Оазис раскинулся в сердце пустыни.

Вблизи широкой реки выросла зелень, а затем здесь собрались люди и построили город. Казалось, именно так сформировалось это место.

Вокруг города не было стен. Их заменяли высокие деревья, от которых начинались улицы. Вероятно, тут отсутствовали внешние враги, которых стоило опасаться. Отражая яркий солнечный свет, здания из бежевого кирпича и камня выстроились рядами.

— …Это то место?

Девушка в мантии с капюшоном смотрела на город. Стоя на песке, она надвинула капюшон ещё сильнее, словно избегала ярких лучей солнца.

Здания возвели из сложенных друг на друга прямоугольных блоков. Так как в основном здесь находились двух- или трёхэтажные дома, то наличие огромного строения на окраине казалось невероятно странным.

Сложенная из камней гигантская четырёхгранная постройка. Так называемая пирамида.

В высоту она достигала около трёхсот метров.

Девушка не знала, для чего возвели это строение и какую роль оно выполняло. Однако странность окутанной дымкой гигантской структуры вызывала в смотрящих на неё людях благоговейный страх.

Глянув на пирамиду, девушка пошла вперёд, оставляя следы на песке. С развевающимся подолом мантии она вошла в одинокий город в пустыне.

Когда девушка пробралась через деревья, которые служили защитой от ветра, то увидела раскинувшийся перед ней аккуратный городской пейзаж. Сложенные из прекрасно обточенных камней здания ровно выстроились с обеих сторон дороги. Выходившие на главную улицу дома являлись магазинами с вывесками и широкими витринами. Внутри них виднелись прилавки и полки. Ветер плавно сметал принесённый из пустыни песок с мощённых камнями дорог.

На первый взгляд, это место выглядело вполне обычным для такого города.

Однако здесь имелась одна действительно жуткая деталь.

Жители этого города.

Действительно ли их можно было назвать людьми?

Тонкие, словно ветки, конечности и гладкие головы. Туловища из каркасов, походивших на рёбра. Все обитатели этого города обладали механическими телами. Возможно, из-за ремонта или для защиты от коррозии и песка они были окутаны в длинную и тонкую ткань, походившую на бинты. Эти существа выглядели словно мумии.

Не произнося ни слова, они производили низкочастотный шум механических движений и бесцельно слонялись. Этот вид казался странным и даже пугающим. Происходящее выглядело так, будто множество привидений скиталось по улицам города.

Девушка шла среди них без колебаний. Она вытащила руку из-под мантии и опустила капюшон ещё ниже, скрывая лицо. Вокруг её кисти и пальцев оказались намотаны бинты.

Ранения девушки до сих пор не излечились. И всё же она почувствовала себя лучше, подумав, что эти бинты неожиданно стали камуфляжем.

«Так или иначе, эти зловещие обитатели, бродящие по городу, движутся с какой-то целью? Некоторые слоняются по городу неуверенной походкой, когда другие стоят за прилавками магазинов.

Возможно ли, что они мертвы и сейчас просто повторяют свои действия, когда были живы?» — такие мысли внезапно пришли ей в голову. Однако способа проверить это не нашлось.

На пути девушки встала гигантская стена, в которой оказались огромные ворота, достигавшие десяти метров. По обе стороны от них возвели статуи такой же высоты. Каждая из них изображала обнажённую до пояса женщину, которая сидела в кресле.

Девушка взглянула на огромную статую. Ровно подстриженные волосы. Красивое лицо с правильными чертами.

«Она… бог этого места?»

— Значит, это храм? Или дворец?.. — пробормотав так, странница прошла между двумя статуями. Здесь, где, вероятно, проживала важная персона, не было следов людей. Вернее, присутствия живых существ не ощущалось по всему городу.

Немного пройдя, девушка оказалась у широкой лестницы. Когда же она поднялась по ступеням, то вышла на этаж с высокими потолками, орнаменты на стенах которого оказались намного изящнее, чем внизу.

Возможно, хозяин этого здания находился здесь. Сохраняя бдительность, девушка пошла по коридору.

— Хм?

Ощутив человеческое присутствие, она замерла.

В пробитом через белую стену проходе отсутствовала дверь, и вместо неё там висела лишь тонкая ткань. Приблизившись к ней, девушка заглянула в комнату через зазор между этими занавесками.

Несмотря на простоту, комната оказалась действительно красивой. Там не было пышных украшений, и лишь качество самого материала порождало ощущение пышности. Стены и потолок покрывал белый камень, отполированный до зеркального блеска. Стены с обеих сторон оказались широко распахнуты, и казалось, будто голубое небо снаружи обрезали прямоугольными формами.

И там, на его фоне, стояла знакомая фигура. Золотые волосы и голубые глаза. И огромный бюст, который, казалось, вот-вот лопнет. На ней висело широкое ожерелье из золота и драгоценных камней, но оно вообще не прикрывало грудь. Тонкая ткань оборачивалась вокруг талии, но она являлась простым лоскутком, который небрежно завязали. Несмотря на то, что её роскошное тело было едва прикрыто, эта фигура стояла на месте, словно горничная, ожидавшая своего хозяина.

«Она».

Девушка отодвинула ткань, служившую вместо двери, и вошла в комнату.

— Так вот где ты оказалась, Юрисиа Фарандол.

Услышав этот голос, Юрисиа подняла голову.

— …А.

— Здесь только ты? Где же Нээ-сама?

Девушка в капюшоне побежала к блондинке. Однако, взглянув на приближающуюся к ней незнакомку, Юрисиа резко стала серьёзной.

— Войти в покои Осирис-самы без разрешения!

— ?!

Девушка остановилась, ощутив жажду крови Юрисии.

— Крос!

В тот же миг тело блондинки облачилось в сияющий синим доспех. А затем Дифференциальный каркас за её спиной открыл огонь. Крупнокалиберные пушки атаковали девушку.

Яростные частицы света охватили её тело. Мантия с капюшоном разорвалась на кусочки и загорелась. Естественно, тело девушки тоже мгновенно распалось на части или даже испарилось и пропало.

Однако…

— Какое неожиданное приветствие…

Выпущенные Юрисией золотые частички закружились вокруг противника и поглотились её миниатюрным телом. От этого кожа девушка стала более гладкой и блестящей, а её розовые волосы засверкали ещё прекраснее.

— Это! Не может быть…

Юрисиа удивлённо распахнула глаза.

— Или ты так намеревалась поздороваться? А может, это такая форма благодарности за то, что я пришла сюда?

От мощной атаки блондинки она звонко рассмеялась. Принявший удар сердце-гибридный привод не только не получил повреждений, но и, напротив, превратил его в собственную силу. Лишь один человек мог сделать нечто подобное.

Крылья из золота и серебра распахнулись за спиной девушки. Они состояли лишь из костей, каждая из которых являлась лезвием, сияющим холодным светом.

Магический доспех, именуемый ангелом резни — Корос. И его владелец…

— Грейс… почему ты… здесь?

Холодный пот заструился по щеке Юрисии.

Словно насмехаясь над блондинкой, императрица Ватлантиса, Грейс Синклавия, гордо выпрямилась.

— Это мои слова. К тому же о чём ты думала, начав так внезапно атаковать?

— Это потому что Юрисиа стала моей верной слугой, — раздался кристально чистый голос.

Пол комнаты был ступенчатым и поднимался к центру. Там, на вершине, находилось кресло, в котором сидела женщина. До сих пор Грейс не замечала её присутствия. Нет, когда она вошла в комнату, её там и не было — так казалось девушке.

Словно оценивая, императрица Ватлантиса взглянула на эту женщину.

Подходившая королеве элегантная улыбка. Коричневая кожа и ровно подстриженные длинные чёрные волосы. Внешность женщины полностью напоминала внешность статуи у входа в этот храм.

А рядом с креслом находилась золотая глыба, походившая на небольшую гору. Когда же глыба подняла голову, то обнажила свои клыки в сторону Грейс.

Это был механический лев. А на спинке кресла сидела механическая птица с металлическими крыльями. Она выглядела спокойно и больше всего напоминала сокола. Но только не размерами тела. Один только размах её крыльев достигал шести метров.

Блондинка преклонила колено и опустила голову перед этой женщиной.

«Судя по всему, она Осирис-сама, о которой недавно упомянула Юрисиа. Не знаю, как эта женщина заставила её подчиниться, но… мне нельзя расслабляться».

Грейс усилила бдительность в отношении женщины перед ней.

— Так ты хозяйка этого места?

Услышав вопрос, та спокойно улыбнулась.

— Да. Меня зовут Осирис. Я царица этого мира.

— …Ясно. Значит, ты одна из Деус эксов, Осирис. Какая удача. Будучи захваченной пространственно-временным цунами, я сразу же попала в искомый мир.

Сузив глаза, Осирис взглянула на гордо улыбающуюся Грейс.

— В конце концов, я вела вас.

— …Что?

— Это цунами вызвано мною. Ради того, чтобы вы попали в наши руки.

Грейс задумалась о правдивости её слов. Несомненно, для Деус экса нечто подобное возможно. Но в таком случае они все плясали под её дудку. И этого девушка не хотела признавать.

— О-о. Занятно. Но тогда зачем ты намеренно призвала нас, врагов?

Осирис радостно захихикала.

— Я не думаю о вас как о врагах. Вы результаты нашего эксперимента.

Грейс стиснула зубы. Эти слова, несмотря на то, что они раздражали, являлись правдой.

— Но вы оказались провалом. Думаю, Танатос действительно утратила интерес и отказалась от этого. Однако она собрала вас и планировала стереть. Но в таком случае я оказалась бы затруднена.

— ?..

«Что это значит? Она собирается помочь нам?»

— Мне нужны живые, биологические тела.

Грейс тут же отбросила едва зародившуюся надежду. От Осирис разило так же, как и от Наюты.

— Осмотрев этот город, ты же поняла, верно? Здесь нет живых людей. Все находящиеся в нём — нежить[3].

— А-а, эти зловещие ребята. Как я и предположила, они мертвецы.

— Они не мертвецы. Нельзя сказать, что они и живы, но, думаю, правильно их называть людьми, которые не умерли. Когда-то они жили здесь. Но всё в этом мире было изглодано смертью. Я от всего сердца не хотела, чтобы они умерли. Поэтому и приказала механизировать их трупы, чтобы души, несмотря на умершую плоть, не покинули этот мир. И в результате они стали нежитью.

Печаль слышалась в голосе Осирис. Это доказывало то, что она не желала такого мира и с неохотой придала людям такой облик.

— Я царица этого некрополя[2]. Мой долг вести их за собой.

Осирис поднялась на ноги. Словно обладая той же волей, сидевший лев поднялся, а сокол расправил крылья.

Глаза Осирис засияли золотом.

— Не живые, но и не мёртвые. Ради их спасения необходимо ваше существование. А теперь отдай мне это тело.

Изящные загорелые руки указали на Грейс. А затем перед ними возникли шумовые помехи, и оттуда материализовались синие блоки, тут же сформировавшие загадочную фигуру с четырьмя вершинами.

Этот объект напоминал перевёрнутую пирамиду. Материал, из которого она была сделана, выглядел как синее стекло. У поверхности она казалась прозрачно-голубой, но ближе к центру цвет темнел, и становилось невозможным смотреть сквозь неё. От ультрамаринового к чёрному. Казалось, будто что-то притаилось в её глубинах. Такое жуткое предчувствие охватило Грейс.

«Да что… это?»

Пирамида парила в воздухе, защищая Осирис. И, начав издавать тихий вибрирующий звук, стала медленно приближаться к Грейс. На её грани находился узор, напоминавший закрытое око, из-за чего она выглядела ещё более зловеще.

Пот стекал по спине девушки.

Оппонентом являлась Деус экс. Болезненный опыт встречи с Хокуто всё ещё был свеж в памяти девушки. Даже малейшая небрежность могла оказаться фатальной. Грейс поняла это на собственной шкуре.

— Вот как. Ну, если так говорит наш создатель, то ничего не поделаешь.

Прикоснувшись ладонями к щекам, Осирис счастливо улыбнулась.

— Ах, какое послушное дитя. Кажется, вы с Юрисией дружите, так что я специально использую тебя в качестве тела для подруги моей дочери.

— О-о, твоей… что?!

Грейс вновь посмотрела на женщину, словно облизывая её взглядом. Сильно выступавшая грудь, плоский живот и тонкая талия. И умеренно крупные ягодицы.

«Её тело не выглядит так, словно она когда-либо носила ребёнка…»

В Атлантисе существовали только женщины, и дети рождались с помощью Генезиса. Однако за проведённое на Атараксии время Грейс узнала об акте репродукции между мужчиной и женщиной.

«Тем не менее зачем использовать собственное тело для чего-то подобного?»

Грейс не могла понять смысла беременности. Но в любом случае это не должно быть чем-то приятным.

— Премного благодарна за такую заботу. Кстати… должен быть ещё один человек… наш товарищ, но… его здесь нет?

— Ещё один? Нет. Мне не известно об этом… вероятно, его забрал другой Деус экс.

Грейс до такой степени стиснула кулаки, что ногти впились в кожу.

«Значит, это была бессмысленная трата времени?»

Осирис вытянула руку, словно приказывая синей пирамиде.

— Ну что ж, теперь ты тоже станешь одним из жителей некрополя.

Око на грани синей пирамиды слегка приоткрылось. Несколько полос света вырвалось из зазора, а затем оттуда показалась сияющая сфера. Это, несомненно, был глаз. В сверкающем белом шаре плавал золотой зрачок.

«Плохо!»

Инстинктивно почувствовав опасность, Грейс отвернулась. В следующий миг девушка оттолкнулась от пола и понеслась к открытому окну. А затем, не останавливаясь, прыгнула в него.

— Ах!

Юрисиа не успела отреагировать на такой неожиданный манёвр. Грейс расправила крылья и взмыла в небо.

— Не уйдёшь!

Юрисиа перевела Дифференциальный каркас в режим маневрирования. Но когда из него выбросилось огромное количество частиц, то раздался холодный голос:

— Подожди, Юрисиа.

Осирис подняла ладонь и остановила девушку.

— Но…

Юрисиа с досадой посмотрела в окно. Там распростёрлось синее небо, и фигуры Грейс уже было не видать.

— Мне всё равно. Так или иначе, ей не сбежать из этого мира.

— …Приношу свои искренние извинения.

Возможно, считая побег Грейс собственной ошибкой, Юрисиа расстроенно опустила взор.

Осирис спустилась по лестнице и, подойдя к девушке, погладила её по щеке.

— Ах… Осирис… сама…

— Если ты беспокоишься, я должна помочь твоей душе, верно? Мне больно совершать такое, но… наказать тебя будет правильно, да?

Щёки Юрисии тут же покраснели. И она, опустив голову, прошептала тонким голосом:

— Пожалуйста, сделайте это.

Девушка отменила Крос и осталась только в украшениях и набедренной повязке. Осирис ущипнула вершину её груди.

— Мха-а-а-а♡!

— Больно? Но это наказание, так что… терпи.

Покрасневшая до кончиков ушей и опустившая голову блондинка прошептала:

— Д… да, прошу прощения…

— Ну что ж, дальше будет ещё более мучительное наказание, ты в курсе?

Осирис легко подняла руку. От этого сигнала пирамида подлетела прямо к Юрисии и завалилась набок.

— А теперь оседлай её.

Ребро между основанием и гранью. Деус экс приказала забраться на него.

Услышав команду, Юрисиа растерялась.

«Эта пирамида должна быть важной для Осирис-самы. Действительно ли подобное нормально?» — девушка послала своей хозяйке взгляд, содержащий этот вопрос, на что та ответила молчаливым кивком.

Юрисиа упёрлась руками в ребро, созданное сходящимися под острым углом гранями. Девушка подумала, что нечто подобное вульгарно, но всё же широко раздвинула ноги и оседлала её. А затем робко опустилась на парящий объект.

— Хи-и… у-у-у!..

Из-за собственного веса важнейшая часть девушки оказалась прижата к ребру. Казалось, будто она забралась на треугольного деревянного коня.

— Кх… а♡… а-а-а!

Боль, а затем и сладостное наслаждение, хлынувшие от промежности, господствовали внутри Юрисии.

Обращение, которое должно быть болезненным, заставило её щёки покраснеть, а тело — извиваться. Смотря на такую Юрисию, Осирис очаровательно улыбнулась.

— Ах… ты так мучаешься. Как печально, но… мне тоже больно, знаешь?

— Ха-а-у-у… п-простите меня-я-я-я! А… а… ха-а-а!

Осирис прикоснулась к тонкой ткани, которая прикрывала пояс Юрисии, и нежно сорвала её.

— Ах, не-ет! М-мне стыдно… — жалобно произнесла полностью покрасневшая девушка. Светлые волосы прилипли к вспотевшему лицу, и она молила о прощении со слезами на глазах.

— Нельзя. Это тоже ради искупления твоего греха. Моя драгоценная дочь, Исида…

— Э?

Юрисиа не поняла, о чём говорила Осирис.

— Эм, Осирис-сама… ха-а-у-у!

Одновременно с резким звуком боль пробежала по её спине.

Деус экс сжимала в руке предмет, походивший на сделанную из кожи метёлку для пыли.

— Если выдержишь эту плеть… я прощу твои грехи.

Раздался хлопающий звук, и красная отметина появилась на белой попе девушки.

— А-а-а-а-а!

Осирис обошла Юрисию и опустила плеть на её огромную грудь.

— !.. Ха-а-а-а♡…

Среди крика извивающейся девушки слышался игривый голос.

«Ах… х-хотя и больно, но… так… приятно♡…»

Пытаясь избежать поднимавшегося от интимной области удовольствия, Юрисиа крепко сдавила пирамиду бёдрами. Однако они не смогли поддержать вес блондинки и даровали ещё большую стимуляцию чувствительному месту. А затем из тайной долины начали вытекать капельки, являвшиеся доказательством её наслаждения.

Осирис ласково прикоснулась к щеке девушки.

— Твоя внешность точь-в-точь как у моей дочери Исиды. Моим мужем был король другой страны… золотистые волосы и белая кожа делали его уникальным… самый великий фараон. И моя дочь тоже унаследовала его кровь.

— Я?..

— Моя драгоценная дочь… Исида.

«Исида».

Это имя высеклось в разуме Юрисии.

Осирис печально опустила взгляд.

— Ты оставила меня здесь… и в одиночку направилась в мир мёртвых… плохой ребёнок.

Пригладив выбившиеся чёрные локоны, Деус экс уставилась на девушку влажными глазами. Слёзы собрались в них, и золотистые радужки задрожали.

— До сих пор я тренировала тебя как рабыню. Это наказание за то, что ты нарушила обещание и умерла в одиночку.

«Я… умерла в одиночку… предала мать».

Её сознание затуманилось, и она стала плохо понимать, кем являлась.

«Я… Юрисиа Фарандол. А ещё… дочь матери, Исида. Верно… и та, и другая. Я… не только одна из них».

— До сих пор я подвергала тебе мучительным испытаниям, но ты хорошо выдерживала их. Казалось, даже с радостью принимала боль. Твоё отношение, с которым ты по собственной воле проходила искупление, действительно великолепно. Ты смыла свои грехи. Отныне живи как моя дочь и пусти в своё сердце Исиду.

С затуманенным сознанием Юрисиа смотрела на огромный золотой глаз, паривший перед ней.

Он не принадлежал Осирис.

Око возникло на синей пирамиде.

Но в нынешнем состоянии девушка не смогла осознать даже этого.

Отправленная из золотого глаза информация отпечаталась в её разуме.

— Отныне… я буду жить… как мамина дочь…

Это оказалось таким счастьем, что тело Юрисии содрогнулось. Она не понимала, чему радовалась. Однако её сердце затрепетало, а слёзы сами по себе потекли из глаз.

— Верно. И когда твоё тело будет достаточно подготовлено, чтобы принять душу Исиды… ты станешь с ней одним целым. И в тот момент ты действительно превратишься в мою дочь.

— Я буду… дочерью Осирис-самы…

Глаза Юрисии очарованно увлажнились.

— Ах… я счастлива♡…

Этот восторг разжёг её наслаждение ещё сильнее.

— Фуа-а! А-а-а-а! Ма-а-а-ама! Быстрее… накажи… пожалуйста, накажи меня, чтобы я стала дочерью мамы!..

— Ах… ну что за нетерпеливая дочь. Тогда я прощу тебя следующим ударом. А теперь кончай, — счастливо прошептала Осирис и легонько опустила плеть на нижнюю часть Юрисии. Её кончик задел самую чувствительную точку, расположенную под животом.

«?!»

В тот же миг разум девушки полностью опустел.

— КО-О♡НЧА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-АЮ♡♡!

Конвульсивно содрогаясь, Юрисиа выгнулась назад.

— А-а… а… ах… а…

Её глаза закрылись, и тело бессильно наклонилось. Царица этого мира обняла почти упавшую девушку.

— Хи-хи… моя милая Исида. Мягкость живого существа, его теплота… я так давно позабыла об этом.

Осирис продолжила с любовью гладить мягкие и светлые волосы Юрисии.

Юрисиа видела сон.

Воспоминания о детстве.

— Ах, Юрисиа всегда такая милая.

— К тому же она действительно умница.

Счастливые часы, которые она проводила с родителями. Счастливые воспоминания.

Они всегда были заняты, но всё же находили время, чтобы погулять с ней.

— Смотрите, смотрите! Эти американские горки потрясающие! Я хочу прокатиться на них.

— Ха-ха-ха. Юрисиа ещё мала для них.

— Неправда. Я уже взрослая!

— Ну да. По сравнению с другими детьми ты кажешься более взрослой. Но, видишь ли, твоего роста недостаточно. Давай сходим на них, когда немного подрастёшь, ладно?

— А как насчёт вон того аттракциона с кроликами, Юрисиа?

— Э-э? Мне больше нравится тир напротив. Отец, ну пожалуйста!

Однако её мать всегда останавливала подобное.

— Это плохо, Юрисиа. Такая леди, как ты, не должна играть в настолько вульгарные игры.

«Верно.

С самого детства от меня требовали сладкий, милый и красивый образ.

Хотели, чтобы я стала леди, чтобы вела себя женственно.

Но вместо историй о девочках, ставших принцессами и нашедших счастье с прекрасными принцами, мне больше нравились комиксы про супергероев.

Получить огромную силу и побеждать плохих парней.

Это являлось моей детской мечтой.

И однажды мать ушла из дома.

Несколько дней я не видела её. Не вытерпев, я спросила отца об этом.

— Мы развелись.

Я не знала смысла этого слова, но поняла, что больше не увижу её. И ещё мне сказали, что мать создала другую семью.

Мама… оставила меня?

Я… больше не нужна ей?

Словно выбросив старую игрушку и купив новую, она захотела другую дочь?

С тех пор всё казалось каким-то пустым.

Чем бы я не занималась в школе, во всём была лучшей.

И в учебе, и в спорте.

Для меня стало естественным быть лучшей во всём. Однако без соперничества оказалось скучно.

Парни почти каждый день признавались мне. Но я отказывала всем. Как я могла заинтересоваться теми, кто не сумел превзойти меня хоть в чём-то?

А затем отец представил меня высшему обществу.

Но, в конечном итоге, даже оно оказалось просто более продвинутой версией школьного сообщества. Я разочаровалась в этих праздных беседах.

Что станет со мной дальше? И когда у меня возникли такие вопросы…

Я увидела это.

Сердце-гибридный привод.

Без преувеличений, это была судьба.

Моя детская мечта вернулась.

Лишь единицы могли обладать им.

Элита среди элиты. Только несколько человек со всей Америки.

Такого я и желала.

Завладеть чем-то подобным было естественно для меня.

Ведь до сих пор не существовало ничего, в чём я бы не смогла оказаться лучшей.

Я буду героем. Тем, кем так желала быть.

А затем я действительно стала…

Асом Америки…

Национальным героем…

Супергероем.

В таком случае, возможно, даже мама не оставила бы меня.

Настолько великолепной я стала.

Ради неё я буду сражаться, даже если весь мир окажется моим врагом.

Когда я подумала об этом, то посчитала себя человеком, который сможет совершать геройские поступки, и почувствовала себя действительно хорошо.

— Враги, которые угрожают матери… я убью их… всех до единого».

— Ну что ж, отпразднуем победу… кампай.

Улыбаясь, Наюта подняла бокал.

Кидзуна с остальными членами команд сердце-гибридных приводов и магические рыцари Ватлантиса собрались внутри первоклассного китайского ресторана на верхнем этаже роскошного отеля «Роял Атараксия».

Как и ожидалось от места приёма важных гостей, из его громадных окон открывался потрясающий вид на ночной пейзаж Атараксии. Однако плавучего острова Япония, который первоначально виднелся отсюда, сейчас нигде не оказалось. А если же перевести взгляд внутрь, то прекрасный интерьер, сочетавший в себе современный и китайский, чем-то напоминавший о мире Хокуто, дизайны, действительно радовал глаз. Но, несмотря на такую роскошь, это место было загадочно спокойным.

Однако собравшиеся здесь люди выглядели одинаково уныло.

— Ка… кампай… — раздались опоздавшие от задающей тон Наюты тихие тосты, вообще не соответствуя моменту.

Конечно, они победили Деус экса Хокуто и вернули часть конфигурационной информации мира. Это являлось огромным достижением.

На большом круглом столе перед ними выстроились высококлассные китайские блюда. Утка по-пекински и суп из акульих плавников. Суп из коричневого крабового мяса с гнёздами ласточек. Стейк из вяленого морского ушка. Японские лангусты, фуа-гра, морские ежи и прочее — щедро используя такие высококлассные ингредиенты, здесь расставили блюда, которые не встретишь в повседневной жизни.

Тут были и знакомые мапо тофу[6], шумай[12], цзяоцзы[11], сяо лун бао[14], китайское рагу, отбивная говядина с перцем, жареный рис и прочее, но даже они не походили на те, что подавали в школьной столовой. Вероятно, из-за мастерства поваров и местных ингредиентов, блюда не просто отличались, а находились на совершенно ином уровне.

Их аромат безжалостно стимулировал аппетит всех присутствующих. Однако…

«Сейчас не та ситуация, чтобы беззаботно праздновать, верно?»

«Прежде всего почему она начала произносить тост?»

«Кстати, а откуда берутся эти высококлассные ингредиенты?»

Такие вопросы роились в их головах.

— Ах, что такое? Хотя мы с таким трудом победили Деус экса и вернули половину Лемурии… а-а, ребята из Ватлантиса не могут ощутить радость вместе с нами, так как информация об их мире всё ещё не возвращена, верно?

— …Это не так.

Геркулас в школьной форме Атараксии и с салфеткой за воротником нахмурила брови.

Здесь стояло два больших круглых стола. За одним из них сидели слева направо: Сильвия, Кэй, Рэйри, Наюта, Кидзуна, Химэкава, а также Геркулас, Меркурия, Валдэ и Раглус.

За другим же столом были Скарлетт, Генриетта, Клементина, Шэрон и Лейла. К тому же Гертруда, которой разрешили выходить, участвовала в этом мероприятии, находясь в инвалидном кресле.

— Ах, тогда дело в блюдах? Разве для празднования победы над Хокуто китайская кухня не подходит больше всего?

Словно говоря, что не может больше терпеть этого, Рэйри ударила по столу.

— Довольно! Я-то думала, зачем же ты собрала всех? Так, значит, решила выставить нас дураками?!

— Я не выставляю вас дураками или что-то подобное. Просто хотела поблагодарить всех за работу. И ещё посчитала, что так вы сумеете восстановить силы для будущих сражений. Кроме того, для тех людей, которые всё ещё не могут вернуться на поле боя, я подготовила питательные блюда. Желая выразить всем признательность за упорный труд, я создала это место, но… вас что-то беспокоит?

— У-у…

Сказанное звучало невероятно честно. У них не было оснований жаловаться на благодарность.

Если бы только речь шла о нормальном человеке.

Однако их собеседником являлась Хида Наюта.

Они никоим образом не могли послушно согласиться с её словами.

Химэкава нахмурилась и пристально уставилась на еду.

— В неё же ничего не подсыпали, верно?..

«Такая тревога вполне естественна», — подумал Кидзуна.

— Не беспокойся. Эти блюда, несомненно, приготовлены на кухне ресторана. Здесь нет никаких странностей, начиная от ингредиентов с готовкой и заканчивая сервировкой.

Кэй застучала по портативной клавиатуре, и перед ней открылось окно. Вместе с набранным ей текстом изображения транспортировки продуктов и готовки на кухне, а затем и записи с камер наблюдения внутри ресторана последовательно отобразились в нём.

— Кстати, каждое утро продукты каким-то образом доставляются в магазины. Отследить, откуда их привезли, оказалось невозможно. Однако мы подтвердили безопасность ингредиентов.

— Как-то подозрительно…

Смотря на хмурившегося сына, Наюта поднесла веер к своим губам и засмеялась.

— Хи-хи-хи, испугался? Если продукты были на платформе с самого начала, их возможно воспроизвести. И напротив, ингредиенты, которых здесь не нашлось, когда собиралась информация об Атараксии, сейчас невозможно достать.

— …Например?

— Ну… что-то вроде лягушек или кузнечиков.

Кидзуна ответил с отвращением на лице:

— Это и не нужно. Но… ах…

Прежде чем он заметил, Скарлетт с подругами уже приступили к еде.

— Хе-е, эти акульи плавники невероятно вкусны, да? Их текстура необычна. Не так ли, Генриетта?

— Верно. Сочетание акульих плавников с ветчиной тоже восхитительно.

Клементина пробовала каждый вид сяо лун бао.

— Объедение! Есть с морскими ежами, креветками и прочим! Спринг-роллы тоже, они наполнены всякими вкусностями!

Шэрон механически запихивала ложки с супом из коричневого крабового мяса с гнёздами ласточек в рот.

— Говорят, гнёзда ласточек полезны для кожи… хи-хи… хи-хи-хи-хи, съем сколько влезет.

Рассматривая меню ресторана на смартфоне, Лейла с затруднением на лице протянула руку к тарелкам.

— Как бы мне съесть дорогие блюда с наивысшей эффективностью… всё-таки это морское ушко за тридцать тысяч йен! Нет, один акулий плавник высшего сорта стоит сорок тысяч! Гх! Что с рыночной ценой?! Да-а, позвоню им напрямую!

Поедая жареные овощи с перчёным говяжьим филе, рёбрышками и ветчиной по-китайски, Скарлетт заметила, что Гертруда вообще не шевелилась.

— Эй, ты не ешь? Это вкусно. Ты многое потеряешь, если не отведаешь эти блюда.

Уставившаяся с горечью в глазах на стол девушка огрызнулась:

— Замолкни! Я же говорила, что мне назначили диету, так как я всё ещё лечусь! Да зачем вы притащили меня сюда?!

— Ах, вот оно что. Прости. Ну, я подумала, что будет жалко, если только ты останешься одна.

— Да как ты можешь говорить такое, набивая щёки едой?! Напротив, я вообще не вижу никакой жалости ко мне! — кричала Гертруда с мокрыми глазами. Немного сочувствуя, Шэрон наклонила голову.

— Но… по крайней мере, если сможешь почувствовать атмосферу этого места… то тебе станет повеселее?

— Да это не что иное, как пытка!

Стуча по калькулятору, Лейла странно улыбалась.

— Это поле боя! Прости, но беспокоиться о других людях нет времени! Мы не ходим никуда, кроме фаст-фудов, школьной столовой и круглосуточных магазинов. Шанс отведать такие известные блюда крайне редок!

— Есть настолько дорогие блюда — это просто деградация! Подражать богачам… да у тебя вообще нет гордости простого обывателя!

Но Гертруда, что бы она не говорила, не смогла поколебать волю Лейлы.

— Девиз простолюдинов: ешь халявную еду без пощады! Ты не сможешь отведать такие высококлассные блюда, кроме как за чужой счёт! Сколько же денег мне удастся съесть… хи-хи-хи…

Блюда на столе Мастерс исчезали в мгновение ока. Кидзуна мог лишь криво улыбнуться.

— Даже если еда отравлена, уже слишком поздно… давайте тоже приступим.

Кидзуна протянул руку к мапо тофу прямо перед ним.

— ?! Погоди, Кидзуна. Сначала я проверю, не отравлено ли оно, — едва сказав это, Рэйри повернула приподнятую часть в середине круглого стола. Тофу, окрашенное в красный маслом чили и в чёрный — фаршем, оказалось перед девушкой. В тот же миг аромат чилийского, чёрного и японского перцев заполнил её носовую полость.

— Хи-хи-хи, возможно, такая бдительность окажется полезной в бою. Держи, Рэйри.

Наюта переложила рис из чана в мисочку и предложила её дочери. Рэйри же уставилась на эту чашу с таким выражением лица, словно увидела выползшего из бездны монстра.

— …Что ты делаешь?

Наюта удивлённо наклонила голову, смотря на покрывшуюся холодным потом девушку.

— Чудной ребёнок. Я просто положила тебе риса, видишь? Навевает воспоминания?

— …Нет. Не говоря уже о накладывании риса, я не помню, чтобы ты хоть раз готовила.

— Вот, значит, как?

Со слегка изумлённым выражением лица профессор поставила чашу перед Рэйри. А затем взяла следующую и наполнила её рисом.

Обливаясь холодным потом, главнокомандующий мрачно уставилась на чашу перед ней.

Рядом с сидевшей около Кидзуны Химэкавой Геркулас, держа палочки для еды, обеспокоенно поджала губы.

— Эм, Химэкава-сан. Этот сяо лун пао, как его правильно есть?

— Геркулас-сан, ты впервые пробуешь его? Ну, сначала возьми его ложкой, пробей тесто и выпусти мясной сок, а затем добавь имбирь и соус…

— Эй, Геркулас. Почему ты спросила Химэкаву? Могла бы спросить первой меня, — с недовольным видом пробормотала Меркурия. Однако девушка беззаботно ответила:

— Меркурия, ты всё равно не знаешь этого.

— А?! Я не об этом. Обратилась бы сначала ко мне, а не к Химэкаве.

— В отличие от тебя, Химэкава обладает здравомыслием, умом и нравственностью — действительно серьёзный человек. По сравнению с ужасно себя ведущей Меркурией, она намного надёжнее.

Слушая разговор парочки, Химэкава смогла лишь сухо усмехнуться. Её ищущий спасения взгляд внезапно встретился с глазами Кидзуны.

— Хаюру популярна.

— Тебе ли говорить такое?..

Она посмотрела на парня влажными глазами.

— Команди-ир, всё ли будет в порядке, если я поверну стол, дэсу?

Сидевшая на противоположной стороне Сильвия помахала рукой. Кидзуна кивнул и стал крутить стол. Во время вращения девушка перехватила контроль и пододвинула к себе пекинскую утку.

— Э-это… пекинская утка?

Сидевшая рядом Раглус с сомнением в глазах посмотрела на тонко нарезанное мясо птицы в коже.

— Ну… тут же почти одна кожа…

— Это такое блюдо, дэсу. Его едят, заворачивая вместе с зелёным луком и огурцами. Очень вкусно, дэсу!

Как и Гертруда, находившаяся рядом с Раглус Валдэ тоже не притрагивалась к еде, но по другой причине. Она пристально смотрела на Рэйри перед собой.

«Если хоть на миг отведу взгляд, то, возможно, Рэйри будет тут же атакована», — думая так, девушка не сводила глаз с главнокомандующего.

Не притрагиваясь к чаше с рисом и поедая шумай, Рэйри пробормотала, ни к кому конкретно не обращаясь:

— В самом же деле… хотя Ордиум и Золотой дракон пропали без вести. Такая беззаботность…

Наюта внезапно посмотрела на дочь, словно что-то заметила.

— Если речь об их местоположении, то оно мне известно.

— …Что?

— Я осуществила реконструкцию Ордиума с Золотым драконом и отдала им часть своего тела. Поэтому мне известно, в каком мире они находятся.

— По… почему ты не сказала этого раньше?!

Рэйри ударила по столу и резко поднялась.

Кроме линкора Атараксия, в поисках Деус эксов отбыло ещё два корабля: Ордиум, на который поднялись члены Империи Ватлантис, и Золотой дракон с объединённым силами Изгарда и Балдина на борту. Наюта знала об их местоположении. Этот факт шокировал и Кидзуну.

— Действительно! В таком случае мы должны сейчас же отправиться к ним!

Однако профессор, ковыряя ложкой миндальное тофу[13], спокойно ответила:

— Подождите. Если торопиться, ничего хорошего не выйдет.

Геркулас тоже осуждающе произнесла:

— Но… пока мы делаем нечто подобное… Грейс-сан и президент… нет, Грейс-сама и Зэлсионэ-сама, а также… Гравэл-сан…

Не скрывая раздражения, все ждали ответа Наюты.

— Мне понятно ваше нетерпение. Однако линкор Атараксия получил сильные повреждения из-за экстренной посадки в мире Хокуто и побега при его разрушении. Для ремонта потребуется ещё немного времени. До тех пор, пожалуйста, потратьте время на отдых.

Хотя ему и сказали это, Кидзуна не мог успокоиться. Два других корабля — так же, как и Атараксия, — оказались поглощены пространственно-временным цунами и наверняка были выброшены в какой-то незнакомый мир. Парень даже не представлял, в каком положении они сейчас оказались. Возможно, девчонки попали в ужасающе опасный мир или оказались на грани немыслимого кризиса.

