Аллиссу растили как принцессу. Савенека обучали как шпиона. Аллисса росла в заботе родителей, а приемный отец Савенека часто проявлял любовь через обучение и дисциплину. Аллисса умерла рано, и королевство оплакивало ее. Савенек должен занять ее место, но ему сложно завоевать сердца народа и родителей, которые не знают его.
Когда Савенек привыкает к жизни при дворе, появляется Аллисса к их семнадцатилетию и празднику в эту честь. Все в жизни Савенека будто снова стало рушиться. Аллисса смогла предотвратить войну с Рассеком и получить важный альянс, но Савенек знает, что есть опасность куда серьезнее
Империон на грани войны, но между братом и сестрой — своя борьба. Если Аллисса и Савенек хотят спасти свое королевство от разрушения, им нужно научиться работать вместе, доверять друг другу. Когда сталкиваются долг, верность и семья, как поступят два наследника?
Дженнифер Энн Дэвис
Клятва разрушения
(Царство тайн — 5)
Перевод: Kuromiya Ren
ГЛАВА 1
Савенек ничего не говорил Реме или Дармику, пока они шли к замку в Городе императора. Он хотел побыть в одиночестве, обдумать все, что они ему рассказали. Но важным было время. Аллисса, его сестра, была мертва. Теперь Савенек был кронпринцем.
Он был принцем. Это казалось нереальным. Он провел руками по спутанным волосам. Натенек не был его отцом. Натенек — единственный, кому Савенек доверял, кого любил больше всех — врал ему всю жизнь. Савенек не знал даже, что хотел сейчас сказать Натенеку. Наверное, он начал бы с простого вопроса: «Почему?». Рема — его мать — объяснила свой поступок. Он не все понял, и он не был рад ее обману, но она хотя бы объяснилась.
Савенек взглянул на луну. Уже было за полночь. Холодный воздух дул с моря, окутывая Город императора туманом.
У ворот замка солдат впустил их. До этого они шли среди песка, и зелени поблизости не было видно, а на землях замка все было иначе. Они пошли не по главной дороге, как думал Савенек, а свернули влево. Больше сотни лет этот величавый замок стоял посреди города в пустыне. Короткая зеленая трава обрамляла путь, идеально подстриженная живая изгородь росла рядом с ней. Вдали он видел сад роз.
После пятидесяти футов два стража, идущие с ними, остановились и огляделись. Один опустился на колено на землю и открыл часть травы, оказавшуюся деревянной дверью. Она сливалась так хорошо, что даже Савенек ее не заметил. Он старался не выдавать потрясение.
Дармик сжал руку Ремы, помог ей спуститься под землю. Он махнул Савенеку идти за ними, пока озирался.
Савенек заглянул в квадратную дыру, смог увидеть узкую лестницу, ведущую вниз. Он уже решил пойти с
Савенек быстро спустился по лестнице. Внизу Рема взяла его за руку. Он вздрогнул. Он ее едва знал, мать бросила его ради своего королевства. Он не знал, восхищался ли ее верностью королевству, или ненавидел ее приоритеты.
— Сюда, — шепнула она, все еще сжимая его руку, отказываясь отпускать. Они отошли на пару футов от лестницы, освобождая место для Дармика.
Он спустился, и дверь над ними закрылась. Стражи к ним не присоединились.
— Постойте, — тихо сказал Дармик. Послышался шорох, и загорелся факел. Дармик поднял факел перед собой, и стало видно квадратный туннель. — За мной.
Они пошли по туннелю, никто ничего не говорил. Стены казались высеченными руками в земле. Через каждые десять футов были деревянные балки, покрывающие стены и потолок в форме П. Это явно были укрепления. Савенек подсчитал, что они были в двадцати футах под землей. Через милю они добрались до другой лестницы. Рема отпустила руку Савенека и поспешила подняться. Наверху она стукнула дважды в потолок, и открылась деревянная дверь.
Савенек поднялся за ней, попал в комнатку, где стояли шестеро стражей. Дармик прошел за ними, и стражи выпрямились сильнее. Его присутствие наполнило комнатку, и не по себе стало даже Савенеку.
— Я хочу, чтобы ты, — Дармик указал на стража у двери, — сопроводил моего сына в королевские покои. И ты будешь оставаться с ним до дальнейших распоряжений.
Глаза у всех расширились от удивления. Савенек глубоко вдохнул и обошел Дармика, желая попасть в свою комнату и побыть одному хоть пару минут. Ему нужно было во всем разобраться. Сейчас, при императрице и императоре, он ощущал себя подавленным, не мог толком думать. Он хотел, чтобы Натенек был с ним.
— Простите, Ваше величество, — сказал один из стражей. — Вы сказали, ваш сын?
— Да, — ответила Рема, ее голос был четким и ясным в комнатке. — Это наш сын, Савенек, брат Аллиссы. Его скрывали шестнадцать лет.
Стражи опустились на колени, преклонили головы. Это потрясло Савенека. Он почесал за ухом, ему было не по себе от внимания. Он ведь еще не был принцем в полной мере? Церемонии ведь не было? Может, императрица и император провели ее, когда он был малышом. Он пожал плечами. Он должен был сказать им встать? Расслабиться?
— Вы сможете поклясться в верности принцу Савенеку завтра, — сказал Дармик.
Мужчины встали.
Теперь Савенек был принцем, но не ощущал себя таким. Он и не выглядел как принц.
— Сюда, ваше высочество, — сказал страж, открывая для него дверь.
Рема нежно коснулась плеча Савенека.
Все те разы, когда он хотел маму, скучал по маме, ее не было рядом. Гнев и печаль с силой охватили его. Он не стал говорить то, о чем пожалел бы, а проигнорировал ее и вышел за стражем из комнаты.
Когда Савенек догнал его, страж шагнул вперед. Савенек пытался поравняться с шагами стража, но тот ускорился. Савенек хотел поймать его и прижать к стене, чтобы выяснить, в чем дело, но страж резко остановился.
— Ваше высочество, — сказал он. — Мне нельзя идти рядом с вами.
— Почему? — это так он намекал, что от Савенека воняло? Он был в пути днями, знал, что ему нужно помыться. Он склонил голову и понюхал себя. Да, запах пота был сильным.
— Обычно я иду в паре шагов позади королевской семьи. Но раз вы не знаете путь, мне позволено идти впереди вас. Но не рядом.
Савенек не ощущал обмана в голосе или словах стража. Он говорил правду. Он утомленно потер рукой лицо и кивнул.
Страж зашагал дальше. Савенек следовал за ним на расстоянии.
— Тебе можно говорить со мной? — спросил Савенек.
— Мне позволено отвечать на ваши вопросы.
Отлично.
— Как тебя зовут?
Страж оглянулся поверх плеча.
— Бренек, ваше высочество.
Савенек посмотрел на длинный меч Бренека. Оружие выглядело качественно. Страж должен был неплохо сражаться, чтобы служить королевской семье.
— Тебе нравится работа? — Бренек видел сражения? Ему было лет двадцать три на вид.
— Да, ваше высочество.
Савенеку хотелось, чтобы он перестал звать его «ваше высочество». Это сбивало.
Они завернули за угол. Большие подсвечники горели на стенах, озаряя коридор мягким сиянием. Савенек смотрел на картины между подсвечниками. Каждая была в резной золотой раме, и там были портреты тех, кого он не знал или не узнавал.
Шаги Савенека отдавались эхом от мраморного пола. Он постарался ступать как можно легче. Бренек оглянулся и улыбнулся.
Когда они пришли к широкой лестнице, Бренек взял канделябр со столика и поднялся.
— Почему тут везде ключи? — спросил Савенек, поднимаясь по лестнице. Он видел вырезанные ключи на дверях, ручках, даже нарисованными на некоторых картинах.
Страж пожал плечами.
— Это как-то связано с королевской семьей. Императрица сможет ответить на вопросы о замке и его истории.
Они поднялись на площадку и зашагали по второму пролету.
— Ты обычно остаешься тут? Или путешествуешь с королевской семьей?
— Я иду туда, куда говорит отправляться Его величество.
На вершине лестницы Бренек повел его по коридору с ковром, тусклые свечи едва освещали пространство. Тут было много теней, где можно было спрятаться. Они добрались до двойных дверей, по бокам стояли солдаты.
— Это его высочество, принц Савенек, — сообщил Бренек солдатам. — Он будет оставаться в королевских покоях с императрицей и императором.
Солдаты не дрогнули, смотрели вперед, как статуи. Если информация их удивила, они не подали виду. Бренек открыл дверь.
Савенек прошел в гостиную. Четыре дивана, низкий столик из золота и несколько мягких кресел стояли на пушистом ковре. Длинные шторы висели по краям окон. Несколько ваз с цветами украшали столики у стен.
Бренек пошел к углу, где находилась арка. Савенек прошел за ним и попал в темный коридор.
У третьей двери справа страж остановился.
— Можете спать тут, — он встал в комнате у двери, словно собирался простоять там всю ночь.
Савенек прошел внутрь, почесывая голову.
— Ладно, спасибо, — он прошел к кровати и плюхнулся на нее. Матрас был таким мягким, что он почти таял. Савенек оглядел комнату. Высокий шкаф стоял в углу, комод — напротив кровати, на другой стороне был камин, а в конце кровати — широкое кресло. Шесть окон выстроились на стене за его кроватью, и шторы были раздвинуты, лунный свет заливал комнату.
Бренек все еще стоял у двери.
— Эм, можешь идти, — Савенек не знал, как правильно отпустить кого-нибудь.
— Меня назначили вашим стражем. Я не могу упускать вас из виду.
Савенек фыркнул. Он не был принцем-неженкой, который нуждался в защите.
— Я всю жизнь тренировался с Братством Короны, — он смог бы сбить Бренека на пол за тридцать секунд.
— У меня приказ, — Бренек остался стоять там, расставив ноги на ширине плеч, опустив спокойно руки по бокам, словно мог так простоять несколько часов.
— Ты можешь хотя бы стоять за дверью? — было не по себе из-за Бренека тут. Савенек не хотел, чтобы кто-то смотрел, как он спал. И, если честно, это оскорбляло. Он не нуждался в сиделке.
— Это нужно обсудить с императором.
Не желая спорить, Савенек разулся и взбил подушку. Матрас был слишком мягким, а одеяла — излишне роскошными. Он не стал раздеваться, вытянулся поверх одеял, не желая привыкать к этой комнате. Он отчасти надеялся, что проснется дома, в своей кровати, а это все окажется кошмарным сном.
* * *
Савенек вскочил. Что-то разбилось в другой комнате. А потом кто-то закричал от гнева и горя. Он протер глаза, пытаясь понять, где находился.
Бренек все еще стоял у двери, не реагировал на шум. Савенек выбрался из кровати и зевнул. Снаружи все еще было темно. Он постоял минуту, слушал, как спорили два голоса — мужской и женский. Слова разобрать не удавалось, и он прошел к двери и приоткрыл ее на дюйм. Бренек ничего не сказал.
— Я понимаю, что ты расстроен, — гнусаво сказала Рема. — Как и я. Но это не означает, что ты должен сам идти в Рассек убивать Дрентона.
— Он этого не ожидает, — ответил Дармик. — Я смогу пробраться, перерезать ему горло и выбраться раньше, чем кто-нибудь поймет, что случилось.
Казалось, они были в гостиной в конце коридора, в котором стоял Савенек.
— Я не сомневаюсь, что ты сможешь, — сказала Рема, голос дрожал, словно она плакала, — но мы не можем рисковать.
— Тогда я поведу всю армию в Рассек, — ответил Дармик с яростью в каждом отчеканенном слове. — Мы уничтожим все на своем пути.
Савенек поежился. Он не сомневался, что Дармик так поступит.
— Я поговорю с императором и императрицей, — прошептал он. — Оставайся тут.
Бренек кивнул.
Савенек вышел из комнаты, закрыл за собой дверь. Теперь он прогнал стража, и ему нужно было найти путь из королевских покоев. Он хотел побыть в одиночестве. Он не мог сейчас идти к Реме и Дармику, и он не хотел застрять в своей комнате с кем-то, следящим за каждым его движением.
Савенек пошел прочь от гостиной, прокрался по коридору в смежную спальню. Он открыл дверь и проник внутрь. Он подошел к окну и понял, что находился на третьем этаже. Он собирался открыть окно…
— Что ты делаешь? — осведомился Дармик.
Савенек выругался. Его никогда еще так не заставали врасплох. Как он мог не услышать приближение Дармика?
— Думал, что сможешь выбраться из окна? — спросил Дармик. — Уйти бродить по замку незаметно?
Это Савенек и задумывал.
— Мне нужно побыть одному.
Дармик прошел в комнату, закрыл за собой дверь.
— Мне не нравится, когда кто-то смотрит на меня, пока я пытаюсь уснуть, — добавил Савенек. Он всю жизнь учился скрываться в тенях и оставаться незаметным.
Дармик вздохнул.
— Только не снова.
— Что?
— Твоя сестра все время спорила со мной из-за этого, — он скрестил руки на груди. — И я договорюсь с тобой, как с ней. У твоей комнаты все время будут стоять два стража, но ты не будешь вылезать в окно. Никогда. Понятно?
Савенек склонил голову. Дармик пытался указывать ему? Это ему не нравилось. Его биологического отца не было рядом всю его жизнь. Дармик не мог просто появиться, когда ему понадобился Савенек, и ждать, что тот начнет его слушаться.
Он не ответил, а сменил тему.
— Как вы узнали, что я был тут? — комната была похожей на ту, что дали Савенеку. Она была большой, но недостаточно роскошной для императрицы и императора. Если это не была комната Дармика, то Бренек выдал Савенека?
— Интуиция. Так сделала бы твоя сестра.
Снова напоминание о сестре, которую Савенек не знал. Его всю жизнь будут с ней сравнивать? Он постоянно будет в ее тени?
— Учитывая все, что я узнал за ночь, я прошу просто побыть немного одному, чтобы осознать новую реальность, — без взглядов на нем. Он не так много просил.
Дармик оглянулся на закрытую дверь. Он понизил голос и сказал:
— Обещай, что не покинешь земли замка. Я уверен, что у Рассека шпионы по всему городу. Там для тебя опасно, каким бы талантливым ты ни был. Теперь ты принц, и тебе нужно понимать, что твоя безопасность в приоритете. Империону нужен наследник.
Что Дармик пытался сказать?
— Я могу покидать королевские покои?
— Если уйдешь сквозь двери, будешь со стражем.
Значит, был другой выход.
— Коридоры слуг?
— Нет. Слишком очевидно. Уверен, ты найдешь способ лучше. Твоей сестре нравился тот метод, — он указал на угол комнаты. — Если кто-нибудь тебя поймает, я ничего не знаю.
— Моя… сестра убегала?
Дармик улыбнулся, его лицо смягчилось.
— Все время. Она убегала в Лейксайде.
— Не хотела жить в замке?
— Она любила Империон и хотела помочь. Она искала преступников, арестовывала их и садила в тюрьму.
Его сестра так делала? Боль расцвела в груди Савенека. Он никогда не узнает Аллиссу. Все годы он ощущал, что чего-то не хватает, и когда понял, чего, не мог ее встретить.
— Мне нужно вернуться к твоей матери. Она… как понимаешь, у нее тяжелое время. Увидимся на рассвете для пробежки, — он вышел из комнаты.
Савенек моргнул. Он говорил только что не только с настоящим отцом, но и с императором Империона и командующим армией Империона. Дармик точно был самым властным и важным человеком на континенте, не только в Империоне. Савенек все еще был в шоке от их родства.
Качая головой с потрясением, он прошел в угол, куда указал Дармик. Там была квадратная деревянная дверь в два фута шириной. Он открыл ее. Видимо, это был люк для белья. Он с подозрением посмотрел на проем, уверенный, что не поместится в нем. Он ощупал стены, понял, что сама шахта была шире люка. Попробовать стоило. Если он застрянет, тогда и будет думать, что делать.
Он втиснулся в проем. Ноги нашли опору на стенах, и он пролез в люк с головой. Было чуть тесновато, его плечи задевали стороны. Глубоко вдохнув, он заставлял себя сохранять спокойствие, пока опускался. Если повезет, проем не сузится. Процесс был медленным, но он ощутил левым плечом другую дверь. Он толкнул ее, заглянул в комнату. Там был большой стол и стены с книгами. Он проник в кабинет.
Он не знал, зачем люк для белья был в кабинете. Если только раньше тут не была спальня. Он прошел глубже в комнату и уловил движение в одном из углов. Он застыл и понял, что при нем не было оружия. Он в оружии и не нуждался. Но было бы неплохо иметь при себе нож.
Высокий мужчина появился из теней. Его туника натянулась на плечах, светло-каштановые волосы были коротко обрезаны, и на поясе мужчины был меч.
— Я все думал, как скоро ты появишься.
Черт. Это был Неко. Отец Ари и правая рука Дармика.
Неко отодвинул стул от стола и похлопал по нему.
— Присаживайся.
Савенек сглотнул. Казалось, он прошел на допрос. Не зная, как обращаться к известному мужчине, Савенек решил не говорить и делать то, что попросит Неко.
Когда он сел, Неко сжал спинку стула и склонился к Савенеку.
— Технически ты еще не принц, так что я могу обращаться к тебе без титулов.
Савенека учили искусству допроса, и он знал, что нужно молчать. Но его желание убедиться, что Ари в порядке, затмило здравый смысл.
— Как Майра? — он не видел ее с их побега из Апетаги. Тогда он не знал, что она была Майрой, дочерью Неко. Тогда он думал, что она была слишком далеко от его положения в обществе.
Неко прищурился. Он отпустил стул, медленно прошел к другому боку Савенека. Он прислонился к столу и смотрел на него.
— Сегодня я буду задавать вопросы.
Годы тренировок с Братством и жизни с Натенеком научили Савенека держать рот на замке. И он уважал Неко. И Неко был отцом Ари. Он терпеливо ждал слов мужчины.
— Моя дочь рассказала, как ты верен короне.
Савенек кивнул. Он верил, что не было ничего важнее защиты королевской семьи и Империона. Странно было думать, что теперь он был частью королевской семьи.
— Я тут, чтобы убедиться, что ты так верен, как она говорит, — Неко провел большой ладонью по плечу Савенека, чуть сжал его.
Савенек заставил себя не вздрогнуть.
— Скажи, кому ты верен?
Как это понимать? Неко сомневался в верности Савенека королевству? Королевской семье? Ари? Савенеку хотелось отодвинуться от Неко, но он сдержался. Пот выступил у него на лбу. Проклятье. Он никогда так не нервничал даже на тренировках.
— Отвечай, — Неко отпустил плечо Савенека и сцепил ладони на коленях.
Жест не обманул Савенека. Неко пытался запугать его. Было бы не так плохо, если бы он не был отцом Ари. Он не просто так поступал так этой ночью, перед тем, как Савенек будет коронован и станет выше него по рангу. Он это уважал.
— Я верен истинной наследнице, императрице Реме.
— А королевской семье?
— После нее.
— Почему?
— Потому что она — корона, — он был рад, что Натенек вбил в него историю Империона.
Неко встал и прошел к другой стороне стола, уперся руками в поверхность, чтобы оказаться перед Савенеком.
— И скажи, раз ты — часть королевской семьи, твоя верность изменится?
Савенек не понимал, куда Неко клонил, так что решил быть честным.
— Я не буду притворяться, что не расстроен. Мне врали всю жизнь. Рема и Дармик просто пришли и сказали, что я — принц, что у меня есть сестра, которую убили, и что они увели меня сюда раньше, чем я смог обо всем поговорить с Натенеком, — он провел рукой по волосам. — Меня всю жизнь учили защищать Империон. Надеюсь, мои навыки все еще пригодятся, — и что ему не придется теперь развлекать придворных, став принцем.
Казалось, его сбили с ног в поединке. Как кронпринц Империона, он станет императором, когда ему исполнится тридцать.
— Понимаю, ты такого не ожидал. Я тоже. Но мне нужно убедиться, что ты согласен, что ты хочешь быть частью этой семьи, и что ты выполнишь свой долг.
Семья. Теперь у Савенека были родители.
— Я все сделаю.
Неко прислонился к столу.
— Даже если тебе придется жениться на принцессе из другого королевства?
Савенек сглотнул. Он не подумал о таком. Но Неко ждал ответа.
— Да, — хоть он не был уверен, что говорил честно. Но об этом он будет переживать позже. Проклятье. Его тело пылало жаром, пот стекал по щекам.
Кивнув, Неко выпрямился.
— Рема и Дармик только что потеряли дочь. Ты — все, что у них есть. Мне нужно, чтобы ты был сильным ради них. Иначе Империон не выживет.
— Понимаю.
Неко отпер дверь.
— Я отведу тебя в твою спальню.
Савенек не хотел возвращаться в ту клетку, но не посмел спорить с Неко.
В коридоре Бренек стоял рядом с другим стражем, которого Савенек не узнал. Мужчины пошли за Неко и Савенеком без слов.
— Ты к этому привыкнешь, — тихо сказал Неко.
Савенек бросил на него взгляд.
— К чему привыкну?
— Постоянно быть со стражей.
— Учитывая мое воспитание, я думал, у меня будет больше свободы.
Неко рассмеялся.
— Я много раз говорил об этом с Аллиссой. Она ненавидела сопровождение. Но она понимала необходимость. И мой сын… был… главой ее стражи.
Савенек вспомнил что-то такое из слов Натенека.
Они поднялись по узкой лестнице и вышли возле королевских покоев.
Неко остановился у закрытых дверей.
— Увидимся завтра после твоей пробежки с отцом, — он повернулся и ушел.
Савенек прошел внутрь, радуясь, что Дармика с Ремой в гостиной уже не было. Он прошел по коридору. Когда он добрался до двери, два стража встали по сторонам от нее.
Савенек вошел и растянулся на кровати, думая обо всем, что произошло ночью. Рема сказала ему, что шестнадцать лет назад кто-то пытался убить его и его сестру Аллиссу, и она разделила их, чтобы сохранить королевский род. Она сказала королевству, что Савенек умер, а сама тайно вынесла его из замка. Ее хороший друг, Натенек, потерял жену и ребенка при родах, и получилось идеальное прикрытие. Натенек вырастил Савенека как сына. Обходился с ним как с сыном. Любил его как сына. И Натенек ни разу не обмолвился словом об истинной сущности Савенека.
Но теперь, когда король Рассека Дрентон убил Аллиссу, Савенека ждали на ее месте, и он должен был стать кронпринцем Империона. Он не знал еще несколько часов назад, что его мог ждать такой долг.
Савенек сел на кровати. Он не должен быть тут. Он мог уйти к своей старой жизни. Быть убийцей. Жить с Натенеком. Этого ведь он хотел? Потирая глаза, он пытался рассуждать здраво. Его самой важной целью была защита Империона. И сейчас помочь королевству он мог, играя роль принца. И, хоть ему было больно признавать это, ему нравилась возможность получить маму. Он хотел узнать Рему лучше, понять ее решение. Она поставила Империон выше всего? Выше себя и своей семьи? Это означало быть правителем великого королевства?
Он плюхнулся на кровать. Теперь он посмотрит, что предлагала эта жизнь. И он не переставал думать, что, возможно, он стал достойным Ари.
ГЛАВА 2
Савенек вышел из спальни. Два новых стража стояли по бокам от двери. Стараясь не переживать из-за них, он направился в гостиную.
Он нашел Рему спящей на диване. Он замер, не желая ее будить. Ее лицо опухло, словно она плакала всю ночь. Может, так и было. Когда он смотрел на нее, он не считал ее императрицей или матерью. Она была просто женщиной, потерявшей дочь.
Шорох раздался за ним. Савенек обернулся и увидел, как Дармик выходит из спальни дальше по коридору. Дармик присоединился к нему, и они тихо покинули королевские покои. Они спустились по лестнице, шесть стражей следовали за ними.
— Ты привыкнешь, — сказал Дармик.
Савенек не знал, хотел ли он привыкать к тому, что за ним всегда следуют люди.
В свете раннего утра Савенек смог лучше разглядеть замок. Подробные картины покрывали потолок, двери, казалось, были из чистого золота. И всюду были вазы с цветами. Замок ощущался… роскошно и холодно.
На первом этаже Дармик сказал:
— Мы предпочитаем жить в замке в Лейксайде. Тут мы, потому что это место дальше от Рассека, и этот замок защищен лучше всего.
Они вышли из замка, попали в ухоженный сад, полный роз и подстриженной изгороди. Там стояла группа из двух десятков солдат, и они тут же выпрямились.
— Вольно, — сказал Дармик своим людям. — Мы пробежим пять миль к дюнам и обратно, — он опустил ладонь на плечо Савенека. — Это мой сын Савенек. Сегодня он будет коронован.
Савенек не знал, должен ли что-то говорить.
Один из солдат кашлянул.
— Командир, — сказал он, — позвольте говорить от лица отряда.
Дармик кивнул.
— Мы сожалеем о вашей потере, — сказал солдат. — Принцессы будет не хватать.
Отряд солдат в унисон опустил головы. Каждый прижал кулак к сердцу — знак уважения и клятвы. Савенеку казалось, что они без слов обещали отомстить за смерть Аллиссы.
Дармик глубоко вдохнул и медленно выдохнул.
— Спасибо.
— Если пойдем воевать с Рассеком, — сказал солдат, — мы готовы воевать на вашей стороне.
Дармик кивнул.
— После коронации моего сына я продумаю план атаки, — он сжал кулаки. — Дрентон заплатит за убийство моей дочери.
— Когда пройдут похороны? — спросил солдат.
— Немедленно. Я не могу уйти, пока сын не будет коронован, а дочь — похоронена. И я хочу отомстить.
Савенек не знал, нашли ли тело Аллиссы. Но о таком лучше не думать.
— Вперед, — Дармик побежал.
Савенек побежал рядом с ним, они направились на север. Солдаты следовали за ними, бежали двумя прямыми линиями.
Савенек бежал, думая, что сказать Дармику. Савенек не думал о Дармике как об отце. Но пока они бежали бок о бок, Савенек невольно отмечал физическое сходство. Дармик был выше Савенека, но у них было схожее телосложение и черты лица.
— Это мы с Аллиссой делали вместе, — пробормотал Дармик. — Ей нравилось бегать по лесу за замком дома со мной.
— Потому вы еще тут? В Лейксайде слишком много воспоминаний?
Дармик покачал головой.
— Я хочу вернуть Рему в Лейксайд как можно скорее. Там ей нравится куда больше. Тут ей тяжело. Когда мы вернемся домой, я не знаю, как она сдержится, разбирая вещи Аллиссы, — он сдавленно вдохнул и замолчал.
— Мне жаль, — сказал Савенек, потому что не знал, что еще сказать тому, кто только потерял ребенка.
— Не нужно извиняться, — сказал Дармик. — Тебе нужно быть рядом для своей мамы.
— Это я могу, — Савенек так думал.
— И мне нужно, чтобы ты помог мне отомстить.
Савенек чуть не споткнулся. Он будет в планах по вторжению в Рассек?
— Я сделаю то, что нужно, — ответил он. Натенек укрывал его от всего опасного, и он думал, что его не пустят биться в Рассек. Может, у принца были свои преимущества.
— Я надеялся, что ты так скажешь, — они выбежали за врата и побежали на север, направляясь к городу. Солнце поднималось из-за горной гряды вдали, делая воздух жарким и сухим.
— Я тренировался с Братством, — сказал Савенек. Он не знал, сколько Дармик знал о его воспитании.
— Знаю. И я буду на тебя рассчитывать. Но мы обсудим детали позже. С Неко.
Савенек не знал, сколько времени будет проводить с Неко, став принцем. И он пытался понять, нравилось ли ему быть в его обществе, или его пугала одна мысль.
— Если со мной что-то случится, — сказал Дармик, — ты займешь мое место командира армии. Тебе понадобится Неко рядом, чтобы ты быстро разобрался в работе и сложностях.
Савенек знал много, Натенек следил, чтобы его ученики знали о политике.
— Мне нужно многое тебе рассказать, — сказал Дармик, будто себе. — Я все еще не знаю, правильно ли мы с мамой поступили, отдав тебя.
Савенека удивила смена темы. Он хотел спросить об этом, но боялся.
— Когда Рема решила, что нам нужно сохранить род и отдала тебя Натенеку, она была сама не своя. Только месяцы спустя она хоть немного оправилась. Но не проходило и дня, чтобы она не думала о тебе. Каждую ночь перед сном мы представляли, где ты, и что ты делаешь.
Они обогнули заброшенное здание и направились на юг, к замку.
Дармик сказал:
— Я говорю это тебе, потому что уйду уже сегодня. Я переживаю из-за твоей матери. Я не знаю, что с ней сделает смерть Аллиссы. Обычно она — источник силы. Она принимает решения, всегда знает цель. Теперь я не уверен, — он смотрел на тропу перед ними. — Мне нужно, чтобы ты помог заполнить пустоту после Аллиссы. Будь с Ремой, пока меня нет.
Неко говорил почти это же прошлой ночью.
— Ты хочешь оставить меня нянчиться с Ремой, пока ты бьешься с Рассеком? — надежда Савенека угасла. Он не знал, почему думал, что все изменится. Его все время будут защищать. Потому что он был принцем.
Дармик оглянулся на солдат.
— Мы обсудим, что ты будешь делать, позже. Есть планы, — его голос был низким и решительным.
— Ты не запрешь меня в замке? Не будешь следить за моей безопасностью?
Они бежали в тишине пару минут. Может, Савенек не должен был так говорить. Наверное, это было слишком резко.
— Я ограничивал действия Аллиссы, чтобы уберечь ее, — ответил Дармик. — И она мертва.
Страх пробежал по Савенеку. Он не мог понять, что за эмоция была в основе, но она там была.
— С другой стороны, Рема всегда стремилась к опасности и преуспевала. Мне придется поверить сильнее в тебя, чем в твою сестру, особенно учитывая твое воспитание. Для мира ты будешь казаться заботливым сыном и принцем. Ты будешь беспечным, веселым, не угрожающим. Но ты будешь кинжалом, которого никто не видит. Ты будешь моей стрелой. Мы заставим всех заплатить за то, что они сделали с Аллиссой, — Дармик поднял решительный взгляд на Савенека. — Это… если ты согласен.
Сердце Савенека колотилось.
— Так я не застряну на троне, изображая милашку?
Дармик улыбнулся.
— Это снаружи. Но я собираюсь поместить тебя в гущу событий. Мы — семья. И я никому не доверяю больше — и не могу вовлечь кого-то сильнее — чем тебе.
Савенек не сдержал улыбки. Он будет частью чего-то. Он будет биться за Империон.
— Тогда я согласен. Я буду тем оружием, которое необходимо.
* * *
Савенек стоял у закрытых дверей, гадал, что его ждало. Мантия была такой тяжелой, что давила на его шею, почти удушая его. Он потянул, но не помогло.
Одежда его беспокоила. Швея ждала его, когда он вернулся с пробежки. Она напала на него, измеряла и резала ткань, чтобы его наряд был готов к церемонии.
Двери открылись, зазвучали фанфары. Вот и все. Савенек пошел вперед, тяжелый плащ тянулся за ним, пока он шагал по центральному ряду.
Там было много людей. Он не ожидал, что соберется так много в короткий срок. Все стояли и смотрели на него, пока он проходил мимо. Он старался не разглядывать людей. Многие были в военной форме. Они, наверное, были близко, потому попали на церемонию.
Когда Савенек добрался до возвышения, он опустился на колено, Рема и Дармик стояли бок о бок, оба были в похожих мантиях. И на них были золотые короны с рубинами.
Пожилой джентльмен шагнул вперед, встал перед Савенеком. Он начал речь о традициях и жертве. Он говорил, каким великим был Империон.
Савенек понял, стоя на колене, что не сможет дать клятву и вступить в Братство. Его всю жизнь учили для этого, но теперь все изменилось.
Пот стекал по его шее. Мужчина все говорил о долге и жертве. Наконец, он поднял золотую корону с рубинами и опустил на голову Савенека. Она была тяжелой. Он надеялся, что ее не придется носить часто.
Рема поманила Савенека встать. Он послушался.
— Повторяйте за мной, — сказал мужчина. — Я, Савенек, торжественно клянусь сохранять законы и ценности нашего великого королевства Империон.
Савенек повторил слова, не думая о том, что говорил. Осознание, что его короновали —
Рема пошла вперед.
— Я представляю вам кронпринца Савенека из Империона, моего сына.
Савенек повернулся к толпе. Все опустились на колено и преклонили головы.
— Встаньте, — приказала Рема.
Они встали в унисон, улыбаясь и хлопая. Рема и Дармик встали по бокам Савенека.
— Идемте, — сказал Дармик. — Мы втроем не можем попадаться на публике вместе. Рассек затевает захват Империона, и мы должны опасаться, рядом всегда может быть убийца.
С этим они пошли по ряду и из зала. Савенек поднял руку и ощупал корону. Он шел за императором и императрицей, мантия тащилась по полу за ним. Проклятье. Он был принцем. И не просто принцем. Принцем Империона.
— Мы представим тебя городу, — сказала Рема. — После этого пойдем на похороны Аллиссы, — ее голос дрогнул, слезы подступили к глазам. — Нам нужно завершить это трагическое событие, чтобы двигаться дальше.
Савенека официально короновали, только потому что его сестру убили. Он не мог праздновать, зная, чего это стоило Реме и Дармику.
— И я должен быть на похоронах? — было странно идти на похороны того, кого он никогда не встречал, даже если это была его сестра.
— Да, — ответил Дармик. — Тебе не нужно ничего говорить, просто показывать единство.
Тело Савенека стало потеть под мантией. Она весила будто пятьдесят пудов. Он расстегнул ее и бросил стражу, и тот ловко поймал ее. Он смог снова дышать. К счастью, Дармик и Рема не стали ругать его за такое.
Они пошли к входу в замок, где их ждала карета. Савенек забрался внутрь, сел напротив Ремы и Дармика. Солдаты на лошадях окружили карету, и они отправились прочь с земель замка к главной части Города императора.
Савенек знал, что королевская семья обращалась к жителям, но он ни разу не был на этих речах. Он не знал, чего ожидать. Карета остановилась перед высоким зданием. Дверца открылась, и они вышли. Савенек видел это здание раньше — одно из самых высоких в городе. Он думал, что когда-то там была тюрьма.
Солдаты провели их внутрь. Окон не было видно. Только один факел горел, в комнате было темно.
— Ненавижу сюда приходить, — прошептала Рема.
— Знаю, — ответил Дармик. Он прижал ладонь к ее пояснице, повел ее к узкой лестнице. Они стали подниматься. Савенек следовал за ними, вдыхая влажный воздух в здании.
После пяти пролетов они попали на открытый этаж с несколькими окнами, солнце проникало туда. На западной стене была закрытая дверь. Савенек посчитал, что балкон на другой стороне. Дюжина солдат сторожили этаж, половина смотрела наружу, а половина — на комнату. Эти часовые отличались от тех, которых Савенек видел в замке. Они были более мускулистыми, их лица были строгими. Савенек отметил на их форме черную полоску на левой руке. У этих часовых были черные штаны и красные туники с гербом на груди, а члены королевской стражи носили красные штаны и черные туники с гербом на спине.
— Это элитный отряд? — спросил Савенек. Стража в городе была в черном.
— Это люди из моей армии, которые участвуют в рискованных ситуациях, — ответил Дармик. — Я отправил их сюда прошлой ночью для подготовки.
— Ваши величества, — солдат поклонился. — Все на местах.
— Начнем, — сказал Дармик.
Солдат открыл дверь.
— Императрица Рема и император Дармик.
Толпа захлопала, одобрительно ревя.
— Жди тут, — сказала Рема Савенеку, прошла на балкон с Дармиком.
Дверь осталась открытой, и Савенек увидел двор с толпой внизу. Он не мог поверить, что так много человек пришли, чтобы услышать императрицу. Если учесть, что принцессу убили, а королевство ждала война, он понимал причину.
Рема подняла руки, и все притихли.
— Мои родные империонцы, — закричала она, — настали беспокойные времена. Как вы слышали вчера, принцесса Аллисса, — голос Ремы задрожал, — моя дочь была убита королем Дрентоном из Рассека, — зловещая тишина окутала двор. — Шестнадцать лет назад я родила близнецов. Когда кто-то попытался убить моих детей в колыбелях, я спрятала сына. Чтобы защитить его и королевский род, я сказала всем, что он мертв. Теперь принцессу Империона жестоко убили, и мой сын займет место рядом со мной.
Толпа шепталась. Рема повернулась и поманила Савенека.
Дармик обратился к людям:
— Мы хотим представить вам принца Савенека.
Савенек прошел на балкон между Ремой и Дармиком. Толпа ответила аплодисментами, наверное, не зная, что думать о такой новости. Важно было, чтобы его приняли как наследника, и Савенек поднял правую руку и помахал. Рема и Дармик опустили руки на плечи Савенека, став едиными с ним. Савенек склонил голову и прижал правый кулак к сердцу, обещая защитить народ Империона. Толпа разразилась овациями.
Дармик поднял правую руку, и все снова притихли.
— Как командир армии Империона, я готов вести наших могучих солдат в Рассек и воевать с королем-убийцей. Нам нужно отомстить за смерть принцессы Аллиссы.
Все согласно завопили.
— Идемте, — тихо сказал Дармик.
Они быстро покинули балкон.
— Это было кратко, — сказала Рема, как только они прошли в комнату, и дверь закрыли. — Ты не хотел сказать что-нибудь еще?
— Нет. Я не хотел рисковать и задерживаться там, — ответил Дармик. — Даже с сильной охраной балкон открыт.
— Он прав, — добавил Савенек. — Я нашел корабль из Рассека в гавани пару месяцев назад. Он был полон яда из Апетаги, — Натенек смог потопить корабль и уничтожить яд. — Уверен, куда больше рассекцев пробрались мимо наших шпионов.
Рема моргнула, перевела взгляд с Савенека на Дармика и обратно.
— Вы так похожи, — она покачала головой и стала спускаться по лестнице.
Дармик похлопал Савенека по спине.
— Идем, сынок. Нас ждут похороны.
* * *
В замке Рема, Дармик и Савенек прошли в комнату в восточном крыле. Тело Аллиссы не достали из Рассека, и Рема разложила десятки цветов на столе, что стоял в конце длинной комнаты, полной людей. В отличие от зала с сотнями солдат в форме, в этой комнате было много людей в роскошной одежде. Они явно были придворными.
Королевская семья медленно шла по ряду, приближаясь вместе к столу. Теперь Савенек был ближе и увидел два кинжала и корону на букете. Он не знал, что должен был чувствовать. Слезы лились по щекам Ремы, но она держала голову высоко, расправив плечи, выглядела величаво и грозно. У Дармика было строгое лицо с темными глазами. Савенек поежился. Если бы он встретил отца таким в таверне, принял бы за убийцу. Но, может, об этом Дармик и думал — как убьет тех, кто был в ответе за гибель его дочери. Савенек не знал принцессу, но хотел отомстить Рассеку за такое.
Все молчали. Прошло несколько минут, и Рема взяла Савенека за руку, и они вышли из комнаты.
Как только они вернулись в королевские покои, плечи Ремы опустились, и Дармик моргнул, показывая чуть больше эмоций, чем раньше.
— Вы знаете, как она умерла? — спросил Савенек, не подумав.
Дармик сжал кулаки, костяшки побелели.
— Рассек похитили ее. Они прислали требования выкупа, где говорилось, чтобы Рема отреклась от трона. Она отказалась, и они прислали нам ногти Аллиссы и подробное описание, как был вырван каждый. Король Дрентон постарался описать всю ее боль, — он глубоко вдохнул. — А потом они прислали еще записку, заявляя, что просят в последний раз. Или мы отдадим Империон, или Аллисса умрет.
— Вы думали отдать трон?
— Нет, — ответила Рема. Она села на диван, сжала ладони на коленях. — Рассек уничтожил бы жителей Империона. Я не могла поступить так со своим народом, — она смотрела на Дармика, подбородок дрожал, глаза были красными.
— Они все равно убили бы ее, — сказал Дармик. — Жана хотела мести. Убить нашего ребенка и заставить нас страдать в лучшем наказании, какое она могла нам придумать, — он отвернулся от Савенека и Ремы, прошел к окну и смотрел наружу.
Савенек провел руками по волосам. Роль правителя требовала делать сложный выбор. Его жизнь была уже не о том, чего он хотел, а что было лучше для королевства.
— Какой план? — он вспомнил, что Дармик говорил, что уйдет сегодня.
— Мы с Неко отправимся к передовой. А оттуда нападем на Рассек.
Савенек хотел уточнить детали: сколько людей на передовой, где пройдет нападение, и как Дармик собирался добраться до короля Дрентона. Но Рема сидела на диване, слезы лились по ее щекам, и Савенек не думал, что стоило сейчас обсуждать боевую стратегию. Он спросил вместо этого:
— Когда ты уходишь?
— Сейчас.
— В эту минуту? — спросил Савенек.
— Да, — Дармик присел перед Ремой, сжал ее ладони своими. — Я обещаю, что вернусь. И я отомщу королю Дрентону и принцу Кердану. Клянусь, я не вернусь, пока они не будут мертвы.
Рема обвила руками шею Дармика.
— Я не могу потерять и тебя.
— И не потеряешь. И Савенек будет тут вместо меня.
Рема и Дармик повернулись к Савенеку. Он все еще не мог думать о них, как о своих родителях. Он не мог даже представить, что будет править этим королевством. Это было слишком.
— Я помогу, чем смогу.
— Хорошо, — Дармик встал. — Пока меня не будет, делай то, что мы обсуждали. Ты будешь изображать беспечного принца. Богатого, не опасного, радующегося титулу. Понял?
— Да.
— Твой отец прав, — добавила Рема. — Тут шпионы других королевств. Нам нужно, чтобы они увидели тебя. Радостного и спокойного. Никто не может подозревать, что тебя учило Братство. Никто не должен узнать, что ты глубже, чем кажешься.
— Пока я буду биться с Рассеком, вы с Ремой будете во главе Братства.
Савенеку не верилось. Во главе Братства? Этого он не ожидал, и этот вызов он был готов с радостью принять.
— Следите, чтобы Апетага не продавала яд другим королевствам. Если выйдет, устройте уменьшение продукции.
Савенек кивнул. Он мог это сделать, ведь был в Апетаге и знал, каким сильным был яд, как и шахту, где его добывали.
— И вы будете во главе проверки границ. И слежки за морем. Никакие корабли из других королевств не могут прибывать в наш порт до конца войны.
— Да, сэр, — Натенек укрывал Савенека так долго, что было сложно поверить, что он был теперь вовлечен в политику королевства и грядущую войну. Но он получил и больше ответственности. Он не подведет Дармика. И, может, в процессе впечатлит Неко.
Дармик улыбнулся.
— И помни, ты — кронпринц Империона. Ты ни перед кем не отчитываешься. Они отчитываются перед тобой.
ГЛАВА 3
Дармик попрощался с Ремой, подошел к Савенеку.
— Идем со мной. Я хочу кое-что показать перед тем, как уйду.
Они вышли из королевских покоев и направились к первому этажу замка.
— Пока меня нет, это принадлежит тебе, — Дармик вытащил из кармана тонкий ключ. — Он отпирает мой кабинет.
Савенек взял ключ, сомкнул вокруг него пальцы. Ему не верилось, что Дармик доверял ему нечто настолько ценное. Как ученик Братства, Савенек никогда еще не получал доступ к кабинету офицера высокого ранга. Если он хотел пробраться, приходилось взламывать замок.
— Мы на месте, — Дармик остановился у неприметной двери. — Отпирай ее.
Это было слишком просто.
Дармик улыбнулся, словно уловил мысли Савенека.
Савенек отпер дверь, открыл ее. Там был короткий коридор и еще дверь в конце.
— Тут нужно кое-что знать, — Дармик показал, как надавать на четвертый камень от пола, а потом вставить ключ и отпереть вторую дверь. — Предыдущий император был с паранойей.
«И не зря», — подумал Савенек, понимая, как Дармик и Рема убили императора Хамена.
Савенек прошел в большой кабинет. В центре комнаты стоял круглый стол, засыпанный бумагами.
— На той стене, — Дармик указал направо, — карты Империона, там отмечено, где находятся наши солдаты, и важные места. Карты на стене за тобой — соседние королевства. Изучай карты. Внимательно. На столе ты найдешь несколько писем от других королевств, отчеты шпионов, подписанные договоры. Я старался оставить тут все, что тебе нужно знать, или что тут полезное.
Савенек подошел, разглядывая стол. Он увидел письмо с подписью короля Дрентона, спешно написанное письмо с Б в виде подписи — знак, что это от члена Братства, а еще был список оружия и припасов в лагере в горах Ромек.
— Насчет Братства, — сказал Дармик. — Рема была во главе организации с ее начала почти двадцать лет назад. Она объяснит внутреннее строение, и что ты будешь делать вместо меня.
Савенек не мог поверить, что Дармик давал ему доступ ко всему этому. Что он доверял Савенеку такое дело.
— Рема ощущает вину за смерть Аллиссы. Она послала двух членов Братства за принцессой. Мы не знаем, что с ними случилось. Братство редко проваливает миссии, — Дармик прошел к карте Рассека и посмотрел на нее. — Рассек нужно остановить. Рема слишком отвлечена, чтобы эффективно управлять Братством в одиночку. Ты будешь помогать ей вместо меня. И если я не вернусь, ты остановишь Дрентона, Жану и Кердана.
Савенек с радостью взялся бы за задачу остановить Рассека. При мысли об убийстве короля, королевы и принца с местью за Империон он ощутил цель.
— Они убили твою сестру, — потрясенно сказал Дармик.
Савенек подошел к Дармику и посмотрел на карту Рассека.
— Мы отомстим, — Савенек убедится в этом.
— Если что-то нужно, спроси помощи у мамы. Только ей ты можешь доверять. Снаружи, — Дармик указал на дверь, — ты беспечный принц, спокойный и собранный, что бы ты ни думал или чувствовал. Тут, — он указал на пол, — ты помогаешь королевству существовать. Ты будешь опасным, непоколебимым, стремиться к успеху Империона.
— Понятно, — это было как миссия. Савенек получил роль, работу, и он ее выполнит.
— Есть вопросы перед тем, как я уйду?
— Всего один. Я смогу увидеть Натенека? — ему нужно было поговорить с ним обо всем, чтобы понять, почему Натенек не раскрыл ему правду.
— Позже. Пока что он кое-где занят.
Савенек не успел узнать про миссию Натенека, Неко вошел в комнату.
— Все готово к пути.
— Позаботься о матери, пока меня нет, — сказал Дармик. Он похлопал Савенека по спине и пошел к двери. — Ты идешь? — спросил он у Неко.
— Догоню через секунду. Нужно поговорить с Савенеком наедине.
Савенек отметил, как легко Неко говорил и вел себя при Дармике. Будто они были братьями. И он отметил, что Неко и к нему относился с фамильярностью — звал его по имени, а не титулу. Савенек не знал, что это означало, но вряд ли это было что-то хорошее, как между Дармиком и Неко.
Дармик ушел, и Неко закрыл дверь.
— Нам нужно кое-что обсудить.
Савенек прошел к другой стороне стола, чтобы между ними была преграда. Неко прищурился, уголки рта приподнялись, он подавил улыбку. Проклятье. Неко знал, что запугал Савенека. Он хотел ударить себя за то, что сам подсказал Неко.
— Я пришел попросить тебя об одолжении, — сказал Неко.
Это удивило Савенека.
— Конечно, — что угодно для отца Ари.
— Если со мной что-то случится, я хочу, чтобы ты уважал мое желание и оставил мою дочь в покое.
Савенек не знал, что Неко имел в виду. Работу? Или личное? Он решил уточнить.
— Я как раз собирался поговорить с Ремой о том, чтобы Майра помогала мне. Я хочу окружить себя умными людьми, которым могу доверять. Мне пригодился бы кто-то с навыками Майры в языках.
Неко остался стоять, смотрел на Савенека.
Савенек старался не улыбаться, пока продолжал:
— Аллисса теперь мертва, и Майра уже не ее фрейлина. Полагаю, ей нужна новая работа?
Неко кивнул.
— Ее работа поменяется. Но я не об этом. Я не хочу, чтобы ты звал мою дочь замуж.
— Почему? — Савенек скрестил руки, бросая Неко вызов. Савенек не подходил Майре? Как, если теперь он был принцем Империона? У Неко был кто-то другой на примете для дочери? Это задело Савенека. Он приподнял брови, ожидая ответа Неко.
— Я хочу убедиться, что твой брак будет на благо Империона. Я не хочу, чтобы моя дочь мешала этому.
Не такой ответ ждал Савенек. Казалось, будто Неко не был уверен, что Майра была достаточно хороша для Савенека, а это было безумием. Она была идеальна.
— А если Майра — лучшее для королевства?
— Сейчас мы на грани войны. Нам нужно оставлять открытым шанс на альянс или союз для перемирия.
— Понятно, — дело было не в Савенеке или Майре. А в Империоне. Как Рема, которая скрыла сына ради королевства, Неко хотел пожертвовать счастьем Майры ради Империона. — Я сделаю все, что для блага моего королевства, — потому что сейчас это было важнее.
— Хорошо.
— И если придется пригласить вашу дочь в мою команду разведки, так тому и быть.
Неко стиснул зубы. Он не ожидал такого ответа от Савенека. Прошла неприятная минута молчания, и Неко кивнул и ушел.
Савенек сел на стул, пока ноги не отказали. Ему не верилось, что он так говорил с Неко — одним из величайших военных лидеров всех времен. Это было смело, и он надеялся, что это было не зря.
* * *
Савенек провел следующий день, читая документы и письма, которые ему оставил Дармик. О многом он знал — как о том, что Ландания, Крикок и Фия в тайне присоединились к империи, чтобы защититься от Рассека, если те решат напасть. Но он знал не все — например, то, что сын Жаны, Сома, хорошо знал яды, а предыдущая жена короля Дрентона, королева Эленк, умерла внезапно после появления Сомы при дворе. Как только королева Эленк умерла, король Дрентон женился на Жане, родственнице Дармика, которая решила свергнуть Рему и Дармика, чтобы захватить трон Империона. Савенек потер лоб, понимая, что Жана была безумной, и он был в родстве с ней.
— Ваше высочество, — закричал часовой из-за двери. — Императрица ждет вас. Сейчас.
Тревога в голосе часового заставила Савенека поспешить. Он вскочил со стула, вышел из кабинета и направился в королевские покои.
Рема расхаживала по гостиной. При виде Савенека она подбежала к нему и сжала его плечи.
— Рассек напал, — ее глаза были огромными от шока. — Дармик и Неко не могли так быстро добраться до передовой. Наши люди сражаются без командира.
«Рассек напал?».
— У Дармика во главе ответственные люди, — ответил Савенек. Он верил, что в армии Дармика командиры были самыми лучшими.
— Да, — согласилась Рема. — Но он должен там быть.
— Ты не рада, что он не попал под атаку?
— На месте Дармика ты был бы рад, что пропускаешь сражение?
— Нет.
— Дармик разозлится. Я знаю, как для него это важно, и с ним там наши шансы на успех выше.
Порой Рема удивляла его. Она была не такой, как многие женщины, каких он встречал в жизни. Хоть она выглядела величаво и изящно в нарядном платье и с уложенными волосами, в ней была пылкая решимость, которую он понимал.
— Идем со мной, — сказала Рема. — Нам нужно работать. Мы не победим, сидя на месте. Нужно многое сделать.
* * *
Савенек шагал по коридору, заставляя себя быть медленным и расслабленным. Он улыбался тем, кого проходил, вел себя так, словно ему плевать на мир. У пятой двери справа стояли два стража. Савенек кивнул им, и один открыл дверь. Савенек прошел внутрь, выпрямился и поспешил к столу. Он сел и стал смотреть, что за письма ему оставили.
Последние несколько дней он почти все время был тут. Эта комната раньше была для танцев и праздников. Теперь из нее сделали Военный зал, и все место было полно длинных столов. Рема и Савенек управляли всем отсюда. Гонцы и шпионы могли там легко их найти. Рема и Савенек работали бок о бок, слушали шпионов, следили за прогрессом армии, отмечали события, посылали дополнительные припасы, если нужно. В любое время дня и ночи там работало не меньше пятидесяти человек.
Савенек прочел недавний отчет. Отряды Империона удерживали линию, Рассек не смог пробиться глубже. Дармик и Неко прибыли на передовую и вели людей.
Рема написала во Френ с просьбой о помощи. Пока что отряды Френа на призыв не ответили. Сражения проходили в Ландании и Фие. Потери Империона были высокими, а солдаты Рассека были беспощадными.
Савенек отклонился на стуле и бросил отчет на стол.
Рема подошла к нему. Она взяла отчет и принялась его читать.
— Отлично, — прошептала она. — Дармик им поможет.
Савенеку было не по себе от того, что император сражался. Рассек хотел поймать или убить его. Рема казалась сильной, но она не справится с еще одной потерей.
— Ваше величество, — закричал солдат, врываясь в Военный зал. Он согнулся, тяжело дыша. — У меня послание.
— Какое? — Рема побледнела.
— Армия Рассека отступает. Я приехал сюда с новостью, — кто-то дал солдату чашку воды, и он быстро выпил ее.
— Рассек перестал сражаться? — уточнила Рема.
— Да, Ваше величество.
Рема резко села на стул рядом с Савенеком.
— Как это понимать?
— Не верю я им. Они отступают по какой-то причине? — сказал Савенек, перебирая варианты, из-за которых Рассек мог отступить. — А если они хотят напасть с ядом? Они могут просто убирать солдат от опасности.
Рема встала и начала расхаживать.
— Какие у нас варианты?
Собрались несколько офицеров.
— Мы можем пойти за армией Рассека, — предложил один.
— Нам нужно остаться и следить за ситуацией, — сказал другой.
— А если принц Савенек прав? А если Рассек собирается напасть завтра с ядом?
Они промолчали.
Савенек уперся локтями в стол, стараясь решить, как эффективно распространить большие дозы яда. Что сделает Рассек?
— Яд распылят в воздухе.
— Как? — спросила Рема.
К нему в голову пришла идея.
— Они могли скрыть контейнеры с ядом в земле. Может, армия Рассека отступила, чтобы заманить нашу армию. Когда наши люди наступят на контейнеры, яд вырвется в воздух, убивая всех, кто его вдохнет.
Стало тихо, все застыли и глядели на него, представляя жуткую катастрофу.
— Нужно предотвратить это, — добавил Савенек.
— Ты, — Рема указала на солдата, доставившего послание, — поспеши к передовой. Скажи командиру не идти за армией Рассека. Скажи им о возможной атаке, о которой рассказал принц.
— Да, Ваше величество, — он выбежал аз комнаты. Савенек надеялся, что солдат хотя бы возьмет другую лошадь.
— Остальные, отправьте послания армии. Пусть знают о новой опасности, — Рема повернулась к Савенеку. — В каком количестве может быть яд?
— Даже мелкое количество сильно навредит.
— Этого я и боялась, — она снова села. — Что мы можем сделать?
— Я отправил шпионов в Апетагу. Я знаю, где цветы кеппер превращают в яд. Братство ищет другие шахты.
— Надеюсь, ты сказал им уничтожить не места.
Хотелось бы.
— Мы не можем. Нам нужно знать, куда отправляют яд. Если мы разрушим шахты, Апетага поймет, что мы в курсе их дел, и скроет все следы. Если оставим шахты, мы сможем проследить за ядом, понять, кто его получает, и что с ним делают.
Рема хлопнула в ладоши, глядя на Савенека своими яркими глазами.
— Как только у нас будет информация, я хочу, чтобы все шахты были разрушены.
— С радостью.
Через пару часов прибыло письмо с другим гонцом.
— Что думаешь? — спросила Рема, прочтя письмо.
— Я бы хотел верить, что потому армия отступила, — Савенек не знал, кого слушалась армия — Жану или Кердана? — Но…
— Что тебе говорит интуиция?
— Что все не так просто. Это слишком легко и удобно.
— Согласна.
* * *
Неделю спустя в отчетах говорилось одно и то же: Рассек был охвачен гражданской войной. Жана заручилась поддержкой нескольких богатых аристократов. У Кердана была поддержка большой части армии и бедняков в королевстве.
Дармик написал им, что решил оставить отряд армии у границы Рассека, чтобы следить за ситуацией. Он отправил остальную армию домой.
Савенек плюхнулся на диван в королевских покоях. Он был рад покинуть Военный зал. Он почти всю неделю относил вещи в кабинет Дармика. Там он получил весть от члена Братства, что лишь одна активная шахта в Апетага производила яд кеппер. Братство следило за поставками, недавно покинувшими шахту.
Рема прошла в комнату и приблизилась к окну.
— Я получила весть, что твой отец и Неко вернулись.
Савенек подумал сперва, что Рема говорила о Натенеке, и лишь потом понял, что она о Дармике. Савенек все еще не считал Дармика своим отцом. Он не знал, сможет ли когда-то.
Через пару мгновений дверь открылась, и вошел Дармик. Он все еще был в форме командира, лицо было небритым, и на сапогах была грязь. Он пронесся по комнате, схватил Рему и прижался губами к ее губам. Савенеку пришлось отвернуться.
— Я скучала, — прошептала Рема.
— Вы закончили? — спросил Савенек.
Дармик рассмеялся.
— Прости, не сдержался, — он отошел от Ремы. — Я помоюсь, а потом поговорим.
— Пока ты не ушел, скажи, — отозвалась Рема, — Френ так и не пришел на помощь?
Глаза Дармика потемнели.
— Нет. А я посылал много гонцов.
Аллисса и Одар были мертвы, и надежды на объединение королевств были потеряны. Савенек считал смелым ходом со стороны Френа не прислать помощь, потому что, если Рассек нападет на Френ, Империон не заступится.
Дармик прошел к коридору.
— Одар точно мертв? — спросила Рема.
Савенек подумал о том, что знал о похищении. Страж Аллиссы, Марек, сообщил, что убийца выстрелил и убил Одара.
— Почему ты спрашиваешь? — Рема знала что-то еще?
Дармик потер челюсть.
— Когда Одар прибыл в Лейксайд свататься, он поменялся местами со своим сквайром, Джарвиком. Марек не знал о подмене. Думаю, убит Джарвик, а не Одар. Убийца откуда-то знал, кто — принц. И он забрал Одара и Аллиссу в Рассек.
— И ты не сказал Френу, что их принц еще жив? — понял Савенек. Чем дольше он был возле Дармика, тем больше тот ему нравился. Если король и королева Френа считали своего сына мертвым, Рассек не мог использовать Одара для давления, как они делали с Аллиссой.
— Не сказал, — ответил Дармик. — Но, судя по тому, что Френ не ответил, они снова стали изолированным королевством, переживающим только за себя.
— А что с Одаром? — спросила Рема. — Где он? В Рассеке? Он мертв?
— Если он в Рассеке, наши шпионы не видели его и не слышали о нем, — ответил Савенек. Он послал пару членов Братства в Кловек, чтобы попытаться узнать, что случилось с Аллиссой и понять, можно ли забрать ее тело.
— Раз Френ не хочет нам помогать, Одар — не моя проблема, — сказал Дармик.
— А месть? — Савенек все еще хотел, чтобы Рассек заплатил за содеянное, не только за убийство Аллиссы, но и за гибель солдат Империона.
— Жана должна быть убита за ее преступления.
— Сейчас идеальное время для этого, — сказала Рема. — Пока у них гражданская война.
— Согласен. Но сначала мне нужно помыться, — Дармик пошел по коридору.
* * *
Дни пролетали быстро. Прошло четыре недели со смерти Аллиссы и начала новой роли Савенека. Четыре недели жизни с Ремой и Дармиком в замке. Четыре недели управления Братством, отправления шпионов в Апетагу для слежки за поставками яда и работы с Дармиком, чтобы узнать премудрости управления армией и королевством.
Савенек растянулся на диване и смотрел в потолок, подбрасывая шарик правой рукой и ловя левой. Он остался один. Насколько это было возможно для принца. Два стража стояли у дверей гостиной.
Тут хотя бы больше ничего не отвлекало. И он мог подумать. Бросил шарик и поймал. Что-то… было не так. Он это ощущал. Френ, Тельмена, Апетага и Дромиен были слишком тихими. Жана затеяла все это? А теперь боролась за трон, и другие королевства отступили? Они ждали, чтобы понять, что случится с Рассеком? Савенек не думал, что другие королевства потратили бы столько времени на создание альянса, чтобы он так быстро распался. Он что-то упускал, и он был уверен в этом.
Рема и Дармик прошли в гостиную, держась за руки.
— Я надеялась, что мы найдем тебя тут, — сказала Рема, садясь на диван напротив Савенека.
Дармик сел рядом с ней, скрестил ноги и вытянул руки на спинке дивана.
— Что такое? — рассеянно спросил Савенек, подбрасывая шарик, думая о других королевствах.
— Бывшие королевские семьи Крикова, Ландании и Фии прибывают в Лейксайд. Мы встретимся там, чтобы обсудить, как им теперь быть в империи Империон. Они должны поклясться в верности тебе, раз ты теперь коронован.
— Рассек все еще не оставил в покое Мелению, — пробормотал Дармик. — Нам нужно решить, как поступить и с ними.
— Ты…
Кто-то постучал в дверь. Часовой ответил, и вошел солдат.
