Скоро показался берег, корабль шёл без остановки, выдерживая приличную скорость. Только напрямую к берегу капитан подходить запретил, многочисленные рифы его смущали, судно встало за огромным скалистым утёсом и спустило на воду шлюпки.

— Разбирайте оружие, — приказал капитан, после чего вся команда кинулась вооружаться.

— Щенка с собой берём? — спросил Берт, указывая на Лео.

— Он такой же член команды, — равнодушно объяснил капитан, — должен делать всё наравне со всеми. На корабле останется Ключник.

Берт кивнул и направился в арсенал. Оружие, которое он вручил Лео, выглядело, как маленький топорик, на длинной тонкой ручке.

— Держишь вот так, — показал Берт, — бьёшь вот этим местом, ничего сложного.

Гигант крутнул кистью, отчего топорик со свистом рассёк воздух.

Мальчик взял топорик и, полный нехороших предчувствий, отправился в лодку. Здесь всё же сделали скидку на возраст и на вёсла его не посадили. Вообще, не гребли только трое: капитан, Асмус и он сам. Среди команды выделялся молодой мужчина со шрамом, который, в отличие от других, надел доспехи. Блестящая кольчуга, наплечники и наручи, а на голове шлем с открытым лицом, на котором отчётливо выделялся шрам поперёк лица. Настроение у всех было приподнятое, никто ничего не боялся. Лео тоже подумал, что бой, если и будет, то лёгкий.

Скоро лодки обогнули утёс, а потом пошли вдоль песчаного берега. Матросы высматривали добычу. Скоро показались деревянные дома, небольшая прибрежная деревушка, дворов на десять. Дома выглядели добротными, Лео решил, что и люди здесь живут зажиточные. А теперь им предстоит всё у этих людей отобрать.

Капитан еле заметно махнул рукой и лодки устремились к берегу. Гребцы заработали вёслами с удвоенной силой и через пару минут обе лодки ткнулись носом в песчаный берег. Зафиксировав лодки, чтобы их не унесло прибоем, команда перехватила оружие поудобнее и, рассыпавшись цепью, направилась к домам.

Лео бежал вместе со всеми, крепко сжимая в руке топорик. Оружие выглядело несерьёзным, ручка длиной в полтора локтя и толщиной с палец взрослого человека, казалась очень непрочной. Сам топорик помешался на ладони, был лёгким, но острым. Неужели таким можно кого-то убить?

Подбегая к домам, все оглушительно заорали, нагоняя страх на обывателей. Лео подумал, что мужчин в деревне нет, они работают в поле или ловят рыбу, но оказалось, что это далеко не так. Основная масса населения сразу обратилась в бегство, это были женщины и дети, которых никто не преследовал. Но нашлись и те, кто сопротивлялся, один высокий худой мужик в просторной серой рубахе, выскочил из сарая с вилами и с воинственным рыком начал тыкать во все стороны. Поначалу ему удавалось отбиваться, но Берт удачно применил алебарду и вместо грозного орудия в руках мужика остался короткий обрубок черенка. Гигант даже не стал его убивать, просто мимоходом ударил кулаком в подбородок, отчего храбрый крестьянин мешком свалился на землю. Берт, даже не обернувшись, вошёл в дом.

Рядом была ещё одна схватка, на этот раз противник был посерьёзнее, крепкий дядька размахивал оглоблей, не подпуская к себе никого. Проблему собирались решить из арбалета, но тут Лео, оказавшись слишком близко к месту схватки, упал на землю, чтобы не попасть под удар. Мужик просто не обратил на него внимания, а зря. Коротко замахнувшись, мальчик ударил его своим топориком под колено. Оказалось, что оружие не такое уж плохое, длинная ручка дала большой рычаг и режущая кромка вошла в плоть на два пальца.

Крестьянин взревел, как медведь, Лео, правда, никогда не видел медведя, но слышал, что ревут они громко и страшно. Оглобля выпала из рук, а сам он завалился на бок, едва не придавив мальчика. Боец в доспехах, имени которого Лео пока не знал, пинком опрокинул его на спину, а потом, перехватив длинный меч острием вниз, приколол толстое тело к земле, потом резким движением выдернул клинок и пошёл дальше. Мужик дёрнулся пару раз, пуская ртом кровавую пену, а потом затих.

Перепуганный Лео поднялся на ноги. Посмотрел на убитого.

— Чего ты на него уставился? — обернувшись, спросил человек в доспехах, — первый раз видишь мёртвого?

— Можно, я возьму его нож? — неожиданно для самого себя попросил Лео.

Человек в доспехах расплылся в улыбке и кивнул. Мальчик отцепил от пояса мужика нож в кожаных ножнах с рукояткой, обложенной костяными пластинками. Но толком рассмотреть трофей ему не дали. Где-то рядом прогремел голос капитана:

— Не стой столбом, помогай остальным!

Оглядевшись, мальчик понял, что бой окончен, больше никто и нигде не сопротивляется. Все члены команды наскоро выгребали запасы и тащили их к лодкам. Это были мешки с зерном и мукой, связки сушёной рыбы, солёная рыба в бочонках, какие-то тряпки. Один из матросов, кажется, его звали Гил, пригнал пасшееся неподалёку стадо коз, голов на пятнадцать.

Лодки забили под завязку, так, чтобы едва не тонули, в каждую село по шесть гребцов и погнали посудины в сторону утёса, где их ждал корабль. Оставшиеся имели возможность ещё пошарить по домам и амбарам. Лео, вошёл в дом, куда до него входил Берт. Там он увидел странную картину. На широкой кровати лежала немолодая крестьянка, платье её задралось чуть ли не на голову, а сверху на неё своей огромной тушей навалился Берт с приспущенными штанами. Он ритмично поднимался и опускался, при этом тяжело дышал, а крестьянка при каждом его движении всхлипывала.

Услышав шум за спиной, помощник капитана замер, резко оглянулся, а рука его нащупала алебарду. Но, увидев, кто стоит у двери, Берт смягчился и вернулся к прерванному занятию.

— Что, парень, нравится, тоже хочешь присоединиться? — спросил он, не оборачиваясь.

— Нет, — испуганно ответил Лео, помотав головой.

— Тогда вали отсюда, — приказал Берт, но тут же передумал, — хотя, нет. Оставайся, смотри и запоминай, что нужно делать с женщиной.

Лео остался. Так он стоял рядом и смотрел всё время, пока Берт насиловал женщину. Всё запомнил, а когда гигант встал и застегнул штаны, а женщина с тихим плачем уползла в угол, оба вышли и присоединились к грабежу.

Лодки сделали четыре рейса, каждый раз их нагружали доверху. Вывезли всё съедобное, включая пойманных коз и два больших бочонка браги. Вывезли запас дров, вывезли несколько рулонов холста. Когда уже ничего не осталось, Асмус, проходя мимо так и лежавшего без сознания героя с вилами, указал на него пальцем и сказал:

— Этого тоже грузите, он мне нужен.

— Мы работорговлей не занимаемся, — возразил ему Сарим, — корабль для этого не приспособлен.

— Даже не собирался продавать кого-то в рабство, — с улыбкой возразил ему маг, — поверь, друг мой, мне нужен только один единственный человек для опытов. Возможно, он ещё принесёт нам выгоду.

— Хорошо, — ответил капитан, он, видимо, уже привык к выходкам мага, — грузите.

— Этого тоже нужно, — страшный угрюмый человек, которого все называли Крыс, показал пальцем на убитого, с тела которого Лео взял нож.

— Мы человечину не едим, — назидательно объяснил ему капитан, — привыкай, Крыс.

Тот кивнул на Лео и хриплым голосом произнёс:

— Я тоже не люблю, люди невкусные, просто у нашего щенка прорезались зубы, научим его кусаться.

Лео тогда не понял, что тот имеет в виду, а Сарим внимательно посмотрел на Крыса, потом на мальчика, потом на труп, на короткое время задумался, после чего коротко кивнул остальным. Взяв труп за все конечности, его понесли к лодкам.

Последний этап погрузки им едва не испортили. Надо полагать, сбежавшие крестьяне добрались до того, кто должен был их защищать. Облаку пыли на горизонте поначалу никто не придал значения, но очень скоро оно приблизилось и среди пыли стали ясно различимы силуэты десятка всадников. Капитан велел поторопиться с погрузкой. Собственно, грузить им было уже нечего, оставалось только сесть в лодку самим, но Асмус, в отличие от прочих, в лодку пока не собирался. Пока грузились остальные, маг спокойно стоял в полосе прибоя и смотрел на приближающихся всадников очень многообещающим взглядом. А рука его при этом активно шевелила пальцами, словно лепила невидимый снежок из воздуха. Воздух между длинными тонкими пальцами начал мутнеть, становясь похожим на молоко. Когда до всадников оставалось не более полусотни шагов, и можно было рассмотреть их оружие, доспехи и пышные плюмажи из перьев, маг легонько запустил «снежком» в погоню. Раздался хлопок, от которого у всех надолго заложило уши, а всадники разлетелись в стороны вместе с конями, словно игрушки из бумаги. После этого Асмус, не торопясь, развернулся и с довольным видом проследовал в лодку.

— А нельзя было не размахивать своей магией? — укоризненно спросил Сарим, — теперь все в округе будут говорить о пиратском корабле с магом на борту.

— Расслабься капитан, — беспечным голосом отозвался Асмус, — мало ли на свете магов, а в эти места мы, может быть, и вовсе никогда не вернёмся.

Занял своё место в лодке и Лео. Сидеть рядом с трупом было неуютно, но возражать он побоялся. До корабля они добрались быстро, выгрузили всё, что осталось и подняли шлюпки на борт. Добытое добро перенесли в склад, за исключением бочонков с брагой, которые откатили к каюте Асмуса. Настал черёд тел. Живого маг велел отнести в трюм и крепко привязать. Пока ремнями. Пленного, который уже пришёл в себя и с ненавистью и страхом осматривал окружавших его пиратов, потащили в трюм. Мертвеца, непонятно зачем, поставили на ноги и стали привязывать к мачте.

Страшный человек, Крыс, чьё прозвище Лео уже запомнил, подошёл к нему и сказал:

— Покажи мне свой нож.

Лео не стал противиться и потянул из ножен свежепохищенное оружие. Топорик, сослуживший ему хорошую службу, он уже отдал обратно в арсенал, а вот с ножом не расставался. Крыс положил нож на ладонь, прикинул его вес, попробовал остроту, повертел им, разглядывая блики на сверкающей, как зеркало, поверхности. Нож, и правда, был хорош. Относительно небогатая рукоять компенсировалась первоклассным клинком. Он был прямым, шириной в два пальца по всей длине, а впереди был словно обломлен под тупым углом, имея, таким образом, две режущих кромки, снизу и спереди. Лезвие имело остроту только что наточенной бритвы, а сама поверхность стали отражала окружающие предметы.

— Это хороший нож, — озвучил Крыс то, что и так было ясно всем окружающим, — делал его толковый кузнец, непонятно, откуда он взялся у простого крестьянина. Теперь он твой, я научу тебя за ним ухаживать, а пользоваться им ты научишься сам.

С этими словами Крыс указал пальцем на привязанного к мачте мертвеца.

— Не понял, — Лео помотал головой. На самом деле, он, конечно, всё уже понял, но надеялся, что предстоящую тренировку отменят.

— Не нужно кривляться, — сказал капитан, глядя ему прямо в глаза, — ты прекрасно видел, чем мы занимаемся, более того, пару часов назад ты рубил топором живого человека. Ты — один из нас, и я хочу, чтобы ты был бойцом. Силы в тебе пока мало, так пусть хоть умение будет. Бери нож и подходи к телу.

Всё-таки капитан Сарим обладал отменной харизмой, приказы он отдавал таким тоном, что возражать ему никто не мог, разве что Асмус и то, только в исключительных случаях. Лео взял нож в руку и подошёл к привязанному телу. Мёртвый крестьянин был достаточно высок, нос Лео был чуть выше его пупа. Крыс взял своей корявой рукой его руку и стал объяснять:

— Возьми нож, вот так, держи этими пальцами, крепко держи, а этими направляй, поворачивай запястье. Рука с ножом не должна быть деревянной, нужно двигаться, менять угол удара, колоть, резать.

Окружающие невольно заслушались, речь неграмотного разбойника стала напоминать лекцию в академии, видно, что говорил он о своём любимом деле.

— Что теперь делать? — спросил мальчик, взяв, наконец, нож так, как нужно.

— Режь, — скомандовал Крыс, указывая на труп, — распори ему живот. Твой нож для этого прекрасно подходит.

Лео, сделав над собой усилие и не зажмурившись, махнул ножом. Угол на лезвии пропорол тонкую рубаху и разрезал плоть. Рана получилась длинной, но неглубокой, всего примерно на полпальца.

— Так. Теперь возьми нож остриём вниз и повтори, — продолжал приказывать Крыс, показывая своей рукой предстоящее движение.

Лео перехватил нож и снова полоснул по животу мертвеца. На этот раз получилось лучше, рана была длиннее и глубже, более того, из неё закапала кровь.

— Кровь, — прокомментировал он очевидный факт.

— Ну, да, — согласился с очевидным Крыс, — не успела ещё свернуться. Но ты не переживай, крови будет немного, да и палубу мыть всё равно тебе. Теперь коли.

— Куда?

— В живот, — он указал кривым пальцем место слева от пупа, — вот сюда.

— А почему сюда? — спросил Лео, когда нож вошёл на две трети в живот.

— Не знаю, — просто ответил Крыс, — я ведь не лекарь, но если уколоть сюда, то человек обязательно умрёт.

— А если тебе интересно мнение лекаря, — вступил в разговор, поднявшийся из трюма Асмус, — то именно в этом месте проходит брюшная артерия, такая крупная трубка, по которой течёт кровь, её повреждение приводит к смертельному кровотечению, остановить которое невозможно. Смерть наступает в течение всего пары минут.

— Продолжай, — скомандовал Крыс.

И Лео продолжил, под руководством лекаря и разбойника, которые наперебой советовали ему разные места для уколов, он наносил уколы и порезы, в разные стороны летели капли крови и ошмётки мяса. Через пару часов, когда мальчик совсем выбился из сил, а труп превратился в кусок мяса, в котором сложно было определить мёртвого человека, тренировку сочли оконченной. Труп бросили за борт на корм рыбам, а Лео, наплевав на свою святую обязанность по мытью палубы, отполз подальше и, завалившись в уголке, просто заснул.

Проспал он, впрочем, совсем недолго. Всё-таки детская психика не так просто приспосабливалась к убийствам и насилию, потому мальчику немедленно приснился убитый крестьянин, который бегал за ним и с рыком требовал отдать его тело назад. Бегал, к счастью, недолго, мальчик с криком проснулся и огляделся по сторонам.

— Вижу, ты даже во сне повторяешь пройденный материал, — с усмешкой сказал ему Асмус, стоявший неподалёку, — похвально, а теперь пойдём со мной, поможешь мне со вторым телом.

— А он тоже умер? — испуганно спросил Лео, думая, что его снова заставят тыкать в тело ножом.

— Нет, поверь мне, мальчик, мёртвые тела меня интересуют мало. Некромантия — занятие, по-своему, интересное, но применение его имеет очень узкие рамки, просто с трупом не получится сделать такое множество вещей, как с живым человеком.

Они вошли в трюмное помещение. Здесь царил полумрак, пленный лежал на лавке абсолютно голый, будучи привязан за все четыре конечности широкими кожаными ремнями.

— Пока достаточно этого, — прокомментировал Асмус, указывая на ремни, — но на будущее я заказал у Ларсена стальные кандалы, экспонат со временем станет гораздо сильнее.

С этими словами маг поставил на пол сундучок, из которого вытащил небольшую бутылочку с густой тёмной жидкостью. Вынув пробку, он протянул бутылочку пленному.

— Пей, — сказал он ласково, — это лекарство, оно горькое, зато снимет боль. Иначе ты не сможешь вытерпеть то, что тебе предстоит.

Пленный испуганно смотрел на бутылку, но не решался хлебнуть.

— Пойми, ты просто выпьешь это и уснёшь, я не хочу резать тебя и слушать твои вопли. Смирись, тебя уже нет.

Мужик затравленно посмотрел на мага и, обречённо закрыв глаза, отхлебнул из горлышка.

— Ещё немного, — посоветовал маг, — раствор слабый.

Несчастный уже не сопротивлялся, сделал второй глоток, ещё больше предыдущего. Через некоторое время его глаза стали закрываться, дыхание стало ровным и глубоким, скоро он уже спал беспробудным сном.

— Изменения в организме обычно сопровождаются сильной болью, — прокомментировал он, — это вредно и может испортить конечный результат.

— Какой результат? — спросил Лео, разглядывая инструменты, которые маг выкладывал на чистую белую скатерть.

— Превращение плоти. Мутация, точнее, серия направленных мутаций. Получение из обычного человека настоящего монстра, которого не смогла бы сделать природа. Такое под силу магам и алхимикам, но только в том случае, если это хорошие маги и алхимики. Помоги мне.

Он перетянул руку подопытного толстой мягкой верёвкой, отчего вены на ней вздулись как верёвки. После этого он взял большой стеклянный шприц с длинной толстой иглой, в который начал засасывать то самое вонючее зелье, что сварил накануне. Набрав жидкость до нужной отметки, он выбрал вену потолще и приставил к ней иглу.

— Когда я скажу, развяжи верёвку, — приказал он.

Игла, бывшая ненамного тоньше самой вены, проколола кожу, вызвав обильное кровотечение из-под иглы, маг кивнул мальчику и тот, обламывая ногти, поспешил скорее развязать узел на верёвке. Асмус начал медленно давить на поршень, колдовское зелье попало в кровь и пошло по венам, каждая вена обозначилась чёрной полосой, чёрная сетка расползалась по телу. Подопытного начали бить судороги, он выгнулся дугой, мышцы опаснонапряглись, казалось, он вот-вот порвёт кожаные ремни.

Но, к счастью, ничего ужасного с ним не случилось. Подопытный постепенно затих, чёрная сетка вен со временем становилась менее заметной, зелье, словно бы, впитывалось и равномерно расходилось по телу. Но маг не собирался останавливаться на достигнутом, он вынул из сундука маленький пузырёк с тёмно-синим раствором, который, вопреки ожиданиям Лео, он не влил в подопытного, а выпил сам. Некоторое время он ждал результата, наконец, глаза его засветились синим огнём, а руки стали немного дрожать.

Асмус встал, потёр ладони одну об другую, словно согревая их, а потом начал читать заклинание. Язык был непонятен, но говорил он бодро, видимо, знал слова наизусть, тем более, что они были сложены наподобие стиха. Постепенно он начал говорить громче и быстрее, при этом дёргал руками. На кончиках пальцев появилось синее свечение, из которого начинало формироваться маленькое облако.

Громко выкрикнув последнее слово, он сделал резкое движение, отталкивая от себя светящееся облако. Свет окутал тело подопытного постепенно впитываясь в кожу и проникая в рот и нос при каждом вдохе. В отличие от инъекции вонючего зелья, это он перенёс безболезненно, тело лежало неподвижно, не дёргаясь и почти не дыша.

Маг захлопнул крышку сундука и сел сверху, переводя дух.

— Разновидность проклятия, — объяснил он, — направлена на то, чтобы вызвать уродство у младенца в утробе матери. Кстати, пользуется спросом в кругах аристократии. Он, конечно, не младенец, но, благодаря зелью, его тело сейчас кое в чём сходно с зародышем человека или животного.

— И что теперь с ним будет? — испуганно спросил Лео.

— Он будет мутировать, — сказал Асмус и, поняв, что это слово мальчику ничего не скажет, объяснил, — его тело будет меняться, а я буду направлять все эти изменения. В итоге должен получиться настоящий шедевр.

На этом сеанс магии был окончен, и маг со своим помощником удалились в свою каюту, где расположились на ночлег. Сам Асмус прилёг на прочной кровати, а мальчику предложил сундук с книгами. Взрослый смог бы на нём спать, только согнувшись, а для десятилетнего ребёнка подобное ложе подходило идеально. Растянувшись на старом одеяле, которое подарил ему маг, Лео закрыл глаза и спокойно проспал до самого утра. Больше его никакие мертвецы не тревожили.

Утро встретило его ярким солнечным светом, пробивавшимся через занавеску иллюминатора, острым запахом спирта, который перегонял Асмус в небольшом дистилляторе, и медвежьим рёвом Берта:

— Какого дьявола ты развалился?!! Палуба с вечера залита кровью, а ты отлёживаешь бока? А ну встал, пока я не вышвырнул тебя за борт!

Дважды повторять не пришлось, на последних словах Берта мальчик уже выбежал на палубу и, быстро схватив скребок, ведро и тряпку, приступил к выполнению своих прямых обязанностей. Палуба действительно была в ужасном состоянии. Мало того, что вокруг мачты всё было заляпано кровью, так ещё и пойманных в набеге крестьянских коз поспешили забить на мясо. Кровь старались спускать за борт, чем привлекли большую стаю акул, но даже так умудрились заляпать всё, что было рядом.

Задача была непростой, кровь уже глубоко впиталась в дерево, и скоблить пришлось изо всех сил, сдирая толстый слой с поверхности. Закончил работу он только тогда, когда солнце перевалило за полдень. Увидев, что доски под ногами обрели прежний цвет, он позволил себе на время отложить скребок и сходить к коку за положенным завтраком, о котором он напрочь забыл.

Несмотря на то, что время было не обеденное, Кардиф не стал морить мальчика голодом и поставил перед ним внушительных размеров деревянную миску с кашей, приправленной козьими потрохами. Растущий организм и крепкий желудок взяли своё, с порцией мальчик расправился в рекордно короткий срок, после чего стал размышлять, чем бы ещё заняться, чтобы выглядеть ужасно занятым и не привлекать лишнего внимания Берта. Ничего не придумав, он дождался момента, когда помощник капитана будет смотреть в противоположную сторону, и быстро прошмыгнул в каюту мага. Поручения Асмуса были куда как более простыми, но при этом можно было сделать вид, что ты занят чертовски важным делом, от которого тебя никак нельзя отвлекать.

Асмус привычно медитировал с трубкой, вот только клубы дыма имели какой-то странный горьковатый запах. Маг смотрел впереди себя, но, казалось, при этом ничего не видел. Некоторое время Лео стоял молча, но потом, сообразив, что в любой момент сюда может нагрянуть Берт, тихонько позвал мага по имени. Тот встрепенулся и попытался сфокусировать взгляд на своём помощнике. Получалось плохо, он как-то совсем по-детски хихикнул, но потом могучим усилием воли взял себя в руки и строго спросил:

— Лео, мальчик мой, ты уже пообедал? — речь его была странной, медленной и монотонной.

— Да, — кивнул головой Лео.

— Каждому живому существу нужно регулярно есть, — назидательным тоном произнёс маг, — а некоторым существам особенно.

— Ну, да, — ответил мальчик, пытаясь понять, к чему клонит маг.

— А раз так, — тон мага вдруг стал более резким, а стеклянные глаза приобрели вполне осмысленное выражение, — то беги к Кардифу, возьми у него три порции каши с мясом и отнеси их в трюм. Не забудь взять большую ложку, наш подопытный зверски голоден.

Три порции каши кок вывалил в небольшой таз, туда же бросил большую деревянную ложку. Лео с опаской спустился в трюм. Подопытный, вопреки ожиданиям, вёл себя тихо, хотя внешний вид его за ночь сильно изменился. На голове выпали все волосы, он сильно похудел, глаза были затянуты мутной пеленой, а кожа приобрела серый трупный оттенок. Его можно было бы принять за покойника, вот только покойники не вертят головой по сторонам и не клацают зубами.

— Ты принёс еду? — спросил Асмус, сидевший рядом с подопытным, — вижу, что принёс, бери ложку и аккуратно подноси к его рту.

Набрав ложку каши, Лео, рискуя быть укушенным, поднёс её ко рту существа. Тот разинул было рот, чтобы откусить всё вместе с ложкой, но, внезапно передумав, начал есть почти как человек. Ложка за ложкой исчезали в широко открытой пасти, а в перерывах маг поил его чистой водой. Скоро ложка заскребла по дну, а подопытный был, как и прежде, голоден. Асмус сказал, что пока достаточно и снова вынул пузырьки с зельями. Теперь ему понадобилось нечто красное и густое, сильно напоминающее кровь.

— Придержи его руку, не бойся, он не опасен.

Лео с опаской взял крупную ладонь, а маг достал маленький нож. Он сделал крестообразный надрез на кончике каждого пальца, причём существо, бывшее недавно пленным крестьянином, восприняло это абсолютно нормально, видимо, боли оно уже не ощущало. Потом маг, взяв пипетку, капнул красного зелья на каждую рану. Неизвестный препарат смешался с кровью и застыл коростой. Достав чистую ткань, маг аккуратно перебинтовал руку. Аналогичную процедуру он проделал со второй рукой. Потом он набрал того же зелья в небольшую стеклянную ложку и плеснул её в раскрытый рот подопытного, постаравшись, чтобы всё растеклось по ротовой полости. После этого, снова взяв пипетку, он капнул по капле зелья в каждый глаз монстра. Удостоверившись, что всё прошло, как надо. Маг снова собрал все пузырьки и инструменты, а потом отправился в свою каюту.

Здесь он опустил взгляд на стоявшую на полу большую бутыль со спиртом. Потом поднял его на дистиллятор, тяжело вздохнул и принялся хлопотать над плитой.

— А что там горит? — спросил Лео. Он привык, что печи топят дровами или углём, а плита Асмуса загоралась сама собой, на ней можно было варить суп, или колдовские зелья. Можно было также перегонять спирт. Получившаяся из двух бочонков порция в полведра объёмом не устроила мага своей чистотой, поэтому он решил перегнать её повторно, а потом подвергнуть дополнительной очистке.

— Нафта, — объяснил маг, — земляное масло, каменное масло, выбирай любое название. Тёмная жидкость, которую добывают из земли, и которая отлично горит. Её иногда применяют для зажигательных снарядов, но мне это не нужно. Я её наливаю в бак, откуда вот сюда выведены фитили, жидкость испаряется с фитиля и горит, как светильник, только греет сильнее.

Маг с трудом взгромоздил дистиллятор на решётку плиты, потом перелил туда содержимое бутыли. Протянув руку к фитилю, он щелчком пальцев зажёг огонь. Под краник он подставил другую бутыль, поменьше размером.

— Так вот, Лео, спиртное на борту капитан разрешает пить в исключительных случаях, все спиртные напитки, будь то вино, медовуха или брага, попадают ко мне и превращаются в почти чистый спирт. Который я использую для приготовления зелий. Хранится он тоже у меня, сам понимаешь, Ключнику такое доверить нельзя ни в коем случае. Сейчас полученный самогон я подвергну повторной дистилляции, чтобы концентрация спирта увеличилась.

Очень скоро внутри медного котла забулькало, а из краника потекла прозрачная жидкость. В помещении крепко запахло спиртом, поэтому маг решил открыть иллюминатор. Решив, что процесс дальше пойдёт без его участия, Асмус убавил огонь и занялся другим. Из недр большого шкафа он извлёк странную стеклянную трубку в форме длинной спирали, на одном конце которой была стеклянная же воронка. Сунув Лео под нос ступку и пестик, он достал из-под кровати мешок с древесным углём и велел толочь его в ступе. Полученный порошок он засыпал в воронку, предварительно заткнув нижний конец трубки кусочком ваты. Когда трубка была заполнена, он закрепил её на небольшой штатив и оставил так.

— Дай мне свой нож, — велел он мальчику.

Лео вытащил нож и протянул его магу, тот какое-то время разглядывал клинок, после чего полез в сундук с реактивами.

— Понимаешь, — сказал он, доставая пузырёк с прозрачной жидкостью, — есть на свете крайне редкая форма колдовства, мало кому доступная и с непонятной природой. Это заговоры от оружия, от стрел и клинков. Я, например, к своему стыду, вынужден признать, что эта магия мне не по силам. Есть на свете всего несколько колдунов, которым доступно подобное. Их услуги стоят огромных денег, только высший слой аристократии и самые богатые купцы могут себе позволить подобное, при условии, конечно, что найдут колдуна. Но и другие маги не могли терпеть подобное, поэтому, ещё в бытность мою студентом Академии, я с группой других студентов, разработал способ противодействия подобным заговорам. Несмотря на то, что в процессе испытания контрзаклинания погиб подопытный, руководство Академии высоко оценило наш вклад в науку, хотя афишировать открытие по понятным причинам не стало. А когда я был уже вольным магом, мне пришла в голову мысли превратить заклинание в руны, наносимые на клинок. Тогда не нужно будет произносить длинную фразу перед тем, как зарезать человека. Люди при этом, обычно, ждать не хотят.

С этими словами маг взял стеклянную палочку, обмакнул её в кислоту и начал наносить знаки на поверхность клинка. Кислота быстро разъела прочную сталь, и знаки остались на ней навечно.

— Сходи потом к Ларсену, пусть вобьёт туда серебряную проволоку, так надёжнее, а от твоего ножа теперь не спасёт ни один заговор.

Но Лео не смог сразу пойти к кузнецу, процесс перегонки подходил к концу, и Асмус велел Лео наливать полученный спирт небольшими порциями в воронку фильтра, под которым установил бутылку ещё меньшего размера. Жидкость медленно впитывалась в уголь, через некоторое время начала капать снизу, как только впитывалась одна порция, мальчик доливал другую. Скоро бутылка снизу была полна. Асмус убрал её и тут же подставил большую жестяную кружку, куда стекли остатки. Бутылку маг заткнул пробкой и поставил в шкаф, а кружку протянул Лео.

— Осторожно, не пролей, — сказал он, вручая горячую кружку мальчику, — отнеси это Ключнику.

— Но ты ведь сказал, что капитан пьянство запрещает, — Лео попытался возразить.

— Если поймает, вали всё на меня, — подсказал маг, — тогда останешься жив. Может быть. А кроме шуток, запрет на пьянство Ключника не касается, от него на корабле мало что зависит, а такая порция не позволит ему напиться в стельку. Ступай.

Стараясь всё же не попадаться на глаза капитану, Лео отправился на поиски Ключника. Искомый персонаж обнаружился в одном из трюмных отсеков, где он старательно подсчитывал запасы. Неопрятный старик с всклокоченными седыми волосами и редкой бородой сидел на каком-то ящике, на второй ящик он положил кусок пергамента, на котором писал какие-то цифры. На этот пергамент Лео и поставил кружку со спиртом, не говоря при этом ни слова. Ключник шумно вдохнул через нос, потом, не поднимая глаз спросил:

— Асмус?

— Да, — подтвердил Лео, — это он прислал.

— Асмус — хороший человек, хоть и злодей, — задумчиво проговорил Ключник, поднимая кружку двумя руками, которые при этом сильно дрожали. Приставив край ко рту, он начал медленно пить, постепенно наклоняя кружку. Пил он долго и мучительно, но при этом не пролил мимо ни капли. Когда кружка была пуста, он посмотрел на мальчика самым благодарным взглядом, какой только можно было изобразить.

— Передай Асмусу, — сказал он, отдышавшись, — что я его буду помнить до самой смерти. И вот ещё что.

Старый пьяница вынул из какого-то ящика мешочек с леденцами и отдал его Лео.

— Возьми себе, все дети любят сладкое.

Прихватив леденцы и пустую кружку, он поспешил вернуться в покои мага, намереваясь как следует отдохнуть от трудов. Но, как оказалось, труды его и не думали заканчиваться. Маг после долгих раздумий заявил, что нужно снова посетить мутанта. Он, якобы, для чего-то созрел.

Мутант, в самом деле созрел, веки его были воспалены, красные, налитые кровью глаза почти не открывались. Губы опухли и потрескались, а разбинтовав руки, они обнаружили подобное же воспаление на каждом пальце.

— Нужно удалить ему зубы, — подвёл итог Асмус, доставая щипцы, — подержи голову, чтобы не болталась.

— А зачем удалять зубы, что это за монстр без зубов? — с сомнением произнёс Лео.

— Не переживай, — успокоил его маг, — зубы у него ещё вырастут, только они будут другими.

Асмус залез щипцами в окровавленный рот мутанта и начал по одному вытаскивать зубы, никакого усилия он для этого не прилагал, словно зубы выпадали сами. Когда все тридцать два удивительно крепких зуба оказались сложены в стеклянную баночку, он занялся его руками, поочерёдно отрывая ногти с раздутых воспалённых пальцев. И для этого тоже усилия не прилагались, ногти просто слезали с кожи.

— Вот, собственно, и всё, что требовалось сделать, дальше только реактивы и заклинания. Кроме того, уже сегодня нужно надеть на него стальные кандалы. Как человек он уже не существует, а завтра проснётся звериный разум, данный ему взамен человеческого, при этом он день ото дня будет становиться всё сильнее, а значит опаснее. Теперь его следует только кормить досыта и дрессировать.

Следом потянулись дни тяжёлой работы, когда Лео ухаживал за мутантом, забросив даже работу на корабле. Тот оказался на удивление прожорлив, ел мясо, хлеб, каши, рыбу, которую Асмус ловил с помощью магии, он просто глотал целиком, словно чайка. При этом мутант регулярно делал то, что делает любое существо, которое ест и пьёт. Приходилось за ним убирать. Через некоторое время монстр привык к мальчику, научился брать еду у него из рук и не пытался атаковать. Асмуса он боялся, а Лео, наоборот, словно бы, любил.

Монстр этот действительно был страшен. С каждым днём он становился всё сильнее, могучие мускулы выпирали из-под серой кожи. Вместо удалённых человеческих зубов выросли другие, острые похожие на зубы крокодила, вместо ногтей из заживших нарывов появились прочные когти, глаза стали большими, ярко-жёлтыми и обзавелись вертикальными зрачками как у кошек или змей. Ноздри стали шире, а уши оттопырились в стороны и могли шевелиться. При этом он не проявлял особой покорности, никто, кроме самого мага и Лео, не решался подходить к нему близко. Только толстые стальные цепи удерживали его от побега и нападения на людей. Асмус не спешил применять заклинание подчинения, монстр нужен был ему именно таким, опасным и буйным.

В промежутках между кормлением монстра и работой на корабле, Лео обучался науке убивать. Кромсать трупы ножом его больше не заставляли, возможно, потому, что трупов лишних на борту не было. Зато капитан обратил внимание на его хлипкое сложение (а какое оно может быть у мальчика?). Он многозначительно кивнул Берту, тот отправился к кузнецу, а на следующий день на руках и ногах Лео висели приличных размеров стальные накладки. В таком облачении его заставляли много раз подниматься по верёвочным лестницам и спускаться вниз. Учили и азам фехтования. Лучше всех эту науку знал капитан, но ему было не до того. Поэтому учителем стал мастер-мечник Гартелий, тот самый, что любил носить доспехи.

Поначалу Лео делал кое-какие успехи. Он быстро научился правильно держать тупой тренировочный меч, запомнил правильные стойки, научился делать выпады, уколы и рубящие удары. Но, как только дело дошло до практических занятий, успехи сошли на нет. Раз за разом Лео падал на пол, поверженный слабым ударом противника. Силы и массы детского тела не хватало, чтобы отбить самый простой удар. При этом меч, даже тупой, оставлял на теле серьёзные синяки. Опрокинувшись в очередной раз, Лео с трудом поднялся и обиженным тоном произнёс:

— Так нечестно, ты сильнее!

— Дурак! — рявкнул капитан, как всегда возникнув из ниоткуда, — при чём здесь сила?! Сила не даст тебе никакого преимущества. Будь ты хоть размером с Берта, всегда найдётся тот, кто сильнее. Дай сюда меч.

Сарим вырвал из рук мальчика короткий меч и велел Гарту атаковать его. Гарт был куда крупнее капитана и значительно моложе, но ни один его удар не достиг цели. Капитан просто отводил их немного в сторону, или же сам незаметно для чужих глаз перетекал с места на место.

— Вот так, — уже спокойно сказал он Лео, возвращая меч, — ты не можешь остановить движение его клинка, но можешь слегка изменить его направление. Кроме того, ты сам должен быть трудной целью, уходи от удара. Сместить тело в сторону получится быстрее, чем опускается меч.

Лео кивнул, взял меч и с видом прилежного ученика снова встал в стойку.

— Объясняй ему, — сказал капитан Гарту, — парень не из догадливых.

Гарт утвердительно что-то промычал, после чего снова обрушил на мальчика град ударов. Нельзя сказать, что урок, преподанный капитаном, сразу принёс свои плоды. Тем не менее, сейчас, когда он стал двигаться и пытался отводить удары в сторону, доставалось ему не всё, а только два удара из трёх. Тренировка занимала час с небольшим, больше он не выдерживал, просто падая от усталости, тем более, что тяжёлые железки и теперь были на нём.

С таким насыщенным рабочим днём мальчик по вечерам едва доносил ноги до кровати, а бывало, что и не доносил, засыпая прямо на свежевымытой палубе. За последние дни он сильно похудел, покрылся загаром и первыми шрамами, но при этом стал сильнее и выносливее. Кроме того, нужно сказать, что члены команды его полюбили. Берт уже перестал орать, Кардиф норовил подбросить чего-то вкусного, Асмус уже не так часто заставлял мыть горшки. Да и сам капитан, несмотря на всю врождённую суровость характера, изредка всё же улыбался, глядя на успехи Лео. Всё чаще его называли по имени, а не щенком, как в самом начале. Можно было сказать, что лишившись семьи, он приобрёл новую, здесь, на корабле.

Наконец, в одну из ночей капитан, сверившись со звёздами, объявил экипажу, что море они пересекли, и завтра покажется берег. Команда (те, кто не спал) резко оживились, пошли разговоры о планах на будущее, которые большинство из них представляли только приблизительно. Сам Лео ничего не планировал. Задав корма монстру, он просто прошёл в каюту Асмуса, где привычно растянулся на сундуке и благополучно заснул.

Берег увидели утром. Тонкая, едва заметная, полоска серых скал на горизонте, которая, однако, здорово всех обрадовала. После недолгого совещания, точно установили, что цель путешествия находится много западнее этого места. Тут в разговор вступил Асмус:

— Я думаю, что нам всё же стоит причалить на одну ночь.

— Зачем? — не понял капитан.

— Мне нужно кое-что сделать с моим питомцем. Кое-какой обряд, который никак нельзя провести на борту.

— Говори яснее. Что ты вообще собрался делать с этой тварью?

— Вообще, хочу продать её графу Мэлдону, — объяснил Асмус, — за хорошие деньги.

— Ну и зачем тебе какой-то обряд, — усмехнулся капитан, — тварь готова к употреблению, можно вести на рынок. Надевай ошейник и веди.

— Есть у меня кое-какая задумка на будущее, — маг хитро прищурился, — что, если у нас начнутся разногласия с графом?

— Они непременно начнутся, если мы провалим основное дело, — согласился Сарим.

— Вот для этого я и планирую сделать товар с начинкой, если всё пройдёт гладко, то граф получит монстра, посадит его на цепь, ну, или убьёт, развлечения ради. И всё у него будет отлично.

— А если нет? — спросил капитан, когда Асмус замолчал.

— Тогда начинка выйдет на свободу и графу резко станет не до нас. Более того, подозреваю, и самого графа уже не будет.

— Что это за начинка?

— Демон.

— Демон?

— Да, демон, которого я призову и спрячу в тело милой зверушки, связав мощным заклинанием. Он и будет нашей страховкой от неприятностей. Там он будет спать до той поры, пока я его не разбужу. Только проводить обряд на корабле сложно и опасно.

— А ты вообще справишься? — капитану мысль явно не нравилась, то, что он когда-либо слышал о демонах, не внушало оптимизма..

Маг вздохнул. На лице его было написано недовольство таким недоверием.

— Откуда это недоверие, Сарим? Неужели ты первый день меня знаешь? Вызов демона — экзамен предпоследнего года обучения в Академии, тот, кто не смог вызвать, отчисляется, а я, если ты забыл, закончил её с отличием.

— Просто вызвать, или подчинить, — капитан оказался немного знаком с чародейскими делами.

— То и другое, а на случай провала второй части, там присутствуют четыре опытных мага. Но у меня провала не было.

— Но это же тёмная магия, — вмешался Гарт, — разве она не запрещена?

— Везде, кроме стен Академии. Студентов учат и одновременно всё им запрещают. Не всем студентам это нравится.

— Догадываюсь, за что тебя выгнали, — капитан усмехнулся в усы.

— История эта гораздо сложнее, чем многие её себе представляют, — уклончиво объяснил маг, — их методы не имеют ничего общего с борьбой за нравственность или, скажем, человеческое благо.

Местом для проведения обряда выбрали пустой скалистый берег. Корабль не мог подойти близко из-за многочисленных рифов, поэтому добирались на шлюпке. Асмус взял с собой монстра, Лео и Берта, последнему предстояло поддерживать мага, если тот переутомится. Лео нёс в руках сундучок со всеми необходимыми реагентами, которые нужно будет подавать магу поочерёдно во время обряда.

Подниматься по камням было тяжело и долго, доволен был только монстр, после долгого сидения в трюме, дневной свет ослепил его, вертикальные зрачки сузились и стали толщиной в нить. Кроме этого, никаких неудобств он не испытывал. Наоборот, свежий воздух словно придал ему сил, он бодро перепрыгивал с камня на камень, несмотря даже на то, что весил теперь больше самого Берта. Оскаленная пасть даже изображала нечто, похожее на улыбку.

Когда поднялись наверх, обнаружили небольшое каменистое плато, местами поросшее редкой чахлой травой. Маг, остановившись, заявил, что лучшего места им не найти.

— Когда начнём? — с интересом спросил Берт.

— В темноте, — ответил ему маг, — часть заклинаний привязана к луне, лучше всего проводить обряд в полнолуние, но и такая луна, как сегодня, тоже вполне сойдёт.

— А что делать теперь? — не унимался гигант, подняв глаза на солнце, — сейчас только за полдень перевалило, надо было на корабле сидеть.

— Вот здесь, — маг указал место подальше от края поляны, — вбей четыре крепких колышка, к ним мы привяжем нашего питомца. Но это потом, пока пусть погуляет.

Берт взялся выполнять сказанное, а сам Асмус стал готовить место для себя. Достав из сундука баночку с серым порошком, он начал экономно сыпать его на землю. Провёл одну линию, вторую, третью, в итоге получилась гептаграмма — семиконечная звезда. Форма, конечно, была далека от идеала, но в целом, очертания удалось выдержать.

— Вот здесь, — он указал на центр звезды, — буду находиться я, привязанный питомец в четырёх шагах впереди, он будет привязан и, кроме того, я его усыплю заклинанием. Ни к чему нашему чудесному созданию такие потрясения. Ваше место вон там, позади меня. Старайтесь поменьше высовываться. Помощь мне понадобится дважды. Один раз Лео подаст мне книгу, во второй раз нужно будет подать вот это зелье в зелёной бутылке. Оба раза я сделаю рукой вот такой жест.

Асмус завёл руку за спину и помахал раскрытой ладонью.

— Дальше, мне понадобится жертва. Берт, ты не забыл?

Помощник капитана вытряхнул из мешка огромную крысу. С сомнением посмотрел на неё, потом потыкал пальцем.

— Нет, она жива, — успокоил его маг, — просто я её усыпил, чтобы не прогрызла мешок. К началу обряда разбудим.

— А как вообще вызывают демона? — с интересом спросил Лео.

— Если коротко, то, помимо нашего мира, существует ещё и мир потусторонний, в котором живут демоны. Он… — маг замялся, не зная, как объяснить малограмотным людям высокие материи, — короче, представьте, что это изнанка нашего мира. Первая часть обряда разрывает стену между мирами, словно бы, открывая дверь. Дверь маленькая и открывается ненадолго.

— Как дыра в штанах? — спросил Берт, ему тоже стало интересно, — а потом?

— А потом нужно затянуть демона в наш мир, вопреки суевериям, демоны отнюдь не рвутся в наш мир, им здесь не нравится, а потому его следует привлечь. Для этого есть два способа. Можно использовать какую-то приманку, но этот способ крайне ненадёжен. Демоны не отличаются постоянством, он может счесть, что твоё предложение недостаточно, со всеми вытекающими отсюда последствиями.

— А другой способ?

— Другой под силу только опытному магу, его смысл в том, чтобы, используя мощное заклинание, схватить демона за яйца и насильно вытащить в наш мир.

— А где у демона яйца? — спросил удивлённый Берт.

— Это образное выражение, — объяснил маг, поморщившись, — разумеется, никаких яиц у демона нет. А если и есть, то дело не в них. Просто его нужно захватить заклинанием, от которого он на время потеряет способность действовать и будет испытывать сильнейшую боль.

— А на какое время? — с сомнением спросил Берт.

— На моей памяти самый могучий маг, на пике своих способностей, повесив на себя мощный амулет и приняв стимулирующий напиток, смог удержать демона полторы минуты.

— А что потом? — хором спросили оба.

— За отведённое время нужно будет выпытать его имя. Имя демона имеет над ним власть. А когда маг узнает имя, он сможет отдавать демону приказы.

— А если маг не успеет? — с тревогой спросил Берт, — или демон попадётся упрямый? Что, если за это время ты так и не узнаешь его имени?

— Хммм… — маг на мгновение задумался, — возможен и такой вариант. Что ж, в этом случае, я уйду порталом, а вас демон сожрёт.

Берт с мальчиком испуганно переглянулись и, на всякий случай, отошли подальше от места предполагаемого обряда.

Темноты дожидались в молчании, только маг разминал язык, произнося заковыристые скороговорки на непонятном языке. Когда солнце скрылось за горизонтом, Асмус отряхнул мантию (которую надевал редко, обычно для того, чтобы подчеркнуть свой статус) и вошёл в центр нарисованной звезды.

Взмахнув руками, он начал нараспев читать заклинание. Непонятные слова становились всё громче, фигуру мага окутало прозрачное голубоватое облако, которое медленно рассеивалось в окружающем пространстве. Внезапно он замолчал и опустил руки вниз. Порошок, из которого состояла звезда, вспыхнул ровным жёлтым пламенем. Лео подумал, что это опасно, может загореться мантия, но огонь был явно магический и, скорее всего, ничего зажечь бы не смог.

В руках мага откуда-то взялась крыса, теперь она уже не спала, а бодро сучила лапами. Он снова начал заклинания, но говорил теперь гораздо тише и отдельные слова были понятными.

— Именем четырёх стихий… граница… смещение сфер… откройся!

На последнем слове Асмус взмахнул ножом и отрубил голову крысы, после чего, удерживая тело за хвост, плеснул кровью вперёд. Капли крови, вспыхнув в воздухе ярким пламенем, словно прожгли дыры на картине, вот только картиной этой была сама ткань мироздания.

Более того, дыры в пространстве продолжали расширяться и через некоторое время слились в одно большое окно, через которое мог бы проехать всадник на лошади. Но в это окно ничего не было видно, оно было затянуто серебристым светом.

Рука Асмуса зашла за спину и пошевелила пальцами. Лео, опомнившись, схватил книгу и подбежал к магу. Он вытянул руку далеко вперёд, стараясь не наступить в огонь, который горел уже долго, но при этом ещё пока и не думал гаснуть. Взяв книгу у мальчика, маг открыл её в нужном месте и снова начал произносить заклинания. Теперь голос его был ровным, словно он читал лекцию студентам, но результат не замедлил сказаться.

По сверкающей поверхности окна пробежала рябь, потом свет стал тускнеть, а через какое-то время и вовсе померк. Окно стало прозрачным. С той стороны виделся иной мир, надо полагать, тот самый, где живут демоны. Их взорам предстала каменистая равнина с небольшой речкой, вода в которой была почему-то ярко красного цвета, словно это не вода, а кровь. Кое-где росли мелкие колючие кустики, небо было чёрным и в нём висело непонятное красное светило. Далеко на горизонте извергался вулкан, выбрасывая в небо тучи из огня, дыма и пыли. Никаких демонов поблизости не наблюдалось.

Асмуса этот факт нисколько не смущал, он бросил книгу на землю, опять же, нисколько не заботясь о том, что листы могут обгореть. Потом он снова завёл руку за спину. Лео подбежал и сунул ему в руку небольшую зелёную бутылочку. Маг взял её, зубами выдернул пробку, а потом в несколько глотков выпил содержимое. Вкус зелья явно был отвратительным, лицо его перекосилось, кожа побледнела так, что видно было даже в тусклом свете горящей звезды. Через пару секунд тело мага согнулось пополам, словно от сильной боли в животе, он застонал, но быстро умолк. Когда он выпрямился, глаза его светились синим, а вид был торжествующий.

Снова безостановочно полились заклинания, потом он вытянул вперёд руку ладонью вверх и начал медленно сжимать пальцы. Выглядело это так, словно он и в самом деле сжимал пальцами мошонку воображаемого демона. Раздался громкий вой, настолько пронзительный, что у Лео начали болеть зубы, вой этот становился всё тоньше, начиная напоминать комариный писк, а через пару секунд перед ними появился и сам демон.

Сложно было точно подобрать слова, чтобы описать увиденное, существо обладало кожей странного оранжевого оттенка, было двуногим и двуруким. Своими размерами оно превосходило самого Берта, на большой голове его были огромные витые рога, как у горного барана, а морда заканчивалась пятачком, что делало его похожим на обычную домашнюю свинью, с той только разницей, что у свиньи нет таких острых зубов. При всём этом, объект вызова был не до конца материальным, то обретал плоть, то становился прозрачным.

Явления эти прекратились, когда он переступил границу между мирами, теперь это было абсолютно реальное существо, которое медленно приближалось к магу, продолжая при этом жалобно стонать и поскуливать.

— Имя? — громовым голосом вопросил Асмус, сжимая пальцы ещё сильнее, — мне нужно имя! Скажи!!!

Демон застонал ещё сильнее, но имя пока не называл. Берт и Лео, вспоминая слова про полторы минуты, сильно напряглись, готовые задать дёру в любой момент.

— Имя?!! — ещё громче повторил Асмус, пальцы его сжались почти в кулак. Видно было, что процесс этот крайне трудный, мага трясло от напряжения, а глаза горели всё ярче, напоминая фонари.

И демон, наконец, сдался. Из широко разинутой пасти вылетел клуб дыма, а следом послышалось слово. Лео не разобрал хриплый голос, больше похожий на рык, но привычный Асмус быстро повторил услышанное и, судя по тому, что демон резко притих, не ошибся ни в одном звуке.

— Сигилонд! Ты мой раб, — на этих словах маг облегчённо вздохнул, и рука его опустилась, — Сигилонд, войди в это тело.

Маг указал пальцем на привязанного к колышкам спящего мутанта.

— Ты будешь пребывать в указанном теле, и спать, пока оно не прекратит жить, только тогда ты вернёшься домой. Сейчас я запру тебя замком, который может быть повреждён. Если будет повреждён замок, ты освободишься, но не сможешь покинуть этот мир. Войди в тело, Сигилонд, я тебе приказываю.

То, что случилось дальше, не укладывалось в рамки обычного и даже с трудом поддавалось описанию. Огромная туша демона приблизилась к не менее огромной туше мутанта, после чего демон встал на четвереньки и начал залезать мутанту в ухо. Никто из присутствующих не смог бы объяснить, как это произошло. Всё тело демона пролезло в маленькую дырочку секунд за пять.

Тело мутанта выгнулось и пошло буграми, словно костюм, натянутый на слишком большое тело, но постепенно это прекратилось, и мутант затих. Маг спокойно покинул своё место в центре затухающей звезды и, слегка пошатываясь, подошёл к мутанту. Он что-то вынул из кармана мантии, и некоторое время рассматривал предмет, держа его на ладони.

Лео, поняв, что самое опасное позади, осмелел и подошёл сзади к магу. На ладони у того лежал тот самый похожий на паука амулет, в виде кристалла с металлическими ножками. Маг накрыл его ладонью и сказал короткое заклинание. Между ладонями вспыхнул и сразу погас яркий свет, а когда маг поднял вторую ладонь, под ней обнаружилось уже два амулета. Один из них он небрежно бросил на грудь мутанта. Второй отправился в карман. Направив обе ладони на грудь лежавшего перед ним мутанта, маг снова выкрикнул заклинание. Амулет вспыхнул ярким синим светом и по серой коже побежали искры, тело монстра снова выгнулось и затряслось, как в приступе падучей болезни, он оскалил ужасную пасть и зашипел, а когда это прошло, Лео увидел, что ножки «паука» прочно вошли под кожу, оставив на поверхности только сам кристалл.

Это последнее заклинание окончательно лишило мага сил. Он охнул и начал медленно оседать. От падения на землю его спас только вовремя подошедший сзади Берт, который подхватил его за подмышки и, оттащив в сторону, аккуратно положил на траву. Асмус был в сознании, он поблагодарил обоих за помощь, а потом, пристально поглядев на спящего мутанта, слабым голосом приказал:

— Проснись.

Тот сразу открыл глаза и стал подниматься на ноги.

— Подойди сюда, — снова приказал ему маг, — теперь нагнись.

Когда монстр нагнулся, Асмус внимательно рассмотрел торчавший из груди кристалл.

— Прекрасно, — прокомментировал он свою работу, — лучше и не придумать.

— Что прекрасно? — спросил Лео.

— Прекрасный экземпляр получился, с виду — почти безобидная тварь, которая может, разве что, оторвать голову лапами. А внутри настоящий демон, сильный, способный сравнять с землёй небольшой город, которого почти невозможно убить обычным оружием.

— А как им управлять?

— Он, то есть, монстр, подчинится тому и кого дубликат амулета. Я его сохраню у себя. Граф, если он его купит, будет управлять им, как обычным животным, приручит со временем. Если монстр умрёт от старости (не уверен, что такое возможно, монстры не всегда подвержены старости), или будет кем-то убит, то демон благополучно вернётся к себе домой, а вот если я разрушу дубликат амулета, то разрушится и сам амулет. Монстр при этом, вполне возможно, не пострадает, а вот демон выйдет наружу, он будет свободен, но без возможности вернуться в свой мир, а потому сразу разозлится, как… как демон. Последствия представляйте себе сами.

— А если мы окажемся рядом? — с опаской поинтересовался мальчик.

— Я знаю его имя, это, конечно, не гарантия покорности, но хватит, чтобы спастись, — спокойно ответил маг и попытался встать, не получилось. — Похоже, парни, вам придётся меня нести.

— А этот твой двойной монстр не может тебя понести? — спросил Берт, который не особенно любил трудиться.

Маг задумался, потом ответил совершенно не в тему:

— Нужно его как-то назвать, ведь даже у собак есть свои имена, а он всё же намного умнее любой собаки.

Берт и Лео недоумённо переглянулись.

— Точно! — воскликнул он, — я назову его Седрик, так звали одного преподавателя в Академии, который был редкостным уродом и подлецом. Как вам?

— Да наплевать, — Берт пожал плечами.

— Я знал, что вам понравится, — маг через силу улыбнулся, — нужно уходить, скоро рассвет. Седрик, неси меня вниз.

Теперь, с вживлённым в тело амулетом подчинения и по совместительству замком от оков демона, монстр по имени Седрик стал гораздо сообразительнее. Лео даже подумал, что монстр даже сможет мыть палубу, на время заменив его самого.

Теперь они спускались по каменистому склону. Седрик нёс на плече мага так легко, словно тот вообще ничего не весил. Берт и Лео несли вещи. Оба перенервничали, устали и проголодались, а потому спешили как можно скорее добраться до корабля.

Попытка посадить Седрика на вёсла и заставить его грести провалилась, умственные способности монстра не простирались настолько, чтобы управиться с веслом, поэтому работа с вёслами целиком легла на могучие плечи помощника капитана.

Когда лодка приблизилась к кораблю, было уже раннее утро. Вахтенный увидел их и разбудил остальных, на судне началось оживление. Асмус, который уже настолько пришёл в себя, что смог самостоятельно подняться на корабль, доложил капитану об успешном завершении дела.

— Может, оставим его себе, — полушутя предложил Сарим, — такой монстр может здорово пригодиться в бою. Может быть, пусть он разнесёт к чертям замок графа, а мы просто придём и заберём казну?

— Демон — это не то оружие, которое можно применить на цель, когда он разнесёт замок графа, а я уверен, что он его разнесёт, добыть из развалин казну (если она вообще хранится там) будет сложно. На раскопки уйдёт не один месяц. Нужно ставить перед собой достижимые цели.

— А если применить демона для того, чтобы отбить партию золота? — не унимался капитан.

— Не стоит этого делать, — Асмус покачал головой, — опасно, демон, даже подконтрольный, не слишком разбирается в том, кого ему следует убивать, если приказать ему убить человека, он вполне может уничтожить город, в котором тот находится, кроме того, демоны никогда долго не служат людям. А в теперешнем его состоянии он не намного полезнее человека. Кроме того, Седрик очень много ест.

Последний довод вызвал горячую поддержку Ключника, который сильно переживал за свои запасы, уже изрядно подъеденные.

— Здесь нам больше ничего не нужно, можно сниматься с якоря, — сказал Асмус капитану и тут же, предугадав следующий вопрос, добавил, — нет, ветер сделать не смогу, слишком устал, поэтому всё сами.

Капитан не стал настаивать, повернувшись к команде, он отдал нужные приказы и команда начала поднимать паруса. Скоро они смогли с помощью косых парусов на бушприте развернуть корабль, но Лео этого уже не видел, поскольку крепко спал на своём сундуке.

Попутный ветер быстро гнал судно к цели, так что, когда Лео открыл глаза, сладко зевнул и потянулся, где-то снаружи раздался звон якорной цепи. Они прибыли на место.

Капитан построил команду на палубе. То есть, это так говорится, что построил, на самом деле они сидели, стояли и даже лежали как угодно. Единственное, что было важно, вся команда молчала и вслушивалась в то, что говорит Сарим.

— Итак, друзья, — важным голосом проговорил он, — мы начинаем серьёзное и опасное дело. Если оно выгорит, мы уведём у местного графа гору золота, если же нет, то, очень может быть, сложим здесь свои головы. Не самый привлекательный выбор, но вы к такому привыкли.

Никто ничего не сказал, но и возражений не было заметно. Капитан, удовлетворённо кивнув, продолжил:

— Пока мы будем здесь, Асмус, — он показал на мага, словно никто не помнил, как тот выглядит, — отправится в гости к местному правителю, графу Мэлдону, и попробует продать ему своего монстра.

— Седрика, — добавил маг, — его так зовут.

— Ты, наверное, знаешь, — снисходительно прокомментировал Сарим его слова, — что мне, как и всем остальным, глубоко плевать, как зовут твоего урода. Для меня важно как можно быстрее от него избавиться, пока он не уничтожил все наши запасы. Ключника скоро удар хватит от его прожорливости. И ещё, сколько ты надеешься за него выручить?

— Тысячу серебряных марок, — не задумываясь, ответил Асмус, — здесь в обращении золото, но курс известен.

— Неплохо, — мечтательно произнёс кто-то, — хватит, чтобы всем неделю гулять. С дорогой выпивкой и шлюхами.

— Это довольно объёмный мешок, — заметил Склир, описав руками в воздухе примерные размеры мешка, — даже в золоте, донести скрытно не получится.

— За это не переживай, — успокоил его маг, — уж какой-нибудь способ найду.

— Отлично, — подвёл итог капитан, — теперь по основному вопросу. Сейчас на прииск пойдёт разведка, нужно выяснить всё, что касается отправки партии золота. Не знаю, сколько потребуется времени, но мы готовы ждать.

— Кто пойдёт? — поинтересовался Берт.

— Крыс, Лойко, Кирша и Склир, — перечислил капитан.

— Склир нужен мне, — запротестовал Асмус, — я собирался взять его с собой на приём к графу.

— Значит, придётся пойти без него, — просто и ясно объяснил капитан, — болтать на местном наречии умеете только вы двое, так что, выбора нет. Разведка должна не столько подсматривать, сколько подслушивать.

— Ясно, — маг вздохнул, — пойду один.

— Можешь взять с собой Лео, — капитан с усмешкой указал на мальчика, — он ведь твой помощник, вот и пусть идёт. Только переодень его, в лохмотьях к графу не пускают.

— Так и сделаю, — буркнул маг и отправился в свою каюту.

Следом за ним пошёл и Лео. Маг, который казался расстроенным, теперь приободрился.

