<p>Айрин Лакс</p> <p>Брат моего мужа </p>

ЧАСТЬ 1. МУЖ

— Что там?

Муж сделал вид, что не догадывается о моём подарке. Лёша многозначительно потряс коробку, долго разворачивал упаковочную бумагу и только потом издал восторженный возглас.

Через минуту на широком запястье мужа красовались массивные мужские часы. Дарить часы — плохая примета. Но муж хотел именно их. А я всегда долго не могу определиться, что ему дарить.

Мы в браке уже три года, но я до сих пор терялась и не могла чётко ответить на вопрос, чего же Лёше хочется больше всего.

— Спасибо, Карина. Они замечательные.

Лёша потянулся к моим губам, целуя меня. Начал заваливать спиной на диван и устраиваться так, чтобы прессом распахнуть колени.

— Сладкая моя.

— Лёша-а-а, — простонала я, плавясь от незатейливой ласки пальцами.

После небольшой разлуки ласка мужа ощущалась острее и желаннее, чем обычно.

— Я бы тебя съел вместо всех этих новогодних изысков, — улыбнулся муж, отстраняясь. — Извини, что квартира не полностью обставлена. Немного не срослось.

Мы только недавно заехали в новую квартиру. Буквально на днях.

Новый Год — это первый праздник, который мы проведём в стенах нового дома.

Новогодние блюда готовила не я сама, заказала в ресторане. Расставила всё в самый последний момент. Пока муж наспех собирал ёлку, я успела съездить к маме, в соседний микрорайон.

Лёша провёл подушечкой пальца по губам и улыбнулся. Немного грустно, как мне показалось.

— Я тебя люблю. Знаешь? Безумно сильно люблю.

— Я тоже тебя люблю. Почему грустишь?

Муж наклонил голову, целуя меня в шею.

— Подвожу итоги года в голове. Только и всего.

— У нас всё получилось, Лёш. Правда?

— Правда, милая.

Лёша опять увлёкся, прокладывая поцелуи до линии ключицы. Нас отвлёк звук телефонного звонка.

Лёша нахмурился и сбросил звонок, откинув телефон в сторону. Замер рядом со мной на минуту. Он словно медлил, решаясь на что-то. Потом резко повернулся в мою сторону:

— У меня тоже есть для тебя подарок.

— Да? Я и не сомневалась в тебе. Где же он?

— Не здесь. Тебе нужно встать и сделать несколько шагов по направлению к нему.

Лёша протянул мне ладонь. Я легко встала, прижавшись к мужу всем телом. Бедром почувствовала его эрекцию.

— Ммм… Это и есть твой горячий новогодний подарок?

— Нет, милая. Пойдём.

Лёша повёл меня в сторону спальни. Замер возле двери.

— Но ты получишь его с одним условием.

Я улыбнулась, заинтересованная игрой мужа в слова.

— Какое условие?

— Не отказываться. В любом случае, — немного резко ответил муж и добавил чуть мягче. — Согласна?

Я чувствовала, что муж напряжён, как туго сжатая пружина. Провела ладонями по плечам и широкой груди, зная, как умиротворяюще на него действует нежная ласка.

Лёша немного расслабился. Даже морщина на лбу почти разгладилась.

— Согласна, — ответила я, думая, что он ждёт только моего согласия.

— Хорошо. Тогда я покажу тебе свой подарок, — шепнул муж, остановившись у дверей нашей спальни.

— Он там, за дверью? — кокетливо улыбнулась.

— Да.

Муж развернул меня лицом к двери, открыл её и подтолкнул внутрь.

Я шагнула в спальню и… замерла, увидев знакомого до боли мужчину.

Едва не задохнулась, натолкнувшись на пронзительный взгляд синих глаз.

— Демьян? — шёпотом выдохнула я.

Я не видела старшего брата мужа почти четыре года. С того самого момента, за которым был обрыв и пустота.

Чёрная, страшная…

Я с трудом прогнала депрессивную муть воспоминаний.

Демьян немного насмешливо разглядывал меня.

Я выплыла, сукин ты сын, бросивший меня в водах мёртвого моря тоски. Старший брат мужа усмехнулся.

Я послала ему в ответ твёрдый взгляд, понимая, что мой выстрел не достиг цели.

Демьян всё такой же. Высокий, хорошо сложенный, мускулистый. Он сидел в нарочито небрежной, расслабленной позе, показывая, насколько он привлекателен.

— Привет, куколка, — усмехнулся брат моего мужа. — Это я. Ты же до сих пор болеешь мной?

У него тяжёлый, пронизывающий взгляд. Он всегда действовал на меня, как удавка. Схлёстывался вокруг шеи и отбирал последние жалкие выдохи.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Я находилась рядом с братом мужа всего несколько мгновений, но сразу же, до мелочей, вспомнила, какой он.

Привыкший получать всё, что захочет. По щелчку пальцев. По одному взгляду. По расслабленной полуулыбке, похожей на рожок блядской луны.

Я попятилась назад, но наткнулась спиной на мужа.

Его горячие ладони сомкнулись кольцом на моей талии. Лёша захлопнул дверь до щелчка.

— Помни, ты не можешь отказаться от моего подарка, — медленно произнёс муж на ухо.

Демьян поднялся и подошёл вальяжной походкой. Застыл в метре от меня, засунув руки в карманы невероятно дорогих брюк.

Склонил голову, разглядывая меня. Прогулялся взглядом, словно потрогал пальцами и будто заглянул под платье.

— Ты стала ещё красивее.

Он лениво протянул руку и пальцем снял бретельку платья с левого плеча. Потянул вниз, освобождая грудь. Прогулялся до затвердевшего соска, проведя по нему большим пальцем.

— Хочу тебя трахнуть. Тебе же нравилось, когда я имел тебя?

— Нет…

Я дёрнулась, но муж удержал меня на месте.

— Тш-ш-ш-ш…

— Лёша, что происходит?

Лёша уткнулся лбом в мою шею.

— Это твой подарок, Карин. Ты иногда заводишься во сне. Кончаешь от пары прикосновений и улыбаешься мне так сладко…

Муж перевёл дыхание и выдохнул ломким шёпотом.

— Но зовёшь его по имени.

— Не ломайся, куколка. Это всего лишь секс. Ничего личного. Правда? — ухмыльнулся Демьян, задирая моё платье. — Помни, ты согласилась. Ты всегда соглашалась быть оттраханной мной.

От грубых слов мороз пробежал по коже. Но мягкие, завораживающие прикосновения пальцев Демьяна покоряли. Тело вмиг вспомнило, как хорошо нам было раньше, и запело, отзываясь.

— Да-а-а… Ты помнишь. Тебе понравится, — пообещал Демьян, подцепив пальцем резинку трусиков.

Лёша отстранился от меня.

За спиной возникла пугающая пустота. Демьян посмотрел поверх моей головы на своего младшего брата.

— Уже уходишь? Не хочешь посмотреть, как я буду трахать твою жену?

Демьян нарочно растравливал Лёшу. Говорил зло и отрывисто. Стиснул пальцы на кромке моих трусиков и рванул. Ткань порвалась с жалобным треском.

Стянул бретельку платья со второго плеча и потянул вниз, полностью обнажив грудь. Накрыл горячими ладонями и стиснул так, что я вскрикнула, дёрнувшись всем телом.

— Сочная куколка.

Демьян наклонился, подразнил горячим дыханием кожу, покрывшуюся мурашками. Помассировал соски пальцам и поднял глаза, глядя мне в лицо.

Я сглотнула ком в горле.

— Признайся, что ты до сих пор течёшь от мыслей о моём большом члене?

Демьян послал мне самую порочную и отвязную из своих блядских ухмылок.

Он всегда цеплял ими. Цинично и нагло смотрел на желающих быть рядом с ним. Откровенно называл дырками на один день.

Но девушки всё равно липли к нему. Он мог взять любую из них, но выбрал когда-то меня.

Я прикрываю глаза. Но под закрытыми веками начали просыпаться призраки прошлое. От воспоминаний больно сжалось сердце в груди.

Я распахнула глаза, как можно шире, смотря сверху вниз на брата мужа. Он накрыл один сосок ртом, втянув острую вершину. Гладил и нажимал языком, выводя порочные круги.

— Так что? Уходишь или будешь учиться, а, Лёха? Если твоя жена кончает во сне с моим именем на губах, ты ни хрена её не удовлетворяешь!

Демьян резко вклинил руку между моих тесно сжатых бёдер.

— Раздвинь ноги.

Это был жёсткий приказ. Я сжала бёдра ещё теснее, пытаясь игнорировать возбуждение, зарождающееся внизу живота.

Внезапно я почувствовала прикосновение губ мужа. Он целовал мою шею. Мягко и осторожно. Нежно.

— Расслабься, — прошептал он, уводя дорожки поцелуев на плечи.

Лёша погладил спину и провёл ребром ладони между ягодиц, словно намекая на что-то большее.

Я шумно выдохнула от его прикосновения. Меня заводила запретная, опасная, но желанная близость его брата.

Брат моего мужа, по которому я когда-то сходила с ума. Или до сих пор продолжала это делать?

Сейчас он смотрел на меня глазами голодного зверя и по очереди ласкал соски, настойчиво разводя ноги в стороны. А у меня не хватало сил сопротивляться притяжению между нами.

— Хочу тебя. А ты?

В голове шумело от выпитого красного вина и плясали новогодние огоньки гирлянд.

Новый Год. Подарок. Волшебство.

Не об этом ли я мечтала? Почувствовать его ещё хотя бы раз так близко и беспредельно? Так, да?

Тело расслабилось.

— Послушная девочка, — похвалил меня брат мужа.

Он провёл согнутым пальцем по промежности, собирая горячую влагу.

— И мокрая. Она всегда такая мокрая, брат? Или только со мной?

Лёша задышал тяжело и часто. Его пальцы крепко сомкнулись на моей талии.

Муж прижимался теснее ко мне со спины. Через ткань брюк чувствовался его член, тяжёлый и возбуждённый.

— Лёша?

Муж не ответил. Он покусывал шею, собирая губами дрожь. Потом переместил ладонь на живот, вдавливая меня в своё тело. Потёрся бёдрами так, как будто трахал меня даже через ткань брюк.

— Остынь, братец. Только после меня… Она же хотела получить именно меня? — зло рассмеялся Демьян.

Я часто дышала и ловаила губами обжигающий воздух вместе с частичками присутствия брата мужа. Он уже успел заразить собой весь воздух.

От него хорошо пахло парфюмом. Дорогим и дерзким.

Я жадно разглядывала красивые, правильные черты лица. Волевой подбородок с лёгкой щетиной. Нагловатая усмешка в синих глазах под пушистыми ресницами.

На мгновение я растерялась. Разглядывала его, как будто вижу впервые.

С момента расставания прошло столько лет, а я до сих пор не могу им налюбоваться.

Открыто и жадно впитывала каждую черту лица мужчины, которого раньше любила больше жизни.

Красивый сукин сын. Почему ты до сих пор занозой так глубоко во мне?

— Улыбнись же, куколка. Твоё желание скоро исполнится… — Демьян послал мне понимающий, торжествующий взгляд.

Брат мужа склонился над моим лицом. Обхватил ладонью за шею, запрокидывая моё лицо к себе. Горячее и свежее дыхание обожгло щёки и губы, коснулось дрогнувших ресниц.

Он словно целовал меня на расстоянии. Так, как делал это когда-то.

Зачем он делал это сейчас?

Для чего возрождал из мелочей церемонию нежной и эротичной ласки, придуманной нами в прошлом.

— Это запрещённый приём. Не помню, чтобы раньше ты играл низко.

— Научился у тебя, грязная девочка…

Демьян прихватывал губами мочку уха и повёл губами ниже.

Прижимался тугим, крепким телом, отлитым из стальных мышц.

Я поняла, что теряюсь в водовороте эмоций.

Это и паника, и страх, и отстранённо-холодное наблюдение за деталями, и привкус неправильного возбуждения.

Адреналин бил в голову.

Происходящее казалось то ли розыгрышем, то ли пьяным сном.

Губы Демьяна замерли в сантиметре от моих. Он украл последний вдох и право отступить, складывая по слогам:

— Выебу тебя в ротик.

2. Карина

Я едва держалась на ногах. Меня поддерживали руки мужа. Он никуда не ушёл, находился рядом.

Его ласковые поцелуи были как анестезия перед болезненной операцией. Он не

давал мне упасть и не позволял окончательно уплыть в пошлое беспамятство.

Я всё ещё зажималась, не до конца веря в происходящее.

— Карин, ты же хочешь… — устало шепнул Лёша. — Хочешь.

— Да, Карина. Ты хочешь мой член, — повторил Демьян. — Встань на колени.

Он надавил ладонью на плечо, прогибая меня под себя. Пьяно улыбнулся, проведя

подушечкой большого пальца по губам, надавил, заставляя открыть рот.

— Мне нравятся твои губы. Всегда нравились. Особенно на моём члене…

Демьян хотел держаться уверенно и подавлять меня. Но я видела, как сильно

запульсировала вена на его шее.

Движения пальца во рту стали быстрыми и хаотичными. Он хотел вбиться как

можно глубже, показывая, что скоро на месте пальца окажется его член.

Послышался шорох. Муж опустился позади меня. Прижался горячим телом к моей

спине. Обнял и просунул одну руку между моих ног, накрыв пальцами клитор. Заученно и

точно обвёл его пальцем, понежил, прежде чем усилить нажим.

Я дёрнулась как от удара током.

Он удержал меня за бедро.

— Я помогу тебе, милая. Не зажимайся…

Демьян хохотнул. От него не пахло алкоголем или сигаретами. Но казалось, что он

сильно пьян. Почти на грани срыва.

— Смотри на меня.

Брат мужа возвышался надо мной. Белоснежная рубашка с закатанными рукавами

обрисовала точёные мускулы на руках.

— Расстегни мне брюки. Быстрее…

Я несмело коснулась металлической пряжки, как будто она могла обжечь меня.

Под тканью брюк чётко вырисовывался стояк. Как давно он возбуждён? Слышал

ли, как я постанывала, пока меня целовал муж? Он часто думал обо мне?

Боже, это всё не то. Ненужные мысли! Но они лезли в голову и назойливо зудят

внутри.

Из-за них я не могла трезво оценить ситуацию и действовала, как шарнирная кукла, направляемая сильной рукой.

Его кукла.

Демьяну надоело ждать, пока мои трясущиеся пальцы справятся с тугой пряжкой

его ремня. Расстегнул сам, остервенело дёрнув застёжку молнию вниз.

Провёл ладонью по чёрной ткани боксеров, натянутой стояком.

— Помнишь, какой он большой? В твоём ротике он станет ещё больше…

Он оттянул боксеры вниз, обнажив напряжённый член. Надавил ладонью на

затылок, приблизив лицо к своему члену.

— Открой рот пошире.

Горячая головка члена ткнулась в мои губы. Я автоматически слизала прозрачную

каплю, выделившуюся на головке. Терпкий, мужской вкус. Знакомый.

— Да, куколка. Открывай свой ротик. Ты же помнишь, что мне нравилось трахать

его до самой глотки.

Он зафиксировал мою голову и толкнулся внутрь рта, не давая времени

привыкнуть.

Гортанно застонал. Начал сразу толкаться глубже, заполняя мой рот полностью.

— Поаккуратнее! — недовольно рыкнул муж, продолжая ласкать меня между ног.

— Это только начало, Лёха… Она не глотала у тебя до самых яиц? Нет? Показать

тебе, как она умеет? Научишься жарить свою жёнушку так, чтобы она не ходила голодной

сукой и не кончала, думая о других мужиках во сне!

Демьян дышал прерывисто и жадно. Мешал свои грязные слова с короткими

постанываниями, вдалбливаясь в мой рот.

Жёстко толкнулся до самой глотки и замер. Прижал моё лицо к своему паху.

Из глаз брызнули слёзы. Меня давно не имели в рот так, как это делал Демьян.

Лёша всегда позволял мне ласкать и брать его член так, как того хотелось мне. Я

постепенно добиралась до конца.

Но с Демьяном этот номер не пройдёт. Я начинала задыхаться, как будто это

первый минет в моей жизни.

Нет, это не минет. Демьян просто хотел вытрахать из себя прошлую злость. Она его

до сих пор не отпустила. Поэтому его толчки были жадные и жёсткие, жестокие.

Он не оставлял свободного места и долбился до предела. На мгновение мне стало

непонятно: кого он наказывал в первую очередь — меня или себя.

Я начала дышать носом и расслабила глотку, принимая его твёрдый член ещё

глубже.

Демьян довольно простонал:

— Умница. А теперь пососи сама…

Брат мужа замер без движения. Тугой, горячий член пульсировал у меня во рту, как

живой. Такой же жадный и нетерпеливый как его хозяин.

Мне было физически тяжело от такого быстрого траха в рот до самой глотки. Если

бы не возбуждающие прикосновения мужа, я бы не смогла продержаться и одной минуты.

Но Лёша целовал меня в шею и ласкал возбуждённую плоть. Обводил влажные

складки, всаживая пальцы внутрь.

Я благодарно сжималась вокруг пальцев мужа.

Начала двигать губами по возбуждённому члену Демьяна. Повторяла рисунок вен и

замерла на конце головки.

Я решилась поднять взгляд на брата мужа.

Он прерывисто и часто дышал, приоткрыв рот. Демяьн заворожённо наблюдал, как

мои губы замерли на конце его члена.

Я медленно облизнула головку языком по кругу, надавливая на крошечное

отверстие. Потянулась ладонью вверх, чтобы поддержать член.

— Нет. Руки на колени! — скомандовал брат мужа. — Бери так. Я знаю, как ты

хорошо сосёшь.

Я прикрыла глаза, вбирая член глубже и глубже. Давала ему то, что он так любит.

— Лучше всех…

Посасывала быстро и часто, погружая короткими толчками до глотки.

— Да. Ещё!

Это было чертовски сложно — брать его так и не иметь возможности поддержать

тяжёлый член у основания. Но я старательно и послушно выполняла его приказ.

— Послушная девочка. Тебе нравится новогодний подарок? — спросил брат мужа

с пошловатой усмешкой, которую тут же сменил протяжный стон.

Не только тебе смеяться, Демьян.

Я втянула член глубже, как он любил. Не отпускала, зажимая вакуумом, вытягивая

из него признания. Не словами, но вздохами и стонами.

Он всё такой же одержимый и голодный по мне.

И кто из нас получил свой подарок?

3. Карина

Демьян запустил пальцы в мои волосы, растрепав причёску, оттаскивает. Сделал

короткий выдох.

Секундная передышка, наполненная тяжёлым, частым дыханием. Одним на троих.

Влажные, пошлые звуки, с которыми пальцы мужа погружались в моё лоно.

Демьян снова начал контролировать мои движения. Насаживал на свой член, словно на ось мира.

Он издевался или просто грязно шутил. Но желание вновь брало своё, и он

проскальзывал членом по влажному языку, помогает принять как можно глубже.

Он хотел получить свой подарок. Прямо сейчас. Вбивался в мою глотку, механически, словно автомат. На одной пульсирующей и высокой частоте.

Его пальцы немного больно дёргали мои волосы.

На мгновение мне показалось, что он вот-вот кончит мне в рот. Меня это заводило.

Не меньше, чем его.

Но потом Демьян резко отстранился. Со всего размаху опустился на пол и

перетянул меня к себе на колени.

— Тебе хорошо, Карина? — рассмеялся, сминая задницу.

Брат мужа заставил меня потереться влажной промежностью об его член.

— Хочешь меня?

Отрицательно покачала головой.

— Врёшь.

Он насадил меня немного, приподнял и снова насадил. Но не давал проскользнуть

головке внутрь лона. Я разочарованно простонала, выдавая себя с головой.

— Хочешь на мой член, — твёрдым голосом заявил Демьян. — Хочешь.

Признайся.

Он снова начал мучить меня, не давая желаемое. Я была возбуждена до предела.

В какой-то миг мне стало плевать на всё.

— Да! — выплюнула согласие в красивое и ненавистное лицо Демьяна. — Да! Я

хочу тебя. Сейчас!

— Всегда-а-а-а… — простонал он, насадив меня на член. Толчок жёсткий и

грубый. Но я приняла его до упора, судорожно сжимаясь.

Он большой и тугой, пульсировал во мне, не давая потухнуть пожару вожделения.

Секс с ним всегда был ярким и немного жёстким. Сейчас он возвращал меня в

прошлое, показывая, что означает быть его любимой куколкой. Игрушкой для секса и

снятия напряжения.

Я расслабилась, отпуская на волю мораль и чувство стыда, полыхающее где-то

глубоко во мне.

Ведь мой муж всё ещё в этой комнате. Он никуда не ушёл. Я чувствовала его

взгляд всей кожей. Повернула голову в поисках Лёши.

Но Демьян жёстко зафиксировал мой подбородок.

— Смотри на меня, куколка, когда я трахаю тебя…

Ему нравилось смотреть мне в глаза. Он сходил с ума и жадно пожирал взглядом, когда меня заживо сжигало похотью.

Он любил считывать одержимость не только по сигналам жаркого потного тела.

Ему нравилось читать это на дне затуманенного взгляда.

Искать, находить, распалять ещё больше…

Но сейчас мы уже не те, что раньше.

Я вбирала его глубокие и быстрые толчки, но продолжала взглядом искать своего

мужа.

Лёша переместился так, что встал почти на одну линию со старшим братом.

Смотрел на меня сверху вниз, сжав кулаки.

— Давай, двигайся быстрее! — выдал очередной приказ Демьян.

Его пальцы переместились на затылок. Демьяну всегда нравилось, когда я

выглядела растрёпанной и помятой им.

Сейчас моё платье болталось на талии, причёска была безнадёжно испорчена.

Но мне нравилось чувствовать его обжигающее дыхание и протяжные выдохи.

Голос становился низким и хриплым, почти ломким. Я начала размашисто отвечать

заданному темпу и взвинчивала его на новый уровень.

Он вбивался ещё глубже.

Ощущения становились жарче и острее с каждой секундой.

Мне почти нечем дышать. Темп становился невыносимо быстрым.

Я боялась сойти с ума от этой жаркой скачки и страшилась остановки.

Внезапно всё происходящее начало казаться просто злой шуткой. Я боялась

остаться без порции необходимого экстаза, пьянящего кровь.

Муж смотрел на меня так, словно хочет убить меня, трахающуюся с его старшим

братом, а потом и брата заодно.

Но Лёша ведь сам… дал… мне это. Сам!

Я протяжно выкрикнула имя мужа. Лёша выматерился сквозь стиснутые зубы, обнажая свой предел. Он редко матерился. Сейчас муж был взвинчен так, что готов

сорваться.

Лёша жадно смотрел на мой рот, распахнутый от громких стонов. Муж сделал

движение вперёд. Мне казалось, что он почти ничего не понимал. Я ждала, что он то ли

проорёт мне в лицо, что я шлюха, то ли заткнёт мне рот своим членом.

Демьян почувствовал его движение и ввёл в мой рот пальцы.

— Соси…

Лёша выдохнул, дёрнувшись на месте, как в припадке.

— Ты такая больная по мне, Карина! Зависимая… — простонал Демьян.

У меня не было сил опровергнут ьэти слова.

За эти годы его младшему брату не удалось ни стереть, ни вытрахать из меня

память о порочных прикосновениях Демьяна.

Я отзывалась на Демьяна. Мне хотелось ещё и ещё… Мне необходимо было

получить всё, что умел дать только он.

Мне нужно чувствовать его в себе. Глубоко. Жадно. Остро.

Демьян немного ослабил хватку.

— Двигайся на мне сама. Трахни.

Чёрт…

— Бери меня. Трахай… Я твой, — прошептал едва слышно прямо в губы. —

Сегодня — твой. Бери.

Как контрольный выстрел в голову, окончательно срывающий планки. Я начала

подскакивать на его мускулистых, напряжённых бёдрах. Взлетала вверх и опускалась вниз

с громкими, сочными шлепками.

Это была сладкая пытка удовольствием. Её хотелось тянуть и тянуть, продолжать.

Изощрённо мучить себя и его, доводя до экстаза.

Я извивалась, как змея, на его сильном теле, тёрлась и скакала над его членом, понимая, что больше не выдержу.

Разрядка слишком близка.

Невыносимо желанная и сладкая.

Муж не выдержал. В самый последний момент перед финалом он освободил член, дёргая по нему рукой.

Лёша смотрел, как я кричу и стону, бьясь в экстазе. Смотрел и кончал в сомкнутый

кулак. Пьяно заглядывал мне в лицо. Я понимаю, что в этот момент муж мысленно

выплёскивал спермой мне в ротик.

Я взмывала вверх в последний раз и уткнулась лицом в плечо Демьяна. Он замком

сцепил пальцы у меня во рту.

Горячая волна обдала меня жаром, полыхнув снизу. Она распространялась, как

цунами, по всему телу. Накрывала с головой. Хоронила в тишине.

Я в нирване. Мне так хорошо не было уже давно.

Я не чувствовала почти ничего — только понимала, что Демьян успел выйти и

кончил, прижавшись к моему животу. Сперма выстрелила струёй вверх, запачкав моё

платье.

Я пыталась дышать.

Боже, помоги. Я должна ненавидеть этого мужчину.

Но я так сильно скучала по нему. Так горько…

И вместо ненависти во мне штормом ревут другие эмоции.

4. Карина

Одна комната. Четыре стены. Нас — трое.

Дверь где-то позади меня.

Но ситуация внезапно начала казаться мне лабиринтом, из которого нет выхода. Мы были так близки к чему-то неизведанному.

Я едва могла пошевелить и кончиком пальцев. Муж ошарашенно сидел на нашей кровати и загнанно дышал. Он даже не застегнул брюки, только натянул боксеры.

Демьян первым пришёл в себя. Он сгрузил меня на пол, словно куль с мукой. Поднялся быстро и резко. Рваными, злыми движениями заправил рубашку в брюки и вышел из комнаты.

У меня между ног всё саднило и пульсировало. Влага стекала по внутренней стороне бедра.

Внезапно послышался хлопок пробки шампанского.

Я обернулась на этот звук холостого выстрела.

Демьян быстро разлил по двум бокалам пенное шампанское. Насильно всунул бокалы нам с мужем в руки, а сам стукнул по тонкому хрусталю бутылкой.

— С новым Годом, семья! — звонко рассмеялся и первым прихлебнул спиртное из горлышка бутылки. — С новым счастьем!

Сделав парочку жадных глотков, он ушёл. Тихо прикрыл входную дверь. Он ушёл в тонкой рубашке, лёгких туфлях и летних брюках.

Я только сейчас поняла, что, наверное, Демьян припарковал машину близко около нашего подъезда.

У меня не было сил пошевелиться. Пена шампанского оседала в бокале. Я отставила его в сторону и залезла с ногами на кровать.

Подарок… Подарок.. Подарок…

Эти слова бились в моей голове частым пульсом.

Кого кому подарили?

Если мне — его, то почему я чувствовала себя использованной и запачканной грязью?

Муж прилёг рядом, не говоря ни слова.

За окном взрывались новогодние салюты. Слышались восторженные крики. По стенам нашей комнаты расползались цветные снопы искр — мы не успели повесить шторы.

Внутри меня чёрной кляксой расползалось что-то другое.

Злая, звериная тоска и отчаяние.

Голод по Демьяну никуда не ушёл. Он просто уснул на время, но сейчас пробудился.

Я попыталась затолкать свои чувства как можно глубже.

Даю себе зарок, что буду игнорировать свои эмоции. Однажды же получилось. Получится и на этот раз…

* * *

Утром первого января я проснулась, чувствуя, что замерзаю. Провела пальцем по телу — обнажена. Смятое платье валялось на полу. Муж спокойно посапывал рядом. Одеяло сбилось в кучу между нами.

Я торопливыми шажками добралась до ванной комнаты. Залезла прямиком в душевую кабину, не бросив ни единого взгляда в сторону зеркала.

Хотелось смыть с себя всё.

Я яростно тёрла тело мочалкой, растирая до красноты. Включила воду погорячее, пока она не стала нестерпимой.

Будучи чистой и выскобленной, так легко поверить, что вчера я просто перебрала и нафантазировала себе всякого.

Выпила лишнего и даже не прибрала со стола.

Изысканные салаты и тончайшая нарезка подсыхали на праздничном столе.

Я сгребла всё в мусорный пакет и распахнула окна, чтобы выветрить запах застолья.

Пробежалась до спальни и с улыбкой пощекотала мужа. Он поморщился, чувствуя морозную прохладу из открытого окна. Лёша укутался в одеяло с головой, что-то неразборчиво бормоча.

Муж не хотел вставать. А я решила заняться уборкой. Загрузила посудомоечную машину.

Всё осталось в прошлом. Сегодня всё будет хорошо и правильно. Вперёд, с распахнутой душой и верой в лучшее.

Приготовила нам с мужем завтрак под мелодичные переливы инструментальной музыки, льющиеся прямиком в мои уши.

Внезапно я оказалась пойманной в силки горячих объятий. Муж развернул меня к себе лицом. Вытащил один наушник из моего уха и вставил себе.

У мужа голубые глаза. Не такие губительно синие и штормовые, как у Демьяна.

У Лёши — взгляд лёгкий и обнадёживающий, как летнее небо. Волосы цвета пшеницы. Крупные, немного небрежные губы.

Между братьями есть некоторое сходство. Но они сильно отличаются между собой. Я усердно гнала мысли о Демьяне из своей головы.

У меня есть муж. Любимый. Лучший.

— С первым утром нового года, любимая…

Лёша коснулся моих губ. От него пахло морозным гелем для душа и свежей зубной пастой.

Пока я колдовала над завтраком, он успел принять душ и стереть с себя все порочные следы ночного безумия.

«Ничего не было!» — сказала я себе мысленно.

— С первым утром нового года, любимый!

Лёша обнял одной рукой за талию сжал ладонь. Муж увлёк меня в лёгкий танец на просторной кухне.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Я выдохнула, расслабляясь. Счастливо приникла к твёрдому плечу. Поблагодарила мужа трением щеки о мягкую ткань домашней футболки.

Мне с ним легко и совсем не больно. Ни капельки.

Я не люблю боль.

5. Карина

Я боялась перекрёстных, задумчивых взглядов. Недомолвок и обид. Опасалась разговоров и невыносимо тяжёлых вопросов.

Как дальше жить? Как знать, что ночью случился взрыв порочного безумия?

Но Лёша решил не усложнять жизнь ни себе, ни мне.

За завтраком мы вели пустяковый разговор, обзванивали родных и знакомых. Мы не позвонили им вчера, потому что…

Просто не позвонили.

Причина похоронена в прошлом, которого попросту нет, правда?

Есть только настоящее — моя рука, лежащая на сухой, горячей ладони мужа. Его игривые прикосновения губ и шаловливые покусывания моих пальцев.

Ободряющая солнечная улыбка. Лёгкие искры в глазах.

Лёша, поделись со мной своей лёгкостью…

Я улыбалась ему в ответ и приказывала себе отцепить воображаемые стопудовые гири, привязанные к щиколоткам. Их нет.

— Мы же поедем?

Я уловила нить разговора. Пришлось переспросить.

— Мы поедем на базу отдыха? — уточнил Лёша. — Мы сняли двухэтажный домик. На несколько комнат. Взяли с запасом. Ты же знаешь, обычно добавляется плюс один или чуть больше.

— Да, конечно, поедем!— ответила с энтузиазмом.

Лёша вместе с приятелями по традиции снял домик на базе горнолыжного отдыха.

Я люблю кататься на лыжах и умею стоять на сноуборде. Лёша не разделял моих увлечений. Но у нас большая и дружная компания, в которой никогда не бывает скучно. Даже для тех, кто падает с лыж по десять раз в минуту.

Сборы у нас лёгкие и одновременно хлопотные. Мы заехали в новую квартиру буквально на днях. Большинство вещей стояли не распакованными в больших картонных коробках у стен.

Найти необходимую вещь — настоящий квест, в котором я соревновалась с мужем. Причём, он постоянно выигрывал и требовал поцелуй в награду.

С Лёшей приятно целоваться. Но дальше влажных поцелуев и крепких объятий мы не заходили.

Как будто мы ещё не уничтожили призрак третьего и не хотели его беспокоить.

Пусть пройдёт чуть больше времени.

Мы заиграемся в счастливую пару, поверим в это и заживём лучше прежнего.

* * *

В первый день Нового года мы успели сделать очень многое. Посетили мою маму, подарили ей тот самый желанный набор немецких кастрюль, на который она вечно жалела денег.

Посидели на уютной кухоньке часа полтора или чуть больше. Пришлось отшучиваться от наводящих вопросов о планах на грядущий год. Мама постоянно намекает, что хочет внуков. Пришлось отбиваться от вопросов о детях и на этот раз.

Мама вздохнула, сетуя, что ей уже пятьдесят один, а о внуках она только мечтает.

Мы с Лёшей ещё не поднимали тему детей. У нас много других планов. Например, раскачать клуб Лёши, который он поднимал с нуля. Мы надеемся, что у нас получится построить счастливое будущее.

У меня родители небогатые, простые люди. У Лёши ситуация немного иная. Родители давно оставили этот мир. Демьян, живущий за границей, состоятелен. Но Лёша упорно пытался достичь всего сам, не прибегая к помощи брата.

Потом мы вихрем пронеслись по некоторым знакомым. Тормошили заспанных и опухших от вчерашней попойки. Синхронно отказывались от очередного предложения выпить.

— Трезвенники, мать вашу! — грубовато пошутил Дэн, приятель Лёши. — Ну ладно, желаю вам хорошо отдохнуть.

— Ты не едешь? — удивился Лёша. — Больше всех горланил о поездке!

— Не. Не поеду. Куда я в таком состоянии? Винегретом снег раскрашивать? — икнул приятель.

Ему было нехорошо. Поэтому мы не стали настаивать.

Перед отправлением проверили сумки — всё ли мы взяли.

Я была уверена, что по приезду будет не хватать важной мелочи. Так получается всегда. Поэтому заранее дала себе установку не переживать по пустякам.

В назначенное место приехали уже под вечер. Кто-то из приятелей уже находился в гостиничном домике. Кто-то только приехал. Было шумно и весело. Вечеринка закончилась далеко за полночь.

Мы горланили веселились почти целую ночь напролёт. В шумной компании легко забыться и увлечься всем, чем только можно.

До номера добрались уже под утро, едва сумев раздеться. И то не до конца.

* * *

Следующее утро встретило нас ярким солнцем и лёгким морозцем, румянящим щёки.

К обеду собрались все, кто мог стоять на лыжах и на сноуборде. Решили покорить для начала небольшую сопку. На ней каталось довольно много отдыхающих.

Но прежде чем двигаться дальше, нужно разогреться.

— Лёш, будешь учиться стоять на доске?

— Я лучше на лыжах, — обречённо вздохнул муж.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Лёша довольно умелый парень. Он ловко обращается с мячом и может крутить финты ногами. Но зимние виды спорта даются ему с трудом.

На лыжах он стоит просто отвратительно. Лёшу не спасают ни регулярные поездки на горнолыжную базу, ни усердные старания.

В такие моменты муж всегда казался мне милым неумехой и немного растяпой. Мне нравилось его журить и поддразнивать, а потом поддерживать лёгкими поцелуями.

Была бы на всё воля Лёши, он бы не приехал сюда. Но мне нравится бывать на этой базе, и Лёша поддерживает моё увлечение, хоть сам не разделял восторгов от катания на лыжах и обходил сноуборд стороной.

Лёша ждал меня внизу.

Я скатилась с горы на сноуборде, тормозя возле мужа. Он возмущённо зажмурился от снега, брызнувшего в его сторону.

Муж махнул перчаткой и начал неуклюже переставлять лыжи.

— Ты куда, Лёш?

— Кажется, я подвернул ногу. Катайся, Карин. Я подожду тебя.

Я расстроенно посмотрела ему вслед. Жаль, что Лёша не мог наслаждаться скоростью и взрывной свежестью зимнего адреналина.

Я примерилась к очередной высоте. Взгляд сам выхватил фигуру ловкача, скользящего на доске так, словно он родился вместе с ней.

Сердце сдавленно ёкнуло в груди. Тело опалило жаром.

Я узнала эти лихие, рассекающие движения. Именно он научил меня стоять на сноуборде и был первым учителем в этом виде спорта.

Демьян.

Он просто был моим первым. Во всём.

Я сглотнула огромный ком и натянула самую вежливую и равнодушную улыбку, когда Лёша резко затормозил около меня, забрасывая снегом.

— Привет. Лёха уже сдулся? — спросил Демьян небрежным тоном.

Половину его лица закрывали очки. Я не видела выражения мужских глаз.

И почти сразу же поблагодарила его мысленно за такую же возможность — натянула очки на своё лицо, отговариваясь едва значащими словами.

— Не знала, что ты будешь здесь.

— Почему бы и нет? Мне нравится эта база…

Я прикусила губу, понимая, что приезжаю сюда по старой памяти. Почему бы и ему не сделать точно так же?..

Без намёков. Без потайного смысла.

Я уже успела расслабиться и почувствовать себя в безопасности, как Демьян резким движением сдёрнул с меня очки. Через мгновение снял и свои защитные очки.

Я растерянно взглянула на его лицо. Демьян застал меня врасплох. Брат мужа почувствовал свой триумф и упивался им.

— Как спалось после вчерашнего? Понравился подарок? — нахально спросил он, двинув языком за щекой словно невзначай.

Секундный жест. Грязный и пошлый намёк.

В голове ожили картины вчерашнего безумия.

Мир резко сжался. Я видела только пронзительно синие глаза Демьяна, испытующе смотрящего на меня.

Нужно не вестись на эту провокацию.

Не знаю, как и почему братья договорились. Но сейчас мне не нужна запутанность в жизни.

Я только недавно отучилась произносить редкое, красивое имя Демьяна без ноющего ощущения груди. Совсем недавно перестала думать о том, чем он занимается на другом континенте и скучает ли по мне.

Научилась слушать редкие новости о нём без судорожного сжатия пальцев и звона в опустевшей голове.

Всё это в прошлом. Я хочу верить, что ему не удастся затянуть меня обратно.

— Лёша на Новый год подарил нам квартиру. Она очень просторная и светлая. Я ещё не успела разобрать все вещи, но быт наладится уже очень скоро.

Сделала паузу.

— Да, мне нравится этот подарок. Мы сделали его себе сами.

— Вот как, — хмыкнул Демьян.

Он мгновенно понял, что я настроена игнорировать вчерашнюю ночь. Глаза озорно свернули. Принял правила игры?

— Сами, значит? Похвально… — протянул слова, гуляя взглядом по моему лицу без грамма косметики. — Как клуб? Раскачался?

— Да, — коротко ответила. — Муж занимается им довольно успешно.

Демьян опять издал лающий смешок. Как будто ему известно гораздо больше, чем мне.

— А ты? Что в России делаешь ты?

— Приехал проведать своего младшего брата, очевидно. Скоро тоже стану семейным человеком. И…

Демьян одарил меня одной из фирменных полуулыбок с колдовским прищуром в блядских глазах.

— Решил оторваться напоследок.

— А-а-а… Вот, значит как.

Я приказала себе не реагировать на его слова о предстоящей женитьбе. Но сердце в груди болезненно сжалось.

— Аттракцион грязных развлечений? Почему здесь? В Штатах перевелись шлюхи?

— Не перевелись. Но русские шалавы самые горячие…

— Видимо, у тебя богатый опыт в общении с шалавами всех стран мира, — ответила с сарказмом.

Я сделала это неосознанно и лишь потом, запоздало поймала себя на желании сделать ему больно.

— Да, я много путешествую, — ровным голосом ответил Демьян. — Мне есть с чем сравнивать. В России всё немного иначе. Есть полюбившиеся шлюхи…

Он говорил о шлюхах и смотрел прямо мне в глаза.

Брат мужа намекал на меня, но говорил во множественном числе, желая унизить. Он хотел поставить меня на один уровень с какими-то продажными и доступными девками.

— Надолго приехал?

— Зависит от обстоятельств, — коротко вздохнул, переводя взгляд в сторону. — Например, от того, как отработает глоткой одна из них.

— Удачи. Главное, не подцепи что-нибудь. Будет нехорошо, если наградишь будущую жену неприятной болезнью.

— Я трахаюсь только с чистыми шлюхами.

— Уверен?

Вчера Демьян трахал меня без презерватива.

Я знаю, что он не любит презервативы. Он никогда ими не пользовался, когда был со мной.

Это был наш кредит доверия друг другу.

Неужели он ещё действовал?

Но после моих слов глаза Демьяна потемнели опасностью и обещанием шторма.

— Как насчёт новой высоты? — предложил он, перемалывая крошево злости в предложение скатиться с крутой горы.

Он хотел затмить ярость выбросом адреналином. Во мне бушевало то же самое желание.

— Давай!

6. Карина

На время я забыла обо всём.

Осталось только ощущение полёта и ветер, бьющий в лицо. Колючие уколы снежинок.

Веер белого снега, красивым росчерком взмывающий в воздух при резком торможении. Близость опасности колет нервы, натягивает их до предела.

Остро чувствовалось собственное тело и его потребности.

Не осталось ни одной мысли. Были только повороты, скольжения, зигзаги.

Рослая фигура Демьяна в ярко-красном комбинезоне скользила впереди меня. Он быстрее, ловчее и умелее.

— А ты неплохо подучилась, — скупо похвалил меня после того, как мы скатились вниз.

— Мне далеко до профи.

— Но уровень высок. Ещё раз?

Я согласилась. Мне было проще находиться на некотором расстоянии от брата мужа. Не говорить, не сталкиваться болезненными острыми углами общего прошлого.

Демьян опять вырвался вперёд. Скользил на крутых виражах, как будто красовался передо мной.

