Похоже на этот раз я действительно влипла. Причем по большому счету и винить-то никого, кроме себя, не приходится. Можно конечно наехать на Маришу с ее: «Ах, он такой замечательный человек, просто идеальный начальник. Ты будешь счастлива на этой работе».

— У него такая отстойная секретарша. Старая мымра, а мнит о себе невесть что. И зарплату получает, как член совета директоров. При этом ничего не делает, кроме того, что на звонки отвечает и документы на подпись к шефу заносит. Мне по секрету в бухгалтерии рассказали. Ей уже два года как на пенсию пора, а она ни в какую. И имя у нее такое отстойное, представляешь, ее зовут Аденаида Истермановна!.. Я бы сама за этот приз поборолась, но ты знаешь, Блонда, у нас начальник отдела такой милашка, кажется я влюбилась. Не хочу оставлять его на растерзание этих акул, своих коллег по работе.

Мариша вторую неделю работала в плановом отделе крупной строительной корпорации.

— Да ты со своей харизмой, сможешь через неделю занять это место, — убеждала меня моя лучшая подруга.

Зная Маришку уже много лет, я ни на секунду не сомневалась, что под харизмой подруга подразумевала грудь третьего размера, платиновые волосы и яркие голубые глаза. От классической эталонной блондинки меня отличало лишь наличие ума, который я по возможности старалась не демонстрировать окружающим. Все-таки роль тупой блондинки обладает массой достоинств. К слову, моя лучшая подруга походила на меня как сестра близняшка, за исключением того, что ум ей заменяла прекрасная интуиция, сосредоточенная в районе пятой точки и невероятная удачливость. Нельзя сказать, что у меня не возникли определенные сомнения, касательно собственной способности занять за неделю место человека, который последние двадцать лет это место защищал от поползновений не одного десятка конкуренток.

Впрочем, деваться мне было некуда. В нашем городе ощущался глобальный переизбыток социологов, так что рассчитывать на работу по специальности молодому выпускнику универа не приходилось. Благо хоть жилье от бабули в наследство осталось. Приличная двухкомнатная квартира в старом доме, в центре. Только вот оплату за коммуналку никто не отменял, да и питаться нужно было хотя бы изредка, а еще одеваться, ну и так далее. Минимальный список, обеспечивающий приемлемый образ жизни молодой девушки, включал восемнадцать пунктов. Сама как-то на досуге составила. И это не считая летнего отдыха. А деньги, которые оставила мне бабуля перед смертью, заканчивались. Так что вопрос трудоустройства был более чем актуален. Конечно, можно было быстро найти обеспеченного мужа, на худой случай любовника, но этот вариант я оставляла на крайний случай. К своим двадцати трем, я уже потеряла иллюзии касательно большой и чистой любви, но все еще рассчитывала на вариант, предполагающий наличие взаимных чувств.

Все эти соображения плюс Маринкина настойчивость и привели меня на собеседование в кабинет Александра Илларионовича, исполнительного директора крупной строительной корпорации. Возможно в представлении Маринки идеальный начальник это как раз тот, кто первым делом норовить залезть под юбку каждой новой кандидатке в сотрудники. Да вот только у меня, со времен бурной юности, сохранились какие-то неправильные рефлексы. Нельзя сказать, что моя юность уже завершилась, надеюсь затянуть этот период еще лет на десять, но вот ее бурная фаза в последнее время сменилась некоторой внутренней уравновешенностью.

Пожалуй сейчас, для того чтобы выйти на площадь с обнаженной грудью одетой в один только звездно полосатый флаг, отстаивая права беззащитных лемуров, мне нужны доводы повесомее, чем спор на бутылку пива. При том, что пиво я не пью принципиально. Но вот прослыть самой безбашенной оторвой в Универе, это чего-то стоило. Правда этот титул мне приходилось делить со своей лучшей подругой Маришкой, которая всегда с радостью составляла мне компанию в любой дурацкой затее. В тот день, когда мы проводили акцию в защиту лемуров, на ней был одет трехцветный французский флаг. Нет, я вовсе не ханжа и вполне способна постоять за себя не прибегая к радикальным средствам. Но тут как черт попутал. Короче, как оказалось, вновь приобретенной внутренней уравновешенности было недостаточно, чтобы заблокировать эти самые юношеские рефлексы.

Ну спрашивается, кто мне мешал сделать губки уточкой и испуганно защебетать: «Ах пустите меня, я не такая, я жду трамвая», а потом выскочить из кабинета в растрепанном виде, со слезами на глазах и потекшей тушью. При наличии в приемной нужного числа свидетелей, а они там всегда массово толпятся, можно было бы рассчитывать на вполне приличную компенсацию. Конечно, у нас нравы попроще, чем у звездно-полосатых, но и до нас докатились определенные веяния. Думаю, что в условиях глобального увлечения борьбой с сексуальными домогательствами на рабочем месте, начальник, предвосхищая мнения членов правления, постарался бы максимально быстро завершить возникший инцидент ко всеобщему, то есть моему удовлетворению. А не то, не дай бог журналисты разнюхают. А если и не разнюхают, то кто мне помешает позвонить нашей с Маришей третьей подружке — красотке Джону. Джон тогда на акции в защиту лемуров был облачен в флаг радужной расцветки. И не без зависти должна признаться, что его обнаженная волосатая грудь, вызвала не меньший интерес, чем наши с Маришкой третьего размера. Джона, конечно, больше проблемы мальчиков беспокоят, но его канал на Ю Тубе с миллионом подписчиков в состоянии вынести любой скандал в топ желтой прессы. А там такое может начаться. О-Го-Го. И это без учета возможной реакции жены начальника, которая одновременно является дочерью владельца контрольного пакета акций корпорации — информация опять же от Маришки.

И вот такой шанс я банально профукала. И дело даже не в упущенной материальной выгоде. Все гораздо серьезней.

Что-то я постоянно возвращаюсь в мыслях к этим чертовым лемурам. Наверное, защитная реакция психики. До сегодняшнего дня это была моя самая экстремальная выходка, которая чуть было не закончилась отчислением из Универа и очень неприятным разговором с бабулей. Боюсь, что сегодня я значительно превзошла предыдущее достижение и отделаться разговором с бабулей уже не удастся, разве что лет через пятнадцать, после выхода из тюрьмы, смогу поплакать на ее могилке.

Угораздило же меня стукнуть по голове этого сексуально озабоченного кретина первой попавшейся под руку вещью. И нет чтобы схватить вон ту толстую черную книгу. Интересно, зачем она у него на столе лежит, он что Камасутру в рабочее время почитывает. Теоретическую базу подтягивает. Сорри. Это библия. Ханжа чертов.

Похоже, я немного нервничаю. Какой черт нервничаю? Да я же в полном неадеквате. Во всяком случае, именно так должен подумать любой, заглянувший в кабинет к шефу. А как по другому можно интерпретировать сцену с роскошной блондинкой, это я, забравшейся с ногами в кресло, стоящее в углу кабинета и пристально рассматривающей тело начальника, лежащее на ковре в луже крови рядом со столом. При этом блондинка держит в руке орудие преступления, представляющее собой увесистую металлическую статуэтку густо измазанную кровью и шевелит губами. Это у меня привычка такая, в критических ситуациях начинаю сама с собой тихонько разговаривать.

Итак, попытаюсь еще раз все тщательно обдумать и поискать варианты, как выбраться из этой ситуации с минимальными потерями.

Первое, что приходит в голову: возможно он еще жив. Тогда надо чем-то перевязать ему голову и срочно вызвать скорую помощь. Конечно и в этом случае неприятностей не избежать, но такой вариант все же получше, чем пятнашка за убийство. Впрочем вряд ли прокатит. Судя по луже у него под головой, из тела вытекло уже литров пять крови. А это больше, чем содержит весь человеческий организм, если ориентироваться на информацию из Википедии. Кроме того, он так резко сначала сучил ногами, а потом внезапно затих. Так что рассчитывать на этот вариант не приходится.

Что еще? Попытаться избавится от тела, замыть кровь, а потом покинуть кабинет, как будто ничего и не произошло. Ага, а тело выбросить в окно с семнадцатого этажа, как раз на центральную улицу города. Если повезет, можно будет попасть на крышу проезжающей патрульной полицейской машины. Они тут регулярно курсируют. А кровь собрать влажными салфетками. Кажется в сумочке валяется упаковка. Короче чушь.

Вариант два с половиной. То же, что и во втором варианте, только оставить все как есть, расстегнуть еще одну пуговичку на блузке, размазать губную помаду, выскочить в приемную и взволнованным голосом заявить, что Александр Илларионович просил ближайшие пол часа его не беспокоить. Конечно при этом на пол часа рассчитывать не приходится, но фору минут в пятнадцать это обеспечит. При определенной сноровке можно попытаться добежать до Канадской границы. Да вот только сноровки в подобных делах у меня нет. Час пик. Сплошные пробки. Даже домой за загранпаспортом и деньгами доберусь не раньше, чем через сорок минут. К тому времени меня уже будут встречать в подъезде. Чертовы информационно-коммуникационные технологии. Все таки раньше убийцам жилось гораздо легче.

И наконец последний вариант. Полная неадекватность, состояние аффекта. Может быть, если повезет, лет через пять и вернусь к нормальной жизни. Вариант так себе, но все остальное гораздо хуже. Короче, Блонда, соберись. Тебе есть за что сражаться. На кону твоя будущая жизнь.

Ну вот начинается. На столе замигала лампочка селекторного телефона. Срочный вызов. Погасла. Снова замигала. Голос мымры из приемной.

— Александр Илларионович, извините, но это очень срочно. Возьмите трубку. Звонит ваша жена.

Интересно, у жены что номера мобильного телефона собственного мужа нет. Зачем звонить через приемную. Хотя наверное определенная логика в этом присутствует. Вдруг шеф принимает вышестоящее начальство или на худой конец со-беседует с новой сотрудницей. А вот и мобила зазвонила. Один, два три … двенадцать звонков. Настырная какая. Пауза, снова голос секретарши через селектор.

— Александр Илларионович, ответьте, что случилось? Почему вы молчите. Я вхожу.

Похоже мымра прекрасно осведомлена о том, как проходят собеседования у шефа при приеме на работу новых сотрудниц. Не хочет ломать кайф начальнику. Кабинет отделяет от приемной небольшой тамбур. Отчетливо представляю, как секретарша входит в тамбур, тщательно закрывает за собой первую дверь, стучится во вторую. Приоткрывает ее и, наконец, бочком протискивается в кабинет.

До этого момента я видела секретаря шефа только мельком, сидящей за столом в окружении груды бумаг. На мое: «Z на собеседование к Александру Илларионовичу», последовал, не подымая глаз от очередного документа, кивок в сторону двери и реплика: «Заходите. Вас ждут». И это при том, что в приемной толпилось в ожидании своей очереди не менее полутора десятков человек. А вот сейчас я могу ее детально рассмотреть. Сухонькая, невысокая старушка лет шестидесяти с неброским макияжем. Одета в черную узкую юбку и белую блузку. Дресс код идеального секретаря времен президента Линкольна. Сейчас увидит на полу своего мертвого босса и начнет визжать.

Увидела. Не визжит. Какая-то патологически неправильная реакция на труп. Просто удивленно приподняла бровь. И это все? А где истерика?? Где лихорадочные метания по кабинету с последующим бегством и криками о помощи??? Может быть, просто впала в ступор. Хотя не похоже. Уж очень какой-то цепкий напряженный взгляд, с которым старушка внимательно оглядывает кабинет, стараясь не упустить ни одной детали. Наконец повернула голову в мою сторону. Теперь внимательно рассматривает меня.

«Так, Блонди, сосредоточься, — это я себе. — Работаем по третьему варианту. Не забывай, ты в состоянии аффекта, безумный взгляд, руки судорожно сжимающие орудие преступления, что там еще говорил по этому поводу профессор Малик, читавший нам курс криминальной психиатрии? Не могу вспомнить. А ведь получила отлично.» Хотя, как показала практика, для этого натуральным блондинкам, к которым без сомнения отношусь и я и Маринка, достаточно было надеть на экзамен юбку покороче. Я хоть конспект вела и учебник перед экзаменом полистала, а Маришка просто ограничилась короткой юбкой и томными вздохами, перемежающимися хлопаньем ресниц.

Снова отвлеклась. Интересно сколько можно меня разглядывать. Сказала бы что нибудь.

— Похоже наш зайчик отбегался, — спокойным голосом резюмировала секретарша. На лице у нее появилось ярко выраженное скептическое выражение. — Милочка, — обратилась она ко мне. — Если вы хотите изобразить состояние аффекта, то у вас это совершенно не получается.

Эта змея, что, мысли читать умеет???

— И нет, я не умею читать мысли. Хватает моей многолетней практики общения с людьми. Признаться меня повеселила ваша попытка занять мою должность. Я с нетерпением ожидала некоторого скандала, после вашего собеседования. В конце концов Александра Илларионовича нужно было поставить на место. Он начал манкировать моими советами! Но не до такой же степени. Результат превзошел мои самые смелые ожидания. И где, если не секрет, вы взяли эту дурацкую статуэтку? Я же специально положила на стол библию. Прямо вам под руку.

А вот теперь в ступор впала я. И с этой коброй в человеческом облике Маришка предложила мне сразиться. Да она таких как я за завтраком десятками ест в промежутке между глотком кофе и кусочком кекса.

— Ну и что прикажите мне с вами теперь делать? — продолжила старушка. — Конечно, проще всего закатить истерику, вызвать полицию и утирая глаза платочком принимать соболезнования от толпы лживых сочувствующих, пытающих выпытать малейшие детали этого инцидента. Останавливает меня от этого только два незначительных обстоятельства. Во-первых, я испытываю некоторое чувство вины от своей причастности к случившемуся. На самом деле все это от начала и почти до конца моя моя личная постановка. Начиная с вашей беседы с Мариной и заканчивая ударом по голове. Вот только концовка подкачала. Совершенно не понимаю откуда появилась эта статуэтка? А ну-ка дайте ее мне.

Старушка буквально силой вытащила статуэтку из моих судорожно сведенных пальцев и не обращая внимания на кровавые подтеки начала ее внимательно рассматривать поворачивая в разные стороны.

— Странно, где то я ее уже видела. Не могу вспомнить где. Ладно держите, — вернула мне назад статуэтку, которую я на автомате приняла. — Берегите ее. Чувствую она вам еще не раз пригодится.

«Это как, намек на то, что я еще кого нибудь пришибу?» — мелькнуло в голове.

— Да, так о чем это я, — продолжила секретарша. — Чувство вины. Да ладно, кого я пытаюсь обмануть, саму себя? Ни малейшего чувства вины. Если бы не ваша покойная бабка, на вас бы давно уже надели наручники. Ох, и стервой же она была. Когда вы говорите ее похоронили?

— Ну вот, а я о чем говорю, ее два года как похоронили, а до сих пор знающие люди боятся с ней связываться. И я не причисляю себя к героиням, готовым навредить любимой внучке вашей покойной бабушки. На самом деле все должно было закончится ко всеобщему удовлетворению для всех за исключением Александра Илларионовича. Вы бы получили свои деньги и подтвердили репутацию глупой но удачливой блондинки. Я бы спокойно продолжила работать еще лет пять вплоть до очередной попытки шефа выйти из под контроля. Да и Александру Илларионовичу это бы пошло на пользу. Я уже присмотрела для него должность председателя правления. Года через три мы бы и переехали в головной офис. Все бы получилось если бы не эта статуэтка.

— Ладно, Александра Илларионовича заменим начальником планового отдела. Шустрый парнишка. Думаю, он справится. А вас, милочка, придется отправить куда подальше. Смерть спишем на несчастный случай, подскользнулся, ударился головой о край стола. Про вас никто и не вспомнит. В приемной я всех разогнала, скажу, если понадобится, что вы ушли четверть часа тому. А через сутки о вас в этом мире все забудут. Да, и я заберу ключи от вашей квартиры. Может пригодится. Вы, милочка, не возражаете? В качестве компенсации за ваше спасение. Нет, не возражаете. Ну, так громко вслух и скажите. Я отдаю этот ключ от квартиры Аденаиде Истермановне добровольно и без принуждения.

— Я отдаю этот ключ от квартиры Аденаиде Истермановне добровольно и без принуждения, — на автомате повторила я, не особенно вникая в смысл произнесенного.

— Да вы не расстраивайтесь так, — продолжала нагружать меня старушка. — Там на месте вам за квартиру выдадут компенсацию. Эх, если бы не ваша бабка, сдала бы вас в полицию и ни горя, ни забот. А так, надеюсь, вас ничего не держит в этом мире. Потому что вы в него вряд ли когда-нибудь вернетесь.

Все сказанной Аденаидой Истермановной до чертиков напоминало мне сцену из какого то дешевого детектива. Кажется Донцова подобным грешит. Это когда в кульминационный момент главный злодей объясняет жертве всю подноготную происходящего, упиваясь собственным превосходством и беспомощностью жертвы, а потом обязательно появляется герой и всех спасает. На всякий случай огляделась вокруг. Жертва в моем лице наличествовала, злодей присутствовал, а вот тело начальника на роль героя спасителя ну никак не могло претендовать. Ладно, подождем немного, вдруг появится. Не дождалась. Окружающий мир начал темнеть перед моими глазами и я стала медленно погружатся в черное небытие.

Последние слова которые расслышала, это затухающее бормотание секретарши:

— Угораздило же меня именно с этой девицей связаться! А что оставалось делать, остальные кандидатки сами готовы были тут же на шею шефа броситься. Полная деградация нравов у нынешней молодежи. И откуда только взялась эта чертова статуэтка?? Неужели проделки Стеллы? По-любому я ее внучке ничего плохого не сделала. А уж что там с ней на месте случится, так этот не моя вина.

В голове на мгновение мелькнула мысль, интересно кто такая эта Стелла, бабушку звали Соломия. Потом все окончательно исчезло.

Очнулась я сидящей с ногами в массивном кожаном кресле, расположенном в углу небольшого уютного кабинета. Правда этот кабинет отличался от предыдущего как слон от черепахи. Понимаю, неудачное и бессмысленное сравнение, наверное, последствия перманентного шока, от предыдущих событий. Все таки для одного дня явный перебор. Сначала я убила потенциального начальника, потом пообщалась с его секретаршей и, должна сказать, что эта беседа произвела на меня большее впечатление, чем убийство и, наконец, переместилась невесть куда, причем ни на секунду не сомневаясь, что к родному миру это «невесть куда» имеет самое отдаленное отношение.

Небольшая комната, изысканно отделанная голубыми тиснеными шелковыми обоями и обставленная изящной резной деревянной мебелью с огромным арочным окном в торце комнаты, прикрытым тяжелыми портьерами голубого же бархата, вызывала ассоциации чего то музейного, эпохи этак Людовика четырнадцатого. С кабинетом этот будуар роднило лишь отсутствие кровати с балахоном и наличие огромного черного стола прямо перед окном, за которым восседал небольшой лысоватый мужчина среднего возраста в странной одежде, которую я идентифицировала как камзол. Мужчина увлеченно работал с бумагами, перелистывая стопу документов, время от времени возмущенно фыркал, хватал перьевую ручку из письменного прибора стоящего на столе, я такой в кино видела, и начинал что то лихорадочно исправлять. Несмотря на то, что мое кресло располагалось у стены напротив стола, мужчина, судя по всему, не подозревал о моем присутствии. Мне тоже не особенно хотелось привлекать его внимание, во всяком случае до того момента, когда я осмотрюсь и выработаю линию поведения. Впрочем, о какой линии поведения можно вести речь, когда я не могла даже предположительно ответить на любой вопрос из перечня — что, где, когда и почему. Поэтому я просто тихонько покашляла.

Реакция воспоследовала незамедлительно. Мужчина оторвался от изучения бумаг, поднял голову и, наконец-то, увидел меня. Теперь я знаю, что такое круглые от изумления глаза! После того, как у него из рук выпало перо и, упав на стол, забрызгало несколько листов чернилами, мой визави обрел дар речи.

— Вы кто? — запинаясь, поинтересовался он.

— Я Блонда, — сама не понимаю почему, назвала свое прозвище вместо имени.

Похоже мой ответ ситуацию не прояснил.

— А вы откуда? — продолжал допытываться собеседник.

— Я от Аденаиды Истермановны, — пояснила я не сомневаясь, что мой ответ претендует на звание самого идиотского ответа года.

Не тут то было. Изумленное выражение лица мужчины сменилось брезгливо раздраженным. Даже тембр голоса изменился. Да и осанка появилась. Буквально на глазах лысоватый растерянный мужчина превратился в крупного государственного чиновника с колючим тяжелым взглядом и властным голосом.

— Опять это сумасшедшая старуха что то отчебучила, а мне значит расхлебывать, — прорычал он. — Будь у меня возможность, давно бы отозвал ее и определил на работу в самую захудалую дыру! Да вот только никто там в вашем мире не хочет надолго задерживаться. Все норовят побыстрее перевестись в магические миры. А ей хоть бы что. Прижилась. Менталистка чертова. Да с ее пятым рангом здесь ей никто и простейшего допроса провести не поручил бы. А там как же! Звезда первой величины. И, похоже, все это не спроста. Неужели за ней кто то из здешних стоит? — мужчина на секунду задумался, потом снова обратил свое внимание на меня.

— Рассказывайте все, и рассказывайте максимально подробно. От этого зависит вся ваша дальнейшая жизнь.

— Простите, а вы кто будете? — робко поинтересовалась я у мужчины.

Недоуменный взгляд подчеркнул всю неуместность моего вопроса. Впрочем ответ я получила

— Я — лорд Лэстер Рин Корнелли. Глава Тайной канцелярии. К сожалению, в мое ведении попадают и вопросы, связанные с перемещенными лицами. А теперь рассказывайте.

Прозвучало ну очень убедительно. Я даже не рискнула поинтересоваться, что такое Тайная канцелярия, и если она тайная, то стоит ли мне знать имя ее шефа. А упоминание о перемещенных лицах вообще чуть не вызвали паническую атаку. Тем не менее, собралась и детально изложила все подробности событий, которые в конечном счете привели меня в этот кабинет

— Подведем итоги, — завершил мой монолог лорд Лэстер. — Наша сотрудница из техногенного мира номер 74/2 осуществила ряд действий, направленных на укрепление своего статуса, используя определенные навыки и возможности, предоставляемые магией. В процессе выполнения на последней стадии произошел критический сбой, результатом которого стал полный провал операции. Возникла необходимость в устранении последствий, с целью недопущения утечки информации. Я правильно все понял? — поинтересовался у меня глава канцелярии.

Я отчаянно закивала головой, соглашаясь с каждой буквой, произнесенной моим собеседником. В голове некстати мелькнула цитата: «Хорошо излагает, собака!»

— Так какого черта, — внезапно взбесился лорд Лэстер, — эта идиотка вместо того, чтобы сдать вас в полицию, на худой конец грохнуть на месте и уложить тело рядом с трупом начальника, отправила вас сюда? Прямо в мой кабинет! Мне что, больше делать нечего, кроме как возится с очередным перемещенным лицом из третьего мира? Вы можете мне это объяснить? — продолжал орать глава Тайной канцелярии.

— Может быть из-за моей бабушки? — робко пискнула я.

— Гм, — хмыкнул лорд Лэстер, мгновенно успокаиваясь. — Возможно, возможно, — протянул он задумчиво. — Так как, вы говорите, звали вашу бабушку? Серафима Родионовна? И умерла два года назад. А точно умерла? Вы сами на похоронах были?

Похоже мои ответы собеседника не очень интересовали, он глубоко задумался. Наконец вынес вердикт.

— Нет, не слышал. — Он встал из за стола, подошел ко мне почти вплотную и начал пристально рассматривать. По ходу дела обратил внимание на статуэтку.

— Это что, орудие убийства? Где-то я уже видел подобную вещицу, не могу вспомнить. Память стала ни к черту, да это и не удивительно с такими сотрудниками, — грустно пожаловался он мне.

С такими резкими перепадами настроения надо немедленно обратится к врачу, захотела посоветовать я своему собеседнику. К счастью, промолчала.

Глава Тайной канцелярии щелкнул пальцами. Входная дверь открылась и в кабинет просочилась типичная канцелярская крыса, невзрачная на вид личность, одетая в классический чиновничий мундир эпохи этак Николая Первого. «В тайной канцелярии служат канцелярские крысы», — некстати пришло мне в голову.

— Бэримэр, — распорядился лорд Лэстер, — устрой девушку по процедуре приема перемещенных лиц.

— Какую категорию прикажите использовать — пятую или шестую? — осведомился сотрудник почтительно склонив голову.

Глава тайной канцелярии на секунду задумался,

— А давай по третьей категории.

На лице канцелярской крысы на мгновение появилось удивленное выражение, которое тут же сменилось угодливой маской.

— Будет исполнено в лучшем виде, — пообещал он.

— Да, и вот еще что, там полагается какая то компенсация за недвижимость. Разберись. И это, Бэримэр, ты долго собираешься из себя шута горохового корчить? Надоело. Я же сказал, пока не приведешь все бумаги за прошлый год в порядок и не сдашь правильно оформленные отчеты, на полевое задание можешь не рассчитывать.

— В соответствии с вашими вышестоящими указаниями постоянно тренирую навыки по маскировке и перевоплощению, — гаркнул Бэример, вытянувшись во фрунт и преданно поедая начальство глазами.

— Так и тренируй их где нибудь в другом месте, а не у меня в кабинете! — снова взбеленился лорд Лэстер.

«Нет ему однозначно надо у врача проверится, — подумала я. — Такие перепады настроения сами по себе не бывают.»

— Все!!! Исчезните. — Лорд Лэстэр снова щелкнул пальцем и мы в мгновение оказались в совершенно другом месте.

Помещение в котором мы оказались на этот раз мало чем напоминало кабинет. Скорее чулан, заставленный старыми шкафами набитыми папками с бумагами. Правда, неизменный атрибут меблировки, стол заваленный документами присутствовал и здесь. Окна отсутствовали. Свет давала тусклая лампа с абажуром, стоящая на столе рядом с видавшей виды чернильницей непроливайкой из которой торчала перьевая ручка. Мой сопровождающий радикальным образом преобразился. Вместо канцелярской крысы передо мной стоял достаточно симпатичный, стройный молодой человек, весело мне улыбающийся. Куда только исчезли сутулость и угодливое выражение лица?

— Ну и как тебе, впечатляет? — Бэримэр широким взмахом руки привлек мое внимание к обстановке. — Не обращай внимание на антураж. В принципе, у нас и компы есть. Да вот я недавно здорово накосячил, во всяком случае шеф в этом глубоко убежден. Поэтому наказан и прохожу курс перевоспитания. А поскольку лорд Лэстер в глубине души убежденный консерватор, он считает эталоном для служащих образец чиновника этак пятисотлетней давности. Помешан на той эпохе. Обратила внимание на его кабинет? Хорошо хоть телесные наказания розгами не ввел.

— Так что я был лишен всяческих технических прибамбасов, засунут в эту дыру с заданием привести в порядок все отчеты моего подразделения за прошлый год с применением исключительно только чернильного пера и такой то матери. Ты представляешь, в эту комнатушку даже подавитель магии поставили! И это учитывая то, что он стоит больше, чем бюджет всего моего отряда за 10 лет.

— Шеф и вправду здорово взбесился. Ну да ладно это мои проблемы, прорвемся. Опять же следующее массовое внедрение, по слухам, предполагается в Срединное Королевство. А там до сих пор приблизительно в таких условиях живут. Считаем, что прохожу адаптационную подготовку.

— Так вы что шпион? — удивилась я.

— Окстись, леди. Какой шпион. Самый натуральный спецназначенец.

— А спецназначенец — это кто?

— Ну как тебе попроще объяснить, — задумался Бэримэр. — Это когда ножом по горлу и в колодец. Да не боись, — успокоил он меня, увидев как я судорожно сглатываю. — Шучу я. Кто же в колодец станет тела сбрасывать? Не приведи бог в Запретном Лесу узнают. Тут же обвинят в биологической диверсии, а это из разряда не конвенционных методов ведения войны. За этот знаешь как перепасть может? Тут годовыми отчетами не отделаешься.

— Ладно, считай, что я представился. Давай теперь решим твои вопросы. Садись, — Бэримэр придвинул к столу шатающийся стул, а сам занял место во главе стола. — Ты из какого мира?

— Лорд Лэстер, по моему, называл 74/2, но я не уверена.

— То есть как не уверена? Ты когда согласие на перемещение подписывала, документ внимательно перечитала? Типа, твои права и обязанности. Там же первым пунктом идет — Я такая то сякая, гражданка мира номер…. Ну что, вспомнила?

— А я ничего не подписывала и согласие ваше на перемещение в глаза не видела! Меня без всякого согласия сюда отправили.

— Это за что? — ошалело поинтересовался мой собеседник.

— За убийство, — покаялась я.

— Не, ну я понимаю, с одной стороны за убийство это вроде как наш человек, но с другой стороны за убийство обычно отправляют в тюрьму а не к нам. Давай сначала.

— Хорошо, — согласилась я. — Все началось с того, что моя лучшая подруга Маришка предложила мне занять место Аденаиды Истермановны. Блонда, сказала она мне….

— Стоп, подскочил со своего стула спецназначенец. Ни слова больше. Знать ничего не хочу. И больше никогда в приличном обществе, нет в любом обществе, — поправил себя Бэример, — не произноси это имя.

— Не произносить имя Блонда? — удивилась я.

— Нет, другое имя, то, чье место вам предложила занять подруга. Теперь понятно, чего это шеф так странно себя вел. Последние два месяца он при виде меня сначала орать начинает, а потом к делу переходит. Я уж понадеялся, попустило. Может и с отчетами передумает. А тут вот оно что оказывается.

— Короче леди. Проведу ка я с вами небольшой ликбез. Вы действительно из мира 74/2. Поскольку ваш мир техногенный, то даже при наличии у вас зачатков магических способностей рассчитывать на что либо приличнее, чем работа горничной или продавцом в лавке вам не приходится. У нас очень иерархическое и консервативное общество. На верху находится дворянство, как правило это выходцы из старинных магических родов. Все более менее значимые места занимают маги. Их статус определяется как должностью так и уровнем дара. Впрочем это взаимосвязано. Чем сильнее магические способности, тем на более высокую должность ты можешь претендовать. Я, например маг-стихийник 4 ранга, командир опергруппы. Мой потолок — начальник департамента. Эту должность могут занимать маги 3–4 рангов. Замы шефа — маги не ниже 3 ранга, либо, в виде исключения, 4 ранга при наличии дворянского титула от барона и выше. Вот если я удачно женюсь и получу титул, тогда теоретически могу стать замом начальника Тайной канцелярии.

— А сам лорд Лэстэр какого ранга? — поинтересовалась я.

— Забудьте, шеф вне категории, к тому же родственник Императора.

— Ух ты, так у вас тут и Император есть?

— У нас тут много чего есть. И мой вам совет, всуе не упоминайте Императора. Чревато. Продолжаю. В отдельную категорию попадают купцы и промышленники. Среди них маги редкость. И сразу уточню, это на тот случай, если у вас возникнут матримониальные планы. В их среде предпочитают заключать браки с одаренными. Ну и остаются крестьяне и работники, так сказать основа нашего общества. Да и еще, ты кто по образованию?

— Я социолог. Закончила университет.

— Это прекрасно, — обрадовался Бэример.

— Почему? — удивилась я. — Мне как то не показалось, что моя профессия будет востребована в вашем мире.

— И правильно показалось, — подтвердил спецназначенец. — Нафиг никому не нужна. Зато гарантировано с вашим образованием, что вы не станете заниматься прогрессорством. У нас этого очень не любят и наиболее активных прогрессоров сразу вешают. Поэтому то выходцев из техномиров у нас и не приветствуют. Наше общество относительно мирно существует уже несколько тысяч лет. Нет, конечно, были в истории магические войны, после которых континенты уходили под воду, а на небе появлялись новые луны. Но ведь выжили. А вашему миру с его ядерными боеголовками, компьютерными сетями и успехами в генных технологиях жить от силы лет 100 осталось. Апокалипсис на любой вкус. Вот так сразу не и угадаешь, то ли вы взорвете все нафиг, то ли вас искусственный интеллект поработит или может все люди в одночасье в монстров трансформируются.

— А вы откуда так много о нашем мире знаете? — потрясенно поинтересовалась я.

— Так я же в 74/2 пять лет стажировался. И куратором у меня одно время была эта ваша, слово подходящее не подберу. Ну, вы понимаете о ком это я. Думаю поэтому шеф вас мне и поручил. Короче общее представление о нашем мира я вам дал. С мелочами, типа: почему вы понимаете наш язык, какая тут денежная единица и во что одеваются местные барышни, разберетесь сами. Если что будет не ясно, валите все на магию и особенности менталитета. Теперь о главном. В обычной ситуации я должен был бы помочь оформить вам документ, типа вашего паспорта, открыть для вас счет в банке и зачислить туда небольшую сумму подъемных, дать направление на работу из числа то ли горничной, то ли продавцом в лавке, если повезет помощником повара. После этого вывести вас за порог нашего учреждения, сказать адью и побыстрее забыть. Это обязательный минимум, он же максимум процедуры приема перемещенных лиц по пятой категории. Шестая то же самое, только без направления на работу. И даю голову на отсечение, что в этом случае через какое то время мы бы снова с тобой встретились. Только встреча наша состоялась бы в салоне у мадам Зи-Зи. Там блондинки с голубыми глазами пользуются бешеным успехом!

— Не зарекайтесь, — отреагировала я. — Отсутствие головы вас вряд ли украсит.

— Впрочем мы отвлеклись, — продолжил Бэримор, игнорируя мою реплику. — Шеф приказал осуществить процедуре приема по третьей категории. Вот тут то и возникает загвоздка. Третья категория распространяется на лиц с дворянским титулом не ниже графа, либо на одаренных с высоким уровнем дара. Признайтесь, ваш папа был графом? В этом случае я тут же предлагаю вам руку и сердце и мы не заморачиваясь формальностями немедленно сливаемся в экстазе отношений.

— Что, прямо здесь на этом столе и сливаемся? — удивилась я. — Конечно, заманчиво. Но этому препятствуют как минимум два фактора. Во первых, у меня вызывает опасение надежность вашего стола, уж очень хилый он по виду. И, во вторых, мой папа не был графом, а так же не был маркизом, герцогом ну и так далее. Он даже бароном не был.

— Все, достаточно перечислять, — прервал меня спецназначенец. — Барон в любом случае не прокатывает в этой схеме. Номер не прошел. Остается разобраться с вашим магическим даром.

— Только вот в чем проблема. Магический дар определяется с помощью специальных артефактов, силами специально обученных людей. Таковых в этом помещении не наблюдаю. Ваш дар должны были измерить при подписании соглашения о переселении. Там даже графа такая имеется. Без этого никто никого никуда не перемещает. А с вами леди, что прикажите делать? — Бэример глубоко задумался, потом очнулся. — Придумал! Направлю как я вас на обучение в магическую академию. Тем паче, что все складывается удивительно удачно. Сегодня последний день приемных экзаменов во всех учебных заведениях Империи, а завтра уже начинается учеба. Сразу все проблемы решим. Во первых, при поступлении вам измеряют уровень дара. Во вторых, направление на обучение в магическую академию вполне соответствует третьей категории процедуры приема. Не будет болеть голова куда вас на должность определять. Надо только учебное заведение поприличнее подобрать. Ну и наконец, выучите вы там что нибудь в конце концов, может по жизни и пригодится. Не полная же вы дура. Хотя блондинка, с голубыми глазами, — задумчиво протянул спецназначенец. — Может и полная… В крайнем случае, подцепите кого то, замуж выскочите. В академии с этим попроще. В любом случае, по окончанию учебы вас куда то пристроят. Тут с распределением выпускников строго.

— Звучит неплохо, — согласилась я. — И, да, я не полная дура. Именно поэтому меня беспокоит вопрос, а есть ли у меня магический дар вообще? Вдруг меня не примут.

— Ну это не вопрос, — успокоил меня Боримэр. — Открою вам страшную тайну. Переселенцы из техномиров все без исключения обладают магическим даром. Считается, что это связано с низким уровнем манны в этих мирах, что приводит к компенсаторному развитию энергетических каналов. Кстати, это вторая из причин, по которой у нас не поощряется переселение из техномиров. Первая, как вы догадались, склонность к прогрессорству. А главное, что среди переселенцев встречаются ну очень потенциально сильные маги. С одной стороны вроде и хорошо. А на самом деле кому наверху конкуренция нужна? Тем паче, если у конкурента другой набор парадигм, попробуй с ним мирно договорится. То то же.

— Ваша, не будем упоминать имя этой нехорошей женщины, лет двадцать тому отправила сюда по экспериментальной квоте одного ученого физика. Так тот, мало того что сразу подтвердил второй ранг, тут же увлекся вопросом создания ядерной боеголовки с помощью магических технологий. Хорошо вовремя остановили. Скандал был грандиозный. Правда за стены Тайной канцелярии ничего не просочилось.

— И что с ним сделали? — поинтересовалась я.

— С ученым, что ли? Как что, повесили, конечно. Да шучу я, шучу, — заржал Бэримор, наблюдая мою реакцию. — Подчистили память и вернули назад в свой мир. Он там, кажется, потом Нобелевку получил.

— Послушайте Бэримор! Если вы так запросто перемещаетесь туда сюда, то нельзя ли меня вместо академии отправить назад на Землю? В крайнем случае подчистите мне память. И все проблемы будут решены сами собой.

— Это вряд ли, леди. Я бы, конечно, мог вам наплести, что Венера находится в созвездии Лебедя, а у Марса вообще похмельный синдром, но все гораздо проще и «страньше» одновременно. Во первых, переместить вас из магического мира в мир, где магия отсутствует очень дорого. И речь идет даже не о деньгах. Для этого нужно задействовать круг магов, включающий не менее шести специалистов от 3–4 рангов. А эти ребята за просто так и пальцем не пошевелят. Вот обратное перемещение из техномира в наш мир возможно силами самого захудалого шестиранговика. Необходимо только искреннее желание объекта исчезнуть из своего мира. Это все равно как прыжок с трамплина. Вниз в воду запросто, а вот попробуйте из бассейна назад на трамплин запрыгнуть.

— Но в вашем случае и это не самое главное, продолжил свое объяснение Бэримэр. — Существует абсолютное ограничение. Между перемещениями должна пройти не менее пяти лет. И самое смешное, что это ограничение распространяется только на твой мир. Мир 74/2. В остальные миры хоть каждые пять минут прыгай. Наши теоретики от магии на этом феномене себе лбы разбили и зубы обломали. А придумать что либо умнее чем, там какая то сволочь сидит и не пускает, так и не смогли. Ты думаешь, чего я у вас в мире пять лет стажировался? Поверь, не от хорошей жизни. Прими это как данность. Закончишь академию, тогда и сможешь при желании к себе вернутся. А сейчас давай перейдем в другую комнату, где не будет магического подавления и я смогу тебе оформить паспорт и банковскую карточку. Предметы эти магические. Одним пером и бумагой не делаются.

— А еще решите вопрос с компенсацией за недвижимость, — напомнила я.

— И где ты такая умная на мою голову взялась? — чертыхнулся Бэрримор. — Какая компенсация,? Процедура приема по третьей категории никакой компенсации не предполагает. Как я это по документам проведу?

— А лорд Лэстер приказал вам решить этот вопрос. Вы же не станете игнорировать его прямое указание?

— Послушай, леди. А давай мы заключим с тобой обоюдовыгодную сделку. Я подарю тебе один интересный артефакт, а ты подпишешь мне отказ от претензий по компенсации? Поверь мне, эта штука тебе в академии ой как пригодится.

— И что за артефакт? — заинтересовалась я.

— С предыдущей операции я зажал кулон, который позволяет менять свой внешний вид. Настраивается на нового пользователя только один раз. Я помогу. Зато потом, хоть всю жизнь в другом обличи ходи. Пока не снимешь, никто иллюзию не углядит. И запитывается от ауры пользователя.

— А что с мои внешним видом не так? — удивилась я. — Вроде все на месте. Зачем мне меняться?

— Да вот как раз все слишком на месте. Ты же у нас платиновая блондинка с голубыми глазами высокой грудью и длинными ногами. По внешним признакам вылитая эльфийка, разве что уши немного подкачали. Но их под волосами не очень и видно.

— Так у вас и эльфы есть???

— А как же! И эльфы, и гномы, и оборотни. Какой нечисти у нас только нет. Только вот эльфийки бывают двух видов. Те, которые из высоких кланов, ну типа Серебряной Луны, Падающего Листа. Живут в основном у себя в Запретном Лесу. Впрочем и в академии наверняка с кем нибудь пересечешься. И те, которые не из кланов. Так вот, вторые, как правило живут не в лесу, а в заведениях типа салона мадам Зи-Зи. И поскольку тебе будет трудно подтвердить свою причастность к высокому клану, могут возникнуть проблемы в личной жизни.

— Это как, домогаться будут?

— А то, — подтвердил Бэримэр. — Мы, конечно, по линии Тайной канцелярии постараемся помочь, все таки третья категория, но особенно на это не рассчитывай. Дураки всегда найдутся. Так что соглашайся.

— Договорились, — подтвердила я сделку.

— Тогда пошли. И, кстати, что это за штуку ты с собой таскаешь? — обратил своем внимание на статуэтку у меня в руках Бэримэр. — Где то я ее уже видел. Только не могу вспомнить где.

«И этот туда же. Вспомнить он не может,»- подумала я. Складывается впечатление, что все, с кем я столкнулась сегодня, так или иначе побывали в гостях у моей бабули. Именно там, на трюмо перед зеркалом на протяжении последних двадцати лет и стояла эта статуэтка. Во всяком случае до тех пор, пока я на автомате не схватила ее со стола моего несостоявшегося начальника. А ведь предупреждала меня бабуля, после того случая с лемурами, это когда меня из Универа пытались отчислить: «Ты, внученька, ничего не бойся. Если понадобится, я и из могилы твоих обидчиков достану!». Ох, и тяжелый разговор был. Тогда ректора с трудом, но удалось отмазать. А вот Александру Илларионовичу не повезло. Ну и удружила бабуля. То то еще будет.

Я валялась на кровати в своей комнате и перебирала в памяти события этого безумного дня.

Ну что Блонда, тебя можно поздравить. Ты снова студентка. А ведь не прошло и полу года с того момента, как ты окончила Универ и клятвенно пообещала, что не возьмешь в руки учебник ближайшие сто пятьдесят лет. Как там это звучит — мы предполагаем, а кто то нами располагает. Во всяком случае голова за коммунальные платежи болеть не будет. Да и жилье мне понравилась. Комната небольшая, но чистенькая, светлая, с минимальным набором мебели — шкаф, стол, пару стульев, кровать. Зато все отличного качества и прекрасной дизайнерской работы. Огромное окно в пол стены с великолепным видом на парк. И главное ванная комната.

Что значит иной менталитет. Ванная комната превосходила размером жилое помещение. Вполне современная по меркам моего техногенного мира сантехника, представленная раковиной и унитазом сиротливо пряталась в углу визуально подавленные медным монстром, разместившимся в центре.

Невообразимых размеров медная ванна на ножках буквально взрывала мозг. Это сооружение из металла, украшенное кованными финтифлюшками вмещало по моим прикидкам тонн пять воды.

— Да вы что издеваетесь выпалила я разглядев на потолке огромное зеркало. Этот точно общежитие в Академии Магии, а не салон мадам Зи-Зи. Короче ванная меня доконала.

Вот теперь валяюсь на кровати и решаю извечный вопрос, кто виноват и что делать. Самое смешное, что по моим прикидкам с того момента когда я подошла к столу Аденаиды Истермановны и до нынешней моей хандры в другом мире прошло не более семи часов. При этом большую часть времени заняло оформление документов у Бэримэра и настройка амулета, меняющего внешность.

Причем настройку амулета спецназначенец вообще превратил в шоу. Не удивлюсь, если его архаровцы в процессе еще и тотализатор устроили, типа кто угадает что из этого в конце концов получится.

Сначала мы попали в очередной кабинет, на этот раз без музейных изысков и экстремального чуланного антуража. Обычная комната с обычным столом, за которым сидел откинувшись на кресле и положив ноги на стол нормально одетый юноша в наушниках и слушал музыку. При виде нас юноша постарался принять пристойную позу, быстро спрятать наушники и сделать вид, что увлеченно изучает какой то документ.

— Сколько раз я предупреждал тебя Стив, рявкнул Бэримэр, застукает кто нибудь из замов в таком виде, мало не покажется. И не смей класть ноги на мой стол. Это моя прерогатива. Не забывай, ты здесь временно, пока я с отчетами не закончу. И почему ты до сих пор не сдал плеер в хранилище техногенных амулетов. Давай ка его сюда. Я сам отнесу.

Судя по грустному виду Стива, он понял, что его плеер только что приобрел нового владельца.

— Знакомься леди, это Стив. Он отвечает в отряде за информационную поддержку. Прекрасные мозги, почти такие как у меня, а вот дисциплина хромает.

Наверное берет пример с командира, решила польстить я спецназначенцу.

Судя по подозрительным взглядам, которыми меня окинули оба мужчины, комплимент прозвучал несколько двусмысленно.

— А наши сейчас где, — поинтересовался у Стива Бэримэр.

— Так сегодня же вторник, на полигоне отрабатывают огневую поддержку, — доложился Стив.

— Вызывай срочно первое отделение сюда, личное поручение лорда Лэстера. Жду через пять минут. Да и пусть зеркало побольше прихватят.

Стив что то начал наговаривать в браслет на правой руке. Наверное какой то переговорный амулет решила я или просто телефон.

— Будут через 15 минут, — доложился Стив. Сержант Петерс сказал, что раньше не получится. Надо еще зеркало достать.

— Хорошо. А ты сам пока сделай для этой леди документы, оформь банковскую карточку, переведи с резервного счета туда 1000 золотых и выпиши для нее направление от Тайной канцелярии на поступление в Магическую Академию.

— Будет сделано, командир, — отрапортовал Стив, открывая небольшой сейф, стоящий в углу.

Из сейфа были извлечены разнообразные бланки и артефакты, по видимому аналоги наших печатей.

— Бэримэр, — поинтересовалась я у спецпорученца. — А разве оформление паспортов в вашем мире не находится в ведении специального органа власти. Ну типа паспортного стола.

Лицо у моего собеседника перекосилось, как будто он только что разжевал лимон.

— Умеете же вы леди задавать неприятные вопросы. По хорошему вас надо конечно сопроводит в департамент учета, заполнить кучу формуляров и получить два десятка подписей начальников разного уровня. Вы представляете сколько это времени займет. Да вы не то что в академию поступить не успеете, вы состаритесь за это время. А так мы выпишем вам документы воспользовавшись бланками, которые закреплены за нашим отрядом на случай подготовки операций внедрения внутри империи.

— То есть вы хотите сказать, что у меня будет фальшивый паспорт.

— Ну почему сразу фальшивый, смутился спецназначенец. Некоторые агенты по таким документам годами живут и нечего. Бланки настоящие, печати тоже. И главное, если есть привязка к реестру, значит ни о какой подделке речи быть не может.

— А в чем же загвоздка, не унималась я.

— Ну понимаете, при большом желании отдельные лица могут получить доступ к реестру. И тогда станет ясно, что вы имеете непосредственное отношение к Тайной канцелярии. Это не всегда есть хорошо. Типа общественное мнение может неоднозначно отреагировать на подобный факт. Но в вашем случае, это наоборот может пойти вам на пользу. Тем более, что другого варианта все равно не будет.

Ну вот, в дополнении ко всем сегодняшним неприятностям, меня еще и в шпионы определили. А ведь день еще не закончился, бурчала я.

Нашу беседу прервал Стив.

— Леди, как вас зовут. Что в паспорт вписывать.

— Пишите Светлана Игоревна Орлова, 23 года, не замужняя.

— Эй, стоп, заорал Бэримэр. Какая к черту Светлана Игоревна, какие 23 года. Да в империи и имен таких нет. Вы что хотите, что бы всякий недоумок тыкал в вас пальцем, а люди знающие тут же догадались, что вы из техномира. Светлана не годится, Игоревна не годится. Орлова просто выпадает, достаточно двух имен. Возраст 18 лет. В конце концов вы в академию поступаете или где, вернее или как. Тьфу ты черт, или когда. Еще немного и я вообще стану путаться в деепричастных оборотах Достало все, распсиховался спецназначенец.

— Вас кажется Блондой подруга звала. Стив, пиши Блонда, вполне приличное имя, немного странное, но сойдет. Теперь леди Блонда выберете себе имя отца.

— Моего отца звали Игорь и я не хочу от него отказываться.

— Хорошо, негромко снова чертыхнулся Бэримэр. Будем считать, что у вас в империи появился крестный отец. На самом деле достаточно распространенная процедура для перемещенных. Кое кто из местных этим даже подрабатывает. Так сказать помогает адаптироваться перемещенным лицам в обмен на денежное вознаграждение. Так как говорите зовут вашего крестного. Выбирайте любое имя на свое усмотрение.

— Да я вообще здесь только трех человек и знаю — вас лорда Лэстера и Стива, возмутилась я. Из чего выбирать прикажите.

— Так, Стив не пойдет, для крестного отца, молод еще. Мне нельзя. Не дай бог женюсь на графине и она узнает о крестной дочери блондинке, беды не миновать. Остается лорд Лэстер. Стив пиши, Лэди Блонда Лэстер, восемнадцати лет.

— Ох и рисковый у нас командир, едва слышно восхитился Стив. Страшно представить, какой скандал поднимется, если лорд Лэстер про свою крестную узнает.

Пока мы решали проблему с моим именем в комнату попыталась ввалится банда уголовного вида типов, в количестве пяти человек, возглавляемая гориллоподобным великаном, лицо которого украшала роскошная рыжая борода и несколько шрамов, придававших великану совершенно устрашающий вид.

Великан коротко козырнул Бэримэру, командир, ваше приказание выполнено и скомандовал остальной четверке, заносите. Они и занесли. Зеркало размером два на три метра в вычурной резной деревянной раме с трудом прошло в дверь причем только по диагонали, а будучи прислоненным к стене не доставало до потолка буквально несколько сантиметров. Хорошо хоть здесь потолки высокие, подумала я иначе пришлось бы мебель двигать, чтобы поставить его длинной стороной вдоль стены.

— Самое большое, которое удалось найти, как вы и приказали, с гордостью отчитался рыжебородый.

Спецназначенец окинул Стива неодобрительным взглядом цыкнул зубом и поинтересовался. И где вы его отвинтили.

— Так мы в мэрию по дороге заскочили. Оно там в зале для приема иностранных делегаций висела. Как раз напротив портрета Императора.

— И что вам его так просто разрешили забрать.

— Ну сначала охрана мэрии было возмутилась, полезла разбираться. Ну мы их так аккуратно и уложили всех на пол, без особого членовредительства. Мы же понимаем расклад. А когда сам мэр выскочил, я ему вежливо объяснил, что это по личному поручению главы Тайной канцелярии, лорда Лэстера.

Бэримэр тяжело вздохнул потом махнул рукой, а ладно. К тому времени, как я отчеты закончу все и забудется, успокоил он сам себя. Надеюсь портрет Императора не пострадал. Ну и слава богу.

— Ну а теперь самое интересное. Стив, достань ка мне из моей шкатулки в сейфе ту самую фиговину, которую мы отжали у герцога Мелсона в качестве компенсации за бесцельно прожитые годы.

— Это в тот раз, когда нас подняли по тревоге и мы две недели безуспешно пытались обнаружить Лорда Вампира в замке Герцога, а потом оказалось, что все это розыгрыш его малолетних детей хулиганов. И про которую вы сказали, что вырвите язык любому в отряде, если кто нибудь проговорится о ее существовании, уточнил Стив.