— Собирайся, малыш, — сказал он Лео, хлопнув его по плечу, — не знаю, как ты, а я уже основательно заскучал по обществу, когда видишь вокруг себя одни и те же рожи изо дня в день, поневоле начнёшь тосковать по переменам.

— А куда мы пойдём? — спросил мальчик, — ну, то есть, понятно куда, а где граф живёт?

— Нужно уточнить по карте, да и местные легко покажут, где живёт хозяин этих земель. Это не главное. Теперь нужно тебя одеть.

До сих пор Лео ходил в том, что было на нём с момента поездки в город. Короткие холщовые штаны и рубаха, доставшиеся от старшего брата, а потому изрядно поношенные и в заплатках. К этому прилагались стоптанные кожаные сандалии, которые он тогда надел специально в дорогу, дома, в деревне, ходил всегда босиком, а по каменистой дороге так далеко не уйдёшь.

Кое-какой запас одежды на корабле был, нашлись, к примеру, красивые синие штаны небольшого размера, рубаха с вышивкой нормально сидела в плечах, правда, оказалась длиной до колена, а рукава пришлось подворачивать, с сапогами дело не задалось, пришлось обойтись сандалиями из кожаных ремешков. Тем не менее, мальчик выглядел уже не как оборванец, а как сын зажиточного крестьянина или мелкого торговца. Сам маг надел синие штаны с короткой курткой поверх шёлковой рубахи, а сверху дорожный плащ из грубого холста с капюшоном. На пояс он повесил изящный кинжал, а на предплечье правой руки привычно намотал цепь с грузом. Кроме того, маг занялся отросшей бородой и с помощью бритвы быстро превратил её в красивые усы подковой. Теперь можно было отправляться. Вещевые мешки они захватили с собой, но запасов пока не брали.

На палубе их ждал Склир, он, как и остальные разведчики, был одет в куртку и шаровары серо-коричневого цвета, которые не выделяются ни на камне, ни на песке, и мягкие сапоги со шнуровкой, позволяющие бесшумно ходить. Развернув карту, он начал объяснять:

— Здесь находится портовый город Вейсс, сам он невелик и торга там почти нет, весь прибывающий товар, доставляется по дороге в столицу графства, город Феллин, там огромный рынок и потрясающее разнообразие товара, но вам туда не нужно. Резиденция графа, его замок, находится вот здесь, — парень ткнул пальцем в точку чуть западнее города, — можете обращаться прямо туда.

— Что там за дорога? — спросил Асмус, — безопасно ли там, часто ли попадаются постоялые дворы? Я не люблю спать под кустом и питаться сухарями. Если есть возможность путешествовать с комфортом, нужно её использовать.

— Это основной путь снабжения графства, разумеется, там совершенно безопасно. Что касается постоялых дворов, то они есть, их много…

— Но придётся пройти мимо, — перебил его капитан, — вы что, собрались посещать корчму в компании зубастого монстра? Тогда вы никуда не дойдёте, очень скоро люди убьют и его и вас.

— Ты неправ, Сарим, — с недовольным видом объяснил маг, идея скрытного путешествия по лесам ему совсем не понравилась, — Седрика я одену в такой же плащ, надвину капюшон на лицо, и никто ни о чём не узнает. Да и заклинание для отвода глаз я пока не забыл. Пойми, если мы будем ночевать под кустом и питаться крысами, то к моменту прибытия в замок выглядеть и пахнуть будем так, что граф не сразу поймёт, кто из нас троих монстр.

— Чёрт с тобой, — сдался капитан, бросая ему кошелёк, — расходуй экономно, как знать, продажа может и не состояться.

— Я понял тебя, — Асмус расплылся в улыбке и спрятал кошелёк за широкий пояс.

— Теперь вы, — капитан повернулся к разведчикам, — сейчас садитесь в шлюпку и отправляетесь к берегу, высадка в десяти милях от устья реки Мутной, лодку хорошо спрячьте, дальше пешком и ползком. Собирайте информацию тщательно, через неделю жду одного из вас с вестями. Если срочно, то в любой момент, корабль будет уже завтра вечером стоять на якоре в этом же месте.

Все четверо, прихватив тяжёлые мешки с едой, а из оружия только ножи, прыгнули в лодку. А корабль, снявшись с якоря, направился прямиком в гавань города Вейсс.

С ветром им на этот раз не повезло, а потому пришлось Асмусу снова «напрямую обратиться к стихиям», — занятие, которое он страшно не любил. Тем не менее, получилось у него отлично, паруса наполнились ветром и корабль понёсся стрелой. Берег они не теряли из виду, а очертания города разглядели ближе к вечеру. Основательно подкрепившись, Лео, Асмус и Седрик сошли на пристань, а корабль отчалил так быстро, что местным таможенным чиновникам осталось только проводить его взглядом.

Скоро должна была наступить ночь, но оставаться в городе они не стали. Асмус решил, что им хватит сил, чтобы шагать до утра и ещё весь день завтра. Лео усомнился в их способности не сбиться с дороги в темноте, но маг подробно выспросил дорогу у местных, после чего они покинули город, успев проскочить ворота до того, как их закрыли на ночь.

Седрик бодро шагал рядом с ними. Асмус одел его в просторную рясу с капюшоном, полностью скрывающим лицо, видно было только подбородок (вполне человеческий, если не присматриваться), да светящиеся в темноте глаза. Ещё видно было босые ноги, которые тоже были похожи на человеческие, а их трупно-серый цвет успешно скрывала дорожная грязь. Когтистые руки он успешно прятал в просторных рукавах. Благодаря амулету подчинения в груди, он беспрекословно слушался мага, и, даже если бы тот приказал ему прыгнуть в пропасть, подчинился бы безоговорочно.

Скоро стало совсем темно, дорога была достаточно прямой, но поверхность её оказалась далека от идеальной, поэтому у ночных путешественников были неплохие шансы переломать себе ноги, споткнувшись о придорожные валуны. В темноте видел только Седрик, но ему в голову не приходило предостерегать спутников от падений, да и говорить он не умел.

Остановившись, Асмус пробормотал нечто, вроде «А чем я хуже?» и начал рыться в мешке. Собственно, припасов они почти не брали, а потому большая часть его мешка была занята всевозможными пузырьками и бутылочками с алхимическими зельями. Более того, он ещё и пустых сосудов с собой прихватил, собираясь запастись местными травами, правда, основную часть груза повесил не Седрика. Нашарив нужный пузырёк, он открыл его и, запрокинув голову, аккуратно капнул себе по капле в каждый глаз. Потом на некоторое время зажмурился, после чего широко раскрыл глаза, испугав Лео. Радужная оболочка светилась ярким зелёным светом.

— Если хочешь, капну и тебе, — предложил он мальчику, — это безвредно, а действия хватит до утра.

Лео, немного подумав, согласился и почти сразу об этом пожалел. Ощущения были такими, словно кто-то прямо у него под носом кромсал ножом луковицу. Он начал со стоном тереть глаза, но очень скоро жжение прекратилось и, подняв веки, он с удивлением обнаружил, что видит все окружающие предметы, словно сейчас не глубокая ночь, а вечер, или раннее утро. Дальше они пошли уже быстрее.

— У этого зелья только один недостаток, — начал объяснять Асмус, — нельзя смотреть на яркий свет, слишком большая чувствительность приведёт к ожогу глаза, а если, скажем, после этого зелья посмотреть на солнце, то вполне можно ослепнуть.

Вняв этому предупреждению, Лео старался даже на звёзды глаза не поднимать, смотрел строго под ноги. Они шагали всю ночь, как заведённые, ближе к утру усталость и сон стали постепенно одолевать их, но, как назло, ни одной деревни на пути не попадалось.

Действие зелья подошло к концу, да и нужды в нём больше не было. Горизонт по правую руку осветили первые лучи восходящего солнца. Справа и слева от дороги раскинулись широкие луга, заросшие сочной травой и цветами. Здесь их движение замедлилось, поскольку маг то и дело отправлял Лео, чтобы тот сорвал то один, то другой цветок, или травинку. Всё добытое он старательно осматривал и складывал в банку. Сам Асмус, с помощью магии поймал несколько крупных бабочек с красивыми чёрно-бело-красными крыльями. Они тоже заняли своё место в банке.

Время шло к обеду, их неоднократно обгоняли телеги с грузом и людьми, несколько раз даже предлагали подвезти, но Асмус отказывался, слишком велик был риск раскрытия личности могучего человека в рясе, так что, контакты с людьми поневоле пришлось свести к минимуму.

После полудня они всё же набрели на небольшую деревню, где нашлась солидная харчевня для приезжих. Там же был и постоялый двор, где можно было остановиться на ночь. До ночи было долго, но сил идти дальше не было, кажется, даже у Седрика. Достав из-за пояса кошелёк, Асмус скомандовал привал.

В харчевне было тихо, в полумраке за стойкой сидел хозяин, крепкий пожилой мужик с седой бородой до пояса, одетый в меховую душегрейку. Он явно маялся от безделья и уныло глядел в потолок. Увидев посетителей, он сразу оживился и приготовился слушать.

Асмус положил на стойку серебряную монету и потребовал еды. Монета моментально перекочевала в карман хозяина, а невесть откуда взявшаяся девушка стала расставлять на столе тарелки. Была тут и каша с мясом, и суп с потрохами, и жареная рыба, и даже какие-то кисловатые фрукты. К этому прилагался довольно большой кувшин пива.

Все трое уселись за стол и принялись за еду. Точнее, принялись маг с мальчиком, Седрику работать ложкой было опасно, придётся показать когтистую лапу, от вида которой девушка с подносом точно упадёт в обморок. Асмус, жалея своё измученное создание, время от времени подавал под капюшон кусок мяса или рыбы, который Седрик тут же проглатывал, едва не откусывая пальцы мага. Понятно, что для такого крупного существа подобной еды было мало, но проблему эту маг пообещал решить позже.

И действительно, когда они закончили с обедом и пошли в приготовленную для них комнату, Асмус потратил ещё одну монету, чтобы купить сырую баранью ногу и слегка подкопчённый свиной окорок. Всё это он отдал Седрику, который с глухим урчанием вгрызался в мясо, взглядом от души благодаря мага. Очень скоро от еды остались только сухие гости, мясо, жилы и хрящи были проглочены и уже, кажется, переварены.

А через полчаса все трое спали, как убитые. Асмус расспросил хозяина харчевни и узнал, что если они завтра выйдут ранним утром, то к вечеру прибудут к замку графа Мэлдона.

Утром они открыли глаза одновременно. Было ещё очень рано, солнце только начало рассеивать ночную мглу. Тем не менее, наши путешественники, наскоро перекусив вкуснейшей ухой, отправились в путь, прихватив с собой в дорогу приличных размеров кусок говяжьей вырезки.

Мясо Седрик сожрал в четыре укуса, даже не потрудившись его разжевать. Да и этого внушительного куска ему не хватило, поэтому монстр решил проявить некоторую самостоятельность, благо, маг ему подобное не запрещал. Седрик отошел от своих спутников и пошёл по высокой траве придорожного луга. Время от времени он резко наклонялся, а потом вставал. Подойдя поближе, путешественники увидели исчезающий в его огромной пасти жирный хвост мыши-полёвки.

— Прекрасно, — похвалил его Асмус, — идеальный экземпляр, я отлично поработал. Зверь, причём умный, вполне способный себя прокормить. Его можно выпустить в дикую природу, а там он сможет посоперничать с волками и медведями.

— А людей он есть не будет? — с опаской спросил Лео.

— Сложно сказать, пока таких наклонностей я у него не замечал, но от сильного голода, возможно, начнёт. И знаешь, что ещё?

— Что?

— Я вот подумал, ведь половые органы у него остались, хотя и должны были рассосаться, допускаю, что и к размножению он способен. Можно даже вывести женщину такого же вида и создать семью, которая будет производить таких же детей. А получившихся детей можно будет подвергать дополнительным мутациям, ещё более совершенствуя созданную породу.

— Асмус, — осадил Лео замечтавшегося мага, — мы его продавать ведём. Ты его потом и не увидишь больше.

— Ну, да, — с тяжким вздохом согласился маг, — но, всё равно, идея хорошая, нужно её тщательно обдумать. Кто же виноват, что, вместо научных изысканий, приходится зарабатывать на кусок хлеба?

Дальше они пошли в молчании. Дорога казалась бесконечной, хотя и места здесь были вполне обжитые, попадались деревни и хутора, а вместо луговой травы, с двух сторон от дороги весело колосилась рожь. Скоро на дороге стала попадаться стража, солдаты в хороших латах, с короткими алебардами в руках. Они никого не трогали, только проходили по дороге в одну и в другую сторону. Граф действительно заботился о порядке и безопасности, а средств на содержание наёмников у него уж точно имелось в избытке.

На обед останавливаться они не стали, решив как можно быстрее добраться до замка. Прибавив шагу, они довольно быстро вышли к развилке. Дорожный указатель, понятный, правда, одному только Асмусу, сообщил, что прямо будет город, а если свернуть левее, то там будет замок графа. Обрадовавшись долгожданному завершению долгого пути, они повернули налево.

Замок графа впечатлял. Никаким хозяйственным постройкам здесь не было места, только голые стены, сложенные из тёмного камня, высота их наводила на мысль о бесперспективности любого штурма, армия любой численности поляжет здесь, а в самой крепости вполне может быть не более трёх-четырёх сотен защитников. На вопрос Лео, может ли магия сокрушить такую крепость, Асмус объяснил, что вообще-то сможет, но, если граф не дурак, а он, скорее всего, не дурак, то при строительстве были приглашены маги, которые наложили заклятия на стены. А разгадать эти заклятия и подобрать к ним ключ сложно, куда сложнее обычного штурма. А ещё добавил, что для взятия подобной крепости нужно искать слабое место в людях, а не в камне.

Как бы то ни было, а граф определённо ничего не боялся. Ворота замка были открыты, а в них временами входили какие-то люди. Асмус предпочёл отойти в сторону от дороги, а когда убедился, что его никто не видит, достал из мешка кандалы, которые быстро надел на руки и ноги монстру. Так, гремя цепями, они и пошли к воротам. Воображение уже рисовало картину, как испуганная стража, поднимается по тревоге, убивают Седрика, а мага с мальчиком бросают в камеру, чтобы потом повесить по подозрению в покушении на графа. Сбежать-то они сбегут, вот только о деньгах тогда придётся забыть.

Когда все трое по подъёмному мосту прошли в ворота, путь им преградил стражник, это был средних лет мужчина, как и другие, одетый в доспехи, но с книгой в руках. Очевидно, записывал имена входящих.

— Кто вы и зачем вы здесь? — спросил он. Вопрос был понятен только Асмусу, а остальные просто молча слушали.

— Я - Скелис, маг, охотник и путешественник. Я много слышал от разных людей, что Его Сиятельство граф Мэлдон очень богат и любит всяческие диковины. Это так?

— Да, это так, — ответил стражник, с опаской поглядывая на великана в цепях.

— Так вот, — продолжил маг, — я привёл для него диковинного зверя, отловленного в горах Кленинга, могу ли я надеяться на благодарность графа?

— Да, — ответил стражник, без особой уверенности, — я сейчас доложу, а где ваш зверь.

— Вот он, — Асмус показал на фигуру Седрика, — если хотите, загляните под капюшон. Это монстр, цепи и магия удерживают его, но без них он весьма опасен. Граф вполне может использовать его, например, как сторожевую собаку.

Стражник подошёл и с опаской приподнял край капюшона. Сразу отшатнулся и с бледным лицом ответил:

— Я сейчас доложу Его Сиятельству, монстр ваш страшен, но нашему господину такое нравится.

Стражник отправился докладывать, а путешественникам предложили присесть на невысокую лавочку у стены. Сидеть долго не пришлось. Стражник скоро вернулся и предложил идти с ним. У них отобрали вещмешки и ножи, цепь Асмуса, впрочем, отбирать не стали, видимо, посчитали её украшением. Все вместе они прошли по длинному извилистому коридору, где на каждом повороте стоял рыцарь в полном доспехе, вооружённый двуручным мечом. Граф был действительно очень богат и могущественен. А в конце коридора их ждал вход в большой зал для приёмов. В центре стоял трон, на котором сидел темноволосый мужчина, лет тридцати с небольшим, одетый, как и все присутствующие в доспехи. На кирасе сверкал герб его рода: какая-то золотая птица, сидящая на мешке с золотом. Мужчина этот был красив, высок ростом, что было заметно даже тогда, когда он сидел, и имел умные глаза. Его широкое гладко выбритое лицо прямо-таки излучало здоровье, а жизнерадостная улыбка наводила на мысли о весёлом характере графа. О своей безопасности он тоже позаботился, в зале было не меньше трёх десятков рыцарей с оружием, если бы они попытались не то, что убить, а хотя бы косо посмотреть на их сеньора, их тут же изрубили бы на куски.

— Ваше Сиятельство — обратился к нему Асмус с поклоном, Лео, не понимая слов, тоже поклонился, — вам, наверное, уже доложили, что я привёл необычное существо…

— Да, я знаю, — перебил его граф, — снимите уже капюшон, я хочу посмотреть.

Асмус подошёл к огромной фигуре и резко сдёрнул с него плащ. На могучем теле монстра остались только цепи и набедренная повязка. Словно по заказу, Седрик поднял вверх могучие лапы в кандалах, оскалил зубы и зарычал.

Толпа отшатнулась, кое-кто из благородных рыцарей потянул меч из ножен, но граф взмахом руки всех осадил. Видно было, что сам он с трудом сдерживается, чтобы не завопить от восторга.

— Это потрясающе! — сказал он, наконец, — таких тварей я пока ещё не встречал. Какие мускулы, а зубы, а когти!

Встав с места, граф начал ходить кругами вокруг Седрика. Осмотрев его снизу доверху и не обнаружив изъянов (а изъянов действительно не было, даже магический амулет окончательно врос в кожу и был не виден), он повернулся, наконец, к Асмусу:

— Что ты за него хочешь, охотник?

— Тысячу марок серебром, — нисколько не задумываясь, ответил маг.

Граф торговаться не стал, немного подумав, он ответил:

— Твоя цена меня устраивает. Вот только меня не зря называют Золотым графом, серебро в моих владениях редкость. Назови цену в золоте.

Маг, как оказалось, всё давно подсчитал и имел готовый ответ.

— Сто тридцать два золотых реала, сто семьдесят дукатов, или же ровно сто цехинов.

— Мне нравятся грамотные люди, — граф улыбнулся и кивнул кому-то из свиты, — заплатите в реалах, а ты, охотник, что намереваешься делать дальше?

— Отправлюсь в порт Вейсс, надеюсь, на ваших дорогах безопасно путешествовать с мешком денег. Там сяду на корабль и отправлюсь в дальнейшее путешествие.

— Ты назвал себя магом, так?

— Я владею магией, — скромно ответил Асмус, — немного разбираюсь в алхимии, но специально этому нигде не обучался.

— Просто мой придворный маг умер от старости, что странно, я думал, маги живут вечно. А хорошего лекаря нет. Ты разбираешься в медицине, охотник Скелис?

— Немного, — ещё более скромно ответил Асмус, — что нужно сделать?

— Там, в подвальных помещениях замка, лежит в родовых схватках одна хорошая служанка, что-то пошло не так, все уже думают, что она умрёт, не мог бы ты спасти хотя бы ребёнка?

— Я попробую, только отдайте мой мешок, там есть всё необходимое.

Мешок ему отдали, а после провели по коридору в подземные помещения. Лео, на которого никто не обращал внимания, тихо плёлся следом. Он ничего не понял из беседы мага с графом, но по довольному выражению лица Асмуса понял, что всё прошло хорошо.

В просторной комнате, освещённой несколькими светильниками, стояла широкая кровать. На ней лежала молодая женщина, укрытая одеялом, она была в сознании, но взгляд был отсутствующим, лоб покрывала испарина. Изредка она издавала тихие стоны. Создавалось впечатление, что она испытывает адскую боль, но сил кричать у неё не осталось. Человек, который привёл их сюда, с виноватым видом развёл руками.

— Сказать по правде, Его Сиятельству глубоко плевать на служанку, но, так уж получилось, что этого ребёнка она нагуляла с одним из рыцарей. Лучшим рыцарем графа. Тот не женат и связывает с будущим бастардом кое-какие планы. Граф заботится о своих вассалах.

Асмус не стал размениваться на разговоры. Он сбросил куртку, закатал рукава рубахи и подошёл к кровати. Сунув руки под одеяло, он ощупал живот женщины и с недовольным видом произнёс, повернувшись к Лео:

— Дело дрянь, заклинанием родовспоможения не обойтись. Придётся резать.

Потом повернулся к сопровождающему и спросил на его языке:

— От предыдущего мага остались инструменты? Делать операцию боевым кинжалом неудобно.

Через некоторое время им принесли сундучок с инструментами, которые Асмус велел немедленно кинуть в кипяток. При этом сам он плеснул на руки спирта и старательно его растёр. После кипячения маг выложил инструменты на чистую ткань и откинул одеяло.

Лео, стоявшему рядом, пришлось поневоле принимать участие, даже стыдливо отвернуться не получилось, маг приказал помогать.

Первым делом он дал полуживой роженице что-то хлебнуть из небольшой бутылки, кажется, это было то самое зелье, которое Асмус давал тому пленному крестьянину перед тем, как начать делать из него Седрика, через полминуты женщина закрыла глаза, и стоны прекратились.

Операция длилась долго, временами Асмус приказывал подать ему инструменты, названий которых Лео не знал, но догадывался по короткому описанию. Наконец, в комнате раздался тихий детский плач. Подняв глаза, Лео увидел, что Асмус держит за ноги окровавленного ребёнка, мальчика. Когда была перевязана пуповина, маг отдал ребёнка подбежавшим служанкам, а сам начал зашивать женщину.

Когда всё было окончено, он рукавом утёр пот со лба и помыл окровавленные руки в тазу с водой.

— С ребёнком всё будет хорошо, — сказал он стоявшему в дверях рыцарю, — насчёт матери я ничего сказать не могу, выживет, если будет на то воля богов. Швы ей снимут другие, это несложно. Пока промывайте рану спиртом, регулярно.

— Я благодарен вам, — осторожным тоном проговорил рыцарь, — мне дорог этот бастард. Чем я могу тебя отблагодарить? Могу заплатить золотом, или дорогими товарами.

Асмус на секунду задумался, потом, видимо, определившись со своими желаниями, прошептал что-то на ухо рыцарю. Тот сделал удивлённое лицо, на секунду задумался, но потом сказал:

— Я согласен и… он тоже согласен.

Снова одевшись, маг махнул рукой Лео, и они пошли по коридору в сторону выхода. Ближе к воротам их догнал тот самый человек, что провожал их по коридорам, вернул им оружие и вручил объёмистый мешок с монетами.

— Его Сиятельство граф Мэлдон велел передать, что вы будете желанным гостем в этом замке. Если у вас появятся ещё диковинные создания, приводите их обязательно.

Асмус молча кивнул.

Обратная дорога была поначалу неторопливой. С одной стороны, дело уже сделано, спешить им некуда, но вот мешочек с золотыми монетами — серьёзный повод нигде не задерживаться.

На постоялом дворе они остановились только затем, чтобы плотно поесть, после чего снова отправились в путь. Лео пытался напомнить о ночлеге, но Асмус с ходу отверг его предложение.

— Пойми, мальчик, — сказал он ему негромко на ухо, — если я считаю, что нам нужно поторопиться, то так оно и есть. И дело тут не в мешке с золотом, обычных разбойников я разнесу в пыль, особо не напрягаясь, но мой нюх чует опасность.

— И откуда она, эта опасность? — спросил мальчик, ничего не поняв.

— Точно не скажу, но нас выслеживают, ведут от самого замка.

— Кто? Люди графа?

— Нет, что ты? Граф Мэлдон — хороший человек, насколько может быть хорошим граф. Он богат, имеет много верных вассалов, а потому живёт и радуется жизни. У него нет причин желать зла бродячему чародею. Те, кто нас выслеживает, не имеют к нему ни малейшего отношения. Допускаю даже что это его враги.

— А откуда ты об этом узнал?

Маг как-то невесело усмехнулся.

— В трёх королевствах и одном герцогстве меня хотят сжечь на костре, ещё в одном королевстве мне грозит виселица, простенько и со вкусом. В двух герцогствах обещали четвертование. Кое-где не принято выносить приговор заочно, поэтому там просто дают награду за мою голову, причём, заметь, гораздо большую, чем содержимое этого мешка. Как думаешь, мальчик, отчего я стою здесь перед тобой живой и здоровый?

— Не знаю, — честно ответил Лео.

— А потому, что есть у меня чутьё на неприятности, настоящее звериное чутьё. Я чувствую на своём затылке чужие глаза, слышу, как меня обкладывают, кожей ощущаю чужое присутствие, — глаза мага как-то подозрительно блестели, Лео подумал, что тот опять принял что-то из своих снадобий.

Как бы то ни было, а с проезжей дороги они свернули и пошли сперва по меже в полях, потом по заросшему высокой травой лугу, а после и вовсе вступили в редкий лес. Направление они при этом продолжали выдерживать, мимо моря не пройдут точно. Но и эти предосторожности казались недостаточными, маг стал каким-то дерганым, постоянно оглядывался, ноздри его раздувались, словно пытаясь уловить запах погони. Однажды он присел на корточки и долго говорил заклинание. В воздухе возникли несколько белых огоньков. Асмус дунул на них, отчего те разлетелись в разные стороны и исчезли в кустах. Некоторое время подождав, маг облегчённо вздохнул, и они продолжили путь.

Только поздней ночью маг приказал остановиться. Они находились в глухой чаще, где их точно никто не мог видеть. Здесь Асмус, наконец, немного расслабился и решил заночевать. Они быстро собрали немного валежника, который сложили в кучу. Маг провёл рукой, и дрова охватило пламя. Некоторое время они молча сидели и смотрели на огонь.

— Кто тебя преследует? — спросил мальчик.

— Понятия не имею, — честно признался маг, — навскидку могу назвать две сотни имён тех, у кого ко мне личные счёты.

— А почему ты их боишься? Не понял Лео, — ты ведь сильный маг.

— Они не стали бы преследовать меня, если бы не могли победить. На самого могучего мага всегда найдётся средство. В том числе и другой маг.

Они снова замолчали. Тут произошло то, что Лео потом ещё долго будет вспоминать. Деревья перед его взором стали расплываться, потом всё потемнело и там, где только что никого не было, оказались двенадцать рыцарей. Их доспехи и оружие не были столь роскошны, как у свиты графа Мэлдона, но бросалось в глаза, что это всё профессиональные воины. Асмус вскочил с места.

— Медленно отступай в лес, — прошептал он мальчику, незаметно протягивая мешок с деньгами, — встретимся в порту.

Лео попятился, а рыцари начали медленно окружать их, вынимая мечи из ножен. Тот, что находился в центре, снял с головы шлем. Под шлемом показалось красивое лицо мужчины, примерно того же возраста, что и Асмус. Точнее, там была только половина лица, вторая представляла собой старый ожог, на котором был виден прищуренный глаз и дырочка ноздри.

— Твою маааать, — процедил сквозь зубы Асмус.

— Ты узнал меня, чародей? — хрипло спросил обожженный, — я искал тебя много лет, а теперь удача мне улыбнулась. Боги послали тебя прямо мне в руки.

Асмус ничего не стал отвечать, просто сделал руками замысловатое движение, тихо прошептав короткое заклинание. Раздался удар, словно кузнечным молотом изо всех сил шарахнули по медному тазу. Рыцари моментально разлетелись в стороны, видно было, что даже доспехи их от удара помялись.

На ногах остались только трое. Обожженный, щит которого вдруг засветился разными знаками, и двое стоящих с ним рядом. На груди у каждого светился красным маленький медальон.

— Как видишь, твоя магия тебя не спасёт, — снова сказал обожжённый и потянул из ножен меч. — Не буду предлагать тебе сдаться, умрёшь ты в любом случае.

Асмус тем временем, влил себе в рот чёрную жидкость из маленькой бутылочки, и, сразу после этого, взорвался потоком заклинаний. Во врагов полетели молнии, огненные шары, какие-то тёмно-зелёные облака. Врагов он не мог убить, но заставил их медленно отступать, наконец, амулеты на шеях у двоих, видимо, перегруженные отражённой магией, разлетелись вдребезги, а оба воина повалились замертво. Обожжённый остался один, смерть товарищей, его, как видно, не волновала совсем. Не достала его и магия, только странные буквы на щите горели всё ярче.

Асмус прекратил колдовать и опустил руки.

— Что, выдохся? — злорадно спросил обожжённый, оскалившись половиной рта.

И снова он ничего ему не ответил, только поднёс к губам новую бутылочку. Рыцарь не стал дожидаться, пока он выпьет и атаковал. Но, как ни странно, меч его пронзил пустоту. Маг стоял уже чуть в стороне. Одной рукой он отбросил пустой пузырёк, другой раскручивал цепь. Взревев, как раненый дракон, рыцарь забросил щит за спину и кинулся на врага, ухватив меч двумя руками. Зелье мага действовало отлично. Двигался он так быстро, как просто не мог двигаться живой человек. Всё немалое мастерство рыцаря пропало напрасно, он просто не успевал. Зато груз на конце цепи, уже несколько раз прилетел в цель. Голова его была пока ещё цела, а вот наплечник обзавёлся вмятиной, левая рука беспомощно висела, а правая нога заметно прихрамывала.

Наконец, цепь, удачно брошенная магом, обвилась вокруг гарды меча. Асмус дёрнул цепь на себя. Обезоружить противника у него получилось, да только и сам рыцарь полетел навстречу магу. Они сцепились вместе и покатились по земле. Асмус, при всех своих преимуществах, не отличался богатырской силой, да и приёмами борьбы владел слабо, поэтому рыцарь быстро подмял его под себя и начал душить двумя руками. Задыхающийся Асмус умудрился вынуть кинжал и приставить его острием к кирасе рыцаря напротив сердца, на короткое мгновение клинок засветился ослепительным синим светом, после чего легко вошёл в кирасу, словно в мягкое масло. Рыцарь замер, начал хрипеть, руки его разжались и Асмус получил возможность спихнуть его с себя.

Но другую опасность маг не увидел. Один из рыцарей, оглушённых им в самом начале, пострадал меньше других, теперь он пришёл в себя и медленно полз к магу, который переводил дух. Рыцарь этот умудрялся ползти бесшумно даже в доспехах. Рука его сжимала длинный кинжал.

Но и ему не повезло. Лео, нарушив прямой приказ своего начальника, никуда не побежал. Он просто отошёл на несколько шагов в лес, откуда наблюдал за схваткой. А теперь, увидев, что Асмусу угрожает опасность, с разбега прыгнул на спину ползущего рыцаря и вонзил клинок ножа между краем шлема и горжетом. Рыцарь замер. Лео слегка потянул рукоять ножа, потом снова погрузил клинок в рану. После третьего раза рыцарь уткнулся железной личиной в землю и затих, из под шлема ручьём вытекала алая кровь, которая быстро впитывалась в землю.

Асмус с трудом поднялся на ноги. Рыцарь всё-таки успел достать его мечом. Куртка справа была разрезана, а ткань пропиталась кровью.

— Хватай вещи, — хриплым сдавленным голосом проговорил он, — бежим отсюда, пока остальные не проснулись.

И они побежали, с трудом огибая деревья, маг, несмотря на ранение, бежал так, что Лео едва за ним поспевал. Неизвестно, сколько они пробежали, но маг внезапно остановился, как вкопанный и замер.

— Остановимся здесь, — медленно проговорил он, после чего ноги его подломились, и он благополучно упал в обморок.

Лео имел другое мнение, он считал, что бежать нужно было, не останавливаясь, до самого порта. Но это было невозможно, маг спал крепко, и разбудить его не было никакой возможности. Они убежали далеко, но вдруг кто-то из рыцарей пойдёт по следу. Или они не видят след в темноте? Но как-то они их нашли. Да и магия их не брала.

Думать об этом можно было бесконечно, поэтому Лео достал из сумки мага зелье ночного видения, капнул себе в глаза, тихо заскулив от жжения, и приготовился встречать врагов с ножом в руке.

Опасения его были напрасны. Никто за ними не пришёл. С первыми лучами солнца Асмус открыл глаза и слабым голосом попросил пить. Лео протянул ему флягу. Отпив несколько глотков, маг отдышался и воткнул пробку на место.

— Кто это был? — спросил Лео.

— Долго рассказывать, — ответил маг, поморщившись от боли, — один старый знакомый. Очень старый.

— А почему его не брала магия?

— Этот урод отлично знал, куда и зачем идёт. Двое его помощников повесили на шею по амулету, но это мелочи, такой амулет ничего не стоит обойти или просто перегрузить, как это сделал я. А в руках у него была вещь посерьёзнее. Руны на щите полностью поглощали магию заклинаний. Сделать такое не под силу рядовому магу, да и не рядовому тоже. Я могу поимённо перечислить тех, кто накладывал руны. Не потому, что там какой-то особый почерк, просто больше некому, слишком сложно.

— А что произошло потом?

— Убив тех двоих, я понял, что достать главного не смогу, пусть этот щит и не давал абсолютной защиты, её вообще в природе не существует, но подбирать заклинание можно было бесконечно долго, я бы успел выдохнуться или он убил бы меня мечом.

— Выдохнуться? — не понял Лео, в его понимании выдохнуться можно было от тяжёлой работы или быстрого бега.

— Ну, да. Чтобы ты знал, сила магов не бесконечна. Поэтому в бою они стараются прикрывать друг друга и употреблять зелья, восстанавливающие магические возможности. Каждый знает границы своих умений. Я в нормальном состоянии могу запустить пятьдесят четыре обычных файербола, поставить восемь полноценных мороков, взять под контроль двенадцать чудовищ, размером с медведя. Ну, и так далее. Когда магия иссякает, нужно восполнить её зельями, почерпнуть из амулетов или просто отдохнуть. Я предпочёл третий вариант, принял зелье ускорения, которое берёг как раз на такой случай, это был последний пузырёк, слишком редки ингредиенты, а потом вступил с ним в бой. Этот рыцарь был когда-то довольно хорошим бойцом, даже в состоянии ускорения победить его было непросто. К счастью, заклинание, наложенное на клинок моего кинжала, сработало, невзирая ни на какие руны. Оно позволяет один раз пробить любой доспех, будь он хоть в три пальца толщиной. Как бы то ни было, а теперь он мёртв, а у меня одним врагом меньше.

— А почему ты не ушёл порталом? Ты ведь говорил, что можешь.

— Портал нужно настраивать, стихийно открытый вполне мог выбросить меня в море, за пару миль от берега. В самом крайнем случае, можно было сделать и так, но тогда я бы не успел взять тебя.

— И что? — испуганно спросил Лео.

— Ты бы не смог убежать от них, они бы захватили тебя в плен и пытали. Ты бы рассказал им всё, что знаешь, а знаешь ты немало. После этого наш корабль ждали бы в каждом порту. Стража, судьи и палач.

— А всё-таки, кто это был? — снова спросил Лео после долгой паузы, — и что с его лицом? Это ты сделал?

— Я, — ответил маг, — к сожалению, доделать начатое мне тогда не дали, его кто-то предупредил, и в нужное время туда прибыли полсотни королевских гвардейцев. Я тогда отбился, но убить его не получилось, да и самому пришлось бежать, кстати, именно с помощью стихийного портала.

— А зачем было вообще его убивать?

— История эта началась лет восемь назад, когда я, молодой маг, лишённый всяческих перспектив и недавно изгнанный из Академии за проведение запрещённых опытов, испытывал большие проблемы с деньгами.

— Ты был бедняком?

— На еду и одежду мне хватало, если ты об этом. Но я привык жить хорошо, а деньги подходили к концу. Меня к тому времени даже перестали пускать в портовые кабаки, потому что я без конца обыгрывал в кости моряков. Тогда-то ко мне и явился посыльный, который сказал, что меня хочет видеть благородный рыцарь Георг Фринн. Это, кстати, он и был.

— И что благородному рыцарю было нужно от тебя?

— Всё было просто, благородный рыцарь хотел, чтобы я уморил его жену и её любовника. Не нравилось благородному рыцарю, что его жена спит с другим не менее благородным рыцарем. Любой другой на его месте пристукнул бы жену сам, а обидчика убил в поединке. Но в его случае всё было сложнее, его распутная жена приходилась дочкой одному герцогу, так что убивать её, или даже просто возвращать родителям, было чревато. А обидчик был искусным мечником, одолеть которого в честном бою никак бы не получилось, да и поединок этот неизбежно вёл к тому, что вся история открылась бы людям. Вот тут и понадобился безвестный маг, не обременённый моральными принципами, который за умеренную плату мог сделать всё тихо и даже замаскировать смерти под болезнь или несчастный случай.

— И ты сделал это? — спросил Лео, пользуясь паузой. Его жизненный опыт не позволял проникнуть в суть аристократического блуда, но в целом историю он воспринял правильно.

— Ситуацию усложнял тот факт, что этот самый любовник, я, откровенно говоря, забыл уже, как его звали, тоже имел далеко идущие планы. В частности, уморить к чертям Георга Фринна, жениться на его вдове и получить все положенные плюшки от её могущественного папаши. И он, представь себе, тоже обратился ко мне.

— Ээээ… — Лео уже окончательно запутался.

— Понимаю, это сложно, а представь, каково было мне? Особенно тогда, когда на следующий день ко мне заявилась та самая распутная дочка герцога, которая хотела, чтобы я уморил ребёнка в её чреве, которого она нагуляла непонятно от кого. Подозреваю, что и список её мужчин не исчерпывался этими двумя.

— И чем всё закончилось? — с обречённым видом спросил Лео.

— Я решил сделать так, чтобы никто не ушёл обиженным. Точнее, чтобы вообще никто никуда не ушёл. Женщину я, как и собирался, уморил ядом. Испарениями от отравленной свечи. К её любовнику применил одно интересное заклинание, изобретённое мной лично. Заморозил кровь в шейных артериях. Пока ледышки растаяли, он успел умереть. Следы указывали на удушье, понять, что работал маг, было почти невозможно.

— А третий?

— А третий оказался умнее, когда я прибыл к нему, якобы, за платой, меня встретил большой отряд гвардейцев, а сам он имел антимагический амулет, вроде тех, что использовали его спутники. И тогда я понял, что меня ждёт. Аморальный маг, изгнанный из Академии, руководствуясь исключительно злобностью своей натуры, отравил жену благородного рыцаря и дочь герцога, да ещё непонятно зачем, тоже, видимо, по своей исключительной злобности, убил другого благородного рыцаря. Тут я даже виселицей бы не отделался, после долгих пыток меня передали бы бывшим коллегам для опытов. И я решил, что сдаваться нельзя. Дрался, как в последний раз. От солдат почти ничего не осталось, только оплавленные доспехи. Самого Фринна амулет защитил от смерти, но печать на его лице я оставил. А его властный тесть, догадываясь об истинных обстоятельствах смерти своей дочери, испортил ему репутацию, лишил некоторых владений и даже хотел убить. В результате он искал меня всю жизнь. Нашёл.

— И что было потом?

— Я ушёл порталом, вынесло меня в окрестности крохотной деревни в сорока милях от города. С тех пор я скитался по свету и зарабатывал на жизнь магией и алхимией, но сомнительные дела и сопутствующие им неприятности находили меня сами. Я всегда успевал сбежать, но число моих врагов увеличивалось. Наконец, я встретил Сарима, который позвал меня с собой. Корабль заменил мне дом, в море я впервые смог спать спокойно, не ожидая, что за мной придут. Ну, и теперь я могу продолжать расти, как маг. Постепенно расширяю свою библиотеку, провожу новые опыты. Мечтаю когда-нибудь добраться до Академии и пошарить в её закромах. Много мне не нужно, с десяток томов из секретного запасника. Книги несут людям мудрость, ты любишь книги?

Лео укоризненно посмотрел на замечтавшегося мага.

— Ну, да, как я мог забыть. Но думаю, что мы исправим этот недостаток. Помощнику чародея не пристало быть неграмотным. Может быть, я даже научу тебя парочке заклинаний. Самых простых, но и они здорово облегчают жизнь.

Разговоры утомили Асмуса, речь его становилась всё медленнее. Наконец, глаза его стали слипаться, тогда он приказал:

— Найди воды, постирай куртку и рубаху, а я пока ещё посплю.

Он всё же нашёл силы, чтобы стянуть куртку и рубаху, обнажив худое и бледное тело без тени загара. От правого соска вниз проходила резаная рана. Она была неглубокой, да и кровь уже остановилась. Тем не менее, магу она доставляла сильнейшее неудобство. Тяжко вздохнув, он извлёк из сумки ещё один пузырёк, отхлебнув из него что-то, от чего сразу скривился, он привстал на локтях. Потом задумался, прошептал что-то себе под нос и провёл пальцем вдоль раны. Между пальцем и телом мелькнул крошечный розовый огонёк. Нельзя сказать, что рана мгновенно зажила, но теперь это был шрам, примерно, недельной давности. Удовлетворившись достигнутым результатом, Асмус уронил голову на импровизированную подушку из веток, что успел настелить для него Лео и сразу заснул, слегка поёживаясь от холода.

А сам Лео отправился на поиски воды, к счастью, небольшой ручей нашёлся раньше, чем мальчик успел заблудиться. Кровь успела засохнуть и стирка мало помогла в восстановлении чистоты, но всё же мальчик старательно и долго полоскал вещи в воде, посчитав их чистоту приемлемой, он отправился обратно, не забыв наполнить обе фляги.

Маг проспал до самого вечера, когда он открыл глаза, одежда уже просохла. Натянув рубаху, он с сомнением посмотрел на прорезанную дыру, провёл над ней рукой и ткань соединилась.

— Иллюзия, — пренебрежительно сказал маг, — простейшая, но держится долго.

Проделав ту же процедуру с курткой, он оделся и закинул на плечо мешок.

— Пора отправляться, — сказал он мальчику.

— Пора, — не стал спорить Лео, — а то ещё кто-нибудь за тобой придёт.

Маг усмехнулся, долгий сон хорошо повлиял на него, следов былого бессилия не осталось, он был бодр, весел и готов к новым приключениям. Впрочем, как оказалось, приключений больше не будет. Асмус забормотал заклинание, совершая вращательные движения руками. Воздух перед ним сгустился, стал непрозрачным и превратился в вертикальную воронку. Асмус прижал к себе Лео и прыгнул в портал.

Через мгновение оба выпали на дорогу, неподалёку от них в лучах закатного солнца виднелись стены Вейсса.

— Я так и думал, — с удовлетворением пояснил маг, — портал с неотлаженным пунктом прибытия, я только задал направление и мощность. Небольшую, как раз с таким расчётом, чтобы нас не забросило в море. Пойдём, надеюсь, ворота ещё не закрыли.

Ворота закрыли, но мага это нисколько не смутило, он подошёл к стражнику, стоявшему снаружи, и пристально посмотрел ему в глаза, что-то при этом проговаривая. Глаза у стражника мгновенно стали стеклянными, он постучал в ворота, после чего в них открылась маленькая дверь. Из двери высунулся другой стражник и стал что-то говорить первому. Не слушая их перебранку, наши герои боком протиснулись в дверь и оказались в городе.

— Заклинание для контроля над разумным существом, — объяснил маг, вытирая рукавом куртки пот со лба, — требует немного сил, но нужна сильнейшая концентрация, а применить попутно отвод глаз, да ещё на двоих человек, — задача для очень хорошего мага.

Скромность не входила в список достоинств хорошего мага.

Скоро солнце село за горизонт, в порт они пришли в полной темноте, которую не могли рассеять редкие огни на стоявших там кораблях.

— Что теперь? — спросил Лео.

— Теперь снова портал, на этот раз, отлаженный, с намеченными ориентирами, здесь и на корабле.

— Это лучше? — не понял мальчик.

— Лучше, но есть другая проблема, конечный пункт на корабле, а тот всё время перемещается, даже, если стоит на якоре. Надеюсь, мы не упадём за борт.

— Я умею плавать, — успокоил его Лео.

— Я тоже умею, — грустно поведал маг, — но при мне мешок с золотом, который непременно утянет на дно, а бросать его я не намерен.

Они снова обнялись, а портал возник, словно сам собой, под одним только взглядом мага. Набрав воздуха в грудь, оба шагнули в туманную воронку.

На этот раз всё прошло лучше, они никуда не падали, просто гнилой деревянный настил пристани сменился досками палубы корабля. Было тихо, корабль едва заметно покачивался на волнах. Палуба освещалась одним тусклым масляным светильником.

— Теперь можно отдохнуть, — тихо произнёс Асмус, но желаниям его не суждено было сбыться.

— У тебя получилось? — раздался за спиной голос капитана.

— Разумеется, — с улыбкой ответил маг, протягивая тяжёлый кошелёк, — тысяча марок, как я и хотел, в золоте, конечно. Реалы.

— Их принимают везде, ну, или почти везде, — капитан улыбнулся и облегчённо вздохнул, — а у тебя отчего-то помятый вид. Были приключения? Граф не хотел платить?

— Граф Мэлдон — хороший человек, мне даже жаль будет, если придётся с ним воевать. Меня нашли старые знакомые, люди из прошлого.

— И много их было?

— Не очень, дюжина рыцарей, но двое с амулетами, а у одного оказался щит с рунами работы кого-то из великих магов.

— И как? — капитану стало определённо интересно, — они надрали тебе задницу?

— Почти, слегка попортили шкуру, зато теперь одного врага я могу вычеркнуть.

— Отлично, а помощник твой как себя повёл?

— Лучше не придумать, прирезал одного недобитого, который полз ко мне. С ножом он освоился, начинайте учить с серьёзным оружием.

— Завтра начнём, — кивнул капитан, любовно поглаживая мешок с золотом, — а теперь отдыхайте.

Они вняли совету капитана, только Асмус ещё некоторое время посидел у светильника, листая книгу. Потом нашёл в ней что-то, удовлетворённо кивнул и захлопнул. Набив трубку чем-то, пахнувшим, как подгнившая полынь, он прикурил от пальца и выпустил густой клуб дыма. Только выкурив трубку, он соизволил упасть на лежанку и закрыть глаза. Светильник при этом погас сам.

Когда Лео проснулся, Асмуса уже не было. Он нашёл мага на палубе в компании капитана. Аккуратно придвинувшись к ним, он услышал разговор:

— Что слышно от разведки? — спросил Асмус, потягиваясь до хруста в костях.

— Ничего, — угрюмо ответил капитан, — пока никаких вестей, надеюсь, они хотя бы живы.

— Это не те люди, которых легко убить, — резонно заметил маг.

— На это вся надежда, — капитан сплюнул за борт, потом достал из кармана зелёное яблоко, протёр его рукавом и с громким хрустом откусил.

— Как только будут новости, я присоединюсь к ним, меня поймать ещё труднее, а язык я знаю лучше. Да и вернуться с новостями мне будет легче.

— Так и сделаем, — Сарим выплюнул косточки за борт, некоторое время вертел в пальцах черенок от яблока, а потом и его сгрыз крепкими зубами. — Где твой малец?

Оба повернулись к Лео, он сделал вид, что вовсе не подслушивал, а просто собирался мыть палубу, начав почему-то с этого места.

— Оставь, парень, — махнул рукой капитан, — палубу сегодня найдётся, кому помыть, а тебя ждут уроки. В ближайшие дни нам понадобятся все, кто может держать оружие. Команда наша невелика, на таком бриге должно быть четыре десятка человек, а нас вдвое меньше. Едва хватает, чтобы с парусами управляться.

— Чем ему лучше пользоваться? — задумчиво спросил маг, сил у него немного, может, ятаган?

— Ятаган хорош против голозадых дикарей, а нам встретятся люди в броне. Есть у Ларсена одна игрушка, как раз для него.

Через несколько минут Лео уже держал в руках ту самую «игрушку», о которой говорил капитан. Она представляла собой меч небольшой длины, с тонким трёхгранным клинком, которым нельзя было рубить, только резать. Рукоять была обмотана кожаным шнурком и прикрыта красивой гардой.

— Это рапира, — пояснил капитан, — с такой штукой выходить против человека в доспехах — самоубийство. Пробить доспех ей невозможно, только кольчугу и только если ты очень силён. А ты не очень силён, даже, я бы сказал, очень не силён, поэтому единственное, что ты можешь сделать, это ткнуть противника внезапно, когда он этого не ждёт и в уязвимое место. У тебя преимущество в том, что ты очень мал, тебя в тесной схватке могут и проигнорировать, а ты их накажешь. Гарт, дружище, подойди сюда.

К ним подошёл Гарт, одетый в полный доспех и шлем с забралом.

— Смотри, мальчик, — сказал капитан, взяв в руки рапиру, — вот это рыцарь, или хороший пехотинец, они тоже обычно бронёй не пренебрегают. С виду он абсолютно неуязвим, пробить кирасу или наплечник можно только клевцом или киркой, ну, или копьём, разогнавшись на лошади. Но доспех не может закрывать всё, например, глаза.

Сарим продемонстрировал укол в смотровую щель шлема.

— Попасть трудно, но можно направлять клинок второй рукой. Направил, резко уколол. Немногие могут продолжать бой, лишившись глаза. Ещё есть сочленения, вот здесь, открыта рука с внутренней стороны, там проходит артерия, ткнёшь туда, и противник умрёт.

Капитан продемонстрировал уколы в места сочленения доспехов.

— Теперь шея, её защищает горжет, он иногда бывает длиной до ушей, а сверху шлем. Но вот здесь есть щель, небольшая, но просунуть острие можно. Ну, и наконец, — капитан присел на корточки, — паховая область. Стальная юбка и поножи оставляют открытым пах, вот туда и следует наносить уколы. Иногда к доспехам прилагается стальной гульфик, но пехота его носит редко. Смотри, вот сюда, под любым углом, костей здесь нет, а протолкнуть узкий клинок в мягкую человеческую плоть хватит сил даже у тебя. Понятно, что проткнуть живого человека трудно, не каждому хватит воли, но ты уже делал это, и у тебя получалось.

Мальчик слушал внимательно. Было страшно, но вместе с тем, он понимал, что капитан прав, он сможет. Умение убивать людей далось ему неожиданно легко, детский разум быстро подстроился под новые обстоятельства.

— Тренироваться лучше всего на свиной туше, — продолжал капитан, — но у нас, к несчастью, такой нет. Дамир соорудил чучело, сходи к нему и принеси сюда, будешь тренироваться.

Плотник Дамир действительно сделал чучело, из тряпья, соломы и палок. Тело и конечности были плотными, прокалывать их было трудно. Привязав карикатурный силуэт человека к мачте, Лео взялся за дело. Размашистые резкие уколы в различные части тела сменялись плавным погружением клинка в туловище на всю длину. Мальчик не строил иллюзий по поводу боя с взрослым противником, но понимал, что если в схватке подойти незамеченным, например, сзади, то можно нанести укол, смертельный.

Тренировка продолжалась до вечера, он даже на обед не прерывался, чучело было истрёпано до неузнаваемости, а руки уже готовы были отвалиться от усталости. Но тут раздался голос кого-то из команды, сообщивший о том, что к кораблю движется шлюпка. Двигалась она медленно, на вёслах был только один человек, команда (все, кто не спал) собралась на палубе, чтобы встретить. Вблизи получилось рассмотреть, что на вёслах сидит Крыс, выглядит он измотанным, но ранений не заметно.

Поднявшись на борт, разбойник попросил пить, а когда ему принесли ковш с водой, жадно выпил его до дна, после чего сел на лавку и стал переводить дух. Дождавшись, когда он отдышится, капитан спросил:

— Ты один, где остальные? Они живы?

Крыс молча кивнул.

— Да, живы, — ответил он через некоторое время, — с ними всё в порядке, только все очень устали.

Он поставил пустой ковш рядом с собой и продолжил:

— Мы вели наблюдение днём и ночью, почти не спали, потому что смотреть нужно было с нескольких точек. Причём, смотреть приходилось по ночам, а от зелья вошебника у нас скоро глаза выпадут. Труднее всего было Склиру, он должен был подбираться близко, чтобы подслушать.

— Давай к делу, — поторопил его капитан, — я и так верю, что вам было тяжело.

— Весь прииск находится на дне глубокой впадины с обрывистыми краями, — начал объяснять Крыс, — спускаться и подниматься очень трудно. Мы в одном месте приладили канат, его пока никто не заметил.

— Что с охраной?

— Охраны много, — расплывчато объяснил разбойник, — на одного старателя по одному охраннику. Пехота в доспехах с алебардами.

— Как их снабжают?

— Есть одна дорога, насыпная, это единственный вход и выход. Дорога узкая, на одну телегу. Туда заезжают телеги с продовольствием, иногда привозят одного-двух каторжников в цепях, уходят пустыми, или почти пустыми, золото точно не везут, их никто не охраняет.

— А где же золото?

— Есть нечто, вроде главного дома, там находится начальство, как я понял, какой-то родственник графа. Туда относят добытое золото, допускаю, что там его плавят. Точно не скажу, но там есть большая печь, которая потребляет уйму дров. А еду готовят в другом месте.

— Как вывозят?

— Сам я не знаю, но Склир подслушал, что солдаты дежурят там по полгода, скоро их сменяют, вот они-то и будут сопровождать добытое в дороге, а новый отряд останется там.

— Известно, когда смена?

— Точно не известно, но в течение ближайшей недели. Мы заметим приготовления.

— Сколько золота они добыли?

— Склир сказал, что слышал о четырёх талантах, я не знаю, сколько это.

— Четыре таланта, — прокомментировал Асмус, — это, примерно, столько, сколько весит Берт. Если столько добыли за полгода, то жила там богатейшая. Ну, или вывозят его не в каждую смену.

— Сколько их там? С каким количеством придётся иметь дело?

— Около сотни.

— Мы справимся с сотней человек? — спросил капитан, словно у самого себя.

— Справимся, — подтвердил Асмус, — вот только делать это нежелательно, я тебе потом объясню. А что, если украсть сундук в ночь перед вывозом?

— Можно попробовать, — неуверенно ответил Крыс, — только охрана хранилища никогда не спит. Они сидят постами вокруг этого дома. Мы смогли рассмотреть их только благодаря зелью, которое дал нам маг. Победить их можно, но мы не сделаем это тихо. Дальше ящик с золотом нужно будет поднять по отвесному склону, там, где висит наш канат, этого делать нельзя, потом придётся идти по очень узкой тропе. Делать подъёмник придётся в другом месте, и снова придётся шуметь, дальше дороги нет, кроме той, что ведёт к замку графа, остальная местность — это валуны, овраги, колючий кустарник, то есть, бежать быстро не получится.

— Можно попробовать отвести глаза часовым, — задумчиво проговорил Асмус.

— Нет, волшебник, — Крыс покачал головой, — Склир говорил, что у каждого второго видел на шее амулет, магия их не возьмёт.

— Значит, атакуем конвой, — подвёл итог капитан, — Асмус, что ты мне хотел рассказать?

Толпа уже разошлась, Крыс бессильно завалился спать прямо на лавке, а маг взял капитана за локоть и отвёл в угол, Лео следовал за ним тенью и услышал объяснение.

— Послушай, Сарим, — тихо, но настойчиво проговорил маг, — граф Мэлдон — далеко не дурак. Вот он встретил способного мага и алхимика, который продал ему диковинного зверя. Потом в ближайшем лесу находят нескольких неизвестных рыцарей, убитых мощными заклинаниями. А через некоторое время у него уводят конвой с золотом. Причём выжившие охранники рассказывают о неизвестном маге, который бил такими заклинаниями, что даже их амулеты не выдержали. Если выживших не будет, это поймут по трупам. А граф просто сопоставит одно с другим, быстро вспомнит облик этого мага, свяжется с ближайшими соседями, а уж они-то меня знают хорошо. Более того, ясно будет, что с места преступления мы могли уйти только по морю, при этом найдутся люди в порту, которые вспомнят, с какого корабля я сошёл, как этот корабль выглядел и как он назывался. Подумай, Сарим, как скоро весть о том, что беглый маг находится на корабле «Богиня удачи» облетит все порты. И как скоро твоя физиономия будет висеть на всех столбах рядом с моей, только награда, допускаю, будет пока поменьше.

Капитан некоторое время молчал. Наконец, ничего не придумав, спросил:

— Что ты предлагаешь?

— Да, толком, ничего, — Асмус развёл руками, — одолеть сотню профессиональных вояк мы не в состоянии, даже полсотни не сможем, нас слишком мало. Магию я могу использовать, но только опосредованно. Нужно разведать дорогу и попробовать разместить там ловушки.

— Что бы делал я, чтобы обезопасить своё золото? — спросил капитан сам у себя, — вот дорога, она узкая, следовательно, по ней едет какая-то телега, ну, или, пусть, носилки. Есть сотня человек охраны. Идти справа и слева от телеги нельзя, там переломаешь ноги, значит, пятьдесят спереди и пятьдесят сзади. Ну, или шестьдесят и сорок. Что можно с ними сделать?

— Если пойдут через ущелье, можно устроить обвал, который разорвёт колонну, например, отрезав заднюю её часть.

— Годится, что с передней?

— Есть у меня одно средство, которое выведет из строя полтора-два десятка, а остальных нам придётся убить в бою.

— Годится, а что со следами магии?

— Расследовать будут уже потом, что они увидят? Обвал, который можно устроить не только магией, но и обычной киркой, а на трупах будут необычные следы, но это не следы магического огня, или заморозки, или молнии. Вряд ли расследование поручат опытному магу, который умеет сканировать остаточные магические эманации.

— А такие есть? — с подозрением спросил Сарим.

— Конечно, Академия горазда на выдумки, более того, там готовят узкоспециализированных магов, среди которых есть и те, кто способен по трупам определить вид заклинаний и даже их авторство. Другое дело, что простым смертным, даже графам, подобное недоступно. Любое применение подобных мер происходит только с разрешения совета. Думаю, нам можно не бояться.

— Так мы и сделаем, с утра ты и Крыс отправитесь туда, постарайся точно узнать день и час.

— Разумеется, Сарим, а сейчас я пойду готовиться.

Маг отправился в свою каморку, Лео поплёлся следом, едва переставляя ноги от усталости. Открыв большой сундук, Асмус долго что-то искал, ругаясь вполголоса на непонятном наречии. Наконец, лицо его просияло, и он вытащил из недр ящика большую бутылку с широким горлышком. Воткнутая пробка была запечатана большой сургучной печатью с непонятными знаками, а внутри находилось нечто непонятное. Когда маг поднёс бутылку к свету, Лео смог разглядеть, что внутри находятся дохлые жуки, или муравьи, только очень крупные, ярко-рыжего цвета.

— Как тебе? — спросил маг с усмешкой, — настоящие муравьи из долины Коловина.

— И зачем они? — без интереса спросил Лео, — они же дохлые. Какая от них польза?

— Поверь мне, мальчик, эти, как ты выразился, дохлые муравьи, ещё послужат нам.

— И как?

— Всему своё время, — уклончиво ответил маг, пряча бутылку обратно, — жаль только, что их совсем мало.

С этими словами маг завалился спать, даже, вопреки своей традиции, не выкурив перед сном трубку. Прилёг и Лео, но, в отличие от мага, который уже вовсю храпел, долго не мог заснуть. Скоро будет бой, настоящий, а не то избиение крестьян, которое он видел. Кого-то из них убьют, зато остальные смогут украсть золото. Стоит ли гибнуть за золото? Любой из команды скажет, что да, стоит. Но при этом, каждый думает, что он-то уж точно не погибнет. Такие мысли пришли в голову мальчику, по причине своей сложности они не давали ему заснуть почти до самого утра, а когда глаза его всё же закрылись, прозвучали крики на палубе.

Сборы в дорогу были недолгими, Асмус оделся по-походному, захватил запас еды и воды (Крыс предупредил, что с водой там туго), сумку с зельями, взял привычное оружие, цепь и кинжал, после чего сел в лодку вместе с Крысом, и налёг на вёсла, использовать для перемещения магию он отчего-то не стал.

Проводив взглядом лодку, Лео обернулся, за спиной его стоял Берт, который с довольной ухмылкой показал ему на ведро и тряпку. Мальчик тяжело вздохнул и уже привычно принялся за дело.

Впрочем, изнурительная работа не затянулась, после мытья палубы, Берт велел ему надеть браслеты-утяжелители и снова погнал его взбираться на мачты. Когда мальчик поднялся и спустился уже раз пятьдесят, его язык висел на плече, а руки и ноги отказывались двигаться, помощник удовлетворённо кивнул и отпустил его на короткий отдых.