Внезапно он съехал немного в сторону. На пути было препятствие. Но брат мужа решил не объехать его. Он поджил ноги в прыжке, желая перелететь.

Чёрт... Даже мне было понятно, что он стартовал слишком поздно.

Секунда — очень много. Он сам меня так учил.

Но сейчас Демьян проиграл эту секунду и скатился кубарем вниз.

Я резко затормозила, быстро соскочила с доски, склоившисьсь над братом мужа. Он замер без движения.

Я перевернула его на спину, обеспокоено заглядывая в лицо. Вдруг ударился и повредил себе голову?

Я оглянулась по сторонам. На крутом склоне было не так много желающих скатиться. Но одинокая фигура уже скользила в нашу сторону.

— Де… Демьян! — едва слышно шепнула я, отряхивая перчаткой снег с его красивого лица.

Сняла очки, обеспокоенно смотря на брата мужа.

Демьян внезапно распахнул глаза и расплылся в довольной улыбке, стиснув пальцы на моей талии.

— Неужели испугалась за мою жизнь, куколка?

Я резко отшатнулась от него.

— У тебя всегда было идиотское чувство юмора! Таким и осталось по сей день!

Демьян не позволил мне отстраниться, обжёг взглядом, полным желания.

— Я думал, что мою чувство юмора тебе нравилось.

— Я тоже так думала. Раньше. Сейчас понимаю, что мне нравится совершенно другое.

— Ну да, ну да… — понимающе протянул он, опять откидываясь спиной на слепящий снег.— Тебе нравятся неуклюжие попытки моего младшего брата сострить? Возбуждают его попытки быть самцом в постели? Ты чувствуешь себя уверенно рядом с ним?

Демьян засыпал меня вопросами, не имея никакого права требовать на них ответ.

— Лёша — лучшее, что случалось со мной за последние несколько лет моей жизни… — ответила я.

— Да? И где сейчас это лучшее? — усмехнулся Демьян. — Я бы приглядывал за тобой при посторонних. И не слезал с тебя, останься мы наедине.

Его признание прозвучало грубовато. Но я знаю, что он умеет иначе — грязнее и откровеннее. Как чистая доза наркотика в вену.

— Ну что, ребята, неудачно скатились? Встать сможешь? — раздался бодрый голос мужчины. — Помочь?

— Да, спасибо вам за помощь! — я вцепилась в широкую мужскую ладонь.

Мужчина был мощного телосложения и поднял меня, как пушинку.

— Давай на «ты»? — предложил он. — Меня зовут Игорь.

Он отряхнул снег с моего костюма и провёл по телу ладонями, проверяя, не сломала ли я что-нибудь.

— Эй. С ней вообще-то полный порядок! — зло бросил Демьян, пытаясь подняться.

— Карина, — улыбнулась я, даже не пытаясь сопротивляться заботе постороннего мужчины.

Меня развеселило, что Демьян увидел в обезличенных жестах что-то большее.

— Спокойнее, парень, я спасатель. Это у меня профессиональное! — обрубил Демьяна Игорь и предложил ему помощь.

Демьян отбил его руку, поднимаясь сам.

— Не вижу на тебе, спасатель, формы работников базы! — процдил Демьян, зло поглядывая на мужчину.

Игорь снял очки, одарив брата мужа насмешливым тёмным взглядом.

— А я на отдыхе, парень. Твою девушку я не пытался кадрить…

— Она не моя, — фыркнул Демьян, выставляя доску на снегу.

— Пока не пытался, — завершил с довольной ухмылкой Игорь.

— Она жена моего брата, — мгновенно парировал Демьян.

Улыбка на лице Игоря немного погасла. Но Игорь — уверенный в себе мужчина, поэтому сделал вид, что почти не стушевался.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Игорь проводил нас до базы и познакомил со своей компанией друзей. На отдыхе это в порядке вещей — приехать со своей компанией, познакомиться с кем-то ещё, а на следующий год схлестнуться большим потоком, состоящим из новых приятелей.

Мы договорились пересечься в общей компании вечером. Демьян отстал, отошёл к кому-то из знакомых. Я вернулась в домик, направляясь в свою комнату.

Я едва успела зайти и стянуть костюм. Стянула с себя все вещи и потянулась вверх обнажённым телом.

Мокрая от пота, раскрасневшаяся, полная довольной усталости. Прикрыла глаза, массируя корни волос.

Внезапно почувствовала чужое присутствие. По коже пробежались мурашки.

За спиной тихо закрылась дверь. Я не обернулась, распуская тёмные волосы. Ключи от комнаты были только у мужа.

— Я в душ! — почти пропела, предлагая. — Присоединяйся, если хочешь.

— Обязательно.

Я резко обернулась.

— Ты?

Моё дыхание резко сбилось.

— Демьян? Что? Что ты здесь делаешь?

Я замерла на месте. Столкнувшись с взглядом синих глаз мужчины.

Он стоял, прислонившись к косяку двери. Уже избавился от лыжного костюма и успел натянуть лёгкие спортивные штаны и футболку, обтянувшую широкие плечи.

Брат мужа стоял расслабленно. Так как будто зашёл к себе, и именно я ошиблась комнатой.

Только взгляд выдавал, что его заживо сжирают отнюдь не безобидные чувства.

Злобная решимость и остервенение. Желание брать. Своё. Выгрызать любым способом. Подавлять. Клеймить.

Я попыталась сбросить наваждение его властного взгляда, вводящего меня в оцепенение. Я больше не принадлежу ему. Не его женщина.

Но по телу гуляли отголоски узнавания и томления, возникающего под его взглядом. Вились и лизали плоть между ног прихотливыми языками желания.

Я торопливо подтянула к себе полотенце, обернув вокруг высокой груди. Села на кровать, плотно сведя колени.

— Как ты вошёл?

— Одолжил ключи у твоего мужа, пока он плавает в бассейне, — усмехнулся уголками губ Демьян. — Он был не против.

— Скажи лучше, что он не знал!

— Думаешь, если бы узнал, то был против?

— Уходи немедленно.

Демьян не обратил никакого внимания на мой протест, прошёлся по комнате и сел на стул.

— Кажется, ты хотела принять душ и предлагала присоединиться?

Он издевательски усмехнулся и потянул за низ футболки, обнажая тренированный пресс.

— Не тебе. Лёше. Говори, что ты от меня хочешь. И проваливай! — резко заявила.

— Что я могу хотеть от тебя, кроме тебя, м? Куколка…

— Исключено. Если это всё, то ты знаешь, где находится дверь. За твоей спиной! — сказала, как можно чётче, чтобы голос не дрожал.

— Есть разговор.

Демьян откинулся на спинку стула и внезапно сунул руку в карман, швырнул на стол брелок.

— Что это?

— Ключи. От Мерса. Тебе.

Демьян говорил резко и отрывисто. Словно заставлял себя ворочать языком тяжёлые камни, а не выплёвывал короткие, рубленые слова.

— Ты меня с кем-то путаешь. Забирай и уходи.

Демьян поменял положение, опершись локтями в колени, и посмотрела на меня снизу вверх.

— Я ничего не путаю. Мог бы сказать, что «молодец, насосала…»

Усмехнулся, пачкая грязью.

— Но на самом деле это не так.

Выпрямился, смотря на меня. На мгновение в глазах промелькнул призрак усталости. Но через мгновение его не стало.

Всё тот же укоряющий и требующий взгляд, полный удушающих эмоций. Они никуда не делись, не расплескались и не побледнели с годами.

Такие же яркие и сильные. Лютые.

— Ты же знаешь. Я не прихожу на праздник с пустыми руками. Всегда дарю что-то большее, чем член за щекой. Пусть даже он и пришёлся тебе по вкусу.

Сглотнула противный ком в горле, выпрямила спину и подняла подбородок. Посмотрела на мужчину в упор, но так, словно смотрела сквозь него.

— Не смотри на меня, как на пустое место, Карина.

— Я не приму твой… подарок. Оставь его себе.

— Зачем? Я живу в Штатах. Эту машину я купил для тебя. У тебя же нет своей машины. Хоть водишь ты отменно.

Да, у меня не было машины. Машина была только у Лёши. Но ему она была нужнее, чем мне.

— Это не твои заботы.

— Лёша недавно сменил старые колёса на новые под своей задницей. А ты не при делах…

— Нет. Забирай. Подари любой другой…

— Шлюхе?

— Не знаю. Уверена, найдётся та, что примет этот подарок с радостью!

— Но я хочу, чтобы ты приняла его.

Мне надоел этот бессмысленный спор. Разом накатилась злость и усталость на Демьяна и на моего мужа — тоже. Зачем он позвал своего старшего брата? Или Демьян решил приехать сам и…

Нет, без участия мужа здесь не обошлось.

Я покачала головой. Встала и махнула рукой на дверь. Безрезультатно.

Демьян плотно сжал челюсти. Смерил меня тяжёлым, пронизывающим взглядом с тугой, запертой яростью внутри.

— Это подарок. Я же ничего не подарил на вашу свадьбу. Так? Исправляюсь, — криво усмехнулся.

— Отчего же не подарил? — спросила я. — Подарил.

Я сделала паузу.

— Развороченный свадебный торт, пьяный тост с обвинениями в том, что я шлюха. О, а ещё ты трахнул подружку невесты. Подарков была целая гора!

Это была самая ужасная свадьба, на которой мне доводилось бывать. Обидно, что она была моя собственная.

Лёша тогда впервые и по-настоящему сорвался. Превратил красивое лицо старшего брата в кровавое месиво. А Демьян даже не пытался отбиться — пьяно хохотал и просил ещё.

— Что из перечисленного задело тебя больше всего? То, что я трахнул подружку невесты, а не тебя?

Голос Демьяна раздался совсем близко от меня. Я вздрогнула.

Как он успел переместиться так быстро и оказался близко от меня?

Преступно близко. Невыносимо.

— Прими мой подарок! — повторил брат мужа и насильно всунул брелок от дорогого автомобиля в мою ладонь.

— Нет… — прошептала едва слышно, теряя самообладание от близости Демьяна.

Он не успел принять душ. Пах резким и сильным мужским запахом, терпким, животным мускусом.

— Или придётся принимать кое-что другое, — вальяжно произнёс, развязывая узел на моём полотенце.

Оно скользнуло к моим ногам. Демьян накрыл ладонями грудь, сминая пальцами. Наклонился и втянул соски в рот по очереди.

— Пожалуйста… — всхлипнула я.

— Пожалуйста, что, Карина? Не останавливаться?

7. Карина

Язык Демьяна выводил влажную порочную спираль вокруг соска. Его прикосновения заставляют дрожать. Он вбирал дрожь моего тела губами, заставляя плыть. Комната начала дрожать и размазываться в безликий фон.

Внизу живота зарождалось сладострастное предвкушение. Трепет узнавания выдавал меня с головой. Я не забыла, каким ласковым и одновременно жадным умеет быть Демьян.

Есть в нём что-то особенное, как в одежде, сшитой на заказ. Каждый штрих и изгиб — персонально для меня. Это именно то, что я пыталась получить от младшего брата, но на выходе принимаю лишь бледную копию, отличную от оригинала.

Я судорожно дышала и хваталась за покатые плечи мужчины. Напряжённые и тугие, крепкие.

— Нет. Не надо. Прошу!

Демьян не слушал меня. Он завёл руку за спину и выгнул меня под себя. Проник пальцами между бёдер, дотрагиваясь до нежных, подрагивающих складок.

Брат мужа завёл меня за считанные мгновения. Раскрыл длинными пальцами, пробуя влажность и глубину моей податливости.

Он знал все чувствительные точки и легко считывал меня по ним. Я сжалась вокруг его умелых пальцев. Ритм его толчков становились быстрее и быстрее.

Едва собрав волю в кулак, всё же царапнула мужские плечи ногтями. Я вцепилась пальцами за его волосы и с трудом отстранила от себя.

Напоследок брат мужа успел прикусить сосок. Остро и больно. Но от укуса возбуждение нахлынуло так сильно, что ещё одно касание — и я бы кончила.

— Нет. Нет. Уходи.

— Ты хочешь меня. Почему нет?

— Я замужем. У меня есть муж. И забери ключи от машины. Я не шлюха. Я не продаюсь.

Отпихнула дорогой подарок. Взгляд Демьяна потемнел от злости.

Брат мужа скрестил руки под мощной грудью.

— Ты примешь этот подарок от меня.

— Нет!

— Примешь! — он сделал резкий выпад, приближая своё лицо к моему. — Или тебе придётся принимать кое-что другое.

Демьян перевёл красноречивый взгляд на топорщившуюся ткань спортивных брюк в районе паха.

— Ты не посмеешь, — побледнев, прошептала я.

— Поставлю на колени и поимею как шлюху. Если не примешь добровольно. Мне никто не помешает трахнуть все твои отверстия.

Он сжал пальцы замком на запястье.

— Никто. Поэтому прими подарок добровольно! Без грязной приписки «оплачено отвязным сексом во всех плоскостях», — Демьян накрыл мои пальцы своими. — Так что ты решила?

Я не хотела вновь быть использованной им. Не желала показывать слабость, поэтому обречённо кивнула, соглашаясь.

— Умница. Всегда радуй меня так…

Демьян отошёл от меня. Как только расстояние между нами увеличилось, мне стало намного легче дышать. Я жадно глотала воздух и поспешно подняла полотенце под насмешливым взглядом брата мужа.

— Провоцируешь меня, Карина?

— Уходи. Ты ворвался против моей воли и шантажируешь меня. Боже, даже не знаю, чем! Я расскажу Лёше.

— Лёша подставил тебя под мой член. Потому что хочет порадовать тебя. На что он надеется? — рассмеялся Демьян. — Он считает, что ты, увидев, какой я ублюдок, сама перестанешь грезить мной. Надеется, что в тебе перегорит, переболит и пропадёт на корню тяга ко мне. Представляешь? Он такой наивный, мой младший брат. Моя бледная и жалкая копия. Чтобы забыть меня, тебе надо было, куколка, найти кого-то грязнее и хуже меня. Чтобы он обляпал тебя развратом и утопил в похоти. Только так.

— Ошибаешься. Это не то, что мне нужно.

Демьян остановился в дверях, иронично выгибая бровь.

— А что же тебе нужно, Карина?

Я просто хочу, чтобы меня любили. Нежили. Заботились.

Именно поэтому я с Лёшей. Я верю, что смогу ответить ему тем же однажды. Искренне ответить тем же фонтаном эмоций, а не тщательно отфильтрованным спектром чувств.

Кажется, Демьян читает ответ по моим глазам.

— У тебя всё это было. Дрянь…

В последний момент он забросил ключи мужа от комнаты на кресло и ушёл, громыхнув дверью.

Демьян оставил меня одну. Я отбросила брелок от дорогого автомобиля, словно он жжёт мне ладонь.

Торопливо забралась в душевую кабину. Второй раз за короткий промежуток времени я пыталась смыть со своего тела память о брате мужа.

Но мои кончики пальцев до сих пор помнили прикосновение к его коже. Мне хотелось трогать его.

Ещё и ещё…

Меня пугала собственная реакция. Паника перекрывала горло и становилось тяжело дышать. Почему я так одержима им?

Для него это всего лишь секс и провокация. Сладкая и приятная месть за прошлое. А для меня переворачивается с ног на голову целый мир.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Я перевела взгляд на своё тело. Мои соски были напряжены. Они затвердели от нескольких порочных прикосновений и до сих пор набухшие, саднили желанием.

Кожа покрылась волной мурашек всего от одной мысли о том, что он вытворял со мной.

Я включила прохладную воду.

Но легче мне ничуть не стало

Демьян сильно завёл меня. И как бы я ни пыталась смыть с себя его «грязь», мне нравится быть с его следами на теле.

Он запустил необратимую, сверхбыструю реакцию.

Мне нравится его жёсткость и твёрдость. Внизу живота порочной влагой разлилось пульсирующее томление. Я ясно представила, как его член толкнулся бы в меня.

Я мысленно продолжила ту сцену. Не ушла в сторону, не попросила его остановиться, но приникла к нему в ответ, забывая о гордости и принципах.

В своих фантазиях я забываю обо всех барьерах, что так упорно выстраивала вокруг себя.

От сильного желания покалывало кончики пальцев. Губы жалило от мысли о поцелуях.

Я хочу не только его губы. Я хочу собрать пот с его кожи, посмаковать терпкий вкус и опуститься.

Лёгкий стон вырвался из моих губ.

Его взгляд обещал бездну, полную запретной, но сладкой агонии. Это так просто — падать и взлетать, но только с ним.

Я осудила бы саму себя за преступные мысли о брате мужа. Если бы мне хватило сил.

Но как назло, моя оборона не выдерживала натиска по всем фронтам.

Я намыливала своё тело ладонью и пальцами, подрагивала от каждого невольного прикосновения к напряжённой груди и томно выдыхала.

Прижалась к холодному кафелю, пытаясь остыть и не заводиться ещё больше.

Но проводя ладонью по груди, сжала её чуть сильнее. Хотелось, чтобы на месте моих рук были руки Демьяна.

Крупные, сильные ладони, длинные, умелые пальцы.

Потому что мне было так мало его прикосновений.

Всегда будет мало.

Сейчас я приняла этот факт с обречённым стоном. Всхлипнула, продолжая дразнить себя.

Я надеялась, как только я получу желанную разрядку, что меня немного отпустит.

Мысли о Демьяне вызывали внутри меня горячую волну, расплёскивающуюся на внутренней поверхности бёдер.

— Да-а-а… — постанывала я.

Рука опустилась. Кончики пальцев замерли в сантиметре от бушующего пожара.

Меня насквозь пронзило мыслью. Хочу, чтобы на месте моих пальцев были его губы и язык.

Я задрожала над своей ладонью и накрыла пальцами эпицентр возбуждения.

Я хочу его…

Сжимать в объятиях и стонать под его телом. Хрипеть и биться в экстазе.

Злить его и выводить из себя, чтобы потом упиваться дрожью безумия, одного на двоих.

— Да!

Движения становились всё быстрее и хаотичнее.

Пальцы порхали над клитором и трогали влажный вход. Внутрь. Сразу двумя. Выгнуться и качнуть бёдрами, чтобы задеть чувствительные точки внутри.

Сжаться. Признаться, что этого мало. Мало.

Ещё… быстрее. Жёстче!

Если бы он увидел меня сейчас, то опять обозвал бы куколкой, игрушкой для секса.

И присоединился бы.

Его близость ядовита, но всё равно желанна. Как и его запах, которым я не могу дышаться.

Хочу к нему — кожа к коже.

Я близка к сумасшедшей грани.

Его сильные руки. Жилистые, покрытые золотистыми волосками с тугими канатами синеватых вен, двигающихся под кожей.

Загорелое, не по зиме, лицо. Порочная усмешка.

Синие, как океан глаза, полные шторма. С бездной желания.

Представила, как его губы искривились бы в понимающей усмешке:

— Ты постоянно думаешь обо мне и мечтаешь о персональном приглашении на мой член. Только раскрой ротик и признайся. Я тоже хочу в тебя. Быстро. Глубоко. Грубо. Так, как ты любишь. Так, как я приучил тебя. Растрахал под себя…

Лицо обожгло краской стыда и возбуждения.

Я прогнулась в спине. Для него. Для его члена. Для пальцев, скользящих по напряжённой плоти.

Не я трахала себя пальцами. Он делал это со мной даже на расстоянии.

Горячая и влажная для него.

Внизу живота ныла болезненная необходимость освобождения.

Я почти сошла с ума и призывно двинула бёдрами, воображая его рядом с собой.

— Да! — выкрикнула, задыхаясь с последним глубоким стоном.

Судорожно сжала ноги и кончила, плотно сокращаясь вокруг своих пальцев.

8. Карина

Мгновение спустя, я поняла, что произошло. Я проиграла брату мужа. Опять. Закусила губу до крови, чтобы прогнать как можно быстрее экстаз из разомлевшего тела.

Умылась и переоделась. Набрала номер мужа. Он не ответил на звонок. Неужели Лёша так сильно увлёкся плаванием и новой компаний, что забыл про меня?

Но через минуту в дверь постучали.

— Карин, это я, — послышался извиняющийся голос мужа.

Я сразу же открыла дверь, впуская его.

— Я потерял ключи, — улыбнулся Лёша.

Он выглядел посвежевшим и довольным. Муж любил плавание.

— Нет, ты их не потерял, — сказала я и почему-то соврала. — Ты оставил их на столе в комнате.

— Да?

— Да.

Я потянулась, поцеловала его в щёку.

— Комнату закрывала я, помнишь?

— Точно. Хорошо, что всё обошлось. Правда?

Муж легко прошёлся по комнате.

— Как нога, Лёш?

— Нога? — удивился он. — Ах да, нога. Ничего, всё прошло. Я просто неосторожно наступил. Боль прошла очень быстро.

— Или ты схитрил? — усмехнулась я. — Схитрил, чтобы не кататься на лыжах.

— Или так, да.

Муж подошёл и обнял меня, обволакивая знакомым, безопасным телом своего тела.

— Прости меня за эту маленькую ложь? Ну, не люблю я зиму и лыжи! — морщится Лёша.

Он потянулся ко мне губами, начиная целовать меня.

Я запустила пальцы в его густые, светлые волосы. За два счета растрепала шевелюру. Провела пальцами по его голове, чуть царапая ногтями.

Мужские ладони гуляли по моей спине и сомкнулись чуть ниже, на заднице. Муж уверенно подтягивал меня к себе. Я чувствовала, как по крови заструилось предвкушение.

Разрядка в душе — явно не то, что мне нужно.

Мне хотелось почувствовать в себе мужчину — но пусть это будет не порочный призрак, оживший из прошлого.

Хочу другого, понятного и настоящего.

Лёша обвёл меня потемневшим взгляд. Кожу покалывало словно электрическими разрядами.

— Поцелуешь меня?

— Ты не в обиде на меня, что я оставил тебя одну?

— Нет, Лёш. Я накаталась от души. Вечером познакомлю тебя с новыми друзьями…

Лёша провёл губами по моей щеке, прошептав на ухо:

— Мне стоит ревновать?

— Ммм… Даже не знаю, стоит ли ревновать к темноглазыми, высоким, мускулистым брюнетам… — пошутила я, описывая Игоря.

Лёша прикусил мочку уха и отвесил ощутимый шлепок по попке.

— Кажется, мне нужно вытрахать из тебя все грязные мысли…

Муж придвинулся ко мне ближе и поцеловал меня в губы. Глубоко и жадно, как ни разу до сегодняшнего дня не целовал.

Или это последствия новогоднего выхода за пределы допустимого?

Я впустила его язык. Лёша чувствовал себя хозяином у меня во рту и устанавливал свои права на меня. Глубоко и быстро.

Он надавливал на меня сильнее и сильнее. Продавливал своим телом, наталкивая на стену. Распластывал по ней так сильно, что я едва держалась на ногах.

Да-а-а… Это то, что мне нужно!

— Ещё! — попросила я. — Не останавливайся, Лёша-а-а…

Я всхлипнула, когда его пальцы нетерпеливо обхватили бёдра и подстроили моё тело в удобную позу. Лёша вбился между моими бёдрами и недвусмысленно таранил меня сильным стояком.

Лёша хорошо знал меня. Не так как Демьян, изучивший меня вдоль и поперёк десятки тысяч раз.

Мне кажется, что Демьян мог бы гулять часами по карте моего тела и безошибочно находить все чувствительные точки, даже с завязанными глазами.

Но и Лёша успел узнать меня настолько, чтобы понять, как я люблю заниматься сексом.

Он скользнул широкой ладонью по бедру, под просторной туникой.

Медленно и распаляюще дразнил лёгкими прикосновениями. Подцепил пальцами край кружевного белья, оттягивая его.

Я чувствовала пустоту между ног.

Лёгкую и невыносимо тягучую.

Через мгновение её сменяли пальцы мужа, выбивающие дробь порочных прикосновений по пульсирующим точкам.

— А-а-ах…

Лёше удалось быстро заставить меня скручиваться от сильного желания и постанывать, дышать жаркими выдохами. Я запрокинула голову, чтобы почувствовать на своих губах жаркий поцелуй.

Лёша грубо смял мои губы, подарив отвязный и глубокий поцелуй.

Глаза закатились от удовольствия. На фоне томных выдохов послышался шорох его одежды.

Муж торопливо спустил брюки. Раздался шелест пакетика презерватива.

Лёша раскатывал прозрачный латекс по члену.

— Я тебя хочу…

С последним звуком он приподнял меня и прижал спиной к стене. Мешающаяся полоска влажных трусиков была отодвинута в сторону.

Лёша таранил меня мягко и неспешно. Натягивал, заполняя тугой крепостью члена.

Теперь я смотрела на него сверху вниз, отыскивая в его лице те самые, нужные мне черты и цепляясь за них.

Обречённо и сумасшедше. Противоречиво.

Я хотела, чтобы Лёша стёр из меня память о Демьяне.

Но как забыть этого мужчину, если я выбрала младшего брата только потому, что он сох по мне и сильно похож на старшего?

Я так завралась, господи…

Я просто хочу быть любимой.

Я слишком много думаю и анализирую прямо сейчас. А всего лишь нужно расслабиться и дать… себе и мужу необходимый глоток страсти.

— Продолжить? Ты сегодня такая задумчивая. Мечтаешь о том брюнете? — рассмеялся муж и теснее прижал меня к стене.

Начал толкаться короткими, быстрыми движениями.

— Да!

— Да — не останавливаться? Или да — думаю о другом?

— Чёрт побери, Лёша… Просто трахни меня! — в порыве страсти я прикусила его за шею.

Мне не нужны разговоры сейчас. Хочу, чтобы было душно и глубоко. Жарко.

Лёша крепче стиснул пальцы на моей заднице и начал двигаться, как сумасшедший. Выбивал из меня громкие стоны. Ему всё-таки удалось найти нужный темп и затуманить мой разум влажной похотью.

Он толкался ещё и ещё… Глубже.

Перед финалом сделал выпад с сильной оттяжкой. Я не сдержалась. Рассыпалась от сильного оргазма в его руках, как конфетти. Лёша кончил следом, содрогаясь всем своим телом.

— Люблю тебя! Рин…

Я распахнула глаза. Рин — так называл меня только Демьян.

— Что?

— Люблю тебя, Карин! — усмехнулся муж.

— И я…

Прижалась щекой к его плечу.

Я лгунья. Прости...

Муж ещё крепче прижал меня, влажно целует в висок.

— Разомлела, да? Почти ничего не слышишь?

— Да-а-а…

Но стук в дверь мы услышали оба.

Лёша опустил меня на кровать. Торопливо привёл одежду в порядок и пригладил взлохмаченные волосы.

— Бесполезно, Лёш! — хихикнула я.

На нас обоих лежал отпечаток секса, заметный любому.

Тем более старшему брату мужа, оказавшемуся за дверью.

Брат мужа мгновенно отметил детали и сжал челюсти. Желваки дёрнулись вверх-вниз под натянутой кожей.

— Привет ещё раз, — ровным голосом поздоровался Лёша.

Мой муж не был удивлён тому, что пришёл его старший брат. Значит, знал о его прибытии?

— Привет ещё раз, — немного насмешливо отозвался Демьян. — Пустишь? Или на пороге стоять?

— Проходи, — нехотя ответил Лёша, запирая за братом дверь.

Демьян намеренно медленно обвёл меня взглядом.

— Болтайте, мальчики. Я в душ.

— Твоя жена такая чистюля, — вздохнул Демьян, поворачиваясь ко мне спиной.

Я едва не скрипнула зубами от злости, выбирая свежее бельё и направляясь в душ. Опять.

Только на этот раз уже без эха похоти в гудящей голове.

Сначала голоса мужчин были слышны, но я включила воду сильным напором и отгородилась шумом.

Я провела в душе много времени. Но потом услышала приглушённый стук и шум драки.

Чёрт!

Что происходит?

Я мгновенно выскочила из душа. Полотенце. Где же долбаное полотенце!

В комнате был слышен приглушённый, разъярённый мат. Громко хлопнула дверь. Топот.

Я не нашла полотенца. Вспомнила, что так и оставила его в комнате. Выглянула из ванной. Но комната уже опустела. Я наспех вытерлась новым полотенцем, оделась почти мгновенно и скрутила тюрбан на голове.

Где мужчины? Где муж и его брат?

Взглядом обвела комнату и за окном увидела обоих мужчин. Братья стояли под окнами. Они беседовали очень нервно, если можно было назвать беседой их распахнутые в крике рты.

Чёрт… Чёрт… Чёрт…

Это может очень-очень плохо кончиться!

Не знаю, за кого я переживала в этот момент больше — за мужа или за его старшего брата.

Я торопливо натянула пуховик и кое-как засунула ноги в угги, вылетев на улицу.

Обежала вокруг здания, со всего разбегу вклиниваясь между мужчинами в самый последний момент.

— Нет!

Лёша успел занести кулак. Сейчас он впечатался мне в голову.

Охнув от боли, я не удержалась на ногах и упала в снег. Тюрбан слетел с моей головы

Запал и ярость сразу же пропали.

— Боже! Карина! Карина… Девочка моя. Золотая… Карина. Боже, зачем ты влезла, Карин? — засуетился Лёша.

Опустился на колени и перетянул меня к себе.

Голубые глаза полны беспокойства.

— Больно? Больно, да? Прости, милая! Прости!

Муж баюкал меня на руках, целуя мокрые волосы. Массировал кожу головы пальцами, шепча извинения в висок.

— Ты кретин. Подними её и занеси в дом! — процедил сквозь зубы Демьян.

Оба мужчины легко раздеты. Но от их разгорячённых тел шёл густой пар.

— Тебя забыл спросить, умник! — огрызнулся Лёша.

— Я могу идти, правда, — тихо ответила я.

— Не перечь, солнышко, — попросил муж.

Лёша подхватил меня на руки и занёс в домик. Аккуратно положил на кровать, присел рядом.

— Сильно ударил?

Муж повернул голову. Удар пришёлся в верхнюю часть моей головы. Попади он в висок или в глаз — было бы очень опасно. Так просто ноет и звенит в голове.

Немного больно. Но уверена, что это пройдёт.

— Зачем ты вылетела на улицу, Карин?

— Я так испугалась, Лёш.

— Моя дурочка. Не надо было. Сами бы разобрались. Не маленькие. Полежи, отдохни. Сейчас дам тебе таблетку обезболивающего…

Муж засуетился. Приложил к голове пакет со льдом и протянул обезболивающее, свинтил колпачок с бутылки минеральной воды.

Дверь в комнату открылась. На пороге стоял Демьян.

— Опять ты? — недовольно спросил Лёша.

— Полотенце забыли, — коротко ответил Демьян.

Прошёл через всю комнату и положил смятый комок влажной ткани на стол.

— Держите.

Старший брат мужа остановился возле кровати, спрятав широкие ладони в карманах брюк.

— Не лезь в мужские разборки, Рин, — произнёс Демьян.

Короткое прозвище скользнуло с его губ. Поняв, что оговорился, Демьян нахмурился.

— Сами разберёмся. Без тебя.

— Из-за чего вы поссорились? — спросила я, глядя в глаза Демьяну.

— Если ты думаешь, что из-за тебя, то ошибаешься. Мир не крутится только вокруг твоего блядского ротика.

9. Карина

На этот раз я не успела среагировать. И не хотелось, честно говоря.

Муж молниеносно ударил брата. Демьян успел немного отклониться. Но всё-таки его задело. Демьян харкнул в сторону кровью из разбитой губы.

— А дальше-то что, Лёха?

— Пошёл вон! Или я за себя не отвечаю, — прорычал Лёша.

— Пойду. А вот ты… Далеко ли уйдёшь без меня? — усмехнулся Демьян. — Увидимся позднее.

Я села на кровати с гудящей головой.

— Лёш, что имел в виду Демьян?

— Ничего…

Лёша глубоко вдохнул, задержал дыхание, закрыв глаза и выдохнул.

— Ничего, правда.

— Знаешь, мне так не кажется.

Я встала.

— Куда ты? — всполошился муж, заметив, как я иду к двери.

— Узнать, что здесь происходит. К Демьяну.

— Зачем? — рявкнул Лёша неожиданно громко.

Пересёк комнату и закрыл своим телом дверь.

— К нему? Опять? После всего? Ты для него блядь и подстилка. Но всё равно к нему. К его ногам. Так?

Лицо Лёши исказилось гримасой злости и жгучей ревности. Глаза помутнели из-за полопавшихся капилляров.

— Отойди.

— Нет!

Лёша долбанул кулаком по двери.

— Не отойду. Ты — моя жена. Моя!

— Хорошо, что ты об этом вспомнил именно сейчас, Лёша. После того, как предложил мне член своего брата в качестве подарка на Новый год. Очень вовремя вспомнил!

Слова сами вырвались у меня изо рта помимо моей воли. Я не хотела говорить и думать о произошедшем.

Но как игнорировать кровоточащую рану размером во всю душу? Нереально…

Поэтому ядовито выплюнула слова и обвиняюще посмотрела на мужа.

Он усмехнулся в ответ. Немного криво и наклонил голову вперёд.

— Но ты же взяла его. До самых яиц, как он и говорил. У меня ты никогда не сосала с таким рвением, Карина.

Я метнулась вперёд и не думая, что творю, хлопнула мужа по щеке. Его лицо после хлёсткого удара сразу же покраснело. Вздулись вены на шее и на висках.

Лёша дёрнулся вперёд, но остался стоять на месте. Только напряжённо замер.

— Не делай так. Никогда. Я всё для тебя делаю. Я на глотку себе наступаю ради тебя.

Муж медленно опустился возле двери, опершись на неё спиной. Сложил локти на коленях и уронил голову.

— Я готов на всё ради тебя. Всё к твоим ногам. Даже себя. А ты — только к нему. Мыслями. Телом.

Я замерла, слушая приглушённый голос мужа. Его слова ввинчивались внутрь ноющей головы.

— Ты готова к нему перейти по мне, как по мосту. Ради чего? Карин?

Лёша поднял лицо, посмотрел на меня покрасневшими, блестящими глазами:

— Сидеть навытяжку и ждать, пока он обратит на тебя внимание среди прочих своих шалав? Ты готова быть его похотливой сучкой? Почему?!

Последнее слово он выкрикнул.

Я сжала виски ладонями. Пульсирующая боль не утихала. Я не знала, что ответить на обвинительную тираду мужа. Он был не прав. Или всё-таки смотрел глубже, чем я?

Но я не хочу быть позорно зависимой от его старшего брата. Не хочу.

Но почему Лёша сам толкнул меня к нему? Отдал позабавиться на короткий срок другому, как любимую игрушку, а теперь ревностно прижимает к себе и рычит от злости, потому что игрушке… понравилось.

Всегда нравилось.

Это то, чего у нас не отнять никогда. Сумасшествия на двоих, порочного и желанного.

— Я хочу уехать, — внезапно проронила я. — Хочу уехать…

Я дошла до кровати и опустилась на неё безвольным телом, скрутилась эмбрионом, зажав голову между локтей.

Через мгновение послышался шорох. Рядом на кровать присел Лёша и погладил меня по голове. Дотронулся до набухающей шишки от его удара. Я непроизвольно зашипела от боли.

— Извини. Сильно болит, да? — голос мужа значительно потеплел.

Лёша прилёг рядом и обнял меня, начал дышать в шею.

— Прости. Прости. Прости… Забудь всё, что я наговорил. Прости. Это вырвалось против моей воли. Я не хотел тебя обидеть. Не хотел…

Я застонала. Мне не стало ничуть легче от слов мужа. Мне ничего не хотелось слушать.

— Отвезёшь меня обратно? — едва слышно спросила я.

— Карин, не пори горячку. Тебе просто надо отдохнуть. Я со злости наговорил лишнего. Но я не хочу тебя терять. Ты моя. Моя же, да?

Лёша теснее прижался со спины.

— Лёш. Отпусти. Не понимаю, что творится. Но кажется, вам с братом вдвоём будет нескучно.

— Нет…

Лёша перебрался через меня и заставил посмотреть на него. Лицо мужа расплывалось из-за выступивших слёз.

— Не плачь. Ну? Если хочешь, я заставлю Дёму извиниться за всё, что он тебе сказал.

Я рассмеялась.

— Это самая смешная шутка Нового года. Ты заставишь Демьяна извиниться! Ты?

Мой смех прозвучал чересчур пренебрежительно. Я поняла это почти сразу же и заставила себя перестать смеяться.

Отёрла выступившие слёзы, заметив, как помрачнело лицо Лёши. Уголки губ скорбно опустились вниз, взгляд утратил всякое выражение, став почти бессмысленным.

— Ты меня убиваешь. Не знал, что ты такая жестокая, Карин.

Лёша посмотрел на меня с невыразимой мукой во взгляде. Я почувствовала себя мясником, наживую вырывающим сердце из его груди.

— Ты не понимаешь, что он делает это нарочно? Ссорит нас? Меня и тебя. Ему нравится ломать. Ты же знаешь это лучше, чем кто либо…

Да. Я знаю.

— Лёша, я хочу уехать. Мне нужно… Подальше. Отсюда. От вас двоих.

— Не получится. Я не отвезу тебя. Просто нам нужно успокоиться.

Я резко повернулась:

— Успокоиться и что дальше? Жить так, как будто ничего не было? Ты меня едва на месте не сжигаешь живьём из-за того, что было! Ты сможешь забыть?

— Я-то смогу. А ты? — усмехнулся муж. — Тебе дали то, что ты хотела, но не признавалась в этом. Сможешь ограничиться одним разом и не просить добавки? Ну? Ты же говорила, что любишь меня. Если любишь…

Слова мужа повисли в воздухе. Недосказанность и обида висели над нами плотным, облаком газа. Смертоносного, заражающего всё вокруг.

Муж встал, сделал круг по комнате, а потом протянул мне стакан с водой и достал из моей сумочки таблетки.

— Выпей. Кажется, у тебя опять начинается нервный срыв и бессонница. Выпей. Нам нужно набраться сил…

У меня жутко болела голова. А круглые белые таблетки на ладони мужа были спасительным средством — и быстродействующим.

Я взяла и проглотила их, запив водой. Лёша укутал меня одеялом и поцеловал в висок. Сел рядом и начал гладить пальцы, целуя. Разносил едва ощутимую ласку и тепло.

Когда-то они были для меня спасительным кругом, единственным островком спокойствия в океане бушующих страстей.

Позабытое чувство возвращалось ко мне прямо сейчас. На контрасте с недавней ссорой и выплеском злости.

Рядом с ним так тихо. Так спокойно…

Или просто начало действовать снотворное с успокоительным? Не знаю. После недавнего выплеска это именно то, что мне нужно.

— Я люблю тебя, дурочка. Готов дать всё, что ты хочешь. Всё, Карин. Лишь бы ты была со мной.

— Всё? Даже своего брата? — лениво спросила я.

— Это была проверка, — усмехнулся муж. — Ты могла отказаться.

— Что? — вскинулась я на месте.

— Извини…

Лёша вздохнул.

Я согнала сонную муть.

— Какая проверка? Отказаться? Но ты же сказал, что нельзя…

Лёша немного нервно поправил светлые волосы и отошёл. Отвернулся лицом к окну.

— Боже, Карина! Это были слова. Игра в слова. Просто меня так…

Муж долбанул кулаком по подоконнику.

— Меня сильно ломает от того, что ты во сне иногда зовёшь меня Яном. Я просто решил проверить, как далеко ты готова зайти. И остановит ли тебя хоть что-то…

Лёша обернулся и посмотрел прямо мне в глаза с укором. Обвиняющее выражение в его глазах скрутило все мои мысли и ощущения в морской узел.

Выпутаться было невозможно. Перекрученные, взвинченные донельзя эмоции вкупе с чувством вины давили на меня со всех сторон.

— Не остановило. Даже моё присутствие тебя не остановило. И теперь я не знаю, что мне с этим делать.

Лёша быстрым шагом пересёк комнату. Резко распахнул дверь и прикрыл её неожиданно мягко.

Мягкость и осторожность его движений полосовали по-живому не хуже хирургического скальпеля.

Лучше бы орал, ломал мебель и сыпал укорами. Но муж ушёл, чтобы дать мне успокоиться. Опять оставил место для манёвра.

Душа в ошмётки.

Я добавила ещё одну таблетку и укрылась одеялом с головой.

Но от прошлого и от самой себя не скрыться даже под самым пушистым и тёплым одеялом.

Дрянь. Грязь.

«Какая же ты дрянь, Рин!» — обвиняющим голосом. Но не мужа, а его старшего брата.

Как когда-то раньше…

10. Карина

Громкий, настойчивый стук в дверь.

Я хотела встать, но не могла. На меня давило темнотой — горячей и пульсирующей. Живой. Когда-то такой же живой мне казалась чёрная меланхолия. Сейчас она вновь настигла меня и душит…

Не выпутаться.

Я начала паниковать и сдавленно закричала.

Вдалеке слышался приглушённый, но знакомый мужской голос. Треск двери.

Наконец-то мне удалось выпутаться из кошмара, но с чужой помощью.

Я села на кровати. Моё сердце бешено колотилось. Глаза обеспокоенно выхватывали какие-то части окружения.

Картинка то вспыхивала, то гасла, как при перегорающей лампочке. Меня начали тормошить и легонько хлопать по щекам.

— Ты как? Нормально? Нормально всё?

Отрицательно мотнула головой. Кажется, я задыхаюсь.

Моё лицо обхватили сухими горячими ладонями.

— На меня смотри. На меня, Карина!

Щелчок.

— Дыши глубже. Я считаю — ты вдыхаешь. Глубоко и не торопясь. Давай…

Я следовала указаниям. Становилось проще и легче сфокусироваться на происходящем.

Через несколько минут я начала дышать нормально. Паника отступила. Зрение больше не выкидывало злые фокусы.