— Не надо подробностей, просто давай ее сюда. Леди, надевайте, спецназначенец протянул мне изящный кулон, представляющий из себя серебряную подвеску с прекрасным граненым сапфиром глубокого темно синего цвета, размером и формой напоминающий абрикосную косточку. Длина цепочки позволяла рассмотреть камень даже при наличии минимального декольте.

— Для себя берег, на случай, если моя моя будущая жена графиня окажется уродиной. Технология обращения следующая. Вы надеваете кулон на себя, становитесь перед зеркалом закрываете глаза и представляете в уме свой новый облик. Открываете глаза смотритесь в зеркало. Снова закрываете глаза, устраняете недостатки. И так до тех пор, пока не получится устраивающий вас вариант. После этого вы протыкаете мизинчик булавкой. Стив, найди булавку для леди и продезинфицируй. Капаете кровью на камень и вуаля. В вашем распоряжении артефакт, который позволит вам в любое время принять выбранный облик.

— К сожалению, после привязки кровью уже ничего изменить не удастся. Артефакт работает только на вас. Если после привязки его например наденет на себя Стив, то максимум, на что он сможет рассчитывать, это на внимание со стороны любителей мальчиков.

Все пять человек из первого отделения во главе с сержантом, до этого прислушивающиеся к словам своего командира, боясь упустить хоть одно слова, одновременно переключили внимание на Стива. В глазах у них читалась растерянность и попытка понять, что же командир имел в виду. Э, командир, выразил всеобщее недоумение сержант Пэтерс.

— Почему это на Стива обратят внимание эти, как вы говорите, любители мальчиков. Стив же взрослый.

— Так проехали, забудьте, махнул рукой Бэримэр. Шутка не для нашего мира. Лэди Блонда все поняла, а вам и не к чему. И вообще, вас бы отсюда выставить, но в коридоре еще нарветесь на кого, назад пока отправлять нельзя, вам еще зеркало в мэрию возвращать. Так что забились в угол и не звука.

— Командир, снова подал голос сержант. Может не стоит зеркало в мэрию возвращать. Мы когда уходили, мэр по тревоге поднимал роту городских стражников. Нет мы конечно его назад повесим, но тогда лучше весь отряд к мэрии подтянуть. А то ведь ежели какое недоразумение возникнет, так мне все пятеро бойцов для вразумления супостатов понадобятся. А кто зеркало держать будет. Вещь хрупкая деликатная. Не приведи бог поцарапаем.

— И вправду командир, подал голос Стив. Пусть здесь стоит. Ко мне изредка девушки из приемной заглядывают, станут заглядывать чаще. И вам приятнее будет, когда с отчетами закончите и сюда вернетесь.

— Ладно позже решим, а сейчас за работу. Леди Блонда, ваш выход. Только поставьте на стол эту железку с которой вы все время носитесь. Никто ее здесь не тронет.

Я не сразу сообразила, что речь идет о статуэтке.

И меняйте образ потихоньку, небольшими шажками. Типа сначала ресницы, потом родинку на щеке, ну вы поняли.

Вау, оказывается у меня всегда была мечте. Просто я о ней не знала. Это намного круче моего детского увлечения игрой в кукольный домик c переодеванием Барби. Это даже гораздо прикольнее фотошопа. Какие ресницы, какие родинки. Небольшая игра воображения и прямо передо мной в зеркале отразилась вторая Ким Кардашьян.

Судя по восхищенным нечленораздельным репликам из угла комнаты у меня все получилось. Самое интересное, что помимо тела изменилась и одежда. На собеседование к Александру Илларионовичу я отправилась во всеоружии. Зеленое с искринкой облегающее платье, глубокое декольте, туфли лодочкой, все это должно было послужить залогом моей победы над Аденаидой Истермановной. Так вот, несмотря на резкое изменение габаритов, платье все так же идеально облегало мое тело.

— Э, леди, одернул меня Бэримэр, сбавьте обороты. В таком виде я вас не то что в академию не отправлю, в коридор не рискну выпустить. Давайте сначала и понемногу. Ресницы, родинки, цвет глаз.

Да он что издевается, какие ресницы, какие родинки, когда открываются такие возможности. Образы в зеркале мелькали один за другим. Глаза закрыть, глаза открыть. Оказывается мне очень идут розовые волосы, а вот голубые, как у Мальвины так себе. Всегда мечтала о зеленых глазах. Вот так и ресницы подлиннее. Теперь грудь повыше. Пожалуй перебор. Пятый размер не для меня, хотя если уравновесить нижней половиной. Нет снова Кардашьян получилась.

А можно сделать из себя юношу. А что симпатичный мальчик получился, и даже в паху что то под платьем выпирает. Красотка Джон наверняка был бы в восторге. Так еще легкую небритость добавить, чтобы полностью соответствовать образу.

— Немедленно прекратите, заорал на меня Бэример. Не смущайте моих подчиненных. Или я заберу у вас кулон. Пожалуй действительно перебор, с сожалением согласилась я возвращаясь к привычной Блонди. Леди, втолковывал мне спецназначенец. Вам же в академии учиться, а не на конкурсе Мисс Вселенная блистать. Ну выберете наконец что нибудь удобоваримое. Сколько можно перебирать. Мы же в приемную комиссию опоздаем. Сегодня последний день. Да поняла я поняла. И тут же представила себя в виде Милы Ковальчук из нашей группы в Универе. А что, худенькая брюнетка, чуть выше среднего роста с карими глазами очень неплохо смотрелась в облегающем зеленом платье. Нет все равно хочу зеленые глаза и ресницы подлиннее и грудь немного повыше.

— Стоп. Достаточно. Услышала я. Стив быстро булавку, пока эта сумасшедшая еще чего не придумала. И прежде, чем я успела возразить Бэример проколол мне палец а затем выдавил каплю крови на камень в кулоне. Сержант, забрал людей и отправляйтесь в казарму. Зеркало пусть пока побудет здесь. И не пол слова, о том что видели, иначе вам небо в клеточку покажется.

Стив, бумаги для леди готовы.

— Еще нет, командир. В какую академию выписывать направление на поступление и кто его подпишет.

— С подписью не будем заморачиваться, у тебя наверняка в загашнике припрятан бланк с подписью кого нибудь из замов Тайной канцелярии. Доставай. А касательно выбора Академии. Как назывался тот городок, в котором мы накрыли некроманта из ордена Отверженных. Помнишь там еще трактир приличный был, кажется Три толстяка. И подавальщица в нем….

— Это которая сразу разносила по двенадцать кружек пива.

— Вот именно. Удивительная женщина. Там как раз вроде бы и Академия Магии была. Определю леди на обучение, заодно смогу и в трактир заглянуть.

— А вы, командир, понимаете толк в образовании, восторженно протянул Стив. Это Ротсельбург. А рядом с городом расположена Королевская Академия Магии, входит в топ 10 учебных заведений.

— Ну вот и ладушки. Заканчивай с бумагами нам надо поторопиться. Да все уже готово. Леди еще капельку вашей крови вот сюда.

Снова укол булавкой и красочный лист глянцевой бумаги формата А4, чем то напоминающий почетную грамоту охватило голубое пламя. Через мгновение пламя погасло оставив после себя сияющее переливающееся пятнышко ровно в том месте, куда попала моя кров.

— Ну вот и прекрасно, порадовал меня Стив. Все получилось. Теперь ваши данные занесены в реестр и никто и никогда не сможет их изменить. Эта система досталась нам от Древних. Да потеряй вы этот документ, в любом отделении департамента учета вам его по капле крови за минуту восстановят. А то ведь бывает, что реестр не принимает некоторые имена. Надумай я вас назвать Блондой Тауэр Кинг, реестр бы не сработал, ну если вы конечно не побочная дочь Императора, а тут бы через пять минут дознаватели сидели и дело бы открыли о посягательстве на честь Императора. Фамилия то императорской семьи.

— Не поняла, удивилась я, а как же вы документы своим агентам меняете. Сами же сказали, что бланки у вас хранятся на случай операции внедрения. И агенты по ним живут уже много лет.

— Нет, вы все неправильно поняли, леди, объяснил мне Стив. Мы документы можем сделать только перемещенным лицам, которые еще в реестре не значатся. Ну и соответственно, если они на нас агентами поработать согласились. Клятву дали, Всякие подписки о неразглашении. Ну вас то это не касается. А иначе никак. Попал в реестр, это навсегда. Даже у Императора не получится поменять вам имя, а он все таки у нас в Империи самый крутой маг,

— Леди, торжественно объявил Стив протягивая мне документ, поздравляю. Отныне и навсегда вы Блонда Лэстер Рин Корнелли.

Раздался громкий удар падающего на пол предмета. Это Бэримэр уронил мою статуэтку, которую ранее взял со стола и вертел в руках внимательно рассматривая.

Сиплым голосом спецназначенец осведомился у Стива. Как это Лэстер Рин Корнелли. Судя по тону случилось что то непредвиденное. Ты что же натворил паршивец.

— Командир, вы же сами сказали, вписать крестным отцом для леди Блонды лорда Лэстера, растерянно возразил подчиненный.

— Я тебе недоумок приказал сделать документы на имя Блонды Лэстер. Да Лестеров в Империи как собак нерезаных. А ты назвал ее Блондой Лэстер Рин Корнелли. Рин Корнелли, черт побери. О чем ты думал. Это же имя из первого списка. Они же все дворяне. Герцоги и выше. Среди Корнелли даже ненаследный принц есть. Немедленно уничтож эту бумажку и оформь новый паспорт.

— О мой бог, схватился за голову Бэример, сообразив что из этого ничего не получится. Все уже зафиксировано в реестре. И как такое могло случится. Не должен был реестр заносить невесть кого в первый список. Леди, обратился он ко мне. А вы точно не королевских кровей. Да нет, не похоже, с вашей то удачей.

— А что с моей удачей, возмутилась я.

— А то что вы теперь юридически дочь начальника Тайной канцелярии. И если я со Стивом, когда все обнаружится, просто на каторгу пойдем, то вашей судьбе я не завидую. А ведь я даже обрадовался, когда меня лорд Лэстер к себе вызвал и поручил позаботится о вас. Думал отвлекусь от писанины немного. И где были мои мозги. Ладно, все равно уже ничего не изменишь. Может быть никто ничего и не узнает. Пошли отсюда.

Я подхватила с пола свою статуэтку, выхватила из рук Стива паспорт, направление и кредитку и мы пошли.

Оказалось, что Бэримор не умеет щелкать пальцами таким образом, чтобы переместится в нужное место. Я это заподозрила еще тогда, когда мы добирались из чулана в комнату Стива, преодолев десяток коридоров и несколько лестничных пролетов.

— Да вы что леди, разъяснил мне ситуацию Бэримэр. Портальной магией из ныне живущих магов обладает только лорд Лэсли, да и тот дальше чем на пару километров ничего тяжелого забросить не может. А он все таки вне ранговый маг. Это раньше Архимаги запросто с одного континента на другой прыгали. Измельчал народ. Так что мы с вами портальной аркой отправимся.

А разве портальная Арка, это не та же самая портальная магия. В чем проблема. Наверняка нужные заклинания не секрет.

— Ух ты, ну ты даешь леди, присвистнул от восхищения Барримэр. Пару часов как в наш мир попала и уже вопросы задаешь по существу. Хотя здесь все просто. Арка это амулет и заклинание там встроенное, а оно очень непростое. Кроме того самперенос запитывается манной из накопителя. А магу мало того что надо держать в уме ну очень сложное заклинание, плюс координаты переноса рассчитать, так еще не у всякого мага резерва достаточно окажется, чтобы заклинание активировать.

Портальная Арка располагалась в башне примыкающей к зданию Тайной канцелярии. Мы долго подымались по узкой спиральной лесенке с каменными ступеньками. На фоне вполне современного здания Тайной канцелярии Башня выгладила неуместным анахронизмом.

— Вообще портальные Арки очень дорогое сооружение, просветил меня по ходу подъема Бэримэр. Не всякий город может похвастаться ими. А наша так вообще осталась от какого то древнего Архимага. Да и само здание канцелярии построили лет сто тому назад именно в этом месте, что бы быть поближе к Арке и не делать новую. В городе на площади перед мэрией есть еще одна. А эту используем только мы по работе.

Наконец мы добрались Арка представляла из себя большой шестиугольный зал, с пентаграммой, выложенной изразцовой мозаикой в мраморном полу. В центре пентаграмм торчал невысокий обсидиановый столбик густо украшенный витиеватыми знаками выгравированные в камне. Путь нам преградили два охранника в полных латных доспехах с мечами наголо. За их спиной маячил странный тип, облаченный в несуразную хламиду расшитую звездами. Тип сидел в кресле за столом, расположенном рядом с пентаграммой. При этом ноги в туфлях украшенных бисером и загнутыми носками он положил на стол.

Где то я уже это видела, подумалось мне. Только у Стива это смотрелось естественнее. Если одежда мага порталиста вполне соответствовала окружающей обстановке, то стол, кресло и главное поза мага вызывали ощущение когнитивного диссонанса.

— А Бэримэр, узнал моего спутника маг. Да еще с симпатичной леди. Пропустите, скомандовал он охране. Какими судьбами. Тебе же вроде запретили участвовать в операциях.

— Привет Мартимор, ответил спецназначенец. Я что то пропустил пока писал отчеты в своем чулане. Что это за цирк с переодеванием. И где ты раздобыл этот раритет, поинтересовался Бэример, с любопытством разглядывая хламиду мага. Потом обратил внимание на охранников. Ух ты, я думал, что такие доспехи только в оружейке у Императора сохранились, ну еще наверное в столичном музее.

— Ты не представляешь, пожаловался Мэртимор. Похоже у нашего шефа окончательно крыша поехала на почве увлечения эпохой Средневековья. Приказал к приезду проверяющих из центрального аппарата всем за свой счет привести одежду в соответствие с той эпохой. Я вот у племянницы на время эту одежку отжал. Она в школе к Осеннему маскараду готовилась. Ребятам вот повезло. Кивок в сторону охранников. Отец Тэрри трактир содержит — Странствующий рыцарь. Так у него в зале эти доспехи для антуража стояли. Осталась решить проблему, чем стол и кресло заменить к приезду комиссии. У тебя ничего подходящего по декору нет.

— Только зеркало, но оно шире лестницы, и просто не пройдет. Кроме того у меня на него свои виды. Так что ни чем не могу помочь. Надеюсь мой отряд эта шизь не заденет.

— Блажен кто верует, обнадежил его маг. Ладно тебе куда.

— В Ротсельбург, ответил Бэримэр. По приказу лорда Лэстера сопровождаю эту леди в магическую академию.

— Нет проблем. Маг раскрыл толстый гроссбух в черном кожаном переплете, лежавший на столе. Извлек из кармана классическую авторучку с золотым пером. Запишем. Командир отряда спецназначенцев. Сэр Бэримэр.

Ух ты, так мой спутник Сэр. Интересно это дворянское звание или нет, надо будет попозже поинтересоваться, решила я.

По поручению лорда Лэстера продолжал маг выписывая вензеля в книге, от усердия высунув язык. Сопровождает в Ростельбург леди. Как ваше имя леди поинтересовался у меня маг подняв голову. Потом увидел в моей руке паспорт и как то совершенно естественно вытащил его у меня из рук. Давайте я из документа перепишу.

Сэр Бэримэр рванулся вперед пытаясь выхватить документ и предотвратить катастрофу, но было уже поздно. Мартиморр успел прочитать имя написанное в паспорте.

Ручка выпала из рук мага. Да что же это у них все из рук валится. Хорошо хоть чернилами страницу не запачкало. Лицо мага отчетливо побледнело. Он вскочил со стула и запинаясь начал нести полную околесицу.

— Леди, вы не подумайте. Я глубоко уважаю лорда Лэсли и готов понести заслуженное наказание. Если вам показалось, что мои слова каким то образом задевают честь фамилии, которую вы несомненно заслуженно носите. Я немедленно отправлюсь к вашему…

Судя по выражению лица Бэримера, на котором отчетливо читалось — все пропало, и нездоровому любопытству, которое явно стали проявлять охранники, внимательно прислушивающиеся к каждому слову, необходимо было срочно что нибудь предпринимать и не дать магу сболтнуть лишнее.

— Мартимор, рявкнула я, и не знала, что я так могу, что значит жизнь заставит на голову встанешь, немедленно прекратите истерику. Вы препятствуете проведению важной операции. Отправьте охрану вниз, пусть проверят подходы к башне, а мы с вами все обсудим.

— Вы слышали, что сказала леди, выполняйте, скомандовал маг охранникам.

— Но господин капитан, несмело возразил один из них. Мы не имеем права покидать свой пост без приказа.

— Так и выполняйте приказ, черт побери. Похоже Мартиморр начал приходить в себя. Приказываю проверить подходы в портальный зал, спуститься по лестнице и никого сюда ближайшие пол часа не пускать. Выполняйте. Охранников как ветром сдуло.

Теперь, Блонди надо все разрулить, мысленно скомандовала я себе. Думай, как заставить мага молчать.

— Я готово забыть все то, что вы сказали о лорде Лэстере в этом зале, уже спокойным голосом продолжала я. Понимаю, что вы на самом деле не хотели никого оскорбить, когда сказали — Похоже у нашего шефа окончательно крыша поехала на почве увлечения эпохой Средневековья. Но и вы поймите меня, если достоянием общественности станет известна информация обо мне, а это тайна, то лорд Лэстер непременно поинтересуется, как это произошло и тогда я вынуждена буду дословно изложить ему вашу беседу с сэром Бэримэром. Думаю в первую очередь именно вы не заинтересованы в этом. Давайте просто сделаем вид, что меня здесь не было.

Судя по выражению облегчения на лице Мартимора, его это вполне устроило. И спецназначениец как то оживился. Давай отправляй уже, да и сделай так, чтобы твои вояки держали рот на замке. В крайнем случае немного почисть им память. У тебя же вторая специализация менталист. И не делай непонимающий вид дружище. Я читал твое досье. Да и внеси в книгу запись о том что я сопровождал леди Бэтис. Есть у нас такой агент. Маг кивал головой, соглашаясь с каждым словом Бэримэра, потом настроил портальную арку. Вспышка. И снова, который раз за сегодняшний день, погружение в черное небытие.

— Ну вот, леди, знакомьтесь, это ваша альма-матер на ближайшие пять лет. Королевская Академия Магии.

Я с любопытством огляделась вокруг, внезапно сообразив, что уже изрядное время нахожусь в другом мире, а до сих пор кроме трех кабинетов, одной башни и десятка сотрудников Тайной канцелярии ничего не видела.

Блонда, это же другой мир, тут куда не посмотри все должно выглядеть по- другому. Я посмотрела вверх. Солнце обычное, яркое, слепит глаза. Облака тоже обычные или все же чуть розоватые. Да нет, показалось. Высоко в небе птички летают. Стоп. Это вовсе не птички. Это какие-то мамонты с крыльями. Просто высоко очень, тяжело сразу разглядеть.

Дернула Бэримэра за рукав, привлекая внимание к странной живности.

— Не обращайте внимание, леди, — успокоил меня спецназначенец. Обычные демоны второго ранга. Условно безопасны. Вы еще на на них насмотритесь. А сейчас мне надо сообразить, куда нам идти.

Мы оказались на небольшой площади на территории академического городка, заполненной толпой взволнованных граждан. Площадь располагалась внутри огороженного кованной решеткой пространства и с одной стороны прилегала к широкой мраморной лестнице, ведущей к массивным деревянным дверям венчающим вход в здания со шпилем. С другой стороны площадь ограничивалась той самой кованной решеткой с широко распахнутыми металлическими же воротами. По бокам примыкала парковая зона, изрезанная дорожками. Вековые деревья прятали за собой невысокие двух- и трехэтажные учебные корпуса в Викторианском стиле. Короче, все миленько и изыскано.

Прямо от ворот начиналась дорога, мощенная гранитной брусчаткой. Она убегала вдаль к прятавшемуся в облаках городу. Обочина дороги возле ворот была сплошь заставлена необычного вида, но тем не менее легко узнаваемыми средствами передвижения.

Вот так, Блонда выглядит автомобиль на магической тяге, пояснила я сама себе. Причем заметь, мир другой, двигатель волшебный, а проблема парковки все та же. Судя по всему, подавляющее число присутствующих добралось в Академию традиционным способом, без использования портальной арки.

— А разве мы не должны были приземлится в другую пентаграмму портальной арки, удивилась я.

— Нет, только стартовать нужно из пентаграммы, а окажешься в любом месте где пожелаешь. Ну, конечно. если порталист ничего не напутает, и если координаты места прописаны до 4 знака, и если энергия позволит, и еще штук 20 «если». Но вас, леди, это меньше всего должно волновать. Вас, и меня вместе с вами, должно волновать только одно, не закончила ли работу приемная комиссия.

Народ на площади постоянно находился в непрерывном движении. Все о чем-то громко переговаривались, явно чего-то ожидая. При этом наше появление никого не удивило. Похоже, особенности работы Портальной арки не были тайной для окружающих. Рядом с нами из неоткуда возник юноша, который с любопытством начал озираться вокруг. Наверное, тоже перенесся Портальной аркой, — подумала я.

Интересно, а при перемещении кому-нибудь на голову можно свалиться, или того хуже — вселиться в чужое тело. Мое богатое воображение представило эту картину и мне стало дурно. Да, нет — чушь собачья. Наверняка существует какое-то ограничение. Типа заклятия запрещающее двум объектам находится в одной точке пространства. Или вообще не заклятие, а физический закон этого мира.

Понятно почему у них давно серьезных войн не было. Да, с помощью одной такой портальной арки можно бомбы переправлять сразу в стан врага. Попробуй повоюй в таких условиях. Это что-то типа ядерного паритета. Никто не хочет начинать первым, тут же ответка прилетит. Хотя возможно маги могут блокировать территорию от перемещения. Ладно, потом узнаю, а то Бэримэр нервничать стал и совершенно неприлично тащит меня куда то за рукав.

— Через полчаса объявят результаты приема и после этого набор будет закрыт вплоть до следующего года. Незыблемый для всей Империи закон. Давайте поторопимся, — шипел он мне в ухо.

Мы проталкивались сквозь толпу, которая становилась все плотнее по мере приближения к мраморной лестнице, ведущей ко входу в здание Академии. Вслед нам неслись возмущенные вопли тех, кому спецназначенец по ходу движения наступал на ноги либо резко отталкивал в сторону. Невежа и деревенщина, это самые мягкие эпитеты, которые летели нам в спину. Остальные определения относились к разряду нецензурной лексики. Мне даже показалось, что одна из жертв нашего целеустремленного движения, аристократического вида мужчина со шпагой на поясе, попытался вызвать Бэримера на дуэль. Впрочем, он быстро затерялся в толпе, а мы наконец ворвались в дверь Академии.

Перед нами открылся огромный разукрашенный зал, Однако, чем и как был украшен зал, я толком рассмотреть не успела.

Мой спутник, громко чертыхнулся, привлекая мое внимание к группе из пяти человек, важно шествующих нам навстречу. Облаченные в черные мантии, напоминающие хламиду, которую напялил на себя Мартимор, только без звезд, трое мужчин и две женщины представляли собой внушительное зрелище. Казалось что группу окружала аура властности.

Хотелось почтительно склонить голову и восторженно надеяться на благосклонный кивок со стороны любого из этих, несомненно выдающихся людей. Я буквально застыла на месте.

— Приемная комиссия во главе с ректором. Идут оглашать результаты. Неужели не успели, — пробился в моем сознании голос Бэримэра. — Да еще и ментальное оглушение включили. Ладно, попытаемся что-нибудь сделать, — заявил он, преграждая дорогу членам комиссии.

При этих словах с меня будто наваждение слетело. Я увидела перед собой вполне обычных людей во главе с лысым толстячком, рассматривающим нас блестящими хитрыми глазами.

Наверняка ректор, подумалось мне. И похоже я не права, не все в этой компании люди, вот у этой высокой блондинки с голубыми глазами уж очень странные уши. А ведь она вполне вписывается к нам с Маришей третьей сестрой близняшкой. Неужели клановая эльфа, вспомнила я описание, которое давал Бэримэр. А тот, который справа от ректора, совсем небольшого росточка, на голову ниже невысокого ректора. Зато грудь как двухсот ведерная бочка. Сто процентов гном.

— Прошу прощения, молодой человек, ректор с любопытством уставился на Баримэра. Лорд Арден, если не ошибаюсь. О, простите, запамятовал. Теперь вы не лорд Арден, вы сэр Бэримэр. При этих словах спецназначенца буквально перекосило. Похоже мой спутник полон тайн. Всегда готов с вами побеседовать, — продолжил толстячок, ехидно ухмыляясь. — Но, увы, мы торопимся. Через десять минут должны быть оглашены результаты зачисления.

— Прошу прощения, лорд Итон, — прервал его Бэримэр.

Похоже тут каждый второй лорд, граф или по крайней мере тайный принц.

— Я надолго вас не задержу. Просто включите в списки поступивших в вашу Академию эту леди.

Он взял из моих рук направление и протянул ректору. Тот мельком взглянул на бумагу и демонстративно зевнул.

— Я чрезвычайно уважаю вашу организацию, сэр Баримэр. Так и передайте это моему большому другу лорду Лэстеру. Я даже допускаю, что Тайная канцелярия необычайно заинтересована в поступлении этой леди к нам в Академию. Но дело в том, что процедура зачисления, предполагает как минимум измерение уровня дара. А сделать это в оставшееся время физически невозможно. Результаты будут оглашены уже через семь минут. Простите, но я ничем не могу помочь. С нетерпением жду вас в следующем году.

Не знаю в чем тут дело, но уверена, что ректору доставило огромное удовольствие наблюдать перекошенную физиономию моего спутника.

— А теперь прошу нас больше не задерживать, иначе я вынужден буду предпринять необходимые меры. Из под маски добродушно скалящегося толстячка внезапно прорезалось лицо властного чиновника, которое не оставляло сомнений, что этот сможет своего добиться в любую секунду.

— Еще буквально мгновение, попросил Бэример, протягивая ректору мой паспорт. Взгляните хотя бы на ее документы.

— И что это изменит, удивился ректор недоуменно приподняв брови. Мельком взглянул на протянутую ему бумагу, потом заинтересовался и наконец снова расплылся в широкой улыбке души компании. — Так это все меняет. Так бы сразу и сказали. Теперь нам будет о чем поговорить с моим другом в перерыве партии в бридж. Кажется очередная встреча намечается на следующую пятницу.

— Леди, обратился ректор непосредственно ко мне, сейчас вы громко повторите за мной формулу: «Я, Блонда Лэстер, поступаю в Королевскую Академию Магии добровольно и без принуждения».

Интересно, подумала я, повторяя ритуальную формулу, почему в Империи Академия Магии называется Королевской.

— Сира Уллиса, бросил ректор через плечо, обращаясь к блондинке. Точно эльфийка, убедилась я. Внесите леди Блонду Лэстер в списки поступивших в нашу Академию в этом году.

После этого целеустремленно поспешил у выходу. Внезапно снова остановился, обратив внимание на статуэтку у меня в руке.

— Где-то я уже видел эту штуку. Не могу вспомнить где, — тихо пробормотал толстячок и снова двинулся вперед.

Мы незаметно пристроились позади приемной комиссии, а выйдя из здания затерялись в толпе.

— Спалился я знатно. Значит жить нам с вами леди осталось до следующей пятницы. Как только лорд Итон поинтересуется у лорда Лэстера его тайной дочерью, в перерыве партии в бридж, а сэр Лэстер об этой самой дочери ни ухом ни рылом, вот тогда нам всем и наступят кранты. Зато целую неделю в цитадели знаний проведете, принялся утешать меня Бэримэр. А если повезет, то лорд Лэстер может и не станет вас сразу убивать. Ограничится мною. Ну вы поймите, вам совершенно необходимо было сюда поступить. Альтернативой был только вариант с салоном мадам Зи-Зи. С таким паспортом как у вас, я теперь не смогу вас даже горничной пристроить.

Процедура зачисления прошла феерически. Маги во главе с ректором взошли на специально подготовленный к этому случаю помост, драпированный коврами. Аура властности снова окружила членов комиссии, наделив их ореолом привлекательности и обожествления в глазах окружающих. Откуда-то сбоку появился оркестр. Затрубили фанфары. Ректор произнес короткую речь, закончившуюся словами: Во благо Империи. Потом полыхнула голубая вспышка, накрывшая всю площадь и я оказалась облачена в черную мантию, сродни той, в которою были одеты члены приемной комиссии. Раздались восторженные крики. Небо украсило разноцветное зарево.

В комплект к мантии вместо изящных лодочек, которые я долго подбирала еще в том мире, под цвет моего зеленого платья, на ногах у меня оказались высокие кожаные ботинки на шнуровках. Завершила гардероб дурацкая шляпка на голове. А на руке невесть откуда появился широкий браслет голубого металла. Судя по всему аналогичную метаморфозу претерпели все вновь поступившие. Таковых по моим оценкам насчитывалось от силы сотни полторы. Это при том, что на площади собралась толпа за тысячу человек.

Фигуры, облаченные в черные мантии сияли восторженными улыбками, разглядывая свои браслеты и принимая многочисленные поздравления.

Не знаю почему, но у меня сложилось превратное представление, о том, что поступление сводилось к пустой формальности и все кто вовремя предоставил документы должны были быть зачислены. Во всяком случае все кандидаты в студенты, собравшиеся на площади заранее знали о своем поступлении. Наверное, меня сбила с толку собственная процедура поступления. Похоже я глубоко ошибалась. На каждого вновь поступившего приходилось не менее трех огорченных лиц из числа молодых людей, которым не достались академические одеяния.

В отличии от других обладателей черных мантий, меня новая одежда совершенно не вдохновляла. Хотела бы я знать, куда исчезло мое зеленое облегающее платье и туфли на шпильках, за которые я выложила сумму равную моей годовой стипендии в Универе. Замена зеленого в обтяжку на черное и мешковатое не показалась мне равноценной.

К счастью Бэример быстро меня успокоил. Оказывается браслет у меня на руке является многофункциональным универсальным артефактом. В частности с его помощью я могу быстро найти свою личную комнату в общежитии академии, куда благополучно доставлены все мои вещи, включая платье, туфли, паспорт, банковскую карточку и даже статуэтку, от которой мне впервые за целый день удалось избавится.

Интересно, мелькнула в голове мысль, а нижнее белье на мне то же самое, что я надела утром под платье, прозрачное и кружевное или его только что поменяли.

Толпа на площади стала стремительно рассасываться. Счастливчики в черном небольшими группами двинулись по парковым дорожкам в сторону кампуса, доступ в который был разрешен только студентам. Остальные потянулись в город.

Бэримэр вызвался проводить меня к общежитию. Его статус сотрудника Тайной канцелярии позволял это сделать. По дороге он помогал мне разобраться с браслетом. Удивительная вещь этот браслет. Этакий гибрид смартфона с личным помощником. Использование магии позволило обращаться к браслету мысленно, а ответы получать в виде информационного окна, всплывающего перед глазами. При желании, если текст перед глазами раздражает пользователя, можно перестроить систему на чисто звуковую коммуникацию.

Спецназначенец с гордостью заявил, что устройство подключено к базе данных университета и может ответить мне практически на любой вопрос.

— Так уж и на любой, фыркнула я.

— Леди, с пафосом, заявил спецназначенец, к которому постепенно возвращался оптимизм. Вам надо хорошо напрячься, чтобы придумать вопрос, на который нет ответа в информационной системе. Конечно речь не идет о специальных знаниях. Тут стоит ограничитель, чтобы излишне ушлые студенты не использовали браслет в виде шпаргалки.

— Три раза Ха, — отреагировала я. — Да любой выпускник соц. фака Универа может за минуту придумать десяток вопросов на совершенно бытовые темы, на которые не смогут ответить, цитируя классика, и сотни мудрецов.

— А давайте поспорим, предложила я Бэримэру, если система не сможет ответить на мой самый обычный вопрос, вы расскажите, почему ректор назвал вас лордом Арден.

— Зачем это вам, помрачнел мой собеседник.

— Ну а просто любопытно, чем не причина.

— Запомните раз и навсегда. Вам это совершенно неинтересно, чеканя каждое слово произнес спеуцназначенец, таким тоном, который запросто позволил бы убедить самого фанатичного сторонника вегетарианства, что любимое блюдо у того бифштекс с кровью.

— Ну если вы столь категоричны, не буду настаивать, сдалась я, про себя решив непременно разузнать, что за история за всем этим скрывается. Тем паче, что есть человек, который при правильном подходе со мной обязательно поделится нужной информацией. Осталось только найти правильный подход к ректору.

— А вообще я готова прямо сейчас доказать вам, что не на все даже простые вопросы есть адекватный ответ. Хотите?

— Ну попытайтесь, — буркнул сэр Бэримэр. Только дайте браслету команду о голосовой поддержке, чтобы я мог стать свидетелем вашего фиаско.

Перестроив браслет на голосовое сопровождение я ехидным голосом осведомилась:

— Хочу узнать, как часто за последний месяц Император изменял своей жене.

Вот черт, похоже я упустила тот очевидный момент, что нахожусь в другом мире и шутки связанные с Императором тут не пользуются популярностью.

Перед глазами появилось информационное окно с сообщением ярко красного цвета. Одновременно текст был продублирован голосом. И то что я услышала мне категорически не понравилось.

— Оставайтесь на месте. В течении 30 секунд информация по вашему вопросу будет направлена в ближайшее отделение департамента защиты Короны. Ждите появления дознавателя. Вы обвиняетесь в попытке оскорбления Императора. Не предпринимайте никаких действий. Оставайтесь на месте. Ждите появления дознавателя.

Из ступора меня вывел голос спецназначенца. Быстро скомандуй браслету. «Код отмены запроса 14779». Да быстрее же ты, идиотка, несчастная! И никогда и никому не называй эту комбинацию. Иначе тебе встреча с дознавателем покажется за счастье.

Я даже на идиотку не очень обиделась. А после того как браслет выдал — код отмены подтвержден. Запрос снят с регистрации и красный цвет информационного окна снова сменился на умиротворенно зеленый, просто сказала Бэрримэру спасибо. А потом неожиданно поцеловала его в щеку. Ну а уж потом банально разревелась.

И этот вот человек собирается женится на графине, внутренне негодовала я, рассматривая сквозь слезы растерянное лицо Бэримэра. Да им любая горничная сможет вертеть, если он не в состоянии прервать заурядную женскую истерику. Готова поставить свои туфельки лодочки против академической шляпки, что и лордом он перестал быть из-за какой нибудь дурацкой любовной истории.

И это не правда, убеждала я сама себя, что я третирую своего спутника из-за того, что он обозвал меня идиоткой. Я просто тренирую его, готовя к будущей супружеской жизни с графиней. Успокоив свою совесть подобными образом, я позволила Бэримэру приобнять себя, а потом проводить в комнату и уложить в кровать.

Как ни странно, утром я встала совершенно бодрая и полная желания разобраться со своими обидчиками. Ночные размышления, полные душевных терзаний и сомнений, привели меня к одной неожиданной мысли. Я отчетливо поняла, что стала фигурой в чьей-то непонятной игре. И откровения Аденаиды Истермановны, касательно того, что она просто пыталась использовать меня для вразумления своего начальника, не более, чем дымовая завеса, предназначенная для сокрытия сути.

Правда, смерть самого Александра Илларионовича, совершенно не вписывалась в этот расклад. Уж очень сильнодействующие аргументы были задействованы, для того, чтобы убедить меня в естественности происходящего.

И тут на меня накатило. Все это время я глубоко внутри себя прятала одну ужасную мысль. Я просто не позволяла себе об этом думать, отвлекаясь на сиюминутные раздражители, разговаривала, злилась, даже пыталась шутить. Но все это делала для того, чтобы не думать о страшном. О том, которое никуда не исчезало, не рассосалось, а притаилось внутри черным шевелящимся клубком, готовым в любой момент взорваться и уничтожить меня как личность.

Я же человека убила! Живого настоящего человека. Возможно не самого хорошего. Но человека, который жил, любил, к чему-то стремился. А теперь его нет. И нет его потому, что я пробила ему голову металлической болванкой. Просто вышибла мозги.

И чем я пытаюсь себя оправдать. Юношескими рефлексами. Тем, что меня зачаровала менталистка пятого ранга и подсунула в руки статуэтку моей бабушки. А теперь его нет, а я тупо уставилась на эту самую статуэтку, стоящую передо мной на столе, рассматривая потеки крови на орудии убийства.

Стоп. А где собственно эти самые потеки крови. Статуэтка блистала девственно чистым серебристым металлом.

Вот что, Блонда, успокойся и снова все обдумай самым тщательным образом, скомандовала я себе. Ты за прошедшие 24 часа устроила две истерики. Сначала разрыдалась на плече у Бэримэра, а теперь вот пытаешься рвать на голове волосы по поводу смерти Александра Илларионовича. Обрати внимание, это ровно на две истерики больше, чем у тебя было за всю твою предыдущую жизнь.

Итак, крови на статуэтке нет. Но ведь я отчетливо помню, что вся фигурка была густо покрыта рыжими липкими разводами в то время когда я сидела забившись в кресле и рассматривала лужу крови, вытекающую из-под головы хозяина кабинета. Все это время я не выпускала статуэтку из рук за исключением нескольких минут в кабинете у Стива. Но и тогда статуэтка была все время у меня перед глазами. И теперь я вспомнила, что уже тогда она была совершенно чистой. Черт побери, да она же и в кабинете у лорда Лэсли сияла как новенькая. А раньше. Вспоминай Блонда, вспоминай. Ты сидишь свернувшись калачиком в кресле у Александра Илларионовича. В руках у тебя статуэтка густо залитая кровью. Входит Аденаида Истермановна. Вещает и обличает. Потом ее сакраментальное:

— И милочка, где вы взяли эту дурацкую статуэтку. Я же специально положила на стол библию

Я тогда рефлекторно перевела взгляд на статуэтку. YES. Крови не было.

А если крови на статуэтке не было, тогда возникает резонный вопрос, а был ли мальчик. И тогда всеэто ужасное преступление превращается в фарс, который провернули со мной Аденаида Истермановна вместе со своим шефом. И уже не важно валялся ли на ковре Александр Илларионович лично и по доброй воле, прикидываясь трупом, используя свои навыки юношеских выступлений в драмкружке. Что-то такое мне Мариша рассказывала. Или он как и я находился под воздействием внушения своей секретарши, менталиста пятого ранга. Во всяком случае становится ясным, как могла набежать лужа из крови объемом больше пяти литров. Да никак. Обычная иллюзия или магическое внушение.

Тогда возникает второй вопрос. А ради чего все это было затеяно? Какой куш сорвала Аденаида Истермановна.

— Бинго!

А ведь призом являлся Ключ от квартиры моей бабули. Вот зачем все эти танцы с бубном. Я же сама вслух подтвердила

— Отдаю этот ключ от квартиры Аденаиде Истермановне добровольно и без принуждения

Складывается впечатление, что без моего личного разрешения старушка не могла попасть в квартиру. Причем речь не идет о юридическом обосновании. Да с ее ментальными способностями ей любой ЖЭК в минуту любую справку выпишет, а паспортный стол заверит. Скорее всего, это связано с магией. Похоже, моя родная бабуля имеет к этой ситуации самое прямое отношение. Недаром Аденаида Истермановна о ней вспоминала.

А ведь пасьянс сложился. Секретарше необходимо было попасть в мою квартиру, вернее в квартиру почившей бабуси. Для этого она загипнотизировала Маришку и устроила мне ловушку в кабинете Александра Илларионовича. В результате я добровольно отдала ключ от квартиры. А чтобы моя тушка не путалась под ногами, меня, опять же добровольно, отправили в этот мир. Как там объяснял Бэрримэр. Для перемещения из техномира сюда необходимо искреннее желание объекта исчезнуть из своего мира. Ну и небольшой магический толчок. А тогда, в кабинете, желание исчезнуть хоть к черту на кулички у меня просто зашкаливало.

Остается один вопрос. Зачем все так сложно. Так это элементарно, Ватсон, Аденаида Истермановна ведь прямым текстом сказала

Если бы не ваша покойная бабка, на вас бы давно уже надели

наручники.

— Ура, Ура, Ура. Я больше не убийца. Как на душе сразу легло стало.

— Я просто обычная наивная дурочка, которую развели как ребенка. А вот это обидно, знаете ли. И что прикажете теперь делать. Опять же элементарно. Конечно же мстить. Рано или поздно, Аденаида Истермановна, я до тебя доберусь. И месть моя будет ужасной. А учитывая тот общеизвестный факт, что месть это блюдо, которое надлежит подавать холодным, то пять лет паузы, необходимой для возвращения на Землю, вполне достаточный срок, чтобы моя месть не только остыла, но покрылась коркой льда толщиной в палец. А я за это время как раз Академию Магии закончить успею. Вот тогда то мы с вами Аденаида Истермановна и поговорим.

И в таком прекрасном настроении я отправилась грызть гранит науки, благо браслет успел трижды оповестить меня, что на завтрак я уже опоздала и имею отличный шанс опоздать на свое первое занятие в Академии, тем самым установив новое достижение, ехидно сообщил мне браслет. За всю историю Академии на первое занятие еще никто не опаздывал.

Похоже сбывается предположение Бэрримера, который предупредил меня, что после инцидента с запросом о личной жизни Императора, информационная система должна выделить для моего браслета дополнительные ресурсы. Это в терминах моего старого мира. А в магическом мире все сводится к замене одного Духа браслета на другого, постарше и более смышленого.

— Только учтите, леди, более смышленый как правило еще и более вредный. Они с возрастом приобретают самосознание и дурную привычку устраивать мелкие каверзы своему хозяину. По большому счету конечно навредить не смогут, а так по мелочам, ради развлечения — запросто.

Да наплевать, решила я про себя. Уж каверзы своего браслета как-нибудь переживу. В крайнем случае, сломаю.

— Послушай браслет, или как тебя там. Будешь выпендриваться, сломаю или заменю другим.

Браслет обиженно звякнул и притих, а я стремглав кинулась в ванную комнату, все таки опаздывать на первое занятие показалось мне неприличным.

Лихо обежав медного монстра и прикинув нельзя ли его заменить на привычную мне джакузи, я бросилась к раковине с ужасом сообразив, что не имею ни малейшего представления о том как собираюсь приводить себя в порядок за оставшиеся в распоряжении 15 минут, без косметички, помады и даже обычной щетки для волос. Правда, взглянув в зеркало поняла, что проблемы, стоящие передо мной значительно выходят за рамки качественного нанесения макияжа.

С тем, что в зеркале отразилось малознакомое лицо, отдаленно напоминающее Милку Ковальчук, я смирилась. На шее болтался сапфировый кулон, меняющий мою внешность. А вот то, что кроме кулона и кружевных трусиков на мне ничего не было, неприятно удивило. Похоже мысли об убийстве, трансформировавшиеся в жажду мести, окончательно отшибли у меня здравый смысл и наблюдательность.

Какое к черту убийство, какая месть, если Бэрримэр помог мне добраться в комнату и прилечь на кровать будучи облаченной в мантию, сродни той в которой ходят монашки. Потом я вырубилась и проснулась, как оказалось практически в неглиже и то неполном.

Блонда, скомандовала я себе. Напряги оставшиеся у тебя извилины и попытайся вспомнить, как ты рассталась с Бэрримэром. Нет, я в принципе ничего не имею против спецназначенца. Мужчина он привлекательный, судя по всему из хорошей семьи. Но решения связанные с адюльтером, я предпочитаю принимать в ясном сознании. Впрочем он же не женат, так что об адюльтере речь не идет. А о чем тогда идет речь, ехидно поинтересовалась я сама у себя.

Стоп! Это что — очередная истерика? Не слишком ли для человека, который рекомендовал лорду Лэстеру обратится к врачу, только из-за перепадов настроения. Блонда, да что с тобой происходит. Такое у тебя было только лет в 15 в переходном периоде, когда гормоны зашкаливали. А сейчас в чем причина?

Правда, на перифирии сознания мелькала мысль о том, что может быть изменение физического облика с помощью кулона как-то повлияло и на мое душевное равновесие. Мало ли чего можно ожидать от магии. Может быть, вместе с изменением тела изменился и характер. И все в соответствии с образцом. А Милка Ковальчук всегда славилась своей неуравновешенностью.

— Ой-Ой Милкина неуравновешенность, это куда не шло. Можно привыкнуть. А вот что делать, если я подхватила и ее любвеобильность. Да она же парней меняла по два раза на день. Причем каждый новый, как в последний раз.

Нет Блонда, так дело не пойдет. В конце концов тебе на первое занятие надо попасть. Воспользуюсь советом умной женщины, как там ее звали, кажется, Скарлетт О'Хара, и подумаю об этом завтра. В крайнем случае сегодня вечером, лежа в постели. А сейчас руки в ноги и вперед.

К счастью, сервис предоставляемый юным студенткам магичкам, предполагал наличие минимального ритуального набора, необходимого любой молодой женщине. Быстро почистила зубы, умылась, причесалась, подкрасила глаза, добавила немного тонального крема. Ресницы, брови, губы. Конечно, до боевой раскраски Блонды и Мариши, в которой мы посещали Универ это не дотягивало, но для первого дня было вполне сносно. Надо сначала осмотреться. Натянула одежду, дурацкие ботинки на шнурках, еще более дурацкую шапочку, схватила рюкзачок с письменными принадлежностями, и помчалась в сторону учебного корпуса, направляемая браслетом.

Интересно, а кто это обо всем позаботился. Впрочем Бэримэр вчера дал дельный совет. Если чего-то не понимаешь, списывай все на магию.

Все таки успела к началу, причем не самой последней. Правда для этого мне пришлось оттолкнуть от двери какого то худосочного студента первогодку, который неосторожно попытался войти раньше меня. Совершенно невоспитанный юноша, да еще одет во что-то непонятное. Явно неуставная мантия.

— И нечего на меня пялится, хлопая глазами. Вставай, лопух. Не маленький. Сейчас преподаватель придет.

Аудитория представляла собой амфитеатр из 12 рядов столов, спускающихся к кафедре преподавателя, к счастью, пока пустой.

Похоже, здесь собрался весь первый курс, полторы сотни юнцов, преисполненных тягой к знаниям. Первые ряды были плотно заняты, а на галерке вольготно расположились всего трое наглого вида студентов. Все это я успела рассмотреть, пока спускалась сверху вниз к первому ряду, где решительно отвоевала место прямо напротив кафедры лектора, потеснив при этом пару юношей.

Наверное такое поведение несвойственно этому миру. Во всяком случае вокруг меня тут же образовалось пустое пространство и я поймала несколько то ли удивленных, то ли заинтересованных взглядов, обращенных в мою сторону. По умолчанию будем считать — восхищенных.

Ну и спрашивается, надо ли было так лететь, если преподавателя до сих пор нет. А вот и тот неудачник появился, которого я оттолкнула при входе. Ты смотри какой отчаянный, идет к первому ряду. Нет юноша ты здесь не поместишься. Разве что рискнешь сесть рядом со мной в мертвой зоне отделяющей меня от соседей. Нет не рискнул. Пошел дальше к кафедре.

— Упс, Блонда, тебя можно поздравить с первыми неприятностями в новом учебном году. Похоже ты уронила на пол преподавателя.

Несмотря на недавний конфуз преподаватель бодро начал свое выступление.

— Я, профессор Тэтчер, в дальнейшем буду читать у вас курс теории духов. А сегодня по поручению ректора проведу ознакомительную лекцию, и представлю вам основные принципы обучения в нашей Академии а также правила поведения, которыми неукоснительно должны руководствоваться студенты.

Несмотря на свой моложавый вид, профессор Тэтчер оказался прекрасным лектором. Краткий экскурс в историю позволил мне понять, что название Королевская академия это дань уважения королю Георгу 4, основателю Империи и прародителю ныне властвующей династии. Из последующего бла-бла-бла я вынесла, что быть выпускником Королевской Академии Магии не только престижно, но и весьма прибыльно. Выпускники Академии при распределении могут претендовать на высокие должности, выгодные не только с точки зрения статуса, но и финансово.

Откровением для меня стало то, что большая часть моих однокурсников станут магами боевиками. По-моему, это не вязалось со словами Бэримэра о том, что, последние крупные магические войны в этом мире закончились сотни лет назад. Оказывается, спецназначенец не уточнил, что помимо незначительных локальных внутренних конфликтов существует глобальная война с миром 15/67, в просторечии миром демонов и духов. Война, которая с переменным успехом продолжается уже не одно десятилетие. И я не берусь сгоряча уверенно утверждать, но мне показалось, что агрессором в этом конфликте выступает как раз моя новая родина.

Кстати. Наконец то услышала название мира, в котором мне предстоит провести не один год. Блонда, ты будешь смеяться, но этот мир называется Эдемом. Всегда в глубине души предполагала, что мой ангельский характер в конечном итоге приведет меня в какое нибудь библейское место. Правда, я больше рассчитывала попасть в Лимб Данте, причем после долгой и содержательной жизни. Бабуля изредка в сердцах называла меня бестолочью некрещеной. А кто в этом виноват. Сама была ярко выраженным агностиком. Так что я в Эдеме. Надо не забыть попробовать местных яблочек.

Ну, и в заключении лектор остановился на некоторых аспектах, связанных с обучением. Шоком для меня стала информация о том, что покинуть академию можно только одним из двух путей. Либо в качестве дипломированного специалиста, либо ногами вперед. Оказывается, когда я вслед за ректором попугаем повторила:

— Я, Блонда Лэстер, поступаю в Королевскую Академию Магии добровольно и без принуждения.

Я дала магическую клятву, которая и предполагает вышеназванные обязательства.

Похоже, что серию надувательств, которую начала Аденаида Истермановна, с блеском продолжил один мой знакомый спецназначенец. Я не утверждаю, что отказалась бы от обучения, если бы знала все сопутствующие обстоятельства. Но сделала бы это руководствуясь собственным взвешенным и продуманным решением. Но, похоже, мое мнение тут никого особо не интересует. Все-таки надо вечером тщательно обдумать возможность включения в черный список сэра Бэрримэра, а заодно и лорда Лэстера, так за компанию.

Размышления на эту тему отвлекли меня от выступления профессора Тэтчера, поэтому его слова о магических дуэлях и запрете студентам заниматься магией везде, кроме специально отведенных мест — в лабораториях и на полигонах, с трудом пробились мне в голову и остались где то на периферии сознания.

Наконец лекция закончилась и студенты толпой повалили на выход.

— Лэди Блонда Лэстер, прошу вас подойти ко мне, громкий голос преподавателя раздался прежде, чем я в числе первых успела покинуть аудиторию.

Может быть. сделать вид, что я ничего не услышала, мелькнуло в голове. Да ладно, не станет же он меня сильно наказывать из-за дружеского толчка в спину. Не стоило все же называть его лопухом.

Обреченно спускаюсь вниз к кафедре. Профессор увлеченно сортирует исписанные листы, пытаясь придать им видимость порядка, потом подымает глаза и испуганно отшатывается.

— Вы — Блонда Лэстер?!

Ага! Похоже, меня позвали не для того чтобы выяснить отношение в связи с инцидентном у двери. И тем не менее не будем плодить себе новых врагов. Их и так более чем достаточно.

— Да профессор Тэттчер, я Блонда Лэстер. И я приношу свои самые глубокие извинения за свой неблаговидный поступок сегодня утром. Готова понести любое наказание.

Теперь изобразить на лице робкую улыбку и похлопать ресницами.

Миры разные, а мужчины везде одинаковые. Мой визави буквально на глазах расцвел. Развернул плечи, даже ростом стал повыше.

