Мнение, что жулики воруют только у добропорядочных граждан — ошибочно. Жулики еще воруют у государства. И, конечно, у других жуликов. Во всяком случае — пытаются.

Одни пытаются впарить вместо героина толченый аспирин, другие — взяв денюжку для передачи взятки, оставить ее себе. Неизвестно, что творится у них в голове… ведь понятно и ежу, что героин стоит недешево, а делец, обманутый таким способом, в полицию точно не пойдет.

Эта история имела место быть в начале 1990-х годов. Пришла к челябинским чекистам информация, что некие товарищи ищут покупателей на скандий. Редкоземельный элемент, за оборот которого в те времена была статья в уголовном кодексе. Короче, надо брать этих деятелей.

Однако, возник вопрос — а как этот скандий выглядит? Кто его сможет опознать? Одно дело — золото. Тут все понятно: пластичный металл желтого цвета. Или плутоний. Если член начал светиться, но перестал стоять — точно плутоний. А вот скандий…

Решили обратиться за помощью к коллегам в Озерске, более известном в Челябинской области, как «Сороковка». С местными комитетчиками наведались в одну лабораторию, чтобы посмотреть на образец.

И ученый муж, открыв сейф с толстенными стенками, достал колбочку с несколькими чешуйками серебристого цвета.

— Вот, товарищи из КГБ, смотрите — это и есть скандий!

Конечно, поинтересовался причиной интереса. А, узнав, что какие-то жулики имеют намерение на продажу скандия, оживился:

— А в каких объемах?

— Сорок килограммов!

— Сорок килограммов?!

И захохотал так, что стены затряслись. Ибо весь СССР в лучшие годы добывал около 20 кг скандия в год. А тут — 40! Разводка — ясен пень!

Но и чекистам деваться некуда. Продавцы уже в разработке — пришлось брать. Конечно, продавали они никакой не скандий, а простой алюминий выдавая его за редкоземельный элемент.

Логика жуликов была проста — скандий стоит кучу бабла, а куча бабла бывает только у дебилов, и чем человек дебильнее — тем бабла у него больше. Соответственно, рассчитывали срубить капусты до того, как подлог раскроется. Поджопников деятелям надавали, да выставили вон.

И вот тут озерские комитетчики вспомнили схожую историю.

Прибежал к ним около года назад академик из подшефной лаборатории:

— Спасите! Помогите! Убивают!

— Кто тебя убивает? Здесь, в Озерске?

— Нет, не в Озерске. На трассе за городом поджидают.

— А зачем ты им вообще сдался?

Оказалось, некоторое время назад, академик направился из Озерска в Челябинск по личной надобности. Едет — а на обочине стоит автомобиль, и пара человек голосует. Притормозил. Может, случилось чего, помощь нужна?

Помощь в самом деле была нужна, только другого характера. Ребята прибыли с Украины с целью приобретения красной ртути. Мол, есть у них выходы на Запад, а там есть покупатели, которые готовы заплатить валютой. И вот уж где, а в «Сороковке», красной ртути полюбому навалом. Как-никак, город закрытый, и только третья бабулька, у которой спросили дорогу, рассказала, как сюда добраться.

Академик смекнул, что можно легко и быстро поднять бабла. Не зря же он академиком был!

— А зачем вам, вообще, красная ртуть в готовом виде? Тащить на запад, через половину страну эту радиоактивную хрень… давайте я вам весь процесс распишу, там ничего сложного. Сами и сделаете, сколько надо. Не будете ни от кого зависеть.

Гостям такая идея понравилась. Это ж можно один раз заплатить, а потом все — всю жизнь торговать красной ртутью и ни в чем себе не отказывать! Сторговались на 10 000 американских долларов, из которых академик получил авансом две штуки, и договорились встретиться на этом месте через неделю.

Вернувшись домой, озерчанин купил 48-листовую тетрадь и начал писать. Писал долго и усердно. Формулы всякие, давление, температуру процессов.

Через неделю вернулся на условленное место, обменял тетрадь на остатки гонорара и поехал радоваться жизни, восторгаясь собственной находчивостью.

Прошло два месяца. Академик снова выезжает из Озерска и видит знакомую машину — гостей с Украины. И, опять же, исключительно благодаря тому, что он — академик, делец догадался, зачем гости вернулись. Чтобы вытрясти бабки за проданное им фуфло, а, может, еще чего похуже.

Развернулся и пулей в родной город. Обманутые жулики было кинулись следом, да где там? Кто их за КПП пустит? Понятное дело, что никто. Город-то закрытый!

Отсиделся несколько дней, предпринял очередную попытку прорвать блокаду. Хрен там! Украинцы все на том же месте — ждут. 10 000 долларов лишними не бывают!

В очередной раз академик оправдал свое высокое звание, догадавшись, что без посторонней помощи ему не справиться и обратился к знакомым комитетчикам.

Те историю выслушали и послали ученого мужа нахрен. Ибо нехрен сначала людей на бабки кидать, а потом прибегать и плакаться.

Озерчанину ничего не оставалось, кроме как обратиться в более коммерческую структуру, уже тогда вставшую на путь рыночной экономики — в милицию. Менты, всего за 1000 долларов, быстро объяснили пришлым, что им здесь не рады…

Советские специалисты всегда ценились за рубежом. И тут я имею в виду не Анголу, Конго и другие развивающиеся страны, где советские специалисты были, в основном, с автоматами и на танках, а другие страны, развитые — США, Германия, Канада и т. д.

В первую очередь потому, что у советского человека руки росли откуда надо. И, в условиях тотального дефицита, советский человек мог найти способ заставить работать сколь угодно убитое оборудование. То, что на Западе было дешевле выкинуть, советский человек мог починить, потому как замену на исторической родине купить нереально, только достать. Вот и приходилось чинить доступными, дешевыми способами, проявляя изворотливость ума. Голь, как известно, на выдумки хитра!

Отдельная каста — ювелиры. Рассказывали историю, что в 1990-х годах один ювелир из уже бывшего СССР мигрировал в США. Там, в стране загнивающего капитализма, мастер получил заказ на кольцо, непременно — ручной работы, которая на Западе хорошо ценится. Памятуя о том, что есть еще кое-что, что ценится во все времена и в любой точке географии — репутация, ювелир превзошел самого себя. Не спал ночами, но точно в срок сделал кольцо, сравнимое с работами самого Фаберже — завитки, тончайшая филигрань, линия к линии… но заказчик остался недоволен! Мол, чего вы тут меня дурите? Никто такого руками не сделает! Не может быть у человека такого глазомера и такой твердой руки, чтобы изделие было настолько идеальным! И никто не смог переубедить клиента.

Впрочем, в самом СССР с ювелиркой все было гораздо проще. Люди выстаивали огромные очереди, чтобы купить золотое колечко с камушком за совершенно дикие деньги — 400—800 рублей. Это ж мотоцикл можно было купить! Такие изделия передавались от матери к дочери, а 1990-х годах, в эпоху демократических преобразований, когда советские граждане открыли свои шкатулки и понесли золото в ломбарды, оказалось, что Родина-Мать обдурила своих верноподданных строителей коммунизма, впарив не рубины и александриты, а искусственные корунды. По сути — стекляшки, которые ничего не стоят.

Такие ювелирные поделки были у одной семьи, причем семьи геологов, которые прекрасно понимали, что покупают, но… все покупали! Да и выбора особого не было. Или золото с красным стеклом, или золото с фиолетовым стеклом. В 1960-х годах скопился целый комплект — перстень, сережки, браслет, брошка, кулончик. Как это водится — со временем все досталось дочери, которая мигрировала в Германию и вот уже там, в Германии, история и получила неожиданное продолжение — в начале 2000-х квартиру дочери выставили. Украли многое, включая и комплект со стекляшками.

Прибывшие полицейские, увидев растерзанную шкатулку, поинтересовались — что в ней лежало. И ответ — копеечная бижутерия, имеющая, скорее, ценность, как память, их не удовлетворил. Закон, как говорится, порядка требует. Тем более — у щепетильных немцев.

На счастье, у эмигрантки нашлась фотография матери с тем самым гарнитуром. По этой фотографии на грабителя и вышли. Преступником оказался владелец квартиры, которую снимала женщина. Решил по-быстрому сбагрить украшения в скупку по бросовой цене, на чем и попался.

Но на суде удивились все. И дама, мигрировавшая в Германию. И воришка. Эксперт очень дорого оценил художественную ценность, высокое качество и ручную работу «рубинового комплекта»!

Знал ли неизвестный мастер, который когда-то очень давно, в 1960-х годах гнал на заводе ширпотреб, что в XXI веке его работу назовут гениальной? Вряд ли…

Но все, кто участвовал в процессе, потом долго шептались, насколько же зажрались эти русские, если украшения, стоящие целое состояние, называют копеечной бижутерией.

Полиция приобрела репутацию организации, которая делает что угодно, лишь бы ничего не делать, действуя по принципу: лучше написать две бумажки, чем десять. И кому-то может показаться, что только в последнее время основанием для отказа в возбуждении уголовного дела может служить то, что, например, кража была совершена на убывающую Луну. А, чтобы был состав преступления — кражи следует совершать на растущую Луну.

Впрочем… в далекие времена, еще милиция, работала аналогично.

Эту историю мне рассказали в 2001 году, причем даже тогда она уже поросла бородой.

В городе-герое Челябинске семь районов, из которых два — Курчатовский и Калининский, граничат по проспекту Победы. Причем ровно посередине проспекта проходят трамвайные пути. Что характерно — пути туда и обратно. Линия, ведущая из центра, относится к Курчатовскому району, а буквально через полметра — линия, ведущая, в центр — уже относится к Калининскому району. Соответственно, раз относятся к разным районам, то и к разным отделам милиции.

И вот в Курчатовском РУВД, около часа ночи, прозвучал звонок. Так и так, на трамвайных путях лежит труп.

А труп — это всегда проблемы. Причем, в первую очередь — для милиции. Даже если не криминальный — экспертизы, поиски очевидцев и т. д. А если, не приведи Господь, криминальный… в общем, писанины в любом случае — до утра. А то и больше.

Наряд приезжает на место — в самом деле лежит труп. Точно на рельсах. А кому он нужен? Постояли, подумали… да ну его, этот геморрой! Схватили за руки, за ноги, перетащили на пути встречного направления, по дороге в отдел позвонили из телефона-автомата в Калининский, и вернулись к себе, телевизор досматривать.

Проходит около часа. И опять сообщение дежурному — труп. На том же самом месте. Да что за ночь такая! Седлают свой верный «бобик», едут… на тех же самых рельсах лежит тот же труп! Ежу понятно — дело коллег из соседнего района. Тоже работать не хотят.

Постояли, покурили, посовещались…

— Да что мы, рыжие, что ли? — возмутился капитан. — Давай его обратно.

Снова взяли за руки и за ноги, перетащили на обратные пути, и свалили в отдел. Конечно, сообщив соседям о том, что бездыханное тело снова на территории их района.

Миновал еще час. Да что ты будешь делать! Еще один звонок — снова покойник, и, опять, на том же месте! Так и выспаться на дежурстве не дадут! Матерясь, на чем свет стоит, выезжают в очередной раз…

Мертвецу не давали покоя до утра, перекладывая его то сюда, то обратно. И вдруг… о, чудо! Проходит час — никто не звонит. Еще час — все еще никто не звонит. Так и смена кончилась — по поводу покойника более никто не беспокоил.

Так и неизвестно — или соседи, устав бороться, начали оформлять. А, может, он и вовсе живой был, но мертвецки пьяный — проспался и домой пошел восвояси. Палкой-то потыкать никто не догадался…

Соседские отношения — штука достаточно сложная. В былые времена лучшим соседом был тот, у кого дома есть телефон. Потом — тот, у кого есть видеомагнитофон. Дальше — приставка Dendy, персональный Desktop, а сегодня…

Сегодня технический прогресс убил добрососедские отношения. Можно годами ходить друг к другу за солью, но стоит в 3 часа ночи продолбить перфоратором пару отверстий в стене, чтобы повесить полочку — все! Злейший враг! Сегодня лучший сосед — этот тот, у кого лучшая звукоизоляция в квартире. Тот, кого не видно и не слышно.

В одной из деревень Челябинской области жили два соседа. Мужик — хозяин одного участка, и дама — хозяйка соседнего участка. В чем была суть конфликта изначально — история умалчивает, известно другое. Мужик подал на соседку в суд с требованием снести баню. Видите ли, здание построено в 2,5 метрах от его забора, а должно быть не менее, чем в 3 метрах.

Первая инстанция удовлетворила требования соседа в полном объеме, однако гладко было на бумаге, да забыли про овраги. Иметь на руках решение суда и исполнить его — вещи две настолько же разные, как совершение преступления и наличие судимости. То есть абсолютно не связанные между собой.

Соседка оказалась не пальцем делана. Во-первых, пока судились из-за бани, выяснили, что забор мужика стоит на 40 см дальше, чем положено, на участке дамы. И, следуя установившейся традиции добрососедских отношений, она обратилась в суд с требование снести забор к чертовой матери.

А, во-вторых, соседка воспользовалась своим правом и обжаловала решение по сносу бани, а рассмотрение дела в суде — вопрос не быстрый. Да, в США могут судиться и десятки лет, у нас только подготовка к рассмотрению занимает пару месяцев. Пока дело пылилось в областном суде, женщина вынесла из бани полог, печь и прочую банную утварь и зарегистрировала баню, как летний домик.

Вполне предсказуемо, что апелляционная инстанция оставила решение районного суда в силе и вскоре на участок приехали приставы, дабы исполнить решение суда в принудительном порядке, то есть снести баню ко всем чертям.

— А где у меня баня? — удивляется дамочка. — Летний домик — есть. Вот документы на него. А бани нету. Я уже сама снесла…

Почесав репу, приставы обратились за разъяснением к судье — что делать? Вроде как есть решение суда, исполнительное производство тоже есть. Баня, которую требуется снести — тоже есть! Но теперь это не баня, а летний домик, на счет которого никаких указаний нету.

Судья, подумав, дает ответ: раз в решении указана баня, а бани уже нету — кончайте исполнительное производство. Мужику, который потратил столько средств и сил на получение решения, ответили почти так же: по поводу летнего домика обращайтесь с отдельным иском.

Тем временем, пока длилась вся эта петрушка, поспело решение относительно забора, тоже весьма однозначное — снести. И, поскольку забор — такая штука, которую нельзя зарегистрировать как фонарный столб или мостик, то вскоре приставы вернулись на участок, чтобы снести забор…

В этой главе, вопреки обыкновению, я расскажу не одну, а целых пять историй, которые слишком короткие, чтобы размещать их в отдельных главах. Все эти истории объединяет то, что произошли они в моем дворе и лично я был свидетелем.

Как известно, легче всего наживаться на человеческой радости. Когда у человека случается событие, которое бывает раз в жизни. Например — свадьба. Да, каждый празднует свадьбу по мере своих возможностей, но на грани этих самых возможностей. Ведь свадьба — событие, которое случается раз в жизни! По крайней мере, заключая первый брак, в этом уверены почти все. Отсюда — желание отпраздновать по полной, с помпой, чтобы запомнилось на всю жизнь. Это после второго брака приходит понимание, что удачно жениться можно неоднократно.

Другая сторона медали — человеческое горе. Когда случилось большое несчастье, когда человек подавлен, находится в депрессии и мало что соображает. Например — провожая в последний путь близкого родственника.

Видимо, оттого в числе самых успешных предприятий — свадебные агентства и ритуальные конторы.

Но еще хорошо наживаются те, кто предлагают человеку избежать неприятностей по сходной цене. Не всегда, конечно, такие деятели в самом деле помогают — зачастую просто берут деньги, а там… ищи ветра в поле.

У одной из челябинских организаций случилась большая беда. Налоговая пришла с проверкой, выявила кучу нарушений и выписала штрафов на 380 000 000 рублей. Если кто подумал, что тут опечатка, или нули раздвоились в глазах — продублирую текстом: триста восемьдесят миллионов рублей.

Сумма гигантская. Раз украв такие деньги — можно навсегда уехать в международный розыск и слать оттуда на Родину открытки. Но тут от организации требовалось сумму отдать, а не получить…

Отцы-основатели фирмы почесали затылки и пришли к выводу, что надо идти в налоговую — искать компромисс. Сказано — сделано. Вышли на одного из сотрудников инспекции, объяснили проблему.

Сотрудник налоговой, в свою очередь, пошел к начальнику областной ИФНС. Нужно найти выход из ситуации, такой, чтобы устроил обе стороны. Да еще и такой, чтобы был законным.

Начальник задумался и выдал своей вердикт:

— Из этих штрафов, в 380 000 000 рублей, если дело дойдет до суда, мы с гарантией докажем только 120 000 000 рублей. Еще 80 000 000 рублей — как карта ляжет. Ну и оставшиеся 180 000 000 рублей — вообще нет никакой уверенности, что докажем. Так что поступим так: оплачивают 120 000 000, а по остальной части — пусть идут лесом. На пряники себе оставят.

С этим решением сотрудник и пошел к бенефициарам встрявшего юридического лица. Им прощают четверть миллиарда! Более, чем две трети штрафов! Точно должны согласиться!

Однако хрен там плавал. Те тоже не сидели сложа руки и искали другие пути решения проблемы. А, как известно, кто ищет — тот найдет.

Вышли на некоего деятеля из Москвы, который предложил дать ему лично, в карман, всего лишь 20 000 000 рублей. Конечно, авансом. И он, оттуда, из Москвы, решит вопрос таким образом, что компания из упомянутых 380 000 000 более никому ни копейки не заплатит. Предложение выгоднее того, что сделал начальник налоговой, на целых 100 000 000 рублей! Ведь кто он такой? Всего-то маленький начальник провинциальной инспекции. А там, в Москве, такие люди сидят, что о-го-го. Один раз ногой топнут — и все проблемы решат!

Так что предприниматели забашляли деятелю названную сумму и сами послали начальника ИФНС лесом.

Нужно ли говорить, что столичного перца после того, как он получил деньги, более никто не видел и не слышал? Штрафы тоже никуда не делись.

Вскоре у коммерсантов появилось подозрение, что их тупо кинули. Но надежда теплилась до последнего. До момента истечения сроков обжалования и еще немного дольше. Так что, в довершение всего, пришлось уплатить полную суммы штрафов, округлив потери до 400 000 000.

В каждом вступлении к каждому сборнику я отдельно заостряю внимание, что все имена и фамилии изменены. И на самом деле в каждой истории я меняю имя героя, чтобы не затронуть интересы реального человека.

Эта история — исключение. Имя — Федя, не меняю намеренно, ибо как страна должна знать своих героев. В Челябинске его узнают очень многие, потому что… есть люди, которые опрокинули половину города, но Федя их превзошел — он опрокинул почти весь город!

Вообще, если есть какое-то периодическое издание типа «Еженедельный вестник жулика» — я убежден, что Федя его выписывает и регулярно читает. С одной стороны — чтобы случайно не сделать что-то законное, с другой — чтобы реализовать новую, еще малоизвестную схему отъема денег у населения.

Начинал Федя со строительной компании. Тупо и примитивно кидал работяг на зарплату. Здесь стоит заметить, что работяги — на то и работяги, что не академики. Вместо того, чтобы идти с жалобами и заявлениями в трудовую инспекцию или прокуратуру — почувствовав кидок бежали к Феде с угрозами — сжечь ему офис, автомобиль, а то и покалечить самого работодателя. На этот случай у афериста были свои люди в тогда еще милиции, которые, в отличии от строителей, коррупционную добавку к зарплате получали регулярно и обеспечивали работягам несколько лет государственного обеспечения в учреждениях исправительной системы.

Всем хорошо! Федя экономит на зарплате. Менты получают ежемесячные бонусы, да еще и рубят палки. Плохо только каменщикам, кровельщикам, сварщикам и всем прочим, кому не повезло работать в фирме шарлатана.

С началом мирового экономического кризиса 2008 года распространение получила новая схема. Работодатель рассказывает сотрудникам, что наступили темные времена, компании срочно нужны деньги, чтобы остаться на плаву и предлагает подчиненным взять кредит и отдать деньги ему — на развитие бизнеса. А то коммерция накроется медным тазом и все пойдут побираться на паперти.

Понятное дело — начальник берет деньги без расписок, без ничего, под честное слово вернуть с зарплатой, когда дела поправятся. Со справками с места работы, когда такую аферу проворачивает директор фирмы, проблем нету. Проблема в том, чтобы вернуть деньги сотрудникам. Ведь документов никаких нет! Как доказать, что деньги в самом деле передавались?

И в этой схеме Федя был одним из первых. Когда находились причины, чтобы уволить работников, ясен пень — без возврата долга, но с необходимостью вернуть кредит, многие кинулись сначала в милицию, затем — в суд. И, убедившись в тщетности всех попыток, шли старым дедовским способом — заявлялись к Феде с угрозами. Тот снова действовал по схеме, отработанной еще ранее — отправлял вымогателей на нары.

Так жулик сколотил неплохо состояние и начал искать схему… такую, чтобы рубануть бабла. Конкретного бабла. И придумал гениальный план!

Открыв с десяток фирм, Федя купил ангар, и, на одну из фирм приобрел промышленное оборудование, которое в этом ангаре и установил. Затем заключил договора аренды одного ангара на каждую из организаций и фиктивно, по бумагам, продал им же станки. То есть стоит склад, стоят станки — одни и те же станки, которые по документам находятся в безраздельной собственности каждой из десятка фирм!

И вот теперь, на каждую из фирм, под залог станков, Федя взял по кредиту. А что? Приходят сотрудники банка — вот документы, вот станки. Работяги бегают, суетятся, работают что-то там. Потом приходят сотрудники другого банка, по кредиту на другую фирму. Документы уже другие, а станки — все те же!

Так сбылась мечта афериста — он рубанул бабла. Конкретного бабла. Что-то около полутора миллиардов рублей. Конечно, у Феди осталась далеко не вся сумма — пришлось поделиться с покрышкой из милиции, которая успела стать полицией, чтобы в действиях коммерсанта не смогли усмотреть состав преступления.

В итоге какой-то поучительной развязки, страшной кары, которая настигла мошенника, нету. Предприниматель купил себе домик в Венгрии, куда и свалил благополучно, достигать пенсионного возраста. Хотя, я так думаю, хапнув полтора миллиарда, пенсия его не особо интересует… причем полтора миллиарда — это только то, что точно известно!

Деньги, как известно, любят тишину. А большие деньги — гробовую тишину. Потому что всегда найдутся те, кто деньги в чужом кармане воспримут, как личное оскорбление и попытаются их отнять. А, чем больший куш, тем на большие жертвы можно пойти, вплоть до убийства. Цель оправдывает средства.

И одно дело — если человек успешный, богатый. Такой человек сможет защитить свое добро. Но когда большие деньги оказываются в руках обычного гражданина, и он рассказывает про них на каждом углу — последствия могут быть самые печальные.

Жил-был парень. Обычный работяга, строитель. Звезд с неба не хватал, жил вместе с женой у матери в деревенском доме в пригороде Челябинска, и не был особо примечательным человеком, если бы не одно «но».

Любил работяга рассказывать, что продолжает многовековую трудовую династию. Мол, его далекого предка, немца, на Русь привез еще сам Петр Великий, дабы он тут, по высочайшему имперскому повелению, мосты строил.

И отдельно упоминал, что от предка осталась библия, или на латыни, или на немецком — точно неизвестно, но книга очень старая, XVII века, и эксперты оценивают ее стоимость не менее, чем 10 миллионов рублей!

И рассказывал парень эту историю, и про предка, и про библию, на каждом углу. Понтовался перед каждым встречным и поперечным.

Итог истории предсказуем — в одно прекрасное утро, вернувшись с работы, молодой человек обнаружил всю семью мертвой. Убили и ограбили. Ведь, как известно, грабить мертвых намного удобнее — они не сопротивляются. В числе пропаж была и антикварная библия.

Предполагалось, что священная книга и являлась целью злоумышленников. Начали выяснять, кто знал про ценное наследство — оказалось, что весь город! То есть сузить круг подозреваемых эта информация абсолютно не помогла.

Однако библия XVII века — вещь приметная, штучная. Должна была где-то всплыть при перепродаже.

И через 3 года она всплыла! Была опознана потерпевшим в одной из антикварных лавок города. И тут оказалось, что библия далеко не XVII века, а гораздо более свежая — XIX века. И приобрел ее антиквар за жалкие 5 000 рублей (но продавал за 20 000).

Сложно представить, как разочаровались бандиты, которые пошли на мокрое дело, надеясь сорвать приличный куш. Кстати, их так и не нашли.

Причина, по которой парень так усиленно доказывал всем, что наследство стоит бешенных денег, тоже осталась неизвестной. Или добросовестно заблуждался, или просто хотел придать себе важности, нагнать пуху…

Какой водитель не мечтает работать ГАИшником? Прелесть, а не работа! Весь день на свежем воздухе, еще и деньги под сиденьем служебного авто из неоткуда берутся. Вечером, после смены, можно попилить с коллегами. Красота!

Только возникает ощущение, что в ГАИ намеренно набирают самых жадных и тупых. Так в начале XXI века принимали одного ГАИшника. В карманах у него — и рубли, и доллары, и тенге, и сомы и все остальное. Собрана валюта почти со всего мира, как у заядлого нумизмата.

— Это все чье? — спрашивают комитетчики у постового.

— Мое! — не моргнув глазом отвечает инспектор!

— Чье?

— Мое!

Вот, блин… хотя бы попытался как-то отмазаться. Сказал бы: «нашел». Или «подкинули». Нет, он смело заявляет, что все это коррупционное богатство — его!

Другой ГАИшник, тоже в начале XXI века тормознул водителя. К счастью для стража полосатой палки от мужика исходил запах алкоголя. Стало быть можно поживиться!

— Давай 20 000 рублей — и расходимся! — предложил инспектор.

— Куда тебе столько? — возмутился автолюбитель. — Я тарифы хорошо знаю и стоит это 10 000 рублей, и ни копейки больше!

— Нет, ну десятка — это если б ты был на отечественном авто. Или на старой праворукой япошке. А у тебя — вон, иномарка приличная. Короче, сам решай — или отдашь двадцать, или полтора года пешком. И быстрее решай, а то инфляция — цены растут. Через десять минут уже четвертак будет.

— Подожди! — взмолился мужик. — Такой суммы у меня с собой нету! Придется домой за деньгами съездить.

— Езжай, — согласился постовой. — Только в залог что-нибудь оставь. Чтобы я был уверен, что ты вернешься.

— Давай я тебе пистолет оставлю? — предложил водитель.

— Какой еще пистолет? — насторожился инспектор.

— Обычный. Боевой. Пистолет Макарова. Да ты не боись, ствол чистый, номера спилены. Все ровно будет.

Мент призадумался. С одной стороны можно повязать мужика и получить галочку. Но лишиться денег. С другой — ну пистолет, и что? Подумаешь! Зато бабла можно срубить! В очередной раз жадность победила здравый смысл.

Постовой согласился. Оружие перекочевало к нему в карман — в самом деле пистолет, такой же, как у самого в кобуре. Условились встретиться на этом же месте через два часа и мужик уехал.

Все, инспектор ждет. Уже думает, что мало запросил. Тут как бы еще и пистолет, а это пятерка сверху, как минимум. А тут еще Газель через двойную сплошную, прямо к служебному автомобилю подруливает — вообще день удался!

Только высыпали из микроавтобуса ребята в бронежилетах, масках, с автоматами, положили ГАИшника мордой в асфальт и на удивление быстро нашли левый ствол.

Водитель на самом деле сам был сотрудником органов, и более серьезных, чем ГИБДД. И, имея на кармане не регистрированный пистолет, решил не только избежать административной ответственности за пьянку за рулем, но еще и самому срубить на жадном инспекторе галочку.

В старые добрые советские времена добропорядочные граждане старались не попадать в милицию не потому, что боялись правоохранительных органов. МВД в то время еще не превратилось в коммерческую организацию.

И не потому, что боялись штрафов. Несмотря на современные байки о том, что любой советский гражданин получал 120 рублей в месяц, и, если работал до полусмерти — то 125 рублей — не более, чем сказки. Например, обычный крановщик мостового крана на металлургическом заводе получал около 350 рублей. Так что отдать ту же трешку штрафа — по карману не било.

Граждан останавливало другое. О более-менее серьезном проступке милиция сообщала на работу. А вот там… порицание коллег на политсовете, выговор и лишение премии за поведение, не соответствующее моральному кодексу строителя Коммунизма. Несмываемое пятно позора!

Но все это осталось в советском прошлом. Или нет?

В фирме работал мужик. Не особо мелкой фирме, но и не особо крупной. Обычной, средней фирме. Да и работяга был самый обычный, средний. Работа, дом. Дом, работа. Дома — жена, которая пилила мужика за то, что второй месяц не может повесить полочку, дети, которые хотели новый iPhone, потому что старый из моды вышел через месяц после появления в продаже, тырили у батяни сигареты, чтобы покурить на школьном крыльце и все такое.

Единственная радость, что была у мужика — день зарплаты. Как и большинство граждан, зарплату мужик получал двух видов. Официальную — на карту, соответствующую МРОТ. И другую — в конвертике. И, поскольку точный размер той, в конвертике, жена не знала, то позволял себе работяга в день получки пропустить с коллегами рюмочку-другую. По старой русской традиции обмыть зарплату. Обмывали без меры, зато жене, клятвенно глядя в глаза, он заявлял: «да мы всего по стопочке пропустили». Супруга, конечно, компостировала мужу голову, но история повторялась из месяца в месяц.

Однако в один вечер, после получки, работяга домой не явился. Он и сам был удивлен, когда очнулся в больнице с черепно-мозговой травмой, нанесенной тупым предметом сзади. Мужик точно помнил, что пил. Потом — что направился домой. А вот как очутился в палате… вероятнее всего — был доставлен на скорой, о чем и сообщил менту, который в таких случаях вызывается по инструкции, добавив, что пропал кошелек с такой-то суммой денег и сотовый телефон.

Менту такое дело даром не нужно. Где и когда отоварили работягу — неизвестно. Кто — и подавно. Загадка, перед которой спасовал бы сам Шерлок Холмс. Дохлое дело. Глухарь. Висяк.

И, вместо того, чтобы вообще попытаться хоть кого-то искать, мент, дабы отчитаться перед начальством о проведенных профилактических мероприятиях, отправил директору организации, в которой работал мужик, письмо, в котором потребовал провести среди коллектива разъяснительную работу относительно недопустимости употребления алкогольных напитков и нахождения в общественных местах в состоянии алкогольного опьянения.

Письмо пришло одновременно с выпиской самого работяги. Директор почитал, почесал затылок. Еще раз почитал. Еще раз почесал затылок.

Затем выдернул к себе сотрудника и потребовал написать заявление по собственному желанию. Ибо нехрен. Мужик отмечает получку, получает по башке, а ему, директору, потом письма из-за этого из ментовки пишут. А кому это нужно?

Женщины — удивительные существа. Сначала выскакивают замуж, чтобы получить независимость от родителей, затем — пытаются стать независимыми от мужа.

И постоянно борются за свои права. Дали им избирательное право — мало! Дали им право водить автомобиль — все еще мало! Начинают заниматься бизнесом, чтобы стать уж совсем сильными и независимыми.

Женились парень с девушкой. Парень зарабатывал достаточно, так что супруга могла себе позволить не работать вообще. Все, что он требовал от жены — чтобы дома была чистота и порядок. А вечером — хороший ужин. Ночью, конечно — хороший секс.

Видимо, секс и в самом деле был чертовски хорош, потому как когда год спустя девушка заявила, что она не поломойка и не прачка, парень нанял домработницу. Теперь жена только ходила по косметологам и спортзалам, да готовила ужины. Впрочем, вскоре ей надоело и это. Девушка успела стать настоящей фитоняшкой и готовке предпочитала вести свой канал на YouTube, раскрывая секреты успеха.

Спустя еще какое-то время супруга вспомнила, что на дворе XXI век, еду можно и на дом заказать. А в развитой Европе вообще принято ужинать в ресторанах. То есть она не кухарка, чтобы готовить каждый день. И, конечно, не посудомойка, чтобы посуду в посудомоечную машину загружать. Не барское это дело.

Удивительно, но парень стерпел и это! Более того — выделил блоггерше 200 000 рублей на продвижение канала.

Все видео были вполне однотипные: «Я — сильная, независимая женщина, всего добилась сама!» Подписчиков набралось около 15 000 человек. Малолетки в комментариях писали, какая она молодец, завидуя силиконовой груди четвертого размера… в итоге крыша у девочки поехала окончательно.

Она подала на развод.

Муж не особо горевал. Оставил ей паркетник VW, выплатил какие-то отступные, чтобы на остальное имущество не зарилась, и даже помог перевезти вещи к ее родителям. После развода устроил себе небольшой отдых, обойдя половину баров и борделей города за неделю.

Супруга же продала джип, добавила денег из оступных, добавила кредит и взяла новый BMW X6. Вскоре на YouTube появилось видео, как девушка, стоя перед этим X6, рассказывает, что она — сильная, независимая женщина, всего в этой жизни добилась сама, купила новую машинку, дела у нее в гору, а мужики — это грязь под ногами, которыми нужно уметь пользоваться.

Месяца через три сильная, независимая женщина достала своих родителей и те настойчиво порекомендовали ей найти работу. Девушка устроилась в одно место, почти сразу уволилась. Потом в другое, третье. Залила очередное видео, в котором рассказала, что работа — это для нищебродов, а настоящая женщина работать никогда не пойдет.

Вскоре кончились и деньги, чтобы выплачивать кредит за Х6. Как у нее было с мужиками — достоверно неизвестно, но, похоже, не особо. Потому как родителей такая независимая женщина доканала настолько, что те дали девушке под зад коленом и отправили к бывшему мужу — мириться.

Но у супруга к тому времени все было хорошо — жил уже с обычной девушкой, а не с сильной, независимой женщиной. Бывшая некоторое время покантовалась по своим подругам, затем работала в мужском SPA, после чего ее следы теряются. Канал на YouTube тоже закрыт.