— Привет, Карина.

Мне удалось рассмотреть лицо мужчины.

Короткая стрижка. Колючие тёмные волосы ёжиком топорщатся по всей голове. Широкий подбородок. Яркий блеск в тёмных глазах.

— Игорь? Что ты здесь делаешь?

Мужчина всё ещё сжимал мои ладони и хмурился.

— Совсем ледяные.

Игорь начал растирать мои руки.

— Что ты здесь делаешь? — спросила я ещё раз.

Я вырвала ладони из захвата мужских рук, пряча их между коленей.

— Со мной всё нормально. Но что ты здесь делаешь?

Игорь выпрямился. Нашёл бутылку воды в мини-холодильнике и наполнил высокий стакан жидкостью. Протянул мне с извиняющейся улыбкой:

— Мы же договаривались погулять большой компанией, помнишь?

— Да. Помню. Но…

Я сделала несколько глотков холодной воды. Она немного отрезвила меня и прочистила затуманенные мысли.

Я обвела комнату взглядом.

— Ты вырвал замок!

Посмотрела на мужчину. Он пожал массивными плечами, словно извиняясь.

— Ну да, есть такое. Выдрал с корнем. Ущерб возмещу сам.

— Подожди…

Я всё ещё путалась в мыслях и событиях. Не могла даже сориентироваться, который час.

И где Лёша? Мы поссорились. Он ушёл. Неужели до сих пор не вернулся?

Пыталась собраться с мыслями, растирая ноющие виски.

— Что ты делаешь в моём номере?

Игорь даже не стал делать вид, что смущён. Он чувствовал себя здесь, как дома.

Его взгляд прогуливался по комнате и остановился на тумбочке возле кровати. Мужчина наклонился, забирая баночку со снотворным. Встряхнул ею в воздухе.

— С этим нужно поосторожнее. Знаешь?

— Послушай, Игорь. Поставь, пожалуйста, на место мои таблетки. Я задала тебе вопрос. Зачем ты вломился в наш номер?

Игорь не торопился отдавать моё лекарство. Пришлось забрать его самой из цепких мужских пальцев.

Внезапно мужчина обхватил моё лицо и развернул к окну, пытливо всматриваясь в глазу.

— Что ты творишь? Отпусти сейчас же, — едва слышно выдохнула я.

Игорь нехотя отпустил меня.

— Извини, если напугал.

— Ещё как напугал!

— Извини, — повторил мужчина. — За дверь не беспокойся. Скажу своим, они быстро всё починят…

— Своим? Кому? Уточни.

Игорь выматерился вполголоса.

— Ладно, я прогорел на мелочи.

— Ты не спасатель, — усмехнулась я.

— Спасатель, — возразил мужчина. — Но в прошлом. Эта база — моя наполовину. Выкупил долю одного из владельцев. Совсем недавно.

— И изображаешь постояльца?

— Типа того, — усмехнулся Игорь. — Но кажется, уже весь персонал в курсе, кто я такой.

— Надеюсь, что спасатель из тебя получился лучше, чем шпион, — фыркнула я. — Но это не объясняет, почему ты выломал дверь. Или это право владельца? Вламываться к постояльцам?

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Игорь улыбнулся одними губами.

— Вчера никто не отозвался. А сегодня…

— Вчера? — перебила я.

— Да.

Чёрт… Мой взгляд сам заметался из стороны в сторону и остановился на баночке со снотворным.

Вчера я не могла уснуть. Мне хотелось забыться как можно скорее.

Я боялась бессонницы и хотела заглушить её любым доступным способом. Поэтому выпила ещё одну таблетку вдобавок к первым двум. Три — это слишком много.

Игорь осторожно забрал баночку у меня из пальцев.

— Именно поэтому с таблетками стоит быть осторожнее. Твои знакомые сказали, что ты давно не выходила из комнаты. Я зашёл проведать тебя, услышал, как ты кричишь. Ну и вот…

— И выломал дверь. Медведь.

Игорь размял внушительные кулаки.

— Ну, что есть, то есть.

Вообще-то мужчине стоило уйти, но он по какой-то причине не делал этого. А я не указывала ему на дверь, потому что боялась остаться наедине с горькой правдой — меня бросил муж.

Именно эта мысль металась испуганным солнечным зайчиком в моей голове.

Лёша сказал, что Демьян был проверкой. Я её не прошла.

— Всё-таки позвоню, дам задание.

Игорь расположился на кресле, выуживая последний флагман iPhone из кармана синих джинсов.

Разговор получился коротким. Игорь привык отдавать распоряжения чётким уверенным голосом.

Поневоле даже мне захотелось вытянуться по стойке смирно и отсалютовать ему кистью, хоть я знаю, что у нас не принято прикладывать руку к пустой голове.

После короткого разговора с подчинёнными Игорь остался рядом, развлекая пустой беседой. Но потом удивил меня предложением поужинать с ним.

— Я замужем, — ответила, не задумываясь.

— И где он? — спросил Игорь, скользнув взглядом по моей руке. — Кольцо вижу, но мужа нет.

Игорь — наглый мужчина, не привыкший к отказам и не смущающийся тем, что я не свободна.

— Я только слышал о твоём муже из уст другого мужчины и видел запись. Да. По бумагам он есть. Вот только где он сейчас?

Игорь насмешливо посмотрел на меня, обведя медленным тягучим взглядом. Я поправила на себе одежду.

Не знаю, что он увидел во мне такого примечательного. После долгого сна я явно выглядела не самым лучшим образом: волосы взлохмачены и губы припухшие.

Но Игорь держался так, словно вот-вот получит Гран-При, то есть меня.

— Поужинаем? — не отступался от своих намерений мужчина.

Я понимаю, что он один из тех, кто не жалуется на отсутствие женского внимания. Заводит интрижки легко и быстро, нравится многим, потому что с ним легко.

Игорь — не такой ядовитый и подавляющий, как Демьян. С Игорем гораздо легче общаться. Но думаю, что и Игоря на счету немало побед во всех возможных плоскостях для занятия сексом.

— Откажусь от ужина. Не хочется. Буду признательна, если ты всё-таки позволишь мне привести себя в порядок и выйдешь.

— Да. Конечно-конечно, — улыбнулся Игорь, продвигаясь к выходу.

— Верни мои таблетки!

— А вот это я, пожалуй, оставлю себе, — нагловато заявил мужчина. — Бесконтрольный приём сильнодействующих препаратов ещё не приводил ни к чему хорошему.

— Это верх наглости.

— Да неужели? Где гарантия, что тут снотворное, а не что-то другое? — начал давить прессом логических доводов Игорь. — Как владелец, имею право беспокоиться. Тем более, как выяснилось, за тобой некому присматривать. Мифический муж испарился. Даже Цербера, бешеного цепного пса, — усмехнулся, подразумевая под цепным псом Демьяна. — Не наблюдается.

— Дверь. Её нужно починить! — прочеканила я, складывая руки под грудью.

— Обязательно. Кстати, насчёт вечера всё в силе.

Игорь словил мой возмущённый взгляд и ответил с лёгким смехом:

— Это не свидание, это посиделки в большей компании наших общих друзей. Вчера ты пропустила неплохое веселье!

— Посмотрим, — уклончиво отвтеила я. — Вернёшь таблетки?

— Нет. Мужу отдам. Если он появится, — фыркнул Игорь.

Самоуверенность Игоря начала меня немного раздражать. Я двинулась в сторону двери, давая понять, что ему пора уходить.

— Всего хорошего, спасатель.

Надоедливый спасатель всё-таки ушёл. Я разозлилась на себя, потому что не проявила достаточно упорства.

Решила проветрить комнату и ждала, пока починят замок. Его заменили очень быстро. Игорь сам создал проблему — сам же её и устранил.

Позднее, умываясь в душе, я пыталась привести хаотичные мысли в порядок. Решилась позвонить мужу. Он не отвечал на звонок.

— Аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети…

Потом я заметила разрядившийся телефон мужа, лежащий на полке. Подключила его к зарядному устройству.

Внезапно пальцы начало щекотать желанием разблокировать несложный графический ключ и посмотреть список вызовов или сообщений.

Я отошла от соблазна подальше.

Мы так никогда не делали. Мы доверяли друг другу. Когда-то договорились, что между нами не будет секретов, что мы не уподобимся другим парам, ссорящимся по мелочам.

И мы же действительно старались, строили общее будущее. Пока муж не предложил своего брата в качестве подарка. Как змей-искуситель с чёртовым яблоком.

11. Карина

Минуты ускользали в никуда. Я начала беспокоиться за Лёшу. Он не ушёл бы далеко без своего телефона. Куда он мог уйти?

— Алло, Мира? — позвонила я общей знакомой. — Это я, Карина. Да, отоспалась…

Я не успела задать ей вопрос, как услышала, что кто-то скребёт ключом по замку.

— Извини, Мир, перезвоню.

Я распахнула дверь комнаты. За дверью стоял Лёша. Он безуспешно пытался попасть ключом в замочную скважину. Окинул меня мутным взглядом.

Ещё утро, но от мужа пахло спиртным. То ли не просох после вчерашней попойки, то ли накидался уже с утра.

— Ка-р-рин, — беспомощно улыбнулся он.

— Проходи в комнату.

Лёша вошёл тяжёлым шагом. Я сама закрыла за ним дверь. Муж добрался до спальни и ничего мне не говорил. Его словно не было в этой реальности.

Лёша грузно опустился на постель. Я решилась вымолвить:

— Я тебя потеряла.

— Я сам себя потерял. Извини. Столько всего навалилось, ты даже не представляешь, — вздохнул муж.

Я заметила криво застёгнутые пуговицы на его рубашке и смятую ткань, ворот, вывернутый неправильно.

— Я в кабаке был. Там, — махнул рукой в сторону. — Всё в голове крутил. Хуёво мне. Из-за нас с тобой.

Мне стало жаль Лёшу. Сейчас он был сильно уставшим и потрёпанным. Словно за одну ночь с него слетел весь лоск — и вот он, пожёванный жизнью и запутанными отношениями со мной.

Жалость пронизывала меня остро и насквозь. Лёша выглядел потерявшим ориентиры, а я не знала, чем ему помочь.

Я не могла простить ни его, ни себя за предательство. И не знала, что с этим делать.

Мне хотелось поставить на паузу весь грохочущий вокруг мир с его непреодолимыми обстоятельствами.

Хотелось сойти с накатанной дорожки наших отношений, внезапно покрывшейся сильными ухабами.

Я ласково обняла мужа, проводя ладонями по напряжённым плечам. Сейчас мы делаем больно друг другу и в то же время нужны.

Так сложно…

Лёша внезапно перехватил мою ладонь и опрокинул на кровать. Подмял под себя, водя пьяными губами по шее. Оставлял влажные поцелуи с тяжёлым запахом спиртного.

— Я ни одного дня без тебя прожить не могу. Хочу тебя. Почему ты такая?

— Лёша! Лёша! — я пыталась отпихнуть мужа, но он усердно пыхтел и возился на мне, пытаясь справиться с пуговицами на кофте.

— Лёша! — крикнула ему в ухо.

Он замер на месте.

— Остановись. Я не хочу.

Лёша пытался сфокусироваться на моих глазах. Его взгляд то и дело плыл в сторону.

— Я не хочу, — повторила твёрже.

Он стиснул пальцы на кофте.

— Отпусти, Лёш. Отпусти. Мне страшно, когда ты такой. Страшно…

Муж разглядывал собственные пальцы как что-то инородное. Мне приходилось вытаскивать край кофточки из его захвата силой.

Я отодвинулась. Лёша попытался поймать меня. Ему это удалось. Он приобнял меня со спины, нырнул ладонями под кофточку, сминая грудь.

Муж безуспешно ласкал грудь. Ничего во мне сейчас не отзывалось на его прикосновения.

— Не хочешь, — сдался он. — Меня не хочешь. А его?

Лёше не нужно было уточнять, кого он имеет в виду.

Демьян. Для Лёши — Дёма, Дёмка. Для меня когда-то просто Ян…

Я хочу прокричать вслух «НЕТ! НЕ ХОЧУ!»

Но что-то не давало мне это сделать. Я проглотила молчаливый ком в горле. Лёша сгорбленно сел на кровати.

— Молчишь. А на новый год хотела. Текла над моими пальцами. Кого ты хотела? Меня? Его? Или его во мне? — пьяно рассмеялся. — Или нас двоих, а? Ка-рина? Если мы будет вдвоём с тобой, одновременно, захочешь ты меня так же сильно, как его?

— Ты пьян. Пьян, Лёша. Проспись. Ты ушёл в кабак и оставил меня одну.

Навряд ли до Лёши сейчас дошёл смысл моих упрёков.

— Если это то, что тебе нужно, то мы будем в постели… — начал говорить Лёша.

Презрительно искривлённые губы мужа дрожали.

Я зажала ладонями уши, чтобы не слышать его слов. Но они всё равно пробивались через плотно прижатые ладони.

«Втроём…» — вымолвил муж.

— Нет!

Я выбросила вперёд обе ладони, отгораживаясь от предложения мужа.

— Нет, Лёша. Ты пьян. И не знаешь, что предлагаешь.

— Знаю, Карина. В том-то и дело, что знаю. Я пьян, да. Но в таком состоянии мне проще сказать об этом вслух. Может быть, хотя бы так ты немного полюбишь меня, а?

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍— Давай не будем? Ничего не хочу слышать. О твоём брате, в особенности. И видеть его тоже не желаю! Не надо было его приглашать.

По лицу Лёши стало понятно, что муж снова порывался завести мучительную канитель про то, что это было сделано ради меня.

— Не надо. Я хочу отдохнуть. И от тебя, в том числе. Проспись, Лёш. Проспись — и мы вернёмся в город.

— Домой?

— Нет. Я хочу побыть у мамы. Мне нужно побыть одной. Без давления с твоей стороны…

— Давлю? Я? Уверена, что имеешь в виду именно меня?

Лёша говорил и говорил. Ему было тяжело остановиться. Он словно держал взаперти огромное море слов на протяжении нескольких лет нашего брака.

Но сейчас они выпущены на волю, обрушивались обвиняющим шквалом на меня и лишали возможности дышать.

Скажи я хоть слово — оно будет выглядеть, как оправдание.

Нелепое и жалкое оправдание виноватой во всём.

Я молча оделась. Хотелось как можно скорее выйти и разогнать мысли физическими усилиями. Забить голову чем угодно, только бы не проворачивать в голове запутанный клубок отношений, не зная, с какой стороны к нему подобраться.

Я оставила Лёше ключи от нового замка.

— У меня есть ключи, — возразил муж.

— Это новые ключи, Лёш. В номере поменяли замок, пока ты заливал тоску в кабаке.

Муж непонимающе посмотрел на меня и нахмурился, пытаясь понять, что произошло. Но его усилий хватило только на то, чтобы спросить:

— Куда ты?

— Кататься. Именно для этого мы сюда приехали. Я люблю сноуборд.

Я закрыла за собой дверь, услышав брошенное мне в спину:

— Ты всегда любила то, что любил он.

Муж нарочно растравливал меня и себя. Ковырялся в обнажённой ране, делая ещё больнее.

Не знаю, откуда в нём проснулась тяга к мазохизму и самобичеванию? Или эти чувства были в нём всегда, накапливались и зрели очень долго, но вырвались на волю именно сейчас?

* * *

На базе царило оживление. В этом году стояла удивительно хорошая погода.

Брызгали во все стороны яркие солнечные капли. Снег сверкал до слепоты.

— Карина!

Я поздоровалась со знакомой, Мирославой.

— Отдохнула? — улыбнулась она. — Всё веселье проспала.

— Ничего, нагоню.

— Как Лёха? Добрался до номера? — вклинился в разговор парень Миры, Антон.

— Добрался.

— Я же говорил, доберётся! — токнул в бок Миру Антон. — А ты не верила. Лёха — крепкий мужик. Выжрал половину бара и даже на ногах держался. Отрывается по полной! Не то, что мы.

— Я не поняла, — прищурилась Мира, глядя на своего парня. — Ты тоже хочешь нажраться до животного состояния?

— Конечно!

Антон специально дразнил Миру. Он почти не пьющий, но ему нравилось немного позлить свою девушку. Я оставила парочку мило браниться и поднялась на высоту, чтобы скатиться.

— Сейчас догоним! — махнули мне вслед знакомые.

Во время спуска сердце привычно замирало от восторга.

«Ты всегда любила то, что любил Демьян…» — слова мужа не получалось выгнать из своей головы.

Лёша ставил мне в вину ещё и увлечение зимними видами спорта. Хотя на лыжах я любила кататься и до знакомства с Демьяном. Но к сноуборду приучил меня он.

Если и было что-то красивое и хорошее в наших прошлых отношениях, за что я ему действительно благодарна, это привитая любовь к адреналину и ощущению снега под скользящей доской.

Немного позднее ко мне присоединились друзья. После нескольких изнуряющих спусков, один за другим, без перерыва, я почувствовала, что меня начало немного отпускать. Забитых мыслей и перекрученных эмоций становилось меньше.

Мира и Антон предложили остановиться и передохнуть.

— За тобой не угонишься! — перевела участившееся дыхание Мира.

— Ещё раз? На той трассе?

— Хочешь полихачить? Осторожнее только, идёт? — предупредил Антон. — Кажется, брат твоего мужа вчера навернулся, когда скатывался оттуда.

— Позёр! — скривилась Мира. — Думает, что самый крутой трюкач. А на деле не справился и с крохотной кочкой.

Мира думала, что Демьян выделывался напоказ и не справился с препятствием. Но я знаю, что он сделал так нарочно. Потому что я была рядом.

— Именно поэтому он и свалил. Не вынес позора! — рассмеялся Антон.

— Свалил?

— Ага. Уехал, вчера, — ответила беззаботно Мира. — Ну что, ещё раз скатимся?

Я согласилась. Против воли подумала, что не так уж неправа я была недавно, решив, что оба мужчины отвернулись от меня.

Один отправился в город, второй пошёл заливать тоску в кабак.

Мужчинам неуютно и колко в нашей ситуации. Недовольство обоих направлено на меня. А что мне с этим делать?

12. Демьян

Ещё один выверт — прочь. Несколько часов в дороге. Но на очередном повороте я резко вывернул руль, пересекая двойную сплошную.

Сонный, как муха, водитель Audi, ползущей по встречной, встрепенулся и судорожно вцепился за руль.

Судя по перекошенному выражению лица, грязно обматерил меня.

Я и сам себя обматерил точно так же, когда понял, что не могу просто уехать. Стоило попробовать немного — и желанная отрава туманит разум снова.

Не получалось отстраниться, пока не выжру всё, что только можно взять.

Я вернулся. Покружил немного на трассе и вернулся под вечер. Мимо прошла парочка, знакомые Лёхи и Карины.

Парень увидел меня и подошёл поздороваться, с размаху хлопнул меня по ладони. Мы знакомы не так давно, но он уже считал меня своим приятелем.

— Здорово, вернулся? — усмехнулся парень.

— Да, прогулялся немного и решил остаться на базе.

— Тош, идём?

Невысокая шатенка потянула своего парня в сторону.

— Ты как, идёшь? Или в одиночное плавание в бар?

— Даже не знаю, — безразлично пожал плечами.

— В компании веселее. Все наши уже собрались.

Если собралась вся компания, то и Карина с Лёхой будут там же. Поэтому я решил присоединиться.

Компания, действительно, собралась немаленькая. Разместились на диванах вокруг нескольких низких столов. Шумно и весело.

Разноцветные огоньки дискотечных шаров прыгали по лицам.

Я почти сразу же заметил жену младшего брата и его самого. Они сидели вместе, на одном диване.

Но хватило одного взгляда, чтобы понять — между ними пробежала чёрная кошка.

Или огромный, злой, наглый тигр. Я.

Карина заметила моё появление. Немного плотнее сжала губы и отвела взгляд в сторону. Лёха тоже заметил меня. Нахмурился, бросив в мою сторону недовольный взгляд.

Привет, братец. Думаешь, что я свалил? Ни хрена.

Внутри начала бушевать весёлая и отчаянная злость — мне отрадно быть чёрным пятном на их идеальном браке.

Я поддерживал общий разговор и пил спиртное, не чувствуя его вкуса. Собравшиеся то и дело перемещались, как косяки рыб — то выходили потанцевать, то менялись местами.

Я едва замечал происходящее.

Гораздо больше меня волновало чёрное платье, облегающее фигуру Карины, с легкомысленным запахом и без бюстгальтера.

Я ловил себя на частых взглядах, бросаемых в её сторону. В голове ярко-красным загорелся предупреждающий сигнал: нужно притормозить.

Но этой дряни опять удалось влезть мне под шкуру и разбередить старые раны. Снова начало нарывать болезненной одержимостью и не выплеснутой злостью.

Кажется, если вскрыть артерию, то фонтаном начнёт бить не кровь, а отравленный концентрат.

Я влился в общий разговор, вставив несколько остроумных фраз, чтобы обратить внимание Карины на себя.

Карина что-то ответила мне. Бросила короткую, колкую реплику и сделала вид, что не заинтересована в продолжении разговора.

Я едва различал смысл сказанных слов.

Я видел только её маленький рот с пухлыми губами, как у куклы. С алой блядской помадой.

Карина знает, как я не люблю алый цвет на её ротике.

Яркая помада на её губах — это очередной вызов мне. Перчатка, брошенная в лицо, и захлестнувшая глаза.

Мне захотелось стереть эту помаду. Нагнуть над раковиной и вымыть её рот, а потом впиться так, чтобы искусать манящие губы до крови.

Если алый — то только такой.

Красный цвет моей одержимости, с металлическим привкусом и эхом фантомной боли, всё ещё разворачивающей мою грудную клетку.

Я вновь начал вклиниваться в разговор, но думал только о её губах.

В каждой, брошенной шутке, мне чудится колкость, обращённая в меня острой стороной.

Вид её точёного тела даже на расстоянии сильно возбуждал меня.

Но меня раздражала и близость моего младшего брата, и постоянное пристальное внимание к Карине нашего нового знакомого.

Игорь. Шкафообразный мужик, ростом под два метра. Гора мускулов, обветренное лицо с двухдневной щетиной и уверенная в себе улыбка.

Этакий рубаха парень с маслянистым взглядом ходока.

Карина улыбалась его шуткам, даже согласилась поиграть в карты. Хотя не любит карточные игры. Но двух-трёх улыбок Игоря хватило для того, чтобы убедить её сыграть.

Игорь взялся обучать Карину игре в простейшего «дурака». Он подсел ближе и прикасался словно невзначай.

Игра в «дурака»…

Я не понимал, почему Лёха позволяет выставить себя полным кретином. Или он дал своей стерве карт-бланш использовать любой, приглянувшийся ей член?

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Лишь бы насытилась, натрахалась, наеблась до тошноты и приползла, едва живая, восстанавливаться в его объятия?

Меня злило показное равнодушие Карины и игра во флирт с другим мужчиной.

На Лёху я реагировал не так остро. Я знаю причину, по которой Карина осталась с моим братом.

Она тосковала по мне и выбрала его, как мою замену. А Лёха всегда пускал слюни на мою куколку и не отказал ей в утешении.

Брат — это просто моя копия, замена, дублёр.

Да как угодно!

Я знаю, что когда он входит в неё, мысленно Карина отдаётся мне и сжимается именно вокруг моего члена.

Измена всегда начинается в голове.

Моя куколка, пусть даже мысленно, но уже наставила своему муженьку огромные ветвистые рога.

Всегда. Постоянно. Кончая под ним, она кончала со мной и для меня.

Пусть даже мой дублёр не так хорош. Реплика всегда хуже оригинала…

Но Игорь — не Лёша. Он действовал по-другому. И Карина смотрела на него иначе. С какими-то весёлыми искорками в глазах, выводящих меня на новую ступень одержимости ею.

Я не знал, что такое ревность до этого самого момента.

Похоронил знания о Карине и смирился с мыслью, что она почти счастлива под моим братом.

Но сейчас меня сжигало ревностью почти до самого основания.

Кажется, даже диван подо мной вот-вот заполыхает.

Интерес у Игоря сугубо мужской, плотский. Это невозможно не понять. Карина понимала, но поступала назло, флиртуя.

Лёша весь в игре. Он заядлый игрок, раньше зависал на автоматах сутками. Я пару раз вытаскивал его с пропасти игромании. Я думал, это осталось в прошлом.

Но видя, как лихо брат выкидывал карту за картой, во мне начал шевелиться червячок сомнения.

Младший брат не замечал даже того, как его жену тупо клеят.

Карина нарочно начала улыбаться мягко и зазывно постороннему мужчине. Игорь ведётся на зов её коварной улыбки.

Любой бы повёлся.

Ведусь и я, возбуждённый настолько, что готов послать всё к чертям, и просто повалить её на пол, вжимая крохотное сексуальное тело в кафельный пол. Чтобы стонала и вырывалась, билась…

Да что угодно! Главное, была подо мной.

Я жадно пытался перехватить её взгляд. Уверен, что она тоже этого хочет. Хочет меня.

Её желание всегда выдавали глаза. Я чувствовал в них океан нерастраченной страсти и тоски по моим прикосновениям.

Но Карина нарочно не смотрела в мою сторону. Уводила доказательства у меня из-под носа и прятала их под грубоватый флирт с другим мужчиной.

Я непроизвольно сжал кулаки.

Кажется, спасателю Игорю скоро понадобится медицинская помощь.

У меня нет никакого права ревновать Карину. Но я всё равно ревновал.

Ещё больше меня бесило то, что Лёха по уши в дрянной игре. Он нарочно делал вид, что не замечает ничего, или на самом деле увяз?

Партия закончилась. Младший брат расслабленно улыбнулся и оторвал взгляд от карт.

Я заметил, что он немного не в себе. Лёха пытался держаться, но то и дело выбивался из привычных рамок.

Только после того, как выполнил миссию — выиграл, брат огляделся по сторонам. Карина в этот момент встала и отошла к бару вместе с Игорем.

Я и брат, мы оба провожали её фигуру и жадно смотрели на задницу, выписывающую восьмёрки.

Мы оба обречены на провал. Я пересел к брату поближе.

— Ну?

— Что? — резко ответил Лёха, якобы не понимая, о чём я его спрашиваю.

— Всё в силе?

— Нет.

— Вот как?

— Да. Я нашёл деньги. Твоя помощь больше не требуется. Можешь проваливать обратно в Штаты.

Не нужна помощь? Я скрипнул зубами.

— Рин в курсе, что ты в заднице, брат?

— Я уже не в заднице. Решил проблему. Без твоей помощи, — ровным голосом ответил Лёха, смотря на свою жену, и довольно резко добавил. — Она не Рин. Карина.

Этот болван в неё давно влюблён. Распустил слюни сразу же, как только увидел Карину рядом со мной.

— Решил проблему — хорошо, — ответил брату как можно равнодушнее.

В глубине души я был убеждён, что как только подожмёт, младший брат снова обратится ко мне за помощью. В курсе ли Рин, сколь многим мне обязан её муж?

— Как решил проблему?

— Не твоё дело, Дёма. Я нашёл деньги. Вернёмся в город, всё пойдёт, как надо.

— У кого ты занял деньги, Лёха?

— А тебе зачем об этом знать?

— Просто интересуюсь, не придётся ли тебе снова подкладывать жену под кого-то так, как ты это сделал недавно?

Брат сжал пальцы вокруг бокала со спиртным. Я прав, и брат это знает.

Лёха обставил ситуацию, как новогодний подарок, по которому тоскует его красивая жёнушка. Изворотливая падаль, молодец. Карина дала себя поиметь, как настоящая шлюха.

Долго не раздумывала, просто текла и кончала. Задумывалась ли вообще, как это выглядело со стороны? Кажется, нет…

Да и зачем?

Семейка в плюсе. Все получили своё. Кроме меня.

Я в глубине души хотел, чтобы Рин послала меня и своего мужа, гордо взметнув подбородок. Но гордость не относится к числу её сильных сторон.

А я был слишком голоден, чтобы отказываться от своего новогоднего подарка.

Его удалось только пригубить и немного посмаковать. Хочу его весь.

— Да пошёл ты! — выдал Лёха.

— Долго же ты думал. Тормозишь, Лёха. Тормозишь…

Я кивнул головой в сторону барной стойки.

— Будешь тормозить так сильно, уведут твою жёнушку.

Я намекал на Игоря, трущегося возле Карины. Младший брат уверенно заявил, что я ошибаюсь.

— Ты не прав, Дёма. Карина просто злится на меня.

— Ха. Думаешь, беспокоиться тебе не о чем, так? А как насчёт того, что тому бугаю явно по хуй, по какой причине Рин улыбается ему?

— Она Карина. Ка-ри-на! — напомнил мне Лёха.

— Для тебя Карина, для меня Рин. Была, есть и будет.

— Почему? Она же тебе не нужна, так? Ты же не любишь её…

— Кто сказал, что нужно любить для того, чтобы хотеть трахаться? Если ты будешь сидеть на месте, твоя жена оседлает и спасёт спасателя от тоски и недотраха.

Лёха плотно сомкнул губы, едва выдавив из себя:

— Нет.

— Да, братец. Она та ещё шлюшка.

— Нет!

Лёха быстро вскинулся с места, прошипев мне в лицо:

— Она не шлюха. Запомни.

Я откинулся на спинку дивана:

— Я знаю другое. Видел своими глазами. И ты тоже. И если бы Рин была не шлюха, то не дала бы мне на Новый год. Я прав?

Лёха придерживался другого мнения. Но запихал бы он его себе в задницу.

Я знал другое. Карина не белая пушистая овечка и не невинный ангелочек. Такая же, как все, падкая на развлечения и секс.

Она ничем не отличается от других.

Ничем.

Странно только, что приходится повторять об этом себе.

Младший брат всё-таки подошёл к жене. Недвусмысленно дал понять, что Игорю нечего делать рядом с его женой.

Молодец. Очухался.

Спасатель не стал настаивать, бросил несколько шуточек и спокойно отправился клеить других девок. Такие, как он, никогда не упускают шанса потрахаться, но и не посыпают голову пеплом, если обломилось. Сразу же находят другую цель.

Приходилось наблюдать издалека за разговором Карины и Лёхи. Брат всегда умел говорить мягко и убеждать.

Раньше и на меня это действовало — его способность успокаивать взвинченные нервы. Главное, чтобы он сам был в этот момент в полном порядке.

Но сейчас Лёха был немного взвинчен. Разговор с Кариной клеился не так, как надо, судя по тоскующему взгляду моего брата.

Рин выпила замысловатый коктейль и отправилась танцевать.

Запрокинула руки над головой и отдалась ритму танца. Карина всегда хорошо танцевала. Делала это красиво и чувственно. Совершенно не пошло, но эротично настолько, что при взгляде на неё перехватывало дыхание, а стояк подпирал ширинку джинсов.

Лёха направился к ней. Не позволил отстраниться, но и не стал зажимать. Брат едва прикасался пальцами, словно случайно. Действовал осторожно.

Я следил за перемещением их тел, знающих друг друга. Отмечал пересечение ладоней, прикосновение бёдер и обмен взглядами.

Несмотря на размолвку, они всё равно вдвоём. Муж и жена — одна сатана. Вдвоём?

Ноги сами понесли меня в том же направлении.

Пора разбавить этот дуэт своим присутствием.

13. Карина

Демьян никуда не уехал. Или всё-таки уехал, но вернулся. Судя по недовольному взгляду мужа, этот сюрприз для него не совсем приятен.

Прилипчивый Игорь не собирался уменьшать дозу своего внимания. Лёша держался вначале холодно и отстранённо.

Напряжение между нами и размолвка были понятны всем, даже знакомая успела шепнуть пару слов и предложила, чтобы мы шли мириться приятным путём.

А я словно назло, решила испытать терпение мужа. Или Демьяна?

Кого из них? Чёрт…

Пока муж был погружён в игру, Демьян окатывал меня обжигающими, словно кипяток, взглядами.

Ощущение, что он ревновал даже больше, чем мой муж. А мне хотелось, чтобы Лёша стал хотя бы на треть таким же дерзким и жёстким.

Опять.

Я как будто попала в обширный капкан мыслей о брате мужа и напрасно трепыхаюсь, пытаясь вырваться.

Но потом рядом с барной стойкой появился Лёша. Загородил собой Игоря, недвусмысленно обняв меня и заглянув в глаза.

— Я не хочу с тобой ссориться. И по таким причинам — тоже. Если станет легче, можешь сломать что-нибудь о мою голову, — улыбнулся Лёша.

— И потом наблюдать, как ты мучаешься от головной боли? Тебе не кажется, что две больные головы в одной паре — это уже слишком?

— Если они больные друг по другу, то это неплохо. Мир?

Лёша заказал мой любимый коктейль и вёл себя так, словно мы не муж и жена, пережившие много событий. Он держался, как милый, но настойчивый парень.

Лёша не напирал и позволил мне пойти танцевать, а потом присоединился ко мне. Он медленно начал прощупывать границы дозволенного. Случайно дотрагивался и мягко приманивал, снова приручая к себе понемногу.

— Что ты делаешь? — спросила я, когда его ладони, словно случайно передвинулись на попку. Всего на несколько секунд, но нажатие было многообещающее.

— Танцую с самой красивой девушкой, — ответил Лёша, блеснув глазами. Он заставил меня сделать оборот вокруг своего тела и прижался со спины. — И с самой желанной. Я тебя люблю очень сильно. Несмотря ни на что. Обижаю тебя, да? Не хочу. Правда, не хочу. Просто у нас всё немного сложнее, чем хотелось бы.

Муж начал целовать мою шею, едва касаясь губами.

— Ты такая красивая в этом платье.

Он нажал ладонью на живот, вдавливая меня в своё тело.

— Надо ещё подождать? — спросил он, выводя влажные спирали губами. — Я подожду. Просто надо отпустить…

Я развернулась к нему лицом, положив руки на плечи. В полутьме танцевального зала становилось легче реагировать на его слова.

Может быть, муж прав, и надо отпустить всё. Может быть, я чересчур сильно взвинчиваю себя.

Я погладил пальцами лицо мужа, сама потянулась губами за поцелуем. Он сразу впился в мои губы жадно и немного больно. Целовал резко и жадно, не давая отстраниться.

— Сладкая моя…

Мужские пальцы сильнее стиснулись на моей талии, обжигая даже через платье. Неожиданно наш поцелуй разорвал сильный толчок локтём кого-то из танцующих. Мы оторвались друг от друга, отдаляясь.

Внезапно я почувствовала, как сзади по плечам провели кончиками пальцев. До самых локтей и обратно.

— Не потанцуешь со мной? — послышался низкий, волнующий голос Демьяна.

— Нет.

— Потанцуешь, — возразил он, толкая меня к своему брату и наступая на меня.

Лёша нахмурился и обернул руки вокруг моей талии защищающим жестом. Наклонился надо мной, снова даря отвязный и глубокий поцелуй.

За спиной был обжигающий лёд. Именно таким я чувствовала Демьяна.

Но он не собирался никуда уходить. Пока его младший брат целовал меня, Демьян обхватил мои бёдра и прижался сзади, заставляя раскачиваться в танце.

Вокруг басила музыка. Десятки тел колыхались в безумном танце. Никому не было дела до нас и нашего танца на троих.

Уколы удовольствия прошивали моё тело насквозь. Мне приятен жадный, остервенелый поцелуй Лёши. Преступная близость его брата разогревала меня ещё больше.

Я потерялась в калейдоскопе ощущений, начиная задыхаться и плавиться между двумя братьями.

Они оба хотели меня.

Я разорвала поцелуй с мужем. Лёша недоумевающе посмотрел на меня опьянённым взглядом. Потом заметил руки Демьяна, лежащие на моих бёдрах. Коротко вздохнул, словно ничего не мог поделать.

Я потянулась к мужу, приникая всем телом.

— Лёш, уведи меня отсюда?

Муж толкнул Демьяна в плечо и увёл меня с танцпола. Я цеплялась за его руку как можно крепче, чтобы из головы побыстрее выветрилось сумасшествие, овладевшее мной на танцполе.

Прохладный воздух холла заставил покрыться кожу мурашками. Неосознанно прижалась к Лёше ближе, желая согреться.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Он приподнял моё лицо за подбородок, проникая в рот языком. Продолжил целовать глубоко и жадно, вытесняя все мысли из головы.

Мужская ладонь накрыла мою грудь. Заострённые соски ныли от прикосновения сильных пальцев. Я начала постанывать от ласки.

— Лёша! Давай не здесь! Нас могут увидеть!

— Прости, у меня тормоза слетают немного, — извиняющимся тоном ответил муж.

Путь до номера показался невыносимо длинным. Лёша, по всей видимости, думал так же, потому что чертыхнулся и на очередном повороте просто подхватил меня, усадив на широкий подоконник.

Муж опёрся одной рукой о подоконник, а второй подтолкнул меня к себе. Напирал телом, прогибая. Покусывал губы и ласкался языком.

Муж дышал тяжело и часто, постанывал сам, заводясь очень быстро. Надавливал прессом, раздвигая мои ноги.

— Лёша! Подожди… У нас же есть номер! — ослабевшим голосом произнесла я, пытаясь поймать его лицо в ладони. — До него идти совсем недалеко!

— Далеко! — рассмеялся муж. — Чертовски далеко. Обхвати меня за шею, я тебя отнесу, красавица.

Лёша подхватил меня. Я обвила его ногами за торс. Все движения мужа намекали лишь на то, что ему хотелось секса.

Я согласилась с его красноречивыми сигналами. Хотелось того же, пока вновь не нахлынули мысли и сомнения.

В номере Лёша торопливо захлопнул дверь, не заморачиваясь с замком, и усадил меня на стол. Мгновенно разул и сразу же избавил меня от трусиков.

Наши пальцы соревновались, кто быстрее избавит его от джинсов.

Он торопится. Постанывал и что-то бессвязно шептал мне в губы.

Крепко обхватил за задницу, подтягивая к самому краю стола. Горячий член скользнул между влажных, скользких складок.

— Лёша! — вскрикнула я после глубокого и резкого толчка.

— Да! — выдохнул он. — Подними руки.

Муж нетерпеливо сдёрнул с меня платье. Наклонил голову, наблюдая, как его член скользил из меня и обратно.

От подступающего удовольствия поджимались пальцы на ногах. Так хорошо и сладко с мужем не было уже давно.

Я кончила неожиданно сильно, сжимаясь очень сильно вокруг его члена, вбивающегося на скорости.

Под закрытыми веками расползались цветные пятна. Я наслаждалась эхом оргазма.

В голове звучали хлопки. Громкие. Частые…

Что-то не так. Открыла глаза, понимая, что хлопки звучали не только в моём воображении. Но и в реальности тоже.

Возле приоткрытой двери стоял Демьян и хлопает в ладоши, улыбаясь, как безумный клоун.

— Молодец, Лёха. Девочка завелась очень быстро, да?

— Не сейчас! — прорычал Лёша, продолжая двигаться.

Муж словно нарочно показывал Демьяну, как мне бывает хорошо и с ним тоже.

— Почему нет? Рин завелась не только от тебя, братец. Мы танцевали втроём. Понимаешь?

Демьян закрыл дверь, провернув ключ в замке. Брат мужа подошёл к нам, на ходу расстёгивая рубашку.

Лёша выругался сквозь стиснутые зубы. Пальцы крепче сжались на моей попке. Он выходил из влажного лона полностью и входил, загоняя член до предела. Я покрикивала от его резких толчков.

Такого секса у нас с ним ещё не было. Демьян остановился очень близко от нас и смотрел на моё лицо, обводил взглядом полыхающие щёки и губы, приоткрытые от стонов.

Демьян стиснул пальцы на плече брата и произнёс тихим голосом ему на ухо:

— Ты же понимаешь, что одного тебя ей всегда будет мало. Прекрасно понимаешь.

Сейчас Демьян напоминает того самого змея искусителя, нашёптывающего непристойности. Он говорил с Лёшей, но держался так, чтобы смотреть при этом мне прямо в глаза.

Меня начало потряхивать от пожара желания в его взгляде. Он плавил мою волю, заставлял замирать на месте и послушно следовать в выбранном им направлении.

— Смотри, как она дрожит.

Демьян просунул руку между моим телом и телом мужа, накрыв пальцами клитор.

За несколько движений ему удалось заставить меня дрожать от невероятно сильной похоти. Я начала сжиматься сильнее и сильнее вокруг члена мужа.

— Ты тоже чувствуешь это, да? Сейчас тебе с ней хорошо. Так хорошо не было ещё ни разу, да? Понимаешь, почему? В вашем блюде не хватало кое-чего…

Демьян вырвался вперёд и обхватил моё лицо ладонями, поворачивая к себе. Горячее дыхание коснулось моего лица.

Внезапно что-то внутри взбунтовалось против неправильности происходящего.

Они братья. Родные. Один продолжал трахать меня быстрее и яростнее, не желая останавливаться. Второй желал присоединиться и безжалостно выдавливал в нашей паре место для себя.

— Расслабься, Рин…

Демьян медленно провёл языком по моим губам. Потом скользнул языком внутрь, принимаясь ласкаться медленно и неспешно.

От его эротичной ласки захватывало дух. Когда он начал посасывать мой язык, прикусывая его, в голове перегорел последний предохранитель.

Всё полетело к чертям.

Хотелось продолжения…

14. Карина

Я застонала и ответила на поцелуй Демьяна, распахнув ноги для Лёши ещё шире. Муж то выходил полностью, то вбивался на всю длину. Лёша переместил одну руку и большим пальцем начал ритмично надавливать на клитор.

Эти лёгкие прикосновения заводили и были словно миниатюрные уколы электрического тока. Но в тоже время этих движений было недостаточно, чтобы заставить содрогаться от оргазма.

Лёша намеренно оттягивал своё удовольствие и немного замедлился. Теперь он начал входить медленно и двигаться вперёд с глубокой оттяжкой.