По случайности прибыв в мир Деус экса Хокуто, они сами едва смогли одержать победу. Это стало возможным из-за того, что он с Хаюру успешно завершили переустановку своих ядер, и из-за того, что Наюта тоже была с ними. Однако на двух других кораблях…

— Всё будет в порядке.

Профессор слегка улыбнулась.

— Даже на тех двух кораблях есть магические рыцари, которые завершили переустановку ядра, не так ли?

— ?!

Химэкава не упустила этот момент.

Она не знала, что переустановку ядра сделали кому-то ещё. Вместе с лёгким шоком девушка ощутила печаль из-за того, что не являлась единственной. И её сильно заинтересовало, кем являлись эти девушки.

Кидзуна вообще не знал о творящемся в сердце Химэкавы. Беспокоясь за экипаж Ордиума и Золотого дракона, парень опустил взгляд на стол.

Сидевшая по соседству Наюта так взглянула на сына, словно внезапно вспомнила о чём-то.

— …Кстати, Кидзуна.

«У неё есть ещё какая-то информация?!»

Парень резко повернулся к матери. Слабая улыбка Наюты встретила его отчаянное выражение лица.

— Не хочешь добавки?

Ускользнув от Юрисии с Осирис и без проблем сбежав из некрополя, Грейс летела на низкой высоте. Она мчалась достаточно быстро, но, сколько бы не прошла, горизонт пустыни не приближался.

В конце концов, девушка увидела вдалеке колыхавшийся, словно мираж, объект. Огромная структура, наполовину похороненная в песке. На расстоянии она напоминала небольшую гору, но, подойдя поближе, становилось понятно, что её сделали люди.

Накренившийся дворец, внезапно возникший в пустыне.

Флагман Империи Ватлантис, Ордиум, совершил там экстренную посадку. Носовая часть зарылась в песок, отчего линкор наклонился вперёд и влево.

Смотря на это, Грейс пожаловалась самой себе:

— Ну и ну. Такой вид Ордиума действительно жалок.

Расплывчатая фигура флагмана постепенно становилась всё более чёткой. Если смотреть издалека, он напоминал замок и раскинувшийся вокруг него город. Но даже вблизи было трудно понять, что это линкор. Когда же кто-то осознавал, что перед ним корабль, то изумлялся его поразительным размерам.

Огромный корпус, превосходивший две тысячи метров в длину. Возвышавшийся на его палубе замок достигал сотни метров в высоту. Грейс снизилась и направилась к верхнему этажу этого дворца. Влетев на открытый балкон, девушка мягко опустилась на пол.

Хмуро смотревшие на панель управления Клэйда и Элма из Квартума изумлённо воскликнули, увидев неожиданно вошедшую через окно Грейс.

— Грейс-сама?!

Клэйда, чей правый глаз прикрывала повязка, так широко распахнула левый, словно выражала удивление за оба сразу. Девушки торопливо поднялись и невольно пошатнулись, вероятно, забыв о том, что пол был наклонён.

— Вы обе, в чём дело? Так растеряться…

Смотря на беззаботную императрицу, Элма на мгновение потеряла дар речи.

— Э… этот вопрос не следует задавать! Так как мы не могли найти Грейс-саму, то действительно волновались! Куда Ваше Императорское Величество пропали?

— Эм. В город этих ребят… я узнавала ситуацию в некрополе.

Клэйда с усталым видом опустила плечи, глядя на спокойно кивнувшую Грейс.

— Что за безрассудство… всё, как и сказала Зэл-сама.

— Зэл? Кстати, я не вижу её. Лунорла и Рамза тоже не здесь?

Две пряди белых волос на голове Элмы торчали влево и вправо, напоминая звериные ушки. Дёргая ими, она произнесла упрекающим тоном:

— Они втроём отправились на поиски Грейс-самы!

Грейс отвернулась, посчитав, что рассерженная Элма удручает.

— Было бы здорово, если бы они послушно ждали… блин, как же неудачно.

«Это из-за того, что вы ушли по собственной воле!» — пробормотали про себя Клэйда и Элма. Однако императрица, не беспокоясь об этом, гордо выпятила грудь.

— Я узнала, что Нээ-самы в этом мире нет. Тут больше нечего делать.

— Что вы сказали?!

— Грейс-сама выяснила местонахождение Айнэс-самы?! — возбуждённо спросила Клэйда.

— По всей видимости, Нээ-сама у другого Деус экса. Однако конкретное место мне не известно.

— У другого Деус экса?.. Но как Грейс-сама узнала об этом?

— Я встретилась с правящей этим миром Деус эксом, Осирис. Она и сказала мне, что Нээ-самы здесь нет и, вероятно, её заполучил другой Деус экс. Не думаю, что она лгала.

Небрежный ответ Грейс шокировал парочку.

— В том месте я встретила Юрисию из Аматэрасу. По возможности мне бы хотелось спасти её, но… от этой девки, назвавшей себя Осирис, я ощутила какой-то непонятный ужас. Нельзя просто так приближаться к ней.

— Это… кто-то обладает такой силой, что даже Грейс-сама…

Элма покачала головой, словно не веря в сказанное.

— С нашей нынешней силой прямое столкновение с ней будет опасно. Как только Зэл, Рамза и Лунорла вернутся, мы сбежим из этого мира. А затем будем искать других Деус эксов! — бодро заявила Грейс, однако Клэйда виновато пожала плечами.

— По правде… мы не можем сбежать из этого мира.

— А? Что ты имеешь в виду?

— Мы уже некоторое время пытаемся поднять Ордиум, но из-за какой-то странной силы корабль не взлетает…

Клэйда прикоснулась к панели управления, отображавшейся на поверхности стола в викторианском стиле. И в следующий миг перед троицей открылось большое окно.

В нём изображался погружённый в песок Ордиум.

— Таково нынешнее положение Ордиума, но… взгляните вот сюда.

Красная линия тянулась от дна флагмана в песок.

— Что это?

— Этот красный свет представляет собой загадочную силу, воздействующую на линкор. Она возникла под нами и сейчас пытается затянуть Ордиум в песок.

Девушка с розовыми волосами нахмурилась.

— Да что же это за сила?

— Мы не знаем. Но нам удалось найти её источник.

Словно отодвинув камеру, картинка быстро уменьшилась. И затем источник красного света показался вдалеке.

— Вероятно, это некрополь, в который недавно ходила Грейс-сама.

Изображение вновь увеличилось, и стало возможным увидеть, что красный свет бежал от некой точки в некрополе.

— Ясно… это место рядом с храмом Осирис.

Уставившись на карту, Элма нахмурилась.

— Значит, это тоже дело рук Деус экса… да?

Взмахнув блестящими розовыми волосами, Грейс повернулась на месте.

— Не знаю. Но мне остаётся лишь вернуться в некрополь, — девушка расправила крылья за спиной. — А затем уничтожить источник этой силы. Клэйда, Элма. Следуйте за мной.

Уже собираясь взлететь с балкона, императрица внезапно остановилась.

— Или скажете, что это безрассудно, и остановите меня?

Парочка рефлекторно обменялась взглядами и бесстрашно улыбнулась.

— Хи-хи, если Грейс-сама с самого начала берёт нас с собой, жалоб не будет.

— Это честь сопровождать вас.

— Хм. Как и ожидалось от Квартума.

Крылья Короса засияли, и Грейс взлетела с балкона, словно выпущенная пуля. И экипировавшие магические доспехи Клэйда с Элмой последовали за ней.

Три летевших над пустыней огня направились к некрополю, в котором их ожидала Осирис.

Это царство медленно приближалось к смерти.

Однажды они заполучили материю, которая стала энергией, приведшей этот мир в движение.

— Люди! Смотрите на сияние этого солнца. Именно оно бесконечная мощь, которую Мы[10] призвали из иного мира! Это сияние осветит всю нашу родину и дарует ей вечное процветание.

Люди возрадовались громко провозглашённым словам фараона. А затем он поднял сияющую сферу в воздух.

Снизошедшее на землю светило. Руда, призванная из другого мира силой фараона. Она имела круглую форму, выглядя как само солнце. Излучая жар, эта материя продолжала гореть. Вскоре же она стала выгоревшим и утратившим свет камнем. Но через небольшое время снова восстановила своё сияние. Безграничная мощь, повторявшая цикл смерти и воскрешения. Она должна была стать энергией мечты для мира Осирис.

Однако мечта превратилась в кошмар.

Излучаемые этой мощью волны медленно изгладывали тела живых существ. Причина была не ясна. Но в какой-то момент дети перестали рождаться, а растения — всходить. Пышные леса и поля превратились в пустыни.

Но больше всего эта материя повлияла на фараона, который призвал её. Его выносливость снизилась, он даже не мог подняться с кровати, а метод лечения всё не находился. Предчувствуя смерть, фараон вызвал Осирис и Исиду к себе.

— Вскоре Мы покинем этот мир. Возможно… это кара за то, что Мы призвали солнце иного мира, протянули руки к тому, к чему люди не должны прикасаться… Оставляя вас и направляясь в мир мёртвых, Мы беспокоимся, но…

— Любимый… мой великий фараон.

Осирис зарыдала из-за стоявшего на пороге смерти мужа.

— Отец… мать…

Юная принцесса не понимала, что случилось. Однако из-за печали родителей ей тоже стало грустно.

— Осирис, Исида… выживите. И… если это будет в ваших силах…Мы хотим, чтобы вы спасли… этот мир… и его людей…

— Да, непременно… непременно! Только не умирай!

Ради спасения умирающего владыки люди начали возводить строение из огромных камней. Гигантская пирамида ради фараона, царицы и принцессы. Это было попыткой оставить доказательство их существования, а также действом в поисках способа выжить.

Камень в этом мире сам по себе являлся интегральной схемой. Если вырезать на нём программу, он будет выполнять действия в соответствии с инструкциями. Сложив множество камней друг на друга и организовав гигантский обрабатывающий массив, люди сконструировали особую магическую систему.

Она предназначалась для циклического погружения фараона в состояние клинической смерти и оживления спустя определённый промежуток времени.

Однако их желания канули в Лету, ведь свет жизни фараона погас.

Они не успели возвести пирамиду вовремя. Тем не менее люди кое-как смогли преобразовать душу правителя в данные и сохранить их в кукле. Получившееся создание вообще не напоминало фараона при жизни, больше походя на механическую мумию. Эту куклу назвали нежитью.

Когда фараон умер, его жена Осирис взошла на трон. Погрузившуюся в скорбь царицу, её единственную дочь и народ их страны ждала ещё более суровая судьба.

Следующими жертвами материи иного мира стали слабые здоровьем старики и дети. Объединив усилия, учёные пытались узнать причины случившегося и меры противодействия, однако так и не смогли найти эффективный метод.

Они позволили фараону умереть, но по крайней мере должны были защитить царицу и принцессу. Благодаря силам всей страны пирамида оказалась завершена с изумительной скоростью.

Эта конструкция даровала царской семье срок жизни, превосходящий человеческий.

Однако она лишь оттягивала момент смерти. Пирамида являлась гигантской магической системой, предназначенной для того, чтобы выиграть время. Учёные отчаянно продолжали свои исследования, пытаясь достигнуть настоящего воскрешения, настоящего бессмертия.

И так миновало несколько столетий.

Каждый раз, когда царица с принцессой погружались в длительный сон, а затем просыпались, они видели, что падение популяции и опустошение мира прогрессировали.

Переместив свои души в бессмертные машины, люди кое-как избежали смерти. Отныне они ждали возможности воскрешения, которая когда-нибудь возникла бы.

Когда Осирис заснула уже в который раз и вновь проснулась, вокруг никого не оказалось. Даже дочь, которая должна была спать рядом, пропала.

— Кто-нибудь… есть здесь хоть кто-нибудь?

Осирис искала Исиду, которая поддерживала её сердце.

— Исида?!

Но то, что она нашла, являлось полностью изменённой фигурой дочери.

Царица отыскала оставленную учёными запись. В ней говорилось, что терзавшаяся от отчаяния Исида покончила с собой, приняв гибель нации. Однако слуги запечатали её душу в бессмертную машину. В ту, которая сейчас находилась прямо перед Осирис.

— Почему… Исида?

Изнурённая дочь не смогла заснуть и вот так закончила свою жизнь.

Скорбь охватила царицу. Следом за мужем ушла и её драгоценная дочь.

С тех пор как она засыпала в последний раз, прошло десять тысяч лет.

Здесь остались лишь пирамида и дворец, сделанные из редких камней, да некрополь вокруг них. Всё остальное стало песком, а мир превратился в место, где больше не было живых людей.

Выжили только машины, без устали продолжавшие самовосстановление и самосовершенствование. Никто больше не мог подтвердить результаты или порадоваться им. В мире, где лишь они продолжали работать и настойчиво перестраивать тело царицы, лишь одно создание могло оценить плоды их труда.

За эти десять тысяч лет царица тоже переродилась в иное существо.

Слияние человека и машины. Нет, это стало телом, неотличимым от живого организма, благодаря эволюции машины. И технология, которая развилась до предела, была достойной называться божественным чудом.

Осирис стала механическим богом, созданным эволюцией самих машин. Новым богом.

Однако всё это оказалось бессмысленным.

Даже с божественной силой она не могла восстановить плоть мужа и дочери. Да и сделать для них такие же тела, как и у неё, тоже было невозможно. Для создания нового тела Осирис использовали ненавистное солнце, призванное из другого мира.

С помощью его энергии царица пробудила сверхъестественные силы.

В стране мертвых одинокая Осирис глядела в небо.

— Я хочу умереть…

Став богом, она не могла ни оборвать собственную жизнь, ни спасти своих людей. Осирис осталась наедине с отчаянием в пустынном дворце.

Однако тогда ослепительный свет расколол небо.

— …Это?

«Коллизия с иным миром.

Если я правильно помню, этот феномен произошёл, когда фараон заполучил солнце иного мира».

А затем ещё один бог снизошёл из небесного разлома.

Эта фигура выглядела намного более священно, чем сама Осирис. Контрастируя с коричневой кожей и чёрными волосами царицы, у неё были белоснежная кожа и золотистые локоны. Ещё один Деус экс, облачённый в походивший на храм доспех с огромными крыльями.

Глядя на пришествие бога, Осирис спросила:

— Ты… бог?

Опустив золотые ресницы, меланхоличная богиня ответила:

— Меня зовут Танатос. А тебя?

— Осирис… Осирис из некрополя.

С печальным и апатичным выражением лица Танатос приземлилась рядом с царицей.

— Ты живое существо? Или машина?

— Я человек… нет, я была человеком. Но ради моего выживания люди превратили меня в машину…

Гостья уставилась на неё полуприкрытыми глазами.

— Ясно… кажется, ты существо, близкое ко мне.

Осирис обратилась к снизошедшему перед ней богу:

— Богиня, этот мир и его людей… мою дочь… пожалуйста, спаси их!

— Как я могу спасти их?

— Ну… обратить время вспять или сделать так, чтобы мир не разрушился; наверняка что-то подобное возможно!

— Это бессмысленно.

— Почему?!

— Существует бесчисленное множество миров. Даже таких, которым уготована судьба, о которой ты говорила. В таком случае разве не стоит направиться туда?

— Нет! Если я… если моя дочь… мой мир не изменится, то всё потеряет смысл!

— Нечто подобное… даже я не в силах осуществить.

— Почему?! Ты же бог, верно?! И всё же не можешь сделать это?!

— А что тут странного? Мы с тобой похожи. Если ты не способна на это, то и я тоже.

«Я… бог? Именно я, над которой издевается несправедливая судьба? Хотя ни одной вещи не происходит по моей воли?»

Осирис взглянула на собственное тело. Слияние живого организма и машины. Нестареющее и дарующее вечную жизнь. Действительно, оно являлось тем, чего все так желали. Царица осознала потенциал собственного тела. Боевая мощь, способная разметать любых врагов. Живучесть, справляющаяся с какими угодно изменениями окружающей среды. Идеальное существо.

Однако уже было поздно. Обладая вечной жизнью в одиночку, что она могла сделать?

Притворяясь, что не замечает мук Осирис, Танатос пробормотала:

— Я хочу знать, кто я.

А затем уставилась вдаль грустными глазами.

— Когда я осознала собственное существование, то уже была такой. Что же происходило раньше, как я родилась? Кто создал меня?

Танатос обладала всеми знаниями и являлась всемогущим существом; невинным и невежественно чистым. Богиня, в которой проявлялось такое противоречие.

«Смогу ли я использовать этого невинного бога?»

Схемы обработки информации Осирис, которые создавались на протяжении десятков тысяч лет, искали ответ. И в конце концов, они пришли к определённому выводу.

— …Танатос. Ты сказала, что хочешь узнать, кем являешься, верно?

— Да. В чём смысл моего существования? Что привело к моему рождению? Чего стоят мои свершения? И…

Выражении лица Танатос помрачнело.

— Как мне умереть?

Клетки механического мозга Осирис вычислили путь к спасению этого мира и её мужа с дочерью.

— В таком случае у меня есть неплохой способ.

Танатос взглянула на неё несчастными глазами.

— Проведём эксперимент. С помощью нашей силы мы вновь создадим нечто похожее на миры, в которых жили. Сделав это, Танатос узнает о своём рождении. А ещё… — Осирис понизила голос. — Ты сможешь понять, как уничтожить себя.

— Ясно.

— Сможешь сделать такое, Танатос?

— Я не могу создавать самих живых существ, но в моих силах организовать окружающую среду, в которой они будут рождаться. Нам просто требуется подготовить коробку нового мира.

— Коробку… мира?

— Однако если работать вдвоём, то это займёт слишком много времени. Лучше найти партнёров, которые помогут с этим. Пойдём, Осирис.

— Э?..

— Ты тоже участвуешь.

Она протянула царице крупную механическую конечность, неподходящую стройному телу.

— А… ага…

Осирис взяла её руку и вошла в Проход.

И тогда парочку связало странное сотрудничество. Вскоре к ним присоединились Хокуто с Один, и они смогли создать новый мир, походивший на их собственные.

Однако для развития жизни требовалось время.

Ожидая этого, Осирис вернулась к себе и следила за тем, чтобы вместилища душ не разрушились. В особенности она уделяла пристальное внимание пирамиде, в которой покоилась нежить, хранившая души мужа и дочери.

Когда царица смотрела на монумент из окна дворца, её переполняли ожидания.

Она намеренно оставила в том мире инструмент созидания, Генезис, который должна была забрать с собой. Когда там зародится жизнь и эволюционирует примерно до того же уровня, что и в мире Осирис, столп сообщит ей об этом.

«Тогда-то и настанет время жатвы. В новом мире, безусловно, должны родиться существа, выглядящие как мы. Запечатанные в нежити души, получив новые тела, смогут возродиться.

Я заставлю Танатос подумать, что эксперимент провалился. И тогда она утратит интерес к созданному ради него миру», — так думала царица.

Она планировала уничтожить мир и забрать всё себе.

— В самом деле… никогда бы не подумала, что Танатос с остальными будут так цепляться за эти данные.

По воле случая она собрала образец девушки по имени Юрисиа, которая выглядела точь-в-точь так, как Исида. В результате исследования Осирис подтвердила, что эту девушку без проблем можно использовать в качестве сосуда для души дочери.

— Однако я обладаю лишь четвертью данных…

Этого было недостаточно.

Более того, проблема заключалась в том, что по какой-то причине среди них не оказалось ни одного мужчины.

Для восстановления нации и озеленения всего мира требовалось намного больше данных.

Осирис собирала всю оставшуюся информацию.

Она захватила их с помощью пространственно-временного цунами. Вероятно, некая часть попала в руки Хокуто и Один, но это не беспокоило её. Осирис собиралась отнять эти данные.

«Однако Хокуто оказалась побеждена экспериментальными существами. Если я буду неосторожна, всё может плохо кончиться».

Девушка оглядела некрополь из окна. Гигантская пирамида сияла под лучами заходящего солнца, окрасившего небо.

Хотя этот пейзаж не изменился за сотни тысяч лет, жители мира Осирис изменились слишком сильно.

С печалью в глазах богиня продолжала смотреть на закат.

— Грейс-сама… это и есть… некрополь?

Посреди пустыни стоял город, освещаемый вечерним солнцем. Смотря на уютные зелёные улицы, Клэйда облегчённо вздохнула.

— Честно говоря, он больше похож не на жуткие развалины, а на курорт.

Однако Грейс нахмурилась и покачала головой.

— Это лишь видимость. Что ни говори, но струящаяся по городу сила неестественна. Она будто накрывает всё и отвлекает внимание от того, что первоначально находилось здесь…

Девушка подошла к растущему за пределами города дереву и прикоснулась к нему.

— Хм… это…

Приподняв бровь, Грейс вытащила перо Короса. Она превратила его в меч и горизонтально рубанула им по стволу. А в следующий миг толстое дерево оказалось разрезано пополам.

— Ах! — рефлекторно воскликнули Клэйда с Элмой.

Разрубленный ствол не рухнул, а превратился в светло-жёлтый песок. И затем, подняв облако пыли, он осыпался на землю, сформировав небольшую горку.

— Грейс-сама… что это?

— Не знаю, но, вероятно, они созданы Деус эксом.

Элма оглядела город.

— Значит, весь город тоже… создан Деус эксом… это Грейс-сама имеет в виду?

— Нет, думаю, что каменный город настоящий. Лишь живые организмы вроде растений — фальшивка.

Пройдя между деревьями, Грейс вошла в город. Нервозность вновь появилась на лицах последовавшей за девушкой парочки.

Прячась в тени здания, Клэйда осмотрелась.

— Это… люди?

Покачиваясь, бессмертные машины бродили по улицам, словно призраки. В оранжевых лучах нежить отбрасывала длинные тени на дороги и стены домов.

Ночь надвигалась на некрополь. Солнце опустилось настолько, что почти коснулось пустынного горизонта.

— Жуткое место… Сам город прекрасен, но как бы сказать… Эти механические люди… они напоминают покойников.

Клэйда задрожала, словно ей стало холодно.

— Они в самом деле мертвы. Однако эти ребята бессильны. Они даже не атакуют. Просто не обращай на них внимания.

Грейс без всякой осторожности вышла из тени здания на улицу. Продолжая настороженно осматриваться, Клэйда с Элмой последовали за ней.

— Так где источник силы, которая затягивает Ордиум?

Клэйда открыла плавающее окно и проверила местоположение.

— Оно впереди… похоже, это та огромная пирамида.

Гигантский монумент располагался с другой стороны города. Сложенная из каменных блоков пирамида, достигавшая в высоту трёхсот метров.

Грейс с остальными не имела ни малейшего понятия, зачем её возвели.

— Тогда давайте глянем на неё, — сказав так, императрица побежала.

— Ах, пожалуйста, подождите. Грейс-сама!

Высоко над их головами парила птица.

Фигуры бегущей по городу троицы отражались в глазах летавшего в небе сокола. И это изображение проецировалось перед Осирис, находившейся во дворце.

— Они вернулись неожиданно быстро.

Над троицей летала механическая птица, являвшаяся частью тела царицы, Гор. Всё, что он видел, передавалось девушке. Этой функцией обладал и лев Сехмет, который сейчас спал рядом с хозяйкой.

Когда Гор и Сехмет объединялись с царицей, тогда она становилась истинным Деус эксом.

— Ну что ж, идите вперёд и задержите своих друзей, — скомандовала Осирис, ни к кому конкретно не обращаясь. А затем ожидавшие в углу комнаты Юрисиа и ещё две тени поднялись.

Пригладив золотистые волосы, девушка спокойно улыбнулась.

— Как прикажете, мама.

— Подожди, Исида. Ты останешься здесь.

Блондинка недовольно взглянула на Осирис.

— Нет! Я тоже хочу быть полезной маме!

Обойдя Юрисию, две тени оттолкнулись от пола и понеслись к окну. А затем без колебаний выскочили наружу.

Смотря на дочь, провожавшую эту парочку взглядом, Осирис нежно обратилась к ней:

— Я хочу, чтобы ты была рядом со мной. Так ты поможешь мне больше всего.

— Мама…

Щёки девушки покраснели, и она уставилась на царицу влажными глазами. Глядя на такую Юрисию, Деус экс развела руки.

— Ну же, иди ко мне.

— Да…

Стеснительно потупив взгляд, девушка робко подошла к ней. Она опустилась перед сидевший в кресле царицей и, словно избалованный ребёнок, положила голову ей на колени.

— Мама… вы же не оставите меня, да?

— Ах. Это мои слова. Ты больше никогда не покинешь меня и не умрёшь по собственной воле, хорошо?

Они обе невольно улыбнулись.

Деус экс гладила Юрисию по голове, словно восхищалась хрупким произведением искусства.

— Хи-хи-хи, ты такая милая. Моя Исида…

Пустое пространство, разделяющее миры. Кромешная тьма. И в этом мраке перемещались разноцветные огни. Это была энергия, двигающаяся между параллельными вселенными. Феномен, при котором она перетекала из одного места в другое.

Иногда эта сила достигала какого-либо мира, и тогда возникали таинственные явления.

Они могли проявляться как неопознанные летающие объекты, монстры, внеземные артефакты или даже сверхъестественные феномены, которые невозможно было объяснить.

Однако, когда кто-то с линкора Атараксия смотрел на эти носившиеся между мирами огни, они отражались в глазах наблюдателя действительно великолепным зрелищем. Как будто световое шоу, развлекающее людей.

Стоя на мостике, Кидзуна наблюдал за их буйным танцем.

— Мы движемся в правильном направлении, верно?

На специально установленном кресле, которое выглядело даже лучше капитанского, разместилась миниатюрная Наюта.

— Да, несомненно.

Когда профессор щёлкнула пальцами, огромный экран возник в центре просторного мостика. На дисплее отобразилось изображение коробок, которые выстроились рядами.

— Это карта миров. Каждая коробка представляет целый мир. Мы пришли вот отсюда.

Как будто отреагировав на её голос, одна из коробок засветилась синим, и линия света протянулась от неё.

— И сейчас мы здесь.

Сияющая коробка обозначала мир, в котором сейчас находилась их плавучая платформа, а прочерченная линия показывала путь линкора Атараксия.

— А местоположение Ордиума и Золотого дракона — вон там.

Среди выстроившихся по горизонтали и вертикали кубов один загорелся красным, а другой — жёлтым.

— Красный — это Ордиум, а жёлтый — Золотой дракон, да?

К их текущей позиции красная коробка была намного ближе, когда же жёлтая располагалась в два, а то и в три раза дальше.

— Совершенно верно. Сейчас мы направляемся к красной. Другими словами, к Ордиуму.

Действительно, нацелиться на ближайшую было правильным решением.

Однако…

Кидзуна помрачнел.

С точки зрения боевого потенциала, Золотой дракон выглядел слабейшим. Их главная сила — Гравэл с Алдэей. Тем не менее парень не был в курсе относительно остального экипажа.

С другой стороны, на Ордиуме находились Грейс и Зэлсионэ, а также Квартум.

Конечно же, на каждом корабле имелся человек, выполнивший переустановку ядра. Однако без самого Кидзуны выиграть будет трудно.

Для победы над Хокуто парень использовал «способ добить Деус экса».

Он являлся комбинацией из Кульминационного гибрида и предназначенного против богов-машин козыря порочного вооружения «Наюта», Реинкарнации.

Этот навык атаковал тело противника и в то же время отправлял в него созданную Наютой программу уничтожения. Вирус разрушал суть бога-машины изнутри. Пока он действовал, способности Деус экса подавлялись, из-за чего тот мог пользоваться лишь силами обычного человека.

Нацелившись на этот промежуток, Кидзуна осуществлял Кульминационный гибрид с богом-машиной.

Деус эксам не требовался акт размножения. Отброшенное за ненадобностью сексуальное наслаждение, ощущения, незнакомые богам-машинам, являлись величайшим оружием против них.

Но, хотя этот способ подействовал на Хокуто, действительно ли он будет эффективен против остальных?

К тому же они до сих пор испытывали огромную нехватку в боевом потенциале.

Сильвия и Мастерс всё ещё не восстановились окончательно. Как и Раглус, Валдэ, Геркулас и Меркурия. Они по-прежнему проходили лечение в больнице или на дому.

«По крайней мере, когда Сильвия вернётся в строй, это поможет, но… по возможности и Раглус с Геркулас тоже… Раглус можно объединить с Сильвией… партнёром Геркулас является Меркурия, но она также близка и с Химэкавой… к тому же комбинация двух мечниц…»

— Кидзуна-кун.

Погрузившийся в раздумья, Кидзуна не заметил подошедшую прямо к нему девушку.

— Значит, Химэкава… а-а!

Парень удивился настоящей Химэкаве, оказавшейся поблизости.

— Ах, прости. Что такое, Хаюру?

Девушка сделала немного рассерженное лицо.

— Я хочу кое-что спросить. На Ордиуме и Золотом драконе есть люди, совершившие переустановку ядра, верно?

— Э? А-ага…

Давление пронзительного взгляда Химэкавы заставило парня отступить.

— И кто они? Расскажи, пожалуйста.

— Эм… ну…

— Не может быть… все?!

— Нет! Такое невозможно.

— А может, ты уже сделал переустановку и оставленной на Атараксии группе?..

— Нет, я ещё не делал этого…

— Говоришь «ещё»?! Значит, сделаешь позже?! Отвратительно! Непристойно!

— Н-нет, это же необходимо, понимаешь? Кроме того, даже Хаюру сделала переустановку.

Химэкава запылала.

— Р-речь не обо мне! Просто нелепо делать подобное с кем угодно! Это… со всеми ними… какой позор!

— Да я же говорю, что не делал чего-то такого!

— Тогда с кем? Ну, я уже поняла. С Золотого дракона это должна быть Гравэл-сан, верно? А с Ордиума — Грейс-сан, да? В самом деле… раз одной Айнэ-сан тебе оказалось недостаточно, ты протянул руки даже к её младшей сестре…

Смотря на тараторившую девушку, Кидзуна запаниковал.

— А-ах, хватит, да в чём дело, Химэкава?!

— Я Хаюру!

После этого Химэкава в течение трёх часов критиковала подливавшего масла в огонь Кидзуну.

В конце концов, она успокоилась спустя четыре часа.

И лишь после этого они выполнили Кульминационный гибрид на случай чрезвычайной ситуации.

— Вблизи она довольно громадна.

Грейс глядела на возвышающуюся до самых небес пирамиду. Когда они приблизились, то хорошо поняли, насколько огромны камни, из которых её возвели. Один блок достигал трёх метров в высоту и не менее пяти в длину. Этот монумент сделали из миллионов таких камней, сложив их друг на друга.

Выйдя из города и пройдя около километра по пустыни, троица добралась до монумента. Разыскивая вход, девушки ходили вокруг пирамиды.

В то же время Элма оживлённо и даже радостно произнесла:

— Действительно огромная, не так ли?.. Она даже крупнее пирамид Гизы, верно?

— Хотя и не такая большая, как Генезис, — с некой тоской высказалась Клэйда. По правде, первым, что пришло ей на ум, были знания о египетских пирамидах, полученные во время повседневной жизни и на уроках Атараксии. Словно отрицая это, она намеренно выудила кусочек воспоминаний о Ватлантисе.

— Ага. Ведь наш Генезис тоже являлся реликвией, оставленной Деус эксами. Наверняка между ними есть что-то общее. Тем не менее… да где же вход?

Грейс небрежно оперлась рукой о каменный блок.

— А?

Полоски света протянулись от её ладони. Тонкие линии возникли на поверхности пирамиды, походя на рябь. Они напоминали компьютерные микросхемы, соединявшие бесчисленное количество маленьких электрических цепей в сложный узор.

Линии света побежали по строению. Они добрались до вершины и даже попытались обогнуть пирамиду.

— Что… это?

— Не прикасайся! — раздался пронзительный крик. Девушки сразу же опознали этот голос.

Две тени спустились с неба.

Знакомые фигуры в магических доспехах.

— Лунорла! И Рамза тоже!

Грейс радостно улыбнулась. Те, кто предстали перед ней, были парочкой из Квартума.

Красавица с длинными синими волосами, Лунорла. Из-за смертельных битв в Колизее её великолепное тело покрывали вызывающие сочувствие рубцы. Руки, ноги и живот были изрисованы ими. К тому же диагональный шрам от брови до щеки рассказывал о том, через насколько свирепые сражения прошла девушка. Она являлась гладиатором, получившим имя синигами Колизея из-за своего стиля боя.

С другой стороны связавшая свои непослушные красные волосы Рамза имела открытый и жизнерадостный характер. Девушка обладала уникальным навыком манипулирования огнём, но когда тот выходил из-под контроля, то с легкостью плавил земную кору и содержал в себе такую опасность, что мог испепелить и саму Рамзу.

Даже среди имперской стражи эта парочка выделялась своими боевыми способностями. Грейс радостно обратилась к ним:

— Кажется, мы разминулись в пути, но где вы были до сих пор?

Однако Лунорла и Рамза с беспокойным выражением лиц посмотрели друг на друга.

Клэйда с подозрением уставилась на прибывшую сюда парочку.

— Эй, что с вами? Грейс-сама задала вопрос. Быстро отвечайте, — говоря, девушка протянула руку к Селене за спиной. Элма тоже материализовала огромный молот размером с её собственное тело.

— Вы обе, в чём дело?

Грейс нахмурилась, увидев внезапно вооружившихся девушек. Клэйда вышла вперёд, защищая собой императрицу.

— Грейс-сама. Пожалуйста, будьте осторожны. Они ведут себя странно.

Словно подтверждая эти слова, Лунорла обнажила два коротких клинка, установленных в её магический доспех. Стиль боя парными мечами. Держа по лезвию в каждой руке, девушка пригнулась.

А затем Рамза вытащила из-за спины огромный топор, томагавк. Он сиял ярко-красным, словно окрасился от выпитой человеческой крови. Взмахнув оружием, которое обычные люди даже поднять бы не смогли, девушка сделала извиняющееся выражение лица.

— Прости-ите, но это приказ Осирис-самы. Мы должны уложить вас все-ех.

— Что?!

Клэйда выставила Селену перед собой.

— Вы сошли с ума?!

Держась за рукоять молота обеими руками, Элма отвела его назад и приготовилась атаковать в любой миг.

— Ваши тела… преподнесите их Осирис-саме.

Свет хлынул из турбин Лунорлы, и она мгновенно оказалась перед Элмой.

«Так быстро?!»

Её молот обладал огромной разрушительной силой, но он не мог справиться со скоростью противника. Лунорла безжалостно атаковала белокурую девушку.

За мгновение до того, как сияющие мечи прикоснулись к тонкой шее Элмы, яростные искры разлетелись во все стороны.

— !..

Селена Клэйды остановила короткие клинки.

— Да что ты творишь, Лунорла?!

— …Клэйда, послушно сдайся.

— Ха-а? Не шути… со мной!

Находясь практически вплотную к противнику, девушка с повязкой на глазу метнула Селену. Закрутившийся меч атаковал Лунорлу, словно живое существо. Выглядело так, будто клинок просто парил в воздухе, но внезапно он начал двигаться, искажая свою траекторию. Когда же показалось, что оружие улетело слишком далеко, оно неожиданно направилось обратно. Словно привязанное на ниточку йо-йо, меч летал туда-сюда и атаковал врага.

Лунорла, по-прежнему не разрывая дистанцию, продолжала уклоняться от него. И в миг, когда возникла прореха в обороне, синигами Колизея стремительно атаковала клинком. Однако Клэйда вытащила вторую Селену и отразила удар.

— Клэйда. Тебе не победить меня. Поэтому сдайся.

— Замолкни! Ты мне уже давно не нравилась! Тебя называют синигами Колизея?! В таком случае я убью синигами!

Сражение, за которым не поспевал глаз, развернулось между парочкой.

Тоже происходило и между Элмой с Рамзой. Размахивая оружиями огромного размера, они обменивались ударами, которые наверняка бы убили при попадании.

— Э-эй, прекратите! Вы все!

Несмотря на крик Грейс, её слова не достигли ушей четвёрки. Холодный пот стекал по щеке императрицы.

— …Да что же случилось?

— Эти двое стали моими слугами.

Услышав голос, Грейс взглянула на пирамиду. На середине склона стояла девушка.

— Осирис… так это твоя работа.

— Да. Я не могу позволить вам приблизиться к этой пирамиде.

«Твою ж. Мало того, что мы не освободили Юрисию, так ещё и Лунорла с Рамзой попали в её руки».

— Клэйда, Элма! Мы в невыгодном положении. Отступаем!

— Да!

Услышав приказ Грейс, Клэйда и Элма разорвали дистанцию со своими оппонентами.

Троица развернулась и собралась уйти с поля боя. Однако перед Элмой возник загадочный объект.

Синяя пирамида Осирис.

— Ч… что это?!

— Чёрт! Не смотрите на эту штуку! — отчаянно крикнула Грейс. Однако в тот же миг некое око распахнулось на боку пирамиды.

— Это!..

Глазное яблоко быстро завращалось. А затем обнаружило лицо Элмы и резко остановилось. Через её зрачки этот пристальный взгляд добрался до нервов и даже до клеток мозга, выжигая на них новую информацию.