Криминальный путь тернист и опасен. Кроме того, что жулика подстерегают опасности в виде законного возмездия правоохранительных органов, можно попасть еще круче — нарваться не на того. Тут кара может настигнуть быстрее, чем успеет спасти полиция и упрятать за решетку.

Например, на волне похищений номерных знаков автомобилей, один мелкий жулик стырил доски с припаркованной во дворе тачки. Все, как полагается — засунул под дворник записку с указанием, сколько денег перевести на Qiwi-кошелек, чтобы получить номера обратно.

Однако воришка не учел одного — транспортное средство принадлежало родственнику чекиста. Здесь стоит отметить, что полиция всяческими правдами и неправдами отказывалась принимать заявления о краже номеров. Номера вообще являются собственностью не автолюбителя, а государства. Так что потерпевшей стороной является Родина-мать. Лишь в 2014 году появилась уголовная ответственность за неправомерное завладение государственными регистрационными знаками, до этого момента сие деяние было, как ни удивительно, ненаказуемо!

Впрочем, как было отмечено выше, деятель просчитался. Утром автовладелец обнаружил наличие отсутствия присутствия номеров, днем подельник, руководивший всей операцией из колонии, установленный по номеру кошелька, вовсю сливал своего подопечного, а вечером сам вор, находясь в глухом лесу, помогал чекистам копать червей для рыбалки. На глубине около метра он вспомнил, где спрятал номера, и, исключительно в целях поддержания хорошей физической формы, обратный путь до города, примерно 30 км, пошел пешком.

Сама история уходит еще глубже в прошлое и относится к рубежу веков, когда ВАЗ-2110 считалась признаком достатка, крутой машиной, и пользовалась спросом как у покупателей, так и у угонщиков.

Одним вечером ОСОМовец ехал на своей «десятке». Лето, хорошо, тепло. У края дороги он увидел двух девушек. Хорошие такие девушки, с шикарными ногами, в мини-юбках. На первый взгляд могло показаться, что это — ночные феи, вышедшие на работу, дарить удовольствие мужчинам по сходной цене, но нет! Девушки голосуют, хотят куда-то ехать.

ОСОМовец притормозил, предложить свои услуги. Путешественницы назвали адрес, водитель — цену. Сторговались, договорились.

Но, садясь в автомобиль, девушки махнули двум парням, стоящим неподалеку. Мол, они с нами.

Конечно, сотрудник не на такую компанию рассчитывал. Он-то надеялся, что по дороге завяжется разговор, который приведет к более близкому и тесному знакомству. Но уже согласился довезти, и отказать как-то неудобно…

Ладно, усадил всех четверых. Одну девушку — на переднее сидение, вторую и обоих парней — на заднее. Поехали!

Поездка не задалась с самого начала. Парни начали бурагозить — то музыка играет слишком громко, то слишком тихо, то вообще не то играет. И едет ОСОМовец не так и не этак. Трясет сильно.

Водителю это вконец надоело, остановился.

— Выметайтесь, нахрен, отсюда!

— Не, не выйдем!

ОСОМовец бугай немаленький, но и пассажиры не дистрофики. Начал вытаскивать деятелей из машины — те упираются. Причем небезуспешно. Еле-еле выбросил одного, затем — второго…

Тем временем девушка, сидевшая на переднем сидении, перебралась за руль и дала по газам. Понял мужик, что стал жертвой развода, целью которого было похищение автомобиля. Тут уже особо не церемонился — повязал пассажиров их же ремнями и сдал в милицию, в полной уверенности, что там ребята расколются и назовут и девушек, и куда уехала машина.

Хрен там!

Оба на голубом глазу на все вопросы отвечают, что девушек вообще не знают, познакомились только вот-вот, решили поехать в ресторан, продолжить знакомство, а водитель, мало того, что плохо вез, так еще и избил и на дорогу выкинул. Где искать угонщиц и автомобиль — знать не знают. Пришлось отпустить…

Не учли они одного — места работы водителя. К моменту, когда сообщники добрались до дома, там их уже поджидали…

История умалчивает, каким образом взывали к совести угонщиков, но рассказали они абсолютно все — и где девушки, и где ВАЗ-2110. Говорят, один еще вспомнил, как стрелял в Ленина, а другой — в Кеннеди.

Невероятно, но факт: чем человек глупее, тем умнее считает себя. Своих оппонентов, соответственно — наоборот, тупыми, как пробки. Возможно, это связано с тем, что непроходимого балбеса никто и никогда не сможет оспорить. Еще древние говорили «один дурак задаст такую задачу, которую не решить и сотне мудрецов». Впрочем, это все до поры, до времени. Пока такой пациент не попадет в руки организации, в которой клиент неправ априори.

Было в Челябинске представительство одной Московской фирмы. Работали по принципу реализации. То есть из Москвы приходит товар, здесь его продают и после продажи отправляют бабки в головную организацию, оставляя себе традиционные два процента.

Офис находился в одном конце города, склад — в другом. В офисе, кроме директора и манагеров, работали еще коммерческий директор, женщина, а ее муж, имея в юности судимость за кражу — кладовщиком на складе.

Это все была предыстория. Теперь — сама история.

Ударило в голову директору и одному из менеджеров заработать. Пусть не вполне обычным, но распространенным способом: стырить товар со своего же склада и толкнуть его налево. А москвичи пусть новую партию взамен высылают, чтобы реализовать его второй раз, уже легально.

Сказано — сделано. Изготовили копию таблетки кладовщика от сигнализации, рассчитывая, что на него, как на ранее судимого, и падут все подозрения, и одной ночью, когда сам кладовщик был на больничном, поехали на склад.

Охрана пропустила Газель воришек на территорию складской базы, где арендовали площади, без проблем — перед этим кто-то позвонил, и, представившись кладовщиком, сказал, что сейчас приедет сын за товаром и попросил пропустить. С сигнализации склад тоже сняли без проблем.

Не учли другое. Или у кладовщика были какие-то подозрения, или старые замки вообще были детскими, которые пальцем открыть можно, но незадолго до этого действа кладовщик заменил замки. Экземпляр директорского ключа не подходит, злодеи вскрыть склад не смогли. Зато сам кладовщик, получив СМСку, что склад снят с охраны его таблеткой, ругаясь, оделся и отправился на работу.

Поздоровался с охранником, удивился, узнав, что перед этим попросил пропустить через проходную своего сына, дошел до склада… все в порядке! Единственное что — снят с охраны, но это легко исправить. Газели уже и след простыл.

Ладно, поставил на охрану и поехал обратно, домой, досматривать сны.

Вторую попытку директор и манагер предприняли днем. Вот не говорите, что воровать — легко! Это не бюджет пилить — подписал пару бумажек и несколько миллиардов улетели на оффшоры. Деятели не спали половину ночи, утром заспанные прибыли на работу, а после обеда — по той же схеме.

Места там глухие, склад в самой жопе города, проходимость нулевая. Можно и днем попробовать! В общем, снова позвонили сторожу, уже из другой смены, от имени кладовщика, опять сказали, что приедет сын на Газели и попросили пропустить.

Вскрыть замки не смогли и в этот раз — просто разбили окно и вытащили продукцию. Кладовщик, которому снова пришла СМСка о том, что склад снят с охраны его же ключом, уже не обратил внимание. Все же человек, мало того, что находился на больничном, еще и не спал половину ночи!

Следующим днем директор поднимает шум: ограбление! Товара украли на два миллиона! Сразу издал два приказа — в связи с кражей со склада уволить кладовщика (который был на больничном) и коммерческого директора (на том основании, что кладовщик — ее муж). И позвонил москвичам с просьбой срочно выслать новый товар, взамен украденного.

Но москвичи задали логичный вопрос: а раз была кража — то где заявление в полицию? Нет заявления — нет кражи, возмещайте стоимость сами, как хотите.

Делать нечего, директор отправился в полицию, указав, что подозревает кладовщика, ибо как у того в начале века уже была судимость за кражу.

Полиция выдергивает кладовщика:

— Рассказывай, как воровал?

Тот уходит в отказ — вообще был на больничном, но ночью на склад приезжал, на своей Гранте, в которую столько похищенного никогда не влезет при максимальном желании, даже если уминать ногами.

Хрен с тобой, золотая рыбка. Опера поясняют, что сейчас выдернут сторожей, чтобы опознавать сына кладовщика, который якобы и был на Газели. А какого сына? Одному — 14, второму — 12. Кого опознавать-то? Ясен пень, что ни один из них не мог управлять Газелью.

Зато оба сторожа дружно показали на директора с манагером, которые и были на Газели.

Так директор и манагер схватили по паре статей — за кражу и заведомо ложный донос, а представительство в Челябинске прекратило свое существование…

Любви все гендеры покорны…

Если еще 30 лет назад гомосексуализм преследовался по закону, была предусмотрена даже уголовная ответственность, то в эпоху демократических преобразований нравы стали более свободными. Однако еще в 1990-х такое скрывали…

В новом веке нетрадиционной ориентации стесняться перестали. Сегодня это почти нормально, а в странах развитого капитализма — едва ли не обязательно!

Во время дежурства одного следователя в МВД в его рабочий кабинет зашел амбал. Натуральный шкаф. Детина 2х2 метра. Лысый, как коленка и весь в тюремных наколках. Хотя сам полицейский был в форме и с оружием — и то не по себе стало.

Поведал амбал свою историю.

Откинулся, встретил парня. Начали сожительствовать. Сожительствовать не в том плане, как два друга, которые периодически бухают, водят домой баб и катаются на рыбалку — вовсе нет. Начали сожительствовать именно как мужчина и женщина.

Сиделец вложил в своего любовника кучу денег. Маникюр, педикюр, другие косметические процедуры, одежда. В общем, многие девушки позавидовали бы. А этот противный… эта неблагодарная скотина… он изменил! И, подумать только — с женщиной!

Начиная с половины повествования следак уже не мог сдерживать смех. Но как? Такой здоровый детина, и — голубой шкаф! Оказалось, пристрастился по первой ходке.

Амбал считал, что раз вложил кучу денег в своего сожителя, а тот ему изменил… то есть предал доверие, обманул, то любовника следует законопатить на нары, и, конечно, вернуть вложенное.

Полицейский огорчил заявителя. Не тот случай. Вообще сложный случай, не регулируется даже семейным кодексом. Так что органы в этой ситуации бессильны…

Голубой шкаф расстроился, вздохнул и тихо произнес:

— Тогда я его убью! Или покалечу…

— Э, слышь, — осадил следак. — Давай так. Ты этого не говорил, а я — не слышал.

Громила ушел, а сотрудника органов его биография сильно заинтересовала. А компьютер-то — вот он, под рукой. Пробить можно каждого.

Пробил. Оказалось, у детина за плечами две ходки — ст. 105 УК РФ (убийство) и ч. 4 ст. 111 УК РФ (причинение тяжких телесных, приведших к смерти).

Впрочем, своего любовника амбал так и не завалил. Во всяком случае, труп не находили…

Многие сегодняшние миллиардеры, про которых пишет Forbes, накопили первоначальный капитал в 1990-х годах, в эру беспредела, годы криминального раздолья, когда судьями были только Макаров, Токарев и Стечкин. Прокурором — Калашников, а адвокатом — Драгунов.

Сегодня, конечно, привлечь к ответственности этих людей невозможно — вышли сроки давности. Кто успел легализоваться в начале XXI века, тот и сегодня ворочает миллиардами. А кто нет… как говорил классик: «иных уж нет, а те далече».

В начале 1990-х годов, на юге Челябинской области, в исконно сельскохозяйственных районах, селяне держали скотину. В самом деле — там степи, самое место для выпаса коров, овец и прочей живности. Не на перевалах же Уральского хребта ее держать!

Не знаю уж, с чем связано, я от животноводства далек, но закалывают скотину после первых морозов, а это — конец ноября — начало декабря. Причем закалывают массово — сразу всем селом.

По деревне идет дед-кольщик. Но не тот, про которого поется у Круга, а тот, кто умеет профессионально умертвлять свиней и прочих носителей мяса. С огромным кинжалом, явно холодным оружием, причем явно без всякого разрешения даже тогда, когда за это было предусмотрена уголовная ответственность. И всем было пофиг! Заходит в один двор, делает свое дело, после чего получает причитающееся, обычно — пару бутылок водки и стакан, налитый до краев. Затем — в другой двор, третий… и так далее. К обеду дед обычно еле стоит на ногах от усталости. Или от выпитого?

Скотина — тоже, вроде как глупое животное, но когда приходят колоть — чувствует. Чувствует, своей звериной шкурой, что со шкурой сейчас придется расстаться. И помирать, естественно, не хочет — сопротивляется. Шум, гам… крики селян, визги скотины. Если кого-то мочат на дворе — слышно далеко.

В это же время по деревне едет автомобиль. Простая, неприметная легковушка, пассажиры которой прислушиваются. Ага, вот здесь стоит гвалт — значит, режут кого-то. Дом берется на заметку.

Когда скотину завалили — пора отпраздновать! Свинка, опаленная, остается во дворе, лежать под тряпками, а ее владельцы отправляются в дом. Можно выпить! Такое дело сделали! Мясо теперь есть — зиму проживем!

Однако — хрен там! В деревню въезжала уже другая машина — грузовик. Подруливал к заранее намеченному двору, двое молодцев перепрыгивали через ворота, подпирали дверь в дом поленом, распахивали ворота и грузили тушу в кузов. Жильцы, конечно, видели, что их грабят, но что могли сделать? Ломились в запертые двери, и не больше.

За 20—30 минут грузовик успевал объехать несколько дворов и покинуть село.

Местная милиция по осени офигевала от наплыва заявлений. Все — однотипные, все преступления по одной схеме. Объемы хищений составляли сотни тонн мяса!

Чуть севернее, в самом Челябинске, в те годы располагался ларек, в котором торговали мясопродуками. Удивительно, но каждый год, после волны краж, в продажу поступала колбаса. Да какая! Только из цеха — еще горячая! Запах колбасы стоял на всю округу. Очередь за колбасой выстраивалась, как в годы Перестройки… тоже за колбасой! И стоила относительно дешево. И была на удивление вкусной. Чувствовалось, что в колбасе именно мясо. Эту колбасу даже продавали не более двух в одни руки, чтобы всем в очереди досталось! Но время забоя скотины подходило к концу и в ларьке снова продавались самые обычные продукты…

Впрочем, вскоре у двух коммерсантов, собственников ларька и цеха, появился второй ларек. Затем — третий. Цех превратился в завод, ассортимент расширился — газировка, после — вино и шампанское…

Что касается колбасы — она оставалась на удивление вкусной вплоть до середины «нулевых», а потом испортилась — стала обычной, как все. Оба бизнесмена стали миллиардерами, неоднократно упоминавшиеся в Forbes.

Казалось бы — как они связаны с теми двумя молодцами, которые в первые постсоветские годы воровали свинину с сельских дворов? Попробуйте спросить у них самих.

Относительно недавно, в последние советские годы, люди стремились переехать из деревни в город. Оно и понятно. До 1960-х годов у крестьян даже паспорта не было. Да что там говорить про паспорт? Не во всех деревнях даже электричество было! Кстати, на днях я прочитал в интернете, что в этом, 2019 году, будет электрифицирована последняя деревня в Челябинской области! А на дворе, на минуточку, XXI век! Когда космические корабли бороздят просторы вселенной, а человек вот-вот ступит на Марс и красная планета станет нашей…

Конечно, процесс дезурбанизации во многом тормозился уровнем прогресса. Загородные дома были и в советский период — сады и дачи. Летние, в основном. Таких коттеджей, как сегодня, не было. С санузлами, бойлерами… сегодня в деревнях есть даже интернет!

Плюс автомобилизация населения — нет нужды ждать автобус или электричку, чтобы добраться до города, на работу. Сел в машину, десять минут по трассе — и уже в городе.

Не говоря уже о том, что жить на селе стало выгоднее — оплата коммуналки более понятная и прозрачная, хотя этот недостаток законотворцы пытаются исправить всеми доступными средствами…

Несколько лет назад один гражданин купил земельный участок. Хороший, на краю деревни. Живописное место на холме, речка недалеко, березки, все дела. В общем — благодать. Райский уголок. Проблем поначалу не предвиделось. Единственное что — прямо по участку шла дорога… ну как дорога — местные жители накатали себе.

С этой дорогой он и предполагал некоторые сложности. Но на планах она отсутствовала. А чего нет на бумаге — того не может быть и на земле!

Прошел по троим соседям, кто пользовался дорогой, объяснил им, что в обозримом будущем придется искать иные пути подъезда. Те, естественно, начали верещать:

— Мы тут с рождения живем и всегда дорога эта была, по ней еще дед моего деда ездил, и менять ничего не хотим!

Ну-ну… будет забор — поглядим, как вы через него прыгать будете. И захотите ли менять что-либо в своей жизни…

Селяне побежали к участковому. Полицейский — к хозяину участка. Мол, нехорошо селян обижать… а то понаехали тут, городские!

Начали разбираться. Оказалось, что дома тех троих соседей стоят по другой, параллельной улице. И с обратной стороны есть отличная асфальтированная дорога. Почему они ею не пользуются? Элементарно! Когда жители скидывались на асфальт — эти трое отказались, и остальные, сделав дорогу, поставили шлагбаум с замком, чтобы тех, кто не участвовал в благоустройстве деньгами, не допускать к благам цивилизации.

Участковый почесал репу, и пришел к выводу, что это их личные проблемы. Пусть разбираются сами, кто там скидывался, а кто нет. Гражданско-правовые отншения, проблемы реднэков шерифа не волнуют.

Дальше надо узнать границы участка. На кадастровой карте они есть, но, чтобы поставить забор, надо обозначить на местности.

Приехали геодезисты, и что оказалось? Что сосед справа поставил свой забор почти по центру чужого участка, отхапав половину!

Последовали переговоры соседом, целью которых было вынудить его передвинуть забор. Тот тоже бронелобит. Рассказывает, что уже давно так живет, а то что захапал половину чужой земли… бывает! Зато забор у соседа уже есть! Обычно соседи скидываются на забор между участками, а тут уже все готовое! Как бы вообще непонятно, может, еще и новенький должен остается?

Свежеиспеченный землевладелец, охренев от такой логики, объяснил:

— Мужик, у тебя три варианта, и все хреновые! Или заявление в прокуратуру, и ты получаешь предписание снести самострой. Или в суд, и будет решение снести самострой. Или вообще извращенный вариант: я снесу забор сам (как-никак, он стоит на моем участке), а с тебя через суд еще и стрясу понесенные издержки. Этот вариант явно дороже всех остальных!

Сосед продолжил возмущаться. Как это так — его забор сносить? Там же еще и банька стоит, и пофиг, что она тоже на чужой земле. Давайте не будем ссориться! Зато, обещал пускать к себе в баньку попариться… иногда!

Зашибись! А если наоборот — перенести забор, и новый владелец будет пускать тебя в твою же баньку? Иногда! Но ссориться не будем!

Пока спорили — наступил ноябрь. Понятное дело, что зимой никто ничего строить не будет, отложили на весну…

До конца марта на участке никто не появлялся. Да и в марте желания особо не было. Однако позвонил участковый, заявив, что латифундист вконец берега попутал, и ему, сотруднику органов, проблемные пассажиры не нужны. И все такое, в том же духе.

Абсолютно не представляя, о чем идет речь, мужик приехал в деревню, и… оказалось, сосед справа тоже зимой не посещал свою фазенду, за исключением единственного раза — на Новый Год. Жил спокойным образом у себя в квартире в городе, чем воспользовались неизвестные, капитально обчистив участок. Утащили даже двери с дверными коробками! Конечно, вызвав полицию, он ткнул пальцем в нового соседа!

Подозреваемый объяснил участковому, что это точно не он, у него есть чем заняться, кроме как буржуйки тырить.

— А кто? — задал логичный вопрос местный шериф.

— А я знаю? Воры! — не менее логично ответил латифундист.

В том, что воры — у стража порядка сомнений не было. Просил конкретную информацию — имена, явки. А кто их там, деревенских, разберет? Ты — полиция, ты и разгребай!

Забор сосед, конечно не снес. Как и баню. К сожалению, их не украли даже те, кто обчистил дом. Добавилась еще одна проблема — на участке, вдоль дороги, которой пользовались три жадных соседа, кто-то впендюрил опоры электропередачи. С проводами и электричеством в них — все, как полагается.

Пришлось посетить энергосети. Там, как это часто бывает в бюджетных учреждениях, никто ничего не знает. Мужик накатал жалобу и через несколько дней — телефонный звонок. Позвонил бригадир тех самых деятелей, что опоры устанавливали.

Рассказывает такую историю: им приказали поставить опоры вдоль дороги, до коричневых ворот. Они и поставили. Правда, опоры лишние остались… сперва удивились. Поинтересовались у соседей — оказалось, что в деревне есть еще одни коричневые ворота! Кто бы мог подумать, что в поселении всего на пятьсот дворов, окажутся вторые коричневые ворота! И тянуть надо было к ним! Но, конечно, никто ничего переделывать не стал. Опоры проданы, деньги пропиты… и так сойдет!

— Выдергивай нахрен! — возмутился землевладелец.

— Ты что, это ж из своего кармана надо платить! Давай не будем ссориться, там еще, в уголке участка место есть, можно что-нибудь построить! — ответил бригадир.

Прелестно! Только это не с мужиком энергетик будет ссориться, а с тем, кому он эту линию тянул. Неизвестный дачник деньги оплатил, и, как сойдет снег, приедет в деревню в полной уверенности, что свет у него уже есть… а света нету! И, мало того, что нету — вообще не предвидится! Если только не поделится тот, кому посчастливилось поставить себе вторые коричневые ворота. Вот же наглец!

После такого разговора бригадир согласился, что линию лучше демонтировать.

Наступил конец апреля, звонит сосед справа. Радостный такой. Вернее — злорадостный.

— Тут энергетики ваши столбы вытаскивают!

Почему-то он думал, что столбы предназначались для этого участка.

— Все нормально, их временно вытаскивают, чтобы не повредить, когда бульдозер твой забор сносить будет, — нашелся латифундист.

Сосед даже икнул!

Пока он тепленький, испуганный, мужик побежал в прокуратуру с заявлением и, сразу, направил претензию соседу почтовым отправлением. Неизвестно, что там ему в прокуратуре пообещали, но, получив претензию, сосед позвонил, сказал, что уже приступил к демонтажу забора и беспокоиться больше не о чем.

Но геморрой еще только начинался…

Наступил май. Пора строиться. Хозяин участка, памятуя участь соседа, которого обчистили, решил в первую очередь поставить забор. Хороший такой, из профнастила, с колючей проволокой поверху. Параллельно занялся получением разрешения на строительство дома.

Забор строится, разрешение получается. Сосед баньку разбирает. Только медленно строится забор… Четверо мужиков победили его за месяц. Около 200 погонных метров! Ну да ладно, это их зарплата…

Наступил момент расплаты, мужики получают деньги за забор. Но недовольны! Считают, что им недоплатили.

— А за баньку?

— За какую такую, нахрен, баньку? — возмутился заказчик.

— Да вот сосед сказал, что баньку вы ему отдаете, мы ее разобрали, стройматериал к нему на участок перетаскали. Он сказал, что вы и расплатитесь!

Тут хозяин охренел, уже в который раз. Много чего высказал работягам.

— Если не будет денег за баньку, то мы… — попробовали возмутиться строители.

Что — мы? Баньку обратно соберете? Идите к соседу, и с ним решайте вопросы оплаты. Забегая вперед — сосед мужикам так и не заплатил, опрокинул их. Но тогда казалось, что это их проблемы.

Тем временем было получено разрешение на строительство. Латифундист привычно охренел. Прямо по центру участка, вдоль дороги, шла охранная зона шириной 4 метра! То есть строить негде! Обратился в архитектуру за разъяснениями, где рассказали, что там, через весь участок, идет ЛЭП, оттуда и охранная зона. Хотя, стоп… какая еще такая ЛЭП? А это уже вопрос не к архитектуре, а к энергосетям.

Мужик направился в энергосети. Там говорят то же самое — так на участке ЛЭП! Как его продали — вообще непонятно! Хозяин смотался на участок, сделал фото, вернулся в энергосети.

— Вот вам фото, покажите, где тут ЛЭП?

— Ну значит не ЛЭП, а подземный кабель. Что-то там точно есть, потому что есть на плане.

Э, нет, постойте! Охранная зона подземного кабеля заявленной мощности — 0,6 метров. А на плане-то 2 метра! И кому взбредет в голову закапывать кабель в деревне? Его, заботливо отмеченный угрожающими табличками, непременно выкопают и сдадут на лом. А, если и закопали — то куда и откуда он идет? На планах энергетиков охранная зона от линии ЛЭП вдоль улицы и до никуда — прямо в обрыв над рекой.

Энергетики согласились. Так-то логично… начали разбираться с выездом на место, и тут выяснилось, что охранная зона — это та самая ошибочная линия, которую демонтировали! Вот ничего себе! Оказывается, чтобы поставить опоры, достаточно указаний «к коричневым воротам», а чтобы нанести на план — нужны точки от геодезистов, которые бьют их по спутнику. Так и появилась эта ЛЭП на плане.

После непродолжительных боев энергетики обещали внести изменения.

С появлением забора трое жадных соседей, пользовавшихся дорогой, заверещали. Как им теперь ездить? Так вам в сентябре прошлого года было сказано — решайте вопрос со шлагбаумом! А уже наступил июль следующего. Вы за год жопу не могли почесать! Не верили? А вот вам, выкусите!

Соседи писали жалобы во все инстанции, на что было пофигу. Хуже было то, что кто-то, видимо по привычке, продолжал пользоваться перегороженной дорогой. Ворота таранили, минимум, 2 раза. Найденная на месте ДТП эмблема от ГАЗа позволила заключить, что это дед с коричневыми воротами. Волги, кроме него, ни у кого не было. К тому же селяне рассказывали, что он любил ездить пьяным по деревне. Но за руку его никто не поймал, и пока землевладелец думал, как прекратить безобразие (противотанковые ежи, что ли, поставить?), оно прекратилось само.

Вдоль улицы шла дренажная канава. Дабы сохранить проходимость канавы под дорогой, в этом месте была закопана стальная труба. Наверно, единственная вещь, которую, в теории, можно сдать в лом, но не сдали. И только потому, что слишком тяжелая — не утащить. Да и выкопать ее — дофига делов. Однако в один, далеко не прекрасный день, труба пропала! О том, что она там была, напоминал только просевший грунт, словно перепахано. Так что теперь на участок можно заехать только на вездеходе.

Сразу нашлись и следы от трактора, который эту трубу выдернул — шли к одному из тех трех соседей, к бабке. Но старушка оказалась непростой — ушла в отказ:

— Ничего не про какую трубу не знаю! А следы — не от трактора, а от тележки! Это я воду с колонки возила!

Разумеется, все такие тупые, что не могут различить следы от трактора и следы от тележки!

Ладно, не хочешь по-хорошему? Убираем вазелин! Мужик в очередной раз позвонил участковому.

Местный Анискин быстро выяснил, что эту трубу положил еще отец бабки и еще при Хрущеве. Так что труба дорога старухе как память. Пока труба служила дренажом под дорогой, по которой к бабке ездила скорая, ее все устраивало, но сейчас она решила вернуть трубу себе.

Мужик растолковал бабке, что раз ей так нужна труба — могли бы договориться. Она создала геморрой и себе, оплачивая трактор, и ему, вынуждая искать новую трубу. Дал бы ей денег — и делов с концом!

Услышав волшебное слово «деньги», бабка заверила, что вернет трубу. И не обманула! Позвонила через пару дней:

— Приезжай, дорогой сосед, забирай трубу, закапывай обратно!

Но труба оказалась явно не той. Раза в два меньшего диаметра и раза в два короче. Кому… зачем такая нужна? Естественно, хозяин отказался от такой замены. Бабка, уже прикидывавшая, куда потратить барыши подняла истерику.

Оказалось, что ту трубу, которая ей была дорога, как память об отце, она сдала в приемку лома. За деньги. Хотела вернуть обратно, тоже за деньги, но той трубы уже не было, взяла похожую. Конечно, заплатив на нее. Деньгами. И теперь, раз она потратилась, то хочет денег! Разумеется, деньгами. Впрочем, денег она так и не дождалась.

Между тем начались дожди. Без дренажа распаханная дорога превратилась в грязное месиво, настоящее болото. Потом собственнику было не до участка. Затем искал обрезок трубы нужного диаметра по сходной цене. Когда вернулся на свои владения — там был лютый… короче, полная жесть. Похлеще всего, что случалось ранее.

Кто-то украл забор! Ну не так, чтобы весь, каркас со столбами остался. Но профнастил исчез! Конечно, мужик сразу позвонил участковому, чей номер телефона за неполный год выучил наизусть. Полицейский проделал знакомый маршрут, но расследование было проведено быстрее, чем страж закона успел прибыть на место преступления.

Сосед с банькой, не скрывая своего злорадства, поведал:

— Так это твои же работяги забор уперли, которых я с деньгами за баньку опрокинул!

Ну не идиоты ли? Тырить профнастил со своей мордой, когда месяц там проработали? Впрочем, на то они и строители, а не академики!

Участковый, приехав, сразу сказал, что знает, кто похитил профнастил:

— Воры!

Однако сильно огорчился, когда понял, что воры — не просто воры, а вполне конкретные, уже установленные, и даже с номерами телефонов, которые полицейский сразу и получил. Погрустнел…

С одной стороны — хоть какая-то палка, а то тут, на селе, своих не сливают. Залетных — с радостью, но они здесь редкость. А, с другой — это же работать надо! Кто ее, эту работу, любит?

После беседы с полицейским нарисовались и сами работяги, с криками, что это беспредел, их хотят посадить за их же бабло, на которое их кинул сосед, но, по совету шерифа, предложили возместить стоимость профнастила, дабы похерить дело. Сделка во всех смыслах выгодная. Анискин сохраняет свой авторитет, ничего при этом не делая, латифундист — получает деньги на забор, здесь и сейчас, а не через полгода судов. Строители тоже в плюсе — остаются без судимости.

Впрочем, суммы за проданный профнастил, опять же, не хватило, и мужику пришлось еще побегать, помогая работягам найти покупателя на их ВАЗ-2112. Наконец машину продали, деньги вернули.

Только хозяина к тому времени участок уже задолбал в край. Хуже некуда. Какой-то этот деревенский рай — и не рай вовсе, а сплошной ад. Адовый ад.

Продал он его нахрен и купил себе готовый домик в садах недалеко от города. На участке меньшего размера, и дом поменьше, чем хотелось. Зато без геморроя.

Хорошего бухгалтера трудно найти. Бывает, даже при помощи Интерпола. В современном мире без подписи главного бухгалтера подпись директора мало что значит. И вот тут и проверяется сила характера… один человек — создал компанию, нашел сотрудников, нашел потребителей товаров или услуг, смог все организовать, а другой — всего лишь наемный работник, в руках которого сосредоточена власть… даже не над умами людей, а над тем, что еще выше — над финансами!

Работала одна фирма. Торговала электрикой. Светильники, выключатели, проводки всякие. Обороты были не просто хорошие, а очень хорошие. Настолько хорошие, что пропажу двух миллионов с копейками заметили не сразу.

Вроде как и счета от поставщиков есть, и деньги переводились, только продукция от них не поступала. Поскольку один из учредителей фирмы в прошлом был сотрудником спецслужб, а чекистов, как известно, бывших не бывает, то очень быстро установил, что организации, на которые отгружались деньги, но в ответ не отгружались товары, были связаны с одним лицом — главным бухгалтером. В одной фирме директор — зять бухгалтера, во второй — сестра… не нужно обладать дедукцией Шерлока Холмса, чтобы понять, куда тянется ниточка — конечно, к главному бухгалтеру.

Вопрос решили без шума и пыли, не вынося сор из избы — прижали дамочку к стенке, она во всем и созналась… во всем — да не во всем!

— Да, вот эти два миллиона украла я, а вот эти двести тысяч — не я, хоть режьте меня!

С одной стороны, укравший раз, доверия не заслуживает, а с другой… какой смысл признавать 2 000 000 рублей, и отказываться от 200 000 рублей? Ладно бы — наоборот!

Обе сотни тысяч ушли на одну фирму, несколькими траншами, однако взаимосвязи этой компании с кем-то из сотрудников на первый взгляд не усмотрели. Как не усмотрели на второй и третий.

Погуглили — организация существует достаточно давно, занимается продажей электронных сигарет (здесь, согласно действующему законодательству, я в очередной раз должен напомнить, что курение опасно для здоровья), кальянами и прочим. Вообще непонятно! На прокладку-однодневку не похожа!

Поразмыслив, решили направить претензию — пусть предоставят накладные. Если деньги получали, стало быть, какой-то товар отгружали. А, если отгружали товар, то его должен был кто-то получать!

В установленный претензией срок компания направила копии накладных. И тут, на первый взгляд, все в порядке — стоит печать и подпись якобы директора. Впрочем, сам директор свою подпись знал достаточно хорошо, чтобы понимать, что почерк точно не его. Но и сравнивать почерки чуть менее, чем сотни сотрудников, и это без учета уволенных… занятие не из приятных. И далеко не быстрое.

Казалось бы — тупик…

Однако один из учредителей, все тот же, чекист, среди которых бывших не бывает, обратил внимание, что адрес организации в накладных не соответствует фактическому. Более того — соответствует домашнему адресу одного из сотрудников, недавно уволенному.

Тот быстро раскололся.

Являясь любителем вейпа, кальяна и прочих способов угробить свое здоровье, он заказывал у фирмы различную снедь. Заказывал и просил выставить счет на организацию работодателя. Однако сразу предупреждал: если в счете будут указаны «электронные сигареты» или «табак для кальяна» — оплаты не будет. Просил указать «электротовары».

Директор же, видя такой счет, не видя подвоха, подписывал оплату. А что? Фирма огромная, товарооборот регулярный, на миллионы рублей. И занимается электрикой. Все сходится! Поставщиков — уйма. Кто там каждого проверять будет? Если заказали — значит надо.

Далее, чтобы совсем замаскировать след, нечистый на руку сотрудник, ожидая поставку, забирал вечером печать, а утром, приходя на работу пораньше, возвращал ее на место.