От подступающего голода по его проникновению тело мелко дрожало и покрывалось бисеринками пота.

— Тебе нравится?

Я простонала в рот Демьяну. Он обхватил пальцами соски, выкручивая их, оттягивая на себя. Освободила губы из его захвата.

— Да! Продолжай…

Сама не поняла, кому послала этот ответ. Возможно, им обоим. Лёша довольно рыкнул и внезапно обхватил меня под задницу, перенеся на кровать.

Опустил спиной и мгновенно занял место сверху. Его пальцы легли на бёдра, широко разведя их в стороны.

Теперь он не торопился входить, провёл головкой члена сверху вниз. Когда я глухо застонала, он ухмыльнулся. Сейчас он угадывал каждое моё намерение и действовал так, как надо.

Раздался шорох сбоку кровати. Демьян наклонился, целуя меня. Проходит несколько томительных секунд ожидания, прежде чем Лёша врезался в меня тугим толчком, окончательно решив послать всё к чёрту.

Внизу живота невероятные ощущения скручивались в тугой узел вожделения.

Демьян отстранился совсем немного.

— Моя горячая Рин. Очень горячая. Хочешь меня? Хочешь?

Он посасывал губы и покусывал их, разминая пальцами одной руки грудь. Я услышала, как бряцает металлическая пряжка его ремня.

Пальцы комкали простынь от подступающих эмоций. Демьян перехватил мою руку, размещая на своём горячем члене. Заставил сомкнуть пальцы, сделав несколько скользящих движений.

— Дашь мне свой умелый ротик, Рин? Ты же знаешь, как я люблю его, правда?

Голос Демьяна сейчас звучал почти нежно. Без грозных интонаций и грязных намёков.

В нём чувствовалось только яркое желание и безмерная усталость. Ему тоже надоело тягаться и игнорировать притяжение.

Он просто хотел забыться, как я и Лёша. Получить свой миг кайфа и только потом вспомнить, что за пределами этой комнаты кипит другая жизнь.

Сейчас не было ничего, кроме нас.

Тела напряжены. Нас потряхивало от наэлектризованных эмоций, скрученных в тугой узел.

Страсть вперемешку со злостью и ревностью.

У нас всех есть и давние, и нынешние счёты друг к другу, которые сводились сейчас в горизонтальной плоскости с остервенелым желанием разорвать душный кокон проблем.

Я не стала сопротивляться, когда Демьян повернул мою голову набок так, чтобы член мог легко войти в мой рот.

Сначала губы обожгло от мягкого и настойчивого прикосновения. Я обхватила головку губами, обведя языком по кругу.

Немного подразнила и подержала во рту. Услышала протестующий стон Демьяна и только после этого позволила ему скользнуть глубже, расслабившись.

Демьян рукой собрал мои волосы, придерживая их. Я обхватила его член у основания. Ласкала языком, наслаждаясь хрипловатыми, низкими стонами. Я знала, как он любит, и делала это умело.

— Ничего не забыла, Рин? — рассмеялся Демьян, но его смех сразу же сменяется довольным стоном.

Лёша начал двигаться быстрее и как будто злее. Его толчки стали более размашистыми и глубокими.

Чувствуя ускорившийся темп брата, Демьян тоже начал вбиваться, перехватывая контроль полностью на себя.

Ощущения нахлёстывались одно на другое. Мысли путались, а потом разлетелись. От них не осталось ни следа.

Закипала каждая капелька крови. Тело натягивалось, как струна. Каждая клеточка молила только о разрядке. Возбуждение топило последние затухающие импульсы разума в подступающем экстазе.

Мне слишком хорошо. Я замерла в предвкушении волны, которая смыла бы меня за грань, и до предела распахнула рот, чувствуя, как Демьян вбивается до самой глотки.

Сейчас я чувствовала их обоих — и Лёшу, и Демьяна. Хорошо и беспредельно близко.

Ритмичные, ускоряющиеся толчки и хриплые выдохи звучали, как музыка секса.

Братья перестали сдерживаться, переходя в почти животный отрыв. Быстрее и жёстче…

До самого края, за которым меня затопило волной жаркого экстаза.

Лёша в последний раз толкнулся с сильной оттяжкой и едва успел выйти, кончая на живот. Демьян кончил мгновением позже. Он выплеснулся внутрь моего рта, наполняя его тягучим, тёплым семенем. Кончал с довольной полубезумной улыбкой на губах и гладил по щеке.

— Моя Рин… — произнёс Демьян одними губами. Немо.

Или мне просто хотелось услышать от него именно это.

* * *

Мы лежали втроём. На одной кровати Ни один из нас не мог пошевелиться.

Приятный полумрак комнаты причудливыми тенями ложился на лица.

Так проще, правда? Спрятаться за безумством ночи с привкусом алкоголя.

— Есть сигареты? — лениво спросил Демьян.

— Не курю. Ты же знаешь, — ответил Лёша.

— А мне вот захотелось сделать пару затяжек. Да, Ри-и-и-ин? — протянул Демьян.

Щёк коснулся обжигающий жар. Демьян так раскатывал моё короткое прозвище на языке, будто за его словами стояло что-то ещё, кроме секундной вспышки нежности после оргазма.

Хотя на Новый год я не удостоилась и такой чести.

— Карина. Она Карина, — упрямо поправил Демьяна его брат.

Лёша приподнялся надо мной. Он выглядел так, словно хотел меня поцеловать. Но потом замер, понимая, что его брат только что кончил мне в рот.

Демьян искривил губы в понимающей усмешке и сам склонился надо мной.

— Поцеловать тебя?

Он дунул горячим ветерком дыхания на мои губы.

— Красивые губки, Рин. Мне они всегда нравились.

Брат мужа коварно улыбнулся, послав мне один из обжигающих и говорящих взглядов, которым можно было расплавить эскимо меньше, чем за минуту.

Я сама непроизвольно потянулась навстречу и неожиданно замерла у самой кромки его красивых губ.

Он не двигался мне навстречу, замер. Я прикрыла глаза, слушая сердцебиение. Своё и его.

Бешеная барабанная дробь со сбивающимся тактом.

Наощупь прикоснулась к мужским губам. Несмело, как будто впервые целовала его.

Демьян вздохнул, словно набрал воздуха в лёгкие перед погружением в воду. Он позволил мне целовать себя.

Неспешно и осторожно. Не пересекая запретную черту. Просто поцелуй без прикосновения языками.

Мне казалось, что поцелуй и не перерастёт во что-то большее. Но Демьян решил иначе. Он начал прижимать меня своим телом к кровати. Обхватил голову так, что не отвернуться.

Демьян стремительно провёл языком по моим губам, заставив их открыться. Вторгся языком в мой рот, опьяняя своей властью и решительностью.

Он смял мои губы своими.

Сердце затрепетало в груди. Тело начало млеть и отзываться на поцелуй приятным покалыванием на кончиках пальцев.

Я не могла остановить его поцелуй и не хотела.

Пикантности ситуации добавляло то, что он сам недавно кончил мне в рот, а муж наблюдает за нашим поцелуем.

Жадным и откровенным. Наши языки сплетались и ударялись друг о друга.

Это был уже не поцелуй, но секс.

— Хочешь, я покажу тебе секс без проникновения? — вспомнила я слова Демьяна в первые дни нашего знакомства.

Тогда меня подобные заявления то и дело вгоняли в краску.

Не знаю, почему именно сейчас я начала отматывать плёнку назад и с щемящим ощущением груди вспоминать всё, что было.

Воспоминания начали давить на меня так, что стало тяжело дышать.

Я не могла сделать вдох полной грудью, а последние частички кислорода похищал из моих лёгких Демьян.

Его поцелуй опьянял властностью и уверенностью. Демьян целовалт меня так, словно хотел по меньшей мере сожрать.

Это надо было прекращать.

— Демьян! — попыталась остановить его, толкая в грудь руками.

Он не реагировал, прижимался ещё ближе и сильнее. Вырисовывал влажные порочные спирали языком у меня во рту, сводя с ума.

У него не срабатывали тормоза. Он дерзкий и прущий напролом. Во всём. Всегда.

Мне тяжело.

Это почти больно — целоваться с ним так после всего, что было.

— Демьян! — с новым жалобным стоном попросила я, уже начиная паниковать от его напора, не сулящего мне ничего хорошего.

Демьян отодвинулся на несколько сантиметров.

— Хочешь, чтобы я остановился?

Он водил своими губами по моим, собирая судорожные всхлипы.

Меня внезапно скрутило эмоциями, которым я не могла подобрать определение. Но от них меня трясло, и слёзы начали течь из глаз.

Демьян изумлённо приподнялся, разглядывая меня, как что-то неизведанное.

— Дёма, тебе лучше уйти.

Лёша притянул меня к себе на грудь и толкнул брата раскрытой ладонью в плечо.

— Я не шучу. Карине дурно от тебя и твоих заскоков. Наигрался? Кончил? Уходи.

Демьян злым рывком поднялся с кровати.

— Приходить, когда захочется повторения, так? За сексом?

— Нет, — прошептала я в грудь Лёши.

— Она сказала тебе нет, — ответил муж громче и твёрже, чем я.

— Ты у нас работаешь за суфлёра или за глухой телефон? — раздражённо спросил Демьян. Наклонился, стискивая моё плечо пальцами.

— Рин, ты чего? Не понравилось?

— Ка-ри-на, — произнесла по слогам и снова начала плакать, размазывая солёные слёзы по груди Лёши. — Уходи, Демьян. Уходи!

Громко хлопнула дверь.

Демьян ушёл. Только мне не стало ни капельки легче.

Брат мужа просто вышел из комнаты, но остался болезненной занозой в сердце.

15. Карина

Лёша дал мне успокоиться и терпеливо осушил выступившие слёзы.

— Давай примем душ, хорошо? Нужно просто смыть с себя это всё, и станет легче.

Не дожидаясь согласия, Лёша отнёс меня в душ и выполнил все процедуры сам. Терпеливо и молча. Я цеплялась за шею мужа руками. Его рубашка намокла очень быстро. Но Лёша не обращал на это внимание.

Происходящее сейчас так сильно напоминало события прошлых лет, что меня опять начало выбивать на новый виток спирали горьких слёз.

— Карин, успокойся. Всё хорошо. Хорошо… — убеждал меня Лёша.

Но не так просто избавиться от всего, что копилось внутри.

Я думала, что чувства давно перегорели и развеялись траурной дымкой. Оказывается, что нет.

Они накапливались внутри и немного приглушались действием таблеток.

Замалчивались мной и тщательно игнорировалось.

Но сейчас плотину просто прорвало. Она не выдержала натиска прошлого и настоящего.

Злость, тоска и громадное чувство вины при взгляде на мужа съедали меня живьём.

Я чувствовала себя такой грязной, что не получится отмыться даже за год.

— Посиди здесь, хорошо? Я проветрю комнату и принесу твои таблетки.

Лёша вышел, прежде чем я успела сказать, что таблеток нет.

Я сидела в небольшой ванной душевой кабины, пытаясь найти выход.

Мысли и чувства перемешались, затягивая гибельной воронкой.

Мне казалось, что мои ноги опять покрыты дорожной пылью, а руках босоножки со сломанным каблуком. Они мне не нужны, но я не могла разжать стиснутых пальцев.

Шаги торопливые и сбивающиеся на панический бег по грязному асфальту, а сзади медленно-медленно ползёт свет фар автомобиля, крадущегося за мной следом…

Кошмар наяву — вот что это такое.

Лёша вернулся вовремя, не дав утонуть в кошмаре. Он ласково провёл по моему лицу пальцами, словно снимая вязкую паутину видений.

— Опять?

Я кивнула

— Я не нашёл таблетки. Выронила где-то?

— Наверное.

Лёша успел переодеться и помогает мне выбраться из душа. Он растёр моё тело насухо и помог надеть просторный отельный халат. Муж отвёл меня в номер, но прошёл мимо спальни, раздвигая диван в гостиной.

— Принести чего-нибудь?

— Нет. Не надо…

— Садись. Высушу твои волосы…

Короткий шнур фена едва дотягивался до розетки. Пришлось пересесть на кресло.

— Ты ухаживаешь за мной, как за ребёнком, — усмехнулась я, пока муж сушил волосы феном и расчёсывал их так, чтобы они струились гладким шёлком.

Мужу всегда нравились мои волосы — он не разрешает мне их остригать, только ревниво следит, чтобы подравнивали кончики.

Чуть позднее муж снял с меня халат, рассыпав волосы по спине и груди. Ему нравилось, когда на мне не было ничего из одежды — только волосы до самой талии и его хозяйский взгляд.

Потом Лёша перекинел волосы через плечо и аккуратно собрал косу на один бок. Его ритуал всегда дарил мне успокаивающую ритмичность действий, возвращающую в привычные рамки. Рамки, позволяющие удержаться за реальность.

— Так гораздо лучше…

Потом я переоделась просторную футболку мужа и его шорты — мягкие и пахнущие кондиционером для белья с ароматом лаванды.

Муж взбил подушку и улёгся на диван, утягивая меня следом. Он повернулся на бок и ждал от меня того же — лицом к лицу, глаза в глаза.

Но сейчас мне было тяжело выдержать взгляд Лёши, в котором, как ни крути, но чувствовались обвиняющие импульсы.

Поэтому я уткнулась носом в мужскую грудь, пока он гладил меня по плечам. Я начала проваливаться в лёгкую дрёму, но потом вздрогнула, понимая, что Лёши нет рядом.

— Лёша?

Муж появился рядом почти мгновенно.

— Не бойся, Карин. Я здесь, рядом с тобой. Просто собираю вещи. Уезжаем завтра ранним утром. Отдыхай. Постарайся поспать.

Я была не в силах помочь мужу со сборами. Понимала, что он сложит вещи не так аккуратно и потом окажется, что часть вещей не вмещается в чемодан, но мной овладела губительная апатия.

Всю ночь я безуспешно пыталась уснуть. Но с наступившим рассветом чувствовала себя спущенным колесом — сил почти не было, и голова раскалывалась от боли.

Лёша загрузил наши вещи во внедорожник и только после этого поднялся за мной. Утро едва просыпалось, в гостиничном домике стояла тишина.

Лёша подвёл меня к машине и помог усесться внутрь.

— Можно я лягу на заднем сиденье?

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍— Конечно, ложись, милая.

Муж подложил подушку под голову и накрыл мягким пледом.

— Поспи в дороге.

— Спасибо.

Я надеялась, что меня укачает в дороге, и получится забыться. Муж наклонился, поцеловав меня в лоб.

— Я так и не нашёл твои таблетки. Но у меня есть другое снотворное. Поспишь немного. Дать таблетку?

— Уезжаете?

Я чуть вздрогнула от звука этого голоса. Демьян.

Брат мужа торопливым шагом подошёл к автомобилю. Я даже не повернула голову в его сторону.

— Не твоё дело.

Демьян отпихнул Лёшу в сторону, склонившись надо мной.

В ноздри забился аромат его туалетной воды. Я заметила, что Демьян был легко одет. Он накинул поверх тонкой футболки толстовку, которую даже не застегнул. Видно, что спешил, пока шёл к парковке.

— Она как смерть бледная. Лёха! О каких таблетках ты говорил? Что с ней стряслось?

Муж оттащил брата за шиворот, захлопнув дверь.

— Ты, блядь, с ней стрясся. Проваливай. Оставь нас в покое! — послышался приглушённый голос мужа.

— Она больна? Чем?

Впервые в голосе Демьяна я уловила неподдельную тревогу. Она прокатилась по мне обжигающей и почему-то приятной волной.

Боже, это так глупо — ловить отголоски эха его эмоций и радоваться им, как ребёнок, получивший долгожданный подарок, о котором мечтал.

— Ничем! — рявкнул Лёша. — Ночь бессонная выдалась. Нервы ты ей вытрепал. Задолбал, понимаешь? А теперь проваливай!

— Подожди. Рин!

Судя по звукам, Демьян пытался обойти брата. Но Лёша на удивление проявил невиданное упорство, стоя на своём.

— Лёха, отойди! Что с ней?

— То же самое, что и четыре года назад. Нервный срыв. Не знал? Теперь знаешь!

Я приподнялась на сиденье.

Лёша оттолкнул брата. Демьян выглядел растерянным и недоумевающим. Впервые я заметила на лице Демьяна такое выражение.

Он словно пытался решить уравнение, но полученный им результат не совпадал с тем, что записан как правильное решение.

Лёша сел за руль. Автомобиль сорвался с места. Через минуту мой телефон в кармане выдал короткую вибрацию.

Пришло сообщение с неизвестного номера.

«Тебе на самом деле было так плохо?»

Нет.

Мне не было плохо.

Мне казалось, что я умирала. Или всё-таки умерла, а сейчас передвигаюсь под действием мышечной памяти тела.

Я не стала отвечать, удалила сообщение и перебросила телефон на переднее сиденье.

Это не забота и не тревога со стороны Демьяна.

Это не любовь с моей стороны.

Это больная зависимость. Просто зависимость. Больше ничего…

16. Карина

ЧАСТЬ 2. ПРОШЛОЕ

Я познакомилась с Бариновым Демьяном случайно.

В тот день я несла маминого кота на кастрацию. Пухлый, так мы звали кота, как будто чувствовал, что его ждёт неприятная процедура и неспокойно вёл себя, дёргаясь из стороны в сторону в переноске.

До ветеринарной клиники оставалось всего ничего — перейти через пешеходный переход и нырнуть через арку на противоположной стороне улицы.

Я немного опаздывала — мне стоило больших трудов поймать Пухлого и посадить его в переноску. Поэтому я торопилась и ступила на пешеходный переход, когда до включения красного сигнала оставалось несколько секунд.

Я перебежала на другую сторону, но Пухлый неожиданно ломанулся вперёд и толчком сорвал хлипкую защёлку на старенькой переноске.

Кот затрусил обратно по пешеходному переходу. Ругнувшись, я побежала следом за ним. Мама любила этого кота безмерно. Если с ним что-то случится, она сильно расстроится!

Вокруг сигналили недовольные водители, объезжая. Кот испугался и замер, прижав уши к голове. Я нагнулась и подхватила его, побежала обратно.

Краем глаза успела заметить чёрный автомобиль, несущийся на меня. Он выруливал из-за поворота, мчался на разрешённый свет.

Это я нарушила правила и оказалась на дороге в неподходящий момент.

Вместо того, чтобы побежать, я застыла на месте от испуга, прижимая вырывающегося кота.

Водитель резко вырулил в сторону, чтобы не сбить меня, чиркнул автомобилем по машине другого. Проехав ещё некоторое расстояние, резко затормозил.

— Бля, ты в своём уме? — услышала сердитый крик.

В этот же момент котяра запустил свои когти мне в живот и убежал. Меня резко встряхнули за плечи.

— Ты что творишь, идиотка?

Я распахнула глаза и сразу оказалась поймана в омуты яростной синевы. Хватка пальцев на плечах была безжалостной. Я метнула беспомощный взгляд в сторону автомобиля.

Внутри всё сжалось. Чёрный, массивный, невероятно дорогой. Если учесть, что водитель, стремясь избежать аварии, задел и другую машину, меня не ждёт ничего хорошего.

Я похолодела от ужаса, представив, что на родителей повесят долг за ремонт автомобилей… Проблем у родителей и без того хватало — мы жили, как все, и не плавали в золотой лодке по денежной реке.

— Язык отнялся?

Я помотала головой. Была в ступоре и не могла вымолвить ни слова.

— Что на дорогу выпрыгнула?

— Кот… — выдавила я из себя, испытывая трепет от массивной мужской фигуры.

— Какой кот?

— Сбежал…

Я махнула рукой в сторону обломков переноски, которую уже успели разбить колеса чьего-то автомобиля.

— Кот? — переспросил мужчину и подтолкнул меня в сторону тротуара.

Сильные пальцы легли на спину, пробежавшись по позвоночнику, и скоро вся ладонь легла горячим клеймом на кожу, обжигая через тонкую ткань блузки.

Мужчина был старше меня. Может быть, немного за тридцать. Волевое лицо. Красивое и резкое, как у мужчин из рекламы дорогого парфюма. От него и пахло так же — невероятно дорого, притягательно и чересчур запретно. Статусно.

— И где же твой кот? — лениво поинтересовался мужчина, разглядывая меня.

Не прятал взгляда и вольготно обрисовывал черты лица, скользил по фигуре.

— Выскочил. Чёрт…

Я обернулась и поискала кота взглядом.

— Эй…

Мужчина обхватил меня за подбородок и развернул к себе.

— Из-за тебя в аварии пострадал мой автомобиль. Дорогой автомобиль.

— Да… — шепнула я. — Простите.

— Так просто? — усмехнулся он.

Подцепил пальцем рукав моей блузки.

— Судя по тому, как ты одета, возместить ущерб материально станет для тебя непосильной задачей.

Мужчина порочно усмехнулся, мазнув по моим губам взглядом с обещанием секса.

Меня ещё никогда не рассматривали так провокационно, как будто уже раздели и вбивались в тело мощными толчками.

Обжигающая картина пронеслась в воспалённом мозгу. Синеглазый брюнет кивнул.

— Намёки понимаешь, девочка. Пусть это будет возмещением морального ущерба. Идёт?

Ярким солнечным днём предлагать такое… Мои щёки запылали от непристойного предложения.

К мужчине приблизился водитель пострадавшего автомобиля.

— Договоримся?

— Обязательно. Свали. Я сначала с девчонкой разберусь, — даже не взглянув в сторону водителя, ответил мужчина.

Он разглядывал меня в это время, словно решая, как спросить с меня за ущерб. И сколько раз.

— Не понял… — насупился водитель.

— Через пять минут поймёшь. Отойди, а? Починят твоё корыто, будет выглядеть лучше, чем до аварии.

Внезапно я услышала жалобное кошачье мяуканье слева от себя. Я метнулась в ту сторону. Это был Пухлый. Кот перепугался не меньше моего и забился под кустарник. Я попыталась его вытащить.

Он зашипел и начал царапаться. Кое-как мне удалось с ним совладать. Я стянула со спины рюкзак и запихала туда сопротивляющегося кота.

— Уверена, что это твой кот? — насмешливо поинтересовался мужчина. — Кажется, что ты просто сцапала первого попавшегося кота.

— Мой, — ответила я, морщась. Пухлый оставил на моих руках глубокие царапины, начавшие сочиться кровью.

Мужчина посмотрел на меня. Увидел, что расцарапаны руки и блузка порвана от когтей кота на животе. Лёгкая ткань уже начала напитываться кровью. Незнакомец поморщился, покачал головой и махнул рукой.

— Ладно, девочка. Считай, что тебе повезло. Проваливай.

— Спасибо.

— Быстрее, пока я не передумал!

Я припустила бегом в сторону ветеринарной клиники. До неё было рукой подать. Пухлого всё-таки кастрировали. Кажется, кот обиделся на меня невероятно сильно.

Пересекая тот же самый пешеходный переход на обратном пути, почувствовала, что сердце начало колотиться сильнее. Не только от воспоминаний о пережитом страхе.

Меня взволновала близость мужчины, решившего поиграть со мной, как огромный тигр с крошечной мышкой. Лениво подцепил когтём, пообещав расправу, а потом так же лениво отпустил, передумав…

Это была первая случайная встреча с Бариновым Демьяном.

17. Карина

— Оксан, я не пойду! Ты чего придумала? — пыталась отвертеться я от просьбы подруги.

— Да ладно, Карин. Ты же подменяла меня! Владик не против, — заискивающе произнесла подруга. — Очень надо, честно!

Оксана просила выйти за неё в ночной клуб и оттанцевать на разогреве. Я всегда любила танцевать и занималась танцами с раннего детства.

Я пробовала себя в разных стилях и никогда не упускала шанса попробовать что-то новое.

Мама не разделяла моих увлечений, считая их блажью. Позволяла заниматься танцами, но только с условием, что по остальной учёбе всё будет на «отлично». Приходилось стараться и зубрить.

Но моё увлечение стоило того.

Главное, был танец, музыка и я. С Оксаной мы вместе ходили на танцы и неплохо сдружились. Она устроилась работать в ночной клуб танцовщицей.

Администратором в клубе работал наш общий знакомый, Влад. Мы пересекались несколько раз на танцевальных батлах. Он и сам раньше занимался танцами, но потом ушёл.

Влад знал и меня, и то, что я хорошо танцую тоже знал. На разогреве публика даже не заметит подмены — Оксана выплясывала в маске кролика Playboy, обтянутая в чёрный латекс.

— Карин, я тебя тоже много раз выручала…

Оксана была права. Она помогала мне по учёбе, подтягивая меня по мат. анализу и помогая с семинарскими занятиями.

— Ладно, — нехотя согласилась я.

Отпрашиваться у родителей не надо было. Папа сейчас на вахте, приедет через месяца два, не раньше, а мама уехала к младшей сестре в соседний город, чтобы помочь. Тётка свалилась с пневмонией, и некому было посидеть с малышнёй двух и пяти лет. Тётка воспитывала детей одна.

Так что в клуб я приехала, как обычно.

Влад был предупреждён, мотнул головой на место Оксаны, кинув привычную, коронную фразу:

— Сделай красиво.

Я едва не закатила глаза в ответ, но всё-таки заняла место и на некоторое время растворилась в танце go-go, отрабатывая по полной.

Всё шло, как обычно, пока в перерыве Владик не подскочил ко мне, сжав клешню на локте.

— Тебя хотят на приват.

— Что? Эй! Я не пойду.

— Не получится. Шишка важная отдыхает в компании друзей. Ты аппетитно трясла попкой на разогреве. Захотели посмотреть на тебя вблизи.

— Влад, не придумывай. Я не пойду! Я вообще здесь не работаю, просто Оксанку выручаю. Ты же знаешь! — посмотрела в светло-карие глаза приятеля.

Тот отрицательно покачал головой, а в глазах не осталось ни капли тепла.

— Вот и подмени Оксану. Она приватными танцами не брезгует.

Влад поднял меня и убеждённо заглянул в глаза.

— Подзаработаешь!

— Я не пойду. Я не могу. Влад! Прекрати! Не тащи меня никуда!

— Послушай! — цыкнул он на меня. — Это приватный танец. Трахать тебя не собираются. Потрясёшь задницей, максимум дашь сиськи потрогать. Их там несколько. Трахать толпой не будут, — заявил уже не таким уверенным тоном.

— Влад, пожалуйста!

— Карина. Неприятности не нужны ни мне, ни тебе, правда? Я не хочу по твоей вине вылететь с места. К тому же сам хозяин клуба, Тимур, сидит в VIP-ке.

Влад толкал меня в сторону комнаты. Придержал за плечи, шлёпнув по заднице.

— Всё, пошла. Отработай танец — будешь свободна. Обещаю!

Я на трясущихся ногах зашла в комнату.

Полумрак и приглушённый свет. Приятная, эротичная музыка. Мужчины переговаривались, сидя на диване, лениво потягивали выпивку.

— Наконец-то!

Хозяин клуба нетерпеливо постучал по колену ладонью.

— Начинай уже. И поближе…

Мне пришлось сделать несколько танцевальных движений. Я старалась не задерживаться взглядом ни за одного из мужчин. Оттанцевать и забыть, как страшный сон.

Выпивка, дым сигарет. Полумрак. Больше не стану подменять Оксану.

Липкие, влажные взгляды.

— Ближе.

Пусть Оксана сама отрабатывает, если ей так нравится…

Тело выполняло заученные движения.

— Ближе, — раздался очередной приказ от хозяина клуба.

Ему явно не терпелось показать товар лицом или захочет большего?

Я старалась не думать о плохом. Просто танцевала, веря, если я хорошо станцую, меня отпустят.

Паника всё равно подступала к горлу, хватая его в тиски.

Я извивалась в танце уже очень близко от мужчин, могла бы даже разглядеть их лица, если бы захотела.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Но я не желала этого.

Только чувствовала, как меня прожигают пристальным взглядом.

Внезапно один из мужчин обхватил меня за запястье, дёрнув на себя. Я упёрлась коленом в диван.

— У Барина предохранитель не выдержал! — пошутил кто-то.

Я запаниковала, отталкиваясь от крепкой груди ладонями.

— Я просто танцую! Отпустите!

В ответ мужчина сорвал маску кролика с моего лица и обхватил лицо ладонями, расслабленно улыбнулся.

Взгляд кобальтового цвета. Порочная усмешка на красивых губах.

Мужчина перехватил запястье, разглядывая.

— Зажили царапины, кошатница?

Из лёгких будто выпустили весь воздух. Узнав незнакомца, я расслабилась, но потом сразу же напряглась, вспомнив, какой метод решения проблемы он мне предлагал.

Внезапно я почувствовала, как моей оттопыренной задницы коснулась рука другого мужчины.

Мужчина, которого назвали Барин, отбил руку постороннего.

— Тимур! — позвал Барин, силой усадив меня к себе на колени. Властно обнял за талию, не давая вырваться. — Сколько за ночь зарабатывает эта крошка?

— Хочешь купить?

— Хочу. У меня с ней свои счёты.

Тимур, владелец клуба, задумчиво пробежался взглядом по моему лицу.

— Новенькая, что ли? Не помню тебя…

Я запаниковала. Не хватало ещё и подставить Оксану!

— Ладно, по хрен. Забирай, Барин.

Мужчина резко поднялся и поволок меня за собой на выход из комнаты.

— Эй… Отстегнуть не забудь! Развлечение не бесплатное! — хохотнул в спину Барину Тимур.

От страха у меня зуб на зуб не попадал. Я чувствовала, как сзади по шее скользнула одинокая капля пота и поползла вниз, щекоча позвоночник.

— Расслабься, девочка. Я не буду тебя трахать, — цыкнул мужчина, считывая моё нервное напряжение.

Склонил голову набок, обвёл фигуру взглядом.

— Хотя очень хочется, когда ты в этом… Фигурка у тебя огонь. В первый раз не заметил.

Я похолодела под его взглядом, внезапно брызнувшем каплями веселья.

— Иди, переоденься.

Я шмыгнула в раздевалку и торопливо стянула с себя костюм, быстро переоделась в джинсы бойфренд и футболку оверсайз, скрутила волосы в высокий хвост на затылке.

Мужчина поджидал меня в коридоре. Поморщился, посмотрев на меня.

— Не люблю алую помаду. Блядская. Иди умойся. Тебе не к лицу выглядеть шлюхой.

Я повиновалась его приказу и тщательно смыла весь яркий макияж. Бежать даже мысли не было.

Только хуже сделаю. Против меня были и камеры, и охрана на входе. Остаётся надеяться только на то, что мужчина не станет домогаться меня.

— Так-то лучше, девочка, — поприветствовал Барин меня кивком. — Выйдем отсюда. Здесь слишком шумно.

Он вывел меня на уличную прохладу, придерживая за локоть. Остановился под яркой вывеской и отодвинулся на расстоянии вытянутой руки.

Раскурил сигарету и смотрел на меня, застывшую без движения, через клубы сизого дыма. Потом лениво притянул к себе за талию.

— Куришь?

— Нет.

— И не пьёшь? — усмехнулся он.

— Только вино. Иногда.

— Нет в мире совершенства, — рассмеялся мужчина. — Давно работаешь?

— Я здесь не работаю, подругу подменила. Она меня иногда выручает… — говорила, как будто оправдывалась.

Это невероятно злило.

— Хреновая подруга. Давалка, наверное?

Я не стала ничего отвечать.

Оксана была раскрепощённее меня, но обзывать я её не стала.

Я вздохнула немного свободнее и постаралась освободиться из захвата.

— Не дёргайся, — цыкнул мужчина. — Я тебя ещё не отпускал.

Барин обвёл моё лицо взглядом, задержался на губах.

— Расслабься. Я тебя не трону. Сейчас ты выглядишь, как хорошая девочка. Я таких не трогаю.

— Тогда отпустите.

— Не-а… Не хочется. Скверная шутка, правда?

— Очень.

— И куда ты отправишься, если я тебя отпущу? Гулять в другой клуб?

— Нет. Домой.

— Как послушная девочка? Так, что ли?

Он отбросил щелчком сигарету в урну и сомкнул ладони замком на талии.

— Демьян. Нужно назвать своё имя в ответ, — подсказал он.

— Карина.

— Как? — переспросил он. — Шепчешь, как мышка. Я услышал только Рин.

— Карина, — ответила я немного громче.

— И всё равно будешь Рин. Мне так больше нравится… Пошли, Рин. Назовёшь свой адрес, я отвезу тебя.

Вопреки своим же словам он не двинулся с места, только приблизился к лицу. Горячее дыхание коснулось кожи. Провёл носом по щеке, с довольной улыбкой наблюдая за моей реакцией.

Напряжение и неожиданный жест с его стороны подействовали совсем иначе на меня. Я почувствовала трепет внутри и ноги стали ватными.

Близость крепкого мужского тела и его неторопливые, завораживающие жесты действовали опьяняюще.

Только что его пальцы лежали на талии, но сейчас скользнули выше по спине, обвели плечи. Пробежался до запястья и поднялся вверх, погладив ярёмную впадину на шее.

Я судорожно вздохнула. Состояние было близкое к обмороку — в лёгких заканчивался кислород.

Я не знала, как вдохнуть, чувствуя себя так, как должно быть, чувствует себя жертва хищника, пока он решает, что с ней сделать — сожрать сразу или немного поиграть.

Губы Демьяна застыли напротив моих. Он легонько выдохнул. Пахло сигаретами, алкоголем и пряной, перечной мятой. Мои губы распахнулись непроизвольно.

Демьян довольно улыбнулся и отодвинулся, погладив губы большим пальцем.

— Поехали, хорошая девочка. Потому что желание оставить тебя и проверить, на самом ли деле ты хорошая, возрастает с каждой секундой…

— Я доберусь сама. На такси.

— Исключено.

Демьян властным жестом направил меня к своему внедорожнику. Машина была другая, не та, что пострадала в аварии.

Я назвала адрес. В салоне играла приятный, мелодичный джаз. Мы молчали.

Я искоса разглядывала красивый мужской профиль, чувствуя себя необыкновенно.

Было волнительно и тревожно. Чуточку задерживалось дыхание, замедлялся пульс, а потом ускорялся от случайно брошенного взгляда.

От ответных взглядов Демьяна изнутри поднимался жар, опаляющий лицо, шею, грудь. Он колотился внизу живота, от него было не скрыться. Кровь бурлила в венах.

Так хорошо и тревожно мне ещё не было никогда.

Взгляд сам задерживался на губах мужчины. Приходилось одёргивать себя и напоминать, что пялиться не стоит.

Демьян притормозил у подъезда и потянулся первым, отстёгивая ремень безопасности. Наши пальцы соприкоснулись.

Я застыла, очарованная его притягательной и запретной близостью. Непроизвольно подалась вперёд. Меня тянуло к нему, как к магниту.

— Плохая идея, Рин.

Он отстранился и выскользнул первым, открыв мне дверь.

— Какой этаж?

— Второй.

— Окна выходят во двор?

— Да. Кухня.

— Дойдёшь, зажжёшь свет. Идёт?

— Хорошо.

— Иди, — отправил прочь, спрятав широкие ладони в карманы брюк.

— Спасибо. Доброй ночи…

Я добежала до подъезда, доставая на ходу ключи.

— Рин?

Я обернулась, с ожиданием глядя на мужчину, подошедшему ко мне.

— Да?

— Две случайности — это мало. Свались мне на голову в третий раз. Случайно.

— Зачем? — едва дыша, спросила я.

— Хочу попробовать хорошую девочку. Буду ждать третьей случайной встречи.

18. Карина

— Говорят, ты Барина подцепила?

Меня разбудил телефонный звонок подруги. Спросонья я не поняла ничего из того, о чём она меня спрашивала.

— Кого?

— Барина, — терпеливо объяснила подруга. — Баринова Демьяна.

Оксана усмехнулась.

— Его все знают!

— А-а-а… — протянула я, позёвывая.

Тело приятно млело до самых кончиков пальцев под пушистым одеялом и вставать совершенно не хотелось.

— Что «а-а-а-а»?

— Я с ним не в клубе познакомилась, — призналась. — Раньше.

— Ну-ну, — фыркнула подруга, явно не веря моим словам. — Вот так и проси подменить себя. Сразу самого видного клиента из-под носа уведут.

Я села на постели.

— Оксан, ты чего? Я вообще в этом клубе не работаю. И подменила тебя по твоей же просьбе! Какие претензии? Я к нему не как к клиенту отношусь, мы раньше познакомились!

— Но девочки рассказывают, что он тебя сразу из VIP-ки клуба выдернул и укатил. Вместе с тобой.

— Чёрт, Оксан. Я не понимаю твоего недовольства! — нахмурилась я.

— Ладно, это я так, к слову, что ты везунчик. Две минуты задницей покрутила и подцепила крутого мужика. Молодец!

— Оксан…

Подруга весело рассмеялась.

— Да ладно, Карин! Я же пошутила! Расслабься. Ну… Ты чего, правда поверила мне?

Оксана хохотала громко и звонко. Я выдохнула и рассмеялась в ответ. Не хотелось ссориться с подругой из-за такого пустяка, как знакомство с красивым парнем.

Я же не виновата, что мы столкнулись с Демьяном случайно дважды.

— На секундочку поверила, — честно призналась я.

— Ну и зря! — воодушевлённо заверила подруга, хихикнула и спросила. — Скажи, как он?

Я подавилась вздохом, сердце забилось чаще.

— В постели было всё настолько круто, что ты забыла слова?

— Я не спала с ним, — возразила и зажмурилась, боясь представить себя в руках Демьяна.

Сразу стало жарко, и пульс забился громко-громко, заглушая остальные звуки.

— Да ладно? Вот ни за что не поверю! Не спала с Барином! Хотя с ним не поспишь…

Подруга помолчала.

— Вот и не говори после всего, что ты моя подруга. Даже слова не скажешь про секс.

— Да не было ничего, Оксан!

— Ври больше. Со всеми было, а с тобой не было? Когда Барин успел в монахи записаться? Ой, не смеши. Ладно, скромница, оставь все грязные подробности при тебе! Главное, не влюбись в этого мажора. Трахнет тебя во все дырки и пойдёт искать новую. У него долго никто не задерживается.

— Ты была с ним?

— Я? Ты что? Не-е-е, с такими, как мы, он не связывается. У него девушки другого уровня. Поэтому я и удивилась, что ты с ним уехала. Нонсенс…

Оксана поболтала со мной ещё немного. Пару раз пыталась задавать наводящие вопросы, сгорая от нетерпения, желая узнать подробности. А мне и рассказывать было нечего. Почти нечего. Даже поцелуя не было. Это же не поцелуй — горячий воздух дыхания в сантиметре от губ.

Я всего лишь на мгновение представила, как он двигается вперёд, преодолевая оставшееся расстояние, и накрывает мои губы своими.

Губы сразу же начали гореть и распахнулись так, как если бы он меня поцеловал. Как? Как бы это было? Быстро, жадно? Неторопливо?

Ясно только одно — искушающе.

Подруга посоветовала не влюбляться, а мне кажется, я уже подарила ему кусочек сердца. Гораздо раньше, чем вчера. Отдала за ироничную усмешку в синих глазах и порочно-искушённую улыбку, мягкие прикосновения, обещающие многое, но не сделавшие ничего.

Ничего из того, о чём намекала Оксана.

Я встала с постели и поняла, что утро ни капли не раннее. Время близится к одиннадцати часам. Распахнула окно и привела себя в порядок.

Старалась отогнать из головы мысли о парне, но то и дело возвращалась во вчерашнюю ночь.

Опять стало невыносимо жарко. Сердце глупо замирало и бросалось вниз с обрыва. Я поняла, что чай в кружке давно остыл, а я сама бездумно смотрю в окно и улыбаюсь синеве неба.

Весна очень ранняя. Тёплая, солнечная и мягкая, а небо глубокое и такое же синее, как глаза Демьяна.

В дверь кто-то постучал. Я вздрогнула, вернувшись в реальность. Торопливо встала, вспомнив, что сегодня должен прийти мастер, чтобы починить поломавшуюся стиральную машину.

Распахнула дверь и вцепилась в неё пальцами покрепче. Как за ось мира, чтобы не упасть.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍— Привет, Рин.

Демьян усмехнулся, обвёл меня взглядом и прислонился к дверному косяку плечом.

— Надо же, ты действительно хорошая девочка?

Кажется, даже мои уши заполыхали от стыда. На мне была надета любимая спальная футболка с розовым единорогом и короткие шорты.

— Привет, — ответила едва слышно. — Что ты здесь делаешь?

— Подумай сама, — скучающим тоном произнёс Демьян.

— Нет ни одного варианта. К тому же ты говорил, что…

— Две случайности — слишком мало. Жду третью, — закончил за меня Демьян.

Расслабленно улыбнулся и шагнул вперёд, вынуждая меня отступать. Закрыл за собой дверь.

— Надоело ждать, пока наступит случайность.

— Это нечестно, — слабым голосом ответила я.

— Я всего лишь увеличил свои шансы.

Демьян наступал медленно, словно давая мне возможность отвернуться и отступать.

— Дома никого, кроме тебя, — убеждённо сказал мужчина.

Я согласно кивнула, понимая, что он всё ближе и ближе… Но отступать не хотелось.

Я замерла в ожидании. Всё тело было наэлектризовано. Воздух был пронизан вибрациями притяжения.

Я просто жадно вслушивалась в низкий, бархатный голос с многообещающими интонациями.

19. Демьян

Загляденье. Красивая девочка. Даже без ярких мазков макияжа. Сексуальная и без деланно выверенных жестов соблазнительницы.

Такое чистое и спокойное поведение, полное эротичной грации.

Как сладкий манящий приз.

Кажется чистой и невинной, но томная поволока в глазах испуганной лани выдаёт её с головой. Горячая штучка и так искренне реагирует на близость.