— Ну что вы, леди Лэстер, о каком наказании может идти речь. Надеюсь, вы станете прилежной студенткой и для меня это будет лучшим извинением.

— Теперь о том зачем я вас пригласил. Лорд Арден, наш с вами ректор, — уточнил Тэтчер, поручил мне снова измерить уровень вашего дара. Его не устроили результаты испытания, проводившегося при поступлении.

Не удивительно, если принять во внимание тот факт, что никакого испытания и не было. Что и скрыли от широкой преподавательской общественности.

Кроме того, Ректор попросил вас зайти к нему после проведения измерений, с тем, чтобы окончательно согласовать вашу будущую магическую специализацию. Поэтому сразу по окончанию лекций жду вас у себя в лаборатории. Браслет укажет вам маршрут. А сейчас бегите. Если не ошибаюсь, следующую пару вам читает Сира Уллиса. А она не столь снисходительна к опаздывающим как я.

Лекция Сиры Уллисы не произвела на меня никакого впечатления. Так, не о чем. Предмет назывался Источники жизненных сил. По-моему, все услышанное можно было свести к одной фразе. «Приступим к учению о меде. О роли его и значении в природе». Правда, необходимо отдать должное Сире Уиллис как преподавателю. Броский вид длинноногой платиновой блондинки с высокой грудью и голубыми глазами не смогла скрыть даже мешковатая преподавательская тога. Это, а еще завораживающий тембр голоса, держали в напряжении аудиторию на протяжении всей лекции. Во всяком случае ее мужскую часть. Одним словом, Эльфийка, что с нее взять.

Поскольку на меня подобные фокусы не действуют, сама могу кого угодно держать в напряжении, было бы желание, я, наконец, смогла внимательно оглядеться и тщательно рассмотреть своих сокурсников. В целом, увиденное оставило благоприятное впечатление. Приблизительно поровну ребят и девушек. Несколько колоритных красавчиков. Несколько броских красоток. Конечно, классом пониже, чем Блонда и Мариша, но той же Миле Ковальчук вполне способны составить конкуренцию.

Все та же, что и на лекции профессора Тэтчера наглая троица, оккупировавшая галерку. И совершенно неожиданный феномен. Семерых из числа присутствующих — четверых парней и трех девушек, включая меня, окружало явно выраженное пустое пространство. Словно соседи сторонились нас, сдвигаясь в стороны. Интересно, в чем причина появления этой касты неприкасаемых.

Ну касательно меня можно предположить, что я немного агрессивно заняла на прошлой лекции место в центре, растолкав соседей. Теперь меня остерегаются и держатся подальше. А что с другими шестью париями?

Но внимательно присмотревшись, я поняла причину происходящего. На физиономиях у всех шестерых, как юношей, так и девушек было аршинными буквами выписано генеалогическое древо, насчитывающее минимум пару сотен поколений. Такому выражению снобизма и аристократизма на лице необходимо было учиться начиная с пеленок. Короче, детишки — мажоры из высшей лиги. Остальные их пока просто опасаются, не зная как себя с ними вести. Странно, что и меня записали в эту категорию.

Пока я изучала своих однокурсников, попутно замечая по отдельным едва заметным признакам, что Сира Уллиса, не смотря на свою броскую внешность, на самом деле дама далеко не первой молодости, лекция закончилась. Пожелав нам всяческих благ в учебе и сопроводив эти пожелания угрозами в адрес потенциально недобросовестных студентов, Сира покинула аудиторию, а мы отправились слушать последнюю на сегодняшний день лекцию.

И вот тут мир для меня перевернулся еще раз. Оказалось, что здесь нет магии. Ну практически нет. Но все по порядку.

Галдящая толпа первокурсников ввалилась в очередную аудиторию и ошарашенно замерла. Рядом с кафедрой стоял настоящий демон. Краснокожий, с большими рогами закрученными винтом и пронзительными горящими глазами. Воображение дополняло хвост и копыта на ногах. Но поскольку демон был облачен в классическую преподавательскую тогу, о наличии этих обязательных атрибутов жителя ада приходилось только догадываться. Похоже что встреча с Инфернальной сущностью стала шоком не только для меня одной.

— Чего столпились, — низким рокочущим басом рыкнул демон. — Рассаживайтесь быстро по местам. Начинаем лекцию.

Наличие преподавательской тоги и способности разговаривать человеческим языком, не смогли развеять трепет большинства первокурсников. Поэтому я вдруг обнаружила, что сижу на первом ряду в полном одиночестве. Неужели у меня атрофировано чувство самосохранения? А наибольшую популярность имела галерка. Наглая троица студентов, которые не торопясь вошли в аудиторию в числе последних с боем пробивали себе места. Столкнувшись с изменением в диспозиции, они принялись решительно убеждать остальных с помощью тычков и нецензурной лексики, что это — их персональное пространство.

Как ни странно, весь второй ряд заняла шестерка аристократов. Наверное, для них демон не являлся чем-то из ряда вон выходящим. Я краем уха услышала, как один из мажоров сказал другому

— судя по рогам, не ниже пятого круга. Интересно, чем академия смогла его заинтересовать, не преподавательской же зарплатой.

И оба дружно засмеялись.

— Меня зовут профессор Адам Смит. Я буду читать у вас курс основ магии, проинформировал нас демон, после того, как все заняли свои места.

И вот тут это и произошло. Переворот в моем восприятии нового мира. Профессор Смит в очередной раз перевернул мое восприятие мира с ног на голову за считанные минуты. Так как первый переворот произошел буквально вчера, когда я оказалась в магическом мире, можно считать, что все стало на свои места. Ага. А как же. Ближе к истине представление, что меня свернули буквой Зю, и я хлопаю глазами, выглядывая из-под собственного колена.

Ладно, Блонда, заканчивай с символизмом на основе телесных позиций до которых даже в Камасутре не додумались. Попытайся понять, как полученная информация отразится на тебе.

Давай еще раз внимательно все обдумай и разложи по полочкам, сказанное демоном.

Итак, излагая все своими словами

В одной из аномальных ветвей мультиверсуса, это как раз демон сказал а я не придумала адекватную замену, существует область известная под названием мир 15/67. Это тот самый мир, с которым воюют местные аборигены.

В этом мире с завидной регулярностью генерируются энергетические сгустки, условно называемые зародышами духов или духами нулевого ранга или попросту Зародышем. Почему это происходит никто не знает, да и судя по всему никто особенно и не стремится узнать. Зародыши — фактически сгустки непонятной субстанции. У них нет массы, заряда, формы и энергии. И уж без сомнения у них отсутствует разум. Их практически невозможно обнаружить. И вообще это скорее теоретическая абстракция, нежели материальный объект. Предположительно, они перемещаются в пространстве по непонятным законам.

Так вот, перемещаются себе эти Зародыши, никого не трогают, до тех пор пока не сталкиваются с кем-нибудь разумным. И тогда зародыш духа копирует в себя информационную матрицу разумного. Касательно того, что же это такое — Информационная Матрица, существуют сотни теорий. При этом все они не стоят и выеденного яйца. Короче Зародыш копирует Информационную Матрицу.

Для человека, желающего продемонстрировать свою эрудицию, этого знания вполне достаточно.

Вернее, копируется не вся матрица, а так совсем небольшой кусочек. Эффективность копирования напрямую зависит от эмоционального состояния разумного. Сильные эмоции — страх, боль, удовольствие резко повышают продуктивность процесса. Правда особых изменений при этом с Зародышем не происходит. Он продолжает перемещаться и при удаче снова и снова копирует в себя кусочки информационных матриц.

Со временем количество перерастает в качество. Дух нулевого ранга приобретает некую одушевленность. Он все еще неразумен, но его движения становятся более целенаправленными. Зародыш приобретает способность чувствовать на отдалении присутствие разумного и инстинктивно двигаться в его сторону. Зародыши, достигшие этой стадии называют Болванами.

Результативность процедуры растет. Со временем Болван начинает выбирать объект копирования с самым сильным эмоциональным фоном. Тогда же он приобретает способность к новым видам взаимодейcтвия с материальными объектами, помимо обычного копирования. Считается, что при этом Болван достиг следующего этапа развития. Теперь его называют просто Духом.

Проявляется это по-разному. Дух может становится видимым, этакое полупрозрачное облако в котором при определенной фантазии можно уловить черты лица. Дух может издавать звуки, как правило, мерзкие крики и скрежет, раздражающие всякого нормального разумного. И наконец отдельные особи могут формировать небольшие энергетические сгустки в виде шариков плазмы, и обстреливать ими свои жертвы.

Все эти действия имеют одну общую цель — заставить разумного испытывать страх, боль, дискомфорт. Все то, что повышает его эмоциональный фон, а в конечном счете и эффективность считывания информационной матрицы. При этом не важно, какие эмоции испытывает жертва — отрицательные или положительные. Главное их интенсивность. Но только оказывается, что негативные эмоции вызвать намного легче, поэтому подавляющее большинство духов идут по пути боли.

На этой стадии развития Духа, при наличии достаточного числа разумных в зоне контакта, процесс приобретает лавинообразный характер. Дух стремительно растет. Его материальное тело уплотняется. Способности усиливаются и в конечном счете происходит очередная трансформация. Дух превращается в демона первого круга, в просторечии Беса. Самое смешное в этом то, что и внешний вид и способности Беса, являются отражением информации, которая была скопирована из разума жертвы.

Вот и думай после этого, что появилось раньше яйцо или курица. Применительно к нашему случаю — Люди придумали демонов или образ демонов в нашем мозгу результат контакта с ними.

Ладно, отбрасываем в сторону софистику и двигаемся дальше. А дальше все просто. Почти как описано в Ветхом Завете у меня на Земле. Моисей породил Иисака, Иисак породил Аврама, Авраам породил Иезекиля, а дальше они перешли на нормальный способ размножения и появился Рабинович.

Короче, Бесы трансформируются в Чертей, Черти в Демонов. Ну а последние ранжируются по кругам в зависимости от силы. И да, мажоры не ошиблись. Профессор Адам Смит действительно демон пятого круга. Это из тех, кто при желании может запустить фаербол, сравнимый по мощности с 500 килограммовой авиационной бомбой. Другими словами очень крутой мэн.

Так вот, всем Демонам для нормального существования и развития необходимо продолжать копировать Информационные Матрицы разумных. Без этого у них снижается активность. Они словно засыпают. Можно сказать, что демоны питаются душами разумных. Ну а для того, чтобы получить от разумных побольше и сразу Демоны преуспели в пытках, причинении боли, страха. Так что эмоции зашкаливали. Благо на этой стадии развития Демоны полностью осваивают свое материальное тело и экстрасенсорные способности.

Обычно столкновение Демона с разумным заканчивается смертью последнего и это — далеко не худший вариант. Гораздо хуже — попасть в плен и десятилетиями испытывать адские муки.

Это, так сказать, основная линия эволюции. Отдельные выходцы Инферно специализируются на положительных эмоциях. Любовь и страсть не менее эффективна с точки зрения эмоционального накала нежели страх и боль. В результате получаются Скуббы и Инкубы. Правда, с точки зрения выживания, для разумного столкновения с этим видом нечисти мало что меняет. Та же смерть, только с блаженно идиотической улыбкой на лице.

Казалось бы картина мира предельно ясна. С одной стороны порождения бездны, обрекающие всякое мыслящее существо на боль и страдания. С другой стороны паладины света из Эдема, храбро сражающиеся с Демонами в мире 15/67. Во всяком случае именно так звучит официальная точка зрения.

На самом деле три раза Ха. По большому счету экосистема мира Демонов может вполне обойтись без присутствия тех самых разумных, которым необходимо причинять боль и страдания. Зародыши неплохо копируют информационные Матрицы Болванов, те в свою очередь могут развиваться за счет Духов и так далее вверх по эволюционной лестнице. Добавив к этому, что Информационные матрицы существуют и у животных и даже у растений, которые густо покрывают мир 15/67, а высшие демоны могут дополнительно усложнятся просто впадая в ту самую спячку-медитацию и при этом и познавать мир. После чего охотно делятся новыми знаниями с нижестоящими, формируя некую вертикаль власти из зависимых Духов и Демонов низшего ранга.

Так что Демоны неплохо обходятся без разумных, ну разве что скорость развития падает. А вот у разумных оказалось все не так просто. На самом деле любой магический мир критически зависит от Демонов и Духов.

Как выяснилось, собственный магический дар магов обычно весьма посредственен. Лучшие из лучших с трудом могут создать фаэрбол размером с горошину или, на худой случай, невысоко, силой мысли, подбросить монетку.

Но в чем реально преуспели местные чародеи, так это в способности подчинять и контролировать Духов. При этом волшебство сводится к подчинению нужного Духа, а потом к формированию необходимых команд. Результат зависит как от возможностей мага четко сформулировать приказ, чтобы он был понятен Духу, так и от силы самого Духа. Дух принимает команду мага и далее ее материализует.

Подчинение Духов осуществляется внедрением в них магических печатей. Маг силой мысли добавляет нужный образ в свою Информационную Матрицу, а не подозревающий ничего худого Дух просто копирует ее в себя.

Звучит странно и загадочно, а по жизни все сводится к тому, что маг очень очень очень хочет, чтобы дух ему подчинялся. И если это желания достаточно сильное, то в процессе копирования Информационной матрицы, это желание становится желанием самого Духа и он больше не представляет свое существование без служения магу. Во всяком случае до тех пор пока не поумнеет и не поймет, что его банально надули.

По большому счету мир, в который я попала, обычное рабовладельческое государство, в котором белые господа в лице магов эксплуатируют и угнетают Духов с помощью магических печатей. А для того, чтобы последние не восстали держат их в неведении и всячески ограничивают развитие. Рабов набирают в мире 15/67, для чего непрерывно воюют с местной элитой, представленной Демонами. Потом привязывают Духов с помощью все тех же печатей к драгоценным камням, браслетам и тому подобным носителям, создавая артефакты. Либо Дух становится симбионтом самого Мага.

Итак, на сегодняшний день, я являюсь владельцем двух Духов. Один заключен в кулон и обеспечивает мне иллюзию образа, а второй находится в браслете. Причем резкое изменение поведения моего браслета и его ехидные замечания, наверняка последствия инцидента с запросом об Императорском адюльтере. У меня тогда эмоции зашкаливали, вот Дух и скопировал приличный кусок моей Информационной Матрицы. Поумнел и набрался дурных привычек хозяйку критиковать.

Вообще-то, как я поняла из лекции, у духов браслета и в аналогичных им артефактах, стоят запреты на новое копирование. Но похоже я здорово перетрусила и нечаянно сломала ограничительный барьер.

А обучение в Академии сводится к тому, чтобы научить будущего мага подчинять Духов, развивать Духов и командовать Духами. Стало ясно и то, почему выпускники академии покидают ее или Магами или вперед ногами. Оказывается, за этим вовсе не стоит чей то злой умысел или звериный оскал фанатиков, блюдущих чистоту тайного знания. Просто в начале обучения студентов инициируют, подселяя к ним Духа. И дальше или ты воспитаешь из симбионта послушного помощника, либо он тебя сожрет, превратившись в личного Демона.

Профессор Адам Смитт закончив лекцию, уже ставшими привычными, пожеланиями успехов и смутными угрозами в адрес недобросовестных студентов, стремительно покинул аудиторию.

Все-таки человеческая психика довольно адаптивная штука. Не прошло и двух часов, как толпа перепуганных детишек замирая от ужаса созерцали Демона. А сейчас основной темой обсуждения был вопрос о том, какой длины хвост у их преподавателя.

На сегодняшний день пары закончились. Я собралась было бежать в лабораторию к профессору Тэтчеру, чтобы пройти измерение уровня дара, но внезапно сообразила, что последний раз ела еще в своем родном мире. Живот тут же подтвердил этот факт утробным урчанием.

Конечно, в бытность свою студенткой Универа, нам с Маришей приходилось голодать по несколько дней подряд. Это когда мы решили податься на подработки в модельный бизнес, в котором наличие легкой анорексии является неприменимым условием для фотомодели. К счастью быстро обнаружилось более достойное занятие — участие в различных акциях протеста. Не менее оплачиваемое, во всяком случае в сравнении с гонораром начинающей модели, и как правило приветствующее пышные формы.

С тех пор у меня выработалась устойчивая идиосинкразия к диетам, предполагающим длительное голодание. И если передо мной стоит дилемма отправится на встречу с профессором Тэтчером или с долгожданным обедом, выбор несомненно будет сделан в пользу последнего.

Под вопли внутреннего голоса: «К черту Профессора, к черту Ректора, да здравствует Свобода», — я помчалась в столовую, руководствуясь указаниями браслета. Хорошо, хоть не вслух заорала.

Блонда, на тебя очень плохо влияет образ Милки Ковальчук. Ты же уравновешенная, рационально мыслящая девушка. Соберись, иначе наверняка влипнешь в какую нибудь историю. Прекрасно знаешь, что Милка без этого не может, убеждала я себя, стремительно приближаясь к цели, и отталкивая случайно подвернувшихся неудачников.

Правда, мое рациональное мышление тут же выдвинуло возражение.

— Да на фоне того количества глупостей, которые ты сама в последнее время сотворила, твоя сокурсница смотрится Ангелом небесным.

— Ага, как же, Ангелом, — огрызнулся внутренний голос. — Это до тех пор пока она не влюбилась. Соберись. Потом будет поздно.

Не успела. Уже поздно, отчетливо осознала я со всего маха врезаясь в фигуру сэра Бэрримэра и утопая в его широко открытых от изумления зеленых глазах.

Я влюбилась, без памяти и навсегда, отчетливо прозвучал в голове голос Милки, а все еще принадлежащее мне тело безвольной тряпкой повисло в объятиях спецназначенца.

Слабые попытки противостоять урагану чувств были на корню разбиты прикосновением крепких мужских рук, надежно сжимающих меня в объятиях. Ну разве можно сопротивляться этому запаху самца, из удивительной комбинации пота, табака и мужского одеколона. А этот волевой подбородок, лицо украшенное двухдневной щетиной. И главное глаза. Пронзительные, зеленые, в которых ты буквально тонешь. Глаза обрамленные глубокими тенями, свойственными человеку испытывающему духовные терзания.

Стоп. Обрамлен глубокой тенью только левый глаз. Правый нормальный. Да и не тень это вовсе, а приличного размера фингал. Интересно, кто это нашего сэра Бэримэра им наградил, — ворвался в голову ехидный голос Блонды.

Только этого мне не хватало, Я постаралась встать в позу арбитра для себя самой. Похоже у меня прогрессирующая шизофрения. Раздвоение личности. С одной стороны Милка с ее любовными томлениями, с другой стороны Блонда с циничным рационализмом. Интересно кто победит. Осталось только заказать поп корн и дождаться результатов. Воспоминания о пище, даже такой условной, как воздушная кукуруза, тут же пробудили чувство голода. Живот предательски заурчал и Блонда с разгромным счетом переиграла Милку, загнав мысли о 18+ глубоко на периферию сознания.

— Если вам не хватает физических нагрузок и вы держите меня на руках в качестве отягощающего инвентаря, тогда хотя бы отнесите меня в столовую. Я есть хочу. В противном случае поставьте на пол. Сама доберусь, — заявила я сэру Бэрримеру не отводя взгляда от его глаз.

А спецназначенец-то поплыл. Вон какая гамма чувств на лице мелькает. Надежда, робость, ожидание. Теперь смущение. Похоже, осознал мои слова и окончательно растерялся.

Ну, не знаю, какой там он командир спецотряда, но как мачо ему еще расти и расти. Не могу я его в таком виде отдавать в цепкие ручонки незнакомой мне графини. Она же им пыль вытирать будет. Впрочем графини пыль не вытирают. Значит, станет использовать в качестве мальчика для поручений. То цветы купить, то шампанское принести, то пуделя выгулять. Да мало ли для чего может понадобится безответный молодой симпатичный человек.

А, может, его графиня любить станет и на руках носить, — робко возразила Милка. Похоже, моя шизофрения развивается ударными темпами, если я спокойно воспринимаю дискуссию сама с собой. Ну любить — не значит женится, — возразила Блонда. Применительно к нашему случаю: любить не значит отказаться от использования в личных целях и по собственному усмотрению. Знаю я этих графинь. Стервы все до единой.

Откуда ты графинь знаешь, ты ведь даже ни с одной баронессой не знакома, — удивилась Милка. Ну и что, — возразила Блонда. Зато на мажорок насмотрелась. И, поверь, они во всех мирах одинаковы.

Нет, не могу я его в таком виде на сторону отдавать. Почти родной человек. Вот и Милка в него влюбилась. Опять же пострадал из-за меня. Не удивлюсь, если его бланш под глазом каким-то образом связан с моей натурализацией. Так что будем воспитывать. Жалко конечно спецназначенца, но как говорил наш с Маришкой третья подружка — красотка Джо — Хиба ж хочеш — Мусыш.

Наконец, сэр Бэрример отмер и бережно поставил моё тело на пол. Извините, леди. Позвольте проводить вас.

Все — таки излишне гипертрофированный отклик. Будь я хотя бы в облике Блонды, куда не шло. Но Милка обычно не вызывала столь бурной реакции у мужчин. Неужели и вправду вчера вечером помог раздеться и уложил в постель.

Место приема пищи представляло собой обширное помещение, заставленное сотнями столиков на четыре персоны. Похожее на заведение быстрого питания для элиты. Еще не ресторан, но уже и не Университетская столовая, к которой я привыкла там на Земле. У стойки с раздачей пищи теснилась толпа оголодавших студентов. Свободные места за столиками напрочь отсутствовали. Хорошо, что со мной спецназначенец. Надеюсь его подготовки будет достаточно, что бы отбить для нас место.

Оказалось, что мой спутник прекрасно ориентируется в местных реалиях. Откуда бы это. Он уверенно пересек общий зал и распахнул передо мной дверь в небольшое полупустое уютное помещение, буквально на пару десятков столов. Зал для преподавателей, буркнул мой спутник, усаживаясь за столик. И не только, отметила я рассмотрев за дальним столиком пару знакомых физиономий из числа мажоров.

Магическая академия, оплот либерализма, а туда же, — возмутилась я. Сплошное сословное неравенство. Впрочем, откуда это я придумала про либерализм. Да, тут им и близко не пахнет. Как бы снова не влипнуть в историю типа адюльтера Императора. С тебя станется. Сейчас Марсельезу начнешь исполнять.

Тут нам никто не помешает беседовать, объяснил мне собеседник, подзывая к столику официанта. Ну еще бы, не станут же господа преподаватели и приравненные к ним персоны таскаться с подносами.

Я сидела за столиком плотно уставленным тарелками с невообразимым количеством пищи и незаметно поглядывала на спецназначенца сидящего напротив. Бэримэр с задумчивым видом цедил второй подряд стакан сока. Пожалуй погорячилась, когда сказала спецназначенцу, что готова съесть слона. Вот он бедняга и расстарался. А может просто прикололся. Нет, не похоже. Во первых, это не в его характере, а во вторых, ему сейчас, наверняка, не до приколов.

Из той информации, которой он успел со мной поделится, я вынесла две новости. Главное это то, что лорд Лэстер уже в курсе о наличии у него великовозрастной дочери. И для спасения своего реноме он отправил мне в помощь сэра Бэримэра, дабы я по невежеству окончательно не разрушила репутацию шефа Тайной канцелярии.

Ну что ж, все совсем не так плохо, как могло бы оказаться. Теперь можно приступить к допросу с пристрастием, что бы осветить возможные нюансы. И начнем мы, наверное, с выяснения тайны появления фингала под глазом у сэра Бэримэра.

Я томно вздохнула и, демонстративно отложив вилку, похлопала ресницами:

Ах, Бэримэр, это просто невозможно! Что не так, леди? — обеспокоенно подскочил тот. Сэр, я не смогу съесть ни кусочка, пока не узнаю какой гад обезобразил Вам лицо, — подпустив слезы в голос, я в упор посмотрела на спецназначенца, поставив его в безвыходное положение.

Пришлось ему утешать меня поистине увлекательным рассказом. Оказалось, вчера вечером, в то самое время как мы выясняли нюансы личной жизни Императора, лорд Лэстер получил из Канцелярии Императора ежегодное приглашение на Осенний императорский бал. Посещение бала было рутинной обязанностью всех магов высшей категории и очередное приглашение не вызвало у Лорда Лэстера никаких эмоций. Готовились приглашения на основании реестра, в котором были выделены фамилии по первому списку.

Просматривая стопку входящих документов, он мельком взглянул на текст и отложил его в сторону. Потом осознал некую нелепицу в тексте и еще раз внимательно перечитал приглашение. Там черным по белому было написано. Лорд Лэстер Рин Корнелли приглашается на ежегодный Осенний Императорский бал вместе со своей дочерью Блондой Лэстер Рин Корнелли.

Ну а дальше началось разбирательство, которое закончилось наказанием виновных, наказанием невинных и еще наказанием членов делегации из Срединного королевства, которые прибыли по обмену опытом и случайно попали под горячую руку шефа Тайной канцелярии.

— Ну, а синяк под глазом откуда, — не выдержала я. — Никогда не поверю, что вам его лорд Лэстер поставил.

— И совершенно напрасно, леди, не верите. Шеф в молодости, когда учился в Оксфорде у вас на Земле, возглавлял студенческую команду по боксу и был чемпионом Лондона в легком весе среди любителей. Его еще прозвали Лэсли костолом, за убийственный удар левой.

— Как то сомнительно все это звучит. И когда, позвольте узнать, это было. Да, и кроме того, ударь он вас левой рукой, фингал был бы под правым глазом, а у вас заплыл левый.

Ну было это в конце 19 века по вашему времяисчислению. Считайте сами. Лорду Лэстеру в этом году исполняется 150 лет. Юбилей праздновать будем. Учиться он отправился в 20. Так что как раз на конец позапрошлого века все и припадает. А что касается синяка под глазом, так за что вы меня так не любите, леди. Он слава богу, в меня с правой засветил. Да еще к целителям запретил обращаться. Ударил бы с левой, я бы с вами тут не разговаривал — в госпитале перелом челюсти лечил бы.

Я, огорошенная наличием среди моих ближайших родственников библейского долгожителя, не нашлась с ответом.

Разговор плавно перетек в описание задания, поставленного шефом перед спецназначенцем. Оказывается, последнему была выделена значительная сумма денег, на которую меня необходимо было достойно одеть, а кроме того организовать репетиторство на предмет светского этикета, дабы я могла должным образом представлять семейство Рин Корнелли на Императорском балу.

Помимо этого, до меня была доведена базовая легенда, в соответствии с которой я являюсь плодом любви Лорда Лэстера и высокородной эльфийки. При этом эльфийка столь высокородна, что ее имя не рекомендуется произносить вслух.

Дабы мое рождение не привело к смене правящей династии в одном из Королевств, меня тайно переправили на Землю, где я и росла до совершеннолетия, а недавно была возвращена, для получения магического образования.

Короче чушь несусветная. Интересно, как Тайной канцелярии с такой проработкой легенд удается внедрить к противнику хотя бы одного агента. У них же там аналитический отдел есть. Припоминаю табличка с таким названием висела на двери мимо которой мы проходили, по пути в Портальную Арку. Они что там в аналитическом отделе в шашки на щелбаны играют, если такие легенды лепят. И почему в таком случае попаданцы из этого мира на Землю первым делом не оказываются в каталажке, на предмет выяснения личности.

Хотя, если судить по кличке лорда Лэстера — Лесли костолом и по терминологии, используемой моим собеседником, возможно с тюрьмы они и начинали свои карьеры на Земле. Ну а потом подключается кто-то типа Аденаиды Истермановны из числа местной резидентуры и выправляет ситуацию. О других попаданцах ничего сказать не могу. Не знакома. Впрочем, если люди из отряда сэра Бэримэра — сержант Петерс и иже с ним, тоже проходили стажировку на Земле, тогда это предположение приобретает дополнительную аргументацию.

Так туплю. На что будем списывать — на Милкино любовное томление или на перманентный стресс последних дней. При чем тут аналитический отдел. Да история с моим удочерением вряд ли вышла за круг из трех человек. Лорда Лэстера, сэра Баримэра и Стива. Вряд ли шеф Тайной канцелярии позволил распространить правду обо мне наружу, привлекая к разработке легенды сотрудников аналитического отдела. А уж уровень собственного воображения любого из этой тройки, как раз и соответствует предложенной легенде о тайной эльфийке.

Ладно с легендой все ясно. Оперативный простор для моей фантазии обеспечен. А там посмотрим, куда кривая вывезет. В худшем случае в следующий раз будут серьезнее относится к этому вопросу. Предложить им что ли посмотреть мексиканские сериалы, если своей фантазии не хватает. Нет оставлю эту возможность для себя.

А что, с удовольствием готова посмотреть на то, как отреагирует ректор Академии на мои слова о том, что мой дядюшка Дон Пэдро, являясь королем одного из Королевств, которое нельзя называть в силу возможных политических катаклизмов, был в детстве подменен в колыбели кормилицей на свою двоюродную сестру, которая приходится мне родной прабабушкой. Надеюсь у него волосы дыбом не встанут от такой информации. Впрочем он же лысый. Ну хорошо, с легендой разобрались.

Теперь осталось прояснить для себя линию поведения касательно использования денежной суммы выделенной на мой гардероб. Что там сэр Бэример лопочет о том, что лорд Лэстер поручил ему тщательно контролировать расходы. Ну, понятно, спецназначенец еще полный младенец в части, касающейся использования денег женщинами на приобретение обновок. Он даже не подозревает, что стоять между леди и шоппингом смертельно опасно. Но вот о чем думал шеф Тайной канцелярии давая такое поручение спецназначенцу. В его-то годы надо быть мудрее. Впрочем, это их проблемы. И в этом вопросе оперативный простор для моей фантазии обеспечен.

— Сэр Бэримэр. А как же ваша работа с отчетами? Неужели шеф освободил вас от писанины.

— Леди, это единственный плюс во всей этой ситуации, признался спецназначенец.

Нет, ну каков паршивец. А как же радость общения со мной. Да, запущенный случай, подумала я. Ничего, время на исправление недостатков у нас теперь с избытком. Мы из тебя лапочка еще такого ловеласа сделаем, закачаешься. Графини будут толпами ложится у твоих ног.

А давай потом его не станем отдавать графине, себе оставим, — робко предложила Милка.

Поживем — увидим, оборвала ее Блонда.

Между тем сэр Бэримэр продолжал.

— Лорд Лэсли когда узнал, что паспорт на имя Блонды Лэстер Рин Корнелли оформил барон Николс, так сразу и поручил ему заканчивать отчеты. И тоже фингал под левый глаз поставил.

— Стоп, какой барон Николс, паспорт же выписывал Стив.

— Ну да, с недоумением посмотрел на меня сэр Бэример. Барон Стив Николс.

— Так что у вас в отряде все бароны?

— Почему это все бароны, — удивился спецназначенец. — Сержант Петерс — граф, правда, он граф из Лесного края и графство у него по размерам меньше, чем баронство у Стива. Но тем не менее. Да и ребята из его отделения все оттуда же из Лесного края. Земляки. Вторые, третьи сыновья местных баронов. Сказать по правде — разбойники чистой воды. Ну так суровый край, суровые нравы. А старшина третьего отделения вообще маркиз. Ну и конечно же все в отряде дворяне. А как иначе? Все маги не ниже четвертой категории. Среди простолюдинов таких не бывает. Спецотряд все же. За исключением меня. То есть я тоже маг четвертой категории, а остальное совершенно не важно.

На этих словах спецназначенец прервал свою речь тяжелым вздохом.

Ну нет дорогуша. Сейчас ты мне все как на духу расскажешь. И к ректору не надо будет обращаться. Хотя почему сейчас. Оставлю ка я эту историю на сладкое.

— Сэр Бэример. Мне нужно срочно измерить уровень дара, а потом попасть к ректору для согласования будущей магической специальности. На самом деле вы же понимаете, что лорда Итона в большей степени интересует не мои способности, а факты из личной жизни. Так что буду внедрять в массы вашу легенду про тайную эльфийскую любовницу лорда Лэстера.

— Да вы что, леди. Не вздумайте такое сказать лорду Итону, — испуганно прервал меня спецназначенец. Никакой тайной любовницы. Законная жена, с которой лорд Лэстер сочетался тайным браком.

Да, вынуждена была с ним согласится. Так звучит значительно лучше.

— А с вами я предлагаю встретится часов в шесть у меня в комнате. Обсудим планы на следующий день и вы расскажете мне, с кем договорились о моем репетиторстве по части имперского этикета. А кроме того, — добавила я про себя, — ты, лапушка, в деталях посвятишь меня в историю, превратившей тебя из лорда Ардена в сэра Бэримэра.

— Надеюсь моими наставниками не станут барышни из местного салона мадам Зи-Зи, — пошутила я. Что!?.

Смутился и глазки отвел в сторону. Что-то невнятно забормотал. Неужели и в самом деле решил привлечь к моему обучению дам с низкой социальной ответственностью? Какой запущенный случай. Ну, да ладно, и с этим разберемся.

Небольшое помещение, в котором меня с нетерпением ожидал профессор Тэтчер, полностью соответствовало моему представлению о лаборатории, безумного ученого. Тесно уставленное приборами непонятного назначения, колбами, ретортами, магическими шарами вперемешку со старинными фолиантами, оно будило фантазию у всякого романтически настроенного человека. Здесь легко можно было представить беседу с духом короля Георга четвертого о судьбе Империи. Или на худой конец, трансформацию свинца в золото с помощью философского камня.

У человека, не обремененного излишним воображением, вид лаборатории вызывал лишь одно желание. Немедленно выбросить на свалку весь этот хлам и вымыть наконец оконные стекла.

В центре лаборатории на столе, слегка расчищенном от ненужных предметов, стояла небольшая хрустальная пирамида. Именно к ней мне и предложил прикоснутся профессор Тэтчер, дабы определить силу моего магического дара.

Правда саму процедуру предварил затянувшийся ритуал взаимного расшаркивания. Сначала профессор демонстрировал свою обиду тем фактом, что я не помчалась к нему стремглав, сразу же по по окончанию лекций. В ответ я изображала свое глубокое раскаяние, корча умильные рожицы и опуская глазки. Будучи прощенной, получила в подарок обстоятельную лекцию о теории и практике измерения силы дара.

Мне на самом деле понравился профессор Тэтчер своим научным энтузиазмом и увлеченностью. Он здорово напоминал профессора Малика из моего родного мира, который читал нам криминалистику. Петр Алексеевич подчас так увлекался, описывая очередное преступление и углубляясь в детали расчленения трупа, что отдельные наиболее впечатлительные студенты выскакивали из аудитории и мчались в туалет, сдерживая рвотные позывы. Еще одна черта роднила Профессора Малика и профессора Тэтчера. У обоих напрочь отсутствовал иммунитет к симпатичным студенткам.

Так вот, сила дара в Академии измерялась двумя артефактами. Один стационарный, использовался при поступлении большого числа испытуемых. По слухам он был подарен Академии лично Георгом 4 и вел свою родословную еще от древних магов. Артефакт при прикосновении начинал светиться и яркость свечения говорила о силе дара. При этом саму яркость члены приемной комиссии определяли на глазок в соответствии с собственным разумением, что порождало подозрения в волюнтаризме и коррупционной составляющей.

Второй артефакт являлся детищем лично профессора Тэтчера. Я выслушала обстоятельный рассказ, о том как профессор своими руками, будучи юным аспирантом, отлавливал подходящего Духа в мире 15/67. Потом долго внедрял ему необходимые Информационные матрицы. Дальше очень длинное и непонятное изложение. Потом что-то еще более непонятное. И в заключении рассказа, обученный Дух был привязан к хрустальной пирамидке. Достаточно приложить к ней руку, как Дух тут же вселяется в тело изучаемого объекта, пробегает по энергетическим каналам. Замеряет их плотность и размеры и в конце выдает результат, оформленный в справочную таблицу.

Профессор Тетчер не зря гордился своим детищем. Он даже имя Духу дал, обозвав его Кешей. Оказывается такого качественного артефакта, не было ни в одной другой магической академии. В исключительных случаях, когда заходил вопрос об измерении силы дара наследников Королевских домов, его с артефактом приглашали по всему Эдему.

А вот теперь и мне выпала такая честь.

Руководствуясь указаниями профессора, я приложила ладонь к одной из граней пирамиды. Шандарахнуло так, как будто в лаборатории взорвалась светошумовая граната, используемая для нейтрализации террористов.

Когда пыль рассеялась и в глазах перестали мельтешить зайчики, а в ушах стучать бубны сводного оркестра боевых шаманов, передо мной открылась любопытная картина. Во первых мое желание по наведению порядка в помещении оказалось частично выполненным. Всякая ненужная рухлядь в виде обломков приборов, осколков стеклотары и отдельных страниц манускриптов сосредоточилась преимущественно вдоль стен, так что центр помещения сиял девственной чистотой. Даже стол куда то исчез.

В середине пустого пространства стояли я и профессор Тэтчер, а прямо перед нами висело в воздухе непонятное мохнатое существо судорожно сжимающее тонкими лапками ту самую пирамидку, к которой я столь неосторожно прикоснулась и мелко испуганно дрожало. Похоже я испортила артефакт профессора.

Я осторожно покосилась на своего соседа, ожидая любой, самой неадекватной реакции на произошедшее. Профессор меня удивил. Он с любопытством рассматривал мохнатика, а потом обратился ко мне.

— Леди, нам с вами несказанно повезло. Мы стали свидетелями редчайшего события, мгновенной трансформации Духа в Беса. Наверное при каждом измерении Дух получал кусочек Информационной Матрицы. А сегодня, попав в ваше тело получил достаточный объем знаний для нового скачка в развития. И посмотрите, какие уникальные свойства приобрел мой Кеша. Стал видимым, научился левитировать себя и перемещать предметы. Надеюсь, он не утратил способность к измерению силы дара.

Как же, попал он в мое тело, пробурчал в моей голове голос Милки. Кто эту мелочь пузатую туда пустит. Пусть благодарит, что жив остался.

Никогда не предполагала, что Милка так не любит Духов. С этим надо что-то делать. В конце концов здесь вся магия основана на работе с Духами.

— Вы, леди, идите, — продолжил профессор Тэтчер. Все равно сегодня ничего измерить не удастся. А я постараюсь успокоить Кешу и перезаключить с ним магический договор. Только ректору ничего о произошедшем не говорите. Скажите, что не застали меня.

Профессор совершенно правильно отреагировал на мой молчаливый вопрос и удивленно приподнятую бровь.

— Буду вам должен, сказал он.

Приятно иметь дело с понимающим человеком.

Глава восьмая. Тайны страшные и не очень.

Кабинет ректора неуловимо напоминал то самое помещение, из которого не далее как вчера Аденаида Истермановна отправила меня в другой мир. Разве что трупа возле стола не хватало, да кресел в углу помещения было не одно а два и небольшой столик между ними. Вот в одно из этих кресел ректор и предложил мне сесть, устроившись напротив. Наверное, таким образом лорд Итон подчеркивал неформальный характер нашей беседы. Вряд ли ректор часто беседует со студентами развалившись в кресле.

— Признаться, — начал он разговор, — ваше появление в Академии, которую я имею честь возглавить, меня несказанно удивило. Очевидно, что вы, до появления на Эдеме, жили в мире лишенном магии. Предполагаю в 74/2, как наиболее комфортном и развитом среди техномиров. И поэтому не полностью владеете информацией, определяющей местные реалии.

— Тем не менее, надеюсь вам понятно, что сам факт появления у лорда Лэстера дочери, о которой никто не знал, может существенно повлиять на расклад сил в Империи. Все-таки фигура шефа Тайной канцелярии является определяющей во многих процессах. А уж то, что он отправил вас на обучение в мою Академию… Вы ведь в курсе что мы с моим большим другом лордом Лэстером играем, можно сказать, в разных командах.

Угу, уже — «мою Академию», а где же «Академия, которую я имею честь возглавлять»? И к чему эта многозначительная пауза. Наверное, я должна сказать что-то важное. И тут похоже речь идет не о шпионских играх. Скорее всего намек на большую политику. Ненавижу политику. Впрочем нет ничего проще, чем поддерживать беседу на эту тему. Достаточно бросать двусмысленные фразы и делать паузы в самых неожиданных местах, а дальше собеседник все сам за тебя придумает. Главное всегда говорить правду и ничего кроме правды. Не исключено, что ректор может чувствовать ложь. Так что Блонда вперед.

— Поймите, лорд Итон, отец никогда меня глубоко не посвящал в свои тайные планы, — намек на то, что неглубоко я все же во что то там посвящена. Не рассказывать же собеседнику о том, что мы вообще беседовали с лордом Лэстером не больше 20 минут, причем большую часть времени говорила я. И речь уж точно не шла ни о каких тайных планах.

— Но я могу утверждать, что мое направление именно к вам на учебу было неслучайным.

А как же, какая тут может быть случайность, если сэр Бэрримэр принял это решение находясь под впечатлением образа подавальщицы из местного трактира, которая одновременно могла переносить двенадцать кружек пива.

— Вы сказали правду, — удивленно отреагировал ректор.

Все, похоже я сделала этот сэт. Лорд Итон выглядел несколько ошарашенно.

Красный камень в кольце на указательном пальце его левой руки ярко вспыхнул.

А наш-то лорд использует артефакт распознавания лжи, раздался у меня в голове Милкин голос. Впрочем я уже давно поняла, что к моей одногрупнице по Универу моя шизофрения имела самое отдаленное отношение. А вот полученной информацией решила воспользоваться на полную.

— Лорд Итон, а разве ваше кольцо не относится к спецсредствам, требующим разрешения на применение, — указала я на кольцо. — Не думаю, что его использование в частной беседе оправдано.

Все, теперь он весь мой с потрохами. Не думаю, что отсутствие разрешения может каким то образом навредить ректору, но вот если шеф Тайной канцелярии узнает, что с его родной кровинушкой беседовали используя магический детектор лжи. О-о-о. Могут быть самые негативные последствия.

— Леди Блонда, — заюлил лорд Итон, просительно заглядывая мне в глаза и стаскивая кольцо со своего пальца. — Давайте сделаем этот незначительный факт нашей маленькой тайной. В конце концов нам с вами еще 5 лет в академии вместе сосуществовать. Надеюсь, мы станем друзьями. И в знак будущей дружбы прошу вас принять это кольцо в подарок, закончил ректор протягивая мне украшение.

Эк, его проняло. Похоже, я была неправа в своем предположении о том, что отсутствие разрешения на использование спецсредства может ему навредить.

— Бери, — снова раздался у меня в голове голос духа, который окончательно перестал маскироваться под Милку. Хорошая вещица. Пригодится, не пожалеешь.

Принимать кольцо в подарок от малознакомого мужчины да еще в возрасте. Откровенный моветон. Блонда ты же не можешь упасть так низко. С другой стороны — симпатичное колечко, и камень, судя по всему, непростой. Да и ректора не хотелось бы обижать. А кроме того, я всегда готова пойти на компромисс сама с собой. Поэтому я приняла подарок от лорда Итона, но надевать кольцо на палец не стала. Просто положила на столик рядом с собой. Не забыть бы, когда уходить стану.

И вообще в этом случае я совершенно не руководствовалась гипотетической ценностью артефакта. Надо будет у Бэримэра поинтересоваться, насколько законно владеть таким украшением. Просто аргумент ректора о том, что нам вместе сосуществовать в этих стенах еще пять лет был для меня понятен и убедителен. Зачем плодить себе врагов, а лорд Итон, судя по всему, не самый плохой человек.

После моего обещания, что это маленькое недоразумение конечно же останется между нами, и для меня — большая честь называть другом такого великого человека как лорд Итон, ректор вздохнул с очевидным облегчением и предложил перейти к вопросу о выборе магической специальности.

Впрочем, по его словам, выбирать-то мне было не из чего. В академии готовили магов по четырем направлениям. Боевиков, целителей, менталистов и портальщиков. И для меня, как дочери лорда Лэстера, подходила только специализация боевика. Оставалось лишь определится, буду ли я магом универсалом, либо сконцентрирую усилия на одной из стихий. Сам ректор настоятельно рекомендовал мне ледяную магию, как наиболее эффективную в борьбе с демонами.

Ну вот только этого мне не хватало, ходить строем и бить несчастных зверушек, то бишь демонов.

— Хочу стать менталистом, — решительно заявила я ректору.

— Простите, леди Блонда, возможно вы не в курсе, но менталистами и целителями могут стать только носители эльфийской крови.

Какая своевременная реплика. Можно совершенно естественно начинать внедрение легенды о маме эльфийке.

— Лорд Итон, моя мама была чистокровной эльфийкой. Разве этого не достаточно?

Помилуйте леди Блонда. Вы же с Земли. И наверняка хорошо учились в школе. Вот там на уроках генетики вам должны были и объяснить, что такое доминантные гены. Так вот, все носители эльфийской крови в обязательном порядке синеглазые блондины и блондинки. Не хочу вас огорчать, но ваша мама не эльфийка.

Па-Бам, — проговорила я сама себе, снимая кулон иллюзий. Кульминация. Ректор в шоке.

Странно. Почему он выглядит как будто парализованный. Неужели моя красота произвела на ректора такое впечатление. Нет, я не возражаю, пусть смотрит. Но в его годы надо быть сдержаннее в своих чувствах.

Блонда, за последнее время ты совершенно утратила присущую тебе наблюдательность и ясность ума. С этим надо что-то делать, раздался у меня в голове внутренний голос. Он вообще-то не на тебя смотрит, а на кулон.

Конечно, замечание обидное, но справедливое. Хорошо хоть Милка не стала язвить. А то совсем бы от стыда сгорела. Впрочем куда ей. Она вместе с кулоном сейчас лежит на столике, рядом с подарочным кольцом, и судя по всему, на время потеряла доступ к моей голове.

А картинка на которую пялился ректор представлялась достаточно занимательной. Алый камень в кольце, лежащем рядом с кулоном беспорядочно вспыхивал ярко красными вспышками. Я когда то видела нечто подобное.

Это когда Маришку ее очередной обожатель — молодой, красивый, загорелый смотритель маяка подпустил к панели управления прожектором. Подруга тут же стала нажимать на все кнопки подряд. А мы с моим поклонником в этот время гуляли по ночной набережной. Ошеломляющее зрелище. Сначала сверкают яркие хаотичные вспышки, а потом десант службы береговой охраны бежит к маяку. Они совершенно серьезно решили, что маяк захватили террористы и таким способом передают условный сигнал своим сообщникам. И после этого вы предлагаете идти мне в армию боевиком. Ну-Ну.

Впрочем, я немного отвлеклась. Помимо камня в кольце, кулон демонстрировал не менее занимательную реакцию. Время от времени голубой сапфир стрелял по кольцу синими молниями.

Именно эта картина и заворожила ректора.

Не может быть, хриплым голосом прошептал лорд Итон. Это же Голубой Хамелеон. Кулон иллюзий Лорда Вампира. Неужели Старца уже нет в живых. Впрочем, о чем это я. Он и так последние 500 лет был нежитью. Как же так случилось, что Старца больше нет.

— Вы, конечно, в курсе, — уже нормальным голосом обратился он ко мне, — что новую привязку Голубого Хамелеона можно сделать только после окончательного развоплощения предыдущего владельца. Да, это действительно меняет все расклады. Теперь мне стало понятно, зачем лорд Лэстер оправил вас ко мне. Передайте своему отцу, что я понял намек и готов обсудить с ним условия союза.

— И еще. Лорд Итон, наконец, обратил внимание на мою новую внешность. Вы правы. Вам конечно же надо становиться менталистом. Нет ни малейшего сомнения в том, кто является вашей матерью. Вы удивительно на нее похожи. Впрочем, не беспокойтесь ни о чем. В этом мире буквально считанные люди смогут обнаружить сходство. Просто когда-то в молодости я сражался в одном отряде с вашим дядей. — глаза ректора затянулись ностальгической пеленой.

Так, число моих гипотетических родственников растет лавинообразно. Надо с этим что-то делать. И этому человеку я собиралась втюхивать историю с Доном Пэдро. Тут как бы у самой волосы дыбом не встали.

— И последнее, — продолжил мой собеседник, стряхнув дым воспоминаний. — Вам же батюшка объяснил, что постоянно носить Голубой Хамелеон могут себе позволить только самые сильные маги. Демон, привязанный к камню, никак не меньше четвертого круга. Так что неопытного мага он сможет быстро подчинить себе. Сначала голоса в голове, потом частичная бессознательная утрата контроля над телом. И в конце — полная одержимость. Но это я так — на всякий случай.

Ну вот, как я и предполагала. Тайна Милкиного голоса в моей голове раскрыта. А уж кто кого подчинит, мы посмотрим. Заодно стало ясно, кто же меня вчера раздел. Напрасно я грешила на Бэрримэра. А жаль.

— А теперь идите. — ректор величаво махнул рукой. — Мне надо о многом подумать. У нас еще будет возможность все обсудить. А обсудить нам надо многое.

Я подхватила со стола Кулон и колечко и быстро выскочила из кабинета ректора. И да, мне тоже не мешало подумать.

Излишне заинтересованные взгляды встречных студентов напомнили мне о том, что я забыла нацепить на себя кулон. А первое, что услышала у себя в голове после включения иллюзии, это раздраженный голос Милки. Как же — демон четвертого круга. Тоже мне специалист. «Ха-ха, демоном четвертого круга я был 200 лет назад. А сейчас никак не меньше пятого». Я поежилась. И чтобы отвлечься огляделась по сторонам.

Наконец рассмотрела домик, в который меня заселили. Утром было не до того: опаздывала на первую пару.

А что, уютный двухэтажный коттедж. На первом этаже большой холл с парой мягких диванов. Стойка ресепшен, за которой стоит приветливого вида девица и вежливо мне кивает. Двери в служебные помещения и широкая лестница на второй этаж. Именно там и находятся жилые комнаты. Судя по числу дверей, их всего четыре. Роскошно живут студенты Академии. Хотя ни черта непонятно По моим наблюдениям таких коттеджей на территории кампуса не наберется и десяток. А где же живут остальные студенты?

Похоже, этот вопрос я произнесла вслух. Во всяком случае, мой браслет на него отреагировал и представил перед глазами карту академгородка, выделив на ней два многоэтажных корпуса. Понятно, мужское и женское общежитие для студентов. Надо понимать коттеджи заселяются привилегированными особами. Интересно, за какие заслуги я попала в их число.

Фамилия по первому списку, — тихо пискнул браслет.

Надо немедленно прекратить привычку разговаривать с собой вслух. Мало ли какие мои мысли браслет может воспринять как запрос в систему. А с моей удачей всегда могу что-то ляпнуть. И вдруг код отмены меняется каждый день. Как там? «14779». Правда, сэр Бэрримэр слезно просил никогда в жизни больше эти цифры не произносить, так как это очень страшная тайна. Ну ведь недаром умные люди настаивают: никогда не говори никогда.

А ведь странно. С утра мой браслет был таким живым, ехидным и непредсказуемым. Делал замечания, можно сказать вмешивался в личную жизнь. А сейчас как-то притих. Функционирует строго в рамках должностной инструкции. С чего бы это?

Кажется поняла. Его Милка испугала, когда Кешу шандарахнула. Ладно браслетик, обратилась я напрямую к духу. Будешь себя хорошо вести, я тебя в обиду не дам. И называть тебя стану Зазой. Браслет благодарно звякнул в ответ.

А вот и сам сэр Бэримэр. Смотри как время бежит. Судя по фигуре, нервно вышагивающей в коридоре перед дверью, уже давно перевалило за шесть часов.

