— Сеньор коронель! Вернулась разведгруппа с северных предгорий, привела пленных!

— Так пусть разведка их допросит и передаст городской страже, в тюрьме им будет тепло, уютно и безопасно…

— Сеньор полковник! Это офицеры! Так они говорят, — доложил вестовой. — Но они так выглядят и несут такую ахинею… Разведчики утверждают, что у них у всех плохо с головой!

— Ничего сами сделать не можете! Давай сюда командира разведгруппы, этих пленных и переводчика! Есть у нас переводчик?

— Я могу немного, — сообщил второй офицер. — И можно мага позвать, он отоспался, с утра заходил уже. Их учат в академии имперскому.

— Вестовой, отставить переводчика, зови мага! Я вроде разговорный понимаю, разберемся на троих, — произнес полковник.

В блиндаж ввалился младший офицер, прапорщик, в полевой камуфляжной форме, козырнул и завел внутрь трех оборванцев. Вид у них был… неказистый. Грязные кальсоны, фуфайки, на ногах какая-то странная деревенская обувь, сплетенная из гибких ветвей. Руки они держали за спиной.

— А кто их раздел? — спросил полковник.

— Их в таком виде и доставили, — сообщил прапорщик.

— Что значит доставили? Вы их не сами поймали?

— Нет, на нас вышел крестьянин, просто гигант, он их и привел, — доложил разведчик. — Тут сумка с документами и карта. Он утверждал, что там отмечено, где спрятана их машина, новое секретное оружие.

— Посмотрим, — нахмурился полковник.

В блиндаж спустился из траншеи молодой маг. Су с удивлением посмотрел на одетых в нижнее белье людей и повернулся к офицерам с немым вопросом в глазах.

— Как вы себя чувствуете? — спросил полковник.

— Вполне, готов продолжать, — ответил маг.

— Вы хорошо знаете имперский? — спросил его второй офицер.

— Конечно, я могу говорить, писать, читать, вполне бегло.

— Нам нужен переводчик, — сообщил подполковник.

— Всегда к вашим услугам, — слегка поклонился офицерам Су.

— Начнем, — решил полковник. — Развяжите их, отсюда не убегут!

— Я не могу, — сообщил прапорщик. — Они все дали слово офицера и обещали, что не сбегут, но я еще в лесу пробовал, не могу снять эти путы.

— Вот! — воскликнул полковник. — Настоящие офицеры, еще помнящие, что такое честь! Учитесь! А в чем загвоздка-то?

— Тут какая-то магия, — пояснил прапорщик.

— Су, вы не посмотрите, может вы справитесь, — спросил второй офицер.

Маг обошел пленных, осмотрел их сведенные за спиной руки, хмыкнул.

— Мне кажется, я даже знаю, кто это сделал…

Су потряс рукой и резко рубанул ею сверху вниз, промелькнула искра. Один из пленных облегченно выдохнул, растирая освобожденные запястья. Тем же способом Су освободил и остальных.

— Вас предупреждали, что чем больше вы вырываетесь, тем сильнее сожмутся сковывавшие вас ветви? — спросил Су по-имперски.

Пленные закивали, подтверждая предположение мага.

— Что там было? — спросил полковник.

— Магические оковы из живых ветвей, достаточно болезненные, — сообщил Су. — Ножом их резать было бесполезно, они только становились толще. Я их пережёг.

— Пусть посидят пока на лавке под стеной — махнул рукой командир полка. — Прапорщик, расскажите, как вы их взяли.

Разведчик сделал шаг вперед, подходя к столу.

— Моя группа патрулировала район в предгорьях, обращая внимание на тропы, по которым мог бы пройти вражеский отряд, нет ли следов. Услышали голоса. На поляне сидели эти трое и там же стоял огромный крестьянин. Он разрешил пленным немного отдохнуть. Группа окружила поляну, а я вышел навстречу. Поговорил с крестьянином, тот утверждал, что ведет пленных офицеров и готов передать нам и их и ценные сведения. Узнав, что его нашла разведгруппа Республики, он передал нам сумку с документами и карту. И самих пленных, конечно. В указанном месте спрятана какая-то новая машина. Ориентир большой цветущий куст.

Подполковник открыл сумку и начал доставать книги большого формата с инструкциями и чертежами. Он мельком пролистал несколько страниц.

— Это бронеход? Я вижу пушку, но где паровой котел, топка, бункер с углем?

— Мы называем его танк, — сообщил один из имперцев. — Машина нового типа с новым двигателем. Мы все огорчены тем, что наша машина так быстро попала в руки Республики, но это война, техника противника попадает под огонь на поле боя или захватывается диверсантами. Рано или поздно, хотя лучше бы как можно позже, одна из машин попала бы к вам, может быть в разрушенном состоянии. Ваши новинки мы тоже найдем и изучим…

— Сколько весит?

— Около восьми тонн.

— Значительно меньше обычного бронехода, — заметил второй офицер. — Как вы сказали? Танк? А вы кто?

— Мы танкисты, офицеры нового вида бронетанковых войск.

Полковник взял клочок бумаги, на котором была нарисована грубая, но понятная карта.

— Прапорщик, отправляйтесь со своей группой, найдите эту машину. И передайте командиру батальона мой приказ, послать в город команду, пригнать с механического завода локомотив-тяжеловоз, тот, который возит ковши с расплавленным металлом. Он сможет перетащить захваченный… этот… танк, в город на завод, а там пусть инженеры разбираются, что в нем такого нового. Сам пусть зайдет сюда за документами…

Прапорщик козырнул и вышел. Полковник повернулся к пленным.

— Господа офицеры! Вас после допроса накормят и оденут, но сейчас вы расскажите нам, как попали в плен.

Один из имперцев встал и начал рассказывать, Су переводил малопонятные обороты, вставляя свои реплики.

— Наша колонна шла следом за обозом. Моя машина была последней в строю. С севера через хребет ведет на равнину узкая, но проходимая дорога. Пройдя горы мы углубились в лес…

— Много ваших войск за хребтом? — спросил второй офицер.

— Еще несколько полков. Пересечь пустоши достаточно серьезная задача. Основные силы подтянутся, когда экспедиционный корпус захватит плацдарм по эту сторону хребта.

— Вы должны занять два города и дорогу на юг? — подполковника интересовала цель атак.

— По возможности, — ответил имперец. — Главное, обеспечить захват достаточной по площади территории и организовать сильную оборону, чтобы отбивать все контратаки Республики…

— Я прошу прощения, — прервал перевод Су и, подойдя к подполковнику, проговорил вполголоса, так, чтобы пленные его не слышали. — Мне кажется, но я исхожу из своих знаний языка, что это создание плацдарма всего лишь ложная цель, чтобы оттянуть сюда силы Республики. Настоящий удар придется в другое место. Они могут этого не знать, но чувствуют, что их действия всего лишь отвлекающие.

— Интересное мнение, спасибо, позже изложите его подробнее, — кивнул второй офицер. — А сейчас продолжим.

Су извинился за прерванный допрос и разговор продолжился.

— Как я уже сказал, моя машина шла последней, — пояснил пленный. — Грунтовая дорога была извилистой, приходилось следить за поворотами и снижать скорость. На одном из участков машину повело в сторону, соскочила гусеница. Это обычное дело, бывает камень попадает и звено соскакивает с колеса. Мы остановились и водитель вышел посмотреть. Вокруг было тихо, обычный глухой лес. Мы знали, что в этой части страны нет населения, а единственную деревню мы проехали еще в горах. Колонна ушла вперед, и мы начали ремонт, чтобы побыстрее их нагнать. Ремонт не сложный, выбить палец из трака, развернуть гусеницу, наехать на нее танком, занести концы и соединить обратно. Но мы не успели даже начать, когда вдруг услышали дикий крик: «Суперфосфаты!»…

— Как-как? — удивился полковник.

— «Суперфосфаты!» Это такие удобрения, — пояснил имперец. — Но я думаю, какой-то маг использовал его в качестве заклинания. Меня и наводчика скрутило со страшной силой длинными и гибким, как я тогда подумал, веревками. Водитель как-то ухитрился отпрыгнуть и бросился бежать по дороге. Из леса выскочил и прицелился ему в спину человек в хорошей и дорогой городской одежде. К нему вышел второй. «Уйдет же… Только шкурку не попорти, нам нужна форма!» — сказал он стрелку. Я уже хотел крикнуть, предупредить водителя, но внезапно он упал и какая-то длинная змея поволокла его прямо по дороге обратно. Потом я разглядел, что это была толстая лиана с листьями, но клянусь Маа, она двигалась как живая! Что-то дернуло танк и он сполз с дороги на обочину. Позже, когда нас подняли и повели на какую-то поляну, я увидел, что эта необычная магия сорвала и вторую гусеницу.

— Так там был маг? — спросил второй офицер.

— Очень сильный! Я только не понял, кто из партизан был магом, там было трое взрослых и ребенок. Но взрослые были инженерами. Я решил, что настоящего мага нам не показали из осторожности и он прятался где-то в лесу.

— Почему вы решили, что они инженеры?

— Так они сразу полезли в танк, вытащили всю документацию, инструкции по ремонту и обслуживанию, руководство водителя, сняли боковые бронепанели, полезли в двигатель. Один из них начал бегать вокруг машины и кричать: «Они украли мое изобретение!», а второй пытался его остановить, говорил, что новые идеи часто приходят одновременно к разным людям, когда их время назревает.

— А остальные двое партизан?

— Третий взрослый разговаривал с подростком, я не слышал о чем, но оба держали нас под прицелом. У парня отличный имперский длинноствольный револьвер. Он еще обрадовался, когда в танке нашли для него подходящие патроны. Инженеры успокоились и тогда возник спор, что с нами делать, расстрелять, взять в плен или отпустить. Понятно, что отпускать нас никто не собирался, а пленные партизанам только обуза. Дело шло к расстрелу.

— Вы так долго все рассказываете! — воскликнул полковник. — Так вас расстреляли или нет?

— Я приношу свои извинения, — слегка поклонился ему пленный офицер. — Таковы особенности нашего языка. Мне и моим сослуживцам пришлось вмешаться и дать слово, что мы не попытаемся сбежать и останемся в плену, пока нас не обменяют на пленных республиканцев…

— А что, есть такие? — спросил полковник.

— Да, на Перевале часть гарнизона удалось захватить врасплох. Я предложил партизанам честный обмен. Наше командование не откажется получить обратно своих танкистов.

— И вы подумали, что вас отведут обратно на Перевал? — спросил второй офицер.

— Почему нет? Это хороший вариант, получить обратно своих людей в обмен на нас. Я делаю вам такое же предложение. Мы слышали артиллерийскую стрельбу, где-то рядом шел бой, — заметил имперец.

— Не в вашем положении делать предложения! — оборвал его второй офицер.

— Отставить! — пресек его полковник. — Прошу уважать наших противников, они нашли в себе мужество сдаться и дать офицерское слово чести. Мы решим, что с вами делать. Прошу вас, продолжайте…

— Механик, тот, что кричал, что его обокрали, ушел куда-то, а остальные нас по очереди раздели и связали. На ногах выросли эти странные «лапти», как назвал их один из партизан. В них достаточно удобно, внутри выложены мягкими листьями. Через какое-то время вернулся механик и привел того гиганта-крестьянина. Он и повел нас через лес. Я слышал позади грохот. Инженеры как-то завели нашу машину и ползли на ней следом. По лесу, без гусениц. Они там должны были оставить пробитую просеку, по которой танк легко найдут. Так я думал, но потом кто-то сзади, опять же, я не видел, крикнул это странное заклинание и лес вокруг зашумел, зашевелился. Кто бы ни был этим магом, он закрыл просеку и уничтожил все следы. Мы шли несколько часов, и остановились на поляне прямо посреди леса. Тут на поляну вышел вооруженный человек в пятнистой форме. Так нас нашли ваши разведчики. Когда я смог осмотреться, то не увидел никого из партизан, кроме гиганта…

— Понятно, — кивнул полковник. — Насколько хорошо вы знаете свой бронеход?

— Мы изучали всю документацию. Машина новая, в войска пришла чуть ли не перед походом. Водитель умеет управлять, артиллерист-наводчик занимается пушкой, я командир экипажа. Мы можем поменять и отремонтировать гусеницу, сменить поврежденное колесо, заклепать пробоины. Но ремонтом двигателя мы не занимались, для этого есть механики, сопровождающие часть в обозе. В обязанности ремонтной службы входит эвакуация подбитой машины с поля боя и ее восстановление. Вот только мы не доехали до поля боя…

— Я все понял, спасибо, — поблагодарил полковник. — Вестовой, вызови охрану! Сейчас вас накормят и оденут, после чего отвезут в Старый Углеград. У нас здесь нет условий для содержания пленных. Пока идут переговоры, вы будете находится в городе. Увести!

Пленных вывели. В блиндаж зашел комбат крайнего левофлангового батальона.

— Собери все это обратно в сумку, — указал на стол старший офицер. — Отправишь в лес взвод для охраны и сопровождения в город секретной машины имперцев.

— Снять целый взвод с позиций? — возмутился комбат.

— Именно! Эта машина важнее! В город с документами отправишь толкового офицера, тоже с охраной. Под твою ответственность, чтобы ни листочка не пропало! Выполнять!

Офицер ушел.

— Так, маг еще здесь? — полковник повернулся к Су. — Теперь ваша очередь рассказать нам о своих друзьях в лесу на дороге. А то, что же это, там действует диверсионная группа, а мы и знать о них ничего не знаем.

— Это действительно мои друзья, — подтвердил Су. — И у них есть мощный маг. Но это небоевая мирная магия. Вы же слышали рассказ пленного. Скорее всего они натолкнулись на имперцев и вынуждены были как-то действовать.

— Ну да, ну да, «шкурку не повреди, нам нужна форма», — напомнил второй офицер. — Не похоже на случайную встречу.

— А на что по вашему это похоже? — спросил Су.

— На партизан, на диверсантов, на агентов разведки, кому еще будет нужна чужая форма…

— Форма, форма… я кажется понял! — воскликнул Су. — Если со всех сторон идут бои, то надо уйти и укрыться в недоступном месте. Где еще можно укрыться как не в пустошах за хребтом! А чтобы пройти Перевал, они переоденутся в имперскую форму. Повод найдут, доставка раненного в госпиталь, например.

— Хм… а ведь может получиться, — задумался полковник. — Жаль, они не вышли на нас, ведь были так близко. А это интересное предположение, пробраться на Перевал в имперской форме… Надо переговорить с разведчиками.

Вошел вестовой.

— Курьер с юга сообщает: отряд диверсантов разбит, через Калинов мост прорвались и идут к нам два бронехода и взвод пулеметчиков на паромобилях. Остальные войска за Смрад-рекой ждут восстановления моста, там какие-то серьезные повреждения. Из города прислали гвардейца, сообщает, что дорога на Столицу очищена, связь восстановлена, помощь идет, надо только продержаться до ее подхода.

— Иди! — отпустил его второй офицер. — У меня вот все никак не идет из головы мысль, что все это, даже использование мощного ударного кулака, всего лишь отвлекающий маневр. Су, не попытаетесь нам объяснить это с точки зрения имперской грамматики?..

***

— Вы вернулись? — лицо Эри засияло, когда она увидела выходящих из леса мужчин.

— Все прошло как нельзя лучше, — сообщил Зигор. — Благодаря Маку и Тыну, и их талантам…

— Пойдемте к костру, все расскажите, — предложила Эри.

— Костер? Потушите немедленно! — жестко отреагировал Тодор. — Имперцев будут искать! Нам бы надо уходить с этого места, подальше от дороги, поближе к горам.

— Я проверю шагоход, — предложил Тыну. — Как буду готов, сразу можем отправляться.

Все собрались на поляне. Зигор, соглашаясь с мнением Тодора, заливал костер.

— Мы доставили пленных и машину к нашим саперам, в лесу их нашли разведчики. Кузнец ушел, — рассказывал Тодор. — Мы можем по предгорьям выйти к Старому Углеграду, если хотите туда вернуться. Но я не знаю, устоят ли саперы, по дороге идет столько техники, возможно через пару дней город будет осажден.

— Мы же уже решили отправляться на север, — напомнил дед Мака. — В город никакого резона нет уходить, если только Тыну туда отправить, разбираться с трофеем.

— Тыну нам будет нужен в дороге, — отозвался Зигор. — Нам еще немало имперской техники попадется, да и за хребтом полно интересных мест, там помощь механика будет просто необходима.

Трезорка, огромный, устрашающего вида волкодав, обходил поляну, оберегая свое новое «стадо». Эллейн собирала с кустов какие-то ягоды, объясняя Аде их лекарственные свойства. Тодор достал из багажа трофейный пояс и подозвал Мака и его деда.

— Что это за устройство? — поинтересовался Стив.

— Пояс, блокирующий магические способности. У нас не было времени с ним разобраться, — пояснил Тодор. — На севере могут попасться имперские солдаты с такими же поясами. Нам надо понять, как это работает, и сможет ли Мак этому противостоять.

— Я тоже никогда раньше не видел ничего подобного, — подошел к ним Зигор. — Но вот эта катушка мне знакома, это высоковольтный трансформатор.

— Так вы хотите провести эксперимент? — поинтересовался дед.

— Скорее понять предел устойчивости Мака, — пояснил Тодор, одевая пояс. — Здесь на спине достаточно сильная гальваническая батарея, заряда пока много. Пряжка замыкает контур, но есть еще под левой рукой выключатель и круглая ручка, настраивающая мощность, там по кругу цифры от одного до шести. Мак, артефакт с тобой? Встань от меня шагов за пять, попробуем на первом делении.

Тодор включил устройство и повернул переключатель. Послышалось тихое, почти незаметное гудение.

— Вроде ничего не происходит, — оценил свои ощущения Зигор.

— Мак, что у тебя? — спросил Тодор.

— Слабое покалывание, воздух как будто сгустился, — ответил Мак. — Но пока я в порядке и шар говорит, что это ему не мешает.

— Давай усилим, — решил Тодор, передвигая круглую ручку на следующее деление.

— У меня волосы зашевелились, — заметил Зигор, Стив с интересом его оглядел.

— Статическое электричество, — подтвердил Тодор. — Катушка создает поле вокруг себя.

Мак поднял руку и прошептал что-то, у его ног вырос цветок, но не распустился, а тут же завял.

— Мне надо больше усилий, но я все еще могу что-то делать, — сообщил подросток.

— Если почувствуешь себя хуже, отходи назад, — предупредил дедушка.

Тодор усилил поле, по поясу побежали голубые искры. Мак пошатнулся, но устоял.

— Шар говорит, что каждое переключение увеличивает мощность на порядок, — произнес парень. — По его прикидкам, на пятом уровне обычного мага блокирует, на шестом он потеряет сознание.

— И вы утверждаете, что уже сталкивались с использованием этой машины? — спросил Зигор, тщетно пытаясь пригладить вставшие дыбом волосы.

— Мы все попали под ее воздействие, — кивнул Тодор. — Но Мак как-то справился. Попробуем следующее деление?

Мак кивнул. Тодор переключил мощность. По его костюму побежали волнами голубые молнии. Мак застыл на месте.

— Ты в порядке? — обратил на это внимание дед.

— Да, — несколько заторможено ответил подросток. — Странное оцепенение, не хочется думать, воздух вокруг как вода. Шар предупреждает, что дальнейшее увеличение поля может блокировать связь.

— А артефакт не пострадает? — забеспокоился Зигор.

— Нет, с ним ничего не произойдет, — пробормотал Мак. — Включайте дальше, я попробую вырваться.

Тодор хмыкнул, но повернул переключатель. Вокруг его головы засветился нимб бьющих во все стороны маленьких молний, с рук стекали на землю голубые искрящиеся потоки.

— Тодор, а вы сами себя хорошо чувствуете? — спросил Зигор, отходя на пару шагов назад.

— Я внутри поля, пока все хорошо, — ответил Тодор, наблюдая за Маком.

Парень с трудом, покачиваясь, шагнул назад. Дед поспешил ему на помощь, но Мак поднял руку, останавливая его.

— Я справлюсь, — он отступил еще на пару шагов. — Вот здесь полегче.

— То есть пояс тебя не смог блокировать, — произнес Тодор. — Не будем больше рисковать, отойдите все шагов на десять, я проверю последнее положение переключателя.

Мужчины поспешно отошли, дед помог Маку, но чем дальше он уходил, тем увереннее становились его шаги. С края поляны подошли привлеченные голубым сиянием Эллейн и Ада, Эри вышла из-за шагохода, с ворчанием подбежал волкодав, даже Тыну выглянул сверху из распахнутого люка.

— Что тут у вас, у меня по стенам искры бегают, — крикнул он.

Тодор, убедившись что все находятся на безопасном расстоянии, опустил руку на переключатель. В ту же секунду он пропал в яркой голубой вспышке, ослепившей всех на пару минут. Когда зрение вернулось, Эри с испуганным криком бросилась к лежавшей на земле фигуре. Зигор подбежал ей на помощь. Торор лежал на земле бледный и бездыханный. Тыну ссыпался по лестнице на землю, Мак и все остальные тоже побежали к инженеру.

— Он умер! — воскликнула Эри.

— Еще нет! — возразил Зигор. — Разойдитесь в стороны, не мешайте! Тыну, Себастьян, помогите снять пояс!

Зигор уложил инженера на спину, подложил под шею скомканную куртку и расстегнул сорочку на груди, приник к ней, прислушиваясь.

— Сердце остановилось. Кому-нибудь доводилось откачивать утопленников?

Поскольку все молчали, Зигор продолжил.

— Я буду толкать сердце, чтобы кровь не останавливалась. Кто-то должен вдувать ему воздух в рот, чтобы он не задохнулся.

— Я могу, — предложила Эллейн.

— Я сама, — прервала ее Эри. — Я видела, как делают искусственное дыхание.

— Если вас что-то смущает, положите Тодору на рот платок, — предложил Зигор.

— Я справлюсь, со мной все в порядке, — Эри опустилась на колени рядом с головой инженера.

— Я качаю пять раз, вы вдуваете воздух, — предупредил Зигор. — Начинаем, раз-два-три-четрые-пять!

Эри наклонилась и приникла в губам Тодора, его грудная клетка поднялась. Зигор резко надавил еще несколько раз, Эри снова вдула в инженера воздух. Так они продолжали оживлять инженера пару минут, потом Тодор внезапно поднял руку и обнял наклонившуюся к нему девушку. Зигор с облегченным вздохом встал.

— Фу! Обошлось… Тыну, забирай пояс, пойдем посмотрим, что с ним приключилось.

— Э… Мак! Давай-ка отойдем в сторонку, — позвал парня дед. — Расскажешь, что ты чувствовал во время эксперимента.

— Ада, пойдем, — потащила за руку девушку Эллейн. — Не будем мешать.

Ада, идя следом за матерью Мака, все же оглянулась.

— Они что там, целуются?

— Эри делает Тодору искусственное дыхание, — напомнила, сдерживая улыбку, Эллейн.

— Ну да, я помню, но это выглядит немного иначе… — заметила Ада.

— Тодору надо прийти в себя после удара, — произнесла Эллейн. — Эри справится, не будем мешать…

…Эри освободилась от объятий и выпрямилась.

— Вставайте, сеньор инженер, неприлично лежать перед порядочной девушкой в таком виде!

— О! — Тодор скосил глаза на грудь и принялся торопливо застегивать сорочку. — На несколько мгновений мне показалось, что я уже умер и из небесного сияния ко мне спустился ангел. Я испытал такой духовный подъем!..

— Да, я заметила, — улыбнулась Эри.

— Примите мои извинения, — улыбнулся в ответ Тодор. — Со своей стороны хочу вас заверить, что если не дай Лурра-мать, с вами когда-нибудь случится такая же беда, я с готовностью приду вам на помощь и спасу!

— Я пока не собираюсь падать бездыханной посреди леса, — заметила Эри.

— Но может быть тогда нам стоит потренироваться… На будущее? К искусственному дыханию надо подходить со всей серьезностью, — произнес Тодор, продолжая лежать на мягкой траве.

— Очень интересное предложение, я его обдумаю, — пообещала Эри. — Если вы уже пришли в себя, то наши мужчины сейчас как раз разбирают остатки этого устройства.

— Без меня! — тут же подскочил Тодор, но закачался от охватившей его слабости. Эри пришлось поднырнуть ему под руку, чтобы удержать.

— Нет, нет, все хорошо, это сейчас пройдет. Это всего лишь электрический удар, — попытался остановить ее Тодор, но девушка крепко охватила его за талию. — Хорошо, давайте подойдем к шагоходу…

Так вдвоем они и добрались до боевой машины. Тыну с Зигором рассматривали остатки пояса. Дед допрашивал Мака.

— Уже разобрались, что произошло? — спросил Тодор, усаживаясь на траву.

— Замкнуло контур, — сообщил Себастьян. — Батарея полностью разрядилась за секунду, вся энергия ушла в разряд, пояс частично расплавился и теперь полностью неработоспособен. И неремонтопригоден…

— Плохо, конечно. Но главное мы узнали, Мак может этому противостоять, если близко не приближаться, — подумав, решил Тодор.

— На обычных людей это тоже действует, — заметил Зигор. — Не так как на магов, но ощущается весьма неприятно. А если в кого-то попадет молния и сожжет легкие, к примеру, то так и умереть недолго.

— Я немного не понимаю, в опере мы не видели никаких молний, — припомнила Эри. — Но Су тогда не смог ничего сделать, да и Мак не пытался.

— Как же не пытался? В ложе он закатал нападавшего к колючий куст, — добавил Тодор. — Хотя там воздействие было сильнее. А молний не было… Может на малой мощности работали…

— Мальчик учится, — сказал повернувшийся к ним дед. — И становится сильнее. Когда вы попали в это поле в первый раз, никто не знал, как ему сопротивляться.

— А теперь что, он может бороться с молниями? — с интересом спросил Зигор.

— С молниями пока вряд ли, — ответил сам Мак. — А с этим электрическим полем, от которого волосы дыбом и дыхание останавливается, кажется уже могу. И шар помогает.

— Позвольте, я попробую объяснить, — предложил Стив. — Как вам всем известно, в каждом из нас есть золотая пыль.

Дед преобразился, моментально превратившись в академика, читающего лекцию неразумным студентам.

— Я не технарь, не инженер, но провел свое исследование. Обычные люди золотую пыль практически не замечают, хотя она помогает не болеть, быть сильнее, снижается утомляемость. Но ее влияние незначительно. На магов, техномагов, из академии, она действует более выражено, помогая приобрести и развить необычные качества. Все дело в том, что это не просто частицы золота, не просто пыль, это какие-то совершенно невозможные, удивительно миниатюрные механизмы. Это видно при их изучении в мелкоскоп. Как они работают, пока совершенно непонятно, кто ими управляет, что заставляет двигаться… это серьезная загадка, величайшая тайна…

— Я кажется понял! — воскликнул Тыну. — Если это механизмы, то электрическое поле, воздействуя на них, препятствует их работе! Они останавливаются, маг теряет свои способности. И это же электрическое поле действует и на человека, он может перестать владеть руками и ногами, возникает затруднение дыхания и отсюда потеря сознания. Теряется связь между мозгом и остальными органами!

— Совершенно справедливо! — подтвердил дедушка. — Это означает, что и золотая пыль, и человеческий мозг как-то управляются и связываются друг с другом через электрические поля и это устройство нарушает их работу. Это может вызвать смерть. Остановка сердца, отказ легких, слепота… И это мы еще не дошли до удара молнией.

— Надеюсь, имперцы не наладили еще массовое производство этих поясов, — заметил Тыну. — Представляете атаку армии, где каждый солдат будет носить такое на себе?

— Ели ты не заметил, это устройство крайне опасно и для того, кто его использует, — отозвался Тодор. — Скорее всего это будут отдельные группы охотников за магами.

— Но как же Мак с этим справляется? — спросил Зигор, не обратив особого внимания на перепалку инженеров.

— О, с Маком все по другому! — тут же продолжил свой доклад Стив Дуглас. — В него через имперского ворона попала зеленая слизь. До этого никакими магическими качествами он не обладал. Или мы этого просто не замечали… Зеленая слизь — это не просто химическое вещество пока неизвестного содержания. Это среда, в которой развиваются новые механизмы, симбионты, объединяющие простейшие микроорганизмы определенного вида с золотой пылью. Это дает им повышенную подвижность и способность проникать в разные части человеческого тела. Возможно, и сама пыль в этой слизи отличается от той, что была раньше. Но этого я пока утверждать не могу, нужны более мощные мелкоскопы, серьезное академическое исследование. Понятно только одно, попав в человека, зеленая слизь перестраивает его. Мак спал почти сутки. И как он рассказал, тоже самое было с Адой и другими детьми.

— Но у Ады пока нет магических способностей, кроме возможности слышать шар, — заметила Эри, напряженно слушавшая до того весь разговор.

— Правильно, — согласился дед. — Я считаю, что это как-то связано с тем, что девочка, как и семьи Первых поколений, сохранила чистоту крови. Ее способности усилились, но этого оказалось недостаточно.

— То есть, попробовав зеленую слизь, каждый из нас с определенной долей вероятности, может стать магом? — спросил Тыну.

— Подождите, а зачем тогда этот имперский сказочник бродит по деревням и кормит детей леденцами с этой заразой? — вспомнил вдруг Тодор.

— Два очень интересных вопроса, — кивнул Стив. — Не знаю, что будет, если взрослый проглотит эту слизь, может быть организм не справится с перестройкой. У нас нет ее запаса и поэтому нечего и пробовать.

— Вообще-то есть немного, — смущенно признался Зигор.

— В любом случае не стоит рисковать, — решил профессор.

— А шар считает, что ничего страшного не случится, — сообщил Мак.

— Вернемся к обсуждению этого вопроса позже, — ответил ему дедушка. — Что касается барда… Мне кажется, он ищет кандидатов в маги. Дети легче переносят болезнь, ими проще манипулировать, молодые, активные, любознательные. Он ищет будущих магов для Империи.

— Они не все даже шар услышали, — сообщил Мак. — Мы, когда у лесника нашли их, мало кто понял, что происходит.

— Магов не может быть много, — высказал свое мнение дед. — Надо определить, какое качество влияет и искать уже именно его. Я считаю, это связано с кровью.

— Но Су из Первых поколений, а он техномаг, — заметила Эри.

— Я не говорю, что это невозможно, я считаю, что это маловероятно, — ответил дед. — Эллейн у нас колдунья, Мак — сами видели. И все они родственники. В вашей семье есть маги?

— Нет, насколько мне известно, у нас не было никогда, — ответила Эри.

— Вот, что и требовалось доказать, — усмехнулся старший Дуглас. — И еще один нюанс, который вы все упускаете. Почему этот странник ищет новых магов? Почему Империя напала именно сейчас?

— А вы знаете ответы? — спросил Тодор.

— Думаю, что да… У меня давно уже появлялись всякие догадки, смотрите сами, золотая пыль, какой бы волшебной она не была, попадает в организм, в почву, в воду и постепенно вымывается, уходит в землю, откуда ей трудно попасть обратно в крупные живые существа, такие как человек или хищный зверь. Сообщения о появляющихся драконах почти перестали появляться. Магов, сильных, становится все меньше. Да, техномагическая академия обучает людей обладающих хоть какими-то способностями, но им далеко до тех кумиров, которые отстояли Республику в прошлую войну. Да вы в небо посмотрите, орлов-охранников с каждым годом становится все меньше…

— А Империя активно использует воронов! — воскликнул Зигор. — На меня напал такой!

— Да, потому что Империя использует свою слизь, усиливающую способности и помогающую золотой пыли попасть в человека. Империя использует новые технологии. Она набирает силу, в то время как мы стоим, то есть Республика, стоит на месте. Положение изменится, когда прилетит комета и снова окутает Луррамаа облаком золотой пыли…

— Так Империя решила опередить комету! — догадалась Эри.

— Очень похоже, что имперцы просто пользуются возможностью отхватить кусок пожирнее до того, как силы уравняются, — заключил професор. — Но и появление кометы не исправит ситуацию, пыль должна еще выпасть на планету, попасть в воду, в растения, дойти до верхних звеньев пищевой цепочки, это дело не одного дня или месяца… К тому времени Империя уже добьется своего, получит то, за чем пришла…

Лежавший в траве волкодав внезапно вскочил на ноги и начал рычать, глядя в лес в сторону дороги.

— Кого-то привлекла вспышка, — отреагировал на собаку Тодор. — Надо уходить с этого места!

— Все на борт! — крикнул Тыну. — Машина готова дать ход!

— Ада, Эллейн! Бегом сюда! — позвал дед.

Все быстро поднялись по лестницам, Трезорке спустили грузовую площадку и подняли его наверх.

— Куда направляемся? — спросил Тыну.

— На север к горам, — решил Тодор.

Дед забрал с собой в носовую рубку Зигора, чтобы показать ему управление. Тодор повернулся к Маку.

— Ты сможешь зарастить поляну лесом и прикрыть просеку, которую мы после себя оставляем?

— Да, только откройте кормовой люк, чтобы я видел землю, — кивнул Мак.

— Эри, помогите Маку, мы с Тыну займемся двигателем! — крикнул Тодор. — Эллейн, Ада, займите места у бортовых пулеметов, стрелять не надо, просто наблюдайте за лесом! Себастьян, наверх к главному орудию..

Шестиногий металлический гигант слегка присел и передвинул вперед одну из опор, потом вторую и так постепенно начал перемещаться. Ноги двигались все быстрее, и шагоход, проламывая себе дорогу и покачиваясь на неровностях, пошел сквозь дремучий лес, круша на своем пути деревья и давя кусты в лепешку. Но кто бы не вышел сейчас на бывшую поляну, он не увидел бы ничего, кроме внезапно выросшей непролазной чащи, преграждавшей путь плотным переплетением стволов и густым непроходимым кустарником.

Носовая кабина располагалась под главным орудием, занимавшим верхнюю часть машины. Смотровые окна при необходимости можно было закрыть бронестворками, но пока в этом не было необходимости. Зигор занял указанное ему место правого водителя.

— Зачем эти огромные рычаги в центре рубки?

— Здесь выставляется порядок перемещения ног, — пояснил дед. — Сейчас идем самым медленным ходом, сначала передняя правая, потом средняя левая, затем задняя правая и потом в том же порядке идут оставшиеся ноги. Одномоментно перемещается только одна опора из шести. Если понадобится увеличить скорость, можно выставить одновременное движение двух ног сразу и даже трех, но это только на твердых грунтах. В шкафчике на стенке есть инструкция со схемами движения, потом можешь посмотреть. Нам не надо управлять каждой ногой, движение с двигателя передается через редуктор. Водители, мы с тобой, следят за направлением и поворотами, укорачивая или увеличивая длину шага.

— Я понял, — кивнул Зигор. — Смотрим за направлением, стараемся не наступать на крупные камни… А почему шесть ног, это же утяжеляет машину. Четырех бы хватило.

— Для устойчивости. Попробуй отпилить четырехногой табуретке одну ножку и посидеть на ней. На оставшихся трех ногах с одной подогнутой, или сломанной тяжелее держать равновесие. И давление на дорогу меньше, когда площадь опор большая.

— Для этого надо было колеса или гусеницы ставить, а не ноги-опоры, — предположил Зигор.

— И как ты по лесу будешь ездить? — спросил Стив. — Даже на гусеницах, первое же бревно под днищем станет непреодолимым препятствием. А здесь красота, сидим высоко, ноги внизу ломают все подряд, стволы просто плющит под опорными площадками, камни просто перешагиваем. Главное в болото не залезть, а то увязнем. Но тут в предгорьях нет болот, только мелкие речушки, да ручьи.

— За горами будет простор, равнина, там можно будет разогнаться, — решил Зигор.

— Но это все же не паромобиль, а тяжелая машина, передвижная огневая точка, она не может бегать как таракан, — сообщил дед. — Ходит не так быстро, зато достаточно прочная и неприхотливая…

Тодор помогал Тыну, пока не убедился, что паровой двигатель работает надежно и устойчиво держит необходимое давление пара.

— Тыну, а что это за скрежет под полом?

— Коробка шестеренок. Мало смазки, как бы не погорели, — ответил механик. — Так-то все хорошо, котел, топка, все как на паровозах, поршни работают, ноги поднимаются, регулировка в норме, но если понадобится увеличить скорость, могут быть проблемы.

— Ты пока сам справишься? Я обойду остальных, проверю.

— Да, конечно, тут же не лопатой махать у кочегарки, уголь из бункера сам поступает, знай следи за манометрами.

Тодор вышел из машинного в кормовой отсек. Здесь у спаренной пушки расположились Мак и приглядывавшая за ним Эри. Кормовой люк был открыт и можно было видеть, как поднимались позади поваленные деревья. Мак сосредоточенно работал, нашептывая заклинание и помогая себе руками.

— Ты не устал, может остановимся? — спросил парнишку инженер.

Мак только молча помотал головой, не отвлекаясь от своего занятия.

— Пока с ним все хорошо, — ответила за него Эри. — Если я замечу что-то, то сообщу в кабину, чтобы встали.

— Хорошо, но лучше бы его все же не перегружать, — кивнул Тодор. — Я пройду вперед, будем выбирать место для стоянки.

Левый бортовой каземат с легким пулеметом и поворотной площадкой с малокалиберной пушкой был узким и тесным. Эллейн сидела за пулеметом и улыбнулась Тодору, когда тот вошел в отсек. Лежавший у ее ног пес постучал хвостом об пол в знак приветствия.

— Как там Мак, — спросила женщина.

— Он в порядке, Эри за ним смотрит, — сообщил инженер. — Но нам все равно надо останавливаться, машина изношена, нужно небольшое обслуживание. Я предупрежу Стива.

— Мне отсюда не так хорошо видно что вокруг, поднимитесь наверх к Себастьяну, — предложила Эллейн. — С высоты, может, разглядите какую-нибудь поляну.

— Хорошая идея, — согласился Тодор, — так и сделаю.

Он поднялся в верхний отсек по вертикальной лесенке. Огромное главное орудие прикрытое бронеколпаком занимало больше половины корпуса, над кормой находился склад с боеприпасами. Себастьян изучал затвор пушки.

— Что, решил его использовать? — поинтересовался Тодор.

— Шутишь? Тут все проржавело от сырости, надо полностью разбирать, чистить, снимать ствол, он непонятно в каком состоянии. Но, скорее всего, эта пушка уже никогда больше не выстрелит. Да и снарядам столько лет, могут прямо в стволе взорваться.

— А если сюда подать пар и вместо затвора поставить камеру высокого давления?

— Овчинка выделки не стоит, даже если мы вытолкнем снаряд метров на двести, еще неизвестно, взорвется он или нет, когда упадет. Да и переделывать тут все надо не в полевых условиях, а на заводе, — отказал Тодору Себастьян.

— Хороший повод перегнать машину за перевал, — улыбнулся Тодор. — На ремонт и переделку. Будет что сказать имперцам.

— Точно, — согласился на этот раз Себастьян. — Но, похоже, далеко мы не уедем. Ты же слышишь этот визг и скрежет?

— Это редукторы, почти сухие, Тыну говорит, нужна смазка. Надо найти место, где можно будет остановиться.

— На крыше площадка для наблюдателя, — указал на люк наверху Себастьян. — Давай вылезем, посмотрим.

Вид с крыши гигантской машины, плавно ползущей над лесом, завораживал. По бокам проплывали верхушки деревьев, из-под днища слышался треск ломающихся стволов, толстенные ноги-опоры одна за другой сгибались и перемещались вперед, с чавканием вставая в мокрую раздавленную зелень. Пыхтел внутри паровой двигатель, из двух труб позади валил дым. Вокруг простиралось зеленое море листвы, а впереди поднимались высокие горы, с сияющими на ярком солнце снежными вершинами.

— Нас по дыму не обнаружат? — оглянулся назад Себастьян.

— Если и увидят, через лес не проберутся, — пожал плечами Тодор.

— А вдруг пришлют своих ворон?

— Об этом я не подумал, — признался инженер. — Но сейчас надо какое-то удобное место найти, для стоянки.

— Видишь, впереди, чуть правее, просвет между деревьями и как будто вода блестит, — показал рукой Себастьян.

— Точно, там должна быть прогалина или поляна, — решил Тодор.

— Тут есть переговорное устройство, можно сразу в кабину сообщить, — поднял трубку из ящичка на поручнях Себастьян.

— Что, даже работает?

— Попробуй и узнаешь, — улыбнулся Себастьян.

— Рубка! Зигор, Стив! Слышите меня?

«Слышим отчетливо!» — донеслось до Тодора из трубки.

— Поверните правее градусов на пятнадцать, выйдем к воде и будем останавливаться!

«Принято, выполняем!»

Ноги правого борта укоротили шаги и машина стала постепенно разворачиваться. Себастьян потоптался ногами на месте и покачал головой.

— Ты чего это? — спросил его Тодор.

— Пытаюсь понять, как устроены ноги, можно ли боком двигаться или задним ходом.

— Остановимся, спустишься в машину и посмотришь, заодно вместе с Тыну вскроете редукторы.

Шагоход вышел на небольшую полянку на берегу маленького круглого лесного озера и остановился. Одну за другой он начал расставлять по сторонам и сгибать опоры, и опустился вниз, улегшись днищем на траву.

— Не знал, что эти машины так умеют, — восхитился Себастьян.

— Да, это же передвижная батарея, это перевод в стационарное состояние, — подтвердил Тодор и поднял трубку переговорного устройства. — Мак, если ты меня слышишь, поднимись к нам на смотровую площадку.

— Так и где мы здесь посреди леса, — Себастьян развел руки, показывая окружающие их деревья, — возьмем машинное масло?

— Есть у меня идея, — сообщил Тодор…

— Мак? Ты здесь? — в люке смотровой площадки показалась голова Ады. — А что ты делаешь?

— Тодор попросил замаскировать стоянку, — пояснил Мак. — Они с дедушкой считают, что нас могут заметить вороны-наблюдатели.

— Ты не против, я с тобой посижу? — девушка поднялась на площадку.

— Нет, конечно, ты мне совсем не мешаешь, — Мак махнул рукой и от края леса протянулась и повисла на высоком дереве рядом с шагоходом длинная гибкая лиана, тотчас же покрывшаяся густыми листьями. — Я сверху выращу купол из ветвей и лиан, так что никто не увидит.

— А ты не устал, ты же уже несколько часов колдуешь? — Ада оперлась о поручни. — Я думала, магам надо восстанавливать силы после каждого заклинания.

— Пока в порядке. Ночью буду спать как убитый, восстанавливаться. Но шар помогает, скорее это не я, а он работает, я только управляю.

«Не преувеличивай мои заслуги, ты прикладываешь не меньше стараний и сил, чем раньше, просто стал значительно сильнее», — тут же отозвался шар.

— А мы сможем выбраться из предгорий и перейти хребет? — спросила Ада.

«Твой рыцарь тебя, маленькая принцесса, защитит от любой неприятности», — подтвердил шар.

— Чего это я маленькая? — обиделась было Ада.

— Ты не маленькая, ты вполне себе нормальная принцесса, и рост… — поспешил вмешаться Мак. — И все остальное…

— А что остальное? — тут же полюбопытствовала Ада. — Я толстая, да? Или некрасивая, из-за веснушек?

— Да что ты сразу… — Мак аж поперхнулся и тянувшаяся из леса лиана упала на землю. — Ты стройная, очень красивая и еще умная, столько всего знаешь, книги читала…

«Я кажется понял в чем дело», — вмешался шар. — «Ада, ты завидуешь Тодору и Эри, которые обучаются первой медицинской помощи и искусственному дыханию изо рта в рот?»

— Вот еще! Ну, целуются и целуются, — Ада отвернулась от Мака, пряча свое покрасневшее лицо. — Он вообще ее муж, по договору, мне Эри сама сказала.

Мак покосился на девушку, но промолчал. Он как верный рыцарь готов был стойко переносить любые чудачества своей принцессы. Ада повертелась, разглядывая лес и озерцо, но долго молчать не смогла.

— Это не я, это твоя мама умная, она столько знает, про каждое растение, про каждую ягоду.

— Она же бывшая колдунья, — пояснил Мак.

«Бывших колдуний не бывает», — вмешался шар.

— Она же отказалась от своих знаний и жила как обычная крестьянка, — поморщился Мак, шар затронул больную для него тему. — Она даже никогда не рассказывала, что у нас есть родственники в южном порту.

— Может она не хотела тебя расстраивать или пыталась уберечь, — предположила Ада.

— Ага, и дед ни словом не обмолвился, — угрюмо кивнул Мак и сменил тему. — Как там Синька, не проверяла?

— Да что с ним будет, спит в коробке, — ответила девушка. — Я ему нарвала влажный мох и постелила, ему там хорошо, никаких забот.

«Вы что, до сих пор таскаете с собой своего осьминога?» — переспросил шар.

— А где его оставить? Я хотела дядю навестить, так пришлось бежать из города, не успела.

— Когда-нибудь мы его съедим, — мрачно пошутил Мак.

— Но-но! Не больше половины щупалец за один раз, ему их долго отращивать придется, — предостерегла Ада.

— Пока мы в лесу, ему ничего не грозит, тут и поохотиться можно и рыбу половить, — сообщил парень. — А за хребтом я не знаю, я там не был ни разу, все говорят о пустыне или пустоши.

— Шар, а что там за горами? — спросила Ада.

«Вам стоит поговорить об этом со Стивом», — немного помедлив, что для него было нетипично, отозвался шар. — «Я знаю, что там было до большой войны, но что там сейчас, я даже предположить не могу».

— Мне начинает казаться, что нам не стоило уезжать из Столицы, — задумчиво произнесла Ада.

— Мы же не знаем, где тебе грозит большая опасность, там или здесь, — напомнил Мак. — Мы все отправились в это путешествие ради тебя.

— Но мы могли бы вернуться в южный порт, там было так хорошо! — воскликнула девушка.

— Тодор говорил, что твой дядя посоветовал спрятать тебя в глухой деревне. И перекрасить волосы. Тебя ищут, и Империя и Республика. Я не хочу, чтобы моя принцесса стала пленницей.

— Мак! Прости, я об этом не подумала. Но мы втянули всех наших друзей в эти неприятности…

Мак закончил растягивать лианы и распускать над машиной зеленый полог из веток со свежей листвой.

— Вот и все, теперь ни одна птица нас не увидит. Смотри! — Мак показал рукой вниз. — Они вытаскивают твою машину! Пойдем узнаем, что Тодор задумал…

Себастьян и Тыну уже открыли ящик и вынули оттуда длинный прямоугольный предмет, больше похожий на камень, чем на машину. Тодор что-то, активно жестикулируя, объяснял Стиву и Зигору. Мак и Ада спустились вниз, из шагохода вышли на шум Эри и Эллейн, и разумеется, волкодав уже крутился вокруг, проверяя территорию.

— …Тыну утверждает, что бронеход в ужасном состоянии, и я с ним согласен, — говорил тем временем Тодор. — Главное орудие и пушки небоеспособны, остались в строю только пулеметы и то потому, что они паровые, работают от котла через паропровод. Повезло, что модель очень старая, опоры не на гидравлике, а на рычагах и пружинах, а то бы вы с места не сдвинулись на ней, так и бросили бы в пещере. Но редукторы с шестернями почти сухие, когда-то там было масло, но оно загустело и частично испарилось. Надо его срочно менять, пока разрушения не начались от трения и перегрева.

— И где мы его возьмем, машинное масло? — спросил дед. — Снова пойдете на дорогу грабить караваны?

— Не думаю, что это будет правильно, — возразил Тодор. — Имперцы сейчас настороже, ищут этот свой «танк». Может и хорошо, что мы здесь застряли на пару дней, пока их тревога немного не утихнет. Масло будем делать сами…

— Насколько я помню, минеральное масло — это переработанная нефть или мазут. У нас нет ни того, ни другого, — напомнил Зигор.

— У нас есть необычная машина, которую создали Ада и Мак, и с помощью парня мы добудем нужное сырье, — мообщил Тодор и, обернувшись, заметил подростка. — Мак, ты как раз вовремя! Нам нужна сосноелка с хорошим притоком смолы, сможешь организовать?

— На краю леса есть несколько, можно усилить выделение, — кивнул Мак.

— Тыну, вы закончили? Возьми пару ведер и топор и иди с Маком, нам нужна смола! Так, один вопрос решили, — Тодор оглянулся по сторонам. — Мы считаем, что машина Ады создает любой предмет или вещество, надо только правильно дать задание. Мак сделал на ней деревянную ложку из опилок, а Себастьян получил чертеж неизвестного устройства, правда, мы его не смогли расшифровать. Думаю, мы сможем получить машинное масло, нам нужна любая вязкая и жирная смесь, хоть на основе смолы, хоть сметана, лишь бы можно было заполнить коробки редукторов.

Со стороны леса послышался стук топора.

— Ада, ты не сходишь к Маку, нам для пробы надо хотя бы полстакана смолы! — обратился Тодор к принцессе.

Девушка побежала к лесу.

— Это какая-то новая технология? — подошла поближе Эллейн.

— Нет, скорее это очень давно забытая старая, от Первых поколений, — ответил Тодор. — У нас в бюро стоит похожая, досталась мне от предков, но она только несет металлические яйца, из которых мы потом выращиваем дома…

— А, так эта была ваша реклама экспериментальных круглых домов? — припомнил Стив.

— Да, мы давали объявления в разные альманахи. Ада случайно запустила на ней неизвестное производство, мы уж думали, что наша установка сломалась, но потом вышло необычное яйцо и из него выросло это…

Тодор указал рукой на длинный прямоугольный «камень», из которого поднялась и повернулась к солнцу квадратная черная пластина на металлическом стержне.

— Я тоже там была, — сообщила Эри. — Это было похоже на магию, настолько все было необычно и непонятно.

— А это что? — спросила Эллейн, показывая на металлический «цветок».

— Мы думаем, что это помогает получать энергию от солнца, какой-то преобразователь тепла или света. Скорее всего, в электричество. Мы не знаем, как это работает, — ответил Себастьян.

— И вы везете это устройство в тыл врага? — возмутился дед.

— Мы хотели отдать его техномагам, поменять на зеленую слизь, чтобы потом сделать новую машину, но начались военные действия, связь со Столицей прервалась, — сказал Тодор. — Лучше пусть она будет при нас, чем попадет имперцам, когда они захватят Старый Углеград.