Замирает, предвкушая, трепещет и смотрит прямо в глаза.

Тёмно-карие, почти чёрные глаза под пушистыми ресницами. Глаза огромные, как у девочек из аниме.

Куколка…

Меня немного резануло её показной простотой в первый раз. Полоснуло изнутри желанием повертеть её на члене, чтобы посмотреть, как образ невинной простушки растворится влажными потёками.

Но вопреки намерениям использовать и трахнуть, я её отпустил.

При второй встрече в клубе меня прошило насквозь сексуальными изгибами сочного тела.

Она невысокого роста, но ноги длинные и стройные, высокая, полная грудь, затянутая в кожаный, узкий топ.

В ней чувствуется врождённая грация и умение соблазнять. Удивительно, что ещё не тронули. Не тронули же, да? Или она так резко и остро отозвалась на мою близость?

Захотелось сжать её покрепче и насадить на член прямо в автомобиле.

Трахать до одури, наблюдая, как плывёт её взгляд от похоти.

Вместо того, чтобы взять — а она бы дала — опять отступил, разогревая в себе голодное предвкушение по её телу.

Меня давно не пробивало так, чтобы млеть, фантазируя, прокручивая в голове грязные сценарии с её участием.

Обычно пауза от мысли до действия была очень короткой. Но не в этот раз. Хотелось оттянуть момент. А потом сорвать резким жестом пелену, потому что не до конца верилось в искренность.

Помедлить. Подождать. Если красотка попадётся мне на глаза третий раз, дальше конца моего члена ей не удастся уйти.

Но надолго терпения не хватило.

Адский стояк с утра, причиняющий дискомфорт, тёмно-коричневая жидкость в кофейной чашке — цвета её глаз. Всё подталкивает в одном направлении — к девушке. Рин.

Дьявольский шёпоток в ухо — с каких пор нужно ждать и запрещать себе брать желаемое?

Я же хочу её до одури и в период между первой и второй встречей подсознательно выбирал девушек, похожих на неё.

Я знаю, где она живёт.

Хочу попробовать её. Погрузиться в сочное тело и затрахать так, чтобы не орала, а скулила. Сорваться глубоко и жадно. С её сочным телом и красивым личиком, уверен, она уже знает, чего хочется мужчине.

Накрывает душной волной похоти и неистового желания… На этот раз не отпущу, пока не вобьюсь до самых яиц.

20. Карина

Я ещё никогда не была по-настоящему близка с мужчиной.

Но рядом с Демьяном я очень остро ощутила собственную женственность и потаённое знание природы плотских отношений.

Внезапно и резко внутри зазвенела струна узнавания — вот оно. И перекрыть этот звон не было под силу ничему.

Его хотелось слушать. Трогать. Гладить. Пробовать…

— Ты так смотришь на меня, Рин, что я перестаю верить в искренность твоей истории с дебильным котом и подменой подруги в клубе.

Горячие ладони легли на талию и скользнули вверх под грудь.

— Где твой кот, Рин?

Демьян резко скользнул ладонями вниз и нырнул под футболку. Обхватил пальцами грудь. Подушечкой большого пальца начал ласкать мягкие соски.

От тягучей патоки его сладких и запретных движений соски затвердели, вытягиваясь вперёд.

Демьян наклонился, застыв у моих губ. Наблюдал, как сбивается моё дыхание и становится поверхностнее и чаще. Он приоткрыл губы и словно втягивал в себя частые вздохи.

— Кажется, кота у тебя нет. И ты соврала?..

Движения пальцев стали быстрыми и хаотичными. Он уже не только гладил мои соски, но пощипывал их, терзая.

Низкий голос ласкал слух, цепляя порочными интонациями. Перед ним было невозможно устоять. Демьян был словно концентрированный коктейль мужской харизмы и сексуальности.

Перед глазами начали выплясывать искры и чёрные точки.

Я не понимала, что он вытворяет с моим телом. Но понимала, что хочется ещё и ещё!

Я приближалась к чему-то невероятному и прекрасному. К тому, от чего потом сложно будет отказаться, зная, насколько сладко это бывает.

Именно в этот момент Пухлый решил объявить о своём присутствии. Громко мяукнув, возвестил, что отправляется на кухне.

Демьян на мгновение остановился, проводил кота взглядом и посмотрел на меня.

— Кот есть. На удивление тот же самый. Неужели не соврала? Хорошая девочка. Это похвально…

Между ног стало нестерпимо горячо и влажно. Я прикусила губу, умоляя мысленно, чтобы ласка не прекращалась. Хотелось, чтобы приятная тяжесть внизу живота продолжила закручиваться тугой спиралью…

Так приятно и нестерпимо хорошо я чувствовала себя впервые. В голове шумело так, словно лопались пузырьки газировки.

С губ сорвался приглушённый стон. Демьян наклонился и сомкнул губы на соске. Влажный жар его губ накрывал сладким пленом чувствительные пики и продолжал сводить с ума.

— Вкусная.

Он быстро завёл руку мне за спину, кончиками пальцев собирая дрожь с влажной спины. Проник под резинку шортиков и трусиков. Небрежно обвёл контуры ягодиц и переместился вперёд. Лёгкое нажатие заставило меня распахнуть ноги перед его прикосновением.

— Раскройся… — послал лёгкую, коварную улыбку. — Хочу посмотреть, как кончает хорошая девочка.

Он быстро подбирался к влажному лону. Касался уверенно и смело, разнося по складкам горячую влагу.

Длинные пальцы проникли внутрь. Понемногу выскальзывали и дразнили пульсирующий клитор. Но потом снова скользили по складкам, мучительно медленно ныряя внутрь.

Он растягивал меня пальцами и наполнял. Обводил горячим взглядом и смаковал мои губы, медленно лаская их языком.

Я всхлипывала и стонала, распластываясь по стене. Мне не хватало слов, чтобы попросить большего.

Но Демьян сам давал мне желаемое. Он слишком хорошо знал, как надо и делал это чертовски умело. Срывал планки благоразумия изощрённой лаской.

Пронизывал лучами невыносимой синевы глаз и впитывал каждую эмоцию с моего лица.

Я так близка к финалу…

— Невозможно… — выдохнул он, резко сдёргивая шортики с трусиками. Демяьн заставил меня переступить через них и освободил потяжелевший член.

Каменная эрекция коснулась низа моего живота. Демьян подхватил меня под ягодицами и припечатал к стене. Горячая головка его члена коснулась складок.

Он опустил меня чуть ниже, начиная проталкиваться внутрь.

— Узкая, Рин. И очень горячая, — выдохнул в губы и продолжил удерживать у стены, сводя с ума крепкими, напористыми толчками.

Меня распирало от его каменной тяжести. Лоно начало сильно пульсировать и сжиматься.

Демьян прижался теснее, не давая возможности отстранить. Переключился на мою шею, выводя языком порочные, влажные спирали.

Я стонала его имя, но от нехватки воздуха часть имени проглатывалась и выходило короткое:

— Я-я-ян…

— Ян? Хорошо, буду для тебя Яном. Только не останавливайся. Мне нравится, как ты стонешь…

Его член пронизывал меня снизу вверх. Ещё немного — и он бы коснулся нетронутой границы.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍— Постой! — попросила, отталкивая его невозможно горячую и крепкую грудь ладонями. — Я ещё никогда…

— Никогда что? — улыбнулся он, послав бёдра вверх и замер.

Порочная усмешка сменилась недоверчивой. Демьян раскачивал бёдрами, словно проверяя свои ощущения.

— Да неужели?

Он пульсировал во мне — горячий и большой.

Демьян глубоко вдохнул, словно собираясь с эмоциями и возвращая себе выдержку. Приподнял меня и вышел почти полностью, но потом начал двигаться очень быстро, вводя член совсем немного и останавливаясь.

Меня прошибало горячими волнами даже от таких прикосновений. Я цеплялась пальцами за бугрящиеся мышцы плеч и наблюдала мучительную борьбу на его красивом лице.

Ему хотелось взять меня полностью и… оставить ещё немного на потом.

— Кончишь для меня?

Пальцы Демьяна жадно сжались на попке, впиваясь в нежную кожу.

От очередного толчка, почти на грани срыва, меня резко накрыло оргазмом. Яркие вспышки слепили. Я чувствовала своё тело перекрученной пружиной, которую наконец распрямили и дали желаемую разрядку.

Стонала, взахлёб произнося его имя.

Демьян выматерился, дрожа всем крупным телом от нетерпения. Он медленно отстранился и опустил меня на пол, разворачивая лицом к стене. Вжал меня в стену грудью и собрал пальцами влагу.

Демьян выгнул меня под себя и внезапно провёл пальцами между ягодиц.

— Ш-ш-ш-ш… Не зажимайся, Рин. Я тоже хочу кончить. Но с твоей девственностью я разберусь позднее. А сейчас мне нужно совсем немного. Расслабься. Это тоже очень приятно. Тебе понравится.

Я отрицательно мотнула головой, не понимая, как так произошло, что Демьян соблазняет меня на анальный секс и делает это очень умело. Его член, всё ещё тугой и напряжённый, скользил по складкам. Он выбивал дрожь одержимости, танцуя подушечками пальцев на болезненно напряжённом клиторе.

— Вот так, да! — простонал он.

Пальцы ритмично нажимали на узкое колечко входа, расслабляя его. Через мгновение он уверенно и быстро скользнул внутрь. Туда, где я ещё ни разу не испытывала ласку.

И это, наверное, сумасшествие, позволить едва знакомому мужчине так много. Но он уверено держал меня в тисках — тугих и крепких — не вырваться. Приручал порочной, грязной лаской. И мне хотелось продолжения.

Я испытывала потребность продвинуться ещё дальше. Я резко выгнулась ему навстречу, подбираясь к очередному взрыву экстаза.

— Тише-тише, горячая девочка, Рин. Я ещё не в тебе.

— Не надо! — попросила я, пытаясь предотвратить неизбежное.

Но влажные пальцы выскользнули из попки. Их место сразу же занял член, продавливаясь внутрь.

— Уже поздно. Я хочу в тебя…

Демьян сомкнул зубы на моём плече, прикусывая, как зверь за холку свою самку.

— Не бойся.

Казалось, его головка ни за что не проскользнёт внутрь. Между ягодиц саднило и немного жгло. Но пальцы мужчины ловко нащупывали необходимые точку между судорожно сведённых бёдер. Нажимали, надавливали, расслабляли. Проникали внутрь лона, лаская и заставляя дрожать.

Тело реагировало благодарным расслаблением — и он проталкивася членом глубже, занимая всё больше и больше пространства.

— Ещё. Не могу остановиться. Прости… — извинился он, входя неумолимым тараном на всю длину.

Демьян дал мне несколько секунд привыкнуть и начал быстрее двигать пальцами на клиторе.

Он водил носом по шее, тяжело дыша. Глухое и частое сердцебиение мужчины отдавалось заведённым, бешеным пульсом внутри меня.

— Сейчас…

Демьян начал двигаться. Туго и медленно. Причиняя дискомфорт и извиняясь за него порочной пляской пальцев, влажными поцелуями с посасываниями нежной кожи. Он вёл себя так, словно пробовал неизведанное лакомство.

Почувствовав точку расслабления, за которой наступала вседозволенность, он переместил одну руку на бедро и заставил выгнуть попку ему навстречу для глубоких и сильных толчков.

Остро и жадно, не щадя. Я уже не стонала, но поскуливала от резкой, непривычной наполненности и удовольствия, раздирающего в клочья.

Демьян пошловато стонал, выдыхая мне в затылок, трахал меня на скорости, срываясь в отвязный и грязный ритм, к которому привык.

Всё было непривычно и впервые. Но так одержимо и сладко меня ещё никто не опьянял. Я просто расслабилась, окончательно подстраиваясь под него.

— Потерпи ещё немного, Рин. Хочу в тебя кончить… — рвано прошептал Демьян, сделав несколько безумных толчков на всю длину с медленной оттяжкой и глубоким, резким рывком вперёд.

Свой финал он обозначил моим именем, оборванным в короткое окончание. Выплеснулся внутрь. В этот момент и меня накрыло повторной волной оргазма.

Я прокусила губу до крови, сотрясаясь под его телом, которым он крепко прижимался в моему. Демьян медленно провёл пальцами по низу живота, вызывая мурашки. Его член вышел из меня слишком резко. Я вскрикнула от неожиданности, пошатнувшись на ногах. Он развернул к себе лицом и завернул в ещё более тугие объятия.

Демьян впечатал меня в своё тело и поцеловал губы, лаская языком место укуса. Потом раздвинул языком губы и проник глубоким, вызывая вихрь эмоций.

Он отстранился через несколько долгих минут с ленивой улыбкой сытого хищника.

— Ты так сильно кончила на моём члене. Никогда бы не подумал, что ты хорошая девочка, Рин. Если бы не почувствовал сам.

Провёл пальцами по губам. Они пахли мной и нашим сексом.

— Безумие.

Демьян отпустил меня не сразу. Ещё долго целовал до головокружения и трясущихся ног. Только потом разрешил снисходительным кивком привести себя в порядок и переодеться.

— Какие планы на вечер, Рин?

Я судорожно пыталась вспомнить, что я планировала. Кажется, мы с подругами собирались пойти в кино.

Но внутренне я уже была готова отказаться от всего, если только он захочет увидеться со мной.

— Не планируй ничего. У меня есть планы на этот вечер в отношении тебя.

Демьян провёл пальцем по шее до ключицы.

— Мы позавтракаем вместе.

— Что? — не сразу поняла я.

Баринов улыбнулся.

— Вечер, плавно перетекающий в ночь.

Я подавила судорожный вздох. В голове зазвенели нежным переливом колокольчики — так ясно и чисто звучал мой восторг и щемящее чувство предвкушения.

— Ты же не против? — выгнул бровь Демьян, прижав меня к себе.

Демьян — высокий и мощный. Он атлетически сложен и чувствуется, что увлекается занятиями в спортивном зале.

Ткань серой рубашки натягивалась стальными, скульптурными мышцами. В каждом движении чувствовалась сила и мощь.

— Жду твоего согласия.

— Да?

— Убери вопросительную интонацию, Рин. Повтори ещё раз, — попросил он.

Нет, не попросил, а просто уведомил, что хочет услышать от меня «да» и услышит.

— Да… — тихо ответила я.

— Увереннее, — мягко улыбнулся он.

Наклонился, словно хотел поцеловать. Но вместо этого замер в сантиметре от кожи лица, водя губами так, словно целовал на расстоянии — губы, щеки, глаза с дрогнувшими ресницами.

Я застыла, покорённая этой нежной и многообещающей лаской.

— Такая отзывчивая. Настоящее сокровище, — улыбнулся Демьян, запрокинул мою голову, заставляя смотреть себе в глаза.

Он брюнет с глазами цвета кобальта, меняющими тона, как море во время шторма. Причёска немного небрежная, но ему безумно идёт.

Услышав желанное «да», Демьян улыбнулся, словно одарил меня лучом тепла, не растрачиваемым напрасно на посторонних.

— У тебя есть чёрное белье? Люблю чёрный.

Я поспешно кивнула. Демьян обвёл задумчивым взглядом квартиру.

— Навряд ли оно из разряда того, что мне понравится. Собирайся.

— Зачем?

— Одену тебя, как куколку. Ты красивая и выглядишь на миллион или даже больше. Хочу, чтобы и одежда стоила того, что под ней скрыто.

Я не успела возразить, он развернул меня за плечи и подтолкнул, погладив по попке.

— Вперёд, куколка Рин. Мне не терпится одеть тебя на свой вкус.

Я обернулась в дверях спальни. Спросила, набравшись храбрости:

— Одеть только для того, чтобы раздеть?

— Мыслишь в правильном направлении.

Демьян покосился на массивные часы.

— Я жду…

21. Демьян

Я чувствовал себя Нилом Армстронгом, впервые ступившим на Луну.

Именно такие ощущения возникали где-то под кожей, когда смотрел на подрагивающую от ласки девушку, лежащую на моей просторной кровати.

Сердце стучало барабанной дробью, а по губам расползалась шальная улыбка.

Рин попыталась подняться. Я опрокинул её толчком обратно.

— Лежи. Я с тобой ещё не закончил.

Девушка смутилась, но выполнила приказ, укладываясь поудобнее.

— Я всего лишь хотела принять душ.

— Примешь его позднее. Мне нравится, как ты пахнешь сейчас…

Мы провели вместе целый день. Сначала я одел куколку по своему вкусу. Красивая одежда подчеркнула всё то, чем щедро наградила Рин природа.

Я планировал долгий и привычный загул по клубам вместе с ней.

Но внезапно я понял, что не хочу делиться даже видом её точёного профиля и изгибами тела. Пусть на её талии будут лежать мои руки, но я не хочу, чтобы кто-то мысленно пачкал мою девочку мыслями о сексе. А они будут думать именно так.

Меня самого при мысли о ней начинало сбивать на горячую волну похотливого желания.

Поэтому я забрал и привёз Рин к себе домой. Полночи назад я стал её первым мужчиной.

Я получил желаемое просто. Так же просто, как и всегда. Это ли не повод проститься прямо сейчас и заплатить за такси?

Ведь именно так я и делал. Мне становится банально неинтересно, когда я добиваюсь своего и делаю мысленную пометку с ценником.

Я здесь уже был. Я не откатываюсь назад и не вхожу в одну реку дважды.

Но Рин не хотелось даже отпускать в душ. Она смоет с себя мой запах. Хочется, чтобы она пахла мной. Помеченная и заклеймённая.

Я слизнул языком капельки пота с её шеи, словно животное. Рин рассмеялась и начала ёрзать, потому что боялась щекотки.

Хорошая девочка Рин или уже испорченная?

Нет, всё-таки хорошая, пусть будет испорченной только в постели со мной.

Сейчас она была расслабленной и раскрасневшейся… Моей.

Я прилёг рядом с ней, гуляя по отзывчивому телу кончиками пальцев.

Я познакомился с ней недавно. Но сейчас мне казалось, будто мы знакомы целую вечность. Притирались и знакомились, сшибались острыми углами и спаялись так, что не видно границ.

Заглянул красотке в глаза. Пытался вспомнить, когда меня так несло и тащило с непреодолимой силой в неизвестную даль.

Не помню…

У меня всегда всё под контролем, без случайных осечек и девушек, сваливающихся на голову.

Но Рин — манящая и искрящаяся, как огонёк, пляшущий в темноте. Невозможно оторвать взгляд.

Хочется поднести ладони и сжать их, заперев внутри. Чтобы только мне — и больше никому крохи тепла и света.

— Моя. Запомни.

— Запомнила. Твоя.

Она провела пальцами по моим губам и внезапно спросила:

— Какая по счёту?

— Я не веду счёт. Их было много.

— Я не о тех, что были. О тех, что есть.

Я ненадолго задумался над её вопросом. Рин расценила моё молчание по-своему. Постаралась спрятать тень разочарования, но взгляд уже немного потух.

— Одна. Сейчас есть только ты. Надеюсь, так и будет дальше.

— Одна? Не верится… Ты не выглядишь, как мужчина, у которого есть всего одна девушка.

— И всё равно ты прыгнула в мои объятия. Так?

— Это сумасбродство, знаю.

Она пожала плечами и сказала с оправдывающимися интонациями:

— Я не привыкла к такому напору. Ты не оставил мне шанса на отступление.

— Значит, уже жалеешь, что мы переспали? — спросил намеренно грубовато.

Мне нравится, как её лицо вспыхивало в ответ самыми различными эмоциями в ответ. Я не дал ей возможность разобраться в калейдоскопе оттенков чувств и пообещал:

— Ты моя. Точка. В этом доме ты будешь появляться очень и очень часто. Не уверен, что буду давать тебе высыпаться ночами.

— Как сегодня?

— Я только начал, Рин. Хочешь, я покажу тебе секс без проникновения?

Мы переместились в душ, схлёстываясь в поцелуях.

Один за другим. То ниже, то выше. Лёгкие и едва ощутимые или пробивающие насквозь похотью. Рин уже плавилась горячим воском, прижимаясь всем телом…

Этому безумию нет конца и края. Мы закольцовывались в своём жарком микрокосмосе.

Впервые я понял, что меня перестало болтать беспокойной точкой и прибило к желанному берегу.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Я полон кипучей энергии и в то же время странно расслаблен, спокоен.

Рядом с ней я впервые за последние десять лет по-настоящему отдохнул душой. Меня не мутило беспокойством и не гнало прочь ощущением того, что что-то не успел или не сделал.

Родители погибли десять лет назад. Их смерть была трагической и нелепой. Родители находились в гостях, а в том доме рванул газопровод. После их смерти мы остались с Лёхой вдвоём. Лёхе, младшему брату, в то время было шестнадцать — маменькин музыкальный сыночек и любимый прохвост.

Мне едва исполнилось двадцать два. Я был всего на три года старше, чем Рин сейчас.

Я остался один на один с огромным бизнесом отца. Рядом появилось много доброжелателей и советчиков, мечтающих урвать кусок пожирнее.

Я едва не прошляпил всё. Но вовремя понял, что доверять можно только самому себе и исключительно в трезвом состоянии. Набил много шишек и только недавно восстановил всё утерянное по глупости, преумножив капитал.

Я сделал очень многое. Возможно, только с Лёхой немного не доглядел. Я должен был стать ему и папкой, и мамкой, и нянькой. Но я сутками носился и пытался вникнуть в суть проблем с бизнесом.

Лёха пустился в свободное плаванье, почувствовав, что контроль ослаблен. Наверное, его надо было воспитывать, но у меня был полон рот проблем.

Я не умел воспитывать, а когда понимал, что брата заносило, разговаривал на языке кулаков и запретов. Выбивать дурь из Лёхи удавалось, но потом я спохватывался, что делаю что-то не так, и компенсировал строгость помощью и денежными подачками.

Сейчас брат жил отдельно, но чаще ошивался в моём доме.

Надо бы предупредить младшего брата, что моё пространство теперь занято девушкой. Моей девушкой…

22. Карина

Утром после великолепной ночи я проснулась одна на огромной постели.

Не успела подумать о плохом, увидев записку на подушке.

«Скоро приеду с самым вкусным завтраком. Жди меня на кухне. Погуляешь со мной сегодня?»

Тело сладко ломило и дыхание перехватывало от жарких воспоминаний.

Не могла перестать думать о Нём. Именно так, с большой буквы. Чувствовала себя влюблённой и счастливой…

После душа я оделась, спустилась на кухню и застыла на пороге.

Спиной ко мне стоял парень. Ростом чуть ниже Демьяна, но тоже хорошо сложен, с упругой, подтянутой задницей, ровными, стройными ногами.

Я разглядела всё, потому что парень был обнажён. Полотенце было перекинуто через плечо. Парень загружал апельсины в соковыжималку и, похоже, не заметил моего присутствия.

Я хотела выйти. Не понимала, кто этот незнакомец и что он делает на кухне в доме Демьяна.

Внезапно парень потянулся за бокалом, развернувшись в пол-оборота ко мне. Рука застыла на бокале. Он резко отдёрнул руку, заметив меня.

Громко выматерился и вытащил из ушей беспроводные наушники.

Я вскрикнула и покраснела, отвернувшись. Обнажён полностью. Успела разглядеть развитую мужскую грудь, подтянутый пресс и тёмные волосы внизу живота.

— Чёрт! Извини. Привет. Блин… Ты кто такая? — выдал парень приятным, мягким голосом.

Он переместился за стол. Краем глаза я заметила, что он обернул полотенце вокруг бёдер.

— Я девушка Демьяна. А ты кто?

Парень пригладил волосы, ставшие тёмно-русыми из-за влаги. Он был похож на Демьяна, но черты лица не такие резкие.

— Девушка Демьяна? — переспросил парень.

Парень смерил меня взглядом, облокотился о барную стойку стола и усмехнулся, озорно блеснув голубыми глазами.

— Однако, — фыркнул он. — Ты сама себя записала в категорию «девушка»?

— Почему? — спросила я и возмутилась. — Кто ты такой?

— У Демьяна нет девушек! — заявил парень. — У него есть игрушки на одну-две ночи. Так что наслаждайся, пока есть время.

Я нахмурилась от его слов. Парень улыбнулся, насладившись произведённым эффектом, и вновь отвернулся к столу.

— Сок будешь?

Он сделал слишком резкое движение, и полотенце опять соскользнуло с его задницы.

— Будет. И я то же буду, — раздался вальяжный насмешливый голос Демьяна.

Он подошёл ко мне со спины и властно привлёк к себе. Прижал лицом к широкой груди, поцеловав в макушку.

— Оденься. Прекращай трясти членом перед… — Демьян усмехнулся. — Перед моей девушкой.

— Оу!

— Да. Проваливай. Как ты уже понял, теперь появляться в доме незваным гостем тебе нельзя.

— Ты не предупредил, — парировал парень. — Раньше тебя не смущало моё появление.

— Меня оно и сейчас не смущает. Но теперь моя девушка будет часто появляться в стенах этого дома. Я не хочу, чтобы ты смущал её голой задницей и рассказами обо мне. Всё понятно?

— Ха! Беспокоишься, что отобью красотку? — нахально усмехнулся парень. — Моя физиономия нравится девушкам.

— Делай сок, пей и съёбывай. Привык подбирать за мной? На этот раз не прокатит…

Демьян наклонился, поцеловав меня быстро и жадно.

— Это мояРин.

Сердце заколотилось в учащённом ритме.

— Рин? — переспросил парень.

— Для тебя Карина, — пояснил Демьян и представил парня. — Это мой младший брат-балбес. Лёха.

— Эй, кто ещё из нас балбес? — возмутился парень и швырнул в старшего брата скомканным полотенцем, сдёрнутом с бёдер.

Демьян быстро задвинул меня за спину и подтолкнул в сторону коридора.

— Выйди на минуту. Нужно преподать младшему брату урок хороших манер, — произнёс он холодным тоном, не предвещающим ничего хорошего.

— Ян?

— Выйди, — жёстко повторил Демьян.

Мне ничего не оставалось, кроме как уйти. Отойдя на значительное расстояние, я услышала шум драки и приглушённую ругань матом.

Демьян был зол. Я села на край дивана в гостиной, сложив ладони между коленей. Заметила небрежно приставленный к стене футляр от гитары и спортивную сумку на полу. Рядом с диваном валялась мятая футболка и джинсы.

Чёрт… Похоже, парень разделся именно здесь.

— Пошевеливайся! — прикрикнул Демьян.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Младший брат Демьяна появился в гостиной. Он уже натянул боксеры.

— Ох, извини. Здесь сидит твоя неприкосновенная! Подай мне одежду!

— Одевайся. Не испытывай моё терпение! — рыкнул Демьян.

Лёша остановился рядом, нагнулся за своими вещами. Волосы растрепались. Справа на рёбрах красовался красноватый след, как от удара об мебель. И щека под левым глазом припухла.

— Не беспокойся. Он меня не убил, — шёпотом сообщил Лёха, перехватив мой взгляд. — Только немного покалечил. А-а-а…

Больше младший брат ничего не успел сказать. Демьян дёрнул его за шиворот и протащил в коридор. Он и вышвырнул его в таком же виде — Лёша не успел натянуть джинсы до конца.

Я наблюдала за перепалкой братьев из окна. Потом Демьян вышвырнул футболку, сумку и гитару.

Лёша расстегнул футляр и расстроенно сел прямиком на газон, что-то выговаривая старшему брату. Кажется, гитара сломалась от удара об асфальтированную дорожку.

Мне даже стало жаль младшего брата Демьяна. Наверное, он привык видеть, как Демьян меняет девиц и не ожидал, что я — серьёзное увлечение. Поэтому вёл себя, как обычно, не думая, что так сильно разозлит брата.

Я вышла из дома и обняла Демьяна. Демьян стоял, напряжённый и готовый броситься вперёд. Я провела ладонями по его напряжённому телу и погладила по щеке с колкой щетиной, обращая внимание на себя.

— Мы хотели погулять сегодня. Поедем или планы изменились?

Лёша усмехнулся, опустив лицо. Он шнуровал кеды и поглядывал в нашу сторону. Потом легко поднялся и отряхнул джинсы.

— Гитара была моя любимая.

— Возмещу твой ущерб. Только скройся с глаз побыстрее, — процедил сквозь зубы Демьян.

— Хорошо. Удачи с новой девушкой.

Лёша поднял сумку, закинув её на плечо. Потом прошёлся до ворот и крикнул издалека:

— Можешь уже сейчас оставить ей мой номер телефона, чтобы было кому утешить! Это ненадолго. Я тебя знаю! — выпалил Лёша и потрусил в сторону красного автомобиля, припаркованного за воротами.

— Сучёныш!

— Постой, Ян! Я-я-я-ян, — позвала, привлекая внимание на себя.

Демьян усмехнулся и позволил обнять себя за шею, прикрыл глаза, наслаждаясь моим поцелуем, а потом подхватил на руки и понёс в дом.

Делать своей. Снова.

Это было чудесное утро, наступившее после волшебной ночи…

Тогда я ещё не подозревала, что слова Лёши окажутся пророческими.

Впереди меня ждало несколько месяцев безбрежного, ослепительного счастья перед тяжёлым и болезненным разрывом…

* * *

Мне казалось, что я оказалась в сказке. Простой девушке повстречался принц и решил сделать её своей принцессой.

Демьян хотел забрать меня окончательно к себе. Но я ещё училась в университете, а мама строго следила за моей учёбой. Это было её условие, которое я выполняла, чтобы мама разрешала заниматься танцами.

Я часто ночевала у Демьяна, но говорила, что ночую с подругой. Мама начинала ворчать и недоверчиво косилась на меня, напоминала об учёбе:

— Смотри, не слети с гранта! Любовь тебя в жизни не устроит!

Маму не удалось провести рассказами о ночёвке у подруги. Она начала выпытывать, с кем я встречаюсь.

Врать, что я ни с кем не встречаюсь, тоже было уже нельзя. Демьян любил одевать меня, как принцессу, и тратил на меня деньги, не глядя на количество нулей. Прятать одежду? Да глупо же…

— Познакомь с кавалером хоть! А то он тебя, смотрю, одевает-раздевает, но с родителями не торопится знакомиться.

Я спешила переводить разговор на другую тему. Демьян не заикался о знакомстве с родителями. Я считалась его девушкой. Точка.

Его Рин.

Он был жадным и ревнивым до всего, что касалось меня. Как-то на дне города наш ансамбль выступал с номером. Мы исполняли современные, ритмичные танцы.

После концерта Демьян уволок меня к себе в автомобиль на заднее сиденье. Он не дал опомниться — налетел, как дикий зверь, рывком насадил на себя, заглушив крик поцелуем.

Секс был острым и на грани. Только насытившись, Демьян расслабился и откинулся на сиденье.

— Танцуешь красиво. Ты меня завела, Рин, — посмотрел прямо в глаза. — И не только меня. Слышал, как кто-то сказал, хочется её трахнуть.

— Это просто танец. Я люблю только тебя, — выдохнула, признавшись первой.

— Нет, это провокация. И чистый секс в каждом движении. Я хочу, чтобы он был только для меня.

Демьян сильно ревновал и злился. Поэтому я оставила танцевальный коллектив. Танцы или любимый мужчина? Конечно, второе! Не задумываясь ни одной секунды, я выбрала Демьяна.

После первой памятной встречи с Лёшей, прошло некоторое время, и Демьян оттаял. Или просто Лёша, по словам Демьяна, стал менее дёрганым. Лишаться братской финансовой поддержки ему не хотелось.

Лёша даже жил в квартире, купленной ему Демьяном. Лёша не работал на фирме Демьяна, ему больше по душе была индустрия развлечений.

Он хорошо играл и красиво пел, мечтал открыть свой собственный клуб и сделать его лучшим из лучших…

Откуда я знала о нём так много? Просто однажды пересеклись в клубе с младшим братом Демяьна. Лёша был в сопровождении девушки. Братья беседовали мирно и по-дружески, без обид и ссор.

Лёша то и дело обращался ко мне, ловил ответные взгляды и, шутя, заметил, что Демьян отхватил себе гран-при.

Через несколько дней я случайно пересеклась с Лёшей во дворе своего дома.

Он удивился:

— Ты здесь живёшь?

— Да. А ты что делаешь?

— Приятеля подбросил. Могу и тебя подбросить.

— Нет, спасибо, я маму жду. Она вот-вот должна спуститься.

— Не проблема вообще! Подброшу и твою маму!

— Нет, спасибо

— Я не укушу! — солнечно улыбнулся Лёша и сощурился. — Или боишься потерять от меня голову, м? Влюбишься без памяти и забудешь про моего брата?

Я рассмеялась. Ни в одном сценарии я не могла предположить того, что разлюблю Демьяна. Я в него влюбилась без оглядки на себя, растворилась без остатка…

— Демьян будет против. Я не хочу, чтобы он ревновал.

— А вот это мы сейчас выясним!

Лёша вылез и хлопнул дверью автомобиля. Позвонил Демьяну, включив динамик громкой связи.

— Когда вернёшься?

— Послезавтра вечером, а что? — поинтересовался Демьян, находившийся в другом городе.

— Я твою девушку случайно встретил. Собирается с мамой ехать куда-то. Предложил подбросить их. В общественном транспорте твою красотку будут зажимать… — как ни в чём не бывало сказал Лёша. — Звоню, чтобы ты был в курсе.

— Рин? — спросил Демьян. — Далеко собралась?

— С мамой в магазин.

Демьян помолчал.

— Она без твоего разрешения и шагу не сделает, — вклинился Лёха. — Ну, так что, вызвать им такси или пусть добираются на общественном транспорте?

— Ладно, отвези, — нехотя согласился Демьян и добавил. — Что тебе на этот раз захотелось, Лёха?

— Да, не, я просто так…

— Знаю я, как у тебя просто. Выслуживаешься. Денег надо?

— У меня есть идея!

— А-а-а, понятно. Выслуживаешься всё-таки. Если выслуживаешься, то пусть от тебя будет толк. Будешь таксистом для моей Рин эти два дня. Ясно?

— Так точно! — обрадовался Лёша.

Он был симпатичным парнем и располагал к себе. С ним было легко общаться. Мама вышла в тот самый момент, когда я смеялась над его шуткой.

— Алексей. Друг Карины, — представился он.

Лёша очень сильно понравился маме. Она решила, что это и есть мой парень. Маму было не переубедить!

Мама решила, что Лёша — мой парень. Отмахнулась от клятвенных заверений, что это не так.

— Ма, ты что, не замечаешь, что я с ним, как с другом общаюсь, не как со своим парнем!

— А как ты должна при родителях с ним общаться? Лезть с поцелуями? Ой, всё, дочка… Хороший парень. Видно, что далеко пойдёт! — шепнула мама в торговом центре.

Потом после долгого дня мама пригласила Лёшу к нам на ужин. Лёша держался дружелюбно и по-простому. Хотя не был простым человеком — мажор с гитарой, стоящей больше, чем мебель во всей нашей квартире.

Мама едва не уложила Лёшу с ночёвкой.

— Лёша вообще-то местный, ма. Переночует у себя…

— Проводишь? — подмигнул Лёша и заявил вполголоса. — Мама у тебя мировая. Классная!

— Только считает тебя моим парнем, а ты не опровергаешь! — возмутилась я.

— Ну и что? Парень-то у тебя Дёма. А маме я понравился. Теперь будет тебя без проблем отпускать на ночь к моему брату. В чём проблема? Я облегчил вам жизнь, голубки! — хохотнул Лёша. — Дёма не торопится знакомиться с родителями, да?

— Какое тебе до этого дело?

— Никакого! — мотнул головой Лёша, усмехнувшись. — Я вообще удивлён, что ты до сих пор его девушка. Больше месяца! Побила все рекорды.

— Поставил на нас на тотализаторе? — съехидничала я.

— Ага, с другом поспорил, как долго ты возле Дёмы задержишься.

— И? Как долго по твоему мнению? — спросила я.

Лёха отвёл взгляд в сторону и тряхнул длинной, пшеничной чёлкой, падающей ему на глаза.

— Дёма часто девушек меняет, — уклончиво ответил он. — Ты держишься дольше всех, что я знаю.

— Тебе пора идти…

Я открыла дверь в подъезд. Лёха оказался за спиной и обхватил плечо пальцами. Прошептал, склонившись к уху:

— Только не влюбляйся в него слишком сильно, Карина.

Я сердито посмотрела на младшего брата своего парня.

— Оу! Да не злись ты, я добра желаю… — усмехнулся Лёша. — Просто ты смотришь на него, как на бога. Иногда боги поступают, как в песне. Знаешь?

— Нет, не знаю. Тебе пора….

— Бог устал нас любить. Сплин. Послушай! — посоветовал Лёха.

— Я не слушаю русских исполнителей. Об этом тем более ничего не знаю.

— Да ладно! — удивился Лёха. — Скоро концерт. Приглашаю тебя и… твоего бога! — хохотнул Лёша и хлопнул по плечу. — Всё, расслабься. Я просто шучу, проверяю на стрессоустойчивость. С Демьяном она тебе пригодится.

— Ты надоедливый.

— Даже не начинал надоедать. К тому же я твой таксист на эти дни, забыла?

— Сама справлюсь.

— Ай, как нехорошо получится, если Дёма узнает, что ты его ослушалась. Ты же знаешь, какой он ревнивый…

Я знала, каким ревнивым был Демьян, поэтому пришлось терпеть Лёшу. Он отвозил меня на занятия и забирал.

Но больше не иронизировал и вёл себя, как приятель, извинившись за прошлое поведение.

Я считала, что Лёша ошибается. Демьян ещё не говорил мне слов «люблю», но я чувствовала его любовь. Это было гораздо важнее.

Но оказалось, что кроме любви и страсти в отношениях должно быть кое-что ещё. Доверие.

Доверие, которое оказалось подорвано.

23. Карина

На тот момент я встречалась с Демьяном уже пять месяцев.

Стоял сентябрь, но такой жаркий и сухой, как будто лето решило задержаться ещё на месяц или чуть больше. Демьян как раз уехал из города и должен был вернуться только через день.

Демьян: «Скучаю, Рин. Ты же сидишь дома, хорошая девочка?»

Карина: «Да, Ян. Дома. УЖАСНО скучаю!»

Демьян: «Именно так, КАПСОМ?»

Карина: «Да. И даже больше…»

Демьян: «И никаких блядских приглашений в клуб?»

Подруга Оксана звала меня на свой день Рождения, в клуб. Но Демьян был против. Он не разрешал мне ходить по клубам без него.

Поэтому я вынуждена была отказаться.

Карина: «Никаких. Только ты, Ян. Приезжай скорей и забери меня…»

Я отложила телефон в сторону, поболтала с мамой на кухне. Папа в это время отсыпался после вахты, посапывая под звук работающего телевизора.

Спустя какое-то время зазвонил мой телефон. Оксана. Я звонила ей чуть раньше и поздравляла с Днём Рождения, но сейчас её голос был расстроен.

— Что-то случилось?

— С парнем рассталась! Козёл, блин. Кинул меня на день Рождения. Представь себе, какой подарок!

На заднем фоне было тихо.

— Ты не в клубе?

— Какой клуб, Карин? Меня кинули! Настроение на нуле. Дома я сижу, осваиваю подаренный шейкер для коктейлей… — вздохнула Оксана.

Она решила стать барменом и постоянно угощала коктейлями собственного производства. Набивала руку на своих подругах.

— Приедешь? — с надеждой спросила Оксана. — У меня настроение отстой! Девчонок позвала… Тех, кто в клуб не свалил, конечно.

Я сначала отказалась, но Оксана принялась канючить. В итоге я согласилась. Ничего страшного не должно было произойти, правда?

Я собиралась посидеть немного просто для того, чтобы поднять подруге настроение. Судя по настрою Оксаны, она никуда не собиралась идти.

В квартире Оксаны кроме меня уже сидели ещё две девушки, с которыми мы выступали в группе.

Оксана с самым воинственным видом размахивала шейкером.

— Мне без алкоголя, — предупредила я.

— Придётся персонально для тебя взбивать, ангелочек! — усмехнулась Оксана.

Она ушла на кухню и вернулась через несколько минут с коктейлем, приготовленным для меня.

— Никакого алкоголя! — сказала подруга.

Коктейль был сладким, даже приторным. Оксана пожала плечами, мол, тебе же без спиртного. Через пару глотков я даже привыкла к сладости и перестала обращать внимание.

Разговор со знакомыми девчонками быстро набирал обороты. Мы веселились и смеялись общим шуткам, даже устроили мини-баттл в зале, смеясь.

Градус веселья подскочил очень резко. Мне было смешно буквально от всего. Цвета вокруг сочились яркими брызгами. Было так легко и весело…

— Мне бы домой надо…

— Куда? — возмутилась Оксана. — Время ещё детское. Классно же сидим! Одни девчонки. Ну…

Оксана принялась меня уговаривать и пригрозила, что обидится. Я осталась. Вечер плавно перетёк в ночь. Девочки уже немного опьянели от выпивки. Для меня Оксана готовила отдельно.

После очередной вспышки какого-то буйного, беспричинного веселья я села на диван и жадно пригубила прохладный напиток.

А потом поняла, что комната странно пляшет. Пляшут искорки и цвета наползают друг на друга. Я не могла пошевелиться. Руки и ноги как будто жили отдельной жизнью и очень медленно двигались.

Я решила немного отдохнуть и потом точно поехать домой. На такси… Лёша же таксист, когда Демьяна не было.

Я пыталась отправить Лёше сообщение, но получалось плохо. Кажется, я даже не попадала пальцами в нужные клавиши, а потом отложила в сторону это неблагодарное занятие.

Я прикрыла глаза всего на минуточку. Так мне показалось. Я даже не уснула, а дремала, пока девчонки шумели и галдели, а пол под ногами раскачивался.

