Она высунулась из окна и крикнула маме:

– Тут здорово, только надо прибраться! И ничего не скрипит и не шатается, честное слово! Поднимайся ко мне. Отсюда видно весь сад! Только ветви немножко его закрывают. Даже кладбище можно разглядеть. Кстати, ты знала, что у нас большая дыра в заборе?

– Да? – Мама устало усмехнулась. – Ну вот ещё одно дело добавилось. Наверное, я потом посмотрю. Скоро приедет дядя Крис. Он обещал принести ужин. Ты пока слезай, солнышко. Потом, если захочешь, покажешь ему свой домик.

Ужин? У Лолы в животе заурчало от голода. Они с мамой перекусили, когда разбирали коробки, но с этого времени, казалось, прошла уже целая вечность!

Дядя Крис зашёл в дом с двумя огромными бумажными пакетами под мышками. Он прямо так попытался обнять маму и Лолу, и жареная картошка чуть не высыпалась на пол.

– Лола, я взял тебе рыбу, хорошо? – спросил он, выкладывая на заваленный коробками кухонный стол контейнеры с рыбой в кляре и брусочками жареной картошки. – Вроде бы ты с удовольствием ела рыбные палочки, когда мы собрались дома у твоей бабушки.

Лола застенчиво кивнула. Конечно, она далеко не в первый раз встречала дядю Криса, но они очень давно не виделись. Кажется, с того Рождества, которое они отмечали у бабушки. Так вышло, что Лола с дядей почти не разговаривала, хотя слышала от мамы много забавных историй о том, как в детстве он приносил домой зверюшек. Дядя Крис выучился на ветеринара и сейчас работал в благотворительной организации по охране дикой природы. Теперь мама могла чаще с ним видеться – это была одна из причин, почему ей так хотелось сюда переехать.

Вдруг Лола заметила, что Элфи нежно трётся о ноги дяди Криса. Он даже к ней так не ласкался, а это был её кот!

Дядя Крис улыбнулся:

– Не переживай, Лола. Просто он знает, что у меня есть рыба.

– Я и н-не переживаю, – запинаясь, пробормотала Лола. Покраснев, она схватила ломтик картошки и принялась его жевать, чтобы скрыть свою неловкость. Мама и дядя Крис продолжили распаковывать еду, обмениваясь весёлыми шутками. Дядя Крис всегда всех смешил, но почему-то как раз поэтому Лола не решалась с ним заговорить. Она молча сидела, без аппетита жуя рыбу, которая ей, честно говоря, не очень-то нравилась. Только не могла же она в этом признаться! Наверное, удастся скормить хотя бы часть Элфи, пока никто не видит…

За следующие несколько дней они разобрали почти все коробки. Мама повесила в комнате Лолы новые книжные полки – Лола немножко ей помогала – и теперь на них красовались книги и фарфоровые фигурки животных. Новенькая школьная форма, зелёная с серым, висела в шкафу, который они привезли из старого дома. Всё было готово – только не Лола. Вот если бы они переехали в начале пасхальных каникул, а не в конце… Тем, кто хотел купить их старый дом, всё никак не удавалось продать свой, поэтому переезд так и затянулся. В итоге всё произошло слишком быстро. Если бы у Лолы было время привыкнуть к новому дому, наверное, она бы не так сильно переживала из-за школы…

– Глупости, – сказала она вслух, обращаясь к Элфи, который свернулся калачиком на кровати у неё в ногах. – Даже если бы мы переехали в самом начале каникул, я бы всё равно волновалась!

Лола осторожно высвободила ноги из-под кота. Элфи перекатился на другой бок, зевнул и потянулся. Открыл жёлто-зелёный глаз, с подозрением посмотрел на девочку и снова задремал. Ему-то никуда не надо было идти.

– Лола! Ты оделась? – крикнула мама с первого этажа. Лола тут же вскочила с кровати.

– Да!

– Я уже положила хлеб в тостер!

Лола вздохнула. Ей совсем не хотелось завтракать, но маме бы это не понравилось. На сок она была, пожалуй, ещё готова, а вот при мысли о поджаренном хлебе желудок сжимался.

Лола переоделась в школьную форму, взяла рюкзак и поплелась вниз по лестнице. Элфи решил, что уже выспался и пора бы ему тоже позавтракать. Он поспешил за девочкой на кухню, с надеждой ей что-то мурлыча.

– О, ты выглядишь замечательно! – с улыбкой заметила мама. – Извини, что мы сегодня выходим так рано, солнышко. Нам надо приехать раньше всех остальных детей. Хочешь, заплету тебе французские косы? Мы ещё успеваем.

Лола кивнула. Она и сама могла заплести косички, но у мамы получалось намного быстрее. К тому же французские косы очень красивые – самое то для первого дня в новой школе. И будет на что потратить время до выхода. Интересно, мама тоже волнуется? Правда, для неё это уже не совсем первый день. В конце прошлого триместра она на несколько дней оставила дочку с папой, чтобы съездить сюда. А потом сказала, что в школе уютно и будущая учительница Лолы очень милая.

– Вот, поешь. – Мама поставила перед ней тарелку с тостами. – А я пока заплету тебе волосы.