— Вы сказали, что для изготовления такой установки необходима зеленая слизь? Как много? — заинтересовался Зигор.

— Примерно поллитра… а еще золото, подойдут обычные монеты.

— А эта машина, она может создать свою копию? Или произвести еще этой зеленой жижи?

— Зигор, вы вроде археолог? — усмехнулся Тодор.

— В том числе. Но я и техноисторик, — поправил его Зигор. — Вы понимаете, какие перспективы открываются, если мы сможем размножить вашу машину и понять, как наладить выпуск тех же необходимых деталей для ремонта шагохода?

— Нам сейчас немножко некогда заниматься промышленным производством, — улыбнулся Тодор, — не то место и не то время. Надо решить первостепенные проблемы и убираться за хребет, подальше от войны. Подумаем о вашем предложении позже, когда выберемся из прифронтовой полосы? И лучше в городе, сидя дома у камина с кружкой горячего кофечая…

Вернулась Ада. Себастьян вылил из старого ведра в выемку на машине свежую, еще не застывшую смолу, в соседнюю ячейку налил воды.

— Вода всегда используется, как основа для какой-то кислоты, потом она растворяет и забирает ингридиенты, — пояснил Себастьян.

Из машины выдвинулся и повернулся к нему микрофон на ножке.

— Минеральное машинное масло! — четко и внятно произнес Себастьян.

Микрофон «утопился» в корпусе, на дальнем торце послышался звонкий и громкий щелчок.

— Что там? — спросил Себастьян.

Тодор открыл крышку выходного отверстия.

— Тут вырос вроде как кран для жидкости.

— А, так подставь туда какую-нибудь емкость, — посоветовал Себастьян.

— А когда пойдет масло? Вроде ничего не происходит? — спросила Эллейн.

— Чего-то не хватает, — посетовал Себастьян. — Если бы смола не подходила, машина ее выбросила бы. Значит кроме смолы и воды надо что-то еще…

— Там еще есть свободные ямки? Насыпьте хвойных иголок, старых листьев, щепок, — посоветовал Стив. — По одной из гипотез о происхождении нефти, она появилась из перегнивших растений.

— Ну конечно! Как же! Откуда на глубине в сотни метров перегнившие растения? — не согласился Себастьян.

Тодор нагнулся и набрал пригоршню растительного мусора, высыпав его затем в одну из пустых ячеек.

— Некогда спорить, надо попробовать!

В машине что-то заурчало, сначала внутрь ушла вода, потом выступившая жидкость смыла и забрала опилки и мусор, потом смола в выемке начала нагреваться и пузыриться и тоже всосалась в установку.

— Надо же, сработало! — обрадовался Себастьян. — И все равно я не согласен с вашей точкой зрения на происхождение нефти! Еще неизвестно, что сейчас из этого крана польется…

— Хорошо, машина заработала, — произнес Тодор. — Значит нам нужна смола, вода и растительные отходы, трава, ветки, старые листья…

— Шишки! — подсказала Ада.

— Да, шишки тоже подойдут, — кивнул Тодор.

— На краю леса их много под деревьями, я пойду собирать! — Ада подхватила ведро и направилась к Маку, который все еще возился около сосноелок.

— Себастьян, в шагоходе заканчиваются запасы угля, придется рубить деревья на дрова… — повернулся Тодор к напарнику.

— Да не вопрос, топоры есть, пила двуручная… — отозвался тот.

— Я помогу, — вызвался Зигор.

— Хорошо, идите, — согласился Тодор.

— Надолго мы встали? — спросила Эллейн.

— Я думаю дня на два, нам нужна бочка масла, это небыстрый процесс.

— Тогда, если вы не возражаете, командир, мы с Эри пойдем порыбачим, разнообразим кухню, — предложила мама Мака.

— Ой, я не умею! — смутилась Эри.

— Ничего, я научу… — задорно улыбнулась Эллейн и женщины тоже ушли.

Вернулся Тыну с двумя ведрами смолы.

— Заполни пока вот эту ячейку, — указал Тодор.

— Я хотел бы, пока стоим, слить воду и промыть котел, — сказал Тыну.

— А несколько тонн воды мы потом ведрами будем таскать с озера?

— Зачем ведрами, насос же есть! — ответил механик. — Потом старое масло из коробок пустим на смазку шарниров на опорах, оно там густое как солидол, будет в самый раз. И надо бы по мелочи посмотреть, прокладки, сальники, паропроводы проверить… Пулеметы опять же, вдруг пригодятся.

— Хорошо, сейчас пойдем. Стив, вам придется остаться здесь, последить за работой машины. Мы принесем из шагохода пустую бочку под масло…

— Идите, идите, только я хочу, чтобы она потом сделала мне мелкоскоп! — согласился дед.

— Э… мелкоскоп? Серьезно? — Тодор почесал подбородок. — Думаю, это возможно, песок для стекол, металл для трубок. Обещать не буду, но попробуем…

— Я сначала решил, что вы хотите сделать какой-то перегонный куб, и гнать масло из смолы и дерева, — сказал Стив. — Но вы пошли другим путем…

— Я не уверен, что машина выдала бы нам яйцо с перегонным кубом, к тому же туда понадобились бы редкие металлы для катализаторов, а их у нас нет. Пришлось попросить напрямую и вроде бы получилось. Посмотрим, что там накапает, на выходе…

Мак сидел на земле, прислонившись спиной к сосноелке, когда к нему подошла Ада.

— Смотри, я уже второе ведро шишек набрала!

— Ага, молодец…

— Ма-ак! — Ада присела рядом на корточки. — Ты точно в порядке?

— Да, все хорошо, — размеренно и спокойно отозвался Мак. — Хочешь, я потрясу деревья, тебе еще больше шишек нападает?

— Не, не надо, здесь их и так полно, — отказалась Ада. — А что с тобой тогда? Ты стал таким… не таким как раньше! Тихим, задумчивым…

— Как тебе объяснить… Я вот смотрю на этот лес, это же мои родные места. Вспоминаю, как раньше жил. Как все было понятно, спокойно, размеренно, никакой беготни, стрельбы, никто за нами не гнался. Жили понемногу в глухой деревеньке, вдали от всех, никто про нас не знал и никому мы были не нужны…

— Ты хотел бы вернуться обратно в те времена? — спросила девушка.

— Ну, нет! Я бы тогда никогда не увидел эти огромные города на юге, не повидал бы столько интересных мест, не встретил бы тебя и не познакомился с такими замечательными людьми, как Тодор и остальные инженеры! Не стал бы рыцарем и магом! Войну бы это не остановило, и сейчас мы прятались бы в горах.

— А я бы так и сидела в башне в городе, из которого меня не выпускали, — напомнила Ада. — И до сих пор ждала бы принца на белом коне…

— На принца я точно не тяну, — сказал Мак.

— Да и на коня тоже, — засмеялась Ада. — Но ты же вывел меня из города.

— Может быть, тебе там было бы безопаснее, — задумчиво произнес Мак. — Хотя, имперцы же рвутся к Старому Углеграду. Вдруг они и правда хотят тебя захватить?

— Вот видишь! Если бы я там осталась, они бы точно меня поймали. А так, когда мы убежали, я как будто из клетки на свободу вырвалась. Не все же можно из книг узнать, надо и по миру путешествовать!

— Чем больше мы путешествуем, тем опаснее то, что с нами происходит!

— Но ты же со мной! — воскликнула девушка. — Ты мой самый лучший друг! Правда! У меня раньше никогда не было таких друзей. И ты мой рыцарь! Ты обещал меня защищать!

— Я помню, моя принцесса, — улыбнулся наконец Мак. — И я никому не дам тебя в обиду. Мы пройдем через горы и спрячемся на пустошах.

— А эти леса? Это же продолжение Дремучих лесов? — успокоилась Ада.

— Так и есть, до самых гор, только узкая полоска обжитых земель вдоль дороги их пересекает.

— Как-то там наш дракон сейчас… — вздохнула девушка. — Твой дед говорил, что драконов совсем мало осталось.

— Драколось-то тот двухголовый? Прячется где-нибудь, звери не любят шума от людей, а когда война так и тем более…

— Жалко, я бы хотела его еще раз увидеть, он добрый.

Мак поднялся с земли, Ада тоже подскочила.

— Пойдем к шагоходу, ведра набрались, как раз отнесем и смолу и шишки твои…

Вечером женщины запекли на костре пойманную рыбу и вынесли из машины пару пустых снарядных ящика. Застелив их чистой тряпкой, организовали импровизированный стол. Эри поставила две свечи для красоты.

— Господа офицеры, вам пора примерить свои мундиры! — отправила инженеров переодеваться Эллейн. — Привыкайте к форме.

Дед отказался, убедив своих дам, что слишком стар для воинской службы и просто не будет выходить из шагохода. А остальным пришлось подчиниться. Элейн и Эри еще раскладывали столовые приборы, когда лежавший рядом Трезорка вдруг вскочил на ноги и удивленно гавкнул.

Из шагохода вышло пять одетых в военную форму фигур. Тодор как командир, получил мундир старшего офицера. Тыну, единственный свободно владеющий имперским, также переоделся в офицерскую форму. Зигор, который должен был исполнять роль водителя, тоже был в мундире. Себастьяну и Маку достались полевые комбинезоны танкистов.

— Зигор, вы точно не военный? Вы как будто родились в мундире, — похвалила археолога Эллейн.

— Форма вам идет, — подошла к Тодору Эри. — Я даже не ожидала, насколько хорошо вы в ней будете выглядеть.

— У нас остался еще один комбинезон, может быть стоит его предложить Эллейн или вам? — улыбнулся Тодор.

Ада оценивающе оглядывала Мака, а Эллейн обратила внимание на Тыну.

— Нет! Это же никуда не годится! Тыну на вас китель как мешок на вешалке висит! — спохватилась она. — Никто не поверит, что вы офицер! Надо срочно ее ушить по фигуре, пока еще время есть. Подождите, я сейчас нитки с иголкой возьму, сразу наметаем прямо на вас…

— Вот что значит женский взгляд, — похвалил невестку дед. — Сразу ухватила самое главное.

Начинало темнеть, по берегу озера потянулись длинные тени, сумрак расползался от леса. Солнце ушло за деревья и машина Ады прекратила свою работу, свернув пластину энергоприемника. Около костра и в свете двух свечей было уютно. Все устроились около «стола», даже избавившийся от мундира Тыну.

— Вы заметили, листья начали желтеть, скоро осень, — произнес Стив.

— И что с того? Дни будут немного короче, дожди холоднее… — сказал Тодор, вгрызаясь в кусок печеной рыбы.

— А-а-а! Южане! — с досадой посмотрел на него дед. — Это у вас на побережье дожди… Здесь горы! Если на равнине осень, то на перевале пойдет снег и дорогу перекроет до весны.

— Постойте! Я не понимаю! — вскинулся Себастьян. — Империя начала войну, вторжение, зная, что их войска окажутся отрезанными зимой! Но это же глупость какая-то!

— Отвлекающий маневр! — высказал свою точку зрения Зигор. — Если они захватят оба города и получат плацдарм, то смогут закрепиться и продержаться до весны, пока Республика стягивает войска и готовится к штурму. Судя по тому, что мы не слышим звука канонады, Новый Углеград уже захвачен. Мы же к нему сейчас ближе?

— Точно, — кивнул Стив. — С него и начали, там гарнизон слабее…

— Вот! А основной удар Империя может нанести с моря, в любом другом месте, у нее огромный флот, — продолжил Зигор.

— Это что же, Республика отправит войска отбивать Север, а в это время на побережье высадится десант? Это и южный порт могут так сходу захватить? — всполошился Себастьян. — Мы же слышали стрельбу в море, когда ехали на поезде из Бухты радости в Столицу.

— Мы не знаем планов Империи, — пожал печами Зигор. — Если она начала войну, значит их генералы на что-то рассчитывают. Не может быть, чтобы они не знали про снегопады в горах.

— А других дорог нет? — спросил Тыну. — Совсем ничего?

— Почему же нет, — ответил Зигор. — Тропы контрабандистов, только там если и ходят, то пешком, и с хорошей горной подготовкой, со знающим проводником. Сколько военных там сможет пройти зимой по снегу и ледникам, один? Десять? А если не найдут проводника, или контрабандисты попрячутся в горах. Им-то точно не нужны эти военные. Бронетехника по тропам не проедет, даже шагоходы. Через горы можно перелететь на воздушном шаре, но так не получится снабжать войска. Им нужны города и заводы. Если имперцы их захватят, то получат хорошую ремонтную и производственную базу, а Республике придется все припасы подвозить с юга, под угрозой перекрытия дорог диверсионными отрядами, как это уже и случилось.

— Как-то все сложно и нелогично, — подумал вслух Тодор.

— А на север же хотели тянуть железную дорогу, — вспомнила вдруг Ада. — Я читала об этом…

— Да, через нашу деревню проходили геодезисты, размечали карты под будущую трассу, — сказала Эллейн. — планировалось, что поезда пойдут до самой Империи через пустоши.

— А Империя проводила такие же работы со своей стороны? Вот как они организовали прикрытие для подвода войск! — догадался Тодор. — Поставили в пустошах базы снабжения и гонят через них технику и солдат.

— Нам стоит поторопиться, — сообщил дед. — Надо пройти на ту сторону до первых снегопадов, с каждым днем мы все больше рискуем застрять здесь.

— Завтра мы закончим ремонт и можем отправляться, — сказал Тыну.

— Как же здесь хорошо, — произнесла Эри. — Ни ветра нет, ни комаров, над нами звезды, чистый воздух, лесные ароматы! Жаль нельзя здесь остаться навсегда!

— Сытный ужин, хорошая компания, — подхватила Эллейн. — Не хватает только музыки и танцев.

— Э… Тут я могу помочь, — разулыбался Зигор. — Я сейчас!

Он убежал в шагоход и через минуту вернулся с небольшим ящичком.

— Трофейный фонограф с музыкальными валиками. Нашел его в захваченном танке. Мелодии имперские, но судя по надписям это какие-то танцевальные композиции.

Зигор открыл ящик, развернул рупор, вставил один из валиков в устройство и повернул несколько раз ручку, взводя пружину. Потом он запустил вращение валика и металлическая игла опустилась на бегущую по валику дорожку. Из рупора послышалась незнакомая, но приятная и мелодичная песня на имперском языке.

— Настоящее чудо! — захлопала в ладоши Эллейн и подошла к Зигору. — Не желаете пригласить даму на танец?

— Сочту за честь! — Зигор предложил Эллейн свою руку.

Эри посмотрела на Тодора и тот не заставил себя ждать, по поляне закружились две танцующие пары.

— Мак! Пойдем, я тоже хочу танцевать! — попросила парня Ада.

— Да я не умею! — попытался отказаться Мак.

— Я научу! Пойдем! — Ада схватила парня за руку и чуть ли не силой вытащила его на поляну.

— Приказ принцессы — закон для ее рыцаря, — усмехнулся Себастьян, поднимая с тарелки кусок рыбы.

Тыну с интересом наблюдал за танцующими. Стив понимающе ухмылялся своим мыслям. Волкодав дремал на пороге шагохода, время от времени поднимая голову и шевеля ушами. Валик с мелодией закончился и его поменяли на другой, потом на третий… Постепенно все разошлись и у затухающего костра остались только Эри и Тодор.

Где-то глубоко в лесу громко вздохнул какой-то крупный зверь…

Под утро похолодало, стылый воздух замер, над озерцом поднялся туман и начал расползаться во все стороны. Волкодав, дремлющий около боевой машины, поднялся и обошел поляну, принюхиваясь и прислушиваясь, не грозит ли какая неведомая опасность его новому «стаду». Солнце еще не поднялось из-за деревьев, когда из шагохода появился Тыну и начал разводить костер. Следом за ним вышел Зигор.

— Не спится в такую рань?

— Да как можно спать в этих гамаках, когда ноги выше головы, — пожаловался Тыну. — А еще храпел кто-то всю ночь.

— Правда? А я и не заметил, — улыбнулся Зигор. — Представь себя матросом на торговом парусном судне. Целый кубрик увешанный гамаками в два или в три яруса.

— Ужас! — вообразил потрясшую его картину Тыну. — И это все еще качается и все пахнут!

— Точно! Кстати о запахах… пока женщины спят, пойду-ка я окунусь в озеро.

— Ага, помыться бы не помешало, я костер запалю и тоже немного поплаваю…

Зигор и Тыну уже привели себя в порядок и вскипятили чайник, когда из шагохода показался Себастьян.

— Кружечка кофечая с утра — самое то! Как вода?

— Холодная, на дне бьют ключи, так что долго не просидишь, — ответил Зигор.

— Да мне только лицо сполоснуть, — произнес Себастьян.

— Так, все уже встали? Хорошо! — раздался голос Тодора. — Помогите вытащить машину подарков!

Вчетвером они вынесли из шагохода длинную и тяжелую установку и выставили ее на солнце. Из «кирпича» корпуса сразу поднялся энергоприемник.

— Что у нас с маслом? — спросил Тодор.

— Вроде получилось. До обеда будет полная бочка, можно уже заливать, — сообщил Тыну.

— Тогда надо до вечера выходить на дорогу и отправляться на Перевал.

— Мне нужны люди на насос, надо еще воды накачать в баки, — сказал Тыну. — Хотя бы полтонны, потом я разведу огонь в котле и подключу тягу от паропровода.

— Себастьяна возьми, — предложил Тодор.

— Он занимается шарнирами на ногах-опорах, там ему работы до вечера хватит.

— Я помогу, — поднялся с места Зигор. — А как там остальные?

— Мак спит, я его не пытался будить, — сказал Тодор. — Пусть отдыхет, он много своих сил тратит, хотя и бодрится. Сеньориты вроде проснулись, но они себя в порядок приводят в кормовом отсеке. Стив в кабине управления, вроде инструкции читает по управлению.

— Что же, быстрее начнем, быстрее выйдем, — подытожил Зигор. — Тыну, показывай, где твой насос.

— А что это за куча черных шариков, — показал на траву Тодор.

— Отходы от производства масла, — пояснил Себастьян, — после переработки смолы, растений и воды.

— И что это? Похоже на уголь.

— Нет, не уголь конечно, хотя пачкается, просто отходы, пересушенные листья и опилки, спрессованные в комок. Мы ими костер разожгли.

— Если это горит, надо их собрать, тут несколько ящиков будет. Бросим в котел, не пропадать же дареному топливу.

— Аду с Маком попроси, пусть соберут после завтрака, — предложил Себастьян.

— Да, так и сделаю, — согласился Тодор. — Давайте ускоримся, чтобы до вечера тронуться в путь…

Утро прошло в хлопотах. Тодор подгонял компаньонов, подсказывал, помогал, казалось он успевал к каждому именно тогда, когда в нем появлялась необходимость. Работы по восстановлению шагохода быстро продвигались к завершению.

— Куда мы так торопимся? — спросила Эри в минуту короткой передышки.

— Никак не могу выбросить из головы вчерашние слова Стива о приближающейся зиме, — признался ей Тодор. — Если мы застрянем здесь, в окружении войск Империи, которых будут выдавливать к горам республиканцы… И если у них действительно есть приборы, обнаруживающие магов и артефакты, то нам грозит страшная опасность. Если империя захватит Куб Земли, маленькая принцесса будет всего лишь приятным бонусом к этой находке.

— И, даже зная, что у нас на борту есть необходимая Империи девушка и ценнейший магический артефакт, ты все равно предлагаешь прорываться через перевал, подвергая опасности всех нас?

— Может я и не прав и есть другое решение, — задумался на минуту Тодор. — Отдать Аду и Мака его матери и спрятать в горах. Закопать артефакт в какой-нибудь пещере. Или посадить их в эту необычную избушку на курьих ножках пока все не успокоится… но почему то мне кажется, что их здесь найдут, везде, где бы они ни прятались. И Мак вряд ли согласится отдать артефакт. Посмотри на него, сосредоточен, спокоен, готов защищать свою принцессу. И у него есть силы и возможности это сделать, такие, что мы даже еще и не догадываемся. Да он и сам пока не догадывается… Я все же считаю, что надо рискнуть. Наше спасение в движении. Останемся здесь — нас найдут. Будем двигаться, найдут только следы, и то не факт. Зигор путешествовал по пустошам, он сможет вывести нас на восточное побережье. Надо только пересечь хребет и вырваться на простор.

— Хотела бы я верить, что мы поступаем правильно… — расстроено произнесла Эри. — Вот Су решил по-другому…

— Возможно его место как раз там, где он сейчас, — попытался успокоить девушку Тодор. — Каждый решает сам, что для него важнее. Вот и кузнец ушел, для него судьба жителей деревни выше судьбы целой страны. Су решил, что он нужен в войсках. А мы ищем безопасное место для принцессы, ставшей одной из причин для начала войны… Ты все еще не хочешь примерить комбинезон танкиста? Чем больше людей будут в форме, тем меньше шансов, что нас разоблачат.

— Я подумаю над этим, — улыбнулась Эри…

Во второй половине дня работы были закончены. Из труб шагохода повалил дым, машина выпустила клуб пара, выравнивая давление в водогрее. Тодор посовещался со Стивом, уточняя текущее местоположение.

— Мак, снимай маскировку и будь добр, зарасти поляну травой, прикрой следы нашего пребывания здесь, — попросил инженер подростка. — Грузимся, готовимся к отправлению. Сегодня, если задержек не будет, должны добраться до Старой Заставы.

— Мне опять к пулемету? — спросила Ада.

— Нет, пойдешь с Маком в кормовой отсек, — решил Тодор. — Он справляется, но ты все равно за ним приглядывай. Переоденьтесь все в форму, на дороге можем встретить имперцев.

— А шишки больше не нужны? У меня два ведра набрано, — сообщила Ада. — Выбросить?

— Пока не нужны, но знаешь, возьми с собой. Вдруг на пустошах понадобятся дрова, тогда мы попросим Мака вырастить пару-тройку деревьев, — улыбнулся Тодор.

— Это называется эксплуатация детского труда, — заметил проходивший мимо Зигор.

— Ой, да ладно, можно подумать, сейчас мы его не эксплуатируем… Давайте каждый будет заниматься тем, что умеет и мы все выживем… и будем жить долго и счастливо…

— …и умрем в один день, — закончил за него Зигор.

Погрузка быстро закончилась. Шагоход приподнялся на опорах и начал их по очереди поджимать под себя, потом со скрежетом и визгом поднялся вверх, полусогнутые опоры устойчиво держали тяжелый корпус. Водители начали разворот, перемещая передние ноги влево, а задние вправо. Почти на одном месте машина повернулась носом на запад, в сторону лежавшей за лесом дороги. Шаг за шагом машина углубилась в лес, проламывая себе путь.

— Отлично идет, — заметил сидевший в кабине управления рядом с Зигором Себастьян.

— Да. И не так шумит, как раньше, и машина гораздо спокойнее работает…

Тодор и Стив поднялись на наблюдательную площадку, наблюдая за окрестностями. Пара километров по буреломам и чаще и впереди показалась просека, по которой бежала через лес узкая, разбитая проехавшей тяжелой техникой, вся в ямах и колдобинах, дорога.

— Поворачиваем к горам, — передал по внутренней связи Тодор. — Мак, поднимись ко мне наверх. Водители, если увидите, что кто-то едет навстречу, выходите на обочину и пропускайте.

Стив спустился вниз, а из люка по лестнице выбрался на площадку Мак.

— Мы с тобой будем как капитан и юнга, — пошутил Тодор. — Помнишь эти места?

— Конечно, это дорога к нашей деревне, — подтвердил парень. — Только раньше она была не так изрыта колесами и гусеницами.

— Так тут столько войск прошло, не удивительно…

Шагоход плавно покачивался, перемещаясь с каждым шагом на пару метров. Дорога вышла к быстрой горной реке и пошла вдоль берега вверх по склону.

— Медленно идем, — заметил Мак.

— Самый экономичный ход для такой тяжелой машины, — пояснил Тодор. — У вас в деревне уголь есть?

— Нет, откуда… Дрова.

— Значит, придется загрузиться дровами, — кивнул Тодор. — Тебе дед не говорил, почему жители ушли?

— Не говорил, только хмурился все время. И мама молчит…

— Дойдем, сами увидим.

Звонок внутренней связи коротко звякнул и шагоход начал сходить с дороги, замедляясь и останавливаясь.

— Что там у вас? — поднял трубку Тодор.

— Колонна идет навстречу, — сообщил Зигор.

— Тыну, выйди на люк левого борта, — распорядился Тодор.

К остановившейся машине приблизилась и потекла мимо по дороге войсковая колонна. Какая-то пехотная часть передислоцировалась в зону военных действий. Грузовые паромобили были забиты солдатами, тяжелые локомобили тащили прицепы с обозом и легкие пушки. Солдаты из проезжавших мимо машин косились на странный, застывший на обочине шагоход, но стоявший в дверном проеме борта офицер в имперской форме, ожидавший, когда освободиться дорога, выглядел бодрым и спокойным, и не вызывал подозрений. Мало ли, какой приказ получил экипаж шагохода, рядовым то знать не положено.

Почти у самых ног шагохода притормозил и остановился, съехав с дороги, открытый штабной паромобиль, с водителем и двумя офицерами на заднем диване. Один из имперцев спросил о чем-то Тыну. После короткого разговора, паромобиль вернулся на дорогу и поехал дальше. Колонна прошла и Тодор приказал двигаться дальше. Наверх поднялся Тыну.

— Что там было, о чем говорили? — спросил его Тодор.

— Спросили куда идем, я ответил, что получили приказ доставить трофейную машину на ремонтную базу за перевалом. Уточнил, где она сейчас находится. На той стороне хребта в десяти километрах от спуска на равнину стоит военный лагерь. Все их технички сейчас там. В ущельях им негде развернуться, а здесь лес кругом. Офицер сказал, что можно было бы идти в Новый Углеград, но туда дальше и велика вероятность попасть под обстрел…

— Но это значит, что Республика подтянула артиллерию!

— Я не стал вдаваться в подробности, а имперцы спешили, — сказал Тыну.

— Это правильно, — согласился Тодор. — Пройдем перевал и уйдем на восток при первой же возможности, не попадая на глаза имперским дозорам.

— Я пойду к двигателю, а то, как бы Стив один там не накосячил, — сообщил Тыну.

— Если понадобишься, я сообщу, — отпустил его Тодор.

***

Имперский штабной паромобиль резко затормозил, подняв облако пыли.

— Герр майор?

— Что случилось, сержант? — обратился к водителю офицер.

Сержант переключил рычаги и сдал назад задним ходом.

— Мы обогнали колонну и ехали по следам этого старого шагохода, — начал объяснять солдат.

— Да, я заметил, — офицер оглянулся, разглядывая приближающуюся колонну.

— В этом месте они вышли на дорогу, — показал на обочину водитель.

— Действительно, похоже, — майор оглядел край дороги с рытвинами в тех местах, где прошли опоры шагохода. — Ну и что?

— Герр майор, шагоход тяжелая стопятидесятитонная машина, тяжелее паровоза! После них в лесу должна была остаться просека. Где они вышли из леса?

Офицер встал во весь рост и повернулся к своим солдатам, поднял руку.

— Колонна, стой!

Потом он вышел из паромобиля и прошелся по краю дороги.

— А ведь и правда, они вышли здесь на дорогу! Но откуда? Сержант, похоже, ты заработал себе первую медаль в этой кампании! Командира разведвзвода ко мне!..

***

— Скоро уже и наша деревня, — сказал Мак. — Осталось лес обойти, а там уже луга, каменный мост и на том берегу Старая Застава.

— Встанем там на ночлег, время к закату, ночью по горам особо не походишь, — решил Тодор. — Мы так и планировали, дойти засветло до деревни.

Позади на дороге послышался требовательный сигнал клаксона. Тодор оглянулся, их догонял локомобиль, тянущий что-то на буксире.

— Тыну на выход, Себастьян, сойдите с дороги, пропустите попутчиков!

Локомобиль с большой почти паровозной трубой и на высоких колесах, проехал мимо вставшего шагохода и остановился чуть впереди. За собой он тащил поврежденный колесный бронеход, его правый борт был почти полностью расплавлен, сквозь дыры были видны выгоревшие внутренности.

С локомобиля сошел один из имперских солдат, судя по нашивкам сержант технической поддержки. Он подошел к шагоходу, восхищенно цокая языком, похлопал рукой по опоре.

— Hea vana "Hammer"! Ma ei arva, et oleksin kunagi näinud sellist minna, mitte muuseumis…*

______________________________________

* Старый добрый «Молот»! Не думал, что увижу когда-нибудь такой на ходу, а не в музее… (эст.)

— Что он говорит? — спросил в кабине Себастьян, наклоняясь к Зигору.

— Что-то про то, что этому старью надо в музей…

Тыну спустил лестницу и сошел на землю.

— Приветствую, сержант, какие-то проблемы?

— Никак нет, герр офицер! Просто удивился, увидев здесь это чудо! Это же со старой войны осталось, не так ли?

— Именно! Мы захватили его, разогнав местных крестьян. Так что это трофей, возвращенный Империи. А как дела на юге, а то мы почти неделю сидели в лесу, чинили эту машину. Не знаем никаких новостей.

— На юге не так все гладко, как обещали, — посетовал сержант. — Город на востоке захватили быстро, а под тем, что к западу крепко влипли. Этого бедолагу…

Он махнул рукой на поврежденный бронеход.

— …Сжег какой-то маг. А еще несколько просто расплавились в лепешки…

— Ого! Нас не предупреждали, что у Республики здесь будут маги, — произнес Тыну.

— Никто не ожидал! Теперь мы вытаскиваем небоеспособную технику… Вашему шагоходу сейчас самое место на южном фронте…

— Нам тоже нужен ремонт. Машину мы привели в порядок, но артиллерия нуждается в замене, — сообщил Тыну. — Идем за перевал. Лагерь все еще стоит на равнине?

— Да, мы как раз туда! Похоже, мы там будем быстрее вас. Вам выслать какие-нибудь запчасти? Или ремонтников? — спросил сержант.

— Нет, мы дойдем сами. Если только машину угля, чтобы заправиться.

— Угля полно на бывшей пограничной заставе, туда навозили целую гору, — порадовал Тыну сержант. — Мы будем там проезжать, предупредим, что вы на подходе, вас обеспечат. Там и грузчики есть, бесплатные.

— Очень хорошо, значит, завтра к вечеру мы уже будем в лагере, — произнес Тыну.

— Будем ждать с нетерпением! — засмеялся сержант. — Я так хочу влезть внутрь этого монстра! Это же живая история, у меня дед на таком воевал!

Сержант козырнул и побежал к своему локомобилю. Машина стронулась с места и укатила по дороге, волоча за собой разбитый бронеход. Тыну поднялся обратно в шагоход. Команда собралась в центральном отсеке, возле паровой машны.

— Пошли дальше, вроде все обошлось…

— Он ничего не заподозрил? — спросил Тодор.

— Мы с ним из разных частей, — похлопал себя по нашивкам Тыну. — Он простой сержант, удивился, увидев на дороге старую модель шагохода.

— Что он рассказал? — спросила Эри.

— Имперцы застряли под Старым Углеградом. Су сжег несколько бронеходов. И его не поймали. Думаю, если бы он попал в плен, об этом бы все знали.

— Он смог… — потупившись произнесла Эри.

— И он был прав, когда остался, — тихо сказал Мак.

— Ты что, тоже хочешь вернуться туда? — настороженно спросила Эллейн.

— Мама, нет! Я прекрасно понимаю, что нам надо увозить Аду и самими уходить как можно дальше… но… я пока не могу это объяснить.

— Мак, мы все понимаем, что оставляем позади большую беду, — сказал Тодор. — Но мы не можем сейчас ничем помочь! Мы гражданские специалисты, не военные. Нас тут всего несколько человек против целой армии. Даже если мы уйдем в лес и будем партизанить, подумай, как быстро имперцы пришлют карательный отряд и выловят нас? И твой дед прав, скоро зима, а у нас нет ни теплых землянок, ни запасов продовольствия, только несколько ружей и револьверы.

— Я знаю… я же не спорю… — кивнул Мак.

— Учись пользоваться своим даром, — похлопал его по плечу Себастьян. — Чем сильнее ты будешь, тем больше пользы от тебя будет на войне. А уж она от нас не отстанет, если началось здесь, скоро и весь континент запылает. Не зря же к ней все так готовились…

— Все, поговорили и хватит, до деревни осталось всего ничего, по местам! — отдал приказ Тодор.

Шагоход двинулся дальше. Чем ближе он приближался к Старой Заставе, тем тревожнее становилось на душе у Мака. Почему дед и мать молчат? Что случилось в деревне?

Дорога обогнула лес и вышла на тот самый луг, на котором, казалось, только вчера на Мака упал ворон.

— Мак! Мак! Беги скорей наверх! — закричала Ада.

Парень пулей взлетел по лестнице на наблюдательную площадку.

— Что? Что там?

— Твоя деревня! — Ада со страхом разглядывала открывшийся вид.

Каменный мостик по прежнему соединял берега горной реки, но рядом с ним был насыпана широкая и длинная терасса, залитая водой, стекавшей с края многочисленными водопадиками. А на противоположном берегу посреди руин торчали печные трубы.

— Они!.. — у Мака перехватило дыхание и он не сразу смог продолжить. — Они разрушили деревню! Разрушили ее, чтобы насыпать брод! Чтобы их техника могла пройти на этот берег! Я!.. Я их всех уничтожу!

— Не сейчас! — поспешил вмешаться Тодор.

— Мы не хотели говорить, — на площадку поднялся Стив. — Там за оградой на кладбище несколько свежих могил. Мы пытались сопротивляться… Я с Леей хотел их остановить…

— Имперцев или односельчан? — спросил Тодор, крепко держа Мака за плечо.

— Односельчан конечно! — воскликнул дед. — Разве можно остановить военных, когда им отдали приказ? Но нас никто не хотел слушать. Дома можно отстроить заново, а жизни уже не вернешь.

— Много погибло?

— Нет. Нескольких выстрелов хватило, чтобы безоружные жители разбежались. Когда все закончилось, мы все ушли…

Трезорка вылез из бокового люка почти на половину и громко лаял на деревню…

***

— Докладывайте, лейтенант.

— Вот донесение от нашего командира, майора…

— Я прочту его позже! — седой генерал насупил косматые брови. — Мне важно услышать ваш рассказ!

— Так точно, герр генерал! — имперский лейтенант вытянулся по стойке смирно.

— Расслабьтесь, — махнул рукой генерал, — и не тяните!

— Наша колонна шла маршем на юг через леса к формирующейся линии фронта, — начал лейтенант. — На дороге мы встретили имперский шагоход очень старой модели, «Молот», использовался в прошлую войну, в настоящее время их осталось всего пара штук. Один в музее бронетехники в столице, второй в музее танкового завода. Мы еще в училище были там с экскурсией…

— Дальше…

— Герр майор побеседовал с одним из офицеров, тот сообщил, что обнаружил и отремонтировал отбитую у крестьян машину. И мы проследовали на юг, а шагоход пошел на север к горам. Затем водитель командира заметил следы и остановился. Я в то время был в арьергарде колонны и вряд ли обратил бы внимание в облаках поднятой пыли… Герр майор нашел место, где шагоход вышел на дорогу.

— Что в этом необычного?

— Ничего, герр генерал, кроме того, что мы не смогли обнаружить, откуда шагоход пришел на то место. Ни одного помятого кустика, ни одного поваленного дерева. Не мог же он тридцать лет стоять у дороги.

— Хм… Действительно странно. Что предпринял майор?

— Разведгруппа прошла по следам шагохода сколько смогла и нашла несколько прямо посреди леса, между нетронутыми деревьями. Часть следов уже частично заросла травой.

Генерал хмуро оглянулся на сидевшего в отдалении за отдельным столом гражданского.

— Какой-то маг маскирует следы, — невозмутимо произнес гражданский.

— Какой-то маг поднимает сломанные деревья? — спросил генерал. — Кто из ваших магов такое может?

— О, много кто может, правда, чтобы закрыть проложенную шагоходом просеку, нужен не один, а целый батальон магов… э-э-э…

— Я вижу, до вас дошло! — ухмыльнулся генерал. — Лейтенант, рассказывайте дальше!

— На север шла техничка, эвакуирующая поврежденный бронеход. Герр майор решил воспользоваться ею и послать вам донесение, и заодно проверить свои подозрения…

— Почему отправили вас?

— Я особист, задача контрразведки…

— Я понял, продолжайте!

— Я взял с собой двух наших разведчиков и мы переоделись в форму ремонтников. Шагоход шел медленно и мы быстро его нагнали. Мы остановились, я осмотрел машину и переговорил с одним из офицеров…

— Обнаружили что-то странное? — спросил генерал.

— Шагоход старой модели, как я и говорил. Корпус в целом вполне невредим, только краска облезла и какие-то странные потеки. Как будто соль какая-то… Ноги-опоры в хорошем состоянии, были видны места нанесения новой смазки. Машина по звуку работала устойчиво и надежно. Шли на дровах, спрашивали про уголь. Офицер сказал, что идут в ремонт, неисправна артиллерия. У офицера четкий столичный акцент. Сказал, что были в лесу неделю, но китель новый, ушитый по фигуре, как будто только что от портного.

— Офицер — танкист? Сколько человек вы видели?

— Так точно, танкист! Видел его и еще двоих на верхней смотровой площадке. Может, кто внутри и был, нам не показывались, — доложил лейтенант.

— Три танкиста, говорят на имперском… — нахмурился генерал. — Сколько было офицеров в пропавшем танке?

— Трое, герр генерал! — напомнил один из присутствовавших на совещании офицеров.

— Какое удивительное совпадение, не правда ли? — обернулся к офицерам генерал. — Проверьте дела пропавших, не было ли среди них мага, или скрывающего свои способности.

— Вы считаете, это предательство? — спросил гражданский.

— Началась война, а одна из наших засекреченных машин внезапно пропала в первые же дни! Из ниоткуда появился этот шагоход! Что это, по-вашему? — прорычал генерал.

Все молчали, не решаясь высказаться, чтобы не навлечь на себя генеральский гнев.

— Не знаете! Так я вам скажу! У Республики не должно было быть в этом районе боевых магов! И больших войсковых соединений!

— Там всего лишь пара саперных полков… — попытался сказать один из офицеров.

— Да!? А кто сжег шесть бронеходов? Шесть! И батальон штурмовой пехоты, половина из которых сгорела, а вторая в полевом госпитале лечит ожоги! Маг огня, а теперь еще и маг земли, выращивающий деревья! И он спокойно бродит в нашем тылу! Не слишком ли много магов в зоне операции? И предатели в элитной части, сдали свою машину врагу, а сейчас где-то на той стороне хребта ползают на старом шагоходе.

Лейтенант слегка покашлял.

— Да, мы про вас забыли! — повернулся к нему генерал. — Продолжайте!

— Со слов того офицера, они шли на перевал и собирались спускаться вниз в лагерь. Он говорил про необходимый ремонт, хотя машина, как я уже сказал, была в хорошем ходовом состоянии. Дело шло к вечеру и я предположил, что медленный шагоход встанет на ночь в той разрушенной деревне у горной реки. Так и вышло. Я высадил одного из разведчиков понаблюдать за экипажем, но они выпустили из машины огромного волкодава. Пришлось разведчика забрать… Я предупредил на бывшей пограничной заставе о подходе шагохода. Я, конечно, не рассказывал о наших подозрениях, просто распорядился загрузить их углем…

— Сколько времени им нужно, чтобы подойти к лагерю на расстояние выстрела? — спросил генерал.

— «Молот», хорошая старая модель, по горам пойдут экономичным ходом, два часа на погрузку, орудие главного калибра… — офицер за столом сверился со справочником. — Десять километров, или больше, если будут стрелять со склона. И мы оттуда будем у них как на ладони… Если выйдут на рассвете, к четырем часам дня мы их уже увидим на дороге… Или услышим… Но откуда у них снаряды под тот калибр?..

— Нашли шагоход, найдут и снаряды! — возразил генерал. — Лейтенант! Берите локомобиль и отправляйтесь на перевал!

— Ночью, герр генерал?

— С первыми лучами солнца! Задержите их на перевале, следом подойдет штурмовой батальон! Шагоход захватить, экипаж взять живым, особенно мага! Выполнять!..

— Эллейн? Могу я звать вас просто Лея?

— Да, конечно. Что-то случилось, Зигор?

— Нет, просто вы так долго стоите перед этими развалинами, я начал беспокоится… Это?..

— Это наш дом… последние десять лет мы жили тут, — подтвердила женщина.

— Я сочувствую…

— Я умом понимаю, что идет война, — произнесла Эллейн. — Но иногда мне кажется, что если бы я не отпустила сына, ничего бы этого не произошло. Мы бы продолжали жить также незаметно как и раньше…

— Вы не виноваты! И Мак здесь не при чем! — с пылом воскликнул Зигор. — Дело шло к войне давно, даже дольше чем мы себе представляем, с последней большой войны, закончившейся перемирием, но не победой одной из сторон. Империя и Республика будут грызть друг друга, пока одно из государств не разрушится полностью. Им нужны ресурсы, люди, новые земли… И люди даже больше, чем земли, на востоке полно пустующих территорий, которые все еще надо осваивать и заселять.

— Так и за океаном полно новых земель, — с горечью сказала Эллейн.

— Это так, но там же нет никого! Там надо все начинать с нуля, строить порты, дороги, распахивать поля. Основывать колонии, охранять их, обеспечивать товарами и продовольствием, пока они не встанут на ноги. Та страна, которая на это решиться, ослабит себя здесь, на нашем континенте. И соседи сразу же почувствуют слабину и сожрут. Такое уже было. На северо-востоке Империи существовало небольшое княжество, места там суровые и их правитель решил попытать счастья за морем…

— Они нашли новый дом?

— Этого никто не знает, — ответил Зигор. — Но как только подготовка к экспедиции закончилась, и флот ушел на восток, на княжество тут же напала Империя. Страну завоевали, людей расселили. И, как недавно рассказывал Тыну, со временем от них никого не осталось.

— Ассимилировались?

— Я не совсем понял, но нет, они просто исчезли, пропали, все до одного. Странная история, надо бы покопаться в архивах, поднять старые газетные подшивки, должна же быть об этом хоть какая-то официальная информация.

— Пойдем к шагоходу, — предложила Эллейн. — Становится темно, вы правы, горевать на руинах бесполезно…

Они неспеша направились к горевшему внизу, около моста костру.

— Лея, а могу я спросить, а ваш муж… Артур?

— Он давно пропал, — коротко ответила женщина. — Помните, что случилось десять лет назад?

— Он был замешан? — с удивлением взглянул на Эллейн Зигор. — Этого не может быть! Он был хороший человек, патриот. Я же помню вас на балу в академии. Уже тогда он был знаменитостью, вы как и сейчас были ослепительной красавицей…

— Вы мне льстите, какая же я красавица… — смущенно улыбнулась Лея.

— Да вы не понимаете, ваша походка, осанка, ваше лицо, эти глаза… Вы все та же, что и раньше, — торопливо произнес Зигор.

— Вы следили за мной?

— Не сейчас, тогда, на балу! Я был всего лишь неизвестным выпускником, а ваша пара блистала на паркете! Как вы танцевали! Как Артур отшивал всех ваших поклонников… А я всего лишь скромно стоял у стены и смотрел на вас. А потом начался этот подставной мятеж и все покатилось кувырком…

— Подставной? Почему вы так сказали? — взволновалась Эллейн. — Что вы знаете о мятеже?

— Я же все-таки историк, я изучаю документы, в том числе и закрытые. Основные зачинщики не пострадали, наоборот возвысились. А многие действительно достойные люди попали в опалу, уехали в ссылку, как ваш дед, или пропали без следа… В архивах спрятано еще очень много тайн. Впрочем, мы пришли, — спохватился Зигор. — Прошу меня простить, сейчас моя очередь дежурить на наблюдательной площадке.

Зигор быстрым шагом ушел в машину, а Эллейн, проводив его долгим задумчивым взглядом, подсела к костру. На крыше шагохода Зигор сменил Себастьяна.

— Романтическая прогулка по руинам? — спросил Себастьян.

— Это ее деревня, Эллейн переживает, — ответил Зигор.

— И ты решил за ней приударить? Утешить, так сказать?

— Когда-то давно я знал ее мужа, и был тайно влюблен…

— В мужа? — ухмыльнулся Себастьян.

— За такое вызывают на дуэль! — вспыхнул Зигор.

— Я пошутил! Пошутил! — поспешил оправдаться Себастьян. — Если ты был в нее влюблен, что сейчас мешает за ней поухаживать?

— Я как ученый тебе скажу, есть вещи, которым лучше оставаться в прошлом. И доставать их оттуда не стоит…

— Хорошо, тебе виднее…

— И, Себастьян, держи язык за зубами!

— Я буду нем как рыба, обещаю! — улыбнулся инженер и, соскользнув в люк, пропал в темноте…

Ночью похолодало. На небе высыпали яркие звезды. Зигор достал свою подзорную трубу. Из люка поднялся Тодор.

— Моя смена. Иди, отдыхай. Как вокруг, спокойно?

— Все хорошо. Волкодав бегает, круги нарезает, с таким охранником нам никто не страшен.

— А ты любуешься на звезды? — поинтересовался Тодор.

— Стив говорил, что скоро прилетит комета, — объяснил Зигор. — Ты знаком с картой звездного неба?

— В общих чертах, в городе звезд не видно.

— Понимаю, — кивнул Зигор. — Созвездие Треугольника. Одна яркая звезда, желтая, по астрономическим каталогам, одна звезда поменьше, красный карлик, и одна самая яркая, тоже желтая.

— Красивое созвездие, правда, цвета я не различаю, — признался Тодор.

— Астрономы их как-то делят, для меня они тоже все белые, — улыбнулся Зигор. — Теперь смотри в подзорную трубу на самую яркую…

Тодор приник к окуляру.

— О, их там две!

— Так и есть! На самом деле их там три, — сообщил Зигор. — Но это видно только в хороший телескоп, подзорной трубы недостаточно.

— И причем здесь комета?

— Она всегда появляется в этой области неба. Между этими тремя звездами. Видна как маленькое туманное пятнышко, потом становится все больше, приближается, пролетает мимо солнца и снова улетает туда, к звездам.

— Правда? — Тодор поводил подзорной трубой. — А там как раз есть туманное пятнышко.

— Значит, времени меньше, чем рассчитывал Стив. Надо ему сообщить, — произнес Зигор.

— Чем нам это грозит? — спросил Тодор.

— Да вроде ничем, она прилетала уже много раз, — Зигор вскинул брови, показывая недоумение. — Вывалит новую порцию волшебной пыли и улетит опять.

— Иди вниз, отдыхай, — вернул ему подзорную трубу Тодор. — Завтра Дугласу скажешь…

Под утро трава на берегу покрылась инеем, листва на деревьях пожухла, а вода по краям реки подернулась тонким льдом. Но когда взошло солнце, все это быстро оттаяло.

— Сурово у вас тут, — поежился на утреннем холодке Тодор.

— Это горы, — меланхолично подтвердил Стив. — Тут лето, лето, лето, а потом бац! Уже зима.

— То ли еще будет, на той стороне и воды меньше и солнца, там в пустыне днем жара, а по ночам морозы, — «порадовал» Зигор.

— А у нас нет теплых вещей! — заметил Тодор. — И взять негде!

— Если выйдем на пустоши, я вас доведу до одного поселка, там сможем купить все что нужно, — пообещал археолог.

— Что ж, не будем тянуть время, выдвигаемся!

Дорога на перевал поднималась все вверх и вверх по неширокой долине между двумя огромными горами. Река какое-то время петляла рядом, но потом свернула в боковое ущелье и пропала. Солнце скрылось, шагоход вошел в плотный туман и сразу покрылся влагой от окружившей его висевшей в воздухе мороси. Тодор приказал сбавить скорость, края дороги были почти не видны. Но через полчаса откуда-то сверху подул ветер и разогнал туман. Заметно похолодало. Скалы по краям становились все уже и все круче, дорога извивалась по дну узкого ущелья.

— Если подорвать стены, можно устроить хороший завал, — произнес стоявший на верхней площадке Тодор.

— Так может так и сделаем? — спросил Мак.

— У нас нет взрывчатки, и пока не стоит привлекать к себе внимание, — предостерег его инженер. — Давай перейдем через горы, там решим, как быть.

Дорога вошла в поворот между вертикально стоявшими по краям стенами камня, нависавшего прямо над трассой.

— Жуткое место, не понимаю, почему пограничики не обрушили скалы… — заметил Тодор. — Здесь-то точно можно обвал устроить. Хотя армию это надолго не задержало бы. Любой завал можно расчистить, или выравнять и пройти поверху… Здесь нужно что-то, что остановит их надолго, до наступления зимы.

— А если лес? — предложил Мак.

— Здесь камни кругом, деревьям не за что будет зацепиться корнями… Похоже, что здесь дорогу пробивали прямо через горный склон, видишь на стенах следы от буров, длинные прямые борозды. Тут, возможно, была тропа на другую сторону и ее решили расширить и превратить в широкую дорогу. Нагнали рабочих, начали сверлить и скалывать камень. А если здесь проводились горные работы, то где-то неподалеку должен быть и рабочий лагерь… но от Старой Заставы это очень далеко. Неудобно было бы каждый день сюда добираться.

Тодор задумался.

— А что если рабочие приходили с другой стороны, — сказал Мак.

— Откуда? С пустошей? Там же нет ничего! — возразил было Тодор, оглядывая стены тесного прохода. — Хотя почему бы и нет, мы же не знаем, как давно прорубили эту дорогу и что было в те времена за хребтом. В любом случае, работа тут была проделана огромная, тут ширина метров в десять и высота стен местами больше шестидесяти. И заметь, дорога все еще идет вверх, не знаю, чистили ли ее зимой, но тут должно все ветром просто выдувать, весь снег, если он был.

— Впереди просвет, небо видно, — заметил Мак.

— Вот и рабочий лагерь, похоже, ты был прав и пробивали с северной стороны.

Стены по краям внезапно оборвались и шагоход вышел на окруженное крутыми скалами плато, почти идеально круглое, диаметром метров триста, слегка понижавшееся к центру, где было совсем крошечное озерцо, окруженное чахлыми кустиками.