— Ваши величества, там гонец из Френа. Он хочет поговорить с вами двумя лично. Он в Приемной.
Дармик встал и увлек за собой Рему.
— Мне нужно идти? — спросил Савенек, подбрасывая шарик.
— Нет, — ответила Рема. — Оставайся тут. Если будешь нужен, я пришлю за тобой.
Они покинули королевские покои.
Савенек остался на диване, подбрасывал шарик и размышлял.
Двадцать минут спустя Рема и Дармик вернулись. Глаза Ремы были красными, как от слез, но на ее лице был восторг, которого Савенек не видел раньше.
— Все хорошо? — спросил он, откладывая шарик и садясь.
— Мы пока не знаем, — сказал Дармик. Его голос звучал странно, и он не смотрел на Савенека.
Савенек хотел спросить, в чем дело, когда Неко прибыл в гостиную.
— Мне сказали, что вы звали?
— Да, — ответил Дармик. — Есть важное задание для тебя. Собирай вещи. Ты отправляешься через пять минут. Встретимся снаружи с твоей лошадью, — мужчины ушли.
— Что такое? — спросил Савенек.
Рема улыбнулась со слезами на глазах.
— Я не хочу пока ничего говорить, пока нет доказательств. Это может быть уловка. Как только я узнаю точно, я тебе расскажу, — она прикрыла лицо руками и заплакала.
— Ты в порядке? — он не знал, что с ней делать. Утешить? Оставить одну? Попытаться поговорить с ней?
Рема подошла и сжала руки Савенека.
— Все идеально, — сказала она с улыбкой, слезы лились по щекам.
* * *
Пару недель спустя вернулся Неко. Он направился прямиком в кабинет Дармика вместе с Ремой. Пока Савенек расхаживал по коридорам и думал, что произошло, принесли письмо из Рассека с гонцом. Императрица и император были заняты, и Савенек взял письмо и посмотрел на него. Он думал открыть письмо, но не хотел ломать печать без Дармика. Он решил отнести послание императору, ведь там могла быть важная информация. Он постучал и прошел в кабинет Дармика, вручил письмо.
— Только что прибыло из Рассека.
— Вовремя, — буркнул Дармик, глядя на письмо.
— Нам нужно кое-что тебе рассказать, — сказала Рема, отвлекая Савенека. Она сидела за столом для переговоров, Неко был слева от нее.
Савенек сел справа от нее, желая услышать, что она хотела сказать.
— Пару недель назад прибыл гонец из Френа, — она глубоко вдохнула и улыбнулась, это озарило ее лицо. — Аллисса жива. Неко это подтвердил.
Савенек был уверен, что ослышался.
— Что, простите?
— Король Дрентон соврал, что убил твою сестру. Аллисса смогла сбежать из Рассека с принцем Одаром. Неко забрал ее домой из Френа.
— Она тут? — Савенек вскочил на ноги, желая встретиться с сестрой. Он и не надеялся, что сможет ее узнать.
— Она не в замке, — Рема сцепила ладони на коленях, смотрела на них, а не на людей в комнате. — Неко отвел ее в дом Натенека.
Почему они сидели тут? Почему не были с Аллиссой? Савенеку стало страшно.
— Она в порядке? — он отклонился на стуле, вдруг испугавшись за свою сестру. Он вспомнил, что Дармик говорил, что ее пытали, вырывали ногти. В каком она была состоянии?
— Аллисса многое пережила, — сказал Неко, заговорив впервые. — Твоя мать думала, что лучше принцессе побыть вдали от замка и оправиться.
— Я хочу убедиться, что она в состоянии вернуться к своей жизни, ответственности, и что она не только может править, но и хочет этого, — сказала Рема.
— Я не понимаю, — его сестра была в порядке или нет?
— Твоя мать дала ей выбрать, — объяснил Дармик. — Она может жить нормально с Натенеком. Или продолжить быть принцессой Империона.
— А как же я? — все зависело от Аллиссы и ее решения? Если она решит остаться вдали, он и дальше будет принцем? Но если она вернется, он уже не нужен?
— Что бы ни выбрала Аллисса, ты останешься с нами здесь. Это не изменится, — твердо сказала Рема.
Савенек потер лицо.
— Я хочу с ней встретиться.
— Ей нужно время, — сказал Неко. — Многое произошло, — он потянул себя за мочку уха. — На пути к Натенеку мы встретили принца Кердана из Рассека. Он сделал Аллиссе предложение.
Все молчали.
Савенек моргнул. Принц Кердан из Рассека, враг Империона, сделал Аллиссе предложение? И он был на земле Империона?
— Надеюсь, ты пронзил его мечом.
— Думаю, его предложение искреннее, и его стоит рассмотреть, — ответил Неко.
— Я точно ослышался, — сказал Савенек. Кердан похитил Аллиссу. С чего ему хотеть на ней жениться?
— Аллисса провела с ним время в Рассеке, — объяснил Неко.
— Да, как его пленница.
— Это было не так. Он спас ей жизнь и помог сбежать.
— Шутишь, — сказал Савенек.
— Он убил отца, чтобы забрать трон? — спросила Рема.
— Так говорит Жана, — ответил Дармик. — Но я не уверен в этом. Кердан — принц и следующий в очереди на трон. От смерти короля выгода была только Жане. Думаю, Жана убила короля и обвинила Кердана, чтобы убрать его с дороги. И сохранить трон.
— Зачем делать предложение Аллиссе? — спросила Рема.
— Я говорил с Керданом кратко, — сказал Неко. — Он объяснил, что ему нужна поддержка Империона. Союз между Рассеком и Империоном поможет ему свергнуть Жану и принести его королевству мир.
— Наглое заявление, — отметила Рема.
— Я сказал ему, что сообщу вам о предложении. И что ответ он получит не скоро.
— Ты веришь, что он искренен? — спросила Рема.
— Я не успел хорошо его понять, но Аллисса хорошо отзывается о нем и настаивает, что его действия благородны.
Савенек фыркнул. Кердан похитил его сестру. Как он мог быть благородным?
— Я бы хотел обсудить дело с Аллиссой, а потом обдумывать его, — сказал Дармик.
Савенек не мог поверить, что они вообще о таком думали.
— Если принц Одар и Аллисса живы, разве они не помолвлены?
Неко заерзал на стуле.
— Френ порвал контракт. Они уже не помолвлены.
Рема приподняла брови.
— Да?
— Да. И Аллисса ужасно расстроена. Сказала, что все было закончено резко.
— Если это показывает характер Одара, я рад, что он порвал помолвку, — Дармик открыл письмо из Рассека.
— Что там? — спросил Савенек.
— Это письмо от принца Кердана.
— Это насчет его предложения Аллиссе? — спросила Рема.
— Нет. И мне не нравится, как оно написано.
— В смысле? — Савенек склонился над плечом Дармика и прочел письмо.
— Судя по словам Неко, в этом письме нет смысла. Я не верю, что его написал Кердан, — Дармик вручил письмо Неко.
— Подтверждаю. Это не от Кердана.
— Жана? — сказал Дармик.
— Скорее всего.
— Зачем Жане отправлять письмо под именем Кердана? — спросил Савенек. — Она пытается заманить нас в ловушку?
— И я так думаю, — ответил Дармик.
— Что собираешься делать? — глаза Неко опасно блестели.
— Сделать вид, что мы поверили, и расставить свою ловушку. Пора покончить с Жаной раз и навсегда.
— Нам нужна для этого Аллисса, — отметил Неко.
— Дайте мне письмо, — Рема протянула руку. — Я прослежу, чтобы Аллисса получила его, и Натенек все начнет, — она встала. — Простите, но мне пора повидаться с дочерью.
ГЛАВА 4
— Я не поеду в карете, — Савенек скрестил руки и глядел на Дармика. — Если ты на коне, то и я тоже, — он не хотел давать Дармику шанс поспорить, повернулся и забрался на лошадь. Было приятно вернуться в седло. Он давно там не был.
Человек на лошади рядом с ним рассмеялся.
— Похоже, никто у нас в семье не терпит тесные пространства, — сказал знакомый женский голос.
Савенек пригляделся к женщине в простой форме армии с капюшоном на волосах.
— Рема? — он все еще не мог звать ее мамой. К счастью, она не настаивала.
Она кивнула.
— Если ты тут, то кто внутри? — он указал на карету.
— Подмена.
— И ты хотела, чтобы я был там с незнакомкой?
Она пожала плечами.
— Я знала, что ты поедешь верхом.
— С вами всегда сложнее, — проворчал Дармик, забираясь на своего коня.
— О, ладно тебе, — фыркнула Рема. — Будто ты когда-то катался в тесной карете.
Он не ответил, а подал сигнал. Отряд солдат, сопровождающий королевскую семью, направился к выходу из замка.
Они покидали Город императора, и Савенек оглянулся, не зная, когда вернется. Это был его дом, тут он вырос, тут жил с Натенеком, тут была его первая любовь, первое убийство, первая драка на мечах. Тут он учился в Братстве.
— Ты в порядке? — спросила Рема.
Савенек посмотрел вперед.
— Да, — он знал, что не обманул ее. Она была порой слишком внимательной. Не желая говорить об этом, он смотрел на солдата перед собой, стараясь представить жизнь в Лейксайде.
Его ладони стали потными, он крепче сжал поводья лошади. Майра будет там. В Лейксайде. Жить в замке. Как она будет вести себя рядом с ним? Она будет такой, какой он ее знал, какую полюбил во время их миссии в Апетаге? Она будет относиться к нему так, как всегда? Или между ними все станет неловким, потому что он теперь был принцем? Он ведь не стал другим человеком. Но раньше он не был достоин Майры, а теперь мог ей многое предложить. Они стали бы хорошей парой. Если Неко позволит. Савенек задумался об этом и понял, что Рема с Дармиком тоже вряд ли позволят такое.
— Я отправлюсь вперед к капитану, — сказал Дармик. — Вы останетесь тут, — он направил лошадь галопом.
— Что-то случилось? — спросила Рема. — Ты встревоженный.
— Думаю о Лейксайде.
— И о том, кто там будет?
Проклятье. Она знала о Майре?
— О, ладно тебе, — сказала Рема. — Неко и его жена Элли — наши близкие друзья.
Савенек оттянул воротник туники от шеи, не зная, что сказать.
— Я так понимаю, вы с Майрой хорошо поработали в Апетаге?
Вопрос не был вопросом. Он кашлянул.
— Да, — пот выступил на его лбу.
— И, как я понимаю, Неко выразил опасения насчет возможной пары тебя и его дочери?
Савенек оглянулся, проверяя, что Неко не едет за ними. Не увидев его неподалеку, он ответил:
— Да.
— Я понимаю его точку зрения.
Савенек заставил себя не отвечать. Конечно, Рема понимала — она ставила королевство выше всего. Она видела в браке только одну цель: какой была выгода для Империона.
После пары минут неловкой тишины, Рема сказала:
— Но я видела, что с моей дочерью сделал навязанный брак. И к чему все привело. Я не хочу, чтобы и ты проходил через такое.
Савенек не знал, как справился бы с браком по контракту. Он смог бы со временем полюбить того, кого ему выбрали по политическим причинам? Вряд ли. Может, такие проблемы были и у Аллиссы с Одаром. Аллисса. Он покачал головой, не верилось, что она была жива, и они никому не сказали. И он не мог поверить, что еще не встретил ее. Какой она была? Рассек ее изменил? Сломал?
— Ты же не собираешься думать над предложением Кердана?
— Думать? Да. Позволять? Наверное, нет. Рассекцы жестокие. Я бы не пожелала такого врагу, тем более — дочери.
— Тогда зачем вообще думать об этом?
— Потому что я императрица. Я должна обдумать такой вариант. Почему вообще было сделано предложение? Нужна ли Рассеку поддержка Империона? Что это показывает? Кердан хочет альянс с нами? Я знаю, что, если Жана преуспеет, она отправит армию Рассека против Империона.
— Кердан уничтожит Аллиссу. А потом и Империон.
— Откуда такая уверенность? — спросила Рема. — Что мы знаем о нем? Что он сделал в прошлом, чтобы показать, какой он?
Кердан был одним из командиров Рассека. Он был типичным жителем Рассека — жестоким, безумным, лживым. Савенек ему не доверял.
— И мы вернулись к тебе, — сказала она.
Почему Савенеку казалось, что он попал в ловушку?
— Ты сделал все, о чем мы тебя просили, — прядь ее волос выбилась, и она быстро скрыла ее под кепку. — Если продолжишь играть роль принца, поможешь нашему королевству во всем, я постараюсь предоставить тебе шанс побороться за Майру.
Он взглянул на нее краем глаза. Она пыталась подкупить его. Гарантировать его помощь, показав то, что он хотел. Она знала, что он не мог устоять.
— Ты должен понимать, что у Майры один из самых высоких статусов, она одна из самых важных женщин Империона. Ее брак с кем-то из другого королевства был бы очень выгодным.
Мысль о браке Майры с кем-то ради политических причин вызвала желание стошнить. И что-нибудь ударить. Савенек поправил хватку на поводьях, пытаясь успокоиться. До этого он думал о своем браке из-за политики. Он не думал, что и с Майрой так могло быть. И, зная Майру, она сделала бы все для блага Империона. Рема это знала. Теперь напомнила и Савенеку.
— Не смотри на меня так, — сказала она.
Он не стал отвечать или соглашаться на условия Ремы, а спросил:
— Если Аллисса вернется ко двору, вы и дальше хотите продать ее для Империона?
— Я не обязана. Она сделает то, что лучше для королевства, независимо от ее желаний. Это ее изъян и достоинство. Она любил Империон больше всего.
— Она пошла в этом в маму, — сказал Савенек. — Разве не от этого ты так просто меня отдала? Королевство тебе важнее меня? — он не хотел говорить это вслух, хоть и думал так.
— Порой роль матери и императрицы заставляет принимать сложные решение. Да, я поставила королевство первым. Однажды ты поймешь, как это. Правление Империоном — это ужасное давление и ответственность.
Дармик присоединился к ним.
— Все хорошо? — он посмотрел на Рему и Савенека, хмурясь с тревогой.
— Порядок, — рявкнули хором Рема и Савенек.
* * *
Стало видно Лейксайд. Когда Савенек был тут в прошлый раз, он был отравлен и боролся за жизнь. Он был заперт в лазарете, даже не посмотрел замок или город. Он хотел вернуться и полюбоваться местом. Но он не представлял, что прибудет туда принцем.
Отряд солдат с ними разделился на две группы. Одна пошла с каретой с подменами к замку, а вторая направилась к военному входу с другой стороны. После недели путешествия Савенек был рад прибыть туда.
Он спешился и потянулся.
Женщина выбежала из замка, направляясь к Неко. Он обвил ее руками. У женщины были каштановые волосы и платье, подходящее леди. Она повернулась голову, прижалась щекой к груди Неко. У нее были те же скулы и нос, что и у Майры. Это была ее мама, Элли.
Савенек взглянул на боковой вход в замок, желая узнать, выбежит ли Майра к отцу. Он оттянул воротник от шеи, вдруг стало жарко и неудобно. Конюх подошел и забрал у Савенека коня. Дармик отошел в сторону и тихо говорил с Ремой.
— Ваше высочество, — сказал Неко, вдруг появившись рядом. — Можно вас на минутку?
Савенек еще не слышал, чтобы Неко обращался к нему так, и от этого было не по себе.
— Да.
Жена Неко подошла к Реме и Дармику. Рема обняла Элли, и Дармик оставил женщин. Он присоединился к Неко и Савенеку, поманил их подальше от солдат, чтобы их никто не подслушал.
— Мы с Неко уезжаем, — сказал Дармик.
— Сейчас? — они только прибыли.
— Да. Кердан согласился на встречу в поместье герцога Вомека в Рассеке. Там мы продумаем план по убийству Жаны.
— А почему не убить Кердана, пока вы там? — не было смысла оставлять безумных рассекцев в живых.
— Сейчас угроза — Жана, а не Кердан, — ответил Дармик.
— Кердан хочет альянс с нами, — напомнил Неко.
— Кто не хотел бы альянс с Империоном? — но Рассек пытался подавить Империон, и Кердан был одним из командиров армии, и Савенек не доверял ему. Кердан, наверное, хотел жениться на Аллиссе, чтобы получить власть в Империоне без войны.
— Понимаю, — Дармик поправил перчатки. — Но сейчас Кердан хочет работать с нами. Я отправлюсь в Рассек на встречу с ним. Я оценю ситуацию и решу, доверяю ему или нет.
— А если ты не сможешь ему доверять?
Дармик опустил ладонь на плечо Савенека.
— Тогда я сам его убью.
Хорошо. Это он и хотел узнать.
— Что мне нужно делать, пока тебя нет?
Дармик убрал руку с плеча Савенека.
— Пусть твоя мама покажет тебе, где твой кабинет. Раз ты связан с Братством, мы хотим, чтобы ты и дальше управлял им. Ты должен узнать лучше замок, его работников, город и солдат, что находятся тут.
— Да, сэр, — эти занятия ему нравились. И ему не требовалось ходить на бал, посещать званые ужины или важные мероприятия.
Рема и Элли пошли к замку, с ними — не меньше шести солдат.
Подошел солдат.
— Командир, новые лошади готовы.
— Благодарю. Мы будем через две минуты, — Дармик повернулся к Неко. — Готов?
Неко поднял палец и обратился к Савенеку:
— Мой сын, Марек, во главе личной стражи Аллиссы. Можешь взять его в свою стражу, пока она не вернется.
— Отличное предложение, — сказал Дармик. — Пока вы не устраиваете проблемы.
— А что насчет Майры? — спросил Савенек.
— А что она? — сказал Неко.
Савенек постарался подобрать слова:
— Мне пригодился бы кто-нибудь с ее умениями. Она была бы отличным дополнением к Братству.
Дармик рассмеялся.
— Ты никого не обманешь.
Савенек заставил эмоции пропасть с лица, словно не знал, о чем говорил Дармик.
Глаза Неко потемнели, он стал грозным.
— Я обдумаю просьбу, пока буду в пути. Когда вернусь, я дам ответ насчет твоих рабочих отношений с моей дочерью, — он взглянул на Дармика. — Я не хочу переживать за свою девочку, пока я в другом королевстве пытаюсь убить правителя.
Майра не была маленькой девочкой. Она уже выросла и могла сама принимать решения. Но Савенек не стал это озвучивать.
— Нам нужно отправляться, — сказал Дармик. — Я пообещал Реме, что успею к твоему семнадцатому дню рождения. Если я не успею, позаботься о матери.
— Хорошо. И я сделаю все, что ты попросил, — не потому, что Дармик был его отцом и просил его. Дармик был его императором и командиром. Савенек хотел убедиться в успехе Империона. А с Майрой будет еще много времени, чтобы поработать вместе — профессионально, конечно.
* * *
Савенек вошел в замок и увидел, что Рема ждала его. Элли не было видно.
— Я покажу тебе королевские покои, — она сжала руку Савенека и повела его по коридорам, указывая на разные комнаты и называя имена прохожих, но не знакомя официально.
Савенек слушал ее вполуха, потому что выглядывал Майру. Улыбка появилась на лице от одной мысли о ней. Она была где-то в этом замке, и он скоро ее увидит.
— Мы на месте, — сказала Рема.
Они прошли в гостиную. Стены были из серого камня, окна обрамляли алые шторы, и несколько картин были портретами королевской семьи. Два дивана и пара кресел стояли в центре комнаты на толстом потертом ковре. Огонь ревел в камине. Тут замок был приятным и жилым. Савенек тут же ощутил себя как дома.
Он прошел к окну и выглянул. Почти все здания в городе были в пару этажей высотой, разных оттенков белого, коричневого и оранжевого. Деревья стояли вдали, намекая на лес. Дым поднимался от многих зданий. В Городе императора все здания были одного цвета. Пейзаж был пустынным, песчаным, и погода была жаркой.
— Я понимаю, почему вы живете тут, — хоть этот замок был куда меньше.
— Твоя комната тут, — Рема повела его по коридору с тремя дверями. — Первая — моя комната, вторая — Аллиссы, третья принадлежит тебе.
Савенек встал перед своей дверью.
— Я всегда берегла для тебя комнату, — она подошла за ним. — На всякий случай, — она потянулась из-за него и толкнула дверь.
Он прошел внутрь. Комната была большой — в десять раз больше его комнаты в доме Натенека. Там был пустой камин, пара шкафов, кровать со столбиками и ряд окон на одной стене. Солнце сияло, озаряя мягко комнату. У камина был диван и два кресла с низким столиком.
Он вышел, не желая думать о жизни, какой она была бы, если бы он рос в Лейксайде. Он решил сосредоточиться на сестре, которую скоро встретит.
— Можно посмотреть комнату сестры? — ему было неловко звать Рему матерью, а Дармика — отцом, но он не был против звать Аллиссу сестрой.
— Конечно, — Рема открыла дверь Аллиссы.
Савенек прошел в ее комнату. Как и его, она была большой и с похожей мебелью. Разницей были две арки в стене. Одна вела в купальню, а другая — в гардеробную.
— Ха, — он медленно повернулся по кругу.
Рема стояла на пороге и смотрела на него.
— Ее комната какая-то стерильная, — он не ощущал тут сестру.
— В смысле?
— Что отличает эту комнату, как комнату Аллиссы?
Рема печально улыбнулась и прошла в комнату, указала на гардеробную.
— Посмотри туда.
Савенек прошел к арке, сунул туда голову. Там был бардак. Вещи свисали отовсюду, несколько пар туфлей валялись на полу. Он прошел к комоду, выдвинул верхний ящик. Выпала ткань. Он поднял ее и понял, что это был коричневый плащ с засохшей грязью на краю.
Он вскинул брови.
— Я думал, у принцессы убирают, — он сунул плащ в ящик и попытался задвинуть его.
— Так и есть.
— Но это место так не выглядит.
— Видел бы ты это место до того, как тут убрали слуги.
Аллисса не выжила бы, пока росла с Натенеком. Он рассмеялся, представляя их вместе. Натенек не стал бы терпеть ее ленивый бардак.
* * *
Стоя на возвышении рядом с Ремой, Савенек смотрел на толпу перед собой. В Тронный зал набилось больше сотни человек, и все хотели посмотреть на него. Женщины были в роскошных платьях, с яркими украшениями, а мужчины носили туники с гербами их семьи. То, как несколько девушек смотрели на Савенека, заставляло его ощущать себя куском мяса, висящим перед голодными волками.
— Спасибо, что пришли, — сказала Рема, обращаясь к народу. — Если вы не слышали, мой сын Савенек жив. Он был официально коронован. Я попросила вас прийти сюда, чтобы вы пообещали быть ему верными, — она изящно повернулась и села на трон посередине, указала Савенеку на трон слева от нее.
Савенек помнил о своей роли, улыбнулся толпе и сел. Он хотел, чтобы они его любили. Он оглядел зал, постарался поймать взгляды многих людей, стараясь улыбаться приятно, но не соблазнительно. Многие улыбались в ответ с любопытством на лицах.
Савенек не знал, был ли похож на Аллиссу. Он надеялся, что между ними было сходство — они были близнецами — но он не хотел сильно напоминать женщину. Он не считал свои черты деликатными. Он тряхнул головой, прогоняя такие мысли.
Несколько женщин хлопало ресницами, улыбаясь ему. В Городе императора замок состоял из солдат и слуг. Тут, в Лейксайде, было все другим. Как Аллисса с таким справлялась каждый день? У него не было ни времени, ни сил на постоянное общение с придворными.
Савенек заметил движение и посмотрел налево. Майра прошла в Тронный зал сбоку, юноша в форме солдата сопровождал ее. Савенек надеялся, что это был ее брат. Они сели в первом ряду рядом с Элли. Теперь они были рядом, и сходство было заметным.
Савенек посмотрел на Майру. Она была такой же красивой, как он помнил, с каштановыми волосами и карими глазами. Синее платье скрывало ее от шеи и ниже, это не были яркие и открывающие много кожи наряды Апетаги. Он хотел поговорить с ней, узнать, что она делала с их последней встречи. Майра глядела на Рему, слушала императрицу.
Савенек понял, что ему стоило тоже обращать внимание.
— Раз сегодня тут так много людей, я попрошу просто назвать свое имя, поклясться в верности принца Савенека и выйти в дверь сбоку. Если хотите поговорить с принцем, это будет в другой раз. Бал будет проведен в честь принца Савенека, в честь его семнадцатого дня рождения и его коронации, — Рема указала на первый ряд.
Люди один за другим подходили, опускались перед Савенеком на колено и клялись в верности. Он старался улыбаться и кивать вовремя. Было сложно не оценивать людей перед ним, не отмечать язык тел, взгляды и манеру речи. Годы тренировок не удавалось убрать. Он запоминал информацию, но скрывал эмоции на лице, лишь играл приятного принца на троне, пока самые властные и богатые семьи Империона клялись ему в верности. Было сложно осознать реальность ситуации. Казалось, он играл роль, и все это было ненастоящим.
Майра прошла вперед, опустилась на колени. Она произнесла ясно и четко:
— Я, Майра, клянусь в верности принцу Савенеку, наследнику империонского трона, — она встала и прошла в сторону, едва взглянув на него. Ее брат сделал схожее заявление. Когда Элли закончила, они направились в смежную комнату. Майра не оглянулась. Ни разу. Она делала вид, что когда не встречала Савенека раньше. Словно ей было плевать на него. Может, так и было. От этого он расстроился.
Как только поклялся последний человек, Рема взяла Савенека за руку и увела его из Тронного зала. Он так долго сидел на троне, что ноги затекли, болел зад. Он хотел сделать что-нибудь физическое.
Он шагал по коридорам, пытался запомнить повороты, комнаты и двор. На это ему требовалось пару дней. Они миновали группу придворных, которые были до этого в Тронном зале. Трое женщин и два мужчины. Они сидели в пятом ряду слева, ближе к середине. Они поклонились императрице. Он полагал, что они поклонились и ему. Он не знал, когда привыкнет к этому.
— Они тут живут? — спросил он.
— Нет. У них есть дома на их земле. Но каждая семья, у которой большой участок семьи, должен бывать при дворе хотя бы пару недель в году. Так я могу узнать у них, как дела на их земле, проверить, платят ли они налоги, и убедиться в их верности.
— Откуда ты знаешь, что прибывают все? А если кто-то не прибывает?
— У меня есть люди, следящие за этим, — ее глаза сияли.
В такие моменты было понятно, почему она была впечатляющей императрицей. Его радовало и пугало то, что она была его матерью.
Они остановились у закрытой двери с одним стражем перед ней.
— Эта комната только для королевской семьи, — сказала Рема. Она открыла дверь, показывая тренировочный зал. — Если ты похож на свою сестру, то точно хочешь размяться после долгого пребывания на одном месте.
— Да, — Савенек прошел в зал. Стена впереди была с окнами с видом на землю и лес вдали. На другой стене было разное оружие: деревянные мечи для тренировок, копья и ножи. Там стояла пара соломенных кукол. После всего, что он испытал в последнее время, эта комната была первым знакомым видом за недели. — Солдаты в замке тут не тренируются?
— У них свои комнаты и залы для тренировок на землях замка, но не в замке.
— Как часто ты сюда ходишь?
Рема осталась стоять у двери.
— Раз или два в неделю, когда твой папа ведет меня сюда, — она улыбнулась и повернулась к кому-то за ней. — Ах, Марек тут, — она отошла, впуская солдата.
Он стоял рядом с Майрой во время церемонии, и Савенек решил, что это был ее брат.
— Ваше величество, ваше высочество, — юноша поклонился.
— Это Марек, глава личной стражи Аллиссы. Я попросила его прийти к тебе.
Облегчение охватило Савенека. Марек был братом Майры. Савенек протянул руку, чтобы пожать ладонь Марека. Тот взглянул на Рему.
— Королевичи не жмут руки, — сообщила она.
Савенек должен был это знать. Он опустил руку и сказал:
— Твой отец рассказывал, что тебе нужна работа.
Марек не успел ответить, Рема сказала:
— Я понимаю, что работы много. Но я надеюсь, что вы подружитесь, а не будете просто коллегами.
Савенек почесал голову. Друзья? У него их было мало. Марек взглянул на него, и Савенек заметил то же смятение на его лице.
Рема сказала Мареку:
— Я ожидаю стражу готовой к ужину. Принц под твоей опекой.
— Понял, — Марек поклонился, и Рема ушла.
Савенек не знал, как им дружить, когда Марек брал его под опеку. Он старался не злиться от этого. Но он мог о себе позаботиться. Ему не нужен был друг или няня.
— Так ты брат Аллиссы, известный Савенек.
Он кивнул, пытаясь понять, каким был Марек.
— Тебя растили как члена Братства?
Савенек пытался не смеяться от допроса. Марек сильно напоминал Неко сейчас. Они точно были отцом и сыном.
— Да, — он не знал, рассказывала ли Майра Мареку о нем. — Натенек меня растил.
— Натенек? — Марек прошел к стене, взял два деревянных меча. — Это впечатляет. Тогда не нужно переживать, ты должен уметь за себя постоять.
— Да, не переживай.
— Твоя мама все равно просит стражу. Так что мне нужно выбрать дюжину человек, которые будут отвечать за твою безопасность.
— Дюжину? — это было слишком.
— Шестеро все время будут с тобой. Они будут меняться, чтобы поесть и поспать.
— А мы не можем сделать их вдвое меньше? — чтобы терпеть было проще.
— Боюсь, не выйдет. В королевской страже по дюжине солдат, и при дворе с тобой всегда должно быть сопровождение.
Савенек пытался сказать себе, что это была только игра, что это не навсегда, он знал что это не так. Это теперь была его новая жизнь.
Марек рассмеялся.
— Ты похож на свою сестру. Она тоже не любила ходить со стражей, — он бросил меч Савенеку, и тот ловко поймал его.
— Внутри замка тоже нужна стража? — он понимал стражу на публике, но внутри? Разве тут не стояли всюду стражи?
Марек взмахнул мечом, и Савенек легко отразил удар.
— Я могу выбрать людей, которые будут держаться на расстоянии, не мешать тебе, — он снова замахнулся.
Или мог выбрать тех, кто будет нависать над Савенеком, сводя его с ума? Он осторожно продумал ответ.
— Только мужчин? — Савенек улыбнулся, представляя, как его охраняет Майра. Это было бы забавно. И он не был бы против.
Марек взмахнул мечом низко, выбил ноги из-под Савенека. Проклятье. Он отвлекся на Майру и пропустил атаку.
— Даже не думай о моей сестре, — сказал Марек тихо и с яростью. Он навис над Савенеком, пытаясь угрожать ему.
Савенек невольно улыбнулся. Майра рассказывала брату о нем.
— Как она? — Марек не успел ответить, Савенек сбил Марека взмахом своих ног. Савенек прижал его к полу. — Не думаю, что помощники должны угрожать королевичам.
— Она — моя сестренка, — прорычал Марек.
— И?
— Я не хочу, чтобы ты использовал ее и бросил с разбитым сердцем. Она — не отвлечение и не игрушка, — его лицо покраснело от ярости.
Ах. Марек переживал из-за намерений Савенека. Это можно было исправить. Он боялся, что дело было в его воспитании, и что его растили как убийцу.
— Я забочусь о Майре. Как друг, а то и нечто большее. Я не стал бы ее использовать.
— Ты — принц. Ты можешь получить всех, кого хочешь.
Савенек отпустил его и встал.
— Может быть, но я не такой, — он поднял мечи и вернул на стену. — Меня не растили принцем. Я знаю только одно — защиту Империона. Я тут ради своего королевства, а не своих удовольствий.
Марек сел, но не ответил. Наверное, не знал, что думать. Верить Савенеку или нет.
Если Савенек хотел быть ближе к Майре, нужно было подружиться с ее братом.
— Сейчас мне нужно привыкнуть к новому статусу. Мне нужен тот, кому я доверяю, кто покажет мне замок и город, кто поможет понять внутреннюю работу армии. Ты можешь это сделать?
Марек встал и вытер рукой лоб.
— Могу. Просто оставь Майру в покое.
Было сложно соединить независимую женщину, с которой Савенек путешествовал по Апетаге, с той, кого укрывали и защищали отец и брат.
— Хорошо. Но обидно, что ее способности не использует Братство. Она умная, была бы отличным шпионом.
— Она не может быть частью Братства. Она — женщина. И то, что ты был с ней на миссии, не означает, что ты знаешь ее настоящую.
— Ясное дело. Но ты подумаешь, можно ли ей позволить работать с моими шпионами по расшифровке писем других королевств?
Марек вздохнул.
— Я подумаю.
Это уже было хорошо. Пока что Савенеку этого хватало.
ГЛАВА 5
Сидя за столом в своем кабинете, Савенек читал отчеты шпионов, присланные из Тельмены и Апетаги. Тельмена не приобретала больше яд у Апетаги. Но они купили много мечей. И Тельмена активно набирала людей в армию. Было много отчетов, что армия собиралась в Лумаре, столице Тельмены. Там их тренировали, но многие солдаты были неуклюжими. И все же Савенеку это не нравилось.
Апетага, с другой стороны, все еще добывала цветы кеппер и создавала яд. Но яд не покидал королевство. Савенек стучал пальцами по столу. Это было проблемой. Пора вмешаться. Шахту нужно было уничтожить. Но как, не рискнув жизнями тех, кто там работал? Цветы кеппера нужно тоже убрать. Он не знал, сможет ли сжечь поля, где они росли.
— Я так и думала, что найду тебя тут, — Рема прошла в кабинет. Она улыбнулась Мареку — только его Савенек оставил внутри — и он поклонился. — Ты заставил остальную стражу ждать снаружи?
— Марек, технически, не член моей стражи. Но да, я заставил их побыть в коридоре, чтобы я мог подумать, — скучно было следовать за ним весь день и стоять там и ничего не делать. Хоть он пробыл в Лейксайде пару недель, он все еще не привык к постоянному наблюдению за ним.
Рема подняла листок.
— Это от твоего отца. Он послал его на прошлой неделе, но пришло только что.
Савенек взял письмо и прочел его.
— Ту говорится, что Жана мертва.
— Да.
И там говорилось, что Аллисса убила Жану, а Кердан помогал с планами и убийством, а Неко и Натенек были в порядке. Рема расхаживала перед столом.
— Что такое? — спросил Савенек. Он убрал отчеты в урну для сожжения.
— Ты прочел, что написал Дармик?
Савенек кивнул.
— Аллисса убила Жану.
— Потому ты расстроена? — она переживала, что ее дочь вовлекли в убийство?
Рема сжала кулаки.
— Аллисса пережила ад. Я знала, что она прочла письмо и устремилась в Рассек, и я думала, что твой отец оставит ее в поместье Вомека, где безопасно, — она подняла руки. — А не возьмет ее в терзаемый войной Рассек выманивать безумную женщину из укрытия, чтобы моя дочь смогла ее убить! — она резко села на стул.
— Я не знаю Аллиссу, — сказал Савенек. — Но на ее месте я бы тоже использовал шанс.
— Я знаю. И я тоже так сделала бы.
— И все уже произошло. Мы не можем ничего изменить.
— Знаю.
— Тогда в чем проблема? — Савенек чего-то не понимал.
Рема встала.
— Этой ночью празднование твоего дня рождения. Надеюсь, твои отец и сестра вернутся домой вовремя, — и она вышла из комнаты, закрыла за собой дверь.
Он взглянул на Марека.
— Не спрашивай меня, — сказал Марек. — Она — твоя мать.
Савенек потер лицо, хотел поговорить с кем-то об отчетах шпионов. Обычно он делал это с Натенеком, но Натенека тут не было. Он указал на стул у стола и сказал:
— Сядь.
Марек тут же послушался.
Савенек быстро написал письмо. Сначала он сказал Братству отыскать способ уничтожить шахту Апетаги, не убив всех в ней. И он приказал им следить за армией Тельмены и всеми ее передвижениями. Он свернул письмо и сунул в ящик на столе. Член Братства приходил каждый день доставить и забрать послания. Савенек ни разу не видел, кто приходил.
— Ты хотел меня о чем-то попросить? — сказал Марек.
— Нет, я хочу обсудить свои мысли.
Марек махнул Савенеку продолжать.
Тот отодвинул стул, закинул ноги на стол и сцепил ладони за головой.
— Когда я был в Апетаге с Майрой, мы нашли письмо. Майра смогла его расшифровать. Так мы поняли, что Апетага хотела отправить яд в Рассек.
— Поставки, которые вы с моей сестрой уничтожили?
— Да, — Майра рассказала брату о путешествии с Савенеком. Он старался не улыбаться как идиот. — И в письме упоминается об объединении четырех королевств: Рассека, Френа, Тельмены и Апетаги.
— Как они объединятся?
— Через брак. Принц Кердан с принцессой Кондитто, принцесса Лареисса с принцем Джемом, принцесса Шелена должна быть с принцем Одаром.
— Аллисса говорила, что Френ порвал контракт между Шеленой и Одаром, — Марек сцепил ладони перед лицом. — Интересно, что потом принц Одар прибыл в Империон, желая брак с Аллиссой.
Савенек задумался.
— Думаешь, Френ хочет уйти от объединения с другими королевствами?
— Не знаю. Допустим, другие браки произошли. Это объединит Рассек и Апетагу, Тельмену и Апетагу, а Френ с Тельменой уже объединены браком принца Крена и принцессы Жестины.
— Может, со смертью Жаны и Дрентона королевства уже не хотят объединяться, — предположил Савенек. Он надеялся, что нынешнее состояние Рассека нарушит те планы.
— Не знаю.
Многие отчеты шпионов показывали, что королевства оставались в своих границах. Проблемой объединения королевств был вопрос, кто будет ими править, чтобы они вместе пошли против Империона. Может, они уже и не хотели нападать на Империон. Может, четыре королевства начнут сражаться между собой. Эта идея была интересной. Он хотел бы потом ее обдумать получше.
— Ты знал, что Кердан сделал предложение Аллиссе? — это его беспокоило, но и показывало, что Рассек уже не хотел объединяться с теми королевствами. Рассек всегда хотел Империон. Савенек не собирался допускать такое.
— Я слышал.
— Кердан только получил трон. У него много работы, — управление аристократами, подавление гражданской войны. — Думаю, настоящая угроза будет от Френа, Тельмены и Апетаги. Рассеку хватает проблем и без них. Но я верю, что в будущем с Рассеком нужно будет разобраться.
— Точно, — Марек скрестил ноги. Он хотел что-то сказать, но в дверь постучали.
— Войдите! — крикнул Савенек.
Страж ворвался в комнату, тяжело дыша, словно пробежал милю изо всех сил.
— Прибыл командир Дармик. И… с ним принцесса Аллисса, — часовой словно увидел призрака. — Слышите? Принцесса жива!
Савенек ожидал, что многие так отреагируют, узнав, что принцесса вернулась из мертвых.
— Спасибо. Можешь идти, — дверь закрылась, и Савенек глубоко вдохнул. — Моя сестра вернулась, и у тебя, полагаю, есть другие обязанности?
Марек улыбнулся.
— Можно я пойду?
— Вперед.
Савенек встал, не зная, стоит ли идти к своей сестре. Его тело пылало, пот выступил на лбу. Почему он нервничал? Он ничего не доказывал. Она была просто женщиной. И его сестрой. Он сжал край стола.
— Принц Савенек? — Маделин заглянула в комнату.
Он выпрямился.
— Да?
— Кое-кто хочет аудиенцию с вами, — она открыла дверь шире, и вошел Натенек.
Савенек не ожидал увидеть его. Он провел руками по волосам, не зная, был рад или расстроен из-за того, что Натенек врал ему всю жизнь. Но Натенек любил его как сына. Заботился как о своем сыне.
— Я вас оставлю, — Маделин закрыла дверь.
— Прости, что не рассказал, — сказал Натенек.
— Не верится, что ты скрывал от меня такое важное, — Савенек хотел сказать больше. Хотел кричать и бить Натенека за ложь. Но он уважал Натенека и его авторитет. Если начать его обвинять, вести себя по-детски, это ничему не поможет. Что сделано, то сделано.
— У меня были строгие приказы.
— Я так и понял, — сказал Савенек. Натенек никогда не ослушивался приказов императрицы. Его верность Империону восхищала Савенека. — Как ты? — похоже, Натенек не мылся днями.
— В порядке.
— Ты явно был вовлечен в убийство Жаны, — иначе он не появился бы в одно время с Дармиком и Аллиссой.
— Да. Хотя ее убила твоя сестра.
Конечно. Она не могла сделать ничего неправильного. Все звали ее идеальной принцессой, которая любила свое королевство. Ее похитили и пытали, но она сбежала и извлекла из этого выгоду.
— Какая ситуация? Кердан — угроза? Рассек на нас нападет?
Натенек сел.
— У тебя есть что-нибудь попить?
Савенек прошел к столику сбоку, спешно налил Натенеку воды.
— Вот.
— Ситуация с Рассеком под контролем, — он сделал пару глотков. — Но у нас есть много времени поговорить об этом позже. А пока расскажи, как ты.
Савенек плюхнулся на стул рядом с Натенеком.
— Неплохо. Дармик дал мне много заданий, — в отличие от Натенека. — Я управляю Братством и знакомлюсь с замком, армией и городом.
Натенек кивнул, словно уже знал это. Может, так и было.
— Какие у тебя отношения с родителями?
— Нормальные, — Савенек не был готов к этому разговору сейчас, ведь еще не разобрался со своими чувствами.
— Ты можешь поговорить со мной.
— Да? — рявкнул Савенек. — Ты верен императрице, не мне, — иначе Натенек рассказал бы ему правду.
Мужчина сделал глоток воды, не став отвечать.
— Прости, — буркнул Савенек.
— Думаю, часть этой враждебности я заслужил. Я делал то, что считал лучшим. Правильно это или нет.
Натенек ничего не говорил об Аллиссе, кроме того, что она убила Жану. Он ждал, что Савенек спросит о ней? Потому что он не хотел спрашивать. Он хотел, чтобы Натенек рассказывал сам. Он невольно задался вопросом, что Натенек думал о ней. Детской части него хотелось, чтобы она не нравилась Натенеку. Глупо, но такое он ощущал.
— Что ты хочешь знать? — спросил Натенек, опуская чашку на стол.
— О чем?
Он рассмеялся.
— Аллисса. Я вижу, что она тебе интересна.
Савенек пожал плечами. Он не знал, с чего начать. Родители выбрали ее, чтобы растить, любить и сделать наследницей Империона. Теперь Аллисса вернулась, и как Савенек вписывался в эту семью? Был ли он ее частью?
Он не спросил о сестре, а сказал:
— Как долго ты будешь в Лейксайде?
— Я могу остаться так долго, как ты захочешь.
Почему-то он сильно обрадовался.
— Ты хочешь остаться? Или хочешь вернуться домой?
— Я бы хотел остаться тут. Хоть я не твой биологический отец, я тебя вырастил. Я считаю тебя своим сыном.
Савенек и не понимал, как сильно скучал по Натенеку.
— Мне пригодился бы советник, которому я могу доверять, — он улыбнулся, зная, что Натенеку будет сложно помнить, что Савенек теперь был выше него рангом.
— Мы обсудим позже то, как я пригожусь короне. А пока нужно готовиться. Я слышал, вечером праздник.
Точно. День рождения Савенека… и Аллиссы. Она будет там, и он, наконец, встретит сестру.
* * *
Стоя у Главного зала с Ремой и Дармиком, Савенек ждал, пока его объявят. Глупо, что они не могли войти, пока всем не скажут, кем они были. Но Рема настояла, что это традиция.
— Расслабься, — Рема похлопала его по руке.
— Я расслаблен, — он покрутил головой, разминая шею. Его черные штаны и туника были тесноваты, и он потел в них. Герб королевской семьи, вышитый на груди, подчеркивал его статус.
— Аллисса скоро будет, — сказал Дармик. — Мы войдем без нее.
Страж открыл двери, и глашатай объявил:
— Принц Савенек, император Дармик и императрица Рема.
— Идемте, — сказал Дармик.
Рема стояла между Дармиком и Савенеком, они держали ее за руки. Они вошли в зал вместе. Люди расступились, создали ряд в центре комнаты для королевской семьи. Они проходили, все кланялись. Савенек заметил, что люди следили за его движениями. Он вдруг осознал, что держал Рему за руку, старался играть роль заботливого, но беспечного принца. Он знал, что людям было интересно, как он поведет себя при дворе. Ему нужно было сохранять осторожность.
Они остановились в центре комнаты.
— Спасибо, что пришли отпраздновать с нами этой ночью, — сказала Рема. Она кивнула, и все продолжили говорить.
Дармик взял Рему за руку и обнял. Началась музыка, и Савенек смотрел, как его родители танцуют вместе. Некоторые тоже начали танцевать. Савенек оглядел комнату в поисках Майры. Ее нигде не было видно.
Песня закончилась, и Рема присоединилась к Савенеку.
— Я представлю тебя всем, кто подойдет познакомиться. Важно, чтобы ты встретил герцогов и членов Легиона. Но я не хочу искать их.
Потому что она хотела сохранить власть. Она не хотела выглядеть слабо. Савенек знал, что в Империоне было пять регионов, и каждым управлял герцог. Когда подписывали соглашения и принимали важные решения, каждый герцог голосовал, как и члены Легиона. В теории так учитывались голоса всех людей, живущих и работающих в королевстве. Савенек не знал, что будет, если Рема не согласится с результатом голосования.
Двери открылись, и объявили Аллиссу. Савенек повернулся и увидел ее на пороге. Все в комнате опустились на колено.
Даже если бы никто не сказал, он понял бы, что это его сестра. У нее были те же волосы и цвет кожи, что и у Дармика, но рот и пронзительные голубые глаза Ремы.
— Я боюсь шалостей, которые вы тут устроите, — сказала Рема.
Дармик рассмеялся.
— Они будут убийственным сочетанием. Я жалею тех дураков, что встанут на их пути.
Майра присоединилась к Аллиссе, и девушки пошли к ним. Когда они миновали половину пути, Майра вскинула руки и убежала. Аллисса нахмурилась, глядя, как ее подруга уходит. Аллисса повернулась к Савенеку, перебирая пальцами, словно нервничая. Она снова зашагала к нему. Ее лицо было знакомым, хоть Савенек не видел ее раньше.
Аллисса остановилась в паре футов от него.
— С днем рождения, брат, — сказала она с улыбкой. Ее глаза мерцали, намекая на ее веселый характер.
— С днем рождения, сестра.
— Я говорила себе, что не буду плакать, — сказала Рема. — Но не могу сдержаться. Я так счастлива. Семнадцать лет со мной не было обоих детей сразу.
Аллисса вытерла слезы с лица матери. Просто жест поразил Савенека.
— Я хотел бы станцевать с дочерью, — Дармик взял Аллиссу за руку и повел танцевать.
Савенек моргнул. Он знал, что Аллисса выросла с Ремой и Дармиком, но при виде любви между ними его словно ударили кулаком в живот. У него такого не будет.
— Что ж, — Рема отвлекла его. — Потанцуем?
Он вспомнил о своей роли, выдавил улыбку и ответил:
— С радостью, — Савенек взял Рему за руку, и они пошли туда, где все танцевали. Мелодия была медленнее, и они могли легко общаться. — Аллисса хорошо выглядит, — если учесть, что ее похитили, пытали, ранили и вовлекли в убийство.
— Ты-то должен знать, что внешность бывает обманчива, — Рема посмотрела поверх плеча Савенека на танцующих Аллиссу и Дармика. — Эта жизнь всегда была для нее непростой. Она ценит уединение, и у нее нет природного способности очаровывать толпу, как у тебя.
Савенек фыркнул.
— Думаешь, я очаровательный?
Рема улыбнулась ему.
— Когда хочешь быть таким. Я видела, как ты дулся в одну минуту, но улыбался в другую, когда замечал, что на тебя смотрят. Аллисса не может так легко управлять своими эмоциями. Я заметила и то, что, когда ты входишь в комнату, все внимание тут же обращается к тебе. Аллисса остается в тени.
— Иронично, учитывая, как нас растили.
Мелодия кончилась, и Рема повернулась к Дармику. Он взял ее за руку, и Савенек остался наедине с Аллиссой.
— Потанцуем? — спросил он.
Она покачала головой.
— Я устала. Неделя была долгой, — она пошла сквозь толпу, и Савенек следовал за ней. Она добралась до балкона и обратилась к стражу. — Я хочу немного побыть одна с братом.
Страж попросил всех покинуть балкон. Как только он опустел, Аллисса вышла наружу. Она спокойно прислонилась к перилам, опустив сверху руки. Савенек повторил ее позу. Дул легкий ветерок.
Они стояли в тишине пару минут. Савенек дышал хвойным ароматом, который сильно отличался от сухого песка, среди которого он рос.
— Ты говорил с Натенеком? — спросила Аллисса.
— Да. Он пришел ко мне вскоре по прибытию.
— Он хотел тебя увидеть. Я не знала его так долго, но он мне понравился.
Савенек почесал голову, пытаясь понять, как ответить. Спасибо? И он мне нравится? Он был отличным поддельным папой?
Она резко повернулась к нему.
— Ты ненавидишь меня?
— Нет. Почему ты спрашиваешь? — он знал причину. Она точно ощущала вину, что Рема и Дармик выбрали ее растить своим ребенком, а не его.
— Я не знала, что ты был жив. Я все еще злюсь на маму с папой за то, что они скрыли это от меня. Прости, — она сжала перила так, что костяшки побелели.
— Не за что извиняться. Как ты и сказала, ты не знала, — он оперся на перила, пытался увидеть деревья вдали. Луна скрылась за тучами.
Она вздохнула.
— Мама дала мне выбрать. Жить обычной жизнью без оков наследницы престола.
— Почему ты решила вернуться? — она хотела власти? Вряд ли. Может, скучала по родителям. Она была явно близка с ними.
— Хоть заманчиво представить обычную жизнь, я так не смогла. Я хочу помочь Империону, а еще хотела встретиться с тобой. Я семнадцать лет жила без брата, и я не хотела прожить еще семнадцать, не узнав, какой ты, нравилась ли тебе та жизнь, похож ли ты на меня, — она пожала плечами. — И я тут.
— Быть тут правильно, — и правда этих слов потрясла его.
Аллисса улыбнулась. У нее была улыбка Ремы.
— Точно.
Они стояли в тишине, смотрели на лес вдали.
— Что между тобой и Майрой? — спросила Аллисса.
— Почему ты думаешь, что что-то есть между нами? — Майра рассказала что-то Аллиссе?
— Когда я назвала твое имя, она стала взволнованной. Я еще не видела, чтобы она так реагировала.
Его сестра была довольно наблюдательной.
— Меня отправили на миссию в Апетагу. Майра была со мной.
— Что? — сказала Аллисса чуть громче, чем нужно. — Я все думала, куда Неко ее послал? Что это была за миссия? Расскажи мне все.
Его удивило, что она не знала об этом. Может, она не знала о Братстве. Савенек следующий час описывал Аллиссе его с Майрой приключения в Апетаге. Она смеялась, спрашивала, искренне интересовалась всем, что он говорил. С ней было просто говорить, и вся неловкость между ними растаяла.
Савенек старался не задавать слишком много вопросов о том, что произошло с ней в Рассеке. Он знал, что она поговорит с ним, когда будет готова. И эта ночь была не для болезненных воспоминаний. Им нужно было узнать друг друга и отпраздновать день рождения. Первый из многих.
* * *
Следующим утром Савенек завернул за угол, хотел войти в гостиную, но заметил Аллиссу, стоящую у дивана с пустым лицом. Он мгновение смотрел на нее. Ее взгляд был рассеянным, и ее неподвижность пугала его. Он вошел в комнату.
— Ты в порядке?
Она моргнула, ее лицо тут же ожило.
— В порядке.
— О чем ты думала? — спросил он, надеясь, что она не против поговорить.
— О друге, Гревике, — она обошла кресло, провела пальцами по спинке. — Он умер, защищая мою личность.
— Друг? — или возлюбленный? Он жил в замке? Был придворным или солдатом? У Савенека вдруг появилась сотня вопросов для нее.
— Он был одним из моих лучших друзей, — она стукнула по спинке кресла и недовольно выдохнула. Она уперла руки в бока, склонила голову и сказала. — Я хочу кое-что тебе показать, — она прошла к двери. — Ты идешь?
Он поспешил за ней, и они покинули королевские покои. Стражи устремились за ними.
Аллисса подняла голову, расправила плечи, стала выше, выглядела величаво. Она медленно шагала по коридору, выглядя уверенно.
— Как ты привыкаешь к жизни в замке?
— Понемногу, — рядом с ней он старался выглядеть вяло. — Куда мы идем?
— В одно из моих любимых мест, — на первом этаже она повела его в библиотеку. — Я люблю приходить сюда, потому что тут часто пусто. Если нужно меня найти, скорее всего я тут.
Аллисса пошла к дальней части библиотеки, где были ниши. В каждой были стол и две скамьи. Она прошла в нишу в конце и села, вздыхая. Савенек опустился напротив нее. Их стражи остались у входа в библиотеку, дав им иллюзию уединения.
— Скажи, в чем дело, — попросила Аллисса, прислоняясь к стене.
— О чем ты? — ее слова можно было понять по-разному.
— Теперь Рассек нам уже не угрожает, Империон в безопасности? Или мне нужно знать о других проблемах? Отец говорил, что Тельмена не рада.
— Я не думал, что тебя интересует политика королевства, — он был серьезен лишь отчасти.
Она потянулась над столом и стукнула его по руке.
— Ох, я не ожидала, что мой брат такой тупоголовый.
— Я просто шучу.
— Не надо. Я хочу приступить к работе.
Ее взгляд снова стал странным, запуганным. Он видел это пару раз прошлой ночью. Обычно это длилось лишь миг. Если бы он не обращал внимания, и не заметил бы. Он выглянул в окно слева. Туман легкой пеленой покрывал землю. Раннее утро, многие в замке еще спали. Он повернулся к Аллиссе, заметил ее нетерпение. После всего, через что она прошла, она хотела заняться делом, чтобы не поддаваться воспоминаниям. Сочувствие и сожаление наполнили Савенека, и ему хотелось узнать, что с ней произошло, чтобы помочь ей оправиться.
— Понимание, что Дрентон мертв, и что ты убила Жану, помогает? — когда его заставляли убить, он не знал человека, и он не хотел отомстить жертве.
Аллисса смотрела на стол, и Савенек не был уверен, что она ответит. Когда он задал вопрос, она не вздрогнула от имен так, как он ожидал.
— Я видела ее смерть. Как и с Сомой, — она потерла лицо.
Савенек опустил ладони на колени, сжал кулаки. Она не переживала из-за Дрентона. Она сказала о Соме, сыне Жаны, который много знал о ядах. Савенек с трудом скрыл эмоции на лице. Он не раскрывал, как злился от мысли, что Сома навредил Аллиссе. Хорошо, что Сома был мертв, иначе Савенек убил бы его.
— Он все еще не дает мне покоя, — прошептала она. — Сложно спать.
Он, не она. Савенек закрыл глаза и глубоко вдохнул. Ему нужно узнать. Он взял себя в руки и посмотрел на сестру.
— Скажи, что он…
Тихий шепот донесся от двери библиотеки. Савенек оглянулся. Майра говорила со стражем.
Аллисса выпрямилась, ужас был на ее лице лишь миг, а потом пропал, и она тепло улыбнулась.
— Ох, хорошо. Майра тут, — она помахала подруге.
Майра направилась к ним, смотрела на Аллиссу, даже не взглянув в сторону Савенека. Он не был против. Так он мог смотреть на нее. Сегодня она была в темно-зеленом платье, рукава волочились по полу. Ее волосы были заплетены на голове, открывая тонкую изящную шею. Он хотел бы поцеловать эту шею сейчас.
Аллисса пнула его под столом.
— Вам что-нибудь нужно? — спросила Майра, встав перед ними.
— Да, — Аллисса похлопала по месту рядом с собой. Майра застыла, а потом села. — Что между тобой и моим братом?
Глаза Майры расширились, и ее лицо стало ярко-красным, от этого она стала потрясающей.
— Ничего, клянусь.
Аллисса закатила глаза.
— О, брось. Я не слепая. Я вижу, как вы смотрите друг на друга. И мой брат рассказал все об Апетаге.
Савенек заметил, что у Майры был кулон, была заметна цепочка. Если там висел ключ, который он сделал, он его не видел под платьем. Но просто осознание, что ключ был на ее коже, успокаивало его. Она все еще думала о нем.
Когда она не ответила, Аллисса встала.
— Если не будешь говорить со мной, хотя бы поговори с Савенеком. Простите, у меня встреча с матерью, — она ушла из комнаты, высоко подняв голову.
Савенек рассмеялся. Его сестра была смелой. Она вышла из библиотеки, он повернулся к Майре.
— Как ты? — он хотел потянуться над столом и сжать ее ладонь, но знал, что нельзя.
— Я в порядке. А ты? — она, наконец, посмотрела ему в глаза.
Он не мог поверить, что она была с ним такой скованной и вежливой. Так не пойдет. Он склонился и пошевелил бровями.
— Теперь ты тут, и у меня все отлично, — он подмигнул.
Ее лицо покраснело еще сильнее. Он скучал по ее румянцу.
— Мне нужно идти.
— Постой, — он не сдержался, потянулся над столом. Как он и боялся, Майра не приняла его ладонь. Она оставила свои ладони крепко сжатыми. — Я говорил с Ремой.
Она нахмурилась.
— О чем? — тихо спросила она.
— О том, чтобы ухаживать за тобой.
Она закрыла лицо руками.
Он склонился, убрал ее пальцы, чтобы видеть ее красивое лицо.
— Ари.
Она издала забавный звук.
— Поговори со мной.
— Ты — принц.
— И?
— Тебе нужен брак по политическим причинам, — ее глаза наполнились слезами. — Когда мы были в Апетаге, я не знала, кто ты.
— Понимаю. И я не знал, — он сжал ее ладони. — И Рема сказала, что я могу выбрать, на ком жениться.
— Да?
Он кивнул.
— Что скажешь?
— Ты говорил с моим отцом?
Неко уже озвучил свои опасения. Но Рема говорила, что обо всем позаботится.
— Я еще не спрашивал официально. Хотел убедиться, что я все еще, кхм, нравлюсь тебе.
Она улыбнулась, ямочка появилась на ее правой щеке.
— Ты все еще мне нравишься.
— Хорошо, — он посмотрел на ее красные губы. Он хотел поцеловать ее. — Я спрашивал твоего отца насчет твоей работы с Братством.
— Что он сказал?
— Что подумает, — теперь Неко вернулся, и он должен ответить. — Он ничего тебе не говорил об этом?
— Нет.
— Что я не говорил? — спросил Неко, голос был громким в тихой библиотеке.
Савенек хотел спрятаться под столом. Он не мог поверить, что Неко застал его, сжимающего ладони Майры, говоря с ней наедине.
— Я говорила тут с принцессой Аллиссой, — сказала Майра. — Она только ушла. Я говорила Савенеку, что ты не упомянул шанс моей работы с Братством.
Неко скрестил руки и посмотрел на Савенека.
— Здравствуйте, сэр, — Неко сглотнул. Так ему обращаться к Неко? Обычно он так и сказал бы. Но теперь Савенек был принцем, и он не знал, как правильно. Ему нужно было еще многое выяснить.
Неко повернулся к дочери.
— Твоя мать ждет тебя в солнечной комнате. Принц Савенек, император в Военном зале. Он ждет вас. Немедленно, — Савенек уловил вежливость его тона.
— Да, сэр, — он встал и покинул комнату.
ГЛАВА 6
Аллисса направилась в тренировочный зал, радуясь, что смогла свести Савенека и Майру. Она открыла дверь, вдохнула знакомый запах дерева и пота. Как она и надеялась, Марек ждал ее в центре комнаты.
— Давно не виделись, — поприветствовала его она.
— Сразимся на мечах или без?
— Без.
— Почему ты улыбаешься? — он с подозрением посмотрел на нее. — Я должен о чем-то знать?
— Похоже, мой брат и твоя сестра неровно дышат друг к другу, — никто еще не ловил Майру на влюбленности, и Аллиссе нравилась мысль, что ее лучшая подруга полюбила ее брата.
Марек упер руки в бока.
— Мой отец не одобряет.
— Почему? — потому что Савенека растили в Братстве?
— Он не хочет, чтобы Савенек поспешил, не подумав о последствиях.
Она вытянула руки перед собой, встряхнулась. Дело было не в том, чего хотели Майра и Савенек, вопрос был — что лучше для Империона. Если кто и должен был говорить об этом, то ее мать, а не Неко.
— Другое королевство хочет альянса с нами?
— Сейчас — нет. Но кто знает, что будет дальше.
Он был прав. Брак Савенека мог быть выгодным. Но перед тем как думать о таком, Аллиссе нужно было поговорить с Савенеком и понять, как сильно ему нравилась Майра. Потому что, если он ее искренне любил, Аллисса проследит, чтобы Савенека не заставили жениться по политическим причинам.
— Кстати об этом, — сказал Марек, — что насчет тебя? — он зашагал вокруг нее.
— Что насчет меня? — она приготовилась к его атаке. Он любил нападать, когда она ожидала этого меньше всего.
— Я слышал, ты получила предложение от принца Кердана, — его голос звучал так, словно он не верил в это.