Оставшись один, он взял из большой кипы одну книгу. Длинные ряды знаков ему ни о чём не говорили, но на некоторых страницах попадались картинки. Сначала он подумал, что книга описывает какие-то ужасные пытки, на каждой картинке были показаны руки с ножом или иными инструментами, которые ковырялись в человеческом теле. Лео подумал о жутких страданиях, которые должен испытывать этот человек, но тот, на картинке, лежал смирно и даже не был привязан. Потом он вспомнил женщину в замке графа, её ведь тоже резал Асмус, а в результате спас её ребёнка и, возможно, её саму.

Ближе к вечеру его вновь отправили на камбуз, но такая работа возражений не вызывала, тем более, что близость к продуктам имела свои преимущества. Не то, чтобы он сильно недоедал, но тяжёлые нагрузки и растущий организм давали о себе знать.

— Что ты думаешь о предстоящем деле? — внезапно спросил Кардиф, не спеша нарезая мясо длинным ножом.

Лео немного растерялся.

— Мы пойдём за золотом, — сказал он, — будем биться с охраной. Я тоже пойду. Капитан учил меня драться. И Гарт тоже.

— Я не про это, — кок закончил с мясом, сгрёб кусочки в котёл и протёр нож полотенцем, — как думаешь, стоит ли игра свеч?

Лео растерялся ещё больше. Он и сам недавно думал об этом.

— Наверное, да, — неуверенно сказал мальчик.

— Я тоже так думаю, большинство из нас не в восторге от такой жизни, обстоятельства загнали нас на этот корабль, но люди мечтают однажды разбогатеть и осесть в тихом месте, надеюсь, это у нас получится, хотя бы к старости. Поэтому я пойду в бой вместе со всеми и буду драться, хоть я и простой повар. А чего бы хотел ты?

— Пока не знаю, — честно ответил Лео, — пока мне всё интересно. Интересно фехтовать, интересно смотреть на магию Асмуса, интересны его книги и опыты, он обещал научить меня читать.

— А не страшно? — спросил кок, подбрасывая поленьев в печь.

— Страшно, — задумчиво проговорил Лео, — страшнее всего было в тот день, когда я попал к вам. Тогда убили мою мать, я испугался, теперь я здесь. Теперь уже не так страшно.

— Привык, — констатировал очевидный факт Кардиф, — это неправильно, дети воевать не должны, но так уж получается, что во всех войнах постоянно страдают непричастные. Женщины, дети, старики, — те, кто ни в чём не виноват, и плевать хотели на споры благородных господ. Но иногда и они отращивают зубы. Вот и тебе, вместо игрушек и развлечений, которых у тебя и так было немного, досталась доля грабителя и убийцы. Ты молод, как знать, может быть, в отличие от нас всех, закончишь свою жизнь не на поле сражения, разматывая кишки по земле, и не болтаясь на виселице за пиратство, а уважаемым человеком, владельцем большого дома и земельного участка с работниками.

На какое-то время они замолчали. Не то, чтобы Лео хотел иметь богатство и большой дом, земельные владения и слуг, он просто не представлял себе, что это такое. Но, недавно он видел вблизи, как живёт богатый и знатный человек, и, надо сказать, хорошо это запомнил. На секунду он представил себя на месте графа. Вот он сидит на троне, вот его охрана из верных рыцарей, всегда готовых умереть за сеньора. Раболепные слуги приносят еду и вино в золотых кубках. Видение было заманчивым. Но даже ему хватило ума понять, что это невыполнимо, граф родился сыном графа, а он сыном крестьянина. Так уж получилось, и это определило их дальнейшую судьбу. Крестьянские дети не становятся графами, никогда.

Поняв, что делать здесь больше нечего, мясная каша дальше будет вариться сама, Лео покинул кока, погрузившегося в раздумья, и отправился дальше. Главной мыслью его было как-то миновать Берта, который непременно заставит его работать. К счастью, помощник капитана, вместе с капитаном стояли на носу корабля и по очереди смотрели в какой-то странный предмет, напоминающий несколько труб вставленный одна в другую. Он осторожно подкрался к ним и прислушался к разговору.

— Не нравится мне это, Сарим, — медленно проговорил гигант, — не берег, а дерьмо какое-то, там можно ноги переломать ещё до боя.

— Не только это, — добавил Сарим, — помни о сотне человек охраны. Я верю в вас, вы все отличные бойцы, но и там будут далеко не дети.

— Асмус что-то придумал? — спросил Берт, не сводя глаз с берега.

— Придумал, как же, он великий мастер гадостей, этого у него не отнять. Вот только он сказал, что действовать в полную силу не станет, его в этих краях уже запомнили, а с ним и наш корабль, так что легко могут вычислить всех нас. Так что, как ни крути, а рубки избежать у нас не получится. Жестокой рубки. Вряд ли все переживут бой.

— Нам не привыкать, — Берт пожал плечами, — раненых унесём с собой, убитых оставим на месте. Приказать, чтобы собирались?

— Не хочу терять никого из тех людей, что у меня есть, их и так немного и они все мне нужны. Прикажи, чтобы точили оружие и приготовили доспех, у кого он есть. До боя, возможно, ещё долго.

Команда быстро открыла арсенал и стала вооружаться. Кто-то точил оружие, кто-то примерял кольчугу или шлем. Лица у всех были тревожные, но решительные, перед набегом на деревню Лео такого не заметил. Его оружие было при нём. Рапира спокойно ждала своего часа в ножнах на боку, а доспехов он не имел, да и вряд ли найдутся на его фигуру. Но оказалось, это не так.

В поднявшейся суете он хотел затеряться и подремать пару часов, но его поймали за рукав. Мальчик испуганно обернулся, но тут же облегчённо вздохнул. Это был Ларсен, кузнец, оружейных дел мастер.

— Постой, парень, у меня для тебя кое-что есть, — с этими словами он протянул ему холщовый мешок с чем-то тяжелым, — примерь, тебе это пригодится.

В мешке лежал жилет из плотной ткани с вшитыми в него железными бляхами. Размер был как раз на его фигуру.

— Надевать через голову, шнуровка на правом боку, передняя часть здесь.

Лео надел через голову тяжелый жилет. Тяжёлый. Ходить в нём было можно, драться, наверное, тоже, но недолго.

— Надеюсь, тебе это поможет, — сказал кузнец, любовно разглядывая своё творение, — рано умирать в твоём возрасте.

— Спасибо, — сказал Лео в спину удаляющемуся оружейнику, который как раз расталкивал людей у входа в мастерскую, те выстроились в очередь к точильному камню.

Пользуясь продолжавшейся суетой на корабле, Лео в итоге смог осуществить своё намерение и, проскользнув в каморку мага, растянулся на сундуке и, подложив под голову снятый доспех, проспал до самого вечера. Его никто не тревожил, всем было чем заняться.

А вечером прибыли новости от разведки. Над палубой уже привычно образовался портал и из него выпали Асмус и Склир, маг тяжело дышал и утирал пот со лба, хотя было не жарко. На палубе моментально образовался Сарим, который с интересом посмотрел на прибывших.

— Докладывайте, — велел он.

— Я думал, ты предложишь нам поесть и выпить вина, — начал, было, маг, но суровый вид капитана совсем не располагал к шуткам, — теперь мы всё знаем.

— Когда?

— Завтра, после обеда, смена уже на подходе, с утра передают посты, и колонна выдвигается в путь.

— Что с дорогой?

— Дорогу я разведал, место для засады есть, проход между скалами, половину колонны точно отрежем. Остальных придётся убить в бою.

— Справимся, выбора у нас нет, где остальные?

— Идут на лодке, мы поспешили, чтобы предупредить вас.

— Отчего ты такой замученный?

— Ты не пробовал отводить глаза десятку человек, двое из которых носят амулеты? — язвительно спросил Асмус.

— Ясно, что-то ещё?

— У них есть связь. Не знаю, какая именно, что-то магическое, но точно не скажу. Начальство на прииске может получать сообщения из замка графа и отправлять им свои.

— Может, это обычные голуби?

— Клетки с голубями там нет. Я проверял.

— Что из этого следует?

— Место засады далеко, с прииска не увидят бой. Вот только победить нужно быстро, чтобы не успели подать сигнал.

— Сделаем. Можете пока отдыхать.

Лодка с остальными разведчиками прибыла уже затемно, бойцы выгрузились и, наскоро перекусив, завалились спать.

Асмус, напротив, спать не ложился, он сидел на палубе с трубкой, пускал кольца дыма и о чём-то напряжённо думал. Лео тихо присел рядом, поморщившись от запаха дыма, и посмотрел вверх. Небо было ясным, звёзды светились серебряной россыпью и золотой полумесяц неподвижно застыл на краю неба.

— Ты готов, — спросил он, не поворачиваясь.

— Готов, — ответил мальчик, нездоровая суета вокруг завтрашних событий уже начинала действовать на нервы.

— И я готов, — сказал маг безразличным тоном.

— Асмус, — позвал кто-то из темноты, мальчик вздрогнул, а маг не шевельнулся.

— Я тебя слушаю, Аскольд.

— Я подготовил стрелы, нет ли у тебя какого-нибудь яда?

— Яда? — маг вздохнул, — есть, конечно, есть, как же алхимик без яда. Что именно тебе нужно?

— Что-то мощное, чтобы сразу падали, — матрос, наконец, вышел на свет, Лео разглядел его бледное лицо и пряди нечесаных волос, спадающие на лоб.

— Есть смертельный яд, от которого не существует противоядия, но действует он медленно, часа два или больше. Вам, думаю, не подойдёт. Есть яд, вызывающий паралич, он действует быстро, через две-три секунды, но потом всех, кого ранили стрелами, нужно будет добить. Есть ещё яд, вызывающий сумасшествие, но вряд ли он вам понадобится.

— Давай второе, — сказал матрос, — лежащего добить нетрудно.

С кряхтением, словно столетний старик, маг поднялся на ноги и проследовал к себе в каюту. Через полминуты он появился на палубе, держа в руках небольшую деревянную коробочку.

— Вот, здесь он в виде смолы, нагреть на огне и смазать наконечник. Только не уколись, а то проваляешься до утра.

Аскольд с понимающим видом кивнул и снова исчез в темноте. Асмус повернулся к Лео:

— Думаю, теперь самое время поспать, часа три нам ещё осталось.

Маг заснул быстро, а Лео долго ворочался. Закрыл глаза он только перед самым рассветом, а уже через мгновение его подняли.

Вся команда собралась на палубе, на корабле должен был остаться только Ключник, которому капитан сейчас давал последние указания. Пираты преобразились, большинство надело хоть какие-то доспехи, чаще всего простую кольчугу и шлем. Капитан обошёлся прочной кожаной курткой, только на предплечьях были стальные наручи, прикрытые рукавами да ещё сапоги с железными носами. Ничего на себя не надели Берт и Джума, то ли были слишком храбрыми, то ли для них не нашлось подходящего размера. Зато Гарт заковался в сталь полностью, а на поясе его висел длинный меч. Без железа обошёлся также высокий и гибкий Радко, который ждал своей очереди, опираясь на копьё с заточенными рогами на наконечнике. Крыс надел доспех, вроде того, что был у самого Лео, и полукруглый шлем, а вот оружия у него не было, только привычный нож на поясе с лезвием длиной в локоть. Гил крепко сжимал в руке лук, добротное изделие из дерева и рогов какого-то животного, на которое он только что натянул тетиву. Колчан был полон стрел, надо полагать, отравленных. Пожилой матрос Серджио сжимал руками в кольчужных перчатках простую палку, на концах окованную железом.

Вся команда постепенно заполняла лодки, капитан хмуро всматривался в лица бойцов, видимо, пытаясь угадать, кого из них не досчитается к вечеру. Сел на своё место и Лео. Нельзя сказать, что он нервничал, дети вообще редко верят, что могут умереть. Просто обстановка всеобщей тревожности действовала и на него. Лодки постепенно приближались к берегу, каждый взмах вёсел отдавался в ушах, впереди виднелись непроходимые скалы.

Наконец, лодки уткнулись носами в узкую полоску песчаного берега, люди спешно стали выгружаться. Лодки привязали к колышкам и оставили в полосе прибоя. Капитан велел построиться.

— Друзья мои, — обратился он к ним, — вы все знаете, куда и зачем мы пришли. Знаете, что нас ждёт в случае неудачи, знаете, что нам достанется в случае успеха. Бойня будет жестокой, не все её переживут. Независимо от того, чем всё кончится, приказываю забирать раненых, а если получится, то и убитых. Нельзя, чтобы о нас стало известно. Проверьте оружие.

— Ещё раз посмотрев на решительные физиономии боевых товарищей, Сарим выдохнул и сказал:

— Пошли.

Переход показался мучением, сопоставимым с битвой. Неизвестно, что произошло с каменистой равниной, но выглядела она так, словно её перепахали гигантскими плугами пьяные боги. Асмус, как человек образованный, объяснил, что это результат древнего землетрясения, оно же образовало провал, где сейчас находится золотой прииск, оно же вывернуло наружу золотые жилы. Каменные плиты вставали дыбом, между ними зияли провалы, куда легко мог провалиться взрослый человек, местами из земли торчали каменные острия длиной в локоть, словно специально созданные для того, чтобы споткнувшийся путник был проколот насквозь. Что будет, когда они пойдёт назад, отягощённые добычей и ранеными, лучше было не думать.

Легче всех было Лео, он, несмотря на тяжёлый панцирь, быстро перепрыгивал с камня на камень, остальным приходилось куда труднее, в одном месте даже пришлось заложить изрядного крюка, чтобы обойти провал, на дне которого торчали острые камни. К моменту, когда вся команда прибыла на место, указанное Асмусом, сил не оставалось уже ни у кого. А солнце неумолимо двигалось к полудню.

Их глазам предстала хорошая отсыпная дорога, шириной в одну телегу, которую насыпали прямо поверх каменных завалов. Чуть дальше располагалась невысокая горная цепь, которая была надвое разрезана ущельем, по дну которого проходила дорога. Маг начал объяснять дальнейшие действия:

— Когда колонна пойдёт между скал, произойдёт обвал, заднюю часть завалит камнями, дальше нужно бросить вот это бутылку, — он показал ту самую бутылку, наполненную мёртвыми муравьями, которую доставал из сундука, — желательно так, чтобы она разбилась над головами стражи. Можно так сделать?

— Я могу бросить её с помощью пращи, — сказал Гил.

— А я подстрелю на лету из арбалета, — добавил Аскольд.

— Вот и отлично, — кивнул капитан, — что сделают эти жуки?

— Гарантированно убьют полтора-два десятка и сильно напугают остальных, возможно, обратят в бегство, — объяснил Асмус, — может, и больше погибнет, но эти наверняка.

— А мы сами от них не пострадаем? — тревожно спросил Кардиф.

— Эти твари после своего освобождения проживут недолго, всего несколько минут, но они будут действовать, согласно инстинктам, а инстинкты велят заготовить трупы, в которых должны будут вызревать их личинки. Выждав немного, можно будет атаковать.

— Ясно, — сказал капитан, — всем ждать, Аскольд и Гил приготовиться.

Команда распласталась на камнях, выжидая подход колонны, Гил и Аскольд выдвинулись вперёд и залегли недалеко от выхода из ущелья.

С утра было жарко, а теперь природа сделала им подарок, небо затянули плотные облака, которые скрыли солнце и подарили долгожданную прохладу. Это было тем более хорошо, поскольку воды они взяли немного, и она уже подходила к концу. Скоро всё должно было решиться.

Скучное ожидание затянулось надолго, глаза устали всматриваться в сторону ущелья. Хотелось прилечь и заснуть. Наконец, Кирша, будучи человеком с необычайно развитыми чувствами, уловил звук.

— Идут, — прошептал он, впрочем, достаточно громко, чтобы услышали все.

Никто ничего пока не слышал, но слуху охотника привыкли доверять, все резко подобрались, взяли в руки оружие и приготовились к броску. Спустя ещё несколько минут уже все начали различать скрип колёс, слаженный топот множества ног и звон доспехов. Колонна приближалась.

Невысокая горная цепь пока скрывала их от глаз. Команда напряглась. Лео тоже вынул оружие, рапира казалась ему жалким и несерьёзным оружием, он оглянулся на Гарта, закованного в железо, против такого воевать какой-то тонкой железкой, похожей на иглу, — самоубийство. Его всё сильнее пробирал страх, ледяным холодком пробежавший по спине под доспехом.

Наконец, их враги (которые пока об этом не знают) показались из-за поворота. Асмус набрал воздуха в грудь, шёпотом сосчитал до трёх и выкрикнул заклинание, сцепив руки в замок. Раздался грохот, похожий на гром в летнюю грозу, каменные стены справа и слева от колонны схлопнулись, подняв огромное облако пыли. Завал из камней похоронил под собой солдат, идущих в хвосте. Оставшиеся солдаты и идущая за ними повозка, запряжённая двумя быками, сделали ещё несколько шагов и остановились, осматриваясь по сторонам.

Видно было, что это всё профессиональные воины, с ног до головы закованные в броню. Даже сейчас, потеряв половину людей, никакой паники они не проявляли, просто стояли, ощетинившись пиками и алебардами, и ждали нападения.

— Гил! — негромко крикнул капитан.

Тот не заставил себя ждать, привстав на колени, раскрутил пращу над головой и метнул бутылку. Стрелу Аскольда никто не увидел, но бутылка разлетелась вдребезги как раз над головами солдат конвоя. Никто не испугался, осколки звякнули по стальным шлемам, никому не причинив вреда. Теперь, когда враг себя обнаружил, строй в полсотни пехотинцев, среагировал моментально, дружно шагнув в нужную сторону и выставив пики вперёд.

Но сделать они смогли только один шаг. Один из солдат справа вдруг уронил пику и тихо закричал, царапая на груди свою кирасу кольчужной перчаткой. Тихий крик быстро перешёл в громкий вой, потом в визг и, наконец, в бульканье. К нему уже присоединились другие, вопли их были столь ужасны, что Лео с трудом удержался, чтобы не закрыть уши. Солдаты катались по земле, били себя в грудь и спину, пытались стащить доспехи. Постепенно кто-то затихал и начинал выть другой. Те, кого это не коснулось, растерянно вертелись по сторонам, не понимая, что нужно делать. Строй рассыпался, на его месте теперь стояла толпа. Наконец, крики стали затихать, последние несчастные переставали корчиться на земле. Выждав ещё немного, Асмус сказал:

— Всё.

После этого, вся команда, как один человек бросилась в атаку. Противник всё ещё сохранял численное превосходство, да и экипирован был гораздо лучше. Но при этом в рядах стражи царила паника, деморализованные бойцы частью даже побросали пики, словно раздумывая, не пора ли им сбежать.

Но выучка и боевая закалка взяли своё. Атака пиратов ударила уже в полноценный строй, ощетинившийся пиками. Строй, правда, был жидковат. Тем более, что трое солдат упали сразу, стрелы из двух арбалетов и одного лука попали им в отверстия шлемов. Вряд ли ранения были смертельны, но яд, выданный магом, делал своё дело. Первым в железный забор из пик врезался Гарт, будучи почти неуязвимым, он сумел раздвинуть наконечники и проскочить на короткую дистанцию. Следом влетели Берт и Джума, которые сбили стоявших солдат своими телами. Асмус всё же применил магию, и древка трёх пик у стоявших с краю солдат разлетелись в щепки.

Сдаваться, меж тем, никто пока не думал, оставшиеся без пик солдаты, тут же вынули короткие мечи и перешли в ближний бой. На свою беду, столкнулись они с Саримом, который с мечом в руке превратился в натуральный вихрь. Полоса смертоносного металла быстро жалила в незащищённые доспехом части тела. Появились жертвы и среди команды. Отскочил назад Джума, зажимая рваную рану на боку. Присел на корточки Кардиф, с головы которого капала кровь. Досталось Гарту, который рухнул от удара алебардой, но, вроде бы, пока шевелился.

Но победа уже склонялась на сторону пиратов, вот ещё один солдат упал от удара цепи Асмуса. Тиль, поднырнув под ноги пикинера, чиркнул своим ятаганом по незащищённой части ноги. Короткое движение оказалось фатальным для солдата, на землю ручьём хлынула кровь, а сам он с громким лязгом повалился на спину. Не остался в стороне и Лео, ему было страшно, но страх словно жил отдельно от его тела. Поначалу он растерянно болтался у других под ногами, но увидев, как один из солдат поднял пику над головой, мигом вспомнил всё, чему его научил Сарим. Всё же это были не рыцари, а простые пехотинцы, доспех они имели простой, а потому подмышки не защищались кольчужной сеткой. Увидев кусок рубахи, Лео с размаху вогнал туда остриё рапиры. Клинок вошёл в тело на целую пядь, в ужасе он дёрнул оружие на себя, представляя, что этот солдат сейчас с ним сделает. Но, страхи были напрасны, раненый им солдат уронил пику, так и не достав того, кого хотел, потом упал на колени и согнулся, кашляя кровавой пеной.

Бой подходил к концу, когда Лео снова отличился. Взяв пример с Тиля, он подкатился под ноги другому солдату, который сцепился в клинче с Крысом и ткнул рапирой снизу вверх. Клинок вошёл с внутренней стороны бедра, идеально гладкая сталь, пусть и направляемая слабой рукой, легко проникла вглубь человеческой плоти, протыкая внутренности. На руки мальчика плеснуло горячим, а солдат издал хриплый визг и повалился, придавив своего убийцу тяжелым телом.

От удара мальчик потерял сознание. Очнулся он только тогда, когда кто-то сбросил с него мёртвое тело. Этим кем-то оказался Берт, который впервые смотрел на него уважительно.

— Вставай, парень, мы победили, пора отсюда сваливать.

Он даже выдернул из трупа рапиру Лео и, протерев клочком тряпки, вернул её владельцу. Все противники были мертвы или при смерти. Но досталось и пиратам. Джума уже пришёл в себя, он сидел на камне и самостоятельно бинтовал свой бок. У Кардифа была замотана голова, а глаза, словно бы смотрели в разные стороны. С Гарта стаскивали доспехи, кираса оказалась разрубленной, крови вытекло много, но сам он был в сознании, хотя и очень бледен. Сильнее всех пострадал Тиль, он был без сознания и лежал в луже собственной крови. Над ним хлопотал Асмус. Он стащил с него разрубленную кольчугу, разрезал пропитанную кровью одежду и увидел глубокую рану на животе и на рёбрах. Внутренности выпирали наружу, часть сломанных рёбер торчала из раны.

— Помогите мне, буду шить, а то и до корабля не донесём, — сказал он в пустоту, и несколько человек отправились ему помогать.

Кто-то держал самого Тиля, кто-то помогал стягивать края раны, пока маг зашивал её длинной кривой иглой.

— А магией залечить нельзя? — спросил кто-то.

— Я остановил ему кровотечение, ускорю заживление, но края раны сами не соберутся, так что придётся шить.

Закончив зашивать, он приложил ладонь к ране и под рукой вспыхнул уже знакомый Лео розовый огонёк, слабо видимый в дневном свете. Тиль вздрогнул всем телом, но в сознание не пришёл.

— Придётся нести, — заключил Асмус, — думаю, парень выживет.

После этого он переключил своё внимание на Гарта. Рана его была большой, но неглубокой, Асмус быстро промыл её спиртом и, как смог, заживил всё тем же заклинанием. После этого дал ему выпить глоток какого-то горького зелья и спросил:

— Идти сможешь?

— Попробую, — без особой уверенности ответил Гарт.

А в стороне от них происходили не менее интересные вещи. Капитан с помощником быстро взломали повозку, внутри которой оказался тяжёлый громоздкий сундук с ручками, окованный толстыми стальными полосами. Поднять его было можно, но требовалось сначала открыть замок и убедиться в содержимом. Берт уже размахнулся алебардой, но Лойко его остановил, быстро достав из кармана две кривых проволочки, он взялся ковырять замок. Несколько движений, и замок сочно щёлкнул, а крышка слегка приоткрылась. Все присутствующие облегчённо вздохнули. В сундуке лежали жёлтые слитки, без клейма, но одинакового размера. Золото. Это была победа.

Сундук подхватили за ручки два силача Берт и Джума. Последний хоть и страдал от ранения, но нести согласился, понимая, что сильнее, чем он, всё равно никого не найдётся. Ещё четверо несли раненого Тиля на носилках, сделанных из плаща и двух пик. Гарт, хоть и с трудом, но передвигался сам, более того, он даже успел стащить с кого-то из солдат кирасу подходящего размера, взамен испорченной своей.

Теперь отряд двигался медленно, сундук, а тем более раненого, нельзя было ронять.

— Как думаешь, когда они хватятся? — спросил капитан у мага.

— Допускаю, что уже хватились, — ответил тот, — будь я их начальником, дал бы какой-то амулет для связи, чтобы через него докладывали каждый час, если не доложили, значит, произошло нападение.

Словно в подтверждение его слов, где-то вдалеке, примерно там, где находился прииск, мигнул красный огонёк, взлетевший в небо.

— Сигнал, — объяснил маг, — знать бы ещё, для кого он предназначен.

Они прибавили шагу, но всё равно, двигались непозволительно медленно. Снова капитан обратился к магу:

— Теперь тебя не найдут? Все убиты без магии.

— Ну, коловинские муравьи — штука редкая, но владеть ими может не только маг. В остальном, ты прав. На меня ничто не указывает, разве что, они быков смогут допросить.

Спасительный берег приближался, в голове колонны шёл Кирша, который и спрыгнул первым на узкую полоску песчаного пляжа, следом начали спускаться и остальные, а когда увидели опасность, было уже поздно.

Прямо у кромки воды их ждал новый отряд пехоты, численностью под сотню человек, они выстроились протяжённой линией в полосе прибоя и перекрыли путь к лодкам. В центре стоял пожилой рыцарь в дорогих доспехах и без шлема. Седая шевелюра трепетала на ветру, а пышные седые усы топорщились кверху. На левой щеке виднелся застарелый шрам.

— Вы прекрасно сработали, господа пираты, — рыцарь широко улыбнулся и похлопал бронированными ладонями, говорил он с сильным акцентом, но разборчиво, — золото у вас, а вы почти добрались до своего корабля. И теперь вы, конечно, спросите, откуда здесь взялись мы, ведь берег был пуст? Так?

— Ну, — растерянно подтвердил Сарим.

— А я вам отвечу, — рыцарь улыбнулся ещё шире, показав ряд редких зубов, — не стоит никогда считать своих врагов дураками. Ну, это же ясно, как день. Дорога идёт через местность, окружённую с трёх сторон морем, а с четвёртой неприступными горами, любой ребёнок поймёт, что грабители могут прийти на полуостров только с моря, и туда же они будут уходить. А участок, где можно причалить, совсем небольшой. Вот и стоит тут наш отряд. А когда мы поднялись по тревоге, то нашли ваши лодки и просто стали ждать вас. Неплохо? Вы уже седьмая банда, пойманная на грабеже конвоя, но, признаюсь честно, первые, кому удалось до моря добраться. Сдавайтесь, может быть, кто-то из вас останется в живых. Его Сиятельство милостив, а на прииске всегда нужны работники.

— Нда, — грустно сказал Сарим, повернувшись к магу.

— Ну, не получилось, что теперь? Со всеми такое случается однажды, — Асмус развёл руками, — всё же вести расходятся медленно, пропить добычу в порту мы успеем.

— В рукопашной мы точно не справимся, — капитан обежал глазами густую цепь солдат, — может, портал откроешь?

— Не на двадцать человек. Да и портал яснее ясного укажет, кто я такой.

— Тогда никакого выхода нет, придётся.

Рыцарь с усами внимательно слушал их разговор издалека, наконец, ему надоело ждать, он набрал воздуха в грудь и крикнул:

— Эй, вы там? Решите уже что-нибудь, пока я не умер от старости.

— Тебе это не грозит, — тихо, но с угрозой, ответил ему капитан.

— Что ты там говоришь, старик? — раздражённо спросил рыцарь, начавший терять терпение.

— Ты забыл надеть амулет, — ответил за капитана маг и выбросил ладони вперёд.

Пожилой рыцарь, а с ним четверо солдат, стоявших ближе всего, кубарем покатились назад, сбитые волной сжатого воздуха. Пока они пытались выбраться из воды, маг развёл ладони в стороны и солдаты, кинувшиеся на них с двух сторон, наткнулись на невидимую стену.

— Грузитесь, — с натугой прохрипел маг, — долго я их не удержу.

Никому ничего не пришлось объяснять, все погрузились в лодки за пять секунд, после чего туда же медленно прошёл маг, перепрыгнул через борт, а потом только снял магическую защиту.

Солдаты, безуспешно атаковавшие воздух, упали на землю, а когда встали, преследовать пиратов было уже поздно. Только вынырнувший из воды старый рыцарь, вцепился в борт железными руками, словно хотел остановить лодку.

— Не уйдёшь! — яростно хрипел он из-под обвисших седых усов.

Асмус позаимствовал у Гила стрелу из колчана и легонько ткнул наконечником в лицо рыцаря. Тот внезапно застыл, руки его безвольно разжались, а потом вся бронированная фигура исчезла под водой.

Им вдогонку полетели арбалетные болты, но маг снова поднял руки и они просто упали в море. Зато с ответом маг не задержался, терять ему было уже нечего, поэтому несколько огненных шаров полетели в сторону берега, заставив солдат с воем кататься по песку, в попытках сбить пламя.

— Всё, — маг с измученным видом присел на лавку, — если бы эти идиоты догадались пробить дно в лодках, всё было бы гораздо печальнее, но они слишком понадеялись на численное превосходство, судьба предшественников из конвоя ничему их не научила.

— Плевать! — настроение у капитана резко улучшилось, — всё прошло так, как прошло, теперь осталось только свалить из этих мест. Я всё же не верю, что тебя смогут вычислить, мало ли магов на свете.

— Увы, — Асмус поспешил его разочаровать, — то, что только что сделал я, могут сделать только четыре десятка магов. Двадцать пять из них преподают, или работают в Академии, остальные служат разным государям. Есть только один маг-изгой, местонахождение которого неизвестно, вот его и будут искать. Есть, правда, надежда, что корабль в Вейссе не запомнили, а меня не сопоставят с тем охотником, что посещал графа, тогда найти нас будет сложнее, а то, что на меня повесят новое преступление, так мне не привыкать. Того, что за мной числится уже сейчас, хватит на два десятка самых изуверских казней.

— Будем на это надеяться, — задумчиво проговорил капитан, и тут же добавил, — а не лучше разбудить демона?

Асмус на какое-то время задумался, потом проговорил:

— Нет, пока не стану, есть у меня кое-какие планы на будущее.

Когда лодки ткнулись в борт корабля, Ключник, обрадовавшийся их возвращению, быстро скинул канат, и члены команды по одному стали подниматься на борт. Следом подняли сами лодки и сундук, а после раненых товарищей. Гарту, который до этого держался молодцом, опять стало плохо, и он потерял сознание.

Уложив раненых здесь же, команда собралась на совет. Первым взял слово капитан:

— Итак, друзья, — тихим, отнюдь не командным голосом сказал он, — у нас всё получилось. Благодаря, в основном, усилиям нашего мага, мы захватили уйму золота. К счастью, никто из наших не погиб, а раненых Асмус скоро поставит на ноги. Мы здорово наследили, очень может быть, что нас когда-нибудь отыщут. Тогда придётся заходить в порты с опаской, или сменить корабль. Но это будет ещё нескоро, пока нужно решить, что нам делать с золотом. Пропить столько нам не под силу.

— Сколько выходит на каждого? — спросил Кардиф.

— Я знаю, что ты хотел бы оставить море, но одной двадцатой части этого сундука хватит только на самое скромное существование, вряд ли ты хочешь этого.

— Что ты сам предлагаешь? — спросил за всех Берт.

— Теперь у нас есть казна, достаточно большая, чтобы начать уже нормальную торговлю, завязав, хоть на время, с грабежом. Закупиться товаром, благо трюм у корабля вместительный, отвезти его, куда следует, продать, получить прибыль.

— Толковая мысль, — поддержал Склир, — но конкретно сейчас мы что делать будем?

— Карта у тебя? — спросил капитан, Склир кивнул, — ну, так давай её сюда и показывай ближайший торговый порт.

Показывать ничего не пришлось, капитан и сам прекрасно знал расположение крупных торговых городов северного побережья. Ткнув в карту едва ли не наугад, он принял решение:

— Порт Кадис! Асмус, тебя там ищут?

— Разумеется, — отозвался маг, склонившись над Тилем, — правда, всего лишь за некромантию и незаконное целительство. Казнить сразу не будут, но выдадут Академии, что равносильно казни.

— Постарайся не попадаться, — посоветовал ему капитан, — разворачивайтесь на восток.

— Ветер ловите сами, — сразу заявил маг. — Мне нужен отдых. И помощнику моему тоже. Пойдём, Лео.

Оба они отправились в каморку мага, чтобы благополучно завалиться спать. После всего пережитого, когда страх уже отпустил, обоих как никогда клонило в сон.

Порт Кадис, судя по описаниям бывалых моряков, был, если и не раем на земле, то, по крайней мере, довольно приятным местом. И действительно, лучшего места, чтобы спустить торговую выручку или разбойничью добычу, трудно было придумать. В городе царили весьма мягкие законы, запрещалось убивать и грабить, да ещё кое-что, с остальными удовольствиями всё было в полном порядке. Бесчисленные кабаки смогли бы при желании споить всех моряков мира, вина и угощения нашлись бы на любой вкус и кошелёк. Для любителей чистоты были выстроены огромные бани, а к услугам ценителей женского пола были многочисленные бордели, где их ждали женщины со всего света, на выбор. Там же находился гигантских размеров рынок, где можно было купить что угодно, от кожаных сандалий до прекрасной рабыни любого цвета, возраста и фигуры.

На дорогу у них ушло шесть дней, этого времени как раз хватило, чтобы раненые встали на ноги. Гарт чувствовал себя хорошо, а вот Тиль пока мог ходить только с посторонней помощью. Магия Асмуса и его целебные растворы помогали слабо.

Наконец, утром шестого дня, капитан объявил, что цель их близка. Они не теряли из виду берег, а город Кадис имел такие размеры, что проплыть мимо было невозможно при всём желании. Ради такого дела Асмус даже не стал возражать и изменил ветер по заказу. Матросы заметно приободрились, когда корабль бросил сходни в порту. Сарим не стал делать отеческих внушений команде, приказал только не разбредаться.

На корабле остались только Ключник, который сослался на слабое здоровье, Тиль, ещё не оправившийся от ранения, да старый Юрген, который вообще не любил бывать на суше. Капитан пообещал, что пришлёт на борт выпивку и угощение для них, возможно, и женщины туда придут.

Ступить на твёрдую почву было приятно, тем более, что никаких особых дел их здесь не ждало, а только отдых и развлечения. Они прошли по широкой портовой улице, выбирая место, где остановятся. Все оделись максимально нарядно, оружия взяли минимум, только ножи, которые предназначались не столько для убийства людей, сколько для нарезания жареного мяса и открытия винных бутылок. Лео надел те вещи, в которых ходил на приём к графу, посчитав их вполне пригодными для порта. Асмус, которого, как известно, многие здесь искали, постарался максимально преобразиться. К этому моменту у него отросла курчавая борода, которую он, как и короткие волосы покрасил в седой цвет, отчего сразу стал выглядеть старше лет на десять. Оделся он нарочно так, чтобы выглядеть самым бедным среди команды. Серые холщовые шаровары, короткие сапоги на шнуровке и красная рубаха на запахе, подпоясанная цветастым кушаком, нарочно сильно поношенная и такого размера, что в неё вполне можно было засунуть двух Асмусов. Как бы то ни было, а своего он добился, в таком облике пожилого нищего моряка сложно было опознать одного из лучших магов мира.

Когда они шли в людском потоке, капитан взял Лео за плечо и приказал:

— Присмотри за Крысом, с ним неладно. И не отставайте от нас.

Лео посмотрел на разбойника. Тот действительно выглядел плохо, глаза бегали по сторонам, угрюмое лицо с многочисленными шрамами побледнело, он резко начал хватать ртом воздух.

— Что с тобой? — спросил Лео, взяв его за руку, — давай отойдём.

Они отошли с дороги и Крыс присел на корточки, облокотившись спиной о стену.

— Голова кружится, — с виноватым видом объяснил он, — много людей вокруг, не привык к такому, мне и на корабле неуютно было, а здесь…

— Ничего, — попытался успокоить его Лео, — у меня тоже такое было, когда впервые в город попал, это пройдёт со временем. Нужно идти, наши уже далеко.

Мальчик взял разбойника за руку, и они вместе пошли вперёд, стараясь быстрее догнать остальных. Крыс старался смотреть только себе под ноги, а направление выбирал Лео.

Когда они, наконец, поравнялись с остальными, команда уже стояла на крыльце большого дома, а капитан о чём-то договаривался с немолодым толстым человеком, обладавшим длинной седой бородой. Договорились они быстро, несколько золотых реалов перекочевало из кошелька капитана в жадно протянутую руку хозяина заведения. Тот сделал шаг назад и призывно распахнул двери. Лицо его выражало высшую степень дружелюбия. Сарим повернулся к команде и, довольно улыбаясь в бороду, сообщил:

— Друзья, я прекрасно знаю, как сильно у вас пересохло в горле, и насколько тесно в штанах, но предлагаю прежде посетить бани. Так уж получилось, что от всех нас жутко смердит, негоже в таком виде посещать приличное заведение.

Его заявление было встречено одобрительным гулом. Толпа дружно ввалилась в широкие двери. Как выяснилось, это заведение выполняло функции не только бани, но также публичного дома и кабака, то есть все нехитрые удовольствия, до которых так охочи моряки, были к их услугам.

Быстро скинув одежду и обувь, вся команда прошла в помещение парной. Здесь почти ничего не было видно, а от горячего воздуха у Лео перехватило дыхание. Все они расселись по деревянным лавкам и какое-то время, молча сидели, обливаясь потом. Лео никогда ничего подобного не испытывал, помывка в родной деревне заключалась в поливании себя из ковша, мыло было большой редкостью и стоило дорого.

Через некоторое время, появившийся из облака пара банщик предложил им окунуться в бассейн, что они и сделали с превеликим удовольствием. Лео к тому времени уже окончательно размяк, он прилёг на лавку и прислушивался к ударам сердца, которое, словно молот, стучало изнутри в грудь. Прохладная чистая вода приняла его в свои объятия, сразу успокоив дыхание и сердце. В бассейне было неглубоко, вполне можно было стоять на цыпочках. Окунувшись ещё несколько раз, он поднялся по ступеням вслед за остальными.

Они перешли в соседнее помещение, где было уже не так жарко, а воздух был сухим. Обслуга принесла мыло и мочалки, команда повалилась на дощатые лежаки, а банщики стали быстро намыливать их тела. Лео при этом окончательно расслабился, его давно не мытое тело было в восторге от общения с мылом, а жёсткая мочалка окончательно сдирала грязь.

На какое-то время он даже задремал, а когда проснулся, услышал хохот и оживлённые разговоры. Перевернувшись на спину, он с удивлением обнаружил, что, вместо молодого смуглого парня, его намыливает женщина, молодая, красивая и почти голая. Вся её одежда состояла из тонкой набедренной повязки, голая грудь нависала над ним. Тряхнув чёрными волосами, она стала намыливать его спереди, улыбаясь и сверкая большими зелёными глазами. Покраснеть мальчик не смог, от жары он и так был красным, как варёный рак.

— Тебе нравится? — спросила она, голос был приятным и, несмотря на сильный акцент, говорила она понятно.

— Да, — ответил Лео, стараясь унять дрожь в голосе. Рука с мочалкой спускалась всё ниже.

От логического завершения ситуации их спас зычный голос Берта.

— Хорош валяться! Нас ждёт выпивка!

Призыв его был услышан, пираты стали подниматься со своих лежаков и, окатив себя водой из ведра, обтирались полотенцами. Полуголые женщины, впрочем, никуда при этом не делись, они сопровождали команду, пока те с неохотой натягивали штаны.

Спустя некоторое время, весь экипаж корабля, одетый, как попало, сидел в просторном помещении на маленьких стульях, поставленных с одной стороны низкого стола. Стол этот был довольно обширным и ломился от всевозможных закусок. Были здесь и жареные поросята, и какая-то зелень, и печёные тушки каких-то крупных птиц, и рыба, зажаренная целиком, на большом блюде лежали ломти хлеба, явно только что испечённого. Те же прекрасные полуголые женщины расставляли кувшины с вином. С одной стороны стола сидели пираты, с другой на циновках расселись четверо музыкантов, играли они какую-то грустную мелодию, под которую красиво извивалась смуглая танцовщица, одетая в многочисленные нитки бус и несколько серебряных браслетов на руках и ногах.

Пираты, истосковавшиеся по вину, которое капитан запрещал в плавании, по еде, должным образом приготовленной, и, более всего, по женщинам, немедленно набросились на все эти удовольствия. Вино ручьём полилось в оловянные кружки, пираты быстро кромсали ножами сочное мясо, подхватывали душистый хлеб, аппетитно хрустели овощами и пили, пили, пили…

Сам Лео был непривычен к вину, а потому, рассудив здраво, экспериментировать не стал. Чтобы не отставать от остальных, он тоже сделал глоток из кружки. Вино было сладким и крепким, в голове сразу зашумело, поэтому снова прикладываться к кружке он не спешил. К счастью, на столе нашёлся небольшой кувшин с чистой родниковой водой, который, само собой, никого больше не интересовал. Дотянувшись, он схватил его и поставил перед собой.

Веселье, меж тем, продолжалось. Буль, уже изрядно пьяный, встал из-за стола и подошёл к музыкантам. Отобрав лютню у седого тощего старика, он прогнал его из зала, а сам, подтянув струны, заиграл другую, куда более быструю мелодию. Остальным музыкантам не осталось ничего другого, кроме как поддержать его. Сменила свой танец и девушка, теперь она уже не извивалась, подобно змее, а быстро вертелась, топоча по циновкам босыми ногами и выбрасывая руки, в такт музыке. Браслеты звенели, как ещё один дополнительный инструмент.

Лео беглым взглядом осмотрел товарищей. Берт, сидевший справа от него, опрокинул уже десятую или одиннадцатую кружку с вином, закинув следом огромный кусок жареной свинины, но огромное тело давало о себе знать, никаких признаков опьянения помощник капитана не проявлял. Много пил и сам капитан, но и его вино словно совсем не брало. Серые глаза всё так же цепко смотрели из-под густых седых бровей. Самым тихим был Крыс, он сидел на самом краю стола, глядел на всё происходящее дикими глазами, да периодически отхлёбывал из кружки, не забывая, впрочем, тискать одной рукой женщину, прижимавшуюся сбоку.

Слуги сноровисто подхватывали со стола опустевшие блюда и ставили на их место новые, другие подливали в кувшины вино, которое испарялось ещё быстрее, чем еда. Постепенно голод и жажда отходили на второй план, а пираты больше склонялись к иным удовольствиям. То один, то другой, подхватив какую-нибудь из присутствовавших женщин, уединялись с ней в соседнем помещении, где, как понял Лео, находились спальные номера.

Сами женщины тоже прилагали все усилия, чтобы никто из таких солидных гостей не остался недовольным. Шею Лео обвили две тонких руки, а нежный голос, явно принадлежавший той самой женщине из бани, зашептал на ухо:

— Ну что, мой сладкий, ты уже знаешь, что следует делать с женщиной?

— Нууу… — Лео растерялся, — да, знаю, видел, то есть.

Уточнять, что именно он видел, Лео не стал.

— Хочешь попробовать сам? — голос её был всё тише, а губами она, казалось, залезала ему прямо в ухо.

— Да, наверное, да, — ответил Лео уже более твёрдым голосом. Он здраво рассудил, что, побывав в настоящем бою и собственноручно убив уже троих человек, странно будет бояться женщины. Да и выглядела она совсем не страшно. Даже наоборот.

— Так пойдём, — она ещё крепче обняла его за шею и потянула за собой, — есть место, где нам никто не помешает.

Мальчик не стал сопротивляться, но успел отхлебнуть ещё вина из кружки. Они вместе прошли в небольшую комнату, половину которой занимала широкая кровать, застеленная белой простынею. Две свечи в красивых бронзовых подсвечниках немного рассеивали полумрак внутри.

— Ну, что же ты? — спросила она, вытягиваясь на кровати и стягивая последнюю деталь одежды, — иди ко мне.

— Я просто… не знаю, говори мне, что делать, — Лео тоже стал раздеваться.

— Не думай ни о чём, — женщина широко улыбнулась и протянула к нему руки, — я всё сделаю сама.

Лео пытался сказать что-то ещё, но рот его был заткнут поцелуем, а нежные, но сильные руки женщины притянули его к прекрасному телу.

Нельзя сказать, что всё прошло на отлично. В силу своей юности и неопытности Лео не смог сделать всё положенное, но кое-какой опыт и удовлетворение он получил. От души поблагодарив свою первую женщину, он натянул штаны и вернулся в зал.

Только он собрался сесть на своё место и подкрепить силы едой и вином, как за плечо его ухватила чья-то сильная рука. Обернувшись, он увидел перед собой задумчивое лицо капитана.

— Лео, мальчик мой, — сказал капитан неожиданно добрым голосом, — судя по твоей довольной роже, ты только что стал мужчиной. Поздравляю тебя. Но не спеши по этому поводу напиваться, мне кое-что от тебя нужно.

— Я готов, — тут же ответил Лео, ему действительно хотелось теперь сделать что-то полезное.

— Слушай и запоминай, сейчас я буду беседовать с одним важным человеком в дальней комнате, там, в конце коридора. Нам должны будут принести еду и выпивку, но я не хочу, чтобы наш разговор подслушал кто-либо посторонний. Поэтому ты заберёшь поднос и принесёшь его нам.

— Я готов, — снова повторил Лео.

— Только рубашку надень, — напомнил ему капитан.

Лео натянул рубашку и постарался придать себе серьёзный вид, что оказалось не таким простым делом, губы его невольно расползались в улыбке. Скоро через их зал пошёл слуга, богато одетый юноша немногим старше, чем он сам. Лео преградил ему путь.

— Мне нужно в дальний номер, — настойчиво сказал слуга.

— Я сам сделаю это, — уверенно возразил ему Лео, — отдай поднос.

— Нет, это сделаю я, — он всё ещё пытался возражать.

Лео не стал спорить, просто достал нож и с задумчивым видом провёл пальцем по лезвию. Парень оказался сообразительным, он прекрасно понимал, что убийцу накажут и довольно жестоко, но это будет потом, а собирать с немытого пола свои внутренности он будет уже сейчас. Вопрос с сопротивлением был решён.

Лео шёл по коридору, удерживая в руках поднос, на котором стояла ваза с фруктами, два золочёных кубка и кувшин, покрытый пылью и паутиной, пробка которого была запечатана печатью с замысловатым узором. Коридор был слабо освещён, приходилось внимательно смотреть под ноги. А из-за тонких дверей раздавались вздохи и стоны, там от всей души развлекались его боевые товарищи. Из одной двери послышался рёв медведя на случке, в котором Лео без труда опознал голос Берта. Помощник капитана, обладая завидной силой и выносливостью, выкладывался изо всех сил.

Вежливо постучав в двери, он медленно приоткрыл одну створку. Помещение было маленьким, примерно, четыре на четыре шага. В центре его стоял приземистый столик, а с двух сторон от него на толстых узорчатых коврах сидели участники переговоров. Помимо капитана здесь присутствовал пожилой господин в дорогой одежде. Он был очень стар, лет семидесяти, а то и больше. Но при этом не обнаруживал и тени дряхлости, был подтянут, с прямой спиной с крепкими руками. Блёклые серые глаза смотрели из-под кустистых бровей, словно бы проглядывая мальчика насквозь.

— Не беспокойся, Хамид, — спокойно сказал капитан, — это мой человек, продолжай. Лео, налей нам вина.

Лео с помощью ножа отковырял печать и, с великим трудом выдернув пробку, налил в оба кубка почти до краёв. Аромат дорогого старого вина приятно защекотал ноздри. Пригубив вино, Хамид продолжил прерванный разговор:

— Так вот, как я уже говорил, тот факт, что Энгель — младший сын, не должен никого смущать. После смерти короля, престол достанется именно ему, это уже решённый вопрос, а братья будут заниматься только военными делами.

— А не захотят ли они отправить его вслед за отцом. Не припомню принцев, что добровольно бы отказались от престола.

— Об этом позаботится совет регентов и придворные маги, с которыми ссориться не захочет никто. Да и, как бы там ни было, твоя задача от этого не изменится. Ты и твои люди нужны, чтобы доставить княгиню в порт. Целой и невредимой.

— Можешь на меня рассчитывать, Хамид, — ответил Сарим, — Лео, ты нам больше не нужен, но лучше постой за дверью. Не нужно, чтобы там стоял кто-то другой.

Когда Лео вышел за дверь. Упомянутый «другой» стоял в другом конце коридора. Это был тот самый слуга, который не оставлял надежды подслушать разговор. Лео оскалил зубы и положил руку на рукоять ножа. Парня как ветром сдуло. А за спиной его продолжался разговор.

— А что с отцом девочки, ему не жаль её отправлять?

— Мой господин, как это ни печально, беден. Единственное его богатство — княжеский титул, да ещё огромный кусок бесплодной земли, именуемый Патавией. Этот богатый город стоит на его земле, но не принадлежит ему. Платит небольшую дань, которая и составляет все его доходы, вместе с ничтожным оброком от двух дюжин деревень, да пошлинами с караванов, раз в год проходящих по его земле. Его вассалы давно разбежались, собственно, князем он является только номинально. Вот поэтому он так старается породниться с королём.

— А к чему такая таинственность? Есть те, кто хочет помешать?

— Не только хотят, но и сделают это. Очень многие люди знают весь расклад вокруг королевского трона, а потому постараются протолкнуть в невесты своих дочерей. Сам принц хочет только её, хоть и знаком с ней исключительно по письмам. Но соперники не страдают ненужной моралью, а потому могут пойти на самые подлые меры, вплоть до убийства девочки.

— Так серьёзно?

— Да. Я потому и рассказываю тебе всё в подробностях, чтобы ты был готов ко всему. Отправить серьёзную охрану князь не в состоянии, просто людей у него нет, а надёжных людей тем более. Вот и получается, что единственная надежда на секретность, твой корабль мало, кому известен, поэтому я и выбрал его.

— Что с оплатой?

— Вот, — Лео услышал, как какой-то предмет, с глухим звуком упал на стол, — это половина, вторую ты получишь от короля, это будет для меня гарантией безопасности девочки.

— Неплохо, — ответил Сарим через минуту, — совсем неплохо. Если столько же даст король, то я готов и на более опасные приключения.

— Договорились? — спросил его Хамид.

— Да, — не раздумывая больше, ответил капитан, — можешь на меня рассчитывать.

— Я и не сомневался в тебе, Сарим, девочку приведут завтра ночью, подготовьте для неё место.

На этом разговор закончился, Хамид отправился по своим делам, а капитан вместе с Лео вернулся в зал. Отыскав среди мертвецки пьяных пиратов едва живого Склира, он приподнял его и пощёчинами привёл в чувство.

— Открой глаза и скажи мне, какой товар можно купить здесь, чтобы потом с выгодой продать в северном королевстве Палантина?

— А где мы сейчас? — пробормотал Склир, с трудом ворочая языком. Глаза его были закрыты.

— Кадис, — терпеливо объяснил ему капитан, — порт Кадис.

— Тогда это специи, ткани и вино. Можно ещё рабынь из южных земель.

— Так и сделаем, — сказал капитан, потом вытер краем скатерти испачканную соусом физиономию матроса и положил его обратно.

— Что мне делать сейчас? — спросил у капитана Лео.

— Я буду думать, а ты напейся и ложись спать. Можешь ещё раз развлечься с какой-нибудь красивой шлюхой, но они тоже уже спят, парни всех довели до обморока.

Лео не стал перечить капитану и вернулся за стол, быстро отыскав почти полный кувшин с вином. Из всей команды за столом оставался только Асмус, он был пьян, только явно не о вина, пил маг гораздо меньше других. Скорее всего, принял что-то из своих зелий. Глаза были открыты, но бесцельно смотрели в одну точку.

Решив его не тревожить, Лео взял кувшин и вылил ароматную тёмно-красную жидкость в кружку. Вздохнув, приложился и отпил половину, потом отдышался и допил всё. Прикинув, решил, что выпитого достаточно и пошёл искать себе место, где можно прилечь.

Он прошёл по коридору и выбрал один из номеров. На кровати лежали две голых женщины, но места было ещё достаточно, прежде чем его мозг окончательно утонул в вине, Лео стянул сапоги и рубаху, а потом прилёг между ними и закрыл глаза. Ему снилась женщина, первая в его жизни, имя которой он забыл спросить.

На исходе третьего дня команда со стонами и проклятиями возвращалась на корабль. Ничего не соображающие, опухшие от беспробудного трёхдневного пьянства, пираты шагали, поддерживая друг друга и изредка останавливаясь, чтобы поблевать. На ногах оставались только Сарим, Асмус и Лео. Мальчику после первой в его жизни пьянки было так плохо, что он больше и смотреть не мог на вино. Опытные в пьянстве товарищи над этим посмеивались и говорили, что всё пройдёт.

А на корабле в это время царило оживление. На пустом бочонке сидел Ключник и контролировал погрузку товара. Не прерывая праздника, капитан успел отлучиться на корабль и отдал соответствующие приказы. Ключник, при всех его недостатках, умел работать и пьяным, а потому успел заключить с местными купцами сделки на покупку специй и тканей. Сейчас всё это полуголые грузчики носили на корабль и складывали в трюм. Сам Ключник был всё так же пьян, но глаза его были ясными, и соображал он хорошо.

Последним на корабль вернулся Асмус. Он успел сходить на рынок и теперь его сопровождал носильщик, согнувшийся под тяжестью огромного мешка. Сам маг держал в руках самое дорогое приобретение — две толстых книги в деревянном переплёте. Бросив монетку грузчику, маг забрал у него мешок и с хрипом потащил его в свою каюту.

Когда корабль отошёл от причала (а сделать это было непросто по причине полуживой команды), Асмус, Сарим, Лео и Склир собрались на корме.

— Девочка здесь, — сообщил капитан, она в отдельной каюте, где я раньше хранил некоторые важные вещи. Там натурально собачья конура, но одна кровать поместилась.

— Команда об этом знает? — спросил Асмус.

— Они знают, что мы кого-то везём. Возможно, знают, что этот кто-то — женщина. Это всё.

— Кто будет ей заниматься? — уточнил маг, — девушки, даже княгини, тоже имеют свойство есть, пить и испражняться.

— Думаю, Лео сможет это сделать, — предложил маг.

Все присутствующие пристально посмотрели на мальчика.

— Ну, я постараюсь, — растерянно ответил Лео.

— Да уж постарайся, — Асмус усмехнулся, — ты ведь ухаживал за монстром, которого тоже нужно было кормить и чистить, а девочка всё же красивая.

— На том и решим, — подвёл итог капитан, — я освобождаю тебя от любой работы, кроме выполнения капризов княгини, в перерывах учись драться или помогай чародею. Кардиф тоже будет знать, на нём лежит кормёжка. Плавание на север займёт дней десять или одиннадцать. Не факт, что ветер будет попутным, да и штормы в тех широтах не редкость.

— Я всё понял, — Лео кивнул.

— Что с товаром? — спросил капитан, сменив тему, — позовите Ключника.

Ключник явился быстро, дохнув на окружающих винным перегаром, он начал доклад:

— Почти десять тысяч локтей ткани, шёлк, атлас, бархат, парча. Пришлось потратиться, но продадим с пятикратной выгодой. Специи: шафран, перец, кардамон, мускатный орех и многое другое. Всего четырнадцать наименований, общим весом в две тысячи фунтов. Если всё пройдёт хорошо, выгода будет десятикратной.

— Какие цены ты планировал? — с интересом спросил Склир, что-то подсчитывая в уме.

— Оптовые, конечно, — не задумываясь, ответил Ключник, — я ведь понимаю, что никто из нас не будет стоять на рынке с весами.

— Что ж, думаю, прошедшую пьянку мы оправдаем, капитан оглянулся на удаляющийся причал и пошёл к себе в каюту. Через минуту все услышали его рёв:

— Отчего в моей каюте такой бардак?!!

— Сарим, не кричи так, — послышались оправдания Тиля, — я правда пытался пользовать девок на палубе, но они кричали на всю пристань, так что местная стража грозила меня арестовать.

— Немедленно приберись, — уже спокойнее велел капитан.

— Кардиф сказал, что ужин для княгини, будет готов через час, — тихо объясним ему Асмус, — а пока мы пойдём разбирать покупки.

Покупок было много. В мешке лежали пучки сушёных трав и цветов, мешочки и склянки с порошками, пустая посуда для зелий, какие-то непонятные инструменты. Кроме всего перечисленного, на дне мешка оказался странный продолговатый предмет, завёрнутый в ткань.

— Это тебе, — сказал Асмус, — используй с умом.

— А что это? — спросил Лео, вынимая из мешка саблю в ножнах.

— Ятаган из лучшей булатной стали. Тиль научит тебя им пользоваться. Ну, если, конечно, капитан его сейчас не убьёт.

Рукоять была выточена из цельного куска слоновой кости, заканчивалась она массивным набалдашником с серебряными накладками. Вытянув из ножен клинок, Лео залюбовался на зеркально гладкую сталь с тёмными разводами. Режущая кромка была идеально гладкой. Странно было видеть саблю, заточенную с внутренней стороны, но Тиль использовал такую и у него отлично получалось.

— Я не лучший фехтовальщик, — прокомментировал Асмус, — но такой штукой возьмусь отрезать человеку голову в одно движение.

Наступило время ужина. Кардиф, благодаря своим умениям и хорошему набору продуктов, которые также успел закупить Ключник, приготовил отличные блюда, которые только и полагает есть титулованной особе.

Взяв поднос с тарелкой супа, отбивной и мягкими булочками, он направился к указанной двери. Там он тихо постучал и стал ждать ответа.

— Войдите, — ответил тихий девичий голос за дверью.

Удерживая поднос одной рукой, Лео распахнул дверь и вошёл. Каюта была такого размера, что от одной стены до другой можно было достать руками. Половину площади занимала кровать, застеленная чистым бельём и с большой пуховой подушкой. На ней сидела девочка, чуть старше его годами, лет тринадцати или четырнадцати, одетая в красивое желтое платье с корсетом. Её светлые волосы были заплетены в толстую косу, в руках она держала книгу.

— Ваше Высочество, — Лео учтиво поклонился, одновременно поставив поднос на маленький табурет, привинченный к полу. — Здесь… ужин. Если желаете чего-нибудь ещё…

— То можно и потерпеть, — закончила за него княгиня, — мне уже объяснили, что сидеть нужно тихо, как мышка, и даже отхожее место посещать незаметно для остальных.

— Команда знает, что у нас… пассажир, — Лео попытался объяснить, — не знают они только, что вы княгиня. Так что, прятаться особого смысла нет.

— Прятаться мне посоветовал мой воспитатель Хамид, я привыкла его слушать, он никогда не советовал мне плохого. А ты кто? — её взгляд скользнул по перевязи с ятаганом, — благородный рыцарь?

— Нет, что вы, я — Леонард, простой… — проглотив слово «пират» он выдал, — моряк. Да, матрос на торговом судне.

— Ну, да, — она вздохнула, — мой отец настолько беден, что его покинули большинство вассалов, а те, что не покинули, смотрят на сторону. Теперь и меня к жениху сопровождает простой моряк. Но ничего, очень скоро это изменится.

— Когда вы выйдете замуж за принца? — спросил Лео. Собственно, его функция заключалась только в том, чтобы принести ужин, но он решил ещё и развлечь девочку разговорами.

— Скорее, когда мой муж станет королём. Владения моего отца граничат с его королевством, можно будет проложить дорогу и даже объединить оба владения. У отца нет наследников, а княжество, пусть и такое бедное, будет отличным приданым.

— Так вы ради этого выходите замуж? — Лео уже определённо совал нос в чужие дела.

— В общем, да, — не стала скрывать княгиня, — принц Энгель — хороший человек, он добрый и я ему нравлюсь. Думаю, что полюблю его.