— Ну, надо же! Это же кратер! — изумился Тодор. — Мак, ты был здесь раньше? Похоже на вулкан.

— Дедушка был, я нет, как-то не было повода, — ответил Мак. — И шар говорит, что это не вулкан, что-то упало сверху.

— Метеорит, конечно! Но какой же мощный должен был быть взрыв! — Тодор оглядывал вздыбленные стены кратера. — Мак, ты только посмотри, это ведь было не так давно, не больше тысячи лет назад, скалы еще не разрушились эрозией. Удар пришелся по седловине между двух вершин. Жар поднялся вверх и растопил ледники, сверху сошел сель, грязевой поток и завалил весь кратер. Северная стена не выдержала и рухнула, вода, камни, песок, все это вперемешку, ушло в пролом. Там с той стороны должны быть жуткие разрушения.

— Дорога как раз идет на ту сторону, — подсказал Мак. — А домики у воды — это и есть Перевал, пограничная застава.

— Да, да, я вижу. Но какое удивительное место… И ведь люди пришли потом с севера и пробили дорогу. Что они хотели найти на юге?

— Может быть, огромные леса и теплое море, — высказался Мак.

— Возможно, возможно, лавина открыла путь наверх, люди с северных равнин решили перейти горный хребет. Но как же давно все это должно было происходить… — Тодор наконец оторвался от созерцания окрестностей и взялся за трубку внутренней связи. — Внимание всем, подходим к заставе, всем кто не в военной форме не высовываться!

Тодор присмотрелся к казармам у озера.

— Странно, что Империя не нагнала сюда войска. Здесь же полно места.

— Здесь высокогорье, холодно, с непривычки трудно дышать, — в люке показалась голова Стива. — Всего две дороги, если их заблокировать, тут на перевале все замерзнут. Внизу под почвой лед. Поэтому тут был только небольшой гарнизон, держать проход на юг и дорогу на север, да наблюдать за пустошами.

— Вы были на той стороне хребта? — спросил Тодор.

— Нет, никогда туда не ездил. Зигора спросите, он утверждает что был. Правда я никогда не видел, чтобы он проезжал через нашу деревню… но я в каждый дилижанс не заглядывал, да и не все они у нас останавливались…

— Спасибо, Стив, — поблагодарил Тодор. — Пройдите в кабину, пусть Себастьян подведет и остановит шагоход возле угольной кучи, она рядом с казармами. И передайте Тыну, чтобы был готов начать переговоры.

Дед кивнул и спустился вниз.

— Ну что, Мак, готов посмотреть на живых имперцев поближе?

— У них что, рога, хвосты или бивни изо рта торчат?

— Да нет, обычные люди, такие же как и мы, только говорят на другом языке…

— Тогда что на них смотреть, а стрелять вы не разрешаете…

Шагоход, тяжело переступая ногами, подошел к двум поднятым над землей на сваях казармам, стоявшим справа у дороги. Рядом с ними была огорожена большая пустая площадка, на углу которой строилась высокая вышка с мачтой наверху. Для чего предназначалась эта стройка, пока было неясно. С другой стороны дороги была насыпана большая угольная куча, для загрузки на проезжающую технику. Когда Мак увидел, что было за этой кучей, его охватила ярость! За забором из колючей проволоки, как какую-то скотину в загоне, там держали пленных пограничников. Мак зашипел от злости так, что даже Тодор обернулся на него посмотреть.

— Ты чего?

— Их держат за этим… за этой…

Вдоль колючки ходил часовой. Заметив шагоход, он развернулся и подошел к остановившейся машине. Несколько имперских солдат вышли из казармы, наблюдая за бронеходом, но близко не подходили.

— Стив, сеньориты! Укройтесь в кормовом отсеке. Себастьян, опускай машину вниз. Тыну, Зигор, мы выходим, — передал Тодор по внутренней связи. — Мак ты останься здесь и подумай вот о чем. Обычно ты выращиваешь растения, но сможешь ли ты разрушить деревянные столбы этого забора с колючей проволокой? Когда я вернусь, подумаем, что можно предпринять. Пока только наблюдать, ты понял?

Мак кивнул. Тодор спустился вниз к бортовому люку. Машина расставила опоры и медленно легла на песок и камни.

— Тыну нам нужен уголь и пленные для погрузочных работ. Когда начнем, мы с Зигором уйдем внутрь и поговорим с пограничниками.

Одетые в форму инженеры вышли наружу. Часовой закинул винтовку за спину и небрежно отдал честь.

— Нас предупреждали, что вы появитесь…

— Что за бардак у вас здесь, — поморщился Тыну. — Где начальник караула?

— Отдыхает в казарме после ночных работ, не велел беспокоить без причины, — часовой слегка выпрямился, изображая стойку «смирно».

— Какие-то конвойные войска, — наклонившись к уху Тыну произнес на имперском Зигор.

— Пусть отдыхает, — сменил гнев на милость Тыну. — Но нам нужен уголь и грузчики, и побыстрее.

— Все будет в лучшем виде, герр офицер, — часовой отбежал к колючке и размотал проволоку на воротах, отодвинул их и начал выгонять пленных на погрузку. — Десять человек хватит?

— Да, достаточно, — согласился Тыну.

Больше было и не нужно, погрузка пошла бы слишком быстро и понадобились бы еще надсмотрщики. Два пограничника подошли к угольной куче и подобрали лопаты. Часовой взял винтовку в руки, следя за пленными. Остальные, разбившись на пары, подняли лежавшие на земле носилки и выстроились в очередь. Работа началась. Тыну остался на месте, Зигор встал около входа в шагоход, а Тодор перешел в машинное отделение, где пограничники пересыпали уголь в бункер. Заметив республиканца с парой нашивок, он встал у него на пути.

— Слушай и молчи, соображай быстро, времени мало. У нас есть оружие и пулеметы, мы можем вас освободить, нужно знать, сколько здесь имперцев и где они расположены.

— Отвечу на следующем круге, — решил слегка опешивший пленный.

Тодор кивнул и отошел в сторону, освобождая путь. Он встал так, чтобы видеть как сержант идет к угольной куче. По дороге он что-то коротко говорил каждому встречному. Часовой имперцев не обратил на это внимания, пленные работают, и хорошо, а что они там лопочут на своем тарабарском, не его дело. Тодор ждал.

— Мы готовы. Двадцать имперцев, сидят в ближней казарме, больше никого нет, в дальней склад и конюшня, — сообщил вернувшийся боец.

— Оружие получите перед возвращением в загон. Вернетесь в него и ждите сигнала, — предупредил Тодор и отошел к люку в кормовой отсек.

Приоткрыв люк, Тодор заглянул внутрь и поманил Стива.

— Будем отбивать своих. Предупредите девушек, потом осторожно проберитесь через правый каземат вперед, соберите ножи и револьверы, лучше небольшие, чтобы передать пленным. Скажите Себастьяну, пусть встанет к правому пулемету. Оружие принесете мне.

— Я так понимаю, сейчас не время обсуждать разумность ваших приказов? Хорошо, сделаю, — кивнул дед. — Но вы должны четко осознавать, что подвергаете опасности принцессу и выполнение своей задачи.

— Я все понимаю. Но если мы ничего не предпримем, ваш внук может начать действовать самостоятельно. Сил у него хватит, и вы это знаете. Что скажет Империя увидев следы его действий? Не проще ли списать все на партизан?

— Хорошо, я согласен. Но не рискуйте детьми!

— Ни в коем случае, они из машины не выйдут, — заверил Тодор.

Пограничники продолжали погрузку, но при этом косились на Тодора и остальных, похоже, что не верили. Из люка в кабину выглянул Стив и снова скрылся внутри. Тодор подошел.

— Три ножа, два револьвера, больше нет, — сообщил дед и отдал инженеру небольшую сумку.

Тодор вернулся к бункеру, заглянул в него.

— Бойцы, последний круг. Сержант, начнем с тебя. Твой напарник несет пустые носилки в кучу…

Тодор обошел сержанта, засунул ему со спины под гимнастерку за пояс штанов револьвер.

— Руки назад, придерживай. Выходишь, встаешь около люка.

— Понял, строимся в шеренгу, — почувствовал оружие пограничник.

Таким же способом Тодор пристроил еще один револьвер, и засунул в рукава остальным ножи. Затем вышел к люку. Пленные стояли в шеренгу, руки за спиной. Часовой с удивлением смотрел на построение. Оставшиеся без оружия пограничники вернулись к шагоходу и встали во вторую шеренгу, прикрывая товарищей.

— Уводи, — распорядился Тыну.

— Чего это они? — тыкнул винтовкой в сторону пленных имперец.

— Поняли, что с нами шутить нельзя, — хмуро произнес Тыну и демонстративно застегнул кнопку на кобуре.

Пленные повернулись и пошли обратно за забор. Часовой замотал ворота и повернулся к шагоходу.

— Отойди подальше, мы сейчас подниматься будем, — махнул ему Тыну и закрыл бортовой люк.

Шагоход задрожал, пыхнул паром, начал приподниматься, выпрямляя опоры.

— Тыну поднимай давление! — Крикнул Тодор. — Себастьян приготовься уничтожить казарму. Остальные к бойницам, я наверх.

Он забрался на наблюдательную площадку. Несколько имперских солдат сидели на крыльце казармы, наблюдая за бронированной машиной. Пленные стояли за забором, ожидая обещанного сигнала. Часовой, как ему и приказали, отошел вдоль колючки, но тоже глядел не на пленных, а на шагоход.

— Мак, так что скажешь про забор?

— Я могу повалить весь ряд, одновременно.

Тодор поднял трубку связи.

— Себастьян! Огонь! Мак, вали забор.

Зашипел пар, забумкал бортовой пулемет. Первой же очередью Себастьян посек сидевших на крыльце. Мак встал лицом к загону и развел руки, деревянные столбы попадали на землю как подрубленные, увлекая за собой намотанную на них колючую проволоку. Пограничники не заставили себя ждать, толпой бросившись вперед они смели часового, который даже не успел оглянуться. Имперцу засадили нож в спину, а его винтовка сразу же нашла себе нового хозяина.

Несколько солдат выскочило из казармы, но их тут же пристрелили.

— Окружить дом, не давайте им уйти! — прокричал Тодор.

Из окна казармы раздался выстрел, но пуля отрикошетила от корпуса шагохода и с визгом ушла в небо.

— Себастьян, ну-ка прочеши под окнами!

Пулемет не заставил себя ждать. Очередь прошла по стене, прошибая ее насквозь тяжелыми свинцовыми пулями. Пограничники расползались по сторонам, подбирая винтовки и окружая строение. В разбитом окне появился ствол винтовки с примотанным белым платком.

– Ära tulista! Me loobuma!*

______________

* Не стреляйте! Мы сдаемся! (эст.)

— Они сдаются, — крикнул снизу Тыну.

— Прекратить огонь! Выходите по одному, без оружия и с поднятыми руками! — отдал приказ Тодор.

Из дверей казармы показался солдат. Он поднял руки и спустился с крыльца. За ним вышел следующий и следующий, пока не появились все, кто еще мог ходить.

— Проверьте дом! — крикнул Тодор, несколько вооруженных пограничников бросились внутрь, раздалась пара выстрелов.

— Что там? Тыну, выходим, опусти лестницу…

Тодор спустился на землю, к нему подошел возбужденный скоротечным боем сержант пограничников.

— Что там в казарме произошло? — спросил Тодор.

— Ребята погорячились, добили тяжелых. У нас все равно нет врача.

— Дело ваше, не мне вас судить, — произнес Тодор. — Наши подарки верните, у вас теперь своего достаточно, а нам еще пригодится…

— Вас прислали нам помочь?

— Нет, мы просто проходили мимо, — ответил Тодор. — Я до последнего момента сомневался, нужно ли вам помогать, или лучше просто уйти. Но когда мы все увидели, что вас держат в этой загородке как овец…

— В любом случае, спасибо, мы снова можем воевать, — поблагодарил сержант.

— Сеньор лейтенант, ваша форма! — подбежал один из пограничников.

— Так вы офицер, — удивился Тодор.

— Да, я командир гарнизона, — пограничник стянул гимнастерку и одел китель. — Той ночью, когда на нас напали, меня контузило взрывом. Бойцы переодели меня в чужую форму, чтобы спасти от имперцев.

— Но как они захватили вас врасплох? А дозоры на северной дороге?

— Это было воздушное судно, видели строящуюся вышку? Это для него. Они бесшумно прилетели ночью и спустили вниз десант.

— Воздушный шар? — спросил Тодор.

— Нет, это длинный баллон с кабиной снизу, там стоит паровой двигатель и винты, которые толкают его в нужную сторону.

— Вам надо немедленно отправить бойца с донесением в Старый Углеград, — предложил Тодор. — Об этом надо сообщить командованию.

— Вы разве не пойдете обратно на юг? — спросил лейтенант. — Я думал, мы пойдем вместе с вами и подорвем проход, перекроем дорогу.

— Нет, мы хотим спуститься вниз и спрятаться в пустошах. На юге идут тяжелые бои. Даже если вы перекроете проход, Империя его рано или поздно расчистит. А с этими воздушными кораблями, как вы его описали, для них снабжение войск не составит труда.

— И вы твердо решили уходить на север? — переспросил пограничник. — Вы не сможете вернуться, через пару недель тут начнутся снегопады.

— Мы всего лишь гражданские специалисты, с нами женщины и дети, мы пытаемся выбраться из зоны боевых действий. И не собирались воевать.

— Хочу, чтобы вы поняли, вы гражданские, но одели форму, причем чужую, и взяли оружие — это нарушение правил ведения войны, — серьезным тоном предупредил лейтенант. — Если вас поймают…

— Я знаю, — вздохнул Тодор. — Поверьте, у нас действительно нет другого выхода, мы должны выскользнуть из этих тисков и постараться спрятаться…

— Командир, надо уходить! — крикнул сверху Тыну.

— Да, нам пора, — засобирался Тодор.

— Подождите, но что же делать нам! Воздушное судно прилетает каждую ночь, они швартуются у мачты, потом на канатах опускают его вниз и заправляются углем. Если мы уйдем, они сразу это обнаружат.

— Лейтенант, вы же офицер! Вы должны выполнять свой долг! — ответил Тодор. — Идет война. Вы можете отступить, подорвав скалы. Или закрепится здесь и держать оборону. Или поступить как сделали мы, переодеться в имперскую форму и захватить…

— …Воздушное судно! — подхватил лейтенант. — Точно! Вы из бывших военных?

— Нет, я по другому профилю, — улыбнулся Тодор. — Извините, нам пора. Не забудьте отправить донесение на юг.

— Не спускайтесь на равнину, уходите направо по ущелью, там ручей с водопадами, вы его узнаете. Оно выведет вас на пустоши восточнее основной дороги.

— На восток? Отлично, спасибо за совет, — Тодор начал подниматься по лестнице.

— А как вы повалили забор? — крикнул снизу лейтенант.

— Некогда объяснять! — Тодор шагнул с лестницы в машину и задраил люк. — Кто в кабине? Стив! Поехали на север!

Шагоход качнулся, передвинул ногу, затем вторую, и начал движение.

— Все целы, никто не пострадал?

— Я пострадал! — крикнул из бортового каземата Себастьян. — Мало дали пострелять!

— Вернись в кабину! — засмеялся Тодор.

В центральном около машины он заметил Эри.

— Как Ада и Эллейн, все в порядке?

— Да, с ними все хорошо, — Эри подошла вплотную к Тодору и положила ему руку на грудь. — Это было смело! Глупо, но смело!

Она чмокнула его в щеку и убежала в кормовой отсек. Смущенный Тодор оглянулся на смеющегося Тыну.

— Что?

— Нет, нет, ничего, паропровод лопнул, пришлось пока перекрыть, — поторопился заняться делом механик.

— Вот, вот, работай, нечего тут глазеть… — фыркнул Тодор и полез наверх.

С наблюдательной площадки было видно, как пограничники гонят пленных внутрь складской казармы. Несколько бойцов направлялись к северному выходу из кратера. Лейтенант отдавал распоряжения. Заметив появившегося наверху Тодора, он отдал честь. Тодор отсалютовал в ответ.

— Что они решили? — спросил Мак.

— Они останутся и будут держать оборону. Постараются продержаться до начала снегопадов. Если прижмет, скорее всего, отойдут на юг и подорвут проход.

— Их так мало.

— Это место настоящая крепость. Им надо всего лишь держать дорогу на север и узкую щель на юг. Они этим и занимались всю свою службу.

— Может быть, мы могли бы им еще чем то помочь? — спросил Мак.

— Засадить кратер сосноелками от края и до края, чтобы имперцы потерялись в лесу? — пошутил Тодор. — Смотри, мы приближаемся к выходу на север, видишь, тут настоящий укрепрайон, блиндажи, траншеи. Если бы их внезапно не атаковали с воздуха ночью, они бы могли держаться очень долго, до подхода основных сил.

— А кто их атаковал?

— Диверсанты с воздушного судна. Те же, про которых рассказывал Зигор. Но сейчас пограничники готовы к нападению, может быть им даже удастся приземлить эту летающую новинку. Они готовы драться, понимаешь? Мы им очень помогли и создали большую проблему для Империи. Теперь нам пора исчезнуть.

Шагоход вышел из кратера через пролом в стене на огромный многокилометровый язык оползня и начал спускаться по извилистому серпантину, проложенному по склону. Дорога медленно спускалась вниз длинными прямыми перегонами и десятками поворотов, снижаясь с каждым поворотом чуть ниже.

— Зигор, пусть тебя сменят в рубке. Поднимись к нам наверх со своей подзорной трубой. Стив, Себастьян, нам надо уйти направо в ущелье с водопадами, следите за дорогой, — передал по внутренней связи Тодор. — И спасибо всем за поддержку и отличный бой…

— Это тот самый оползень, который разрушил стену кратера? — спросил Мак.

— Да, видишь какие объемы, засыпало все, только кое-где скалы торчат. Потом ниже дорога уходит между камней куда-то вниз, но посмотри, какой отсюда вид на пустоши.

Горный склон скатывался вниз ровной сплошной полосой. Солнце редко заглядывало сюда, на северную сторону, и в этом царстве теней под завалами камня и щебня таились ледяные линзы, из-за чего по оползню то тут, то там пробивались родники, а вдоль текущих вниз ручьев старалась укрепиться слабая горная растительность. Огромная, ровная как спокойное море, и такая же пустая, только серая равнина расстилалась далеко внизу. Тонкая нитка дороги, выскакивающая из предгорий уходила на север, где упиралась в непонятное, чадящее многочисленными столбами дыма, нагромождение из палаток, вагончиков, мачт, земляных валов и ограждений. Дорога пересекала лагерь и уходила дальше к горизонту.

Наверх поднялся Зигор, огляделся, достал подзорную трубу.

— Должен заметить, так как раньше у меня не было возможности высказаться, твое неожиданное решение дать бой имперцам было крайне опрометчиво. А что если бы они оказались чуть смелее и натренированнее? — сказал Зигор.

— Но ведь получилось! — возразил Тодор. — Да и чтобы они сделали против бронированной машины и пулеметов?

— Могли бы подорвать пару опор, тогда мы уже никуда бы не ушли. Но должен признать, мы действовали быстро, использовали эффект внезапности, это их ошеломило и выбило способность к сопротивлению.

— Вот видишь, все прекрасно прошло, — защищался Тодор, археолог только махнул рукой и поднял подзорную трубу.

— О, имперцы и так близко!

— Где же близко, до них километров пятнадцать, если не больше, — возразил Тодор.

— Не туда смотришь. Ты вниз гляди, — Зигор передал Тодору трубу.

Снизу поднимались навстречу шагоходу несколько машин. По длинному языку гигантского оползня до них было всего пара километров, но дорога не шла прямо, а извивалась как змея, уходя то вправо, то влево, то скрываясь за скалистыми склонами, то вновь выходя на массив обрушенной породы.

— Еще одна колонна? — спросил Тодор. — Пограничникам сверху их тоже отлично видно, они их задержат.

— Это не колонна, приглядись повнимательнее, — посоветовал Зигор.

— Впереди идет локомобиль, такой же, как у вчерашних ремонтников, а, это же они и есть, — опознал машину Тодор. — А за ними два грузовых паромобиля, битком набитых пехотой. Только вот они странные какие-то…

— Угу, стальные каски, маски с круглыми очками, металлические кирасы на туловище, карабины с длинными штыками вместо обычных винтовок. Это ты еще их обувь не видишь, так как они сидят в кузове… — произнес Зигор.

— Так ты знаешь, кто это? — спросил Тодор.

— Можно я посмотрю, — попросил Мак и инженер передал ему подзорную трубу.

— Это имперские гренадеры, элитная штурмовая часть, — пояснил Зигор. — И из лагеря, больше же неоткуда, они выехали как только рассвело. То есть они знали куда и зачем едут.

— Неужели за нами? — Тодор глянул вниз на дорогу. — То-то мне еще вчера этот ремонтник не понравился…

— Еще не поздно повернуть назад, — предложил Зигор. — Они нас уже видят, мы же дымим как паровоз… Да мы и есть паровоз, если подумать… И мы им снизу отлично видны на фоне светлого неба.

— Но почему за нами, или им нужен шагоход? Где это ущелье, которое обещал лейтенант!

— Вон справа дорога поворачивает вниз, а рядом в скале какой-то пролом и там небольшой водопад блестит на солнце, — показал рукой Мак, разглядевший в подзорную трубу нужный ориентир.

Шагоход все так же размеренно передвигал опоры, продолжая двигаться по дороге.

— Думай командир, что нам теперь делать! — поторопил Зигор.

— Мы не можем вернуться, пограничники еще не закрепились и не выдержат атаки, а у нас остался только один пулемет. И встречаться с имперцами нельзя, нас просто захватят… — размышлял вслух Тодор.

— Уходим под водопады? — спросил Зигор.

— Они же пойдут следом! Сам же сказал, дым нас выдает!

— А если мы перекроем ущелье? — спросил вдруг Мак. — Не будем взрывать, а затопим, если поставить плотину.

— Тогда, если они действительно идут за нами, им придется вернуться в лагерь, получить новый приказ и отправится на перехват по пустоши, — предположил действия имперцев Зигор. — Карты-то у них есть, где мы появимся на пустошах они смогут угадать.

— Но это займет полдня, если не больше, мы за это время выскочим и уйдем, а ночью не будем останавливаться, а постараемся оторваться как можно дальше, — обрадовался найденному решению Тодор.

— Но потом придется избавится от шагохода, — предупредил Зигор. — Он слишком медленный, тяжелый и заметный.

— А как долго Империя будет вести поиски?

— Скорее охоту, — поправил Зигор. — Пока не найдет то, что ищет, шагоход, или нас. Когда они узнают про пограничников, то искать начнут нас, а не машину… Хотя мне кажется, они уже заподозрили, что против них играет мощный маг. Где-то наследили, магию не так просто скрыть. Иначе не послали бы элитный десант.

— Да, глупая была идея, попытаться прорваться по северным предгорьям, — вздохнул Тодор.

— Почему же, пустоши — это бескрайняя пустыня, чтобы найти тут человека, можно потратить десятилетия. Если знать где прятаться… Я знаю где, — улыбнулся Зигор. — К тому же, смотрите на вещи с оптимизмом. Вы хотели помочь Республике? Вы ей помогли, более того продолжаете помогать, отвлекая силы Империи на себя. Там на юге вздохнут с большим облегчением, когда через горы перестанут проходить войсковые колонны.

— Все бы тебе хиханьки да хаханьки, — посетовал Тодор. — Мак как ты будешь перекрывать это ущелье?

— У нас же два ведра шишек, — напомнил подросток.

— А, точно, я про них и забыл… Зигор, иди в кабину, пусть парни поворачивают к водопаду.

Шагоход приблизился к концу длинного перегона и разворота в обратную сторону, на следующую петлю серпантина. Справа от дороги с высокой скалы падал и убегал в расщелину между скал ручей, журчание водопада было хорошо слышно. Прозвенел звонок внутренней связи, Тодор поднял трубку.

— Пролезем, но с трудом, придется еще сбавить скорость, — передал из кабины Себастьян. — Пойдем по дну ручья, там могут быть крупные валуны. Опора может встать неустойчиво. Там же темно, мы и так на северном склоне, а между скал еще хуже, не видно толком ничего…

— Я понял, уходите с дороги в это ущелье, как раз проверим, пойдут имперцы за нами или нет, — ответил Тодор. — А у нас что, нет переднего освещения, ламп как на паромобилях?

— Да откуда на этом старье… а, нет, тут оказывается есть прожектор!

— Действуйте! — распорядился Тодор.

Шагоход приблизился к повороту и совсем остановился. Водители включили носовой прожектор, разглядывая узкий, теряющийся в густой тени проход между высокими скалами.

— Действительно, какое удобное место для тайной тропы, его же совсем не видно. Сюда солнце никогда не заглядывает, — заметил Тодор.

— А шагоход пройдет? Тут на самом деле очень тесно, — произнес Мак.

— Вот потому и стоим, Себастьян думает, как сюда впихнуться…

Зазвенел звонок внутренней связи.

— Что у вас? — спросил Тодор.

— Пойдем в ручном режиме, каждую ногу будем переставлять отдельно, проверять устойчивость, — сообщил Себастьян. — Это будет очень медленно.

— Нам бы стоит поторопиться, а то имперцы приближаются… — ответил Тодор.

— Сделаем, что сможем, ты пока подумай, может на дорогу пару камней обвалить, чтобы их задержать…

Тодор отключил связь.

— А что, это неплохая идея, — начал он прикидывать возможности решения. — У нас есть ящики с пороховыми зарядами для пушек, если их выложить под скалами и подорвать, то можно организовать завал, или обвалить кусок дороги…

— А как их подорвать? — спросил Мак.

— Выстрелить из винтовки, порох старый, давно закислился, но взорваться должен…

— А если он сырой? Шагоход же в пещере стоял, там вода была, — напомнил Мак.

— Тогда будет пшик и много дыма… — произнес инженер.

— Может не надо старый порох? Взрыв точно привлечет солдат. Я могу устроить обвал на дороге без лишнего шума, — предложил Мак.

— И как ты это сделаешь?

— Этот склон, это же гора обломков упавшая сверху вместе с растаявшим ледником. Вода внутри замерзла и удерживает камни.

— Ну да, лед под землей не прогревается, так как тут северная сторона и работает как связующий раствор, — подтвердил Тодор. — Кое-где подтаивает, там бьют родники, и сверху с ледников течет вода, размывает, но этого недостаточно.

— Значит, надо разломать лед и камни сползут вниз, разрушив дорогу. Это я могу! Только зайду к Аде в кормовой отсек, шишек наберу и рюкзак с артефактом возьму…

— Внимание — экипаж! — Тодор включил громкую связь по машине. — Мы с Маком выходим, попробуем перекрыть дорогу. Себастьян, уходите в расщелину, не спешите, мы вас скоро догоним.

Они спустились в машинное отделение. Тыну хлопотал около топки, проверяя температуру и давление пара. Двери в правый боковой каземат были открыты и там, на боку машины, Эри уже открыла люк наружу. Тодор опустил вниз лестницу.

— Будьте осторожны! — с тревогой в голосе произнесла Эри.

— Мы вернемся через десять минут, вы не успеете далеко уйти, — поспешил успокоить ее Тодор. — Имперская пехота далеко внизу, они не успеют до нас добраться.

Подошел Мак с полными карманами шишек.

— Готов? Тогда я вниз, спускайся следом за мной, — кивнул ему инженер и перешел через люк на лестницу.

Только спустившись на землю, Мак заметил, какой пронзительный и холодный ветер дул с вершин вдоль склона, поднимая пыль и шелестя мелкими камешками. Шагоход осторожно переставил ногу, входя в темную и узкую щель между скалами.

— Мак! Сюда! — позвал Тодор, уже приглядевший подходящее место.

Серпантин дороги вился по идущему вниз пологому склону влево-вправо, делая повороты на концах петель. Сам склон был достаточно ровный, за исключением нескольких выступающих вверх скал. Но в одном месте, совсем рядом с тем участком дороги, где только что прошел шагоход, земля как будто вспучивалась, выпирая большим, похожим на пузырь бугром. На нем даже росла трава, чего не наблюдалось на остальной поверхности оползня.

— Видишь траву? — указал Тодор, приседая за камни у края дороги. — Там есть вода, и внутри этого выступа наверняка скрыта ледяная линза.

— Если это упадет, то завалит дорогу внизу, — понял Мак. — Сейчас попробую.

Он вытащил из кармана горсть шишек и со всего размаха бросил вниз на склон. После этого выставил руки вперед, как будто держал в ладонях невидимый шар. В тех местах, куда упали шишки, зазеленели маленькие приземистые деревца.

— Слишком далеко, — посетовал Тодор. — И что они такие, как будто к земле прижатые?

— Это полярные сосноелки, — пояснил Мак. — Мне Ада о них рассказывала, такие растут высоко в горах или в холодных тундрах на севере. Сейчас я их начну перемещать…

Деревца начали разрастаться вширь, появлялись все новые и новые, пятно растительности спускалось вниз и становилось все больше. Вдалеке на равнине в лагере Империи что-то блеснуло, какой-то блик, как будто солнечный зайчик.

— Мак, за нами наблюдают! Нас они вряд ли видят в тени и за камнями, но вот твои деревья точно заметят.

— Уже немного осталось.

Парень согнул руки в локтях, а потом резко выбросил их вперед, как будто отталкивал что-то ладонями. Как будто подземная волна прошла под деревцами, сверху вниз, прокатилась под склоном, вздымая почву, и скрылась под выступом. Пару мгновений ничего не происходило, но потом послышался легкий шорох, переходящий во все более усиливающийся грохот камнепада. Треск, стук камней, облака пыли, склон пришел в движение, сползая вниз и увлекая за собой все больше и больше валунов и песка. Послышался странный звук, как будто что-то лопнуло, в падающем вниз теле лавины заблестели обломки льда. Огромная оторванная от склона масса посыпалась вниз, снесла кусок дороги и докатилась до следующей петли серпантина, завалив ее горой породы. Отдельные камушки еще катились вниз, но дело было сделано, путь наверх был перекрыт. От торчащего из склона пузыря осталась только глубокая, вытянутая вниз дыра с торчащими из нее длинными корнями.

Машины внизу остановились, из грузовиков посыпались на склон пехотинцы, ища стволами карабинов цели наверху.

— Мак, все, уходим отсюда! — заметил опасность Тодор. — Побежали за шагоходом.

— Там на равнине что-то поднимается над лагерем, — показал рукой парень.

— Точно, — пригляделся Тодор. — Они поднимают воздушный корабль, надо спешить.

— Пограничники на гребне не будут стрелять? — спросил Мак, торопясь следом за инженером.

— Думаю, нет! Им, чем позже их обнаружат, тем лучше. Тогда они смогут неожиданно напасть на поднимающуюся колонну. Теперь, когда ты перекрыл дорогу, они будут отсиживаться, пока имперцы не решат подняться в кратер. А вот штурмовая пехота может направится по нашим следам…

— Я засажу вход в ущелье, там же ручей, будет сплошной лес, они там не пройдут, — пообещал Мак.

Тодор вздохнул.

— Рано или поздно они все равно узнают, что в нашей команде есть сильный маг… Или уже знают…

У края темного провала на повороте дороги Мак выгреб из карманов оставшиеся шишки и бросил их в убегающий в расщелину ручей.

— Почему не растут? — спросил Тодор.

— Сейчас намокнут и начнут, тогда здесь будет сплошная стена деревьев, нам стоит поспешить…

Далеко впереди в тени высоких скал железный гигант осторожно переставлял свои ноги-опоры, протискиваясь через узкий проход. Перепрыгивая с камня на камень Тодор и Мак пробирались по берегу мелкого горного ручья, бегущего вслед за шагоходом. Позади послышался треск. Тодор оглянулся. Обещанные Маком сосоноелки разрастались, перекрывая вход в ущелье, круша края каменных стен. К бурелому добавился обвал.

— Теперь имперцы не скоро здесь пройдут, — заметил Мак, остановившийся и тоже посмотревший назад.

— Но они могут послать погоню на перехват, нам же все равно надо спуститься и выйти на предгорья…

— Шишки еще есть. Придумаем что-нибудь, — легкомысленно отмахнулся Мак.

Тодор только молча вздохнул. Их заметили из открытого в борту машины люка и спустили лестницу.

— Как прошло? — поинтересовался Зигор, помогая им подняться забраться внутрь.

— Мак обвалил дорогу на двух участках и вырастил лес вдоль ручья, нас теперь не смогут так просто догнать, — сообщил Тодор.

— Молодец! — Зигор потрепал Мака по плечу. — Нам бы теперь выбраться на пустоши, там найдем, где спрятаться.

— А что там за крики из кабины? — расслышал перепалку впереди Тодор.

— Стив и Себастьян никак не могут поделить управление…

Тодор поспешил в кабину.

— Ну куда, ну куда ты ее ставишь! Не видишь что ли тот камень? Передвинь чуть вперед, на ровную площадку! — отчитывал Себастьяна дед.

— Я вот сейчас посмотрю, как вы со своей ногой будете справляться! — огрызался Себастьян, с заметным усилием управляя рычагами.

— Я шагоходы изучал, когда ты еще под стол пешком ходил! — горделиво заметил Стив. — О, начальник! Вы мне обещали мелкоскоп!

— Но не здесь же! — опешил от внезапного наезда Тодор. — Выйдем на равнину, встанем, вынесем машину принцессы на солнце. Будет вам мелкоскоп… Только нас могут искать имперские войска.

— Вставать не обязательно, — заметил дед. — Где там в инструкции написано, что этот ваш ящик должен именно на земле стоять? Чем ему в шагоходе плохо?

— Тут солнца нет!

— Так поднимите ее на наблюдательную площадку, из горной тени выйдем, будет и солнце.

— А дед дело говорит, — поддакнул Себастьян.

Стив потянул было руку, чтобы дать ему подзатыльник, но рычаг, который он отпустил, мотануло, и пришлось срочно перехватывать его, чтобы не потерять управление.

— Как только выберемся из этого ущелья, сразу займемся вашим мелкоскопом, — пообещал Тодор. — А зачем он вам?

— У нас в команде маг, молодой, неопытный, но с невероятными способностями, — объяснил Стив, дергая рычаги и глядя в боковое окно на перемещающуюся ногу. — Я хочу взять кровь на анализ, посмотреть, что у него там.

— Золотая пыль, как у всех, — пробурчал со своего места Себастьян.

— Как у всех, да не такая… — возразил дед. — Я успел посмотреть образцы от того ворона, что на Мака упал. Там что-то новое. Я бы и у Ады кровь взял, проверить… А еще бы этой слизи зеленой добыть…

— У Зигора должны были остаться леденцы, которыми сказочник детей травил, — припомнил Тодор. — Спросите у него.

— Хорошо. А теперь не мешайте, тут и так в кабине тесно. А снаружи еще и темно…

— Действуйте аккуратно, но постарайтесь вывести нас из ущелья побыстрее, — посоветовал Тодор. — Имперцы подняли воздушное судно, возможно, будут искать. Здесь в горах нас поймать слишком просто, сбросят сверху снаряд и завалят проход.

— Так что вы здесь стоите? Возьмите винтовки и идите наверх, если это воздушный шар, его можно легко продырявить, — произнес Стив. — С дырками в баллоне им будет не до нас.

— Тоже дело, — согласился Тодор. — Не буду вам мешать…

— А, сеньор маг! Прошу… — полковник махнул рукой в сторону стола.

Су прошел вглубь блиндажа и уселся на свободный табурет.

— Коронель?

— Уже видели свежую газету? Сегодня доставили из Столицы, — полковник пододвинул магу газетный лист.

Су взял его в руки, посмотрел на заголовок передовицы, начал читать.

Подвиг саперов

«Внезапное и предательское нападение Империи на наших северных границах с первых же дней поставило Республику в тяжелое положения. Свершилось беспримерное в истории цивилизованного человечества вероломство: без объявления войны, без какого либо повода с нашей стороны имперские войска напали на мирные города и деревни. Были захвачены дорога через Северные горы и город Новый Углеград. Диверсионные отряды врага перерезали основные, идущие на север дороги. Солдаты Империи наступали на Старый Углеград и уже готовились войти в него, когда им преградили дорогу два саперных полка, до этого занимавшихся восстановлением города после недавнего пожара и разрушений.

Не имеющие тяжелого вооружения, с саперными лопатками и одной винтовкой на троих, бесстрашные защитники Республики бросились на врага, используя подручные средства и созданные на заводах Старого Углеграда зажигательные бомбы — бутылки с горючей жидкостью.

Нападение Империи было остановлено! Ценой своих жизней доблестные саперы сожгли вражеские бронеходы и нанесли огромные потери наступающей пехоте. Войска Империи были вынуждены перейти к обороне! А тем временем вся Республика плечом к плечу встала как один в патриотическом порыве! Держись, Старый Углеград! Помощь уже идет! Выбьем врага с нашей земли и загоним обратно за горы, в пустоши, откуда они и пришли! Враг будет уничтожен, победа за нами!..»

Под статьей была гравюра, солдат из окопа бросался на боевую машину с горящей бутылкой в руке.

Су отложил газету.

— Статья как статья, обычный журналистский треск и угар от первой победы.

— Да, и ни слова про боевого мага, — кивнул полковник.

— Тут же нет подробностей, просто передан факт, полученный в телеграмме, остальное высосано из пера журналиста, — заметил Су.

— Мы отправляли в Столицу подробнейшее донесение, — сообщил полковник. — Кто-то наверху решил не давать нашей информации ход.

— Это хорошо или плохо? — спросил Су.

— Это политика, а в политику я не лезу! — резко ответил полковник. — Мне дан приказ, я его выполняю. Наши наблюдатели сообщают, что войска Империи отходят к повороту на Перевал и усиленно строят там укрепрайон. Наших сил недостаточно, чтобы сбить их с этого рубежа. Мне приказано держать позиции. Из Столицы к нам идут несколько армейских корпусов. Там одних генералов больше, чем у меня лейтенантов. Они будут готовиться к атаке и освобождению Нового Углеграда. А столичные хлыщи тем временем уже сверлят себе дырки под медали.

— Это же хорошо, мы всего лишь саперы, — заметил Су.

— «Всего лишь саперы» держат фронт с одними винтовками и лопатами против бронеходов и артиллерии! Каждый день, под обстрелами, вгрызаясь в землю! — возмутился полковник. — Мы сдержали натиск, в самые тяжелые первые дни, когда никто не был еще готов к такому! А кто будет получать ордена и звания, защитники Старого Углеграда или освободители Нового?..

— Простите, полковник, я не совсем понимаю, зачем вы меня вызвали?

— Да, я слегка раздражен, прошу меня простить… Для вас тоже есть новости. Сами решите, хорошие или плохие… Там, — полковник показал пальцем наверх, — кто-то решил, что вам не место в армии. Вас отзывают…

— Но я же…

— Никаких но, это приказ! Может кто-то из ваших родственников позаботился, может наше штабное начальство, я не знаю. Су, поверьте, вы оказали нам неоценимую помощь. Без вас моих людей погибло бы гораздо больше, — полковник посмотрел на мага внимательным взглядом опытного, но жутко уставшего от всего творящегося вокруг офицера. — И ваше участие мы никогда не забудем. Уж я-то точно! Итак, ваше последнее поручение — вы должны доставить захваченную машину врага на юг.

— В Столицу?

— Нет, в Бухту Радости, в южный порт.

— Почему туда?

— Дорога на Столицу очищена, но на ней в любой момент можно ждать нападения диверсантов. Дорога на юг полностью контролируется, и вы быстро доберетесь до порта, а там машину переправят куда следует. С вами поедет боевое охранение, отделение саперов с которыми вы были в поле. Они представлены к наградам, а стране нужны герои. Живые герои! Церемония награждения пройдет там же, в южном порту.

— Когда отправляться?

— Сегодня вы с бойцами отбываете в город. Там примете тягач с погруженной на него машиной и паромобиль для охраны. Завтра утром отправляетесь. До Калинова моста вас будут сопровождать мехгвардейцы, а там встретят и доведут до порта морские пехотинцы. В Бухте Радости остановитесь в казармах нашего полка, дальше вам все расскажут на месте.

— Что ж, — Су встал, — приказ есть приказ…

— Сеньор маг! — полковник тоже поднялся с места шагнул к Су и протянул ему руку. — Я горд знакомству с вами!

— Для меня было честью служить под вашим командованием! — ответил Су…

***

— Мак, посмотри сюда, мы сейчас выйдем из этого сужения, ты можешь вырастить дерево и обвалить скалы в проход?

— Могу, конечно… — Мак перегнулся через борт наблюдательной площадки, осматривая каменные стены вокруг.

— Тодор, подожди, а зачем тебе это? — Зигор, наблюдавший за небом, обернулся к инженеру.

— Мы завалим это место и перекроем ручей, вода будет наполнять котловину за перемычкой и станет дополнительным препятствием.

— Я бы не стал этого делать, — заметил Зигор.

— Почему же?

— Пограничники явно знали об этом проходе. И пользовались им. Это же одна из троп контрабандистов. Зачем чинить им препятствия, война когда-нибудь закончится…

— Когда закончится война, они подорвут плотину и спустят воду, все будет по-старому, — решил Тодор. — А пока дополнительный заслон за нашей спиной нам не помешает.

— Ладно, как скажешь, — вздохнул Зигор и вернулся к наблюдению. — Но если у имперцев есть какой-то прибор, который, как считает дед Мака, может улавливать появление магических возмущений, то они точно заметят вмешательство и сядут нам на хвост… Лес на серпантине они тоже заметят, но еще могут решить, что мы ушли обратно. А вот магия на склонах точно покажет, что мы уходим на восток.

— Вынужден с тобой согласиться, звучит разумно, — кивнул Тодор. — Мак, не надо ничего делать, пройдем тихо…

— Можно мне подняться? — раздался из люка в полу голос Ады.

— Да, залезай, — Тодор протянул девушке руку, помогая выбраться на площадку. — Что-то случилось?

— Нет, Мак просил принести шишек, — сообщила Ада.

— Когда просил, я ничего не слышал? — посмотрел на нее Зигор.

— Он попросил шар, а шар передал мне, — пояснила девушка.

— А, я все про него забываю. Удобно, — оценил Зигор. — Я тоже так хочу, чтобы меня слышали через стены…

— Мы не знаем, как зеленая слизь подействует на взрослого человека, — вступил в разговор Мак. — То есть шар не знает. И у нас все равно нет этой слизи.

— Вообще-то… Хотя ладно, вы правы, отложим этот разговор, — согласился Зигор.

— А тут так жутко, внутри спокойнее, — заметила Ада, провожая взглядом проплывающие мимо скалы. — Так темно, и сверху все нависает, как в пещере.

— Зато нас не видно и черный дым в такой тени почти не заметен, — отозвался Тодор. — Если нас и ищет воздушное судно, то пока не видит где мы.

— Против нападения сверху у нас есть отличный драконобой, — похвастался Зигор, демонстрируя длинную охотничью винтовку с оптическим прицелом. — Это Су оставил, когда уходил. И патроны дум-дум, разрывные. Если в воздушный шар попадет, наделает в нем дырок как в дуршлаге…

— Дум-дум — экспансивные, — произнес Тодор.

— Да какая разница, нам главное, чтобы дырка была побольше и шарик сдулся, — улыбнулся Зигор.

— А это что, винтовка для охоты на дракона? — с подозрением разглядывая ружье, спросила Ада.

— Да нет, что ты, дракон к себе так просто не подпустит. Это против крупного зверя, свинопотама или мастодонта.

— А, тогда хорошо, — успокоилась Ада. — А я еще спросить хотела, мы спускались по этому длинному, длинному склону. Разве там можно будет проложить железную дорогу? Паровоз же не затащит состав наверх…

— Верно подмечено, — кивнул Тодор. — Но можно спускать и поднимать по одному вагону специальным фуникулером. Рельсы кладут на склон, а между ними пускают цепь. На нее цепляют вагон и поднимают вверх или наоборот опускают. А дальше уже снова к паровозу и в путь-дорогу. Наверху стоит машина, которая тянет груз, а вниз вагон будет сам катиться, надо только придерживать, чтобы не разгонялся.

— А еще можно построить длинный-длинный мост с небольшим уклоном, — высказал свою идею Зигор.

— Очень длинный, километров на десять, — заметил Тодор. — Жорж Калинов смог бы такое построить, но это очень дорого, трудоемко и сколько металла на него уйдет, а его же еще надо будет сюда доставить… Фуникулер проще и дешевле.

— Я поняла, спасибо. Я вниз пойду, а то тут у вас холодно, — Ада спустилась в люк.

— Мак, а на каком расстоянии вы с Адой можете друг друга слышать? — спросил Зигор.

— Мы слышим не друг друга, а шар. Я подальше, Ада поближе, но в пределах шагохода и рядом мы можем через него передавать сообщения.

— Здорово, как беспроволочный телеграф, о котором мечтает Себастьян, — заметил Зигор.

— Над нами что-то есть, — обратил внимание Тодор и крикнул в трубку внутренней связи: — Кабина, стоп! Замрите на месте!

Зигор поднял ружье и прицелился. Далеко вверху, в просвете между скалами, между облаками проплывала длинная колбаса с подвешенной снизу кабиной и двумя воздушными винтами по бокам. Позади воздушного судна из трубы валил дым.

— Не стреляй, они нас не видят, — прошептал Тодор, как будто там наверху могли их услышать.

— А как они его могут называть, это же не шар? — спросил вдруг Мак, глядя в небо.

— Да бог его знает… Воздушный паромобиль… Летающий паровоз… — начал предлагать варианты Тодор.

— Шар подсказывает, что это управляемый аэростат, раньше такие назывались дирижаблями, — сообщил Мак.

— Раньше? А такие были раньше? — решил уточнил Тодор.

— Судя по названию, это старофранцузский, язык Первых поколений, — пояснил Зигор. — А что, подходит… Дирижабль…

— Вроде пролетел, можем двигаться дальше… — заметил Тодор.

— Сюда бы пару орлов, они бы разорвали оболочку этому… дирижаблю, — сказал Зигор. — Жаль, они на эту сторону хребта никогда не залетают.

— Нам надо решить, что делать дальше, — сказал Тодор. — Ущелье становится все шире, скалы ниже, скоро мы из него выйдем на предгорья, потом на равнину, там нас издалека будет видно.

— Северные пустоши достаточно ровные, по ним как каток прошел, — объяснил Зигор. — Ночью, особенно когда обе луны взойдут, света достаточно, чтобы видеть дорогу. А нас ночью никто не увидит. Я предлагаю не останавливаться, а уходить как можно дальше на восток по темноте. А на день ляжем где-нибудь между барханами, отсидимся до вечера. Мы уже будем достаточно далеко от противника. Заодно можно будет поохотиться, дров напилить, запасы угля же не бесконечные…

— Вода есть в пустошах? — спросил Тодор.

— Нет, воды там очень мало… Есть пара мест, но до них еще добраться надо.

— Тогда ищем место для остановки, пока ручей не пропал, набираем воду и вечером выходим на равнину, — решил инженер.

Ближе к вечеру машина остановилась. Небо на севере уже темнело, от горной стены падали на равнину длинные тени. Шагоход остановился рядом с нависавшей над ручьем высокой скалой. Поток размыл под камнями небольшую впадину, образовав заполненную чистой и холодной водой котловину.

— Набираем полный бак и столько бочек, сколько сможем освободить, — распорядился Тодор. — Тыну, готовь насос!

— Я бы порекомендовал всем помыться и постираться, — дал совет Зигор. — Дня три, а может и больше, такой возможности больше не будет. Нам придется пересечь зону песков.

— После того как наберем воду… Мак, Ада, поднимитесь на скалу, вроде склон не очень крутой, посмотрите вокруг, не видно ли имперцев. Себастьян, пойдем, там чуть впереди я видел пару сухих деревьев, пополним запасы…

Подростки обошли возвышающуюся почти вертикально над местом стоянки скалу. Трезорка увязался за ними. Со стороны равнин склон был более пологий и частично засыпан песком и мелкими камешками. По нему они и начали подниматься. Горный хребет стоял высокой стеной как построенный неведомыми великанами каменный забор, блистая освещенными с той стороны солнцем ледяными вершинами. Вдоль вздымающихся к вершинам горных склонов шла гигантская щель, как будто нож неведомых божеств отрезал и отодвинул в сторону изрядный ломоть.

— Это наше ущелье, по которому мы проехали, — показала Ада. — Смотри, отсюда даже видно оползень у Перевала.

— Далеко… — оценил Мак. — И там совсем темно, плохо видно.

Мак взобрался на самый верх, на небольшую площадку на вершине скалы, внимательно огляделся по сторонам. В небе не было ничего напоминающего воздушное судно имперцев. В небе вообще не было ничего кроме облаков. Ни одной птицы наверху, ни одной мухи или бабочки рядом, ни одного растения, дерева, куста или цветка, ни одного пучка травы.

Далеко на севере ползли в небе огромные кучевые облака, белоснежные снизу от солнечного света и мрачно-темные сверху, нависая над бескрайней серой равниной, до половины закрытой тенью от гор. Ни дерева, ни огонька, совершенно безжизненный, мертвый пейзаж, наводящий тоску и страх.

Ада поежилась. Мак это заметил:

— Холодно?

— Нет, — ответила девушка. — Я просто немного волнуюсь. Мы ведь едем на восток, а там лежит полуостров Лабрадор, земля моих предков. Я там никогда не была, только читала в книжках, да разглядывала картинки. Как там все на самом деле…

— Приедем, увидишь, — улыбнулся Мак.

— Да, конечно… А что здесь произошло, неужели раньше это была плодородная и богатая местность? — произнесла Ада.

«Война… Кто-то из магов использовал Куб Земли…» — произнес шар.

— Империя? — спросил Мак.

«Мы же нашли его в Столице Республики» — напомнил шар. — «Они его и применили. А потом сами и спрятали, ужаснувшись содеянному…»

— А как это случилось? — захотела узнать любопытная Ада.

«Я сейчас не могу показать, нужно дополнительное оборудование. Но в записях Куба есть архив, там все описано и показано. Лет тридцать назад это было…

…Артбатарея из четырех легких пушек прикрывала дорогу на Перевал. Около роты пехотинцев спешно рыли окопы, готовясь к обороне. Полусотня мехгвардейцев, пара локомобилей, вот и все, что осталось от республиканской армии после разгрома в жутком, свирепом и безжалостном сражении на равнине.

