Текст предназначен только для предварительного и ознакомительного чтения.

Что я делаю? Я ведь лучше знаю, что это.

Черт подери, я знаю лучше, но это не остановит меня.

Я такая идиотка.

Привет, тупица. Если бы у меня были еще и мозги, я стала бы опасна. Я ведь пообещала, что Дрю постоянно может возвращаться ко мне в квартиру. Вместо того чтобы послать его подальше... но он так чертовски привлекателен... выглядел, пока находился здесь. Невинность, обернутая в соблазнение. Его губы, глаза, скулы, нос, руки. Его прикосновения ко мне. Его чувства и любовь. Все в нем опьяняло меня. Кто я такая, чтобы сопротивляться соблазну?

Идиот. Вот кто!.. Этот мужчина сломал меня. Он оставил меня. Исчез без следа. Взять хотя бы меня, ведь я писала ему, что надо поговорить. И даже когда Дрю нарисовался возле моей двери, умоляя меня остаться, это действительно был не он. Это была лишь тень мужчины, которого я знала.

Боже, я была таким долбо*утой, когда позволила ему вернуться в мою жизнь, хотя Дрю и не собирался никуда уходить из нее.

Я выгляжу горшком. Да. Вот так. К тому же, еще и высокая.

Если бы дело было только в этом, то я лгала бы себе. Мой рост не имеет ничего общего с моей сегодняшней ситуацией. Неа, быть высокой еще не проблема. Моя проблема заключается в отрицании. Неважно, насколько сильно я могу хотеть врать самой себе, невозможно поверить, что я могу опуститься на колени перед человеком, который разбил мое сердце на миллион осколков, просто потому, что я под кайфом. Этому есть только одно логическое объяснение и мне претит признаваться себе.

Эндрю Вайз просто создан для меня. Он принадлежит мне. Сердцем. Умом. Душой. Телом.

Да и я принадлежу ему. Я – его. Двух месяцев оказалось явно недостаточно для того, чтобы вырвать его из своего сердца, изгнать из памяти и вытащить из крови. Да тут всей жизни будет явно недостаточно.

Голова откинулась назад, а грудь опустилась после того, как я выдохнула. Углекислый газ проник в атмосферу, исторгнутый из моих легких. Я облизала губы, вдруг почувствовав ощущение его члена в моей руке. Прошло всего несколько месяцев с тех пор, как я последний раз касалась его, но казалось, что много лет.

Не выдержав напряжения переполнявших меня чувств от осязания его твердого копья в своей руке, я опустилась на колени, перехватив его рукой у основания, и взяла его в рот на всю глубину. Медленно и с одинаковым ритмом, так, как ему нравилось. Я покачивалась взад и вперед на коленях, засасывая его член так глубоко, как могла. Ох, как ему нравились ласки моего языка. Я соскучилась по этому. Соскучилась по нему. И ненавидела себя за то, что чувствовала себя пропавшей без него. Также ненавидела свою тоску по нему!

— Блять, — зашипел он.

Дрю оперся рукой на угол плиты, другую запутал в моих волосах.

Услышать его проклятия в такой момент поразило меня. Он прав. Больше из вредности, чем это было нужно на самом деле, я ласкала его своим ртом и языком. Я не должна была так поступать. Дрю должен быть рядом с Оливией. У них совместный ребенок. Неважно, что он свалил от нее раньше, чем встретил меня. Все дело в том, что Дрю раньше встретил ее. Он потянулся к ней раньше. Что только сейчас рассказал мне все, что нужно было сказать уже давным-давно. Для меня нет места в его жизни. Возможно или, наверное, мы могли бы стать друзьями, но воспоминание о том, как я сосала его член, делало для меня процесс дружбы абсолютно неприемлемым. Я должна быть подальше от всего этого.

Но я не могла оставаться подальше.

Сказать по правде, я и не хотела.

Это было не одно и то же, как, если бы он попытался остановить меня. Я оцарапала зубами надувшуюся вену на его пульсирующем члене. Скрежеща зубами, Дрю ахнул и перехватил меня за волосы покрепче. Да, он и не собирался меня останавливать. Не мог так все закончить. Я собиралась отомстить ему за каждый миг причиненной мне боли, как эмоциональной, так и физической, и перевести все на него.

