношений являлся наиболее справедливым с экономической точки зрения.

Присутствовал безналичный расчет. При желании каждый мог завести себе отдельный счет в гильдейском банке. Никто не собирался заставлять носить с собой кучу железяк, запитанных под завязку энергией.

Собственно, всем должникам и так по умолчанию завели личные кабинеты в финансовой системе. Надо же отслеживать погашение задолженностей перед гильдией.

Кстати, нисколько не запрещалось погашать долг заранее. Если ты мог, не закупая дополнительные расходники, запчасти и гору еще всякого необходимого оборудования, закрыть свою персональную кредитную линию и полностью рассчитаться, то никаких ограничений не существовало. Тебя похлопают по плечу и похвалят за усердие.

Потому что в конечном итоге, кому повезло выжить, в дальнейшем продолжали оставаться рейдерами, занимаясь походами и поставками необходимых ресурсов. Просто потому, что ничего другого делать не умели.

Только прайс серьезно менялся в лучшую сторону, значительно улучшались условия и появлялся выбор сотрудничества с другими гильдиями. А также имелись определенные нюансы с выбором маршрута выхода за стены Овелона.

Хотя многие, получившие волю, предпочитали в дальнейшем промышлять, не влезая в порталы, собирая иал, охотясь на людей из диких воронок и случайно попавших сюда животных, мутировавших под действием высокой концентрации энергии междумирья. Как те два урода, что сдали меня в гильдию Хром.

Прибыли меньше, но и риск тоже. Ведь при заброске не только аборигены, возмущенные изменением родной флоры и фауны, представляли опасность. Бывало так, что экспедиция не успевала вовремя пройти через портал. А это уже гарантированная смерть. Изменившийся организм не мог долго выдерживать без иала.

Забавно, да. Вместо долголетия и крепкого здоровья тебя ждало ускоренное старение и распад на клеточном уровне в обычном мире. Год, может два, и любой дегар погибал. Тело деградировало и умирало.

Такие дела…

Распорядок дня не отличался большим разнообразием. Подъем, зарядка, приведение себя в порядок и бегом на испытательный полигон, для отработки полученных навыков.

Обед. Как правило, состоящий из сбалансированной еды, чаще ненатурального происхождения. Необходимый набор протеинов и витаминов, чтобы не загнуться раньше времени.

Дальше снова на тренировку под бдительным оком безжалостных инструкторов, следящих, чтобы никто не отлынивал и не отсиживался в сторонке.

Вечером зубрежка тактико-технических данных снаряжения всех классов, оружия, характеристик печатей и аур. Эти знания нам почему-то не вкладывали напрямую в голову, заставляя учить старым дедовским способом.

Информация хранилась на компактных компьютерных терминалах, отдаленно напоминающих планшеты, только более громоздкие и с совершенно незнакомой операционной системой. Впрочем, работающей на интуитивно понятных принципах.

Любопытный момент — в Овелоне имелся свой аналог Интернета, и функционировал он вроде довольно неплохо. Но это внутри. Снаружи, за пределами города, где концентрация иала возрастала, связь работала хреново, доставала лишь на очень короткие дистанции. Нередко ограничиваясь полем прямой видимости.

С сумрачной пустыней вообще имелись свои особые заморочки. Ее, кстати, здесь называли Дюнами. Там творилась какая-то нехорошая фигня с искажением пространства.

Дело в том, что Овелон являлся своеобразным центром местной вселенной в разрезе реального существования. До него никакого каменного плато, уходящего за горизонт, здесь попросту не существовало.

Кто или что воздвиг Вечный город, я, честно говоря, так и не понял, но четко уяснил одну вещь, чем дальше от него, тем быстрее начнется твориться всякая чертовщина. Вплоть до полной потери свойств материальных объектов. Что органических, что нет, без разницы. Одним словом, если забраться слишком далеко, то имелся нехилый шанс распасться на отдельные атомы и молекулы. Не слишком радостная перспектива, если подумать.

Единственное спасение — следить за показаниями навигатора. Устройство всегда настроено на мощный маяк в городе, посылающий однообразный сигнал на постоянной основе, чтобы рейдеры всегда знали, куда держать курс, чтобы вернуться домой…

Месяц пролетел незаметно. Курс подготовки был поставлен на поток и отлажен на многих тысячах наших предшественников.

Последнюю неделю отрабатывалось взаимодействие в отдельных сформированных командах по пять человек. Стандартная группа на один стандартный портал. Методика действий: зашел, врубил преобразователь, собрал урожай, вышел.

Главное успеть до схлопывания портала, стараться избегать туземцев и не лезть на рожон. Так нам объясняли, уверяя, что ничего сложного нет, если строго следовать инструкциям.

Моя группа состояла из четырех мужчин и одной женщины.

Грешник — штурмовик. Спокойный мужик средних лет, имел флегматичный характер и очень набожное отношение к собственному поведению. Кажется, в прошлой жизни он успел натворить немало плохого и воспринимал попадание сюда вторым шансом. Что-то вроде искупления за прошлые грехи.

Хмурый — второй штурмовик. Плотно сбитый парень лет двадцати пяти. О себе ничего не говорил, предпочитая отмалчиваться, постоянно сохраняя на лице недовольное выражение. Отчего и заработал себе такую кличку еще на первых стадиях обучения.

Боцман — техник. Бывший флотский. Причем не каких-то там парусников или теплоходов, плавающих по обыкновенным морям-океанам, а самого настоящего звездолета из тех, что летают в космосе. Его родной мир в технологическом отношении обгонял Землю лет на триста-четыреста. Что, впрочем, нисколько не помешало там появлению диких воронок.

Стерва — снайпер. Единственная в команде женщина. Точнее девушка. О себе ничего не рассказывала. Имела склочный и неуравновешенный характер.

И я, Кейн, командир группы.

Собственно, лидером меня поставили не за какие-то особые заслуги, а исключительно из-за специализации. Мистиков всегда назначали старшими, потому что, действуя на опорных позициях в условиях боестолкновения, они имели лучший обзор для выбора тактики сражения.

Как-то так получилось, что ко мне прозвище не прилипло. Хотя с именами тут было просто беда. Регистраторы не заморачивались при оформлении документов, нередко меняли начальные буквы и в таком виде записывали очередных подневольных рекрутов. Так в одном потоке появлялись Бейны, Дейны, Зейны и Лейны.

У прекрасной половины существовали похожие трудности. Лоры, Доры, Коры и Норы встречались повсеместно.

На следующем наборе клерки-распорядители придумывали что-то еще. И свистопляска вновь повторялась.

Так что люди вынужденно использовали прозвища, чтобы хоть как-то проявить собственную идентичность.

Ну да мне не привыкать выступать под чужими личинами. Честно говоря, за долгие годы в контрабандном бизнесе и в сфере безопасных перевозок я почти забыл уже свое настоящее имя, данное еще при рождении. Так что для меня ситуация не выглядела необычной.

Перед отправкой в рейд всех новичков снабдили соответствующей классу экипировкой.

Лично мне вручили полевой комбез, плащ, напоминающий камзол, и, разумеется, «перчатку мистика». Устройство, позволяющее использовать иал в обычных мирах, где его излучения не бывает.

Выглядела она как обыкновенная перчатка из коричневой слегка грубоватой кожи. На внешней стороне в специальных пазах находились плоские металлические шарики. Они выступали накопителями. При полном заряде светились приятным голубоватым цветом. Пять штук, выстроены в одну продольную линию. Хватит на несколько активаций навыков-проекций.

Собственно, ничего больше мне не дали. Оружие досталось только трем стрелкам. Штурмовики ко всему прочему еще получили по комплекту потертой брони второго уровня. Технику всучили один короткоствольный пистолет и набор инструментов.

Также каждой группе выделили спальные мешки, пищевые пайки на десять стандартных суток, запас воды и один преобразователь л-излучения.

Все, больше ничего. Вероятно, не хотели понапрасну переводить деньги. Процент выживаемости на первой заброске колебался где-то в районе пятидесяти процентов. Каждая вторая команда не возвращалась.

И все равно, при таких чудовищных показателях, гильдия с лихвой покрывала расходы на выкуп и обучение «моллюсков». Потому что добытые резервуары л-излучения сдавались в гильдейские торговые конторы по ценам в пять-шесть раз меньше реальной стоимости. Так что даже каждый десятый вернувшийся с добычей оправдывал финансовые вложения. И это еще далеко не предел.

Когда наша команда выходила из шлюзовых ворот и подходила к транспортному глайдеру, счет каждого провис на дополнительные пять тысяч монет и уже составлял порядка пятнадцати тысяч.

О чем нам не преминули напомнить, прислав напоследок сообщение через интерком «основы» с напоминанием о необходимости погашения долговых обязательств перед гильдией Хром.

Отличное напутствие тем, кто отправлялся на опасное задание. В Вечном городе живут удивительно «добрые» и «отзывчивые» люди. Так бы и задушил шутников.

Конвой состоял из десяти машин. В каждой шесть команд по пять человек. Итого триста рейдеров. И это только новичков на первой заброске. По другим маршрутам двигались еще несколько колонн с уже более опытными «моллюсками», отрабатывающими долг перед гильдией.

Порядок действий выглядел так. Портальный локатор засекал очередной прорыв, к нему отделялся один глайдер, пока остальные продолжали движение.

Внешне портал с этой стороны выглядел, как участок пространства, затянутый белесым мутным маревом. С другой он походил на дрожащую рябь, колыхающуюся в воздухе. …Если верить учебному фильму с вводного курса обучения центра подготовки гильдии Хром.

Первыми выгружались сопровождающие новичков ветераны. Они не участвовали в заброске, всего лишь проводили анализ перехода, путем запуска внутрь дрона-разведчика, решая, подходит ли мир для рейда сборщиков за л-излучением.

Надо подчеркнуть, проверка не включала полноценную разведку местности с той стороны. Просто сканирование окружающей среды на предмет безопасного нахождения. Есть ли пригодный для дыхания воздух, вода, признаки биосферы.

Причем никого не волновало, если показатели последнего параметра колебались на минимальных значениях. То есть имелся вполне реальный шанс оказаться посреди реальной пустыни. По большому счету никого не беспокоило, где и как «моллюски» будут проводить сбор необходимого ресурса.

Забросили в безжизненную пустошь? Не наши проблемы. Минимум один флакон (контейнер с л-излучением) с носа через десять дней должен быть собран и аккуратно упакован. Чтобы вернувшийся подобрать добытчиков конвой не тратил времени на долгие остановки.

Конечно, такое отношение вызвало здоровую злость. Лично мне жутко хотелось всадить «Световое копье» в раздававшего распоряжения опарыша-водителя. И судя по хмурым физиономиям моих товарищей по группе, они испытывали схожие чувства.

Но недовольство пришлось погасить, стоило запикать вживленному в основание шеи импланту с зарядом взрывчатки.

Прикончить ублюдков, разумеется, очень сильно охота, но лишиться при этом головы как-то не слишком.

Так что пришлось подчиниться. Молча стоять и ждать вынесения вердикта после отправки летающей сферы в разведку.

— Можно, — сопровождающий по-барски махнул рукой, получив поток предварительных данных.

И не утруждая себя повторной проверкой, полез в глайдер. Летающий робот вылетел из пролома через мгновение. Все загрузились обратно и рванули догонять остальных, оставляя нашу пятерку у портала одну.

— Этот гад даже не сказал, сколько у нас времени, — проворчал Грешник.

Я вздрогнул. Господи, а ведь точно. Ничего насчет продолжительности стабильности перехода мы не знали. Вдруг дыра закроется уже через сутки? Вот уж точно, работа для смертников.

— Нет, до схлопывания еще далеко, — ободрил нас Боцман, сияя белозубой улыбкой.

Увидев его довольную харю, мне захотелось врезать по ней. Ну что за хрень? Он что, не понимает, в какой заднице мы очутились? Стоит, лыбится, сияя радостью и оптимизмом, как будто выиграл в лотерею пару сотен миллионов зеленых рублей.

— Откуда знаешь? — Стерва нервно погладила приклад старенького снайперского комплекса.

Хмурый в похожей позиции баюкал штурмовой вайзер и по привычке молчал, сохраняя на лице кислое выражение пессимиста, не ждущего от жизни ничего, кроме очередной скверной подставы.

— По ряду внешних признаков, — пояснил Боцман.

Заметив, какими взглядами награждают его товарищи, дитя космической цивилизации перестал транслировать свой веселый настрой, перейдя на деловой лад.

— Подробнее, — коротко бросил я, не отводя взора от аномалии, должной перенести группу в другой мир.

Мы не торопились шагнуть туда, хотя отлично понимали, что другого выхода скорее всего нет. Но оттягивали момент, как только могли. Например, разговорами.

— Область прорыва слишком большая, — техник провел в воздухе указательным пальцем, описывая затронутую прорывом участок. — Видите? Она довольно массивна. Значит, портал еще стабильный. Перед схлопыванием он начнет постепенно сужаться. Думаю, до этого еще далеко.

— Думаешь или знаешь? — не преминула уточнить Стерва, все так же баюкая довольно большую винтовку перед собой.

Отметив размер оружия, я автоматически подумал, что хорошо еще, что у винтовки, работающей на вайте, минимальная отдача, как и у всего стреляющего энергетического железа. Иначе девчонку при каждом выстреле относило бы на полметра назад. Не говоря уже об ушибах на плечах или вообще переломах.

— Так говорится в общем справочнике. — Боцман не рискнул брать ответственность на себя и свалил все на рейдерский мануал по общей информации о междумирье.

— А еще там говорится, что данные постоянно меняются и ничего нельзя принимать на веру просто так, — заспорила снайпер.

Я поморщился. Тоже правда. Во всех без исключения учебных материалах подчеркивалось, что Дюны имели тенденцию к постоянному изменению. И лучшее, что могли делать рейдеры, это доверять собственным глазам и чутью. Написанное верно лишь на момент написания, а что там завтра будет, уже не совсем понятно.

Порталы сжимаются перед закрытием. Может, и так. А может, тут произошла какая-нибудь непонятная фигня, и он схлопнется просто так, без обычного сжатия. Хрен его знает. То, что раньше этого не бывало, ни черта здесь не значит. Все когда-то случается в первый раз. Правда и рефлексировать, распаляя себя, тоже не стоило.

— В любом случае выбор у нас небольшой, — подытожил я. — Либо мы заходим в портал и надеемся на удачу. Либо остаемся здесь, дожидаясь возврата конвоя. И тогда через десять дней получаем штрафные санкции от гильдии на тридцать процентов. Кто-нибудь желает увеличить долг до двадцати тысяч?

В ответ угрюмое молчание. Что тут скажешь, ни одна из представленных перспектив не радовала коллектив.

— Может, попробовать найти другой разрыв? — неуверенно предложил Боцман.

— Без локатора? — Грешник скептично изогнул правую бровь. — Ты же техник, должен знать, что просто так провал не засечь. Встроенные в броню штурмовиков сканеры не годятся для этого. Необходим серьезный апгрейд. Установка дополнительного оборудования и все в таком духе.

Да, это тоже правда. Выданные Грешнику и Хмурому технолаты, мягко говоря, не отличались высокой продвинутостью. Мало того, что жутко устаревшие модели, так еще неоднократно бывавшие в употреблении с внушительным уровнем износа.

Чудо уже, что эти консервные банки еще на ходу.

— Короче, дело швах, надо идти, — заявил я. — Никакой новый портал мы не обнаружим. Искать наугад бесполезно. Так что будем пользоваться тем, что есть.

Я решительно подошел к искаженному мареву. Чуть заколебался, перед тем как зайти внутрь. Инстинктивно задержал дыхание и резко шагнул вперед.

На тренировках нам говорили, что пересечение портала ничем особенным не отличается. Но в это не слишком верилось. Как же, переход в другой мир, невероятное событие с точки зрения новичка в Овелоне.

Оказалось, инструкторы нисколько не врали. Действительно, переход произошел скучно и буднично.

Ты делаешь шаг, и окружающая реальность мгновенно меняется. Всего лишь небольшое помутнение перед глазами и все. Серая невзрачная каменисто-песочная пустыня исчезает, заменяясь другой действительностью. Как перейти из одной комнаты в другую. Вот на что походил проход через портал. Никаких тебе спецэффектов, никаких ощущений полета или падения в никуда. Просто сделал шаг — и мир вокруг изменился. Вот так просто.

Я инстинктивно зажмурился от ярких солнечных лучей. После серости Дюн обычный летний день показался чрезмерно ярким. Огляделся. И тут же захотел хорошенько выругаться. Потому что при ближайшем рассмотрении местность по ту сторону провала выглядела ничуть не лучше той, откуда я пришел. За исключением яркого освещения летнего дня в самом разгаре.

Передо мной расстилалось скалистое плато без единого признака растительной жизни.

Дерьмо!

— Это что за дерьмо? — вывалившийся вслед за мной Боцман не скрывал негативных эмоций, полностью согласный со мной в оценке сложившейся ситуации.

От былого благодушного настроения у него не осталось и следа, стоило увидеть пейзаж, куда нас занесло.

— Ставь маркер, — не отвечая буркнул я.

Первым делом необходимо пометить портал. Так предписывали инструкции, и так советовала поступать логика. Отойдешь чуть дальше, потеряешься и что потом делать? Носиться по окрестностям, ища дрожащее марево, похожее на колыхание нагретого воздуха? Так ты его еще разгляди. С пары десятков метров хрен заметишь.

Техник скинул пенал-рюкзак, достал металлический стержень, провернул утолщение в верхней части против часовой стрелки и вогнал его одним ударом в сухую грунтовую почву.

— Готово, — доложил он.

Никаких огоньков на устройстве, понятное дело, не пульсировало, как любили изображать маяки в голливудских фильмах. Ничего примечательного, просто какая-то железяка, торчащая из земли, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания. Вдруг какой абориген случайно наткнется. Работающая лампочка привлечет его куда больше, чем просто торчащий штырь.

Вроде мелочь, но все равно очень важно. Рекомендовалось с туземцами сохранять определенную дистанцию и не втягивать их в дела рейдеров.

Не запрещалось, нет. Бывали случаи прямых боестолкновений между путешественниками из Овелона и местным населением. Никто никакой секретности намеренно не придерживался. Скорее не поощрялось. Гильдии не любили лишние сложности. Если можно провернуть дело тихо, то незачем объявлять на всю цивилизацию аборигенов о своем присутствии.

Политика рационального невмешательства, так это называлось на официальном языке.

— И где тут ставить преобразователь? — спросил Боцман, закончив возиться с маркером-маяком.

Как раз в этот момент из портала появилась оставшаяся троица нашей группы. Оглядевшись, они тоже не испытали восторга от места заброски.

Самое забавное, поняв, куда нас занесло, все четверо с ожиданием уставились на меня, видимо ожидая ответа.

И не возразишь ведь. Формально я числился лидером группы, ее командиром. Следовательно, решать и впрямь предстояло мне.

— Так, ладно, — я повертел головой, глянул на стоящее в зените солнце, имеющее слегка голубоватый оттенок, по сравнению со светилом родной Земли, и скомандовал: — Организуем разведку. Грешник идет на север, Хмурый на юг, Стерва на запад, я пойду на восток. Связь держим через интеркомы «основ». Боцман остается на месте и координирует поступающую инфу, заодно служа живым ретранслятором. Черт его знает, как далеко пройдет сигнал. У нас же нет полноценной станции связи.

Члены команды переглянулись. Предложить что-то лучшее никто не смог, так что приступили к исполнению моего плана.

Кивнув на прощание Боцману, я быстро зашагал в своем направлении. Не оглядываясь и постаравшись выбросить из головы всякого рода мрачные мысли о ближайшем незавидном будущем.

Не найдем подходящего района для развертки преобразователя — не выполним минимальную норму в один стандартный контейнер с л-излучением (он же в простонародье флакон) с одного человека, возвращаться обратно будем несолоно хлебавши. Как следствие, задолженность не только не уменьшится, а вырастет еще больше.

Я попробовал подсчитать время, необходимое для выкупа себя из долговой ямы гильдии Хром.

Итак, один заполненный под завязку флакон на рынке оценивался в двести пятьдесят — триста монет, в зависимости от спроса в конкретный промежуток времени и количества принесенной из рейдов добычи.

Цикл примерно соответствовал одному земному году. Привычных месяцев в Овелоне не было, но для удобства подсчета введем.

В месяц делалось примерно от трех до пяти ходок. Возьмем самый минимум. Обязательный к исполнению план — один контейнер. За год выходит тридцать шесть. Покупка с учетом гильдейских условий шла в пять-шесть раз меньше обычной стоимости. Ну скажем, пятьдесят монет за один флакон, вместо трехсот. Тридцать шесть умножаем на пятьдесят, получаем одну тысячу восемьсот монет.

Пятнадцать тысяч делим на тысячу восемьсот… получаем… так, сколько это у нас… около восьми и трех десятых. Значит, чтобы погасить весь долг, придется пахать чуть больше восьми лет. Правда, это без сопутствующих расходов и при минимальных объемах поставок. В среднем цифра скорее всего крутилась в районе пяти-шести циклов. Ну, может, семи.

С различными форс-мажорами она так же легко могла вырасти до десяти и большего количества лет.

Короче, при любых раскладах, вкалывать придется неслабо.

Бредя по потрескавшейся от жары земле и ощущая, как тепло давит на плечи, нагревая плащ, я лениво прикидывал свою дальнейшую судьбу.

Хорошо, допустим, с задолженностью перед гильдией удастся разобраться и обрести, что называется, свободу. Я не сдохну, не околею на какой-нибудь негостеприимной планете, а все-таки добьюсь статуса вольного жителя Вечного города. Что делать дальше?

Вступать в одну из гильдий Овелона в качестве штатного рейдера? Ммм… не слишком привлекательный вариант.

Однажды мне поступало похожее предложение. Поработать на один колумбийский картель, осуществляя доставку товара на регулярной основе. Проведенная ранее одноразовая акция по перевозке их так впечатлила, что они предложили наладить постоянное сотрудничество.

Помнится, тогда я вежливо отказался. Потому что отлично понимал разницу между статусом стороннего подрядчика и полноправного члена организации. В первом случае ты всегда мог откланяться, выполнив последнее задание. В последнем такой выбор был недоступен. Ты подчинялся приказам и горбатился до тех пор, пока не попадался правоохранительным органам, либо не совершал серьезную ошибку и тебя не приканчивали бывшие хозяева за потерю груза или перевозимых денежных средств.

Думаю, вряд ли у местных порядки лучше. Учитывая общее отношение к попавшим сюда людям.

Конечно, есть гильдейская иерархия и возможность карьерного роста. Полагаю, при определенной смекалке и умению лизать зад вышестоящему начальству вполне реально забраться повыше и устроиться с относительным комфортом.

Но опять же, статус подневольного работника с руководителем сверху никуда не девался. А я никогда не любил горбатиться на чужого дядю, боясь лишним чихом вызвать у него раздражение и, как следствие, гнев в собственный адрес.

Нет, гильдия определенно вариант не для меня. Я люблю быть сам себе начальником и ни от кого по большому счету не зависеть.

Тогда оставался единственный выбор, стать вольным бродягой, рейдером, работающим исключительно на себя. Изредка берущим отдельные заказы, но всегда остающимся свободным, как птица.

Сам организует рейд, сам покупает оружие и снаряжение, продает добычу и ни от кого не зависит. При этом никакой сторонней поддержки, никаких гильдейских припасов, никаких скидок и бонусов, и полное одиночество в случае неприятностей.

Как видно, минусов тоже хватало с избытком. При любом конфликте с гильдейским у него за спиной будет внушительная поддержка, а у тебя ничего. Разве что парочка друзей, которыми можно успеть обзавестись…

Так, с занятием определились, по крайней мере пока. Какой следовал следующий пункт?

Это, конечно, жилье. В этом отношении Овелон предоставлял вполне заурядный набор, характерный для любого человеческого муравейника.

Самый дешевый и самый простой — ночлежки. По сути те же самые общаги. Малюсенькие комнаты, туалет, душевые и кухня, по одной на этаже, удобств никаких, комфорта тоже. За сохранность личных вещей никто ответственности не несет. Единственное преимущество — невероятно низкая стоимость проживания. В общем, обыкновенный барак. Самое паршивое, что скорее всего на первых порах придется ютиться именно в таких заведениях. Если только вдруг не произойдет какое-нибудь чудо.

Следующими на очереди стояли гостиницы (они же таверны) разных классов и категорий. От обычных дешевеньких номеров с одной кроватью (но зато с отдельным сортиром и душевой) до пентхаусов класса люкс с полным набором обслуживания. Это когда тебе и девочку прямо в номер доставят, и за уличным любимым хот-догом сгоняют, лишь бы деньги платил.

Ну и конечно, имелись гильдейские жилые комплексы с полным пакетом комфортного проживания. Охрана, удобство, низкие цены — гарантированы. Только заключи договор и стань полноправным членом. Что меня, разумеется, совсем не устраивало.

Оставался последний вариант. Самый толковый и оптимальный, с моей точки зрения. Собственный дом.

Тут тоже имелся определенный простор для реализации.

Классические квартиры в многоэтажных зданиях со всеми проведенными коммуникациями. Их можно было либо снять на долгий срок за внушительную сумму, либо купить за еще более солидное количество денег.

С учетом того, что все подобные доходные дома располагались на территориях той или иной гильдии, ты в своем роде тоже попадал под определенное влияние с их стороны. Жилец не обязан был вступать в гильдию, но рычаг давления на него появлялся. Так что с этим тоже все не так однозначно.

И наконец, постройка своего дома на собственной земле. Стоит отметить, что общая площадь Овелона действительно была невероятно огромной. Его пределы постоянно подвергались корректировке, имея тенденцию к постоянному существенному расширению в абсолютно хаотичном порядке.

Предоставлялась возможность без всяких проблем прикупить себе свободный участок любому вольному жителю и делать там все что заблагорассудится. Хочешь строй дом, хочешь агротеплицу для выращивания фруктов и овощей, а хочешь и целую производственную фабрику. Никого это нисколько не волновало.

Но имелся один немаловажный нюанс. Вся ответственность за собственность ложилась исключительно на плечи владельца. Включая защиту своего добра. Сакральное выражение: мой дом — моя крепость — в Овелоне, в районах свободного проживания, как нигде обретало свой подлинный смысл.

Службы правопорядка здесь тоже имелись. За соблюдением закона следили Бездушные — прошедшие через специальную операцию коррекции разума с полным лишением воли бывшие закоренелые преступники. Однако они почти не появлялись в местах дальних окраин, где в основном выставлялись участки на продажу в частные руки.

Другие территории находились под властью гильдий и не продавались обычным жителям.

Впрочем, такое расположение давало свои преимущества. Чем ближе к краю города, тем больше становилось излучение иала. Некоторые даже умудрялись ставить на своих участках иал-ловушки и неплохо зарабатывали на этом, фактически не выходя из дома.

Лично мне подобный способ пассивного заработка весьма импонировал. А если еще наладить процесс переработки иала в вайт, то полагаю, что вообще можно зажить, как цивилизованный белый человек…

Шум морского прибоя долетел до меня неожиданно. Еще секунду назад я шел в почти полной тишине под палящими лучами чужого солнца, как вдруг донеслись звуки, какие никак не ожидаешь услышать в безжизненной местности.

Сначала я думал, что стал жертвой галлюцинаций. Идти жарко, мышцы понемногу уставали, усталость медленно проникала в тело, однообразный пейзаж действовал на мозг почище любого снотворного.

И внезапно шум волн. Есть от чего прийти в изумление.

Я инстинктивно прибавил шаг. И уже через несколько минут вышел на скалистый уступ, нависающей над расположенной внизу кромкой извилистого берега.

— Будь я проклят, — пораженно прошептал я.

Море, настоящее море. Или океан, черт его знает. В любом случае явно какой-то большой водоем. Не идеально, но лучше, чем ничего.

— Это Кейн, — я активировал канал связи группы через интерком «основы».

Как и полагается, первым откликнулся Боцман, выступающий у нас в роли диспетчера. Связь далеко не доставала без специальной аппаратуры, приходилось использовать каждого члена команды в роли ретранслятора сигнала до тех, кто находился чуть дальше.

— На связи, — судя по тусклому голосу, техник порядком измучился на солнцепеке.

— Есть что-то от других? — спросил я.

— Отрицательно. Пока ничего не нашли. До крайней точки еще полчаса, после все возвращаются обратно.

— Если ничего не найдут, пусть двигают ко мне. Ты тоже.

— Что-то нашел? — Боцман слегка оживился.

— Вроде того, — неопределенно пробормотал я.

Подключенный через зрительный нерв управляющий контур основы четко показывал метку активированного маяка. Если бы имелась топографическая прошивка, то пульсирующая отметка сопровождалась бы картой, смоделированной согласно пройденному пути.

Я не стал спускаться вниз по отвесной скале, рискуя навернуться с большой высоты. Вместо этого направился по краю вдоль обрыва, внимательно изучая поверхность воды.

Дело в том, что ставить преобразователь просто на берегу малоэффективно. Море хоть и является неплохим источником л-излучения, в своей природе очень неоднородно. Можно прождать целую вечность, пока заполнится первый флакон.

Необходимо… Есть! Я аж хлопнул в ладоши от восторга. В изгибающейся береговой линии обнаружился здоровенный провал. Скорее всего, там расщелина, что-то вроде фьорда, врезающегося в сушу. В таких местах должна встречаться хоть какая-то растительность.

Как показали дальнейшие исследования, все вышло намного лучше, чем ожидалось. Обычных кустов и деревьев не нашлось, зато обнаружилась целая заводь, под завязку заполненная кучей темно-зеленых водорослей.

— Ну что, хватит тут на пять флаконов? — я нетерпеливо уставился на Боцмана.

Остальные члены группы стояли рядом и смотрели на обнаруженное скопление живой биомассы.

Техник задумчиво почесал затылок, оценивая возможный объем извлеченного л-излучения.

— Думаю, даже больше, — медленно проронил он, пряча глаза под козырьком из раскрытой ладони. — Судя по площади покрытия, примерной глубине и общей плотности, отсюда можно извлечь не меньше двадцати капсул.

Я довольно заулыбался.

— Отлично. Тогда приступай к установке преобразователя. Лагерь разобьем прямо здесь.

Ближе к вечеру стало понятно, что Боцман ошибся в расчетах. И очень серьезно. Если быть точным, почти на целый порядок.

Полевые пищевые пайки разогревались автоматически при вскрытии. Достаточно убрать упаковочную пленку и немного подождать. Похлебка содержала достаточное количество кусочков натурального мяса, овощей и специй, выгодно отличаясь от той гадости, что кормили нас в столовой подготовительного центра.

— Недурно, — Боцман увлеченно работал ложкой, поглощая исходящее горячим паром блюдо. — Почему нас на учебе так не кормили?

— Не хотели лишний раз тратиться, вот и пичкали всякой полусинтетической дрянью, — предположил Грешник.

Я был склонен с ним согласиться. Вполне здравый подход. Новобранцам давали самое дешевое из всего, что имелось в наличии. Но в рейд отправили жратву нормального качества. Вроде тонкого намека, старайтесь вкалывать и сможете позволить себе хорошую еду, одежду и другие развлечения. В противном случае вернетесь к искусственной гадости, которую и пищей трудно назвать.

Психология. Она неплохо работает, воздействуя на подсознание. Уже после первого обеда даже самый тупой из «моллюсков» сообразит, что если придет обратно без добычи, условия его проживания либо останутся на прежнем уровне, либо и вовсе скатятся вниз.

Я сделал глоток из фляги, витаминизированный напиток с привкусом неизвестных фруктов показался весьма приятным на вкус. Закинул в рот кусочек галеты, тщательно переживал и вновь вернулся к ароматной похлебке.

— Мне вот интересно, откуда там свежие фрукты, овощи, мясо, зелень? Вы же видели Дюны, там ничего не растет, — вновь подал голос Боцман.

— Фермы, — кратко ответил я, изучивший этот вопрос еще в самом начале курса подготовки, сразу после первого завтрака.

Меня тогда здорово напрягло, что приходится питаться странной белесой жижей, пусть и богатой всеми необходимыми протеинами. Мысль о том, что придется жрать ЭТО до конца жизни, привела в неописуемый ужас. Не могу назвать себя каким-то особенным гурманом или экспертом в деликатесах, но вкусно поесть я всегда любил и совершенно не желал отказываться от этого удовольствия.

— Какие еще фермы? Там же почва состоит из камней, пыли и песка, — возразил техник.

— Да не в Дюнах, — с досадой буркнул я, — а внутри Овелона. Вы что, не знаете, насколько этот город огромен? Есть специальные теплицы, где выращивают любую зелень в искусственно сбалансированной среде. С животными тот же подход, гигантские закрытые ангары имитируют места природного обитания разных видов. Вплоть до воспроизведения знакомого ландшафта заливных лугов для особо привередливых скотин, не желающих расти в незнакомой обстановке. Не говоря уже о смене периодов дня и ночи. Все налажено, обустроено. Аграрно-животноводческий комплекс там развит великолепно. Синтетикой питаться не придется. Если имеются деньги, конечно.

— Здорово, а я об этом как-то не подумал, — Боцман тщательно поскреб по дну глубокой тарелки.

Еще бы, дитя космической цивилизации. Привык небось употреблять всякую муть в тюбиках. Или чем они там у себя на звездолетах питаются?

— Хорошая жратва это всегда хорошо, — протянул Грешник. — Не сравнить с тюремной баландой.

Упоминание тюрьмы заставило остальную четверку насторожиться. Грешник не слишком распространялся о своей прошлой жизни (его полное право, как и других не рассказывать о себе), а тут вдруг проговорился, что обретался в местах заключения. Любопытный факт. Стоило взять на заметку.

Дальнейших расспросов, естественно, не последовало. Случайная оговорка вовсе не означала, что человек собирался здесь и сейчас исповедоваться.

— Как считаете, в этом мире живут люди? — закончив обед первым, Боцман откинулся назад, заложив руки за голову и уставившись в бездонный голубой небосвод с редкими белесыми облачками.

— Какая тебе разница? — раздраженно откликнулась Стерва, отвинчивая крышку у своей фляги с тонизирующим коктейлем.

— Да просто интересно. Если на этой планете есть разумная жизнь, было бы забавно узнать о ней побольше. Их историю, технический уровень развития, чем они занимаются сейчас.

Единственная в группе девушка насмешливо скривила губы. С ежиком коротко остриженных волос на голове, в мешковатом походном комбинезоне она походила на пацанку и мало соответствовала привычному представлению о внешнем виде представительницы женского пола.

Что тут скажешь, издержки содержания в подготовительном центре гильдии Хром. Там всех стригли одинаково, одежду тоже подбирали, опираясь на практичность, а не на эстетическую привлекательность.

— Тебе не все равно? Через десять дней мы уйдем отсюда и, скорее всего, никогда не вернемся. А потом будет еще сотня миров. Собрался изучать их все? — Стерва смотрела на техника презрительно, в ее голосе проскальзывали нотки брезгливости.

Она не любила высоколобых умников и не скрывала этого отношения. Боцман приподнялся, явно собираясь заспорить.

Я мысленно чертыхнулся, догадываясь, что последует дальше. Один станет интеллигентно втирать про ценность всех разумных во вселенной, другая в ответ примется бросать издевательские реплики, постепенно переходя на личности. Похожие «философские» диспуты неоднократно случались с самого начала формирования группы. Нет уж, у нас есть более важные темя для обсуждения.

— Насчет — не вернемся обратно, я бы не был так в этом уверен, — мягко возразил я и напомнил: — Сколько у нас с собой капсул для л-излучения?

Боцман свел брови к переносице. Вопрос в первую очередь относился к нему. За техническое оснащение оборудования команды отвечал именно он.

— Двадцать, — проронил он. — Стандартная комплектация одного преобразователя. Дополнительные флаконы нам не выдавали.

Я медленно качнул головой.

— Двадцать, — повторил я. — А на сколько в заводи еще водорослей? Не напомнишь? И не забывай, ты уже раз ошибся сегодня чуть раньше.

Техник мучительно покраснел. Просчет и впрямь вышел более чем значительным. Не на отдельные проценты, а на порядок. Это вам не простая погрешность. Бухгалтеров за такое отправляли в тюрьму или пускали свинцовое лекарство в затылок, в зависимости от того, на кого счетовод гнул спину.

— Около двухсот, — еле слышно пробормотал Боцман.

— Около двухсот, — вновь повторил я, на этот раз добавив в голос удовлетворительные нотки. — А капсул двадцать.

Сообразив, о чем идет речь, Стерва эмоционально хлопнула рукой по колену.

— Подмышка Визгара! Нельзя бросать такую кучу богатства! — громко заявила она.

Грешник медленно кивнул, соглашаясь с девушкой. Хмурый по привычке промолчал, но судя по сверкнувшему взгляду, тоже не собирался отказываться от подвернувшейся возможности чуток разжиться звонкой монетой.

— Двести капсул по средней цене пятьдесят за штуку даст десять тысяч, — быстро провел расчеты я. — Делим на пятерых: по две тысячи на брата. Неплохой улов для первой заброски. Как считаете? Будет глупо отказываться от денег, плывущих к нам в руки.

Боцман слегка приподнял руку, прося слова.

— Надо застолбить портал, — торопливо выпалил он, словно боясь, что за прошлый косяк с ним перестанут считаться.

— «Моллюскам» не возбраняется пользоваться данным правилом рейдеров, — поддержал я, уже успев несколько обдумать план дальнейших действий после обнаружения внушительных запасов биологически активного вещества.

— Думаете, нам позволят сюда вернуться? — Грешник излучал неприкрытый скептицизм.

Он не верил в людскую доброту и хорошее отношение.

— Гильдия не станет нарушать традиции. По факту, закупы являются рейдерами, несмотря на долги и отработку. А любой рейдер может потребовать приоритетное право пользования порталом, как первопроходец. За исключением случаев, связанных с возведением аванпостов для организации стабилизированных переходов в перспективные миры для налаживания постоянных связей.

— А как же сопровождавшие? Некоторые выглядели полными гнидами. Не захотят ли они поживиться за наш счет?

— Обокрасть «моллюсков» то же самое, что обокрасть гильдию, — возразил я. — Им сразу глаз на задницу натянут за такой беспредел. Система исправно функционирует только до тех пор, пока действуют установленные законы. Попытка нарушить существующий порядок вещей будет встречена ожесточенным сопротивлением со стороны верхушки гильдии. Если «моллюски» поймут, что их кидают и что погашение долговых обязательств намеренно затягивается, вся эффективность созданной схемы полетит псу под хвост. Никто не будет надрываться, зная, что его добычу потом могут просто так отобрать.

Народ замолчал, переваривая услышанное. Звучало вроде логично. Возражений ни у кого не нашлось. К тому же я и сам верил в сказанное. В самом деле, зачем гильдейским воротилам создавать себе напряги на ровном месте, позволяя подчиненным обирать должников? Чтобы другие стали хуже работать? Проще соблюдать правила, относясь к «моллюскам» как к рейдерам. Тем более что последние в конечном итоге ими и становились. А если учесть, что до конца доходили (читай доживали) самые лучшие, то портить отношения с ними выходило еще накладнее. Ведь после выплаты долга сотрудничество можно продолжить. Разумеется, уже на других условиях (более лучших и выгодных), зато на долгое время.

— Вряд ли они рискнут пойти на откровенный грабеж, а вот взятку могут потребовать, — неторопливо высказался Грешник. — За содействие.

Я прикинул ситуацию с этой стороны. М-да, в принципе верно. Водилы глайдеров вполне могли невзначай попросить внеплановое вознаграждение за перевозку большого числа флаконов. Двести штук — немалый объем. Вполне возможно придется сделать два рейса. Вывозить в два приема в разные заброски не выход. Неизвестно, когда еще закроется портал. Вдруг времени осталось немного. Десять дней он точно протянет, а что случится потом, уже никто не знает. Никаких гарантий. Специальной аппаратуры для полного анализа стабильности разрыва ткани реальности у нас нет.

— Значит, дадим. Лучше заплатить лишнюю сотню монет, чем лишиться всего груза, — отрезал я.

— Но это будет в любом случае при втором заходе. Сейчас у нас нет достаточного количества резервуаров, — посетовал Боцман.

Я покосился на техника, он уже не лежал раскинув руки, пузом кверху, уставясь в бесконечную голубую высь, а сидел, подобрав под себя ноги.

— Гарантий, что переход останется открытым, нет, — продолжил он. — Что будет, если при возвращении портал схлопнется?

Вот блин. Стоило об этому подумать, как этот уже вслух озвучил мои опасения. И что на это ответить? Что сам ни хрена не знаю? Очень обнадеживающий ответ. Чувствую, после него все так и воспылают энтузиазмом.

— Давайте решать проблемы по мере их поступления, — предложил я. — Придется рискнуть, деваться некуда. Другого выбора на данный момент у нас не имеется.

На том и порешили. Вернемся, сдадим первую партию, закупим дополнительные капсулы и будем надеяться, что портал не исчезнет при повторной заброске.

Так как до назначенного срока оставалось еще приличное количество времени, а преобразователь наполнил имеющиеся в наличии двадцать флаконов очень быстро, было принято общее решение провести дополнительную разведку береговой линии в обе стороны.

Мы надеялись найти похожие заводи, богатые морской растительностью. Небольшие глубокие бухты с огромным числом живой биомассы.

Кстати, именно большая глубина явилась следствием ошибки в проведенных расчетах. Там оказалось просто невероятно глубоко и почти все до самого дна было заполнено занесенными туда водорослями.

Как ни странно, нам повезло обнаружить еще два похожих места, подходящих для установки преобразователя.

Заходить дальше мы не рискнули, памятуя о координатах портальной точки перехода. Чрезмерная удаленность слишком опасна. Глайдер сюда не протащить, переть оборудование и собранный урожай придется на собственном горбу.

Потенциальная стоимость л-излучения выросла в несколько раз. Если сначала мы могли рассчитывать на две тысячи для каждого, то теперь сумма увеличилась примерно до пяти штук. Очень солидно для новичков-«моллюсков». Иные столько не зарабатывали за первые два-три года. А мы фактически получим эту сумму за пару-тройку недель.

Понятно, все деньги не пойдут на оплату долга, предстояло еще прикупить снаряжения, повысить уровень навыков и вообще потратиться на себя, но все равно в общем выходило очень даже прилично.

Если так пойдет дальше, глядишь, до конца года рассчитаемся с гильдией и получим свободу.

Следующие дни прошли в относительной скукоте. Произошел только один инцидент, заслуживающий упоминания. Ночью к нашему лагерю подобралась стая животных, чем-то напоминающих шакалов. Четыре лапы, хвост, вытянутая морда и торчащие уши — типичная зверюга из семейства диких собачьих. Хищники окружили стоянку, мерцая в темноте глазами, но слишком не приближались.

Тогда я в первый раз применил проекцию за пределами тренировочного полигона. Не то чтобы звери угрожали напасть, держались они на приличном расстоянии, но кто их знает. Сейчас стоят и молча пялятся, а потом как ринутся дружной толпой. Лучше перестраховаться.

Так рассуждал я, активируя «перчатку мистика».

Я встал в атакующую стойку, повел плечами, разминая мускулы и внимательно отслеживая приземистые силуэты переступающих лапами зверей. Тонкий ручеек иала послушно потек из накопителей. По вплавленным в техноартефакт металлическим сферам скользнули синие линии.

Легкое усилие и струйка энергии сформировалась в боевую форму печати. Проекция развернулась, короткий импульс наполнил ее силой, материализуя в пространстве.

Описанный процесс только выглядел долго. Благодаря изученному навыку создание «Светового копья» третьего уровня заняло буквально секунду. Оперирование энергией происходило на закрепленных рефлексах.

Над моей рукой возник сотканный из переплетенных лучей света укороченный дротик.

Резкий взмах — и дротик устремился вперед, на лету вырастая в размерах, рассекая темноту сгустившейся ночи огненным росчерком.

Через мгновение издалека донесся испуганный визг раненого животного.

Отсутствие практики в реальных условиях сказалось на меткости. Выбранный в качестве мишени шакал в последний момент успел немного сместиться, уходя с прямой траектории полета призрачного снаряда. Вместо того чтобы аккуратно рассечь шею, копье чиркнуло по брюху шустрому зверю.

— Черт! — ругнулся я, на полном автомате формируя новую проекцию.

Грешник, должный заступить следующим на дежурство, с неприкрытым любопытством наблюдал за моими манипуляциями, на всякий случай перехватив поудобнее свой вайзер.

Несмотря на то что после враждебного приема нежданные четвероногие гости ринулись прочь, второе копье успело достать подранка, на этот раз попав куда надо.

— Четко попал, — прокомментировал мой маленький успех Грешник.

— Иногда везет, — отозвался я, с удивлением глядя, как оставшиеся в живых животные набрасываются на мертвого товарища.

Вот уж точно — шакалы-каннибалы, блин.

— А я рассчитывал попробовать его поджарить, — с сожалением выдохнул я.

— Анализатора на физиологическую совместимость нет. Без него есть незнакомых животных опасно, — разочаровал меня Грешник.

— Ну да, — я не стал спорить, потому что он был прав. Крайне не рекомендовалось жрать все подряд, даже после обработки огнем. Всякое попадалось, начиная от ядовитых веществ и заканчивая полной несовместимостью продуктов инородной экосферы с человеческим организмом.

Основа давала очень крутой иммунитет не только против всяких болезней, но и неплохо защищала от отравлений. Однако не гарантировала сохранность от опасностей всех биологических типов. Прежде чем тянуть что-нибудь в рот, находясь в чужом мире, советовали проверить его специальным прибором. Который «моллюскам», разумеется, выдать забыли…

После никаких происшествий не случилось. Двадцать капсул из ударостойкого пластика окрасились в приятный салатовый цвет и заняли свои места в ручном контейнере для перевозки особо ценных предметов.

Обратное перемещение в Дюны тоже ничем примечательным не запомнилось. Портал работал нормально, никаких инцидентов при переходе не последовало.

Ожидая конвой на точке подхвата, я лениво размышлял об относительной ценности вещей в разных мирах. Взять хотя бы Овелон. Обнаружь мы на той безымянной планете богатое залежами золота и серебра месторождение, то ничего бы за это не получили. Потому что эти металлы здесь не котировались в качестве драгоценных и если где и использовались, то разве что в промышленных производствах. Зато огромные массы живых водорослей, собранных компактно, представляли собой неплохую добычу.

Теория относительности иногда принимала весьма необычные формы. И от этого зачастую выглядела весьма удивительно…

Возвращение в новый дом прошло, как по часам. Глайдеры забрали «моллюсков» по графику, ровно через десять дней после высадки у активного портала. Число выживших новичков, как и предсказывалось, колебалось в районе пятидесяти процентов. Из трехсот отправленных в рейд вернулись лишь половина.

Никто не грустил и не вспоминал о погибших. Вместо этого выжившие радовались, что остались в живых, предпочтя сделать вид, что пустые кресла рядом ничего не значат. Наверное, людей нельзя за это винить. Сборная солянка, собранная из разных миров, не могла реагировать по-другому…

— Сколько? — гильдейский торговец даже не удосужился поднять голову на очередного подошедшего «моллюска», изучая что-то на экране устройства, напоминающего мобильный компьютерный терминал.

— Двадцать, — буркнул я.

На груди коротышки болтался голографический бейджик, сообщающий имя владельца. Шиза — ну и имечко. А скорее всего прозвище. Видимо, сам из бывших рейдеров.

— Двадцать? — переспросил клерк лавки, куда мы принесли сдавать емкости с л-излучением.

В этом отношении предоставлялся определенный выбор. Главное условие, чтобы магазин или любая другая торговая площадка обязательно относилась к гильдии Хром, чьими должниками мы числились.

— Двадцать, — терпеливо повторил я, взгромождая кейс-контейнер на прилавок и откидывая крышку назад.

Окинув ленивым взглядом ряды утопленных в пазы флаконов, Шиза нарочито скучным тоном проскрипел:

— По сорок за штуку.

Крышка захлопнулась. Черная пластиковая коробка начала медленный путь обратно в мои руки.

— У других шестьдесят, — возмутился я.

Мы с ребятами заранее провентилировали вопрос цены в других лавках, и там давали больше. Проблема в том, что у Шизы ассортимент снаряжения был больше, и он это прекрасно знал.

Тут имелась своя сложная система взаиморасчетов.

Сдавая флаконы (да и любые другие полезные ресурсы, добытые в Дюнах) в одну торговую точку, при закупке снаряжения в другой ты уже не мог рассчитывать на скидку.

Также процент отчислений в счет погашений долга у разных торговцев варьировался. Минимальное значение, обязательное к уплате — тридцать процентов. Максимальное — пятьдесят. При этом параметр скупщик мог устанавливать по своему усмотрению. То есть не сам «моллюск» решал, сколько платить, а торгаш, кому он продавал добычу.

Несправедливо? Еще бы. Только жаловаться совершенно бесполезно. Гильдиям выгодно, что купцы выполняли этакую пассивную роль коллекторов. Таким образом поступления в пользу погашений задолженностей никогда не достигали слишком малых значений.

Такая себе экономика.