— Эй! Элма! Что такое?! — крикнула Клэйда, но уставившаяся в пустоту белокурая девушка не шевелилась, будто застыв.

— Эй, приди в себя, Элма! Отведи глаза от этой странной штуки!

Словно заметив окликнувшую Элму девушку, синяя пирамида направила золотой глаз и на неё.

— ?! Тво…

В тот же миг глаза Клэйды потеряли фокус. Селена со звоном упала на землю.

— Вы обе! Что случилось?!

Однако выглядело так, будто Элма и Клэйда вообще не услышали её.

Грейс отчаянно пыталась проанализировать ситуацию. Судя по состоянию Юрисии, Лунорлы и Элмы, это был…

— Контроль разума, не так ли?

— Хи-хи-хи, я царица некрополя. Все люди, существующие в этом мире, склонитесь передо мной.

— Хотя лишь из-за отсутствия Нээ-самы, но я императрица Ватлантиса. Я не могу рухнуть на колени так просто!

Сияющие перья вылетели из крыльев Грейс. Превратившись в острые стрелы, они пронзили тело Осирис.

— А?

Особой способностью Короса являлась Жатва. Она поглощала магическую энергию оппонента, то есть его жизненную силу. Противник, которого эта техника иссушала досуха, лишался жизни. Однако…

«Да что с ней?! Никакого эффекта. Я вообще не ощущаю магической энергии».

Против Хокуто Жатва тоже не сработала. Однако это было из-за неисчерпаемых запасов энергии. В Осирис же её, напротив, не оказалось. Ни единой капли жизненной силы.

— Значит ли это, что Осирис уже мертва?..

Подавив нетерпение в груди, Грейс вытащила из крыла лезвие и превратила его в косу.

— В таком случае я просто разрублю тебя!

Она тут же прыгнула к Осирис. Царица улыбнулась приблизившейся Грейс, словно смотрела на озорного ребёнка.

— Кажется, ты слишком особенна, чтобы использовать тебя в качестве сосуда.

Золотые глаза Осирис засияли.

— Замолкни!

Коса прочертила дугу и атаковала противника.

«С ней покончено!»

Раздался тупой скрежет, словно металл ударился о камень. А затем яростные искры разлетелись во все стороны.

— А?..

Синяя пирамида защитила Деус экса. Воткнувшись в паривший объект, коса остановилась. А затем око на пирамиде засияло. Золотой свет заполнил всё поле зрения Грейс.

— ?! Твою…

Закрыв глаза, она на полную активировала турбины и тут же разорвала дистанцию.

Однако за ней никто не гнался, и её разум по-прежнему оставался ясным.

«Кажется, я избежала контроля разума».

А затем она открыла глаза.

— Что… за?..

Она оказалась в удивительно просторном коридоре с высоким потолком. Из-за великолепных убранств в готическом стиле он больше походил на огромный приёмный зал, нежели на коридор.

Знакомое место. Это была столица Империи Ватлантис, Дзэлтис, в которой девушка родилась и выросла. Она находилась во дворце.

— Грейс, что такое?

— …Э?

Невероятно красивая девушка в окружении десяти с лишним служанок стояла рядом с ней. Серебряные волосы и красные глаза. Почти обнажённая фигура, которую прикрывали лишь тонкая ткань и аксессуары. Облачённая в императорское одеяние персона была именно тем, кого она искала.

— Нээ-сама?!

Её любимая старшая сестра, Айнэс Синклавия, также известная как Тидоригафути Айнэ.

— Нээ-сама! Так ты была в этом мире!

С радостью на лице она бросилась к Айнэ.

— Что с тобой, Грейс? Ты ведёшь себя странно.

— Ну, ничего не поделаешь. Сейчас важнее то, что Осирис…

Однако сестра нахмурилась.

— Осирис? О чём ты?

— Это… хм?

«Погоди, а действительно, о чём я говорю?»

— Прости. У меня немного спутались мысли.

Всем своим видом показывая, что ничего не поделаешь, Айнэ улыбнулась. Чувство сильной любви наполнило её улыбку.

— Пойдём, Грейс. Кидзуна ждёт.

Лёгкими шагами она догнала начавшую идти Айнэ.

— О-о, Нии-сама тоже здесь.

Смотря на радующуюся Грейс, старшая сестра сделала изумлённое лицо.

— Разве это не очевидно? Ведь Кидзуна стал императором Ватлантиса. В конце концов, он женился на нас.

«А?»

Грейс рефлекторно замерла.

— Женился? Я и Нээ-сама… вышли за Нии-саму?

Айнэ тоже остановилась и обернулась.

— Ну да. Странный ребёнок… да в чём же дело?

Девушка не помнила об этом. Нет, хорошенько подумав, она ощутила, будто такое действительно случилось.

— Н… но то, что я сделала с ними… вряд ли жители Лемурии простят такие действия. Нет, они никак не смогут простить их. Даже если мне придётся пожертвовать своим телом, я обязана улучшить отношения между двумя мирами. А затем, когда это будет достигнуто, я… со своей жизнью…

Печально улыбнувшись, Айнэ посмотрела на младшую сестру.

— Грейс, это просто трагичное стечение обстоятельств. Случившееся являлось результатом того, что обе стороны, необоснованно опасаясь друг друга, думали только о самозащите и личных интересах…

— Но всё же!

— Именно Лемурия первой атаковала магические оружия, но победителем оказался Ватлантис. Вот почему нам удалось заключить окончательный мирный договор.

— …А?..

— Блин, да что с тобой, Грейс?

— Вот… значит, как.

Хорошенько подумав, она вспомнила о моменте заключения мира, словно её память немного запаздывала.

— А в качестве символической церемонии для этого провели нашу свадьбу, помнишь?

«Точно. Получив благословение не только от жителей империи, но и от Балдина, Изгарда и даже Лемурии, мы провели грандиозную церемонию. Да что я говорила? Как можно было забыть о чём-то настолько важном?

Да.

Я вместе с ними.

С любимой Нээ-самой.

И с Нии-самой.

Отныне мы всегда будем вместе.

Мы объединили наши силы.

И, взявшись за руки, оба мира создадут великолепную страну.

Может ли такое счастье существовать?»

— В чём дело, Грейс? Ты плачешь?

Когда девушка пришла в себя, собравшиеся в её глазах капельки почти пролились.

— Н-ничего.

Смахнув слезинки, Грейс лучезарно улыбнулась.

— Ну, пойдём. Кидзуна ждёт.

Айнэ предложила сестре руку. Грейс прикоснулась к ней и крепко сжала.

— Угу. Нельзя заставлять Нии-саму ждать.

Широко улыбаясь, она пошла вместе со старшей сестрой.

Вскоре они добрались до балкона. Это было место для приветствия жителей империи. Под ним раскинулась площадь, за которой тянулся город. И сейчас её до краёв заполнила махавшая руками и радостно галдящая толпа.

На балконе уже кто-то стоял.

— Айнэ, Грейс. Вы, наконец-то, пришли.

— Мы заставили тебя ждать, Кидзуна. Нет, мы заставили ждать Ваше Императорское Величество, нового императора Ватлантиса.

Усмехнувшись, Айнэ обняла парня. А затем поцеловала в щёку. И Кидзуна поцеловал её в ответ.

— Хватит и просто Кидзуны. Даже когда ты называешь меня императором, я вообще не ощущаю реальности происходящего.

— Нии-сама… это ты?

Глядя на изумлённо застывшую Грейс, парень развёл руки в стороны.

— Что такое? Иди сюда, Грейс.

— …Нии-сама.

Робко приблизившись, девушка приютилась у его груди. Кидзуна крепко обнял её стройный стан. Через его сильные и тёплые руки ощущалась привязанность к ней. Грейс сдалась этим чувствам безопасности, спокойствия и сладостной любви.

— Будто сон… такой день… действительно наступил.

Слёзы вновь показались в глазах девушки.

— Эй, Грейс. Будет нехорошо, если ты заплачешь.

— П-прости. Но… не могу ничего поделать. Я счастлива.

Уткнувшись в грудь парня, она вытерла слёзы.

— Грейс в самом деле такая плакса… ну же, жители империи смотрят.

Когда девушка взглянула с балкона, то увидела, что вся площадь и прилегающие к ней улицы были заполнены людьми.

— В-верно. Как императрица Нии-самы, я не могу показать себя со смущающей стороны.

А затем, встав между Айнэ с Кидзуной и взяв их за руки, Грейс подошла к перилам. Троица высоко подняла соединённые руки и поприветствовала жителей империи. В тот же миг аплодисменты и восклицания зазвучали ещё громче.

— До сих пор я несла это бремя в одиночку, но отныне мы будем втроём.

— Грейс…

Кидзуна взглянул на неё.

— Нет, не нужно ничего говорить. Отныне вместе с Нээ-самой я буду поддерживать Нии-саму! Нии-сама может расслабиться и положиться на нас! Отныне… мы втроем… всегда… всегда будем вме…

Однако спокойный голос парня прервал её.

— Нет, Грейс. Для тебя так будет лишь до сегодня.

— …Э?

Кидзуна и Айнэ отпустили её руки.

— Ради спасения мира нужна жертва. К тому же это должна быть душа человека знатного происхождения.

— О чём… ты говоришь?

Грейс не могла понять смысла сказанного. От переизбытка информации её мыслительные процессы остановились.

— Благодарю за все усилия до сих пор. Отныне я с Кидзуной буду поддерживать эту страну.

Айнэ прошла перед сестрой и направилась к парню.

— Мир кажется спокойным, но лишь из-за того, что Осирис-сама наблюдает за ним. Чтобы выразить нашу благодарность, мы должны принести жертву.

— Да. Ради того, чтобы Лемурия и Ватлантис жили счастливо, мы желаем твоей смерти.

— Ради меня и Кидзуны… не могла бы ты умереть?

Айнэ протянула ей короткий клинок, инкрустированный драгоценными камнями.

Холодный пот выступил по всему телу Грейс. Но в то же время её знобило. В ушах девушки звенело, и голоса двух людей, которые должны были любить её, казались далёкими.

Парочка перед ней подошла друг к другу так близко, словно обнималась. Однако ни рядом с ними, ни между ними не осталось места для неё.

— Ясно… вот как…

Девушка взяла клинок дрожащей рукой.

— Нээ-сама и Нии-сама… желают моей смерти?

— Да. Пожалуйста, умри ради нас.

Грейс вытащила кинжал из ножен и посмотрела на сияющее холодным светом лезвие. А затем взяла оружие обратным хватом и направила остриё на собственное горло.

Подняв голову, она взглянула на небо.

Слёзы сами по себе текли из её глаз.

По правде, Грейс хотела жить вместе, втроём. Но если благодаря такой жертве они станут счастливы, то она должна с радостью отдать свою жизнь. И всё же…

— У-у… хнык…

Слёзы безостановочно стекали по её щекам. От печали, разочарования и неимоверной жалости к самой себе.

«Хватит уже.

Лучше умереть, чем испытывать такое».

— Прощай… Нээ-сама, Нии-сама.

Пустыня расстилалась перед огромной пирамидой. Смотря в ночное небо, Грейс плакала. Обе руки девушки были так направлены на шею, словно держали что-то.

Тем не менее в них ничего не оказалось. Но взамен этому острый меч сжимала ладонь Осирис.

А затем остриё клинка указало на шею Грейс.

— Хи-хи-хи. Миг, когда счастливый сон превращается в кошмар, великолепен, не так ли? Каждый человек в моей стране вкусил это перед смертью. Теперь ты тоже житель некрополя.

Кончик меча притронулся к тонкой шее. От его касания кожа порвалась, и красная кровь заструилась из раны.

Осирис повернулась к ожидавшей позади четвёрки Квартума.

— Раз тобой так легко управлять, как и этими детьми, я бы сохранила твою плоть должным образом… но для тебя я приготовлю тело нежити. Ты останешься вместе с нами, так что будь спокойна. На веки веков…

А затем она глубоко вонзила меч в горло девушки.

В тот же миг свежая кровь хлынула из белоснежной шеи, словно из фонтана. Вытекая, она пропитала песок и создала красную реку.

— А?..

Вдоль неё выросли растения и распустились цветы. Река направилась к некрополю, и вслед за ней обширное пространство зазеленело. Вырастая одно за другим, высокие деревья утопили город мёртвых в пышной растительности. Повсюду забили ключи, и всё вокруг, насколько хватало глаз, превратилось в цветущий луг. От вида этого чуда даже у Осирис задрожали губы.

— Не может быть… это…

Она увидела силуэты людей, выходившие из окутанного зеленью города. Незаметно для царицы ночь закончилась. И под ярким солнечным светом эти фигуры бежали к ней.

«Они… бегут?»

Осирис не поверила собственным глазам.

«В городе находится только нежить. Однако она не может бегать. В таком случае… да что же это?»

— Неужто это… живые… люди?

Это была не нежить, а люди из плоти и крови. Одна из них, девушка со светлыми волосами, невероятно походила на Юрисию.

— Ма-а-ама!

Осирис широко распахнула глаза.

— Это… Исида?

Царица задрожала.

«В самом деле… Исида? Невозможно. Но это определённо моя дочь. И человек позади неё. Это же…»

— Любимый!

— Осирис!

Высокий мужчина с великолепным телосложением. Фараон с белой кожей и золотистыми волосами. Осирис побежала и прыгнула в объятия любимого мужа. Он крепко обнял её.

— Это… чудо?

Проливая слёзы счастья, она прижалась щекой к груди фараона. Её дочь, Исида, тоже прильнула к плачущей матери.

— Мама!

— Ах, Исида… моя милая дочь.

Осирис выскользнула из объятий мужа и прижала девушку к себе.

— Но… как?..

— Не знаю. Механическое тело внезапно стало прежним… когда заметила, уже выглядела как раньше. И я тут же захотела увидеть маму…

Слёзы переполняли глаза Исиды. Когда Осирис посмотрела на лицо девушки, глаза той тоже влажно заблестели.

— Ах… Исида!

Царица снова крепко обняла дочь. Словно убеждаясь в её существовании, она вновь и вновь проводила рукой по спине Исиды. А затем Осирис взглянула на лицо своего мужа, фараона.

— С Нами случилось то же самое. Когда Мы заметили, уже вернулись к жизни в пирамиде. Как и почему… Нам неизвестно, но…

Люди один за другим выходили из города. Те, кто прежде являлся нежитью, хлопали друг друга по плечам и, весело смеясь, бежали по пустыне.

— Все… спасены…

— Да… это чудо… невероятно…

Слёзы радости переполнили глаза Осирис. Но когда они упали на песок, то земля задрожала.

— Э? Это…

В следующий миг ударная волна накрыла людей, свалив их с ног. Осирис, Исида и фараон тоже упали на траву.

— Землетрясение?!

Исида указала на город.

— Мама, некрополь!

Они увидели, как начал рушиться дворец. А затем и здания города, поглощённые песком, стали падать одно за другим. Зелёный луг вновь преображался в пустыню.

— А-а-а! Наш город!

— Кто-нибудь! Помогите!

Скорбные голоса раздавались отовсюду. Но внезапно они умолкли.

— Ч… что это?!

Тела людей стали разрушаться. Их кожа мгновенно сгнила, и плоть начала отваливаться. И под ней показались каркасы нежити.

— Н-нет! Помогите, помогите мне!

Люди, чьи тела разваливались, искали спасения у Осирис.

— А-а-а… Осирис-сама! Прошу вас! Моё тело… те-е-е-е-е-е-ело!

— Хи-и-и-и-и-и! Осирис-сама! Осирис-сама!

Продолжая обнимать Исиду, царица ошеломлённо смотрела на происходящее.

— Ма… мама…

— В-всё в порядке. Не бойся, Исида. Я…

Лицо дочери, которую она прижимала к себе, стало разрушаться. Прекрасное лицо, достойное богини красоты, пропало, и на его месте показалась гладкая металлическая маска без каких-либо индивидуальных черт.

— И-Исида…

— Ма… ма-а…

Плоть отслаивалась и от тела, возвращая форму нежити, состоявшую лишь из каркаса.

— И… Иси-и-и-ида! — прогремел крик Осирис. Однако распад не останавливался. Не только плоть, но и тело нежити, которое должно быть бессмертным, начали разрушаться. Металл ржавел и отваливался кусками.

— Любимый! Любимый, помоги…

Лицо фараона, на которое она взглянула, оказалось металлической маской.

— Не-е-е-е-е-е-е-ет!

А затем у нежити, хранившей душу фараона, сломались суставы, и, став обломками, она рухнула на песок.

— Стойте! Прошу! Моя дочь! Фараон! Так я не смогу вас оживить! Ради всего святого, сто-о-о-ойте!

Однако её молитвы канули в Лету. Все жители, даже нежить, наполненная душами Исиды и фараона, заржавели и разрушились. А затем развеялись по ветру.

Тёплое тело, которое она только что обнимала, уже было не найти. Заржавевшая нежить превратилась в пыль, не отличавшуюся от песка. Осирис подумала, что найдёт в этой пустыне все песчинки, которыми стали её муж и дочь. Однако царица понимала, что это невозможно.

Из-за такой внезапной несправедливости сожаление о том, что она не смогла ничего сделать, забушевало внутри неё.

«Как же мне расправиться с этим чувством сожаления?»

Когда она подумала так, наполовину зарытый в песок короткий меч попал в её поле зрения. Церемониальный клинок, инкрустированный драгоценными камнями. Однако с его помощью можно было разрезать кожу и плоть, перерезать горло или даже пронзить сердце.

Осирис взяла меч и направила на собственную грудь.

— Любимый… Исида. Я последую за вами.

А затем без колебаний вонзила клинок. Острое лезвие разрезало мягкую кожу и вошло по самую рукоять.

Однако ничего не случилось.

Не было даже боли.

— Нет…

Вытащив клинок, она ударила в живот. Затем в другую часть груди, а потом в шею.

Осирис не могла умереть.

Тело Деус экса не позволяло ей даже убить саму себя.

— С такой болью… я должна жить… вечно?

Осирис выпустила клинок из рук. У неё даже не осталось сил, чтобы вытереть безостановочно льющиеся слёзы.

«Пожалуйста. Кто-нибудь… убейте меня».

— У-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!..

Над головой испустившей крик Осирис висела луна.

— …А?..

В небе расстелилась не синева, а ночь. Заплаканное лицо царицы напряглось.

— Ну как тебе эти грёзы?

Серебряный доспех сиял, купаясь в лунном свете. А на его распахнутых крыльях магические узоры переливались великолепными цветами, словно в калейдоскопе.

— Сейчас… да что… ты…

— Перестройка сердца, — прошептала женщина, носившая прекрасный магический доспех с крыльями бабочки.

— ?!

— Миг, когда счастливый сон превращается в кошмар, великолепен. Не так ли, Осирис?

Лицо Деус экса исказил гнев.

— Как ты посмела… да как ты посмела сделать такое?!

Слёзы печали превратились в слёзы ярости.

Пошатываясь, Осирис поднялась на ноги и с ненавистью в глазах уставилась на противника.

— Кто… ты? Чтобы я и не заметила тебя…

В то же время упавшие на песок Грейс и Квартум пришли в себя.

— А?.. Э-э? Я…

Проливая слёзы, Грейс осознала, что лежит на земле.

— Нээ-сама, Нии-сама?..

Девушка приподнялась и увидела такое же изумление на лицах Квартума.

— У… ах? Я… что я делала?..

Элма удивлённо наклонила голову, а Клэйда оглядывалась по сторонам, словно что-то искала.

— Хм? Э, дети…

— Выступление…

— А? О чём ты говоришь? Важнее еда… э-э?

По всей видимости, мысли Лунорлы и Рамзы тоже спутались. Их всех вытащили из мира грёз, в котором они находились до сих пор.

— Проснитесь уже. Если не сможете защитить Грейс-саму, какая будет польза от Квартума?

— ?!

Услышав знакомый голос, четвёрка подскочила на ноги. А затем изумление и радость проступили на их лицах.

Перед девушками находилась женщина в великолепной офицерской форме, однако на нижней половине тела было только нижнее бельё, словно та забыла надеть штаны. Её руки и ноги покрывал серебряный магический доспех, а его модули висели у неё за спиной.

Грейс и Квартум узнали его. Но, по сравнению с образом в их памяти, он выглядел намного больше. Формой доспех напоминал таковой у Деус экса. Нет, он явно относился к тому же типу, что и прошедший переустановку Нерос Химэкавы Хаюру.

Броня, описывающая гладкие и великолепные изгибы. Из-за больших модулей ног женщина стала выглядеть на метр выше. А большие турбины за спиной и модули крыльев имели дизайн, основанный на строгих линиях.

Однако сейчас они были развёрнуты, демонстрируя форму, подходящую живому организму. Красивые узоры, нарисованные на их поверхности, сияли разными цветами, отчего они выглядели как крылья бабочки.

Это был магический доспех «Терос».

Единственный привод, который мог атаковать разум. А его владелец — самый ужасающий магический рыцарь Империи Ватлантис.

Все члены Квартума радостно воскликнули:

— Зэлсионэ-сама!

Перед ними оказалась командир имперской стражи Ватлантиса, Зэлсионэ.

Грейс тоже улыбнулась и взволнованно произнесла:

— Зэл!

— Грейс-сама, мои искренние извинения. Я припозднилась.

Смотря на извиняющуюся от всего сердца Зэлсионэ, императрица молча покачала головой.

Осирис уставилась на командира с демоническим выражением.

— Вот как… ты… отличаешься от этих девок, — прошептала царица, тщательно осматривая Терос.

Радостная Грейс внезапно заметила это и с мрачным видом посмотрела на Зэлсионэ.

— Точно! Этот вид… ты обошла меня и выполнила переустановку с Нии-самой?!

Командир имперской стражи тут же сделала кислое лицо.

— …Грейс-сама. Сейчас не время…

Члены Квартума покраснели, а их глаза засверкали.

— З-Зэл-сама… с Кидзуной?!

— Говорите, что Зэл-сама всё же сделала мужчину своим любовником?!

— Ложь… не верю!

— А… подробности?..

Тут же раздались голоса, походившие то ли на хихиканье, то ли на странные вскрики.

Раздраженная Зэлсионэ отчитала Квартум:

— Молчать! Да кто будет делать такое по собственному желанию?! Лишь ради защиты Грейс-самы я сделала такой горький выбор!

— Так точно!

Четвёрка Квартума тут же выпрямилась и отдала честь.

Скрестив руки, Осирис приподняла свою грудь.

— Действительно, в отличие от остальных, ты кажешься сильной, но даже так тебе не сравниться со мной, Деус эксом. И всё же собираешься сражаться?

— Нет, я не собираюсь сражаться.

Царица наклонила голову.

— Тогда… что же?

Губы Зэлсионэ изогнулись в жестокой улыбке.

— Я казню тебя.

— …Ох.

Осирис нахмурилась.

Командир имперской стражи вытащила что-то вроде серебряной верёвки из модуля за спиной. Словно вытянувшийся тонкий клинок, плеть сжалась и приняла форму меча.

— Тогда я тоже воспользуюсь мечом.

Царица вытянула руку перед собой и развела пальцы. А затем, словно проросшее из земли растение, тонкий и длинный камень поднялся из разошедшегося песка.

На поверхности этого вытянувшегося пятиугольника с острой вершиной были выгравированы буквы. Он выглядел как египетская реликвия, обелиск.

Появившийся из песка столп лёг в руку Осирис. Она небрежно взмахнула им, словно мечом. На первый взгляд он казался каменным клинком, который легко сломать. Однако это было оружие Деус экса. Невозможно, чтобы оно оказалось простым камнем.

Зэлсионэ подняла свой меч и направила его на противника.

— Вперёд!

Частички света вырвались из турбин за спиной, и командир понеслась к Осирис. Золотистые глаза Деус экса захватили её фигуру.

— Я сделаю тебя рабыней и научу манерам!

Царица тоже оттолкнулась от песка.

Парочка мгновенно ускорилась практически до скорости звука. А в миг, когда Зэлсионэ добралась до Осирис, магические круги и узоры, нарисованные на крыльях Тероса за её спиной, засияли.

Клинок и обелиск высекли яростные искры. От столкновения мечей свирепая ударная волна взметнула песок. Когда же парочка прошла мимо друг друга и разорвала дистанцию, между ними образовался кратер.

Улыбнувшись, Осирис повернулась к противнику. В то же время Зэлсионэ опустилась на колено.

— Гх…

Доспех на левой руке оказался разбит, и Зэлсионэ прижала рану правой.

— Зэлсионэ-сама-а!

— Зэл?!

С тревогой закричали Квартум и Грейс.

Осирис воткнула остриё обелиска в песок и, спокойно улыбаясь, взглянула на женщину свысока.

— Зэлсионэ. Как и ожидалось, ты не сможешь победить меня. Ударом такого уровня не выиграть…

— Кто знает…

Командир ухмыльнулась.

— Ты просто блефу…

С треском одна из ног Осирис сломалась.

— …А?

— Когда мы разошлись, я изменила твоё восприятие пространства с помощью Перестройки сердца. Оно предназначено не только для промывания мозгов да показывания кошмаров. Возможно и такое применение.

Деус экс взглянула на сломанную конечность.

— Да как ты… да как ты посмела?!

От её тела, дрожавшего от ярости, поднялась чёрная аура. Словно призванная этой тьмой, механическая птица спустилась с небес.

— Гор!

Его лапы сложились, и тело открылось. А затем механические внутренности предстали на обозрение.

— Сехмет!

Развалившийся на пирамиде лев помчался вниз. Его голова развернулась и демонтировалась, перейдя в состояние без неё. Когда же он подбежал к Деус эксу со спины, Осирис просунула свои ноги в то место, где раньше находилась голова.

Ноги царицы оказались внутри Сехмет и, получив тело льва вместо сломанной конечности, она стала выглядеть как кентавр.

А затем её лопатки открылись и показался модуль подключения. Тело Гора соединилось с ним. Когда же трансформация завершилась, перед Зэлсионэ предстал человек с крыльями сокола и телом льва. Такой являлась объединённая форма Сехмет, Гора и Осирис.

Её истинный вид в качестве Деус экса.

А следом возникла ещё одна вещь.

Круглый объект показался из-за спины царицы.

Солнце, символизирующее смерть и возрождение.

Камень, приведший этот мир к гибели.

Сфера испускала красное сияние.

— Ч-что… это?!

Зэлсионэ ощутила, как энергия стала покидать всё её тело. Если бы она расслабилась хоть на мгновение, то, скорее всего, рухнула бы на колени.

— У-у?!

От принявшей облик Деус экса Осирис распространилась волна, сотрясающая разум. Словно удар низкочастотного звука от взрыва. Командиру показалось, будто её откинуло на несколько метров назад.

Колебание сотрясло тело на клеточном уровне и разбудило таившийся внутри страх. Страх, который живые существа испытывали инстинктивно. Отчаяние от встречи с естественным врагом, с которым было никак не справиться.

Это походило на ощущение, когда безоружный человек сталкивался с голодным львом.

Настолько сильные страх и отчаяние овладели Зэлсионэ.

Стиснув зубы, она натянуто приподняла уголки губ.

— От существа, называющего себя богом, другого и не ожидаешь!

С презрением глядя на ободряющую себя женщину, Осирис свирепо улыбнулась.

— Это настоящая форма Деус экса Осирис… Зэлсионэ. Лишь тебя я убью прямо здесь. Полностью сотру из времени и пространства!

Подняв меч-обелиск, она направила его на командира имперской стражи.

— Ха-а-а-а-а-а-а!

Зэлсионэ взмахнула металлической плетью из тонких лезвий. Ужасающе длинная и свободно движущаяся. Это было то же самое, что ударить абсурдно длинным мечом. И это оружие атаковало Осирис. Тяжёлый и громоздкий обелиск не мог совладать с такой скоростью. Плеть нацелилась в то место, защитить которое оказалось бы трудно из позиции Деус экса.

Внезапно поднялся столп песка. Осирис оттолкнулась от земли и увернулась от плети. Её движения оказались быстры, и она мгновенно прыгнула к хозяйке оружия.

— Тч!

Деус экс взмахнула огромным каменным мечом сверху-вниз. Превратив плеть в клинок, Зэлсионэ приняла удар обелиска. Тяжёлая атака обрушилась на неё.

Разломавшийся надвое клинок взлетел в воздух.

Хотя командир и защитилась от этого удара, её меч сломался.

— Что за безумная сила?!

Активировав турбины на полную, она разорвала дистанцию. Однако Осирис двигалась быстро. Деус экс быстро догнала Зэлсионэ и атаковала её.

— Уо-о!

Пришедшийся по спине удар обелиска оторвал одно крыло.

«Чёрт!»

— Хи-хи-хи, без крыла ты не сможешь использовать внушение, верно?

— Хмм… ну, как ты и сказала.

Обливаясь холодным потом, Зэлсионэ усмехнулась.

— Тогда умри!

Осирис помчалась к противнику, собираясь обрушить на неё свой меч. Однако…

— А?..

Поднятый обелиск не двигался, словно его кто-то держал.

— Это-о?!

Заранее закопанная в песке плеть обвилась вокруг него.

Когда Зэлсионэ щёлкнула пальцами, множество плетей поднялись из-под земли и опутали Деус экса. Они связали руки, крылья и львиные лапы противника.

— Гх… да когда?..

— Знаешь, эти плети умны. Пока притворялась, что убегаю от тебя, я разбрасывала их. Квартум!

— Да-а!

Клэйда, Элма, Лунорла и Рамза напали с четырёх сторон на противника, который не мог двигаться. Воспользовавшись всей силой, четвёрка провела атаку.

— Вы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы!

Светящийся круглый объект за спиной Осирис загорелся.

— Что?!

А в следующий миг он засиял, будто солнце. Квартум оказались ослеплены им. Свет, походивший на лазерные лучи, разлетелся от сферы по всем направлениям.

— Щиты!

От крика Зэлсионэ члены Квартума развернули Лайф Сейверы, несмотря на то, что ничего не видели. Вылетевшие из солнца Осирис лучи продырявили песчаные барханы и даже разрушили барьеры девушек.

— Ува-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

Хотя четвёрка не получила смертельных ранений, прямые попадания уничтожили Лайф Сейверы и отбросили их.

— Этот дешевый трюк…

Обвивавшие Осирис металлические плети тоже оказались разрезаны лучами, и когда Деус экс развела руки, то обломки оружий упали на песок.

Выглядело так, словно план Зэлсионэ провалился. Однако…

— Отлично выиграли время. Молодцы.

— Что?

Непонятное беспокойство распространялось в царице. Осирис взглянула на четвёрку, которая должна быть побеждена. Хотя члены Квартума рухнули на песок, они все довольно улыбались. Зэлсионэ же…

— Хотя Перестройку сердца нельзя применить с одним крылом, всё будет в порядке, если приложить усилия.

Левое крыло бабочки было сломано пополам. Однако в правом вращался красочный свет, походивший на сияющий калейдоскоп.

— Получай! Пламя Калэйда[1]!

Взрывной свет вырвался из крыла бабочки. Сияющий поток, переливающийся разными цветами. Все узоры на крыле выпускали свет, атаковавший Осирис. Сотни, тысячи отличающихся друг от друга по цвету лучей, каждый из которых чертил свою собственную траекторию, попали по доспеху Деус экса.

— Гх… что за… давление?!

Они поразили доспех Осирис и стали вдавливать огромный корпус в землю. Царица развернула перед собой щиты и съёжилась так, словно легла на песок. Её крылья загорелись, а их поверхность начала плавиться. Трещины возникли на лапах Сехмет, и броня стала раскалываться. А затем пытка света, которая, казалось, будет длиться вечность, внезапно прекратилась.

— Хи-хи. Ну как? Понравилось?

Зэлсионэ выглядела счастливой, но пот стекал по её щекам.

«У меня скоро закончится магическая энергия. Может, уже рухнешь?»

Тайная молитва женщины оказалась напрасной, ведь четыре львиных лапы Деус экса не утратили своих сил. Огромное тело вновь поднялось.

А затем полные ненависти глаза Осирис уставились на Зэлсионэ.

— Было ошибкой думать, что если я немного воспользуюсь своим телом, то всё будет в порядке… но… довольно. Вы все! Я уничтожу вас!

Тело царицы ослепительно засияло. Синие полосы побежали по золотому льву. Выглядело так, будто сила распространялась по всему его телу. А затем это сияние начало восстанавливать получившую повреждения броню. И вскоре золотой доспех вернул свой первоначальный вид.

Осирис выглядела так, словно высвободила силу, которую ограничивала до сих пор.

«Как хлопотно», — пробормотала про себя Зэлсионэ.

— Зэл! — громко крикнула Грейс. — Эта девка ведь Деус экс! Плохая идея — сражаться с ней в открытую!

— …Ничего не поделаешь.

Командир пожала плечами и равнодушно улыбнулась. А затем развернулась и резко выкрикнула:

— Отступаем!

Песок поднялся в воздух, словно от взрыва. Активировав турбины на полную, Зэлсионэ помчалась прочь. Квартум и Грейс тоже полетели за ней.

— Вы-ы!

Осирис смотрела на них полными ненависти глазами. Однако она не пыталась покинуть то место. Взглянув на неё через плечо, командир имперской стражи удивлённо пробормотала:

— …Она не последовала за нами?

Плавающее окно с лицом Элмы открылось перед ней.

— Может, испугалась силы Зэл-самы?

Грейс кивнула в другом окне.

— Вероятно, она боится оставлять некрополь без присмотра. Наверняка контроль разума Зэл, который эта девка не сумела заметить, оказался для неё настоящим шоком.

С беспокойным выражением лица Клэйда прошептала:

— Или… ей и не нужно преследовать…

Зэлсионэ чутко отреагировала на эти слова.

— А? Что ты имеешь в виду?

— Э… ну, кажется, она управляет песком и воздействует на Ордиум странной силой, отчего тот не может взлететь. А значит, у неё найдутся и другие способы помешать нам.

— Идиотка! Сказала бы это раньше!

Коротко вскрикнув, Клэйда тут же закрыла окно.

Кусая ноготь, Зэлсионэ задумалась.

«Что же делать? В конце концов, нам придётся снова вернуться в некрополь. К тому же, если она может управлять песком…»

— Даже если Осирис не может покинуть некрополь… куда бы мы не убежали в этом мире, её преследование не прекратится…

В то же время внезапно открылось окно от Рамзы.

— Зэлсионэ-сама-а! Это, это…

Подавив желание пожаловаться на то, что она не понимала значение «это, это», командир посмотрела через плечо.

— Что «это»?

Взбугрившийся песок с ужасающей скоростью двигался по пустыне. Выглядело так, словно нечто под землёй быстро приближалось к летевшему отряду.

— Почему-то у меня плохое предчу-увствие!

— Согласна… Грейс-сама! Пожалуйста, наберите высоту!

Добравшись до них, он перегнал Зэлсионэ и остальных девушек.

— Э-э? Разве не мы его цель?

— Да как такое возможно?! Он наступает!

Оказавшийся на пути песок вспучился и мгновенно поднялся на сотню метров вверх.

— Да что это?!

Перед ними возник песчаный гигант. У него отсутствовало лицо, а на месте рта и глаз зияли чёрные дыры, походившие на пещеры. Песок постоянно струился по его телу, словно циркулирующая вода.

Хотя Элма и держала в руках молот, она не представляла, как бить такого врага.

Он уже достиг двухсот метров, хотя показался лишь торс. Его тело неуклонно росло, словно монстр вылезал из пустыни.

— Так или иначе, мы должны попробовать атаковать!

Подняв томагавк над головой, Рамза устремилась к песчаному гиганту.

— Ха-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

Объятая пламенем чудовищная ударная волна отрезала руку противника.

— Ура! Я могу справиться с ним!

Однако эта радость длилась лишь миг. Когда она вновь взглянула на гиганта, отрезанная рука уже восстановилась.

— Э-э! Ложь?!

Рядом с девушкой открылось окно от Лунорлы.

— Тело этой штуки сделано из песка. Если будем сражаться обычными способами, то, вероятно, не нанесём никакого урона.

— Раз ты так говоришь, как нам поступи-ить?!

Когда Рамза воскликнула, пучок света прилетел издалека.

— Ува-а-а-а-а-а-а!

— Рамза?!

Пушка частиц, обладавшая золотым сиянием. Её обстрел попал прямо по девушке, отчего та потеряла сознание и начала падать.

— Приди в себя!

Лунорла оттолкнулась от воздуха и погналась за товарищем. Однако рука гиганта понеслась к ней.

— М-м-кья-я-я-я-я-я!

Огромная масса песка, весившая несколько тонн, легко отбросила Лунорлу. А затем ещё один гигант показался из земли, и тела парочки оказались проглочены поднимающимся песком.

— Рамза! Лунорла!

Грейс вытащила косу из крыла и заняла боевую стойку. Однако, продолжая крепко сжимать рукоять, девушка не двигалась.

«Даже если я ринусь спасать этих двух, что мне нужно сделать? Выкопать их из песка? Однако он постоянно струится, словно река. Их тела, должно быть, уже унесло».

В то же время бомбардировка повторилась вновь.

Элма защитилась от этой пушки частиц Лайф Сейвером.

— Гх… да кто же это?!

Девушка увеличила изображение в плавающем окне, и в нём показался синий магический доспех.