Голова немного кружилась, как будто я еду. Чёрт… Меня едва не накрыло волной тошноты, а потом резко и сильно по ушам ударила музыка.

— Карин, не падай, не падай, не падай! — смеялись девчонки. — Во-о-о-он на тот диванчик упадём к красавчикам, да?

Очередной взрыв хохота.

Я едва смогла сфокусировать зрение.

— Где я?

— В клубе! Мы решили, что нечего тухнуть в квартире!

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍— Где именинница?

Я попыталась встать, но едва устояла на ногах.

— Садись…

— Мне плохо, — промямлила я. — Плохо…

Музыка мешала сосредоточиться. Я искала Оксану. Она вихрем села рядом.

— Как я сюда попала?

— Мы в клуб решили поехать, а тебя развезло с одного коктейля. Родителям не стали отвозить. Сейчас быстро протрясёшься, а потом домой! Не бросать же тебя одну! — прокричала в ухо Оксана.

— Нет. Я домой.

— Посиди, сейчас отпустит! — весело пообещала Оксана.

Меня напротив, не отпускало. Вернее, движения стали уже более чёткими, а в голове висела вязкая муть.

Музыка давила прессом и хотелось уйти как можно скорее.

Потом послышались мужские голоса. К девчонкам кто-то подсел знакомиться.

Я опять забылась ненадолго, забившись в угол дивана.

Домой. Как только перестанет так сильно мутить, поеду домой.

Внезапно на колено легла чья-то рука. Незнакомая. Голос грубый и такой же развязный, плывущий.

Мужчина что-то говорит, напирая о желании познакомиться. Пытаюсь собраться: девчонки уже рассредоточились по новым знакомым. Оксана искрит весельем.

Я встала и пошла на выход.

— Ты куда, красавица?

Я не остановилась на окрик.

— Постой, Карин! Ты куда одна? — рядом появилась Оксана.

— Домой. Блин… Мне плохо. Что ты мне давала пить?

— Давай я с тобой! Одну не отпущу! — вцепилась в локоть Оксана.

— Эй, куда так рано? Только познакомились, — заулыбались новые гости за столом.

— Девушка хочет домой! Сейчас спрошу у друга, вдруг подбросит…

Оксана выхватила свой телефон, начала писать что-то.

— Пока не получается. Минут пятнадцать давай посидим? А потом я тебя домой доставлю…

Оксана уговорила меня, но рядом отирался какой-то парень. То трогал за плечи, то предлагал выпить, то нашёптывал сальные комплименты.

— Блин. Говорит, гаишники остановили, надолго застрял! — извинилась Оксана.

— Так в чём проблема? Я вас отвезу! — отозвался парень.

— Кир, ты сам выпивший.

— У меня друг непьющий, правда, Вован? — рассмеялся парень, сидящий рядом со мной.

— Я никуда не поеду с ними, — пыталась отбиться я.

— Карин, ты же не одна поедешь! Я с тобой и Марина тоже домой поедет… Её родители надолго не отпускали!

Оксана усердно выталкивала меня из клуба, подхватила под локоть с одной стороны и повела за собой в сторону парковки.

В голове немного прояснилось на свежем воздухе. Внезапно на талию легла чужая рука. Щеку обжёг влажный поцелуй. Я дёрнулась в сторону и налетела на подругу. Та не удержалась на каблуках и зашипела, подвернув ногу.

Мужские руки резко перехватили меня и развернули. Ладони сползли с талии на задницу. В рот впились чужие губы. Парень прикусил губу, заставив открыть рот. Вторгся языком, разнося привкус спиртного и сигарет…

Я едва могла отбиться от него. Потом услышала разъярённый крик. Знакомый голос. Любимый…

Парня, схватившего меня, резко оттащило в сторону. Я обессиленно привалилась спиной к внедорожнику.

Голос Демьяна. Это он оттащил парня и яростно молотил кулаками, повалил на землю и принялся пинать. Как Демьян здесь оказался?

На шум драки подоспели приятели. Завязалась драка. Рядом с Демьяном возникло ещё одно знакомое лицо — Лёша.

* * *

Драка закончилась через некоторое время. Вмешалась охрана клуба и раскидала противников.

— В машину! — прорычал Демьян.

Поняв, что я едва держусь на ногах, подхватил меня на руки и посадил на заднее сиденье своего автомобиля.

Пробежался пальцами по щекам, задержал лицо в ладонях.

— Ты пила?

— Нет. Нет… Только коктейли без алкоголя.

Меня трясло дрожью. Лицо Демьяна расплывалось красной кляксой. Его тоже задели в драке. Он притянул меня к себе на колени и провёл пальцами по бедру.

— А говорила, что будешь сидеть дома, хорошая девочка, — усмехнулся Демьян.

Скользнул пальцами выше и внезапно застыл.

— На тебе нет даже белья! — рыкнул он. Резко ссадил меня с себя.

Я глупо провела пальцами по ногам. На мне нет трусиков. Как?!

Демьян пощёлкал пальцами у меня перед лицом, потом начал рыться в моей сумочке.

— Коктейль без алкоголя? А это, блядь, что? — он потряс пакетиком с двумя круглыми таблетками. — Видимо, чтобы было веселее?

— Это не моё!

— Не твоё?

Демьян вылез из автомобиля, громыхнув дверью. Потом сел за руль. Завёл автомобиль. Он вёл резко и быстро, гонял по ночному городу…

Меня сильно мутило. Я сползла на сиденье и просто ждала, пока меня отпустит.

Чёрт знает что произошло!

Оксана решила подшутить или на самом деле решила, что повеселиться в компании — самая подходящая идея?

Через какое-то время я поняла, что машина уже не едет. Демьян остановил автомобиль на трассе и вышел. Я вылезла следом за ним. Под мышкой у него была моя сумочка.

В руках телефон.

— Я не знаю, как это произошло…

— Серьёзно? И где ты оставила свои трусы тоже не помнишь? — взревел Демьян.

Толкнул меня спиной к внедорожнику и размахнулся. Я зажмурилась от страха. Он долбанул кулаком по корпусу автомобиля. Бил и бил, потом резко отошёл.

— Это тоже… не твоё? Глаза открой!

Демьян сунул мне под нос телефон. Там были фотографии, сделанные в автомобиле. Я и девчонки. Фотографии размытые, сделанные при езде, когда камера не может сфокусироваться и руки дрожат…

— Шлюха.

— Я не виновата!

— Да? — зло рассмеялся Демьян. — И клуб… тот самый, в который ты хотела пойти с Оксаной. Решила прошвырнуться, пока меня нет? А я, блядь, приехал. Быстрее. Как ты и просила! К тебе…

На скулах Демьяна ходили желваки.

— О!.. И это, конечно, тоже писала не ты, да? «Забери меня!» Лёше, блядь, хотела написать. Но не успела отправить. Лёша? Лёша, на хуй? Ты и с ним ебёшься? Или он ждёт своей очереди? Прикрывает тебя, да? Дрянь!

Я пыталась оправдаться. Но Демьян не слышал меня. Он видел факты. Я — пьяная и почти ничего не соображающая. Без белья. В руках другого мужчины. Сообщения и фото… Всё было против меня. Всё!

— Хороши таблетки, да?

— Они не мои.

— Не твои? Или твои, но просто от головы?

Демьян закинул таблетки себе в рот.

— Ну что, ждём?

— Демьян, пожалуйста, выслушай меня! Пожалуйста!

Я пыталась его обнять, но он отшатнулся от меня и отбил протянутые руки.

— Я не виновата. Я всё сделаю, чтобы доказать тебе это… Я не знала, что в коктейль что-то добавили. Он был без алкоголя!

— Но так даже веселее, правда? — рассмеялся Демьян. — Какая же ты дрянь, Рин! Дрянь! Такая же шлюха!

Демьян зло расхаживал вокруг автомобиля, дёргал рукава рубашки, сорвав запонки. Я ходила за ним следом, умоляя простить и дать мне шанс всё исправить.

Внезапно он остановился.

— Шанс? Хорошо… — Демьян ослабил петельку ремня и прислонился к автомобилю. — Отсоси мне. Хорошенько отсоси и дай себя поиметь. Хочу выебать свою злость. Потом я решу, как быть.

Я застыла, дрожа. Прохлада уже кусала оголённые плечи. Ноги ныли от босоножек.

— Долго думаешь. Время истекает.

— Здесь?

— А чем тебя не устраивает здесь и сейчас? — рявкнул Демьян.

Мимо нас пронеслась машина.

— Я жду… — скучающим тоном произнёс он, расстегнул ширинку и освободил потяжелевший член. — Твой шанс на прощение находится на конце моего члена.

Я так сильно боялась потерять Демьяна, что восприняла всё за чистую монету. Ни капли гордости и самоуважения. Ничего. Только желание во что бы то ни стало остаться с ним.

Поэтому я опустилась на колени и закрыла глаза.

— Глубже! — скомандовал он, когда я погрузила головку члена в рот. — Быстрее! Блядь, соси, ты это умеешь!

Демьян был зол. Сыпал матами и оскорблениями, понукая меня. Не мог совладать с яростью, потом жёстко зафиксировал мою голову и принялся долбиться, не щадя, до самой глотки.

Моё состояние всё ещё было не очень хорошим. Я едва не подавилась, сработал рвотный рефлекс и пошли спазмы.

Демьян отстранился, давая отдышаться. Потом резко поднял меня и прижал лицом к холодному стеклу автомобиля. Пристроился сзади и всадил член до упора, выматерившись, что сухая.

Его резкие толчки причиняли боль, но потом она ушла. Низом живота разлилось томление по нему и радостное узнавание.

Под закрытыми глазами расплывались пятна. Кто-то просигналил, проносясь мимо…

Плевать.

Были только мы — частое дыхание и грязный секс. Бешеный, одержимый.

Демьян кончил, выплеснув сперму на мои ягодицы. Мне до пика не хватило совсем немного. Но он не собирался дарить мне наслаждение. Одёрнул платье.

Через несколько секунд Демьян заталкивал хрустящие купюры за вырез моего платья.

Похлопал по щеке и застегнул ширинку брюк.

— Молодец. Отработала, как надо. Настоящая шлюха! — процедил сквозь зубы.

— Демьян?

Я едва держалась на ногах. Он всунул мне в руки сумочку и обошёл автомобиль. Захлопнул дверь. Я беспомощно дёрнула ручку с пассажирской стороны — закрыто.

Стекло медленно поползло вниз.

— Д-д-демьян? — выкрикнула я.

Не верила, что он может оставить меня здесь. Одну.

— Доберёшься автостопом. Деньги у тебя есть. Или можешь расплатиться другой валютой. Своей ебливой щелью и брехливым ртом.

Демьян захлопнул дверь автомобиля. Машина резко сорвалась с места.

Я осталась одна. Глубокой ночью. Посреди трассы.

24. Карина

Так страшно и горько мне не было ещё ни разу. Автомобиля Демьяна и след простыл. Паника подкатывала к горлу. Обхватила ледяными щупальцами, мешая дышать. Я начала задыхаться и беспомощно скребла ногтями шею.

Приступ паники длился долго. Или несколько секунд — не знаю.

Но казалось, что под ногами разверзлась бездна.

Я чувствовала себя грязной и использованной. Не знала, где я находилась. Куда идти?

Прошла в направлении, противоположном движению автомобиля. Брела по краю трассы, пытаясь понять хоть что-то.

Я дико боялась, что одна из проезжающих машин остановится.Я жалась к обочине и вздрагивала от каждого сигнала. Крепко вцепилась пальцами в сумочку.

Телефон в руках был бы спасением… Но я не знала, где нахожусь и боялась остановить хотя бы одну машину. Рыдала и брела, не разбирая дороги, пока не оступилась. Потом сняла босоножки, понесла их в руках.

С одной стороны дороги увидела указатель с разметкой, что до города двенадцать километров. Вытащила телефон. Недавно пришло сообщение от Лёши.

Лёша: «Карина! Ты в порядке? Демьян слетел с катушек. Ответь, Карина!»

Я позвонила ему и, рыдая, еле сообщила, что я где-то за городом.

— Успокойся, Карин. Не плачь. Я видел, куда Дёма сорвался, но потом, блин, отстал немного. Я понял, где ты. Скоро буду!

Я немного успокоилась, но потом вздрогнула. Позади замерла машина. Я обернулась. Водителя не было видно — фары слепили. Я дёрнулась на месте и пошла вперёд. Машина медленно тронулась следом за мной.

Как в кошмаре. Машина следовала за мной. Я перешла на бег и хватала воздух ртом. Машина не отставала.

В какой-то момент я начала кричать, истошно вопя от страха. Метнулась в сторону дороги, но по глазам полоснул яркий свет фар. Я споткнулась, упала и содрала колени до крови.

Послышался визг тормозов.

— Бля, ты меня напугала! Под машину едва не бросилась! Карин!

Это был Лёша. Он опустился на землю и притянул меня к себе. Обернул теплом рук.

Успокаивал и гладил по волосам. Говорил что-то. Не понимаю, что. Была не в состоянии разобрать смысла его слов. Меня трясло. Я не могла вымолвить ни одного слова.

Лёша поднял меня и отнёс в свой автомобиль. Положил на заднее сиденье и сидел рядом, пока меня немного не отпустило.

— Боже, что он с тобой сделал? Домой тебе нельзя. Меня же считают твоим парнем и сразу же упекут за решётку, обвинив в измывательстве! — хмуро пошутил Лёша. — Отоспишься у меня в квартире, идёт? Я твоей маме позвоню и скажу, что ты у меня.

Я не могла ни возразить, ни согласиться.

Оказавшись в квартире Лёши, дала отвести себя в просторную ванную.

— Тебе надо умыться.

Лёша дотронулся до платья.

— Нет! — отбила его пальцы.

— Спокойно. Я просто хочу помочь. Я сейчас отойду…

Парень отошёл к двери.

— Вот видишь? Отошёл. Я включу тебе душ и принесу одежду. Хорошо?

Лёша действовал быстро, но движения были плавными, чтобы не напугать меня. Положил одежду на корзину для белья и вышел.

Я опустилась на пол душевой кабины. Сидела, омываемая водой, без единого движения.

Как быть? Всё кончено…Я не смогу жить без Демьяна. Не смогу…

— Карин? Нормально всё?

Лёша распахнул дверь, уставился на меня. Я прикрыла грудь руками.

—Извини. Уже выхожу, — выдохнул облегчённо парень и отвернулся. — Просто ты уже почти час сидишь. И ни единого звука.

— Час? — одними губами спросила я.

Лёша вышел. Я умылась и посмотрела в зеркало, не узнав себя в девушке с опухшими глазами и губами, искусанными в кровь…

Лёша поджидал меня у ванной.

— У меня всего одна кровать. Ложись. Я на полу себе постелил…

Потом смерил меня странным взглядом.

— У тебя волосы мокрые. Давай просушу.

Лёша усадил меня в кресло и достал фен и расчёску с крупными зубьями.

— У тебя есть фен и расчёска? — машинально спросила я, хотя мне было всё равно.

— Есть. У меня бывают девушки, — отозвался Лёша, осторожно начав распутывать мокрые волосы.

Он помолчал немного, а потом спросил:

— Карин, а зачем ты в клуб поехала? Скучно стало?

— Это не я… Не я! — разрыдалась, уткнувшись в ладони.

— Блин, Дёма сейчас бешеный. Этого стоило ожидать. Приятель говорит, что он в одном из старых клубов по полной программе отрывается. От него тёлки с визгом убегают — подойти страшно…

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍— Замолчи!

— Тихо-тихо, Карин…

— Мне надо с ним поговорить!

Лёша стиснул плечи пальцами.

— Сейчас тебе нужно держаться от него подальше. Он в бешенстве. Пусть перебесится! Хорошо? И не появляйся одна рядом с ним. Вдруг перемкнёт? Может и ударить. У него рука тяжёлая. Я буду с тобой, хорошо?

Лёша говорил и успокаивал, потом высушил волосы и расчесал — волосок к волоску. Накрыл пушистым одеялом, а сам лёг на пол, как и обещал.

Только я долго не могла уснуть. А когда засыпала, мне снился один и тот же кошмар. Я просыпалась, с замершим криком на губах. Маялась, засыпала и опять ныряла в страшный сон.

Пока не поняла в очередной раз, что меня обнимает Лёша, гладя по плечам.

— Ты громко кричишь во сне. Кошмар? Дать снотворное?

— Да-да-да…

Я провалилась в забытье. Не знаю, сколько оно длилось. Проснулась от громкого голоса… Демьяна.

— Красота, блядь.

Демьян стоял возле кровати, пошатываясь.

Я села в кровати. Рядом протирал глаза сонный Лёша. Он намучился со мной и тоже плохо спал ночью. Судя по яркому свету в комнате, сейчас время перевалило за полдень.

— Заебись ты быстро по членам перебираешься! — пьяно выплюнул Демьян.

Он презрительно смерил меня взглядом. На мне была длиннющая футболка Лёши и его боксеры.

— Дёма, не пори горячку. Это не то, что ты думаешь! — попытался объясниться Лёха.

— Ага. Мне же пять лет. Я верю в чудеса. Верю в хороших домашних девочек, не пьющих, но трахающихся по клубам. А ты, Лёха…

Демьян прошёлся по просторной комнате и остановился посередине.

— Ты как обычно подобрал за мной объедки. Она любит давать в задницу, кстати. Пользуйся. Но… — Демьян пнул ногой стеклянный столик и обвёл рукой стены. — Это всё куплено мной. Останешься с ней — забудь о помощи. Ясно?

— Ян, выслушай меня. Пожалуйста! Это… — выпалила я.

— Ты раскрыла рот не по назначению, шлюха! — рыкнул Демьян.

— Дёма, свали по-хорошему, а?

— Свалить? Да-а-а, похоже, ты не понял! Остаёшься с этой блядью — сваливаешь отсюда ты.

— Она не блядь. Ты не соображаешь, что мелешь.

Демьян зло рванул мятый ворот рубахи.

— Соображаю. Ты с ней?

— Да. В отличие от тебя и несмотря ни на что! — воинственно заявил Лёша.

— Тогда у тебя есть время до шести часов, чтобы освободить квартиру. Это… — пробормотал Демьян, пытаясь сфокусировать зрение на циферблате часов. — На это у тебя остаётся ровно два часа, брат.

— Я готов свалить отсюда через полчаса, брат, — в тон ему ответил Лёша. — А теперь выйди и закрой за собой дверь…

25. Карина

ЧАСТЬ 3. ВТРОЁМ

(настоящее время)

Мы покинули базу отдыха. В дороге я всё же забылась сном. Неровным и шероховатым, шепчущим непристойности прямо в уши.

— Отдохнула хотя бы немного? — спросил Лёша.

— Да, — голос был немного хриплый после сна.

— Домой?

Я сначала согласно кивнула но потом подумала, что наша новая спальня уже отравлена присутствием брата мужа, а стены запомнили слишком многое.

Лёша остановил автомобиль возле подъезда и помог выбраться из машины.

Приобнял за талию, заглядывая в глаза.

— Давай не будем думать о плохом? Хочешь, пойдём погуляем? Подышим свежим воздухом?

— Нет. Давай лучше займёмся чем-нибудь другим?

Глаза мужа загорелись огоньком желания. Но мне совершенно не хотелось отвечать на его немой призыв к сексу.

— У нас столько неразобранных коробок с вещами, — предложила я.

— Ладно. Договорились!

Лёше очень сильно хотелось бы стереть из меня память о прикосновениях Демьяна, перекрыть порочный рисунок его следов — своими.

Но я сейчас чувствовала себя, как накренившаяся на один бок башня — толкни совсем немного и рухну.

Мне нужно было занять себя чем-то другим.

Бытовые дела для этого подходили как нельзя лучше. У нас была куча не распакованных коробок с вещами и посудой. Каждую мелочь нужно рассмотреть и поставить на своё место.

Я забивала каждый день с самого утра до ночи разными делами. Мы даже переставили мебель по-другому.

Поздно вечером упали на кровать почти без сил и мгновенно заснули.

Вернее, муж заснул мгновенно, а у меня сон был неспокойный и прерывистый. Опять мучать бессонница.

Я потихоньку встала с кровати и бродила по квартире, как привидение, смотря на спящего мужа. Его совесть была чиста, а меня глодало чувством вины. На глаза попадался мой телефон. Я попыталась воспроизвести по памяти последнее сообщение Демьяна.

В голове начал мелькать счётчик. Какие цифры были у нового номера Демьяна? Старый номер я до сих пор помнила наизусть, хоть он уже давно отключён.

Чёрт. Карина, стой.

Это уже реальная болезнь.

Послышался шорох шагов. Это был муж. Лёша проснулся и нашёл меня, мягко обнял за плечи.

— Пойдём. Ты уснёшь рядом со мной, обещаю.

— Не получается, — я растёрла ноющие виски. — Уже которую ночь не получается. Засыпаю совсем ненадолго и просыпаюсь.

Муж поцеловал меня в лоб и в щёки.

— Девочка моя, не накручивай себя. Давай ты выпьешь успокоительное? Тебе полегчает сразу же.

— Нет, Лёш.

— Уверена?

— Уверена, что если выпью таблетки, то не усну, а вырублюсь. Мне нужно не это, Лёша.

Внезапно я порывисто обняла мужа, стискивая изо всех сил.

— Прости меня. Я сама не знала, что творила тогда. И…

— Ш-ш-ш-ш… Не будем говорить, идёт? Было и прошло. Пойдём. Я знаю способ, как измотать тебя так, чтобы ты гарантированно устала и уснула.

Муж повёл меня в спальню. Я знала, что он хочет меня, и уступила ему. Его рукам и губам, старательному языку. Сама опустилась на колени, чтобы взять в рот потяжелевший член и вобрать как можно глубже.

Вдохнула его запах. Это мой мужчина. Мой… Он любит меня и заботится. Терпит перепады моего настроения и даже простил преступную близость с другим мужчиной. Втроём…

Чёрт.

На этой мысли меня начало скручивать вожделением. Секс стал намного острее и прянее.

Лёша, почувствовав, что я разогрелась, поменял позу. Он развернул меня к себе спиной. Вонзился глубокими и жадными толчками. Потом внезапно начал надавливать пальцем между ягодиц.

— Лёша?

— Нравится?

— Да!

Меня выгнуло от волны удовольствия. Лёша ритмично и быстро двигал пальцем в моей попке, растягивая меня. Присоединил ещё один палец и начал таранить, вызывая приятные ощущения где-то внутри меня.

— Ещё! — попросила я.

Он не в первый раз хотел взять меня так. Поняв, что подготовил меня достаточно, Лёша вынул член, влажный от моей смазки, и прижался к попке.

Он давил медленно, но не переставая. Большим пальцем ласкал пульсирующий клитор, а двумя другими погружается в лоно. Задевал все чувствительные точки, заставляя дрожать и прогибаться, чувствуя наполненность им.

Анальный секс с Лёшей для меня не в новинку. Но сейчас, когда он так яростно брал меня, я получала больше удовольствия, чем когда-либо.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Я жадно сжималась вокруг пальцев мужа, понимая, что хочется… большего, чем просто пальцы.

В моём воображении мужских рук на теле было не две, а четыре. Это снова обман, измена в голове.

Мысленно я была распята между двумя мужчинами.

Мне страшно остаться наедине с тем, кого сейчас нет рядом.

Страшно окончательно сойти с ума. Можно лишь пробовать это сумасшествие крохотными порциями на расстоянии. Или в фантазиях, как сейчас…

Внизу живота начала скручиваться тугая пружина и резко распрямилась, затопляя тело желанным облечением.

— Я-я-я… — простонала, едва успевая перехватить короткое прозвище брата мужа.

Я — его Рин, а он — мой Ян.

Это обрывки наших имён и нечто большее, чем просто несколько букв.

Едва не выдала себя с головой, но успеваю перестроить слово в порочное признание на глубоком выдохе:

— Я кончаю…

Лёша обхватил меня за бёдра и сделал последний, жестокий толчок. Выплеснулся внутрь с животным рыком и накрыл своим телом.

Он распластал меня на кровати, целуя. Потом перевернул меня на спину, согрел губы горячим дыханием и внезапно задал вопрос:

— Нас было трое?

Я замерла, не зная, что ответить Лёше. Мне не хотелось ни обманывать его, ни причинять ему боль.

Я боялась опять увидеть в глазах мужа то самое обвиняющее выражение. Он стольким пожертвовал ради меня…

Когда случился разрыв с Демьяном, Лёша находился рядом и отогревал своей заботой и теплом.

Демьян ушёл в длительный и пьяный загул, отправившись кутить на острова и вытрахивать из себя злость.

Когда он вернулся, Лёша подобрался преступно близко ко мне и не скрывал своих желаний. Он так часто находился рядом со мной, что родители по умолчанию считали Лёшу уже не просто моим парнем, ноженихом.

Демьян посчитал меня очередной эстафетной палочкой, которая после расставания перекочёвывала в постель его младшего брата.

Так и было раньше — Лёша сам мне об этом рассказывал.

Но то, что происходило между нами, не подходило под ранние случаи.

Между нами не происходило ничего. Ничего, кроме поцелуев и объятий.

Первый секс с Лёшей у меня случился почти спустя полгода после разрыва с Демьяном.

Но это было позднее…

А на момент возвращения Демьяна я чуралась даже поцелуев, но Лёша держался рядом так, словно между нами уже были очень близкие отношения и упрямо называл меня своей девушкой.

Демьян тогда взбесился… Родители Демьяна незадолго до трагической гибели составили завещание. По нему всё имущество переходило старшему брату. Раньше Демьян собирался отписать своему брату часть имущества.

Но однажды он заметил меня и Лёшу,гуляющими по торговому центру вдвоём.

Лёша выклянчивал поцелуй и был так убедителен, что я позволила ему поцеловать себя и даже ответила на собственнические толчки его языка у меня во рту.

Демьян видел всё. Он взбеленился и сказал, что не отдаст брату ни копейки, если тот продолжит встречаться с подстилкой.

Демьян нарочно говорил обо мне в третьем лице, словно меня не было рядом.

Я не знаю, чем это было, проявлением ревности или Демьян на самом деле считал, что со мной лучше не связываться.

Но был факт условия, выставленного Лёше.

Демьян думал, что младший брат, как всегда, прислушается к его словам. Но Лёша заупрямился.

Я не была его девушкой на тот момент и не отдавала ему и десятой доли того тепла и заботы, которыми он окружил меня. Но Лёша послал Демьяна. Коротко и зло. Посоветовал подавиться деньгами.

Демьян был удивлён, но от своих слов не отступился. Он оставил его ни с чем, заявив ехидно, мол, посмотрю, как твоя шлюха будет сосать за «бесплатно».

Он говорил много и грязно, так обидно, что мне было физически больно слушать его слова.

Лёша закусил удила и начал новую жизнь мажора, внезапно оставшегося без привычного денежного подспорья в немалом размере.

Пожалуй, это было лучшим доказательством его чувств ко мне.

Я решилась ответить ему и с удивлением обнаружила, что в мире существует мужская ласка без рук и губ Демьяна.

Демьян приучил меня к любви пошлой и грязной, откровенной и на грани.

Лёша показывал другую сторону одержимости — мягкую и обволакивающую с головой. Но и он умел срываться, быть жёстким и напористым. И честно говоря, когда он был таким, мне нравилось намного больше.

Во мне говорила тоска и жажда других прикосновений, но я упорно обманывала себя, что это не так.

Говорила себе, что уже не болею, а нервный срыв и бессонница — это просто наговоры.

Случайная встреча в клубе открыла мне глаза на собственные чувства.

26. Карина

Лёша вытащил меня немного развеяться, целовал и постоянно трогал, давая понять всем, что я принадлежу ему. Отвечая на его поцелуй, я внезапно почувствовала, что меня заживо сжигают взглядом.

Словно током по оголённым нервам — на меня в упор смотрел Демьян и посмеивался.

На его коленях сидела Оксана, моя подруга. Оседлала его верхом и пошло двигала бёдрами, елозя промежностью.

Демьян улыбнулся и что-то шепнул Оксане, столкнув её с колен. Она начала целовать его мощную шею, облизывая языком, и опустила руку, расстёгивая джинсы.

Демьян послал мне последнюю торжествующую улыбку и надавил ладонью на голову подруги, указывая ей путь вниз.

Мне стало противно находиться с ними в одном зале. Оксана собиралась отсасывать ему, не стесняясь галдящей толпы. Ему было плевать на посторонних — Баринов любил грязь.

— Лёша. Давай уедем? Прошу? — позвала я парня.

— Мы же только приехали! Давай повеселимся?

— Здесь так шумно и много народа. А я хочу…

Лёша пристально взглянул мне в глаза. Его взгляд загорелся огоньком желания. Я улыбнулась и сама потянулась к нему, целуя отвязно и жадно.

— Я хочу вдвоём, — простонала Лёше в рот.

Я не понимала, на самом ли деле я хочу его или просто хочу показать Демьяну, что есть жизнь после него. Я не сломалась и продолжаю чувствовать.

Лёша обрадовался и мгновенно утащил меня за собой. В ту ночь мы впервые переспали. Он кончил очень быстро. Едва успел погрузиться, сделал несколько толчков и кончил мне на низ живота. Рухнул сверху, пьяно шепча:

— Извини. Ты меня измотала своими отказами… Я так давно хотел тебя. Но теперь я тебя замучаю, — пообещал Лёша.

Я улыбнулась и убежала в душ, чтобы привести себя в порядок. Долго глотала слёзы, стоя под обжигающе горячими струями воды.

Нужно было жить дальше…

Шанс на новую жизнь терпеливо дожидался меня в спальне съёмной квартиры.

* * *

В ту ночь Лёша исполнил свою угрозу в жизнь. Он не замучил, но просто затрахал меня так, что я проспала большую часть следующего дня.

Проснувшись в районе обеда, я спохватилась, что родители беспокоятся за меня. Приготовилась выслушивать упрёки и успокаивать, что со мной всё в порядке.

Лёша остановил меня объятием и усадил на кухню, расставив на узком столе завтрак, заказанный в модной кофейне.

Хрустящая выпечка и ароматный кофе с ванильным сиропом. Всё то, что я люблю.

— О родителях не переживай. Я позвонил им вчера и предупредил, что ты останешься у меня.

— Когда? — удивилась я.

— Пока ты была в душе. Я сказал, что теперь ты часто будешь ночевать вне дома.

— Ха. Ты отчаянный. Они согласились?

Лёша подтолкнул в мою сторону коробочку, украшенную лентами и живыми цветами. В такие укладывали макаруны или миниатюрные кексы, преподнося в подарок.

— Согласились, — улыбнулся Лёша и открыл крышку. — Надеюсь, что ты тоже согласишься…

— На что? — глупо спросила я, но в глубине души уже знала ответ.

Сияющий взгляд Лёши пробирал до мурашек и говорил очень многое. Я перевела взгляд на содержимое коробки.

Среди макарун приютилась бархатная коробочка. Раскрытая. В ней лежало обручальное кольцо с бриллиантом.

— Выходи за меня?

Лёша поднялся со стула, но только для того, чтобы опуститься на колени возле стула и протянуть мне коробочку с кольцом.

— Лёша…

— Я тебя люблю, Карина. Ты мне понравилась сразу. С первого дня. Я всё это время мечтал о тебе. Продолжаю мечтать. Хочу тебя. Нам хорошо вдвоём. Я…

Он перевёл взгляд на мои губы.

— Моей любви хватит на двоих. Я заражу тебя, вот увидишь. Мне всегда говорили, что я заразный, — закончил он с улыбкой и шуткой, получившейся немного нервной.

Лёша сглотнул.

— Твои родители не против, — сообщил он.

Лёша нравился моей маме, а папа по умолчанию был согласен с её мнением.

— Ты спросил и у них?

— Да. Осталось только твоё «да». Не убивай меня отказом? Прошу…

Я растерянно смотрела на Лёшу. Он уже достал кольцо и держал его. Пальцы немного тряслись. Он сильно нервничал и по-настоящему боялся меня потерять.

Я сама не поняла, как ответила «да».

В моей жизни тогда было много ломкого арктического льда.

А мне хотелось тепла, света, обещания весны и любви.

Всё это было в Лёше.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍— Да…

— Люблю тебя. Люблю… Ты не пожалеешь! — с энтузиазмом выпалил Лёша и натянул кольцо на мой палец.

Потом жадно поцеловал меня в губы, а через пару минут он уже стягивал с меня трусики, подтолкнув к самому краю стула. Устроился между широко разведённых бёдер и закинул одну ногу себе на плечо.

Лёша провёл языком, погладив клитор, и начал ласкать меня, помогая пальцами. Я откинулась на спинку стула, отпустив себя.

Это секс…

Просто секс… Он может быть хорошим, с гарантированной, желанной разрядкой, несмотря на то, что сердце валяется в грязи, растоптанное другим мужчиной.

* * *

Спустя семь месяцев после разрыва с Демьяном я вышла замуж за его младшего брата.

Неожиданно Демьян появился на свадьбе. Поначалу он вёл себя вполне пристойно и ничем не обращал на себя внимания, только подливал спиртное и глотал его, как воду.

Но потом его понесло. В перерывах между конкурсами он утащил в подсобку подружку невесты.

Не нужно было долго гадать, чем они занимались. Подружка вышла запыхавшаяся, раскрасневшаяся с поплывшим взглядом — оттраханная Демьяном.

Тост…

Тамада не сумел отобрать микрофон, и Демьян всё-таки пожелал долгих лет совместной жизни главной шлюхе года и её мужу-неудачнику.

Аппаратуру отключили, но в мёртвой тишине, воцарившейся в зале, слова Демьяна были хорошо слышны всем.

Лёша не выдержал и кинулся на брата. Огромный свадебный торт полетел на пол и был испорчен.

Это и дракой было нельзя назвать — Лёша просто молотил брата, а тот пьяно смеялся до икоты и кривил разбитые в кровь губы в усмешке…

Мы уехали в свадебное путешествие сразу же после свадьбы. Родители подарили нам путёвку к бирюзовым водам океана и белоснежному песку.

Когда мы вернулись, Демяьна уже не было. Он выставил действующий бизнес на продажу и умотал за границу.

Прилетел только когда удалось найти покупателя по заведомо заниженной цене. Он распродал весь родительский бизнес и улетел в Штаты.

Потом я не видела его до наступления памятной новогодней ночи, когда Лёша предложил мне Демьяна в качестве подарка.

Всё это проносится в моей голове за считанные секунды.

От Демьяна — только одни осколки и шипы, обращённые остриями внутрь.

Боль и слёзы. Грязь слов и намерения, пошлые и пачкающие, унижающие.

Но я не опровергнуть слова Лёши, что нас было трое.

Нас всегда трое. Я, Лёша во мне и Демьян в моих мыслях.

Как-то Лёша пошутил, что он заразный. Но заразным был не он, а его старший брат. Демьян стал для меня неизлечимым, смертоносным вирусом, от которого не получилось избавиться…

* * *

— Карин. Не молчи. Прошу. Я заслуживаю знать правду… — требовательно сказал Лёша, заставляя вынырнуть меня из своих мыслей.

— Я не хочу тебя обижать.

— Ты обижаешь меня, отмалчиваясь, — усмехнулся Лёша. — Он был с нами. Вот здесь, да?

Лёша ласково дотронулся до моего лба.

Я молча кивнула, прошептав:

— Прости…

— Ты всё ещё не определилась, да? Значит, нужно помочь тебе это сделать.

27. Карина

Слова Лёши не выходили у меня из головы. Понятия не имею, что он собирался этим сказать, но взбудоражил невероятно сильно.

Хотя в следующие два дня мы вели себя так, словно не было сказано ничего.

Мне даже показалось, что я сама себе всё придумала…

В один из дней я возвращалась домой к маме. В руках была кошачья переноска с Пухлым.

Мама уехала на пару дней к сестре в гости и попросила меня присмотреть за её котом. Мне показалось, что Пухлый слишком вялый, поэтому я отвезла его на осмотр.

Ветеринар прописал витамины и посоветовал подержать толстяку диету, запретив подкармливать его вредными вкусностями с основного стола.

— Теперь тебе официально посоветовали похудеть, — сказала я коту, сердито сверкавшему глазами из дальнего угла переноски.

Я без приключений добралась до дома мамы.

— Кое-что не меняется, да?

Я застыла, узнав мужской голос.

— Демьян?

Боялась повернуться к нему лицом и спокойно поставила переноску на лавочку, доставая ключи из кармана.

— Я думала, что ты улетел.

— Должен был. Но остался.

Демьян обошёл меня и встал передо мной.

— Догадываешься, почему?

— Нет, — слабо улыбнулась и открыла дверь. — Подай переноску с котом, пожалуйста.

Демьян молча повиновался и пошёл следом за мной.

— Знаешь, я тебя не приглашала, — проронила, открывая дверь квартиры родителей.

— Знаю. Но я наглый сукин сын.

Шагнул следом, подавляя сопротивление видом своей мощной, мускулистой фигуры. Я вздохнула и выпустила кота.

— Беги, Пухлый.

Кот пулей выскочил из переноски с такой скоростью, словно у него ничего не болело вообще.

Я развернулась и посмотрела старшему брату мужу в глаза.

Это надо было сделать — выдержать шторм его взгляда и сказать, чтобы он убирался прочь из моей жизни.

Прочь из моей головы!

Босиком, кувырком,

С чемоданом в руке или без чемодана в руке

Налегке, вдалеке,

Пока я по тебе не проехал катком.

Это Сплин. Я не люблю Сплин. Но Лёша слушает. Поэтому я некоторые песни знала наизусть и сейчас крутила в голове строчки, чтобы не думать о близости Демьяна.

Демьян обвёл коридор взглядом и порочно усмехнулся. Стремительно приблизился ко мне, прижав к стене.

— На меня нахлынули воспоминания…

Провёл языком по шее, заставляя дрожать. Обхватил мочку уха губами, посасывая.

— Помнишь, как это было в первый раз?

Его пальцы проворно расстёгивали пуговицы пальто.

— Я не вытерпел и приехал к тебе, застав тебя в смешной футболке с единорогом и в коротких шортах. Всю дорогу крутил мысли в голове, как буду вертеть тебя на своём члене, вбиваясь до самых яиц.

Демьян прижался бёдрами, посылая вверх эрегированный член.

— Ехал с адским стояком всю дорогу…

Шептал непристойности на ухо, а его пальцы уже задирали платье до талии, спуская плотные колготы.

— Я едва не спустил в штаны, лаская тебя. Помню твои острые соски и твои насквозь мокрые трусики…

Он начал нажимать на вход через ткань трусиков, постанывая мне в ухо.

— Ты опять мокрая. У меня член колом стоит от адски горячих воспоминаний. Помнишь, как я трахнул твою попку?

Я задохнулась от возбуждения и простонала:

— Ненавижу тебя! Уйди!

— Врёшь, Рин.

Демьян сдвинул в сторону мокрое бельё и резко всадил в меня два пальца, начав двигать ими быстро и жёстко. Потом согнул их, надавливая на приятные точки внутри.

— Ты меня хочешь! Так же, как я тебя, Рин!

— Это просто секс! Я с Лёшей испытываю тоже самое!

Он не дал договорить — заткнул рот поцелуем. Остервенело двигал пальцами. Собрал пальцами левой руки влагу и толкнулся между ягодиц. Начал надавливать и растирать узкое колечко. Податливое и отзывающееся на его прикосновения.

Прошло всего каких-то жалких минуты две или три. Но он уже трахал мой рот языком и всаживал пальцы в попку и в текущее лоно.

— Мокрая моя. Голодная! Да… Ри-и-и-ин! Дашь мне свою попку ещё раз? Я хочу кончить в неё.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍— Нет!

— Ты вот-вот кончишь. Я чувствую, как твой оргазм подступает…

Демьян ускорил движения и за мгновение до пика замедлился, лишая разрядки. От разочарования я простонала вслух.

— Ты же знаешь, что со мной это нечто большее, чем просто секс.

Опять вглубь мучительно медленно.

— Знаешь. Ты хочешь меня! Тебе мало Лёши. Всегда будет мало моей копии. Дашь мне в попку?

Я закатила глаза, едва контролируя себя. Потянулась к его ширинке и расстегнула, освободив горячий, потяжелевший член. Обхватила ладонью и провела пальцами вверх и вниз.

Пьяно посмотрела в глаза, понимая, что он подстраивается под мои движения.

— Хочу кончить, — попросила. — Дашь мне это? Умоляю…

— Да! Твою мать, Рин. Да!

Я ускорила движения пальцев, хватала обжигающий воздух прямиком из его губ.

— Быстрее, Ян… Быстрее.

Он исполнил мою просьбу. Жёстко имел меня пальцами. Мои бёдра тряслись в ожидании скорой разрядки.

Лицо Демьяна застыло в пытке удовольствием. Он хотел того же, что и я. Мучительно и болезненно хотел.

Я поняла это очень остро сейчас и ощутила, что не только он властен надо мной, но и я могу отзеркалить ему тем же.

— Моя девочка!— постанывал Демьян, содрогаясь всем телом. — МояРин!

Извини, Ян, но у твоей девочки Рин зарубцевались раны и превратились в безобразные шрамы.

— Я хочу, чтобы ты трахнул меня. Трахнул в попку так, как ты это любишь! — прошептала я, взвиваясь над его пальцами. Насадилась сама и кончила, заливая влагой мужскую ладонь.

Демьян сделал то же самое мгновение спустя. Толкался членом в мой кулак, замедляясь, и безумно шептал моё имя.

— Но…

Он недоумевающе посмотрел на меня.

— Но я хочу, чтобы и Лёша в этот момент тоже был со мной, — закончила я, переводя дыхание.

— Что?

— Ты — моя боль, Ян, а Лёша — мой анальгетик.