Однако имелись и плюсы. Прямо пропорционально связанные с самими гильдейскими торговцами. У каждого имелось нечто вроде плана. Как по закупке необходимого количество резервуаров с л-излучением (они их потом продавали все той же гильдии, но естественно, по ценам значительно выше), так и по сбору определенного количества денег с «моллюсков» в пользу погашения долга.

Глянешь со стороны, вроде дело швах, «бизнес-элита» что хочет, то и творит с бедными рейдерами из числа закупов. Приглядишься ближе, ан нет, купцы тоже неслабо привязаны к подневольным клиентам. И без них вполне могут остаться не только без штанов, но и сами задолжать гильдии нехилую сумму.

Этакая система мер и противовесов, где все друг на друга завязаны.

— Так иди к другим, какие проблемы? — процедил Шиза, делая вид, что хочет отвернуться к забытому компьютерному дисплею.

Я скрипнул зубами. Наглый тип. И самое паршивое, прекрасно понимающий свое преимущество. В последнее время гильдия Хром заимела слишком много «моллюсков». Даже с учетом естественной убыли, их все еще оставалось достаточное количество, чтобы регулярно делать закупки. Вследствие чего во многих лавках запасы снаряги и оружия существенно снизились. Осталось самое худшее и дешевое.

Одно радовало, судя по словам ветеранов, тенденция носила временный характер. Рано или поздно все вернется на круги своя. Но прямо сейчас ассортимент существенно обмелел. Шиза это знал и пользовался на полную катушку, так как вовремя придержал товар, почуяв, куда ветер дует, раньше своих алчных собратьев по ремеслу.

— Ты примешь флакон по пятьдесят монет за штуку и возьмешь тридцать процентов за долг, — жестко заявил я.

Торговец начал растягивать губы в ехидную ухмылку, очевидно собираясь послать меня в далекое пешее эротическое путешествие за такие заявления, но я ему не дал этого сделать.

— Взамен ты получишь не меньше пятисот капсул л-излучения в течение ближайшего месяца.

Рот крепко сбитого коротышки захлопнулся, не успев толком открыться. Он окинул меня изучающим взглядом, словно увидел в первый раз.

— И еще, я хочу скидку в десять процентов на любую покупку, — закончил я.

Шиза молчал долго, очень долго. Он не стал допытываться, где «моллюск» возьмет такое огромное число флаконов, да еще в столь короткий срок. Просто стоял и внимательно рассматривал мое лицо на предмет серьезности сделанного предложения.

За преждевременное выполнение плана гильдия давала хорошие бонусы, и торгашу было о чем подумать.

Через пару минут придя к каким-то выводам, он медленно кивнул и сказал:

— Хорошо, моллюск. Твои условия приняты. Но если обманешь, клянусь сферой всего мироздания, ты сильно об этом пожалеешь.

— Итого ровно семьсот монет, — Шиза ожидающе уставился на меня и спросил: — Переводить?

Я мысленно быстро провел расчеты, проверяя озвученную сумму. Двадцать флаконов по пятьдесят монет, минус тридцать процентов в счет погашения долга. Получается тысяча минус триста. Семьсот. Все верно.

— Кидать всем или только тебе? — торговец кивнул на расположившихся позади товарищей по группе, занявших большую часть пространства торгового зала лавки.

Особенно выделялись Грешник с Хмурым в своей броне штурмовиков, пусть и старенькой, но все равно занимающей довольно много места. Не говоря уже о покоящихся на изгибе локтей винтовках-вайзерах, тоже немаленьких габаритов. Так себе пукалки по местным меркам, однако тоже довольно большие.

Взглянув на оружие, я инстинктивно стрельнул по сторонам настороженным взглядом. Ни за что не поверю, что в зале нет каких-либо систем безопасности. Находящиеся поблизости стволы в открытом ношении вызывают беспокойство у любого разумного. А уж у продавца в собственном магазине оно и вовсе должно провоцировать нервный тик от страха быть ограбленным.

А этот ничего, почти не реагирует. Как будто к нему зашла кучка детишек, а не группа до зубов вооруженных громил, только что вернувшихся с опасного задания.

Или дело в принадлежности гильдии? Шиза знает, что если кто-то посмеет его тронуть, то хромовцы непременно найдут преступника и оторвут ему еще живому все причиндалы, растягивая смерть как только возможно.

Хорошее объяснение. И оно вполне могло подойти для того, кто уже достаточно прожил в Овелоне. Однако новички вполне могли не изучить досконально местные нравы. Даже если им все рассказали в подробностях, обязательно нашелся бы сорви-голова, готовый рискнуть ради хорошего куша.

Будет купец рисковать собственной шкурой, даже зная, что после обидчика ждет суровая кара? Сильно сомневаюсь. Какая ему потом будет разница? Умираешь всего один раз.

Следовательно, система защиты все-таки есть. И вероятно, очень крутая. Попробуешь вскинуть ствол в положение для стрельбы — и тебя размажет быстрее, чем успеешь нажать на курок.

Или чуть проще. Нажмет хозяин магазина кнопку, тревожный сигнал уйдет на пульт слежения гильдейских стражей порядка. Там операторы подключатся к здешнему видеонаблюдению. Убедятся, что клиенты буйствуют, быстренько введут соответствующую команду. И привет. Вшитые в основание шеи импланты разнесут черепушки смутьянов почище любого крупнокалиберного дробовика. Простенько и со вкусом.

Вон какой безмятежный вид у Шизы. Отлично знает, что находится в полной безопасности и что «моллюски» ничего ему не смогут сделать.

— Только мне, — сказал я.

Еще до того, как погрузиться в глайдер, на обратной дороге мы успели подробно обсудить дальнейший порядок действий. Делить полученную сумму за добычу пока не будем. Исключая выплаты по долговым обязательствам. Впрочем, они и так осуществлялись автоматически. Торговец сам производил погашение задолженности членов команды, отправляя короткий отчет в гильдейский банк. А уже оттуда приходило подтверждение каждому о внесении указанной суммы.

Интерком «основы» пискнул два раза. Пришли сообщения о переводах. В первом указывалось, что шестьдесят монет вычтены из моего долга перед гильдией Хром. Во втором, что на мой личный счет зачислено семь сотен монет.

Вот и чудненько.

— Что будешь брать, моллюск? — Шиза облокотился на прилавок, успев в мгновение ока избавить его от двадцати тщательно упакованных капсул с л-излучением.

Шустрый малый. Ему бы карманником подрабатывать на досуге.

Я посмотрел на него долгим взглядом.

— Для начала давай договоримся, что ты не будешь называть меня моллюском, — медленно проговорил я, не отводя глаз. — Меня зовут Кейн, думаю, этого обращения будет достаточно.

Как и в начале заключения сделки, Шиза ответил не сразу. Сначала прищурился и долго изучал мое лицо по одному ему известным параметрам.

— Хорошо, — в такт мне неторопливо откликнулся хозяин лавки, опять придя к каким-то своим выводам. — Пусть будет Кейн.

Я неспешно качнул головой. Стоило сразу расставить все точки над «i».

А то знаю таких индивидов, чуют малейшую слабину и начинают вести себя крайне непродуктивно с деловой точки зрения. Подобное поведение необходимо пресекать на корню, следуя принципу: «где сядешь, там и слезешь». Ни в коем случае нельзя давать собой помыкать. Хотя и доводить до открытого конфликта тоже не нужно. Лучше всего найти другого заказчика, чем пытаться повышать градус противостояния.

Именно это прочитал в моих глазах Шиза. Будет ерепениться — уйдем к другому. Даже с учетом необходимости ожидания новых поставок нужного оборудования. И пятьсот будущих флаконов уйдут вместе с нами. А их торгаш никак не хотел потерять. Это ясно читалось на его физиономии.

— Что будешь брать? — осведомился купец, чуть помолчал и добавил: — Кейн.

Я сделал вид, что задумался. Хотя об этом мы тоже успели договориться с группой заранее.

Что необходимо нам в первую очередь? Конечно, емкости для сбора л-излучения.

Стандартный транспортный контейнер для двадцати капсул выглядел как плоский кейс из ударопрочного пластика. Нам надо не меньше шестисот флаконов (возьмем с запасом, на всякий случай, Боцман, редиска такая, уже ошибался разок в подсчетах) с учетом двух других разведанных расщелин, полных водорослей.

Значит, всего выходит тридцать контейнеров.

Я озвучил пожелание. Шиза сделал вид, что требование застало его врасплох и оно трудновыполнимое. Хотя всего пару минут назад упоминалось число необходимых флаконов.

Мы немного поприпирались, поторговались. В итоге сошлись на ста пятидесяти монетах.

Тут я сделал выпад, коварно напомнив о десятипроцентной скидке на все покупки в его лавке. Шиза побледнел, открыл рот и стал судорожно хватать ртом воздух, делая вид, что задыхается.

Притворялся, мерзавец. Хотел взять на жалость.

Я хладнокровно наблюдал за спектаклем, растянув губы в снисходительной улыбке клиента, любезно пережидающего небольшую неприятность в форме смерти продавца и готового дождаться другого сотрудника для дальнейшего обслуживания.

Мое поведение не осталось незамеченным. Лицо купца скривилось в недовольной гримасе.

— Бессердечный ты человек, Кейн. И в каком мире рождаются такие жестокие чудовища?

Мой рот скривился в ироничной ухмылке. Тоже мне, театр одного актера, блин. Неужели раньше спектакль срабатывал? Видимо, да. Наивные чудаки покупались, позволяя хитроумному притворщику вить из себя веревки. Не из всех, разумеется, но доверчивых простаков явно хватало. Что, впрочем, совсем неудивительно, учитывая обширный ареал обитания, откуда появлялись моллюски.

— Давай ближе к делу, — отрезал я, не желая продолжать бессмысленный разговор.

Шиза притворно вздохнул, сетуя на несправедливость миров, населенных черствыми и эгоистичными монстрами в человеческом обличье.

— Ладно, будет тебе скидка, — сказал он, враз став снова деловым и собранным бизнесменом, каким и был в самом начале встречи.

— Отлично, — удовлетворенно откликнулся я.

— Что-то еще? — кисло осведомился торговец, недовольный потерянной прибылью.

— Да, какие у тебя есть комплексы для обнаружения порталов? Желательно не слишком громоздкого размера.

Лоб бывшего рейдера пошел складками, выдавая напряженную работу мысли. На этот раз без всякого притворства. Пальцы купца пробежались по скрытой от посетителей клавиатуре, выводя на отдельный экран комп-терминала запрос со списком необходимого оборудования, бывшего в наличии на складе.

— Есть «Нахар-3Б». Универсальный комплекс позиционирования и предупреждения возникновения пространственных разрывов, — наконец выдал он. — Компактный размер, крепится на запястье. Приличный радиус обзора. Имеется функция прямого подключения через основу.

— Сколько? — я сделал стойку на озвученные характеристики.

Судя по всему, очень продвинутая штучка. Не из самых последних моделей, конечно, но и далеко не массивный металлолом, на который я подсознательно рассчитывал. Из разряда: возьмите с собой чемодан, так носить гораздо удобнее.

— Триста монет, — весомо буркнул Шиза, натянув на лицо бесстрастное выражение, тем самым демонстрируя, что торговаться ни за что не будет. — С учетом скидки.

Я скрипнул зубами. Неплохо зарядил. Вряд ли в разы больше от реальной цены, но и себя ни в коем случае не обделил. Сполна сумел расплатиться за прошлый прокол.

Самое паршивое, что ситуация патовая. Идти в общем-то некуда, деваться тоже. Чертов пройдоха по-любому получит свое и не останется в накладе.

— Идет, — пробурчал я недовольно, понимая, что здесь этот хорек упрется и станет стоять насмерть, настаивая на указанной стоимости.

Рожа коренастого крепыша расцвела радостной улыбкой. Мне жутко захотелось врезать по ней, только бы стереть выражение самодовольства.

— Что-то еще? — елейным голоском пропел Шиза.

— Анализатор биовеществ для проверки на физиологическую совместимость. Стандартный полевой вариант, без выкрутасов, — принялся перечислять я. — И набор пищевых пайков на пять человек на двадцать суток.

Торговец пожамкал губами, опять склонился к компьютеру, что-то усиленно проверяя.

— Попробуешь сделать слишком большую накрутку, я быстро накатаю заяву куда надо в гильдию, — угрюмым тоном добавил я. — На предмет проверки допустимой прибыли.

На этот счет тоже имелся определенный свод правил с конкретными цифрами. Имелся потолок для накидывания процентов сверх обычной цены. Переступать его означало нарушать стабильность выстроенной системы. Тем более в условиях монополии. И плевать, что монополия эта кратковременная и вызвана лишь глупостью и жадностью остальных купцов. Если будет наглеть, к Шизе обязательно заявятся гильдейские проверяющие с претензиями. Борзеть, чрезмерно задирая цены, ему никто не позволит. Хотя черт его знает. Может, и отбрехается. Я не настолько еще знаю местные реалии, чтобы утверждать однозначно. Этот пройдоха вполне мог иметь связи где надо, иногда выходя за рамки общепринятых правил. Не было еще такой системы, основанной на товарно-денежных отношениях, где бы ни присутствовал элемент явной или неявной коррупционной составляющей.

Возможно, торговец и заносил кому надо, но напрягать покровителей из-за такой мелочи, видимо, посчитал излишним и назвал вполне приемлемую цену в семьдесят монет. Без скидки.

Итак, подведем итоги. Сто тридцать пять монет за флаконы. Триста за сканер. Шестьдесят три за пайки и биоанализатор. Всего четыреста девяносто восемь. Остаток двести две монеты. Прямо скажем, негусто.

— Платеж прошел, — подтвердил обратный перевод за покупки Шиза, выкладывая на прилавок небольшую коробку.

— «Нахар-3Б», — пояснил он, откидывая крышку в сторону, и повторил ранее сказанное: — Универсальный комплекс позиционирования и предупреждения возникновения пространственных разрывов. В компактном исполнении.

Я взял прибор в руки. На первый взгляд устройство напоминало смартфон с гибким экраном и широким ремнем-фиксатором. Очень легкий, достаточно тонкий, в немарком серо-оливковом корпусе неброского дизайна.

— Линкуй с «основой» с настройками по умолчанию, — посоветовал торговец.

Я растерянно замер, внезапно сообразив, что относительная продвинутость прибора выходит мне боком. Базовая комплектация «основы» модели «Лазурь» не включала в себя возможность дистанционного подключения к внешним механизмам. Гильдия не слишком тратилась на снаряжение «моллюсков», выдавая по самому минимуму.

— Не могу, у меня только каналы связи на входящие-исходящие через интерком. Нет сетевого порта для внешнего подключения.

Шиза на мгновение свел брови к переносице, затем хлопнул себя по лбу.

— Проклятье Дарглилы! Точно, совсем забыл, вам же ничего не ставят на сортировке.

Купец на секунду задумался, сверля меня напряженным взглядом. Словно прикидывая и взвешивая про себя что-то.

— Ох уж моя доброта, — проворчал он, склоняясь к полке под столешницей. — Когда-нибудь я обязательно пострадаю от нее.

Я недоуменно покосился на стоящего ближе всех Грешника. Тот недоуменно пожал плечами.

К чести моих товарищей по группе, за все время торгов они не проронили ни слова, предоставив общаться с торгашом исключительно мне.

— Давай сюда руку, — приказал Шиза, выпрямляясь, его толстые пальцы сжимали металлическую штуку, отдаленно напоминающую шприц-инъектор.

— Что это за дерьмо? — я инстинктивно отшатнулся назад.

Купец протяжно вздохнул, маленькие, глубоко посаженные глаза картинно закатились кверху.

— Это телекоммуникационная прошивка «основы» с полным цифровым интерфейсом, — терпеливо объяснил он.

Чуть помолчал и ворчливо добавил:

— Кстати, за нее с тебя еще сотня монет. И это еще по-божески. В других магазинах сдерут процентов на двадцать-тридцать больше, а то все пятьдесят. Их в последнее время мало на рынке. Так что не выделывайся, подставляй руку и не забудь сделать еще один перевод.

Ничего не оставалось, как оборачиваться в поисках поддержки к остальным членам команды. Деньги общие, затраты общие, а конкретно эти расходы идут лично на меня. Несправедливо.

В ответ получил череду кивков. Неохотно, сдержанно, но удалось получить единогласное положительное решение. Никто не предложил заменить сканер на более упрощенную версию, что мною подспудно ожидалось. Ведь это логично, вместо того чтобы выкладывать практически последние деньги.

Ну да ладно, в любом случае покупка в дальнейшем окупится.

— Хорошо, я готов, — я задрал рукав комбеза и вытянул руку вперед.

Шиза всадил в нее шприц, дождался окончания процедуры и удовлетворенно убрал опустевший инъектор обратно под стол.

Через несколько секунд у меня затуманился взор, а когда пелена спала, перед глазами появилось разветвленное меню установленного интерфейса. Намного более сложного, чем старый, умеющего только вызывать скудную панельку связи и банковских переводов. Просто невероятно, все равно, что интегрировать в голову биомеханический компьютер.

— Линкуй сканер пространственных разрывов напрямую к «основе», — повторил Шиза.

На этот раз я понял, что он имел в виду. Устройство на запястье подсвечивалось особо, выделяя его, как имеющего соответствующий порт для прямого подключения.

Я послушно мысленно ткнул в предложенную полоску. И почти сразу же ощутил легкую боль, как будто кто-то к затылку поднес два проводка под небольшим напряжением. К счастью, период дискомфорта продлился недолго. Уже очень скоро все прекратилось, и я получил возможность управлять механизмом простой силой воли.

— Охренеть, — не сдержавшись, выразился я. — Просто потрясающе.

Локатор пространственных разрывов реагировал на мои бесконтактные манипуляции. Больше того, устройство транслировало в основу поток данных, которые выводились через зрительные нервы прямо на глаза. Сканер как бы стал частью меня, и это было весьма необычное ощущение.

Торговец наблюдал за мной с легкой усмешкой. У него небось давно стояла подобная штука.

Я запустил тест полной диагностики, проверяя работоспособность устройства.

— «Проверка систем». — Перед взором всплыла в нижней части надпись с полупрозрачными буквами.

Интегрированный в единую связку с основой лингво-симбионт без проблем перевел графическую информацию в понятные символы, как и прежде отработав на твердую пять с плюсом.

Понадобилось около минуты на проведение теста.

— «Все системы в порядке», — сканер функционировал, как надо.

Я с силой потер ладони. Черт! Эти биотехнологии все-таки производили сильное впечатление. Ничем подобным мне раньше не приходилось пользоваться.

— Отлично, линк закреплен, — от избытка чувств я широко улыбнулся.

— Пустые флаконы, пищевые пайки и анализатор придется брать на складе, — сообщил торговец. — Он расположен в задней части здания. У вас есть уже транспорт?

— Мы заберем остальное чуть позже. Когда договоримся с водителем глайдера, — отозвался я, копаясь в настройках меню «Нахар-3Б».

Шиза неторопливо почесал подбородок. Управление через основу сканером не мешало мне видеть остальную окружающую реальность. Манипуляции с цифровым интерфейсом не отвлекали оператора от действительности, замыкая на себе и делая беспомощным к внешним факторам.

Очень удобно. Не хотелось бы каждый раз выпадать из мира, только чтобы произвести какие-нибудь действия. Конструкторы (а скорее биоинженеры) хорошо продумали данный момент, устранив недостатки пользованием объединенной системой.

— Вы будете договариваться с гильдейским «погонщиком»? — осведомился купец.

Погонщики — еще одна насмешка из череды местных прозваний. Как и «моллюски», водители глайдеров не жаловали столь пренебрежительное обращение к себе.

— А у нас есть выбор? — вопросом на вопрос ответил я, отвлекаясь от новой игрушки.

Торговец, выступающий заодно в роли сборщика долгов с новичков, едва заметно дернул правым плечом.

— Возможно, — неопределенно протянул он.

Мне надоела его наигранная нерешительность. Что за дурацкая привычка тянуть канитель, вместо того чтобы сразу взять быка за рога и без лишних слов перейти к делу? Терпеть не могу подобного поведения.

— А поподробнее? — раздраженно буркнул я, недовольный задержкой.

Вместо ответа Шиза поставил на прилавок небольшой черный кубик. Через мгновение над ним появилась голографическая проекция некого многоколесного автомобиля.

Нет, пожалуй, автомобилем это назвать нельзя. Я пригляделся к висящей в воздухе картинке. Скорее открытое шасси без кабины, с одним креслом и срезанным штурвалом вместо руля.

Какой-то недоделанный вездеход? На первый взгляд от представленной техники создавалось именно такое впечатление. Причем явно грузового назначения. На это четко указывало отсутствие сидений, за исключением водительского места. На обычное транспортное средство для пассажиров оно совсем не походило.

— Что еще за драндулет?

Не знаю, как обозначил последнее слово для Шизы его червь-переводчик, но пренебрежительную интонацию в моем голосе он не мог пропустить при всем своем желании.

— Это колесная платформа «Саранча», — с ноткой обиды за показанный тарантас заявил торговец. — Шесть колес. Все ведущие. Независимая подвеска. Практичная конструкция обеспечивает легкий ремонт в полевых условиях. Два двигателя средней мощности не требуют особого обслуживания. Очень проста в эксплуатации.

Хмм… Типа самоходного шасси, что ли? А вообще это интересная мысль. Серьезное преимущество — не зависеть от расписания организации конвоев для «моллюсков». Не нужно падать на хвост другим или дожидаться собственной очереди. Когда захотел, тогда поехал. Очень рационально с точки зрения выигрыша во времени.

— А почему не глайдер? — к нам вдруг подошел Хмурый и, что совсем уж неожиданно, задал вопрос.

Обычно он предпочитал отмалчиваться. Но тут внезапно решил вмешаться в разговор, без труда поняв, что идет обсуждение потенциального приобретения средства передвижения.

— У нас нет денег, — охладил я его пыл и уточнил: — Осталось всего сто две монеты.

— Именно поэтому и не глайдер, — воскликнул Шиза, воодушевленный проявленным вниманием другого участника команды.

— Продашь за сотню? — недоверчиво приподнял брови я.

— За сотню? — рявкнул купец, оскорбленный в лучших чувствах. — Еще чего!

Тут уж я совсем ничего не понял и развел руками.

— Тогда чего картинки показываешь?

— Продать хочу, — бесхитростно поведал Шиза.

Грешник не сдержался и громко заржал.

— За пятьсот монет, — продолжил хозяин лавки. — Очень дешево.

— У меня нет столько, — напомнил я.

Печенкой чую, этот хитропопый тип пытался всучить нам залежалый товар.

— Возьми кредит, на один месяц. Дешевле нигде не найдешь. А глайдеры вообще идут по другим ценам. Одна установка антиграва может встать в не одну тысячу, не говоря уже об ускорителях. Состояние оставишь у какого-нибудь проходимца.

Ага, а сам он, значит, честнейший торговец, ну-ну… Правда, с другой стороны, какой смысл ему давать нам деньги в долг, если пепелац сломается на полпути? Прямой убыток вложению. Ведь если посмотреть на ситуацию отстраненно, то давая машину в долг, торговец фактически выступал в качестве инвестора в нашу экспедицию. В какой-то степени.

— При условии, что пятьсот монет пойдут в долг, без выплаты сейчас даже части, — предложил я.

Кто его знает, может, эта развалюха и сотни не стоит, а Шиза просто пытается выманить у меня оставшиеся сто две монеты. Он явно тот еще пройдоха.

Шиза печально покачал головой.

— Ох и недоверчивый ты человек, Кейн. Везде ищешь подвох. Ладно, согласен. И не беспокойся, я не желаю вам зла. Буду только рад скорому успешному возвращению вашей команды.

— Ага, — неопределенно протянул я, но все же уточнил детали: — Какой запас хода у твоего драндулета? Он хоть довезет нас до точки портала?

Торговец пренебрежительно махнул рукой.

— Довезет, не бойся. С полностью заряженной вайт-батареей «Саранча» способна двигаться не останавливаясь не меньше двух суток с приличным ускорением. А я вам дам еще одну запасную. Сможете доехать до края Дюн и вернуться обратно.

Я еще немного подумал, переглядываясь с остальной группой, затем решительно тряхнул головой:

— Черт с тобой, выкатывай свою колымагу.

В свое время мне случилось закончить специальные курсы по скоростному вождению. Специфика работы требовала наличия особых навыков. Так что по большому счету никаких проблем разобраться с управлением вездехода не возникло. Правда, сначала было слегка непривычно. Полное отсутствие педалей на уровне инстинкта воспринималось огромным недостатком. Ноги сами елозили по полу, пытаясь нащупать привычные опоры для нажатия.

Коробки передач в привычном понимании тоже не имелось. Вместо нее было два режима движения. Первый, когда скорость набиралась постепенно, выходя на предел возможного. Второй форсаж, когда машина рвала с места сразу с приличным ускорением.

По схожему принципу действовала тормозная система. Водитель мог выбрать либо плавную остановку, либо резкую.

Руль, похожий на штурвал самолета, работал по обычному принципу. Два передних колеса поворачивались в нужную сторону, куда необходимо повернуть.

Все кнопки управления располагались на руле, и при более детальном ознакомлении такая компоновка напомнила устройство мотоциклов. Все под рукой, все довольно удобно.

Конструкция и впрямь оказалась весьма простой, в этом Шиза нисколько не соврал.

— Я тут подумал, почему в городе не выращивают искусственные растения и не перерабатывают в л-излучение прямо на месте? — первым после выезда со склада торговца подал голос Боцман.

Команда вместе с грузом расположилась позади, вместо сидений используя жестко привязанные контейнеры с пищевыми наборами. Рисковать пустыми капсулами я не позволил, закрепив их в задней части платформы. Таким образом при аварии у них будет больше шансов остаться в целости. Без флаконов весь рейд терял всякий смысл.

— Объемы не те, — объяснил я, высказывая собственную точку зрения. — Куда проще организовывать заброски в другие миры, чем строить циклопические теплицы сверхгигантских размеров. Это вопрос рентабельности, а не возможности. Уверен, необходимые технологии есть. Просто гильдии не хотят лишний раз напрягаться. Зачем? Если в достатке полно лопухов из диких воронок.

— Звучит логично, — протянул Боцман, опираясь подбородком на локоть и провожая взглядом гуляющую вокруг пестро одетую публику.

Мы двигались по улице, а точнее, если судить по невероятной ширине, по проспекту, к шлюзовым воротам на выезд из города.

Торговые ряды остались позади, вокруг вырастали приземистые здания с обилием голографических вывесок, в основном развлекательного характера, зазывая в свои недра гостей.

Квартал, мимо которого мы проезжали, находился на территории, принадлежащей гильдии Хром. И в настоящий момент он был прилично заполнен вернувшимися рейдерами.

Основная часть счастливчиков поспешила оттянуться по полной программе. Трудно их за это винить. Люди избежали смерти — это сильно влияло на мозги, вызывая на подсознательном уровне желание расслабиться и хоть немного забыться. Снять стресс, попытавшись не думать о том, что на твоем месте мог оказаться кто-то другой. А ты избежал шанса остаться на безымянной планете в виде разлагающихся трупных останков.

Мы бы тоже рванули в ближайший бар или бордель, если бы не мысль об оставленном без присмотра богатстве. Поэтому каждый из пятерки упрямо сжимал челюсть, с показным равнодушием отворачиваясь от обилия пьяных счастливых лиц, встречающихся везде, куда бы ни падал взгляд.

От «моллюсков» требовали многого, но и предоставляли для отдыха немало при возвращении. Ассортимент способов поймать кайф мог удовлетворить потребности абсолютно любого. Питейные заведения, казино, публичные дома, рестораны — все они соревновались друг с другом, стремясь заполучить себе новых клиентов и удержать постоянных.

Разнообразная выпивка, синтетические наркотики, стимуляторы, энергетические напитки — каждый мог подобрать себе что-то по вкусу. Ничего не запрещалось и абсолютно все без помех продавалось. Никаких запретительных законов на этот счет в Овелоне отродясь не водилось.

Проезжая мимо очередного борделя и наблюдая стоящую на крыльце полуголую девицу в соблазнительной зазывающей позе, Боцман просветил остальных насчет местных особенностей подобного рода отдыха.

Бравый флотский в каждом порту в первую очередь узнавал по поводу таких развлечений. Бывший космолетчик оказался тем еще ходоком по части женских ласк за отдельную плату.

Я автоматически отметил данное обстоятельство. Еще одна деталь в копилку наблюдений за товарищами по команде. Мы ничего друг о друге толком не знали. Не спешили делиться подробностями из прошлой жизни.

В принципе, со стороны такое поведение выглядело нормально. Как желание начать жизнь с чистого листа. Никто не хотел тянуть за собой сюда тяжелый груз прошлого.

В общем, бордели. Как и в случае с рейдерами, в основном персонал сюда набирался из числа дегаров (иммунных, кому повезло выжить после сильного облучения иалом). Отбор производился еще на этапе тестирования. Среди молодых парней и девчонок выбирали самых смазливых, предоставляя им выбор дальнейшей судьбы. Перед этим не забыв расписать в сочных красках опасности забросок в чужие миры и стабильном положении за высокими стенами города.

В подробностях им рассказывали о высокой смертности среди рейдеров. Дальше, нагнав достаточно жути, делали предложение. Исключительно на добровольной основе.

Неизвестно, что там точно насчет процента согласившихся и отказавшихся, но факт оставался фактом, жрицы любви (обоих полов, кстати) никогда не испытывали недостатка в притоке свежей клубнички.

Любопытно, что в самом начале предпринимались попытки использовать на проститутках ту же технологию лишения воли, что применялась на Бездушных, местных патрульных стражах правопорядка. Но очень быстро выяснилось, что спрос не превышал предложение. Слишком они походили на биороботов. Мало кого прельщало заниматься сексом с куклой, лишь отдаленно напоминающей живого человека, при наличии внятного выбора.

Как и везде, в Овелоне ночные бабочки делились по нескольким категориям. Дешевые — читай уличные, средние — трудящиеся в борделях и элитные — самые дорогие куртизанки.

Самое забавное, что жрицам продажной любви тоже устанавливались «основы». Весьма специфичной направленности. Для изменения внешних данных, а не основных физических качеств.

Самые дорогие сотрудницы эскорта, обладающие полным набором улучшений для своей профессии, могли буквально перевоплощаться в разных женщин для удовлетворения индивидуальных потребностей клиентов.

Один вечер барышня ублажала мужчину в виде короткостриженой брюнетки с маленькой грудью и слегка курносым носом (последний пункт по особой просьбе щедрого покровителя), а на следующий день уже другого клиента встречала длинноволосая блондинка с пышным бюстом, упругой, подтянутой задницей и идеальным профилем греческой Афродиты.

Шло буквально перевоплощение в совершенно иного человека на физическом уровне. Все для удовольствия клиента. Лишь бы оставался доволен и приходил на свидания и потом.

Рассказ Боцмана так захватил всех, что мы не заметили, как пересекли шлюзовые ворота и снова выехали в Дюны. Перед нами опять расстилалась безграничная серая пустошь, теряющаяся за далекими горизонтами.

Все еще слегка прибалдевший от услышанного (применять супертехнологии таким образом?), я нажал кнопку скорости, разгоняя шестиколесный вездеход до приличного ускорения.

Благодаря хорошей независимой подвеске и сбалансированной системе амортизации плавность хода позволяла не замечать езду по относительному бездорожью. Даже изредка попадавшие под колеса булыжники почти не вызывали толчков стремительно двигающейся платформы.

Дорога до помеченного портала не запомнилась ничем примечательным. Большую часть времени мои соратники по группе старались удержаться на самодельных креслах из ящиков с пищевыми пайками, а я думал, как бы не заснуть от мелькавшего перед глазами унылого однообразного пейзажа в блеклых сумрачных красках.

Когда наконец доехали до нужной точки, то все вздохнули с ощутимым облегчением, с удовольствием спустившись на землю.

Оказавшись на месте, я первым делом активировал пространственный сканер, проверяя портал на предмет стабильности перехода.

— Ну, что там? — Грешник потянулся, распрямляя затекшие плечи.

Устройство выводило поступающие данные на мой цифровой интерфейс основы, дублируя информацию на изогнутом экране, закрепленном на левом запястье. К нему-то и попытался наклониться штурмовик в стремлении рассмотреть итоги анализа разрыва ткани реальности.

— Нормально, — отозвался я. — Времени более чем достаточно. Не меньше семидесяти суток.

Висящая над землей рябь нисколько не изменилась в размерах за те часы, что мы здесь отсутствовали.

— Не могу поверить, что доехали, думал, этот доисторический аппарат развалится на середине пути, — с протяжным вздохом Боцман облокотился на переднее колесо вездехода. — У меня спина болит.

Жалоба техника у других членов команды не встретила ни грамма сочувствия. Вместо этого народ принялся с энтузиазмом разгружать привезенное снаряжение.

Хмурый без дополнительных приказов самостоятельно отправился на разведку на другую сторону портала. Вскоре вернулся и сообщил, что все в порядке и можно идти.

Ящики и контейнеры резво побросали прямо в разрыв, не утруждаясь бережной транспортировкой. Единственно, что перенесли на руках — это кейсы с пустыми флаконами и три установки преобразователя для сбора л-излучения. Две из которых сожрали последние сто наших монет в лавке у Шизы.

— Давайте-давайте, время не ждет, — подгонял я соратников, сам активно помогая в переброске вещей.

— А что с ней будем делать? — спросил Грешник, имея в виду транспортную платформу на шести колесах. — Оставим прямо здесь?

Я взглянул на машину. В полностью разгруженном состоянии она казалась довольно приземистой и чуток несуразной.

Блин, и как меня уговорили купить эту колымагу? Это же натуральная рухлядь. Только толстого слоя ржавчины не хватало для полноты сравнения с техникой из кинофильмов о временах Армагеддона в стиле Безумного Макса.

— А чего с ней будет? — пожал плечами я. — Думаешь, угонят? Так еще пусть попробуют заметить. Загоним вон под тот пригорок, и нормально. Там вряд ли кто увидит. Разве что подойдет совсем уж вплотную. Ну уж точно не обратит внимание, проносясь мимо на глайдере.

Так и сделали. Маскировка, конечно, не ахти, но вполне подошла для наших условий.

Дальше действовали по старой схеме. Разбили лагерь рядом с первой расщелиной, перенесли туда вещи. По местному времени стояла ночь, поэтому установку преобразователей перенесли на следующий день.

Утром разделились на три группы. Стерва осталась сторожить стоянку. Хмурый и Боцман взяли на себя северный фьорд, Грешник и я отправились к южному. Запуск сборщиков л-излучения прошел без накладок. Оставалось только ждать, периодически меняя наполненные флаконы.

Пригодился анализатор биовеществ. Грешник сварганил из найденной на берегу палки рогатину с двумя наконечниками и умудрился поймать с помощью этого примитивного орудия сразу несколько крупных рыбин. Их проверили, признали съедобными и в тот же вечер употребили по назначению. Костер разожгли из сухостоя, которого на берегу хватало с избытком.

На мой непритязательный взгляд, получилось вполне прилично. По крайней мере, получше новых пайков.

Шиза, сволочь такая, умудрился подсунуть нам полусинтетическую гадость, почти из такого же дерьма, что нас кормили во время ускоренного курса подготовки, неплохо на этом наварив лишних деньжат.

Большую часть времени народ бездельничал, развалившись под жаркими лучами солнца чужого мира.

Я предпочитал проводить время более рационально. В основном бегал вдоль береговой полосы, выполнял силовые упражнения, приседания, отжимания и все в таком роде. Короче, занимался физической подготовкой.

Не потому что потерял форму (после изнурительного обучения в гильдейском центре физические кондиции рекрутов увеличивались, хотели они того или нет), а потому что просто не любил слишком долго валяться без дела.

То есть я бы, конечно, и сейчас не отказался от отпуска. Полежать на пляже одного из островов Карибского бассейна, попивая пина коладу и глазея на стройных девчонок в микроскопическом бикини… может, подцепить какую-нибудь милашку и вечерком отправиться с ней в номер комфортабельного отеля…

Эх, мечты-мечты, к сожалению, этого нет в местном меню. Ни гостиниц, ни обустроенных пляжей, лишь ощущение постоянной опасности. Как тут расслабишься?

Меня здорово напрягало нахождение в чужом мире. Постоянно ждал, что появятся недружественно настроенные аборигены и учудят какую-нибудь гадость пришельцам, портящим их экологию.

Впрочем, это не продлилось слишком долго. Вскоре я присоединился к увлекательному занятию ничегонеделания, наплевав на внутренние страхи.

Я частенько размышлял о дальнейших своих действиях в Овелоне. Но теперь уже касательно развития навыков.

Очень сложный и трудный вопрос, если хорошенько подумать. А главное, невероятно серьезный, практически влияющий на всю дальнейшую жизнь.

Система навыков выглядела следующим образом. Существовали ограничения по объему. Нельзя было стать мастером во всех сферах. Фиксировалось и запоминалось конкретное количество навыков, привязанных к конкретной модели «основы». Чем дороже и лучше, тем больше имелось возможностей.

«Основа» подбиралась под выбранную специализацию. Имелся главный класс и вспомогательный. Это в общепринятом варианте. Рейдеры предпочитали сосредотачиваться на каком-то одном направлении. Потому что с практической точки зрения выгоднее иметь какой-то один хорошо прокачанный навык высокого уровня, чем несколько средних.

Имелся также предел возможностей изучения. Любое умение до пятого ранга поднималось без особых проблем. Но вот дальше случалась заминка. Без специализированной «основы» прогресс останавливался и намертво замирал.

Невозможно было изучить навыки, скажем, из арсенала штурмовика и лекаря на максимальном десятом уровне. Приходилось выбирать что-то одно. То же самое касалось любых других классов.

Не получалось стать разноплановым умельцем на все руки, как ни старайся. Имелся потолок, выше которого не прыгнуть. При этом до определенного момента была возможность поменять направление дальнейшего развития.

Я — мистик, у меня стояло три навыка третьего уровня. Теоретически это еще не приговор. При желании я без всяких проблем мог сменить класс на какой-то другой. Базовая основа универсальной модели «Лазурь» вполне позволяла это осуществить.

Вопрос — на что именно? Какую выбрать специализацию на замену? И надо ли вообще этим заниматься? Ведь тестирование на сортировке после пробуждения проходили не просто так. Учитывались индивидуальные качества личности, психофизиологические особенности сознания и организма. Все эти исследования проводились не зря, никто не гадал на кофейной гуще, присваивая моллюску какой-то определенный класс.

Или все это ерунда? И следует пойти наперекор ученым с их тарабарщиной? Может, я хочу стать штурмовиком. Или техником.

Я прислушался к своему внутреннему голосу, пытаясь понять, хочу ли постоянно шляться в тяжелых технодоспехах со штурмовой винтовкой наперевес или дни напролет возиться с инструментами и аппаратурой.

И быстро понял, что нет, не хочу. Даже не так — категорически не желаю. Это явно не мое.

А что-то другое? Даже не знаю. Кажется, тоже ничего не прельщает.

Выходит, клерки на распределении оказались все-таки правы? Мистик мне подходил больше всего? Черт его знает.

За такими ленивыми рассуждениями время пролетело совсем незаметно.

— Это последние три? — я кивнул на продолговатые контейнеры из черного пластика.

— Да, осталось забрать только преобразователь. — С Боцмана градом катился пот.

Перетаскивание полных флаконов по жаре на далекие расстояния дались технику непросто. Ему выпал жребий таскаться к северному источнику, самому далекому из доступных трех.

Процесс сбора подошел к концу. За все время нас никто не побеспокоил. Ни туземцы, ни обитатели местного животного мира. Включая стаю шакалов, встреченных раньше.

Основная масса аккуратно упакованных капсул уже находилась рядом с порталом. Мы занимались транспортировкой целое утро.

— Ненавижу жару, — Боцман с отвращением протер лицо тряпкой. — Хочу встроенный климат-контроль в комбинезон. Сил терпеть уже нет.

— Скоро уйдем в Дюны, — обнадежил его я, подхватывая сразу три ящика. — Иди за своей установкой. Грешник и я уже принесли свои. Хмурый и Стерва охраняют переход. Пора загружаться в обратный путь.

Техник вздохнул, упер руки в бока и спросил:

— Вездеход уже проверили? Его никто там не спер?

— Не спер, — успокоил я Боцмана. — Иди уже. Меня тоже начинает раздражать местное светило.

Как ни странно, многодневное нахождение под открытым солнцем не способствовало появлению загара. Должно быть, какая-то особенность спектра излучения звезды, действующего немного не так, как привычное солнце.

Иначе бывший космонавт обязательно бы нашел еще одну причину для нытья. А за последние дни, честно говоря, он стал здорово мне действовать на нервы. Так что возвращения в Овелон я ждал с нетерпением.

— Заткнись уже и тащи свою задницу за преобразователем, — Грешник выразился более эмоционально, подгоняя расклеившегося техника.

Осталось совсем немного. Лагерь собран, вещи отнесены к порталу. Соберемся и наконец свалим из этой душной дыры. За последние дни всем чертовски надоело нахождение в этом мире, и каждый мечтал побыстрее оказаться в прохладных объятиях знакомого междумирья.

— Иду-иду, — проворчал Боцман, делая шаг назад.

Именно в этот момент все случилось. Нога Боцмана в ботинке на толстой подошве еще не опустилась на потрескавшийся от жары грунт, как вдруг совершенно неожиданно Грешник схватился за грудь и с приглушенным стоном рухнул на землю.

У меня сработали инстинкты тренированного тела. Мозг еще не успел толком сообразить, что происходит, а мышцы уже подали сигнал, заставляя упасть вниз, выходя из вероятной зоны обстрела.

— Ты чего? — Боцман недоуменно повернулся к Грешнику.

— Ложись, идиот! — рявкнул я, быстро подползая к раненому штурмовику.

Убедившись, что опасности на планете нет, наши оба тяжелых пехотинца перестали носить броню каждый день. И теперь один из них за это сполна поплатился.

— Что с ним? — техник все же успел последовать совету и свалился мешком рядом.

— Солнечный удар получил, — огрызнулся я, интенсивно работая локтями, ползя в сторону Грешника. — Придурок.

Тут я замер. До меня внезапно дошло, какой именно звук я услышал во время выстрела.

Это нормально, когда в экстремальных ситуациях разум не сразу реагирует на стремительно изменяющуюся обстановку, оставляя какие-то детали незамеченными. Информация доходит как бы с задержкой. Не вся, разумеется, но какая-то часть.

И сейчас то же самое. При самом выстреле я не понял, в чем дело, а сейчас сообразил.

— Ах ты сука! — с чувством выругался я.

— Что? — испуганным голосом отозвался Боцман.

— Звук, чтоб его… такой звук издает сжатый шарик энергетического заряда при трении о воздух, — объяснил я.

— И что? — все еще не врубился техник.

Его тугодумие вывело меня из себя. Долбаный кретин, у него, походу, совсем мозги от жары расплавились.

— Это не просто выстрел из огнестрельного оружия. Стреляли из вайзера, — объяснил я. — А судя по расстоянию, скорее всего, использовался снайперский комплекс.

Здесь до Боцмана наконец-то дошло.

— Хочешь сказать, по Грешнику стреляла Стерва? — Я не видел лица нашего техника, но без труда различил в его голосе нотки недоверия напополам с недоумением. — Но зачем ей это делать?

— А ты как думаешь? — злобно прошипел я. — Эта тварь хочет нас ограбить. Все контейнеры с капсулами л-излучения собраны у портала. Осталось перенести на ту сторону, погрузить в «Саранчу» и отвезти в Овелон. Она заберет всю добычу себе. Разом закроет счет долга. Еще и на будущее останется.

Боцман немного помолчал.

— А как же Хмурый? Он же тоже у портала, — напомнил он.

Я еще раз грязно выругался. Если штурмовик в сговоре, наше положение намного хуже, чем кажется. Воевать против снайпера и против снайпера с внушительной огневой поддержкой — совершенно разные вещи.

— Если они заодно, нам конец, — угрюмо заявил я.

Техник заткнулся, но ненадолго.

— Что будем делать? Складки в неровном ландшафте сейчас вроде нас укрывают. Встанем — умрем. Может, лучше переждать?

— Переждать? Пока нас там обкрадывают! Ты спятил? — выдохнул я с бешенством и яростно добавил: — Убей — или убьют тебя, ешь — или съедят тебя. Меня воспитывали так, а тебя?

Наступила тишина. Правда, ненадолго.

— Я ничего не понял, — признался Боцман. — Что ты имеешь в виду?

— Что нельзя позволять обкрадывать себя всяким ублюдкам! — рявкнул я, уже не сдерживаясь. — Сиди здесь и позаботься о Грешнике, а я разберусь со всем остальным.

Я не стал ползти вперед, изображая питона. И не попытался обойти по дуге позицию противника у портала. В сложившейся ситуации поступать так означало терять время. А оно являлось сейчас ключевым элементом, от которого напрямую зависело, останемся ли мы в живых или сдохнем на этой богом забытой планете.

Если я прав, то Хмурый сейчас активно перетаскивал ящики с флаконами на другую сторону, грузя полученную добычу на борт «Саранчи».

Стерва прикрывала его из винтовки, не давая приблизиться и помешать активно протекающему процессу воровства у членов своей команды.

Когда все будет закончено, они уйдут, напоследок попытавшись дестабилизировать переход. Не могу сказать точно, как они собирались это проделать, но думаю, что-нибудь заранее придумали. Взорвать рядом энергоблок боепитания от вайзера или еще что. В целом нарушить устойчивость структуры разрыва в ткани реальности не так уж и трудно. Было бы желание и мало мальский набор технологичного оборудования. Обычным костром провернуть такой фокус, разумеется, не получится.

Штурмовик и снайпер были не с пустыми руками. Следовательно, у них имелась возможность закрыть нам дверь в междумирье.

Что будет дальше, не нужно гадать. Оставшись здесь одни, мы недолго протянем.

Нас ведь занесло в натуральную пустыню. Здесь невозможно выжить физически. Запасы воды и пищевых пайков находятся у портала. И я сильно сомневаюсь, что Хмурый оставит нам те остатки, что мы не успели употребить. Плюс истощение организма от недостатка иала. От этого вообще никуда не убежишь и не спрячешься.

При удаче и наличии еды, используя пространственный сканер, можно было бы найти новый разрыв и перейти в Дюны. Но вероятность на подобный исход так незначительна, что надеяться на успех определенно не стоило.

Одна сотая (а то и тысячная) процента на выживание, скажем прямо, хреновый вариант.

Поэтому я поступил так, как должно. Не теряя стремительно утекающих драгоценных мгновений, встал во весь рост и понесся со всей возможной скоростью к точке пространственного разрыва. Перед этим не забыв активировать «Щит», создав его не просто так, а прикрепив каркас силового поля к «перчатке мистика».

Так и бежал, согнув перед собой левую руку в локте и стараясь не подставляться боком к снайперской позиции Стервы. Ее я успел вычислить по траектории первого выстрела, попавшего в Грешника.

Вспомнив о раненом, я нахмурился. Пришлось его бросить, оставив с техником, не имеющим никакой медицинской подготовки.

На первый взгляд поступок выглядел не слишком благородно. Оставил умирающего (попадание в грудь, скорее всего, очень серьезное, возможно смертельное), имея навык «Лечение». Не помог, бросил на того, у кого и захудалой аптечки в загашнике нет.

С другой стороны, поступить по-другому значило то же самое, что подписать приговор всем троим сразу.

Выбора попросту не оставалось. И ничего с этим сделать нельзя…

Почти сразу после движения пленка «Щита» окрасилась кляксами попаданий. Сначала они напоминали редкие капли, упавшие на поверхность стекла, а затем стали походить на проливной дождь.

Стерва перевела режим стрельбы из одиночного в автоматический, буквально заливая меня потоком энергетических зарядов. На боеприпасах она явно решила не экономить.

К счастью, защита достойно встречала обстрел, сдерживая напор плотно сжатых шариков из преобразованного вайта. Силовой щит дрожал, слегка искажался при очередном попадании, сохраняя целостность каждого ромбовидного элемента из четырех.

Неуязвимость не давалась мне просто так. Сверкающие накопители на «перчатке» понемногу один за другим угасали, сигнализируя о тотальном опустошении.

Не успею добраться до стрелка раньше, чем закончится последний резервуар с иалом — меня расстреляют, как в тире. Для работы «Щита» необходима энергия.

В какой-то момент я хотел убрать две пластины для экономии, оставив защиту лишь тела и головы. Но потом быстро понял, что это не выход. Стерва моментально использует особый навык снайпера «Точный выстрел» и разнесет мне какую-нибудь из нижних конечностей, оставленных без прикрытия. Правда, для этого ей понадобится прибегнуть к «основе». Искусственная нервная система повлияет на организм, аккумулируя необходимые органические ресурсы. После этого последует откат, и на краткий промежуток времени стрелок будет чувствовать небольшую усталость. Это не продлится достаточно долго, но лишит Стерву обычной боеспособности.

Рискнуть? Не подставляться, конечно, на самом деле, а всего лишь устроить провокацию, вынудив ее использовать изученный навык.

Колебался я недолго. Потому что, как и в прошлый раз, выбора по сути не оставалось. Иал уходил из накопителей слишком быстро, не давая надежды добраться вовремя до портала.