Лола без аппетита надкусила кусок поджаренного хлеба. Мама нежно водила щёткой по её волосам. А потом начала сплетать длинные пряди, и Лола блаженно закрыла глаза. Приятно, когда мама вот так о тебе заботится.

– Хочешь, вечером я заплету косички тебе? – шёпотом предложила девочка. У мамы тоже были длинные волосы, тёмные и вьющиеся, но перед работой она собирала их в пучок.

– Было бы здорово. – Мама наклонилась и посмотрела на Лолу: – Не переживай из-за школы. Всё будет хорошо.

– Я и не переживаю! – возмутилась Лола. – Я же ничего не сказала!

– М-м… – Мама завязала кончик второй косички резинкой. – Вот так, готово! Положи тарелку в раковину, солнышко. Нам уже пора ехать.

Лола поднялась, взяла свой рюкзак, погладила Элфи на прощание – на что он никак не отреагировал – и пошла к машине. Только на минутку задержалась, чтобы взглянуть на конский каштан и домик на дереве. В эти несколько дней она проводила там много времени. Мама разрешила ей отнести туда кресло-мешок и отдала выцветший набор тарелок и стаканчиков для пикника. Теперь у Лолы было как будто две комнаты, только на дереве – тайная, особенная.

– Мам…

– Что такое, солнышко? Поспеши, а не то опоздаем.

– Мама, смотри!

Там, прямо под каштаном, жевало траву хрупкое светло-золотистое создание – и ещё одно, и ещё!

– Олени! – восторженно прошептала мама. – О, Лола! Они такие красивые!

– У нас в саду есть олени?

Лола прижалась к маме, позабыв о тревогах. Она не ожидала увидеть такое чудо в своём собственном саду.

– Солнышко, что там у тебя? О…

Лола медленно окинула взглядом сад. Не могла же мама такого крохи бросить его здесь совсем одного?

– Где его мама? – прошептала она. – Я больше не вижу здесь косуль. А ты?

– Я тоже.

– Почему она оставила своего малыша? Ему страшно!

– Может, мама-олениха сейчас неподалёку? Ты же знаешь, как хорошо они умеют прятаться.

Они стояли на самом краю сада, там, где сломанный забор отделял его от кладбища и повсюду росли высокие кустарники. Косуля могла затаиться там и ждать, пока Лола и её мама уйдут.

– Наверное, лучше его не трогать. И она не вернётся, пока мы здесь. Пойдём отдохнём немножко, выпьем соку. Нам же будет видно этот уголок сада из окна кухни?

Лола помотала головой:

– Вряд ли. Может, из моей комнаты…

Мама повезла газонокосилку к дому. Лола пошла было за ней, а потом развернулась и положила палку рядом с укрытием оленёнка, чтобы его не потерять.

Они поднялись на второй этаж и сели на кровать Лолы у окна.

– Ты молодец, что оставила там палку, – заметила мама. – Иначе мы бы потеряли место, где был оленёнок. Он прямо сливается с травой.

– Мама-олениха не возвращается, – взволнованно произнесла Лола, выглядывая в окно. – Я думала, она сразу прибежит, как мы уйдём.

– Честно говоря, я тоже. Наверное, скоро появится.

Она не появилась. Других косуль в саду тоже не было. Только золотисто-каштановый кроха, одиноко свернувшийся клубочком у кустов ежевики. Лола всякий раз вздрагивала, когда из кроны дерева вылетала птица или с дороги вдруг раздавался шум мотора. Время шло, а оленёнок не шевелился и его мама не появлялась.

– Мы уже час ждём, – наконец сказала Лола, взглянув на часы. – Вдруг малыша бросили? Вдруг с мамой что-нибудь случилось?

Мама Лолы встревоженно посмотрела на сад, отодвинулась от окна и достала из кармана телефон.

– Я позвоню дяде Крису. Он точно знает, что делать.

Дядя Крис иногда заходил полюбоваться на косуль вместе с Лолой. Он тоже их обожал, и теперь, когда Лола узнала его чуть лучше, она чувствовала себя не так неловко, как в первый день. Правда, в домик на дереве дядя Крис не поднимался. Сначала он сказал, что домик его не выдержит. А потом, когда увидел, как Лола карабкается по раскачивающейся верёвочной лесенке, поёжился. Ему пришлось признать, что он боится высоты, а дерево выглядит уж слишком высоким. Почему-то из-за этого он начал казаться Лоле уже не таким страшным, как раньше.

– Алло, Крис? Есть минутка? Мы с Лолой решили покосить траву и нашли там оленёнка… М-м, у кустов ежевики, знаешь, на самом краю сада… Нет, вроде здоровый. Ну, мне так показалось. Мы ушли в дом час назад, а мама так и не появилась. Уже пора беспокоиться? Вдруг она его бросила?

Лола подалась вперёд, пытаясь расслышать, что говорит дядя Крис, и мама включила громкую связь.

– Может быть, Молли, но скорее всего она ушла искать еду, уверенная в том, что оставила малыша в безопасном месте. Откуда ей было знать, что ты наконец соберёшься косить траву?

– Эй! – Мама Лолы рассмеялась. – Ну брось. Ты обещал мне помочь! Так что, думаешь, косуля вернётся? С малышом всё будет хорошо?