— Это… Юрисиа Фарандол!

Клэйда цокнула.

— Значит, она действительно стала приспешницей Осирис!

— Ей просто манипулируют! Зэл! Сможешь освободить Юрисию от контроля разума?

Открылось окно Зэлсионэ.

— Прошу прощения. Из-за полученных от Осирис повреждений… я не могу сделать это.

— У-у… хлопотных оппонентов становится всё больше.

— Грейс-сама. Если это Юрисиа, мне известно, как победить её. Прежде я с ней…

— Нельзя. Если она будет ранена, то… Нээ-сама и Нии-сама… расстроятся…

Выглядело так, словно Зэлсионэ хотела что-то сказать, но с трудом проглотила слова.

— Как пожелаете, — ответив лишь так, командир имперской стражи уставилась на окно, в котором отображалась Юрисиа.

Радуясь захвату добычи, блондинка улыбалась.

— В конце концов, я догнала вас. Не прощу тех, кто пошёл против мамы. А теперь поглотите их всех!

Когда Юрисиа вытянула руку, ещё больше песка взбугрилось и поднялось, напоминая по форме круглый столп.

— Да что на этот раз?!

Дрожащим голосом Клэйда ответила на крик Элмы.

— Это же… дракон, да?

Тело, достигавшее в диаметре десяти метров, тянулось без конца. Оно показалось из-под земли и вновь закопалось в ней. А затем внезапно выскочило под Элмой.

— Кья?!

Монстр широко раскрыл пасть и проглотил девушку.

— Элма! — воскликнула Клэйда. Однако фигуры подруги уже нигде не оказалось.

— Чёрт… да что делать?

Грейс стиснула зубы. Её руки сжимали косу с такой силой, что пальцы императрицы побелели.

«Что я должна сделать? Пожалуйста, скажи…»

— …Нии-сама.

В миг, когда эти слова невольно покинули её уста…

Небо раскололось.

— Что-о?!

Небосвод разлетелся, словно разбитое стекло. И через образовавшуюся дыру показалась носовая часть огромного линкора, превратившаяся в гигантский бур. Вращаясь, она разбрасывала обломки небес и прогрызалась в этот мир.

Способность принудительного создания коллизий с иным миром. В дополнение к Ордиуму и Золотому дракону существовал только один корабль, на который установили Экскаватор.

Клэйда рефлекторно крикнула:

— Линкор Атараксия!

Грейс посмотрела на огромную тень, заслонившую небо.

— Нии-сама…

А в следующий миг чёрный силуэт спрыгнул с этого корабля. Летевший вниз лишь в пилотном костюме парень крикнул:

— Эрос!

Чёрный доспех тут же окутал его тело, и розовый свет побежал по броне. Несомненно, это был сердце-гибридный привод.

— Нии-сама-а-а!

— Грейс! Ты в порядке?!

Увидев падающего Кидзуну, песчаный гигант протянул к нему руку. Парень мгновенно выправил своё положение турбинами и уклонился от приближавшейся, словно стена, огромной конечности.

— Да что это за штука?!

Рядом с лицом Кидзуны открылось окно от Зэлсионэ.

— Вероятно, они контролируются Деус эксом Осирис. Однако мы не знаем способа победить их. Сможешь что-нибудь сделать с ними?

— Деус эксом…

Парень задумался на мгновение, но тут же с улыбкой ответил:

— Безусловно, что-нибудь смогу!

Он зажег турбины и ещё больше увеличил скорость падения.

— Нии-сама?!

Парень мгновенно пролетел мимо Грейс.

— Вперёд! Порочное вооружение «Наюта»!

Несколько магических кругов открылось перед Кидзуной. Коридор из них тянулся до самой земли. Каждый раз, когда он проходил через эти узоры, Эрос преображался.

— Это?!

Увидев его внешний вид, Грейс не поверила глазам.

Причина заключалась в том, что он походил на облик Наюты, когда та стала богом.

«К тому же… что он сказал? Порочное вооружение… Наюта?»

Зэлсионэ тоже глядела на трансформировавшегося Эроса с изумлением на лице.

— Это сила бога, которую ты получил… Хида Кидзуна?!

Ставший выглядеть как Деус экс Кидзуна отвёл руку, собираясь ударить кулаком.

— Уо-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о!

Не снижая скорости, он нёсся к поверхности пустыни. И за миг до столкновения выбросил кулак вперёд.

— Реинкарнация!

Правая рука Эроса погрузилась в землю. Ударная волна, как от взрыва, сдула песок. И в то же время вирус, уничтожающий Деус эксов, был отправлен в него. Будь это простой песок, ничего бы не произошло. Но вот если он являлся частью бога-машины…

Смотревшая на песчаного гиганта Клэйда изумлённо воскликнула:

— Уа?! Что за?..

Три отверстия на голове монстра рухнули, и само лицо стало разрушаться. А в следующий миг он уже больше не мог поддерживать себя и начал падать на землю.

Внутри него девушка заметила знакомые фигуры.

— Лунорла! Рамза!

Активировав турбины, Клэйда помчалась вытаскивать товарищей из песка.

Эффект реинкарнации распространялся, словно рябь, вокруг Эроса. Следом за гигантом начал рушиться и песчаный дракон.

Смотря на это, Юрисиа изменилась в лице.

— Невозможно! Песчаные хранители, позаимствовавшие силу Осирис-самы…

Внезапно выскочило окно тревоги Кроса, сообщая девушке о приближении противника.

— Юрисиа-а-а-а-а-а!

Увидев несущегося к ней Кидзуну, Юрисиа направила дула Дифференциального каркаса на него.

Она взяла его на мушку. Осталось лишь нажать спусковой крючок.

— …У-у…

Однако девушка странно заколебалась.

Хотя и должна была ненавидеть врага, который шёл против её мамы.

«Сейчас же сбей его», — раздался приказывающий голос в разуме.

Однако, пока она глядела на лицо Кидзуны через прицел, её пальцы застыли.

«Почему я не могу нажать на спусковой крючок?!

Уже плохо.

До контакта осталось несколько секунд».

— А-ах, блин!

Девушка перераспределила энергию Дифференциального каркаса с атакующей мощности на движущую силу. Развернувшись кругом, она активировала турбины на полную. Юрисиа должна была как можно быстрее вернуться в некрополь.

— Блэйд!

Сверху внезапно опустились мечи.

— А-а?!

Уже было поздно, когда сенсоры почувствовали их. Половина Дифференциального каркаса оказалась пробита насквозь.

«Твою..!»

Даже эта мысль запоздала. Сосредоточившись только на Кидзуне, она вообще не заметила другого противника.

— Хаюру… ты сделала это!

Химэкава в перерождённом Неросе парила на фоне луны. Падая, Юрисиа с ненавистью смотрела на неё.

Так как её привод больше не мог контролировать положение в пространстве, девушка летела к земле, на которую власть Осирис уже не распространялась.

Стадион старшей школы Атараксии. В основном этот объект предназначался для соревнований по лёгкой атлетике, однако по размерам он был вдвое больше обычного, так как боевое отделение использовало его для практики. Предполагалось, что тренировки с техническими приводами или даже учебные бои будет возможно провести на нём.

Однако никто не рассчитывал использовать стадион для матча, который шёл прямо сейчас.

Ученики с научно-исследовательского отделения с трепетом наблюдали за сражением.

— Ради всего свято-ого, не разрушайте стадион слишком сильно, хорошо-о?.. Ведь отругают именно на-а-а-а-а-ас!

Огромные металлические глыбы врезались друг в друга.

Ударная волна и звук от столкновения достигли даже смотревших с трибун учеников. Их тела напряглись, а глаза рефлекторно закрылись, словно кто-то хлопнул в ладоши прямо перед ними.

— Кья-я!

— Н-невероятно… битва между парочкой доспехов сверхкрупного класса…

Просто наблюдая, они были ошеломлены этим давлением.

Зрительские места затряслись, отчего стоявшие ребята пошатнулись. Поднявшийся ветер задирал короткие юбки школьных форм, выставляя напоказ нижнее бельё. Однако никто не смотрел на это, так как взгляды трибун были прикованы к происходящему на поле.

Два огромных магических доспеха столкнулись в бою. Один из пилотов крикнул:

— Сильвия! Сегодня я одержу победу!

Миниатюрное тело Раглус находилось в магическом доспехе. Демон помчался, словно скользя, по стадиону. А затем поднял массивную руку. Кулак, являвшийся главным оружием этого доспеха, ударил.

— Даже и не мечтай, дэсу!

Тарос Сильвии заблокировал атаку.

— У-у!

Удар сотряс сердце-гибридный привод и находившуюся в его центре девушку. Тихий стон, просочившийся из маленького рта, и скривившееся лицо Сильвии заставили Раглус остановиться.

— Сильвия?

— Всё в порядке, дэсу! Продолжаем, дэсу!

На этот раз мощная рука Тароса атаковала Демона. Однако вернее было называть её не рукой, а молотом. Металлическая глыба с дверцей, напоминавшая огромный сейф. Такой являлась правая кисть Тароса.

— Ха-а-а-а-а-а!

Левая же напоминала плоский куб. Даже бетон легко крошился от её удара, но, судя по двум отверстиям на ней, становилось ясно, что эта рука была стволом пушки частиц. На дистанции всего лишь в несколько метров Сильвия, контролируя положение в пространстве с помощью турбин, направила эту пластину на Демона.

— С такого расстояния?!

Напряжение завладело Раглус. Она тут же выставила левую руку перед собой и развернула Лайф Сейвер на ладони. Однако Сильвия моментально опустила ствол и нацелилась на ногу оппонента.

Вылетевшие фиолетовые частички света попали точно по колену Демона.

— Тч! Попала по правой ноге?! Повреждения?

Раглус пробежалась глазами по открывшемуся перед ней окну с состоянием доспеха. На нём мигал индикатор, показывающий, что использовать правую ногу уже нельзя.

— Гхм! Раздражает! — произнеся это резким голосом, она вырубила питание повреждённого модуля.

В учебном бою мощность оружия вроде пушек частиц и прочего выставлялась на минимум. Вместо этого анализировались особенности удара и высчитывалось повреждение. Следуя этому подсчёту, они продолжали матч с предположением о полученном уроне. То, что сейчас сделала Раглус, являлось следованием правилу.

— Я действительно не хотела пользоваться этим, так как подобное выглядит не круто, но…

Раглус упёрлась ладонями Демона о землю и сделала стойку на руках.

— Э-э-э?!

Сильвия изумилась этому.

— Готовься, Сильвия! Ведь я тоже ненавижу постоянно проигрывать!

Демон понёсся, используя руки вместо ног. Он промчался мимо Тароса и пропал из поля зрения Сильвии.

— Так быстро?!

Демон двигался даже быстрее, чем когда бегал на ногах. И, контролируя положение в пространстве с помощью огромных ладоней, он оказался намного проворнее, чем обычно.

Как и ожидалось, Демон обвёл вокруг пальца даже Сильвию.

«Но… если я скомбинирую пушку частиц левой руки вместе с Игнисом!..»

Сильвия развернулась и зажгла гигантские ракеты. Увидев несущегося на неё в лобовую атаку оппонента, Раглус широко распахнула глаза.

— В самом де-еле?!

«Хотя я и думала, что взяла абсолютную дистанцию!» — мысленно проклиная себя, девушка собрала силу в согнутых руках доспеха, мгновенно выпрямила их и подскочила в воздух.

Тарос пронёсся под ним. Однако Сильвия использовала якорь для экстренного торможения, который выстрелил из модуля ноги, и развернулась. А затем, добавив энергию вращения, нацелилась на падающего Демона и нанесла удар молотом.

— Ха-а-а-а-а-а-а-а!

— Си-и-и-и-и-и-и-ильвия!

Хотя Демон и получил чудовищный удар, Раглус заблокировала эту атаку правой рукой.

— Гх… у!

Она активировала турбины и последовала за движением молота, чтобы избежать столкновения.

— ?!

Не сумев остановить импульс, Тарос потерял равновесие.

— Открылась!

Уйдя от молота, девушка приземлилась вплотную к оппоненту. В то же время она закончила приготовления к удару кулаком.

Однако в её глазах отразилось мучительное выражение на бледном лице Сильвии.

— !

Раглус открыла консоль и нажала кнопку экстренной остановки матча. Сирена тут же раздалась по стадиону, и магические доспехи прекратили свою работу.

— Сильвия!

Выскочив из Демона, Раглус прыгнула к Таросу. Когда девушка выбралась из магического доспеха, он превратился в частички света и исчез.

— Эм, Раглус-тян. В чём дело, дэсу?

В ответ она со злостью закричала:

— «В чём дело»?! Да как ты можешь говорить подобное с таким лицом?! — помогая ей, Раглус вытащила её из Тароса. — В самом же деле… тебе всё ещё нельзя участвовать в учебных боях!

— Хе-хе-хе, так как в последнее время Сильвия чувствовала себя хорошо, то подумала, что всё будет в порядке, дэсу…

— Повседневная жизнь и сражения — совершенно разные вещи!

Когда она опустила Сильвию на землю, Тарос, как и Демон, превратился в частички света и пропал. Скорая прибыла в то же время. Получив сообщение об экстренной остановки матча, ребята из научно-исследовательского отделения и спасательный отряд направились к ним. Ученики вытащили из машины носилки и подбежали к Раглус.

— Раглус-сан, пожалуйста, положите Сильвию-сан на носилки.

— Не нужно! Я сама донесу Сильвию до больницы! — резко произнесла девушка, по-прежнему обнимая подругу.

Ясный голос, раздавшийся из-за спин недоумевавшего спасательного отряда, вмешался в разговор:

— Раглус, оставь это специалистам.

— Геркулас… сама…

Раскачивая связанными в хвостик золотистыми волосами, Геркулас, являвшаяся командиром отряда Леон имперской стражи Ватлантиса и президентом первой группы второго года, прибыла сюда. А рядом с ней находилась Меркурия из отряда Тигрис.

— Но!.. Я!

Меркурия упёрла руки в бока и, словно уговаривая, произнесла:

— И всё же, Раглус. Место, куда её повезут, не больница, а Наюта Лаб.

— У-у!..

— В первую очередь, ты даже не знаешь, куда её надо доставить…

Геркулас подняла руку и остановила свою подругу.

— Спасательный отряд, пожалуйста, приступайте.

Следуя указаниям девушки, спасательный отряд взял из рук Раглус Сильвию, разместил её на носилках и понёс в машину скорой помощи. Как только дверь транспорта закрылась, включились сирены, и он поехал. Раглус с беспокойством посмотрела ему вслед.

— Всё будет хорошо. Жизни Сильвии-сан ничто не угрожает.

Геркулас нежно положила руку на плечо обеспокоенной девочки.

— …Ну да. Верно, это же очевидно.

Попытавшись немного успокоиться, Раглус посмотрела наверх. Там, прямо в воздухе, отображались результаты матча. Спустя две минуты и четырнадцать секунд от начала она проиграла, сдавшись.

— А-а-а… череда поражений…

Звуки аплодисментов достигли ушей смотревшей в небо девушки. Когда же Раглус недоумённо осмотрелась, то увидела, что наблюдавшие за матчем с трибун ученики хлопали ей.

— А? Что такое?

В поисках ответа она уставилась на Геркулас.

— Знаешь, все глубоко тронуты.

— А?

Раглус нахмурилась.

Смотря на неё со счастливым выражением лица, Геркулас тоже зааплодировала.

— Твоим благородным сердцем и дружбой с Сильвией-сан.

— Э-э…

Лицо девушки мгновенно покраснело.

— Ч-что за глупости?! Т-такое…

Однако аплодисменты становились лишь громче.

— А-а-ах, блин! Я пойду!

Она понеслась, словно убегая. Со злорадным видом Меркурия крикнула вдогонку:

— А, Раглус! Она не в больнице, а в лаборатории! Не перепутай!

— Заткни-и-и-и-и-и-ись!

Чуть не упав, Раглус исчезла за дверьми выхода с поля.

Линкор Атараксия шёл на высоте десяти тысяч метров над землёй. Так как под ним расстилались облака, экипаж не знал, что творилось в некрополе. Однако Осирис тоже не могла увидеть их судно.

В камере на корабле проходил допрос.

— Юрисиа Фарандол. Отвечай на мои вопросы.

Экипировавшая Терос Зэлсионэ смотрела в глаза сидевшей на кровати Юрисии. В зрачках командира имперской стражи появились магические узоры, доказывающие, что она использовала свою способность подчинять разумы противников и контролировать их, как того пожелает.

— На что ты надеешься? Да невозможно, чтобы я следовала твоим словам. В этом мире только один человек может приказывать мне. Моя мама, Осирис-сама.

Полным ненависти взором она посмотрела на Зэлсионэ.

— Юрисиа…

Увидев собственными глазами такое внезапное изменение в её поведении, Кидзуна тоже оказался шокирован.

Юрисиа отреагировала на шепот парня и уставилась на него пронзающим взглядом.

— Трус. Надел на меня эту штуку и похитил мою силу…

Девушка прикоснулась к контролирующему магическую энергию ошейнику, который закрепили на её шее. Прежде такие устройства надевали на Юрисию и остальных, когда ребята являлись пленниками Империи Ватлантис. Эти приспособления не позволяли носителю использовать магическую энергию и экипировать магический доспех.

— Что случилось, Юрисиа? Ты не узнаешь меня?

Девушка со скрежетом стиснула зубы.

— Узнаю. Хида Кидзуна… тот, кто, пользуясь своим положением командира Аматэрасу, творил с моим телом всё, что хотел… подлец.

— Э?..

Сердце Кидзуны внезапно подпрыгнуло.

— С прежней мной явно что-то было не так. Однако, встретив маму, я нашла истинную себя. Я не Юрисиа. Мне суждено стать Исидой. Приняв её душу, я смогу стать дочерью мамы!

Она поднялась с кровати и сразу же набросилась на парня.

— Юрисиа?!

Девушка нацелила быстрый удар кулаком в его подбородок.

— Гх!

Отклонившись назад, парень кое-как увернулся. Однако он врезался спиной в стену камеры. В тот же миг скрытые под мягкой плотью мускулы привели ногу девушки в движение и ударили ей, словно плетью, по голове Кидзуны.

— Уа-а!

Отброшенный к стене парень получил лёгкое сотрясение мозга. Юрисиа тут же зашла ему за спину и сжала горло.

— Зэлсионэ! Если не хочешь, чтобы ему сломали шею, выпусти меня!

С равнодушным выражением лица командир имперской стражи вздохнула.

— Поступай как знаешь.

— …Я действительно… убью его!

— …Ну, ты слышал её, да? Что будешь делать, Кидзуна?

— Гх…

Пока его душили, Кидзуна прикоснулся к контроллеру на своём пальце.

— Кья-я-я-я!

В тот же миг магические узоры на ошейнике Юрисии засверкали. Разряд энергии, походивший на электрический ток, пробежал по телу девушки и парализовал её.

— У… это…

Хотя она намеревалась проклясть его, язык девушки тоже оцепенел. Кидзуна убрал руки Юрисии от себя и осторожно уложил её на кровать.

— Я приду снова… Юрисиа, — сказав это, он покинул камеру вместе с Зэлсионэ.

Услышав щелчок замка, Кидзуна тяжело вздохнул. А затем мрачно посмотрел на Зэлсионэ.

— Ну как? Сможешь развеять внушение Юрисии?

Женщина покачала головой на его вопрос.

— Нет. Хотя я полностью экипировала Терос, это не подействовало. Вероятно, она подверглась очень сильному гипнозу.

Терос превратился в частички света и пропал с её тела. Фигура в сексуальной военной форме показалась из-под него.

— Ну… не будет же она считать себя дочерью Осирис до конца жизни, верно?

— Не знаю. Дальше всё зависит от вас.

Он пошёл вместе с Зэлсионэ. Выйдя из тюремного блока, они направились к жилому пространству экипажа.

Парочка вошла в просторную смотровую комнату. Стены от пола до потолка оказались прозрачными, словно сделанными из стекла. Это место могло показаться пугающим, если не привыкнуть к нему, но здесь также возникало чувство, будто гуляешь по воздуху. Так как сейчас было время заката, половина неба окрасилась в оранжевый свет. Купавшиеся в лучах заходящего солнца густые облака выглядели прекрасно, как будто сошли с картины, а их сияющие контуры и тени, которые, казалось, были нарисованы кистью, создавали великолепный пейзаж. Шикарный вид, волнующий сердце.

И в этом пространстве стояла одинокая фигура.

— Грейс?

Заметив Кидзуну, она повернулась к нему.

— …Нии-сама. И Зэл тоже.

«В чём дело?»

Состояние девушки отличалось от обычного. Хотя Грейс являлась олицетворением энергии и самоуверенности, сейчас Кидзуна не ощущал ничего такого от неё. Парню показалось, будто даже её лицо выглядело мрачным.

— Что такое? Плохо себя чувствуешь?

— Нет, ничего подобного… почему ты спрашиваешь?

— Почему?.. Ты кажешься подавленной, да и выглядишь не как обычно.

Грейс немного удивилась.

— Нии-сама… ты действительно заметил, — сказав так, она немного смутилась. — Нии-сама…

— Хм?

— Как мне искупить всё… — прошептала девушка почти неуловимым голосом. Задаваясь вопросом: «А правильно ли я расслышал её слова?» — Кидзуна некоторое время не отвечал.

Словно передумав, Грейс замолкла и покачала головой.

— Нет, ничего. Мы должны вернуть Ордиум. Давайте подумаем о способах сделать это.

Грейс резко повернулась к ним спиной и пошла прочь.

— Тогда я вернусь в свою комнату. Позовите меня, когда придёт время для стратегического совещания.

— Да, хорошо.

Девушка исчезла с другой стороны автоматических дверей.

— Хотя она и сказала так, её состояние кажется странным, да? — спросил Кидзуна Зэлсионэ.

— …Грейс-сама… она боится, что станет препятствием для тебя и Айнэс-самы. А ещё чувствует ответственность за жертв войны между Лемурией и Ватлантисом. Возможно, она считает, что если не возьмёт всё на себя, то это повлияет на будущее Айнэс-самы и Кидзуны.

Не понимая смысла, парень нахмурился.

— Грейс-сама увидела такую иллюзию во время ментальной атаки Осирис.

— Вот как…

Кидзуна выглядел так, словно испытывал боль.

— Это серьёзное дело, но… но, по крайней мере, я и Айнэ ни в коем случае не будем относиться к Грейс как к препятствию.

— Естественно. Иначе я в тот же день отрублю тебе голову.

Холодок пробежал вдоль позвоночника парня. Кидзуна ощущал, что она выражалась не фигурально, а всерьёз.

— Однако увиденный кошмар оказал на неё большое впечатление. В некотором роде его влияние даже сильнее реальности. Поэтому Грейс-сама и волнуется.

— Эй, Зэлсионэ. Есть ли какой-нибудь способ подбодрить Грейс?

С раздражением на лице командир имперской стражи уставилась на парня.

— Сам подумай, никчёмный.

— …Ничего не приходит в голову.

Хмыкнув, женщина подошла к окну. Кидзуна тоже встал рядом с ней.

— Зэлсионэ. Тебе известно много вещей об Айнэ и Грейс, о которых я даже не подозреваю. Не могла бы ты в дальнейшем поведать мне о них?

Зэлсионэ цокнула языком, а затем внезапно схватила парня за воротник.

— Ты… слишком фамильярен со мной.

Кидзуна растерялся от её свирепого вида.

— В-вот как? Но… ладить друг с другом… это же непло…

— Достал! Я командир имперской стражи Ватлантиса, а не президент школьного совета или твоя любовница! Не заблуждайся, Владыка демонов Лемурии!

— Э-э?

Парень застыл с напряжённым выражением лица.

Зэлсионэ убрала руки от воротника Кидзуны, словно отбросив его. А затем развернулась на каблуках и пошла по коридору.

— Не зазнавайся просто потому, что однажды делал с моим телом всё, что хотел!

Женщина вышла из помещения. Может, это разыгралось его воображение, но Кидзуне показалось, что двери, которые должны быть автоматическими, закрылись за ней более резко, чем обычно.

— Э…эй…

Оставшийся в одиночестве парень удивлённо наклонил голову, наблюдая за тем, как вечернее небо превращалось в ночное.

«Грейс действительно императрица Ватлантиса. Но в то же время она даже младше меня. Не думаю, что возлагать всю ответственность на неё будет правильно.

К тому же сейчас, когда мы вместе сражаемся ради спасения обоих миров, она надёжный товарищ. Если объединим силы, сможем спасти даже Айнэ с Юрисией».

— Но… Грейс так мучается. Эх… — невольно пробормотал Кидзуна.

Возможно, он так долго не замечал этого потому, что стал полностью считать девушку своим товарищем, проведя вместе с ней столько времени на созданной Наютой Атараксии.

— В самом же деле… логично, что Зэлсионэ назвала меня никчёмным…

«Милая младшая сестрёнка беспокоится и страдает. Что я за старший брат, если не могу помочь ей?»

— Ладно, пойду к Грейс…

В тот же миг объявление прозвучало на корабле.

— Хида Кидзуна, вскоре начнётся стратегическое совещание. Срочно проследуй в первую лабораторию.

— Нээ-тян?

«Да что случилось?»

Развернувшись, Кидзуна быстрым шагом пошёл по коридору. Он воспользовался лифтом и направился в первую лабораторию, находившуюся у кормы линкора Атараксия. В комнате размером со школьный класс его уже ожидали Рэйри и Кэй.

— Что такое? Вызвать так внезапно…

В помещении находился только стол со стульями. За исключением этого, здесь не было ничего. На парившем по центру комнаты экране отображалось состояние Юрисии в камере.

— Вы смотрели… как и ожидалось, освободить Юрисию от промывки мозгов будет тяжело.

— Да, но у нас есть способ.

— Э-э?!

Сидевшая за столом Кэй быстро застучала по клавиатуре.

— Единственный способ освободить Юрисию от промывки мозгов. И это…

Продолжив за текстовым сообщением подруги, Рэйри объявила:

— Переустановка ядра!

Кидзуна несколько раз повторил эти слова в своей голове.

— Погоди. Какая связь между усилением магического доспеха и освобождением от промывки мозгов?

Когда его сестра кивнула, Кэй начала объяснение:

— Внушение, которому подверглась Юрисиа, создало прочные связи с нервной тканью мозга. Слишком сложно устранить их. Однако если даровать ей более интенсивный опыт и создать более значимую информацию, чем промывка мозгов Осирис, то тело Юрисии получит иное впечатление.

— …Что ты имеешь в виду?

— Во время установки в теле возникает феномен, подобный перезагрузке. Это нужно для удаления информации, которая может стать помехой для запуска ядра. Благодаря этому, такие отрицательные состояния тела, как болезни, будут вылечены, а ментальные преграды — устранены.

— Хе-е-е… звучит здорово. По-видимому, ядра полезны для лечения.

— Однако это действенно лишь в том случае, если на момент установки существует более значимая информация. К примеру, если тело не обладает данными о здоровом состоянии, ничего особо и не улучшится.

— Это… как ты сказала ранее… более интенсивный опыт?

Рэйри скрестила руки и кивнула.

— Попросив Зэлсионэ проникнуть в её разум и исследовать его, мы узнали о воспоминаниях, в которых Юрисиа во время промывки мозгов испытывала сильную боль и наслаждение. Однако конкретный способ нам неизвестен…

«Боль и наслаждение… только не говорите!..»

— Насчёт этого… в целом я представляю, о чём речь.

Опустив руки, его сестра широко ухмыльнулась.

— Как и ожидалось от тебя. В таком случае разговор будет коротким.

Глаза Рэйри засверкали.

— Даруй Юрисии то, чего она желает по-настоящему! Наслаждение, которое заставит кричать её тело и душу! Восторг, который она никогда не испытывала прежде! Оргазм, который разрушит созданные Осирис воспоминания!

— Я… Юрисию… сильнее, чем Осирис?

— Если удастся завершить переустановку в таком состоянии, её эффект сможет стереть глубоко укоренившийся контроль Осирис.

Кидзуна крепко стиснул губы, наблюдая за отображавшейся на экране девушкой.

С мрачным выражением лица она сидела на кровати.

«Это матч между мной и Осирис».

Печаль исказила её лицо, и слёзы стекали по щекам. Прежде он никогда не видел настолько горевавшую Юрисию.

— Это не всё, ты в курсе?

Прежде чем кто-либо заметил, маленькая девочка оказалась рядом с Кидзуной.

— А?! Когда?!

— Профессор Наюта?

— Ты! Я же говорила не входить сюда по собственному желанию!

Игнорируя разгневанную Рэйри, Наюта дошла до центра комнаты.

— Кажется, сама сущность и путь становления тем, кем является сейчас, различен для каждого Деус экса. Подействовавший на Хокуто способ не обязательно будет эффективен против других.

Рэйри раздражённо уставилась на неё.

— И о чём ты?

— Ради того, чтобы Юрисиа приняла душу дочери Деус экса, ей должны были вбить информацию и о некрополе с Осирис. Даже если мы освободим её от промывки мозгов, эти данные останутся. А значит…

Кидзуна кивнул.

— Мы сможем получить их от Юрисии. Возможно, даже поймём, какая атака будет эффективной, верно?

Профессор довольно кивнула.

— Именно.

Смотря на изображение Юрисии полным решительности взглядом, парень обратился к ней:

— Я обязательно спасу тебя… Юрисиа!

Свет озарил тёмную комнату. Блондинка в форме Атараксии оказалась освещена прожектором. Даже среди иностранных моделей мало кто обладал настолько великолепной фигурой. Из-за того, что такое роскошное тело заключили в школьную форму, выглядело так, словно ткань на груди и ягодицах девушки могла разорваться в любой момент. Это была Юрисиа Фарандол из Аматэрасу.

На бывшего аса Америки надели наручники и подвесили цепью к потолку. К тому же в её рту оказался шарик с отверстиями, зафиксированный на лице с помощью кожаных ремешков.

Кидзуна напряжённо смотрел на неё.

Судьба девушки решалась прямо сейчас. И не только она. Конфигурационная информация о Лемурии с Атлантисом, которой владела Осирис. Смогут ли они вернуть эти данные — тоже зависело от его миссии.

Кидзуна покрылся потом, хотя и не шевелился.

— Подготовка завершена?

Маленькая девочка вошла на освещённую около Юрисии территорию. Носившая странное кимоно с колготками Наюта гордо улыбнулась.

— Приготовления с моей стороны полностью выполнены. Я закончила улучшение ядра Кроса, извлечённого из Юрисии. Это место и оборудование тоже готовы.

— …Эх, ты можешь сделать даже что-то такое…

Кидзуна оглядел комнату. Разнообразные плети и пыточные инструменты выстроились вдоль стен. Здесь имелись такие вещи, как верёвки и свечи, а также крупные объекты вроде блочного механизма, на котором сейчас подвесили Юрисию, или стойки в форме X. За его спиной находилась разделявшая комнату железная решётка, словно в тюрьме, и входная дверь по другую сторону от неё.

Это место являлось особой лабораторией на линкоре Атараксия. Первоначально, её использовали для экспериментов с оружием и опасными веществами, однако Наюта провела реконструкцию. Различное оборудование, подготовленное здесь, тоже было собрано профессором.

— В конце концов, всё это существовало на Атараксии. Воспроизвести их было проще простого.

Как будто ободряя себя, парень резко выдохнул.

— Ладно. Рассчитываю на тебя, Кидзуна.

Наюта прикоснулась указательным пальцем ко лбу Юрисии.

— Хм… м-м…

Слегка застонав, девушка открыла голубые глаза.

— Тогда остальное на вас, ребятки.

Произнеся подходящую свахе реплику, выглядевшая самой юной из присутствующих здесь Наюта проскользнула между железными прутьями решётки и вышла из комнаты.

«Было бы здорово, если бы ты вела себя чуть больше как человек», — подумал Кидзуна. А в следующий миг он взял себя в руки и оценил состояние девушки.

— Юрисиа. Как ты?

Её глаза широко распахнулись. Вероятно, она полностью проснулась.

— Мм!.. Мху-у-у-у-у-у!

Пытаясь сбежать, Юрисиа буйствовала и гремела цепью, но это привело лишь к тому, что её огромная грудь закачалась. Растрепав прекрасные светлые волосы, девушка с яростью на лице уставилась на Кидзуну.

— Мфу-у! Умау-у-у-у-у… ау-у!

Выглядело так, словно она гневно кричала на него, но из-за шарика с дырками, который впихнули ей в рот, слова звучали неразборчиво. Из отверстий на кляпе вытекала блестящая слюна.

— Отныне я буду дрессировать Юрисию. Я заставлю тебя хорошенько понять, кто твой хозяин.

— ! М-м-мвохау-у-а-а-а-а-а-а! — взвыла Юрисиа. Кидзуна не знал, что она говорила, но даже ему было понятно, что девушка хотела сказать. По правде, его самого охватили сомнения.

«Нет, не робей. Такое необходимо ради возвращения Юрисии».

К тому же это являлось тем, чего девушка хотела на самом деле. То, о чём она сама не подозревала и чего желала бессознательно. Кидзуна должен был сделать это.

Из опыта прежних Гибридных сердец он понял, что ей нравится S&M. Но, похоже, у неё был некий ограничитель. Возможно, им являлась гордость сильнейшей в мире или воспитание в качестве знаменитости, препятствовавшее подобному.

Но, взломав эту стену и освободив её саму, парень сможет вернуть настоящую Юрисию.

Вероятно, Осирис заставила её покориться подобным образом.

«Однако я непременно дам Юрисии даже больше!»

Парень приблизился к ней, а затем схватил особо трясущуюся грудь буйствующей девушки.

— У-у-у-у!

Необъятные выпуклости податливо изменили свою форму.

— М-м! М-м-мху-у-у-у-у-у!

Его ладони одновременно ощущали упругость и мягкость. Однако Кидзуна обратил внимание на одну деталь. Он не чувствовал под формой нижнего белья.

— Юрисиа… без бюстгальтера? Ты всегда так ходишь? Как непристойно.

Её щёки покраснели, и она замотала головой.

— Ты таким образом говоришь: «Я хочу, чтобы их мяли, когда угодно».

«В действительности, на неё просто не надели его, когда переодевали».

Юрисиа послала ему гневный взгляд. Кидзуна спокойно принял его и беззаботно продолжил массировать её грудь.

— У… у-у… у-у-у… мм…

Прикасаясь к бюсту одной рукой, другой он стал ласкать её тело. Словно проверяя его, он провёл по поднятым рукам, а затем дотронулся до подмышки.

— Ку-у-у!

Юрисиа встала на носочки. Казалось, что она ощущала это сильнее, чем он думал. Затем парень опустил свою руку к её животу, а потом — к попе. Огромная задница действительно стоила того, чтобы её ласкали. Когда же он задрал юбку, то увидел белые ягодицы в чёрных кружевных трусиках.

— Так здесь надето хоть что-то? Обычно же ты не носишь их, верно? Не нужно заставлять себя.

— М-м-м! Ум-м-м-м-м!

Намеренно произнося такие пакостные вещи, парень мял её огромный зад. Он оказался настолько большим, что одной рукой Кидзуна не мог схватить даже половину. Тщательно лаская и массируя его, он видел, как её пояс дрожал. Казалось, будто это было вызвано не её грудью, а стимуляцией нижней части тела.

Взглянув на Юрисию, Кидзуна понял, что огонь в её глазах слабел. Возможно, девушка отчаянно пыталась перебороть свои ощущения: выражение её лица иногда мрачнело. Но вскоре оно снова становилось опьянённым.

— В чём дело, Юрисиа?.. Кажется, ты чувствуешь это, хотя и делаешь подобное с ненавистным тебе человеком, которого хочешь убить.

Под мявшей качающуюся грудь ладонью он почувствовал нечто твёрдое.

— У… у…

Отрицая, Юрисиа замотала головой. Однако испытываемое Кидзуной ощущение не лгало. Он ущипнул вершину груди девушки и медленно потянул на себя.

— Похоже, они полностью встали, да?

— Мм… у…

— Всё в порядке. Просто наслаждайся, — прошептал Кидзуна, приблизив свои губы к полностью покрасневшему уху Юрисии. Когда же он выдохнул, подув в него, всё её тело задрожало.

Слёзы собрались в глазах девушки, и она уставилась на него печальными глазами.

— В чём дело? Может, ты хочешь что-то мне сказать?

— М-м-м! М-м-у-м-ма-а! — отчаянно закричала блондинка, однако слов не прозвучало. Вместо этого из отверстий на кляпе вытекла слюна. Вид красивой и элегантной Юрисии, которая неряшливо проливала слюну, выглядел так порочно, что даже заставил сердце Кидзуны затрепетать.

«Но слишком фиксироваться на этом нехорошо. В дальнейшем я разрушу защиту Юрисии с помощью диалога. Вперёд!»

Воодушевив себя подобным образом, Кидзуна завёл руки за голову девушки. А затем расстегнул застёжку и вынул кляп-шарик из её рта.

Выплюнув его, Юрисиа высунула свой розовый язык, с кончика которого протянулась струйка слюны.

— Пуская слюни, ты выглядишь как маленький ребёнок.