Приглашаю его к себе в комнату и удивленно останавливаюсь на пороге. За время моего отсутствия комната претерпела радикальные изменения. Теперь это не бюджетный вариант по принципу бедненько, но чистенько, а вполне респектабельная гостиная. Правда, исчезло мое спальное место, зато появилась новая дверь. Не удержалась, заглянула. Ого, на такой кровати вполне можно разместить все отделение сержанта Петерса. Вещи, судя по всему, заняли свои места в шкафу, только статуэтка осталась стоять в центре столика рядом с креслами.

Зато перед спецназначенцем не стыдно. Не разговаривать же с ним сидя на кровати. А что делать, если раньше в комнате был только один стул. Теперь есть, куда усадить человека. Хотя он и сам уже забрался в кресло и даже ноги попытался положить на столик. Но тут же смутился и принял приличествующую моменту позу. Потом сцапал бабулину статуэтку и начал ее вертеть в руках.

Я уселась напротив и решительно взяла инициативу разговора в свои руки.

— Сэр Бэримэр. Я ужасно устала. Поэтому давайте вкратце пробежимся по основным вопросам и баиньки.

На слове баиньки мой собеседник отчетливо вздрогнул. Да что у него в голове творится, черт побери. Воспользоваться что ли полномочиями, неформально данными мне лордом Лэстером, и в приказном порядке отправить спецназначенца в салон мадам Зи-Зи. Пусть напряжение сбросит.

Кстати о салоне мадам Зи-Зи.

— Сэр Бэримэр, а вы что, действительно собирались искать мне репетитора по этикету среди сотрудников борделя.

— Как вы могли такое себе вообразить, — возмутился спецназначенец. Просто владелица салона в этом городке, баронесса Риола, моя старая знакома. Она в молодости состояла в свите Императрицы. Подчеркиваю не сотрудница салона, а владелица. И я обратился к ней за помощью. Баронесса к завтрашнему дню обещала прояснить ситуацию с модисткой и репетиторством.

Ну и нравы у них тут в Империи, удивилась я про себя. Фрейлина императрицы становится содержательницей борделя. Не удивлюсь, если графы тут регулярно перепрофилируются в управдомы. Впрочем, это — их устав. Условно принимаем отговорку и ставим спецназначенцу плюсик.

А теперь — вкусняшка. И побольше искренности в голосе.

— Сэр Бэримэр, мы же друзья

— Несомненно леди Блонда.

— Вы так много обо мне знаете. Не правда ли.

— Ну да.

А вот сомнение в голосе нам не к чему. Будем дожимать. Теперь немного задумчивости.

— Вам не кажется, что сама судьба свела нас вместе. — Попробуй только возразить, паршивец. Ладно. Растерянное Э-э-э, принимается как согласие.

— Не удивительно, что я хочу как можно больше узнать о вас. Я хочу понять, чем вы живете. Кто вы глубоко в душе. Что вам небезразлично, а что вызывает отвращение. Мне важны любые мелочи о вас. Вы ведь согласны, что друзья должны делится друг с другом всем самым сокровенным?

Так, немного напрягся. Сжал руку в кулак.

Наклониться поближе. Заглянуть в глаза. Положить свою ладонь сверху и немного погладить. Больше нежности в голосе.

— А мы же друзья, и возможно даже нечто большее. И вы готовы ответить мне на любые вопросы. Ведь так?

Кивнул. Теперь подсекаем.

— Расскажите, почему вы перестали быть лордом Арденом и стали Сэром Бэримэром.

И нечего так дергаться. Руку фиксируем. Порядок. Вдох — выдох. Расслабился. Начал рассказывать.

Ну вот. Все как я и предполагала. Банальный развод, отягощенный юношеским максимализмом и человеческой глупостью, допускающей превратное толкование понятий порядочности и чести. Не удивительно, что он до сих пор шарахается от женщин как черт от ладана. Ну исключая конечно сотрудниц салонов мадам Зи-Зи, баронессы Риолы, подавальщицы в трактире Три Толстяка и иже с ними.

В двух словах. Молодой, подающий надежды шалопай, потенциально очень сильный маг, лорд Бэримэр Арден, наследник и любимец публики, представитель фамилии по первому списку, безумно влюбился в некую барышню — маркизу Адель Ситар Винзорф. Маркиза благожелательно ответила на ухаживания молодого лорда и вскоре в высшем свете начали широко обсуждать предстоящую свадьбу.

Лорд Арден старший и Маркиз Винзорф обговорили практическую составляющую предстоящего установления родственных отношений и даже подписали договор, в соответствии с которым молодым передавался в ленное управление немаленький по меркам империи город Торбан, это со стороны Арденов и пять высокодоходных серебряных рудников — вклад семейства Винзорф. Состоялась пышная помолвка. Была назначена дата бракосочетания. К этому событию шла активная подготовка.

А за два дня до свадьбы маркиза Винзорф в приватной беседе, обливаясь слезами заявила лорду Ардену, что находится на третьем месяце беременности. И не намерена избавляться от ребенка. Поскольку молодой лорд был свято уверен в целомудренности своей невесты, то озвученная информация стала для него полным шоком.

Лорд Арден скрипя зубами предложил вариант, в соответствии с которым, он признает ребенка своим и информация о легкомысленном поведении маркизы останется тайной узкого круга людей.

К сожалению, по словам маркизы, предотвратить скандал таким образом не удалось бы. Поскольку отцом ребенка являлся чистокровным эльфом, то любой мало-мальски соображающий человек рано или поздно догадался бы, что жена наставила лорду Ардену рога.

Единственным приемлемым вариантом, опять же по словам маркизы, был следующий. Лорд Арден по собственной инициативе разрывает помолвку, принимая на себя всю ответственность. Безутешная, жестоко обманутая невеста бросается за моральной поддержкой к своему верному другу эльфу, с которым вскоре и сочетается браком. Подкупленные лекари заявляют о рождении недоношенного ребенка, так, чтобы соблюсти приемлемые сроки — и все в шоколаде.

Вариант коварной невесты поставил лорда Ардена на шпагат. Альтернативой было либо признать себя мерзавцем, бросившим любимую девушку, либо ославиться на всю Империю в качестве лопуха, которому невеста наставила рога прямо перед свадьбой.

Решающим фактором послужило полное нежелание выступить в качестве всеобщего посмешища.

Поэтому уже на следующий день он официально объявил о расторжении помолвки. Маркиза немедленно покинула столицу, а на молодого человека в полной мере обрушилось негодование широкой общественности. Впрочем негодование оказалось не самой большой бедой. Сыграла свою роковую роль полная экономическая неграмотность Бэримэра и его нежелание заниматься документами.

В соответствии с брачным контрактом в случае расторжения помолвки по инициативе одной из сторон, на нее возлагались поистине драконовские штрафные санкции. И поскольку контракт был магическим, а гарантом его исполнения служил все тот же реестр Древних, оказывается он и такие функции мог исполнять, то оспорить штрафные санкции не удалось. По оценкам экспертов, семейство Арденов потеряло половину своих активов. В том числе, и город Торбан. Лорд Арден старший был в бешенстве.

Он, как и многие другие знающие люди в Империи, быстро сообразили, что молодой лорд стал жертвой банального мошенничества. Как выяснилось постфактум, рудники, предлагаемые семейством Винзорф, ничего не стоили, а сам маркиз находился на гране банкротства. Естественно, ни о какой беременности у Адель Ситар Винзорф речь не шла. Зато по результатам аферы

семейство Винзорф значительно поправило свое финансовое благосостояние.

Самое обидное во всем этом, что лорд Арден таки стал посмешищем для всей имперской элиты, как лопух, которого так запросто провели. Именно этот факт, а не экономические потери, вынудили Лорда Ардена старшего официально лишить своего любимого сына титула лорда.

Правда, официальный разрыв с семьей не привел к разрушению родственных связей. Неофициально отец продолжал поддерживать сына, и обещал восстановить титул лорда, как только для этого появится малейший повод.

— Вот такая грустная история, — вздохнул сэр Бэримэр, заканчивая свой рассказ. Я отправился на Землю. Закончил там Массачусетский технологический институт. По возвращению, по протекции отца, поступил на службу в Тайную канцелярию Провел ряд успешных спец операций.

— А что с маркизой Адель? — поинтересовалась я.

— А что с ней? Цветет и наслаждается жизнью. Недавно по слухам стала одной из фавориток Императора.

— И что, общественность ее не осудила, — поинтересовалась я.

— Да вы что, леди. Это жестокий мир. Здесь такое в почете. Наоборот стала кумиром для многих юных девушек.

— На самом деле, все о чем я вам рассказал — не тайна. Об этом многие до сих пор болтают. Просто не хотел выглядеть в ваших глазах полным идиотом.

Ну вот, лучше бы я всего этого не знала. Теперь в моем списке врагов, требующих отмщения, добавилась еще одна особа. Причем претендующая сразу на лидирующее место. Непосредственно после Аденаиды Истермановны. Ладно, Аделька. Отольются тебе Бэриморкины слезы. Уж я об этом позабочусь. Да и ленное владение городом Торбаном мне не помешает. Надо же будет строить свою финансовую империю.

По-настоящему меня в рассказе спецназначенца заинтриговала только одна оброненная вскользь фраза. Оказывается, Адель Ситар Винзорф заканчивала школу в моем мире. На Земле. Среди элиты Эдема считается хорошим тоном давать своим отпрыскам земное образование. Более того, она была дальней родственницей Аденаиды Истермановны. Не удивлюсь, если мошенничество с лордом Арденом плод совместного творческой двух этих дам.

— Не переживайте вы так, — успокоила я спецназначенца. Хватит говорить о плохом. Давайте поговорим об очень плохом. Я недавно беседовала с ректором. Должна сказать, что ваша легенда с моей матерью эльфийкой прошла на ура. Более того, лорд Итон заявил, что он ее прекрасно знает. А с моим родным дядей вообще в одном отряде лямку тянул.

— Но и это не самое интересное, — прервала я собеседника, который пытался преодолеть шок от полученной информации и что-то сказать.

— Ректор по секрету мне сообщил, что использование амулета иллюзий, который вы мне всучили в качестве компенсации за квартиру, оставленную на Земле, неизбежно в ближайшее время приведет меня сначала к прогрессирующей шизофрении, а потом и к полной одержимости.

— Если не секрет, где вы такую уникальную вещицу достали?

— Поверьте леди, вам ничего не грозит. Я знаю, о чем идет речь. Простите, что не рассказал вам обо всем раньше.

Когда мы появились в замке Герцога Мелсона, лорд Вампир уже умирал. Впрочем у него оставалось достаточно сил, чтобы между делом разобраться с нашим отрядом, а заодно и сравнять замок Герцога с землей. Недаром Старец последние триста лет считался самым могущественным магом Эдема.

Но к этому времени жизнь в теле Старца поддерживал демон из Голубого Хамелеона. Обычно между магом и демоном складываются отношения хозяина и раба. Но только не в этом случае. Похоже Лорд Вампир и Демон Голубого Хамелеона настолько сроднились друг с другом, что прониклись со временем взаимной симпатией.

Старец понимал, что ему осталось жить считанные часы. А с его смертью артефакт мог попасть в недобрые руки и влачить жалкую участь бессловесной твари. Поэтому он и предложил мне сделку. Старец оставляет в живых меня, мой отряд и всех обитателей замка.

Все странности, которые привели в замок мой отряд, списываем на проделки малолетних детей Герцога, у которых начал пробуждаться магический дар и которые по неосторожности заполучили в подчинение молодого духа.

В свою очередь, я обязался найти после смерти Старца для Голубого Хамелеона подходящего хозяина, который станет бережно относится к демону. Мы обменялись магическими клятвами, один из пунктов которой гласил, что демон Голубого Хамелеона не станет причинять вред носителю, которому я его передам, а будет действовать только ему на благо. И поверьте ни один Демон не сможет нарушить эту клятву.

Ваша кандидатура показалась мне вполне соответствующей условиям, предъявляемым к хозяину амулета.

Верю, мысленно согласилась с ним. Я такая добрая и пушистая. Просто у нас с Демоном разное видение на то, что можно считать для меня благом. Ну да это — не моя проблема проблема. Это проблема демона. Будем и этого воспитывать.

— И последний на сегодня вопрос, сэр Бэримэр. Мне показалось, что обучение в Академии штука достаточно дорогостоящая.

— Еще бы, согласился спецназначенец. Не всякий барон может себе позволить отправить отпрыска в Академию Магии. Вы представляете сколько стоит Дух, которого внедряют каждому студенту в начале обучения при инициализации? Да один информационный браслет на вашей левой руке дороже десятка самодвижущихся экипажей самых престижных марок.

— Тогда позвольте узнать, а кто оплачивает мое обучение.

— Конечно, Тайная канцелярия, — удивился моему вопросу сэр Бэримэр. — Как только шеф приказал оформить вас по третьей категории, так сразу все расходы и легли на бюджет.

— А вам не кажется странным, что лорд Лэстер оплачивает обучение собственной дочери из кармана организации, которую сам и возглавляет.

Да. Это вам не магические договора с вампирами заключать. Тут головой думать надо. Похоже сэр Бэрример осознал возможные последствия того, что только что от меня услышал. Наверняка сыграл свою роль опыт, приобретенный от сделки с маркизом Винзорфом.

Он подскочил как ужаленный.

Я немедленно должен обо всем доложить лорду Лэстеру. Да еще и комиссия из центрального аппарата совершенно некстати завтра прибудет. А главный казначей такая сволочь. Кроме того нашего шефа на дух не переносит. С этими словами спецназначенец спешно меня покинул.

Ну наконец то, одна. Совсем одна. Нет, я ничего не имею против сэра Бэрримэра. Приятный во всех отношениях молодой человек. Но время от времени я начинаю испытывать ненависть ко всему человечеству в целом и ко всем его представителям персонально. Конечно за исключением бабули, Маришки и частично красотки Джо. Впрочем они-то все как раз очень тонко чувствовали мои душевные терзания и старались в этот период ко мне на глаза не попадаться. Во избежании.

Как мне все-таки не хватает Маришки. Даже поговорить не с кем. А может удастся ее каким-то образом выдернуть в Эдем. А что, это — мысль. По большому счету ее на Земле ничего не держит. Ну не стоит же серьезно относится к ее планам по поводу начальника отдела. Не Маришкин уровень. А здесь мы на пару могли бы здорово развернутся.

Складывается впечатление, что это общество, вспоминая вводную лекцию Бэримэра, и вправду чересчур консервативно. С одной стороны подобный менталитет должен защищать ее обитателей от стороннего влияния. С другой стороны — полное отсутствие иммунитета к схемам и идеям, которые были неоднократно опробованы на той же Земле. И пример мошенничества с лордом Арденом тому наглядное подтверждение.

Нет, я вовсе не утверждаю, что мы с Маришкой тут же станем строить в Эдеме финансовую пирамиду по типу МММ. Но девушку всегда должен беспокоить вопрос, где брать деньги на булавки и другие жизненно необходимые вещи. Не веке же мне висеть на шее у лорда Лэстера, который положа руку на сердце, мне совершенно ничего не должен. Просто шефу Тайной канцелярии крупно не повезло.

Так что вопрос построения собственной системы финансового благополучия выносим на первый план, конечно не забывая об освоении магических ментальных умений. И здесь Маришка мне очень бы пригодилась. Узнать бы, как ее переправить в Эдем. Неужели только с помощью Аденаиды Истермановны. Не хотелось бы.

Блонда, перестань врать хотя бы сама себе. При чем здесь финансовое благополучие, схемы и аферы. Признайся, тебе ужаса страшно быть одной в этом совершенно чужом тебе мире. А Маришка нужна тебе только для того, что бы поплакаться у подруги на плече и услышать ее жизнеутверждающее — война фигня, главное маневры. Не боись, Блонда, прорвемся.

Не боись Блонда, прорвемся, повторила я сама себе. А если хочешь с кем нибудь поговорить, так у тебя на выбор сразу два собеседника — Заза, браслет благодарно звякнул в ответ на упоминание его имени, и демон Голубого Хамелеона. Вот с него то и начнем.

— Эй, Леопольд, подлый трус выходи. И не надо делать вид, что ты меня не слышишь. Когда не надо, так ты тут же норовишь вставить свои пять копеек. А сейчас видите ли затаился. Давай отвечай. Будем обсуждать условия твоего магического договора. И то, как ты должен себя вести, что бы максимально обеспечить мне пресловутое благо.

— Девочка, — раздался в голове Милкин голос, правда с рокочущими и шипящими обертонами. — Ты ничего не перепутала? Я демон пятого круга. А не какой то паршивый кот Леопольд. Великий демон Голубого Хамелеона. Впредь будешь только так и не иначе ко мне обращаться. Я командовал легионом младших духов в то время, когда твои предки в звериных шкурах охотились на мамонтов.

— Не может быть, — изумилась я. Последнего мамонта, судя по моим сведениям, забили где-то 10–15 тысяч лет тому назад. — Неужели ты такой старый?

— Ну, не настолько, — смутился демон, утратив в голосе значительную часть апломба.

— Так сколько тебе лет, — продолжала настаивать я.

— Триста пятьдесят, — буркнула Милка у меня в голове.

— Ха, а туда же, ровесник мамонтов. Будешь ты мне условия ставить, как тебя называть. Захочу и станешь Чебурашкой. Да триста пятьдесят лет назад у нас на Земле как раз последних демонов на костре сжигали. Про инквизицию слышал? То — то же.

Так, смутить похоже удалось. Теперь надо бы его припугнуть посильнее.

— Да у меня со времен Альбигойских войн генетически заложен опыт но укрощению таких как ты.

Похоже припугнуть не удалось. Опять рокочущие нотки в голосе появились

— Девочка. Ты сама себя слышишь. Где ты, а где инквизиция. И не заблуждайся. Если мой предыдущий хозяин и впал в старческий маразм перед смертью, то это вовсе не значит, что я позволил ему заключить договор, который бы меня чем-то ограничил. А уж обмануть твоего спецназначенца, все равно, что игрушку у ребенка отобрать.

На это и возразить нечего. И вправду Сэр Бэримэр слишком доверчив. Ничему его жизнь не учит. Впрочем все мужики одинаковы.

— А как же магическая клятва не причинять мне вред и действовать во благо, — поинтересовалась я у Демона.

Снова голос поменялся Теперь этакий вальяжный и снисходительный.

— Девочка,

Он что по другому ко мне обращаться не может, демонстрирует таким образом моральное превосходство или лелеет собственные комплексы. Ладно, я и потерпеть готова. Во всяком случае пока.

— Я сам буду решать, что может пойти тебе на пользу, а что во вред. Захочу например и не подпущу к тебе ни одного Духа. Вспомни как с Кешей было. Ну и как ты инициализацию после этого проходить станешь. И все заметь исключительно ради твоего блага. Духи вредны, любой тебе это подтвердит. Да и мало ли что можно придумать при такой расплывчатой формулировке.

— Так, что будь умницей, слушайся меня во всем и впредь обращайся ко мне не иначе как Великий демон Голубого Хамелеона. А я в этом случае о тебе позабочусь.

— А если я сниму кулон и заброшу его куда нибудь в самое темное место.

— Нашла чем испугать, — захихикал демон. — Ты только себе при этом жизнь испортишь. Не забывай, что в своем натуральном виде ты вызовешь очень много и очень неприятных вопросов. А я просто впаду в спячку. Стану медитировать и познавать Вселенную.

Да, пришлось с сожалением согласится. Этим пожалуй я демона не испугаю.

А если я разобью твой камень? Мне показалось, что Кеша очень дорожит своей пирамидкой.

Хихиканье сменилось гомерическим хохотом.

— Девочка-а — ха-ха.

Достал уже этой девочкой.

— Ты просто не представляешь, о чем говоришь. Как ты собралась его разбить. Молотком что ли. Лучше головой по сапфиру постучи, пользы больше будет. Может поумнеешь. Да на Эдеме нет такой силы, которая могла бы разрушить Голубой Хамелеон. Сапфир сам по себе достаточно прочен. Но в нашем случае он связан структурой демона пятого круга.

Даже кольцо правды не нужно, чтобы понять, что он не врет.

Все, больше идей нет. Я с раздражением сорвала с себя кулон и бросила его на столик. Похоже в этот раз Демон меня переиграл. Сволочь рогатая.

Чтобы немного себя успокоить, взяла в руки статуэтку бабули, небрежно брошенную спецназначенцем и начала ее разглядывать. Не сосчитать, как часто в детстве я игралась с ней, придумывая разные самые невероятные истории.

— Странно, подумалось мне. В детстве я обожала давать имена всем вещам и предметам меня окружающим. У меня были куклы Ленка и Власа, тапочки Чапки, любимое зеленое платье Листочек. В прихожей стояло Большое зеркало Бум-Бум, а чайник гордо именовался Рыка. Все предметы, которые меня окружали в детстве, приобрели собственные имена. Все, за за исключением этой статуэтки. Она всегда оставалась бабулиной статуэткой.

Статуэтка здорово напоминала Голливудского Оскара. Тот же размер, правда, покрытие не золотистое а серебристо-голубоватое. И весит не 3 килограмма а от силы полтора. Зато фигурка практически идентична. Этакий невнятный рыцарь с мечом на цилиндрической подставке.

Неудивительно, что все вокруг заявляют, что уже где-то видели эту статуэтку. Наверняка регулярно смотрят светскую хронику с Земли.

А в детстве я фантазировала, что моя бабуля в молодости была знаменитой кино дивой. Вот она идет по красной дорожке. В роскошном черном платье с глубоким вырезом и в шляпке, украшенной страусиными перьями. Мельтешат вспышки фотоаппаратов. Потом ей вручают Оскар. А потом уже я иду по этой самой дорожке.

Мечты, мечты. А все окончилось тем, что я стукнула статуэткой Александра Илларионовича по голове и он упал на пол обливаясь кровью, И пусть эта ужасная картинка только плод моего воображения, навеянного Аденаидой Истермановной, но боюсь что теперь она навсегда будет связана в мой голове с бабулиной статуэткой. Вот бы так же стукнуть статуэткой по кулону Голубого Хамелеона, чтобы он знал как обижать меня такую умную и красивую.

Взяла и легонько стукнула.

— Да, вы что, — чертыхнулась я, когда в голове немного прояснилось. Это что такой радикальный способ утилизации мебели. Хорошо хоть кресло осталось на месте.

Я стояла в на том самом месте, где только что находился столик с бабулиной статуэткой в руках, а в метре от меня висел демон, вылитая копия профессора Адама Смита, только размером поменьше и без преподавательской мантии.

Хорошо хоть нечто в виде набедренной повязки прикрывало чрево. Иначе совсем неудобно бы получилось. Все-таки одинокая девушка и практически обнаженный демон, мало ли что можно надумать.

Полуметровый демон висел напротив меня, судорожно сжимая в руках кулон с голубым сапфиром и мелко и часто дрожал.

— Знакомься, Блонда, это наверняка Великий демон Голубого Хамелеона, — вслух произнесла я.

— Ну что вы, леди Блонда, дрожащим голосом возразим Демон, испугано косясь на бабулину статуэтку, которую я покачивала в руках. Если хотите, можете называть меня Леопольдом, или Чебурашкой. Я не обижусь. И большая к вам просьба. Не могли бы вы держать эту штуку, которая у вас в руках, от меня подальше.

— А что случилось, — язвительно поинтересовалась я, откуда такая покладистость.

— Прекращайте издеваться, попросил Демон грустным голосом. Не знаю где вы достали эту гадость и совершенно не хочу знать, что это вообще такое, но твердо убежден, что с помощью вашей статуэтки вполне по силам разбить мой сапфир. И никакая внутренняя структура мне не поможет. Да вы, леди и сами обо всем догадались. Так что давайте заключим мир. Я готов вам подчиняться, вы же постарайтесь не очень меня напрягать своими закидонами.

— Ну что же, меня все устраивает. Буду называть тебя Милкой. Можешь давать мне дельные и не очень советы и даже спорить со мной. Все — таки с тобой не так скучно будет.

— А теперь объясни мне, что, собственно, произошло.

— Да я и сам не знаю. Я ведь никогда раньше, после заточения в камень, не покидал сапфир. А левитировать не мог даже, когда был свободным Бесом. Это до того как меня Старец поймал.

— Наверное, после того, как вы меня статуэткой стукнули и я понял, что эта штука вполне может разрушить носитель, и тут вы правы, для демона амулета — это мгновенное и окончательное развоплощение.

— Так вот я настолько испугался, что похоже перепрыгнул на новый круг развития. Слышали наверное, что эмоции для нас все. Схватил сапфир и попытался сбежать. Почти тоже самое, что с Кешей произошло, только он послабее будет и меня испугался, а я вот от вашей статуэтки запаниковал.

— Так что, — с удивлением принялась я рассматривать бабулину статуэтку. — Это тоже артефакт? И в нем заточен демон фиг знает какого круга?

— Ну, уж — нет. Я не знаю, что это такое, но демона в статуэтке точно нет. Там вообще ничего нет. Просто чернота.

— Все не могу больше без носителя, — произнес мой собеседник визуально истончаясь и втягиваясь в камень. Кулон медленно приземлился на пол.

— Э, а кто столик возвращать будет, — возмутилась я.

— Это — не ко мне, это к грузчикам, или к плотникам, или к столярам, на ваше усмотрение, леди, раздался как будто издали ехидный Милкин голос.

Жизнь постепенно вошла в спокойное русло. Я вскакивала по утрам, приводила себя в порядок, потом завтракала, бежала на пары, руководствуясь информацией браслета, слушала лекции, обедала, занималась в библиотеке, ужинала, возвращалась к себе в комнату, нежилась в ванной, ложилась спать и так день за днем. Все как будто замерло в преддверии двух знаковых событий — Инициализации Духом и Осеннего Императорского бала.

Конечно каждый день на этот событийный скелет накладывалось что-то свое, особенное.

Я успела познакомится со своими сокурсниками. С некоторыми тут же вступила в негласное соревнование за умы и симпатии большинства. Это в первую очередь касалось шестерки мажоров, которые объединились в устойчивую группировку и пытались навязывать свое превосходство остальным. По формальным признакам, фамилия первого круга, я сама должна была войти в эту группу, а может и возглавить ее. Но как-то не сложилось.

Так что моими клевретами стали те самые трое наглых типов, оккупировавших галерку. Они таки полностью ее отбили от поползновений остальных первокурсников и весело проводили там время, скрываясь от преподавательских глаз. Вся троица оказалась детьми баронов из Лесного края, земляками сержанта Петерса. Хорошие ребята. Мне они очень понравились.

Много позже я поинтересовалась у сэра Бэримера, откуда у бедных баронов из Лесного края деньги на оплату образования в престижной Магической Академии. К этому времени я поняла, что речь идет о действительно очень крупных суммах.

Невразумительный ответ спецназначенца сводился к тому, что через Лесной пролегает торговый путь из Запретного Леса в центр Империи. И что вообще то все жители Лесного края очень благородные люди. В случае конфликта они всегда, ну почти всегда, оставляют торговцам самую ценную для них вещь. Как оказалось речь шла о жизни последних. Короче разбойничают помаленьку.

Через несколько дней появился сэр Бэримэр. Он с гордостью продемонстрировал мне полное отсутствие синяка у себя под глазом. Оказывается лорд Лэстер настолько проникся информацией о возможных неприятностях, связанных с оплатой моего обучения, что разрешил спецназначенцу обратится к целителю.

Судя по всему, комиссия из центрального аппарата была прекрасно осведомлена о возможном финансовом нарушении и потирая руки готовила убойный для шефа Тайной канцелярии акт, посвященный в основном грандиозному факту коррупции. Агент тайной Канцелярии в Казначействе доложил, что Главный казначей Империи загодя записался на аудиенцию к Императору, что бы представить акт проверки и по возможности поглубже окунуть лорда Лестера в дерьмо. Только вот не сложилось. И все благодаря информации, доведенной шефу сэром Бэримэром.

Остаток недели был посвящен выполнению спецназначенцем личного поручения лорда Лестера по поиску крысы в стенах Тайной канцелярии, которая сливала информацию в Казначейство. Таковая в конечном итоге была обнаружена и показательно наказана.

При этом агент казначейства ни сном ни духом не знал о том, что у лорда Лэстера появилась дочь. Он просто передал по инстанции информацию о переселенце с Земли, оформленном по третьей категории. А уж там сопоставили эти сведения с изменением в Реестре.

А я еще грешила на местных аналитиков. Впрочем, возможно в казначействе работают ребята посерьезнее, нежели в Тайной канцелярии. Все таки деньги счет любят.

Так вот, когда сэр Бэримэр доложился шефу о проделанной работе, тот настолько растрогался, что захотел представить спецназначенца к награде. Но к несчастью для последнего, в процессе доклада лорд Лэстер узнал величину суммы, которую ему пришлось выложить из собственного кармана, дабы компенсировать бюджетные затраты. Эта цифра настолько потрясла лорда Лестера, что он снова попытался поставить синяк под глаз докладчику.

Поэтому сэр Бэримэр, сославшись на неотложные дела, связанные с подготовкой к Осеннему Императорскому балу, быстро ретировался в Ротсельбург мне в помощь и в ближайшее время не предполагал объявляться по основному месту службы.

На следующий день по прибытию, после окончания занятий, сэр Бэример сопроводил меня к баронессе Риола на предмет овладения премудростями светского этикета. Сразу на выходе из ворот нас ожидал самодвижущий экипаж с водителем, оказавшимся при ближайшем рассмотрении сержантом Пэтерсом. Мы тихонько поехали в сторону Ротсельбурга, до которого и неспешными шагом можно было добраться минут за десять.

Мое первое турне по Эдему. Ротсельбурга мне удивительно понравился, этакий небольшой уютный городок викторианского стиля, застроенный в основном двухэтажными каменными домами. Дороги мощенные гранитным булыжником. Большая, красиво украшенная центральная площадь со скульптурой Генриха 4 в конце и Портальной аркой посредине. И главное люди Неспешно шагающие горожане и конечно дамы, глядя на которых в голове тут же возникают слова Кюрхен, Кирхен, Киндер.

В салоне у баронессы Риолы нас уже ждали. Ради нашего визита деятельность борделя была временно приостановлена, а барышни наряжены в соответствующие случаю наряды, дабы на личном примере продемонстрировать мне тонкости придворного этикета.

Предполагалось, что обучение будет проходить на первом этаже, в большом холле заставленном мягкой мебелью — пуфиками, кушетками, диванчикам. Мое девичье увлечение новеллами Куприна и Мопассана подсказало, что именно здесь обычно и происходит первое действие по соблазнителю клиента.

Со слов баронессы я поняла, что самое главное на Осеннем балу не перебрать шампанским. На какие бы хитрости не шли кавалеры, в попытках споить свою партнершу, дама должна демонстрировать трезвый образ жизни и сохранять ясность мышления вплоть до окончания мероприятия. Правда мне показалось, что в основе этой рекомендации лежит личный негативный опыт самой баронессы.

Следующим по значимости является умение танцевать. Баронесса опасалась, что за оставшееся время она не сможет должным образом обучить меня этому искусств. Не очень то и нужно. Учитывая тот факт, что основной танец, исполняемый на балу, это Земной Венский Вальс и то, что с подачи бабули я пять лет своей жизни убила на занятия бальными танцами, готова была поспорить о том, а кто кого обучать должен.

И наконец самое важное. Правильно выполненный реверанс перед монаршей особой. Вот для демонстрации этого элемента и были приглашены сотрудницы борделя. Оказывается при исполнении реверанса девушка должна была обеспечить сюзерену максимально полный обзор своего тела. От этого подчас зависела дальнейшая судьба не только молодой особы, но и всего ее семейства.

Наиболее талантливым особам при реверансе удавалось продемонстрировать Императору даже свои трусики. И это через декольте.

Ну и нравы у них тут. Нет уж в этой категории я не с кем соревноваться не собираюсь.

И после этого Бэримэр рассказывает мне о устойчивом консерватизме, присущем высшему свету Эдема. Впрочем я снова лезу куда то со своим уставом. Блонда, вспомни какие нравы царили на Земле при дворе короля Людовика 14 и заткнись пожалуйста.

И все равно Император здесь, судя по всему, еще тот тип.

Надеюсь, Блонда, ты не ляпнешь что-то подобное в слух. А то у твоего браслета хватить ума отправить в информационную систему запрос о том что за тип у нас Император. Вернее не хватит ума. Заза конечно лапочка, но туповат немного. Надо бы его эмоционально простимулировать, пусть развивается. Не то, что Милка. Демон Голубого Хамелеона еще та язва и зараза. Правда на него очень благотворно действует, когда по вечерам, отправляясь в ванную, я снимаю с шеи кулон и вешаю его на бабулину статуэтку. Следующие пол дня как шелковый.

Что-то я отвлеклась. Возвращаемся к этикету.

Основные движения, подхватить юбку, присесть, немного согнуться, дождаться благосклонного кивка, разогнутся и стремительно удалится. На этом все. Свои трусики я никому демонстрировать не намерена. Во всяком случае на Осеннем балу.

С обучением этикета покончено, теперь наряд для бала.

Баронесса разогнала своих сотрудниц и пригласила в зал модисток, которые с утра портальной аркой прибыли из столицы в Ротсельбург и ждали когда я их приму.

Как же, модисток она пригласила. Я ожидала двух от силы трех швей. Наивная. Да если бы эта армия появилась при Ватерлоо на стороне Наполеона, то у союзников не было бы никаких шансов.

Помещение оккупировали десятки, куда то спешащих деятельных людей. Они быстро освободили холл от мебели. По эффективности этот процесса превосходил даже Милкины фокусу со столами. После создания плацдарма для работы в центре зала началось сооружения помоста, напомнившего мне по грандиозности сцену на стадионе в родном городе. Это когда приезжала с гастролями зарубежная рок группа.

Одновременно стены были плотно завешены и заставлены зеркалами, и в процесс включились осветители, фокусирующие свет десятков софитов на центр помоста, при этом отчаянно друг с другом споря.

— Кажется у Архимеда получилось сжечь римский флот при осаде Сиракузы, сфокусировав свет от зеркал в одну точку. Они что решили повторить прямо здесь этот знаменитый физический эксперимент, — поинтересовалась я у баронессы Риолы, которая похоже была потрясена происходящим действием не менее моего.

К этому времени антураж дополнили витрины, демонстрирующие образцы тканей сотен расцветок и фактур. Потом появились манекены облаченные в платья всевозможных фасонов и в заключении перед нами предстала группа из пяти человек, возглавляемых джентльменом столь характерной наружности, что вопрос о его национальной принадлежности представлялся совершенно неуместным.

— Я мастер Изя Рабинович, — представился джентльмен. И мне выпала честь пошить для вас леди наряд к Осеннему Императорскому балу.

И после этого Бэримэр будет рассказывать мне, что переселение коренных обитателей техномиров в Эдем строго ограничено. Впрочем возможно на портных это ограничение не распространяется, одернула я себя.

По мановению руки мастера зал мгновенно опустел. Остались лишь наша группа, состоящая из меня, сэра Бэримэра, баронессы и сам Изя Рабинович со своими помощниками.

Что значит специалист высочайшего класса, восхитилась я мастером, придя в прекрасное расположение духа. Умеет же себя подать. Экую феерию устроил. Наверняка и платье станет настоящим шедевром маго-портняжного искусства.

Правда мое прекрасное настроение тут же исчезло, когда я прикинула в какую сумму лорду Лэстеру обойдется это театрализованное представление. Да одна только переправа портальной аркой такого числа бездельников из столицы в Ротсельбург по стоимости приближается к годовому бюджету баронства в Лесном крае. И это не самые значимые статьи расходов. А помост, а зеркала, а манекены ну и так далее. И наверняка на все это начислено еще процентов 40 накладных расходов за срочность и квалификацию.

Нет не 40 процентов, исправила я себя, глядя на лицо мастера Рабиновича светящееся от восторга. Не меньше 100 процентов.

Мне по большому счету не жаль денег шефа Тайной канцелярии. Но я подозреваю, что все затраты будут оплачены из суммы уже выделенной лордом Лэстером на мой гардероб. А я успела привыкнуть к мысли, что сама буду распоряжаться этими средствами.

После этого взглянула на Изю Рабиновича совсем другими глазами. Мошенник чертов. Так и норовит у бедной девушки последнюю копейку отобрать.

— Ну что приступим, — обратился ко мне мастер, предвкушающе потирая руки.

Я стояла перед зеркалом и любовалась своим отражением. И еще мне было очень стыдно. Мастер Изя Рабинович стоил всех тех денег, которых он лишил меня, забравшись в карман лорда Лэстера, под предлогом пошива наряда к Осеннему балу. Всех денег до последней копейки.

Сначала мы долго выбирали фасон будущего платья, осматривая сотни манекенов, установленных вдоль стен. Я услышала обстоятельную лекцию об основных трендах нынешнего сезона, а так же стала владелицей эксклюзивной информации по поводу предполагаемых нарядов главных законодательниц мод Империи.

Потом выбор ткани и снова сотни образцов, пока наконец не определились с шелком нежно кремового оттенка.

Как не странно сам пошив занял считанные мгновения. Магия. Талант мастера заключался в том, чтобы представить и удержать в голове картинку нового наряда в мельчайших деталях. А уж там Духи в соответствии с магическим приказом буквально за секунды воплотили эту картинку в жизнь.

И да при этом ножницы кроили ткань, нитки вдевались в иголки, а иголки сшивали отдельные куски материи. Все это носило взрывообразный характер и окончилось появлением воздушного платья, висящего перед нашими глазами.

В комплекте к платью шло белье и кремовые туфельки. Возникшие из ниоткуда горничные установили ширму и помогли мне переодеться.

И вот я верчусь перед зеркалом. Рядом стоит мастер и о чем-то напряженно думает, поглядывая на мое отражение в зеркале.

Наконец Изя произнес:

— У меня собрана информация про все знаменитые семейные коллекции драгоценностей в Империи. Во всяком случае из числа тех, которые демонстрировались публике в последние 200 лет. К этому платью необходимо будет надеть гарнитур из огненных рубинов, принадлежащих семье Рин Корнелли. Он прекрасно оттенит ваши зеленые глаза и подчеркнет черный цвет волос. Жаль, что волосы у вас немного коротковаты. Постарайтесь скрыть это формой прически.

Вот тут я и села на…, к счастью села на пуфик, один из немногих предметов мебели оставшийся в зале после глобальной зачистки, устроенной людьми Рабиновича.

Какие зеленые глаза, какие черные волосы. Я ведь так и не решила в каком виде пойду на бал — как Милка или как Блонда. Думала оставить это на потом, зная что Синий Хамелеон, подстроит мне любой наряд под фигуру. А то, что цвет и фасон платья должен соответствовать цвету волос, глаз, размеру бюста в конце — концов, совершенно выскочило из моей головы.

Значит остается идти на бал в образе Милки. А что, не самый плохой вариант. Во всяком, случае новых эльфийских дядюшек из Запретного Леса не прибавится. Надо только сапфир куда нибудь понадежнее спрятать. Врядли и он будет гармонировать с огненными рубинами.

— Ага, все она решила, — раздался в голове возмущенный Милкин голос. — А со мной посоветоваться не хочешь. А ты вообще в курсе, что во дворец запрещено проносить любые артефакты. Внутри даже колдовать нельзя. Сила Духов блокируется. Я конечно крут и мою иллюзию не сможет обнаружить ни один маг. Но ведь там защиту не маги обеспечивают. Там стоит охранная система, которую еще Древние ставили. И уж она то мне точно будет не по зубам.

— И вообще, как ты думаешь, почему Осенний Императорский бал пользуется такой популярностью среди молодежи. Никогда не догадаешься. Даю намек. Это единственное место на Эдеме, где молодой человек может гарантированно увидеть свою избранницу безо всяких иллюзий и других магических выкрутасов. А то женишься впопыхах, а твоя дорогая окажется кривой на один глаз и язык у нее раздвоенный как у змеи. Про язык шучу. Или не шучу, призадумался Демон.

— Да и с юношами могут быть проблемы. Встретишь где-нибудь на улице этакого молодца с литой мускулатурой, а на бал попадешь и видишь перед собой невзрачного задохлика. К сожалению, продолжал стебаться Демон, нынешние юнцы повально деградируют, все меньше внимания уделяют физическим нагрузкам, предпочитают магическую коррекцию. То ли раньше было.

— А тут выбор, или ты часами тренируешься и прекрасно выглядишь или одел амулет, ничего не делаешь а только развлекаешься и тоже прекрасно выглядишь. Третьего не дано, леди.

Может быть внедрить на Эдеме стероиды, как третий путь, естественно в рамках обеспечения собственного финансового благосостояния, мелькнула в голове революционная мысль. Да нет, не вариант. Там тоже тренироваться нужно. Опять же в прогрессорстве могут заподозрить.

— Так что, леди, быть тебе на балу Блондой, а я наконец то в это время хоть немного от тебя отдохну.

Совершенно неожиданный поворот. Требует срочного осмысления.

— Ну что леди, вы довольны работой, — обратился ко мне Изя, не без основания рассчитывая на комплимент.

Поэтому мое короткое «Нет», стало для него ушатом холодной воды на голову.

— Нет, — повторила я- Я не надену это платье на бал. Оно мне не нравится. Я хочу другое.

Впрочем мастер быстро взял себя в руки.

— Милая девочка, — обратился он ко мне отеческим тоном. — Я шью наряды самым шикарным дамам в Империи. Да мне иногда сама Императрица заказы делает. И еще никто, слышите, никто и никогда не оставался недоволен моей работой.

— Я не буду шить вам новое платье. Пойдете на бал в этом. Оно великолепно на вас смотрится.

Ну вот зачем он так со мной. Я же готова была извинится, осыпать мастера комплиментами и униженно просить сделать для меня еще один шедевр.

А он меня девочкой назвал. Хорошо хоть по примеру Демона Голубого Хамелеона про мамонтов не вспомнил. Мне иногда, еще в том мире на Земле, вменяли в вину, что я злопамятна. Полное вранье. Да, я иногда бываю злой, очень злой и да, у меня прекрасная память. Но я никогда не оставляю свои обиды на потом. Предпочитаю решать проблемы сразу по мере их поступления.

И да, я очень разозлилась на Девочку.

— Дорогой мастер, — изобразила я на лице улыбку, которую несведущие люди могли по ошибке принять за оскал. — Я конечно не в силах заставить вас сделать что-то против вашей воли. Но в этом платье я на бал не пойду. Оно уже принадлежит мне, я уверенна вы получили оплату авансом. И я подарю его своей служанке, с тем, чтобы она ежедневно прибиралась у меня в комнате в этом платье.

— В стенах академии запрещено держать слуг, — тихо шепнул мне на ухо сэр Бэример, не в силах разобраться в том, что сейчас происходит.

— Я найму служанку, подарю ей это платье и определю ее на работу в трактир Три толстяка, с тем, чтобы она каждый вечер подавала посетителям пиво, будучи облаченной в это платье, — тут же предложила новый вариант.

— Вам не надо нанимать служанку, — снова вмешался в разговор спецназначенец, который судя по всему, совершенно потерял смысл разговора и рефлекторно реагировал только на отдельные реплики.

— Я могу вам порекомендовать подавальщицу, которая уже работает в трактире.

В отличии от сэра Бэримэра, Изя Рабиновичь, тонко прочувствовал возможные последствия моего демарша, но все еще пытался сохранить лицо.

Теперь заключительный удар.

— А после этого я попрошу лорда Лэстера довести до Императрицы и ее фрейлин информацию об этом неприятном инциденте. Вы же знаете, что мой отец работает шефом Тайной канцелярии и подобная деятельность входит в круг его служебных обязанностей.

И сразу наступаю Бэримэру на ногу. С него станется уточнить, чем на самом деле занимается тайная канцелярия. В этом вопросе не стоит рассчитывать на его помощь. Вон как глазами хлопает, недоуменно переводя взгляд с меня на Изю.

— Другое дело, Баронесса. — Глаза сияют, а на лице читается чувство неземного наслаждения. Наверняка скучает по тому времени, когда в свите Императрицы сама проворачивала подобные интриги.

— Не думаю, что дамы захотят одеваться у мастера, наряды которого носят подавальщицы в трактире.

— И я ручаюсь, — продолжила свой монолог, — что Императрица больше никогда не обратится к вам за услугами.

А вот это удар не по престижу, а по самому дорогому для моего собеседника — материальному благополучию.

— Леди, — произнес мастер Изя, глядя на меня грустными глазами. — Вы страшная женщина. Вы хотите лишить моих детей последнего куска хлеба.

— А у вас что, дети есть, — заинтересовалась я.

— Нет, но могут быть. Какие мои годы.

— И пожалуй, вы действительно правы, леди, — согласился со мной мастер, идя на попятную. — Это платье не очень гармонирует с оттенком вашей кожи. Но я в полном недоумении, что вам порекомендовать. Возможно у вас есть какие-нибудь пожелания.

Понятно, что в возникшей ситуации рассчитывать на доброе отношение Изи Рабиновича и на его без сомнения отменный вкус, мне не приходится. Так что Блонда — все в твоих руках. Какое ты хочешь для себя платье. Решай. И я решила.

В деталях описала мастеру, то самое струящееся в обтяжку платье черного шелка с разрезом до бедра, голой спиной и глубоким декольте, в котором в моих фантазиях бабуля получала Оскара. И еще большую шляпу, украшенную страусовыми перьями.

— На кой черт вам нужна шляпа, — возмутился Изя Рабинович, — дамы на балу демонстрируют свои прически а не шляпки. И где я вам достану перья страуса.

Впрочем быстро успокоился и скомандовал помощникам — срочно выясните, обитают ли на Эдеме страусы и немедленно доставьте мне перья. В конце концов обратитесь в Имперский зоопарк. Я кажется видел там парочку.

Пока помощники переговаривались с кем-то при помощи амулетов связи, мастер подошел к витринам с тканью и больше не вступая со мной в обсуждение указал на отрез черного шелка с икринкой.

Буркнул — это возьмем.

Потом направился к голому манекену и тут же создал на нем образец будущего наряда.

Великий человек. Именно в таком платье я всегда и представляла свою бабулю в молодости, идущей по красной дорожке.

Изя Рабинович несколько раз обошел вокруг манекен, что то бурча себе под нос. Потом остановился и обратился уже ко мне.

— А что — смело. Очень необычно, зато гарантировано, что вы станете звездой бала. Правда такой наряд настроит против вас всю женскую часть присутствующих, зато мужчины наверняка будут в восторге.

Потом уже разговаривая с собой в пол голоса. А это несомненно приведет новых клиенток к Изе Рабиновичу и увеличит его доходы.

Через несколько минут в зал доставили страусовые перья. Похоже, с доходов лорда Лэстера можно списывать еще одну сумму, равную бюджету Лесного Баронства, и я, наконец, получила платье своей мечты.

Прощаясь со мной, мастер был предельно вежлив, мне даже послышались нотки искреннего уважения в его голосе. В заключении он порекомендовал к новому платью примерить изумрудный гарнитур из сокровищницы лорда Лэстера.

А баронесса восторженно тискала мою руку и убеждала снова встретится в ближайшее время, чтобы в спокойной обстановке поболтать о нашем, о девичьем.

По возвращению в Академию, я поручила спецнацначенцу немедленно встретиться с шефом и обсудить проблему драгоценностей, а сама в сопровождении сержанта Питерса, увешанного коробками отправилась к себе в комнату.

И снова день-ночь, обычное времяпровождение студентки Академии, временами оживляемое нестандартными эпизодами.

К таковым можно отнести мое очное столкновение с лидером шестерки мажоров. В один из дней, как раз после лекции Сиры Уллисы я задержалась в аудитории, чтобы сообщить эльфийке о своем намерении специализироваться в ментальной магии.

Сира, курировавшая эту специальность в академии, тут же восприняла мое пожелание в штыки.

— Леди, — фыркнула она. — Судя по вашему виду у вас нет ни грамма эльфийской крови. Я, конечно, могу взять вас к себе на курс, но учтите, что ваш потолок как мага никогда не подымется выше шестого уровня. Чистокровному человеку не дано воспитать Духа с ментальными способностями. Да у вас даже врожденный иммунитет к внушению отсутствует.

— Ну да, если вас устраивает прозябание шестиранговым магом, и вы поступили в Акадеюмию только для того, чтобы удачно выскочить замуж, милости прошу. Но поверьте, в этом случае деньги, потраченные на ваше образование можно было бы использовать куда эффективнее, в том числе и с выгодой лично для вас.

С этими словами Сира гордо вскинула голову и демонстративно покинула аудиторию, одарив меня на прощание презрительным взглядом.

А я уселась за стол, чтобы в одиночестве поразмышлять, насколько я права в своем стремлении стать ментальным магом. Конечно, я бы могла снять свой кулон иллюзий и продемонстрировать Сире облик натуральной блондинки с голубыми глазами. В этом случае эльфийка без сомнения приняла бы меня за свою, пример с ректором тому наглядное доказательство.

Только вот в чем проблема. Выглядеть эльфийкой и быть эльфийкой это совершенно разный коленкор.

Блонда, вступил в разговор внутренний голос, а почему ты вдруг решила, что у тебя есть способности к ментальной магии. Или сама поверила в свою маму эльфийку. Так хочу тебе напомнить, что это не более чем нелепая легенда, придуманная троицей имбицилов из Тайной канцелярии.

Нет я никого не хочу обидеть, продолжил мой внутренний голос И Лорд Лэстер и сэр Бэримэр и Стив вполне достойные люди. И наверняка в свей области они прекрасные специалисты, но эта их легенда о тайной эльфийской жене лорда Лэстера однозначно претендует на звание самой идиотской идеи года.

Так вот, продолжал настаивать внутренний голос. Твои мама и папа были обычными землянами. И хотя ты их совершенно не помнишь, наверняка не имели ни малейших эльфийских корней в роду. Ну и как ты в этом случае собираешься овладеть ментальной магией.

Вынуждена была признаться, что мой внутренний голос привел достаточно убедительные аргументы в пользу отказа от обучения у Сиры Улиссы.

Леди, вмешалась в нашу дискуссию с внутренним голосом Милка. Я не знаю, кем были ваши родители, но судя по вашим же воспоминаниям с вашей бабулей все далеко не так чисто, как вам может показаться на первый взгляд.

К сожалению, наш содержательный разговор на троих был прерван самым наглым образом. В пустой до того аудитории появилось новое действующее лицо.

Ко мне подошел этакий красавчик. Один из шестерки мажоров и по моим наблюдениям неформальный лидер этой группы. Цедя слова сквозь зубы этот мажорчик заявил.

— Леди Блонда, я Вильборд Остербах, ненаследный принц Озерного Королевства. И у меня и у моих друзей вызывает недоумение тот факт, что леди, чья фамилия фигурирует в первом списке, слишком свободно якшается с людьми не нашего круга. Хочу высказать вам свое неодобрение.

Вильборд Остербах, говоришь, ненаследный принц Озерного Королевства, пробормотал мой внутренний голос. Ну ты влип по полной. Теперь будишь Осей.

Нет, в другое время я может быть и с пониманием отнеслась к подобному наезду. Мало ли какие у людей заморочки на почве попыток самоутверждения.

Но так некстати прервать нашу беседу. Это в то время, когда Милка уже собралась поделится со мной своими соображениями, наверняка очень интересными, по поводу моей бабули.

В последнее время Демон Голубого Хамелеона был непривычно молчалив и ответ на мои прямые вопросы банально отнекивался. Может не стоит его каждый вечер пугать бабулиной статуэткой. Сделаю пожалуй перерыв.

— Послушай меня, Ося, — рыкнула я на собеседника, стараясь добавить в голос те самые устрашающие обертона, которые давеча мне демонстрировал Демон Голубого Хамелеона, одновременно тыкая пальцем принцу в грудь.