Дрю причинил мне боль. Он сказал, что любит меня, а потом оставил меня. Оставил меня в покое, чтобы ухаживать за Оливией, после того как она обрушила на нас эту чудесную новость о ребенке. Он оставил меня рядом с ней наблюдать, как она рыдает над его черствостью, без какой-либо возможности поплакать над своим горем. Он оставил меня, не сказав ни слова о своем местонахождении и не ответив ни на одну мою смску. Я ненавидела его за то, что он заставил меня почувствовать свою ничтожность. Я ненавидела его за то, что он признался мне в любви. Моя ненависть не уменьшилась даже тогда, когда он стал присылать мне цветы каждый понедельник. Потому что как бы сильно я его не ненавидела, я все же любила его. Может быть, еще сильнее. Я не могла вытащить его из-под своей кожи. С мыслью о нем я просыпалась, и о нем же я думала, когда засыпала.

Я сильнее обхватила его ствол. Влага из моего рта была вместо смазки, и я знала, что должна чуть надавить, увеличив скорость движений и чуть жестче, сплетая ритм рук и рта.

Беззастенчивый стон вырвался из его груди, когда я провела кончиком языка по весьма чувствительной головке. Этот стон. Он отозвался трепетом в моей намокшей киске, и затопил меня. Мне нужно было его услышать. В глубине души я хотела, чтобы этот придурок умолял меня.

Чуть передвинув рот, я стала сосать его яички, вбирая оба шара поочередно в рот. Словно услышав мою безмолвную команду, он дал мне то, чего я хотела. Я подняла лицо вверх, смотря на него. Его взгляд сосредоточился на мне. Сквозь пелену страсти, что неуловимой дымкой висела в воздухе, я смотрела, как его глаза темнеют за стеклами очков. Чертовы очки. Они, несомненно, смерть для меня.

Слегка потянув кожу мешочка зубами, я наслаждалась ощущением его удивления.

— И как тебе это? — спросила я хриплым и соблазнительным тоном.

Он кивнул головой, прикусив нижнюю губу.

— Это означает «да», Энди? — переспросила я, нежно проводя губами по всей длине его члена.

Дрю снова кивнул, пробормотав что-то невнятно, но этого было явно недостаточно для меня. Он задолжал мне кое-что, и я намеревалась вернуть себе все с процентами.

— Ну, так скажи мне «да», Энди, — потребовала я, захватывая ртом головку члена, засовывая язычок в щелочку. Она оказалось соленой. Этак, недалеко и до завершения.

— Да, — прохрипел он, откашлявшись. — Да. О, да.

Он протянул руку и снял очки, кладя их на кухонный стол. Я улыбнулась, толкаясь вперед, сменила колени на цыпочки.

— Это хорошо, — пробормотала я, лаская языком всю его длину.

Его пальцы туже вцепились в мои волосы. Я закрыла глаза и взяла яйца в рот, перекатывая языком. Руками я обхватила его член, поглаживая и чуть сдавливая. Дрю зашипел, ноги подкосились. Свободной рукой ухватила его за задницу, пытаясь успокоить.

— Это чудесно, детка, — пробормотал он. — Но дольше я не выдержу.

Это именно то, чего я добивалась. Я хотела, чтобы он потерял контроль, чтобы почувствовал, каково это, быть беспомощным.

Смешок рвался из горла, пока выпускала яички изо рта. Я вылизала его шары, все, вплоть до головки его члена. На лице его было написано почти облегчение, как, если бы я собиралась дать ему еще минутку, но я оттянула губами член и отпустила, да так, что он шлепнул внизу.

— Иисусе, черт, женщина!

Он оттянул мне волосы, пытаясь обуздать меня, но я не хотела, чтобы он выиграл. Не в этот раз.

Мой рот стал неумолим. Я была полна решимости контролировать все. Сегодня, когда он пришел в магазин, то властвовал надо мной, теперь я хотела вернуть эту власть. Я устала быть тряпкой. Вот бы так было всю жизнь. У меня были причины уехать из Флориды. Мне просто необходимо было уйти. От него. От Оливии. От себя. Сейчас я стала намного сильнее. Или нет? Его неожиданное появление в магазине действительно застало меня врасплох.

Зачем он приехал сюда тем вечером? Черт, зачем ему понадобилось приезжать в Амарилло?