— Ты про короля Кердана, — ей нравилось, как это звучало на ее языке. Кстати о языках, она вспомнила, как они в последний раз были вместе, и как он ее поцеловал.
— Это отвечает на все мои вопросы.
Она старалась, но все равно покраснела.
— Кердан? Серьезно? — он сморщил нос, словно попробовал что-то кислое.
— Как это понимать? — если один из ее лучших друзей не был рад ее браку с Керданом, никто этого не одобрит.
— Он из Рассека, — сказал Марек, будто это все объясняло. Он остановился перед ней. — Рассек тебя похитил, — его глаза вспыхнули с чем-то, что она не могла распознать. Ярость?
Аллисса коснулась плеча Марека. Она обязана была объяснить ему все, особенно, если хотела сохранить его главой своей стражи и после брака.
— Жана устроила мое похищение. Не Кердан. Он меня спас, — она описала, как ее пытали по приказам Жаны, как Дрентон приказал ее казнь, и как Кердан заступился и спас ее. Она объяснила, как они с Керданом невольно стали союзниками, а потом друзьями.
— И он тебе не безразличен? — спросил Марек.
— Да, — она опустила руку. Он нападет на нее в любой миг.
— Я думал, что это был политический брак, — он снова пошел по кругу.
— Уверяю тебя, я его люблю, — она покрутила кольцо, которое ей дал Кердан, осознав, что, может, не стоило носить его на тренировке, ведь оно оставит неприятный след.
— Хоть он из Рассека?
Теперь он просто дразнил ее.
— Он может показаться грубоватым, — призналась она. — Но как только ты его узнаешь, ты поймешь, что он верен своему королевству, заботится о благе своего народа. И он хороший, — она скрыла то, что он был отличным бойцом и мог превзойти Марека.
— Ты перестанешь улыбаться? — Марек потрясенно покачал головой. — Я вижу, что ты думаешь о нем, по твоему лицу, — он сжал переносицу. — Твой отец одобряет брак?
— Да, — проблема была в условиях, которые выдвинул Дармик. — Но он настаивает, что мама и Савенек должны одобрить брак, а потом мы подпишем контракт.
Марек засмеялся.
— Удачи с этим.
— Мы будем сражаться? Я пришла не обсуждать свою личную жизнь.
— Может, нет. Но я пришел поболтать о тебе, — пошутил он.
Она замахнулась, и он пригнулся. Пора было показать атаки Рассека, которым ее научил Кердан.
* * *
Аллисса прошла в обеденную в королевских покоях. Рема настояла, чтобы они поели семьей, не отвлекаясь на придворных. Это ее устраивало. Аллисса избегала как можно больше людей, вернувшись. Она не хотела отвечать на вопросы, где была, и что с ней случилось. Или слушать, как люди рады, что она вернулась. И все —
Стены из темного дерева и без окон придавали комнате уют. Огонь ревел в камине, согревая место. Рема, Дармик и Савенек уже сидели у маленького квадратного столика. Ее брат приподнял бровь. Она закатила глаза. Она не опоздала, но и не пришла заранее. Она села, и слуга расставил тарелки еды на столе и ушел.
— Мы одни? — спросила Аллисса, взглянув на закрытые двери. Стражи не стояли на другой стороне.
— Нужно поговорить, — сказал Дармик. — И я не хочу, чтобы нас слышали.
Савенек зачерпнул картофель и опустил на свою тарелку.
— А вы обычно не едите семьей? — он схватил кусок утки, но не стал трогать морковь.
— Едим, — сказала Аллисса, — но в зале, где около пятидесяти придворных, — она смотрела, как брат запихивает кусок утки в рот. — Это весело. Мы всегда на виду, — она склонилась и наполнила свою тарелку. — Что вы хотите обсудить? — она ждала, пока Дармик начнет разговор.
Рема поглядывала на Савенека. Она не просто приглядывала за сыном. Это была почти… тревога? Почему ее мама переживала за Савенека? Аллиссе казалось, что у него все в порядке.
— Нам нужно поговорить о Тельмене, — сказал Дармик. — Они прислали мне письмо с сильными словами, они против союза Империона и Рассека.
— Они знают, что Кердан сделал предложение Аллиссе? — спросил Савенек.
— Да, — Дармик сделал глоток из кубка. — У кого какие мысли об этом?
— Я вижу смысл союза Рассека и Империона, — сказал Савенек. — Но мне не нравится, что сестра будет с врагом.
Аллисса моргнула. Что? Савенек не так долго был принцем. С чего он взял, что мог влиять на это дело?
— Я понимаю, почему ты так говоришь, — сказал Дармик.
— Он убил его отца, — добавил Савенек.
— Нет, — вмешалась Аллисса. — Жана убила Дрентона, — хотя Кердан хотел убить отца. Но она не хотела упоминать это сейчас. — Кердан хороший.
— Он тебя похитил, — сказал Савенек.
— Нет. Сома похитил меня по приказу Жаны. Кердан спас меня.
— Тогда ты ослеплена долгом перед ним.
Дармик кашлянул, привлекая общее внимание.
— У меня были те же тревоги и мысли, что и у тебя, — сказал он Савенеку. — Но я провел время с Керданом. Он оказался хорошим человеком.
— Ты и принца Одара считал отличной парой для нашей дочери, — сказала Рема. — И смотри, что вышло.
— Почему вы не можете поверить мне? — спросила Аллисса. — Я хочу выйти за Кердана.
Рема сжала руку Аллиссы.
— Я очень тебя люблю, но ты пережила ужасные испытания. Думаю, тебе нужно время и место, чтобы понять, чего ты хочешь на самом деле.
Проклятье. Все думали, что она была раненым зверьком, которого нужно приласкать?
— Почему не спросить Неко и Натенека о Кердане?
— Я уже говорила с ними, и у них есть несколько опасений.
Аллисса вытащила ладонь из руки матери.
— Я согласился на союз при одном условии, — сказал Дармик. — Я сказал Кердану, что, как только он будет коронован и установит контроль над Рассеком, ему нужно прибыть сюда для переговоров. Когда он получит одобрение Ремы и Савенека, будет брак.
— Отлично, — Савенек сунул еще ложку картошки в рот.
Он думал, что все решено? Когда Аллисса соглашалась, она не знала, что ее брат будет так глупо вести себя в этой ситуации. А она пыталась помочь ему с Майрой. Ладно. Если он будет мешать, то и она помогать больше не станет.
— Аллисса, — сказал Дармик с предупреждением в голосе.
— Что? — невинно спросила она.
Он приподнял брови.
— Хватит затевать хитрые планы. Это не хорошо.
Она фыркнула, но не спорила.
— Кердан не сразу возьмет все под контроль и прибудет сюда, — сказала Рема. — Пока он не прибудет, я хочу, чтобы ты поняла, хочешь ли этого. Расстояние помогает все увидеть по-другому. Прошу, постарайся обдумать это.
Аллисса закатила глаза. Савенек рассмеялся.
— Ты точно злила Натенека, — сказал он с едой во рту.
Где была булочка, когда была так нужна? Она не нашла еды, которой можно было бросить в брата, и склонила голову и сказала:
— Вообще-то, мы неплохо поладили.
Его улыбка стала шире.
— Ясное дело.
Она взмахнула ногой, пытаясь пнуть его под столом, но промазала.
— А ты вспыльчивая, — отметил он.
— Хватит злить сестру, — сказал Дармик.
— Он специально так делает? — спросил Аллисса. Зачем он так делал?
— Я вижу, что тебя растили как принцессу, — Савенек отклонился на стуле и смотрел на нее. — Ты вся такая правильная, ждешь, что все будут поступать, как ты хочешь… а еще ты… как там… ханжа, — его глаза хитро блестели.
Она вскочила со стула и потянулась над столом, чтобы задушить его.
— Я говорил не провоцировать ее, — Дармик покачал головой.
— Я думала, у нас будет милый семейный ужин, — добавила Рема.
Аллисса не дотянулась через стол и хотела уже оббежать его.
Савенек засмеялся.
— Пытаешься опровергнуть мое мнение, ведя себя как житель Рассека?
Она застыла. Что она делала? Кроме попытки убить брата — хотя она хотела лишь немного ему навредить — она хотела доказать, что власть была у нее. Но ее брата учили в Братстве. Учил Натенек. Она не могла превзойти его физически. Нужен был другой подход.
Она подняла голову и поправила платье, а потом села.
— Простите за вспышку, — она изящно подняла вилку и продолжила есть. Если он считал ее ханжой, она ему покажет, что это.
— Вы закончили? — спросил Дармик.
Савенек приподнял уголок рта.
— Пока что.
— Насчет Кердана. Если мы устроим брак, Тельмена будет против.
— Думаю, они все равно будут против, что бы Аллисса ни сделала, — сказал Савенек. — Они хотят вторгнуться в Империон и с самого начала были вовлечены в это.
— Почему? — спросила Аллисса. — Мы их не трогали.
— Я посылала Натенека в Тельмену кое-что проверить, — сказала Рема. — Я знала, что Хамен, прошлый император, женился на наследнице королевского рода в Империоне. Когда он узнал, что императрица Элиза не была настоящей наследницей, и из-за Неро много лет назад все изменилось, он был в ярости. Потому он хотел найти меня и убить.
— Откуда был Хамен? — спросила Аллисса.
— Видимо, из Тельмены, — сказал Савенек.
— Верно, — ответила Рема. — И потому Тельмена помогала Жане всем, чем могла. Но теперь она мертва — и мы убили всю ее семью — так что я ожидаю месть из Тельмены.
— Я предлагаю атаковать, а не ждать тут их следующего хода, — сказал Савенек. — Сделать то, чего они ожидают меньше всего.
— Пока они не сделали ход против нас физически, я не могу отправить армию в Тельмену, — сказала Рема.
Аллисса была согласна с матерью.
— Что ты хочешь получить, напав на них? — спросила она Савенеку.
— Я бы убрал всю королевскую семью.
— А потом? Захватишь королевство? Сделаешь Империон еще больше?
— Или отправлю туда править того, чью власть мы хотим. Того, кто не будет нам угрозой.
— Мы не можем убивать людей, потому что не согласны с ними.
— Вы оба по-своему правы, — сказала Рема. — И все будет учтено. Я хочу, чтобы вы еще обдумали дело. Мы обсудим его завтра подробнее с членами Легиона и герцогами.
— Союз с Рассеком усилит нас, — добавила Аллисса.
— Или станет поводом для войны, — буркнул Савенек.
— Верно, — Дармик уперся локтями в стол. — Но знайте, что бы мы ни сделали, что бы ни выбрали, будет война.
* * *
Аллисса шагала рядом с Майрой, держась за руки, пока они направлялись к стрельбищу.
— Я знаю, что тебе нравится мой брат, — сказала Аллисса.
Майра попыталась вырваться, но Аллисса удержала подругу.
— Я просто хочу узнать, серьезно ли это?
Стало видно стрельбище. Руки Аллиссы покалывало в предвкушении. Она давно не стреляла из лука.
Вместо ответа Майра кивнула на Маделин, ждущую их.
— Слышала, что Марек и Маделин больше не встречаются?
Это потрясло Аллиссу.
— Что случилось? — она оглянулась на Марека, идущего в десяти футах за ней с остальной стражей.
— Я не знаю подробностей, — Майра понизила голос, — но, думаю, Маделин порвала их отношения, когда поняла, что Марек всегда будет ставить тебя первой.
— О чем ты говоришь? — у Марека не было чувств к Аллиссе.
— Когда брат вернулся после твоего похищения, он хотел безумно тебя спасти. Он больше ни о чем не думал. Первой любовью Марека всегда был и будет Империон.
Почему-то Аллисса опечалилась от этого.
— Я хочу ему счастья, — а не быть прикованным к работе.
— Он счастлив. Особенно теперь, когда ты вернулась.
Аллисса думала, только королевская семья жертвовала ради Империона. Она не понимала, что и другие так делали.
Они остановились перед Маделин, которая нетерпеливо топала правой ногой по земле.
— Почему вы так долго сюда шли? — она продолжила, не дожидаясь ответа. — Я не знаю, почему вам так хочется на стрельбище. Вы знаете мое отношение к этому.
Аллисса знала, что Маделин не хватало терпения и навыка стрелять. Ее фрейлина лучше танцевала бы на балу, чем стояла с луком. Еще и при Мареке.
— Тебе не нужно оставаться.
— Мне нужно кое-что с вами обсудить, — сказала Маделин.
Аллисса прошла к столу, где лежали луки разного размера и стрелы. Она нашла свой любимый лук и подняла его, ощущая вес в руках.
— Что такое?
— Я получила письмо от родителей с просьбой о визите. Императрица дала разрешение, но я хотела убедиться перед этим, что не нужна тебе.
Аллисса знала, что родители Маделин, Одек и Веша, жили в доме в паре дней пути отсюда. Они предпочитали тихую жизнь, а не жизнь в городе.
— Я буду сильно скучать, но ты можешь ехать. Насладись временем с семьей.
— Спасибо, — Маделин обняла Аллиссу и ушла, почти побежала к замку.
Аллисса схватила стрелу и прошла к мишеням. Она подняла лук, вложив стрелу. Пять мишеней стояли на разном расстоянии. Она закрыла глаза, радуясь ощущению лука в руках и ветра на лице. Было хорошо быть дома. Она прицелилась в самую близкую мишень и отпустила тетиву. Стрела пролетела по воздуху, попала в мишень, но не в центр. Разница всего в дюйм!
— Я еще не видела, чтобы ты промазывала, — сказала Майра.
Аллисса никогда не промахивалась. Она прицелилась другой стрелой. В этот раз она прищурилась, глядя на центр мишени, игнорируя все вокруг. Медленно выдохнув, она отпустила тетиву. В этот раз стрела летела быстрее, задела край центра. Не в яблочко, но она хотя бы попала.
С третьей стрелой Аллисса прицелилась, собиралась отпустить тетиву, но другая стрела пронеслась мимо нее и попала в яблочко второй мишени.
— Вот так это делают, — сказал Савенек за ней.
Аллисса опустила лук и повернулась к брату, хмурясь.
— Принцесса не стреляла неделями, — напомнила ему Майра. — Я уже говорила, что твоя сестра лучше тебя, — она скрестила руки на груди, бросая вызов Савенеку.
— Невозможно.
Он был слишком наглым, как казалось Аллиссе.
— Не стой там, — протянула она, — а подходи, чтобы мы смогли устроить состязание.
— Если настаиваешь, — он встал рядом с ней. — Будешь просто стоять и бить по неподвижной цели? Это не сложно. Так я мог с пяти лет, — он ухмыльнулся.
Как Савенек вообще привлек внимание Майры? Она хмуро посмотрела на подругу, словно из-за Майры Савенек делал жизнь Аллиссы сложнее. Она могла поклясться, что слышала смех Марека за ней. Предатель.
Она расправила плечи, попыталась сохранить достоинство.
— Чтобы стало сложнее, встретимся у конюшен через полчаса, — она не стала ждать ответа, повернулась и ушла.
— Смело, — сказала Майра, пытаясь поспевать за ее быстрыми шагами.
— Ты уверена, что я стреляю лучше? — она не хотела унизить себя сегодня.
— Савенек хорош, особенно на дальних дистанциях. Его учили стрелять по мелкой мишени. Но ты — меткая, быстрая и никогда не промахиваешься. Кроме того раза сегодня.
— Попроси подготовить двух лошадей. На каждой должны быть лук и колчан с дюжиной стрел, — она поставит брата на место. Сотрет ухмылку с его лица.
— Хорошо. Тебе помочь переодеть платье?
— Нет. Я справлюсь сама, — ей пришлось научиться зашнуровывать платья за прошлые недели, ведь никто не помогал ей у Натенека и в пути.
Майра кивнула и ушла.
Марек подошел к Аллиссе.
— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.
— Разве так не всегда? — она оглянулась, проверяя, что брат не идет за ней. — Что думаешь о Савенеке?
— Насколько я видел, у твоего брата две стороны. Он наглый и избалованный при придворных, со всеми заигрывает. Но наедине он умный, тихий и собранный.
— Почему так?
— Твой отец сказал ему играть такую роль.
— Тогда у него ум моего отца.
— Или твоей матери.
— Не пойму, почему он показывает мне свою придворную сторону.
— Может, пытается узнать тебя лучше.
— Наверное. Или он пытается доказать, что стреляет лучше меня.
— Если так, я не хочу быть рядом с замком, если ты проиграешь.
— Если?
— Прости, я ставлю на убийцу.
Аллисса выругалась.
* * *
Аллисса в штанах для верховой езды и узкой тунике прошла в конюшню.
— Вовремя, — Савенек прислонялся к стойлу. — Полчаса для тебя значат не то, что для меня, — он оттолкнулся и указал на конюха, который держал поводья двух лошадей. — Полагаю, это нам.
— Да.
— И вся наша стража поедет с нами?
— Да. Я сказала им держаться на безопасном расстоянии, — Аллисса заметила, как его щека дрогнула. Она старалась не улыбаться от этого открытия. И старалась не радоваться, что его постоянное наблюдение беспокоило так же, как ее.
Аллисса подошла к ближайшей лошади и забралась на нее.
— Что мы будем делать в твоем состязании? — сказал Савенек, оседлав другого коня.
— За замком есть поле. За полем лес. Если ехать прямо по лесу, ты найдешь узкую тропу, что его пересекает. С каждой стороны тропы где-то на деревьях висят пять мишеней. Твои стрелы с синей меткой, мои — с красной. Тот, кто попадет по большему количеству мишеней и ближе к центру, победит.
— Не честно, ведь ты знаешь, где мишени. У меня нет преимущества.
— Не глупи, — возмутилась она. — Солдат разместил их. Я не знаю, где они.
Он разглядывал ее.
— Мы отправимся в одно время?
— Да. На пути туда можно стрелять только по мишеням справа, на обратном пути — снова только справа. Я буду стрелять в мишени слева, — она направила лошадь к выходу.
— Удивлен, что тебе можно носить штаны, — сказал Савенек. Он ехал рядом с ней.
Она не ответила, а обратилась к Мареку:
— Мы можем ехать?
— Все готово.
— Отсчитай начало.
— Три, два, один, вперед!
Аллисса направила лошадь вперед галопом. Ветер трепал ее волосы, она склонилась в седле, радуясь скорости. Когда она приблизилась к лесу, она схватила лук и стрелу. Замедлив лошадь, она разглядывала деревья в поисках первой мишени. Савенек был немного за ней. Она ощутила, а не увидела, как он поднял лук и прицелился. Не оглядываясь, она искала слева от тропы свои мишени.
Появилась первая мишень. Сжав ногами лошадь, чтобы не упасть, Аллисса прицелилась. Если она сорвется с лошади, не сможет больше смотреть на брата. Она натянула тетиву, проверила цель, выпустила стрелу. Не желая замедляться, чтобы проверить, попала ли она, Аллисса поехала дальше в поисках мишени. В этот раз она была чуть выше. Она прицелилась и выстрелила. Две готовы.
Лошадь повернула на тропе, отбрасывая землю на бегу. Стало видно две мишени. Аллисса как можно быстрее выпустила стрелу, схватила другую, прицелилась и выстрелила. Первая точно попала. Вторая могла прилететь не в центр.
Последняя мишень была впереди. Ей нужно было выстрелить, развернуть лошадь и приготовиться к мишеням на другой стороне. Она выстрелила, посмотрела, как стрела летит к центру. Стрела вонзилась в яблочко, и другая стрела разбила ее пополам. Проклятье!
Она развернула лошадь. Савенек как-то смог уже развернуть лошадь и мчался обратно по тропе, был впереди Аллиссы. Она с неохотой признала, что он был отличным всадником. Ясное дело. Его вырастил Натенек. Но она не хотела проиграть ему. Поправив хватку на луке, она приготовилась выстрелить в следующую мишень. Она увидела ее чуть глубже в лесу, чем были другие мишени. Она выпустила стрелу, надеясь, что не попадет в дерево, а не по мишени.
Ее лошадь замедлилась у поворота. Когда тропа стала прямой, Аллисса погнала ее быстрее. Стало видно следующую мишень. Она выпустила стрелу, обрадовалась стуку, который услышала, и проехала мимо. Она погнала лошадь еще быстрее, поравнялась с Савенеком.
— Тут не хватит места для езды бок о бок, — закричал он.
Она знала это, но игнорировала его, сосредоточилась на поиске мишеней. Если он переживал, что его лошадь столкнется с ее, пусть замедляется или следит за ней. Может, так он даже промахнется. Это был грязный прием, но ей было все равно.
Стало видно мишень. Она выпустила стрелу. Руки уставали. Аллисса схватила еще стрелу, и та выпала из пальцев. Стараясь не злиться, она вытащила другую и выстрелила.
Чуть не промазала. Она взяла другую стрелу, повернулась к мишени и выпустила ее. Аллисса развернулась и увидела последнюю мишень. Солдат повесил их близко, чтобы увеличить сложность. Если Савенек мог метко выпустить две стрелы сразу, что было возможно, ведь его тренировал Натенек, она точно проиграет.
Аллисса замедлила лошадь до ходьбы, похлопала по шее и утешила словами, благодаря за быстрый и ровный бег.
— Ты безумная, — сказал Савенек. Он пронесся мимо нее и замедлил лошадь, ждал, пока она догонит. — Погибнуть пыталась?
— Я пыталась победить, — она остановила лошадь.
— Я проверю мишени, — сказал Марек и устремился в лес.
— Я понимаю, что ты хотела победить, но не нужно рисковать зря, — его глаза были полны ярости.
— Я не рисковала зря, — сказала она с большей уверенностью, чем чувствовала.
Он провел руками по волосам.
— Тогда как ты зовешь трюк, когда чуть не столкнула меня с дороги? — он звучал почти истерично.
— Я не сталкивала тебя с дороги. Не перегибай.
— Ты — принцесса, ты не должна подвергать жизнь опасности, — он похлопал лошадь по шее.
— Переживаешь за меня? — правда? Как брат?
— Конечно. Я не хочу быть императором. Я могу помогать Дармику и управлять Братством, но все это… — он указал на стражу неподалеку. — Я не хочу такого всю жизнь. Так что береги себя и не сломай шею.
Ей было сложно его понять. Он был серьезен? Шутил? Всего понемногу?
— Почему ты зовешь отца по имени?
Он сжал поводья лошади.
— Он — твой отец, а не мой, — Савенек развернул коня и направился к конюшням.
Она смотрела в его спину.
— Как ты зовешь Натенека?
Он остановился.
— Натенек — мой отец. Он меня растил.
— Понимаю. Но при дворе ты должен понимать, что могут не так понять, если ты назовешь Натенека отцом, — им не нужны были сомнения в легитимности короны.
Он оглянулся на нее.
— Всегда важнее королевство, да?
Всегда.
— Если мы не будем ставить Империон первым, то кто будет? У нас долг перед народом.
— Знаю, — он повернул лошадь и оказался лицом к Аллиссе. — Когда меня учили в Братстве, я думал, королевская семья приказывает всем. Я не знал, как многим вы жертвуете лично.
— Не справляешься? — спросила она, шутя лишь отчасти.
— Нет. Я могу это сделать. Просто я не так это представлял.
Марек выбежал из леса.
— Есть победитель, — сказал он, добравшись до них.
— И кто он? — спросила Аллисса, переживая.
— Вы почти наравне, — сказал Марек. — Оба попали по всем мишеням. Но только один попал в центр все десять раз.
Ее сердце колотилось в ожидании.
— Принцесса Аллисса победила.
Радость наполнила ее. Она вскинула руки и завопила:
— Да!
Савенек выругался.
— Уверен?
— Да. Она была точнее тебя.
Савенек нахмурился. Аллисса рассмеялась.
— Я уже хочу сообщить новости Натенеку.
— Он сорвет с меня шкуру за поражение. Он всегда говорит, что кинжалом я попадаю лучше, чем стрелой.
— Я отлично метаю кинжал, — заявила она.
— Мы можем проверить?
— Вам было мало? — спросил Марек.
Они повернулись к Мареку.
— Да, — хором сказали они.
ГЛАВА 7
Савенек не мог поверить, что проиграл. Сестре. Женщине. Как такое было возможно? Он был обученным убийцей. Он должен стрелять точнее напыщенной принцессы. Майра была права — Аллисса была отличной лучницей. И это его задевало.
Он отправился в кабинет Дармика, зная, что ему это не забудут. Аллисса будет постоянно дразнить из-за своей победы. Ему нужно было хотя бы победить в состязании с кинжалом сегодня.
Он завернул за угол и чуть не врезался в Майру.
— Простите, ваше высочество, — она попыталась обойти его.
Он поймал ее за руки у плеч.
— Ваше высочество? Серьезно? — он не хотел, чтобы она так его звала. Это было слишком официально. Его пальцы сползли по ее рукам, и он отошел от нее на шаг.
— Мне лучше звать вас принц Савенек?
Ему захотелось назвать ее принцессой Майрой, но он ничего не сказал. Иначе она ударила бы его. Он дьявольски улыбнулся ей.
— Возможно.
— Мне нужно идти. Меня ждут.
— Я скучаю, — прошептал он, медленно шагнул к ней.
— Может, встретимся в солнечном зале после ужина?
Это звучало интересно.
— Одни?
Она взглянула на его стражей.
— Это было бы чудесно.
— Я постараюсь что-нибудь сделать.
— Тогда до встречи, — она поклонилась и поспешила прочь.
Савенек вошел в кабинет Дармика. Дармик стоял в центре комнаты, опирался на стол, окруженный мужчинами в военной форме высших рангов. Неко и Натенек склонились над другой картой.
— Ваше высочество, — сказал один из солдат.
Савенек не сразу понял, что солдат о нем. Потому все и поклонились. Он должен был что-то сказать?
— Вольно, — сказал Дармик. Все выпрямились. — Я рад, что ты тут, — он поманил Савенека к столу. — Посмотри.
Савенек быстро прочел письмо.
— Это оригинал? — Савенек не видел печати на письме.
— Один из твоих шпионов в Тельмене перехватил его. Это копия. Он позволил оригиналу продолжить путь, — Дармик скрестил руки. — Мы обсуждали лучший курс действий.
— Но Тельмена хотя бы не нападет сразу, — отметил Савенек.
— Согласен.
— Какие варианты? — Савенек хотел знать, что они обсуждали перед его прибытием.
— Императрица считает, что нужно подыграть, — сказал Дармик.
— Я рекомендую напасть, — сказал один из солдат.
— Думаю, странно, что принц Джем из Тельмены не хочет брака с принцессой Аллиссой, — сказал Неко.
— Разве Джему не за тридцать? — спросил Савенек.
— Да. Может, потому Тельмена так и не делает, — сказал Дармик. — И у принцессы история с принцем Одаром. В этом есть смысл.
Савенек не мог поверить, что его позвали на встречу такой глубины, и что его мнение слушали и ценили.
— Какие плюсы и минусы брака принцессы Аллиссы с принцем Одаром? — он не видел смысла, но стоило обсудить это. — И чего мы хотим достичь? — он считал, что всю королевскую семью Тельмены нужно было убрать. Зачем жить, все время переживая из-за них? Особенно зная, что Тельмена покупала яд у Апетаги. Ему нужно было, чтобы шпионы узнали, где хранился яд, чтобы его уничтожить.
— Наша цель — защитить Империон от внешних угроз, — сказал Дармик. — Если принц Одар женится на принцессе Аллиссе, мы рискуем. Попробует ли Одар уничтожить нас? Или мы уговорим его помочь нам? Может быть по-всякому. Но мы избежим войны. Хотя бы временно.
— Думаю, если нам нужно сохранить мир, — сказал Савенек, — нужно женить Джема на Аллиссе, — он не мог поверить, что они так просто говорили о жизни его сестры.
— Разве Аллисса этого хочет? — спросил Натенек.
Никто ничего не говорил о том, что хотела или нет Аллисса. Дармик хотел только избежать войны. Савенек не знал, что думать на этот счет. Ему хотелось сказать Дармику, что это ошибка. Что порой война была необходима. И мог ли Дармик пожертвовать так счастьем дочери? От такой мысли Савенеку было плохо.
— А если принцесса выйдет за короля Кердана? — спросил Неко. — Этого хватит, чтобы запугать Тельмену?
— Не знаю, — сказал Дармик. — Если бы это произошло несколько месяцев назад, я бы посчитал, что такое перемирие — правильный ход. Но после Жаны и последствий нашего прошлого бездействия я могу сказать, что война с Тельменой может быть правильным решением, — он потер лицо. — Но нам нужно дать два варианта членам Легиона и герцогам для голосования. Обсудим варианты и решим, что сработает. И нам нужен план, чтобы они одобрили тот вариант, что нам нужен.
Порой Дармик потрясал Савенека. Как в этот раз. Он не только сказал, что война могла быть нужным вариантом, хоть Рема говорила другое, но и указал, что мог повлиять на ситуацию, чтобы получить нужный исход. Это впечатляло.
— Я набросаю план того, что будет, если принцесса Аллисса выйдет за короля Кердана, — сказал Неко.
— А я продумаю план на случай брака принцессы Аллиссы и принца Одара, — сказал Натенек.
— А я продумаю вторжение в Тельмену, — сказал Савенек. — Включая то, что будет, если мы успешно устраним королевскую семью, — он хотел бы отправиться воевать с Дармиком.
— Мы соберемся через два дня, — сказал Дармик. — Свободны.
Савенек вышел из комнаты, радуясь, что никто не предлагал ему жениться для блага Империона.
* * *
Указав стражам оставаться в коридоре, Савенек прошел в солнечный зал. Большая комната была со стеклянным потолком, цветы росли всюду, в центре находился фонтан. Впереди была стека окон с видом на сад. Он шагал, пока не увидел Майру возле окна. Солнце село, и комнату озаряло оранжевое сияние.
Он неделями фантазировал о Майре, и вот оказался с ней. Наедине. Он так много хотел ей рассказать, что даже не знал, с чего начать.
— Я так и не отблагодарил тебя за спасение моей жизни, — сказал он сразу.
Она улыбнулась.
— Пустяки.
Он встал рядом с ней, смотрел наружу, но ничего не видел.
— Если бы ты не нанесла ту пасту на мои раны, остановив этим яд, я бы умер. Я благодарен тебе за быструю реакцию.
— Я помню только, что боялась, что ты умрешь при мне. Я думала, что только нашла того, кто для меня важен, и я не могла тебя потерять.
Ее слова потрясали его. Но он не схватил ее для поцелуя, а спросил:
— Как ты поняла, кто я? — ему нужно было сохранять спокойствие.
— Татуировка на твоей ноге. Аллисса с такой же на плече, — она глубоко вдохнула и повернулась к нему. — Я должна тебе кое-что сказать. Мне нужно извиниться за ужасное поведение в Апетаге.
Он чуть не рассмеялся. С ней было сложно, но она ставила его на место.
— Тебе не нужно извиняться.
— Я была грубой.
Да. Но ему нравилось то ее поведение. Оно было частью ее очарования.
— Но ты и поцеловала меня, — напомнил он.
— Я думала, ты был членом Братства. Если бы я знала, что ты принц, не вела бы себя с тобой таким образом.
Он рассмеялся.
— А мне нравилось.
Краснея, она отошла от окна. Снаружи темнело.
— Наверное, ты был потрясен, когда узнал.
— Да, — это слабо сказано.
— Ты уже привыкаешь к жизни в Лейксайде.
Он сжал ее ладони, потер их большими пальцами.
— Да. Но одного не хватало.
— Чего же?
— Тебя. Я хочу, чтобы ты каждый день была рядом.
— Ты должен править королевством, а не думать обо мне.
Он рассмеялся. Она всегда была такой практичной.
— Ари, — прошептал он. — Я был сосредоточен на Империоне. Но думал и о том, чтобы ты была рядом со мной и помогала мне.
Она напряглась.
— Уверен, что хочешь этого?
— Уверен, — он склонился и поцеловал уголок ее рта, вдохнул запах ее лавандовых духов. — Я хочу поговорить с твоим отцом насчет этого, — хоть он и не ждал тот разговор.
— Прошу, поспеши.
Савенек поцеловал ее еще раз, в этот раз его ладони опустились по ее спине, притягивая ее ближе. Он ощущал жар ее тела.
Она прижала ладонь к его груди и нежно, но решительно отодвинула его.
— Нам нельзя так делать, пока у тебя не будет разрешения моих родителей.
Серьезно? Он приподнял брови.
— Если мой отец увидит, как мы целуемся, до твоего разговора с ним, он больше не пустит тебя ко мне, даже если ты принц Империона, — ее глаза сияли, и он с трудом заставил себя отойти от нее.
Он медленно поднял ее правую ладонь к губам и поцеловал ее пальцы.
— Понимаю.
— И я так понимаю, что Аллисса одолела тебя сегодня в стрельбе из лука.
Отличный способ разрушить счастье.
— Было еще состязание по метанию кинжала. Она тебе об этом сказала? — он прошел к кусту роз слева и сорвал белую розу.
— Я об этом не слышала.
Он прошел к Майре.
— Там я победил, — хоть результат чуть не стал другим. Он закрепил розу за ее правым ухом.
— Кстати о твоей сестре, я могу попросить об одолжении?
— Конечно.
— Боюсь, Аллисса собирается ночью покинуть замок. Ты можешь попросить кого-то проследить за прачечной? Я хотела попросить Марека, но забыла.
Он вспомнил, что Дармик рассказывал, как Аллисса сбегала через люк для вещей.
— Я разберусь, — странно, что Аллисса собралась уйти из замка без защиты, зная, как важна была ее безопасность для королевства. Чем больше он узнавал о ней, тем больше понимал, что она рисковала зря.
* * *
После того, как Савенек покинул солнечный зал, он отправил двух стражей к прачечной, чтобы они следили за дверью ночью. Он не понимал, как Аллисса могла уйти после похищения. Она не могла поступить так глупо.
Направляясь к королевским покоям, он думал, как попросит у Неко и Элли разрешения на встречи с Майрой. Где лучше поговорить с ними? При Реме и Дармике? Он не знал, как это работало. Может, нужно было сначала спросить совета Натенека.
Савенек проходил библиотеку и заметил огонек изнутри. Может, там была Аллисса. В следующем коридоре он завернул за угол, попросил стражей подождать тут. Он вернулся и заглянул в библиотеку. Аллисса была в своей нише, склонилась над книгами. Ее стражи разошлись по библиотеке, некоторые стояли у стены, другие сидели за столами, скучая. Савенек подумывал поговорить с ней, но интуиция сдержала его. Он взглянул на коридор, его стражи выглядывали из-за угла, следя за ним. Савенек решил не шпионить за Аллиссой, а отправиться в свою комнату. Сделать вид, что он пошел спать, чтобы уйти от стражи.
Он вошел в королевские покои, не увидел Рему или Дармика. Он пошел к себе. Протокол диктовал, чтобы на ночь на страже оставались двое мужчин из его стражи. К счастью, они стояли в коридоре. Он запер дверь, переоделся в черные вещи. Он задул свечи и поспешил к окнам. Одно открылось, и он выбрался наружу. Замок был построен из больших каменных блоков, так что двигаться по ним было просто.
Он спустился на землю и пошел к главным вратам, что вели в город. Если Аллисса будет сбегать, то пройдет тут. Савенек мало знал работников, так что не мог притвориться ими, и он решил, что перелезть через стену проще. Он прошел на пятьдесят футов на север. Он прислонился к стене, выждал, пока пройдет часовой. Потом Савенек быстро забрался по стене. Наверху он лег на живот, постарался стать плоским, чтобы его не заметили. А потом повернулся и спустился как можно быстрее. Внизу он побежал по улице к ближайшему зданию. Он оказался в тени и пошел к вратам.
Савенек нашел отличную нишу, где скрылся, но видел всех, кто приходил и уходил. Он остался там и ждал Аллиссу.
После часа он стал задумываться, что ошибся. Может, Аллисса и не собиралась уходить. Или попыталась, но стражи в прачечной поймали ее. Савенек прислонился головой к камню стены за собой. Он мог сейчас спать в кровати, а не ждать тут, как идиот, сестру, которая могла и не появиться.
Он собирался вернуться в замок, когда заметил, как кто-то вышел из ворот. Человек был в штанах и плаще, что мешало понять, была ли это Аллисса. Он выбрался из ниши и решил пройти за человеком и понять, кем он был. Человек пошел по улице к главной части города. Савенек следовал на расстоянии. У неприметного здания в одиннадцать улиц южнее, трех улицах восточнее человек повернул к лестнице на стене. Он поднялся к окну на втором этаже и пролез туда.
Если это была Аллисса, он не знал, что она делала. Он оглядел улицу. Через пару минут человек вылез из окна и спускался по лестнице. Савенек вышел из тени и подошел к человеку. Ладони человека были на прутьях лестницы, и он заметил знакомое кольцо.
— Что ты делаешь? — осведомился он.
Аллисса вздрогнула и обернулась.
— Ты меня напугал.
Он скрестил руки, ожидая ответа.
Она оглядела улицу.
— За мной.
Желая увидеть, что она задумала, он последовал за ней. Они прошли три улицы на юг, и Аллисса поднялась по другой лестнице, поманила Савенека за собой. Он попал на ровную крышу здания. Аллисса прошла в центр и легла на спину, смотрела на ночное небо. Савенек растянулся рядом с ней. Он не стал задавать хоть один из сотен вопросов, которые хотел, а молчал, надеясь, что она заговорит. Она расскажет больше без давления.
Через пару минут она заговорила:
— Я ходила в дом Гревика, — и она рассказала ему о своем лучшем друге, которого жестоко убил Сома. Она объяснила, как они по ночам преследовали преступников и уводили их в тюрьму. — Я пришла туда сегодня, чтобы проверить его мать. Я хотела убедиться, что она в порядке. И хотела оставить ей немного денег.
Он понимал желание помочь, но было опасно ходить по городу одной.
— Ты должна была позвать меня, и не потому, что не можешь за себя постоять, а потому что соседние королевства желают твоей смерти. Ты должна оставаться невредимой ради своего народа.
— Знаю. И я обещала Неко, что больше не сбегу.
— Так почему сбежала?
— С возвращения я словно задыхалась, — призналась она. — Мне нужна была ночь для себя. Прости.
— Похоже, ты не можешь быть идеальной все время, — сухо ответил он.
Она стукнула его.
— Я не идеальная.
— А кажешься.
— Конечно. Это нужно Империону. И я это отдаю.
Интересно.
— А что насчет тебя? — спросил он. — Что хочешь ты? — он увидел, как уголки ее рта слабо приподнялись.
— Мира. Любви. Семьи.
— Думаешь, мир возможен?
— Со временем.
— Ты слышала о письме из Тельмены? — если нет, она имела право знать. Письмо было о ей.
— Нет, — она повернула голову к нему. — Родители сказали, что им нужно поговорить завтра о важном деле.
— Тельмена хочет, чтобы Одар женился на тебе.
Она засмеялась. И не нормально, а с истерическими нотками.
ГЛАВА 8
Аллисса не могла управлять смехом. Тельмена хотела, чтобы Одар женился на ней. Вот так удача. Тельмена была против союза, боясь, что Империон станет слишком сильным. Теперь планы Тельмены разваливались, и они хотели, чтобы Одар женился на Аллиссе и проник в Империон. Так они смогли бы получить власть без войны. Жаль, она уже не хотела выходить за Одара.
— Почему ты смеешься? — Савенек смотрел на нее, как на чокнутую. Может, так и было. Вся ситуация была глупой. — Твоя мать хочет, чтобы ты подыграла, — добавил он. — Она ошибочно думает, что это предотвратит войну.
Аллисса вытерла слезы с лица. Она давно так сильно не смеялась.
— Ты говорил с моей матерью об этом? — почему Рема обсудила это с Савенеком до Аллиссы?
— С твоим папой.
— Отец сказал, что я могу выйти за Кердана, — ее родители что-то затевали. Она была уверена, что даже если бы брак с Одаром был единственным способом предотвратить войну, Дармик этого не позволил бы. Не после того, как Одар обошелся с ней.
— Тогда приготовься к тому, что твои родители передумали.
Она похлопала его по руке.
— О, милый Савенек, — пропела она, дразня его.
— Что?
— Уверена, что мои родители не хотят, чтобы я выходила за Одара.
— Тогда почему Дармик предложил это? Почему Рема сказала, что хотела этого?
— Это явно уловка, — если она сделает вид, что выйдет за Одара, это даст им время придумать решение с Тельменой. Вот только она не собиралась ничего изображать с Одаром. — Вряд ли он сам на это согласится, — и тогда не было смысла думать о таком. И на чьей стороне он был? И как им понять, можно ли ему доверять?
— Разве Одар не слушается родителей? Они — король и королева. У него нет выбора.
Она не знала, ощущал ли такое порой Савенек — что у него нет выбора. Это она хотела обдумать позже. Пока что ей нужно было обдумать ситуацию с Одаром. Он не хотел жениться на принцессе Жестине из Тельмены. Он отправил туда младшего брата. Аллиссе казалось, что его родители могли повлиять на него, но не заставляли делать то, чего он не хотел. Потому было больно знать, что он порвал контракт с ней. Но это было к лучшему.
— Что нам делать с Тельменой? — спросила она. Если Тельмена так хотела уничтожить Империон, они не уймутся, пока этого не достигнут. Даже если Тельмена не будет воевать с Империоном, они могли подослать убийцу за Ремой, Дармиком, Аллиссой и Савенеком. Вариантов было много.
— Думаю, нужно убить королевскую семью Тельмены, — сказал Савенек. — А потом захватить королевство, — он звучал уверенно.
— Не знаю, сможем ли мы править людьми. Если они восстанут, нашей армии придется их подавить. Я не знаю, можем ли мы так распыляться, — она не знала, могла ли послать империонцев на смерть. Потому что они умрут. Такие решения давили на нее.
— Хорошая мысль. Мы можем сделать там правителем того, кого захотят люди?
— Не знаю, — было поздно, и она устала и не могла толком размышлять.
— Я поищу варианты. А что ты хочешь делать с Одаром?
— Если притворство насчет брака с ним даст нам время, я подыграю.
— А если твои родители захотят, чтобы ты на самом деле вышла за него?
— Не захотят, — ее голос дрогнул, словно она пыталась скрыть чувства от Савенека. Она не хотела обсуждать эти чувства. Особенно с братом, свое отношение к которому еще не поняла.
Она смотрела на звезды, прогоняя Одара из мыслей. Она попрощалась с ним в Рассеке. Она знала, что они могли еще пересечься, но не думала, что так скоро.
— Ты была с ним помолвлена, — сказал Савенек.
— Да.
— Но Френ разорвал контракт? — его голос показывал только интерес.
Она вздохнула.
— Да.
— Ты мало говоришь.
Она рассмеялась.
— А ты — много, — она думала спросить его о Майре, показать, как раздражали такие вопросы. Но решила быть честной. — Он разбил мое сердце.
— Одар?
— Да, — она не знала, сколько Савенек знал о ситуации, и она не хотела вдаваться в подробности. Как она могла объяснить, что принц поменялся местами со сквайром? Что она влюбилась в сквайра, который оказался принцем? Что, как только она поняла, что это принц, и что он обманывал не раз, она уже не любила его? Что ее сердце теперь принадлежало другому?
— Тогда притворяться будет сложно.
Его слова удивили ее.
— Да, — как он так легко понял? Маделин засыпала бы Аллиссу вопросами и том, что случилось, и почему она так решила.
— Если не хочешь проходить через это, мы придумаем что-нибудь еще.
— Знаю, — ей не нравилось, когда он вел себя, словно знал больше нее. Она знала, что они могли сделать что-нибудь еще, но это решение было логичным. И лучшим для Империона. И потому она не сомневалась.
— Уверена?
Она кивнула, запоздало поняла, что он не видел ее, ведь они лежали на спинах.
— Наверное, ты его даже не увидишь, — сказал он. — Пары писем должно хватить.
Она кивнула, пытаясь убедить себя, что все будет хорошо.
— Итак, — сказал Савенек хитрым тоном. — Мы будем и дальше сидеть тут? Или поймаем какого-нибудь преступника?
— Ты сделаешь это со мной? — она не позвала с собой Марека, но ее брат учился с Братством. Из него вышел бы отличный напарник.
Смеясь, Савенек вскочил на ноги.
— Не отставай, — он стал спускаться по лестнице, не дожидаясь ее ответа.
Он был порой заносчивым. Она вскочила на ноги, желая догнать его.
На улице Аллисса повела его к своей любимой таверне, «Пещере вороны».
— Оружие есть? — шепнул Савенек.
— Всегда, — два ножа были пристегнуты к ее бедрам, два кинжала были на предплечьях. Она подозревала, что на теле брата было больше оружия. Привычка.
Они пришли к черной двери с вырезанной на ней вороной, Аллисса прошла внутрь.
— А ты знаешь, как их выбирать, — тихо сказал Савенек.
Аллисса подавила смешок и прошла к бару. Там было людно, она едва могла обойти людей. Стены были черными, как и потолок, и столы. Бочки эля висели на стене за баром. На другом конце комнаты была сцена, где люди пели, играли или танцевали. Потому ей нравилось тут бывать, а Гревику — нет.
У бара Савенек заказал два напитка, бросил бармену монету. Аллисса поднесла кружку к губам, разглядывая комнату. Мужчина поднялся на сцену, стал горланить песню не в такт. Люди бросали еду в него, пока он не сошел со сцены.
Она искала что-нибудь необычное. Двое мужчин были одеты как все, но что-то было не так. Она смотрела на них, пытаясь понять, что в них беспокоило ее.
— Те парни, за третьим столике слева и два назад, из Тельмены, — сказал Савенек, повернув к ней голову и почесав шею.
Аллисса не знала, как выглядели люди из Тельмены, так что поверила ему. Она отсчитала столы, поняла, на кого он указывал. Она следила за теми же людьми.
Другой поднялся на сцену. В этот раз мужчина топал ногой, пока пел. Песня была заразительной, и толпа дала ему допеть. Все хлопали мужчине, и двое из Тельмены встали и пошли к выходу.
Аллисса опустила кружку и пошла к двери. Она не смотрела, следовал ли за ней Савенек, она знала, что он рядом. Когда они вышли из здания, она заметила, что мужчины шли к гостинице на другой улице.
— Мы не можем арестовать их, они не сделали ничего плохого, — прошептала она.
Савенек пожал плечами и ускорился. Он прошел мимо мужчин, обвил руками их шеи и повел их в ближайший переулок, словно они были лучшими друзьями.
Убедившись, что никто за ними не пошел, Аллисса юркнула меж зданий. Савенек прижимал мужчин к стене.
— Что вы тут делаете? — осведомился он.
— Мы просто пили в пабе, — ответил правый. Он говорил четко, звучал как империонец.
— Почему вы в Империоне?
— Мы живем тут.
— Врешь, — Савенек приподнял бровь, взглянув на Аллиссу. — Я сам с ними справлюсь, или ты хочешь потрепать одного из них?
— Я хочу одного, — лучше бы меньшего.
Савенек отпустил того, которого держал левой рукой.
— Возьми этого.
Мужчина бросился к Аллиссе, вытаскивая нож из сапога. Когда он был достаточно близко, она повернулась и ударила ногой по его правой ладони. Нож упал на землю.
Савенек ударил лбом по лбу другого мужчины. Ее поразила жестокость атаки.
Мужчина, которого Аллисса ударила, сказал что-то на незнакомом языке. Он замахнулся, она пригнулась, и кулак почти задел ее. Она ударила его коленом в бок, но он едва дрогнул. Его правая ладонь впилась в ее руку. Аллисса повернулась к нему, и ее спина оказалась у его груди. Она склонилась и бросила его через плечо. Когда он рухнул, она ударила кулаком по его животу. Веревки не было, и она вытащила кинжал и стукнула рукоятью по его лбу, отключая его.
Аллисса выпрямилась, Савенек стоял, прислонившись к стене, глядя на нее.
— Закончила? — спросил он. Мужчина, которого он ударил, лежал у его ног. Она надеялась, что он был еще жив.
— Как ты понял, что они из Тельмены? — она вытерла лоб. — И что они затеяли недоброе?
Он оттолкнулся от стены и подошел к мужчине, с которым она билась, пнул его в бок, проверяя, в сознании ли он. Она старалась не обижаться на то, что он это проверял.
— Ухо, — он указал на правую мочку мужчины. — Там метка. Дырка от серьги. Люди в Тельмене часто их носят.
Она о таком не слышала.
— И ты увидел это, стоя у бара?
— Нет, — улыбнулся он. — Я заметил, когда мы проходили мимо него.
Им нужно было оттащить мужчин страже. Она поручит им расследование.
Савенек проверил карманы, рукава и сапоги каждого мужчины. Он нашел флакон с красной жидкостью.
— Что это?
— Яд кеппер, — он убрал флакон в карман. — Замок в четырнадцати улицах отсюда. Это примерно миля, — он смотрел на мужчин. — Я вряд ли смогу отнести их так далеко.
— Тюрьма в двух улицах отсюда, — она указала налево. — Дотащишь их туда?
— Думаю, это я смогу. Но я хочу, чтобы их отдали Братству для допроса.
— Потому что они из Тельмены?
— Нет, — сказал он и схватил за руки мужчину, что был больше. — Из-за яда кеппер.
Аллисса взглянула на карман брата с ядом.
— Что ты с ним сделаешь?
— Уничтожу.
Это ее устраивало.
— Я тебе помогу.
* * *
Кто-то постучал в дверь Аллиссы, разбудив ее. Дармик заглянул в комнату.
— Вставай. Пора пробежаться. У тебя пятнадцать минут.
Со стоном она накрыла голову подушкой. Снаружи было еще темно, и она только забралась в кровать. Похоже, Дармик всегда хотел бегать по утрам, когда она не спала допоздна. Будто он знал. Она села. Он как-то узнал. Она была в этом уверена. Аллисса бросила подушкой в дверь, хоть Дармика там уже не было. Если Савенек сказал Дармику, что она убегала, она убьет его. Он был не менее виноватым, чем она.
Аллисса выбралась из кровати, пошла к шкафу. Она в полусне натянула армейские штаны и тунику, стандартную форму солдат. Она стянула волосы сзади, быстро заплела их и обвила голову косой. Она была готова, насколько это было возможно в такое раннее время. Аллисса пошла к гостиной, Дармик и Савенек ждали ее там. Савенек был в похожей одежде. Он зевал и потирал глаза. Дармик собирался наказать обоих. Может, пробежка будет не такой и плохой.
Они вышли из замка к дюжине солдат.
Дармик вел их, уверенно бежал к лесу. Аллисса и Савенек следовали за ним, солдаты бежали за ними двумя шеренгами. Небо стало светлеть, но было все еще темно.
Они добрались до тропы, пересекающей лес.
— Я не знаю, почему бегу один, — Дармик закатила глаза, догнала его, побежала слева от него. Савенек сделал так справа от Дармика.
— Как побежим сегодня? — спросил Савенек.
— Пять миль, — ответила она.
— Вообще-то… — сказал Дармик, — я хотел обогнуть озеро.
— Проклятье! Это десять миль, — она столько не пробежит. Она с трудом не падала.
— Следи за языком, — возмутился ее отец.
— Неужели не хватит сил пробежать так далеко? — пошутил Савенек.
— Она может столько пробежать, — сказал Дармик.
— Устала? — спросил Савенек. — Твоей красоте нужно поспать?
Она потянулась за Дармиком и ударила брата.
— Как ты не устал?
— Вы оба не должны были устать, — спокойно сказал Дармик. — Вы оба должны были отдохнуть и быть готовыми к бегу.
— Я могу бежать весь день, — сказал Савенек. Он забежал вперед них. — Я даже смогу бежать быстрее.
Ох, она не позволит ему обогнать ее. Аллисса заработала ногами быстрее, догнала его.
— Поспорим, — сказал он. — Проигравший за ужином при всем дворе споет песню.
Аллисса звучала как умирающая собака, когда пела.
Он рассмеялся.
— Я так и думал. Ты не можешь хорошо петь, да?
— Как ты узнал?
— Я следил за тобой прошлым вечером. Мог даже услышать, как ты напевала.
Она не знала, умел ли он петь, но он точно не смутился бы, встав при всех.
— Если я выиграю, то ты позволишь мне помогать с управлением Братством.
Он споткнулся, но не упал.
— Ты не вовлечена в работу Братства?
— Нет. Моя мама одна им управляла. Я удивлена, что она отдала тебе столько власти, — нет, Аллисса не звучала расстроено, говоря это. Но было что-то манящее в тайной организации.
— Ладно. Потому что ты не победишь.
— Я взял вас с собой не ругаться, — сказал Дармик за ними. — Я думал, что мы хорошо пробежимся вокруг озера втроем.
— Лучше сократим до пяти миль, — буркнула она Савенеку.
— Ладно, но направляй меня заранее.
Это было справедливо.
— По этой тропе около двух миль. У озера поверни направо. Тропа повернет к замку. Кто первый попадет в конюшню, выиграет.
— Договорились.
Она не даст ему победить. Она ткнула его локтем в бок. С силой. Он хмыкнул. Она вытянула ногу, пытаясь подставить ему подножку. Савенек перепрыгнул ее ногу, не сбившись.
— Тебе нужно придумать что-нибудь лучше, — он подмигнул. А потом побежал, поднимая пыль из-за скорости.
Ее охватил страх. Плохо было проиграть брату, но петь при всем дворе? Немыслимо. Она взяла себя в руки и побежала изо всех сил. Время словно остановилось, и она могла видеть только затылок Савенека. Она сосредоточилась на этом, бежала, старалась ровно дышать. Она не знала, следовали ли за ней отец и солдаты. Она только следила за братом. У финиша она оббежит его.
Не помогло то, что она была голодной, уставшей и не в настроении для бега. Она не хотела позволять заносчивому брату победить.
Бок кололо, но она игнорировала это. Точнее пыталась. Становилось все сложнее дышать. Они добежали до озера. Савенек повернул направо. Половина пути. Первая часть всегда была худшей. Она ее пробежала. Она могла закончить.
Савенек улыбнулся ей через плечо. Она не знала, как выглядела, но точно не улыбалась. Он даже не запыхался! Не стоило с ним спорить. Конечно, Натенек учил Савенека выживать почти без сна и бегать на дальние расстояния. Она была не в форме.
Одна нога за другой. Савенек оторвался сильнее? Ей нужно было бежать быстрее. Ее ноги немели. Аллисса давно не бегала так быстро. Она не могла дышать. Стало видно конюшню. Кто-то стоял у входа и ждал их.
Савенек побежал спиной вперед.
— Я думал, будет куда сложнее обогнать тебя, — дразнил он.
Из последних сил она побежала к финишу. Она молилась, чтобы ноги не запутались, чтобы она не упала. Глаза Савенека расширились, он повернулся и побежал вперед к конюшням.
Савенек добрался до двери первым, замедлился и пересек порог. Там стоял Неко, скрестив руки, и смотрел на них. Аллисса покачивалась на ногах, ее заносило в стороны. Она махнула Неко отойти с дороги. Он отодвинулся, и она пробежала мимо него в конюшню. Савенек стоял там, уперев руки в бока, пот блестел на лбу.
Аллисса пробежала мимо него и в дверь в другой стороне. Она замедлилась до ходьбы, добралась до первого куста, склонилась, и ее стошнило.
Брат подошел за ней.
— Ты в порядке?
— Я тебя ненавижу, — она вытерла рот рукавом. Все болело. Пот стекал по ее лицу, спине, пропитал тунику спереди. Ее ноги дрожали, едва держали ее. Она не знала, дойдёт ли до спальни, где собиралась рухнуть и очень долго спать.
— Помнится, Дармик хотел пробежаться с детьми, — сказал Неко, подходя к ним. — Не знаю, что это, но явно не то, что задумывал Дармик.
Аллисса и Савенек смотрели друг на друга.
Ее брат улыбнулся.
— Нет, но за ужином вам будет весело, — он развернулся и пошел прочь, насвистывая.
* * *
Аллисса прошла в Обеденный зал, высоко подняв голову. Она не покажет Савенеку, как сильно не хотела это делать. Он сказал ей до этого, какую песню от нее ждал. Она о такой еще не слышала. Он с радостью записал для нее слова, чтобы она выучила их до ужина.
Она прошла к столу и села рядом с Савенеком.
— Ты опередила Рему и Дармика, — сказал он. — Я в шоке. Я думал, ты всегда опаздываешь.
— Когда мне петь? Перед тем, как мы будем есть? Или дождаться, пока во рту людей будет еда, чтобы они подавились от смеха?
Он фыркнул.
— С тобой весело.
— Рада, что могу развеселить, — она сделала глоток вина.
— Как насчет песни посреди ужина? Ты сможешь первую его половину бояться, а вторую видеть всех после своего пения.
— Ты злой.
Рема и Дармик вошли и сели рядом с Аллиссой. Подали еду.
Она разглядывала зал, тут было около сорока человек этим вечером.
Она ела, повторяя текст песни в голове. Он был грубым, унизит ее. Потому Савенек и выбрал эту песню, если ее можно было так назвать. Пережить это можно было, только ведя себя абсолютно глупо. Она никому не рассказала, что сделает вечером, даже Майре. Ее лицо пылало от мысли об этом.
Савенек ткнул ее локтем.
— Пора.
Она встала из-за стола и прошла в центр комнаты. Все замолчали и посмотрели на нее. Аллисса кашлянула.
— Спасибо, что пришли к нам на ужин. Мой дорогой брат, принц Савенек, предложил мне развлечь вас вечером, — она была уверена, что слышала, как Дармик застонал. Как ей убедить их, что она не сошла с ума в Рассеке? — Я спою любимую песню принца. Он сам ее заказал. Если бы я выбирала песню, то спела бы кое-что совсем другое, — она хмуро посмотрела на брата.
Тот не смутился, а ухмылялся. Она хотела задушить его.
Она глубоко вдохнула, попыталась успокоиться. Она не могла ничего поделать.
И она запела.
Песню, подходящую для паба, а не королевского двора.
И она ее почти кричала:
Она собиралась умереть от смущения.
Все молчали, глаза у всех расширились от шока или ужаса, она не знала точно. Она сделала реверанс и повернулась к своему месту, высоко держа голову. Савенек медленно захлопал.
— Чудесно, ваше высочество, — сказала Майра и захлопала с энтузиазмом.
Вскоре все в комнате захлопали.
Аллисса взглянула на Дармика, тот качал головой. Рема моргнула пару раз, но молчала. Да, Аллиссу ждала строгая лекция ночью. Она вздохнула. Это хотя бы было в прошлом.
Ночь не могла стать еще хуже.
Дверь распахнулась, и вошел страж.
— Ваши величества, — он поклонился и поспешил вперед, остановился у стола. — Гонец только что прибыл с письмом, — он протянул пергамент с печатью.
Дармик забрал письмо и отпустил стража. Все смотрели на главный стол, и он сказал им продолжать есть. Как только все отвлеклись, он осмотрел печать и открыл письмо, прочел его. Он свернул письмо и сунул в тунику.
Он не выбежал из зала, так что все было не так плохо. Аллисса опустила взгляд на тарелку.
— Это было весело, — отметил Савенек. — Думаю, жизнь при дворе мне нравится.
— Вам двоим нужно скорее доедать, — шепнул Дармик Аллиссе и Савенеку, — и идти сразу к королевским покоям.
Может, новости были не такими и хорошими.
Дармик встал, Рема с ним. Они вышли из комнаты. Дармик миновал Неко и потянул себя за ухо.
Ох, этот знак Дармик подавал Неко, когда нуждался в нем.
Аллисса не стала доедать, встала и поспешила за родителями.
— Погоди, — Савенек догнал ее. — Ты знаешь, что происходит?
Она покачала головой и оглянулась. Конечно, Неко шел за ними. В ее голову пришла мысль. Кердан мог тут быть? Она хотела пробежать мимо родителей в королевские покои. Но она заставила себя медленно шагать за ними. Она проверила, уложены ли волосы. Она ничего от него не слышала с тех пор, как они попрощались в Рассеке. Она посылала много писем, но он не ответил. Дармик сказал, что Кердану было некогда, ведь он был занят коронацией, возвращением власти над армией, войной в Рассеке и стараниями не погибнуть. Если Кердан был тут, то все было в порядке, и он был в безопасности.
— Ты в порядке? — спросил Савенек.
Она не нашла слова, просто кивнула. Она не понимала, как скучала по Кердану, до этого.
Они вошли в королевские покои. Там было пусто. Может, его вот-вот приведут сюда. Она ждала Кердана. Что ее мать и брат подумают о мужчине, с которым она хотела провести жизнь? Они его одобрят?
Страж открыл дверь, и стало видно гостя. Но там стоял не Кердан в лучшем наряде. Принц Одар из Френа прошел вперед, глядя на Аллиссу. Он выглядел, как подобало принцу. Корона на голове, герб на синей туники, хороший меч на поясе.
Аллисса не могла дышать. Что он тут делал? И где Кердан?
— Принц Одар, — сухо сказал Дармик. — Приветствую, — он скрестил руки на груди и ждал, пока Одар заговорит.
Он выглядел лучше, чем в их прошлую встречу. Набрал немного веса, цвет кожи стал здоровым. Она подошла к дивану и села. Не было сил стоять после долгого дня.
— Благодарю, что с готовностью приняли. Мне нужно поговорить с принцессой Аллиссой, — он решительно оглядел стражей в комнате.
— Всем выйти, — приказал Дармик. Все стражи покинули комнату, оставив только королевскую семью, Одара и Неко.