Кидзуна чрезмерно раздувал стыд девушки. Но она, будучи связанной, даже не могла вытереть рот. Пытаясь скрыть смущение, Юрисиа громко закричала:

— Делая со мной подобное… думаешь, я буду слушаться тебя? Не смотри на меня свысока! Я никогда не проиграю!

— Какая уверенность…

Кидзуна подошёл к стене и осмотрел выстроившиеся там пыточные инструменты. Парень ощущал взгляд Юрисии на своей спине. Хотя она и говорила смело, но всё же беспокоилась о том, что будут делать с ней дальше.

«Раз тело Юрисии разогрелось, начнём с…»

Когда Кидзуна вернулся с ножницами в руке, девушка испугалась.

— Что ты… хочешь сделать?

Её голос дрожал.

— Не беспокойся. Я просто переодену тебя.

Он поднёс ножницы к школьной форме у её живота.

— Это опасно, так что не двигайся.

Юрисиа послушно подчинилась. Вероятно, из-за страха её тело дрожало. Хорошо заточенные ножницы легко вспарывали школьную форму. Когда же они добрались до груди, одежда девушки разделилась спереди пополам. А затем ножницы разрезали отдельные от рубашки рукава, и стан Юрисии оказался полностью обнажён.

Продолжая, Кидзуна поднёс ножницы к её юбке. Он резал вниз от живота. Когда же парень рассёк подол, юбка с тихим шелестом упала на пол.

Юрисиа стояла перед ним лишь в чёрных трусиках, не имея даже возможности прикрыть своё тело.

«Ну что ж, как мне мучить её дальше?»

Вновь подойдя к стене, парень задумался. А затем взял обеими руками выбранное им устройство и вернулся к девушке. Временно положив этот инструмент на пол, Кидзуна протянул руку к наручникам Юрисии.

— Сейчас я освобожу тебя от цепей.

— Э?

Удивление появилось на её лице.

«Почему он так внезапно решил сделать это? Хотя я и думала, что он будет мучить меня…»

Пока Юрисиа сомневалась, Кидзуна в самом деле освободил её запястья.

Глаза девушки засияли. В миг, когда её рукам вернули свободу, она набросилась на парня.

— …А-а?!

Юрисиа планировала нарушить его равновесие и задушить со спины. Однако Кидзуна, которого толкнула блондинка, не сдвинулся ни на шаг.

— Это… а-а!

Напротив, её рука оказалась скручена парнем.

— Так случилось и в прошлый раз. Потому я добавил новое устройство ограничения.

— !

Юрисиа заметила кольца вокруг обоих её запястий. Эти устройства напоминали ошейник, который надели на неё.

— Это улучшенная версия. Они не только ограничивают магическую энергию, но и лишают физической силы. Теперь Юрисиа не сильнее ребёнка.

По правде, так как сейчас девушка не имела ядра, ограничение магической энергии почти не имело смысла. Но вот лишение физической силы весьма способствовало успеху миссии.

— Гх… как низко…

Кидзуна криво улыбнулся.

«Действительно. Однако, пока я буду сражаться с прекрасно владеющей рукопашным боем Юрисией, переустановка будет невозможна… Можешь оскорблять меня сколько хочешь».

Парень поднял недавно выбранный пыточный инструмент. Им оказался шестиугольный блок около десяти сантиметров в длину. Инструкция была написана на его поверхности.

— Устройство автоматического связывания… так, значит, это тоже «инсталлятор»…

Инсталлятор. Вспомогательное устройство, необходимое для приготовлений к переустановке.

Даже для переустановки Химэкавы Кидзуна использовал инсталлятор, хотя его форма и отличалась.

По словам Наюты, этот прибор стимулировал тело с помощью мельчайших вибраций и электрического тока, а находившееся внутри него лекарство для облегчения переустановки выделялось в нужный момент.

Таким образом создавалась оптимальная среда для принятия ядра. В то же время он являлся измерительным прибором, анализирующим состояние тела. С помощью удалённого управления Кидзуна мог следить, достигла ли девушка подходящей для переустановки кондиции или нет.

Держа Юрисию за руку, парень приложил устройство автоматического связывания к её груди. В то же время девушка несколько раз ударила его, но от этого лишь раздались тихие звуки. Так как боль и повреждения почти равнялись нулю, завершить начатое оказалось легко.

— Так… будет нормально?

Когда он нажал на переключатель, верёвки вылетели из устройства автоматического связывания.

— Ува-а!

— Кья-я!

Парочка рефлекторно воскликнула. Сплетённые из специальных волокон красные верёвки начали обвиваться вокруг Юрисии. Оценив размеры её тела, они переплетались друг с другом, делали узлы по собственной воле и сковывали девушку.

Примерно через пять секунд блондинка оказалась полностью связана. Красные верёвки покрыли её тело, соединяясь друг с другом в форме шестиугольников. В некотором роде это походило на панцирь черепахи. Обе руки девушки оказались связаны за спиной, а груди приняли такую форму, словно верёвка сдавливала их. Подобный способ переплетения сильно подчёркивал её бюст. К тому же верёвка впивалась даже в промежность. Протянувшись от живота, она делила её интимную область, проходила между ягодиц и крепилась к талии.

— Ч-что… это?..

— Ну я же говорил, что переодену тебя, верно? Тебе очень идёт.

— Н-не говори глупостей. Такое вообще не является оде… а-а-а-а-а!

Кидзуна схватил верёвку у промежности и потянул её вверх.

— Что случилось? Ты воскликнула так, будто тебе приятно.

— Н-невозможно, чтобы такое было прия… а-а-а! Я-я… а-а-а-а-а…

Стоная, девушка неистово мотала головой. Она отчаянно заявляла, что не чувствовала ничего.

Однако впившаяся в промежность верёвка добросовестно впитывала жидкость и обесцвечивалась.

— Хотя и заявляешь, что всё не так, эта штука не позволит тебе оправдаться, верно?

— Ошибаешься, это… неправда-а! Ау-у-у… ах… ах… не-ет!

— Да и похоже, что тебе это очень нравится.

Кидзуна потянул за верёвку и подвигал ей влево-вправо.

— Уа-а! П-прекрати-и-и-и-и-и-и…

Девушка тут же воскликнула болезненным голосом.

— Честно признайся, что тебе хорошо из-за меня. В таком случае я сделаю тебе ещё приятнее.

— Э-это…

Юрисиа громко сглотнула.

— …Невозможно, чтобы я чувствовала такое.

Даже пока она отвечала, её тело содрогалось. Это являлось доказательством того, что наслаждение охватило девушку.

«Юрисиа ощутила это лишь из-за издёвок словами».

Вершины покачивающейся груди твёрдо стояли. Кидзуна сжал их пальцами.

— Хи-и! А-а-а-а… стой, не тяни!

Он покрутил выступающие кончики, и затем Юрисиа изогнулась всем телом.

— Как я и думал, ты ощущаешь это даже больше обычного. Юрисиа, тебе нравится быть связанной.

Продолжая ласкать грудь одной рукой, другой парень схватил верёвку у промежности. А затем снова тряхнул ею туда-сюда.

— Э-это не так! Не та-а-а-а-ак!

Нектар стекал по бёдрам девушки. Сила покинула её ноги, и Юрисиа опустилась на колени. Из-за этого верёвка слишком сильно впилась в её интимную область.

— А-а-а-а-а-а-а-а… нет… это место-о… м-м-м-м!

Кидзуна отпустил верёвку, и девушка рухнула на пол.

— Ха-а… ха… а-ах…

Мокрые глаза на покрасневшем лице уже опьянели от удовольствия. Кидзуна прикоснулся к подбородку Юрисии и поднял её лицо.

— Ну как? Разве ты уже не стала пленницей наслаждения?

Горячее дыхание просачивалось между губ девушки, а её взгляд растерянно бегал по комнате.

— П-подобное … невозможно. Такое… по сравнению с Осирис-самой… вообще… не… значительно…

У неё всё ещё оставалось спокойствие, чтобы блефовать.

«Тогда нужна ещё более сильная стимуляция».

Тело Юрисии согрелось и вспотело. Температуру в комнате установили немного высокой, отчего и Кидзуна покрылся потом.

— Мне тоже стоит подготовиться к бою.

Пробормотав это, парень начал снимать свою форму. Он почувствовал, как Юрисиа напряглась. Однако, не обращая на это внимания, Кидзуна опустил штаны и остался только в трусах.

В таком виде он взял ещё один пыточный инструмент. Увидев предмет в руке парня, Юрисиа сглотнула. Наказания, которые Осирис даровала ей, воскресли в разуме девушки.

— Хм? Что с тобой?

Кидзуна слегка взмахнул кожаной плетью с несколькими хвостами, и та произвела резкий рвущий звук. Тело Юрисии испуганно подскочило.

— Н-ничего… со мной ничего такого.

«Это… такая же плеть, как и та, которой Осирис-сама наказывала меня…»

Кидзуна оторвал бирку, прикреплённую к рукояти. Инструкция была написана на ней.

«Создаваемые плетью электромагнитные волны активируют клетки в поражённой области. Это поможет распространить информацию ядра по всему телу во время установки».

Ради эксперимента он ударил по собственной ноге. Юрисиа вздрогнула от резкого звука.

«Ясно. Звук громкий, но это не слишком больно. Если правильно рассчитать силу, кожа слегка покраснеет, но ран не будет».

Успокоившись, Кидзуна схватил свисающую с потолка цепь и, отвязав от неё наручники, увидел металлический крюк на конце. А затем парень зацепил его за верёвку на спине Юрисии.

— А… ч-что?

Когда же он включил переключатель на стене, раздался звук мотора и цепь начала медленно подниматься. Юрисию потянуло вверх и насильно поставило на ноги.

— Ну что ж, я начну, Юрисиа.

— Пого… с-стой! Это…

Кидзуна опустил плеть на её задницу. Раздался громкий шлепок, и тело блондинки изогнулось.

— Кья-я-я-я-я-я-я-я!

На большой белой попе остался слегка красноватый след. Ноги Юрисии конвульсивно задрожали.

«Продолжай!»

Затем парень хлестнул по её спине.

— А-а-а-а! Я-а-а-а! Прекрати! Пожалуйста-а!

Кидзуна обошёл её и, словно дразня, прижал кончик плети к качающемуся туда-сюда бюсту.

— А-а… нет, стой… это место…

— Это место… о чём ты? Я не пойму, пока не скажешь.

Юрисиа прикусила губу.

— Моя… моя грудь.

— Понял. Ты хочешь, чтобы я ударил по ней, да?

Ошеломлённая девушка невольно разинула рот.

— О-ошиба… да кто говорил такое?!

Кидзуна поднял плеть над головой и опустил её сильнее, чем когда-либо прежде. А затем вместе с раздавшимся звуком удара красная полоса оказалась высечена на белоснежном бюсте Юрисии.

— А?! Бо!..

От промчавшейся, словно молния, боли девушка стиснула зубы. Слёзы выступили на её глазах.

А в миг, когда боль превратилась в цепенящий зуд, резкий звук раздался вновь.

— Хау-у-у!

Красная линия, словно пересекая первую, пробежала по груди девушки. А затем живот, бока и бёдра тоже отведали плети.

— Не-е-е-е-ет! А-а-а-а-а! Прекрати-и-и-и!

Растрепав волосы, девушка плакала и кричала. Однако…

«Ты действительно чувствуешь это… Юрисиа».

Сияющий в центре её груди инсталлятор имел монитор, на котором числовым значением отображалось, возможно ли осуществить переустановку или нет. Другими словами, из этого числа становилось ясно, как себя чувствует Юрисиа.

И этот показатель быстро поднимался.

Верхним пределом являлась тысяча. Вначале число было около восьмидесяти, но уверенно продолжало возрастать, особенно после того, как Кидзуна начал хлестать Юрисию. И сейчас это число уже достигло пятисот.

Когда Кидзуна остановился, девушка тяжело вздохнула. Её плечи вздымались и опускались так, словно она изо всех сил пробежала стометровку. Пот лился ручьём, и щёки Юрисии покраснели.

Парень взял её за подбородок и приподнял голову. А затем увидел мучительное выражение на мокром от слёз лице. Горячее дыхание просачивалось из приоткрытых губ.

Что ни говори, но это выражение молило его «сделать больше».

Однако после пересечения четырёхсот рост показателя замедлился. Вероятно, Кидзуна не мог рассчитывать на дальнейшее повышение с помощью порки.

«Для проведения переустановки, по крайней мере, требуется значение не меньше восьмисот. Теперь нужно что-то более сильное. К тому же это должно быть тем, чего желает она сама…»

Кидзуна уставился на выставленные в мрачной комнате пыточные инструменты.

«Если не поторопиться, с таким трудом сдавшаяся наслаждению Юрисиа остынет».

Сдерживая панику, парень отчаянно думал.

«Что же Осирис делала с Юрисией? И что мне нужно сделать, чтобы даровать ей ещё более яркие воспоминания?!»

В тот же миг некая мысль промелькнула в его разуме.

«Я позволю Юрисии выбрать самой».

Кидзуна дотронулся до выключателя на стене. Из-за этого зажглось отличающееся от прожектора непрямое освещение, и скрывавшиеся во тьме пыточные инструменты показались перед девушкой.

— Это…

Парень пристально уставился на затаившую дыхание Юрисию. Вскоре он заметил, что её взгляд остановился на некой точке и не отрывался от неё. Девушка судорожно сглотнула.

Перед её взором находилось оборудование, походившее на машину для верховой езды. Однако верхняя часть была сделана в форме треугольника.

«Это… деревянный конь?»

Часть, на которую садились, представляла собой треугольную призму. Поскольку это оборудование расположили вверх не ровной поверхностью, а углом, у оседлавшего его человека будут принудительно раскрыты ноги, и промежность прикоснётся к ребру призмы. Естественно, он ощутит боль, а из-за давления собственного веса не сможет даже сбежать.

— Значит, Юрисиа хочет оседлать вот это.

Внезапно придя в себя, девушка уставилась на Кидзуну. А затем с молящим о прощении видом замотала головой.

— Нет… ошибаешься. Н-нечто подобное… стой… в самом деле… прошу тебя!

В противовес её словам горячий нектар капал с впившейся в интимную область верёвки.

Парень опустил цепь и отстегнул крюк от связанной Юрисии. А затем взял ножницы и присел перед девушкой.

— Я сделаю тебе немного комфортнее. Не двигайся.

— …Мм…

Блондинка ощутила холод ножниц ниже живота. И в следующий миг впивавшаяся в промежность верёвка оказалась разрезана. А затем парень поднёс инструмент к талии девушки, и тесёмку нижнего белья постигла та же участь.

— А…

Трусики тихо опустились на пол, и больше ничего не прикрывало интимную область Юрисии. Покрытый капельками золотистый кустик показался перед парнем.

— А-а… ах, а-а-а! Не смотри! Такое… не-ет!

Отчаянно пытаясь скрыть промежность, она свела бёдра, но это оказалось бессмысленными усилиями.

Отображавшееся на инсталляторе число возросло до пятисот сорока. Кидзуна обнял облачённую только в верёвки девушку и повёл её к деревянному коню.

Словно отказываясь, она не шевелила ногами, однако парень насильно тащил её.

— Не-е-е-ет! Пожалуйста! Я сделаю всё что угодно, кроме этого! Пощади меня!

Однако нынешний Кидзуна понимал, что говорило тело девушки.

Оно было по-настоящему счастливо.

Так как сейчас деревянный конь находился в самом нижнем положении, девушка могла с лёгкостью оседлать его. Кидзуна обошёл блондинку и, встав за ней, заставил её сесть на корточки. А затем, просунув руки ей под колени, поднял девушку.

— С-стой… эта поза-а! Не раздвигай! — завопила Юрисиа с раздвинутыми ногами. Она выглядела как маленький ребёнок, которому помогали пописать. Такое, безусловно, являлось унизительным для неё.

А затем, к ещё большему стыду девушки, её опустили вниз.

— Нет, нет, не-е-е-е-ет!

Кидзуна нажал правой ногой на педаль, прикреплённую к устройству. Тут же раздался тихий механический звук, и деревянный конь начал подниматься.

— Хи-и!

Сердце Юрисии яростно забилось, а пот выступил по всему телу.

— Ради всего святого! Если прекратишь сейчас, я прощу тебя! Поэтому…

«Не ведись, Кидзуна», — убеждал себя парень. — «Не слушай слова, покидающие её уста. Слушай голос её сердца».

Он не ослаблял нажим на педаль, и деревянный конь продолжал подниматься.

— Н-нет, нет! Кидзуна! Лишь это нельзя! Пожалуйста, прекрати!

Тем не менее пыточный инструмент не останавливался.

— Умоляю, Кидзуна! Если что-то другое… хи-и!

Треугольная вершина прикоснулась к тайному месту Юрисии. А затем Кидзуна отпустил руки и доверил тело девушки деревянному коню.

— …А! Не-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-ет!

Крик вырвался наружу.

А в следующий миг в разуме Юрисии воскресли ощущения от наказания, которое Осирис даровала ей.

— Гх! Ха-а-а-а-а-а♥…

Чувство, которое являлось то ли болью, то ли наслаждением, атаковало блондинку. А затем деревянный конь поднялся ещё выше, и носочки девушки оторвались от пола. В тот миг устройство полностью подняло тело Юрисии.

— А-а!.. Ха-а-а! У…

Девушка хватал ртом воздух, словно не могла вдохнуть.

— П-пожалуйста… помоги, Кидзуна. Так я… о маме…

Слёзы потекли из её глаз.

Юрисиа молила о прощении, но лицо у неё было как у самки в брачный период.

Продолжавшее быстро расти число уже превысило шестьсот пятьдесят.

Естественно, деревянный конь тоже являлся разновидностью инсталлятора. Устройство напрямую влияло на место, через которое осуществлялась переустановка ядра.

То, что Юрисиа проявила интерес к нему, можно было назвать удачей. Поэтому и возникла необходимость тут же надавить на девушку.

Кидзуна наступил на другую педаль.

— Кья-я-я! А… ч-что… ты… а-а-а-а-а-а-а-а♥!

Мельчайшие, почти незаметные для глаза вибрации начали сотрясать деревянного коня. Они посылали сладостное и сильное удовольствие от интимной области внутрь её тела. Невероятный праздник, в котором смешались боль и наслаждение. Этого оказалось достаточно, чтобы лишить Юрисию здравомыслия.

— Не-ет… нет, прекрати-и-и-и-и-и-и♥! Я… ч-чувствую себя… стра-а-а-анно…

«Н-невероятно… такое… возможно… даже лучше, чем у Осирис… нет, лучше, чем у мамы!..»

Показатель на груди девушки достиг семисот.

Увидев это число, Кидзуна подумал о следующем ходе.

Он всё ещё не превзошёл Осирис. Однако сейчас остался всего лишь один шаг до разрушения контроля Деус экса.

Парень выбрал примитивный, но эффективный пыточный инструмент. Взяв его, он снова вернулся к блондинке.

— Я подарю украшение Юрисии.

— Ха-а… ч-что?.. А-а-ах!

Пустыми глазами девушка увидела то, что Кидзуна держал в руке.

— При… щепка?

Парень нажал на прищепку и поднёс её к вершине груди Юрисии. Её глаза опьянённо увлажнились.

— Та… такое нельзя-я-я-я! Страшно… страшно… я больше не хочу… боли…

Однако кончики её бюста твёрдо выпирали вперёд. Казалось, будто они с нетерпением ждали этого и желали как можно скорее быть украшенными таким аксессуаром.

Пытаясь сбежать от прищепки, Юрисиа дёрнула телом. Кидзуна поймал раскачивающуюся грудь и защемил её вершину прищепкой.

Давление и боль, которую девушка никогда не испытывала прежде, продолжали атаковать. Это не походило на то, что заканчивалось мгновенно, вроде удара плетью. Этот инструмент непрерывно мучил грудь Юрисии.

— А… а-а… у-убери. Пожалуйста, убери-и-и-и-и-и…

Из-за сдавленной вершины бюста девушке казалось, будто нечто в её теле, принадлежавшее Осирис, полностью исторгалось.

А затем показатель достиг восьмисот.

«Удалось!» — воскликнул Кидзуна про себя. Однако он не собирался останавливаться на этом.

Парень стремился к верхнему пределу настолько, насколько это возможно. К тому же он до сих пор не мог отрицать присутствия Осирис в Юрисии.

«Да что мне ещё сделать?

Боль и наслаждение. Эта пара.

Я уже достаточно долго использовал инструменты.

Теперь должно быть то, что я дам ей непосредственно.

То, что заставит её полностью признать поражение и покориться мне.

И для этого!»

Кидзуна выключил деревянного коня, и вибрации прекратились.

— А-а-ах! А… э-э?

Тяжело дышавшая Юрисиа посмотрела на парня с таким выражением лица, будто собиралась спросить: «В чём дело?»

Кидзуна вытянул руку и провёл по щеке девушки.

— Прости, что сделал тебе больно.

— ?..

— Если ты настолько это ненавидишь, я остановлюсь и не буду мучить тебя ещё сильнее.

— Э-э… н-но…

Изумившись, она несколько раз моргнула влажными от слёз глазами.

— Юрисиа.

Девушка затаила дыхание, гадая, что же Кидзуна собирался сказать.

— Стань моей рабыней.

Едва услышав его слова, Юрисиа ощутила, как всё внутри её живота крепко напряглось.

— Если станешь моей рабыней, я сделаю тебе ещё приятнее.

Блондинка шумно сглотнула.

— Но если ты действительно ненавидишь такое, то я больше никогда не буду этого делать. Юрисиа, выбирай что хочешь.

Девушка заметно растерялась, а её взгляд забегал по комнате.

— Но… я… принадлежу маме… и должна стать Исидой. К тому же я представитель высшего общества, ты в курсе? Да и сильнейший в мире пилот… Более того… мама говорила… что нечто вроде S&M вульгарно…

Запутавшаяся Юрисиа стала говорить бессвязно. Промывка мозгов Осирис и дрессировка Кидзуны сражались внутри неё.

Парень надавил на педаль. Из-за этого деревянная лошадь стала опускаться и собралась вернуть девушку на землю.

— А… а!

А затем пальцы её ног коснулись пола. Кидзуна протянул руку к груди Юрисии и попытался снять прищепку.

— А, а-а… постой. Постой.

Девушка почти заплакала.

Её мама ушла из дома после развода.

Она была брезгливой и питала отвращение к вульгарным вещам.

А в особенности эта женщина не терпела существования чего-то вроде S&M.

Она надеялась, что Юрисиа станет сливками высшего общества.

Элегантной леди, которой все будут завидовать.

Однако сама девушка хотела стать героем, нежели леди.

И ещё ей на самом деле было любопытно.

Она чувствовала, что связанная и выпоротая фигура выглядела прекрасной.

«Мама, Юрисиа…»

Её плечи дрогнули, и девушка тихо прошептала:

— …Я стану.

Кидзуна остановил деревянного коня и посмотрел на девушку. Однако она опустила лицо и больше ничего не произнесла.

— Скажи чётко. Кем Юрисиа хочет стать?

— …

Парень вновь собрался опустить устройство. И в тот миг Юрисиа подняла голову.

— Я стану твоей рабыней!

Горячие слёзы побежали из её глаз. Отображавшееся на инсталляторе значение превысило девятьсот.

— Пожалуйста, сделай меня рабыней Кидзуны, рабыней хозяина!

— Хорошо сказано, Юрисиа.

А затем он вновь включил вибрацию устройства.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а♥! — чарующе воскликнула девушка. Кидзуна нажал на переключатель, и деревянный конь вновь поднялся, а носочки Юрисии взмыли в воздух.

— У-у… ха-а… э-это впервые… так замечательно!

А затем парень обошёл восторженно извивающуюся блондинку и уставился на её огромный зад.

— Я начинаю, Юрисиа. Это моя любовь к тебе.

И в следующий миг Кидзуна изо всех сил шлепнул её по заднице.

Раздался особенно громкий и резкий звук.

Вместе с ударом он проник в девушку и распространился по всему телу.

Казалось, будто он давал понять до самых глубин души, кто её хозяин.

— ХИ-И-И-И! А-А-А♥… А-А♥♥… А-А-А♥… А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А♥♥♥!

Она закричала, и её тело выгнулось дугой. Воскликнув так восторженно, что израсходовала почти весь свой воздух, Юрисиа потеряла сознание.

Поймав едва не упавшую девушку, Кидзуна спустил её с деревянного коня.

Показатель на инсталляторе прекратил изменяться. Он достиг тысячи. Максимальное значение.

«Юрисиа признала меня своим хозяином и освободилась от проклятия Осирис. Теперь пришло время для переустановки!»

Парень снял инсталлятор и взял Юрисию на руки, словно принцессу. А затем коснулся переключателя на стене, отчего железная решётка тут же открылась. Продолжая нести девушку, Кидзуна вышел наружу и зашёл в соседнее помещение.

Он увидел полностью отличавшуюся от прежней комнату в белых тонах. Она выглядела комфортабельной и чистой, а по центру располагалась кровать королевского размера. Парень уложил Юрисию на неё.

Рядом с постелью лежал серебряный дипломат. Когда Кидзуна открыл его, внутри оказалась металлическая капсула около пяти сантиметров в длину и трёх в диаметре.

— Ядро Кроса…

— Мм…

После бормотания парня Юрисиа приоткрыла глаза.

— Ах… я?..

— Слава богу. Кажется, промывка мозгов Осирис развеялась.

Он нежно прикоснулся к её щеке. Девушка счастливо улыбнулась и потёрлась о его ладонь, словно избалованное дитя.

— Ага… но… это странно. Я все ещё думаю, что хочу стать дочерью мамы. Словно существуют две меня.

По словам Кэй, если переустановка удастся в таком состоянии, Юрисиа сможет полностью избавиться от контроля Осирис.

— А теперь я проведу переустановку твоего ядра.

— Ядра… э? Значит, во мне… сейчас… его нет?

Кидзуна поднял ядро Кроса перед девушкой.

Не веря собственным глазам, Юрисиа уставилась на металлическую капсулу.

— Ложь… ведь… если извлечь ядро, я же умру, не так ли?

— Для моей мамы это возможно. Она же завладела силой, равной силе Деус эксов.

Блондинка восхищённо выдохнула.

— Она действительно бог… Тогда, даже если мой уровень гибрида достигнет нуля, я не умру?

— Нет, это по-прежнему… хм?

Юрисиа не жила на воссозданной Наютой Атараксии. Поэтому она и не должна была знать о том, что пилот, если он израсходовал весь уровень гибрида, умирал.

— Юрисиа, откуда ты?..

Однако девушка так улыбнулась, словно хотела сказать: «О чём ты спустя столько времени?»

— Ну… я поняла это, наблюдая за поведением Кидзуны и главнокомандующего.

— В-вот как?

Юрисиа кивнула.

— Но я посчитала, что если делать вид, словно ничего не знаю, то Кидзуне будет лучше… поэтому и молчала.

Сила внезапно покинула плечи парня.

— А?.. Вот оно что. Хотя я и старался, чтобы вы не заметили.

Хихикнув, девушка подмигнула.

— В конце концов, я верю, что Кидзуна никогда бы не позволил нам умереть. По правде, я не особо и беспокоилась об этом☆.

«…Я в самом деле ей не соперник», — пробормотав это про себя, Кидзуна поднёс ядро к губам Юрисии.

— Если согреть ядро до температуры человеческого тела, оно примет подходящую для установки форму.

Просто от этого объяснения девушка поняла, что должна делать.

Она открыла блестящие губы и вытянула светло-розовый язык. Его кончик прикоснулся к ядру.

— …Ку…

Выдох невольно просочился из уст парня.

Ядро разделяло с ним ощущения. Эта стимуляция ускоряла изменения в Кидзуне, и его форма отображалась и на самом объекте. В таком состоянии ядро можно будет ввести в лоно Юрисии.

Девушка облизывала капсулу кончиком языка. Такое действо оказалось сладостным и стимулирующим. Ядро быстро начало изменять свою форму, отчего Юрисиа изумлённо распахнула глаза.

— …Это же…

— Ага… именно то…

Девушка шумно сглотнула, а её глаза окрасились непристойным светом.

— Но… в таком случае… штука Кидзуны, хозяина… тоже…

Она приподнялась и умоляюще взглянула на него.

Кидзуна кивнул и встал на кровати. С восторженным видом Юрисиа опустилась на колени, а затем её рука прикоснулась к нижнему белью парня.

Когда она ловко стянула трусы, штука Кидзуны выскочила из них.

— !..

Юрисиа шумно сглотнула, а затем облизала губы, словно смочив их. Выглядело это невероятно обольстительно.

— Уже… настолько…

Она аккуратно приподняла его достоинство своей белоснежной ладонью.

— Ага. Этого достаточно, чтобы выполнить переустановку… а-а-а?!

Юрисиа поцеловала кончик и тут же приблизила лицо.

— Ю… рисиа-а…

Его штука оказалась во рту девушки. Блондинка не остановилась, и, в конце концов, её нос коснулся живота парня.

«Заглотила… целиком?! Он… достиг её горла?»

А затем она медленно отодвинулась. Штука Кидзуны мокро блестела от её слюны. И когда девушка выплюнула её полностью, то тщательно облизала вокруг. От этой стимуляции парню казалось, будто его щекотали.

Юрисиа ревностно вылизывала парня, как будто собака, выражавшая свою любовь хозяину. Невероятное наслаждение неуклонно вело Кидзуну к пику.

— Юрисиа… уже… достаточно. Если продолжишь…

Услышав его голос, она, наконец, убрала язык.

Но в миг, когда парень почувствовал облегчение, Юрисиа открыла губы и тут же взяла его штуку в рот.

— Ю-Юрисиа?!

Он рефлекторно схватил голову блондинки. Продолжая сосать, девушка взглянула на него. Её глаза шептали:

«Больше… обращайся со мной как со своей собственностью♡…»

Кидзуна понял.

«Отношения между хозяином и рабом не односторонни. Так же, как хозяин доминирует над рабом, раб сам выбирает своего хозяина. Подходит ли хозяин ему, может ли он быть партнером, дарующим желанное удовольствие?

Его всегда оценивают».

Парень схватил голову Юрисии обеими руками.

А затем начал яростно двигать ей вперёд и назад.

Мурашки побежали по спине девушки.

«Тот добрый Кидзуна, который обычно ведёт себя как джентльмен, творит со мной такие ужасные вещи».

Подумав так, она по-настоящему ощутила, что принадлежит ему.

«И он делает такое только со мной».

Девушка ощутила гордость и превосходство от того, что являлась рабыней Кидзуны.

Достоинство парня яростно двигалось в её горле.

Слёзы показались в глазах Юрисии. Она отчаянно сдерживала возникшее желание выплюнуть его.

Сила наполнила пояс Кидзуны.

«Он кончает♡!»

В миг, когда она подумала об этом, горячая энергия выплеснулась в её горло. Через него она попала прямо в живот девушки. Из интимной области Юрисии тоже потекла горячая жидкость. Бёдра девушки задрожали, и она ощутила лёгкий оргазм.

«Ах♡, счастье♡…»

Чувствуя пульсации Кидзуны в горле, Юрисиа опьянённо прикрыла глаза. Слёзы стекали из уголков её глаз.

Когда штука парня стала вялой, Юрисиа медленно отодвинулась. Достоинство Кидзуны, над которым поднимался тёплый пар, вышло из её рта.

— Гха! Кхе-кхе!

— В-всё в порядке, Юрисиа?

Девушка смело улыбнулась забеспокоившемуся парню.

— Мои искренние извинения. Закашляться из-за такого.

Кидзуна покачал головой и провёл рукой по волосам Юрисии.

— Нет. Ты хорошо постаралась. Это было очень приятно.

Услышав его слова, девушка почувствовала, как радость переполнила её грудь. Каждый раз, когда она обслуживала парня, ей казалось, будто присутствие Осирис истончалась в её сердце.

Юрисиа с извиняющимся выражением лица опустила взгляд.

— Но… ведь я не смогла сдержаться и заставила хозяина кончить. Теперь все приготовления нужно делать снова…

— Не беспокойся об этом.

Кидзуна взял лежавшее рядом ядро и прижал его к щеке девушки. Оно так и сохранило свою твёрдость.

— А… а-а… всё ещё… настолько♡♡♡…

Юрисиа восторженно уставилась на ядро, которое имело ту же форму, что и штука парня. Глаза девушки выглядели опьянёнными, а лицо словно таяло.

— Время пришло. Начнём, Юрисиа.

Девушка непристойно улыбнулась и кивнула.

А затем она, сидя на коленях, опустилась лицом на кровать, протянула обе руки назад и раскрыла пальцами своё самое сокровенное место, показывая его Кидзуне.

— Умоляю… пожалуйста, сюда…

И потом направила опьянённый взгляд на парня.

— Пожалуйста, дай Юрисии доказательство того, что она принадлежит хозяину.

Кидзуна приложил ядро к ней, и горячее дыхание просочилось из губ девушки.

— А-а-ах, не дразни!..

Он ввёл ядро в тело Юрисии.

— Не-е-е-е-е-е-е-е-ет… А-а-а-а-а-а-а!

В тот же миг безжалостное наслаждение атаковало и Кидзуну. Удовольствие, выставлявшее напоказ весь позор Юрисии до сих пор. Парню казалось, что если бы он даже на секунду потерял концентрацию, то тут же достиг бы предела.

«Т-тем не менее… как приятно! Не обязательно быть сильнейшей в мире даже в чём-то подобном, знаешь?!»

— Уа-а… ах, ах… н-невероятно… впервые… так хорошо-о! А-а-а!

Словно захлебнувшись удовольствием, Юрисиа тёрлась лицом с грудью о простыню и высоко подняла зад.

— Х-хотя это мой первый раз… мне вообще-е-е… а-а-а! Не… больно-о!

«Ведь ядро не наносит вреда телу!»

Он хотел сказать это, но ощущал, что достигнет пика, если откроет рот. Парень вдавил ядро в полное нектара лоно Юрисии. Когда оно стало продвигаться внутрь и раздвигать стенки, из-за давления мёд вырвался наружу. А когда Кидзуна попытался вытащить ядро, стенки прильнули к нему, словно не отпуская. От такого удовольствия ему казалось, будто пояс таял. Стимуляция, от который пустело в голове, заставляла парня мучительно сжимать зубы.

— Ах, а-а-а-а-а-а-а-а-а! Х-хозяин… я… д-делаю вам неприятно?

— Да о чём ты?! Я-я просто пытаюсь сдержаться! Гх… это!

Выглядя по-настоящему счастливой, Юрисиа широко улыбнулась.

— Я счастлива, я счастлива! Хозя-яин♥!

— Гха?!

Ещё более сильное давление атаковало Кидзуну.

«Т-ты! Раз всё свелось к такому, это будет решающим моментом!»

Парень резко опустил ладонь на её огромную задницу.

— Хи?! Кья-я-я-я-я-я-я-я-я!

Раздался резкий шлепок, и белоснежная попа Юрисии слегка покраснела. От этой стимуляции девушка выгнулась.

— Ха-а-а-а! Не-ет, хозяин! Простите! Хья-я-я!

Юрисиа сильно схватились руками за простыню. Нахмурившись, она мучительно хватала ртом воздух.

Не останавливаясь, Кидзуна несколько раз ударил по её заднице.

При каждом шлепке её тело извивалось, а слюна стекала из открытого рта.

— А-ах… с-сейчас… ч-что-то… приближается… ах, а! А-а-а!

Юрисиа выгнула спину и начала содрогаться.

«Я тоже уже на пределе!»

— Кончай, Юрисиа!

— ХОЗЯ-Я-Я-Я-Я-Я-Я-ЯИН♥… А-А-А-А-А-А-А♥ А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А♥!

Воскликнув задыхающимся голосом, Юрисиа билась в конвульсиях, словно её ударило электрическим током.

А в следующий миг произошёл всплеск магической энергии, что почти ослепил парочку.

Стало так ярко, что они не видели ничего.

Однако покрывавшие ребят частички света успокаивали тела и души, буквально погружая в сон.

Дрейфуя в этом сиянии, их сознания уносились вдаль.

Внезапно Кидзуна с Юрисией осознали, что лежат на постели, словно пустые оболочки. Затмевавшие взор частички магической энергии рассеялись, и дыхание ребят успокоилось.

Продолжая лежать, они смотрели друг другу в глаза.

— Юрисиа… мы справились.

— Да… хозяин.

Кидзуна сел и смущённо почесал голову.

— Прекрати уже с хозяином.

Девушка тоже приподнялась и застенчиво посмотрела на него.

— Неа. Когда мы только вдвоём… ты хозяин♥, — сказав так, она поцеловала Кидзуну в щёку.

Успешно завершившая переустановку Юрисиа освободилась от проклятия. Как и предполагалось, информация, которую Деус экс рассказала ей, осталась в памяти девушки. Основываясь на этих данных, командование сейчас обсуждало способ захвата Осирис и некрополя.

— Такова полная картина некрополя.

Зэлсионэ указала на парившее в центре мостика окно. Данные, которые команда Ватлантис записала во время проникновения в город, отображались в нескольких плавающих окнах.

А на самом большом из них проецировалась полная карта некрополя. На него смотрели Зэлсионэ, Грейс и члены Квартума со стороны Ватлантиса. А также Кидзуна, Химэкава, Юрисиа, Рэйри, Кэй и Наюта от Лемурии.