— Что же, я рад за вас, надеюсь, ваш жених и в самом деле станет королём.

Лео, поняв, что и так задержался сверх положенного, встал, пожелал княгине спокойной ночи и, откланявшись, поспешил покинуть каюту. Когда он вернулся к Асмусу, тот снова сидел с трубкой и медитировал. Дым из трубки благоухал так, словно туда добавили змеиные жала или сушёных пауков. Глаза мага снова были стеклянными, он смотрел впереди себя, а мысли его находились где-то далеко.

— Асмус? — позвал Лео, но результата не увидел, маг по-прежнему витал в облаках и ни на что не реагировал.

Пододвинувшись поближе, он поводил ладонью перед глазами мага. Реакции не последовало. Вздохнув, мальчик отвернулся.

— Гав!!! — рявкнул маг так громко, что мальчик подпрыгнул на месте, — страшно? Всегда ожидай подвоха. Всегда, слышишь? И от всех. Запомни это и проживёшь долго.

Маг расхохотался безумным смехом. После чего достал книгу и раскрыл на первой странице.

— Садись и смотри сюда, я обещал научить тебя грамоте и сделаю это. Видишь этот знак? Это не просто знак, это буква А…

Сказать по правде, обучение фехтованию давалось мальчику куда легче, знаки на страницах никак не хотели запоминаться, он постоянно путал их, точно запомнив только два или три. Его частые ошибки вызывали громкую ругань Асмуса, прерывающуюся взрывами истерического хохота.

Обучение заняло больше двух часов, продолжали они уже при свете светильника, наконец, мальчик смог запомнить с дюжину знаков и даже сумел прочитать два коротких слова.

Удовлетворившись достигнутым, маг завалился спать, а Лео поспешил последовать его примеру, только светильник погасил. Растянувшись на своём сундуке, он вдруг подумал, что до сих пор не знает имени княгини. Нужно его узнать. Девочка ему понравилась, он даже нашёл приятным приносить ей еду и развлекать разговорами.

Спать долго ему не дали, утром его поднял Асмус и отправил к Кардифу, тот как раз заканчивал приготовление завтрака, в виде каши с маслом и небольшой миски с сушёными фруктами. К этому он приложил ещё небольшой кувшин со сладким напитком на основе мёда.

Как и в первый раз, Лео постучал в дверь, которая тут же открылась.

— Заходи, — сказала ему девочка, отступая назад.

— Я принёс вам завтрак, княгиня…

— Агнета. Я вижу, спасибо. Здесь так скучно, а книгу я уже прочитала. Не хочешь поболтать?

— Хочу, конечно, хочу.

— Садись, — велела она, указывая на край кровати, — расскажи, чем вы занимаетесь?

— Ну, — мальчик замялся, рассказать ей о занятиях экипажа корабля, — верный путь на виселицу, пришлось выдумывать на ходу, — мы торгуем.

— А чем вы торгуете? — в глазах девочки было неподдельное любопытство.

— Всем… всем, что приносит прибыль, вот сейчас мы плывём на север, все наши деньги потратили на специи и ткани. Там мы их продадим с большой выгодой, купим пушнины и железа, а потом снова вернёмся сюда, получим ещё больше денег.

— А куда вы тратите деньги?

— Ну, мы копим, чтобы когда-нибудь остаться на суше и жить на эти деньги. А небольшую часть тратим на отдых в портах.

— А как вы там отдыхаете?

— Пьём вино и слушаем музыку, а потом… — он замялся, не зная, что ещё добавить.

— А потом ходите к продажным женщинам, я знаю, — княгиня хихикнула, — и что вы с ними делаете?

— Ваше Высочество, — Лео постарался придать своему голосу укоризненное выражение, — вы ещё так невинны, это рассказы не для вас.

— Я старше тебя, — парировала девочка, — к тому же скоро выхожу замуж. Знание о мужчинах и женщинах мне точно пригодится, рассказывай. Какие они?

— Они… красивые.

— А, правда, что они танцуют для мужчин голыми?

— Правда, — не стал скрывать Лео, — и не только танцуют.

— Рассказывай, — велела княгиня, усаживаясь поудобнее, — мне всё интересно.

Стараясь выбирать выражения поприличней, мальчик вкратце описал занятия с проститутками, правда, при этом ссылался он больше на чужой опыт, поневоле подсмотренный за эти дни, своего определённо не хватало. Княгиня впитывала информацию, словно губка, глаза её становились всё шире.

— Вот, примерно так это и происходит, — закончил Лео свой рассказ.

— Интересно, — задумчиво проговорила Агнета, переваривая полученную информацию, — а мой муж тоже захочет такого?

— Он ведь хочет иметь детей, а для этого нужно…

— С детьми всё ясно, — отмахнулась княгиня, — мне про это даже моя воспитательница рассказывала, но она говорила, что при этом нужно закрыть глаза и лежать спокойно, не мешая мужчине исполнять свой долг. То, что рассказал мне ты, немного отличается от её наставлений. А ведь мужчинам нравится именно это. Или нет?

— Наверное, — будучи от природы неглупым мальчиком, Лео пытался рассуждать логически, — для рождения детей мужчина использует жену, а для удовольствия, продажных женщин.

— Я не хочу, чтобы мой муж их использовал, — заявила она таким тоном, словно Лео этого хочет. — А теперь иди, я буду думать.

Лео пожал плечами и вышел.

Ушёл он недалеко. Берт, помня приказ капитана, его подчёркнуто игнорировал. Палубу только что помыл Ригг. А вот Тиль, который к тому времени уже окончательно оклемался, перехватил его на пути и потянул за собой.

— Капитан сказал тебя нужно учить, — напомнил он, — лучшего времени не придумать.

Лео хотел что-то возразить, но вспомнил, что в каюте его ждёт Асмус с книгами, а потому передумал возражать и пошёл вслед за матросом. У того были наготове два затупленных ятагана, один он отдал Лео, другой держал в руке.

— Смотри внимательно и запоминай, — объяснил он, — это оружие может показаться тебе несерьёзным, но это не так, если уметь им пользоваться, то будешь очень опасным противником. Но это сложно и сильно отличается от фехтования мечом.

— А чем оно отличается? — спросил Лео, взвесив в руке короткий увесистый клинок.

— Ты, наверное, знаешь, что мечом можно колоть или рубить, можно ещё резать, но получается это плохо. Так?

— Да, — Лео припомнил уроки Гарта, — именно так.

— Саблей сложно колоть, а рубить и резать вполне. А это оружие предназначено только для того, чтобы резать. Рубит оно плохо, а колет ещё хуже. Зато в тесной схватке, да если противник не в полном доспехе, ятаган незаменим. Смотри.

Тиль сделал выпад и нанёс рубящий удар по плечу Лео, а потом дёрнул руку вниз и особым образом прокрутил кисть. Лезвие проехало наискосок от плеча до пояса, больно впиваясь в коже даже через рубаху.

— А теперь представь, что было бы с тобой, если бы он был заточен?

Представлять такое не хотелось, Лео понимал, что пропустив такой удар, он, возможно, не распался бы надвое, но внутренности бы вывалились точно.

— Попробуй, — предложил Тиль.

Орудовать кривым ножом длиной больше локтя поначалу было трудно, но со временем подобные выпады и режущие удары начали получаться. Тиль, возможно, был не настолько умелым мастером-мечником, как Гарт или Сарим, но науку знал твёрдо. А главным преимуществом таких занятий было то, что он не орал на Лео и не пытался сделать ему больно. Обучение заняло часа два, потом Лео, выбившись из сил, поблагодарил Тиля за науку и отправился к себе.

Асмус, был на удивление бодр и полон энергии, пока Лео развлекал княгиню и занимался фехтованием, он возобновил свои алхимические занятия. На его плите снова стоял горшок, в котором что-то булькало, только запах на этот раз был приятный. Пахло сеном и какими-то цветами.

— Ты вовремя, — сказал маг и указал ему трубкой на место у плиты, — присядь и расскажи, как там княгиня?

— Она… — Лео задумался, — как и прежде сидит в каюте, я отнёс ей завтрак, мы поговорили.

— О чём? — спросил маг, подбрасывая в котёл каких-то корешков.

— О разном, я рассказал её о жизни моряков, она ещё спрашивала меня…

— Смелее, — подбодрил его маг, убавив огонь под котлом.

— О мужчинах и женщинах, о том, как они… я мало знаю, но…

— Я тебя понял, это похвально, что ты её просвещаешь. Ей это пригодится в жизни. Только не влюбись, это вредно. На моём веку я не раз и не два видел, как любовь погубила отличных людей.

— А как может любовь погубить? — не понял Лео.

— Очень просто, на пути к любимому человеку часто стоят другие люди, или моральные устои, или общественные отношения. Короче, чтобы приблизить к себе любимого человека, очень многие не останавливаются ни перед чем. Например, они могут навестить одного алхимика и купить у него яд. Ну, или попросить о наложении заклятия.

— И они приходили к тебе, — сделал вывод Лео, хотя и не понял большинства слов.

— Именно! — воскликнул маг, — а самое интересное, что, когда их попытки заканчивались каким-нибудь дерьмом (а иначе они закончиться не могли), крайним всегда оставался алхимик.

— И теперь ты здесь, — с улыбкой сказал Лео.

— Да, — маг и не думал унывать, — сиди здесь и смотри за котлом, когда вода выкипит наполовину, погаси огонь. Вот так.

Он показал, как правильно погасить пламя, а потом вышел на палубу. Лео, прикинув, что до половины отвару ещё кипеть и кипеть, завалился на сундук и задремал. Очень скоро его разбудили, Асмус бесцеремонно толкнул его в бок и вручил мёртвую чайку.

— Вот, возьми нож и вырежи печень, да побыстрее, она нужна мне свежей. На доску положи и не капай кровью на пол.

Чайка действительно была свежей, кто-то из стрелков, скорее всего, Аскольд сбил её стрелой. Лео понятия не имел, как нужно разделывать чаек, но сообразил, что печень должна быть у неё в животе. Кончиком острого ножа он аккуратно вспорол брюхо мёртвой птицы.

— А как выглядит печень чайки? — спросил он у мага.

— Вот она, тёмно-коричневая, — показал маг, — вырезай аккуратно, она мне нужна вместе с желчью.

Лео старался, он аккуратно вытянул наружу коричневый комок, отрезал от него ножом всё лишнее и протянул магу. Асмус взял печень длинным пинцетом и бросил в небольшой стеклянный стакан. Туда же он долил кислоту из бутылки, которая, вскипев, растворила печень и превратила её в мутную красно-коричневую жидкость. Размешав её стеклянной палочкой, он вылил содержимое стакана в котёл. Потом туда же подсыпал немного белого порошка.

— Выбрось птицу за борт, — велел он мальчику.

Лео аккуратно взял доску, на которой лежало окровавленное птичье тело, и вынес её наружу, когда он бросил чайку в воду, в том месте тут же мелькнула крупная рыба. Когда он вернулся, маг стоял у плиты и с задумчивым видом вертел в руках железный знак в виде пентаграммы из скрученной проволоки.

— Прикрой глаза, — предупредил он и сразу же бросил знак в котёл.

Предупреждение пришло вовремя, в комнате вспыхнул яркий свет, словно от молнии, но он сразу же погас, а котёл продолжал бурлить, хотя огня под ним уже не было.

— Нужно немного подождать, — прокомментировал Асмус, — сейчас всё получится. Смотри сюда.

На глазах у Лео, мутный раствор непонятного цвета стал абсолютно прозрачным, а на дне его лежал тот самый знак. Только теперь он напоминал остов затонувшего корабля, поросший кораллами. Именно так выглядели наплывы непонятных кристаллических окислов на поверхности. Асмус аккуратно выловил его стеклянной палочкой, после чего положил в каменную ступку и постучал по ней пестом. Все кристаллы осыпались, обнажив разъеденное железо.

— Железку выброси, раствор вылей за борт, а кристаллы истолки в порошок и засыпь его в коробочку, — приказал он Лео, а тот, вздохнув, отправился выполнять.

Шёл десятый день путешествия, корабль двигался на северо-восток, не теряя из виду берега. Заметно стало, что климат изменился, стала сказываться наступившая осень, подули холодные ветры, и экипаж корабля, в массе своей состоявший из южан, начал понемногу доставать из сундуков тёплую одежду.

Лео, также родившийся в тёплых краях, пока обходился курткой, изредка накидывая на плечи одеяло. Обязанности его по-прежнему сводились к развлечению титулованной пассажирки и помощи Асмусу в его опытах. Если первое было относительно лёгкой задачей, то с магом было куда труднее. У того в жизни наступил период активной деятельности, каждый день он варил какие-то снадобья, делал растворы, выпаривал, превращал кристаллы в порошок и обратно. Прерывался он только затем, чтобы обучать грамоте Лео. Мальчик уже готов был завыть от усердия, голова его опухла от знаний, но и прочитанных слов становилось всё больше, буквы он уже не забывал, а также, к ужасу своему, начал понимать прочитанное. Учитель, впрочем, всё равно оставался недовольным, продолжал орать, брызгать пеной и называть его ни на что не способным остолопом.

В какой-то момент Лео даже захлопнул книгу и расплакался.

— Зачем ты вообще меня учишь, если я такой глупый и ничего не могу прочитать?

Асмус спокойно уселся рядом, достал трубку, протёр её тряпочкой, заглянул внутрь и начал набивать табаком. Судя по виду, это был именно табак.

— Лео, мальчик мой, — начал он объъяснять спокойным и даже ласковым тоном, — учу я тебя затем, что помощник мне нужен грамотный, способный прочитать хотя бы своё имя. А насчёт твоих способностей, могу уверенно сказать следующее. Я не помню, как научился читать сам, видимо, был слишком маленьким. А вот других видел. Обычно этот процесс занимает несколько месяцев, а иногда и лет. Взрослому человеку это сделать гораздо труднее, чем ребёнку. Человека, который смог хоть что-то прочитать на десятый день обучения, я вижу впервые. А ты уже читаешь, пусть и очень медленно.

— А зачем ты тогда на меня кричишь?

— Ты когда-нибудь видел, как ведут себя опытные продавцы на рынке? Они всегда заламывают цену на товар втрое выше нормальной, чтобы потом, поторговавшись, продать его по цене, которая их устроит. Или даже чуть дороже. Так и я предъявляю к тебе заведомо невыполнимые требования, чтобы в итоге получить от тебя всё, на что ты способен.

— Так значит, — задумчиво проговорил Лео, — я — хороший ученик.

— Совершенно верно, — подтвердил Асмус, выпустив клуб дыма, — если бы ты родился в другое время, в другом месте и в другой семье, обучился бы грамоте в шесть лет, или около того, начал читать книги. Тогда тебе прямая дорога в Академию Брина. Увы, всё в жизни происходит так, как происходит, сделанного обратно вернуть нельзя, поэтому ты станешь просто грамотным пиратом, читающим книги. Продолжай чтение, начни теперь со следующей строки.

— Вес пре-д-ме-та, — начал Лео, — не есть ве-ли-чи-на по-с-то-я-н-на-я, е-го мо-гу-т ме-ня-ть у-с-ло-ви-я…

От напряжения он вспотел, а в горле пересохло.

— Есть… — произнёс он и отдышался, — с-по-со-бы из-ме-ни-ть ве-с ма-ги-че-с-ки.

На этих словах Лео прервался, потому что маг отобрал у него книгу и начал дальше читать сам. Это была одна из двух книг, что он купил в Кадисе, новая, ещё ни разу не прочитанная. Быстро пробежав глазами по строчкам, Асмус захлопнул книгу и в недоумении произнёс:

— Странно. Эта сторона магии как-то прошла мимо меня.

— Какая? — с интересом спросил Лео.

— Изменение физических свойств предметов.

— Это как? — не понял мальчик.

— Вот шарик, — он вынул из рукава стальную цепь, на конце болтался круглый шарик диаметром в два пальца, Лео уже знал, что шарик из бронзы, а внутрь налит свинец, — он имеет вес, и вес это можно изменить магически. Сделать его в десять раз тяжелее, например.

— А зачем?

— Вот представь, когда я раскручиваю эту цепь, шарик имеет обычный свой вес, а в тот момент, когда он прилетает в чью-то голову, его вес становится, как у огромного валуна.

Маг широко раскинул руки, показывая размер валуна, который прилетит в голову противника. На этом месте их дискуссия прервалась, поскольку они услышали шум на палубе, тревожные крики матросов ясно говорили о том, что стряслось нечто нехорошее. Открыв дверь и выбежав на палубу, маг и Лео столкнулись с капитаном.

— Что происходит? — спросил Асмус.

— Нас прищучили, — просто и ясно обрисовал ситуацию Сарим, — четыре корабля под флагом Хорна, требуют остановиться.

— Дай попробую угадать, — сказал Асмус, — Хорн против того, чтобы мы довезли княгиню на север?

— Именно так, — капитан смачно выругался, — сейчас они её захватят и будут держать в заложниках, ну, или выдадут за кого-нибудь попроще, чтобы не вмешивалась в игры больших людей, информация просочилась, они вышли на перехват.

— Это плохо, — охарактеризовал ситуацию маг, — весьма плохо.

— Мы в дерьме, — подтвердил капитан его слова.

А корабли уже обкладывали бриг с четырёх сторон, видно было, что они превосходят их в скорости и гораздо крупнее, надо полагать, что и десант на борту был куда больше их маленькой команды.

— Ты сможешь поджечь их корабли? — спросил капитан у мага.

— Если очень захотеть, то, наверное, и потопить их смогу, — задумчиво проговорил маг, — вот только это ведь Хорн.

— И? — не понял капитан.

— Их флот — это более полутора сотен таких кораблей, а теперь представь, что на нас объявили охоту.

— У тебя устаревшая информация, — присоединился к их беседе Склир, — теперь у них уже более двухсот кораблей, и их число продолжает расти. Готовятся к войне.

— Попробуем спрятать княгиню, — принял решение капитан, но Асмус перебил его.

— Есть у меня идея получше, ты пока потяни время, мне нужно десять минут, не больше.

— Попробую, — кивнул капитан, магу он привык доверять.

Асмус скачками понёсся в свою каюту, а оттуда в покои княгини. А Сарим, тем временем, отдал приказ убрать паруса и лечь в дрейф. Команда собралась на палубе, все были вооружены, хотя в бой вступать не хотелось. Лео тоже повесил на пояс свой ятаган.

Огромный корабль прижался бортом к борту «Богини удачи». Через борт были перекинуты сходни, по которым чинно спустился закованный в позолоченные доспехи рыцарь, с длинным мечом на поясе и без шлема. Было ему лет сорок, на чисто выбритом холёном лице застыла надменная гримаса, а короткие рыжие волосы на голове стояли дыбом. За ним проследовали ещё двое рыцарей, также в полном доспехе, с короткими алебардами в руках. Вряд ли они собирались воевать, просто почётный эскорт. Рыцарь оглядел собравшихся презрительным взглядом, а потом заговорил:

— Я - барон Левин, представитель князя Триеста, правителя Хорна, кто вы такие?

— Я - Сарим, — с достоинством ответил капитан, стараясь придать себе невозмутимый вид, — капитан торгового судна «Богиня удачи». Мы идём из Кадиса с товаром в северное королевство Палантина. А могу я узнать, с каких пор военные корабли Хорна занимаются пиратством?

— За твою дерзость, капитан, я мог бы тебя повесить, — зелёные глаза барона прищурились от злобы, — но у меня есть чёткий приказ моего сеньора, не трогать никого, если не оказывают сопротивления.

— Так зачем вы здесь? — по лицу Сарима уже видно было, что он уже прикидывает, как бы ловчее загнать клинок в горло барону.

— Можешь успокоиться, капитан, меня не интересуют твои товары, твои деньги или твой корабль, можешь оставить всё себе. Мне нужно другое, на вашем корабле присутствует пассажир, точнее, пассажирка. Княгиня Агнета, дочь князя Патавии, которая следует в королевство Палантина с целью замужества.

— И в чём ваша проблема? — капитан старательно изображал дурака, — зачем вам эта девочка?

— Наш сеньор не заинтересован в этом браке, княгиню мы забираем, ей будет предложена взамен другая партия, попроще, соответственно со статусом её семьи. А принц Энгель найдёт другую невесту, более подходящую наследнику престола.

— Понимаете ли… — начал, было, капитан, но внезапно появившийся Асмус перебил его.

— Неприятно вас расстраивать, Ваша Милость, — со скорбным видом заявил он, — но с княгиней Агнетой случилась беда. Она умерла сегодня утром.

Сарим подхватил рукой упавшую челюсть.

— Как умерла? — не понял Барон.

— Как и все люди, — маг придал своему лицу максимально жалобное выражение, даже слёзы на глазах заблестели, — увы, перед лицом смерти простолюдин ничем не отличается от короля и герцога.

— Но в чём причина смерти?

— Я - не самый лучший лекарь. Здоровье княгини было неважным с самого начала, она жаловалась на плохое самочувствие и на боли в груди, вялость и одышку. А сегодня утром она просто не проснулась. Во сне остановилось сердце. Я ничем не смог ей помочь. — Маг со вздохом развёл руками, — бедное дитя.

— Я хочу увидеть её тело, — заявил барон.

— Да, конечно, но учтите, мы повезём его с собой на север, сохранив в леднике. Это нам нужно, чтобы отвести подозрения от себя, пусть королевский лекарь и придворные маги обследуют тело, чтобы исключить насильственную смерть и отравление. Тогда, в худшем случае, мы просто лишимся награды.

— Я понял, ведите.

Барон Левин в сопровождении обоих рыцарей прошёл в каюту княгини. Агнета лежала на кровати, накрытая одеялом до пояса и смотрела в потолок остановившимся взглядом. Она была бледна, не дышала и не шевелилась.

— Можете проверить, — предложил им Асмус, — только, пожалуйста, не оставляйте никаких следов.

Барон кивнул одному из рыцарей и тот, присев у кровати, снял стальную перчатку и взял за руку девочку. Он попытался проверить пульс, но не нашёл его, тогда, наплевав на предостережения Асмуса, извлёк откуда-то длинную иглу и глубоко воткнул её в ладонь девочки. Реакции не было никакой, кровь не вытекала.

— Холодная, — прогудел он из-под шлема, — пульса нет, боли не чувствует, кровь не течёт. Мертва. Сомнений нет.

Барон на мгновение задумался, поскрипел зубами и, облегчённо вздохнув, ответил:

— Нас это устраивает, с трупом можете делать, что хотите, но советую выбросить её за борт и никогда больше не показываться в королевстве Палантина.

— Мы сами решим, — с достоинством ответил капитан.

Барон взял у второго рыцаря небольшой кошелёк и бросил его на кровать.

— За беспокойство, — объяснил он.

Вся процессия всё так же неспешно покинула корабль, подбежавшие матросы убрали сходни и корабли начали медленно расходиться. Команда провожала их молчаливым взглядом. Наконец, когда расстояние превысило сотню шагов, капитан спросил, не оборачиваясь:

— Асмус, будь добр, потрудись объяснить.

— Некогда объяснять, — ответил Асмус, подходя к каюте княгини, — у нас совсем мало времени, нужно её оживить.

— Оживить?!! — хором спросили капитан, Лео, Берт и, кажется, Склир.

— Да, оживить, — ответил маг, приподнимая девочку, — она не мертва, просто я дал ей зелье, от которого всё отключается, сердце почти не бьётся и тело становится холодным. Если не оживить сейчас, то она умрёт уже по-настоящему.

— Что нужно делать? — спросил капитан.

— Выйдите все отсюда, — тут его взгляд остановился на мальчике, — Лео, останься.

В крошечной каюте остались только Лео, Асмус и княгиня, которая по-прежнему не проявляла признаков жизни. Маг влил ей в рот несколько капель неизвестного зелья.

— Нужно её согреть, — сказал он Лео.

— На камбузе есть печь, — предложил Лео.

Асмус поднял на него взгляд и скомандовал:

— Раздевайся, есть идея получше.

— Раздеваться? — Лео растерялся.

— Да, раздевайся, тело человека лучше всего отогревается телом другого человека, — объяснил маг, развязывая шнуровку на платье княгини, — потом ты принесёшь ей извинения, но для этого нужно сперва её спасти.

— Совсем раздеваться? — испуганно спросил Лео.

— До голой задницы, — маг усмехнулся, — и засунь уже свою стеснительность подальше. Ты — пират, такой же, как и все тут. А значит, пьяница, убийца и развратник. С упором на последнее. Что-то не припомню, чтобы ты со шлюхами в порту скромничал.

— Но ведь это… — попытался напомнить Лео, стаскивая штаны.

— Кто? Княгиня? Поверь мне, мальчик, княгиня без одежды от шлюхи ничем не отличается, а если и отличается, то только в худшую сторону. Полезай в кровать.

Стянув последнюю одежду, Лео нырнул под тёплое одеяло, куда маг только что засунул голую же Агнету. При этом он едва не вскрикнул, она была холодной, гораздо холоднее, чем может быть покойник. Словно кусок льда в форме человека.

— Не надо ужасаться, да, холодная, так нужно было, я, помимо зелья, ещё и заклятие наложил. Но если её согреть, она оживёт. Ну, должна ожить. Положи руку ей на грудь. Да не лапай, идиот! Проверяй сердце. Вот так. И за голову обними, первым делом нужно отогреть тело и мозг.

Лео лежал с полным ощущением, что и сам сейчас превратится в такой же кусок льда, каким являлась княгиня. Чувствовать рукой удары сердца он не мог, потому что и руку-то почти не чувствовал. Его начал бить озноб, но чувство долга не давало ему всё бросить. Прошло около часа, прежде, чем он начал различать редкие вдохи, а заледеневшая рука уловила что-то похожее на биение сердца. Возможно, на этом согревание следовало прекратить, но никаких распоряжений от Асмуса он не получал, так что продолжал лежать, прижавшись.

Ещё через четверть часа княгиня издала негромкий стон, открыла глаза и попыталась приподнять голову. Лео замер и постарался не дышать. Не помогло.

— Что? Где я?.. — княгиня обернулась, — Ты?!! Да как ты?..

К счастью, Асмус находился поблизости, а потому вошёл сразу, как только услышал вопль. Когда он открыл дверь, княгиня Агнета сидела в уголке кровати, натянув одеяло до глаз, а изрядно поцарапанный Лео стоял в углу, прикрывая срам руками.

— Ваше Высочество, — обратился маг ласковым голосом, — вы ведь помните, что я дал вам зелье, чтобы вы выглядели мёртвой, так было нужно, чтобы обмануть людей из Хорна, у нас всё получилось.

— Хорошо, — глаза княгини кивнули, а потом выразительно посмотрели на Лео.

— А для того, чтобы снова вас оживить, нам пришлось пойти на некоторые необходимые меры. В первую очередь, вас следовало согреть. Я, будучи неплохим лекарем, со всей ответственностью заявляю, что лучший способ согревать человека — это другой человек. Вот и пришлось засунуть к вам в кровать нашего Лео. Он сделал это исключительно по необходимости и никоим образом не покушался на вашу честь. Так ведь, Лео?

Мальчик закивал с такой силой, что у него едва не отвалилась голова.

— Вот видите, Ваше Высочество, — продолжил маг, — ничего ужасного не случилось, только лечебная процедура. Сейчас Лео оденется и уйдёт, и я тоже.

— Но, — растерянно сказала Агнета, — мне всё ещё очень холодно.

— Я вас понял, — маг улыбнулся и повернулся к Лео, который уже почти натянул штаны, — Лео, не одевайся пока, нужно погреть ещё.

— Нет! — возмущённо вскрикнула княгиня, — я не об этом.

— Хорошо, — Асмус вздохнул и выглянул из двери, половина команды стояла там и старательно подслушивала, при этом мерзко хихикая и обмениваясь скабрезными комментариями, — принесите горячего вина. Ключник, у нас ведь есть вино?

— Ээээ… Ну… Я не знаю, — начал объяснять он, но тут же сфокусировал глаза на огромном кулаке Берта, который помощник сунул ему под нос, — да, конечно, вино есть, сейчас принесу.

Когда принесли вино в большой жестяной кружке, княгиня сделала несколько глотков и слегка расслабилась. Глаза её стали закрываться, но Асмус предупредил, что спать ей сейчас нежелательно. Вместо этого он дал ей какой-то порошок, который, по его словам, придаст ей бодрости.

После этого все удалились, оставив княгиню в одиночестве. Лео присел в каюте мага на сундук и загрустил.

— Как мне теперь с ней разговаривать? — спросил он мага.

— Как раньше, — с улыбкой ответил тот, — ты ведь ничего плохого не делал, наоборот, спас девочку от неминуемой смерти.

— А чего тогда она кричала?

— От неожиданности, привыкай, женщин в твоей жизни будет ещё много, и далеко не все они будут поступать логично. Точнее, таких будет меньшинство. Пока что, советую входить к ней как можно спокойнее и делать вид, что ничего не было. Ведь не было? — маг подозрительно сощурился.

— Нет, что ты?! — испуганно встрепенулся Лео, — просто она была такая холодная, что я…

— Понимаю, — Асмус усмехнулся и принялся набивать трубку. — Отвлекись от мрачных мыслей, сходи и возьми урок фехтования у Гарта.

Прошло ещё четыре дня, корабль приближался к цели своего путешествия. Лео, как и прежде, ухаживал за княгиней, небольшое недоразумение, случившееся между ними, было благополучно забыто. Агнета уже окончательно осмелела и стала выходить на палубу. Лео развлекал её разговорами, если только находились общие темы. Так, например, однажды он стянул у капитана карту и принёс её Агнете. Долго они рассматривали её, а княгиня рассказывала всё, что знает о правителях этих земель. Мальчик с удивлением узнал, что почти все правители родственники друг другу. Что даже граф Мэлдон приходится двоюродным дядей Агнеты, а принц Энгель — её троюродный племянник. Впрочем, родство, даже близкое, не спасало аристократов от непрерывных войн между собой. Постоянно кто-то у кого-то хотел отобрать землю, трон, титул, невесту. Даже просто ради грабежа можно было собрать армию и пойти на соседа. А это всегда убийства, кровь, грабежи, поджоги и изнасилования. Княгиня перечисляла это всё, как само собой разумеющееся, она и представить себе не могла, что благородные господа должны делать что-то другое. А Лео, в свою очередь, делал вывод, что эти самые аристократы с пышными титулами и длинной родословной ничем не отличаются от пиратов, даже, может быть, гораздо хуже.

Своими соображениями он поделился с Асмусом. Тот похвалил его за разумные выводы:

— Среди моих книг есть несколько исторических томов, они охватывают последние лет четыреста. Когда станешь читать быстрее, сможешь ознакомиться, летописец попался честный и постарался ничего не приукрашивать. Все те, кого теперь именуют высочествами, сиятельствами и прочими милостями, когда-то были обычными голодранцами. Разве что, хорошо умели резать глотки. А потом, когда банда захватывала территорию, убив прежних хозяев, главарь становился королём, а остальные разбойники князьями и графами. Так устроен мир, привыкай, парень.

К исходу второй недели, корабль причалил в гавани города Кегель, бывшего морскими воротами королевства Палантина. После швартовки никто на берег не сошёл, капитан ждал посланца от короля. Так было условлено с Хамидом.

Но посланника они не дождались. По крайней мере, такого, какого ждали. Вместо неприметного человека в плаще с капюшоном, далеко за полночь по дощатому настилу пристани прогрохотал коваными сапогами строй латной пехоты. Почти сотня солдат с пиками и алебардами пожаловала к кораблю.

Во главе строя выделялся невысокого роста худощавый парень, чьи доспехи были намного роскошнее других. Надо полагать, это и был завидный жених. Парень этот был молод, лет шестнадцати, не более, его худощавое лицо было решительным и напряжённым, волосы стрижены коротко, а большие серые глаза оценивающе скользили по кораблю и команде.

Команда корабля, которая и так не расставалась с оружием, напряглась. Шансов победить в рукопашной почти не было, но у них был Асмус, который может хотя бы задержать нападение и позволить им быстро отчалить.

Впрочем, беспокоились они зря, нападать на них пока никто не собирался. Парень в богатом доспехе отделился от строя и громко сказал:

— Мне нужен капитан Сарим, он здесь, на корабле?

— Разумеется, — Сарим вышел ему навстречу и слегка поклонился, — я — Сарим, капитан корабля, чем могу быть полезен?

— Ваш корабль обязался доставить сюда мою невесту, княгиню Агнету, — голос его вдруг стал грубым, в нём чувствовалась угроза. — До меня дошли страшные слухи, что с ней случилось?

— Ваше Высочество, — Сарим улыбнулся и позволил себе немного расслабиться. — Не стоит верить слухам, их распускают ваши враги и соперники, желающие помешать вашему браку, с княгиней Агнетой всё прекрасно, она жива и здорова, сейчас её приведут.

— Слухи о её смерти шли из Хорна, с чем это связано? — принц (если это был действительно он) оказался жадным до информации. Капитан не стал ничего скрывать.

— По пути сюда нас окружили четыре военных корабля Хорна, и принудили остановиться, некий Барон Левин потребовал выдать княгиню ему, заявив, что она не должна добраться сюда, он собирался забрать её с собой и выдать замуж за кого-то другого, так он нам сказал. Выхода у нас не было, пришлось пойти на обман. На судне у нас был хороший алхимик, который дал её зелье, позволяющее временно изобразить смерть. Барон проверил пульс, ткнул её иглой в руку, после чего, убедившись, что княгиня мертва, заявил, что его всё устраивает и покинул судно. Мы потом оживили Агнету, теперь она здесь и чувствует себя хорошо.

— Спасибо вам, капитан, — принц улыбнулся, — и за мою невесту, и за информацию. Князь Хорна обнаглел, он думает, что его флот — панацея от всего. Придётся преподать ему урок, а барону Левину, как только он попадёт в мои руки, я лично выколю глаза иглой. Такое не забывают.

— Лео, приведи сюда княгиню, — велел капитан.

— Сейчас, — ответил мальчик и кинулся исполнять приказ.

— Ваше Высочество, — он ворвался в каюту княгини, — за вами пришли.

— Кто? — встрепенулась она.

— Ваш жених, он ждёт вас.

— Отлично — облегчённо вздохнув, она встала с кровати, — наконец-то всё закончилось.

Она быстро собрала свои нехитрые пожитки и отправилась к своему жениху. Но прежде посмотрела в глаза Лео таким взглядом, который тот запомнил на всю жизнь.

— Спасибо тебе, маленький пират, — сказала она и крепко поцеловала его в губы.

Княгиня вышла к своему жениху и с ним под руку отправилась в покои королей. Капитан лениво пересчитывал награду, Ключник прикидывал, с чего начать завтра торговлю, Асмус набивал чем-то свою трубку, команда разошлась по местам и завалилась спать. И только Лео стоял на прежнем месте и о чём-то напряжённо думал.

Из оцепенения его вывел голос Берта, который, теперь уже без криков, поручил ему уборку. И впервые Лео совсем не возражал, наоборот, рад был хоть чем-то занять руки. А скоро наступила ночь, бессонница мучала его недолго, закрыв глаза, он увидел Агнету, которая шла по широкому лугу и собирала цветы, всё бы ничего, но делала она это совершенно голая. Лео хотел крикнуть ей, чтобы она оделась, ведь голой ходить неприлично, но рот ему словно заткнули, мальчик задёргался, пытаясь сказать хоть что-то, но так ничего и не сказал, видение исчезло, а сам он с криком проснулся.

Асмуса не было, а на палубе слышна была суета. Как оказалось, местное богатое купечество получило распоряжение принца и прислало своих представителей забрать весь привезённый товар по приемлемым ценам. Теперь Ключник отчаянно спорил с каким-то господином в дорогих одеждах о том, какую цену считать приемлемой. Скоро стало казаться, что они вовсе не договорятся, и придётся везти товар назад, ну, или самостоятельно распродавать мелким потребителям. Но в итоге солидный господин всё же сдался, они ударили по рукам и на корабль поднялись грузчики. Тут же установили весы, позволяющие взвешивать специи, куча людей пересыпала пахучие порошки из мешка в мешок, отмеряя нужное количество. Скоро мешки закончились, и настала очередь тканей, на длинном столе разматывали один рулон за другим и человек с деревянной меркой в руке быстро измерял длину. Процесс этот, впрочем, не затянулся, очень скоро солидный господин, убедившись, что длина везде стандартная, махнул рукой и рулоны стали принимать поштучно.

Оплата не заставила себя ждать, приличных размеров мешок с серебром перекочевал в руки капитану.

— А что можете порекомендовать из своих товаров? — спросил капитан, — чтобы нам не идти на юг пустыми.

— Железо и железные изделия, оружие, простые доспехи, топоры, лопаты, кирки, проволока, листовая сталь хорошего качества.

— Что-то ещё?

— Кожа для сапог, готовые сапоги, мёд, воск, пеньковые канаты. Можете взять спиртное, виноград у нас не растёт, зато мы делаем крепкие напитки. Джин, сделанный у нас, ценится везде.

Услышав про спиртное, Ключник заметно оживился, но капитана интересовало другое.

— Что с пушниной?

— Как вы, наверное, знаете, зверя нужно заготавливать в определённое время года. Сезон только начался, продать можем совсем немного, предлагаю вам самим добраться до охотничьей фактории, это дальше на север, в устье большой реки, мимо не пройдёте.

— Они продадут нам меха?

— Я дам вам рекомендательное письмо, в котором сразу укажу цены, мы их сейчас согласуем.

Дальше пошёл торг, изделий из железа было куплено довольно много, в основном это было оружие. Капитан между делом сказал, что есть места, где сейчас ожидается война, там можно будет неплохо нажиться. Мёда взяли немного, исключительно для себя, пеньковые канаты также пригодились для починки такелажа. Закупили и несколько бочонков джина, которые, во избежание утечки, поставили в каютах у капитана и мага.

Настала очередь пушнины, на корабль принесли охапки звериных шкур, которые повесили в трюме, там оставалось ещё много места, поэтому придётся идти к охотникам. Торговый представитель как раз начал писать рекомендательное письмо, когда к нему подбежал посыльный и вручил послание. Простой клочок бумаги, на котором что-то было написано корявым почерком. Капитан, стоявший рядом, не смог ничего прочесть, поскольку не знал местного языка, для переговоров специально выделили человека, владеющего их языком, а с охотниками он собирался говорить через Склира.

Тем не менее, содержимое письма торгового представителя очень встревожило. Он скомкал бумагу и засунул в карман. Немного подумав, продолжил писать письмо.

— Что-то не так? — поинтересовался капитан.

— Да, — не стал отрицать он, — что-то не так. Точнее, всё не так. Не обещаю, что вы найдёте там нужное количество товара.

— Пушные звери не уродились?

— Нет, этого добра в местных лесах полно, дело в другом. Охотники боятся выйти за частокол. Какая-то тварь в лесу поселилась, двое уже разорваны и съедены, ещё несколько раненых.

— А что за зверь? — с интересом спросил Асмус.

— Они не знают, опытные охотники, которым под силу в одиночку убить взрослого медведя, с этой тварью не могут ничего поделать, утверждают, что никогда ничего подобного не видели. Вот, полюбуйтесь.

Он развернул бумагу и показал изображение на обратной стороне. Корявый рисунок непонятного существа, что-то, вроде ящерицы, но с лапами, как и собаки, пасть крокодилья, а на голове гребень.

— А ещё у него красные глаза, и оно прекрасно видит в темноте, — добавил торговец, — заранее объявляю награду в пятьсот марок за голову.

— А если мы убьём зверя, они смогут выдать нам пушнины на эти деньги? — спросил Асмус.

— Если у них найдутся добытые шкуры в таком количестве, то пожалуйста.

— Договорились.

Торг на этом закончился, весь товар благополучно отправился в трюм, можно было сниматься с якоря, но команда запросила отдыха.

— Хорошо, — снисходительно ответил капитан, — подыщите кабак поприличней, только недалеко от пристани.

В отличие от Кадиса, в здешнем порту не было огромного выбора удовольствий. Нравы царили строгие, а потому весь отдых заключался в одном только пьянстве. Кабак нашли быстро, просторное помещение недалеко от причала, дубовые столы и стулья, привинченные к полу. За стойкой стоял продавец, позади которого были составлены огромные бочки с кранами. Сладких вин здесь не продавали, зато хватало медовухи и джина.

Часть команды в лице Асмуса, Лео и неожиданно присоединившегося к ним Склира, участвовать в общей попойке отказалась. Чтобы поддержать товарищей, они тоже опрокинули по стакану джина (Лео так и вовсе только пригубил), а потом отправились в город, посмотреть на товары, узнать цены и, возможно, что-то прикупить. Здесь, в отличие от тёплых краёв, не было свободного рынка под открытым небом, все лавки имели вид небольших домиков, а некоторые таковыми и являлись, хозяин жил там, где продавал товар.

— Что думаешь о звере? — спросил Склир у мага.

— Пока ничего, — ответил маг с таким видом, что сразу было понятно, думает он об этом очень многое, — нужно уточнить в книгах.

— Никогда с таким не сталкивался?

— Вживую — нет, а вот на картинках видеть приходилось. Название не помню, но тварь точно опасная.

— А в чём опасность?

— Не помню, представь себе, я это проходил пятнадцать лет назад, в памяти и так приходится держать слишком многое, чтобы забивать её ещё и зверинцем, — раздражённо ответил маг, он не любил, когда его попрекали незнанием чего-либо, — на то и существуют книги, чтобы хранить знание, которое прямо сейчас не нужно.

— Но охотиться на него пойдём? — уточнил Склир.

— Разумеется, мне он интересен, причём, не только и не столько наградой. Каждый редкий зверь — это кладезь ингредиентов для алхимика, а в этом звере их просто уйма, это я хорошо помню. Больше только в теле дракона.

— А ты видел живого дракона? — с интересом спросил Лео.

— Те учителя, которые учили моих учителей, в пору своей юности видели пролетавшего вдали драконьего детёныша. Более поздние сообщения о драконах я бы, скорее, отнёс к сказкам.

— Это сколько? — попытался уточнить Склир, — два поколения, полсотни лет назад?

— Не забывай, что маги живут долго, куда дольше обычных людей. Прошло с тех пор более двухсот лет. Есть ли ещё драконы на земле, неизвестно.

— А морские змеи? — не унимался Склир, — они существуют?

— Ты давно ходишь в море, видел когда-нибудь?

— Однажды видел что-то такое, но было уже темно, я не мог точно различить.

— С тем же успехом, увиденное тобой могло быть плывущим бревном.

— Так значит, их нет? — спросил Склир с расстроенным видом.

— Отчего же? — не стал рушить его надежды Асмус, — в энциклопедии морской змей описан подробно. Есть даже заспиртованные образцы. Не целиком, разумеется, голова, ласты и ещё что-то.

— А почему их так редко видят?

— Живут они в глубине океана, на поверхности показываются редко, им здесь нечего делать, еда на глубине, а воздуха им хватает надолго.

— А были случаи нападения на людей?

— Конечно, он ведь хищник, только корабль перевернуть ему не под силу, разве что, шлюпку, ну или одинокого пловца съесть может. Только съеденные уже никому ничего не рассказывают.

За разговорами они подошли к искомой лавке. За прилавком сидел молодой мужчина в мантии и с донельзя важным видом.

— Чего желаете, господа? — спросил он, не вставая с места, — есть лечебные травы свежие и прошлогодние, змеиный яд, сердца ящериц, мышиные хвосты. Может быть, вам нужны готовые зелья? В моей лавке много всего интересного.

Асмус прищурился на торговца, словно хотел испепелить его взглядом. Тот поёжился и замолчал. Маг прошёлся вдоль прилавка и начал выбирать. Несколько пучков трав перекочевали в его сумку, чего-то ещё не хватало.

— Волчьи ягоды, аконит, шиповник, — начал перечислять он, — есть?

Продавец полез под прилавок и достал всё указанное. Маг задал ещё несколько вопросов, но продавец только развёл руками. Лавка оказалась бедной. Оказавшись на улице, Асмус злобно фыркнул:

— Бездарь! Ничтожество! Я хорошо его помню, поступил одновременно со мной, но через год его выгнали за неуспеваемость. Причём, если я правильно помню, хуже всего ему давалась алхимия, а теперь, посмотрите только, выдаёт себя за алхимика. Ещё и мантию надел.

— Успокойся, Асмус, что-то ещё брать будем? — спросил Склир.

— Нужна стеклянная посуда, видишь где-нибудь лавку?

Лавку с посудой они нашли, маг наскоро выбрал для себя несколько пузырьков разного цвета и размера, расплатился и пошёл на выход, открыв дверь, он тут же её закрыл и отвернулся.

— Что случилось? — не понял Лео.

— Надеюсь, что ничего, выгляни, посмотри, нет ли там мага.

Лео осторожно выглянул наружу и огляделся, мага он действительно обнаружил, высокий седовласый старик с длинной бородой, одетый в шёлковую мантию фиолетового цвета с вышитыми на ней непонятными знаками. Он неторопливо шёл по улице, опираясь на посох, а рядом следовали два помощника, одетые попроще, зато с мечами на поясе. Прохожие, завидев его, почтительно расступались.

— Кто это? — спросил он у Асмуса, обернувшись назад.

— А ты не видишь? — злым голосом спросил его Асмус, — маг, самый настоящий, из Академии, зовут его Ласло, ему больше ста пятидесяти лет, высококлассный, мать его так, профессионал.

— Ты его знаешь? — спросил Склир, глядя вслед удалявшемуся магу.

— Важно не то, что я знаю его, важно, что он знает меня. Знает и помнит. Отлично помнит, — Асмус был испуган и зол, он стиснул зубы, а глаза его горели ненавистью. — Это он был обвинителем на том суде, по приговору которого меня исключили из Академии и запретили практиковать под страхом тюрьмы. Он с пеной у рта требовал для меня тюремного заключения, пожизненно, но остальные маги решили, что это слишком. Он собственноручно содрал с меня мантию. Последнее, что я видел перед тем, как ворота Академии закрылись за моей спиной, — это его перекошенная злобой бородатая рожа.

Асмус, наконец, взял себя в руки и спустился по ступенькам крыльца.

— Пойдёмте, — сказал он уже абсолютно спокойным голосом, — надеюсь, этот маг здесь по своим делам, а вовсе не из-за меня.

— Это так и есть, — уверенно заявил Склир, — откуда бы он знал, что ты здесь?

— Такие, как он, покидают Академию раз в десять лет, — спокойно объяснил Асмус, — а отсюда до Брина полторы тысячи миль. Это даже для мага немало. Должна быть веская причина для такого путешествия.

— А ты — веская причина? — спросил его Лео.

— Боюсь, что да, — печально сказал маг, — конкретно он, узнав, что я здесь, обязательно бы примчался, высунув язык и теряя на бегу сапоги.

Когда они вернулись на корабль, команда спала вповалку, на ногах были только капитан, на которого спиртное, казалось, вообще не действует, Берт, также весьма устойчивый к крепким напиткам, впрочем, как все северяне, да ещё Ключник, который, даже будучи сильно пьяным, сидел за небольшим столиком и подсчитывал барыши от будущей продажи оружия.

— Что случилось? — с тревогой спросил капитан, — на тебе лица нет.

— Если мы сейчас не отчалим, то на мне и головы не будет, — проворчал Асмус, поднимаясь на борт, — на вас, возможно, тоже.

— Опять старые знакомые, — сообразил капитан, — тогда действительно пора отправляться.

— Хорошо бы наплевать на пушнину и сказочных зверей и свалить из этой местности куда подальше, — предложил маг, — слишком опасно здесь стало.

— Лишимся прибыли, — возразил капитан, — неужели всё так плохо?

— Всё гораздо хуже, чем можно себе представить, в городе есть человек, маг, который меня хорошо знает, более того, он один из тех, кто меня активно преследует. Его ранг подразумевает, что он по прибытии был представлен местному начальству, например, принцу.

— Ну, и? — не понял капитан.

— Принц знает, что на нашем корабле есть алхимик, сумевший имитировать смерть человека. Это далеко не каждый алхимик может сделать. А местные торговцы знают, куда направится наш корабль, а на рынке торговцы видели человека, хорошо разбирающегося в травах. Они его запомнили и могут описать.

— Ты слишком переоцениваешь своих врагов, — капитан был непреклонен, — сейчас мы отчаливаем, а ты пока придумай, что делать со зверем. Пятьсот марок на дороге не валяются.

Асмус вздохнул, но возражать капитану не стал. Корабль стали готовить к отплытию, могучими пинками Берта удалось поднять нескольких матросов, а они, в свою очередь, подняли паруса. Корабль развернулся и медленно выплыл из гостеприимной гавани города Кегель, чтобы к утру быть в промысловой фактории.

Река, впадая в море, разливалась и образовывала даже не дельту, а внушительных размеров залив, на одном краю которого находилась крошечная деревенька, домов на двадцать, окружённая прочным частоколом. Небольшая пристань там имелась, но она, само собой, не была предназначена для приёма морских кораблей. Да и сам залив был мелким. Решено было выгружаться на шлюпках.

Ещё до того, как обе лодки спустили на воду, Асмус собрал команду и подробно проинструктировал:

— Как вы знаете, мы явились в эту глухомань, в том числе и для того, чтобы поохотиться на диковинного зверя.

Кирша, сидевший ближе всех к нему, кивнул. Охота была его родным занятием, так что, пропустить подобное он не мог.

— Так вот, я навёл справки, покопался в книгах и уточнил, что это за зверь и с чем его едят.

— Давай ближе к делу, — раздалось из задних рядов.

— Зверь этот по-научному называется Эльзевур, есть ещё несколько обиходных названий, но нам они ни к чему. Это редкая разновидность древних рептилий, каковые давно уже должны были вымереть, живут они, в основном, в горах, как этот экземпляр оказался здесь, мне непонятно. От настоящих рептилий отличается зубами, они у него наподобие волчьих, с клыками. Размером, примерно, с буйвола, силён, быстр, никого и ничего не боится. Атакует всех, кого увидит, питается мясом, которое ему потребно в больших количествах.

— Нам-то чего бояться? — недоумевающим голосом возразил Кирша, — я его выслежу, а ты просто поджаришь.

— А теперь о грустном, — продолжил Асмус, — как многие древние твари, Эльзевур имеет полный иммунитет к ядам и, что гораздо страшнее, невосприимчив к любой магии, совсем.

— То есть? — не понял Кирша.

— То есть я могу полдня кидать в него огненными шарами, молниями, заморозкой и много чем ещё, а он даже не почешется. Можно только опосредованно нанести урон, например, магией свалить дерево, которое его придавит. Ещё, возможно, морок подействует, но это не точно.

— И что ты предлагаешь? — спросил капитан, идея охоты уже перестала казаться столь привлекательной.

— Ничего особенного, ты и команда начинаете торг, а я, Кирша и кто-либо ещё отправляемся на охоту. Добровольцы есть?

Добровольцами вызвались Радко, Крыс, Гил и Лео. Итого, охотничья команда составила шесть человек. С ними маг и продолжил дальнейший инструктаж:

— Тварь обладает просто поразительной живучестью, шкура на спине и боках покрыта роговыми щитками, как у крокодила. Но есть у него и слабые места, живот, где относительно тонкая кожа, пасть и глаза. Когти содержат медленно действующий яд, он не смертелен, но вызывает сильное недомогание через пару часов после получения раны, иногда человек даже в обморок падает. Но вы особо на этот счёт не переживайте, у меня имеется противоядие. Дальше, это ночной хищник, отлично видит в темноте, днём немного подслеповат, потому и выслеживать мы его будем днём. Так у нас больше шансов.

Когда лодки достигли пристани, команда смогла познакомиться с местными жителями. Те, к счастью, оказались не такими дремучими, по крайней мере, местный голова, оказавшийся, как ни странно, молодым парнем с большой бородой, смог прочитать письмо из города. Сразу поспешил всех разочаровать:

— Нет у меня пушнины на пятьсот марок, даже на сто не наберётся. А всё потому, что этот зверь, будь он неладен, теперь нападает даже днём, так что никто не может даже капканы проверить. Были смельчаки, но их уже нет в живых.

— А вы пробовали его убить? — спросил Асмус, — стрелой или копьём.

— Пробовали, — вздохнул голова, — все, кто пробовал, уже в земле лежат. Вчера Юрко попытался копьём поддеть, кажется, даже смог, вот только тварь его тут же изорвала в клочья, хотя есть не стала, видимо, сыта была. Непонятно, почему он жив ещё, всё мясо снаружи.

— Я бы хотел с ним побеседовать, — попросил маг.

— Он иногда в сознание приходит, — со вздохом сказал голова, — да только беседовать ему нечем, даже кричать не может, стонет только. Обе щеки порваны. Да и остальное всё.

— Я догадывался, что здесь будут раненые. А потому взял снадобья и инструменты, Лео принеси из лодки мой сундучок.

Лео быстро сбегал и забрал из лодки сундучок. Передал его Асмусу, а тот, потирая руки, сказал:

— Ведите меня к вашему Юрко, посмотрим, что я смогу сделать.

Охотник, пострадавший в схватке с монстром, лежал на столе в одном из больших деревянных домов. Выглядел он… сложно было сказать, как он выглядел, во все стороны торчало рваное мясо, непонятно было, как такое могло ещё оставаться в живых, раны почти не кровоточили, возможно оттого, что крови не осталось. Лео за последнее время привык ко всякому, но тут и его замутило. Целой оставалась только верхняя часть лица, на которой беспомощно смотрели два больших глаза, из одного как раз скатилась крупная слеза.

Асмус велел всем покинуть дом, оставил только Лео, который уже привычно поставил котёл с водой на раскалённую печь. Когда посторонние глаза удалились, маг быстро метнул в умирающего некое заклятие, которое заставило его стонать ещё громче. На вопросительный взгляд Лео он объяснил:

— Это поддержит в нём жизнь. Не знаю, что будет потом, но в ближайшие два часа он точно не умрёт. Кстати, это заклинание любят не столько лекари, сколько палачи, так можно применять более жестокие пытки, не боясь, что жертва раньше времени умрёт от боли. Но его боль я сейчас сниму.

Маг достал бутылку с чёрной жидкостью, Лео уже знал, что там какое-то зелье, снимающее боль и вызывающее сон. Некоторое время он разбирался, как и куда это зелье влить, потом отогнул пинцетом кровавую лепёшку, бывшую когда-то верхней губой человека, и начал вливать жидкость по капле прямо в горло. Глотать раненый, к счастью, мог, поэтому зелье попало туда, куда нужно.

Пока Асмус доставал из кипящего котла инструменты, снотворное начинало действовать. Стоны прекратились. Дыхание стало ровным, глаза раненого закрылись.

Асмус замочил в небольшом стаканчике со спиртом длинную нить.

— Шить придётся много, — прокомментировал он свои действия.

И они начали шить. Маг промывал раны, вправлял куски мяса на место, после чего либо прижигал рану магией, либо, где не получалось, штопал обычными нитками. Постепенно, из кровавых лохмотьев на месте лица появилось нечто и впрямь похожее на лицо, даже губы теперь были на месте. Шрамы останутся, и выглядеть он будет ужасно, но, возможно, выживет. Дальше внимание мага переключилось на грудь и живот, он вправил выпадавшие внутренности и зашил разорванный живот, кое-как собрал и сшил кожу на плечах, добрался до ног. Между делом объяснил Лео:

— Тварь умудрилась его изорвать так, что не повредила жизненно важных органов и крупных сосудов. В таких ситуациях умирают обычно от болевого шока, но он оказался крепким и выжил. Повезло. Хотя, как посмотреть.

Он аккуратно перевернул раненого на живот и продолжил зашивать. Мелкие кровоточащие сосуды он прижигал искрой, выскакивавшей из пальца. Вся операция заняла часа три, но в итоге куча изорванного мяса стала походить на раненого человека. Закончив все манипуляции, Асмус полил раны ещё одним снадобьем из бутылочки, после чего накрыл раненого покрывалом и вышел из дома. Подошедшим односельчанам он объяснил:

— Ваш Юрко жив, скорее всего, будет жить и дальше. Проснётся часа через четыре или пять, поначалу давайте ему только воду, кормить не раньше завтрашнего вечера, жидким бульоном. Швы снимете сами, дней через пять, шевелиться нельзя еще долго, десять или двенадцать дней, потом, если всё пойдёт хорошо, можно попытаться встать. Побеседовать с ним у меня так и не вышло. Жаль.

— А чего с ним беседовать? — спросил голова, — как зверя найти? Так он сам вас найдёт, как только за ограду выйдете.

Потеряв интерес к охотникам, он занялся погрузкой имеющейся пушнины на лодки, стало ясно, что голова сильно прибеднялся, когда говорил, что ничего нет, в складах хранилось немало шкурок, пусть не самых ценных, в основном белки и лисы, но всё же. Далеко на юге их можно перепродать с огромной выгодой, морозов там нет, но одежда с меховым воротником — вещь статусная, какой-нибудь барон или градоначальник последние деньги отдаст, но купит.

А охотники тем временем готовились к выходу, Кирша держал в руках арбалет, Гил удерживал стрелу на луке, Крыс просто положил ладонь на рукоять ножа. Радко держал в руке протазан, по словам Асмуса, самое лучшее оружие против крупного зверя, если, конечно, древко выдержит. Для себя маг, как и прежде не оставил ничего, кроме привычной уже цепи с грузом.

Зато он озаботился зельями, почти дюжина бутылочек разного цвета разместилась во внутренних кармашках его куртки.

— Идём, — сказал маг, вставая с места, — не будем заставлять зверя ждать. Лео, старайся держаться позади меня.

Ворота деревни приоткрылись ровно настолько, чтобы выпустить их по одному, а потом быстро закрылись. С внутренней стороны упал тяжёлый засов. Маг скептически отнёсся к прочным воротам в относительно хлипком заборе, но говорить ничего не стал, раньше ведь ограда помогала от волков и медведей, а такие твари раз в сто лет появляются, а то и реже.

Идти далеко не пришлось. Очень скоро они вышли на поляну, забрызганную кровью, надо полагать, здесь Юрко и встретил свою судьбу. Идти дальше смысла не было, проще позвать монстра, тогда он сам за ними придёт. Кирша вышел на центр поляны, положил перед собой заряженный арбалет, присел и, запрокинув голову, по-волчьи завыл. Звук этот был таким громким и реалистичным, что у всех кровь начала застывать. Асмус наклонился к Лео и прошептал ему в ухо:

— Мы в Академии подробно изучали феномен оборотничества, но, к сожалению, только в теории, наглядных пособий у нас не было. Тот оборотень, что жил там, в виварии, сдох от заворота кишок как раз за год до этого.

— И что? — не понял Лео.

— На примере этого экземпляра можно подробнее изучить тему.

Дальше говорить об образовании им не дали, Кирша внезапно смолк, поднял арбалет и встал. Голова его медленно поворачивалась вправо и влево. Ноздри раздувались, уши шевелились.

— Он здесь, — медленно произнёс охотник, неуверенно проводя пальцем по зарослям, — где-то там, уже близко.

Вся группа стала медленно рассредоточиваться, чтобы не дать зверю накрыть их первым броском. Асмус торопливо потянул из кармашка две бутылочки, одну вылил в рот себе, вторую протянул Лео. Мальчик выдернул зубами пробку и вылил содержимое себе в рот. Тут же сморщился от мерзкого вкуса. Гнилые фрукты, спирт и тухлая рыба, что-то вроде того.

Впрочем, ему сразу стало не до разбора вкусовых ощущений, в чаще послышался треск ветвей, словно кто-то огромный и сильный ломился через деревья, не разбирая дороги. А через секунду показался он. Туша, размером с буйвола, мощные мускулистые лапы, когти, похожие на ятаган, а вот морда напоминала волчью, только она была напрочь лишена шерсти и имела крохотные уши.

Вопреки ожиданиям, он не бросился в бой сразу, а сперва оглядел незваных гостей, явившихся в его лес. Две стрелы одновременно ударили его в бок и в шею, но никакого действия они не оказали, просто отскочив о толстой чешуи. А вот разозлить зверя у стрелков получилось вполне, из разинутой пасти вырвалось нечто среднее между рыком льва, воем волка и скрипом калитки. Звук был настолько громким, что ударил по ушам охотников, сделав их на время глухими.