– Олени обычно надолго оставляют своих детёнышей, – успокоил её дядя Крис. – Наверняка она скоро придёт. Не переживай, ладно? И передай привет Лоле. Пока!

– Пока, дядя Крис! – крикнула Лола, наклонившись к телефону, и мама завершила звонок.

– Вот видишь? Всё в порядке, – сказала она.

– М-м… Можно я ещё посижу тут, подожду его маму?

– Конечно. А я пойду приготовлю ужин. Тебе принести еду сюда, если косуля ещё не придёт к этому времени?

– Да, мам, спасибо.

Лола обняла её и села у окна, облокотившись о подоконник и оперев подбородок на руки. В саду царила атмосфера спокойствия, и было приятно вот так на него смотреть. Интересно, что сейчас чувствует оленёнок? Переживает, вернётся ли мама? Сможет ли он ей рассказать, что с ним сегодня произошло?

Лола выпрямилась и пригляделась к сломанному забору. Там словно мелькнула какая-то тень! Да, точно – в дыре возникла изящная острая мордочка. Мягкие уши дрогнули, проверяя, всё ли тихо. Мама оленёнка проскользнула между кустами и подтолкнула носом своего малыша. Он поднялся на тонких ножках и ткнулся маме в живот, ища молоко. Косуля неподвижно стояла в тёмном саду, дожидаясь, пока малыш насытится, а Лола наблюдала за ними, улыбаясь про себя.

Эта неделя прошла совсем не так, как предыдущие. Лола уже успела забыть, как это здорово, когда у тебя есть своя компания. Она боялась показаться слишком наглой – вдруг Пейдж не захочет, чтобы Лола каждый день с ними садилась, и накричит на неё? – но девочки всегда ей радовались и, похоже, им нравилось проводить время с Лолой. Как-то раз во вторник, когда они обедали за столиком для пикника, Джексон и остальные мальчишки играли в футбол, и Мейзи всё комментировала со знанием дела.

– Ты сама играешь в команде? – поинтересовалась Лола.

– Да, мы называемся «Лесные странники», и наша команда – одна из лучших в нашей возрастной категории! – гордо заявила Мейзи. – А ты играешь в футбол?

Лола помотала головой.

– Мне нравится пинать мяч, но я не хожу в клуб. Зато иногда выступаю в соревнованиях по гимнастике.

Пейдж вздохнула.

– Ну вот, ещё одна спортсменка. – Она посмотрела на Лолу и поспешно добавила: – Ты только не затихай снова, я же не в обиду.

Лола растерянно моргнула.

– Ты обычно молчишь, – ласково объяснила Пейдж, – а за сегодня сказала больше, чем за всё время, что мы тебя знаем.

Мейзи и Ханна кивнули. Лола залилась краской.

– О… я просто… ну, сложно привыкнуть к новой школе…

Мейзи поёжилась.

– Мне было бы очень тяжело!

– Теперь мы знаем, что ты умеешь быть разговорчивой, и больше не дадим тебе молчать! – в шутку пригрозила Пейдж.

Лола улыбнулась. Тревожное чувство, всё это время сжимавшее грудь, наконец начало её отпускать.

Лола виновато посмотрела на маму.

– Мы не нашли оленёнка в саду и подумали, что он там… – Она переступила с ноги на ногу. – Извини, надо было спросить разрешения.

– Извините, – тихо сказала Пейдж.

– Да, надо было, – строго произнесла мама. – Я ведь даже не знала, где вы! Ладно, пойду с вами. Будем искать вместе. Только сначала перекусите.

– Спасибо, – поблагодарила её Лола и взяла сэндвич. Она плохо пообедала и успела сильно проголодаться.

Они с Пейдж молча жевали сэндвичи, разглядывая сад. Наконец Лола нарушила тишину:

– Вряд ли мы найдём оленёнка, если он прячется на кладбище. Мама, мы видели там косуль, и они просто растворились в кустах и за деревьями! Может, там лежат десятки малышей! Нет, ничего не выйдет.

Мама отложила тарелку с сэндвичами на траву и обняла дочку.

– Давай всё равно поищем, – ласково сказала мама. – Если малыш правда давно там прячется, наверное, он будет звать свою маму? Вдруг мы его услышим?

Лола сглотнула. Конечно, мама пыталась её подбодрить, но страшно было представить, как несчастный оленёнок зовёт свою маму. Она всхлипнула и неуверенно взглянула на Пейдж:

– Пойдём?

Вдруг Пейдж уже надоело искать оленёнка?

К счастью, она уверенно кивнула:

– Нельзя сдаваться!

Они бродили по старому кладбищу ещё около часа, пока не зашло солнце и тени не стали гуще и длиннее. В умирающем свете деревья казались выше, а между могилами начинала собираться жуткая тьма. Пейдж с Лолой прижались друг к другу, и даже мама Лолы встревожилась.

– Пейдж, я обещала твоей маме, что скоро отвезу тебя домой, – наконец сказала она. – Наверное, мы успеем только ещё раз перекусить сэндвичами. Извини, что не покормила тебя нормальным ужином.