Я убрал два из четырех ромба силового щита, оставляя ноги до голени беззащитными. И побежал еще быстрее, на ходу мысленно отсчитывая секунды.

Как и предполагалось, в эти мгновения обстрел прекратился. Стерва заметила брешь, автоматически сработал инстинкт стрелка, активизируя способность для более точного выстрела.

В этот момент ее дыхание замедлилось, мышцы расслабились, глаза приобрели дополнительно остроту, а разум очистился от ненужных переживаний. Под влиянием «основы» в организме произошел ряд физиологических изменений, наделяя тело всеми необходимыми свойствами идеального снайпера.

Раз, два, три, пора…

Я снова активировал «Щит», пленка расширилась, закрывая силовыми пластинами открытые ноги.

Всего за долю секунды раньше послышался пронзительный звук, знаменующий собой произведенный выстрел. Нижняя часть вновь появившейся энергетической защиты окрасилась маленькой звездочкой вспышки одиночного попадания.

— Мазила, — злорадно прошептал я и припустил вперед с удвоенной скоростью, не забыв полностью выключить навык «Щита».

Теперь какое-то время можно не опасаться обстрела. Конечно, Стерва может стрелять, но появившаяся опустошенность не даст ей нормально попасть не то что в бегущего вдалеке человека, но даже в статичную цель на стандартном расстоянии в тире для новичков. Нажимать на курок далеко не значило наличия попаданий в мишень.

Кратковременный выброс адреналина сменится внутренней опустошенностью. Руки будут немного дрожать, появится слабость, на плечи навалится усталость.

Период отката продлится недолго, уже скоро стрелок снова войдет в обычное состояние полной боеготовности. Вживленная искусственная нервная система оперативно приведет носителя в прежний порядок. Однако какой-то отрезок безопасного пути я все-таки заработал. Пусть и не слишком длинный, но все же хоть что-то. Плюс сэкономил энергию и получил возможность бежать, не держа перед собой «Щит».

Ветер шумел в ушах, темные точки постепенно приближались. Стала отчетливо видна понемногу уменьшающая горка контейнеров, и то и дело исчезающая в мареве перехода высокая фигура.

Так и знал. Хмурый работал заодно со Стервой. Ублюдок торопливо перетаскивал добычу, пока подружка вела интенсивную стрельбу.

Чертовы твари! И когда сговориться успели? С каким удовольствием я прикончу обоих.

Как и ожидалось, передышка вскоре закончилась. Снайперша пришла в себя и снова открыла огонь. Я был к этому готов, так что без проблем успел подставить «Щит» под новую порцию выстрелов.

Девке действовать бы хитрей и потянуть паузу дольше, чтобы подловить изворотливую дичь на затянувшемся прекращении обстрела, может, и смогла бы меня достать. А ей невтерпеж. Как только почувствовала себя лучше, так сразу потянулась к курку. Торопливая дрянь. Мне стоило поблагодарить ее предков, что наделили дочь столь нетерпеливым характером.

Мне и раньше приходилось попадать в серьезные переделки. Я отлично знал, как действовать в таких ситуациях. Главное отрешиться от страха, загнать опасение умереть в самые дальние закоулки сознания. И ни в коем случае не бояться, подчиняясь инстинкту самосохранения, как правило, требовавшему бросаться в противоположную сторону от исходящей опасности.

Не думаю, что за плечами у Стервы имелся багаж похожего опыта. Глядя, как противник не только не падает, а неуклонно продолжает сближаться, девчонка закономерно занервничала и поддалась неуверенности.

Стрельба стала более беспорядочной и совсем не прицельной. Энергетические заряды вспыхивали на поверхности силового щита все реже, в основной своей массе уходя вверх или вбок.

Я бежал, неотрывно глядя туда, откуда велся огонь. И через оптический прицел снайперского комплекса Стерва без труда прочитала в моих глазах приговор для себя и своего дружка-подельника.

В конце концов она не выдержала. Хмурый не стал ждать развязки затянувшейся дуэли, закончив переносить вещи, он и не подумал помочь подружке прикончить стремительно приближающегося мистика, предпочтя вместо этого нырнуть в портал.

Увидев бегство приятеля, девчонка не выдержала, вскочила с земли и опрометью бросилась следом.

По моим губам скользнула усмешка. Чертовы крысы. Испугались и дали деру. Главное теперь, успеть до того, как они что-то сумеют сделать с порталом. Если он схлопнется, то мы здесь останемся навсегда.

Понятия не имею, собирались ли предатели делать что-то с переходом или у них ничего не вышло, но у меня получилось застать его в стабильном состоянии, полностью годным для перехода.

Экспресс-анализ наручного сканера подтвердил, что все в порядке и никаких посторонних возмущений в структуре разрыва не зафиксировано.

Я даже не перевел дух, ринулся в объятия колыхающейся ряби с разбега, боясь опоздать и увидеть исчезающий силуэт вездехода, на всех порах уезжающего за горизонт серых пустошей.

Мимолетная пелена перед глазами рассеялась, я сразу же отскочил в сторону, следуя правилу ни в коем случае не застывать в проеме дверей при заходе в помещения во время ведения боя, тем самым становясь легкой добычей для вражеского огня.

Я перекатился через плечо, одновременно активировал «Щит». Обильно разлитый в Дюнах иал потек через «перчатку», заодно наполняя разрядившиеся накопители.

Техноартефакт выступал не только резервуаром для энергии в обычных мирах, он также фокусировал силу, почерпнутую извне. Без него создание проекции было бы попросту невозможно. Только в сочетании с изученным навыком «перчатка» позволяла творить то, что непосвященные могли спутать с магией.

Я думал, что меня встретят на другой стороне сплошным потоком огня, попытавшись поймать на стадии перехода, если уж воры не поспешили удрать на угнанной «Саранче».

Но почему-то этого не случилось. Вместо этого Стерва и Хмурый дружно в два ствола палили куда-то себе под ноги, совершенно не обращая внимания на мое эффектное появление.

Долго удивляться мне не пришлось. Стоило вокруг появиться сумрачному пейзажу, как вместе с ним в голове возник странный шум. Он мешал думать, влиял на рассудок, вызывая гнетущее ощущение обреченности.

Одна из тварей пустошей, догадался я, встряхнув головой. Мне уже приходилось встречаться с чем-то подобным на заре своего появления в междумирье. Только тогда монстр транслировал более понятные образы, складывающиеся в конкретные слова. А этот словно просто вызывал помехи на уровне ментального восприятия.

Я оказался бы полным глупцом, если бы не воспользовался удачным моментом. Вместо того, чтобы присоединиться к сражающейся парочке, увлеченно лупящей куда-то вниз из вайзеров, я вызвал проекцию «Светового копья» и без всякой жалости ударил в спину единственного в битве штурмовика.

Сверкающей молнией боевая проекция прочертила воздух, врезавшись точно между лопаток затянутого в броню предателя Хмурого.

Наверное, все же стоило не торопиться, подождать, возможно даже оказав поддержку людям, атакованным подземным чудовищем.

Но я был слишком зол на своих бывших товарищей. А еще четко понимал, что после того, как они покончат с монстром, то непременно примутся за меня. И надеяться на жалость в данных условиях мог бы лишь полный глупец.

Лучше не мямлить, бить первым. Сильно, мощно, наотмашь. Не разводя сопли по поводу выпадов в спину. Это не рыцарский турнир, где все действуют строго по правилам. Не спортивное состязание с наличием судей. Это реальный бой, и единственное, что здесь важно, кто в конечном итоге останется в живых.

Либо ты, либо тебя. Других исходов, как правило, не бывало.

И я врезал копьем. С одного удара опрокинув металлическую фигуру навзничь.

Увидав падение приятеля, Стерва испуганно обернулась. Увидела меня и заорала. Ее глаза распахнулись в испуге, когда она заметила формирование нового светового заряда.

— Извини, милая, ты сама виновата, — не знаю зачем пробурчал я, делая короткий замах для усиления разгона копья.

Что-то сказать в ответ она не успела. Внезапно грунт под ее ногами забурлил, складываясь листами на манер гармошки. В следующую секунду из-под земли показалась черная морда неизвестного чудовища.

В первую секунду мне показалось, что оно напоминало вылезшего на белый свет переростка червя. Но спустя пару мгновений понял, что ошибался. Тварь скорее походила на отвратительную помесь гигантского таракана и кого-то из семейства ракообразных.

Жуткая уродина. И огромная. Черт, да эта хреновина размером с автобус.

Оценив размеры существа, я неосознанно попятился назад. Тут же остановился, осознав, что делаю. И чуть поколебавшись, сделал шаг вперед.

Со Стервой не пришлось разбираться. За меня это прекрасно сделал мутировавший жук.

Резкий рывок, стремительный удар, клацанье клешней — и от предательницы осталось лишь две части. Обратным движением монстр подхватил верхнюю часть мертвого женского тела и запихнул себе в пасть.

Меня чуть не вырвало от этой картины. Какая мерзость.

Но стоять на месте, борясь с позывами рвоты, конечно, не стал. Эта насекомоподобная страхолюдина явно не ограничится парочкой неудачливых воров и обязательно примется за меня. Следовательно, надо с ней обязательно разобраться.

Создание очередного копья прошло рефлекторно. Светящийся дротик повисел в воздухе доли мгновение. Резкий взмах — и снаряд устремился вперед, точно врезавшись в маленький левый глаз монстра. Хитиновый нарост, играющий роль защитного элемента, не успел прикрыть зрительный орган. Копье пробило глазное яблоко за мгновение до того, как он успел его опустить.

Глаз лопнул, монстр взревел. Звуковая волна ударила по перепонкам, вынудив прижать руки к ушам.

Ко всему прочему тварь врезала ментальной атакой, распространяя вокруг себя поле сильного излучения, напрямую влияющего на разум.

Захотелось свернуться в клубочек, заползти под ближайший булыжник и лежать, притворившись окончательно мертвым.

Я упрямо тряхнул головой. Что за хрень? Лечь на землю и застыть в позе эмбриона, когда тебя собираются сожрать живьем?

Гребаная тварь умело вызывала состояние паники, делая жертву вялой и слабовольной. А следовательно, абсолютно беззащитной.

— Таракан-переросток, — ругнулся я, активируя еще одно копье и сразу же метая его в противника.

Благодаря внушительным размерам цели попасть не составило большого труда, в отличие от того, чтобы нанести хоть какой-то ущерб. Хитиновое покрытие без труда поглотило световой снаряд, сотканный из иала.

Совершенно неожиданно ожил Хмурый. Пришлось уходить в перекате от выпущенной очереди из вайзера. Паршивец предпочел открыть огонь по мне, а не по монстру.

Как показали дальнейшие события — совершенно зря. Не в смысле стрельбы в мою сторону, в конце концов у него на это имелось моральное право в качестве стремления отомстить, а в том, что он подал признаки жизни в такой неудачный с тактической точки зрения момент.

Краб-переросток находился к нему слишком близко. И разумеется, не мог пройти мимо внезапно ожившего куска сочного мяса.

До меня долетел треск сминаемого металла технодоспехов, разбавленный дикими воплями умирающего страшной смертью человека. Заключенная в доспехи рука нелепо болталась, пока основная часть туловища исчезала между частоколом мелких, бритвенно-острых зубов. Пальцы почти мертвого тела еще сжимали винтовку, грозившую тоже обратиться в металлолом, чтобы вскоре исчезнуть в желудке ненасытного монстра.

Именно на оружии остановился мой взгляд. Вайзер находился слишком близко к морде чудовища.

Я не стал медлить. Скорее подчиняясь интуиции, чем трезвым холодным расчетам, я приготовил очередное копье и метнул его, постаравшись не облажаться и не промазать. Попасть точно в выступающий блок энергоячейки, питающей стрелковый комплекс штурмового калибра.

Получилось. Сразу же прогремел сильный взрыв. Огромная пасть помеси жука и ракообразного раскрылась уродливым цветком ужасающей раны. Казалось, будто великан рванул за жвалы чудовища, с дикой силой разведя его в стороны.

Раздался отвратительный визг. Я невольно скривился. Ощущения были те самые, что испытываешь, когда кто-то скребет ногтями по стеклянной поверхности.

К превеликому счастью, детонации боеприпасов винтовки хватило нанести достаточно тяжелую рану, чтобы подобраться поближе, не опасаясь попасть на обед в виде еще одного блюда для голодного монстра.

И неторопливо добить его чередой выстрелов светового копья.

Глядя, как туша чудовища наконец замерла, я устало плюхнулся на задницу прямо на землю, чувствуя, как буквально все тело дрожит после испытанного напряжения сумасшедшего боя.

— Охренеть, это точно не похоже на зверушку из зоопарка, — изможденно выдохнул я.

— Оно мертво? — раздавшийся сзади голос буквально заставил взвиться в воздух, на лету обернуться и уже который раз за день формируя проекцию копья.

Боцман стоял рядом с порталом, согнувшись в три погибели. На его плечах тушкой лежал Грешник. Ноги раненого волочились по песчаному серому грунту.

— Он живой? — задал я встречный вопрос, не потрудившись ответить технику.

Боцман осторожно опустил тело Грешника вниз. Голова штурмовика бессильно обвисла, он находился в бессознательном состоянии.

— Вроде да, пульс есть. Четкий и стабильный.

Я подошел ближе, на ходу сбрасывая боевую проекцию и активируя «лечилку» третьего уровня. Поток энергии хлынул в «перчатку мистика», прошел через артефакт и принялся создавать целительное излучение.

— Сейчас станет легче, — сказал я, немного подумал и неуверенно уточнил: — Я на это надеюсь.

Техник прошел к мертвой туше гигантского насекомого с отдельными признаками краба-мутанта.

— Ну и урод, — подивился Боцман, рассматривая развороченную взрывом пасть, где до сих пор виднелись не до конца проглоченные человеческие останки.

— Ага, — согласился я. — Повезло, что все так удачно вышло, иначе тварь сожрала бы и меня, вместе с этими двумя предателями-ублюдками.

Лечебное воздействие оказывало ошеломительный эффект. Щеки раненого порозовели, дыхание перестало быть прерывистым. Если не видеть окровавленные тряпки, которыми Боцман обмотал грудь Грешника, то его вполне можно было принять за спящего человека. Жаль, до конца лечилка не сработает. Полностью заживить рану такой степени тяжести ей не по силам. Стабилизировать состояние пациента — да. Полностью устранить повреждения — нет. К превеликому сожалению.

— Собирайся, надо отсюда поскорее валить, пока родственники этого хомячка, — я кивнул на мертвого монстра, — не пожаловали на вечеринку.

— Ага, сейчас, — Боцман суетливо что-то рассматривал на экране своего планшета.

Насколько я знал, у него там хранились электронные схемы различных устройств.

— Это не механизм, чтобы его ремонтировать, — буркнул я недовольный неповоротливостью оставшегося единственным на ногах кроме меня члена команды. — Шевели задницей, хватит на него пялиться.

Хорошо еще, что Хмурый оказался так добр, что перед тем как погибнуть, успел погрузить основную часть контейнеров на вездеход. А то нам бы пришлось еще долго возиться. А так осталось сущая ерунда. Если только не будем валандаться просто так…

Я сердито покосился на Боцмана. Его медлительность выводила из себя. Я тут чуть не сдох, устраивая пешую погоню, рисковал жизнью, сражался с иномировым монстром, блин, а он с видом естествоиспытателя возится вокруг мертвой туши. Что там, во имя всех известных богов, такого интересного?

— Я тебя сейчас тоже пристрелю, — пригрозил я технику. — Ляжешь рядом за компанию.

Боцман обернулся, в его глазах плясали веселые чертики. Что за дела? Он думает, что это смешно?

— Это же землеройка, — с восторгом сообщил он и покачал в воздухе планшетом. — У меня на комп-терминал закачан каталог обитателей Дюны.

Я недоуменно пожал плечами.

— И что? Ты собрался ее препарировать? Соорудить чучело и поставить в гостиной? Хватит маяться дурью, принимайся за дело. У нас не так много времени.

Техник с заговорщицким видом потер ладонями о комбез.

— Чучело мне этого уродца и даром не нужно, а вот насчет препарировать ты попал в самую точку, командир.

Я остановился, нахмурившись.

— О чем это ты?

Боцман подскочил ближе и ликующе зачастил:

— Слюнная железа и нервные узлы землеройки очень высоко ценятся на рынке. Их применяют для изготовления каких-то редких медицинских препаратов.

— Так, — заинтересованный, я обратился в слух. — Хочешь сказать, требуха этого таракана чего-то стоит?

Техник торжествующе воздел вверх указательный палец:

— Не чего-то, — передразнил он меня, — а не меньше двадцати тысяч монет чистыми.

Поначалу я подумал, что ослышался, а когда понял, что нет, то с силой провел ладонью по шее. Если Боцман не ошибся, то выходит у нас есть отличный шанс разом избавиться от всех долговых обязательств перед гильдией Хром. Одним махом, притом всем троим сразу.

Определенно, нам будет что отпраздновать при возвращении в Овелон.

Как ни старались, потрошение обитателя Дюн заняло немало времени. Тем более что основную часть работы мне пришлось взять на себя. От Боцмана толку мало, Грешник лежал без сознания. Я изрядно повозился, пока вырезал нужные для продажи части.

В связи с тем, что подходящих инструментов не нашлось, а в наличии из колюще-режущих предметов имелся только аналог походного мультитула, годного разве что для вскрытия туристских консервов, но уж точно никак не прочного хитинового панциря, процесс потрошения двигался туго.

— Жаль, нет криоконтейнера для заморозки или стазис-камеры нулевого молекулярного цикла, — посетовал Боцман, уставившись в полевой планшет.

Уставший после недавнего боя и измученный разделкой неподатливой туши инопланетного монстра, я почти с ненавистью уставился на портативный комп-терминал.

— Хочешь сказать, что я зря мучаюсь и потроха не удастся довезти в сохранности до Овелона? — выдохнул я, готовый хорошенько врезать напарнику по команде за то, что не удосужился обнародовать данную информацию раньше. Выходит, зря мучился, вскрывая дохлого краба-жука, приспособив для этого световое копье, зафиксированное в статичном положении.

— Нет, слюнная железа и нервные узлы землеройки долго сохраняют свои полезные свойства, — невозмутимо отозвался техник, пропустив мимо ушей недовольные нотки моего голоса. — А вот мясо из спинной шейки быстро приходит в негодность. Вырезка оттуда считается редким деликатесом. Многие повара в элитных ресторанах готовы платить большие деньги, чтобы использовать его в своих блюдах.

Я провел активированной проекцией по черной поверхности, завершая овальный узор выреза. Хитин послушно лопнул под действием сконцентрированного иала, собранного в узкий клинок.

— Обойдутся твои гурманы, — поморщился я, ощутив, как из-под срезанного куска панциря вырвался отвратительный запах.

Наконец заметив, что я, мягко говоря, нахожусь не в совсем хорошем настроении, Боцман медленно убрал планшет за пазуху, виновато разведя руками.

— Ну, я просто сказал, — протянул он. — Всегда полезно знать, если что-то упускаешь из вида.

— Заткнись лучше и иди помогать, — проворчал я, с отвращением запуская руки во внутренности гигантского жука. — Мы и так тут сидим дольше необходимого. Мало того, что могут пожаловать родственники этого ракообразного таракана, так еще Грешнику необходима нормальная медицинская помощь.

— А разве ты его уже не подлечил? — Боцман недоуменно оглянулся на лежащего штурмовика.

Порозовевшее лицо и спокойное дыхание последнего показывали вид глубоко спящего человека. Немудрено ошибиться. Рану в груди скрывали поспешно повязанные тряпки. Кровотечение прекратилось, создавая иллюзию полного порядка. Что, конечно, совершенно не так. Улучшения носили временный характер. Третий уровень «Лечения» из класса аур не позволял проводить полноценное заживление ран подобного типа. Выстрел в грудь, это вам не попадение в плечо по касательной.

— Слишком большие повреждения, — терпеливо объяснил я. — Ему лучше в нормальную больничку. Иначе уже к вечеру станет хуже. Так что предлагаю поторопиться.

Боцман закивал и неуклюже полез наверх, взбираясь по черной изогнутой лапе монстра на манер пьяного, пытающегося одолеть слишком крутую лестницу.

Посмотрев на его эквилибристку и прикинув, как долго он протянет на самом верху, пока не свалится вниз, я сердито буркнул:

— Займись лучше погрузкой ящиков на «Саранчу».

Невнятно что-то пробурчав в ответ, техник принялся спускаться, снова работать грузчиком.

В конечном итоге все закончилось. Слегка небрежно вырезанная из недр землеройки склизкая субстанция заняла место в одном из пустующих контейнеров из-под пищевых пайков. Кейсы с собранным л-излучением выстроились ровной коробочкой на колесной платформе, аккуратно перевязанные широкими транспортными ремнями.

Мы двинулись в обратный путь. «Саранча» мягко покачивалась, двигалась плавно, сохраняя приличную скорость.

Так же как и приезд к порталу, обратная дорога прошла без происшествий. Подъезжая к первому кольцу шлюзовых ворот, я отметил данное обстоятельство. И сделал вывод, что находясь в движении в Дюнах попасть в неприятности гораздо меньше шансов, чем делая остановки.

Если судить по хоть и небольшому, но зато накопленному личному опыту, должно быть, обитающие в междумирье монстры не охотятся на быстро передвигающуюся дичь. Или дело в чем-то другом и нам просто повезло. В любом случае опасности дикой фауны пока что оставались позади, отсекаемые толстыми бронированными створками.

— Прошу прощения, — я обратился к дежурящему стражнику.

Рядом с ним каменными статуями застыла четверка Бездушных. Глядя в пустые глазницы лишенных волей когда-то живых людей, я неосознанно мысленно передернулся. Ужасная участь стать живым биороботом. По-другому назвать затянутые в тяжелые технолаты высокие фигуры язык не поворачивался.

— Чего тебе, моллюск? — с ленцой откликнулся стражник, окидывая нашу непрезентабельно выглядевшую компашку пренебрежительным взглядом.

Его реакцию можно понять. Приехали перемазанные не пойми чем, на не пойми какой тарантайке рядовые закупы. Мягко говоря, не слишком важные персоны для вежливого обращения.

— Не подскажете, куда лучше всего обратиться для лечения раненого? — я указал кивком на лежащего Грешника. Качать права я, разумеется, не стал.

Мельком оглядев лежащее без сознание тело, страж Овелона равнодушно пожал плечами.

— Так куда обычно. Вези в гильдейскую клинику. Судя по откликам ваших основ, вы приписаны к Хрому. Значит, туда. В любом другом медцентре вас просто не примут из-за висящих долговых обязательств.

Я мысленно стукнул себя по лбу. Ну конечно. Никто не станет лечить должника чужой гильдии. Стоило сразу сообразить.

Черт! Как ни посмотри, а усталость давала о себе знать. Что-то туплю на ровном месте.

— Спасибо, — я поблагодарил стражника. Судя по нашивкам, довольно крутого универсального стрелка.

Мужик небрежно качнул головой, отворачиваясь в сторону и мгновенно теряя всякий интерес к нашему пепелацу и его пассажирам.

Я тронул кнопку включения двигателя, медленно выводя «Саранчу» с подъездной площадки.

Ровное шоссе приличной ширины вывело нас сначала на дальние окраины, изобилующие пустырями и заброшенными постройками, а затем и в более населенные части города.

Добраться до территории гильдии Хром заняло немного времени. Мы объехали развлекательный сектор, избегнув пробок из-за слоняющихся по проезжей части толп народа, характерной для веселого квартала, и вывернули к указанному по запросу в Сети медицинскому учреждению.

— Что там у вас? — скучающий работник клиники выглянул из-за стойки администратора приемного покоя, даже не удосуживаясь вызвать кого-то на помощь.

— Проникающее ранение, использована простая «лечилка» третьего уровня, — четко сообщил я, понимая, что сейчас лучше не высказываться насчет качества обслуживания гильдейского медпункта.

И только спустя секунду догадался, что обращение в Сеть привело нас отнюдь не к хорошей больничке для нормальных людей, а туда где лечили «моллюсков».

Мог бы и сообразить по внешнему виду безликой бетонной коробки снаружи. Ладно еще внутри вроде поддерживали приличную чистоту. А так один в один шарашка для бедных слоев населения.

Проклятье! Гребаный статус должников не предполагал высокого качества обслуживания во всех сферах деятельности. Магазины отдельно, госпитали отдельно, бары отдельно. Еще бы сортиры сделали отдельно, и налицо имелась бы полная сегрегация по определенному признаку. Прямо как у негров в середине пятидесятых годов в пресловутой Америке.

— Еще и треть не погашена, — заметил администратор, сверившись с результатами сканирования наших «основ» и соответственно личных данных.

— И что? Лечить нельзя, что ли? — злобно рявкнул я.

Физиономия клерка скривилась в брезгливой гримасе.

— Можно, но будет стоить вам на треть дороже обычных расценок, — объяснил он, чванливо оттопырив нижнюю губу. — Такой порядок.

У меня зачесались кулаки приложить эту высокомерную морду о столешницу с интерактивным дисплеем.

Загривком почувствовав, что дело пахнет керосином и что гости уже на грани, сотрудник поумерил пыл самодовольства, перейдя на деловой лад.

— Какой тип лечения выбираете? — сухо спросил он, вводя какие-то команды через компьютерную панель.

— Может, вы его сначала осмотрите? — прорычал я, окончательно выведенный из себя представленным «профессионализмом».

— Уже сделано, основа вашего друга переслала всю необходимую информацию, — сохраняя бесстрастный настрой, пробурчал парень.

Я заткнулся. Вот же блин, совсем забыл, где нахожусь. Тут ведь совершенно иные технологии. Нет нужды в бегущих медсестрах, поддерживающих каталку и резво докладывающих прибежавшему доктору о давлении и возрасте пациента. Хотя насчет каталки вопрос. Она определенно бы сейчас пригодилась. Держать Грешника даже с помощью Боцмана, перебросив руки за шею, далеко не так легко, как могло показаться со стороны. Весил штурмовик будь здоров.

— Так какой тип лечения оформлять? — повторно осведомился администратор, приподнимая голову от экрана компьютера.

— А какой есть выбор? — честно говоря, я слабо представлял возможности стационарной медицины Овелона.

— У нас есть медкапсулы «Кибердок 5КМ» пятого поколения, — сообщил парень. — Программа говорит, что для полного выздоровления понадобится три полных картриджа и двое стандартных суток погружения в восстановительную смесь.

Я едва не присвистнул от удивления. Всего два дня? На Земле с такой раной лежали намного дольше. При условии успешности проведенной операции.

— А какой еще тип лечения имеется? — внезапно пересохшим горлом прохрипел я.

Клерк окинул меня оценивающим взглядом, словно прикидывая, не появился ли еще один клиент для их богадельни.

— Я просто вызову сюда целителя. Он ткнет вашего приятеля пальцем, применив нужную проекцию, и больной уйдет отсюда на своих двоих через пару минут, — последовало объяснение, приведшее меня в легкий ступор.

Ни хрена себе технологии. Вот это понимаю, сервис что надо. Приползаешь окровавленный в приемное отделение, одно прикосновение — и ускакиваешь обратно резвым козликом на поиски новых проблем на пятую точку. Очень продуктивная с точки зрения экономии времени вещь. Чего явно нельзя сказать о стоимости услуги. Наверняка дороже аппаратного метода лечения. О чем я не преминул вопросить:

— Насколько первый метод дороже второго?

— Ровно в два раза, — откликнулся сотрудник скучающим тоном. — Если бы вы удосужились ознакомиться с прайс-листом заранее через Сеть, но не задавали бы этих вопросов, тратя не только свое время, но и время вашего умирающего товарища.

Я в который раз за день чертыхнулся. Да что за дерьмо. Действительно, заболтались.

— Вызывай целителя, — хмуро буркнул я, осторожно опуская Грешника вниз.

Дальше события произошли так, как предсказывал не слишком обходительный работник приемного покоя гильдейской больницы.

Шурша длиннополым одеянием, в пустое фойе из коридора зашла женщина средних лет. Ничего не говоря, подошла к лежащему прямо на полу больному. Секунду помедлила, осматривая открытую рану. Потом просто провела над ней засветившейся приятным мягким светом ладонью и, так и ничего не сказав, молча развернулась и скрылась за раздвижными дверьми.

— Пятьсот пятьдесят монет записаны в долг вашего приятеля, — сообщил клерк из-за стойки, вновь разваливаясь в кресле. Его голова мгновенно склонилась над компьютерным дисплеем.

Порнуху, что ли, он там смотрит? Нахальный засранец.

Грешник закашлял. Глаза штурмовика открылись, уставившись на нас с немым изумлением.

— Что произошло? — спросил бывший раненый, без проблем поднимаясь на ноги.

— Похоже, тебя только что вылечили, — Боцман, ошарашенный чудесным исцелением не меньше меня, помог Грешнику, подставив правое плечо.

— Да уж, с лечением у них тут весьма недурственно, — я поддержал техника, разглядывая небольшой рубец на светлой коже — все, что осталось от полученной из крупнокалиберного снайперского комплекса раны. — Ладно, пошли отсюда. Нам сегодня еще до Шизы добраться надо.

Махнув на прощание рукой сотруднику больницы (полностью проигнорировавшему наш уход), мы вышли наружу к «Саранче». И вскоре уже подъезжали к магазинчику торговца, ставшего для нас чуть ли не родным, учитывая полное отсутствие других знакомых лиц в Овелоне.

— Привезли? — физиономия низкорослого крепыша светилась недоверием.

Кажется, он скептически относился к данному мной обещанию продать ему сумасшедшее для «моллюска» количество флаконов в течение ближайшего месяца.

— Угу, — буркнул я и уточнил: — Получилось чуть больше. Не пятьсот, а шестьсот. Заполнили все купленные капсулы. Надеюсь, ты не против.

Шиза аж поперхнулся.

— Против? Ты что, спятил?

Глаза купца так смешно выпучились, что я не удержался и усмехнулся.

— Ну лады, тогда принимай товар. Сразу загнать на склад? Там тридцать контейнеров по двадцать флаконов в каждом.

Грешник остался на улице, караулить товар. Он-то и подогнал колесную платформу к задней части здания торговой лавки после согласия Шизы провести сделку немедленно.

Примерно еще через десять минут помощники торговца закончили кропотливый подсчет, подтвердив хозяину, что ему действительно привезли шесть сотен новеньких капсул с л-излучением, заполненных под завязку.

— Итак, подведем итоги, — сказал я. — Шестьсот флаконов по пятьдесят монет за штуку. Всего получается тридцать тысяч.

Я испытующе уставился на Шизу. По бегающим глазкам было видно, что торгаш хочет начать юлить, пытаясь сбить изначально оговоренную цену. В то же время интуиция ему подсказывала, что несговорчивый «моллюск» вряд ли согласится на снижение суммы и в случае чего готов послать зарвавшегося купца на три веселые буквы, уйдя к конкурентам прямо сейчас.

— Демоны Лиры с тобой, пусть будет тридцать тысяч, — выдохнул Шиза, страдальчески закатывая глаза, как бы жалуясь небесам — ну что за люди пошли, никак не желают идти на маломальские уступки.

— Отлично, — повеселел я. — Переводи.

Еще раз напоказ выдохнув, торговец все же проделал необходимую манипуляцию, не забыв перед этим удостовериться, что все ящики в целости и сохранности, готовы к осторожной разгрузке на складе.

— Будешь что-то еще брать? — лицо Шизы приняло кислое выражение.

Мой счет булькнул сигналом о пополнении на двадцать тысяч. Все правильно. Треть пошла на выплату долговых обязательств перед гильдией Хром. Операция проходила автоматически при проводе очередной сделки.

— Секунду, — попросил я, приподнимая указательный палец.

В гильдейский банк от меня отправился денежный перевод на оставшуюся сумму долга. Через секунду в ответном послании пришло уведомление о полном погашении задолженностей со стороны закупа по имени Кейн.

Избавление от крепких финансовых пут учетной канцелярии гильдии произошло буднично и без фанфар. Короткое сообщение своим скудным содержанием прямо-таки убивало всякую радость от случившегося события. Даже немного обидно. Такой важный момент и так прозаично прошел.

И тем не менее я вздохнул с глубоким облегчением. Отлично. Считай, как из рабства выбрался.

— Превосходно, — я растянул рот в довольной улыбке объевшегося сметаной кота.

Шиза сразу понял, чему я так радуюсь.

— Поздравляю, — сухо проронил он, отворачиваясь.

Кажется, купец намылился отправиться на склад, чтобы лично убедиться в сохранности доставленного товара.

— Эй, мы же еще не закончили, — остановил я его.

Торговец с досадой обернулся.

— Ну что еще? Неужели будешь что-то покупать? Ты же не рассчитался со своими дружками. Или надумал присвоить себе все деньги?

Шиза с намеком покосился на замерзшего рядом Боцмана, от которого за весь разговор не донеслось ни единого звука.

Я тоже посмотрел на него. Каменное лицо техника оставалось абсолютно бесстрастным, невзирая на прозвучавший намек в обделении общей добычи.

— Да нет, дело в другом, — заявил я, делая знак Боцману повернуться спиной.

Что он и сделал. Из большого рейдового рюкзака, бывшего на плечах нашего специалиста по технике, появилась обычная коробка самого что ни на есть унифицированного пищевого набора.

Хозяин лавки моментально набычился. Ему пришло в голову, что за демонстрацией купленных перед рейдом в его магазине пайков последует обвинение в нечистоплотности той сделки. Чуял засранец за собой косяк. И недаром. Качество пластиковой дряни, что он нам подсунул, оставляло желать лучшего.

— Претензии за приобретенный ранее товар не принимаются, — обгоняя готовые появиться обвинения, процедил Шиза.

Я широко ухмыльнулся. Еще бы. И так ясно, что здесь бесполезно исполнение гарантийных обязательств, как от лучших брендовых производителей на Земле. Лавочка, мягко говоря, не фирменный магазин элитного оборудования. На любые предъявы последует справедливое замечание: надо было проверять сразу.

— Нет, дело не в пайках, хотя с ними ты нас и немного нагрел, — успокоил я Шизу. — Тут кое-что другое.

Контейнер опустился на прилавок. Торговец наклонился вперед, заинтригованный его содержимым.

Жестом фокусника я откинул плотную крышку. Долгую секунду купец вглядывался внутрь, пытаясь понять, что за слизь там лежит.

— Если ты хочешь мне продать каловые отложения юркого песчаника, страдающего расстройством кишечника, то ты не туда обратился, Кейн, — едко буркнул Шиза, отшатываясь назад и одновременно с этим зажимая нос. — Убери эту дрянь из моего магазина, пока здесь все не провоняло этой гадостью.

Я про себя ругнулся. Похоже, приволочь сюда эту часть трофеев было ошибкой. Может, Шиза и не скупал ингредиенты для медицинских препаратов. И вообще, возможно, этим занимались строго специализированные торговые точки. Блин, стоило подумать об этом заранее. Все же усталость давала о себе знать…

— Эта, как ты выразился, «гадость» является слюнной железой землеройки, — пояснил я, не слишком надеясь на успех. — А в другом контейнере находятся ее нервные узлы. Аккуратно вырезанные из недавно умершей твари. Насколько я знаю, они весьма ценятся среди производителей редких лекарств. Стоят немало по чистому весу.

По лбу торгаша пролегла глубокая складка.

— Некондиционный товар, — пробурчал он, однако потянулся к подвижному комп-терминалу.

Мог бы и через основу в Сеть залезть, так намного удобнее. Не хочет отвлекать органы зрения лишней картинкой, оставаясь даже в малейшей степени беспомощным вблизи незнакомых людей?

Что же, неплохая предосторожность. Стоит взять на заметку. Все-таки подключение через основу напрямую в определенной степени дезориентировало человека на внешние раздражители. Проще говоря, застать врасплох в состоянии коннекта с Сетью через вживленный цифровой интерфейс намного легче, чем без оного. Полупрозрачная панель взаимодействия тут не слишком поможет. Скорость реакции все равно прилично замедлится.

— Дам три с половиной тысячи, — отчеканил Шиза, закончив изучение продукта не совсем своей основной деятельности. Правда, вряд ли ушлый спекулянт уже сейчас не придумал, куда перепродать случайно подвернувшейся товар.

— Двадцать две штуки, — возразил я и поторопил: — И поживей, пожалуйста, у нас на сегодня еще запланированы дела.

Купец аж задохнулся от негодования, вытаращившись на меня, как на врага народа.

— Сколько? — возопил он возмущенным голосом. — Да ты совсем с ума спятил!

— Нет, если вспомнить мой изменившийся статус, — откликнулся я, растягивая губы в лучезарной улыбке. — Или ты уже забыл об этом?

Шиза забыл. Шиза отвык иметь дела с вольными жителями Овелона. Шиза в основном имел дела с «моллюсками» и уже очень давно. Так что немудрено, что его физиономия побагровела, когда до него дошел смысл сказанного.

Это он «моллюску» мог выкатить цену в пять-шесть раз ниже рыночной совершенно на законных основаниях. А вот с вольным рейдером такой финт уже не пройдет. Придется вести себя честно (относительно, ясное дело), предлагая адекватную стоимость товара. Как для покупки, так и для продажи.

— Как бы не сдох здесь, — озабоченно прошептал Боцман, глядя на хватавшего воздух торговца, пораженного коварством «моллюска» в самое сердце.

— Не сдохнет, — я хладнокровно прищурил глаза, рассматривая изображавшего приступ хозяина лавки. — Лечение нынче слишком дорого, чтобы болеть. Помнишь, сколько содрали с нас за Грешника те хапуги?

Я медленно потянул контейнер на себя. Рука Шизы дернулась и вцепилась в другой край мертвой хваткой.

— Подожди, — прохрипел он.

— Спектакль закончен? — снисходительно осведомился я. — Будешь брать, или нам идти в другую контору?

Торговец мучительно скривился, но потом все же выдал желаемое:

— Буду, — насупив брови, выпалил он. — Но не за двадцать две. Это абсолютно неприемлемо!

Короче говоря, мы с ним еще поторговались и в итоге сошлись на двадцати тысячах.

Не скажу, что расставались мы с ним друзьями. Да это уже было и неважно. Ассортимент снаряги и оружия у него так себе, плюс цены завышены и в основном ориентированы на «моллюсков». А мы ведь уже не они. Стоило подыскать себе магазинчик получше.

После всех проведенных взаиморасчетов каждый из нас не только избавился от долговых обязательств, обретя статус вольного жителя Овелона, но еще и получил по полторы тысячи монет на свой счет.

Если подумать, довольно неплохой результат для бывших еще недавно гильдейских должников.

— Ну, куда пойдем? Полагаю, стоит отметить это дело, — Грешник счастливо лыбился, успев убедиться в снятии значка финансовой привязанности к гильдии Хром с личного индикатора основы в сети.

Я чуть подумал и небрежно кивнул. В самом деле, почему бы и нет? Можно немного и расслабиться, повод для праздника определенно имелся.

— Уммм… настоящая телятина под кисло-сладким соусом с гарниром из свежей фасоли. Божественно… — Боцман причмокнул от удовольствия, кладя отрезанный кусок себе в рот.

Грешник не отставал от приятеля, с большим наслаждением уничтожая только что принесенное блюдо.

Разумеется, телятина не была никакой телятиной, а фасоль вовсе не являлась той фасолью, что росла на Земле. Просто симбионт-переводчик подобрал похожие определения из моей памяти, заменив совершенно незнакомые названия, которыми наделяли пищу сотрапезники.

На долю секунды осознание этого факта чуть не испортило мне аппетит. Я вдруг подумал, что собираюсь есть непонятно что, ориентируясь исключительно на версию адаптации совершенно чуждых понятий и терминов. А потом кусок мяса с тарелки перекочевал в мой рот, и все переживания испарились. Без понятия, как правильно оно называлось, да и откровенно говоря, плевать на это, по вкусу оно и впрямь могло запросто поспорить с самой нежной телятиной.

— Ох ты же-еее… — я моментально понял, почему физиономии друзей расцветали блаженными улыбками. Мясо и впрямь оказалось божественным.

— Повар однозначно знает толк в своем деле, — в отличие от нас с Боцманом, Грешник ел быстро, работая трезубой вилкой и ножом на манер экскаватора, не забывая периодически прикладываться к бокалу с напитком, отдаленно напоминающим нефильтрованное пшеничное пиво.

— Не торопись, подавишься, — попытался остановить его техник. — Нужно уметь растягивать удовольствие, наслаждаясь каждым моментом.

— Отстань от него, пусть ест, как хочет, — одернул я Боцмана. — Каждый получает кайф так, как ему нравится.

Трактир, куда мы зашли отпраздновать исчезновение долговых меток гильдии Хром, относился к заведениям среднего класса. Не такое шикарное, чтобы спустить все деньги за один ужин, соразмерный со стоимостью хорошего глайдера, но и не забегаловка из числа тех наливаек, где обычно тусовались «моллюски», остро стесненные в средствах. Короче, этакая серединка на половинку. Как в общем и комнаты наверху, снятые нами почти сразу же по прибытии. Не пять звезд, а что-то около двух. Но там имелось все необходимое, чтобы принять душ и почистить одежду в странном аппарате, заменяющем собой стиральную машину и работающем отнюдь не с водой. Что лично меня весьма удивило.

Зато Боцман разобрался с устройством агрегата довольно быстро, объяснив, что нечто похожее применяли на их кораблях, где вода являлась слишком большим дефицитом, чтобы использовать ее для столь заурядных целей.

Проклятье, все время забываю, что наш техник родом из мира, где люди давно уже рассекали на огромных космических кораблях между звездами.

Как бы то ни было, мы привели себя в порядок и спустились вниз, намереваясь хорошенько подкрепиться, выпить и возможно после, по желанию каждого, вызвать в номер девицу для удовлетворения других физиологических надобностей.

Как ни посмотри, а мы очень долго провели время без женщин. Организм требовал своего, и никто не собирался изображать из себя монаха, соблюдая подобие целибата.

Даже Грешник пробубнил нечто одобрительное, когда Боцман вскользь упомянул свои дальнейшие планы на вечер, предлагая сделать заказ всем троим и тем самым, возможно, получив скидку за оптовый найм. Прозвучало, конечно, слегка грубовато и отдавало ярой меркантильщиной. Ну так куда деваться? Денег мы еще много не заимели, так что здравая экономия только приветствовалась. Пусть и в деле вызывания ночных фей. Главное, не переборщить с этим делом и не снять совсем уж дешевых представительниц древнейшей профессии из разряда уличных шалав самого потасканного вида. В противном случае у нас алкоголя не хватит, чтобы завершить вечер достаточно весело.

— А чем займемся завтра? — Грешник поднял бокал, сделав щедрый глоток пенного напитка, отдающего мягким хмелем.

— Мы же только что вернулись, надо еще отдохнуть, — Боцман зачем-то достал свой мобильный комп-терминал и положил его на стол, подключая к Сети.

Я покосился на техника.

— Предлагаешь бухать несколько дней кряду? — приподнял брови я. — Где ты столько денег найдешь? Не забывай, что нам еще не помешает прикупить снаряги и оружия. Этот монстр у портала лично меня здорово напряг своими немаленькими размерами и прочной шкурой, не желавшей поддаваться световому копью третьего уровня. Как минимум надо прокачать боевой навык.

Грешник приподнял руку, вытянув палец вверх.

— И аптечки не помешает прикупить, — заявил он, делая характерный круговой жест в районе своей груди с рубцом от полученной раны.

— Отличная идея, — я согласился с его предложением. — Лечилка не так эффективна, как могло показаться изначально. Необходим дублирующий способ лечения полученных ран. Желательно тот, каким сможет воспользоваться любой из команды. Без прибегания к навыкам.

Боцману ничего не оставалось, как кивнуть, молчаливо голосуя за приобретение аптечек. Но насчет всего остального у техника нашлись возражения:

— Как ты сам сказал, Кейн, у нас недостаток средств. Даже если мы ничего сейчас не потратим, полторы тысячи не сделают погоды в переоснащении. Экипировка приличного качества стоит слишком дорого.

Я неприязненно посмотрел на него. И что он этим хотел сказать, интересно? Прописные истины нашего не слишком приятного положения и так понятны, без лишних озвучиваний.

Подумав об этом, я усмехнулся. Ну что за фигня. Только что закрыли долг, который обычно другие выплачивали годами, потратив на это меньше месяца, а все равно недовольны. Человек все же очень непостоянное существо. Всегда ему всего мало. Нам бы сидеть и радоваться обретенной свободе, а мы принялись жаловаться на недостаток денежных средств.

— Это нам и без тебя прекрасно известно, — вмешался в разговор штурмовик. — Ты хочешь что-то предложить или просто почесать языком, рассказывая очевидные вещи?

Боцман совсем нехарактерно для его обычного поведения уверенно кивнул.

— Да, у меня есть идейка насчет наших следующих шагов, — заявил он с заговорщицким видом.

— Мы слушаем, — живо откликнулся я, про себя сомневаясь, что у нашего донжуана родилась действительно какая-то светлая мысль. Потому что я успел мельком заглянуть в его планшет и заметил на экране картинки полуголых девиц в крайне развратных позах.

Паршивец лазил по сетевым сервисам, выбирая на вечер девочек по вызову. И не скажу, что я его в этом осуждал. Однако в контексте прозвучавшей фразы насчет какой-то идеи для заработка подобная деятельность выглядела, прямо скажем, не слишком понятно. Надеюсь, шутник не предложит нам пойти подработать в ближайший бордель? Это будет его большая ошибка. У Грешника с чувством юмора не очень, может и пришибить.

— Сбор иала, — медленно и немного торжественно произнес бывший флотский с самого что ни на есть реального звездолета.

Я задумался, переваривая услышанное. Хмм… сбор иала… Как то, чем занимались мои первые знакомцы в междумирье. Кататься по Дюнам и устанавливать в местах высокой концентрации свободной энергии иал-ловушки.

Гораздо более безопасное занятие, чем заброски в чужие миры для извлечения л-излучения при помощи преобразователя. Даже с учетом наличия поблизости мутировавших монстров.

Если подумать, не такая уж и плохая идея. Кардинально менять экипировку не придется. Вполне реально обойтись той, что дали в гильдейском центре подготовки. Разве что «Саранчу» немного модернизировать. Поставить новые движки, прокачать ускорители. Для более быстрого передвижения. С полноценным глайдером, конечно, все равно не сравнимся по скорости, но хоть что-то. Понадобится объезжать очень большие территории.

— И сколько на этом можно заработать? — в отличие от меня, на лице Грешника нарисовалось выражение неприкрытого скепсиса.

Тут Боцман замялся, но промолчать у него уже не выходило. Как говорится, сказал «а», то имей смелость сказать и «б».

Он так и поступил:

— Одна капсула идет на рынке по сто монет.

Озвученные цифры, мягко говоря, не впечатлили. Будучи «моллюсками», мы продавали полные флаконы с л-излучением по пятьдесят. Но это учитывая цену для гильдейских закупов. В реальности рыночная цена варьировалась в пределах двухсот пятидесяти — трехсот монет. Следовательно, иал был дешевле л-излучения минимум в два с половиной раза. А то и все три.

Как-то не очень приведенные цифры вдохновляли на подобную деятельность. Хотя, если подумать, то все логично. Меньше риска, меньше прибыль.

— Не-ее, я не согласен, — Грешник отрицательно помотал головой. — Лучше подставить шкуру и получить за это прилично деньжат, чем мотаться по Дюнам целыми днями, зарабатывая всякую мелочь.

Техник перевел взгляд на меня. Вместо слов я подцепил очередной кусочек ароматного мяса и с большим удовольствием отправил его себе в рот.

Черт! Какое же оно все-таки вкусное! Настоящее. А не эта безвкусная пластиковая дрянь, чем мы питались последние дни в мире пустыни и океана.

— Полагаю, при прочих равных, на первое время нам стоит попробовать себя в этой сфере, — начал говорить я.

Но тут меня самым беспардонным образом прервали. К нашему столику, находящемуся несколько в стороне от основного зала, подвалил какой-то мужик. Подошел, оперся кулаками на столешницу, нависая над нашей компанией, и прорычал:

— Слышь, моллюски, вы чего тут забыли? И почему жрете натуральную пищу, которую не может позволить себе каждый рейдер, — от него дохнуло сильным перегаром.

Я поморщился, недовольный внезапным вторжением неприятного типа. Мало того, что от него несло застарелым перебродившим алкоголем, так еще четко ощущался запах не мытого несколько дней кряду тела. Сальные патлы свисали уродливыми сосульками, выдавая сильную нелюбовь хозяина к шампуню и мылу. Правда, комплекцию он имел весьма внушительную. Широкие плечи, крупные руки, мощная шея и прокачанный торс показывали, что это не просто какой-то спившийся забулдыга.

Ничего не скажешь, внушительные габариты. А вот двигался амбал не очень. В том смысле, что явно не владел навыками рукопашного боя. Такие занятия оставляли определенный отпечаток на пластике движений любого. По определенным признакам вполне можно определить, проходил ли человек соответствующую подготовку.

Данный экземпляр — точно нет.

Массивный? Да. Здоровый? Весьма. Умеет ли толком драться? Сто процентов нет.