Сгубила его лень. Зная, что компания осуществляет доставку на дом, он указывал свой домашний адрес.

У директора было большое желание сдать мошенника ментам, но бухгалтер как раз вернул похищенные 2 000 000 рублей. Настроение было хорошее. Так что просто объяснил бывшему сотруднику, что все это может кончиться парой лет за решеткой на сухарях, и дал ему ровно 1 час, чтобы вернуть пресловутые две сотни тысяч, плюс 20% сверху.

Не желая знакомиться с нравами по ту сторону решетки, начинающий жулик вернул все до копейки, уложившись в обозначенный срок.

Сатирик Стас Янковский, сказал: «Лень простого русского человека — это не грех, а совершенно необходимое средство нейтрализации кипучей активности руководящих им дураков.»

Возможно, в чем-то это оправдано. На местах так и думают. Что там в Москве приказали? Издали какой-то закон, указ… Москва — далеко, нам тут, из глубинки, виднее.

Причем принцип, озвученный выше, действует и в меньших масштабах — масштабах подразделения или отдела.

Один гражданин развелся, поделили имущество с женой. Ну, как поделили… в браке состояли всего ничего, все было нажито мужиком до свадьбы. Так что почти все осталось у бывшего мужа, а жена получила коробку сумочек, туфелек и всего остального, чему уважающий себя мужчина в быту применения не найдет.

Почти сразу после развода гражданин уехал в служебную командировку, а вернувшись… обнаружил квартиру пустой! Настолько пустой, что побывали явно не обычные домушники. Настолько пустой, что месть бывшей супруги была видна невооруженным взглядом. Утащили даже мебель! Обои остались на месте только оттого, что их отдирать запаришься.

Горевал мужик недолго. Сразу направился к своему однокласснику, закадычному приятелю — начальнику местного РУВД. Поведал свою проблему. Полковник выслушал, покачал головой и ударил по столу кулаком:

— Так, есть у меня один смышленый майор, сейчас я тебе его дам…

Сразу вызвал подчиненного и передал одноклассника в его умелые руки, с наказом — оказать максимальное содействие и решить проблему в как можно более сжатые сроки.

Обнадеженный гражданин проследовал в кабинет к майору, где во второй раз поведал свою проблему. Майор выслушал, уточнил адрес, посмотрел, кто там участковый и набрал его:

— Так, лейтенант, тут одному хорошему человеку помочь надо. Просьба даже не моя, а Валерия Ивановича… какого-какого Валерия Ивановича! Начальника нашего любимого! Он сейчас к тебе подъедет, решишь проблему.

Обворованный, совсем уже обнадеженный, летит по адресу опорника. Там сидит лейтенант, в возрасте, помятый, пьет чай и лопает пряники.

— Добрый день, я от майора, и даже от полковника, там сказали, что вы проблему мою решите!

Лейтенант посмотрел пристально на посетителя, дожевал пряник, смахнул крошки со стола и заявил:

— Слушай, друг… а ты бы не пошел?

— Куда? — не понял мужик.

— А куда хочешь. У меня тут, на участке, и без тебя головных болей хватает. Я в отпуск только на бумаге ходил. Нас тут по штату должно быть трое, а по факту — я один.

— Но вам же звонили!

— Да, звонили. И что?

— Так сам полковник распорядился!

— Я этого твоего полковника… самого лейтенантом помню. Передавай ему мой пламенный привет. Если ему заняться нечем — пусть сам твои шмотки и ищет.

Похищенное, в итоге, все же вернули — пришлось гражданину обращаться с заявлением в общем порядке. Подозрения оправдались — бывшая супруга, имея дубликат ключей, со своим братом, вывозила вещи около недели. Прямо на глазах соседей, мило здороваясь с ними и рассказывая, что это все ей муж после развода подарил…

Благодаря куче бюрократии, связанной с выстрелом, совершенным сотрудником правоохранительных органов, у нас, в России, полицейский применяет пистолет как последнее, крайнее средство. Только когда злоумышленник уже кидается на сотрудника с ножом.

В той же загнивающей Америке полицейский сначала стреляет. Потом еще раз стреляет. И только после — задает вопросы. Похоже, у них там бумаги дефицит, так что с бюрократией в таких случаях гораздо проще.

Молодой и здоровый лейтенант, буквально вот-вот окончивший Высшую Школу тогда еще Милиции, сидел на дежурстве. Ночь выдалась спокойной — ни одного вызова. Ни драки, ни шума. Даже никто ничего не украл. Тишь да гладь.

Время подходит к сдаче. Попил кофе и решил прогуляться до киоска — купить газету. За окном… для кого-то ранее утро, когда пора собираться на работу, а для кого-то конец бурной ночи, когда пора домой…

И из клуба, неподалеку от отделения, потянулась вереница подвыпившей молодежи.

Лейтенант купил газету, возвращается обратно… и тут привязалось к нему одно тело. Кажется, и не особо пьяный… но, от бессонной ночи и басов мозги немного набекрень.

— Слышь… а ты кто? — поинтересовался у мента гуляка.

— А что, по форме не видно? Иди своей дорогой…

— Да ты чего, не мужик, что ли? Побазарить не хочешь?

Молодой офицер прекрасно понимал, что тело нарывается… но вся ночь прошла спокойно. Нафиг кому нужны эти приключения под конец смены?

— А тебя что, в задницу поиметь (конечно, слово было употреблено другое, но воспитание не позволяет мне его воспроизвести в письменной форме) надо, чтобы доказать, что я — мужик? Брысь отсюда. На выполнение 10 секунд.

— Да ты точно не мужик, если побазарить не хочешь! — возмутился деятель и схватил милиционера за рукав.

Лейтенант в самом деле не хотел разговаривать. Настолько не хотел, что провел бросок, скрутил руки дебошира за спиной, начал искать наручники, но вспомнил, что оставил их там, на столе в дежурке!

Вот незадача!

Но это тоже не беда — на деятеле есть ремень, которым и можно связать руки. Полез стягивать с поверженного врага ремень, а тот вдруг напрягся…

— Слышь, брат… брат, ты чего задумал?

— Сейчас узнаешь!

Тело — чуть не в слезы. Начал верещать, вырываться… и вдруг — затих.

— Брат, ты посмотри какие девочки из клуба идут! Может, ты лучше с ними?

Вот теперь милиционер понял, что там в голове у балагура сложилось. Сошелся плюс с минусом, а точнее — предложение поиметь в задницу, чтобы доказать, что лейтенант — мужик, и попытка снять ремень.

Подумал еще раз… конец дежурства, а этого дурня еще оформлять. Да и вряд ли у него снова появится желание побазарить с незнакомым мужчиной. Пнул, пару раз, для профилактики, да отпустил. Гуляй, Вася!

В 1990-х годах у каждого более-менее приличного коммерсанта была своя охранная структура. Как минимум — ЧОП. С пистолетиками, карабинами, бронежилетами и всем прочим — как полагается.

У серьезных коммерсантов вообще были свои собственные армии и, даже, спецслужбы, в задачи которых входило негласное получение информации, и оборудование в те годы у подручных воротил бизнеса было такое, что даже ФСБ видело только на картинках, а про милицию — и говорить нечего. Кто платит — то и заказывает гаджеты…

Правда, охрана не всех могла уберечь. Киллерам тоже платили довольно охотно. Но бывало такое, что даже наемные убийцы оставались без работы.

Жил один предприниматель, и не то чтобы за ним сильно охотились, но, следуя тренду, передвигался по городу только в сопровождении джипа с охраной. Как приезжал на свою очередную стройку, проконтролировать, как там продвигаются работы в будущем торговом центре, сначала выбегали охранники, изымали у строителей все инструменты, которые можно использовать в качестве оружия колюще-режущего или дробящего действия — от отвертки до молотка, и, настороженно зыркая по сторонам, сопровождали шефа, обходящего стройплощадку, не забывая держать руки под пиджаками — на рукоятках пистолетов. Цирк, да и только! Из-за пустых понтов работы на объекте останавливались на несколько часов — пока мужики сдадут инструмент, пока разберут обратно…

А умер глупо. Поскользнулся пьяный, выходя из ресторана, и приложился головой к ступеньке. Ни один охранник не уберег. И пистолетики не помогли.

Случилось чекистам в 1990-х годах брать одного серьезного коммерсанта. Подогнали к зданию Газель с «Альфой», обезвредили вахтера в фойе — дедушку пенсионного возраста, поднялись на этаж, а там, перед кабинетом преступника — единственный охранник. Здоровый, почти лысый, накачанный, и в строгом черном костюме — все, как полагается.

Завидев группу людей с автоматами, дернулся было к кобуре, но вовремя одумался. Понял, что его тогда не на кладбище понесут, а в приемку лома сдадут. Охранника бережно уложили на пол, раздвинув ноги и заложив руку за голову, поинтересовались:

— Оружие есть?

— Да, пистолет…

— Где?

— В кобуре, подмышкой.

Полезли за оружием — охранник завизжал, затрепыхался.

— Не отдам!

— В смысле? Как это — не отдам?

— Я сегодня первый день на работе, мне сказали: оружие никому не отдавать!

— Дурак, что ли?

Пара ударов по ребрам быстро убедили парня, что отдать пистолетик, все же, придется… так он и лежал, обезоруженный, пока брали шефа.

Наконец, на запястьях коммерсанта застегнули наручники, выводят из кабинета…

— Что же будет… что же будет… что же теперь со мной будет… — запричитал охранник.

— Да нихрена тебе не будет, — успокоили его чекисты. — Тебе-то чего бояться?

— Так я же не уберег… не смог защитить шефа!

— Подожди, орел, от кого не уберег?

— Как от кого? От вас! — заявил охранник ФСБшникам.

— Нет, парень, ты точно дурак…

Доподлинно неизвестно, что руководит преступниками. Нет, когда человек украл булку хлеба с голодухи — тут все понятно. Когда чиновник украл пару миллиардов — тоже все понятно.

Но зачастую люди идут на преступление даже когда овчинка не стоит выделки. Идут на риск, когда честным трудом могут заработать, если не быстрее — то точно больше. И с меньшими нервами.

В одной колонии в Челябинске сидел Саша. Впервые загремел по малолетке, и с тех пор тюрьма его не отпускала. Возвращался постоянно, впрочем сам сиделец воспринимал зону не как наказание, а как место для обмена опытом со старшими товарищами. Причем опыт этот, учитывая, что встречи эти происходили в местах лишения свободы, далеко не всегда был успешным.

К концу срока Саша расправлял плечи, приосанивался…

— Я тут с пацанами посоветовался, мне рассказали, где я прокололся. Теперь точно не попадусь! — заверял он сокамерников.

Преступник выходил на волю… и вскоре возвращался вновь!

— Саша, как так? — удивлялись другие заключенные. — Ты же говорил, что теперь точно не попадешься!

— Да, прокололся… но мы тут с пацанами перетерли, так что теперь я точно знаю, как надо! В следующий раз не попадусь — сто пудов!

Проходило пару лет, сиделец покидал колонию… но ненадолго! Снова возвращался, и, конечно, снова кража!

— Да как так-то? — в очередной раз удивлялись сокамерники. — Ты же говорил, что теперь — дело верняк, все продумано!

— Оказалось, что продумано не все… в другом месте прокололся! Но мне тут такую делюгу накинули, откинусь — все в ажуре будет. Дело — верняк, уже точно не возьмут.

Ну попался ты раз. Ну два. Да успокойся уже, пойми, что криминальный путь — это не твое. Нет же, все то же — опять лезет на рожон!

Неизвестно, выгорело у Сани, или нет. Точно одно — в ту колонию он больше не возвращался… может, в самом деле срослось, а, может быть, понял, что там собрались не самые квалифицированные специалисты и мотает срока в других заведениях, перенимает опыт.

Когда гражданин занимает какой-либо руководящий пост, пусть даже и незначительный, у такого гражданина, зачастую, появляется ощущение собственной исключительности. Как говорится, самое тяжелое испытание — деньгами и властью. И его проходят далеко не все… деньги начинают прилипать к рукам, власть — ударять в голову и вот человек приобретает уверенность, что сам черт ему не брат, забывая, что есть еще организации, в которых клиент всегда неправ…

Случилось чекистам брать одну чиновницу сельского масштаба. Народу пригнали… одних оперов — с полдесятка. И еще целый автобус с ОСОМом.

Один из оперов, уже в возрасте, возмутился:

— Куда, зачем столько? Там бабушка — божий одуванчик! Ну да, украла чуть-чуть бюджетных миллионов, но это же не повод брать ее так жестко! А если у нее сердце не выдержит? Кто потом отписываться будет? Да и, полюбому, нет у бабки под столом ППШ, с которым она займет оборону.

Посовещались, решили, что этот самый опер, который в возрасте, зайдет в здание сельской администрации и в одиночку, очень вежливо, произведет задержание. Тот, как есть — в гражданке, даже без бронежилета, вошел в здание. Постучал в дверь кабинета — тишина. Постучал сильнее — все равно тишина. Но чиновница — точно на месте. У крыльца стоит ее автомобиль, да и окно в кабинет открыто.

Ладно, открывает дверь, а там — расхитительница социалистической собственности сидит с другой бабулькой, тоже сотрудницей администрации, и чай с печенюшками гоняет…

И вот тут старушка, которая божий одуванчик, увидев посетителя, рявкнула:

— Кто разрешил входить? Вы что, не видите, что у нас обед? А ну — брысь отсюда!

Рявкнула так, что чуть штукатурка с потолка не посыпалась. Такой силы голоса в столь тщедушном теле опер никак не ожидал!

Осознав свою ошибку, чекист извинился, вежливо закрыл дверь…

А через пару минут дверь открылась уже без стука — от удара ноги. Чиновницу повязали уже совсем не вежливо…

Есть определенный тип женщин, которые считают, что им обязаны уже из-за правильных половых органов. Даже если они не в полной мере соответствуют общепринятым канонам красоты! Чего уж говорить, если девушка хороша собой? Конечно, родиться женщиной — не означает быть женщиной. Чтобы получить от жизни все — надо уметь очень многое. Отсюда и различные книги типа «Как заставить мужчину дарить тебе подарки», пользующиеся огромной популярностью у современной молодежи! Вообще, практика показывает, чтобы ничего не делать — надо уметь делать все.

Положа руку на сердце, девушек тоже понять можно — мучают себя диетами, потеют в спортзале, эпиляция… это не раз в день смахнуть бритвой щетину со щек, а если лень — мужчина лишь смотрится брутальнее. Это ноги, зона бикини и так далее — те места, мех на которых вовсе не делают женщину сексуальнее. И, когда дама прикладывает столько усилий — понятно, она не хочет, чтобы эта красота досталась самцу, который еле сводит концы с концами, и увяла, едва минует 30 лет.

Впрочем, главное — вовремя остановиться…

Жила-была девушка — красотою лепа! Червлёна губами, бровьми союзна… грудь — четвертый размер, талия — двумя ладонями обхватить можно. И с ранних лет было у нее понимание, чего от жизни хочет. Мужика. Такого, чтобы… настоящего мужика! С бабками! Даже больше — с баблом!

Первым, в старших классах, стал школьный хулиган. Самый авторитетный человек во дворе! Всегда при деньгах, отжатых у младшеклассников, на кино и мороженку хватало. Еще и катал, иногда, на отцовском Москвиче!

К хулигану присматривался местный рэкетир, державший несколько стоянок и ларьков. А к рэкетиру присматривалась девушка… в итоге бандит был уверен, что он совратил девчонку, на самом деле, конечно, все было наоборот! Тут уже отдых был серьезнее — рестораны, клубы, даже съездила в закардонье — на Кипр!

Конечно, девушке этого было мало, и следующим стал собственник фирмы, торгующей металлом, которую крышевал рэкетир. Дамочка быстро смекнула, что если он платит бандитам за охрану — то денег у него будет поболее.

За ним последовал банкир, кредитовавший коммерсанта, начальник банкира, владелец завода.

Мужиков девочка меняла, как перчатки. И каждый — круче и богаче предыдущего. Сама женщина в жизни не проработала и дня, считая, что содержанка — вполне достойная профессия, требующая, бесспорно, определенного искусства.

Казалось бы — можно остановиться. Многое в жизни повидала. И как ее мужику сносят голову из обреза, после того, как он подписал дарственную на свое имущество очередным жуликам. И все четыре океана. Не говоря уже о лучших ресторанах и отелях. Крутануть глобус и наугад ткнуть пальцем — точно попадешь в точку, где женщина бывала, отдыхала, предоставляя свое тело очередному любовнику. Машины меняла раз в полгода, а мужчин — того чаще. Словно решила добраться до списка Forbes, и остановиться уже только там.

Многие падали к ее ногам, преподнося кольцо с бриллиантом, и каждый раз — крупнее предыдущего. Но девушке все было мало. Еще немного, еще чуть-чуть… и наступит оно — счастье! Золотой унитаз, усыпанный бриллиантами, собственная яхта и самолет. Захотела бы — сто раз вышла замуж, родила детей. Но нет! Было желание урвать у жизни максимально. Чтобы под завязку. Чтобы быть упакованной по самые гланды.

Впрочем, время тоже шло. Грудь потеряла былую упругость, задница начала обвисать. Кадрить мужиков становилось все труднее.

Зачем мужчине с деньгами 35-летняя баба, когда он может себе позволить и 25-летнюю? И не такую поношенную…

И где-то в алгоритме произошел сбой. Сбой, конечно, вполне планомерный. Время — оно никого не щадит. Время империи рушило, а тут — какая-то девочка из Челябинска.

Следующий любовник оказался беднее предыдущего. И замуж-то уж не звал… так, покувыркаться периодически. Такого отношения к себе увядающая красотка потерпеть не могла! Она ведь только-только собиралась остановиться! Дальше — хуже. Еще беднее, и пропал после нескольких встреч… вместо прогресса пришел регресс. Мужчины уже не были готовы содержать дамочку, исполнять все ее хотенки. Пришлось устроиться на работу. А куда? Без образования, опыта и стажа?

Сейчас женщине далеко за сорок. И работает она проводницей. Красота осталась в прошлом. Как и богатые мужики. Ни ребенка, ни котенка. Лишь случайные попутчики долгими ночами под перестук колес тепловоза.

Конечно, в органах работают обычные люди. Со своими недостатками, слабостями. И, разумеется, если можно что-то не делать — найдут способ этого не делать. Впрочем, в последнее время вообще складывается ощущение, что сотрудниками госструктур делать лишь бы что, что угодно, главное — чтобы ничего не делать. Дабы, цитируя персонажа одной достаточно старой компьютерной игрушки:

— Как в старое доброе время! Я ничего не делаю и получаю плату!

Служба в органах все больше напоминает работу в обычной коммерческой структуре. Главное — найти, на кого свалить вину. Лучше — на подчиненного. Все мы люди, все мы одинаковые…

В 1990-х годах жил да был один жуликоватый коммерсант. Впрочем, других коммерсантов в то лихое время и не было. Надо заметить, что стучали в те времена все и на всех. Кто-то с исключительно практическими целями — устранить конкурента. Кто-то из идейных соображений. А некоторые — так вообще, ради собственного удовольствия или по старой привычке. Так у одного чекиста, тогда еще совсем молодого, скопилась неплохая папочка материала на того самого коммерсанта. Увесистая папочка — толщиной с кирпич.

Как это полагается, все сведения о преступных деяниях бизнесмена офицер отписывал своему начальству, причем с завидной регулярностью — раз в квартал, а иногда и раз в месяц, составляя соответствующие справки.

Впрочем, время было, хотя и веселое, но неспокойное. В один день коммерсанта грохнули.

А еще спустя немного чекисты собрались за одним столом, у себя, в Управлении, празднуя какой-то очередной праздник типа первого понедельника недели или средней среды месяца, какой точно — уже никто и не вспомнит. И кто-то за столом заметил:

— Как же печально, что эту скотину хлопнули, не успели мы его посадить!

— А почему не успели-то? — удивился молодой сотрудник. — Информации было — навалом! Вот такая была. И такая. Там украл, здесь взятку дал, а тут — заплатил, чтобы конкурента убрали! Было бы желание — упаковали бы по полной. Сидел бы сейчас в темнице сырой, в полной целости и сохранности. Спасли бы человеку жизнь!

Начальник отдела, вместе с замом, прямо подпрыгнули:

— Как так? Информация была, а ты молчал? А что же ты молчал? Вот уж законопатили бы мы его по полной! Раздолбай ты, старлей, и тебя нужно уволить!

Молодой человек, обалдевший от такого, долго сидел с открытым ртом, выслушивая, как выливаются на него ведра помоев…

А, стоп! Подождите! Все же подшито в папочку! Покинув застолье, чекист прошел в свой кабинет, открыл сейф, достал папочку, пролистал ее… и нашел искомое! Вот же — все справочки, на месте! И на каждой стоит резолюция как начальника отдела, так и его зама: «Ознакомлен». С датой и подписью. Все, как полагается.

Вернулся с этой папочкой и бухнул ее на стол.

— Вот, смотрите, трщ полковник. Я-то как раз и не молчал. Все было отписано. Вот резолюции, даты, подписи. Однако распоряжений никаких не поступало!

— Ладно, согласен, было, — кивнул начальник. — И что ты теперь, медаль хочешь?

— Медаль — не обязательно, но меня тут дерьмом с головы до ног облили… извиниться бы не помешало…

— Ой, да ладно тебе! Чего мы тут вспоминать будем, что было целых пятнадцать минут назад? Лучше наливай да пей!

В 1990-х годах страна окончательно встала на рельсы рыночной экономики. Хлеб и зрелища стали общедоступными. Дефицит исчез, все стало продаваться и покупаться. По сходной цене. В том числе и то, чего раньше не было — россказни про всяческие потусторонние явления. По телевизору, радио, в газетах и журналах то и дело мелькала информация про инопланетян, НЛО, пришествия пришельцев и ушествия похищенных оными. Возникла даже новая «наука» — уфология!

И недостатка в рассказчиках не было. Каждый в жизни что-то видел, что-то слышал. Этакое. Неизведанное. И, если раньше за байки о таких вещах можно было угодить в психушку — то теперь приезжали журналисты, «ученые», расспрашивали и переспрашивали. Опять же — внимание! Популярность.

Другие про это писали, третьи — читали. Так создавались рейтинги, росли тиражи.

Причем про инопланетян читали все — от мала до велика, не только в городах, но и селах. И всякий знал — от НЛО добра не жди. Похитят, напихают чипов, а от них — рак.

В одной из Уральских деревень в начале 1990-х годов, в один погожий летний вечер отрубили электричество. Стало быть — авария на подстанции. Дело нередкое. Особенно когда энергосети В. И. Ленина еще живым помнят.

Селяне к этому привычные. Кто зажег свечи, читает книжки или газеты, кто спать пораньше отправился, а кто решил проводить вечер стопочкой продукта собственного производства. За окном все темнело и темнело, как вдруг… за холмом — зарево! Такой яркий свет! Потусторонний.

Жители зашептались. Ведь то, что электроника отказывает при появлении инопланетян — общеизвестный факт. Как и то, что НЛО всегда сопутствует яркий свет. Все, дождались! Приехали!

Соседи пошли к другим соседям, другие — к третьим… через полчаса вся деревня была уверена, что началось вторжение пришельцев, и они — первая линия обороны. Сейчас сметут их зеленые человечки из летающей тарелки, и разойдется инопланетная зараза по планете.

Помирать зазря, без боя, никто не хотел. Кто-то достал из-под кровати двустволочку, у кого не было — вооружились топорами и вилами. А то и попросту поленьями или жердями. Страшно, конечно, но что поделать?

И в свете факелов вся эта кавалькада направилась на край деревни, за холм. Отражать нападение пришельцев. Поднимаются на пригорок, а там…

А там!

А там комбайнеры сидят на травушке и водку пьянствуют. А, чтобы темно не было, включили прожекторы своих машин.

Ничто так не увеличивает размер взяток, как борьба с коррупцией. Законодатели придумывают новые методы борьбы, коррупционеры — новые методы борьбы с борьбой. Впрочем, нередко так случается, что законодатель и коррупционер — это одно и то же лицо.

Придумали отчитываться о собственности — как чиновников, так и их жен, несовершеннолетних детей… и что же? Последовали разводы! Да, супруги так и живут под одной крышей, едят из одного холодильника, спят вместе. Но декларацию за вторую половинку теперь подавать не нужно! В итоге сам чиновник — гол как сокол, зато жена — владелец заводов, газет и пароходов.

Однако что делать коррупционеру, если нет супруги? Или, если никому, кроме себя не доверяет?

Работали ФСБшники по одному чиновнику, предположительно — не совсем чистому на руку. Встала необходимость установить его имущество — обратились к человеку в налоговую. Да-да, ИФНС лучше вас самого знает, что у вас есть, а чего у вас нету, даже если этого самого у вас уже давно нету.

Человек включил базу, забил ФИО чиновника, нажал Enter… компьютер задумался. Первое предположение — база повисла. Бывает, техника не совершенна. Сделал кофе, закурил сигарету. Компьютер все еще думает. Ну, все понятно. Точно база висит. Собрался звонить технарям, чтобы пришли и срочно починили. И вдруг… компьютер перестал думать! Все отлично, база развисла. Тоже бывает.

Посмотрел результат — а там почти 700 земельных участков. Нет, похоже, что база все-таки дала сбой. Не может быть у одного человека 700 объектов недвижимости! На некоторых — еще и строения имеются! Скорее всего какой-то один участок компьютер несколько сотен раз выдал.

Но, на всякий случай, проверил по кадастровым номерам. Нет, не бывает такого! Все кадастровые номера — разные! Получается, что в самом деле у одного человека почти семь сотен земельных участков! Проверяет еще раз. Блин, все правильно! Латифундист какой-то.

Знатно охреневший, сотрудник скинул информацию на флешку и отвез чекистам.

Однако те, вместо благодарности, возмутились:

— Распечатать, что ли, не мог? У нас через 2 часа доклад по этому деятелю!

— Не-не, у меня столько бумаги нету. У вас ведомство побогаче, сами распечатаете.

Уехал, но минут через 15 звонок от чекистов:

— Тут дохрена файлов, какой открывать?

— Открывайте все.

— Как все-то? 700 файлов. Прикалываешься, что ли? Скажи, какой файл открывать!

— Я и говорю: открывайте все.

Проходит еще около получаса. Снова звонок от чекистов:

— Это что, все правда, что ли?

— Нет, блин, я так шутить буду. Тут вообще в налоговой так принято — записать на человека несколько сотен земельных участков, чтобы поржать. Шутка юмора такая.

Вот таким латифундистом оказался чиновник. История умалчивает, что стало с ним далее — штрафом он отделался, или условкой, а может того хуже — ремнем отшлепали.

Не было бы счастья, да несчастье помогло. Или беда не приходит одна. Иногда бывает все так хорошо, что непонятно — может, оно уже плохо? Единственное, что не вызывает сомнения: когда плохо — всегда может быть еще хуже.

Работал в одной фирме мужик. Самый обычный мужик. Звезд с неба не хватал, но и законченным дебилом не был. Жил с женой и ребенком, ходил на работу, по пятницам выпивал положенные 200 грамм. И никому до него не было дела, пока с супругой и ребенком не приключилось какое-то несчастье, какое именно — история умалчивает. Факт тот, что погибли оба. А мужик получил денежную компенсацию. И в глазах холостых дам с работы из невзрачного мужичонки моментально превратился в объект обожания и вожделения. Интересовал он, конечно, не молодых девочек лет 25, у которых, как они считали, все еще впереди, а женщин более старшего возраста — 40—45 лет, которые, или в силу характера, или по другим причинам, так и не смогли устроиться в жизни и коротали вечера за слезливыми сериалами.

Дамочки начали проявлять внимание. Кто просто подходил, сочувствовал. Кто потчевал домашней стряпней.

А тут случилась вторая радость… ой, то есть, конечно, горе — мать мужика, не выдержав смерти любимой внучки, сама слегла в больницу с инсультом и скоропостижно скончалась, оставив сыну в наследство свою квартиру и дачу. Свободен, богат! Мечта любой старлетки!

Коллеги по работе женского полу активизировались с тройным усердием, но опоздали. Завидный жених уже перебрался к одной дамочке, которая старалась лучше всех. Готовила, стирала, убирала. Чего еще нужно? Чай, обоим давно не по 18 лет. Женщине — за 40, мужику — чуть более 35. Начали жить вместе.

И тут вдовец, который всегда был тощий, как жердь, начал резко толстеть. Чем дамочка кормила его дома — неизвестно, но на корпоративах она накладывала своему избраннику целый тазик салата, чтобы побольше майонеза, самые жирные куски мяса, с которых масло прямо ручьем текло и так далее.

— Ты что делаешь? — возмущались подруги. — Он же в жиртреста превратился!

— А это я специально, чтобы ни одна крыса на него не посмотрела! — заверяла женщина.

Сама мадам, между делом, убедила своего пухлика продать дачу и квартиру матери, и квартиру, в которой мужик проживал с покойной супругой и дочерью. А что, куда… возраст же! Надо самим что-нибудь купить, чтобы уже до конца жизни хватило. Хорошую квартиру, чтобы достойно встретить старость. Хороший загородный дом, чтобы было где отдохнуть. И хорошую машину, чтобы было на чем добраться от квартиры до дома.

За несколько лет мужчина продал все, что у него было. И что получил в наследство. А все, что приобреталось — покупалось исключительно на имя своей новой любви, с которой, конечно, расписаться не догадался. А куда, зачем? Возраст… смешно в их годы свадьбу играть!

И вот, когда деньги кончились, дамочка дала своему ненаглядному пузатику под зад коленом.

— Зачем ты мне, такой жиртрест, нужен?

Коррупция, как это не странно, выгодна обеим сторонам. И тому, кто берет деньги. И тому, кто дает. Как проезд в трамвае. Пассажир заплатил кондуктору и едет до нужной остановки. Горэлектротранс получает деньги, гражданин — проезд. Всем хорошо.

Так и в коррупции. Остановил ГАИшник пьяного водителя, взял по тарифу «оплату штрафа на месте», и оба довольны. Инспектор, конечно, доволен больше шофера, но и автомобилист сам виноват — нехрен было, выпив, за руль садиться! Кто останется недоволен — это пешеход, которого собьет пьяница. Но он к коррупции никакого отношения не имеет. Отсутствует в круговороте денег в карманах.

Когда взяточничество происходит в таком виде — это еще можно понять. Но бывает, когда сотрудники органов, оставшиеся в стороне от финансовых потоков, сами создают ситуации, чтобы оказаться Вкоррупции (кстати, неплохое название для социальной сети соответствующей тематики).

Вечерело. По тропинке через аллею спешил домой гражданин. Дорожка не то, чтобы совсем заброшенная, но и не самая популярная. В такое время проходит один человек в 5—10 минут. От стоянки, где гражданин ставил авто, до дома — самый короткий путь.

Вдруг — глядь! Кошелек лежит! А рядом — никого! И тишина… только мертвых с косами нету. Портмоне — хорошее, добротное. Сразу видно, что небедный человек потерял.

Осмотревшись, убедившись, что рядом и в самом деле никого нет, гражданин поднял находку. Внутри что-то есть! Запустил в кошелек руку и вынул… не деньги — нет. Пакетик с каким-то порошком. Фигня какая-то. И только бросил портмоне и пакетик на землю — из кустов выскочили трое.

— Полиция, мордой в пол!

Гражданин даже не успел ничего сообразить — ему помогли прилечь на дорожку.

— Ага, незаконный оборот наркотиков! Приплыл ты, дорогой!

— Да вы что, с ума сошли? Какой оборот? Какие наркотики?

— Кошелек — твой?

— Нет, не мой!

— Как — не твой?

— На дороге лежал, я к нему вообще никакого отношения не имею!

— Может, еще и скажешь, что твоих пальчиков на нем нету?

Опачки! И тут гражданин понял, что приплыл. Портмоне-то он поднимал. И пакетик доставал. Стало быть, отпечатки точно оставил.

— Мужики! Граждане товарищи полиционеры! Не мой это кошелек! Всем, чем хотите, клянусь!

— Это уже судья разберется — что твое, что не твое…

А дальше — понятые, протокол, ночь в райотделе, полная увлекательных разговоров.

Отоспавшись, на работу гражданин, естественно, на следующий день не пошел. Какая тут работа? Тут, похоже, работой он и так будет обеспечен — в солнечном Магадане.

Вместо работы сел на телефон и принялся искать адвоката. Нашел одного, неподалеку, договорился о встрече. В назначенное время прибыл в офис, рассказал свою историю.

Адвокат внимательно выслушал, призадумался.

Перед этим ему точно такую же историю уже рассказывали дважды. Однако к ним тогда правозащитник отнесся весьма скептически. Как говорит доктор Хаус: «все врут!» Не понимают люди, что адвокату, как и доктору, следует говорить только правду и ничего, кроме правды. Это уже на суде — нужно говорить не что было, а как лучше.

И приходят разные жулики, и рассказывают сказки, как килограмм героина в карман засунули. Или как собутыльник поскользнулся, упал на нож, и так пятнадцать раз подряд.

Так что в первый раз адвокат не поверил истории ни на йоту. Во второй раз — призадумался. А в третий…

Ну не могут три человека, абсолютно никак между собой не связанных, врать так одинаково! Стало быть, они говорят правду.

Юрист назвал стоимость своих услуг. Теперь призадумался посетитель. Посидел, почесал затылок, а потом изрек:

— А вы знаете… менты-то тоже денег просили. И у ментов было дешевле. Так что пойду я лучше к ним, там договариваться.

Вот теперь адвокат все понял. И почему истории одинаковые. И почему предыдущие клиенты, поговорив, уходили и более не возвращались.

Судья — лицо неприкосновенное. Можно обжаловать постановление полиции, прокуратуры, ФСБ. Через вышестоящие органы. Или через суд. Решение суда тоже можно обжаловать, но уже только через вышестоящий суд. То есть обратиться к одному судье с просьбой проявить неуважение к другому судье. Перед решением суда даже генерал беспомощно разведет руками.

Это не означает, что судьи не берут взяток. Случается. Другой вопрос, что привлечь судью чрезвычайно сложно.

В первой половине 1990-х годов в ФСБ пришла информация, что один судья требует взятку за прекращение уголовного дела. У отца одного подсудимого.