Не бывавший в городе мёртвых Кидзуна внимательно смотрел на изображения и видеозаписи с ним.

— По атмосфере это место чем-то напоминает Египет…

Управляя столом в готическом стиле, Кэй показала фотографии с Земли. Город в пустыне и пирамиды отобразились как объекты для сравнения.

— Вероятно, цивилизация в бассейне реки Нил возникла под влиянием мира Осирис.

Рэйри тоже кивнула.

— Подтвердим цель. Мы должны вернуть конфигурационную информацию о наших мирах, которой обладает Осирис. И ради этого необходимо победить её.

— Если мы сделаем это, мой Ордиум тоже сможет вырваться из песка, да?

— Верно. Впрочем, тогда и сам этот мир начнёт разрушаться.

Кидзуна взглянул на Наюту и спросил:

— Тогда насчёт способа победы над Осирис… как нам это сделать?

— Осирис — царица мёртвых. С самого начала её жизнь была потеряна. Думаю, убить её невозможно.

Волнения распространились среди собравшихся. Только Зэлсионэ не изумилась словам Наюты.

— Действительно. Когда я манипулировала Осирис с помощью Перестройки сердца, то заставила её совершить самоубийство, однако это оказалось невозможным. Вероятно, даже она не может оборвать собственную жизнь.

— В таком случае как нам победить Осирис?

Словно игнорируя нетерпеливого Кидзуну, Наюта перевела разговор на Юрисию:

— Прежде всего я хочу кое-что спросить у Юрисии.

— И… и что же?

— Внутри тебя всё ещё должны быть воспоминания того времени, когда ты была преданной слугой Осирис и сосудом для души её дочери.

— …Да.

— Ты говорила, что именно Осирис оставила Генезис в Атлантисе, не так ли?

— Да. Конечно, я не слышала этого непосредственно. Это знание, полученное от мамы… от Осирис.

— Ничего страшного… ну, вот это меня и заинтересовало.

Рэйри раздражённо пробормотала:

— И? Прекращай важничать.

Услышав язвительность в её голосе, профессор пожала плечами.

— Цель Осирис — заполучить тела, которые станут сосудами для душ. А затем возродить некрополь. Однако сделанный Деус эксами Генезис обладал силой создавать жизнь. Я же права?

Услышав это, Зэлсионэ неохотно ответила:

— Угу. Хотя требуется преподнести кровь и часть плоти двух людей…

— Верно. Это две вещи, требуемые Генезисом для создания жизни. Генетическая информация, которая станет основой для рождения. И ещё…

Четвёрка Квартума обменялась взглядами. Лунорла пробормотала с обеспокоенным выражением лица:

— Это… действительно так?

Рамза тоже наклонила голову и пробурчала:

— Ну-у-у, у нас же всё ещё нет опыта в создании детей…

Наюта внезапно улыбнулась.

— …энергия жизни. Другими словами, магическая энергия.

Кидзуна вспомнил основную причину, почему между Лемурией и Атлантисом началась война.

— Атлантис испытывал серьёзную нехватку магической энергии, поэтому жизнь не могла зарождаться. Да и коллизия с иным миром возникла из-за этого.

— Да… это принесло немало бед.

— Если бы в Атлантисе не было Генезиса, то, возможно, оба мира существовали бы без таких неестественных затрат магической энергии.

Грейс скрестила руки и тихо произнесла:

— …Другими словами, причиной опустошения Атлантиса и коллизий с иным миром является Осирис. Это имеешь в виду?

Плечи Юрисии вздрогнули, и девушка опустила взгляд.

«Юрисиа…»

Кидзуна беспокоился о её состоянии. Внутри девушки всё ещё оставались знания дочери Осирис. Это то же самое, что иметь прошлое, в котором она являлась Исидой. Сердце Юрисии оказалось зажато между двумя судьбами, что заставляло её страдать.

Наюта внезапно раскрыла веер и ослепительно улыбнулась.

— Именно так, но в первую очередь наши миры были созданы Деус эксами для эксперимента. Однако если бы Генезиса не существовало, то мы бы даже не заметили, что являемся подопытными кроликами, и, вероятно, нас бы использовали или умертвили. Верно и то, что мы, благодаря Генезису, смогли заполучить силу противостоять Деус эксам.

Профессор с щелчком закрыла веер, словно возвращаясь к первоначальному разговору.

— Этот мир не может создавать жизнь, так как в нём нет жизненной энергии. Осирис тоже не обладает ей. Она работает на похожей, но всё же отличающейся от нашей энергии. В некотором роде можно даже сказать, что эта сила полностью противоположна.

Кэй отобразила введённый текст в окне.

— Значит, нам опасно находиться в этом мире?

— Верно. Даже сейчас мы теряем магическую энергию и жизненные силы. Камень солнца Осирис поглощает энергию. Именно он главный преступник, забравший жизни всех в этом мире и принесший смерть фараону и дочери Осирис.

— …Камень иного мира. Призванный… отцом… — тихо пробормотала Юрисиа. Все присутствующие обернулись на её голос.

— Это… фараон заполучил его, пытаясь обогатить мир. Он ни в коем случае не призывал тот камень, чтобы всех убить!

— Юрисиа…

Услышав оклик Кидзуны, девушка пришла в себя.

— А…

Побледневшая Юрисиа натянуто улыбнулась и опустилась на стоявший поблизости диван.

— В-вот же я… не беспокойтесь, продолжайте разговор.

Посреди тяжёлой атмосферы Наюта сделала вид, будто немного задумалась, но тут же продолжила:

— Безусловно, это и планировали изначально. Но ирония в том, что камень вызвал крах мира. Более того, Осирис стала Деус эксом именно из-за его силы, что тоже иронично.

— Но, учитывая сказанное профессором Наютой… план Осирис использовать наши тела, чтобы воскресить людей этого мира…

Девочка резко указала веером на Кэй.

— Правильно. Даже если подготовить контейнеры из плоти, это не устранит проблему. Для фундаментального решения необходимо заполнить мир энергией жизни, магической энергией.

— Мама, подожди. Значит…

Наюта посмотрела в глаза сына.

Её взгляд говорил, что Кидзуна уже должен был понять.

«Тот способ.

Верно.

Он возможен».

Парень знал о нём.

— Способ…

В тот же миг линкор Атараксия сильно тряхнуло.

— Ува-а!

Кидзуна невольно зашатался. Пол наклонился, и слабые толчки повторились по всему кораблю. За исключением спокойно стоявшей Наюты, весь экипаж спешно схватился за находившуюся рядом мебель вроде столов.

— Что происходит?! — крикнула Рэйри, держась за спинку дивана.

— Причина неизвестна. Однако на линкор Атараксия воздействует гравитационная аномалия. Что-то прилипло к поверхности корабля и тянет нас к земле.

Элма нахмурилась.

— Что-то… к поверхности?

— Не может быть!

Клэйда побежала по наклонившемуся полу и, едва не упав, прильнула к окну. Ночь снаружи озарял лунный свет. И в этом ночном небе нечто походившее на чёрный дым взлетало снизу.

— Это песок! Ветер поднял его в воздух!

— Что ты сказала?!

Линкор Атараксия парил на высоте десять тысяч метров. Песок не мог подняться досюда, а на создание фигуры вроде атаковавшего их прежде гиганта потребовалось бы время. Они предполагали, что у них будет достаточно времени, чтобы расправиться с ним.

Однако от вида тёмной дымки за окном Кидзуна почувствовал, как мурашки забегали по его спине.

— Бред! Песчаная буря на такой высоте?!

Зэлсионэ крикнула в сторону Кэй:

— Эй! Высота полёта судна снижается! Увеличь мощность!

— Уже. Но больше этого не получится. Двигатель сломался.

Атараксия прошла сквозь облако и опустилась ещё ниже. Словно совершающий посадку самолёт, линкор медленно, но уверенно приближался к земле.

Гигантский треугольник возник на горизонте.

Пирамида некрополя. Песок контролировался с помощью её силы. Атараксию тянуло прямо к этому огромному монументу.

— Гх… Кэй! Смягчи удар от посадки!

Не имея времени даже на ответ, девушка отчаянно управляла парившей над столом панелью. Из находившегося на днище линкора гигантского двигателя контроля положения, с которым турбины магических доспехов не шли ни в какое сравнение, хлынуло огромное количество частиц. Скорость падения немного снизилась, но им не удалось преодолеть тянущую к земле силу. Корабль сильно затрясло, и если бы члены экипажа неосторожно заговорили, то могли бы прикусить язык.

— !..

Нос судна коснулся поверхности пустыни.

— Ува-а-а-а-а-а-а!

Они попытались приземлиться как можно мягче, но даже так сильный удар сотряс линкор. Подняв клубы пыли, нос судна заскользил по песку, а затем и корпус погрузился в него. Корабль продвигался по пустыне, словно рассекая водную гладь. Разлетавшиеся по сторонам песчинки поднимались вверх на несколько сотен метров.

Линкор быстро приближался к некрополю. При таком раскладе Атараксия должна была врезаться в пирамиду.

Юрисиа изменилась в лице.

— Стой! Прошу!

Подняв густые облака пыли, линкор наконец остановился в тысяче метров от пирамиды.

Казалось, что у них оставался приличный запас, но если учесть, что сам корабль достигал в длину двух тысяч метров, то они затормозили почти вплотную. Им повезло, что Атараксия окончила движение без столкновений.

Юрисиа уставилась на пирамиду и облегчённо вздохнула.

— Слава богу…

— Ты в порядке, Юрисиа?

Услышав беспокойный оклик Кидзуны, девушка пришла в себя.

— Э? Да. Я просто рада тому, что Атараксия не получила повреждений. Вот и всё.

От её натянутой улыбки слабое беспокойство зародилось в сердце парня.

Он не думал, что Юрисиа предаст его. Но поскольку она узнала о ситуации Осирис и её людей из реального опыта, то не могла думать о ней как о чужой проблеме. Наверняка девушке будет тяжело сражаться с Осирис.

— Юрисиа, можешь остаться на Атараксии и защищать её?

— …Э?

— Песок, которым управляет Осирис, принимает формы монстров вроде гигантов или драконов. Если Атараксия будет уничтожена, пока сражаемся с Осирис, мы окажемся в безвыходном положении.

Грейс согласно кивнула.

— Угу. По правде, мой Ордиум тоже попал в её руки. Если и Атараксия будет похищена, это тут же станет преимуществом Осирис.

Державшаяся за спинку дивана Рэйри поднялась на ноги. Зэлсионэ предложила ей:

— Рэйри. Мы уже сражались с Осирис и показали ей свои карты. Если и разделяться на две команды, нам лучше остаться здесь. Так будет нормально?

Главнокомандующий кивнула и посмотрела на Кидзуну с Химэкавой.

— Деус экс Осирис сильна. Численное превосходство не сработает. Напротив, лучше будет подготовить силы, способные противостоять Деус эксу… Кидзуна… и Химэкава.

Тревога пробежала по лицам парочки.

— Вы победили Хокуто. Справитесь ещё раз?

— Да.

— Положитесь на нас! Кидзуна-кун и я, наша па[8]… комбинация сильнейшая!

Химэкава гордо выпятила грудь.

— Я-я тоже… — начала было Юрисиа, но, почувствовав взгляды Кидзуны и Химэкавы, не смогла подобрать слов. — А… это…

Девушка запнулась и отвела глаза. Она прикусила губу от неразрешимых внутри неё эмоций. Маленькая девочка встала перед Юрисией.

— Тебе не нужно заставлять себя. Контроль разума Осирис проникает действительно глубоко.

— Но…

Наюта посмотрела на Кидзуну и улыбнулась.

— Странно называть себя заменой, но давайте пойду я.

Рэйри подняла брови.

— Что? Но…

Наюта разделила свою силу между тремя кораблями и Кидзуной, отчего почти полностью лишилась боевых способностей. Рэйри тоже понимала это.

— Ах, ты беспокоишься обо мне?

— Не неси чушь. Я лишь волнуюсь, что ты планируешь какую-то махинацию.

Профессор раскрыла веер и спрятала свою улыбку за ним.

— Хи-хи-хи, я никому не доставлю хлопот. Просто буду осуществлять свою цель. Познавать Деус эксов.

Наюта эволюционировала в существо, превосходящее людей. Однако её божественность оказалась не идеальной. Профессор стремилась стать ещё более совершенным созданием.

— Верно. Мама интересуется информацией Деус эксов… самой их сутью.

Кидзуна вздохнул, словно смирившись с этим.

— Однако не доставляй проблем, хорошо? Кроме того, оставь битвы нам.

— Поняла. Кстати, Хаюру.

— Э… да. Что такое?

Наюта редко обращалась к девушке, потому Химэкава ответила с недоумённым видом.

— Достойна ты моего сына или нет. Хорошенько покажи мне это, ладно?

Девушка рефлекторно затаила дыхание.

«Достойна ли я её сына?! Пого… ч-что это зна-а-ачит?!»

Лицо Химэкавы тут же запылало.

— П-поняла! Химэкава Хаюру, безусловно, добьётся успеха в командной работе с Кидзуной-куном. Мама!

— Не нужно звать такую женщину мамой! Более того, у тебя даже нет причины звать её так!

Химэкава, на которую закричала Рэйри, бросилась прочь с Атараксии.

Кидзуна, Химэкава и Наюта втроём шли около пирамиды. Монумент стоял между экстренно приземлившимся линкором Атараксия и городом мёртвых.

Тихая ночь без единого шороха. В пустыне не было живых существ, которые могли бы издать хоть какой-то звук, и только висевшая над пирамидой луна отражала яркий свет. Тени Эроса и Нероса падали на песок.

Кидзуна с Химэкавой уже облачились в магические доспехи. Девушка носила новую модель Нероса, который увеличился в размерах из-за переустановки. Кидзуна тоже облачился в новый доспех, но внешне Эрос не изменился.

— Какая зловещая тишина.

— Верно… я думала, что противник сразу же нападёт, но…

Парню, пока он разговаривал с Химэкавой, приходилось смотреть вверх. Девушка открыла вокруг себя несколько плавающих окон. Благодаря увеличению в размерах она могла отображать несколько более крупных, чем когда-либо прежде, экранов. Смотря на них, Химэкава внимательно следила за любой подозрительной вещью, появляющейся на сенсорах.

Идущая впереди Наюта ахнула и произнесла:

— Это же…

А в следующий миг девочка помчалась.

— А! Не делай, что захо…

Профессор подбежала к пирамиде и счастливо погладила один из камней.

— Да что случилось?

Кидзуна взглянул на камень, который ласкала Наюта. Однако парень вообще не видел разницы этого блока от остальных.

— Этот камень — панель управления пирамиды.

— Панель управления? Он?

— Да. Смотри.

Рука девочки засияла. А затем этот свет передался на поверхность камня и, распространяясь по ней, начал чертить искусные орнаменты. Эта совокупность детальных механических узоров напоминала микросхемы компьютера.

Возникший из ладони Наюты свет двигался от камня к камню и вскоре покрыл всю пирамиду. Охватив её полностью, узоры заставили монумент заметно сиять в ночном небе.

— Ясно… я отлично поняла.

Девочка убрала руку от строения. Свет погас, и пирамида вернулась к своему прежнему виду.

— Поняла… что именно?

Ослепительно улыбаясь, Наюта ответила:

— Происхождение этого мира и Деус экса Осирис. Внутри пирамиды не только души её мужа и дочери, заключённые в нежить, но и информация обо всём этом мире. Вероятно, то, что мы услышали от Зэлсионэ и Юрисии — правда.

— Обо всём мире… значит, с силой мамы…

— Верно. Идеально не получится, но, думаю, я смогу более-менее восстановить его. Хотя…

Она прикоснулась пальцем к щеке и наклонила голову.

— Магической энергии недостаточно.

— Но с силой Эроса можно производить её. Вопрос лишь в том, как породить такой объём, чтобы заполнить мир…

Прежде они создали достаточное количество магической энергии, чтобы насытить весь Атлантис. В тот раз это оказалось возможным только благодаря церемонии Кульминационного гибрида с сёстрами-императрицами, Айнэ и Грейс, и содействию всех жителей империи.

— Осирис, — коротко сказала Наюта.

— Что?

— Деус экс Осирис. Её тело, если можно так сказать, усилитель. Она работает с помощью силы призванного из иного мира солнца. Из-за него это место превратилось в мир смерти, но…

Внезапно осознав, Кидзуна подался вперёд.

— Значит, если используем Эрос вместо этого солнца?..

— Именно. Кульминационный гибрид с Осирис и создание магической энергии с его помощью. Благодаря её способности, жизненной силы станет достаточно, чтобы воскресить этот мир.

Парень серьёзно посмотрел на беззаботную девочку.

— Мама… ты сможешь сделать это?

Наюта пожала плечами и утомлённо ответила:

— Да, да.

Кидзуна с Химэкавой беспокойно переглянулись.

«Действительно ли она сделает подобное? Эта начинающая богиня-мать».

Несмотря на недоверие, он чувствовал изумление от недавних перемен в Наюте.

С тех пор, как она превратилась в маленькую девочку, и в особенности с того момента, как показались Деус эксы, её слова и поступки изменились, больше не напоминая прежнюю Наюту. Возможно, что-то случилось, пока они жили на созданной ею Атараксии.

Личность и характер профессора стали странно человеческими.

Более того, в ней ощущались ребячество и невинность. И это испытывал не только Кидзуна. Вероятно, сильнее всего это чувствовала Рэйри. Парень немного поговорил с ней об изменениях в Наюте, но лишь озвучил свои сомнения и ничего более.

«Да что происходит с мамой? Или это тоже один из её обычных способов сбивать людей с толку?»

— …Вот поэтому-то, Кидзуна.

— Э?

Погрузившись в свои мысли, парень не заметил, что Наюта что-то говорила ему.

— Ах, ты не слушаешь того, о чём говорит мама?

Девочка недовольно надула щёки.

— А, прости. Эмм… повторишь?

— Узнав об Осирис, я немного поняла и о Деус эксе Танатос… вот что я говорила.

«О Танатос?»

Услышав это имя, Кидзуна ощутил нечто похожее на страх.

Танатос. Та, кто уничтожила Лемурию и Атлантис. Однако, как и у другого оставшегося Деус экса, её личность была окутана тайной.

В прошлую их встречу его мир оказался полностью уничтожен, а сам Кидзуна не смог ничего поделать с этим.

— Ты нашла способ победить Танатос?

— Способ победить? Это…

— Не прикасайся к пирамиде! — раздался пронзительный голос, прервавший Наюту.

Профессор широко ухмыльнулась и, наклонив голову, обернулась.

— Какая радушная встреча… не похоже, что здесь такая атмосфера, да?

Странно выглядевший бог стоял спиной к некрополю.

Кидзуна видел этот силуэт на снятых Грейс и остальными снимках. Но, столкнувшись вживую, он оказался поражён её аурой.

Коричневая кожа и чёрные волосы. Созданные огромной грудью и тонкой талией соблазнительные изгибы, которые ниже пояса соединялись с телом льва. Огромное туловище и лапы словно у слона. А ещё гигантские крылья за спиной. Золотой Деус экс, обладавший человеческим и звериным телом.

От этого вида холодный пот выступил на лбу парня.

— Деус экс… Осирис.

Сияющие под чёрными волосами золотистые глаза пылали ненавистью, а поднимавшийся из всего тела мерцающий красный цвет, казалось, олицетворял ярость Осирис.

Словно разжигая её гнев, Наюта хихикнула и похлопала по пирамиде.

— Это хранилище данных настолько важно?

— Ты-ы!

Осирис оттолкнулась от песка.

— Да зачем ты её злишь?!

Однако профессор радостно улыбнулась, не чувствуя угрызений совести.

— Как и обещала, я оставляю битву на вас.

— Твою ж! Вперёд, Хаюру!

— Да!

Ещё отвечая, Химэкава уже запустила Лезвия. Четыре парящих клинка атаковали Осирис, остановив её. Изменяя траектории, они вновь и вновь нападали на противника.

— Гх… раздражает!

Деус экс вытянула руку, и меч в форме обелиска возник из песка. Схватив его, Осирис опустила клинок на летевшее к ней Лезвие. Яростные искры разлетелись от удара.

— А-а-а! — практически крича, произнесла Химэкава.

Столкнувшееся с обелиском Лезвие оказалось разрезано пополам.

Кидзуна невольно открыл рот:

— А-а?! Лезвие новой модели?

— Не думайте, что сможете уничтожить этот мир и меня чем-то подобным!

Осирис подняла обелиск над головой. А затем солнце за её спиной стало ослепительно сиять. Его красный свет побежал по выгравированным на лезвие узорам.

«Плохо!»

Инстинкты Кидзуны забили тревогу.

— Подожди, Осирис! Мы хотим спасти этот мир! Выслушай нас!

Презрение проступило на лице Деус экса, словно она насмехалась над ними.

— Лабораторное животное вроде тебя должно прекратить нести вздор. Вы не сможете ничего сделать. А уж тем более спасти этот мир. Это просто несбыточная мечта.

— Ошибаешься. В этом мире нет жизненной энергии. Даже если ты подготовишь тела для замены, всё окончится точно так же! Ты лишь просто повторишь разрушение!

— Поэтому ты украл тело моей дочери?

— Нечто подобное не нужно! Я заставлю этот мир возродиться!

Осирис раздражённо стиснула зубы.

— Закончил с шутками?

Поднятый над головой обелиск испускал ослепительный свет.

— Я царица, защищающая этот некрополь! Никто не сможет украсть у меня этот мир, моего мужа и мою дочь!

— Хаюру! Уклоняйся!

Однако раньше, чем они успели отступить, сверкающий красным обелиск опустился вниз.

— Уо-о-о-о-о-о-о-о-о?!

— Кья-я-я-я-я-я-я-я-я-я!

Хлынувшее вдоль меча красное сияние поглотило Кидзуну и Химэкаву. Это был свет, забиравший саму жизнь. Призванное в мир Осирис солнце, которое высосало всю магическую энергию. Свет солнца, сияющего за спиной Деус экса.

Безумие исказило губы Осирис.

— Хм? Что там за свет?

Охранявшая палубу Рамза из Квартума указала в направлении некрополя. Пронзивший небеса красный свет тянулся из окрестностей пирамиды.

— Кажется, они уже начали…

С мрачным видом Элма глядела на яростное сияние. Однако Лунорла, смотря в совершенно другую сторону, пробормотала:

— Хм… видимо, начинается. И здесь тоже.

— Э?

Элма проследила за взглядом товарища и увидела песчаную дюну, которая возвышалась чуть больше остальных. Однако этот холм, приближаясь к Атараксии, становился всё выше.

— Наступает!

Элма призвала молот из ниоткуда. И в то же время песок сильно рванул, словно взорвавшись. Он устремился к небу, как будто столп воды. Продолжая подниматься всё выше, взлетевший песок превратился в дракона.

Пришло сообщение от Клэйды, которая следила за окрестностями с кормы линкора.

— Эй, отсюда тоже!

Отправленное девушкой изображение появилось перед Элмой. На нём отображалась фигура достигавшего в высоту ста метров гиганта, который пытался подняться из песка.

Элма открыла новое окно и проинформировала находившуюся на мостике Грейс.

— Грейс-сама! Пришли песчаные монстры! С левого борта и с кормы!

Командный центр тоже подтвердил появление монстров. Ученики научно-исследовательского отделения носились по мостику и, управляя световыми панелями над столами, проводили анализ.

— Да. Здесь тоже подтвердили это. Сейчас я и Зэл придём к вам.

Закрыв окно, Грейс повернулась к Рэйри.

— Не возражаете, директор?

— Нет, рассчитываю на тебя. И на Зэлсионэ тоже.

Не ответив, Зэлсионэ последовала за Грейс.

Императрица собиралась спешно покинуть мостик, но остановилась перед стоявшей у выхода Юрисии.

— Что ты собираешься делать?

— …Я пойду с вами, разве это не очевидно.

Не встречаясь с ней взглядом, Юрисиа продолжала смотреть в пол, отчего Грейс неестественно вздохнула.

— Нет. Не пойдешь. Ты останешься здесь.

Юрисиа подняла голову, словно ей дали пощёчину.

— Ч-что ты имеешь в виду?! Я… сделала переустановку ядра и… сейчас… мой боевой потенциал… даже выше… чем у Грейс! И несмотря на это…

Однако, когда блондинка посмотрела в уставившиеся на неё красные глаза Грейс, её голос постепенно затих.

— Будет хлопотно, если ты окажешься на поле боя с такими неясными чувствами. В конце концов, мы не выдержим удара в спину.

Юрисиа прикусила губу.

— Такое… я…

Императрица отвела взгляд от девушки и, подойдя к выходу, остановилась.

— Мне понятно сожаление из-за ошибок прошлого.

— Э?

— Честно говоря, я тоже плохо представляю, что должна делать. Однако мы должны взять ответственность перед жителями Лемурии. В конце концов, я тоже правлю страной.

— О чём… ты говоришь?

— Не знаю, Юрисиа ты сейчас или Исида. Но если ты принцесса, то должна меня понять, верно? Не должна ли ты тоже исполнять свои обязанности?

— …

Грейс обернулась и взглянула на опустившую глаза Юрисию.

— Если тебе беспокоит это, ты должна пойти не со мной, а к Нии-саме.

— Э…

Когда блондинка подняла голову, императрица уже повернулась к ней спиной.

— Сейчас, пока Нээ-сама не здесь, именно я должна помогать Нии-саме. Однако с моим магическим доспехом я не выиграю у этой Осирис и буду лишь мешаться Нии-саме, — сказав так, Грейс пошла по коридору. Зэлсионэ тоже глянула на девушку и тут же последовала за своей госпожой.

— Грейс…

Юрисиа крепко сжала кулаки.

Когда смертоносный красный свет окутал Кидзуну с Химэкавой, Осирис удовлетворённо улыбнулась.

— Хи-хи-хи, ну как вам моя сила? Такие лабораторные животные, как вы…

«А?»

От невозможного феномена Деус экс лишилась дара речи.

Среди красного света, среди света, приносившего смерть всему, стоял тот парень.

Защищая девушку позади, он вытянул руку и поднял щит.

«Щит?

Бред. Невозможно защититься от этого света. А если кто и сумеет, то лишь существо, обладающее той же силой, что я или Танатос. Лабораторное животное… стоп… доспех этого парня. Когда он приобрёл такую форму?

Лишь девушка носила огромный доспех. Но сейчас он у парня даже больше.

Странная броня. Её внешний вид… словно у брони Деус экса».

Осирис широко распахнула глаза.

— Нечто подобное… ты… да кто ты такой?

Парень ответил:

— Обычный человек.

А затем широко ухмыльнулся.

— Хотя и немного позаимствовавший силу поддельного бога.

— Гх!

Излучаемый обелиском красный свет исчез. Над раскалившимся мечом поднимался белый дым. Такой же пар в огромных количествах вился и над бронёй Кидзуны.

Порочное вооружение «Наюта». Под его действием доспех парня принимал такой вид, словно являлся гибридом Эроса и Наюты в облике Деус экса.

Однако, хотя он и обладал силой, близкой к силе богов-машин, остановить сильнейший удар обелиска оказалось не так-то просто. Правая рука, которой парень развернул щит, от кончиков пальцев до запястья пылала ярко-красным.

— К-Кидзуна-кун. Ты в порядке?

Химэкава, которую он защитил, волновалась о нём.

— Да, никаких проблем.

Липкий пот стекал по лицу парня. Он никак не мог быть в порядке.

— Осирис. Ты сказала, что мы, лабораторные животные, не сможем сделать ничего. Что спасение этого мира — просто несбыточная мечта.

— Естественно! Нечто невозможное для меня, творца, будет невыполнимо и для вас, творений!

Слёзы затуманили её взор.

— Думаешь, я за эти сотни тысяч лет только скорбела? Пока в одиночку не допускала потери ни единой души… я мечтала лишь о том, чтобы воскресить этот мир, людей, живших в нём, и моего мужа с дочерью…

Капельки побежали из золотистых глаз.

— Поэтому ваши тела и станут жертвами! Вас изначально создали ради того, чтобы отдать этому миру! И всё же… и всё же!

Страдания исказили прекрасное лицо Осирис.

— Почему… вы делаете… нечто подобное? Хотя я думала… что в этот раз… всё будет хорошо.

Богиня проливала слёзы словно маленькая девочка. От такого вида Кидзуна вновь укрепил решимость в своём сердце.

— Если… если я смогу победить тебя… то одолжи мне свою силу.

— …Такое невозможно, но всё же… позволь спросить… в чём мне сотрудничать?

— У меня есть способ воскресить этот мир. Но для этого необходима сила Осирис.

Царица слегка улыбнулась.

— Продолжаешь говорить о несбыточных мечтах… ну ладно, поступай как знаешь. В любом случае творение не сможет превзойти творца.

Кидзуна бесстрашно ухмыльнулся.

— Я непременно одолею тебя. А затем покажу… что творение, превзошедшее творца — далеко не редкость.

Температура принявшей атаку обелиска руки опустилась, и броня вновь стал цвета воронова крыла.

Новый магический доспех, который он получил благодаря победе над своей настоящей матерью и богом, Наютой. Этими руками парень обнял облачённую в Нерос Химэкаву.

— Ки… Кидзуна-кун?

Кидзуна решительно посмотрел на девушку.

— Хаюру, Поцелуйный гибрид!

— Д-да!

Лицо Химэкавы тут же запылало. А затем она закрыла глаза и подняла голову. Соединив руки вместе, она выглядела как принцесса, ожидавшая поцелуя принца.

Кидзуна приблизился, и их губы соприкоснулись.

Это ощущение мягкости опьянило парочку.

И затем случилось чудо.

Чудо, именуемое Поцелуйным гибридом.

Когда их губы оторвались друг от друга, в глазах ребят тут же отразилась готовность к бою.

— Хаюру!

— Гладиус!

Отвечая на зов, магический круг развернулся перед Химэкавой, и порочное вооружение Нероса, Гладиус, появился из него.

Меч с тремя лезвиями, способный разрезать даже бога.

— Вперёд, Хаюру!

Парочка схватилась за рукоять этого клинка. А затем они одновременно активировали свои турбины на полную.

— Уо-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о!

Подняв смертоносный меч перед собой, ребята понеслись к Осирис.

— Эти… лабораторные животные!

Осирис тоже приготовила обелиск. Солнце за её спиной засияло вновь.

— Ха-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

Два меча столкнулись.

Чудовищные силы противостояли друг другу. А затем ослепительный свет и ударная волна, которая желала разорвать ребят, атаковали их.

— Чё-ё-ё-ё-ё-ёрт! Не проиграй, Хаюру!

— Э-это касается и Кидзуны-ку-у-у-уна!

Объединив силы и надавив на обелиск, парочка постепенно отталкивала Осирис.

— Э-эта сила… такое… невозможно!

Услышав мучительный голос Деус экса, Химэкава ярко улыбнулась.

«Мы сможем!»

В тот же миг синяя пирамида возникла перед девушкой.

— ?!

Око на грани этой фигуры распахнулось.

— А?..

Сияя золотом, оно уставилось на Химэкаву. Золотистый свет влетел в глаза девушки, прошёл сквозь сетчатку и вторгся в нервные клетки.

— Хаюру?!

Сила покинула сжимавшие рукоять пальцы Химэкавы.

— Что случилось?!

«Эта синяя штука?!»

Пирамида попыталась направить своё золотое око и на Кидзуну. Но в тот миг Химэкава полностью утратила силы, и парочка оказалась отброшена ударной волной обелиска.

— Ува-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

Ребят откинуло на песок и проволокло на несколько сотен метров.

— Т-твою… гх!

Воспользовавшись турбинами по всему телу, парень восстановил положение.

— Хаюру!

Однако влекомая импульсом девушка продолжала катиться по земле. Кидзуна хотел помочь ей, но не мог повернуться спиной к поднявшей обелиск Осирис. Более того, Гладиус тоже куда-то отлетел.

— Тебе повезло, чёрный. Ещё немного, и я смогла бы контролировать твоё сердце.

Находясь перед парившей синей пирамидой, Деус экс приближалась к парню. Лапы льва твёрдо ступали по песку, а крылья за спиной триумфально распахнулись, будто уже уверовали в победу.

Кидзуна стиснул зубы.

«Я выиграю, если смогу попасть по ней Реинкарнацией. Но заполучить такой шанс попросту невозможно».

— Гх… что мне делать?!

Волоча сияющий красным обелиск, Осирис чертила им линию на песке, пока приближалась к парню.

— Я намеревалась убить тебя, но так как ты выглядишь здоровым, то станешь моим рабом. А после будешь вечно служить мне.

Синяя пирамида навелась на Кидзуну. А затем золотистый свет хлынул из глаза на ней.

«Чёрт!»

В миг, когда он воскликнул так про себя, луч света появился в поле его зрения.

— ?!

Ослепительное золотое сияние заполнило взор, и свирепый взрыв раздался прямо перед парнем.

Золотой свет, разрезающий небо. Этот поток попал точно в синюю пирамиду, и осколки взорванного монумента разлетелись во все стороны.

— А?.. Да что сейчас произошло?

Осирис изумлённо уставилась в небо.

Синий доспех парил на фоне луны. Этот цвет выглядел невероятно прекрасно. Под лунным светом его поверхность казалась прозрачно-голубой, словно вода. А сделанная в несколько слоёв броня внутри становилась насыщенного ультрамаринового цвета, напоминая глубины спокойного озера.

Плавная и обтекаемая форма доспеха заставляла подумать о воде или ветре. А бегущий по нему золотой свет был великолепнее всего.

За спиной с обеих сторон находились два огромных модуля — Дифференциальный каркас. По форме он также отличался от того, что было раньше. Выглядело так, будто слева и справа находилось по истребителю.

Безусловно, это был Крос, но сейчас он сильно отличался от прежнего себя. Размерами, красотой, выдающейся первоклассностью. Сердце-гибридный привод, полностью изготовленный на заказ для своего владельца.

— Приве-ет, Кидзуна☆.

Закрыв один глаз, Юрисиа Фарандол помахала рукой.

— Юрисиа!

— Исида?!

В отличие от обрадовавшегося Кидзуны, Осирис нахмурилась.

Когда Дифференциальный каркас Кроса выпустил частички света, девушка тут же приземлилась. Она с ужасающей скоростью оказалась прямо перед парнем.

— Я заставила тебя ждать♥. Ну, хотя я и сказала так, не пришлось ли тебе ждать слишком долго?

Яркая и беззаботная улыбка.

Кидзуна открыл рот и собрался что-то сказать. Но, словно передумав, покачал головой.

— …Нет. В конце концов, заставлять ждать — это привилегия хороших женщин.

Юрисиа широко улыбнулась. Нечто сверкающее показалось в уголках её глаз, и девушка беззаботно смахнула это кончиком пальца. Кидзуна поймал руку блондинки и приблизил её к себе.

— Э… Кидзуна?

Лица парочки оказались так близко, как никогда прежде. Даже во время Кульминационного гибрида если их лица пододвигались друг к другу, то один из них тут же уклонялся в сторону. Но сейчас всё было иначе. Как будто взаимно притягиваясь, они приблизились. Их носы соприкоснулись, и ребята ощутили дыхания друг друга.

— Ах… К-Кидзу…

Губы Юрисии оказались накрыты губами Кидзуны.

Казалось, что лишь от этого девушка почти достигла пика. Клеточки всего тела задрожали от радости. Её щёки порозовели, а глаза опьянённо прикрылись. Разделив её губы, язык Кидзуны проник внутрь. Вначале она удивилась, но всё же никак не сопротивлялась этому. Напротив, Юрисиа была счастлива. Парень свободно двигался в её рту. Ей нравилось, как их языки соприкасались, но когда он облизывал её дёсны, то девушка ощущала щекотку.

Словно отплачивая за это, Юрисиа вторглась в рот парня. А затем полностью вкусила его. В голове девушки опустело, и способность мыслить улетучилась. Сейчас она могла лишь сдаться наслаждению, испытываемому во рту.

«Я связана… с любимым…»

И в миг, когда она вновь подумала об этом…

Магическая энергия яростно вырвалась наружу. Чудовищный поток силы, которому подходило описание настоящего взрыва. Такое огромное количество магической энергии вращалось вокруг парочки.

«Первый Поцелуйный гибрид с Юрисией».

С причмокиванием губы ребят разделились. В то же время струйка слюны образовала мост между ними.

— Юрисиа…

Когда Кидзуна позвал её по имени, девушка молча кивнула.

А затем, разведя пальцы, вытянула правую руку вперёд.

— Кросхэд!

Магический круг развернулся перед Юрисией. Нарисованный золотым светом узор медленно вращался. Из его центра появилось нечто напоминающее рукоять, за которую девушка схватилась и потянула. Возникший объект походил на огромную трубу, но полную картину разглядеть не удавалось.

И когда она вытащила его примерно на пять метров, то наконец показалось остриё.

Появившийся из магического круга предмет оказался огромным сваебойным молотом.

С обеих сторон ствола тянулись длинные и толстые цилиндрические детали диаметром около метра, и если смотреть на всё сверху, то это напоминало огромный крест. В самом же стволе находился гигантский острый кол. Его высовывающаяся наружу вершина излучала ужасающий свет.