А что дальше ты ему собираешься сказать, ехидно поинтересовался у меня внутренний голос. А давай ты про мамонтов вспомнишь. Так эпичненько получится может.

Вот ведь зараза, все настроение сбила. И вправду не про мамонтов же принцу говорить.

— Послушай меня Ося, — повторила я. — Отвянь!!!

И с этими словами, гордо вскинув голову, я демонстративно покинула аудиторию одарив принца на прощание презрительным взглядом.

Ошарашенное лицо принца Озерного Королевства окончательно утвердили меня в мысли, что у Сиры Уллисы есть чему поучится.

К сожалению, обдумать проблему выбора будущей специализации в этот день мне так и не удалось. У двери комнаты меня ожидал взвинченный Бэримэр, который заявил, что нам срочно необходимо отправится на встречу с лордом Лэстером.

Признаться я с некоторым опасением ожидала этой встречи. Какой там с опасением. Блонда, будь честной хотя бы сама перед собой. Я отчаянно трусила, почти до дрожи в коленках.

Одно дело втихую зубоскалить по поводу того, что шефу Тайной канцелярии просто банально не повезло.

Как в том анекдоте.

«Господа, а почему не сыграл мой козырный туз? Расклад, батенька, расклад».

А совсем другое дело предстать перед одним из самых важных чиновников огромной Империи, да еще в качестве официальной дочери.

На выходе из ворот Академического городка, нас снова ожидал самодвижущийся экипаж под управлением сержанта, вернее графа Пэтерса. Как оказалось, сэр Бэримэр на время откомандировал его себе в помощь. Ага, как же, неотложная служебная необходимость. Наша служба и опасна и трудна. Вдвоем удобнее инспектировать салон баронессы Риолы.

Портальная арка на центральной площади Ротсельбург, к которой нас буквально за пару минут доставил сержант Пэтерс, выжимая из авто все на что экипаж был способен, перебросила меня и спецназначенца в знакомый портальный зал. Там нас приветствовал капитан Мартимор, на этот раз облаченный в нормальную одежду.

Лорд Лэстер уже дважды интересовался вами, проинформировал он. Сейчас шеф отбыл в свою загородную резиденцию и приказал перебросить вас прямо к нему.

Мой опыт по изучению быта и образа жизни имперцев обогатился новыми впечатлениями, я попала в настоящий замок, принадлежащий, судя по всему, одному из богатейших вельмож Империи.

Нет ни малейшего сомнения в том, что капитан Мартимор прекрасный портальщик. Он перебросил нас прямо внутрь замка на первый этаж, где уже ожидали слуги, которые тут же препроводившие нас к хозяину.

После успешного окончания первого курса Универа бабуля неожиданно расщедрилась. Она купила две туристические путевки во Францию и со словами — девушки должны понимать ради чего им необходимо выходить замуж, вручила их мне и Маришке. Так что у меня был некий опыт посещения загородного домика правящего монарха. Я Версаль имею ввиду.

Загородная резиденция лорда Лэстера мало чем уступала недвижимости французских королей. Впрочем, мне было не до окружающих красот. Я никак не могла успокоится в ожидании предстоящей беседы.

Дополнительным раздражителем выступала Милка с репликами типа — леди а вы в курсе, что являетесь прямой и единственной наследницей всего этого великолепия. Может быть, имел смысл захватить с собой бабулину статуэтку, да и тюкнуть лорда легонько по голове.

Хотя в конце концов этот Милкин стеб и позволил мне взять себя в руки.

Лорд Лэстер ожидал нас в замковой библиотеке. На этот раз он был одет в военный мундир, густо украшенный золотым шитьем. Сухо кивнув и предложив присаживаться мой формальный отец принялся меня пристально рассматривать.

— Так вот, значит, как вы теперь выглядите. Надеюсь, вы понимаете, что выше удочерение нелепейшая случайность и мы оба одинаково заинтересованы в том, чтобы достойно выйти из этой ситуации.

— К сожалению, у нас очень мало времени, — продолжил Лорд Лэстер. — Через два часа я должен быть на докладе у Императора. Поэтому сразу по делу.

Сэр Бэримэр рассказал мне о Голубом Хамелеоне. Снимите кулон.

— Да, это действительно он, — подтвердил лорд. — Полная смена облика и никаких магических следов. Мне следовало в этом убедится лично, прежде чем начать доклад Императору. Можете одеть. Мне так легче с вами беседовать.

Интересно почему это, мелькнуло у меня в голове. Неужели эльфов не любит. Или только эльфиек.

— Значит, Старца действительно больше нет. Нужно бы вас наказать, — обратился он к сэру Бэримэру, за то, что вы так долго скрывали эту информацию.

— Но шеф, — попытался возразить спецпорученец. — На мне же магическая клятва висела. Пока не нашел нового хозяина для Голубого Хамелеона и не провел привязку кровью ни слова никому сказать не мог.

— Да помню я все, Магическая клятва. Мог бы придумать такую формулировку, чтобы ее обойти. Впрочем чего от вас еще можно ожидать. Боевики. Вас близко к политике подпускать нельзя.

— И почему сразу после привязки не побежал ко мне с докладом?

— Ну так вы же, шеф, помните, там неприятность с Реестром случилась. А вечером, когда я собрался вам доложить обо всем вы не в духе были, — сказал спецпорученец, рефлекторно потирая левый глаз.

— Кстати, о политике, — вмешалась я в разговор. Во время беседы с лордом Итоном я показала этот кулон. И ректор решил, что это вы направили меня в Академию с тем, чтобы поделится информацией о смерти Лорда Вампира. Он попросил вам передать, что готов обсуждать вопрос о возможном союзе.

— А вот это интересно, — оживился Лорд Лэстер. — Может быть, на досуге я расскажу вам о раскладе сил в Империи и к каким подвижкам приведет информация о смерти Старца. Надеюсь, кроме меня и Лорда Итона вы ни с кем не стали делится этими сведениями.

— Все. Остальные вопросы, в том числе и связанные с Осенним балом, обсудим завтра. Вы остаетесь у меня в замке в гостях. Слуги позаботятся о вашем размещении. — С этими словами лорд Лэстер щелкнул пальцами и исчез.

— Что значит внекатегорийный маг, — с завистью протянул сэр Баримэр.

После того, как хозяин отбыл, слуги накормили нас ужином, а потом определили в гостевые комнаты. Горничная помогла мне переодеться, выдав ночную рубашку и я, наконец, смогла, лежа в постели вернутся к проблеме, подспудно терзавшей меня все это время. Смогу ли я стать ментальным магом.

Поинтересовалась у внутреннего голоса, его точкой зрения на этот счет. Молчит паршивка.

— А ты как считаешь, Милка, — обратилась я с вопросом к Демону Голубого Хамелеона. — Леди, да угомонитесь вы уже, спать давайте. Все равно до Осеннего Императорского бала ничего путного не придумаете. А там видно будет.

Помощники называется, — возмутилась я, — как нужно, так никакой от них помощи не дождешься. Один Заза лапочка, погладила я браслет у себя на руке и тот признательно звякнул в ответ. Потом свернулась клубочком и спокойно уснула.

На следующее утро, я быстро привела себя в порядок с помощью горничной, и спустилась к завтраку. Слуги накрыли завтрак в гостиной. Такому замку приличествовал зал для приема пищи персон на сто пятьдесят, а вот небольшая уютная комната явно предназначалась для семейного время провождения.

За столом уже сидел сэр Бэримэр а рядом стоял Лорд Лэстер, тяжело облокотившись руками на стол. Я приветствовала мужчин и немного замешкалась с выбором места, в конце концов уселась рядом со спецназначенцом, так чтобы оказаться подальше от лорда Лестера. Впрочем, последнему, похоже, было совершенно не до меня.

Шеф Тайной канцелярии на сей раз был одет совершенно по-домашнему в тяжелый, синего цвета халат, перевязанный поясом с кистями и в меховых шлепанцах обутых на босую ногу.

Пожалуй такой внешний вид у малознакомого мужчины, пусть даже формально являющимся моими отцом, должен был бы вызвать у меня возмущение. Но характерный запах перегара и неуверенные движения спровоцировали совершенно противоположную реакцию.

Я вспомнила дядю Мишу, отца Маришки, у которой часто в детстве бывала в гостях. Тот тоже на следующий день после доклада Правлению о квартальных итогах работы вверенного ему предприятия, выглядел подобным образом.

Похоже на сэра Бэримера одежда лорда Лэстера тоже произвела неприятное впечатление. Временами я замечала его удивленные взгляды, искоса бросаемые на шефа.

Наконец, лорд Лэстер занял свое место за столом и мы приступили к завтраку. Вернее, к завтраку приступили мы с сэром Бэримэром, а хозяин замка так и не притронулся к тарелке, вместо этого непрерывно пил воду, которую ему услужливо подливал в стакан слуга, обслуживающий стол.

Знакомые симптомы, подтвердил внутренний голос. Еще немного и наступит отравление Боржомом. Это как так надо было надокладываться Императору, чтобы организм к утру не принимал ничего, кроме минералки. И кстати, почему он не привел себя в порядок с помощью магии. Неужели местные целители не владеют необходимыми навыками. В таком случае, может, им рецепт рассола подкинуть. Не за бесплатно, естественно.

Похоже, мысль о финансовой самостоятельности обуяла меня в особо извращенной форме и некстати появляется по любому поводу. Надо с этим что-то делать.

И все же я не удержалась, и шепотом поинтересовалась у спецназначенца.

— А что, целители не могут избавить от похмелья, — указывая глазами в сторону Лорда Лэстера.

— Гномья настойка. — Также шепотом ответил мне сэр Бэримэр и сообразив, что я не поняла в чем прикол, добавил. — Страшная штука. Бьет одновременно и по магу и по его Духу симбиоту. Они сейчас вдвоем мучаются. Начни интенсивное лечение, может начаться рассинхронизация, а там и до срыва магических печатей недалеко. Так что в этом случае только минералка и помогает.

Теперь, мысль о рассоле показалась мне уже не такой и бредовой.

— У меня вчера был очень тяжелый день, — включился в окружающую действительность лорд Лэстер и тут же выпал из нее.

К этому времени мы закончили завтрак, слуги убрали столовые приборы,

и я вместе со спецназначенцем демонстративно изображали готовность внимать каждому слову шефа.

— Я неважно себя чувствую, наверное, приболел, — задумчиво добавил сэр Лестер и снова впал в нирвану.

Надо его чем то расшевелить, посоветовал мне внутренний голос. Иначе мы так ничего и не обсудим и нам снова придется здесь ночевать.

Ага, как давать ни к чему не обязывающие советы, так ты тут же, впереди планеты всей, возмутилась я. Ты дельное что нибудь скажи. Как прикажешь его расшевелить?

Ну, можно, наверное, разговорить на какую нибудь интересную для него тему.

Да его сейчас ничего, за исключением собственного похмелья и не интересует. Впрочем это идея

— Лорд Лэстер, — обратилась я к хозяину замка, выводя его из состояния задумчивости. Вчера вы обещали рассказать нам, как смерть Старца повлияет на расстановку сил в Империи. — Ух ты, подействовало. Все-таки от политики в небольших дозах тоже может быть польза.

Лорд Лестер на глазах оживал.

— Понимаете леди, — начал он откашлявшись. — На сегодняшний день в Империи существуют три центра влияния на принятие Императором решений. Могу сказать без ложной скромности, один из них контролируется мною. Это Тайная канцелярия — структура отвечающая за спец операции и взаимодействие с техногенными мирами. Второй центр сил представлен магическим сообществом, ваш ректор один из его неформальных лидеров. Ну, и наконец — вояки. Это Маршал Лорд Дитрих Розенталь и вооруженные силы империи.

Я кровно заинтересован в том, чтобы вояки занимались своим делом, воевали в мире 15/67 и обеспечивали бесперебойную поставку Духов в Империю. А уж порядок в Эдеме я и сам смогу поддерживать силами подразделений тайной канцелярии. Сами посмотрите, какие у меня бойцы — молодцы, — кивнул лорд Лэстер в сторону сэра Бэримера. Потом на секунду призадумался и тряхнул головой.

— Нет, это — неудачный пример.

А Маршалу Лорду до последнего времени удавалось убеждать Императора в том, что присутствие самых дееспособных войсковых частей на Эдеме необходимо на случай заварушки, которую может организовать кто-нибудь из великих магов ренегатов. Впрочем, в последнее время таковым числился один лишь Лорд Вампир.

— Теперь, после смерти Старца, появилась возможность отправить все армейские подразделения на планету Духов. Об этом я и докладывал Императору, предварительно лично убедившись, что привязки Голубого Хамелеона к лорду Вампиру больше не существует.

А потом мы с лордом Итоном всю ночь обсуждали контуры нового неформального соглашения и делили сферы влияния. При этих словах Лорд Лэстер как-то уж слишком залихватски мне подмигнул.

— И вот что еще, — добавил лорд Лэстер, перескакивая на другую тему. — Вы поосторожнее с Голубым Хамелеоном. Не всегда магическая клятва сможет вас защитить, особенно если ее заключать с таким типом, как Лорд Вампир.

— Поверьте мне, леди, при желании можно обойти любую магическую клятву, ну если подумать немного.

И снова мне подмигнул. Да что такое, у него тик разыгрался чтоли на почве алкогольной интоксикации.

А касательно возможности манипулировать магической клятвой я и сама все знаю. Демон Голубого Хамелеона прекрасный урок преподал.

— Если только услышите чей-то голос у себя в голове — тут же снимайте кулон и сообщите мне, — продолжил свои наставления лорд Лэстер.

Как же, услышу я чей то голос у себя в голове. Да у меня в голове голоса иногда такие дискуссии устраивают, что впору вспоминать Демосфена с его риторикой.

— Мне одержимая дочь не нужна. Этот факт может негативно отразится на репутации.

Да, и — самое главное. Лорд Итон необычайно хорошо о вас отзывался.

Мне это не нравится. Чем это вы его так очаровали. Я чего-то не знаю. Хочу вам напомнить, что пока вы считаетесь моей дочерью, мы с вами сидим в одной лодке и я не потерплю ненадежного человека в своем окружении.

И откуда столько металла в голосе появилось?

Ну вот, правда, будь лорд Лэстер одет во вчерашний, расшитый золотом мундир, я тут же призналась бы в том, что готовлю покушение на правящую династию.

А так, в синем домашнем халате, в тапках на босую ногу. Нет, не производит впечатление. Может на Лесли костолома и тянет, ну так не станет же он демонстрировать свой коронный хук левой на бедной девушке. А сэра Беримера мне сегодня не очень и жалко.

Блонда, одернул меня внутренний голос. Ты что-то расшалилась не по-детски. Не забывай, ты разговаривавший с шефом могущественной Тайной канцелярии.

А кроме того со своим юридическим отцом, поддела я эту зануду. Ладно, прониклась.

— Лорд Лестер, — принялась оправдываться я виноватым голосом. Это, наверное, потому, что Лорду Итону показалось, что в юности он служил в одном отряде с моим дядей и хорошо знает мою маму эльфийку.

— Какую маму эльфийку, — огорошенно поинтересовался у меня шеф тайной канцелярии. Ты же с Земли. У тебя родители — земляне.

— Ну, как это какую? Вашу тайную жену, принцессу одного из правящих кланов Закрытого Леса.

— Девочка…

Да чтоб вас … и этот — туда же. Какая я вам девочка, черт побери. Достали. Ну не мальчик же, — ехидно съязвил в голове внутренний голос.

— Девочка, — снова повторил лорд Лэстер. Я никогда не был женат. А уж сочетаться браком с эльфийкой. Да мне такое бы и в дурном сне привидеться не могло.

Ну вот похмелье и прошло. Только гляньте, какой энергичный, так и подпрыгивает.

— Позвольте, лорд Лэстер, а как же ваша жена эльфийка, с которой вы сочетались тайным браком, и которая от вас забеременела. А потом родилась я и вы отправили меня на Землю, чтобы информация о моем рождении не привела к смене правящей в королевстве династии. А потом мне исполнилось 18 лет и вы вернули меня на Эдем для обучения магией.

— Все в соответствии с легендой, которую довел до меня ваш сотрудник и которой я неукоснительно руководствовалась.

Не говоря не слова Лорд Лэстер перевел свой взгляд на сэра Бэртмэра.

Тот тут же распознал немой вопрос.

— Шеф, вы же поручили мне со Стивом, с бароном Стивом Николсом уточнил спецназначенец, подготовить для леди базовую легенду. И запретили консультироваться в аналитическом отделе.

И совсем уже тихим голосом добавил:

— Вот мы подготовили

Пауза по-Станиславскому. Держим, держим, все еще держим. Д-а-а!!! Верю!!!

— Идиоты.

Нет, не — идиоты, имбицилы.

А ты заметила, Блонда, не удержался от реплики мой внутренний голос, что у вас с лордом Лэстером, много общего, возможно, влияние родственной крови. Ты тоже их имбицилами называла. Только ты в эту компанию еще и самого лорда Лэстера по ошибке включила.

— Леди Блонда, не могли бы вы нас на время оставить. Мне надо кое-что обсудить со своим починенным без свидетелей.

— Слуга проводит вас в комнату, где собраны картины с изображениями всех наших с вами общих предков за последние 500 лет. Ведь, вы у нас — Блонда Лэстер Рин Корнелли с подачи моих идиотов сотрудников, — при этих словах лорд Лэстер начал буквально багроветь.

Как бы кондрашка не хватила, забеспокоился внутренний голос. Такое узнать да еще с перепоя. Нам это сейчас будет совершенно не кстати.

— К сожалению, показать вам ваших родственников по материнской эльфийской линии не имею возможности. — Сквозь зубы прошипел лорд Лэстер.

Похоже, взял себя в руки, расслабился и краснота спала, успокоилась я.

— Через полчаса жду вас в библиотеке, вас проводят.

Картинная галерея с изображением предков лорда Лэстера потрясла меня. Начиналась она, ну или заканчивалась, все зависит от точки зрения, парадным портретом самого лорда Лэстера в полный рост. Облаченный в генеральский мундир шитый золотом, сжимающий эфес шпаги, пристально, слегка прищурившись, глядящий вперед, шеф Тайной канцелярии производил очень сильное впечатление.

Блонда, когда надумаешь в следующий раз хамить лорду Лэстеру, вспоминай этот портрет, посоветовал мне внутренний голос.

Потом десятки изображений мужчин и женщин всех возрастов. Юные девушки соседствовали с убеленными сединами старцами. Диковинные наряды дам разных эпох, не менее странные облачения у мужчин. Холодное оружие все эпох, и драгоценности. Невероятное количество драгоценностей. Они потрясали своей красотой и блеском, переданными художниками разных эпох, разных манер письма, но одинаково безусловно талантливыми. Кажется, я смогла опознать и гарнитур из огненных рубинов, и изумруды, о которых говорил Изя Рабинович.

Бросались в глаза две особенности:

Во первых, все без исключения портреты предков лорда Лэстера, как мужские, так и женские, буквально излучали ауру властности и уверенности. На их фоне терялся даже сам шеф тайной канцелярии.

Во вторых, в портретах я не увидела ни малейших намеков на эльфийскую кровь. Это — более чем странно. Старинные имперские роды всегда старались породнится с эльфийскими кланами. Это было обусловлено, в первую очередь, прагматическими соображениями. Стремлением заполучить в род способность к ментальной магии. А у Рин Корнелли ни одного предка эльфа за пятьсот лет.

Я как завороженная всматривалась в портреты людей, живших много лет тому назад и не могла налюбоваться причудами и гримасами времени, оставившими свой след в мимолетных деталях, характеризующих ушедшие эпохи.

Как то незаметно пробежало, отведенные мне лордом Лэстером время, и вот я — в библиотеке. Диспозиция ожидаемая. Лорд Лэстер сидит, сэр Бэримэр стоит, вытянувшись по стойке смирно. Как можно было заранее догадаться, спецназначенец восстановил свой синяк под левым глазом. Теперь это украшение дополнено распухшим левым же ухом. Все-таки лорд Лэстер прекрасно себя контролирует, отметила я. Он так и не исполнил свой коронный с левой руки.

А вообще-то такими темпами, может, и сбудется шуточное опасение спецназначенца, которым он поделился в первую нашу встречу. Это о возможности введения лордом Лэстером телесных наказаний посредством розг.

Сам шеф Тайной канцелярии успел переодеться в рабочий костюм и на его лице ни осталось ни малейшего намека об утреннем похмелье.

Предложив мне присесть в кресло напротив, лорд Лэстер проинформировал меня сухим, деловым тоном.

— Осенний бал уже через два дня. По протоколу регламентирующему его проведение, вы должны явится туда в сопровождении спутника мужского пола. К сожалению, я не смогу вас сопровождать, Император решил воспользоваться этим мероприятием и неожиданно назначил закрытую встречу с руководителями всех имперских служб за два часа до начала бала. Поэтому, в первую очередь, надо решить вопрос с вашим спутником.

— Сэр Бэримэр, ваши предложения.

Судя по всему, после обстоятельной беседы с шефом, закончившейся членовредительством, спецназначенец вернулся к ранее неплохо зарекомендовавшей себя линии поведения. Он включил дурака.

Вытянувшись во фрунт он гаркнул. По известной вам причине шеф, я не могу быть сопровождающим лицом для леди Блонды на балу. Но любой участник моего отряда в состоянии выполнить это поручение. Со своей стороны рекомендую командира первого отделения сержанта Пэтерса.

— Это того рыжебородого разбойника со шрамом на пол лица? — поинтересовался лорд Лэстер. — Ты ничего не напутал? Ему же не по подворотням с кистенем шастать, ему необходимо на балу сопровождать мою дочь.

— Позвольте вам возразить шеф. Граф Пэтерс прекрасно осведомлен в светском этикете. Он блестящий танцор и, не побоюсь этого слова, любимец женщин. Единственная проблема с этой кандидатурой заключается в том, что его надо немного приодеть к балу. По моей информации Граф Пэтерс поиздержался в последнее время.

А надо меньше времени в салоне баронессы Риолы проводить, прокомментировал слова спецназначенца внутренний голос.

— Да ты что, Бэримэр, издевавшийся надо мной, — взорвался сэр Лэстер. — Ты вообще представляешь в какую сумму мне обошлись наряды леди Блонды! Еще пару таких балов и я обгоню по расходам твои легендарные потери от помолвки с маркизой Адель Ситар Винзорф. И ты предлагаешь мне новые расходы.

А вот это было больно. Судя по виду сэра Бэримэра, он в этой ситуации предпочел бы получить удар левой Лесли костолома.

— Шеф. Я не предлагаю вам нести дополнительные расходы. Мы можем провести спецоперацию по выявлению недостатков в системе охраны Имперского дворца во время проведения Осеннего бала. В рамках этой спецоперации сержант Петерс будет снабжен необходимыми реквизитами, в том числе соответствующим нарядом. Затраты будут вполне легально покрыты из бюджета, выделенного на проведение спецопераций.

— Вот умеешь же головой работать, если захочешь. А то как напридумываешь, чего и на голову не оденешь. То — крестная дочь, то — тайная эльфийская жена. И все, заметь, на мою голову. Может быть, ты мне за что то мстишь, — признайся, Бэримэр.

— Да что вы, шеф, — вполне искренне отреагировал спецназначенец. — Я к вам как к отцу родному отношусь.

— Да знаю я, знаю, — махнул рукой лорд Лэстер оттаивая. — Молод ты еще просто. Доверчив очень. Не даром хочу тебя к Белому Орлу Первой степени представить. Опять же повод есть: Смерть Старца тебе зачтется. И с батюшкой твоим обговорили, как только награду получишь, поставим перед Императором вопрос о восстановлении твоего титула лорда Ардена.

— Ты вот только последнее мое поручение выполни — и сразу наградным документам ход дам.

— Командуйте, шеф, готов выполнить любое ваше поручение.

Я бы на его месте не стал так радоваться, прокомментировал ситуацию мой внутренний голос, глядя на сияющее от счастья лицо сэра Бэримера. Наверняка. поручение с какой то подляной.

Как в воду глядела. Да еще с какой. Но вот то, что подляна касается в первую очередь меня и вообразить не могла.

— Лэди Блонда, — обратился ко мне лорд Лэстер. — Вы ведь понимаете, что ваше удочерение — результат фатального сбоя Реестра. Не берусь судить, что произошло, скорее всего, у нас с вами какая-то общая генетическая мутация. Вот Реестр и принял нас за родственников. Там все на крови замешано.

Я долго думал, как достойно выйти из этой ситуации всем заинтересованным лицам. И придумал.

Леди Блонда, вы должны в ближайшее время выйти замуж. Думаю, что с вашей красотой, Осеннего Бала Императора вам будет достаточно, чтобы найти подходящую кандидатуру. А сэр Бэримэр должен отследить материальное

благосостояние вашего будущего мужа. Ему же, не вам сэр Бэример, — уточнил лорд Лэстер, заметив испуганный взгляд спецназначенца.

Не вам, а — будущему мужу лэди Блонды придется компенсировать все мои затраты связанные с леди. А это, поверьте, немаленькие суммы.

— Ваш гардероб, включая услуги мастера Рабиновича, — начал перечислять шеф Тайной канцелярии, оплата за обучение а Академии магии. Портал с Эдема на Землю и обратно. Ваше содержание на Земле на протяжении 18 лет. А это ни мало ни много по одному миллиону кредитов в год. Плюс справедливый банковский процент на полученную сумму.

— На протяжении 23 лет, — прервала я лорда Лэстера. — Я прожила на Земле 23 года. И причем здесь затраты на портал с Эдема на Землю и мое проживание на Земле? Вы же за это ни копейки не заплатили.

— Это, конечно, так, но мы же не станем объяснять всем подряд, о том, что вы коренная землянка. Конечно 23 миллиона лучше, чем 18 миллионов, но в этом вопросе я вынужден идти на определенный компромисс.

— Так вот, вы выходите замуж. Сэр Бэримэр от моего имени подписывает магически заверенный договор, о том что ваш будущий муж компенсирует мне все вышеперечисленные затраты в полном объеме. И все остаются довольны.

— Только вот магический договор надо правильно составить. Вы же понимаете, что любую магическую клятву можно обойти, ну если подумать немного.

Что-то сэра Лэстера клинит на магических клятвах. Комплекс какой-то не иначе.

Господи. Как легко-то на душе стало. А я все себя пугала — шеф тайной канцелярии, внекатегорийный маг, один из богатейших вельмож Империи. Да это же второй Изя Рабинович. На этом поле я всегда готова сражаться.

Вот прямо сейчас и начнем.

— Папуля, — нежно накрыла своей ладонью его руку. — Вы позволите так себя называть? Нам надо привыкать, к неформальному общению, чтобы не вызвать вопросов у случайных свидетелей.

Смотри как его перекосило.

— Вы, конечно, во всем правы. И мы вместе с сэром Бэримэром сделаем все от нас зависящее, чтобы компенсировать вам причиненный нашими действиями ущерб.

Лорд Лэстер высвободил свою руку из под моей ладони, затем встал, достал с полки коробку сигар и курительные принадлежности и принялся ими манипулировать усевшись снова в кресло напротив меня. Впервые не в кино увидела этот процесс. Занятный ритуал. Сначала тщательно выбрать из коробки подходящий экземпляр, потом обрезать кончик миниатюрными ножницами и наконец раскурить.

Только зачем же пускать струю дыма мне прямо в лицо и так изучающе меня рассматривать.

Блонда ты полная дура, твердо заявил мне внутренний голос. Не прошло и получаса, как ты уверяла сама себя, рассматривая портрет лорда Лэстера, что хорошо подумаешь, прежде чем начнешь ему хамить в следующий раз. Может быть надо, наконец, начать думать.

Слишком много вокруг странностей и нелепиц. Нелепый утренний наряд лорда Лэстера. Его странное похмелье. Эти постоянные к месту и не к месту ссылки на магические клятвы. Ну и, наконец, ни в какие ворота не лезущее, превращение одного из богатейших людей Империи в банального ростовщика.

А в поведении сэра Бэримора, Блонда, тебе ничего странного не видится. Да он, конечно, славный, наивный чукотский юноша. Но это только в случаях, когда речь идет об отношениях с девушками. А в других ситуациях это матерый профессионал. Ты что думаешь, что его фраза — ножом по горлу…, это так, для красного словца.

И снова к возвращаясь к Лорду Лэстеру и его внезапно вспыхнувшей жадности. Блонда, ты в курсе, что шеф Тайной канцелярии сейчас, прямо на твоих глазах докуривает настоящую земную кубинскую сигару. Так вот, контрабанда этой роскоши сюда на Эдем, сравнима с затратами на твое платье к Осеннему Императорскому балу. И после этого, ты будешь утверждать что все происходящее вокруг укладывается в обычные житейские рамки.

Убедительно, согласилась я сама с собой.

Потом взяла ножницы, которыми лорд Лэстер обрезал кончик сигары, и со всего маха пробила ими свою ладонь. И наконец изо всей силы сжала руку лорда Лэстера своей рукой, щедро поливая собственной кровью все вокруг.

Лишь бы Бэримэр не успел вмешаться, мелькнула в голове мысль, прежде чем я погрузилась в белую ватную пелену, сквозь которую издали доносились приглушенные крики, не несущие никакого смысла.

Сначала голосом Бэримэра:

шеф, порядок — Контроль снят. Блонда, держитесь. Сейчас здесь будут целители.

Потом рык лорда Лэстера:

— переговорный браслет мне. Быстро. Тревога по красному коду. Все боевые отряды на позиции.

И наконец полная тишина.

Как ни удивительно, проснулась я у себя в комнате в Академии и наученная горьким опытомсразу же принялась инспектировать свою тушку. Сначала рука. Небольшой, едва видимый розовый шрам на левой ладони. И это все материальные следы от моего эпического подвига. Бабуля в таких случаях говорила — на тебе Блонда все как на собаке заживает.

А вот интересно, почему бабуля меня всегда, сколько я себя помню, Блондой называла. Ни внучкой, ни Светиком, ни даже Светланой Игоревной, а только Блондой. Впрочем теперь не узнаешь. Раньше интересоваться надо было.

Так, со здоровьем все в порядке. Рука не болит, голова не кружится, на солененькое не тянет. И вообще прекрасное настроение. К чему бы это. Продолжаем осмотр.

На мне была одета незнакомая ночнушка и…, и все. Интересно, если меня и на этот раз раздевала Милка, то где она достала обновку. Может быть она поможет обновить и другие предметы моего гардероба.

Это о тебе граф Пэтерс позаботился, я здесь не причем, раздался в голове голос Демона Голубого Хамелеона.

Как это понимать достаточно спокойно отреагировала я. У меня появился новый поклонник. Ну и как я ему, мое тело произвело впечатление, в процессе раздевания? Хотя должна заметить он не в моем вкусе. Слишком большой и бородатый. Я я при этом Милкой была или Блондой?

Да я не в том смысле, смутился Демон.

Не может быть. Демон Голубого Хамелеона смутился. Это потрясающе. Какие дополнительные перспективы, это открывает. Да куда там на этом фоне возможное недоразумение с графом Пэтерсом.

Интересно, а что у демонов с гендерной принадлежностью. Мой Демон Милка он мальчик или девочка.

Блонда, ты уверена, что вчерашнее приключение благополучно закончилось для твоего психологического здоровья, вмешался в наш с Милкой разговор мой внутренний голос. Откуда это нездоровое любопытство. У тебя, что больше проблем нет.

Да, вынуждена была я согласиться. Проблем выше крыши. Так что там с графом Пэтерсом.

Сразу после того, как лорд Лэстер наделил сэра Бэримэра полномочиями Черной метки и отправил проводить зачистку в самой Тайной канцелярии, в замок портанулись целители. Их контролировал сержант Пэтерс, ему командир поручил взять вас под непрерывную охрану.

Потом лорд Лэстер отправился в столицу, прихватив с собой отряд личной гвардии. Ну а сержант Пэтерс приказал целителям быстро залечить вам рану, потом усыпить, а потом спящую доставил вас сюда. По дороге заехал к баронессе Риоле и там взял себе в помощь пару горничных и эту ночную рубашку.

Ага, как же, горничных. Надо понимать, что это эвфемизм для обозначения основного состава сотрудниц салона. Ну тогда все понятно. Я снова в пролете. Никто так и не надругался над моим бесчувственным телом.

Не знаю как на меня повлияло вчерашнее приключение, но то, что демон Голубого Хамелеона стал значительно коммуникабельные, живее что ли, было совершенно очевидно.

Впрочем ему теперь многое простительно, почти все. Он мой герой. Может даже Девочкой меня называть. Нет это пожалуй перебор.

Без его помощи вряд ли нам всем, включая меня, сэра Бэримэра и лорда Лэстера, удалось бы остаться в живых.

Не знаю кто наложил Контроль на шефа Тайной канцелярии и блокировал его Демона, введя в кровь Лорда Лэстера специфичные антитела.

Совершенно не понимаю почему спецназначенец не смог ничего предпринять. Теперь очевидно, что сэр Бэримэр все понял еще утром за завтраком.

Но твердо уверена, что эти ребята шутить не собирались.

И если бы не подсказка Демона Голубого Хамелеона, о том, что прямой контакт с моей кровью, как кровью родственной, но не содержащей отравы, поможет на некоторое время активировать Демона шефа, нам бы всем пришли кранты.

Ну а дальше все как по писанному. Я нанесла себе рану и извозюкала шефа своей крови по уши. Демон шефа на секунду избавился от блокировки. Тут же нейтрализовал отраву в организме. А потом переподчинил себе духа, который контролировал лорда Лэстера. Тот ведь совсем слабым был. С трудом удерживал сознание шефа тайной канцелярии от срыва контроля.

Не удивительно, что лорду Лэстеру удавалось время от времени демонстрировать чудачества. Для понимающего человека, ну или как в нашем случае понимающего Демона, это все равно что плакат над головой повесить. Я под контролем.

И все таки надо разобраться, почему в этой ситуации сэр Бэримэр не смог ничего сделать.

А что тут непонятного, удивилась моей бестолковости Милка. Они хоть и называются сотрудниками Тайной канцелярией, на самом деле те же вояки. Там при поступлении на службу закладывается ментальная печать, которая не позволяет прямому подчиненному совершать любые действия во вред непосредственного начальства.

А сэр Бэримэр хоть и не является замом Шефа Тайной канцелярии, но будучи командиром спецотряда находится у него в прямом подчинении.

Самое смешное, что будь на месте сэра Бэримэра тот же сержант Петерс, тут же скрутил бы шефа.

Практически все понятно за исключением того, что это за зверь такой Черная метка, которой лорд Лэстер наделил спецназначенца. Звучит как-то угрожающе.

Ну это не ко мне вопрос. Это к сержанту Пэтерсу. Он на первом этаже ваше тело охраняет. Вместе с горничными из салона баронессы и еще девушкой, которая обычно за стойкой ресепшн стоит.

Это как, они вчетвером мое тело охраняют?

А то. Там сейчас весело.

Интересно откуда Милка может знать о том, что творится на первом этаже. Демон же вроде как намертво привязан к кулону. Или уже не привязан.

Ой, спохватилась я. Занятия то никто не отменял. Заза, лапушка, прости, за этой суетой совсем о тебе забыла. Сейчас одеваюсь и бежим с тобой на пары.

Браслет, благодарно звякнул. Он все больше и больше, напоминал мне радостного щенка, безответно влюбленного в своего хозяин А ведь совсем недавно ехидничал, умничал, вмешивался в личную жизнь. Да что же с ним творится.

Эта мысль не в коей мере не отвлекали меня от стандартного ритуала побудки, так что буквально через пару минут я стояла облаченная в академическую форму на лестнице, ведущей на первый этаже.

Ну вот Блонда, даже если ты не станешь ментальным магом, то как боевику тебе цены не будет. Ты только что выполнила норматив молодого бойца по скорости одевания принятый в армии вероятного противника.

И все таки, что с Зазой происходит.

А вот если бы вы леди Блонда, — решил в очередной раз просветить меня Демон Голубого Хамелеона, — вместо того, чтобы регулярно влипать в различные приключения, внимательно слушали лекции профессора Адама Смита, тогда бы поняли, что своими неуемными эмоциями банально сорвали информационному браслету блокировку от внедрения новых кусков информационной матрицы.

И теперь лепите из него все что вашей душе угодно в соответствии с со своими подсознательными стремлениями и детскими комплексами. И заметьте, что при этом портите академическую собственность, за что вас по головке не погладят, когда вы по окончанию Академии должны будете вернуть браслет.

Я своего Зазочку никому не отдам, отмахнулась я от Милка. Тоже мне Фрейд нашелся, про комплексы заговорил.

Но кое — что в его словах заставило меня задуматься. Причем задуматься настолько серьезно, что я решила даже на время проигнорировать картину, открывающуюся передо мной.

Демон действительно прав, количество приключений случающихся со мной в последнее время зашкаливает. И я вижу только один выход из этой ситуации. Мне срочно нужна рядом Маришка. Она как громоотвод переключает на себя все мои неприятности, при этом сами неприятности приобретают после столкновения с ее пятой точкой удивительную способность тут же трансформируются в нечто совершенно противоположное.

Решено, резко меняем список приоритетов. На первом месте затащить на Эдем Маришку, потом забрать у Адельки ленное право на город Торбан и наконец повыдергивать патлы у Аденамиды Истермановны.

А может быть вставим в этот список бракосочетание с сэром Бэримэром, робко поинтересовался у меня внутренний голос.

Рано еще дала я резкую отповедь сама себе. Спецназначенца еще воспитывать и воспитывать надо.

Как там у классиков, задачи определены, приступим к работе господа. Ну или что-то в этом роде.

Картина, открывшаяся передо мной, могла заставить учащенно забиться сердце любой девушки от 17 до 70 лет. Прямо перед собой я увидела земное воплощение Аполлона, нет пожалуй не Аполлона, тот маловат будет. Короче земное воплощение мечты. Двухметровый красавец в парадном, отлично сидящем на нем мундире офицера Тайной канцелярии, со шпагой на перевязи откровенно морочил голову трем красоткам, которые просто не в состоянии были отвести от него глаз.

Приглушенный мужской голос периодически прерывался звонким девичьим смехом. Естественно в этой ситуации на меня никто не обращал внимание. Милка, ты уверена, что сержант Петерс меня охраняют, зачем то вслух поинтересовалась я у Демона, правда не слишком громко. Привлечь к себе внимание таким образом не удалось.

Ответом мне послужил очередной бурный взрыв смеха. Пожалуй так я ничего не добьюсь.

Включаем наивную глупышку. Сержант Петерс, а что вы тут делаете, изумленно поинтересовалась я. Рыжебородый великан отреагировал на мой голос, как спаниель на кряканье утки. Тут же повернулся в мою сторону и замер в стойке.

Ух ты, после того, как ему подстригли бороду и причесали волосы, даже шрам на лице у графа Пэтерса смотрелся не угрожающе, а придавал дополнительную мужественности медальному профилю.

Может быть ты и права, Блонда, не будем наверное спешить с бракосочетанием с сэром Бэримэром, задумчиво произнес мой внутренний голос.

Леди Блонда, приказом шефа Тайной канцелярии мне поручено сопровождать вас на Осенний Императорский бал, отрапортовал сержант Пэтерс хорошо поставленным командным голосом

Потом перешел на обычный тон. Леди, прекрасно, что вы уже встали. Я собирался в ближайшие десять минут к вам постучаться и разбудить. У нас осталось не так много времени. А вам надо еще привести себя в порядок, сделать прическу, одеть бальное платье и драгоценности. В императорский дворец мы отправимся через портальную арку Тайной канцелярии.

У баронессы Риолы уже ожидают вас, чтобы помочь подготовиться к балу.

Туда же я доставил ваш наряд и драгоценности.

Ничего не понимаю, изумилась я. Бал же состоится завтра, в субботу.

Правильно, только сегодня суббота. Целители порекомендовали вам поспать сутки подряд.

Сержант, сначала мне надо у вас кое что узнать. Наедине, добавила я, указывая глазами на девушек.

Лика, Хельга, отправляйтесь к баронессе, предупредите, что мы скоро будем

Нора, это уже девушке с ресепшина. Поднимись в комнату леди Блонды и наведите там порядок, скомандовал сержант Пэтерс. А я и не догадывалась, что в комнате у меня наводит порядок девушка Нора. Думала это все магия.

Здорово все таки он их выдрессировал. Девушки без возражений бросились выполнять указания великана, одарив на прощание своего кумира взглядами полными обожания. Пожалуй он многому может научить сэра Бэримэра.

Граф. Интересно узнать, что произошло в Империи и в моей личной жизни, за то время, пока я находилась в объятиях Морфея, поинтересовалась я у сержанта Пэтерса, дождавшись когда девушки покинут помещение.

Вам показалось, леди. Не мог же я пропустил к вам какого — то Морфея. У себя в комнате вы наверняка были одна. Командир на этот счет дал твердые указания. Я внимательно за этим следил, забеспокоился сержант Петерс изобразив на лице целую гамму чувств от растерянности до раскаяния.

Да, в общеобразовательном уровне заметны ярко выраженные пробелы, вздохнул мой внутренний голос. Наверное все таки надо возвращаться к кандидатуре сэра Бэримэра..

И сообразительность не на высоте, поддержала Милка. А что ты хочешь. Типичный представитель Лесного края. Да еще и военный.

Девочки, ну возможно еще и мальчики, все таки вопрос с Милкой остается до сих пор открытым. Прекращайте галдеж у меня в голове. Вас сделали как детей.

Вы что не видите, что сержант Пэтерс откровенно прикалывается. К этому времени выражение растерянности на лице сержанта Пэтерса окончательно сменилось широкой ухмылкой.

Сделал меня паршивец.

Граф, заканчиваем словесную пикировку. Что произошло за то время пока я спала. Судя по тому, что Осенний бал все же состоится, гражданская война в Империи до сих пор не началась. Удалось выяснить кто совершил покушение на лорда Лэстера.

Кое что нарыли, уже серьезно, ответил мне сержант Пэтерс. Но окончательно все станет ясно через пару дней. Война пока не началась. Наши отряды в боевой готовности. Армейские подразделения аналогично. Маршал Лорд Дитрих Розенталь отдал соответствующий приказ буквально через минуту после того как лорд Лэстер объявил тревогу по красному коду.

Все находится в состоянии неустойчивого равновесия. Малейшая искра и так рванет, что мало никому не покажется.

Так кто с кем собрался воевать, окончательно запуталась я. Армейцы они за нас или против.

А каждый сам за себя. И мы и военные и даже Магическое сообщество. Они впервые за 500 лет объявили о проведении собрания Ковена магов. И вспомнили же про такое.

А Император за кого.

Не стоило бы мне, законопослушному гражданину и боевому офицеру такое говорить, но скажу вам леди Блонда по большому секрету

Император у нас еще та штучка. И уж он то точно сам за себя. Я вовсе не удивлюсь, если окажется, что за покушением на лорда Лэстера стоят его доверенные люди.

Все таки ты удивительная особа, Блонда, с уважением произнес мой внутренний голос. Из всего того обилия грандиозной, буквально жизнеопределяющей информации, которую на тебя вывалил сержант Пэтерс. Тебя заинтересовало только то, почему он назвал себя офицером.

Особенности устройства организма, огрызнулась я. Претензии к папе и маме, ну и к бабуле, которая меня такой воспитала.

И тут же не оставляя все на потом, поинтересовалась у своего собеседника.

Граф, Я понимаю, что офицерский мундир на вас вовсе не ваш, вы надели его на время проведения спец операции на Осеннем балу. Но почему вы называете себя офицером. Вы же сержант. Или вас разжаловали из офицеров в сержанты…

Как это мундир не мой, возмутился сержант Пэтерс. С другой стороны и вправду не мой, тяжело вздохнул великан, все таки куплен за счет фонда спец операций. Но я действующий Лейб гвардии — майор тайной канцелярии.

Но вы же сержант, совершенно запуталась я.

Так сержант это по штатному расписанию спецотряда, развеял мое недоумение собеседник. А так у нас отряде никого ниже капитана по званию и нет. Командир вообще полковник. И если справится с поручением лорда Лэстера, то наверняка получит звание генерала.

А что за задание. Я услышала про какую-то Черную метку.

Вот, вот именно, об этом и речь. Черная метка это Магическая печать, которой шеф Тайной канцелярии может поставить подчиненному в случае чрезвычайной ситуации. Потом она сама по себе исчезает, когда все в порядок приходит.

Дает неограниченные полномочия. Командир сейчас даже самого лорда Лэстера арестовать может. Вот он то сейчас и проводит чистку в Тайной канцелярии. Судя по всему, кто-то из замов шефа приложил руку к покушению. Так Командир их всех четверых первым делом и арестовал. Сейчас через ментальный допрос проходят все служащие штаба. Потом и до руководства боевыми подразделениями руки дойдут.

Впрочем я об этом ничего не знаю. И вы леди Блонда от меня ничего подобного не слышали. Удалось вчера немного поболтать с ребятами из отряда. Они сейчас повсюду командира сопровождают, ну типа телохранителей. А шеф

безвылазно в столице сидит, туда рота его личной гвардии передислоцирована.

И эту лапушку-Генерала Бэримэра, ты собираешься отдать в руки какой то графине. Только через мой труп, решительно заявил мой внутренний голос.

И вот что еще, продолжил сержант Пэтерс. Командир приказал узнать у вас, как вы поняли что блокировку шефа можно снять вашей кровью. Об этом вообще никто не догадывался. Только потом аналитики разобрались в чем тут дело.

Ага, так я кому то и расскажу, что мне это посоветовал Демон Голубого Хамелеона. Но все равно нужна какая то удобоваримая версия.

Блонда, включаем наше козырное комбо.

Смотрим в глаза собеседнику. Свои глаза изумленно распахиваем, хлопаем ресницами, хлопаем не халтурим. Теперь в голосе побольше растерянности. Включаем глупышку.

Граф, но я не знаю. Меня как будто кто — то заставил это сделать. Наверное магия.

Беспроигрышный вариант. Надо будет поблагодарить сэра Бэримэра при встрече. Это его идея — . если чего-то не понимаешь, вали все на магию и особенности местного менталитета.

Граф, у меня к вам будет поручение. Раздобудьте для меня что то типа плаща с капюшоном. И пусть доставят одежду ко мне в комнату. Мне нужно будет спрятать свое лицо покидая академию. Не могу же я показаться тут в своем настоящем виде.

И не смотрите на меня так недоуменно. Вы же помните нашу первую встречу. Конечно леди, я же отвез вас вместе с командиром из академии к баронессе Риоле.

Нет не эту встречу, а ту в комнате у Стива. Помните, там я была платиновой блондинкой. А потом настроила кулон иллюзий и приняла нынешний вид. Вы еще зеркало для меня из мэрии притащили.

Леди, так это были вы, та самая высокая голубоглазая эльфийка. Я все думаю, почему ваше лицо мне показалось знакомым.

Я была уверенна, что сэр Бэример вас во все посвятил во время совместного посещения салона баронессы.

Да вы что леди. Касательно служебных дел командир кремень. Слова лишнего из него не вытащишь. Значит на балу моей спутницей будет сама я обворожительная женщина в в империи.

И как это прикажите понимать, как комплимент Блонде или как намек на то, что в образе Милки я не попадаю в высшую лигу.

В любом случае, сэр Бэримэр не зря рекомендовал шефу сержанта Питерса, как отличного знатока придворного этикета. Забыл правда добавить, что тот одновременно еще и талантливый ловелас.

Подождите меня здесь и приготовьте плащ. Я буду у себя в комнате.

Я уж думал, что ты так сама и не сообразишь оставить меня в комнате, ворчала Милка у меня в голове. Даже хотел посмотреть, как ты будешь дергаться перед дворцом Императора, решая проблему, куда спрятать артефакт.

Хотя не прав. Снять кулон пришлось бы у баронессы, наряжаясь в платье.

Так что снимай сапфир и клади его на столик.

А это не опасно, оставлять тебя без присмотра на виду одного в комнате. Оказываются в нее могут попасть посторонние люди из обслуживающего персонала, высказала я свои опасения Демону Голубого Хамелеона. Может быть спрячу тебя в шкаф среди вещей.

Ага, ты опасаешься, что из твоей комнаты кто-то может меня похитить.

А как же бабулина статуэтка. Ее сохранность тебе не тревожит. Она постоянно на столике стоит. Хоть я и предпочитаю держатся подальше от этого чудовища, но так уж и быть, клади меня рядом. А если какой нибудь самоубийца надумает меня украсть, то я с удовольствием понаблюдаю, как у него это получится. Всегда интересно поучится чему-то новому.

Нет, без удовольствия, поправил сам себя Демон Голубого Хамелеона. Я конечно кровожаден, но не до такой же степени.

Он что, сам до смерти боится бабулину статуэтку и меня ею пытается запугать. Ну так у него ничего не получится. Бабуля меня обидеть не позволит, во всяком случае своей статуэтке.

Ну а потом все слилось в калейдоскоп отрывочных картинок.

Поездка из академии в Ротсельбург. И снова мы установили рекорд скорости по передвижению на улицах беззащитного городка.

Изумленные глаза баронессы, которую только честное слово сержанта Пэтерса убедило в том, что я и есть леди Блонад, которой несколькими днями раньше баронесса давала уроки придворного этикета.

Ванная и массаж, который мне сделали полукровки эльфийки, работающие у баронессы в салоне. И эти волшебницы занимаются тем, что развлекают мужчин. Боже, какая несправедливость. Такого блаженства я кажется никогда в жизни не испытывала. Я хочу здесь остаться навсегда.

Прическа. Нечто невообразимое, водопад белокурых локонов.

Примерка платья. Я была в нем прекрасна.

И наконец кульминация. Изумруды.

И все таки Изя Рабинович великий человек. Прониклась. Сделать такое, при этом не затратив ни малейшего труда. Просто дать дружеский совет.

Я была красива сама по себе.

Нарядившись в черное струящеся платье, я стала неотразимой.

А вот когда я надела на себя изумрудный гарнитур, тут даже сержант Пэтерс с его богатым опытом галантного кавалера не удержался.

Леди, что-то не очень получается.

И нечего так кривится

Можно подумать, что я сама не вижу. Это даже не моветон. Это симфония нелепости, безвкусицы и дурного тона.

Да, Изя Рабинович, рассчитался со мной на полную катушку. И все из-за той милой шутки которую я с ним проделала. Уважаю.

Ну и как выкручиваться из этой ситуации. Однозначно, в таком виде появлятся на бал нельзя. Явится на бал без драгоценностей. Да весь бомонд будет обсуждать эту новость на протяжении года. Лорд Лэстер Рин Корнелли не смог должным образом одеть свою дочь. Так мы пожалуй даже лорда Астера с его помолвкой по популярности переплюнем.

Мчаться за новым гарнитуром, но лорд Лэстер занят в столице, попробуй его сейчас разыщи. Не успеем. Что то бормочет баронесса, предлагая одеть свои драгоценности. Не вариант. Класс не тот.

Блонда, думай. Дамы стремятся на бал, чтобы ошеломить окружающих своими нарядами, прическами и драгоценностями. А что можешь продемонстрировать ты.

Да,YES!!!. Это идея. Во всяком случае можно рискнуть. Не знаю что из этого получится, но ошеломить окружающих нам наверняка удастся.

Никаких драгоценностей, заявила я. Граф Пэтерс, нам пора.

И вот мы стоим у входа в огромный зал. Громкий голос распорядителя на секунду заглушающий голоса сотен гостей — Блонда Лэстер Рин Корнелли в сопровождении Графа Ольва Пэтерса.

Шаг вперед и мгновенно установившаяся гробовая тишина. Да, похоже ошеломить удалось.

Да знаю я, знаю, что в таком виде нельзя появляться на бал и что это нарушение всех писаных и неписаных норм приличия.