Я ничего так страстно не желала, как выкинуть Эндрю Вайза из своей жизни, но как бы я не старалась, я не могла избавиться от воспоминаний о нем. Я даже сняла это проклятое ожерелье, что он подарил мне на день рождения, чтобы обрести баланс внутри меня. Но все равно не сработало.

Когда Джеки предположила, что мне нужно, просто необходимо пообщаться с механиком нашего гаража – Хавьером, чтобы раздобыть немного травки, я чуть не умерла. Прошло много лет с тех пор, как я курила травку. Я больше не в колледже. Я стала разумным, взрослым человеком, который решает большинство проблем самостоятельно, не прибегая к антидепрессантам, травке и прочей лабуде. Я полностью проигнорировала ее предложение, в тот же миг, забыв о нем, пока Хавьер сам не напомнил мне, передав пакет с бумагами, в котором ко всему прочему еще и обнаружился мешочек с травкой. Я не собиралась курить, но после того, как я наблюдала за Дрю в бассейне, мне было необходимо чем—то снять напряжение. Все чувства разом всколыхнулись во мне. Так вот, был только один способ выбросить его из моей жизни. Это был как раз тот случай, чтобы сказать ему, что он причинил мне боль, почти полностью разрушив меня, что я чувствовала себя использованной им.

Я пригласила Дрю позавтракать следующим утром, надеясь вечером прочистить мозги. Никогда в самом страшном сне я не предполагала, что он появится в моей квартире далеко за полночь. И тогда ему пришлось расплачиваться за все сексуально. Да о чем он вообще думал, заявляясь ко мне в этой старой потрепанной футболке и очках? Видеть его так близко было самой извращенной пыткой. Тьфу ты, я еще и наобещала Джеки присмотреть за ее детьми на следующее утро, пока мама выполняет свои обязанности в церкви. Глупость несусветная! Вместо всего этого я отсосала своему бывшему, не думая о том, что произойдет через несколько ближайших часов.

Его член дернулся во рту, с каждым засосом тяжелея все больше. Я и не подумала о том, чтобы замедлить свои движения. Я сосала сильнее и быстрее, охватывая всю его длину губами и руками. Он был почти на грани, чтобы скатиться в пропасть и ничего я не желала больше, чем видеть его падение! Мои зубы оцарапали пульсирующую вену на его члене, чуть зажав его.

Внезапно он оттолкнул меня, стал скидывать ботинки, шорты. Футболка упала на живот, касаясь напряженного члена. Боже, это был великолепным зрелищем! Ни Нэйт, ни даже Гэйдж не обладали размерами Дрю, и мне хотелось заполучить его на всю длину в мою влажную, разгоряченную киску.

Дрю покачал головой. Его дикие глаза встретили мой взгляд. Его тело дрожало.

— Нет пока! — прорычал он. — Я хочу тебя!

Я встала, облизывая губы. Кончиками пальцев я вытерла уголки губ, глядя на него напряженно. Я могла только представить выражение своего лица: брови зло приподняты, на губах соблазнительная улыбка. Я скользнула руками по сиськам, спускаясь ниже на живот, соблазнительно оттягивая края шорт.

— Тогда что же тебя останавливает?

Дрю стиснул зубы и на одном дыхании подхватил меня в охапку и прижал собой к двери кладовки. Я задыхалась от свирепости его поступка. Его губы врезались в мои. От силы его поцелуя перехватило дыхание, но ему было наплевать, что он перекрыл мне кислород. Просунув язык мне в рот, Дрю собирал все плоды, что хотел.

Языки переплелись. Зубы сцепились. Распутные стоны разносились вокруг нас. Я вонзила ногти глубоко ему в спину, пожирая крик боли, выдохнутый прямо в мой рот.

Он поднял меня с пола, больно ударив о дверь. Я закинула ноги ему на талию, притягивая его бедра ближе к своим. Головка его члена терлась о мой клитор сквозь шорты, посылая сквозь меня огненные вихри. Я колотила по его спине, пытаясь одновременно стянуть с него футболку.

— Прочь, — прорычала я прямо в его губы.