На севере у самого горизонта виднелись многочисленные дымы, горели деревни. Последний караван беженцев уже прошел армейский заслон и медленно поднимался к перевалу. А к последнему рубежу Республики со всех сторон по распаханным полям, по широким дорогам через степи и редкие лесные чащи стягивались бесчисленные отряды имперской армии. Как облака черного тумана, они заполняли собой равнину, с каждым часом приближаясь все ближе. Невозмутимо топали бездушные громоздкие шагоходы, пыхтя паром и угольным дымом, ползли по дорогам колонны бронеходов, шагали отряды пехоты, носились из стороны в сторону летучие кавалеристские роты, тягачи-локомобили тащили артиллерию. Исход предстоящего столкновения был ясен всем. Заслон продержится от силы час, вряд ли больше, потом его сметут и вся эта армада устремится вверх по серпантину, сломит оборону немногочисленного пограничного отрада на перевале и, перевалив через хребет, обрушится на Республику, давя ее с северных предгорий до самого южного побережья.

Солдаты, понимая неизбежность близкой смерти, готовились к последнему бою. Сдаваться было бесполезно, Империя пленных не брала. Уходить на Перевал тоже, вражеская артиллерия сбила бы их с серпантина на подъеме. Оставалось умереть здесь и сейчас, постаравшись забрать с собой как можно больше врагов. Все, кто оказался слаб, давно уже сбежали, рассыпавшись по горным склонам, хоронясь среди камней или в пещерах, пробираясь по ущельям в поисках троп на ту сторону хребта.

До начала боя оставалась пара часов. Империя даже не разворачивала артиллерия, рассчитывая с ходу прорвать хлипкую республиканскую оборону и продолжить поход в горы.

Сверху скатился по дороге небольшой легковой паромобиль.

— Всем немедленно отступать! Подняться на перевал и закрепится там!

Из машины вышло четыре человека, гражданские в дорогих костюмах, покрытых пылью от долгой дороги. Молодой офицер остался сидеть на месте водителя.

— Всем уходить наверх! — снова раздался приказ.

Пехота повылазила из незаконченных окопов и, быстро построившись в колонну, ушла по дороге. Мехгвардейцы подскакали к пушкам, запрягаясь в упряжь вместо утерянных лошадей. Остатки республиканской армии втянулись на горный серпантин. Солдаты не понимали, что происходит, но приказ есть приказ.

Гражданские уже не обращали внимания на то, что происходит за их спинами. Они вышли на сотню шагов навстречу наступающей Империи и выстроились в ряд, наблюдая за приближающимися войсками. Один из них опустил на землю потрепанный саквояж, открыл его и вынул белую, как бы светящуюся изнутри шкатулку. Держа ее на весу одной рукой, открыл крышку, из-под которой ударил луч зеленого света. Все четверо собрались вокруг шкатулки и протянули к ней руки. В воздухе заметно похолодало. Вокруг группы людей заметался ветер, поднимая пыль и закручивая ее в легкий смерч. Офицер, сидевший в паромобиле, почувствовал, как у него зашевелились волосы. Напряжение, царящее в атмосфере, нарастало.

О чем думали эти маги? Чего хотели достичь? Что ожидали увидеть после выполнения своего заклинания? Сейчас об этом уже никто никому не расскажет. В воздухе как будто что-то лопнуло, ударило по ушам, низкий на пределе слышимости звук, до боли в перепонках. Офицер в паромобиле схватился за голову. Поднятая вокруг магов пыль взметнулась и разлетелась во все стороны, подхваченная кольцом разбегающейся воздушной волны. А земля на том месте, где стояли люди, резко, одним ударом просела на пару метров. По поверхности почвы пошла расширяющаяся, как от камня брошенного в воду волна, только это была не вода, а сама земля, вздымающаяся все выше и выше, чем дальше она отходила от магов. Все, что попадало в эту волну, переворачивалось и крошилось, деревья, камни, машины, ничто не могло устоять или сбежать. На горных склонах затрещали скалы, твердая порода трескалась и отваливалась ломтями как кусок хлеба от каравая, но горы устояли. Отразившись от хребта на равнину пошла вторая волна, не такая высокая, но более пологая. Все что на равнине осталось, переломанное, исковерканное, раздавленное чудовищным земляным цунами, вторая волна засыпала, закапывала, заваливала, и катилась дальше, вслед за первым, все разрушающим валом, оставляя за собой только ровную как стол поверхность покрытую пылью и песком.

Офицер выбрался из искореженного паромобиля. Из ушей у него текла кровь, но не это его сейчас беспокоило. Волны земных цунами уходили все дальше к горизонту, равнина была пуста и безжизненна. Все, что только что приближалось по ней и грозило гибелью самой Республике, больше не существовало, уничтоженное и погребенное под толстым слоем перемешанной в песок породы. Офицер подошел, с трудом приходя в себя, к четырем фигурам, лежащим в эпицентре этой катастрофы. Четыре мумии, пересушенных до такого состояния, что как только офицер наступил на землю рядом с ними, как они от столь слабого сотрясения тут же рассыпались в кучки праха. Белая шкатулка, захлопнувшаяся при падении, лежала тут же. Офицер сорвал с себя грязный китель и замотал в него столь опасный предмет, что даже прикасаться к нему руками он боялся. Повернувшись спиной к равнине, он побрел к остаткам дороги, идущей наверх, на перевал…

…Вот так все это было» — закончил шар.

— Ужасная история! — прошептала потрясенная Ада.

Мак помолчал, глядя на равнину, потом сказал:

— Теперь я понимаю, почему его спрятали… И почему ты не хочешь в этом участвовать…

«И что будет, если империя найдет Куб Земли…» — дополнил шар.

— Что же нам теперь делать? — спросила Ада.

«Бежать…» — равнодушно, как будто устало произнес шар, — «Не прямо сейчас, но продолжать двигаться на восток…»

— Жутко представить, что под этой равниной похоронена целая армия… — сказал Мак. — А как далеко ушла эта волна?

«Точно не знаю» — произнес шар. — «Но после воздействия изменилась гидрология самой равнины, вода ушла в землю, грунтовые воды опустились гораздо ниже, чем были раньше. Началось опустынивание, те самые пустоши, что сейчас тянутся отсюда во все стороны на половину континента, это все последствия тех событий. Где-то вода находит выход наверх, там появляются маленькие оазисы или люди, что пытаются тут жить, роют колодцы. Но сейчас когда-то плодородная равнина превратилась в мертвые земли, по большей своей части».

С гор подул легкий ветерок и волкодав, лежавший на земле, вдруг поднял голову и, навострив уши, удивленно заворчал.

— Там внизу что-то катится между камнями, — заметила Ада.

— Что там? Трезорка, принеси! — скомандовал Мак.

Пес сорвался с места, стремительно рванув вниз по склону. Мак еще раз оглядел небо, не заметив ничего подозрительного.

— Идем и мы, а то скоро совсем стемнеет…

Внизу под скалой их терпеливо ждал Трезорка, придерживая лапой большой спутанный в комок шар из сухих веток.

— Это просто перепутавшиеся ветки, — посмотрела на гибкий и легкий шар Ада.

— Но, похоже, что это какое-то растение, смотри тут почки зеленые. Может его ветром вырвало со склона? Но корней нет… — заметил Мак.

— Я таких не видела раньше, давай Зигору отнесем, — предложила Ада.

Стив и Зигор как раз разожгли небольшой костер из сухих веток. Подростки подошли к огню и Мак положил на землю спутанный комок.

— Наверху все спокойно, в небе никого, — сообщил парень. — Нашли вот это, хотели спросить, что это?

— Старое растение? — предположил дед.

— Нет-нет, не старое, — возразил Зигор. — Это перекати-поле, они вырастают на влажных местах, потом по летней жаре корень пересыхает и ветер уносит куст в пустыню. Вот, смотрите, колючки, чтобы никто не решился его съесть, почки-будущие листья, если получится найти воду. Множество созревших семечек, вот в этих маленьких, не знаю как правильно, шишечках, скорлупках. В оболочке, защищающей от жары и пересыхания. Ветер гонит его по полю, семена рассыпаются, если повезет найти воду, прорастают в новые растения.

— И как далеко их может занести ветер? — спросил Мак.

— На этих пустошах? Если нет препятствий, то на любое расстояние, хоть на другой край пустыни. В песках может застрянет между барханами, и то, пока ветер не переменится. Завтра встанем дневать, сам увидишь, их много по равнине катается.

Из-за шагохода вышли Эри и Эллейн.

— Ада, иди к нам, — позвала Эри. — Пойдем мыться, пока светло и мужчины заняты…

— Ой, я побежала! — девушка ускакала.

Мак снова обратился к Зигору.

— А как перекати-поле находит воду? Откуда знает, где ему прорастать, где семена разбрасывать?

— Да никак не знает! — засмеялся археолог. — Сам посмотри, тут на каждой ветке сотни этих, как их назвать, ну, орешков что-ли. Шар катится, то тут, то там семечка отвалится от тряски и упадет. Так и рассыпает по всей дороге. Что-то пропадет на жаре, что-то в щель между камнями упадет и будет ждать, пока дождь не пойдет, что-то под землю провалится, суслик какой-нибудь подберет и утащит в норку. А там под землей и не жарко и влажно может быть. Животные тоже ведь воду ищут. Из этих сотен семечек если одно-два прорастет, то вот и новое перекати-поле.

— Мак, почему тебя так заинтересовали эти растения, — спросил дед.

— Оно движется, пусть и не само, но если бросить его на равнине, оно может укатиться очень далеко. Если империя действительно ищет наши следы, то можно внутрь такого шара поместить пару шишек, привязать покрепче, и закрепить в шишках заклинание, прорасти и развернутся в небольшую рощу через день или через два, — объяснил Мак. — Их будет носить по равнинам и в разных местах будут появляться группы сосноелок. Империя будет думать, что это мы и искать там шагоход. А мы будем уходить дальше на восток.

— Это ты сам придумал? — с восхищением взглянул на подростка Зигор. — Это как бомба замедленного действия! С часовым механизмом.

— Не совсем я, это шар предложил, мы с ним вместе додумали, — признался Мак.

— А ты сможешь создать такое… «отложенное» заклинание? — сообразил как сформулировать вопрос Стив.

— Деда, ну я же не просто техномаг, — с досадой протянул Мак. — Есть же шар и Куб Земли. Они мне помогут и научат.

— А, да, я все время об этом забываю, — произнес Стив. — Все еще считаю тебя деревенским пастухом…

К костру вышли Себастьян и Тодор, неся на плечах большой ствол совершенно сухого дерева. Скинув его на землю, оба уселись рядом с огнем, немного отдохнуть. Дед повесил над самым жаром чайник, заваривая травяной чай.

— Мак, а ты можешь бревно превратить в уголь? — спросил вдруг Себастьян.

Мак задумался, советуясь со своим «внутренним голосом».

— Шар говорит, что получится древесный уголь, — сообщил он.

— Это не годится, а каменный уголь получится? — уточнил Себастьян.

Стив с удивлением посмотрел на инженера.

— Подождите, вы считаете, что и уголь имеет органическую основу?

— Ну а как же? Там и отпечатки листьев находили и окаменевшие и углефицировавшиеся стволы деревьев!

— А что, если это всего лишь процессы кристаллизации от высоких температур и давления? — выдал свое мнение дед.

— А в Новом Углеграде шахтеры рассказывали, что нашли в угольном пласту скелет человека. Сам не видел, но уверяли, что не врут, — улыбнулся Зигор. — Выходит уголь — это продукт производства чего-то ранним человечеством.

— Да вы издеваетесь! — вспыхнул Себастьян. — Есть достаточно стройная теория, деревья росли на болотах, падали от старости под воду, там без воздуха превращались в уголь.

— И сколько же лет надо, чтобы дерево под водой превратилось в уголь? — ехидно уточнил Стив. — На болотах обычно торф, этот процесс идет каждый день. И сколько же надо болот? Где их взять в таких объемах? У дерева сложный химический состав, а уголь он и есть уголь. Куда все остальное девается?

— Я не знаю. Я же не геолог! — начал оправдываться Себастьян. — Может остальные элементы в газ и нефть превращаются!

— О как! Так вы договоритесь, что и нефть имеет органическое происхождение! — полностью обезоружил оппонента дед.

— А разве нет? Сложные углеводы, состав как раз как у ваших деревьев! — попытался вырваться из логической ловушки Себастьян.

— Нефть прекрасно синтезируется из угля и газа, что доказывают недавние опыты! — добил собеседника Стив. — Там внизу, под чудовищным давлением, разогретые до высоких температур лежат гигантские залежи угля. Из недр планеты к ним поднимается горючий газ и, когда они соприкасаются, происходит синтез нефти! Она испаряется и поднимается наверх, где остывает и задерживается под слоями непроницаемых пород, таких как глина.

— А я читал, что для синтеза нефти нужны определенные металлы, — вступился за напарника Тодор. — Мне органическая теория кажется ничуть не менее возможной. Может быть, есть и другой способ появления нефти?

— Может быть, — кивнул Стив. — Современная наука пока не может с точностью сказать, как появляются те или иные вещества. Например, как появился человек.

— Да ну вас! Как я появился, я совершенно точно знаю, родители рассказывали… — Себастьян встал и махнул Тодору. — Пойдем, отнесем бревно в бункер.

— Мак, иди с ними, расскажешь про перекати-поле и твою идею, — предложил Зигор.

Парень встал и отправился следом за инженерами. Стив пристально посмотрел на археолога.

— Итак? Вы целый вечер крутитесь рядом и что-то хотите сказать.

— Вы правы… — согласился Зигор. — Но сначала скажите, зачем вам мелкоскоп?

— Об этом как раз несложно было бы и самому догадаться, — проворчал дед. — Мальчик изменился. Что-то попало ему в кровь. Мелкоскоп нужен, чтобы разглядеть что именно…

— Вы хотите взять пробу крови у Мака, тогда и у девочки тоже стоит проверить, — предложил Зигор.

— У нее нет магических способностей, — отказался Стив.

— Но она слышит хрустальный шар! — возразил Зигор. — Возможно, у нее в крови есть что-то, что не дает этой зеленой слизи развиваться в полную силу. При этом есть что-то другое, как бы иначе она смогла создать эту машину подарков, которая сама собой делает что угодно.

— А в этом что-то есть, — кивнул ученый. — Сравнить два образца, выделить заражение, понять различие.

— Может быть стоит взять кровь у представителей Первых поколений? — спросил Зигор. — Чтобы понять, почему у них не появляются маги?

— У Эллейн и Эри? Можно, но у нас нет этой зеленой дряни, чтобы проверить, как их кровь будет реагировать… Если только эти ваши леденцы…

— Вообще-то есть… — сообщил археолог. — У меня целый термос этой зеленой слизи. Не спрашивайте откуда. Но у меня одно условие!

— Да, и какое же?

— После того, как вы изучите образцы крови и их взаимодействие с этим новым веществом, вы введете мне в вену пару кубиков зеленой слизи, — произнес Зигор.

— Вы хотите умереть? — не понял Стив.

— Я хочу провести эксперимент на взрослом человеке. Мы с вами оба ученые и понимаем, что рано или поздно это придется сделать. Вы сравните мою кровь с остальными пробами, потом введете слизь и будете контролировать все изменения. Так вы выясните, что это и зачем Империя ее распространяет, — спокойным убеждающим тоном проговорил Зигор.

— Заманчиво, конечно… — нахмурился дед. — Но это может привести к летальному исходу. Я почти убежден, что Империя рекрутирует себе учеников с магическими способностями. И ищет их таким… необычным способом… И смертность среди них колоссальная…

— Так надо понять, по каким признакам они выбирают детей, как похищают и вывозят из страны!

— Вывозят на этих новых воздушных шарах, — предположил Стив. — Похищают… дети же рассказывали, как нашли лесника и пропавших. А вот как выбирают, это интересный вопрос.

— Так вы согласны с моим условием? — проявляя нетерпение спросил археолог.

— Согласен, — кивнул дед. — Но только после полного изучения образцов!

Тени в горах почернели и окончательно скрыли крутые склоны, все вокруг стало терять цвета, превращаясь в серое сумрачное марево. Небо еще было ярким, но все вокруг как будто погрузилось в быстро налетевшую ночную мглу. Вернулся Тодор.

— Все на борт! Отправляемся, пока хоть что-то видно! Стив, Зигор, идите отдыхать. В отсеке главного калибра полно места, там можно натянуть гамаки. Мы с Эри поведем машину, вы нас смените под утро.

— А остальные? — спросил Зигор, поднимаясь и отправляясь к шагоходу.

— Себастьян встанет к топке вместо Тыну. Ада и Мак пойдут наверх, следить за небом. Потом Эллейн их подменит.

— Надо идти на север, пока не выйдем за линию холмов, — предложил Зигор. — А потом вдоль них на восток, по равнине. Утром можно будет найти какую-нибудь ложбину и встать на дневку.

— Хорошо, так и сделаем, — согласился инженер.

— Машине нашей принцессы не обязательно же стоять на земле для работы? — спросил дед, подойдя к лестнице наверх.

— Нет, нужен только солнечный свет, — сообщил Тодор.

— Тогда утром можно вытащить ее на наблюдательную площадку и начать выполнять обещание!

— Вы про мелкоскоп? — переспросил и улыбнулся Тодор. — Я помню о нем. Утром обязательно, вы будете первый в очереди желающих!

— А есть еще? — удивился Стив.

— Себастьян попросил хороший топор, Тыну сказал, что ему хотелось бы большой нож или кинжал, от змей отбиваться. Эллейн попросила набойки для каблуков для себя и Эри…

— И это устройство сможет все сделать просто по запросу? — спросил Зигор.

— Не знаю, но попробовать стоит…

Себастьян как раз проверил уровень воды, давление и температуру, закинул свежее полено в топку, когда через отсек парового двигателя прошли и стали подниматься наверх Мак и Ада.

— Подождите-ка! — притормозил их Себастьян. — Мак, ты говорил про этот сухой куст?

— Перекати-поле, — напомнил парень.

— Да. Ты сказал, что хочешь выбросить его на равнине, чтобы его ветром унесло подальше…

— Ага. Потом шишки прорастут, будет небольшая роща.

— Смотри, Мак, тебе не хватает системного подхода. Рассмотри это сухое растение не как маг, а с инженерной точки зрения, как устройство, которое должно выполнить определенную задачу. Этот шар из веток может закатиться в яму или застрять между камнями, тогда никакой ветер его с места не сдвинет.

— Можно добавить пару живых лиан, которые будут его вытягивать из ловушек, — сообщил Мак. — А во время движения они будут прятаться внутри.

— Уже лучше, — довольно кивнул Себастьян. — Но нужен датчик, показывающий, что ветер есть, а перекати-поле не катится.

— Внутри будет висеть шишка, она сможет реагировать на ветер и движение. Тряску, толчки…

— Очень хорошо! Но ветер может подуть в нашу сторону и твоя магическая бомба полетит вслед за нами и приведет Империю к нам!

— Гм… — Мак задумался. — Добавлю пару листьев. Они будут определять направление по солнцу. Если ветер будет дуть на юг или восток, лианы закопаются как якорь и удержат перекати-поле на месте. Когда ветер переменится, они уползут внутрь. Но все это сможет работать два-три дня, пока хватит заложенной энергии, потом активируются шишки.

— Ух ты! И ты все это сможешь сделать, чтобы перекати-поле тебя слушался? — восхитилась Ада.

— Действительно, получится отличная живая машина, — похвалил Себастьян. — А теперь представь, что таких растений много, сотни, тысячи!

«Инженер дело говорит!» — одобрил шар.

— Так эта… Это же я всю пустошь смогу засадить лесами! — дошло до Мака. — Тут снова будет жизнь!

— Э… Нет! — огорошил парня Себастьян. — Без воды все это великолепие быстро засохнет. А вода где-то внизу…

— Ой, я знаю! — подпрыгнула от возбуждения Ада. — Я видела в энциклопедии, есть такие растения, кактусы! Они большие, колючие и растут в пустынях! Они дотягиваются до подземных вод и держат ее себе. Если его срубить, то путешественник может даже напиться этой водой.

— Нам не надо их рубить, нам надо, чтобы вода поднималась и растекалась вокруг, — заметил Мак.

— А в этом что-то есть, — заметил Себастьян. — Это как живой насос. Тут главное сбить равновесие, чтобы остановить запустынивание, дальше природа сама доделает, и вода появится, и птицы, и звери, а потом и люди… Подумай над этим, я верю, что ты сможешь! А теперь идите наверх, мы сейчас отправляемся! Не мешайтесь тут…

Шагоход мерно покачивался, перемещаясь по ровной пустынной поверхности. Поскрипывали, сгибаясь, опоры, и бухали об землю, делая шаг. Корпус подрагивал, паровой двигатель внизу пыхтел, продавливая пар в поршнях. Скалы давно остались позади. Когда-то грозная боевая машина обошла по широкой дуге невысокие холмы и теперь шла вдоль гряды на восток, увеличив скорость на ровном участке. Убедившись, что в небе никого нет, Тодор включил одну из носовых фар, подсвечивая путь, чтобы не пропустить случайную яму. На верхней площадке Мак, облокотившись о борт, заворожено разглядывал огромное, черное, усыпанное звездами небо, гигантской чашей накрывавшее казавшуюся еще более плоской равнину. Зрелище захватывало. К северу и югу звезд было не много и там не было особенно ярких, а вот поперек всего небосклона шла настоящая звездная река, скопления тысяч звезд, протянувшихся от края и до края, множество светящихся точек, за каждой из которых, возможно, скрывался свой неизвестный мир.

— Красиво, правда? — не удержалась Ада.

— Да, мне всегда нравилось смотреть на звезды, — признал Мак. — Такие далекие… мне иногда кажется, что люди смогут когда-нибудь туда полететь.

— О, это еще нескоро будет, на воздушных шарах далеко не улетишь, — посетовала девушка.

— Полетят-полетят! — из люка выбрался на площадку Зигор. — Если ты слышала что-то про ракеты для фейерверков, есть серьезные научные труды, которые полагают, что на таких ракетах, только больших, можно подняться настолько высоко, чтобы покинуть атмосферу. Нужен только костюм для дыхания и запас воздуха.

Ареолог помог подняться наверх Эллейн. Увидев Мака мать почему-то смутилась, но, спохватившись, приняла серьезный вид.

— Зигор вызвался со мной подежурить, — зачем-то сказала она. — Идите вниз, отдыхайте…

— Хорошо, только запустим перекати-поле, — согласился Мак и поднял с пола спутанный шар из сухих веток, из которого высунулась лиана, вертящаяся как змея, пытаясь за что-нибудь зацепиться.

— Что это с ней, — показал на беспокойную ветку Зигор.

— Это якорь, — пояснил Мак. — Себастьян посоветовал сделать несколько улучшений. Сейчас ветер дует с гор, а мы движемся на восток, перекати-поле пытается остановиться, чтобы определить направление и отправится на север.

— И ты сам все это сделал? — с удивлением посмотрела на сына Эллейн.

— Перекати-поле поймал Трезорка, а шишки, лианы, листья для определения направления ветра, это да, я сам, — подтвердил парень.

— И как ты собираешься его «запустить»? — спросил Зигор.

— Да оно само укатится, — Мак высунулся из ямы смотровой площадки и выложил шар на крышу бронехода. Из перекати-поля высунулась еще одна лиана и ветки, сильно оттолкнувшись, отправили растение в длинный прыжок вниз, к земле.

— Ой, а оно не разобьется! — спохватилась Ада.

— Нет, оно упругое, — отозвался Мак и протянул руку, указывая на равнину. — Вон-вон, покатилось.

Темный шар, гонимый ветром, переваливаясь на небольших очках, удалялся от машины, и через несколько мгновений скрылся в темноте…

…Шагоход мерно покачивался, одну за другой переставляя опоры. Под полом кабины щелкали рычаги, передавая управление на редукторы. Бронемашина шла в заданном механическим регулятором порядке, поочередно переставляя ноги и перемещаясь с небольшой, но постоянной скоростью, идя по равнине экономичным ходом. Эри и Тодор, приноровившись к плавному ходу, следили только, чтобы шагоход держал нужное направление, да не наступал передними опорами на крупные камни, придерживая движение ноги или наоборот увеличивая длину шага. Тодор открыл все окна, дневная жара уходила, уступая место ночной прохладе. Огромное количество звезд и взошедшие луны давали достаточно света, но инженер включил небольшую фару, чтобы подсвечивать серую, неживую, много лет назад перемолотую в песок поверхность. Надутые ветром невысокие барханчики шагоход просто не замечал, снося массивными опорными площадками песчаные гребни и вдавливая их в землю всей своей тяжестью.

— Хорошо идем! — оценил Тодор. — Пара ночей и мы уйдем достаточно далеко, можно будет днем передвигаться.

— А нас не найдут по следам? — спросила Эри.

Тодор посветил фарой в сторону пустоши, осматривая землю с правой стороны.

— Не думаю, что их заметят, — он взглянул на девушку. — Утром поверхность нагреется, песок осыплется, и ветром их заметет. Чтобы такое заметить, надо смотреть с близкого расстояния. А если план Мака сработает, Империя будет искать нас далеко на севере.

— Но мы же сможем спрятаться от погони? — Эри посмотрела на Тодора.

— Конечно! — уверил ее инженер. — Укроемся в каком-нибудь овраге, сверху натянем брезент и насыплем песка. Нас будет незаметно с воздуха.

— Это все так… волнительно! — воскликнула Эри. — Я предполагала, что мы просто спокойно проедем по дороге на восток… И вдруг началась война! Вокруг выстрелы, взрывы, кругом враги! Нам надо прятаться, спасаться, бежать! Но ты рядом и это меня успокаивает, хотя путешествие давно превратилось в увлекательное, но крайне опасное предприятие. Мне кажется, если бы мы с тобой не познакомились, я бы так и жила скучной жизнью светской дамы в южном порту…

— Похоже, я виноват, что втянул тебя в это… Может быть было бы лучше тебе оставаться дома, — пробурчал Тодор.

— Ты беспокоишься обо мне? — улыбнулась Эри. — Но ты не прав! Это совершенно новые для меня ощущения! Я чувствую… как бы сказать точнее, меня это будоражит! Я как будто наполняюсь силой, бодростью, хочется действовать, бежать, что-то делать!

— Ага, я читал о таком, — кивнул Тодор. — Психологи изучали воздействие опасности на людей. Одни оставались спокойными и невозмутимыми, другие впадали в ступор, а были и такие, на кого это действовало как легкий наркотик или алкоголь. И тут появилась одна проблема, у таких людей вырабатывалась зависимость, им все время надо было испытывать это чувство, эту эйфорию от опасности…

— И что это значит?

— Во время войны такие долго не живут…

— Ну, спасибо, ты меня обрадовал! — рассмеялась Эри.

— Я не допущу, чтобы кто-то из нас пострадал! — Тодор протянул руку и положил ее девушке на плечо. — Ни ты, ни дети, никто из нас!..

***

— Что значит — как сквозь землю провалились?

— Герр генерал, шагоход точно видели на спуске с перевала, но потом произошел этот обвал… Никто точно не видел, что там произошло, возможно, машина упала на бок и ее засыпало! — оправдывался командир штурмового батальона.

— Ищите! Должны быть следы, обломки! Этот оползень, который снес две петли серпантина, не просто сам по себе рухнул, там поработал маг, мы даже отсюда из лагеря видели пятно зеленой растительности. Проверьте, не могла ли машина сойти с дороги и укрыться в скалах на склоне?

— Шагоход тяжелый и громоздкий, он бы оставил следы после своего прохода. Штурмовики ничего не нашли.

— Герр генерал! Разрешите доложить? — к столу подошел офицер разведки и выложил еще сырые отпечатки фотосъемки.

— Что у вас? — недовольно спросил генерал.

Офицер вытянулся, щелкнул каблуками и, показав таким образом свое почтение, снова расслабился, наклонился над столом, объясняя свои наблюдения.

— Вот это старая аэрофотосъемка дороги на перевал. Мы тогда изучали состояние серпантина и возможность прохождения тяжелой техники. А это свежая съемка, саперы попросили, чтобы оценить объемы работ по устранению оползня.

— И зачем мне это?

— Герр генерал! Обратите внимание вот на это пятно! Как раз на повороте и чуть выше обвала! Это роща хвойных деревьев, растущая в расщелине, куда с горы течет небольшой ручей. Сравните со старой съемкой!

— Так, что тут у нас? Подождите, на первых кадрах нет никакой рощи! — заметил генерал.

— Вот именно, герр генерал! Как вы совершенно верно заметили, в экипаже шагохода должен быть маг. Машина ушла в это ущелье, а маг зарастил вход.

— Немедленно! Всю штурмовую пехоту, что сейчас на склоне, отправить туда, пусть пройдут это ущелье, вырубят, если понадобится, все деревья и найдут шагоход!

— Возможно, они уже вышли на равнину, — предположил офицер разведки.

— Отправить бронегруппу к выходу этого ущелья, пусть ищут следы! Шагоходу понадобится топливо, маг будет выращивать деревья, угля здесь нигде нет кроме как у нас. Воздухоплавателям передать, пусть ищут на пустошах необычные аномалии, внезапно появившиеся участки растительности! Мы их вычислим и поймаем!..

* But boots — boots — boots — boots — movin' up an' down again — вольный перевод Киплинга «Пыль»

— Я устала… Мне жарко! Мне душно! Я хочу помыться и принять ванну! Я устала… Кругом пыль! Я не высыпаюсь, от двигателя идет жар, все трясется… В этих гамаках неудобно, веревки натирают… Мне жарко… А еще эти змеи… И ящеры…

— Эри, что с тобой происходит! — обеспокоенная Эллейн подала девушке фляжку с водой. — Попей, а то обезвоживание будет…

— Я не знаю! Мне хочется плакать… Я была как бы наполнена силой, энергией, а теперь все куда-то ушло, я как выжатый апельсинолимон…

— Ты отходишь от пережитой опасности. Жизнь возвращается в прежнее русло.

— Но я не хочу! Было так здорово! — Эри вздохнула, охватив плечи руками. — Мы мчались по дороге, вокруг взрывы, мы скрывались от врагов! А тут такая тоска, кругом пустыня, до горизонта, только ноги по земле бум, да бум… Меня это уже бесит! И это солнце… Такая жара!

— Может тебе опять с Тодором поизучать искусственное дыхание? — улыбнулась Эллейн.

Эри смутилась.

— А поможет?

— Еще как поможет, — подтвердила женщина. — Чувства всколыхнуться, станет легче. Только я слышала, у тебя ведь есть жених?

— Он всего лишь друг детства, хотя Су как раз мечтал о свадьбе… Нет, я не могу, вдруг Тодор решит, что это что-то серьезное, будет на что-то надеяться.

— А ты сама разве не мечтаешь о чем-то «более серьезном»?

— Я пока не думала об этом, — призналась Эри. — Отец хотел моей свадьбы, но мне казалось, что еще слишком рано, что я еще не готова сидеть дома…

— И теперь ты путешествуешь по пустыне в компании здоровых и сильных мужчин и жалуешься на жизнь, — засмеялась Эллейн.

— Да, я не думала, что все так обернется, — хмыкнула Эри. — Но с этими мужчинами мы в полной безопасности, я уверена!..

Ада, стоявшая за дверью, осторожно прикрыла ее, надеясь, что ее не заметили. Подслушивать нехорошо, но я же не специально, убеждала она себя. Девушка спустилась по вертикальной лестнице в кормовой отсек. Мак сидел у открытого люка, скармливая шишки очередному перекати-полю.

— Привет! Тебе не скучно так сидеть здесь все время?

— Да нет! Я часто один оставался, даже в деревне.

— И чем ты там занимался?

— Когда маленький был, играл в солдатиков. Мне как-то подарили целый набор, оловянные солдатики, — Мак улыбнулся, вспоминая битвы на ковре. — Я делал из камушков и веточек укрепления, командовал, вел наступления, а потом солдатики начали гнуться и ломаться. Они же мягкие…

— И ты их выбросил? — поинтересовалась Ада.

— Нет, я пошел к кузнецу, и он сказал, что их можно переплавить, надо только форму сделать. Тогда я насобирал глины и попробовал в первый раз что-то сделать руками. Оказалось гораздо интереснее, чем просто играть…

— И получилось сделать новых солдатиков?

— Не сразу… но потом мы с кузнецом набрались опыта и смогли уже делать почти приличные фигурки. Правда, мне уже было неинтересно с солдатиками.

— А я книги читала, у дяди было много разных книг. И мечтала уехать путешествовать в дальние края…

— Мы как раз сейчас путешествуем, — улыбнулся Мак и выбросил перекати-поле в люк. — Твоя мечта осуществляется здесь. А потом мы доберемся до твоего королевства, до твоих подданных. Как думаешь, они признают тебя своей принцессой?

— Я об этом не думала. Я пока не готова и не хотела бы управлять целым королевством. Сколько ты уже выбросил? — спросила Ада, провожая взглядом убегающее в пустыню перекати-поле.

— Десять или больше, я не считал, — ответил Мак.

— А почему они такие мелкие, в пустошах просто огромные шары катаются?

— Тут нет земли, есть только ведро с водой, — пояснил Мак, повертев в руках следующий небольшой комок спутанных веток. — Но этого хватит, он потом зацепится за землю, подрастет и дальше покатится.

«Мак разработал целый алгоритм поведения для этих объектов», — похвалил парня шар.

— Сам, ты ему не помогал? — не поверила Ада. — А что такое алгоритм?

«Сам, сам», — подтвердил шар, — «я только помог немного отшлифовать окончательное решение, подправить шероховатости. Алгоритм — это серия команд для выполнения определенных задач».

— Без шара я бы не справился, — сосредоточенно произнес Мак, занимаясь растением. — Тут же надо всю программу в голове держать, передавая ее семенам. Самое сложное, когда надо представить выбор одного из нескольких решений и принять нужное.

— Это как так? — поинтересовалась Ада.

— Если перекати-поле найдет воду, то надо выпустит корень и начать расти и рассыпать вокруг семена. Это главное условие. Но в это время может подуть сильный ветер в нужном направлении. Лианы будут пытаться оторвать куст и отправить в путь. Это для примера, — рассказал Мак. — То есть надо решить, оставаться на месте или ехать дальше. Определить выросла ли уже сосноелка рядом, набрать шишек, понять, пророс ли кактус-насос.

— Как же перекати-поле это поймет?

— Через лианы-датчики, они будут ощупывать все вокруг и передавать информацию в управляющий узел. Вот смотри, в самой середине видишь плотный древесный шар…

— Похоже на крупный орех, — разглядела между ветвей девушка.

— Точно. Вот там все сходится вместе и принимается решение. Правда, пришлось использовать оставшиеся золотые монеты.

— Там внутри золото? Ты потратил все свои деньги? — с недоумением спросила Ада.

— Пыль, я попросил Тыну, там есть станочек для заточки инструмента рядом с машиной. Мы сточили монеты в пыль.

— А как ты теперь без денег?

— А зачем они здесь? — не понял Мак. — Выгляни в люк, камень и песок вокруг, людей нет, это же не город. И потом, моя принцесса, ты же не оставишь своего рыцаря нищим?

Мак наконец-то улыбнулся, Ада рассмеялась.

— Нет, мой рыцарь, этого точно не будет! А как это перекати-поле будет выращивать свои копии без золота?

— А не надо делать полные копии! — с восторгом воскликнул Мак. — Это шар меня научил. Этот куст будет основой, как пчеломатка в улье. Встал, укоренился, вырастил несколько кустов, каждый со своей задачей и оторвался, покатил дальше.

— Не поняла! — призналась Ада. — Ты только что сказал, что там много разных и вдруг у каждого своя?

— Эта основа может делать все, но свои копии она настраивает на отдельные задания, — объяснил Мак. — Часть будет растить оазисы на одном месте, часть распространяться по пустыне в поисках воды, некоторые будут работать отдельными кактусами-насосами…

«Не забудь еще про незадокументированные особенности» — едко подколол шар.

— О чем это вы?

— Это… Я не хотел говорить, — замялся Мак. — Не знаю, может не надо было этого делать.

— Говори уже, раз начал, — ткнула его в бок принцесса.

— Если кто-то попытается срубить или сломать эти растения, они будут защищаться… И передавать сигнал об опасности.

— Ого! А как они будут это делать? Защекочут иголками до смерти? — улыбнулась Ада.

— Да нет! Лианы будут связывать и сдавливать… я думаю, это будут люди, имперская армия. Других здесь нет. Если какой-то зверь придет погрызть кору или полакомится листьями, его не тронут. Это временное решение, надо огромное количество энергии, так что такой оазис, оказав сопротивление, попытается рассыпаться и сбежать, раскатившись по пустыне. Потом они когда-нибудь станут обычными кустами и деревьями, информацию не получится просто бесконечно дублировать, для этого как раз и нужна золотая пыль…

— А когда они станут нормальными, сколько их должно быть к тому времени? — уточнила Ада.

— Хотелось бы как можно больше, — вздохнул Мак. — Все пустоши все равно не получится засадить, но хотя бы вдоль гор полосу лесов создать, уже было бы неплохо.

«Нужно больше золота!» — зловещим тоном сообщил шар и продолжил уже нормальным «голосом»: «Тогда все получится! Только золота нужно пару тонн!»

— Зигор, же рассказывал, что в руслах рек есть золото! — вспомнила Ада.

Мак уставился на девушку, как будто в первый раз увидел невероятное чудо, открыв рот в восхищении.

«Принцесса! Твою статую поставят во всех музеях!» — сообщил шар. — «Мак, закрой уже рот!»

— А что опять не так? — запнулась Ада.

— Нет-нет! Все так! — поспешил произнести Мак. — Мы сделаем золотодобывающую матку, которая будет производить свои копии и делать узловые растения, а они будут распространять растительность дальше. Если получится, это будет уже не остановить!

«Понадобится кактус, который будет не только воду добывать, но и золото их породы вымоет и доставит наверх» — уже начал развивать идею шар, — «Но меры безопасности придется усилить, а то люди начнут за ними охоту!»

Шагоход качнулся и начал замедляться. Шаги становились все короче. В отсек заглянула Эллейн.

— Дети, вы здесь? Мы останавливаемся, не хотите выйти, размять ноги?

— Конечно, мама! — тут же согласился Мак. — Мы сейчас идем!

Между горных лугов, сползающих по склонам предгорий и каменистыми пустошами, вдали у горизонта переходящими в песчаные барханы жаркой и безводной пустыни, лежало небольшое плато, огороженное от равнины грядой высоких изломанных скал, торчащих острыми кромками и пиками во все стороны. Но не это было самое удивительное. На плато стоял лес, но какой! Засохший, мертвый, лишенный воды, растопыривший ломкие сухие ветви, лишенные листвы, как будто погибшие деревья пытались преградить дорогу случившейся много лет назад беде.

Шагоход прошел по этому лесу несколько десятков метров, оставляя за собой широкую просеку, раскинув переломанные стволы по сторонам.

— А чего мы встали? — Мак спустился вниз на почву по металлической лесенке.

— Идем без перерыва ночь и день, — Тыну с большим топором уже примерялся к одному из упавших деревьев, чтобы отрубить сучья. — Уголь заканчивается, а тут такая удача, сухие дрова. Сейчас остальные подтянутся, начнем пилить и загружаться.

— Я могу помочь, — предложил Мак.

— Сучья рубить? — спросил Тыну.

— Нет, собрать упавшие деревья, — Мак отошел в сторону и широким жестом сеятеля бросил перед собой несколько шишек.

На просеке поднялся и сразу начал разбухать кактус-насос, уже через пару минут его корни где-то глубоко под землей нашли воду и начали поднимать ее наверх. От кактуса побежали вдоль проломленного шагоходом пути длинные и гибкие лианы. Они опутывали упавшие стволы и волокли их к машине, попутно обламывая самые большие сучья. Над мертвым лесом поднялся треск и хруст. Почти полностью очищенные от веток деревья укладывались рядом с шагоходом.

Себастьян и Тодор спустили сверху раскладные металлические козлы и сами спрыгнули на землю. Уложив на козлы первое бревно, они начали его пилить большой двуручной пилой. Стив и женщины собирали обломанные сучья. Ада пошла прогуляться.

— Невероятно! Каждый раз, когда вижу твою работу, не перестаю удивляться, — произнес Тыну. — Я думал, мы тут до вечера простоим, но ты за несколько минут делаешь работу, с которой мы возились бы пару часов.

— Это не так сложно и тяжело, — отозвался Мак. — Я же не сам бревна таскаю. Главное видеть перед глазами картинку, как лиана поднимает бревно, как тащит к нам. Представил, отдал команду, лиана начала работать. Я тем временем следующую отправляю.

— Я не представляю, как это все работает, — признался Тыну. — Откуда у твоих растений память и эта невероятная гибкость, почему они так быстро растут?

— Это все золотая пыль, — пожал плечами Мак. — Тут ее очень много, как и с той стороны хребта. Может с гор дождями и ручьями намыло.

— То есть тебя как-то понимает и слушается золотая пыль, — покачал головой Тыну. — Похоже на беспроводной телеграф, о котором мечтает Себастьян.

— Возможно, я не думал о том, как мы с ней связываемся, — ответил парень. — Одно плохо, эти лианы, и другие растения, они не будут жить долго, как только мы закончим работать, они начнут умирать. Слишком много сил они тратят на движение. Может только кактус останется качать воду.

Наверху залаял Трезорка.

— Ада, вернись назад к шагоходу — послышался со смотровой площадки голос Зигора.

— Что там? — подняв голову и прекратив пилить, крикнул наверх Тодор.

— Какие-то звери, не то собаки, не то волки, пока далеко, но наблюдают за нами. Я винтовку приготовил на всякий случай.

Ада подбежала к Маку. Кто как не верный рыцарь должен защищать свою принцессу.

— Какое жуткое место! — сообщила она свое мнение. — А почему кактус нашел воду, а эти деревья не смогли?

— Слишком глубоко, — ответил Мак. — С гор текут ручьи, но они сразу уходят под землю в разломы. Где-то там под землей, и под пустыней тоже, должны быть целые озера воды. Знать бы как ее оттуда достать…

Экипаж напряжено работал, забивая тендер чурбаками. Мак и Ада присоединились к женщинам, помогая оттаскивать в сторону и складывать в кучу обрубленные и обломленные сучья.

— Стив, поднимитесь наверх, — крикнул Зигор. — Машина Ады выдала ваш заказ.

— Идите, мы с ребятами справимся, — махнула деду Эри.

Ученый поспешил подняться на борт.

— Если тут есть волки, значит и добыча имеется, — произнесла Эллейн, останавливаясь и вытирая лоб рукавом.

— А на кого они могут охотиться? — спросила Ада.

— На овец, на салезубых зайцев… На ящериц, им все равно, лишь бы мясо было.

— Но разве им не нужна трава или хотя бы кора для зайцев? — спросила Ада.

— Нужна, конечно, только я не вижу вокруг ничего похожего, — произнесла Эллейн.

— То, что мы ее не видим, не значит, что ее здесь нет, — сказал вдруг Мак. — Волкам нужна еда, а их еде нужна трава, а траве нужна вода…

— Тут где-то есть вода, — воскликнула Ада.

— Может где-то в низинах бьют ключи, просто мы их не заметили, — присоединилась к разговору Эри.

— Если и так, то все равно здесь слишком жарко, вода просто испаряется, не насыщая почву, — заметила Эллейн. — Был бы тут живой лес, тут была бы тень, стало бы попрохладней, ручьи смогли бы растекаться по всему плато.

Мак остановился, окидывая взглядом округу.

— А ведь может получиться…

— …Так! И что это?

— Яйцо. Правда, металлическое…

— И что мне с ним делать? — Стив с недоумением смотрел на неправильную вытянутую сферу, которая выпала из машины подарков.

— Тодор и его инженеры сажают яйца в землю и присоединяют к ним бункеры с необходимыми стройматериалами, — улыбнулся Зигор.

— Я просил мелкоскоп, а не дом, — огрызнулся дед. — Куда я буду его… «высаживать»? И я не вижу дырок для подключения подачи воды или еще чего-то…

— Действительно, — Зигор покрутил увесистое «яйцо» в руках. — А может его надо как-то развернуть?

Он подцепил пальцем одну из квадратных ребристых площадок на нижней половине металлического объекта и попытался сдвинуть. Площадка отошла от поверхности и с хорошо слышимым щелчком опустилась вниз, оказавшись опорой выдвинувшейся ножки.

— Дайте сюда! — сварливо произнес дед, отбирая «подарок».

Он выдвинул оставшиеся три ножки и установил получившуюся конструкцию прямо на машину Ады.

— Попробуйте раскрыть верхнюю половину, — посоветовал Зигор. — Вот эти две пластины похожи на створки или на дверцу.

Стив двумя руками начал раздвигать указанные пластины, которые вдруг легко разошлись по сторонам и опустились по бокам, образуя полочки. Задняя часть сферы тоже отошла вниз, а из середины поднялась опора, на которой крепился барабан с тремя окулярами.

— Тут в центре вроде как стеклянный стол для образцов, — заметил Зигор. — И кнопка какая-то.

Стив нажал на кнопку. Под стеклом загорелся свет.

— Удобно, подсветка с той стороны… Но зачем здесь целых три разных окуляра?

Дед вырвал из головы волос и положил на стекло, прижав сверху надвигающейся также стеклянной крышкой. Заглянул в один из окуляров, покрутил винт настройки.

— Неплохо, неплохо… А если следующий?..

Он повернул барабан, перемещая объективы. Проверил настройку.

— Так, этот дает гораздо больше увеличения! Отлично, просто отлично!

— А третий? — не удержался Зигор, с улыбкой наблюдая за стариком.

— Ух ты! — задохнулся от восторга дед. — Да тут увеличение не меньше, чем в пятьсот раз! Вот если бы у меня был такой мелкоскоп раньше…

— Может быть, пора начать исследования? Вы помните наш уговор, — напомнил Зигор.

— Помню, помню! Сегодня же и начнем, — кивнул Стив. — Как только встанем на ночевку… Проверим вашу кровь для начала… Где-то у меня была иголка и пробирки для проб…

— Ну не прямо сейчас, профессор! Мы скоро дальше пойдем, тут все будет трястись, шататься, — притормозил пыл ученого Зигор.

Стив Дуглас зыркнул на археолога, фыркнул в ответ и молча отвернулся к своему новому прибору. Он попытался приподнять боковые полки и мелкоскоп послушно свернулся обратно в сферу.

— Придумают же… Но удобно, должен признать, очень удобно…

…Погрузка дров закончилась. Стая хищников, замеченная археологом, так и не решилась приблизиться. Экипаж поднялся на борт.

— Тыну, как машина, топлива хватит? — спросил Тодор.

— Полный тендер. Если не гнать на максимальной скорости, растянем на пару дней. И у нас хоть и стоит холодильник, но отработанный пар все же расходуется, не все конденсируется, вода заканчивается, но до вечера трудностей не будет. А потом попросим Мака, пусть насос вырастит…

— Помощь Мака не потребуется, — уверил проходивший через отсек в кабину Зигор. — До темноты еще пара часов, мы успеем выбраться из этого леса и дойти до хорошего источника воды. Там должны быть мои друзья. А воды-то много надо?

— У нас два бака по пять кубов. Один уже пустой, во втором половина. Хоть мы и не тяжелый состав ведем, но расход все же есть.

— Много… — протянул Зигор. — Не знаю, найдем ли мы сразу столько в одном месте.

— А что за источник? — поинтересовался Тодор.

— О, там удивительное место, вам как инженерам точно понравится, — улыбнулся Зигор, скрываясь за дверью кабины.

Шагоход поднялся на своих ногах-опорах и, задрожав, сделал первый шаг. Тодор поднялся на верхнюю площадку. Там уже стоял Мак.

— Мы можем, когда выйдем на край плато, на несколько минут остановиться, — спросил он инженера.

— Конечно, можем, — подтвердил Тодор. — А что ты хочешь сделать?

— Я хочу потренироваться. Мы все время выпускаем перекати-поле, и я уверен, что мы все делаем правильно, но я еще ни разу не видел, как они срабатывают сами по себе.

— Ты хочешь провести натурный эксперимент, — предположил Тодор. — выпустить растение и посмотреть, как оно будет развиваться.

— Э… Нет. Я хочу попробовать более сильный способ. Шар считает, что у нас получится. Мы же уже достаточно далеко от имперской армии, они нас уже не смогут заметить?

— Думаю, да, мы ушли. Давно вышли за пределы их карт. Хорошо, — кивнул инженер, — выйдем из леса и перед выходом на пустоши остановимся. Ты уверен, что справишься, для тебя не будет никакой опасности? Вреда для здоровья?

— Нет, мы с шаром все просчитали, может быть, я почувствую слабость или усталость, но это пройдет, просто надо будет потом выспаться. Я тогда пойду на корму, еще с шаром посоветуюсь, — сообщил Мак и спустился в нижние отсеки.

Проламывая себе дорогу, шагоход выбрался из мертвого леса и на краю начинающихся дальше пустошей, в проходе между скалами, встал. Мак спустился вниз по лестнице с рюкзаком за плечами, отошел подальше от машины, повернулся к мертвому лесу и достал из мешка шкатулку. Следом за парнем по лестнице торопливо скатился Себастьян с винтовкой.

— Тут все-таки какие-то хищники водятся, — пояснил он Маку, заметив его вопросительный взгляд. — Пока ты будешь занят, я покараулю.

Мак молча кивнул и, взяв шкатулку двумя руками, уставился на лес. Ничего не происходило. Парень застыл столбом, даже не моргая, на лбу выступила испарина. Себастьян уже хотел его одернуть привести в чувство, когда в лесу послышался треск.

На одном из деревьев вдруг лопнула сухая кора и кусками посыпалась вниз на землю. Из мертвого ствола потянулась живая ветвь, прямо на глазах покрывающаяся свежими ярко-зелеными еще совсем маленькими листочками. Чуть выше вылезла еще одна и еще, и еще, через несколько минут посреди мертвого сухостоя стояло живое молодое дерево. Треск послышался в другом месте, справа, слева, в глубине, скоро весь лес наполнился хрустом, стуком отпадающих сухих сучьев, стволы трещали, как будто по всему лесу шла стрельба из ружей. Ближайшие деревья уже зазеленели, все дальше и дальше от Мака и боевой машины людей распространялась зеленая волна возрождающейся новой жизни.