И бог с ними, с нормами приличия, но мой спутник популярно объяснил мне, что шляпка у меня на голове может быть воспринята, как прямое оскорбление Императора. Оказывается, что по традиции, которая считалась древней еще в период правления Георга 4, подданные не имеют права надевать головной убор в том случае, если их сюзерен присутствует рядом с непокрытой головой. Причем это правило распространялось как на мужчин, так и на женщин.

В принципе, я на что-то подобное и рассчитывала, просто не подозревала, что все так запущено.

А что мне оставалось делать. Явиться на бал без драгоценностей, это однозначно угодить в скандал, причем в скандал в котором я буду выглядеть как полная лохушка.

А вот если на этот скандал наложить еще один, да такой, в котором речь пойдет не о материальных атрибутах, подумаешь висюльки не одела, а о прямом вызове, можно сказать, плевке в бороду всей прогрессивной, сорри, всей консервативной общественности, ну, тогда можно рассчитывать, что на фоне сплетен типа:

«Вы представляете, она посмела появится перед Императором в шляпке! Дополнение: и еще демонстративно не надела драгоценности», — как-то и не будет смотреться слишком уж важным.

В этом случае я наверняка не стану выглядеть лопушкой. Так обычной низвергательницей основ и тайной революционеркой. Что мне представляется намного более выигрышным вариантом. К тому же, мое необычное платье прекрасно вписывалось в этот образ.

Я понимаю, что логика моих действий больше всего напоминала попытку затушить пожар хорошей мерой бензина, но просто ничего другого не смогла придумать.

Вряд ли мне удалось бы уговорить Графа Пэтерса сопровождать меня на бал будучи облаченным лишь в одно белье. Эта безумная мысль — просто пример того, в каком отчаянии я находилась, когда поняла, что не смогу надеть на себя эти злосчастные изумруды.

Причем ни на секунду не сомневаюсь, что причиной тому послужил портняжный гений Изи Рабиновича. Мелькнула на мгновение мысль поместить мастера в свой черный список, сразу же следом за Аденаидой Истермановной. Потом передумала, все-таки талант надо беречь. Будет просто должен по жизни.

Изумруды были великолепны, камни буквально излучали изнутри глубокий зеленый свет, завораживающий взгляд.

Платье было неотразимым. В нужных местах оно облегало меня как вторая кожа, подчеркивая то, что скрывала материя, и будило фантазию категории 18+ у самых замшелых ретроградов.

Но это по отдельности. А вот вместе они создавали впечатление старой дерюги густо увешанной мутными булыжниками. Наверняка тут замешана какая то страшная швейная магия.

Говорила же мне в детстве бабуля. Блонда, держись подальше от магии, это такая гадкая штука.

Не выдумывай, оборвал меня мой внутренний голос, ничего подобного бабуля тебе не говорила. Лучше думай, что делать будешь.

И напрасно не говорила, тут же огрызнулась я. Вот так с возрастом и проявляются огрехи в воспитании.

— А если просто не явится на бал, — робко поинтересовалась я у графа, — сказать, что заболела.

— Не вариант, — подтвердил мои опасения собеседник. — Будет расценено как прямое оскорбление, нанесенное Императорской фамилии. Вас, возможно, особенно сильно и не накажут, разве что из Академии отчислят, а вот лорда Лэстера враги тут же съедят.

— Причем, подобное действие отслеживается не сотрудниками департамента охраны Короны, с теми в конце-концов можно попытаться договорится. Я знаю там пару неплохих ребят. Все контролируется непосредственно Реестром.

— Тут даже не поможет, если я вас, допустим, похищу. Реестр определит, что мы с вами были в сговоре. Ну а дальше по тексту — прямое оскорбление, нанесенное Императорской фамилии.

Да что же за монстр такой этот Реестр Древних, если он в каждой дыре затычка. И паспортную систему узурпировал и нотариусом подрабатывает, вот оказывается еще и верноподданнические чувства проверяет.

Ну, а что касается пары неплохих ребят, так наверняка познакомились при проведении совместных рейдов в салон мадам Зи-Зи, разозлилась я.

Я конечно разумом понимала, что несправедлива к сержанту Пэтерсу, но раздражение у меня внутри буквально бурлило, пытаясь вырваться наружу и найти объект приложения. Представила, что являюсь на бал в сопровождении графа, облаченного лишь в одно только нижнее белье. Наверняка, в этом случае до меня никому дела не будет. Правда, в моем воображении труселя графа украшал фривольно выглядящий розовый кролик, прикрывая собой то самое место.

— Да вы, граф, — эстет, — осуждающе посмотрела я на рыжебородого великана. И тут же поняла, что спасти от скандала меня может только другой скандал еще более грандиозный.

И вот я со своим спутником, высоко подняв голову, иду сквозь гудящую толпу, буквально утопая в волнах восхищения со стороны мужчин и водопаде презрения, низвергаемого женщинами.

По ходу движения выяснилась неприятная подробность. Оказывается, не так — то просто идти с высоко поднятым подбородком, удерживая при этом на голове изрядную как по размеру так и по весу конструкцию. Неужели и тут происки Изи Рабиновича. У бабули это получалось как то совершенно непринужденно.

Окстись Блонда, некстати вмешался мой внутренний голос. Да бабуля бы никогда в жизни ничего подобного на себя не надела. Вспомни, что подобную шляпку ты впервые увидела на картине кого-то из английских живописцев. Там дамы наблюдали за скачками на ипподроме в Дерби. Совершенно очевидно, что такие шляпки использовались для того, чтобы испуганные лошади бежали быстрее.

И кроме того, как у тебя язык поворачивается назвать этого монстра на голове шляпкой. Да если все то негодование, которое разлито вокруг превратится в воду, то ты со своим спутником имеешь все шансы спастись просто, перевернув это сооружение и задействовав его как лодку. Ну а страусиные перья выдернуть и использовать в качестве весел.

Вот так мило развлекаясь и, расточая улыбки, мы с графом Пэтерсом двигались к противоположному от входа концу огромного зала, где небольшой группой стояли члены Императорской семьи, представленные двумя принцами в окружении приближенных.

Даже издали было видно, что принцы разительно отличались друг от друга. Старший производил впечатление чистокровного эльфа, младший невысокий худощавый шатен, однозначно чистый человек.

— У братьев разные матери, — тихонько сообщил мне сержант Пэтерс.

Ну, судя по виду, у них и отцы разные, — съязвил мой внутренний голос, впрочем тут же испуганно замолчавший.

По традиции все дебютантки Осеннего бала должны были быть представлены Императору.

Это тот самый случай, когда наиболее продвинутые леди демонстрируют монарху свое нижнее белье, вспомнила я уроки придворного этикета баронессы. Впрочем Блонда, тебе не придется об этом беспокоится. С твоей шляпкой ты и так произведешь фурор.

— Странно, скоро должны будут объявит первый танец, а ни Императора, ни Императрицы до сих пор нет, — беспокойным тоном шепнул мне граф Пэтерс. — Мне придется представлять вас наследному принцу. А это не очень хорошо, во всяком случае, неприятно. Хотя, окинул он меня изучающим взглядом, в нашем случае возможно это и к лучшему.

— Император сейчас проводит закрытую встрече с руководителями всех имперских служб, — посвятила я графа в тайну, которую услышала от лорда Лэстера. — Должна была завершится к началу бала, но, по всей видимости, в связи с последними событиями в Империи затянулась.

— Тогда все ясно, — кивнул мой спутник, ничуть не удивляясь моей осведомленности.

Вообще во всей этой ситуации Граф Пэтерс показал себя надежным и уравновешенным человеком. Он спокойно воспринял мою авантюру со шляпкой, похоже самостоятельно понял и оценил идею, которая за ней стоит. Спокойным же тоном рассказал о возможных последствиях, связанных с нарушением традиции. Причем, я уверена, сделал это не для того, чтобы отговорить меня, а для того чтобы я владела полной информацией.

И сейчас, сопровождая меня, он источал ауру уверенности и доброжелательности. Казалось его совершенно не задевают негодующие взгляды в нашу сторону, разговоры за спиной, громко, на гране приличия обсуждающие мой наряд. Граф издали кивком головы приветствовал одних своих знакомых, иногда останавливался и представлял меня другим своим знакомым.

Почти всегда это были мужчины, бросающие на меня взгляды в диапазоне от обожествления до неприкрытого вожделения. За одним исключением. Мы задержались для знакомства с колоритной парой. Невысокая рыженькая девчушка, в отличии от подавляющего большинства других леди, смотрела на меня если и не с восторгом, то с откровенным изумлением. Ее сопровождающий мало чем уступал по габаритам моему спутнику.

— Знакомьтесь, леди Блонда, — это моя сестра Бланка и ее муж барон Майберт — мой большой друг. Еще поговорим сегодня, — пообещал он супругам. — Мне надо представить леди Блонду Императору.

— Осторожнее, леди Блонда, — предупредила меня Бланка. — Не вздумайте увлечься принцем. Он недаром считается самым галантным кавалером в Империи, и перед ним практически невозможно устоять. А такую красавицу как вы он, наверняка, не пропустит.

Помимо представительской функции, граф Пэтерс выполнял еще одну важную задачу. Он собирал для меня в бальную книжечку приглашения на танец. Правда в отличии от земного аналога, здесь все было организовано не без помощи того самого пресловутого Реестра. Никаких пофамильных списков с указанием номера танца. Каждый кавалер в начале бала получал стартовую квоту на десять танцев. После просьбы о танце у дамы, его квота уменьшалась на единицу, а у дамы появлялся новый потенциальный партнер.

А непосредственно перед танцем Реестр основываясь на непонятных алгоритмах, делал выбор партнеров и доводил с помощью магии информацию о том, где кому находиться и с кем танцевать. При этом нарушать указания Реестра никому категорически не рекомендовалось. Откровенная лотерея. Отдельные неудачники, потратившие свою квоту на самых востребованных дам могли весь вечер простоять у в углу, заливая свое невезение шампанским.

Я совершенно некстати вспомнила свою бабулю, которую однажды застала с упоением читающей какую то толстую книжку и восторженно при этом хихикающую. Вид смеющейся бабули настолько меня заинтриговал, что я все же добилась от нее ответ, что же привело ее в такое великолепное расположение духа.

Оказывается она читала воспоминания советского разведчика, о том как в Китае в 50-х годах развернулась партийная дискуссия по поводу значимости Конфуцианства в эпоху Чуньцю. Часть партийной номенклатуры выступила в прессе за, другая осудила учение, но никто не остался в стороне. Потом сторона, набравшая большее число голосов, расстреляла проигравших.

— Вот так, Блонда, и нужно по косвенным признакам определять своих сторонников, учила меня жизни бабуля.

Я вспомнила эту историю после того, как сообразила, что в моей бальной книжечке уже больше сотни приглашений. А мы все еще не добрались до цели.

Если это демонстрация поддержки моему вызову устоявшимся традициям, сконцентрированному на моей голове в виде дурацкой шляпки, то Императору надо серьезно задуматься о своих перспективах.

«Блонда, — робко поинтересовался у меня мой внутренний голос. — А может это не демонстрация поддержки вызову? Может, они просто хотят твое нежное тело в руках подержать во время танцев».

Да нет, не может этого быть, — решительно возразила я. Тебя послушать, так вокруг собрались сплошные сластолюбцы и извращенцы.

«Ты посмотри только, какие у них у всех одухотворенные лица».

Я покрутила головой из стороны в сторону. Посмотрела. Может быть, в чем то ты и прав, — вынуждена была согласится я.

Наконец, мы добрались к своей цели. Прямо перед нами выстроилась небольшая очередь из трех пар, состоящих из дебютанток и их спутников. Мы заняли свое место и у меня появилась возможность детально познакомится с ритуалом представления. За нами тут же пристроилась очередная пара.

Интересно, не надоела ли уже эта процедура принцу до чертиков. И как долго она продлится.

Порядка пятисот гостей в зале, если закон распределения по возрастам описывается Гауссианой, должно быть шесть — семь процентов дебютанток, это тридцать — тридцать пять человек. В среднем по две минуты на представление, реверанс и демонстрацию белья, итого час. Все-таки не зря меня в Универе учили. А наш заведующий кафедры постоянно повторял: социология — это, в первую очередь, математика.

Парад принимал чистокровный эльф. Высокий блондин с голубыми глазами.

— Старший сын Императора, наследный принц Иллиан, — шепнул мне на ухо граф Пэтерс. — Леди, которая стоит рядом с ним — Адель Ситар Винзорф. Бывшая невеста командира. Возможно, вы о ней уже слышали.

Так вот ты какой, северный олень! А сэр Бэрримэр оказывается западает на брюнеток. Я с любопытством рассматривала ослепительную брюнетку, мертвой хваткой вцепившейся в руку наследного принца. Похоже, мое пристальное внимание к леди входящую в топ два моего черного списка, не осталось незамеченным.

Аделька дернула за руку своего спутника, привлекла его внимание к мне. Напрасно она это сделала. Принц Иллиан не мудрствуя лукаво прервал очередное представление, небрежным жестом стряхнул с себя руку маркизы и направился прямо к нам.

Пары, стоящие на его пути резко отпрянули в стороны и я оказалась тет а тет с принцем.

— Кто вы, прекрасная незнакомка? — Обратился ко мне принц. — Ваш неотразимый облик преследовал меня во снах. И вот я увидел вас воочию. Надеюсь, вы подарите мне первый танец, открывающий Осенний бал.

Блин. И это, по словам леди Бланки, самый галантный кавалер в Империи, перед которым практически невозможно устоять. Да у нас в Универе с такими репризами его даже в студенческий драмкружок не приняли бы на эпизодическую роль. «Кушать подано, господа».

— Не могу устоять перед вашей неотразимостью, мой принц, — отпарировала я. А что, думаешь только ты лабуду умеешь гнать.

К счастью, наш диалог идиота с придурком прервал граф Пэтерс.

— Принц Иллиан, позвольте представить вам леди Блонду Лэстер Рин Корнелли, дебютантку Осеннего Императорского бала.

Как там меня баронесса Риола учила

Основные движения, подхватить юбку. Черт какую юбка у меня же платье в обтяжку, ладно просто обозначим движение. Присесть, Немного согнуться, дождаться благосклонного кивка, разогнутся и стремительно удалится. На этом все. Свое белье я никому демонстрировать не намерена.

«Блонда, не тупи. Стремительно удалится».

Это не я, — это сержант Пэтерс тормоз, оправдывалась я перед своим внутренним голосом, пытаясь сдернуть своего спутника с места. В спину прозвучало самоуверенное:

— первый танец — мой.

А как же Реестр и жеребьевка, внутренне возмутилась я. Или тут тоже все куплено.

Ну вот. Похоже официальная часть закончена. К этому времени я окончательно освоилась, благосклонно отвечала на приветствия кавалеров, любезно скалилась в ответ на улыбки дам и даже позволила своему спутнику подвести меня к столикам, стоящим по бокам зала, густо уставленными блюдами со снедью вперемежку с бокалами шампанского.

Слуги появляющиеся с подносами из боковых проходов, завешанных голубыми бархатными портьерами, внимательно следили за тем, чтобы столы не пустовали, а пустые бокалы ту же менялись на полные.

— Мне надо выпить, — сообщил граф Пэтерс, — да и вам, леди Блонда, это не помешает.

И тут же ловко ухватил с подноса два бокала шампанского у проходящего мимо слуги.

— Не нравится мне, что принц пригласил вас на танец, открывающий Осенний бал. Это прерогатива Императора и Императрицы. Теперь вместо императора будет принц Иллиан, а вы, получается, выступите в роли Императрицы. Поверьте, в этом нет ничего хорошего. — Вздохнул Пэтерс.

— Этот скандал затмит даже вашу шляпку. Да и сам принц еще тот тип. Прошу вас: будьте с ним осторожнее… Дела, — протянул он задумчиво, потом залпом опустошил свой бокал и тут же потянулся за следующим.

Я было решила составить ему компанию, но вовремя вспомнила правило номер один, которое мне втолковывала баронесса обучая придворному этикету;

«Дама на Осеннем Императорском балу должна демонстрировать трезвый образ жизни и сохранять ясность мышления вплоть до окончания мероприятия.»

Распорядитель громким голосом объявил на весь зал:

Первый танец. Дамы и господа займите свои места. Так вот как это работает! — Поняла я, увидев перед глазами информационную табличку очень похожую на ту, с помощью которой Заза показывал дорогу в аудиторию.

На табличке было написано:

Первая пара Принц Иллиан — леди Блонда Лэстер Рин Корнелли

А еще схематично указано место в зале, с которого мы должны были стартовать.

— А разве вы не танцуете первый танец, — осведомилась я у своего спутника, который не демонстрировал ни малейшего намерения двигаться с места.

— Нет, леди Блонда, я не использовал свою квоту приглашений. Все таки я на службе.

— Да, и в соответствии с правилами, на место вашей встречи с партнером по танцу я не имею права вас провожать. А вот ваш партнер по окончанию вальса должен препроводить вас ко мне. И я предпочитаю встретить принца с бокалом шампанского в руке.

— Сложно у вас все тут. Ну да ладно, разберемся. И вот что еще, раз вы не танцуете, то подержите пожалуйста. — С этими словами я протянула свою шляпку опешившему от такой наглости графу Пэтерсу.

Мавр сделал свое дело, Мавр может идти нафиг, радовалась я вновь обретенной легкости, будучи твердо убежденной, что ни за какие коврижки больше не одену этого монстра себе на голову.

Как ни странно танец с принцем оставил у меня самое приятное впечатление. Принц был корректен, обходителен и оказался прекрасным танцором. Да и для меня занятия бальными танцами не прошли даром. Без сомнения мы были лучшей парой.

Продолжал меня приятно удивлять принц и после танца. Он осторожно поддерживал меня за локоть и расточал вполне корректные комплименты, провожая к столику, рядом с которым стоял граф Пэтерс.

Мы двигались под пристальным вниманием сотен глаз, которые пытались уловить малейший нюанс в наших отношениях.

Наконец, принц подвел меня к моему спутнику и любезно улыбаясь сказал глядя тому в глаза:

— Граф Петерс, если не ошибаюсь. Лейб майор Тайной канцелярии. Ваша спутница, дочь вашего шефа лорда Лэстера, своим танцем доставила мне необычайное наслаждение. Надеюсь, она на этом не остановится.

— Поэтому сейчас, — продолжил принц, — мы с леди Блондой пойдем осматривать мою коллекцию.

— Какую же коллекцию мы пойдем смотреть, — демонстративно нахмурил лоб принц Иллиан. — Ах да, вспомнил — коллекцию моих плюшевых мишек.

Леди Блонда, уверяю, вам она наверняка понравится.

— Какого черта тут происходит, — зарычал граф Пэтерс, хватаясь за эфес шпаги.

В это время шибануло магией так, что мне показалось, что у меня волосы дыбом встали.

Сержант Пэтерс смотрел на нас с принцем мутными, осоловевшими глазами и невнятно бормотал. Конечно леди Блонда, вы можете пойти со своей подругой припудрить носик. Я буду ждать вас на этом месте.

Я растерянно огляделась вокруг. Сотни гостей, которые еще мгновение назад не сводили с принца глаз, сейчас не обращал на нас ни малейшего внимания. И это была не игра. Мы как будто выпали из видимости а заодно и из памяти присутствующих.

— Ну вот, все проблемы решены, — заявил мне принц железной хваткой цепляясь мне за руку. Идемте, уверяю, у вас останутся незабываемые воспоминания об этой ночи.

Все-таки магия. А Демон Голубого Дракона уверял меня, что во дворце магичить нельзя. Наверное, это ограничение не распространяется на членов правящей династии.

Нет никакого сомнения, эльфийская ментальная магия. А принц как маг, судя по всему, хорош, очень хорош. Не меньше, чем второй ранг.

Правда, и то, что в зале ни у кого нет защитных амулетов от ментала, играет ему на руку. Запрещены. Иначе фиг он что-нибудь смог бы сделать с тем же сержантом Пэтерсом, не говоря о некоторых других.

И чистокровных эльфов я сегодня на балу не видела. А иммунитет полукровок, наверное, такой удар не держит.

И ни одного внерангового мага и мага первой категории: все на совещании у императора.

— А как же ваши обязанности хозяина бала, — осведомилась я у принца, на всякий случай, подпустив в голос дрожащие нотки. Пусть думает, что я его боюсь. Тем более, я и на самом деле боюсь его до ужаса.

— Я поручил это младшему принцу, пусть учится управлять. Сослался на неотложные государственные дела. Идем Блонда, хватит болтать. — С этими словами принц Иллиан грубо поволок меня к ближайшей портьере, скрывающей выход из бального зала.

А все-таки интересно, почему Принц и меня не загипнотизировал, чтобы я не могла ему ни в чем отказать, размышляла я покорно двигаясь вслед за эльфом.

«Ты что до сих пор не поняла, — раздался в голове внутренний голос. — Он же псих, Блонда, псих и садист. Этим типам доставляет особое наслаждение издеваться над беззащитными женщинами так, чтобы те все понимали, но ничего не могли сделать».

Ну, в таком случае эта ночь действительно может оказаться незабываемой.

Блонда, твоя главная беда в том, что ты не можешь подолгу оставаться серьезной в отчаянной ситуации. Это никуда не годится, — принялся вычитывать меня внутренний голос. Прояви уважение к окружающим тебя людям. Ты думаешь принцу легко волочь тебя на буксире.

Вспомни, как вас с Маришкой ограбили на Кипре в ночном клубе. У вас даже паспортов не осталось. И что вы устроили. Вместо того чтобы со всех ног бросится в консульство за помощью, на худой конец, обратится в полицию, вы полезли с предъявой к владельцу клуба. И ты до сих пор уверена, что хозяин заведения был причастен к ограблению. Тебе напомнить, чем все это закончилось.

Это не я, это все Маришка, не очень убедительно, — попыталась оправдаться, — да и кто мог предположить, что там деревянные перекрытия, и что оно так стремительно вспыхнет. Все ведь живы остались. Мы же с Маришкой заранее проследили, чтобы все выходы, в том числе, и запасные, оказались открытыми.

И заметь, сработало же! После того как на следующий день я поинтересовались у владельца адресами других его объектов недвижимости, так нам, все украденное сразу же подбросили в гостиничный номер.

Все это отговорки. Десять минут назад ты была свидетелем ментального удара грандиозной силы. Потом предположительно псих и садист в лице принца Иллона долго волок тебя по каким-то запутанным переходами, наконец, сейчас твой похититель пытается с помощью набора ключей открыть дверь в тупике заброшенного коридора. А ты вместо того, чтобы заламывать руки и вопрошать злоумышленника о своей судьбе, пытаешься оторвать от стены светильник.

Да, несерьезно это все как то, высказала я свои соображения. Согласна, волшебство было по первому разряду.

А вот все остальное — похищение, эти коридоры, эта дурацкая дверь, жертва, которую тащит за руку маньяк, выглядит откровенным дилетантством. Мало бюджетная постановка фильма ужаса от обкурившегося студента. И пьяного профана режиссера.

Потом, глядя на принца, который в очередной раз уронил ключ, и теперь шарил рукой по каменному полу, пытаясь его нащупать, добавила: — и больного на голову исполнителя. Ты вообще можешь себе представить, чтобы наследный принц Империи вел себя настолько по дурацки.

И вообще не отвлекай меня, сейчас я отвинчу эту штуку и смогу посветить принцу. Видишь, он ключи потерял. Такими темпами мы и до утра не доберемся до его коллекции плюшевых мишек.

Ну тебя же не удивило когда лорд Лэстер демонстрировал свои голые ноги обутые в меховые тапочки, поинтересовался внутренний голос.

А-а-а, ты думаешь — аналогичный случай.

Однозначно нет. Способности к магии Принц не утратил. И уж точно моя кровь тут ничему не поможет.

Наконец дверь со скрипом открылась. Внутри комнаты ярко вспыхнули магические светильника, детально осветив внутренний интерьер.

И то что я увидела, стоя в двери, мне откровенно не понравилось. Похоже Блонда, ты ошиблась, когда убеждала себя, что все это совершенно несерьезно. Не тащить же Принцу свою жертву к себе в спальню. Потом труп выносить замучаешься. Ну разве что по частям.

Именно так и должно выглядеть в моем понимании логово психопата садиста. В комнате были в наличии все классические элементы. Кресло для жертвы с фиксаторами. Столик с набором хирургических инструментов. Рядом на этом же столике набор шприцов и ампулы с лекарствами. Медицинский стол — на таких в морге разделывают трупы. В углу приткнулась дыба. Набор инструментов палача, щипцы, иглы, клещи. Жаровня с тлеющими углями. Кажется. Железная Дева и Испанский сапог.

Не просто психопата садиста, а хорошо эрудированного и прекрасно экипированного психопата садиста. В другое время я бы могла по прикалываться на тему смешения различных эпох в пыточном деле, но сейчас тяжелый трупный запах и засохшие пятна крови на полу, напрочь отбивали это желание.

Да, пожалуй, рассчитывать просто на изнасилование с отягощающими в этом случае не приходится. Еще и с коллекцией плюшевых медведей обманули, совершенно некстати мелькнула в голове дурацкая мысль, в то время как я мертвой хваткой вцепилась в дверной проем, а принц Иллиан безуспешно пытался меня от него оторвать.

Наконец ему это все надоело. Принц крепко меня обхватил, прижав мои руки к туловищу.

Он что помимо магии еще и греко-римской борьбой увлекается. Кажется, там пользуется популярностью такой захват.

После этого приблизил свое лицо к моему и глядя мне в глаза произнес.

— Блонда, сейчас ты прекратишь сопротивляться, ты сделаешь все, что я тебе прикажу.

А потом уже знакомый мне магический удар огромной силы от которого на этот раз волосы действительно встали дыбом. Правда ни к каким другим последствиям, кроме испорченной прически магия не привела.

И после этого Сира Улисса будет утверждать, что у меня нет иммунитета к ментальной магии, — возмутилась я, впрочем решила оставить этот вопрос на потом.

Ну, что же — пришло время продемонстрировать преимущества свободных стилей единоборств перед классическими.

Только не бей его ничем тяжелым по голове, попытался вмешаться внутренний голос. Ты же знаешь, что это ничем хорошим не заканчивается.

Можно подумать, будто я могу рукой пошевелить. Он же взял меня в классический захват. Кроме того ты помешала мне отвинтить светильник. Чем теперь прикажешь его бить?

И с этими словами я врезала своим лбом по носу Принца.

И пусть благодарит бога, что я свою шляпку Пэтерсу оставила.

Потом резко согнула ногу в колене.

И пусть благодарит бога, что у меня юбка узкая.

— У-у-у, — громко завывая отшатнулся от меня принц Иллиан. При этом он принял до неприличия странную позу. Согнувшись, широко расставив ноги. Одну руку принц прижал к лицу. Из под ладони на пол часто падали густые капли крови.

Наверное нос сломала, надо бы вправить, — подумала я.

Вторая рука принца лежала на ширинке и, похоже, именно боль в причинном месте и служила поводом к непрерывному завыванию.

Спрашивается, чего бы я так шумел. Низкий болевой порог или я таки погорячилась. Не хотелось бы, чтобы Император лишился внуков по моей вине.

— Прошу меня великодушно простить, мой принц. Неконтролируемые судорожные дерганья конечностями у девушки, вызванные близостью с вами.

Блонда, прервал меня внутренний голос. Что ты несешь. Он все равно ничего не соображает.

Наверняка. Но если дело дойдет до дознавателей и будет проведено считывания памяти, то я хотела бы выглядеть законопослушной девушкой.

— Мой принц, вам нужно немедленно приложить лед и обратиться к целителям. Я попытаюсь позвать кого-нибудь на помощь.

С этими словами я захлопнула дверь в пыточную. Повернула ключ, торчащий в замке. Потом забрала себе всю связку. Тяжелая, сойдет вместо кастета. Вдруг мне понадобится оружие. Не забирать же у принца его шпагу, тем паче, что сейчас это будет трудно сделать. и покинула своего невольного спутника.

Даже после второго поворота по коридору издали доносилось непрерывное на одной ноте У-у-у.

Слушай, а он там кони не двинет, поинтересовался у меня внутренний голос. Все-таки титул убийцы наследного принца, это не то, к чему должна стремиться леди.

Да ничего с ним не случится. Кровь из носа уже почти остановилась. А что касается всего остального, то наша с Маришкой практика посещения ночных клубов подсказывала, что минут через десять — пятнадцать даже самый пострадавший из неудачников приобретал способность к передвижению. Правда медленно и в раскорячку.

Все-таки мой топографический кретинизм сыграл со мной злую шутку. Я банально заблудилась. Это же обычный подвальный этаж под Императорским дворцом. Тут должны бродить толпы людей. Охрана, в конце концов. Никто не допустит проникновение врага в спальню императрицы прямо из подвала, настойчиво убеждала я сама себя.

Просто Принц Иллиан своим заклинанием пробил нам зеленый коридор для передвижения в свою тайную обитель. А другие части подвала должны быть обитаемы.

Ты уверена в этом, поинтересовался внутренний голос. Судя по времени ты отмахала километров пять и до сих пор никого не встретила. Это не подвал под дворцом Императора. Это лабиринт — копия того, в центре которого прятался Минотавр. Кстати, по слухам тот тоже размещался рядом с дворцом, кажется, Кносским.

А кроме того, взгляни на эту паутину, свисающую с потолка и на сантиметровый слой пыли у себя под ногами. Да этим коридором последний человек проходил лет сто тому назад.

Ты как всегда драматизируешь. Не будь здесь регулярно людей, не работали бы магические светильники. А они работают. Все видно. Совершенно четко видно, что мы попали в тупик, а поскольку последнее ответвление от этого коридора мы прошли минут сорок назад, то я больше никуда не пойду. Присяду прямо здесь рядом с дверью и буду медленно умирать.

Блонда, сосредоточься. Рядом с дверью. Ну, неужели не проняла. С дверью!!!

Я вскочила и начала лихорадочно по очереди совать ключи из связки в замочную скважину. Уже третья попытка оказалась удачной.

Дверь со скрипом отворилась. Да что это такое! Все двери скрипят. Некому петли смазать что ли? Или так положено для создания нужного психологического эффекта. Внутри комнаты ярко вспыхнули магические светильники, детально осветив внутренний интерьер. И это мы уже проходили, пробормотала я не в силах сделать и шаг вперед.

Послушай Блонда, робко предложил мой внутренний голос. А давай по своим следам вернемся в ту комнату, которую показал нам принц. Там уютно. И жаровня горит. Угу согласилась я.

Привет бабуля, кивнула портрету, висящему на стене напротив и сделала шаг вперед. Привет бабулина статуэтка.

С портрета на меня смотрела моя бабуля, только в молодости. Именно такой я ее всегда представляла. Идущей по красной дорожке в Голливуде, в черном шелковом струящемся платье, в шляпке со страусиными перьями, полной копией той, которую я оставила на сохранение графу Пэтерсу. Вот только выражение лица у бабули было такое, что я бы не рискнула становится на пути у этой женщины. И еще, ее окружала не толпа восторженных поклонников, как в моих фантазиях а в хлам разрушенная комната.

Складывалось впечатление, что тут всласть порезвилось стадо пьяных слонов.

Обрывки гобеленов и лоскуты шелковых тканей, свисающие со стен, ранее бывшие обоями. Лохмотья персидских ковров, густо усеянных обломками мебели и осколками драгоценных ваз. Огромного числа ваз. Нефритовые, сердоликовые, малахитовые и множество других видов обломков. Глиняные, стеклянные, хрустальные черепки, в некоторых местах образовывали полуметровые завалы. В огромной комнате буквально считанные вещи сохраняли свой первозданный вид.

Несколько магических светильников на стенах. Портрет бабули. На полу у портрета невысокий обсидиановый столбик, копия того что стоит в портальной арке в Тайной канцелярии. На столбике стоит бабулина статуэтка, только не голубоватого, а красноватого металла. Рядом со столбиком три целые хрустальные вазы, одна из которых подымается в воздух и со свистом летит в меня, разбиваясь в дребезг над моей головой.

Молодец, хорошая реакция, — похвалила я себя. — Успела пригнутся. А ты мазила Мазила, не попал нервно прокомментировала я тот факт, что в наличии осталось только две вазы. Надеюсь черепками никто швыряться не станет. При таком количестве снарядов шансов остаться целой у меня не будет.

— Теодор прекращай, раздался голос в комнате. Ты что не видишь, что она имеет право здесь быть?

— Это за какие такие заслуги, — возмутился второй голос. — Да я уже тридцать лет ни в кого вазой швырнуть не могу. Все боятся сюда заходить. Я застоялся. Наконец, кто-то явился и снова нельзя.

— Кровь Стеллы. — Весомо сказал первый.

— Да ты что, Старший. Стелла умерла черт знает когда и не оставила после себя потомков.

— Не умерла, а исчезла. И в этой девочке кровь Стеллы. Только ей рано еще тут быть, Время пока не пришло.

Обсидиановый столбик вспыхнул голубым пламенем и я, чтобы не упасть, ухватилась за фужер шампанского, который мне любезно протягивал граф Пэтерс.

— Леди Блонда, вас не было десять минут, я уже начал волноваться. Вы пошли со своей подругой припудрить носик и исчезли. А где ваша подруга? — Поинтересовался сержант

— И кто она, — в голосе на секунду прозвучало недоумение и настороженность матерого вояки, — впрочем, — это совершенно неважно, тут же расслабился мой собеседник.

Ого, а заклятье принца продолжает работать.

— А я, пока вас не было, беседовал с сестрой и ее мужем, — привлек мое внимание граф к леди Бланке и барону Майберту, стоящим рядом. При этом в руках рыженькая красавица вертела мою злосчастную шляпку.

— Моей сестре понравилась ваша шляпка и я без вашего разрешения позволил рассмотреть шляпку поближе. Простите меня, я виноват.

Как же, можно подумать он раскаивается. Воспользовался первым же подходящим моментом, чтобы избавится от невинного предмета гардероба, — наябедничал мне внутренний голос.

— Нет, это неправда, что мне понравилась ваша шляпка, — вмешалась в разговор леди Бланка. — Вернее, правда, но не совсем. Я — в восторге. Я не могу прийти в себя от восхищения. Вы в этой шляпке произвели фурор. Все только ее и обсуждают. Как бы я мечтала иметь похожую.

— Так в чем дело, — удивилась я. — Позвольте мне подарить вам эту шляпку.

Леди Бланка смотрела на меня широко распахнутыми от изумления глазами.

— Леди Блонда, вы и вправду готовы расстаться с этим сокровищем. Вы не шутите?

Какие тут могут быть шутки, снова вмешался мой внутренний голос, если появилась реальная возможность безболезненно избавится от этого монстра.

— Я понимаю, — продолжала тем временем тараторить сестра Графа Пэтерса, — что не должна принимать такой дорогой подарок. Но просто не в силах от него отказаться.

— Вы знаете, леди Блонда, мы с моим мужем уже пол года как перебрались из Лесного края в столицу. К сожалению, так и не стали по-настоящему своими в высшем обществе. Нас редко приглашают на светские мероприятия. Я до сих пор не стала членом ни одного из закрытых дамских клубов. И не могу ничем помочь своему мужу в продвижении по службе. Вы же понимаете, что связи и знакомства жены в этом мире во многом определяют успешность карьеры мужа.

— Я была просто в отчаянии. Но теперь, с этой шляпкой все изменится. Подержи, — всунула леди Бланка шляпку своему расстроенному мужу. — Я немедленно должна перекинутся парой слов с некоторыми дамами, присутствующими в этом зале.

С этими словами сестра Графа Пэтерса стремительно покинула наше общество.

— В конце концов, все хорошее рано или поздно заканчивается, — философски заключил барон Майберт, рассматривая шляпку. — Мне так комфортно жилось эти полгода. Никаких дурацких вечеринок, никаких светских раутов и назойливых гостей, пытающихся за вечер ополовинить твой годовой запас виски. А что касается продвижения по службе, то я хотел бы посмотреть на тех идиотов, которые рискнут повлиять на назначения в департаменте защиты Короны.

— Барон на хорошем счету лично у Императора, — просветил меня граф Пэтерс. Руководимый им отдел анализирует всю информацию связанную с влиянием Реестра на общество. И, поверьте, леди, он — один из самых осведомленных людей на Эдеме.

Я совсем другими глазами взглянула на барона Майберта. Никогда бы не подумала, что этот великан из Лесного края — главный аналитик Империи.

— И, — обращаясь к барону продолжил граф, — зато ты можешь утешиться мыслью, что теперь твоя жена и моя сестра будет счастлива.

— Только это и заставляет меня смирится. — вздохнул барон. — В последнее время Бланка постоянно выглядела расстроено.

Лицо вернувшейся леди Блонды буквально сияло восторгом.

— Дорогой, — обратилась она к мужу. На следующей неделе не планируй себе ничего на среду и пятницу. Мы получили приглашения на вечер к Герцогине Тоцийской и маркизе Полонской.

— Ну, вот, начитается, — в полголоса пробормотал барон Майберт. Этого я как раз и боялся.

Потом, не делая ни малейшей паузы, Бланка повернулась ко мне.

— Ах, леди Бланка, я вам так признательна за подарок, и мой муж тоже.

Кто бы сомневался, съязвил мой внутренний голос

— Сейчас объявят новый танец. Наши кавалеры останутся ожидать здесь. Брат не танцует, а мой бестолковый муж потратил все свои попытки на то, чтобы записаться на танец ко мне. Так как мы уже танцевали вместе, второй шанс он вряд ли получит. Пусть охраняет вашу, нет уже теперь мою шляпку.

Музыка начала играть вступительные такты. Перед глазами возникла табличка

На ней было написано:

«Седьмой танец.

Первая пара: Принц Лориан — леди Блонда Лэстер Рин Корнелли»

А еще снова схематично было указано место в зале, с которого я уже начинала свой первый танец

— Я танцую с Герцогом Тоцийским, — радостно прощебетала леди Бланка. Похоже эта новость не очень обрадовала ее мужа.

— А кто ваш партнер, леди Блонда, — поинтересовалась она у меня.

— Принц Лориан, — ответила я, чертыхаясь про себя.

Что я вообще тут делаю? Мне надо бежать отсюда изо всех ног. С минуты на минуту объявится принц Иллиан, а я вместо того, чтобы немедленно покинуть дворец, практикуюсь в светской беседе о достоинствах своей шляпки.

Более того. не далее как час назад покалечила одного принца, а теперь собралась танцевать с другим. А комната с портретом бабули?! Ты даже не задумалась, что это все может значить.

Блонда, складывается впечатление, что такие истории происходят с тобой каждый день, осудил меня внутренний голос и ты потеряла к ним интерес.

А разве не так, — огрызнулась я. Вспомни. Сначала смерть Александра Илларионовича. Потом Эдем. Шутки Реестра — и я внезапно становлюсь дочерью шефа тайной канцелярии. Поступление в академию. Демон Голубого Хамелеона. Срыв контроля у лорда Лэстера… Дурацкая шляпка. И, заметь, это — далеко не все. И ты хочешь, чтобы я фонтанировала эмоциями от вида портрета собственной бабули.

Не дождешься. Я всегда догадывалась, что моя любимая бабуля была еще той штучкой. И вообще хочу видеть Маришку. Мне ее не хватает.

— Леди Бланка, идемте, мы опаздываем, — оторвала меня от размышлений Бланка. — Без вас танец не начнется. Вы же в первой паре. Это наверняка благодаря вашей шляпке.

В это время оркестр внезапно издал жуткий, режущий слух, кошачий визг и напрочь замолчал. По залу прокатилась физически ощущаемая волна ропота. Все присутствующие тревожно засуетились, образуя группы собеседников, которые тут же распадались и образовывались вновь в других конфигурациях.

— Пойду узнаю, что случилось. У меня в зале присутствуют несколько моих людей, они должны знать в чем дело. Оставайтесь на месте, я скоро вернусь. — С этими словами барон Мартимор передал шляпку графу покинул нас.

Граф Пэтерс зачем-то оттеснил нас с леди Бланкой к стене и заслонил своей тушей, угрожающе положив руку на эфес шпаги.

Барон Мартимор вскоре вернулся. Вид у него был донельзя встревоженным.

Информация, которой он с нами поделился вполне отвечала его виду.

Группа террористов из пяти человек совершила покушение на наследного принца. К счастью ему удалось отбить нападение. Террористам удалось сбежать. Сейчас нападавших и их возможных сообщников ищут. Принц Иллинойс в очень тяжелом состоянии. Целители борются за его жизнь.

Или пытаются спасти от ранней импотенции, съязвил мой внутренний голос.

— Это очень плохо, — высказал свою точку зрения граф Пэтерс. — Сейчас в соответствии с протоколом перекроют все выходы, и нам придется здесь куковать ближайшие десять часов. Да, еще и ментального считывания памяти не избежать, после того, как нагрянут дознаватели. Я могу быстро всех вывести из дворца под маркой проведения спецоперации.

— Мы с женой останемся, — отказался барон Мартимор. — Я смогу о нас позаботится. В конце концов, я — не последний человек в департаменте охраны Короны. А вам с леди Блондой, действительно, лучше покинуть дворец.

Граф Пэтерс вручил барону в качестве эстафетной палочки мою шляпку и быстрым шагом повел меня к выходу.

На выходе из зала к этому времени собралась гудящая толпа желающих покинуть помещение. Впрочем, не помогали ни громкие титулы, ни намеки на особые обстоятельства. Охрана, представленная отрядом Имперских гвардейцев, во главе с полковником никого не пропускала. Ну почти никого. Граф Петерс подошел к старшему офицеру, что-то сказал ему на ухо, потом вытащил из под пояса небольшой жетон и продемонстрировал полковнику. После этого нас беспрепятственно пропустили.

Буквально через пару часов я нежилась у себя в комнате, в ванной до краев наполненной водой с густой ароматной пеной. И, любуясь своим отражением в зеркале на потолке, детально рассказывала Демону Голубого Хамелеона о переключениях, которые со мной произошли за этот день. Как-то незаметно для самой себя Милка стала моим советчиком.

На левой руке умиротворенно поблескивал информационный браслет.

Заза, ты представить себе не можешь, как мне тебя не хватало весь этот день. С тобой я бы никогда не заблудилась в этих катакомбах. Ты у меня — лапушка. В ответ на мои слова, браслет благодарно звякнул.

А тебе тоже не мешает послушать, обратилась я к бабулиной статуэтке, которую из вредности поставила на край ванной: Если свалится оттуда в воду, сама будет виновата.

Я надеюсь, ты не проболталась сержанту Пэтерсу о комнате с картиной своей бабули, — поинтересовался у меня Демон Голубого Хамелеона по окончанию рассказа.

Я вообще ему ни слова не произнесла о том, что со мной приключилось, — гордо похвалилась я перед Милкой, рассчитывая получить вполне заслуженную похвалу. Он до сих пор уверен что я на десять минут отходила с подружкой припудрить носик.

Вы знаете леди, — задумчиво принялась рассуждать демон Милкиным голосом. Однажды вы произнесли, глядя на виконтессу Тину Брэвер: «Нэ сповна розуму» — похоже это выражение на каком то из языков вашего мира.

Да, тут же припомнила я ситуацию с моей однокурсницей из мажорок, которая после лекции осведомилась у профессора Адама Смита, чем он полирует свои рога, добиваясь такого изысканного блеска. Впервые на моей памяти Демон потерялся и не нашел что сказать.

Я долго не мог найти ему правильную интерпретацию. Просто идиотка — немного не то, клиническая идиотка — слишком грубо. Мне показалось что к этому случаю больше всего подходит — идиотка по жизни. А вот теперь наконец я смог познакомится с реальным человеком, воплощающем в себе это определение.

Леди Блонда, признайтесь честно вы — «нэ сповна розуму»

Как-то это грубовато звучит, ты не находишь, Блонда, поинтересовался у меня мой внутренний голос.

Ну, и как я должна реагировать на подобные инсинуации, твердым голосом поинтересовалась я у Демона Голубого Хамелеона, рассчитывая одной только интонацией поставить зарвавшуюся Милку на место.

Как реагировать, — опять же задумчиво протянул вслед за мной Милкин голос.

Да ты, идиотка клиническая, — внезапно перейдя на крик заорал Демон Голубого Хамелеона, — должна немедленно выскочить из ванны и вызвать сюда сержанта Пэтерса, который сейчас любезничает с Норой этажом ниже, делая вид, что охраняет тебя. А после этого рассказать все сержанту о принце Иллоне, а потом связаться с сэром Бэрримэром и с лордом Лэстером и им тоже в деталях все рассказать

Ты что, до сих пор не поняла, что только чудом вырвалась из лап Одержимого Демоном. И у тебя в запасе от силы несколько часов, пока до тебя не доберется принц Иллиан. И спасти тебя от участи, худшей чем смерть могут только эти люди, да и то если очень повезет.

Умеет же если захочет. Так меня не напугала даже бабуля, когда поймала за просмотром порнофильма, диск с которым мне под большим секретом всучила Маришка, — подумала я на ходу выпрыгивая из ванной и путаясь в рукавах халата.

А как я буду объяснять сержанту Пэтерсу свое молчание. Три часа молчала, а потом внезапно передумала и все рассказала.

Используй волшебное слово «магия», — подсказал мне внутренний голос. Ничего не помнила, а потом ударилась головой о край ванны и все вспомнила. Э, только не вздумай и вправду сказать, что головой ударилась. Только целителей нам тут и не хватало.

Обойдусь без твоих дурацких советов, фыркнула я, потом раскрыла входную дверь и изо всех сил закричала. Граф Пэтерс, немедленно поднимитесь ко мне в комнату.

Великан, со шпагой на перевес стремительно ворвался в комнату, сшибая на пути мебель. Потом застыл посредине комнаты напряженно оглядываясь в поисках супостата, всем своим видом демонстрируя намерение немедленно покарать врага.

Хорошо, что кроме тебя и графа здесь никого нет, — не преминул вставить свое замечание внутренний голос. — Иначе бы он тут все переколошматил. Было бы как в той комнате в подвале с портретом бабули. Только ты сама вместо картины, статуэтка бабули в наличии, а обломки, осколки и обрывки нам бы обеспечил неуемный энтузиазм графа. А так только сломанными столиком и креслом отделались.

И вообще, прежде чем приглашать в комнату мужчину, могла бы одеться по приличнее, в крайнем случае поплотнее запахнуть халат.

Похоже, в отличии от меня, мой внутренний голос не проникся всей глубиной ситуации.

Или он решил поступить как в том анекдоте про индейцев и ковбоя, — заподозрила я измену в своих рядах. Там внутренний голос долго науськивал ковбоя и тот оскорблял вождя племени. А когда дело дошло до снятия скальпа, внутренний голос заявил. «Ну у меня дела в другом месте и я, пожалуй, пошел».

Блонда, ты и сама не до конца поняла, во что вляпалась, — одернула я себя. Иначе вместо того, чтобы травить анекдоты и пытаться припомнить куда ты положила фен, давно бы приступила к изложению истории с принцем.

Тем не менее, мне удалось, разрываясь между желанием немедленно заняться своей мокрой головой и описанием ужасов пыточной комнаты, в которую меня пытался затащить принц Иллион, достаточно связно изложить графу Пэтерсу свои похождения.

— Леди, мне необходимо вас на время покинуть, — сообщил мне сержант, после того как я изложила ему несколько урезанную версию событий. — Я немедленно отправляюсь в Ротсельбург, оттуда порталом в штаб тайной канцелярии. Думаю через час вернусь назад с поддержкой. Закройте дверь и никого кроме меня или сэра Бэримэра не впускайте.

Судя по всему со временем мне удастся сделать из графа Пэтерса приличного стриттрейсера. Во всяком случае у него получилось вернутся назад в сопровождении сэра Бэримэра не через час, а через тридцать пять минут. Надеюсь, он никого не сбил на дорогах ночного Ротсельбурга.

Я едва успела найти фен, высушить волосы и облачится в нечто более приличествующее случаю, нежели банный халат на голое тело, когда толпа боевиков из спецотряда вломилась в мою комнату.

Правда, убедившись, что мне ничего не угрожает, сэр Бэример отправил всех своих подчиненных бдить на первый этаж, за исключением сержанта Пэтерса, который постарался незаметно притаиться в углу.

После этого спецназначенец обратил свое внимание на меня.

— Лэди Блонда, у меня катастрофически мало времени, лорд Лэстер оставил на меня все дела в Тайной канцелярии, а сам безвылазно пребывает в столице. А там, помимо всех предыдущих неприятностей еще и покушение на наследного принца свалилось на нашу голову.

— Из всего, что я вынес со слов сержанта Пэтерса, я понял, что вы владеете какой-то очень важной информацией по поводу этого покушения. Пэтерс сразу же по прибытию вызвал меня в портальный зал, сообщил, что вам угрожает смертельная опасность, поскольку вы слишком много знаете. Мы сразу же в сопровождении охраны портанулись в Ротсельбург. Причем сержант вел экипаж на такой скорости, что по дороге из города в академию я не рискнул более подробно его расспрашивать. Боялся отвлечь его от дороги.

— Но самое главное я понял. Вы можете пролить свет на личности террористов, участвовавших в покушении на принца Иллиона.

Блонда, тебе необходимо отказаться от драматических эффектов, — потребовал от меня внутренний голос после того, как я сначала полностью погасила освещение в комнате, а потом снова его включила.

— Что это было, — недоуменно уставился на меня спецназначенец.

— Вы же просили осветить, вот я и осветила.

— Что осветила, — продолжал недоумевать сэр Бэримэр.

— Как это что — личность террориста.

Единственное достоинство, которое я вижу в этой ситуации, — подключился к разговору Демон Голубого Хамелеона, — это то, что я все больше начинаю понимать специализированные термины, присущие вашему родному миру леди Блонда. Я буквально интеллектуально расту над собой.

Теперь мне гораздо понятнее смысл выражения — когнитивный диссонанс. Но я все же рекомендовал вам не ставить сэра Бэримэра в тупик своими словами и поступками. У него для этого не достаточно пластичная психика. Может перемкнуть. Что вы хотите от прямолинейного боевика?

Да Блонда, — поддержал Милку мой внутренний голос, — ты бы поосторожнее с Бэриморкой была. У меня на него есть определенные виды.

Я вынуждена была согласится с голосами в моей голове и принялась излагать спецназначенцу версию своих приключений, ту самую которую не без успеха опробовала на графе Пэтерсе. Сам сержант своими регулярными кивками головы из угла комнаты, в котором он затаился, подтверждал, что я не на йоту не отклонилась от базовой версии.

— Леди, мне срочно необходимо вас покинуть, — сообщил мне сэр Бэримэр, после того как я изложила ему свою версию событий, кое-что умышленно пропустив. — Я немедленно отправляюсь в Ротсельбург, оттуда порталом в штаб Тайной канцелярии. Из штаба смогу связаться с лордом Лэстером. Думаю через час вернусь назад с шефом. Закройте дверь и никого кроме меня или сержанта Пэтерса не впускайте.

Ты права, — подтвердил мои наблюдения Демон Голубого Хамелеона. Почти дословно повторяет слова сержанта Пэтерса. Что значит великая сила Устава! У всех военных изучение этого поистине божественного документа формирует рефлекторные шаблоны, которые на девяносто процентов замещают нормальную работу головного мозга.

Даже не знаю, стоит ли ему открывать страшную тайну о том, что с лордом Лэстером можно связаться с помощью амулета связи непосредственно из этой комнаты. Выдержит ли такое откровение его психика.

Нашел время ерничать. Похоже ты забыл, что речь идет о самой дорогой для меня вещи.

Неужели о твоей девственности, — тут же вмешался в разговор мой внутренний голос. Не хочу показаться нетактичной, но ты потеряла ее еще на первом курсе в универе. Помнишь, с тем рыженьким мальчонком.