Выполняя мое пожелание, Дрю отклонился назад достаточно, чтобы я смогла стянуть футболку, чуть не разорвав ее, через голову и отбросить в сторону. Я гладила руками его голую грудь, хватая за тугие соски. Его кожа колыхалась от волнения и снова волна страсти и желания охватили меня. Как легко для него оказалось забыть то, что было между нами. Забыть об Оливии и ребенке. Я тоже хотела бы забыть. Я хотела перестать чувствовать любой оттенок боли. Правда, я все же ревновала к Оливии. Я ненавидела ее за то, как она преподнесла нам известие о ребенке. Я ненавидела ее за то, что она украла мое счастье. И ненавидела себя за то, что была готова украсть ее счастье ради своего собственного. Все в этой ситуации напоминало полный пи*ец. Однако он так хорошо меня чувствовал, он снова хотел меня, и я готова была отдаваться ему снова и снова.

Господи Боже, в этом вареве эмоций был пи**ец!

Я чувствовала, что его настроение как-то изменилось. Его губы постепенно переместились вниз на мою шею. Он легкими поцелуями достиг основания, надавив там языком. Это было слишком мило. Я не хотела его нежности сейчас. Мне не нужна нежность. Прямо сейчас я не хотела заниматься любовью. Он не заслуживает моей любви. Нет, я хотела трахнуть его. Это было единственным способом удержать все под контролем. Если сейчас я позволю своему сердцу управлять этим шоу, все опять закончится плачевно для меня. Это было не то, с чем я смогла бы справиться снова. Зажав зубами мочку его уха, я прошептала.

— Трахни меня, Энди! Трахни меня жестко.

Он отстранился, раздумывая над моими словами. На меня это не было похоже. Я любила секс. Дрю прекрасно знал. Но никогда за время нашего столь короткого романа я не пыталась им командовать. Секс между нами всегда выражал нашу любовь друг другу, не просто удовольствие. Он был своеобразным выражением наших чувств. Но не сегодня. Нет, он собирался дать мне то, чего я хотела. Я сняла очки и водрузила их на стол. Его руки сжали меня, когда его рот обрушился на мой.

Наши языки жестко сплетались. Я впилась в его спину и пятками подстегнула его по голой заднице. Он отстранился, задыхаясь. Я ухмыльнулась и кивнула себе на грудь. Вняв моему совету, он стянул с меня футболку, обнажая мою грудь, ведь дома я не ношу лифчик.

Дрю ахнул при виде моей голой груди. Его руки потянулись к соскам, обхватывая обе груди, чтобы выставить торчащие соски на показ. Его рот обрушился сверху. Я застонала в полном восторге:

— О, Боже, да! – прохрипела я, выгибаясь от удовольствия, чувствуя прикосновения его теплого языка, танцующего вокруг моих сосков.

Ощущения от его рта послали огненную волну по всему моему телу, но мне нужно было больше. Я хотела почувствовать всю его длину глубоко внутри себя. Просунув руку между нашими сплетенными телами, я схватила его член. Зубы Дрю сжались на моем соске в тот момент, когда он почувствовал мою руку на своей длине.

— Сильнее, Энди, — потребовала я.

Я дрожала, пока он втягивал сосок в рот. Он взбрыкнул бедрами против моей воли, и я не смогла больше сопротивляться. Сдвинув трусы в сторону, я прижала головку члена к своему открытому клитору. Дрю щелкнул языком по соску, затем перешел к другой груди. Пока он сосал другую грудь, я сильнее прижала головку к своему клитору и стала водить ею взад и вперед по своей влажной промежности.

— Бл*дь, — прошипел он напротив моего соска.

Взад и вперед от клитора до влажной расщелины я водила его членом, и, видит Бог, чувствовала себя превосходно. Мне были не нужны нежности. С каждым движением я направляла член внутрь влажной расщелины, но не настолько, чтобы дать нам обоим то, чего нам так хотелось. Когда, как мне показалось, я уже достаточно долго пытала нас обоих, я надавила бедрами вниз, готовая дать нам обоим облегчение. Дрю мгновенно отдернул бедра, пресекая мои действия.

Сосок выскользнул из его открытого рта, когда он понял, что я вполне готова к завершающей атаке.

— Презервативы, — прохрипел он.

Я покачала головой, искривленная ухмылка изогнула мои губы.

— Нет в них нужды. Я на таблетках.

— До сих пор. Я чувствую... — я отстранилась, прижимая мокрый палец к губам, чтобы пресечь все возражения. — Не в этот раз, — рявкнула я.

Глаза Дрю расширились. Его язык метнулся наружу, облизывая пальцы. Он простонал, признавая поражение и кивнул, пробуя меня на вкус. Я отдернула руку и вернула вниз, между нашими телами, лаская его по всей длине. Дрю застонал, касаясь языком соска, и втянул его глубоко в рот.