– Ничего страшного. Оленёнок важнее. – Пейдж грустно вздохнула. – Может, он до сих пор здесь, а мы никак его не найдём…

Лола помотала головой:

– Не говори так. Может, у этой косули не было малыша.

– Может быть.

Они пошли обратно к забору, торопливо шагая по тропинкам мимо мрачных теней. Почему-то родной сад внезапно показался Лоле ярче и солнечнее прежнего. Вот только оленёнок, возможно, до сих пор прятался в густой тьме и гадал, где же его мама.

Мама пыталась уговорить Лолу позавтракать, но та не могла усидеть за столом и каждую секунду вскакивала посмотреть, как там оленёнок. Он долго стоял, жалобно блея, а потом снова свернулся в крошечный клубочек. Лоле невыносимо хотелось к нему выбежать, но она знала, что нельзя.

– Мы ещё долго будем ждать?! – воскликнула она, отталкивая от себя миску с хлопьями. Ей было неловко есть, когда бедный малыш, наверное, голодает. Да и всё равно хлопья уже размокли.

Мама подошла к окну.

– Мы договорились, что до обеда… Понимаю, Лола, это тяжело. Мне тоже очень хочется ему помочь, но я боюсь навредить. На всех сайтах про дикую природу советуют не трогать брошенных оленят.

– Он выглядит таким несчастным, – прошептала Лола, подходя к ней. – Мам, я так не могу.

– Наберу ещё раз дядю Криса, – решила мама.

Он опять не ответил. Мама включила радио, но это не помогло. Лола поднялась к себе переодеться и выглянула в окно на сад. Оленёнок не сдвинулся с места и лежал, положив голову на копытца и закрыв глаза. Он выглядел ужасно маленьким и беспомощным.

Лола даже не стала браться за домашку. А смысл? Всё равно не получится на ней сосредоточиться. Она одолжила у мамы ноутбук и стала читать, как заботиться об осиротевших оленятах. Мама была права. Все сайты предупреждали, что «брошенные» малыши на самом деле вовсе не брошенные и просто ждут, когда мама вернётся и их покормит.

Наконец, спустя целую вечность – а на самом деле всего несколько часов – у мамы зазвонил телефон. Лола встрепенулась.

– Это дядя Крис?

Мама кивнула и взяла трубку.

– Алло… нет-нет, не переживай, мы так и подумали, что ты либо за рулём, либо на операции. Да, оленёнок ещё у нас. Свернулся клубочком посреди лужайки. – Мама ненадолго замолчала. Лола догадалась, что дядя ей напоминает, как опасно трогать «брошенных» оленят. – Да, знаю, но в четверг ночью неподалёку отсюда сбили косулю. Вдруг это её малыш? Он совсем слабенький. Да… Хорошо… Тогда до скорого.

– Он приедет? – с надеждой уточнила Лола.

Мама кивнула.

– Обещал быть минут через десять.

Косуля начала энергичнее ёрзать на руках дяди Криса, и вид у неё был уже не такой слабый и несчастный.

– Да, ты умница, умница, – бормотал он, нежно поглаживая её через тёплое одеяло.

Элфи зашёл на кухню и резко замер, увидев косулю. А потом запрыгнул на стол. Вообще ему запрещали туда залезать, но Элфи очень нравилось сидеть на кухонном столе, а мама с Лолой не слишком строго его воспитывали. Он с подозрением взглянул на косулю, а она посмотрела на него, и её ушки дрогнули. Лола внимательно следила за Элфи, переживая, как бы он не подошёл слишком близко.

– Ей уже становится лучше, – заметил дядя Крис. – Она всего пару минут назад не замечала ничего вокруг. Молли, разведёшь сухое молоко? Это специальное молочко для косуль. Смешаем его с водным раствором, один к одному. – Он улыбнулся Лоле. – Тебе повезло. Она достаточно взрослая и может сама ходить по-большому.

– Что-о-о? – протянула Лола. – В смысле?

– Малышам надо массировать попку, чтобы они какали и писали. Для этого мамы их там лижут.

Лола поёжилась.

– Какая гадость!

Дядя Крис рассмеялся.

– Это ещё не всё! Потом мама съедает их – э-э – какашки.

– Нет!

– Да-да. Правда, тому есть причина. Она не хочет, чтобы хищники нашли её малыша по запаху.

– Надеюсь, нам ничего такого делать не придётся? – проворчала мама. – Нам хватает лотка Элфи!

– Нет, – успокоил её дядя Крис и задумался. – Слушай, а где же мы её поселим? В доме нельзя. Как я и говорил, она станет слишком ручной.

Мама нахмурилась.

– Я об этом как-то не подумала… М-м… Как насчёт сарая? У нас там хранятся только садовые инструменты и газонокосилка. Их можно переставить в гараж. Машину мы всё равно обычно паркуем на улице.

– То есть она будет жить в сарае? – расстроилась Лола. – Не в доме? Почему? Я думала, ей можно остаться тут.

– Это дикое животное, Лола, – мягко объяснил дядя Крис. – Мы же хотим, чтобы она выросла самостоятельной?

– Да, наверное, – пробормотала Лола. А было бы здорово смотреть телевизор, свернувшись на диване рядом с оленёнком, или спать с ним в одной кровати! Хотя дядя Крис, конечно, был прав. Если косуля будет жить с людьми, она растеряет все свои инстинкты дикого зверя и не сможет вернуться в природу, когда повзрослеет.