Отца пригласили, провели разъяснительную беседу, склонили к сожительству. Тот согласился назвать место и время передачи и передать меченные купюры.

Дело за малым — утвердить план операции. Но вот тут и вышел затык. Когда вышестоящее начальство узнало, что брать собираются судью — никто не соглашался ставить подпись.

— Да вы что, шутите, что ли? В новейшей истории России еще ни одного судью не посадили!

Впрочем, с горем пополам, назвав судью «неустановленным лицом», план утвердили. Над операми, которые затеяли такое дело, все смеются:

— Судью? Посадить? Да хрен что у вас выйдет!

Даже поспорили на ящик коньяка. Хорошего. Французского.

Близился день передачи денег.

Операция проводилась в строжайшей секретность. Три четверти отдела не знали, куда направились опера. На улице — зима. Мороз в минус тридцать. Как будто судья знал, заранее выбирал день, посоветовавшись с синоптиками! Передача взятки назначена в загородном доме.

ФСБшники подошли к делу со всей серьезностью. Прибыли загодя, нашпиговали дом записывающей аппаратурой, насколько это было возможно на уровне технологий 1990-х годов, чтобы все прошло без сучка, без задоринки. Сами — ждут в засаде.

И вот судья, получив деньги, выходит. Посмотрел в одно окно, в другое — а там, снаружи, пурга. Вьюга. Все белым-бело, насколько это возможно черной-черной ночью.

Только вышел — тут его и стали брать. Трое налетели, а четвертый снимает на камеру.

— Я — су… — пытается представиться судья.

И сразу получает в морду. Попытался достать удостоверение из кармана — да где там! Двое висят на руках! А он — здоровый, зараза. Руки взяточнику заламывали минут пятнадцать, пытаясь завалить в снег и надеть браслеты.

— Я — су…

И на тебе снова в харю.

Ведь если он представится или достанет ксиву — все, пропало дело. Неприкосновенность!

— Я — су…

Держи еще раз!

И все это снимается на камеру. Видеозапись после послужила отличным доказательством того, что судья не представился и не продемонстрировал удостоверение.

Заломали, сковав руки за спиной, чтобы не смог достать ксиву, обыскали, умудрившись не найти документы, запротоколировали, привезли в местный райотдел.

— Да я — судья! — возмутился коррупционер.

— Ба! Мужик! А что ж ты раньше-то молчал? Нет, раз ты судья — то, конечно, иди на все четыре стороны.

Но материалы-то уже составлены!

В итоге, конечно, не сразу, ушло около полугода, но взяточник был лишен неприкосновенности, а еще через год занял лучшее место в тюремной камере.

А ФСБшники пили коньяк, выигранный в споре с другими ФСБшниками.

Сэр Артур Конан Дойл приобрел мировую известность благодаря своим рассказам о похождениях сыщика. Шерлока Холмса, который распутывал хитроумные преступления, перед которыми пасовал Скотланд-Ярд. Собственно, британец создал не только гениальнейшего сыщика, но и гениального преступника — Мориарти. Если Холмс, по современным меркам — супергерой, с суперсилой — дедукцией, то профессор Мориарти — суперзлодей, с такой же суперсилой — умом.

Другой известный писатель — Агата Кристи, тоже мастер детектива, создала другого сыщика — Эркюля Пуаро, который раскрывал не менее запутанные дела.

Из современных можно вспомнить лейтенанта Коломбо. Преступник тщательно планирует убийство, строит коварный и гениальный план, но благодаря мелким деталям, которые заметит далеко не каждый, лейтенант выводит злодея на чистую воду.

Конечно, улики не всегда такие, которые примет суд. Например, преступник забыл перевести часы. Офигеть, какое доказательство! Или убийца, заложивший бомбу, моргнул до взрыва. Людям вообще свойственно моргать!

В реальной жизни суперзлодеев почти нет. Те, что есть, занимаются экономическими преступлениями, за раскрытие которых вообще далеко не каждый полицейский возьмется. Скорее — даст отписку «нет состава преступления». Тоже, по-своему, гениальность — совершить преступление, которое не является преступлением!

В повседневной работе современных сыщиков преступник в подавляющем большинстве случаев известен. И это — не заслуга дедукции следователя, а недоработка самого преступника, который далеко не Мориарти.

Это — еще одна история про Диму, про которого в первом сборнике я упоминал, что историй про него можно рассказать миллион, и некоторые уже рассказал ранее.

Был год, когда все лето он бухал. Нет, Дима и обычно бухает, но хотя бы дома, при жене. А тут с женой поссорился, она свинтила к своим родителям и любитель выпить остался сам по себе. И начал синячить вообще жестко.

Бухать в одиночестве вскоре Диме надоело и он перебрался во двор, где начал бухать со всеми встречными, у кого были схожие предпочтения и таких находилось немало, на правах спонсора застолий.

И вот один раз после такой попойки позвонил он мне в субботу, около часа утра. Отоварили его. Капитально.

Со слов самого участника событий: сидел под грибочком на детской площадке, бухал с каким-то деятелем, вдруг собутыльник посмотрел куда-то за спину Димы и спонсор, несмотря на состояние нестояния, понял, что кто-то там есть. Начал оборачиваться… но не успел! Удар тупым тяжелым предметом в затылочную часть головы прервал веселую пьянку.

Подскользнулся, упал, закрытый перелом, потерял сознание, очнулся — гипс. Трещит башка, отсутствует кошелек, золотая цепочка и гайка с сапфиром и бриллиантами. Больше всего ему было жалко перстак — буквально на днях из мастерской забрал. Перстень такой заметный, сделан на заказ, с другим никак не спутать.

Я приехал к нему, поддержать товарища. Дима посетовал, какие все козлы, что даже местной шпане верить нельзя. Деньги — хрен с ним, цепочка — ну тоже ладно, самое печальное — гайка…

Сперва наперво я предложил пройтись по ломбардам в округе. 2Гис поведал, что в квартале всего три ломбарда. Может гопота куда-то туда перстак и отнесла?

Дима попытался возразить, что не могут же грабители быть настолько тупыми, чтобы снести похищенное в скупку тут же.

Нет, блин, там профессор Мориарти, Бондовский Спектр и Доктор Зло в одном лице, что такими вещами промышляют…

Пока Дима лечился крепким пивом, я, все же, решил прогуляться по ломбардам. Первый — мимо. Но до третьего даже не дошел. Перстак нашелся уже во втором ломбарде! Со всеми паспортными данными залогодателя, биографию которого вскоре украсила запись о судимости.

Множество относительно честных способов изъятия денежных знаков у населения было придумано еще при Царе-батюшке. Так, чтобы без лишней крови, без мордобоя. Гуманизм, однако! Силовая поддержка при этих способах присутствует скорее, для психологического давления, нежели в самом деле для того, чтобы «втащить разок».

Некоторые методы совершенствовались в советские времена и после, по мере развития науки и техники. Некоторые оставались неизменными и дошли до наших дней в первозданном виде, в котором их помнила дореволюционная Лиговка. Конечно, сегодня появились новые приемы, новые подставы, коим мы обязаны прогрессу.

В начале 1990-х годов четверо деятелей добывали себе на пиво испытанным дедовским способом. Бросили на дорожку кошелек, из которого торчала 100-долларовая купюра, а сами сидели рядом на скамеечке, в ожидании, кто же его подберет. Смысл развода простой: когда кто-то их прохожих подбирал кошелек, гаврики догоняли его, объясняя, что это они обронили. Желающих поспорить с четырьмя пацанами в спортивных костюмах не было. Любой соглашался, возвращал утерю…

И ребята вспоминали, что в кошельке было не 100 долларов, а 200! Или 300! Для особо борзых — 500. Гони остальное! Куда заныкал? Желающих поспорить и в этом случае не было… кто-то доставал из кармана свои деньги, кто-то бежал занимать у знакомых. Короче, схема работала.

Поначалу.

А после, благодаря сарафанному радио, про такой метод заработка тружеников штанги и боксерской груши узнал весь район. Гопники сидели на той же скамейке. Кошелек лежал на той же дорожке. Купюра в 100 долларов так же торчала из кошелька. Но… рабочий класс обходил его стороной.

Братва недоумевает. Как же так? Раньше ведь работало!

Час проходит — никто не поднимает. Полтора. Два. Терпение уже на исходе, гаврики не выдерживают:

— Слышь, мужик! Мужик! Ты кошелек обронил!

— Нет, не я.

— Да точно-точно, мы видели! У тебя из кармана выпал!

— Да нет, ребята, этой не мой кошелек.

— Век воли не видать — стопудово твой кошелек.

— Да… ну, может быть.

Выбранная жертва, уже почти миновав кошелек, остановилась, вернулась, и подняла находку. Но не успел он сделать и пары шагов — его настигли пацаны.

— Мужик, мы кошелек уронили, а ты поднял — мы точно видели. Возвращай.

— Как это — вы уронили? Вы же только что сказали, что это мой кошелек! А тут оказалось, вдруг — вы уронили!

— Да мало ли, что мы там в первый раз сказали? Ошиблись. Перепутали. Не ты уронил, а мы уронили.

— Э, нет, молодые люди. Так дело не пойдет. Вон там, на углу, кафе «Север», там всегда сидит Саша Пузо. Уважаемый человек. Знаете такого?

Деятели, конечно, знали. Это было время, когда местных авторитетов знал каждый. Их было видно издалека — Мерседес, малиновый пиджак, цепь в палец толщиной. А уж как день рождения или какое другое событие — половина района слышала, как братва празднует. С музыкой и пальбой. И проститутками, куда без них?

Коммерсанты жуликов, конечно, побаивались. И платили дань. А простому работяге в начале 1990-х чего бояться-то было? Деньги на сберкнижке пропали, зарплату задерживают, с экранов телевизора вещают Чумак и Гайдар, рассказывая, то все пройдет само. Кажется, хуже уже и не будет.

Решили, что такой авторитетный человек запросто разрулит ситуацию. Зашли в кафе — да, вот он, Саша, сидит за столиком, водочку попивает. Пацаны рассказали, как дело было. Тот, естественно, все сразу понял.

— Постойте… так чей кошелек-то?

— Наш кошелек, наш! — заверили гаврики.

— А если он ваш — зачем мужику сказали, что это его кошелек? За базар отвечать надо. Верните работяге его добро и проваливайте отсюда.

Шпана обалдела от такой несправедливости. Как же так — их кошелек, их 100 баксов, и отдать! Но спорить не посмели, на глазах у авторитетного человека вручили несостоявшейся жертве кошелек и, все впятером, вышли из кафе.

Но денег жалко! Только мужик свернул за угол — догнали, выписали люлей и вернули свое, прихватив еще и чужое. Да, возможно, не так красиво, как планировали изначально, не так изысканно. Получился примитивный гоп-стоп. Но 100 баксов-то не лишние!

Так зарождался новый подвид криминалитета — беспредельщики.

Не секрет, что барыги, которые барыжат наркотой, вовсю сотрудничают с органами. Как минимум — сдают конкурентов, открывающих новые точки на районе. А что? Всем хорошо! Опера получают очередную галочку в отчетности, барыга, оставаясь монополистом — поток клиентов.

Иногда планы горят и наркобаронам местного разлива приходится сдавать и своих покупателей. Но тут дело такое — меньше их не становится. Полиции абсолютно все равно, какой вес у задержанного на кармане. Килограмм или пару граммов — не имеет значения. Принципиально направить дело в суд, а там — хоть трава не расти. Естественно, при таком раскладе барыга становится лучшим другом опера и во всех протоколах, даже когда покупатель намерен слить продавца, полицейские давят на то, что появится новый квалифицирующий признак — группа лиц, а кому оно надо? И торговец проходит неустановленным лицом.

В первой половине «сытых нулевых» компания из трех друзей решила дунуть. С этой целью ребята приобрели пакетик травы и начали искать место, где приткнуться. Дома нельзя — родители спалят. А, надо заметить, кодовые замки и домофоны в те далекие времена были не на каждом подъезде, так что приятели идут по дворам, ищут глазами, где есть незапертый подъезд.

Нашли, зашли, только достали пакетик, чтобы уйти в нирвану… забежали еще трое.

— Стоять! Милиция!

Тот, у кого была травка, успел разве что руку с веществами в карман засунуть.

Менты точно знали, за чем шли. Начали шмонать. Первого — ничего нету. Дали под зад коленом, отправили восвояси. Еще один звоночек, указывающий на то, что слил именно барыга — группа лиц операм нахрен не сдалась. Обыскали второго. Тоже пусто. И его отправили на все четыре стороны.

Остался последний. Как раз тот, у кого и была трава. А он стоит, засунув руки в карманы, судорожно сжимая в кулаке пакетик, ни жив, ни мертв.

— Чего стоишь? Руки на стену, ноги на ширине плеч.

А карман-то узкий… разжать кулак, выпустить упаковку с веществами, оставив в кармане, и извлечь руку нет никакой возможности! Ситуация обратная мартышке, банану и ящику с дыркой. Только там мартышка, схватив банан, не может вынуть руку и не может догадаться, что банан-то надо выпустить…

Парень так, с пакетом в кулаке, и вынул руку из кармана. И положил на стену.

Менты обшмонали третьего… блин, и тут пусто! Как так-то? Может, скинули где или уже успели употребить.

— Ладно, вали отсюда…

Везунчик вышел из подъезда на ватных ногах, еще не до конца веря в свою удачу. Добрел до мусорки и туда все скинул.

Вскоре подошли приятели, с которыми собирались покурить.

— Как? Отпустили?

— Да, не нашли…

— Куда ты заныкать-то смог, что не нашли? Давай, доставай, пойдем другое место искать, где дунуть!

— Э, нет ребята. Трава вон там, в той мусорке лежит. Можете поискать. Может, и менты все еще где-то там, рядом. А я завязал.

И вправду завязал. С тех пор герой истории к наркотикам не то что не притрагивается — даже смотреть на них без содрогания не может. Как отрезало.

Удивительно, но многие становятся преступниками… нет, не так. Их вряд ли можно назвать преступниками. Назовем их «осужденными».

Многие становятся осужденными вообще не имея злого умысла. Руководствуясь исключительно благими намерениями. Желая помочь близкому человеку. Или просто знакомому.

Сидел в пятницу вечером в баре мужик. Спокойно себе выпивал, никого не трогал. В одиночку. Не потому что алкоголик, а потому что лето и все знакомые, с кем можно было бы выпить, разъехались из города. Кто на рыбалку, а кто в огород. Так что пришлось коротать время за кружкой пива.

Мужик уже собирался домой, посмотреть телевизор, да на боковую, как в бар вошел старый приятель. Когда-то были дружны, учились в одной школе. Копались в одной песочнице и приударяли за одними и теми же девушками. Тоже местными, с района.

Однако, закончив школу, приятель съехал, с тех пор и не виделись. Чем он теперь занимается, кем работает, чем дышит — никто на районе не знал.

С давним корешем — еще двое.

— О, сколько лет, сколько зим!

— Да, давненько не виделись…

— Как сам?

— А ты как?

Сидят так, беседуют. Мужик, обрадовавшись компании, взял себе еще пива и с наслаждением потягивал светлое… только гости почему-то ничего себе не заказывают. Сидят, молчат… один прежний однокашник молодость вспоминает.

— Ребята, а вы чего не пьете? Если денег нет — так я угощу! Друга встретил, такое событие! Лет десять не виделись, а то и больше! Отметить надо!

Те отказались:

— Мы, знаешь, не по этому делу. Курнуть бы… может, ты знаешь, где достать можно?

Мужик прожил на районе тридцать лет. Конечно, он знал! Сам никогда не употреблял. Так, попробовал по молодости — не понравилось. И никогда не стал бы покупать дурь, но тут захотел сделать приятное знакомым прежнего дружбана. Помочь людям.

Ему вручили деньги, условились встретиться через полчаса на детской площадке за баром и мужик убыл за товаром. В назначенное время вернулся — уже не пустой.

— Ну что, принес?

— Да, принес! Обещал же!

— Давай, доставай…

Мужик достал. Его сразу повалили на землю, заковали в браслеты.

— Оперуполномоченный такой-то! — представился приятель, достав ксиву.

— Ребята, да вы чего! — начал возмущаться задержанный. — Я же помочь хотел!

— Все правильно. Вот ты и помог.

Вскоре мужик узнал, что он — злостный сбытчик веществ. Поймали-то его как раз в момент передачи! Еще он узнал, что в СИЗО барыг очень сильно не любят. Еще бы! Ведь из-за них столько правильных пацанов травится!

В итоге мужик получил пять лет условно, и это еще легко отделался! Но, главное — вынес важный жизненный урок: не все старые знакомые одинаково полезны.

Говорят, в далеком прошлом разбойники были исключительно благородные. Тот же Робин Гуд, которого я неоднократно упоминал…

Простые американцы в 1930-х годах почитали и Джонни Диллинджера, и Бонни с Клайд. Потому как они грабили банки. Те самые банки, которые забирали у людей заложенные дома, фермы и так далее. Граждане штатов ощущали восстановление социальной справедливости!

Про наших, своих, родных, отечественных жуликов из 1990-х годов тоже рассказывают разное. Одни вспоминают истории, как подвыпивший Новый Русский на шестисотом Мерсе въехал в потрепанный Москвич, развалившийся от удара, и, глядя на слезы дедушки-владельца отечественного автомобиля, отвалил тому котлету баксов. Другие вспоминают, что нередко после аварии с крутой тачкой бандиты ехали смотреть квартиру второго участника ДТП, независимо от наличия или отсутствия его вины.

Кто-то все эти истории считает байками, далекими от жизни. Но мне кажется, что люди везде были разными. И среди жуликов тоже. Так что случалось всякое.

Впрочем, и в наши дни встречаются благородные преступники.

Одна дамочка страдала рассеянностью. Не то, чтобы все у нее из рук валилось и, как любили говорить учителя «если б голова отстегивалась — голову дома бы оставил». Но регулярно забывала сумку в своем Hyundai Getz. Хорошо еще, что забывала не на стоянке у работы или у супермаркета, а возле дома. Под самым окном.

Как обычно, хватившись через некоторое время, она выбегала на улицу, к машине. Чаще — успевала, но бывало, что вместо сумочки находила осколки стекла на сиденье. Сумочки, конечно, и след простыл. А там — косметичка, кошелек, документы…

О том, чтобы вернуть деньги, дамочка и не мечтала. Хотя бы документы! И расклеивала по подъездам объявления с просьбой вернуть документы за вознаграждение. Не проходило и суток, как звонил доброжелатель который «нашел» сумочку со всем содержимым. Только вот деньги пропали, да… нашел уже без денег. Валялась около мусорки.

Все прекрасно понимали, что этот доброжелатель и есть тот деятель, который раздолбил окно и спер сумочку, но за руку его никто не поймал. Пойди, попробуй, докажи. Дамочка благодарила хорошего человека, выплачивала обещанное вознаграждение и получала обратно находку.

Благодарить в самом деле было за что. Воришка мог сумочку со всем содержимым и в помойку выбросить. Потом, когда мусоровоз увезет на свалку — концы не отыскать.

Ситуация с завидной регулярностью повторялась примерно раз в полгода. Потому как дамочка была рассеянной, а шпана — чрезвычайно работоспособной.

Однако в один весьма обычный вечер, когда женщина снова забыла сумочку в своем Hyundai Getz и, ругая себя, гадая, придется ли в этот раз снова тратиться на новое стекло, или успеет раньше воришек, она выскочила во двор…

И обнаружила под дворником записку:

«Здравствуйте! Сегодня я снова нашел вашу сумочку, на это раз у вас в машине. Прошу перечислить вознаграждение в размере 1000 рублей на Киви-кошелек с таким-то номером».

Казалось бы — при чем тут благородство? А вот! Деятель мог снова разбить окно в автомобиле, украсть сумку, опустошить кошелек, а он, вместо этого, сэкономил и свое время, и время и деньги дамочки. Которой теперь не надо было клеить объявления и вставлять новое стекло.

А, может, просто обленился вконец?

Кто жил при Советах — те помнят, что государство пыталось регулировать все сферы жизни граждан. Тех свобод, что сейчас, и близко не было. Апогея государственный контроль достиг при Андропове, бывшем председателе КГБ СССР, когда он стал Генеральным Секретарем. В те времена к любому товарищу, зашедшему в магазин в рабочее время, могли подойти сотрудники органов и поинтересоваться: а почему это он не на работе? Ладно, если гражданин в отпуске, отгуле или на больничном. А вот если нет… сообщали по месту работы, после чего, обычно, следовали меры дисциплинарного характера.

Еще одна традиция советских времен — мобилизация граждан на уборку урожая. Академик, инженер, дворник и плотник бок о бок трудились в поле, утопая по колено в осенней грязи, выковыривая из земли картошку, моркошку, свеклу и пакуя ее в мешки. Академик, наверно, на своем рабочем месте, больше пользы Родине принес бы — запустил бы в космос ракету, или изобрел бы телефон без кнопок, но нет! При Советах все были равны!

Впрочем, не всех мобилизовали именно на уборку урожая. В один год студентам одного из ВУЗов выдали красные повязки с текстом «Народная дружина» и отправили на помощь ГАИшникам, которые поставили блок-посты на дорогах, ведущих из колхозов в город.

Если у вынужденных фермеров работа начиналась с утра, то у дружинников — наоборот, вечером. Когда автобусы развозили товарищей по домам.

Конечно, не все граждане были сознательными. Некоторые норовили собрать урожай не только для Родины, но и с собой поделиться. То есть умыкнуть овощей. Набрать мешок или авоську той же картошки, чтобы привезти домой в качестве компенсации за потраченное время.

Вот тут ГАИшники с дружинниками и трудились. Тормозили автобусы, учиняли досмотр багажа и высыпали найденную снедь на заботливо расстеленный брезент.

Для студентов-комсомольцев все было понятно. Граждане расхищают социалистическую собственность. Народное добро. Бесстыдники! И ожидали, что вечером приедет грузовик, в который все погрузят и машина вернет украденное обратно, в закрома Родины.

Однако… хрен там! Вечером, когда все автобусы с невольниками разъехались, ГАИшники достали свои сумки и набрали продуктов, кто сколько смог. Кроме студентов. Молодежь-то без сумок приехала! Не продуманные оказались.

— Все, мужики, хватай брезент, — приказал старший в конце смены.

Брезент дотащили до ближайшей канавы и туда, в грязь, вывалили все то, что было конфисковано за день. Картошку, моркошку, свеклу, капусту… прямо в болото, где все и сгниет.

— Как так? — удивились комсомольцы. — А зачем было изымать продукты, если не возвращать в колхозные амбары, а попросту выкинуть?

— Чтобы не украли! — коротко, но ясно пояснил старший смены.

Потерять табельное оружие для сотрудника органов — серьезный проступок. За этим следуют, как минимум, меры дисциплинарного характера. А может дойти даже до уголовного дела! Однако в новостях постоянно появляется информация о том, что полицейские забыли автомат в кафе или еще где.

Впрочем, не только для сотрудника органов, а для любого человека в погонах потеря ствола — это… это все равно, что потеря ствола! Это же потеря ствола! Теряют оружие постоянно. При разных обстоятельствах.

Рассказывают, в одной из воинских частей, когда офицер выронил Макаров во время посещения туалета типа «сортир», солдатики, нырявшие за пистолетом, достали целых три пистолета! Но, чаще, конечно, теряют по синему делу.

Один опер, возвращаясь в пятницу с работы, вспомнил, что давно обещал навестить своего одноклассника. А тут — пятница, чем не повод? Чтобы не идти с пустыми руками, зашел в винный отдел магазина, взял согревающий душу подарок и пришел в гости.

Разговаривали долго. Столько лет не виделись! И было, что вспомнить! Одной бутылки оказалось мало, в ход пошла вторая. После — третья. Кто хоть раз пил с ментами — тот знает, что пережить это мероприятие очень сложно. Там пара бутылок водки с закуской в виде единственного бутерброда — нормальное дело.

Короче говоря, как провожал гостя, одноклассник не помнил. Очнулся утром от настойчивых звонков в дверь, сопровождаемых барабанным стуком.

На пороге стоял запыхавшийся опер.

— Братан, я у тебя вчера ствол не оставлял?

— Да я и не знал, что ты со стволом был… но, признаться, я от вчера вообще мало что помню!

Раскопки начали на кухне. Методично, как при обыске. Посмотрели под столом, в шкафах, за холодильником.

— Так, где я еще был?

— Ну… руки мыл в ванной. И в туалете, конечно!

Там все тоже обыскали. Даже под ванную заглянули. Нету! Последняя надежда — коридор. Полочки, вешалки, крючочки. Все тщетно. Пропал ствол!

— Хана мне, — огорчился мент. — Получается, где-то по пути домой посеял. Уволят — как пить дать. Что я делать-то буду? Я ж, кроме как вязать руки, больше ничего не умею! Пойду, нажрусь с горя…

И тут выходит сын одноклассника — пятилетний ребенок. С большим, тяжелым, черным пистолетом!

— Папка! Ты смотри, какую игрушку я вчера нашел! В понедельник в садик с настоящим пестиком пойду!

А пистолет, надо заметить, с полным магазином! Хорошо еще, что у мальчугана не хватило сил оттянуть затворную раму, а то беды не избежать!

Родители попытались отнять игрушку — ребенок в истерику. Еще бы! Ведь никто, кроме него, в садик с настоящим пестиком не ходил!

К разговору подключился опер и выторговал свой Макаров за мороженное и другой пистолет — игрушечный. Получив обратно табельное, мент тем же вечером исполнил свое обещание — принес и мороженное и ствол. Игрушечный, конечно.

В Советском Союзе все было самое лучшее. И бесплатное. Жилье, образование, медицина. И это — для рядовых тружеников! Чего уж говорить про элиту, высшее партийное руководство? У них вообще была отдельная клиника, в простонародье величаемая Кремлевской. Собственно, это название благополучно живет и сейчас, в XXI веке. Хотя на самом деле она называется ЦКБ — Центральная Клиническая Больница, а при Советах носила слегка более длинное название: ЦКБ 4-го главного управления при Минздраве СССР.

Ежу понятно, что Кремлевской клинике было лучшее во всем Союзе оборудование и лучшие врачи. Даже не просто лучшие, а лучшие из лучших!

В один день далеких восьмидесятых годов один из чиновников самой счастливой страны в мире проснулся с икотой. Вернее, от нее и проснулся. Умылся, позавтракал, оделся. Икота не проходит. Доехал на служебной Волге до работы, поднялся в свой кабинет. Все икается! Выпил стакан воды большими глотками. Икота не проходит, хоть тресни! Дыхание задерживал. Не помогает! Что делать-то? Работать нужно, причем с солидными людьми — с правительством СССР! Несолидно как-то…

Вызвал водителя, поехали в ту самую Кремлевскую больницу. Зашел к терапевту, поведал свою проблему, ожидая, что доктор сейчас пропишет какие-нибудь пилюли или капли. Передовую советскую разработку, одним словом. И икоту сразу как рукой снимет.

— А вы пробовали говорить «Икота, икота, перейди на Федота, С Федота на Якова, С Якова на всякого»? — поинтересовался врач.

— Чего?

— Говорю: «Икота, икота, перейди на Федота, С Федота на Якова, С Якова на всякого».

— Ась? Я сейчас все правильно понял?

— Можно даже не в слух, про себя…

Чиновник сказал многое. Сказал бы больше, но икота мешала. Это ж надо такое предложить! В Советском Союзе! В конце ХХ века! На носу семидесятилетие Великого Октября, а докторишка этот… знахарь какой-то! И не где-нибудь, а в Кремлевской клинике! Лучшей не только в СССР, но и во всем мире!

Гневно хлопнул дверью, вышел из кабинета. Идет по коридорам к служебной Волге и бормочет себе под нос:

— Бардак в стране! Шарлатаны! Как в голову-то такое прийти! Икота, икота, перейди на Федота, С Федота на Якова, С Якова на всякого!

Идет и ругается. Ругается и идет.

Спустился к автомобилю, сел в черный ГАЗ-24…

— Как я посмотрю, доктор-то помог, — заметил водитель.

— Да какой там помог… — начал возмущаться чиновник.

И внезапно сообразил, что икота-то прошла. Почему? Что он такого сделал? Да ничего! Абсолютно! Только несколько раз повторил «Икота, икота, перейди на Федота, С Федота на Якова, С Якова на всякого». Не потому что в самом деле верил в чудодейственную силу слов, а потому что был возмущен в крайней степени.

Предположить, что именно это и помогло… с одной стороны — мысль, недостойная строителя коммунизма. А, с другой — как еще объяснить то, что икота покинула чиновника, стоило произнести «Икота, икота, перейди на Федота, С Федота на Якова, С Якова на всякого»?

Каждый из школьного курса биологии знает про генетику. Если кто не знает — то догадывается. Оттого сын похож на отца, отец — на своего отца и так далее. Похожи и братья. И более дальние родственники по одной линии. Набрел как-то на статью в интернете про прапра… правнука Авраама Линкольна, того самого, которого застрелил Джон Бут. На фото — потомок один в один Авраам. Овал лица, скулы, форма носа. Еще бы стрижку, соответствующую середине XIX века и бороду — можно вместо самого Линкольна на 5-долларовую купюру фотографировать. Разницы никто не заметит.

За примером даже не стоит ходить так далеко. Когда я нашел старые фронтовые фото деда и показал брату — тот был сильно удивлен, долго интересовался, где это я умудрился сфотографироваться на танке и где так качественно застарили фото.

Есть у меня дядька. Родной брат моей матери. Сам дядька старше меня на 15 лет, но по мере моего взросления меня с ним все чаще путали, что вызывало удивление с моей стороны — на мой взгляд не похожи абсолютно. Но постороннему человеку виднее.

Шел я как-то раз по улице. Как обычно — никого не трогал. Вдруг — окликает меня кто-то по фамилии. Не по моей, а по девичьей фамилии матери, что меня не удивило. В родных краях меня больше знали именно под этой фамилией.

Останавливаюсь. Оглядываюсь. Подходит совершенно посторонний чувак, здоровается, интересуется про дела, закончил ли я дома ремонт и все прочее в том же духе. Я начинаю понимать, что меня просто в очередной раз спутали с дядькой и с максимальной вежливостью прошу пойти нахрен. Гражданин не успокаивается, пытаясь рассказать мне, что я — это не я. Я уже приготовился более доходчиво объяснить, что это не те дроиды, которых вы ищите… но не успел!

Прилетело в челюсть. Сразу — под дых. Я согнулся пополам — и в печень. Свалился. Дружелюбный дядькин знакомый еще немного попинал меня и ушел восвояси.

Я же полежал немного на теплом, чистом, мягком асфальте, размышляя о тщете всего сущего, встал, отряхнулся и побрел домой. В совершенно чудесном расположении духа я пребывал еще пару дней, пока в гости не зашел дядька, который вдруг захотел застраховать свой автомобиль. Стоит заметить, что тогда слова ОСАГО и КАСКО никто не знал, машины страховали только избранным и по конским тарифам. А у меня как раз были знакомые страховщики…

— Чего это вдруг тебе загорелось? — поинтересовался я.

— Вот именно, что загорелось. Хочу застраховать от поджога!

— Это уже интересная история! Рассказывай!

Дядька поведал, что у него на работе есть дамочка, с которой он на одном из корпоративов вступил в непроизводственную связь. А через некоторое время коллега пришла на работу с фингалом… весь смысл непроизводственной связи с моим дядькой заключался в том, чтобы отомстить мужу, который, как считала девушка, изменил ей с ее же лучшей подругой. Впрочем, документальных свидетельств не было, были лишь подозрения, а для женщины подозрения и уверенность — одно и то же.

А в чем смысл мести, если муж по нее ничего не узнает? Да никакого! И, закрепляя успех, дамочка похвасталась перед супругом, что отомстила. Тот признание оценил, проникся и поблагодарил прямым правой. Еще пообещал найти дядьку, осыпать ему корзину люлей и сжечь нахрен его авто.

Если люли дядьку, который, отмахиваясь правой от душманских пуль, левой стал чемпионом полка по боксу, не испугали, то за машину начал переживать. Автомобиль не был отличником боевой и политической подготовки, постоять за себя не мог.

Сказать, что личность таинственного мстителя меня заинтересовала — ничего не сказать. Нашлись у дядьки и фото — с прошлогоднего корпоратива, когда всей конторой ездили на шашлыки, отмечать майские праздники, где присутствовал и супруг коллеги…

Цифровые фотоаппараты тогда были только в фантастических фильмах, а телефон считался крутым, если в нем была хотя бы 16-голосная полифония, так что дядьке пришлось скататься домой за фотоальбомом, в котором я опознал того самого деятеля, который перепутал дроидов.

Поскольку месть была совершенной, дядька сэкономил на страховке, а я, вместо милиции, пошел к друзьям, дабы совершить действия неправового характера группой лиц по предварительному сговору.

После того случая я решил отрастить бороду. С дядькой путать перестали, зато начали путать с Галустяном. Но он, похоже, на корпоративах был более осторожен…

В конце 1980-х годов началось становление организованной преступности. Этому способствовал ряд факторов. В первую очередь, конечно, PERESTROYKA и переход на рельсы рыночной экономики. Но был еще один фактор — война в Афганистане. Многие молодые парни, получившие опыт ведения боевых действий, которые были вынуждены научиться убивать, вернулись на гражданку и здесь, в мирной жизни, пытались найти свое место. Получалось, конечно, не у всех. Многие спивались. Но многие вставали на преступный путь… те, кому позволяли моральные принципы. А принципы, даже у рожденных в 1970-х годах, в эпоху бурного строительства коммунизма, были не у всех.

Один воин-афганец, служивший в разведке, закончил службу в госпитале. Нарвались на засаду, из всей группы живых осталось двое. Один — герой этой истории, изрешеченный в дуршлаг, с перебитыми ногами, второй — тот, кто 40 километров по горам тащил раненого товарища.

Подстреленный интернационалист перенес несколько операций, после которых врачи сказали, что ходить он точно никогда не будет… вот тут сложно с точностью сказать, что помогло афганцу — или несгибаемая воля советского солдата или книги по нетрадиционной медицине, которыми его снабжали сослуживцы, но, худо-бедно встал на ноги. Через полгода уже ходил, а после — бегал. Как показали дальнейшие события, умение бегать разведчику пригодилось особенно.