Проследить мотивы этого индивида не составило большого труда. Спустив в трактире все деньги или не захотев тратить больше, он огляделся в поисках источника халявы, прикидывая, где бы еще раздобыть деньжат на бухло.

И в конечном итоге закономерно наткнулся на нас, одетых в простые шмотки, выдаваемые по умолчанию в гильдейских центрах на последних этапах ускоренных курсов обучения. Собственно, из-за своего не слишком крутого вида, мы и разместились несколько в отдалении, не желая привлекать к себе излишнего внимания.

Не получилось.

Дальше извилины качка следовали простейшей цепочкой примитивных рассуждений. «Моллюски» (судя по одежде, залезть в сеть ища отклик основ он, конечно, не стал) — едят хорошую пищу — следовательно, имеют деньги, — а у бывалого рейдера они закончились, — значит, означенные «моллюски» должны поделиться баблом с уважаемым человеком, невзирая ни на что, ведь для них это будет подлинной честью.

Ну или что-то в этом роде. Не обязательно в такой последовательности. Главное, уверен, нить рассуждений шла примерно в похожем порядке.

Салаги просто обязаны угостить ветерана. Точка. И должны за это благодарить, а не возмущаться.

Из сложившейся ситуации имелось три более или менее реальных выхода. Пойти на поводу требований и подчиниться, «накрыв поляну» авторитету за свой счет. Пригласить его к себе за стол, угостить и постараться наладить дружеские отношения. Или же послать далеко и надолго, дав решительный отпор.

Не знаю, более разумные и осторожные личности скорее всего выбрали бы второй вариант и превратили наезд в шутку, попытавшись извлечь из стычки выгоду и, возможно, приобретя полезные знакомства. Но лично меня такой исход не устраивал. Во мне сразу же забурлила здоровая злость, стоило этому уроду открыть свою пасть.

— Пшел отсюда, отрыжка крысиная, — презрительно процедил я в ответ на предложение угостить «бывалого рейдера».

— Что? — мгновенно взревел амбал, замахиваясь рукой.

Я хладнокровно подождал удара, в нужный момент спокойно отдернул голову в сторону. Мимо лица просвистел довольно внушительный волосатый кулак.

Если вы находитесь в сидячем положении, а противник стоит, то не нужно пытаться подняться. Лучше опустить его на свой уровень.

Я не стал изобретать велосипед и последовал старому наставлению, врезав стопой по колену мордоворота.

Послышался характерный хруст сломанной кости. В ту же секунду из пасти бугая вырвался дикий вопль.

Да, это вам не сломанный нос. Порванные связки, выбитый коленный сустав наряду с открытым переломом дает намного больший эффект, чем банальный удар по лицу.

Жлоб грохнулся вниз. При падении я заботливо подправил траекторию его падения, позаботившись, чтобы чугунная башка обязательно встретилась с крепкой столешницей.

Раздался глухой стук. Лоб здоровяка окрасился красным. Драчун попытался привстать, мотая головой на манер ошеломленного мамонта. Но я не дал ему роскоши прийти в себя, завершив молниеносную схватку сильным хуком с правой руки.

— Чем они больше, тем громче падают. — Грешник громогласно заржал.

Штурмовик встал и с большим удовольствием добавил прямо по черепу распластавшегося амбала.

Я плавно выскользнул из-за стола, контролируя передвижения остальных посетителей. Не ринется ли кто на подмогу горилле, желая наказать распоясавшихся сопляков, одетых по местным меркам в обноски.

Не ринулся.

В основной своей массе люди довольно спокойно восприняли как драку, так и ее результат. Ведь все прекрасно помнили, что через дикие воронки в Овелон попадали персоны всякого рода. И кроме интеллектуалов вроде Боцмана, предпочитающих избегать насилия, нередко попадались типы вроде нас с Грешником, совсем не чурающиеся применения оного.

Всякие попадались среди новоявленных рекрутов. Большой контингент. Встречались и те, кто прошел через суровую школу жизни. Далеко не все, лишь малый процент. Но этого оказывалось достаточно, чтобы напрасно не лезть на рожон.

Попробуй подерись с бойцом из какого-нибудь дремучего средневековья, кого с раннего детства тренировали голыми руками выдирать кадыки. Тут и пятый уровень рукопашки не факт, что поможет. А жить хочется. И в зале вовсю работают подавители, мешая активации боевых проекций и нормальной работы вайзеров.

Поэтому немудрено, что никто не захотел связываться с новичками, уже показавшими, что могут действовать со звериной жестокостью.

Ну или этот хмырь уже всех достал своими громкими криками и всем было только в радость, что его хорошенько уделали.

— Ублюдок, — Грешник пинком перевернул тело драчуна на спину, убеждаясь, что последний действительно потерял сознание, а не притворялся.

— Постоянно находится какая-то мразь, готовая испортить обед своим поведением, — откликнулся я, усаживаясь обратно за стол.

Поняв, что продолжения не будет и что друзей у побитого не нашлось, публика преспокойно вернулась к собственной трапезе. К нашему столику подскочили двое ребят из штата трактира и оперативно уволокли тело вырубленного амбала куда-то в задние комнаты.

— А он всего лишь хотел выпить, — наигранно печальным голосом промолвил Боцман, ставя на стол бутылку.

Я слегка удивленно покосился на него. Ничего себе поворот. Похоже, в начале стычки наш бравый техник не растерялся и подхватил со стола ближайший предмет потяжелее, намереваясь поучаствовать в потасовке.

Не сдрейфил, ища местечко побезопаснее, а действительно был готов вступить в бой, несмотря на свои более чем скромные физические кондиции и полное отсутствие навыков для ведения драки. Подобное поведение определенно заслуживало уважения.

— Похоже, не помешает выпить чего-нибудь покрепче, — предложил я, вызывая через Сеть меню заказов.

— Удачная мысль, — Грешник потер руки, отодвигая пустую тарелку на край стола. — И еще чего-нибудь на закуску.

Боцман одобрительно закивал, поддерживая штурмовика.

К превеликому сожалению, продолжить застолье не удалось. К нашему столику подошел очередной нежданный гость, но на этот раз без глупых претензий.

— Очень впечатляющее представление, — сказал мужик неопределенных лет в коричневом костюме цивильного покроя.

Мы одновременно повернулись к нему, с первого взгляда раскусив кого-то из служащих гильдейских бюрократических аппаратов. Точно такие же типы занимались сортировкой и обустройством дегаров в центре приема выживших после путешествия сквозь мгновенные порталы. От него прямо-таки несло канцелярщиной и сводом правил общественно-корректного поведения.

— Чего надо? — грубо огрызнулся я. — Мы полностью рассчитались с долгами гильдии.

— О, не волнуйтесь, я уверен, что так и есть, — замахал руками службист из разряда тех, кого обычно принято называть «канцелярской крысой». — Я позволил себя проверить ваш статус через отклик основ сразу же, как вашего соперника убрали из зала. Надеюсь, вы не против. Могу я присоединиться к вам?

— Это еще зачем? — Грешник нахмурился, не понимая внимания к нашим скромным персонам.

Как это ни прискорбно осознавать, но мы пока являлись слишком незначительной величиной, чтобы привлекать внимание одного из чиновников гильдии.

— Позвольте объяснить, — хлыщ махнул кому-то рукой.

Как по мановению палочки рядом со столиком появился еще один стул. Похоже, персонал трактира отлично знал нашего собеседника, беспрекословно выполнив его просьбу.

Какая-то шишка, что ли? Черт его знает.

— Вы весьма неплохо справились с буйным задирой. На меня это произвело впечатление. Еще больше меня поразило, как быстро вы успели погасить первичные долговые обязательства. Уверен, в истории гильдии Хром не найдется прецедентов такой расторопности. Искренне поздравляю.

Мужик заулыбался, демонстрируя идеальный набор белых зубов. Тоже мне голливудская звезда.

— Позвольте угостить вас в честь этого события, — продолжил он спустя короткую паузу.

— Давайте ближе к делу, — я не захотел портить застолье присутствием скользкого типа. — Что вам от нас нужно?

Поняв, что собеседники настроены, мягко говоря, не слишком радушно, гильдейский функционер мгновенно сориентировался (у подобных хмырей это обычно на уровне животных инстинктов) и на ходу перестроился, взяв другой тон.

— Что же, можно и сразу обсудить вопрос, из-за которого я в общем-то к вам подошел, — клерк сделал паузу, поочередно обвел всех нас взглядом и вкрадчивым голосом осведомился: — Господа, позвольте узнать, а чем вы собираетесь заниматься дальше? И я не имею в виду продолжение нынешнего вечера. Уверен, вы тут не нуждаетесь в дополнительных подсказках.

Я наморщил лоб, совершенно сбитый с толку. Он что, нас рекрутирует вступить в Хром на постоянной основе? Непонятно. Мы еще не настолько сильны, чтобы представлять какой-то интерес.

Даже на самые низшие должности, вроде рядовых солдат, берут более опытных и значительно лучше прокачанных. Всего третий уровень навыков. Полная ерунда на фоне большей части вольных рейдеров. И не надо тут говорить о феноменально быстром покрытии долга. Это не причина вербовать новичков в основной гильдейский состав. Тут явно что-то другое. Печенкой чую.

— Мы пока не определились с дальнейшими планами, — вежливо ответил я, не став распространяться о финансовых проблемах нашей малочисленной команды.

— Но заработать деньжат вы не против. Я прав? — чиновник испытующе уставился на меня, без проблем угадав лидера группы.

— Возможно, — осторожно протянул я.

Он нам работу, что ли, предлагает? Хмм… Любопытная мысль. По крайней мере, выслушать мужика стоит. Всяко лучше, чем с ходу наотрез отказываться. Если, конечно, ему не нужны смертники для одиночного самоубийственного задания.

— Что надо делать? — спросил я, мельком полоснув взглядом по залу трактира, пытаясь понять, не вызывает ли у кого-то наша беседа чрезмерно повышенного интереса.

Кажется, нет. Народ уже успел забыть о недавней короткой потасовке, вовсю оттягиваясь после тяжелого дня.

— В двух днях пути от Овелона находится аванпост гильдии Хром, — принялся рассказывать так и не представившийся чиновник. — Улей. Это комплекс представительства и торговой фактории с постоянно поддерживаемым порталом в другой мир.

— Так. И что там? — проронил я. — При чем тут мы?

Я оглянулся на товарищей. Боцман и Грешник слушали молча, ловя каждое слово гильдейца, стараясь ничего не пропустить. Судя по собранности, разговор как минимум их заинтриговал.

— Там начались небольшие неприятности. Прямо сейчас гильдия формирует конвой подкрепления, — чиновник сделал паузу и внушительно закончил: — И я хочу спросить вас: не хотите ли вы присоединиться к пятнадцатому соединению оперативного назначения экспедиционного корпуса гильдии Хром — «Всадники Немезиса»?

Полупрозрачная сине-зеленая модель «Саранчи» медленно крутилась в воздухе, поворачиваясь вокруг собственной оси. Голографический инженерный верстак отображал колесную платформу до мельчайших деталей, позволяя рассмотреть как внутреннюю начинку, так и внешние скрепляющие заклепки.

— Слишком мощные двигатели вам не подойдут. Шасси не выдержит, — поделился мнением Феликс, изучив устройство транспорта. — Предлагаю поставить движок из серии «Лима-13-14Н». Он отлично подойдет для вашего средства передвижения.

Ловкие пальцы торговца уверенно пробежались по ультратонкой клавиатуре. Картинка ожила, меняясь на глазах. Блок со старым двигателем, расположенный в центре платформы, выехал, оставляя после себя внушительный кусок пустого пространства.

Я и не знал, что мотор «Саранчи» имел такой большой размер, занимая так много места в ходовой части. При продаже Шиза не скидывал нам техническую документацию, ограничившись устным наставлением по управлению колесной платформой. Надеюсь, новый деловой партнер будет относиться к своим обязанностям куда лучше хитрожопого мелкого купца.

Я покосился на Феликса. Он владел одновременно магазином и мастерской и имел весьма хорошую репутацию не только дельца, но и отличного технического специалиста.

Когда мы к нему пришли по поводу легкого апгрейда «Саранчи», он занялся нами лично, с первых слов показав себя неплохо разбирающимся в своем деле человеком.

— Таким образом мощность увеличится на пятьдесят процентов. Плюс вы получите лишнее место для оборудования выдвижных грузовых багажников. Как видите, двигатель из серии «Лима» имеет более компактные габариты.

И впрямь, появившийся движок по размерам заметно уступал предшественнику, при этом показывая намного лучшие характеристики.

— Ничего из управления менять не придется. Подключение пойдет через стандартные разъемы. Панель управления останется прежней, — продолжил объяснения инженер.

А вот это уже неплохо. Заниматься полной заменой всего оборудования влетело бы в копеечку. А денег и так оставалось не так много, как бы хотелось.

Да здравствует универсализм и модульные конструкции. Они позволяют рейдерам прилично экономить почти что на всем.

— А что там с ускорителями? Их тоже нужно заменить?

Феликс пожал плечами. В зале мастерской он носил обычный рабочий комбез, ничем не отличаясь от рядовых работников.

— Как хотите. Можно оставить старые, а можно установить новые. Исключительно на ваш выбор.

— Но ведь движок новый, разве не надо уравновесить его мощность с другими ускорителями?

— Как я уже сказал ранее, чрезмерно разгонять «Саранчу» не рекомендуется. Это не глайдер. Колеса соприкасаются с почвой, неровности вызывают вибрации. Они в свою очередь проходят по всей конструкции, влияя на общую целостность. В какой-то момент имеется шанс, что двигаясь на высокой скорости, ваш транспорт просто развалится на ходу.

Я глубокомысленно кивнул. Да уж, колеса это вам не антиграв. Есть свои особенности в эксплуатации машинерии на разных принципах передвижения.

— Понял, спасибо за честный ответ. — Шиза на его месте обязательно попытался бы впарить ускорители, добавив до кучи еще всякого барахла, лишь бы денег стрясти с клиента побольше.

Вот что значит здравый подход к ведению бизнеса. Иметь дела с тем жадным хорьком или приходить к этому спецу, заботящемуся о собственной репутации? Для адекватного человека выбор очевиден.

— Это моя работа, — Феликс пожал плечами. — Теперь приступим к оборудованию встроенных грузовых контейнеров и кресел?

— Давайте.

Несколько быстрых манипуляций с панелью верстака вновь изменили голографическое изображение аппарата.

Платформа стала чуть толще и обзавелась четырьмя креслами для пассажиров в передней части. Сзади осталась свободная зона для дополнительного груза. Выглядело довольно прилично.

— Ремни безопасности, регулировка угла наклона, высокие эргономичные спинки, — принялся расписывать сиденья инженер.

Я поневоле перевел взгляд на место водителя. Там осталось старое кресло, отличающееся низкой посадкой и неудобством долгого нахождения.

Заметив, куда я уставился, Феликс двумя небрежными взмахами еще раз изменил картинку, заменив водительское сиденье на новое.

— Так лучше?

Я хмыкнул и снова в согласии качнул головой. Да, так лучше. Мучиться, натирая задницу, находясь за рулем долгое время, мне как-то не очень хотелось. Особенно пока Грешник с Боцманом, развалившись сзади, будут беззаботно дрыхнуть.

Кстати, это мысль. Надо бы этих двоих оболтусов тоже научить управлять «Саранчой». Тогда мы сможем меняться по ходу движения. Не все же время мне крутить баранку в одиночку. Пусть бездельники тоже приложат усилия.

— Спереди не помешает прикрепить что-то наподобие бампера, — предложил я. — А еще лучше поставить по периметру сварной рамный каркас.

— Это увеличит общую массу, — возразил инженер.

— Зато придаст жесткости конструкции, разве не так? — я вопросительно приподнял правую бровь.

Идея соорудить нечто вроде багги возникла спонтанно. Изучая представленный образец измененной модели, мне вдруг пришло в голову, что ей чего-то не хватает.

— В общем да, но это не так принципиально, — заметил Феликс.

Однако желание клиента закон, и картинка уже в который раз поменялась. Над колесной платформой появились три дуги из металлических трубок с горизонтальными стойками поддержки и вертикальными объединяющими полосами.

«Саранча» чем-то стала напоминать машину из знаменитой вселенной Безумного Макса. Повесить бронированные листы, украсить шипами и можно хоть сейчас отправляться в мир, переживший Армагеддон.

— Общий вес вырос на семь с половиной процентов, — предупредил меня инженер. — Вы уверены, что это действительно нужно?

Я отмахнулся.

— Пусть будет. Какая-никакая, а защита. Если вдруг перевернемся, нас хоть не придавит сверху, как тараканов.

Владелец мастерской, а заодно довольно большого универсального магазина, нахмурился.

— Стоит признать, об это я не подумал, — признался он. — Дело в том, что мне в основном приходилось заниматься глайдерами. А техника на антиграве не склонна переворачиваться. Даже при аварии вспомогательные стабилизаторы выровняют машину, удержав в воздухе и не дав ей опрокинуться.

Сообщенная информация вызвала у меня острый приступ зависти. И уже в который раз за день захотелось скрежетнуть зубами, жалея о недостатке денежных средств. Иметь бы сотню-другую тысяч на счету, не пришлось бы париться с допотопным колесным аппаратом. Взяли бы какой-нибудь глайдер военной модели и все дела.

Эх, мечты-мечты.

К сожалению, монет на приличную технику катастрофически не хватало. Да что там, на себя-то едва нашлось. Чего уж говорить о закупке продвинутых транспортных средств.

А ведь еще вчера казалось, что мы чуть ли не разбогатели.

После череды обсуждений, зачастую переходящих в открытые споры, мы все же решили принять предложения гильдейского функционера.

Нет, никто из нас не обманывался по поводу намерений скользкого чинуши. Мы отдавали себе отчет, что дело нечисто. Но как это обычно и бывает в таких ситуациях, в конечном итоге победило бабло.

Очень уж хорошие условия предложили. И осторожность предсказуемо отступила на второй план. Несмотря на то, что имелось очень много вопросов в части выполнения самого контракта. Который, кстати, был одноразовым и не включал в себя никаких сторонних обязательств перед гильдией Хром после прохождения определенного срока.

Если говорить земными терминами, то можно сказать, что нас пригласили наемниками поучаствовать в вооруженном конфликте в далеких периферийных территориях.

Суть конфликта заключалась в противостоянии с властями на другой стороне портала. Вскоре после сооружения аванпоста хромовцы заменили часть высшего руководства государства, на чьих землях находился пространственный прокол, на двойников. Для более успешного ведения дел в свою пользу, и чтобы исключить какие-либо попытки пересмотра достигнутых ранее договоренностей.

Говоря языком бизнеса, гильдия захотела подстраховать свои вложения, посадив на место настоящих государственных деятелей другого мира репликантов, сотворенных по технологии биодубликации.

Неплохо, да? Я когда вник в смысл сказанного рекрутером, аж крякнул от удивления. Ничего себе фокус провернули гильдейские воротилы. Такой изощренности можно только поаплодировать.

Самое удивительное, что трюк сработал. Многие годы двойники превосходно играли свои роли, выступая тайными проводниками воли инопланетного вмешательства.

Все шло отлично, пока недавно каким-то образом местные не пронюхали, что их водили за нос, подменив часть властной верхушки на послушных марионеток. Естественно, это им категорически не понравилось. Поднялась буча, резко переросшая в жесткое противоборство с активным применением оружейных систем различного класса.

Стоит отдать должное боссам гильдии, они не растерялись от внезапно изменившегося положения дел и оперативно направили туда дополнительные силы.

Проблема заключалась в том, что тот мир имел весьма неплохой технологический уровень развития и смог дать достойный отпор иноземным агрессорам, вломив им по самое не балуйся.

Перед Хромом встала дилемма. Бросать в разгорающийся пожар новые линейные части, ослабляя свои позиции на других направлениях, чем могли воспользоваться конкуренты из числа других гильдий Овелона. Либо же прибегнуть к помощи вольных рейдеров, сформировав из них отдельный экспедиционный корпус.

Как понятно из дальнейших событий, хромовцы предпочли пойти по второму пути, пожертвовав деньгами на решение возникшей проблемы, а не собственными людьми.

Вполне здравая мысль, учитывая общий расклад и наличие поблизости голодных до чужого добра хищников из гильдий-соперников.

Как вольным жителям Овелона нам предложили контракт. Условия (как уже говорилось выше) были более чем приемлемые. Десять тысяч аванса. Еще двадцать выплачивали через три месяца или по окончания кризиса, если вдруг удастся уладить конфликт раньше указанного времени.

Тридцать тысяч монет. Каждому. Для нас это прозвучало настоящей сказкой. Неудивительно, что мы согласились, невзирая на определенную мутность истории.

А кто бы смог отказаться? Уж точно не я, обладающий авантюрным складом ума и имеющий большой опыт в рисковых делах подобного рода.

Ну а дальше все просто. Нам перевели деньги в тот же вечер. Застолье продолжилось, праздник плавно перетек в номера на втором этаже трактира, куда приехали вызванные девочки из эскорт-сервиса. Ночь прошла весело. Девчонки оказались симпатичными, умелыми и старательными, исполнив свои обязанности на все сто десять процентов.

А утром я занялся «Саранчой». Потому что собирался отправиться в путь обязательно на своем транспорте.

Такая категоричная позиция была связана с еще одним обстоятельством, благодаря которому гильдии Хром так легко удавалось проводить набор рекрутов.

Возможность претендовать на трофеи в полном объеме. Этот пункт прописывался в договоре отдельно. И его наличие говорило о многом.

Обычно солдаты не имели права на сбор добычи на поле боя. Не считая мелких сувениров с трупов противника. Подобные правила действовали в любых армиях с наличием более или менее нормальной дисциплины. За мародерку весьма сурово наказывали, порой доводя дело чуть ли не до повешения. Сбором имущества занимались исключительно специальные трофейные команды, и все собранное добро в полном составе переходило в собственность вооруженных сил.

Тоже довольно логичное и правильное решение. Иначе народ будет не воевать, а таращиться по сторонам, прикидывая, что бы еще утащить, чтобы заработать побольше.

Но это касалось лишь линейных строевых частей. С наемниками дело обстояло слегка по-другому. Получить право на дележ трофеев или вообще на бесконтрольный сбор служило неплохим стимулом для солдат удачи побыстрее одержать победу.

Так и тут. Гильдия Хром сыграла на желании рейдеров поживиться, установив не только высокое вознаграждение, но и дав право сбора на собственную добычу.

И лично я собирался воспользоваться данным моментом по полной программе. Конечно, если все удачно сложится и удастся унести ноги из полыхающей дыры до того, как нам оторвут голову разгневанные туземцы. А как ни посмотри, такой исход тоже оставался вполне вероятным. Война она, знаете ли, штука такая, зачастую бывает непредсказуемой и опасной.

— Значит, мы приступаем? — Феликс поднял на меня глаза от голопроекции.

Я отвлекся от размышлений, еще раз оглядел получившуюся модель и решительно кивнул.

— Несомненно. Когда все будет готово?

— К завтрашнему утру управимся, если нет необходимости в срочном выполнении заказа, — констатировал инженер, проверив график работ свободных техников.

— Нет, утром устроит, — не стал торопить я.

— Хорошо, тогда я скину указанные параметры внесенных изменений в план.

Феликс сделал шаг в сторону выхода. Я последовал за ним, оставляя «Саранчу» в мастерской.

— Что-то еще брать будете? — рассеянно осведомился хозяин торговой площадки, мазнув по моему одеянию бесстрастным взглядом.

Типа намекает, что пора менять обноски начинающего «моллюска» на что-нибудь более годное? Ну, наверное, зерно истины в этой идее присутствует. Обычный поношенный комбез не годился для похода на войну. Может, и впрямь стоило немного прибарахлиться? И не только шмотками. Запасное оружие тоже не помешает приобрести.

— Мне бы ствол, — отметил я и уточнил: — Легкий одноручник. Ничего особенного, без выкрутасов.

— Конфигурация? — коротко поинтересовался Феликс.

Я на секунду задумался. Стандарт? Нет, маловато. Противники, вероятно, будут обладать какой-никакой броней. Лучше перестраховаться.

— Усиленная. Штурмовая модификация.

— Полный обвес? — уточнил инженер.

Я не стал возражать. Черт побери, почему нет? Пусть будет с приблудами. Разогнанные тактико-технические характеристики в условиях наличия одного-единственного оружия отнюдь не выглядели излишеством.

Если уж брать пистолет, то пусть он будет достаточно большим. Раз уж крупнокалиберной винтовки не предусматривалось.

Хммм… Тогда специализация складывалась следующим образом. Основной класс — мистик, вспомогательный — стрелок. Скорее всего универсальный. Пытаться прокачивать навыки узкого направления типа снайпера в моем положение скорее выйдет помехой, чем благом.

— Есть несколько вариантов по указанным параметрам. Я бы посоветовал «Ларг-3Р». Легкий, компактный, отличается простотой эксплуатации. Имеет внешний порт линка для прямого подключения к «основе». У вас есть прошивка скомпонованного боевого интерфейса?

— Только общий, цифровой, — с сожалением признался я.

— Не проблема. Если хотите, проведем установку прямо сейчас. У меня отличная прошивка последней модели «Острый взор-45М-12».

Я хмыкнул и проворчал:

— Ага, стоимостью с хороший штурмовой комплекс последней модификации. Нет, спасибо, пока обойдусь.

Дело в том, что я уже интересовался в Сети этим моментом.

Улучшить зрение путем имплантации специализированной прошивки обходилось в приличную сумму. Правда, и получаемые преимущества поражали воображение.

Ночное видение, дальномер, выведение информации от оружия напрямую, синхронизация прицельного указателя, возможность удаленного подключения к техническим средствам наблюдения через высокоскоростной зашифрованный канал, сканирование тепловых сигнатур, определение топографических координат и построение виртуальной объемной модели площадью от одного здания до целого городского квартала с сопровождением всех целей в режиме прямого отклика «свой-чужой».

Одним словом, эта штукенция делала из человека идеального солдата, помогая в бою чем только можно и заменяя целый ворох внешнего оборудования.

Бинокль? Какой бинокль. Это уже прошлое. В ходу функция зума, воздействующая напрямую на зрительный нерв.

Не трудно догадаться, что стоила вся эта радость соответственно.

— Хорошо, — Феликс понимающе улыбнулся. — Тогда посмотрим на оружие и комбинезон. Плащ, как я понимаю вы, оставите?

Я потрогал плотную ткань, неплохо защищавшую меня от ночного холода в мире водорослей, и согласно качнул головой.

Да, плащ лучше оставить. Толку менять шило на мыло из-за слегка потертого вида. Пойдет. Износ еще не настолько велик. Дырок нет, штопать не надо. И ладно.

— Еще не помешает посмотреть «перчатки мистика». Кажется, они есть у вас в продаже, — сказал я.

— Конечно, и весьма в обширном ассортименте, — подтвердил инженер.

Мы прошествовали в торговый зал, где полчаса назад я оставил Грешника с Боцманом — подобрать себе новую снарягу и вооружение.

Оба обнаружились у стендов с защитной экипировкой личного класса. Тут имелись как обычные полевые комбезы, так и массивные технолаты самых крутых версий.

— Ну что, уже подобрали себе что-нибудь? — я хлопнул по плечу техника, не забыв дружески ткнуть кулаком штурмовика.

— О, привет, командир, — первым откликнулся Грешник. — У них тут цены, закачаешься. Весь гильдейский аванс спустишь, а чего хочешь, так и не купишь. Глаза разбегаются. Вот уж точно — «не лавочка Шизы».

Он процитировал сказанные мной слова, как только мы зашли в магазин Феликса. Отличающийся от лавки мелкого купца, специализирующегося на «моллюсках», так же, как придорожная забегаловка на заправке отличалась от роскошного ресторана, куда без пиджака даже на порог не пускали.

— Вы больно-то не разгоняйтесь, — предупредил я. — Не забывайте, что еще необходимо заглянуть в Чертоги Силы и Воли для увеличения уровня навыков. Как минимум один из базовых трех необходимо довести до пятого ранга. При заключении контракта гильдейский поставил это обязательным условием.

— Помним-помним, — Боцман задумчиво почесал затылок. — Жаль, что чинуша выделил такой скромный аванс. Мог и накинуть пятерку сверху.

— Доведя до пятидесяти процентов от вознаграждения? — я скептично изогнул бровь. — Размечтался. Скажи спасибо, что еще треть дали. Это довольно щедро. Обычно в таких обстоятельствах довольствуются куда меньшим процентным соотношением.

Последнее замечание я делал, основываясь на собственном опыте. Это только в кино герою (или его антагонисту, в зависимости от сюжета) вручали деньги, говоря: половину сейчас, вторую половину после выполнения задания.

В реальности никто в здравом уме не будет давать аванс в половину от названной суммы. Существовал более чем реальный риск, что человек удовлетвориться этим и смоется куда подальше, не выполнив возложенную работу.

— Все равно деньжат маловато, — пожаловался Боцман, разглядывая витрины с представленными образцами экипировки.

Я махнул на него рукой, повернулся к стоящему рядом Феликсу.

— Покажете ваш «Ларг-3Р»?

Торговец кивнул, делая приглашающий знак следовать за ним. Мы оставили сладкую парочку исходить слюной на высокотехнологичные игрушки, отправившись в оружейный отдел.

В зале с экспозицией личного тактического вооружения присутствовало огромное количество разнообразных средств умерщвления себе подобных. От простых одноручных стрелковых комплексов до портативных ракетных установок, предназначенных для поражения бронированной вражеской техники.

Пришлось сделать над собой усилие и заставить себя сосредоточиться на главном. А то сразу же возникло желание осмотреть все представленные экспонаты. Правильно говорят, все мужики в душе мальчишки, только игрушки с возрастом становятся дороже и серьезнее.

— Вот, пожалуйста, — хозяин торгового центра протянул мне оружие, отдаленно напоминающее пистолет.

Я взял предложенный одноручный вайзер, который в Овелоне обычно именовали короткостволом, и повертел в руках. Черная рифленая рукоять удобно легла в ладони.

— Оружие выполнено из облегченного сплава с применением полимеров. Два режима стрельбы: одиночный и автоматический. Эргономичный дизайн. Насадка корректировки ведения огня. Модуль охлаждения. Модуль разгона. Запас выстрелов одной батареи — двадцать зарядов, — прорекламировал представленный девайс Феликс.

— Сколько? — спросил я, уже зная, что обязательно куплю пистолет. Очень уж он мне понравился.

— Всего семьсот пятьдесят монет, — ответил Феликс, чуть подождал и добавил: — В комплект также входит два запасных энергоблока и перевязь с кобурой ношения открытого типа.

Отлично. Цена меня устраивала. Я задумался, уместно ли будет попытаться поторговаться. Решил попробовать. Как-никак не с рядовым продавцом общаюсь.

— Как насчет семи сотен, — я улыбнулся, показывая, что не расстроюсь, если услышу отрицательный ответ.

— Идет, — легко согласился Феликс.

А я вдруг понял, что цена в семьсот пятьдесят была названа им специально. Он ждал, что я попробую заполучить скидку, поэтому и назвал такое удобное число. Требовать отдать за шестьсот мне совесть бы не позволила. А скостить пятьдесят вроде и нормально.

М-да, ну и жук. Феликс, конечно, не Шиза, но все же бизнесмен, не упускающий своей выгоды.

Ну и ладно, вполне здравый подход. Должен же он тоже зарабатывать.

Перчатку я выбрал «Длань Мистика КР-330» с десятью увеличенными накопителями. Комбез взял «Новатек-204». Высокотехнологичная одежка с системой климат-контроля и встроенной аптечкой приглянулась невысокой стоимостью и вполне адекватным набором функций.

Спустя еще где-то час мы выходили из магазина, оставив там существенную часть полученной еще вчера суммы от гильдейского рекрутера.

Дальше наш путь пролегал в Чертоги, место, где занимались прокачкой навыков вольные рейдеры, не состоявшие в какой-либо гильдии. Там мы провели остаток дня и всю ночь. До самого отправления конвоя из Овелона до Улья.

Стабилизированный портал отличался от спонтанно возникшего разрыва в реальности. Как по размерам, так и по внешнему виду. Вместо небольшой мутной ряби стояла замкнутая конструкция арочной формы внушительных размеров. Она не только поддерживала постоянность работы перехода, но и обеспечивала ему высокую проходимость, позволяя прогонять через него большое количество грузов. В том числе прямо на глайдерах.

После возникновения конфликта аванпост значительно укрепили. Как в Дюнах, так и на той стороне. Для этих целей «туда» была переброшена полностью автоматизированная фабрика по производству строительных материалов с целым набором специализированных «репликаторов».

Технология изготовления быстровозводимых элементов дала возможность за считанные дни соорудить вокруг представительства торговой фактории самую что ни на есть настоящую крепость. Разумеется, на особый манер, учитывая высокий уровень развития противника.

Фортификационные заграждения представляли собой не просто какие-то преграды в виде высоких стен. Все было куда серьезнее и основательнее.

Многоуровневая система обороны включала в себя несколько слоев защиты с полным контролем близлежащего воздушного пространства.

Закрытый периметр имел различные типы как активных, так и пассивных систем обороны. Перекрывались все направления. Автономные огневые точки оснащались скорострельными импульсными турелями с полностью автоматизированными комплексами наведения и сопровождения целей, совмещенных с дополнительной радарной установкой для более точного прицеливания.

Такие дальнобойные станковые вайзеры, управляемые машинным интеллектом, запросто могли попасть в комара, если вдруг протокол безопасности посчитал бы его угрозой. Пеленгация происходила мгновенно, без малейших шансов для нарушителей. Никто и ничто не могло скрыться от механического «всевидящего ока». И это еще не упоминая целой россыпи генераторов наведенных силовых полей, играющих роль основного каркаса обороны вкупе с наземными противовоздушными и противоракетными батареями.

Также присутствовала многочисленная беспилотная машинерия военного назначения для ведения наступательных операций. Боевые дроны, как сухопутного, так и воздушного базирования, с различным арсеналом вооружений, в том числе таких типов массового поражения, как кассетные боеприпасы.

Короче говоря, имелось все необходимое, чтобы в случае чего провести полноценную бомбардировку любой выбранной области.

Для управления всем этим добром, а еще больше для командования войсками на территории форпоста гильдия развернула купол стационарного командного пункта.

Питание всех устройств обеспечивалось через отдельную энергетическую установку полевого вайт-реактора.

Вообще, торговая фактория только на словах называлась представительством. В действительности гильдейские владения больше напоминали небольшой городок с населением в несколько тысяч человек, чем отдельный комплекс зданий с персоналом в пару десятков клерков, как лично мне представлялось изначально.

Здесь располагались жилые модули, магазины, бары и рестораны. Даже отель присутствовал с вполне сносным уровнем обслуживания.

Взглянешь, сразу на ум приходит термин — колония. Как те, что возводили пилигримы, прибывая в Новый Свет из Европы, на землях краснокожих и прочих туземных отсталых племен…

Что касается численности и структуры прибывшего подкрепления, то здесь тоже имелись отличия от первоначального впечатления.

Услышав витиеватое длинное название «15-е соединение оперативного назначения экспедиционного корпуса гильдии Хром — Всадники Немезиса», можно подумать о самой что ни на есть настоящей армии, численностью в десяток полнокровных пехотных дивизий. Что, разумеется, совершенно не так. Нанять такую ораву рейдеров никто ни в коем случае не собирался. По крайней мере, для вооруженного конфликта такого значения.

Все оказалось гораздо скромнее. Численный состав наемников из Овелона оценивался примерно в четыре сотни человек. Не больше.

То есть, по земным определениям, речь шла всего лишь о полностью укомплектованном батальоне. Довольно скромно если подумать, учитывая необходимость отразить нападение целого враждебно настроенного государства, имеющего на вооружении огнестрельное оружие.

Однако это не значило, что солдат хромовцев здесь находилось мало.

Ларчик открывался просто. Боссы гильдии в обильном количестве завербовали местных из других стран, не испытывающих добрых чувств к своим более удачливым соседям, успевшим неплохо приподняться на местном уровне, торгуя с иномировыми пришельцами.

Аборигенов поманили молодостью и долголетием, пообещав в дальнейшем провести имплантации «основ». И они с радостью купились на обещание, щедро пополнив пехотные ряды гильдейского воинского контингента.

Довольно умный шаг воротил Хрома, при наличии необходимости ежегодной ротации дегаров на планете без постоянного иал-излучения. В противном случае выходцы из междумирья больше двух лет здесь не протянут. Организм даст сбой, истощение приведет к окончательной смерти. Никакие капсулы-регенераторы и целители от такого не вылечат.

Так что, хотя в общей сложности формально армия и насчитывала порядка десяти тысяч, рекрутов-рейдеров по отношению к общему количеству среди них было немного. Что лично меня слегка напрягло, заставляя опасаться возможного бунта среди туземных вояк…

Мир назывался Сареш и имел индекс развития В-7, что по классификации гильдии Овелона относилось к чуть выше средней ступени технического прогресса цивилизации.

Аборигены вышли в ближний космос, запустили первые спутники, электроника только-только появилась, делались первые шаги по освоению атома, вовсю использовались дизельные двигатели и реактивное оружие, но совершенно ничего не было известно об информационных сетях и продвинутых биотехнологиях. То есть примерно аналог исторической параллели шестидесятых-семидесятых годов двадцатого века на матушке Земле. Только без идеологического противостояния супердержав и деления планеты на два противоборствующего лагеря, разделенных по идеологическому признаку.

Спросите, так какого же лешего более развитой гильдии Хром могло понадобиться в этой захудалой дыре? С учетом их общей технологической отсталости от Овелона?

Ответ весьма прост — обильные месторождения на планете в естественной среде В-кристаллов. Источники крайне полезных ископаемых, применяемых в изготовлении вайзеров или любых других механизмов, использующих энергию вайт. Их здесь добывали, особым образом обрабатывали и отправляли в междумирье.

Самое забавное, что в самом Сареше эти кристаллы никак нельзя применять, без энергоблоков, работающих на вайте. К обычной энергии они оставались абсолютно нейтральными и бесполезными. Почти так же, как обычный булыжник.

Здесь имелась налаженная технологическая цепочка производств, завод полного цикла с обученным штатом сотрудников. В свое время гильдия посчитала, что наладить промышленную добычу и обработку проще на месте, чем организовывать простой вывоз сырья. Выходило значительно дешевле, чем строить фабрику в Дюнах или даже в самом Овелоне.

Дело в том, что там любую технологию приходится обязательно подгонять и в значительной мере переделывать. Иал очень сильно влиял на работоспособность любых электронных устройств.

С экономической точки зрения намного выгоднее соорудить завод по готовым схемам, сворованным в другом мире, где он уже показал, что может нормально функционировать в обычной среде, чем пытаться переделать все оборудование для работы в условиях фона иал-излучения.

Вот гильдейские боссы и не стали заморачиваться, наладив все сразу на месте. И теперь кусали локти, что с местными не срослось.

Ведь обычно гильдии Овелона действовали куда проще и значительно жестче. Во враждебный мир забрасывали контейнеры. Применяли против врагов молекулярно сконструированные боевые вирусы. Продукты гильдейских лабораторий обладали абсолютными показателями летального исхода. На планете погибали все люди без исключения. Не было совершенно никакого спасения. Ни один антидот не справлялся с наночастицами, запрограммированными нести смерть всему живому.

Шло тотальное истребление. Страшная вещь. Такие операции обычно называли «принудительными зачистками», и после них на планетах в принципе не оставалось разумной жизни.

Если враг вдруг оказывался более технически развитым, то отступали, уничтожая за собой порталы и на той стороне, и в Дюнах, принудительно формируя область высокой концентрации иала для препятствия новых разрывов в пространстве.

Здесь же такой фокус уже не пройдет. Без риска лишиться очень серьезных инвестиций. Зараженная местность плохо подходила для ведения хозяйственной деятельности. Плюс возникала проблема с работниками. Завозить извне? Подготовка с нуля обученных кадров влетит в немалую сумму.

А с заводом что прикажете делать? Разобиженные туземцы перед окончательным истреблением наверняка уничтожат все оборудование. Восстановление с нуля производственной базы потребует серьезных капиталовложений. Оно кому надо?

Прибавить к этому обеззараживание местности после влияния искусственно выведенной отравы, и станет понятно, почему боссы не захотели идти по пути наименьшего сопротивления.

Кто им будет возмещать в дальнейшем потери? Вопрос риторический.

Отсюда следовал определенный порядок действий, призванный принести устраивающий все заинтересованные стороны результат.

Идея заключалась не в том, чтобы победить противника, силой подавив бунт и утопив выступление туземных царьков в море крови, а в том, чтобы донести до местных простую и понятную мысль: с гильдией Хром выгодно сотрудничать, а не воевать.

И продолжить делать бизнес дальше, обеспечивая бесперебойные поставки ценных кристаллов в обмен на всякую мелочь. Которую сами гильдейцы не воспринимали нечем иным, как дешевыми побрякушками, по типу стеклянных бус и зеркал.

Взять ту же основу класса «Лазурь». В Овелоне ее фактическая стоимость составляла копейки. Ставили почти всем подряд, начиная с «моллюсков».

Здесь же, в Сареше, любая основа, даже самого паршивого качества воспринималась невероятным чудом, дающим человеку поистине фантастические возможности, с эффектом оздоровления организма.

Кто от такого откажется?

То-то и оно, что мало кто. Все хотели подольше оставаться молодыми. Такова людская натура в любом из миров.

Удивительно, что местные обитатели вообще осмелились на мятеж, рискуя потерять доступ к подобному средству усовершенствования собственных тел.

Вряд ли у них хватило мозгов скопировать технологию изготовления. С этим не могли справиться и более развитые цивилизации. Проверено на практике торговыми эмиссарами гильдий неоднократно.

Выходит что? Гордость? Аборигенов так взбесило вмешательство во внутренние дела с внедрением двойников, что разум уступил уязвленному самолюбию? Возможно, возможно…

Все это довели до нашего сведения на брифинге для вновь прибывшего пополнения. Инструктаж проходил в просторном закрытом павильоне с участием всего руководящего состава гильдейского аванпоста.

— И еще раз напоминаю об обязательном соблюдении протокола 12–21 положение 2Д о взаимодействии с местным населением. Все выходы за периметр Улья осуществляются только в сопровождении вооруженного эскорта. Никаких одиночных вылазок. На данный момент уже зарегистрировано четыре попытки похищения служащих канцелярии торгового представительства.

— Ну да, ну да, — едва слышно пробормотал Грешник в ответ на реплику какой-то шишки, уже в третий раз стращавшей рейдеров злыми аборигенами. — Так бы и сказал, что чинуши захотели приключений себе на задницу и отправились по злачным местам ближайшего городка, где благополучно чуть и не сгинули. Придурки захотели помять женские сиськи, а вместо этого нарвались на неприятности в занюханном кабаке. Получили по башке, очнулись раздетыми в грязном переулке, а по возвращении принялись петь песни о героической схватке с вражескими солдатами, пытающимися их похитить. Хотя непонятно, кому эти утырки нафиг сдались.

— Трудно винить мужчину в необходимости женской ласки, — вступился на защиту раззяв, охочих до продажной любви, Боцман. — Посмотри на общее соотношение. Здесь явно превалирует мужской контингент. Женщин на всех попросту не хватает.

Я хмыкнул, отметив, что в чем-то техник прав. Из присутствующих в зале женщин было процентов двадцать пять — тридцать. Явный перекос в гендерном отношении. По крайней мере среди рейдеров точно.

И тем не менее нельзя сказать, что чинуша врал. Поимка «языка» всегда считалась на войне одной из основных форм добычи информации.

— Я бы не стал так категорично утверждать, что дело в банальном мордобое, — возразил я. — Существует определенная вероятность, что болванов реально хотели похитить. Так что не стоит слишком расслабляться. Особенно, когда миленькая мордашка манит тебя пальчиком к себе домой. А то не успеешь опомниться, как окажешься в каком-нибудь полутемном подвале, где «добрые дяди с холодными глазами» начнут присоединять тебе к причинному месту электроды.

Я сделал паузу, покосился на Боцмана и закончил:

— Это я тебе говорю, любвеобильный ты наш.

Грешник коротко хохотнул. Боцман насупился. По сидящим рядом рейдерам, услышавшим мою фразу, ветерком прошелестел смешок. На что сразу же обратили внимание.

— У вас есть что-то добавить? — строго осведомился мужик в плотном комбезе темных тонов.

— Да, — я не стал прятаться и приподнялся. — Вы очень хорошо все разложили по общей обстановке, но так и не сказали, что собой представляют «действенные меры», должные принудить туземцев к заключению мирного соглашения.

Среди рейдеров наметилось оживление. Мои слова вызвали отклик у многих. И то правда, если воевать в привычном исполнении не будем, то какого рожна нас тогда сюда вообще привезли?

Нет, лично я сам ни разу не против. Деньги платят, с криками «За Хром!» под пули лезть не требуют, срок контракта потихоньку истекает. Чем не красота? Мечта наемника.

Но и плутать в потемках как-то не айс. А то получится еще хуже. Сегодня греем брюхо пузом кверху на солнышке, а ночью возьмут и поднимут по тревоге, затыкать невесть как образовавшуюся брешь в обороне, потому что какие-то засранцы напортачили.

Хотелось бы ознакомиться с планом дальнейших действий, пусть и в общих чертах. Раз уж атакующие операции откладываются на неопределенный срок.

— В свое время до всех нужных лиц будет доведена вся необходимая информация, рейдер, — сухо обронил мужик.

Я пожал плечами, но настаивать на ответе не стал. И так ясно, что дело темное и никто делиться ничем не собирается. Нас считали слишком мелкими сошками. Обидно, конечно. Да и черт с ними. Я с независимым видом сел обратно. Мол, попытался и ладно.

«Всадники Немезиса» являлись подразделением тактической разведки. Надеюсь, чуть позже нам все же скажут чуть больше, чем основной массе нанятых рекрутов.

Прибывших рейдеров распределили по другим частям. Тех, кто имел опыт командной работы, назначили офицерами в туземные мотопехотные батальоны. Остальных распределили по участкам ответственности в системе фортификационных сооружений Улья.

Как я понял, основной акцент на данном этапе делался исключительно на игру от обороны. Аборигены сделали первый шаг, от души вломив попытавшимся с наскоку захватить их столицу ударным командам гильдии Хром. Последние, вместо того чтобы снова лезть на рожон, решили взять паузу, предпочтя подойти к возникшей проблеме с другой стороны.

А нас сюда, видимо, прислали для усиления. Больших надежд на туземную армию у боссов, похоже, не было. Опасались потерять портал. А точнее то, что слишком успешная контратака противника может вынудить захлопнуть переход навсегда. И тогда прощай все вложенные деньжища.

— Назначения получены, все могут быть свободными, — подвел итог совместного совещания главный оратор.

Народ с облегчением завздыхал. Последние полчаса болтовня вновь переключилась на местные порядки с углублением в историю близлежащих государств. Многие не стесняясь зевали и чуть не засыпали, лениво клевая носом. Очень уж скучно и муторно звучала занудная речь.

Зачем нам эта хрень, совершенно непонятно. На мой взгляд, в сложившихся обстоятельствах достаточно упомянуть, что соседние страны не испытывали к нам никаких негативных эмоций. И что никто из них не собирается помогать нашим противникам. Все. Точка.

Незачем вдаваться в излишние подробности. Это скорее вредит и отвлекает от поставленных целей, чем действительно помогает. Мы ведь не собираемся здесь оставаться на долгое время. Максимальный срок — три стандартных месяца, не больше.

Хмм… А это мысль. Может, умники из аналитического отдела намереваются натравить туземцев друг на друга? Неплохая идея. Сражаться чужими руками. Победитель получает шахты с добычей В-кристаллов, перерабатывающий завод и статус новых торговых партнеров гильдии Хром.

Вполне здравый подход. Продуманный. Безопасный. Исключающий чрезмерную трату личных ресурсов.

Пока другие дерутся, выгодно постоять в стороне, наблюдая за исходом с приличного расстояния. После останется лишь объявить чемпиона и начать вести с ним дела. Неплохая стратегия. Гильдейские воротилы определенно не зря жрали свой хлеб.

— Кейн? — мы уже подходили к выходу, когда к нам подошел крепко сложенный мужчина неопределенных лет.

Я напряг память. Точно, это же командир «Всадников». Нам его представили в самом начале. Тоже из рейдеров, имеющий прозвище Долговязый.

— Да? — я притормозил, оборачиваясь, Боцман и Грешник замерли рядом.

Народ выходил из павильона, обтекая нашу застывшую группу и бросая напоследок любопытные взгляды.

Мне вот тоже интересно, чего Долговязому от нас нужно. Вроде объявили время обеда, а все встречи договорились отложить на пару часов, дав время вновь прибывшим освоиться в Улье.

— Я знаю, что у вашей команды на ходу есть колесная платформа, — начал лидер разведчиков.

— Все верно, — подтвердил я, покосившись на товарищей.

— И выглядит она не слишком презентабельно, — продолжил Долговязый, не стесняясь в выражения.