Первый бросок был в сторону охотника, но Кирша с нечеловеческой ловкостью успел откатиться в сторону, когти только вспахали землю в том месте, где он только что стоял. Но по глубине борозд можно было догадаться о том, что обычно происходит с людьми, попавшими в эти лапы. Неудача не смутила монстра, не останавливаясь, он бросился с места уже на Асмуса, рядом с которым стоял Лео. Они прыгнули в разные стороны, причём Лео удивился своей реакции и силе. Ноги спружинили так, что он отлетел шагов на восемь от того места, где стоял. Когтистые лапы снова ухватили пустоту.

Зверя подобное хамство со стороны добычи откровенно взбесило, он разинул огромную пасть и заревел, но, как оказалось, сделал это совершенно напрасно. Напугать собравшихся рёвом у него всё равно не получилось, зато в пасть ему тут же влетели две стрелы, одна из которых пробила язык. Рёв моментально смолк, мощные челюсти захлопнулись с треском, в стороны полетели обломки стрел и капли крови. Глаза зверя, и без того злые, теперь наливались бешенством.

Сбоку к нему подобрался Радко, ловко пырнувший его протазаном в бок, проткнуть не получилось, но заточенный «рог» наконечника прорезал нежную кожу на животе. Потекла чёрная кровь. Зверь встал на дыбы, собираясь прихлопнуть наглеца, за что тут же был наказан, остриё протазана ударило в грудь, тогда как другой конец Радко предусмотрительно упёр в землю. Огромный вес зверя сыграл против него, наконечник погрузился в грудь полностью, и даже заточенное перекрестие начало резать кожу и мясо. Древко опасно изогнулось, но выдержало. По идее, монстру должен был прийти конец, острие пробило грудь как раз в том месте, где у всех существ находится сердце, но на этого зверя такая рана действия не оказала.

Достать охотника когтями не получалось, древко было длиннее. Страшно напрягая всё тело, монстр смог соскочить со смертоносного острия и отпрыгнуть в сторону. Пригнув голову он кинулся в атаку на так полюбившегося ему Радко, но бывший акробат, прекрасно понимая, что больше зверь ему брюхо не подставит, прыгнул в сторону и с обезьяньей ловкостью взобрался на дерево. Зверь прыгнул следом, вцепившись когтями в кору, но Радко в этот момент был уже на соседнем дереве, а потом перепрыгнул на следующее.

Поняв, что такого врага он никогда не догонит, зверь спрыгнул вниз и бросился на Асмуса, тот ушёл кувырком, а зверь ещё какое-то время месил лапами воздух на том месте, где он только что стоял. «Морок» — сообразил Лео. Сообразили и остальные, стоило только монстру приоткрыть на мгновение живот, как туда снова влетели стрелы, теперь уже не отскочили, а воткнулись в нежную кожу и ушли вглубь тела более чем на половину своей длины. Его, наконец, проняло, рык перешёл в хрипы и бульканье, но умирать он пока не собирался.

Кинувшись на очередной морок, он внезапно прыгнул с места в бок и оказался прямо возле Лео, которого снова спасло зелье ускорения. Он не просто успел достать ятаган прежде, чем огромная лапа отшвырнула его на другой конец поляны, кривое лезвие прорезало внутреннюю сторону лапы, где кожа была не намного прочнее, чем на животе.

Мальчик от удара едва не потерял сознание, кровь текла из распоротого плеча, каждый коготь оставил глубокий порез. Но и зверю оставалось немного, снова тёмная, почти чёрная кровь ручьём лилась из раны, а перерезанные сухожилия уже не давали ему нормально прыгать.

А маг продолжал творить мороки. Лапы монстра раз за разом хватали пустоту, зато стрелы прилетали в грудь и живот всякий раз, как только представлялась возможность. Скоро его повело, шатаясь, он бросился в последний раз на Крыса, который толком и не поучаствовал в бою. Разбойник, вместо того, чтобы уйти кувырком в сторону, кинулся вперёд, передние лапы зверя пронеслись у него над головой, после чего он сразу же вогнал длинный нож в брюхо твари. Правда и сам он оказался придавлен, но это было не смертельно. А вот монстр, наконец, умер. Глаза, ранее горевшие, как угли, теперь потухли, одна передняя лапа ещё некоторое время скребла землю перед собой, но это было уже чисто рефлекторное занятие.

— С чего следует начинать разделку туши? — деловито спросил Кирша, вытаскивая придавленного Крыса.

— В инструкции сказано: «Первое, убедитесь, что зверь мёртв», — объяснил Асмус и нервно рассмеялся. — Думаю, лучше нам его доставить на корабль в целости, а вскрывать я его буду уже там. Время у нас есть, в той же инструкции сказано, что разлагается он очень медленно.

Так они и поступили, связав лапы мёртвого монстра верёвкой, они впряглись и потащили его через лес. Лео в переноске не участвовал, зелье понемногу отпускало, а боль и потеря крови, наоборот, усиливались. Повязка, которую наскоро наложил маг, помогала слабо. Тащить мёртвого зверя получалось с трудом, но всё же получалось. Да и расстояние было небольшим, надо полагать, в деревне даже слышали рык зверя.

Когда подошли к частоколу, ворота никто не открыл. Когда они настойчиво постучали, на стену поднялся голова, он осмотрел убитого зверя, и задумчиво проговорил, запустив пальцы в бороду:

— Пожалуйста, не нужно тащить это в деревню, я уже дал вашему капитану расписку на четыреста марок, а сто отдал пушниной. Вот там есть спуск к воде, туда подойдёт лодка, и вы спокойно увезёте свою добычу.

Действительно, если пройти мимо деревни, то начинался зелёный луг, который заканчивался узкой полоской песчаного пляжа. Сюда и прибыла лодка, вторая благополучно добралась до корабля с товаром. Огромную тушу с трудом перевалили через борт, немного отдышавшись, Асмус, бледный и замученный, протянул Лео очередную бутылочку.

— Выпей, это противоядие от яда из когтей, не бойся, оно сладкое.

— Ты сам плохо выглядишь, — сказал мальчик, глядя на него, — ты не ранен?

— Нет, не ранен, — ответил он, — просто устал, сильно устал, и магическая сила почти на нуле, выложился на мороки. Я теперь думаю, что если кто-то меня преследует, то сейчас самое время…

Как бы в ответ на его слова, чуть подальше от полосы прибоя открылся портал, из которого вышел тот самый маг с седой бородой, которого они вчера видели в городе.

— Ты прав, мой мальчик, — сказал он с притворной лаской в голосе, — при всех твоих недостатках, Асмус, ты — сильный маг, твои способности, особенно боевые, впечатляют. А вот теперь ты почти беззащитен, выдохся и не можешь сопротивляться. Всё, что тебе остаётся, — это добровольно сдаться и позволить доставить тебя в Академию. Со своей стороны могу пообещать, что тебе сохранят жизнь, и твоим друзьям тоже. Ты ведь знаешь, полномочия позволяют мне давать такие обещания.

Маг вынул из складок мантии пару блестящих серебряных наручников, разрисованных рунами. Но Асмуса это интересовало мало, он даже не смотрел в ту сторону. Не слушая болтовню врага, маг опрокинул одну за другой три бутылочки с зельями и пробормотал какое-то короткое заклинание. Глаза его почернели так, что невозможно было различить зрачки, кожа на лице побледнела и пошла пятнами, к этому добавился небольшой нервный тик. Маг резко развернулся, бросив им напоследок странным чужим голосом:

— Уходите, ждите меня до заката, потом уходите совсем. В Кегель не возвращайтесь.

Гребцы оттолкнулись от берега и, быстро работая вёслами, понеслись к кораблю. А Асмус медленно шагнул в сторону мага.

— Я ждал тебя, Ласло, — медленно, словно во сне проговорил он, вообще, весь его вид напоминал пьяного, — такие, как ты, никогда не покидают стены Академии без веской на то причины. Вот только стоило ли делать это ради меня?

— Разумеется, — голос старого мага был слаще мёда, — всё, что касается магии должно находиться у нас под контролем, а ты, так уж получилось, из-под нашего контроля ушёл. Верховная коллегия сваляла дурака, оставив тебя тогда на свободе, я их предупреждал, но они меня не послушали.

Маг провёл рукой в воздухе, и их окружило огненное кольцо. Земля горела по окружности, диаметр которой не превышал десятка шагов.

— Ну что же, Асмус, — произнёс Ласло с наигранным отчаянием в голосе, — мне не хотелось тебя убивать, но, видимо придётся.

Дальнейшие события остались тайной для Лео, поскольку лодка уносила его всё дальше от места событий. Пространство в огненном круге вспыхивало огнём, заливалось синим светом, гремел гром, молнии ударяли во все стороны. Что именно там происходило, понять было сложно, но мальчик понимал, что его друг ещё жив и борется.

До корабля они добрались благополучно, поднялись сами и тушу зверя выволокли на палубу. Все были расстроены и искоса поглядывали в сторону берега.

— Его всё же достали? — скорее утвердительно произнёс капитан.

Лео кивнул.

— Он сказал ждать его до заката, а потом уходить.

— Так мы и поступим, — ответил ему капитан и замолчал. Каждый член команды переживал за мага, но все понимали, что помочь ему никто не сможет, против таких сил они ничего не сделают.

Огни на берегу стали вспыхивать всё реже, да и огненное кольцо затухало. А вместе с ним гасла надежда на благополучный исход битвы. Закат близился, а капитан всё пристальнее поглядывал на паруса.

Внезапно, к всеобщему удивлению, над палубой засветилось окно портала. Через секунду из него вышел Асмус, выглядел маг ужасно, одежда его была изорвана в клочья и частично сожжена, половина лица была залита кровью, вторая покраснела от ожогов и уже начала покрываться волдырями. Глаза его были уже нормальными, но они, казалось, ничего не видели. Правая рука сжимала огрызок цепи, а вот бронзового шарика на конце не было, да и крайнее звено было раскалено докрасна, видимо, в бою цепь просто перегорела. Сделав два шага по палубе, он прохрипел:

— Пить… — после чего потерял сознание, громко ударившись лбом о доски.

Корабль «Богиня удачи» благополучно снялся с якоря и, никуда более не заходя, направился в открытое море. Асмус лежал неподвижно всю ночь, изредка он открывал глаза и просил пить. Лео подавал ему ковш с холодной водой, сделав пару глотков, маг снова падал на подушку и закрывал глаза.

К утру, впрочем, состояние его улучшилось, он даже смог встать и, хромая на обе ноги, покинуть каюту. Немного подышав свежим морским воздухом, маг ещё более приободрился. Когда взгляд его упал на тушу зверя, мутные глаза вспыхнули огнём интереса.

— Лео, скажи мне, нож у тебя с собой?

Мальчик с готовностью вынул нож и протянул его магу.

— Нет, я слишком слаб, поэтому просто посижу рядом, а вскрывать его будешь ты, я покажу тебе, какие части следует брать.

Так они и сделали, скоро им на помощь пришли все, кто в этот момент не был занят работой. Зверю вспороли брюхо и начали вынимать поочерёдно все внутренности. Асмус полулежал рядом и давал указания. В отдельные сосуды последовали надпочечники, желчь, глаза, несколько межпозвоночных хрящей, разломав кости, добыли костный мозг. Из головы извлекли гипофиз. Осмотрев сердце, они поняли, отчего укол копья не возымел действия, сердце древней рептилии было покрыто роговой оболочкой из нескольких лепестков, проколоть их было невозможно.

В ближайшие дни им предстояла большая работа. Легко можно было предположить, что работать будет в основном Лео.

Так и вышло, вечером первого дня мальчик уже заваривал первый котелок с нужными ингредиентами. Туда он бросал травы, названий которых не знал, порошки, непонятно из чего состоявшие, добавлял спирт, кислоту, соду. О лютой вони магического варева слезились глаза. Асмус, который чинно возлежал на кровати, давал указания, тыкал пальцами в нужные компоненты зелий и объяснял, в какие пузырьки лучше наливать готовые зелья.

Выглядел маг уже гораздо лучше, ожоги на лице сошли после какой-то магической мази, ссадины зажили сами по себе. Как он сам объяснил, главная опасность заключалась больше не в заклинаниях врага, а в выпитых зельях, которые, мало того, что сами по себе ядовиты в больших количествах, так ещё и выжали его тело, словно губку, отчего он едва не умер от банального истощения.

Теперь он медленно восстанавливался, некоторые заклинания срабатывали легко. Так, например, огонь в плите он зажигал по-прежнему щелчком пальцев. Сделать что-то большее, вроде вызова ветра, он пока не мог. Да и нужды в этом не было, корабль лёг в дрейф, паруса были убраны, а команда маялась бездельем.

В один из дней капитан зашёл в каюту. Он ничего не спрашивал, просто присел рядом и посмотрел на мага.

— Да, Сарим, — тихо ответил Асмус на незаданный вопрос, — я очень полезный, но очень опасный член экипажа.

— Без тебя нас давно бы убили, — напомнил ему капитан.

— А из-за меня вас убьют в будущем, — парировал маг.

— Как думаешь, уже весь мир знает, что ты — это ты, и что ты на нашем корабле?

— Смотри, — маг приподнялся на подушке и стал объяснять, — сначала был граф Мэлдон, он остался без золотого конвоя, потерял сотню своих людей, но, допустим, меня он не вычислил. Магов, как ты сам говорил, на свете много. Потом мы были в Кадисе, но там всё прошло отлично, меня никто не узнал. Но потом был Кегель. Там всё было официально. Принц знает о некоем профессиональном алхимике, знает, что он на твоём корабле, а когда приехал Ласло, он не мог не поговорить с принцем, подобный визит — событие важное. А потом некто убивает одного из сильнейших магов мира. Так что, все всё уже знают. И даже если я покину корабль, тебя будут помнить всё равно, и при первой же возможности постараются взять в плен и пытать, добиваясь, чтобы ты меня выдал. И это я ещё не вспомнил про Хорн и барона Левина. Принц Энгель если и доберётся до него, то ещё очень нескоро, а вот сам он прекрасно помнит капитана корабля, который сделал из него дурака.

— Я тебя понял, никуда мы друг от друга не денемся, так и придётся идти вместе до конца. Надеюсь, нескорого.

— Ну, не всё так плохо, — постарался приукрасить ситуацию маг, — у нас есть два высокопоставленных покровителя, способных замолвить словечко. Принц Энгель и князь Патавии, ты помнишь, как его зовут? Вот и я не помню, но через Хамида он о нас точно знает.

— Что будем делать, друг?

— То, что и делали, торговать, грабить, убивать, только теперь с оглядкой.

— Я думаю, что стоит наведаться в графство Дронт.

— ???

— Слышал, что там война назревает, а у нас груз оружия.

— А пушнина?

— Её не так много, можно на день остановиться в том же Кадисе и продать. Рейс на север мы уже оправдаем.

— А что с наградой от принца?

— Вот, — капитан вынул из кармана два мешочка, Асмус принял их, развязал и высыпал содержимое себе на ладонь.

— Неплохо, — оценил маг, катая по ладони гранёные красные, синие и зелёные камни, — по цене сопоставимо с золотом графа.

— Только ими не получится заплатить за выпивку, слишком дорогие, нужен богатый покупатель, а где его взять?

— Либо герцог или король, либо сверхбогатый купец, возможно, торгующий ювелирными изделиями.

— Проверим графа.

— Точно.

Уже через пять минут над морем разносился зычный голос Берта, отдававшего команды, а матросы спешно ставили паруса, которые тут же натянул ветер. Корабль взял направление и теперь шёл строго на юг. Капитан приободрился, переживания остались в прошлом. По мере продвижения сменялась широта, становилось теплее, можно было уже не вспоминать о времени года.

Где-то там, на юге, осталась родина Лео, о которой он предпочитал не вспоминать. Кем он был там? Маленьким батраком у своего дяди. А о чём мечтал? Ну, да. Вот вырасту и стану сам землю пахать, будет свой участок, и буду сам себе хозяин. Тьфу! Сейчас и подумать об этом смешно. Какой там участок? Пусть дядя им подавится. Он теперь себе на жизнь клинком зарабатывает, ничуть не хуже графа или барона.

Что же до настоящих графов и баронов, то их путь лежал во владения одного такого. Графство Дронт лежало на южном побережье Срединного моря, столицей был одноимённый город, а портом служил небольшой городок Барч. Гавань там была неудобная и вообще, в морской торговле жители графства участвовали мало. Зато через их столицу пролегал большой караванный путь, по которому товары перемещались вдоль всего материка. А потому столичный город отнюдь не был похож на замок с несколькими хозяйственными постройками. Это был именно настоящий город, крупный центр ремесла и торговли, окружённый множеством гостиниц и с огромным рынком.

Все вышеперечисленные плюшки весьма положительно сказывались на наполнении графской казны, а следствием этого было могущество местного правителя, графа Силана Веспера. Вот только и зависть у окружающих он вызывал неслабую, а потому давно собачился со своим соседом, герцогом Борха. Тому, несмотря на пышный титул, такого богатства не отломилось, зато территория больше, вассалов больше, да и аристократической спеси не занимать. Тем более, что прадед Веспера когда-то был в вассальной зависимости от предка Борха. А потому герцог и теперь требует подчинения, а также доли с жирных плюшек, получаемых графом Дронта. Ситуация была напряжённой ещё полгода назад, а теперь и вовсе вот-вот взорвётся кровавой бойней.

Обо всём этом Сариму поведал Асмус, а также Склир, которые подробно анализировали все слухи, услышанные в портах. Кроме назревающего конфликта, была у них и другая причина посетить Дронт. Несколько лет назад Асмус был лично знаком с графом и, что немаловажно, покинул графство отнюдь не бегом, преследуемый сворой собак, как было в других местах, а вполне мирно, увозя с собой кучу денег и искреннюю благодарность графа. Это было гарантией того, что в столице графства их, как минимум, выслушают.

Прибрежный городок Барч первым увидел Лео. Он как раз возился с канатом на самом верху фок-мачты. Теперь, когда он окончательно освоился на корабле, ему быстро преподали названия снастей и способы работы с ними. Не во всём удавалось пока ему заменить полноценного матроса, кое-какие работы требовали большой силы, но постепенно он становился всё более полезным членом экипажа.

С большого расстояния хорошо были видны размеры города, обнесённого стеной из серого камня, берег здесь сильно поднимался, а потому и город стоял как бы по диагонали. С берега отлично было видно противоположную стену. Был он и вправду небольшим, всего домов на сто, и гавань оставляла желать лучшего. Вряд ли здесь одномоментно могло находиться больше трёх кораблей. В данный момент никаких кораблей здесь не было вовсе, так что для них места хватит в любом случае.

Как только судно оказалось у якорной стоянки, а конец был брошен принимающему человеку, команда собралась на палубе. Прежде, чем они сошли на берег, к ним чинной походкой подошёл пожилой господин в дорогой одежде странного покроя. За ним следовали двое стражников, молодых, сильных и большого роста, видимо, специально отобранных для проведения встречи гостей.

— Добрый день, господа, — голос был спокойным, даже слишком, говорил он на местном наречии, поэтому Склир выступил в качестве переводчика. — Я — местный градоначальник, зовут меня Валмир Генти, я нахожусь на службе у Его Сиятельства графа Веспера, могу я узнать, кто вы и с какой целью прибыли?

— Меня зовут Сарим, — начал объяснять капитан, — я капитан этого корабля, наша цель — продать товары, но также хотелось бы получить личную аудиенцию у графа.

— Его Сиятельство вас знает? — поинтересовался градоначальник.

— Его — нет, — вставил слово Асмус, ему переводчик не требовался, — но меня он точно помнит, передайте, что пришёл Асмус Амадей ла-Семирон. Именно так.

— И вы хотите аудиенцию? — уточнил Генти.

— Да, будет хорошо, если он примет хотя бы нас двоих.

— Его Сиятельство сейчас постоянно занят, не уверен, что у него найдётся для вас время, — грустно ответил градоначальник, сразу стало заметно, что дела в графстве идут далеко не лучшим образом. — Но я прикажу сообщить о вашем визите. Придётся подождать, примерно, два дня. К вашим услугам будут портовые заведения.

— Эти заведения стоят недёшево, — напомнил капитан, — можно у вас продать хотя бы пушнину?

— Я пришлю вам агента, — заверил их Валмир Генти, видимо, в этом случае разрешение графа не требовалось, — пушнина — товар ходовой, думаю, цена вас устроит.

На этом переговоры закончились, градоначальник удалился, а команда благополучно подалась в ближайший кабак. Не ближайший, разумеется, далеко не все заведения могли вместить такую ораву, но, один домик в портовом районе им приглянулся. Просторное помещение, длинные столы с лавками и приличный выбор выпивки и закусок. Капитан даже посетовал, что частые попойки расслабляют команду, но держать их на корабле никакого смысла не было, да и деньги на пропой требовались относительно небольшие.

Сам он напиваться, естественно, не стал, также поступили Асмус и Склир. Лео, тоже не желая участвовать в пьянке, крутился возле мага, всячески стараясь быть хоть чем-то полезным. Немного посидев с командой и поддержав их морально, эти четверо покинули гостеприимное заведение и отправились обратно на корабль. Старшим капитан оставил Берта. Тот, несмотря на любовь к выпивке, пьянел медленно, буйным нравом не отличался и всю команду крепко держал в подчинении.

На корабле они присели на палубе, где нетрезвый Ключник, успевший за какие-то полчаса сбыть всю пушнину и отчитаться перед капитаном за полученную выручку. Он же и соорудил небольшой столик из пустого бочонка, за которым сейчас и присели все четверо. Сам Ключник благополучно отправился в трюм тихо напиваться дальше.

— И что ты думаешь? — спросил Сарим.

— Думаю, что всё пройдёт хорошо, — Асмус был спокоен и расслаблен, словно собирался заснуть прямо здесь.

— Он нас примет?

— Да и не только, мне кое-что показалось странным, возможно, мои новости устарели и положение в графстве хуже, чем я думал. Возможно, для нас найдётся работа. Для меня точно.

— Например?

— Здесь нет кораблей. Нет, я понимаю, что гавань второстепенная, а основной источник благосостояния в графстве — торговля по суше. Но у меня создалось впечатление, что мы здесь первые за очень долгое время.

— Так и есть, — подтвердил Склир, — этот Валмир был серьёзно удивлён, когда увидел нас.

— Думаешь, морская блокада? — с сомнением произнёс капитан.

— Откровенно говоря, в такой блокаде нет абсолютно никакого смысла, удушить графство голодом не получится, да и связь с внешним миром не прервётся, — маг встал со стула и начал ходить по палубе, — да и мы ведь как-то сюда добрались.

— С нами всё ясно, — отмахнулся капитан, — корабль сильно отклонился на восток, оттуда купеческие суда не заходят, и вообще никакие не заходят, графство — крайний восточный форпост на материке, дальше просто никого нет.

— Гадать можно бесконечно, — развёл руками маг, — окончательно всё узнаем, только поговорив с графом.

— Если он будет с нами откровенен, — заметил Склир.

— Что-то мне подсказывает, что я ему нужен гораздо сильнее, чем он мне. Впереди у него большая война, так что от помощи не откажется.

— А ты станешь ему помогать? — с интересом спросил капитан.

— Не я, мы, — Асмус хитро улыбнулся, — даже если ему понадобится помощь одного только мага, а я, кстати, в открытом бою мало что смогу, вы отправитесь со мной. Даже самого лучшего мага всегда нужно прикрывать, нехорошо получится, если какой-нибудь сиволапый пехотинец мне ненароком пику в бок воткнёт.

— Это само собой, — капитан утвердительно кивнул головой и откупорил бутылку джина, стоявшую на столе, — Лео, сходи ко мне, принеси стаканы.

Лео, до того сидевший тихо и старательно слушавший разговоры старших, метнулся в каюту капитана, схватил из небольшого ящика четыре красивых стеклянных стакана и так же быстро помчался обратно. По пути ещё подумал, что, наверное, зря взял стакан себе, пить ему не хотелось, но возвращаться не стал.

Капитан разлил джин по стаканам, но пить пока не стал.

— Что у нас с оружием? — спросил он, — оно может как-то повлиять на боеспособность графа?

— Сам прикидывай, — начал рассуждать Склир, — мечей мы взяли немного, всего полсотни. Но мечи нужны профессиональным воякам, у которых оружие и так есть. Больше всего там пик и алебард. Половина готовых с древками, ещё столько же без них, одни наконечники. Вот они-то пригодятся, если граф наберёт наёмников или попробует вооружить простолюдинов. С нашим оружием сотни четыре вооружит. Не так мало. Вот только, стоит ли нам в это лезть?

— А куда ещё ты предлагаешь продать оружие? — удивился капитан.

— Нет, с оружием всё понятно, а потом? Если я правильно понял, вы не собираетесь уйти сразу по завершению сделки, а хотите принять активное участие в предстоящей войне. Так?

— Да, — Асмус вздохнул, — есть у меня предчувствие, а я своим предчувствием доверять привык, что стоит и мне вписаться в предстоящее веселье. Не знаю точно, как глубоко, но, надеюсь, что в случае поражения, хотя бы успеем отсюда свалить.

— Тогда нужно людей держать под рукой, — заметил капитан.

— Можно взять их с собой, — предложил Склир.

— Возьмём, — маг утвердительно кивнул, — у графа найдётся для них еда и постель.

— Так и сделаем, — подвёл итог капитан..

Они сдвинули стаканы и выпили. Выпил и Лео, едкое пойло с запахом хвои провалилось внутрь, обжигая желудок. Поначалу он думал, что всё сразу выскочит обратно, но ничего подобного не произошло, наоборот, по телу разлилось тепло, в голове зашумело, и он настроился слушать дальше. Но больше они ничего не обсуждали, даже бутылку капитан снова закупорил и убрал со стола. Все разошлись по местам и стали ждать.

Утром третьего дня появились первые новости. На корабль прибыл посланник от самого графа. Это был молодой рыцарь, лет шестнадцати на вид, в хороших доспехах, хотя и без позолоты, и синем плаще. Оглядевшись, он поставил свой шлем на бочку и стал искать глазами адресат. Навстречу ему вышел капитан. Рыцарь немного растерялся, он явно ожидал встретить кого-то из благородного сословия, а немолодой мужик в простой рубахе и шароварах никак не мог считаться таковым, несмотря даже на ножны с мечом, закреплённые на поясе.

— Я хотел бы увидеть мага Асмуса и капитана корабля Сарима, — растерянно сказал он, при этом переводчиком не пользовался, язык знал отлично.

— Скажи мне лучше, неужели дела в графстве так плохи, что даже гонец графа разъезжает в полном доспехе? — с усмешкой спросил капитан, — или ты просто подчёркиваешь этим своё благородное происхождение?

— И то, и другое, — спокойно ответил рыцарь, никак не реагируя на насмешливый тон капитана, — обстановка действительно тревожная.

— Тогда мы перед тобой, — объяснил капитан, — я Сарим, а вон тот седовласый хмырь — маг Асмус. Он не слишком похож на мага, но это тяжёлая жизнь его так вымотала. Давай уже своё послание.

— Послание я выучил наизусть, — с гордостью заявил рыцарь, — Его Сиятельство не доверил слова бумаге.

— Ну и зря, — нравоучительно сказал ему Асмус, — надо было написать на бумаге и не давать тебе прочитать, тогда, вдруг если тебя захватят враги, достаточно просто съесть документ. А так ты под пыткой всё выложишь.

— Я не боюсь пыток! — выпалил рыцарь с оскорблённым видом.

— Конечно, — сказал Асмус с усмешкой, — вы все храбрые, пока на столе не окажетесь. Вот помню, как-то раз попал ко мне один…

— Хватит! — раздражённо оборвал его капитан, — про свои подвиги палача расскажешь в другой раз. Пусть уже говорит.

— Я - рыцарь Бехер из рода благородных воителей… — начал, было, посланник.

— Пропусти вступительную часть, — предложил Сарим, — мы тебе и так верим.

— В общем, я явился сообщить вам, что мой славный сеньор граф Веспер, владетель… — он запнулся, — ну, и так далее, приглашает вас посетить его замок и надеется, что вы принесёте ему хорошие вести. Ваши люди, если таковые есть, могут сопровождать вас в пути.

— Что, вся команда? — уточнил капитан.

— Да, — уверенно ответил рыцарь, — кроме людей, нужных для охраны корабля. Его Сиятельство сказал именно так.

— Как далеко до замка?

— День пути, на лошади, разумеется. Но для ваших людей городские власти выделят коней. Или телеги.

— Лучше телеги, — капитан усмехнулся, — кавалерийские навыки у моих людей отсутствуют.

Так и поступили. На корабле оставили Ключника, Дамира и Ларсена. Остальные отправились в замок графа. Насчёт навыков верховой езды капитан погорячился. Верхом на коней уселись Гарт, Гил, Склир и Асмус. Для остальных город предоставил две крепких крытых повозки. Вытащить людей из кабака было задачей непростой, некоторых пришлось в прямом смысле выносить на руках, к счастью, Берт и Джума были в сознании, им капитан и поручил погрузку экипажа.

Перегруженные повозки медленно поднимались в гору, гораздо медленнее пешеходов, с такой скоростью они прибудут в замок только к завтрашнему вечеру. К счастью, скоро дорога выровнялась и лошади, облегчённо вздохнув, пошли быстрее.

Асмус расспрашивал Бехера о новостях:

— Так что сейчас происходит? В городе никаких признаков войны.

Рыцарь не стал ничего скрывать, видимо понял, что, раз этим людям доверяет его сеньор, то и информацию им давать можно.

— Городское ополчение уже размещено в окрестностях Дронта, вторая часть в самом порту, они пока сидят по домам, но могут собраться по команде в течение получаса.

— А откуда исходит опасность?

— С запада, от герцога Борха, там, в горной цепи разделяющей владения двух сеньоров, есть несколько проходов, армия герцога может пройти.

— Почему вы их не перекроете?

— Шесть горных перевалов, каждый из которых достаточно широк, чтобы через него прошла армия, мы не знаем, где они пойдут, а устроить засады везде, значит разделить армию.

— Логично. А война точно будет?

— Герцог Борха уже неоднократно заявлял, что вернёт себе власть над Дронтом. Теперь уже не в качестве вассального владения, он намерен просто забрать себе всё, а графа Веспера убить или держать в заключении.

— А разве нет никого, кто мог бы разрешить конфликт? Разве эти земли не подчиняются императору?

— Император далеко на юге, ему давно нет дела до этих земель. Подозреваю, ему ни до чего дела нет.

— А что с морем? Оттуда опасность тоже есть?

— У герцога Борха нет своего флота, да и выхода к морю тоже нет. А вот Хорн, с которым он установил связь, оказывает ему поддержку и не допускает подхода кораблей в наш порт. Вы первые за последние два месяца.

— А они могут напасть?

— Не знаю, точно не знаю. Это вам уже граф расскажет.

Беседа временно затихла, пиратов на повозках немилосердно трясло, выгоняя остатки хмеля. Некоторые даже свешивались через борт, чтобы вывалить на дорогу закуски, съеденные в портовом кабаке. Никто, естественно, не понимал, какого чёрта их вытащили из кабака и, велев взять оружие, куда-то везут. Хотя и сопротивления не было, на все вопросы капитан просто отвечал, что так нужно.

Дорога заняла весь день, когда на горизонте показались стены стольного города, все члены команды были трезвыми, голодными и злыми, как черти. Размеры города впечатляли. Сопоставим с Кадисом, но в том случае это огромный порт, открытый со всех сторон, а здесь город-крепость, обнесённый стеной из огромных каменных блоков с высокими башнями. Ров такой глубины, что нападающие устанут его засыпать, подъёмный мост на воротах. Видимо, враги у графа появились далеко не вчера.

Проблем с въездом в ворота не было, несмотря на позднее время. Рыцарь Бехер показал бумагу, и стража на въезде вытянулась, одновременно распахивая створки ворот. За воротами обнаружились большие деревянные срубы, надо полагать, их, в случае атаки на город, придвинут к воротам, а для надёжности ещё и камнями заполнят.

Но сами горожане отнюдь не поддались панике, на улицах было достаточно оживлённо, туда-сюда сновали носильщики, довольно большой рынок нормально функционировал, что было слышно издалека. Да, людей в латах и с оружием на улицах хватало, но они никому не мешали, чаще всего просто прогуливались вдоль улиц.

До самого замка добрались относительно быстро. Это не был просто каменный дом, скорее, город в городе, размером с какой-нибудь провинциальный городок. Стены его были ещё выше городских, ров также присутствовал, охрана на въезде была многочисленной и подозрительно смотрела на всех, кто приближался. Однако, Бехера здесь узнали сразу, и пропустили повозки и верховых, почти не рассматривая. Раз графу так нужно, пусть заезжают. Внутри стен замка имелся довольно обширный плац, где в данный момент занималась пехота, надо полагать, то самое городское ополчение. Получалось у них неплохо, слаженный шаг, атака с пиками, повороты на месте и в движении. Чуть поодаль тренировались арбалетчики, всаживая болты в соломенные чучела.

Кто-то из местного начальства, а именно, пожилой рыцарь, толстый, с красным лицом и сильно напоминающий Ключника (если бы тому взбрело в голову надеть доспехи) подошёл к ним, быстро переговорил с Бехером, после чего махнул им рукой.

— Ваши люди могут разместиться в большом зале, им принесут еду и питьё, только, пожалуйста, велите им вести себя прилично.

— Обязательно, — не стал спорить капитан, — а что делать тем, кто хочет поговорить с самим графом?

— Его Сиятельство примет вас там же, для высоких гостей есть отдельный стол, в том же зале, но на удалении.

— Ведите.

На приём к графу отправились Асмус, Склир и сам капитан, они присели за стол, который стоял в большом зале на возвышении. Остальная команда расселась на лавках в зале, рассчитанном на сотню гостей, а то и более. Дубовые столы из толстых досок были тщательно отмыты и выскоблены, хотя следы от ножей на них оставались. В одну из стен был вмонтирован камин, в котором сейчас весело полыхало пламя. Мера эта была совсем не лишней, несмотря на жаркий климат, здесь, в огромном каменном здании было очень прохладно. Скоро на столе, занятом командой появились блюда с жареным мясом, овощами и хлебом, после слуги принесли несколько кувшинов с вином. Такие же простые кушанья расставили на столе, где сидели переговорщики.

Капитан позвал Лео и велел ему встать рядом и наполнять их кубки, когда они опустеют. Лео против такого не возражал, поскольку очень хотел подслушать разговор. Беспокоило его только одно, что, если говорить будут на непонятном языке.

Граф появился с небольшим опозданием. Это был немолодой мужчина высокого роста, в бархатном костюме, под которым видна была кольчуга. Лицо его выражало глубокую задумчивость, он был худощав, чисто выбрит, а тёмные волосы с обильной сединой подстрижены коротко. При его появлении все, в том числе и команда, встали, но сам граф не испытывал потребности в церемониях, поэтому только махнул рукой.

— Садитесь, — сказал он, после чего и сам сел на большой стул во главе стола для избранных.

Все присутствующие тоже дружно уселись и приступили к ужину. Некоторое время граф молчал, разглядывая посетителей, после чего махнул рукой и появившийся из тёмного коридора слуга быстро наполнил хрустальный бокал вином, восхитительный аромат которого разносился по всему залу. Он хотел сделать то же самое с бокалами гостей, но Лео, который стоял гораздо ближе, опередил его.

— Асмус, могучий маг и беглец, которого ищут все, кому не лень, — сказал он вместо приветствия. К счастью для Лео, язык был понятный, хотя и с сильным акцентом.

— Некоторые даже находят, — с улыбкой ответил ему маг, — только это пока никому не принесло счастья.

— А вы, — он повернулся к капитану, — надо полагать, и есть тот самый капитан Сарим, что приютил на своём корабле столь опасного пассажира.

— Именно так, Ваше Сиятельство, — ответил капитан, поклонившись, — но этот опасный пассажир регулярно спасает всю команду, я доволен его работой и готов мириться с опасностью.

— Не сомневаюсь, — граф усмехнулся, — а что за мальчик позади вас? Слуга?

— Это самый молодой член команды, — объяснил капитан, — я приказал ему временно занять место слуги, мы ему полностью доверяем.

— Дело ваше, — с сомнением произнёс граф, — я своего слугу для таких бесед купил у проезжих работорговцев, он очень понятлив и старателен, а вот язык его остался у прежних хозяев. А кто третий гость?

— Склир, — представился матрос с поклоном, — просто Склир. Меня взяли потому, что я хорошо разбираюсь в географии, знаю массу языков и помогаю в торговых переговорах.

— Торговых? — граф посмотрел с подозрением, — что-то мне подсказывает, что занимаетесь вы не только торговлей. Для торговцев ваши люди как-то слишком хорошо вооружены.

— Разумеется, — ответил Асмус, — но и торговля тоже важна, ведь грабить получается далеко не всех.

— Как бы то ни было, — граф пригубил вино и перешёл к делу, — меня вы интересуете не как торговцы, мне важны ваши умения. Особенно твои, Асмус. На носу у меня большая война, а силы противника куда как более внушительны. Единственный способ победить — играть не по правилам.

— То есть, мы нужны, как специалисты по гадостям? — задал вопрос капитан.

— Совершенно верно, — граф кивнул и снова отхлебнул из бокала. — Так получилось, что все вышестоящие инстанции, которые я призывал выступить арбитрами, включая Совет магов, короля и даже императора, отказались решать этот конфликт и предоставили нам разбираться своими силами. А потому я, как слабейшая сторона в конфликте, оставляю за собой право на любые, пусть даже самые подлые, средства ведения войны.

— Можно конкретнее? — попросил Асмус, — что мы должны сделать?

— Самое большее, что вы можете сделать, — это убийство герцога Борха. В идеале, вместе с его сыном.

— Сын единственный?

— Именно, есть ещё дочери, если убрать этих двоих, то новым владельцем герцогства станет муж одной из них. Но это будет ещё нескоро и повлечёт за собой длительную борьбу вассалов.

— А если у нас не получится?

— Тогда сделайте другое, отравите колодцы на пути следования его армии, устройте магические ловушки, сделайте камнепад на перевале, нашлите на его бойцов жестокий понос, заразите их вшами. Это вы можете сделать?

— Что с нашей оплатой?

— Зависит от сделанного, но будьте уверены, я в долгу не останусь.

— Мы согласны, — заверил его капитан, — введите нас в курс дела. И ещё, наш корабль при этом как-то можно использовать?

— Ваш корабль я планировал использовать для отправки сообщений владыкам других земель. Вот только корабли Хорна меня смущают.

— Блокируют порт?

— Не целиком, но торговля и вообще любое сообщение по морю почти прекратилось.

— А что за сообщения?

— Я ни в коем случае не собираюсь просить о помощи. Уже хотя бы потому, что никто никому не помогает даром. А вот постараться, чтобы в мире узнали мою версию событий, будет отнюдь не лишним.

— Значит, — подвёл итог капитан, — пока работаем на суше. Нам нужны подробности.

— Отлично, — граф потёр руки и допил вино, расторопный слуга тут же вновь наполнил бокал, — а подробности таковы. Армия герцога насчитывает почти десять тысяч человек, из них, примерно полторы тысячи конницы, но я, если подниму всех вассалов, а я их подниму, конницы получу не меньше, а вот с пехотой всё сложнее. Он вывернул свою казну наизнанку, но войско набрал. У меня деньги есть, мои владения всегда давали хороший доход, а вот набрать людей негде. В сопредельных землях хорошей пехоты нет. Есть городское ополчение, их сейчас обучают, но это немногим более трёх тысяч. Есть ещё тысяча конных лучников, что прислали мне соседи с юга, совершенно бесплатно, замечу, только за еду и возможность пограбить. Ну, и наконец, у меня есть один корабль, два десятка пиратов и один ушлый хитрозадый маг, весьма способный в своём ремесле, на которого я возлагаю большие надежды.

— А на его стороне маги есть? — спросил Асмус.

— Нет, профессионалов такого уровня точно нет, да и не позволит Совет своим магам участвовать в споре двух правителей. Другое дело, что там могут быть маги попроще, заклинатели, ведьмы и прочая шушера, да и магических предметов у них в достатке. Амулеты у часовых, магические руны на доспехах, возможно, имеются и магические зелья.

— Когда начало? — маг вздохнул и выпил глоток вина.

— Разведка доложила, что армия его в сборе, было это неделю назад, они стояли лагерем в предгорьях. Скорее всего, они вот-вот пойдут, дождутся отставших и пойдут. Заслоны в горах выставлены, но остановить армию герцога им не под силу.

— Карта есть? — вставил слово капитан.

— Да, конечно, а что конкретно вас интересует?

— Пути следования, места остановок, населённые пункты, всё. В идеале, мы будем следовать параллельным курсом, и делать упомянутые вами гадости.

— Вот здесь, — граф ткнул пальцем в большой лист бумаги, — они перейдут через горы. Есть и другие проходы, но этот — самый широкий и ближе других к лагерю герцога, после спуска не равнину они окажутся здесь, в деревне… не помню название, но там всё равно уже никого нет, крестьяне ушли, угнали скот и по возможности вывезли запасы. Тем не менее, это отличное место для лагеря. Как раз в одном дне пути от перевала.

— Там и начнём, — сделал вывод Асмус, — а насколько быстро доставляются сведения? Гонец? Или магический кристалл?

— Кристалл, но он почти выработал ресурс, осталось одно сообщение, я узнаю, что они выступили, дальше обойдёмся гонцами.

— Отлично! — воскликнул маг и отодвинул бокал, — тогда начнём прямо сейчас. Город готов к обороне?

— Да, сначала сразимся в поле, потом, в случае неудачи, отступим в город.

— Вы уверены, что сможете потом отступить? — с сомнением спросил капитан.

— Нет, — просто ответил граф.

— А не лучше ли тогда просто сидеть за стенами?

— Вассалы меня не поймут.

Асмус вздохнул и встал из-за стола.

— Лео, оставь кувшин, и пойдём со мной.

— Куда? — не понял мальчик.

— Куда пойду я, туда пойдёшь и ты, — в голосе мага сквозило раздражение, — и делать будешь всё, что я тебе прикажу. И если ты будешь делать это медленно, я превращу тебя в жабу. Понял?

Лео замолчал, поставил кувшин на стол и направился вслед за магом. Граф, глядя ему вслед, проговорил задумчиво:

— Нет, всё же слуга без языка гораздо практичнее, — потом он повернулся к капитану и сказал, — а вы и ваши люди можете пока отдохнуть, всех накормят и напоят. Я не экономлю на защитниках, ополчение и наёмники у меня тоже едят от пуза, нет никакого смысла в накоплении богатств, если не способен их защитить.

На этом аудиенция закончилась, граф со вздохом встал и удалился, за ним следовал тенью слуга без языка. Капитан и Склир вернулись к своим людям и присоединились к пиршеству. А Лео тем временем сопровождал Асмуса в коридоре замка.

— Но я не понимаю, зачем нам горох? — удивлённо заявил распорядитель замка, — и вообще, сейчас, накануне войны, есть ли смысл заниматься огородничеством?

— Его Сиятельство велел вам выполнять все мои капризы, а я хочу, чтобы здесь посадили горох, — твёрда сказал ему Асмус. — Не нужно вопросов, выполняйте.

В это время Лео, вооружившись длинной палкой, отмерял ширину полосы, которая, по мнению мага, должна быть срочно засеяна горохом. Отмерив, он воткнул палку в землю и начал чертить глубокую борозду. В итоге получилась полоса шириной в десять шагов, перекрывающая все потенциально опасные подходы к городу.

Задача была непростая, но мальчик с ней справился часа за три. А следом пришли крестьяне, которых в городе было много, все деревни на пути следования вражеской армии временно обезлюдели.

— Климат здесь тёплый и почвы плодородные, — прокомментировал маг, глядя на посадки, — дня через три семена прорастут.

Лео не стал спрашивать, зачем магу поле засеянное горохом, вместо этого поинтересовался, что делать дальше? Маг в последние два дня развил бурную деятельность, причём работал даже без перерыва на сон. Снова принимал какие-то зелья, которые позволяли ему бодрствовать уже третьи сутки, глаза его были красными, кожа бледной, но активность не убывала. По его приказу завезли все книги, зелья и ингредиенты с корабля, ещё кучу всего собрали и доставили ему всё те же крестьяне, которым в городе всё равно было нечем заняться. Кроме прочего, он обошёл все камнемётные машины и на каждом из приготовленных камней нарисовал магический символ кровью специально убитого барана. Ещё один знак он нарисовал изнутри на воротах. Раздал все свои запасы яда и сварил в огромном котле новый, ещё более смертоносный, которым сейчас старательно смазывали стрелы. Лео при этом спал урывками по два часа, а в основном бегал по городу, передавая заказы мага разным людям, поддерживая огонь под котлами и подавая магу нужные книги.

Наконец, на исходе третьего дня, когда алхимические зелья закончили своё действие, маг заснул в своей комнате прямо на стуле с книгой в руках. Увидев, что глаза Асмуса закрылись, а дыхание стало ровным и глубоким, Лео обрадовался долгожданному отдыху и, аккуратно вынув из рук мага книгу, прилёг неподалёку, положив её себе под голову.

Но спать долго им не дали, ближе к утру прибежал посланец от графа и сообщил, что армия герцога Борха снялась с лагеря и медленно движется в сторону перевала. Маг подпрыгнул на стуле так резко, словно его ткнули шилом снизу. Ухватив Лео за воротник, он вместе с ним вприпрыжку понёсся на конюшню, требуя коня и сундучок с приготовленными зельями.

К счастью, всё было давно готово, не только осёдланные кони и сундучок, но и отряд сопровождения, в который, помимо самого мага и верного Лео, входили Лойко, Крыс, Кирша, Гил, рыцарь Бехер и ещё десяток лучников из отряда, присланного графу его друзьями с юга. Уже через полчаса весь отряд со всей возможной быстротой нёсся к месту возможной остановки вражеской армии.

К вечеру, когда их кони уже падали от усталости, они были в предгорьях, тут показалась и нужная деревня. Быстро оглядевшись и не обнаружив неприятеля, они занялись делом. Собственно, всё дело заключалось в отравлении колодца. Асмус высыпал в него пригоршню серого порошка.

— Подействует только завтра, — объяснил он, — действие ускоряется на жаре.

— А им хватит одного колодца? — с сомнением спросил Лойко.

— Нет, не хватит, — согласился маг, — но и пренебрегать им они тоже не станут, поэтому какая-то часть армии всё же отравится. Кроме того, попробуем подсыпать яд ещё и в котёл с едой.

Разговор их был прерван появлением всадников на горизонте, их было всего четверо, и, к счастью, это оказался не авангард армии герцога, а всего лишь выжившие рыцари заслона, заранее выставленного на горном перевале. Поравнявшись с группой мага, они остановили взмыленных коней и спешились.

— Кто вы такие? — спросил, тяжело дыша, рыцарь в помятых доспехах, без шлема и с забинтованной головой.

— Отряд графа Веспера, — объяснил Бехер, — мы здесь, чтобы нагадить врагам в суп, как я вижу, заслон своё дело сделал?

— Именно так, — рыцарь поморщился, — мы убили, кого смогли, испортили две осадных машины и задержали врага, примерно, на два часа.

— Похвально, — сказал Бехер, — возвращайтесь в город, там вы будете очень нужны. Как далеко противник?

— Будет здесь через час.

— Хорошо, мы будем готовы. Благодарю вас.

Всадники ускакали в сторону столицы, а маг и его команда поспешили убраться из деревни, заняв наблюдательный пост на вершине небольшого холма. Позади холма стояли наготове кони, готовые, в случае обнаружения группы, быстро унести их подальше. Возможную погоню быстро образумят лучники, которым давно не терпелось показать мастерство.

В свете закатного солнца показалась армия герцога. Нескончаемый человеческий ручей двигался по горной дороге. В основном двигались пешие, которые несли на плечах пики и алебарды. Рядом с ними ехали на конях рыцари в дорогих доспехах, окружённые слугами и оруженосцами. Могучие тяжеловозы тянули тяжёлые телеги с припасами и разобранные осадные машины, человеческих лиц отсюда было не разобрать, но создавалось впечатление, что идут они уже давно и порядком устали. Когда на горизонте показался, наконец, хвост колонны, головная часть вошла в деревню, команд было не слышно, но, по-видимому, им приказали остановиться. Крохотная деревня превращалась в огромный военный лагерь, который в сгустившихся сумерках освещался сотнями костров. На абсолютно пустом месте менее чем за час выросли роскошные шатры аристократов и простые палатки пехоты. По периметру ходили часовые, до наблюдателей ветер доносил крики, хохот и даже женский визг.

— Всё предусмотрели, — маг с недовольным видом скривился, — даже дрова для костров. Надо полагать, вода у них тоже припасена, на колодец надежды мало.

— И что ты предлагаешь? — спросил Лойко.

— Кому-то из вас придётся сползать туда и отравить котёл с едой, сможете.

Лойко помотал головой, а Крыс, немного подумав, кивнул. Маг вынул из сундука три мешочка с тем же порошком.

— Вот, смотри, половины этого мешка хватит на сто человек, так что, если сможешь, подсыпь в несколько котлов.

— Я попробую, — тихим голосом ответил Крыс и, накинув на голову капюшон тёмного плаща, нырнул в темноту.

— Может, нужно принять зелье ночного видения? — предложил Лео, но маг его не поддержал.

— Нет, впереди яркие огни и темнота, самый плохой вариант, темноту на фоне огня ты всё равно не рассмотришь, а огонь будет слепить, смотри так.

Смотреть пришлось долго. Уже затих всякий шум в лагере, не ржали лошади, не кричали люди, потускнели огни угасающих костров, а Крыс всё не возвращался. Наконец, когда уже посветлело небо на востоке, где-то сбоку послышался непонятный шорох. Гил вскинул лук, но тут же его опустил.

— Это я, — сказал Крыс из темноты, — три котла, больше не получилось. Пришлось зарезать часового, он был слишком глазастым.

— Отлично, Крыс, — в слабом утреннем свете видно было, как маг улыбнулся, — а теперь уходим, следующая задача будет дальше по дороге.

— А что теперь будет с ними, — уточнил Лео, кивнув на вражеский лагерь.

— Увидишь завтра, — с хитрым видом объяснил маг, — это не просто яд, это магическое зелье.

Отъехали они недалеко, уже к обеду, когда солнце приближалось к зениту и уже начало немилосердно печь, Асмус занял место недалеко от дороги и приготовился смотреть.

— Даже если они приняли яд в разное время, жара ускорит процесс, так что умрут все примерно в одно время, сейчас всё начнётся.

Действительно, среди плотного строя пехоты, которая бодро шагала по дороге, взбивая пыль сапогами, стали появляться отдельные группы, которые шагали медленно и шатались, словно пьяные. Поскольку они задерживали остальных, один из военачальников развернул коня, чтобы задать трёпку этим недотёпам, что умудрились напиться с утра, а теперь идти не могут.

Но до пехотного строя он не доехал, лошадь под ним вдруг споткнулась и упала, придавив его своим телом, почтенный господин в роскошном доспехе и алом плаще истошно заорал, призывая проклятие на голову ни в чём не повинного животного, а дальше события развивались со страшной скоростью. Кони падали один за другим, всадники, те, кто поумнее, стали спешиваться, чтобы не быть придавленными. Дальше всё пошло ещё веселее. Стали падать пехотинцы, кто-то просто падал и терял сознание, кто-то хватался за живот, словно в приступе желудочных колик, кто-то истошно орал, а кто-то умирал молча. Спустя четверть часа затихли все. Умерших было сотни полторы, кроме того, на дороге лежали несколько десятков коней. Оставшиеся в живых убирали мёртвых товарищей, несколько рыцарей на конях ездили кругами и о чём-то громко переругивались.

Потери были чувствительными, но до разгрома армии им было ещё далеко. Поэтому Асмус, гадко улыбаясь, вытянул руки ладонями вперёд и сказал:

— Вот за это меня и выгнали из Академии.

Он резко напрягся и задрожал, словно поднимал огромный вес, потом резко выдохнул и прокричал несколько слов на непонятном наречии. С его ладоней сорвалось небольшое облако света, которое полетело в сторону вражеской армии, по пути становясь почти прозрачным.

Один из мёртвых пехотинцев пошевелился, потом встал на четвереньки, подобрал свою алебарду, опираясь на неё, встал на ноги и тут же обрушил страшный удар на стоявшего рядом рыцаря на коне. Рыцарь, не издав ни звука, упал замертво, а следом уже поднимались другие. В посмертном своём существовании солдаты не утратили навыков обращения с оружием, они даже построились в подобие каре, выставив пики, и пошли в атаку на бывших друзей.

На стороне мёртвого воинства были внезапность и страх, первые ряды живых пехотинцев они просто нанизали на острия пик и перемололи алебардами. Дальше шло труднее, оправившись от ужаса, и восстановив строй, живые дали отпор мёртвым. Но и те не собирались успокаиваться, дважды и трижды проколотый пикой мертвец всё так же поднимал и опускал алебарду, всё также колол пикой и вовсе не собирался покидать строй.

— Уходим, — сказал тихо Асмус, — они не победят, но урон нанесут приличный, в среднем один такой мертвец убивает шесть-семь других. Плохо, что времени у нас мало. В идеале, можно было сделать так, чтобы каждый убитый поднимался против живых.

— Что дальше? — с интересом спросил Лео.

— Помнишь графа Мэлдона?

— Демон?

— Он самый, вызову, подчиню себе, отдам приказ, а потом бежать до самого города, всё, что мог, я уже сделал.

Уйти спокойно им не дали, в армии противника тоже нашлись опытные люди, кто-то отдал приказ найти некроманта, который непременно должен был быть где-то рядом. Конные разъезды по три-четыре рыцаря начали рыскать кругами.

Один такой разъезд и вышел на них. Он мог бы принять всю группу за своих, но цветастые халаты кочевников этому мешали. Несмотря на малую численность, трое рыцарей кинулись в погоню, не обращая никакого внимания на то, что численное превосходство на стороне беглецов. Но продолжалась эта погоня недолго. Отлично обученные лучники умели пускать стрелы назад на полном скаку. Очень скоро от трёх конных рыцарей остался один пеший, причём, тяжело раненный. А учитывая отравленные стрелы, раненый смертельно. Больше за ними никто не гнался.

Для последнего испытания маг выбрал место, где дорога выходила на открытую местность. Не применяя уже никаких алхимических порошков, он просто начертил гептаграмму носком сапога на дороге. Встав в центре, он хлебнул из горлышка бутылки неизвестного зелья, потом открыл книгу и начал читать заклинание.

Несколько раз его речь обрывалась, и он начинал сначала. Наконец, что-то сработало, внезапно солнце померкло, воздух вокруг стоявшего мага стал, словно более густым. Маг растерянно обернулся. Взгляд его остановился на молодом рыцаре.

— Бехер, ты готов пролить кровь за своего сеньора?

— Всегда! — с гордостью ответил тот.

— Отлично, — обрадовался маг, — дай мне руку.

Рыцарь растерянно протянул магу левую руку, он как-то иначе представлял себе пролитие крови за сеньора. Асмус достал небольшой нож и провёл по запястью Бехера, тот поморщился, но терпел стойко. Кровь, которая потекла обильной струёй, маг собрал в небольшую плошку, а потом, выкрикнув заклинание, плеснул впереди себя. Снова, как и в прошлый раз, капли крови прожгли дыры в картине мира. Постепенно стал виден другой мир, в котором живут демоны. Снова маг начал бормотать заклинания, хоть и видно было, что в этот раз всё даётся ему гораздо труднее. Снова он вытянул руку вперёд, сжимая пальцы. Теперь это выглядело так, словно он хватает кого-то невидимого за шею. Очень толстую шею, надо сказать, пальцы никак не хотели сжиматься. Лицо мага перекосилось, вены на шее набухли, глаза вылезали из орбит, но он продолжал обряд.

Скоро появился долгожданный демон, и был он никоим образом не похож на прошлого. Что-то, вроде летучей мыши, только человеческих пропорций, за спиной небольшие кожистые крылья, на косматой голове большие уши, а руки длинные, четырёхпалые и с когтями.

— Имя? — прохрипел Асмус так, словно это его душили, а не он удерживал демона за чувствительные места.

Демон упорно молчал, только недовольно потряхивал своей косматой головой, отчего огромные уши шлёпали по щекам.

— Имя? — повторил Асмус ещё громче, из носа у него потекла кровь, рука задрожала сильнее.

Демон продолжал упираться, и тут Лео увидел, что на дороге появились отряды армии герцога. Несмотря на большое расстояние, враги увидели их отряд, а первые всадники ударили в галоп, опуская копья, нужно было, как можно скорее, заканчивать обряд и садиться на коней.

Наконец, демон сдался, назвал своё имя, как и его предшественник, совершенно невнятно, но опытный маг всё понял, облегчённо вздохнув, он произнёс хриплым шёпотом:

— Дианос, ты теперь мой раб, повелеваю тебе, иди вперёд и уничтожь огромную армию на твоём пути, как только ты это сделаешь, я дам тебе свободу.

Конные рыцари приблизились уже на опасное расстояние в полсотни шагов, несмотря на то, что не меньше дюжины из них полегли от стрел кочевников, а ещё больше лишились коней, других это не остановило. Они уже не успевали вскочить на коней, тем более, что Асмус, отдав последний приказ, просто упал в обморок и его пришлось бы тащить.

Но тут начал действовать демон. Он полетел навстречу конной лаве, ничего не делая, но головы у рыцарей, с которыми он поравнялся, свалились с плеч вместе со шлемами. Раздались дикие вопли, пехота в строю сперва построилась для отражения врага, но тут же все поняли, что пики такого врага не возьмут, а потому стали просто разбегаться в стороны, в надежде, что демон их не заметит. Но монстр замечал всех, во все стороны летели части тел, на одну пику, случайно попавшую ему в руки, он очень быстро насадил шестерых солдат, причём, пробил их кирасы, словно бумагу, всадники переворачивались в воздухе, вместе с конями.

Когда демон стал приближаться к середине колонны, перед ним оказалась группа всадников в сверкающих золотом доспехах. Командование, элита, наверное, и сам герцог там. Внезапно вопли стихли, сложно было разглядеть, что именно произошло, но демон вдруг застыл на месте, потом завертелся волчком, так, что воздух вокруг него превратился в смерч, а потом этот смерч рассеялся, а демона уже не было.

— Садитесь на коней, — сказал очнувшийся Асмус, вытирая с лица кровь, — нужно успеть убежать, пока они не оправились.

— Что это было? — спросил Лео, уже садясь в седло, — почему он исчез?

— Заклинание изгнания демона.

— Герцог знает магию? Или у него есть свой маг?

— Чёрта с два! — отмахнулся маг, — заклинание было заряжено в амулет, а сотворить такой мог только кто-то из великих магов. Их можно по пальцам пересчитать. Одной руки. Я, например, так не смогу.

Лео ещё раз обернулся и осмотрел поле боя. Результаты впечатляли, на земле осталось лежать не менее тысячи врагов, вот только это не особо радовало, поскольку по дороге спускались новые тысячи.

— И что это значит? — снова спросил Лео, когда они скрылись за поворотом.

— Это значит, — маг на секунду задумался, — это значит, мальчик мой, что мы в полном дерьме. Это значит, что герцог, который не мог знать, что я вызову демона, имел при себе подобный амулет, а это в свою очередь значит, что этот амулет у него не единственный. И я, представь себе, подумать боюсь, что заряжено в остальных.

— А что там может быть?

— Всё, что угодно, в том числе и заклинание, от которого стены города рассыплются в пыль.

Лео стало не по себе. Он привык, что маг всегда оказывается умнее всех, а теперь его обошли и, наверное, обойдут снова. Но мальчик не сдавался.

— А почему они с мертвецами сразу не разобрались?

— Допускаю, что просто не догадались применить нужное. Или не готовились воевать с мертвецами. Или применили, но потом, когда нас уже не было.

Тут разговор закончился сам собой, поскольку впереди показались всадники. Среди них выделялся один, не столько дорогими доспехами, сколько манерой держаться. Он подъехал к отряду Асмуса и поднял забрало шлема. Под простым доспехом, без позолоты и герба обнаружился сам граф Веспер.

— Доложите мне, как всё прошло?

— Плохо, — Асмус сплюнул в сторону кровавый сгусток, — они потеряли тысячи полторы или две, но главная задумка не удалась, герцог, или кто-то из его ближайшего окружения, владел мощным артефактом, который под силу создать только великим магам, причём, скорее всего, у него есть ещё.