Мак вздохнул, проморгался, глаза слезились, пытаясь смазать подсохшую роговицу. Он убрал шкатулку обратно в рюкзак. Присел, водя по сторонам руками, во все стороны побежали от него волны поднимающейся зеленой травы.

— Ада, сбрось мне перекати-поле, — крикнул он наверх.

Из кормового люка вывалился круглый шар из скрюченных веток. Мак подобрал его и, немного подержав в руках, бросил в сторону молодого леса. Выпустив лианы, перекати-поле, цепляясь ими за стволы деревьев, скрылся в гуще.

— А это зачем? — спросил немало удивленный происходящим Себастьян.

— Тут защищенная местность, но деревьям все равно нужна вода. Перекати-поле найдет самое низкое место на плато и вырастит насос. Потом, когда лес разрастется, тут будет тень и прохлада, вода поднимется сама, появятся родники. Теперь тут все будет расти без моей помощи, как и было когда-то раньше. Деревья, кустарник, трава. Вернутся звери, птицы…

— Я никогда не думал, что маги способны на такое, — признал Себастьян. — Если ты сможешь еще кого-то научить подобному, крестьяне будут к вам в очередь стоять, чтобы урожаи поднять. Ты же можешь им сады выращивать почти сразу, а не за долгие годы ожиданий. Станешь богатым и важным…

— Смеетесь надо мной? — улыбнулся Мак. — Похоже, нам пора возвращаться.

Со смотровой площадки шагохода им уже махал Тодор. Как только Мак и Себастьян поднялись наверх, шагоход отправился дальше.

— Ты не устал, как ты себя чувствуешь? — подскочила к своему рыцарю Ада.

— Ну, ты выдал, не ожидал! Молодец! — похлопал Мака по плечу Тыну.

Все, кто был не занят на постах, собрались вокруг парня, одновременно пытаясь высказать свое восхищение, потрепать юного мага по макушке, справится о самочувствии. От этого гвалта Мака слегка повело, или шагоход сделал слишком большой и неустойчивый шаг, но он покачнулся и в него тут же клещом вцепился дед.

— Так, всё, разойдитесь все, дайте ему отдышаться, — начал распоряжаться Стив. — Пойдем наверх, тебе надо прилечь.

Он потащил Мака к лестнице. Поднявшись на палубу главного орудия, где были растянуты гамаки, Мак улегся в один из них. Ему действительно захотелось подремать. Дед взял его за руку, проверил пульс, а затем больно уколол в один из пальцев.

— Ай! Дед, ты что делаешь? — тут же очнулся Мак.

— Наука требует жертв, потерпи! — невозмутимо сообщил ему Стив Дуглас. — Мне нужна пара капель твоей крови. Для исследований… Укол быстро пройдет, ложись, отдыхай…

Но поспать не удалось. Размеренная поступь боевой машины, мерно покачивающейся и шаг за шагом перемещающейся все дальше, вдруг прервалась. Мак очнулся от дремы. Шагоход замедлялся.

— Тыну, поднимись на смотровую! — раздался по громкой связи голос Тодора.

К гамаку подскочила Ада.

— Вставай скорей, пойдем смотреть! — начала тормошить она Мака.

— Да что там? — парень выбрался из гамака и полез по лестнице наверх, следом за принцессой.

Шагоход медленно и осторожно пробирался между скалами предгорий и краем пустошей, на которых все было просто завалено жуткими нагромождениями ржавых и старых механизмов. Мертвый металл, рыжий и тусклый, разодранные в торчащие во все стороны клочья, осколки железа, обломки, перебитые трубы самых разных диаметров. Команда шагохода почти в полном составе собралась на верхней площадке, с интересом разглядывая на этом жутком, но в то же время притягательном своей страшной исковерканностью чудовищном поле ближайшие механизмы, проплывающие внизу.

На смотровую выбрался Тыну.

— Ого! Похоже на кладбище паровозов или очень большую свалку, — оценил он пейзаж за бортом.

— Это не может быть местом какой-то древней битвы? — спросил Тодор. — Вон впереди, похоже на корпус шагохода, которому оторвали опоры с одной стороны и он упал на другую машину. Непонятно, правда, на какую, от нее мало что видно кроме куска железа, сплющенного в лепешку.

— Никогда не слышал ни о каких битвах в этих местах, — сообщил поднявшийся наверх Зигор. — Мы тут проходили мимо, я потом пытался выбить разрешение на экспедицию, но все время появлялись какие-то препоны.

— Кто-то не хотел, чтобы вы изучили это место? — спросил механик.

— Похоже на то…

— А с этими машинами что случилось? — указала Ада на странные, развороченные механизмы из которых во все стороны торчали связки перекрученных и переломанных труб.

— Немного твоего Синьку напоминает, — улыбнулся Тыну. — Это как раз не сложно объяснить, это были паровые машины и у них по какой-то причине взорвался бойлер с паром. Если у нас взорвется, то будет что-то похожее, две сотни труб, торчащих во все стороны. И, нет, это не похоже на битву, кажется, их просто всех стащили в одно место. Не может в одно время сразу у всех взорваться паровик.

— Почему же не может, — возразил Тодор. — Если тут в центре взорвать что-то мощное, то от ударной волны могло…

— От ударной волны их бы раскидало в стороны, — прервал инженера Тыну. — А тут как будто в середине этой кучи сто-то всосало в себя воздух, большинство труб все туда повернуты. Нет такого оружия.

— А это не мог быть маг огня? — спросила стоявшая у поручня Эри. — Огненный шар большого диаметра, после взрыва дает волну жара, а сам превращается в раскаленное облако и поднимается вверх. Издалека похоже на гриб, только очень большой. Там сначала все вокруг выгорает и высыхает, а потом весь воздух внутрь идет и засасывается в это облако как в смерч.

— Это вы где такое видели? — спросила Ада.

— Су как-то приглашал на полигон, там проводили испытания, — ответила Эри. — Но для этого нужно очень много магов, один такое не может сотворить.

— О магах прошлого, да еще с такой силой, обязательно были бы упоминания в книгах. В академии ведется учет всех магов с начала времен, как только они появились, — сказал Зигор, разглядывая уплывающую за корму безумную мешанину взорванных машин, похожих на чудовищ с застывшими на всегда сотнями щупалец. — Они даже о магах Империи данные туда заносят.

— А тут похоже на бронеходы, только на огромных колесах, — обратил внимание Мак на новую груду старого железа.

Несколько крупных машин с растопыренными во все стороны артиллерийскими стволами были просто завалены со всех сторон обломками и остатками каких-то более мелких механизмов. Да и сами они были полураздавлены, как будто сверху их когда-то плющил гигантский молот. Корпуса были вмяты внутрь, большие железные колеса погнуты, часть из них оторвалась и упала рядом.

— Похоже, что их сбрасывали с большой высоты, а потом завалили кучей мусора, — предположил Тодор. — Потом то, что поменьше, рассыпалось по сторонам. Тыну, тебе не надо какую-нибудь железяку для шагохода. Вон вроде тяги целые видны.

— Нет! Ничего мне не надо! — Тыну передернуло. — Тут все ржавое и мертвое. Давайте отсюда убираться, мне от этого места как-то не по себе…

— Нет у вас тяги… к истории, — то ли посочувствовал, то ли пошутил Зигор. — Если здесь встать хоть на денек, столько можно увидеть интересного. Вдруг там внутри этой свалки ящики с документами, или сейфы с ценностями…

— Жуткое место, — согласился с Тыну Тодор. — Будем считать, что предки просто свозили сюда ненужные, вышедшие из строя механизмы, чтоб потом где-то рядом построить перерабатывающий завод.

— Тут нет дорог! Тут нет городов! И не было никогда, так гласят карты и книги по истории! — вспыхнул Зигор. — Мы проходим мимо одной из величайших загадок нашего континента!

— Вы уже однажды прошли мимо, — миролюбиво заметил Тодор. — И с той поры ничего ведь не изменилось? Закончится война и вы сюда обязательно вернетесь, отыщите все документы и все клады.

Зигор раздраженно фыркнул.

— И вы нам воду обещали! — напомнил Тодор.

— Да, там впереди холм с двумя вершинами, его уже видно, — махнул рукой археолог. — Обойдем его, за ним как раз будет ваша вода.

Обиженный на всех Зигор устроился на краю площадки, быстро зарисовывая в блокнот виды уплывающей за корму свалки старых, странных и давно мертвых и проржавевших механизмов.

— Мак, а у шара нет сведений об этих местах? — спросил Тодор.

«Мне ничего об этом неизвестно!» — тут же отозвался в голове у парня шар.

— Он ничего не знает, — продублировал Мак. — Я вниз пойду, тут уже не на что смотреть…

«Вы, люди, совершаете столько необдуманных поступков, столько всего творите, что за вами никто не уследит…» — продолжил шар. — «Но там, куда мы направляемся, можно получить ответы на все вопросы».

Мак остановился, вися на лестнице.

— Мы разве не Аду едем прятать от врагов? Ты опять что-то скрываешь?

«И Аду тоже!» — поспешил успокоить парня шар. — «Как это ни странно, эти две точки на карте совпадают! Можно сказать, Аде нам с тобою по пути!»

— Не шути со мной! — пригрозил Мак, продолжив спуск. — Один раз ты меня уже обманул!

«И кому от этого стало хуже?» — притворился удивленным шар. — «Ты посмотри, чего ты достиг, после того как нашел куб! Ты же, не побоюсь этого сравнения, величайший маг современности!»

— Я этого не хотел!

«Зато как все удачно сложилось! И мир посмотришь и родственники с тобой! И не придется в горах всю войну отсиживаться! А что было бы с девочкой, если бы она осталась в Старом Углеграде?»

— Будем считать, что ты пока прав, — согласился Мак. — Но я прошу ничего от меня не скрывать… особенно в наших планах на будущее.

Шагоход продолжал свой путь. Горы и холмы справа, бескрайняя безжизненная равнина слева. Тонкая линия границы, узкая полоска, где редкие кустики и слабые пучки пожухлой травы, чудом проросшие от занесенных ветром с гор семян, переходили в голый камень и горячий песок, сжигающий все живое. Боевая машина обошла очередной холм.

— Тодор, я не вижу никаких источников воды, — доложил из кабины Себастьян.

— Спускаемся в низину, — указал дорогу Зигор.

— Берем левее, идем по спуску, — ответил водителям Тодор. — Осторожнее там между скалами.

Посреди каменистой пустоши виднелась пологая котловина, усыпанная валунами и торчащими скалами. Со стороны гор вниз вела едва заметная тропа.

— Там что, люди живут? — поинтересовался Тодор.

— Смотритель должен быть. И его семья, скорее всего тоже, — ответил Зигор.

— Там внизу какое-то строение! — заметил инженер. — Купол?

— Ага, он самый, — подтвердил Зигор. — С равнины его не видно, он ниже. А рядом вон как раз, хижина и огород. Домик смотрителя. Надо бы аккуратнее, не растоптать посадки. Не стоит людей обижать…

— А вода-то где? У него тут колодец что ли?

— Сейчас дойдем, сами все увидите… — загадочно улыбнулся археолог.

Тяжелая машина, сотрясая землю, подошла к куполу и встала, громко дыша отработанным паром. Закутанный с головы до ног старик стоял около небольшой мазанки, внимательно наблюдая за пришельцами. Оружия у него в руках не было. Да и что бы он смог сделать против пушек и пулеметов…

— Опускаемся, — распорядился Тодор.

Шагоход поочередно расставил опоры и медленно опустил корпус, лег на землю. Зигор поспешил на выход.

— Приветствую вас, уважаемый! Не бойтесь, это гражданская экспедиция! — поспешил он поздороватся с аксакалом.

— А, Зигор, ты вернулся? — старик разглядел выходящего из машины археолога. — Давненько тебя не было… Кто твои друзья?

— Путешественники, идем на восток, к побережью. Нам нужна вода, поможете?

— Для такого монстра, — старик окинул взглядов возвышающийся над ними корпус машины, — наверное, нужно очень много воды?

Из шагохода вышли инженеры, за ними следом, с интересом разглядывая все вокруг, потянулись подростки и женщины. Дед по какой-то причине остался внутри, скорее всего, использовал время остановки для работы с мелкоскопом, пока ничего не тряслось и не качалось.

— Добрый день. Воды надо семь или восемь кубов, — сообщил смотрителю Тыну.

Увидев детей старик окончательно успокоился.

— Пойдемте, посмотрим хватит ли вам наших запасов…

Все вместе отправились к входу в купол, перекрытому тяжелой плотно прилегающей к проему деревянной дверью.

— Окна понизу какие-то странные, — заметил Себастьян. — Узкие, как щели и как будто не насквозь, а наискосок вдоль стены идут. Это какое-то оборонительное сооружение?

— А башенка сверху для чего? Там же человек не поместится… — отметил Тодор.

— Это сардоба, хранилище воды, — пояснил старик, открывая замок на двери. — Ее построили наши предки еще до того, как все земли вокруг превратились в пустыню. Задолго до того… Но и до пустыни здесь было слишком сухо, горы не пускают сюда воду с юга. Весной, когда таяли ледники, вода быстро проходила по руслам рек, но потом они пересыхали. Если пасти скот еще можно было, то выращивать урожай было очень трудно. Тогда люди начали строить открытые хранилища и отводить из них воду по арыкам. Но и в хранилищах вода заканчивалась, а пополнять ее было неоткуда. Жаркие летние месяцы сжигали посевы. Тогда начали строить сардобы.

— А в чем суть то? Это крыша, которая не дает пересыхать водоему? — поинтересовался Тыну.

— Заходите, все увидите сами, — предложил смотритель.

Внутри было прохладно и влажно. В узкие щели в стенах поддувал легкий ветерок. Башенка на макушке оказалась вентиляционным отверстием. В центре сплошного купола без опор лежало целое озеро воды, так всем показалось на первый взгляд. Люди выстроились вдоль стен, наслаждаясь легким холодком.

— Толстые стены не дают нагреваться водоему, — оценил Тыну. — И воды здесь много, гораздо больше, чем нам нужно. Но я не вижу, откуда она сюда поступает. Тут родник под водой?

— Ты стены потрогай, — посоветовал Тодор. — Это грандиозно! Как они додумались?

— Я не понимаю, — Тыну провел рукой по стене. — Мокрая? Но как?

— Ветер! — понял наконец-то Себастьян. — Котловина, в нее опускается насыщенный влагой воздух. Он тяжелее сухого. Ветер попадает в эти щели и начинает закручиваться по кругу, вот почему они не сквозные, а под углом! Здесь прохладно и вода оседает на стенах, а потом стекает вниз и остается там. А воздух поднимается наверх и выходит в то отверстие под башенкой! Постоянно действующий, не зависящий ни от чего воздушный насос с конденсатором! Действительно, настоящее чудо!

— Мы изучали эту сардобу в прошлой экспедиции, — пояснил Зигор.

Тыну окинул взглядом помещение и повернулся к старику.

— Мы могли бы бросить шланг и откачать воду. Уровень опустится примерно на полметра. Это не слишком много?

— Берите, для хороших людей ничего не жалко, — кивнул смотритель. — Урожай я уже собрал. Путников у нас немного, им хватит, если понадобится. А до весны вода еще наберется.

— А можно на ваш огород посмотреть? — спросил вдруг Мак.

— И я с вами, — встрепенулась Ада.

— Любите растения? — улыбнулся подросткам старик. — Пойдемте. Зигор, сынок, как закончите, запри двери и принеси мне ключи…

И он вместе с детьми направился на выход.

— Сынок? — переспросила Эллейн.

— Просто оборот речи, не обращайте внимания, — отмахнулся Зигор улыбнувшись. — Я тут провел достаточно долгое время, люди ко мне привыкли.

— И много еще есть мест, где тебя называют «сынок»? — заинтересовалась Эри.

— Да есть еще… — смутился вдруг археолог. — Родители, конечно же… и мы когда в поле работаем, я стараюсь наладить отношения с местным населением. Всегда же приятно, когда тебя добрым словом вспоминают. Вот сегодня пригодилось!..

— И не поспоришь, — согласился Тодор. — Начинаем работать, Тыну ты в шагоход, Себастьян тяни шланг…

Старик вывел детей на свежий воздух. После тишины и прохлады под куполом опять навалилась жара и яркий свет опускающегося за горы солнца. Рядом с куполом раскинулся довольно обширный огород, весь перерезанный сетью каналов.

— Это мои поля, — пошутил смотритель. — За теплое время успеваю два урожая снять. Всего-то надо, вода, труд и терпение.

— Вам никто не помогает? — спросила Ада.

— Почему же, помогают. Из поселка приходят, для них же и выращиваю.

— А у них у самих нет воды? — спросил Мак, разглядывая вполне себе здоровые и крепкие посадки. — А если вы урожай собрали, зачем сейчас вода в каналах?

— Удобрения, вода должна их растворить и пропитать всю почву, — пояснил старик. — В поселке колодец, но они там только зерно выращивают, а у меня тут овощи, ягоды, все что нужно для здоровья.

— Да, земля тут… — Ада поморщилась. — У меня на клумбе рядом с домом земля плодороднее. А помнишь, у Тодора в зимнем саду как все росло!

— То есть земля удобрена и воды достаточно. А тут и почки, и цветы уже кое-где, — заметил Мак. — Может вы еще урожай соберете?

— Не успею, — покачал головой смотритель. — В горах уже снег идет, через неделю, две, начнутся заморозки, все уснет до весны.

— А, ну неделя это много, — с умным видом произнес Мак. — А все же, если предположить, что вы собрали еще один урожай, вам же придется тогда снова удобрения вносить?

— Эта дополнительная работа была бы мне только в радость, — с мягкой улыбкой ответил старик. — Жаль, что зима на носу, в поселке были бы рады свежей пище.

— Да, я все время про зиму забываю, — закивал Мак. — Вы не против, мы посидим тут немного, отдохнем с дороги? А то целый день тряслись по жаре…

— Конечно-конечно, вам же надо побыть наедине, — по-своему понял их старик. — Скажите своим друзьям и сами потом приходите чай пить, я лепешек напеку.

— Неловко как-то получилось, — произнес смутившийся Мак, когда смотритель ушел.

— Да пусть думает, что хочет, — утешила его Ада, положив руку на плечо парня. — Ты ведь решил им немного помочь?

— Почему нет, они помогают нам, мы им…

Смотритель вынес из дома и расстелил прямо на земле большой ковер, поставил пару ламп и большое блюдо с целой горой свежий ароматных лепешек, таких огромных, что их приходилось ломать пополам, больше было не съесть. Котел с кипятком, чайник с заваркой, груда чашек. Всем хватило места, команда шагохода с удовольствием воспользовалась гостеприимством старика, выложив на ковер и свои скромные угощения.

Смотритель, медленно отпивая кофечай из блюдечка, степенно расспрашивал, как дела в Республике, откуда появилась эта необычная машина, казалось, все ему было интересно. Зигор правда перед началом трапезы объяснил, что таковы здесь традиции, не стоит слишком углубляться в эти застольные беседы. Но все вели себя вежливо и спокойно.

— Зигор, как поживают твои родители, здоровы ли, все ли у них в порядке? — обратился старик к археологу.

— Да-да, все хорошо, — как-то нехотя отозвался Зигор, который весь вечер был удивительно молчалив. — Уважаемый, позволь я сразу спрошу, чтобы весь вечер не тянуть, как поживает Линда, вышла ли замуж?

Старик ухмыльнулся.

— Нет, она ждет одного юношу…

— Неужели? Я его знаю? Давно ждет? — заметно занервничал Зигор.

— Четвертый год уже как. И я думаю, ты его отлично знаешь!

— Ой, я же совсем забыл! — вскочил с места Зигор. — Там же Стив один остался в шагоходе, не оторвать от мелкоскопа. Отнесу ему пару лепешек, пусть хоть перекусит.

Археолог спешно отправился к машине.

— Что это с ним? — обернулась ему вслед Эллейн.

— Его тревожат воспоминания, — провозгласил смотритель, отпивая кофечай. — Завтра вы познакомитесь с нашими друзьями из поселка.

— Странно как-то, друзья, а он задергался весь, — прошептала Ада на ухо Маку…

Сидели долго, даже Трезорка, обежав несколько раз вокруг купола дома и огородов, вернулся к компании, лег неподалеку и задремал. Разошлись уже затемно, под накрывшим пустыню усыпанным крупными звездами небом, долго благодаря хозяина за ужин и беседу. Зигор, убежав в шагоход так и не вернулся.

С утра, когда уже рассвело, еще по холодку, дежуривший Тыну поднял Тодора. Пользуясь остановкой надо было подтянуть ослабевшую тягу на передней правой опоре. Вдвоем они быстро управились и уже закончили работу, когда за их спинами послышалось злобное рычание Трезорки.

— Вы двое! Бросайте инструменты и подняли руки! — раздался властный женский голос.

— Герр генерал! Обнаружен новый оазис!

— Где именно?

— Двадцать пять километров к северу от нас!

— Отправьте штурмовую группу. Если обнаружатся следы шагохода, готовьте батальон пехоты для захвата.

— Герр генерал! — в штабную палатку вошел еще один офицер. — Воздушная разведка нашла еще несколько ранее неизвестных оазисов!

— Покажите на карте!

— Вот здесь, здесь и здесь, и еще два в стороне, вот тут.

— Не понимаю, что они кружат по пустыне?

— Герр генерал, я убежден, что противник путает следы!

— Когда из метрополии пришлют новый воздушный корабль? С ним мы бы сразу обнаружили дымящий как паровоз шагоход.

— Пока не было согласия с севера, — ответил офицер. — Сообщают, что приняли во внимание наши проблемы, но заводы перегружены заказами и свободных резервов для нас у них нет.

— Идиоты! В генеральном штабе сидят одни идиоты! Они не понимают всей важности нашей операции!

— Герр генерал! — в палатку вошел офицер связи. — Инженерные войска на перевале не могут начать работу из-за обстрелов. Просят артиллерийской поддержки.

— Чтобы снайперы сверху перебили наши расчеты? Чем мы будем их обстреливать? На такую высоту? Перевал надо бомбить с воздуха! Пусть работают по ночам!

— Пропустите меня, это срочно! — в палатку ворвался еще один разведчик. — Сильное магическое возмущение на востоке, взят азимут. И последняя съемка с ворона-лазутчика.

Он выложил на стол свежие, еще мокрые отпечатки.

— Что это за кости? И что это за дерьмо на снимке? Ваши птицы теперь падаль снимают?

— Это куча золы, герр генерал! — поспешил оправдаться офицер. — Шагоход сбросил шлак. А в голове убитого ящера четко видны следы входных отверстий. Его застрелили.

— Где это было?

— На востоке! На карте это место здесь! Разведка считает, что все эти новые оазисы — пустышки. Шагоход уходит вдоль гор на восток!

— Курьер из метрополии! — в палатку ворвался пропыленный после долгой дороги по пустыне офицер в больших дорожных очках на лбу. — Срочная депеша, лично в руки!

Генерал взрезал конверт, срывая сургучные печати. Все офицеры вокруг замерли в ожидании. Генерал развернул послание и прочитал текст. Его лицо побагровело, он стал похож на разъяренного буйвола, готового броситься на любой раздражающий его предмет.

— Дебилы… Где они были раньше, чем думали? Войска с перевала отозвать! Собрать все быстроходные бронеходы и грузовики! Грузить уголь, воду и штурмовиков! Двойной боекомплект!

— Сколько батальонов? — робко спросил кто-то из офицеров.

— Все!!! Все сколько влезет! Всех в срочном порядке на восток, в погоню за шагоходом! Экипаж брать живым невзирая на потери! Чтобы никто не погиб при захвате! Инженерные войска отправляются следом за первой колонной! Будут подбирать отставших и возвращать в строй и подвозить топливо и воду! Догнать и захватить любой ценой! Все поняли? Любой! Выполнять!!!

Офицеров вымело из палатки. Остался только кто-то из старших, кому был положено по обязанностям быть рядом с генералом.

— Наши войска за горами…

— Забудьте про них! — генерал вытер взмокший лоб, успокаиваясь. — Читай, что в депеше!

— «Обнаружена наследница. Следует в…», да нет, не может быть!

— Может, еще как может! — генерал оперся о стол двумя руками, разглядывая карту. — Они попали под нашу атаку и ушли через горы, проскользнули у нас под носом. И идут на восток к побережью! А там их перехватит флот! Флот! Они получат все награды и поощрения, а мы, сидя здесь в этой проклятой пустыне, схлопочем по загривку и за годы последующей службы эти места будут вспоминаться нам как рай на земле! Догнать и схватить! Проконтролируйте! Даю двое суток! Уроды!..

***

— Что непонятно? Бросили инструменты!

— Сеньорита! А вам не холодно в таком… э… наряде? — обернулся на голос Тыну, бросая на землю большой гаечный ключ. — Собака, фу!

Приготовившийся к прыжку пес замер, прижав уши и продолжая рычать.

— Действительно, сеньорита, мне так неловко разговаривать с вами с поднятыми руками… — повернулся и Тодор, заметив также и еще двух бандитов, державших инженеров на прицеле. — Может быть, обсудим все в более спокойной…

— Заткнись! Кто у вас главный? — девушка нетерпеливо переводила ствол своего револьвера с одного мужчины на другого.

— Так мне заткнуться или ответить? — произнес Тодор.

— Да скажи уже ей, — посоветовал Тыну.

— Я здесь старший, что вам угодно?

— Крикни в машину, пусть все выходят без оружия и с поднятыми руками! — девушка выстрелила в воздух и быстро навела оружие на Тодора.

На грохот выстрела из домика выбежал старик смотритель.

— Вай-вай! Совсем старый стал, предупредить забыл! — запричитал он. — Линда, это друзья!

— Разуй глаза, старик! Друзья, да? На имперском шагоходе? А на перевал не сунешься, там война вовсю идет!

— А, так вы Линда! — вспомнил странный вчерашний разговор Тодор и повернул голову к шагоходу. — Зигор! Выходи, твои друзья подошли!

— Он не может выйти, он болен! — раздался из люка голос Стива.

Из-за соседней опоры высунулся Мак, наводя на девушку свой огромный револьвер.

— Сеньорита, вы бы опустили оружие, а то еще раз случайно выстрелите! — крикнул он.

Пулемет на борту шагохода повернулся и из амбразуры послышался голос Себастьяна.

— Сеньорита, послушате голос разума! Видит небо, мне так не хочется портить ваши прелести пулеметной очередью! Тодор, скажи уже ей!

— Этот пулемет как раз полностью исправен, — подтвердил Тодор.

Один из бандитов почему-то гыгыкнул и опустил винтовку.

— Хватит на меня пялится! — рявкнула девушка, убирая револьвер. — Где Зигор? Он ваш пленник? Заложник?

— Да с чего вы взяли! Он наш друг, вчера еще был бодр и весел, — ответил Тодор. — Нам уже можно опустить руки?

И второй бандит убрал оружие, закинув винтовку за спину и почему-то засмеялся.

— А… гори оно все… Пропустите меня! Где Зигор? — девушка рванулась в шагоход.

Мак было попытался преградить ей путь, но Тодор ему махнул рукой.

— Да пусть идет…

Тыну подобрал брошенный инструмент и повернулся к подошедшим бандитам, не выражавшим никаких враждебных намерений.

— Мужики, это что сейчас было?

— Это Линда, наш атаман.

— Ого! Такая… — Тыну потряс руками перед грудью, — молодая, а уже атаман!

— Да, это длинная и грустная история… — вздохнул один из бандитов.

Из шагохода послышались ругань и крики.

— Да ты кто такая! Что ты себе позволяешь!

Линда-атаман показалась в люке.

— Шир, Длинный! Помогите мне! Мы забираем Зигора!

— Да что там творится? — Тодор шагнул к входу.

— Она с мамой ругается, — сообщил Мак.

Местные вошли в шагоход и через минуту вынесли тело Зигора.

— Стойте, стойте! — встал перед ними Тодор, за ним сразу пристроился Тыну с гаечным ключом. — Он вчера был здоров! Что она с ним сделала?

— Это не она! — из машины вышел дед, держа в одной руке саквояж, а во второй яйцо мелкоскопа. — Я с вами, ему нужен присмотр.

Из шагохода выскочили растрепанная Эллейн и взьерошенная Эри.

— Сеньорита! Как вы вообще перед мужчинами ходите в таком минималистическом наряде! — закричала Эри.

— А что такого? — Линда положила руки себе на рубаху, перетягивающую ее верхнюю часть туловища и энергично потрясла их вверх-вниз. — Грудь прикрыта, на голове шляпа, на ногах сапоги!

— Но между грудью и сапогами на вас почти ничего нет! — вздрогнула от увиденного Эри. — Кроме кобуры с револьвером!

— Тут не город, чтобы ходить в корсете под зонтиком и юбке в пол! Моя пустыня — мои правила! — возразила Линда. — Вы тоже в брюках, если я не ослепла. А на мне короткие брюки, брюки-шорт, или просто шорты! Все, вы мне все надоели уже! Несите его в паромобиль!

— Куда вы забираете нашего товарища? — преградил ей путь Тодор.

— В вашей железяке он днем от духоты и обезвоживания загнется, — невозмутимо ответила девушка. — У нас есть лекарь, он поможет.

— Я за ним присмотрю! — пообещал Стив. — Если в двух словах, он вколол себе зеленую слизь… Потом расскажу, сейчас некогда.

— Сти-ив! — протянула Эллейн. — Я что-то пропустила?

— Позже, Лея, потом я все расскажу! — дед поторопился занять место в стоявшем за домом смотрителя паромобиле.

Туда же поместили и Зигора.

— Шир, останься, покажешь им дорогу до поселка! — распорядилась Линда, усаживаясь на место водителя.

Паромобиль тронулся с места и укатил в горку, выбираясь из котловины на равнину.

— Женщина-огонь! — отошел от произошедшего Тыну.

Трезорка пошел знакомиться с огромным местным мужиком. Около своего домика сокрушенно цокал языком смотритель.

— Это вот, сейчас вот, что такое… Это кто такие?.. — раздался голос сверху.

Тодор поднял голову. На смотровой площадке стояла с винтовкой в руках Ада, одетая в ночную сорочку.

— Ты только что проснулась там? Переодевайся, спускайся вниз…

— А мне уже можно отойти от пулемета? — раздался из машины голос Себастьяна.

— И как они к нам так незаметно подобрались, я даже не услышал пыхтения паромобиля, — сокрушался Тыну.

А Эри утешала жутко расстроенную Эллейн.

— Все будет хорошо, Стив же пообещал!

— Да он вчера еще был здоров, а как про эту стерву услышал, как подменили… — почти рыдала Эллейн.

— Подождите-ка он же сказал, что-то про зеленую слизь. Зигор съел леденец? — восстановил в памяти все сумбурные события утра Тодор.

— Нет, он сказал «вколол», — глянула на него Эри, продолжая обнимать Эллейн.

— Та-ак! Мак! Идем со мной! Ты в этих вещах лучше понимаешь, надо обыскать багаж Зигора! — направился в шагоход Тодор, забирая с собой парня.

— Эллейн, Эллейн, ну успокойся уже! — не выдержала Эри. — Смотри, какой мужчина! Мы сейчас у него все-все узнаем!

— Огромный, перекаченный мужлан! — всхлипнула Эллейн, пытаясь взять себя в руки.

Шир, вернувшийся к шагоходу, трепал по голове волкодава, который воспринимал это как должное. Женщины подошли к нему и Эри сразу обняла его за левую руку, почти прижавшись к мужчине боком.

— Ши-ир! Вы такой большой! Что за странное имя?

Мужик заметно смутился, освобождая руку.

— Да я того… Раньше очень толстый был. Жирным звать нельзя, нетолерантно это… Толстым обидно. Вот и прозвали Широким. А потом я пару недель по пустыне поплутал без еды… Воду, правда, нашел. И сразу резко сбросил. Вот и сократили до Шир.

— Ух ты! — восхитилась Эри. — У вас такие мощные бицепсы! А сколько у вас кубиков на животе?

— Два, — почему-то покраснел мужик.

— Как это? — удивленно захлопала глазками Эри. — А можно посмотреть?

— Э… Да смотрите, мне не жалко, — Шир задрал свою безрукавку, оголяя живот.

Тыну, ковырявшийся у соседней опоры фыркнул, сдерживая смех. Даже Эллейн не выдержала и улыбнулась.

— Действительно, верхний кубик и нижний… — и потыкала живот пальцем. — Настоящий трудовой мозоль. Коричневый жир.

— Простите, не понял? — Шир опустил руки.

— Это медицинский термин, без обид, — заявила Эллейн. — Те жировые отложения, которые и делали вас «широким», во время вашего путешествия по пустыне переработались в коричневый жир, который и сжигает накопления. Вот только должно было быть очень холодно…

— Так зимой дело было! — почему-то обрадовался Шир. — Я на охоту пошел…

— А у вас жена есть? — перебила его Эри.

— Ну а как же! Что ж я бездомным буду!

— А она тоже бегает по пустыне полуголая?

— Да у нас все так ходят, — невозмутимо ответил мужчина. — Ну не совсем как Линда, но ей можно…

— А чем же она такая выдающаяся? — спросила Эри. — То есть я видела, чем выдающаяся, чем она такая особенная?

Тыну спрятался за опорой, оттуда донеслось едва сдерживаемое ржание.

— А когда она с Зигором познакомилась? — задала, наконец, волновавший ее вопрос Эллейн.

— Это долго рассказывать, — попытался отмазаться мужчина.

— Да мы вроде не особо торопимся, — тонко намекнула Эри. — Тыну, когда отправляемся?

— Через час, может чуть больше, — раздался из-за опоры сдавленный голос механика. — Топка должна прогреться и воду вскипятить.

— Шир, ну пожалуйста… — Эри снова захлопала глазками.

— Ладно, раз спешить некуда… — Шир замолчал, собираясь с мыслями. — Это было два, три, нет, четыре года назад. К нам пришла экспедиция, кто-то в Республике проболтался про сардобу, вот и приехали ее изучать. Лазали тут везде, измеряли, расспрашивали. Жили в поселке. Папаша Линды разрешил, он тогда атаманом был. Подумал, что окажет услугу Республике, и нам на Перевале тоже не станут мешать. Оказался прав… А Линда и тогда была горячая штучка, половина поселка по ней сохла, даже женатые, но у нее видели, какой револьвер! Одна мушка чего стоит! Да и папаша ее не потерпел бы, сразу пристрелил. А Зигор, он как раз в этой экспедиции и пришел к нам. И как он ее увидел, а она тогда ходила почти без ничего, сейчас-то еще прилично выглядит, тут-то у него башня и поехала!

— А тут еще и башня была? — посмотрела по сторонам Эллейн.

— Да нет, крышу сорвало!

— У башни? — не поняла Эри.

— У Зигора! Кукушку заклинило! — попытался растолковать непонятливым сеньорам всю тяжесть положения Шир.

— Он и часы с кукушкой привез? — с недоумением спросила Эллейн.

Из-за опоры шагохода послышались странные всхлипывающие звуки.

— Да на голову больной стал, — нашел наконец-то нужные слова Шир.

— К вам надо этнографическую экспедицию прислать, — с серьезным видом произнесла Эри, — я за минуту столько нового узнала про обычные слова… А дальше что было?

— А дальше закрутилось все, амур, лямур, тужур, абажур… И тут атаман наш вдруг!.. Ну, точно кто-то из своих донес, а ведь они специально от папаши прятались!

— Чудовищная история! — не выдержала Эллейн. — Он пристрелил Зигора?

— Не успел, — вздохнул Шир. — Хотя очень пытался… Папаша Линды бежал за вашим другом по пустыни, паля из всех стволов, а тот убегал без штанов и босиком. Мы потом его нашли через пару дней. Зигора-то есть… Передали ему штаны, обувь, мешок с провизией. Линда так рыдала. И он обещал вернуться. Вот, вернулся, теперь помрет, наверное…

— Что, ее отец?.. — начала вопрос Эллейн.

— Да нет, он-то как раз помер давно, — махнул рукой Шир. — Она сама его замучает, столько лет ждала.

— Надо его немедленно освободить! — спохватилась Эллейн.

— Лея, ты не поняла, не в том смысле «замучает», — попыталась подсказать непонятливой подруге Эри.

Из-за опоры раздались удары тупым предметом по металлу.

— Тыну, не разбей голову, ты нам еще нужен! — крикнула в ту сторону Эри. — Теперь я понимаю, почему он выбрал зеленую слизь! Шир, спасибо вам большое за рассказ. Поднимитесь наверх по лестнице на смотровую площадку, подождите там, Тодор к вам присоединится перед отправкой… Эллейн, пойдем со мной!

— Ах, шайтан! Что натворил! Ай, беда-беда! — раздался от домика смотрителя голос старика.

— Что там еще? Надо бы глянуть! — сорвался с места Шир.

— Пойдем, посмотрим, вдруг помощь нужна? — предложила Эри, пытаясь отвлечь Эллейн от возникающих в ее голове образов «мучений».

— А? Что? — очнулась от видений Эллейн. — Конечно, бежим, поможем.

Старик причитал над своими грядками, от края и до края забитыми крупными плодами, согнувшимися до земли кустами, чьи ветви были усыпаны ягодафруктами, огромными землетыквами, вылезающими из земли свеклоредьками.

— Ты ж вроде сказал, что убрали урожай, — удивился Шир. — Да нам тут на всю зиму припасов!

— Это чего, Мак что ли? — пробормотала Эллейн, Эри тут же дернула ее за руку, заставляя замолчать.

— Не было тут никакого мага! — недослышал ее старик. — Тут же теперь на неделю работы, не меньше… опять из поселка людей звать. Вчера еще ничего не было, только дети ваши тут остались развлекаться…

— Нет, они не могли, — теперь-то совершенно правильно поняла Эллейн. — Они еще не готовы для такого. Ну, я эту вашу Линду! Я ей такое устрою!..

— Чего ты расстроился, старый, поможем мы тебе, в первый раз что ли, — утешал смотрителя Шир. — Ну, забыл, со всяким бывает. Зато, какой урожай, просто заглядение!..

Тодор вытряхнул все из саквояжа Зигора и аккуратно укладывал вещи обратно. Мак помогал, не совсем понимая, что они ищут. Ничего особенного у Зигора не нашлось.

— Вот и леденцы, — поднял пакет Мак. — Я помню такие.

— Да, он про них говорил, — кивнул Тодор и взял в руки дорожный металлический термос. — Тяжелый какой, что это в нем? Оп-па!

Из термоса выпала ему в руку стеклянная колба, почти полностью заполненная зеленой слизью.

— Она, — подтвердил Мак. — Откуда у него?

— На такую мы хотели поменять машину Ады, если помнишь. Может он и был курьером? — напомнил Тодор.

— Но почему тогда молчал? — удивился Мак.

— Значит не курьер, — нахмурился Тодор. — Тогда кто? И самокатка у него имперская… И через перекрытые дороги прошел… Ничего не кажется странным?

— Мне? — переспросил Мак. — Нет! Почему он тогда именно сейчас ее себе вколол? Мог же догадаться, что мы будем его вещи обыскивать…

— Твой дед точно что-то знает, — решил Тодор. — Доберемся до него, все и узнаем. Тыну, когда отправляемся?

Снизу донесся какой-то грохот и жуткий хохот.

— Что за день сегодня? Первое апреля? Вроде нет… — разозлился Тодор. — А ну пойдем, выясним, что там опять творится…

У машины сидел прямо на палубе, прислонившись спиной к теплому боку топки Тыну и рыдал во весь голос.

— Я сейчас вам такое расскажу, вы все умрете… от хохота…

Из кабины на шум вышел Себастьян. Сверху спустилась недовольная Ада. Отдышавшись, Тыну пересказал рассказ Шира, стараясь в точности передать все словесные обороты и недоуменные вопросы не понимавших его сеньорит. Себастьян смеялся, даже Тодор улыбнулся, но его беспокоила находка.

— А где сейчас Эри и Эллейн? — спросил Тодор.

— Там у смотрителя что-то случилось они пошли помочь…

— Хорошо, — дождался окончания рассказа Тодор. — Теперь мы знаем, что Зигор был здесь раньше, впрочем, он этого и не скрывал. Теперь послушайте, что мы нашли в его багаже. Ада, не уходи, это важно и тебя тоже касается…

Тодор описал находки, Мак подтвердил, что зеленая слизь настоящая.

— И что все это может значит? — спросил Тыну.

— Я подозреваю, что Зигор имперский шпион, — высказал свою догадку Тодор. — У него есть возможность беспрепятственно перемещаться по стране и континенту, куча связей везде. И он скрыл от нас этот термос.

— Не может этого быть, — возразил Себастьян. — Шпион, зная про принцессу, сразу сдал бы нас Империи, еще на Перевале. Может он действительно тот самый курьер, которого мы не дождались. А не отдал слизь, так обстоятельства изменились. И потом он, как и я, хотел ввести себе эту слизь, стать таким же как Мак или Ада. Вот и решил быть первым.

— Это очень опасно, — с серьезным видом произнесла девушка. — Мы видели детей, которых кормили этой слизью. Они были специально отобраны и то чудом не погибли. А Зигор взрослый, его организм уже должен быть сформирован.

— Судя по рассказу Тыну наш археолог всегда был полон сил и энергии… — усмехнулся Себастьян. — Если бы я узнал про слизь раньше, то настоял бы, чтобы мне ее ввели первым.

— Ни в коем случае! — вскинулся Тодор. — Нам только лазарета на борту не хватает! Дождемся, когда Зигор очнется, посмотрим, к чему это приведет. Профессор выяснит, насколько это опасно. Только после этого, возможно, я разрешу еще кому-то попытаться…

— Нам стоит побыстрее перейти к этому поселку, — предложил Себастьян.

— Да, иди в кабину. Тыну, поднимай нас. Мак, сбегай, позови женщин и этого… жирного…

— Шира, — поправил Тодора Мак.

— И его тоже позови, — кивнул инженер, — Надо выяснить, что это за поселок такой, чем занимаются и найти Стива и Зигора…

Дорога не заняла много времени. Выбравшись из котловины, шагоход прошел всего несколько километров, когда Шир указал в сторону гор на проход среди скал. Себастьян осторожно ввел туда машину. Тодор, Шир и подростки стояли на верхней площадке. Шир не переставал восхищаться мощным гигантским шагоходом, такая техника была здесь в диковинку. На вершинах скал показались вооруженные люди, но Шир начал им махать и кричать, и часовые снова спрятались. Проход, сделав пару поворотов, вывел машину в небольшую, полностью закрытую со всех сторон горными отрогами долину. Высокие крутые скалы, поднимаясь по сторонам, на южной стороне переходили в горный склон, поднимающийся под облака к самым вершинам, закрытым ледяными шапками.

— Совершенно неприступное место, — хвастался Шир, — а дорогу на равнину можно перекрыть и завалить камнями. Нас тут никогда не найдут.

— Выглядит как совершенно безопасное место, — огляделся вокруг Тодор.

Вдоль дороги тянулись небольшие уже убранные поля, под окружающими долину стенами кое-где росли чахлые деревья. Сам поселок притулился у горного склона на дальней стороне.

— Вставайте здесь, — указал Шир на небольшую каменистую площадку. — В сам поселок не стоит заходить. Я пойду, предупрежу Линду, что вы здесь. Приходите к колодцу, мы вас там встретим.

— Да она уже знает, вон сколько народа навстречу идет, — показал рукой Мак.

— Кажется вся деревня вышла на нас поглазеть, — заметила Ада.

Машина встала и, расставив опоры, опустила корпус на землю. Тодор ушел вместе с Широм, предупредив, чтобы внутрь бронехода никого не пускали. Небольшая толпа местных жителей собралась вокруг неизвестного механизма, разглядывая машину, дети галдели, взрослые переговаривались между собой. В нарядах преобладал, как выразилась Эри, «минималистический стиль», что для южан выглядело дико, но привлекательно. Если безрукавки на мужчинах и подростках еще казались приличными, то короткие, выше колен юбки и легкие расстегнутые курточки на девушках вызывали настоящую дрожь у непривычных к таким зрелищам республиканцев. При этом у многих на поясе висел или револьвер или большой нож. Себастьян вышел из шагохода, как он сказал, «налаживать связи». Эри понимающе улыбнулась, но выходить пока воздержалась, оставшись с Эллейн. Тыну с бочонком машинного масла выбрался проверять опоры, которые после похода начали скрипеть. Кто-то из местных сразу вызвался помочь. Мак и Ада встали у люка, разглядывая поселок и его обитателей. Поселение выглядело крайне убого, жили здесь небогато. Домишки, собранные из всякого хлама, стены в заплатках из железных листов, явно привезенных со свалки, ржавые металлические печные трубы, кругом пыль.

К Маку и Аде подошел высокий сухой старик.

— А вы торговцы или просто мимо проезжали? — поинтересовался он.

— Мы путешественники, — вежливо сообщила Ада.

— А свежие газеты у вас есть? — спросил старик.

— Вам бумага для самокруток? — переспросил Мак.

— Газета! Читать! Вы меня понимать?

— Я вас понял, понял, — ответил парень. — Подождите, вроде еще осталось несколько. Ада, ты постоишь тут одна?

Мак поднялся наверх и отыскал несколько газетных листков, потом вспомнил, что видел еще газету в саквояже Зигора и, не задумываясь, вытащил и ее тоже.

— Вот! — вынес он листы старику. — Только им уже пара недель или даже больше.

— Да неважно, это почти вчера, — старик забрал бумагу как величайшую ценность. — Бывает по полгода новостей не читаем, особенно зимой.

Из газет выпал и опустился на землю небольшой листок. Старик поднял и его.

— О, так это же лекарь наш! — заметил он. — Тут за него и награду дают, пойду, порадую…

— Подождите, — спохватился Мак, забирая из рук старика листок. — Это же сказочник! Давайте вместе его порадуем! Себастьян! Иди сюда!

Себастьян, раздосадованный тем, что его отвлекли от интересной беседы с окружившими его полуодетыми девушками, извинился перед сеньоритами и ленивой походкой подошел к подросткам.

— Ну что еще? У меня там важный разговор!

— Узнаешь листовку? — сунул ему под нос бумажку Мак. — Он здесь! Идем, поздороваемся…

Себастьян сразу стал серьезным, достал из-под полы револьвер и проверил патроны в барабане.

— Да, стоит отвлечься, девушки подождут… Ада, закрой пока люк, а то залезет кто-нибудь.

— Пойдемте, познакомите нас с вашим лекарем, — обратился к старику Мак.

Себастьян и Мак отправились вслед за стариком.

— Тетенька, а можно внутри посмотреть?

Ада опустила голову. Перед ней стоял мальчуган лет шести, но с маленьким ножиком на боку.

— Конечно, можно, — улыбнулась девушка. — Сейчас дядя Тыну освободится и мы с ним вам все покажем. Но что же мы будем тебя одного водить, собери сразу всех, кто хочет внутри шагохода побывать. Только обещайте ничего не трогать без разрешения…

За рядом неказистых домиков стоял совсем уж сарай сараем, сбитый из старых досок, с окном из помутневшего, затертого песком и ветром стекла, снятого с какого-то старого паромобиля. Старик постучал кулаком прямо по стене.

— Кто там? — раздался знакомый Маку голос.

— А, он за домом, на грядках своих, — сообщил старик.

Из-за домика вышел длиннобородый совсем седой мужчина в длинной до земли серой рясе из мешковины, правда без шапки. Мак моментально выхватил револьвер. Себастьян поспешил сделать тоже самое. Старик с газетами в одно мгновение куда-то исчез.

— К стене повернись! Руки поднял, на стену положил! — скомандовал Себастьян.

— За что? Что я вам сделал? — бородач повернулся к стене, поднимая руки.

— И ты еще спрашиваешь? — подскочил к нему Мак и сунул под нос листовку. — Ты детей похищаешь!

— Я… это не я! То есть я это не он! То есть он не он… не я! Не я это! — заголосил лекарь.

— Опустите оружие! Убрали пушки, я сказала! — по проходу между домишками к ним приближалась Линда, за ней торопился Тодор, а позади выглядывал старик-любитель новостей.

С другой стороны уже подтягивались местные мужики.

— Этот человек — шпион Империи! — заявил Мак, предъявляя Линде розыскную листовку.

— Похож, — разглядела рисунок атаманша. — Но это не он. Лекарь пришел нам два года назад и никуда дальше сардобы никогда не уходил. Просто похож.

— Не я это! Говорил же! — чуть не плача пролепетал лекарь.

— Как не он? Тот же голос, то же лицо, та же хламида на нем! Я его хорошо запомнил! — вскипел Мак. — Он детям отравленные леденцы подсовывал, а потом их похищал! Его по всей республике ищут!

— Не я это! Я сбежал от Империи! — старик развернулся и закатал рукав.

На морщинистой дряблой коже виднелась отчетливая татуировка «042».

— Это братья мои из тридцатой серии на той стороне работают! — старик махнул рукой в сторону гор. — А я сбежал, хотел спрятаться!

— Он сам только что подтвердил, что он из Империи! — вмешался Себастьян.

Линда поморщилась и оглядела набежавшую толпу. Выглядев своих помощников, распорядилась:

— Шир, Длинный! Лекаря под замок и охранника поставьте! Позже с ним разберемся. Никого к нему не пускать и не разговаривать. А вы! — она повернулась к Маку и Себастьяну. — Хватит мне людей баламутить, идите за мной!

Она развернулась и направилась обратно по проходу, не сомневаясь, что все тут же бросятся выполнять ее приказы. Так и вышло. Шир и Длинный подхватили лекаря под руки и куда-то уволокли. Тодор махнул рукой своим, и направился за Линдой. Маку и Себастьяну ничего не оставалось, кроме как подчиниться.

Дом Линды был не намного лучше остальных, но все же поухоженнее, не такой обшарпанный, и больше по размеру. Первая от входа комната использовалась для собраний. Здесь у стены обнаружился Стив Дуглас со своим мелкоскопом, что-то разглядывавшем в своем приборе.

— Стив? А где Зигор? — тут же обратился к нему Себастьян.

— Там, — дед махнул рукой в дверь, ведущую в заднюю комнату, — в спальне.