Что тут скажешь? Не возразишь. Кто хоть раз видел «Саранчу», как правило, награждал ее не очень лестными эпитетами. И это правда. Наша колымага намного уступала даже самому захудалому глайдеру. Совершенно разный технологический уровень. Этого не отнять. То же самое, что сравнивать телегу с лошадью в роли тягловой силы и современный джип с полным приводом.

— Есть такое дело, — не стал спорить я. — А что? Какие-то проблемы? Нам сказали, что на стоянке можно оставлять любое транспортное средство.

Народ уже весь вышел из зала, оставив нас одних.

— Дело не в парковочном месте, — Долговязый сделал паузу, скрестил руки на груди. — Дело в несовершенстве вашей техники.

Сказал и замолчал с ожиданием уставившись на меня.

— Понятно, — недоуменно протянул я.

Мы с ребятами переглянулись. О чем это он, черт возьми? Что за бред несет? Отсталая колымага обладает какими-то преимуществами?

— Вам нужна наша «Саранча»? — Боцман со скепсисом скривил физиономию.

К нашему общему удивлению, командир Всадников уверенно кивнул.

— Совершенно верно. Ваш транспорт идеально подойдет для одного задания. Примерно в трехстах километрах на северо-запад находится один анклав. Там проживает община местных людей, отличающихся… эмм… скажем так, слегка асоциальным поведением. Они ездят на странных машинах, постоянно нарушают закон и ведут необычный полукочевой образ жизни.

Я наморщил лоб. Что-то вроде байкеров, что ли? Забавно.

— И что? При чем тут мы?

— Ваша колесная платформа обладает определенной схожестью с аппаратами, на которых передвигаются эти дикари. При определенных условиях и находясь на далеком расстоянии, полагаю, вас легко можно будет с ними спутать.

— Как камуфляж, — первым догадался Грешник.

— Верно, нелепость вашего транспортного средства выступит отличной маскировкой на местности. Если не сближаться ни с кем слишком близко, то думаю, вас легко примут за данных техностепняков.

Так, теперь становилось уже более понятно. Похоже, нас собирались отправить в глубинную разведку рейдовым патрулем.

Видимо, следовало ожидать, чего-то подобного. Деньги взяли, глупо было надеяться, что не придется их отрабатывать.

— Нам предстоит отслеживать перемещения противника? — мрачно осведомился я.

Быть пойманным на шпионаже не самая хорошая перспектива для наемника. Как правило, лазутчики заканчивали довольно хреново. В частности, под пытками.

— Нет, это мы делаем дистанционно и не нуждаемся в дополнительных средствах разведки, — обнадежил нас Долговязый.

А в следующий момент заявил:

— Вам будет необходимо доставить до нужной точки кое-какое оборудование и двух специалистов.

После последних слов рейдера дальняя дверь в павильоне открылась и внутрь зашли двое, словно получив неслышное разрешение присоединиться к беседе. Что вполне могло так и быть, учитывая коммуникационные возможности интеркомов «основ».

Первым шел мужчина. Ничего примечательного. Короткостриженый здоровый бугай из разряда шкафов. Мордоворот из тех, о ком говорят — метр на два. Явный штурмовик, одетый в черный комбез модели «Такра-3М».

А вот следующий участник миссии вызывал совершенно иные эмоции. Стройная платиновая блондинка носила обтягивающий «Рапид-2000», заставляющий при одном взгляде на нее мужские сердца биться чаще. Ничего себе куколка.

— Позвольте представить вам Фэй и Браса. Они отправятся с вами.

Долговязый задорно подмигнул мне, довольный произведенным эффектом. Я кисло улыбнулся в ответ.

«Установка соединения связи».

«Выделение отдельной сети».

«Идентификация участников группы».

«Положительный отклик».

«Переход на уровень шифрования „Гелло-12“».

Возникающие и пропадающие панельки цифрового интерфейса основы сменяли друг друга, всплывая перед глазами полупрозрачными призраками, предупреждая и сообщая о процессе активно работающего интеркома, связывающего между собой всех членов разведывательной экспедиции.

Я называл вылазку за пределы Улья разведывательной потому, что до сих пор точно не знал истинные причины внезапного рейда.

Внезапного для нас. Только что прибывших на гильдейскую базу, расположенную на чужой далекой планете. Как ни посмотри, а выглядело это весьма подозрительно.

Мы только что появились в мире Сареша, ничего здесь не знали, не акклиматизировались толком, совершенно не имели опыта в местных делах. И таких новичков неожиданно отправляли в дальний поход по совершенно незнакомым территориям.

Это настораживало, вызывало закономерные опасения насчет степени риска предстоящей поездки. Уж не пытаются ли из нас сделать смертников, отправляя в дорогу в один конец, без всякого шанса на благополучное возвращение обратно?

Признаться честно, я бы так и подумал. И скорее всего, принялся бы усиленно соображать, как бы съехать с темы стать безымянным героем в длинном ряду болванов, погибших во славу гильдии Хром. Но все же имелось одно обстоятельство, заставившее сомневаться в самоубийственном характере рейда.

— Заметили, какие у них модные нашивки на комбезах? — спросил Боцман вполголоса, перед этим удостоверившись в том, что наши новые спутники находятся по другую сторону «Саранчи», до сих пор стоящей на парковочной стоянке.

— Ты про гильдейские знаки различия? — отозвался я. — А то эти шевроны трудно не заметить.

Все правильно, у Фэй и Браса комбинезоны украшали эмблемы гильдии Хром. Недвусмысленно говорящие о том, что эта парочка является полноправными членами означенной гильдии. Не хухры-мухры, вроде наемников-рейдеров, собранных с бору по сосенке по ближайшим кабакам окраин Овелона.

Квалифицированные специалисты, занимающие (судя по знакам различия) довольно высокое положение в иерархии Улья. Рисковать таким персоналом, делая из них камикадзе, не станут. И не по доброте душевной, а потому что это будет напрасной тратой обученных кадров.

— Надеюсь, они не собираются отправляться в рейд прямо в этих шмотках, — пробурчал Грешник. — Толку тогда от маскировки окажется ноль.

Я неопределенно дернул правым плечом. Кто его знает, что на уме у нашего временного шефа.

Мой взгляд автоматически нацелился на эффектную блондинку со стройной фигурой. Как ни странно, главной в миссии назначили именно ее. Здоровяк выступал всего лишь сопровождением, обеспечивающим охрану.

Мы и вовсе числились чуть ли не простыми водителями с предписанием исполнять все приказы гильдейской парочки.

«Передача топографической схемы».

«Загрузка карты в цифровой интерфейс».

«Обозначение конечной точки назначения».

«Построение маршрута».

«Синхронизация отклика основ членов команды».

«Присвоение позывных по умолчанию».

На сетчатку глаз спроецировалось изображение подробной карты местности, по которой предстояло передвигаться.

Картинка чуть повисела и уменьшилась, заняв место в правом нижнем углу. На ней появились синие точки с короткими подписями. Система начала отслеживать наше местоположение, обмениваясь данными между интеркомами в режиме непрерывного онлайна. Удобная хрень. Теперь можно в любой момент отследить каждого из группы. Конечно, не боевой интерфейс, но тоже неплохо. В случае чего может серьезно помочь.

— Линкование завершено, вы получили всю информацию по маршруту? — ко мне обратилась блондинка.

Ее платиновые волосы, уложенные в аккуратную прическу каре, и чистенький комбез продвинутой модели, стоимостью в несколько тысяч монет, смотрелись несуразно рядом с пыльной колесной платформой. Все равно, что поставить красотку в вечернем платье, обвешанную бриллиантами, рядом с подержанным минивэном.

Забавный контраст. Я едва удержался, чтобы не хмыкнуть и насмешливо поинтересоваться у богатенькой фифы, что она тут забыла и не лучше ли ее упругой попке оставаться в пределах защищенного периметра Улья и не лезть туда, где по ней могут сильно настучать. А то и что похуже сотворить. Такое тоже более чем возможно.

Сомневаюсь, что если нас вдруг захватят в плен, с этой симпатичной мордашкой будут вести себя по-рыцарски.

Впрочем, быстро выяснилось, что на этот счет у гильдийцев тоже имелись свои соображения. Они не переоделись полностью в местное тряпье, ограничившись специально состаренными термонакидками с рисунком камуфляжа из грязевых разводов, именно для того, чтобы в случае неприятностей без труда доказать свою принадлежность к пришельцам из междумирья.

Проще говоря, хитрожопые умники не стали избавляться от своих крутых шмоток не только потому, что в них намного удобнее путешествовать, но и для собственной безопасности. Обнаружив, кто попал к ним плен, туземцы не станут насиловать женщину, а мужика убивать, вместо этого постаравшись выручить за них приличный выкуп. Например, оплаченную процедуру вживления «основы» с полным набором всех функций.

Не так уже глупо, если подумать. Разумный шаг.

Узнав об этом, мы посовещались и решили тоже ограничиться минимальной маскировкой в плане одежды. Хотя до этого Грешник настаивал на полной аутентичности вплоть до переодевания.

Я вообще ничего не стал менять в своем прикиде. Запахнул плащ поплотнее, проследив, чтобы короткоствол был укрыт полами, и забил на все остальное. Плевать, все равно нам ни за что не сойти за своих. Языка-то не знаем. Ни о какой операции инфильтрации говорить не приходится. Любой местный на расстоянии в десяток шагов с легкостью распознает в нас чужаков.

Так что выход один, держаться от аборигенов подальше и не слишком высовываться.

— Держи, командир, — Грешник протянул мне кусок ткани и нечто напоминающее каску.

Ну точно, как у байкеров. Другие уже повязали себе платки на лицо.

— Вряд ли эта железяка и тряпка нас действительно сделает одними из тех технокочевников, — с сомнением протянул я.

— Зато неплохо защитит от летящей пыли, — возразил штурмовик. — Кабины-то у «Саранчи» нет, а грунт тут более рыхлый, чем в Дюнах.

Это правда, в серой пустыне никогда пыль не поднималась слишком высоко. Уж не знаю, с чем это связано. С влиянием насыщенного иал-излучения или измененными свойствами земли, сделавшими ее плотнее и тяжелее обычного.

— Да и эти тоже предпочли головы укрыть, — Грешник указал на парочку гильдейских.

И впрямь, мордоворот с красоткой уже успели обзавестись головными уборами, похожими на панамы. Женщина тщательно убрала волосы под шапку, а на глаза натянула широкие очки. Вместе с наброшенными поверх лохмотьями ее уже было совершенно не узнать. Неплохая маскировка. Возможно, я и поторопился с выводами, считая, что нас вычислят с первого взгляда.

Ладно, посмотрим, как дело пойдет. Как говорится, еще не вечер. Может, еще «повезет» наткнуться на какого-нибудь особо глазастого аборигена.

— Все готовы? — Фэй схватилась за перекладину рамы и одним гибким движением забросила свое тело в пассажирское кресло сразу за местом водителя.

Справа разместился Брас, забравшийся в «Саранчу» не так грациозного, как начальница.

Боцман и Грешник скривили лица с одинаковым выражением. Обычно они занимали эти места. Впрочем, «моллюски» в недавнем прошлом спорить не стали, без слов усевшись на оставшиеся сиденья.

Я еще раз осмотрел транспортные ленты пяти продолговатых контейнеров, закрепленных в задней части платформы, и лишь после этого принялся усаживаться за руль, нарочно демонстрируя ленивую неторопливость.

Женщина (или скорее девушка, с ее-то внешностью, с действиями «основ» и черт не разберет, сколько на самом деле человеку лет) терпеливо смотрела перед собой, не пытаясь подгонять слишком медлительного «водилу».

Вот и ладушки. Надеюсь, небольшой намек усвоен. Не собираюсь вставать на задние лапки каждый раз, как эта фифа откроет свой прелестный ротик. Мы, может, и подписали контракты, но однозначно не соглашались становиться слугами двух каких-то гильд-шпионов. Или кем они там являлись на самом деле.

Кстати, хороший вопрос. Куда мы вообще собрались? Полученные координаты располагались где-то на западе. Если не ошибаюсь, наши противники находились на северо-востоке. Почти в противоположном направлении едем.

— Так что там находится? — спросил я, оборачиваясь через плечо, заодно глядя, свободен ли путь. — В конечной точке назначения?

Беловолосая стерва надменно проигнорировала вопрос, сделав вид, что ничего не расслышала. Сидела и молча пялилась вправо.

Ее бодигард штурмовик (а кто он, как не телохранитель для этой специалистки, имевшей класс техника?) делал то же самое, только уставившись влево.

Какие мы неразговорчивые… Типа заткнись, крути баранку и не лезь туда, куда не просят. Ну-ну… Не слишком здравый подход к тем, кто обладал единственным транспортным средством доставить их обратно.

Зато теперь точно знаю, что в случае чего бросить этих хмырей будет значительно легче. Как аукнется, так и откликнется. Мне всегда нравилась эта народная мудрость.

Судя по физиономиям Грешника и Боцмана, они полностью разделяли мой негатив. Никто не любил высокомерных снобов.

Проехав раскинувшийся вокруг Улья укрепрайон, наводненный боевой машинерией, «Саранча» выехала на грунтовую дорогу. И какое-то время езда шла с относительным комфортом, пока магистраль не повернула под острым углом на восток.

Я не стал заморачиваться прокладкой маршрута по доступным оборудованным трассам местного назначения и попросту свернул в чистое поле, держа перед глазами маяк, куда лежал путь экспедиции.

Шестиколесный вездеход отлично подошел для пересеченной местности, преодолевая порой довольно внушительные препятствия в образе рытвин, с назойливым постоянством попадавшихся на пути.

— Противотанковый ров, что ли, здесь рыли? — ругнулся я, добавляя газу на очередном рыхлом взгорке, знаменующем собой появление трехметровой траншеи. И тут же подумал, что хорошо еще, что неприятелю не хватило сил окружить аванпост Хрома полностью. После известных событий в столице противник так и не осмелился выдвинуть армию непосредственно к Улью.

Любопытно, почему? Им бы наоборот, развивать успех, организуя масштабное наступление. Ан нет, засели у себя и затихли. Даже наблюдателей не разместили вокруг. Разведка Хрома за это ручалась со стопроцентной ответственностью.

Иначе нас бы давно уже встретили. Сколько уже проехали? Километров тридцать, не меньше. Самое то устроить засаду на вражеский мобильный патруль. Но ничего. Едем свободно, как по своей стране, что несколько странно.

Неужели туземные воротилы тоже не хотят дальнейшей эскалации боевых действий? Посидели, покумекали, посчитали потери. И стали прикидывать, как бы снова наладить хорошие отношения с пришельцами.

Или дело в ином? Относительная близость границы с другими государствами (несколько сотен километров для общества с механическими средствами передвижения полный пустяк) добавляла определенную пикантность ситуации. Развертывание в здешних землях армейских подразделений вынудит соседей поступить схожим образом. Дальше случайная искра, и вот уже вспыхнул полноценный замес всех против всех. И лишь овелонцы сидят в сторонке, наблюдая за войной, поедая попкорн и попивая пина коладу.

Тогда местные совсем не дураки. Похоже, за годы сотрудничества они многому научились у гильдейских дельцов. Знают, как они думают, и не желают облегчать им жизнь.

Армия есть, но стоит где-то неподалеку, не приближаясь слишком близко. И если кто-то из конкурентов все же вздумает пересечь границу, то им дадут это сделать. Чтобы чуть позже ударить в спину изо всех сил.

В лучших традициях стратегии гильдий Овелона. Давно уже привыкшего загребать жар в других мирах чужими руками.

Равнинная местность кончилась, потянулась прерывистая лесостепь с частыми вкраплениями густых массивов из приземистого кустарника. Иногда под колеса попадались угловатые валуны, заставляя многоколесный внедорожник подпрыгивать.

— Здесь, — впервые за поездку разомкнула уста Фэй.

Всю дорогу она не произнесла ни слова, как, впрочем, и ее напарник, весь путь так и просидевший безмолвной статуей с вайзер-карабином на коленях, совершенно не реагируя на наше присутствие. Лишь стрелял по сторонам настороженным взглядом и все вглядывался в горизонт, будто ожидая увидеть армаду вражеских сил.

Я и сам уже стал притормаживать, постепенно сбавляя скорость. Отметка на виртуальной карте стремительно приближалась.

Движение постепенно замедлилось, пока «Саранча» наконец полностью не остановилась. В ту же секунду немногословная парочка полезла наружу. В свою очередь я с Боцманом и Грешником принялись оглядываться, гадая, чем таким ничем ни примечательный холмик, поросший бурьяном, отличался от кучки других похожих в окрестностях и почему мы ехали именно сюда. Вроде ничего особенного. Никаких искусственных сооружений не видать. Грязь и спутанная пыльная трава — этого добра в округе навалом.

— Следите за обстановкой, — скомандовала блондинка, вытягивая из верхнего грузового контейнера закрытый металлический тубус.

— Угу, — откликнулся я, даже не делая попыток выполнить просьбу, вместо этого с нескрываемым любопытством уставившись на непонятную штуковину, появившуюся на свет.

Женщина (или все же девушка?) сверкнула на меня сердитыми глазами, но делать замечание посчитала излишним. Наверное, мысленно проворчала: что с этих рейдеров взять.

— Что это за фиговина? — в отличие от меня, Боцман не смог промолчать и сунулся ближе. Чтобы тут же отлететь назад от грубого толчка Браса. Амбал буквально отшвырнул техника, не дав ему приблизиться к непонятному механизму.

— Эй, вы чего, — Грешник не сдержался и потянул дуло стрелкового комплекса вверх.

Я плавно соскользнул с водительского сиденья, встав на подножку рядом с передними колесами «Саранчи», одновременно с этим откидывая полы плаща в стороны.

— Кажется, ваш друг не знает, что грубиянов нигде не любят, — мягко заметил я, кладя ладонь на рукоять одноручного вайзера.

Пренебрежительное высокомерие гильдейцев уже порядком поднадоело. Либо они колются, что здесь творится, и выкладывают все, либо дело принимает совершенно другой оборот.

Мы достаточно удалились от Улья. Сюда дистанционные средства разведки не достанут. Спутники на орбиту гильдия не запускала. Применение дронов свели по минимуму, чтобы не слишком нервировать местных. А значит, никто не узнает, что тут случилось. Прикопаем в ближайшем овраге два трупа и поедем обратно. Чем не идея?

Я тут же поделился увлекательной мыслью с Фэй.

Услышав угрозу, здоровяк дернулся. Точнее попытался. Развернулся и замер, сверля напряженным взглядом повисшую в воздухе над «перчаткой мистика» проекцию светового копья пятого уровня.

Проводя необходимый апгрейд, я не стал мудрить и выбрал боевой навык для прокачки, ввиду очевидного недостатка денежных средств.

Что давало возможность в настоящий момент выпускать сразу два заряда вместо одинарного, как ранее. Причем не просто так, друг за другом с минимально возможным интервалом, но и в режиме тандемного боеприпаса для пробития хорошо защищенной мишени.

Экипировка на штурмовике, конечно, крутая. Комбез дорогой, с кучей функций, в том числе с продвинутой защитной системой. Однако это ведь все равно не техноброня. От «тройки» одежка защитила бы без всяких вариантов, но «пятерку» она уже точно не сдержит.

Я это понимал. Брас это понимал.

Уверен, организм здоровяка прокачан, усиленные рефлексы там, повышенная сила и ловкость. И при определенных условиях для него справиться даже с десятком таких, как мы, не составит труда.

Но именно здесь и прямо сейчас сделать это будет весьма затруднительно. Он физически не успеет нейтрализовать обоих. Слишком уж неудобно мы с Грешником встали, практически в противоположных концах вездехода. Нападет на первого, второй обязательно успеет выстрелить. А штурмовая вайзер-винтовка это тоже отнюдь не рогатка.

Плюс еще женщина-техник. Ее местоположение оставалось в зоне потенциального риска оказаться на линии огня. Телохранитель не мог допустить гибели своей подопечной. Вряд ли его за это потом погладят по голове.

— Давайте все успокоимся, — Фэй шагнула вперед, вставая между напряженно застывшими друг напротив друга мужчинами.

— Что за приборы? Что вы собираетесь делать? — быстро спросил я, не опуская руку с оружия.

Хотя заряд светового копья слегка пригасил. Над «перчаткой» повисла полупрозрачная заготовка проекции.

— Всего лишь датчики для метеостанции, ничего серьезного. Хотим отслеживать погодные аномалии на планете, — примирительно развела руками женщина, натягивая на лицо успокаивающую улыбку.

Я медленно качнул головой. Мы еще немного пободались взглядами с разозленным бодигардом. А затем я дал отмашку Грешнику убрать оружие.

— Ладно, проехали, — доводить до кровопролития стычку все же не стоило.

Фэй подошла к Брасу и что-то ему коротко прошептала с отчетливыми повелительными интонациями. Штурмовик недовольно проворчал что-то в ответ, но ствол тоже опустил.

Они принялись разгружать свое оборудование.

— Это не похоже на метеостанцию, — ко мне подошел Боцман.

— Без тебя знаю, — огрызнулся я. И без посторонних подсказок понятно, что нам вешали лапшу на уши.

— Что будем делать? — Грешник тоже не остался в стороне.

— В смысле? — я удивленно повернулся к нему. — Ничего. Мешать им не будем, но и помогать тоже. Не знаю, что это за аппаратура, но явно не для слежения за тучками в небе. Будем держаться подальше.

Сказано — сделано. Пока гильдейские посланцы занимались сборкой диковинной конструкции, чем-то напоминающей стоящую на столбиках-основаниях пирамиду, щедро утыканную антеннами на манер дикобраза, мы недолго думая отогнали «Саранчу» подальше от развернувшейся стройки, где и остались, не пожелав находиться вблизи аппарата непонятного назначения.

Фэй и Брас не возражали. Даже не стали требовать помощи Боцмана, ограничившись исключительно собственными силами.

— Может, это бомба? — меланхолично предположил Грешник.

Прошло два часа. Эти все еще продолжали возиться в отдалении от нашей позиции.

— Надеюсь, они себя подорвут, — проворчал я, устало запрокидывая голову назад и прикрывая глаза от ярких лучей местного солнца. — Быстрее сможем вернуться обратно в Улей.

— Бегут сюда, — Боцман единственный, кто наблюдал через оптический визор за деятельностью хромовцев на всем протяжении процесса. Нам с Грешником это быстро надоело.

— Бегут? — я встревоженно приподнялся, поворачивая голову в сторону холма, выбранного для размещения странной установки.

Дерьмо, надменные надоеды и впрямь бежали через поле, взяв приличный темп. Какого черта там произошло? Детонатор, что ли, активировали случайно? В эту секунду я действительно поверил в версию с бомбой.

Внезапно запищал пространственный сканер на запястье. Перед глазами всплыла картинка с сообщением от прибора.

«Регистрирую сильные возмущения в поле целостности ткани реальности».

— Что за… — недоуменно пробормотал я, проверяя выведенные показания.

— Они машут руками. Видать, тоже торопятся убраться отсюда подальше, — прокомментировал действия гильдейцев Грешник.

Я быстро перевел взгляд на приближающую парочку. Они и впрямь махали руками и что-то кричали.

Придурки, есть же интеркомы основ. Зря, что ли, занимались отладкой связи перед поездкой.

— Что там у вас? — я активировал общий канал группы.

— Быстрее заводите транспорт! — вместо ответа заорала Фэй. — Нужно срочно выйти за пределы радиуса воздействия!

— Какого еще радиуса воздействия? — в разговор бесцеремонно влез Боцман.

А вот мне ответы не требовались. Паника в женском голосе звучала до тошноты искренне. Фэй и правда боялась того, что может случиться.

Я прыгнул на место водителя и потянулся к кнопке запуска двигателя. Пора рвать когти.

— Синхронизация частотных колебаний нарушилась, резонанс пошел вразнос слишком рано, — хрипло принялась объяснять женщина-техник, перебивая себя тяжелыми вздохами от быстрого бега.

Я заколебался. Может, и в самом деле бросить их? Чем бы они там ни занимались, у них явно что-то пошло не так. Нужно удирать без оглядки.

И все-таки мы их дождались. Только развернули «Саранчу» строго в противоположном направлении от вероятного эпицентра взрыва.

— Спасибо, — блондинка обожгла меня взглядом, взбираясь на вездеход, как будто знала, какие сомнения насчет необходимости их спасения испытывал я.

Она где-то потеряла панамку, и теперь ее платиновые волосы находились в совершеннейшем беспорядке, совсем не напоминая ту идеальную прическу, что мы видели в Улье.

— Да не за что, — буркнул я, давая по газам.

Стоило колесам тронуться с места, как земля затряслась, пошла дрожью. Сзади налетел порыв горячего ветра вместе со звуком постепенно нарастающего гула. Я не стал оборачиваться и смотреть, что происходит за спиной, боясь отвлечься от управления «Саранчой». Вести становилось все труднее, то и дело приходилось выворачивать руль до предела, объезжая непонятно откуда возникающие провалы.

Создавалось впечатление, будто началось настоящее землетрясение. Пласты грунта ходили ходуном, как волны на поверхности моря. То тут, то там образовывались трещины, казалось ведущие в самый центр земли.

Гонка со смертью продолжалась недолго и закончилась так же резко, как и началась. Вездеход выехал на спокойную от тряски поверхность, оставляя развернувшееся безумие позади.

— Что это было? — Боцман на подгибающихся ногах попытался вылезти из «Саранчи» и сразу же навернулся вниз, не удержавшись за вертикальную раму.

Я глубоко выдохнул, с удивлением отмечая, что пальцы на руках слегка подрагивали. Пару раз мне чудом удалось избежать попадания в образовавшиеся на пути ямы, буквально проскальзывая по краю обрыва на самых кончиках колес.

Сумасшедшая гонка.

И только после этого я наконец посмотрел, что являлось первоначальной причиной разбушевавшейся земной тверди.

Я обернулся и застыл в немом изумлении. Поля, по которому мы только что ехали, больше не существовало. Вместо него виднелась гигантская каверна глубиной в пару сотню метров и диаметром не меньше трех-четырех километров.

— Во имя последней сверхновой, — потрясенно прошептал рядом техник.

Грешник предпочел грязно выругаться, демонстрируя свое отношение к происходящему.

Даже Брас выглядел ошарашенным. Короткостриженый мордоворот замер в нелепой позе, так до конца и не выбравшись из «Саранчи».

И лишь Фэй смотрела на огромный провал с легким прищуром удовлетворения во взгляде.

— Что это за дерьмо? — я требовательно потряс ее за плечо. — Вы не думали, что нас стоит предупредить, прежде чем испытывать свою дурацкую бомбу?

Женщина-техник спокойно повернулась ко мне и невозмутимо поправила:

— Это не бомба.

Я недоверчиво скривился и качнул головой в сторону гигантской воронки.

— Да? А что же тогда? Не похоже на работу метеостанции, — мой голос сочился сарказмом.

— Принудительно наведенный портал, — ответила Фэй и бесстрастно добавила: — Мы собираемся перебросить целиком месторождение В-кристаллов из этого мира в Дюны вместе с горным образованием, где оно находится. Понятно?

Я обалдело кивнул, не находя больше слов. Подумаешь, какая ерунда, гильдия Хром хочет утащить в междумирье целый кусок мира Сареш. Чего уж тут непонятного.

Новость искренне огорошила. Хромовцы не разменивались по мелочам. Вырвать приличную область чужой планеты и перенести его в междумирье — это вам не бублик с чаем умять.

С другой стороны, определенная логика в их действиях явно присутствовала. Зачем напрягаться и воевать за некий ресурс, если можно просто перетащить часть территорий, на которой он располагался, в место, куда бывшим владельцам ни за что не добраться?

При подобном подходе необходимость противостояния отпадала как данность за абсолютной ненадобностью. И что самое притягательное, не только здесь и сейчас, но и в целом задевая другие похожие случаи. Если тебе вдруг что-то понадобилось в другом мире, ты просто забираешь это себе и всё.

С точки зрения эффективности невероятно продуктивная схема. Пострелушки сведутся к самому минимуму, не будет необходимости формировать многочисленные экспедиционные корпусы. Достаточно лишь одного, хорошо подготовленного и отлично экипированного диверсионного отряда для установки оборудования переноски в заданном месте. И вуаля, дело в шляпе, в Дюнах появляется очередной предмет пейзажа из вырванного участка иного мира.

Полагаю, у гильдии найдется маскировочное снаряжение высокого класса для незаметной заброски разведчиков. А дальше уже дело техники…

Я подошел к краю образовавшегося гигантского кратера. Остановился, заглядывая вниз. На дне до сих пор клубились сгустки плотного дыма грязно-коричневого цвета. Склоны имели ровную поверхность, будто срезанную огромным ножом.

— Да-а, — протянул я. — Впечатляет.

Боцман и Грешник встали рядом, заглядывая в котлован с ощутимой опаской. На них тоже произвело сильное впечатление мгновенное появление такой огромной дыры в земной тверди.

Правда, могу поспорить на что угодно, бывший флотский уже видел в своей жизни нечто похожее. Ни за что не поверю, что вышедшая в космос цивилизация не имела на вооружении сверхмощного оружия наподобие ядерного или любого другого аналога чудовищной разрушительной силы.

— Мне вот только непонятно, на черта вы перебросили такой огромный кусок? — поинтересовался я, искоса взглянув на подошедшую Фэй. Брас тенью замер за ее правым плечом.

Лицо девушки скривилось.

— Ошибка в расчетах, — с досадой объяснила она.

Я хмыкнул и, отыгрываясь за пренебрежительное отношение ранее, с издевкой спросил:

— Дай угадаю, вы проводили полевое испытание, хотели аккуратно перенести небольшое количество грунта. Предположу, что тот самый поросший бурьяном холм, около которого мы вначале остановились. Но все пошло наперекосяк, и в результате вы получили яму размером с хороший каньон, — мой голос сочился неприкрытым сарказмом.

Блин, в самом деле, это же не простая ошибка. Грубый просчет в вычислениях, могущий легко привести к непредсказуемым последствиям. Кто знает, как точно работает их технология. А вдруг реакция началась бы распространяться не останавливаясь?

Подумаешь о таком, мурашки по спине сами выстраиваются в ряд для торжественных маршей.

Внутреннее чутье подсказывало, что, будучи затянутым в искусственную «воронку», шансы остаться в живых на другой стороне будут стремиться к нулю. Сомневаюсь, что процесс предназначен для осторожной переброски живых форм органической жизни.

— Небольшой сбой в испытаниях случается всегда. Особенно в работе экспериментальных прототипов, — сухо буркнула Фэй, отворачиваясь.

В женском голосе едва заметно проскользнули нотки смущения. Техник (а скорее всего, инженер) не любила признаваться в собственном промахе.

Гордая. И смотрит на рейдеров, как на существ, находящихся на более низких ступенях социальной лестницы.

И Брас, кстати, тоже. Во взгляде штурмовика то и дело мелькало этакое выражение несомненного превосходства.

Я мысленно сплюнул. Никогда не любил надменных ублюдков, считающих себя выше других. Хотя по жизни с такой прослойкой общества приходилось сталкиваться регулярно. Заказчики, как правило, принадлежали к обеспеченным слоям населения.

Вот почему мне так нравилось работать на организации, а не на отдельных людей. Там обычно задание ограничивалось коротким инструктажем и общение сводилось к самому минимуму.

— И что теперь? Едем обратно в Улей? — осведомился я, окидывая кратер прощальным взглядом.

Девушка с ослепительно белыми волосами (потеряла где-то панаму цвета хаки?) чуть поколебалась, но все же кивнула, положительно оценивая прозвучавшее предложение.

— Общие замеры сделать не получится, мы так и не успели расставить датчики по периметру. Думаю, будет лучше вернуться на базу. А там уже, перейдя портал, обследуем окончательный результат переноса, — сказала она.

— Ну, это уже без нас, — брякнул Боцман, до сих пор находящийся в шоке от увиденного.

Трудно его за это винить. Мне тоже как-то совершенно не улыбалось вновь куда-то ехать с этой парочкой. Кто знает, что еще в их планах и не захотят ли гильдейцы испытать что-нибудь новенькое. Последний случай яснее ясного показал, что испытание непроверенного оборудования бывает более чем опасным. Рисковать своей шкурой ради процветания гильдии Хром я точно не собирался.

Мое настроение четко отобразилось на лице. Брас заметил, уголки губ мордоворота презрительно изогнулись. Ну как же, что с них взять, рейдеры, меркантильные мелкие душонки, известные всему Овелону как сообщество жадных до денег стяжателей — читалось в его взгляде.

И нельзя сказать, чтобы он был в каком-то смысле не прав. Забесплатно гнуть спину на гильдии никто из рейдеров не собирался. И всегда на первое место ставил собственный интерес, а уж затем все остальное. Тем более что гильдейцы в социальном устройстве бессмертного города находились на привилегированном положении.

Кстати об этом… В голове мелькнула сумасбродная идея. Хм-м… почему бы не создать свою гильдию? А что, любопытная мысль. Это откроет весьма существенные перспективы для жизни. Преимущества очевидны. Обретение подлинной независимости. Силы. Где сила, там и власть, а значит, влияние. Круг тех, кто сможет указывать, как поступать, существенным образом сократится, а то и вовсе исчезнет. Стать по-настоящему хозяином своего положения.

Заманчиво? Еще бы. Вот только все это на словах. В реальности скорее всего будет все по-другому. Появится больше врагов, недоброжелателей, не желающих появления еще одного конкурента. Не успеешь опомниться, как обязательно найдутся те, кто захочет тебя прикончить.

К тому же создание организации подобного типа отнюдь не выглядело тривиальной задачей. Понадобятся существенные ресурсы. Верные люди. Проверенные, надежные. Ядро и опора будущей структуры. Квалифицированные кадры, разбирающиеся во многих сферах, а не только бойцы.

Махать кулаками одно, а увлечь за собой достаточно большое количество народа — совершенно другое. Это вам не управлять командой из пары человек, оказавшихся вместе исключительно благодаря случайному стечению обстоятельств.

Абсолютно иной уровень. Что называется, высшая лига. Игра по-крупному, с большими ставками. Где за столом сидят серьезные дяди и тети, готовые убивать, чтобы проложить себе путь на вершину.

Знаю не понаслышке. С такими тоже приходилось сталкиваться довольно часто. Холодные, беспощадные. Одной рукой они пожимают тебе ладонь, улыбаясь в лицо, а в другой держат кинжал, готовые ударить в любой миг, если вдруг покажется, что ты им чем-то мешаешь.

И все же соблазн очень велик. Плюсы ведь тоже имелись. И немалые. Бояться волков — в лес не ходить. Так, кажется, говорили в старые времена. Очень верно подмечено для указанной ситуации.

Стоило обязательно вернуться к занимательной мысли. Обдумать идею попозже подробнее. Тут надо все хорошенько обмозговать, прикинуть на досуге, что да как. С бухты-барахты такие дела не решаются. Для начала не помешало бы обзавестись собственным домом, а уж потом думать о дальнейшем развитии.

— Пора ехать, обратный путь неблизкий, — Брас ухватился за раму, намереваясь забраться в «Саранчу».

Грешник последовал его примеру, двинувшись к колесной платформе, показавшей себя сегодня исключительно с хорошей стороны. Подведи техника лишь в малом, и день вполне мог закончиться на дне одной из впадин при землетрясении.

— Отличная мысль, — я сделал шаг. И тут же замер. Едва заметное мельтешение, замеченное периферийным зрением, заставило остановиться и обернуться.

А это еще что? Черные точки на горизонте. И явно движутся.

Я ступил на подножку, перегнулся через бортик, беря в руки оптический визор, по-земному именуемый биноклем. Разве что конкретно этот агрегат был под завязку набит чувствительной электроникой вместо примитивной системы увеличительных стекол.

Наведение на цель. Сработал автоматический зум. Автофокусировка подстроилась под дневное освещение, делая картинку более контрастной и различимой. Одновременно с этим высветились цифры дальномера, ожила колонка с бегущими данными. Встроенный компьютерный чип принялся обрабатывать изображение, проводя анализ поступающей информации.

«Средний глайдер „Скат-РВ“. Военная модель. Комплектация „Стандарт-3 плюс“. Полезная грузоподъемность… Бортовое вооружение… Экипаж… Десантный отсек… Мощность двигателей… Степень бронирования…»

«Идентификация маркера принадлежности…»

«Подождите. Идет обработка…»

И наконец финальный аккорд пронесшегося потока сообщений, вызвавший скрип зубов:

«Гильдия Кобальт».

Что за черт? А эти здесь откуда взялись? Разве мир Сареш не находился под исключительным протекторатом гильдии Хром? Интуиция прямо взвыла, предупреждая о грядущих проблемах.

— Проклятье! — я от души выругался.

— В чем дело? — первым, как и положено, среагировал Брас.

Оглянулся, цепко оглядывая меня, отметил наличие в ладонях визора, мгновенно соотнес позу наблюдателя, недавно оторвавшегося от горизонта и прозвучавшей фразы с легко различимым негативным оттенком. И молниеносно уставился в том же направлении.

Ну да, ему бинокль не нужен, даже напичканный сверх меры электронными потрохами. Штурмовику доступен более продвинутый способ. Крутая прошивка, типа «боевой взор» или нечто похожее, вживленное напрямую в организм через основу.

Странно, что он первый не заметил пришельцев. Небось отвык находиться в отрыве от основных сил. Без поддержки за спиной многочисленных комплексов наблюдения и разведки. Здесь нет спутников и станций полуактивного излучения, мгновенно засекающего любое чужеродное проявление.

Роль штурмовика проста, ему указывают цель, он ее атакует. «Глазами и ушами», как правило, выступает кто-то иной, рассеивающий «туман войны» на многие километры.

А тут вспомогательных частей нет. Подключение в единый контур в рамках сетецентрической формы объединенных подразделений отсутствует. Боевая единица, отрезанная от информационных коммуникаций, значительно теряет в своей эффективности. Ну и плюс сказалось влияние недавнего эксперимента. Избегание гибели повлияло на восприятие окружающей обстановки. Все-таки речь идет о человеке, а не о бесчувственной машине. Сознание отреагировало на близкую смерть, сбив привычный настрой…

— Откуда здесь гильдия Кобальт? — я обернулся к Фэй.

Девушка (или женщина? Черт с ней, пусть будет девушка, внешностью больше подходит, теткой ее точно не назовешь) изумленно вскинула брови, отрицательно мотнула головой и по нашему примеру принялась напряженно вглядываться в горизонт. Выглядела она чрезвычайно встревоженной.

У меня появились крайне нехорошие предчувствия.

— Вы с ними воюете? — незнакомые досконально с внутренней кухней взаимоотношений между гильдиями Овелона Боцман и Грешник в первую очередь озаботились потенциальной опасностью для нас лично.

Ведь одно дело воевать с отсталыми дикарями (а обитатели Сареша, как ни посмотри, не дотягивали до планки серьезных противников, присвоенный местной цивилизации индекс В-7 — это подтверждал), и совершенно другое — столкнуться с врагом, имеющим равные возможности для ведения боя.

А в нашем конкретном случае еще и превосходившими. Тройка недавних «моллюсков» имела слишком низкоуровневые навыки, чтобы всерьез рассчитывать на победу при столкновении с прокачанными боевиками другой гильдии. Скорее всего, нас размажут и не заметят.

— Отношения Хрома с Кобальтом всегда варьировались в пределах от нейтрально-враждебных до агрессивных, — просветила Фэй рейдеров. — Так что я предлагаю немедленно убираться отсюда и надеяться, что удастся послать сигнал о помощи в Улей.

— Поддерживаю, — я одним прыжком взлетел на подножку, не останавливаясь юркнул на водительское сиденье.

Руки привычно схватили руль-штурвал, пальцы пробежались по клавишам запуска двигателя. Вспыхнули индикационные огоньки на приборной панели.

— Едем.

— Скорее, сваливаем отсюда.

Брас едва успел заскочить на платформу. Шесть колес дернулись одновременно. Оставляя позади шлейф пыли, платформа стремительно набирала скорость.

— Черт, черт, черт, — ругался я, из-за всех сил давя на кнопки.

Предчувствие надвигающейся угрозы становилось все сильнее. Правая нога по привычке искала педаль газа, не находила и бессильно пинала по вертикальной пластине сваренного бампера.

— Быстрее. Они приближаются, — Боцман схватил окуляр и следил за преследователями.

— Да заткнись ты, — яростно откликнулся я, объезжая попавшийся на пути булыжник в обрамлении густого кустарника. — Это же тебе не гоночная трасса, мы едем по земле, а они летят над ней. Улавливаешь разницу?

Громкие слова уносил ветер. В лицо летела пыль, мешая обзору. То и дело выскакивающие на дороге препятствия в виде небольших барханчиков или в беспорядке валяющихся валунов вынуждали постоянно крутить руль, стараясь ни во что не врезаться.

«Саранча» легонько подпрыгивала, качаясь на амортизаторах каждый раз, когда не удавалось объехать очередной бугорок. Со стороны поле, может, и казалось относительно ровной поверхностью, но в реальности мы неслись по самому настоящему бездорожью. Трава и кустарники успешно скрывали большое количество рытвин, на пару с рыхлым грунтом, постоянно норовившим провалиться поглубже и утянуть за собой машину.

Короче, такой себе «Париж — Дакар» в экстремальных условиях.

— Прибавь, они выходят на расстояние уверенного поражения, — настала очередь гильдейского штурмовика действовать мне на нервы.

Перед ним в этом уже успела отметиться Фэй, заоравшая, что не желает попадать в плен к соперничающей гильдии.

Лишь Грешник сохранял хоть какое-то спокойствие, деловито и уверенно проверяя штурмовую вайзер-винтовку перед боем.

— Да заткнитесь вы на хрен! — взбешенный постоянным воплями, прорычал я.

Бросил взгляд через плечо. Черные точки превратились в плоские силуэты, парящие над землей.

Вот дерьмо. И впрямь догоняют. Да еще как.

— Что там с сигналом тревоги? — спросил я.

— Не проходит, нет связи, — ответила техник.

— Не проходит? Или его глушат? — уточнил я.

Руль трясло, приходилось прикладывать усилия, чтобы его удержать. Да еще постоянная бешеная болтанка не давала расслабиться, требуя предельной концентрации и осторожности.

Услышав последний вопрос, Фэй заткнулась. Знать бы, зачем на задание отправили именно ее, а не кого-то из более подготовленных. У блондинки явно нет опыта работы в полевых условиях. Да и спутник ее пока что проявил себя, прямо скажем, не очень.

Неужели возжелала наград? Путем интриг добилась назначения, в стремлении забраться по карьерной лестнице выше. Отсюда и малочисленность группы. Захотела забрать все лавры себе. А ей в ответ урезали обеспечение и вместо хорошо вооруженной команды сопровождения навязали одного штурмовика и троицу бывших «моллюсков», тем самым подставляя под удар.

Отлично, мы сдохнем из-за подковерной грызни внутригильдейских разборок.

Бюрократы, еще один тип людей, кого я искренне ненавидел. Особенно из тех, что служили в таможне и мешали свободному пересечению государственных границ. Вот уж точно без кого человечество смогло бы запросто обойтись…

— Они все ближе, — в очередной раз (уже в который? в третий? в четвертый?) проорала Фэй.

— Смотри! — неожиданно у меня над правым плечом высунулся Боцман, тыча куда-то вправо вытянутой рукой. — Там дорога!

Я резко крутанул руль, поворачивая в указанном направлении, потому что там и вправду темнела ровная нить шоссе на невысоком пригорке.

Асфальтированная трасса даст небольшую прибавку к скорости. Говорить о подавляющем преимуществе, конечно, нельзя, но разница должна уменьшиться. Тем самым давая больше времени перед тем, как погоня закончится.

Иллюзий по поводу возможного столкновения у меня не имелось. «Саранча» не могла составить конкуренцию двум глайдерам военной модели, имевшим полный комплект бортового вооружения. Счастье, что они еще палить не начали издалека. Решетчатая рама из сваренных трубок никак не тянула на бронированную капсулу кабины закрытого типа.

Собственно, нас и из ручного оружия можно легко расстрелять, стоит подъехать чуть ближе.

Одно хорошо, в отличие от нас, у преследователей машины полностью закрыты броней. А это лишний вес и нагрузка на тягу. Именно благодаря данному факту гонка не закончилась едва начавшись. Обычно техника на антиграве с ускорителями передвигалась куда как проворнее.

— У них есть уязвимые места? — проорал я назад, в первую очередь обращаясь к штатному технику команды.

Боцман нелепо извернулся в кресле, пялясь в визор и стараясь не упускать противника из вида.

— Что там говорит эта железяка?

Идентификация транспорта Кобальта вроде прошла успешно. Может, умный бинокль заодно подскажет, куда лучше всего стрелять?

— Ничего хорошего, — перекрывая порывы ветра, прокричал Боцман.

«Саранча» подпрыгнула, выезжая на ровную поверхность дороги и поворачивая.

— Никаких изъянов в защите не обнаружено, — продолжил техник и не забыл уточнить: — Для нашего класса оружия.

Ну да, залп из портативного ракетного комплекса сейчас бы точно не помешал.

Благодаря ровной трассе появилась возможность немного отвлечься и еще раз взглянуть на вражин. Расстояние между нами уже так сократилось, что разглядеть их получалось и без приборов.

Гладкие обтекаемые обводы, приплюснутый силуэт и… что это? Только что проскользнуло по корпусу? Похоже на тусклое мерцание. Силовой щит? Отлично, тогда реактивные гранаты тут не помогут. Если брать земные аналоги, то нас сейчас догоняли натуральные танки, а не бронетранспортеры, как думалось ранее. По крайней мере, по степени защищенности уж точно.

— Слева, командир! — Грешник подал голос как всегда внезапно и строго по делу.

Бывший преступник (или кем он там являлся в прошлой жизни) предпочитал не сотрясать воздух ежеминутными воплями о приближении неприятеля.

Я повернул голову в указанном направлении. Чуть дальше по трассе виднелся поворот, ведущий к небольшому городку.

— На открытой местности они нас рано или поздно догонят, — проворчал я, успев оценить замысел штурмовика. — И скорее всего, расстреляют, как в тире.

Как будто подтверждая последние слова, «Саранча» нелепо дернулась, руль резко повело вбок. И лишь после этого долетел звук произведенного выстрела, похожий на тонкий свист. Удержать машину удалось с определенным трудом.

— Попали по заднему колесу, — сообщил Боцман, на ходу свесившись за край бортика рамы.

— Сожгло? — резко спросил я, гадая, почему прямое попадание вызвало так мало разрушений.

По идее, энергетический снаряд сжатого до состояния плотного шарика вайта, выпущенный с умопомрачительным ускорением из бортовой пушки крупного калибра, должен нанести куда больше повреждений, чем одно колесо. А тут всего лишь тряхнуло и вильнуло в сторону. Да, вездеход едва не съехал в придорожную канаву, но если подумать, то последствия пустяковые.

— Целое, — в голове Боцмана послышались удивленные нотки.

— Целое? — не поверил я.

Колеса на «Саранче», разумеется, снабжались не заурядными шинами, куда закачивали простой воздух. Вместо наполнителя использовалось специальное пористое вещество, не требующего особого ухода.

В теории выстрел из вайзера, какой бы убойной мощностью он ни обладал, должен сжечь этот упругий, но при этом чрезвычайно податливый для высоких температур материал. Все равно что плеснуть огнем на резину. Результат должен оказаться таким же.

— Они стреляют из кинетического оружия при помощи сжатых магнитных полей металлическими шариками, — в обсуждение бесцеремонно влез Брас. — Вероятно, хотят взять живьем и поэтому осторожничают. Снаряд завяз в покрышке. Но еще пара попаданий — и ось сама развалится. Балансировка нарушится, и скорость заметно снизится.

И нас возьмут тепленькими, закончил мысль я про себя. Прав хромовец, тысячу раз прав. Им ничего даже делать не придется. Расстреляют еще парочку колес и тупо дождутся, пока архаичный аппарат сам не остановится. Укрыться негде. Все на виду. Подъедут, наставят стволы и вежливо попросят поднять руки вверх.

Что будет дальше? Не трудно догадаться. Рейдеров и телохранителя пустят в расход. Специалиста (Фэй) в плен. Вот так и закончится, с высокой долей вероятности, погоня.

Проклятье. Видимо, придется воспользоваться вариантом, предложенным Грешником. Займем оборону в городке аборигенов и постараемся подороже продать свою жизнь. Другого выхода нет.

Появление «Саранчи» на улицах городка мира Сареш не произвело большого фурора. Немногочисленные зеваки на тротуарах проводили колесную платформу слегка раздраженными взглядами, но не сделали никакой попытки помешать дальнейшему продвижению. В том смысле, что никто не выскакивал на дорогу, махая руками, призывая остановиться, или бросаясь к телефонам, торопясь звонить «куда надо».

Похоже, маскировка все же сработала, и нас действительно приняли за местных представителей племени байкеров.

— Туда, в переулок, — Боцман перегнулся через мое плечо, тыча указательным пальцем в узкий проезд, зажатый двумя приземистыми длинными зданиями.

В поселении вообще преобладали постройки максимум в два этажа. И сам город мне чем-то напомнил небольшие американские городки на Среднем Западе. Невысокие кирпичные строения, широкая проезжая часть и в противовес ей кучкующиеся близко дома.