— Ты сейчас сможешь колдовать?

— Через час или два, смогу, если принять зелье, то быстрее.

— Мы собираемся дать бой, само собой, на успех не надеемся, нужно будет как-то прикрыть наш отход. Конных лучников для этого недостаточно.

— Я что-нибудь придумаю, — сказал маг, извлекая из кармана бутылочку с чёрной жидкостью.

Конница, куда как меньшей численности, чем у врага заняла позицию за вереницей холмов слева от дороги, а во фронт к идущим войскам противника выстроились конные лучники. Те из них, кто сопровождал мага, тоже вернулись к своим соплеменникам. Маг со спутниками предусмотрительно отъехал подальше.

— Что будем делать? — спросил Лео, глядя на дорогу, где вот-вот должны были появиться враги.

— Вы — ничего. Ваша задача — поддерживать меня, если я вдруг свалюсь с лошади.

— Понятно, — сказал Крыс и пристроился вплотную к магу.

— Ждём, — тихо приказал маг.

Ждали они долго, часа два, маг заметно приободрился, от былого упадничества не осталось и следа. Силы его с каждой минутой прибывали, а голова старательно выдумывала очередную гадость.

Наконец, враги показались вдалеке. Их вопреки ожиданиям, не стало меньше, даже, казалось, численность их увеличилась по сравнению с тем, что было недавно. Всадников уж точно прибыло. Позже они узнали, что задержка в движении войск герцога была вызвана не стремлением похоронить трупы убитых солдат, а ожиданием подкрепления.

Конница шла впереди, пехота чуть отставала, но они не медлили и уж точно не боялись того небольшого отряда, что видели перед собой. Кучка каких-то оборванцев в цветастых халатах. У них нет прочных доспехов и длинных копий. Есть только луки, но кого они могут напугать? Сейчас эта толпа разбежится от одного вида армии герцога. Так думал сам герцог, так думал каждый из его рыцарей. Все они привыкли считать себя непобедимыми. По мере сближения, всадники опускали копья вниз и ускоряли бег коней. Но и лучники не дремали. Тысяча луков была направлена в сторону бронированного кулака конницы, набиравшего скорость для удара. Прозвучала громогласная команда на незнакомом языке, означала она «Отпустить тетиву!», но Лео этого, естественно, знать не мог. Зато он увидел результат. Туча стрел взмыла в небо и приземлилась точно в рядах конницы. Далеко не каждый доспех защищает от стрел из мощного лука, да и лошади не имели сплошной брони, поэтому первый залп собрал обильную кровавую жатву, а за ним последовал второй и третий, уже без команды. Убитых становилось всё больше, но других это остановить не могло. Да и слишком много их было, остановить такую массу никак не получится.

И лучники повернули назад, продолжая стрелять, они побежали. А из-за холмов уже выехала конница графа. Рыцари, взяв короткий разбег, ударили во фланг противнику. Получилось удачно, хвост конной лавины не успел развернуться, а потому был просто сметён. Да и головная часть не смогла настичь лучников. Асмус, уже вполне пришедший в себя, зашептал заклинание и провёл пальцем горизонтальную линию в воздухе.

На пути у рыцарской конницы, примерно, на высоте колена появилась тонкая светящаяся нить. И об эту-то нить и споткнулся передний ряд коней, а за ним следующий, и ещё. Свалка получилась громадная. В этот момент, игнорируя отставшую пехоту врага, снова ударила успевшая развернуться конница графа. Удар достиг цели, враг был рассеян и понёс ощутимые потери, но разгромить конницу противника целиком не получилось, слишком велико было численное превосходство. Рыцари постепенно стали увязать в рубке, а пехота герцога, выстроившаяся широким фронтом, постепенно перекрывала путь к отступлению. Но, к счастью, бдительности никто не потерял, громкий рёв трубы послужил сигналом к отступлению. Рыцари графа все, как один, развернулись и поскакали вслед за лучниками. Враг, быстро восстановив порядок в своих рядах, кинулся, было, в погоню, но тут сработал Асмус. Он спешился и ударил ногой в землю, земля задрожала, как при землетрясении, а поперёк пути рыцарей поползла трещина в земле. Сначала маленькая, в ладонь шириной, потом края начали расходиться, а сама трещина становилась всё длиннее. Первые рыцари, успевшие перескочить через трещину, оказались отрезаны от своих, зато столкнулись лицом к лицу с магом. Ничего особо хитрого он применять не стал, просто выбросил вперёд руки, а появившаяся воздушная волна смела всех в трещину, достигшую уже пяти шагов в ширину и пары миль в длину.

Маг снова сделал попытку упасть, но спутники его подхватили и посадили на лошадь, весь маленький отряд отправился догонять основные силы. Никто не мог им помешать, пехотинцы-арбалетчики подбежали слишком поздно и их стрелы лишь беспомощно воткнулись в землю, не долетев до цели.

Измученные лошади доставили их в город за пару часов, последние отряды уже входили в ворота, на стенах стояли готовые к бою защитники, поднимался дым от печей, на которых стояли котлы с водой, смолой и маслом. Проезжая перед городом, маг с удовлетворением отметил, что первые ростки гороха уже проклюнулись из рыхлой земли.

Они въехали в город последними. Тяжёлые дубовые ворота захлопнулись, их заперли на два мощных засова, а потом подпёрли срубами, внутрь которых стали быстро насыпать землю и камни.

— Что думаешь, чародей? — спросил граф, спешиваясь.

— Думаю, город им не взять, людей не хватит.

— Я тоже так думаю, вот только герцог Борха — далеко не дурак, и воевать он умеет. Не станет он начинать такое дело, которое ему не под силу.

— Есть у меня мысль, — задумчиво проговорил маг, — что он имеет какой-то туз в рукаве и намерен его применить. При строительстве замка защиту от магии вкладывали?

— Внутри стен руны выложены серебряными кирпичами, заклинания на них наложены лучшими магами, они не теряют силы со временем и не могут быт отменены.

— Есть ещё кое-что, — маг поспешил его расстроить, — магия не всегда воздействует напрямую, можно нанести удар опосредованно.

— Например?

— Например, как только что сделал я, — объяснил ему Асмус, — мне нужно было остановить конницу, поэтому я, зная, что сил справиться со всеми мне не хватит, просто расколол землю. Никого из врагов магия не коснулась, а атаку я, тем не менее, остановил. Нужно разгадать замысел герцога, и желательно, сделать это не слишком поздно.

Они поднялись на одну из стен, камнемёты на каменных площадках стояли в боевой готовности, только камни ещё не заряжали. Чуть впереди стояла баллиста, за которой сидел улыбающийся Джума.

— Скажи, Асмус, — спросил он, — у тебя остались ещё магические штуки для стрельбы?

— Кое-что найду, — маг присел и осмотрел механизм. — Чем оно стреляет?

Джума кивнул на лежавшие в стороне стрелы длиной в рост Берта и толщиной в его же руку. Наконечник напоминал гарпун, с которым охотятся на китов.

— Думаю, найдётся пара склянок, которые можно будет привязать сюда. Или даже не пару.

— Мы слишком далеко от корабля, — посетовал находившийся здесь же капитан, — боюсь, если запахнет жареным, сбежать не получится.

— Брось, — возразил ему Асмус, — в подобных городах и замках полно потайных ходов, не удивлюсь, если до самого порта тянутся.

— Больше стоит переживать о том, что море может быть перекрыто, — добавил Склир. Вся команда, за исключением оставшихся на корабле, собралась на этом участке стены.

— Как бы то ни было, а мы уже влезли в борьбу двух благородных господ, вылезти без потерь точно не получится, — рассудил Гарт, — но, в случае успеха, можем немало поиметь для себя.

— Вся наша жизнь — риск, — добавил капитан, — риск ради денег. А для кого-то и ради самого риска. Так ведь?

— Для меня — нет, — отозвался Кардиф, которого было не узнать в кольчуге и шлеме с полями, — вы мне дороги, но, как только появится возможность, я брошу море и разбой.

— Сдаётся мне, Кардиф, что если мы выберемся отсюда живыми, такая возможность у тебя будет, — сказал ему капитан, — и я не стану тебя удерживать, хотя стряпня твоя хороша.

— Кстати, — вмешался в разговор Берт, — а кормить нас сегодня будут? Здешняя еда не идёт ни в какое сравнение с тем, что готовит наш кок, но я согласен и на неё.

— Когда ты шлялся где-то внизу, — ехидно поддел его Джума, — сюда поднималась одна симпатичная горожанка, которая принесла отличные мясные лепёшки.

— И где она теперь? — заинтересовался помощник, — ну, или хотя бы, её лепёшки.

Джума протянул руку и извлёк откуда-то снизу огромную, вкусно пахнущую мясом лепёшку.

— Налетайте, тут ещё много.

Досталось всем, Лео тоже схватил одну и с наслаждением впился зубами в ещё тёплое тесто, под которым скрывалась мясная начинка. Запоздалый перекус ещё не успел закончиться, как по стенам полетели команды. На горизонте показались передовые отряды противника, кривые ряды пехоты постепенно рассеивались по равнине, останавливались повозки, разбирались шатры. Складывалось впечатление, что люди герцога здесь всерьёз и надолго. У них всего вдоволь, они никуда не торопятся и готовы стоять здесь много лет.

Вот только впечатление это было обманчивым. На самом деле благородные рыцари отнюдь не склонны к проведению многолетних кампаний, а с их мнением приходится считаться не только герцогу, но и королю, да и наёмная пехота, хоть и стоит относительно недорого, особенно, в сравнении с рыцарями, но привыкла регулярно есть и пить, а при долгом стоянии на одном месте и отсутствии добычи начинается пьянство, мародёрство и повальное дезертирство, что крайне отрицательно сказывается на боеспособности армии. Поэтому с осаждённым городом нужно было разобраться как можно быстрее.

Так и оказалось. Герцог Борха, который, по заявлению знавших его людей, был далеко не дураком и воевать умел, решил прощупать оборону города сразу, с налёта. У толпившейся на большом расстоянии от стен пехоты откуда-то появились длинные штурмовые лестницы. С ними на руках построившись правильными прямоугольниками, пехота двинулась под стены. Навстречу им полетели первые стрелы особо нервных лучников. С такого расстояния стрелять, смысла нет никакого. Стрела, если она и долетит, может, разве что, поцарапать. Впрочем, это тоже не лишено смысла, учитывая, что большинство стрел отравлено.

А солдаты никуда не спешили, размеренным строевым шагом приближались к стенам, каждый при этом считал, что случай и броня, помогут ему избежать стрелы. Когда первые ряды приблизились к полосе, где Асмус велел посадить горох, маг вскинул руки, прокричал заклинание, так, что слышала его половина города, а потом добавил уже спокойно:

— Расти.

Пехотинцы, идущие впереди стали замечать, что ноги цепляются за траву, которая непонятно откуда взялась. Чем дальше, тем сильнее ноги путались в стеблях, приходилось с усилием отрывать ногу. Непонятные стебли цеплялись теперь уже на уровне бёдер, на глазах оплетали древки алебард. В передних рядах кто-то вскрикнул, потом ещё, потом захрипел солдат, которому зелёный росток сдавил горло. Никто уже не мог вырвать оружие из цепких зелёных лап, да и самим двигаться уже не получалось, не только сделать шаг, но и руками пошевелить уже становилось невозможно. А зелёные лианы псевдогороха поднимались уже выше головы. Офицеры выкрикивали какие-то команды, но их не то, что выполнить не получалось, даже голову повернуть в ту сторону было проблемой. Всё чаще слышались хрипы и стоны, растения душили солдат.

А со стен, наконец-то, ударили стрелы, посыпали частым дождём, убивая и без того едва живых вражеских пехотинцев. А с первыми каплями крови, горох ещё более оживился, ростки залезали в раны и начинали высасывать из тел кровь, что ещё более провоцировало их рост. Очень скоро и стрельба прекратилась, живых в зарослях уже не осталось. Только пышная зелёная поросль, выше человеческого роста, из которой беспомощно торчали штурмовые лестницы. Приступ провалился, а вражеская пехота, уменьшившись в числе, примерно, на четверть, поспешила отойти.

Первый бой остался за графом, но и противник ещё не выложил всех козырей. Теперь осада стала строиться по всем правилам. Вокруг города быстро образовался палаточный лагерь, задымились костры, послышался бодрый стук молотков. Собирали осадные машины.

Пехота вновь осторожно подошла к живой (а точнее, мёртвой) изгороди из гороха. Сначала попробовали рубить, но смогли отсечь только пару плетей, после чего оружие безвозвратно увязло в зелени. Некоторым стебли обвили руки, их едва смогли отбить. Солдаты отошли, а потом снова вернулись, на этот раз, с факелами. Здраво рассудив, что все растения, по идее, боятся огня, они стали тыкать факелами в заросли. Кое-какого успеха достигли, плети расступились и отодвинулись на шаг назад, но сразу же за этим, схлопнулись, погасили огонь и задушили нескольких особо невезучих солдат. Их крики были слышны совсем недолго.

— Просто горох? — с интересом спросил капитан.

— Самый настоящий горох, — с невинным видом подтвердил Асмус, — только растёт очень быстро, а потому и питаться ему нужно.

— И огня не боится, — заметил Джума, которому так и не довелось сегодня выстрелить.

— Зелёные растения горят плохо, — напомнил маг, — чтобы их полностью сжечь, потребуется такое количество сухих дров, что куча будет сопоставима и с этой зелёной стеной. Всё, конечно, осуществимо, и дело только в ресурсах.

Герцог был упрям, через час его солдаты вернулись с охапками хвороста, которые они бросали в заросли, за первыми подходили вторые, потом третьи. Долетавшие до них стрелы убивали некоторых, но на их место продолжали подходить другие. Постепенно гора хвороста в зелёных зарослях выросла до высоты человеческого роста. Активность на переднем крае временно затихла.

Когда уже стемнело, пехота вновь пошла на штурм гороховых джунглей. И снова с факелами. Один за другим факелы полетели в кучу хвороста. Скоро в том месте уже полыхал костёр, высотой чуть ли не с городскую стену. Растениям, разумеется, пришлось туго.

Солдаты временно отошли, но активность в лагере осаждавших не прекращалась ни на минуту, без конца стучали молотки, скрипели пилы, раздавались крики мастеров. Возможно, уже завтра начнётся обстрел города. Им, конечно, есть, чем ответить, город вооружён отлично, но, в любом случае, непременно появятся первые жертвы и разрушения.

Но, пока непосредственная задача отбивать штурм не стояла, можно было и расслабиться. Постелей здесь не было и даже гамак не на что было повесить, но подстилки из соломы вполне годились для отдыха. На одну из таких подстилок улёгся и Лео, накрывшись старым плащом и положив под голову одну из книг мага. Стук молотков был далеко и почти не мешал, стоило мальчику закрыть глаза, как он сразу же провалился в глубокий сон.

Утром его разбудил далёкий звук труб и нездоровая суета на стенах. Первое, что он увидел, взглянув вниз, — это небольшая группа солдат, несущая к зелёной стене нечто квадратное, небольшого размера, какой-то ящик с неизвестным пока содержимым. Стена уже не была сплошной, в середине прогорел широкий проход, вот только осаждавшим этого показалось мало, да, к тому же, зелёные плети медленно тянулись с двух сторон, постепенно затягивая выжженный участок. Оказавшись в выжженном проходе, они поставили неизвестный предмет на землю, все резко отбежали назад и только один, видимо, самый смелый, остался, чтобы открыть его.

Открывал он долго, ящик оказался закрыт накрепко. А когда крышка отскочила, человек, который её открывал, резко подался назад. Но он не успел, из ящика начал подниматься густой серый дым, который коснулся и его самого. Человек резко вскрикнул, повалился на спину, и тут же замолчал. Через какое-то время, от него остались только одежда и простенький доспех.

А дым, поднявшись на высоту человеческого роста, пополз по равнине, он поглотил заросли гороха-убийцы, которые начали на глазах истаивать и как будто растворяться в дыму. Клубы дыма поползли в сторону городской стены, но остановились в десяти шагах.

Дымовая завеса стояла недолго, через четверть часа, воздух стал прозрачным, а дым рассеялся. Вот только то, что он до этого скрывал, отнюдь не обрадовало защитников. Вся земля, которой он коснулся, стала мёртвой, безжизненная пыль, ни травинки, ни кустика. Погибший солдат исчез полностью, рассыпалась в прах даже его одежда, только кираса, проржавевшая до дыр, лежала на том месте. От тех, кто погиб в зарослях гороха, не осталось даже этого.

На стене стояла гробовая тишина, только спустя ещё четверть часа капитан негромко спросил мага:

— Асмус, только не говори мне, будто ты не знаешь, что это было.

— Если бы не знал, мне было бы легче, — маг был бледен и говорил медленно.

— И? — не понял капитан.

— Тлен, — просто объяснил маг, — ещё одно заклинание чудовищной силы. Создают его несколько высших магов, которые уж точно никому его не продадут ни за какие деньги.

— И как оно работает? — спросил Лео, ещё не отошедший от шока. Он как-то слишком живо представил, что произошло бы, если бы этот дым добрался до них.

— Просто локальное ускорение времени, — объяснил маг, но, спохватившись, объяснил проще, — всё, что соприкасается с этим туманом, стареет, умирает и разлагается. Для этого несчастного гороха словно прошло лет семьдесят, и для травы, и для трупов.

— А почему не дошло до нас? — спросил капитан.

— Недостаточно мощное, то есть, мощность, конечно, огромная, но направлена она была в первую очередь в стороны. Площадь, которую оно покрывает, ограничена.

— Так почему их хозяин применил такое заклинание на горох, а не на нас?

— Кто бы это ни был, сам герцог, или кто-то из его придворных магов, он мыслит рационально. Антимагическая защита стен почти абсолютна. Предки графа Веспера постарались на совесть, это большая редкость. А направлена защита так, что даже если этот ящик перекинуть сюда, то он уже не сработает, или сработает очень слабо. Вот и применили его так, чтобы только очистить себе путь. Хотя я бы на его месте потратил на мёртвых солдат, ставших нежитью.

— А как бы он их отделил от живых? — спросил Лойко, — они ведь все перемешались.

— А почему ты, стоя на этой же стене, можешь колдовать? — снова спросил капитан.

— Туда можно, сюда нельзя, — стал объяснять маг, — руны работают в одну сторону, если я попробую запустить огненным шаром в сторону замка, пролетит он десяток шагов, не больше. Более того, чтобы сотворить какое-то сильное заклинание внутри города, мне потребуется отойти от стен. А чтобы колдовать в ту сторону, желательно становиться ближе к краю.

— Что же, — подвёл итог капитан, — значит, магии можно не бояться, атаковать нас будут простыми средствами?

— До тех пор, пока не сломают хотя бы часть стены, — маг сразу поспешил всех разочаровать, — руны действуют не сами по себе, они выложены единой системой и работают исключительно в комплексе. Все вместе, то есть. Если выбить одну, то защита ослабеет в разы, а если выбить пять-шесть, то её не станет вовсе. Тогда нам всем станет кисло.

— Сделаем так, чтобы не выбили, — твёрдо сказал Джума, укладывая огромную стрелу на баллисту. — Колдуй изо всех сил, волшебник, тогда мы все останемся живы.

Ждать долго не пришлось. Уже скоро прилетел первый камень, атакующие пока не пристрелялись, поэтому огромный валун упал, не долетев до стены.

Маг, покинув своих спутников, кинулся к стоявшим здесь же на специальных площадках камнемётам города. Обслуга как раз заряжала один из них камнем с нарисованным на нём непонятным символом. Маг подошёл, приложил руку к камню, что-то прошептал и с довольным видом пошёл обратно.

— Что ты сделал? — спросил Лео, который продолжал путаться у мага под ногами.

— Помнишь, ты читал о заклинании, которое увеличивает вес предмета? Так вот, я применил его к камню, только потяжелеет он не сразу, здесь его будет удерживать магия стен, а как только долетит до цели, весить будет, как целая скала. Ненадолго, но на один удар хватит.

Все стали смотреть на действие камнемётной машины. Офицер, который руководил всеми приготовлениями, что-то прикинул в уме и велел досыпать две лопаты песка в ящик-противовес. Когда приказание было исполнено, он снова посмотрел на цель, после чего отдал приказ взмахом руки. Видимо, камнемёты, стоявшие на стенах, были готовы к отражению подобной атаки, а потому заранее пристреляли каждый камешек в окрестностях. Снаряд полетел на удивление точно, только в самом конце его траектория стала более крутой, отчего он только самую малость не долетел до машины оппонентов.

Но даже так эффект был ощутим. Камень огромного веса проломил землю, от смещения и проседания которой вражеский камнемёт покосился вправо. Теперь им придётся его переставлять.

— Немного не рассчитал, — маг поморщился, — следующий будет точнее.

Он снова отправился к офицеру и, после недолгой перепалки, убедил его добавить песка в противовес, после чего повторил свои манипуляции с камнем. Теперь, по его задумке, камень должен был разнести вражеское орудие вдребезги. Все смотрели в сторону позиций противника, затаив дыхание. Новый камень устремился к цели, казалось, даже быстрее своего предшественника.

Вот только долететь до цели, ему было не суждено. Шагов за тридцать до вражеского камнемёта, который он по задумке должен был окончательно уничтожить, камень замедлил свой полёт, его окутало голубое сияние, а потом он с грохотом разлетелся в пыль. Маг схватился за голову.

— Можно полюбопытствовать, что это было? — спросил у Асмуса капитан.

— Это было… всё, — невнятно объяснил маг с грустным видом, — теперь можно считать, что меня здесь нет.

— Блокировка магии, — догадался Лео.

— Умнеешь на глазах, мальчик, похвально, — с грустной улыбкой сказал маг, — помнишь того поджаренного рыцаря с рунным щитом?

Лео кивнул.

— Так вот, это примерно то же самое, — начал объяснят маг, — хоть и сделано по другому принципу. Если не вдаваться в тонкости, то их позиции — это, примерно, то же самое, что и стена. Большая площадь, на которой не действует никакая магия.

— А такое возможно?

— Возможно, вот только откуда у них целый воз уникальных артефактов? У меня даже закралась мысль, что на стороне герцога воюет совет магов.

— Разведка доложила мне, — раздался знакомый голос позади, обернувшись, все увидели графа Веспера, который как-то умудрился подойти незамеченным в тяжёлых доспехах, да ещё и в сопровождении немалой свиты, — что в лагере герцога находится некто, чьего лица никто не видел. Этот некто и отвечает за магию. Что ты об этом думаешь, Асмус?

— Вариантов может быть много, — маг задумчиво посмотрел вдаль, — могу сказать точно, что никого из великих магов там нет. Люди такого масштаба не могут просто отправиться куда-то, при этом скрыть лицо и оставаться неизвестными. Некий ремесленник от магии, но нагруженный артефактами, словно верблюд поклажей.

— Тебе не по зубам? — спросил граф, с любопытством глядя на мага.

— Сложно сказать. В сложившихся условиях, — маг кивнул в сторону позиций противника, — и мне и ему остаётся только биться на мечах.

— То есть, уравнять наши шансы с помощью твоей магии не удастся?

— Небольшое пространство между стеной и их лагерем мне подвластно. Кое-что сделать смогу, но только тогда, когда они пойдут на приступ.

— Это лучше, чем ничего, — граф с удовлетворённым видом кивнул, — наше положение не так безнадёжно, их много, намного больше, чем нас но мы сидим в мощной крепости. Ждём атаки, этот участок стены ваш.

С этими словами Его Сиятельство граф Силан Веспер покинул команду и отправился дальше инспектировать оборону. Участок, который они собирались защищать включал каменную площадку, где стояла баллиста, и примыкавшую стену на тридцать шагов влево и вправо. Не так много, людей хватит, вот только стрелков мало. Кроме прочего, у бойниц были сложены пирамиды из больших валунов, которые предполагалось бросать на головы осаждающих.

Противник, меж тем, не дремал. Вновь возобновилась перестрелка камнями, первый камнемёт, покосившийся от сверхтяжёлого валуна, удалось всё-таки разбить, но поблизости возвели ещё два, достать которые пока не удавалось. Кроме того, чуть дальше в тылу врага с подозрительной быстротой собирались осадные башни в количестве четырёх штук. Асмус предположил, что башни эти построены ещё в герцогстве, потом разобраны, перевезены на телегах, а теперь быстро собираются из пронумерованных брёвен. Оставалось только порадоваться за противника, располагающего хорошими инженерами.

Успехи в обороне пока не радовали никого, следующая атака, будучи хорошо подготовленной, если и будет отбита, то только ценой большой крови, а маг, который так хорошо начал, теперь почти бесполезен. Все нервничали и бесцельно ходили с места на место. Настроение немного улучшилось только с прибытием обеда. На стену подняли большой котёл с мясной кашей, которую сноровисто разлила по плошкам немолодая женщина могучей комплекции. К каше прилагался также чёрный хлеб и кружка разбавленного вина. Еда выдавалась большими порциями, и можно было сделать вывод, что запасы еды в городе действительно огромны, и нет нужды их экономить. Ну, или местное командование не видит нужды в экономии, поскольку считает, что осада в любом случае продлится недолго.

Пока они обедали, через стену перелетели несколько камней. Упали они где-то в городе, грохот был страшный, но разрушения разглядеть не удалось. Ясно было, что через неделю подобного обстрела, целых зданий в городе не останется, на и население станет заметно меньше. Можно допустить, что люди герцога и вовсе не пойдут на штурм, предпочитая ломать город издалека, хотя осадные башни говорили об обратном. Да и кому нужны руины.

Впрочем, свои орудия рано было сбрасывать со счетов. Когда команда заканчивала обед, на стенах раздались ликующие крики. Высунувшись в бойницы, они увидели, что вражеский камнемёт разбит в щепки, при этом неслабо досталось и его обслуге, а это было даже лучше. Починить деревянное орудие можно, хоть это и отнимет массу времени, а вот найти замену опытному инженеру куда сложнее.

Осадные башни выглядели уже готовыми, вокруг них суетились люди, что-то доделывали, что-то прицепляли. Время давно перевалило за полдень, так что можно было немного расслабиться и даже поспать. Вряд ли противник будет атаковать сегодня. Штурмовать город в темноте — не самое полезное занятие.

Оказалось, что всё как раз наоборот. Долготерпение не значилось в списке достоинств герцога Борха. А потому, когда солнце только начало клониться к закату, масса войск пришла в движение, а осадные башни тронулись с места. Количество нападавших заставляло думать, что к герцогу в очередной раз подошло неслабое подкрепление. Солдаты бодро шагали вперёд, на плечах у них лежали штурмовые лестницы, казалось, все забыли о конфузе с первой атакой на город.

Лучники и арбалетчики на стенах выжидали, пока расстояние позволит вести стрельбу, пусть даже совершенно неприцельную. Идущие в атаку потным строем солдаты представляли собой отличную цель, в которую невозможно промахнуться. Выжидал и маг, для которого также имело значение расстояние.

Наконец, передние ряды армии противника переступили незримую черту. Со стен дождём ударили стрелы. У большинства бойниц стояло по два лучника, которые пускали стрелы по очереди. Стрел в городе предусмотрительно запасли огромное количество, можно было их не экономить. Видно было, как падают солдаты, доспех у большинства пехотинцев был далеко не полным, шлем, кираса и наплечники, а потому стрелы находили уязвимые места. Раненых было куда больше, но и это были потенциальные покойники, Асмус был хорошим алхимиком, так что яд по его рецепту действовал безотказно.

Увы, большая численность и полное равнодушие к смерти брали своё. Колонны пехоты, нещадно осыпаемые стрелами со стен, продолжали двигаться вперёд, перешагивая через трупы товарищей и заполняя строй. Отличился Джума, выстреливший из баллисты так, что одну из лестниц перебил пополам, одновременно убив и искалечив с дюжину бойцов.

Тут Асмус, что-то подсчитав в уме, кинулся к амбразуре, отталкивая Гила. В солдат, уже готовых приставлять лестницы, длина которых позволяла полностью игнорировать ров, полетели огненные шары, каждый размером с арбуз. В рядах врага вспыхивали живые факелы, раздавались крики, падали обгорелые трупы, две лестницы пришли в негодность, но на общую ситуацию это почти не повлияло.

С помощью десятков рук и верёвок они начали поднимать лестницы, которые были до половины заполнены солдатами, когда их приставят к стенам, лезть им останется совсем недолго. Все приготовились к рукопашной, даже Лео сжал в руке ятаган. Но у тех, кто готовил город к обороне, нашлись свои козыри. Из башни справа выпало толстое бревно, окованное железом на толстой стальной цепи, а другой конец этой цепи крепился к соседней башне. Бревно пролетело по дуге, подобно маятнику, срывая и разламывая в щепки лестницы вместе с людьми.

На стене раздался ликующий гул, но нападавшие и не подумали впадать в отчаяние после первых неудач. Во-первых, лестницы у них были далеко не последние, во-вторых, осадные башни, хоть и медленно, но всё же продолжали придвигаться к стенам. А в-третьих, атаке уже подверглись городские ворота, солдаты герцога, прикрываясь щитами, смогли перекинуть какой-то мостик через ров и теперь стучали в ворота ручным тараном. Их нещадно осыпали стрелами, солдаты, один за другим падали в ров, но на место убитых тут же становились другие.

Если до подхода осадных башен ещё оставалось время, то вражескую атаку на ворота Асмус решил пресечь сразу. Как тогда, при нападении на прибрежную деревню, он слепил из воздуха «снежок» только в этот раз делал это двумя руками и вложил в него куда больше сил, «снежок» получился непрозрачным, почти чёрным, а маг, создавая его, кряхтел от напряжения. Он облегчённо вздохнул, когда отправил чёрный шар во врагов. Результат превзошёл все ожидания. Во все стороны полетели солдаты, многие с оторванными конечностями, бревно улетело в ров, мостик разлетелся в щепки, а двое стоявших впереди солдат превратились в кровавые пятна на створках ворот.

Оставалась главное, башни. Построенные из массивных брёвен, они выдерживали попадания камней, стрелы из баллисты, которые Джума всаживал одну за другой, тоже не оказывали действия, а поджечь их было нельзя, поскольку стены и фасад были обтянуты сырыми шкурами, в которые уже без толку воткнулись несколько сотен горящих стрел. А наверху уже стояли готовые к бою солдаты, надо полагать, лучшие из лучших. Они не несли потерь, с двух сторон их защищали большие деревянные щиты, а спереди — поднятый перекидной мост из толстых досок, также обтянутый кожей.

Оставалось ещё, примерно, сто шагов, когда Асмус нашёл-таки средство против башни, идущей прямо на них. Джума зарядил баллисту стрелой, где на древко вместо наконечника была надета большая бутылка с серым порошком. Промахнуться с такого расстояния было невозможно, сосуд разбился прямо под вершиной. Что это был за порошок, никто, кроме самого Асмуса, не знал, но кожи, обтягивающие башню, быстро начали гореть и уже через несколько секунд от них остались только почерневшие лохмотья. А следом занялось дерево, ни одного языка пламени не было видно, но толстые сырые брёвна словно тлели с такой скоростью, что скоро башня должна была развалиться на части.

Однако, время уже было упущено, мостик с грохотом упал на зубцы стены, а на стену горохом посыпались солдаты. Правда, именно, что посыпались. Маг применил всё тот же нехитрый трюк, волшебная верёвочка на пути. Поэтому идущие в атаку бойцы не смогли нормально спрыгнуть, а просто попадали под давлением задних рядов, а двое или трое просто сломали себе шею. Следующий ряд бойцов сошёл на стену без приключений, но тут им прилетел очередной подарок, сначала от Асмуса, метнувшего очередной воздушный «снежок», раскидавший их в стороны, а затем и от Джумы, который умудрился так развернуть баллисту, что пустил стрелу наискосок через ряды вражеской пехоты, убив с полдюжины воинов и искалечив ещё нескольких. А дальше началась рубка.

Ситуация была такова, что команде ничего хорошего не светило. Ширина мостика позволяла бойцам противника беспрепятственно подниматься на стену, так что численное превосходство очень скоро грозило стать подавляющим, проще говоря, пиратов бы просто затоптали. Вот только неизвестный порошок продолжал делать своё, в прямом смысле чёрное дело. Брёвна башни были обуглены уже почти насквозь, когда, наконец, занялось пламя. Башня, состоявшая из трёх мощных стен и лестницы, моментально превратилась в передвижную жаровню. Даже крики горящих заживо солдат звучали недолго, башня начала рушиться внутрь себя, а подгоняемые жаром бойцы переднего края кинулись в атаку на защитников стены, коими по стечению обстоятельств и оказалась горстка пиратов.

Их было больше, человек сорок, пусть даже частично оглушённых раненых и обожжённых. Несмотря ни на что, это были профессиональные бойцы и в рубке были весьма опасны. Вооружены они были по большей части мечами и топорами, справедливо рассудив, что длинное древковое оружие в тесной схватке мало пригодится.

События, как видел их Лео, закружились калейдоскопом. Вот высокий солдат в шлеме-горшке упал, поражённый в глаз стрелой Аскольда, вот другой солдат, комплекцией не уступающий Берту наткнулся на стоявшего у него на пути Сарима. Не посчитав пожилого низкорослого мужичка, пусть и с мечом, серьёзной угрозой, он даже не стал применять меч, просто оттолкнул его бронированным плечом. Это ему вполне удалось, капитан действительно отлетел в сторону. Вот только победитель не смог пройти и двух шагов. Он упал, безуспешно пытаясь зажать рану на бедре, из которой хлестала алая кровь. Вот Гарт, сделав красивый выпад длинным мечом, обезоружил очередного бойца, на голову которого тут же обрушилась секира Джумы, разрубая шлем вместе с головой. Вот Крыс упал с рассечённым лицом, впрочем, через мгновение его обидчик свалился следом, разбойник успел загнать ему нож между половинками кирасы. Схватился за живот и Тиль, пропустив укол острием меча, когда его, уже упавшего, солдат попытался добить, Лео словно очнулся. Приставив лезвие ятагана к незащищённой сзади ноге солдата, он резко дёрнул рукоять на себя, поворачиваясь всем корпусом. Отточенная уже техника и идеально острая сталь скомпенсировали недостаток силы в детской руке, солдат завыл и повалился на бок, нога была прорезана едва не до кости. Тут и Лео получил своё, топор солдата ударил его сзади, солдат целил в голову, но попал только в плечо, видимо, по причине маленького роста врага. Доспех, несмотря на всю свою кажущуюся убогость, удар выдержал, но боль была такая, что мальчик рухнул на колени, после чего, уронив ятаган, повалился на спину. Солдат не счёл нужным его добивать, да и не успел бы этого сделать. Радко с размаху вогнал острие протазана ему в незащищённое горло. А следом беда постигла и бывшего акробата, удар меча перерубил древко, которым он пытался закрыться от удара, а за ним и ключицу, защищённую одной только рубахой.

От лютой боли Лео скрипел зубами, правая рука отказывалась повиноваться, но его друзья были в беде. Радко, весь залитый кровью, пытался уворачиваться от ударов топора, а капитана зажали двое в углу, он пока отбивался, но уже был ранен.

Лео медленно поднялся на ноги, его сильно мутило, ноги слушались плохо, но левая рука, словно сама по себе, потянула из ножен рапиру. Пользуясь тем, что все рассыпались в поединках, он, никем не замеченный, подошёл сзади к солдату, который всё никак не мог добить Радко. Тот извивался, как змей, а топор раз за разом ударял по пустому месту. Когда он был зажат в угол, а солдат поднял свой топор для последнего удара, Лео, привычным уже движением ткнул рапирой в незащищённую подмышку. Клинок не упёрся в ребро, не соскользнул, не сломался. Он плавно и быстро проник глубоко в грудь. Торжествующий рёв солдата сменился хрипами и бульканьем. Но Лео он уже не интересовал. С чавкающим звуком выдернув клинок, он, словно во сне повернулся туда, где только что видел капитана, но помощь уже не требовалась, ран у Сарима добавилось, но оба нападавших уже лежали, один не шевелился, второй пытался руками зажимать рану на горле. Лео перевёл взгляд на новую цель, один из солдат поднял окровавленный клинок, чтобы обрушить его сзади на голову Берта. Не выдумывая никаких трюков, он просто ткнул рапирой в ногу. Артерия осталась цела, но глубокая рана заставила солдата промахнуться, поэтому меч, вместо того, чтобы разрубить надвое голову гиганта, только скользнул по плечу. Одежда Берта тут же окрасилась кровью, но он, будто не чувствуя раны, развернулся с нечеловеческой быстротой, а его алебарда снесла с плеч голову солдата вместе со шлемом.

Дальнейшее Лео наблюдал краем одного глаза, поскольку просто упал лицом вниз, разбив скулу о каменный пол. Кто-то добивал кого-то, а подробностей он не запомнил, все люди стали трудноразличимыми силуэтами. А за этим наступила темнота.

Когда Лео открыл глаза, было темно. Наступила уже глубокая ночь, но несколько светильником освещали площадку, позволяя Асмусу оказывать помощь раненым. А ранены были почти все. Сам маг отделался забинтованной рукой и синяком в половину лица. Остальным пришлось хуже. Тиль с забинтованным животом лежал в забытьи и тихо стонал. Рядом с ним молча лежал Гил с забинтованной головой, бинты уже пропитались кровью. Ждал своей очереди Крыс, прижимая к лицу окровавленную тряпку. Неподалёку лежал бледный, как полотно, Радко, бинты охватывали половину туловища. Точно так же выглядел и Берт, только у великана была забинтована не левая, а правая половина. Капитан, также раздетый до пояса, бинтовал себя сам. Так же поступали и другие, чьи ранения позволяли оставаться на ногах.

Попытавшись пошевелиться, Лео испытал жуткую боль, от которой его раньше спасал шок и потеря сознания, зато теперь всю правую половину туловища словно в кипяток окунули. Мальчик застонал. Маг, только начавший зашивать лицо разбойника, услышал его стон и повернул голову.

— А ты везучий, Лео, — сказал он, снова повернувшись к зашиваемой ране, — мне даже не пришлось тебя штопать, один только перелом ключицы и большой синяк, да ещё сотрясение мозга. Жить будешь.

— Так и есть, — подтвердил капитан, — везучий и храбрый, я, хоть и был занят, наблюдал за тобой, ты прикончил двоих и ранил одного. Неплохо, для десятилетнего мальчика.

Лео задумался, что-то подсчитывая в уме, потом сказал:

— Мне уже одиннадцать, — и снова попытался встать.

На этот раз ему удалось сесть и осмотреться. Взгляд сразу упёрся в двух человек, что лежали неподвижно, накрытые кусками ткани. Проследив за его взглядом, капитан объяснил:

— Так и есть, парень, Буль уже никогда не споёт нам своих песен. Даже маг не смог его спасти, а Кардиф… он так хотел остаться на берегу, нужно было отпустить его, но я надеялся заработать побольше, потому и убедил его остаться. А теперь это уже неважно. Но ты это запомни, Лео, таков конец пирата, никто от этого не застрахован. Впрочем, лучше так, чем на виселице или на пыточном столе. Не знаю, в каких богов он верил при жизни, но пусть они принесут его душе покой.

— Мы победили? — спросил Лео, поражаясь слабости и медлительности своей речи.

— Отбили атаку, если ты об этом, — объяснил маг, делая последний стежок на лице Крыса и завязывая нить на узел, — и мы и другие, башни уничтожены, а противник сброшен со стен, армия герцога отступила и вернулась в лагерь, вот только далось это недёшево. Можно уверенно сказать, что гарнизон города умылся кровью. Нам ещё повезло, мы потеряли только двоих, в других местах погибло больше половины бойцов.

В разговор вступил стоявший у бойницы Гарт, он, благодаря своим доспехам, остался целым и невредимым.

— В самый напряжённый момент граф Веспер бросил в бой свою элиту, рыцарей, искусных фехтовальщиков, победителей турниров, сыновей благородных семейств. Они выполнили свою задачу, но при этом семь из десяти рыцарей пали в боях с наёмным сбродом. А раненых среди гарнизона столько, что я не знаю, кто будет отражать следующую атаку.

Где-то далеко, на самой грани слышимости, послышались крики. В лагере врага кто-то испытывал сильную боль.

— Ничего не пойму, — сказал Гарт, напряжённо всматриваясь вдаль, — что там происходит?

— Я могу тебе объяснить, — спокойно ответил Асмус, — яд, раненые стрелами как раз начали умирать, для этого требуется от четырёх до двенадцати часов, в зависимости от особенностей организма.

— Смерть от яда настолько мучительна, — с интересом спросил Гарт.

— Нет, что ты, — успокоил его Асмус, — всего лишь обморок, пена изо рта, судороги и остановка сердца. Неприятно, но ничего ужасного.

— Почему тогда они так орут? — не понял Гарт.

— Всё просто, — маг подошёл к неподвижно лежавшему Тилю, взял его за руку и стал считать пульс, — после первых смертей они догадались, что это яд, поэтому теперь пытаются остановить его распространение, а для этого прижигают раны калёным железом. Средство мучительное и бесполезное. В каком-то другом случае ещё может помочь, но против этого яда абсолютно бесполезно. Он попадает в кровоток сразу после ранения, а дальше начинает действовать, убивая нервную систему. И никакие манипуляции с самой раной помешать этому не могут. Существует для этого специальное противоядие, но его нет даже у меня.

— Что будем делать? — Гарт повернулся к капитану, — на ногах менее половины.

— Противник тоже пострадал, — спокойно сказал капитан, — сколько у них погибло? Никто не считал, вся округа телами завалена. И сейчас продолжают гибнуть от яда. Башен нет, а новые они построят не так быстро. Значит, будет долгая осада.

— Это нам только на руку, — согласился с ним Гарт, — благородные господа не любят затяжных кампаний, да и наёмники очень скоро начнут жаловаться на низкую плату, плохую еду и боевой понос.

— Кстати о поносе, — вскинул голову маг, — было бы не лишним сделать вылазку в их лагерь, отравим пару котлов с едой…

— Ты не о том думаешь, чародей, — оборвал его снова появившийся из ниоткуда граф, — совсем не о том. Нужно отравить самого герцога Борха. Или ещё что-то с ним сделать.

— Ваше Сиятельство, — уважительно обратился к графу маг, лихорадочно соображая, как бы поприличнее послать Его Сиятельство куда подальше, — вы представляете, как охраняют подобную персону в боевой обстановке?

— Представляю, — спокойно ответил граф, — а вы представляете, что такое десять тысяч марок?

— Пятнадцать тысяч я представляю себе гораздо лучше, — маг заметно оживился, — можно сказать, они стоят у меня перед глазами.

— Пусть будет пятнадцать, — граф никак не отреагировал на наглое поведение мага, — если вы сделаете дело, моя благодарность не заставит себя ждать. Я слов на ветер не бросаю.

— Но не сейчас, — возразил капитан, — пусть хоть люди встанут на ноги.

— Думаю, пара дней у нас есть, — спокойно согласился граф, — но не затягивайте. Очень скоро они оправятся от поражения, починят орудия и снова пойдут на приступ.

На этом Его Сиятельство предпочёл откланяться. Лео обратил внимание на свежие вмятины, покрывшие дорогие доспехи. Граф и сам успел поучаствовать в бою, глупо и безрассудно, даже Лео это понимал.

— На, хлебни, — маг протянул мальчику бутылку с тёмной жидкостью, наполовину пустую, — горькое, но поможет. Снимет боль, и ты заснёшь. А я займусь твоей костью, думаю, получится починить, перелом простой, без осколков. Только немного, один маленький глоток.

Горечь была такая, что Лео едва не вывернуло. Усилием воли он заставил себя это проглотить. Очень скоро боль прошла, уступив место какому-то непонятному блаженству. Дышалось легко и свободно, казалось, что тело его стало лёгким и вот-вот взлетит. А потом все эти ощущения сменились глубоким сном. Уже почти отключившись, Лео почувствовал чьё-то прикосновение к сломанной ключице, пусть, Асмус знает, что делает.

Утро принесло облегчение. Во-первых, прежняя боль куда-то ушла, осталась другая, тупая и ноющая, но совсем не страшная. Во-вторых, ушла тошнота и головная боль, он снова мог встать и пройти несколько шагов. В-третьих, порадовали друзья, Тиль открыл глаза, был он бледен, но умирать точно не собирался. Гил всё ещё был без сознания, но тоже не умирал. Остальные выглядели гораздо лучше, чем вчера, зато маг, явно лечивший их всю ночь, был сонным и уставшим.

— Что с врагами? — первым делом поинтересовался он у мага.

— Сидят тихо, — спокойно ответил маг, — что-то сколачивают, но атаковать сегодня явно не собираются.

— Что будем делать мы? — Лео, придя в себя, загорелся жаждой бурной деятельности.

— Сегодня ты будешь лежать, и завтра тоже, а завтрашней ночью мы пойдём к ним в лагерь. Ты готов?

— Может, возьмёшь кого-то другого? — спросил Гарт, — более опытного.

— Нет, — Асмус покачал головой, — я, Лео и Крыс.

Третий участник будущего покушения сидел рядом, тоже бледный, но безобразная рана на его лице, вчера зашитая магом, уже зарубцевалась. Явно не обошлось без целебных заклинаний.

День прошёл в целебном лежании, обильная пища добавляла сил. Асмус о чём-то напряжённо думал, его тревога передалась и мальчику. Только Крыс сидел на месте с абсолютно безразличным видом. Создавалось впечатление, что нервов у него нет вовсе. Опытный головорез привык рисковать, никакая опасность его не пугала, наоборот, в безопасности он чувствовал себя неуютно.

И вот наступило условленное время. За два дня они полностью оправились от ранений, у Крыса на лице был уже вполне заживший шрам, маг полностью избавился от синяков, а сам Лео перестал чувствовать слабость и тошноту, не говоря уже о ключичной кости, сросшейся за одну ночь. Никто никому ни о чём не говорил, просто начали сборы, почти сразу после того, как солнце коснулось горизонта. Все трое надели тёмную одежду, вооружились как можно легче. Лео захватил ятаган и тот самый нож, что когда-то снял с мёртвого крестьянина. Асмус намотал цепь на руку, а Крыс повесил на пояс длинный и тонкий кинжал.

Со стены спустились по верёвке, захватив доску, по которой перебрались через ров. Разглядеть их из лагеря врагов было невозможно. Отсчитав десяток шагов от края рва, маг взмахнул руками и открыл портал. Он был каким-то слабым и тусклым, но Асмус (отчего-то шёпотом) велел им шагнуть внутрь.

Как и следовало ожидать, выбросило их недалеко от вражеского лагеря. Лео, как ни странно, уже немного соображал в делах магии и понял, что маг выбрал только направление, а расстояние было определено заранее. Портал просто перестал действовать в пределах блокирования магии.

Все трое сразу залегли в траву и стали наблюдать за лагерем. Сказать, что лагерь был большим, — это не сказать ничего. Он был огромным. С небольшого пригорка, на который они заползли, чтобы осмотреться, были отлично видны вереницы палаток, уходящие куда-то за горизонт. Но это им ничем не помогло, палатки были простые, из дешёвой ткани и в каждой явно спало по десять-пятнадцать человек. Наёмники, презренная пехота, которую так ненавидят все благородные господа, что не мешает каждому, у кого есть деньги, охотно нанимать их для войны.

Но им было нужно другое, пришлось проползти довольно большое расстояние, прячась от конных патрулей. Справедливости ради, следует сказать, что патрули эти особо никуда не смотрели. Опасность со стороны города подразумевалась, но только в виде вылазки вооружённого отряда, который их внезапно атакует. Прозевать такую вылазку было сложно. В то, что благородный граф Веспер способен послать убийц, никто по-настоящему не верил. А зря.

Наконец, они нашли то, что искали. Место скопления огромных шатров из дорогих тканей, с шитыми золотом гербами. Где-то здесь должен был находиться и сам герцог, вот только где именно?

Резиденцию главного врага они нашли быстро. Герцог посчитал недостойным себя обитать в каком-то шатре, пусть и самом роскошном. Вместо этого ему прямо здесь отстроили из свежего леса подобие дворца. А над входом развевался флаг с гербом. Перед входом стояли два рыцаря в золочёных доспехах, которые вели себя достаточно безалаберно. Зевали, болтали о чём-то сонными голосами и уж точно не смотрели по сторонам.

— Нужно попасть туда, — прошептал маг.

— Я могу убить одного, — заявил Крыс.

— А мы возьмём второго, — добавил Асмус, — правда, Лео?

Мальчик молча кивнул, хотя понятия не имел, как можно подойти к двум людям, которые не спят, а потом убить их, да так, чтобы этого никто не слышал. А ведь ещё придётся пройти мимо нескольких шатров, пусть даже их обитатели сейчас спят, но какая-то стража должна быть.

В итоге поступили так. Асмус и Лео пошли пешком, выпрямившись в полный рост, а Крыс решил всё же перемещаться скрытно, так ему было привычнее, благо, пространство между шатрами освещалось слабо.

Быстро выяснилось, что люди здесь всё же ходят, спали далеко не все. То один, то другой благородный господин выходили из палатки и направлялись куда-то по своим делам. Или же, наоборот, возвращались откуда-то и заходили в шатёр. Асмуса это нисколько не смутило. Он вообще резко преобразился, сделал надменное лицо, выпрямил спину и шагал уверенной походкой. Внешний вид его соответствовал, под черным плащом, который он снял и выбросил, оказался дорогой костюм с золотым шитьём, делавший его похожим на аристократа. Попадавшимся навстречу господам он говорил какие-то фразы на непонятном языке, здоровался, шутил, вызывая смех, выслушивал что-то в ответ. Лео старался быть как можно более незаметным и потеряться на фоне мага.

Оказалось, что Асмус был отличным актёром. Что и неудивительно. Человек с отличным образованием, знающий кучу языков, много общавшийся с представителями аристократии, теперь он легко смог надеть чужую личину, как делал уже много раз, скрываясь от преследователей. Сложнее всего было сохранять спокойствие. Когда они подошли к деревянному дворцу, Лео шёпотом спросил:

— Как у тебя получается быть таким спокойным?

— Спокойным? — переспросил маг, — да ты смеёшься, парень. У меня поджилки трясутся, я живо представляю себя на пыточном столе, а фантазия у меня богатая.

Когда они подошли к стражникам, маг обратился к ним на непонятном языке, но стражник, стоявший ближе, только покачал головой и развёл руками. Асмус кивнул головой с понимающим видом и развернулся. Но тут же повернулся обратно, а в воздухе просвистела цепь.

Бронзовый шарик влетел рыцарю в переносицу, сделав в том месте глубокую вмятину. Рыцарь, залившись кровью, упал, с громким лязгом, открытый шлем сыграл с ним злую шутку. Всё бы ничего, но охранников было двое, а до второго дотянуться было сложнее. Он уже открыл, было, рот для крика, как невесть откуда появившийся Крыс вогнал ему клинок ножа в глаз. Упасть ему уже не дали, маг и разбойник, аккуратно подхватив убитого, внесли его в дверь, после чего вернулись за первым.

Никто со стороны ничего не увидел, но тот факт, что охраны у дверей нет, должен был насторожить любого. Времени было в обрез.

— Где он? — прошипел Крыс на грани слышимости.

— Там, — маг уверенно, словно уже бывал здесь, указал пальцем в тёмный коридор.

Крыс остался сторожить вход, а маг с мальчиком отправились на поиски герцога. Коридор привёл их к двери, за которой было просторное помещение, освещённое слабым светом нескольких свечей. Маг, который отчего-то идеально знал расположение комнат, показал на неё пальцем. Стараясь не скрипеть, они открыли дверь настежь. Их взглядам предстала широкая деревянная кровать, на которой лежал, накрывшись одеялом, мужчина лет сорока с холёным лицом. Асмус утвердительно кивнул и, положив руку на рукоять кинжала, шагнул за порог.

И тут произошло то, что серьёзно подмочило репутацию Асмуса, как главного специалиста по гадостям. Из порога и дверных косяков выскочили ветви какого-то гибкого растения, которые тут же схватили мага за горло, за пояс и за руки. Он захрипел и, едва дотянув руки до шеи, попытался ослабить хватку стебля. Но и о долге при этом не забывал, пинком забрасывая Лео внутрь комнаты. Маленький рост позволил ему пролезть через ветви.

Мальчик быстро подбежал к спящему мужчине и потянул из ножен ятаган, но, к счастью, поднял взгляд на мага, который, не желая кричать, да и не имея такой возможности, просто замотал головой, скосив глаза на нож Лео. Тот понял всё мгновенно, вытащил нож, разукрашенный рунами, и замахнулся. От колебаний воздуха спящий мужчина открыл глаза и, мгновенно сообразив, схватил Лео за горло одной рукой, только задушить маленького убийцу ему было не суждено, нож достиг своей цели, из горла герцога тугой струёй хлынула алая кровь, быстро заливая белую простынь. Через несколько мгновений хватка ослабла, а рука бессильно упала на кровать. Герцог Борха был мёртв.

А следом мальчик кинулся спасать мага, который уже посинел и закатывал глаза. Растение было прочным, но острой стали поддалось, в несколько взмахов Лео перерубил упругие тонкие побеги, а освобождённый маг, рухнул на пол, сдирая стебли с шеи и жадно хватая ртом воздух.

Но беды их не заканчивались. На шум из соседней комнаты прибежал некто, бывший, видимо, сыном убитого.

— Отец? — негромко вскрикнул он и ввалился в комнату, держа наготове длинный меч.

Ситуация, которая и без того ничем хорошим закончиться не могла, теперь резко ухудшилась. Драться с полноценным воином-аристократом, пусть и без доспехов, — это совсем не то, что зарезать спящего. Да и драться было некому, маг ещё не пришёл в себя, а из Лео боец и вовсе был никакой. Сын герцога это понимал, потому, наверное, и не стал звать на помощь. Взгляд его, полный ненависти, быстро скользнул по залитой кровью постели отца, а меч начал медленно подниматься. Но тут рука разжалась, меч упал на пол с глухим стуком, а сам сын герцога начал с хрипом оседать, изо рта его пошла кровавая пена.

— Долго я вас выручать буду? — проворчал Крыс, подхватывая за подмышки обмякшее тело убитого, — уходим отсюда.

Но и это был ещё не конец. В стене напротив входа открылась замаскированная дверь, в которую резко вошла женщина лет тридцати. Высокая, худая, с большой шапкой огненно рыжих волос на голове и одетая в мантию мага.

— Ты уже никуда не уйдёшь отсюда, Асмус Амадей ла-Семирон, — сказала она требовательно, в голосе звучали нотки истерии.

— Клара?! — воскликнул маг с притворной радостью, — ты ли это? Тебя не узнать, ты сильно постарела, в волосах седина и эта отвратительная бородавка на нижней губе.

Женщина вздрогнула и дотронулась до нижней губы, там, разумеется, ничего не было, жест был чисто рефлекторный.

— Ты попался Асмус, — проговорила она, стараясь выдерживать тон хозяйки положения, — и дело не в герцоге и его сыне. Оба были никчёмными самовлюблёнными болванами, которые только выполняли свою функцию, можно работать с ними, а можно и без них. А вот ты — дело другое. Ты будешь исключительно моим пленником.

Рыжая Клара оскалила в улыбке все тридцать два белоснежных зуба. Зелёные глаза её сверкнули в полумраке комнаты.

— И зачем я тебе понадобился? — спросил маг в том же издевательском тоне, — то есть, я понимаю, первая любовь не ржавеет, все эти годы ты представляла меня, когда ложилась с другими мужчинами, но, пойми меня правильно, я предпочёл о тебе забыть, люблю другую и у нас всё серьёзно.

— Шутить ты будешь, когда я доставлю тебя в Академию, — женщина зло прищурилась, — жаль, тебя приказано взять живым, а я так хотела содрать с тебя кожу.

— Странно, покойный Ласло не слишком-то старался взять меня живым. Видимо, на приказ ему было наплевать.

— У него это личное, у меня тоже, вот только я, в отличие от этого старого маразматика, верна долгу.

— И потому такая дура, — спокойно подытожил Асмус, — ты как меня захватить собралась, солнышко, если магия заблокирована в ноль? Хочешь в рукопашную подраться? Так бери меч.

Женщина на секунду замешкалась, о чём-то думая, потом, видимо, поняла, что действительно дура и сделала шаг в сторону. Там, на низком столике, лежал непонятный шарообразный предмет, накрытый плотной тканью. Когда она откинула эту ткань, под ней обнаружился шар, похожий на мраморный, светящийся тусклым оранжевым светом. Она провела по его поверхности маленькой ладонью и свечение погасло.

— А теперь, — громовым голосом произнесла она, поднимая руки, левая ладонь её светилась синим, а правая — красным. Ещё немного и страшное заклинание обрушится на них, — ты мой!

— Да пошла ты! — крикнул в ответ Асмус, втаскивая Крыса и Лео в открывшийся портал.

Выбросило их перед стеной, Лео больно ударился коленом о чей-то труп, уже начинающий понемногу вонять, Крыс едва не свалился в ров, но успел вовремя ухватиться за какой-то чахлый кустик. Асмус вскочил на ноги и, быстро осмотревшись, поднял глаза на верхнюю кромку стены и оглушительно заорал:

— Бееееерт!

— Чего орёшь? — далеко вверху раздался знакомый голос великана.

— Бросай верёвку! Быстрее.

Послышалась негромкая ругань и вниз упал конец пенькового каната.

Наступал рассвет, маг с деловитым видом смазывал непонятной остро пахнущей мазью синюю полосу у себя на шее, Лео сидел неподалёку и пытался оттереть от клинка запёкшуюся кровь герцога. Только Крыс сидел и с невозмутимым видом смотрел в небо, где уже собирались в стаи сотни жирных воронов, которые явились на пиршество, столь любезно предоставленное им людьми.

— Скоро здесь будет сильно вонять, — предупредил Асмус, — в таких ситуациях обычно по договорённости позволяли осаждающим убрать трупы.

— Увы, — сидевший тут же капитан зевнул и развёл руками, — договариваться нам теперь не с кем. Твоими, между прочим, стараниями.

— Я только в дверях постоял, — с серьёзным видом заявил маг, — это всё они, маленький пират и старый головорез. Ты и не представляешь, что там было. Они как начали всех ножами резать, только кровь по стенам потекла.

— Я кое-чего не понял, — задумчиво сказал Лео, глядя на мага, — можешь мне объяснить?

— Ты про эту рыжую бестию? — маг как-то гадко улыбнулся, — я буду сильно удивлён, если ты хоть что-то понял.

— И про неё тоже, но не только, — ответил Лео, — почему на тебя набросились эти стебли? Магия ведь не работала.

— Эти, как ты выразился, стебли не имеют отношения к магии. Это самое настоящее растение, выведенное магическим путём, но дальше растущее само по себе. Помнишь нашего Седрика? Вот, примерно, так же поступили с обычным растением, сделав из него сторожевую собаку.

— Как твой горох?

— Нет, горох повиновался заклинанию, чтобы сделать из него нечто подобное, ушла бы не одна неделя времени и уйма сил.

— А как тогда этим растением управлять? — не понял Лео.

— Никак, оно просто хватает любого, кто просунется в дверь.

— А сам герцог?

— А он пользовался другим входом, о котором мало кто знал.

— А почему нужно было убивать именно ножом?

— Помнишь, что я говорил тебе о заговорах от оружия? Так вот, это тоже магия, но магия совсем другого рода, её не заблокировать нашими средствами, она всегда с человеком.

— Но можно её победить?

— Именно, руны на клинке твоего ножа легко решали проблему.

— Странно, что герцог не вызвал графа на поединок, — вмешался в разговор Гарт, — его бы не взял клинок и графа бы не стало.

— Во-первых, руны на клинок наносит едва ли не половина аристократов, не только такие, ещё есть много других, так что заговор — не панацея, — начал терпеливо объяснять маг, — кроме того, есть у меня мысль, что эта война не была просто войной герцога, желавшего отобрать земли своего соседа. Есть что-то, о чём мы не знаем, и это вряд ли решалось убийством графа. Но, так или иначе, а блокировка любой магии, защитный заговор и сторожевое растение в покоях герцога позволяли ему ничего не бояться, ограничиваясь двумя караульными на входе и несколькими конными патрулями вокруг лагеря. Это его в итоге и погубило.