– Гулять ей тоже будет полезно, – добавил дядя Крис. – Можно я построю небольшой загон с проволочной оградой?

Мама Лолы растерянно моргнула.

– Хорошо, раз так надо. Долго нам придётся за ней приглядывать, Крис?

Он посмотрел на сестру и улыбнулся.

– Пару месяцев. Не меньше. А скорее всего – четыре.

– Хорошо, что нам всё равно не на что поехать отдыхать летом, – сказала мама и с подозрением взглянула на брата. – Ты же понимаешь, что сейчас мы делаем исключение? Это тебе не запасной приют для диких животных. Если начнёшь таскать к нам больных лис и ежей, мы их брать не будем!

Дядя Крис кивнул с серьёзным видом, но когда мама отвернулась, незаметно подмигнул Лоле.

Следующие несколько дней Крапинка жадно пила молоко из бутылочки и бодро гуляла по загону, вынюхивая в траве маргаритки и одуванчики. Лола кормила её рано утром, прямо в пижаме, чтобы не запачкать школьную форму, потом ещё раз после уроков и перед сном. Дядя Крис заезжал напоить малышку в обед.

Лоле казалось, что Крапинка растёт буквально на глазах. Она становилась всё больше, и шёрстка у неё блестела всё ярче. Когда Лола заходила к ней с бутылочкой, косуля тут же вскакивала, и её белые пятнышки светились в полумраке сарая.

Лоле страшно хотелось погладить Крапинку, как она гладила Элфи. Шёрстка выглядела такой нежной и мягкой, и косуля так ласково тыкалась мордочкой в руку Лолы, как бы прося скорее дать ей молоко…

И всё-таки сложнее всего было держать Крапинку в тайне от Пейдж. А ещё Ханны, Мейзи и мисс Эддисон. И всех-всех в школе. Лола надеялась поделиться радостной новостью. Ведь история про футбольную сетку всем понравилась. Наверное, и про то, как Крапинка теперь живёт в сарае, одноклассники тоже с радостью послушали бы. В понедельник утром Пейдж её обняла и сказала, как ей жаль, что оленёнок не нашёлся. Тогда Лола почувствовала себя просто кошмарно. Она чуть не выпалила: «Нет, нашёлся!», но вовремя вспомнила совет дяди Криса и прикусила язык.

Время шло, Крапинка становилась всё крупнее, здоровее и краше, а Лолу всё сильнее терзала совесть из-за того, что она врала своей новой подруге.

К счастью, Пейдж занимали другие мысли. Её день рождения был прямо перед летними каникулами, и мама разрешила ей устроить пижамную вечеринку. Пейдж ещё в середине триместра начала к ней готовиться, но сейчас до конца учёбы оставалось всего несколько дней, и она только об этом и говорила: какой торт купить, какие фильмы выбрать, как здорово, что мама разрешит не спать допоздна. Лола очень обрадовалась, когда Пейдж вручила ей приглашение на прошлой неделе. Она наконец почувствовала, что приживается на новом месте.

И вот однажды утром, за пару дней до праздника, Пейдж подбежала к ней на игровой площадке. Лола подумала, что появились какие-то новости про пижамную вечеринку, например, мама Пейдж наконец согласилась заказать пиццу – но нет.

– Почему ты мне не сказала?! – выкрикнула Пейдж, остановившись прямо перед Лолой. Она выглядела рассерженной.

– О… о чём? – прошептала Лола. Сердце бешено заколотилось в груди. Мейзи и Ханна стояли поодаль и встревоженно перешёптывались.

– Об оленёнке! Мы так долго искали его вместе, а ты даже не сказала, что он нашёлся! Я думала, мы друзья!

Лола ахнула:

– Конечно! Конечно, мы друзья! Просто я не могла тебе сказать. И вообще никому. А откуда ты узнала?

– Твой дядя сказал моей маме, а она мне. Нет, даже не так. Она спросила, сможешь ли ты остаться у меня на ночь, раз тебе надо кормить оленёнка четыре раза в день! Как будто я уже обо всём знаю!

– О… – Лола уставилась в землю. Ей было ужасно стыдно. Ладони вспотели.

– Почему ты мне не сказала? – повторила Пейдж и покачала головой. – Нет, не говори. Не уверена, что хочу знать. Ты мне соврала, Лола! Ты сказала, что не нашла оленёнка!

– Я ничего не говорила, – прошептала Лола. Тогда она очень старалась не проговориться и просто печально кивнула на вопрос о том, нашёлся ли оленёнок. И всё-таки Пейдж была права. Лола не объяснила ей, что Крапинка была под кустом ежевики и что она жива и здорова. Она всё равно что соврала.

Лола посмотрела на Пейдж, заламывая пальцы.

– Дядя Крис посоветовал тебе не рассказывать. И вообще никому в школе. Потому что ты захотела бы прийти на неё посмотреть, а он мне запретил тебя приводить. Потому что косуля может привыкнуть к людям, и ей будет сложно вернуться в дикую природу, когда она вырастет.

– И что? Ты не могла мне это объяснить? – спросила Пейдж, чуть не плача. – Я не глупая, Лола! Я бы всё поняла!