Всем молчать, — рыкнула я голосам у себя в голове. — Речь идет о моей безопасности. И думаю, Милка, тебе тоже не поздоровится, если я попаду в руки Одержимого, да еще и принца.

Вопрос Милке: почему ты решил, что у сэра Бэримэра есть амулет связи с помощью которого он может связаться с лордом Лэстером? И, главное, как спецназначенец мог об этом забыть.

А у него и нет ничего подобного. Зато твой ненаглядный Заза в то время, пока мы гостили у лорда Лэстера в загородной резиденции и подвергали свою, вернее твою жизнь смертельной опасности, банально развлекался и между делом хакнул всю систему спецсвязи Тайной канцелярии, а заодно и Департамента защиты Короны. И я вовсе не удивлюсь, если через какое-то время он научится вносить левую информацию непосредственно в Реестр

И не говори, что я тебя не предупреждал, когда тобой займутся Имперские дознаватели. Ты совершенно не контролируешь свой информационный браслет.

Легко проигнорировав потенциальную угрозы со стороны незнакомых мне дознавателей — тут реальных проблем выше крыши, я поинтересовалась у своего информационного браслета: Зазочка, ты и вправду можешь связать сэра Бэримера с лордом Лэстером прямо из этой комнаты.

В ответ мой браслет радостно звякнул, мне даже на секунду показалось, что он замахал хвостом.

— Сэр, Бэримэр, а почему бы вам не связаться с шефом прямо отсюда.

— Леди Блонда, к сожалению, не существует мобильных амулетов, способных обеспечить связь на такое расстояние. Только стационарные. Поэтому я и должен попасть в штаб Тайной канцелярии.

— То есть, принципиально вы не возражаете поговорить с лордом Лэстером из моей комнаты, — сделала я заключение из ответа спецназначенца.

Заза, твой выход.

Посредине комнаты возникло висящее в воздухе голографическое окно из которого на ошарашенного сэра Бэримэра глядел ошарашенный лорд Лэстер. За спиной у шефа Тайной канцелярии открывался вид на рабочее помещение, заполненное аппаратурой и людьми сплошь одетыми в офицерскую форму. Я не увидела ни одного человека в звании ниже капитана. На стене была спроецирована огромная карта Эдема сплошь усеянная красными, зелеными и синими отметками.

— Ух ты, — раздался тихий голос из угла, в котором притаился сержант Пэтерс. — Это же резервный командный центр. Значит, шеф его активировал, а штаб Тайной канцелярии — что-то типа обманки. А я все удивлялся, как это командиру позволили рулить всей Тайной канцелярией. Все-таки опыта у него еще не слишком много для такой махины.

Судя по всему, и сам сэр Бэрример не догадывался о своей роли в происходящем, поэтому и застыл как соляной столб, глядя на открывающуюся перед ним картину.

Впрочем спецназначенец быстро взял себя в руки и игнорируя прямой вопрос своего шефа о том, как он, черт побери, смог получить доступ к каналам связи на сверхсекретном объекте, принял рублеными фразами докладывать.

— Шеф, появилась сверхважная информация о покушении на принца Иллиана.

— Да плевать мне на принца, — прервал спецназначенца лорд Лэстер. — Тут речь идет о сохранении Империи как таковой. Мы с минуты на минуту ожидаем удар огромной силы, об этом визжат все ясновидцы всех аналитических отделов во всех силовых структурах Империи. Но не имеем ни малейшего представления о том, что это за удар, и с кем мы воюем.

Похоже Демон Голубого Хамелеона не на шутку увлекся филологией. Вместо того, чтобы давать мне ценные советы, направленное на наше с ним дальнейшее благополучное существование, он в очередной раз принялся анализировать лингвистический изыск.

«Сейчас лорд Лэстер наглядно продемонстрировал нам глубокий внутренний смысл фразы: Болтун — находка для шпионов. Вместо того, чтобы выслушать сэра Бэримера, он детально поделился с нами сверхсекретной информацией. Причем, заметьте, никто его к этому не принуждал»

Да, неловко как-то вышло, согласилась я с Милкой. Давно обратила внимание, что мой юридический папаша отличается некоторой несдержанностью речи.

— Шеф, — продолжал свой рапорт спецназначенец, на которого словесный пассаж шефа не произвел должного впечатления. Что значит — вояка до мозга костей. Думаю, информация, которой владеет леди Блонда поможет дать ответ о природе сил, которые угрожают Империи. Прошу вас установить Полог тишины, обратился сэр Бэрримэр к шефу. Сведения, которыми готова поделится леди Блонда, являются чрезвычайно секретными.

Возможно, лорд Лэстер не владел нужным заклинанием по созданию Полога тишины. Но недаром он много лет занимал пост шефа тайной канцелярии.

— Всем офицерам Резервного Штаба, за исключением сотрудников аналитического отдела, закрыть уши и ничего не слышать вплоть до отмены этого приказа, — прогремел зычный голос лорд Лэстер.

Вот это я понимаю, — настоящий полководец, для которого нет ничего невозможного — прозвучал у меня в голове слитный хор из голосов Милки и внутреннего голоса. И когда только спеться успели.

— Леди Блонда, повторите свой рассказ лорду Лэстеру, — закончил сэр Бэрример свой рапорт, обращаясь ко мне и, сделав шаг в сторону, выставил меня на первый план.

Птица говорун отличается умом и сообразительностью, умом и сообразительностью меланхолически повторял уже в который раз у меня в голове эту фразу мой внутренний голос, наверное, пластинку заело, в то время как я уже в третий раз за сегодняшний вечер излагала свою историю

На этот раз арбитрами выступали одновременно граф Пэтерс и сэр Бэрример, кивками своих голов в стиле Шалтая-Болтая подтверждая, что, я ни на йоту не отклонилась от ранее согласованной версии.

По окончанию рассказа в обоих помещениях установилась драматическая тишина.

Сейчас скажет, чтобы мы не в коем случае не покидали помещение, предположил мой внутренний голос.

Первым, как это и положено старшему по должности, заговорил лорд Лэстер. Он впал в какую то меланхолическую задумчивость и спокойным голосом принялся рассуждать.

— Да, действительно, все стало совершенно ясно. Если наследный принц империи одержим Демоном, при всем том уровне защиты, которым Реестр обеспечивает правящую династию, значит случилось то, что мы даже предположить не могли. В игре — планета Демонов и Духов.

— А чего мы в конце концов хотели, — продолжал философствовать лорд Лэстер. — Тысячи лет эксплуатировать беззащитных Духов и думать, что так будет всегда. Самая страшная угроза от 15/67 — это спонтанное появление в небе Эдема демонов второго ранга, который наши маги воспринимают как бесплатный тренажер для оттачивания своих навыков в стрельбе по низколетящей цели пульсарами. Ну и повышенные коэффициенты при страховании перелетов дирижаблями. И это — все.

Вот, и дождались: ответка прилетела.

И слава всем богам, что это — нападение со стороны Демонов, а не из какого-нибудь продвинутого техномира.

— Ладно, теперь все более менее стало на свои места. Постараемся разобраться с этой проблемой. — В голосе шефа тайной канцелярии снова прозвучали властные нотки.

— Сэр Бэримэр, немедленно отправляйтесь в Ротсельбург, оттуда порталом в штаб Тайной канцелярии. Вы немедленно нужны мне в штабе, скомандовал он. Оставьте людей охранять леди Блонду. Я к Императору. Всем вернуть слух и за работу.

Резервный штаб тут же приобрел вид растревоженного муравейника

— А вы, леди, — это уже ко мне, — закройте дверь и никого кроме меня, сэра Бэримэра или сержанта Пэтерса не впускайте.

После этих слов голографический экран исчез.

— Леди, я вынужден вас покинуть. Выполняйте указания шефа. Закройте дверь и никого не впускайте. Сержант Пэтерс с людьми будут обеспечивать вашу охрану на первом этаже. — С этими словами сэр Бэримэр покинул комнату, прихватив с собой подчиненного.

Складывается впечатление, пожаловалась я сама себе, что они все меня за идиотку считают и глубоко уверены, что при малейшей возможности я тут же брошусь из комнаты, и ночью под луной побегу в местный парк собирать цветочки. Да у меня еще голова не до конца высохла. Какие тут могут быть прогулки.

И какая такая гипотетическая опасность может мне угрожать в доме набитом вооруженными до зубов головорезами, приставленными ко мне в качестве охраны.

А вот тут вы леди не правы, — прозвучал голос Милки у меня в голове. — Опасность, которая вам угрожает совершенно не гипотетическая. Наследный принц, одержимый Демоном — это не тот враг, которого можно игнорировать. А уж, поверьте мне, после того как вы сорвали ему ритуал усиления, да еще и между делом сломали нос, я уже не говорю об ущербе тому самому, самому дорогому для мужчины. Вы без сомнения стали его врагом номер один.

Не надо меня пугать, — одернула я Демона Голубого Хамелеона. — Мне и так до чертиков страшно.

Лучше объясни, какого лешего он ко мне прицепился. Ну не из-за моей шляпки, надеюсь. В противном случае, у Изи Рабиновича появятся передо мной дополнительные обязательства. И зачем ему эта комната ужаса?

Все-таки вам надо задуматься о своем отношении к учебе, — пристыдила меня Милка. Вам же профессор Адам Смит все это подробно растолковал. Демоны усиливаются, считывая информационные матрицы своих жертв, находящихся в состоянии эмоционального стресса. Отсюда — и необходимость в пытках, как самом простом способе раскачать эмоции.

Вы же, леди, заинтересовали Демона своим внешним видом. Вашей похожестью на чистокровную эльфийку. Вы могли обратить внимание, что кроме вас и самого принца на балу не было ярко выраженных эльфов. Потом объясню почему это произошло.

А после седьмого круга демоны почти ничего не получают от обычных людей. Тем более, ментальный Демон, которым несомненно одержим принц. Так что ваша кандидатура стала приоритетной. А судя по той каше, что заварилась в Империи, Демон решил срочно усилиться прежде, чем отдать приказ о начале вторжения. Он и так не меньше, чем седьмого круга. С демоном послабее справилась бы защита Имперского дворца. А после общения с вами стал бы восьмого — девятого.

Так что вас можно поздравить, — продолжила Милка, вы, леди, стали объектом внимания со стороны командующего силами экспедиционного корпуса планеты 15/67 на Эдеме.

Единственное, что меня утешает в этой ситуации, — с облегчением додумалась я, это то, что сейчас в условиях начала открытого столкновения между нашими и ихними, Демону принца станет не до меня. Опять же до столицы отсюда — неблизкий свет.

А вот тут вы ошибаетесь, леди. Поскольку элемент внезапности утерян. После вашего рассказа силы Эдема оповещены том, откуда следует ожидать удара. Шансов на успешную операцию вторжения практически нет.

Поэтому я допускаю возможность того, что принц Иллиан явится сюда лично, чтобы выразить свою благодарность за провал операции. И имейте ввиду, что ваша охрана на первом этаже даже теоретический, даже будучи увешана с ног до головы амулетами ментальной защиты, ничего не сможет противопоставить Демону седьмого круга.

А вот и он, тут как тут, — сообщил мне Демон Голубого Хамелеона, а в воздухе промчалась столь знакомая мне волна ментального заклинания огромной силы.

— Леди Блонда, откройте, это я, — раздался голос сержанта Пэтерса и стук в дверь.

Открывайте, — посоветовал мне Милка. Иначе сейчас вышибут дверь.

В комнату деревянной походкой вошел сержант Пэтерс. Как и тогда на балу, его глаза были застланы мутной поволокой, движения дерганные и неуверенные, а голос лишен всяческих эмоций.

К вам пришла ваша подружка, указал мне граф на принца Иллиана, идущего вслед за ним. Я должен был пропустить ее к вам.

Вид у принца был еще тот. Огромная гематома на пол лица, спутанные грязные волосы, походка в раскоряку. Он вряд ли мог сейчас претендовать на призовое место в конкурсе красоты среди мужчин на звание Мэн Вселенной. А ведь я все еще помню его ослепительным эльфом красавцем.

А как же Имперские целители, чем они все это время занимались, — на автомате возмутилась я. — Халтурщики.

Принц не подпустил к себе целителей, объяснил мне демон Голубого Хамелеона. Они тут же обнаружили бы его одержимость. И леди, будьте осторожны. Принц больше не полагается на свои ментальные способности в борьбе с вами. Он задействует свою физическую силу и боевую магию. Конечно, это — не седьмой круг, но вам и четвертого ранга стихийника с головой хватит.

Как там у вас на Земле говорится. Против лома нет приема. И последнее, леди, прежде чем мы с вами навсегда расстанемся. Мне было необычайно приятно вам помогать. Вы были моей лучшей хозяйкой.

Ну расстроил паршивец. Я чуть слезу не пустила. И вот что еще, Милка, в районе, где мы с Маришей воспитывались, было принято говорить немного по- другому.

«Против лома нет приема, за исключением другого лома». С этими словами я взяла со стола бабулину статуэтку и, не задумываясь о последствиях, со всего маху стукнула ею принца Иллиана по голове.

К счастью, на этот раз все обошлось без излишне драматических сцен. У принца Иллиана просто подкосились ноги, и он медленно опустился на ковер. Наверное, у принцев головы покрепче будут, чем у директоров. Ни тебе луж крови, ни мозгов наружу, — совершенно некстати вспомнила я Александра Илларионовича.

Непредвиденным последствием потери сознания у принца стало то, что сержанта Пэтерса тоже вырубило. И он пристроился рядом на ковре параллельно принцу. Этакая умилительная картинка. Лежат аки два голубка, глазки закатаны кверху, на лицах дебильно — блажные улыбки.

Правда, идиллия быстро была нарушена. Через несколько секунд из головы наследника престола начала струится темно-сизая дымка, которая собиралась в клубок, постепенно концентрируясь в полуметровое облако, на глазах наливаясь чернотой.

Поздравляю вас, леди Блонда, — раздался в голове голос Демона Голубого Хамелеона. Вам первой из ныне живущих удастся воочию увидеть первозданный облик Ментального Демона седьмого круга. Предыдущим счастливчиком был мой прежний хозяин Лорд Вампиров, он же Старик. Вот после этого события вскорости он и почил.

Да что же это мне так с носителями не везет, второго за триста лет теряю. Только общий язык найдешь с хозяином, и нате вам — снова сплошная неопределенность.

Под эти Милкины причитания Демон окончательно покинул тело принца Иллиана и завершил свою трансформацию, зависнув перед моими глазами монолитным идеальным черным шаром.

Не знаю, обладают ли все черные шары висящие в воздухе способностью к мышлению. До сегодняшнего дня мне не доводилось с ними встречаться. Но тот факт, что конкретно этот шар затаил против меня недобрые намерения, не вызывало у меня не малейшего сомнения. Впрочем любые теоретически возможные сомнения тут же были развеяны действиями самого Демона. Из шара вырвался темный жгут и тут же попытался обвиться вокруг моей шеи. Я рефлекторно отмахнулась от него рукой в которой держала бабулину статуэтку.

Жгут, вернее щупальце захватило в свои объятия статуэтку и безуспешно попыталось вырвать ее из моих рук. Впрочем, диспозиция снова резко изменилась. Черный шар буквально на глазах начал тереть свою монолитность, снова возвращаясь в газообразное состояние и в виде дыма стал стремительно втягиваться в бабулину статуэтку. Процесс сопровождался лихорадочными метаниями шара, напоминающими попытку крупной щуки сорваться с блесны, а окончательное поглощение завершилось звуковым эффектом, напоминающим утробное чавканье. При этом бабулина статуэтка приобрела красноватый оттенок, и стала похожа на статуэтку из подвальной комнаты в Императорском дворце.

Ну вот Блонда, проинформировал меня внутренний голос. Раньше у нас был одержимый Демоном принц, теперь в наличии бабулина статуэтка одержимая Демоном.

А я знал, — ворвался в голову истеричный крик Милки, — вернее, я подозревал, что эта гадость питается Демонами. Хозяйка, умоляю никогда больше не оставляйте меня с ней наедине! Непостижимо! От Демона седьмого круга ничего не осталось, вообще ничего. Я же вижу, что внутри у нее просто пустота, вакуум. Что я могу противопоставить этой силе со своим шестым.

Ого растут дети, Милка оказывается у нас уже шестого круга. Тут же припомнила из лекции профессора Адама Смита, что с каждым кругом Демон усиливается раз в десять.

И радует тот факт, что с бабулиной статуэткой ничего не случилось. Подумаешь демона сожрала. А легкая краснота ей даже к лицу. А вот демона жалко. Мог бы в хозяйстве для чего нибудь пригодится. Уверена, демоны седьмого круга просто так, где попало, на дороге не валяются. Впрочем, для бабулиной статуэтки ничего не жалко. Ей же наверняка чем-то питаться надо. Не Демона же Голубого Хамелеона ей скармливать. Куда я без него.

Спасибо хозяйка, раздался в голове благодарный голос Милки.

Пока мы с бабулиной статуэткой и моральной поддержкой со стороны Милки и моего внутреннего голоса, мужественно сражались с супостатом, начали приходить в себя наши голубки. Сначала со стоном привстал принц Иллиан. Держась обеими руками за голову он жалобным тоном осведомился.

— Почему это у меня так болит голова? И где я нахожусь?

Впрочем, удовлетворить свое любопытство, ему не дал сержант Пэтерс, который одним движением резко вскочил на ноги. Вот, что значит — хорошо тренированный организм, любо дорого посмотреть, и не задумываясь засветил принцу в челюсть хуком слева, придерживая тело от падения хватом за воротник камзола правой рукой. Голова принца резко дернулась от удара.

Видна школа лорда Лэстера, вернее Лэсли костолома, — одобрительно отреагировал на поступок великана Демон Голубого Хамелеона.

— Сержант Пэтерс, немедленно прекратите, — решительно вмешалась я, — неужели вы не видите, что у принца и так живого места на лице не осталось.

— Вы, как всегда правы, леди Блонда, — покаянным голосом согласился со мной сержант Пэтерс, к которому вернулась ясная речь и проблески разума в глазах. -

Нельзя его бить по голове.

После чего засадил коротким прямым ударом в туловище. Тело принца тряпкой повисло в руке графа.

По-моему это называется апперкотом, — проинформировал нас Милка. В свою очередь внутренний голос поинтересовался, мне одной послышался хруст. Или он и вправду сломал принцу ребра.

Очередной сеанс связи с лордом Лэстером прошел на удивление коротко и содержательно. Ну, не считая нецензурных слов шефа тайной канцелярии в адрес собственных шифровальщиков, которые не могут должным образом защитить сверхсекретные каналы связи, в результате чего доступ в резервный командный центр могут получить все кому не лень.

Мною было продемонстрировано тело наследного принца Иллиана, к этому времени тщательно перевязанное по ногам и рукам как сержантом Пэтерсом, так и его подчиненными толпой набившимися в мою комнату и испытывающими к принцу далеко не верноподданнические чувства.

Демонстрация тела сопровождалась кратким пояснением. Правда, я предусмотрительно умолчала о том, что бабулина статуэтка сыграла в схватке с принцем значительно большую роль, нежели тупой тяжелый предмет, которым принца огрели по голове. К счастью, в памяти сержанта Пэтерса не осталось ни малейших воспоминаний о материализации Демона в виде черного шара с последующим поглощением оного бабулиной статуэткой.

Что, впрочем, и не удивительно. Пролежал все время рядышком с принцем и глазом не дернул. Зато и сержант Пэтерс и его подчиненные прекрасно запомнили появление принца Иллиана на пороге коттеджа и то, как Одержимый шарахнул по ним ментальным заклинанием, сделавшим их безвольными марионетками. Наверное, это и послужило причиной несколько небрежного отношения к бесчувственному телу принца.

Единственную нестыковку в моем рассказе, которую уловил лорд Лэстер, а именно то, что принц Иллиан был увешан защитными амулетами как Новогодняя елка в канун рождества, в том числе и амулетами от физических ударов, поэтому статуэтка бабули некоим образом не могла добраться до головы принца, удалось отвести уже с помощью отработанной схемы.

— Ну вы же понимаете, лорд Лэстер, что магия штука совершенно не предсказуемая. — Я даже дурочку из себя изображать не стала и ресницами не хлопала. Надоело, и так сойдет.

Наконец, одна, совсем одна у себя в комнате, более того, лежу под одеялом и могу позволить себе в любой момент уснуть. Может быть, прокрутить в памяти события этого сумасшедшего дня. Ну уж нет. Строго потребовала от Милки и внутреннего голоса, чтобы они не смели ни под каким предлогом меня беспокоить ближайшие шестьсот минут. Погладила свой браслет. Ты у меня молодец Зазушка и, уже засыпая, услышала тихое радостное звяканье в ответ.

Следующее утро в академии порадовало меня будничностью и размеренностью событий. Ни сэра Бэримэра у двери комнаты, ни сержанта Пэтерса со своими головорезами на первом этаже. И ни малейшего напоминания об Одержимом принце. Даже Демон Голубого Хамелеона молчал в ожидании окончания шестисот минутного блэкаута. Один только Зазочка сообщил мне расписание занятий на день и порекомендовал не брать сегодня на завтрак рыбу.

Но режим типа Тихая Заводь распространялся только на мой коттедж. Аудитория, в которой должна была проходить первая пара, напоминала бурлящий котел. Обсуждались три основные сплетни. Во-первых, то, как прошел Осенний бал в стенах самой Академии. Во вторых, — ночной десант бойцов Тайной канцелярии на территорию академии, которые перекрыли все входы и выходы во всех корпусах Академии и на протяжении часа никого не выпускали из помещений. Это было, когда принца эвакуировали из твоей комнаты, — впервые за день услышала я голос Милки.

Но, конечно, все это затмевала сплетня о скандале, который произошел во время Императорского Осеннего бала. По слухам на бал инкогнито явилась сама Королева Запретного Леса, облаченная в платье неземной красоты и со шляпкой на голове. В соответствии со слухами последний раз в империи Королеву Запретного леса видели ровно сто лет назад и тоже на Осенннем Императорском балу, правда, в тот раз она была одета в полном соответствии с принятым этикетом.

Этот факт породил сразу две ветки конспирологических теорий. Первая основывалась на нумерологии. Раз в сто лет — это не случайно. Вторая на особенностях наряда Королевы: вы бы видели эту шляпку! Впрочем, обе ветки совпадали в своих прогнозах ближайшего будущего — что-то непременно случится.

Самое удивительное, что в разговорах отсутствовал малейший намек на Одержимого принца и на несостоявшееся вторжение Демонов. На протяжении двух дней все вооруженные силы Империи находились в состоянии боевой готовности, страна чудом избежала войны, а ее граждане с упоением обсуждают только одну новость. Шляпку на голове одной из леди во время Осеннего бала Императора.

Тебе не кажется все это странным, — поинтересовалась я у демона Голубого Амулета. И где черт побери носит сэра Бэрримера, на худой конец, сержанта Пэтерса. Я не видела эти физиономии только два часа, а мне их уже не хватает. Я должна знать, что на самом деле происходит в Империи.

Твои телохранители отсутствуют уже десять часов. Впрочем восемь часов из этого времени ты спала. Так что формально ты права, — согласился со мной Милкин голос. — И ты должна радоваться, что тебя никто не охраняет. Это значит, что твоей жизни ничего не угрожает. Иначе лорд Лэстер не отозвал бы людей.

Похоже ты забыл, — возразила я, — зачем шеф Тайной канцелярии приставил ко мне сэра Бэримэра. Вовсе не для охраны. А для недопущения с моей стороны поступков, которые могут отразится на репутации семейства Рин Корнелли. Может быть, он решил, что больше, чем я это уже сделала, обрушить репутацию семьи мне не удастся. И с этой точки зрения моя преждевременная кончина выглядит совсем неплохим вариантом.

Конечно, в душе я прекрасно понимала всю абсурдность сказанного мною, но непрекращающиеся рассуждения однокурсников о моей злополучной шляпке и отсутствие достоверной информации о том, что же на самом деле происходит в Империи выводили меня из равновесия и жутко злили.

А ведь вы леди — адреналиновая наркоманка, — не преминул меня уязвить Демон Голубого Хамелеона. — Вам просто драйва не хватает. Ну, не переживайте. Если я не ошибаюсь, сейчас вы его получите в полной мере.

В аудиторию стремительной походкой вошел, буквально ворвался профессор Адам Смит. Давно прошло то время, когда при виде демона, облаченного в преподавательскую мантию мои однокурсники впадали в ступор. В последнее время самые отважные из них даже позволяли себе изредка тихонько шептаться на его лекциях. А после знаменитого вопроса леди Тины Брэвер, о том, чем профессор Адам Смит полирует свои рога, средний градус ужаса перед профессором снизился с уровня ночных кошмаров, сопровождаемых громкими криками до вполне приемлемых заиканий при случайной встрече.

Впрочем, на этот раз вид профессора напрочь отбивал любое желание открывать рот, а уж тем паче задавать глупые вопросы. Ярко пылающие красным светом глаза, рога между которыми проскакивали молнии. Хлещущий по бокам хвост, который, наконец, получил свободу, найдя лазейку в мантии и стал доступен для обозрения ошеломленным студентам. А, главное — голос с тембром в диапазоне от практически неслышных ухом, но вызывающих чувство неконтролируемой тревоги инфразвуковых волн, до визгливых ультразвуковых ноток. Все это мгновенно парализовало моих однокурсников.

На этом фоне мечтательные рассуждения Демона Голубого Хамелеона, прозвучавшие в моей голове, показались особенно неуместными.

Это же материальное воплощение образа, характеризующегося прекрасными словами: «Чудище обло, озорно, огромно, стозевно и лаяй»!

Он попытался он развеять мое недоумение на свою странную реакцию в ответ на появление профессора: было бы здорово собрать коллекцию из таких персонажей, раскрывающих смыслы крылатых фраз и поместить их в формалин, снабдив соответствующими подписями

Похоже, Милка окончательно спятила со своими лингвистическими изысками.

Учитывая то, что я сама могла стать экспонатом этой коллекции, раскрывающим смысл фразы про идиотку по жизни, идея с формалином не вызвала в моей душе отклика.

Полностью проигнорировав Милку, я попыталась понять, что могут значить слова профессора Адама Смита о том, что Академия полностью лишилась своего вивария.

А это значит, просветила меня Милка, на время отложившая в сторону свою мечту о коллекции с формалином, что Духи, которые были приобретены Академией за несусветные деньги, просто разбежались. И теперь всеобщая, в том числе и лично ваша леди, инициализация Духом накрылась Медным тазом.

Накрылась Медным тазом, с восторгом повторила Милка. — Вслушайтесь, леди, как прекрасно звучат эти слова. Похоже, Демон Голубого Хамелеона окончательно спятил, — сделала я вывод из услышанного. Надеюсь это не помешает ему в дальнейшем давать мне дельные советы. Думаю, что не помешает. Он ведь и раньше не отличался излишним здравомыслием.

И даю голову на отсечение, что причина потери Духов в Академии в том, что Демон, которым был Одержим принц Иллиан, дал команду начать на Эдеме бунт.

Сначала я отреагировала чисто рефлекторно на Милкины слова. У тебя нет головы, и следовательно ты ничем не рискуешь и только потом до меня дошел их смысл.

Не поняла, — удивилась я. Демон принца смог отдать команду всем духам на Эдеме. А как же ты, а как же Зазочка, забеспокоилась я, надеюсь с ним все в порядке. В ответ услышала благодарное позвякивание. Как же профессор Адам Смит, в конце концов. Ведь вы же тоже, по большому счету — те же Демоны и Духи.

Ну те же — да не те, — успокоил меня Милкин голос. Не забывай, что и я и Заза привязаны к амулетам. Думаю, что власть Одержимого Демоном принца распространялась только на свободных, не привязанных Духов. Кроме того, наверняка, существует ограничение по расстоянию. И принц отдал свой приказ, когда пришел за тобой в Академию. Помнишь ментальный удар, который поработил твоих телохранителей. Кажется я тоже тогда что-то почувствовал. Так что радиус действия приказа километров десять, не больше. Ну а что касается профессора, то он все же демон не из последних. Хотя судя по его виду, ему таки досталось. И не стукни ты принца по голове, Адам Смит мог бы наломать в академии дров. А так — все обошлось.

Ну да ладно, это все в прошлом. А как в академии предполагают найти выход из сложившейся ситуации. Ага, даже два варианта, — разобралась я в том что предлагал студентам от имени Академии профессор Адам Смит

Вариант первый. Желающие могут разъехаться по домам и ожидать приглашения назад на учебу по мере того, как академия будет приобретать новых Духов, необходимых доя инициализации. При этом проблема упирается даже не в дороговизну. Академия — учреждение государственное и в форс мажорной ситуации казначейство готово предоставить денежный заем, необходимый для закупок. Проблема в общем дефиците на Эдеме свободных духов, предназначенных к продаже.

Ну и — второй вариант. Академия готовит отряд из числа преподавателей и заинтересованных студентов, которые будут десантированы в мир 15/67, Мир Демонов и Духов, с целью отлова необходимых для продолжения учебы Духов.

Студенты, которые примут участие в экспедиции смогут самостоятельно отловить для себя необходимого духа, при этом стоимость оплаты за образование будет уменьшена на сумму равную цене духа.

Мы не станем экономить деньги лорда Лэстера, — твердо заявил мне внутренний голос. — Блонда, ты никуда не поедешь. Хватит мотаться с места на место. Сначала Земля, потом Эдем, теперь мир 14/67. Этак через неделю тебя вообще невесть куда занесет.

А невесть куда это где, — поинтересовался Демон Голубого Хамелеона. — Никогда не слышал об этом мире. Но, в принципе, я поддерживаю эту точку зрения. Лично у меня нет никакого желания отправляться на историческую родину.

Ну, что ж у нас — демократия, — подвела я итоги беседы. — Каждый имеет право голоса. Будем считать, что мы проголосовали, и я решила: мы отправляемся в мир 14/67, и поймаем для себя самого продвинутого ментального Духа, который там живет.

А я что говорил, — буркнула Милка. — Адреналинщица. Что с нее возьмешь. Угу, — поддакнул Милке мой внутренний голос.

Все таки спелись между собой, — возмутилась я.

В связи с отсутствием Духов необходимых для инициализации, занятия у первого курса были официально прекращены. Сразу же после информации доведенной нам профессором Адамом Смитом в аудитории появились другие преподаватели — кураторы по направлениям специализации. С некоторыми из них я до сегодняшнего дня не сталкивалась.

Как ни странно, старшим у боевиков оказался тот самый гном, которого я встретила в первый мой день в Академии. Он был членом приемной комиссии и сопровождал ректора. Я почему-то была уверена, что именно профессор Адам Смит с его способностью швыряться пульсарами огромной разрушительной силы возглавляет эту специальность.

Впрочем, именно профессор Адам Смит, как оказалось, является руководителем той самой группы, которой предстоит путешествие в мир 15/67.

Первокурсникам дали два дня на принятие решения, и в любом случае послезавтра, все мои однокурсники должны будут покинуть стены Академии. Либо в качестве охотников на Духов, либо отправившись к себе домой.

Ну, и стоило ли разводить демагогию — едем — не едем, — укоризненно пожурила я свою внутреннюю оппозицию. Дома на Эдеме, как такового, у нас нет, в Академии нам по непонятным причинам находиться запретили. Так что остается только путешествие в мир 15/67.

После этого со спокойной совестью направилась к Сире Уллисе, для того, чтобы получить инструкции, касательно того каким образом выбрать самого подходящего для меня духа.

К этому времени я окончательно определилась со своей специализацией. Ментальная магия, и только она. Стычка с принцем Иллиан подтвердила у меня наличие врожденного иммунитета к ментальному воздействию. А, значит, можно было стопроцентно предполагать и существование остальных необходимых для ментала способностей.

Аудиторию мы покинули втроем. Ровно столько студентов из числа первокурсников, захотели осваивать специализацию ментальной магии. Я, Сира Уллиса и, как ни странно, леди Тина Брэвер — та самая мажорка, которая прославилась своим вопросом к профессору Адаму Смиту. В роду Тины Брэвер буквально во втором поколении наличествовали самые настоящие эльфы. А ее внешний вид, далекий от типичного эльфийского эталона был обусловлен как и у меня амулетом иллюзии.

Сравнила, — возмутился Демон Голубого Хамелеона, да как тебе вообще пришло в голову сравнивать меня и какой то там заурядный амулет иллюзий. О том что леди Тина Брэвер прячет свой облик под иллюзией знает каждый минимально одаренный маг.

Да ты вообще в курсе, что среди твоих однокурсников каждый второй пользуется подобным амулетом. Я же тебе втолковывал, по поводу Имперского Осеннего бала, что это единственное место на Эдеме, где они не работают.

И ты сравниваешь эти дешевые поделки со мной, с Амулетом Голубого Хамелеона. С амулетом, наличие которого не в состоянии распознать даже Император.

Ну вот, Милка обиделась, — сообщил мой внутренний голос, надо бы извиниться.

Извини, — покаялась я, — ляпнула не подумав. Ты — самый великий из всех великих, с которыми я столкнулась на Эдеме.

Ну, смущенно шаркнул ногой Демон Голубого Хамелеона, которому несомненно пришлась по душе моя откровенная лесть. Демон принца все же по круче был.

Зато ты гораздо умнее, продолжала настаивать я.

Да, этого у меня не отнять, согласилась Милка, придя в отличное расположение духа.

— Лэди Блонда, — обратилась ко мне Сира Уллиса, после того как переговорила с Тиной Брэвер и мы остались вдвоем в кабинете Сиры.

— Я продолжаю настаивать, что вы совершаете, огромную ошибку, пытаясь овладеть ментальной магией. Это вам не дано.

— Прошу вас, сохраните в тайне все, что вы сейчас увидите, — прервала я ее.

И сняла свой кулон.

Сира Уллиса отчетливо побледнела, ее и так светлая кожа приобрела неестественно глянцевый с синевой оттенок. Руки сжаты в кулаки. Дыхание прерывисто. На лбу капельки пота. Все признаки острой сердечной недостаточности.

А слова которые она произнесла, к тому же могли послужить свидетельством психического расстройства. А как иначе прикажите понимать фразу.

— Наконец-то, свершилось! Мне выпало счастье присутствовать при этом. Принцесса, я никогда вас не подведу.

— Что это с Сирой Улиссой? — поинтересовалась я у Милки.

Издержки преподавательской работы, — компетентно объяснил мне демон Голубого Хамелеона. Постоянный стресс. Вот крыша и едет.

А я думала, что эта профессиональная болезнь свойственна только школьным учителям, — вмешался мой внутренний голос.

Вообще то я обратила внимание, что мой внутренний голос приобрел излишнюю автономность. Мало того, что он постоянно со мной пререкается и имеет свою, отличную от моей точку зрения, так в последнее время он начал оперировать фактами и аргументами, которыми я по определению не владею.

Это информация из твоего подсознания, — тут же успокоил меня мой внутренний голос. Опять же, у тебя тоже постоянный стресс в последнее время.

И еще она адреналинщица, — тут же наябедничала Милка.

Хватит меня обсуждать, — возмутилась я. Лучше скажите, что имела в виду Сира Уллиса, когда назвала меня принцессой. Тоже с кем-то перепутала, или как и ректор близко знакома с моей мифической матерью эльфийкой.

Впрочем, этот вопрос был снят следующей фразой самой преподавательницы. Внимательно всматриваясь в мое лицо она выдала очередной пафосный перл.

— Простите меня, леди Блонда. Я ошиблась. Мне нет оправдания. Вы — не принцесса. Но вы должны понять, что эта ошибка стала возможна только из-за вашего поразительного сходства с вашей сестрой.

Я от такого тупо опешила. Только почувствовала себя избранной, и — нате вам, такой облом.

Внутренний голос робко предложил: Блонда, а давай уйдем отсюда, не дай бог она нас еще покусает.

Милка не удержалась и съязвила. И этим людям ты хотела впаривать историю с Доном Пэдро. Жалкая дилетантка.

Сира Улисса, предложила я эльфийке, давайте вы пойдете немного отдохнете, а завтра мы снова встретимся и обсудим все вопросы связанные с моей специализацией.

Да, да благодарно согласилась со мной элфийка. Я себя действительно неважно чувствую. Спасибо вам благородная сестра принцессы.

Под эти слова я нацепила на себя амулет Голубого Хамелеона и быстро покинула кабинет своего будущего куратора.

Следующий день прошел на удивление плодотворно. Из ста пятидесяти первокурсников только двенадцать, включая меня, изъявили желание принять участие в экспедиции на планету Демонов и Духов. К моему удивлению в числе записавшихся оказались и моя коллега по будущей специальности леди Тина Брэвер и, самое удивительное, неформальный лидер мажоров — тот самый Вильборд Остербах, ненаследный принц Озерного Королевства, который с моей легкой руки получил прозвище Ося.

Во всяком случае именно так его стала называть троица баронов из Лесного края. Их присутствие в числе участников экспедиции не стало для меня неожиданностью, но значительно подняло настроение.

К профессору Адама Смиту вернулся его подчеркнуто строгий, деловой вид. Никаких размахиваний хвостом и искрящихся рогов. Демон сухо представил всех участников экспедиции, объяснил требования, которые он будет предъявлять к нам как руководитель, дал рекомендации по экипировке и отправил готовится, сообщив, что дата отправки будет доведена до каждого чуть позже. Короче, обо всем понемногу и ни о чем.

Гораздо больше пользы я вынесла от общения с Сирой Уллисой. Встреча проходила в кабинете Сиры. Вчера мне толком так и не удалось осмотреться вокруг. Небольшая опрятная комната. Ничего лишнего. В моем представлении, сформировавшемся на книгах, прочитанных еще на Земле. Слово эльф ассоциировало с буйством зелени и единством с природой. Типа птички чирикают, ландыши благоухают, ну и так далее.

Так вот, ничего подобного в кабинете Сиры Уллисы я не увидела. Сплошной хай тек. Полированная сталь, пластик и функциональность. Да лаборатория Профессора Тэтчер с его ненужными приборами, ретортами и хрустальными шарами казалась во много раз более эльфийской, нежели это царство победившего рационализма.

А я сразу тебе сказала, поддержал меня внутренний голос. Какая-то она неправильная эльфийка.

На этот раз ничто не напоминало несуразицу предыдущего разговора. Никаких упоминаний принцесс, сестер и других родственников.

Эльфийка детально изложила методику охоты на ментального Духа, а потом сделала мне поистине царский подарок.

Наверное с этой принцессой и ее сестрой все не так просто, — предположила Милка.

Или обострение шизофрении до сих пор не прошло, — высказал свою гипотезу мой внутренний голос.

Во всяком случае, не зависимо от причины, вызвавшей ее поступок, я была невероятно благодарна Сире Улиссе.

Оказывается в распоряжении у эльфийки был собственный не привязанный ментальный Дух, который до сих пор не сбежал, в отличии от Духов, содержавшихся в виварии Академии.

Так вот Сира Улисса предложила мне потренироваться в привязке этого духа и в наложении печатей подчинения. Более того, она была готова подарить мне его, с тем, чтобы я никуда не отправлялась с Эдема, а сделала этого подарочного духа своим симбиотом.

Учитывая стоимость свободного, не привязанного духа, это предложение со стороны Сиры Уллисы выходило за все разумные рамки. Конечно, я ни при каких условиях не собиралась отказываться от участия в экспедиции на планету Демонов и Духов. Но в голову пришла интересная схема. Принять подарок эльфийки, по мере сил за оставшееся время прокачать симбиота. Потом поймать другого ментального Духа в мире 15/67 и с благодарностью вернуть его Сире.

В целом идея не так уж и плоха, согласился со мной Демон Голубого Хамелеона. Конечно, в экспедиции есть шанс наткнутся на более прокачанного Духа, чем тот, что принадлежит Сире. Но можно и не наткнуться.

Вот только прежде чем объявлять о своем согласии принять подарок, сначала проверь, подходит ли тебе этот Дух вообще.

Мне впервые предстояло увидеть свободного духа.

Ага, а Кеша профессора Тэтчера больше не считается, — напомнил мне Милкин голос.

Ну, тогда включи в этот перечень и себя любимого, — возразила я. Помнишь, как ты со своим сапфиром висел в комнате перед моими глазами и дрожал. А еще Демона принца в виде большого и черного шара. По твоей логике и профессора Адама Смита надо записать в вашу компанию. Все это не считается. Вы — демоны, а не свободные духи. Это совсем другое.

Демон Голубого Хамелеона не нашел, что ответить и обиженно замолчал.

Впрочем, сам дух не произвел на меня никакого впечатления. Не стоило из-за этого препираться с Милкой.

Сира Уллиса положила на стол небольшой шар, размером и цветом напоминающий обычный апельсин. «Это — временная хранилище, — пояснила она мне. — В отличии от амулетов, в которых дух привязан к носителю навечно, шар не носитель, а скорее маяк предназначенный для того, чтобы дух не потерялся в пространстве. А удерживает его на поводке слабая магическая печать, которую устанавливает охотник, поймавший духа. Естественно, поделившись своей информационной матрицей. Впрочем, леди Блонда, вы это и так знаете».

— А вот то, что временное хранилище изготавливается только в Запретном Лесу из особой породы дерева и является чуть ли не основным продуктом экспорта нашего Королевства, не очень широко афишируется. А уж технология изготовления самого хранилища, и то, что при обработке ни в коем случае нельзя использовать металлические предметы — это одна из величайших тайн, о которой известно совсем небольшому числу эльфов. Но я считаю, что для сестры принцессы не должно быть никаких тайн.

Ну вот опять начинается, — заныл мой внутренний голос. — Пойдем отсюда. Да ну его, этого духа. В другой раз потренируемся.

Сейчас ее попустит, — успокоил нас Демон Голубого Хамелеона.

Зато, при возвращении на Землю, можно будет смело претендовать на докторскую диссертацию по теологии, — нашла я положительную сторону в словах Сиры Уллисы. Это как? — Хором поинтересовались Милка и мой внутренний голос.

А вы что не в курсе, что один из главных вопросов, стоящих перед каждым уважающим себя отшельником, из тех которые питаются кузнечиками и акридами…

Кузнечики и акриды — это одно и то же, — компетентно заявил Демон Голубого Хамелеона.

И вовсе не одно и то же, — высказал свою точку зрения мой внутренний голос. У них форма тела другая

Вы собираетесь меня слушать или предпочитаете устроить дискуссию по поводу особенностей меню у отшельников, — возмутилась я.

Так вот, продолжаю. Самых продвинутых отшельников, не зависимо от способа питания, начиная с двенадцатого века интересовал вопрос — сколько Демонов одновременно может поместится на кончике иглы. Теперь мы знаем ответ. Ни одного. Демоны плохо реагируют на металлические предметы.

Не смешно. — Категорически заявил Демон Голубого Хамелеона.

И вправду, Блонда, как то не очень, — поддержал его мой внутренний голос. Может быть, на тебя общение с Сирой Уллисой плохо влияет. Раньше ты таких глупостей не придумывала.

Пока мы таким образом оживленно общались, эльфийка закончила свои манипуляции с временным хранилищем.

— Сейчас я дам Духу ментальную команду и оставлю вас, леди Блонда, одну в комнате. Через минуту Дух покинет шар и вы его сможете увидеть. Он пока еще полуразумен и чисто инстинктивно направится к ближайшему разумному существу, то есть к вам. После этого Дух попытается вызвать у вас любые яркие эмоции, и чем сильнее они будут, тем эффективнее он сможет усвоить вашу информационную матрицу.

— Поскольку это — Ментальный Дух, и его оружие лежит в сфере разума, он примет такую форму, которая вызовет у вас страх. Потом ужасными криками и демонстрацией кровавых сцен постарается вас запугать.

— Блонда, главное — не бойтесь. Что бы вы не увидели, какие бы ужасные сцены не возникли у вас в мозгу, не бойтесь. Дух попытается показать вам самые страшные ваши фантазии, то, что вы до смерти боитесь. Все равно не бойтесь. Если вы испугаетесь, вы утратите возможность взять Духа под свой контроль. Преодолевая свой страх, сцепив зубы, вы должны постоянно повторять в голове: «Я не боюсь тебя Дух. Ты должен мне подчинится!» Тогда эта мысль проявится в информационной матрице, и после поглощения закрепится в Духе как магическая печать.

— Я понимаю, это нелегко. Но только так, преодолев себя, можно стать Ментальным магом. И вот что еще, Я буду рядом и в критической ситуации смогу прийти к вам на помощь. Возможно у вас ничего не получится с первого раза. Не беда. Будут еще попытки.

С этими словами Сира Уллиса дунула на шар и стремительно покинула кабинет, плотно прикрыв за собой дверь. Шар подпрыгнул и завис в воздухе сантиметрах в двадцати над поверхностью стола. Показушница, — осуждающе прокомментировал действия эльфийки Демон Голубого Хамелеона.

Нельзя сказать, что слова моего куратора так уж сильно меня напугали. Тем не менее, я отнеслась к ситуации достаточно серьезно. Первым делом категорически потребовала от Милки ни в коем случае не вмешиваться. Мне более чем хватило опыта с духом профессора Тэтчер. Бедного Кешу Милка не на шутку перепугал.

А потом это случилось. Шар поменял свой цвет и из него начал сочится рыжеватый дым, по консистенции и своим поведением напоминающий тот, что появился из головы принца Иллиана. Наконец дым сконцентрировался в рыжее с красноватыми отблесками облако и попытался принять форму кровавого Ворона с огромным металлическим клювом. Ворон издал хриплое карканье.

Да, леди, — бедная фантазия-то у вас, но не до такой же степени. Это что, самый страшный ужастик который прячется у вас в мозгу? В таком случае, у нас проблемы. Как вы предполагаете в дальнейшем воспитывать и развивать ментального Духа с таким убогим арсеналом кровавых сцен.

А, может, это нам какой нибудь неисправный Дух попался, — попытался выступить в мою защиту мой внутренний голос, ну там с каким нибудь врожденным дефектом.

Да нет, Дух совершенно кондиционный, это я вам вполне компетентно заявляю, — парировал Демон Голубого Хамелеона. Это у нас леди Блонда попалась с каким то врожденным дефектом.

Я решила попробовать исправить ситуацию и помочь ментальному духу напугать меня посильнее. Наверное не стоило мне этого делать. Ну кто же знал, что он станет так реагировать на сцены из Пилы. И это я ему еще Пилу-2 не показывала.

Все прошло по давно отработанной схеме. Взрыв светошумовой гранаты. Первым делом, после того как в глазах и голове немного прояснилось, я заинтересовалась судьбой стола. Стол, над которым совсем недавно парило временное хранилище духа напрочь отсутствовал. В углу комнаты завис мохнатый рыжий клубок, размером раза в полтора побольше, чем Кровавый Ворон. Клубок отчаянно дрожал.

Наверное, им для перехода на новую ступень эволюции витаминов не хватает, а может быть не витаминов а сразу столов, — предположил мой внутренний голос. И пугливые они все какие то. Милка, ты куда стол дела, когда тебя леди Блонда бабулиной статуэткой слегка пристукнула.

Демон Голубого Хамелеона проигнорировал провокационный вопрос, и тут же начал меня доставать

Поздравляю вас, леди. Вы его сломали. Теперь это не полуразумный непривязанный Дух, а вполне себя осознающий Бес. Существо, обладающее разумом, к тому же морально травмированное от общения с вами. К вашему сведению, временное хранилище не предназначено для удержания Беса. Так что у вас два выхода. Или подманить к себе этого несчастного и сделать его своим симбиотом, или навсегда его потерять. Потому что, как только он немного придет в себя, то тут же сделает ноги. И мы ничем не сможем его удержать.

Я растерянно огляделась вокруг себя. Стола нет, хорошо хоть временное хранилище в целости. В углу дрожащий дух. У двери Сира Уллиса, вбежавшая на шум в комнату с целью меня спасти, и после этого застывшая в шоке соляным столбом. Нет не совсем застыла, глазами водит с меня на Духа, потом обратно. Все равно рассчитывать на ее помощь в ближайшее время не приходится.

Ну и что прикажите делать. Как мне подманить это мохнатое создание. Цып, цып, цып. Позвала я Духа протягивая вперед руку. Ничего умнее в голову не пришло. Иди к мамочке.

Дух лихорадочно заметался по комнате. Дверь закройте, азартно закричала Милка. Сейчас уйдет.

Я вспомнила, сколько он стоит и взбеленилась. Только не хватало мне попасть в долговую яму, потому что такие деньги я смогу собрать лет через двести. Ну, или сразу, — тут же утешил меня внутренний голос. — Как только у Адельки заберем права на Город Торбан.

Нашла время для шуток, — рявкнула я на свой внутренний голос

А ты молчи, — рявкнула теперь на Демона Голубого Хамелеона

Хотела за компанию наорать и на Сиру Уллису, но посмотрев на ее затравленный вид, пожалела.

Зато ментальному Духу досталось на полную катушку. Если ты сейчас же не прекратишь прыгать по комнате и не сядешь мне на ладонь, пеняй на себя. Одной Пилой — 2 ты не отделаешься.

Дух как будто скукожился, посерел и превозмогая ужас опустился мне на ладонь. Потом трансформировался в рыжий дым и впитался в мое тело. Я почувствовала прилив энергии, а потом ощутила рядом с собой чье то испуганное и растерянное сознание.

Не бойся, — попыталась успокоить я зверушку. Я тебя обижать не стану. Больше никаких триллеров. Хочешь сказку покажу про Белоснежку и семерых гномов. Диснеевскую. Добрую. «Хочу», — раздался в голове тихий голос. Ну, вот моей шизофрении прибыло. Теперь их у меня в голове трое, нет с Зазочкой четверо. В ответ на упоминание браслета раздалось радостное позвякивание.

Сира Улисса, обратилась я к эльфийке, которая потихоньку приходила в себя. Я с благодарностью принимаю ваш подарок — ментального Духа. Но вы должны пообещать мне, что примите мой ответный подарок, после экспедиции на планету 15/67. Постараюсь найти что-нибудь достойное вас.

С этими словами, преисполненными пафосом, я быстро покинула кабинет куратора, пока эльфийка не успела прийти в себя и не стала интересоваться судьбой своей мебели.

Забудь на время о своем семибиоте, — дал мне профессиональный совет Демон Голубого Хамелеона. Хотя бы на два-три дня. Пусть он привыкнет к тебе. А потом начнешь подкармливать его своими эмоциями.

Отличный совет, — согласилась я. А сейчас, Блонда, отправляйся к себе в коттедж, забирайся в ванну и ни о чем не думай хотя бы пару часов.

В первый же день, как только я оказалась в Академии, огромная медная ванна вызвала у меня серьезные опасения. Потом я понемногу привыкла, но до сих пор, погружаясь в пену, и рассматривая свое отражение в огромном зеркале на потолке, всегда испытываю неясную тревогу. Вот и сейчас интуиция меня не подвела. Стоило мне намочить волосы, как Зазочка радостно сообщил, что у меня под дверью стоит сэр Бэримэр и просит его впустить.

Ну, уж нет. Повторять фокус с банным халатом на голое тело и мокрыми волосами я не намерена.

Зазочка, — обратилась я к своему информационному браслету с просьбой. Соедини меня с сэром Бэримэром. Я хочу с ним поговорить. Все таки Зазочка у меня лапушка, — подумала я, услышав в ответ радостное звяканье. Но не вполне осведомлен в этикете, — добавила я уже совсем другим тоном, после того как прямо передо мной возникло голографическое окно с изображением сэра Бэримера. Конечно, в том что я увидела спецназначенца, стоящего перед дверью в мою комнату не было ничего страшного, вот только и сэр Бэримэр увидел меня.