Зажав головку члена, я вновь толкнула ее во влажную глубину, продолжая свои плавные движения по всей его длине. Он приподнял бедра, пытаясь толкнуться внутрь меня. Я оттолкнула его бедра костяшками пальцев.

— Нет, — зарычала.

Энди взглянул на меня, его глаза были заволочены желанием и растерянностью. В конце концов, я приказала ему трахнуть себя, но это же не означает, что на его условиях. Он не стал спорить, а просто позволил мне продолжать водить членом по всей моей мокрой киске, тем временем переходя к другой груди, применяя к ней такое же благотворное лечение.

Каждое движение его языка вызывало во мне волну трепета и предвкушения. Я толкнула его немного глубже, погладила сильнее, ощущая каждый сантиметр его члена в своей руке. Он взбрыкнул в моей руке, призывая дать ему свободу. Свободной рукой я вцепилась в его короткие коричневые волосы, оттягивая голову назад, чтобы заглянуть в глубокие синие глаза. Его рот открылся, хватая воздух, пока я продолжала свою беспощадную атаку на него. Затем, зная, что он перешел грань, за которой остается только потерять себя, я скомандовала.

— Сейчас!

Поначалу Дрю немного растерялся, но она быстро исчезла, особенно после того, как я убрала руку и толкнула свою изнывающую от непреодолимого желания киску на его член. Его тело среагировало мгновенно, на уровне инстинкта, и он одним точным ударом вошел в меня до упора. Мы оба вскрикнули в момент проникновения, от ощущения наполненности от одного его толчка. Не было нежности или ласки в этот момент. Это был чистый животный секс. Вонзая ногти в его спину, я наслаждалась каждой секундой полноты слияния с ним.

Он толкнулся быстрее в меня. Мои пятки стегнули его задницу, когда я впилась в его тело, слившись с ним, словно вторая кожа. Да, у него была возможность контролировать процесс, но он не воспользовался ею, предоставляя право контроля мне. И я бы не стала так пытаться настолько доминировать, если бы он не использовал меня. Ну, так если ему можно, то почему мне – нет? Я вдавила свой рот в его. Наши зубы стукнулись, языки переплелись. Звук и запах секса между нами звучали как ненастроенное пианино. Никакого ритма. Никакой связи. Лишь грубый животный секс да звук вдавливаемого в дверь кладовки тела от резких, сильных толчков.

Его член заполнил мою киску. Внутренние стеночки дали мне восхитительное ощущение наполненности им. Как он ощущался внутри меня, как наполнял меня до упора, толкая все ближе и ближе к краю, откуда не было возврата.

Я схватила его руку, направляя ее в сплетение тел между нами. Немного дополнительной стимуляции, чтобы достичь оглушительного финала.

— Трахни меня, Энди. Трахни всем, что у тебя есть.

Небольшая ухмылка тронула его губы, когда он стал зажимать клитор пальцами. Он потер и ущипнул, щелкнул по нему и слегка оттянул, чтобы его член мог касаться клитора во время движения вверх и вниз. Глубоко внутри меня член стал содрогаться, и я повела себя как всякая разумная женщина в данной ситуации: закрыла глаза и воспарила на грани экстаза.

Дрю вбил в меня член. Выпустив клитор, он сжал руку в кулак и стал колотить рядом с моей головой по двери.

— Я кончаю... сейчас... — скрежетал он.

— Сделай это, — прошептала я ему в ухо.

Внутренними мышцами я плотнее сжала его член, заставив рухнуть на меня. В тот миг, когда стенки матки сжались вокруг члена, он попытался выйти из меня. Я не хотела потерять это ощущение полной наполненности. Выйти из женщины перед самым концом – это способ разрядки для подростков, которые не понимают, каково это на самом деле. Нет, я хочу, чтобы он отдал мне все, что у него есть. Я схватила его за задницу и толкнула обратно в себя. Дрю исторг полный наслаждения рев, разряжаясь в меня.

Его тело было покрыто потом, рот приоткрыт и мчащийся со скоростью гоночного автомобиля пульс – нет ничего сексуальнее, чем оргазм Эндрю Вайза. Я наблюдала, как зрачки расширяются от удовольствия. Все его тело сотряслось в конвульсиях оргазма. Он был секс-богом и принадлежал мне.