— Мои родители официально отправили меня восстановить отношения с Аллиссой. Они ждут нашего брака в скором времени, — Одар потер лицо. — Но я тут не поэтому, — он прошел к креслу и опустился в него.
— Не понимаю, — Дармик сел на диван напротив него.
— Как вы знаете, у Френа перемирие с Тельменой, потому что мой брат и кронпринцесса Жестина в браке. Когда я отказал принцессе Жестине… в договор добавили пункты. То, что я тут, одно из таких требований.
Аллисса не понимала его. Но молчала, дав отцу разобраться с этим.
— Я знаю, что Аллисса не хочет брака со мной. И я не хочу жениться на той, кому не интересен, — он уперся локтями в колени, склонился. — Я тут, потому что должен. Надеюсь, вы знаете способ разобраться в этом бардаке.
Дармик разглядывал Одара, отклонившись.
— Как с этим связана Тельмена?
Аллисса забыла, что они не должны были знать многого. Таким вопросом Одару они могли узнать, стоило ли ему доверять.
— Тельмена всегда боялась Империона. Они финансировали Жану. Помогли ей получить власть в Рассеке, надеясь, что она захватит потом Империон. Когда это не сработало, они пришли ко мне. Они хотят, чтобы я женился на Аллиссе, а потом помог убить императрицу и императора, чтобы захватить власть.
— И через тебя власть будет у Тельмены, — сказал Дармик.
— Верно. Вы знаете, что прошлый император, Хамен, был из Тельмены?
Дармик кивнул.
— И что Жана связана родством с королевской семьей Тельмены?
Дармик снова кивнул. Аллисса знала, что ее отец был в родстве с Жаной, у них был один отец. Дармик тоже был в родстве с королевской семьей Тельмены.
— Они сказали, что вы в ответе за убийство Жаны и ее детей.
— Почему ты рассказываешь это нам? — Рема впервые заговорила.
— Я устал от этих политических игр. Я хочу покончить с ними.
— Даже если ты идешь так против своих короля и королевы? Своих родителей? — спросила Рема.
Одар кивнул.
— Скажи мне, — сказал Дармик, — у тебя есть идеи, как достичь этого?
— Нет, — признался Одар. — Я понял, что, прибыв сюда, потяну немного время. И если кто-нибудь и может разобраться, то это вы.
— У меня есть пара идей, — сказал Дармик, не озвучивая их сразу. — Нам нужно знать о чем-то еще?
— Да, — Одар взглянул на Аллиссу и ответил. — Мой отец сказал, что был подписан брачный контракт между королем Керданом и принцессой Кондитто из Апетаги.
Аллиссу словно ударил в живот конь. Потому она ничего не слышала от Кердана? Он нашел другую?
— Тот контракт был подписан месяцы назад и может быть недействительным, — сказал Савенек, садясь рядом с Аллиссой. — Думаю, его подписала Жана, а не король Дрентон.
Откуда Савенек знал это? Но Аллисса держалась за эту надежду.
— Ради тебя, — Одар посмотрел на Аллиссу, — я надеюсь, что это так. Но Тельмена рассчитывает на то, что Френ и Апетага объединятся и свергнут Империон. Будь это брак или война, Тельмена хочет вас уничтожить.
— С этого момента, — сказала Рема, — Одар и Аллисса помолвлены.
— Мама, — сказала Аллисса. Рема спешила с решениями.
— Для виду. Сделайте вид, что помолвлены. Пока на вас все отвлекутся, мы с Дармиком найдем постоянное решение ситуации с Тельменой.
Одар кивнул и встал.
— Отличный план. Спасибо, что уделили время. Спокойной ночи, — он развернулся и ушел.
— Мы ему доверяем? — спросил Савенек, как только дверь закрылась.
— Я доверял ему, когда он помогал убить Жану, — сказал Дармик.
— А насчет его отношений с Аллиссой?
— Думаю, у него еще есть чувства к ней. И когда есть чувства, что-нибудь может пойти не так.
— Отлично, — сказал Савенек. — И мне так показалось.
Аллисса все еще не верила, что Одар был тут. Что он просто явился.
— Неко, проследи, чтобы Одара устроили с удобствами.
— С удовольствием, — Неко вышел из комнаты.
— Я не знаю, смогу ли, — сказала Аллисса. — Я не могу изображать любовь к нему.
— О любви никто и не говорил, — ответила Рема.
Савенек опустил ладонь на плечо Аллиссы.
— Перестань беспокоиться. Ты сильная. Не давай какому-то парню раздавить тебя.
— Ты прав, — ей не было дела до Одара. Так почему она переживала из-за помолвки, которая даже не была настоящей? Она улыбнулась брату. Было приятно, что кто-то был на ее стороне. — Я рада, что ты тут, — сказала она ему. Потому что он не должен был. Ее родители оставили его ради королевства. Он не был ничего им должен.
— Не за что, — он резко встал и вышел из комнаты.
ГЛАВА 9
Савенек стал тепло относиться к Реме и Дармику. Он отклонился на стуле за главным столом в Обеденном зале, смотрел, как Рема знакомила Одара со своим двором, просила его объяснить, кто он, потому что все думали, что он был Джарвиком, сквайром Одара.
Савенек знал, что Рема могла легко все исправить. Но она хотела посмотреть, как Одар мучился перед ее двором. Она унижала его в мести за разбитое сердце Аллиссы. Аллисса не нуждалась в защите, но ее родители немного перегибали с опекой. Савенек ощущал то же самое, и это было странно. Наверное, потому что она была его сестрой-двойняшкой. Не просто сестрой. Потому что иначе не было смысла. Он едва знал ее. И она могла раздражать.
Одар не умел красиво говорить. Он говорил честно и по делу. Но у него не было умений Рамы. Он не мог привлечь общее внимание. Он и не старался очаровать их. Савенек не мог понять Одара. Что он затеял? Ему нужно было обсудить дело с Натенеком. Пока, насколько он знал, Одар был угрозой, за которой нужно было следить. Произойти могло что угодно. Все же этот мужчина навредил Аллиссе.
Одар не был высоким, не был особо красивым, не казался остроумным. Так почему Аллисса влюбилась в него? Он вспомнил, что Марек говорил, как Одар помогал ей с убийцей. Аллисса не знала тогда, что Одар был принцем. Может, ее влекло к обычным парням, помогающим другим?
Одар сел рядом с Аллиссой.
— Я рада, что это кончилось, — буркнула Аллисса, сцепив ладони.
Савенек заметил, когда она нервничала или была не уверена, она или теребила волосы, или пальцы.
— Поговори со мной, — сказала она. — Мне нужно отвлечься.
Он взглянул на Майру, сидящую с родителями и ее братом.
— Странно видеть Марека в нарядной тунике, — Савенек привык видеть Марека в форме солдата, и было странно, что он был наряжен как придворный.
— Я слышала, ты хочешь поговорить завтра с Неко и Элли.
Савенек кивнул, не желая обсуждать это. Если он будет много об этом думать, он начнет нервничать. А это было плохо.
— Я предлагаю вести себя скромно в разговоре с ними.
Он фыркнул.
— Не мой стиль.
Она закатила глаза.
— Ладно. Не слушай меня. Я всего лишь знала их семнадцать лет.
Он знал, что она была права, и что ему стоит ее послушать. Но скромный?
— О чем вы говорите? — спросил Дармик.
— Савенек хочет поговорить с Неко и Элли завтра, — сказала Аллисса с веселой ноткой в голосе.
— Я знаю, тебе нравится Майра, — сказал Дармик. — Но ты уверен, что готов ухаживать за кем-то?
Майра не была кем-то. Савенек никогда не встречал таких, как она. Она была верной, сильной, умной и красивой.
— Я думал, ты будешь рад, если я женюсь, раз вам так нужно сохранить королевский род, — это прозвучало резче, чем он хотел.
— Для этого у нас Аллисса.
Савенек моргнул.
— Он шутит, — Аллисса покачала головой. — Отец безуспешно пытается сказать, что он жалеет, что не виделся с тобой семнадцать лет, так что позволит тебе выбрать, на ком ты хочешь жениться, и без спешки.
Дармик строго посмотрел на нее.
— Я разрешаю тебе выбрать, за кого выйти замуж.
— Это теперь. Но не до этого.
В голову Савенека пришла мысль.
— А Кердан? Ты хочешь за него, потому что так просит сердце, или потому что так лучше для Империона? — она хоть что-то делала эгоистично?
— Это одно и то же, — ответила она.
Он прищурился. В нее так глубоко вонзилось то, что нужно делать все для королевства, что она ставила себя второй?
— Я этого хочу, — призналась она. — Я люблю его.
Было сложно принять, что его сестра любила рассекца. Савенек старался не осуждать Кердана до встречи с ним. Как только он увидит Кердана и Аллиссу вместе, он решит, что думает о таком союзе.
— Может, обсудим это в другой раз, когда вокруг меньше людей? — предложил Дармик.
Савенек старался говорить тихо, но понимал Дармика. Он взглянул на Одара с другой стороны от Аллиссы. Одар смотрел на тарелку, пока ел. Наверное, слышал весь их разговор. Но Савенеку было все равно. Парню даже лучше знать, что Аллисса уже нашла другого.
— Чтобы ты знал, — сказал Дармик Савенеку, — мы с Ремой пришли к выводу. Майра была бы отличной парой, и мы поддерживаем твое решение. Ты можешь ухаживать за ней, если Неко и Элли согласятся.
Савенек обрадовался. Он бы стремился быть с Майрой, даже если бы Рема и Дармик были против, но их одобрение все упрощало.
После ужина Савенек решил отвести Одара в его спальню, чтобы лучше оценить парня. Они шагали по коридорам, он пытался понять, как спросить у него про Аллиссу. Он решил просто заговорить об этом. У двери покоев Одара Савенек сказал:
— Я хочу знать, важна ли для тебя моя сестра, — он говорил тихо, чтобы не слышали другие.
Одар скрестил руки, с тревогой глядя на стражей в пятнадцати футах от них.
— Да.
— Зачем ты тут на самом деле? — потому что этого хотели родители Одара? Или потому что он надеялся вернуть Аллиссу?
— Аллисса ясно дала понять в нашем последнем разговоре, что не хочет иметь со мной дел.
— Но ты прибыл сюда.
Одар кивнул.
— Иначе Тельмена напала бы на Империон. Что бы ты ни думал обо мне, я не хочу, чтобы Аллиссе навредили.
Савенеку показалось, что Одар обманывал своих родителей, чтобы вернуть Аллиссу. Это говорило ужасно много о характере Одара. Савенек решил, что хорошо, что Одар уже не был связан с Аллиссой брачным контрактом.
* * *
Савенек пожелал стражам спокойной ночи, закрыл дверь и обрадовался, что будет один. Он быстро переоделся в черную тунику и штаны. Он пристегнул ножи к рукам и ногам, сунул два кинжала в сапоги. Он прошел к окну и выглянул наружу. В прошлый раз он легко спустился так на земли замка. В этот раз ему нужно было забраться на крышу, чтобы попасть к нужному крылу замка.
Он выбрался наружу, закрыл окно, чтобы никто его не заметил. Он легко поднялся по стене. Он прошел по крыше.
— Савенек?
Проклятье. Он чуть не упал. Он посмотрел вверх и вправо, Аллисса стояла у перил. Он с неохотой добрался до нее.
— Что ты делаешь?
— Порой я прихожу сюда подумать. А что ты делаешь? — она оглянулась на стражей.
— Ты не хочешь знать, — пробормотал он.
К счастью, она не стала давить. Она посмотрела на город и вздохнула.
— Ты в порядке? — спросил он. После объявления о ее браке с Одаром он не знал, как она держалась. Даже если брак был не настоящим.
— Я переживаю за Кердана.
Он не подумал о таком.
— Он все еще не ответил на твои письма?
— Не ответил. Я хотела бы обсудить ситуацию с Тельменой с ним.
Хоть Савенек стоял опасно на крыше, он сказал:
— Ты можешь обсудить это со мной.
Она смотрела на него, словно не верила, могла ли ему доверять. Выражение ее лица задевало.
— То, что ты мне расскажешь, останется между нами, — сказал он, надеясь, что она поговорит с ним.
Ответ оказался правильным.
— Ты думаешь, нам нужно убить королевскую семью Тельмены?
Теперь она говорила его языком.
— Да. Но я провел исследование и понял, что, если мы уберем королевскую семью, будут мятежи, особенно если мы попробуем установить контроль. Потому я пытался подыскать другие варианты, кроме нашего контроля.
— И что ты решил? — она сжала перила и глядела на город. Наверное, чтобы ее стражи не знали, что она с кем-то говорила. Он ценил ее догадливость.
— Еще не решил. Но я придумал, как убить королевскую семью, — другой вопрос — пройдет ли все по плану.
— И какой у тебя план?
— Ты выберешь дату свадьбы. Мы пригласим всех важных из других королевств. Как только король и королева Тельмены прибудут, мы убьем их.
— И начнем войну.
— А если они умрут в пути сюда? Это будет несчастный случай. Убийство в дороге проще, чем в защищенном замке, — он мог даже продумать детали. И Братство легко все исполнит.
Аллисса поежилась, и он не знал, стали ли ее глаза пустыми от его слов. Ей было сложно говорить об убийстве?
— А что насчет принцессы Жестины и ее мужа? — спросила она.
— Принцесса, вышедшая за брата Одара?
— Да.
— Полагаю, мы убьем и их, — не было смысла оставлять их в живых.
Она поджала губы.
— Думаешь, брат Одара, Крен, захочет работать с нами?
— Не знаю, — Савенек ничего не узнал о Крене или Жестине. — Думаю, это нужно обсудить с Одаром, — Савенек не доверял Одару, но если тому еще была важна Аллисса, он, может, захочет помочь им.
Она выпрямила спину, плотнее укуталась в плащ.
— Мои родители не одобрят план. После того, что мы участвовали в убийстве Жаны, это слишком агрессивный ход.
— Точно, — потому он обсуждал это с ней, а не с Дармиком.
Она с подозрением посмотрела на него.
— Предлагаешь сделать это без их ведома?
Он не думал, что они могли провернуть нечто такого размаха без их ведома.
— Я предлагаю начать строить планы без них. Мы сможем обсудить дело с ними, когда узнаем все детали.
Она какое-то время смотрела на него.
— Я поговорю с Одаром. Узнаю, что он думает о своем брате и Жестине.
— Ты справишься? — Савенек мог поговорить с Одаром. У него не было с ним такой истории, как у нее.
Ветер трепал ее волосы, и она убрала их за уши.
— Я сделаю то, что лучше для Империона, — она оглянулась на стражей. — Я не позволю угрозе Тельмены висеть над нашими головами. Я не буду рисковать безопасностью своего королевства и своей семьи. Я сделаю то, что нужно, — ее глаза были пустыми, и Савенеку было не по себе. Она говорила обреченно. Словно жертвовала собой ради королевства. Наверное, так и было. Но ей не нужно было так делать. Савенек поможет ей. Вместе они уничтожат Тельмену. Ему просто нужно было убедиться, что его сестра не уничтожит себя в процессе.
— Как поговоришь с Одаром, дай мне знать.
— Хорошо, — она ушла без слов.
Савенек пошел по крыше, держась теней. Как только он добрался до нужного места, он опустился, нашел ногами опору. Он начал спускаться, считал окна, пока не нашел правильное.
Он посчитал дважды, убедился, что это окно Марека и тихо постучал. Было бы проще, если бы Марек охранял Аллиссу этой ночью.
Шторы раздвинулись. Через миг открылось окон.
— Что ты тут делаешь? — осведомился Марек. — Нет, не отвечай. Я не хочу знать. Просто скажи, это связано с моей сестрой?
Савенек рассмеялся. Мысль, что он пробрался бы в комнату Майры, и не всплывала в его голове. За такое Неко убил бы его, а потом только задал бы вопросы.
— Нет, я к тебе.
Марек протер глаза и покачал головой.
— Ладно, — он открыл окно шире. — Залезай, пока не упал и не сломал королевскую шею.
Савенек забрался в спальню.
— Мне нужна твоя помощь.
— Что с тобой и твоей сестрой? — спросил Марек. — Вы вообще спите?
Савенек устал и был бы не против поспать, но нужно было многое сделать.
— Одевайся. Выбери что-нибудь неприметное.
Марек застонал.
— Ты ведь управляешь Братством?
— Да, — оттуда он и узнал, что двое из Тельмены были тут и остановились в гостинице «Аллея».
— Ты не можешь послать кого-то оттуда? — спросил Марек.
Савенек мог. Но не хотел. Ему хотелось на миссию, и его люди были заняты. Ему пришлось бы отвлечь двоих от другого задания, а он не хотел этого делать.
— Хватит вредничать, — сказал Савенек. — У тебя пять минут.
— Я иду, потому что иначе ты пойдешь один, — Марек пошел в гардеробную переодеваться.
Савенек невольно улыбнулся. Это он и сделал бы, если бы Марек отказался.
Как только Марек оделся, они выбрались в окно и спустились по стене замка.
— За мной, — шепнул Марек. Он повел к военному гарнизону. — Мы можем выйти через военные врата.
Это было куда проще, чем лезть через стену, скрываясь от дозорных.
В городе они пошли на юг.
— Куда именно мы идем? — спросил Марек.
— Гостиница «Аллея».
— А там что? Мы явно идем туда не выпить.
— Двое из Тельмены остановились там. Я хочу поговорить с ними, — Савенек хотел вырубить их и обыскать их комнату. Он надеялся найти переписку, где говорилось, зачем они были там, и что собирались делать. Если учесть, что он недавно нашел двоих мужчин из Тельмены с ядом, этих нужно было тщательно проверить.
К счастью, Марек не спорил. Он кивнул вправо, и они пошли туда.
Было поздно, и снаружи было мало людей. Они легко шли по улицам, пока не добрались до узкого переулка.
— Там, — буркнул Марек, ведя его. Они прошли тридцать футов переулка, и там была дверь с табличкой над ней с надписью «Гостиница Аллея». Марек открыл дверь и прошел внутрь.
Савенек вошел следом. Слева была небольшая комната со столами, почти все были пустыми. Он похлопал Марека по плечу, обошел его и направился в ту комнатку. Савенек прошел к бару, уперся в него локтями.
— Чем вас угостить? — спросил бармен средних лет с густой бородой.
— Кружкой эля, — тихо сказал Савенек.
Мужчина налил эль в кружку и вручил ее Савенеку. Тот сделал глоток, подвинулся, чтобы видеть комнату. Марека не было видно. Отлично.
— У меня остановились тут друзья, — сказал Савенек бармену. — Они не из этих мест. У одного в ухе обычно серьга, — он сделал еще глоток эля.
— Да, — ответил бармен. — Второй этаж, третья дверь слева.
Савенек одобрительно кивнул. Он бросил монету на бар за напиток, вышел из зала и направился к узкой лестнице. Марек присоединился к нему на середине пути. Без слов двое мужчин принялись красться по коридору, пока не добрались до третьей двери слева.
Савенек вытащил кинжал из сапога. Марек тоже так сделал и с готовностью кивнул. Савенек опустил ладонь на ручку, досчитал до трех и ворвался в комнату. Другой мужчина сидел на кровати и завязывал сапоги, другой глядел в окошко. Савенек подбежал к мужчине на кровати, ударил локтем по лицу чужака. Мужчина рухнул на матрас. Савенек перевернул его, ударил по затылку, лишив сознания.
Марек разобрался с другим.
Савенек подбежал к двери и запер ее.
— Что теперь? — спросил Марек.
— Проверь комнату, — Савенек схватил мешок, стал в нем рыться. Он нашел только одежду и нож. Он поискал под кроватью, в сундуке, в шкафу, но ничего не нашел. — Есть что-нибудь?
— Нет, — сказал Марек.
— Проверим их одежду, — Савенек перевернул мужчину на кровати, обыскал карман. Он не обнаружил ничего, расстегнул пиджак мужчины и ощупал скрытый карман. Ничего. У мужчины была дырка в правом ухе, он носил серьгу, так что точно был из Тельмены.
— Вот, — Марек развернул найденный кусочек бумаги. — Тут говорится: «В полночь под мостом». И все.
В Лейксайде был только один мост. Савенек решил, что до полуночи было около часа.
— Бросим их страже города и пойдем к мосту. Мы притворимся ими.
Марек потер лицо.
— Ты думаешь, что они не знают, с кем встречаются.
— Это риск, — признался Савенек. — Но это того стоит.
— Не верится, но я с тобой согласен.
Савенек снял простыню с кровати и вручил ее Мареку.
— Заверни своего парня в это, — Савенек взял другое одеяло и замотал им парня на кровати, связал концы. Закончив, он взвалил тело на плечо. — Он весит тонну.
Марек закинул своего мужчину на плечо.
— Идем.
— Я за тобой. Отведи нас к ближайшему участку стражи как можно скорее.
Марек кивнул и вышел из комнаты, направился вниз по узкой лестнице, голова парня билась об стену, пока он шагал. Савенек не отставал, надеясь, что не придется идти далеко. В переулке Марек направился на юг. Савенеку пришлось пару раз поправлять тело на плече, чтобы не уронить его.
После четырех улиц они попали к участку. Внутри были только двое мужчин.
— Я — Марек, глава личной стражи принцессы Аллиссы. Это принц Савенек, — он бросил тело на пол.
Савенек тоже так сделал. Он потер плечо, радуясь избавиться от груза.
— Их нужно запереть в разных камерах. Я отправлю солдата из замка перевести их в другое место утром. Понятно?
Стражи согласились, обошли стол и поспешили забрать пленников. Они потащили мужчин в камеры, оставив их в одеялах.
Не желая терять время, Савенек и Марек ушли.
— В какой стороне мост? — спросил Савенек. Он думал, что идти на восток.
— Слева.
Он угадал. Они пошли в ту сторону. Савенек надеялся, что они доберутся до моста до того, как прибудет тот, с кем они должны были встретиться. Он хотел, чтобы было время проверить место.
Они прошли десять улиц, добрались до озера. Миновав парк бегом, они прибыли к мосту.
Савенек отправил Марека на север на проверку, а сам осмотрелся на юге. Не увидев ничего тревожного, он пошел под мост, где вода набегала на землю. От воды до моста было примерно восемь футов, хватало места для встречи.
Через пару минут Марек присоединился к нему.
— Все хорошо? — спросил Савенек.
Марек кивнул.
Савенек остался под мостом и следил за южной стороной, а Марек — за северной. Вдали шумели сверчки.
Савенек надеялся, что придет не больше двух человек. А лучше даже один. Он сунул руки в карманы, пытаясь согреться. Минуты ускользали.
— Кто-то идет, — прошептал Марек. — Кто-то один.
— Защити мою спину, — сказал Савенек. Он повернулся к идущему, а Марек смотрел с другой стороны, чтобы их не застали врасплох.
Подошел мужчина.
— Добрый вечер, — сказал он низким голосом.
Савенек не уловил акцент.
— Опоздали.
Мужчина улыбнулся.
— Но я тут.
— Скорее, — сказал Савенек.
Мужчина остановился в трех футах от Савенека. Он был в неприметной одежде.
— Мы с моим напарником прибыли утром. Мы на месте.
Савенеку стало интересно, для чего именно. Ему нужно было ответить не подозрительно.
— Хорошо. Вам что-нибудь нужно? — он подул на сцепленные ладони, пытаясь согреться.
— Неа, — сказал мужчина. — Я уже дал третьей группе их флакон, — он вытащил пробирку из кармана. — Это ваш. Не разбей, а то это тебя убьет.
— Знаю, — Савенек забрал флакон, рука дрожала, но он совладал с собой на миг. Он сунул пробирку в карман. Лучше бы крышке быть плотной. — План тот же? Без изменений?
Мужчина кивнул.
— Как только король и королева прибудут, если подадут сигнал, вылей свой в озеро и колодцы. Другая группа отправится в замок. У меня гостиницы.
— Хорошо, — Савенек знал фразы из Тельмены и сказал. — Дней удачи.
— И ночей, — ответил мужчина. Он кивнул и ушел.
Савенек развернулся. Марека не было видно. Он надеялся, что Марек последовал за мужчиной. Им нужно было знать, где остановились он и его напарник, чтобы их схватили. И Савенеку нужно было узнать, где была третья пара, раз у них уже был яд кеппер.
Почему все не могло быть простым? Потирая лоб, Савенек решил, что не было смысла отмораживать зад под мостом. Он пошел к замку, зная, что Марек вернется, когда выяснит, где остановился мужчина.
Внутри Савенек отправился в свой кабинет. Он зажег свечу и сел за стол. Он написал Братству подробные события вечера. Савенек сообщил им, что хотел, чтобы людей в тюрьме стражей города забрали в защищенное место и допросили. Он хотел, чтобы кто-нибудь узнал у Марека местоположение другой пары. И он хотел, чтобы их арестовали и отвели туда же. А нужно было найти третью пару. Он свернул письмо и опустил в ящик для переписки с Братством. Сделав это, он пошел к себе в комнату.
Он забрался в кровать в одежде и обуви и уснул.
* * *
Савенек постучал в дверь крыла Неко и Элли. Неко открыл дверь.
— Ты будто вообще не спал, — сказал Неко.
Савенек не знал, выглядел ли так плохо, или Неко знал, что он был снаружи всю ночь. Не ответив на замечание, Савенек повернулся к стражам и приказал им оставаться в коридоре. Он не хотел, чтобы мужчины, охраняющие его, видели этот спектакль.
Неко повел Савенека по узкому коридору в просторную гостиную. Несколько окон были на одной стене, озаряли комнату светом раннего утра. Элли стояла в центре комнаты и ждала. Майры или Марека не было видно. Когда Савенек спросил насчет Марека, один из его стражей сообщил, что Марек вернулся в замок под утро.
Савенек сглотнул. Ему нужно было притвориться, что Неко был просто мужчиной, а не одним из величайших военных лидеров всех времен. Не его героем. Не одним из самых властных людей Империона.
— Доброе утро, ваше высочество, — Элли сделала реверанс. — Чем обязаны?
Проклятье. Неко и Элли решили все усложнить.
— Я пришел поговорить о вашей дочери, Майре, — Неко не пригласил его сесть, и он стоял, стараясь не выглядеть нервно. Аллисса предложила Савенеку надеть тунику с королевским гербом на груди. Он послушался ее, желая впечатлить родителей Майры, но теперь потел в толстой одежде.
Неко встал возле жены, скрестил руки на груди, ждал, пока Савенек продолжит.
— Было приятно работать с вашей дочерью в Апетаге. Там мы стали друзьями. Она умная и добрая. Я хочу узнать ее лучше, — когда он репетировал речь, она звучала красивее. Сейчас его язык казался на два размера больше, чем обычно. Проклятье. Он никогда еще так не нервничал. Даже ладони потели.
Элли улыбнулась.
— Мы можем перейти к делу?
— Да, пожалуйста, — он просто хотел знать, мог ли ухаживать за Майрой.
— Присаживайся, — она указала на кресло.
Савенек послушался. Неко и Элли сели на диван напротив него. Савенек вспомнил, как оставался в поместье семьи Майры в паре миль от Лейксайда, когда приходил в себя. Комната была похожа на тот дом — светлые стены, потертые темные ковры, картины лошадей. Не вычурно, а тепло и уютно. Ему тут нравилось.
— Наша дочь высокого мнения о тебе, — сказала Элли с доброй улыбкой Майры.
— Она мне дорога. С вашего позволения я хотел бы ухаживать за ней с намерением жениться, — он сказал это. Тут стало жарче? Он оттянул воротник от шеи.
— Я говорила с Майрой об этом, — сказала Элли. — Ты тоже ей небезразличен.
— Но у нас есть опасения, — добавил Неко.
— Понимаю, — не совсем, но так ответить было правильно. Пот выступил на его лбу. Он не хотел вытирать его и привлекать внимание к факту, что нервничал.
— Мы не собирались выдавать ее за принца, — сказала Элли. — Брак с тобой принесет сложности.
Савенек вытер руки о штаны, ожидая их объяснений.
— Мы не готовили ее к такому положению, — заявил Неко.
Эти опасения были логичными. Неко и Элли хотя бы не отказали сразу, а раздумывали. Он утешал себя этим.
— Я думаю, Майра сможет быть принцессой. Она росла рядом с Аллиссой и понимает, что подразумевает положение, — Майра была изящной и обученной. Она станет идеальной парой. И она поможет ему стать лучшим принцем.
— И она будет мишенью, — сказала Элли. — Как и ваши дети.
— Она будет принцессой, и у нее будет охрана. Я бы хотел, чтобы вы выбрали самых достойных для ее защиты, — Неко не успел ответить, и Савенек добавил. — И не забывайте, меня учило Братство. Я вырос в доме Натенека. Я могу ее уберечь.
Элли встала и прошла к столику, налила чашку воды. Тактический ход, чтобы Савенек не видел ее лица. Он убедил ее или нет?
— Я всегда знал, что этот день настанет, — Неко отклонился на спинку дивана и закинул ногу на ногу. — И я все еще не готов к этому. Майра — моя маленькая девочка.
Элли присоединилась к нему на диване и похлопала по ноге.
— Я не знал, что ты жив, — сказал Неко. — Рема не рассказала мне, что сделала. Надеюсь, ты понимаешь, что твое появление — сюрприз для нас. Я не считал, что Майра выйдет за принца, потому что мы не знали о тебе. Если бы ты рос тут, у меня было бы время решить, достоин ли ты моей дочери, и я смирился бы с вариантом.
— Но, — вмешалась Элли, — если бы ты вырос тут, Майра считала бы тебя братом, и отношения между вами могли и не расцвести.
Савенек понял, что ему придется очаровать родителей Майры. Он будет проводить с ними время, чтобы они узнали его.
— Я вижу в тебе Рему и Дармика, — сказал Неко. — Я не так хорошо тебя знаю, но Майра рассказала достаточно, чтобы я представлял, какой ты.
— Думаю, вам суждено быть вместе, — тихо сказала Элли. — Судьба свела вас в Апетаге.
Неко приподнял брови, глядя на Элли с тем же шоком, что и Савенек.
— Если Майра хочет быть с Савенеком, — сказала Элли, — думаю, мы должны уважать ее желание. Я не против их пары.
Савенек выдохнул с облегчением. Одно одобрение. Теперь нужно второе.
— У меня все еще есть сомнения, — сказал Неко. — Если бы ты не был сыном Ремы и Дармика, я бы сразу отказал тебе. Но Рема и Дармик как семья. Так что ты один из нас.
— О чем вы говорите? — спросил Савенек.
— Я позволю тебе встречаться с моей дочерью, — сказал Неко. — Но это продлится год. Потом, если будешь желать сыграть свадьбу, мы это обсудим.
— Это справедливо, — что еще он мог сказать? Что не хотел ждать так долго? Что у него не хватит терпения? Неко ударил бы Савенека по голове, и за дело.
Неко встал. Савенек тоже так сделал и прижал кулак к сердцу.
— Обещаю уважать вашу дочь.
— Ловлю на слове. Если ты ей навредишь, мне плевать, кто твой отец… Я убью тебя.
ГЛАВА 10
Аллиссе нужно было поговорить с Одаром. Но она не хотела быть с ним наедине. Почему-то от этого она ощущала чувство вины. Словно она не была честной с Керданом, по которому сильно скучала.
При дворе важным был внешний вид, и Аллисса попросила Майру отнести письмо Одару с приглашением на встречу с Аллиссой в одном из внутренних дворов, где все увидят их вместе. Если им приходилось играть в помолвку, людям нужно было верить в это. И она хотела поспешить, чтобы они покончили с угрозой из Тельмены как можно скорее. Аллисса хотела жить своей жизнью.
Она прошла во двор и направилась к фонтану. Он поможет отвлекаться во время разговора. Приближаясь, она увидела, что Одар уже ждал ее там. Она махнула стражам остаться в стороне, чтобы говорить свободно без них.
— Я думал, Кердан будет в Империоне с тобой, — сказал Одар.
— Он занят коронацией в Рассеке и восстановлением мира среди своего народа, — она хотела бы, чтобы Кердан был с ней. Она скучала по его быстрой оценке ситуации, уму, пронзительному взгляду и тому, что он относился к ней, как к равной, а не как к слабой женщине. Проклятье. Ей не хватало всего, что было с ним связано.
— Что ж, — сказал Одар. — Раз его тут нет, так намного проще.
Для Одара, не для Аллиссы.
— Нам нужно поговорить о Тельмене, — не о ее любовной жизни. Она не собиралась обсуждать с ним ничего, кроме необходимых тем.
Он оглядел двор, понизил голос и ответил:
— Мои родители не хотят быть вовлеченными в эти беспорядки. Отец приказал мне прибыть и наладить все необходимыми методами.
— Объясни.
— Отец сказал, если придется на тебе жениться, так тому и быть. Но он предпочел бы решение, которое не свяжет наши королевства.
Она старалась не позволять его словам задевать ее.
— А что он думает о Тельмене?
— То же самое. Он не хочет, чтобы Тельмена указывала нам, что делать. Моего отца устраивает его уголок в мире. Он хочет жить в покое.
Идеально. Тогда ее с Савенеком план мог быть возможным.
— Что думаешь насчет убийства короля, королевы и принца Тельмены?
Одар напрягся.
— Похоже, я ослышался, — его глаза потемнели.
— А если мы оставим править твоего брата и Жестину?
Он покачал головой.
— Поверить не могу, — он повернулся, отошел на пару шагов, повернулся к ней. — Кердан так сильно тебя изменил?
Она заставила себя сдержать пыл.
— Как это понимать? — это не было связано с Керданом.
Он приблизился, оказался слишком близко, вторгся в ее личное пространство. Она старалась не вздрагивать.
— Аллиссу, которую я впервые встретил, не стала бы думать о чьем-то убийстве.
Тогда она была наивной и мало знала.
— Кердан не менял меня, — она сжала кулаки. — Меня изменило похищение Сомой, время в подземелье, пытки и столкновение с Жаной.
Одар вздрогнул. Аллисса заставила себя разжать пальцы. Люди смотрели на них, и она не могла выглядеть злой.
«Спокойная и собранная», — сказала она себе.
— Тельмена — угроза для всех нас, — сказала она. — Они покупали яд у Апетаги какое-то время. Кто знает, что они собираются с ним делать. И что помешает им захватить все королевства на континенте?
— Они хотят только Империон, потому что вы убили половину их семьи. Может, если бы вы меньше убивали, не было бы этого хаоса, — он сжал переносицу. — Потому мой отец не хочет лезть в политику.
Как Одар мог быть таким глупым? Как она вообще полюбила его?
— Я думала так же, как твой отец. Я ошибочно полагала, что, если не действовать, проблема рассеется. Я поняла, что это не произойдет, так что собираюсь убрать тех, кто желает навредить мне и моей семье.
Он стоял в футе от нее, разглядывал ее лицо. Она не могла понять его мысли или чувства. Он всегда хорошо скрывал их от нее. Не впускал ее.
— Ладно, — шепнул он. — Что от меня требуется?
— Ты точно хочешь в это лезть? Не побежишь домой, где безопасно? — если он не будет стремиться к результату, она не хотела его тут.
Одар отпрянул на шаг, провел руками по волосам.
— Мне приказали покончить с угрозой. Отец поручил проблему мне. И… я согласен с тобой. Ты не будешь защищена, пока угроза Тельмены не минует. Мой брат рассказывал мне всякое. Я думал, он преувеличивал, но теперь уже не так уверен.
Она отметила, что он сказал «ты не будешь защищена», а не ее королевство или «мы». Он не хотел, чтобы его народ вырвался из хватки Тельмены? Не хотел мира? Она взяла его за руку и пошла с ним по двору.
— Мы можем оставить Жестину и Крена во главе Тельмены? — она их не встречала, так что не знала, какими людьми они были.
— Да. Они будут хорошими правителями. Если Жестина станет проблемой, я сам с ней разберусь. Я не должен был навязывать брату этот брак. Это была моя вина.
Аллисса не знала, как он справится с этим сам, и не хотела знать. Важно было убрать угрозу из Тельмены и оставить на месте правителей того, кто будет справедлив.
— Жестина сговорчивая? — или навяжет сражение? Если Жестина узнает, что случилось с ее родителями, она будет искать мести? Или Крен сдержит ее? И знал ли Одар ее достаточно хорошо, чтобы делать такие выводы?
— Она послушается моего брата, если ты об это. Мы с братом близки. Я прослежу, чтобы эта часть была выполнена. Что еще?
Теперь сложная часть.
— Мой брат хочет, чтобы мы разобрались с этим. Он не хочет вовлекать никого, кроме нас троих. Пока что, — она надеялась, что не ошиблась, рассказывая это Одару, и он не предаст их.
— Согласен, — Одар остановился и резко повернулся к Аллиссе. — Ты уверена насчет этого?
Она кивнула. Вариантов было мало.
— Это рискованный и смелый ход.
— Знаю.
— Если у нас не получится, может начаться война.
— Война будет, и если мы ничего не сделаем. Так у нас хоть есть шанс остановить ее.
* * *
За следующие пару недель Аллисса смотрела, как ее мама разослала приглашения на свадьбу во все королевства континента. Рема звала всех королей и королев, говоря, что они не только отпразднуют свадьбу, но и смогут сесть и обсудить политику, торговлю и договора.
Поздно ночью Аллисса встретится с Савенеком и Одаром, чтобы продумать план по подавлению Тельмены. А пока они согласились, что когда король, королева и принц будут в пути на свадьбу в замок Империона, их настигнет несчастный случай, и они погибнут. Но Крен и Жестина останутся невредимыми и доберутся до замка. Там Одар поговорит с братом и убедится, что Крен и Жестина будут работать с Империоном.
Савенек и Одар все еще не решили, какая трагедия случится с тельменцами, и как исполнить несчастный случай. Аллисса хотела уже покончить с этим. Ей нужно было потерпеть игру с Одаром еще пару недель.
Жаль, что планы никогда не исполнялись точно.
Аллисса забралась на крышу, как делала почти каждую ночь. На крыше она увидела, что Одар и Савенек уже там были, стояли у перил. Они были достаточно далеко, чтобы стражи их не слышали.
— Что такое? — спросил Савенек, когда она присоединилась к ним.
Она сжала перила, прохладный металл успокаивал ее ладони, пока она смотрела на ее красивый город. Небо было темным, облака скрыли звезды и луну. Она вздохнула.
— Мама сообщила, что Крен и Жестина не прибудут, — письмо звучало так, что Рема поверила, что Жестина была беременна.
Он похлопал ее по спине.
— Мы справимся и без них.
— Слишком опасно. Нам нужно знать, на чьей стороне Крен, до покушения, — вдали зазвучал гром. В воздухе пахло дождем.
— Точно, — Одар прислонился к перилам рядом с ней. — Мне не хочется продолжать без разговора с Креном. Если он не будет действовать по плану, придется придумать что-то еще.
Аллисса отпустила перила, стала расхаживать, обдумывая варианты. Все зависело от сотрудничества Крена. Если он откажется, им придется избавиться от него и Жестины. Одар вряд ли согласится на такое.
— Мы не можем посылать письма Крену. Велик риск, что их перехватят, — сказал Одар.
Они переглядывались и молчали. Они собирались оставить это между ними, но никто из них не мог отправиться в Тельмену к Крену. Аллисса продолжила расхаживать. Кого еще они могли вовлечь?
— Может, кого-то из Братства?
— Все там верны императрице, — сказал Савенек. — Если я отправлю кого-то с информацией о задуманном убийстве, Рема узнает об этом.
— А Натенек? — предложил Одар.
— Он верен Реме, — ответил без колебаний Савенек.
Аллисса замерла и повернулась к Савенеку и Одару.
— Придется послать Марека или Майру.
— Неко не захочет узнать, куда ушел кто-то из его детей? — спросил Савенек.
— Только им двоим я не только доверяю, но и могу поручить такую миссию.
— Майра не может пойти, — Савенек не позволял спорить своим тоном. Он скрестил руки и прислонился спиной к перилам.
— Ладно, — Аллисса прошла к стражу у двери. Она попросила его позвать Марека. Вернувшись к Савенеку и Одару, она снова стала расхаживать. — Мареку придется поспешить, — свадьба была через пару недель. Многие скоро отправятся в путь.
— А если он не согласится? — спросил Одар. — Он может побежать к своему отцу или Реме и все рассказать.
Верно.
— Я знаю Марека всю жизнь. Ему не понравится наша затея. И он не согласится. Но он верен мне.
Савенек ухмыльнулся.
— Может, его верность растет из тайной любви к тебе.
Аллисса стукнула брата по руке.
— Серьезно. Мы — друзья. И все.
— Кстати, — Савенек потирал руку, — стоит рассказать Майре о нашей затее, чтобы она прикрыла Марека.
Аллисса застонала — еще один человек будет знать об их миссии. Чем больше человек знало, тем выше был шанс провала.
Ветер дул над крышей, и глаза Аллиссы слезились. Она зевнула, готовая забраться в кровать на ночь. Страж вернулся с Мареком, одетым в пижаму.
— Я даже не хочу знать, — сказал Марек, — потому что вы затеваете нечто нехорошее.
— Мне нужно, чтобы ты меня выслушал, — сказала Аллисса.
— У меня есть выбор? — Марек скрестил руки с подозрением на лице.
— Я сделала все, о чем меня просили родители и королевство, даже если была не согласна с этим. А теперь мы на грани войны с Тельменой. Я не верю, что нам стоит пробовать решить это мирно. Порой мир — лучшая политика, но не сейчас. Тельмена хочет уничтожить нас, даже если ей придется долго ждать. Мы не можем жить, боясь гибели, — она посмотрела на друга, желая, чтобы он понял серьезность ее слов. — Мне нужна твоя помощь. Я хочу, чтобы ты отправился на тайную миссию. Мы хотим уничтожить Тельмену.
* * *
Аллисса вошла в кабинет Неко. Майра сидела за столом, больше никого не было.
— Что ты делаешь?
— Отец попросил расшифровать письмо, — она даже не подняла голову от работы.
Аллисса закрыла дверь, радуясь, что застала подругу одну.
— Мне нужно поговорить с тобой.
Майра подняла палец. Она дочитала письмо, кусая губу.
— Думаю, получилось, — прошептала она. — Но… в этом нет смысла.
— Что там? — Аллисса села напротив нее.
— Там говорится: «Я посылаю другой вместо первого. Не потеряй этот».
— Откуда это письмо? — Аллисса посмотрела над рукой подруги на бумагу. Она не могла понять язык.
— Принц Савенек нашел у кого-то, — она свернула письмо, написала пару слов снаружи и повернулась к Аллиссе. — О чем ты хочешь поговорить?
Аллисса надеялась. Что Майра не расстроится из-за услышанного.
— Я отправила твоего брата на задание прошлой ночью, — Мареку не нравился план, но он согласился выполнить его. Он сказал, что понимал, особенно ту часть, что некоторые люди были слишком опасными, чтобы оставлять их в живых.
— Почему ты говоришь мне это?
Этой части Аллиссе хотелось избежать. Она понизила голос до шепота, описала, как сочинила план с Одаром и Савенеком по убийству королевской семьи Тельмены, чтобы остались только Жестина и Крен и правили. Она объяснила, что отправила Марека поговорить с Креном от их лица, чтобы понять, готов ли он сотрудничать.
— Что ты сделала? — слова Майры были пронизаны яростью.
— Марек вернется через две недели, — Аллисса надеялась на это.
— И никто, даже мой отец, не знает об этом?
— Верно, — Аллиссу радовало, что Савенек правил Братством. Если что-то пойдет не так, у них хотя бы были способные люди. Но ей нужно было верить, что все пройдет по плану. Хотя бы тут.
— Марек отправился один? А если он попадет в беду? Как ты могла? — ее голос становился все громче.
Аллисса взяла подругу за руки, сжала их, утешая ее.
— Я тоже его люблю. Он будет в порядке. Твой брат только поговорит с Креном. На всякий случай я отправила его с письмом от императрицы, — письмо было подделкой, но должно было дать Мареку время на побег, или чтобы они отправили члена Братства забрать его.
— Ты отправила моего брата в королевство врага с одним письмом? — сухо спросила Майра.
Аллиссе нужно было успокоить Майру, чтобы она не побежала все рассказывать отцу.
— Да, с письмом. Там спрашивается, нужны ли королю и королеве особые удобства во время пребывания в Империоне, например, особые блюда или что-нибудь в этом роде.
Майра глубоко вдохнула и медленно выдохнула.
— Лучше бы ты сказала заранее, — сказала она. — Я бы отправилась с ним, — она высвободила ладони из рук Аллиссы и утомленно потерла лицо.
Савенек говорил Аллиссе не рассказывать Майре до этого дня по этой причине.
Майра опустила руки на стол.
— Ты — принцесса Империона, и я верна тебе, — она встала из-за стола. — Я не должна никому говорить об этом?
— Верно.
Майра взяла письмо, не взглянув на Аллиссу, и покинула кабинет.
Это прошло не так гладко, как надеялась Аллисса. Майра была в ярости, хоть и не призналась, ведь Аллисса была выше нее рангом. Ее ужалило сожаление. Но она отогнала это, зная, что ей нужна была сила, чтобы план сработал.
* * *
Аллисса брела по коридору, заметила отца и Одара. Она хотела завернуть за угол и избежать их, но Дармик окликнул ее.
Она вздохнула, изобразила фальшивую улыбку и подошла к ним.
— Расскажешь, где глава твоей стражи? — Дармик сцепил ладони за спиной.
Нет. Аллисса не хотела рассказывать ему, где был Марек. Она постаралась скрыть эмоции.
— Я отправила его на задание. Он скоро вернется, — она пошла мимо него, но он опустил ладонь на ее плечо и удержал на месте.
— Когда он вернется, пусть найдет меня.
— Я дам ему знать, что ты его искал, — их план сработает, только если никто не будет знать, что Марек покинул Империон. Савенек подсчитал, что Марек вернется через две недели. Она сомневалась, что за это время у Дармика и Неко не возникнут подозрения. Савенек, Одар, Майра и Аллисса решили, что будут стараться тянуть время. Делать вид, что недавно видели Марека, или что он был на другом задании. С подготовкой к свадьбе, возможно, удастся обмануть Дармика и Неко.
— Я хочу, чтобы вы с Одаром прошлись по замку, чтобы люди увидели вас вместе.
— Конечно, — Аллисса взяла Одара за руку.
Она ощущала на себе взгляд отца, уходя. Он что-то подозревал. Сначала она ощущала вину за обман. Но это было для его блага. Немного обмана требовалось для спасения Империона.
Ей было неприятно идти по коридорам, обвивая руку Одара. Аллисса не хотела быть там с ним. Она не хотела, чтобы люди верили, что они поженятся. Но играла роль и кивала придворным по пути. Изображая счастье. Изображая любовь. Все время играя.
— Мне жаль, что у нас такая ситуация, — прошептал Одар, — но я хочу, чтобы ты кое-что обдумала.
Они завернули за угол и прошли в солнечный зал. Пошел дождь, стучал по стеклу. Это напомнило ей прошлый раз, когда они были тут вместе. Тогда Одар был Джарвиком. Многое изменилось с тех пор.
Их стражи остались на пороге.
— Что? — спросила она, ей было все равно.
— Ты не думала, что судьба намеренно сводит нас?
— Нет, — и она не верила в судьбу. Она пошла к гортензии, провела пальцами по листьям.
— Аллисса.
— Хватит, — она подняла руку. — Нам не быть вместе. Прошу, не дави на меня в этом. Я уже сказала все, что нужно было, в Рассеке, — она не могла тревожить старые воспоминания о нем сейчас.
Он сунул руки в карманы, прошел к окну и смотрел наружу.
— Ты всегда была такой упрямой.
Аллисса нахмурилась.
— Кто бы говорил, — почему она была наедине с ним? Они проводили время вместе, играя для двора. Теперь они были одни, и не было смысла дальше изображать чувства.
Он криво улыбнулся.
— Мир.
— Ладно.
— Твой брат… похож на тебя.
— Наверное, — ей Савенек больше напоминал Дармика.
— Как тебе ощущается быть с братом после стольких лет?
Одар хотел, чтобы она говорила о Савенеке? Пытался дружить с ней? Она подошла ближе, выглянула наружу, на земле появились лужи.
— Порой неловко. А иногда кажется, что он всегда был в семье. Он хорошо вписался.
— Я не могу представить себя, вдруг обнаружившего брата, — он потер шею.
Одар никогда не говорил о своем брате.
— Крен младше тебя?
— Да, на пару лет.
— Вы ссорились? — она видела годами, как грызлись Майра и Марек.
— Все время. Это нормально.
— Савенек, похоже, думает, что может помыкать мной, — а ей такое не нравилось.
Одар рассмеялся.
— Так у братьев и сестер. Ты привыкнешь.
— Надеюсь, — дождь полил сильнее. — Отец сказал, что Савенек должен одобрить Кердана для нашего брака, — она боялась, что Савенек будет против воина из Рассека.
Улыбка Одара увяла.
— Ты все еще хочешь выйти за Кердана?
— Да. И я не буду обсуждать его с тобой.
— Зачем тогда упомянула его? — Одар покраснел, поджал губы.
Его внезапный срыв заставил Аллиссу замолчать. Она открыла рот, но слова застряли в горле.
— Что вы делаете? — это был Савенек.
Аллисса повернулась к нему и мысленно выдохнула с облегчением. Она еще никогда не была так рада брату, как в этот миг.
— Мы просто гуляем по замку. Отец хотел, чтобы люди увидели нас вместе.
— Вы закончили? — спросил Савенек.
— Да, — ответил Одар.
— Хорошо. Есть просьба, — он подошел к Одару, удивляя Аллиссу. — Марека нет, и мне нужно с кем-то тренироваться. Я не хочу, чтобы меня видели мои стражи или придворные.
— Ах, — ответил Одар, — понимаю. Тебе нужно изображать избалованного принца.
— Именно.
— Ты пришел к правильному человеку.
Савенек обвил Одара рукой и повел его прочь от Аллиссы. Ее брат был проницательнее, чем она думала.
ГЛАВА 11
Желая держать Одара подальше от Аллиссы, Савенек повел его в тренировочный зал, который использовал с Мареком. Он толкнул Одара внутрь, закрыл дверь. Его стражи уже знали, что нужно оставаться в коридоре.
— Когда ты сказал, что хотел тренировку, я не думал, что прямо сейчас, — мрачно сказал Одар. — Я даже не в той одежде.
— Не будь врединой, — он был в штанах и тунике. Если на него нападут, он будет думать про одежду?
Савенек выглянул в окна, увидел, что дождь прекратился. Он прошел к стене и схватил два меча, бросил один Одару, тот ловко поймал оружие. Одар поднял меч так легко, что Савенек не сомневался, что он был хорошим мечником. Савенек ощущал предвкушение. Ему нравились сражения с кем-то новым.
— Я не замечал, что ты — левша, — сказал Одар и замахнулся.
Савенек отбил удар.
— Это и не так.
— Не оскорбляй меня так.
Савенек с улыбкой бросил меч в правую руку.
— Просто пытаюсь дать тебе преимущество.
— Не нужно, — Одар бросился, взмахнул мечом низко, чтобы застать Савенека врасплох.
Смеясь, Савенек увернулся от атаки. Он ударил локтем в бок Одара. Одар ответил серией ударов. Савенек остановил каждый. Он ощущал, что Одар проверял его умения с мечом. Савенек не давал себе расслабляться. Он не уступал Одару. Одар был очень хорошим мечником, учитывая, что он был из Френа.
Пора было изменить ситуацию. Савенек взмахнул высоко. Одар остановил удар, Савенек ударил его в живот — но не так сильно, чтобы навредить. Он отошел, Одар переводил дыхание.
— Ты собираешься завоевать мою сестру?
Одар не ответил. Он согнулся, тяжело дыша. Через минуту он выпрямился и поправил хватку на мече. Одар ударил низко. Савенек отбил удар, парировал своим.
— Мы с твоей сестрой распрощались в Рассеке, — Одар стал ударять быстрее.
Савенек отразил каждый.
— Это не ответ.
Одар опустил меч, тяжело дыша.
— Ты спрашиваешь, хочу ли я все еще жениться на Аллиссе?
— Да, — хоть Савенек уже знал ответ. Одар все еще испытывал к ней симпатию. Савенек часто видел, как Одар глядел на Аллиссу или пытался начать с ней разговор.
Одар кивнул.
— Я все еще ее люблю.
— Хоть она и обручена с другим?
— Это не официально, — ответил Одар. — Но это не важно. Она ясно дала понять, что не хочет со мной ничего романтичного.
Когда Одар был рядом с Аллиссой, Савенек замечал, как напрягалась сестра.
— Я хочу, чтобы ты оставил ее в покое. Она многое пережила.
— Я знаю ее лучше тебя, — сказал Одар. — Ты не знаешь, что для нее лучше, — он поправил хватку на мече.
— А ты знаешь? — осведомился Савенек.
— Это точно не Кердан.
— Даже если она этого хочет? — Савенек пытался лучше понять Одара. Тот был тихим, держал все в себе. Приятно, что он вообще говорил. И Савенек не думал, что он и бывший его сестры смогут договориться насчет чего-то, связанного с Аллиссой.
— Она просто запуталась, — Одар вытер лоб.
— Я не схожу с ума из-за ее возможного брака с парнем из Рассека, — отметил Савенек.
Одар смотрел на него, лицо не выдавало его мысли и чувства.
— Аллисса раньше любила меня. Со временем полюбит снова, — он продолжил после паузы. — И свадьба уже задумана. Императрица может передумать и позволить церемонии состояться. Может, это лучше всего для Империона.
— Даже если Аллисса тебя не любит? — Савенек пытался скрыть презрение в голосе.
— Брак не связан с любовью. Люди нашего статуса женятся по политическим причинам чаще, чем по любви.
Савенек поправил хватку на мече. Ему не было дела до Одара, и он решил, что парень ему не нравился. Одар хотел жениться на Аллиссе, потому что он этого хотел. Он не думал о том, чего хотела Аллисса и почему. Савенек надеялся, что никогда не будет вести себя так эгоистично.
Он повернулся, чтобы ударить Одара. Тень за окном привлекла его внимание. Савенек выглянул в окно, Одар взмахнул деревянным мечом и ударил по ногам Савенека, сбил его на спину.
Тень двигалась. Это был человек.
Одар навис над Савенеком.
— Снаружи кто-то есть, — пропыхтел Савенек, спина болела от падения.
— Отвлечение не сработает.
Окно разбилось, кто-то прыгнул в него, приземлился на ноги. Одар выругался.
Савенек вскочил, жалея, что у него нет настоящего меча. Мужчина бросился к Одару, сбил его на пол. Они сцепились, катаясь по полу.
Савенек не знал, должен ли помочь Одару. Наверное, нет. Савенеку не было до него дела. Он запоздало заметил, что его стражи не ворвались в комнату на звук бьющегося стекла. Савенек решил посмотреть, что будет, а потом вмешаться.
Мужчина ударил Одара в бок, что-то сказал, но Савенек не понял из-за сильного акцента. И тут Савенек понял, откуда был напавший. Он был так потрясен тем, что Одара сбили, что не посмотрел, кто его бил. У мужчины была белая кожа, спутанные темные волосы, и его плечи были вдвое шире, чем у Одара.
Савенек направил деревянный меч на рассекца.
— Стой, — сказал он. — Отойди от принца Одара.
Мужчина замер. Он смог прижать извивающегося Одара к полу. Мужчина повернул голову к Савенеку, чистая ненависть сияла на его лице, и Савенек крепче сжал меч.
— Лучше опусти это, — медленно сказал мужчина, чтобы Савенек его понял.
— Ты не оставил мне выбора, — сказал Савенек, вытаскивая кинжал из рукава, готовясь бросить его в шею мужчины.
— Савенек, стой, — сказал Одар. — Это Кердан.
Савенек знал, что мужчина был из Рассека, но не считал, что это мог быть Кердан. Савенек убрал кинжал в рукав.
— Это брат Аллиссы, Савенек, — сказал Одар Кердану.
— Чем обязаны твоим визитом? — поинтересовался Савенек.
— Я хочу увидеть Дармика и Аллиссу, — сказал Кердан. — Отведи меня к ним, — он отпустил Одара и встал. — Сейчас, — Кердан навис над Савенеком.
Савенек не мог поверить, что за этого мужчину его сестра хотела выйти замуж. Он был огромным. И без манер. Хоть Савенек должен был признать, что был не против посмотреть, как кто-то бьет Одара. Но это он оставил при себе.
Лучше было ничего не говорить, ведь он не знал, чего хотел Кердан, почему был в замке и почему ворвался, разбив окно, а не через нормальный вход.
— За мной, — Савенек пошел к двери, ему не нравилось подставлять спину Кердану.
Кердан пошел следом. Для такого большого мужчины он шагал тихо.
Одар встал, поправил тунику и посмотрел хмуро на нового гостя.
— Ты идешь? — спросил Савенек у Одара, когда открыл дверь.
Одар покачал головой.
— Но я хочу кое-что сказать Кердану перед тем, как он уйдет.
Кердан приподнял насмешливо бровь, глядя на Одара, чтобы он продолжил.
— Спасибо, что послал людей восстановить поля, которые твои солдаты разрушили своей гражданской войной.
Кердан прищурился, изогнул губы в неприятной улыбке.
— Не за что, принц, — он произнес «принц» с таким презрением, что Савенек был рад, что это прилетело не ему. Кердан отвернулся от Одара, словно от простолюдина, и обратился к Савенеку. — Идем, — это был приказ, а не просьба.
Савенек помрачнел. Одно дело, когда так обходились с Одаром, но другое — говорить так с Савенеком. Давно никто не пытался оскорбить его. Он отогнал оскорбление, решил пока не спорить. Это его не беспокоило. Его растили как простолюдина, и было неловко, что к нему относились как к королевичу, а не приказывали.
В коридоре Савенек нашел своих стражей, стоящих группой. Их оружие забрали. Три воина Рассека стояли вокруг них, вытащив мечи. Замок захватили? Рассек объявил войну Империону? Савенек был уверен, что сможет сбежать, если нужно. Но Кердан еще не угрожал ему. Он только хотел поговорить с Дармиком и Аллиссой.
— Хурит и Ларек, останьтесь с этими — как ты их зовешь? Стражи? — спросил Кердан у Савенека с осуждением.
Савенек кивнул, зная, что его стражи не должны были так легко проиграть трем мужчинам.
— Брукфель, ты со мной, — сказал Кердан.
Савенек пока подыгрывал Кердану, повел его и Брукфеля по коридору. Мужчины были такими большими, что почти занимали все место. Не желая, чтобы придворные видели рассекцев и запаниковали, Савенек повел их по коридорам слуг. Он был тут всего пару раз, надеялся, что не заблудится. Он пошел туда, где должны были находиться королевские покои.
— Что ты тут делаешь? — спросил Савенек. Он подумывал отвести мужчин в пустую кладовую и запереть там.
— Я хочу поговорить с императором и императрицей.
Слова Кердана все еще были с сильным акцентом, но Савенек понимал его слова.
— Я — принц. Почему не поговорить со мной?
— У меня нет дел с тобой.
Логично. Они вышли из коридора слуг недалеко от покоев королевской семьи.
Савенек остановился у дверей, где стояли четыре стража.
— Мой отец внутри? — спросил он.
Один из стражей окинул Кердана взглядом и ответил:
— Да, ваше высочество.
Савенек хотел сказать Кердану и Брукфелю подождать там, пока он сообщит Дармику, что у него посетитель, но Кердан прошел мимо Савенека и ворвался в гостиную. Все стражи выхватили оружие и бросились за ним.
Савенек и Брукфель переглянулись и побежали за стражами. Дармик стоял у дивана, где сидели Рема и Аллисса. Он сжимал нож в руке.
Кердан остановился в паре футов от Дармика. Стражи окружили Кердана, направив мечи на его грудь.
— Как это понимать? — осведомилась Рема.
— Ты вовремя пришел, — Дармик убрал нож в задний карман.
— Кердан? — Аллисса встала, тон звучал растерянно. — Что ты тут делаешь?
— Думаю, задавать вопросы должен я, — сказал Кердан. — Отзовите псов.
— Назад, — приказал Дармик стражам.
Савенек прошел глубже в комнату, встал возле Дармика. Он скрестил руки, ждал, чтобы Кердан объяснил свое неожиданное появление.
Кердан смотрел на Дармика, не на Аллиссу.
— Я пришел узнать, почему женщина, которую я люблю, выходит за другого мужчину. Объясните.
Савенек рассмеялся. И через миг оказался на спине, лицо жгло от удара Кердана. Проклятье. Он не заметил удар. Он не помнил, когда его в последний раз так заставали врасплох. Он бы злился, если бы не был так потрясен.
— Я не думаю, что обязательно бить моего сына, — сказал Дармик. Он протянул Савенеку руку.
Савенек не взялся за нее, встал, пытаясь решить, что делать с Керданом. Ударить в ответ? Задушить? Он потер челюсть, голова звенела от удара.
Рема встала, обвила рукой плечи Аллиссы. Аллисса хмурилась. Дармик оглядел комнату.
— Все наружу, — сказал он. Две служанки сделали реверанс и вышли. Стражи и Брукфель тоже ушли. Остались они впятером, и Дармик указал на кресло. — Садись.
Кердан не двигался.