Я вытерла пальцы о костюм Демьяна.

— Ты безумно сильно хочешь меня. Но я дам тебе, только если Лёша будет со мной…

В глазах цвета вечерних сумерек промелькнула тень недоумения. Демьян почти мгновенно придал своему взгляду извечное самоуверенное выражение.

Но я успела заметить миг его колебания. Отметила точку нестабильности и испытала тайное удовлетворение от этого.

— В чём дело, Демьян? — произнесла по слогам. — Лёша не успел поговорить с тобой на эту тему? Мы хотим пригласить тебя быть третьим в постели.

— Да неужели?

— Временно, разумеется, — улыбнулась я.

— Насчёт тебя я даже не сомневался…

Деланно равнодушно пожала плечами.

— Не только тебе хочется горячих каникул. Наверное, Лёша позвонит тебе позднее и обсудит детали.

— Детали? — отозвался лающим смехом Демьян. — Какие детали? В какой очереди мы будем трахать тебя? В какой позе? Сколько раз?

— Лёша тебе позвонит, — повторила я, игнорируя ворох грязных вопросов.

Поправила на себе одежду и открыла замок на двери.

— А теперь прошу тебя уйти. Ты здесь больше не нужен.

Демьян сомкнул челюсти. Ярость в его глазах была физически ощутимой мной.

— Я не нужен тебе, Рин?

— Я кончила. На большее ты не годишься. Лучшее в тебе — это секс.

Демьян приблизился ко мне и обхватил ладонями лицо. Приблизился так, что кроме его глаз больше ничего нельзя было разглядеть.

— Только секс, дрянь?

— Между нами хорошим был только секс. Пусть на нём всё и закончится.

Высвободила лицо из захвата его ладоней.

— До свидания, Баринов Демьян.

— Уверена, что оно будет?

— Возможно, нет. Но, кажется, ты не упустишь шанса потрахаться. Ты же хочешь оторваться на полную катушку. Тройничок подходит для этих целей как нельзя лучше.

Брат моего мужа обвёл меня странным взглядом.

— Никогда раньше я не слышал столько грязи из твоих уст, Рин.

— Ты же ошибался насчёт меня, Ян! — насмешливо произнесла я. — Неужели ты не разубедился в правдивости всех моих слов? Я — брехливая тварь, дрянь и шлюха. Так ты меня называл? Тогда чего же ты ждёшь от меня?

Я толкнула ладонью дверь, открывая её.

— И ведёшь себя сейчас, как шлюха, — процедил Демьян.

— Соответствую твоей картине мира. Не понимаю, почему делаешь вид, будто тебя это задевает. Не задевает же, Ян. Не ври самому себе.

Демьян застыл на секунду, потом жёстко обхватил меня за подбородок и прикусил нижнюю губу. Обжёг остервенелым поцелуем, бросив напоследок.

— Со шлюхами не целуются. Их просто трахают.

Я выдержала эту сцену, почти не дрогнув. Но как только за Демьяном захлопнулась дверь, села на пуф возле двери, прислонившись спиной.

На меня накатило опустошение и громадная усталость, выжавшая все силы.

Я как будто поднялась в гору бегом без передышки, а потом кубарем скатилась до самого подножия.

О щиколотку начал тереться Пухлый, привлекая к себе внимание. Кот выклянчивал корм, как всегда.

Я бездумно почесала кота за ухом.

— Если бы не ты, Пухлый, моя жизнь сложилась бы совсем по-другому, — пожурила я маминого кота, ставшего причиной всех проблем.

Позднее я покормила кота и полила все мамины цветы, которые нужно было полить.

Не сразу поняла, что где-то в отдалении слышится звонок моего телефона.

— Привет, Лёша? Как дела?

— Хорошо, — помолчал и довольно резко спросил. — Ты где?

— Дома у мамы. Я предупреждала, что заеду к ней.

— Не могла бы приехать в клуб? Тут у меня дел невпроворот. Поможешь.

— Конечно, Лёша. Скоро буду.

— Жду, — сухо ответил Лёша и сбросил звонок.

Я поменяла лоток коту и спустилась.

— В клуб к Лёхе?

Я усмехнулась, обернувшись через плечо.

— Ты не уехал?

— Нет. Всего лишь перекурил и позвонил. Брату! — усмехнулся Демьян.

Бесцеремонно вцепился за мой локоть и подтолкнул в сторону машины.

— Я отвезу тебя.

— Не стоит беспокойства.

— Стоит. Не вижу, чтобы ты пользовалась моим подарком, — процедил сквозь зубы. — К тому же…

Демьян намеренно выдержал паузу и помог усесться на пассажирское сиденье. Просто направил своей рукой, задав направление движение. Курс, которому нужно было следовать неукоснительно.

— Хочу обсудить условия аренды твоего тела, — порочно усмехнулся. — Обсудим условия втроём.

Теперь я поняла причину прохладного тона Лёши. Демьян не преминул позвонить младшему брату. Прекрасно представляю себе его насмешливо-презрительный, развязный голос и грязные полутона.

Автомобиль тронулся с места. В салоне сразу стало меньше места. Весь воздух заполнился особенным, мужским ароматом с запахом парфюма.

— Подкури мне? — попросил Демьян.

— Я никогда не курила и не курю, — отмахнулась от протянутой в мою сторону сигаретной пачки.

— Надо же, хоть что-то в тебе осталось нетронутым.

Демьян молчал всю дорогу и курил. Задымил весь салон. Я дышала в приоткрытое окно, понимая, что дымом пропитались и волосы, и одежда.

Демьян сделал это намеренно, чтобы Лёша почувствовал на мне другой, непривычный и неприятный для него запах.

— И ты приехал, — коротко поприветствовал брата Лёша.

Муж приобнял меня, целуя, и поморщился от запаха сигарет, как я и ожидала.

— Демьян много курил за рулём, — пояснила я.

— Захотелось покурить после того, как мне передёрнула твоя жена, — заявил Демьян.

Он нарочно выводил всех из себя. Внезапно я поняла, что прошлое не только меня до сих пор держит в тисках, но и Демьяна тоже.

Всего на мгновение я подумала, что надо остановиться, пока мы втроём не упали на самое дно, в вязкий ил.

Что ты творишь, Демьян?

Слова едва не сорвались с губ, но потом я натолкнулась на его ледяной взгляд, полыхавший яростью.

В прошлом он поверил фактам, а не словам. Демьян твёрдо убеждён, что я ему изменила.

Это его альфа и омега, алтарь и место преклонения его нынешних убеждений.

— К делу.

Демьян закинул нога на ногу.

— Встречаемся в вашем милом семейном гнёздышке?

— Нет. Снимем квартиру, — отрезал Лёша.

— Ладно. Но выбирать буду я. На свой вкус, — согласился Демьян. — Как часто будем трахаться?

— Ты скоро улетаешь. Не раскатывай губу! — стиснув край стола пальцами, ответил Лёша.

— Возможно, я немного задержусь в России.

— У тебя много дел. Бизнес.

— Бизнесом я могу управлять и на расстоянии. Я хороший управляющий и у меня большой опыт ведения бизнеса, в отличие от тебя.

— Да неужели?

— Будем говорить о бизнесе или решим вопрос с девушкой? — намеренно игнорируя моё имя, сказал брат мужа. — Я хочу взять её в задницу. Давно там не был. А ты? Пристроишься после меня или найдёшь себе другую дырку?

Лёша двинулся вперёд. Братья обменивались взглядами, как фехтовальщики острыми уколами шпаг.

— Отсоси!

— Только после тебя, младший.

Я пыталась вставить пару слов, но братья уже перешли на повышенный тон и переругивались, сыпля матами.

Я резким движением руки смела со стола Лёши графин с водой, привлекая внимание.

— Если это сейчас же не прекратится, не будет ничего! — заявила я.

Лёша обрадованно усмехнулся.

— Вообще ничего! — выпалила неожиданно для себя.

— Что? — недоуменно спросил муж.

Демьян хохотнул.

— Вот мы и добрались до сути. Просто ты один ей не нужен. Никогда не был нужен!

— Хватит, — сказала сначала тихо, а потом громче и громче, едва не срывая голос. — Хватит! Вы мне сейчас противны. Оба! Устраиваете петушиные бои.

— Нет, Рин. Это бои без правил. Правда, Лёха? — улыбнулся одними губами Демьян.

— Захлопнись. Тебя уже в Штатах заждались! — бросил Лёша, но уже тише.

Встревоженно посмотрел на меня.

— У тебя не разболелась голова, Карин?

— Разболелась. От вас обоих. Ещё немного — я буду готова послать вас обоих. Пожалуйста…

Я откинулась на спинку стула.

— Пожалуйста, не делайте больно.

— Тебе?

— И себе тоже.

28. Карина

Это был один из самых сложных и странных разговоров. После моего замечания мужчины замолчали надолго, обдумывая свои мысли.

Потом Демьян подал голос:

— Значит, сниму лофт. Хорошо. Я скину вам адрес и передам ключи через курьера. Встречаемся там?

Лёша двинул желваками, нехотя ответив:

— Мы ещё не определились. Да, Карина?

Я кивнула.

— Буду ждать на постели размера king-size, — без тени улыбки ответил Демьян. — Так?

Я провела ладонью по лицу, не веря, что мы на самом деле с серьёзным выражением лица обсуждаем условия секса втроём, как будто заключаем договор аренды с важным клиентом.

— Ладно, нерешительные вы мои! — поднялся Демьян и одёрнул рубашку. — Сначала поужинаем, не то вы так и будете топтаться на месте, блея и мыча, как овцы без пастуха.

— Проваливай, пастух!

Демьян ушёл. Лёша вызвал уборщицу, чтобы она прибрала осколки разбитого кувшина и вытерла воду.

— Карин…

Лёша многозначительно хлопнул себя по колену. Я поколебалась всего мгновение, но потом подошла и села.

Муж сразу начал целовать мою шею, покусывая.

— Ненавижу запах курева на твоих волосах, — выдохнул он и обхватил мою талию замком.

Продолжил целовать и вопросительно посмотрел на меня.

— Значит, втроём. Нужно очень постараться, чтобы переплюнуть Дёму в твоих глазах, да?

— Для тебя это так важно — взять реванш в состязании с Демьяном?

Лёша молчал.

— Взять реванш? — повторила я свой вопрос.

— Взять тебя, — глухо ответил муж. — Неужели непонятно? За столько лет, Карин? Я тебя люблю. А ты?

Кивнула, растворяясь в лучах светло-голубых глазах Лёши. Я ведь на самом деле его люблю. Мягко и нежно, легко.

Мои чувства к нему не имеют ничего общего к тому, что я испытываю рядом с его братом.

Там рвёт штормовым ветром правила и устои, давится с жалобным скрипом мораль…

А Лёша действует на меня совершенно иначе.

Но если я люблю мужа, почему позволяю Демьяну опять пробраться острой занозой под кожу?

Любить и желать его руки и губы — преступление. Похоть. Она затуманивает разум, и я чувствую себя сбрендившей по нему нимфоманкой.

Мне нужен стоп-кран. В виде мужа. Именно поэтому я согласна на секс втроём.

— Люблю…

— Такая долгая пауза, Карин! — шепнул Лёша. — Если втроём — это то, чего ты хочешь, я согласен…

* * *

Чёрное атласное платье с глубоким вырезом сидело на мне превосходно.

Собрала волосы в высокую причёску и ещё раз посмотрела на себя в зеркало.

Я выглядела прекрасно — ощущала всей кожей по жадному взгляду Лёши. Он начал целовать меня ещё у нас дома. Даже пополз под платье и добрался до кромки чулок.

— Лёша… — прошептала я, отстраняя мужа.

Сразу же поцеловала его, компенсируя отказ.

— Как скажешь, Карин, — выдохнул он и пообещал. — Затрахаю тебя этой ночью.

Мы встретились в любимом нами с Лёшей ресторане. Демьян появился в ресторане всего на несколько минут позже нас. Мы сидели и мирно беседовали втроём. Как семья.

Мужчины спустили пар и выплеснули злобу в клубе, поэтому сейчас не бросались друг на друга. Как будто смирились на некоторое время, что я буду между ними двумя.

— Чёрт… Мне звонят, — Лёша полез в карман пиджака. — Мне надо ответить. Подожди меня, Карин.

— Хорошо.

Лёша метнул обеспокоенный взгляд на старшего брата.

— Можешь отойти. Я не стану накидываться на Рин посреди людного ресторана, — улыбнулся Демьян.

— Извини, Карин. Это, действительно, очень важный телефонный звонок.

— Иди, Лёш! — улыбнулась я, проводя взглядом высокую, статную фигуру Лёши.

— Вина? — Демьян подлил мне ещё немного и протянул бокал.

Я не стала отказываться. Отпила немного, а сама судорожно пыталась найти безопасную тему для разговора наедине. Не получалось.

Внезапно почувствовала, как Демьян перетягивает мои руки к себе и баюкает их на широких ладонях.

Я попыталась освободиться, но он удержал.

— Ты счастлива в браке?

— Что? Зачем ты спрашиваешь?

Попыталась отвести взгляд, но Демьян неожиданно устало выдохнул.

— Слушай, давай поговорим без напускной херни и оскорблений. Ты счастлива? Или тебе чего-то не хватает?

— Скорее всего, после моего положительного ответа о счастье ты ткнёшь меня носом в секс втроём. Поэтому не стану отвечать.

— Упрямая чертовка. И всё-таки? Тебе быть с Лёшей нравится больше, чем когда-то со мной? Ты говорила, что между нами был только секс хорош. Это правда?

Большие пальцы Демьяна поглаживали мои запястья. Я млела, понимая, что у меня не хватает сил удержаться перед его напором, и тем более, не находится мер защиты перед его расслабленной, вкрадчивой лаской.

— В браке с Лёшей я три года, Ян. Три года!

Я посмотрела ему прямо в глаза.

— Три года мы выстраивали нашу жизнь и стремились, достигали успеха вместе. Это быт и ссоры, примирения, наша общая жизнь и трудности, которые мы делили на двоих. А с тобой? Что было с тобой?

Я сделала паузу и усмехнулась.

— Пять месяцев под облаками от эйфории, а потом в грязь лицом. Была страсть, но не было любви. Ничего общего с ней. Этого мало…

Губы Демьяна странно дёрнулись после моего замечания о грязи, словно он хотел возразить и обвинить меня. Но сдержался. На удивление сдержался.

— Давай потанцуем? — предложил он.

Я не стала отказываться, пусть танец и предполагал контакт с его обжигающе желанным телом.

— Как думаешь, наша жизнь была бы иной? — губы Демьяна едва коснулись мочки уха, послав импульсы желания по моему телу. — В браке.

Я рассмеялась, пытаясь отогнать порочное наваждение.

— Только не говори, что собирался на мне жениться. Это так глупо и нереально!

— Тебе смешно? — процедил он.

— Смешно! — согласилась я, не желая отступать. — Особенно смешно твои слова звучат сейчас. Когда ты сам стоишь на пороге женитьбы и словно пытаешься понять, нужно ли тебе это?

Танец закончился. Демьян провёл меня обратно и усадил на стул, шепнув:

— Я соврал насчёт женитьбы.

Потом уселся на стул и повторил, теперь уже громче:

— Я не собирался жениться. У меня никогда не было невесты. Я холост и свободен. Даже постоянной девушки у меня нет. Просто хотел посмотреть на твою реакцию.

Голова закружилась так, словно я выпила гораздо больше, чем пару бокалов вина. Постаралась удержать дрожь в пальцах.

— Зачем ты мне это говоришь?

— Хочу, чтобы знала. Поэтому спрашиваю, счастлива ли ты в браке. Он, знаешь ли, не может быть вечным…

Я даже рот приоткрыла от удивления и нервно прокрутила обручальное кольцо на пальце. В последнее время я похудела. Кольцо прокручивалось бриллиантом вниз.

— Ты говоришь несерьёзно. Просто играешь в слова.

— Похоже, что я шучу?

Я наклонилась, подавшись вперёд:

— Ты же ненавидишь меня и считаешь изменщицей.

Демьян повторил своё движение, приблизившись:

— Оказалось, что ненависть — хорошая приправа к сексу.

Демьян погладил меня по щеке нежно и ласково:

— Поэтому спрашиваю, Рин. Ты счастлива? Уверена в своём муже и в его решениях? Простишь его ошибки?

Я набрала полные лёгкие воздуха и сказала:

— У меня с Лёшей — длительные отношения и совместная жизнь. Брак невозможен без ошибок. Я сама ошибалась и не раз, Лёша прощает мне слабости. Даже тебя готов терпеть. Он любит меня по-настоящему. Любовь — это не только секс, Демьян. Для тебя секс — основное блюдо. А для нас просто приправа.

Я разгладила салфетку на коленях и увидела приближающегося Лёшу, улыбнулась ему.

— Именно поэтому в постели третий временный ты, а не Лёша.

Я сказала это, не глядя на Демьяна.

Укусила, как можно больнее.

За всё то, что однажды пришлось пережить мне.

За прошлое…

За то, что до сих пор в моих мыслях и соблазняет надеждой.

Ложной надеждой, по другому и быть не может.

Ужин был приятным. Кажется, мы все выпили чуть больше, чем следовало. Я точно выпила вина больше своей нормы. Мужчина заказывали себе виски.

Мы все были пьяны, словно алкоголь помог бы нам отпустить себя и снизить моральные планки. Ни один из нас не был в состоянии садиться за руль.

Заказали такси.

Я сидела между двумя братьями и как никогда раньше хорошо чувствовала жар их тел. Была возбуждена и навряд ли отдавала отчёт в происходящем.

Мы начали играть втроём на заднем сиденье такси…

29. Карина

Таксист довольно громко включил радио. Играла какая-то модная и жутко несуразная попса. Меня смешили слова песни.

В голове словно лопались пузырьки шампанского.

Внезапно я почувствовала, как на колено легла рука Демьяна. Лёша помедлил всего секунду, запустив пальцы под юбку моего платья.

Я понимала, что игра началась, и не хотела отказываться. Только не сейчас.

Мужчины просто поглаживали меня пальцами, а я уже прикусывала губу, беспокойно ёрзая.

Меня вело от возбуждения, алкоголь ослабил мои границы.

— Карин… — шёпотом позвал меня муж.

Я повернулась в его сторону.

Лёша улыбнулся и прикоснулся к моим губам. Нежно и осторожно, словно пробуя на вкус. Но его пальцы неожиданно сильно сомкнулись на колене, отводя его в сторону. Я поняла намёк и развела ноги чуть шире, чем до этого.

— Умница, — простонал Лёша, проникая языком в рот. Он углубил поцелуй, вызвав вихрь ощущений.

Его пальцы добрались до кромки чулка и погладили кожу. Лёша медленно пробирался вверх, лаская и заставляя замирать от предвкушения.

Зато Демьян не стал ждать. Он резко отодвинул трусики в сторону, дотронувшись до влажного входа.

— А-а-ах, — простонала я в рот мужа.

Демьян в этот момент резко проник в меня двумя пальцами. Но большим пальцем он нежил клитор, заставляя мелко трястись от удовольствия.

Я всхлипывала и постанывала от желания. Демьян уверенно и быстро ласкал меня. Толкался вверх и в стороны, заставлял изнывать и приподнимать бёдра, двигая ими.

Он всегда знал, как довести меня до пика за считанные мгновения.

Я дышала часто-часто, понимая, что удовольствие подступает чересчур быстро.

— Остановись, — шепнул брату Лёша, оторвавшись от моих губ.

— Я хочу кончить, — тихо призналась я.

Глядя в глаза мужа, я выгнулась и сама начала елозить, насаживаясь на пальцы Демьяна.

Лёша рыкнул и внезапно наклонился, прикусив сосок через ткань платья. Демьян сидел и словно не замечал происходящего, глядя в окно.

Но его пальцы, согнутые в костяшках, вытворяли во мне что-то невероятное.

Губы Лёши и пальцы Демьяна…

Они сводили меня с ума. Лёша понял, что вот-вот перейдёт границу и отодвинулся. Но нехотя. Пробрался под платье и заставил Демьяна сдвинуться в сторону, толкнулся в меня пальцем, ущипнув перед этим.

Глаза закатились от удовольствия.

— Потерпи, сладкая. Мы уже почти приехали, — прошептал Лёша, пожирая меня голодным взглядом.

Я едва вытерпела до конца поездка.

Низ живота, казалось, горел и пульсировал от сильнейшего возбуждения. Я не могла его игнорировать и не хотела этого делать.

Мы поднялись в снятый Демьяном лофт очень быстро. Едва не забылись в лифте, когда Демьян начал целовать меня, а Лёша прижался сзади.

Тренькнул звонок. Мы ввалились внутрь модно обставленного пространства лофта, едва держась на ногах.

— К постели. Живо! — скомандовал Демьян.

Я осмотрелась — Демьян выбрал лофт на свой вкус. Строго, функционально и стильно.

— Ты пришла рассматривать стены? — насмешливо спросил брат мужа. — Или займёмся сексом?

Я оглянулась — брат мужа почти разделся. Не утруждал себя складыванием одежды.

Демьян провёл большим пальцем по нижней губе, а второй рукой оттянул боксеры, обнажая толстый тяжёлый член, качнувшийся вверх.

Я сглотнула и словно оказалась наедине с ним одним. Только ласковые, но настойчивые движения пальцев Лёши вернули меня в действительность.

Лёша снял пальто и помог избавиться от платья. Стянул высокие сапоги с моих ног. Муж тоже был почти раздет — осталась только рубашка.

— Возьми в ротик, — попросил он, поглаживая член.

Я опустилась на колени и не думая, принялась ласкать его член. Облизнула головку, снимая языком терпкую смазку, и начала двигаться по стволу, беря его почти полностью.

— Ещё! Глубже! — приказал Лёша.

На грудь легли пальцы Демьяна, пощипывая соски. Я начала сосать интенсивнее, чувствуя, как заведён и муж, и его брат.

— Достаточно!

Лёша помог мне подняться и развернул к себе спиной. Он подтолкнул меня к кровати. Но первым там оказался Демьян.

Он сел, широко расставив ноги.

— Приглашаю твой умелый ротик на свой член. Пососи…

Я дёрнулась на месте. В трусики проникла рука мужа.

— Ты очень мокрая, Карина. Твои трусики нужно снять.

Он стянул мокрое кружево по моим ногам. Я переступила через этот клочок ткани и почувствовала, как Лёша выгибает меня на себя, толкаясь членом.

Он уже хотел взять меня и едва сдерживался. Я опустилась на пол, обхватив мощные колени Демьяна.

Придержала член у основания и медленно втянула в рот. Смотрела прямо в глаза мужчине.

— Да… — выдохнул он, надавив ладонью на затылок. — Ещё. Ты знаешь, как я люблю.

Слова Демьяна подхлестнули меня. Одновременно с тем, как член Демьяна продвинулся по моему языку до самого предела, сзади ворвался Лёша. Лоно резко сжалось вокруг его члена болезненными и частыми спазмами.

Лёша зафиксировал мои бёдра и принялся трахать меня.

Муж быстро и жёстко имел меня, пока я делала минет его старшему брату. Понимая, что они оба срываются в чересчур быстрый темп. Словно хотят доказать, что один лучше другого.

А-а-а-ах…

Я кончила. Не хотела, чтобы это произошло так быстро, но Лёша не оставил мне ни единого шанса.

Он выдохнул, прижавшись к мокрой от пота спине.

— Умница, — севшим голосом похвалил меня Демьян.

Отодвинул от себя, помог подняться, но тут же нагнул над кроватью и занял место Лёши.

Его толчки были иными. Я ощущала его в себе по-другому. Так сильно и знакомо.

Я не стала сдерживать громких стонов удовольствия. Выкрикивала имя брата мужа.

Лёша в это время расположился у изголовья кровати и двигал по члену рукой.

— Иди ко мне, Карин. Я хочу в тебя, — рыкнул он.

— Презерватив в тумбочке, — подсказал ему Демьян.

Лёша достал фольгированный пакетик и раскатал латекс по члену.

— Ты тоже.

— Я буду брать её сзади, — севшим голосом ответил Демьян.

Брат мужа последний раз ударил меня бёдрами и отвесил звонкий шлепок по заднице.

— Вперёд. На его член. А я трахну твою попку. Мечтаю о ней с первого дня приезда…

Демьян помог распрямиться, но не спешил отпустить меня. Его пальцы поглаживали и пощипывали клитор, изредка погружаясь во влажное лоно.

— Ты помнишь, как это было? Как я взял твою попку у стены? Помнишь?

Он резко начал двигать пальцами. Порочные, хлюпающие звуки звучали предательски громко.

Да… Да… Да… Я помню всё!

Я билась в его сильных руках и когда была готова кончить только от ласки сильных пальцев, но… Он отпустил меня.

Я взобралась на кровать. Прижалась к Лёшиному плечу губами, раскачивая бёдрами. Едва задевала головку члена и дразнила его влажной промежностью.

Потом он резко натянул меня на свой член.

Лёша смотрел на меня, как дикий зверь, жадно пожирал взглядом губы, но не целовал. Он не хотел меня целовать после того, как я отсасывала его брату.

Вместо поцелуя в губы, Лёша начал покусывать нежную кожу шеи, оставляя на ней засосы. У меня не хватало сил оттолкнуть его.

Сзади приблизился Демьян. Собрал влагу со складок и протянул её выше, до колечка попки.

Я чувствовала себя невероятно желанной в тот момент. Оба мужчины хотели меня до дрожи и были готовы переступить через себя, доказывая, что один лучше другого. Они перетягивали меня, как канат, каждый на себя.

Ласкали так, что я теряла стыд и разум.

Мысли упорхнули, как испуганные светлячки при резком взмахе руки. Осталась только спасительная и желанная темнота порочных желаний.

Лёша уже таранил меня снизу членом. Я охала и постанывала, принимая его толчки. Замирала от ожидания, пока Демьян растягивал попку пальцами.

Я трепетала от мысли, что скоро там… окажется его большой член и хотела этого.

Их обоих хотела. Оторваться от земли и просто забыться.

Большим пальцем Лёша вырисовывал спирали на моём клиторе. Доводил почти до пика, но не давал мне кончить. Я поскуливала и шептала:

— Пожалуйста… Пожалуйста…

Потом на месте пальцев Демьяна оказался его член. Я замерла. Тесно и горячо.

— Не зажимайся, Рин. Ты уже принимала его много раз. Просто вспомни… — простонал свистящим шёпотом Демьян, продолжая давить и углубляться.

Демьян ударил бёдрами, войдя на всю длину и выматерился. Я громко вскрикнула.

— Расслабься, — попросил Демьян. — Я скоро начну двигаться…

— Притормози, Дёма, — нахмурился Лёша.

Одной рукой притянул меня к своей груди, второй толкнул брата в плечо, удерживая на расстоянии.

— Вот это точно лишнее, Лёха.

— Нет. Она дрожит… Дай ей привыкнуть, — Лёша улыбнулся.

Потом неожиданно склонился и поцеловал меня, быстро и жадно, словно послав всё к чёрту.

Перебирал пальцами волосы нежно и осторожно, унимая бешеную дрожь. Заставлял расслабиться.

— Хочешь продолжения? — шепнул прямо в губы и неторопливо начал посасывать нижнюю губу.

Оголтелое возбуждение сменилось чем-то другим. Приятным и щемящим, до учащённого ритма сердцебиения.

— Если не хочешь, скажи. Мы уйдём.

— И ты тоже? — спросила я, удивившись.

— Мне кажется, что ты теряешься. Я безумно тебя хочу, но если ты не уверена в предложении, то я тоже отойду в сторону, чтобы дать тебе время, — прошептал муж. — Только не могу обещать, что уйду далеко. Скорее всего, буду сидеть под дверью и ждать.

Я обняла его за плечи, вдыхая знакомый аромат тела. Муж был сильно возбуждён. Но замер и не двигался, хотя напряжение его члена я хорошо чувствовала в себе.

Демьян в этот момент отошёл на второй план, как бы глупо ни звучал этот каламбур. Он прислушивался к нашему шёпоту и ждал.

— А ты хочешь?

Лёша прикрыл глаза и немного двинул бёдрами.

— Безумно… Ты всегда красивая, но сейчас особенно. Когда нас двое, ты совершенно другая.

Я поцеловала мужа, впитывая его слова, как губка. Лёша умел успокаивать и настраивать на нужный лад одними лишь словами.

— Хочу, чтобы тебе было хорошо, девочка моя…

Лёша осторожно переместил руку, двинул пальцами по клитору.

— Тебе нравится сейчас?

— Очень, — призналась я. — Продолжай.

Демьян издал тихий смешок позади меня. Словно его не было всё это время, и только сейчас он вернулся.

— Девочке хочется нежности? Разогнать кровь по венам, Рин?

Губы Демьяна влажно пробежались по шее. Пальцами накрыл грудь, неспешно лаская. Ему тяжело давалась осторожная ласка. Он привык брать размашисто, грубо и жёстко.

Дрожал от нетерпения и не выдержал затянувшейся паузы. Начал двигать бёдрами, медленно беря меня сзади.

— Будь осторожнее с моей девочкой, — попросил Лёша. — Я согласен терпеть тебя только при одном условии. Чтобы ей не было больно.

— Мне остановиться? — жарко выдохнул Демьян, обхватив губами мочку уха.

Желание вновь завладело мной. Теперь, с оградительными рамками и заботой Лёши, я чувствовала себя увереннее и была готова продолжить.

— Нет. Продолжай... Но только так, как сказал мой Лёша… — выдохнула я, постанывая.

Демьян выругался себе под нос, но его толчки стали не такими резкими. Лёша ждал и вглядывался в моё лицо.

— Лёш? Я хочу тебя…

Я сама двинула бёдрами. От скольжения вперёд и назад задевались все чувствительные точки.

— Хочешь?

— Очень… Ты мне нужен!

— Люблю тебя…

Лёша ускорил танец пальцев на моём клиторе, расслабляя. Начал двигаться медленными, осторожными толчками, но доходя до предела каждый раз.

Я простонала. Они оба уже были во мне.

Я чувствовала себя ужасно наполненной и такой тесной, что казалось, не справлюсь одновременно с двумя.

Демьян обхватил одной рукой меня за плечо. Пальцы второй руки попеременно забавлялись с моими сосками.

Я вцепилась пальцами в напряжённые плечи Лёши, царапая их ногтями.

Братья начали двигаться и скоро вошли в единый ритм. Один выходил, второй толчком загонял член на всю длину.

Они доводили меня до исступления. Я словно забыла обо всём. Просто наслаждалась моментом и растворилась в обжигающей ласке

Жаркий секс. Ритм становился бешеным и неудержимым.

Воздух стал раскалённым и влажным от пота, запаха секса. Мужские стоны звучали шумно и вразнобой.

Сейчас они оба были на грани и принадлежали мне, забыв о прошлых обидах.

Я кончала уже не в первый раз, обильно проливая влагу, трясясь от волны оргазмов, колющих низ живота. Они прокатывались волнами и просто смывали меня за грань реальности.

Братья кончили почти одновременно. Демьян — в меня, глубоко и горячо, выплёскивая сперму. Между мной и Лёшей был презерватив, но я чувствовала спазмы его удовольствия очень остро.

Нам троим было хорошо. Секс был прекрасным.

А чувства?..

С чувствами мы разберёмся потом, если окончательно не увязнем в трясине страсти и ревности.

30. Карина

Утром я проснулась от растягивающих и неумолимых толчков. Лежала на боку и чувствовала, как мужское тело вжимается в моё во время стремительных фрикций.

Я едва открыла глаза, а меня уже таранили членом. Я застонала. Хватка пальцев на бедре усилилась.

— Просыпайся. Доброе утро, Рин! — простонал Демьян, вбиваясь в меня.

— Ян? Где Лёша? — спросила, пытаясь отстраниться.

Демьян вдавил меня в своё тело, не позволяя отодвинуться:

— Твой муж в душе. Хочу вдвоём. Без него. Кончишь? Только для меня?

Я ещё не проснулась. Тело было разомлевшим после долгой и бессонной ночи.

Братья брали меня по-разному. То по очереди, то одновременно вдвоём. Меняли позы и ритм, выжимали из меня всё, до последней капли.

— Тебе же нравится быть со мной, Рин…

Демьян отвёл бедро в сторону и накрыл пальцами мой клитор. Толчки были быстрыми и резкими. Я постанывала, плавясь от ласки, проклиная собственную отзывчивость.

Демьян хотел сексом доказать, что он главный. А мне хотелось иного…

— Зачем зажимаешься так, словно не хочешь? Хочешь же меня, Рин! Всегда хотела…

Я не успела ответить. Потом услышала, как в душе перестала шуметь вода. В спальню вошёл Лёша.

Стремительным шагом подошёл к кровати и зло бросил брату.

— Ты ей даже выспаться не даёшь!

— Ммм… Она сладкая. Я бы сутки не вылезал с ней из кровати. А ты, братец? — усмехнулся Демьян. — Рин любит секс. Жёсткий и быстрый. Отвязный… Если ты этого ещё не понял, то не злись, что ей не хватает в постели тебя одного!

Лёша посмотрел на брата потемневшим взглядом. Демьян одними словами накручивал брата до состояния, откуда до границы было рукой подать.

— Ошибаешься. Я могу быть разным.

— Не-а… С ней не можешь, — усмехнулся Демьян, слегка раскачивая бёдрами.

— Ян, помолчи хотя бы немного! — попросила я.

Лёша наклонился надо мной. Опёрся коленом о кровать и раскрыл мой рот большим пальцем. Через мгновение скользнул головкой члена внутрь моего рта. Стал твёрдым как сталь, напряжённым и пульсирующим.

Ночное безумство продолжилось утром. Теперь при ярком свете и чётким осознанием того, что я занимаюсь сексом одновременно с двумя мужчинами.

Они словно не спрашивали, хочу ли я сейчас. Просто берут желаемое… Быстро. Жёстко, продолжая спарринг схватки за моё тело.

Я почти готова была кончить, как Лёша отстранился, подмял меня под себя. Демьян был вынужден отодвинуться. Сел на кровати, разминая шею.

— Опять семейное совещание, супруги? — усмехнулся Демьян, разглядывая свои ладони.

Я посмотрела в глаза мужа. Они потемнели от страсти и бурлящих эмоций.

— Лёш, всё в порядке? — спросила я, удивляясь разительной перемене в настроении мужа.

Он выглядел взбудораженным. В нём чувствовались злость и напряжение.

Как будто после слов Демьяна ему стало стыдно. За то, что ночью расплёскивал океаны нежности, за признание, что ему нравится, когда мы занимаемся сексом втроём.

— Я могу быть разным, Карина. Сейчас я хочу по-другому…

Муж сел на край кровати и заставил сесть меня к нему на колени. Спиной к его телу.

Лёша прикусил кожу на плече и ласкал мой клитор. Влажный конец члена ткнулся между ягодиц.

— Насаживайся. Медленно, — приказал Лёша и начал давить на мои бёдра.

Демьян опустился и начал брать в рот соски по очереди, лаская клитор и вводя пальцы в разгорячённое лоно.

Я ответила ему благодарным стоном, обхватив за шею. Лёша насадил и дал немного времени привыкнуть. Потом качнул бёдрами вверх.

Я прикусила губу, сдерживая стоны. Демьян следил за моей реакцией и позволял плыть по волне блаженства. Потом поднялся и развёл мои бёдра так широко, чтобы поместиться между ними.

Лёша впился пальцами в бёдра и ускорил свои толчки. В то время как Демьян, наоборот, медленно и осторожно входил в меня. Он входил в меня чувственно и эротично в противовес остервенелым толчкам Лёши, кончившего очень быстро.

Муж как будто хотел выплеснуть в финальном сексе свою злость на брата или на то, что нас трое. Обнимал меня, кончая, и громко стонал.

Пальцы мужа перекатывали острые, затвердевшие соски, умножая приятные ощущения. Лёша держал меня на своих бёдрах, контролируя процесс проникновения.

Демьян никуда не торопился. Пока он наслаждался процессом, я успела кончить дважды.

— Закругляйся! — не вытерпел Лёша. — Или докончи начатое в душе, если не можешь кончить!

— Я не привык спрашивать советов. Поступаю по своему усмотрению, — возразил Демьян.

Он сцепил пальцы на моих плечах и резко ускорился, выбивая из меня громкие и протяжные стоны.

Брат мужа задержался на финальном толчке. На мгновение мне показалось, что он хочет кончить в меня, но потом он успел выйти и сжать член в кулаке, выплеснув струю мне на живот.

Через минуту мы лежали на кровати, пытаясь отдышаться. Мои тёмные волосы разметались чёрным покрывалом. Потом Лёша утянул меня в душ и помог вымыться.

Его пальцы нежили каждый сантиметр тела. Он покрывал меня поцелуями, будто извинялся за остервенелое и жадное принуждение к утреннему сексу.

— Ты моя, Карин, — шепнул он на ухо.

Лёша высушил волосы и причесал их, собрал в косы. Провёл губами по гладкому шёлку волос.

— Я готов терпеть брата ради тебя. Мне нравится чувствовать, как тебе хорошо. Но секс втроём — это временно. Дёма натрахается всласть. Потом он уйдёт. Ты останешься со мной. Будешь моей девочкой. Только моей…

* * *

Слова Лёши осели неприятным, мутным осадком внутри.

Натрахается и уйдёт…

Как бы я ни пыталась не думать о словах мужа, мысли с завидным постоянством возвращались на исходную позицию.

Демьяну удалось опять вытащить на поверхность все чувства, которые я так тщательно хоронила в себе.

Не желала признаваться в них и делала вид, что равнодушна. Мне почти удалось убедить себя в этом. Но… произошёл срыв. И теперь я не могла отказаться от желанного, но губительного наркотика.

Муж стал моим ангелом-хранителем, моим персональным напоминанием, что не стоит отдаваться Демьяну душой. Телом — можно, но только не душой.

Демьян плюнет и разотрёт плевок, уйдя с высоко поднятой головой. Красивый, жёсткий, желанный…

Мы встречались всё в том же лофте. Перед жаркими встречами обычно ужинали в одном из любимых ресторанов.

Но жажда близости гнала нас в просторный, модный лофт.

Жар двух мужских тел опалял и пьянил. Я не пыталась сопротивляться их напору и страсти. Они словно соревновались выбить из меня как можно больше криков удовольствия и стонов.

Зацеловать, зализать, трахнуть так, что я не могла пошевелить и пальцем. Я тонула в эмоциях и удовольствии.

Я соврала бы самой себе, если бы сказала, что не разобрала бы, кто меня ласкает.

Четыре руки.

Чьи это прикосновения, Лёши или Демьяна, я узнавала, даже когда братья хотели поиграть, завязывая мне глаза.

В прикосновениях Демьяна было больше звериной нежности и страсти, выдержанной с годами. Лютой и клеймящей, немного болезненной, но приятной. Он умел раскатывать по мне обжигающую ласку и топить в страсти так, что не хотелось выплывать.

Лёша был заботлив и нежен. В каждом движении чувствовался страх разбить и причинить боль. Он умел быть жёстким и страстным, но с ним я всегда была уверена, что не разобьюсь. Он не позволит.

Ночи проходили стабильно бессонными и сумасшедшими. Но чем больше времени мы проводили вместе, тем мрачнее становился взгляд мужа.

Слова Демьяна, брошенные им после первой ночи, растравливали Лёшу изнутри. Он охотно делился мной со своим братом и позволял многое. Но утром как будто просыпался и замыкался в себе. При свете дня Лёша вспоминал о том, что я — его жена, что брак — это только двое.

После очередной жаркой встречи Лёша завёл новую привычку — устанавливать на меня свои права.

Секс вдвоём. Дома или на работе. Он доказывал, что я — его. Себе, мне или мысленно продолжал соревнование с братом, даже когда его не было рядом?

В очередной раз на работе муж зашёл в мой крохотный кабинет и закрыл дверь на ключ изнутри.

Лёша сел на край стола и молча потянулся к пуговицам на моей блузке.

Последствия предыдущей жаркой ночи расцветали синеватыми отметинами на бёдрах. Я не выспалась и едва разбирала цифры финансовой отчётности.

Я накрыла ладонями руки мужа и устало посмотрела на него.

— Лёш, остановись, пожалуйста. Я не хочу.

— Не хочешь?

Лёша вскочил и смел рукой накопитель с бумагами с моего стола.

— Значит, нас всегда будет трое?

— Лёш, я просто устала. Не выспалась…

— Ночь выдалась жаркой, да? А сейчас что?

Лёша выглядел взбешённым. Долбанул кулаком по стене.

— Знаешь, чего я боюсь? Вдруг тебе и нас двоих однажды станет мало?

Это не его слова. Не Лёшины. Он просто повторяет тот яд, что усердно льёт ему в уши Демьян. Старший брат хочет окончательно нас рассорить.

— Это Демьян тебе так сказал?

— А вдруг он прав, Карина? — усмехнулся Лёша. — Ты отказываешь мне. И я не знаю, что думать! Ну что, нужен тебе ещё один в постели? Три? Четыре? Пять? Может, тебе хочется гарем мужчин завести и перебирать их от скуки?

Я встала и, дрожа от негодования, залепила мужу пощёчину. Отступила, понимая, что я на грани. Скоро сорвусь…

Муж дёрнулся в мою сторону. Я сжалась от страха и заслонила голову руками. Лёша застыл недалеко от меня. Ласково притянул к себе.

— Карин… Чёрт! Ты чего? Не бойся. Карин, я же не ударю тебя. Ни за что! Карин, солнце, прости!

Лёша сел в кресло и усадил меня на колени. Виновато гладил меня по плечам, успокаивая, и целовал волосы.

— Прости. Я наговорил лишнего. Это всё из-за ревности...

Лёша поцеловал мои губы.

— Я не буду тебя ни к чему принуждать. Давай поставим всё на паузу? Ты выглядишь такой уставшей.