Излечившись, афганец отправился домой — в Москву. Тут проблемы не закончились, а только начались. Обычное дело — на гражданке человек, умеющий только убивать никому оказался не нужен… как казалось на первый взгляд. Боец работал грузчиком, сторожем… а потом выяснилось, что столь ценный специалист вполне может быть востребован! Во вполне определенных кругах.

Пришли к нему в один день двое типов вполне определенной наружности и предложили хорошо оплачиваемую работу.

— А что делать-то надо? — поинтересовался афганец.

— Ты же служил… вот и научишь ребят, где заряд заложить, где лучше засаду устроить…

И выдали такие подробности времен исполнения интернационального долга, что разведчик понял — слили его. Похоже, кто-то из бывших сослуживцев — больше знать некому было. Подумал хорошенько, да послал темных личностей лесом. Нахрен с такими связываться.

Недели через две эти же граждане посетили место работы ветерана, с тем же предложением. Только сумма увеличилась. Были посланы вторично.

А еще через пару недель разведчик, вернувшись домой с работы, обнаружил, что дома-то больше нет. Квартира выгорела дотла. А рядом — те же морды.

— Нет, мужик, ты не понял. Мы от тебя так просто не отстанем. Все равно на нас будешь работать…

Понял афганец только то, что обложили его плотно, в Москве жизни точно не дадут. Собрал вещи, уцелевшие после пожара и свалил в Подмосковье, к родителям. Но и здесь перекантовался всего пару месяцев. Явились те же бандитские рожи.

— Мужик, куда ты бегаешь? Все равно мы тебя найдем. Все мы про тебя знаем… давай вместе работать, бабки зарабатывать.

Струхнул малость. Не за себя, за родителей. Это в московской квартире никого не было — не ребенка, не котенка. А здесь, в деревне — подопрут дверь дома поленом и полыхнет так, что мама, не горюй.

Замочить? Так другие придут.

Выражаясь словами героя повествования: «вертанул глобус Советского Союза, зажмурился, ткнул пальцем…» Палец попал в Челябинск. В суровый уральский город и свалил воин.

И только в Челябинске обрел покой. Не смогли его тут найти. Разведчик вышел на местную организацию ветеранов-афганцев, которые выделили ему небольшую квартирку, помогли с работой. С нормальной работой, а не так, чтобы взрывать и стрелять.

Судьба настойчивых работодателей неизвестна. Возможно, сгнили за решеткой, а, возможно — в безымянной могиле где-нибудь в лесу. Есть, конечно, вероятность, что заняли место в каких-нибудь кабинетах с дубовыми столами и высокими потолками.

Сам афганец скрывался в Челябинске около десяти лет, осмелившись вернуться в Москву только в середине «нулевых».

У тех, кто сегодня читает новости, может возникнуть ощущение, что если современному сотруднику полиции в руки попал пистолет — он непременно подстрелит или себя или кого-нибудь из коллег. Возможно, в этом есть доля правды. Но так было не всегда.

Я не буду говорить про послевоенные годы, когда в милицию пришли ветераны Великой Отечественной, которые понимали в оружии, умели с ним обращаться. И привезли с фронта тысячи стволов, которые в 1950-х годах начали массово изымать из органов.

Я расскажу про более свежие события.

На рубеже XX и XXI веков служил в Вооруженных Силах один офицер. Офицер, который любил оружие и увлекался им. Увлечение началось еще в детские годы, когда будущий военный мастерил поджиги из подручного материала. А потом, когда семья переехала в новостройку на месте бывшего армейского полигона, используя найденные в песочнице патроны, начал делать вещи более серьезные.

Судьба была к парню благосклонна — он не только ни разу не попал в поле зрения органов, но и умудрился сохранить все пальцы на руках и ногах.

Понятное дело, что для такого человека служба в Вооруженных Силах — больше счастье, сколько тяготы и лишения. Очень скоро во всей воинской части прошла молва, что молодой офицер может починить все, что стреляет. И, даже, заставить стрелять некоторые вещи, которые для этого вовсе не предназначены.

И это было воистину так!

Найдя на армейском складе старый ржавый Смит-Вессон русского образца, оставшийся еще с царских времен, а теперь всеми забытый использовавшийся в качестве подпорки, старлей решил его восстановить. Отмачивал в керосине и потихоньку разбирал. Вскоре он выяснил, что в барабане осталось четыре патрона. Как револьвер такого почтенного возраста, еще и заряженный, столько лет пролежал никем не замеченный — та еще загадка.

Два патрона вылезли без проблем. Третий — с большим трудом, после того, как оружие пару месяцев пролежало в керосине. Четвертый вылезать никак не хотел! Вот тут или бдительность у офицера притупилась, или посчитал, что за более, чем сто лет, порох отсырел и точно не пальнет — решил пару раз стукнуть молоточком, дабы ржавчина отошла. Продел в барабан шпильку, прижал большим пальцем, чтобы не крутился, и осторожно так молоточком — тюк. И еще раз — тюк.

А на третий раз получилось «бах!» Качество изготовления оружия и боеприпасов при Царе-батюшке было не то, что сейчас. Даже спустя более века со дня изготовления патрон вполне нормально пальнул. Хорошо еще, что по ряду причин пуля не смогла развить высокую скорость — застряла в большом пальце, около костяшки. Рядом свисает кусок кожи и кровища просто ручьем бежит.

Деваться некуда — пошел в медсанбат, где пулю извлекли, вкололи кучу уколов от столбняка и дурости, а после, путем нетрадиционного полового акта, командир части добавил мозгов в голову офицера и приказал избавиться от антиквариата путем утопления оного в ближайшем водоеме.

Еще через какое-то время по причинам, о которых история умалчивает, уже капитан уволился из Вооруженных Сил и пошел служить в тогда еще милицию. Здесь с оружием дела обстояли гораздо интереснее — кроме табельного, состоящего на вооружении, удалось познакомиться и со многими зарубежными образцами, и с кустарными, изымаемыми в различном количестве. Причем, познакомиться не только путем созерцания плакатов и учебных пособий, а живьем — с изделиями в металле. Короче, вскоре и в райотделе пошла про мастера слава, что может заставить стрелять любую железяку.

В один ничем не примечательный день в кабинет к уже майору зашел молодой человек и положил на стол ТТшку.

— Так и так, я — племянник товарища полковника, начальника отдела. Он рассказывал, что вы можете любой ствол отремонтировать. А у меня тут проблема — не стреляет.

Офицер пистолет разобрал, посмотрел, сразу выявил неисправность.

— Да тут плевое дело! Я на дежурстве, ночь длинная, делать нечего. Утром заходи, будет готово.

Ежу понятно, что ствол нелегальный, но это же племянник полковника, начальника отдела! Стало быть, эта нога — того, кого надо, нога! Как тут не помочь человеку?

Обещание свое майор исполнил. К утру пистолет был в полностью исправном состоянии, вычищен, смазан и передан обратно, племяннику.

Прошло пару дней и опер встретил в коридоре отдела того самого начальника, чей родственник и приходил.

— Трщ полковник, здравия желаю! Как племянник? Доволен?

— Чей племянник? Чем доволен?

— Да ваш племянник. Заходил ко мне недавно…

— Какой еще племянник? Нет у меня никакого племянника и никогда не было. Одни племянницы…

— Извините, трщ полковник, обознался… перепутал что-то.

Дошло до майора, что развели его, как дите малое. И решил, что лучше будет помалкивать… кто его знает, кого там из этой ТТшки завалили, или завалят еще?

Те, кто помнят Брежнева, не дадут соврать — при Советах машиной несбыточной мечты была «Волга» ГАЗ-24-10. Именно несбыточной мечты — рядовому гражданину, в большинстве своем, такой автомобиль не светил никогда… более реалистичными были «Жучки» — ВАЗ-2106 или люксовая ВАЗ-2107. На худой конец — «Москвич-412». По тем временам и он считался машиной. Сегодня в это сложно поверить, но парень с автомобилем, даже со ставшей сегодня коллекционной «копейкой», был завидным женихом. Об иномарке никто даже и не мечтал…

Однако пришла эпоха рыночной экономики и в стране начали появляться иномарки. Конечно, не новые. Страна разделилась на два лагеря — от Урала и дальше на восток господствовали праворукие авто, пригнанные из Японии, от Калининграда до Урала — в основном, немецкие, пригнанные, как это не странно, из Германии.

Сама по себе иномарка стоила приличных для советского гражданина денег, немало приходилось отдать за перегон. Перегоном занимались самые отчаянные, те, кто не боялись ни милиции, ни рэкетиров, которых на дорогах было навалом, и непонятно, кто был страшнее. И это — опасности, помимо того, что подержанное авто может элементарно сломаться в пути, а с сервисом тогда тоже было худо. Велик был риск уснуть за рулем и уйти под откос или встретиться лоб в лоб с фурой.

Один товарищ, милиционер, выйдя на пенсию, решил прикупить себе иномарку. Настоящую! AUDI «бочку»! Вышел на перегонщиков, договорились о цене и те отбыли в Германию. Через какое-то время вернулись обратно, с машиной… тут история умалчивает, или комплектация оказала жирнее, чем было заказано, или еще что, но потребовали они доплатить 500 долларов. Иначе отдать автомобиль отказывались…

Пенсионеру пришлось воспользоваться помощью бывших коллег, так сказать, воззвать к совести перегонщиков и, через пару дней, стал обладателем своего сокровища. Своей ласточки. Своей прелести!

Только радость была недолгой… стучало что-то в машине. Поначалу грешил на подвеску — съездил в один автосервис, там умельцы посмотрели и вынесли вердикт: все в порядке. Но стучит же! Поехал к другим специалистам. Те послушали, понюхали… нет, дело точно не в подвеске. Коробка, двигатель — тоже все в хорошем состоянии. Да и звук не характерный.

Но, блин, стучит же! Бывший мент места себе не находил. Поседел во второй раз. Потерял сон и покой. Столько денег отдал, так мечтал об иномарке, а она… стучит, зараза!

Покатался еще немного и принял решение разобраться самому. Благо, любой человек, выросший в Советском Союзе, еще и автолюбитель, был просто вынужден уметь чинить машину самостоятельно — иначе не прожить.

Загнал в гараж, облазил всю иномарку, примерно локализовал источник звука и принялся снимать обшивку. И вот там, в полости, обнаружил смятую пивную банку, на которой фломастером было написано: «Нашел? Молодец! Зато сэкономил!»

Откуда там банка появилась — тоже понятно. Перегонщики отомстили за недоплаченные 500 баксов. И это еще по-человечески обошлись. Могли и яйцо шприцем в сиденье загнать…

У каждой нации есть свои национальные герои. У французов, например, это, как это ни странно для нас — Наполеон. А еще Шарль де Голль, и, наверно, еще кто-то, о ком знают только французы. У американцев, это, несомненно, Авраам Линкольн и Джордж Вашингтон. Как это ни странно — везде политики! Вот удивительно, но в России, я готов спорить, назовут А. С. Пушкина и М. Т. Калашникова. Думаю, эти люди в представлении не нуждаются.

Грузия… у ней особенная стать — даже при Советах национальным героем здесь был Иосиф Виссарионович Сталин. Даже во времена Хрущева и после. У нас, в России, после распада Союза, и сегодня Сталин остается фигурой неоднозначной, но, насколько я знаю, только в Грузии ему в наши дни ставят памятники.

На Кавказе и Средней Азии всегда все было хорошо. Басмачей победили только в кино и учебниках, а на деле вчерашний бай в 1930-х годах превратился в секретаря обкома, горкома или в другую партийную шишку. То есть как был баем, так баем и остался, только приобрел при Советской власти официальный статус.

Так в 1980-х годах с Кавказа и Средней Азии в Высшую Школу КГБ имени незабвенного Ф. И. Дзержинского приезжали учиться дети начальников милиции, директоров магазинов, парторгов и так далее. Фактически — те же баи, сыновья баев. Другим было не положено. И как в эту компанию затесались шахтер с Украины, заводчанин из Прибалтики и сын инженера и учительницы с Урала — та еще загадка.

Свербело на душе у уральского мужика от рассказов будущих коллег, как их в школу с водителем на черной Волге отвозили. Или про то, как предки другого неоперившегося чекиста держали перевал в горах и без уплаты дани никого не пропускали. Окромя Чингисхана, конечно, который привык не платить дань, а сам собирать. Хвалился один таджик, что его предка сам легендарный правитель монголов четвертовал.

Короче, надоело все это слушателю курсов. И решил он отомстить.

Во время очередной лекции обернулся к сидящем позади грузинам и поинтересовался:

— А правду говорят, что Сталин армянином был?

Те прямо подпрыгнули! С одной стороны месть удалась, видеть такое выражение лица у братского народа — дорогого стоит. А с другой… те или изначально знали биографию Сталина, как свои пять пальцев, или намеренно штудировали ее после столь наглого и оскорбительного высказывания.

Идет будущий КГБшник в столовую, а грузины — тут, как тут.

— Саша! А ты знаешь, какая фамилия у Сталина была?

— Конечно, знаю! Сталин!

— А вот и нет! Джугашвили! Сам подумай — может быть у армянина фамилия Джугашвили?

Приходит уральский парень на лекцию, и опять грузины.

— Саша, а ты знаешь, где родился Сталин? Под Тбилиси! Вот и думай — мог ли армянин родиться под Тбилиси?

Возвращается вечером в общежитие, но и тут грузины!

— Саша, а ты знаешь, какое любимое вино было у Сталина? Киндзмараули! Как думаешь, разве может быть у армянина любимое вино — киндзмараули?

Да чтоб тебя! Как его достали горцы — слов нету. Не описать. Каждый день, изо дня в день, вываливали все новые и новые подробности биографии Отца Народов. И без того голова от учебы пухнет — за два года впихнули весь немецкий язык, а тут еще столько сторонней информации! Ежедневно все новые и новые факты из жизни Сталина.

Подумывал даже застрелиться, чтобы жить спокойно. Но уральская закалка давала о себе знать. Сдюжил! Дотянул до выпускных экзаменов, а там — родной Урал, без обиженных грузин. Но биографию Вождя и Любимого Учителя чекист помнил до самой пенсии и еще дальше.

Рассказывают, что давно, еще при Советах, был грабитель. Вежливый грабитель. Мужик выглядел весьма внушительно — ростом под 2 метра, косая сажень в плечах. Подходил вечерком к гражданам, и очень-очень вежливо просил отдать кошелек. Если не отдавали — извинялся и уходил. Но, все же, чаще отдавали. Потому как дядя был и в самом деле немаленьких габаритов.

После, когда граждане приходили жаловаться в милицию, то предъявить грабителю было нечего. Кошелек забрал силой? Нет! Угрожал? Нет! Оружие было? Тоже нет! Так это не ограбление! Вы же сами отдали!

Впрочем, бывает и наоборот. Когда тихий, скромный, щупленький парнишка оказывался… но обо всем по порядку.

В 1980-х годах в Высшей Школе КГБ, вместе с уже знакомым читателям уральским парнем Сашей, учился другой слушатель. Худенький, невысокий. Метр в кепке, и то если подпрыгнет.

На занятиях по рукопашному бою встали в спарринг Саша и этот… замухрышка какой-то! Уралец и сам мужик немаленький. Посмотрел на своего партнера… что там с ним биться-то? На одну руку положить, второй прихлопнуть.

Как Саша оказался на матах — он так и не понял. Хорошо, давай еще, во второй раз… и снова здоровяк на лопатках.

Оказалось, второй чекист занимался какой-то там борьбой. Насколько легально — другой вопрос. При Советах каратэ было запрещено, самбо и армейский рукопашный бой недоступны для изучения гражданским лицам. Более того — случись уличная драка, в которой был пострадавший, наличие спортивных заслуг в области бокса или еще в чем, считалось отягчающим обстоятельством. Боксер автоматически превращался в обвиняемого.

Так Саша вынес для себя урок, что внешность — далеко не все. Какая подготовка у оппонента — хрен его знает. Несмотря на габариты, можно неслабо так отхватить…

Спустя какое-то время шли они днем куда-то. Или с обеда, или на обед. А неподалеку — пивнуха. Зеленый металлический ларек, в котором торговали пивом. А что такое было пиво при Советах? Дефицит! Мужики выстраивались в очередь, в основном — со стеклянными трехлитровыми банками, в которых жены потом огурцы и помидоры солить будут, некоторые — с алюминиевыми канистрочками или бидонами, часть даже с простыми полиэтиленовыми пакетами. Хотя таких, конечно, меньшинство.

Стоят и ждут, когда откроется ларек, дабы побаловать себя пенным напитком.

Но не тут-то было. Подошли трое крепких, плечистых ребят, и, расталкивая толпу, начали пробираться в заветному окошку.

— Отец, мы занимали… мы тут раньше были.

Ежу понятно, что никто ничего не занимал, но ссориться с тремя бугаями мужики как-то стремались. Их-то трое! А граждане в очереди — каждый сам по себе.

Будущий чекист посмотрел на все это дело. И решил вмешаться. Ощущал себя в ответственности за светлое будущее, которое не представлялось без светлого пива.

— Ребята, не надо так, — вежливо попросил слушатель курсов. — Вернитесь в очередь.

— Чего?

Дебоширы посмотрели на заступника с нескрываемой усмешкой. Маленький, щупленький, и вякает!

— В очередь, — повторил КГБшник.

— Слышь, товарищ, ты бы не пошел нахер?

Ах, нахер? Парень вырвал из рук молодца банку и грохнул об асфальт, превратив емкость в миллион мелких осколков.

— Ах ты, тварь…

Один из нарушителей порядка попытался вмазать обидчику, но сразу рыбкой полетел на газон. За ним отправились и остальные двое. На все про все ушло менее пяти секунд.

Мужики в очереди, обалдев, даже слова не могли вымолвить. А чекист, отряхнув руки, отправился дальше, постигать секретные науки.

В 1990-х годах наступил аврал. Кирдык. То, что было нельзя, вдруг стало можно. А что было доступно — перестало быть таковым. Наступила свобода, но свобода на пустой желудок — так себе свобода. Страна переживала трудные времена. Времена, которые требовали трудных решений, сегодня, оглядываясь назад, во многом спорных.

Одни люди голодали, другие перевозили деньги в коробках от ксероксов. И, естественно, сосредоточением, точкой пересечения финансовых потоков была столица нашей необъятной Родины. Москва.

Некий коммерсант в ту неоднозначную пору провел сделку. Чего и кому продал — история умалчивает. Факт тот, что оказался он в Москве, которую до этого только на картинках видел, с коробкой из-под обуви, полной долларов и с Газелью с водителем, на которой приехал.

Бизнес завершен, завершен удачно. Чего требует душа, когда дела закончены, зато есть деньги? Правильно! Отметить это дело!

Предприниматель поинтересовался у партнеров, где взять водки, причем водки хорошей и много. Обязательно — качественной, чтобы не отравиться. Мужику назвали адрес, тот запряг водителя. Поколесив по городу, нашли нужную улицу, едут, ищут нужный дом. Проехали всю улицу от одного конца до другого — нету названного номера! Ладно, поехали в обратную сторону. Опять нужный адрес найти не могут.

В том месте, где по логике должен быть дом — длинный забор, видно, что старый, еще дореволюционной постройки, с небольшой калиткой, а за ним — купола торчат. Церковь там, или еще что. Ну не могут там водку продавать!

Или партнеры так тонко пошутили, или сам коммерсант что-то недопонял, не разобрал.

Решил у местных поинтересоваться. Уж кто, а аборигены точно знают, где тут водка продается. Товар-то ходовой!

Тормознул какого-то мужика.

— Так и так, дали адрес, сказали, что водку там купить можно. Я, вроде, тут, но найти не могу…

— Да, все правильно сказали. Вон калитка, ты постучи, тебя внутрь и пустят.

— Подожди… так там — купола какие-то…

— Да, все правильно — купола. Монастырь там мужской.

Странно, конечно, но раз все говорят…

Бизнесмен подрулил к калитке, постучал. Открыл гражданин в рясе, с бородой, с крестом.

— Чего тебе надобно, добрый человек?

Сразу видно — монах. Или послушник. Или как там оно правильно называется? Даже спрашивать неудобно про такую простую, мирскую вещь, как водка. Но в 90-е робких не жаловали.

— Говорят, водку тут купить можно? — смущенно поинтересовался коммерсант.

— Да, можно. Заходи.

Донельзя удивленный, предприниматель пошел следом за монахом. Все так и есть — монастырь! Бараки какие-то, кресты, люди в рясах. Добрели до постройки с огромными воротами, божий человек ворота распахнул… а там! Мама дорогая!

Ящики с водкой штабелями стоят. И коробки с сигаретами тоже. Или москвичи не так приезжего поняли, посчитали, что ему водка оптом нужна, или в их понимании если праздновать — так вообще чтобы полгода гудеть. Цена — тоже более, чем приемлемая. Гораздо дешевле, чем где бы то ни было.

Затарился мужик и водкой, и сигаретами. По такой стоимости — впрок. Половину Газели забил. Домой, в родной город еще сколько увез.

Начал рассчитываться, открыл обувную коробку, отслюнявил, сколько надо.

— Добрый человек, а тебе Мерс не нужен? — спросил монах.

— Чего?

— Мерс. Хороший, новый. А то денег у тебя там, в коробке, еще много осталось.

— А у вас что, еще и машины продаются?

— Да, конечно. Вот, смотри.

И в самом деле в другом амбаре стоят автомобили. Мерседесы, БМВ, Ауди, Вольво. Сплошь иномарки. И все- новые. Нулевые, сиденья еще в целлофане.

От машины мужик отказался. Такая покупка была пока лишь в планах, в отдаленной перспективе. Ограничился водкой и сигаретами по бросовой цене. Несмотря на все опасения, товар оказался качественным, не поделка.

Коммерсант еще долго гадал, откуда такие складские запасы в монастыре, пока не узнал, что Ельцин в середине 1990-х подписал указ, представляющий таможенные льготы ряду организаций, включая Фонд инвалидов Афганистана, церковь и многие другие. Так и выживали в лихое время, беспошлинно импортируя алкоголь, табак и автомобили.

Когда-то, когда небо было голубее, а трава — зеленее, люди сами делали продукты питания. И для себя, и на продажу. Не просто выращивали картошку или моркошку, а варили пиво, взбивали масло, делали колбасу. Без какой-то химии, красителей и консервантов — только натуральные ингредиенты! Уже в конце ХХ века истинных мастеров осталось немного, в домашних кладовых остались лишь самодельные соленья и варенья.

Сегодня же даже крупы покупает далеко не каждый. Не только проще, но и дешевле купить уже готовые блюда а дома — только разогреть. Время, конечно, экономится, но кто из чего делал котлеты в кулинарии? И есть ли в этих котлетах мясо? Тот еще вопрос!

До наших дней дошли истинные ценители домашней кухни, и их — единицы. Самогон — и тот почти перестали гнать… эх, люди!

Но один гражданин и в XXI веке, когда изобретено абсолютно все, что можно изобрести, продолжал кудесить вкуснятину. Готовил он свинину по старинному семейному рецепту — резал на тонкие ломтики, обильно солил, а после — вываливал в специях и вывешивал сушиться. И, конечно, самогон — куда без него? Брагу делал на пшенице, кукурузе, винограде, яблоках… зелье доходило до кондиции в банках с резиновой перчаткой на горлышке — все в лучших традициях. После- перегонял на три раза и снова настаивал — на лимонной кожуре, коре дуба, кедровых орешках.

Напиток получался — высший сорт! В узких кругах мужик пользовался почетом и уважением. На любом застолье был желанным гостем — каждый знал, что обязательно принесет чего-нибудь своего…

Для своих кулинарных опытов мастер использовал складское помещение, расположенное в его же офисном здании. Подальше от домочадцев, которые, пусть и не жаловали брагу, но вяленой свининкой не брезговали. Занимался бы у себя в квартире — самому ничего не досталось бы. А тут — надежная металлическая дверь, единственный ключ, у себя, любимого, и, опять же — сигнализация. Незамеченным не проникнет никто.

Естественно, раз у гражданина было свое здание, то имел и определенный достаток в деньгах, и отпуск, два раза в год, предпочитал проводить за границей — на шезлонге под пальмой на морском берегу.

Собравшись в очередной вояж, мужик зашел к себе на склад. Проверить, как там брага настаивается, как свинина вялится. Удовлетворившись инспекцией, и, опрокинув стопку готового продукта, товарищ укатил на месяц поближе к солнцу.

Но современные технологии и там не дали расслабиться. На телефон посыпались СМСки о сработке сигнализации на складе. В сутки — по 2—3 штуки. Срабатывали датчики движения, хотя датчик на двери упрямо твердил, что ее никто не открывал. Может, неисправность какая? О мышах и крысах гражданин и не думал — об этом он позаботился. Склад изолирован, как бункер. Комар в щелочку не проскочет, о грызунах и говорить нечего. Но на душе неспокойно…

Вернувшись на Родину, только отдохнув от перелета, мастер-кудесник сразу направился на свой склад. Отворил дверь, щелкнул выключателем… и только успел заметить серую тень, бросившуюся в темный угол.

А на полу… мама дорогая! Вся свинина, обкусанная, обглоданная, лежит в пыли. Банки с брагой — все перевернутые, перчатки разодранные. Как есть — крыса! Да как она пробралась-то?

Взяв фонарик, мужик направился в дальний угол — самый темный, в котором скрылся непрошенный гость. Направил луч света и увидел огромные, дикие, хищные, горящие яростью глаза маленького-маленького, растрепанного котенка. Попытался схватить безобразника — да где там! Тот подпрыгнул, зашипел и пулей вылетел со склада.

Похоже, котик забрался в помещение, когда хозяин перед отъездом проверял свои запасы. Свинина пахла так, что все кто работал в офисах, слюной исходили. На этот запах, скорее всего, и зашел маленький проказник. И остался на месяц в заточении. В кромешной темноте, в компании с вяленым мясом и брагой. Чем и питался. Тут, понятное дело, любой одичает.

Неизвестно, какие истории после рассказывал мохнатый Атос своим друзьям, но помощь психолога и нарколога ему точно была нужна. Месяц бухать в гордом одиночестве! Кто такое вывезет?

Целью любого бизнеса, легального или не очень, является извлечение прибыли. Иначе нафига он, этот бизнес, нужен? Причем прибыли в максимальном объеме.

С этой целью коммерсанты «оптимизируют расходы». Это и платежи поставщикам сырья, и заработная плата, и… налоги. Собственно, с этой целью бизнесмены и пользуются услугами обнальных организаций, что с каждым годом становится все труднее. Государство сильно не любит, когда предприниматели уходят от уплаты налогов.

Начало XXI века вообще было расцветом обнала — наличили в разных регионах под скромные 3—4%. Дальше — больше.

Впрочем, для бизнеса наличка всегда была риском, причем не только в плане контроля со стороны государственных органов — кидали обнальщики нередко. Причем если в начале века жулики выжидали, пока скопится приличная сумма, с которой можно залечь на дно где-нибудь под пальмой, то в конце 2010-х аппетиты поумерились, кидать начали на пару-тройку миллионов, а то и вообще на несколько сотен тысяч. Да и обнальные конторы перестали, в большинстве своем, быть таковыми, превращаясь в фирмы-однодневки, зачастую ради получения даже единственного транша, дабы прикарманить хоть чуть-чуть.

На такую фирму и напоролись коммерсанты, про которых пойдет речь в этой истории. Как обычно — загнали безнал, а вместо нала начались завтраки. То проблемы с банком, то еще что… через месяц у бизнесменов появились подозрения, что их кинули, предъявили ультиматум жуликоватому контрагенту, после чего абонент стал не абонент.

Подозрения переросли в уверенность… деньги нужно как-то возвращать!

Неизвестно каким образом, но предприниматели вышли на одного полковника МВД, цельного начальника отдела, рассказали, как было дело. Полицейский пообещал решить вопрос по сходной цене.

— Мужики, такие дела… жулики за возврат долга берут половину, но мы, менты — люди честные, скромные, у нас такая услуга стоит треть. И половина гонорара — авансом.

Коммерсанты воспрянули духом. Вот ужо сейчас этим наглым обнальщикам будет! По полковнику сразу видно — человек серьезный, шуток шутить не будет.

Быстренько собрали нужную сумму, отдали офицеру… и ждут! Периодически позванивают.

— Как там вопрос решается?

— Нормально решается. Но дело-то небыстрое… потерпите.

Тут бизнесменам возразить было нечего. Скоро, как известно, сказка сказывается, да нескоро дело делается. Через некоторое время снова набирают полковника:

— Как там?

— Терпение, только терпение. Все будет. Процесс запущен.

И так продолжалось около полугода. Ежу понятно, что если б дело было запущено официально — то шесть месяцев — это не срок. Но если официально — тогда конвертик с денежкой не передавали бы…

У предпринимателей вновь появилось подозрение, что их кинули. А когда мент перестал брать трубку — подозрения переросли в уверенность.

Когда кинули один раз — это бывает. Но два раза в одном месте, причем кинул не кто-то там, а человек, который уверял, что решит проблему… коммерсантам это показалось неслыханной наглостью и решили вернуть хотя бы ту часть, что заплатили полковнику в качестве аванса. И, не долго думая, сообщили офицеру, что ежели тот не вернет бабло — сольют его коллегам. Пусть причалят за получение взятки.

Мент тоже долго не думал. Весь расклад по обналу бизнесмены сами ему дали, с суммами, контрагентами и всем остальным. Там как раз на уклонение от уплаты налогов в крупном размере хватает. И слил своих клиентов в ОБЭП.

С одной стороны, вроде как, полковник свой долг выполнил, а с другой… нехорошо это как-то. Не по понятиям.

Было нечто такое, что мы потеряли с падением Союза. Нет, плохого там тоже хватало. Но было и хорошее. Хорошего, как мне кажется, было больше.

В том числе — студенческое братство. Еще в 1980-х годах у советских студентов был популярен такой вид путешествий, как автостоп. Молодые ребята в куртках со стройотрядовскими значками колесили по всей стране. Стройотрядовская куртка вообще открывала почти любые двери и уберегала от многих неприятностей. Народ, простые граждане, относились к стройотрядовцам с большим уважением. А сами студенты свято верили в то, что в любом городе им найдется приют. Не у родственников, на вокзале или в гостинице — вовсе нет. В студенческом общежитии! Потому что все студенты — братья, делают общее дело, и проблемы-то у них одинаковые. Как тут не понять друг друга, не прийти на помощь?

Так студенты из Иркутска, приехав как-то раз в Челябинск, первым делом поинтересовались — а где тут у вас политехнический институт? Ведь не может такого случиться, чтобы в таком большом городе, промышленном гиганте, не было политеха! Куются же где-то кадры для ЧТЗ, ЧМЗ, ЧТПЗ, ЧКПЗ и других многозначительных аббревиатур.

И политех, конечно, был — Челябинский Политехнический Институт, он же — ЧПИ. Получив адрес, сибиряки прибыли в студенческий городок, там нашли общежитие факультета ДПА, то есть такого же, где учились и они сами, только у себя на родине — в Иркутском политехе.

— Мужики! Мы — ваши коллеги из Иркутска, сегодня — студенты, завтра — инженеры! Вот, путешествуем, пустите на пару ночей перекантоваться!

— О, братья! Какие вопросы? Конечно!

Уральцы договорились с комендантшей, провели гостей города в общежитие, накормили, напоили, спать уложили. Все по высшему разряду! Оба дня, что сибиряки гостили в Челябинске, были сыты, пьяны и не потратили ни копейки денег!

И это касалось не только студентов из Иркутска, но и из любого другого города необъятной Страны Советов. Так ширилось студенческое братство.

Прошел год. Студенты из Танкограда направились в стройотряд на Сахалин, трудиться на благо отечества. Отправились, конечно, не автостопом — там проблема с шоссейными дорогами, особенно в районе Японского моря. Полетели на самолете.

И, надо же такому случиться, пересадка как раз в Иркутске! Причем так сложилось, что самолет из Челябинска прибыл сегодня, а самолет на Сахалин — только через два дня. Но уральцы не расстроились. Они-то точно знали, что где-то в Иркутске есть политех, а там — факультет ДПА, и, несомненно, общежитие, где их приютят, накормят и напоят! Оставив вещи в камере хранения, ребята направились на поиски…

Добрые люди подсказали направление и очень скоро гости города достигли пункта назначения. Здание поскромнее, чем в Челябинске, но соответствует высокому званию Храма Науки. Рядом, на скамейке, сидят студенты, играют на гитаре, отдыхают.

— Физкульт-привет! Мы — ваши братья из Челябинска! Вот наши студенческие. Двигаемся на Сахалин, на комсомольские стройки…

— И что?

— Как что? До пересадки почти двое суток, нам бы перекантоваться…

— А мы-то тут при чем?

— Как при чем? Когда ваши были у нас, в Челябинске — мы приютили, обогрели, накормили, напоили. Как бы ваша очередь ответить добром на добро!

— Ничего не знаю. Я в Челябинске не был, меня там никто не кормил и не поил. С ночлегом помочь не могу.

Опачки! Приплыли! Вот тебе и студенческое братство! Куда податься… непонятно!

Решили по старому русскому обычаю выпить, а там уж видно будет. Нашли ликероводочный магазин… отсутствие очереди сразу вызвало подозрения. И тут уральцев ждал второй сюрприз — водка продавалась исключительно с 16:00 по 18:00! Посмотрели на часы — еще есть пятнадцать минут, решили осмотреться, прогуляться.

Вернулись в 16:05… мама дорогая! Очередь набралась — не протолкнуться. Народу — тьма! И это — за каких-то двадцать минут! Однако мужественные уральские хлопцы стойко преодолели все тяготы и лишения, затарились водкой и направились на какую-то базу, присмотренную во время прогулки. На базе склады, домики дощатые стоят. И забор низенький — всего пару метров высотой. Перемахнули через заборчик, выбрали один из домиков, где замок вообще смешной — гвоздиком открывается.

Там и устроились. Сидят себе спокойно, выпивают, ужинают. Торопиться некуда — самолет только послезавтра.