— Кердан, — едко сказала Аллисса. Она уперла руки в бока, сбивая руку матери. — Как ты посмел явиться сюда и так обращаться с моей семьей?
Он медленно повернулся к ней с нечитаемым видом.
— И как ты посмел игнорировать меня? — сказала она. Савенек отчасти ожидал, что она топнет ногой — она была близка к этому. — Я не видела тебя неделями.
— Ты по мне скучала? — спросил он.
— Конечно! — она возмущенно вскинула руки.
Улыбка медленно расплылась на лице Кердана. Он сделал два больших шага к Аллиссе, схватил ее, опустил голову к ее. Он что-то прошептал и поцеловал ее.
ГЛАВА 12
Аллисса потеряла счет времени, забыла о приличиях, пока стояла, ощущая губы Кердана на своих. Его теплые ладони опаляли ее спину, прижимая ее близко. Ощущение его тела так близко, его губ, поглощающих ее, и его рук, удерживающих ее, заставляли ее желать, чтобы этот миг не кончался.
Рема кашлянула, прерывая мутные мысли Аллиссы.
— Видимо, это Кердан? — спросила Рема.
Аллисса отодвинулась от Кердана. Они смотрели друг на друга, тяжело дыша.
— Да, мама. Это Кердан, — она не могла отвести от него взгляда. Он был тут. В Империоне.
— Я слышал, ты собираешься выйти за Одара, — сказал Кердан. — Так что я прибыл убить его.
Она не знала, шутил он или нет. Ей было все равно.
— Я не выхожу за него на самом деле.
Он закрыл глаза, глубоко вдохнул и медленно выдохнул.
— Я боялся, что ты передумала, — он обхватил ее ладонь и разглядывал ее.
— Я все еще ношу кольцо, что ты мне дал, — кольцо его матери.
Улыбка медленно проступила на его лице.
— Так мне не нужно убивать Одара?
— Нет, — прошептала она, желая, чтобы они остались одни. Она хотела провести ладонями по его волосам и поцеловать его еще раз.
— Если вы закончили, — раздраженно сказала Рема.
Аллисса заставила себя отойти от него.
— Мама, хочу познакомить тебя с Керданом.
— Рада знакомству,
— Вечно забываю, как для вас, империонцев, важны манеры, — он повернулся к Савенеку. — Прости за лицо, — он встал рядом с Аллиссой, а не перед ней.
Савенек стоял, скрестив руки, как и Дармик. Аллисса смотрела на них, стараясь не смеяться. Рема подошла к Дармику, шепнула что-то ему на ухо, встала рядом с ним. Аллисса вдруг занервничала. Что ее мама думала о Кердане?
— Ты тут по делу? — спросил Дармик.
— Нет. Убежал со своими людьми. Вы их уже встречали. Брукфель, Хурит и Ларек.
Аллиссе нравились все трое. Они были элитой Кердана, которую он звал Охотниками. Они работали в Рассеке вместе, чтобы помочь убить Жану.
— Уточню, — продолжил Дармик, — вы проникли в замок и смогли добраться сюда?
— Я привел его сюда? — сказал Савенек.
— В замок? — спросил Дармик.
— Нет. В замок он проник сам, даже смог поймать моих стражей, — Савенек пожал плечами. — Но я сам отвел его сюда, когда он попросил.
— Приятно знать, как плоха наша охрана, — буркнул Дармик. — Савенек, не забудь рассказать о проблеме Неко.
— Да, сэр.
Аллиссу все еще раздражало, что Савенек не звал их родителей матерью и отцом. Что он отказывался сближаться с ними.
— Я хочу знать, почему все на континенте получили приглашение на свадьбу Аллиссы и Одара, — заявил Кердан.
— Свадьба — предлог, чтобы заманить сюда всех, чтобы мы могли обсудить перемирие между королевствами, — сказал Дармик.
— Объясните. Мне не нравится слышать от своих людей, что мою женщину выдают замуж.
Аллисса заметила, как помрачнели Савенек и Дармик, когда Кердан назвал ее своей женщиной. А она не могла перестать сиять.
— Почему бы нам не присесть и не обсудить это? — сказала Рема.
Кердан сел, утянул Аллиссу на диван рядом с собой.
Дармик быстро рассказал Кердану о перехваченном письме, появлении Одара и необходимости играть, чтобы потянуть время, не давая Тельмене напасть на них.
— Правильно ли я понял, — сказал Кердан, — что, когда королевские семьи прибудут на свадьбу, вы хотите заставить их заключить перемирие?
— Это план моей матери, — сказала Аллисса.
— Мы не будем гнать их на переговоры силой, — сказала Рема. — Я попрошу их присоединиться ко мне на встрече, чтобы мы обсудили будущее континента.
— И вы думаете, что разговора с королем и королевой Тельмены при всех хватит, чтобы они отступили? — спросил Кердан.
— Да, — ответила Рема. — Думаю, сейчас они думают, что все их поддержат, и это придает им смелости. Если они прибудут и не увидят поддержки, им придется слушаться наших правил.
— И это произойдет на следующей неделе?
— Да.
— Тогда я останусь тут. Если что пойдет не так, я защищу Аллиссу.
Савенек фыркнул, но ничего не сказал.
— Хорошо, — сказал Дармик. — Тебе подготовят комнату.
— Я бы хотела побыть наедине с Керданом, — сказала Аллисса.
— Не выйдет, — ответила Рема. — Нам нужно делать вид, что ты помолвлена с Одаром.
Аллисса понимала это, но не видела вреда в том, чтобы побыть с Керданом в королевских покоях, где никто их не увидел бы. Она хотела возразить, но Рема сказала:
— Напомню, что мы с принцем Савенеком должны одобрить ваш союз, — ее голос был ровным.
Аллисса сглотнула, поняв, что ее мать не была сейчас счастлива.
— Я сообщу, что ты прибыл для свадьбы, — сказал Дармик. — Ты будешь в одном крыле с другими семьями, которые скоро прибудут.
— Где остается Одар? — спросил Кердан.
— В гостевом крыле.
— Тогда и я буду в гостевом крыле.
Рема вежливо улыбнулась, сцепила ладони на коленях. Аллисса видела, что ее мама еще не решила, что делать с Керданом и его дерзким поведением. Она вспомнила, как впервые увидела его, посчитала грубияном, потому что у него не было манер, как у других королевичей. Но она быстро поняла, что те манеры порой скрывали плохие замыслы, предательство и подлые личности. Кердан ничего не скрывал манерами, но тоже носил маски. Просто у него они были другими.
— Пока ты тут, ты будешь королем Рассека, — сказала Рема.
— Я и есть король Рассека.
— Да, понимаю. Но я о том, что ты тут только как король Рассека.
Савенек ухмыльнулся.
— Иначе говоря, тебя не интересует моя сестра. И она будет дальше изображать помолвку с Одаром.
О, ему это слишком сильно нравилось. Порой брат ее раздражал. Если бы Аллисса сидела к нему ближе, ударила бы по затылку.
— Когда вы хотите сообщить о моей помолвке с Аллиссой? — спросил Кердан. — Я уже сказал всему своему двору, что мы помолвлены.
— Если я соглашусь на брак, — отчеканила Рема, — мы сообщим, когда помолвка между Аллиссой и Одаром будет расторгнута.
— То есть, фальшивая помолвка.
— Да.
Дармик склонился и опустил руки на колени.
— Я хочу, чтобы ты понял, Кердан, что мне не нравится, что Аллисса рядом с Одаром, так же, как и тебе.
— Сомневаюсь, — сухо сказал Кердан. — Его присутствие тут уж вряд ли случайно.
— Я думал над этим, — сказал Дармик. — Но считаю, что он тут, потому что это в его интересах. Я знаю, ему небезразлична Аллисса, и он убережет ее.
— Хоть это не его место? — спросил Кердан.
— Он не хочет войны.
— Ладно, — Кердан встал. — Я хочу, чтобы со мной были мои люди.
— Вас только четверо? — спросила Рема.
— Да. Так проще путешествовать. Быстрее.
Она кивнула.
— У вас есть наряд для двора?
Он был в одежде для путешествий. Аллисса сомневалась, что он взял с собой что-то еще.
— Нет. Я займусь этим завтра.
— Мы ждем тебя этим вечером за ужином с нами в Обеденном зале. Оденься соответственно.
— Я бы хотел побыть минуту с Аллиссой, — сказал он.
— Невозможно, — Рема встала и разгладила платье спереди. — Она не может быть с тобой наедине. Это непристойно.
Аллисса закатила глаза. Хорошо, что ее мама не знала, что она в Рассеке оставалась в комнате Кердана.
— Мы, наверное, сможем поговорить позже вечером, — сказала ему Аллисса.
Он прижал шершавую ладонь к ее щеке. Она прильнула к его ладони с улыбкой.
— Все еще странно видеть тебя в нарядном платье.
Она покраснела, представив, что могла быть и без платья.
— Я отведу тебя в гостевое крыло, — сказал Савенек чуть громче, чем нужно. Он опустил ладонь на плечо Кердана и отодвинул его от Аллиссы.
— Я рад, что ты серьезно воспринимаешь свою роль брата, — сказал Кердан. — Нам нужно поговорить. Одним, — Савенек и Кердан вышли из королевских покоев.
— Итак, это был Кердан, — Рема села. — Ты был прав, — сказала она Дармику. — Он немного грубоват. Не знаю, как его примет наш двор.
— Это не важно, — сказал Дармик. — Сейчас нам нужно переживать из-за Тельмены. Я должен поговорить с Неко и Натенеком о слабостях нашей охраны.
Рема кивнула. Он поцеловал ее в лоб и ушел. Аллисса попыталась выйти из комнаты, пока ее мать ничего не сказала.
— Не думай, что так легко убежишь, — сказала Рема. — Вернись и сядь. Нам нужно поговорить.
Когда Аллисса была в Рассеке, она хотела сесть и поговорить с мамой, узнать ее мнение насчет Кердана. Но это было до того, как Аллисса влюбилась в него. Теперь она боялась мнения ее матери. А если Реме он не понравился?
Рема похлопала по дивану рядом с ней.
— Присядь.
Глубоко вдохнув, Аллисса высоко подняла голову и села рядом с матерью.
— Что ты хочешь обсудить?
— Я хочу поговорить о твоих отношениях с Керданом.
Аллисса выдавила улыбку, ожидая слова матери. Что она скажет? Что Кердан грубый? Солдат, а не король? Не с таким мужчиной она представляла свою дочь? Что он не будет хорошим императором для Империона?
— Скажи, что тебе в нем нравится больше всего, — сказала Рема.
Аллисса этого не ожидала.
— Он не обходится со мной, как с хрупкой принцессой, — она вспомнила все те разы, когда он относился к ней как к равной.
— Что еще?
— Он меня понимает.
— Как? — спросила Рема, склонила голову и посмотрела на Аллиссу.
Как Аллисса могла объяснить, что он носил маски, как она?
— Он знает, что порой мне нужно показывать людям одну сторону себя, родителям — другую, а придворным — третью.
— Ясно, — Рема опустила ладони на колени и смотрела на них. — Что-нибудь еще?
Аллисса отклонилась на диване, думая о Кердане. Она вспомнила, как он ездил по городкам Кловека, раздавал еду нуждающимся, помог ей сбежать из Рассека, отдав любимую лошадь и карты.
— Он верен Рассеку. Он хочет сделать свое королевство лучше и помочь своему народу, — у него была та же верность королевству, что и у нее.
— Это важно. Ты должна учитывать такое на своем месте, — Рема нежно коснулась руки Аллиссы. — Позволю себе смело сказать, что вас влечет друг к другу.
Проклятье. Ее мама серьезно сказала это?
— Да, — Аллиссу вдруг заинтересовало кольцо на ее пальце. Кольцо, которое дал ей Кердан. — Он довольно красивый, — было проще говорить с кольцом, чем смотреть в глаза матери и признаваться, что она находила Кердана привлекательным. Ее лицо пылало.
— Это хорошо, ведь вам нужен будет наследник.
Почему ее мама хотела говорить об этом сейчас? Это смущало. Она хотела спрятаться под диваном.
— Я просто хочу убедиться, что вы с Керданом знаете друг друга. И я хочу убедиться, что он — правильный выбор не только для тебя, но и для Империона.
Аллисса хотела сказать матери, что он будет отличным императором, что Империону повезет с ним, что она уже знала его, хотела выйти за него. Но не стоило сейчас делать такие заявления.
— Понимаю.
— Хорошо, — Рема склонилась и обняла Аллиссу. — Если хочешь о чем-нибудь поговорить, я рядом.
— Спасибо, мама.
Рема отпустила Аллиссу и встала.
— Прошу, помни, что ты — принцесса. Я жду от тебя подобающего поведения. Вы с Керданом не должны выражать чувства на публике до брака. Ясно?
— Да, мама, — Аллисса проследит, что их выражение чувств не увидят ни публика, ни ее семья.
* * *
Аллисса стояла перед зеркалом и разглядывала себя.
— Я не уверена, что это правильное платье, — проворчала она.
— Синий выделяет твои глаза, — сказала Майра. — Ты выглядишь мило.
Но синий был цветом Френа.
— Я хочу сегодня выглядеть исключительно.
— Знаю, — Майра улыбнулась. — Савенек говорил, что прибыл кто-то особый, — она прошла к столику и взяла пудру. — Синий тебе идет. Я сделаю твое лицо таким, что Кердан не сможет оторвать взгляда.
Аллисса села, и Майра нанесла тени на ее глаза.
— Удивлена, что ты позволяешь мне делать это, — сказала Майра. — Обычно я с тобой борюсь.
Просто Аллисса никогда еще не хотела впечатлить мужчину. Она крутила кольцо.
— Не верится, что ты выйдешь за короля из Рассека, — Майра отошла и осмотрела лицо Аллиссы.
— В смысле?
Майра покачала головой.
— Я не представляла тебя с таким, как он.
Сердце Аллиссы сжалось. Почему все считали его грубым?
— Ты его встречала?
— Еще нет.
Аллисса знала, что ее семье и близким друзьям понравится Кердан, как только они узнают его. Просто узнать его было немного сложно. Но в этом она могла помочь.
— Твое лицо готово, — сказала Майра. — Ты хочешь, чтобы я поправила волосы?
Аллисса взглянула в зеркало еще раз. Половина ее волос была заплетена сверху, остальные волосы ниспадали мягкими волнами. Она опустила корону на голову и обняла подругу.
— Не нужно. Спасибо за помощь.
Майра улыбнулась и ускользнула из комнаты.
Аллиссе пошла к гостиной, чтобы дождаться родителей. Савенек читал книгу на диване.
— Майра сказала, что будет на ужине с нами, — она села напротив него.
Он печально улыбнулся и закрыл книгу, опустил ее на столик.
— Мы официально встречаемся, и она будет сидеть рядом со мной, чтобы мы узнали друг друга лучше.
Его челюсть была с синяком, и Аллисса ощутила укол вины. Ей все еще не верилось, что Кердан ударил его.
— О чем вы с Керданом говорили?
— О тебе.
Он не уточнил, и она спросила:
— О чем именно?
— Если бы мы хотели, чтобы ты знала, говорили бы при тебе.
Она закатила глаза.
Он отклонился на диване, вытянул руки на спинке.
— Мы отправимся завтра на охоту.
— Вдвоем? — Кердан обещал взять ее с собой.
— Все мы, — сказал Савенек. — Кердан, Одар, Майра, ты и я.
— С какой целью? — это предложил Кердан?
— Повода два. Во-первых, мне нужно узнать Кердана лучше и решить, доверяю я ему или нет.
Это была хорошая идея. Она была уверена, что, как только ее брат лучше узнает Кердана, он одобрит их пару.
— А вторая причина?
— Нужно обсудить план убийства.
— При Кердане?
— Ты хочешь его вовлечь?
— Да, — он сможет им помочь. И она не хотела врать ему насчет того, что делала и почему. Он мог проследить, что все шло по плану. — Я просто удивлена, что ты позволяешь ему участвовать.
Савенек склонился, сцепил пальцы и опустил локти на ноги. В тот миг он сильно напоминал Дармика.
— Этого ведь ты хочешь?
— Да.
Он широко развел руки, показывая, что потому это и сделал.
— Спасибо, — ответила она. Он принял ее чувства во внимание. Это ее тронуло.
— И Одар поручился за его умения. Сказал, что он сильно поможет.
Она прищурилась.
— Одар?
Савенек кивнул.
— Когда ты говорил с ним?
— Пока ты готовилась. Ты знаешь, как долго надевала это платье?
Рема и Дармик прошли в гостиную, оба наряженные для ужина.
— Идемте, — сказал Дармик.
Аллисса и Савенек встали, покинули королевские покои. Она не привыкла идти с кем-то, кроме ее родителей. Но теперь у нее был брат, и они с ним шли по замку первыми в их группе. Люди кланялись королевской семье. Аллиссу удивляло, что Савенек обращался ко всем по именам.
— Откуда ты знаешь столько людей? — спросила она. — Ты не так давно тут.
— Я сделал это приоритетом. Мы ведь все тут живем. Мне нужно знать всех в замке.
Она подозревала, что это было рабочей привычкой, а не желанием узнать людей.
Они остановились у входа в Обеденный зал, ждали, пока их объявят. Аллисса гадала, был ли Кердан уже там. И где сел? Ее ждало место рядом с Одаром, но она надеялась, что Кердан будет недалеко. Она хотела шанс поговорить с ним.
— Его высочество принц Савенек, ее высочество кронпринцесса Аллисса, Его величество император Дармик и Ее величество императрица Рема.
Королевская семья вошла. Главный стол был немного длиннее обычного. Рема и Дармик заняли места в центре, Савенек сел справа от Ремы, Майра — с ним, а следом — родители Майры. Страх ужалил Аллиссу, пока она думала о Мареке и его одиноком путешествии в Тельмену. Аллисса села рядом с Дармиком. С другой стороны сел Одар, и рядом с ним осталось два пустых места. Она надеялась, что на одном из них будет Кердан, но не представляла, чтобы Кердан и Одар вели себя прилично рядом друг с другом весь вечер.
Столы у главного стола были заняты герцогами и их женами. За столом напротив главного сидели члены Легиона. Придворные заполняли остальные столы чуть дальше от королевской семьи.
Рема изящно встала, люди в комнате притихли.
— Я сделаю объявление, — сказала она, привлекая общее внимание. — Как многие из вас знают, скоро моя дочь выходит замуж. Многие короли и королевы континента присоединятся к нам в праздновании. И прибыл первый гость.
Дверь открылась, и стало видно Кердана.
— Дамы и господа, представляю вам короля Кердана из Рассека.
Все встали и поклонились, а Кердан прошел в комнату. Он был в узких черных штанах и изумрудной тунике до середины бедра, подходящей для холода Рассека. На его плечах был меховой плащ. Корона была на голове. Наверное, в таком наряде ему было довольно жарко.
Кердан смотрел на Аллиссу, и у нее перехватило дыхание от напряженности его взгляда.
Натенек вошел за Керданом, проследовал за ним к главному столу. Кердан и Натенек заняли два оставшихся стула. Слуги тут же стали приносить тарелки с едой.
Аллисса скрытно окинула комнату взглядом, пытаясь оценить реакцию на Кердана. И тут она заметила, что многие женщины глядели на Савенека и хлопали ресницами. Хмурясь, Аллисса взглянула на брата. Он, нахал, не мог не замечать внимания всех женщин в комнате. Но он смотрел только на Майру, говорил и улыбался ей, игнорируя всех.
Один из герцогов подошел к Кердану.
— Ваше величество, — герцог поклонился. — Я хотел бы выразить соболезнования из-за смерти вашего отца. И поздравить вас с восхождением на престол. Думаю, вы станете отличным королем, — он поклонился и вернулся на свое место.
— К этому я не сразу привыкну, — пробормотал Кердан.
— К статусу короля? — спросила Аллисса.
— Нет, — он взглянул на нее. — К вашей империонской формальности.
Она старалась не улыбаться.
— Кстати, — сказал он, — ты прекрасно выглядишь сегодня.
— Я тут сижу, — застонал Одар. — Нужно говорить через меня?
— Да, раз ты сидишь между нами, — сказала Аллисса.
Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но Кердан опустил тяжелую ладонь на плечо Одара.
— Прости, что напал на тебя сегодня, — сказал Кердан. — Я думал, ты пробрался в жизнь Аллиссы, и я хотел убить тебя, — он отпустил Одара и посмотрел на тарелку перед собой. — Было глупо с моей стороны ревновать. Нечему ревновать, — он попробовал еду.
Одар напрягся.
— Порой я сам задаюсь вопросом, почему поступаю так с собой. Я мог сказать родителям нет и отказаться приезжать сюда. Или я мог бы уехать, договорившись о помолвке. Но я остался тут и получил это.
— Знаю, — сказал Кердан с набитым ртом. — И я ценю то, что ты тут. Хоть ты мне не нравишься, ты — хороший человек и будешь хорошим правителем Френа.
Аллисса попыталась скрыть ухмылку, делая глоток из кубка. Так Кердан говорил, что место Одара было во Френе… вдали от Аллиссы.
ГЛАВА 13
Савенек рассмеялся, делая вид, что ему плевать на все на свете. Но он нервничал при виде Кердана на другом стороне стола. Кердан. Правитель Рассека. Враг.
Многие за столами поглядывали на Кердана. Некоторые шептались за ладонями или салфетками. Савенек не ощущал враждебность, толпа была скорее любопытной. И вдруг стало ясно, почему тут был Натенек — на случай, если Кердану решат навредить. Савенек чуть не рассмеялся. Вряд ли Кердан нуждался в защите. И где были люди Кердана? Рема посчитала, что было слишком рискованно пускать много рассекцев в один зал?
Савенек оглядел дальнюю стену. Там были обычные стражи Ремы и Дармика. Он посмотрел на Натенека, тот ел и не обращал внимания ни на кого в зале. До этого Натенек час пытался убедить Савенека, что Кердану можно доверять. Натенек заявлял, что, хоть Кердан был рассекцем, он заботился об Аллиссе, и их союз был очень выгодным. Савенеку не было до этого дела. Ему было важно то, что его сестра могла полюбить Кердана путем обмана.
Кердан выделялся в комнате, полной империонцев. Он был высоким, мускулистым, едва умещался на стуле. Что ели в Рассеке? И его кожа была такой белой, словно он никогда раньше не видел солнца. И чем он думал, накинув мех на плечи? Никто в Империоне не носил мех. Может, в том и был смысл. Кердан не хотел сливаться.
— Что такое? — спросила Майра.
— Ничего, — Савенек сделал глоток из кубка, чтобы отвлечься.
— Ты уже говорил с Керданом? — прошептала Майра.
— Да, — он вспомнил ладони Кердана на Аллиссе. При Реме и Дармике. Словно он был выше и сильнее, потому не подчинялся традициям Империона. Это было слишком, и Савенек поскорее увел Кердана оттуда.
Но он не ожидал, что Кердан перевернет ситуацию и возьмется за него. Кердан хотел знать все о жизни Савенека. Кто его учил, на каких миссиях он был, нравилась ли ему его новая королевская семья. Савенек понимал по вопросам, что Кердан не доверял Савенеку, как и Савенек — Кердану. Но Кердан любил Аллиссу. Даже сейчас он смотрел на нее, словно в комнате была только она.
— Мы не сможем изображать фальшивую помолвку Аллиссы и Одара, пока тут Кердан, — тихо сказал Савенек Майре.
— Он не видел ее неделями. Все будет хорошо, — Майра не звучала убежденно.
— Она — моя сестра.
— На что ты намекаешь?
Он не знал. Савенек провел руками по волосам, стараясь не злиться на Кердана.
— Он недостаточно хорош для нее.
— Откуда ты знаешь?
Он не знал. Савенеку просто не нравилось, что Аллисса выходит за короля Рассека. Их врага. Кердан даже выглядел и вел себя не как король. Его одежды, его манеры и его речь показывали, что он был воином.
— Доела? — спросил Савенек.
— Да.
— Встретимся в солнечном зале через пятнадцать минут, — он встал и отодвинул стул. — Ваши величества, — он поклонился Реме и Дармику.
— Уже уходишь? — спросила Рема.
— Есть дела, — он не дожидался ответа, а поспешил из Обеденного зала.
В коридоре его окружили стражи.
— Есть новости? — спросил Савенек.
— Никаких, ваше высочество.
Он надеялся, что Марек был в порядке, и что он смог поговорить с братом Одара. Если с Мареком что-нибудь случится, Майра не простит Савенека за то, что он послал его в миссию одного. Как и Неко. Он вошел в солнечный зал, указал стражам остаться на пороге. Свечи не горели, и комната была темной. Он прошел к окну и смотрел в ночь.
Тут было спокойнее, чем в Обеденном зале. Савенек не понимал, как утомляло быть все время среди толпы людей. Он не знал, как долго стоял там. Через какое-то время он успокоился.
— Что ты тут делаешь? — спросил Одар где-то за ним.
— Жду Майру.
— Ах, — сказал он, словно это все объясняло. — Мы можем поговорить?
— У тебя пять минут, — ответил Савенек.
— Что ты думаешь о Кердане?
— А что?
Одар пожал плечами.
— Он мне не нравится.
— Ясное дело, — потому что Аллисса предпочла Кердана. И не зря. Одар разбил ей сердце. Он не заслужил Аллиссы.
— Но, — сказал Одар, подходя к Савенеку, — как я и говорил, он умелый не только с мечом, но и в сражении.
— Потому мы включим его в свои планы, — Савенек сунул руки в карманы, думая, где был Марек и что делал. Было тяжело отправлять того, кого хорошо знал, на задание.
— Рад слышать, — они пару минут стояли в тишине, задумавшись. — Я понимаю, почему он ей нравится, — сказал Одар. — Я все испортил между нами. Я знаю, что она никогда меня не простит. Понимаю. Но она все еще дорога мне, и я хочу убедиться, что она в безопасности.
Савенек смотрел наружу, чтобы Одар не видел, как он обеспокоен. Когда Савенек говорил с Аллиссой, она все время пыталась решить, что было лучше для Империона, и как ее решения повлияют на людей. Она всегда ставила других выше себя. Она была в этом похожа на свою мать. Одар же смешивал приоритеты. Он заботился о Френе, но себя ставил выше своего королевства. А когда дела касались Аллиссы, все путалось еще сильнее.
— Тебе не нравится Кердан, но ты ему доверяешь? — удивился Савенек.
— Больно признавать, но да.
— Мы обсудим дело с ним завтра во время охоты.
— Охоты? — спросил Одар.
— Да, — Савенек не знал, предложил это Кердан из любви к охоте, или он просто хотел увести их из замка для разговора там, где их не подслушают.
— К тебе пришли, — сказал Одар. — Мне лучше идти.
Одар вышел из комнаты, вошла Майра.
— Я хочу знать, что это было? — спросила она, встав возле Савенека.
Он покачал головой.
— Я что-то пропустил? — он надеялся, что Рема и Дармик не сердились, что он ушел раньше. Но он закипал. Чтобы сохранить репутацию сияющего принца, он убежал оттуда.
— Нет, — она прижала ладонь к стеклу. — Хотя, — она печально улыбнулась Савенеку поверх плеча, — когда Одар помог Аллиссе встать и увел из зала, Кердан погнул ложку.
— Кердан и Одар недолюбливают друг друга.
— Это я поняла.
Савенек встал за ней, опустил ладонь поверх ее. Он переплел пальцы с пальцами Майры, склонился и шепнул ей на ухо:
— Наконец, мы одни.
— Твои стражи у входа в комнату.
— Тут темно, так что они нас не видят, — он скучал по Апетаге, где они были вдвоем.
— Итак, — она прильнула к нему, — чем займемся?
Он провел ладонями по ее рукам.
— В Апетаге ты мне нравилась больше.
— Как так?
— Меньше одежды, больше кожи, — он обвил ее руками, опустил подбородок на ее плечо. В Апетаге было жарко и влажно, но в Империоне было холоднее, это влияло на одежду. Даже в темноте он видел, как она покраснела. — Я скучал по этому, — он поцеловал ее в щеку.
— У меня вдруг оказалось много врагов при дворе, — Майра сменила тему.
Это его удивило.
— Почему?
— Потому что все женщины влюблены в тебя.
— Не заметил.
— Врешь, — она улыбнулась. — Но ответ правильный.
— Знаю.
Она повернулась в его объятиях лицом к нему. Он склонился и поцеловал ее. Рот Майры слился с его. Он скользнул ладонью по ее спине, запустил пальцы в ее мягкие волосы.
Кто-то кашлянул с порога. Майра вздрогнула. Савенек рассмеялся, отошел от нее на шаг и повернулся, чтобы понять, кто им помешал. При виде Неко в дверном проеме, скрестившего руки на груди — свет их коридора бросал тень на его лицо — Савенек выругался.
— Когда я сказал, что ты можешь ухаживать за моей дочерью, — сказал Неко, проходя в комнату. — Я имел в виду не это.
— Мы просто говорили, — сказала Майра.
— Вы одни в темной комнате, и вы точно не просто говорили, — Неко сделал еще шаг к ним.
Савенек заметил кинжал за поясом ее отца.
— Простите, сэр, — сказал Савенек. — Я не хотел оскорбить. Просто рядом с вашей дочерью у меня кружится голова.
— Наверное, потому что ваши губы были соединены, — отчеканил Неко, и холодок пробежал по Савенеку.
— Я прослежу, чтобы мы все время были под присмотром, — сказал Савенек Неко, одному из величайших военных командиров всех времен. Черт. — Я люблю и уважаю вашу дочь. Обещаю, ничего неподобающего не случится.
— Майра, подожди меня снаружи.
Майра кивнула и поспешила из зала, оставила Савенека одного с Неко.
Неко остановился перед Савенеком.
— То, что ты — принц Империона и сын моего лучшего друга, не значит, что я позволю тебе жениться на моей дочери.
Слова вонзались в Савенека как острый нож.
— Верно, — Неко склонился, попал в личное пространство Савенека. — Ты должен заслужить право жениться на ней. Ты будешь уважать мою дочь. Обходиться с ней так, как хочешь, чтобы обходились с твоей сестрой. Я больше не увижу вас целующимися в темной комнате. Мы разобрались?
— Да, сэр, — пот выступил на лбу Савенека.
— Встретимся завтра утром перед завтраком.
Савенек хотел спросить, зачем, но знал, что не стоит. Натенек хорошо его обучил.
— Да, сэр.
— Нам нужно провести время вместе, — объяснил Неко. — Так я смогу оценить твое достоинство.
Савенек сглотнул.
Неко повернулся уходить. Он замер у двери.
— Будь в тренировочной одежде.
Ох, Савенек не хотел бороться с Неко.
— Да, сэр. Буду ждать.
Неко гулко рассмеялся.
— Ты просто не знаешь, что тебя ждет.
* * *
Савенек пошел к крылу Неко. Он вытер ладони о штаны. Снова. Он не помнил, когда в последний раз так нервничал.
Неко вышел из тени, преградил путь.
— Рад, что ты вовремя.
Савенек промолчал. Он просто кивнул, ждал, пока Неко поведет его.
— Свободны, — сказал Неко стражам Савенека. Мужчины ушли, и Неко зашагал по коридору прочь от комнат, махнул Савенеку идти за ним.
Савенек не знал, должен идти рядом с Неко или за ним. Он пошел за ним. И решил не болтать зря.
Они прошли в тренировочный зал королевской семьи на первом этаже. Солнце еще не встало, и небо снаружи только становилось серым.
Неко обошел комнату по краю, зажигая факелы.
— Знаю, Натенек учил тебя, и тебя растили в Братстве.
— Да, сэр, — Савенек смог сказать лишь это.
— Хоть твоя сестра — кронпринцесса и станет императрицей, твой отец хочет оставить армию тебе, а не Кердану, — Неко встал напротив Савенека, расставил ноги на ширине плеч. — Что думаешь об этом?
Это была проверка?
— Я обучен шпионить и убивать. Если Дармик хочет, чтобы я возглавил армию, мне нужно обучиться боевой стратегии, — Савенек в теории знал, какие методы там работали и были эффективными. Но он не управлял людьми в бою.
— Я не хочу, чтобы моя единственная дочь была вдовой.
Мысль была мрачной.
— Понимаю, — отчасти. Неко намекал, что Савенек умрет, если поведет армию в бой без опыта? Или заявлял, что хотел убить Савенека? Могло быть по-всякому.
Неко ударил Савенека по животу. Тот согнулся, потрясенный силой удара. Зная, что его ждал еще один удар, он позволил телу упасть на пол. Он тут же откатился в сторону на случай, если Неко решит пнуть его. Как только Савенек перевел дыхание, он схватил Неко за лодыжку и дернул. Неко прыгнул в воздух, перевернулся и опустился на ноги.
Савенек в это время встал. Теперь он следил за Неко, заметил едва заметное движение его ног. Савенек поднял руку и остановил кулак, не подпустив его к себе. Он парировал ударом правым кулаком, попал по боку Неко.
Неко схватил Савенека и бросил на пол. Савенек перекатился, понял, что ему нужно сделать что-то неожиданное, если он хотел выжить. Он взмахнул ногами и сбил Неко на пол. Неко развернул ноги и прижал Савенека. В отместку — и надеясь освободиться и не опозориться — Савенек сжал запястье Неко, надавил на точку. Неко не отпустил его, но хватка чуть ослабла, что позволило Савенеку повернуть тело и вырваться.
Мужчины вскочили на ноги и зашагали по кругу.
— Скажешь, где мой сын? — спросил Неко.
Проклятье.
- Нет.
Неко бросился на него и сбил на пол.
— А если я скажу тебе, что представляю, где он, что делает и почему?
Савенек смог перевернуть Неко и сел на него. Как только он получил преимущество, он понял, что это была ловушка. Неко ударил Савенека по затылку, и все почернело.
* * *
Проснулся Савенек на диване в королевских покоях. Его одежда была потной, затылок болел. Он сел и потер лицо. Тренировка с Неко прошла не так, как он надеялся. Судя по свету в окнах, близилась охота. Он встал и пошел к спальне переодеваться. Он открыл дверь и увидел Натенека на его кровати.
— Что ты тут делаешь?
— Мило поговорил с Неко, — ответил Натенек.
Отлично. День становился все лучше. Савенек сел в кресло и разулся.
— Знаешь, почему Неко превзошел тебя? — спросил Натенек.
— Да, — Неко знал, что сказать, чтобы сбить Савенека. Ошибка была глупой, Савенек должен был ожидать такое. Но такое бывало, когда эмоции — как любовь — вставали на пути. Неко пытался доказать точку зрения, и он это сделал. Но Неко еще и намекнул, что знал об их затее с убийством. Савенек не знал, был ли Неко в курсе подробностей, или догадался о самой затее и решил сбить Савенека.
— Тогда я не буду тратить время на нотации, — Натенек встал. — Ты куда-то собрался?
— Кердан берет нас на охоту, — Савенек надел черную тунику.
— Охоту?
— Да, на охоту, — что Натенек не понимал?
— На зверей?
— Да, — возмущенно сказал Савенек. — А на кого еще?
— На людей.
— Даже не знаю, шутишь ли ты, — Савенек обул прочные сапоги.
Натенек прошел к двери.
— Милый синяк у тебя на лице.
— От Кердана.
— Слышал.
— Так почему упомянул о нем?
— Потому что ты идешь на охоту. С Керданом.
— Это было недоразумение, — он потер челюсть, которая все еще ныла после удара.
— Я знаю Кердана, — сказал Натенек. — И я считаю, что твоя сестра любит его.
— Знаю, — сказал Савенек, — мы уже это обсуждали, — он скрестил руки на груди.
— Во время поездки на охоту постарайся подружиться с Керданом. Узнай его лучше. Он может тебе понравиться.
— Вряд ли, — Кердан был из Рассека. Этого хватало, чтобы ненавидеть его.
Натенек ушел, и Савенек закончил переодеваться.
Когда он был готов, он пошел к конюшням, где они должны были встретиться. Он нашел Одара, Кердана и Майру там, готовых ехать.
— Ждем сестру? — спросил Савенек. Аллисса постоянно приходила последней. Это удивительно раздражала.
— Я тут, — Аллисса прошла в конюшню следом за ним. Она подошла к своей лошади, забралась в седло, не обращаясь к каждому из них.
Радуясь, что ему не пришлось смотреть, как сестра целует Кердана, приветствуя его, Савенек вывел лошадь из конюшни и забрался на нее. Трое стражей Кердана уже были снаружи верхом. Дюжина солдат Империона стояли в стороне. Две лошади без всадников несли луки и стрелы, а также копья и мечи.
Аллисса выехала из конюшни, и остальные — за ней.
— Ты, наконец, позволишь научить тебя стрельбе из лука? — сказала она Кердану.
— Только когда научу тебя метать копье, — он направил лошадь вперед, первым устремился в лес.
Майра поравнялась с Савенеком.
— Слышала, ты был с моим отцом на рассвете.
Может, Неко и рассказал ей об этом. Он надеялся, что нет.
— Мы тренировались вместе, — только и сказал он.
Туман рассеялся, и утренний воздух был свежим и холодным.
— Мама говорила со мной за завтраком. Хотела убедиться, что я веду себя пристойно.
— Прости за прошлую ночь, — Савенек и раньше был наедине с женщинами. Был с Майрой в Апетаге. Ему было сложно помнить, что правила изменились из-за его статуса. Может, стоило извиниться перед матерью Майры за то, что целовал ее дочь в темной комнате.
— Это того стоило, — сказала она.
— Точно, — Савенек понизил голос и спросил. — Твои родители что-то подозревают?
— Насчет чего?
— Плана по убийству.
Она задумалась на миг.
— Вряд ли. Мой отец спрашивал, где Марек. Я рассказываю ему, как мы договаривались, что он тренируется в бараках, встречается со стражей в городе или ты послал его по делам. Мой отец спрашивает, почему не видел Марека уже много дней.
Савенек знал, что обмануть Неко будет сложно. Но только Марек мог выполнить ту миссию.
— Мне стоило, наверное, сказать твоему отцу, что я послал его по делам Братства.
Они прошли в лес, поехали по узкой тропе. Под покровом сосен воздух был прохладнее. Савенек видел свое дыхание белыми облачками.
— Не знаю, — сказала Майра. — Мой отец напряжен из-за всех, кто прибудет на свадьбу. Может, удастся обмануть его.
Савенек не знал, сколько они продержатся. И Марек уже должен был вернуться. Но Савенек не должен был переживать из-за опоздания на день, потому что это расстроило бы Майру. Марек, наверное, задержался из-за погоды или чего-то в этом роде.
Кердан и Аллисса ехали бок о бок во главе группы, а за ними — Одар, дальше Савенек и Майра, в конце плелись солдаты.
— Составим Одару компанию.
— Я думала, тебе не нравится Одар.
— Не нравится.
— Так почему ты хочешь ехать с ним? — с подозрением взглянула на него она.
— Кердан нравится мне меньше, чем Одар.
— Ах, — ответила она, будто это все объясняло. Майра направила лошадь к Одару.
Савенек подъехал с другой стороны.
— Так Кердан серьезный охотник?
Одар кивнул.
Савенек посмотрел на солдат, сопровождающих их. Они не были стражами Аллиссы, как и его. Он пригляделся. Это были члены Братства.
— Кто придумал взять их с нами? — спросил Савенек.
— Когда я прибыл к конюшне, Натенек приказывал отряду идти с нами, — Одар оглянулся на стражу. — А что? Что-то не так?
Они вышли на полянку, и в центре нее стояли шестеро.
Рема, Дармик, Неко, Элли, Натенек и Марек.
Савенек хотел спросить, хотели ли они поохотиться с ними, а потом все понял. Они знали. Но Савенек не был уверен, накричит Рема на них за такое поведение или нет.
Братство окружило их, смотрело наружу. Савенек спешился и присоединился к Одару, Майре, Аллиссе и Кердану перед императрицей.
Рема была в коричневых штанах и тунике, ее волосы были заплетены на голове. Она разглядывала их, и Савенек не знал, о чем она думала или что чувствовала. Но при виде такого ее наряда, меча на поясе, он понял одно. Рема не зря сохраняла власть над Империоном двадцать лет, хоть выросла на острове Гринвуд.
Кердан заговорил первым:
— Ваши величества, я возьму своих людей и проверю округу. Мы скоро вернемся.
Рема кивнула.
Савенек застонал. Кердан не был потрясен их появлению. И он организовал охоту. Значит, король Рассека подставил их. Савенек сжал кулаки. Он хотел побить Кердана.
Кердан вытащил меч, проехал мимо Братства в лес. Его трое мужчин тихо ехали за ним.
ГЛАВА 14
Аллисса подбежала и обвила Марека руками.
— Ты вернулся, — она боялась, что с ним что-то случится.
— Да, — он обнял ее в ответ.
Ей было интересно узнать, как прошла его поездка, и что сказал принц Крен, брат Одара, но не могла говорить до матери. Марек что-то узнал? Он рассказал ее родителям об их плане с убийством? Не важно. Она была просто рада, что ее друг был дома и казался невредимым.
Рема кашлянула. Аллисса отпустила Марека и отошла к Савенеку, Одару и Майре. Кердан еще не вернулся.
— Убийство человека не должно восприниматься просто, — сказала Рема. — Мне пришлось убить императора Хамена, чтобы вернуть престол. Аллисса и Одар, вам пришлось убить Жану и ее детей, чтобы защитить Империон и Френ. Савенек и Майра, вы тоже убивали во благо Империона. Мы понимаем, что забрать жизнь непросто, — она сделала паузу и кивнула Дармику, желая, чтобы он добавил свое мнение.
— Согласен, — сказал Дармик. — Потому мы с Ремой старательно работали со своими верными советниками, — он указал на Неко и Натенека, — пытаясь решить, что делать, если переговоры о мире провалятся.
Аллисса прикусила губу, чтобы не сказать то, о чем пожалеет.
— Вы затеяли опасную игру, — сказала Рема, медленно шагнула вперед. — В первую очередь, я — ваша императрица. Вы должны меня слушаться, или я обвиню вас в измене.
Проклятье. Ее родители не только знали о плане с убийством, но и давили рангом — говорили как императрица и император, а не как ее мать и отец.
— Я подозревал что-то, когда Марек пропал, — сказал Неко.
— Как я и говорил, мы с Ремой работаем над запасными планами, — сказал Дармик. — Мы с Неко быстро поняли, что вы задумали.
— К счастью, Кердан подтвердил наши подозрения, — сказал Неко.
«Кердан?».
— Да, — сказал Дармик. — Кердан заподозрил, что Савенек и Одар что-то затеяли. Он тут же пошел ко мне, боясь, что в случае убийства последствия затронут всех, особенно, если император и императрица не знали заранее.
Пока ее отец говорил так, их план казался немного наивным. Но они не хотели, чтобы кто-нибудь понял, что это было убийство. Это должно было выглядеть как несчастный случай. И в теории последствий быть не могло. Аллисса переминалась с ноги на ногу.
— Простите?
Рема пронзила Аллиссу взглядом.
— Я ожидала от тебя лучшего.
Слова ее матери были ударом по животу.
— Если будет убийство, — сказала Рема, — то план нужен безупречный.
— О чем ты? — спросил Савенек.
— Убийство королевской семьи Тельмены всегда было вариантом, — ответил Дармик.
— Мы просто хотим попробовать переговоры, — добавила Рема. — Если это провалится, мы сможем их убить.
— Почему мы все тут? — спросила Аллисса. Они были посреди леса, одни.
— Чтобы составить план, — ответил Неко. — Чтобы никто не подслушал.
Включая слуг и солдат. Потому тут было Братство.
Кердан вернулся со своими людьми.
— Чисто, — он встал возле Аллиссы, сцепил руки за спиной.
— Тогда за работу, — сказала Рема.
— Первым делом, — Дармик указал на Марека, — доложи о своей миссии.
Аллисса пригляделась к Мареку, увидела морщины под его глазами и щетину на щеках. Он едва спал за то время, пока его не было.
— Я смог втайне встретиться с принцем Креном. Он сказал, что король и королева собирают армию и планируют захватить Империон, если Одар не предоставит в скором времени результаты. Народ Тельмены не рад тому, что в армию забирают силой, там бунтуют. Крен переживает, потому что его жена, принцесса, беременна. Он боится, если народ устроит мятеж, в Тельмене начнется кровавая война. Когда я спросил Крена, будет ли он против того, что мы убьем короля и королеву, а он и Жестина получат королевство, он обрадовался. Он дал ясно понять, что не хотел знать детали, но поможет нам, когда это будет сделано.
— Что-нибудь еще? — спросил Дармик.
— Да. Крен настаивает, чтобы Тельмена осталась независимым королевством без правления Френа и Империона. Он сказал, что, пока он и Жестина будут работать с нами, они не хотят нашей власти.
— Одар, — сказал Дармик, — что думаешь?
— Я хорошо знаю брата. Крен настаивает на этом, чтобы мой властный отец не управлял Тельменой или им. Крен ушел не просто так. Я дал ему обещание, и я его сдержу.
Интересно. Одар редко говорил о брате. Но звучало так, что Крен женился на Жестине не потому, что Одар не хотел, а чтобы убежать от отца и жить своей жизнью. Может, Одар не был таким эгоистом, как Аллисса думала.
— Рад знать, — ответил Дармик. — Марек, есть что-то еще?
— Да, — Марек вытащил мешочек и протянул Натенеку. — Это было там, где вы и говорили, закопанное и нетронутое.
Натенек развязал шнурок и вытащил несколько бумаг.
— Тут все нужные доказательства, что Тельмена замышляет против нас.
— Доказательства? — Аллисса пыталась разглядеть бумаги.
— Документы показывают, что Хамен из Тельмены. И тут показано, что Тельмена считала Хамена истинным правителем Империона. Они верят, что после смерти Хамена власть должна была перейти им, делая короля и королеву Тельмены правителями Империона.
— Думаешь, они хотят бросить вызов нашему правлению? — спросила Рема.
— Да, — ответил Натенек. — Когда они прибудут на свадьбу, полагаю, они попросят престол. Они знают, что ты откажешь. Но посеют сомнения у других королевств. Как только Одар женится на Аллиссе, будет вопросом времени, когда они попросят Одара убить императрицу и императора. И со смертями Ремы и Дармика они будут ждать, что Одар и Аллисса отдадут Империон им. Они получат, что хотят, почти без потерь.
— Потому ты был в Тельмене? — спросил Савенек. — Раскрывал их план?
— Да, — ответил Натенек. — Они собирают армию, как и сказал Марек. Когда Рассек направил армию к границе, мы сразу ответили на угрозу. Тельмена думает, что если и они так сделают, вы воспримете их серьезно.
Сердце Аллиссы колотилось. Она не знала, что Тельмена давно планировала захватить Империон.
— Братство еще обнаружило, что небольшие группы тельменцев проникли в Империон с ядом кеппер, — сказал Савенек. — Две из трех групп были пойманы.
— Как так получилось? — Аллисса злилась, что их враг мог легко пройти в их королевство.
— Одному или двум легко проникнуть мимо нашей защиты, — сказал Дармик.
— И что делают эти тельменцы? Зачем они тут? Чего хотят достичь? — Аллисса стала расхаживать по полянке. Она хмуро глядела на брата. Почему он не рассказал ей раньше?
— Думаю, они хотят убить королевскую семью Империона, если все пойдет не по их плану, — сказал Натенек.
Тельменцы планировали то же, что и Аллисса с ее семьей. Она уловила иронию. Она замерла и повернулась ко всем.
— Согласен, — сказал Кердан. — Я так и сделал бы на их месте.
Аллисса поежилась. Все скоро прибудут. Они не могли проиграть в этой опасной игре.
— Мы все еще собираемся обсуждать перемирие, когда все прибудут на свадьбу? — спросила Аллисса. Казалось опасным продолжать план, зная, что Тельмена будет против.
— Мы должны, — сказала Рема. — Иначе на континенте будет война. Я могу справиться с одним королевством, но не со всеми.
— Когда они откажутся наладить мир и уедут, мы их убьем, — сказал Дармик. — Пока не стали продумывать детали, у меня есть вопрос к Одару. Как отреагируют твои родители на то, что ты не женишься на Аллиссе?
Одар потер лицо.
— Даже не знаю, — он почесал шею.
— Что такое? — осведомился Дармик.
— Мои родители справились бы с ситуацией с Тельменой куда лучше, если бы я женился на Аллиссе и сидел на троне Империона.
Аллисса услышала, как кулак ударяется по плоти. Дыхание Одара вырвалось из него с шумом. Он пошатнулся. Аллисса хмуро посмотрела на Кердана, но он покачал головой. Когда она повернулась, поняла, что ее брат ударил Одара.
— Зачем ты это сделал? — спросила она.
— Этот змееныш пытается использовать ситуацию, чтобы жениться на тебе, — рявкнул Савенек.
— Я просто был честен, — Одар выпрямился. — Я не говорил, что хочу жениться на ней.
— И не нужно, — грозно сказал Кердан. — Ты подразумевал это.
— Прости, Одар, — начала Аллисса.
— Нет, — ответил он. — Я знаю, что ты не хочешь жениться на мне. Я не хочу быть в браке с тем, кому не нравлюсь, и кто предпочел бы быть с другим, — он потирал бок.
— И как ты убедишься, что твои родители не решат отомстить? — спросил Кердан.
— Когда это все будет сделано, я вернусь во Френ с родителями. Мы останемся там. Они не смогут ничего сделать, если я настою, что не хотел жениться на Аллиссе и рад быть дома.
— Мы не станем нападать на Френ, — сказал Дармик. — Пока между нами перемирие. Даю слово.
— Только этого я и хочу.
— С этим разобрались, — сказала Рема. — За работу.
* * *
Аллисса расхаживала по своей комнате, хоть устала, весь день продумывая планы с родителями. У них теперь было несколько планов, одни опаснее других, и все были рискованными. От всего этого ее желудок сжимался в тревоге. И первая королевская семья была замечена в двадцати милях от Лейксайда. Они прибудут завтра.
Она плюхнулась в кресло у камина, смотрела на огонь. Кердан был тут два дня, а она так и не побыла с ним наедине. Это сводило ее с ума. Она не могла поверить, что он приехал сюда из Рассека, только чтобы убедиться, что она не выходит за Одара. Это было дико романтично.
Она вздохнула.
Тихий стук раздался от стены. Она встала, прошла к стене и прислушалась. Звук доносился из люка для белья. Она открыла люк и удивленно вскрикнула. Там был Савенек.
— Не смейся, — сказал он. — Я едва держусь.
— Что ты делаешь? — если он пытался попасть в свою комнату, он пропустил поворот.
— Проверяю, не хочешь ли ты сбежать.
Это ее удивило.
— Дай мне пять минут, — она убежала в гардеробную, быстро переоделась в штаны и тунику. Она схватила плащ, пошла к люку. Савенека уже там не было. Она забралась внутрь, скользнула по шахте и обнаружила Савенека, ждущего ее внизу.
Он махнул ей идти вперед. Она без слов повела его из прачечной по замку и с его земель. Как только они оказались в городе, брат и сестра пошли бок о бок по улице.
— Не можешь успокоиться? — спросила Аллисса.
Савенек пожал плечами.
— Я подумал, когда все прибудут на свадьбу, мы не сможем выбраться из замка. А мне нужно побыть без стражи. Я не могу и минуты побыть один.
Аллиссе нравилось в Империоне, но было сложно привыкнуть к стражам, следующим за ней. Сначала в Рассеке или с Натенеком она ощущала себя одиноко. Но она привыкла к уединению, независимости и свободе. Хоть она была рада оказаться дома с семьей, было сложно быть все время под наблюдением.
— Куда? — спросила она. — Хочешь сразиться? Выпить? Пройтись?
— Выпить.
Это удивило ее. Она не думала, что Савенек любил выпивать. Но она не стала спрашивать, а повела в одну из самых людных таверн, решив, что ему понравится атмосфера там. Это было одно из любимых мест Гревика. Когда Аллисса прошла внутрь, она вдохнула запах эля и похлебки. Знакомый вид мужчин, играющих в карты за столами, танцующих в стороне, и смех людей вызвал у нее слезы.
— Что такое? — спросил Савенек.
— Ничего. Закажи нам выпить. Я поищу стол, — она пошла среди толпы, пока не отыскала пустой столик. Она смахнула крошки рукавом, села и оглядела толпу. Тут не было знакомых лиц стражей или армии. Расслабившись, она отклонилась на стуле, вбирая атмосферу. Музыканты играли бодрую мелодию, около двух десятков людей танцевали.
— Вот, — Савенек опустил две кружки на стол, сел напротив нее. — Тут почти так же хорошо, как в таверне в Городе императора.
Она посмотрела на него.
— Почти?
Он сделал глоток эля.
— Тут нет запаха рыбаков. Без ужасного запаха рыбы это место не воспринимается как таверна, — он криво улыбнулся.
Аллисса невольно рассмеялась.
— Ты тоже не любишь запах рыбы?
— Ненавижу.
— И я. Меня тошнит от запаха, — она сделала глоток эля, отмечая еще одно их сходство. — Как все с Майрой? — когда они стали официально встречаться, Майра перестала делиться подробностями. А Аллисса хотела их.
Он застонал.
— Думаю, Неко ненавидит меня.
Это было не так. Иначе Неко никогда не позволил бы Савенеку ухаживать за Майрой.
— Неко умеет запугать, — к счастью, она выросла с ним и знала его причуды. — Он просто хочет убедиться, что твои намерения благородные.
— Я понимаю, что он хочет лучшего для своей дочери. Но казалось бы, — он понизил голос до шепота, — он должен был радоваться, что его дочь выйдет за принца.
Аллисса сжала чашку, обдумывая слова Савенека.
— Может, увидев, через что я прошла, он переживает больше о счастье дочери, чем о ее статусе.
Савенек провел руками по волосам, растрепал их.
— Не бей меня за такие слова, но я рад, что ты пережила все это. Иначе Рема и Дармик не одобрили бы мой брак с Майрой. Они настояли бы на политическом браке.
Аллиссе не нравилось это признавать, но он был прав. Не желая говорить о прошлом, она сменила тему:
— Почему ты не зовешь их матерью и отцом?
Он пожал плечами, сделал глоток из кружки. Он опустил кружку, посмотрел на танцующих.
— Они не растили меня, сложно воспринимать их как родителей.
— Но тебе комфортно с ними, — он будто всегда был в семье.
— Да, — он посмотрел на Аллиссу. — Но меня вырастил Натенек. Он — мой отец.
Она не могла представить, какой была бы ее жизнь, если бы ее растил кто-то другой. Она была уверена, что воспринимала бы все хуже Савенека.
— Прости за все.
— Это не твоя вина.
— Но мне стыдно, — и она была рада, что родители оставили ее. От этого чувство вины усиливалось.
Он сказал вместо ответа:
— Тут становится громко.
— Многие прибыли, — места для танцев почти не было, и все столы были заняты.
— Но хоть эль хороший, — едко сказал Савенек.
Эль был на вкус как грязные носки. Она сморщила нос.
Кто-то у двери привлек ее внимание. Кое-кто высокий, шире всех в комнате. Она моргнула.
— Да ладно, — тут был Кердан.
— А я-то думал, как скоро он придет, — пробормотал Савенек.
— Ты знал, что он не в замке?
— Я ощущал, как он преследовал нас. Наверное, из-за того, что он не знает толком город, он держался к нам ближе, чем делал бы обычно.
— Почему ты ничего не сказал? — она попросила бы Кердана присоединиться.
— Я не знал, решил ли он защищать тебя, шпионить или увидеться с тобой.
Кердан заметил Аллиссу и пошел в ее сторону. Он добрался до их стола, сел на пустой стул.
— Почему ты не в замке? — осведомился он.
— Мне нужен был перерыв, — сказала она.
— И мне, — признался он.
— Ты один? — или взял кого-то из своих?
— Я пришел сам. Решил, что рассекцу и одному сложно слиться. Будь нас больше, стало бы только сложнее.
— Умно, — буркнул Савенек, сделал еще глоток эля. — Я не оставлю сестру наедине с тобой.
— Я и не просил.
— Я пришла сюда отдохнуть, — сказала Аллисса. — Можете не спорить хоть одну ночь?
Кердан постучал пальцами по столу.
— Приятно видеть тебя в нормальной одежде, — сказал он ей.
— Это не нормально. Платья — нормально.
— А мне больше нравится это.
— Ты предпочитаешь меня в образе простолюдинки?
— Не так, — он приподнял бровь, вызывая радость у Аллиссы. — В образе бойца.
Савенек застонал.
— Не верится, что мне придется сидеть и слушать это.
— Уж прости, — сказал Кердан. — Аллисса, хочешь станцевать? Так твоему брату не придется нас слушать.
— Буду рада, — она встала и пошла за ним к танцующим. В последний раз она танцевала с ним в таверне в Рассеке.
Он сжал ее талию, игриво притянул к себе, чтобы ее грудь прижалась к его. Она поймала его взгляд, затаила дыхание. Он погладил ее щеку тыльной стороной ладони. Она ощущала, что все танцевали вокруг них, а они с Керданом просто стояли, но ей было все равно. Глаза Кердана выражали многое. Печаль — наверное, за потери в войне. Счастье, ведь он был с ней. Гнев — на то, что Жана сделала с его королевством, и что его отец допустил такое. А еще стремление к миру, счастью и светлому будущему.
Она привстала на носочки, поцеловала его в щеку и с неохотой отошла на шаг, чтобы они могли танцевать.
— Ты права, — сказал он. — Тут таверны не такие, как у меня.
Музыка стала быстрее, и люди хлопали два раза, потом топали два раза.
— Наши тихие, по сравнению с вашими. Никаких сражений, — она все еще помнила, как он бился с мужчиной в ринге. Это было красиво. Ей нравилась грубая сила Кердана и то, как двигались его мышцы, пока он сражался.
— Почему у тебя такое хитрое лицо? — спросил он.
— У меня? — он не мог знать, о чем она думала.
— Да, у тебя.
Ее лицо стало горячим.
— Теперь придется тебе сказать.
Было сложно говорить поверх музыки, разговоров людей, хлопков, топанья и звона кружек. Но зато никто не услышал ее, когда она ответила:
— Я просто вспомнила, как ты бился без рубашки.
Он склонился, его губы задели ее левое ухо. Она замерла, не могла двигаться, пока он был так близко.
— Я был бы не против посмотреть на тебя в такой ситуации, — он низко рассмеялся.
Ее ноги стали слабыми, она чуть не упала на месте. Кердан сжал ее локти, удержал на ногах. Тут стало жарко, или так казалось только ей?
Началась следующая мелодия. Эта была быстрой, обычно звучала на праздниках. Аллисса хлопала три раза, топнула. Она повернулась вправо, влево, топнула еще. Кердан быстро подхватил танец, подражая ей. Музыка ускорилась, и танец стал быстрее. Аллисса невольно улыбалась, глядя, как Кердан не отставал от нее. Песня кончилась, и все застучали по столам или бару, пока танцевавшие хлопали музыкантам.
— Мне нужно выпить, — Кердан тяжело дышал.
Аллисса прошла к столу, где сидел Савенек, пока Кердан пошел к бару за напитком.
— Как ты можешь выйти за рассекца? — спросил Савенек, с отвращением кривя губы.
Она закатила глаза.
— Я чуть не вышла за принца Френа. В чем разница?
— Рассек — наш враг.
— Был.
Он провел руками по волосам.
— Мне сложно ему доверять.
— Знаю, — и она понимала его неохоту доверять ему. Но Дармик, Неко и Натенек поручились за Кердана. Разве мнение трех важных мужчин Империона не хватало Савенеку?
— Я не могу решить, кто мне нравится больше. Кердан или Одар, — буркнул Савенек.
— Не важно, потому что я люблю только одного из них.
Савенек приподнял брови и слабо улыбнулся.
— Логично.
Кердан присоединился к ним.
— А куда тут ходят, если хотят сразиться? — он сделал глоток из кружки.
— В армию, — ответил Савенек.
— Он не об этом, — сказала Аллисса. — В Рассеке в тавернах дерутся. И делают ставки на победителя.
— Может, Рассек нравится мне чуть больше, — протянул Савенек.
Кердан допил свой напиток.
— Вы готовы уходить?
Было уже поздно, и Аллисса устала. Они вышли из таверны. Воздух стал холодным. Аллисса обвила себя руками, пытаясь согреться.
— Мне нужно встретиться со своими людьми, — сказал Кердан. — Мы пошпионим за королевичами, что прибудут завтра.
— Можно и мне? — спросил Савенек.
— Тебе же не нравился Кердан? — сказала Аллисса.
Савенек ткнул ее локтем.
Кердан обвил рукой плечи Савенека.
— Думаю, нам нужно проводить больше времени вместе. Я тоже пока не уверен, нравишься ли ты мне.
— Надеюсь, мы как-нибудь останемся наедине? — Аллисса пронзила Кердана взглядом.
— Если бы у Империона не было строгих традиций, я бы оставался в твоей комнате, — он поцеловал ее в лоб.
— Надеюсь, это шутка, — сказал Савенек.
Аллисса не ответила.
— Идемте, — Кердан кивнул на север.
— Мы не отведем сначала Аллиссу в замок? — спросил Савенек.
Кердан нахмурился.
— Зачем нам это делать?
— Чтобы убедиться, что она доберется туда невредимой, — Савенек будто говорил с двухлетним.
— Твоя сестра может о себе позаботиться, — Кердан пошел прочь.