– Да, надо было тебе сказать, – пробормотала Лола. – Извини, пожалуйста. Я поступила глупо.

Только теперь, когда Пейдж об этом сказала, Лоле стало ясно, что можно было с самого начала объяснить подруге, как важно не дать маленькой косуле привязаться к людям. Лола ведь всё поняла, а чем Пейдж хуже? Дядя Крис хотел ей помочь, но он ошибался. Даже если Пейдж умоляла бы Лолу показать ей оленёнка и пришлось бы ей отказать, это и то было бы не так ужасно.

– Я хотела поступить правильно, – прошептала Лола. – Извини, Пейдж.

– Неужели ты мне не доверяешь? – со слезами воскликнула Пейдж, и Лоле стало совсем тяжко на душе. – А я пригласила тебя на день рождения!

Лола пристыженно взглянула на подругу:

– Ты… ты теперь не хочешь, чтобы я приходила?

Пейдж всхлипнула и прошептала:

– Не знаю…

Лола совсем не расстраивалась, что они с мамой никуда не поехали этим летом. В середине августа она съездила к папе на выходные, и они побывали в парке развлечений. Им как раз нравились аттракционы, а маме не очень, так что они отлично провели там время только вдвоём. А ещё у папы она объедалась блинчиками – у него они получались ну очень вкусные. Пока Лола у него гостила, она успела заглянуть к Эми вместе с Элоизой.

И всё же она скучала по маме и переживала за Крапинку, хоть и знала, что дядя Крис ухаживает за оленёнком. Было как-то странно вернуться в старый город и старую школу, но не в свой дом, а в папину квартиру. Ей нравилось проводить время с папой, но она была счастлива вернуться домой. Когда папа отвёз её назад, Лола поняла, что теперь это и есть её дом. Настоящий.

Она отвела папу в сад, показать ему Крапинку – только осторожно. Они спрятались за розовым кустом, который казался оленёнку очень аппетитным, и незаметно из-за него выглядывали.

– Какая она крошечная! – прошептал папа.

Лола помотала головой:

– Вовсе нет. Она сильно выросла. Даже в четверг, когда я последний раз её видела, она ещё была меньше!

– Видно, что ты хорошо за ней ухаживаешь. Она чудо, Лола. Спасибо, что показала её мне. Ну ладно, милая, мне пора ехать. Скоро увидимся, хорошо?

– Хочешь перекусить, солнышко? – спросила мама, когда Лола вернулась в дом.

– М-м, можно тост, пожалуйста?

Тут Лола заметила на столе сложенный вдвое листок бумаги, подписанный её именем.

– Мам, что это?

– Это от Пейдж, – ответила мама, встревоженно покосившись на Лолу. Наверное, переживала, как та отреагирует. – Она заходила в воскресенье днём, вместе со своей мамой. Она же не знала, что ты уехала. А потом я нашла в почтовом ящике эту записку. Можешь не читать, если не хочешь.

Лола удивлённо на неё взглянула.

– Мало ли, она всё ещё на тебя обижена. Хотя не похоже было.

– А… – Лола взяла листок и медленно его развернула. Ей казалось, что Пейдж не из тех, кто пишет злобные письма. Хотя она сильно тогда рассердилась…

Привет, Лола!

Извини, что я на тебя накричала. Я не понимала, почему ты не могла сказать правду. А пару дней назад поговорила с мамой. Она считает, что ты поступила правильно. Ей же приходилось ухаживать за оленятами и другими зверушками. Она знает, что им нельзя привязываться к людям, что они должны оставаться дикими. Хотя ты всё равно могла бы мне это объяснить. Я бы не обиделась.

Жалко, что тебя не было дома. Я хотела с тобой увидеться. И очень жалко, что ты не пришла ко мне на день рождения.

Целую, Пейдж

– Всё в порядке? – спросила мама.

Лола кивнула и улыбнулась.

– Помнишь, её мама работает в том же приюте, что и дядя Крис? Она объяснила Пейдж, что я хотела поступить правильно.

– О, замечательно. Я обещала позвонить её маме, когда ты вернёшься. На этой неделе Пейдж ходит на летний кружок вместе с сестрой, но мы могли бы пригласить её в гости вечером после занятий?

– Правда? – Лола крепко зажала в руке записку. – Да, давай! Позвонишь ей прямо сейчас?

– Я оставлю сообщение. Лола, солнышко, хватит прыгать! Я же уроню телефон!

Когда Лола открывала дверь, сердце у неё бешено стучало. Что ей скажет Пейдж?

Пейдж ничего не сказала. Она молча посмотрела на Лолу и крепко её обняла. А потом ахнула и передала ей большой пакет, который оказался зажат между ними.

– Я совсем забыла! Мама сказала, Крапинке понравится такое лакомство. Надеюсь, мы их не раздавили.

Лола заглянула в пакет и рассмеялась. В нём лежали пухлые жёлтые одуванчики, свежие и хрустящие на вид.

– Ей точно понравится. Хочешь на неё взглянуть?

– А можно?