Вечерело… к базе подруливает какая-то машина, кто-то совершенно по-хозяйски открывает ворота, заезжает и останавливается, завидев свет в одном из домиков. Выходят четверо — крепких таких ребят, настоящих уральцев. Водитель начал потихоньку пятиться к своей Волге, подозревая недоброе, намереваясь слинять поскорее и стукануть куда следует.

— Эй, мужик! Погоди ты! Водку будешь?

— Водку? Водку буду…

Подозрения моментально улетучились, сибиряк сразу понял — никакие это не грабители, а люди в высшей степени добропорядочные. Спустя полчаса и пару бутылок водки мужик со студентами вообще стали закадычными друзьями. Не разлей вода.

Гости города поведали свою проблему:

— Так и так, мы из Челябинского Политехнического Института, направляемся в стройотряд на Сахалин, сегодня прилетели. А пересадка только послезавтра! Надеялись, что братья-студенты из Иркутского политеха пустят в общаге перекантоваться, а они оказались и не братья вовсе… а тут смотрим — домики такие хорошие. И, что немаловажно — пустые.

— Тю, тоже мне проблема! Сегодня дежурит Марь Ивановна, скоро придет. Скажите ей, что с Петром Михайловичем обо всем договорились и живите себе тут спокойно!

Посидели еще немного. И еще немного. Водка закончилась, мужик внезапно вспомнил про срочные дела и свалил. Студенты остались в гордом одиночестве. Без водки, но с закуской, которая превратилась в простую еду, а просто есть кому интересно. Вроде как и времени уже много — спать пора…

Может, так и легли бы спать, если б один из четверых не служил в свое время во Внутренних Войсках, и вообще отличался крайне неспокойным характером. Вернее, не совсем так. Трезвый-то он как раз и был человеком спокойным и рассудительным, а вот по пьяной лавочке его тянуло на приключения. Желательно с мордобоем. Вот не мог он пить, как все люди. Где-то там, в голове, от водки перегорал предохранитель и парню требовалось помахаться. После, прикладывая к синяками свинцовую примочку, боец, довольный, приговаривал:

— Эх, как хорошо отдохнул!

А тут еще такой повод! Да как так-то? Главное, иркутские ребята приезжают в Челябинск — им там такой прием, а здесь… словно и не братья вовсе! Надо разобраться!

Посовещались и направились к уже знакомой общаге, где на лавочке сидят уже другие студенты, но тоже бренчат на гитаре. И давай до них докапываться…

— Как-то неправильно вы играете. Слишком тихо. А теперь слишком громко. Тут надо играть медленнее. А здесь — наоборот, быстрее. Эй, я сказал быстрее, а не так, чтобы совсем быстро! И вообще репертуар у вас какой-то… несвойственный строителю коммунизма. Как у каких-то капиталистических ковбоев!

Короче, провоцировали, как могли. Но нет, сибиряки оказались ребятами крепкими, стойкими, на удивление миролюбивыми. И мужественно переносили все нападки уральцев. Гости города уж было собрались на базу, в домик, на боковую, но решили еще немного добавить. И пара капель оказались последними. Гитаристы сорвались с лавочки и скрылись в недрах общежития.

Ну, понеслась!

Челябинцы, довольные достигнутым результатом, начали разминаться перед предстоящей дракой, как вдруг…

Из приоткрытых дверей общаги раздался топот ног. Не одной пары, не десятка, а, минимум, сотни! Мужики переглянулись. Кажется, доигрались… Встав спиной к спине, уральцы, мысленно попрощавшись друг с другом, приготовились принять последний бой…

Однако вся толпа, выбежавшая из здания, проигнорировав героическую четверку, пронеслась мимо. За ними — пожилая женщина, похоже — комендантша. Кричит, матерится…

— Это что тут у вас происходит? — поинтересовались стройотрядовцы у женщины.

— Да опять пошли биться, общага на общагу! Сколько можно-то! Достали уже!

Был такой вид спорта при Советах — биться класс на класс, двор на двор, район на район и общага на общагу. Чего делили — непонятно. Но в этом случае, похоже, перепутали ребятки уральцев со своими земляками и пошли выяснять отношения. Нехорошо как-то получилось. Не по-комсомольски…

— Слушай, мать, мы вот студенты из Челябинского политеха, пересадка в Иркутске, самолет послезавтра. Если драки не будет — дашь пару ночей перекантоваться?

— Какие вопросы, сынки? Если драки не будет — найду вам комнату!

— Тю! Сейчас сделаем!

Побежали парни вслед за толпой, а там уже выстроились две стенки, вот-вот бой начнется. Один из стройотрядовцев, кого не слишком жалко, тот самый, служивший некогда во Внутренних Войсках, вышел в центр поля брани.

— Так, мужики! Отставить драку! Мы — ваши коллеги, студенты из Челябинского Политехнического. Вот наши студенческие. Направляемся на комсомольские стройки на Сахалин. Вот наши куртки. Прилетели сегодня, пересадка на рейс только послезавтра. Ночевать нам негде. Но мы договорились с комендантшей общаги, что если драки не будет — она устроит у себя. Так что давайте так: отложите драку на пару дней, мордобой устроите послезавтра. С вас не убудет, а мы переночуем нормально.

О том, что причиной конфликта, вероятнее всего, как раз и были гости города, студент разумно умолчал.

Сибиряки остановились. Призадумались. Посовещались. В самом деле — звери они, что ли? Тут ребята приехали из другого города, остановиться негде. Вопрос уладить можно, причем достаточно легко — просто перенести драку на другое число. Это же не футбольный матч! На том и порешили. Успокоились и разошлись.

Комендантша обещание свое тоже исполнила — выделила парням комнату и выдала пару резиновых сапог.

— А это еще для чего? — удивились уральцы.

— Вот чудной человек! А как вы утром в туалет пойдете?

Пока ничего непонятно, но ладно. День был тяжелый — перелет, очередь за водкой, потом ее, эту водку, еще и выпить надо было, и, наконец, миротворческая миссия. Ответ на эту загадку решили искать завтра и завалились спать.

На следующий день первый, кто проснулся, пошел в туалет и сразу оттуда вернулся. С квадратными глазами и вставшими дыбом волосами. Открылась тайна, для чего были нужны сапоги. В туалете — мрак! Ужас! Вода стоит на полу — сантиметров пять. И дерьмо там же плавает. Жопа, короче, полная. Начали студенты догадываться, что иркутчанам не места в общежитии жалко, а было элементарно стыдно за свои пенаты.

Уральцы собрались, позавтракали, покумекали, и решили, что лучше уж вернуться на базу, где контакт уже налажен. Там туалет, пусть и на улице, в дощатой будке, но, зато, резиновые сапоги не нужны. Весь день гуляли по городу, а вечером, снова отстояв очередь за водкой, пришли на базу, где их дожидался вчерашний знакомый.

Поутру челябинцы улетели на Сахалин. К счастью, на обратном пути пересадка заняла гораздо меньше времени. Ни на базу, ни в общагу, стройотрядовцы уже не возвращались.

На Руси неоднократно пытались бороться с пьянством. Только за обозримый период истории, минимум — три раза. Сухой закон вводили в 1914 году, в 1985 и… нельзя назвать это сухим законом, но наиболее результативная мера по снижению потребления алкоголя была предпринята в 2018 году — повышение акцизов. Итоги в каждом случае весьма спорные. Если при СССР за самогоноварение была предусмотрена уголовная ответственность и приходилось пить одеколон и антифриз, то и сегодня достигнутое на 43% снижение потребления алкоголя объясняется, скорее, переходом населения на паленку и, как стали называть контрабанду — «безакцизные» напитки. Снижение смертности и заболеваний, связанных с употреблением спиртного, отраженное в статистике, так же не вполне объективно — врачи просто-напросто указывают другую причину. План есть план…

Конечно, времена советского сухого закона 1985—1991 годов не окутаны таким романтическим ореолом, как аналогичный период времени в США — 1920—1930 годы. Бутлегеры, гэнгстеры, Томми-ганы и так далее. Впрочем, в уголовном кодексе РСФСР в 1920-х годах за торговлю кокаином было предусмотрено наказание в 3 года, а за самогоноварение — до 8 лет. Тоже своего рода романтика…

Определенные нюансы тоже были.

На предприятиях начали создаваться общества трезвости. В чем заключалась их функция — не совсем понятно. Этого не могли объяснить ни сами создатели, ни члены обществ. Но партия сказала «надо», коммунист ответил «есть».

Такую же установку сверху получил и профсоюз одного из Челябинских заводов — создать общество трезвости. И вот проводят профсоюзное собрание, на повестке дня которого единственный вопрос — создание того самого общества.

— Товарищи, — толкает речь ответственный секретарь. — Нужен председатель общества трезвости. Кандидатуры есть?

Какое общество? Какая трезвость? Кому это нужно? И, главная проблема — это же надо что-то делать! Собрания какие-нибудь проводить, время тратить. Если б оно как-то стимулировалось дополнительными выплатами — желающие нашлись бы. А так… бесплатно совать голову в петлю… Да не, ну его нахрен. Кандидатур нету. Все притихли, замолчали, головы в плечи втянули.

— Товарищи! Следуя генеральной линии правительства и политике партии, нужно создать общество трезвости. А обществу нужен председатель! Давайте, смелее. Нужны кандидатуры.

Товарищи дышать бояться, замолчали пуще прежнего. Зачем этот лишний геморрой? Итак проблем навалом, а тут еще трезвость какая-то…

И вот здесь стоит отметить, что был на заводе один деятель. Не то, чтобы пьянь беспробудная. Был бы таким — давно уволили бы. Но выпить любил. Каждый вечер начинался у трудяги с рюмочки, рюмочкой и заканчивался. Выходные — тем более. А чего ему еще делать? Жены нет, детей нет… наверно, потому их и не было, что работяга смотрел на мир через призму граненого стакана. И все коллеги знали про сию страсть.

— Давайте вот — Толика! — предложил кто-то, ткнув пальцем в упомянутого персонажа.

Предложил даже не в серьез, а, скорее в шутку. Но тут собрание профсоюза, какие шутки?

— Так он же пьет не просыхая!

— Тем более! Как раз исправится!

— Отлично, товарищи, — обрадовался секретарь. — Голосуем. Кто «за»? «Против»? «Воздержался»? Единогласно!

Собравшиеся дружно выдохнули. Ненужная общественная нагрузка прошла мимо и досталась Толику. Как он кричал, сопротивлялся… однако кандидатура выдвинута, большинством голосов поддержана. Деваться некуда.

Но когда мероприятие завершилось и работяги собрались расходиться по домам, их остановил новоизбранный председатель общества трезвости.

— Мужики! Я так думаю… я на эту должность не стремился, но раз так получилось — давайте отметим это дело!

— Это как же?

— Как-как… выпьем!

Соседи бывают разные. Лучший сосед — это тихий, мирный, которого не видно и не слышно. Еще лучше — если даст в долг до получки и не напоминает… стесняется! Интеллигент очкастый!

Но бывают и другие. У которых дети носятся по квартире с утра до ночи, топая так, что люстра качается. Или где постоянно матюки и звуки драки. Или такие, что любят подолбить стены перфоратором в субботнее утро. А бывают и такие, что врубят музыку на полную катушку, причем, чаще всего — вечером, и громыхает до четырех утра. Думц-думц…

У героя истории сосед сверху был как раз из последних. Редкий день квартирант был трезв, а уж музыку включал каждый вечер. И так — почти до утра.

Сперва парень пытался переговорить добром. Разъяснить как-то, что нехорошо так поступать. В доме же и другие люди живут! Несколько раз приходил, звонил в дверь… но сосед даже не утруждал себя тем, чтобы открыть. Посылал нахрен через дверь — и всех делов.

Тогда молодой человек пытался решить вопрос через полицию. Участковый, конечно, приходил, но тоже беспомощно разводил руками:

— А что я могу поделать? Он мне дверь не открывает! Купите беруши, бабушка сбоку так и поступила — сейчас не нарадуется…

Осознав полное бессилие, как свое, так и правоохранительных органов, юноша так и жил, постоянно в этом «думц-думц», хронически не высыпаясь.

Но всему настает конец!

Как-то раз, летним воскресным утром, когда он пришел из ночи и лег поспать, снова раздалось это «думц-думц». Только теперь музыка играла не у соседа. Под окном стояли две крутые тачки — тонированные вкруг, заниженные Приоры с динамиками размером с колесо каждый, и группа лиц — смуглых и бородатых.

Кольца у работяги выдернуло.

Схватив банку с краской, оставшуюся после ремонта, парень метнул ее в открытое окно прежде, чем включились социальные тормоза. Едва грязная бомба оторвалась от рук, молодой человек сообразил, что последствия могут быть самыми непредсказуемыми, и поспешно отошел вглубь квартиры.

Незамедлительно раздался звук удара, дикий вопль… музыка резко оборвалась. Топот многих шагов на лестнице, которые, что удивительно, прошли выше, а дальше — грохот, шум, гам и крики, будто кого-то убивают.

Потом приехала полиция, скорая, кто-то звонил в дверь, но виновник всего, испуганный до полусмерти, забился под одеяло и боялся даже дышать.

Через пару дней, все от той же бабушки, которой участковый посоветовал купить беруши, парень узнал душераздирающие подробности.

Оказывается, сосед сверху в то памятное воскресенье тоже проснулся утром от грохота музыки, доносившейся с улицы. Вышел на лождию, отворил окно пошире, закурил сигарету… и тут вылетает банка краски, которая приземлилась в паре метров от машин, забрызгав все вокруг. Впечатлившись зрелищем, мужик высунулся еще сильнее, чтобы лучше разглядеть шоу…

Гордые горцы, офигев от прилетевшего подарка, задрали головы… а там — никого нет! Лишь из одного окна высовывается какой-то лохматый деятель с сигаретой. Любители громкой музыки быстро сориентировались, проникли в подъезд, вынесли дверь в квартиру прилично всем надоевшего соседа, разнесли ему всю хату и самого мужика отделали капитально… оправданий типа «я — не я, корова не моя», никто не слушал.

С тех пор в квартире соседа воцарилась тишина, а сам деятель стал очень вежливым. Поговаривают, начал даже со старушками на скамейке у подъезда здороваться.

Богатство — это не только благо, это еще и ответственность. Не профукать миллионы, добытые честным или бесчестным путем. Это удается немногим.

Тратить деньги нужно с умом. Чего уж там! Фантазия нужна! Вот свалилось человеку тысяча рублей, что с ней делать? Самый простой вариант — пропить, согласно старой русской традиции. А если сто тысяч? Тут уже можно закрыть какие-то дыры в бюджете, решить текущие проблемы. Миллион? Ну… сменить автомобиль или сделать ремонт в квартире.

А если свалилось двадцать миллионов? Это ж сколько всего сделать можно! Купить новую квартиру, новую машину… пусть не в столице, пусть не самые крутые… но это десятка — потолок, в глухой провинции — того меньше. А потом? Если есть коммерческая жилка — можно начать бизнес. Или попутешествовать по миру. Причем на десятку попутешествовать — весьма неплохо!

Жили-были муж с женой. У жены был небольшой отдел в магазине — торговала игрушками да детской одеждой. Добрый полтинник в месяц это приносило. Муж… муж вообще непонятно чем занимался. Перебивался непостоянными заработками, как это принято говорить. Но бюджетом заведовал мужчина — так заведено.

Дамочка не особо и интересовалась, откуда появилась новая машина. Не топовая люксовая модель, но добрая иномарка. Загородный дом. Тоже не замок, но нормальный такой. Была убеждена, что это она семью кормит, это она добытчица. А мужик… не пьет — да и ладно.

Прозрела женщина в момент, когда в квартиру вломились дружелюбные люди в камуфляже и повязали супруга… оказалось — торговал наркотиками. Нефигово так торговал. Нашел способ сообщить дамочке, где схрон с деньгами, сколько взять и кому унести. Барыга понимал, что его бизнес до поры — до времени, заранее договорился с адвокатом.

Жена нужную сумму юристу передала, тот оказался не пальцем делан — за все свои подвиги наркобарон получил пятерку, из которых почти год провел в СИЗО, сидеть-то там осталось… еще и рассчитывал по УДО выйти. На свободу с чистой совестью, с уверенностью, что там, за забором, его дожидается любящая супруга и вовремя схованные денежки.

А осталось ни много, ни мало — двадцать миллионов рублей. Деньжищи! Дамочка таких за всю жизнь не видела. То, как они были заработаны — другой вопрос. Но мужик-то понес наказание, освободится — вот заживут!

Поначалу ее, конечно, понесло — солярии, косметологи, бутики. На отдел свой забила. Ахнуть не успела, как два миллиона корова языком слизала. Про супруга тоже не забывала — регулярно посещала в колонии, передачки носила.

Однако схрон таял с угрожающей быстротой. Нехорошо как-то получается, не по-христиански это. Мужик вон, на нарах парится, а она его мильоны, нажитые непосильным трудом, тратит.

Начала думать, приискивать. Куда денежки вложить, чтобы приумножить капитал. Долевое строительство? Да нет, вон обманутые дольщики каждый день и через день митинги устраивают. В банк? Тоже нет. Лицензии у них ежедневно отзывают. Еще и поинтересуются — откуда дровишки?

И вдруг на женщину снизошло озарение! Кредитно-потребительский кооператив! Точно! Там по сорок процентов годовых обещают. Это если даже положить пятнадцать миллионов — через год будет двадцать один! А через три, когда муженек освободится — так вообще прорва денег!

Подумала — сделала. Снесла все деньги в кооператив по типу МММ, на жизнь немного оставила, чтобы супруга дождаться, и принялась ждать. Проходит время… и контора предсказуемо загибается, посетовав на злое правительство, которое душит малый бизнес, но вот там, в стране, с которой нет соглашения об экстрадиции, и куда были выведены капиталы, руководство фонда не забудет вкладчиков и каждый день будет выпивать за их здоровье по бутылке шампанского. С икрой, конечно, куда без нее?

Дамочка пригорюнилась… мужа не бросила — продолжила ходить на свидания и дачки носить, но как ему сообщить такую весть? Он же ждет момента, когда выйдет, откроет нычку, а там… а там пусто!

Решила приберечь столь удручающие новости до лучших времен, когда наркобарон откинется.

Прошло еще время. Мужик, как и было запланировано, освободился по УДО. Жена его встретила, как полагается — стол накрыт, бутылка водочки со слезой конденсата, только из холодильника.

Только вот… пришла пора открыть правду. Что все труды до колонии и мучения в местах лишения зазря. Нету денег. Профукала все.

Супруг налил полный стакан, жахнул без закуски… минут через пятнадцать в полицию позвонил:

— Ребята, забирайте меня обратно, я жену убил…

Нам с детства говорят, что хорошо, а что плохо. Что можно, а что нельзя. Например, алкоголь и сигареты — это плохо. А почему же взрослые тогда пьют и курят, если это так плохо? У ребенка появляется любопытство и тяга к запретному.

Впрочем, это в очень раннем детстве. В 7 лет ребенок думает, что мама знает все. В 12 лет появляются первые сомнения — мама знает не все. В 16 приходит уверенность — мама нихрена не знает! А лет в 25 приходит осознание — зря не слушал маму…

Да, с возрастом люди начинают прислушиваться к предостережениям. Лучше учиться на чужих шишках, чем на своих. Порой на своих ошибках учиться уже поздно.

Особенно осторожны представители опасных профессий, и древнейшая из них, по заверением СМИ — это проституция — не исключение. Хотя… первобытная проститутка отдалась же не просто так, а за вознаграждение — пусть за кусок мамонтятины. То есть охотник, который убил мамонта — еще более древняя профессия!

Но это было легкое отступление.

Жил один гражданин. Неплохо жил — нажил кучу денег, врагов и супругу. С возрастом начал ощущать желание отдохнуть, расслабиться душой и телом. Купил домик на озере. Небольшой, двухэтажный, с сауной, джакузи, бильярдом, бассейном, чтобы зимой сопли не морозить, купаясь в проруби.

Как выдавалось свободное время — приезжал с женой на рыбалку. Сидит себе с удочкой на берегу, балдеет. И поймает чего или нет — не важно. Само состояние покоя, нирвана, достигаемая парой стопок коньяка… дорогого стоит!

Супруга этот вид отдыха не понимала и вообще была дитем асфальта, так что через пару месяцев мужик ездил в гордом одиночестве. Но скучно…

Начал приглашать друзей и единение с природой превратилось в тривиальную пьянку. Но такую — с размахом. Шашлык, икра, виски. Праздник начинался в пятницу вечером и заканчивался в ночь с субботы на воскресенье. Оклемавшись к вечеру, гражданин возвращался в свою городскую квартиру, к своей второй половинке, и в понедельник утром шел на работу — пилить бюджет.

Через какое-то время кто-то из гостей предложил вызвать девочек. А то сидят ночью в мужской компании, пьянствуют… подозрительно это!

И тут началось-поехало. Стали постоянными клиентами одной проститутской конторы. Мужчинам хорошо, да и девочкам неплохо. Все же контингент в возрасте, оплачивают всю ночь, кормят вкусно, поят заморскими винами, а работы — минут пятнадцать.

Такими клиентами стали, что в пятницу вечером контора переставала принимать заказы и ждала единственного звонка… и если гражданин не звонил до определенного часа — звонили уже сами. Как там, не пора ли выезжать?

Но однообразие угнетает. Девочки приелись, захотелось других, новеньких. Такое, чтобы каждый раз одно и то же дома есть — жены.

И в одну из пятниц мужчина позвонил в другую контору.

— Адрес такой-то, нужны пять бабочек…

— Вы что! Нет-нет, туда не поедем!

Хм… странно. Но ладно — организаций, способных дарить радость людям, в городе еще много. Позвонил в другую, третью, четвертую… и везде — отказ! Не хотят ехать в домик у озера! Шугаются как от прокаженных. Как адрес слышат — трубку бросают.

Лишь в одной конторе признались:

— Да вы что! У вас же там девочек избивают! И пользуют по трое на одну! И с оплатой кидают!

Что за хренотень? Откуда такие слухи? Впрочем, ежу понятно — все время пользовались куртизанками единственной службы. А они как раз названивают — как вы там, достигли кондиции?

Ладно… деваться некуда — пригласили тех же, что и всегда. Только теперь прижали жриц к стенке:

— Что за ботва? Откуда такие слухи по городу?

Признались… тут хорошо: поят-кормят. Люди интересные, интеллигентные. А работы — тьфу. Вот и пускали слухи, чтобы отвадить конкурентов, не лишиться любимых клиентов… полгода после бесплатно работали, в качестве компенсации морального вреда за черный пиар.

Проблема подготовки к экзаменам поднята гениальным Л. Гайдаем в фильме «Операция „Ы“ и другие приключения Шурика», в саге «Наваждение». А ведь это был 1965-й год! Удивительно, но и спустя полвека ничего не поменялось.

Лучшим способом подготовки к экзаменам остались конспекты. Нет, некоторые преподаватели выпускали методички под собственными именем, но по сути они оставались все теми же конспектами, только в более читаемой форме, набранными машинописным текстом.

И, тут тоже со времен Шурика ничего не изменилось — обучаясь в ВУЗе многие студенты подрабатывали. Соответственно, присутствовали не на всех лекциях и в тетрадях появлялись пробелы, как и в знаниях.

Однако, были и перемены, вызванные научно-техническим прогрессом — конспекты уже никто не переписывал от руки — в институтах на каждом этаже предприимчивые граждане оказывали услуги по копированию. И перед сессией к ксероксам выстраивалась длиннющая очередь…

После кто-то догадался масштабировать копии и из жужжащего аппарата выползали сразу готовые шпаргалки. Естественно, что множили лекции не абы кого, а только круглых отличников, обладавших каллиграфическим почерком, посещающих каждое занятие. Другие-то копировать никакого смысла.

Особой популярностью на потоке пользовались лекции одного студента, весьма прилежного и обстоятельного. Еще и обладателя весьма мелкого почерка, при этом хорошо читаемого — способствовало экономии и без того скудного студенческого бюджета. Так его собственные конспекты возвращались парню за день-два до экзамена… вдобавок одну тетрадь потеряли. Кто? Да пес его знает! Пойди, разберись!

На первом курсе отличник писал, как все — в каждой клеточке, на каждой странице. На втором — только на одной половине разворота и через строчку, оправдываясь тем, что он левша и ему так удобнее. Желающих копировать лекции поубавилось.

На третьем курсе студент вообще обнаглел — стал писать через две клеточки! Это уже вообще наглость! Приходилось копировать, отрезать половину листа, склеивать с половиной последующего и снова копировать, масштабируя… мало того, что шпаргалки получались объемными и об их скрытном применении на экзамене не могло быть и речи, еще и весьма накладно!

В общем, в конце третьего курса, однокашники взяли тетради студента, посмотрели, прикинули… да ну его нафиг! И больше никогда не просили конспекты — обращались к другим товарищам.

Сам парень продолжал объяснять причины столь необычного письма тем, что левша и так удобнее…

Об истинных мотивах он рассказал лишь через 15 лет после выпуска.

Оказалось, отличника задолбало, что на сессии, когда самому надо готовиться, его личная, собственная тетрадь, где-то ходит по рукам. Отказать в просьбе дать конспекты студент не мог, ибо как был воспитанным, как кролик. А потому и придумал такую защиту от копирования — превратить копирование в процедуру, экономически нецелесообразную.

Как сколотить капитал? Самый честный способ — заработать. Однако самый распространенный — украсть. Впрочем, есть и вариации. Например, взять в долг — и не отдавать! Вроде как и не украл, но и не заработал, конечно.

Вообще это мошенничество, но мошенничество труднодоказуемое. Поскольку нужно доказать, что должник изначально не планировал возвращать деньги, а это весьма непросто. Если б сажали всех, кто по тем или иным причинам не смог рассчитаться — больше половины человечества валили бы лес в солнечной Сибири или еще где.

В определенных кругах такой метод заработка считается верхом благородства и называется «кидок».

Жил-был мужик. Бизнесмен средней руки. Имел несколько различных направлений коммерческой деятельности, крутился, как электровеник. Постепенно приобрел то, что наживается годами, а теряется в один миг — репутацию. И начал уже брать товар у оптовиков на реализацию, что, несомненно, более выгодно, чем замораживать свои деньги на неопределенный срок.

В ходе своей предпринимательской деятельности мужик неоднократно пересекался с одним фермером из глухой деревушки посередь лесов. Фактически сей фермер был простым барыгой из разряда купить подешевле и продать подороже. Но на суть дела это не влияет. Фермер показался бизнесмену человеком надежным и порядочным. Так что, когда сельчанин обратился к коммерсанту с просьбой поручиться за него перед оптовиками, у которых мужик брал товар, тот, без задней мысли, рекомендовал фермера, как добросовестного контрагента.

Проходит время…

Бизнесмен приезжает к оптовикам, дабы, как это уже случалось неоднократно, взять товар на реализацию, но получает от ворот поворот. Мол, ты за фермера поручился? Поручился. А фермер набрал товара и пропал. Товара нет, денег тоже нет. Сам фермер сперва по телефону нес всякую ересь, а после вообще перестал трубку брать. Так что теперь и мужику веры нету. Хочешь товар? Только по полной предоплате и никаких гвоздей!

В общем, вся коммерция грозит накрыться медным тазом… предпринимателю деваться некуда — поехал в глухую деревню, нашел должника и потребовал рассчитаться. А тот послал бизнесмена по матушке, заявив, что денег нет, платить не собирается, своя репутация его не колышет, а на чужую так и вовсе начхать.

Мужик немного огорчился и начал воспитывать в фермере гражданскую сознательность — руками и ногами. Между тем сынок сельчанина выскочил на улицу и буквально через пару минут привел в дом пяток местных мужиков с двустволочками и топориками. Деревня-то глухая, болот и лесов вокруг хватает. Короче, есть большая вероятность, что найдут бизнесмена только археологи далекого будущего.

Однако чудом, дипломатией и красноречием коммерсант убедил аборигенов выслушать его, прежде чем дырки картечью наделать. Рассказал суть проблемы… те повернулись к осмелевшему фермеру:

— Так это что, Вася, получается? Ты денег должен, и не отдаешь? А у него из-за тебя проблемы?

— Ну… так-то да!

— Ага, понятно… ты, мужик, езжай себе спокойно, а Вася заплатит. Мы проследим.

И, надо же такому случиться, деньги у фермера нашлись уже на следующий день!

В естественной среде обитания многая еда смотрится, мягко говоря, неаппетитно. Посмотреть на тех же свиней, которые вошкаются в грязи. Все чумазые… прикоснуться противно! Но ничего — бекон люди мечут так, что треск стоит! Другие представители фауны вовсе небезопасны. Например, рыба фугу, если неправильно ее приготовить — ядовита.

Говорят, американцы — так те уверены, что картошка прямо и растет уже порезанная на ломтики. Достаточно бросить в кипящее масло — и будет готово фри! Ах, если б они знали, что в суровой реальности картофель живет под землей… про макаронные леса и говорить нечего — там пейзажи вообще не для слабонервных.

Раз в конце 1980-х, в преддверии Нового Года, подшефное хозяйство решило одарить троицких комитетчиков гусями. Настоящими, живыми. Чекисты приехали в колхоз и набрали, кому сколько хотелось. Кто взял одного, кто — двух. А один — целых восемь!

Связали птицам лапки, погрузили в автомобиль, и поехали обратно — в город. А какой там автомобиль может быть у кгбшников, в полусельской местности? Только УАЗ! Металлические сиденья и стекла, которые не опускаются — одна поворотная форточка. И правилам поведения в транспортных средствах гуси не обучены — в пути начали срать. Запашок тот еще стоит, окна запотели… вдобавок связать им клювы никто не догадался — щипаются, заразы! Пассажирам-то хорошо, задрали ноги — и все, пернатые не достают. А водителю куда деваться? Ему ж на педали жать надо!

Примерно на полпути не стерпели. Шофер взмолился — нужно остановиться, передохнуть и салон почистить. А птицы пусть погуляют. Благо, на юге Челябинской области в тот год в середине декабря снег еще не выпал.

Другие попытались поспорить. Мол, быстрее доедем — быстрее отмучаемся. Но кто за рулем — тот и прав. Остановились. Распахнули двери. Гусей выпустили на волю, сами вышли покурить, а водителю досталась почетная обязанность вычищать салон.

Одного не учли. Связали комитетчики птиц крайне неграмотно. У кого лапки перехвачены бечевкой по самому низу — семенят себе потихоньку, далеко не отходят. А у кого повыше — те стартанули, как метеоры. Попробуй, догони! Набегавшись за пернатыми, достали табельные… ага, сейчас! Давай, попади в маленького гуся из короткого ствола Макарова. На охоту недаром с дробью или картечью ходят — чтобы площадь поражения была.

Убедившись в бесплодности попыток подстрелить негодяев, продолжили ловить беглецов испытанным дедовским способом — руками да ногами. Повязали всех лишь когда темнеть начало.

Приехали в город, большинство коллег выгрузили, остались двое — молодой кгбшник и второй, постарше. Бывалый.

— Послушай, старлей, а куда ты себе целых восемь гусей набрал? — поинтересовался опытный товарищ.

— Да как куда? Себе, родителям, брату, тетке, теще, еще родственникам… скоро же Новый Год!

— А как ты их ощипывать собираешься? Дома, что ли, на балконе? Или думаешь, они сами с себя перья скинут — нате, пожалуйте, пихайте мне в жопу яблок и суйте в духовку? Хрен там! Знаешь, почему я одного только взял? У меня жена из деревни. Так она с гусями дело имела. Как я ей сказал, что гусей дают, она сразу ответила — бери не больше одного! Ощипывать их — это убиться можно!

Опачки! И тут молодой чекист понял, что дал маху. Как ощипывать — не подумал. Сам на селе бывал, видел, как кур ощипывали, так там пуху и перьев — мама дорогая! А тут — гусь! Птица, несомненно, более крупная, чем курица.

К счастью, старший товарищ проживал не в многоэтажке, а в частном доме. Так что предложил проехать к себе, и там, в подвале, разделаться с птицами по всей строгости Советских законов. Сказано — сделано.

Поместили пернатых в загончик, взяли двоих, топориком башки им тюк-тюк, и пошли в подвал. Одного бросили на бетонный пол, а второго принялись ощипывать. Пока гусь был теплый — дело еще нормально шло. А как остывать начал — тут и началась веселуха. Перья засели намертво! Хозяин принес плоскогубцы и процесс продолжился, пусть и с меньшей скоростью.

Ощипать птицу — это еще мало. Надо опалить, выпотрошить. Когда дошли до второго — тот на холодном бетонном полу совсем закоченел. Тут-то чекисты и вспотели… перья — как бетоном залиты! Хрен выдернешь!

Достали бутылку водки, чтобы самим не замерзнуть, разделались со вторым. Дальше забивали гусей только по одному, чтобы остывать не успели.

Начали комитетчики это благое дело часов в девять вечера, а закончили — уже к обеду. И отметили победу двух офицеров КГБ СССР над восемью птицами еще одной бутылкой водки.

После счастье родственников молодого лейтенанта было огромным. Гусь! Целый! На Новый Год! Его ж средней семье на неделю хватит! А сам чекист зарекся когда-либо еще с гусями связываться…

В современном мире царит изобилие. Предложение намного превышает спрос. Полки в магазинах ломятся от продуктов. Покупай — не хочу. Были бы деньги, да не у всех они есть. А у кого нету — кредиты дают всем направо и налево, на что угодно. И простой ширпотреб никого не устраивает. Если телефон — то только iPhone, если часы — то Rado и так далее. Те времена, когда заштопанные и перештопанные штаны были за счастье, а свадебные платья шили из парашютного шелка канули в прошлое. Да и Слава Богу, если подумать.

В Великую Отечественную с продовольствием было туго. И не только в блокадном Ленинграде, а вообще. Все шло первым делом на передовую. Все для фронта, все для Победы! Положа руку на сердце, определенные категории граждан шли добровольцами не Родину защищать, а потому что там, на фронте, выдавали хороший паек (лучше, чем в тылу), причем стабильно.

В тылу же варили кашу разве что не из топора. Блинчики из картофельных очистков — и то счастье было. Хлеб из хвои, чай из сушеной моркови. Продукты — даже ленд-лизовский яичный порошок — только по карточкам.