— Наверное, — Савенек не звучал убежденно.
Кердан повернулся и подмигнул Аллиссе.
— Я знаю.
Аллисса смотрела, как Савенек и Кердан уходят. Как только они пропали из виду, она направилась в замок.
* * *
Аллиссе это явно снилось. Казалось, руки Кердана притягивали ее к нему. Ее глаза открылись.
— Кердан? — прошептала она.
— Шш, — сказал он.
Тьма ночи таяла, становясь светло-серой.
— Что ты тут делаешь? — прошептала она.
Он лежал на кровати рядом с ней.
— Только вернулся и хотел увидеть тебя.
— Все хорошо? — спросила она.
— Да, — он нежно погладил ее волосы, его ладонь почти накрывала всю ее голову при этом.
Она стала засыпать, вдыхая его запах.
— Странно тут находиться, — пробормотал он. — Твои города очень отличаются от моих. Твои родители живы. У тебя есть брат. Тут ощущаются радость и умиротворение.
— Думаешь, ты смог бы жить тут?
— Я могу жить где угодно, пока ты со мной. Но тут жарковато, как по мне.
Она улыбнулась, ощущая тепло его одетого тела рядом с собой.
— Твой отец мне сильно помог, — сказал Кердан. — Дал много советов, как справиться с армией и теми, кто стремится к власти. Я делал не все, что он сказал, но многие его советы были ценными, — он гладил ее волосы, убаюкивая. — Я не готов к ответственности, статуса короля, — признался он. — У меня нет выбора. Рассеку нужен король, и это я.
— Почему ты не готов? — сонно спросила она. Он будет отличным королем.
— Меня растили для армии, не для политики.
— Потому мы идеальны вместе. Я прикрою политику, а ты позаботишься об армии.
— Твой отец ставит Савенека по главе армии Империона.
Но нужно было управлять и армией Рассека. Хотя Аллисса не хотела, чтобы Кердан был в Рассеке, она хотела, чтобы он был с ней в Империоне. Нужно было многое обдумать и решить.
Он поцеловал ее в щеку. Она не хотела поцелуй в щеку. Она хотела ощутить его губы. Аллисса повернулась лицом к нему, обвила его рукой и подняла голову. Его губы коснулись ее губ.
Дверь ее спальни открылась. Кердан выругался. Аллисса оглянулась на потрясенную Майру на пороге.
Майра вошла и закрыла дверь.
— Простите, — прошептала она. — Но Ее величество просила разбудить тебя.
— Видимо, прибыла королевская семья из Дромиена, — Кердан встал с кровати.
— Как ты сюда попал? — спросила Майра. — У двери стражи. У них строгий приказ не впускать сюда никого, кроме королевской семьи или меня.
— Это мой секрет, — шепнул Кердан.
Он никак не уместился бы в шахту для грязной одежды.
— Советую уходить, пока тебя не увидел кто-то еще, — Майра посмотрела на Аллиссу. — Ты знаешь, как твои родители отреагируют, обнаружив его тут.
— Знаю, — сказала Аллисса.
Майра направилась к гардеробной Аллиссы.
Кердан склонился и поцеловал Аллиссу в лоб.
— Как ты сюда попал? — спросила она.
— Твой брат меня впустил. Сказал, что у меня пять минут.
— Мой брат? — было сложно поверить.
— Он проспорил.
В это она могла поверить.
— Стеллаж в углу твоей комнаты поворачивается, и проход ведет в комнату твоего брата. Ты не знала? — он выпрямился.
Она не знала этого.
Кердан пошел к стеллажу. Он был в пяти футах от шкафа, и стеллаж повернулся, там стоял Савенек.
— Время, — сказал Савенек.
Кердан вышел через потайной проход, о котором Аллисса и не догадывалась.
— Ты знала, что он может убить и содрать шкурку с зайца меньше, чем за две минуты? — спросил Савенек.
Она не знала.
— Почему ты спрашиваешь?
— Он — король.
— И?
— Я не думал, что королевич знает такое, — он упер руки в бока.
— А ты можешь убить и почистить зайца? — спросила она.
— Конечно.
— Разве ты не королевич?
— Да, но это другое. Меня не растили как принца.
И у Кердана было не обычное детство. Но Аллисса не могла раскрывать тайны Кердана.
— Я удивлена, что ты впустил его ко мне.
— Всего на пять минут. Он пообещал, что не сделает ничего непристойного.
— И ты ему поверил?
— Да.
— Ты идешь? — позвал Кердан из комнаты Савенека. — У нас еще есть работа.
— Да, — ответил Савенек. — Нужно идти. Не знаю, откуда у него столько энергии, — он ушел и задвинул за собой стеллаж.
Аллисса улыбнулась. Они узнали друг друга лучше прошлой ночью.
Майра вышла из гардероба с лавандовым платьем в руках.
— Это подойдет? — спросила она.
Аллисса встала и потянулась.
— Это хорошее, — ей нужно было поспешить, чтобы успеть принять королевскую семью Дромиена. В прошлую встречу принц насмехался над ней, назвал костлявой и страшной. Она ударила его и накричала на него. Но то было годы назад. Хотя она уже решила, что королевская семья Дромиена ей не понравится.
* * *
Стоя в Тронном зале, Аллисса приветствовала короля и королеву Дромиена, пока они объясняли, что их сын не прибыл с ними.
Одар был возле Аллиссы, идеально играл заботливого суженого. Он всегда хорошо играл. Сквайр, принц, жертва, воин. Она отогнала эти мысли, Рема и Дармик выражали радость при виде друзей. Аллисса постаралась не закатывать глаза.
Савенек был немного за ней, улыбался и очаровывал тех, кто прибыл сегодня. Теперь Аллисса поняла, что среди пришедших было много незамужних девушек. Она хмуро взглянула на Савенека. Он просто пожал плечами.
Рема объявила, что ужин с танцами пройдет тем вечером в честь прибытия короля и королевы из Дромиена.
Аллисса плавно покинула Тронный зал. Ее тут же догнал Марек.
— Я рада, что ты вернулся, — сказала она. Ей нравилось, когда он защищал ее.
— Нужно поговорить.
— О чем? — спросила она.
— Майра рассказала, что видела этим утром.
«Зараза!» — Аллисса хотела задушить подругу.
— Ничего не было.
— Кое-что было, — сказал он. — Нужно поговорить в уединенном месте.
Савенек присоединился к ним.
— Я только услышал, — сказал он.
Похоже, они говорили о разном.
ГЛАВА 15
Савенек прошел в кабинет, провел руками по волосам.
— Кто-нибудь объяснит, что происходит? — спросила Аллисса, глядя то на Савенека, то на Марека.
Савенек не хотел рассказывать ей и зря беспокоить. Но она заслужила знать правду.
— Майра ходила рано утром в бараки.
— Что она там делала? — спросила Аллисса.
— Переводила для Натенека, — сказал Марек. — Там допрашивали пленника.
От этой мысли Савенеку было плохо. Майра не должна была видеть такой допрос. Но если он хотел, чтобы она помогала Братству, этого было не избежать. И ее не заставляли — Майра вызвалась переводить и хотела поработать.
Савенек прислонился к столу лицом к сестре.
— Когда Майра закончила, она покинула бараки и пошла к замку. Она увидела что-то у стены и, не изменяя себе, спряталась за деревом и следила. Там оказался человек с коробкой, как смотрелось, хлеба. Майра не узнала его, так что прошла за ним в замок. Парен принес коробку на кухню, — Савенек обошел стол, сел на стул и закинул ноги на стол. — Майра спряталась и проследила за ним. Он отодвинул хлеб и вытащил маленькую флягу, откупорил ее и вылил содержимое в разные сосуды на кухне. Он закончил, закупорил флягу, сунул ее в карман и ушел.
Аллисса побледнела. Она села на стул напротив Савенека.
— Майра в порядке?
— Да, — ответил Марек.
— Когда мужчина ушел, Майра приказала стражу встать у входа на кухню и никого не впускать. Она побежала к Дармику и все ему рассказала, — Савенек все еще был потрясен. Если бы парень столкнулся с Майрой, мог навредить ей или убить ее.
— Что сделал мой отец?
— Вызвал меня, — Савенек убрал ноги со стола. — Мы с ним пришли на кухню, и я осмотрел вещество, которое оставил нарушитель. Я смог подтвердить, что это — яд кеппер из Апетаги, — он потер лицо. Он только получил весть от Братства с планом по разрушению шахт с минимумом жертв. Он изучил план, показал его Реме и разрешил исполнять. Четверо из Братства отправились в Апетагу. Двое подожгут лес недалеко от горы с шахтами, вызовет эвакуацию. Как только все покинут шахты, двое других из Братства поместят взрывчатку и уничтожат шахты. Они собирались сделать это, когда будет близиться дождь, чтобы огонь не вышел из-под контроля.
Савенек потер лицо. Даже без шахт уже созданный яд оставался в других королевствах. Как и чертовы цветы кеппер.
— Вряд ли это была попытка убийства, — Марек сел рядом с Аллиссой. — Думаю, так он хотел отравить почти всех в замке, вызвав этим панику.
— Точно, — сказал Савенек. Этот парень мог быть частью третьей пары тельменцев, которую они искали. Две другие пары были заперты в подземелье под бараками. Третью пару могли послать напасть на замок. То, что обнаружил Савенек, пугало больше, чем слова мужчины, который говорил дождаться сигнала от короля и королевы Тельмены. Они подали сигнал? Или у того мужчины были другие указания? Вопросов было много, а ответов не хватало.
— Какие меры предосторожности были приняты? — спросила Аллисса. Она всегда была практичной. Думала наперед.
— Стражу и патрули удвоили, — ответил Марек.
Будет сложно проверять всех, на свадьбу прибудет много гостей. Враг на это и рассчитывал.
— Как выглядит яд? — спросила Аллисса.
Савенек вспомнил цветы в Апетаги. Крохотное растение могло убить.
— Красное вещество, — он не знал, что содержал тот цветок, что становилось ядом, но цветок точно был красным, таким был и яд.
Дверь открылась, Кердан и Дармик прошли в комнату.
— Все уже знают о ситуации? — спросил Дармик.
— Да, — ответил Савенек. Кердан прошел к углу комнаты и прислонился к стене, следил за всем.
— Хорошо. Кухню почистили от яда, — сказал Дармик. — Подозреваемый смог сбежать незаметно. Все стражи предупреждены, получили его описание.
— Отлично, — Аллисса встала уходить, но Дармик опустил ладонь на ее плечо и усадил на стул.
— Нужно обсудить еще кое-что. Королевская семья Апетаги прибудет через два дня. Савенек, расскажи, что вы с Майрой узнали, пока были там.
Савенек сел прямее.
— Мы нашли переписку между принцессой Кондитто и Жаной. До смерти Жаны они смогли договориться о брачном контракте между принцем Джемом из Тельмены и принцессой Лареиссой из Апетаги.
— Принцесса Кондитто обладает властью договариваться о таком? — спросила Аллисса, звуча как Рема.
— Не знаю, — ответил Дармик. — Апетага сильно отличается от Империона.
— Есть еще один контракт, — Савенек посмотрел на сестру и сказал. — Кердан и принцесса Кондитто.
— О котором я не знал, пока Савенек не сказал прошлой ночью, — заявил Кердан.
— Контракт в силе? — спросила Аллисса.
— Нет, — ответил Кердан. — У Жаны нет власти договариваться о таком контракте.
— Тогда в чем дело? — спросила Аллисса.
— Жана могла подделать подпись и печать моего отца, — сказал Кердан. — Я не знаю, ведь контракт не видел.
— Если она подделала контракт, то он не имеет законной силы? — спросила Аллисса.
— Не имеет, — Кердан не позволял своим тоном возражать.
Дармик повернулся к Савенеку и спросил:
— Что скажешь о королевской семье Апетаги? Что они получат от этого союза?
Савенек провел достаточно времени в Апетаге, чтобы у него сложилось о них мнение. Их поступки были ради цели. Они продавали оружие и яд другим королевствам ради денег. Кондитто брачными контрактами связывала разные королевства. Они ценили богатство и власть.
— Думаю, после смерти Жаны они не спешат свергать Империон, как было до этого. Они точно будут осторожничать.
— Что нам делать с контрактами? — спросила Аллисса. Она сдвинула часть волос на плечо и принялась заплетать их.
— Принц Джем подтвердил свой контракт с принцессой Лареиссой? — спросил Савенек.
— Нет, насколько я знаю, — Дармик сжал переносицу. — Думаю, мы выждем и посмотрим на контракты. Договорились?
Кердан кивнул.
— И мне нужно, чтобы Аллисса и Савенек произнесли еженедельное обращение к народу сегодня, — сказал Дармик.
— Почему мама не может? — спросила Аллисса.
— Твоя мама сейчас с Братством. Она занята запасными планами.
Савенек не участвовал в еженедельных обращениях в Лейксайде. Он надеялся, что Аллисса будет говорить, а ему придется только стоять и улыбаться, очаровывая толпу.
— Обязательно скажи людям о своей помолвке, чтобы все говорили об этом, — сказал Дармик. — Но не уточняй детали.
— Поняла, — ответила Аллисса.
— Что-нибудь еще? — спросил Дармик у Савенека.
— Я больше ничего не знаю, — им хватало задач и без этого.
— Мне нужно встретиться с Неко и Натенеком, — Дармик покинул кабинет.
— Мне нужно написать речь, — Аллисса улыбнулась Кердану и вышла, Марек следовал за ней.
— Идем, — скомандовал Кердан.
Савенек приподнял брови.
— Куда?
— В тренировочный зал, — он повернулся и ушел, не дожидаясь Савенека.
Все в Рассеке были такими грубыми? Или только Кердан? Савенек с неохотой последовал за ним в тренировочный зал. Кердан стоял в центре комнаты, уперев руки в бока.
Савенек вспомнил, как Кердан ворвался в окно и сбил Одара. То было забавно. Осколки убрали, но окно все еще не починили.
— Спасибо, что взял меня с собой прошлой ночью, — сказал Савенек. Побыв с тремя рассекцами, он понял, кем был Кердан как человек, солдат и друг. И Савенек стал немного лучше понимать рассекцев. Он все еще считал их кровожадными жестокими солдатами. Но, когда они были на правильной стороне, они могли быть ценными союзниками. Савенек был рад, что мужчины слушались приказов и хорошо работали вместе. Они были беззвучными, это он ценил. И, хоть он с трудом это признал, они были забавными, и он хорошо провел время с ними.
— Должен сказать, ты меня удивил, — сказал Кердан.
— Чем?
— Ты будто принял новое положение. Будто заботишься о сестре. Даже будто ставишь Империон выше.
Савенек заметил повторение «будто». Словно так только казалось, но не было. Он молчал и не мешал Кердану говорить.
— При дворе тебя считают настоящим принцем. Ты носишь правильную одежду, выглядишь как нужно, улыбаешься дамам, — он склонил голову, хрустнул шеей. — Но это только внешне. Ты вырос в Братстве, воспитан Натенеком, и это делает тебя не таким, каким ты кажешься.
Дармик сказал Савенеку играть так, чтобы никто ничего не заподозрил.
— Сначала я не знал, что о тебе думать. После прошлой ночи я понял, что ты делаешь, и понял тебя.
— И у меня так. Я вижу тебе, что моей сестре в тебе нравится, — Кердан и Аллисса были сосредоточены на своих королевствах, скрывали от других себя, делясь только с близкими.
— Твоя сестра — невероятная женщина.
Савенек еще не слышал, чтобы Кердан столько говорил.
— Я забочусь о сестре и хочу ей счастья. Но я мало ее знаю. Не мне решать, что для нее лучше. У нее есть голова на плечах, и она может решить сама.
— Теперь ты мне нравишься, — сказал Кердан. — Я видел, как многие относятся к Аллиссе как к ребенку, не способному позаботиться о себе. Это меня беспокоит. Она умная, сильная, ей не нужен присмотр. Я хочу ее защищать, но ее разобьет, если к ней относиться как к подчиненной женщине, а не равной.
Савенек не ожидал услышать такое от него.
— Думаешь, Дармик плохо с ней обращается?
— Нет. Он — ее отец, так что его опека понятна.
— А если бы ты был мужем Аллиссы, ты не играл бы такую роль?
— В Рассеке мужчины и женщины равны. У нас нет традиций Империона. Женщины могут сражаться, работать или заниматься фермой.
Женщины могли так делать и в Империоне. Но от них ожидали не того же, что от мужчин. Савенек провел руками по волосам.
— К чему этот разговор? — они мало времени провели вместе прошлой ночью.
— Я понимаю, что тебе не нравится Рассек. Мы не такие, как империонцы. И мы плохо обошлись с Империоном. Я — не мой отец. Я собираюсь править честно. Я хочу, чтобы ты знал это.
— Рад слышать.
Кердан шагнул к Савенеку, воздух двигался.
— Однако, — сказал тихо Кердан, — если кто-то пригрозит Аллиссе или мне, я отвечу. В Рассеке мы сначала действуем, потом говорим. Я не дам врагам увидеть меня слабым.
— Приятно знать, — Савенек не знал, что думать об угрозе Кердана.
— С этим разобрались, — Кердан отошел от него на шаг, — а теперь сразимся, — он взмахнул кулаком, и Савенек пригнулся, с трудом увернувшись. Савенек парировал своим ударом и попал Кердана по боку.
* * *
— Точно не болит? — спросила Аллисса в десятый раз, они с Савенеком шли к балкону. Их ждало обращение к городу.
— Не болит, — сказал он. — Я в порядке, — хотя тело ныло. Они с Керданом больше часа бились друг с другом. Савенеку давно не бросали такой вызов. Хоть Кердан и попал пару раз, Савенек не был против. Боль напоминала ему, что он мог всегда стать лучше. И он знал, что и у Кердана будет пара синяков.
— На балконе не подходи к перилам. Держись в двух футах от них. На крышах и за окнами — несколько стрелков.
Аллиссе не нужно было объяснять, где будут стрелки, это он понял бы, как только вышел на балкон. Он был обучен знать, где лучшие места для укрытия.
— Неко и Натенек тоже будут искать в толпе угрозу. Солдаты в обычной одежде среди людей. И стражи повсюду.
— Это нормально? — если было так опасно, зачем говорить с народом? Или, как он подозревал, Аллисса просто нервничала и лепетала без контроля?
— Обычно охрана серьезная. Сегодня чуть сильнее из-за недавней угрозы с ядом.
Они прошли в комнатку, где стояли четыре вооруженных стража. Майра подошла к Аллиссе сзади и накинула мантию на ее плечи. Закрепив эту мантию, Майра схватила другую и застегнула на Савенеке. Ее вес удивил его. Майра вручила им короны. Савенек с неохотой опустил ее на голову.
Савенек хотел поблагодарить Майру, но Аллисса схватила его за руку и сказала:
— Идем, — они встали перед двойными дверями. — Помни, нужно улыбаться, махать и выглядеть величаво.
— То есть, вести себя как обычно, — он пытался приободрить ее.
Она стукнула его по руке.
— Иногда ты невыносимый.
— Иногда? — он рассмеялся.
Она, наконец, улыбнулась.
— Ты прав. Все время.
Двери открылись, и они вдвоем прошли на балкон. Толпа внизу заревела. Савенек слушался указаний, улыбался и всем махал. Он разглядывал людей, не видя никого, кто выделялся бы. Конечно, убийца постарался бы слиться. Но он не замечал ничего тревожного.
Подул холодный воздух. Близился вечер, солнце опускалось за ними. Савенек взглянул на сестру, надеясь, что заговорит она.
— Народ Империона, — голос Аллиссы разносился над двором. Толпа притихла, все пытались услышать принцессу. Спасибо, что пришли. Как вы знаете, война с Рассеком завершена. Король Кердан убрал отряды Рассека из Империона. Он прислал извинения за убитых в трагической войне. И он извиняется за своего отца, покойного короля Дрентона. Он обещает, что отныне у Рассека и Империона будет перемирие.
Толпа закричала, захлопала с одобрением. Савенек взглянул на Аллиссу. Дармик ничего не говорил об упоминании Кердана в этой речи. Но Савенек был рад, что она это сделала. Она готовилась к будущему союзу с Керданом и хотела, чтобы люди это приняли.
— Многие из вас могли слышать, в замке будет свадьба. Королевские семьи со всего континента прибудут ради этого в Лейксайд. Пока тут будут лидеры других королевств, наша великая императрица будет обсуждать с ними пути к миру. Она хочет убедиться, что на континенте будут перемирие и открытая торговля. Мы все тут живем, и нам нужно помогать друг другу.
Толпа снова одобрительно завопила. Аллисса подняла руки.
— Пока я не ушла по делам, я хочу, чтобы вы поприветствовали моего дорогого брата, принца Савенека, — она повернулась к нему. — Он будет учиться у нашего отца, императора Дармика, командира нашей великой армии. Надеюсь, однажды принц Савенек будет возглавлять нашу армию, как это делает наш отец.
Люди затопали и захлопали, выражая одобрение. Аллисса опустила голову в кивке и плавно покинула балкон. Савенек помахал еще раз, оглядел толпу и ушел.
В комнатке Савенек снял тяжелую мантию, ему тут же стало легче.
— Ты молодец, — сказал он сестре. — Видно, что тебя готовили стать следующей императрицей, — и он был рад, что его уже не ждало это задание, ведь он не был таким умелым, как Аллисса.
— Хочешь проехаться? — он был бы не против обойти озеро верхом на лошади.
— Мне нужно готовиться к балу.
— Бал? — он думал, будет ужин с танцами.
— Да. Уверена, мама разойдется.
Они пошли по коридору, стражи следовали за ними.
— Я думал, она будет переживать из-за безопасности и скрывать тебя, а не устраивать праздник для маленького королевства, до которого никому нет дела.
— Проблема не в безопасности, — сказала Аллисса, — а в яде. Будет опасно, что бы мы ни делали.
Впереди говорили несколько придворных дам. Они заметили королевичей, тут же отошли в сторону, кланяясь. Савенек улыбнулся им, чуть прикрыв глаза. Многие даже не взглянули на Аллиссу. Когда они отошли, Савенек спросил:
— Ты дружишь со многими женщинами при дворе?
— Нет.
Она ответила слишком быстро.
— Почему? — спросил он.
— Это разговор другого дня.
Он пожал плечами. У Аллиссы хотя бы была Майра.
— Так зачем твоей матери устраивать бал, когда прибыли еще не все гости, и свадьба еще не началась?
— Мама хочет, чтобы в Тельмене услышали о нашем богатстве. И она хочет, чтобы дромиенцы почувствовали себя важными и ценными. И мама собирается убедиться, что Тельмена знает, что наша армия сильна. Если они посчитают нас слабыми — что возможно, ведь мы искали помощи с Рассеком у Френа — они скорее нападут или совершат глупость. Если они посчитают нас богатыми, с множеством друзей, а еще сильными, то не станут спешить загонять нас в угол.
Натенек всегда учил Савенека, что нужен план, запасной план и еще запасной, на случай, если все рухнет. У Ремы было столько планов, что он не мог за всеми уследить. Но он хотя бы знал, что Рема была не против убить королевскую семью Тельмены, если переговоры не помогут. Она не хотела прибегать к такому решению, но хотя бы была готова принять его. Он уважал такое.
— И она не только моя мать. Она — наша мать, — сказала Аллисса.
Натенек вышел из ниши впереди.
— Мне нужно поговорить с Натенеком, — он чуть не сказал «с моим отцом».
— Увидимся вечером, — Аллисса кивнула Натенеку и пошла дальше со своим стражем.
— Что-то не так? — спросил Савенек.
— Следуй за мной, — значит, возникла проблема. Они вышли из замка и направились к баракам армии. Натенек сказал стражам Савенека ждать у здания. Он и его приемный отец прошли внутрь большой комнаты с несколькими дверями. — Сюда, — Натенек поманил его к первой двери слева. Он открыл ее и спустился по лестнице. Савенек не отставал.
Внизу Натенек схватил факел со стены и пошел по узкому каменному коридору с камерами по бокам. Савенек впервые попал в подземелье.
В конце коридора была закрытая дверь. Натенек стукнул три раза и вошел. Внутри мужчина сидел на стуле, руки и ноги были скованы. Неко прислонялся к дальней стене, скрестив руки, пристально глядя на пленника.
— Мы поймали его во дворе, пока ты был на балконе с Аллиссой, — сказал Натенек.
Савенек смотрел на пленника, пытаясь понять, что Неко и Натенек заметили, чтобы арестовать мужчину. Он был в простых коричневых штанах, коричневой тунике и сапогах. Его волосы были коротко острижены. Живот мужчины был огромным, руки — толстыми. Савенек предположил бы, что он работал в таверне. Растительности на лице не было. И тут он заметил — кончики пальцев мужчины были красными.
— Хорошо получилось, — сказал он Натенеку.
Неко улыбнулся, наверное, потому что Савенек все понял без подсказок.
— Думаете, он приносил яд в замок?
— Майра подтвердила это, — сказал Натенек.
— Вы узнали, где он остановился? — спросил Савенек. Им нужно было найти второго.
— Нет, — ответил Неко. — Мы только собирались… поговорить с ним и выяснить, где то место, и кто его напарник.
— Почему я тут? — спросил Савенек.
— Член королевской семьи должен дать позволение на допрос и пытки пленника из другого королевства, — сказал Неко.
Савенек знал, что Дармика пытали в юношестве. Он подозревал, что Дармик потому и сделал такое правило.
— Я разрешаю использовать все необходимые методы, чтобы получить информацию.
— Я этим займусь, — сказал Натенек.
Савенек и Неко покинули подземелье.
— Моя дочь сказала, что сделала с тобой, чтобы замедлить распространение яда в твоем теле, — сказал Неко.
Савенек поежился. Ему не нравилось вспоминать, через что он прошел, когда не чувствовал части тела.
— Я благодарен Майре за сообразительность, — иначе он умер бы.
— Рема хочет знать, есть ли противоядие.
— Если и есть, я о нем не знаю, — ему придется отправить члена Братства на разведку в Апетагу.
— Рема хочет, чтобы мы придумали свое, — уточнил Неко.
Савенек не так много знал о ядах и травах, чтобы сделать такое. Должны быть те, кто подходил лучше.
— Как насчет целителя, которая ухаживала за мной? Что она использовала?
— Я поговорю с ней. И я попрошу Майру описать, что именно она с тобой делала. Они должны придумать то, что сработает. Если человек случайно пострадает от яда, нам нужно готовое противоядие.
— Уверен, целитель что-нибудь придумает, — сказал Савенек.
Неко похлопал его по плечу.
— Надеюсь. А пока береги себя, — он повернул направо, ушел в замок через вход слуг.
Савенек был потрясен его жестом, и он задумался, смог ли хоть немного наладить отношения с Неко.
ГЛАВА 16
Аллисса прошла в Главный зал под руку с Одаром. Ей не нравилось, что ее представляли с ним. Это не только было ложью, но еще и было жестоко по отношению к Кердану. Он не должен был стоять там и смотреть, как она трогает другого мужчину.
Одар провел Аллиссу туда, где стояли Савенек и Майра перед собравшимися. Кердан и его люди были с одной стороны от них, королевская семья из Дромиена — с другой. Объявили Рему и Дармика, и они величественно прошли в комнату, как подобало императрице и императору.
— Мои родители прибудут, — пробормотал Одар.
— На свадьбу? — спросила Аллисса.
Он кивнул.
— Наверное, они обрадуются, узнав правду, — сказала она. Когда она их встретила, им не было до нее дела. Они не только плохо с ней обошлись, едва говоря с ней, но и дали понять, что не хотели, чтобы их сын женился на ней.
— Если они получат то, что хотят, в конце, их не будет волновать, что случилось или не случилось со мной.
— Мне жаль.
Он пожал плечами.
— Закончим танец, чтобы ты могла быть с Керданом.
Музыка началась. Принцы, принцессы и все выше них рангом должны были станцевать первыми. Одар закружил Аллиссу. Многое изменилось с их первого танца. Тогда он относился к ней враждебно, злился. Теперь выглядел раздавлено. Словно ничего уже не было важным.
— Твои родители просто хотят, чтобы Френ не трогали, а он оставался изолированным. Тогда почему они позволили твоему брату жениться на Жестине из Тельмены? Зачем соединять королевства? — это и привело их к беспорядку.
Одар вздохнул.
— Тельмена угрожала захватить нас, если я не женюсь на Жестине. Я отказался, ведь это унизило бы Френ, поскольку я — кронпринц. Мой брат вызвался жениться на ней, чтобы избежать войны. Думаю, она ему даже нравилась.
Аллисса не знала, были ли у Тельмены силы захватить кого-нибудь.
— Тогда у нас не было большой армии, — объяснил Одар. — Теперь есть. Это была моя миссия с того времени, — он закружил ее и притянул к себе.
— Что ты сделаешь, когда закончишь тут? — уедет домой? Продолжит обучать свою армию? Женится на ком-то?
— Я буду делать то, что и делал. Хотя придется присматривать за братом.
— Мы многое пережили. Надеюсь, мы останемся друзьями, — у нее было мало друзей.
— Думаю, в наших интересах сохранить хорошие отношения. Но Френ всегда будет отдельно. Даже когда мой отец передаст трон мне. Этого хотят и уважают наши люди, — он смотрел на ее лоб, а не в глаза.
— Ты так много сделал для моего королевства, — сказала Аллисса. — Надеюсь, я смогу отплатить. Если понадобится моя помощь, просто попроси, и сразу получишь ее.
Он, наконец, посмотрел в ее глаза.
— Я помогал тебе не по доброте душевной, — признался он. — Я делал это из эгоизма.
— Не понимаю, — она застыла на месте и ждала его ответа.
Он пронзал взглядом.
— Я пытался извиниться за все свои ошибки, за причиненную боль. Я все делаю ради тебя.
Аллисса не знала, что ответить, взглянула поверх плеча Одара и поймала взгляд Кердана. Чуть левее танцевали Савенек и Майра, Савенек глядел на нее. Мелодия закончилась. Аллисса повернулась идти, поймала на себе взгляды родителей.
Ее кожу покалывало. Почему все решили следить за каждым ее ходом? Это раздражало.
Савенек позвал ее на следующий танец. Кердан остался на месте. Никто не осмелился подойти к нему.
Заиграла музыка, и Аллисса с Савенеком начали танец.
— Почему ты в плохом настроении? — спросил он.
— Я могу о себе позаботиться.
— Знаю.
— Тогда почему все на меня смотрят?
Он рассмеялся.
— Не могу ответить за всех, но я смотрел на Одара, а не на тебя. Я боялся, что ты ударишь его и начнешь войну между нашими королевствами.
Она прищурилась. Он говорил ей правду или пытался успокоить?
— У вас двоих история, — сказал Савенек. — Не знаю, как это объяснить, но я хочу тебя защищать, даже когда это не требуется. Я не хочу, чтобы он говорил то, что причиняет тебе боль.
Аллисса понимала это.
— Спасибо.
— За что?
— За то, что ты мой брат. У меня не было раньше брата, но мне даже нравится.
Песня кончилась. Савенек обнял ее, повернулся к другой девушке. Аллисса пошла к Кердану. Но Майра попала к нему первой. Он не выказал удивления. Было мило, что Майра решила потанцевать с ним, когда никто не хотел.
— Мой черед, — Дармик взял Аллиссу за руку. — Как моя дочь?
— Неплохо, — она опустила другую ладонь на спину отца. Он вел ее в танце.
— Это тебя взбодрит, — сказал он. — Кердан сегодня говорил с твоей мамой и мной, — веселье мерцало в его глазах.
Аллисса застонала. Что он нарушил в этот раз?
— Он сказал, что, хоть он понимает, что мы не хотим оставлять его наедине с тобой, он хочет с уважением попросить нас передумать.
Она приподняла брови. Ее отец знал, что в Рассеке она оставалась в комнате Кердана. Одна. Да, ничего не случилось. Тогда у них были другие отношения.
— И? — ее мама отчитала Кердана? Он теперь сомневался насчет брака с ней?
— Он рассказал, почему мы должны позволить тебе проводить с ним время.
— Как мама это восприняла? — Кердан был не очень красноречивым.
— Кердан говорил искренне. Твоя мама услышала его и дала согласие.
Ее отец не шутил? У Аллиссы будет время с Керданом?
— Спасибо.
— Но, — сказал Дармик.
Всегда было «но».
— Я прошу тебя не танцевать с ним сегодня.
— Почему? — как принцесса, она должна была танцевать с королевичами. Не было смысла пропускать Кердана. Людям это не понравится.
— Несколько причин, — сказал он. — Дело в том, что когда вы с Керданом вместе, всем ясно, что вы любите друг друга.
И стало ясно, почему Майра позвала Кердана танцевать. Не по доброте душевной, а потому что Дармик ей сказал. Аллисса вздохнула.
— Когда? — спросила она у отца.
— Позже ночью. Попроси Марека отвести тебя в королевские покои через час. Кердан перехватит тебя по пути. Но к полуночи ты должна вернуться в свою спальню. Ясно?
Она будет с Керданом. Одна.
— Сотри улыбку с лица, — сказал Дармик.
— Мне и улыбаться нельзя?
— Вот так — нельзя.
Она разглядывала строгое лицо отца, пытаясь понять, дразнит ли он ее.
— Я рад, что вы с Керданом счастливы вместе, — сказал он с теплой улыбкой на лице. — Я не видел такого, когда ты была с Одаром.
Она не могла перестать улыбаться. Хоть ее королевство было на грани войны, и Тельмена пыталась свергнуть ее семью, она была счастлива. Она как-то знала, что, как бы все ни сложилось, она переживет испытания вместе с Керданом.
* * *
Аллисса прошла с Мареком в королевские покои, предвкушая время наедине с Керданом.
Брукфель вышел из теней, преградил путь.
— Принцесса, — он поклонился. — Король хочет, чтобы я отвел вас на крышу.
Аллиссе нравилось, как Кердана называли королем. Она хотела взять Брукфеля за руку, но он резко повернулся и пошел по коридору. Аллисса и Марек поспешили за ним.
— У рассекцев другие манеры, — тихо сказал Марек.
Она не ответила, слов не было. Они поднялись на крышу. Когда они добрались до вершины, Марек попросил ее остановиться там и быстро осмотрелся.
— Крыша безопасна, — сказал Марек, вернувшись. — Я подожду на лестнице с Брукфелем, чтобы вы побыли наедине. Если что-то нужно, крикни.
— Спасибо, — Аллисса сжала руку Марека и вышла на крышу. Она часто приходила сюда, потому что никто из придворных не знал об этом скрытом сокровище. Эта часть замка была создана для любования звездами. Крыша была ровной, окруженной низкой стеной, и было легко видно небо и город.
Кердан стоял в центре крыши, ждал ее.
— Ты прекрасна.
— И ты очень красивый в этой тунике, — спереди был вышит герб Рассека. — Выглядишь как король.
— Знаю, — его плечи опустились. — Я хочу надеть форму армии и пойти к своим людям. Но это уже не моя судьба.
Аллисса взяла Кердана за руку, подвела к краю крыши, где была низкая стена. Она прислонилась к ней, смотрела на мерцающие огоньки города вдали.
— Моему брату тоже сложно привыкнуть к новому положению, — она не знала, говорили ли Кердан и Савенек об этом, когда уходили шпионить вместе. — Сложно, когда ты ждал, что жизнь пойдет по одному пути, оказаться на другом.
Кердан встал за ней, обвил руками ее талию и опустил голову на ее плече.
— Я знал, что буду королем. Я ошибочно полагал, что буду тогда старше. Намного старше. Я думал, что буду управлять армией, свободно ходить по земле.
Аллиссе повезло вырасти с осознанием, чего от нее ждали. Она была все ближе к становлению императрицей, но ощущала себя готовой. А Кердан не хотел сидеть весь день в замке.
— Нам нужно будет обсудить, как мы будем управлять двумя большими королевствами.
— Дел будет по горло, — Кердан поцеловал ее в щеку и отпустил. Он встал рядом с ней и смотрел на город.
Она ощущала, что его беспокоило что-то еще.
— Что такое?
— Я знаю, что ты считаешь моего отца только злодеем, но я скучаю по нему.
Король Дрентон был злодеем. Он убивал, терзал, вредил тысячам людей. Она была рада, что он был мертв.
— Несмотря на мои чувства, он был твоим отцом. Я понимаю, что ты скучаешь по нему. Это естественно.
Кердан подвинулся к ней, прислонился лбом к ее лбу.
— Я отчасти ненавижу его. Я не знаю, насколько он был вовлечен в смерть моей матери, но он был вовлечен. Он был жестоким и подлым. Он привел в наши жизни Жану. Позволил ей принести в Рассек бедность.
— И все же он был твоим отцом.
— Да, — он впился в нее глазами. — И это одна из причин, по которым я тебя люблю. Я не только могу говорить с тобой открыто, но ты еще и понимаешь. Я очень скучал по нашим разговорам.
— Я думала, что сводила тебя с ума своей болтовней.
Кердан улыбнулся.
— Сначала — да. А потом мне понравилось, — он поймал прядь волос Аллиссы, накрутил ее на пальцы. — Мне понравилось многое в тебе. Включая эти губы, — он склонился и поцеловал ее.
Аллисса скользнула ладонями по его рукам к шее. Он углубил поцелуй, его язык скользнул в ее рот. Она сжала его, притягивая ближе. Аллисса запустила пальцы в его густые волосы.
Он отодвинулся, тяжело дыша.
— Нам нужно остановиться.
— Да. Но я не хочу.
Он рассмеялся, звук был низким и хриплым.
— Как и я. Но я боюсь твоего отца. И я уверен, что если он увидит нас сейчас вот так, он сбросит меня с крыши.
Аллисса знала, что ее отец сделал бы куда больше.
— Ладно, — раз они не могли целоваться, стоило поговорить. У нее было около часа, а потом придется возвращаться в спальню. Ее отец будет ждать, чтобы проверить, что она вернется вовремя. — Скажи, что случилось, когда я покинула дом герцога в Рассеке.
Он прислонился к низкой стене.
— Я вернулся в Кловек с отрядом солдат. Я боялся, что придется биться со своей армией там. Но, когда все узнали о смерти Жаны, они опустили оружие. Вскоре я был коронован.
— А остальной Рассек? — она неделями слышала о сражениях и переживала за него.
— Была пара небольших мятежей. Те, кто не знал или не понимал, что происходило. Как только я, кхм, объяснил им, они отступили, и проблема была решена.
— Объяснил?
— Немного сразился, может, кто-то и поранился, но никто не умер.
Она представила, как Кердан разбирается с рассекцами. Это было бы интересно увидеть.
— Герцоги тебе мешали?
— Я отправил пятьсот солдат к каждому герцогу, чтобы убедиться в их верности, — он опустил взгляд на свои сцепленные ладони на стене. — Твой отец дал совет про такие ситуации.
— Рада, что он смог тебе помочь.
Кердан кивнул.
— Мое королевство будет еще успокаиваться какое-то время. Мне нужно наладить торговлю, поставки еды и помочь нуждающимся.
— Хорошо, что я могу тебе помочь, — в этот раз она приподнялась и поцеловала его в губы.
* * *
Аллисса стояла в Тронном зале, королевские семьи из Крикока, Ландании и Фии прибыли на свадьбу. Когда три эти территории присоединились к Империону, Рема и Дармик позволили их правителям сохранить статус. Среди прибывших был принц Зек из Фии. Аллисса вспомнила, как он прибыл сюда, желая жениться на ней для блага своего королевства. У них не было ничего общего, и он показался ей странным, но она уважала его верность.
Рема попросила королей и королев этих территорий собраться на личной встрече. Аллисса и Савенек позвали остальных на луг за замком для пикника.
Одар послушно вывел Аллиссу из замка на луг, где расставили длинные столы и скамьи на траве. На одном из столов была еда для всех. Аллисса уже поела, ей лишний раз напомнили ничего не трогать. Трое стражей стояли у стола и следили за всем.
В стороне установили несколько мишеней на стрельбище. В другой стороне было несколько корзин и мячи. Целью игры было забросить как можно больше мячей в корзины.
— Сыграем? — спросил Одар.
— Не сейчас. Мне нужно убедиться, что всем тут нравится.
Кроме членов королевских семей к ним присоединились несколько придворных из замка. Аллисса шла по газону, говорила с некоторыми. Было довольно скучно, но она выполняла свою роль, проверяла, что всех приняли и накормили. Савенек тоже бродил неподалеку, болтал со всеми и изображал беспечного принца. Он принимал свою роль с большим энтузиазмом, чем Аллисса.
Кердан сидел за одним из столов со своими людьми. Они выглядели неуместно в меховых накидках, со строгими лицами и крупными телами.
К Аллиссе подошел принц Зек из Фии и поклонился.
— Ваше высочество, — он не изменился, остался высоким и худым. — Я бы хотел лично поблагодарить вас за прекращение войны с Рассеком.
— Простите, что сражения вообще были, — и ей было стыдно из-за гибели хороших людей.
— Если бы армия Империона не прибыла на помощь, нас растерзали бы.
Армия Фии была маленькой, не ровня солдатам Рассека.
— Я рада, что наши королевства объединились для выгоды нашего народа, — это звучало для нее политически корректно. И ей нравилось напомнить ему, что он подчинялся ей.
— Я удивлен видеть тут представителей Рассека, — он кивнул на стол Кердана и его людей.
— Это король Кердан, — сообщила ему Аллисса. — Он в ответе за прекращение войны. Как только его отец умер, король Кердан тут же увел отряды Рассека из Империона.
— Я этого не знал.
Потому она и сказала ему. Она заставила себя не закатывать глаза и не ехидничать.
Одар присоединился к ней.
— Хочешь начать игры?
— С радостью, — она извинилась перед принцем Зеком и пошла с Одаром к стрельбищу.
Савенек уже стоял там с луком. Его окружали женщины. Несколько других придворных присоединились к состязанию по стрельбе из лука, а еще дюжина собралась посмотреть.
— Я первая, — сообщила Аллисса. Она взяла стрелу, прицелилась в первую мишень и отпустила тетиву. Стрела пролетела по воздуху, попала в центр мишени. Все захлопали.
Савенек с ухмылкой поднял лук и выпустил стрелу. Она покачнулась в воздухе, попала в край мишени. Он улыбнулся, делая вид, что выстрел его порадовал. Аллисса знала, чем ему было сложно не выглядеть необычным, особенно в том, в чем он был хорош. К счастью, он хорошо играл роль.
Пока еще участник готовился к выстрелу, Аллисса взглянула на Кердана. Он сидел за столом, но повернул тело так, чтобы видеть ее. Люди Рассека не использовали лук и стрелы. Она предлагала научить его. Жаль, не смогла сделать этого сегодня. Аллисса была бы рада обвить его руками, показывая, как наклонить лук и как его держать.
Савенек ткнул ее локтем.
— Твоя очередь, — сказал он и подмигнул.
Все, кто участвовал в состязании, уже выстрелили по разу. И она пропустила их, пока думала о Кердане. Ей нужно было сосредоточиться. Похоже, все пока что попали по мишени. Ее стрела была ближе всех к центру, а стрела Савенека — дальше всех.
Она выстрелила снова, попала в центр мишени. Но в этот раз она ощущала на себе взгляд Кердана, и это ее сильно радовало.
ГЛАВА 17
Донесся слух, что королевская семья из Апетаги была замечена недалеко от замка. Когда Савенек сбежал из Апетаги, он думал, что больше и не увидит королевскую семью. А теперь готовился встретить их как принц Империона. Они будут в шоке, узнав о его личности.
Он задумался, будут ли они в типичной одежде Апетаги. Если да, то они точно устроят фурор, потому что любили открывать много кожи, особенно плечи, руки и шею. В Апетаге было жарко и влажно, так что такая одежда имела смысл, но в Империоне люди полностью покрывали одеждой тела.
— Идем, — сказал Дармик с порога спальни Савенека.
Савенек взглянул на зеркало. Черные штаны плотно сидели на его длинных ногах. Темно-красная туника оттеняла цвет кожи, и волосы казались светлее.
— Ты хорошо выглядишь, — Дармик поймал Савенека за рукав и вывел из комнаты.
Савенек прошел в гостиную, увидел там Майру. Она была прекрасной в синем платье.
— У вас пять минут, — сказал Дармик. — Я приведу Рему и Аллиссу, — он покинул комнату.
Савенек подошел и поцеловал Майру в щеку.
— Смело, если учесть, что твои родители недалеко, — сказала она.
— Это просто дружеское приветствие, — он был рад ее видеть.
— Надеюсь, ты не приветствуешь так других, — пошутила она.
Он мог безобидно заигрывать с придворными дамами, чтобы поддерживать облик беспечного принца, но не думал поцеловать другую женщину. Он взял ее за руку.
— Ты ведь понимаешь, кто прибывает? — он не знал, как король Теон и королева Элессени отреагируют, узнав, что пленили и пытались убить Савенека и Майру, а не Вена и Ари.
— Да, — Майра высвободила руку и села на диван. — Потому я тут.
Он провел руками по волосам, сел рядом с ней, зная, что она была практичной.
— Я думал, ты тут, потому что соскучилась по этому ослепительному лицу, — он улыбнулся.
— Будь серьезнее.
Порой ему не хотелось быть серьезным. Это было сложно. И от мыслей о короле Теоне и принце Паттеоне под одной крышей с Майрой Савенек нервничал. Он говорил с Неко насчет стражи для Майры. Неко отказался, заявив, что ему нужно было, чтобы его дочь могла передвигаться по замку незаметно.
— Я хочу, чтобы ты как можно больше избегала королевскую семью Апетаги. Будь очень осторожна.
— Я понимаю твои тревоги, — она похлопала его по ноге. — Но это им нужно быть осторожнее. Как только они поймут, что сделали с принцем Империона, они станут как шелковые, боясь, что твой отец отомстит.
Дармик прошел в комнату с Ремой и Аллиссой. Савенек встал, поднял Майру с собой. Он склонил к ней голову и шепнул:
— Встретимся в библиотеке в полночь.
— Майра, — сказал Дармик, — мы с твоим отцом хотим, чтобы ты была в своей комнате, пока семья Апетаги устраивается в замке. Я не хочу, чтобы они случайно столкнулись с тобой.
— Понимаю, — она поклонилась и ушла.
— Мы идем в Тронный зал? — спросил Савенек.
— Нет, мы встретим их перед замком, — сказал Дармик. — Я хочу, чтобы их сумки, одежду и все, что они принесли с собой, обыскали на яд раньше, чем они пройдут в замок.
— Наша семья должна выглядеть сильно и едино, — сказала Рема. — С этого момента будьте осторожны.
Они вышли из королевских покоев. Их окружило вдвое больше стражи. Савенеку казалось, что так будет, пока гости — и враги — были здесь. Они пошли по замку. Многие слуги убирали, другие приносили ароматные цветы, третьи несли свежий хлеб из города.
Рема и Дармик встали бок о бок перед замком, взялись за руки. Савенек и Аллисса были по краям от них. Армия Империона выстроилась вдоль дороги, ведущей к главному входу в стене.
Врата распахнулись, и двадцать четыре солдата Апетаги на конях въехали на земли замка, а за ними — четыре кареты. Когда солдаты Апетаги добрались до входа в замок, они спешились и выстроились в стороне, позволяя каретам подъехать.
Открылась дверца первой кареты, и вышли слуги. Они начали выгружать сундуки из второй кареты. Они знали, что их примут всего на неделю? Только до свадьбы, а потом они уедут домой. Последние две кареты остались закрытыми, шторы были задвинуты.
Неко направился из-за угла замка к солдатам Апетаги. Он стал громко отдавать приказы, давая понять, что он был главным, а им нужно подчиняться. Он приказал солдатам отвести лошадей в конюшни. Как только зверей увели, солдаты отправились к баракам, где им выдадут комнаты на время пребывания тут.
Как только Неко перестал ими командовать, он повернулся к слугам. Он сказал им идти за одним из его людей вокруг замка к входу для слуг. Савенек был уверен, что, как только слуги пропадут из виду, Неко хорошенько обыщет их и сундуки.
Савенек смотрел на две оставшиеся кареты. Дверца открылась, и вышла Лареисса, лиловое платье ниспадало с ее плеч, открывая руки и шею. Она была потрясающей, как и помнил Савенек. Она отошла, выпуская Зара. Кондитто вышла следующей, посмотрела на королевскую семью Империона и заняла место рядом с братом и сестрой. Светло-оранжевое платье на ней обвивало ее красивое тело. Разрез спереди открывал длинные ноги. Цвет платья подчеркивал темную кожу. Паттеон вышел, встал рядом с братом и сестрами. Дверца последней кареты открылась, оттуда появились Теон и Элессени. Они подошли к Реме и Дармику.
— Приветствую, — сказал Дармик. — Это моя прекрасная жена, императрица Рема, моя дочь, кронпринцесса Аллисса, и мой сын, которого вам уже довелось встречать, принц Савенек.
Король прищурился, глядя на Савенека.
— Я тебя помню, — сказал Теон. — Но ты назвался Веном.
Савенек не стал переживать из-за едкого укола.
— Вен — мое прозвище. Сокращение от Савенека, — он улыбнулся, намекая, что это было очевидно.
— Ты не представился принцем, — возмутился Теон.
— Тогда я им и не был.
Теон посмотрел на Дармика, желая объяснений.
— Уверен, вы слышали, что Аллисса и Савенек — двойняшки, — сказал Дармик. — Аллисса выросла в замке, а Савенек — с надежным другом.
— Да, — добавила Рема. — Мы рады, что наши дети, наконец, живут с нами.
Теон ждал, что они продолжат. Дармик и Рема молчали, и король поманил к себе детей и представил их.
— Мы рады, что вы добрались сюда, — сказала Рема таким сладким голосом, что Савенека тошнило. — Прошу, пройдемте внутрь. Вам нужно перекусить.
— Мы бы хотели сначала увидеть свои комнаты, — сказал король Теон. — У нас был долгий путь, мы хотим освежиться.
— Хорошо, — ответил Дармик. — Мой верный советник покажет вам ваши покои. Вечером пройдут ужин и танцы. Мы ждем вас там, — Дармик не дожидался ответа, прошел в замок.
Рема, Аллисса и Савенек поспешили за ним.
Внутри, оказавшись подальше от королевской семьи Апетаги, Савенек провел руками по волосам.
— Это было неловко.
— Если это для тебя неловко, — сказала Рема, — подожди. Король и королева Френа, родители Одара, прибудут в течение часа.
Аллисса побледнела. Дармик обвил ее рукой.
— Все будет хорошо, — сказал он. — Они тут ненадолго.
— Знаю, — ответила она. — Но в прошлую встречу с королем Вискором и королевой Лютией они грубо обошлись со мной, заявили, что брачный контракт им уже не нужен.
Савенек сжал кулаки. Его бедную сестру похитили, пытали, и когда она сбежала, думая, что получит счастливый конец с Одаром, родители Одара разорвали брачный контракт. И они сделали это так грубо, что ему захотелось что-нибудь ударить, а лучше — короля Вискора.
— Дайте знать, когда они прибудут, — сказал Савенек. — У меня есть дела.
Он ушел, пока не сорвался при Аллиссе. Ей не нужно было видеть это. Он пошел не в тренировочный зал, чтобы выпустить пыл, как хотел, а в лазарет. Ему нужно было узнать, каким был прогресс целительницы с противоядием. Апетага была тут, Тельмена прибудет через день или два, и противоядие было важнее всего.
Савенек увидел, как целительница выходит из палаты.
— Принц Савенек, — сказала она, голос был хриплым от старости. — Заходите в мой кабинет.
Она повела его к комнатке дальше по коридору. В центре стоял стол, на стенах были полки. На полках были разные травы, папоротник и цветы. В потолке кабинета было окно, впускающее солнечный свет.
Савенек попросил стражей подождать в коридоре. Он закрыл дверь и повернулся к целительнице.
— Как дела с противоядием? — в комнате странно пахло. Он не мог понять, откуда.
— Работаю. У меня всего один стакан для работы.
— И записки Майры.
— Да, — она опустила кувшин с водой и встала перед столом в центре комнаты. На нем было несколько мисок и сосудов. — Паста Майры значительно замедлила распространение яда в вашем теле. Но не остановила и не нейтрализовала яд, — она подняла миску, взяла ложку и стала разминать листья о стенку миски. — Пришлось использовать другие лекарства, пока одно не сработало на вас. Теперь нужно понять, подействовало последнее или комбинация всего, чем я вас лечила.
На полке за целительницей стоял флакон красной жидкости в стеклянной коробке.
— Это он?
— Да. У меня осталось мало. Я смешивала его с разными субстанциями, пытаясь определить, что работает, а что — нет, — она отодвинула миску и схватила другую. — Когда я смешиваю листья из той миски с ингредиентами из этой, я могу нейтрализовать яд.
— То есть?
— Его уже не опасно касаться или ощущать запах.
Это было началом.
— А если яд попал в тело? — спросил Савенек, встав рядом с ней, чтобы лучше увидеть содержимое мисок. — Или, как в моем случае, кого-то порезали ножом с ядом? Эта смесь нейтрализует яд в организме?
Она подняла голову, пронзила его взглядом.
— Я не узнаю, пока не проверим на ком-нибудь.
Этого он и боялся.
— Давайте проверим на одном из пленников Тельмены, которые принесли сюда яд, — ему не нравилось использовать людей для проверки, но они хотели использовать яд на империонцах. Было логично проверить противоядие на одном из них.
Она кивнула.
— Берите яд, а я принесу противоядие.
Савенек подошел, открыл стеклянную коробку и вытащил флакон с ядом. Он осторожно опустил флакон на стол и задумался, как лучше это осуществить.
— У вас есть чашка?
Она указала на полку у двери, где стояла всячина. Савенек взял деревянную чашку. Он вытащил кинжал, вырезал на поверхности Х. Он наполнил чашку наполовину водой, откупорил яд и добавил туда две капли. Он закупорил флакон, опустил его в стеклянную коробку на полке.
Целительница смешала содержимое двух мисок. Она закончила и соскребла противоядие в другую миску.
— Готово.
Савенек вышел из комнаты, целительница — за ним. Она заперла дверь, и они пошли из замка в бараки. Внутри Савенек нашел Неко, говорящего с солдатами.
— Нужна ваша помощь, — сказал ему Савенек.
Неко тут же подошел к нему.
— Собираешься в подземелье?
— Да.
Неко отпер дверь слева и повел их по лестнице в подземелье.
— Полагаю, вам нужен один из пленников Тельмены?
— Да, — ответил Савенек.
Неко остановился у одной из камер и отпер ее.
— Опять пришел, — процедил мужчина внутри. — Думаешь, я теперь что-то расскажу?
Савенек узнал мужчину из-под моста, которого встретили они с Мареком. Он не стал бы пить из кружки, зная, что там яд. Савенек окинул его взглядом — почти два метра ростом, восемьдесят три килограмма — Савенек вручил целительнице чашку с ядом и прошел в камеру. Савенек сжал горло мужчины и обрушил пленника на пол.
Неко подбежал, зажал нос мужчины. Савенек придавил своим весом ноги пленника. Целительница вошла, осторожно держа чашку. Она опустилась на колени и стала вливать воду с ядом в рот мужчины. Он пытался отплевываться, но Савенек надавил на живот мужчины. Пленник вдохнул и сделал глоток.
Неко отпустил рот мужчины и зажал его рот. Через минуту Савенек кивнул. Они отпустили мужчину и вышли из камеры.
— Дураки, — хрипло сказал мужчина.
— Кому-то из вас яд попал на кожу? — спросила целительница.
Савенек осмотрел свои руки.
— Вроде нет.
— Мне попал, — сказал Неко.
— У вас есть порезы? — целительница вытащила платок.
— Нет.
— Хорошо, — она вручила платок Неко, и он протер руки. — Если бы он попал в порез, распространился бы намного быстрее, — она дала ему противоядие. — Видите точки на ладони? — он кивнул. — Нанесите противоядие туда.
Неко зачерпнул немного пасты, сделанной целительницей, и размазал на ладони, закрывая темные точки.
— Уже стало лучше.
Савенек заметил, что ладони Неко дрожали. Они стояли там около минуты, никто не говорил.
— Ощущаете жжение? — спросила целительница.
— Нет, — ответил Неко. — Я в порядке.
Она кивнула.
— Я рада, потому что он явно не в порядке.
Они повернулись к пленнику. Его ноги были напряжены, белая пена текла изо рта.
— Это произошло быстрее, чем я думал, — Савенека пугало, что всего две капли яда были так сильны. — Как ввести противоядие?
— Орально, — сказала целительница. — Мне нужно, чтобы оно попало в его организм, чтобы понять, работает ли оно.
Неко открыл дверь камеры.
— Надеюсь, он еще не мертв.
— Если яд убивает так быстро, — сказала целительница, — то ни у кого нет шансов, — она подбежала к пленнику и присела рядом с ним. Она ложкой зачерпнула пасту и сунула в его рот.
Глаза мужчины закатились, он перестал дышать. Целитель забрала чашку и миску и вышла из камеры.
— Он мертв.
— Попробуем еще раз, — сказал Неко. — В этот раз дадим сперва противоядие, а потом яд. Может, это сработает.
Целительница вручила Савенеку чашку. Там осталось еще на одного пленника из Тельмены.
Неко повел их дальше по коридору, остановился у другой камеры.
Там был мужчина, которого Савенек вырубил в гостинице. Он был под сто килограмм, крупная фигура устроилась в углу камеры. Он громко храпел.
Неко отпер дверь. Целительница махнула мужчинам отойти, чтобы пленник их не видел. Она вошла в камеру, Савенек не видел, что она делала. Она тихо говорила. Он не знал, что она сказала ему, чтобы уговорить принять противоядие. Через минуту целительница вышла к ним.
— Подождем пять минут, — прошептала она. — А потом мы дадим ему яд.
Когда время прошло, Савенек прошел к камере пленника.
— О, — сказал Савенек, — хоть кто-то не спит, — он присел на корточки. — За что ты здесь? — он надеялся, что мужчина не узнает его.
— Тебе-то что? — спросил мужчина.
— Сказали, я могу дать кружку эля любому, кто тут за кражу, а не убийство, — он подвинул кружку между прутьев.
Мужчина улыбнулся, показывая выбитый зуб.
— Я не за убийство, — он схватил чашку и осушил ее. — Эй! Это не эль!
Савенек отскочил на безопасное расстояние к Неко и целительнице. Они смотрели на пленника. Ничего не происходило.
— Чего вы там стоите? — спросил мужчина.
Они не ответили.
Дыхание мужчины ускорилось, пот выступил на лбу. Еще минуту пленник задыхался. Его ноги задрожали, пена полилась изо рта. Его глаза закатились.
Неко выругался.
— Я продолжу работу, — сказала целительница. — Должно быть то, что нейтрализует яд, попавший в желудок или кровь.
— Почему сработало на моих руках? — спросил Неко.
— Потому что не пробило кожу ладони. Если бы у вас был порез, и яд попал туда, вы уже были бы в лазарете. Яд медленнее, когда проникает сквозь рану, — она указала на мертвого пленника. — Но если его проглотить, смерть наступит за секунды.
Савенек вспомнил, как его порезали отравленным мечом. Он за минуты перестал чувствовать руку и ногу, а потом отключился.
— Есть еще пара идей, — сказала целительница. — Дайте мне день или два, и мы попробуем снова.
Савенек надеялся, что у них были эти дни.
* * *
Савенек вышел из бараков, солдат подбежал к нему.
— Ваше высочество, — сказал мужчина. — Вас ждут в Тронном зале.
Савенек пробежал по лугу и вошел в замок в боковые двери. Мечи его стражей звенели, пока они бежали за ним.
Видимо, прибыли родители Одара. Проклятье. Савенек хотел быть там с Аллиссой. Он прошел в Тронный зал, медленно прошагал по возвышению и остановился в паре футов от сестры.
Комната была заполнена придворными лишь наполовину. Одар стоял с парой за пятьдесят лет, все смотрели на королевичей Империона. Аллисса оставалась на первой ступени, Рема и Дармик — по бокам от нее.
— Видимо, это ваш пропавший сын, — король Вискор приподнял брови, глядя на Савенека.
Наглец тут же не понравился Савенеку.
— Да, отец, — сказал Одар. — Это принц Савенек, брат принцессы.
Король медленно склонил голову. Савенек решил, что это максимум вежливости от нахала.
— Должен сказать, — заговорил король, ни к кому не обращаясь, — мы удивлены, что вы еще тут. Мы думали, что с возвращением принцессы Аллиссы вы снова уйдете.
Савенек не знал, кем было это «мы». Королем и его женой? Или Френом и Тельменой? Может, и тем, и другим.
Рема улыбнулась, и Савенек с предвкушением ждал, как она поставит короля на место.
— Должна признаться, — проворковала Рема, — когда вы разорвали брачный контракт с моей дочерью, я не ожидала, что принц Одар приползет в надежде восстановить союз. Раз изначальный контракт был разорван, мы подписали новый. Он очень выгоден для Империона, и я рада этому.
Лицо короля исказил гнев.
— Хорошо, что вы дали своему сыну разрешение обсуждать условия и подписывать контракты от вашего лица, — добавил Дармик.
— Идемте, матушка, отец, — сказал Одар. — Я провожу вас до ваших покоев, — он поспешил увести их из Тронного зала.