Вдоль дороги торчали столбы с переброшенными проводами, чуть ниже свисали плафоны уличных фонарей, на обочине замерли старомодные винтажные автомобили. Везде царствовала идиллическая тишина и покой.

До нашего появления.

Я резко крутанул баранку руля, вписываясь в резкий поворот и молясь всем известным богам, чтобы проход оказался достаточным большим для беспрепятственного проезда колесной платформы.

Ощущение приближения погони обжигало затылок злым ветром. Казалось, достаточно промедлить на долю секунды — и гонка завершится точно так, как еще совсем недавно рисовало разыгравшееся воображение: вездеход расстреляют, лишат возможности ехать дальше, всех возьмут, что называется, «тепленькими».

— Тормози! Там же стена! — заорала Фэй, вцепившись мне в плечо.

Мы влетели в указанный переулок на всех порах и едва не врезались со всей дури в кирпичную стену. Чудом удалось затормозить, избегая аварии.

«Саранча» дернулась, застывая на месте. Вместе с ней рывком дернулись пассажиры. Ладно еще пристегнулись ремнями, иначе полетели бы головами вперед.

Прелестно, переулок оказался тупиком. Из Боцмана получился весьма «знатный» навигатор.

— Здорово подсказал, — я скрипнул зубами, со злостью оглядываясь на бывшего флотского.

Надеюсь, в своем мире он водил космические корабли не таким же образом. Иначе сомневаюсь, что они у себя там нашли много пригодных для жизни планет.

— Сдай назад, командир, кажется, там справа есть проход, — посоветовал Грешник.

Иного выбора в общем-то не имелось. И так придется выезжать задним ходом. Тут как в ловушке. Подъедут враги и прямо с центральной улицы прямой наводкой расстреляют в упор.

Колеса закрутились, медленно выводя вездеход к обратному выезду. Развернуться мешал слишком узкий проход.

— Вот, здесь забор, за ним еще один проулок, — Грешник ткнул вправо.

Но я и сам уже разглядел сетку-рабицу, уставленную с противоположной стороны разными ящиками, отчего создавалось впечатление продолжения стены первого здания.

Невзирая на недостаток места, «Саранчу» удалось чуть повернуть, дать газу, проламывая хрупкое препятствие. Прислоненный к забору собранный хлам не выдержал напора и разлетелся, давая дорогу.

Отлично. Едем дальше. Возвращаться назад уже точно не стоит. За прошедшее время глайдеры вполне могли добраться до города и сейчас рыскать в округе, выискивая исчезнувшую добычу.

К счастью, набрать высоту и осмотреть окрестности сверху у них при всем желании не получится. Своеобразная компоновка антигравов, устанавливаемых на подобный тип транспортных средств, не позволяла отрываться от земли больше чем два-три метра. Кажется, это напрямую связано с Дюнами. А конкретно с нарастающей плотностью излучения иала уже в среднем промежутке того, что там с трудом можно назвать атмосферой.

Проще говоря, чем выше, тем хуже для механизмов и людей. Поэтому нормального воздушного транспорта в междумирье не встречалось. Любые аналоги самолетов там попросту не смогут летать.

Так, стоп, глайдеры сами взлететь не смогут. Но ведь противнику это и не обязательно делать. Достаточно послать дронов на разведку. Они-то у Кобальта точно имеются в арсенале военных машин. Да что там машин, любой штурмовик в более или менее нормальных технодоспехах должен обладать киберзондами для осмотра окружающей местности. Механические «малыши» пусть и могут охватить небольшую площадь, но уж для этого городка их определенно хватит с лихвой.

Нас по-любому засекут. Спрятаться при всем желании не выйдет.

— Так, вылезаем, идем в ближайшее здание, — скомандовал я, выпрыгивая из «Саранчи», загнанной еще дальше в переулок и уже не видной с главной улицы.

— С ума сошел? Там же нас прижмут в два счета. Надо срочно уезжать, — запаниковала Фэй.

— Куда? Чтобы в ровном поле перестреляли быстрей? — огрызнулся я, с отвращением стягивая с шеи пыльный платок и бросая его на водительское кресло. — Займем оборону здесь.

— Он прав, другого выхода нет, — поддержал меня Брас.

Штурмовик соскочил на землю, не забыв прихватить собственную винтовку. Следом спрыгнули Боцман и Грешник.

Хлипкая фанерная дверь не оказала серьезного сопротивления. Мощный пинок ботинком на толстой подошве без труда снес препятствие.

Внутрь двухэтажного кирпичного здания группа заходила в строгом порядке. Первым шел гильдейский штурмовик, поводя по сторонам вскинутым в положение для стрельбы вайзером. Следом двигался я, держа наготове боевую проекцию. Потом шагали техники. Замыкал шествие, заодно прикрывая тылы, Грешник, тоже вооруженный тяжелой винтовкой.

Затхлый запах старых вещей, сваленные в беспорядочную кучу измятые картонные коробки, какие-то деревяшки, нечто похожее на мебель, везде паутина и пыль — нам повезло наткнуться на нежилую постройку. Судя по обстановке, заброшенную давно.

Покрытые внушительным слоем грязи окна едва пропускали солнечный свет, так что приходилось ориентироваться, полагаясь исключительно на крутые примочки ночного зрения Браса.

— Куда идем? — шепотом спросил Боцман, дергая меня за рукав.

Губы техника едва шевелились, пришлось поднапрячься, чтобы понять, о чем конкретно он спрашивал.

М-да, действительно, в этой помойке вряд ли удастся нормально отсидеться. Очень уж неудобное место для обороны.

Брас притормозил, модифицированный слух без проблем позволил суперсолдату разобрать тихую речь.

— Может, наверх? — предложил он.

Я подумал, прикидывая другие варианты. На улицу соваться уже в любом случае не резон. Там положение окажется куда хуже нынешнего. Была не была.

— Давай, — согласился я. — Глянем, что там. Может, есть выход на крышу. Обзор не помешает. Если что, уйдем назад.

Сказано — сделано. Деревянная лестница поскрипывала старыми половицами, немного шаталась перилами, но дала возможность зайти на второй этаж мрачноватого здания.

Интересно, что здесь раньше располагалось? На фабрику не похоже, никаких станков или чего-то подобного не видать. На жилой дом тем более. Кажется, в одной из комнат внизу виднелись остатки столов, стульев и нечто отдаленно напоминающее барную стойку. Какое-то развлекательное заведение, вроде совмещенного бара и ресторана? Вполне может быть.

На втором этаже задерживаться долго не стали. Нашли еще одну лестницу и двинулись дальше. Небольшой висячий замок, преграждающий путь на крышу, тоже не оказался серьезной проблемой. Сбили, распахнули дверь, выбрались на самый верх здания. Кровля оказалась плоской, по периметру огражденная невысокими бортиками.

— Посмотрим, что творится на центральной улице, — предложил я и предупредил: — Только осторожно.

Все пятеро, пригибаясь, подползли медленно к краю, стараясь производить как можно меньше шума и не вставая в полный рост, чтобы визуально не быть обнаруженными снаружи.

— Вон они, — шепотом произнес Брас, тыча пальцем в начало главного проспекта городка.

Приземистые глайдеры преследователей неподвижно висели на одном месте, не предпринимая никаких действий. Интересно, дроны уже выпустили? Да и черт с ними, скрываться, уходя с крыши, бесполезно. Все равно «Саранчу» обнаружат.

Футуристичный вид выделял машины из Овелона на фоне провинциального городка, приковывал внимание инородными формами. Многие местные жители останавливались, пораженно принимаясь разглядывать пришельцев.

— Затаились, сволочи, — недовольно буркнул Боцман. — Небось сканируют местность, пытаясь выяснить наше местоположение.

— Откуда они вообще здесь взялись? Сареш под протекторатом Хрома уже многие годы, — подхватила негодование Фэй.

Я хмыкнул. Ох уж эта гильдейская заносчивость. Даже столкнувшись с конкурентами из другой гильдии, все равно считают, что им кто-то и чем-то обязан.

— Неужели не очевидно? — проронил я. — Им плевать на сам мир, им нужны вы.

— Мы? — удивились девушка-техник.

М-да, а она все-таки слегка туповата. В машинерии она, может, и разбирается (как ни посмотри, а устройство переноса сработало на все сто), но вот с общей соображалкой у нее явные трудности.

Или дело в экстремальной ситуации? Некоторые люди начинают страшно тупить, попав в нестандартное для себя положение, к тому же с ощутимым риском для жизни. Стресс, возбуждение, страх, ощущение опасности — и вполне разумный в обычной жизни человек становится тормозом, задающим порой самые простые вопросы. Физиология нарушается, адреналин зашкаливает, мозг отказывается работать в привычном ритме.

— Точнее ваши исследования, — любезно уточнил я. — Способ перемещения кусков планеты в междумирье. Очень ценный приз для соперника Хрома.

— А откуда они узнали о проведении эксперимента? — подал голос Брас, как и остальные, стараясь говорить очень тихо.

Я уже собирался сказать про шпионов внутри управляющих гильдейских структур, но тут штурмовик продолжил:

— Местоположение по большому счету выбрали наугад перед самым отъездом. О нем никто, кроме нас, не должен был знать.

Так, выходит, дело отнюдь не во внедренных агентах. Тогда что? Слежка? Выехали из Улья, засекли, сели на хвост. Тоже не слишком понятно. Дистанционное наблюдение за аванпостом вряд ли бы осталось незамеченным соответствующими службами Хрома. Не деревенский сарай охраняют, вряд ли бы проморгали такое.

Что остается? Только одно. Обнаружение возмущений в целостности самой ткани пространства. Засекли сильный всплеск и бросились на сигнал, желая узнать, кто тут таким образом хулиганит.

Логично? Вроде бы да. Иначе куда проще взять нас тепленькими на месте сразу после проведенного испытания, а не устраивать гонки по пересеченной местности. Тем более на не слишком подходящих для этого транспортных средствах. Более быстрые глайдеры, пусть и хуже защищенные, догнали бы нас в два счета еще на поле.

Однако все это не давало ответа на основной вопрос. Откуда вообще появилась гильдия Кобальт на Сареше? Тоже отдельная экспедиция за В-кристаллами? Или полноценное вторжение для установления полного контроля над всеми известными месторождениями чрезвычайно ценного ресурса?

Черт его знает. Слишком много переменных и мало знаний о внутренних отношениях гильдий Овелона, чтобы делать какие-то выводы. В теории все может быть. Вплоть до случайного попадания отдельной рейдовой группы Кобальта в этот мир.

— Понятия не имею, откуда они взялись, но думаю, все согласятся, что встречаться с ними крайне не рекомендуется, — спустя короткий промежуток времени изрек я.

В дружном единодушии меня поддержали все четверо. Ни у кого из памяти еще не выветрилась стрельба по колесам, чтобы предлагать провести превентивные переговоры. Как говорится, ты с белым флагом, а тебе пулю в лоб. Оно кому надо? Здравомыслие подсказывало держаться от пришлых конкурентов иномирян подальше.

— Долго просидеть здесь все равно не выйдет, — угрюмо проскрипел Брас. — Надо разработать план на случай боестолкновения.

Я покосился на штурмовика.

— Есть предложения? Слушаю. Я всегда открыт для конструктивных идей.

Боцман и Грешник тоже уставились на гильдейца. Ни у кого из них толковых мыслей насчет того, как выбраться из этой задницы, не находилось.

И говоря откровенно, мне тоже ничего путного в голову не лезло. Очень уж серьезный перевес у противника в силе и слишком уж плохая позиция у нас. При любых раскладах выходило поражение. Да что там поражение, полноценный разгром.

Как ни горько это признавать, мы проигрывали по всем статьям.

Между тем глайдеры начали неторопливое движение вперед. Чужие машины для здешних мест медленно плыли над асфальтированной дорогой, сохраняя между собой четкую дистанцию.

Я чуть ли не физически чувствовал, как по округе ползают сенсорные щупальца, пытаясь найти спрятавшихся беглецов. Надо отметить, довольно паршивое ощущение. Все равно, что находиться под прицелом сразу целой группы снайперов.

— Ладно, действовать будем так… — сказал Брас.

Но договорить ему не позволили.

Бумм!!! — откуда ни возьмись вдруг раздался громкий грохот.

Вся наша пятерка интуитивно пригнула головы, спасаясь от неведомой опасности.

— Это еще что за дерьмо? — ругнулся Боцман, проявивший большую несдержанность, чем другие.

Бумм!!! — вслед за первым прилетел еще один звук сильного взрыва.

И тут же послышался странный скрежет и шум мощного удара. Как будто что-то тяжелое врезалось в бетонную стену.

Оставаться в неведении не представлялось возможным. Я осторожно приподнял голову, выглядывая из-за бортика, гадая про себя, что там могло произойти.

Открывшаяся картина ошарашила нереальностью происходящего. Навстречу лениво ползущим глайдерам выкатились два гусеничных танка и с ходу открыли огонь, уже успев произвести целых два выстрела.

И все бы ничего, подумаешь, какие-то допотопные железяки пытаются помешать намного более развитым в техническом плане пришельцам. Глядя на такие потуги, можно разве что рассмеяться.

Вот только один из пришельцев прямо сейчас валялся в перевернутом виде в куче битого кирпича и крошева разбитых витрин одного из многочисленных магазинчиков в городе. Каким-то чудом туземцы смогли подбить высокотехнологичную боевую машину гильдии Кобальт.

— Какого хрена? — с недоумением протянул я.

Лицо Браса вытянулось от удивления, ничего подобного он раньше в жизни, похоже, не встречал. Другие не отставали от него в выражениях изумления.

Их трудно за это винить. Все равно, что увидеть, как из охотничьего карабина сбивают бронированный армейский ударный вертолет.

Справедливости ради стоило отметить, что идущий впереди глайдер не подбили в полном понимании этого слова. В результате выстрелов танковых пушек «Скат» не взорвался, его опрокинуло и швырнуло со страшной силой на ближайшее здание.

В обычных условиях металлические болванки при попадании как бы соскальзывали, реагируя на соприкосновение с пленкой силового щита. Реже шла реакция детонации, поглощающая всю силу подрыва боеприпаса.

То есть даже десяток танков мог вести беспрерывный обстрел в течение получаса и не добиться никакого эффекта.

А тут вдруг такой конфуз. Предполагаю, это напрямую связано с близостью произведенной атаки и неудачным углом наклона, под которым произошло поражение цели. Совокупность двух этих факторов привела к столь значительному успеху.

Несомненно, танки засекли еще на подходе. Но экипаж Кобальта даже не воспринимал туземцев врагами, могущими нанести хоть какой-то урон. Высокомерно проигнорировали, намереваясь не обращать внимание на путающихся под ногами «муравьев». И получили за самоуверенность здоровую плюху.

— Больно, наверное, — растягивая рот в ехидной ухмылке, изрек Грешник, комментируя перевернувшийся на бок военный бот.

— Тряхнуло внутри знатно, — согласился я. — Шишек они себе однозначно набили. Только вот толку от этого мало. Сейчас гильдейцы очухаются и вломят местным по первое число за наглость.

Подтверждая мои слова, второй глайдер плавно сделал крутой вираж, уходя из сектора обстрела танков, одновременно с этим разворачиваясь и выходя на линию атаки.

Блеснуло две вспышки. Сине-зеленые огоньки прочертили воздух от летающей машины к замершим посреди улицы железным уродцам местного военпрома.

Послышался неприятный треск, что-то сверкнуло, следом раздался оглушительный взрыв.

Буммм! — раскатистым перекатом пронеслось над городком.

Боекомплект танков сдетонировал. Стальная броня не смогла защитить внутренности боевых машин от атаки инопланетного оружия. Военную технику буквально разорвало на части, оставив после себя лишь сиротливую пару гусеничных шасси.

— Черт! — Брас эмоционально стукнул ребром ладони о край ограждения крыши. — Без активной энергозащиты против вайзер-орудия никаких шансов. На что эти безумцы надеялись?

Я пожал плечами.

— На храбрость. Они защищают свой дом от пришельцев.

Грешник тронул меня за плечо.

— Кстати об орудиях, смотрите, это случаем не еще одна стреляющая штука туземцев?

Изрыгая клубы маслянисто-черного дыма, из прилегающей к центральному проспекту улочки бодро выкатился новый участник развернувшегося сражения. Выглядел он слегка нелепо и походил на старый бульдозер, которому спереди приварили большую трубу.

Судя по внешнему виду, механизм относился к классу самоходных артиллерийских орудий. Судьба, постигшая два танка, водителя этого чуда нисколечко не смутила. Все так же оставляя за собой темный шлейф дыма, машина уверенно выдвинулась вперед.

Я встрепенулся, успев оценить открывшееся окно возможностей. Первый глайдер так и лежал, наполовину заваленный строительным щебнем, похоже, у него там что-то здорово переклинило. Второй все основное внимание уделил приближающемуся очередному врагу.

— Так, Фэй и Боцман, быстро вниз, садитесь в «Саранчу» и уматывайте отсюда, — приказал я и, предвосхищая любые возможные возражения, яростно рявкнул: — Живо!

Затем обернулся к Брасу с Грешником и скомандовал:

— Приготовиться. Беглый огонь по второму глайдеру. Отвлечем его на себя, дадим железяке аборигенов шанс на выстрел.

Штурмовики не стали ничего переспрашивать, с ходу сумев понять замысел. Появился шанс, им надо воспользоваться. В противном случае посланцы Кобальта сначала разделаются с аборигенами, а после обязательно примутся за нас.

— Рассредоточьтесь, — добавил я, отбегая к дальнему углу здания. — Чтобы не накрыли всех с одного выстрела.

Грешник и Брас разбежались в разные стороны. Встали на колено, вскинули винтовки, замерев в классической позе стрелков.

— Огонь.

Замелькали выстрелы вайзеров. Бледной тенью материализовалось световое копье над «перчаткой мистика».

Боевая проекция повисела, переливаясь мутным отблеском. И рванула вперед, повинуясь резкому взмаху, на лету разделяясь на две части и существенно вырастая в размерах.

На сглаженном корпусе расцвела буйным цветом целая россыпь ярких вспышек. Энергетические заряды врезались в тусклое свечение, вызывая перепад напряжения генератора силового щита и заставляя автоматику выделять лишние мощности из вспомогательных резервов для дополнительной защиты.

Пробить мы, конечно, ничего не пробили, но нужное воздействие оказали. Глайдер дернулся, качнулся в сторону, выходя из зоны обстрела. Ненадолго, всего на пару мгновений, водитель оказался отвлечен внезапной атакой с правого фланга. Но этого оказалось достаточно, чтобы наш невольный союзник успел выйти на дистанцию поражения.

Бум-мм! — самоходка качнулась, делая выстрел.

Результат превзошел все ожидания. Получив в бок полновесный артиллерийский снаряд, выпущенный с расстояния меньше сотни метров, глайдер крутанулся вокруг своей оси и отлетел словно пушинка на стоящий позади дом.

Раздался еще один грохот. Кирпичная кладка не выдержала столкновения и обрушилась. Вверх взметнулся столб пыли.

— Неслабо, — одобрительно хмыкнул я.

Слева послышалась трескотня выстрелов из обычного огнестрельного оружия. Из первого подбитого глайдера наконец выбрались люди. Чтобы тут же попасть под огонь выскочивших на улицы людей в грязно-зеленой форме, отдаленно напоминающей камуфляж.

В городке базировалось армейское подразделение? Или солдаты что-то вроде народного ополчения? Неважно. Главное, что оказались в нужном месте и в нужное время.

Мгновенно завязалась интенсивная перестрелка. Причем бойцы Кобальта не растерялись от еще одного нападения и быстро принялись брать верх, подавляя противника технологическим превосходством.

— Так, вы туда, поможете местным. Я займусь вторым, — скомандовал я, кивая на вспыхнувшее сражение.

Брас и Грешник кивнули и переключились на новую цель, помогая защитникам городка прицельным огнем из вайзеров с крыши.

Я же чуть поколебался, но затем все-таки соскользнул вниз, намереваясь подойти к месту крушения другого «Ската» поближе.

Колени спружинили, ноги мягко коснулись асфальта. Прыжок с высоты двух этажей для измененных «основой» организма прошел без последствий.

План был прост, поражать врагов, пока они будут выбираться из подбитой машины, не давая возможности организовать полноценную оборону.

Первым появился водитель. Расположенная впереди боковая дверца откинулась, показывая человека в темном комбезе. Снять его удалось с первого выстрела. Заряд светового копья промелькнул и точно поразил живую мишень.

Минус один.

Осталось…

Сколько еще врагов осталось внутри лежащего на боку летающего транспорта, додумать не получилось. Задняя аппарель открылась, и меня с ходу атаковали боевой проекцией.

С трудом удалось создать «Щит», закрываясь от неожиданного нападения.

Наружу выбрался грузный мужик в короткой плотной куртке. На его левой руке мягко переливалась сине-серебристым светом «перчатка мистика».

Вот даже как. Коллега по классу.

Мы замерли, напряженно сверля друг друга мрачными взглядами. Казалось, сам воздух застыл перед предстоящим поединков двух мистиков.

Но как это обычно и бывает, занятые самими собой, мы совершенно забыли о других участниках битвы. В частности, о той самой самоходке, что изначально подбила глайдер.

Раздался еще один выстрел.

Взрыв не нанес большого вреда. К счастью, наводчик в самоходке поспешил дать добро на выстрел, и снаряд ушел далеко в сторону, попав в стоящее чуть в отдалении здание.

Приглушенно грохнуло, хлипкие стены дрогнули и обвалились, выбросив на улицу новую порцию облака дыма. Но я не обратил на это внимания, у меня имелись куда более серьезные проблемы, чем криворукие растяпы внутри артиллерийской установки.

Время застыло. Мы с мистиком Кобальта уставились друг на друга, не зная, что предпринять. То есть, разумеется, по всем законам логики нам бы атаковать друг друга немедля. Да вот беда, у каждого имелись причины слегка погодить с выяснением отношением прямо сейчас.

Мужик косился на опрокинутый глайдер, стараясь не выпускать меня из виду и, видимо, беспокоясь за своих людей. Затевать драку он не спешил, в первую очередь намереваясь выяснить, что случилось с остальными товарищами.

Я в свою очередь тоже не горел желанием бросаться в бой, так как уже успел оценить крутость работающего артефакта, переливающегося синими линиями энергии в накопителях.

Судя по всему, стоящий напротив мистик имел в арсенале навыки далеко не третьего уровня. И проекции у него тоже скорее всего превосходят мои.

Идти в наступление в подобных условиях значило гарантированно обрекать себя на бесспорное поражение. И мне совсем не улыбалось подохнуть на задворках какой-то далекой планеты непонятно за что.

Поэтому колебался, не решаясь сделать шаг первым. Очень уж не хотелось заполучить в лицо каким-нибудь убойным «заклинанием магии», основанной на иале.

Мгновения медленно утекали. Никто не сдвинулся с места. Напряженные взгляды внимательно ощупывали противника, стараясь не упустить момент, когда начнется формирование боевых проекций.

Казалось, мы застыли навечно.

Как и в прошлый раз, в молчаливое противостояние вмешались аборигены.

Послышался скрежет гусениц, елозящих по асфальту. Давешняя самоходка для более точного выстрела разворачивалась на месте, принимая удобную позицию для прицельной стрельбы.

Стоит отдать противнику должное, он молниеносно среагировал на возникновение потенциальной опасности, наглядно подтверждая у себя за спиной наличие внушительного опыта реальных сражений.

Резкий взмах — в воздухе промелькнули серебристые капли. С дикой скоростью пронеслись по улице и врезались в большой танк, с небывалой легкостью пробивая стальную броню. На корпусе появились аккуратные дырки, исходившие легким дымком. Машина дернулась и застыла.

Вот черт! Чем это он их так приложил?

Подспудно ожидая взрыва пораженной техники, я ушел перекатом за ближайшую кучку битого кирпича.

Эта предосторожность спасла мою жизнь. Вражеский мистик наконец-то решил, что время ожидания кончилось, и сразу же после самоходки обратным движением атаковал меня.

Точнее то место, где секунду назад я находился. Еще одна порция серебристых капель брызнула на пустой тротуар. Асфальт расплавился и потек, как вода, возникла внушительная ложбинка.

Проклятье! Что за дрянь такая? Прожигает любой материал на раз. Лучше под этот «дождичек» не попадать.

Я сформировал световое копье пятого ранга, самое мощное из своего арсенала, и метнул получившийся энергетический снаряд. Два за раз, в тандемном режиме, надеясь, что сдвоенная сила позволит пробить защиту противника.

Не позволила.

Сотканные из света дротики врезались в выставленный вражеский щит… И опали безвредными искрами, полностью поглощенные возникшей перед мистиком Кобальта защитной проекцией.

Не давая мне передышки, враг тут же атаковал. Появилась новая порция «капель расплавленного свинца», промелькнувшая серой лентой над мостовой.

Не уверенный в способности собственного щита третьего уровня остановить надвигающуюся угрозу, я сделал еще один кувырок, выходя за пределы зоны поражения. На этот раз за невысокую тумбу бетонной скамейки и стоящую за ней здоровенную мусорную корзину, сваренную из чугуна.

Кучка разбитых кирпичей, бывшая моим укрытием, не выдержала взаимодействия с инопланетным оружием и мгновенно обратилась в прах.

Господи, да чем этот урод там пуляет? Сжатыми частицами деструктивного поля, что ли? Просто сумасшедшая способность к аннигиляции любого вещества. Повезло еще, что при первом столкновении, когда враг выбирался из салона глайдера, он не применил нечто подобное, иначе лежать бы мне сейчас расплавленной лужицей органических останков.

От меня полетела еще одна парочка световых копий. Уже не для того, чтобы поразить врага, а разве что отвлечь. Вызвать короткую заминку для нового броска в другое укрытие. Потому что после всего продемонстрированного веры в крепость бетона у меня как-то поубавилось. Печенкой чуял, что скамейка не продержится дольше кучки разбитых строительных кирпичей.

Безвредно пшикнули и погасли посланные презенты. Вражеский мистик даже не повел бровью, полностью уверенный в своей защите.

— Вот дерьмо! — в сердцах выругался я, злясь в первую очередь на себя, что не изучил и не прокачал более мощные боевые проекции. Сейчас бы они мне весьма пригодились.

Еще один перекат по уже пыльной улице с разрушенными зданиями. И еще одно укрытие, чуть поосновательнее предыдущего — из крупных шлакоблоков, компактным холмиком застывших у дымящихся развалин. Именно сюда засадила снаряд самоходка.

Пытаться применять слабенькие копья я перестал, экономя энергию накопителей «перчатки». Сейчас бы выйти из схватки живым, а не убить более искусного мистика.

— Тук-тук-тук, — частым перестуком долетела трель длинной очереди откуда-то сзади и справа.

Рефлексы заставили метнуться вбок, стараясь избежать внезапной напасти.

Вовремя. Над головой пронесся злой рой горячего свинца. Выпущенный град пуль из автоматического оружия врезался в выставленный мерцающий щит моего противника.

Секунду спустя сверху пронеслась яркая вспышка переливающейся блеклым сиянием небольшой сферы.

Черт. Это уже что-то новенькое.

Еще через мгновение с позиции, откуда стреляли, прилетел громкий звук мощного взрыва.

Бум-мм!

Аборигены сглупили, решили вмешаться в схватку и получили от боевика Кобальта по полной программе.

Хотели подстрелить меня, попали в чужого мистика и огребли по сусалам. Так уродам и надо, не будут стрелять в спину добрых людей.

Я дернулся, уходя за угол наполовину разбитого здания. Сзади раздался неприятный на слух скрежет металла. Оглянуться и понять, что происходит, не удалось, еще один грохот прилетел чудовищной по силе волной с проспекта. Да так сильно накрыло, что заложило уши от громкости шума.

Прямо война какая-то началась. Еще штурмовой авиации для полноты картины не хватает, с тотальной бомбардировкой окрестностей.

— Чувствую, еще немного и от городка вообще ни хрена не останется, — пробормотал я, сплевывая набившуюся в рот пыль.

Эта дрянь висела в переулке плотной дымкой, забиваясь в ноздри и заставляя слезиться глаза. Близкий подрыв мощного боезаряда в соседней постройке вызвал более значительные разрушения, чем казалось снаружи. Еще немного и дом грозил схлопнуться внутрь, полностью обвалившись.

Надо отсюда валить, пока и меня не завалило за компанию.

Осмотр поля боя, произведенный из-за угла, выявил сложившуюся диспозицию. Как оказалось, последний взрыв сотворил вовсе не мистик, а вновь вышедшие на сцену туземцы.

Если быть точным, то это сделал еще один танк, бодро выехавший на середину улицы и шарахнувший по инопланетным агрессорам прямо с ходу. В небольшую фигуру кобальтовца он из пушки, естественно, не попал. Зато умудрился приласкать опрокинутый глайдер. Там что-то окончательно коротнуло и пошло вразнос.

Бабахнуло так, что центральный проспект уже впору было называть площадью. Разнесло не только гильдейскую машину, но и большую часть прилегающих зданий.

Танкистам, кстати, тоже не сильно повезло. Близкий подрыв инопланетной техники изувечил гусеничного коня до неузнаваемости. Вряд ли кто смог бы остаться в живых в этой сплющенной консервной банке.

Мертвый мистик обнаружился неподалеку. Гильдейского бойца отшвырнуло словно пушинку, ударило со страшной силой о стену и протащило еще несколько метров по заваленной обломками улице.

— Паршивая смерть, — процедил я, разглядывая окровавленное месиво — все что осталось от когда-то обычного человеческого лица.

Постоял, прислушиваясь к звукам боя у другого глайдера. Заметил, что «перчатка» на руке у мертвого собрата-коллеги выглядит относительно целой. Чуть подумал и подошел ближе.

— Тебе она уже больше не понадобится, — стараясь не смотреть на кошмарную маску изуродованного лица, я наклонился над мертвым противником.

Пришлось повозиться, снимая технодевайс для управления потоками иала. Но оно того стоило. Эта «игрушка» намного круче недавно приобретенной мной «Длани Мистика КР-330» с его десятью накопителями. Подробнее разбираться сейчас некогда, да еще более чем уверен, там обязательно установлена личностная привязка, но внешний вид внушал оптимизм. Штучка явно стоимостью не в пару сотен монет, а намного дороже. Соответственно и функций больше, и встроенных доп-возможностей. Обязательно пригодится. Пусть пока полежит во внутреннем кармане плаща, дожидаясь раскодировки по персоналиям.

А сейчас стоит отправляться на помощь Брасу и Грешнику. Судя по шуму, у них там тоже становилось весьма жарко.

Я легкой рысью бросился к зданию, с крыши которого товарищи вели огонь по неприятелю снизу. Забраться обратно отсюда вряд ли удастся, ну да мы люди не гордые, побегаем по земле.

— С первым глайдером покончено. Как обстановка? — я на ходу активировал канал группы.

— Давят, гады, — первым откликнулся Грешник и смачно добавил: — Сукины дети, их тут целая орава. И все как на подбор с крупным калибром.

— Трое штурмовиков прикрывают глайдер, еще двое во главе с мистиком теснят местных, — следом доложил Брас, удержавшись от нелицеприятных эпитетов в адрес противника. — Видимо, собираются установить периметр безопасности.

Я удивился. Неужели повреждения так велики, что техники не справятся с ремонтом изнутри? Странно, что еще не поднялись в воздух. Чудо вообще, что аборигены смогли из своих примитивных орудий подбить сразу два «Ската». Запас прочности у них будь здоров.

На ум не приходит ничего, кроме случайности. За свою беспокойную жизнь мне встречались и более невероятные события. Удачное стечение обстоятельств для туземных вояк и не очень для людей Кобальта. Бывает.

— Ладно, давайте поможем аборигенам и себе заодно, — сказал я. — Позволять им снова подняться в воздух никак нельзя.

И мы сделали это. Применив старый добрый прием под названием — «отвлекаешь и стреляешь». Ничего сложного, при наличии хорошей координации и общей слаженности действий.

Главным препятствием для окончательной нейтрализации разбушевавшегося десанта из второго глайдера стал мистик. Молодой парень не только успевал швырять направо и налево убойные боевые проекции, но и довольно грамотно прикрывал остальных, ставя преграду на пути зарядов перед штурмовиками.

Уберем его — все равно, что разрушим основной узел обороны.

По моей команде Грешник и Брас сосредоточили огонь по самому опасному юниту в рядах противника. Сфера щита замерцала, испытывая колоссальное давление множества попаданий.

Мои соратники не скупились, буквально залив энергетическими снарядами высокую фигуру, безжалостно опустошая такие ценные сейчас оружейные блоки энергопитания вайзер-винтовок.

Заметив увеличение интенсивности обстрела, мистик недолго думая шарахнул по крыше чем-то особенно мощным. Наверху грянул гулкий разрыв. Ограждение бортика брызнуло мелким щебнем.

Надеясь, что Грешника и Браса там не поубивало после такого бабаха, в сражение вступил я. Пленка силового щита достаточно просела под плотным обстрелом, чтобы дать шанс для уверенного пробития.

Выпущенные друг за другом три сдвоенные световые стрелы прочертили улицу яркими росчерками. Щит не выдержал и окончательно схлопнулся.

Следующий снаряд, свитый из жгутов чистой энергии иала, попал точно в голову не ожидавшего нападения с тыла мистика.

Пятерка штурмовиков среагировали на нападение сзади, оперативно перестроились в защитный порядок и принялись медленно отступать. Затянутые в техноброню амбалы двигались как-то не слишком уверенно, постоянно притормаживая и ведя в основном бесприцельный огонь.

— Что за дерьмо? Что это с ними? — удивился я вслух.

— Кажется, я знаю ответ на этот вопрос, — послышался усталый голос Браса.

— Вы там как? Живы? — искренне обрадовался я прозвучавшему отклику.

Последний взрыв был такой мощности, что поневоле ожидалось, что моих компаньонов по рейду снесло вместе с крышей.

— Да, нормально, командир, — отозвался Грешник. — Приложило маленько, но жить будем. Здорово он нас шарахнул. Как будто гигантским молотом прилетело. Думал, вот и пришел наш конец.

— Я тоже так подумал, — признался я и тут же быстро направил тему беседы в более конструктивное русло, некогда болтать, делясь впечатлениями, на это есть уютные бары на базе: — Так что там насчет штурмовиков, Брас? Потеряли весь настрой после гибели мистика?

— Это не настрой, — веско обронил хромовец. — Сильно подозреваю, что это заложенная программа.

— Программа? — недопонял я, хмуря брови.

О чем он, черт побери, толкует? Контузило его, что ли, при последней атаке?

— Это не люди, а дроиды, — терпеливо объяснил штурмовик. — Автономные механические системы антропоморфного типа.

Я со стуком закрыл рот. Вот такого я точно не ожидал услышать. Роботы? Не люди? Обалдеть.

Впрочем, если присмотреться, особенно концентрируясь на продвинутых технодоспехах, закрывающих у штурмовиков тело с головы до ног высокотехнологичной броней, то в принципе любого из них можно принять за какого-нибудь синтетика-андроида.

— Это нам поможет? — спросил я, в первую очередь обеспокоенный скорым завершением развернувшейся схватки.

Местных, может, и вывели на данный момент из игры, но кто даст гарантии, что они опять не вернутся с еще одной парочкой танков? Еще хуже будет, если сюда припрутся приятели погибших гильдейских боевиков из Кобальта. Второй раз нам может так не повезти.

Надо по-быстрому собираться и рвать когти из оказавшегося не слишком гостеприимным городка.

— Обычно набор программ поведенческих реакций носит строго ограниченный характер, — неожиданно раздался голос Фэй.

Учитывая, что внутригрупповая связь интеркомов «основ» без внешних передающих станций не могла похвастать большим покрытием, то напрашивался очевидный вывод, что техники не уехали далеко. Даже вряд ли покинули пределы городской черты.

— Вы почему не уехали? — скривился я.

— А толку? Если бы вы проиграли, нас бы поймали в течение следующих десяти минут, — возразила техник-испытатель.

Я мысленно развел руками. Не поспоришь. Единственное, зачем я их отправил, вывести из непосредственной зоны боевых действий. Надежды на полноценное спасение не было.

— Так значит, они слишком тупые для самостоятельных действий? — Вот и наш любвеобильный флотский нарисовался.

— Верно, — подтвердила Фэй и отчеканила: — Гильдии Овелона не любят давать искусственным механизмам много свободы.

— Боятся восстания машин, — буркнул я.

— Что-то вроде того, — согласилась девушка.

Мне захотелось мрачно пошутить насчет терминаторов из будущего. Но, разумеется, ничего подобного не последовало. И без глупых шуток проблем хватало с избытком.

— Вероятно, погибший мистик исполнял роль «погонщика». Лишившись непосредственного руководства, дроиды принялись выполнять программу поведения по умолчанию. В нашем случае — оборона средства передвижения, подбитый глайдер, — вновь вмешался в разговор Брас. — Я сразу заметил по изменению рисунка боя, что тут что-то не так, как только мистик погиб.

Ну, ему определенно виднее. Бывалый солдат должен разбираться в подобных вещах. Лично у меня подобного опыта не имелось.

— Так как от них лучше всего избавиться? — спросил я, параллельно с этим осторожно выглядывая из-за угла.

Антропоморфные (читай человекоподобные) роботы заняли оборонительные позиции вокруг дымящегося глайдера. Похоже, внутри не осталось живых, в противном случае командование железяками перешло бы в их руки.

— Архитектура информационно-управляющей структуры единой командной сети у таких механизмов, как правило, строится на принципе полной взаимозаменяемости вышедших из строя единиц, — начала толковать Фэй.

Я тяжело вздохнул. Дай умникам шанс что-либо сказать или спроси совета, и они обязательно займутся словоблудием.

— А попроще? — пробурчал Грешник, тоже недовольный запутанной фразой.

— Лидера нет, — коротко проронил Боцман. — Они все одновременно и командиры, и рядовые пехотинцы. Убьешь главного, другой сразу займет его место. Придется уничтожать всех.

По-другому и быть не могло. Никто и не ожидал, что выведение из строя одного заставит остальных сдаться. Не уверен, есть ли у них в электронных мозгах вообще понятие сдачи в плен касательно самих себя. Брать в плен они, конечно, умеют, но вот сдаваться… Сильно сомневаюсь.

— Может, сделаем, как с мистиком? — спустя непродолжительное молчание предложил Грешник. — Будем выбивать по одному. Мы с крыши отвлекаем. Ты, Кейн, добиваешь. Без висящего щита это должно получиться еще быстрее.

— Плохая идея, — возразил Брас. — Ты забываешь о совокупной мощи залпа пяти штурмовых винтовок, переведенных в режиме максимальной мощности. Раньше они были заняты местным ополчением, но после того, как последние ретировались, у дроидов не осталось препятствий вести полноценную перестрелку. Мы не продержимся достаточно долго.

В голосе гильдейца отчетливо слышались нотки снисходительности обученного тактика перед малообразованным рейдером. Мне даже стало немного жаль, что тем взрывом мистик не прикончил этого напыщенного болвана.

— Одним словом, может, они и тупые, но системы наведения у них в полном порядке, — подытожил я спич штурмовика.

Несмотря на паршивое отношение к другим, хромовцу не откажешь в сообразительности. С мистиком прокатило исключительно за счет неожиданности и наличия цели в единственном экземпляре. С пятеркой железяк такой фокус не пройдет. Мгновенно начнут палить из всех стволов. Грешник с Брасом толком не успеют дать и пары залпов, как окажутся подстреленными.

Щита, может, и нет, зато присутствует несомненное превосходство в огневой мощи.

Гранат бы сейчас. Или реактивный гранатомет. В последнем случае еще лучше. Поискать у местных? Танки они ведь где-то брали. Возможно, есть еще какое-нибудь оружие.

Нет, не выход. Большая потеря времени, да и притом, пока будешь искать, рискуешь напороться на местных «доблестных героев сопротивления против инопланетных захватчиков», не делающих разницы между Хромом и Кобальтом. Пальнут из-за угла в пузо — и привет апостолу Петру.

— А что если взломать их дистанционно? — предложил я и осведомился, главным образом обращаясь к Фэй: — Это возможно?

Техник молчала, обдумывая идею.

— Без оборудования? — задумчиво протянула она. — Опираясь исключительно на интерком «основы»? Очень сложная задача, не уверена, что получится.

— Они ведь общаются между собой, обмениваются информацией? Понимаю, что используя шифрование, но нельзя ли как-нибудь вклиниться в этот поток и подменить часть директив?

— Не взять под полный контроль, а всего лишь изменить исходные мета-данные? — голос девушки стал неразборчивым, кажется, она говорила себя под нос, усиленно размышляя.

— В точку, — сказал я. — Нам не надо переводить управление на себя в полном объеме. Пусть они получат новую команду по защите другого района и отойдут от глайдера.

— Не проще оставить все как есть и самим уехать? — вновь включился в процесс обсуждения Грешник. — Я так понимаю, преследовать роботы нас не будут. Так зачем их выводить из строя? Оставим на месте, пусть аборигены разбираются.

Я хмыкнул, нечто похожее мне пришло в голову совсем недавно. Однако выглянув за угол и оглядев красочную композицию «дроиды охраняют подбитый транспорт», меня посетила иная мысль.

— В глайдере есть передатчик, — короткими, рублеными фразами принялся объяснять я. — Нейтрализуем железяк. Вскроем люки. Получим доступ к приборной панели. Запросим срочную эвакуацию.

В эфире воцарилась тишина, остальные напряженно обдумывали высказанную идею.

— Скорее всего Кобальт заинтересуется пропавшим отрядом. Рискуем не успеть на «Саранче» добраться вовремя до Улья, — высказал я последний довод.

— Считаешь, нас успеют перехватить? — быстро спросил Брас.

— Такая вероятность существует, — ответил я. — Не хотелось бы еще раз оказаться в роли загнанной дичи. Как все видели, колесная платформа сильно проигрывает глайдерам в скорости. Нас поймают или пристрелят еще до конца дня.

Это решило исход так и не начавшейся толком дискуссии. Никто не желал снова очутиться под прицелом бортовых систем скоростных военных машин, сидя в открытом со всех сторон вездеходе.

— Ладно, попробую, — сказала Фэй и приступила к дистанционному взлому синтетиков.

— Ну что там? Получилось? — я наклонился вперед, заглядывая за плечо Фэй на приборную доску.

Девушка раздраженно дернулась, прося не мешать. Вскрытая боковая дверца глайдера у водительского кресла не позволяла всем одновременно поместиться в кабину.

Затея с изменением приоритета поведенческого протокола у дроидов сработала на все сто. Получив команду обезопасить въезд в северо-западной части города, пятерка железяк бодро утопала, оставляя поверженный транспорт без защиты.

Чем мы не преминули воспользоваться, проникнув внутрь. И сейчас Фэй колдовала над панелью управления, пытаясь обойти блокировку допуска. Правда, перед этим еще пришлось немного повозиться, вытаскивая два тела, найденные внутри салона: пилота и техника. Оба погибли от пуль местных солдат сразу после аварии, пытаясь выбраться наружу.

— Смотрите, что я нашел, — Грешник, радостно лыбясь, баюкал в руках здоровенную штурмовую винтовку, обнаруженную в десантном отсеке машины.

Я обернулся, скользнул равнодушным взглядом по большой пушке и напомнил:

— У них там везде доступ по отклику «основ» или по цифровому ключу. Для тебя это всего лишь бесполезная бандура. Не сможешь стрелять.

Штурмовик не смутился, пожал плечами и с независимыми видом ответил:

— Это пока бесполезная. А приедем в Улей, сразу отнесу к оружейнику, он в два счета перепрошьет эту малышку под мои параметры.

Сказанное заставило меня задуматься, в первую очередь вспомнив о собственном трофее. «Перчатка мистика» все так же лежала во внутреннем кармане плаща.

Чего зря мешать Фэй, действуя спецу на нервы, нависая над головой и беспрестанно торопя? Может, следовало тоже оглядеться и присмотреть себе что-нибудь? А то блондинка уже чуть ли не рычит, при каждом вопросе, когда же этот чертов бортовой передатчик заработает и пошлет сигнал SOS на главную базу гильдии Хром в мире Сареш.

Я не стал лезть внутрь глайдера, чтобы копаться в грузовых контейнерах. Боцман с Грешником и без меня там неплохо развернулись, громя и переворачивая все подряд, в поисках чего-нибудь полезного и ценного. Вместо этого мое внимание привлек мертвый мистик. Не первый, кому изуродовало лицо, а тот, что одновременно командовал синтетиками и вел бой боевыми проекциями.

Что-то подсказывало, что у него есть чем поживится рейдеру, выбравшему тот же класс.

Световое копье почти разнесло ему голову, так что выглядел парень, мягко говоря, не очень. Но имелся и жирный плюс — остальные части тела почти не пострадали, как и надетое на них снаряжение.

Первое, что бросалось в глаза — это перевязь на груди. Пластиковый ремень из полимеров содержал мелкие ячейки-соты, которые вмещали небольшого размера шприц-инъекторы.

— Что за хрень? Дурь, что ли, таскал с собой? — пробормотал я себе под нос, срывая странную конструкцию, чем-то напоминающую патронаж.

— Набор стимуляторов, — подсказал стоящий неподалеку на страже Брас, покосившись на мои телодвижения.

— Химия? — спросил я и по-другому взглянул на предмет в своих руках.

Стимуляторы различного класса и действия в Овелоне пользовались определенной популярностью среди рейдеров.

Когда ты устал на заброске в чужой мир, а спать нельзя, укол специально синтезированных веществ придавал сил и бодрости, давая продержаться сколько необходимо, оставаясь в тонусе на протяжении нескольких дней.

Побочные эффекты тоже имелись, не без этого. Однако это не останавливало людей от их регулярного применения.

В зависимости от предоставляемых свойств стоимость качественных стимуляторов могла доходить до нескольких сотен монет за одну дозу. Так что вполне возможно, добыча запросто могла тянуть на тысячи три-четыре. Учитывая общий крутой прикид мистика, вряд ли бы он пользовался дешевкой из подворотен.

— Пригодится, — резюмировал я и перебросил перевязь через плечо наискосок, на манер все того же пулеметного патронажа.

Еще одну ленту с другого бока и буду прямо матрос в великую октябрьскую революцию при взятии Зимнего.

— Так, что тут у нас есть еще? — я по новой наклонился над трупом.

— Щитки снимаются, — снова сделал подсказку гильдейский штурмовик.

Информация о том, что предпринимаются попытки вызвать подмогу с Улья, сделали его немного благодушным. Радость от скорого возвращения домой временно повлияла на характер обычно надменного и неразговорчивого хромовца.

Ну и отлично, воспользоваться чужими знаниями не повредит.

Я приподнял руку мертвеца. Честно говоря, до этого момента мне представлялось, что он одет в некое подобие доспехов. Вроде тех, что носят штурмовики, но гораздо в более легком варианте.

Но как оказалось, Брас был прав, это совсем не единая броня, а скорее набор отдельных элементов защитной экипировки, натянутый поверх плотного комбинезона.

Так, стоп, не натянутый, а закрепленный прямо на нем. Нашлись фиксаторы-крепления под гибкими пластинами.

Щелкнул замок, края разошлись, освобождая руку мистика от защитного щитка. В раскрытом виде он напоминал вскрытую раковину. В закрытом здорово походил на рыцарский наруч. Только сделанный не из примитивного металла, а из какого-то более легкого, но гораздо прочного материала.

Таким же образом освободил все тело. В результате на земле скопилась целая груда снаряжения: наплечники, наручи, поножи, нагрудник, накладка на воротник для защиты шеи. Шлем, к сожалению, в комплект не входил.

Последнюю фразу я пробормотал вполголоса вслух.

— А должен входить, — заметил Брас, услышав меня и без труда разобрав, о чем идет речь. — Если не ошибаюсь, это экипировка «Страж» в четвертой модификации для полевых выходов. Общий уровень унифицированной сопротивляемости повышается на порядок. Значение в диапазоне от +7 до +10 в зависимости от каждого съемного модульного элемента. Защита против физического и энергетического воздействия без полного набора падает не меньше чем на тридцать процентов. Так что отсутствие шлема серьезно подрывает общие характеристики.

Неплохо выдал. Прямо как с картинки подробных ТТХ в магазине у Феликса.

— Но без шлема можно использовать? — поинтересовался я.

— Разумеется. Даже на твой «Новатек-204» пойдет. Крепление универсальное.

Последнее заявление вызвало с моей стороны оживление. Это что, значит, прямо сейчас можно надевать? Сразу после трупа, конечно, не очень приятно, но куда деваться? Нечего воротить нос из-за пары капель крови, все же не маленькая девочка, чтобы капризничать из-за такой ерунды.

— Как он там называется? — переспросил я, прежде чем приступить к облачению. — Страж?

— Ага, — подтвердил Брас. — Кстати, у него должна быть возможность улучшения в оружейной мастерской. Вроде обработки укрепляющими составами. Повышает уровень защиты как минимум на четверть от исходных параметров. Очень выгодно, вместо того чтобы брать новое снаряжение.

Я полез во внутренний карман плаща, передумав прямо сейчас возиться с модульной броней.

— А что скажешь об этом? — на моей руке лежала снятая с первого мистика «перчатка».