Я упала спиной на дверь, ухмыляясь при виде своих успехов. Я выиграла эту битву. Я облизнула губы, глядя в его глаза. Он замедлил свои движения, но оставался глубоко внутри меня. Его член пульсировал внутри с каждым ударом его сердца, содрогаясь, удерживаемый прочными нежными тисками.

— Что это было? — пробормотал он, прижимаясь губами к моему горлу.

— Я не знаю, о чем ты говоришь, — в очередной раз оттягивала я его голову назад, чтобы поймать взгляд его голубых глаз. — Потому что насколько я могу судить, мы еще не закончили.

Его рот дернулся. Слабая улыбка образовала на щеках ямочки.

— Действительно?

— Да, — заверила я.

Я оттолкнулась, вынуждая его отпустить меня. Сползла по двери, мягко приземляясь на свои голые ноги. Мое тело передернуло, когда между нами возникло расстояние, но я проигнорировала шок и боль в груди, и стала стягивать по ногам шорты и трусики. Откинула их ногой в сторону, чувствуя, как остатки его освобождения стекают по ляжкам.

— Следуй за мной, — проинформировала я. — У меня есть кое-что для тебя, что тебе необходимо подчистить, — я услышала его судорожный вдох, но не остановилась, чтобы посмотреть, последует ли он за мной.

Я вошла в спальню и расположилась на краю кровати. Дрю вошел следом за мной во всей мощи своей наготы. Его обычно голубые глаза вновь стали темными, а жизнерадостная улыбка излучала чистую, ничем не прикрытую похоть. Я широко расставила ноги, выставляя ему на обозрение мою голую киску. Хорошая мысль выбрить себе лобок так своевременно посетила меня этим утром. Я бы не смогла раскрыться так перед ним, если бы у меня внизу не было все так идеально. Да и Дрю всегда нравился мне мягким и гладко выбритым.

Он потер рукой подбородок и ухмыльнулся.

— Красиво.

Я сунула палец в свою киску и окунула его в остатки спермы.

— Восхитительно, — прокомментировала вслед, облизывая сперму с пальца. — Позаботься об этом.

Дрю изогнул бровь, обдумывая мою просьбу.

— Вылижи начисто мою киску, Энди. Сейчас же!

Когда он понял, что я более чем серьезно настроена, он ринулся вперед и рухнул передо мной на колени. Он провел пальцами по нежным лепесткам лона. Мое тело дернулось в ответ на такое нежное поглаживание. Это была пытка, ведь я все еще нуждалась в грубом, жестком, неукротимом сексе. Я толкнулась бедрами вперед, командуя своему преданному рабу.

— Трахни меня жестко!

Дрю наклонился и ударил языком по клитору, скользя вдоль мягких, нежных складочек, и вводя его в теплую мягкость. Мои бедра взбрыкнули по собственному почину. Я схватила его за мягкие каштановые волосы, чтобы, придавив голову, придвинуть его лицо ближе к средоточию моего желания. Я вела в этом шоу.

Расположив руки на моих бедрах, Дрю сжимал их, пока его язык погружался в недра моего тела. Я откинула голову назад, закрыла глаза и отдалась ощущениям его рта на мне. Все жестче и жестче язык толкался внутрь. Он задел зубами клитор, всасывая его в рот. Как до этого я была неумолима, таким стал и он. Я сжала его голову бедрами, сжимая волосы туже в кулаке, в то время как другая рука комкала покрывало кровати.

— Энди, — мурлыкала я.

Он вытащил язык за секунду до того, как я собралась перешагнуть грань экстаза. Застонав, я пыталась подтолкнуть его туда, где он требовался мне больше всего. Вместо этого он стал медленно водить по моему пульсирующему клитору. Я извивалась и двигала бедрами, желая достигнуть оргазма, но категорически отказывалась умолять. Я не доставлю ему такого удовольствия.

Внезапно он вонзил язык внутрь меня. Этого движения стало достаточно, чтобы перекинуть меня за грань. Мое тело содрогалось в конвульсиях. Он обернул руки вокруг бедер, прочно фиксируя мое тело, и вновь начал ошеломляющий танец языка. Он лизал мои складочки, посасывал клитор и толкался языком вглубь меня, заставляя меня извиваться в новых сладостных конвульсиях.