– Я вывожу её гулять в сад перед кормёжкой, чтобы она размяла ножки, – объяснила Лола. – Если ты не против смотреть из окна кухни… или из моей комнаты, оттуда очень хорошо её видно. Только подожди, я разведу молоко.

– Ты часто её кормишь? – спросила Пейдж, наблюдая за тем, как Лола заливает сухое молоко водой.

– Четыре раза в день. Когда у меня были уроки, в обед её кормил дядя Крис. И пока я гостила у папы, он приходил к ней вместо меня. Вроде бы скоро можно будет сократить до трёх раз. Она стала больше щипать траву. Всё, готово. – Лола робко улыбнулась подруге. – Жду не дождусь, когда ты наконец её увидишь!

– Я тоже!

Лола открыла ворота, и Крапинка сразу побежала к розовому кусту, проверить, не выросло ли новых бутонов. Мама уже потеряла надежду увидеть розы в этом году. Крапинка объедала куст снизу, а другие косули, которые заходили в сад, – сверху.

– Вот, Пейдж принесла тебе подарок. – Лола достала из пакета пригоршню одуванчиков. Она оглянулась на своё окно и помахала подруге. Пейдж сидела, прижавшись носом к стеклу, и заворожённо смотрела, как маленькая косуля жадно заглатывает цветы. Их было так много, что мордочка Крапинки окрасилась в жёлтый от налипших на неё ярких лепестков.

Косуля радостно выбежала из загона, с интересом взглянула на голубей на заборе и на белку, промчавшуюся по траве к большому каштану.

«Она не понимает, – вдруг подумала Лола, наблюдая за тем, как Крапинка весело прыгает у кустов и жуёт одуванчики. – Она не понимает, что её отпустили. Что она на свободе. И мы не позовём её обратно».

Дядя Крис уехал в приют, а Лола забралась в свой домик на дереве. Остаток дня она следила оттуда за Крапинкой. Мама зашла принести ей горячего шоколада, но всё остальное время девочка сидела там одна. В пять начало темнеть, и Лола заметила, что Крапинка растерянно оглядывается по сторонам. Она бесцельно бродила по саду, словно не зная, что делать и куда идти. А ведь и правда – откуда ей знать?

Лола замерла. Ей страшно хотелось спуститься с дерева, подбежать к косуле и отвести её в загон. Правда, в следующую минуту Крапинка, последний раз окинув взглядом сумеречный сад, сама потрусила обратно в сарай.

Лола слезла на землю по верёвочной лестнице и поспешила в дом, обо всём рассказать маме и взять у неё телефон, чтобы позвонить дяде Крису.

– Она не ушла! – выкрикнула Лола, как только он взял трубку. – Она вернулась в сарай!

– Да, я боялся, что она не сразу сообразит, куда идти, – задумчиво произнёс дядя Крис.

– Мне запереть ворота? – Лола обернулась на маму. – Мама что-то говорила про лис.

– Лисы страшны маленькому оленёнку, а сейчас Крапинка может хорошенько ударить их копытом. Нет, оставь ворота открытыми. Пусть она поймёт, что может приходить и уходить в любое время. Рано или поздно уйдёт насовсем. Надеюсь. Ты же понимаешь, что ей надо вернуться в дикую природу, Лола.

– Да.

Несмотря на то что они говорили по телефону, Лола спрятала руку за спину, чтобы скрестить пальцы. Вдруг Крапинка сможет остаться у них навсегда?

Время шло, а Крапинка продолжала возвращаться на ночь в сарай. Правда, каждый вечер она уходила всё дальше от своего маленького загона, где могла чувствовать себя в полной безопасности. Чуть ли не все осенние каникулы Лола провела в домике на дереве, наблюдая за Крапинкой в бинокль, который ей одолжил дядя Крис. Когда маленькая косуля впервые подошла к сломанному забору и осторожно шагнула в дыру, которая вела на кладбище, Лола затаила дыхание. Она выглядела такой крошечной среди зелёных зарослей и могильных плит!

В тот вечер Лола подумала, что Крапинка уже не вернётся. Она пропала среди деревьев на кладбище. Её больше не было видно даже в бинокль. Лола ещё около часа высматривала золотисто-каштановую косулю, но находила только собак и изредка – белок. Она не сомневалась, что Крапинка ушла насовсем.

И всё же перед сном Лола вышла в сад – только по привычке. Она ведь была уверена, что не увидит там Крапинку. Девочка зашла в загон и посветила вокруг фонариком. Вдруг ей в ладонь ткнулась нежная, словно бархатная мордочка. Крапинка потёрлась о руку Лолы и потрусила к своей корзинке в сарае.

Пейдж пришла в гости в последний день каникул. Они забрались в домик на дереве и вместе наблюдали за Крапинкой, жуя кексы, которые сами испекли с разрешения мамы Лолы.

– Думаешь, она так и будет приходить к вам на ночь? – спросила Пейдж, настраивая бинокль.

– Не знаю… надеюсь, что да, хоть это и нехорошо. – Лола вздохнула. – Косули отчасти ночные животные. Она не должна вот так вот лежать до утра в корзинке. Ей надо гулять, как и днём.

– Они видят в темноте? – удивилась Пейдж.