Штурмовик косо поглядел на техно-артефакт, предназначенный для работы с иалом.

— Никогда не любил эти штуки, — сухо проворчал он, однако не замолк и продолжил: — Похоже на продвинутую версию «Шторма». Видишь, какая она длинная? Это не случайно.

«Перчатка» и впрямь серьезно выигрывала в размерах по сравнению с моей нынешней. Если надеть, то получалось почти до локтя. Совсем немного не доставала. У мертвого мистика большую ее часть скрывал рукав куртки.

— Увеличенное количество объемных накопителей. Встроенная система запоминания доступных проекций для мгновенной активации. Можно подвесить сразу четыре-пять полуактивных заготовок и создавать их подряд с минимальным временным интервалом. Увеличенная проводимость энергетических потоков. Возможность создания проекций сложных и масштабных форм до десятого ранга включительно, — быстрым речитативом выдал Брас.

Мне оставалось лишь с глубокомысленным видом качать головой. Судя по представленной информации, мне досталась весьма дорогая штучка.

Например, моей нынешней «перчаткой» невозможно создавать проекции выше шестого уровня сложности. Просто не позволит механика артефакта. А тут доступны максимальные варианты. Очень круто. Боюсь даже представить, сколько она стоит на рынке.

— Но пока все это непригодно для использования тобой. На «перчатке» стоит персональная блокировка доступа, — под конец обломал штурмовик. — Без толкового технаря самостоятельно снять запрет не получится. Нужен специалист.

Ну, это и так понятно. Собственно, когда я ее снимал, тоже об этом успел подумать. Не мог настолько крутой девайс обходиться без личностной привязки. По ДНК или по отклику «основы» — неважно, лишь бы не могли пользоваться чужаки.

— Ясно, спасибо за помощь, — поблагодарил я разговорившегося гильдейца.

Тот молча кивнул и как ни в чем не бывало вернулся к наблюдению за местностью, контролируя, чтобы нас не застали врасплох.

Дальнейшее обшаривание трупа не выявило больше никаких полезностей. Сильно подозреваю, что основные капиталовложения погибший мистик делал в собственное тело, совершенствуя организм путем модернизации «основы», и в изучение новых навыков высокого уровня.

К очень большому сожалению, это «добро» снять и положить себе в карман в качестве трофеев никак не удастся. Вживленные прошивки не извлекаемы в принципе, как и сама искусственная нервная система. Даже в супернавороченных лабораториях ничего не получится изъять.

Да и ладно. Крутая сегментированная броня тоже немало. Плюс Грешник с Боцманом прибарахлятся в десантном отсеке. Утащить глайдер целиком вряд ли получится, но что-то взять обязательно выйдет. Не уходить же с пустыми руками в самом деле…

— Эй, я смогла подключиться, — раздался голос Фэй из глубины заваленной на бок бывшей летающей машины. — Передатчик работает. Посылаю сообщение через резервный канал.

— Отлично, — я выдохнул сквозь зубы.

Долгая возня девушки-техника, признаться, меня уже начала напрягать. Немного, но все же. А вдруг бы не получилось? И что тогда прикажете делать? Садиться на «Саранчу» и ехать, надеясь на удачу? Дерьмовый вариант, как ни посмотри. Вероятность наткнуться на ребят из Кобальта очень велика.

А тут какой-никакой шанс. Хотя тоже далеко не стопроцентный. Гарантий, что обязательно останемся в живых, по сути никаких. Кто его знает, кто поспеет сюда первым из двух враждующих гильдий. Но лучше попытать счастья так, чем надеяться уйти от погони на колесном вездеходе еще раз.

Кстати об этом. Что будет с «Саранчой»? Похоже, ее придется бросить здесь. И на хрена, спрашивается, тогда с ней вообще возились? Столько денег вложили. И теперь выкидывать? Обидно…

— А ты точно уверена, что глайдер нельзя привести в рабочее состояние? — осведомился я, подходя к «Скату» и опираясь на открытую дверь.

Недурно бы забрать его себе. Неплохой выйдет обмен на колесную платформу.

— Нет, полный доступ к управлению получить не удалось, — как-то подозрительно тихо ответила Фэй.

— Что там смотришь? — я пригнулся, заглядывая внутрь.

Техник-инженер сидела в кресле пилота и напряженно разглядывала какую-то информацию, выведенную на центральный дисплей.

— Что это? — повторно спросил я, вглядываясь в мелкие строчки, обильно перемешанные непонятными числовыми графиками и таблицами.

— Обрывки протоколов сеансов связи, — промолвила девушка.

Ее голос все так же оставался задумчивым и немного растерянным.

— И что?

Гильдейский спец помолчала, наморщив лоб.

— Не понимаю, если верить представленным логам, то получается, Кобальт появился на Сареше почти в то же время, когда местные догадались о внедренных в их правительство репликантах.

— Хочешь сказать, это они сдали ваших агентов? — оживился я. — Тогда это многое объясняет. Они настраивают аборигенов против вас, а сами незаметно налаживают контакты, чтобы занять место Хрома. В-кристаллы весьма ценный ресурс, чтобы начать за него борьбу.

— Улей не так-то легко уничтожить, портал все еще под нашим контролем, — возразила техник.

Я пожал плечами.

— Какая разница? Месторождение кристаллов в другом месте. Завод по переработке тоже. Вы контролируете производство, но дороги уже нет. Фактически ваши коммуникации находятся под угрозой. В любой момент их могут перекрыть. А при поддержке Кобальта и вовсе захватить все, включая производственную цепочку с развернутыми фабриками по добыче. Они вытеснят вас чужими руками.

— Устанут вытеснять, — совершенно русской фразой огрызнулась Фэй.

Как полноправному члену гильдии Хром ей категорически не понравились мои умозаключения.

Что поделать, такова правда. Конкуренты оказались ребятами не промах и замутили неплохую интригу. И довольно искусно, надо заметить. Столько прошло времени, а их вмешательство так до сих пор и не вычислили. Если бы не встреча с этими двумя глайдерами, то об их присутствии на планете вообще бы не узнали.

Как будто угадав мои мысли, девушка возразила:

— А зачем тогда они рискнули и раскрыли себя? Следуя парадигме установленного плана, логичнее и дальше оставаться в тени. Но они почему-то отправили два глайдера. Открыто.

Я задумался. И впрямь не складывалось. Серые кардиналы так себя не ведут. Они отправляют туземных марионеток на разведку, а не посылают своих людей. Да еще на столь приметном транспорте. Любой из Улья, краем глаза увидевший летающие машины, с одного взгляда бы понял, что на Сареше находится кто-то еще из Овелона.

— Могу предположить, что дело касается вашего прибора по принудительно наведенному порталу, — проронил я. — Кобальт засек небывалые возмущения, всполошился, думая, что здесь открывается еще один пространственный разрыв, и отправил команду зачистки для устранения нежелательного перехода. Иного объяснения не вижу. Если бы они знали о нашей миссии изначально, то организовали бы засаду на месте эксперимента. Или перехватили на середине пути. Так намного проще и эффективнее, чем устраивать погоню со стрельбой.

Фэй скривилась, но ничего не возразила. Вместо этого принялась с ожесточением дергать пластик приборной панели.

— Ты что делаешь? — удивился я.

— Пытаюсь выдрать бортовой тактический компьютер, — отозвалась техник. — Его обязательно надо забрать с собой.

— Что, более цивилизованного способа нет? — хмыкнул я, наблюдая, как высококвалифицированный спец абсолютно по-варварски пытается расколошматить приборную доску.

Внутренний голос ехидно предложил достать из ящика инструментов какую-нибудь железяку и любезно предоставить блондинке, чтобы было удобней разносить водительскую кабину глайдера.

— Аккуратная разборка займет слишком много времени. В обратном послании из Улья сообщили, что эвакуационный транспорт прибудет в течение часа. Надо поторопиться и демонтировать все диски с памятью. Может, там есть что-то еще о деятельности Кобальта на это планете.

— Ну ладно, сейчас сделаем, — я прошел к десантной аппарели. — Боцман, возьми инструменты и дуй на водительское место. Помоги даме с потрошением внутренностей несчастной машинки. Надо аккуратно извлечь бортовой компьютер. А то боюсь, она там все разломает и ничего целого не оставит.

Техник кивнул.

— Понял, сделаем.

Дальше не произошло ничего знаменательного. Жители не пытались нас беспокоить, стараясь держаться от «злобных» пришельцев, разнесших половину центра города, как можно подальше.

Дроиды послушно замерли в указанной зоне, дожидаясь мифического подкрепления и не возвращаясь обратно.

Ну а мы тупо ждали прибытия транспорта, оставаясь настороже и надеясь, что Хром успеет добраться сюда раньше Кобальта.

Так в общем-то и произошло. Первыми прилетели наши наниматели.

Причем не на обычных глайдерах, а на чем-то более серьезном. Массивный воздушный катер с легкостью держал высоту в несколько сотен метров, двигаясь со скоростью в три, а то и все четыре сотни километров в час.

Вскоре мы заходили на посадку в Улье. Миссия завершилась.

— Говорю же, бери «Стрекозу», отличная машинка, долго прослужит, — кладовщик утер воображаемый пот и чуть ли ни с ненавистью уставился на упертого посетителя, никак не желавшего отступать. То есть меня.

— А я тебе в сотый раз говорю, давай выкатывай «Гадюку», — не желал сдаваться я, упрямо тыча пальцем в планшет, чей экран отображал список складского оборудования на хранении. — Тут прямо написано, что глайдер в порядке и находится у тебя на балансе. Вот предписание от отдела снабжения. С оформлением и всеми необходимыми печатями. Давай мой заказ.

— Не могу, — упрямо поджал губы мужик, став удивительным образом похожим на злобного хорька. — «Гадюка» выведена в стратегический резерв, на нее не распространяются общие правила.

Захотелось врезать ему хорошенько и наподдать пинка под зад. Гребаный бюрократ.

— Какой еще в задницу стратегический резерв? — возмущенно воскликнул я. — Тут ничего подобного не указано. Вот же строчка — на общем хранении.

Портативный комп приподнялся на уровень физиономии кладовщика. Еще немного и экран начнет елозить по его харе. Что мне жутко хотелось осуществить прямо сейчас.

Перепалка со складским занудой шла уже битых полчаса и, кажется, грозила еще затянуться.

Гильдейское руководство все-таки пошло навстречу команде рейдеров (то бишь нам с Боцманом и Грешником) и согласилось компенсировать потерянную на полевом выезде личную технику (то бишь оставленную в городке «Саранчу»), заменив ее другим транспортным средством.

Возвращение прошло на ура. Нам даже выплатили премию за спасение ценных специалистов и участие в боевых действиях. По пять тысяч каждому. Хотелось бы, конечно, побольше, но и так вышло довольно прилично с учетом всех полученных трофеев.

Боцман и Грешник привезли два объемных баула, набранных в подбитом «Скате», сдали все оптом в одну из торговых лавок и отбыли восвояси, праздновать счастливое окончание сумасшедшего дня.

В свою очередь я поспешил побыстрее разрешить вопрос с заменой потерянного вездехода. По опыту знаю, чем дольше с таким делом тянуть, тем труднее потом добиться положенного. Такова особенность любой структуры с бюрократическим аппаратом. А чиновников в гильдии Хром, как, впрочем, надо отметить, и любой другой гильдии Овелона, хватало с избытком.

Однако спешка не помогла. Кладовщик, должный выдать мне положенное, принялся нести какую-то ахинею, пудря мозги и никак не желая расставаться с глайдером модели «Гадюка», на который я положил глаз при ознакомлении с доступной на складе техникой, бывшей сейчас на ходу…

— Ничего не знаю, — мужик отодвинулся от экрана компа и с ожесточением прошипел: — У меня в документах он числится в другом разделе.

Я глубоко вздохнул, мой мрачный взгляд уперся в переносицу охреневшего от собственной власти хорька.

— Слушай, ты, сморчок, если ты не отдашь мне, что я хочу, то…

— То что? — кладовщик упер руки в бока, с вызовом глядя на меня.

Моя рука сама потянулась к кобуре с короткостволом. Не обязательно ведь убивать мудака, можно и рукояткой неплохо приложить. Сломанный нос, кровища хлещет…

Видимо, прочитав в моих глазах что-то крайне нехорошее, мужик медленно отступил назад, бросая по сторонам взгляды в поисках свидетелей предстоящей расправы над честным работником склада озверевшим от бешенства рейдером. К несчастью для него, рядом никого не оказалось.

— Что тут происходит? — сзади раздался женский голос.

Я с недовольным видом обернулся. Кого там нелегкая принесла? Еще немного и упертый хмырь сдал бы назад.

К небольшому удивлению, в створках приоткрытых ворот стояла Фэй. Забавно, я думал, она на докладе у начальства.

— Не хочет расставаться с добром, — прокомментировал я действия кладовщика, кивая на оного. — А ты что здесь делаешь? Разве вас с Брасом не вызвали на срочное совещание по итогам миссии?

— Закончилось уже совещание, — Фэй зашла внутрь, подошла к прилавку и сказала: — Заказ 33–11, комплект оборудования 2-К.

Кладовщик часто закивал. Увидев, что я знаком с леди из техотдела, он как-то сразу потерял весь воинственный настрой.

— Сейчас все будет, — пообещал он, чуть помедлил и негромко добавил, стараясь на меня не смотреть: — «Гадюку» выкатят к задним воротам через десять минут.

— Отлично, — буркнул я.

Хорек испарился, оставляя нас наедине.

— Уже известны результаты эксперимента? — нейтральным тоном осведомился я.

Фэй неохотно кивнула.

— Да, группа контроля на другой стороне зафиксировала переброску через принудительный портал. К сожалению, произошел распад на молекулярном уровне части груза. У другой наблюдалось значительное нарушение целостности структуры с полной потерей полезных свойств.

Вот даже как. Проще говоря, из всей кучи грунта, что насильно перекинули в Дюны, ни одна горсть не сохранилась в исходном состоянии. Звучало как грандиозный провал. Толку утаскивать месторождения кристаллов, если на выходе они полностью изменятся? Идея полностью теряла свой смысл.

— И что теперь? Будете продолжать опыты?

Девушка с необычно белыми волосами покачала головой.

— Нет, проект заморожен. Нам приказано заняться усилением стабилизации доступного портала в Улье.

Я нахмурился.

— Зачем?

Фэй удивленно взглянула на меня.

— А ты еще не понял? Предстоит война с гильдией Кобальт, и надо проследить, чтобы случайная атака не закрыла наш единственный выход из этого мира.

Набор синтетических стимуляторов ушел по баснословной цене. Весь «патронтаж» оценили почти в 119 тысяч монет. Чистыми. Я, когда услышал, то сначала не поверил и уточнил, не ошибка ли, на всякий случай. Оказалось, нет, не ошибка. Снятый с трупа вражеского мистика набор действительно стоил весьма дорого.

Объяснялась такая высокая стоимость тем, что гильдия Кобальт специализировалась на разработке и производстве «боевой химии», снабжая ею своих солдат по бросовым ценам, а на экспорт отправляла втридорога.

Их «стимы» были очень высокого качества. Действовали намного дольше стандартных образцов, давали лучшие результаты и почти не имели побочных эффектов. Фактически «Роллс-Ройс» на рынке подобных препаратов.

За такое многие готовы платить. И платили, с большим удовольствием.

В этом отношении мне, конечно, дико повезло. Срубить невероятное количество монет почти из воздуха являлось подлинной удачей.

Тут надо объяснить про дележ добычи в команде. Что взято с трупа убитого лично тобой врага, то твое по праву. Принцип трофеев действовал в привычном русле обычных взаимоотношений солдат (или скорее воинов), участвовавших в битве.

В общий котел кидали лишь что-то более значимое, захваченное общими усилиями, или нечто, изначально выступающее основной целью завязавшегося сражения.

В любых других случаях каждый оставался при своих. И тут уж кому как повезет. Кто попадется в противники, сумеешь ли его одолеть и станет ли добыча значительной.

А вот совместное имущество команды шло по иной категории. «Саранча», например, формально считалась общей и находилась в совместной собственности всех членов группы. Таким образом, потеря колесной платформы с дальнейшей заменой ее на глайдер класса «Гадюка» означала, что и Боцман, и Грешник, и я числились совладельцами, неся бремя расходов по ее содержанию на совместных условиях. И если вдруг решим разбежаться когда-нибудь в будущем, то технику придется продавать, чтобы каждый получил свою законную долю. По мне, так вполне справедливо.

Теперь что касается всего остального добытого мной. Боцман и Грешник быстро сплавили собственные трофеи, загнав все сразу оптом в одну из торговых лавок, коих в Улье насчитывалось несколько штук. Понятия не имею, сколько конкретно они там выручили, но для «хорошенько отдохнуть» им этого определенно хватило с лихвой.

Я же в свою очередь встал перед дилеммой. И весьма сложной, надо сказать. Продавать ли свой оставшийся хабар или оставить его при себе. Ведь речь шла о довольно серьезных вещах. И что немаловажно, весьма дорогих. Ценнее даже уже проданных стимуляторов.

Первое, экипировка «Страж». Четвертая модификация для полевых выходов, с очень высокими характеристиками, выполненная на базе отдельных модульных элементов съемного типа, с защитой как против физического, так и против энергетического воздействия, с возможностью дальнейшей модификации улучшений в мастерской.

Крутая штучка. И пусть комплект не полон и не хватает шлема (что серьезно подрывало общие характеристики снаряжения), все равно приблизительная стоимость экипировки приближалась к полутора сотням тысяч. Не меньше.

Очень внушительная сумма. Для некоторых рейдеров и вовсе невероятная.

А «перчатка мистика» «Шторм»? Это вообще отдельный разговор. Эксклюзивный девайс, предназначенный для продвинутых спецов высокоуровневой квалификации. Увеличенное количество объемных накопителей, встроенная система запоминания изученных проекций, большая проводимость энергетических потоков, возможность создания сверхсложных печатей и аур масштабных форм до десятого ранга включительно.

Прямо скажем, на барахолке такое устройство не купишь. Как и в обычном магазинчике, где, как правило, отоваривались рядовые рейдеры.

М-да… Сразу видно, гильдия Кобальт не жалеет денег на содержание собственных солдат, входящих в линейные строевые части.

Разумеется, на «перчатке» стояла персональная блокировка доступа по отклику основы. Но штатный мастер-оружейник в Улье снял ее буквально за пару часов, запросив за свои услуги «всего лишь» десять тысяч монет.

Упертый хмырь стоял до последнего, не желая скидывать цену ни на йоту. Пришлось скрепя сердце выложить всю умопомрачительную сумму за два часа работы до последней копейки. Других вариантов не имелось. Аванпост не Овелон, тут, мягко говоря, выбор не так велик, как хотелось бы.

Да и черт с ним, зато получил полный контроль над техно-артефактом. Это куда важнее денег.

И тут мы подошли к вопросу, напрямую связанному с классом мистика, требующему незамедлительного разрешения. Потому что в ином случае дальнейшее развитие начнет упираться в естественную преграду в лице основы типа «Лазурь».

«Лазурь» — универсальный, базовый тип. Вроде фундамента. Вполне пригодный на начальных порах в период акклиматизации в междумирье. Однако после получения навыков выше пятого уровня появлялась критическая необходимость прокачки данной стандартной основы на более узкоспециализированные модели. В противном случае прогресс полностью останавливался. Дальнейшее развитие уже не получало закономерного движения по пути выбранного класса.

Спецификация — без нее повышать уровни навыков станет физически невозможно. Основная специализация требовала своих особенностей. В случае со вспомогательной это было уже не так важно.

Чтобы изучить навыки выше пятого уровня, мне требовалось провести апгрейд своей начальной основы. «Лазурь» не давала все те возможности, что предоставляли узкоспециализированные основы для мистиков.

Требовались значительные изменения организма при увеличении проводимости иала с полной модификацией внутренней энергетической системы для полноценного создания проекции в независимом режиме.

Тут ведь как, «перчатка» выступала в роли инструмента, для того чтобы «зачерпывать» заемную силу извне в Дюнах, и в качестве накопителя в обычных мирах без иал-излучения. Без нее обычный человек не мог создавать проекции, даже изучив соответствующие навыки. Обязательно необходим техноартефакт.

С особой «основой» эта необходимость исчезнет. Не полностью (на планетах без иал-излучения без «батареек» все равно не обойтись), но станет намного проще и удобнее оперировать внешней энергией. И что намного важнее — гораздо быстрее.

В Дюнах вообще можно будет обходиться без «перчаток», действуя, опираясь исключительно на собственные резервы для вытягивания энергии при создании печатей и аур.

Проще говоря, специализированная основа делала из человека настоящего мага, кому уже не очень-то и нужны костыли в лице сторонних технодевайсов. Они будут полезными помощниками, но не более.

Собственно говоря, мистик становился настоящим мистиком только после имплантации именно такой «основы». Без нее создание сложных типов проекции попросту невозможно, какими бы перчатками и навыками адепт ни обладал.

То же самое касалось и остальных классов. У тех же штурмовиков без дополнительного укрепления скелетного каркаса с искусственным наращиванием мышечной массы и значительным повышением общей выносливости думать освоить более совершенные «доспехи» нечего и пытаться. Требования не те.

Снайперы, целители, техники — каждый, кто хотел достичь совершенства в своем собственном классе, не мог этого сделать до тех пор, пока его основа не будет прокачана до необходимых параметров, подходящих именно для этой специализации. Заточенной именно под нее, и иначе никак.

И это выглядело логично. Никто не мог стать суперэкспертом сразу по нескольким направлениям. Либо выбирай что-то одно, либо сиди на заднице ровно, застынь в развитии на изначальном уровне и надейся на доброго дядю.

Кстати, кое-кто из рейдеров так и поступал, оставляя у себя «Лазурь» и не двигаясь дальше пятых рангов изученных навыков. Не основная масса, конечно, но определенная часть точно. Такие в Овелоне долго не жили.

Самой современной моделью, найденной в Улье для моего класса, значилась основа типа «Ультрамарин». Очень неплохая модель, разработанная специально для высокоранговых мистиков.

И все бы хорошо, но вот цена… Да, цена на нее кусалась. И это еще мягко сказано.

— Двести тысяч? Да ты спятил! — возмущенно вскинулся я, увидев представленный прайс.

И тут же замолчал, отлично понимая, что торговаться в официальном гильдейском медцентре и частной торговой лавке далеко не одно и то же. Сотрудник, ведущий разговор, не имел полномочий снижать цену. Это все равно, что в супермаркете требовать скидку, как на каком-нибудь восточном базаре. Бесполезное занятие, потому что продавцы не являлись владельцами самого магазина.

— Ладно, бездна с тобой, — проворчал я, еще раз окидывая взглядом выведенный на дисплей список с ТТХ «основы».

Долго перечислять, что она предоставляла носителю, главное — это полное преобразование организма в сфере внутренней энергетики.

Запредельная цена вынудила расстаться с комплектом экипировки «Страж». К счастью, «перчатку» удалось оставить, так как после всех взаиморасчетов, включая продажу набора редких стимуляторов и предыдущего остатка денежных средств, у меня на счете скопилось чуть менее трехсот тысяч монет.

Гигантская сумма, если подумать. И внутренняя жаба просто вопила, пока шел перевод означенной стоимости новой «основы».

— Имплантация пройдет через тридцать минут. Полная развертка займет еще около одного стандартного часа, — вежливо сообщил клерк медцентра, получив подтверждение оплаты услуги.

— А что насчет новых проекций? Обязательно идти в Чертоги? Или можно приобрести необходимые инфопакеты прямо у вас? — осведомился я, стараясь отогнать мысли об очередных сумасшедших тратах.

— Это можно сделать прямо здесь, — сохраняя на лице любезную улыбку, ответил сотрудник в белой униформе с символом гильдии Хром на правой груди.

Покупать и ставить «основу», без обновления арсенала боевых проекции, значило выкидывать деньги на ветер. Улучшение преследовало определенную цель — получить возможность создавать новые, более сложные печати и ауры.

А следовательно, покупка новых навыков неизбежна. Иначе зачем вообще все это надо?

Риторический вопрос.

— Отлично, я возьму «Слезы звезд» шестого уровня. «Прыжок» третьего. И «Кузнечный молот» — четвертого, — перечислил я обновку и спустя короткую паузу уточнил: — Также хочу повысить «Световое копье» с пятого до седьмого и «Щит» с третьего до пятого. Это возможно?

Работник медцентра сделал пару пассов руками перед голографическим дисплеем, вызывая необходимую информацию. Проверка доступных инфопакетов со знаниями необходимых навыков не заняла много времени. Буквально через несколько секунд он опять расцвел белозубой улыбкой и заявил:

— Все затребованные проекции доступны. Оформлять заказ?

— Оформляй, — проворчал я, все еще недовольный чрезмерными расходами.

Счет на глазах прохудился почти на восемьдесят тысяч. Кошмар. Остаток показывал чуть менее семнадцати тысяч. Минуту назад чувствовал себя богачом, и тут нате вам, снова почти на нуле. Одно радовало, вложение в себя несомненно окупится в будущем. Ну или как минимум спасет жизнь. Что тоже «немаловажно» — сарказм.

— Сколько всего это займет времени?

— Суммарно… — хромовец на секунду задумался, сверяясь с записями на экране. — Около двух с половиной часов.

Что же, оперативно. В расторопности гильдейцам не откажешь. Умеют шустро работать.

Я кивнул.

— Хорошо, веди давай. Где у вас тут операционная?

— Прошу за мной.

Меня проводили в белую комнату с удобным эргономичным креслом из тех, что напоминают пилотские сиденья или кресло стоматолога, смотря какая у кого возникала ассоциация.

Усадили. Вкололи расслабляющий мышцы препарат, еще какую-то химию для подготовки организма к внутренней перестройке, приказали расслабиться и напоследок применили анестезию.

Сознание померкло…

…И тут же снова очнулось. Как будто прошло всего лишь мгновение.

— Осторожнее, сохраняйте спокойствие, в первое время возможны неприятные ощущения, — раздался откуда-то сбоку размеренный мужской голос.

— Уже всё? — как ни старался, не высказать удивление не получилось.

Вроде прикрыл глаза — и бац, операция уже завершена. Очень странное ощущение выпадения времени.

— Да, процедура закончена, проводится финальная диагностика. Не двигайтесь, пожалуйста, — попросил все тот же неизвестный голос.

Я послушно расслабился, откидывая голову назад и прикрывая глаза. Никаких изменений пока что не чувствовалось. Все как раньше. Любопытно, у них тут бывают осложнения? И действует ли возврат денег при неудачном исходе имплантации?

Мысль шевельнулась вяло, лениво, определенная слабость в сознании все же присутствовала. Это стало понятно спустя несколько секунд бодрствования после пробуждения.

— Начинаем активацию. Внимание, не стоит пугаться, первые впечатления могут вызвать определенный дискомфорт. Не нужно волноваться, все так и должно быть, — бесстрастный голос продолжал давать рекомендации по дальнейшему поведению.

Должно быть, доктор, кто проводил операцию. Стоило к нему прислушаться.

— Пуск.

В ту же секунду перед глазами взорвались миллиарды ярких звезд. Они закрутились в затейливом калейдоскопе, поневоле вызывая своей безумной скоростью головокружение.

— Какого черта?!. - ругнулся я, тряся головой.

— Все нормально, сейчас прекратится, — успокаивающе прозвучало справа.

Пришлось поверить и замереть, ожидая обещанного окончания безумного круговорота.

Вскоре все успокоилось, зрение снова пришло в привычную норму. Нет, стоп. Что-то здесь не так. Окружающее пространство воспринималось теперь как-то по-другому. Трудно объяснить, как именно, но что-то определенно изменилось.

— Посмотрите, пожалуйста, сюда, что вы видите? — попросили на этот раз откуда-то слева.

Я повернулся в сторону голоса. Увидел стоящую в паре метров от кресла девушку. В ее вытянутой руке переливалась голубым светом необычная субстанция, похожая на живой клочок мха. Или маленькую медузу, сжавшуюся в клубок. Непонятно.

— Сферу диаметром в ладонь человека, исходит светло-синим свечением, — ответил я на вопрос.

— Хорошо, диапазон зрения в энергетическом фоне подтвержден, — удовлетворительно проронил доктор.

Разумеется, прозвучавшая фраза вызвала у меня недоумение. О чем это он толкует?

— Какой еще энергетический фон? — спросил я.

— Иал-фон, — коротко ответил гильдейский спец по имплантации.

Это что же получается, я теперь могу видеть концентрацию энергии иала? Неслабо.

— Проекции тоже можно увидеть на ранних стадиях формирования? — поспешил уточнить я.

— Верно, — не вдаваясь в подробности, подтвердил доктор.

Мужик явно не любит болтать просто так. А мне в свою очередь захотелось осведомиться о других особенностях полученных преимуществ, однако было заявлено, что все вопросы потом.

Необходимо провести еще целый ряд тестов для подтверждения успешного окончания поглощения новой основы старой и получения полного слияния с организмом.

Диагностика слегка затянулась и заняла еще около часа. Понимая, что в таких делах лучше не торопиться, я покорно сносил все процедуры с дополнительным обследованием.

Параллельно шло обучение появившимся возможностям. Как зачерпнуть энергию извне. Как преобразовать. Как сделать послушной своей воле. Как трансформировать в форму проекции.

Понятное дело, закачка знаний не означала еще полного освоения. Необходим полный цикл практических занятий для перехода из разряда умений в закрепленные навыки. Но и того, что уже сделано, достаточно для формирования списка доступных проекций, пусть и не выученных до конца.

«Щит» стал пятого уровня. Сегменты силового каркаса еще больше увеличились в числе, существенно возросла степень защиты.

«Лечение» также осталось на третьем. Трогать его, тратя лишние деньги, посчитал бесполезным, учитывая наличие эффективных автоаптечек. По крайней мере, на данный момент.

«Световое копье» доросло до седьмого уровня. Количество снарядов увеличилось вдвое. Вместо двух появилась возможность создавать сразу четыре. При определенной сноровке и опыте даже объединять их в один сверхмощный энергетический дротик, способный поражать бронированную технику. Тяжелый армейский глайдер в лоб, может, им и не подбить, но хорошенько напугать при случае определенно выйдет. Не говоря уже о менее защищенных целях.

Теперь что касается новинок.

«Слезы звезд» шестого ранга. Эта та проекция, которую применял первый мистик Кобальта, с легкостью испаряя металл и бетон с одного выстрела. Страшная штука. И невероятно эффективная. Проекция формировала пучок сжатого энтропийного поля, при попадании шел полный распад молекулярных связей с тотальным разрушением атомарной структуры любого вещества. Вот эта хрень запросто могла пробить силовую защиту военного глайдера, причем в наиболее защищенном месте перед кабиной пилота. Шестой уровень позволял достигнуть «капле» достаточной концентрации и суммарной мощи для уничтожения энергетических щитов широкого спектра. Конечно, не всех вообще, но значительной части определенно. Правда и минусы тоже имелись. Для создания одного снаряда требовалось очень много энергии. Я бы сказал, непозволительно много. Но куда деваться, убойная мощь требовала затрат.

«Кузнечный молот» четвертого уровня. Ну тут все просто. В выбранной точке пространства создавалось давление на определенный участок с четким направлением движения. Удар сжатых потоков энергии иала вызывал эффект резкого удара гигантского пресса. Бах, и кого-то раздавило, как таракана. При условии, что противник все время формирования проекции оставался на месте и никуда не уходил, что довольно затруднительно, учитывая визуальное сопровождение создания указанной проекции. Трудно не заметить плотные завихрения в воздухе и довольно легко уйти из зоны поражения простым отскоком. К сожалению, площадь накрытия у молота оставляла желать лучшего. Хотя при определенных обстоятельствах он мог, конечно, здорово пригодиться.

И в заключение. «Прыжок» третьего ранга. Как понятно из названия, данная проекция предназначалась для стремительного передвижения на большие расстояния. Что характерно, в отличие от похожих навыков у тех же штурмовиков, где исполнение приема проводилось за счет разгона физических параметров определенного толка, таких как увеличение силы, повышение гибкости сухожилий и связок, модернизация вестибулярного аппарата, здесь применялся совершенно иной подход, не зависящий от физических кондиций оператора. Если вкратце, то мистика окутывало поле энергии иала, оно давало толчок и контролируемо переносило в заданную точку с ускорением. Вот ты стоишь на месте, а в следующую секунду стремительно взмываешь ввысь на высоту трехэтажного дома, подхваченный силой созданной проекции. Тоже действенная вещица, могущая пригодиться в условиях боя.

Вот, собственно, и все. Вместе с перчаткой класса «Шторм» и основой модели «Ультрамарин» это сделало из меня настоящего мистика. Не суперкрутого, по местным меркам, однако и уже и не мальчика для битья.

Осталась сущая мелочь, потренироваться вволю, усваивая полученные навыки на практике для закрепления полученных знаний.

Но давать времени мне никто не собирался. Гильдии Кобальт и Хром вышли на тропу войны, решив выяснить отношения за право обладания властью над миром Сареш по полной программе.

Выходя из медцентра, первое, что я увидел, было сообщение в интеркоме «основы». Третье, если верить показанным символам. Цифровой интерфейс тоже здорово изменился, и сигнальную метку пропущенных вызовов я заметил не сразу.

— Привет, Кейн, ты как, очухался? — вызов шел через местную сеть Улья.

Судя по легкой развязности, Боцман все еще находился слегка навеселе. Похоже, здорово они успели погулять с Грешником. Небось со вчерашнего дня квасили, как только приехали. Завидую засранцам белой завистью.

— Что случилось? Все прогуляли, и хочешь одолжиться? — беззлобно пошутил я, ступая на тротуар.

Позади с тихим шелестом закрылись раздвижные двери главной гильдейской клиники аванпоста.

Раздался громкий смешок. Бывший звездолетчик веселился.

— Да нет, у нас с этим все в порядке. Мы бы и дальше зависали в этом уютном заведении под названием «Упругие попки», да нас тут нашли какие-то нехорошие личности. Представились помощниками Долговязого и велели срочно собираться в дорогу. И тебя не забыть найти перед отъездом.

Долговязый? Командир «Всадников Немезиса»? Наша развеселая троица числилась в этом подразделении при заключении контракта на должности рейдеров тактической разведки. Пятнадцатое соединение оперативного назначения экспедиционного корпуса гильдии Хром. Так, кажется, это звучало в развернутом виде.

— Не понял, нас уже хотят послать на какое-то задание? — неприятно удивился я.

Только возвратились и снова в поле? Как-то неправильно. Обычно дают передохнуть после боя.

С другой стороны, смысл гильдейцам заботиться о вольных рейдерах? Мы у них, скорее всего, проходили в строке расходного материала, кого не жалко при случае потерять. Сейчас нагонят сюда свои кадровые военные части, а нашего брата бросят в пекло, на самые опасные направления. С наемниками обычно так и поступают. А мы, если подумать, они и есть, солдаты удачи.

— Перебрасывают все подразделение, — объяснил Боцман. — Говорят, будут закладывать новую базу. А Всадники выступают прикрытием. В том районе замечены силы Кобальта.

Прелестно. Строительство аванпоста под риском неожиданного удара. Что может быть увлекательнее?

— Ладно, я понял, — сказал я, вызывая меню карты городка, отыскивая подсвеченный маркер «Гадюки». — Встретимся у глайдера через двадцать минут. Не мешало бы его проверить перед долгим полетом.

— Понял, командир, до встречи.

Канал связи свернулся.

Что такое война?

Согласно земным определениям, война — это конфликт между политическими образованиями, происходящий на почве различных претензий в форме вооруженного противоборства, в ходе которого один субъект политики пытается изменить поведение другого, навязать ему свою волю, забрать ресурсы, подчинить территорию.

Гильдии Овелона понимали войну почти точно так же. Но вот общая стратегия и тактика довольно серьезно отличались от тех, что применяли на Земле.

В первую очередь стоит отметить, что в Дюнах, за редким исключением, боевые действия между противоборствующими сторонами почти не велись. Крупными силами так уж точно. Встречи отдельных малых групп разведчиков и диверсантов не в счет.

В самом Овелоне вообще был наложен категоричный запрет на насильственные акты агрессии с применением оружия массового поражения. Существовал пакт, ограждающий город от войны. Виновника ждало наказание от всех гильдий сразу.

Проще говоря, будешь слишком зал…ться, на тебя набросятся сворой и сожрут, не оставив после ни косточки. Говорят, прецеденты случались. Несколько гильдий таким образом канули в небытие.

Ты можешь подсылать наемных убийц, мешать финансовыми методами, ограничивать деятельность другими способами, но только попробуй подогнать эскадру военных глайдеров с ракетными установками к землям соперника и тебя ждет жестокая расправа с участием всех остальных гильдий.

А вот с чужими мирами ситуация обстояла ровно наоборот. Там позволялось абсолютно всё. Причем не только против непосредственного противника, но и против его местных союзников.

Биологическое оружие, химическое, кассетные термические суб-боеприпасы — вываливай на голову врага все что угодно. Тебе и слова никто не скажет. Другие планеты считались зоной свободного противостояния, где действия не ограничивались никакими рамками.

Если подумать и осмыслить данное правило, то становилось слегка страшновато. Даже мне, повидавшему в этой жизни много всякого нехорошего.

Эти подробности я узнал во время строительства нового аванпоста от одного из гильдейских ветеранов. И надо признать, его рассказ вызвал в сердце небольшой холодок.

В том плане, что после услышанного поневоле станешь шарить по небу глазами, выискивая усиленную эскадрилью бомбардировщиков, готовых сбросить на тебя все то дерьмо, что имелось в арсеналах технически развитых армий междумирья.

Потом мысли сами перескакивали на применение всяких мутагенов, искусственных вирусов и еще кучи всего, о чем раньше понятия не имел. Созданного с единственной целью — убить как можно больше народа за как можно более короткий промежуток времени.

Однако реальность оказалась вовсе не такой ужасной, как ожидалось. На нас никто не нападал. И вообще, ни разу за все время, пока шло возведение базы, не побеспокоил.

Официально операция проходила под эгидой расширения ареала контролируемой местности.

Приехали на точку, развернули купол командного пункта в полевом варианте. Навтыкали аккуратными ровными «грядками» мобильные жилые блоки. Поставили ограждение. Закрыли периметр эшелонированной обороной, состоящей в основном из автоматического железа, умеющего работать в полностью автономном режиме. Обустроили быт, типа душевых и кухонь. И собственно всё. Дальше пошли дни простого ожидания.

Уже чуть позже стало известно, что точный брат-близнец нашего форпоста появился в другом месте, на равном удалении от главного аванпоста Хрома с порталом.

Таким образом, если смотреть с высоты, то получалась некая «вилка», где мы выступали в качестве кончиков, а Улей нижним основанием получившейся незатейливой фигуры. Ну, или гигантский треугольник, тут уж кому что придет на ум при виде картинки.

И все, больше ничего интересного не происходило. От Кобальта ни ответа, ни привета, никаких атак, никаких прощупываний обороны. И наши тоже не предпринимали никаких действий. Разве что изредка посылались небольшие группы в ближний патруль.

Честно говоря, лично я вообще ни хрена не понял, зачем построили эту базу, отсюда не делали никаких вылазок и на нас тоже не нападали.

Что особенно любопытно, сюда не привезли ни одного рекрутированного солдата из местных аборигенов, за исключением малого количества обслуживающего персонала. Только рейдеры, общим числом в сотню человек.

Естественно, при таком развитии событий народ очень быстро стал изнывать от скуки, и гильдейские офицеры начали проводить обязательные тренировки, чтобы выпустить пар у подопечных и не дать полностью сойти с ума.

Спарринги, физические нагрузки, приближенные к боевым учения проводились с завидной регулярностью почти каждый день на небольшом полигоне, наскоро оборудованном рядом с базой.

Лично меня изменившийся распорядок полностью устраивал. Появилась возможность полностью освоить изученные ранее проекции, привыкнуть к обновке в виде основы «Ультрамарин».

Я не скучал, быть мистиком мне очень понравилось. «Перчатка» творила чудеса, ощущение себя настоящим магом доставляло ни с чем не сравнимое удовольствие. Думаю, каждый в детстве мечтал стать волшебником. А у меня эта мечта осуществилась на самом деле.

День пролетал за днем, а ничего не происходило. Радовало одно, время контракта тоже понемногу истаивало. Из трех месяцев оставалось около двух и если так пойдет дальше, то и они пролетят незаметно. Вот уж точно, солдат спит, а служба идет…

— Хоть бы передвижной бар привезли, — Боцман откинулся назад, опираясь на стенку жилого модуля, в чьем тенечке мы разместились после сытного обеда.

Через час предстояла очередная тренировка, после принятия пищи всегда давалась небольшая передышка для отдыха.

— Ха, размечтался, ты хоть представляешь, что тогда здесь начнется? — хмыкнул Грешник, с удовольствием потягиваясь и разваливаясь на куске мягкого упаковочного материала, невесть откуда притащенного только что.

— Это место превратится в натуральный зоопарк, — вместо техника ответил я.

Последний в свою очередь усмехнулся и заметил:

— Как будто без алкоголя база не напоминает его, — сказал он, прикрывая глаза от яркого летнего солнца.

Не поспоришь. Несмотря на усиленные физические нагрузки, многие рейдеры не отказывали себе в удовольствии немного побуянить. Иногда доходило до драк. Правда, ничего серьезного. Угроза потери премиальных и среза половины вознаграждения за неисполнение пунктов контракта, как правило, действовала отрезвляюще даже на самые горячие головы. Никто не хотел лишаться денег из-за такой ерунды.

— Меня больше интересует, почему никаких военных действий не ведется, — задумчиво проронил я, кидая рассеянный взгляд на видневшийся неподалеку купол командного центра. — Зачем-то эту махину сюда притащили? Не для красоты ведь.

Напарники одновременно взглянули в ту же сторону, потратив несколько секунд на изучение сферического сооружения довольно большого размера.

— Может, у них так система кондиционирования лучше, — пошутил Грешник. — Вот начальство и приволокло за собой.

Боцман насмешливо фыркнул, как технаря его позабавил комментарий товарища. Имелись более простые способы обеспечить комфорт проживания, нежели тащить здоровенную бандуру, напичканную доверху электроникой, за тридевять земель.

— Хей, — к нам подошел рейдер. — Это ваша «Гадюка» стоит на стоянке?

Кажется, это был один из помощников Долговязого. Для техники на базе организовали загончик, куда и поместили все машины. Как принадлежащие рейдерам (таких, как мы, на своих глайдерах, тут тоже хватало), так и гильдейские.

— Ну и? — лениво откликнулся Грешник, он посчитал излишним вставать и приветствовать формально старшего по званию.

Тот, впрочем, нисколько не удивился подобному поведению. Все же наемное подразделение. Тут были более свободные порядки, чем в обычной армии. Дисциплина, конечно, соблюдалась, но чтобы вскакивать каждый раз при виде офицера, вытягиваясь во фрунт — нет.

— Ее сейчас будут модернизировать, а вам велено явиться к Долговязому на брифинг по заданию.

— Какому еще заданию? — я приподнялся.

— Какому надо, топайте и узнаете, — огрызнулся посланник командира «Всадников Немезиса».

Ну блин, снова-здорово. Печенкой чую, опять собираются послать в одиночный рейд. И какая еще, блин, «модернизация» «Гадюки»?

— А ничего, что глайдер принадлежит нам? Чего вы там собрались на него навешивать? — когда надо, я тоже умел быть резким.

Я встал, мешая штабному пройти. Субординация — это, конечно, хорошо, все понятно, но тут задето понятие частной собственности. А в Овелоне с этим строго. Что твое, то твое. Никто не имеет права просто так отобрать что-либо. В случае чего можешь хоть оружие применять. При условии, что являешься вольным жителем. А мы как раз имели такой статус. Так что закон на нашей стороне.

Помощник командира не скрываясь поморщился, он тоже знал правила.

— Не волнуйся, рейдер. От установки дополнительного оборудования ваша лоханка только выиграет. И все абсолютно бесплатно.

— Оружие? Генераторы энергощита? Обновленная навигационная система? Смена бортового компьютера? — заинтересованно осведомился Боцман, тоже поднимаясь на ноги.

Последовал еще один неохотный кивок. Хм-м, интересно девки пляшут. Нам проводят апгрейд глайдера и сообщают только сейчас? Что-то новенькое.

— А кто сказал, что нам это надо? — с неприятной улыбкой к разговору подключился Грешник, вставая рядом со мной.

— Дополнительное бронирование, система электронной маскировки, модернизация управления, установки ускорителей, повышение тяги, две ракетные установки, замена батарей для увеличения дальности хода, — вместо ответа быстро перечислил офицер.

Услышав список, я аж крякнул от изумления. Фига себе, да это же полный обвес. Благодаря принципу модульного конструктора в машину вносились очень большие изменения, повышающие ее характеристики на порядок.

Если правда, то это уже будет не старенькая «Гадюка», а нечто куда более продвинутое.

Вопрос только, на черта гильдии Хром такие расходы? Да еще для чужого транспорта. Могли свои глайдеры использовать. У них тут хватало техники. И гораздо круче нашей скромной малышки.

Или дареному коню в зубы не смотрят? Не знаю, не знаю…

— Управление через основу? Используя цифровой интерфейс с полным слиянием? — глаза Боцмана загорелись фанатичным огнем.

— О подробностях не в курсе, но возможно, — развел руками помощник Долговязого, обошел меня и направился куда-то дальше, не забыв напоследок напомнить, что нас ждут в командном центре.

Мы с парнями переглянулись. Делать нечего, придется идти. Похоже, лафа кончилась. Для нашей троицы уж точно.

Дойдя до сферического купола, мы поднялись по ступенькам с ребристым покрытием, подождали от парочки часовых в полной техноброне разрешения на вход в святая-святых базы и прошли через шлюзовую кабину внутрь.

Зал оперативного командования Всадников изобиловал большим количеством голографических дисплеев, подвешенных мониторов, компьютерных панелей и другой всевозможной аппаратуры, позволяющей планировать операции и дистанционно управлять войсками во время боя. Здесь властвовал приятный глазу полумрак.

— Проходите, — к нам сразу же обратился высокий мужик в военном комбезе с нашивками гильдии Хром.

Знакомое лицо. Долговязый. Мы уже с ним встречались в Улье. Рядом с ним находилось еще несколько человек. Незнакомых.

— Перед тем, как начнем, позвольте представить новых членов вашей команды. Это Хана, — указующий жест на невысокую стройную брюнетку. — А это Спиро, — еще один взмах, на этот раз в сторону парня лет двадцати пяти.

Парочка скупо улыбнулась. Естественно, я не замедлил осведомиться:

— Какие еще новые члены команды? У нас сработанная группа, и пополнение нам не нужно, — говорил, а сам прекрасно понимал, что отказаться от «усиления» не удастся.

Рейдеры обычно работали пятерками. Наша тройка исключение из правил, и то из-за непредвиденных обстоятельств.

Другое дело, что добирали новых членов рейдеры сами, а не принимали навязанных кем-то извне. Может, зря тянули? И стоило озаботиться этим раньше? А то, гляди-ка, похоже, за нас уже всё решили и так.

— Они не будут с вами постоянно, всего лишь на один выход, — успокоил меня Долговязый, сам из рейдеров и отлично знавший порядок.

Спорить и изображать из себя упертого гордеца? Не вариант. Ясно, что поддержка излишней не будет. Хотя удостовериться в квалификации все же не помешает.

— Класс? — коротко спросил я у брюнетки. Весьма симпатичной, надо отметить. И фигурка вполне ничего.

— Хана высокоранговый мистик, — ответил за женщину Долговязый, помолчал и совершенно неожиданно для меня добавил: — Как и ты.

О как. Меня уже считают высокоранговым. Приятно слышать? Или нет? Внутри что-то щелкнуло.

— А я здесь случайно не потому, что недавно поставил основу «Ультрамарин» и закачал боевые проекции пятого и шестого уровней? — осведомился я, подспудно уже зная ответ.

Так и есть, Долговязый, нимало не смущаясь, кивнул. Проклятье! Не стоило светить крутую «перчатку» и знание продвинутых печатей на полигоне. Увидели, быстро взяли на заметку, и когда пришел нужный момент, вспомнили, решив использовать «полезный ресурс», так удачно оказавшийся под рукой.

Может такое быть? Да легко.

А с другой стороны, как тогда было тренироваться? Уходить в лес одному? Не смешно. Плюс ко всему прочему существовали технологии, способные считывать с основы человека все доступные ему навыки. Это сложно, но вполне возможно. Так что сохранить в секрете ничего не выйдет. Да и зачем?

По сравнению с другими классами, мистиков в лагере среди рейдеров насчитывалось не так много, как тех же штурмовиков или погонщиков — технарей, управляющих боевыми дроидами дистанционно. Объяснялось подобное неравенство просто.

Во-первых, не все показывали высокую совместимость с этим классом и, как следствие, после тестов им предлагали освоить другую специализацию. И во-вторых, прокачка мистиков выходила намного затратнее, чем, скажем, того же стрелка. Кое-кто из «моллюсков» вообще предпочитал сменить направление развития после того, как узнавал, что придется выложить намного больше деньжат за изучение проекций, чем за навыки других классов.