Мои ноги сотрясались на его спине, тело содрогалось. Я не могла ни о чем думать. Дышать и то едва получалось. Не в состоянии контролировать себя я приподняла бедра от матраса. Дрю крепко держал меня, заставляя оставаться на месте. Не в силах удержать восторг в себе, я закричала в освобождении.

Когда он, наконец, удовлетворился тем, что я отдала ему все, он поднялся с колен. Стоял и глядел на меня, самоуверенная ухмылка скривила губы, язык исчез в недрах рта.

— Все чисто, — его богатый оттенками хрипловатый голос послал новый трепет в низ живота.

Дрю стоял передо мной во всей своей неприкрытой красе, гордый тем, что совершил. Чего он не понимал сейчас, так это что я только что получила более сильный оргазм, чем когда-либо. Лед, образовавшийся в моем сердце, разбился на миллион кусочков. Боль во мне отступила. С заключительной волной освобождения высвободились волны гнева.

Мне до сих пор больно?

Безусловно.

Но мы могли бы поговорить об этом. Я до сих пор считала, что мне нет места в его жизни. Не тогда, когда у него есть Оливия и малыш на подходе. Он принял решение выбросить меня из своей жизни вечером на ужине в ресторане. Я не могла просто закрыть глаза на это. Я бы простила его и попыталась создать с ним дружеские отношения. Раньше мы ведь были лучшими друзьями. Возможно, у нас бы получилось снова.

Дрю наклонился вперед, уперся руками в матрас по обеим сторонам моей головы и поцеловал меня. Комбинированный вкус на его языке был опьяняющим. Я просунула свой язык ему в рот, смакуя смешение наших вкусов. Мои руки обвились вокруг его шеи, притягивая его ближе ко мне. Его рот переместился, целуя сначала грубо, но постепенно смягчился, как было раньше на кухне. На этот раз я стала более восприимчива к его нежности. Баланс сил вновь сместился к нему.

Крошечное хныканье вырвалось из меня, когда я пропустила пальцы через его волосы. Он стриг волосы очень коротко, но я была никем, чтобы сказать, что мне нравятся чуть более длинные. Не то, чтобы он выглядел плохо. Даже одетый в холщовый мешок, он выглядел бы великолепно.

Он переместил руки мне на лицо, убирая спутанные пряди за ухо. Где—то посередине своей мести и гнева на него я умудрилась опять впустить его в свое сердце. Я ведь любила его. Я всегда знала, что именно он мне необходим.

Он целовал сладкими поцелуями мой лоб, ресницы и кончик носа. Я вздохнула, когда поток эмоций внутри меня грозил хлынуть через край. Его нежные поцелуи продолжались теперь в уголках моих губ. Я мельком увидела его улыбку, и сердце взорвалось в груди. Я не могу сказать, что он был прежним. Я лишь знала, что его улыбка сейчас была хорошо узнаваема. Это была улыбка Дрю в любви. Дрю счастливого. Полностью удовлетворенного. Он чуть сильнее нажал на мои губы, и я растворилась в его поцелуе, всем сердцем жаждая еще раз почувствовать его любовь.

— Ты не перестаешь удивлять меня, — шептал он в мои приоткрытые губы. — Если бы ты только знала, как я скучал. Как сильно ты мне нужна.

Сердце мое екнуло. Я коснулась его лица, очерчивая морщинки в уголках его глаз, которые я так любила. Они всегда углублялись, когда он так улыбался.

— Я тоже скучала по тебе, — прошептала я.

На мои глаза навернулись слезы, которые я отказывалась проливать. Его спина напряглась, а брови нахмурились, когда Дрю пристально вгляделся в мое лицо. Чтобы он не искал, он, должно быть, нашел, потому что целовал с таким жаром, что пальцы ног подгибались.

Моя потребность в нем пробудилась. В этот момент мы оба почувствовали, что как будто бы и не расставались. Я поползла вверх по кровати к подушке. Дрю последовал за мной. Его губы не покидали моих. В том, как он касался меня сейчас, не было ничего, кроме нежности. Он парил надо мной, с такой тоской заглядывая в мои глаза. Атмосфера вокруг нас неуловимо изменилась. Не было ничего общего с тем, что произошло между нами недавно. Я хотела любить его, а не причинять ему боль.