И неодобрительно покосился на Линду, но атаманша этот взгляд терпеливо проигнорировала.

— Мак, иди сюда, мне нужна твоя кровь как образец, — заметил внука Стив.

— Я вам не мешаю… в моем доме? — с насмешкой спросила Линда.

— Это серьезное научное исследование, но нет, вы мне не мешаете, — не понял иронии дед.

— Зигор когда очнется? — спросил Тодор.

— Э… пока он дышит, — начал объяснять Стив.

— Что значит «пока»?! — напряглась атаманша.

— Да все с ним в порядке, к вечеру в себя придет, — заторопился дед, уколов Мака в палец и нацедив в пробирку несколько капель крови. — Уже две золотых монеты ему скормил. Будет бодрый как огурчик.

— Хорошо, — Линда уселась за большой стол, стоявший посередине комнаты, и указала остальным на свободные стулья. — Теперь рассказывайте, куда направляетесь и с чего вы решили, что наш лекарь шпион?

— Мы едем на восточное побережье. Хотели пройти с той стороны хребта, но попали в наступающие части Империи. Они захватили плацдарм на юге. Попытались спрятаться в лесах, там нас нашел Стив на своем шагоходе…

— И откуда же он у вас? — перебила его Линда.

— Трофейный, с прошлой войны остался, — буркнул от стены дед, не отвлекаясь от мелкоскопа. — Думали, вдруг пригодится когда, паровая машина же работает. Вот и пригодился…

— Паровозный двигатель в рабочем состоянии и нам бы пригодился… — произнесла Линда. — Все равно вы на нем дальше не пройдете, там пески, ни воды, ни деревьев, и в горах одни камни. Этот ваш гроб на ножках там завязнет.

— Мы попробуем, — улыбнулся Тодор. — По песку будет тяжеловато, но пусть и медленно, но мы пойдем. Если вы, конечно, не хотите поменяться, шагоход на паромобиль. Нам нужна быстрая, но вместимая машина, чтобы девять человек и наше оборудование поместилось.

— У нас есть грузовой паромобиль на дутых колесах, — предложила Линда. — Пусть ваш механик ее осмотрит. Пулеметы и пушки вы же не планируете забирать с шагохода?

— К пушкам нет снарядов, и один из пулеметов нуждается в ремонте. Отдадим, но нам будет нужно дополнительное топливо и вода.

— Считайте, договорились, — кивнула атаманша. — К нам вы как попали?

— Прошли через Перевал, пришлось переодеться в имперскую форму. Помогли пограничникам отбить заставу…

— Хоть одна хорошая новость сегодня… — пробурчала Линда.

— …Они нам и указали боковую дорогу, куда мы ушли с серпантина, — продолжил Тодор. — Зигор сказал, что здесь нас встретят друзья. Шли по ночам, не хотели, чтобы Империя нас заметила. Но теперь-то мы достаточно далеко, думаю, сюда они не дойдут…

— Если и дойдут, то не найдут, — опять перебила его Линда. — Сардобу с пустошей не видно, а проход в долину мы завалим.

— Это не поможет, — помотал головой Тодор. — У Империи появились воздушные суда, с двигателями, они сверху все увидят. А еще они используют воронов для разведки и доставки донесений.

— У вашего лекаря есть птица? — спросил вдруг Мак.

— Нет, никогда не видела, — ответила Линда. — Да он один никогда из поселка не уходил.

— А если ворон к нему ночью прилетал? — настаивал Мак.

— Что вы к нему так прицепились, что с ним не так? — вспылила Линда.

— Несколько недель назад точно такой же, как он, человек проезжал через нашу деревню, — объяснил Мак.

— Ты не похож на деревенского, — оценила подростка взглядом атаманша.

— Я изменился… — ответил парень. — Позже, под Старым Углеградом мы с Адой нашли похищенных им детей, им вводили зеленую слизь, это какое-то вещество из Империи.

— Вот-вот, и этот дурак Зигор решил, что ему тоже можно попробовать, — донеслось от стены.

— Это опасно? — зыркнула на Стива Линда.

— Большинство детей могли просто умереть, если бы мы не смогли помочь, — ответил Мак. — Листовку вы видели, его разыскивают. И Зигор тоже видел барда, когда пробирался в Старый Углеград.

— И как, по-вашему, один человек может быть одновременно и здесь и по ту сторону хребта? — спросила Линда.

— Он что-то говорил про братьев, — напомнил Себастьян.

Линда встала, обошла стол, открыл дверь на улицу.

— Зайди, — скомандовала она кому-то из дежуривших снаружи.

В дом вошел Длинный.

— Скажешь парням, пусть приведут сюда лекаря, — распорядилась Линда. — Сам пойдешь, обыщешь его дом.

— Мак, — Тодор показал рукой на дверь.

— Я с ним, — вскочил со стула парень.

— Это зачем еще? — не поняла Линда.

— Мак знает, что искать и у него хороший опыт по поиску спрятанных предметов, — улыбнулся Тодор.

— Пошли, пацан, — кивнул Длинный. — Мы мигом…

Атаманша вернулась за стол.

— И чем вы тут занимаетесь? — чтобы занять время спросил Себастьян.

— Импортом-экспортом, — улыбнулась Линда.

— Контрабандой они занимаются, — пробурчал со своего места Стив и снова уткнулся в мелкоскоп.

— И что же можно такого возить в Республику, чтобы было выгодно и можно было выживать в этом жутком месте? — уточил Себастьян.

— Да много что можно возить, — нахмурилась Линда. — Раз караваны ходят, значит, выгода есть. Иногда просят доставить что-нибудь запакованное отсюда туда, или наоборот. Но обычно простой товар, золото, редкие запчасти, грибы, синие…

— Наркотики, значит, — произнес Тодор. — От синих грибов люди быстро загибаются.

— Не мое дело, — отмахнулась Линда. — Раз платят, значит кому-то это нужно. У меня тут женщины и дети, стариков опять же надо лечить и кормить.

— Я никогда не слышал про местных контрабандистов, — признал Себастьян.

— Значит хорошо работаем, качественно, — ухмыльнулась Линда. — Было бы хуже, если бы про нас все слышали.

— И пограничники с вами в доле? — спросил Тодор.

— А вот это не ваше дело, — обрезала его Линда. — Я же не спрашиваю, зачем вам на восточное побережье…

— А кроме Перевала, у вас ведь и свои тропы должны быть на юг? Для особых грузов… — заинтересовался Себастьян, но Линда не успела ответить.

Дверь распахнулась, вернулись Мак и Длинный.

— В доме пусто, пацан там все обнюхал, даже грядки за домом, — сообщил бандит.

— Нет ничего, ни бумаг, ни денег, ни слизи, — дополнил Мак. — Сухая трава, котел, ступка. Обычный знахарский набор.

— Откуда ты знаешь, как выглядят вещи знахаря, ты что, колдун? — спросила Линда, делая знак рукой, что Длинному можно уже идти.

— Нет, мама моя была колдуньей, а я нет. Я не колдун, — честно ответил Мак, и ведь не соврал.

— А как у смотрителя за ночь вырос новый урожай? — вдруг поинтересовалась Линда.

— Так это не колдовство, — запнулся Мак подыскивая как вывернуться. — Обычная магия земли, любой ученик это может.

— Ага. Так ты маг, понятно, — Линда посмотрела на Тодора. — Так зачем вы говорите, вы так торопитесь убежать от Империи на восточное побережье? Столько сильных вооруженных мужчин на боевой машине и мальчишка-маг, который за ночь вырастил нам припасов на всю зиму. А?

— Я могу объяснить, но продать нас Империи у вас не получится, — хмуро предупредил Тодор.

— Линда, отстань от них, это мои друзья, — раздался из задней комнаты слабый голос Зигора.

— О, очнулся, — подскочил Стив и скрылся за дверью.

— Но попробовать-то я могла… — заулыбалась Линда, быстро направившись в спальню, покачивая на ходу бедрами так, что у всех мужчин, провожавших ее взглядом свело скулы.

В спальне послышался шум, бурчание и ругань.

— Идите, идите отсюда, позже пообщаетесь, он еще слишком слаб, — Стив с трудом вытолкал атаманшу обратно.

Линда, фырча и ругаясь вернулась за стол. В дверь снаружи постучали.

— Давай, заводи!

Привели лекаря. Охранники, доставив задержанного, вышли во двор.

— Рассказывай, как ты связан с Империей, что за братья такие, — Линда выложила на стол револьвер. — Начнешь юлить, буду отстреливать тебе пальцы… или еще что-нибудь…

Лекарь со страхом покосился на револьвер и на отчего-то хмурых мужчин, сидящих вокруг стола.

— Начнем с того, что мне всего двадцать четыре года…

— Да, ладно, врать-то! — из задней комнаты вышел изумленный Стив, поправляя на ходу очки.

— Это что еще за гном? — перепугался за свои пока еще не отстрелянные части тела лекарь, — Я не вру, это болезнь, преждевременная старость!

— А, я что-то слышал про такое… — Стив обошел лекаря, взял его руку, поискал пульс. — И я ученый, а не гном. Гномы у вас в горах алмазы добывают… В сказках… Надо бы Лее его осмотреть.

— Это еще кто такая? — спросила наблюдавшая за неожиданной сценой Линда.

— Мать Мака, она в шагоходе.

— А, это та фифа, с которой я утром полаялась?

— Вы бы поосторожней так про колдунью-то, — тонко намекнул Стив. — А то отрастет что-нибудь ненужное, или наоборот, отвалится…

— Что за компания свалилась нам на голову… Я учту! Давай дальше рассказывай, — Линда подняла со стола револьвер и покрутила им в воздухе на пальце, направив потом ствол на лекаря.

— Я жил и воспитывался в Империи в экспериментальном центре. Я и мои братья…

— Много вас там, и где он находится? — заинтересовался Себастьян.

— Я сорок второй, вроде начинали пятидесятую серию. Точное место не скажу, от нас это скрывали. Где-то на северном побережье, далеко от населенных пунктов, но точно не на острове.

— И все ваши «братья» похожи на вас? — Стив успел уже сходить к мелкоскопу и, вернувшись, взял руку лекаря и сильно ее уколол.

— Ай! Что вы делаете?

— Беру кровь на анализ, — невозмутимо ответил дед. — Люблю изучать неизвестные объекты.

— И это помогает? — спросил лекарь.

— Не всегда… Скорее, нет…

— Не отвлекаемся, давай дальше, — поторопила Линда, — а то у меня рука устает, могу и пальнуть.

— Да, мы все одинаковые, — произнес лекарь. — Все на одно лицо, и все быстро стареем…

— Надо же, дубли, — проговорил Стив. — Волосы как быстро растут?

— Я пробовал бриться, но это бесполезно, борода отрастает за пару дней…

— Ага, точно, я слышал про эти опыты… на овцебыках… Только их прикрыли лет сорок назад, — дополнил дед. — Звери дохли, кости сохли…

— У вас, может, и прикрыли, а у нас в Империи продолжили, — возразил лекарь. — Как я узнал, это началось после прошлого пролета кометы. Что-то особенное нашли наши ученые. Как раз лет сорок назад в нашем центре появились первые дети. Они давно все мертвы. Первые десять. Потом десятая серия, еще десять, они выросли, состарились, но успели поучаствовать в выполнении заданий. Нас обучали и готовили для поиска информации. И других операций… Каждые три года появлялась новая партия из десяти мальчиков. Половина умирала еще во время обучения. Нас изучали и, скорее всего, пытались улучшить. Насколько мне известно, двадцатая серия, их шестеро оставалось, была направлена на восток, в безлюдные земли, выяснять, куда делись славяне. Тридцатая, самая удачная, только один умер, полностью ушла в Республику. Шпионить, приглядывать, искать одаренных детей. Вот одного из них вы и встретили… Или двоих… Я тут не при чем…

— А как ты здесь-то оказался? — спросил Тодор.

— После обучения мы должны пройти ряд испытаний. Прожить пару месяцев в крупном городе без денег. Убить кого-нибудь, кого укажут. Разные… Потом обычно отправляли на задания, сначала легкие, потом все сложнее и сложнее. Я уже тогда, когда увидел, как живут нормальные люди, захотел сбежать. Я же понимаю, что я не такой как обычные мужчины, что со мной что-то не правильно.

— У тебя была мама? — спросила Линда.

— Я не помню. Мне дали задание, пересечь пустыню, выйти к Перевалу. Какое-то испытание на выносливость. Сорок первый как раз пропал перед этим, просто где-то сгинул, нам не рассказывали… И я подумал, что вот он шанс, исчезнуть. Вместо Перевала я пошел на юго-запад, думал, выйду к побережью, найду какую-нибудь рыбацкую деревню, попробую там задержаться. Но меня нашел ворон, пришлось его убить и уйти в пески. Я по пустыни бродил с полгода наверное, жрал змей, искал старые колодцы, выслеживал караваны и воровал у них воду и еду. Потом выбрался к горам и пришел сюда. Вот и вся история. Выращиваю лекарственные растения, ищу, как продлить свою жизнь. Есть тут в горах одна многообещающая травка…

— И сколько тебе осталось? — поинтересовался Стив.

— Думаю пара лет. Хотел бы я дотянуть хотя бы до тридцати…

— Странная история, очень неправдоподобная, — решила Линда.

— А я ему верю, — заявил вдруг Мак. — Я чувствую, когда человек врет.

— Тогда у меня нет оснований, чтобы его пристрелить, — заявила Линда, убирая револьвер. — Ты можешь идти…

— А можно, я на него взгляну? — в дверях комнаты появился покачивающийся Зигор, он стоял опираясь рукой о косяк. — точно, одно лицо, и голос тот же. Натурально, близнецы. Я бы вас мог перепутать…

Линда метнулась к Зигору.

— Всё, все вон из моего дома! Оставьте нас. Пусть ваш механик найдет Шира и проверит грузовой паромобиль. Дед, ты тоже убирайся, потом свои опыты будешь проводить. Вон!

Она подхватила Зигора, поднырнув ему под плечо, и повела обратно в спальню. Все поспешили на выход. Лекарь дождался Стива во дворе.

— Что с ним?

— Он вколол себе зеленую слизь.

— Вы с ума сошли, вводить сыворотку взрослому человеку?

— О, новое слово! — заметил дед, подправляя зажатое под рукой яйцо. — Тебе что-то об этом известно? Идет война! Империя напала на Республику! Мы проводим эксперимент на добровольце! А не на детях, как ваши братья за хребтом!

— Хорошо, хорошо, я могу рассказать, все что знаю, — поднял руки лекарь. — А я могу побеседовать с вашей колдуньей?

— Пойдем! — согласился Стив и передал тяжелое яйцо лекарю. — Не урони, это ценное оборудование!..

Тыну облазил весь паромобиль, длинный грузовик с кузовом, большой квадратной кабиной и паровиком посередине корпуса, и не нашел к чему придраться.

— Отличная машина. Немного потертая, но было бы странно, если бы здесь в пустыне она сверкала лаком.

— Ты на таких раньше ездил? — спросил Тодор. — Странный он какой-то, бойлер под кабиной, труба сзади перед кузовом…

— Зато топливом закидывать можно прямо на ходу, там же в кабине и лючок под это приспособлен. И кузов большой, все влезем. А колеса какие, местные бандиты не дураки, взяли у кого-то лучшее.

— Так что решил, берем?

— Конечно! Сколько можно тащится внутри этой железки, покатим с ветерком!

Тыну повертел головой, отыскивая стоявшего в стороне контрабандиста.

— Шир! Можно ваших ребят попросить дотолкать грузовик до шагохода? Я бы тогда сразу начал его готовить к поездке!

Мужик кивнул и начал созывать местных. За несколько минут собралась изрядная толпа, окружившая машину и, под чутким руководством занявшего место водителя Тыну, грузовик покатился к видневшемуся за поселком шагоходу, подталкиваемый десятком рук.

— Легко идет, — оценил Тодор, останавливаясь рядом с Широм. — Не жалко отдавать?

— А, у нас еще есть, — легкомысленно отозвался гигант. — Зимой все равно не нужны будут, а до весны соберем еще один. На свалке железа много. Лишь бы война на Перевале закончилась…

— Что-то мне не верится, что резиновые колеса вы на свалке нашли, — заметил Тодор.

— Нет, конечно, колеса нам караван из Империи привез, по заказу. Надо будет, еще привезут.

— Как у вас тут все легко и просто, — усмехнулся Тодор.

— Это все прежний атаман, он наладил отношения и с караванщиками и с пограничниками, и людей посылал тропы в горах искать. А Линда это все бережет, люди ее за это ценят. А кочевые бандиты боятся…

— Что ж, хорошо. Мы сразу начнем перегружать свои вещи, много времени это не займет, так что шагоход считай уже ваш, — кивнул Тодор.

— Отлично, я пришлю парней, пусть твои люди покажут, как управлять, за чем следить, может инструкции какие есть, с паровозами мы раньше не работали… Но у нас есть пара толковых механиков, они вроде должны справится…

— Давай, посмотрим, — Стив уступил место у мелкоскопа Эллейн.

Они заняли дом лекаря, который с интересом наблюдал за непонятной для него работой.

— Это чей образец? — посмотрела в окуляр Лея.

— Это Мак, последний. Как я уже отмечал ничего необычного кроме золотой пыли, использующей каких-то жгутиковых. И заметь, лейкоциты на них не реагируют. Это помогает золотой пыли быстрее и активнее перемещаться и работать…

— Мак, это ваш подросток? У него не проявляется преждевременное старение? — спросил заинтересовавшийся лекарь.

— Нет, насколько я отмечаю, он стал здоровее, окреп, но никаких неестественных для его возраста признаков взросления пока не отмечалось, — ответил дед. — Или ваша слизь, содержащая золотую пыль, стала более совершенной, или ее использование не на маленьких детях, а на подростках действует по-другому. У вас в Империи разве не пробовали вводить золотую пыль более зрелым людям?

— Насколько мне известно, все попытки заканчивались смертью подопытного. Что-то связано с группами крови, не находилось подходящей, — ответил лекарь. — Я в этом не специалист. Знаю только, что за детьми славян была устроена настоящая охота. Но их и не осталось никого…

— Странная история, — нахмурился Стив. — Как группа крови может влиять на взаимодействие с золотой пылью, она, формально, полностью безопасна, так как инертна? И устраивать геноцид целого народа… я не могу себе этого представить.

— Это чей образец? — спросила Эллейн, меняя стекло на просмотровом столике.

— Это Зигор, — глянул на маркировку Стив.

— Не вижу ничего необычного.

— Да, у него встраивание новой партии пыли привело к замещению старой, более пассивной. Организм перестраивался и подстраивался, это вызвало кратковременную кому. Ничего страшного. Помнишь, Мак тоже проспал почти сутки.

— То есть с ним все будет хорошо? — взволнованно спросила Лея.

— Физически да, — подтвердил дед. — И вряд ли он станет магом. Но может быть обостряться чувства. Зрение, нюх… Пока трудно загадывать. Посмотри последний образец…

Эллейн сменила стекло, приникла к окуляру.

— Ого! Что это?

— Это бешенная пыль из крови нашего гостеприимного хозяина, могла бы догадаться, — пробурчал Стив. — Носится как угорелая туда-сюда, расходует ресурсы организма.

Женщина повернулась к лекарю.

— Можно я ваш пульс послушаю?

— Повышенный, в этом я разбираюсь, — ответил лекарь, но послушно подал руку.

— Похоже, это и есть причина вашей болезни, — произнесла Эллейн.

— Можно от этого как-то избавиться? — с надеждой в голосе спросил лекарь. — Я пробовал готовить успокаивающие отвары, но больших успехов не добился.

— Травы не подействуют на золотую пыль, — Стив был как всегда категоричен. — Полная замена крови, но это даст только временный эффект, пока остатки золотой пыли в организме не подчинят себе и не перестроят новую. И вы будете при этом нуждаться в пополнении запасов золота в организме…

— То есть ничего нельзя сделать? — разочарованно протянул лекарь.

— Почему же нельзя, — насупился дед. — Сделать всегда что-то можно, застрелиться, например.

— Не надо так пугать человека, — заступилась за лекаря Эллейн.

— А если не восполнять уровень золота в теле? — спросил лекарь.

— Вы представляете, какой психическое давление будете испытывать? Сказки о вампирах, которые пьют чужую кровь покажутся детским лепетом…

— И что же мне делать, оставаться таким как есть и готовится к смерти?

— Я мог бы предложить вам решение, но оно или вас убьет сразу или, напротив, остановит старение, но не сделает моложе, — произнес Стив. — Вместо двух лет у вас будет десять-пятнадцать…

— Я готов рискнуть, мне все равно терять нечего! Что вы предлагаете?

— Поскольку вы один из первых подопытных, то и вводили вам золотую пыль, как бы сказать, неидеальную. Та слизь, что ввел себе Зигор — одна из последних разработок…

— У него будет конфликт версий, — предупредила Эллейн. — И битва пойдет внутри тела. Он умрет раньше, чем все закончится! Нельзя этого делать!

— Других решений нет! — рявкнул дед. — Или пробуем или ничего не делаем. Будем за ним наблюдать, если понадобится, сердце там остановится или дыхание прервется, попробуем восстановить. Ты хочешь помочь этому человеку или нет? И человеку ли? Будет хуже, если он выживет и, действительно, окажется шпионом, тогда мы просто отдадим Империи величайшее оружие для войны с Республикой. Может лучше ничего и не делать.

Эллейн повернулась к лекарю. Желание помочь и опасение навредить боролись в ней с жалостью к этому больному человеку, но в тоже время ее свербило чувство, что он может оказаться не тем, за кого себя выдает. Деду проще, он давно отбросил моральные препоны, ни судьба Республики, ни Империи его не интересовала, впереди был только увлекательный эксперимент.

— Вам решать… а вы уверены, что вы человек? И что вы полностью порвали с Империей?

— Я человек! Я готов рискнуть! Я не шпион!

— Ну и отлично, ложись, закатай рукав, — засуетился дед. — Лея, будем брать пробы крови каждый час. Это будет удивительное исследование…

С окружающих долину скал поселок контрабандистов выглядел совсем крошечным. Полтора десятка домов, притулившихся к крутой стене горного склона, несколько распаханных полей. На краю поселка большая кузница или мастерская, внутри которой работала паровая машина. Из длинной трубы валил дым. У прохода между скал стоял грузовой паромобиль, а рядом лежал корпус шагохода, раздвинувшего опоры. Сверху было видно, как местные суетились вокруг боевой машины, а Тодор и Себастьян переносили вещи в паровик. Им помогала Эри. Дед и мать Мака были где-то в поселке. Мак и Ада забрались сюда на скалы, чтобы посмотреть вокруг. Рядом с ними прилег на камни верный Трезорка. На пустошах до горизонта было совершенно безлюдно, ни малейшего движения, ни единого растения, ни одной птицы в небе. Каменные россыпи сменялись песчаными барханами, и так от края и до края. А здесь в долине, кипела своя, хоть и своеобразная жизнь.

— Как здесь уютно, — произнесла вдруг Ада. — Тихо, безмятежно. Может быть, остаться здесь? Тут нас никто не найдет.

— Местные говорили, что на них иногда нападают бандиты. Приходят из пустынь, — заметил Мак. — Иногда и караваны грабят.

— Тут же все с оружием, столько стрелков. И мы поможем…

«Вот еще выдумала!» — вмешался шар. — «Чем мы тут будем заниматься?»

— Просто жить с этими людьми, — ответила Ада. — Мне здесь нравится.

«Ты просто устала от долгой дороги!» — сообщил свое мнение шар. — «Разве не хочется тебе увидеть родовой замок своих предков? Подняться на высокую башню, окинуть взглядом земли, которыми они владели многие годы?»

— У меня, что есть собственный замок? — удивилась Ада.

«А дядя тебе не расказывал? Конечно же есть! Ты же принцесса! И когда до него осталось несколько дней пути, ты вдруг задумала осесть в глухой деревне куда газеты завозят раз в полгода случайные попутчики!»

— Что-то меня встреча с восточным королевством с каждым днем все больше заставляет нервничать, — призналась Ада. — какие там люди живут, как они нас примут? А вдруг они узнают, что я принцесса? Что тогда будет? Я начинаю боятся всего этого… Я что, должна предъявить права на замок?

— Да кто же им скажет, что ты их принцесса, — не согласился с ней Мак.

— Они же тоже газеты читают!

— В газете не было картинки, никто не станет придумывать себе принцессу из простой путешественницы. И мне кажется шар прав, — хмуро произнес Мак. — Я готов согласиться с любым твоим решением, но Тодору и всем остальным придется отсюда рано или поздно уехать. У них есть и другие дела в Республике. А нам с тобой надо будет как-то устроится. Дед и мама помогут, они же останутся с нами…

— Но разве Тодору и остальным не придется точно также оставить нас в замке, в восточном королевстве? Для этого им надо будет сказать, что я принцесса.

— На месте придумаем, как не раскрывать твою личность. Со временем, конечно, они все равно уедут, но у инженеров есть определенный интерес к Восточному королевству… — произнес Мак.

— Да, и какой же? — заинтересовалась Ада.

— Перед отъездом из Столицы Тодор купил акции нефтяных компаний. Он останется изучать промыслы. Он в них заинтересован. Если они доделают свой двигатель, то нефть заменит уголь.

— Ты не говорил об этом раньше! — попрекнула Мака девушка.

— Я не думал, что это настолько важно для тебя…

«А еще в замке была отличная библиотека, а здесь и почитать то нечего!» — добавил шар.

— Замок! — мечтательно произнесла Ада. — Я никогда еще не была в настоящем замке! Да еще в своем…

— Можно попросить Тодора никуда не торопиться и отдохнуть здесь несколько дней, — предложил Мак.

— Нет, нет, нет! Ты прав и шар тоже, надо ехать! — поспешила ответить Ада. — А то твоя мама…

— А что не так с моей мамой? — насторожился Мак.

— Ну… ты разве не заметил, как она смотрит на Зигора? И как он рядом с ней все время и… он же за ней ухаживает!

— За моей мамой! — изумился парень.

— Мой рыцарь! Ты совсем слепой? — строго произнесла принцесса.

— Я думал это правила, как их… этикета! Ведь Тодор и Эри тоже…

— Ага, ты все-таки заметил! — заулыбалась Ада. — Я читала, что так бывает, когда мужчина и женщина начинают нравится друг другу…

— Нашему кузнецу тоже нравилась моя мама, но она… закончилось тем, что она перестала ему нравится.

— Ты сравнил, где кузнец… и где Зигор, умный, обаятельный, известный… — мечтательно произнесла Ада.

— Подожди, так он и тебе «нравится»? — перепугался Мак.

— Да ты что! Он же старый!

«Вас, девушек, не поймешь, то «умный», то «старый»! Как одно мешает другому?» — вмешался шар.

— Для меня старый, — пояснила Ада. — Для меня вот Мак в самый раз!

Мак покраснел, да и принцесса прикусила язычок, поняв, что сболтнула что-то лишнее. Но девушка не могла долго молчать.

— А где сейчас Зигор, поправился уже или нет?

— Он в доме у Линды, она его выхаживает, — объяснил Мак. — Они старые знакомые.

— Правда? Как интересно! — улыбнулась Ада. — Мне эта предводительница показалась очень… властной! И делает что хочет!

«Зигор полностью здоров!» — сообщил шар. — «Сейчас он беседует с Линдой. Хотите послушать?»

— Нет! — тут же отказался Мак.

— Да-а! — протянула Ада.

— А ты разве его слышишь? — спросил Мак.

«После того как он пришел в себя, да».

— И что, он тоже слышит тебя и все наши разговоры? — перестала улыбаться Ада.

«Нет, он нас не слышит. Ему не до того. Сейчас Линда его душит и кричит: «Ты, такой-сякой, обещал вернуться! Я столько лет ждала!» — сообщил шар.

— Так надо бежать его отбивать! — хотел уже вскочить Мак.

«Нет, не надо. Зигор смеется и ее обнимает… Дальше детям до шестнадцати знать не положено! С ним все хорошо», закончил шар.

— Точно, надо уезжать, — произнесла Ада. — Если твоя мама узнает, Линде не поздоровится!..

С гор потянуло холодным ветром.

— Смотри, там на вершинах какие тучи, и как будто из них сыпется что-то! — указал Мак. — Там снег идет, скоро все завалит.

Ада обхватила плечи руками.

— Что-то зябко стало…

— Дать тебе куртку, — предложил Мак.

— Нет, не надо. Пойдем вниз? Там теплее.

— Я посижу еще. Трезорка, охраняй! — Мак показал рукой на девушку.

Волкодав поднялся, потянулся и зевнул, затем подошел к девушке, помахивая хвостом. Ада начала спускаться вниз по склону по узкой тропинке идущей между камнями. Мак подождал пока она отойдет подальше.

— Шар?

«Что?»

— Можешь сделать так, чтобы нас никто не слышал?

«Нас сейчас никто не слышит!»

— Хорошо. Скажи, а ты испытываешь человеческие чувства?

«Кто? Я! Да… Нет! Я испытываю нечеловеческие чувства!»

— Я не понимаю…

«Где тебе… Подожди, с чего вдруг ты стал меня спрашивать про чувства? Тебе нравится Ада? Ты что тоже влюбился?»

— Мне трудно объяснить… А что значит тоже?

«Стоп-стоп-стоп! Поверь мне, ты с принцессой будешь жить долго и счастливо, но не в этой сказке! Не до этого сейчас!»

— Почему не сейчас!

«Потому что эта сказка двенадцать плюс! Мать-Земля, что я несу!»

— Что такое Земля?

«Прародительница всего человечества! Только я тебе этого не говорил! И ты никому не говори, сейчас не время! Теперь что касается «тоже». То, что происходит между Зигором и Эллейн, Тодором и Эри… Это не просто случайность, встреча мужчины и женщины и появление между ними симпатии и привязанности… Куб Земли, он влияет на всех! Он усиливает малейшие чувства».

— То есть, если убрать куб, то все закончится?

«Нет, я этого не сказал! Он всего лишь помогает, усиливает то, что и так было. Так они может быть скрывали бы свои чувства, не показывали их столь явно. Как тебе объяснить… Это как в кофечай вместо одной ложки сахара положить две. Он же по-прежнему будет сладким, но более насыщенным».

— Мне кажется я понял… — произнес Мак. — И что нам с этим делать?

«Да ничего! Стерпится слюбится, как говорится. Перемелется, мука будет. Надо продолжать движение! Если не знаешь, что делать, делай шаг вперед!»

— Но сейчас передо мной обрыв и пропасть!

«Да я же образно! Продолжай жить и действовать, вот и все правила. Старайся жить по совести! Это же не сложно».

— Такие обычные слова, — сказал Мак. — Никогда не думал, что в них есть какой-то глубокий смысл.

«А ты подумай, подумай… Это полезно. Я помогу, если что!»

— Ты меня совсем задушишь! — засмеялся Зигор. — Твои прелести стали еще больше и если ты с меня не слезешь, я просто задохнусь! А я слабый больной человек, мне нужно больше воздуха!..

— Ты-то слабый? — Линда скользнула под бок мужчины, укладывая свою голову ему на плечо. — Ты мне должен за четыре года!

Зигор тяжело вздохнул.

— А ты изменился, — заметила женщина. — Посолиднел, возмужал. И около глаз появились такие маленькие морщинки, гусиные лапки…

— А еще у меня начинают появляться седые волосы, но я их выдираю, — заявил Зигор. — А ты похорошела, стала более женственной. Была соломинкой, а теперь просто чудо какая красавица. Твой отец, наверное, гордится тобой…

— Он погиб в позапрошлом году, хотел пройти по новой тропе, попал под лавину. Мы его так и не нашли.

— Извини, я не знал. А то как подумаю о новой встрече с ним, так те два шрама пониже пояса сразу болеть начинают…

— Ничего, я уже это пережила…

— Вышла замуж? Ой, мои ребра! — Зигор зашипел от резкого тычка кулаком в бок.

— А что, похоже?

— Нет, не похоже, была бы замужем, вела бы себя спокойнее… — признал археолог.

— То-то! Останешься с нами? — снова прильнула к мужчине Линда.

— Я не могу!.. — попытался объяснить Зигор.

— Ты меня не любишь?

— Да я же только что… Линда, ты должна понять… Тогда, четыре года назад, мы с тобой запылали как две спички. Если бы у нас было больше времени, если бы я тогда решился увезти тебя с собой… Но время прошло. Жизнь не стоит на месте. Я всегда вспоминал о тебе с теплом и нежностью…

— У тебя есть жена? — сурово спросила Линда.

— Да откуда. Ты не представляешь, какая у меня тяжелая разъездная жизнь. Однажды меня чуть не завалило в угольных пещерах, потом мы отправились на тропические острова на юге, там половину экспедиции свалила лихорадка, как только выбрались оттуда никого не потеряв, просто невероятное везение…

— Так брось все это!

— Я не могу! Ты не понимаешь! Эта работа — вся моя жизнь! У меня есть определенные обязательства! И долг… перед Республикой. Мне это трудно объяснить… Я все время то в экспедициях, то на задании… Но ты бы согласилась жить в Столице месяцами ожидая моего возвращения?

— Жить в большом городе, ходить в юбке и корсете… Изображать вежливую сеньору… Одна… Не-ет! У меня тут люди, о которых надо заботиться, защищать, оберегать.

— Вот видишь… У нас вместе ничего не получится, — с горечью воскликнул Зигор. — Прости меня…

— Я поняла, спички догорели… — Линда встала и начала одеваться. — Мог бы за эти годы хоть весточку прислать…

— А как? Куда? Начальнику заставы на Перевале, «передать контрабандистам, когда появятся»? Я пытался несколько раз организовать экспедицию на свалку и каждый раз натыкался как на глухую стену.

— У нас есть почтовый ящик в Новом Углеграде. Иногда получаем через него предложения…

— Но я об этом не знал…

— Теперь знаешь, почтамт, Пустоши-1, до востребования, — Линда натянула сапоги, собираясь уходить. — Поправляйся, тебя друзья ждут…

— Линда! — Зигор приподнялся, оперевшись о локоть. — Я понимаю, что виноват перед тобой, но последняя просьба… Мне надо отправить сообщение в Республику. У вас же есть тропа на ту сторону хребта?

— Ты совсем сбрендил? В горах пошел снег! Там со дня на день заморозки начнутся! Хотя… Я спрошу, есть у нас один отчаянный охотник, не боится зимой по горам ползать. Все, мне некогда!

Линда вышла из спальни, прикрыв дверь. Подойдя к выходу из дома, она вытерла набежавшие слезы рукой, глубоко вздохнула. Надо быть сильной! Пинком ноги она распахнула дверь…

Зигор откинулся на подушку. Надо было собираться и уходить из этого дома. Где-то в груди щемило от тоски, но прошлого было не вернуть. Та влюбленность прошла и шансов ее вернуть не осталось. Пора было возвращаться к работе…

«Да, неловко получилось!»

— Кто здесь?

«Да я это, я, шар!»

— Я могу тебя слышать? Как далеко?

«Теперь можешь! Ты же теперь как банковский сейф, битком набитый золотом! Вколол себе слизь, да еще пришлось тебе скармливать золотые монеты. В пределах поселка можно общаться».

— Мак нас слышит?

«Нет, мы на другом канале!»

— Не понимаю…

«Представь, что я сижу на телеграфе в южном порту, ты в Столице, а Мак в Старом Углеграде…»

— Между югом и Углеградом нет телеграфной связи…

«Да неважно, это как беспроволочный телеграф, о котором мечтает Себастьян. Телеграфист в Старом Углеграде не слышит, о чем беседуют на другой линии. У тебя в голове сейчас сидит такой телеграфист. Но можно всех сразу включить, такая возможность есть. Включать?»

— Пока не стоит. Я так хотел с тобой поговорить, а сейчас как-то даже и растерялся…

«Это ничего, привыкнешь. Тебе бы еще со своими женщинами разобраться…»

— Так! Тут я обойдусь без подсказчиков!

«Да я что, я ничего, твои проблемы… Так о чем ты хотел поговорить?»

— Я же техноисторик, любые технологии прошлого мне интересны. Особенно, такие как ты.

«Не факт, что я на все вопросы смогу ответить так, чтобы ты понял. Но попробуем».

— Что ты или кто ты?

«Обычное расходное устройство, легко изготовить, просто потерять. Автономная система навигации и связи, голосовой помощник, энциклопедический справочник, первоначально нас было достаточно много, но шары разбивали по невежеству, теряли, воровали и выбрасывали как ненужную безделушку, последнее, что мне известно, их использовали в гелиографах и в салонах этих шарлатанок, выдающих себя за всевидящих колдуний».

— А Эллейн?

«Она могла меня использовать, но потом ее силы ослабели. После рождения сына, кстати… Как будто она передала ему все свое умение».

— Как такое возможно?

«Золотая пыль же… Она перешла в более подходящий под нее организм».

— А если мы найдем остальные шары?

«Это почти невозможно, если только случайно натолкнемся. Переходя в спящий режим, они почти не отличаются от обычного куска стекла. И не определяются детекторами».

— Это кажется несправедливым по отношению к разумному существу. Похоже на смерть.

«Люди тоже умирают. И я не существо, я Шар! Моя задача помогать владельцу, который сможет со мной контактировать. Большинство людей деградировало. Это не их вина, это отсутствие необходимых технологий. Может это и правильно, что люди очистились. Вернулись к своему первоначальному состоянию. Зеленая слизь, золотая пыль, это все костыли, помогающие человеку подняться и стать выше».

— Ты знаешь старославянский?

«Если ты про ту книгу, то я могу помочь ее перевести».

— Так куда мы идем?

«После встречи с Маком, когда мне удалось активироваться и привлечь его внимание, я обнаружил канал связи, очень слабый, но устойчивый. Есть единый центр, управляющий всеми шарами. Вот к нему мы и попытаемся добраться».

— Так ты используешь людей в своих интересах!

«Разве я не помогаю вам при этом? Наши с вами интересы совпадают! Вам нужно спрятать принцессу и Мака. Если я не ошибаюсь, а я никогда не ошибаюсь, то место — одно из самых надежных и безопасных укрытий! И там сто-о-олько новых знаний…»

— Хорошо, считай, ты меня убедил! Но безопасность детей на первом месте!

«Зуб даю! Э… Нет… Чтоб меня из куба выкинули и потеряли! Вот!»

— А что такое этот куб?

«Это усилитель. Огромной силы! В неопытных руках может быть крайне опасен… Ну, вы все видели пустоши…»

— Да уж… Хорошо, пока я подумаю над другими вопросами. А как мне с тобой разговаривать, чтобы остальные не обращали внимания?

«Просто найди укромное место, чтобы не подслушивали, вот как сейчас».

— Ага, попробую. Теперь про ту книгу… Там очень много планов помещений, чертежи механических запоров, как я понимаю на бронированных дверях. С чертежами я думаю, инженеры помогут разобраться, хуже с описаниями, там технические термины…

«Это я могу объяснить!»

— Хорошо. Я понял, что это какое-то руководство по обслуживанию всего этого подземного сооружения. Но почему оно на забытом языке, а не на привычных нам, или хотя бы на имперских?

«Давай предположим, что люди, уходя оттуда, забрали книги на своих языках и оставили те, которые не могли прочитать?»

— Звучит разумно. Но там кроме чертежей и описаний еще есть вторая половина, там большие тексты, как будто жизнеописание чье-то. Я попробовал разобраться, ничего не понял… Какие-то люди, сидят под землей, роют тоннель. И при этом говорят, что куда-то летят!

«Дневник капитана? Надо же, не думал, что он сохранился».

— Ты знаешь, что это?

«Никогда не видел этого текста, только упоминания о том, что он существовал. Почитаем вместе, возможно, многие вопросы у тебя сами отпадут…»

— Тыну, Себастьян! Как машина?

— Все готово, хоть сейчас можем трогаться, — ответил Тодору Себастьян. — Вещи перенесли, топливо и воду загрузили.

— Ага, тогда переночуем здесь и утром в путь, — решил Тодор. — Не будем на ночь в пустыню выезжать.

— Я согласен, спешить вроде некуда, — подошел к ним Тыну.

— Где остальные?

— Да вроде все здесь… — махнул рукой Тыну.

Эри и Ада сидели рядом с паромобилем, тут же крутился Трезорка. Мак о чем-то разговаривал с местными мальчишками. Они показывали друг другу свои револьверы, сравнивали их.

— У парней как всегда, только ножи и оружие на уме, — улыбнулся Тыну.

От поселка вышел к паромобилю Зигор, выглядевший устало и грустно.

— О, вот и наш герой-любовник! — пошутил Себастьян.

Зигор только вяло огрызнулся.

— Ты как сам? — поинтересовался Тыну.

— Да я уже бодр, весел и здоров! Ну почти… А где Эллейн? И Стив? — спросил археолог.

— Они пытают лекаря, — ответил Тодор.

— Зачем, он же вряд ли что-то знает?

— Да опыты они на нем проводят, ввели ему зеленую слизь, как и тебе, — улыбнулся Себастьян.

— Зачем расходовать ценное вещество на бесполезное существо, да еще родом из Империи? — поморщился Зигор. — Непонятно, сможем ли мы еще ее найти.

— Да лечат они его! — разъяснил Тодор. — У парня серьезная болезнь, он стареет на глазах. Стив предположил, что наша зеленая слизь ему поможет.

— Наша! — возмутился Зигор.

— А чья еще? Откуда она у тебя, кстати?

— Хорошо, она ваша. Я должен был проконтролировать передачу машины Ады, в случае необходимости заменить курьера, слизь мне выдали в институте, — озвучил свой наиболее правдоподобный вариант Зигор.

— Вот видишь, она наконец-то нашла адресата, — заметил Себастьян. — А насчет слизи не волнуйся. Мы сначала хотели сделать вторую машину, такую же, как эта…

Себастьян ткнул рукой в длинный ящик в кузове паромобиля.

— Но мы же теперь можем у этой штуки заказать сколько угодно зеленой слизи, нужен только образец и золото. У нас есть и то, и другое.

— А потом, с помощью слизи, сделать еще одну копию самой машины? — додумал Зигор. — Мы вроде с Тодором уже говорили об этом…

— Точно, схватываешь на лету!

— Это же можно целую фабрику отстроить, десятки машин, сотни литров слизи… Нам надо вернуться в Республику. Не хотелось бы, чтобы все это попало к Империи.

— Тут мы все с тобой согласны, — подтвердил Тодор. — Доберемся до побережья и сообщим в Столицу, дадим о себе знать техномагам. И затаимся, пока ответ не придет.

Подошли Эри с Адой.

— Нам выделили дом для ночевки и приглашают поужинать…

— Здорово, не придется под открытым небом спать, — заметил Себастьян.

— А что с шагоходом? — спросил Зигор.

— Местные хотят использовать его как котельную или как стационар под мастерскую, — рассказал Тыну. — Пулеметы демонтируют, поставят на скалы, протянут туда паропроводы. С пушками пока не решили, если найдут снаряды, то кочевникам-бандитам придется несладко, когда они решат в следующий раз напасть.

Тодор посмотрел на поселок.

— Зигор, похоже тебе придется ужинать в другом месте…

Археолог обернулся. От поселка к ним приближалась Линда. Она кивнула Зигору.

— Пойдем, вернулся охотник, о котором мы с тобой говорили…

— К утру возвращайся, на рассвете уходим, — предупредил вслед археологу Себастьян.

— Завидую я ему, — произнес Тыну, глядя на возвращающихся в поселок Линду и Зигора. — Такая красивая пара. Что бы ему не забрать ее в город…

— Дикой розе не место в зимнем саду, — высказался вдруг Тодор.

— Да ты поэт! — изумилась Эри…

— Вставайте! Вставайте же!!! Надо уходить!

— А, Зигор, ранняя пташка, — поднял голову Себастьян. — Тебе удалось хоть немного поспать?

— Некогда шутить, Империя на подходе!

Проснувшиеся инженеры начали срочно собираться.

— Постучи в стену, разбуди девушек, — попросил Тыну.

— Что случилось, откуда Империя? — спросил Тодор, натягивая брюки.

— Не знаю, сейчас выйдите, сами все увидите!

Поселок уже весь был на ногах. От домов к скалам бежали мужики с оружием. Линда отдавала распоряжения.

— Молодые мамы, дети и старики — прячьтесь в пещеру. Остальные на скалы, тащите патроны, ружья! Шир! Бери мой паромобиль, гони к сардобе, забери старика! Быстро, времени мало! Несите бревна в проход!

Тодор собрал всех у грузовика.

— Что происходит, мы можем помочь?

— Дым на горизонте, сюда армия идет! — крикнул пробегавший мимо местный.

Шагоход, лежавший на площадке рядом, пахнул паром и задрожал. К паромобилю подбежала Линда.

— Они ищут ваш шагоход! Мы выведем его и отправим на север. Потом мои люди спрыгнут и вернутся. Сразу после того, как шагоход выйдет из долины, вы следом за ним выкатываетесь и уходите на восток! Вам тут нечего делать!

— Тыну, Себастьян, помогите с шагоходом, за скалами мы вас подберем, — сориентировался Тодор.

Инженеры бросились к машине.

— Мак, Ада, в кабину, остальные в кузов, — распорядился Тодор.

— Мы не останемся помочь? — обернулась к инженеру Эри.

— Мы не сможем… Это тяжелый выбор, но мы должны уехать, попытаться помочь всем и вместе с ними бежать в горы, пытаясь спрятаться или спасти группу, воспользовавшись маленькой лазейкой… тут нет правильного решения, оба хуже…

— Но мы могли бы хотя бы забрать детей! — воскликнула Эри.

— Их уже прячут, у контрабандистов должен быть в этом богатый опыт…

Эри с возмущением отвернулась, но Эллейн потянула ее к грузовику.

— А вы как же? — обратился Зигор к Линде.

— Мы завалим проход камнями, нас просто не найдут, пройдут мимо… — сообщила Линда.

— Ой, смотрите, птичка! — кто-то из мелкотни уставился в небо, указывая рукой на парящую птицу.

Зигор схватил из кузова снайперскую винтовку и навел на небо.

— Ворон! Линда, вас нашли, уводи людей в горы!

— Мы там замерзнем, а если и вернемся в разоренный поселок, то не доживем до весны… — Линда оглядела остановившихся вокруг нее людей, ждущих ее решения. — Мы будем сражаться!

— Да!!! — толпа местных разбежалась, готовясь к обороне.

— Да нельзя же так! — Зигор со злостью поднял ружье, прицелился в птицу и выстрелил.

— Не попал! Дай я попробую!

Археолог с удивлением посмотрел на стоявшего рядом мужчину в брюках, кожаной куртке и в шляпе.

— Лекарь? Ты что ли?

Седые волосы и коротко постриженная борода скрыли улыбку на покрытом морщинами лице.

— На, держи! — Зигор отдал винтовку.

Лекарь прицелился, выстрелил. Птица в вышине закувыркалась, падая.

— Это не поможет, они уже знают, что здесь есть поселок, — сказал забирающийся в кузов Стив.

— Хорошее ружье, — похвалил лекарь, протягивая винтовку Зигору.

— Отличный выстрел! — ответил археолог и вынул из кузова пару коробок с патронами. — Оставь себе, тебе будет нужнее.

Лекарь забрал патроны и побежал занимать позицию на окружающих долину скалах.

Шагоход задрожал, раздался скрип опор, и он поднялся на ноги. Потом одна из опор пошла вперед, боевая машина направилась к выходу на равнины.

— Линда, подумай еще раз! — Зигор чуть не плакал. — Бронеходы не пройдут по скалам. Но там же штурмовая пехота! В броне, с отличным оружием. Они вас всех перебьют. Уходите!

Зафырчал паром скатившийся в долину паромобиль. Из него выскочили Шир и старик смотритель.

— Представляете, старый дурак требовал, чтобы я погрузил собранный урожай! — начал жаловаться Шир. — Там полнеба дымом заволокло, а он свои тыквы тащит!

Старик, иди в убежище, — распорядилась Линда. — Шир! На западную сторону!

Потом она обернулась к готовому к отправке паромобилю, подошла к Зигору.

— Нам некуда идти, это наши земли, — сказала она, обняла археолога за шею и поцеловала в губы. — Обещай, что вернешься и похоронишь нас достойно!

— Обещаю, — проговорил Зигор.

В кузове паромобиля Эри сжала руку побелевшей от ярости Эллейн. Зигор запрыгнул в кузов, молча уселся у борта, стараясь не глядеть ни на кого.

— Отправляйтесь, мы перекрываем проход, — махнула им рукой Линда.

Паромобиль тронулся с места, со скал кричали и махали шляпами стрелки.

— Мама, мам! — Линду подергала за руку девочка лет четырех на вид.

— Доча, ты чего здесь? — женщина присела, обняла ребенка. — Быстренько, быстренько с няней в пещеру. Там вам сказку расскажут. Давай, давай, бегом!

Проводив ребенка, Линда повернулась к стоявшим у прохода мужикам.

— Чего стоим? Поднимайте баррикаду, засыпайте камнями!

Из отъезжающего паромобиля за всем этим с изумлением наблюдала Эри, сидевшая около заднего борта. Она бросила быстрый взгляд на Зигора, но тот склонил голову, уставившись в пол, и ничего не замечал вокруг.

Позади паромобиля поднялся бревенчатый забор, сверху со скал начали сбрасывать валуны, перекрывая дорогу. Паромобиль выехал из теснины на простор. Тут их уже ждали Тыну и Себастьян.

— Тыну, за водителя! — Тодор пересел в кузов. — А местные где?

— Остались в шагоходе, сказали, впереди крупные камни, как пройдут до ровного места, выпрыгнут, — сообщил Себастьян.

— Храни их Лурра! Тыну, поехали, — постучал по кабине Тодор.

Паромобиль повернул направо и покатил вдоль отрогов. Позади нарастал шум моторов, поднимались дымы, надвигалась армия.

— Они догоняют шагоход! — воскликнула Эллейн.

Все обернулись. Грузовик притормозил.