После Победы выдался неурожайный 1946 год, карточки отменили лишь в 1947 году. И, ради справедливости, стоит отметить, что в той же Чехии продуктовые карточки отменили в 1953 году, а в хваленой Великобритании мясо по талонам продавалось вплоть до 1954 года! Нужно отдать должное Советскому народу, который не только сдюжил — победил в самой кровопролитной войне ХХ века, но и в рекордные сроки восстановил экономику страны.

Итак, наступил декабрь 1947 года. Моя бабушка, тогда еще 14-летняя девочка, пришла в магазин, а там… хлеб! Много-много хлеба! Изобилие! И без карточек!

Купив две буханки хлеба, бабушка прибежала домой, бережно выложила на стол такое богатство, и рассказала своей бабушке:

— Там столько хлеба! И без карточек! Можно, я пойду, еще куплю?

— Конечно-конечно, дитятко, сходи и еще купи, — разрешила бабушка.

Девочка снова побежал в магазин, купила еще две буханки. Вернулась домой, снова положила на стол — к предыдущим двум, и сидит, смотрит. Даже не верится! Четыре буханки хлеба! За один день! Для одной семьи! Вот это изобилие!

Счастье ребенка было безгранично. Благодаря не шоколадкам, планшетам и игровым приставкам, а простому хлебу. Который теперь продавался без карточек. Покупай — сколько хочешь!

Вопрос соответствия желаний возможностям поднимал еще легендарный Леонид Гайдай в своем бессмертном творении «Кавказская пленница». Помните этот тост: «Имею желание купить дом, но не имею возможности. Имею возможность купить козу, но… не имею желания.»

Мечта есть у каждого. Или, как минимум — была в детстве. Позже или превратилась в желание, это когда человек не только знает, чего хочет, но и знает, как этого достичь. Или так и остается мечтой — такой далекой, манящей… и нереальной!

Давным-давно, еще при Советах, жил мужик. И была у него мечта — автомобиль! Причем, не простой автомобиль — Запорожец, Москвич или новехонькую Ладу — нет! Он хотел именно Волгу — ГАЗ-24.

С машинами тогда, как и со всем, было плохо. Вернее — хорошо. Товары народного потребления делали качественно, не чета современным. Холодильники, выпущенные еще при Хрущеве, до сих пор молотят в деревнях и на дачах. Только дефицит. Оно и понятно — промышленность не выпускала пачками продукцию, которую нужно поскорее сбыть, пока прямо там, на складах магазина не рассыпалось. Наоборот — делали на века. Надежно. Чтобы купив один раз, трудящийся пользовался, например, пылесосом, десяток лет, без геморроя и головной боли. Так что было все хорошо, но плохо.

Приобрести автомобиль можно было двумя способами: или отстояв очередь по месту работы, зачастую не один год, или, как сейчас принято говорить, на вторичке. Причем, если на работе, от профкома, автомобиль продавался по госцене, то на вторичном рынке подержанное авто проклятые спекулянты продавали с нефиговой наценкой. Дороже, чем новый!

Но выбирать особо не приходилось. И такую вещь, как ГАЗ-24 рядовой гражданин мог купить лишь с рук. С накруткой. Учитывая, что госцена на новую Волгу в 1980-м году была чуть менее 10 000 рублей, то на вторичке, поюзанная, стоила все 15 000 рублей. А то и дороже. Все же премиум-класс!

Однако инженер сильно уж хотел ГАЗ-24. И копил на нее. И экономил. Даже несчастные 3 копейки на трамвай — и те зажимал. На работу ходил пешком. И с работы — тоже пешком. Соседи покупали югославские стенки, хрустальные люстры, финскую сантехнику и цветные телевизоры, а мужик копил деньги. Копейку к копейке складывал. В квартире — шаром покати. Вломились бы домушники — скорее всего, прослезились бы от жалости и сами что-нибудь принесли бы. Мяса вообще почти никогда не ел — одни макарошки, крупы и так далее. В общем, был вегетарианцем еще до того, как это стало мейнстримом. Тощий, как жердь. Кожа да кости. Конечно, и женат не был. Куда жену в дом, когда от нее одни расходы?

Короче, слыл тем еще скрягой.

И вот — свершилось! Накопил! Инженер воплотил мечту! Купил себе Волгу! Белую, как и хотел! Казалось бы — живи да радуйся. Катайся на своей ласточке всем на зависть.

Ан нет! Во-первых, мужик уже привык экономить на всем. Складывать копеечку к копеечке. А, во-вторых, ездить на ГАЗ-24 ему было жалко. Слишком долго он шел к мечте. А если, не приведи Господь, авария? Или, того хуже — украдут? Раз — и нет машины!

Инженер оборудовал свой гараж десятком замков и запер туда свою прелесть. Лишь на выходных приходил, выкатывал ее, протирал тряпочкой, и, полюбовавшись, закатывал обратно. Люди только пальцем у виска крутили. Совсем мужик с катушек поехал… был грех, думали даже, что у него водительских прав нету. Права были.

Женился бы хоть. Квартира, пусть и пустая, но есть. Машина — тоже есть. Зарплата приличная. Чем не завидный жених?

Но тот продолжал жить бобылем, накапливая денежки. Ходил в костюме, едва не его самого старше, и складывал рубли на Сберкнижку.

Наступил 1991 год, Советы рухнули, накопления обесценились. В один миг превратились в пшик. Зарплату задерживают. У кого были автомобили — вмиг сделались бомбилами — занялись частным извозом. Однако инженер продолжал работать на своем заводе и по-прежнему выкатывал свою красавицу только чтобы протереть тряпочкой, полюбоваться и спрятать обратно.

Впрочем, машины портятся даже если на них и не ездить. Краска сходит, металл ест коррозия, резинки рассыхаются. Волга, как и сам мужик, старела. А потом у счастливого автолюбителя со здоровьем плохо стало — тут уже не до прелести. Да и охладел как-то. Совсем перестал гараж посещать.

Может, начал понимать, что жизнь прошла мимо, а, может, и нет. Ибо как экономить он не переставал. Все еще складывал денежку к денежке, но хранил уже не на книжке, а в месте куда более надежном.

В 2019 году инженер, давно уже ставший пенсионером, скончался. Годы. Годы никого не щадят. В одиночестве, без жены, детей и внуков. Родственники, конечно, в канаву не бросили — племянники похоронили, как полагается. Прошло время, начали делить наследство. А чего там наследства-то? Гараж, ржавая Волга, да пустая квартира, из которой решили выкинуть старую, рассохшуюся мебель, сделать мало-мальский ремонт (там еще известка родная на потолке была, с 1970-х), да продать. Начали выносить на мусорку столы, табуретки, постельное белье… и вот здесь, в матраце, нашли сбережения покойника — больше 7 000 000 рублей.

Тратить деньги мужик, привыкнув экономить, во всем себе отказывая, не научился. Так и копил. На что только? Непонятно. Жизнь прошла мимо.

Человек на заре своего существования не зря приручал животных. С корыстным умыслом. Лошадей — чтобы ездить на них. Свиней — ради мяса. Кур — для яиц. Коров — из-за молока. Овец — потому что шерсть. Список этот достаточно длинный, можно продолжать долго.

Многие и сегодня, живя не в селах, а в городе, продолжают заводить домашних животных — собак и кошек. Зов предков… впрочем, есть такие люди, кто не любит братьев наших меньших. Не живодеры — нет, тут без крайностей. Просто не терпят зверушек на своей территории и вытесняют их, посредством модной в наше время «мягкой силы».

Однако, есть и такие животные, которые заселяются сами, без спроса. Например — крысы…

В одном ЖЭКе Челябинска работал сантехник. И кошек не любил — донельзя. Чем такая нелюбовь вызвана — история, покрытая тайной. Не любил — и все тут. Законопачивал все подведомственные ему подвалы, ставил решетки на отдушины — лишь бы кошки не пробрались. Через какое-то время мужик добился своего — в его домах не осталось ни единого котика. Даже самого маленького.

Прошло еще время. И случилась какая-то поломка в одном из подвалов. Деваться некуда — нужно идти устранять. А подвал — это вам не Вильгельмштрассе. Подвал — это узкий коридор, в котором сверху и снизу — трубы. И по бокам — тоже. Еще и, как правило — без освещения. Пока сантехник, вооруженный фонариком, добрался до нужной двери — изматерился весь. Раза три чуть не навернулся, споткнувшись, пару раз приложился головой. И вот — достиг заветного помещения, где и предстояло выполнять работы.

Извлек из кармана широких штанин ключ, отпер комнату. Зашел в нее. Почудилось какое-то шевеление. Поднял луч фонарика, а там…

Крысы! Здоровые такие. Десятки крыс сидят на трубах. Замерли. И внимательно так смотрят своими мерзкими глазками на сантехника. Смотрят без страха. Смотрят, словно оценивая — вкусный ли он? Где там лучший кусок мяса?

Мужик оторопел. Сперва больше от неожиданности, чем от страха. Вдруг из-за спины послышался шорох. Незваный в мышиное царство гость обернулся, поднял фонарик — и на трубе, над самой дверью, увидел здоровенного такого крыса. Всем крысам — крыс! И зубы у твари — как у крокодила. Крыс неторопливо и нагло подбирался к сантехнику. Расстояние между ними — вытянутая рука, а то и того меньше.

Вспомнились мужику разнообразные байки, городские легенды. В частности — про крысиного короля, который верховодит всей стаей. Даст сигнал — и все, серая орава кинется на кого угодно. А в подвале грызунов столько, что отбиваться бесполезно — толпой хоть слона завалят. Да и чем отбиваться? Против такого количества крыс и пулемет бесполезен — только огнемет.

Как сантехник оказался на улице — не помнит. Одно врезалось в память: по пути туда постоянно спотыкался и бился головой о хитросплетения труб, а обратно выскочил просто пулей. Без единой остановки. Ни разу ни обо что не ударился. Поразительно! Тем более, посеяв во владениях крыс фонарик, выбегал мужик в полной темноте.

Пока начальство не изведет серое воинство, возвращаться в подвал он наотрез отказался. Потравили, конечно, крыс ядом — как с ними еще бороться?

Выносили трупы диких тварей поздней ночью, на носилках, чтобы жильцов не перепугать. Здоровые, заразы! Самая мелкая с таксу размером. А крысиный король — с овчарку. Или так от страха, в темноте показалось? Набрался целый прицеп к легковому авто. Без горки — но все равно немало. Жутковато.

С тех пор сантехник в своих подшефных подвалах начал разводить кошек. Все решетки с отдушин поснимал к чертям. Даже подкармливал их — молоко регулярно покупал.

И после, работая в других ЖЭКах, прежде чем сунуться в подвал, первым делом интересовался:

— Есть ли там кошки?

Если кошек не было — ни ногой. Лучше они, чем крысы.

Шрамы украшают тело мужчины. А боевые заслуги — биографию. Недаром помнит вся Россия про день Бородина!

И то верно. Героям везде почет и уважение. Про их подвиги слушают, раскрыв рты. Они вызывают восхищение, девушки тоже любят мужчин в форме, а уж если грудь в орденах — то и подавно… наверно оттого многие приписывают себе деяния, к которым не имеют никакого отношения. Или имеют, но весьма посредственное.

В середине 1980-х годов в Высшей Школе КГБ СССР одного из слушателей назначили ответственным за политинформацию. По вечерам будущий чекист штудировал газеты и делал выписки чтобы утром толкнуть речь…

Вдруг его осенило. На их же курсе учился еще один комитетчик, только тот был уже прапорщиком, и в Высшую Школу им. Ф. Э. Дзержинского пошел исключительно за лейтенантскими звездочками. А еще тот прапорщик неоднократно упоминал, что был в Афганистане!

К нему-то слушатель и обратился.

— Я вот тут сижу, из пальца высасываю, а ведь ты в Афгане был, можешь дать информацию, так сказать, из первых рук. И мне легче будет, и для дела пользительнее. Не какие-то там газетные выдержки, а реальные истории реального ветерана.

Прапорщик подумал… да согласился.

И вот, вместо молодого чекиста по утрам выступал самый настоящий Афганец. Рассказывал про суровый быт в боевых условиях. И про свои подвиги. Вот раз он ползком на пузе пробирался в тыл к моджахедам, с одним ножом убирал караулы, чтобы обезвредить американские «Стингеры». Другой раз попал в засаду с пистолетом и единственным патроном, но, благодаря тактической подготовке, выбрал позицию, дабы все духи встали в ряд и срезал их тем самым единственным патроном длинной очередью от бедра, не целясь. Или еще случай был, когда уже Вашингтон брали — засел вражеский снайпер на Статуе Свободы, и шмаляет оттуда. Но героический прапорщик забрался на крышу Пентагона и оттуда, все из того же пистолета, с первого же выстрела снял супостата…

Слушатели слушали, развесив уши. И верили. То, что человек был там, за речкой, было достоверно известно. Не будет же он врать!

А потом в Москву собрался товарищ Рейган, бывший тогда американским президентом. Слушателей направили на обеспечение безопасности, но задача перед ними стояла не самая сложная. Убедиться, что все чердаки и подвалы закрыты, ключи — у председателей ЖЭКов, разъяснить коммунальщикам, что в назначенное время все должны быть на своих местах и, случись чего — примчаться с ключами по первому зову.

Все, все организационные мероприятия завершены, стоят во дворе, курят. Поодаль стоит машина. Будущие комитетчики покосились на граждан в автомобиле, граждане покосились на чекистов… рыбак рыбака видит издалека. Иначе говоря — прокололись что те, что другие. Раскрыли друг друга быстрее, чем догорела сигарета.

Познакомились, разговорились. Коллеги оказались из 7-го управления КГБ СССР, стало быть — наружное наблюдение, «Николай Николаевич».

— О! — обрадовался один из слушателей. — Так у нас один из ваших учится!

— Да? Кто?

— Такой-то Такойтович. Героический парень, скажу я вам! В Афгане воевал!

— Кто воевал?! Он воевал?! — взревел товарищ из «семерки». — Это мы там воевали, ноги по горам по яйца стели, а эта гнида прилетел, недели в Кабуле не просидел — и все. Обратно вернулся. Зато участник боевых действий! Гандон…

— Да как так-то? — удивились завтрашние КГБшники. — Быть не может! Такие истории рассказывает!

— Ты вот что… когда он в следующий раз свои байки травить начнет, прямо скажи: «Капитан Капитанович передавал пламенный привет.»

Ладно. Проходит время, Рейган вернулся в свой оплот мирового капитализма, а слушатель, тот, что политинформацией занимался, вновь к прапорщику обратился:

— Давай еще что-нибудь такое, героическое, из своего боевого прошлого!

— Да не вопрос, — согласился «ветеран». — Сегодня вечером повспоминаю, тезисы накидаю и завтра расскажу.

Наступает завтра. «Афганец» начинает новую историю, раскрывающие детали секретной операции про то, как американцы отправили на испытания свой новейший танк, а прапорщик, тайком проникая на замаскированную базу в горном ауле, по винтику переправил этот танк в СССР.

— Постой, — поднимается со стула комитетчик, тот, что с товарищами из «семерки» общался. — Тут тебе просили пламенный привет передать.

— Да? -удивился «герой». — Кто же?

— Некий Капитан Капитанович…

И все… рассказчик споткнулся на полуслове. То стоял, гордо расправив плечи, словно орел, а тут скукожился, сжался, став меньше раза в два. И больше про свои «подвиги» не распространялся никогда.

Есть такие места, за которыми прочно закрепилась дурная слава. Некоторые телеканалы используют для обозначения таких мест новомодное словосочетание «аномальная зона».

Вроде как ничего сверхъестественного и не происходит — но люди там мрут, как мухи. Каждую смерть можно объяснить с точки зрения науки и логики, да и в других местах мрут не меньше, но в почему мрут в других местах — понятное дело. Алкоголь, старость или философское «судьба!»

В упомянутых выше «аномальных зонах» любую смерть связывают именно с проклятием и никак иначе.

Проклятие одного дома в одной из уральских деревень началось еще в начале ХХ века, когда дом сгорел и в пожаре сгорела хозяйская жена. Эх, говорили Ефиму Ильичу — нельзя на пожарище новый дом отстраивать — теперь место проклятое… не, не послушал! Отгрохал новый дом на пепелище старого. И с тех пор понеслось…

Сперва, в годы Первой Мировой, ушел на фронт и без вести пропал единственный сын Ефима, соответственно — Ефимыч. Как есть проклятие!

Затем, когда в годы Гражданской в деревню пришли красные и искали, где остановиться на постой, Ефим Ильич прямо сказал командиру:

— Ты, небось, коммунист? Я коммунистов-то не очень люблю…

За что и зарубили Ильича шашками прямо на глазах всего села. Эту смерть, опять же, связывали не с длинным языком хозяина, а с тем, что дом проклят.

В советские годы дом неоднократно горел, перестраивался. А жильцы продолжали умирать. Васька-тракторист, приняв на грудь, в бане угорел. Проклятие? Конечно! А после его мать — баба Стюра, поскользнулась зимой на ступеньках да расшиблась насмерть. А ведь совсем молодая бабка была! Только восемьдесят пятый годок шел! Проклятие — оно такое, не щадит ни старых, ни молодых…

Наследника спасло то, что постоянно в доме не жил, а лишь изредка приезжал в девяностых. За ним потом пожаловал целый автобус с ОМОНом из райцентра. Говорят, мужик убил кого-то в самой Москве, за что и посадили надолго. А ведь все из-за проклятия!

Наступил XXI век. Точнее — 2007 год. В проклятый старый дом, который пустовал долгие годы, въехали новоселы. Семья, как это водится, из отца, матери и сына. Семейка, прямо скажем — странная. Во-первых, мужик отказывался пить с сельскими забулдыгами, что уже достаточно для подозрений. Во-вторых, мужик отказывался давать деньги в заведомо безнадежный долг под честное слово и поручительство того, что «трубы горят», что уже вообще граничит с преступлением. Это — если вообще забыть тот факт, что приезжий не убоялся проклятия. Ох, не наш человек, не наш.

За новоселами начали приглядывать и вскоре выяснили другие детали, заслуживающие пристального внимания. Мужик привозил откуда-то большие мешки белого порошка с синими вкраплениями, который фасовал по коробкам, а, кроме того он сам и сын часто кашляли, хватались за грудь и пшикали в рот из каких-то баллончиков.

Так-то понятно — астматики. Но, я напомню, на дворе стоял 2007 год, телевизоры и радио пестрели новостями о страшном свином гриппе, который идет из Китая… так что селяне сделали свои выводы. Мужик, стало быть, забугорный шпиен, который приехал на Русь-Матушку травить народ свиным гриппом, коим тот самый странный порошок и заражен. А в баллончиках, ясное дело — противоядие!

Жалобы участковому посыпались пачками. Требование в них содержалось одно: разобраться как следует и наказать врага народа, отравителя и распространителя заразы. Сгноить, отправить в Сибирь, на урановые рудники, дабы неповадно было. Менту деваться некуда — пошел к мужику с проверкой…

Проверка ничего криминального не выявила. Оказалось, что новосел — вполне легальный коммерсант, который покупает стиральный порошок оптом, фасует и толкает дальше розницей. Все зарегистрировано как полагается, все оформлено чин чином. Документики имеются. Так что порядок полный.

У селян сложилось другое мнение. Ведь всем известно, что милиция любит взятки. Потому ее после трансформировали в неподкупную полицию. Ежу понятно — подкупил басурманин участкового. Как есть — подкупил!

Раз власть оказалась бессильной, местные мужики решили разобраться по-своему. Облили ночью дом бензином да подпалили его, заботливо подперев дверь чурочкой, чтобы никто не выбрался. Семейство, к счастью, спаслось, а от проклятого дома в очередной раз осталось одно пепелище.

Зато обнаружился другой подозрительный факт: приезжий дом застраховал! Еще одно неоспоримое доказательство в пользу того, что мужик — шпион. Какому нормальному человеку придет в голову страховать дом?

Погорельцы обосновались где-то неподалеку и начали отстраивать дом заново. Прямо на пожарище. И никаких предостережений, что нельзя этого делать, место проклято, дом проклят и вообще тут портал прямо в ад, предприниматель и слушать не желал. Подкупленный страж порядка тоже бездействует… куда деваться простому человеку?

Составили петицию, собрали подписи со всего села — больше тысячи и отправили… тут история умалчивает, куда свою кляузу направили деревенские жители — в районную администрацию, прокуратуру али еще куда повыше — в сам областной центр. Достоверно известно одно: участковому начальство по шапке настучало.

Мент, недолго думая, засунул в карман фуфырик и пошел к мужику на разговор. Посидели, выпили, поговорили.

Страж порядка донес до приезжего главную мысль: жизни ему тут не будет. Он сам местный, людей этих хорошо знает. Ну не побороть в одиночку гнев народный, пусть и неправедный.

Новоселы собрали семейный совет, подумали и решили, что ну его к черту, деревню эту. Оно, конечно, свежий воздух для здоровья пользительно, но в следующий раз может и не повезти — не успеют из дома выбраться. Проклят он.

В итоге мужик продал свой дом, который так и не успел достроить, и свалил с женой и сыном в неизвестном направлении…

Но история проклятого дома на этом не заканчивается.

Селяне поначалу обрадовались, что есть еще правда на Руси. Извели басурманина, шпиона, засланного капиталистами, чтобы травить народ свиным гриппом. Счастье было недолгим…

Здесь, опять же, доподлинно неизвестно, или мужик оказался злопамятным и захотел отомстить, или просто совпало так. А, может, дом и впрямь проклят был.

Купил его химик. Химик более, чем настоящий — доктор каких-то там наук, а еще большой специалист по разнообразным запрещенным веществам и средствам. И начал заниматься совсем другими порошками…

Судя, по клиентам, варил он не какую-нибудь там манагу, а зелье вполне высокого уровня. Приезжали к нему сплошь мажоры на крутых тачках, которые тоже тянулись к науке и стремились ставить опыты. Например, что будет, если в рот местному алкоголику пшикнуть из газового баллончика? Или с какой дистанции травмат пробивает телогрейку?

Жизнь в деревне началась вовсе замечательная. В тех местах и без гостей по вечерам гулять страшно было. Особенно дачникам, которых селяне люто не любили. Убить, конечно, еще никого не любили, но отмудохать могли знатно. А теперь те самые деятели, кто нагонял жути на округу с наступлением темноты, сами по ночам боялись из дома высунуться. Власть переменилась!

Прежнего соседа народ вспоминал едва ли не с любовью и лаской. Тот был кто? Бизнесмен. Примерный семьянин с женой и сыном. Пусть и не вписывался в местный колорит, но не откровенный бандюган, как химик. На него писать кляузы участковому было сплошное удовольствие.

Тут ведь как? На обычного человека можно жаловаться хоть до посинения. Чего он сделает-то, лошара? С криминальными элементами дело обстоит совсем иначе. На них стучать как-то боязно. Вполне можно огрести по полной, а то и вовсе отправиться купаться в местном озерце с амулетом на шее в виде кирпича, дабы русалки не утащили. Открыто жаловаться страшно…

Это на прежнего мужика заявы приносили участковому посередь бела дня, гордо задрав голову и выпятив грудь. Шпиен! А на химика опасались. Хотя и заявлений в опорнике не убавилось. Только теперь их под покровом ночи подсовывали под дверь. Под стеклоочиститель служебного УАЗика. Да и вообще везде, где местный шериф появлялся.

Снова пришлось реагировать… милиционер пошел в проклятый дом в третий раз. Рассказывают, когда страж порядка явился к химику — собралась поглазеть вся деревня. Небось ждали, что сейчас, как на Диком Западе, участковый выдернет из кобуры свой ПМ и завалит к чертям собачьим нехорошего человека.

Хрен там.

Шериф с химиком постояли, покурили, поговорили тихонько о чем-то, чего никто не слышал, и… и все! За сим дело и закончилось. Более мент профессора не беспокоил, но и какие-то либо объяснения дать отказался.

Теперь даже самый тупой понял: купили. Только купили не участкового, а кого-то рангом повыше, со звездами на погонах побольше. И спасения народу нет, так и придется терпеть заезжего барыгу до конца его дней. Приуныл народ…

Конец дней химика, возможно, наступил бы очень нескоро, если б дом не был проклятым.

Через двор от секретной лаборатории жила женщина. Ох, хороша собой! В юности вся деревня за ней бегала, но нет. Имея огромную мечту свалить из родной дыры, дамочка выскочила замуж за городского коммерсанта, с которым прожила какое-то время в областном центре, да что-то там не заладилось у него с бизнесом — пришлось вернуться. Уже не одной, а с мужем, который быстро проникся прелестями сельской жизни, сошелся с местными забулдыгами и пьянствовал с ними, как самый настоящий абориген. Пьянки прерывались на вахту, возвращаясь с которой пропивал все, что успел заработать. Все, что супруга не успела отнять и спрятать.

Женщине в ту пору было едва за тридцать, без детей, и, я повторюсь: чертовски хороша собой. В молодости была первой красавицей на селе, а сейчас, когда ее сверстницы от нелегкой деревенской жизни, родив двоих-троих детей, садились на стакан и свои тридцать выглядели на все пятьдесят — так вообще Афродита!

Многие мужики к ней шары подкатывали, пока благоверный на вахте, но каждый получал от ворот поворот. Пока поблизости не поселился химик. У дамочки начали появляться украшения. То цепочка золотая с кулончиком блеснет, то сережки сверкнут. А у кого из местных могут быть такие деньги, чтобы драгоценностями женщин одаривать? Только у профессора.

За дурным делом их никто не застал, свечку никто не держал, но за спиной перешептывались. Особенно мужики судачили, которые сами надеялись вкусить прелестей красотки. Хрен там, конкурент обошел. В беседах строили планы вломить залетному, как следует, чтобы баб не портил, но до дела так и не дошло. Химика все на селе боялись и в глаза мило улыбались.

Под Новый Год вернулся с вахты супруг. Деньжат привез, гостинцев кое-каких, и дня через три укатил с друганами на подледную рыбалку на местное озеро. Понимая, что пока муж в деревне, встречи будут весьма нечастыми, любовники решили ловить каждый момент, и, не ожидая вахтовика раньше утра, растопили баньку в доме у женщины, где и уединились.

Известно, что ни одна рыбалка не обходится без водки. А водка улучшает пищеварение, расширяет сосуды. И открывает чакры. Кто-то из собутыльников проговорился мужику. Мол, так, брат, и так, олень ты. Рогатый. Самый настоящий.

Вахтовик, защищая честь дамы сердца, сперва дал обидчику в рыло — еле разняли. Потом успокоились, разобрались… остальные подтвердили: да, муж в Тверь — жена в дверь. Заходит к тебе наш замечательный сосед, пока тебя дома нету…

Трезвые, скорее всего, снова испугались бы химика. Или понадеялись, что неверная супруга будет дома одна. Семерым мужикам с одной женщиной легче справиться.

Так или иначе, но кровь, подогретая водкой вскипела и рыбаки, побросав удочки, бросились обратно в село. А там картина маслом. И допрашивать никого не нужно, все и так понятно. Застукали любовников прямо в бане.

Профессора прижали пузом к каменке и держали, пока не окочурился. Дамочку муж обматерил да в пятак дал. На большее рука не поднялась — завершить правосудие предоставил собутыльникам. Сам вахтовик взял недопитую бутылку и пошел в дом, где и вздернулся.

Друганы же прижгли неверной супруге причинное место кочергой. Впрочем, жива она осталась. Когда делали операцию, выяснилось, что женщина была беременна. Причем явно не от мужа, который полгода по северам деньгу заколачивал.

Линчевателям после дали разные срока, а дамочка и поныне живет в своем доме. Дом, правда, почти развалился. И от прежней красоты женщины не осталось и следа — пьет, не просыхая. Одно хорошо — наркоманы в деревню ездить перестали.

Все оттого, что дом тот проклятый.

Дети — существа бесстрашные. Скорее оттого, что нет еще жизненного опыта. Не думают о последствиях. Соответственно и инстинкт самосохранения притуплен. Потому ребятня безбоязненно бегает по стройкам, где торчит арматура, кипит гудрон… взрослый человек даже просто заходить в такое место поостережется. Мало ли чего?

Эта история произошла в конце 1990-х годов, когда компьютеризация страны шла полным ходом. Не иметь компьютер на рабочем месте стало просто неприличным. Но купить компьютер — одно. Его еще и обслуживать нужно. Программы там всякие ставить, утилиты, драйверы. Да и, чего греха таить, система тех лет стабильностью не отличалась. С завидной периодичностью приходилось все сносить и заново инсталлировать.

Найти спеца оказалось сложнее, чем купить компьютер. Отечественные учебные заведения еще не выпускали системных администраторов в каком-то количестве вообще, так что сисадминов искали по знакомым. И, в большинстве своем это были студенты, а то и вовсе школьники.

Так на одном из челябинских предприятий работал сисадмином сын одной из сотрудниц, в ту пору — старшеклассник. Приходил после школы и копался там что-то в компьютерах, зачастую вместо уроков занимаясь игрой в стрелялки.

— А, опять чертей гоняешь! — шутливо ворчал директор.

Долго ли, коротко, задумало руководство сменить компьютерный парк и закупило Пентиумы. Машин круче по тем временам просто не было! А еще в 1990-х года цифровой прогресс шел семимильными шагами и с появлением новых компьютеров старые безнадежно устаревали. Древние IBM 286 и 386 отправили на склад, дабы там они и сгнили.

Ушлый школьник попросил позволения надергать себе плат из старых компьютеров, получил ключ и надергал без стеснения. Платы оперативки, процессоры, мультикарты и прочее по мелочи.

Часть употребил в дело в домашнем компьютере, часть распродал одноклассникам, но осталось еще куча. Куда девать? Один из товарищей подсказал:

— Айда на радиорынок, там и загоним барыгам.

Самым известным, а то и единственным радиорынком в те годы в Челябинске был стадион «Локомотив». Когда там в последний раз соревнования проводились — уже никто и не помнил, но каждый знал, что в субботу и воскресенье, до обеда, здесь можно купить что угодно. В электронном плане. Торговали там и пиратскими лазерными дисками (других тогда и не было), пультами от телевизоров, автомобильными магнитолами без съемных панелек и панельками без магнитол.

Туда школьники и двинули на выходных. Весь хлам еле-еле впарили по бросовым ценам, остались только мультикарты, которые даром никому не сдались. А у них добра этого — целый мешок! Продать некому и выкинуть жалко.

Вдруг подошли двое братков. Реально конкретных, как в кино показывают. Здоровые, лысые, кулаки — как арбузы, в кожанках и золотых цепях.

— Чем банчите, пацаны? Чё почём?

Ну и далее, в таком же духе.

Самой крутой компьютерной приблудой тогда был трехмерный акселератор Voodoo 3Dfx. Рекламировали их везде, кто хоть как-то с электроникой был связан, тот хоть краем уха, но слышал. И стоили они, как крыло от самолета.

— Voodoo это, — на чистом глазу заявил товарищ. — 3D-ускоритель. Слыхали?

Бандиты подтвердили — слыхали. Взяли одну мультикарту, в руках покрутили.

— А чего без коробок, без документов?

— Так как я вам в коробке через охрану протащу? Без коробки в карман сунул — никто и не спалит. А пустые коробки на складе в самый низ положил. Когда до них докопаются, когда хватятся…

— Стало быть, тыренные?

— Ежу понятно, что тыренные!

— Не, ну если тыренные… были бы с коробками, документами — нормальную цену дали бы. А так только треть, не больше.

И тут товарищ вошел в раж. Понесло его. Мол, какая треть? Товар дефицитный. Друзьям распродаст почти по полной стоимости — там вообще пофиг, с коробкой или без. Главное, чтобы работало. Хотел поскорее — оптом, но времени вагон, никуда не торопится, может и подождать. Так ценник до половины поднял.

Сам школьник смотрит на это дело… и страшно становится. Что обман раскроется — к гадалке не ходи. Сумма тоже немалая. Как пить дать — найдут потом юных коммерсантов и отправят на дно Шершневского водохранилища, рыб кормить.

И останавливаться поздно. Признаются сейчас, что обмануть хотели — прямо здесь, на рынке люлей выпишут.

— Точно ускорители? — уточнили братки.

— Да век воли не видать! — заверил товарищ. — Смотри, сколько входов-выходов всяких. На другом железе такого нет.

— Ох, смотрите пацаны… если надурили нас — найдем. Знаете, как пальцы под молотком хрустят? Узнаете! А ну говори, где натырил? Адреса, имена, явки, пароли?

Одноклассник на все вопросы ответил без запинки. Нагнал, понятное дело. Но как красиво он тогда соврал! Сам Сатана во лжи не уличил бы!

— Ладно, берем вашу хрень…

Бандит достал из кармана пресс бабла зеленью, отсчитал нужную сумму, а после хитро так прищурился и часть обратно убрал.

— Остатки после проверки. Через неделю приезжайте — будет окончательный расчет.

— Э, нет, так дело не пойдет, — возразил товарищ. — А вдруг кинете?

— Да ты че, в натуре? — возмутился браток. — Да мы — Утюг и Паяльник, нас тут все знают…

Однако деньжат еще добавил. До полной оговоренной суммы, конечно, далеко, но и без того получалось в десятки раз больше, чем реально мультикарты стоят. Школьники повздыхали, но капусту взяли.

Страшно стало потом, уже дома. С год после на «Локомотиве» не появлялись. Бабло попилили поровну, каждый взял себе по крутейшему компьютеру, по последнему слову техники — по Пентиуму. С настоящими Voodoo 3Dfx.

Прошло более 20 лет. Оба живы, пальцы у обоих целые. Все хорошо закончилось. Но так, если хорошо подумать — компьютерная тусовка в те годы в Челябинске не особо большая была. Все так или иначе друг друга знали. При желании можно было бы найти и наказать…

В древности Царство мертвых пугало людей. Пугало своей зловещей таинственностью. Достоверной информацией относительно того, куда попадает человек после смерти, никто не обладал. Точно знали одно: никто еще оттуда не вернулся.