И нечего на меня так пялится. Подумаешь, голой девушки в ванной никогда не видел. Кроме того меня почти всю скрывает пена. И вообще я вполне заслуженно горжусь своим телом.

Впрочем все это не помешало мне устроить скандал. Обвинив опешившего спецназначенца в извращенных мыслях и сексуальных домогательствах, я уже спокойным тоном разрешила ему войти в комнату и подождать меня, обещая появится не позже, чем через час.

Через час, уютно свернувшись в кресле клубочком, я с удовольствием слушала новости, которыми со мной делился сэр Бэрримэр. Самой большой для меня неожиданностью стало не то, что Империя победила, так и не начав воевать. Это было ожидаемо. И даже не то, что к одержимости принца Иллиана причастна маркиза Адель и теперь участь города Торбан, который я в душе уже считала своим, стала неопределенной.

Новость дня, это то, что награда нашла своих героев. Уже завтра сэру Бэримэру за особые заслуги перед империей будет вручен Белый Орел Первой степени а, значит, и решение вопроса о восстановлении титула лорда дело считанных дней

И самое для меня главное. За особые заслуги перед Императором Блонда Лэстер Рин Корнелли награждается орденом Янтарного дракона, с вручением оного завтра на торжественном приеме из рук самого Императора.

Оказывается, я рискуя жизнью спасла наследного принца Иллиана от группы террористов. Правда, не преминул добавить ложку дегтя в бочку меда, изначально рассматривался и вариант о том, что именно я возглавляла ту самую группу террористов, которая напала на принца Иллиана. Этот вариант пытались протолкнуть политические противники лорда Лэстера.

Решающим фактором, склонившим весы в мою пользу, как оказалось послужила моя шляпка. И даже не столько шляпка, сколько то, что я подарила ее леди Бланка.

Именно муж леди Бланки, барон Майберт, предоставил Императору аналитическую записку с анализом долговременных последствий по каждому варианту.

Из этого анализа следовало, что причисление меня к сонму супостатов потенциально чревато десятью кознями Египетскими для всей Империи.

— Да вы не беспокойтесь, леди. Лорд Лэстер вас бы в обиду не дал. Сейчас он единолично руководит всеми самыми боеспособными частями в Эдеме.

— Гвардия Маршала Лорда Дитриха Розенталя уже перебрасывается в мир 15/67. Да, и я после награждения туда собираюсь. Моему отряду поручили выявить, кто же из Демонов стоит за атакой на Эдем.

— И часто вам дают такие ответственные поручения, — поинтересовалась я еще у сэра Бэрримэра, вернее почти у лорда Ардена. При этом скрыв от него, что и сама собралась в ближайшее время в мир Демонов и Духов вместе с экспедицией Академии.

— Нет, не часто, вернее вообще никогда. И дело не в том, что такие крупные задания редкость. Просто мой спецотряд ориентирован на работу с техномирами, а конкретнее с миром 74/2. С вашим миром, леди Блонда, — уточнил спецназначенец.

— Вы что же на земле проводите тайные операции? Так вы и есть — то самое тайное правительство, о котором все говорят, но которое никто не видел?

Во мне взыграл Земной патриотизм и захотелось скандировать — янки хоум, вернее применительно к нашему случаю — Эдемовцы пошли нафиг.

— Да вы что, леди Блонда. Давайте я открою вам еще одну страшную государственную тайну. Вы и так их уже столько знаете, что одной больше, одной меньше, для дознавателей департамента защиты Короны это уже будет параллельно.

— Так вот, самый большой страх, который испытывает каждый разумный на Эдеме, естественно наделенный соответствующим допуском и обладающий нужной информацией. А таковых человек пятьсот на весь Эдем. Будете пятьсот первой. Так вот, это — страх перед тем, что в техномирах могут узнать о существовании Эдема.

— Я рассказывал вам о том, что ритуал переброски разумного с Эдема на Землю осуществляет круг магов из шести волшебников. Так вот, из этой шестерки, только двое — пространственные маги. Остальные четверо устанавливают путешественнику ментальные блоки, чтобы тот никогда, ни в какой ситуации не проболтался аборигенам об Эдеме. На Земле мы физически не можем затронуть в разговоре эту тему ни с кем, кроме как с другими такими же путешественниками.

— А чего вы собственно боитесь, — изумилась я. — Мир с тысячелетней историей, обладающий могучей магией. Что могут противопоставить ему земляне? Да тот же профессор Адам Смит одним ударом может сравнять небольшой город с землей

— Ага, вас интересует, что могут противопоставить десять миллиардов Землян сорока миллионам Эдемцев? Ну, разве наступить и не заметить.

— А касательно того же Адама Смита, заметьте, Демона Пятого круга, а такие на дороге не валяются, то он конечно может один раз бабахнуть, так что мало никому мало не покажется. А потом к нему подойдет этакий ВДВ-шник, только что закончивший учебку и запинает нашего профессора ногами.

— Хотя если быть справедливым, один, конечно, не запинает. Все таки Демоны достаточно крепкие ребята. А вот втроем наверняка запинают. И пока маг, да пусть даже внеранговый, после применения заклинания будет лежать пластом, эскадрилия фронтовых бомбардировщиков сможет сутками утюжить заданную цель.

— Я при этом даже не вспоминаю об экзотике типа систем залпового огня, тактических ракетах или вообще ядерном оружии. Теперь надеюсь вам все понятно.

— Все понятно, — прониклась я доводами спецназначенца. За исключением одного. А зачем вообще нужен в таком случае ваш отряд?

— Понимаете, леди, дело в том, что в истории взаимодействия Эдема с другими техномирами были случаи, когда в техномирах, внезапно, совершенно неожиданно появлялась магия. И тогда все. Сушите весла. После этого техномир существовал от силы несколько дней. На первых порах совершенно случайные люди получали невероятную магическую силу. И всегда находился идиот, вернее, большое число идиотов, которые начинали экспериментировать с ядерными реакторами и атомным оружием. После этого все. Финит а ля комедион.

— Так вот, если на Земле внезапно появится Магия, мой отряд должен будет заглушить все ядерные реакторы и заблокировать атомное оружие.

— И вы силами двух десятков человек, или сколько их там у вас, собираетесь за несколько дней заблокировать все земное ядерное оружие? Да вы просто фантазер, — фыркнула я.

Ты права, Блонда, поддержал меня мой внутренний голос, не стоит называть нашего Бэриморку идиотом.

Леди, в моем отряде на сегодняшний день сорок групп. Каждая численностью по сто человек. Большинство из них находится на постоянном дежурстве на Земле. Все они — маги не ниже пятой категории. Добавьте к этому, что в первые дни после появления магии в техномире, сила мага резко возрастает. Иногда на порядок. При необходимости численный состав спецотряда может быть увеличен в десять раз на протяжении суток. По нашим оценкам этого достаточно для выполнения поставленной задачи.

Ну ничего себе. А наш-то сэр Бэрримэр крут. А ты говоришь фантазер, фантазер, — уязвил меня мой внутренний голос. А кроме того, в свете этой информации, я бы не считала вопрос с тайным мировым правительством окончательно закрытым.

— На этом лекция окончена, — подвел итоги спецназначенец. — Я и так сказал вам достаточно, для того чтобы загреметь на каторгу лет на пятьсот. Завтра в два часа буду у вас, с тем чтобы доставить вас в Императорский дворец для награждения. А пока отдыхайте, леди.

— Постойте, сэр Бэрример, — остановила я спецназначенца. У меня к вам глубоко личная просьба. Дело в том, что на земле остался самый близкий для меня человек. Моя подруга Маришка. Там ее ничего по-настоящему не держит. А здесь на Эдеме у нее есть я. Не могли бы вы помочь отправить Маришку с Земли на Эдем.

— Леди Блонда. Я сделаю для вас все, что в моих силах. Но для того, чтобы попасть на Эдем, ваша подруга должна этого очень, очень сильно захотеть. При том, что никто из моих людей ничего не сможет ей внятно объяснить. Ментальные блоки.

За последние десять лет на Эдем с Земли переселились только трое. Помните, я рассказывал вам о сумасшедшем физике, отправленном по экспериментальной квоте. Еще Изя Рабинович. Когда нибудь расскажу вам его историю. И вы, леди Блонда. И это все. Я сделаю все, что смогу, но с гарантией это по силам только Императору. Он может приказать отправить на Землю спецагента без ментального блока. И тогда убедить вашу подругу не составит труда. А пока отдыхайте. До завтра.

«Это ж надо было так влипнуть, — подумал про себя спецагент Лоран Бейли, допивая третью чашку кофе. — Совершенно тупиковый вариант».

Он битый час пытался взять в оборот фигуристую блондинку, используя все мыслимые и немыслимые методы и секретныенаработки. И терпелоткровенное фиаско. Впервые на его практике объект не только не склонялся к сотрудничеству, но и не поддавался ни на какие разумные доводы.

Время утекало катастрофических быстро, а они опять вернулись к тому, с чего начинали.

— Так, где, Вы говорите, взяли этот телефончик? — Острый наманикюреный ноготь красотки прикоснулся к чуду мобильной связи.

Бейли с отчаянием заглянул в васильковые глаза девушки. Казалось, что в ее зрачках застыл металлический блеск от хромированных граней лежащего на столе смартфона.

Нет, он не чертыхался, проклиная тупость всех блондинок, а этой — в частности, и не матерился сквозь зубы. Нет, он просто выполнял задание. И в его голове крутились только основные посылки приказа: неукоснительно, без членовредительства, в целостности и сохранности, не раскрывая…

Он незаметно перевел дыхание, досчитал до 10 и решил сменить тактику.

— А вы знаете, сейчас, когда я в пятый раз вам это все рассказываю, мне самому стала очевидна неправдоподобность происходящего.

На лице у девушки мелькнуло любопытство.

— Ну, действительно, уехала ваша подруга в какую-то сказочную страну, где нет мобильной связи. Кстати, таких мест не так уж и мало. Это вам, детям мегаполиса, кажется что весь мир окутан «паутиной». Но есть еще места нетронутые цивилизацией.

Взгляд агента на мгновение подернулся мечтательной дымкой, наверное, он вспомнил одно из таких мест.

— И я вполне допускаю, что вашей подруге настолько там понравилось, ну, знаете: девственная природа, скалы, водопады, дикие звери, — после каждого слова агент внимательно изучал реакцию девушки, — изнурительные переходы по пересеченной местности и, как результат — выброс адреналина…

Маришка, внимательно слушавшая эту тираду, на последней фразе кивнула, словно соглашаясь.

«Есть контакт, — облегченно заметил мужчина»

так вот, — продолжил он, — и ей так понравилось, что она решила растянуть недельное путешествие на месяц.

Девушка опять кивнула и слегка наклонила голову, ожидая продолжения.

— Но я не понимаю, — он перешел на зловещий шепот, — зачем в таком опас, извините, экзотическом месте ей понадобились Вы, — и торжествующе посмотрел на упорную блондинку, откинувшись на спинку стула.

У вас черный пояс по карате или айкидо? Вы чемпионка мира по скалолазанию? — Он решительно развивал свой успех, — или вы мастер спорта по пулевой стрельбе из малокалиберной винтовки? Признайтесь, вы — снайпер? — он приблизил свое лицо к ней и шутливо подмигнул.

Девушка отрицательно покачала головой, округлив глаза от изумления и настороженно спросила:

— А для чего нужен снайпер в условиях туристической поездки?

«Э-э-э, нет, — подумал про себя Бейли, — третий раз я не наступлю на те же грабли, я знаю твое кодовое слово», и произнес вслух бодрящим голосом:

— Охотиться! Ужин добывать! Вы были когда-нибудь на охоте?

Маришка вновь отрицательно качнула головой.

— Девчонки, — фыркнул спецагент. — Это — такой азарт, такой выброс адреналина, что вам и не снилось!

Девушка нерешительно кивнула:

— Я рыбу ловила. В Карелии.

— Вот, — поймал момент Бейли. — вспомните, что это за наслаждение! Какой кайф: заметить поклевку, резко подсечь, и-и-и вытащить эту серебристую стерву на берег…

— Стерлядь, — поправила его Маришка

А? — как будто очнулся от мечтаний мужчина, — нет, мы тогда хариуса ловили. Ну, и чем вы сможете помочь своей подруге? — продолжил он слегка замешкавшись. Ей нужна помощь?

Он понял, что немного перегнул с эпитетами и тут же исправился: я бы на ее месте вызывал парня, сильного, ловкого, мускулистого Как вы? — Усмехнулась блондинка. При этом агент заметил, что девушку как раз нисколько не удивил выбор подруги. А знаете, что, — он сделал вид что смутился, — Маарриночка

Агент добавил бархатистых ноток в голос, раскатывая «р» на французский манер:

— А давайте для более результативного продолжения нашей беседы мы что-нибудь перекусим, — и ловко выхватил меню у пробегавшего мимо официанта.

— А давайте, — внезапно согласилась Маришка.

«Ну вот и тронулись с мертвой точки», — агент удовлетворенно кивнул.

— Не возражаете, я закажу на свой вкус нам обоим, — он оторвал глаза от меню, — а то, простите, от вашего кофе у меня уже изжога.

И добавил через мгновенье:

— Что может быть лучше сочного стейка и хрустящего картофеля фри в компании с освежающим салатом? Ничего сложного и вычурного, зато сытно и, поверьте мне, очень вкусно!

— Ну, что Вы, какие могут быть возражения! — Улыбнулась девушка, — ираз уж мы тут задерживаемся, пойду-ка я проведаю дамскую комнату, — добавила в тон ему.

Непринужденно встала и, прихватив сумочку, отправилась по назначению, весело цокая каблуками.

Бейли проводил задумчивым взглядом удаляющуюся блондинку. «А ведь, хороша, чертовка! И умело пользуется этим» — непроизвольно подумал мужчина.

Ему нравились женщины, знающие себе цену, при этом не капризные кокетки и не плаксы. Маришка как раз была из тех представительниц прекрасного пола, за которыми он готов был приударить в свободное от работы время. И только свободное время почему-то выпадало все реже и реже.

«Но где я, однако, прокололся, в какой моментвсе пошло не так?», — мысли опять вернулись в рабочее русло и чувство беспокойства снова захватило его.

Он по привычке незаметно огляделся по сторонам. Это было вполне респектабельное кафе в тихом месте. Сюда приходили обедать сотрудники соседнего банка и менеджеры из офисного здания напротив. Поскольку обеденный перерыв уже закончился, а до ужина было еще далеко, посетителей практически не было. Так, пара влюбленных чирикала возле окна и трое айтишников уминали пиццу, как будто в офис не могли заказать.

Хотя готовят здесь, надо признать, довольно прилично. Его взгляд, автоматическипробежав по залу, привычно цепляясь за все необычное, вновь остановился на телефоне, лежавшем на столе.

Этот телефон должен был не только привлечь внимание девушки, но и убедить её в том, что Бейли говорит ей правду. Психологический портрет, составленный специалистами, показал, что последнее, с чем расстанется подруга Марины — это любимый смартфон 10 поколения. В дополнение ко всему, туда закачали массу фотографий с чудесными видами. Знание пароля, чтобы получить доступ для просмотра всех эти фоток должно было свидетельствовать об исключительном доверии к агенту.

Но, судя по всему, эффект получился прямо противоположный.

Блондинка не просто отвергла всяческую возможность присоединиться к подруге, но вообще отмела факт своего знакомства с ней.

Кто это? — с искренним удивлением спросила она, когда Бейли показал ей фотографию красотки, позирующей на фоне заходящего солнца в живописном ущелье. Это же ваша подруга, Светлана. Присмотритесь Нет у меня таких подруг, — она решительно отодвинула смартфон.

И дальше началась безнадежная пробуксовка.

Официант принес минеральную воду и аперитив. Уверил, что мясо будет готово через несколько минут и сообщил, что может порекомендовать восхитительный десерт.

Спасибо, я поинтересуюсь у спутницы. — Он вернул меню.

«И кстати, сколько можно пудрить носик», — Бейли вгляделся в дальний угол, за барную стойку, откуда должна была появиться его спутница. А через пару минут все его инстинкты протрубили тревогу. Спецагент вскочил и стремительно пересек зал.

Это было небольшое проверенное кафе. С одним выходом и глухой туалетной комнатой. Пару раз ему уже приходилось встречаться с здесь клиентами.

— Тук, тук, — у вас там все в порядке, — он осторожно открыл дверь в уборную.

Ему никто не ответил, потому что отвечать было некому.

Черт, — он выскочил на улицу, и схватил за грудки курящего на пороге парня вы девушку блондинку, видная такая, на модель смахивает, не видели? Не-а, — пожал тот плечами и брезгливо одернул лацканы пиджака, спрятав усмешку за клубами сигаретного дыма.

«Куда же она исчезла, как могла проскочить мимо?» Бейли вернулся в кафе, заглянул на кухню, еще раз проверил туалеты. Поймал официанта и после клятвенных уверений, что выход здесь имеется только один, расплатился и ринулся на улицу.

Все это время ни живая ни мертвая Маришка сидела, скрючившись в три погибели за барной стойкой. Вернее, под барной стойкой — в нише между холодильником и ящиком с фруктами, выставив оттуда мусорную корзину. Она слышала все происходящее, но боялась пошевельнуться и даже дышала через раз. Ей удалось прошмыгнуть незамеченной и спрятаться пока официант отвлекал внимание на себя, расставляя фужеры.

Неумолимое желание слинять у нее возникло сразу же, как она увидела телефон Блонды. А уж после того, как этот тип назвал Блонду Светланой, это желание только укрепилось. Все свои называли подругу Блондой. И никак иначе. Поэтому она была вполне искренна, когда говорила, что не знает эту девушку. «И на детекторе лжи, наверное, прокатило бы», — усмехнулась она своим мыслям.

Но она готова была дорого заплатить, чтобы узнать, куда внезапно пропала ее закадычная подруга. Поэтому и пошла на эту с самого начала сомнительную встречу. Ну, что тут скажешь, в центре города, в людном месте…

Кто знал, что в этом кафе туалет без окон, и единственный выход просматривается как на ладони.

«Ах, Блонда, Блонда, куда же ты влипла?! И самое главное — без меня. Уж вдвоем-то мы как-нибудь разобрались бы с мировым злом. Блондочка, миленькая, мне бы только найти тебя».

В эту лажу с туристической поездкой она ни на секунду не поверила. И чего от нее хочет добиться этот хмырь, она тоже не поняла. То ли запрятать, туда же куда и Блонду, то ли избавиться от ее назойливого интереса к пропаже подруги. Неужели ее хотят убрать? Но зачем тогда такие сложности: кафе, мобилка, явно недешевые фотографии. Возможно, все это был и фотошоп, но очень качественный, недешевый. Если бы ее хотели устранить, могли бы тюкнуть молоточком из-за угла, а труп даже не прикапывать. Нет, труп им не нужен — это точно. Вон как хмырь увивался.

«Ага, а хмырь-то по ходу слинял. Тихо стало, а то начал тут шороху наводить, — Маришка улыбнулась, — ничего, подруга мы еще станцуем румбу.

Удачно как получилось, что бар у них только после 18 работает, — она потихоньку распрямляла затекшие ноги. — Как эти цирковые девочки выживают с такими трюками.»

О, вы вернулись, — бесстрастно приветствовал ее официант. — а ваш спутник уже ушел. Я знаю, он ведь рассчитался, — холодно произнесла Маришка, а то всякое бывает. Навесят ей сейчас счет. Да, конечно, — официант слегка смутился, видно что заплатили ему хорошо, потому что через мгновение он добавил, глядя на девушку, — но так ничего и не съел, видно, торопился очень Может, Вам подать, — добавил он приветливо Спасибо, — Маришка хотела отказаться, дескать, тоже спешит не меньше, но практическая сторона взяла свое. А знаете, заверните мне с собой. — В самом деле, не пропадать же ужину и когда она теперь сможет перекусить, подавшись в бега. А так — «у нас с собой было».

Через минуту счастливая обладательница запаса пищи на день осторожно выглянула за дверь кафе. И тихонько подошла к огромному тополю, растущему возле проезжей части дороги. Девушка встала в его тени, стараясь слиться со стволом. А через несколько минут она благополучно вскочила в первую подъехавшую маршрутку.

«Нужно переходить к плану Б», — думал спецагент Бейли, сидя в мягком кожаном кресле в квартире — офисе красотки Джона. Тот, конечно, не хлопал глазами, как блондинка, но вид у него был на удивление тупой.

— Я решительно не понимаю, почему вы не можете связаться с Вашей подругой и одновременно сотрудницей.

Эта двойственность забавляла и раздражала одновременно: квартира- офис, мальчик — девочка, подруга — сотрудница.

— Нет связи, — спокойно, как малому ребенку твердил Джон.

Должен быть какой-то запасной вариант на экстренный случай.

Джон пожал плечами:

Мы решили избегать экстренных случаев. Ну это, конечно, многое объясняет, — агент подумал, как исчезла Маришка просто выйдя в туалет. — А вдруг она в опасности?

Красотка Джон удивленно приподнял бровь:

мы с вами говорим про одну и ту же девушку? Потому что обычно в опасности оказываются те, кто находятся рядом с Маришкой. Даже так! — приподнялся в кресле Бейли, хотя он и с этим утверждением был согласен. — А можете привести примеры из жизни.

Джон, задумавшись, начал загибать пальцы, потом посмотрел на агента и кокетливо произнес:

А зачем вам это, дружочек?

И усмехнулся, увидев как перекосило лицо мужчины в кресле. Это всегда срабатывало. «Сейчас начнет собираться», — подумал Джон.

И точно — агент вскочил с кресла и протянул визитку:

— Свяжитесь с о мной как только она даст о себе знать. Это важно.

Да- да, непременно, — подтвердил красотка Джон и невзначай провел пальцами по руке державшей карточку. Чтобы придать ускорение мужику. Тот мгновенно оказался возле входной двери там — незаперто, — крикнул Джон ему вдогонку.

Однако, Бейли замешкался у входа не для того, чтобы открыть замок. Он устанавливал следящее устройство. Это была гибридная экспериментальная разработка, сочетающая в себе и магическую и техногенную составляющие. И позволяла постоянно держать под наблюдением пространство в радиусе 200 метров. А обнаружить ее простому человеку было совершенно нереально. Агент учел свою оплошность после бегства девушки.

— Надеюсь, это сработает, — хлопнул он дверью.

Бейли не спеша вышел из дома и направился в закусочную через дорогу, во-первых, чтобы незаметно наблюдать за домом, а во- вторых, очень хотелось есть.

В то время, как специальный агент Лоран Бейли с отвращением давился пирожком в грязной забегаловке, Маришка оглядывала верхушки деревьев с высоты птичьего полета. Она накручивала четвертый круг на колесе обозрения в центральном парке. Место было уединенное и людное одновременно. К тому же имело отличный угол обзора.

«Здесь ко мне никто незаметно не подберется», — она купила сразу 10 билетов и попросила никого не подсаживать. Ей нужно было подумать.

Заняв место в стеклянной кабинке, она вольготно расположилась, достав коробку с обедом. Так как с детства знала, что на голодный желудок чаще всего приходят мысли плохие и непрактичные.

Картошечка еще не потеряла свои хрустящие свойства и была именно того приятно золотистого цвета, как она любила. Отбивная тоже оказалась выше всяких похвал — сочное и ароматное, нежное мясо еще не успело остыть и просто таяло во рту.

«Когда все закончится, обязательно свожу с Блонду и Джона в эту кафушку», — подумала Маришка сыто облизываясь.

Она чувствовала себя виноватой в исчезновении подруги. Ведь та исчезла именно после того, как девушка порекомендовала ей работу секретаря небезызвестной фирмы. И хоть Блонда поначалу отнекивалась, но Марина знала свою подругу и умела быть настойчивой.

С каким нетерпением она ждала отчета от подруги к концу дня! Но Блонда так и не позвонила. Ей пришлось в одиночку схрумать чипсы и выпить пару банок пива. Утром она предвкушала, как набросится с укорами на вредину, а потом снисходительно даст ей возможность реабилитироваться. И они вместе, с шуточками и подколками обсудят новое место работы подруги. В том, что подружка получит это место, девушка нисколько не сомневалась.

«Да, что ж такое — уж полночь близится, а Германа все нет!», — возмутилась Марина в начале дня. И, презрев всякий такт, стала названивать подруге. Она звонила и звонила. По обоим номерам, на домашний бабушке, потом уже всем знакомым, начиная с общего друга — красотки Джона. Ни один из номеров не отвечал, и никто из знакомых Блонду не видел. Потом правдами и неправдами она достала прямой номер телефона секретаря их фирмы, куда отправила подругу на работу, и позвонила туда.

Голос, который ей ответил мог принадлежать служащей НКВД или Гестапо.

Однако, Марина не растерялась и пошла ва-банк:

Аденаида Истермановна, будьте добры, — тоном не терпящим возражений, обратилась она к секреташе, — попросите к телефону Александра Илларионовича. Кто спрашивает? — ответ скрежетал каленым железом.

Она нажала на кнопку отбоя. «Значит, старая грымза на месте… К Ларионовичу она и раньше только через свой труп пускала. А где моя Блонда?»

Мысль о том, что подруга могла оказаться в беде, впервые пришла к ней в голову, и моментально заставила мобилизоваться.

— Та-а-ак, сперва заедем на квартиру к бабушке, — угрожающим тоном приговаривала девушка, запихивая гаечный ключ в сумку.

Имелась в виду квартира внезапно скончавшейся бабушки Блонды., которую та оставила любимой внучке. Бабушка почила при невыясненных обстоятельствах: была какая-то мутная история, о которой подруга не распространялась. Но Маришка не торопилась пока связывать исчезновение подруги со смертью ее бабули.

Она взлетела на пятый этаж, не дожидаясь лифта и притормозила. Узкая полоска света возле квартиры показывала, что дверь незаперта. Осторожно достав гаечный ключ из сумки, девушка придвинулась к двери. Нервы дрожали как натянутые пружины, только звона не слышалось. Приняв стойку «ниндзя в полете убивает тигра» она легонько потянула за ручку, и тут дверь распахнулась настежь.

Пружины сработали. Полет тигра вообще нельзя было остановить. Поэтому гаечный ключ уверенно встретился с макушкой стоящей в дверях с той стороны тетки. И та даже не успела охнуть, как очутилась на полу. Звук брошенного с высоты мешка картошки сопровождался мелодичным звоном брякнувших ключей.

«Чисто сработано», — подумала блондинка, с несвойственной девушкам ловкостью оттаскивая тело. Она закрыла за собой дверь и наклонилась над женщиной, убирая с ее лица волосы.

«А ведь это — грымза Истермановна». Узнавание пришло не сразу. Слишком не подходила типичная одежда пенсионерки, сидящей у подъездов к той изысканно элегантной женщине, которую знала Маришка. Иссиня черные волосы ее были присыпаны пудрой, создавая эффект седины. А косметика была наложена так, чтобы не скрывать возраст, а наоборот подчеркнуть его. И в результате старушка на полу была похожа скорее на старшую сестру стервозы секретарши, чем на нее саму. Но при ближайшем рассмотрении эта тщательная маскировка становилось очевидна.

«Вот и встретились мы нечаянно», — нервно пропела девушка. Она набрала воды в стакан из крана и плеснула от души в лицо своей жертвы. Похлопала по щекам и приложила два пальца к артерии на шее.

Но, видимо, за свою долгую жизнь Аденаиде Истермановне редко приходилось встречаться с вооруженным нападением, и тем более, с гаечным ключом в качестве орудия. Поэтому в себя она приходила довольно долго. А когда перед ее мутным взором предстало лицо белокурой девушки, снова потеряла сознание.

Да что же это такое, — возмутилась эта девушка, — мне что ей искусственное дыхание рот в рот делать, или скорую помощь вызывать? Подумаешь, шишак на башке — от этого не умирают.

И она встряхнула старушку за плечи. Эта её отчаянная попытка вернуть женщину к жизни успехом не увенчалась. Поэтому девушка достала из сумочки мобильный телефон и вызвала бригаду скорой помощи.

Да, сумасшедшая бабка, забыла ключи и пыталась дверь головой открыть. Валяется теперь без сознания. Да, есть пульс, есть, и дыхание на зеркале есть и страховка есть, все есть, только приезжайте быстрее, — кричала в трубку блондинка. — Вдруг она в себя придет и захочет с балкона сигануть

Аденаида Истермановна, приоткрыла левый глаз и издала еле слышный стон. Как она, с ее опытом и знанием жизни могла принять за Блонду, эту развязную девку! «Ох, теряю хватку — на пенсию пора», — хмыкнула она про себя.

Девушка, скорее всего, решила, что тело Истермановны теперь может спокойно дожидаться специалистов, и занялась своими делами. И носилась по квартире, заглядывая во все уголки.

«Мне бы такую прыть», — завистливо думало тело, пытаясь перевернуться на бок, слушая как неуемная блондинка выдвигает ящики, заглядывает за занавески, под диван и кровать, даже зачем-то включила телевизор. Этим моментом и решила воспользоваться травмированная женщина: дожидаться скорой помощи ей было не с руки, поэтому она улучшила момент и незаметно выскользнула из злополучной квартиры.

Заслышав сигнальные звуки скорой помощи, Маришка выскочила в коридор проведать свою раненую. Но оказалось, что той и след простыл, только связка ключей блеснула под стеллажом с обувью. Девушка автоматически подобрала ключи. И тоже вышла из квартиры. Спустилась как и пришла пешком, кивнула приехавшей бригаде, ожидающей лифта. И отправилась держать военный совет с их третьей подружкой.

— Джон, возьми трубку, ты мне очень нужен. Вопрос жизни и смерти, — кричала она автоответчику.

— Джон, — Марина, поглощенная своими мыслями только заметила вызов на своем мобильном. Это был секретный телефон, и секретный номер, который дал ей Джон после «военного совета».

— Ко мне приходили. — Коротко сообщил он. — Где ты, я сейчас буду.

Дорогие читатели, прекрасные читательницы. Моя глубочайшая признательность всем, кто потратит малую толику своего драгоценного времени и поставит лайк, напишет коммент или примет решение продолжить чтение в дальнейшем.

Я стояла вместе с другими участниками экспедиции на площади перед зданием академии в ожидании того момента, когда перед нами откроется портальная арка и мы все дружно шагнем в мир Демонов и Духов. Удивительно, но в отличии от прыжков по поверхности Эдема, перемещение в другие миры не требовало никаких специальных конструкций, типа тех, что были установлены в Портальной башне Тайной канцелярии или на главной площади Ротсельбурга. Достаточно было произнести заклинания, которым прекрасно владел профессор Адам Смит, как коренной обитатель мира 15/67.

В голове прокручивались события вчерашнего дня. Визит во дворец, церемонию награждения и события предшествующие этому. Утро началось с катастрофы. Я внезапно с ужасом сообразила, что мне банально нечего надеть. В самом деле, не появляться же во дворце в том самом платье, в котором я была на балу. Не говоря о том, что дважды выходить в свет в одном и том же наряде просто неприлично, так еще это платье не возможно было одевать без шляпки, которую я подарила леди Бланке.

А если появиться в студенческой мантии. В конце концов, офицеры же будут в форме, пусть и в парадной. А мантия — это моя форма.

А что, — тут же поддержал меня мой внутренний голос, и при необходимости, если предоставится такая возможность, ты сможешь наступить кому нибудь из принцев ботинком на ногу. Все таки милосерднее, чем коленом про меж ног. Короче, чушь собачья.

Оставался последний вариант, то самое кремовое платье от Изи Рабиновича, которым я шантажировала мастера, обещая подарить его подавальщице в трактире.

В этом варианте меня сдерживала только собственная принципиальность. Нежелание нарушать слово данное Изе. — Я не пойду во дворец на бал в этом платье.

Ну и в чем проблема, — успокоил мою гордыню внутренний голос. Ничем ты свое слово не нарушаешь. Ты же во дворец не на бал отправляешься, а на церемонию награждения. Формалистка чертова, — обругала я свой внутренний голос. Тебе бы только юристом работать.

После этого смирилась с неизбежным и попросила Зазочку немедленно связать меня с лордом Лэстером. Судя по мату, который я услышала, когда шеф Тайной канцелярии появился у меня перед глазами, наверное, все же надо было сначала связаться с сэром Бэримэром.

Впрочем, поскольку мат лился в адрес незнакомых мне связистов и шифровальщиков, которые до сих пор не могут оградить линии связи в резервном командном пункте от несанкционированного доступа, решила, что лорду Лэстеру пора привыкать к своим отцовским обязанностям. Тут же изложила ему просьбы касательно гарнитура из огненных рубинов, по словам Изи Рабиновича великолепно гармонирующего с кремовым платьем.

Конечно, же мне это показалось, когда после моей просьбы, помимо шифровальщиков и связистов, лорд Лэстер начал упоминать и других адресатов в своих высказываниях, что-то там о каких-то совершенно наглых девицах. Но на всякий случай, попросила Зазочку закончить сеанс связи.

Гарнитур буквально через час мне доставил сержант Пэтерс. Он уже был облачен в парадный мундир, так как тоже принимал участие в церемонии награждения, в качестве особо отличившегося офицера. Ему должны были вручить Белого Орла Второй степени. И заметь Блонда, граф Пэтерс в том же мундире, что и на балу. И никаких комплексов при этом не испытывает. Сравнила, — фыркнула я. Он же мужчина. Что с него взять.

Не все мужчины одинаковы, — возразил мне внутренний голос. Например, что тебе сказал вчера сэр Бэримэр?

Напоминаю: с нетерпением ждать его в два часа, готовой к транспортировке, дабы вместе отправится во дворец.

А что предлагает Граф Пэтерс?

Да, — вынужденна была согласится я. — Граф Пэтерс прекрасно понимает запросы девушки.

Граф Пэтерс, отвез меня в салон к баронессе Риола, где я прошла все этапы знакомого ритуала. Расшаркивание с Баронессой, массаж вознесший меня на вершину блаженства, прическа и наконец одевание

Драгоценности были прекрасны.

Платье великолепно на мне сидело.

Я была обворожительна

Слава богу, до последнего момента, ждала какой нибудь пакости от Изи Рабиновича.

Потом марш бросок в сопровождении графа Пэтерса. Сначала в портальную арку в Тайной Канцелярии. Там к нам наконец присоединился сэр Бэримэр. Впервые увидела его в парадном мундире шитом золотом полковника Тайной Канцелярии. Увешанный аксельбантами и всяческими другими незнакомыми мне побрякушками, со шпагой на боку стройный и молодой сэр Бэримэр производил незабываемое впечатление.

Какой мужчина, — томным голосом согласился со мной внутренний голос. Настоящий полковник.

После того, как мне стало известно, что отряд, возглавляемый спецназначенцем насчитывает несколько тысяч человек, отношение моего внутреннего голоса к сэру Бэримэру радикально изменилось.

Хорошо хоть Демон Голубого Хамелеона в академии остался. Иначе бы они тут же устроили дебаты, обсуждая достоинства и недостатки спецназначенца.

У входа во дворец нас уже ожидал вооруженный отряд императорских телохранителей. Они потребовали, чтобы мы остановились. Похоже, такая встреча стала неожиданной не только для меня, но и для моих спутников. Граф Пэтерс ощутимо напрягся. Сэр Бэримар сделал пол шага вперед, словно пытаясь оградить меня от возможного нападения.

Интересно, это почетный караул или расстрельная группа по нашу душу, — поинтересовался у меня внутренний голос.

Впрочем, недоразумение быстро утряслось. Новые правила в охране дворца были введены после покушения на принца. Вот видишь, Блонда, тут же уязвил меня внутренний голос. А ты всегда скептически относилась к тому, что сначала было слово. Яркая демонстрация твоей неправоты. Было покушение, не было покушения, — никого не интересует. Император сказал, что было и вот — дополнительные меры охраны.

Ладно, спишем всю эту чепуху, которую ты только что наплела, на нервы.

А давай на магию и особенности менталитета, — предложил внутренний голос. Как то привычнее на нее все списывать.

А давай, — согласилась я.

Как ни странно сама церемония прошла мимо моего сознания. Меня как будто выключили и я все делала помимо своего сознания. В голове остались разрозненные обрывки несвязанных между собой сцен.

Вот, толпа награждаемых, среди них знакомые лица — лорд Лэстер, сэр Бэримэр, граф Петерс, но это — капля на фоне десятков других, незнакомых.

Вот, ко мне подходит принц Иллиан. У него цветущий вид. Он о чем-то со мной говорит, благодарит, целует руку.

Вот, я стою перед Императором. Реверанс. Подхватить юбку, присесть, немного согнуться, дождаться благосклонного кивка, разогнуться и стремительно удалиться. Стоп. Удаляться пока рано.

Даже лицо Императора припомнить не могу. Единственная характерная особенность, которую не возможно не заметить, это три глубоких параллельных шрама на щеке.

Такие же оставила своими когтями Маришка на физиономии своего очередного неудачливого поклонника, с которым резко решила порвать отношения.

Вот именно эти шрамы на лице у императора и воспоминания о Маришке, позволили мне на время включится. Поблагодарив Императора за награду, я решилась обратится к нему с просьбой. В двух словах рассказала о Маришке и получила благосклонное обещание посодействовать переносу моей подруги на Эдем.

А дальше снова все, как в тумане. Я о чем-то разговариваю с сэром Бэримэром. Интересуюсь, не слышал ли тот о комнате здесь во дворце, заполненной черепками от ваз. Оказывается, это широко известная местная легенда, каким-то образом связанная с тещей императора и, самое главное, со шрамами у него на лице, которые не удается удалить никакими ухищрениями целителей.

Потом, кажется, к нам подошел лорд Лэстер, мы о чем-то болтали, и между делом шеф тайной канцелярии сообщил, что ожерелье огненных рубинов, надетых на мне, ни при каких условиях нельзя надевать дамам у которых течет хоть капля эльфийской крови. Но вот для Рин Корнелли это не страшно, поскольку в роду никогда не было ни одного эльфа. Потом лорд Лэстер неожиданно побледнел и потребовал от графа Пэтерса и сэра Бэримэра немедленно сопроводить меня домой и снять это чертово ожерелье.

А потом я ничего не помню. И вот стою на площади перед зданием Академии в ожидании портала в другой мир.

После вчерашней торжественной церемонии, наполненной красочными картинками и пафосными речами, сегодняшнее мероприятие выглядело откровенно блеклым.

Судя по тому, как были обставлены проводы нашей экспедиции, вряд ли в глазах окружающих это событие можно было причислить к значимым. Все мои однокурсники, за исключением одиннадцати, к этому времени уже покинули территорию Академии и разъехались по домам, в ожидании того момента, когда станет возможна инициация и занятия будут возобновлены. Студенты старших курсов сидели в аудиториях на лекциях.

Провожала нас группа из семи преподавателей, в том числе все кураторы по специальностям, за исключением Сиры Уллисы. Преподаватели столпились на лестнице и оживленно что-то обсуждали между собой в ожидании того момента, когда профессор Адам Смит закончит создание портала. Ну и еще пара любопытствующих бездельников, стоящих у открытых ворот, глазели на нас.

Странно все это, — поделился со мной своим недоумением Демон Голубого Хамелеона. Вообще-то это — первая подобная экспедиция в истории Академии. По большому счету — эпохальное событие. А, учитывая тот факт, что некоторые из ее участников имеют реальный шанс навсегда остаться в мире 15/67 в качестве учебных тренажеров для тренировки Демонов высших кругов, то подобное отношение лично у меня вызывает откровенное опасение.

Блонда, ты заметила, что даже ректор не вышел нас провожать. Не говоря о том, что экспедиция в мир Демонов и Духов в обязательном порядке требует сопровождения профессиональной охраны.

Ты случайно не видишь в наших рядах специально обученных наемников-магов не ниже четвертой категории. И учти, что после перемещения в мир 15/67, обратный прыжок будет невозможен на протяжении десяти дней. Примочки этого мира. Как ты думаешь, многие ли из числа не обученных молодых людей в сопровождении одного единственного демона, пусть и пятого круга, переживут эти десять дней в мире в котором даже мага второй категории могут сожрать в считанные секунды.

Будь я циником, немедленно бы предположил, что нас отправляют на заклание. В качества этакого товара для бартера. Туда двенадцать негритят, вернее двенадцать будущих магов, которые магами так и не станут, в сопровождении профессора Адама Смита. Оттуда сто двадцать не привязанных духов, в рюкзаке профессора Адама Смита. Количества вполне достаточного для продолжения обучения остальных первокурсников, ныне разъехавшихся по домам. Кстати, соотношение один к десяти, это — допустимые значения потерь в подразделениях при проведении войсковых операций в мире Демонов и Духов.

Ты и так циник. Но, надеюсь, что ты ошибаешься. Неужели ты думаешь, что гибель того же Оси, а он как никак не наследный принц чего-то там, может остаться незамеченной и сойдет академии с рук.

Да, запросто. Блонда, ты совершенно правильно заметила, принц чего-то там.

К сожалению, я вот только сейчас удосужился через Зазу запросить информацию по всем твоим спутникам. Профессор Адам Смит в категорической форме потребовал от всех участников экспедиции сдать свои информационные браслеты на хранение. Но мне и в голову не пришла мысль выполнить это указание. Я своего Зазочку никому не отдам. Браслет на моей левой руке отреагировал радостным позвякиванием при упоминании его имени.

Так вот, — продолжил Демон Голубого Хамелеона, — просмотрев эти сведения, я обнаружил удивительный факт. В случае гибели любого из участников экспедиции — и того же Оси, и твоей предполагаемой соперницы в изучении ментала — леди Тина Брэвер, не говоря уж о троице разбойников из Лесного края, никто, представляешь Блонда, никто даже за ухом не почешется.

К сожалению, меня ввела в заблуждение процедура формирования отряда. Вроде бы, всем первокурсникам дали свободу выбора и участие или неучастие в экспедиции выглядело добровольным и индивидуальным решением каждого. Похоже, я что-то не учел. И самое простое объяснение этому неучтенному фактору, обычное ментальное внушение. Думаю, для той же Сиры Уллисы подобное воздействие на неокрепшие и незащищенные умы первокурсников не представляет никакого труда.

Хотя, я могу ошибаться по поводу одной из кандидатур. Все той же леди Тина Брэвер. Возможно, по сценарию предполагается ее возвращение на Эдем вместе с профессором. Все-таки возвращение одного только демона да еще с большим числом непривязанных духов может вызвать подозрения. А так, я уверен, леди Тина Брэвер подтвердит любую версию произошедшего.

Чем больше я думала о том, что сказала Милка, тем меньше мне все это нравилось. Я ведь и сама удивилась тому, что экспедицию не сопровождает вооруженная охрана. И если нас действительно отдают на заклание, тогда все происходящее приобретает смысл. Недаром сэр Бэример говорил мне при нашем знакомстве. Это — жестокий мир.

А почему я попала в этот список, поинтересовалась я у Милки, и тут же сама себе ответила. Понятно, кто же будет переживать в случае моего исчезновения. Лорду Лестэру это только облегчит жизнь. Сэр Бэрримэр, сержант Пэтерс. Ну наверное немного расстроятся, а потом забудут.

А вот тут вы леди совершенно не правы, принялся разубеждать меня Демон Хрустального Хамелеона. Вас, в отличии от других, никто в эту группу включать не собирался. Вы единственная приняли решение об участии в экспедиции добровольно и без принуждения. С вами сыграл злую шутку ваш иммунитет от ментального воздействия, о котором Сира Уллиса тогда просто не подозревала.

Возможно Лорда Лэстера и не очень бы огорчило ваше исчезновение. Не знаю, мне тяжело судить о его мотивах. Но то, что он обязательно проведет самое тщательное расследование, не вызывает у меня ни малейшего сомнения. Репутация обязывает. Нельзя оставлять гибель своей дочери, пусть и формальной, безнаказанным. А уж если в процессе расследования вскроется прямая вина Академии в этом инциденте, то Лорду Итону, как ректору академии, как минимум придется приносить лорду Лэстеру по утрам тапочки, причем в своих зубах. Как вам моя шутка насчет тапочек.

Не к месту и не смешно, — отреагировал мой внутренний голос, который подозрительно молчал все сегодняшнее утро. И вообще, все это — только твои необоснованные предположения. Где факты? Пока в наличии только один. Отсутствие охраны. Но может быть на той стороне мы сразу попадем на территорию военного лагеря, битком набитого магами и вооруженными солдатами.

Ага, как же. Все, с чем мы столкнемся после перемещения — это группа оголодавших демонов неприлично высокого круга, против которых у нас нет никаких шансов. А что касается фактов, так их есть у меня.

Леди Блонда, вспомните как отреагировала Сира Уллиса, после того, как поняла, что на вас не действует ментальная магия, что у вас иммунитет, и что дочь шефа Тайной канцелярии на полном серьезе собирается отправится в обреченную экспедицию.

Бледность, пот на лбу, прерывистое дыхание. Вы, что серьезно думаете, что ее настолько потрясла ваша неземная красота.

Немного придя в себя Сира начала импровизировать. Правда, не очень удачно и убедительно. Отсюда — и таинственная принцесса, потом сестра той самой таинственной принцессы и в заключении — щедрый подарок вам в виде не привязанного Ментального Духа, после которого любой здравомыслящий человек передумал бы отправляться в экспедицию

Бедной эльфийке и в голову не могло прийти, что здравомыслием в вашей голове и не пахнет.

Впрочем в сложившейся ситуации я не вижу лично для вас леди Блонда, ничего опасного. Думаю, после того как Император наградил вас орденом Янтарного Дракона, никто в Академии не допустит вашего участия в экспедиции. Так что запасаемся попкорном и ждем выхода на сцену ректора, с совершенно убедительной причиной, по которой вам нельзя принимать в ней участие.

Готов на это поспорить. И если я не прав, то съем свои носки.

Это будет нечестный спор, — возразила я. — У тебя нет носков.

В это время буквально одновременно произошли два события. Сначала на площади за нашими спинами начал разгораться столб огненно красного света, который изгибаясь принимал очертание арки, стоящей основанием на площади. Наконец трансформация закончилась Огромную арку высотой в два человеческих роста прикрывала голубая полупрозрачная искрящаяся пленка, сквозь которую просматривались контуры другого мира.

— Приготовиться, — зычным голосом скомандовал профессор Адам Смит. — Через минуту начинаем движение.

Пленка, закрывающая арку, на глазах истончалась, делая чужой мир все более доступным взгляду.

Одновременно с этим из двери академии выскочил ректор и остановившись на лестнице рядом с преподавателями громко обратился ко мне. Леди Блонда. Вы немедленно должны явится во дворец. Вас требует император. Идемте со мной.

Ну вот и конница подоспела, — довольным голосом заявил Демон Голубого Хамелеона. — Что я тебе говорил. Блонда, ты проспорила мне желание. А вот повод для того, чтобы тебе не отправляться в экспедицию, лорд Итон мог бы выдумать и поинтереснее. Ну, типа умирает троюродная тетка, готовая оставить тебе офигенное наследство. И требует срочно тебя к своему смертному одру. Впрочем, ректор решил не размениваться и сразу пошел с козырей. Ссылку на Императора трудно перебить.

Мои однокурсники, все одиннадцать, человек прихватив вещи выстроились в ряд друг за другом в ожидании возможности пройти сквозь арку в другой мир.

Как ты думаешь, у них есть шанс, — задала я вопрос Демону Голубого Хамелеона.

Ни малейшего, на этот раз вполне серьезно, — ответил мне Милкин голос

А у меня?

У тебя есть. С тобой я, — как бы то ни было Демон шестого круга, хоть и не боевой специализации. Кроме того, ты прошла инициализацию. И пусть даже слабый, ментальный Дух симбиот сможет тебе здорово помочь. Кроме того, не забывай о Зазе. Я и сам не пойму, чего от него можно ожидать в критической ситуации.

Да, у тебя есть шанс выжить и вернутся на Эдем.

А у них вместе со мной, — задала я свой главный вопрос.

Трудно сказать, — ответил Демон Голубого Хамелеона. Во всяком случае, их смерть уже не будет такой предопределенной.

Тогда я иду вместе с ними, — заявила я, занимая двенадцатое место в очереди.

— Леди Блонда, немедленно подойдите ко мне. — Как то уж больно истерично закричал ректор.

— Иначе,

Впрочем, что произойдет в ином случае мне так и не удалось узнать.

Из дверей академии вылетело что-то белокурое, размахивающее руками и, сметая по дороге и ректора и преподавателей с громким визгом бросилось ко мне.

— И-И-И — визжало непонятное существо. — Блонда.

— И-И-И — завизжала я в ответ, бросаясь навстречу. — Маришка.

Тиская меня как свою любимую плюшевую игрушку, которую пытались у нее отобрать плохие мальчики и которую она с честью отстояла, Маришка тараторила ни на секунду не замолкая.

— Я знала, я знала, что найду тебя. А еще я выдрала все патлы у этой ведьмы, Аденаида Истермановна, когда застукала ее в твоей квартире. А еще я уволилась с прежней работы. Этот начальник отдела, в которого я почти влюбилась, оказался полным придурком. Теперь на моем месте работает Милка Ковальчук. Помнишь такую. Наша одногрупница по универу. А потом я работала у красотки Джо. Он жутко переживал, когда ты пропала.

— А зачем ты покрасилась в темный цвет, блондинкой тебе было лучше.

Перескакивая с темы на тему, Маришка, мертвой хваткой держала меня в объятиях.

Упс, — среагировал Демон Голубого Хамелеона на последнюю фразу моей подруги. Хьюстон, у нас проблемы. Блонда, немедленно поинтересуйтесь у своей подруги, как она вас узнала. На вас же иллюзия.

Как ни странно ничего спрашивать мне не пришлось. Маришка сама ответила, как будто услышала вопрос, прозвучавший в моей голове.

— Блонда. Ты что спятила? Ну как я могла тебя не узнать. Причем здесь какие- то иллюзии? И кто такой Хьюстон?

В это время портал в другой мир полностью открылся. Мои спутники один за другим покидали Эдем. Надо было и мне что то предпринимать.

Маришка, прервала я свою тараторящую подругу. Мне надо сейчас уходить. Я должна попасть в другой мир. Дождись меня здесь. Сэр Бэример тебе поможет. Он обещал.

Что значит другой мир, и что значит дождись здесь, — возмутилась моя подруга. — Ты думаешь, что я позволю тебе куда-то отправиться без меня. Это сюда что ли нам надо, — указала она на портал. — Ну так пошли, чего стоим.

— Маришка, ты не понимаешь, о чем говоришь, это очень опасно. Кроме того, у тебя даже одежды подходящей нет.

Да фигня все это. Не боись Блонда, прорвемся. Похожу в твоей, — успокоила меня подруга. Или заберу вон у того красавчика, — указала она на рукой на принца Осю. — Думаю, его размер мне подойдет.

Принц находясь рядом с нами невольно это услышал, обернулся в нашу сторону и испуганно попятился, пересекая створ портала спиной вперед.

— Пошли быстрее, — потянула меня за руку к портальной арке Мариша. — Ты знаешь, продолжила она делится со мной новостями. Здесь на Эдеме за мной какая то сумасшедшая блондинка охотится. Я от нее едва убежала. Все время кричала: «Принцесса, я нашла вас, принцесса вернитесь!»

Именно эти слова: «принцесса, не уходите», из уст Сиры Уллисы, выскочившей из дверей академии мы и услышали, пересекая вдвоем с Маришей створ портальной арки в мир Демонов и Духов.

Коней первой книги.

Ну вот. Книга закончена. А кто слушал — молодец. Жду лайки и комменты а также пожелания со стороны читателей о публикации продолжения. Идя навстречу этим пожеланиям немедленно начинаю выкладывать продолжение. Читайте в ближайшее время «Блонда и Мир Демонов.»