Это остриё пронзало врага и выбрасывало в него огромное количество частиц.

Таков был новый Кросхэд.

Крест разрухи, который пронзал любого противника и разрывал изнутри.

Поддерживая оружие слева и справа, Юрисиа и Кидзуна схватились за рукояти с обеих сторон от ствола.

Смотря на это, Осирис воскликнула:

— Исида! Да что ты делаешь?!

От этого голоса Юрисиа на мгновение затаила дыхание.

— Брось эту штуку, иди сюда!

Блондинка опустила взгляд.

— Да… я сейчас… подойду…

Такое мрачное выражение лица заставило Кидзуну беспокойно окликнуть девушку:

— …Юрисиа?

Юрисиа приподняла Кросхэд немного вверх и нацелилась на солнце Осирис.

— Кидзуна… слабое место Осирис — солнце за её спиной. Лучевое оружие и пушки частиц не сработают, но его можно уничтожить физической атакой.

— …Что?

Парень уставился на сияющее за спиной Деус экса солнце. Даже используя обелиск, она заимствовала силу у этого камня. Он являлся источником её силы и главной уязвимостью.

И вместе со способом победы решимость Юрисии передалась и Кидзуне.

— Но… если будем целиться в него, нас поразит атака Осирис.

Девушка внезапно улыбнулась.

— О чём ты? Мы собираемся победить бога, да? Будь готов отдать одну или две руки!

Кидзуна содрогнулся от этих слов.

— Эй, Юрисиа…

— Это не значит, что я собираюсь пожертвовать собой. Расслабься, — криво улыбнувшись, она покачала головой. — В зависимости от того, чего мы хотим, меняется и риск. Если ставка огромна, требуется подходящая решимость.

— Действительно… тем более когда люди бросают вызов богу.

— Если решил сражаться, не сомневайся. Успокойся и, прилагая все усилия, осуществи это. В таком случае ты точно добьёшься результата.

Юрисиа сфокусировалась на солнце Осирис. Лицо уставившейся на цель девушки выглядело освежённым.

— Это наставления сильнейшего в мире пилота и аса Америки?

Блондинка глянула на него и, спокойно улыбнувшись, подмигнула.

— Ну, что-то вроде того☆.

Кидзуна крепко стиснул рукоять.

— Отлично! Мы обязательно победим!

— Да. Теперь наше шоу начинается!

Из порочного вооружения Кидзуны «Наюты» и Дифференциального каркаса Юрисии хлынул огонь. Взрывной поток частиц моментально разогнал парочку до скорости звука. Однако этот импульс, не останавливаясь, ускорял их всё больше.

И Кросхэд, который они выставили перед собой.

— Иси-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-ида!

С выражением гнева и отчаяния на лице Осирис подняла обелиск. Солнце за её спиной запылало, окрасив золотой доспех Деус экса в алый.

Ужасающий кол нёсся прямо на сияющий камень. Эрос и Крос работали во всю силу. Выбрасывая огромное количество золотых и розовых частиц, Кидзуна с Юрисией тащили Кросхэд до его радиуса поражения со скоростью, превосходящей даже время.

Смертоносное порочное вооружение, дальность стрельбы которого — один метр.

— Вперё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ё-ёд!

Проскользнув над головой Осирис, Кросхэд нацелился на пылающее солнце.

Оружие выстрелило колом, словно пронзая снизу-вверх.

— Вы… моё солнце?!

В тот же миг Осирис встретилась глазами с поддерживающей Кросхэд Юрисией.

Девушка, которая выглядела как её дочь.

Девушка, к которой она относилась как к собственной дочери.

Девушка, которая должна была стать телом её дочери.

Заглянув в эти голубые глаза, пылающие сильной волей, Осирис поняла.

Эта девушка… не её дочь.

— Уа-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! — взвыла царица.

Остриё пыталось разрушить оболочку солнца, а солнце пыталось отбросить нарушителя. От такого свирепого столкновения ослепительный свет хлынул во все стороны. Ударная волна и внезапное изменения атмосферного давления вызвали смерч вокруг них.

Внутри поднявшейся песчаной бури пробегали электрические разряды.

Эрос и Крос изо всех сил толкали Кросхэд. Тела парочки яростно дрожали, а бешеный танец света затмевал их взор. С другой стороны Осирис подняла свой обелиск горизонтально, и его лезвие испустило особенно яркий красный свет.

Она намеревалась разрубить Кидзуну и Юрисию одним ударом. Беспокойство исказило лицо парня.

«Приближается!»

— Исчезните! Чёрный доспех! И… сосуд моей дочери!

Обелиск помчался, оставляя за собой красный след. Это уничтожающее сияние неслось к Юрисии.

— Дифференциальный каркас!

Когда девушка закричала, модули на спине Кроса проскользнули между ней и обелиском.

— Что?!

Клинок разрезал броню нового Дифференциального каркаса. Осколки доспеха затанцевали в воздухе, а внутренние механизмы взорвались и разлетелись повсюду. Сияние обелиска с лёгкостью уничтожило даже броню нового Кроса.

Однако хоть и на мгновение, но Дифференциальный каркас остановил клинок. И этот момент решил исход битвы.

Кидзуна и Юрисиа закричали в унисон:

— Драйв!

Мощный взрыв раздался внутри Кросхэда. Сжатые частицы магической энергии оказались тут же взорваны. Огромный ствол оружия предназначался для подавления этой силы, и она могла вырваться только через одну точку.

Искавшая выход взрывная энергия устремилась к вершине ствола.

Скрывая мощь, способную пронзить всё сущее, она вырвалась со скоростью, превосходящей скорость света.

А затем кол разрухи пронзил солнце.

Призванное из иного измерения, высосавшее всю жизнь этого мира и продолжавшее пылать солнце.

Остриё Кросхэда пробило оболочку и вонзилось в этот камень. В тот же миг противоположная магическая энергия вторглась в него. Пробитая в одном месте оболочка стала хрупкой, и мелкие трещины тут же покрыли всю поверхность.

Вечно повторявшее рождение и смерть солнце разлетелось на кусочки.

Меч-обелиск разрезал Дифференциальный каркас пополам. Погрузившись в Крос, он сорвал броню с девушки. Когда доспех сломался, пальцы Юрисии отпустили Кросхэд, и она взлетела в воздух.

Из покрывших всё её тело порезов тут же хлынула кровь. Однако девушку переполняла радость от проделанной работы. Её залитое кровью лицо как будто говорило парню:

«Остальное на тебе, Кидзуна».

Он отпустил Кросхэд и сжал кулак. А затем сконцентрировал всю свою магическую энергию в правом кулаке.

— Спасибо! Сильнейшая в мире!

Лицо Кидзуны так приблизилось к лицу Осирис, словно собиралось коснуться его. А затем он поднял кулак и со всей силы ударил им.

— …А?

Пылающий кулак врезался в грудь Осирис.

— Реинкарнация!

Особая техника порочного вооружения «Наюта». Проклятие, действующее исключительно против Деус эксов.

— Э-это…

Перья, которые начали выпадать из крыльев за её спиной, танцевали на ветру, словно засохшие листья. И сами крылья тоже начали разваливаться на куски, будто лишившись опоры.

И не только это. Тело Сехмет, ставшее нижней половиной Осирис, тоже отсоединилось. Как будто соединяющие детали внезапно исчезли, все части — от брони до внутренних механизмов — оторвались и рухнули.

— Такое… такое…

Ноги Осирис показались из тела Сехмет. Она попыталась встать на песок, но сила покинула царицу.

— А…

Женщина тут же упала. Лишившись энергии, она не смогла даже подняться.

— Подобное… как Деус экс, я должна обладать силой, превосходящей человеческую…

Реинкарнация — это специально написанная Наютой программа, которая разрушала внутренние системы Деус эксов. И сейчас этот вирус буйствовал внутри Осирис.

— У-у… а-а-а…

Она мучительно нахмурилась, её щёки покраснели, и тело извивалось. Такой вид казался странно эротичным. Внешне она выглядела юной, но в выражении лица и действиях чувствовалась сексуальность, накопленная на протяжении долгих лет.

— Ха-а-а…

Сила покинула Осирис. Вероятно, она потеряла сознание.

Кидзуна с облегчением открыл плавающее окно.

— Это Кидзуна. Мне удалось остановить функционирование Осирис с помощью Реинкарнации. Однако Юрисиа ранена. Срочно высылайте спасательную команду!

— Ах, я в порядке♥. Не беспокойся.

В появившемся окне отобразилась залитая кровью Юрисиа.

— В… в порядке?! Да ты же вся в крови!

— Всё не так плохо, как выглядит, — я в норме. Будучи Мастерс, я часто испытывала подобное.

«В самом деле?» — прошептал Кидзуна про себя.

— Важнее другое: что там с Атараксией?

— О нас можете не волноваться, — открылось окно с Грейс. — Линкор Атараксия не повреждён. Да и, вероятно, в тот миг, когда вы победили Осирис, песчаные монстры рухнули и пропали.

Кидзуна облегчённо вздохнул.

— Хорошо…

Однако окна от Рэйри и Кэй перекрыли остальные.

— Рано отдыхать. Отныне наступает решающий момент твоего сражения, Кидзуна!

— Сейчас мы отправим оборудование для следующей битвы. Уклоняйся.

— …А?

Кидзуна напряг глаза и увидел, как огромная ракета взлетела с линкора Атараксия.

— Постой-ка… да не может быть…

Этот снаряд нёсся прямо на парня.

— Твою-ю-ю-ю-ю-ю-ю!

Взяв лежавшую Осирис на руки, Кидзуна оттолкнулся от песка и взлетел. А в следующую секунду ракета врезалась в то место, где он только что стоял.

Однако снаряд не взорвался, а просто вонзился в песок. А затем его обшивка отделилась, и контейнер в форме капсулы показался внутри.

— Наверное… давно не виделись. С тобой.

Контейнер выскользнул из ракеты и, активировав турбины контроля положения, автоматически приземлился на ровное место.

«Мобильная тактическая комната восполнения средней дальности. Кодовое имя: «Любовный номер».

— Или в её названии было «ракетная»?

Текст побежал по окну Кэй.

— В качестве дополнительной опции на этот раз мы приготовили данные о комнате, в которой Осирис проводила ночи с фараоном.

— А-а?

— Она была создана на основе слов Зэлсионэ и Юрисии. Мы работали в спешке, но степень её завершённости кажется неплохой.

— В… вот как.

Дверь Любовного номера автоматически открылась.

— Эмм… по правде, уже некоторое время меня кое-что беспокоит.

— А?

— У Осирис же есть муж и дочь, верно? Ну, другими словами, она замужняя женщина… нормально ли будет… с таким партнёром? В различных смыслах.

Кэй пристально посмотрела на Кидзуну.

— О чём ты говоришь спустя столько времени? Ты же вместе со своей родной матерью и сестрой зани

— Ува-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! Понял! Я понял! Вопросов больше нет!

Отменив Эрос и оставшись лишь в пилотном костюме, он ворвался в Любовный номер, словно пытаясь сбежать. Дверь за ним закрылась, и программа автоматической настройки окружения начала свою работу. Возникли помехи, и пейзаж вокруг переписался.

— Это…

Великолепная комната с высоким потолком, стены и пол которой были сделаны из мрамора. Казалось, что площадь этого помещения составляла не меньше ста квадратных метров. Даже лишь с этим она стоила баснословную сумму, но из-за дополнительного украшения золотыми орнаментами комната выглядела ещё более роскошной и шикарной.

За окном оказалось темно, так что сейчас, вероятно, была установлена ночь. Само же помещение освещалось тёплым светом ламп.

А в центре комнаты стояла кровать королевского размера.

Кидзуна опустил Осирис на неё.

Сейчас он не видел в ней никаких отличий от простого человека. На вид ей было около двадцати пяти — тридцати лет. Её коричневую кожу и чёрные волосы переполняло восточное обаяние.

А ещё огромный бюст. Парень чувствовал, что если бы назвал её матерью Юрисии, то мог бы и согласиться с этим. Почти не верилось, что она рожала, настолько стройной выглядела её талия. И напротив, бёдра царицы выглядели превосходными для деторождения. Хотя женщина и являлась богиней смерти, имя богини плодородия подошло бы ей больше.

— Мм…

Её чёрные ресницы приоткрылись, и показались золотистые глаза.

— Это место… не может быть…

Запаниковав, она приподнялась.

— Прости, но эта комната — подделка. Её воссоздали на основе комнаты, в который ты когда-то проводила время.

Так как это был Любовный номер, всё немного отличалось, но объяснять в деталях не имело смысла. Вместо этого важным было чувство безопасности, которое испытывала здесь Осирис, и ещё ощущение порочности.

— Ты… чёрный доспех…

— Зови меня Кидзуной. Это моё имя.

Царица пристально посмотрела на него.

— Значит, я проиграла… тебе… Кидзуна…

Парень попытался сесть на край кровати.

— Нельзя-я! — в панике воскликнула Осирис. Кидзуна вопросительно посмотрел на неё, но она опустила взгляд и тихо прошептала: — Нет, ведь на эту кровать могут взбираться только я и… мой муж.

Понимая её, парень ощутил тяжесть в душе. Эта женщина, имевшая мужа и дочь, пускай и разделённая с ними смертью… должна будет сделать Кульминационный гибрид.

Более того, их души хранились в пирамиде. Если миссия будет завершена успешно, они, вероятно, воскреснут.

Но если не сделать его, то даже это не станет правдой.

«Я, непременно, достигну успеха. В Кульминационном гибриде с Осирис!»

— …Это место… в самом деле похоже на то, где ты когда-то жила?

— Да. В этой комнате… мы проводили ночи на этой кровати, доказывая свою любовь друг другу. Исида тоже была дарована мне здесь.

От такой детального объяснения Кидзуна невольно сглотнул.

— Ради оживления твоего мужа и Исиды мне потребуется твоя сила.

С сомнением в глазах Осирис посмотрела на него.

— Ранее ты уже говорил это, верно? Но… как я могу поверить… — начав так говорить, она внезапно замолчала. — Нет, ты победил меня. Творение, превзошедшее творца… раз подобное случилось… даже если я не верю, способ, возможно, действительно существует.

— Если не можешь поверить в это, ничего страшного. Но, по крайней мере, поверь мне.

Осирис спокойно кивнула.

— Поняла. Тогда… что я должна сделать?

— Ну… Кульминационный гибрид со мной… нет. Я хочу, чтобы ты занялась со мной действом между мужчиной и женщиной.

— Э?..

Царица медленно подняла руки и обняла себя, словно защищая свою грудь. А затем поползла по кровати, отдаляясь от парня.

— Нет… такое… нельзя. Моё тело принадлежит мужу. Невозможно, чтобы я позволила рукам другого человека прикоснуться к…

— Однако это ради спасения твоего мужа.

— И всё же…

— Лишь раз; если я сделаю это с тобой, твои муж и дочь… нет, не только они. Вероятно, все в этом мире будут спасены!

Продолжая обнимать себя, Осирис опустила взгляд. Чёрные волосы скрывали её лицо. Она прикусила губу, как будто что-то терпела. Но вскоре убрала обнимавшие собственное тело руки и развела их, словно приглашая парня на кровать.

— Пожалуйста… забирайся… на кровать.

Когда она подняла голову, слёзы наполнили её глаза.

— Но… лишь раз. Я сделаю это ради спасения моего мира.

— Да, понимаю.

Кидзуна забрался на постель и сел перед Осирис. Вновь посмотрев на тело женщины, он оказался поражён её красотой и сексуальностью. Как и ожидалось от красавицы, которую фараон выбрал своей царицей.

Осирис тоже, словно облизывая его взглядом, осмотрела парня с головы до ног.

— Ах… такой юный. Что же я делаю?..

Услышав это, Кидзуна снова ощутил разницу в возрасте с ней. Но так как она являлась прожившим сотни тысяч лет Деус эксом, то казалось, что это уже не играло никакой роли. Если же судить только по внешнему виду, она выглядела почти как Рэйри.

— Хотя Осирис тоже выглядит юной.

Однако женщина ответила с обеспокоенным выражением лица:

— Это не так. У меня есть дочь твоего возраста, ты в курсе?

В этот факт оказалось тяжело поверить.

— Я вышла замуж, когда мне было одиннадцать.

— Так рано?!

Однако после этих слов он подумал, что его собственная мать сейчас была примерно такой же.

Кидзуна прикоснулся к волосам Осирис. Шелковистые и невероятно приятные. А затем дотронулся до её щеки. Коричневая кожа выглядела свежей и молодой, отчего парень усомнился: а действительно ли эта женщина сделана из механизмов?

— Ах…

Кидзуна нежно провёл пальцами от её затылка до бюста. Мягкая кожа царицы, казалось, пыталась прильнуть к ним. А затем его рука остановилась на полпути к сильно выдающимся грудям.

— Мм… что-то случилось?

— Ну…

— Всё в порядке, так что продолжай. Кроме того, раз я особо ничего не чувствую от этого по сравнению с действиями моего мужа, ты, напротив, должен постараться.

Осирис не выглядела так, будто ей неприятно. Кидзуна провёл руку под украшения, прикрывающие её грудь, и медленно приложил силу.

— М-м! Ха-а-а-а-а-а-а-а!

От неожиданно сильной реакции парень рефлекторно убрал ладонь.

— Ты в норме?

Вслед за этим щёки Осирис покраснели от смущения.

— Д-да… это… такое… было давно, потому… ну…

Ощущение того, что Осирис милая, стало ещё сильнее в груди парня. Кидзуна обошёл царицу и провёл по её телу от самых ягодиц.

— Хья-я-я-я… э-это место…

Он обвёл изгибы женщины от талии до подмышек. В то же время Осирис продолжала дрожать. А затем, словно дождавшись подходящей возможности, парень приподнял большую и созревшую грудь, тут же ощутив порядочный вес в ладонях.

— Ха-а-а… а-а, ах…

«В самом деле, они почти такие же, как и у Юрисии».

Однако на ощупь грудь Осирис казалась чуть твёрже, чем у его соратницы. Кидзуна приложил силу в пальцы и начал мять её, и затем аксессуары, которые крепились к бюсту и скрывали соски, со звоном отделились. Казалось, будто Осирис бессознательно просила у него ласки.

Отвечая её ожиданиям, Кидзуна ухватился за эти вершины и покрутил их.

— А-а-а! Хау-у… А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!

— Э? Это…

Тело Осирис напряглось и забилось в конвульсиях.

«Она уже… достигла пика?»

— Эмм… раньше… ты тоже была настолько чувствительной?

— Н-не знаю… подобное-е… а… а-а-а-а-а!

«Для превратившейся в Деус экса Осирис не требовалось сексуальное наслаждение, да и возможности испытать его не имелось. Из-за этого её сопротивление опустилось до нуля… как-то так?»

Кидзуна мял необъятную грудь царицы, несколько раз перекладывая её из одной руки в другую. Из-за этого кончики бюста понемногу становились твёрдыми.

— Ах, а-а! Прошу, п-погоди. Я сно-ова…

Когда же парень начал катать её вершины ладонями, Осирис выгнулась назад и содрогнулась.

— А… А… А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!

«В-вновь?!»

— Ха-а, ха-а… ха-а-а. П-подожди. Позволь… немного отдохнуть…

— Ты в самом деле… чувствительна, верно?

А затем лицо Осирис стало ещё краснее, и она затараторила:

— Я-я ничего особо и не чувствую! Просто спустя столь долгое время… п-по сравнению с ним подобное ничего и не значит. Его действия были действительно приятны!

«В таком случае я должен стараться ещё больше».

— Хм?

Растрепавшись, набедренная повязка Осирис закаталась, и парень не смог отвести взгляда от того, что скрывалось под ней.

— …В чём… дело? — горячо дыша, прошептала царица.

— Нет, ни в чём.

В тот момент Кидзуна убедился, что она не носила нижнее бельё. И ещё заметил обильно вытекавшую оттуда жидкость.

— Тогда дальше я сделаю так, что ты почувствуешь себя ещё лучше.

Парень левой рукой обнял Осирис за плечи и притянул её к себе.

— А…

Вес женщины, оказавшейся на его груди, почему-то казался приятным. А затем Кидзуна правой рукой задрал набедренную повязку, ставшую выглядеть как потрёпанный кусок ткани, и обнажил сокровенную часть Осирис.

— Это место… видели другие люди?

— Нет… лишь он.

— В таком случае я буду вторым.

Кидзуна прикоснулся к её щели.

— Хи-и!

Царица широко распахнула глаза.

— Постарайся, Осирис.

— Гх… н-нечто подобное… по сравнению с ним… а-а-а-а-а-а♡!

Он нежно провёл вдоль долины, массируя её.

— Ах! Ах! Фуа-а! А-а-ах! А-а… а-а-а!

Палец Кидзуны оказался зажат между плотью этой щели. Она, словно не желая отпускать его, закрылась и как будто всасывала внутрь. Такое приятное наслаждение, которое ощущалось щекотным.

— Хи-и-и-и-и! У-У… У-У-У-У-У-У-У-У!

Прильнув к Кидзуне и содрогаясь всем телом, Осирис вновь достигла пика. Тёплый нектар пролился на руку парня, и сладкий аромат распространился от её промежности.

Затуманенным взором царица уставилась на него. Прижатые к Кидзуне руки задвигались, и она начала активно ласкать парня.

— Э-эй… Кидзуна… не хочешь раздеться?

Глаза Осирис говорили ему снять с себя одежду.

— …Думаю, да. Я хочу напрямую почувствовать Осирис своей кожей, — сказав так, парень поднялся. На мгновение женщина радостно улыбнулась, но тут же приняла мрачное выражение лица.

— В действительности, прикасаться к моей коже запрещено, но… так как это ради спасения мира, ничего не поделаешь.

Кидзуна снял пилотный костюм с помощью привычных движений рук. Так как специальную одежду надевали прямо на кожу, парень не носил нижнего белья. Ничем не прикрытая штука Кидзуны оказалась перед Осирис.

— !..

Жадно уставившись на неё, женщина шумно сглотнула.

Кидзуна намеренно выставил своё достоинство перед царицей.

— …

Тяжело дыша, она пристально смотрела. Её щёки покраснели, а глаза полностью увлажнились.

Осирис неподвижно ждала. Однако парень больше не приближался к ней.

— К-Кидзуна…

— Да?

— Ты не собираешься… заставить меня развлекаться… с этим?

— Если хочешь прикоснуться, то пожалуйста.

Женщина вновь шумно сглотнула.

— Н-нет… Кидзуна… если скажешь прикоснуться…

Парень приблизил свою штуку так, что она почти коснулась щеки царицы. Казалось, что слёзы вот-вот прольются из её умоляющих глаз.

«Ну и ну».

— Осирис… можешь прикоснуться… и сделать мне приятно?

Едва услышав это, Осирис потёрлась щекой о штуку Кидзуны.

— Ах… это ощущение♡.

А затем она осторожно высунула язык и притронулась им.

— Мм♡… этот вкус… хорошо…

Когда царица сделала этот шаг, сдерживающие её границы пали. Облизывая его штуку, она на полную наслаждалась ей. Словно обвиваясь вокруг, скользкий язык ласкал достоинство парня. Это заставило Кидзуну почувствовать то, что можно было бы назвать голодом, страстью или влечением, нежели превосходной техникой.

Это удовольствие неуклонно накапливалось в парне. Осирис открыла свои уста и взяла его штуку в рот.

— Ам♡… м-м-м… ам-м… мм, мм, мм…

Язык женщины извивался внутри. Двигая головой вперёд и назад, царица ласкала Кидзуну внутренней стороной щеки. Это тепло и мягкость мгновенно довели парня до предела.

— О-Осирис… скоро… будет плохо!

Однако царица даже не думала отпускать его. Напротив, она стала двигать языком ещё активнее.

«Я уже… на пределе!»

Наслаждение тут же хлынуло из Кидзуны. Огромное количество энергии наполнило рот женщины.

— Мм! Мху♡… мм♡… мм♡…

Осирис без колебаний проглотила её. Она вообще не выглядела страдающей; напротив, счастливая улыбка расцвела на её лице.

И в тот же миг, когда она шумно сглотнула, горячая жидкость вырвалась из её промежности. Пояс царицы задрожал.

Но, даже выпив всё, Осирис не желала выпускать штуку парня изо рта. Она продолжала усердно сосать, словно пыталась заполучить то, что ещё осталось внутри.

— Осирис, можешь ненадолго отпустить?

Хотя царица вопросительно взглянула на него, её губы не собирались отстраняться.

— Всё в порядке. Он никуда не сбежит, — сказав так, Кидзуна погладил её по голове. Маленькая голова, которой было приятно касаться. Гладить эти мягкие и шелковистые чёрные волосы могло войти в привычку.

Осирис медленно отодвинулась от достоинства Кидзуны, и, в конце концов, оно вышло наружу. Однако тонкие пальцы женщины тут же обвили и крепко сжали его, не собираясь отпускать.

От такого даже Кидзуна криво улыбнулся.

Подложив большую подушку ей за спину, парень заставил Осирис принять такое положение, будто она сидела в наклонённом назад кресле, а сам же оказался перед ней.

Царица со страстью в глазах смотрела на него. В то же время её пальцы ни на секунду не отделялись от штуки Кидзуны.

— Эм… он тебе так нравится?

— А…

Казалось, будто женщина только сейчас заметила, что держалась за него всё это время. Её лицо покраснело от смущения, и она убрала руку.

Парень обнял Осирис. Молча подчиняясь ему, красавица придвинулась к Кидзуне.

— Можешь держаться за него.

Когда он прошептал ей на ухо, царица полностью покраснела. Уткнувшись лицом в его грудь, Осирис протянула руку к промежности парня.

«Ах, всё же я хочу держаться за него».

— Хотя наверняка штука твоего мужа была лучше.

— …

Хотя он и сказал это, немного дразня женщину, она ничего не ответила.

Кидзуна тоже прикоснулся к её интимной области. Осирис не сопротивлялась, а, наоборот, развела ноги, чтобы парню оказалось проще дотронуться.

Горячий нектар намочил всю внутреннюю сторону бёдер до колен. А само место, откуда изливалась эта жидкость, пылало так, что над ним поднимался пар.

Рука Кидзуны кралась, словно искала переполненный источник.

— Ха-а-а! А-а-а-а… з-здесь… а-а… хорошо…

Кончиком пальца он ощутил некий бугорок и, приложив немного силы, начал тереть его.

— ХЬЯ-Я-Я-Я-Я-Я-Я-Я-Я-Я-Я… НЕТ… ХВА-А-АТИТ… А-А-А-А-А-А-А-АХ…

Горячая жидкость вновь хлынула из неё, и тело Осирис изогнулось дугой.

«Да сколько раз она уже кончила?»

Однако Кидзуна продолжал безжалостно мучить её. Сознательно или нет, но Осирис тоже двигала рукой, которой сжимала штуку парня, вверх-вниз.

Она ласкала его, словно желала хоть немного отплатить за испытываемое ею самой наслаждение. Мягкая коричневая ладонь, сжимавшая с идеальной силой, продолжала поддерживать тонус парня.

Кидзуна пальцами открыл вход в пылающий источник Осирис.

— Ха-а… мм…

— Ну что, Осирис? Всё ещё не так приятно, как с мужем?

Царица нахмурилась и прикусила губу.

— …Хорошо.

— Э?

Слёзы пролились из её золотых глаз.

— Действительно… хорошо! Лучше, чем с ним, чем с моим мужем! Так приятно!

Палец Кидзуны проник в её горшочек с мёдом.

— КОНЧА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-АЮ♥♥♥♥!

Словно ожидая этого, мягкая плоть втянула его внутрь.

Парень прошептал на ухо царице:

— Осирис, ты действительно милая.

В тот же миг её стенки крепко сжали палец Кидзуны.

— Ку-у-у! У-у!

Однако именно напрягшаяся Осирис пострадала от наслаждения. Её губы задрожали, а зубы застучали. Продолжавшиеся оргазмы вновь и вновь вносили сумятицу в её сознание. А затем горячая жидкость хлынула из щели, удерживающей в себе палец Кидзуны.

— Ах… прости меня, любимый…

Кидзуна стал тереть стенки внутри неё.

— ХЬЯ-Я-Я-Я-Я-Я-Я-Я-Я-Я! Ах, хорошо-о♥… Кидзуна-а-а-а♥…

Каждый раз, когда он двигался внутри, Осирис испытывала оргазм. Бесконечное наслаждение продолжало мучить царицу. Покрытое потом коричневое тело мокро блестело. При каждом содрогании её огромная грудь качалась, и капельки пота разлетались во все стороны.

От сильной стимуляции, даруемой рукой царицы, Кидзуна тоже выглядел так, словно мог рухнуть в любой момент.

— Кх… Осирис!

Розовый свет появился в глазах парня.

А затем и зрачки Осирис засияли золотым.

— Кидзуна лучше моего любимого! Это намного прия-я-я-я-я-я-я-я-ятнее!

Ядро в груди Кидзуны испустило свет, и розовые частицы хлынули из его тела.

— Удалось?!

В миг, когда он радостно воскликнул, толстый кабель вытянулся из-под кровати.

«Что за?!»

Он выглядел как шланг для полива или пылесоса. Белый и длинный, с диаметром около десяти сантиметров. На его конце имелось отверстие, словно туда можно было что-то вставить. Он двигался сам по себе, будто искал точку подключения, но, оказавшись ниже живота Кидзуны, внезапно остановился. А затем втянул в себя штуку парня и соединился с ним.

— Д-да что за?! Сикина-сан? Или это проделки мамы?!

Голос Наюты раздался даже без какого-либо открывшегося окна.

— Кэй сделала это по моим указаниям.

— Как я и думал! Что это такое?

— Соединительный шнур для эффективного вливания созданной тобою магической энергии в Осирис.

Другой конец зафиксированного на парне шнура показался из-под кровати. А затем, словно живое существо, он поднялся перед Кидзуной. Его форма и размеры походили на ядро при переустановке.

— Только не говори… этим…

— Именно. Вставь этот штекер в Осирис и соедини её со своим телом.

«Она серьёзно?

Но… не будет ли Осирис сопротивляться?» — думая об этом, парень повернулся к царице.

— Ах… прошу, Кидзуна…

Женщина раздвинула ноги и собственными пальцами раскрыла тайное место.

— Быстрее… войди сюда♥… до конца.

— Если упустишь этот шанс, другого уже не будет. Тело лишившейся солнца иного мира Осирис скоро разрушится. Если не восстановить исходное тело, она не выживет.

— Твою!..

Кидзуна грубо схватил шнур и направил его конец к телу царицы.

— А-ах♥…

Этот кончик прикоснулся к нижним губам Осирис. И в тот же миг сладостное удовольствие пронеслось по интимной области Кидзуны.

— Как я и думал… у него такие же возможности…

— Естественно.

Парень широко распахнул глаза.

— Я начинаю, Осирис!

— Войди, Кидзуна!

Штекер соединительного шнура проник в Осирис.

— ♥♥♥… А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!

От проникновения, продвижения вглубь и касания самой глубокой стенки — от всего этого царица достигла пика. Это сильное наслаждение проходило через соединительный шнур и передавалось Кидзуне.

И затем одновременно с хлынувшим из парня потоком удовольствия ядро Эроса испустило огромное количество магической энергии. Через кабель она напрямую вливалась в Осирис. Энергия наполнила лоно царицы и развернула поток систем её тела.

Эти частицы разделялись в Осирис, увеличиваясь в числе. А затем божественное сияние хлынуло из её тела.

Переполнившая Любовный номер энергия отправилась в пирамиду через Наюту, которая ожидала снаружи. Фараон, принцесса и конфигурационная информация этого мира хранились внутри монумента. И они все оказались обновлены и воскрешены.

Сияние энергии жизни распространялось от пирамиды.

Оно покрыло пустыню. На земле, над которой пронёсся этот свет, вырастала трава и рождались деревья. Жёлтая пустыня стала зелёной. Но это не являлось объектами из песка, которые Осирис создала ради украшения некрополя. Это были настоящие, живые растения.

Пустыня разделилась, и вода хлынула оттуда. Она превратилась в ручьи, которые стали большой рекой. Стекая, вода собралась в одной точке, и море начало зарождаться там.

Любовь, хлынувшая из самых глубин сердца, даровала влагу сухой земле.

Опираясь на плечо Кидзуны, Осирис вышла из Любовного номера.

— Это же?!

Некрополь оказался среди пышных деревьев. Город людей, рядом с которым текла река, а впереди расстилались зелёные леса и поля.

— Хотя до сих пор здесь был лишь песок…

Кидзуна тоже ошеломлённо осматривался.

— Так ты действительно… говорил правду, Кидзуна.

Удивлённо глядя на собственное тело, она прикоснулась к своей руке и убедилась в её существовании.

— Моё тело тоже… вновь стало живым.

Осирис переплела пальцы и уставилась на полный зелени мир такими глазами, словно видела сон.

— Спасибо… в самом деле…

— Ну-у…

От такой искренней благодарности Кидзуна почувствовал смущение.

— А, верно. Лучше быстрее иди к пирамиде. Там, безусловно…

Внезапно осознав это, царица развернулась на месте и побежала.

Но тут же остановилась и вернулась к парню. А затем обняла Кидзуну и прижалась своими губами к его.

«Э?»

— Хи-хи, сохрани это в секрете от фараона, ладно?

А в следующий миг она развернулась и помчалась.

— То, что Кидзуна спаситель нашего мира, будет передаваться из поколения в поколение! Вечно! — громко прокричала Осирис и замахала рукой.

Кидзуна помахал в ответ, и на этот раз она точно бросилась к мужу и дочери.

— Тогда давай тоже уходить.

— Ува!

Кидзуна так удивился незаметно оказавшейся рядом Наюте, что его сердце почти остановилось.

— Предмет, который нам нужно было заполучить, теперь у нас.

Красный кристалл сиял в руке профессора.

— Это то, чем обладала Осирис…

— Да. Половина конфигурационной информации Атлантиса.

— Ещё две…

Кидзуна посмотрел в небо.

Осталось два Деус экса. Танатос и Один.

«Попал ли Золотой дракон, на котором Гравэл с остальными, в мир Деус экса?

Где же Айнэ, местоположение которой до сих пор неизвестно?»

Мысли Кидзуны унеслись на другую сторону неба иного мира.

— Будь в порядке… Айнэ.

Две миниатюрные девушки вместе вышли из Наюта Лаб.

— Теперь Сильвия тоже сможет вернуться на фронт, дэсу!

Сильвия вытянулась, пытаясь казаться как можно больше.

— Да о чём ты говоришь? Ты всё ещё выздоравливаешь, так что не увлекайся, — утомлённо предупредила Раглус, покачивая сильно закрученными хвостиками.

— Раглус-тян слишком беспокоится, дэсу.

— Рухнувшая в недавнем учебном бою девчонка не должна так важничать!

С извиняющимся выражением лица Сильвия опустила голову.

— Прошу прощения, дэсу. Сильвия многим обязана Раглус-тян, дэсу.

— Н-нет… я не имела в виду, что желаю твоих извинений.

Раглус смутилась и повернулась к подруге спиной.

— Блин, давай уже пойдём. В честь выписки из больницы я угощу тебя чем-нибудь вкусным, — сказав так, она пошла.

— Ну, могу порекомендовать магазин блинчиков в торговом центре у станции. Там есть со сливками и аммицу[7]…

Однако Сильвия позади неё не шевелилась.

«Да, в самом деле, что такое?!»

Ругаясь про себя, девушка обернулась.

Сильвия не сдвинулась ни на шаг с того места, на котором остановилась, и пристально смотрела вверх.

— Эй, Сильвия? Чего ты так рассеяно замерла?..

Трещина возникла на небе.

— Э?

Холодок пробежал внутри Раглус.

Эта полоска расширилась, и расслоившееся небо упало.

«Коллизия с иным миром».

— Сильвия!

Раглус тут же подбежала к ней.

— Раглус-тян, смотри, дэсу!

Из разлома на небе снизошёл бог.

Доспех на нём был слишком прекрасным, чтобы называться просто бронёй. Он являлся священным произведением искусства.

Украшенная великолепными узорами фигура.

На доспехе, напоминавшем храм, находились элегантные крылья, правящие небом.

А в центре роскошной брони несравненная красавица открыла печальные глаза.

— Деус экс… Танатос…

— Но почему… почему она здесь?..

«Разве Кидзуна и остальные не отправились сражаться?

И всё же…

Или же… отбывшие силы были полностью уничтожены?»

С таким беспокойством сердца девушек задрожали от страха.

Враг, которого они должны были победить. Оппонент, с которым необходимо сражаться.

И всё же в миг, когда увидели эту фигуру, они застыли на месте.

Её аура казалась слишком величественной.

Хотя Хокуто тоже являлась Деус эксом, они находились на совершенно разных уровнях.

Девушки даже не могли найти волю к сражению.

Они чувствовали себя беспомощными.

Планировать сражаться против кого-то подобного было безрассудством.

Это не было вопросом победы или поражения.

Девушки даже не знали, как им бороться.

Глядя на Атараксию, Танатос меланхолично прошептала:

— Я дарую время погибели. В этом мире, навсегда…

Несмотря на то, что время начала уроков в старшей школе Атараксии приближалось, больше половины мест в комнате первого класса второго года пустовали. Из-за атаки Хокуто многие ученики получили травмы и отдыхали или помогали с восстановительными работами.