Но тут имелся и плюс. На высоких уровнях суммарная мощь и возможности мистиков возрастали многократно. И такие спецы пользовались высоким спросом. А значит, им платили намного больше по сравнению с обычными рейдерами, пусть и тоже высокого уровня развития.

— Так что за задание? — я прошел к плоскому столу с матрицей виртуальной проекции, вокруг которого сгрудились собеседники.

Долговязый бросил на меня оценивающий взгляд, внимательно посмотрел на Боцмана и Грешника и, видимо, оставшись довольным увиденным, заявил:

— Необходимо произвести захват форпоста гильдии Кобальт, — поделился Долговязый планом.

Нормально так. Если у противников форпост хоть отдаленно похож на нашу базу, то нам предстоит «веселый» денек.

Они совсем с ума спятили, что ли?

— Форпоста? — тупо переспросил Грешник. — Как здесь?

В голосе штурмовика отчетливо прозвучали недоверчивые интонации. Воображение так и нарисовало, как Грешник крутит пальцем у виска, глядя на командира Всадников. Мол, совсем с катушек слетел, что ли, болезный? Переть впятером против такой махины, все равно что идти с голыми пятками против танка.

Теперь понятно, почему апгрейдят «Гадюку». На обычном глайдере там нечего делать.

— Ну что, приступим к обсуждению? — предложил Долговязый, пропустив вопрос Грешника мимо ушей и делая приглашающий жест всем остальным подойти к столу с голографической проекцией ближе.

Я пожал плечами и сделал шаг вперед. Грешник и Боцман секунду спустя последовали моему примеру.

— Ну что, долго еще ждать? Ты же говорил, что справишься быстро, — раздраженно прошипел Боцман, недовольный задержкой.

Трудно его винить в нервозности. Мне тоже было как-то не по себе от слишком близкого соседства с активными роботизированными комплексами противника.

Вдруг маскировка подведет? Вдруг на экранах радаров механических мозгов железяк появится отметка «Гадюки»? Достаточно двух синхронных залпов подряд, чтобы от нас осталась лишь груда дымящегося металла.

Успеем за короткий промежуток времени между первой очередью и второй смыться? Сомневаюсь. Развернуться и дать по газам — да. Выйти из зоны уверенного поражения — хрен там. Достанут и размажут тонким слоем по всему полю. Заодно и рельеф подравняют, сделав из равнины идеальный каток сверхмощными лазерными установками.

— Дурацкая идея, — пробормотал я, напряженно вглядываясь в рукотворные бугорки защитных систем, спрятанных под небрежно наброшенными кусками дерна.

— Глайдер же модифицировали, серьезно улучшили, степень защиты выросла в несколько раз, — сказала Хана.

Я ткнул пальцем в дрожащее марево пленки защитного поля, никакой кабины и корпуса на «Гадюку» не поставили, ограничились генераторами энергощитов.

— Долгий обстрел эта штука не выдержит. И никакая броня не поможет, если уж на то пошло. Слишком много стволов у врага и слишком крупный калибр. Нас испарят быстрее, чем успеем удрать.

— Но сюда-то мы доехали, — возразила брюнетка. — Маскировка сработала, нас не заметили.

— Дело времени, — пробурчал Грешник.

Штурмовик тоже чувствовал себя неуютно под прицелом стольких орудий. Особенно под управлением искусственного интеллекта. Это человеку необходимо сколько-то мгновений, чтобы толком среагировать на внезапно появившуюся цель. А машины нажмут на кнопку пуска моментально. Доля секунды и привет.

— Думаешь, сработает? — Хана повернулась ко мне.

Мы с ней сидели на втором ряду, глайдером управлял Боцман, рядом с ним расположился Спиро, сейчас занятый своими игрушками. Грешник, как обычно, прикорнул на корме. Там штурмовику удобнее и простора больше. В случае чего может встать во весь рост и, подняв свою огромную «базуку», исполнять роль пулеметной точки, благодаря скорострельности мощной винтовки и надетым технодоспехам.

— Понятия не имею, — честно признался я.

План состоял в следующем. У гильдии Кобальт, как и у Хрома, кроме основного аванпоста имелись еще два вспомогательных форпоста. База А и база Б, назовем их так. У нас соответственно так же.

Идея заключалась в следующем. Гарнизон базы А Хрома атакует укрепления базы А Кобальта. По мере разрастания боя, из базы Б Хрома и из Улья понемногу подходит подкрепление воюющим войскам. Давление на вражескую базу А нарастает в геометрической прогрессии. Не выдержав, противник отправляет ему подкрепление. И так как главной ценностью является портал, то первым делом солдат будут брать из базы Б, а не из главного представительства.

Ну и, разумеется, во всей этой кутерьме активно участвуют туземные войска. Что с нашей стороны, что с противоположной.

Смысл в том, чтобы ослабить защиту базы Б и дать диверсионной штурм-группе ворваться внутрь, разнеся резко съежившийся гарнизон и заодно запустив по внутренним коммуникациям вирус через гильдейский терминал, подключенный в сеть Кобальта.

Вредоносная программа должна проскользнуть по невидимым каналам в центральный пункт и запустить перегрузку стабилизаторов портала. Лишившись выхода в Дюны и оказавшись запертым в мире Сареш, противнику ничего не останется, как принять полную капитуляцию. Воевать дальше смысла не будет. Навести портал без маяка и в условиях сильных пространственных возмущений после схлопнувшегося перехода физически невозможно.

Как говорится, шах и мат, господа.

Конечно, если все сработает, как надо, и мы тут не сдохнем к чертям собачьим. Нас, кстати, выбрали не случайно. Миссия с нападением на базу Б, как бы это сказать помягче, самоубийственная. Хромовцы не захотели рисковать своими бойцами и пустили вперед нанятых рейдеров.

Кстати, в первых рядах в атаку на базу А тоже шли исключительно наемники, вперемешку с аборигенами.

Я бы (да и другие рейдеры, подозреваю, тоже), узнав детали, скорее всего постарался бы саботировать задачу, держась от опасных мест как можно дальше (еще чего не хватало, подставлять шею во славу гильдии Хром, имея минимальные шансы на выживание), да только потенциальная награда больно уж выглядела заманчиво.

За удачное завершение задания нам пообещали ТАКИЕ призовые, что отказаться никто не осмелился.

Купили? Да. Точно. Причем с потрохами. И всех. Но нельзя быть беременным наполовину. Мы уже подписали контракт и согласились воевать за Хром. И щедрое поощрение выступило здесь лишь более чем приятным бонусом…

— Значит, Спиро делает нам безопасную «тропу» среди охранных систем, открывает ворота форта и блокирует работу автономных дроидов, — повторил Грешник. — Вы уверены, что он со всем справится?

Спиро был хакером. Не техником, как Боцман, а именно хакером, сетевым взломщиком. И от его мастерства зависело исполнение всего плана.

— Уже справился, — огрызнулся новенький в команде, откидываясь в кресле и разрывая контакт тактильного подключения своей основы с комп-терминалом и передающей док-станции. — Можно ехать.

Боцман с явным сомнением покосился на него, потом глянул на меня. Я пожал плечами. Сдавать назад уже поздно.

— Тогда поехали, — сказал техник и взялся за ручки управления глайдером.

«Гадюка» резко рванула вперед, прямо к видневшемуся вдали форпосту гильдии Кобальт. Операция вступила в решающую фазу.

Действовали нагло и нахраписто, как и полагается при штурме. Двойные ворота из сверхпрочного металлического сплава, усиленные дополнительными пластинами брони, еще до конца не открылись, как «Гадюка» проскользнула в появившуюся брешь, со скрежетом царапая бортами не разошедшиеся полностью створки.

Ухнули оружейные пилоны по бокам, с легким шипением вперед унеслись сразу четыре ракеты, оставляя за собой инверсионный след.

Вдалеке гулко бухнуло. Послышались крики. До последней секунды противник не знал, что его системы взломали и последует нападение.

— Пошли! — скомандовал я, первым спрыгивая на землю.

Хана легко соскочила следом, не оглядываясь метнула в ближайшую постройку рой ярко-зеленых «светлячков».

Понятия не имею, какую точно она применила проекцию, но эффект вышел впечатляющим. Модульный блок, по виду хозяйственного назначения, в мгновение ока превратился в решето. Пущенные рукой в «перчатке мистика» огоньки пробили модуль насквозь, оставляя после себя целый каскад внушительных дырок. Как если бы дали очередь бронебойными снарядами из 30-мм автоматической авиационной пушки.

Грешник оценил действия новенькой и тут же продемонстрировал, что он тоже на что-то годится.

Бумм! — ярко-красный шар пламени взбух на месте жилого модуля чуть дальше по «улице».

Переведенная в режим стрельбы одиночными сверхмощными зарядами винтовка доказала, что вайзеры тоже кое-чего стоят на поле боя.

— Действуем, как договаривались, — скомандовал я, беря за шкирку Спиро, немного струхнувшего от близости сильных разрывов.

— Живей, пока они не опомнились. Расчисти нам дорогу, — прокричала Хана, формируя очередную боевую проекцию.

Боцман, к которому она обращалась, склонился над пультом, прикладывая к приборной панели руку. Тактильный контакт подключения основы напрямую к бортовым системам вооружения позволил технику управлять ракетными установками практически силой мысли.

Тукх. Тукх. Тукх.

С приглушенным перестуком одна за другой стальные рыбки начали вырываться на волю, превращая левый ряд жилых блоков в царство огня, разлетающихся осколков и горы дымящихся обломков.

Мощные взрывы пошли один за другим. Казалось, будто база попала под массированный воздушный налет.

На то и рассчитывалось. Ошеломить врага, представить все так, словно аванпост атакуют несравненно большие силы, чем есть на самом деле.

— Забирай его, двигайте, — приказал я, толкая обалдевшего от начавшейся вокруг свистопляски Спиро к Хане.

Девушка подхватила хакера под руки, жестко встряхнула, что-то яростно прорычав сетевому взломщику в ухо (должно быть, требовала прийти в себя и не дрейфить), и бросилась к командному центру Кобальта под прикрытием правой линии жилых боксов. Было необходимо доставить компьютерщика к одному из внутренних гильдейских терминалов с выходом в закрытую сеть.

— Давай еще один залп и уходи, — я повернулся к Боцману.

И только тут заметил, как на силовой пленке энергетического щита в изобилии расцветают синие кляксы.

Черт! Да по нам же стреляют. Точнее по замершему рядом с проемом врат глайдеру. Вайзеры издавали намного меньше шума, чем обычное огнестрельное оружие, и поэтому заметить их гораздо сложнее.

Услышь я трескотню автоматных очередей, то в первую очередь пригнулся бы, начав искать, откуда ведется обстрел. И неважно, являюсь ли сам мишенью. Инстинкт заставил бы действовать именно так. А тут почти ничего слышно. Всего лишь всполохи расплываются на каркасе силового поля.

— Грешник, сними стрелков, — приказал я. — Пока по нам не шарахнули чем-то более крупным.

У штурмовика и сенсоры лучше, и броня, не говоря уже о внушительной боевой мощи.

— А ты не спи, выпускай оставшийся боекомплект и отходи на исходную позицию, — рявкнул я на Боцмана.

Техник качнул головой. В ту же секунду те ракеты, что еще оставались в пусковых ячейках, принялись вылетать по направлению к постройкам на другой стороне лагеря.

Я сам подбежал к ближайшей постройке, на ходу активируя «Прыжок». Накопители на перчатке вспыхнули мягким светом, высвобождая спрятанную внутри энергию иала. Вокруг заклубилась пелена дрожащего воздуха.

Раз — толчок ногой для небольшого разгона, и меня подхватила невидимая сила, вознося на трехметровую высоту.

Два — достигнув наивысшей точки полета, я запустил проекцию светового копья.

Три — гудящие энергетические снаряды разошлись широким веером, поражая спешивших к месту битвы солдат Кобальта.

Четыре — я плавно опустился на крышу жилого модуля, слегка согнув колени для амортизации приземления.

И тут же, не сбавляя темпа, сформировал еще несколько световых копий, щедро метая их вниз. Сверху открывался отличный обзор, давая возможность поражать врага издалека.

Опять бахнуло. Громко, с надрывом. Торчащая рядом с высоким забором вышка опасно накренилась, заскрипела и начала медленно заваливаться набок. Где-то там продвигались к командному куполу Хана со Спиро. Видимо, ее работа.

— У нас гости, — послышался голос Грешника на общем канале связи интеркомов основ. — Юго-запад.

Я автоматически глянул в указанном направлении. Прямо сквозь горящие груды обломков уничтоженной ранее левой стороны улицы уверенно шагала высокая фигура, затянутая с головы до ног в сплошной металл.

Штурмовик. И судя по техноброне, очень продвинутый.

Поднялась непропорционально толстая рука (приглядевшись, стало понятно, что в нее встроено оружие), послышался тонкий, стремительно нарастающий писк. Из толстого раструба вырвался тонкий луч изумрудного цвета.

Все верно, не просто сгусток сжатой энергии, как обычно бывает у вайзеров, а длинный луч, напоминающий лазерный.

Он прочертил воздух и дотянулся до пытавшегося дать задний ход нашего глайдера, уперся в силовой щит и принялся его разрушать. Понадобилось всего лишь пара секунд, чтобы энергетическая пленка лопнула, как мыльный пузырь. Не останавливаясь, луч прошел дальше, с легкостью срезая верхушку водительского сиденья. Боцман в последний момент успел нырнуть вниз, избежав встречи со страшным оружием.

— Проклятье! Он мне так всю обновку попортит, — проворчал я, делая еще один прыжок и выходя на более удобную позицию.

М-да, против вайзеров щит себя неплохо показал, а вот перед этой хреновиной спасовал. Плохо. Очень плохо.

Стало понятно, что еще один выстрел — и «Гадюке» конец. Это в первый раз вражеский штурмовик взял слишком высоко, во второй не промажет и попадет в приборную доску управления. Ну а затем и вовсе начнет чертить полосы, шинкуя несчастную машину, как какой-нибудь ломоть мяса. Судя по увиденному, мощности у его пушки на это хватит с лихвой.

— Хрен тебе, ходячая железяка, — ругнулся я, формируя самое мощное свое средство поражения.

«Слезы звезд» шестого уровня. Посмотрим, засранец, как тебе понравится познакомиться со сжатым пучком энтропийного поля.

Над перчаткой заколыхалась серая полупрозрачная субстанция. Секунда — и она приняла форму вытянутой капли, острым концом вперед. Резкий взмах — и «подарочек» отправился в свободный полет, прямо туда, где медленно двигалась высокая цель.

Черт! Мимо. Что-то заметив или что-то почувствовав, штурмовик в последний момент резко сместился вправо, продемонстрировав незаурядную реакцию для такой массивной фигуры.

Ответ пришел молниеносно. Еще раз вскинулась непропорционально толстая рука, воздух прочертила новая нить гудящего от напряжения лазера.

Я ушел перекатом в сторону, выходя из зоны прямой видимости противника. Снова вскочил и длинным прыжком переместился на крышу соседнего жилблока.

Приземление вышло немного смазанным, пришлось кувыркнуться, гася инерцию движения. Правое плечо отозвалось болью, повезло наткнуться на какую-то выпуклость технического обслуживания, вынесенную наружу.

Сгруппировался, на некоторое время замерев на месте, прислушиваясь к окружающему шуму — не послышится ли звук запускаемых портативных ракет.

Нет, ничего.

Зато чуть дальше шандарахнуло так, что земля затряслась. И опять по пути следования Ханы со Спиро.

Арсенал, что ли, подорвали? — суматошно подумал я, поспешно поднимаясь на ноги.

Теперь и западная сторона базы озарялась маревом огромного пожара. Повсюду виднелись языки пламени, густые спирали дыма уходили в бездонные небеса.

Хана опытный боец, судя по сноровке и поведению. Пока мы отвлекаем внимание врага у главных ворот, она должна была проскользнуть мимо к развернутому командному пункту. Наша задача состояла в том, чтобы оттянуть силы защитников из центра, связать их боем, тем самым давая возможность пройти диверсантам в глубь охраняемой территории.

Но, как это обычно и бывает, все пошло наперекосяк. Даже ослабленный гарнизон форпоста показал способность вести сражение на два фронта. Женщине-мистику ничего не оставалось, как прорываться к куполу с боем.

Хреново. Если Спиро прикончат, то затея теряла всякий смысл.

Я подскочил к краю крыши и, стараясь не думать, что выставляю себя на всеобщее обозрение, с ходу метнул сгусток «Слез звезд» во все еще величественно шагающего штурмовика.

На этот раз повезло больше. Увлеченно пытающийся достать Грешника своим чудо-юдо лазерным «резаком» противник не успел толком среагировать на возникшую угрозу. Ну, или понадеялся на личный энергетический щит технодоспехов. Думал, сдержит, защитит и даст время спокойно перевести огонь на новую цель. Для затянутых в высокотехнологичную броню воинов подобная самоуверенность довольно обычна. Многие начинают ощущать себя неуязвимыми, ставя на один пьедестал с мифическими богами древности.

Большая ошибка.

Особенно когда в тебя летит не что-нибудь простенькое, вроде энергоразряда, а сжатая до минимальных величин игла излучения всесокрушающего энтропийного поля.

Его зацепило лишь краем, но этого хватило, чтобы правая рука, откуда торчало дуло лазера, испарилась в мгновение ока. Штурмовик заорал. Автоматически заработал кибердок бронекостюма, впрыскивая в организм лошадиные дозы обезболивающего, открытая рана покрылась толстым слоем лечебного геля.

При любых других обстоятельствах у раненого имелись все шансы выжить. Если бы его вынесли с поля боя прямо сейчас. Но я давать ему такую возможность, разумеется, не собирался и швырнул еще один сгусток «слез», добивая противника. Вторым попаданием начисто снесло половину туловища у нападающего.

— Задница Арны, вот это зверь, — прошептал Грешник, выходя из укрытия.

За последние минуты сражение слегка поутихло, в нас перестали стрелять, и сопротивление понемногу сходило на нет. Это не означало, что Кобальт собирался сдаваться, просто их бойцы отступили для перегруппировки.

— Хана, как там у вас? — я активировал связь, шаря глазами по многочисленным дымящимся развалинам.

Неслабо все-таки Боцман саданул в самом начале. Минимум треть зданий превратились в руины. Это, конечно, не кирпичные дома с бетонным основанием, а всего лишь переносные модули, но все равно масштаб разрушений впечатлял.

— Мы не смогли прорваться к командному центру, — доложила Хана спустя пару секунд. — Тут слишком много гильдейских.

Я скрипнул зубами. Значит, не вышло. И что делать? Упрямо переть в лоб дальше? Хреновая перспектива. Штабные допустили ошибку, неверно оценили снижение уровня обороноспособности атакованного объекта. Гарнизон прохудился, но недостаточно.

— Твою мать, — выругался я, лихорадочно ища выход из сложившейся ситуации. Паршивой, надо сразу отметить. И весьма.

— Не волнуйтесь, мы не дошли до купола, но зато нашли другой терминал, — внезапно заявила Хана спустя короткую паузу.

Вот же блин, не могла сразу сказать.

— Сейчас Спиро загружает все необходимые программы во внутреннюю сеть.

— Где вы нашли терминал? — быстро спросил я.

Насколько помню, на брифинге нам заявляли, что подходящие комп-консоли находятся исключительно внутри командного центра, а тут вдруг выясняется, что есть еще один.

К этому моменту я уже снова спрыгнул на землю и потихоньку отходил к воротам. Боцман уже вывел «Гадюку» за территорию лагеря и ожидал группу для экстренного отхода.

— Мы наткнулись на какую-то подстанцию вспомогательного энергоснабжения. Спиро утверждает, что через ее подключение можно выйти напрямую в коммуникации главного центра управления, а оттуда уже дотянуться до связи.

Я посмотрел на полоску заполнения энергии иала, подключенная напрямую к «перчатке» основа транслировала данные прямо на цифровой интерфейс. Пока что потрачена едва ли треть от доступного объема накопителей. И то, подозреваю, основную часть съели два применения чрезмерно энергоемких «слез».

— Сколько вам понадобится времени? — спросил я, осторожно выглядывая за угол бокса и пытаясь разглядеть что-нибудь сквозь густые клубы черного дыма, что заполнили единственную на базе улицу.

Сейчас бы здорово пригодилась прошивка «Острый взор» с термовидением.

Хана замолчала, должно быть советуясь с хакером, затем заявила:

— Пять минут, не больше.

— Хорошо, поторопитесь. Мы с Грешником пока выдвинемся чуть вперед и будем готовы вас прикрывать, — сказал я, делая характерный жест штурмовику, он занял позицию на другой стороне дороги.

— Принято.

Эфир замолчал, но ненадолго. Пока мы с Грешником медленно продвигались вперед, внимательно обшаривая глазами каждый закуток и держась настороже, Боцман успел заскучать.

— Ребята, вы там еще долго? Меня что-то начинают напрягать все эти турели, коих здесь разбросано в изрядном количестве.

Шутник, блин, мертвые железки его напрягают. А нам тут приходится дышать дымом и замирать при каждом шорохе, опасаясь контратаки. Чутье подсказывало, если бойцы Кобальта пойдут в атаку, то сделают это всем кагалом сразу. Нас сметут — не заметят. Пока спасало одно, слишком активное применение тяжелого вооружения с первых минут боя создало впечатление, что в нападении участвуют серьезные силы. Сидят небось, запрашивают данные с датчиков, пытаясь понять, куда и как бить. А как поймут, что здесь всего двое (трое, считая Хану), то сразу навалятся толпой.

Также серьезное преимущество давала первая сетевая диверсия. Вирус повредил не только автономные системы обороны, но и комплексы наблюдения, включая общую связь.

Но ведь это не может длиться бесконечно. Рано или поздно починят. И тогда в нашей дерзкой вылазке будет поставлена большая жирная точка…

Под ногами скрипнул осколок стекла, я остановился, повел головой. Подчиняясь рефлексам, ноги сами согнулись в коленях, опуская тело за небольшое укрытие из смятого куска металла. Никогда не оставайся на открытой местности, это правило в меня вдолбили еще в ранние годы.

— Ну что там, вы скоро? — проронил я, вновь активируя канал связи со вторым в группе мистиком.

— Почти закончили.

— Что сканеры? — это я уже обратился к Грешнику, встроенные в технодоспехи сенсоры имели больший охват, чем простое человеческое зрение. — Есть что-нибудь?

— Юго-восток, скопление большого количества живой силы противника, — доложил штурмовик. — Похоже, концентрируются в единый кулак.

— Нам звездец, — матюгнулся я, не сдержавшись. — Надо срочно валить. Хана, торопи Спиро. Нас, походу, сейчас убивать будут.

— Осталось совсем немного, не ждите, отходите к глайдеру. Мы догоним.

Разумеется, никто никуда не пошел. Остались на месте, дожидаясь окончания заливки вредоносных скриптов. К счастью, за оставшиеся две минуты до отхода кобальтовцы так и не двинулись с места. Наверное, возились с испорченной электроникой.

— Ходу, ходу, — подбодрил я товарищей, выбегая последним через распахнутые настежь ворота.

Позади осталась разгромленная база со взорванными жилыми блоками и выведенной из строя аппаратурой.

— Быстрей! Сюда! — Боцман махнул рукой.

Техник примостил глайдер почти впритык к заграждению, опасаясь ракетного удара из глубины атакованного форта. Спорная тактика. От управляемых снарядов, умеющих круто изменять вектор движения, не спасет. Впрочем, для них имелись парочка дополнительных генераторов силового поля. Они послабее основного, пробитого чуть раньше, но парочку попаданий реактивных подарков должны удержать…

— Уходим, дело сделано, — я плюхнулся на переднее сиденье.

Остальные не останавливаясь заняли свои места. «Гадюка» рванула с места, моментально перейдя на форсаж. Пассажиров вжало в спинки кресел. Стремительные порывы ветра заставили прикрыть глаза и пожалеть об отсутствии защитных очков.

— Не могу поверить, что все получилось, — нервно воскликнула Хана. — Думала, нас поймают.

Брови девушки несли следы легких подпалин, лицо изобиловало разводами сажи, зато глаза блестели боевым задором.

Я не сдерживаясь хохотнул, напряжение нависшей смертельной опасности постепенно отпускало.

— Прошли по самому краю, — я обернулся назад, проверяя, не идет ли погоня.

Вроде нет, чисто. Что весьма радовало.

— Дурдом, — я выдохнул с облегчением.

Покосился влево на Боцмана, верхушка спинки его кресла отсутствовала напрочь — результат попадания мощного лазера вражеского штурмовика. Не успей бывший звездолетчик спрятаться, и его так же могло разрезать. Жуткая смерть.

Долго радоваться удачному завершению дела мне, к сожалению, не дали.

«Запрос на внешнее соединение».

Неожиданно всплывшая иконка с надписью перед глазами застала врасплох. Судя по значку, передача шла прямиком на интерком «основы». И не от члена группы, а откуда-то еще. Чего не могло быть по определению, потому что мы находились далеко от локальных сетей гильдии Хром.

«Идентификация входящего сигнала», — не получив согласия на открытие канала коммуникатор принялся определять, кто там пытался выйти на связь.

А я между тем все гадал, как это вообще возможно. Пока не вспомнил про апгрейд «Гадюки». Среди прочего оборудования сюда установили довольно неплохой передатчик, имеющий весьма внушительный радиус охвата приема. Как-то не сообразил сразу.

Между тем глайдер скользил над поверхностью земли, все больше отдаляясь от форпоста Кобальта. С каждым пройденным километром вероятность преследования все сильнее уменьшалась.

Иконка сменилась изображением символа гильдии Хром. Отправленный обратно сигнал вернулся, информируя, что на другом конце находится кто-то из своих.

Странно, вроде договорились соблюдать режим радиомолчания во время операции. Что-то случилось?

Я мысленным усилием нажал на прием. К некоторому удивлению, вместо заурядной аудиосвязи открылся полноценной видеоканал с потоковой передачей данных.

— Фэй? — нахмурился я.

Блондинка-инженер выглядела очень напуганной, в глазах девушки плескался неприкрытый страх, едва не переходящий в ужас. С развернувшегося экрана звучали крики, грохот, слышались взрывы. Судя по какофонии, позади нее развернулось самое что ни на есть ожесточенное сражение.

Что за дела? Она ведь оставалась в Улье. Откуда там война?

— На нас напали, — быстро проговорила Фэй, увидев меня. — Кобальт обманул нас, пока шел штурм их вспомогательной базы, они ударили по нашему главному аванпосту.

Ничего себе новости. Так и знал, что что-то пойдет не так. Гладко было на бумаге, да забыли про овраги. Враг не идиот, не стал вестись и сделал ответный ход. Стоило ожидать. Непонятно, что думали стратеги Хрома? Неужели не подстраховались?

— Оказалось, Кобальт перебросил в Сареш больше сил, чем докладывала разведка, — глотая окончания слов, торопливо произнесла Фэй.

Девушка замолчала и оглянулась назад, оттуда в этот момент доносились особенно громкие разрывы.

— Внешний периметр прорван, бой идет уже внутри, у меня мало времени, — воскликнула она.

— Вам нужна эвакуация? Мы же далеко, ты сама знаешь.

— Они прорываются к порталу. Судя по всему, хотят уничтожить переход, — не слушая меня, протараторила Фэй.

И вот тут я похолодел. Если вирус Спиро сработает как надо, а Кобальт доберется до портала Хрома, то единственные выходы из этого мира исчезнут. Обе гильдии окажутся запертыми на этой планете.

Твою мать! И мы вместе с ними. Это катастрофа!

— Пусть твое начальство выйдет с ними на связь и скажут о плане! — заорал я. — Пусть предупредят о вирусе! Иначе отсюда уже никто не выберется!

Дерьмо! Мы же тут все сдохнем на хрен!

— Мы пытались, они нам не верят! — устало объяснила Фэй.

Я резко обернулся к сидящему сзади Спиро.

— Ты сможешь вырубить свой вирус?! — чуть ли не прорычал я, перегибаясь через спинку сиденья и буквально нависая над хакером, несмотря на то, что глайдер все еще несся с приличной скоростью.

Удивленный и испуганный Спиро отрицательно покачал головой. Мне жутко захотелось врезать ему от души. Клацнув зубами перед физиономией ошарашенного сетевого взломщика, я уселся обратно.

— Что ты предлагаешь? — спросил я Фэй.

Недаром ведь она вышла на связь именно со мной. Мы были знакомы всего ничего, да побывали в одной небольшой переделке, но это всё. Звонить в экстренных ситуациях таким случайным знакомым не будут.

— Помнишь эксперимент? — девушка взглянула на меня.

Конечно, я помню эксперимент. Этот гигантский котлован еще не скоро забудешь. К чему сейчас эти дурацкие вопросы?

— И что?

— Устройство переноса должно вернуться обратно, через заданный промежуток времени. Мы не собирались за ним возвращаться, там стоит система самоуничтожения. Но если ввести код, то взрыва не будет. Я его тебе перешлю. Вы ближе всех и сможете успеть вовремя, — быстро объяснила Фэй, то и дело лихорадочно оглядываясь, звуки битвы доносились все ближе.

— Ты же сама сказала, что оно неисправно, — припомнил я не слишком уверенно.

Забрезжил лучик надежды, и отказываться от него не хотелось.

— Я могу провести необходимую калибровку. Может, у нас получится перенестись в междумирье целыми.

Шанс? Шанс! Куда лучше, чем сидеть в ожидании, пока недостаток иал-излучения высушит организм. Лучше рискнуть.

— Хорошо, я понял. — Пошла пересылка файла.

— Мы постараемся вырваться, — Фэй еще раз оглянулась, и в этот момент связь оборвалась.

Надеюсь, ей повезет и она выберется. Без нее разобраться с устройством не факт что получится.

Я проверил полученные данные, убедился в их целостности и лишь после этого повернулся к Боцману.

— Помнишь ту здоровую каверну, что устроили гильдейские умники?

Техник кивнул, он сразу понял, о чем идет речь.

— Отлично. Гони туда. У нас есть еще одно дело.

Глайдер сделал плавный поворот и понесся на северо-запад.

Нам удалось осуществить задуманное. Очень повезло, что так удачно сложилось сразу несколько факторов. Наличие в команде умелого хакера, оперативно разобравшегося с программным обеспечением девайса (куда и как тыкать, вводя коды, я бы, наверное, долго разбирался, это ведь не какая-то бомба с одной панелькой отмены для взрыва, а целая система управления, очень сложная, надо отметить), разогнанные давеча двигатели «Гадюки», позволившие успеть вовремя, ну и разумеется, ученые гильдии Хром, решившие проверить возможность обратного прокола, но не захотевшие возвращать устройство обратно (проще получить результаты дистанционно и не париться, устраивая еще одну вылазку, в условиях вспыхнувшего противостояния с конкурирующей гильдией на планете Сареш, рискуя попасть противнику в плен).

В общем, звезды сошлись, и фортуна улыбнулась нашей команде во все тридцать два зуба. Фэй смогла каким-то образом перенастроить телепортатор, уверяя, что все получится.

Признаюсь честно, после гигантской каверны в земле веры в слова гильдейского инженера не было ни у одного из тех, кто присутствовал при первом эксперименте. Вероятность появиться на другой стороне в виде беспорядочно перемешанной биологической массы, а то и вовсе распасться на атомы при переносе, совершенно не вдохновляла к участию в еще одном опыте.

Однако и оставаться на чужой планете, в ожидании медленной смерти, тоже мало кому хотелось.

Поэтому, после короткого и весьма бурного обсуждения, народ принял предложение инженера-ученой из Хрома.

Это может показаться безрассудством, даже безумством, но такова была реакция людей, привыкших рисковать своей жизнью почти каждый день.

Естественно, простой обыватель, живущий тихой и спокойной жизнью, скорее всего предпочел бы что-нибудь совершенно иное. Что-нибудь более безопасное, что-нибудь более надежное. А то и вовсе понадеялся на авось и остался на планете, выбрав около года гарантированного существования. И неважно, что с каждым прожитым днем тело будет становится слабее, а организм постепенно, но неотвратимо умирать. Это куда проще, чем пересилить свой страх и осмелиться на невероятное.

В большинстве своем рейдеры были не из таких. Они предпочитали поставить на кон все и выиграть, чем ничего не делать и проиграть.

И надо сказать, именно такое поведение помогло тогда всем нам выбраться из запертого мира обратно в родные пенаты.

Смешно, после всего произошедшего междумирье действительно стало восприниматься мной чем-то родным, а Овелон и вовсе чуть ли не домом. Расскажи мне об этом кто-нибудь на заре появления здесь, то ни за что не поверил бы…

Перед глазами перестали плавать круги, давление на тело исчезло, вокруг вместо сочных красок солнечного дня теплого лета расстилалась бескрайняя серая пустошь, уходящая до самого края горизонта.

Дюны. Получилось. Перенос не распылил нас на атомы.

— О боги! Мы живы! — Боцман от избытка чувств полез обниматься к Фэй.

Стоящий рядом Брас резко выдвинулся вперед, закрывая собой подопечную.

Из Улья на место рандеву приехали только они. Понятия не имею, почему не взяли с собой верхушку гильдейского представительства. Либо не имелось возможности, либо начальство предпочло посмотреть, удастся ли переход. В случае успеха помощь Хрому на Сареш обязательно подойдет чуть позже. В случае провала — не стоило и пытаться.

Я глубоко выдохнул. Не стыдно признаться, когда изящный женский пальчик нажимал на главную кнопку устройства, поджилки у меня неплохо тряслись. Как и другие, я не был до конца уверен в правильности выбранного решения, потому и испытывал страх.

Правильно говорят, не боятся только дураки и блаженные.

Пытаясь отвлечься от мысли о проскользнувшей слишком близко смерти, принялся осматривать глайдер на предмет повреждений. Если машина пережила переход хуже людей, то нам предстоял весьма долгий пеший поход до Овелона.

Уселся в кресло, запустил двигатель, приборная панель вспыхнула индикационными огнями и подсветкой дисплеев. Вроде все пашет. Отлично. Не придется тащиться черт знает сколько по серой пустыне.

— А это что? — Хана также не захотела участвовать в общей радости, предпочтя чуть отойти, чтобы пережить чувство облегчения без посторонних глаз.

— А? — я повернулся на возглас.

Мистик указывала пальцем на груду камней рядом с местом нашего появления. Куча спекшегося грунта, торчащие острыми гранями слипшиеся кристаллы, жалкие обрывки зеленой травы составляли странную композицию. Неудивительно, что она привлекала внимание.

— Это то, что осталось при первом эксперименте, — вместо меня объяснила Фэй, стараясь разорвать дистанцию между собой и слишком возбужденным Боцманом.

Флотский ловелас так и горел желанием поделиться своими положительными эмоциями со всеми окружающими. И понятное дело, отдавал предпочтение женскому полу. Хане удалось осадить техника одним лишь суровым взглядом, чтобы тот не вздумал к ней лезть, а вот гильдейская ученая, похоже, такими талантами не обладала.

Я мысленно хмыкнул. Боцман когда-нибудь допрыгается со своей неуемной жаждой женской ласки.

— В-кристаллы? — Хана подняла ближайший кусок кристаллической породы, напоминающий обработанный кварц.

— Они бесполезны, — Фэй подошла чуть ближе. — Структура нарушена, свойства для фокусировки и проводимости вайта полностью потеряны. Мы проверяли.

В голове что-то щелкнуло, я нахмурился. Откуда здесь В-кристаллы? Разве тогда не простой грунт пытались перенести?

— Не понял, ты же устанавливала свой агрегат на обычном холме, там разве что бурьяна хватало с избытком, но уж никак не месторождения В-кристаллов.

Девушка-инженер поджала тонкие губы. Судя по выражению лица, ей не слишком хотелось распространяться о затронутой теме. Возникла неловкая пауза.

— С вами испытания проводились уже второй раз, — с неохотой все же призналась Фэй. — Самый первый эксперимент проходил в одной из шахт В-кристаллов. Произошел обвал, все свалили на непрочность удерживающих конструкций. Было решено провести еще один опыт в открытом поле.

— А почему вторую кучу перебросило тоже сюда? — Грешник пнул ближайший комок грунта. — Разве она не должна появиться где-то в другом месте?

— Здесь установлен маяк наведения, — все еще с сомнением, стоит ли выдавать секреты собственной гильдии, призналась специалистка по принудительно наведенным порталам. — Вот сюда все и вывалилось. Когда переходили мы, то я внесла коррективы, чтобы не оказаться в эпицентре результатов предыдущих забросов.

Прелестно. Я скривился и мысленно сплюнул. Никогда не любил яйцеголовых умников. Ученая братия… За этими деятелями нужен глаз да глаз. Эти фанатики от науки готовы взорвать половину вселенной, лишь бы проверить верность выдвинутых теорий.

И Фэй хороша, штучка еще та. Шкатулка с двойным секретом, блин. Может, экспериментов прошло и не два вовсе, а скажем, три или еще больше. Черт его знает.

Но объективности ради, ругать ее в принципе не за что. Без нее мы бы не выбрались из Сареша. Так что плевать на тайны гильдии Хром и их разработки…

Убедившись в исправности единственного средства передвижения, я вдруг заметил некие клочки синего тумана, клубящиеся вокруг горы «отходов» неудачного эксперимента.

А это еще что такое? Подумал и сразу же вспомнил об изменении спектра зрения, позволяющего замечать высокие концентрации иала без дополнительных технических приспособлений.

— Погодите-ка, — я спрыгнул с «Гадюки». — Почему некоторые кристаллы светятся в диапазоне иал-излучения?

Хана с недоумением посмотрела на обломок в своей руке.

— Правда? — удивилась она.

Похоже, ее основа проигрывала «Ультрамарину» в плане возможностей. Не уверен, что сильно, но способность различать иал-фон среди полезных функций у нее явно отсутствовала.

— Он светится, — сообщил я. — И не только тот, что у тебя в руке, другие тоже.

Заинтригованная Фэй подняла ближайший осколок. Я бросил на него взгляд и отрицательно покачал головой.

— Этот нет. А вот тот, что правее — да.

Платиновая блондинка послушно взяла указанный кристаллический камень. Сравнила с тем, что уже находился в левой ладони, и наморщила лоб.

— Не понимаю, они выглядят одинаково, — проронила она.

— Поверь, они разные, — заверил я.

На некоторое время воцарилась тишина, каждый счел своим долгом заиметь один полупрозрачный булыжник из груды горной породы, лежащей посреди Дюн беспорядочной кучей.

— Это накопители, — спустя пару минут первой подала голос Хана. — По крайней мере, очень похоже.

Я обдумал услышанное. О как. А ведь если подумать, то она права. Кристаллы стали здорово напоминать вплавленные в «перчатки мистиков» накопители. Неожиданно.

— Хотите сказать, вместо вайта, они теперь взаимодействуют с иалом? — Фэй растерянно крутила между пальцев небольшой кусочек мутного кварца. — Раньше они этого не показывали. Должно быть, долгое нахождение под излучением сыграло свою роль в трансформации.

И тут, надо отдать должное уже мне, я среагировал первым.

— По праву свободной добычи! — гаркнул я, метнувшись к ближайшей кучке камней, в одночасье превратившихся из горы мусора в потенциальную ценность.

Мои товарищи быстро сообразили, что к чему, и молниеносно ринулись следом, принимаясь сгребать кристаллы отдельными кучками. Гильдейцы Хрома ошарашенно наблюдали за нашими действиями.

— Это собственность гильдии, — вяло попыталась утихомирить аппетит жадных рейдеров девушка-инженер.

Но ее не поддержал даже Брас. Штурмовик отлично знал правила игры и понимал, что помешать нам не выйдет. Мы в Дюнах, а не в Овелоне, и никаких фактических прав на кристаллы у хромовцев нет. Невзирая на то, каким образом ценные булыжники попали сюда изначально. Мало ли кто построил портал. Через дикие воронки тоже вон всякого разного валится, включая живых людей. Ну и что?

Короче, мы набрали В-кристаллов, кардинально изменивших свои свойства (фактически с плюса на минус поменяли полярность), очень много. Еще дольше шла сортировка. Тут я выступил неоценимым экспертом, выбирая лишь пригодные к роли накопителей камни.

Затем все собранное разделили на пять равных частей. Хромовцы участвовать в сборе не пожелали, так что их закономерно обделили при дележе. Хотя Фэй сунула в карман несколько кристалликов, должно быть для проведения лабораторных анализов.

Ну а дальше все просто. Загрузились внезапным добром по самую маковку и рванули на всех парах в сторону Овелона. Предстояло сообщить гильдейским боссам Хрома, что дела у их людей на Сареше пошли не по запланированному сценарию.

— Пять секций будет недостаточно, — заметил Хват, делая пометки прямо на ходу в повисшую в воздухе трехмерную проекцию.

Стоящий на земле голокуб тихонько гудел, формируя объемную картинку прямо перед нами.

Хват занимался строительством. Очень долго и весьма плодотворно трудился на этой ниве, заслужив репутацию ответственного специалиста и знатока своего дела. Мне его посоветовал Феликс. Заранее предупредил о более высокой стоимости за услуги, но при этом пообещал и такое же качество.

Изучив предложения на рынке, я в конечном итоге склонен был с ним согласиться. Лучше один раз переплатить, чем позже жалеть о собственном скупердяйстве, исправляя всплывшие косяки. Недаром говорят, скупой платит дважды.

— Если не огораживать весь участок, то хватит, — возразил я.

— Тогда придется оголять вот этот угол, — отметил архитектор-строитель легким движением руки поворачивая полупрозрачную картинку.

Шло обсуждение ограждения земельной территории будущего поместья. Если можно его так назвать.

Все правильно, я решился перестать кантоваться в отелях и обзавестись собственным жильем по полной программе. Стало окончательно ясно, что останусь в Овелоне на всю жизнь, следовательно, необходимо перестать быть бродягой и начинать потихоньку пускать корни. И первое, что необходимо сделать, это построить свой дом. Остальное приложится.

С момента нашего возвращения прошло уже больше двух недель, и за это время произошло очень много чрезвычайно важных событий.

Гильдия Хром весьма высоко оценила участие нашей команды, как в штурме аванпоста Кобальта, так и в эвакуации Фэй и Браса из мира Сареш. Отметили всех, никого не забыли.

И тут стоит отдать должное гильдейским боссам, они не стали жмотиться. Остатки сроков по контрактам списали, выплатили дополнительные премии и все обещанные бонусы. Не поскупились, до последней копейки выполнили все взятые на себя обязательства. Этого не отнять.

Плюс ко всем прочему, они согласились выкупить все кристаллы с измененными характеристиками, подобранные нами на месте перехода. Научников Хрома очень заинтересовали произошедшие с редкоземельными элементами изменения.

И здесь тоже не пожадничали, назначили щедрую цену. Ну а мы согласились. А что? Понятно, что наглеть чересчур не стоило и что предел благосклонного отношения у гильдии тоже имелся.

Я, конечно, не удержался, несколько кристаллов сохранил для себя, как для мистика. Но основную часть все же продал. Как и другие члены команды.

Вышло прилично. Если не вдаваться в подробности, то с учетом всех выплат у каждого из нашей пятерки личный счет пополнился не меньше чем на полтора миллиона монет. Сумасшедшая сумма. Безумная.

Но и это еще не все. Хромовцы пошли дальше и предложили пойти к ним на службу. Здесь, к моему искреннему сожалению, Грешник и Боцман не выдержали соблазна. Оба дали согласие и получили приметные шевроны на правую руку, существенно повысив собственный статус по сравнению с обычными рейдерами. В недавнем прошлом бывшие «моллюски» захотели стабильности и привилегированного положения. Их трудно за это винить, очень уж большие он давал преференции.

А вот я нашел в себе силы отказать. Хотя подлая мыслишка пойти по легкому пути все же долго беспокоила и не давала покоя. Но нет, сумел побороть, выстоять и избрать собственную дорогу. Как делал всегда всю свою жизнь.

Хромовцы пожали плечами, однако настаивать не стали, за что им отдельная благодарность.

— Так ставим пять секций? — спросил Хват, отвлекая меня от размышлений о событиях последних дней.

— Давай семь, пусть будет полный периметр, — махнул я рукой и осведомился: — Макет основного здания готов?

Архитектор кивнул, последовало еще несколько быстрых пассов. Картинка мигнула, сменилась. Вместо укрепленных панелей забора высотой в четыре метра, появилось изображение дома.

Приземистый, массивный, состоящий из трех этажей, он вообще не походил на обычные усадьбы и поместья, что можно встретить на старой доброй матушке Земле, а скорее напоминал небольшую крепость с крайне футуристичным дизайном.

— Полный набор: усиленные перекрытия, укрепленные стены, бронежалюзи, автономные генераторы силовых полей, активные внутренние системы безопасности и уровень комфорта класса 10+, - представил свое творение Хват. — Отдельный вайт-реактор в подвале и искин последнего поколения для контроля и управления всеми механизмами.

Цвета у «домика» в основном преобладали серые, черные и темно-коричневые. Выглядело слегка мрачновато, но в то же время довольно стильно. Сразу видно, не какая-то хибара с голыми стенами внутри.

Я удовлетворенно качнул головой.

— Отлично, мне нравится. А что с другими сооружениями?

— Мастерская будет расположена тут, — рядом с виртуальной проекцией дома появилась небольшая пристройка. — А оранжерею поставим здесь.

Да, я намеревался слегка побаловать себя и заказал аналог зимнего сада. Неуютно, когда вокруг расстилается один лишь серый сумрак свинцового неба. Живые растения скрасят безрадостный внешний пейзаж.

Кстати, территорию мне выделили на самом краю пустыря. Вокруг находились другие частные земли, каждый участок площадью минимум в стандартный гектар. За границей освоенных территорий начиналось пустое поле, оно тянулось до самых городских стен, находящихся отсюда на приличном удалении. Неподалеку проходила полоса дороги к шлюзовым внешним воротам. Одним из пятисот семнадцати, что имелись в защитных ограждениях Овелона.

Как и упоминалось раньше, единственный город в междумирье имел просто колоссальные размеры. Не имея возможности расти вверх, он вовсю раздвигался вширь.

— Отлично, меня все устраивает. Когда сможете приступить? — я поудобнее запахнул плащ.

— Уже приступаем, — Хват улыбнулся и указал на медленно приближающуюся строительную машинерию.

Надо же, как быстро. Целая колонна прет. Все на антигравах и, скорее всего, по максимуму роботизированы.

— Сколько это займет времени?

Я не стал мелочиться и заказал полную отделку, включая обстановку из мебели и всей сопутствующей домашней утвари, навроде бытовой техники. Что называется, «под ключ».

— К концу недели все будет готово, достопочтимый Кейн, — пообещал местный застройщик.

Хм-м, шустро. Думал, займет куда дольше. Надеюсь, скорость строительства не отразится на качестве возводимых объектов.

— Отлично. Будем на связи, — я коротко кивнул Хвату на прощание, он ответил мне тем же.

Подъехал глайдер, мягко затормозил, опускаясь ниже, чтобы было удобней забраться.

«Гадюку» пришлось продать и разделить вырученную сумму между мной, Грешником и Боцманом. Вместо нее приобрели кое-что попроще и чуть поменьше.

— Ты освободился? — с переднего сиденья улыбалась Хана, позади нее сидел Спиро, как обычно уставившись в мобильный комп-терминал.

— Да, можно ехать, — я скользнул на переднее кресло.

В отличие от моих бывших товарищей, новые знакомые не захотели «вешать на себя ярмо гильдии», как они выразились, и попросились ко мне. Я не стал возражать, потому что понимал, что в одиночку в междумирье не выжить.

— Какие новости? Много нашла кандидатов на должность штурмовика и техника?

— Да, уже назначила собеседование нескольким, — ответила Хана. — Но перед этим нам надо кое-куда заехать. Одно очень влиятельное лицо из гильдии Ксенон предлагает работу. Интересует?

Я пожал плечами. Рейдеры занимались всяким, не только сбором полезных ресурсов. Лишь бы приносило доход.

— А что надо делать?

Хана нажала кнопку, запуская двигатель и разворачивая машину на месте.

— Да сущая ерунда, найти и привезти домой мелкую пигалицу, дочку одной важной персоны из руководства. Она удрала из гильдейского представительства в одном из миров очень не вовремя. У них там как раз начались какие-то терки с аборигенами. Просят найти беглянку.

— И в чем подвох? — если бы все оказалось так просто, то гильдейский воротила поручил бы задание своим людям, а не обращался к рейдерам.

Девушка на меня хитро взглянула.

— Небольшая деталь, касающаяся места, куда предстоит заброска. Мир имеет индекс развития А-5. А это космические станции, колонии на внутрисистемных планетах, звездолеты. Существует вероятность, что придется не только проходить через портал, но и отправиться несколько дальше.

Я усмехнулся. Перелет на космическом корабле на другую планету? Почему бы и нет? Если за это щедро заплатят, можно и скататься по-быстрому. За хороший гонорар выступим хоть против космодесанта.

В конечном итоге содержание собственного поместья обходится довольно недешево.

— Поехали, пообщаемся с нанимателем, думаю, неделя будет весьма насыщенной на события.

Хана кивнула, как будто и не ожидала от меня услышать что-то другое, и направила глайдер в гильдейские сектора Овелона.