Савенек хотел спросить у Аллиссы, как она, но она спустилась с возвышения и вышла в боковую дверь. Он заметил Неко в тени в коридоре, следящего за всем. Неко кивнул влево, и Савенек поспешил к нему.
— Что такое? — спросил Савенек, они устремились прочь от Тронного зала.
— Новые сложности, — буркнул Неко. — Сюда, — он прошел в маленькую кладовую с ящиками. — Шахты были успешно уничтожены. Нужно понять, как скрыть новость от королевской семьи Апетаги, пока они в замке.
— Я подумаю, что сделать, — Савенек знал пару трюков, как помешать посланиям дойти до них. — Что еще? — Неко явно хотел что-то добавить.
— В Тельмене возникают небольшие мятежи.
Это было хорошо и плохо. Хорошо, потому что люди не расстроятся, когда король и королева Тельмены умрут. Плохо, потому что Крену и Жестине придется потом успокаивать людей.
— Мы можем помочь, — у Савенека были идеи, как успокоить людей
— Я отведу тебя в королевские покои.
Савенек был потрясен, что Неко пришел с этой информацией к нему, а не в Дармику. Когда они подходили к королевским покоям, он услышал злые голоса, доносящиеся оттуда. Он приподнял бровь, Неко покачал головой.
Савенек открыл дверь. Аллисса стояла, уперев руки в бока, лицо было красным. Кердан был у камина спиной ко всем. Дармик расхаживал за диваном, где сидела Рема с прямой спиной.
— Все хорошо? — спросил Савенек. Кердан чем-то расстроил Аллиссу? Если да, Савенек побьет его прямо тут. Он покрутил головой, разминая шею. Когда он в прошлый раз бился с Керданом, тот пропустил пару хороших ударов. В этот раз Кердану повезет еще меньше.
— Принцесса Кондитто, — сухо сказала Аллисса, — сообщила всем о грядущем браке с Керданом. Ей даже хватило наглости предложить, чтобы они с Керданом поженились тут, — лицо Аллиссы стало еще краснее. — Кондитто спросила у императрицы, можно ли им с Керданом провести церемонию после меня и Одара.
Савенек не понимал, почему Аллисса так злилась. Он взглянул на Дармика, тот слабо тряхнул головой. Савенек промолчал.
Неко извинился и вышел. Неко хотел бы поступить так же.
— Аллисса, — мягко сказала Рема, — Тельмена вот-вот прибудет. Мне нужно, чтобы ты держала себя в руках. Все думают, что ты помолвлена с Одаром, так что ты не можешь злиться из-за Кердана.
— Я не хочу смотреть, как злодейка трогает моего мужчину, мама.
Савенек поднял руку, чтобы отметить, что Кердану приходилось видеть ее с Одаром, но Дармик снова покачал головой. Савенек закрыл рот.
Кердан повернулся к Реме.
— Какой у нас план?
— Как бы ты ответил на такое заявление? — спросила у него Рема.
— Потребовал бы увидеть контракт.
Рема улыбнулась.
— Это ты и сделаешь. Поговоришь с королем Теоном и попросишь посмотреть на подписанный контракт. Сообщи ему, что ты не знаешь о помолвке и удивлен.
— Согласен с Ремой, — сказал Савенек. — Если Кердан послушается брачного контракта, они могут подумать, что он работает с Империоном, — Савенек и поведал Реме и Дармику это информацию. — Но, — эта часть его сестре точно не понравится, — Кердан должен объявить, что не против обсудить потенциальный союз через брак как король Рассека.
Слезы выступили на глазах Аллиссы.
— Это мудрый ход, — сказала Рема. — Потребуй увидеть контракт, объяви его недействительным и предложи переговоры. Это не только подтвердит, что контракт потерял силу, но и потянет время.
— Кондитто серьезная, — сказал Савенек, пытаясь утешить сестру. Будь это Лареисса, Савенек сказал бы, что Аллиссе можно переживать. Но Кондитто была холодной.
— Мне нужно готовиться к ночи у себя, — Кердан покинул комнату, не дав Аллиссе сказать ни слова.
— Аллисса, — сказала Рема.
— Я не хочу это слышать, — Аллисса подняла руку, развернулась и выбежала из комнаты.
— Я поговорю с ней, — хоть Савенек и не знал, что говорить. Он прошел в спальню Аллиссы. Она стояла из окна и смотрела наружу.
— Не нужно говорить, что я перегибаю и веду себя глупо, и что мне нужно успокоиться. Это я уже знаю.
Савенек рассмеялся.
— Если знаешь, почему тогда так себя ведешь? — хотя он ощущал бы себя так же на ее месте. Только скрывал бы, а эмоции Аллиссы были видны всем на ее лице.
— Не могу по-другому, — она повернулась к нему. — Когда я была в Рассеке, я видела у Кердана много разных масок. Я отыскала настоящего Кердана за ними. А теперь мы просим его надеть еще одну маску. Я ненавижу это.
Понимая, что это была не просто ревность, Савенек прошел в комнату и сел на диван, закинул ноги на столик перед ним.
— Разве ты не делаешь это каждый день? Не играешь разные роли?
Аллисса села рядом с ним, опустила голову на его плечо. Его потрясло, что она искала успокоения у него.
— Наверное, — пробормотала она. — Я знаю, что веду себя по-разному с придворными, семьей и в городе.
— Каждая работа требует разную личность, — нищий, торговец, принц, дипломат… и так далее. — Порой это весело. Но чаще всего сложно не потерять себя под маской.
Она подняла голову и посмотрела в его глаза.
— Вот именно.
— Уверен, Кердан знает и понимает это. Я бы не переживал.
— Я знаю, что ты прав. И что мы оба будем всю жизнь носить маски.
Савенек не мог поверить, что скажет такое:
— Кердан хороший. Не переживай, он верный и достоин доверия.
— Я не ревную, — она скрестила руки и надулась. — Ну, может, немного.
— Тебе не о чем переживать, — Савенек прокрутил ситуацию в голове. Жана настаивала связать королевство браками. Теперь Жана была мертва, так зачем Апетаге тот брак? Из причин Савенек видел только шанс отогнать Тельмену. Без брака Апетага всегда будет под каблуком у Тельмены. Но с таким выгодным браком Апетага будет достаточно сильной, чтобы противостоять Тельмене. Так что у Империона был шанс переманить Апетагу на свою сторону.
Савенек вздохнул. Все становилось сложнее, а еще даже не прибыла Тельмена.
ГЛАВА 18
— Ваше высочество, — сказал Натенек Аллиссе. — Я могу попросить у вас минутку?
— Конечно, — она отодвинула стул и встала, радуясь покинуть Обеденный зал. Она не думала, что могла сидеть и завтракать, делая вид, что не смотрит на Кердана, который сидел рядом с Кондитто. Аллисса хотела выцарапать женщине глаза.
Она вышла за Натенеком. В коридоре ее страж последовал за ней. Они прошли в библиотеку, Аллисса вдохнула запах книг, тут же расслабилась. Ее страж остался у двери. Она прошла в свою нишу. Шторы были раздвинуты. Она не помнила, чтобы оставляла их так вчера, когда уходила. Может, слуга убрал для нее. Стопка книг, которые она читала, была по центру стола, и Аллисса отодвинула ее к окну. Она думала, что оставляла две стопки — которую нужно было прочесть и которую хотелось прочесть.
— Две вещи, — Натенек вытащил кое-что из кармана. Он опустил флакон на стол. — Я хочу, чтобы ты это проглотила.
— Что там?
— Возможно, противоядие от яда из Апетаги.
— Возможно?
— Целительница еще работает над ним. Но Тельмена прибудет сегодня, и я хочу, чтобы ты это приняла. Это лучше, чем ничего.
Она взяла флакон и откупорила его. Завоняло гнилой рыбой.
— Зажми нос. Это поможет.
— Вы уже давали это Савенеку?
— Нет, ты первая. Я дам это твоим родителям и брату следом.
Она зажала нос и проглотила вязкую субстанцию как можно быстрее. Она застряла в горле, и Аллисса подавилась. Натенек передал ей флягу. Она сделала пару глотков, чтобы было проще проглотить вязкое противоядие. Ее горло горело, она опустила флягу на стол.
— То был эль, — сказал он. — И нужно было сделать только глоток, — он забрал фляжку и флакон, закрыл их и убрал. — А теперь второе.
Аллисса отклонилась на скамье, грудь была теплой, сердце колотилось. Ее нога что-то задела. Она заглянула под стол, увидела, что что-то упало на пол. Она склонилась, подняла книгу и кусочек ткани — платой Майры. Книга была о женщине, которая билась в рядах армии во имя короля. Она опустила книгу на стол, уверенная, что одолжила ее Майре давным-давно. Майра вернула ее, это точно. Так как ее книга и платок Майры попали на пол?
— Все за тобой наблюдают, — сказал Натенек, отвлекая ее.
— Знаю.
— Ты плохо справляешься.
— Что? — она села прямее.
— Если мы хотим, чтобы все получилось, тебе нужно играть роль. Ты выходишь за Одара. Ты влюблена в Одара. Ты слишком глупа, чтобы понять, что он использует тебя.
Она скрестила руки.
— Я не буду вести себя как дура.
— Я тебя и не прошу. Я говорю тебе сделать вид, что ты влюблена в Одара, и перестать при всех глазеть на Кердана. У него своя роль.
— Мы не можем просто убить их всех и покончить с этим? — она уперлась локтями в стол и потерла висок. Было сложно играть в эти опасные игры.
— Я бы хотел, — он рассмеялся. — Чтобы быть лидером, какой нужен нам, нужно действовать по порядку. Сначала разговор, потом убийство.
— Ладно. Я изображу наивную женщину, влюбленную в Одара.
— И перестанешь смотреть на Кердана. Даже когда тебе кажется, что никто не смотрит, кто-то точно следит.
— Хорошо.
— Веди себя не опасно. Говори об одежде, прическах, обо всем таком. Дай им то, что они ждут, и они увидят только это.
— Что-нибудь еще? — спросила она.
Он отклонился на скамье, разглядывая ее.
— Как все между тобой и Савенеком?
— Все хорошо, — они уже не пытались превзойти друг друга. — А что?
— Я переживаю за него. На него многое свалилось за последние недели. Он не такой крепкий, как ты думаешь.
Было сложно поверить. Натенек вырастил Савенека, и тот был в Братстве. Он был крепким.
Натенек посерьезнел.
— Приглядывай за ним.
— Хорошо.
— Он не попросит о помощи, даже если будет в ней нуждаться.
Ей не нравилось это признавать, но она понимала нежелание просить о помощи.
Солдат вбежал в библиотеку.
— Ваше высочество! Тельмена прибыла. Ваши родители ждут вас снаружи.
* * *
Аллисса направлялась к выходу из замка, заметила Кердана, идущего по коридору со своими людьми. Они выглядели впечатляюще. Все четверо были в плотных штанах и туниках, меховые накидки окутывали плечи. Кердан был в простой короне, и только это указывало, что он — король Рассека.
Аллисса пыталась не улыбаться, глядя, как люди чуть не падают, пытаясь уйти с дороги рассекцев. А потом вспомнила свой недавний разговор с Натенеком и заставила себя отвести взгляд.
— Сестра, — сказал Савенек, подошел к ней, сцепив ладони за спиной.
— Брат, — она подыграла ему.
— Не пойти ли нам встречать самых важных гостей вместе? — его глаза хитро блестели.
— Пожалуй, стоит пойти, — она старалась не смеяться.
Он протянул руку, и она обвила ее. Они пошли к выходу из замка, где ждали Рема и Дармик.
Несколько карет стояли во дворе, но никто еще не вышел. Еще несколько карет подъехало к уже стоящим.
— Это уже слишком, — пробормотала Рема.
— Просто показывают богатство, — ответил Дармик.
— Или они могли привезти много солдат или много яда, — отметил Савенек.
Все посмотрели на него.
— Что? — невинно спросил он. — Я просто озвучил варианты.
Ее брат анализировал происходящее не так, как она. Порой Аллисса гадала, что происходило в его голове.
Одар выбежал из замка.
— Простите, опоздал, — он встал возле Аллиссы, поцеловал ее в щеку.
Она отпустила Савенека, выдавила улыбку и сказала:
— Я рада, что ты тут, — она обвила его руку. Она не хотела, чтобы он целовал ее, даже если только в щеку. От этого было неприятно, и поцелуй не был необходимым.
— Мои родители зовут тебя днем на чай.
— Это мило, — сказала она, стараясь не кривиться. Она не хотела проводить с ними время.
— Твои родители тоже приглашены.
— Посмотрим, — сказала Рема. — Все прибыли, и днем я созову всех на встречу. Я не хочу, чтобы все они были тут дольше необходимого.
— Согласен, — сказал Савенек. — Чем дольше они тут, тем выше шансы, что что-то пойдет не так.
Савенек всегда был прагматичным. Дармик не зря решил передать армию ему.
Одар склонился к уху Аллиссы и прошептал:
— Расслабься. Мы хотим все исправить с этими королевствами.
Она глубоко вдохнула. Одар был прав. Но ей все равно не нравилась ее роль. Аллисса хотела, чтобы все это скорее кончилось.
— Как долго нам тут стоять?
— Хороший вопрос, — Дармик махнул своему солдату. — Узнай, где королевская семья. Или они выходят через пять минут, или мы уходим внутрь, даже если это посчитают грубым с нашей стороны. Я не заставлю жену стоять тут зря.
— Да, Ваше величество, — солдат поспешил к одному из кучеров и махнул, что хочет поговорить.
— Мои родители подтвердили, что брат и его жена остались в Тельмене, — сказал Одар.
Отлично. Хоть это прошло по плану. Теперь, если выйдут только король, королева и принц, они справятся. Собрались тучи и закрыли солнце. Прохладный воздух обещал дождь.
Приехал еще ряд карет. Всего их было пятнадцать.
— Да ладно. Это хуже, чем твое представление, — Аллисса ткнула Одара в бок.
Он рассмеялся.
— Это было очень давно.
Точно.
Дюжина солдат вышла из первого ряда. Они окружили одну из карет в третьем ряду. Видимо, в ней была королевская семья. Когда дверь открылась, спустился мужчина. Аллисса не знала, чего ожидала, но не этого. Мужчине было за шестьдесят, у него были седые волосы. Он носил чулки и пышные штаны до колен. Его туника была с кружевами, выглядела женственно. Он не казался грозным.
Потом вышла женщина. Ее платье было из множества слоев ткани. Аллисса не знала, как женщина двигалась, не спотыкаясь, не застревая в проемах. Платье было тугим сверху, ее грудь выпирала и двигалась от ее дыхания. Ее седеющие волосы были искусно собраны на голове, в них были вплетены цветы.
За ней вышел еще мужчина. Ему было около тридцати, он был с темными волосами и темными глазами. Его одежда была схожей на первого мужчину.
Они подошли к Рему и Дармику. Один из солдат Тельмены сказал:
— Его королевское высочество, король Метек, и Ее королевское высочество, королева Кора, — король и королева поклонились. — И их сын, принц Джем, — принц поклонился.
Дармик шагнул вперед.
— Рад видеть, кузен, — сказал он Метеку. — Я хочу представить мою жену, императрицу Рему, моего сына, принца Савенека, и мою дочь, принцессу Аллиссу. Уверен, вы уже встречали принца Одара из Френа.
То, как просто говорил Дармик, удивило Аллиссу. Но он, наверное, делал это намеренно. Ей нужно было подыграть. Королевская семья Тельмены точно нарядилась в лучшее, стараясь показать свое богатство.
— Отец, — сказала Аллисса, — ты забыл сказать, что я помолвлена с Одаром.
— Ах, да, — Дармик улыбнулся. — Но я уверен, что они уже знали, ведь прибыли на твою свадьбу.
Аллисса, сияя, посмотрела на Одара. Его лицо было бесстрастным, будто ему было все равно. Да, они хорошо играли свои роли.
— Ночью будет бал в честь прибытия всех гостей, — сказала Рема. — Но до этого мы просим королевских гостей собраться в Главном зале. Думаю, нам всем стоит представиться. Что думаете, Ваше высочество?
Король кивнул.
— Хорошая идея. Мы прибыли последними?
— Да, — ответил Дармик. — Все королевские семьи континента уже тут.
— Отлично, — король и его сын переглянулись.
Аллисса знала, что ее родители и Савенек заметили это. Но они улыбнулись и сделали вид, что все в замке были лучшими друзьями.
* * *
Дармик не хотел, чтобы Савенек и Аллисса бродили по замку, пока тут была Тельмена. До встречи королевств оставался еще час, и Аллисса ушла в спальню ждать.
Майра постучала и вошла.
— Хочешь пообщаться?
Аллисса обняла подругу.
— Да, — они в последнее время мало времени проводили вместе.
— Слышала новости? — спросила Майра.
Новости были постоянно, и Аллисса не знала, что Майра имела в виду.
— Маделин вернулась. Прибыла только что с родителями.
— Одек и Веша тут? — они редко бывали при дворе.
Майра кивнула и села на диван.
— Веша все еще великая целительница? — спросила Аллисса, садясь рядом с подругой.
— Да. Твоя мама сказала, что хочет, чтобы Веша на всякий случай была тут.
Наверное, на случай, если кого-то отравят. Или чтобы помочь с противоядием.
— Ты будешь вечером на балу? — спросила Аллисса.
— Да. Твой отец хочет, чтобы я оставалась близко к семье Тельмены и слушала их разговоры.
Аллиссе не нравилось, что ее подруга получала опасные задания.
— Семья Апетаги не узнает тебя там? — разве они не сообщат тогда Тельмене, чтобы они не говорили ничего при ней?
— Я буду под прикрытием, — она теребила край рукава. — Савенек помогает мне подготовиться, — уголки ее губ чуть приподнялись, она подавила улыбку.
Аллисса закатила глаза.
— Уверена в этом.
Теперь Майра улыбнулась.
— Савенек самовлюбленный.
— Точно.
— Он упрямый.
— Есть такое.
— Он умело обращается с мечом.
Аллисса видела его только с луком и кинжалами. Во всем он был хорош, и она не удивилась тому, что он владел мечом.
— Он почти идеальный. По крайней мере, для меня, — Майра встала.
Аллисса еще не видела подругу влюбленной. Было странно, что ее брат и лучшая подруга были вместе. Но зато они всегда будут в ее жизни и близко.
— Мне нужно подготовиться, — Майра прошла к двери. — Одар скоро придет за тобой и отведет на встречу, — она замерла у самой двери. — Подойди к стеллажу и стукни трижды.
Она ушла, ничего больше не объяснив.
Аллисса вскочила с дивана. Когда стеллаж открывался в прошлый раз, Кердан пришел к ней. Конечно, с ней мог хотеть поговорить Савенек без ведома их родителей. Она подошла и постучала, как и сказала Майра. Через миг шкаф подвинулся, и вошел Кердан. Она обвила его руками и крепко сжала.
— Знаю, я не должен быть тут, — прошептал он в ее волосы, — но я должен был увидеть тебя.
Она вдохнула его запах.
— Я так рада, что ты тут, — она не хотела отпускать.
— Нам нужно поговорить перед встречей, — он взял ее за руку, подвел к дивану, где они сели рядом друг с другом. — Тебе нужно кое о чем знать, — он тревожно нахмурился.
Страх пронзил ее.
— Все хорошо?
— Как только ты выйдешь за Одара, король и королева Тельмены собираются убить Рему, Дармика и Савенека. Они оставят тебя в живых, только чтобы ты управляла народом Империона для них.
Хоть новость потрясала, это не меняло их планов.
— Король и королева будут мертвы раньше, чем убьют мою семью, — потому что план Савенека сработает. Должен.
— Точно, — он нахмурился.
Она прижала ладонь к его щеке, ощутила щетину.
— Что такое? — она боялась, что он скрывал что-то еще.
— Они должны верить, что ты выходишь за Одара, — сказал он. — Если заподозрят что-то, убьют Рему, Дармика и Савенека, а потом заставят тебя выйти за Одара.
До этого не дойдет. Она сделает все, чтобы дела шли по плану. Но она не была глупой, и время в Рассеке многому ее научило. Ничто не шло четко по плану. Ее охватила паника.
Кердан склонился и прижался лбом к ее лбу.
— Аллисса, — прошептал он.
Его дыхание ласкало ее кожу.
Он провел ладонью по ее шее сзади, удерживая ее на месте. Она задрожала от его прикосновения.
— Будь все время вооружена. Сделай вид, что ненавидишь меня, — он чуть сжал ее шею. — Пусть все верят, что ты влюблена в Одара. Играй свою роль так, чтобы даже я поверил.
Ее сердце сжалось от паники.
— Я не хочу.
— Знаю, — шепнул он, его губы были близко к ее.
— Я люблю тебя, — сказала она.
— И это я знаю, — он поцеловал ее.
Она забралась на его колени, желая быть как можно ближе. Желая, чтобы он знал, как сильно она его любила.
— Мне нужно идти, — сказал он. — Пока твой отец не увидел меня тут.
Она обвила его руками, обнимая еще раз.
— Прошу, береги себя, — сказал он. — И если тебе попытаются навредить, убивай, не мешкая. Иначе это сделаю я.
* * *
Аллисса прошла в Главный зал. Столы сдвинули в центр комната, сделав длинный прямоугольник. Многие короли и королевы уже сидели там. Рема и Дармик попросили правителей Френа, Крикока и Ландании прийти не из уважения к этим королевствам, а для вида. Еще шесть голосов в поддержку Империона точно повлияют на остальных.
Аллисса села между Савенеком и Одаром. С другой стороны от Одара сидели его родители. Она улыбнулась своему суженому, захлопала ресницами, стараясь выглядеть влюбленно… но ощущая себя ужасно глупо.
Одар придвинулся ближе и шепнул:
— Мне так сложно не смеяться сейчас.
Она хотела ударить его. Вместо этого поцеловала в уголок рта. Он прильнул к ней, чтобы поцелуй длился на миг дольше. Аллисса заставила себя смотреть на Одара, а не искать взглядом Кердана, чтобы понять, смотрел ли он. Она даже не знала, был ли он там, ведь не дала себе посмотреть.
Одар сжал ее ладонь. Они ждали прибытия Ремы и Дармика. Аллисса старалась не ощущать вину за то, что поцеловала Одара. Она сделала это, только чтобы все верили в ложь. Через миг императрица и император прошли в комнату, заняли два пустых стула рядом с Савенеком.
— Спасибо, что пришли, — сказала Рема. — Я подумала, что нам стоит использовать этот уникальный шанс поговорить друг с другом, — она смотрела комнату. — Все тут?
— Ваше величество, — сказал Савенек. — Нет короля Кердана и королевской семьи из Тельмены.
Аллисса обрадовалась. Кердан не видел, как она поцеловала Одара. Она скрытно вытащила руку из хватки Одара.
Дверь открылась, и Кердан вошел.
— Простите, опоздал, — сказал он, не звуча виновато. Но он звучал так, словно запыхался. Аллисса не знала, что он делал. Рядом с Кондитто было пустое место, и он быстро занял место, огляделся. — С чего начнем?
— Я хочу обсудить две темы, — сказала Рема, — перемирие и торговлю. Кто-нибудь хочешь добавить что-то еще?
Никто не хотел.
— Отлично, начнем. Предыдущие события с Рассеком были неприятными. Я бы хотела предотвратить повторение такого.
Все согласились.
— Я предлагаю подписать мирное соглашение, — продолжила Рема. — Все королевства останутся в своих границах, никто не будет вторгаться к другим, подавлять другие королевства. Если королевство направит армию на другое королевство, все на континенте будут давать отпор.
— Согласен, — заявил Кердан. — Я подпишу договор.
— И мы, — сказал король Вискор. — Мне надоело сражаться и бороться.
Король и королева Дромиена согласились.
— А Меления? — спросил король Теон. — Кто управляет тем королевством?
Хороший вопрос. Аллисса знала, что Рассек убрал отряды из Мелении. Королевство все еще пыталось оправиться после бойни, произошедшей там.
— У кого-нибудь есть предложения? — спросила Рема.
— Думаю, нам стоит оставить Мелению разбираться в этом самой, — сказал Кердан. — Уверен, там остался кто-то живой из королевской семьи, который может править.
— Вот только, — сказал Теон, — их тут нет для подписания договора.
— А если мы оставим место для будущего правителя Мелении? — предложила Рема. — А потом, когда он или она займет престол, мы пригласим на подписание договора?
Согласились все, кроме Апетаги.
— Король Теон? — сказала Рема. — Вы согласны?
Он заерзал на стуле, огляделся.
— Да, — сказал он, наконец. — Я соглашусь на эти условия.
— Отлично. Мой писарь составит договор для нашего подписания, — Рема сцепила ладони.
Кердан хотел что-то сказать, когда дверь открылась, и вошли король и королева из Тельмены. Аллисса отметила, что принца с ними не было. Она надеялась, что Неко или Натенек следили за ним, пока королевские семьи встречались.
Король Метек и королева Кора сели за стол. Король стал что-то говорить, но Рема прервала его:
— Как только мой писарь закончит, договор будет передан всем для чтения и подписания.
— Вы не должны были начинать без меня, — сказал король Метек.
— Не нужно было опаздывать, — Кердан хмуро посмотрел на Метека.
— Я не подпишу договор, пока не выскажусь, — сказал Метек.
— Мы просто согласились на перемирие, — сказала ему Рема. — Мы все хотим сохранять свои границы.
— Это неприемлемо.
Тишина окутала комнату.
— Почему нет? — осведомился Кердан.
— Я не буду отвечать тебе, — сказал Метек.
Рема склонилась вперед.
— Мы узнали, что король Метек верит, что он должен быть императором Империона. Я права? — спросила Рема у короля.
— Я должен быть, — ответил он.
— Так вы не ищете мира. Вы пришли убить меня или свергнуть.
Король прищурился, глядя на Рему.
— Я тут для свадьбы.
— И чтобы объявить войну моему королевству, — она будто бросила перчатку на стол.
Аллисса не знала, как король ответит. Все в комнате словно затаили дыхание, ждали, что он скажет.
Кердан заговорил следующим:
— Почему вы думаете, что должны править Империоном?
— Насколько вы знаете, предыдущий император Хамен был моим дядей. Рема убила его и свергла, — король скрестил руки, хмуро глядя перед собой.
Рема кашлянула и сказала:
— Он не был настоящим императором. На нем не было татуировки законного правителя.
— Я должен править Империоном, — заявил Метек.
— Я могу показать документы вековой давности, — сказала Рема. — Я докажу вам и всем тут, что я — полноправная наследница, а у вас нет прав на престол. Как только я покажу вам все, я потребую, чтобы вы подписали договор о перемирии и оставили нас в покое.
— Я этого не сделаю.
— Интересно, — Дармик заговорил впервые. — Император Хамен был моим отцом. Я на троне Империона. Ты — мой кузен. Почему же у тебя прав на престол должно быть больше, чем у меня?
— Ты убил свою сестру, Жану, — сказал король. — Мою племянницу. Я помогал ей годами, когда ты безжалостно изгнал ее из Империона.
Аллисса поджала губы, чтобы сдержаться. Она хотела закричать Метеку, что Жана была лживой и кровожадной, что она получила по заслугам. Одар сжал ее ногу. Это помогло ей совладать с собой.
— Я прошу оставить Империон в покое, — сказал Дармик. — Не заявлять о захвате королевства. Жить в мире.
Король Метек повернулся к королю Теону.
— Ты согласился на этот бред?
— Мы — да, — сказал Теон.
Аллисса посмотрела на старших, Паттеона и Кондитто. Их головы были опущены, и она не видела их лица.
— Почему? — осведомился Метек.
— Нам не нужна война, — заявил Теон.
— Но мы договорились, — тихо и яростно сказал Метек. — Мы не будем вас защищать, если вы отступите.
— Вы не можете управлять всем континентом, — сказал Теон. — И если мы нападем на Империон вместе и проиграем, Империон получит весь континент. Соглашаясь на договор о мире, мы сохраним власть над Апетагой. Это меня устраивает.
Уголки рта Кондитто приподнялись, она подавила улыбку. Она на самом деле думала, что Кердан женится на ней? Аллисса снова закипала. Апетага могла радоваться, думая, что они сохранят контроль над своим королевством, а их старшая дочь будет сидеть на троне в Рассеке. Это было лучше, чем подчиняться Тельмене.
— Я согласен, — сказал Вискор. — Этот договор выгоден для всех нас. Так мы сохраним то, что имеем. Мы сможем направить ресурсы на помощь народу, а не на содержание большой армии.
Аллиссе не нравился отец Одара, но тут он был хорош. Он напомнил людям, что у него была большая армия, не сказав это прямо. И она оценила то, что он поддержал Империон. Конечно, он-то думал, что его сын браком будет связан с королевской семьей Империона, что было очень выгодно для них.
И кто-то мог подумывать о браке с Савенеком. Кому будет выгоднее всего? Насколько она знала, Лареисса из Апетаги была помолвлена с Джемом из Тельмены. Это было выгодно для обоих королевств. Но Лареисса и Джем не были первыми в очереди на престол. Кондитто явно желала брака с Керданом. Аллиссе пришлось бы выйти за Одара. Они были первыми в очереди на свои троны. Она была удивлена, что Джем не стал всерьез просить ее руки. Или Паттеон. Теперь, если подумать, Паттеон должен был стремиться к браку с ней, ведь они были первыми в очереди. Она бы не согласилась, но это было бы логично.
И оставался Савенек. Лареисса посчитает его привлекательнее Джема? Аллисса чуть не рассмеялась. Ясное дело. Но контракт между Лареиссой и Джемом уже был подписан. Аллиссе это все казалось очень интересным. Но она подозревала, что что-то упускала.
— Я не подпишу договор, — сказал Метек.
Писарь вручил договор Реме. Она прочла его и подписала своим именем внизу. Она передала договор Вискору.
— Должна сказать, — Рема обратилась к Метеку, — что я разочарована. Я надеялась избежать войны. Но вы имеете право на свое мнение. Я ценю то, что вы прибыли сюда и хотя бы говорите с нами.
Вискор переда договор Теону, тот прочитал его и подписал. Он закончил и передал договор Кердану. После того, как Кердан подписал его, он передал договор королю Дромиена.
— Спасибо всем, что пришли, — сказал Дармик.
Аллисса встала, желая уйти отсюда. Одар взял ее под руку и повел к двери. Она ощущала, как Метек следил за каждым ее движением. Одар сжал ее крепче. Он тоже это ощущал.
ГЛАВА 19
Савенек вошел в Обеденный зал, который был уже полон королевичей и придворных. Все болтали за столами, развлекались, пока ели. Он надеялся, что еда была безопасной, без яда. После встречи, если ее можно было так назвать, король Метек мог добавить яду всем, чтобы захватить весь континент. Король был достаточно безумен для этого.
Он шагал мимо придворных, улыбался и кивал, направляясь к главному столу, где сел рядом с сестрой. Он хотел, чтобы Майра составила ему компанию. Но она работала над расшифровкой письма, написанного королем Метеком. После встречи король умчался в свою комнату и закончил письмо. Он отдал его своему слуге. Савенек назначил члена Братства следить за королем, шпион следовал за слугой. Тот отдал письмо солдату из Тельмены. Шпион смог скопировать письмо до того, как солдат уничтожил его. Когда Савенек увидел, что письмо написано непонятно, он отдал его Майре на расшифровку. Майра сказала, что оно было написано неким шифром, и ей нужно было время, чтобы разобраться с ним. Она с тех пор не выходила из его кабинета.
— Что такое? — спросила Аллисса с тревогой. Она держала вилку в руке, словно ела, но только притворялась. Как и он. Мера предосторожности, еда могла быть отравлена.
— Ничего, — он не хотел беспокоить ее, она уже была на взводе.
Вошли Рема и Дармик. Они остановились поговорить с несколькими людьми, пока направлялись к столу.
Дармик хотел, чтобы семья встретилась в королевских покоях после бала, чтобы продумать планы по убийству Метека, Коры и Джема. Рема в этот раз не настаивала на переговорах. Она согласилась, что нужно было действовать, и как можно быстрее. И теперь Савенек был на грани.
— Не понимаю, что делает Марек, — сказала Аллисса. — Он сказал, что останется в коридоре с остальной моей стражей, ведь в комнате много стражи моих родителей.
Савенек встал, зная, что это значило.
— Наверное, Майра закончила расшифровывать письмо, — он прошел по комнате, кивая и улыбаясь придворным по пути.
— Она закончила? — спросил Савенек у Марека.
— Да, — он кивнул на дверь, и они вышли из Обеденного зала. Они прошли по коридору к кабинетам. Марек прошел в кабинет Неко и придержал дверь для Савенека.
Как только они остались одни, Марек отпустил рукоять меча.
— Майра смогла расшифровать письмо. Король Метек отдал солдату прямой приказ убить императрицу, императора и принца.
— Но не принцессу? — спросил Савенек, тут же понимая, почему он хотел сохранить ее живой — чтобы удержать трон.
— Верно.
— Ты уже сказал моим родителям? — он понял после этого, что назвал Рему и Дармика своими родителями. Он не помнил, когда начал их так воспринимать.
— Нет. Майра пришла ко мне, попросила сразу рассказать тебе.
— Мне нужно поговорить с ними, — он проверил кинжалы, скрытые в рукавах, на поясе и в штанах. Все было на месте. — В письме говорилось, когда пройдет убийство? — он надеялся, что Метек, Кора и Джем покинуть замок завтра. Тогда их настигнет фатальный несчастный случай. Но перед тем, как думать об их убийстве, ему нужно было убрать солдата. Он провел руками по волосам. Натенек подходил для этого. Нужно было срочно найти его.
— Солдату приказали убить тебя и твоих родителей завтра на свадьбе.
Тогда у них было много времени.
— Майра просила тебя быть осторожным, — сказал Марек.
— Буду.
— Да, будешь. Я не хочу, чтобы моя сестра переживала из-за тебя.
Савенек пошел к двери.
— Я сообщу родителям. Ты найдешь Натенека. Скажи ему разобраться с солдатом. Ты ведь знаешь, кто тот солдат? — иначе они просто уберут всех солдат Тельмены с земель замка. Их было всего два десятка в бараках.
— Да, мы узнали, кто тот солдат, который получил письмо. За ним следят.
— Отлично, — следующие сутки будут напряженными.
* * *
Савенек прошел в Главный зал, где проводили бал. Музыканты играли в углу, люди ходили у стен. Все танцы проходили в центре. Многие говорили о свадьбе Аллиссы и Одара, которая должна была пройти завтра.
Некоторые смотрели на Натенека. Он старался улыбаться, пока шел к принцу Зеку. Когда он говорил с родителями пару минут назад, они настояли, чтобы он вел себя так, словно ничего не случилось, и он не знал о своем убийстве. Он всю жизнь провел в тени, и теперь было сложно находиться в центре внимания. Натенек охотился на солдата из Тельмены, пока Савенек был на балу. Он не привык ничего не делать, пока его защищали Братство и солдаты Империона.
— Принц Савенек, — сказал принц Зек. — Мой отец хочет подтверждения. Договор о перемирии не подписала только Тельмена?
— Верно, — даже на балу все хотели обсуждать политику. Это никогда не заканчивалось?
— Что Империон хочет с этим делать?
Савенек склонил голову, стараясь вести себя растерянно.
— Ничего, — он пожал плечами. — Мы не можем заставить их что-нибудь делать, если они не хотят, — он напоминал себе быть не опасным, выглядеть беспечно. Он ощущал себя как обманщик. В тот миг он понял, если хочет делать это — быть принцем Империона — ему нужно было стать таким принцем, каким он хотел быть: сильным, надежным, уверенным лидером. Когда угроза с Тельменой закончится, Савенек поговорит с Дармиком об этом. А пока он мог подыгрывать.
— Вы же понимаете, что они будут воевать с Империоном? Теперь мы — часть Империона, и это включает мой народ.
— Да? — сказал Савенек. — Тогда не переживайте. Уверен, у императрицы и императора все под контролем, — он заставил себя уйти, чтобы не выпалить, что королевская семья Тельмены скоро будет мертва.
Если бы тут была Майра, Савенек мог бы станцевать с ней. Она помогла бы ему успокоиться. Он провел руками по волосам, понимая, что нервничал. Потому что угроза нависла над его семьей? Он переживал за Рему, Дармика и Аллиссу?
Объявили принцессу Аллиссу и принца Одара. Пара вошла в Большой зал, улыбаясь собравшимся. После них прибыли Рема и Дармик. Савенек пригляделся к семье. Его сестра выглядела величаво в красном платье и с причудливо уложенными волосами, но ее взгляд был напряженным, а губы — поджатыми от тревоги. Рема и Дармик направились к королю Метеку и королеве Коре. Савенек знал, что его родители не хотели иметь дела или говорить с королевичами Тельмены, но выполняли свой долг. Он уважал это.
Продолжились музыка и танцы.
— Когда мы говорили в последний раз, ты был в подземелье, — сказала принцесса Лареисса за Савенеком.
Он заставил себя не напрягаться от одного ее томного голоса. Он выдавил улыбку, посмотрел на нее, чуть прикрыв глаза, и сказал:
— Слышал, ты помолвлена с принцем Джемом, — он кивнул на принца из Тельмены и ухмыльнулся. Принц был вдвое старше нее.
— Мы еще посмотрим, случится ли это, — сказала она, но сжала губы. Контракт уже был подписан. Он сомневался, что Лареисса хотела за Джема, но она не влияла на дело. Если король Теон хотел выдать дочь за Джема, она пойдет на это.
Он старался не жалеть ее.
— Потанцуй со мной, — Савенек не дал ей шанса ответить, повел ее танцевать.
— Жаль, мы не можем быть парой.
Она опустила правую ладонь слишком низко на его поясницу. Может, Майре лучше не видеть такого. Он играл роль, не убрал ее ладонь, а продолжил танец.
Лареисса соблазнительно улыбнулась Савенеку.
— Ты второй в очереди после своей сестры.
Он не думал, что она хотела власти. Удовольствия, подавления скуки и приключений, но не власти.
— Ты четвертая в очереди, а если выйдешь за Джема, будешь второй. Так что ты все равно не будешь сидеть на троне. В этом мы похожи, — он закружил ее и притянул к себе, прижал ладонь к ее пояснице, которая оказалась голой.
— Если ты думаешь, что я рада своему статусу, и что я буду просто слушаться, что мне делать, всю жизнь, то ты знаешь меня не так хорошо, как я думала, — ее глаза яростно вспыхнули.
В его голову вдруг пришла идея. Если Лареисса хотела трон, ей нужно было только убить Аллиссу. Тогда Савенек будет кронпринцем. Он вдруг стал бояться за жизнь сестры. У Лареиссы был доступ к яду, и он не удивился бы, если бы она добавила что-то в еду или напиток Аллиссы.
— Ты всегда была забавной, — прошептал он ей на ухо. Нужно было увести Лареиссу оттуда.
Она низко рассмеялась.
— А ты всегда заигрывал.
Мелодия кончилась.
— Давай уединимся, — он потянул ее за собой.
— Я хочу остаться, — она не хотела сдвигаться с места.
Послышался гром, свечи затрепетали. Савенек повернулся к ней. Он медленно склонился и прошептал:
— А я хочу увидеть тебя без этого платья, — хоть половина ее тела была открыта, Лареисса не скрывала объемную грудь и гладкую шелковистую кожу.
Она провела пальцем по его губам и шее.
— На это будет время. Позже. А пока потанцуй со мной.
Не желая показывать ей свои сомнения, он обвил ее руками и притянул к себе. Пока он был с Лареиссой, она не могла навредить его сестре. Он не мог упускать ее из виду, пока не обезвредит.
Савенек разглядывал людей вокруг себя, проверял, что Аллисса была достаточно далеко. Справа Кердан танцевал с Кондитто, оба были напряженными, оставили фут пространства между телами. Савенек пытался не смеяться. Он заметил Аллиссу и Одара, стоящих в стороне у стола с едой, говорящих с королем Вискором и королевой Лютией. Разговор точно был неудобным для Аллиссы, и Савенек хотел бы прервать его. Утешало только то, что они были в пятидесяти футах от него.
Музыка кончилась, Савенек отпустил Лареиссу, и они захлопали музыкантам. Лареисса пошла к столу с едой. Савенек догнал ее, обвил руками ее талию.
— Хочу пить, — она чуть надулась. — Принеси мне что-нибудь.
Он не собирался оставлять ее одну или пускать ближе к Аллиссе. Он поцеловал ее в щеку, губы задержались там.
— Точно не хочешь уединиться? — он оставил руку вокруг ее талии.
— Может, позже.
Он взглянул на слуг поблизости, пытаясь привлечь чье-то внимание. Он точно заметил Майру, но быстро потерял в толпе.
Кердан стоял неподалеку, тревожно хмурясь. Кердан склонил голову, посылая вопрос Савенеку. Савенек не знал, как передать, что Аллисса была в опасности, не вызывая панику у Кердана. Тот был вспыльчивым, и сейчас ему не стоило срываться и махать мечом.
Лареисса использовала отвлечение Савенека, чтобы выбраться из его хватки. Он попытался снова поймать ее, но она быстро отпрянула.
— Что ты делаешь? — сказала она чуть громче, чем нужно. К ним повернулись люди поблизости.
— Пытаюсь танцевать с тобой, — Савенек улыбнулся, — а ты все ускользаешь от меня.
— Потому что мне нужно попить, — вызов сиял в ее глазах.
Пора было уводить ее оттуда. Силой, если нужно. К сожалению, ее родители стояли близко. Савенеку придется потом придумать объяснение. А пока ей нужно было уйти. Он потянулся к ее талии. Он собирался надавить на точку, чтобы подчинить ее и увести из комнаты без сцены. Он тянулся к ней, Лареисса вытащила нож, скрытно держала его в ладони. Она ухмыльнулась, бросая ему вызов.
Не желая пораниться, он шагнул в сторону, схватил ее за запястье и сжал. Она выронила нож, и он наступил на него.
— Отпусти, или я закричу, — сказала Лареисса.
Савенек собирался устроить сцену. Ох, безопасность сестры была важнее. Он отпустил запястье Лареиссы и потянулся к ее рукам, чтобы прижать их к бокам.
Кто-то ударил Савенека сзади, и он споткнулся.
— Убери свои грязные руки от моей сестры, — сказал Паттеон.
Лареисса вытащила другой нож и смотрела в сторону Аллиссы.
— Чего ты ждешь? — прорычал Паттеон. — Если хочешь освободиться от контракта, убей их.
Савенек не успел уточнить у Паттеона, о чем он, произошло несколько событий.
Лареисса шагнула в сторону Аллиссы, подняла руку для броска ножа.
Савенек потянулся к Лареиссе, но интуиция сказала ему повернуться. И он увидел, что Паттеон вытащил меч.
Время будто замедлилось.
Савенек был без меча, вытащил кинжал. Он направил его вниз, легко отразил меч Паттеона. Савенек не успел увидеть, но знал, что у Паттеона был нож в другой руке. Савенек повернул кинжал, готовый ударить по руке Паттеона, эта угроза была достаточной, но без убийства принца.
Он взглянул в сторону Аллиссы. Лареисса собиралась бросить нож. Савенек вытащил еще кинжал, нацелился на спину Лареиссы. Но Кердан прыгнул перед Лареиссой, сжал ее голову большими руками. Он быстрым движением сломал ей шею. Ее тело безжизненно упало на пол.
Зная, что Аллисса была в безопасности, Савенек повернулся к Паттеону. Он повернул кинжал, готовый ударить принца.
— Варвар убил мою сестру? — Паттеон звучал испуганно, глаза округлились от потрясения.
— Да. Убери оружие, пока я не убил тебя, — ответил Савенек.
Паттеон зарычал. Он взмахнул мечом, потянулся ножом. Савенек повернулся, наклонил кинжал, готовый ударить по Паттеону.
Майра прыгнула перед опускающимся ножом Паттеона.
— Нет! — завизжал Савенек.
Нож пронзил бок Майры.
Ее глаза расширились от шока, она посмотрела на нож, торчащий из ее бока, и упала на пол.
Люди закричали, стали бегать в хаосе.
Савенек не мстил Паттеону — он знал, что Кердан разберется с гадким принцем. Майра была важнее. Савенек упал на колени.
— Ари, — он опустил ладони на ее плечи и разглядывал ее лицо. Ее глаза были ясными. — Ты меня слышишь?
— Я в порядке, — ее голос был не таким сильным, как обычно.
Паника пронзила его. Он знал, что Паттеон не пытался убить его мечом — принц хотел поцарапать Савенека ножом. Скорее всего, нож был отравлен. Комната словно кружилась. Он не мог потерять Майру.
Его руки задрожали.
— Ари, останься со мной, — он отметил, что ее тело стало остывать. Страх с силой ударил по нему. Если он ничего не сделает, она умрет. — Я вытащу нож, — сказал он скорее себе, чем ей. Он оторвал кусок ткани от своей туники, обмотал им рукоять ножа и вытащил его. Он оторвал еще кусок туники, прижал к кровоточащей ране.
Неко оказался рядом с ним.
— Что случилось? — осведомился он, не скрывая ярости.
— Паттеон задел ее ножом, — он передал нож Неко. — Я уверен, что там яд.
Неко обвил оружие тканью и убрал в карман.
— Отнесем ее в лазарет.
Савенек встал, подхватив Майру на руки.
— Я в порядке, — сказала она. — Рана неглубокая.
Савенек посмотрел в красивые глаза Майры.
— Зачем ты это сделала? Я видел нож, отодвинулся от него, — ей не нужно было защищать его. Это он должен был следить, чтобы ей не навредили.
— Я не была уверена, что ты его увидел. Я могла думать только о твоем спасении, — ее глаза наполнились слезами.
Савенек поцеловал ее в лоб, поспешил из Большого зала.
— Я не чувствую живот, — прошептала она.
Первый признак яда. Ругаясь, он побежал, страх сжимал его нервы.
Марек присоединился к нему.
— Она в порядке?
— Беги вперед, предупреди целительницу и Вешу. Готовьте комнату.
Марек побелел. Он кивнул и побежал по коридору, крича людям уйти с дороги.
Савенек слышал Неко и Элли за собой, но игнорировал их, спешил отнести Майру к целительнице, пока не было поздно. Майра сжала его рукав, шипя от боли. Он ощутил. Как напряглось ее тело.
— Все будет хорошо, — сказал он. — Просто держись, — Савенек ворвался в крыло лазарета.
— Сюда, — позвал Марек, придерживая открытой дверь кабинета целительницы.
Савенек вошел, опустил Майру на стол. Он разорвал ее платье сбоку, стало видно рану от ножа, кожа уже чернела.
Целительница и Веша были в комнате, они расставили миски на столе рядом с Майрой.
— Это нужно растолочь, — целительница дала два растения Веше. Целительница стала смешивать содержимое другой миски. А потом она пальцами нанесла вязкое вещество на рану. — Это даст нам немного времени.
— О чем вы? — спросил Савенек. — Времени на что?
— У нас еще нет противоядия, — сообщила целительница.
— Делайте с ней то, чем спасли меня.
— Сделаю, но я делала многое, чтобы спасти вас, — сказала целительница. — Я не знаю, что именно сработало.
Веша подвинула миску к целительнице.
— Вот. Нужно что-нибудь еще?
Целительница покачала головой.
— Савенек, — твердо сказала Веша.
Он обернулся на звук своего имени, едва соображая, что происходит.
Это не могло происходить. Не с Майрой.
— Ты видел цветок кеппер?
— Да, — Савенек мог отлично его представить.
— Опиши его мне.
— Сам цветок маленький, красный и растет на лозах.
— Какой размер у цветка?
— Около половины дюйма в диаметре.
— А листья на лозе? Большие?
— С дюйм.
Она подбежала к полкам с растениями в горшочках, сорвала листья с трех из них.
— Есть идея, — Веша зачерпнула пасту целительницы и опустила в одну из мисок, смешала с листьями.
Савенек сел на стул возле Майры, сжал ее ладонь.
— Оставайся со мной, Ари.
Она склонила голову, медленно моргая.
— Я не чувствую ног, — прохрипела она.
Яд быстро распространялся по ее организму. На ноже была сильная доза. Савенек сжал ее руку.
— Ты не дала мне умереть, и я тебе не дам, — он не мог потерять ее.
Неко прошел в комнату с дикими глазами. При виде дочери на столе он упал на колени.
Элли подбежала.
— Чем могу помочь? — ее глаза были красными от слез.
— Убери той тканью мазь, — сказала Веша. — Я попробую эту пасту.
Элли вытерла глаза рукавом, схватила ткань и протерла рану, как и просила Веша.
Аллисса прошла в комнату.
— Майра в порядке? — она тяжело дышала от бега.
Савенек не мог отвести взгляда от Майры. Казалось, он взглядом помогал ей оставаться с ним. Если он отведет взгляд или моргнет, лишится ее. А он не мог жить без нее.
Аллисса сжала его плечо.
Дыхание Майры стало шумным.
— Мы ее теряем! — выдавил Савенек. — Сделайте что-нибудь!
Неко взял Майру за другую руку.
— Держись, малышка. Ты сильная. Ты можешь выжить.
Веша размазала зеленую пасту по ране.
— Я такое уже видела, — в голосе Аллиссы зазвучал шок. — Когда я была в Рассеке, Сома так отравил меня. Кердан чем-то спас меня. Он знает, что делать, — она стояла и не двигалась.
— Что такое? — спросил Неко.
— Король Теон требует казни Кердана. Он отправил солдат за ним. Мать и отец пытаются остановить Теона, но их действия ограничены. Он убил принцессу Лареиссу.
— Она заслуживала смерти, — прошептал Савенек.
— Я помогу тебе найти Кердана, — сказал Марек. — Уверен, Теон и его солдаты не смогут его одолеть, — он выбежал из комнаты, Аллисса — следом.
Савенек молился, чтобы они успели привести Кердана.
— Попробуем еще, — сказала Веша. Элли протерла рану, и Веша нанесла пасту снова.
— Ее дыхание выровнялось, — сказал Савенек с надеждой в груди. Это не было улучшением, но ей и не стало хуже.
— Черное перестало распространяться, — сказала Веша. — Думаю, паста нейтрализует его, но заражается сама и уже не работает. Нужно постоянно менять пасту, чтобы яд не распространился.
Они дальше работали над Майрой, наносили пасту по новой каждую минуту.
Казалось, спустя вечность Марек и Аллисса вернулись с Керданом, который нес черную сумку.
Кердан опустился на колени и открыл сумку.
— Сома использовал много ядов, — сказал он. — Как-то он порезал Аллиссу ножом с ядом. Я спас ее этим, — он передал Веше маленькую склянку.
Веша взяла ее и открыла. В воздухе появился гадкий запах.
— Уголь, розмарин, мята и что-то еще я не могу распознать. Сколько использовать? Каплю?
— Нет. Нужно покрыть всю рану.
— Еще есть? — Веша подняла склянку к свету. Она была полной лишь на четверть.
— Нет.
— Понадеемся, что этого хватит, — она глубоко вдохнула, держала флакон над Майрой и медленно лила жидкость в ее рану.
Майра завизжала, звук ударил Савенека по животу. Ее рана стала истекать жижей.
— Держите ее, — приказала Веша.
Савенек схватил за одно плечо, Элли — за другое, а Неко держал ее ноги.
Веша лила еще. Рана пузырилась, истекала черно-зеленым веществом.
— Помогает, — отметила Веша. — Это остановило распространение яда.
— Но кожа или рана лучше не стали, — сказала Элли, голос дрогнул.
— Что это значит? — спросил Савенек. — Помогает, но это не противоядие?
— Верно, — ответила Веша. — Но теперь у нас есть время на поиск противоядия, — она вздохнула и потерла лицо. — Что еще там есть? — она кивнула на сумку.
— Не знаю, — сказал Кердан. — Почти все там от Сомы. Есть яды и противоядия. Я не знаю всего, — он разложил содержимое на полу.
— Аллисса, — сказала Веша, — пусть кто-то обыщет комнату Паттеона. Вряд ли он использовал бы такой сильный яд, не припася противоядие.
Аллисса выбежала из комнаты.
— Савенек, посмотри в припасах Кердана. Понюхай все. Ты ищешь то, что пахнет как цветок кеппера. Противоядие, скорее всего, пахнет так же.
Савенек отпустил плечо Майры, целительница заняла его место.
Он опустился на пол. Кердан открывал склянки и давал Савенеку по одной.
Савенек понюхал первую склянку. Слишком сладко. Он закупорил ее и взял следующую. Они повторяли это снова и снова. Проблемой было то, что Савенек не помнил запах цвета кеппера, если у того вообще был запах. Он надеялся, что, если наткнется на противоядие, в голове что-то всплывет. Он не мог подвести Майру.
В одной из склянок было белое вязкое вещество без запаха. Он вручил склянку Веше.
Она осмотрела содержимое.
— Не сработает. Ищи дальше.
Он не спрашивал, а продолжил нюхать склянки.
— А это? — спросил Кердан. — Я использовал это, когда Сома отравил меня. Это меня спасло.
Савенек вручил склянку Веше.
Веша понюхала ее, сунула палец, потом капнула на стол. Она смешала каплю с зараженной пастой, и та стала пузыриться и расти.
— Это может сработать, — она зачерпнула немного ложкой и опустила на рану Майры.
Савенек смотрел, молясь, чтобы сработало. Он смутно слышал крики из коридора, но не мог отвлечься от Майры. Она стала метаться и вырываться из рук тех, кто ее держал. Рана бурлила, кожа стала красной. Пузыри лопались и появлялись заново. Веша нанесла еще вещества на рану. Глаза Майры закатились. Савенек знал, что она потеряла сознание. Скорее всего, от боли. Его сердце колотилось, он еще никогда в жизни так не боялся.
Кердан стал расхаживать.
Аллисса вернулась в комнату.
— Комнату Паттеона обыскивают, — ее глаза расширились при виде неподвижной подруги.
— Майра потеряла сознание, — объяснил Савенек. Голос прозвучал слабее, чем он хотел.
Аллисса подошла и обвила руками его пояс, обняла его.
— Майра борется.
Савенек знал это. Но при виде страдающей Майры на столе из-за раны, которую она получила, пытаясь защитить его, ему было плохо.
— Вода, — вдруг сказал Кердан. — Нужно промыть ее организм. Когда я страдал от яда, то так делал.
Аллисса отпустила Савенека, схватила кувшин воды с другого стола. Она наполнила чашку и передала Элли. Неко поднял тело Майры, отклонил ее голову. Элли влила воду в рот Майры. Майра открыла глаза и закашлялась.
— Нужно это выпить, милая, — сказала Элли.
Майра стала глотать воду.
Веша нанесла лекарство еще раз. Пузырей было уже меньше, и Майра не показывала, что было больно. Через минуту Веша вытерла рану и нанесла лекарство в третий раз. Рана не пузырилась. Черная кожа вокруг раны стала бледно-розовой.
— Ей нужно выпить это, — Веша вручила Элли одну из мисок.
Элли прижала миску к губам Майры, медленно вливала в рот дочери густое содержимое. Глаза Майры слезились, но она продолжала пить.
Когда она закончила, Веша снова нанесла лекарство.
— Думаю, она будет в порядке.
Брукфель прошел в комнату, и она сразу показалась тесной.
— Король Кердан, на два слова, — они вышли вдвоем.
Савенек хотел узнать, что происходило, но не мог покинуть Майру.
ГЛАВА 20
Аллисса смотрела, как Кердан покидает комнату. Она услышала его тихий разговор с Брукфелем в коридоре.
— Армия Рассека тут, — сказал Брукфель. — Все на месте.
Аллисса не понимала, что армия Рассека делала в Империоне. Она взглянула на Савенека, тот неестественно застыл. Тоже услышал Брукфеля. Она подошла к нему.
— Оставайся с Майрой. Я выясню, что происходит.
Он кивнул.
— Думаю, они хотят помочь нам.
Наверное. Это не могло снова быть войной.
Аллисса повернулась уходить. Савенек поймал ее за запястье.
— Прошу, отблагодари Кердана. Он спас Майре жизнь.
— Хорошо, — она вышла, радуясь, что ее лучшая подруга выздоровеет. В коридоре Брукфель помогал Кердану надеть броню. — Что ты делаешь?
Кердан повернулся к ней.
— Я посылал за своей армией пару дней назад.
— Зачем?
— Я боялся чего-то такого, — сказал он. — Я убил принцессу Апетаги. Король хочет меня казнить.
— А Паттеон? — она видела, как Кердан ударил принца.
— Я попросил солдат Империона арестовать его. Неко и Савенек точно хотят убить его сами.
— Почему ты убил Лареиссу? — он боялся, что она попробует убить Савенека? В этом не было смысла. Савенек мог защититься.
— Она собиралась убить тебя, — сказал он.
Шок охватил Аллиссу. Она была на балу с Одаром и не знала, что ее жизнь была в опасности.
— Я отреагировал, не подумав о последствиях, — объяснил Кердан. — Прости.
— Ты защитил меня, и теперь Апетага хочет твоей смерти? — и Майра пострадала, защищая Савенека. Какой кошмар.
— Да. Король Теон требует моей казни. Тельмена, конечно, с ним заодно.
— Мои родители не допустят, чтобы с тобой что-то случилось.
Он рассмеялся, и она не понимала, как он мог смеяться в такое время.
— Твои родители не обязаны защищать меня, — сказал он. — Я — король Рассека. Я убил того, кто угрожал тебе. Я разберусь с последствиями.
Плохо дело. Аллисса взглянула на коридор, в обоих концах стояли солдаты Империона. Ее мама надеялась на мирное решение проблемы, но его, похоже, ждать не было смысла.
— Король Теон пытается устроить войну, не давая объясниться, — сказал Кердан. — Думаю, Апетага и Тельмена это и затевали. Они хотели создать хаос, чтобы в нем пострадали члены королевских семей.
Аллисса не знала, пожертвовали ли они Лареиссой для достижения желаемого. От этой мысли ей было жутко и печально. Власть заставляла людей совершать безумные поступки.
— Чем я могу помочь? — она сжала его предплечье, кольчуга впилась в ее ладонь.
— Выживи.
Марек вышел из комнаты вместе с Савенеком.
— Теперь я знаю, что моя сестра жива, и мне нужно увести принца Савенека и принцессу Аллиссу в другое место.
— Согласен, — сказал Кердан. — Тут они в опасности.
Аллисса отпустила его, было жутко от того, что она была в опасности в своем замке. Империон разместил полк солдат на землях замка.
Кердан повернулся к Брукфелю.
— Мне нужно попросить тебя об одолжении.
— Что угодно.
— Останься с Аллиссой.
— Я буду защищать ее своей жизнью, — Брукфель склонил голову.
Кердан сжал ладони Аллиссы.
— Знаю, тебе это не нравится. Ты хочешь сражаться, — он смотрел ей в глаза, пока она не кивнула. — Но тебе нужно спрятаться. Король Теон требует мести. Боюсь, он убьет тебя, чтобы навредить мне.
Она хотела остаться с Керданом и сражаться с теми, кто желал ей и ее семье зла, она задумалась. Она не видела родителей с убийства Лареиссы. Наверное, они пытались успокоить королей и королев. Но она не была уверена. Ее работой было защищать Империон. И сейчас нужно было обеспечить Империон правителем и наследником. Она смотрела на мужчину перед собой, зная, что он мог о себе позаботиться. Он был умелым бойцом.
— Хорошо, — она согласилась на его просьбу.
— Я ожидал споры.
— Ты бы не просил, если бы это не было необходимо, — он редко просил ее о чем-то.
— Верно.
— Что ты будешь делать? — спросила она. Он хотел убить Теона? Отправить армию Рассека против Апетаги и Тельмены?
Кердан с горечью улыбнулся.
— Я хочу сохранить мир, запугав всех, — он повернулся и пошел прочь.
«Запугав всех?» — Аллисса его не совсем понимала. Но она была рада, что Кердан был на ее стороне. Жаль того, кто глупо перейдет ему дорогу.
Савенек фыркнул.
— Не верится, что я скажу такое, но он мне нравится.
Марек покачал головой и сказал:
— Я отведу вас к тайным проходам.
— Нет, — ответил Брукфель, — они этого и ждут. Выйдем из замка и спрячемся там, куда они и не подумают заглянуть.
Аллисса знала такое место.
* * *
В облике служанок Аллисса, Савенек, Марек и Брукфель легко выбрались из замка по коридорам слуг.
Аллисса вела их по городу к району, где раньше жил ее дорогой друг. Она подняла руку и постучала. Через миг мама Гревика, Сэрек, открыла дверь. Аллисса прижала палец к губам, не дав Сэрек ничего сказать.
Сэрек кивнула и открыла дверь шире, впуская их в крохотное жилище. Там была комната с диваном и столом. Дальше по короткому коридору были две спальни, куда влезали только кровать и шкаф.
Как только дверь была закрыта и заперта, Аллисса обняла Сэрек.
— Нам нужно тут ненадолго спрятаться.
Сэрек была в простом сером платье, волосы были стянуты в тугой пучок. Днем она продавала в магазине молоко и сыр.
— Конечно, ваше высочество.
— Не зовите меня по титулу или имени. Никто не может знать, что я тут, — Аллисса быстро представила Савенека, Марека и Брукфеля. Трое мужчин сняли платья и чепчики. Аллисса прикусила губу, чтобы не рассмеяться. Наряды были идеей Брукфеля.