С развитием науки и техники, общего уровня образования, суеверия начали сходить на нет. В полтергейстов и призраков сейчас верит только канал Рен-ТВ, люди совсем темные и малые дети…

Про детей в этой истории я и расскажу.

Дело было в восьмидесятых годах прошлого века, когда пионерские лагеря пользовались особой популярностью. Ссылали туда на лето не только пионеров, но и октябрят. Даже комсомольцев, правда последних — в качестве вожатых.

Октябрята — учащиеся первых-третьих классов, проживали отдельно от старшаков, в отдельном дощатом бараке. Правда, ходили в одну столовую и один кирпичный сортир, стоящий поодаль.

Днем школьники ходили в туалет без опаски, а вот ночью… была еще одна забавная традиция — травить страшилки перед сном. Нынешние филологи относят эти страшилки к «городским легендам», и, признаться, современное поколение историями про Красную Руку, Черную Простыню, Зеленые Пальцы, Гроб-На-Колесиках, Самолет-На-Бычьих-Ногах и прочее, прочее, прочее — не напугать. Но на закате советской эпохи они и впрямь казались жуткими…

Так что по ночам в туалет поодиночке ходить опасались. Темно, листья шумят, березы скрипят… настоящий октябренок боится лишь куклы ССД («Смерть Советским Детям», если кто забыл, или не знал) и темноты. При чем здесь темнота? А кто его знает, сколько там, в темноте, этих кукол?

Был там же, в этом бараке, некий Артур. Возраста — такого, как и все, но строил из себя д'Артаньяна. Был он настолько смел, что ночью ходил в туалет в гордом одиночестве! Среди октябрят — поступок, достойный медали «За отвагу»!

Причина небывалой храбрости выяснилась очень скоро. Сей Артур жил в деревне, а за окном, прямо через дорогу, располагалось кладбище. Так что все эти страшилки были деревенскому парню, что об стену горох. Пока сверстники тряслись под одеялом после истории про Синие Зубы, он вполне спокойно засыпал.

После откровения Артура ребята призадумались. А чем они хуже? В кладбищах недостатка не было. Ближайшее находилось ровно на полпути от пионерлагеря до местного водоема, куда дети ходили купаться. Так созрел план: доказать себе и остальным, что тоже не пальцем деланы и вполне могут прогуляться ночью среди могил и крестов.

К походу подготовились основательно. Как заправские диверсанты. Разведали путь для побега — места, где фонарей нет, чтобы незаметно для вожатых улизнуть из лагеря. Одолжили у старшаков фонари с трещетками-динамо, пообещав взамен отдавать компоты из обедов.

В назначенный вечер, когда и должна была состояться операция, случился прокол. Не все бойцы встали в строй. У одних резко разболелись животы, другие вдруг захотели спать… ну-ну, все с вами понятно, трусы!

На вылазку отправилось не больше трети группы. Выскочили из окна, прокрались по темноте, перемахнули через забор… все, свобода!

Пока шли по полю — еще ничего было. А как ступили в лес — вот тут стало боязно. Темно, сосны скрипят, ветер шуршит… облака, скрывающие луну, дают причудливые тени. Фонарики эти еще проклятые шумят. Как начинают жужжать ими — сразу кажется, что за октябрятами крадется кто-то, а они из-за этого звука ничего не слышат!

С горем пополам добрались до ограды кладбища. За ней — кресты, могилки. Здесь уже стало не просто боязно, а реально страшно! Страшно до жути! Половина смельчаков едва не повернула назад и лишь мысль о том, что уже проделали весь путь, возвращаться не столько стыдно, сколько элементарно обидно, смогла поднять боевой дух ребятни.

Осторожно прошли через калитку, и… и ничего! По идее, сейчас-то и должно начаться. Упыри и вурдалаки просто обязаны восстать из-под земли и попытаться утащить храбрецов, осмелившихся потревожить покой мертвых. Но нет. Ничего такого.

Наоборот — спокойно все. Луна светит, сверчки поют. Надгробия как стояли — так и стоят. Успокоились, последовали дальше. Никто, конечно, не разбредался, на всякий случай стайкой держались. Вскоре и дрожь в коленях унялась. Реально нечего бояться!

Добрались до сторожки. На всем кладбище она, по сути, самой страшной и была. Темная, покосившаяся, с черными окнами. Складывалось ощущение, что будка покинута давным-давно.

Здесь местному д'Артаньяну в лице Артура стало интересно — что же там внутри скрывается? Подергали дверь — заперто. Посветили фонариками в окно, а там…

Рожа страшная, бородатая, с воооот такенными глазищами!

Школьники взвизгнули, подпрыгнули и пустились наутек. А позади — крик. Что-то хлопнуло, что-то грохнуло.

Как до лагеря добежали — никто и не вспомнил. В себя пришли, когда в своих кроватках оказались. А остальные, кто вообще от похода отказался, еще и подтрунивают:

— Что, сдрейфили? Небось и полпути не сделали!

Октябрята оправдываются, во все горло пытаются доказать, что ничего не испугались, вот только-только с кладбища. А доказать-то как? А никак! В ответ одно:

— Брешете!

Настало утро. Вожатый разбудил детей, вывел на линейку перед завтраком. Обычное дело. Только в этот раз в столовую не пошли — стоят, ждут чего-то. А чего ждут — непонятно…

Вдруг появляется начальник лагеря с дедком каким-то. Проходят мимо рядов, старик в лица всматривается, а как дошел до смельчаков — сразу остановился, ткнув пальцем:

— Они!

Влетело героям по первое число. Перед всем лагерем. За то, что ночью из барака сбежали. За то, что кладбищенского сторожа напугали. За поведение, недостойное гордого звания строителя коммунизма. И за все такое. И наградили внеочередным дежурством по лагерю — аллеи подметать и так далее.

Зато все получили неоспоримое доказательство, что октябрята ничего не сдрейфили и слово свое сдержали — прогулялись ночью между крестов. Ребята моментально стали живыми легендами и до конца смены пользовались всеобщим уважением. Старшаки даже компот за фонарики не взяли.

Если обратиться к истории, то самым известным русским царем, несомненно, назовут Ивана Грозного. Возможно, не в последнюю очередь благодаря комедии Леонида Гайдая «Иван Васильевич меняет профессию», снятой по пьесе Михаила Булгакова. Еще каждый знает, что Иван Грозный убил своего сына, про опричнину…

А между тем во времена правления Ивана IV Россия увеличилась в два раза! Была присоединена Астрахань, Казань, Башкирия и так далее. Разумеется, чтобы добиться таких результатов нужно быть сильным политиком и обладать твердостью характера. Был ли «культ личности» Ивана Грозного? Скорее всего — да.

Из Императоров Всероссийских назовут, скорее всего, Петра I. И опять же, его правление характеризуется весьма жесткой политикой и репрессиями. Именно при Петре Великом была создана Тайная Канцелярия.

С другой стороны — Россия еще больше увеличилась в площади, а значимость петровских реформ трудно переоценить.

Кто там был между Иваном IV и Петром I — вряд ли сегодня кто-то скажет. Николая II, скорее, вспомнят, как последнего русского императора — не более того. И до Грозного, по логике, были еще три Ивана, что они сделали, чем знамениты?..

Если обратить внимание на ХХ век, то окажется, что сейчас, в XXI веке, фигура В. И. Ленина стерта из истории. Это мы, последнее поколение Советского Союза, знакомы с жизнеописанием Вождя Мирового Пролетариата едва ли не по часам. Как он «чернильницу» ел, как ходоков принимал. Был ли культ личности Ленина? Несомненно!

Только даже мой младший брат, когда я его спросил, кто такой Ленин, растерялся… и ответил, что был мужик такой, а чем знаменит, что такого сделал — так и не смог сказать. Наши дети даже фамилии такой вряд ли вспомнят.

Другое дело — Иосиф Виссарионович Сталин. Фигура весьма спорная, хотя и легендарная. Опять же достижения СССР в годы его правления восхищают. Это и индустриализация, и Победа в Великой Отечественной Войне. Да, за индустриализацию страна заплатила высокую цену, как и за Победу, и назвать Победу достижением одного Кобы нельзя — это достижение всего Советского Народа, от красноармейца с винтовкой в окопе на переднем краю обороны, до рабочего завода, трудящегося в тылу, льющего сталь для танков, пушек, самолетов.

И культ личности Сталина не просто достоверно был — он был разоблачен Н. С. Хрущевым в 1956 году… и началась десталинизация.

А теперь, после столь длинного вступления — сама история.

В начале 1980-х в Челябинском Политехническом Институте на факультете ДПА (Двигатели Приборы Автоматы), еще и на закрытой специальности, учился один студент. Времена тогда были суровые — многие чувствовали приближение конца Эпохи Застоя, так что с антисоветщиной было строго.

И был в высоких учебных заведениях такой предмет, как История КПСС — наука одинаково нужная как для агронома, так и для инженера. Ибо как без готовности следовать светлым идеям Коммунизма, ежу понятно, не то что ракету построить — корову нельзя подоить.

Когда преподаватель по столь необходимой дисциплине задала доклад на тему «Культ личности Сталина», тот самый студент, про которого рассказ, с готовностью поднял руку. Интернета тогда не было, с литературой напряженно, в газетах информация подается очень дозировано, так что подготовить такой доклад — задача не из легких. Материал в открытых источниках, кроме стенограммы того XX съезда КПСС, отсутствует напрочь.

Однако этот студент сравнительно недавно помогал переезжать бабушке и, снимая зеркало со стены — большое, в рассохшейся деревянной раме, еще дореволюционное, обнаружил между зеркалом и рамой проставку — сложенную в несколько раз газету, чтобы зеркало не бренчало, плотно прижатое к дереву.

Газета, сразу было видно — очень старая. Пожелтела вся от времени. Развернул… и обомлел. Верху, под названием газеты, стояла дата — вторая половина 1940-х. И там — благодарственная речь, восхваляющая Отца Народов.

Боже мой! Как люди жили, как тонко чувствовали! Какой слог, какие эпитеты! Сам Пушкин обзавидовался бы.

Комсомолец ту газетку свернул аккуратно и прибрал — на память. Но вот, неожиданно, пригодилась и для дела!

На следующее занятие студент пришел с той самой газетой, зачитал выдержки из статей, прокомментировал, делая акцент на культ личности Сталина…

Преподавательница, бабушка преклонного возраста, вполне вероятно, что самого Ленина живым видела, находилась в состоянии, близком к оргазму.

— Ах, какой ты молодец! Какой хороший доклад сделал! Еще и газету с того времени нашел! Пять, однозначно! Можешь садиться…

— Э, нет, у меня еще не все, — возразил студент. — А вот — современная газета, про нашего горячо любимого Леонида Ильича…

И зачитывает выдержки из газеты начала 1980-х! Практически одни и те же слова, одни и те же фразы — как под копирку написано. И комментирует, подводя к тому, что у Брежнева-то тоже культ личности!

Аудитория замерла. Учительница побледнела. Когда шок прошел — замахала руками, зашикала:

— Ты что! Да ты что! Тут совсем другое!

— Да как совсем другое-то, если одно и то же?

— Да нет же! Ничего общего! Садись, четыре!

Позже, уже в более зрелом возрасте, бывший студент неоднократно вспоминал этот случай. Факультет ДПА, закрытая специальность, связанная с ракетостроением. Вот по-любому среди студентов был засланный казачок — тот, кто форму доклада знает. Сообщил бы, куда следует — и все, турнули бы парня и из ЧПИ, и из комсомола!

Повезло, пронесло…

Армия, построенная на призывном принципе, тем и отличается от профессиональной, что служить в нее не особо рвутся. Даже срок службы не влияет. От призыва бегали при Царе-батюшке, когда забривали на 25 лет, при Советах, когда призывали на 3 года, снова при Союзе, когда забирали на 2 года, продолжают уклоняться и в Российской Федерации даже сегодня, когда срок службы составляет всего 1 год.

Самый простой способ откосить — найти у себя какую-нибудь болячку. И вот тут военком проявляется не только как человек военный, но и талантливейший хирург/невропатолог/терапевт. Одним росчерком пера излечивает хронические болезни!

Советские дети нередко играли на стройках. И несчастные случаи случались тоже нередко. В большинстве обходилось без серьезных последствий, но тут парню не повезло. Поломало его, да так, что год в больнице пролежал. Вместо костей — мука. Врачи пророчили весьма печальные картины, что ребенок ходить уж вовсе не будет.

Повезло. Или советская медицина сотворила Чудо, или Бог, все же, есть, или сам парень оказался крепче гвоздей — встал на ноги. Но, конечно, белый билет ему был обеспечен.

Наступил призывной возраст. Юноша явился в военкомат со всеми справочками, уже готовый. Отдал документы медкомиссии… те все это благополучно потеряли. Ладно, принес во второй раз. Опять потеряли. Да что же такое!

С горем пополам добился того, что ничего не потеряли… должны выдать военный билет. Парень поинтересовался:

— Когда за военником приходить?

— Тут такое дело… смотри: рак на горе три раза свистнет, потом Ктухлу возродится, а после этого, через три месяца, три недели и три дня — приходи. Будет тебе военник.

Хорошо.

Приходит в назначенный день, а в военкомате народу — как шпрот в банке. Не протолкнуться. Между тем на дворе 1998-й год! Время беспокойное. Первая Чеченская закончилась, но на носу вторая. Клинтон Югославию почти бомбит. И так по мелочи — пограничные конфликты. В общем, Родине солдаты ой как нужны, в армии недобор, а молодежь в солдаты напротив — совсем не хочет.

Парень подошел к окошку, где военники должны выдавать, спросил документ, ему ответили:

— Сиди, жди.

Ладно. Ждет. Полчаса проходит. Час. Два. В коридоре бардак полнейший — призывники туда-сюда мечутся, люди в форме ходят. И когда будет вожделенный военный билет — пес его знает.

Посмотрел юноша на это дело, да махнул рукой. Так и до вечера прождать можно. Лучше потом вернуться, через денек-другой.

Пошел к выходу, а там крепенький такой солдат стоит и на волю не пускает:

— Куда собрался, господин хороший? Сейчас автобусы прибудут, вас всех, призывников, погрузят и направят куда следует — Родине долг отдавать!

Молодой человек офигел. Вот это попандос! Как так-то? Негодным, вроде как, признали, но все равно служить отправляют? Хотел истерику закатить, да на солдатика еще раз глянул, а тот реально здоровый. Скрутит в бараний рог и скажет, что так и было.

Успокоился, пришел в себя, подумал хорошо. Сейчас на медкомиссию всех привезут, а документов-то сопроводительных на него нету! Тут домой и отпустят!

Автобусы приехали, всех погрузили, отвезли в распределитель, там выгрузили всех. И тащат документы — гору целую. Эверест под ними похоронить можно. Начинают вызывать призывников по фамилиям.

— Ну-ну, — злорадствует юноша. — Моей-то фамилии там не окажется!

Стоило подумать — как раз его и вызывают! Капец! Все, приплыли! Внутри все упало.

Зашел в кабинет, там трое врачей, офицерик скучает, солдат, уже другой, но покрепче первого — того, что в военкомате был, в сторонке стоит. Видимо, на случай, если кто из новобранцев бузить начнет — быстренько успокоить.

Врач снял очки с носа, подышал, платочком протер, обратно напялил. Открыл папочку с делом, полистал…

— Так, а ты-то нахрен приперся? Ты ж не годен!

— Да я вообще за военником пришел, а меня со всей кучей погрузили…

— Ясно, — вздохнул доктор. — Давай, вали отсюда. В коридоре пока посиди, потом таких, как ты обратно повезут.

Юноша выдохнул. Фух! Пронесло! Все в порядке!

Вернулся в коридор, сел на скамеечке и уже в гораздо более приподнятом настроении занялся ожиданием. Таких же еще набралось человек 10—15.

Когда все закончилось, погрузили их в автобус и повезли обратно — туда, где взяли. По пути разговорились на тему своих болячек. У одного астма дикая, у второго порок сердца, у третьего эпилепсия, у четвертого ДЦП… доходит очередь до пятого.

— Рассказывай, брат, ты-то как отмазался?

Тот вместо слов закатал рукав и отстегнул правую руку. Протез!

— Блин, да как так-то? — удивились другие счастливчики. — Ты им что, не показывал?

— Показывал. Да всех гребли. Сказали: комиссия разберется.

Военник герой истории получил через пару дней.

Явление, редко предаваемое общественной огласке — конкуренция между районами. Чаще всего, особенно острая в тех местах, где высотки прилегают к частным секторам. А так же, микрорайонами и просто дворами. Еще в советские времена школьники ходили в бои двор-на-двор. Бились не до смерти, обычно — до первой крови, с определенными правилами: лежачего не бить, со спины не заходить и так далее. Своеобразный кодекс чести.

Правда, если парень оказался в чужом районе вечерком, не приведи Господь, еще и с девушкой из того же, чужого района — наваляют ему с гарантией безо всяких скидок. Такая дискриминация по территориальному признаку.

Во времена лихих 90-х у обитателей микрорайона уже были особые привилегии — они имели эксклюзивное право отоваривать залетных — жителей других микрорайонов, кто пошел в магазин, школу, на танцы в чужой микраш. Соответственно, другие, залетные, они же «левые», не могли отрабатываться на чужой земле…

В определенном виде эти традиции дошли и до наших дней:

— Ты с какого раёна, паря? А ты чё такой дерзкий?

Эта история произошла примерно между 1993 и 1995 годами. Такая точность связана с тем, что в ходу были купюры образца 1993 года. Кто не помнит — маленькие синие 100 рублей, бежевые 200 рублей, зеленые 500 рублей, а уж потом большая бумажка в 1000 рублей. И железки номиналом 10 и 50 коп., и 1, 5, 10, 20, 50 и 100 рублей. Собственно, железки не особо котировались, батончик Сникерс стоил в районе 2000 руб., то есть рублевыми монетами получался целый мешок денег за шоколадку. На лом их сдать — и то дороже выйдет. Так что пользовали только 50 и 100 рублей.

Преступность в те годы вообще чувствовала себя вольготно, как организованная, так и уличная. И нищета запредельная… в стране разруха, зарплаты задерживают. Для ребенка проблемой было не просто накопить нужную сумму на шоколадку, но еще и донести ее до ларька.

И вот у одного 12-летнего мальчика случилось счастье! Насобирал он вожделенные 2000 рублей и отправился в небезопасный поход — за Сникерсом. Или Марсом. Такие лакомства он пробовал и раньше, когда мама покупала с зарплаты, но то была одна шоколадка, которую резали на четыре части: самому мальчику, брату, маме и бабушке. Бабушка тайком отдавала свою долю младшему брату, потому что он младший. Парень же вполне справедливо полагал, что шоколадка целиком гораздо вкуснее, чем четверть.

Бережно сложив в карман горсть мелочи и несколько бумажек, ребенок пошел в ларек. А с ларьками тоже дефицит был. Это позже, в конце 1990-х торговые павильоны на каждом углу будут, еще и кучками. А тогда ближайший киоск был через квартал, в чужом микраше.

Мальчик осознавал, что мероприятие это весьма рискованное, но, блин, шоколадка же! Целиком!

Двух гопников, дежуривших возле ларька, пацан приметил еще издали. Типичная шпана, лет 18—20, в спортивных костюмах и кепках-восьмиуголках. Хорошо бы дать деру, да поздно — грабители тоже заметили ребенка. Не убежать — догонят. И, что хуже всего, если пуститься наутек — точно поймут, что деньги есть. Зачем тогда убегал, если терять нечего?

Ребенок выбрал единственно верную стратегию — идти вперед под пристальным вниманием гопоты. Ладошки вспотели, ноги — ватные, еле слушаются, да деваться некуда.

Хулиганы при приближении жертвы приосанились, грудь колесом выкатили:

— Деньги есть?

Сказал бы пацан сразу, что денег нет — не поверили бы. Потому поступил иначе:

— Так это… вы уже опоздали. Меня уже отоварили. Вон в том дворе.

И неопределенно махнул рукой, указав на двор в стороне от торгового пути.

— А… — понимающе протянул один гопник. — Двое таких, один в зеленой мастерке, второй — в красной?

— Не, другие…

— Э, какие такие другие? Это наш микраш, тут только мы работаем! Кто посмел? Рассказывай!

— Трое таких…

— Трое?..

Хулиганы переглянулись и заметно стушевались. Их-то всего двое! А там — трое! Считать, похоже, они умели. И понимали, что трое — больше, чем двое. Кто там кому наваляет — вопрос. Были бы они жуликами посерьезнее — не мелочь по карманам малолеток тырили бы, а как раз этот ларек, который использовали, как наживку, крышевали.

В планы школьника такое развитие событий тоже не входило. Ему-то нужно шоколадку купить, чтобы гопоты рядом не было! А то деньги по пути из кармана в окошко киоска вполне могут перекочевать к шпане.

— Да, трое, — подтвердил мальчик. — Я их знаю, они в нашей школе, в восьмом классе учатся!

— А, школота! — обрадовались хулиганы. — Тогда все в порядке! Не ссы, малой, сейчас мы разберемся!

И газанули в указанный двор, искать тех, у кого отсутствовала лицензия на грабеж. К счастью, им в голову не пришла мысль — на кой, собственно говоря, черт ребенок без денег пришел к ларьку?

А маленький хитрец купил себе вожделенный Сникерс и заточил в одного.

Бытует мнение, что свои продукты много качественнее магазинных. В том, что на полках универмагов — одна химия, нитраты, канцерогены и все такое. Свое-то оно все натуральное! Но одно дело фрукты-овощи. Какую-то часть потребности можно удовлетворить, обзаведясь садовым участком. Мясо и молоко можно покупать в деревнях, у проверенных продавцов. А алкоголь?

Теоретически и практически его можно производить самому, и даже в суровые советские времена уголовная ответственность за самогоноварение не многих останавливала…

Один мужик жил в глухой сибирской тайге, куда почту и даже продукты доставляли вертолетами. Пилот — вообще профессия романтическая… немудрено, что все три сына захотели стать летчиками. Мужик с женой посидели, покумекали и решили перебраться в Уфу, где, во-первых, жили родственники, а, во-вторых, открылось летное училище. Кстати, этот факт позволяет достаточно точно определить время действия истории — середина 1980-х. Время сухого закона в СССР, когда за водку можно было достать все. Даже спирт!

Сам мужик у себя в селе был парторгом, так что смог найти место в Министерстве Сельского Хозяйства землеустроителем — это такой человек, который бегает с деревянными ножками, участки отмеряет. Ежу понятно, когда кому-то удавалось отмерить пару лишних метров, тот благодарил водкой. В итоге споили мужика.

Пока чиновник бегал по чужим участкам, супруга ездила на свой, садовый, приобретенный вскоре после переезда. Ягод всяких — смородины, вишни, малины, к осени набиралось уйма. Поскольку зимой работы особо нету (кто там будет с ножками по сугробам бегать), то мужик загорелся идеей домашнего вина. Приятно, когда стоит дома бутылочка без очередей и талонов, а еще лучше — несколько.

Для этого дела землемер приобрел соковыжималку, которую почти сразу и сжег, но заготовил в гараже у родственников три большие стеклянные бутыли вина. Бутыли в самом деле огромные — литров по 10 каждая. Бережно перевез их на своем Запорожце в квартиру и очень нежно установил в спальне, закутав в одеяло. Во-первых вину нужно тепло, чтобы созреть, а, во-вторых, там гости не видят, стало быть просить не будут. Опять же — экономия!

Только вот про перчатку на горлышко или гидрозатвор он, по неопытности, не знал…

Как-то ночью хлопнула одна бутыль. Бахнула, пойдя трещиной снизу доверху, залив ковер липкой красной жижей. От громкого щелчка проснулись все и всем семейством начали прибираться. Промудохались часа два, наводя порядок, после чего встал вопрос: а если грохнут остальные две?

В 5 часов утра, взяв первую из уцелевших, винодел-любитель, босиком и в одних трусах, понес ее на балкон. Однако он не знал, что жена собрала урожай лука и расстелила его там на полу, сушиться. Наступив в темноте на скользкие шарики, землемер не устоял на ногах, и… не стало еще одной бутыли. На уборку, чтобы отмыть лук и лоджию, ушло еще два часа. Соседи снизу потом долго обижались за испорченное белье, которое они вывесили на балкон сушить.

Время 7 утра, пора на работу собираться. Плюнув на все, третью бутыль мужик поставил в ванной. Там кафель, там не страшно. После — уставший, не выспавшийся, рассеянный, выбежал из квартиры…

Тем временем младший сын, 16-летний подросток, который в этот день уходил с одноклассниками в поход, решил отлить литр вина, чтобы порадовать ребят. Зашел в ванную, подставил банку, наклонил бутыль… и тут вернулся отец, забывший ключи от Запорожца.

Парень поднял голову и увидел родителя, который красными от недосыпа глазами наблюдает за сим действом. Растерявшись, от неожиданности ребенок ослабил хватку, бутыль упала на плитку, треснула… и по кафелю потекла красная лужа.

Вот так за одну ночь ни ковра, ни урожая, ни вина, ни белья у соседей.

— Нечего сказать, попили винца, — вздохнул мужик.

Махнул рукой и пошел на работу, забыв, зачем возвращался. Больше он с домашними напитками не экспериментировал.

Новый Год — праздник семейный. Его принято встречать в кругу родных и близких… это легко устроить, если человек работает продавцом в магазине, дворником, строителем. Есть масса профессий, где производственный цикл можно заморозить на время праздников.

А если гражданин служит Родине, работает товарищем милиционером или где-нибудь на производстве? Те же ТЭЦ работают круглосуточно, невзирая на выходные и праздники. Потому что даже в Новый Год людям нужно электричество и тепло дома. Или металлургический завод. Мартеновская печь — это не домашняя газовая плита, там так просто краник не повернешь, чтобы выключить ее или включить.

В начале XXI века молодой специалист работал на одном промышленном предприятии. Поскольку он был человеком на заводе новым, только-только после техникума, еще не испорченным, алкоголем не злоупотребляющим, в связях, порочащих его, замечен не был, то дежурить по цеху в Новый Год выпало именно ему. Чего там, сколько ему лет-то? Сколько еще новогодних ночей впереди. Успеет, напразднуется.

Проникшись всей важностью возложенного на него поручения, парень 31 декабря посидел немного за столом, не употребив ни капли алкоголя, но, купившись на уговоры родни, крепко задержался и поехал на работу только после десяти вечера.

Поехал — это сильно сказано. Оказалось, что транспорт в это время уже не ходил, поймать попутку — нереально. Все нормальные люди дома сидят, водку пьют.

Был бы постарше, поопытнее, или менее ответственным, молодой человек уже махнул бы рукой и вернулся к столу. Но наш герой был полон решимости исполнить свой долг до самого конца. К счастью, погода стояла хорошая. Ветра нет, кружился легкий снежок — можно и пешочком прогуляться. А пешочком до любимого завода топать около часа.

То есть до проходной работник дошел в начале двенадцатого. Загодя перед вертушкой приготовил пропуск, чтобы охраннику показать, а охранника-то и нету! Вертушка заблокирована — горит красный огонек. Ладно, может отошел человек куда-то? Чаю налить или по другим каким потребностям. Нужно подождать.

Подождал немного. И еще немного. А потом еще чуть-чуть. Посмотрел на часы — уже без двадцати минут полночь! Нехорошо это — на проходной Новый Год встречать. Не по-христиански как-то.

Решил на свой страх и риск перелезть через турникет.

Вот тут-то ответственный дежурный и увидел охранника. Мужик валялся за столом в обнимку с бутылкой. Пьяный — в хлам. В усмерть. Попытался разбудить — бесполезно. Потрогал пульс — вроде есть. Живой. Ладно, оставил служивого в покое, пошел дальше — к цеху.

Ворота, калитки, даже окна — все закрыто наглухо. Мышь не проскочит.

Парень нажал на звонок, вызывая сторожа, который должен был быть внутри, и которого юноша должен был или сменить, или контролировать — за давностью лет уже и не вспомнить.

Звонит-звонит, никакой реакции! Тишина! Снова давит на кнопку — глухо. А между тем минутная стрелка на часах подбирается к двенадцати. Новый Год уже прямо вот-вот, в затылок дышит.

И вдруг — свершилось!

Калитка распахнулась, а за ней такой эпичный сторож. В ушанке, расстегнутой синей форменной фуфайке с оранжевой полосой, майке, валенках и трусах. Без штанов! Стоит, качаясь, с бутылкой в руке и окурком, прилипшим к губе. И нехорошо так смотрит на визитера:

— Ты кто?

— Я — вот, ИТР, ответственный за дежурство…

— Чего хотел?

— Проверить пришел, все ли хорошо…

— Пить будешь?

— Нет…

— Ну и катись нахер!

Ответственный сотрудник даже не успел спросить, в какой стороне этот «нахер» — дверь захлопнулась прямо перед носом. Постоял, почесал репу. Попытался еще давить звонок — теперь уже никто не открыл.

Плюнув на все, парень покинул территорию завода, встретил какую-то подвыпившую компанию, побратался с ними и нормально отпраздновал Новый Год.

После праздников — первая оперативка. Начальник цеха начинает с молодого специалиста:

— Приходил на Новый Год?

— Да, приходил…

— Больше не надо.

— Как так — не надо? — удивился парень.

Грешным делом успел уже подумать, что сильно накосячил где-то и его уволили задним числом.

— Сторожа перепугал до полусмерти. Он решил, что все — белочка случилась. Запомни: не было такого случая, чтобы ответственный дежурный на Новый Год приехал.

В армии солдатику многого не хватает. Мамкиных пирожков, например. Нет, питание в армии всегда соответствовало нормативам. Столько-то мяса, столько-то рыбы, столько-то крупы. Другой вопрос, что готовят там без фанатизма. Как в заводской столовой. Это должно быть уникальное умение, чтобы любое блюдо было одинаковым на вкус! Чтобы суп от компота нельзя было отличить.

Но главная печаль любого солдатика — это дамы. Да, дома ждет та единственная, пишет письма, льет слезы в подушку. Однако молодой организм требует! В городах, больших и малых, с женским вниманием у солдата проблем нету. Пошел в увольнение, только миновал КПП, а там, на лавочках возле танка на постаменте — сидят дамы на любой вкус. Тоже ждут. Только им все равно, кого ждать. Главное, в срочниках они более-менее уверены. Государство заботится об инвентаре и техосмотры военнослужащие проходят регулярно.

Впрочем, хорошо, когда рядом живут люди. А есть заставы в таких глухих местах, куда Макар телят не гонял.

В таком месте на закате Советов и служили офицер — молодой лейтенантик, и дюжина солдат. На станции на одном из островов Тихого океана. Там до Америки, за активностью со стороны которой они и наблюдали на экране локатора, доплюнуть можно. Аляску при хорошей погоде без бинокля видели. Только вот с женским полом — напряженка.

Всех развлечений у срочников — обслуживать антенны да смотреть на приборы в ожидании, когда же проклятые капиталисты ракетами пальнут. Американцы и тут всех перехитрили — вместо ракет отправили план Даллеса.

Скукота жуткая. Плаца, чтобы его подметать — и того нету. Наверно, если бы и был — его все равно никто не подметал бы. Станция-то секретная! Связи с внешним миром никакой. Провиант вертолетом закидывали раз в неделю, если погода летная.

Ребята все молодые, 18—20 лет. И с девушкой пообжиматься ой как охота… только какие там девушки? Одни моржи да белые медведи. Впрочем, по прошествии определенного времени мужики и на медведей стали иначе поглядывать. Вроде ничего такие. Не особо страшные. Начали прикидывать, как бы получше медведя схватить и покрепче удержать, чтобы не вырвался и не убег…

К счастью, с Большой Земли, с очередным вертолетом отправили им повариху. Справную такую бабенку лет 35—40. Долго к ней не приглядывались. Недели не прошло, один из солдатиков, уже после отбоя, встал, потянулся, хрустнув суставами:

— Пойду, покурю.

Пошел, покурил. Вернулся через час. Второй ворочался-ворочался, тоже не стерпел:

— Теперь я пойду, тоже покурю.

Так за ночь половина сходила покурить. Утром — подъем, зарядка, прием пищи… а принимать и нечего! Завтрака нету! Повариха, с которой до восхода курили по очереди, конечно, спит еще. Разбудили дамочку.

— Жрать-то где?

Она потянулась, улыбнулась…

— Ой, ну что вы, мальчики. Сейчас все будет готово!

Следующей ночью покурила вторая половина расчета. Утром, естественно, картина повторилась — повариха дрыхнет себе, есть нечего. Впрочем, ее за сон в неуставное время никто не винил.

Так и дотянули лямку до дембеля, куря одну сигарету всей заставой. Им — максимум 20 лет, ей — под 40. В два раза старше, в матери годится. Но куда деваться-то?

Повариха свои прямые обязанности — по приготовлению пищи, выполняла крайне нерегулярно. Все чаще спала до обеда. Зато ходила всегда довольная, загадочно улыбаясь. Возможно, впервые за всю жизнь почувствовала себя женщиной. Настоящей женщиной! Вот оно — счастье!

Страшно представить, но с момента, когда я завершил работу над первым сборником «Байки из жизни», прошло два года! Два года, Карл! Кажется, это было вчера. Вот только-только я дарил друзьям и знакомым пахнущие типографской краской книги, не забывая поставить автограф.

А прошло два года!

Из-под моего пера вышли еще три сборника, этот — четвертый по счету. Ранее я упоминал, что над первым я работал около десяти лет. Второй оказался самым простым и быстрым — читатели отправляли мне десятки историй, многие из которых вошли как в предыдущие книги цикла, так и в эту.

Но четвертый сборник оказался наиболее трудоемким, работа над ним заняла без малого полтора года. Пришлось отсеять массу материала. Многие байки, как под копирку, напоминали уже рассказанные. Да, друзья мои, история развивается по спирали, события в тех или иных масштабах имеют свойство повторяться, что лишний раз подтверждает правдивость этих рассказов.

Меня с каждой новой историей все сложнее удивить, читателя, как мне кажется — тоже.

Отмечу, что в этот раз сборник более, чем наполовину составлен из баек читателей, за что хочу выразить отдельную благодарность всем и каждому, кто приложил руку к клавиатуре. Быль все рассказанное выше, или небыль — решать вам. Мопед не мой, я его только продаю.