Мои руки медленно двигались по его скульптурной груди вниз к животу. Он похудел. Я чувствовала его ребра там, где некогда были одни мышцы. Это опечалило меня, давая понять, что он берег себя в мое отсутствие. Я думала о том, что он сказал, что не выпил ни капли алкоголя с тех пор, как я уехала. Это заставило меня гордиться им, и я могла только надеяться, что травка, выкуренная вместе, не убьет его трезвости.

Я прижалась губами к шее. Он застонал, обмякая от моих нежных прикосновений. Эти нежные прикосновения превратились в разведку любви. Мы говорили и целовались, купаясь в лучах нашей любви. Все воспоминания о ночах, проведенных вместе, вспыхнули в моей голове.

Прошло всего лишь несколько минут, или часов, пока мы таяли в свете наслаждения, переплетения тел. Не могу с точностью сказать, сколько было времени, когда мы, наконец, закончили, но совершенно точно могу сказать, что были совершенно сыты и пределы сытости исчерпаны. Мы валялись на боку. Раньше мы провели так много ночей, до того, как я ушла. Он положил руку на мое бедро, слегка потирая кожу, ткнулся носом в шею. Я изо всех сил пыталась скрыть зевоту, глаза закрывались сами собой.

— Спи, сладкая.

— Я не хочу спать, — зевнула.

И это не было ложью. Если я усну, это все окажется сном. Не хочу рисовать мечту. Хочу реальную жизнь. Я бы обманывала себя все это время, думая, что смогла бы жить без него. Даже если он и Оливия собрались рожать вместе. Даже если он отречется от меня. Мы с Оливией почти не общались в последнее время, так как я уехала из Флориды. Она предельно ясно высказал свое точку зрения, заявив, что я – эгоистка, раз оставила ее в тот момент, когда она больше всего нуждается во мне. Я же не могла ей сказать, почему должна уйти. Могла только сказать, что уйти – просто необходимо. Все между нами стало натянутым. Она только называет себя моей подругой, но сказать мне о ребенке в ее животе она постеснялась. Нужно было воткнуть мне нож в сердце. И когда она звонила, она редко говорила о Дрю, что я нашла несколько странным. Но мне стала так ненавистна сама мысль о них с Дрю вместе. На мой взгляд, теперь у них образовалась настоящая маленькая семья. Я же в их мире была аутсайдером. Ведь я всего лишь мечтала о том, что они смогли сделать.

Но сейчас, здесь, находясь рядом с ним, я поняла одну простую вещь: Оливии и Дрю не суждено быть вместе. Мы могли бы проделать эту работу. Мы должны проделать эту работу. Всего-то два месяца прошло, как он вытащил свою голову из задницы и приехал ко мне. Он приехал за мной. Он не мог жить без меня так же, как и я не могла жить без него.

Все эти мысли, проносящиеся в моей голове, устроили настоящее перетягивание каната с моим сердцем. Глупо было думать, что между нами что—то выйдет. Что еще осталось мне? Он все равно причинил мне боль. Я не могла игнорировать этот факт, а так же и то, что он был необходим моему сердцу так же, как моим легким – воздух.

Ресницы трепетали, в висках стучало от недосыпа, а в голове раздавался колокольный звон от постоянного спора между ней и сердцем.

— Ты должна отдохнуть, — его поцелуй в скулу с невыразимой нежностью пустил в галоп мое сердце. — Мы оба должны.

«Нет!», — вопил мой разум.

Я должна знать, что происходит между нами. Где мое место рядом с ним. Секс всего лишь секс. Ничего не было исправлено. Все только еще больше запуталось.

— Ладно, — вздохнула я, распластавшись вдоль его тела, не желая терять и толики его тепла, бормотала, уплывая в объятия сна. — Оставайся.

— И куда бы я отправился?

— Прочь.

Дрю усмехнулся. Его теплое дыхание согрело мне ухо.

— Я никуда не уйду!

— Обещаешь?

Он отодвинул в сторону прядь волос и запечатлел нежный поцелуй на моей щеке.

— Я обещаю. Ну а теперь спи, красавица. Я люблю тебя. Я всегда буду.

Я счастливо выдохнула. Даже если это окажется лишь сном, это был прекрасный сон. Услышать эти слова от него значило больше, чем получать букеты цветов каждый понедельник или ожерелье. Облизнув губы, я ответила.

— Я тоже тебя люблю.

Я дрейфовала на волнах сна вместе с его обещанием не оставлять меня и надеждой, что все будет хорошо.