Сэрек заварила чай, они устроились на диване или на полу.
Аллисса теребила прядь волос, не зная, как долго они тут будут. Что Кердан делал со своей армией? Они сражались? Ее родители были в порядке?
— Поиграем в карты, — сказал Савенек. — Или я сойду с ума, думая о Майре и том, что творится в замке.
Она знала, что Савенеку сложно скрываться, а не участвовать в бою. Он был не из тех, кто сидел на месте. В этом они были похожи.
Сэрек принесла чай и колоду карт.
Аллисса взяла карты. Эту же колоду использовали они с Гревиком.
— Ты по какой-то причине обнимаешь карты? — спросил Савенек.
Аллисса бросила картой в его голову. Савенек поймал ее и утомленно улыбнулся.
Брукфель встал и прошел к окну, осторожно выглянул наружу.
— Похоже, там что-то происходит.
— Я разведаю, — Сэрек схватила свитер и покинула квартиру. Брукфель запер за ней дверь и вернулся к окну.
Аллисса раздала карты и стала играть с Мареком и Савенеком. Она проиграла три раза, потому что думала о том, что творилось снаружи, а не о картах в руке.
После двадцати минут в дверь постучали, Сэрек шепотом представилась. Брукфель приоткрыл дверь, убедился, что она одна, и впустил ее.
— Там ничего страшного, — сказала она им, пройдя внутрь. — Стражи города сообщили, что солдаты Рассека тут по просьбе нашей великой императрицы, и что они помогают сохранить мир вместе с солдатами Империона.
Аллиссе было интересно, как много солдат Рассека там было. Она поежилась, вспомнив плен в горах Ромек. Жестокость солдат Рассека потрясала ее. Она надеялась, что те, кого позвал Кердан, лучше владели собой и слушались приказов. Она не потерпит вреда ее народу.
Марек бросил карты.
— Я выбываю. Вы все равно не следите за игрой.
— Прости, — сказала Аллисса. Уже близилась полночь. Она отложила карты и потерла висок. — Как думаешь, что происходит в замке?
Кто-то тихо постучал в дверь. Брукфель поднял палец, сказал Сэрек подождать и занял позицию. Он кивнул, когда был готов. Сэрек открыла дверь на пару дюймов, тихо заговорила с мужским голосом. Она повернулась и спросила:
— Натенек?
— Впустите его, — сказал Марек.
Она открыла дверь шире, и вошел Натенек.
Аллисса почти не удивилась тому, что он нашел их тут. Это был Натенек. Казалось, он знал все.
— Все королевства согласились на суд, — сказал Натенек. — Кердан опишет свое дело, и каждое королевство отдаст голос. Если его признают виновным, его повесят.
— Глупости, — Аллисса скрестила руки. Как Кердан мог согласиться на такое?
— Согласен. Но если так сохранится мир, придется подчиниться, — Натенек махнул им встать.
— Когда суд? — спросил Савенек.
— Сейчас.
«Сейчас?».
— А если его признают виновным? — осведомилась Аллисса. — Что тогда?
Улыбка Натенека стала хищной.
— Я бы не переживал за это. Я уже помогал королевичу избежать казни.
* * *
В замке Натенек отвел Аллиссу, Савенека, Марека и Брукфеля в Тронный зал. Они были в первом ряду, сидели рядом с Ремой и Дармиком.
Там были все королевские земли континента. Солдаты стояли у стен. Никто не говорил.
Двери распахнулись, и Аллисса вздрогнула. Два империонских солдата ввели Кердана. Он был в изумрудной тунике с гербом Рассека на груди. Его тело казалось крупнее обычного, под туникой могла быть кольчуга. Он даже не взглянул в ее сторону, поднимаясь на помост и поворачиваясь к королевским семьям. Его запястья были скованы перед ним.
Рема встала. Она все еще была в платье с бала. Хоть она выглядела величаво, кожа потемнела под глазами, намекая, как устала императрица.
— Я объявляю начало суда над королем Керданом. Сначала мы выслушаем показания обвинителя. А потом — ответ короля. У каждого королевства по одному голосу. Все согласны? — она говорила громко, четко и властно.
Все согласились.
Аллисса сцепила ладони, сердце колотилось. Две семьи проголосуют против Кердана — Апетага и Тельмена. Дромиен, скорее всего, проголосует как Империон — за Кердана. Тогда будет поровну. Решать будет Френ, и Аллисса не знала, как они проголосуют. Вискор и Лютия легко могли перейти на сторону Тельмены, ведь между их королевствами был договор, и Крен был женат на Жестине. Но Аллисса была помолвлена с Одаром. Тогда им было бы глупо идти против Империона.
Одар сидел со своими родителями в паре рядов за Аллиссой. Она хотела обернуться и увидеть его лицо. Он попросит родителей пощадить Кердана ради нее? Или скажет им голосовать против него? Насколько эгоистичным он был? Если убрать Кердана, Аллисса будет свободна для брака. Но Одар должен был знать, что она никогда не простит его за голос против человека, которого она любила.
Савенек опустил ладонь на ее беспокойные пальцы.
— Все будет хорошо, — прошептал он. — Обещаю, — он отпустил ее.
Теон встал и обратился к королевским семьям:
— Факты простые. Король Кердан сломал шею моей дочери, убил ее. Он виновен, и я хочу его смерти за ее смерть.
Хоть он потерял дочь, он не выглядел расстроено. Он был слишком спокойным. Ему было плевать на младшую дочь? Может, он еще не осознал реальность ситуации.
Теон сел возле жены. Ее глаза были красными, она держала платок. Кондитто сидела возле матери, ее лицо было лишенным эмоций, и она казалась холодной и расчетливой.
— Что скажете в свою защиту? — спросила Рема у Кердана.
Паника вспыхнула в Аллиссе. А если Рема не одобряла Кердана? Так она легко избавится от него. Мама сделала бы так с Аллиссой? Может, убийство Керданом Лареиссы испугало Рему так, что она не позволила бы ему жениться на Аллиссе.
Кердан шагнул на помост, солдаты, охраняющие его, остались в футе за ним.
— Он говорит правду, — ответил Кердан низким голосом. — Но убийство оправдано.
— Убийство не бывает оправданным, — Теон вскочил на ноги. — Ты — убийца.
— Иронично слышать от человека, который пытался меня убить, — тихо сказал Савенек.
— Есть доказательства, что ее смерть была оправдана? — спросила Рема.
Савенек кашлянул.
— Можно заговорить? У меня есть доказательства.
— Можно, — Рема села.
Аллисса была рада, что Савенек хотел заступиться за Кердана. Она знала, что ее брат сомневался насчет него.
Савенек встал и повернулся к присутствующим.
— Я впервые встретил принцессу Лареиссу несколько месяцев назад. Она была красивой женщиной. Но она мертва, потому что пыталась убить принцессу Аллиссу. Я стоял возле нее. Я видел, как она вытащила нож и направила на мою сестру. Она хотела метнуть его в незащищенную спину моей сестры.
— Моя дочь не стала бы никого убивать, — заявил король Теон.
— И я хочу обвинить принца Паттеона, — сказал Савенек. — Королю Кердану пришлось вмешаться, чтобы остановить Лареиссу, потому что принц Паттеон пытался убить меня.
— Мой сын такого не делал, — заявил король Теон.
— Телохранитель моего сына не согласен, — холодно сказала Рема. — Неко, приведи телохранителя.
Неко вошел в комнату с Майрой, та выглядела почти мертвой. Волосы спутались, кожа была белой. Несколько одеял окутывало ее дрожащее тело. Неко обвивал рукой ее талию, придерживая ее на ногах. Они остановились у помоста, медленно повернулись к собравшимся.
— Он говорит правду, — сказала Майра, дыша с болью, ее голос было едва слышно в зале. — Я видела, как принцесса Лареисса вытащила нож и целилась в принцессу Аллиссу. Когда принц Савенек попытался остановить принцессу Лареиссу, принц Паттеон вытащил меч и нож, попытался убить принца Савенека. Я бросилась защищать принца телом.
— Есть доказательства? — осведомился Теон. — Это сговор!
— У меня есть нож принца Паттеона, — сказал Неко. Он снял мешочек с пояса, развязал его и вытащил ножик с засохшей кровью. — Я не буду трогать клинок, потому что он пропитан ядом, созданным в Апетаге.
— Удобно, что у вас есть нож, и вы знаете о яде, — рявкнул Теон.
— Я отмечаю факты, — Неко убрал нож в мешочек. — Что-нибудь еще? — спросил он у Ремы.
Она покачала головой.
— Можете идти.
Неко обвил рукой Майру, поддерживал почти весь ее вес, пока они медленно уходили к двери. Собравшиеся смотрели, некоторые сочувствовали раненой девушке.
— Какой мотив мог быть у моего сына и моей дочери для убийства принцессы Аллиссы или принца Савенека? — осведомился Теон.
Аллисса оглянулась на ряд за Теоном. Метек, Кора и Джем сидели бок о бок. Метек слабо улыбался.
Савенек снова встал.
— У Лареиссы было несколько мотивов.
Теон пронзил Савенека злым взглядом.
— Я не верю твоим словам. Ты пришел в мое королевство, делая вид, что ты посол, а не принц. Ты — лжец!
Не слушая его, Савенек обратился к королевским семьям:
— Лареисса сказала, что не выйдет за меня, пока я не буду кронпринцем. Первый мотив: убив Аллиссу, она обеспечила бы мое первое место в очереди на престол. И так Лареисса могла бы выйти за меня, в будущем стать императрицей Империона.
В комнате загудел шепот.
— Второй мотив: если бы она убила Аллиссу, Одар мог бы жениться на ком-то еще. Одар — кронпринц Френа, и Лареисса стала бы будущей королевой Френа, выйдя за него. Как видите, убийство Аллиссы было бы выгодным для четвертого ребенка, который хотел править королевством.
— Ложь, — проревел Теон. — Моя дочь была рада браку с принцем Джемом из Тельмены.
— Третий мотив, — продолжил Савенек, словно Теон не говорил. — Принц Джем вдвое старше принцессы Лареиссы. Я подслушал, как принц Паттеон говорил сестре, что, если она хотела избежать контракта, ей нужно убить там и… их, — Савенек сделал паузу со смятением. Он посмотрел на Паттеона. — Ты имел в виду короля Вискора и королеву Лютию? Лареисса должна была убить правителей Френа?
— Это безумие, — заорал Теон.
— Или вы хотели, чтобы принцессу Лареиссу убили? — сказал Савенек. — Вы дали ей непосильное задание, чтобы попытаться уничтожить Империон? Отомстить мне?
Лицо Теона покраснело, глаза расширились.
— Это все, да? — сказал Савенек. — Вы хотели, чтобы я убил ее, а не король Кердан.
Ни Апетага, ни Тельмена не знали о чувствах Кердана к Аллиссе, так что его не было в их планах.
— Пора голосовать, — сказала Рема. — Все, кто считает короля Кердана виновным в убийстве принцессы Лареиссы, скажите своему представителю поднять руку.
Теон и Метек подняли руки.
— Все, кто считает Кердана не виновным, поднимите руки.
Рема, Вискор и король из Дрентона подняли руки.
— Король Кердан признан невиновным, обвинения сняты, — сказала Рема. — Отпустите его.
Метек засмеялся, звуча истерично.
— Как все всегда случается по-твоему? — он указал на Рему. — Паразитка. Разве ты не хочешь смерти королю Кердану? Он держал твою дочь взаперти в своей комнате, пока она была в Рассеке. Я думал, уж ты-то хочешь ему смерти.
Рема застыла. Аллисса хотела спрятаться под стулом. Как Метек мог так унизить ее публично? Теперь, когда она выйдет за Кердана, люди подумают, что это из-за испорченной репутации.
— Смелое обвинение, — сказал Дармик.
— Это не обвинение, — сказал Метек. — Это факт.
— Откуда ты знаешь? — спросил Дармик. Его голос был убийственно спокойным, и Аллиссе было не по себе.
— Я знаю, потому что все организовал. Я уже давно пытался разбить Империон. Но вы держались. Это бесит, — Метек пошел по ряду, правая рука сжимала кинжал.
— Под организацией, — сказал Дармик, преграждая путь Метеку, — ты имеешь в виду помощь Жане?
Рема и Аллисса отодвинулись по скамье дальше от прохода, чтобы быть подальше от Метека. Аллисса не видела нигде Савенека.
— Да, — Метек улыбнулся, и это исказило его лицо. — Я обеспечил Жане побег в Рассек, я помог ей заманить короля в брак с ней, и я отправил отряды Рассека в Империон. Я даже проследил, чтобы они похитили Аллиссу. Я был уверен, что это разобьет вас. Но Аллисса не только выжила, но и заставила Кердана помочь ей сбежать. Я уже не могу тянуть за нити. Пора разобраться с вашей семьей раз и навсегда.
Дармик вытащил меч.
— Оставайся на месте, — солдаты у стен тоже вытащили мечи, направились окружить королевскую семью Тельмены.
Аллисса взглянула на Кердана. Он был в процессе развязывания пут.
— Прикажи своим людям отступить, — приказал Метек.
— Ни за что, — сказал Дармик.
Метек покачал головой.
— Дурак. Ты не задумывался, кто научил Сому ядам? Не задавался вопросом, как он стал убийцей? Нет? Я тебя просвещу. Мой сын, Джем, — он указал на принца.
Джем улыбнулся. У него что-то было во рту. Аллисса пригляделась и узнала дротик. И он был направлен на Рему.
Джем упал на бок, кинжал торчал из его шеи. Метек вдруг упал на пол, кинжал был в его груди. Кора закричала и встала. Нож пролетел по воздуху, попал по ее горлу.
Аллисса огляделась в потрясении и отыскала Савенека. Он спокойно стоял, щурясь, разглядывая комнату. Он убил троих человек меньше, чем за пять секунд. Она моргнула. Проклятье.
Дармик, Кердан, Неко или Натенек не успели даже отреагировать.
— Думаю, он все-таки не глупый принц, — сказал Вискор.
— Все в порядке? — осведомилась Рема. — Джем никого не успел задеть до того, как его нейтрализовали?
— Думаю, все хорошо, — Дармик подошел к жене. Теперь нужно было узнать, станет ли кто-нибудь обвинять Савенека в убийстве королевичей Тельмены.
Сердце Аллиссы колотилось от осознания произошедшего.
Кердан подошел к телу Джема, присел на корточки. Он вытащил трубку изо рта мертвеца и встал.
— Внутри яд. Тут четыре дротика. Видимо, он собирался убить императрицу, императора и брата с сестрой.
Если бы Савенек помедлил, Рема была бы мертва. Он спас их всех. Аллисса подбежала к брату и обняла его.
— Я очень рад, что вы на моей стороне, — заявил Вискор. Он встал, его жена и Одар присоединились к нему. — Мне хватило хаоса для одной ночи. Мы пойдем отдыхать.
* * *
В библиотеке Аллисса сидела в своей любимой нише, смотрела в окно на свет раннего утра, пробивающийся из-за туч. Она поджала ноги под себя на скамье.
— Я так и думал, что ты тут, — Савенек сел напротив нее.
— Как Майра? — после всего, что произошло прошлой ночью, Неко забрал Майру в крыло своей семьи. Аллисса не успела поговорить с Майрой или Мереком обо всем.
— Ей намного лучше, — он провел руками по волосам, и они растрепались еще сильнее.
Аллисса улыбнулась брату.
— Я рада это слышать. Все еще не верится, что она прыгнул под нож защищать тебя.
Он ухмыльнулся.
— Истинная любовь.
Она посмотрела наружу, тепло солнца вызывало туман над землей.
— Что мы сделаем с Апетагой? — они смогли убить Метека, Кору и Джема из Тельмены, но не решили проблемы с Апетагой.
—
Его ответ был слишком уверенным. Она приподняла брови, ждала объяснений. Неко или Савенек не дали бы Паттеону уйти после того, как он чуть не убил Майру.
Он склонился над столом и прошептал:
— Солдаты Империона уводят их из королевства, пока мы говорим. В Апетаге местные солдаты поведут карету королевской семьи в поле кепперов. Королевская семья умрет, не поняв, что случилось.
Ее охватил шок.
— Кто будет править Апетагой?
— Рабочий класс выбрал человека, который возглавит королевство. Им надоело, что их силой отправляют в шахты, заставляют платить высокие налоги и трудиться на богатых. Как только королевская семья уехала сюда на свадьбу, началось восстание. Члены Братства встретились с рабочими и помогли все устроить. Мужчина, который будет править Апетагой, думает об интересах народа, — он отклонился с ухмылкой.
Ее брат не тратил время зря. От шанса, что на континенте воцарится мир, она обрадовалась. Все налаживалось.
Она посмотрела на брата.
— Что? — спросил он.
— Не верится, что ты так быстро убил тех людей.
Он пожал плечами.
— Ты спас наши жизни.
— Как только я увидел, как он сунул трубку в рот, я отреагировал. В тот миг я понял, как люблю эту семью. Я не мог ее потерять.
Хоть Аллисса знала Савенека мало времени, она ощущала с ним связь, какой не было больше ни с кем.
— Я хочу, чтобы ты знал, как сильно я тебя люблю. Я рада, что мой брат дома и в семье.
Он улыбнулся ей, перебирая пальцами, что было на него непохоже. Он нервничал из-за чего-то?
— Что такое? — спросила она.
— Мне нужно… поговорить с тобой.
— Ты можешь говорить со мной обо всем, — почти. Она не все хотела обсуждать с братом. Например, Кердана.
Он вздохнул.
— Я знаю, что усложнил тебе все с Керданом.
О, мило. То, что она не хотела с ним обсуждать, оказалось темой его разговора. Она подавила едкий ответ, ждала, что он продолжит. Она могла хотя бы выслушать его.
— Ты должна понимать, что я видел в Рассеке врага. И считал Кердана Рассеком. В этом есть смысл?
К сожалению, да.
— Армия Рассека жестока. Особенно, когда у человека во главе армии нет морали, — но Дрентон был мертв, и все теперь было другим.
— И я о том, — Савенек уперся локтями в стол. — Кердан хороший человек, — он потер лицо. — Хотя бывает немного…
— Грубоват?
Он криво улыбнулся.
— …суховат, но у него правильные приоритеты. И он заботится о тебе.
Аллисса уже все это знала.
— Что ты пытаешься сказать?
— Что я одобряю.
Он одобрял? Кердана? Савенек точно долго приходил к этому решению.
— Ты в этом не нуждалась, но я знаю, что отец попросил тебя получить одобрение. Так что я позволяю тебе выйти за Кердана.
Аллисса склонилась над столом и обвила руками шею Савенека, обнимая его.
— Спасибо.
— Разве тебе не нужно готовиться к свадьбе? — спросил он. — Все ждут сегодня королевскую свадьбу. Нужно ее им устроить.
* * *
Аллисса стояла перед зеркалом в спальне, восхищалась платьем. Белая ткань была вышита золотом у декольте и на рукавах. Шелковистая ткань обвивала ее фигуру. Ее волосы ниспадали вокруг плеч мягкими волнами. Золотая корона была на ее голове.
— Ты выглядишь потрясающе, — сказала Рема, проходя в комнату.
— Не верится, что сегодня я выйду замуж, — или что она пережила одну из самых неловких встреч в своей жизни. После разговора с Савенеком в библиотеке, она пошла к Одару и его родителям. Она дала Одару объяснить, что они с Аллиссой не подписывали брачный контракт — новый. Он рассказал им, как изобразил помолвку с Аллиссой, чтобы убрать угрозу из Тельмены. Вискор и Лютия молчали, пока Одар не закончил говорить. А потом Вискору хватило наглости сказать, что он рад, что его первый сын не женится на Аллиссе, потому что она задушила бы Одара.
Он даже заявил, что женщины не должны были занимать места у власти. Аллиссе пришлось прикусить язык. Лютия согласилась с мужем, добавила, что им повезло, ведь репутация Аллиссы теперь была под сомнением. Лютия не хотела, чтобы их драгоценный сын женился на шлюхе. Аллисса тихо сидела там, пока они не закончили. А потом Одар отвел ее в королевское крыло без слов. Она благодарила звезды, что не выходила за Одара. Его родители были бы ужасной родней.
— Я помню день, когда вышла за твоего отца, — сказала Рема. — Мы только одолели короля Барджона и принца Леннека. Церемония прошла в отчасти разрушенном замке, где жили мои родители. Это был один из лучших дней моей жизни, — она была в красивом золотом платье.
— Это было после того, как ты свергла Хамена с престола Империона? — спросила Аллисса, повернувшись к матери.
— Да, — Рема подошла к дивану и села, похлопала по месту рядом с ней.
Аллисса присоединилась к ней.
— Что такое?
— Нам нужно кое-что обсудить, и я хочу, чтоб ты была со мной предельно честной. — Рема крепко сжала ладони Аллиссы.
— Конечно, — она не понимала, что ее мама собиралась сказать.
Рема нахмурилась. Она хотела заговорить несколько раз, но останавливала себя.
— Что такое? — спросила Аллисса, переживая, что у ее мамы плохие новости.
— Когда ты была в Рассеке, тебе вредили или заставляли делать что-то против твоей воли? — в глазах Ремы стояли слезы. — Я о близости, о том, что между мужчиной и его женой.
Лицо Аллиссы вспыхнуло. Когда Метек безжалостно выпалил обвинение, что она была в спальне Кердана, она поняла, что ее ждали последствия.
— Нет. Мне так не вредили, — она уже проходила это с отцом в Рассеке в поместье герцога Вомека.
Рема прикусила губу.
— Хорошо. Тебя принуждали?
— Не понимаю, — на что намекала ее мама?
— Твой отец объяснил мне, что, когда тебя вывели из подземелья, Сома хотел тебя убить, а Кердан хотел сохранить тебе жизнь, потому что считал ценным союзником. Чтобы защитить тебя, Кердан держал тебя в своей спальне, куда не забрался бы Сома, — она глубоко вдохнула и медленно выдохнула. — Я хочу знать, влюбилась ли ты в Кердана в тех условиях, и не произошла ли между вами близость, пока вы там были, — Рема сжала ладони Аллиссы, ожидая ответа.
Ох. Это не было делом Ремы, но Аллисса понимала, что ее маме нужно было знать это.
— Моя добродетель не была обесчещена.
Плечи Ремы опустились.
— Я боялась, что он давит на тебя тем, что произошло. Я рада, что дело не в этом.
Аллисса должна была сделать это раньше. Пора было рассказать маме обо всем, что было в Рассеке. Начав с похищения, она объяснила, как они с Одаром сбежали, но снова попали в плен, как Сома отравил их, как ее бросили в подземелье, и что она пережила там. Аллисса рассказывала все, описывала маме, как страшно и больно ей было. И что она могла думать лишь о том, как спасти народ Империона.
Слезы лились по щекам Ремы, пока Аллисса говорила. Но Аллисса не упускала деталей. Она рассказала, что была в спальне Кердана, и Сома попытался убить ее, Кердан спас ее, а Элиза похитила. Она стала объяснять, как они с Одаром попытались убить королевскую семью, и как она видела, как умирала Шелена, как ощущалось убийство Сомы. Она описала побег во Френ, и как им помог Кердан. Она закончила тем, что случилось во Френе с Одаром и его родителями, как ощущался разрыв контракта, и как она встретила Кердана на пути в Империон.
Аллисса не знала, сколько говорила. Рема не перебивала, не задавала вопросы. Аллисса даже рассказала, как ей жилось у Натенека, как она побывала в Рассеке и участвовала в убийстве Жаны. И она пыталась объяснить при этом, как узнала и стала уважать Кердана. И как дружба переросла в нечто большее.
— Я не могу описать, как мне жаль, что тебе пришлось все это пережить, — сказала Рема, все еще сжимая ладони Аллиссы. — Но я знаю, что это помогло тебе стать сильной женщиной, которая сидит сегодня передо мной. Я боялась, что ты не знала Кердана по-настоящему, не знала, во что ввязывалась. Но я вижу, что ты все понимаешь, что ты смогла принять решения, — Рема отпустила ладони Аллиссы, вытерла слезы с лица. — Спасибо, что поделилась этим со мной, — она крепко обняла Аллиссу. — Тебе не нужно мое одобрение на свадьбу с Керданом, но я даю его тебе. И свою поддержку, — она поцеловала Аллиссу в щеку. — Я люблю тебя.
— И я тебя люблю, мама.
Дармик постучал по дверной раме.
— Аллисса готова?
— Да, — ответила Рема. — Идем.
* * *
Аллисса сжимала руку Дармика, пока они стояли у дверей Тронного зала. Маделин опустила золотую мантию на плечи Аллиссы, придерживала ее, пока Майра застегивала.
— Идеально, — сказала Майра, отойдя и разглядывая Аллиссу во весь рост. — Подожди, пока тебя увидит Кердан, — она ухмыльнулась.
Было приятно видеть, что Майра счастлива и двигается.
— Я тут стою, — возмутился Дармик. — Я ожидал такие слова от Маделин, а не тебя, Майра.
Лицо Майры покраснело.
— Простите, Ваше величество.
— Я шучу, — ответил он.
Маделин появилась перед Аллиссой и сказала:
— Я найду себе своего дикаря из Рассека и поставлю его на колени.
— Маделин, — хором сказали Аллисса и Майра.
— Что? — невинно спросила она.
— Хватит вам, — сказал Дармик.
Двери открылись.
— Двери спасли вас, Ваше величество, — сказала Маделин. Она подмигнула и подняла корзинку с лепестками. — Я готова.
Майра и Маделин пошли по проему меж скамей, бросали лепестки роз. Аллисса была рада, что ее лучшие подруги праздновали этот день с ней.
Музыка изменилась.
— Знак для нас, — сказал Дармик. Он похлопал ладонь дочери, и они шагнули в Тронный зал.
Все встали и повернулись к Аллиссе, пока она шагала рядом с отцом, обвив рукой его руку, другая рука сжимала букет цветов. Она не могла поверить в то, сколько человек пришли на их свадьбу.
Она не улыбалась всем, кого проходила, а глядела на мужчину в конце прохода — ее будущего мужа.
Кердан был могучим и красивым в черных штанах и темно-зеленой тунике. Большая серебряная корона с изумрудами украшала его голову. По моде Рассека, меховая накидка лежала на его плечах. Аллисса невольно улыбнулась. Его товарищи — Брукфель, Хурит и Ларек — стояли слева от него.
Аллисса приближалась, увидела Рему в первом ряду, Савенека слева от нее. Рядом с ними сидели Неко, Марек и Элли. Во втором ряду Аллисса заметила Одара с его родителями. На другой стороне сидел герцог Вомек, дядя Кердана. Веша, Одек, Натенек и Сэрек тоже тут были. Многие люди, которых она любила, и которые были ей дороги, прибыли отпраздновать этот день. Это согрело ее сердце.
Аллисса и Дармик остановились в конце прохода. Майра и Маделин встали справа от Кердана. Впереди стоял пожилой господин, держал золотую шкатулку с кольцами. Он будет вести церемонию.
— Добро пожаловать, — сказал мужчина, голос дребезжал от старости. — Меня зовут Мако, и я прибыл с острова Гринвуд, чтобы отпраздновать этот важный день.
Аллисса узнала его имя — Мако спас Рему, когда она была маленькой, помог ей вернуть королевство. Ему было уже за семьдесят. Для нее было честью, что он прибыл издалека на ее свадьбу.
— Кто выдает эту женщину за этого мужчину? — спросил Мако.
— Я, — сказал Дармик ясным голосом. Он сжал руку Аллиссы.
— Тогда шагните вперед, — сказал Мако.
Аллисса повернулась к отцу. Он поцеловал ее в щеку.
— Лучше мужчины для тебя не найти, — глаза Дармика блестели, когда он отпустил Аллиссу и отошел к Реме и Савенеку.
Аллисса отдала букет Майре и встала рядом с Керданом. Они повернулись к Мако.
— Мы собрались тут сегодня, чтобы отпраздновать союз двух личностей, принцессы Аллиссы из Империона и короля Кердана из Рассека.
Кердан взял Аллиссу за руку, крепко сжал. Она хотела бы, чтобы его мама была жива и увидела, каким он стал, что он женился и будет счастлив.
— Прошу, повернитесь друг к другу.
Аллисса повернулась к Кердану, затаила дыхание. Он пристально и решительно глядел на нее, глаза источали радость и любовь. Она еще не видела ничего красивее. Она сжала его другую ладонь.
— Король Кердан, вы берете эту женщину себе в жены?
— Да.
— Обещаете любить, защищать, уважать и лелеять ее до конца жизни?
— Да.
— Принцесса Аллисса, вы принимаете этого мужчину в свои мужья?
— Да.
— Обещаете любить, защищать, уважать и лелеять его до конца жизни?
Кердан улыбнулся ей, глаза опасно блестели.
— Да, — сказала она без колебаний, улыбаясь.
— Теперь кольца, — Мако открыл шкатулку.
Аллисса и Кердан взяли по золотому кольцу. Аллисса надела кольцо на палец Кердана. Он надел другое на ее палец, рядом с кольцом, которое уже дал ей — обручальным кольцом его матери.
— Я торжественно объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловать невесту.
Кердан склонился, Аллисса привстала на носочки, встретив его на полпути. Кердан прижался теплыми губами к ее губам. Она хотела поглотить его, но все захлопали, напоминая, что они не одни.
Кердан шепнул ей на ухо:
— Мы продолжим позже ночью.
— Надеюсь, — ответила она.
Он рассмеялся, и они повернулись к людям в комнате. Рема улыбалась со слезами на глазах. Дармик обвил ее рукой. Савенек кивнул Аллиссе и подмигнул, словно знал, что ей сказал Кердан.
— Я представляю вам короля Кердана и его жену, принцессу Аллиссу.
Они решили, что ее коронуют в Рассеке, когда она прибудет туда, и его подданные смогут увидеть церемонию.
Кердан взял ее за руку. Они вместе пошли по проему, и все хлопали и радостно вопили.
Аллисса не могла поверить, что вышла замуж. За Кердана. Она не могла перестать улыбаться.
Он поцеловал ее в коридоре.
— Я только что понял, что могу делать все, что хочу.
Их окружили солдаты Рассека и Империона, пока они шли в кабинет Дармика. Аллисса приказала солдатам остаться в коридоре, они с Керданом вошли и закрыли дверь.
Кердан обвил ее руками, его губы снова отыскали рот Аллиссы. Ей не могли надоесть такие его поцелуи. Его поцелуи были с той же страстью, с которой он сражался, и Аллиссе это нравилось.
Дармик вошел через миг с Ремой и Савенеком.
Кердан отпустил Аллиссу и пожал руку Дармику.
Рема обняла дочь.
— Поздравляю.
— Я так рада.
— Это видно по тебе.
— Нам нужно подписать контракт, — сказал Дармик. — Мой писарь приготовил три копии. Твой человек, Брукфель, уже прочел контракт и проверил, все ли так, как должно быть.
Аллисса села возле Кердана за стол Дармика, они подписали несколько страниц, где уточнялось, как Империон и Рассек будут справляться со своими делами. Было решено, что Аллисса отправится в Рассек с Керданом, где ее коронуют. Пара планировала на год остаться в Рассеке. А потом они посетят Империон. В контракте уточнялось, что Аллисса станет императрицей, когда ей исполнится тридцать. Кердан станет императором и будет править с Аллиссой. Если с Аллиссой что-нибудь случится, Кердан потеряет титул, и власть перейдет к Савенеку. В контракте отмечалось, что Империон и Рассек объединятся. Но это было постепенным процессом.
Как только договор был подписан, Аллисса встала, желая отправиться в Обеденный зал для ужина и танцев. Пора было праздновать.
ГЛАВА 21
Сидя во главе стола рядом с мужем, Аллисса поражалась тому, что была замужем. Кердан сжал ее ладонь под столом. Он всегда будет таким сдержанным на публике? Наверное. Это была еще одна его маска.
— Хватит так на меня смотреть, — тихо сказал он.
— Как? — пошутила она. Хоть он старался держать чувства и эмоции под контролем, она не могла.
— Будто я — главное блюдо, — в его глазах мерцало веселье.
— О, прости, — она изобразила, что обиделась. — Я думала, ты — десерт.
Он рассмеялся, и несколько человек посмотрели на него. Аллисса еще не слышала, чтобы он так смеялся. Звук вызвал в ней приятный трепет — она была причиной смеха, и смех показывал, каким счастливым он был, что его маска слетела.
— Пощадите меня, — простонал Савенек. — Нет, стойте, есть идея лучше, — его глаза хитро блестели. Аллисса не успела уточнить, о чем он, а он встал и поднял кубок. — Попрошу внимания, — все замолчали. — Я бы хотел произнести тост в честь моей сестры и ее мужа.
Услышав слово «муж», Аллисса улыбнулась. Когда Савенек посмотрел на нее, она поняла, что он попробует смутить ее.
— Когда я впервые встретил Кердана, я подумал, что моя сестра ни за что не выйдет за него. Он ведь из Рассека, — он сделал паузу, и все в комнате рассмеялись, включая Рему и Дармика. Савенек продолжил. — Но я провел с ними время и понял, что моя сестра любит дикаря, — сказал он, словно не понимал, как кому-то мог нравиться Кердан. Все рассмеялись. — И тогда я понял, что они идеальны друг для друга. Аллиссе нужен тот, кто относится к ней как к равной, а не превозносит ее из-за ее статуса кронпринцессы Империона. Кердану нужен тот, кто научит его манерам, — все рассмеялись. Савенек привлек внимание толпы, и люди внимали каждому его слову. Он был хорош, играя роль принца. — Прошу, выпейте со мной в честь двух счастливцев, которые смогли отыскать любовь. Поздравляю, Аллисса и Кердан. Пусть вы будете счастливыми, здоровыми, богатыми, и чтобы у вас были дети, потому что наследники вам нужны!
Все затопали по столу, захлопали в согласии.
Смеясь, Аллисса улыбнулась Кердану и поцеловала его. Веселье стало громче.
— Потанцуй со мной, жена.
— С радостью.
Они направились в центр зала, где проходили танцы. Музыканты заиграли медленную мелодию. Кердан обвил Аллиссу руками, крепко прижал к себе. Она уткнулась головой в его грудь, ощущая удовлетворение.
Когда песня кончилась, Савенек подошел к ним.
— Можно?
Кердан поцеловал Аллиссу в щеку и отпустил.
— Не верится, что ты меня оставишь, — сказал Савенек, взяв Аллиссу за руку и начав танец. — Я не понимаю, почему ты хочешь в Рассек. Надеюсь, ты не превратишься в дикарку, носящую меха, говорящую, не думая над словами.
Она стукнула его по плечу, и он притворился, что ему больно.
— Хоть ты бываешь раздражающим, я буду скучать, — она хотела, чтобы они успели больше узнать друг друга. Но Кердан нуждался в ней в Рассеке. Она всю жизнь училась управлять королевством, и она была готова помощь Кердану восстановить Рассек. Ее ждала сложная работа, но она была рада вызову. И она будет переживать из-за воспоминаний о замке в Кловеке позже. Пока она будет радоваться свадьбе.
Песня закончилась, все захлопали музыкантам. Подошел Одар.
— Можем станцевать?
— Да.
Он нежно взял ее за руку, опустил ладонь на ее спину и держался на уважительном расстоянии.
— Я хочу поздравить тебя со свадьбой.
— Спасибо, — она не могла поверить, сколько они с Одаром пережили вместе. — Надеюсь, мы сможем остаться друзьями.
— Мне это нравится, — он смотрел над ее головой, а не в глаза.
— Спасибо за все, что сделал, чтобы помочь мне и Империону, — их брачный контракт был разорван, и он не должен был ей ничего, мог бросить Империон бороться в одиночку. Но он решил заступиться и поступить правильно.
— Я рад помочь, чем смогу. Особенно после всего, чему я тебя подверг. Это было меньшее, что я мог сделать, — его голос звучал с болью, и Аллисса поняла. Как он жалел, что между ними произошло много плохого.
Не зная, что еще сказать, она спросила:
— Завтра собираешься вернуться домой?
— Да, — он посмотрел ей в глаза, его взгляд был печальным. — Я не могу тут оставаться после твоей свадьбы. Это слишком сложно.
Ее сердце сжалось.
Одар продолжил:
— Я поеду с родителями и проверю, что они одного со мной мнения.
Желая продолжить разговор на нейтральную тему, она сказала:
— И что это за мнение?
— Я хочу, чтобы они поняли, что мы возвращаемся во Френ, где и останемся. Я хочу, чтобы мы стали снова изолированным королевством. И мне нужно убедиться, что брату удобно в новом положении и ему не нужна помощь родителей. Я хочу, чтобы Френ и Тельмена были раздельно.
— Это мудро.
— И это займет меня. А мне нужно сейчас быть занятым.
Он словно влез в ее грудь и сжал ее сердце. Почему он мог так с ней делать? Аллисса расправила плечи, стала выше, не хотела признавать его слова.
Когда мелодия закончилась, Кердан подошел к ним.
— Я готов уединиться с женой.
Одар побледнел.
— Конечно. Поздравляю с браком. Желаю вам только счастья, — он поклонился и скрылся в толпе.
— Готова? — спросил Кердан, его низкий голос вызвал волну радости в Аллиссе.
— Да, — она улыбнулась. Она сможет побыть наедине с Керданом, как и хотела.
Аллисса и Кердан были в центре внимании, и уйти незаметно они не могли. Она глубоко вдохнула, прошла к главному столу и подняла руку. Все притихли.
— Спасибо, что пришли и разделили этот особенный день с нами. Прошу, оставайтесь, сколько хотите. Мы с королем Керданом удалимся на ночь, — лицо Аллиссы стало теплым от значения слов. Она не опустила голову, а вышла из комнаты с прямой спиной. Кердан был с ней. Она не посмотрела на Майру, Маделин, Марека или Савенека, пока шагала.
В коридоре стражи сопроводили пару к комнате, выделенной им в королевском крыле замка. Там Кердан открыл дверь, и Аллисса прошла внутрь. Стражам было приказано оставаться в коридоре всю ночь.
Аллисса огляделась. Комната была вдвое больше ее спальни. Большая кровать с пологом стояла у стены, каменный камин с огнем сиял напротив. В одной части был ковер с диванами и креслами, а в другой — шкаф.
Теребя рукав, Аллисса ждала.
Кердан закрыл дверь. Он прошел глубже в комнату и снял мантию.
— Можно? — он указал на ее мантию.
Она кивнула.
Он склонился и расстегнул застежки на ее плечах. Мантия упала на пол. Она не стала поднимать мантию, а смотрела на Кердана.
— Итак, — сказал он.
— Итак, — ответила она.
— Хочешь поговорить? Или… — он поймал ее бедра и притянул ее тело к себе.
— Мне нравится вариант «или».
— Я надеялся, что ты так скажешь, — он склонился и поймал губами ее ухо. — Помнишь, как я впервые привел тебя в свою комнату? Ты думала, что для этого, но тогда мне в голову даже не пришла такая мысль. А теперь я думаю только об этом, — он подул в ее ухо, посылая волну наслаждения в ней.
Она помнила тот день. И как она боялась.
Он поцеловал ее в шею, потянулся за нее и развязал шнурки платья. Корсет ослаб, но он не снял его. Кердан скользнул ладонями по ее рукам.
— Ты в порядке? — спросил он.
Она хотела ему что-то сказать, но не знала, что именно.
— Что такое? — он опустил ладони на ее плечи.
Она коснулась руки ниже ее ладони.
— Тут тебя пронзило дерево? — спросил он.
— Там жуткий шрам, — хоть рана зажила, кожа была сшита, осталась неровной и приподнятой. Выглядело ужасно, и Аллисса все время его прикрывала.
— Ты знаешь, почему я влюбился в тебя?
— Помнится, ты говорил, что это связано с попыткой бороться с твоими солдатами в тот день в Рассеке, — в день, когда ее забрали из подземелья и бросили к ногами короля Дрентона.
Кердан рассмеялся.
— Да, это было впечатляющее зрелище, — он отодвинулся и прижал палец под ее подбородком, приподнял ее голову, чтобы видеть ее глаза. — Я влюбился в тебя из-за того, какая ты, и за то, какие шрамы носишь.
— Что это значит?
— Когда я впервые тебя встретил, ты была измученной допросами.
Она не хотела вспоминать, как ее били тростью, и как вырвали ее ногти.
— Хоть ты сильно пострадала, ты все еще была яростнее всех, кого я встречал раньше. Ты многое прошла, но не дала этому уничтожить тебя, а стала сильнее. И ты сияла как звезда на небе, яркая, сильная и красивая.
Слезы выступили на ее глазах. Она не знала, что он видел ее такой. Она прижала ладонь к его лицу.
— Я люблю тебя.
* * *
Следующим утром Аллисса проснулась, прижимаясь к Кердану. Он лежал на спине, голый по пояс. Она приподнялась, смотрела на него спящего. Он выглядел таким мирным и довольным. Отличался от такого, каким она встретила его в Рассеке впервые. Она провела пальцем по его щеке и челюсти, ощущая кожей щетину.
Его глаза приоткрылись.
— Прости, — сказала она. — Не хотела тебя будить.
Он поймал ее запястье и притянул Аллиссу на себя.
— Доброе утро, жена.
Она поцеловала его, радуясь ощущению его тела под собой.
Кто-то постучал в дверь.
— Уходите! — крикнул Кердан. — Я занят, — буркнул он и поцеловал Аллиссу.
— Ушел бы, если бы мог, — ответил Брукфель. — Но у меня послание из Рассека, требующее вашего срочного внимания, — и через миг он добавил, — Ваше величество.
— Империон оставил на нем отпечаток, — сказала Аллисса, отодвигаясь, чтобы Кердан мог встать с кровати.
Он схватил халат, прошел к двери и открыл ее на пару дюймов. Он вернулся через миг, читая письмо.
— Все хорошо? — спросила она.
— Да. Несколько герцогов просят встречи. Они хотят знать, почему большая часть армии была вызвана в Империон, — он сел на край кровати и провел рукой по лицу. — Не нравился это говорить, но мне нужно вернуться домой. Я не могу тут задерживаться.
Она села.
— Понимаю. Я соберу необходимые вещи. Остальное могут доставить в Рассек позже.
— Ты точно хочешь поехать со мной? Ты можешь остаться тут еще на пару недель. Провести больше времени с братом.
— Уже пытаешься избавиться от меня?
— Нет. Просто не хочу забирать тебя из семьи.
Она покачала головой. Он не понимал?
— Ты — моя семья. Я пойду за тобой, — одеяло упало с ее тела, она приподнялась и поцеловала его.
* * *
Было решено, что Майра останется в Империоне — и Аллисса была с этим согласна. Было бы жестоко для Майры и Савенека, если бы Аллисса настояла, чтобы ее фрейлина уехала в Рассек с ней. К счастью, Маделин хотела это сделать, узнать холостых рассекцев. Она хотела найти себе своего Кердана. Аллисса закатила глаза. С Маделин скучно не будет.
Стража Аллиссы была другим делом. Кердан думал, что его люди смогут ее защищать, Дармик хотел, чтобы ее сопроводил Натенек, а Марек настаивал, что поедет с ней. После переговоров и споров, где никто не отступал, они приняли все три варианта.
Аллиссе нужен был перерыв от добрых, но давящих мужчин, и она ушла во двор, где нашла Майру. Они пошли по двору, наслаждаясь теплом солнца.
Аллисса не знала, как скоро вернется.
— Я буду скучать по тебе.
— Замок не будет прежним без тебя, — сказала Майра. — Но не переживай. Уверена, Савенек всем поможет.
— И ты будешь работать с ним, — Аллисса ткнула подругу локтем. Майра мало говорила о своих отношениях с Савенеком.
— Обещай, что если я буду нужна, ты напишешь. Я сразу прибуду в Рассек.
Аллисса взяла подругу за руку.
— Если ты пообещаешь писать мне. Сообщать, как ты и что делаешь.
— Хорошо. Но и ты мне пиши. Я хочу узнать все о жизни в браке.
Лицо Аллиссы покраснело, когда она вспомнила, что они делали с Керданом прошлой ночью.
— Ты краснеешь? — поразилась Майра. — Обычно краснею я, а не ты!
— Должна признать, пока мне жизнь в браке нравится, — она не смогла сдержать улыбки.
Аллисса посмотрела на арку, в которую прошли Кердан и Савенек. Встреча насчет ее королевской стражи, видимо, закончилась.
— Я все еще не могу поверить, что ты бросилась под нож ради моего брата.
— Любовь толкает на безумные поступки.
— Это точно, — Аллисса подошла и обвила рукой пояс Кердана.
Он поцеловал ее в макушку.
— Ты готова узнать, как живут рассекцы? — спросил он у нее.
— Да, — она уже собралась для путешествия. Майра отправит остальные вещи Аллиссы в течение двух недель. Аллиссе и не нужны были империонские платья, в Рассеке было холодно. Ей придется попросить там наряды, подходящие под местный климат. Но она хотела, чтобы с ней были ее книги, украшения и мелочи.
— Раз мы уезжаем завтра утром, у нас еще есть время. Не хотела бы побороться со мной? — спросил Кердан.
— Звучит забавно, — ответила она.
— Говоря «побороться», — спросила Майра, — ты имеешь в виду настоящую борьбу? Или это разговоры о спальне, о которых я не хочу ничего знать?
Кердан рассмеялся. Глаза Аллиссы выпучились.
— Майра!
— Что? — невинно спросила она.
— Это моя сестра, — сказал Савенек. — Прошу, не надо о таком воображать, — он пошел прочь, качая головой.
Майра рассмеялась и пошла за ними.
— Я в прямом смысле, — сказал Кердан, еще улыбаясь. — Я хочу убедиться, что ты и дальше тренировалась.
— Знаю, — она смотрела в его теплые карие глаза и пыталась скрыть эмоции, говоря. — Но люди будут ждать наследника, так что нам нужно поработать и над этим.
— Женщина, — он оглядел двор. Их стражи были в паре футов от них, придворных видно не было. — Ты не знаешь, что со мной делаешь, — он игриво прижал ее к стене, руки оказались по бокам от ее головы.
Она не хотела узнавать, что он собирался сделать. Аллисса обвила руками его шею и поцеловала его.
ГЛАВА 22
— Погоди, — сказала Майра, — я не могу идти так быстро, — она неплохо передвигалась, но бок под платьем был покрыт бинтами, чтобы в рану от ножа не попала инфекция.
Савенек тут же замедлился.
— Прости, — он просто хотел уйти от Кердана и Аллиссы, пока они не стали целоваться. Он не хотел видеть, как сестра показывает всем свои чувства.
Когда молодоженов уже не было видно, Савенек нашел скамью с видом на фонтан. Он плюхнулся на нее.
— О чем думаешь? — спросила Майра, садясь рядом с ним.
Откуда она знала, что он был расстроен?
— Ни о чем, — Майре не нужно было слушать о его проблемах. Он не был женщиной, не мог говорить о каждой мелочи.
— Ладно. Не говори мне, — она принялась вставать.
Он поймал ее за руку и притянул на скамью.
— Не уходи, — если честно, он сейчас нуждался в друге.
— Тогда скажи, что тебя беспокоит.
— Я рад, что Натенек едет с Аллиссой, — так и было. Натенек точно позаботится об Аллиссе в Рассеке, и Савенеку не нужно было переживать из-за сестры.
— Но?
Но Натенек был его отцом, а не Аллиссы. Но если бы он это сказал, прозвучал бы как нюня.
— Я просто удивлен, что он покидает Империон.
— То есть, покидает тебя? — она сразу поняла суть проблемы.
— Да, — может, Натенек делал это намеренно. Покидая замок, он делал так, чтобы Савенек и дальше развивал связь с Дармиком, родным отцом. Часть Савенека даже думала, что Натенек делал так для Ремы. Вряд ли она нравилась Натенеку в романтическом плане, но Натенек был ей ужасно верен, защищал ее. Савенек полагал, что он относился к ней как к сестре. Он провел руками по волосам, пытаясь все осознать.
— Я рада, что едет он, — сказала Майра. — Я не хочу, чтобы мой брат был в Рассеке без того, кому можно доверять.
Савенек согласился. Решение Натенека было логичным, но это не отменяло его реакцию.
— Знаешь, — он взглянул на Майру, — Марек и Натенек устроят хаос.
— О, я знаю, — она улыбнулась.
— И Аллисса окажется в гуще всего с ними.
— Да, — она звучала грустно.
— Печалишься, что не едешь с ней? — спросил он.
— Немного. Я буду скучать по подруге. Но я рада быть тут с тобой.
Он смотрел, как вода ниспадает с фонтана, пытался представить, что ждало в будущем. Он будет управлять Братством, работать вместе с Майрой.
— Нужно кое-что прояснить, — сказал он и встал.
Она нахмурилась.
— Например?
— Ни при каких обстоятельствах не прыгай под оружие ради меня.
— Я не могла позволить Паттеону ранить тебя. Ты — принц, — ее щеки стали розовее, уголки губ поднялись в опасной ухмылке.
— А ты — женщина, которую я люблю. Я не могу пускать тебя в свои сражения, — хоть Майра выглядела бы чудесно, сражаясь мечом.
Она отклонила голову и посмотрела на небо.
— А если я скажу, что сделала это не ради тебя?
— Тогда ради кого? — спросил он.
Прядь ее волос трепал ветер, дразня его. Он провел руками по коленям, чтобы не поймать ту прядь и не стать ею играть. Ему не хватало, чтобы Неко застал его, трогающего Майру. Неко тогда отрубит Савенеку руку.
— Я сделала это ради себя, — она взглянула на него. — Я не могла представить жизнь без тебя. Я не думала. Увидела клинок и среагировала.
Он придвинулся ближе, их бока разделял дюйм.
— Я еще никогда так не боялся, как когда в тебя вонзился тот нож. Когда ты упала и сказала, что не чувствуешь ноги… я был таким беспомощным… — та паника вернулась. — Я не могу представить жизнь без тебя. Мысль о твоей смерти, еще и из-за меня, невыносима.
— Тогда ты знаешь, что я чувствовала, — сказала она. — И на моем месте ты сделал бы то же самое, хоть твоя жизнь куда ценнее моей.
— Насчет второго не согласен. Моя жизнь бесполезна без тебя.
— Кто знал, что ты можешь быть таким романтиком? — пошутила она. Майра подняла цепочку на шее и вытащила ключ, что он вырезал для нее. Она носила его под платьями.
Радуясь, что ключ всегда был при ней, он вытянул перед собой ноги и скрестил их.
— Но мы хотя бы будем романтиками вместе. Когда не заняты шпионами, убийцами и управлением королевством.
Она рассмеялась, звук разнесся по двору, и он был чудеснее всего, что Савенек когда-либо слышал.
* * *
Хоть Савенек долго прожил без сестры, он неплохо узнал ее за их короткое время вместе. Он стоял внизу шахты для белья и ждал ее.
И через пару минут она вылетела оттуда.
— Откуда ты знал? — спросила она, встала и поправила одежду.
— Это твоя последняя ночь в Лейксайде. Что еще ты можешь делать?
Она улыбнулась.
— Кердан чуть встревожился, увидев, как я ухожу из нашей комнаты в свою старую спальню. А потом понял, что я делала, покачал головой и ушел спать.
— Наверное, кто-то из его людей следит за тобой.
— Уверена в этом, — она кивнула на дверь, и они вышли, покинули замок и земли при нем.
Они шли по Лейксайду, холодный ветер вызывал у Савенека дрожь. Он не скучал по пескам Города Императора, но скучал по теплу.
— Что ты хочешь сделать в последнюю ночь тут? Пойти в таверну? Поймать воров? Просто прогуляться?
Аллисса оглядела улицу, схватила его за рукав и потащила в узкий переулок. Она прошла тридцать шагов, добралась до лестницы на стене здания справа. Аллисса поднялась по ней, Савенек — следом, не зная, что она задумала.
Наверху он увидел, что Аллисса растянулась на ровной крыше, смотрела на звезды. Савенек лег рядом с ней. Звезды этой ночью казались ярче. Он вдохнул запах пекущегося хлеба, вспомнил тетю и дядю в Городе императора. Они знали, кем он теперь был? Когда он навестит их, они отнесутся к нему по-другому?
— Я скучаю по запаху океана, — признался он.
— Я буду скучать по этому. В Кловеке нет города. Просто замок с поместьями и маленькими деревнями вокруг него.
Так даже лучше. Проблем будет меньше, чем она не будет убегать в город, чтобы осмотреться. Но Савенек не сомневался, что она найдет то, что будет испытывать терпение Кердана.
— Хочется уехать в Рассек? — спросил он, не зная, был ли еще в Кловеке тот, кто пытал ее. Как Аллисса справится, если увидит его снова? Как она выдержит жизнь в замке, полном плохих воспоминаний? Она будет в порядке? С ней хотя бы будут Марек и Натенек, но все же…
— Я хочу увидеть Рассек глазами Кердана.
Она была рада поехать с Керданом, но нервничала из-за возвращения в замок, где ее держали в плену. Он будет держать связь с Натенеком и Мареком, чтобы убедиться, что она в порядке.
— Прошу, береги себя в Рассеке. Там будут те, кто хочет трон Кердана, — и они не пожалеют Аллиссу, чтобы добраться до нее.
— Буду, — она повернула голову к Савенеку. — Прошу, присмотри за мамой и папой.
— Хорошо.
Они лежали на крыше и смотрели на звезды на небе. Брат и сестра. Двойняшки. Принц и принцесса. Друзья.
* * *
Савенек не мог поверить, что Аллисса уезжала. Все происходило так быстро. Он думал, что проведет с ней больше времени. Он думал, что она останется тут. Он не понимал, что опечалится из-за того, что она уезжала.
Все из замка пришли проводить Аллиссу. Савенек стоял с Ремой и Дармиком, ждал, когда выйдет Аллисса, чтобы они попрощались. Майра была с Мареком, Неко и Элли. Они обнимали Марека. Кердан отдавал приказы солдатам, расставлял всех по местам. В этом путешествии карет не будет — только лошади.
Подошел Натенек.
— Я могу поговорить с Савенеком перед тем, как уеду?
— Конечно, — Савенек отошел с ним на пару шагов от Ремы и Дармика, чтобы побыть наедине.
— Прости, что не сказал тебе о родителях раньше, — сказал Натенек.
— Ничего страшного, — он уже успел преодолеть шок.
— Ты имел право знать.
Савенек согласился. Но все наладилось.
— Спасибо, что вырастил меня и был мне папой.
Натенек кивнул.
— Моя жизнь была бы одинокой без тебя. Твое воспитание — честь для меня и мое достижение.
Савенеку не нужно было сейчас расстраиваться. Он не хотел заплакать при всех.
— Я буду скучать.
Натенек опустил ладони на плечи Савенека и посмотрел в его глаза.
— Постарайся не попадать в беды, пока меня нет.
Савенек невольно улыбнулся.
— Попробую, но не обещаю, — он обнял мужчину, который был ему как отец, вырастил его как отец, но не был ему родным отцом.
Натенек отпустил его, прошел к лошади и залез в седло. Он редко проявлял эмоции.
Аллисса вышла из замка. Маделин следовала за ней и жаловалась на долгий путь верхом.
— Так не надо ехать, если будешь жаловаться, — рявкнула Аллисса.
Маделин открыла рот, чтобы ответить, но Веша и Одек встали перед ней, требуя ее внимания. Маделин попрощалась с родителями и забралась на лошадь рядом с Натенеком.
Аллисса прошла к Майре и обняла ее. Две подруги стояли так несколько минут. А потом Аллисса отпустила ее и подошла к Савенеку.
— Прошу, присмотри за мамой и папой, — сказала она. — Надеюсь, ты сохранишь Империон, пока меня нет.
— Можешь на меня положиться, — ответил он. — Но возвращайся скорее.
— Вернусь. Это дом. Я люблю Империон.
Савенек обнял сестру, радуясь, что они побыли хоть немного вместе. Ему не нравилось, что ее похитили, но это привело и к хорошему. Аллисса встретила Кердана. И когда все подумали, что ее убили, Савенек стал принцем, встретил родителей и сестру. Хоть ему нравилась жизнь в Братстве, он предпочитал эту жизнь, эту семью, это счастье. Он взглянул на Майру, глядящую на него. Он послал ей поцелуй и пошевелил бровями. Ее лицо покраснело.
Аллисса отпустила Савенека, подошла к Реме и Дармику. Рема заплакала, обняв Аллиссу. Савенек подозревал, что и Дармик едва держался.
Кердан подошел к Дармику.
— Обещаю заботиться о вашей дочери.
— Постарайся, — ответил Дармик. — Потому что если с ней что-то случится, спрашивать я буду с тебя. И убью, если будет нужно.
Савенек знал, что отец шутил только отчасти. Он тоже это ощущал. Если с Аллиссой что-нибудь случится, Савенек отомстит.
Кердан замешкался на миг, но обнял Рему. Он шепнул ей что-то на ухо, но Савенек не расслышал. Кердан отпустил ее и взобрался на коня.
— Я люблю вас, — Аллисса поцеловала Рему в щеку, обняла Дармика, — и тебя, — Аллисса обвила руками Савенека.
Он похлопал ее по спине.
— Я приеду с визитом через пару месяцев.
— Буду ждать, — она отпустила его и вскочила на лошадь рядом с конем Кердана.
Армия Рассека окружила короля и будущую королеву. Кердан поднял руку, подавая сигнал выдвигаться.
Савенек стоял на ступенях замка Империона и смотрел, как они уезжают.
ГЛАВА 23
Аллисса не дала себе оглянуться на семью. Было бы больно смотреть, как они пропадают вдали. Поэтому она смотрела на дорогу впереди.
— Ты в порядке? — спросил Кердан.
Она улыбнулась мужу.
— Пока я с тобой, я всегда в порядке.
Он улыбнулся своей редкой улыбкой, озарившей его лицо.
В прошлый раз ее притащили в Рассек против ее воли. В этот раз она ехала туда сама, будет жить там, увидит, где рос Кердан, где он любил охотиться, где тренировался с его людьми. Она хотела помочь рассекцам наладить жизнь с помощью торговли, фермерства, понижения налогов. Она почти всю жизнь училась править королевством. Теперь она будет рядом с Керданом, поможет ему, и вместе они все изменят.
Наступит мир.
Они ехали чуть больше двух недели и попали к замку в Кловеке. Темная крепость поднималась среди заснеженных гор, будто зверь, как она и помнила. Но они не поехали через опасный мост, как в прошлый раз, а прошли сзади, где были конюшни.
Конюх выбежал и забрал у нее поводья. Кердан помог ей слезть. Ее спина чуть болела от долгой езды в седле.
Они прошли в проход в горе. Когда они добрались до главной части замка, там было тепло и светло, что сильно отличалось от прошлого раза, когда Аллисса была тут. Все факелы горели, а не каждый четвертый. Бегали слуги, убирая и принося вещи.
— Что происходит? — спросила она.
— Они готовились к твоему прибытию, — ответил Кердан. — Все рады, что ты тут. Они тебя ждали, — он повел ее в Тронный зал.
В прошлый раз в эту комнату ее притащили к Жане. В этот раз она вошла по своей воле. Два отполированных трона стояли на помосте, знамена с гербом королевской семьи свисали с потолка. Место ощущалось живым и новым. Она посмотрела на Кердана, хмурясь с вопросом.
— Весь замок вычистили. Ты не найдешь тут ни следа Жаны или ее детей. Теперь это твой дом, и мы хотим, чтобы ты ощущала себя тут безопасно и уютно.
— Спасибо.
В зале собралось несколько придворных.
Кердан сел на трон, указал на другой. Аллисса села, смотрела, как люди стали входить в зал. После пары минут там стало много придворных, солдат и слуг.
Кердан встал и обратился к своему народу:
— Спасибо, что пришли. Я рад представить свою жену, кронпринцессу Аллиссу из Империона. Пора сделать ее королевой Рассека.
Аллисса встала, не готовая к тому, чтобы церемония прошла сейчас. Она днями была на лошади, ей нужно было помыться. И она была в штанах и тунике, а не в наряде королевы.
Кердан склонился к ней и шепнул:
— Помни, у нас нет глупых правил и традиций Империона.
К этому придется привыкнуть.
Аллисса смотрела на толпу с рьяными лицами, все пришли на церемонию. Она улыбнулась будущим подданным, уже ощущая связь с ними.
— Добро пожаловать домой, жена, — сказал Кердан так, чтобы слышали все в зале.
Люди захлопали и затопали, одобрительно вопя.
Смеясь, Аллисса сжала ладонь Кердана. Ее муж, ее король и лучший друг. Вместе, как равные, они будут править народом Рассека и Империона.
ЭПИЛОГ
Аллисса сидела на кровати, уставшая. Она была потной, тело ослабело от произошедшего.
Ребенок кричал, тянулся в стороны руками и ногами.
Аллисса взглянула на Кердана. Он не сводил взгляда с ребенка.
Целительница, держащая ребенка, улыбнулась.
— Поздравляю. Это девочка.
— Девочка, — потрясенно повторила Аллисса. У нее была девочка.
— Вот, ваше высочество, — целительница укутала малышку в одеяльце, передала ее Аллиссе.
Аллисса взяла ребенка, смотрела на ее идеальное личико.
— У нее твой нос, — сказала она Кердану.
— И твои глаза, — ответил он, погладил щеку малышки. — Она будет буйной крохой.
— В этом я не сомневаюсь.
КОНЕЦ