— Сказать по правде, — объяснил Гарт, — погубило его другое. Просто не принято в их кругах подсылать убийц, он надеялся, что с ним будут воевать честно, армия на армию, а граф не захотел проигрывать.

— И обратился к беглому магу, — закончил за него Асмус, — зато теперь он спасён. Наверное.

— А эта женщина? — спросил Лео — кто она такая?

— Клара, — Асмус задумался, погрузившись в воспоминания, — когда-то мы вместе учились в Академии.

— А там и женщин учат? — с интересом спросил Берт.

— Разумеется, — Асмус кивнул головой, — есть классы, набранные из девушек, среди них тоже встречаются магические способности. Правда, несколько иного рода, и, за редким исключением, они рано упираются в свой потолок способностей, конечно, есть ещё выход в совершенствовании техники и поиске новых средств, но это не одобряется преподавателями. Как бы то ни было, некоторое количество магичек, которых часто ошибочно именуют ведьмами, Академия выпускает.

— И что было с ней? — с интересом спросил Берт, предчувствуя скабрезную историю.

— С ней у нас было… — Асмус снова погрузился в раздумья, — всё. Всё, что только может быть у мужчины с женщиной. Много, часто и в какой угодно ситуации. Помню, мы даже в виварии постелили соломку между клеткой с василиском, и аквариумом с водяным, а потом…

— Монстры были в восторге?

— Да, но это не главное. Главное, что она всегда свято блюла все предписания руководства. В результате сама она так и осталась довольно посредственным магом, зато заняла место поближе к этому самому руководству. А маг-вольнодумец, обожавший совать нос в запретные знания, стал её тяготить, от связи со мной тень ложилась и на неё. Более того, подозреваю, что в последнее время она по заданию руководства следила за мной, и это благодаря её информации нашлись компрометирующие факты, которые и привели к изгнанию.

— И что было потом?

— Ничего особенного. Меня вызвали на совет магов, долго перечисляли мои прегрешения, причём, никто не задавал никаких вопросов, и никто не предоставлял доказательств, просто говорили о них, как о свершившемся факте. Кто-то просил смерти, кто-то — заключения под стражу, но, в итоге, обошлись изгнанием. Ласло содрал с меня мантию, а охрана вытолкала за ворота. Кое-какая сумма денег у меня была, на первое время хватило, а потом началось всё то, что привело меня на пиратский корабль. Теперь меня ищут все, кому не лень, включая магов, а за голову объявлена огромная награда.

— А теперь, среди прочего, на тебе висит убийство герцога, — добавил капитан с усмешкой.

— Оно ничего не изменит, — маг безразлично махнул рукой, — убийством больше, убийством меньше. Хотя доказать, что герцога убил десятилетний мальчик, будет сложно.

— А как Клара оказалась у герцога? — задумчиво проговорил Гарт, — или это совет магов разрешил герцогу напасть?

— Совет на словах декларирует всеобщий мир и претендует на звание главного миротворца, часто вмешивается в конфликты, когда королям нет дела. Вмешиваться в спор двух благородных господ на одной из сторон они бы точно не стали, — объяснил Асмус, но тут же добавил, — но и Клара пукнуть побоится без письменного приказа совета, а значит, они, как минимум, знали, что она здесь, и чем она занимается.

— А артефакты? — напомнил капитан.

— И они тоже, — Асмус сморщился, словно разжевал лимон, — ничего подобного она сама создать не способна. Всё это выдали ей в Академии. Вот только зачем? Есть что-то чего мы (я) не знаем. Пока не знаем.

Тут их беседа прервалась, на стену поднялся граф Веспер с многочисленной свитой из рыцарей и каких-то чиновников с бумагами. Обернувшись к Асмусу, он бросил небрежно:

— С тобой, маг, я поговорю позже, — после чего стал всматриваться вдаль, пытаясь разглядеть лагерь противника.

Капитан протянул ему подзорную трубу. Граф принял её с благодарным кивком и стал смотреть в окуляр.

— А почему ты ей так редко пользуешься? — спросил Асмус у капитана, — это ведь гениальное изобретение, никакой магии, всего лишь игра света в линзах.

— Боюсь разбить, — признался капитан, — такие делали только в одном городе на западе, стоят они баснословных денег, да и за деньги купить непросто.

— Вот только не рассказывай, что мы её покупали, — фыркнул Берт, — как сейчас помню Лойко, удиравшего по улице от стражи. Ему повезло, добежал до пристани и прыгнул на отходивший уже корабль. Разбил себе морду о палубу, но зато труба осталась целой.

Граф Веспер оторвался от трубы и объявил:

— Звуков отсюда не слышно, но ситуация мне ясна и так. Благородные господа, обнаружив своего сеньора мёртвым, собрались возвращаться домой и делить власть. Мои владения их теперь мало интересуют, главное теперь — вернуться в столицу раньше конкурентов.

— А неблагородные господа? — спросил капитан, также поглядев в трубу, — они тоже собрались что-то делать?

— А наёмная пехота сообразила, что им никто не заплатит, — граф усмехнулся, — да и город ограбить теперь уже не получится. Поэтому они решили задержать благородных господ и напомнить им, что пехота даром не воюет.

— Есть надежда, что подерутся? — заинтересованно спросил Асмус.

— Вряд ли, казна герцога никуда не делась, раздадут жалованье на неделю вперёд и распустят полки. Не захотят терять время.

— А куда пойдёт распущенная пехота? — спросил Гарт.

— Обычно добираются домой своим ходом, добывая пропитание разбоем. Их путь всегда легко отследить по разграбленным и сожжённым деревням, — объяснил граф, имевший, видимо, богатый опыт общения с наёмниками, — но им нужно на запад, а на пути все деревни безлюдны, люди здесь, в городе, запасы тоже. Нелегко им придётся.

— Может, попробовать перенанять? — предложил Сарим.

— Нет, — решительно ответил граф, — мне они без надобности, война закончилась, если начнётся снова, то очень нескоро. А казна мне пригодится для другого. Мне ещё лучникам нужно заплатить. И вам тоже.

Последняя фраза вызвала оживление. Только Асмус попросил графа переговорить наедине. Граф подозрительно на него посмотрел, но согласился. В сопровождении графской свиты они оба ушли в сторону замка. Остальная команда пока сидела на стене, глядя в след медленно удалявшейся пехоте противника. Конные рыцари ускакали гораздо раньше. Палатки были убраны, но на месте лагеря осталось много разного мусора, пустых телег и трупов.

— Сдаётся мне, — сказал Гарт, показывая пальцем в сторону открывшихся ворот, — не все они дойдут до дома.

А из ворот города уже выезжали кочевники, даже издалека было видно, что настроение у них отличное, плата от графа была щедрой, а теперь они ещё и поохотятся в своё удовольствие. Железные доспехи, снятые с убитых пехотинцев, — тоже неплохая добыча, которую потом можно продать на рынке. Как и самих пехотинцев в качестве рабов. Огромные колчаны были полны стрел, надо полагать, прихватили в дорогу все запасы из городского арсенала, если только они подходили по размеру. А ответить пехоте будет нечем, арбалетчиков почти нет, а пешком за лошадью не угнаться. Дорога домой будет дорогой смерти.

Асмус вернулся через час, угрюмый и задумчивый. Никому ничего не сказав, он предложил собираться. Награда от графа не заставила долго ждать, два огромных сундука с серебром рыцари принесли прямо сюда, ещё какой-то мешочек Асмус передал капитану лично, а следом вручил пакет с бумагами.

— Сожги, когда прочитаешь, — тихо проговорил он.

— А лошадей нам дадут? — спросил Берт, — не хочется пешком до моря топать, да и раненые ещё плохи.

— Берите раненых, сундуки, вещи, оружие и вперёд, — скомандовал Асмус, открывая портал.

— Что, все пройдём? — спросил с недоверием Гарт, — ты же говорил, что не получится.

— Шевелитесь, — маг недовольно оскалился, видно было, что процесс этот удовольствия ему не доставляет.

Один за другим пираты начали входить в портал, забирая с собой вещи и раненых, даже тела убитых не забыли, капитан велел похоронить их в море. Лео вошёл последним, за ним шагнул сам Асмус, который в этот портал вложил все свои силы, а теперь снова пошатывался от усталости, а после него портал захлопнулся. Они стояли на пристани города Барч, а неподалёку торчали мачты «Богини удачи». Настроение у всех резко поднялось, на корабль бежали, чуть ли не с песнями. Было, чему радоваться, дело сделано, денег получено море, теперь самое время расслабиться в каком-нибудь порту, вроде Кадиса, да не как в прошлый раз, а долго и весело.

Ключник, Дамир и Ларсен встретили их радостно, вот только гибель Кардифа и Буля её сразу сильно уменьшила. Капитан велел отплывать, а сам отправился в каюту, Лео даже показалось, что он услышал щелчок запора, капитан заперся у себя, хотя никогда этого не делал.

Магический ветер надул паруса, корабль развернулся кормой к пристани и направился в открытое море. Снова раздались крики Берта, матросы начали сноровисто подниматься на мачты, а Лео поспешил в каюту мага, пользуясь своей незаметностью.

Маг сидел за столом, попыхивая трубкой, и снова глядел в потолок стеклянными глазами, сложно было понять, о чем он думает и думает ли вообще. В такие моменты Асмус становился загадочным.

— Открой книгу и читай, — велел он, не меняя выражения лица и не поворачивая в сторону мальчика бессмысленного взгляда, — вслух.

— Какую? — спросил Лео, он уже достаточно неплохо читал, маг полюбил его слушать.

— Всё равно, какую, начинай, — маг выпустил к потолку клуб дыма и снова застыл.

Взяв книгу из глубины стопки, Лео открыл её ближе к началу и, отыскав начало параграфа, начал нараспев читать. Получалось у него всё лучше, читал он уже не по слогам, хоть и пока достаточно медленно.

— Яд чёрной гадюки с нагорья Земерт смертелен для любого человека при попадании в кровь. Суть его действия в сворачивании крови, происходит оно в течение трёх-пяти минут. Проверить это действие несложно, достаточно взять сосуд с кровью (любой) и капнуть туда маленькую каплю яда, очень скоро яд превратит эту кровь в студень. Поскольку мирное применение нерационально (есть некоторая возможность делать из него зелья для остановки кровотечения, но чрезвычайно трудно при этом соблюсти дозировку), применяется он только как яд. Для смазки клинков, наконечников стрел, потайных игл, отравленных перстней, и прочих орудий. Через желудок не действует, если нет ран во рту или пищеварительном тракте. Применяется в смеси с горной смолой, сохраняет ядовитость до полугода с момента получения. Противоядия нет, прижигания бесполезны, если не сделать их в первые же секунды, ампутация раненых конечностей также в большинстве случаев неэффективна.

Лео замолчал и посмотрел на мага, тот по-прежнему не подавал никаких признаков жизни, по крайней мере, разумной жизни. Трубка погасла, глаза, как и прежде, смотрели в одну точку.

— Продолжай, — едва слышно произнёс он.

— При необходимости совершить отравление с пищей, — продолжил Лео, бросая косые взгляды на мага, — желательно использовать млечный сок растения красноглазки, сам по себе этот сок не ядовит и даже иногда используется, как лекарство, но в смеси с золой от сгоревшего сердца нетопыря и желчью взрослого барана (пропорции прилагаются) получается первосортный яд. Действует он наподобие заболевания печени, человек принявший малую дозу этого яда с пищей, ещё длительное время чувствует себя хорошо, только к концу первых суток появляется боль в правом боку и горечь во рту, изредка также желтизна в глазах. А ещё спустя четыре часа боли становятся невыносимыми, после чего наступает скоропостижная смерть. При вскрытии тела обнаруживается почти полное разложение печени. Полноценного противоядия нет, но если вовремя узнать о принятии яда, то можно дать отравленному слабительное или сделать клистир, учитывая, что усвоение яда в кишечнике занимает от двух до четырёх часов, вполне можно спасти отравленного, снизив полученную им дозу до несмертельной.

Маг уронил голову на стол и заснул, Лео забрал из его руки потухшую трубку, накрыл пледом и более не тревожил. Книгу он не стал закрывать, пододвинувшись к иллюминатору, он продолжил читать про себя, в книге перечислялись ещё более жуткие яды, которые нужно было давать с пищей, водой, впрыскивать в кровь, намазывать на кожу и волосы. Одни из них действовали мгновенно, другие с опозданием, третьи вызывали чудовищные болезни и уродства, четвёртые — сумасшествие, которое при желании могло быть обратимым и необратимым. От подробностей пробирал мороз по коже, но читал Лео с интересом. Ближе к ночи, когда читать было уже трудно, а лампу зажигать было лень, мальчик с сожалением захлопнул книгу и, свернувшись на сундуке, благополучно заснул.

Проснулся он глубокой ночью, когда маг, поднявшись, зажёг лампу щелчком пальцев. Но глаза открывать не стал, продолжая притворяться спящим. Маг вздохнул, встал со стула, с кряхтением разминая затёкшие ноги, после чего вышел на палубу. Немного полежав, мальчик медленно поднялся и, стараясь не шуметь, направился следом.

На корабле царила тьма, Лео едва не наступил на спящего Радко, который, будучи вахтенным, тем не менее, бессовестно дрых, растянувшись прямо на палубе. Впрочем, делать было нечего, паруса были убраны, а корабль спокойно дрейфовал по воле волн. Только на корме мелькал одинокий огонёк, у которого кто-то вёл неспешную беседу, слов было не разобрать, поэтому мальчик подошёл поближе, тихо ступая по доскам палубы босыми ногами.

У крошечного огонька масляного светильника сидели Асмус и Сарим. Капитан, напрягая зрение, читал какую-то рукопись, надо полагать, из той пачки, что дал ему маг. Дочитав, он скомкал бумагу и поднёс её к пламени светильника. Рукопись вспыхнула ярким жёлтым пламенем, едва не опалив руку капитана, он сдул пламя и бросил за борт недогоревший уголок.

— И что ты думаешь? — хмуро спросил он у мага, — есть какие-нибудь шансы?

— Шансы есть всегда, — невозмутимо ответил маг, — нужно только уметь их использовать. И ещё, неплохо было бы определиться, чего мы хотим?

— То есть?

— Ну, смотри, — начал объяснять маг, — если мы просто хотим жить, то это одно. В этом случае следует отогнать корабль в тихое место и затопить. Казну поделить на всех и разбрестись в разные стороны, желательно, подальше один от другого, так меньше шансов через одного выйти на остальных. Деньги у нас есть, на каждого выйдет большая сумма, тем более, что двоих уже нет.

— А другой вариант? — капитан невесело улыбнулся одним краем рта, отчего левый ус встал торчком.

— А другой состоит в том, чтобы выполнить задание графа, связаться с принцем Энгелем (или он уже король?), сделать ещё несколько рейсов, связавшись с другими владыками, помочь в создании коалиции, помочь выиграть битву, в которой против нас будет половина обитаемого мира, включая несколько десятков сильнейших магов и многочисленный флот Хорна. Девяносто девять шансов из ста, что все мы отправимся на корм рыбам, хорошо, если не по частям. И один шанс, что после многолетней изнурительной войны, если победит наша сторона, те из нас, кому посчастливится выжить, станут благородными господами, получат земли и титулы.

— Завтра я поговорю с командой, кто захочет уйти, уйдёт.

— Объяснишь им всё?

— Только общее положение дел и степень риска. В любом случае, если уйдёт хотя бы половина, корабль перестанет быть кораблём. Нас и сейчас слишком мало, мы едва справляемся с парусами, понадобятся ещё люди.

— Найдём, — спокойно сказал маг, — так же, как нашли этих. Люди, которым нечего делать на суше, будут всегда.

— На что они вообще рассчитывают? — спросил капитан, сменив тему.

— Кто?

— Те, на чьей стороне мы собираемся сражаться. Граф Веспер, принц Энгель, ещё дюжина правителей, которых я в глаза не видел, но которые собираются сопротивляться.

— Ну, в открытом бою они значительно сильнее, вот только никто с ними в открытый бой не вступит. Яд, предательство, золото и магия, — этим погубят каждого.

— Отличная перспектива, — капитан усмехнулся, — иди отдыхать, Асмус, завтра всё решим.

Маг кивнул, но остался сидеть на месте, почему-то застыв, как статуя. Лео, сообразив, что ничего интересного уже не услышит, хотел уйти, но, развернувшись, нос к носу столкнулся с магом.

— У кого-то слишком большие уши? — ледяным голосом поинтересовался маг, — твоя покойная мама не говорила тебе, что подслушивать чужие разговоры нехорошо?

— Но я ведь… — начал, было, оправдываться Лео, обернувшись назад, фигура застывшего на месте мага исчезла, превратившись в облако дыма, — вы ведь завтра всё всем расскажете.

— Это будет завтра, и расскажем мы не всё, а ты по своей воле узнал много лишнего.

— И что меня теперь, убить за это? — жалобно проговорил Лео.

Маг вздохнул.

— Если подходить с этой стороны, то убить надо весь экипаж, а от него и так ничего не осталось. Иди в каюту.

Было уже далеко за полночь, когда Асмус закончил объяснять мальчику ситуацию, в которую он попали. Наконец, маг замолчал, уже, кажется, в десятый раз раскуривая трубку.

— И что с нами будет? — Лео был встревожен, но объём полученной информации оказался слишком велик, чтобы поместиться в детской голове, а потому настоящего страха не было.

— Ты ведь слышал, что я говорил Сариму, зачем спрашивать ещё? Разница только в конкретном виде смерти. Клинок, петля, яд, морская вода, осиновый кол, топор палача. Люди очень изобретательны в убийстве себе подобных.

— А что могу сделать я?

— Тебе, Лео, десять лет. Ну, пусть, одиннадцать. Ты уже убил полдюжины человек, включая одного герцога. Ты пока ещё маленький и слабый, но это ненадолго, кроме того, у слабых тоже есть оружие — мозги. Я постоянно тебя ругаю, называю никчёмным и бездарным, но это только принцип воспитания. Сказать по правде, ты талантливый парень, уже тот факт, что ты быстро выучился читать, говорит о многом. Теперь ты читаешь сам и запоминаешь прочитанное, от этого любой человек становится умнее. Тренируй память, это не сложнее, чем тренировать мускулы. Память человека бездонна, возможно, у неё есть пределы, но человек слишком мало живёт, чтобы получить столько знаний. Очень скоро мы начнём играть в прятки со смертью. Я так уж точно, а ты будешь рядом со мной. Или не будешь, завтра сделаешь выбор. Подумай хорошо.

Маг замолчал и потушил лампу. Лео прилёг на сундук, но заснуть не смог до утра.

Утро было сырым и промозглым. Налетел какой-то циклон, принёсший похолодание в тёплые воды, помимо этого накрапывал мелкий дождь, водяная пыль висела в воздухе, одежда быстро отсыревала, хотелось сидеть у огня, согреваясь вином с горячей закуской.

Команда собралась на палубе. Лица были хмурые, под стать погоде. Посреди корабля лежали два тела, завёрнутые в плотную ткань. Кардиф и Буль. Капитан сказал прощальную речь:

— Сегодня мы хороним своих друзей, боевых товарищей, братьев. Нам будет их не хватать, оба были хорошими людьми, обоих мы любили. А теперь их нет, они пали в бою, сражаясь за добычу, такова судьба пирата. Каждого из нас ждёт подобная участь, раньше или позже. Не знаю, в каких богов они верили, не знаю, что ждёт их за гробом. Скажу только, что в нашей памяти они останутся навсегда и послужат примером смелости, решимости и верности боевым товарищам. Начинайте.

Он кивнул Берту, а тот подхватил свёрток побольше, Кардифа. Позади него Джума поднял на руки Буля. Они поднесли тела к борту и аккуратно отпустили над водой. С тихим плеском они упали в воду, видимо, к телам привязали груз, поскольку оба быстро ушли на дно.

— Покойтесь с миром, друзья, — тихо проговорил капитан.

— Покойтесь с миром, — эхом отозвалась команда.

Некоторое время все стояли молча, но попытку разойтись капитан пресёк. Некоторое время он молчал, подбирая слова, потом произнёс:

— Друзья мои, — капитан сделал паузу, — не далее, как вчера, мы все влезли в грязную игру больших людей. Теперь нам предстоит выполнить грязную работу для одной стороны в большой войне. Сразу скажу, что для нас это будет игра со смертью, и отказаться мы не можем, наш корабль уже известен всем, никто про нас не забудет и не успокоится, пока мы не сдохнем. Я предлагаю вам сделать выбор. Мы можем только навсегда исчезнуть, сделать это нетрудно, мы затопим корабль, сойдём на сушу и разойдёмся в разные стороны, казну я разделю поровну. Кое-кто, например, Асмус, никогда не смогут исчезнуть, слишком многие его помнят и хотят его крови, то же самое теперь можно сказать и обо мне. А вы, простые моряки, вполне сможете потеряться в толпе и зажить новой жизнью, денег хватит, чтобы купить участок земли, растить урожай, завести семью, ну, или открыть таверну, или просто всё пропить и сдохнуть под забором.

— Сам-то понял, чего сказал? — с циничной ухмылкой спросил Асмус, — земля, урожай, таверна, семья, куча детей. Ты на рожи их посмотри. Только последнее и остаётся.

— Понимаю, что этот выбор не для вас, но я должен был его вам предложить. В противном случае, большинство из нас ждёт лютая смерть, но есть какой-то маленький шанс выйти из этой переделки живыми и получить богатство и даже титул. Я хочу, чтобы каждый из вас высказался, согласен ли он продолжать, кто откажется, тому я выдам его часть добычи и высажу в ближайшем порту. Говорите по старшинству. Лео?

— Я останусь с вами, — просто и без затей ответил мальчик, — не хочу возвращаться на сушу, там меня никто не ждёт, не хочу обрабатывать землю, не хочу жить на одном месте. Мне понравилось в море, мне интересно. Короче, я с вами.

Асмус улыбнулся, красивая фраза подопечного доставила ему удовольствие.

— Гил?

— Чего я там забыл? Верблюдов пасти? Да я их и раньше терпеть не мог, а теперь и подавно. Остаюсь.

— Дамир? Ларсен? Вы на суше точно приживётесь, а с деньгами и подавно. Выбирайте.

— Нечего тут выбирать, Сарим, мы с тобой с самого начала, так и теперь никуда не пойдём, если нужно помереть, то помрём вместе, прикрывая друг другу спины.

— Гарт? Ты мог бы пойти в дружину к какому-нибудь барону.

— Мой отец князь, служить барону — бесчестье. А серьёзно, я вообще никому не хочу служить, здесь я сам себе хозяин.

— Крыс? Что ты думаешь?

— Ничего, — просто и спокойно ответил разбойник, — я вообще редко думаю. Чего мне делать там? Опять разбойничать, так ведь всё равно поймают и казнят. А деньги, зачем они мне, я ими и пользоваться не умею. Если выбирать, где сдохнуть, то я выбираю корабль.

— Ригг?

— Меня всю мою недолгую жизнь топтали те, кто выше, а теперь я свободен и перережу глотку любому, кто косо на меня посмотрит. Это стоит смерти.

— Аскольд?

— Остаюсь, — ответил стрелок, предпочитая ничего не объяснять.

— Кирша?

— Охотиться на людей интереснее.

— Теперь дичью будешь ты, — напомнил капитан.

— Посмотрим, — с улыбкой ответил охотник.

— Радко?

— Предлагаешь вернуться в цирк? Развлекать толпу? Никогда, лучше помереть с вами.

— Тиль?

— Я не боюсь смерти, только после смерти я увижу свою любовь, так что, нет смысла от неё бегать.

— Лойко?

— Жизнь вора всегда опасна, и везде можно погибнуть, мне приятнее остаться с вами.

— Ключник?

— Сдохнуть от пьянства можно на корабле точно так же, как и на суше. А если меня убьют чуть раньше, то что это изменит?

— Серджио?

— Я на суше никогда не жил, — спокойно сказал матрос, — а начинать уже поздно.

— И я тоже, — Юрген не стал ждать вопроса.

— Джума?

— У меня на родине культ геройской смерти, всегда почётно умереть от клинка или когтей льва, а не от старости и болезней, не знаю, что нас ждёт, но можете надеяться на меня.

— Меня тоже можно не спрашивать, — сказал Склир, — если бы я хотел покоя и долгой жизни, то стал бы купцом, как мой отец и братья. А став пиратом, я дал согласие на риск. Если теперь риск будет больше, то что с того?

— Берт?

— А сам-то как думаешь? — гигант с ухмылкой почесал недавно отросшую короткую бороду.

— Тебя спрашивать не буду, — капитан посмотрел на Асмуса. Потом он обвёл взглядом команду и продолжил:

— Теперь слушайте меня, мы больше не пираты, мы — военный корабль, на службе… пусть у принца Энгеля, будущего короля Палантины.

— И что нам нужно делать? — поинтересовался Берт.

— Добраться до принца, передать послание, постараться при этом выжить.

— А сроки?

— Любые, а зачем тебе?

— Просто команда взяла большую добычу, неплохо бы отметить.

— Да, — добавил Джума, — обидно будет погибнуть, не успев пропить нажитые деньги.

— Если найдётся порт, который нас примет. Может, потерпим до Палантины? — предложил капитан.

— Не факт, что мы туда доберёмся, — напомнил Асмус, — да и развлечения там так себе, только пьянство. Есть отличная гавань на острове Варана, там нет магов, графов, герцогов, но вино и шлюхи точно есть.

— Мысль хорошая, — капитан кивнул, идём туда, — просто отличная мысль, поворачивайте на северо-запад.

С попутным ветром на этот раз не заладилось, время года сменилось, сменилось и направление ветра, Асмус быстро выдыхался и шёл к себе в каюту отдыхать, судно шло широким зигзагом, а вся команда отчаянно старалась поймать ветер. В итоге, путь, который занимает от силы три-четыре дня, они прошли за неполные две недели.

Остров Варана находился в самом центре Срединного моря, название он получил от обитавших там когда-то гигантских варанов, теперь их уже почти не было, но название сохранилось. Сорок миль в поперечнике, неправильной формы с несколькими удобными бухтами. В древности здесь жило небольшое дикое племя, которое скоро перестало быть диким, поскольку регулярно пополнялось жертвами кораблекрушений и беглыми моряками. А чуть позже некие купцы решили, что острову прекрасно подойдёт роль перевалочной базы. Очень скоро на острове вырос город, не то, чтобы большой, но занимал он едва ли не всю территорию острова, поскольку строился очень широко. Со всех сторон сюда потянулись предприимчивые люди, сообразившие, что порт на перекрёстке торговых путей — место во всех отношениях привлекательное. Здесь держали склады, занимались торговлей (в основном оптовой), производили кое-какие ремесленные товары и, как же без этого, давали отдых морякам, уставшим от скитаний по морю. Мягкий климат позволил отвести под виноградники едва ли не половину острова, скотина паслась на вечнозелёных лугах круглый год, так, что вина, мяса и сыра здесь хватало всем, а хлеб на остров завозили извне. Ну и конечно, проститутки, которыми, как ни странно, чаще всего становились представительницы коренного народа. Они занимались своим ремеслом с позволения мужей и отцов, которые ссылались на древний обычай отдаваться чужакам, чтобы принести в племя свежую кровь. Правил островом небольшой совет из самых богатых купцов, они же держали небольшое наёмное войско для обороны от пиратов и поддержания порядка в городе.

В одну из бухт острова ранним утром вошёл бриг «Богиня удачи». Пришвартовавшись у причала и бросив трап, капитан, в сопровождении помощника и мага направился к местному начальству. Асмус уже по привычке изменил внешность, сбрил бороду, а длинные волосы покрасил в чёрный цвет и расчесал так, чтобы они падали на лицо. Лео не знал, о чём они там разговаривали, но все трое вернулись довольными и приказали команде разгружаться.

Моряки не заставили себя просить дважды, стройной толпой они двинулись в сторону большого деревянного здания. Здесь, на острове, вообще большинство зданий были деревянными. Там их усадили за длинный стол и стали вносить одно за другим блюда с закусками. Судя по запаху дыма, где-то поблизости растопили большую печь, так что на очереди были горячие блюда. Вся команда, не дожидаясь вина, набросилась на отборное угощение. На корабле обязанности повара исполнял теперь Ключник, которому до покойного Кардифа было далеко. Стряпню старого пьяницы мог есть только он сам, да и то, только запивая вином.

Скоро подоспела выпивка, толпа слуг прикатила бочку, высота которой была такова, что Берт едва дотягивался до верха, а обхватить её могли только вчетвером. Ароматная тёмно-красная жидкость мощным потоком хлынула в кувшин, а уже оттуда вино разлили по кружкам.

На вкус вино было отменным, так что и Лео, несмотря на прошлый печальный опыт, с удовольствием отхлёбывал из кружки. Мясо здесь подавали очень солёным и с большим количеством специй, что стимулировало жажду и увеличивало потребление вина. Неподалёку играла негромкая музыка, которая поддерживала атмосферу веселья, но не мешала разговаривать. Очередную смену блюд принесли несколько смуглых молодых девушек, одетых только в короткие набедренные повязки и нити разноцветных бус. Их появление команда встретила одобрительным гулом.

Как всегда в таких случаях, очень скоро команда насытилась и живо заинтересовалась девушками, первым среагировал Берт, подхватив худенькую смуглянку одной рукой, так, словно она вообще ничего не весила, после чего проследовал в небольшую комнатку с кроватью. Таких комнат, вход в которые открывался прямо из зала, где они пировали, насчитывалось не меньше десятка, двери в них начисто отсутствовали, но это никого не смущало, никто не делал тайны из своих занятий. Очень скоро из комнаты послышались стоны девушки и кряхтение Берта.

Остальные тоже быстро выбирали себе пару, одна из девушек, самая молодая и стройная, присела на колени Лео и что-то быстро зашептала ему в ухо. Языка он, разумеется, не понял, но по тону понял, о чём она ему говорит. Лео нежно погладил её по бёдрам, а она показала глазами в сторону комнаты. Намёк был, яснее некуда. Не будучи уверен в своих силах, которые по причине выпитого вина могли и подвести, он не стал хватать её на руки, а просто взял за руку и повёл в только что освободившуюся комнату. Там царил полумрак, немного рассеиваемый только светом, падающим из зала.

В отличие от прошлого раза, Лео не испытывал стеснения, и причиной тому было отнюдь не выпитое вино. Во-первых, сказался прошлый опыт, во-вторых, девушка была старше, но ненамного, всего на три-четыре года, а потому и отношение к ней было не такое трепетное. Очень скоро они нашли общий язык и провели вместе не менее трёх часов. Соседи справа и слева тоже развлекались, как могли, что прекрасно было слышно через тонкие стены, прерываясь для того только, чтобы выпить ещё одну кружку вина и подкрепить силы куском жареного мяса.

Была уже глубокая ночь, когда девушка (Лео с большим трудом выяснил, что зовут её Анисса) заснула прямо на застеленной жёсткой циновкой кровати. Лео хотел её накрыть, но не нашёл ничего, кроме своей рубахи, которую предпочёл натянуть на себя.

Когда он вышел в зал, за обширным столом уже почти никого не было. На одном краю сидел Берт, который со смехом рассказывал Крысу какую-то историю, Крыс юмора не понимал, но на всякий случай улыбался. На другом конце стола сидели Асмус и Сарим, от обоих крепко разило вином, но признаков опьянения заметно не было. Лео спокойно подошёл и сел рядом, взяв в руку кружку с вином.

— Не нравится мне здесь, — настойчиво проговорил Асмус.

— Не нравится, или есть опасность? — не понял капитан.

— Опасность, именно опасность, — маг поёжился, — не могу объяснить, просто кожей чувствую. В случае чего мы сможем сбежать?

— До корабля полсотни шагов, отойти от причала с твоей помощью недолго, проблема в том, что вход в бухту перекрывают цепями, выбраться будет непросто.

— Цепи я возьму на себя, — безразлично сказал Асмус, — напасть могут прямо здесь, а команда к бою не готова. Мало того, что все перепились, так ещё и оружие осталось на корабле.

В комнатах началась какая-то суета, девушки начали разбегаться, Лео поймал за руку Аниссу. Девушка на секунду остановилась, поцеловала его и прошептала на понятном языке, почти без акцента:

— Бегите отсюда, в городе враги.

Вырвав у него свою руку, она побежала на выход. Лео раздумывал не больше секунды, глянув в глаза капитана, он сказал только одно слово:

— Тревога.

Как оказалось, услышал его не только капитан, но и другие участники застолья.

— Тревогааааааа!!! — заорал Берт так громко, что на столе упали несколько кружек.

Моментально протрезвевшие пираты, которые только что пребывали почти без сознания, теперь вскакивали на ноги, натягивали штаны и сапоги, доставали ножи и направлялись к кораблю.

Им попытались преградить путь солдаты с алебардами. Первому сильно не повезло, как только он выскочил на пристань, около него тут же материализовался Крыс, вогнавший кинжал в щель между доспехами. Алебарду из мёртвых рук выхватил Берт, который тут же, раскрутив её над головой, обрушил страшный удар на голову следующего, разрубив стальной шлем вместе с головой.

Асмус, который был сам себе оружием, применял магию, но, опасаясь задеть своих, обходился слабыми заклинаниями местного действия. Но и этого хватало с лихвой, уже трое пехотинцев дымились лёжа на пристани, а из-под кирас у них высыпался пепел.

На корабль они в итоге пробились, а там, расхватав оружие, заняли оборону, одновременно поднимая паруса. В их сторону уже бежал отряд в полсотни человек, но это мало, что значило. Асмус метнул в их сторону привычный уже воздушный «снежок», разметавший их в стороны, причём, подняться потом смогли едва полтора десятка.

— Займись ветром, — приказал магу капитан, — их мы и без тебя удержим.

Маг согласно кивнул, но уточнил:

— Языка взять не забудьте.

После чего бегом побежал на корму вызывать ветер.

А враги приближались. Встречали их: капитан с мечом, Берт с длинной трофейной алебардой, Джума с секирой, Аскольд, спешно заряжающий арбалет, Гарт, непонятно когда успевший натянуть кольчугу, и наконец, Радко, державший в длинной руке протазан. Сбоку пристроился и Лео, обнаживший ятаган. Численное преимущество было у противника, но это ничего не значило. Двое упали ещё на бегу, сражённые арбалетными болтами в прорезь шлема. Аскольд никогда не промахивался.

Да и запрыгнув на корабль, они не проявили особых талантов. Удар Джумы обрубил древко алебарды первого солдата, оставив его с короткой палкой в руках. Капитан отбил удар мечом и тут же, прорвавшись на короткую дистанцию, поразил противника в бедро. Берт просто прыгнул вперёд, держа алебарду посередине, спихнув двоих нападавших за борт, что, с учётом тяжести доспехов, было равносильно смерти. Ещё двое пали от меча Гарта, потомственный аристократ превзошёл сам себя. Отличился и Лео, отточенным уже приёмом, он прошёл в ноги солдата, который пытался достать концом алебарды Джуму, и тут же полоснул его кривым клинком по бедру спереди, разрезая плотные шерстяные штаны и мясо, почти до кости. Кровь хлынула ручьём, а солдат упал. Те, кто к этому времени оставался ещё на ногах, а было их четверо, предпочли поскорее сдаться, бросив оружие на палубу, корабль отошёл от пристани, бежать им было некуда, а к месту драки уже подходил Асмус, на ладони которого расцвёл готовый огненный шар.

— Готово, — доложил он капитану, — от причала мы отошли, теперь нужно выйти их бухты.

— Ты говорил, что она перегорожена.

— Сейчас я этим займусь, а вы пока повяжите их. Пригодятся для допроса.

Асмус действительно занялся цепями, которые перегораживали выход из бухты. Они тянулись вправо и влево, до стоявших на выходе башен. Лео подумал, что маг сейчас разорвёт цепи каким-то заклинанием, но тот просто раскинул руки вправо и влево, в башнях что-то загрохотало и цепи благополучно ушли на дно. Путь был свободен.

То есть, он был бы свободен, если бы не два корабля, стоявших на пути брига. В их принадлежности не оставалось сомнений, эти корабли уже встречались им как-то, оставив не самые лучшие воспоминания.

— Хорн, — капитан скрипнул зубами от злости.

— Хорн, — спокойно подтвердил маг, — я это понял ещё по доспехам солдат.

— Есть у меня подозрения по поводу того, кто ими командует, — поведал Берт, — это наверняка один рыжий барон, которого мы когда-то одурачили.

Так это было, или не так, проверить не представилось возможным. Корабли стояли, готовые к бою, абордажные команды стояли у борта, собираясь прыгать на их корабль.

— Я думаю, — сказал Асмус каким-то безразличным тоном, — что скрываться уже нет смысла.

— Весь мир знает, что ты у нас на борту, так что не стесняйся, — подбодрил его капитан, и тут же добавил, — жги!

И Асмус зажёг. Собственно, его заклинание не было похоже на классический огненный шар, которым так удобно зажигать корабли противника, это было нечто среднее между огненным шаром и воздушным «снежком», названия никто не знал, но сработало безотказно. В борту корабля, что стоял левее, была пробита дыра, в которую смог бы пролезть человек, толстый слой прочного дерева разлетелся горящими щепками, края пробоины тлели яркими оранжевыми углями, которые, правда, почти сразу погасила морская вода. Пробоина была как раз на уровне воды, которая, таким образом, стала проникать внутрь судна, а само судно, соответственно, начало тонуть, кренясь на левый борт, отчего поток воды в трюм только усиливался.

Команда «Богини удачи» разразилась радостными воплями, а маг в это время напряжённо работал над следующим заклинанием. На этот раз он придумал нечто новое, по крайней мере, никто раньше такого не видел. Вода под кораблём вдруг вскипела наподобие пены, а сам корабль начал погружаться в глубину, он бы утонул, но в последний момент вода вытолкнула его наружу, при этом, от резких рывков несколько бойцов попадали за борт.

Маг громко выругался, после чего применил новое заклинание. Что произошло с кораблём хорнийцев, никто не понял, из всех щелей повалил дым, команда дружно упала на палубу и начала кататься, кашляя, хватаясь за горло и стуча кулаками в грудь.

Надо будет доработать заклинание, — проворчал Асмус и с недовольным видом пошёл к себе в каюту, — не всегда срабатывает, размер корабля не учёл.

Их корабль прошёл на расстоянии четырёх шагов от хорнийского, но это ничем не грозило, запрыгивать к ним на борт было некому. Дым рассеялся, но все солдаты на борту корабля валялись вповалку, раздирая себе горло ногтями и посинев от кашля. «Богиня удачи» на всех парусах шла на север в королевство Палантина.

Уже третий солдат отправился за борт. Не то, чтобы они отказывались говорить, просто хорнийский язык плохо знали и Асмус и Склир, не говоря уже про остальных. А потому допрос превращался в простое мучительство без какого-то внятного результата. Теперь Берт приволок последнего, четвёртого. Его раздели до пояса и привязали к фок-мачте, вокруг которой всё было густо заляпано кровью. Асмус начал перебирать инструменты.

— Я всё скажу, — заявил солдат на понятном языке, почти без акцента, — не нужно этого.

— А кто тебе сказал, что я собираюсь тебя о чём-то спрашивать? — с улыбкой спросил маг, — ты не думал, что информация, которую ты мог бы выложить, мне вовсе и не нужна?

— Но, — солдат испуганно покосился на щипцы, которые маг положил нагреваться в огонь спиртовки, — зачем тогда меня пытать?

— Во-первых, — начал перечислять Асмус, загибая пальцы, — это мне доставляет огромное удовольствие, во-вторых, твои страдания создают отличный энергетический фон, который помогает эффективнее применять заклинания, в-третьих, есть у меня и научный интерес, другими словами, пытка — это эксперимент, а результатом этого эксперимента станет новое знание.

— Какое знание? — глаза солдата от ужаса становились всё шире.

— Разное, — с важным видом ответил Асмус, рассматривая странного вида инструмент, похожий на большие кусачки, — например, я смогу узнать, какую боль человек вообще сможет вытерпеть и в какой момент он сойдёт с ума. Или опробовать новые методы лечения, буду наносить тебе раны, и лечить их, а потом наносить новые, и снова лечить, и так далее, пока ты не умрёшь. Можно также с помощью хирургии, магии и алхимии сделать из тебя отменного урода, которого я потом буду показывать на ярмарках за деньги. Последняя мысль мне более всего по душе.

— Не надо, — солдат, которому ещё никто ничего не сделал, был бледен, как полотно, мелко дрожал и готов был разрыдаться, — пожалуйста, не надо со мной такого делать.

— Что-то я проголодался, — Асмус встал и потянулся, — пойду чего-нибудь проглочу. Никуда не уходи.

Он подмигнул солдату и ушёл к себе в каюту. Его место занял Берт, он рассмотрел инструменты и тяжело вздохнул.

— Как тебя зовут? — спокойно спросил он у солдата.

— Амбер, — дрожащими губами ответил он, — пожалуйста, убейте меня.

— О, нет, парень, так не пойдёт, — Берт помахал у него перед носом огромной ладонью, — поверь, тут никто не хочет разозлить нашего мага, убить тебя — это всё равно, что конфету у него изо рта вынуть, такое он не прощает. Так что, извини, но помучиться тебе придётся. Но ты не переживай, он быстро устаёт, пытки никогда не занимают больше часа, или двух. За это время ты успеешь превратиться в мешок с переломанными костями, но потом он тебя подлечит. Правда, кости обычно срастаются, как попало, так что человек начинает смахивать на каракатицу.

Глаза солдата стали закатываться, дыхание его стало частым и неглубоким.

— Но, посуди сам, — начал объяснять Берт, — вы сами разве не собирались сделать то же самое с нами? Разве ваши палачи добрее, разве не пытками вы собирались получать информацию от нас? А если так, то нет нужды давить на жалость, за жалостью не к нам, нам это чувство неведомо.

— Мы вовсе такого не хотели, — жалобно проблеял солдат, — нам приказали захватить вас живыми, а потом доставить в Хорн, в замок князя. В первую очередь, капитана и мага, ещё нам приказали захватить мальчишку, он тоже зачем-то понадобился.

— Ты хочешь сказать, — с притворным интересом спросил Берт, — что в замке князя нас всех накормили бы пряниками и напоили сладким вином, ну, или что там у вас пьют?

— Нет.

— Вот именно, ты собирался обречь нас на пытку. Всех, включая и молодого парня, которому от роду одиннадцать лет. Так?

— Да, — с обречённым видом ответил солдат и расплакался, — я приказ выполняааал!

— Приказ? Ты молодец, отлично поступил, надел доспехи, взял в руки алебарду, стал служить князю за жалованье и жирную похлёбку, всё прекрасно, вот только иногда нужно хватать людей и обрекать их на пытку, но тебя это не смутило, ты сам, добровольно выбрал свой путь, а подобные пути часто заканчиваются вот так. Знаешь, наш маг чего-то задерживается, я, пожалуй, начну без него, — Берт вынул из пламени щипцы.

Солдат задрожал всем телом, пытаясь выскользнуть из верёвок.

— Так какой ты приказ выполнял? — спросил Берт как бы между делом, захватывая раскалёнными щипцами левый сосок. Услышав его пронзительный вопль, кажется, даже акулы бросились врассыпную от корабля.

— Что здесь происходит? — с недовольным видом спросил Асмус, поднимаясь на палубу, в руке его был кусок хлеба с лежащим на нём пластиком мяса, — ну что за подход? Кто же с этого начинает? Да ещё соски. Не умеешь — не берись.

Отобрав у Берта щипцы, он снова сунул их в огонь. На месте соска у солдата образовалась рана с обугленными краями, из которой текла тонкая струйка крови.

— Так всё-таки, что вы должны были сделать, кроме захвата конкретно нас? — спросил из-за спины мага капитан, — зачем Хорну флот? Что ваши корабли делают на море, какие задачи вы уже выполнили, что собирались делать?

В полубезумных от страха и боли глазах солдата мелькнул слабый лучик надежды. Он заговорил, говорил быстро, буквально, захлёбываясь словами, рассказывал всё, что когда-либо видел, слышал, обонял, осязал и пробовал на вкус.

Они узнали, что постройка флота началась три года назад, тогда же стали обучать пехоту абордажному бою и высадке с корабля. Что князь Хорна, зовут которого Триест Виттелий, имеет постоянную связь с Академией, что маги также помогали ему деньгами и специалистами, на постройку флота ушли огромные лесные массивы княжества, но это никого не заботило, крестьяне, оторванные от пашни, занимались заготовкой леса и строительством кораблей, что вызвало сильный голод. Его устранили, закупив зерно в других землях, но, к тому времени, от недоедания умерло несколько сотен крестьян, в том числе и юная сестра самого Амбера. А задачи стояли перед ними самые разные, простому солдату-пехотинцу никто ничего не докладывал, но многое можно было видеть невооружённым взглядом. Корабли в разном составе блокировали порты, перехватывали суда, на которые указывало командование, иногда занимались целенаправленным разбоем. В какое-то время им даже отдали приказ блокировать порт Барч, и они даже готовились к высадке десанта, вот только приказ этот почему-то быстро отменили. А теперь, после высадки на острове Варана, они должны были отправляться в королевство Палантина и патрулировать там берега, при этом порты не блокировать и в бой не вступать, а только демонстрировать свою многочисленность.

— Больше я ничего не знаю, — честно признался он, хлюпая носом, — а теперь убейте меня, пожалуйста.

— Не, так не пойдёт, — быстро сказал маг, — я уже настроился на развлечение, а тут такое, словно конфету изо рта вынули, не пойдёт.

— Ну, развлекись как-нибудь по-другому, — предложил капитан, сделай из него монстра, например, продадим кому-нибудь, в прошлый раз неплохо у тебя получилось. А деньги никогда не лишние.

Маг задумался.

— Слушай, Амбер, а как ты смотришь, на смерть от яда?

— А это больно? — жалобно спросил солдат.

— Когда как, — честно ответил Асмус, — в любом случае, это легче, чем пытка, уже тем, что длится недолго.

— Я согласен, — сказал солдат с обречённым видом.

— Тащите его в трюм, — велел Асмус, — у меня новый подопытный.

Вечером того же дня, Асмус и Лео закончили приготовление нового зелья. При этом мальчик сам отмерял и взвешивал ингредиенты, сам кипятил и выпаривал производные, сам отмерял время приготовления с помощью песочных часов. Остудив ярко-красный раствор, Асмус налил его в бутылочку и вместе с Лео отправился в трюм.

Амбер сидел на стуле, прикованный цепью за ногу, глядя потухшими глазами впереди себя. Асмус протянул ему бутылочку.

— Выпей.

— Что это? — спросил подопытный, с сомнением глядя на зелье.

— Какая разница, ты обещал, что не будешь сопротивляться, пей.

Амбер вздохнул, взял бутылочку двумя пальцами и медленно выпил. Сморщился от мерзкого вкуса (а то, что вкус был мерзкий, было понятно по запаху), но ничего не сказал. Умирать тоже пока не собирался.

— Это яд? — спросил он.

— Нет, пока ещё не яд. Дай руку, — велел ему Асмус, после недолгого ожидания, — быстрее.

Солдат молча вытянул вперёд руку. Маг достал из коробочки тонкую длинную иглу, испачканную чёрной смолой. Он легко и почти безболезненно уколол солдата в ладонь и поставил перед ним песочные часы.

— Десять минут, засекаем. Амбер, не стесняйся, говори, как ты себя чувствуешь?

— Голова болит, — сказал подопытный, — рука немного немеет.

Асмус внимательно осмотрел место укола. Вокруг действительно обнаружились набухшие кровеносные сосуды, некоторые даже лопнули, но умирать он пока не собирался. Немного погодя, когда песок в часах пересыпался окончательно, прошла и головная боль, только чёрный синяк на ладони свидетельствовал об отравлении.

— Напомни мне, Лео, слова из той книги, — попросил маг.

— Противоядия нет, прижигания бесполезны, если их не сделать в первые секунды…

— Достаточно, — оборвал его Асмус, — как видишь, наш пациент жив, и умирать не собирается, противоядие есть и изобрёл его я.

— Что-то ещё? — спросил Лео.

— Сегодня нет, покорми его и дай немного вина, у нас ещё шесть или семь дней, я планирую массу опытов.

Опыты продолжались почти всё время, кроме прочего, Асмус хотел изучить возможность выработки иммунитета к яду. А потому давал его несчастному солдату маленькими порциями, постепенно их увеличивая. Амбера, естественно, страшно корёжило, он терял сознание, блевал, гадил под себя, доводя до бешенства Лео, которому приходилось всё это убирать, но не умирал. К концу недели Асмус заявил, что его эксперимент полностью удался и теперь есть в наличии человек с иммунитетом к указанному яду.

— Этот яд, — объяснял Асмус, — чаще всего используют, чтобы травить высокородных аристократов, никаких следов, напоминает мозговое кровоизлияние. Вскрытие, правда, показывает нечто другое, но благородных господ вскрывают редко, родственники, обычно, бывают против. Теперь можно сказать с уверенностью, что при правильном подходе, можно выработать защиту и обезопасить себя. Через месяц закрепим результат, пусть пока отдыхает.

— А к другим ядам тоже можно привыкнуть? — спросил Лео, после того, как они поднялись на палубу.

— Не ко всем, — ответил маг и стал объяснять, — простые яды, вроде мышьяка или ртути, а также все их соединения не позволяют выработать иммунитет, они накапливаются в теле человека и, в итоге, отравляют его. Насмерть.

— Так почему не использовать их всегда?

— Потому что опытный лекарь или алхимик легко определит их действие, поймёт, что это убийство и, возможно, сможет вычислить убийцу. Применять подобные яды можно только тогда, когда ответственность тебе не грозит. Сложные алхимические яды выгодно отличаются тем, что их действие всегда имитирует некую болезнь, так что иногда даже заподозрить отравление не получается. И вскрытие тут не поможет, большинство ядов быстро разлагается, так, что можно увидеть только конечный результат. Лопнувший сосуд в голове, развалившуюся печень, или остановившееся сердце.

— А не лучше убивать магией?

— Иногда лучше, а иногда нет. Магию, как ты уже мог убедиться, можно заблокировать, можно использовать защитные амулеты, наконец, есть люди, от природы устойчивые к магии, к счастью, это большая редкость, в этих случаях на помощь приходит алхимия. Но можно обмануть и яд, как ты только что убедился. Сложный алхимический яд заставляет человеческое тело бороться, вырабатывая естественное противоядие. Вот только, в большинстве случаев оно не успевает яд обезвредить, слишком быстро он убивает. Если же давать яд маленькими порциями, то человек к нему привыкает и потом даже смертельная доза не окажет привычного действия. Правда, маленькие дозы тоже вредны, они разрушительно действуют на здоровье и сокращают жизнь человека.

— Понятно, — ответил Лео, хотя понятно было далеко не всё.

Бесконечная работа с зельями, опыты на пленнике, уборка за ним и кормёжка выматывали мальчика, как никогда раньше. Редкие уроки фехтования с Гартом или Тилем он воспринимал, как отдых, а чтение книг и вовсе полагал теперь удовольствием. Правда, по совету мага, налегал теперь не на алхимию, магию или медицину, а на те книги, которые описывали устройство мира, особенно, политическое.

Изредка и сам маг проводил с ним занятия. Развернув карту, он показывал отдельные земли и объяснял мальчику особенности управления. Очень скоро Лео подробно разбирался во многих тонкостях большой и маленькой политики, о существовании которых ещё полгода назад не подозревал. Теперь он знал, сколько баронов должно быть в подчинении у графа, что такое вассальная присяга, как отдельные господа умудряются приносить её сразу нескольким сеньорам и как им вести себя в случае конфликта этих сеньоров. Были не карте города и земли, которые вообще не знали никаких сеньоров, а управлялись советом богатых купцов, как остров Варана, жрецами или даже народным собранием. Последнее, правда, было большой редкостью и практиковалось только в самых диких краях. Отдельной строкой он поведал о денежном обращении, курсах серебряной и золотой монеты и названиях денежных единиц разных стран. Достав из сундука листы чистой бумаги, Асмус чертил на них родословные древа некоторых правящих фамилий, заставляя Лео их заучивать. Что характерно, сам маг при этом никуда не подсматривал, а всё излагал по памяти. Кое-что ускользало от понимания мальчика.

— Вот ты сказал, что король Соттера женился на дочери графа Валли, так?

— Так, — согласился маг, — а что тебя смущает?

— То, что жена графа — родная сестра матери короля, Лео ткнул пальцем в два соседних дерева.

— Ну, двоюродные, — согласился Асмус, — что теперь?

— Такие браки ведь запрещены, у меня на родине точно.

— Людям уровня королей и графов сложно что-то запретить, они другой раз и на родных сёстрах женятся, были случаи, к счастью, очень давно. Тут дело в другом, брак короля — дело сложное, жену следует подбирать очень высокого происхождения, в идеале — дочь другого короля. А королей на свете всего семь. И все друг другу родственники. И герцоги с графами тоже. Так что выбор невелик, поступают они так не от хорошей жизни. Потомство от таких браков слабое и болезненное, часто умирает во младенчестве, а в старшем возрасте, случается, сходит с ума. Некоторое улучшение породы происходит тогда, когда королеве посчастливится нагулять наследника с конюхом или поваром.

— Но он ведь не сын короля! — воскликнул Лео.

— Да, — спокойно ответил Асмус, — но беспокоить это должно только самого короля, а простому народу, вроде нас с тобой, даже лучше, когда государь на троне здоров, силён и разумен.

— А маги? — спросил мальчик, ему захотелось сменить тему.

— А что маги? — не понял Асмус.

— Ну, ты говорил, что они тоже чем-то управляют.

— До последнего времени маги, я имею ввиду высший совет магов из Академии, старались напрямую никуда не вмешиваться. Даже городом Брин управляет городской совет, в котором нет ни одного мага. То есть, на события они влияют и ещё как, но делать это привыкли тихо, незаметно, окольными путями. Обычная роль мага — советник при короле. Добрый, мудрый, всегда готовый помочь. Ненавязчиво проводит линию, выгодную ему, оставаясь при этом в тени. С одной стороны, можно сказать, что маги ни на что не влияют и никем не правят, но в то же время, они являются наиболее организованной силой во всём цивилизованном мире, при желании, могли бы захватить власть напрямую.

— Как сейчас?

— То, что они делают сейчас, — это долгий и мучительный процесс, руками королей, герцогов и графов они подомнут под себя мир. Все эти владыки исполняют их волю. А те, кто не подчиняется, бывают наказаны, как пытались наказать графа Веспера. Заметь, никакого вмешательства магов, просто спор двух сеньоров за землю. Постепенно, в течение многих лет, весь мир будет под ними. Оставшиеся владыки будут марионетками на службе совета магов.

— И ничего нельзя сделать?

— Ну, отчего же? С графом Веспером получилось. Но это пока. А дальше, как знать. Графу могут дать яд, его сына женить на нужной женщине, а потом, убрав и его самого, перевести владения под управление кого нужно. И снова никакого прямого вмешательства, обычное ленное право, развёрнутое в нужную сторону.

— А что будет, когда они победят?

— Ничего особенного, просто другой мир, организованный и управляемый по-другому. Если победят.

— Но что мы можем сделать? Ты же сказал, они потом всё равно своего добьются.

— Я сказал, что они будут это делать, там, где не прошла грубая сила, попробуют интриги. Они этому прекрасно обучены. А на нашей стороне одни только благородные дуболомы. Прекрасно умеют размахивать мечами, блюсти свою честь, любить прекрасную даму. А вот нагадить в суп врагу не умеют и считают это занятием постыдным. А потому им здорово пригожусь я, как специалист по гадостям, ну и вы вместе с кораблём, как транспорт и средство связи.

— Так что нам делать? — не понял Лео.

— Тебе сейчас следует учиться и много запоминать, память у тебя отличная, пользуйся ей. А в целом, граф Веспер дал список владык, которые не подчиняются совету магов. По крайней мере, напрямую. Мы должны передать им послания, объяснить на словах всё, что будет непонятно, попытаться поддерживать связь.

— А много таких владык?

— Много, вместе с вассалами они способны выставить такую армию, которая сметёт магов и их титулованных марионеток. Для этого нужна самая малость, объединение. Но сделать это сложно. Сеньоры смотрят друг на друга волками, у каждого длинный список претензий к ближним и дальним соседям, тем более, что опасность для них не всегда видна.

— А принц Энгель нас послушает?

— Во-первых, он, скорее всего, уже король, во-вторых, послушает он не нас, а графа Веспера, письмо которого мы ему передадим, а в-третьих, думаю, что да. Несмотря на свою молодость, он парень неглупый и интригам его учили лучшие мастера. С ним проблем быть не должно. Куда серьёзнее меня волнует другой адресат.

— Какой?

— Наш старый знакомый, граф Мэлдон.

— Тот самый?

— Угу.

— И как мы это сделаем?

— Как-нибудь, — маг улыбнулся, — не обязательно ведь самим туда приходить, Сарима он, например, не видел. Можно отправить его, Гарта и Склира. Приличные люди, граф их примет. Ну, можно пойти и нам с тобой, не факт, что наши рожи обязательно свяжут с давним грабежом, если опознают не сразу, то будет возможность начать разговор. Кроме того, допускаю, что, к моменту нашего появления, дела графа будут настолько плохи, что он просто забудет об украденном золоте.

— А почему?

— Да потому, что графство его в нашем списке, а королевство Соттер в нём отсутствует. Что бы ты сделал на месте совета, если бы король был в подчинении, а его вассал, пусть и формальный, нет?

— Приказал бы королю наказать его.

— Вот и я так думаю, многолетние интриги — дело хорошее, но зачем они нужны, если всё можно сделать военной силой? Можно вообще просто вызвать графа к себе и там его убить. Вряд ли король так поступит, ему нужно хоть какие-то приличия соблюдать. Да и граф никуда не поедет, он, вроде, человек умный.

— А что сделает Энгель?

— Он, помнится, обещал раздавить Хорн. Думаю, у него это легко получится, вся сила Хорна в многочисленном флоте, а вот армия его слаба, да и в княжестве голод и постоянные бунты. Флот, конечно, останется, но без береговых баз ему придётся туго.

— А я увижу Агнету, — мечтательно произнёс мальчик.

— Да ты, я смотрю, влюбился, — маг противно захихикал, — смотри, за шашни с королевой с тобой такое могут сотворить, палачи у королей с богатой фантазией, даже я им уступаю.

— Я не об этом, — Лео смутился, — просто хотел её увидеть. Может быть, поговорить.

— Не обещаю, что увидишь. Королева — это только жена короля, в государственных делах она участия не принимает, так что, за столом переговоров ей делать нечего.

— Асмус? — в дверь каюты просунулась голова Берта, — на горизонте порт Кегель. И не только он.

На горизонте действительно показался порт Кегель, уже знакомый всем. Но это было не единственое, что бросалось в глаза, гораздо ближе к ним были корабли Хорна, которые стояли поперёк их пути длинной вереницей. Они насчитали полтора десятка судов, но можно было не сомневаться, что этот ряд продолжается и за горизонтом.

— Никаких враждебных действий, — заключил капитан, оторвавшись от окуляра подзорной трубы, — стоят на якоре, путь не преграждают, нас, очевидно, уже заметили.

— Странно, — Асмус поморщился, — не нравится мне это. Они уже знают, кто мы такие, знают название корабля, знают, что за наши головы барон Левин выложит немалую сумму, но стоят и ничего не делают.

— Твой подопытный говорил, что порт они блокировать не будут, — задумчиво проговорил капитан.

— Подопытный стал таковым уже неделю назад, его сведения могли устареть, — резонно заметил маг.

— Кроме того, блокирование порта — это одно, а наши персоны — совершенно другое, — добавил Склир, — подозреваю, что ради нас могут и нарушить приказ.

— Чего делать-то будем? — нетерпеливо спросил Берт.

Капитан начал размышлять вслух:

— Если сейчас поймать ветер и на полной скорости пойти между ними, успеют ли они среагировать? Если успеют, то как быстро? Скорость у них больше, а вот с маневренностью хуже. Расстояние где-то в четыре мили, даже если среагируют сразу, то потратят время на разворот. Если команда опытная, а, скорее всего, это так, то перехватить нас могут только ближе к пристани. Отважатся ли напасть на корабль у входа в гавань? Будем исходить из того, что побоятся. Так что, ставьте паруса, правьте к пристани.

— В любом случае, — добавил маг, — кораблей будет всего два, остальные не успеют, а потому средства у меня найдутся.