– Ага, намного лучше нас. Я проверила в интернете. У них горизонтальные зрачки, они пропускают много света. А ещё, в отличие от человека, у косули есть особый слой за сетчаткой, который отражает свет. И у кошек тоже. Поэтому у них глаза светятся в темноте. Ой, смотри! Вот она, у забора по ту сторону!

Пейдж поспешно поднесла бинокль к глазам.

– Ух ты! Это точно Крапинка, Лола? Она так выросла!

– Да, она темнее других косуль. Раньше у неё были чёрные полоски на спине, а теперь она почти вся чёрная – это её зимняя шубка.

Лола смотрела на кусты ежевики и дыру в заборе, дожидаясь, пока Крапинка вернётся в сад, но та всё не возвращалась.

– Ой, она опять ушла, – доложила Пейдж. – Вроде это была она. Хотя там ещё другие косули ходят между деревьями. Здесь так здорово, Лола. В твоём домике.

– Ага. Мне бы хотелось как-нибудь лечь в нём спать, но я переживаю, что будет страшно.

– А твоя мама тебе разрешила?

– Да, но уже холодно, поэтому надо будет захватить спальный мешок и пуховое одеяло. Правда, замёрзнуть я не боюсь. Просто жутковато оставаться тут одной на ночь…

– Хочешь, я приду? – предложила Пейдж, вертя в руках бинокль. «Она не уверена, соглашусь я или нет!» – догадалась Лола.

– Было бы здорово, – ответила она. – Тебе не будет страшно? Сейчас ночи тёмные.

– У меня есть фонарик. – Пейдж улыбнулась и посмотрела на домик. – Я бы хотела тут поспать. – Она вздохнула. – Ой, слышишь, моя мама с твоей разговаривает? Она уже за мной приехала! Пойдём, спросим у неё разрешения.

Той ночью Крапинка впервые не вернулась в сарай к тому времени, как Лола вышла её проведать. Впрочем, она с каждым днём приходила всё позднее, так что девочка не сильно волновалась. По крайней мере, она пыталась себя в этом убедить. Пока Лола готовилась ко сну, она то и дело выглядывала в окно. Крапинку всё равно было бы не разглядеть в темноте, но Лола не могла удержаться.

Утром, когда она проснулась, на окне белел толстый слой инея. Лола надела тёплую кофту с капюшоном поверх пижамы и выбежала на улицу. Траву тоже покрывал хрупкий иней, и он тихо хрустел под ногами.

– Крапинка? – позвала Лола. В загоне было пусто и стояла тишина. Косуля не вернулась. Она ушла насовсем.

– Лола… ты проснулась?

Лола моргнула и потянулась. У неё всё затекло, а нос замёрз. Она на секунду подумала, что забыла закрыть окно в комнате, а потом поняла, что лежит в домике на дереве и это Пейдж её зовёт.

Им не сразу удалось уговорить маму Пейдж – она переживала не из-за мороза, хотя это её тоже немного беспокоило, а из-за того, что Пейдж может каким-то чудом свалиться с дерева посреди ночи. Потом наступили выходные, на которые мама Лолы договорилась отпустить её к папе. В итоге пижамная вечеринка в домике на дереве состоялась только во второй половине ноября.

Лола до сих пор выглядывала Крапинку, и один раз после школы ей даже показалось, что она увидела её в саду. Может, только показалось?

– Да, проснулась. А ты? – сонно проговорила Лола. Она ещё плохо соображала. Конечно, Пейдж уже не спит, раз она с ней разговаривает! – Будем вставать? Уже светлеет. Наверное, сейчас половина восьмого.

– Ты голодная? Я умираю с голоду. – Раздалось шуршание – это Пейдж ворочалась в спальном мешке – а за ним хруст. – Я нашла попкорн!

– Давай выйдем на площадку и там им позавтракаем, – предложила Лола, нащупывая свою шапку. Потом она приподнялась прямо в мешке, словно гусеница, подобралась к двери и потянула на себя. Девочки выползли на небольшую площадку перед домиком. Перед ними лежал подёрнутый утренней дымкой сад, а за ним – кладбище.

Пейдж протянула Лоле пакет попкорна, который мама дала ей с собой на полуночный пир (правда, он получился не то чтобы полуночный – девочки поели в четверть одиннадцатого и вскоре после этого уснули), и они стали неспешно его жевать.

Лола ещё не до конца проснулась, поэтому не сразу сообразила, что видит перед собой. Она моргнула, легонько толкнула Пейдж локтем и прошептала:

– Смотри!

Из кустов ежевики выходило стадо косуль. Их серо-каштановые шубки сливались с туманом. Они неспешно шли по тропинке одна за другой, то и дело останавливаясь пожевать траву. В самом конце цепочки держалась маленькая косуля с чёрной спинкой.

Лола уставилась на неё.

– Это она? – ахнула Пейдж, и её рука застыла в пакете с попкорном. – Да, Лола? Самая последняя?

Косуля наклонилась к покрытой инеем траве, а потом подняла голову и задумчиво посмотрела в их сторону. Лола сомневалась, что она может что-либо разглядеть с такого расстояния, но всё равно ей казалось, будто Крапинка смотрит прямо на них. Она выглядела стройной, тёмной и прекрасной.

– Да, – прошептала Лола. – Она вернулась. Это моя Крапинка.