Заняв своё место, Кидзуна смотрел в окно. Отстраивающийся город отражался в его глазах, но разум думал о совершенно ином.

Сейчас шло создание линкоров для исследования иных миров. Когда корабли будут закончены, они сразу же отправятся на поиски Деус эксов, но до этого Кидзуна должен был кое-что сделать.

Переустановку ядра.

«Верно. Раз для поисков мы разделимся на три команды, в каждой должен оказаться хотя бы один человек, выполнивший переустановку», — так сказала его мать, выглядевшая как маленькая девочка. Он уже выполнил переустановку Химэкавы. Остались двое. Кидзуна беспокоился о том, кого должен заставить сделать это.

— Кидзуна, что случилось? Ты сделал такое угрюмое лицо.

Голос внезапно раздался из-за его спины. Обернувшись, парень увидел загорелое улыбающееся лицо с золотыми короткими волосами.

— Гравэл. Так ты пришла в школу.

Когда Кидзуна радостно обратился к ней, та тоже счастливо прищурила глаза.

— Ага. Кажется, сейчас моё тело полностью привыкло к такой рутине. Выписавшись из больницы, я бездельничала два-три дня, но мне никак не удавалось успокоиться.

Гравэл села за Кидзуной.

«Осталось две команды, которым нужна переустановка. Вероятно, они разделятся на группы Ватлантиса и Изгарда с Балдином. В таком случае для Изгарда я выберу Гравэл.

И останется только Ватлантис».

— Кидзуна, что насчёт остальных ребят?

— Ну, Химэкава… Хаюру в полном порядке. Грейс всё ещё проходит реабилитацию. Геркулас скоро покинет больницу и, вероятно, будет лечиться на дому.

«Если говорить о кандидатах со стороны Ватлантиса, первой будет Грейс. И Геркулас следом за ней. Независимо от прошлого, в возрождённой Атараксии я отношусь к ним как к своим одноклассницам. Обеим девушкам можно доверять, а их сила не подлежит сомнению.

Однако они всё ещё не в том состоянии, чтобы провести переустановку… Но если говорить о других сильных персонах Ватлантиса, то это…»

В то же время зазвонил сигнал вещания на всю школу. Монитор, походивший на школьную доску, загорелся, и на нём отобразилось лицо ученицы. Её взрослый облик вообще не подходил тому, кто учился в старшей школе. Проницательные глаза сияли на изящном лице.

— Это президент школьного совета Зэлсионэ. Сегодня после занятий будет совместная боевая тренировка. Ученики, которые должны участвовать в ней, обязательно явитесь. К тому же следующие учащиеся…

— Зэлсионэ…

Командир имперской стражи. Человек, который фактически стоял во главе армии Ватлантиса. Ужасающий магический рыцарь, который мог использовать ментальные атаки, недоступные остальным доспехам.

Кидзуна пристально уставился на отображавшееся крупным планом лицо в начале классной комнаты. Зэлсионэ являлась одним из немногих магических рыцарей, которые не пострадали при атаке Хокуто.

«Нет, нет! Как на это не посмотри, но эта женщина просто невозможна».

Он быстро спрятал свои мысли, прежде чем они стали чётким планом.

«Но кто тогда сможет? Влиятельная персона Ватлантиса с идеальным здоровьем, для которой переустановка будет возможна…»

— …

Кидзуна определился с последним кандидатом.

На территории Наюта Лаб находилась элегантная гостиница с горячими источниками, которую недавно возвели в связи с восстановительными работами. Для отдыха персонала здесь приготовили традиционное деревянное здание, пышный зелёный сад с валунами и прудом, а также открытую купальню в японском стиле.

Горячая вода в источнике не являлась естественной, но по составу очень походила на реальную. Однажды они обнаружили термальный источник на дне океана и подняли воду оттуда, но прямо сейчас подобное было невозможно. Однако это место сделали так хорошо, что его не удалось бы отличить от природного источника, если бы на это не указали.

Вернув память, они почувствовали тоску по некоторым объектам, существовавшим на плавучем острове Япония, но не имевшимся на Атараксии, и потому возвели множество таких строений. Эта гостиница являлась одной из них.

Кидзуна ждал кое-кого в одной из её комнат.

Это помещение в самом дальнем конце второго этажа было лучшим номером в гостинице. Просторная и роскошная комната с высоким потолком, в котором даже такая мебель, как стулья и стол, оказались высшего класса. С другой стороны раздвижных дверей из хиноки[4], напоминавших бамбуковую перегородку, находилась небольшая вытянутая комната, а свежий ветер задувал из окна.

Через него Кидзуна смотрел на прекрасный японский сад. Ручей тёк в пруд, расположенный среди валунов и великолепной зелени. Это место напоминало сад известного храма в Киото. Запахи новых татами и хиноки, наполнявшие комнату, смешивались с освежающим ветром из сада и создавали по-настоящему успокаивающую атмосферу.

Это снимало напряжение, созданное мыслями о том, что он будет делать здесь в дальнейшем.

Когда парень вдохнул этот воздух полной грудью, раздался звук открывающихся раздвижных дверей.

— Да что у тебя за дело, Хида Кидзуна?

От резкого, словно лезвие, голоса Кидзуна невольно почувствовал себя так, будто его душили. Спокойствие тут же сдуло, и напряжение завладело сердцем.

— Рад, что ты пришла, Зэлсионэ.

С разочарованным выражением лица Зэлсионэ в школьной форме Атараксии скрестила руки.

— Ладно, присядь.

Парень отошёл от окна и, вернувшись в комнату, опустился на стул без ножек. Когда они оба сели с разных сторон слишком широкого лакированного стола, Кидзуна посмотрел на девушку.

— Я ещё не закончила с работой школьного совета. Если есть какое-то дело, давай быстрее.

— Прости, что позвал, когда ты занята. Хотя и жалуешься… но всё равно продолжаешь вести себя как президент школьного совета.

Зэлсионэ свела брови и произнесла низким голосом:

— Я делаю это не потому, что мне нравится. Просто подумала, что волновать учеников ещё сильнее и снижать наш военный потенциал не слишком хорошая идея.

В то же время снаружи раздалось: «Прошу прощения». Раздвижные двери тихо открылись, и принявшая позу сэйдза служанка в кимоно показалась за ними.

— Я принесла чай для почтенных гостей.

— Слушай. Я не намерена становиться друзьями с тобой и пришла только потому, что этот разговор связан с планируемыми вскоре поисками Айнэс-самы. Быстрее переходи к делу.

Вообще не обращая внимания на существование вошедшей в комнату служанки, Зэлсионэ направила своё раздражение на Кидзуну.

Поэтому…

Она не заметила руку, что в её спину погрузилась рука служанки, вставшей позади.

От движений миниатюрной кисти внутри груди возник дискомфорт. Но когда командир имперской стражи почувствовала это странное ощущение, то уже было поздно.

— ?!

Она развернулась и взмахнула ребром ладони. Однако позади неё никого не оказалось.

Лишь тусклый холл с другой стороны открытых раздвижных дверей.

— А… сейчас?

— Я здесь, Зэлсионэ-сама.

Женщина резко повернула голову.

— Но, похоже, даже вы, проведя столько времени на Атараксии, стали мягче. Ну, хотя я и желала чего-то подобного.

Удобно расположившись на колене Кидзуны, Хида Наюта помахивала веером.

— Хида… Наюта!

Лицо командира имперской стражи злобно исказилось.

— Эм, мама? Не могла бы ты не сидеть на мне, будто это в порядке вещей?

— А разве это плохо? Иногда ты должен исполнять свой долг перед родителем.

Однако она выглядела не как родитель, а лишь как дочь, сидевшая на колене молодого отца.

— Так вы собираетесь издеваться надо мной?.. Терос!

Зэлсионэ произнесла имя своего магического доспеха.

— …А?

Обычно тут же покрывавший её тело доспех не появился. В комнате воцарилась тишина, и лишь шелест деревьев доносился из сада.

— Такое… бред… Терос!

— Речь об этом?

Серебряная капсула оказалась между пальцев Наюты.

— …Это же!

Зэлсионэ переменилась в лице. Она помнила эту капсулу, которая должна была находиться внутри её груди, ядро магического доспеха Терос.

— Ты… вытащила его… сейчас? За такое короткое время… даже без повреждений…

— Для нынешней меня это проще простого.

Зэлсионэ уставилась на девочку таким взглядом, словно говорила, что убьёт её.

— Ах, пожалуйста, не делайте такое пугающее лицо. Это не ложь, что наш разговор будет связан с поисками Айнэ. Если говорить прямо, речь пойдёт об усилении вашего магического доспеха, Тероса.

Зэлсионэ закрыла глаза и опустила уголки губ, но вскоре медленно подняла веки.

— Расскажи в деталях.

Раздавался тихий звук горячего источника. Вечернее солнце уже скрылось за деревьями, и занавес ночи опустился. На булыжниках, окружавших открытую купальню, стояли бумажные фонари, оранжевый свет которых отражался на качающейся поверхности воды.

Выходившая на восхитительный освещённый сад купальня под открытым небом обладала таинственной красотой. Зэлсионэ с Кидзуной стояли прямо перед ней.

— …Почему… я должна принимать ванну с тобой? Если собираешься переустановить ядро, сделай это быстро.

— Я же объяснял, не так ли? Необходимо разделить любовь и удовольствие между двумя людьми. А также доверие и различные…

Зэлсионэ утомлённо выдохнула и прикоснулась к своему жакету.

— В самом деле… такое нельзя показывать моим девчонкам.

Вообще не смущаясь, она легко сняла жакет, словно переодевалась для урока физкультуры, а затем расстегнула пуговицы рубашки. Из открывшегося зазора проглянул фиолетовый бюстгальтер.

— Что такое? Тебе ведь тоже надо раздеться, да?

— А-ага.

Кидзуна тоже начал снимать форму, но так или иначе он беспокоился о Зэлсионэ. Когда парень глянул на неё, она уже опустила юбку и осталась только в нижнем белье.

Верх и низ оказались из одного набора. Элегантное бельё, сшитое из явно дорогого, тонкого и великолепного кружева. К тому же пояс с подвязками и чулки делали её ещё более сексуальной. С такой обворожительностью она вообще не походила на ученицу старшей школы.

«А старше ли она, чем Рэйри?» — невольно подумал Кидзуна.

Когда Зэлсионэ сняла бюстгальтер, роскошная грудь выскочила из него. У парня рефлекторно возникло желание вытянуть руки и поддержать их. Из-за гравитации бюст женщины немного покачивался вверх-вниз, словно подпрыгивая. Он не был настолько огромным, как у Юрисии, но всё же выглядел достаточно большим. А её немного крупные соски казались странно непристойными.

Дальше Зэлсионэ прикоснулась к своим трусикам и без колебаний опустила их. Из-под них показался кустик, цвет которого не увидишь в Лемурии. Такой же фиолетовый, как и её волосы, он в некотором роде производил благородное впечатление. Более того, этот кустик, включая его длину и форму, выглядел аккуратно.

Кидзуна был пленён им, задумавшись о том, действительно ли она стрижёт и это место.

«Ох. Я не могу позволить себе просто смотреть на него».

Быстро опустив трусы, парень стал готов войти в воду.

Зэлсионэ как раз собралась расстегнуть застёжки на поясе. Несмотря на то, что она уже сняла бюстгальтер и трусики, её фигура, облачённая лишь в пояс с подвязками и чулки, выглядела по-настоящему соблазнительно.

Парень даже подумал, что будет жалко, если женщина разденется полностью, но в таком случае она не сможет войти в купальню. Кидзуна обернул полотенце вокруг пояса и стал дожидаться Зэлсионэ.

— А, ты ждал?

— Да…немного.

Командир имперской стражи взяла полотенце и, даже не пытаясь скрыть своё тело, встала напротив Кидзуны.

Она занимала положении того, кто отдавал приказы, но по её телу Кидзуна хорошо понял, что женщина не пренебрегала тренировками. На подтянутой талии слабо проглядывали кубики пресса. В целом она выглядела стройной, потому и ягодицы тоже были небольшими. Сравнивая с впечатлением, когда смотрел только на грудь, сейчас, глядя на всё её тело, парень осознал, что размеры бюста заметно выделялись. Он не казался действительно огромным, но из-за стройности женщины выглядел большим.

— В… в чём дело? Что ты так пристально смотришь?

— Н-нет. Всё в порядке. Бессмысленно так стоять друг перед другом. Пойдём.

Парень невольно предложил ей руку. Однако Зэлсионэ, едва глянув на его ладонь, быстро направилась к купальне.

Кидзуна почесал затылок и последовал за виляющими влево и вправо ягодицами.

Зарезервированная лишь для них купальня выглядела слишком просторной. Так как поверхность камней оказалась гладкой, было вполне естественным сесть или опереться о них. Кидзуна с Зэлсионэ погрузились в горячую воду рядом друг с другом и прислонились к камням спинами.

— Кстати, а в Ватлантисе есть горячие источники или открытые купальни?

— Конечно. Я тоже часто ездила на них вместе со своими возлюбленными или любовниками.

— Я спрошу на всякий случай… под любовниками ты имеешь в виду женщин, да?

— Это очевидно. О чём ты?

«Действительно. В конце концов, в Атлантисе есть только женщины».

— Но ты же привыкла к парням, живя в Атараксии, верно? Если речь о Зэлсионэ, то, безусловно, много заинтересованных ребят приближались к тебе, не так ли?

Однако Зэлсионэ с неприязнью на лице резко произнесла:

— Да, это удручает. Меня не интересуют парни. Я не позволяла ни одному из них прикасаться к этому телу, никогда. Даже думала о возможности сделать Атараксию женской школой.

— Удивительно, что у тебя есть такие идеи… хотя осуществить подобное невозможно.

— А ещё о дисциплинарной комнате. Я бы могла брать тех, кем недовольна, и тех, кем довольна, туда и воспитывать. Считаю, что это действительно необходимое учреждение.

— Что бы ты ни думала, но такое невозможно!

После слов Зэлсионэ о том, насколько она ненавидит мужчин, Кидзуна, которой должен был в скором времени сделать ей переустановку, чувствовал себя так, словно у него выбили почву из-под ног.

Однако отмокавшая в горячем источнике и покрасневшая женщина выглядела действительно сексуально. Так как она собрала свои волосы в хвостик сбоку, её затылок оказался полностью открыт. Белоснежная шея, которая сейчас слегка порозовела, заставляла сердце Кидзуны стучать быстрее.

Однако ему оказалось тяжело найти момент, чтобы начать действовать.

«Ладно. Попробую смело».

Парень поднялся и сел на один из булыжников, окружающих купальню. А затем, ничего не скрывая за полотенцем, остудил своё разгорячившееся тело ночным ветром.

В миг, когда Кидзуна встал, погрузившаяся рядом в горячую воду Зэлсионэ моментально изумилась. А затем она не смогла оторвать глаз от того места.

— …

Женщина пристально уставилась на него страстным взглядом. Казалось, будто она пыталась запечатлеть в памяти впервые увиденную форму.

— Как и ожидалось, такое для тебя в новинку.

Внезапно придя в себя, Зэлсионэ отвернулась.

— Хм. Я просто смотрела и думала, как же это уродливо. В самом деле… лишь девушки прекрасны. Атлантис являлся развитым миром. Лемурия тоже должна как можно быстрее избавиться от такого пола, как мужчины, — на одном дыхании протараторила командир имперской стражи.

А затем она какое-то время притворялась, будто её это не заботило, но всё же продолжала бросать мимолётные взгляды на Кидзуну.

Парень немного приблизился к Зэлсионэ, но женщина не проявила особой неприязни. И затем он подобрался к ней так, что её плечо оказалось вплотную к его ноге.

Миниатюрная голова красавицы находилась совсем рядом. Он никогда не смотрел на неё вот так сверху. Парень невольно протянул руку.

«Разозлится ли она?» — на мгновение заколебался Кидзуна, но решительно прикоснулся к её фиолетовым волосам.

Однако Зэлсионэ никак не реагировала. Кидзуна двигал кистью и ласкал её голову, словно хвалил маленького ребёнка. А затем женщина прильнула щекой к его колену, как будто ластилась, и уставилась между ног парня.

— Такие красивые волосы. Подобного цвета нет в Лемурии.

— …Даже в Ватлантисе это редкость. Этот цвет — характерная черта моей семьи.

— Вот как. Для меня большая честь прикоснуться к ним.

«Если хорошенько подумать, первый мужчина, прикоснувшийся к Зэлсионэ — это я».

— Мм… эта штука… изменяет свой размер?

«Не спрашивай такие смущающие вещи прямо в лоб», — подумал Кидзуна.

— Ну да. У девушек тоже есть места, которые меняются в размере, верно?

— Угу… конечно.

Зэлсионэ приподнялась и встала на ноги. Горячая вода стекала с её прекрасного тела.

— Кидзуна. Честно говоря, я против того, чтобы мужчина касался этого тела. Но таковы обстоятельства. Я разрешу это лишь сейчас. Поэтому…

Глаза женщины засияли решительностью.

— Даруй мне сильнейший магический доспех. Ту мощь, с которой я смогу защитить Грейс-саму и Айнэс-саму.

Парень тоже встал и поймал взгляд стоявшей прямо напротив него красавицы.

— Ага. Даже я понимаю, что Зэлсионэ необходима для Грейс и Айнэ. Давай объединим наши силы и создадим то, что будет защищать их обеих.

Грозный взгляд командира имперской стражи немного смягчился. И вместе с покрасневшими от горячей воды щеками она внезапно стала выглядеть мило.

Её лицо быстро приблизилось к Кидзуне.

— Э?.. Зэл…

Губы парня оказались накрыты губами Зэлсионэ.

Хотя он удивился таким внезапным и активным действиям, но всё же ответил на них. Парень пылко встретил проникший через губы мягкий и немного более длинный, чем у других людей, язык Зэлсионэ. Это было таинственным ощущением, чувствовать, как она свободно ласкала его собственный рот.

От такого удовольствия Кидзуна завёл свои руки за спину женщины и крепко обнял её. Отвечая на это, Зэлсионэ тоже положила руки на пояс парня. Тела парочки прильнули друг к другу, и грудь красавицы, прижавшись к торсу парня, исказила свою форму.

Когда же добавилось приятное ощущение её бюста, Кидзуне показалось, будто это сон.

Внезапно их губы разошлись. Смешанная слюна создала мостик между их устами. А затем Зэлсионэ сладко улыбнулась.

— Хи-хи-хи, давай я погляжу на твои навыки, Владыка демонов Лемурии.

— Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы позволить тебе ощутить себя хорошо.

Правой рукой Кидзуна приподнял грудь женщины.

— Мм… хи-хи, я… сильный противник… в конце концов, нет женщины, которую я не смогу покорить.

— Тогда… я хотел бы стать твоим учеником.

Его правая рука продолжала нежно массировать бюст Зэлсионэ.

— Ты исключён.

«Э-э?! Уже?»

— Это немного шокирует. Я настолько неумел?

Однако командир имперской стражи угрюмо посмотрела на него.

— Тебе больше не нужно покорять женщин. У тебя же есть Айнэс-сама и Грейс-сама, верно? Зачем тебе другие?

— Э? Ну…

Уста Кидзуны вновь оказались запечатаны, а гибкие пальцы Зэлсионэ заскользили по его телу. Двигавшиеся по спине парня ладони опустились к его ягодицам, и затем женщина начала мять их.

— Мм… хи-хи… как и ожидалась, она крепкая.

— Это очевидно. Однако… у Зэлсионэ мягкая.

В ответ Кидзуна схватился за задницу Зэлсионэ и стал массировать её, оттягивая влево и вправо.

— А-ах… к-как грубо… но… это тоже… удивительно… а-а-ах…

Парень ощутил странное возбуждение от её неожиданно милого задыхающегося голоса.

Одной рукой он провёл от её попы вверх вдоль позвоночника.

— Уа-а-а-а!

Мышцы спины женщины содрогнулись, и она выгнулась назад. А штука Кидзуны упёрлась ей в живот.

— Мха-а… ч-что… настолько твёрдая?

Зэлсионэ уставилась на неё влажными глазами.

— Заинтересовалась?

— Нет, совсем нет… уа-а-а-а!

Он вновь стал мять бюст красавицы, а затем взял в рот его вершину.

— Хи-и! Эй, так внезапно… а-а-а-а-а-а-а-а-а-а… и-идиот…

Опьянённая улыбка появилась на лице Зэлсионэ. Кидзуна понял, что она наслаждается этим, и начал тщательно облизывать её грудь.

Сосок женщины набух в его рту. А затем он стал ещё твёрже. И одновременно с этим ощущения Зэлсионэ стали более яркими.

Парень оторвался от чувствительной части груди и стал облизывать вокруг неё.

— Ау… ах… настолько… тщательно…

Он ласкал её, рисуя круги, и постепенно удалялся от центра. А затем провёл вверх сбоку от её бюста. В то же время Зэлсионэ как раз подняла руку, и парень облизал её подмышку.

— Хья-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я-я! — звонко и обольстительно воскликнула командир имперской стражи.

— Зэлсионэ, тебе приятно здесь?

— О-ошибаешься. Это просто щекотно… Хи-и-и-ия-я-я-я-я-я-я! С-стой, нельзя-я! Та-ам!

Кидзуна схватил её руку и насильно прильнул губами к тому месту. Он облизал её, а затем присосался так, что оставил засос.

В тот же миг тело Зэлсионэ напряглось.

— Хи-и-и-и! Мм! А-а-а! А-А-А-А-А-А-А-А…

Она вся содрогнулась и задрожала.

«Она действительно ощущает это от подмышки».

Ведя себя слегка озорно, Кидзуна ласкал её тело, но его губы не отрывались от подмышки красавицы. Он тщательно облизывал её, и каждый раз Зэлсионэ дрожала.

Спустя примерно пяти минут такого действа сила полностью покинула тело женщины.

— Что-то не так, Зэлсионэ?

— З… заткнись. Ладно, отпусти уже меня.

Однако она выглядела так, будто могла утонуть в горячей воде, если бы парень не поддерживал её. Кидзуна взял Зэлсионэ на руки, словно принцессу.

— А…

Командир имперской стражи уставилась на него рассеянным взглядом, будто маленькая девочка.

— Прости, Зэлсионэ. Я слишком увлёкся.

Покраснев, она смущённо отвела взгляд. Парень и вообразить себе не мог, что обычно величественная Зэлсионэ сделает такое лицо.

— В-в самом деле… жителям Лемурии не хватает изящества. Блин… ты словно голодный зверь… из-за этого даже я сбилась с темпа.

Кидзуна вновь извинился и, продолжая нести её, вышел из купальни.

Парень отнёс красавицу до раздевалки и усадил на скамейку. А затем накинул юкату на Зэлсионэ, которая ослабла настолько, что не могла стоять. Одеть её должным образом оказалось трудно, но сегодня всю гостиницу зарезервировали для них. Поэтому, поддерживая командира имперской стражи, юката которой всё ещё была небрежно приоткрыта, Кидзуна вернулся в комнату.

Открыв раздвижные двери и войдя внутрь, Кидзуна понял, что в тусклом помещении уже разложили футоны. Хотя их и оказалось два, но, судя по тому, как эти матрасы положили вплотную друг к другу, сделали это явно преднамеренно.

— Мы пришли, Зэлсионэ. Держись.

Едва не упав, он уложил красавицу на футон. Освещение комнаты погасло, и пространство осветилось лишь несколькими источниками рассеянного света на стенах.

Через зазоры в распахнутой юкате он хорошо видел роскошную грудь до самых вершин. А из-под задравшегося подола свободно показались бёдра.

Внутри тусклой комнаты освещённая оранжевым светом и покрытая отчётливыми тенями Зэлсионэ выглядела даже непристойнее, чем в купальне под открытым небом.

— Зэл…

Когда он провёл по её волосам, она прищурилась от удовольствия. А затем красавица схватила его руку и придвинула к своим губам.

— Зэлсионэ, что…

Она взяла его палец в рот, тщательно облизала, а потом слегка прикусила. Ему было так хорошо, что даже казалось, будто женщина собиралась заглотить всю руку.

— Мм… чу-у… ха, вот каковы парни… чу-у… передо мной… у-у-у… нечто заслуживающее внимания… ха-а…

Вероятно, из-за духа соперничества Зэлсионэ пыталась доставить Кидзуне удовольствие. Распахнув юкату парня, она поцеловала его грудь и поползла по ней языком.

«У-у, к-как приятно! Да из чего сделан её язык? Хотя меня просто облизывают, кажется, будто тело тает!»

— З-Зэл… уже достаточно, верно? Я схожу за ядром, так что подожди немного.

Сказав это, он отодвинул её от себя и попытался встать. Однако женщина схватилась за подол его юкаты.

— Эй, Зэлсионэ…

Перед халата распахнулся, и штука Кидзуны показалась перед глазами командира имперской стражи. Неподвижно уставившаяся на неё Зэлсионэ шумно сглотнула.

— Ты… убегаешь, Кидзуна?

— Ну что за «убегаешь»…

Парень криво улыбнулся и спустился с футона, словно волоча красавицу за собой. Его юката распахнулась на максимум, а вернее, её почти сняли.

Подняв лежавший на полу дипломат, он вернулся, и Зэлсионэ с недовольным видом посмотрела на него.

— Я же сказал, что просто возьму это.

Он открыл дипломат и вытащил оттуда сияющую серебром капсулу. Пока парочка принимала ванну, Наюта провела настройку этого ядра.

— Ты… установишь его в меня?

Зэлсионэ протиснула палец между своих обессиленных ног.

— В моё местечко…

От таких соблазнительных действий Кидзуна невольно сглотнул.

— К-как-то так. И для этого мы с тобой должны стать ещё ближе.

Сев перед красавицей, он уставился в её глаза.

Возможно, из-за горячих источников или из-за стеснительности щёки Зэлсионэ покраснели, а юката сползла с плеч.

— Можешь делать… что захочешь. Покажи мне… свои навыки.

Словно приглашённый покачивающейся грудью, Кидзуна протянул к ней руку.

— А-а♡…

Он нежно приподнял и стал массировать большой бюст на стройном теле. Согретая горячим источником грудь казалась даже мягче и словно притягивалась к его ладони. А её вершины уже некоторое время продолжали стоять.

— Ха-а-а-а-а! Е-если… ты будешь т-так сильно… а-а-а…

Он стимулировал эти твёрдые бугорки, давя на них пальцами. А затем, когда он нежно ущипнул их, сладостный выдох просочился из уст Зэлсионэ.

Пока он вволю игрался с её грудью и обдумывал следующий ход, вызывающее мурашки наслаждение пронеслось от его живота.

— Э-эй… что?..

— Хи… хи-хи… т-ты тоже… не забывай… мм… что можешь быть атакован.

Обе руки женщины прокрались к промежности Кидзуны. Когда одна из них прикоснулась к стволу, другая нежно приподняла то, что свисало снизу.

— У… гх…

— Хи-хи, н-ну как, Кидзуна? Т-ты действительно… а-ах… наслаждаешься этим, мм!

Тоже сопротивляясь, парень просунул руку между ног Зэлсионэ.

— Мха-а-а-а! Э-эй, там… ха-а-а! А-ах♡…

Выражая наслаждение, красавица стала извиваться. Её пронзительный голос и улыбка на нахмурившемся лице, отличавшиеся от обычных, казались невероятно милыми.

— Д-дурак… не двигай внутри… хья-я-я! А-а-а-а-а… ах…

— Зэлсионэ, ты так мило стонешь… это немного неожиданно.

— Д-дурак, это… я-я… должна быть той… к-кто… заставляет стонать…

Однако едва она сказала это, как её тело выгнулось назад, и сладостный голос сорвался с губ.

— Не-е-е-е-е-ет♡… это-о … т-твоё тело… не женское… потому… чёрт… я не знакома с ни-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-и-им…

Лишившись сил, Зэлсионэ рухнула на Кидзуну.

— Ах.

Женщина прислонила свою голову к его плечу. Чтобы она не упала, парень нежно обнял красавицу. Командир имперской стражи сладостно дышала, а её тело иногда содрогалось.

Вероятно, она достигла лёгкого оргазма. Однако, несмотря на затуманенное сознание, женщина прильнула губами к шее Кидзуны и стала ласкать её кончиком языка. К тому же обе её руки продолжали крепко держаться за штуку парня.

— Зэлсионэ, могу ли попросить тебя заняться ядром? Я хочу, чтобы ты простимулировала и согрела его.

Такой являлась подготовка к переустановке. А из-за того, что ядро синхронизировалась с чувствами Кидзуны, парень тоже не мог терять бдительности.

Однако когда он протянул ей ядро, то женщина сравнила его глазами со штукой, за которую держалась. В следующий миг она на мгновение отпустила парня и соблазнительно откинулась на футон. А затем подползла к парню и приблизила лицо к его штуке.

— Это… они же оба синхронизированы, верно? Тогда… я хочу согреть вот эту, но… так нельзя?

От умоляюще смотревшей на него Зэлсионэ парень ощутил, как его сердце замерло на миг. Её мокрые глаза непристойно сияли. Возможно, посчитав молчание Кидзуны за согласие, красавица пододвинулась ещё ближе и открыла уста. А затем поцеловала его головку нежными губами. В тот же миг наслаждение пробежало от промежности парня к пояснице. И в мгновение ока штука Кидзуны оказалась во рту женщины.

— Э-эй… не заставляй себя так внезапно.

Он нежно прикоснулся к голове красавицы, попытавшись отодвинуть её, но Зэлсионэ обняла его за пояс. Она приложила силу в руки, чтобы ни в коем случае не отпустить его.

— П-понял! Делай, что хочешь.

Когда он произнёс это и провёл по её волосам, красавица облегчённо убрала руки, обвившие его талию. А затем Зэлсионэ одной рукой ухватилась за штуку, которую сосала, и начала двигать ей вверх-вниз, а другой — с любопытством массировать свисающий ниже объект.

Эти неумелые движения, напротив, разжигали удовольствие Кидзуны.

«Такая Зэлсионэ…» — лишь мысль об этом возбудила его.

Кидзуна глянул на ядро, которое лежало на футоне. Выглядело так, словно оно уже было полностью готово к установке.

— Зэлсионэ, ты не устала? Да и надоело, наверное, не так ли? Вскоре…

Однако Зэлсионэ, по-прежнему держа достоинство парня во рту, покачала головой. А затем выпустила согревшуюся до такой степени, что, казалось, повалит пар, штуку Кидзуны и посмотрела на него опьянёнными глазами.

— Удивительно… почему… когда я сосу нечто подобное, то… в груди становится так тепло и спокойно… мне не надоест… я могла бы играть с ним всю ночь…

«Нет, в таком случае не выдержу я».

Он протянул руки и дотронулся до женщины. Приподняв увесистую грудь, парень стал ласкать её. Уже утопавшее в наслаждение тело отреагировало на прикосновения Кидзуны, и нектар потёк из красавицы.

— Давай я сделаю ещё приятнее. А после ты сможешь вновь насладиться им.

— …В самом деле?

Успокоив сомневающуюся Зэлсионэ, он кое-как освободился от её рук. А затем раздвинул ноги улёгшейся на спину красавицы.

— Ну что ж, я начинаю…

Влюблённо смотря на нервничающего Кидзуну мокрыми глазами, она ласково улыбнулась.

— Да… давай займёмся этим вдвоём♡.

Увидев настолько непристойную и милую улыбку, Кидзуна рефлекторно улыбнулся в ответ.

«Хотя такая манера речи и заставляет задуматься о разных вещах».

Парень приблизил ядро к тайному место Зэлсионэ и прикоснулся вершиной к её входу.

— А-ах!

Тело красавицы содрогнулось. И затем Кидзуна погрузил ядро внутрь неё.

— Ах… ку-у… мха… а-а-а… а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!

Чем больше он продвигался вглубь, тем сильнее её тело дрожало. Командир имперской стражи вытянула руки, словно искала что-то.

— А-а-а-а-а-а, К-Кидзуна-а! Кидзуна-а-а-а-а-а-а!

— Всё в порядке. Я здесь.

— А-ах♡…

Когда она нашла парня, облегчение показалась на её лице, и женщина обняла его.

— Э… З-Зэлсионэ?

Будучи крепко обнятым, Кидзуна не мог особо двигаться.

— Прости, я немного…

Когда он попытался отодвинуться, Зэлсионэ в панике обвила его ногами и стала крепко держать парня всеми конечностями.

— Н-нет, не-е-е-е-ет…

Не желая отпускать его, она устроила истерику и почти разрыдалась. Скорее всего, это происходило из-за такого же эффекта, что и во время Гибридного сердца. Вероятно, из-за переизбытка чувств её разум не работал нормально.

Кидзуна расслабился и переместил свой вес на тело красавицы. А затем сладко прошептал ей на ухо:

— Не волнуйся. Ведь я рядом с тобой, Зэл.

— Ха-а… мм♡…

В мокрых глазах на счастливо улыбающемся лице плавал фиолетовый свет.

Проникнув вглубь Зэлсионэ, он стал медленно двигаться наружу.

— Ах, а-а… к-как приятно! Т-такое… в-впервые♡…

Ластясь к нему, красавица осыпала ухо и щёку парня дождём из поцелуев. А затем, словно благодаря за даруемое наслаждение, высунула язык и начала облизывать его. Это вызывало щекотку, но от такого очаровательного выражения любви Зэлсионэ парень почувствовал счастье. Кидзуне казалось, будто его любовь к лежавшей под ним красавице возросла ещё больше.

— Ты в порядке? Не больно?

Отчаянно терпевшая удовольствие Зэлсионэ замотала головой, услышав вопросы парня.

— В-всё хорошо… ах… К-Кидзуна… можешь делать… что захочешь♡…

— Зэлсионэ…

— Кидзуна…

Частички света стали появляться из пристально смотревшей друг на друга парочки.

Бросаясь в последний рывок, Кидзуна ускорил движения ядром, словно заставлял его привыкнуть к телу Зэлсионэ.

— А-ах! Кидзуна-а! Кидзуна-а-а-а-а-а!

Покрывшись потом и густо покраснев, красавица ловила ртом воздух.

А затем парочка одновременно достигла пика.

— Хи!.. У-у!.. А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А♡♡♡♡♡…

Хлынул ослепительный свет, и тёплое священное сияние окутало их.

— Ах… это… сочетание любви и наслаждения…

Ядро растаяло внутри опьянённо шептавшей Зэлсионэ.

В тот миг переустановка Тероса успешно завершилась.

Сразу же после парочка заснула и провела ночь вместе.

Когда Кидзуна открыл глаза от светившего через окно утреннего солнца, мило сопящая Зэлсионэ находилась в его объятиях. Невинное лицо с легкой улыбкой на губах.

«Никогда бы не подумал, что проведу ночь с Зэлсионэ».

После переустановки красавица продолжала ластиться к нему. Парень вспомнил эту головокружительную ночь.

— Зэл, уже утро.

Когда он позвал её, гладя по голове, Зэлсионэ, бормоча что-то неясное, открыла глаза.

— Доброе утро, Зэл.

— Мм…

Одновременно с тем, как сознание постепенно вернулось к командиру имперской стражи, её лицо потеряло всякое выражение.

Она медленно подняла голову с руки Кидзуны, которую использовала вместо подушки, и встала с футона.

— Зэл?

А затем вялыми движениями надела нижнее бельё и школьную форму.

— Ах, я провожу тебя. Ты в школу? Или в общежитие?..

Она так глянула на обратившегося к ней Кидзуну, словно он убил её родителей.

— Заткнись! Не искушай судьбу, Кидзуна!

— … Э-э?

От такого внезапного изменения Кидзуна натянуто улыбнулся.

— Прошлой ночью я уступила, но лишь по случайности! Не думай, что такие, как ты, могут поступать со мной как хотят! Это не значит, что теперь я принадлежу тебе!

— Э… д-да… но насчёт вчерашнего…

Вероятно, вспомнив о прошлой ночи, Зэлсионэ покраснела и поджала губы.

— З-забудь о прошлой ночи! А если понадобится, то я заставлю тебя забыть, понял?!

— Н-нет, остановись!

Кидзуна тут же прикрыл глаза.

— …Запомни. Никому не слова об этом.

Он подумал, что это само собой разумеется, но не посмел произнести вслух.

— Понял… раз ты возвращаешься, я провожу…

— Не нужно! Не делай вид, будто ты мой хозяин! Я никогда не стану твоей женщиной! Запомни это! Хида Кидзуна!

Хлопнув раздвижными дверьми, Зэлсионэ исчезла.

— Да… понял.

Изумившись перемене в её поведении, Кидзуна оглядел комнату, в которой она только что находилась. Парень медленно поднялся, надел юкату и, думая о том, чтобы принять утреннюю ванну, раз выпал такой редкий шанс, подошёл к окну.

— А…

Снаружи идущая по дороге к выходу Зэлсионэ посмотрела в его сторону.

Взгляды парочки пересеклись, и покрасневшая красавица отвернулась. А затем широкими шагами направилась к воротам.

Глядя ей вслед, Кидзуна размышлял о том, что должен будет сказать при следующей встречи.