Очень скоро корабль на максимально возможной скорости нёсся к берегу. Хорнийские корабли приближались, тщательное наблюдение показало, что на борту началась суета, но пока никаких действий никто не предпринимал. Всё решали секунды, которые считал капитан. Наконец, когда условная линия, проходящая через корабли противника, была пройдена, он выждал ещё немного и выдохнул:

— Всё, они свой шанс не использовали. Даже если повернут сейчас, догнать не смогут.

Но, к немалому его удивлению, капитан одного из кораблей не обладал подобными способностями и не смог визуально определить точку встречи, исходя из скорости судов. Быстро развернувшись носом по их курсу, корабль хорнийцев бросился в погоню.

— Шансов у них нет, — спокойно заметил капитан.

— И сейчас станет ещё меньше, — сказал Асмус, довольно потирая руки.

— Не нужно, — осадил его капитан, — атаку на корабль могут использовать, как повод к атаке на порт. Не хочу быть причиной войны, по крайней мере, пока.

— Думаешь, осмелятся напасть на владения короля? — недоверчиво проговорил Асмус.

— Раньше бы не осмелились, а теперь всё возможно.

— Ладно, — вздохнул маг, — атаковать не буду, придумаю что-нибудь другое.

С этими словами он пошёл на корму и начал что-то делать. Руками он при этом не размахивал, а только бормотал что-то нараспев. Когда он, наконец, вернулся, паруса вражеского корабля обвисли, а скорость сразу стала падать, через пару минут они остановились.

— Полоса полного штиля, — развёл руками маг, — такое бывает в этих водах. Через полчаса или около того, ветер вернётся, тогда они смогут развернуться и благополучно отсюда уйти.

— Отлично, одной проблемой меньше.

Однако, как вскоре выяснилось, проблемы и не думали исчезать. Стоявший на месте корабль быстро спустил шлюпку, которая направилась к берегу.

— Неугомонные, — сделал вывод Асмус, — ну, пусть попытаются.

Когда шлюпка добралась до берега, корабль уже благополучно причалил, а капитан вёл беседу с начальником порта, пожилым мужчиной с длинной седой бородой, одетому в роскошный бархатный плащ с меховой оторочкой. Назвался он Тадеусом.

— У нас срочное послание для Его Высочества принца Энгеля, приказано вручить лично.

— Разумеется, мы предупреждены о вас, никакого конкретного приказа не получали, но ваш корабль было велено встретить хорошо и оказывать содействие.

— Попасть на приём мы сможем?

— Конечно, в столицу можно добраться на речном судне.

— У вас есть река? — капитан с удивлением осмотрелся.

— Есть, но не в городе, вы её помните.

— Ясно, вот только отходить от пристани отчего-то не хочется, — капитан кивнул на боевой корабль, который по-прежнему стоял в полосе штиля.

— Вам не придётся этого делать, — успокоил их Тадеус, — а данное недоразумение очень скоро отсюда уберётся.

Тут их прервали, поскольку команда Хорнийской шлюпки, наконец, выбралась на пристань и бодро маршировала в их сторону. Капитан выглядел спокойным, вот только рука его легла на навершие меча. Остальные члены команды тоже держали оружие в руках, а маг, словно от нечего делать, перекатывал между пальцами подозрительный огонёк.

Поравнявшись с ними, некто, одетый в более дорогой и качественный доспех, чем остальные солдаты, напустил на себя важный вид и проговорил:

— Именем князя Хорна, мы требуем выдачи этих людей для суда и наказания.

— Что, прямо вот так требуете? — шутливым тоном спросил начальник порта, — а что, если не выдадим?

— Вы хотите испортить отношения с княжеством? — офицер грозно нахмурил брови.

— А вы, собственно, кто такой? — голос начальника порта стал вдруг железным, — и по какому праву явились в чужие владения с оружием в руках?

— Я - капитан Логан, доверенное лицо командующего флотом.

— Отлично! Так вот, капитан Логан, сообщаю вам, что этот город, эта земля и даже пристань под вашими ногами никоим образом не подчиняются ни капитану Логану, ни командующему вашего флота, ни даже самому князю, у них другой владелец. А выдать кого-либо кому-либо я могу только с личного приказа принца Энгеля, у вас, я полагаю, такового не имеется?

— Эти люди — преступники, — в бешенстве проговорил капитан, стиснув зубы, — мага Асмуса разыскивают в десятках земель, на его совести…

— А с точки зрения нашего владыки, — перебил его Тадеус, — эти люди не сделали ничего предосудительного, более того, именно этот маг спас супругу Его Высочества, княгиню Агнету, от гнусного покушения, устроенного вашими людьми!

Последние слова он едва не прокричал. Капитан Логан сделал шаг назад и сжал рукоять меча. Тадеус снова расплылся в улыбке.

— Вы хотите напасть? Отлично, сделайте мне такой подарок, вашу голову я пошлю своему владыке, а ваши люди будут долго висеть над пристанью, напоминая всем прибывшим о необходимости быть вежливыми.

— Спорим, — маг выглянул из-за широкой спины начальника порта, — что ты до трёх сосчитать не успеешь, прежде, чем твои люди обратятся в жаркое.

Капитан ещё некоторое время стоял, скрипел зубами и раздувал ноздри. Но, при всей его злости, самоубийцей он явно не был, поэтому развернулся и, что-то прошептав своим людям, отправился обратно в шлюпку. Тадеус улыбнулся им вслед, а потом повернулся к Асмусу и Сариму:

— Кто именно повезёт послание?

— Пойду я, — начал перечислять Сарим, тыкая пальцем в каждого, — маг Асмус, Гартелий и Склир.

— Я возьму Лео, — добавил маг.

— Всего пять человек, — подвёл итог Тадеус, — вас доставят к речной пристани на лошадях, там вы пересядете на судно с гребцами и будете доставлены в столицу. Ездить верхом все умеют?

Все уверенно кивнули.

— Команда может пока отдохнуть, — начальник порта многозначительно кивнул в сторону многочисленных портовых заведений, — там найдётся много нехитрых удовольствий.

— Будет лучше, — возразил ему Сарим, — если они не станут покидать корабль, выпивку и женщин можно доставить сюда?

— Разумеется, выйдет, правда, немного дороже.

— Плевать, — отмахнулся капитан, — так и поступим. Берт, ты за старшего, деньги возьмёшь у меня в сундуке, и старайся хотя бы сам оставаться на ногах.

— Сделаю, — невозмутимо ответил помощник.

На этом разговор был закончен, а пятеро посланников решили быстро пройтись по портовым лавкам и привести себя в приличный вид. У капитана и Асмуса нашлись неплохие костюмы, в которых не зазорно прибыть во дворец, Гарт надел доспехи, поверх простого костюма, а Склир и Лео выглядели куда хуже. Сшить что-либо на заказ не представлялось возможным, Тадеус дал им полчаса, пока приготовят лошадей, но, возможно, у торговцев есть что-то готовое. Так и вышло, очень скоро Склир щеголял в роскошном камзоле с золотым шитьём и крепких блестящих кожаных сапогах. Для Лео подыскали куртку из тонкого сукна, брюки и сапоги. Никакой особой роскоши, выглядел он, как мальчик из зажиточной купеческой семьи. По настоянию капитана все пятеро сменили исподнее. Теперь их группа мало походила на моряков, а, скорее, сошла бы за купцов или чиновников. С той только разницей, что купцы редко носят оружие, а здесь все были вооружены, а у Гарта, помимо прочего, поверх куртки была надета кольчуга.

В таком виде и застал их Тадеус, пришедший с конями прямо в порт и сам вызвавшийся на роль проводника. Усевшись на коней, они быстро прошли по тихим улицам города и перебрались за стену через боковые ворота. Когда ворота закрылись за ними, капитан спросил у Тадеуса:

— А город хорошо защищён?

— Как и любой другой город, стены мощные, таран не возьмёт, гарнизон в боевой готовности, сбор городского ополчения занимает от силы часа три. Стрел, смолы, камней и других гадостей в избытке. Запасы провианта достаточные и регулярно обновляются.

— А со стороны моря?

— Гавань перекрыта цепями, так что пройти туда большие суда не смогут, только шлюпки. Но с них никто не сможет высадиться, на ночь убираются все лестницы, поэтому врагам останется только карабкаться по отвесной стене. Могут, конечно, попытаться атаковать ваш корабль, но это сомнительно, часовые никогда не спят, а в порту всегда дежурит отряд в сотню человек.

— Вы меня успокоили, — похвалил капитан.

— Время сейчас такое, — Тадеус придержал поводья, унимая резвого жеребца, порывавшегося перейти на бег. — Принц Энгель дал приказ ждать нападения круглосуточно. Некоторые соседи, я имею ввиду Хорн, ведут себя вызывающе и нагло, но это ненадолго, скоро наш владыка поставит их на место.

Скоро они вышли к широкой реке, устье которой видели в прошлый раз, когда охотились на зверя. Тадеус объяснил, что река делает здесь изгиб и потому гораздо ближе к городским стенам. Дорога, по которой они ехали, упёрлась в небольшую деревянную пристань, где и происходила посадка на суда. Здесь их уже ждал довольно большой корабль на вёслах, над которым развевался флаг королевства — стоящий на задних лапах белый медведь с огромным топором на плече.

— Владения короля, — начал объяснять Асмус, — простираются так далеко на север, что за Тёмным хребтом уже начинаются ледяные земли, там почти никто не живёт, зато на побережье Студёного моря можно встретить белых медведей. Легенда гласит, что именно оттуда прибыл далёкий предок принца, основавший династию, он-то и любил драться топором.

— Вы хорошо знаете историю, — похвалил Тадеус, — проходите на борт.

— Спасибо, — отозвался маг, спешиваясь, — кстати, в виварии Академии постоянно жил белый медведь, правда, злые языки поговаривали, что медведь это обычный, просто поседел от общения с магами.

Вся пятеро с комфортом разместились в узкой длинной каюте, расположенной в центре судна, окна открывали отличный обзор по обоим берегам. Тадеус с пристани помахал им рукой, гребцы дружно налегли на вёсла, а корабль довольно быстро пошёл против течения. По берегам мелькали редкие деревья, поля, сады и крестьянские усадьбы. Деревни встречались редко, чаще простые хутора, окружённые пашней. Асмус продолжал просвещать спутников на тему местной географии:

— Климат здесь суровый, но он позволяет возделывать злаки, в основном, рожь. Зато сладкие плоды, виноград и прочие радости южных земель здесь недоступны. Население, впрочем, зажиточное, много торгуют, по суше и по морю, ремесленники живут не только в городах, практически в каждой деревне есть свой кузнец, гончар и сапожник. Товары отсюда расходятся по всему побережью, а что до стальных изделий и оружия, то их можно встретить в любой точке мира, даже у дикарей западного материка. Вассалы короля правят отдельными частями королевства, а все без исключения крупные города принадлежат лично королю.

— А кому принадлежит земля за Тёмным хребтом? — поинтересовался Лео.

— Раньше тоже принадлежала королю, а теперь ей владеет герцог Альберт Снежный. Он, кстати, дальний родственник короля, из какой-то боковой линии. Замок его в горах, добраться туда сложно. Но при этом ни сам герцог, ни кто-то из его предков никогда не порывались отколоться от королевства. Купцы ездят туда менять зерно и спирт на пушнину, железо и серебро. Того, другого и третьего достаточно в тех краях. А сам герцог всегда является по первому зову короля, приводит с собой вассалов, которые ещё похожи на людей, а вот их воины — откровенные дикари, правда, отлично вооружённые, а их храбрость и свирепость известны далеко за пределами королевства.

— Я хотел бы там побывать, — мечтательно сказал мальчик.

— Ты не перестаёшь меня радовать, — похвалил его Сарим, — не могу понять, откуда у крестьянского сына эта склонность к приключениям и авантюрам? Ты разве не должен мечтать о хорошем урожае и сиськах соседской девки?

Лео скорчил презрительную гримасу.

— Плевать я хотел на урожай. Клинком работать легче и приятнее, а девок мне хватает, самых разных. Это они обо мне мечтают.

Все дружно рассмеялись.

Вправо и влево от реки раскинулись огромные пустые пространства, занятые полями и пастбищами, даже дома куда-то исчезли и люди почти не попадались. Далеко впереди они разглядели стены города, построенные из красноватого камня. Казалась, что они рядом, но впечатление это было обманчивым, а с учётом изгибов реки, дорога заняла ещё больше трёх часов. Наконец, изрядно уставшие и проголодавшиеся путешественники сошли на небольшой пристани, где их встретил молодой человек, одетый в доспехи пехотинца и с мечом на поясе. Он представился сержантом городской стражи и предложил проводить их во дворец короля.

Столица королевства, именуемая отчего-то Тёплым городом, что легко переводилось на все языки, оказалась городом крупным, примерно в три раза превышающим размерами тот же Кегель. При этом стены города строились явно на вырост, внутри было достаточно свободного пространства и широкие улицы, на которых могли разъехаться две телеги, а на центральных — даже три. Перед дворцом была обширная площадь, предназначенная, видимо, для смотра войск, массовых празднеств или оглашения указов. Кроме того, поближе к стенам дворца стояла (как же без неё) виселица на шесть персон, которая в данный момент пустовала. Указав на этот факт, Асмус прокомментировал:

— Здесь вообще редко публично приводят в исполнение приговоры, вешают и рубят головы тайно, в казематах тюрьмы, народу только сообщают о результатах. Публично вешают только тех, кого народ хочет видеть на виселице. Подозреваю даже, что не всех приговорённых казнят, очень может быть, что используют как-то иначе.

Дворец короля разительно отличался от дворца графа Веспера. И не только своими размерами. Если у графа был мощный каменный замок, дополнительный рубеж обороны на случай штурма, то здесь в центре города стоял многоэтажный дворец, обнесённый каменной оградой всего в два человеческих роста, ворота были мощными, но тоже не производили впечатления неприступных, вся постройка была красивой, но совсем не грозной. Асмус объяснил и это:

— В мире всего пара правителей может посоревноваться в могуществе с королём Палантины, и они живут очень далеко. Если разобраться, то и стены самого Тёплого города — излишество, мало кто рискнёт даже просто напасть на королевство, а о штурме столицы нет и речи, разве что, Кегель стоит обносить стенами для защиты от пиратов.

Сержант стражи на входе передал их служащему дворца, который оказался высоким худым мужчиной лет сорока в чрезмерно роскошном костюме, золотое шитьё поверх золотого шитья, присыпанное самоцветами, сплошной блеск и никакого вкуса. Он холодно поприветствовал их и велел следовать за ним, сказав, что король их ждёт и готов принять. Только оружие пришлось сдать в специальной комнате, так что, в покои короля вся явились с пустыми ножнами, только Асмус сохранил свою цепь в рукаве. Впрочем, она ему тоже была не особо нужна, он был сам по себе оружием.

После этого их проводили в просторный зал, где стоял огромных размеров стол, во главе которого сидел сам принц Энгель, одетый в роскошный костюм, поверх которого была надета позолоченная парадная кираса с гербом. Стол был абсолютно пуст, на нём стоял только серебряный кувшин с вином и небольшой хрустальный бокал, налитый до половины. Впрочем, вино правителя интересовало мало, на столе лежала толстая книга, раскрытая на середине.

— Ваше Величество, — сказал Сарим и все дружно поклонились.

— Высочество, — спокойно поправил его принц, — пока Высочество. Мой почтенный батюшка совсем плох, но нужно соблюдать приличия. Присаживайтесь за стол, сейчас вам принесут еду и питьё, а пока выкладывайте цель вашего приезда.

Принц шумно захлопнул книгу. Сарим достал из сумки запечатанный конверт.

— Вот это — письмо от графа Веспера, правителя Дронта, остальное он велел объяснить на словах.

Принц взял письмо, сломал печать, и быстро пробежал текст глазами. Закончив читать, он некоторое время о чём-то напряжённо думал, потом медленно проговорил:

— В своём послании граф не сообщил почти ничего нового. Намерения совета магов мне известны давно, любые события в мире я стараюсь рассматривать с учётом этого факта. Потому, собственно, придворных магов я вышвырнул из страны, не хотелось, чтобы меня отравили. А вот предложение создать коалицию интересно. Правда, вынужден признать, что это затруднительно сделать, когда двух владык разделяет океан, но в целом, помочь друг другу мы можем. Он пишет, что отбился от посягательств герцога Борха, как это ему удалось?

— Да как вам сказать… — замялся Асмус, — дело в том, что…

— Говорите уже, как есть, — поторопил его принц.

— Ну, если опустить подробности, — объяснил Сарим, — то граф отправил наших людей в лагерь герцога, где вот этот мальчик зарезал его во сне, а ещё один разбойник зарезал его сына. Вот так и далась победа.

— Вы хотите сказать, что благородный граф Веспер, всегда свято соблюдавший законы чести, подослал подлых убийц к герцогу, которые убили его во сне? Какая низость! — принц выпучил глаза и схватился за голову, но тут же рассмеялся и добавил, — граф здорово вырос в моих глазах, он умный человек, а потому не стал бороться против интриганов одной только силой оружия. А вы, как я понял, отличные исполнители, особенно, если учесть, что из этой передряги вышли живыми.

— А потому он нас отправил с письмами к независимым владыкам, своего флота у него почти нет, поэтому нейтральный корабль пришёлся, как нельзя, кстати. Теперь наша задача — объехать других владык, развезти послания и вернуться с ответами. Можем поспособствовать и в чём-то другом.

— Не сомневаюсь, — принц улыбнулся, — вот только с морским сообщением сейчас по понятной причине плохо. Вам повезло, что вы смогли прорваться сюда.

— Да, — развёл руками Сарим, — корабли Хорна перекрывают море.

— Это ненадолго, — заверил всех принц, — очень скоро никакого Хорна не будет в природе, княжество будет разделено на несколько владений, которые я пожалую своим вассалам. Кстати, если вам вдруг интересно, барона Левина мои люди выкрали и доставили ко мне, с ним сейчас работают палачи. Он ещё жив, хотя большую часть его тела уже съели собаки на псарне.

— Что я тебе говорил про палачей? — шепнул маг Лео на ухо, — хорошо, хоть про тебя и Агнету он ничего не знает.

У принца оказался необычайно чуткий слух.

— Если вы о способах оживления моей жены, то я о них знаю. Агнета мне всё рассказала, я посмеялся. Это ничего не значит, но всё же советую об этом казусе забыть и никогда никому не рассказывать.

— Я понял, — смущённо сказал Лео.

— И ещё, — вдруг вспомнил принц, поворачиваясь к магу, — ваше имя — Асмус Амадей ла-Семирон?

— Именно так, — ответил маг.

— Если не ошибаюсь, королевские судьи объявили награду за вашу голову, кажется, девятьсот марок.

— Тысяча девятьсот, — поправил Асмус, — и все из-за того, что один избалованный сын герцога хотел всегда побеждать на турнирах и поиметь всех женщин находящихся у него в поле зрения.

— И что у него получилось? — спросил с интересом принц.

— Умер, конечно, — маг развёл руками, — нельзя получить всё и сразу, человек такого не выдержит. Вот и он не выдержал, умер от истощения. А обвинили во всём меня, как будто я его заставлял. Между прочим, вторую половину денег от него я так и не получил.

Принц Энгель рассмеялся, он вообще был человеком с юмором.

— Так вот, я вас официально прощаю, даже указ подписал, только его найти нужно.

— Благодарю вас, — Асмус встал и поклонился.

— Теперь о серьёзном, — принц перестал улыбаться и перешёл к делу, — магический совет копает под меня уже давно, моих братьев забрасывают письмами с предложением поддержки в деле свержения меня. Представляете, я ещё не король, а меня уже мечтают свергнуть.

— А что ваши братья? — осторожно спросил Сарим.

— Моих братьев отчего-то считают дуболомами, умеющими только воевать, а меня — тихим книгочеем. Но это не так, они вполне разумные люди, грамотные и начитанные, а я — неплохой воин и командующий. Дело в другом, королевство Палантина процветает, в том числе и потому, что многие поколения правителей думали не о себе, а о королевстве. А потому трон достаётся не старшему, а достойному. Однажды отец, когда был ещё здоров, собрал нас, и мы вместе обсудили вопросы престолонаследования. И все пришли к выводу, что трон должен достаться мне. А братья мои будут соправителями и военачальниками. Они с этим согласились и следуют этому. А потому эти подлые письма они показывают мне перед тем, как ими подтереться.

— Но так ведь не бывает, — вступил в разговор Гарт, — нет людей, которые добровольно отказались бы от власти.

— Как видите, есть. Отец нас так воспитал, более того, когда власть будет переходить к следующему поколению, необязательно королём станет мой сын. Им вполне может быть племянник. Или внук, если я проживу долго, кроме того, я могу в старости отречься от престола и уйти на покой, оставив трон достойному преемнику. В любом случае, трон займёт наиболее достойный кандидат, а остальные будут ему помогать.

— Сложно в это поверить, но если это действительно так, то случай уникальный, — заключил Асмус.

— Тем не менее, это так.

— Так что с Хорном? — напомнил Сарим, — как княжество связано с магами?

— Князь полностью принадлежит им, они отвели ему роль главной морской силы. Разорив свои земли, он построил огромный флот, который теперь контролирует Срединное море. Флот этот настолько велик, что для него не хватает портов, корабли находятся в плавании годами. Как бы то ни было, а всё морское сообщение у них под контролем, так что они легко могут перекрыть любой торговый путь.

— И перекрывают? — спросил Сарим.

— Пока нет, разве что, несколько малозначительных портов подверглись изоляции.

— Вы будете с ними воевать? — спросил Асмус.

— Да, — решительно сказал принц, — в ближайший месяц княжество перестанет существовать. Я уже объявил сбор вассалов, от моей границы до их столицы всего три дня пути, с большими обозами и пехотой, пусть, пять. Потом быстрый штурм, казнь князя, и дальше по плану.

— У него нет шансов? — спросил Асмус.

— Судите сами, моя армия — это десять тысяч одной только конницы, да столько же пехоты. Это при том, что соберутся даже не все мои вассалы. Герцога Снежного я, например, вообще трогать не буду, ему только добираться до нас месяца два.

— А у них? — снова спросил Асмус.

— А у них не более трёх тысяч конницы, а пехота, вся, какую смогли нанять, на кораблях. Сто восемьдесят семь кораблей, пусть по сто человек десанта на каждом.

— Это много, — заметил Сарим.

— Очень, — согласился принц, вот только представьте время, за которое выгрузятся две сотни кораблей. Представили? А теперь подумайте, кто будет ждать этого? Их же просто перебьют при выгрузке. Не говоря уже о том, что никаких припасов такая пехота не имеет, штурмовых орудий тоже, кроме того, они измотаны бесконечным плаванием и не горят желанием воевать. Если они захотят помочь своей столице, то будут добираться туда долго, так долго, что придут на руины.

— Что же, это толково, — согласился Асмус, — и, тем не менее, они хотят войны.

— Не то, чтобы хотят, но и не боятся, что, откровенно говоря, странно.

Маг задумался, потом проговорил:

— А что, если на их стороне выступят маги?

— В открытую? — удивился принц.

— Именно, скрывать им уже нечего.

— Я не думал о таком, странно, маги из Академии редко выбираются за её пределы, а выйти на поле боя… Тогда шансов у них куда больше.

— Это не обязательно будут мастера из первой десятки, Академия каждый год выпускает хоть с полдюжины магов, пусть это в массе своей серые мыши, неспособные к сколько-нибудь серьёзному волшебству, но их могут обвешать амулетами, которые уже заряжены готовыми заклинаниями. Мощными заклинаниями, такими, которые создают сразу несколько магов, причём, занимает это не один день. Вот тогда…

— Шансов у меня нет, — закончил принц, — это вы хотите сказать?

— Не то, чтобы совсем нет, но очень мало. Допускаю, что на то и расчёт. Вы потеряете армию, после чего станете сговорчивее. И даже если получится при этом разорить Хорн, выигрыш будет невелик. А маги останутся чистыми, они ведь ни при чём, просто молодёжь вышла из-под контроля, придётся их наказать. Но дело будет уже сделано.

— Насколько велик шанс именно такого исхода? — принц мрачнел с каждой минутой.

— Судите сами, в нападении на графа Веспера, который уступал противнику численно, принимал участие один маг, точнее, одна, магичка, Клара, — Асмус на секунду задумался, — так вот, сколько у неё было артефактов, я сказать не берусь, но заряжены они были такими ядрёными заклинаниями, что могли разнести город.

— И, как же получилось, что вы победили?

— На её пути встал я, пусть с пустыми руками, но я действительно маг, а не просто выпускник Академии. Не факт, что она меня сразу узнала, но, нарвавшись на магию, испугалась и предпочла закрыться блокировкой магии. Такой артефакт у неё тоже был. Потому и пришлось герцога резать ножом. Но это неважно, важно, что если поставить десяток таких в первую линию, прикрыв парой рядов пехоты, они легко заменят собой десять тысяч воинов.

Принц напряжённо думал минут десять, потом поднял глаза, увидел бокал с вином, выпил его залпом и, утерев губы салфеткой, спросил:

— Вы сказали о блокировке магии, как это делается?

— Создаётся сфера отрицания магии, — начал подробно объяснять Асмус, — эту сферу посредством частичного корпускулярно-магнитного взаимопроникновения сопрягают с магически заряженным предметом подходящей формы, поскольку полярность у заряженного предмета и сферы противоположна, следует добиться равновесия или, по-другому, нейтральности, тогда артефакт будет абсолютно инертным, а потом, в нужное время нужно обнулить заклинанием отмены один полюс, тогда как сфера отрицания магии, ничем более не сдерживаемая, вырвется на свободу и разрастётся до необходимых размеров. Дополню также, что сфера здесь — понятие уловное, таковой она будет исключительно в момент создания, в момент сработки она примет любую форму, это можно установить заранее. В идеале, учитывая, что маги летать не умеют, объём, в котором магия не будет работать, следует делать в форме овального блина толщиной в четыре локтя.

В зале на некоторое время повисло молчание. Потом принц сказал:

— Я понял, точнее, конечно, ничего не понял, скажите, вы можете это сделать?

— Да, — просто ответил Асмус, — хотя на практике приходилось делать только учебный амулет размером с монету.

— Это всё, что мне нужно, — облегчённо ответил принц, — до похода три недели, потратьте это время с пользой.

Тут беседа прервалась, поскольку появились слуги, которые быстро стали расставлять по столу кушанья и хрустальные бокалы, которые тут же наполняли вином из большого кувшина. Облегчённо вздохнув, все пятеро и сам принц набросились на еду, вино оказалось очень лёгким, принц отнюдь не собирался поить гостей допьяна. А вот закуски из мяса, птицы, рыбы, раков, овощей и свежего хлеба, обильно сдобренные специями, пришлись по вкусу уставшим путникам.

После ужина слуги развели всех по комнатам для отдыха, только Асмус отдыхать не стал. Вместо этого он удалился во внутренний дворик королевского дворца, где предавался непонятным раздумьям. Маг сидел на траве и время от времени что-то произносил, делая малозаметные пассы руками. Лео какое-то время внимательно смотрел за его действиями, ожидая результата. В итоге, ничего не увидев, собирался идти спать, но вдруг в наступающих сумерках разглядел висевший перед носом мага прозрачный шар чуть больше яблока размером. Асмуса полученный результат полностью удовлетворил. Он зевнул, лениво поднялся, отряхнул травинки с одежды, и пошёл в свои покои. Шар так и остался висеть.

Потянулись дни ничегонеделания, то есть, это только так говорилось, что делать было нечего, просто, ничего важного не происходило, а на самом деле, Лео был занят всё время, когда не ел и не спал. Во-первых, Гарт и Сарим при поддержке дворцового инструктора по фехтованию принялись учить его драться уже нормальным мечом. Сил у него хватало, постоянные тренировки пошли на пользу, а вот технику пришлось осваивать чуть ли не с нуля. Привычка к ятагану и режущим ударам никак не годилась здесь. Во-вторых, Асмус, посетив дворцовую библиотеку, отобрал там десяток томов и велел мальчику их прочитать. Теперь у него поочерёдно болели руки от тренировок, и пухла голова от полученных знаний.

Сам Асмус был занят созданием артефакта, он посетил камнерезную мастерскую, где ему сделали (а скорее, нашли готовый, поскольку такие вещи за один день не делаются) череп, выточенный из цельного куска малахита. Именно с ним он стал работать. Но в суть работы Лео не вникал, хватало своих забот. Как раз сейчас три учителя активно выжимали из него пот.

— Вот так, вперёд! Вкладывайся в удар! — кричал Сарим, — сильнее, задача — убить.

— Подожди, Сарим, — возразил Гарт, — здесь можно рубить вот так, наискосок, припадая на левую ногу.

— А если противник левша? — стоял на своём Сарим.

— Левши встречаются не так часто, — вступил в разговор третий учитель, которого звали Гедеон, — дело тут в другом, открывается правый бок. Впрочем, попробуйте.

Гарт и Сарим встали напротив друг другу и повторили приём, Сарим действительно поразил Гарта в бок, но особого вреда не нанёс, поскольку тот был в кольчуге.

— Вот всё и выяснилось, — Гедеон хлопнул в ладоши, — Гарт привык фехтовать в доспехах, а вы ими пренебрегаете, дорогой Сарим, поэтому и приходится осторожность проявлять.

— Так ведь и Лео носит доспехи, — торжествующе заявил Гарт, — зачем ему себя ограничивать в приёмах?

Сарим, хоть и со скрипом, согласился.

Через несколько дней мальчик уже стал запоминать приёмы до автоматизма, меч уже не плавал в пространстве, а рубил и колол туда, куда следует. Гедеон говорил, что, раз силовая борьба невозможно, нужно постоянно двигаться, меч, пусть и направленный относительно слабой рукой, вполне может убить, если действовать быстро и правильно.

Книги тоже были под стать. Например, «Приключения барона Витца, хитростью изведшего королевскую семью и севшего на трон». И неважно, что сам барон просидел на троне всего месяц, а потом его устранили другие, причём, теми же способами, что использовал он сам. Отдельные моменты заставляли волосы на голове шевелиться. Мальчик окончательно убедился, что Асмус был неправ, когда говорил, что благородные господа — такие же убийцы и разбойники, как и пираты. Нет, не такие, хуже, намного хуже, пират способен зарезать одного за медный грош, тогда как герцог убьёт тысячи, чтобы удержать или захватить власть. При этом пират — персонаж презренный, тогда как герцог всегда считается героем, чем больше людей погубил, тем более героичен. Некоторые, правда, остались в памяти людей, как «исчадия зла», но вовсе не потому, что зверствовали более других, просто они проиграли в политической игре, сделали неверную ставку, а победителям нужно было обосновать чем-то свою победу. Талантливых (но голодных) сочинителей всегда отыщется много, и они в два счёта напишут чью угодно биографию. Кто там будет через сто лет разбираться, что правда, а что поэтический вымысел.

Так пролетали дни, королевский дворец всё более наполнялся людьми, знать съезжалась не только для участия в войне, но и для церемонии коронации принца Энгеля, поскольку его батюшка всё же обрёл покой несколько дней назад.

Однажды, когда учителя отвлеклись на что-то, ему предложили поработать одному. Для этого ему вручили двуручный меч пехотинца и предложили выполнить с ним несколько фехтовальных приёмов. На вопрос «Зачем?» ответили, что это нужно для тренировки силы и не более того. Обречённо вздохнув, мальчик взял чудовищных размеров меч и попытался поднять. У него получилось, смог даже махнуть вперёд, только следом едва не свалился сам. Слишком тяжело. Он перехватил клинок спереди гарды, он там был почти не заточен, после чего повторил движение. Стало получаться, он сделал ещё несколько приёмов. Было непривычно, тяжело, но, в целом, получалось.

— Он такой большой, — раздался голос откуда-то сбоку, женский голос.

— Агнета? — мальчик опустил меч и уставился на королеву, — не думал, что снова тебя увижу.

— А я увидела тебя в первый же день, только подходить не стала. Вдруг муж будет недоволен.

— И как тебе семейная жизнь?

— Неплохо, Энгель и правда меня любит, только у него постоянно времени нет, он только по ночам меня посещает, да и то, только затем, чтобы наследником обзавестись. Не думала, что управлять государством так хлопотно.

— Есть много правителей, — заметил мальчик, — которе проводит время, развлекая себя вином, играми и женщинами, вот только их могущество от этого порой страдает. Твой муж думает о государстве, потому он и стал королём.

— Я понимаю, вот только мне скучно, а до своих дел он меня не допускает, говорит, что мне вредно нервничать и много думать, это плохо скажется на ребёнке.

— А ребёнок?..

— Нет, — она засмеялась, — мы его старательно делаем, но пока нет.

— Вы оба молоды, — заметил Лео, — всё ещё впереди.

— А что ты думаешь о семье, — спросила Агнета, подходя поближе, — собираешься когда-нибудь жениться?

— Когда-нибудь, может быть, — с сомнением произнёс мальчик, — нет у меня уверенности, что я до этого «когда-нибудь» доживу. Слишком часто приходится вступать в бой, я уже убил людей больше, чем мне лет.

— Так зачем тебе такая жизнь? — Агнета улыбнулась, — накопи денег и поселись где-то, где тебя никто не знает. Заведи семью, детей, купи дом, разве это плохо?

— Хорошо, — не стал спорить Лео, — только для семьи я ещё слишком мал, но, так уж получилось, что для убийств и грабежей достаточно взрослый. Не знаю, как тебе объяснить.

— Не объясняй ничего, я и так всё поняла, живи, как тебе удобно. Я знаю, что в глубине души ты добрый.

Одарив его ещё одной улыбкой, Агнета вернулась во дворец, а Лео, подняв неподъёмный меч, снова стал тренироваться. Попутно думал над значением слова «добрый». Добрый ли он? Сложно сказать, раньше, в той, другой жизни, он был добрым, жалел других, помогал людям, если мог. А теперь убивает, правда, только тех, кто хочет убить его. Он запутался. Даже бросил меч и сел. Почему-то ему стало жалко себя. Того себя, который был раньше, того, кто в редкие минуты отдыха, играл с другими детьми. Дрался деревянным мечом, мечтал о чём-то простом, а теперь всего этого нет, меч настоящий, и кровь на руках тоже, вместо детских развлечений он пьёт вино и спит с женщинами, хотя раньше и значения слова шлюха не понимал. И главное, это навсегда. Тогда он заплакал, впервые по-настоящему заплакал с тех пор, как убили мать. Он попытался вспомнить её лицо и не смог, какой-то расплывчатый силуэт, не более.

— Что, совсем плохо? — заботливо спросил кто-то рядом.

Подняв глаза, Лео сквозь слёзы рассмотрел Асмуса, тот сидел рядом, набивая трубку.

— Плохо, — согласился Лео, — я… как будто уже не я.

— Понимаю, всё понимаю, детская душа с лёгкостью принимает всё, поглощает и переваривает. Вот и ты, совсем недавно ты был ребёнком, так?

Лео молча кивнул.

— А потом случилось так, что ты попал в плохую компанию, начал убивать, пить и развратничать. Тебе это, вроде бы, нравилось.

Лео снова кивнул.

— Но тебя прежнего теперь нет. Детство кончилось. Пусть твоё детство и было тяжёлым, ты много работал и не каждый день ел досыта, но мог позволить себе быть ребёнком. Хотя бы с самим собой. А теперь нет.

— Ты всё знаешь, — мальчик всхлипнул, — ты взрослый.

— Взрослые умные не оттого, что взрослые, а оттого, что были детьми, сделали все положенные глупости и набили нужное количество шишек.

— Я был добрым.

— Ты и сейчас добрый, кто сказал тебе, что ты злой?

— Но, я же убиваю.

— Это не показатель, убив одного, можно спасти сотню, это нужно помнить. Да, от нужды ты занимался разбоем, но теперь-то ты на службе короля, так что, выше нос. Пойдём обедать.

И они пошли. Лео, кажется, стало легче, он даже уже и не мог вспомнить, отчего плакал. Асмус сказал, что это нормально, захотел поплакать, вот и поплакал.

За обедом, неплохим, кстати, обедом, всё окончательно прошло. Он снова стал пиратом, пусть пока маленьким, но уже опасным. А тот, прежний Лео, который совсем недавно был единственным, теперь где-то глубоко внутри. Но пират про него не забыл, он тихо пообещал ему оставаться добрым. Хотя бы иногда.

Скоро стали приходить тревожные вести, кто-то рассказывал, что флот Хорна вьётся вокруг гавани Кегеля, говорили, что они вот-вот высадят свою пехоту, король, хотя и старался всегда быть невозмутимым, теперь серьёзно занервничал. Делить войско на две части он не желал, но и подставлять под удар свои земли было нельзя. Почти полностью собранная армия ждала сигнала в лагере у границы. В порту шли приготовления к осаде, большинство советников сходилось во мнении, что вражеский десант с моря опасен, но не приведёт в катастрофе, города отсидятся за стенами, население деревень тоже сможет спрятаться. Осадных орудий у них нет и вряд ли они смогут их построить в обозримые сроки, тем более, что в прибрежных районах строевого леса мало.

Кончилось тем, что король всё же выделил из своей армии полуторатысячный отряд конницы под командованием своего брата, который должен будет атаковать хорнийский десант при высадке. Вместе с городским ополчением этого должно было хватить для сопротивления врагу.

Команда корабля должна была остаться в порту, вот только Асмус ещё не решил, как поступит. Король настаивал, чтобы он отправился в поход, но сам маг подвергал сомнению свою полезность. Кончилось тем, что перед самым походом, маг позвал к себе Лео и спросил:

— Ты хочешь остаться с нами, или пойти в поход с королём?

— С вами, конечно, — не задумываясь, ответил Лео.

— Увы, — маг покачал головой, — там, в походе, королю нужен будет маг, а я тоже остаюсь.

— Но я ведь не маг, — удивился Лео.

— От тебя много не потребуется, — успокоил его Асмус, — только активировать созданный мной артефакт, после этого магия пропадёт, а дальше начнётся обычный бой, в котором ты уже не раз бывал.

— Но я не умею…

— Это несложно, я тебя научу, — Асмус достал мешок, из которого вынул каменный череп, — вот, то, что у меня получилось, не настолько мощный, как тот, что мы видели у герцога Борха, но проработает примерно час и покроет большую площадь.

— А как сделать, чтобы он работал?

— Сейчас покажу, — маг достал из кармана две жемчужины, крупные, правильной формы, с нарисованными на них зрачками. — Вот, посмотри, одна из них кладётся в левую глазницу, другая в правую. Ты не путаешь стороны?

— Нет.

— Тогда запоминай, правая контролирует магию, левая — антимагию, термин ненаучный, но тебе так будет понятнее. Когда они вставлены, то и другое приходит в окончательное равновесие. Это нужно будет сделать перед боем. Если после этого вынуть правую, магия освободится, тогда череп станет мощным артефактом, если я, например, буду колдовать, положив на него руку, то смогу сделать втрое больше, чем делаю обычно. Даже, наверное, впятеро. Запомнил?

Лео кивнул.

— А если вынуть левую, то антимагия создаст обширное поле, которое накроет поле сражения, тогда любое заклинание окажется бессмысленным сотрясанием воздуха. Времени у меня было мало, так что действовать этот артефакт будет не более часа. Этого должно хватить.

— А если вынуть сразу обе? — с интересом спросил Лео.

— Тогда обе составляющие взаимно аннигилируют, а сам артефакт превратится в бесполезный кусок камня. Скорее всего, даже расколется, от всплеска энергии.

— А если они выпадут сами?

— Мастера сделали так, чтобы достать их было трудно, да и вставлять нужно перед самым боем, несколько минут можно и последить. Сможешь?

— Думаю, что да.

— Отлично, я сказал о тебе королю, пойдёшь с ними, в качестве телохранителя капитан отправит с тобой Гарта, он будет защищать тебя на поле боя.

— То я и сам могу защищаться! — возмущённо воскликнул мальчик.

— Не строй иллюзий, — осадил его Асмус, — тебя уже обучили фехтованию на уровне слабого пехотинца, но тебе одиннадцать лет, ты слаб и мало весишь. Взрослый противник легко тебя одолеет, не забывай, что раньше ты убивал людей только подлыми атаками, вот и сейчас придерживайся этой тактики. А Гарт будет тебя прикрывать.

— Хорошо, — Лео не стал спорить.

— Поедешь верхом, — предупредил маг, — в королевском эскорте, словно титулованный господин. Как знать, очень может быть, что после успешной битвы, Его Величество пожалует тебя званием рыцаря.

— Я не хочу быть рыцарем, мне в море интереснее, — заявил мальчик, — а бывают морские рыцари?

— Бывают, — маг усмехнулся, — вон, у Хорна, все капитаны судов — титулованные особы, вплоть до баронов. Может, и у Палантины так будет. А теперь пойдём, я ещё раз представлю тебя королю.

Дорога была унылой и долгой. Привалы устраивали редко, даже ели обычно в седле. Лео с непривычки натёр себе мозоли на заднице. Когда останавливались на ночлег, лагерь густо покрывался шатрами и палатками, разводились костры, где готовили похлёбку. При этом не было музыки и песен, пьянство и азартные игры в походе король строго запрещал, да и к привычной для короля роскоши был безразличен. Даже питался из того же котла, что и большинство рыцарей, чем вызывал безграничное их уважение. Сам Лео, тоже двигался в королевском кортеже, стараясь держаться поближе к Гарту, тот знал, как нужно себя вести в подобном обществе, но предпочитал помалкивать.

На пирата он теперь походил мало. Из дворцового арсенала ему выделили доспех. Кольчугу из мелких колец подходящего размера, шлем, закрывающий голову, но оставляющий открытым лицо, и кованые наручи. Оружием он особо не заморачивался, меч брать не стал, помня слова Асмуса, что в честном поединке он взрослым воинам не соперник. А для подлых ударов исподтишка отлично подходили рапира и ятаган, которые он пристроил на поясе. Вес доспехов и оружия его особо не смущал, долгие тренировки не сделали его могучим воином, но выносливость он приобрёл прямо-таки отменную. Он сидел на молодой кобыле непонятной масти, конюхи, видимо, специально для такого неумелого седока выбрали самое спокойное животное.

К началу третьего дня похода, когда уже стали попадаться деревни и засеянные поля, стало ясно, что цель их близка. Король строго приказал никого не трогать, за грабежи и насилия чётко и недвусмысленно пообещал виселицу, невзирая на титул и прошлые заслуги. Действительно он собирался казнить нарушителей приказа, или же только пугал, осталось неизвестным, поскольку не нашлось желающих это проверять. Крестьяне просто смотрели на проходившую через их земли огромную армию с не менее огромным обозом, но прятаться не спешили.

Ближе к вечеру разведка сообщила, что армия Хорна стоит у стен города в готовности, ожидая полевого сражения. Также они доложили, что силы Хорна невелики, примерно в три раза уступают силам короля, пехоты почти нет, в основном конница. При этом они почему-то не стали запираться в городе, а вышли на полевое сражение. Даже Лео понимал, что, поскольку князь не самоубийца и не сумасшедший, такой поступок однозначно говорит о наличии козыря в рукаве. Участие в предстоящем сражении магов уже не вызывало сомнения.

Некоторые рыцари, самые нетерпеливые, рвались в бой уже сейчас. Однако, король быстро остудил горячие головы своим приказом. При этом он просто показал на солнце и объявил, что до завтра никаких сражений не будет.

Врагов они увидели уже на закате, армия Хорна стояла недалеко от стен города. При этом они, видимо, тоже не собирались сражаться ночью, поскольку воины и не думали строиться для боя. Лагерь они разбивать не стали, ни к чему, их каменный лагерь был за спиной, там было всё необходимое. Не особо старались и в лагере палантинцев, что находился на открытой равнине, примерно, в трёх милях от противника, палаток почти не было видно, те, кто хотел поспать, укладывались прямо на земле, подложив седло под голову. Так же поступили Лео и Гарт. А король и вовсе не ложился спать. Вместе с несколькими высокопоставленными офицерами он сидел у огня и до утра обсуждал предстоящую битву. Лео, кстати, тоже не смог заснуть. Мысль о том, что завтра случится страшная битва десятков тысяч человек, а результат по большей части зависит от тебя, вызывала сильное волнение. Вроде бы, он не первый раз в бою, не первый раз рискует жизнью, не первый раз получает раны, но всё это не то. Если бы ему предстояло просто рубиться мечом в строю таких же воинов, он был бы спокоен и уже смотрел десятый сон. Увы, ему в завтрашней битве не мечом махать предстоит, его задание простое, легче некуда. Пробраться к рядам вражеской армии и уронить череп, выданный ему магом, предварительно вынув из него левый жемчужный глаз. Ничего сложного, но если он что-то напутает, или его действия кто-то заметит, то армия короля потерпит поражение. Или победит, но с огромными потерями.

На рассвете многие пожалели об отсутствии палаток, погода испортилась, начал накрапывать дождь, подул холодный ветер с севера. С руганью и ворчанием воины собирались вокруг костров, чтобы согреться и хоть немного перекусить. Как только тьма рассеялась, громовым голосом загудели трубы. Лео, которому не повезло оказаться рядом с трубачами, едва не оглох.

Армия спешно начала строиться. Рыцари прыгали на коней, оруженосцы подавали копья, пехота под руководством офицеров строилась в длинные шеренги. Занял своё место и Лео. Он знал, что перед боем будут переговоры, когда король с небольшой свитой подъедет к строю противника и предложит принять его условия. Тогда-то и будет у него возможность заложить череп.

Противник уже заранее был готов, их армия, насчитывавшая едва шесть-семь тысяч человек, построилась в боевой порядок, но пока не двигалась с места. Когда король со свитой, в которую входили Лео и Гарт, подъехал поближе, у них появилась возможность рассмотреть всё более подробно.

В центре вражеского построения стояла пехота с пиками. Солдаты выглядели бодрыми, чувствовалась выучка и настрой на победу. Вот только смущал тот факт, что стояли они всего в четыре ряда. Линия была сильно вытянута в стороны, а глубина строя была ничтожной. Даже Лео, слабо разбиравшийся в пехотной тактике, понимал, что удар многочисленной рыцарской конницы такое количество пехотинцев сдержать не сможет. И тут в глаза бросилась одна особенность. В строю стояли люди в доспехах, которые отличались от других. Во-первых, большинство из них были уже стары, седые бороды и морщины не могли скрыть даже шлемы. Можно предположить, что князь согнал в армию всех, кого смог поймать, но остальные солдаты были молодыми крепкими мужчинами. Во-вторых, если приглядеться, то было видно, что эти люди вовсе не стоят в строю, строй за ними, а они впереди, выбиваются из общей массы. В-третьих, у них не было пик, а только оружие ближнего боя, мечи или кинжалы. Даже самый глупый человек уже сделал бы вывод: не надеясь на светских владык, совет магов направил своих людей для обеспечения победы правителя Хорна. Причём, это явно были не скороспелые дилетанты, вроде рыжей Клары, а убелённые сединами профессионалы, магия которых вполне сможет перемолоть огромную армию. Они настолько уверены в себе, что даже не считают нужным прятаться за спины пехоты, явно рассчитывают, что конница короля до них просто не доедет.

Навстречу королю выехал всадник в золочёных доспехах. Он учтиво поклонился и поприветствовал короля. Дальше состоялась беседа, содержание которой Лео узнал спустя несколько лет из дворцовых хроник. Языка Хорна он не знал, а король, наоборот, говорил на нём свободно, как и ещё на нескольких.

— Я приветствую вас, Ваше Величество, — сказал парламентёр голосом вежливым, но нисколько не испуганным.

— Отчего князь сам не вышел ко мне? — спросил король, вместо приветствия.

— Его Высочество нездоров, он уже стар, и принимать участие в битве не может, поэтому он отправил меня.

— И что он вам поручил?

Парламентёр расплылся в фальшивой улыбке.

— Он сказал, что наша беседа не будет содержательной, поэтому велел выслушать и вежливо отказать.

— Что же, — король нахмурился, но голос оставался спокойным, — тогда слушайте: князь Хорна распускает армию по домам, возвращает флот в порты, приносит мне вассальную присягу, выплачивает компенсацию за расходы на этот поход в размере двадцати тысяч марок, отдаёт спорный участок на границе до реки Верта включительно и впредь оставляет любые враждебные намерения в мой адрес. Таковы условия мира.

— Я вас услышал, Ваше Величество, а теперь вынужден отказать.

— Я другого от вас и не ждал, — с невозмутимым видом сказал король, — но предложить сдаться положено по традиции. Переговоры окончены, дальше пусть говорят клинки.

Вся группа парламентёров развернулась и направилась к своим рядам. Лео, который с трудом управлялся с танцующей под ним кобылой, наконец, тоже повернул назад. Всем казалось, что причиной тому неумение седока, на самом же деле, Лео специально дёргал за поводья, не давая лошади стоять смирно. За топотом копыт никто не услышал глухого стука каменного черепа о твёрдую землю. Тёмно-зелёный камень в траве никому не бросился в глаза, даже сам Лео вряд ли смог бы его потом отыскать, да и незачем было это делать. Рука мальчика крепко сжимала жемчужный глаз.

Король до рядов своей конницы не доехал, навстречу ему выехали несколько ближайших рыцарей со знаменосцем. Его Величество пристально посмотрел на Лео. Мальчик молча кивнул. Энгель широко улыбнулся, кинул беглый взгляд на рыцарей, которые подпрыгивали в сёдлах от нетерпения, принял он оруженосца копьё и, громко хлопнув забралом шлема, вонзил шпоры в конские бока.

Никакого сигнала к атаке не было, но конница, как один человек бросилась вперёд, разгоняя коней и опуская копья. Скакал вперёд и Лео, стараясь держаться во втором ряду, сразу позади Гарта. Копьё он тоже взял, но было оно короче и легче большинства рыцарских копий, да и его он держал в руке с великим трудом. Расстояние между армиями стремительно сокращалось, видно было, как вражеские пехотинцы медленно, словно нехотя, опускают пики. Присаживаться и упирать концы в землю они не стали. Зато те самые странные люди, стоявшие впереди строя, резко воздели руки кверху. Последним, что разглядел Лео перед сшибкой, было перекошенное ужасом лицо старика в шлеме, а уже через миг его насквозь пронзило копьё Гарта.

Удар конницы был страшен, разгон они взяли отменный, да и местность тут шла под уклон, жидкие ряды пехоты были просто сметены, сумев нанести самый незначительный урон. Гарт остался без копья, Лео своё также потерял, оно застряло в шее солдата, которому не повезло оказаться рядом.

Но это, как ни странно, был ещё не разгром. Вражеская конница, словно опомнившись, ударила во фланги, завязалась рубка, к которой подключились остатки пехоты, чудом выжившие под ударом королевской конницы. Разгоняться для удара копьями было теперь негде, да и копий у большинства не осталось. Рубились мечами и топорами, те, кто потерял коня, старались стащить на землю противника. Лео пока ни до кого не достал, а вот Гарт уже активно рубился с передним рядом Хорнийцев. Схватка становилась всё более тесной.

Тут какой-то хорнийский рыцарь, потерявший коня, поднырнул под брюхо лошади Гарта. Лео не увидел, что он там сделал, но лошадь с оглушительным ржанием, перекрывшим даже шум боя, встала на дыбы и повалилась на бок. Если бы в седле был Лео, то его неизбежно придавило бы, но Гарт оказался куда более умелым седоком, через мгновение он уже стоял рядом с мечом в руке, готовый атаковать.

Сам Лео растерялся, встав посреди схватки вместе с лошадью. Рапиру он уже давно сжимал в руке, но колоть ей с седла было неудобно. Из оцепенения его вывел хорнийский рыцарь, вынырнувший, словно из ниоткуда, и замахнувшийся мечом на Гарта, который в этот момент пытался выдернуть клинок, намертво застрявший в рёбрах у пехотинца. За ту секунду, что враг потратил на поднимание тяжёлого меча, Лео успел вынуть ноги из стремян и прыгнуть ему на спину. Весил он слишком мало, даже в доспехах, а рыцарь оказался необычайно силён, уронить его не получилось. Тем не менее, Гарт был спасён, клинок, который должен был разрубить ему голову, лишь бесполезно скользнул по наплечнику, выбив искры. А поднять меч для второго удара рыцарь уже не успел, Лео по-прежнему висел у него на плечах, громоздкие доспехи не позволяли ни скинуть наглеца, ни достать его мечом, а кататься по земле было опасно, затопчут. А Лео не терял времени, он просунул кончик рапиры между шлемом и горжетом, после чего надавил на рукоять, клинок вошёл неглубоко, уперевшись в какую-то кость. Но и этого хватило, чтобы рыцарь взвыл и начал отчаянно вертеться, пытаясь освободиться от висевшего на нём мальчика. В итоге, он всё-таки упал на спину, придавив Лео своей бронированной тушей. От удара об землю мальчик едва не потерял сознание, руки его разжались, отпустив рыцаря и рукоять рапиры, которая так и торчала из-под его шлема. Но, к тому времени, Гарт освободил клинок и с размаху загнал его под латную юбку лежавшего рыцаря. Тот задрожал всем телом, издал хриплый булькающий звук и, наконец, затих.

Гарт вытащил из-под него изрядно помятого Лео, тот выдернул из тела рыцаря рапиру и, прижавшись боком к спине Гарта, приготовился к драке. А драться, собственно, было уже не с кем, конница Хорна, как и остатки пехоты, были большей частью порублены королевскими рыцарями в скоротечной схватке, а подошедшая пехота короля планомерно охватывала оставшихся в плотное кольцо. Положение у противника было безвыходное, они продолжали нести потери, а вдобавок им вот-вот отрежут единственный путь к отступлению.

Сказать по правде, сам этот путь был довольно опасным, чтобы сбежать, нужно было открыть ворота города, а делать это в присутствии врага было бы для города самоубийством. Однако, благородные господа посчитали, что спасение их драгоценных персон куда важнее безопасности столицы.

Солдаты подчинились приказу, который им проорали полсотни благородных глоток из-под шлемов. Подъёмный мост упал и по нему в город ринулись конные и пешие защитники, а на их плечах туда же прорвались и нападавшие. Гарт, проворно схватив за поводья пробегавшую мимо лошадь, запрыгнул в седло и втащил за собой Лео. Вместе с нескончаемым людским и конским потоком, грохоча подковами по деревянному мосту, они ворвались в город.

Поднимать мост было уже некому, первые же ворвавшиеся в город палантинские рыцари быстро перерезали солдат, стоявших у подъёмного механизма. Путь был открыт. Следом за рыцарями, в ворота стройными рядами вошла пехота, которая тут же, несколькими колоннами пошла по главным улицам.

Воля к сопротивлению ещё не была сломлена, последовало несколько разрозненных контратак, но хорнийские рыцари, севшие на запасных коней, разбились о стену из пик пехоты. Кто-то пытался сдаться в плен, да только пехотинцы, в отличие от благородных рыцарей, пленных не брали, поскольку выкупа им всё равно никто не даст.

Бросалась в глаза абсолютная инертность населения столицы, все сидели по домам, закрыв двери и ставни, даже не пытаясь как-то повлиять на события. А королевская армия платила им взаимностью, полностью игнорируя дома жителей. Возможно, нашлись бы желающие пограбить дома и заняться насилием над женщинами, да только все помнили, что Его Величество на расправу скор, а палачи у него талантливые.

Последний бой случился уже под стенами внутренней цитадели, где сейчас скрывался князь с семьёй, слугами и небольшой охраной. Но даже несмотря на небольшие размеры крепости, обороняться в ней можно было ещё долго. Здесь никто ворота не открыл, вопли вассалов, которых прямо сейчас убивали под стенами королевские рыцари, нисколько не трогали князя. Когда живых защитников города не осталось, королевский кортеж, куда вошли и сидевшие на одном коне Лео и Гарт, подъехал к стене крепости. Доспехи короля были густо испачканы кровью, но отсутствие видимых ран и бодрый внешний вид говорили о том, что кровь не его.

Некоторое время Его Величество молча смотрел на стену. Потом, повернувшись в сторону советников и, подняв забрало шлема, сказал сухим деловым тоном:

— Я вижу, князь Триест Виттелий не желает выйти, так даже лучше. Люди отправлены?

— Так точно, Ваше Величество, — отозвался тучный пожилой рыцарь, закованный в броню по самые глаза, — два отряда по сто человек в оба тайных прохода, это лучшие бойцы, они справятся.

— Князя нужно захватить живым, но, если убьют, не нужно никого наказывать, он мне живым не особо нужен, только для короткого допроса перед казнью.

Очень скоро за стеной раздались пронзительные крики, и звон стали, через некоторое время они стали стихать, а ворота цитадели медленно и с громким скрипом отворились. Через некоторое время оттуда вытащили сильно избитого человека в мантии мага. У него были туго связаны руки и заткнут рот. А следом, подгоняемый уколами мечей вышел и сам виновник торжества. Князь оказался пожилым человеком, с совершенно седыми волосами и короткой бородой, доспехи с него содрали, вместе с дорогой одеждой, теперь он стоял перед королём босой, в одном исподнем, обводя собравшихся ненавидящим взглядом блёклых зелёных глаз.

— Скажи мне, князь, отчего ты решил, что можешь воевать со мной? Я — король, все предки мои были королями, а твои прадеды были их вассалами. Не так ли?

Князь молчал.

— А когда я предложил тебе даже не подчинение, не вассальную присягу, а просто оставаться нейтральным, не проявлять враждебности к тому, кто может тебя в любой момент раздавить, словно клопа, что ты мне ответил?

— Могу повторить, — процедил князь сквозь зубы.

— Не нужно, — осадил его король, — мои подданные не очень любят слушать собачий лай. Скажи лучше другое, что тебе пообещали? Только честно, какой посул заставляет человека так рисковать? Или ты думал, что твой флот и поддержка магического совета помогут тебе победить? Как видишь, всё оказалось иначе.

— Ты не знаешь, с кем связался, мальчик, — зло проговорил князь, — эти силы тебе недоступны, ты просто понять их не сможешь. Меня ты смог убить, но везение твоё не вечно. Твоему покойному отцу хватало ума не ссориться с магами, а ты, юный выскочка, непонятно, по какому праву занявший престол, решил поиграть в великого владыку. Вспомни меня, когда палачи будут рубить тебя на части.

С этими словами князь сорвал с шеи непонятный амулет и, в ту же секунду, его охватило пламя. Сквозь огонь было видно, что тело его напоминает ватное чучело, пропитанное спиртом. Горела кожа, горели волосы, горели мышцы и кости, а через полминуты на том месте лежала только кучка пепла. Король со свитой успели расступиться в стороны, а вот лежавшему рядом магу не повезло. Будучи связан по рукам и ногам, он пытался отползти, но не успел, мантия загорелась быстро, а когда пламя сбили, он уже умер от сильных ожогов.

— Разместите в городе гарнизон, командовать будет мой брат Эрнст, — приказал король, — первый полк с герцогом Гримсом будет сопровождать меня. Нужно как можно скорее возвращаться в королевство, что-то мне подсказывает, что там всё неладно.

— Ваш брат Фредерик держит там всё под контролем, а людей на хорнийских кораблях не хватит для серьёзной войны, — возразил ему всё тот же толстый рыцарь, — нет никакой нужды в спешке.

— Вы так думаете? — король был на удивление вежлив с подчинёнными, — а я думаю иначе. Два часа на отдых, пересесть на свежих коней и в путь, тяжелораненные могут остаться.

Через два часа с небольшим из ворот города выходила колонна конницы, под королевским знаменем. Там были и Гарт с Леонардом. Ускоренным маршем они двинулись в обратный путь. Княжества Хорн более не существовало. У этих земель теперь новый хозяин. Скорее всего, им станет брат короля, который, как хотелось думать, на измену не способен.

Обратная дорога заняла ещё меньше времени. Теперь с ними не было тихоходных подразделений пехоты и ещё более тихоходного обоза, всё необходимое везли на запасных конях, спали по три-четыре часа, изо всех сил погоняя коней.

Результат не замедлил сказаться, уже утром третьего дня они вышли в пределы королевства, а к вечеру того же дня, минуя столицу, приблизились к стенам города Кегель, который издали встретил их столбами густого дыма. Что-то случилось, что-то очень плохое, нужна была помощь. Весь немаленький отряд, во главе с королём, не сговариваясь и не получая приказа, пустил измученных коней в галоп.