От надвигающейся от горизонта сплошной дымящей и пылящей массы отделилось несколько машин. Они вырвались вперед и бросились наперерез удаляющемуся по ровной как стол равнине шагоходу. Гигантская машина набирала скорость, но даже самым быстрым шагом она не могла уйти от мелких и юрких бронеходов. Догнав шагоход, машины имперцев стали зажимать ее с двух сторон, беря в клещи. С борта шагохода раздалось шипение и плевки пулеметной очереди. Один из бронеходов вильнул и ушел в сторону, притормаживая и дымя. Пули попали в уязвимое место. Но остальные машины старались приблизиться, кружили, как стая волков вокруг загнанного животного, и начали стрелять по опорам. С правого борта один из контрабандистов открыл боковой люк и начал отстреливаться из револьверов. Подъехавший почти вплотную бронеход повернул башню и выстрелил прямо в проем. Где-то внутри шагохода грохнул взрыв. Снаряд пробил переборки и попал в паровой двигатель. Огонь, куски горящего угля, сотни разорванных труб и пар под чудовищным давлением в одно мгновение разворотили изнутри корпус шагохода. Поле боя скрыло чудовищное, медленно поднимающееся вверх облако, из которого раздавался жуткий скрежет. Вокруг него крутились бронеходы, ожидая, когда можно будет рвануться внутрь. Дым и пар развеялись, стало видно, что изуродованный корпус, объятый пламенем, все еще стоит на ногах, но опоры начали подламываться одна за другой, и машина медленно завалилась на бок, упав с гулким грохотом на землю.

В надвигающемся облаке дыма и пыли стали уже видны отдельные машины, растянувшиеся широкой цепью. Колесные бронеходы, грузовые паромобили набитые пехотой и легкие гусеничные танки торопились в бой. На скалах вокруг прохода в долину показались стрелки, вглядывающиеся в обломки шагохода. Кто-то еще надеялся, что водители смогли уцелеть.

— Тыну, гони, у нас минут десять до того, как сюда нагрянет Империя! — крикнул Тодор. — Тыну! Почему стоим?

— Это не я! Это Мак!

Парень вышел из кабины и пошел навстречу наступающим войскам, на ходу вытащив из рюкзака шкатулку и бросив мешок в кузов.

— Мак, вернись немедленно! — закричал Тодор.

— Мак, не надо! В прошлый раз они все погибли! — поняла намерения парня Ада. — Остановите его!

— Мак, пожалуйста! — позвала из кузова грузовика Эллейн, в ее руку вцепилась Эри.

Зигор выпрыгнул на землю, подскочил к подростку.

— Это неправильно! Жители поселка не должны умирать за нас! — произнес Мак. — Возьми шкатулку. Если я сам потом не смогу, надо будет накрыть куб шкатулкой и постараться закрыть крышку. Можно обжечь руки, но это пройдет.

Мак достал из шкатулки из слонопотамской кости светящийся яркой зеленью артефакт. Зигор подхватил ящичек, даже не попытавшись остановить юного мага, такой убежденностью веяло от парня. Археолог отошел к борту грузовика. Сверху опустилась и больно сжала его плечо рука Эллейн. Зигор прикрыл ее ладонь своей, понимая, каково сейчас матери. Остальные молчали, наблюдая за Маком и готовые в любую минуту бросится на помощь. Себастьян приготовил винтовку. До имперских машин оставалась всего пара километров и с каждой секундой они приближались, не снижая скорость.

Мак отошел на пару шагов и обернулся:

— Скажите людям, что в лесу нельзя будет две недели ломать ветви и рубить деревья, лианы будут уничтожать любую угрозу.

И пошел дальше, навстречу надвигающейся армии.

— Что он задумал, тут же нет никакого леса… — пробурчал Стив.

У заваленного прохода в долину начали спускаться по скалам люди. Может быть, они решили, что паромобиль сломался и спешили на помощь…

«Я, конечно, ценю твою самоотверженность и готовность принести себя в жертву, но еще не поздно сесть в машину и уехать».

— Я тренировался и готовился, я точно знаю чего хочу! — возразил Мак. — Люди убили пустоши, а теперь убивают друг друга. Больше этого не будет. Если со мной что-то случится, у тебя останутся Ада и Зигор.

«Ну да, ну да… Лекарь еще… Должен сказать, что я рад знакомству с тобой. Давай посмотрим, что у тебя получится…»

Мак отошел подальше от паромобиля. Надо было бы отойти еще дальше, но приближающиеся машины оставляли слишком мало времени. Куб в его руках светился все ярче, накапливая перенаправляемую в него энергию. Мак четко и ясно видел то, что хотел создать. За себя он не боялся, кому как не рыцарю положено защищать родных, слабых и любимых… Во всех тех немногочисленных книгах, которые он успел прочитать, рыцари всегда храбро бросались на врага, и всегда побеждали. Даже погибая. Не это ли показатель того, что и он, став рыцарем должен поступать точно также? Если не знаешь, что делать, делай шаг вперед…

Командиры имперских бронеходов заметили одинокий паромобиль и яркую светящуюся точку рядом с ним. Было еще слишком далеко, но разгоряченные стремительной атакой солдаты и офицеры, позабыв про все приказы, про то, что пленных надо брать живыми, открыли огонь. Только что, на их глазах передовой отряд победил грозный, хотя и старый шагоход, победил в бою, под обстрелом! Какой-то паромобиль не станет препятствием на пути.

Снаряды прошли далеко стороной, разорвавшись где-то в пустошах, но Тодор, заметив начало обстрела, взволновано встал с места:

— Мак, чтобы ты не задумал, поспеши!

Мак очнулся от охватившего его оцепенения. Враг приближался. Его друзьям грозит опасность. Он поднял перед грудью руки с зажатым между кистями ослепительно сиявшим кубом. Пора!

От Мака побежала зеленая волна. Вперед, вправо, влево! Трава, яркая, сочная, хоть сам коси и ешь, кроши в салат, добавляй в похлебку! Волна побежала в пустоши. И чем дальше она уходила, тем становилась мощнее. Небольшие ростки у ног Мака через несколько десятков метров уже превращались в высокую по пояс прерию, а еще через полсотни из земли полезли плотные колючие кустарники, а дальше и молодые деревья! И чем дальше, тем выше и мощнее. Один за другим вздымались в небо мощные стволы, расправляли кроны и отгораживали поселок непроходимой живой стеной. Отряд, погубивший шагоход, натолкнулся на лес первым и сразу завяз в окружившей его чаще. А лес уходил. Бежал, стремительно разрастался все дальше и дальше до самого горизонта.

Наступающая цепь встала намертво, пропарывая брюхо внезапно вырастающими деревьями, запутываясь в плотных кустарниках, наматывая на колеса густую высокую траву, теряя гусеницы от влезающих с боков в катки сучьев. Имперские штрмовики посыпались из кузовов, стремясь хотя бы пешком добраться до найденного поселка. Звучали команды офицеров, разобрав оружие и боеприпасы, роты пробивались через бурелом…

Мак этого уже не видел. Он упал на колени и сел, наклонив голову. Только вытекающий из куба поток энергии еще удерживал его в вертикальном положении. Зигор бросился к нему.

— Мак! Мак! Услышь меня, разожми руки!

Услышал ли Мак или просто руки ослабли, но куб выпал на землю. Зигор тут же накрыл его шкатулкой и перевалив набок, захлопнул крышку. Он еле успел подхватить падающего парня.

— Помогите, скорее! — от машины уже бежали Тодор и Себастьян.

Инженеры подняли подростка и понесли к паромобилю.

— Как он? — заволновалась Эллейн, боясь услышать самое худшее.

— Дышит, — обрадовал ее Тодор. — Но ослаб сильно.

Эллейн закрыла рот рукой и заплакала. Стив суетился в кузове, расчищая место, куда положить внука. На скалах кричали и махали шляпами мужчины и женщины, внезапно осознавшие, что сегодня они не умрут.

Далеко в лесу раздался дикий крик и выстрелы. Через мгновения стрельба утихла. Раздался новый крик, уже в другой стороне, и еще, и еще один. Глухие выстрелы где-то глубоко в чаще, непрерывная пальба. Бухнула пушка и тут же над лесом поднялось облако гари от чудовищного взрыва, в небо улетела башня танка. В лесу шел настоящий бой.

К паромобилю подбежали спустившиеся наконец-то сверху Линда, Шир, лекарь и еще несколько мужиков.

— Почему вы встали? — закричала Линда.

— Ну, ты же видишь, — обвел руками вокруг Зигор.

— Это ваш пацан сделал, той светящейся штукой?

— Да, — Зигор сразу посерьезнел, нашарил у борта рюкзак и спрятал шкатулку.

— Как он сам? — спросила Линда.

— С ним все будет хорошо, — весело ответил из паромобиля Себастьян.

— Шир! Что вы видели сверху? — спросил подошедшего бандита Стив, перегнувшись через борт грузовика.

— Лес! Лес от края и до края, до самого горизонта! — восторженно произнес контрабандист. — Настоящее чудо!

— Сегодня вы спасли всех нас! — произнесла Линда.

— Вам придется привыкать к новым условиям, — сказала сверху Эри. — Теперь сюда пойдут люди, много людей. И Республика захочет прибрать эти земли.

— Мне кажется, Линда могла бы стать отличным губернатором! — пошутил Себастьян. — С ее-то связями с пограничниками, думаю, это легко будет устроить!

— Атаманшу в губернаторы! — прокричал Шир.

— Да!!! — подхватили мужики.

Линда улыбнулась.

— Похоже, жизнь налаживается, — заметил Зигор. — Да, Мак просил пару недель в лес не ходить.

— Почему? — не поняла Линда.

— Ты разве не слышишь?

В лесу все еще раздавались редкие выстрелы и далекие взрывы. Где-то далеко поднимался дым от горевших машин.

— С кем они воюют?

— С лесом… я покажу!

Зигор подобрал крупный камень, отошел в сторону и метнул его в ствол ближайшего дерева. Как только камень ударился о ствол, сверху из кроны выметнулась длинная гибкая лиана и скрутила несколько петель вокруг еще не упавшего булыжника. Каким образом поняв, что это неживой предмет, лиана размоталась, выронив камень и спряталась обратно в густую листву.

— А если бы это был человек? — спросила Линда.

Далеко в лесу раздался выстрел и полузадушенный вскрик.

— Все поняли? В лес не ходить, пока я не разрешу! — обратилась к своим людям атаманша.

— Зигор, пора ехать, — окликнул археолога Тодор.

— Да, минуту! — Зигор посмотрел на Линду.

— Вспоминай нас… — произнесла она и, повернувшись, направилась к долине. — Возвращаемся! Надо разобрать завал в проходе! Шир, организуй патрули вдоль края леса, вдруг кто поосторожней сможет выбраться, не хватало нам еще пулю поймать от обезумевшего имперца!..

— Парню не нужна помощь? — спросил оставшийся у паромобиля лекарь.

— Нет, но ты должен услышать кое-что, — задержал его Зигор, поднимая рюкзак со шкатулкой.

«Ноль сорок второй. Агент, боец, дезертир…»

— Кто это? — голос в голове напугал лекаря.

«Я шар, хрустальный шар. Друг и помощник Мака и его товарищей. У меня есть для тебя задание!»

— Что я должен сделать? И почему я?

«Тебя обучали действовать быстро, незаметно, смертоносно! Твои качества ведь не пропали, они до сих пор с тобой… Где-то на территории Империи находится Пирамида Огня, еще один магический артефакт».

— Вы хотите, чтобы я ее нашел, но как? — лекарь заметно волновался, подергивая плечом и руками и нервно переводя взгляд с лица Зигора на рюкзак в его руке.

«Ты пойдешь в Империю. По дороге разыщи хрустальный шар, теперь ты сможешь его почувствовать. Как только ты его найдешь, он проснется. Шаров много, они могут быть где угодно, в доме крестьянина, как гнет на бочонке капусты, или в шатре какого-нибудь шарлатана, обманывающего этих крестьян. Или на дне ручья, в лесу под кустом, в поле под кочкой… На метеостанции в гелиографе. Если найдешь несколько, будет даже лучше. Они помогут обнаружить Пирамиду».

— Я стану магом? Что мне делать, когда я найду ее? — возвращение в Империю, где грозили опасность и, возможно, даже смерть, или что-то хуже, не радовало лекаря, но цель была достойна и награда в конце пути, пусть и не озвученная, должна была превысить все тяготы предстоящего путешествия.

«Нет. Но ты уже стал зорче, лучше слышишь и чувствуешь. Вместо прячущейся жертвы, ты сам стал охотником! Найди шар и Пирамиду. Дальнейшие инструкции получишь, когда возьмешь ее в руки».

— Я понял. Я все сделаю! — Лекарь хотел поклониться, но не понял в какую сторону лучше это сделать.

— Зигор, пора! — крикнул Тодор.

Археолог хлопнул по плечу лекаря и запрыгнул в кузов. Паромобиль тронулся с места и мягко покатил по траве вдоль холмов на восток…

— Сеньор маг? Пришли нас проводить? — окликнул Су пожилой сапер.

— О, здравствуйте. А вы куда-то направляетесь?

В порту было как всегда шумно, вдоль причалов бегали по путям маневровые паровозики, таская здоровые товарные вагоны, а портовые краны кивали своими клювами, поднимая и опуская тонны грузов, переваливая их с берега на судно или с борта на пристань. Кричали докеры, раздавались свистки паровозов, краны шипели паром.

Большой военный транспорт и два узких, длинных, похожих на хищных рыб эсминцев были пришвартованы чуть в стороне от общей территории. Обвешанные медалями саперы, чьи портреты в последние дни не сходили со страниц всех газет, грузились на транспорт, загоняя по пандусу на корабль свои забитые инструментом и припасами паромобили.

Сюда и пришел Су, томившийся все эти дни в ожидании, куда же его направят.

— Плывем на восток! — обрадовано сообщил узнавший мага сапер. — В тихое спокойное место подальше от войны!

— Не плывем, а идем, пехота! — поправил пробегавший мимо морячок.

— Это ты идешь, а мы на тебе едем, — крикнул ему вслед сапер.

— Это кто вам такое сказал? Что там спокойно? — поинтересовался Су.

— Ну как же, все говорят. Война на севере, вокруг Столицы войска собираются, а на востоке глухомань, там нет никого… Едем отдыхать… На курорт.

— Понятно, — произнес Су.

— А вы почему с чемоданчиком? — заинтересовался сапер.

— Утром получил депешу, придан вам на усиление…

— Та-ак! Отдохнули на курорте… — сразу посерьезнел сапер. — И вы знаете, что нас там ждет?

— Мы должны там что-то найти и спрятать, закопаться в землю.

— А, ну это мы как раз умеем, — с облегчением вздохнул сапер. — Я уж подумал, опять под бронеходы нас бросят…

— Сеньор маг! К капитану! — сбежал на пристань моряк с корабля. — Я провожу!

Каюта капитана на транспорте оказалась светлой и вместительной. Прямо в ней стоял большой стол, на котором лежала карта. Су представился. Четыре офицера оказались капитаном транспорта, молодыми лейтенантами — командовавшими эсминцами и, как он сам представился, офицером связи. Су сразу для себя решил, что это представитель департамента.

— Прошу к карте! — пригласил всех капитан. — Наша задача: доставить штурмовую роту и батальон саперов на полуостров Лабрадор, Фокс Харбор…

— Лисья гавань? — перевел Су.

— Да, это единственный порт, который сможет нас принять, — добавил капитан. — Пойдем вдоль побережья, не отходя далеко в море, командование опасается, что нам могут встретиться рейдеры Империи.

— А что, были уже случаи? — спросил «офицер связи».

— Торговцы видели дымы в море, флот отправил несколько отрядов патрулировать подходы к Бухте Радости, но все побережье они прикрыть не могу. Поэтому нам приданы два эсминца, — капитан посмотрел на молодых, но гордых своей миссией лейтенантов. — Я вам не завидую. Если начнет штормить, вас будет качать как… сильно качать. Ваша задача — прикрывать транспорт с моря, следить за обстановкой, при встрече с противником вступить в бой и отогнать.

— Мы готовы, — отозвался за обоих один из лейтенантов.

— Орлы! — похвалил капитан. — Отлично. Транспорт с углем ушел вперед несколько дней назад, должен нас ждать в порту. Там мы высаживаем армию и сеньора мага, дальше ждем…

— Чего ждем? — спросил лейтенант.

— Известий и дальнейших распоряжений. Приказа уходить оттуда пока не поступало. Предположительно ожидается появление кораблей Империи, эсминцам придется защищать порт.

— Хотел бы предупредить, — перебил капитана Су. — Возможно, появятся воздушные суда противника, мы видели такой на севере. Длинный воздушный шар, под ним кабина с двигателем. Может доставить пару десятков пехотинцев или небольшую машину.

— А если он над нами зависнет и начнет закидывать снарядами? — спросил связист.

— Вот об этом я и хотел предупредить, — добавил Су. — На кораблях же есть пулеметы? Надо переделать опорные установки, чтобы можно было поднять стволы как можно выше.

— Надо с саперами поговорить, они как раз могут помочь. С этим решим, нам идти дня три, успеем доработать пулеметные точки, — согласился капитан. — Сеньоры лейтенанты, если вопросов нет, то я вас больше не задерживая, сразу после окончания погрузки выходим в море.

Лейтенанты вышли из каюты.

— Красавцы, — заметил Су.

— Офицеры или корабли? — спросил капитан. — Молодые, необстрелянные, рвутся в бой! А кораблики, страх божий, длинные, узкие, посадка мелкая, на крупной волне их будет болтать с борта на борт. Длина сто метров, экипаж шестьдесят человек, у них даже офицеры спят в кают-компании. Хотя вооружение мощное, тут не поспоришь, два торпедных аппарата, четыре пушки, пулеметы, мины. И скорость, этого не отнимешь, догонят кого угодно. Настоящие хищники.

— А если Империя флот пришлет? — спросил Су.

— На транспорте кроме угля еще боекомплект морских мин. Перекроют узости, проливы и фарватер, ни одна собака не сунется после первого подрыва. Главное, чтобы вы на берегу не задерживались. Что мы там ищем?

— Нам надо найти группу людей, защитить их от Империи и дождаться подхода подкреплений. Вам должны были сообщить, — ответил связист.

— То есть вы должны найти их раньше Империи, — догадался капитан. — Наверняка, важные шишки. Ну да это не мое дело, а ваше. Вам выделена отдельная каюта, сеньор связист уже установил все необходимое оборудование. Теперь прошу меня извинить, мне необходимо проследить за ходом погрузки и договориться с портом о буксире и выходе из гавани.

Су и офицер поспешили покинуть капитанскую каюту.

— Наше помещение совсем рядом, — сообщил связист. — Пришлось взять как можно выше, будет качать, но нам нужен был выход на верхнюю палубу к мачтам.

— Зачем? — поинтересовался Су, заходя в открытую каюту.

Две койки одна над другой, небольшой столик, обычная стандартная обстановка, но вторую половину каюты занимала огромная, похожая на шкаф установка.

— Это что такое?

— Вы сталкивались раньше с устройствами глушащими магические способности? — спросил в ответ офицер.

— Да, приходилось, — поморщился Су.

— Это создано по схожему принципу, но это не глушитель, а… как бы точнее сформулировать, поисковик, этот аппарат ищет проявления магии.

— Серьезно? И это работает? Можно попробовать? — полюбопытствовал Су.

— Конечно, для этого мы и везем это с собой, чтобы быстро и точно отыскать ту группу.

Офицер включил несколько рубильников, проверил показания приборов, выдвинул из открывшейся дверцы длинную намотанную на толстый стержень катушку, по которой ездил сверху металлический бегунок в ручкой из эбонита. Через ручку проходил толстый заизолированный провод. Офицер сдвинул бегунок в крайнее левое положение.

— Сейчас прибор настроен на поиск в минимальном радиусе, то есть в пределах нескольких метров. Попробуйте что-нибудь.

Су щелкнул пальцами и над ними вспыхнул и погас язык пламени. Шкаф коротко звякнул, в окошечке поползла бумажная лента, закрепленный на планке карандаш прочертил прямую линию, которая внезапно дернулась вверх, изобразив горб, после чего карандаш вернулся в прежнее положение.

— Видите, работает! — обрадовался офицер.

— И на какую дальность это работает?

— Зависит от мощности принимаемого сигнала. Чем он сильнее, тем дальше мы можем его уловить. Напоминает работу грозоотметчика, слышали про такой прибор?

— Вроде их стали на метеостанции ставить? — уточнил Су.

— Так и есть, но грозоотметчик не может определить направление, он принимает сигналы от молний со всех сторон. А это оборудование определяет азимут! Для этого мы создали поворотную антенну, она сейчас наверху на мачте.

— А можно проверить? — спросил Су. — У вас есть карта города?

— Конечно! — офицер выложил на стол городскую карту.

— Так, мы в порту, вот здесь, — показал на карте Су. — Мы можем навести ваш прибор вот на этот дом?

— Сейчас… — Офицер взял линейку и транспортир, измерил угол от направления на север. — Это легко!

Он закрутил небольшой маховик, передающий движение наверх на мачту через встроенную в каюту трубу.

— Тридцать семь градусов… Ничего нет!

— У вас мощность на минимуме, — напомнил Су.

— А, точно! — связист начал потихоньку передвигать бегунок на катушке, шкаф зазвенел и карандаш на ленте начал вырисовывать горбы. — Вот, есть! А что там в этом доме?

— Это архитектурное бюро моих друзей, — произнес Су, разглядывая карту. — Там внутри есть машина, я так и думал, что без магии не обошлось…

— Попробуем проверить еще что-нибудь? — обрадовался своей удаче офицер.

— Давайте сразу на максимум, только надо карту Республики, и попробуем пройти по дуге с запада на восток, — предложил Су.

— Хорошо, — связист выложил на стол новую карту. — Откуда начнем?

— Давайте попробуем с запада от Старого Углеграда и дальше на восток, и посмотрим, удастся ли что-то обнаружить.

— Это очень далеко!

— Но и ищем мы достаточно мощный источник, — сообщил Су.

Офицер закрутил маховик, проверяя угол поворота на передвигающейся шкале на стене «шкафа».

— Двенадцать градусов к западу от севера, — сообщил он. — Пока тихо.

— Поехали на восток, только не спешите, — попросил Су, делая на карте линию от южного порта до гор. Девять градусов — Старый Углеград.

— Пока тишина.

— Два градуса на восток от севера — Перевал.

— Ничего!

— Как так? — удивился Су. — Империя перешла через горы, захватила Новый Углеград. Там за Перевалом должна быть имперская база. У них должны быть маги и разное оборудование.

— Может быть, не хватает мощности, — произнес офицер, — все же это очень далеко. Или у них слабые маги…

— Поехали дальше.

Поисковик звякнул, карандаш дернулся.

— Стоп! Назад!

Офицер довел маховик в обратную сторону. В «шкафу» тихо зазвенел звоночек.

— Очень далеко и очень слабый, но постоянно действующий сигнал. Может быть где угодно отсюда и до самых гор.

Су провел линию, проверил через какие районы она проходит.

— Мне кажется, мы нашли дракона, — сказал маг.

— Как дракона? Где? — не поверил офицер и взглянул на карту.

Линия шла мимо населенных пунктов прямиком через Дремучие Леса.

— А есть вторая такая же станция? Можно было бы с нее проверить и получить точку, а не направление.

— В Столице в техномагической академии есть. И должны быть еще станции на кораблях флота, — ответил связист. — Можно сообщить, чтобы дали азимут на лес. Неужели действительно дракон?

— Если проверят, узнают точно. Поедем дальше? Семь градусов — Новый Углеград.

— Ничего. Или у Империи там нет магов, или мы просто их не слышим, — проверил направление офицер.

— Тогда просто пойдем дальше, до конца хребта, — предложил Су.

— Не думаю, что мы что-то там обнаружим… — но связист закрутил маховик, проверяя весь сектор.

Звякнул сигнал.

— Что-то есть, — обрадовался офицер и повернул маховик.

Сигнал усилился. Связист искал середину, вращая маховик и поворачивая антенну влево-вправо, наконец остановился. Звонок захлебывался, карандаш уперся в верхний ограничитель, на ленте шла сплошная полоса по самому краю рулона.

— Это что ж такое? И где-то рядом!

— Это не может быть рядом, — произнес Су. — Мы в городе машину магическую нашли, вот это рядом, а тут что-то чудовищное… Мы бы это увидели своими глазами, если бы в городе что-то происходило.

Связист выглянул в иллюминатор. Действительно, город жил своей спокойной и размеренной жизнью.

— А где же это тогда, опять в лесах?

— Не знаю, но есть у меня одно предположение, — Су прочертил на карте линию. — Насколько широкий был сигнал?

— По полтора градуса влево и вправо.

Су провел еще две линии, расходящиеся из точки на южном побережье до заметной уже полоски в горах.

— Это восточнее Нового Углеграда. Или на самом деле гораздо ближе, чем мы предполагаем. Надо проверить с других станций.

— И что это, по-вашему, может быть? — спросил офицер.

— Империя! Мы их не засекли у Перевала, не заметили у Нового Углеграда. Они могли уйти на восток или на запад, но на западе нет крупных городов по всей дороге до самой Столицы, там и горы выше, если и перейти на южную сторону, негде будет закрепиться, нет крупной промышленности, ремонтной базы.

— А Новый Углеград уже в их руках, но наша армия взяла его в осаду, дожидаясь, пока противник сам не начнет сдаваться, — заметил связист.

— План хороший, но что если Империя решила перейти хребет в другом месте? Выйти на территорию Республики и деблокировать свои окруженные части? Что если сейчас прямо в эту минуту маги Империи ломают горы, прожигают ледники и выравнивают проход через хребет?

— Эту информацию надо срочно передать в департамент, — проговорился офицер. — В порту есть телеграфный пост, я мигом.

Он скатал карту в рулон и убежал. Су остался один перед работающей машиной. Ради интереса он покрутил маховик, направляя антенну еще дальше к востоку. К его удивлению, он обнаружил еще один мощный сигнал, на этот раз точечный. «Если это Мак и Куб Земли, то что же мы нашли до этого? Что там на севере происходит?»

Погрузка закончилась, все поднялись на борт. Эсминцы отвалили от стенки и направились в море. К транспорту подошел портовый буксир и, зацепив конец, принялся оттаскивать пароход от причала. Выведя транспорт на чистую воду, буксир свистнул на прощание и вернулся в порт.

Пароход медленно зашлепал по воде своими огромными, на всю высоту корабля, установленными на бортах колесами, и вышел из бухты в открытое море, где уже дожидались его появления два шустрых и грозных кораблика…

***

— Как он?

— Очнулся, но еще слаб, — Эри посмотрела на Тодора. — Я хотела бы спросить.

— Для этого не нужно разрешения, — улыбнулся инженер.

— Тогда, в поселке, если бы не вмешательство Мака, мы бы действительно уехали, оставив этих людей сражаться с Империей в одиночку?

— Я отвечаю за сохранность и безопасность нашей команды, — посерьезнел Тодор, согнав с лица улыбку. — У поселка был выбор, спрятаться в горах или принять бой. За них я не в ответе.

— Я это понимаю, но как же честь, порядочность, этические нормы в конце концов…

— Эри! Даже если я выгляжу в твоих глазах как последний негодяй, я все равно должен был бы поступить так, как сделал и никак иначе. Это тяжкое бремя любого руководителя, делать выбор и принимать решение за других.

— Я тебя не виню! — Эри прижалась к Тодору и обняла его за шею.

— Кхм! Кхм! Мы не помешали? — из-за зарослей кустарника к парочке приблизились еще двое.

— Нет! Нет! — смущенная Эри быстро отодвинулась. — А, Эллейн… и Зигор. Вы уже помирились?

— С чего ты взяла? — спросила Эллейн, нахмурившись.

— Ну… вас двоих так долго не было, — произнесла Эри, наматывая на палец локон своих шикарных черных волос. — И у тебя прическа помялась, и травинка в волосах, и пуговка расстегнулась…

— Мы обсуждали некоторые философские вопросы, — поспешил прервать ее Зигор, заслоняя собой смутившуюся Эллейн, пытавшуюся незаметно привести себя в порядок.

«Да-да! Ври больше! Сначала она пытала тебя, сколько туземных девушек ты охмурил в своих экспедициях, и ждут ли они тебя также верно как Линда, потом ты на коленях вымаливал прощение, потом вы целовались до упаду! И таки упали!»

— Цыц! Простите, это я не вам!

— Зигор, ты с кем-то еще разговариваешь? — спросил Тодор.

— Это шар! Лезет со своими комментариями, когда его не просят… Не говорите Себастьяну, а то он будет жутко завидовать!

— Мы никому не скажем про шар и тебя с Эллейн, но и вы никому не говорите про нас с Эри, — предложил Тодор.

— Да и так все видят! — начал было Зигор, но спохватившись поднял руку, как бы давая клятву. — Я буду нем как рыба! Вы, кстати, знаете, что дельфиноиды пищат и переговариваются свистом?

— Дельфиноиды не рыбы! — фыркнула Эллейн, все засмеялись, но Эллейн снова стала серьезной, как будто какая-то неприятная мысль свербила внутри. — раз уж мы все тут собрались, у меня одна просьба…

Она посмотрела на мужчин.

— Мак… Он как-то замкнулся в себе, молчит. Я пыталась его разговорить, но физически он в порядке, что-то его давит, я не понимаю… Может кто-то из вас попробует с ним побеседовать?

— Я с ним поговорю, — пообещал Тодор.

Они все вместе вернулись к паромобилю. Ада сидела в кузове рядом с Маком. Стив и Себастьян о чем-то спорили у костра. Тыну рубил дрова. Далеко на западе стояли за горизонтом огромные черные тучи, там то и дело сверкали молнии.

— Все никак не успокоится, — посмотрел в ту сторону Тодор.

— Нас не зацепило, уже хорошо, — отозвался от костра дед.

— Но лес приближается, надо бы сегодня постараться уехать как можно дальше, — добавил Тыну.

— Если машина готова, то едем, причин задерживаться вроде нет, — распорядился Тодор.

Все быстро загрузились и грузовик, фыркнув паром, тронулся с места. Непонятная погоня продолжалась уже третий день. Паромобиль пробирался вдоль хребта, стараясь за день проехать как можно большее расстояние, а за ночь, пока команда отдыхала, их снова и снова догонял разрастающийся во все стороны по пустошам лес. Попадать под агрессивную растительность никто не хотел, приходилось вставать затемно и отправляться в путь с первыми сумерками, когда уже можно было разглядеть хоть что-то на равнине. А позади, над зеленым морем гигантских деревьев разворачивался настоящий шторм. Черные тучи закручивались по кругу, хлестали молнии, землю заливало ливнями, ветер гнул и пытался вырвать с корнем сопротивлявшиеся растения.

Горы становились ниже и уже ощущался запах моря. Каждый день паромобиль уезжал все дальше на восток, а вслед за ними наступала стена леса. Казалось, деревья не хотят отпускать породившего их мага. И ураган над пустошами никак не заканчивался, напротив, становился все сильнее.

На очередной вечерней стоянке Тыну вылил в бак последнюю канистру воды.

— Все, надо искать ручей, иначе мы завтра никуда не уедем… — произнес он. — Или Мака попросить…

— Он еще слишком слаб! — возразила Ада.

— Я уже могу подняться, — раздался из кузова слабый голос парня. — Правда не надолго. Зигор!

Археолог поспешил забраться в машину.

— У меня в кармане есть пара шишек, заряженных, готовил их для перекати-поля, до того как все это случилось. Возьми, найдите низину с землей, бросите — вырастет насос. Вода накопится, можно будет набрать в бочку…

— А я Синьку выпущу, пусть поплавает, — обрадовалась Ада. — А то совсем заснул…

— Ада, я с вами, — решила вдруг прогуляться Эри.

Поиски подходящей низинки не заняли много времени и Зигор бросил шишку, посмотрел, как лезет из нее зеленый росток.

— Мы скажем, когда вода наберется, — предложила Эри.

— Хорошо, я пошел… — Зигор вернулся к паромобилю, Эри проводила его внимательным взглядом.

Ада открыла коробку и вынула спящего питомца. Синий октоподид свернулся в клубок, охватив свое тело многочисленными щупальцами.

— Сейчас искупаешься, — произнесла Ада, опуская Синьку под тонкую струйку воды.

— Ада, я могу задать вопрос? — спросила вдруг Эри.

— Конечно!

— Только я хочу спросить шар и так, чтобы ни Мак, ни Зигор об этом не узнали. Это возможно?

— Да, шар говорит, что отключит остальных…

— Хорошо, — Эри замешкалась, собираясь с мыслями. — Когда мы уезжали из поселка, ты не заметила ничего странного?

— Да вроде нет, — нахмурилась Ада. — Там все бегали, такой бардак был. Дети прятались… Стрелки на скалы поднимались.

— А ты не заметила девочку, которая подошла к Линде?

— Вроде был какая-то, но я не разглядывала, — признала Ада.

— Тогда может быть шар пояснит, кто она? Он же за всем вокруг наблюдает? — с плохо скрываемым любопытством спросила Эри.

— Шар? — Ада замолчала, прислушиваясь к внутреннему голосу. — Он говорит, что любопытной Варваре на базаре нос оторвали… Я не поняла! А… тут нет никакой загадки, Зигор был в этом поселке четыре года тому назад или чуть больше… Ему пришлось убегать в пустыню, чтобы местный атаман его не пристрелил… Девочка — копия Линды, ее дочь, ей три с половиной или около того… Это что же получается?

— Ада, пожалуйста, не говори никому! — поторопилась прервать ее Эри. — И прости, что начала этот разговор…

…Все разбрелись, обустраивая лагерь. Мак присел, опираясь о борт. К нему поднялся Тодор.

— Все нормально?

— Слабость… Физически ничего не болит, но я как будто надорвался, ничего не могу. Шар говорит, что это пройдет.

— Раз шар говорит, значит поправишься, — улыбнулся Тодор. — Но ты в последнее время сам не свой. Ни с кем не разговариваешь, даже от Ады отворачиваешься. Это магия так действует?

— Я же убил кучу народа в том лесу… — Мак вздохнул. — Моя магия не должна убивать, я же создаю новое…

— Ты же не виноват! — попытался подбодрит парня Тодор. — Выбор то был не велик, сбежать, и потом всю жизнь вспоминать об этом, переживая за поселок, или остаться и сражаться. Шансов в битве у нас было мало, прямо тебе скажу. Я сам думал об этом, мы могли бы остаться, но скорее всего все бы там и погибли. Это нелегкий выбор и я решил, что спасти принцессу важнее. А ты сделал по своему… Я как раз об этом хотел с тобой поговорить. Каждый из нас зачастую должен делать выбор и решать, что он должен сделать именно сейчас, свернуть в сторону или броситься в бой, продолжить путь или совершить подвиг. Лучше всего, конечно, было бы не доводить ситуацию до того, что надо совершать подвиг. Тут мы сами виноваты, расслабились, решили, что удачно сбежали от Империи… и ты выбрал подвиг. И сам чуть не погиб.

— Так не погиб же! — возразил подросток. — Но те солдаты в лесу, они же тоже люди, они просто выполняли приказ…

Мак уткнулся взглядом в пол, чувство вины глодало его сильнее физической слабости.

— Если бы можно было их остановить, просто найдя и обезвредив их генералов, то войны заканчивались бы не начавшись… — произнес Тодор. — Но подумай вот о чем. Попав во внезапно появившийся лес и потеряв свои машины, солдаты попытаются из него выбраться. Люди умеют оценивать увиденное и понимать, что происходит, даже простые крестьяне, которых забрали в армию. Особенно бывшие крестьяне, которые живут в согласии с природой! Они быстро поймут, что нельзя вредить деревьям и тогда лианы их не тронут. Я считаю, они просто побросают оружие и попытаются выйти из леса к горам. А там их переловят контрабандисты.

— То есть они не погибнут все, если не будут сопротивлятся? — удивился новой мысли Мак, и это его отчасти успокоило.

— Конечно, нет! — убежденно произнес Тодор. — Граждане Империи вполне разумны, образованы и ничуть не хуже нас. Они быстро догадаются, как выбраться из чащи, а сдаться Республике им все равно придется…

Мак слабо улыбнулся, получалось, что он все же остановил войну. Он глянул на запад.

— А что это так грохочет?

— А, ты же не знаешь ничего… — Тодор присел рядом. — Да, можно сказать нам всем крупно повезло, мы тебя не потеряли. И все в восхищении от того, что ты сделал. Но у любого действия есть последствия…

— Я все сделал правильно! — опять насупился Мак. — Спас поселок, остановил Империю, вернул жизнь на пустоши.

— Да, все так, — согласился Тодор. — Но твой первоначальный план, с распространением оазисов и постепенным заполнением пустыни растительностью, был более мягок, что ли, в большем равновесии с природой. А резкий удар, внезапное катастрофическое изменение, привели и к жутким итогам. В прошлый раз цветущая равнина превратилась в пустыню. Теперь… Видишь тучи на западе?

— Да, и молнии! Но это не я!

— Это не ты, это изменение температурного баланса. Ты не мог этого предвидеть, потому что не метеоролог. Как объяснил Стив, раньше перегретая равнина не пускала вниз холодный воздух с гор, он просто уходил на север, подпираемый снизу теплой воздушной подушкой. Постепенно он прогревался, и это приводило к тому, что над Империей шли теплые и обильные дожди. Для их сельского хозяйства это было большое благо, как ни странно…

— Пустыня помогала Империи? — удивился Мак.

— Да, можешь потом спросить у деда, он подробно расскажет. Сейчас ситуация резко изменилась. Баланс нарушен, природа ищет новую точку равновесия. Разрастающийся лес задерживает воду и тепло, температура на пустошах резко падает. Холодный воздух с гор начинает скапливаться, не уходит на север, давление растет, влага конденсируется в капли, начинаются дожди, ветры закручиваются в смерчи и все это формирует огромную зону настоящего урагана. Воздух над равниной как слоеный пирог, холодный внизу, сухой и горячий чуть выше, холодный и тяжелый, насыщенный влагой наверху. Холодный воздух падает, теплый старается подняться, все это перемешивается как бурлящийся суп в котелке, разбрасывая во все стороны потоки ветра и молнии. Чем шире разрастается лес, тем больше становится ураган.

— Я даже не думал, что такое возможно, — признал Мак.

— Да, мы, инженеры, стараемся всегда просчитывать все возможные ситуации, какую нагрузку может выдержать мост, сколько снега удержит крыша дома, перед тем как проломится…

— И что теперь будет?

— Рано или поздно все успокоится. Лес растет, шторм смещается на север. Если поселок контрабандистов не смыло в первые дни, они же в защищенной долине, должны уцелеть, то у них сейчас также спокойно, как и здесь. На равнине настанет снежная зима, первая за многие десятилетия. А на следующий год — теплое и обильное на воду лето. Империи придется значительно хуже. Сначала их накроет ураганом, хотя он будет уже значительно слабее, чем здесь, у гор. Потом наступит холодная, морозная, сухая зима, малоснежная, так как вся вода останется здесь. Бурная весна, с половодьем и наводнениями, когда все, что скопилось на равнине за зиму, потечет в океан. И сухое голодное лето. И так будет каждый год. У них настают тяжелые времена, к которым надо приспосабливаться. Многие попытаются покинуть страну, уйти на юг, сюда на равнины. Начнутся новые войны за территории. Пока сложно предположить, чем все это закончится…

— Я всего этого не хотел! — возбудился Мак. — Я лишь хотел защитить людей в поселке. Я думал, что это правильно.

— Ты сделал выбор, — произнес Тодор. — Это было хорошее, верное решение, ты пошел на самопожертвование и победил при этом. Ты не мог знать о таких последствиях… все наладится, мир переживал уже подобное, когда убил равнину.

— А что будет с Республикой?

— Да ничего особо не изменится, она защищена горами, до нее не докатится…

— Зато ты можешь теперь гордиться! — заглянул в кузов через борт Себастьян. — Не каждый сможет стать врагом Империи. Они теперь таинственного мага будут по всей планете искать!

— Пусть прочешут равнину для начала, отыщут пропавшие войска, — улыбнулся Тодор…

На следующий день за грядой невысоких холмов поднялась над горизонтом далекая ослепительной синевы стена.

— Море! Мы добрались до побережья! — обрадовалась Ада.

Чем ближе к берегу, тем все больше было растений, начали появляться рощи лиственных деревьев, множество птиц, бабочки. На лугах паслись непуганые саблезубые зайцы, никогда ранее не встречавшиеся с человеком.

С прибрежного утесы стало видно, что вдоль всего морского берега нет ни одной деревушки, только к югу, ближе к уходившим в прибой горам Зигор разглядел какую-то избу и растянутые рядом с ней на просушку сети. На песке лежали вытащенные на берег рыбацкие лодки.

Себастьян, занявший место водителя, покатил к рыбакам. На звук двигателя и шипение пара из домика вышло несколько крепких бородатых мужиков, молча и невозмутимо разглядывавших пришельцев.

— Можно подумать, у них тут каждый день паромобили проезжают, — улыбнулся Тодор, спрыгивая на землю из остановившейся машины.

Вслед за ним спустились на песок и остальные, даже Мак, который уже начал ходить и самостоятельно есть. Тодор подошел к рыбакам.

— Приветствую, уважаемые. Не подскажите, есть ли отсюда дорога на юг, нам надо проехать на полуостров Лабрадор.

— Нет! Ваша машина не пройдет, — ответил старший. — Оставайтесь пока с нами, решим, как вам помочь.

Вечером все собрались у костра. Рыбацкая артель уже заканчивала работу и собиралась на днях уходить на юг. Путешественникам повезло, что они наткнулись на единственное в округе место, где иногда появлялись люди. Рыбаки расспрашивали про путешествие, про необычную бурю, которую даже отсюда было видно над пустошами. Тодор и особенно Себастьян в красках и с подробностями рассказали о нападении Империи и о том, что им пришлось спасаться от нападения. О роли Мака они, разумеется, умолчали. Новость о войне для мужиков, которые уже пару месяцев не бывали дома, оказалась крайне неприятной. На полуостров ходил почтовый пароходик, но и он привозил вести с опозданиями, а тут война у порога, а мужики-то не знали.

— Можно сколотить плот и поставить на лодки, но машина у вас тяжелая, можем не стащить, — посетовал старший по артели. — Надо вокруг скал идти, проливы узкие… и нам еще улов вывозить.

Один из рыбаков, весь вечер молчавший и пристально разглядывавший рыжеволосую Аду, после того, как Эри несколько раз назвала ее по имени, зашептал что-то на ухо старшему. Тот бросил взгляд на девушку.

— У нефтяников есть самоходная баржа, которая может подходить к самому берегу, — сказал, наконец, старший. — Завтра утром отправим лодку, попросим их помочь.

— Мы можем заплатить, — предложил Тодор.

— Нам ваши деньги не нужны, — отказался рыбак. — А с нефтяниками сами договоритесь…

Утром одна из лодок ушла. Мак и Ада грелись на пляже, Синька, резвился в прибрежных волнах, не забывая время от времени выпрыгивать на берег, проверяя, не ушла ли хозяйка. Рядом с подростками валялся на песке и Трезорка. Стив расспрашивал рыбаков о житье-бытье, Эллейн вызвалась помочь заштопать порванные сети, а Эри захотела помочь Эллейн, вызывая своей неловкостью веселый смех у рыбаков. Девушку это не смущало, она терпеливо осваивала неизвестное ей ранее ремесло. Инженеры возились с паромобилем, Зигор, пользуясь свободным днем, отпросился побродить по округе, взяв ружье и подзорную трубу.

К вечеру он вернулся, принес пару зайцев.

— Ураган уходит на север, уже почти не видно туч, но молнии все еще сверкают, — сообщил Зигор свои наблюдения. — Места здесь дикие, но дальше к северу я заметил интересный холм на берегу, с плоской вершиной. Там не было когда-то раньше деревни или может крепость стояла?

— Старики рассказывали, что люди здесь жили, но очень давно, — ответил один из рыбаков. — Может и была деревня, но сейчас отсюда и до самой Империи тут голые земли, никого, ни рыбаков, ни охотников. Мы первые сюда выбрались, у лабрадора рыбы стало мало, нефтяники все загадили, приходится или дальше в море уходить или вот как мы, осваивать новые места.

— И как тут с рыбой? — спросил Зигор.

— Также как с охотой, — усмехнулся рыбак, указывая на тушки зайцев. — Рыба чуть ли не сама в лодку запрыгивает. Наши узнали, на следующий год сюда все ломанутся, облавливать. Так потихоньку берег обустроим, доберемся и до того холма…

Вечером, когда рыбаки ушли в свою избушку, путешественники принялись устраиваться на ночлег около костра, вытащив из машины спальные мешки. Ада нервно ходила взад-вперед по пляжу, глядя в темное море.

— Что с ней? — спросил Тодор.

— Переживает, — ответил Мак. — Мы чем ближе к ее королевству, тем она сильнее нервничает.

— Ах, вон оно что! Ада, иди сюда, — позвал Тодор.

Девушка подошла.

— Может, ты поделишься с нами своими страхами? — спросил инженер.

— Я не знаю, как лучше сказать. Я испугана! Эти люди, они же были подданными моей династии. И мне показалось, что они что-то подозревают. Они так на меня глядели!

— Ада, тебе не о чем беспокоится, — попыталась утешить ее Эри. — Мало ли, кто что подумал. Мы будем сохранять твое инкогнито, а кроме наших слов других доказательств того, что ты принцесса нет.

— А вдруг они сами решат, что я принцесса! Что мне тогда делать? Как себя вести? — взволнованно произнесла Ада.

— Мы будем все время рядом с тобой и поможем, — успокаивающим тоном произнес Зигор. — Я знаю, как должна вести себя настоящая принцесса и сразу же подскажу…

— Я не умею говорить с людьми! Вдруг они спросят совета или начнут что-то требовать? Как мне быть тогда?

— Ада, веди себя также, как и с нами, считай, что вокруг друзья, — произнес Себастьян. — Ведь никто из нас тебя не обидел. Считай, что и остальные люди такие же, доброжелательные, отзывчивые, гостеприимные, вот как эти рыбаки. Все будет хорошо.

— Да, девочка, не переживай так, все обойдется, — добавил Стив. — Мы и поможем и защитим…

На следующий день вернулась лодка, а следом пришла и самоходная баржа-пятидесятитонка. Она выползла почти на самый берег и опустила передний пандус. Тодор и Тыну загнали паромобиль внутрь, проехав через полосу прибоя. Остальных доставили на баржу рыбаки. Они уже были готовы возвращаться и весь караван повернул на юг, в узкий пролив между торчавшими из моря скалами, остатками горного хребта.

Нефтянники, набранные из местного населения рабочие, доставляли оборудование на вышки, путь морем был самый удобный, многие точки стояли у самого берега. Невысокие, собранные из металлических труб каркасы башен с установленными под ними насосами, резервуары для собранной нефти, отводы и трубы с горящими наверху факелами попутного газа. Пока их было немного, но как рассказали местные, с каждым годом их становилось все больше. Нефть залегала неглубоко и спокойно выкачивалась. Для работы паровых машин использовалась эта же нефть, поднимаемая из скважин.

Тодор и остальные инженеры с интересом рассматривали проплывающие мимо картины развития новой отрасли. Тодор рассказывал про нефть и ее будущее, Тыну и Себастьян описывали бензиновый двигатель, который совершит революцию на транспорте. Нефтянники с интересом слушали эти рассказы и проникались всей важностью своей работы. От оплаты за помощь они тоже отказались, бросая хитрые взгляды на рыжеволосую девушку.

— Что со мной не так? — спросила смущенная таким вниманием Ада, как только паромобиль выбрался на берег и покатил по лесной дороге.

— Да все с тобой хорошо, — уверила ее Эри. — Просто они придают какое-то сакральное значение рыжим волосам. В Республике это очень редкий цвет волос. Да и тут похоже тоже…

— Куда едем-то? — спросил из кабины Тыну, добравшись до очередной развилки.

— Нам нужно в замок, — поднялся с места Мак.

— Там слева какие-то руины, — показал Себастьян.

— Нет, это не то. Едем направо, мы должны его издалека увидеть, — подсказал Мак.

Машина попетляла по лесной дороге, проскочила мимо лесоповала, проехала по краю болота и взобралась по крутому подъему в лощину между двумя вершинами соседних холмов. Тыну притормозил.

— Это он?

Заросшая лесом равнина, с окнами многочисленных озер, распаханных полей, посреди которых стояли небольшие деревеньки, обрывавшимися в море утесами, была зелена и очень красива этим теплым осенним днем. Далеко на юге виднелся скромный портовый городок, то там, то здесь на холмах возвышались небольшие, по большей части полуразрушенные замки, оставшиеся от прежних владельцев, а в центре равнины, окруженный невысокими холмами, возвышалась просто огромная башня, которую было видно со всех концов бывшего королевства.

— Нам туда, — показала на башню Ада.

— Так это башня, а не замок, — произнес Тыну.

— Действительно странно, — оперся о кабину Тодор и отнял подзорную трубу у Зигора. — Кто так строит? Сама крепость спрятана за холмами, а эта башня, она высотой метров восемьдесят и толстая, там стены, если это камень, метров пять толщины. И сверху крыша конусом, в хорошем состоянии, за ней похоже следят… Тыну, поехали!

Паромобиль покатился вниз по склону. Ближайшая к замку деревенька приютилась на склоне холма, обращенного к равнине, а не к крепости. Въехав в образованную складками местности котловину, путешественники увидели наконец и сам замок. Огромная, упирающаяся в небо башня была окружена несколькими корпусами, расходившимися от нее во все стороны. Все это было окружено высокой стеной. Дорога вела к открытым воротам, около которых с внешней стороны стены стояла пара домиков. Машина прошла ворота и остановилась на внутреннем дворе.

— Ничего не понимаю, — сказал Себастьян. — Вы на стены посмотрите. Их как будто перевернули, они не замок защищают, а земли вокруг этой башни от замка. И внутри ни одной постройки, только эти здоровые корпуса с тяжеленными воротами на торцах. В них даже окон нет.

— В башне есть бойницы, — указал Тыну. — Может, там и жили обитатели?

Навстречу паромобилю по двору спешил человек. Путешественники вышли из машины.

— Прошу меня извинить, я не был предупрежден о визите, — сообщил подошедший мужчина. — Смотритель маяка.

— А это маяк? — удивился Тодор.

— С некоторых пор да, — подтвердил смотритель. — А я тут и маячник, и смотритель, и хранитель. Чем обязан?

— Мы археологическая экспедиция, — выступил вперед Зигор. — С разрешения техноисторического института и Президента Республики. Хотели бы изучить этот замок.

— Совет Земель такого разрешения не давал, — нахмурился смотритель, бросив быстрый взгляд на Аду.

— В таком случае, мы хотели бы встретится с Советом и получить разрешение, — улыбнулся Зигор. — Это же можно устроить? И не подскажите, где бы нам переночевать?

— В деревне, вы проехали ее по дороге, — задумчиво произнес мужчина. — Впрочем, сегодня можете остаться здесь, я открою вам башню. В виде исключения!

— В башне есть жилые помещения? — захотел подтвердить свою догадку Тыну.

— Под куполом, — кивнул смотритель. — Берите свои вещи и следуйте за мной. Постарайтесь взять как можно больше сразу, все личные вещи, оружие… Местные жители не любопытны, паромобиль не угонят, а ворота я запру, но кто знает, вдруг мальчишки залезут…

— Спасибо, что предупредили, — поблагодарил Тодор. — Но мы все же оставим пса в машине.

Нагруженные вещами, они подошли к башне.

— Вы сказали, что управляете маяком, — обратилась к мужчине Эллейн. — Вы каждый день поднимаетесь наверх?

— Нет, что вы, я даже не вхожу внутрь месяцами. Вот тут снаружи есть вентиль, — смотритель повернул круглый штурвал, встроенный в выходящую из земли трубу. — И опускаю рубильник. Наверху зажигается огонь, газ. Там сделано стеклянное ограждение и небольшая крыша над ним, защищающие светильник от ветра и дождя. Я только изредка поднимаюсь, протираю стекла, да слежу за кровлей, чтоб не прохудилась.

Смотритель повернул рычаг на коробке рядом с вентилем.

— Вы зажгли огонь, но сейчас еще не вечер? — с удивлением посмотрел на него Зигор.

— Да чтоб два раза не ходить, — отмахнулся смотритель.

Он открыл тяжелую дверь и вытащил из ящика несколько ламп.

— Керосиновые лампы, возможно, пригодятся по дороге наверх. Лестница направо.

Путешественники вошли внутрь, дверь закрылась, щелкнул замок.

— Он нас запер! — воскликнул в полной темноте Стив.

— У нас есть спички и лампы, — зажег свою керосинку Зигор. — Он нас закрыл для нашей же безопасности. Утром разберемся. Предлагаю подняться наверх. Наши вещи и оружие с нами.

— В паромобиле осталась машина Ады, — спохватился Тыну.

— Для них это просто обычный камень, мы же археологи, — напомнил Зигор.

— А если он нас обманул и они все-таки угонят паромобиль? — заволновалась Эри. — А за нами придут через пару месяцев, когда мы умрем от голода…

— Пока все местные жители были к нам добры, — заметил Тодор. — И мы можем подняться наверх и подать сигнал. В порту должен быть гарнизон.

— Пойдемте уже. Мы и так до ночи будем добираться до купола, — сварливо проворчал Стив.

Восхождение на башню привело к новым открытиям. Узкая спиральная лестница обвивала всю башню изнутри несколько раз, но выходов во внутренние помещения нигде не было. Казалось, что башня построена вокруг еще одной, меньшего размера.

— Что у них там спрятано? — остановился около узкой ведущей наружу бойницы передохнуть запыхавшийся Себастьян. — Может сверху получится спуститься внутрь?

— Высоко уже поднялись? — выглянул в окошко Зигор. — Тихо! Слышите?

— Что там? — подошла к ним Эллейн.

— Колокол! Один удар.

— Отдохнем немного, — решил Тодор, вся группа собралась на небольшой площадке с двумя бойницами.

— Вот! Слышите? Опять! — произнес Зигор.

Откуда-то издалека донесся удар колокола.

— Да он не один, — заметила Эллейн. — С другой стороны отвечают.

— Может церковный праздник, собирают людей на службу? — предположил Себастьян.

Мак и Ада с любопытством выглянули в бойницу. Вновь раздался колокольный звон.

— Их становится больше, — обернулась к взрослым Ада. — И они все звонят одновременно.

— Дайте, я послушаю, — подошел к бойнице Стив, разглядывая земли и деревни далеко внизу, простояв так пару минут он заметил: — Действительно, звук от всех колоколов приходит одновременно, усиливаясь. Даже стена слегка вибрирует.

— Как такое возможно? — спросил Мак.

— Это скорость звука, звон от дальних колоколов доходит до тех, что ближе, они подхватывают, потом звук докатывается до самой ближней деревни, она бьет последней. Получается, что звук ото всех сразу приходит к башне одновременно, — пояснил Тодор. — Но насколько же согласованно должно все это быть, как организованно…

— Давайте поднимемся наверх, может быть удастся выйти на крышу и еще послушать? — предложила Эллейн.

— Да, пойдемте, — подхватил Тыну, — осталось недалеко.

Поднявшись еще на сотню ступеней, они вышли на узкую площадку, огибающую внутреннюю стену по кругу.

— Тут в стене металлический люк, но он закрыт, — нашел вход Себастьян.

— Нам надо выше, тут еще лестница, — обнаружил подъем наверх Тодор.

Чуть выше оказалась еще одна площадка, уже меньшего размера, окружающая помещение в центре, все это накрывал купол.

— Тут открыто, — нашел вход Тыну.

Небольшое круглое помещение метров в шесть диаметром, было заставлено вдоль стен металлическими шкафами. Окон не было, около стены стоял обычный письменный стол. Зигор быстро обыскал все ящики и с разочарованием отметил, что он пуст.

— Предлагаю бросить вещи и попробовать подняться к маяку, — сказал Тодор и распахнул дверцы ближайшего шкафа. — Ого! Ада, ты должна это увидеть!

Все скопились в кучу, пытаясь разглядеть находку. Ада протиснулась к самым дверцам.

— Давайте вынесем его на свет, — предложил Зигор.

Из шкафа осторожно достали и поставили на письменный стол большой портрет в красивой деревянной раме. Обмахнули пыль. Как он сохранился в покинутом замке, оставалось загадкой. Поставили по бокам лампы.

— Она похожа не тебя, — сказал Мак Аде.

Высокий блондин в мундире и шикарная рыжеволосая женщина в длинном декольтированном платье смотрели с портрета на путешественников.

— Скорее всего, это бывшие владельцы замка и королевства, — заметил Зигор. — Твои прямые предки, принцесса. Может быть даже дедушка и бабушка. Кто-то сберег этот портрет и спрятал здесь.

— И этот колокольный звон, кажется, что это предмет поклонения, — произнесла Эллейн, в задумчивости разглядывая красивую картину.

Зигор все же заглянул во все шкафчики.

— Ага, вот и разгадка! — заметил он.

— Что ты там нашел? — заинтересовался Себастьян.

— Странный пружинный механизм, похож на часовой, но с дополнительной шкалой сбоку. На ней нарисованы круги и рычажок можно плавно выставить от центра до самого края, — Зигор взвел пружину и запустил механизм.

Ровно через минуту внутри механизма раздался щелчок и что-то звякнуло.

— Это дальняя от центра окружность, — Зигор передвинул рычажок на середину, механизм сработал через минуту и несколько секунд. — Да, это все-таки часы, но с дополнительным сигналом. Допустим, дальние колокола звенят ровно в двенадцать часов, те, что поближе, в двенадцать и пять секунд, самая ближняя в двенадцать и десять секунд. Звук приходит одновременно. Через пару минут все повторяется. И тут не три, а гораздо больше окружностей.

— Но в чем смысл этого всего, это же достаточно сложно, добиться такой согласованности, — спросил Тыну.

— Да кто ж его знает. Пойдемте наверх, послушаем, Тодор уже ушел, — показал на вход Зигор.

Люк на крышу оказался с другой стороны от входа в круглое помещение, Тодор его уже открыл и выбрался на окружающую купол узкую дорожку, огражденную невысокими перильцами.

— Осторожнее, тут сильный ветер, — предупредил он остальных.

Все выбрались на крышу. Вид сверху был замечательный. Все королевство от южного берега до гор на севере лежало как на ладони. Наверху над куполом в стеклянной будке горел огонь, а внизу расстилалось зеленое лесное царство, перерезанное дорогами, обсыпанное деревнями и утыканное горевшими то тут, то там факелами газа.

— Ночью должно красиво смотреться, звезды сверху, огни снизу, — произнесла Эри.

— Ночью сюда лучше не выходить, можно и вниз головой нырнуть в темноте, — предостерег Тодор.

— И тихо! Все смолкло! — отметила Эллейн.

— Пойдемте вниз, холодно здесь, — посоветовал Стив и все охотно послушались старика.

В помещении прямо на полу расстелили спальники. Одну лампу оставили на маленьком фитиле как ночник. Отхожее место нашлось рядом с люком на крышу, так что с санитарными нуждами проблем не должно было возникнуть. После долгой дороги и ночевок под открытым небом спать под крышей было непривычно, но усталость взяла свое и скоро все уснули. Ада немного поворочалась с боку на бок, стараясь успокоится и задремать. Королевство лежало у нее под ногами, причем буквально. Что-то ждало ее завтра в этих необычных землях…

…Их разбудил низкий гудящий звук.

— Что случилось? — подскочила с места Ада.

— Это колокола, принцесса, — зевая произнес Зигор, зажигая лампу. — Я с полчаса назад выходил подышать, там под воротами уже целая толпа собралась. Вот включили вам будильник…

— Так это кабинет правителя и он слышит весь этот звон, — предположила Эллейн.

— Дикий обычай, будить своего правителя колоколами, — заметил Стив, болезненно кривясь.

— Дикий, но симпатичный, — добавил Зигор. — А если кто-то из вассалов отвалится и перестанет звонить, то звук сразу меняется и надо бежать разбираться, напали на него или мятеж в стране…

— Вы серьезно, по звуку можно определить, сколько колоколов не участвовало в этом безобразии? — спросила проснувшаяся от боли в плече Эллейн.

— Можно, можно, — подтвердил Тодор. — Купол входит в резонанс со звуковыми волнами снаружи, изменения должны быть заметны. Ада, пора познакомится с подданными, идем вниз…

Спуск с башни занял гораздо меньше времени, чем подъем. Ада слетела вниз на одном дыхании, сон придал ей силы, бодрости и уверенности в себе. Дверь внизу оказалась открытой и во дворе их ждал смотритель маяка.

— Хорошо ли вам спалось, — обратился он сразу к Аде, не обращая внимания на остальных.

— Спасибо, я и мои друзья отлично выспались, — поблагодарила девушка, и в самом деле, она испытывала необычайный подъем, с башни сбежала легко, даже не запыхавшись.

— Прошу следовать за мной, — смотритель направился к воротам.

Путешественники потянулись за ним. Тодор слегка попридержал Аду, ухватив ее за локоть.

— Послушай, тебе сейчас, скорее всего, придется принимать серьезные решения. Будь осторожна со словами и действиями. Быть принцессой тоже надо учиться…

— Я понимаю, я постараюсь быть осторожной, — кивнула Ада.

— Скажи, а у тебя не было каких-нибудь болезненных ощущений, когда утром звонили колокола?

— Нет, наоборот, я почувствовала такую бодрость и легкость… Столько энергии! Сразу вспомнила слова Мака, когда он про артефакт рассказывал.

— Так я и думал, — произнес Тодор. — Похоже это не только сигнализация и будильник, но и проверка на лояльность.

— Разве можно звуком колокола проверить человека?

— Ты забываешь про золотую пыль. Тело человека точно также может войти в резонанс и отреагировать на звук. И посмотри, какие все вялые и сонные, у каждого что-то заболело, у меня вот живот прихватило, но потом отпустило. Только Мак и Зигор два бодрячка, и ты, — Тодор улыбнулся. — И смотритель, или все-таки хранитель, все это заметил. Если ты претендент на трон, то должна выдержать атаку колоколами. И ты ее выдержала.

— Как-то все сложно… — произнесла Ада. — И я же не собиралась на трон…

— Эти люди живут надеждой много лет. Думаешь, ты первая, кто пришел и сообщил, что он потомок здешних королей?

— Но я же ничего никому не говорила!

— Ты еще не поняла? За тебя все сказали твои волосы. Будь внимательна, ворота открываются…

За воротами и в самом деле собралась целая толпа. Похоже, люди с первыми лучами солнца вышли из домов и направились к замку. Здесь были и крестьяне, и рыбаки и рабочие с нефтяных приисков. Впереди стояли несколько человек в приличной по местным меркам одежде. Совет Земель в полном составе, решил для себя Зигор. Маячник, выйдя из ворот, сразу подошел к ним и что-то прошептал.

Ада вышла вперед.

— Могу ли я узнать ваше имя? — спросил один из членов Совета.

— Аделаида Луиза-Мария де Гарсия Бургундия Санчес и Лабрадор! — не колеблясь ни секунды произнесла Ада, по толпе пробежал вздох изумления.

— Как вы себя чувствуете?

— Я бодра и здорова, полна сил и энергии, если вас это интересует, — пожала плечами Ада.

— Это она! Прекратите этот допрос! Копия ее бабка Луиза! — раздалось из толпы под одобрительный гул народа.

Член Совета обернулся и погрозил кулаком кому-то в толпе, люди засмеялись.

— Прошу нас извинить, принцесса, — поглядел он на девушку. — Но за последние пять лет к нам приходило десять или двенадцать претенденток. К счастью для всех нас, ни одна из них не смогла провести ночь на башне, да еще и с друзьями…

— Так это все же была проверка? — спросила Ада. — А портрет наверху настоящий?

— Да, несомненно! — подтвердил член Совета. — И должен признать, вы очень похожи на свою бабушку на этом портрете!

Он повернулся к толпе.

— Перед вами принцесса Аделаида! — мужчина поднял руку и указал на девушку, народ восторженно ахнул и рухнул на колени, члены Совета остались стоять, некоторые брезгливо морщились.

— Встаньте все немедленно! — закричала Ада. — Еще не хватало этого идолопоклонства!

Люди начали вставать, кто-то смеялся, одна из женщин плакала, все поздравляли друг друга и хлопали в ладоши.

— Люди вас приветствуют! — обернулся к принцессе член Совета. — Готовы ли вы вступить в свои права и объявить о независимости королевства?

Тодор кашлянул.

— Не слишком ли быстро мы переходим к решению столь серьезному, что требует отдельного обсуждения? — спросила Ада, поняв намек инженера.

— Вы совершенно правы, принцесса, но глас народа требует независимости!

— Так! Подождите! Вы ведь Совет Земель, я правильно поняла?

— Это так, принцесса!

— Разве не вы решаете, что должно происходить в королевстве? Вы много лет жили под властью Республики. Что вас не устраивает?

— Мы пользуемся своей удаленностью от Столицы и крупных городов, нам предоставлена широкая автономия, — объяснил член Совета. — Но народ хочет свободы и своего правителя, а не никому неизвестного президента на другом краю континента!

«Как интересно, мы только появились, а тут уже сепаратисты готовят отделение от Республики!» — произнес шар.

— Ага! Поможешь разобраться? — Ада задумалась на минутку. — Тогда я хочу знать, кто распространяет эти идеи и формирует этот ваш глас народа?

— Люди сами хотят!

— Я может и молода, но я же не дура, я умею читать и хорошо училась! Помолчите! — Ада подняла руку, прерывая попытавшегося что-то сказать мужчину. — Люди! Народ Лабрадора! Послушайте свою принцессу!

Постепенно шум затих, толпа была готова внимать речи правительницы.

— Я принцесса Лабрадор! Совет Земель считает, что все в нашем королевстве мечтают о независимости. Так ли это?

— Да! Да-а!!! Да! — откликнулась толпа.

«Они искренне верят, что Республика их отпустит без кровопролития!» — сообщил шар, — «Кто-то хорошо промыл людям мозги!»

Но как только крики стихли, раздались и другие голоса.

— Нам и под Республикой не так плохо, как говорят!

— У нас есть свобода, мы не голодаем, живем мирно!

«Смотри-ка есть здравомысящие, оказывается…»

Кто-то шикал на кричавших, кто-то одобрительно кивал и поддакивал. Было видно, что в толпе нет согласия.

— Я вас поняла! — Ада подняла руку. — Как учили меня родители и мой родной дядя, у любой проблемы есть имя и должность. Скажите мне, кто и когда начал разговоры о независимости?

— Принцесса, вы переходите рамки… — начал было кто-то из Совета, но Ада его прервала.

— Я принцесса! Я требую! Назвать мне имена!

— Это член Совета Маркус, это он все начал! — крикнули в толпе. — Приехал неизвестно откуда и начал людей будоражить!

— Кто из вас Маркус? — обратилась к Совету Ада.

— Я! — вышел вперед дородный мужчина. — Но это все клевета! Это мои враги меня оговаривают!

Остальные члены Совета разошлись по сторонам, оставляя Маркуса одного. Толпа угрожающе загудела.

— Похоже, дело пахнет керосином, — произнес Себастьян.

Что там перещелкнуло в голове у Маркуса, но он вдруг выхватил из под полы револьвер и попытался направит его на принцессу, но не успел. Две крепкие и гибкие зеленые лианы внезапно выскочили из земли у его ног и спеленали его по рукам, не давая дернутся. Совет Земель отшатнулся назад, кроме одного человека. В толпе возникла какая-то потасовка. К ногам принцессы выволокли еще двух человек, которых крепко держали сильные и здоровые молодцы.

— Принцесса! — слегка поклонился оставшийся рядом член Совета. — Это его подельники. Давно за ними наблюдаем, но они затаились, падлы…

— А вы кто? — спросила Ада.

— Я отвечаю за безопасность в королевстве… — ответил мужчина.

— Мак! Свяжи и этих тоже! — попросила Ада.

На глазах удивленной толпы тут же выросли новые лианы и спеленали и этих двоих. Зигор подошел к девушке и произнес вполголоса:

— Ты хорошо держишься! Я думаю это агенты Империи. Помнишь, Тодор как-то говорил, им нужна нефть…

Ада кивнула.

— Мак, разверни их лицом к народу!

Лианы повернули всех троих к толпе.

— Вы все видели, что этот человек схватился за оружие? — спросила Ада.

— Да!! — отозвалась толпа. — Убить!

— Я буду их судить! Быстро, но справедливо! — пообещала девушка.

— Да на кол их! — крикнул вдруг Стив и хлопнул кулаком о ладонь.

Между ног у всех троих выросли здоровенные колья и уперлись в ткань штанов.

— Я задаю вопрос, вы отвечаете, на каждое слово лжи кол будет вырастать! — сообщила Ада. — Откуда вы прибыли?

— Из Республики! — крикнул Маркус.

— Из Империи, мы из Империи! — закричал мужчина стоявший справа, при этом он старался встать на цыпочки, подальше от щекотавшего зад кола.

В толпе смеялись, глядя на его выкрутасы.

— Для чего Империи независимость королевства? — задала следующий вопрос Ада.

— Люди должны получить свободу! — прорычал Маркус. — Ай!

Что-то больно укололо его снизу.

— Империя пришлет войска, чтобы поддержать Лабрадор в войне с Республикой! — прокричал слишком чувствительный к уколам агент справа.

— Зачем Империи наше королевство?

— Нефть! Им нужна нефть! — не выдержал самый говорливый из имперцев.

— Убить их! — крикнули в толпе. — Они сдали нас Империи! Будет война!

Ада улыбнулась. Испуг и боязнь толпы прошли, она чувствовала себя полностью готовой стань настоящей принцессой, как будто прежние правители стояли у нее за плечами и помогали.

— Мак! Спасибо и убери все, руки оставь связанными… — она обернулась к члену Совета, отвечающему за безопасность. — Могу ли я доверять вам?

— После того, что я сегодня увидел? — мужчина склонил голову. — Я полностью на вашей стороне, принцесса.

— Отведите этих людей в порт и сдайте представителям Республики. Это шпионы Империи. Им нужна наша нефть. Расскажите все, что видели. Начинайте собирать людей и формировать отряды самообороны. Империя не оставит свои планы, они придут. Республика может не успеть на помощь, защищать берега и деревни придется самим…

— Сегодня же займусь, — пообещал безопасник. — Но нам нужно оружие. У гарнизона в порту есть арсенал, попробуем с ними договориться… Парни, забирайте этих…

Он махнул рукой на связанных агентов. Их повели через толпу. Люди расступились. Ни один человек не плюнул им в спину, не бросил камень, не произнес проклятья. Все только молча и презрительно смотрели на проходивших мимо и прячущих глаза шпионов. И это было самое страшное…

Безопасник повернулся к Аде.

— Эти трое были не сами по себе, у них были помощники, — произнес он вполголоса, чтобы его никто больше не слышал. — Есть подозрения, что и кто-то из совета…

— Делайте все, что считаете нужным, — кивнула Ада. — Найдите их всех. Только должны быть твердые и четкие доказательства их участия. Мы не можем обвинять невиновных или запутавшихся людей, необходимо с каждым тщательно разобраться.

Мужчина поклонился и пошел вслед за своими людьми.

Ада повернулась к людям.

— Спасибо вам! Спасибо, что поверили в меня! Я вернулась и останусь с вами! Расходитесь по домам, расскажите всем, что видели сегодня!

Она отошла к воротам и ожидавшим ее друзьям.

— Это было сильно! — восхитился Тыну. — Я не ожидал такого шоу!

— Шар помог? — спросил Зигор и улыбнулся, увидев кивок Ады.

Эри обняла девушку за плечи, Тодор пожал руку. Мак скромно улыбался, стоя в сторонке.

Подошел смотритель, пригласил всех позавтракать в один из стоявших за стеной домов.

— Этим людям можно доверять, — спросил его Себастьян, указывая на расходившуюся толпу.

— Конечно! Верноподанные все готовы умереть за принцессу!

— Не надо умирать! Надо жить! Жить, растить детей, чтобы королевство процветало, — поспешил высказаться Себастьян.

В доме был накрыт обильный стол весь заставленный разнообразными яствами.

— Откуда столько всего, — удивилась Ада.

— Дары жителей. Люди подарили вам все это, — ответил смотритель.

— Но как они узнали?

— Рыбак доставил нам известие о рыжеволосой девушке, которая была мила, скромна и не требовала называть ее принцессой. Но он сразу догадался, кто это… — объяснил маячник. — Люди давно ждали вас. Уж больно времена неспокойные… Слишком уж зачастили к нам лже-принцессы, кому-то были нужны эти земли. Все эти девушки сразу требовали трон и полного подчинения. Теперь вы открыли нам глаза…

— Вот не думал, что место на престоле далекой глухой провинции окажется столь популярно, — пошутил Себастьян, усаживаясь за стол.

— О, их столько было, — улыбнулся смотритель, — крашенные, обесцвеченные, со специальными вставками во рту, чтобы скулы казались шире… Пару девушек сверху пришлось снимать в бессознательном состоянии. Все рвались в принцессы.

— С что вы с ними потом делали? — спросила Эри.

— С девушками? Отправляли первым же пароходом в Столицу… Признаюсь, увидев вас, я подумал, что прибыло еще одно разочарование для народа. Но суд принцессы, скорый и справедливый и то, как вы обезоружили преступника и не допустили попытку покушения! Это впечатляет! Люди будут об этом рассказывать годами… — смотритель собрался уже углубиться в воспоминания.

— То есть теперь вы в Аде не сомневаетесь? — вежливо, но настойчиво прервал его Тодор.

— Нет! Теперь нет! — горячо произнес хранитель. — Могу я узнать, что привело вас в королевство?

— Принцессе стало опасно оставаться в центральных районах, и мы решили помочь ей укрыться в провинции, но по дороге попали под наступавшие войска Империи, атаковавшие северную границу. Пришлось менять планы и бежать без оглядки. Империи нужна принцесса, они охотятся за ней. И, судя по вашему рассказу, попытки завладеть королевством они уже предпринимали и вряд ли остановятся. А нам дальше бежать было некуда, не в океан же прыгать… — пояснил Тодор.

— Да, край земли… — покачал головой маячник. — Правитель не жил в башне… Его резиденция в лесах, в стороне от остальных поселений. Но часто приезжал сюда, работал. Останавливался в этом доме. Можете пару дней побыть здесь, потом мы переправим вас в укромное место… но ночевать лучше наверху, в башне. И все свои вещи, если в машине что-то осталось, тоже поднимите наверх.

— О, нет! Тыну, как мы потащим наверх этот тяжеленный ящик по этим узким лестницам? — шутливо запричитал Себастьян. — Четыреста ступеней вверх…

— Мы с Зигором поможем, — пообещал Тодор. — Сделаем ремни, чтобы удобнее было. Раз советуют, значит так и стоит сделать…

— Купол башни — самое безопасное и защищенное место во всем королевстве, — сообщил маячник.

— Но сам замок ведь совершенно не жилой? Эти корпуса, расходящиеся от башни, с воротами, но без окон… Что в них? — проснулся у Зигора научный интерес.

— Никто не знает, — повернулся к археологу маячник. — Ворота закрыты изнутри и как их открыть никому не известно. Легенды гласят, что если кто-то все же сможет туда попасть, то обратно уже не выйдет.

— Похоже, легенды охраняют вас лучше, чем замки и стража? — заметил Зигор.

— Почему же, стража тоже есть, просто ее не всегда видно, — ответил маячник. — Обычно они патрулируют дороги за холмами.

— Но зачем охранять эту непонятную башню? Что в ней такого?

— Мы не знаем, но таково было распоряжение последнего правителя. Жертвуя своей свободой ради нас, и уходя сдаваться военачальнику Республики, он сказал, что придет время и этот замок спасет всю династию. Мы не знаем точно, что это значит… Пока просто не выходите за пределы стен крепости, посетители, если они будут, приходят по утрам, я о них оповещу. В случае опасности, любой, немедленно укрывайтесь под куполом. Это не просьба…

— Так и сделаем, — ответил за всех Тодор.

— А этот мальчик? — маячник посмотрел на сидевшую во главе стола Аду, тихо беседовавшую с Маком, который пристроился от нее по правую руку. — Кто он?

— Принцесса Аделаида посвятила Мака Дугласа в рыцари при большом стечении свидетелей, — сообщила Эллейн и вынула из кармана свернутую вырезку из газеты. — Вот, убедитесь!

Смотритель прочитал заметку, удивленно покачивая головой.

— Надо же… я сообщу об этом Совету. Им стоит об этом знать. Я правильно понял, он к тому же еще и маг?

— Именно так! — улыбнулась Эллейн.

— Что ж, позвольте мне вас покинуть, и я рад, что у принцессы столь замечательная компания! — Старик поспешил выйти, скрывая нахлынувшие чувства и внезапно навернувшиеся слезы.

Принцесса, в чье существование почти перестали верить, и которую, тем не менее, все так сильно ждали, вернулась!

***

Южный берег континента с каждым днем похода становился все пустыннее. Маленькие портовые городки и рыбацкие деревни уступали место высоким лесам и одиноким маякам на опасных скалах. Только изредка на берегу все еще появлялись старые, неухоженные домики все более редких рыбаков или охотников. Тяжелые медленные валы южного океана накатывали на берег, разбиваясь о казалось бы несокрушимые утесы.

— Какой замечательный край и настолько пустой, — заметил офицер-связист, выйдя на палубу к Су, изучавшему берег в морской бинокль. — Я ночью выходил, ни одного огонька, ни костра, ни маяков…

— Да, в Республике не хватает людей, чтобы пригодные для земледелия почвы освоить, а уж сюда когда доберемся, один президент знает, — пошутил Су.

Мористее, дальше от берега, дымил один из эсминцев. Второй сорвался со своего места в строю и умчался вперед, проверять, чьи дымы показались за горизонтом. Вчера навстречу попался почтовый пароход и пара торговых судов, везущих лес и бочки с нефтью с востока. Но приказ есть приказ, лейтенанты добросовестно отрабатывали полученные ими поручения по охране транспорта.

Каждый день Су и связист проверяли положение того странного магического возмущения, которое они заметили в день отплытия. Несколько пеленгов помогли точно установить место — на севере, за хребтом. Странным было другое, область возмущения становилась все больше, хотя сам сигнал начинал уже слабеть.

Отслеживал Су и одиночный сигнал, который явно перемещался к востоку. Маг был практически убежден, что это Тодор выводит свою команду к побережью. Узнать, что произошло на севере, можно было только после встречи с Маком, Эри, этим странным археологом и инженерами. Пока их цели совпадали, и путешественники за хребтом и караван кораблей шли в восточное королевство. Су не сомневался, что даже если пересеченное горами побережье и непроходимо, то, имея под ногами боевой транспорт, вывезти друзей оттуда не составит труда.

В Фокс Харбор пришли утром, под звон колоколов. Как только спустили трап, на борт поднялся комендант местного гарнизона. Его проводили к капитану.

— Что за звон стоит, праздник какой-то? — спросил у него Су.

— Какой-то местный обычай, вчера вечером тоже звонили, — ответил офицер.

— Эсминцы ставить под погрузку угля, начинать работы немедленно, — отдавал распоряжения капитан.

— Сеньор капитан! — отдал честь комендант. — Меня не уведомляли о прибытии военного конвоя!

— Вы знаете, что на севере идет война? — спросил его капитан.

— Да, почтовый пароход привозил свежие газеты… Ну как свежие, последние, что были перед отправкой…

— Война на севере затянулась, — сообщил капитан. — Мы привезли роту штурмовой пехоты и батальон саперов, для отражения возможного десанта Империи.

— Так далеко от столицы? Что им может тут понадобится?

— Первое, что приходит на ум — территории и военная база на этой стороне континента. Если у Империи это получится, они отрежут нам все восточное побережье и смогут закрепиться здесь и беспрепятственно снабжать свои войска. И, используя этот плацдарм, отсюда продвигаться на запад, прибирая к рукам наши земли.

— Что смогут сделать против Империи неполный полк и пара эсминцев? — поинтересовался комендант. — У меня всего сотня человек на все королевство.

— Отбить первую волну, — серьезно ответил капитан. — Пойдемте к вам, покажите местные карты, сеньор маг, прошу с нами.

Капитан отдал своим помощникам распоряжения о начале разгрузки. Саперы уже сходили на берег по опущенным трапам.

— Пехоте нужны помещения для проживания, у вас есть свободные казармы?

— Найдем, — кивнул комендант. — У нас тут еще одна проблемка нарисовалась…

На небольшой площади перед штабом гарнизона собралось несколько десятков местных мужиков, высоких, бородатых, молчаливых и серьезных.

— Что хотят? — спросил Су.

— А вы сами спросите, — посоветовал комендант. — Мне их бред уже неохота слушать.

— Кто у вас старший? Что вам угодно? — подошел Су к толпе.

Вышел один из местных.

— Мы организуем отряды самообороны для помощи армии Республики. Говорят, Империя скоро будет здесь… Нам нужно оружие.

— Кто отдал приказ о формировании отрядов? — спросил Су.

— Прин… — мужик запнулся, как будто спохватился. — Глава безопасности из Совета Земель.

— Но он же не сам это решил? Принцесса уже здесь? — догадался Су.

Глаза мужика сверкнули, но он промолчал.

— Хорошо, я понял, постараюсь убедить коменданта, что ваша помощь будет не лишней. Соберите командиров отрядов, постараюсь вам помочь и надо будет обсудить, где и как вы будете действовать.

Су вернулся к капитану и коменданту, они прошли в здание и Су коротко описал свою беседу с местными, не упоминая, конечно же, о своих догадках.

— Звучит разумно, — согласился капитан. — У вас же в арсенале должен быть запасы оружия и амуниции…

— Это все на случай боевых действий для резервистов, — возразил комендант.

— Война уже началась, к вам идут добровольцы, готовые сражаться, — произнес Су. — Выделите в каждый из этих отрядов несколько человек для связи и офицера для помощи командиру. Они знают эти места лучше нас, их помощь будет неоценима.

— Мне нужно собрать личный состав и отдать необходимые приказы, — согласился наконец комендант.

Заседали долго. Изучали карты, советовались с местными, размечали сектора ответственности, капитан предлагал отправить эсминцы минировать проливы на севере, убеждая рыбаков, что морские мины не будут реагировать на их баркасы. Штурмовую роту оставили в резерве для выдвижения к месту высадки в случае прорыва имперского флота к берегу. Саперов разделили поротно, вместе с отрядами самообороны отправив на восточный берег, готовить укрепления на самых опасных участках.

Су вернулся на корабль уже под вечер. Еще на причале его высмотрел сверху связист и поторопил, чтобы он быстрее поднимался наверх в каюту.

— Я нашел ваш точечный источник! — обрадовал он Су.

— Здесь, в королевстве?

— Да, давайте выйдем на верхнюю палубу, я покажу.

Под мачтами над мостиком на посту артиллерийского дальномера было свежо, с моря задувал ветер. Но су уже не обращал на это внимание. Где-то на равнине была сейчас Эри. И принцесса, конечно…

— Перед нами порт, дальше ровная местность до самых гор, справа видны нефтяные вышки, слева леса, а вот чуть правее лесов, — офицер протянул Су бинокль.

— Какая-то башня и наверху горит огонь, кажется маяк, — разглядел Су.

— Сигнал идет оттуда. Это маяк обозначен на карте, до него километров тридцать. Его хорошо видно со всех сторон и с моря.

— Надо ехать, — решил Су.

— Ночью? Мы будем плутать по лесным дорогам в темноте, — протянул связист.

— Тогда рано утром, — решил маг. — Пойду, договорюсь с капитаном, возьму взвод штурмовиков и грузовик.

— Есть еще кое-что, что я хотел бы показать! — остановил его связист. — Давайте спустимся вниз.

В каюте он включил машину-поисковик и навел на записанный в блокноте пеленг. Машина коротко прозвенела, карандаш нарисовал горку и все стихло.

— И это все? — спросил Су.

— Подождите! — офицер следил за секундной стрелкой на своих часах. — Сейчас!

Снова раздался звонок.

— Что это значит?

— Это похоже на такой же прибор как у нас. Я когда на Столицу навожу, слышу их машину. Кто-то ищет магию в королевстве. Я считаю, что это корабль. На паромобиле такую установку возить сложно, нужны же еще батареи…

— И где он находится? — встревожился Су.

Офицер расстелил на столе лист бумаги.

— Это местная карта. Я провел линию, это же точно не на нашей территории? Получается в море сразу прямо за горами. День пути.

— Это имперский флот! Он уже здесь! Идемте к капитану!

…Ночь прошла тревожно. Эсминцы, загрузившись углем и минами, убежали на восток, огибая полуостров, чтобы встретить вражеский флот и по возможности отогнать его от берега. Местные отряды и саперы еще затемно отправились на позиции. Штурмовая пехота грела котлы на своих паромобилях, готовая выехать к месту нападения по первому же сигналу.

Еще не рассвело, когда Су нашел на мостике рано вставшего капитана.

— Я помню про вас, помню! — ночь и у капитана выдалась нелегкая. — Берите грузовик и взвод пехоты, найдите местного проводника, они сейчас у коменданта все, и отправляйтесь к своей башне. И как можно быстрее возвращайтесь!..

…С первыми лучами солнца два республиканских эсминца вывалились из полосы тумана прямо навстречу имперскому флоту, медленно пробирающемуся вдоль незнакомого берега. Транспорты с пехотой уже направлялись к облюбованному ими пологому участку на берегу. Бросившись вперед как две стальные акулы, эсминцы открыли огонь по транспортам из всех орудий, и, пройдя у них поперек курса, внаглую закидали подходы к берегу минами, прямо на виду у ошеломленных имперских моряков.

Транспорты начали разворачиваться и отходить к флоту, чем тут же воспользовались молодые и горячие лейтенанты. Пользуясь преимуществом в скорости, они обошли медлительные корабли по широкой дуге и продолжили атаку, добившись нескольких прямых попаданий в корабли противника. Один из транспортов, на котором уже начался пожар, попытался все же выброситься на берег, но тут под ним раздался мощный взрыв и корабль просто исчез в поднявшемся столбе воды. Когда вода рухнула обратно, две половины разломанного тихохода уже тонули, а немногочисленные уцелевшие моряки и пехота прыгали в воду, стараясь спастись вплавь.

Расстроив планы по высадке, эсминцы ускользнули в туман, выйди из под плотного огня, открытого по ним боевыми кораблями. Но бой продолжался, сделав левый разворот, два республиканца снова выскочили прямо к основному ордеру и, промчавшись мимо эсминцев противника, дали с борта торпедный залп, опустошив все аппараты, после чего снова скрылись в тумане, теперь уже отправившись обратно в порт для срочной перезарядки.

Корабли Империи начали уворачиваться от несущихся на них «самоходных мин», ломая строй. Бортовые казематы противоминной артиллерии тщетно пытались расстрелять приближающиеся под водой торпеды. С берега к флоту приближались транспорты, некоторые из них горели, корабли второй линии, не видя торпедной атаки пытались повторить маневры флагманов. Веер торпед, пройдя мимо первых заметивших их кораблей через столбы взрывов, проскочил ко второй линии. На этих кораблях торпеды заметили слишком поздно, но почти все они прошли мимо, только одна по счастливой случайности все же угодила в цель, впившись в борт одного из крейсеров ближе к корме. Чудовищный взрыв разворотил часть борта от бронепалубы до самой ватерлинии, кормовую орудийную башню просто вырвало из гнезда и снесло за борт. Корабль сразу потерял ход и начал кренится на поврежденную сторону, заваливаясь на корму.

Эсминцы Империи рванулись вслед за скрывшимися в рваных клочьях уходящего тумана республиканцами, но, выкатившись на открытую воду заметили только одного из них, сбрасывавшего последние мины в проливе между берегом и крутым скалистым островом, осколком бывшей горы, обойти который можно было только удалившись от побережья в океан. Дав несколько залпов, имперцы отвернули назад.

Первая атака сорвалась, эффект неожиданности был упущен…

…Саперы окопались на вершине утеса, установив в отрытые за ночь окопы пару легких пушек. Отряд самообороны выкопал себе окопы вдоль склона, используя камни как укрытия. Пляж внизу был как на ладони. Если имперский десант попробует высадиться здесь, их ждет неприятный сюрприз. Второй отряд занял позиции сразу за пляжем в прибрежном лесу. Спрятаться там было еще проще. В море показались корабли, идущие к берегу. Внезапно с юга на полной скорости прошли два эсминца, открыв огонь по кораблям. С кормы на полном ходу падали в воду большие круглые мины. Это было нарушением устава, но морякам пришлось рисковать. С моря начали прилетать снаряды, но эсминцы, отрезав транспорты от берега, заложили широкую дугу, выходя из зоны обстрела. Один из транспортов горел, его надстройку от удачного попадания охватило пламя. Он попытался пройти к берегу, но взрыв подводной мины разломил его пополам. Большая часть экипажа и десанта погибла во время взрыва, но несколько десятков человек, спрыгнувших или сброшенных в воду, плыли к пляжу среди плававших тут и там трупов, стараясь спастись. Обессиленные, мокрые, жалкие, они начали выбираться на сушу. Кто-то из них даже сохранил оружие.

— Открыть огонь!..

…паромобиль остановился и солдаты посыпались из кузова на землю. Далеко на востоке шел бой, оттуда доносились раскаты пушечных залпов. В деревне впереди звонил колокол. Не так как вчера, размеренно и спокойно, а тревожно, часто, как будто звонарь пытался раскачать язык и звонить как можно чаще. Су прислушался. Колокольный звон доносился и из видневшейся вдалеке еще одной деревеньки, такой же частый. Набат поднимал людей.

— Объезжать долго, бегите напрямую через холм, — крикнул проводник, а сам бросился в деревню.

— Наверх, бегом! — скомандовал бравый сержант и штурмовики рванули к вершине холма.

Су бежал вместе с ними, задыхаясь от резкого подъема. Через пару минут они уже взобрались на вершину. Внизу между холмами лежала необычная крепость. Высокая стена без башен окружала замок, в центре возвышался огромный донжон, много выше всех холмов вокруг. От него расходились во все стороны странные длинные корпуса, без окон.

Су стоял и разглядывал эту необычную и непонятную картину, когда со стороны башни раздалось несколько пистолетных выстрелов. Он пригляделся. На самом верху башни на крыше стояла Эри и, кажется, Зигор и что-то кричали и махали руками.

— Эри!!! — заорал что было сил Су.

— …за холмы!!! Уходи… …за холмы!!!.. — донеслось с башни.

— Что кричат? — подскочил к магу сержант.

— Уходите!!! — донеслось с порывом ветра.

В воздухе раздался странный шелестящий звук.

— Ложись! — закричал опытный сержант и упал, потянув за собой мага.

Вершина соседнего холма исчезла в гигантском разрыве.

— Сейчас еще прилетит! — закричал сержант сквозь грохот. — Бьют из главного калибра на предельной дистанции!

Су приподнялся, глядя на замок. Из дальних от башни концов странных корпусов валил дым и струи пламени…

…тревожный звон колокола взбудоражил всех.

— Все в башню! — прокричал Тодор.

— Да мы же только спустились! — попытался отказаться Себастьян. — Только подняли машину подарков.

— В башню я сказал!!! — повысил голос Тодор. — В грузовике ничего не осталось? Мак! Забирай собаку!

Тодор проследил, чтобы все, кто был во дворе вошли внутрь, прибежал, высунув язык, Трезорка. Тодор вошел последним, окинув напоследок двор. Из дальнего торца длинного, примыкавшего к башне корпуса, шел дым. Инженер плотно закрыл дверь.

— Кажется у нас пожар. Все наверх!

— Может там помощь нужна? — спросил Тыну.

— Смотритель сказал — если что случится, сидеть в куполе! Наверх! И побыстрее!

Странный гул раздавался из-за внутренней стены. Поднимаясь по лестнице, Себастьян прикоснулся к ней.

— Стена дрожит, там внутри что-то происходит!

Сверху раздался противный дребежащий звонок, который то затихал, то снова начинал резать слух.

— Наверху тоже что-то случилось, все быстрее туда! — распорядился Тодор.

«Идет заполнение внутреннего объема инертным газом!» — раздался откуда-то женский, но как будто неживой голос.

Снизу раздалось шипение.

— Если не хотите задохнуться, то все бегом наверх! — крикнул Тодор.

После тяжелой беготни по казавшейся бесконечной спиральной лестнице они вывалились на площадку рядом с дверью в кабинет.

— Поторопитесь, тут внутри люк открылся, — раздался из комнаты голос Стива.

«Получено подтверждение старта! Предстартовая подготовка! Займите места в креслах и пристегнитесь!» — предупредил голос.

Кроме Стива в кабинете был и Зигор, спешно распихивающий по шкафам все подряд.

— Спускайтесь, тут есть кресла! — раздался из люка голос Ады.

— Идем, — отозвался Тодор.

Зигор убрал в шкаф портрет, рассовывая керосиновые лампы по ящикам письменного стола.

— Не знаю, что сейчас будет, но я решил все припрятать…

Трезорка соскочил в люк в полу, за ним спустился Мак и все остальные.

— Где Эри! — крикнул Тодор, заметив, что девушки нет.

— Она несколько минут назад вышла на крышу, я ее приведу мигом! — Зигор буквально взлетел по лестнице наверх.

В центре странной круглой комнаты с металлическими стенами и полом стояла широкая колонна, вокруг которой спинками к ней также по кругу располагались высокие кресла.

— Садитесь, их на всех хватит, — проворчал Стив уже усевшийся и вертевший в руках ремни со странными металлическими застежками.

«До старта! Три! Минуты! Займите места в креслах и пристегнитесь!» — предупредил голос.

— Да что за старт, кто это говорит? — спросил ничего не понимая Тыну.

— Садись! — показал на кресло рядом Стив. — И помоги мне с этими ремнями!..

…Зигор выскочил на крышу. У края, уцепившись руками за перила стояла Эри.

— Что-то происходит, — обернулась она к Зигору. — С моря слышна стрельба!

— Морской бой! Нам надо уходить! — Зигор бросил взгляд вниз, из окружавших башню корпусов били струи пламени и поднимался густой дым.

— Смотри, там люди! — вдруг крикнула Эри. — Там же Су!

— У нас почти не осталось времени, надо укрыться внутри! — прокричал Зигор сквозь поднимающийся снизу рев. — Если пламя поднимется…

— То они сгорят! Су!!! — отчаянно закричала Эри. — Он не слышит!!!

— Да что ж такое! — воскликнул Зигор и выхватил револьвер, выстрелив несколько раз в небо.

Внизу на вершине холма, солдаты и маг наконец-то заметили стоявших на башне людей.

— Эри… — еле слышно донеслось снизу.

— Уходите за холмы!!! Уходите за холмы!!! — закричала Эри. — Не понимает!

— Давай вместе! — Зигор сложил руки рупором. — Уходите за холмы!!! Вроде услышали, все нам пора! Эри, быстрее!

Зигор ухватил Эри за руку и потянул за собой.

Что-то прошелестело в воздухе и вершина одного из холмов взорвалась.

— Этого только не хватало, быстро вниз!

Затолкав Эри в кабинет, Зигор закрыл дверь и тут она вдруг ушла в сторону, сменившись на выползший из стены металлический лист.

— Прикольно…

— Зигор, спускайся немедленно! — крикнул снизу Тодор.

Резкий раздражающий звонок прервался. «Капсула задраена! До старта! Одна! Минута! Займите места в креслах и пристегнитесь!»

Зигор скатился по лестнице. Все уже сидели в креслах вокруг колонны.

— Нас обстреливают с кораблей! Место еще есть?

— Кресел больше, чем нас, — сообщил Тыну.

— Все здесь? Садись! — Тодор облегченно вздохнул. — Теперь ждем, что будет дальше.

Мак вдруг встал со своего места.

— Ты куда? — дернула его за руку Ада.

— Тут одного кресла не хватает, дверца какая-то…

— Мак! Сейчас не время заниматься археологией! — крикнул Зигор, устраиваясь на своем месте.

— Я успею! — Мак схватил лежавший на полу рюкзак и вытряхнул из него шкатулку, потом достал светящийся куб.

Встав перед таинственной дверцей, он просто мягко нажал на нее ладонью, и лючок ушел внутрь и отъехал в сторону. Внутри, в пустой камере лежал голубой, собранный из восьми треугольных граней октаэдр.

— Ада помоги мне, скорее!

— Что мне делать? — встала из кресла Ада, остальные могли только молча наблюдать, не мешая.

— Достань его и открой! Положи на руку, вторую сверху и попробуй повернуть!

— Получилось! И он совсем не жжется! — обрадовалась Ада, поднимая одну половину в виде четырехгранной пирамиды.

— Держи ровно. Он больше куба по размерам, должен войти, — Мак осторожно положил куб в центр нижней части, куб чуть повернулся и наполовину погрузился в казавшееся сплошным стекло.

— Тяжелый, — заметила Ада.

— Закрывай! — поторопил Мак.

Ада опустила сверху вторую половину и октадр полностью поглотил Куб Земли и находящийся в нем шар. Свечение усилилось.

— Что у вас там? Что за свет? — спросила Эллейн, сидевшая с другой стороны толстой колонны и ничего не видевшая кроме голубого сияния.

— Это Октаэдр Воздуха! Еще один артефакт, — Мак бережно забрал его из рук Ады и поместил обратно в камеру, лючок вернулся на свое место и запер колонну.

— Садитесь быстрее! — Поторопил их Тодор.

«Прогревание!»

Снизу из-под пола донесся рев, но даже он не смог заглушить грохот близкого разрыва. Башня затряслась.

«До старта! Десять! Девять! Восемь! Семь! Шесть! Пять! Четыре! Три!..»

— Давай уже! — не выдержал пытки числами Себастьян.

«Две! Одна! Старт!»

— А как же мое королевство!!!

…сержант дернул Су, оттаскивая его с вершины на склон.

— Кто это был!

— Невеста!

— Мудрая женщина! Найдешь ее, женись сразу, не раздумывай! — посоветовал сержант.

Где-то во внутреннем дворе крепости раздался взрыв, вверх поднялось облако дыма.

— Всем вниз! — скомандовал сержант. — Назад к машине!

Су приподнялся, разглядывая купол на башне.

— Нельзя здесь оставаться, надо отойти! — прокричал ему в ухо сержант. — Если в нас прилетит, даже пыли не останется!

— Они бьют по башне!

— Башня толстая может и устоит!

С другой стороны холма ударили в небо струи пламени и ревущие струи дыма. Огненная стена взметнулась ввысь вокруг всего замка, сжигая склоны и стремясь расшириться и вырваться на свободу, но стоявшие вокруг холмы надежно сдерживали натиск. Сержант и Су скатились вниз по склону.

— Это еще что? — удивился штурмовик.

В воздух взлетели осколки купола. На столбе огня и дыма со страшным грохотом, перекрывающим все, даже звуки разрывов снарядов главного корабельного калибра, из башни поднималась в небо длинная металлическая сигара размером с колокольню.

— Мать Лурра! Да что же это! — произнес глядя вверх сержант.

Су встал на колени, держась рукой за куст.

— Эри! Она же там!

«Сигара» поднималась все выше, рев становился тише, жар спаливший склоны холмов ушел, дым и пламя, бьющие по краям котловины упали. Высоко в небе горела настоящая рукотворная звезда. Неведомый аппарат набирал высоту.

— Сеньор! Идемте к машине, — сержант помог магу подняться, ведя его под руку вниз.

Около паромобиля собрались перепачканные, вывалявшиеся в земле и пропыленные штурмовики. Все они смотрели в небо.

— Падает, падает! — закричал один из них, указывая рукой на звезду.

— Нет! Не падает! Оно… это… Эта штука улетела! — возразил ему другой.

— Куда? Направление! — закричал Су.

— Примерно на юго-восток, в океан…

Су охватило отчаянье.

— Корабль! Мне нужен корабль! Их надо найти!!!

— Для подготовки обложки издания использована художественная работа автора Алисы Пожидаевой

— В оформлении обложки использована фотография автора lenanet "Парень студент университета" https://ru.depositphotos.com/31246091/stock-photo-university-student-guy.html

— В оформлении обложки использована фотография автора Cookie Studio "Tender young redhead girl in shirt sitting on table over white background smiling looking at camera."

https://www.shutterstock.com/ru/image-photo/tender-young-redhead-girl-shirt-sitting-659255746

— В оформлении обложки использована фотография с https://pixabay.com/ по лицензии CC0.

Изображение всех использованных фрагментов со ссылками:

https://sun9-14.userapi.com/c858132/v858132970/1e7e80/aUcAO4fBgGI.jpg