— Много работы. Давай я лучше займусь ею? У тебя в бумагах бардак, Лёш, — сквозь слёзы сказала я.

Посмотрела на мужа. В отличие от меня он выглядел взбудораженным, а глаза лихорадочно блестели.

Я ещё несколько дней назад заметила, что он постоянно на взводе, но считала, что Лёша просто ревнует меня к своему брату.

Но сейчас я отметила расширенные зрачки, и взгляд был беспокойным.

— Лёш, ты на энергетиках, что ли?

Лёша иногда работал на износ и любил добавлять себе сил энергетиками, пока я не запретила ему делать это.

— Нет… — отвёл глаза в сторону.

— Лёш, — забеспокоилась я. — Только не говори, что ты попробовал что-то другое, чтобы…

— Чтобы скакать всю ночь напролёт, а днём впахивать, — грустно усмехнулся Лёша. — Дёме по хрен. Он отсыпается целый день, а потом готов трахаться до потери пульса, уделывая меня по всем фронтам. Именно так, да?

— Чёрт, Лёш. Прекрати. Не надо…

— Не надо, да. Мне ничего, кроме твоего счастья не надо, — выдохнул Лёша, мне в шею.

Муж расплёл причёску, начал продевать прядь за прядью между пальцев. Это его успокаивало.

Лёша был влюблён в мои волосы. Его личный фетиш, к которому он ревностно относился и злился, если во время секса Демьян позволял себе намотать волосы на кулак.

Это было только его, Лёшино, право — нежить мои волосы, касаться их…

Между нашими телами завибрировал телефон, лежавший во внутреннем кармане пиджака Лёши.

Он ответил на звонок.

— Чего тебе, Дёма?

Муж не отстранился, поэтому я слышала решительный голос Демьяна.

— Лиля, сестра мамы умерла. Её дочка звонила. Завтра похороны.

— Не думаю, что поеду. У меня дел полно, — Лёша поморщился.

— Ну и что? Это наша родная тётка. У нас не так много близких родственников …

Лёша прикрыл глаза и простонал:

— У меня реально завал, мозг еле соображает.

— Я разгребу твои бумаги, — шепнула я, целуя мужа в щёку. — Или поеду с тобой. Хочешь?

— Да ну, не хочется тебя тащить…

Братья договорились и уехали на похороны. Я осталась одна. Впервые за последнее время.

Забила себя работой до отказа — её оказалось очень много.

В тот день я даже не поехала домой — спала в кабинете, на диване. Следующий день провела так же, вышла из клуба поздней ночью и внезапно поняла, что не хочу возвращаться домой. На душе было неспокойно и одиноко.

Неожиданно для себя я приехала в лофт, снятый Демьяном. Мне нравилось быть с двумя братьями. Они оба значили для меня очень многое.

Но их пикировки и желание унизить друг друга отзывались на мне саднящей болью в груди. Мы притягивались невозможно близко ночами и были едины.

Но потом наступало отрезвление и братья принимались огрызаться. Я чувствовала себя виноватой, потому что не могу выбрать.

Не могу шагнуть в сторону Демьяна.

Не могу бросить Лёшу.

Они нужны мне оба.

Но каждый новый день показывал, что это временно.

Наше трио — хрупкое и ненадёжное. В нём много страсти, но нет взаимопонимания.

И я не знаю, как скоро полыхнёт окончательным взрывом и уничтожит всё вокруг.

Это преступление — любить двоих? По-разному, но любить.

Хотелось выть и раздирать небо в клочья криком, полным тоски и боли…

Карина: «Лёша, когда вернёшься?»

Лёша: «Завтра. Ближе к обеду. Скучаешь, Карин?»

Карина: «Хуже…»

Лёша: «Всё будет хорошо. Я вернусь. Мы обязательно поговорим. Найдём решение. Люблю тебя больше жизни. Спи сладко и не бойся кошмаров. Я всегда с тобой. Твой…»

Я улыбнулась сквозь слёзы. Как бы мне хотелось, чтобы не только Лёша, но и его брат снял камень с моей души.

Я до сих пор глупо надеялась получить от Яна хотя бы капельку нежности и внимания. Но брат мужа не хотел выставлять свои чувства напоказ, когда мы были втроём. Не хотел или не мог?

Вдруг я ошибаюсь, и в нём больше нет ничего? Только похоть, только желание отыграться за прошлое унижение, за уязвлённое самолюбие?

Мне хотелось верить, что под толстым налётом цинизма сохранился тот Ян, которого я знала.

31. Демьян

С похорон мы возвращаемся по отдельности. Лёхе позвонили из его клуба и попросили приехать.

Я вернулся в лофт. И замер, сражённый увиденным.

Моя желанная и ядовитая заноза спит на кровати. У неё есть ключи, как у каждого из нашего ебанутого трио, но я не ожидал увидеть её здесь.

Но она — на постели. Спит. Осторожно подступаю к кровати. Я бы ни за что не признался вслух, но только сейчас я могу спокойно любоваться ею и не опасаться, что меня поймают на отступничестве от собственных принципов.

Карина выдыхает во сне и переворачивается на спину. Одеяло зажато между обнажённых ножек. У неё длинные, стройные ноги с точёными икрами и узкими лодыжками. Но бёдра круглые и попка тоже — задорная, аппетитная.

Карина умудряется соблазнять даже во сне. Разнеженная и разомлевшая, с закинутой за голову рукой.

Безвольная и доступная.

Мой взгляд сам вольготно прогуливается по её телу. Я заставляю себя оторваться от созерцания её полных губ. Перемещаюсь ниже, сфокусировавшись на груди с нежными розовыми сосками.

Сейчас они мягкие и спокойные. Рот наполняется слюной от желания втянуть их в себя и сделать твёрже несколькими знойными прикосновениями.

Она спит обнажённая.

Ждёт своего мужа? Или просто спит голой по привычке?

Раньше она всегда ложилась спать в шёлковой пижаме или сорочке, надевала их для меня. Пока я не показал, что лучшая одежда — это нагота её атласной кожи.

Я опускаюсь на кровать рядом с ней. Наклоняюсь, вдыхая аромат свежего постельного белья.

Запах её кожи взмывается вверх, заставляя меня жадно дышать им. Нежная и чувственная, она пахнет сладким миндальным молоком и цветущей вишней.

Я борюсь с желанием попробовать её губы на вкус прямо сейчас. Опускаю ладонь на грудь, медленно перекатывая сосок между большим и указательным пальцем. Он мгновенно просыпается, становясь твёрдым. Осторожно сжимаю грудь. Острая пика соска колет ладонь, умоляя о продолжении…

Выдыхаю, стараясь не шуметь и не постанывать вслух.

В штанах у меня всё одеревенело. Зависимость по ней с первого взгляда, с первогo прикосновения никак не отпускает меня.

Заставляет желать её снова и снова.

Карина вздрагивает во сне. Я отстраняюсь, замирая. Мне не хочется её будить. Замираю без движения.

Куколка беспокойно вздрагивает и поджимает ноги, стискивая одеяло изо всех сил. Потом расслабляется и выглядит умиротворённой, словно пережила короткий пик напряжения и отпустила себя.

Я осторожно веду пальцами между её бёдер, собирая остатки влаги и возбуждения.

Я понимаю, что перед сном она трогала себя.

Думала ли обо мне?

Хочется верить, что так и есть.

Сейчас я думаю только о том, что она делала это своими пальцами — разносила по кругу ласку, проклиная собственное влечение ко мне.

Она пахнет желанием до сих пор. Сейчас я остро улавливаю нотки её возбуждения в воздухе, ставшем густым и плотным.

Я не должен возбуждаться ещё больше. Больше, кажется, не получится. Член подпирает ширинку и болезненно твёрдый. Но я прекрасно знаю, как именно она любит ласкать себя.

Вижу, словно наяву, как она раздвигала бедра, проникала пальцами в горячую влагу, кружила вокруг клитора, как кусала губы, выгибаясь от наслаждения и злости.

Я думаю только о ней.

С первого момента нашей встречи. Мой круг замкнуло на ней сразу же.

И как бы я ни пытался потом стереть с себя отпечатки её узких ладоней, кажется, она прожгла меня ими насквозь.

Я сменил много девушек после неё.

У меня нет проблем с сексом. Но ни с одной из них не хочется быть полностью открытым и незащищённым.

У меня всегда есть барьер в виде натянутого гондона и правило — никаких слов в постели. Пусть стонут, хрипят, орут, но только не говорят.

Разговоры — табу. Разогревающие словечки — тоже.

Карина считает меня грязным и пошлым, озабоченным.

Но вся моя грязь и пошлость — только для неё. Я не трачу ни капли на других. Долблю их со скоростью автомата, выполняющего свою работу, по избавлению от напряжения — и только.

С ней же меня кидает по американским горкам эмоций. Карусель из тончайшей похоти и вожделения кружит меня, не переставая. А потом выбрасывает прочь — слишком.

В нас с ней всего слишком — это постоянный взрыв и образование сверхновой.

Нужно встать и уйти.

Нужно?

Нужно ли?

Лёша, чёрт бы его побрал, любит Карину. Обречённо любит, сохнет по ней…

Я замечаю синеватые тени под глазами Карины.

Потому что она опять сидела допоздна и разгребала тот завал, который мой брат постоянно устраивает в своих счетах и отчислениях.

Сам чёрт ногу сломит, но Карина усердно трудится рука об руку со своим мужем. Верит в счастливое будущее с ним и усердно плывёт в одной лодке.

Знала бы она, что у лодки подгнивает дно, и вода вот-вот хлынет… Осталась бы с ним тогда? Или нет.

Смотрю на её подрагивающие губы.

Осталась бы.

Мне назло.

Пошла бы ко дну, с плотно сжатыми губами и ни за что. Ни за что не попросила бы о помощи.

Красота её тела заставляет меня дрожать и сходить с ума от похоти.

Я могу трахнуть её.

Могу перевернуть на живот и войти одним толчком.

Я возьму её сонную и ни хрена не соображающую. Вобьюсь толчками до предела…

Или разведу её ноги и вылижу так, что она забудет обо всём на свете.

Она всегда забывает обо всём, когда я в ней. Неважно — пальцами, членом или языком.

Есть нечто постоянное в мире меняющихся правил — наша гравитация и закон личного притяжения.

Я бы заставил выкинуть из её головы весь бред и туманную влюблённость в Лёху. Вымел бы весь мусор. Но… как быть с тем, что она однажды изменила мне?

Что делать с этой каменной глыбой, раздавившей моё доверие?

Мысль об измене как чёрный камень Мекки — место паломничества моей ненависти.

Но сейчас грудь навылет, как девятимиллиметровой пулей, пробивает мыслью об усталости.

Устал совершать постоянный хадж к мыслям об измене и устал культивировать ненависть, обрезая ростки других чувств.

32. Карина

Я проснулась, почувствовав лёгкое движение на кровати.

— Привет.

На кровати сидел Демьян. Он недвусмысленно смотрел на меня, обводя взглядом моё обнажённое тело, выбившееся из-под одеяла. Бугор на штанах красноречиво показывал, что Демьян возбуждён.

— Давно ты здесь? Вы говорили, что вернётесь после обеда.

— Нет. Недавно приехал. Выехали раньше… — немного помедлив, ответил брат мужа. — Не думал, что застану тебя здесь.

Я немного покраснела. Это был минутный порыв слабости. Приехать туда, где постель хранила его запах, пусть даже укоряюще немые стены напоминали о том, что мы были не вдвоём, но втроём.

— Сама не ожидала, что приеду сюда. Не дождалась вас. Как прошло?

— Похоронили, — пожал плечами Демьян и неожиданно встал. — Я буду на кухне. Сварю тебе кофе.

Я воспользовалась паузой и привела себя в порядок, переодевшись. Заметила на полке в гостиной часы, запонки, мужской перстень. Догадка озарила меня.

Я застыла у узкого стола, больше напоминающего барную стойку.

— Это твоя квартира, правда?

Демьян перелил кофе из турки в чашку и добавил сливок.

— Моя. Я снимаю этот лофт. Только и всего…

— А нам сказал, что снял новый на свой вкус.

Демьян облокотился о стол. Мышцы обтянулись рукавами тёмной рубашки.

— Так и есть. Я всегда выбираю только то, что приходится мне по вкусу. Как кофе?

— Спасибо. Вкусный.

Демьян улыбнулся. Давно не видела его искренней улыбки и в какой-то момент решила, что он разучился улыбаться по-настоящему.

Я застыла с кружкой, поднесённой ко рту. Потом поняла, что замерла и сделала движение, но слишком резкое и неосторожное, расплескав часть напитка себе на джинсы.

— Чёрт…

— Обожглась?

Демьян отобрал у меня кофейную чашку и без всяких церемоний расстегнул мои джинсы, стянув их по ногам.

— Эй…

— Ты обожглась, дурочка! — цыкнул мужчина и поцеловал кожу на бедре немного ниже ожога.

— Спасибо. Я справлюсь сама. Не стоит беспокойства, — прошептала я.

Не могла сделать и шагу в сторону, потому что джинсы спущены до колен.

— Стоит. Ты стоишь гораздо большего, чем простое беспокойство! — резко ответил Демьян и подхватил меня под попку, усадив на стол.

Сдёрнул джинсы и прижался торсом, вклиниваясь между ног. Опёрся ладонями о стол позади меня, заставив отклониться назад.

— Демь…

— Ян, — перебил брат мужа. — Сейчас нет никого, кроме нас. Можешь не притворяться, что тебе всё равно.

Пауза. Понимающая усмешка.

— Мне надоело притворяться. Веришь? И делить тебя с Лёхой я тоже заебался.

— Ты пьян?

— Ни одного промилле в крови, но как будто бухой в стельку. Из-за тебя, заноза. До сих пор. Представь. Пьянки. Шлюхи. Другая страна. Слой за слоем…

Демьян переместил руку, обхватив меня за затылок, и приблизил к себе. Выдыхал прямо в губы, вглядываясь в мои глаза. Пронзительно и искренне.

— Но стоило увидеть тебя издалека — и всё, что наросло, разметало. Как будто не было ни хрена. Как будто только вчера расстались, а сегодня уже ломает.

Я едва шевельнула губами:

— Издалека? Когда ты видел меня?

— Незадолго до Нового года, как прилетел в Россию. В торговом центре. Вы выбирали вино. Ты выбрала красное полусухое. Умница, Рин.

Демьян прижался лбом к моему плечу, тяжело дыша.

—Честно говоря, сейчас мне хочется закрыть глаза на прошлое. А тебе?

Я сглотнула горький ком. Спустя столько лет Демьян решил, что можно и нужно закрыть глаза.

— Но всё равно считаешь, что я изменила тебе.

— Сейчас плевать даже на это.

— А потом? — спросила я, отстраняя Демьяна. — Сколько времени продлится перемирие? День? Два? Неделю? Полгода?

— Давай…

Я перебила его, не дав договорить.

— Нет.

Демьян выпрямился. Я свела ноги и спрыгнула со стола, быстрым шагом добралась до сумки и достала запасные джинсы.

— Ты сильно похудела, Рин.

— Не называй меня так.

— Рин! — упрямо повторил Демьян. — МояРин.

— Нет. Я — Лёшина жена. А ты просто временный любовник в нашей постели.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍— Ха…

Демьян повернулся и пошёл в сторону выхода. Но потом резко крутанулся вокруг своей оси.

— Ты не задумывалась, с чего вдруг Лёше пришло в голову преподнести тебе такой подарок в виде меня. Он же не хочет тобой делиться. Это заметно. Но с какого-то хрена решил подарить тебе на Новый год мой член.

Я сжала кулаки. У меня мелькали сомнения, но я тщательно отгораживалась от них. Моё состояние и без того было нестабильным и нервозным.

— Подарок. Ты в это поверила? — усмехнулся Демьян.

— Лёша сказал, что это было обставлено, как подарок. На самом деле это была проверка. Я её не прошла. Именно поэтому ты сейчас с нами. Третий. Доволен? Мне просто нравится трахаться с тобой. Вот и вся правда. А Лёша… Лёша решил, что посмотрев на твоё отношение и получив сполна желаемое, я откажусь от тебя.

Демьян похлопал в ладоши

— Славная и складная версия. Лёша тебе её напел? Или сама решила обманываться?

Я попыталась обойти его, но Демьян стиснул пальцами мои плечи.

— Ты так гордишься своим мужем, поднявшемся с нуля… С нуля? Уверена?

— Уверена. Ты же лишил Лёшу всего.

Демьян расцепил пальцы и отошёл.

— Он мой младший брат, привыкший получать подачку. Да, поначалу от злости я лишил его всего! Но не мог оставить побираться… Я изредка переводил ему деньги.

— Врёшь.

— Не вру. Или ты думаешь, что вот так просто купить клуб? Я переводил ему деньги. Те же суммы, что до разрыва. У Лёши была подушка безопасности. Но он всё равно умудрился всё просрать.

— Ты специально наговариваешь на моего мужа! — выпалила я. — Идёшь, как всегда, напролом. Просто сейчас ты решил, а почему бы не попробовать ещё раз. Считаешь, что я послушно сяду у твоих ног и буду заглядывать тебе в рот. Этому не бывать!

— Лёша не лучший бизнесмен. Вертопрах, блядь. Ты и сама это понимаешь, заглядывая в его отчётность, так? — резанул и попал прямо в точку.

Я тоже считала, что некоторых трат можно было избежать. Но Лёша хотел запустить клуб — один из лучших и впрягался, как мог, обставлял всё очень модно и дорого.

— Ему понадобились деньги. Крупная сумма, — отрывисто произнёс Демьян. — В банк впрягаться не вариант. У него уже есть кредит на развитие бизнеса. Он обратился ко мне. Сказал, что я — его последняя надежда. Или всё может закончиться очень плохо.

— Не верю тебе.

— Послушай! — рявкнул Демьян. — Не знаю, у кого он решил взять денег на покупку квартиры и очередное усовершенствование в своём клубе. И когда вложение не оправдалось, оказалось, что Лёхе нечем платить. Но этот кто-то оказался очень нетерпеливым, отказался ждать неизвестно сколько. Здесь до сих пор проблемы решаются силой. Лёха попросил помощи у меня. Я согласился. Прилетел в Россию, чтобы оформить расписку, потому что речь шла о немаленькой сумме денег.

Демьян перевёл дыхание.

— Догадываешься, что было потом? Нет?

— Ты всё выдумываешь, — ответила я.

— Выдумываю?

Демьян толкнул меня на кресло и вышел, вернулся меньше чем через минуту.

— Это копия. Смотри сама…

Я не хотела смотреть. Но взгляд уже сам пробежался по ровным строчкам долговой расписки. Подпись Лёши. Дата. Сумма…

Сердце рухнуло вниз.

— Я согласился дать ему денег только с одним условием. Хотел трахнуть тебя. Он согласился. Взял пару часов на раздумье и согласился. Обставил всё, как подарок.

Я скомкала лист бумаги, швырнув в лицо Демьяну.

— Секс в новогоднюю ночь обошёлся тебе очень дорого.

— Но он того стоил, правда? Для меня стоил.

Я почувствовала, как из глаз покатились слёзы.

— Присутствие Лёши — тоже твоё условие?

— Да, — усмехнулся Демьян. — Можешь считать меня конченым извращенцем, но я хотел, чтобы он смотрел на тебя в этот момент. Смотрел и понимал, кого и как он продаёт.

Смахнула слёзы тыльной стороной ладони.

— Он взял деньги?

Демьян подобрал лист бумаги.

— Не всю сумму. Почитай…

— Не хочу! — отвернулась я, подойдя к окну.

— Мы договаривались на большую сумму. Часть я отдал ему сразу же, часть должен был отдать потом. Одной ночью бы я не обошёлся…

Демьян подошёл и обнял меня за плечи.

— Уйди! — крикнула я. — Я не проститутка, чтобы покупать меня, даже за баснословные суммы денег!

Я развернулась. Хотелось бежать, куда глаза глядят. Демьян встал у меня на пути.

— Дай мне уйти…

— Тебе не понравилась правда о Лёше? Твой муж стал сутенёром в новогоднюю ночь! Выставил тебя на продажу.

— А ты купил. Ты ничуть не лучше него! Ключи от комнаты на отдыхе он дал тебе сам?

— Да, я взял у него ключи. Так и есть. Лёха взял часть денег! — рыкнул Демьян, — а потом вдруг отказался от помощи, сказав, что нашёл деньги. Понятия не имею, где, у кого и как.

— Отпусти меня…

— Я говорю тебе чистую правду, Рин. Он отказался от оставшейся суммы денег. Но меня уже несло. Я хотел быть с тобой. Пусть так.

— Ты шантажировал его? Шантажировал моего мужа? Чтобы добиться желаемого? Чтобы спать со мной? Так?

Демьян грустно усмехнулся:

— Умная девочка Рин. Я тет-а-тет пригрозил ему рассказать обо всём. Я не хотел тройничка, но хотел тебя. Лёха тоже не хотел соглашаться на секс втроём. Но ты сама выставила это условие. И это уже почти случилось однажды, так что всё полетело в пропасть, к чертям…

Демьян прикрыл глаза, горько усмехнувшись.

— Некрасивая правда, да, девочка Рин?

Я всё же вырвалась из его рук, схватила сумку и понеслась на выход.

— Правда как раз в твоём духе, Демьян. Ты поступил очень низко!

— Я? — возмутился Демьян. —Кто решил расплатиться сексом с тобой по своим долгам? Я? Или твой муж? Я цинично сказал ему, что за такую сумму хочу трахнуть тебя, как раньше. И он согласился.

— Не хочу, не хочу, не хочу тебя слушать! — повторяла я, как заведённая, пытаясь застегнуть молнию на высоких сапогах.

— Поздно. Ты уже услышала правду. Лёха и согласился, и в то же время изводился, потому что не хотел делить тебя. А потом всё слетело с тормозов из-за нашего притяжения.

Я смогла справиться с застёжкой и накинула пальто, не застёгивая.

В этот момент в замке повернулся ключ. Зашёл Лёша. Он сразу же отметил моё заплаканное лицо и мгновенно метнулся ко мне, с искренней заботой и тревогой.

Такой искренней, что мне стало ещё больнее.

Как он мог быть таким заботливым и расчётливым одновременно?!

— Не подходи ко мне! — выкрикнула я, выставляя вперёд ладони. — Не смей трогать меня!

— Карина! Что произошло?

— Произошло то, что я узнала, как ты решил подложить меня под брата! Боже, ты наврал мне с три короба! Наврал, что дела в клубе идут хорошо, наврал про новогодний подарок, потом наврал про проверку…

Лёша метнул убийственно-тяжёлый взгляд в сторону Демьяна.

— С-с-сука…

— Ты нагло играл на моих чувствах! Я с ума сходила от чувства вины, от твоего взгляда. Я чувствовала себя последней дрянью и испытывала муки совести. А ты… Боже, ты просто продал меня, как элитную шлюху! Задорого. Поздравляю, Лёша, ты помог себе.

Муж долбанул кулаком по стене.

— Карин… Я всё могу объяснить. Послушай меня.

— Хочу трахнуть твою жену. Как тебе такое условие? — напомнил Демьян. Видимо, слово в слово повторяя свои прошлые слова.

— Заткнись! — взревел Лёша.

Я метнулась в сторону выхода, глотая слёзы.

— Карина! — бросился за мной муж.

— Оставь её в покое!

Сзади послышался шум драки. Глухие удары. Разъярённые голоса. Братья опять сцепились.

33. Карина

ЧАСТЬ 4. ПРАВДА

— Будете делать заказ?

Я невидящим взглядом пробежалась по меню и заказала первый попавшийся салат. Официантка посоветовала второе. Я бездумно кивнула, соглашаясь.

Прошёл целый день, а мысли так и не успокоились. Меня раскалывало пополам сильнейшей болью.

Как я могла так ошибиться в Лёше! Он вёл себя, как любящий муж, ревновал и злился очень искренне. Я чувствовала себя дрянью и просто озабоченной нимфоманкой во время близости с Демьяном.

После секса втроём Лёша смотрел на меня с немым укором. Я считала, что делаю ему больно, и мне было совестно терзать его.

А он продал меня, навесив ценник для будущего успеха.

Так горько мне не было уже давно.

Братья, оба… один лучше другого. Лёша продал, а Демьян купил.

Все они одинаковые. Пекутся только о себе. Никто из них не подумал, каково мне. Никому не было дела до моего душевного состояния. Они просто брали и трахали меня, продавали, делили и выставляли свои метки.

Как горько…

Зазвонил телефон. В очередной раз.

Лёша.

Я поняла, что игнорировать его звонки не получится. К тому же в квартире остались мои вещи и документы. Забрать всё равно придётся. Я решила уйти от него.

— Алло.

— Карин, девочка моя, давай мы поговорим? — умоляюще произнёс Лёша. — Я на всё готов ради нашего блага.

— Ради своего, Лёш. Ты продал меня Демьяну за долги и будущий успех. Винил меня и выставлял последней дрянью. Не укорял, но давал понять, какого ты обо мне мнения…

Официантка расставляла мой заказ на столе.

— Карина, я всё объясню. Я поклянусь на чём угодно, что люблю тебя!

— На своей совести, которой нет, поклянёшься? — усмехнулась я и тут же добавила. — Всё кончено, Лёша. Я забираю вещи и документы. Мы расходимся.

— Нет! Нет! — выкрикнул Лёша. — К нему, да? К брату?

— Нет. Лёша. Ни к тебе, ни к брату.

— Есть ещё кто-то?

— Кроме тебя и брата никого нет. И никогда не было. Не звони, Лёш. Пожалуйста…

Я придвинула к себе чашку с зелёным чаем и начала ковырять вилкой салат.

— Что-нибудь ещё? — повторила свой вопрос официантка.

Я подняла взгляд.

— Нет. Я больше ничего не буду… — и осеклась.

Узнала в официантке бывшую подругу Оксану.

— Привет, — улыбнулась она, пряча блокнот в карман чёрного фартука.

Фартук немного выступал вперёд.

— Привет. Ты беременна?

— Я думала, что ты меня не узнаешь, — улыбнулась Оксана.

Я её почти не узнала — она сменила цвет волос, причёску и немного поправилась. Макияж приглушённый и скромный.

— Как дела? — вежливо поинтересовалась я.

— Замуж вышла. Скоро пойду в декретный отпуск. А ты? — улыбнулась бывшая подруга. Скользнула взглядом по моим пальцам. — Замужем за Лёшей?

Я задумалась, стоит ли отвечать на этот вопрос. Я ещё замужем, но хочу развестись.

Не знаю, что и как я буду делать потом. Я так долго вместе с Лёшей живу и работаю, что пока не представляю себя отдельно от него. Надо будет научиться этому.

— Ещё да, но скоро уже нет, — в итоге сказала я, больше для себя, чем для подруги.

Оксана оглянулась на зал почти пустого кафе и внезапно села за противоположный край стола.

— Тебе не надо работать? — спросила я.

— Из клиентов ты последняя, что пришла. Сегодня не самый рыбный день.

Оксана помяла между пальцев салфетку и спросила:

— Как жизнь? Давно не виделись. Ты похорошела… Ухоженная и красивая, выглядишь успешной.

Оксана зацепилась взглядом за обручальное кольцо с бриллиантом.

— Только брак не так удачен, как хотелось бы. Да?

— Оксан! — резко спросила я. — Ты хочешь о чём-то спросить или рассказать мне?

— И да, и нет, — натянуто улыбнулась она. — Не знаю, стоит ли ворошить прошлое.

— Наверное, не стоит. Желаю удачи. А теперь извини, но я хочу съесть свой ужин.

Оксана поднялась.

— Можешь принести мне ещё воды, — попросила я.

Опять начала болеть голова. Я хотела запить таблетку.

— Хорошо.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Оксана вернулась со стаканом воды.

— Пожалуйста! — произнесла она елейным голосочком. — Твоя вода.

Телефон, лежащий на столе, опять разразился телефонным звонком. Высветилось имя Лёша.

— А ты до сих пор между Бариновыми мечешься? — усмехнулась Оксана. — Я слышала часть разговора. Не помогла Лёхе его авантюра, да? На чужом несчастье своё счастье не построишь…

Оксана развернулась и пошла прочь. Проклиная собственное любопытство, я остановила её.

— Подожди. Что ты имела ввиду?

Оксана обернулась и улыбнулась мне. Её улыбка показалась мне торжествующей. Она завидовала мне в прошлом, когда я начала встречаться с Демьяном.

Сейчас она работала простой официанткой и была лишена прежнего лоска. В то время как я выглядела не в пример лучше неё.

— Сядь.

Оксана села на диван и сложила локти перед собой на стол.

— Рассказывай, Оксан.

Я не испытывала ни капли симпатии к Оксане. Зачатки дружеских чувств зачахли ещё несколько лет назад.

Сначала из-за той ситуации с клубом, потом я увидела, как Баринов-старший едва не трахает Оксану в рот прилюдно. А она была довольная и счастливая…

Глаза Оксаны сверкнули.

— Ты никогда не задумывалась, что слишком много было совпадений в тот вечер?

— Я давно поняла, что тогда ты скормила мне какой-то дряни и потащила в клуб.

— Да, так и есть. А какой мне был резон это делать?

— Кажется, ты потом говорила, что сама не подозревала, насколько сильная была таблетка, — усмехнулась я. — Якобы ты тоже пила.

Оксана вздохнула и решительно вымолвила.

— Мне не было никакого резона подставлять тебя. Конечно, мне было немного завидно, что ты отхватила себе крутого мажора, не прикладывая к этому никаких усилий. Но просто так я не стала бы опаивать тебя. Зачем?

— Не знаю. Ты мне скажи.

— Об этом тебе лучше спросить у мужа. Любимого мужа, — с ядом в голосе произнесла Оксана.

— Что? — побледнела я.

— Да. И чего такого в тебе нашли два брата? — криво усмехнулась бывшая подруга. — Оба с ума сходят, по всей видимости, до сих пор…

Я вцепилась пальцами в руку Оксаны.

— Рассказывай!

— Больно!

— Не так, как было больно мне. Рассказывай немедленно!

Оксана отцепила руку и затараторила быстро-быстро:

— Я бы одна ни за что такое не провернула. Идея была не моя, а Лёхи. Он подкатил как-то и предложил. Я сначала хотела его послать, но он умел убеждать, ты это прекрасно знаешь. Обещал хорошо заплатить. Мне всего лишь нужно было вытащить тебя к себе и скормить коктейль, напичканный наркотой. Она не чувствуется, но выносит так, что ни рук, ни ног не чувствуешь. Я как-то пробовала… Так что твои ощущения прекрасно понимаю. А ты никогда не пробовала. Тебя быстро развезло. Я взяла пару своих подруг для большей компании. Мы приехали в клуб. В клубе к нам быстро подсели желающие снять девчонок на одну ночь. Сразу понятно, кто не в состоянии отказать. Нас подцепили… Я постоянно была на связи с Лёхой. Он был в курсе всего…

Оксана посмотрела мне в глаза.

— Блин, ну ты реально ни разу не задалась вопросом, почему Баринов так вовремя оказался в том же самом клубе? Пока я тобой занималась, Лёха брату лапшу на уши вешал, якобы хочет открыть свой клуб и показать один из тех клубов, что ему понравился. Очень вовремя показал. Как раз в тот момент, когда нас вели на стоянку…

Я не заметила, как стиснула пальцами изо всех сил край столешницы.

— Вот и всё. А дальнейшее тебе известно. Баринов от ревности едва не убил того, кто тебя лапал. Забрал тебя и уехал. Потом вы расстались.

Я откинулась на сиденье. Едва могла дышать от осознания, какими подлыми были те, кому я доверяла. Подруга и мой нынешний муж сговорились.

Лёша хотел заполучить меня.

Любой ценой.

И получил.

Ценой обмана, подлога и предательства.

* * *

Я встала и бросила на стол несколько купюр, не глядя.

— Эй, Карин. Это много. Карина! — крикнула мне вслед Оксана.

Я побрела на выход, не видя перед собой почти ничего.

— Карина! Ты сумочку забыла! Вот держи! — всунула мне в руки сумочку и телефон бывшая подруга.

Я машинально взяла предложенное и вышла. Стояла на улице, глотая морозный воздух. Холодные слёзы щипали кожу и застывали дорожками на щеках.

Было пережито столько всего…

Я ненавидела Демьяна за то, что в ту ночь он дождался, пока я приду в себя, потом трахнул и выбросил на дороге ночью. Одну на пустой трассе.

Как шлюху, чтобы подобрал и трахнул кто-то другой.

Вспомнила, как по пятам, на расстоянии ехала машина и напугала меня. Тогда я настолько сильно испугалась, что мне иногда снится в кошмарах, как я пытаюсь убежать, а машина всё ближе и ближе…

Нервные срывы и бессонница. Апатия.

Виной всему этому оказался тот, кто поддерживал меня в это время и бережно отирал слёзы, представлялся моим другом и вставал щитом между мной и комьями грязи, запущенными Демьяном.

— Я тебя люблю. Я готов ради тебя на всё. На всё, Карин… — твердил Лёша.

Оказывается, он действительно был готов на всё. Даже на предательство. Не Демьян, но Лёша разрушил меня до самого основания, а потом трепетно собрал по кирпичику. По-своему…

Я не знала, куда мне идти и что делать.

Сердце было растерзано в клочья.

Предательство Лёши очень больно ударило по мне. А я считала себя недостойной его, кляла за чувства к его брату.

Боже, за что мне это?

Вызвала такси, добралась до первого попавшегося отеля и свернулась эмбрионом на огромной, пустой и холодной постели. Впервые за последнее время я не хотела видеть рядом никого.

Лёша заваливал меня звонками и сообщениями.

Лёша: «Карина, девочка моя. Я виноват. Но я могу всё объяснить…»

Лёша: «Пожалуйста, ответь!»

Лёша: «Не игнорируй меня. Прошу!»

Лёша: «Я тебя люблю. Я делал всё только ради тебя, ради нашего будущего…»

Потом позвонила моя мама.

— Карина, мне звонил Лёшенька. Вы поругались? Где ты, деточка? — всполошилась мама.

Лёша нравился моим родителям. Они принимали его почти как своего сына.

— Мама, я ещё сама не разобралась с Лёшей. Могу сказать только, что так, как прежде, больше не получится.

— Карина, что между вами произошло?

— Это длинная история, ма. Я просто узнала, что Лёша меня обманывал.

— Он изменял тебе?

— Хуже. Он меня предал.

Я сглотнула ком в горле.

— Ма, я хочу побыть одна немного. Я позвоню тебе позднее.

— Я приеду! — всполошилась мама. — Тебе нельзя оставаться одной.

— Мама, всё в порядке. Правда. Мне немного обидно, но я не стану сидеть сложа руки. И убиваться горем тоже не стану. Не надо всё отменять. Потом ты приедешь… И мы поговорим.

— Правда?

— Конечно, — соврала, не моргнув и глазом. — Я всё тебе расскажу.

У меня с мамой не было таких доверительных отношений, чтобы я могла рассказывать ей подробности, ставшие известные мне совсем недавно.

Чуть позже начал звонить Демьян. Но мне в этот момент не хотелось слушать никого. Его в том числе.

Он слепо поверил фактам в прошлом. В настоящем подкупил Лёшу и шантажировал его, чтобы добраться до меня.

Телефон высветил новое уведомление. Сообщение от Демьяна.

Демьян: «Меня сломало. Окончательно, Рин. Вернись…»

Я перечитала сообщение от Демьяна несколько раз. Сердце ныло в груди. Лучше бы вырезать его насовсем, чтобы стало легче.

Я отключила телефон на всю ночь.

На следующий день включила его только для того, чтобы позвонить Лёше.

Он ответил мгновенно.

— Карина, умоляю… Где ты?

— Алексей.

— Что? — выдохнул он мучительным тоном.

— Я хочу развестись.

— Нет. Нет. Ты не можешь. Карин…

— Могу. Я всё узнала о том, как ты подставил меня несколько лет назад. Я не могу простить тебе этого. Было столько боли — и всё из-за тебя. Ты не любишь меня. Ты просто хотел свой приз. Любой ценой. Я не могу. Не вернусь. Поэтому прошу тебя о разводе. Так будет лучше.

— Нет. Развода не будет! Ни за что. Карин, я всё могу объяснить. Всё!

— Мне не интересно. Я настаиваю на разводе. Я ни на что не претендую. Просто дай мне развод…

Лёша возмущался и сыпал то гневными обвинениями, то просительными интонациями. В какой-то момент мне показалось, что в нашем трио прослеживается странная цепочка.

Я без памяти влюблена в старшего брата Лёши, а Лёша был влюблён в меня.

Он добился меня, основательно потоптавшись перед этим.

Я отправила сообщением Лёше дату и время, чтобы прийти и написать заявление на развод. Сомневаюсь, что он придёт. Но…

Потом я попыталась снять обручальное кольцо. Дёрнула его неудачно и порезала краем нежную кожу. Палец сильно опух, и я никак не могла свинтить кольцо с пальца, как бы ни старалась. Пальцы беспомощно скользили по дорогому металлу, размазывая кровь.

Я расплакалась. Горько и долго рыдала, прижимая окровавленную руку к груди.

В этот момент не было ничего настоящего, за что я могла бы зацепиться и почувствовать твёрдую почву под ногами.

Мужчины действовали каждый своим методом…

Мне до смерти надоело быть ценным призом. Я просто хочу пожить без них. Без их болезненной любви, без удушающей зацикленности на мне.

Я так и уснула на полу, возле кровати. Проспала очень много — впервые я спала так долго и крепко без успокоительного и снотворного.

Просто накопившееся годами прорвало и лишило меня всех сил, даже крохотной капли.

Это был не сон, а забытьё, длительное и необходимое. После пробуждения мне без труда удалось снять обручальное кольцо.

Я привела себя в порядок и долго расчёсывала длинные полосы, поняв, что хочу от них избавиться.

Мои длинные волосы были фетишем Лёши, а мне так не хочется носить на себе память о его больной и ломающей любви.

Наобум зашла в первый попавшийся салон красоты и подождала, пока освободится мастер.

— Как стричь?

— Покороче.

Мастер взвесила длинные волосы на руке.

— Жаль такую красоту.

— Она лишняя. От лишнего надо избавляться.

Мастер принялась колдовать над моей новой причёской и обрезала волосы коротко, как я и просила. Ассиметричная длина с одной стороны смотрелась очень красиво и, оказывается, шла моему лицу.

Я провела рукой по голове — было так непривычно ощущать лёгкость, словно отбросила в сторону лишнее.

34. Карина

Немного придя в себя, я занялась решением жилищного вопроса. Я могла бы пожить у мамы. Но, думаю, что мама начнёт убеждать меня в необходимости сохранения брака.

Мама не знает почти ничего из моей запутанной истории. Я и не собираюсь её просвещать.

За два дня я нашла новое съёмное жильё. Квартира небольшая, но мне одной много и не надо. Мне пришлось приехать на квартиру Лёши, чтобы собрать кое-что из вещей, самое необходимое.

Я боялась застать Лёшу дома, но не хотела становиться заложницей своих страхов, как когда-то в прошлом.

В квартире никого не было. Я быстро побросала вещи в сумку и оставила на холодильнике записку с напоминанием о разводе. Потом поняла, что помимо всего прочего, придётся искать себе работу — оставаться в команде Лёши я не могла.

Мне нужно было пытаться жить самой, потому что оказалось, что в моей взрослой сознательной жизни были только Демьян и Лёша. Всё крутилось вокруг них и их интересов.

Я заполнила анкету на сайте трудоустройства и указала новый, купленный недавно номер.

На быстрый результат я не рассчитывала, но хотела отвлечься и кардинально что-то изменить в жизни.

Потом заехала в супермаркет, чтобы купить продуктов. Долго бродила вдоль полок, пока не поняла, что нет желания и необходимости готовить ужин для двоих.

Во время брака с Лёшей я всегда приходила домой раньше и старалась удивить мужа.

Я действительно хотела быть для него хорошей женой и пыталась соответствовать всем представлениям об идеальной семейной жизни.

Поддерживала все его начинания и не укоряла напрасно за неудачи. Пыталась стать и ласковой любовницей, и хорошей хозяйкой, следила за собой и обустраивала быт.

Остановившись напротив распродажи ёлочных игрушек, я вспомнила, каким был наш первый совместный Новый Год — на съёмной квартире.

Мы вместе выбирали декор и украшали ёлку в белый и золотистый цвета…

Запах мандаринов и ароматизированных свеч, мигание новогодних гирлянд. После того, как пробили заветные ноль-ноль, мы отправились запускать петарды.

Лёше, как назло, попалась бракованная петарда. Она разорвалась, быстрее, чем он успел отпрянуть — ему обожгло лицо, спалило брови и ресницы.

Потом мы все новогодние каникулы провалялись на диване и смотрели старые сериалы, пересмотренные уже не по одному разу.

Тогда я впервые поняла, что можно быть счастливой хотя бы немножко. И о, боже, как я была благодарна Лёше за лёгкость и заботу, внимание и ласку…

Оказалось, всё было ложью.

— Красавица, Новый год уже прошёл. Или ты решила на будущий год закупиться? — послышался сбоку игривый голос мужчины.

Знакомый.

Я обернулась, натолкнувшись на взгляд тёмных глаз.

— Игорь?

Он изумлённо округлил глаза.

— Карина? Не узнал! Быть тебе не только красивой, но и богатой!

Игорь расплылся в улыбке и оглядел меня.

— Подстриглась. Тебе так идёт! Круто!

Невольно улыбнулась.

— Спасибо.

Мужской взгляд пробежался по мне, задержался на руке. Игорь заметил подсыхающую корочку на безымянном пальце. Там теперь не было кольца.

— Неожиданная встреча. Это судьба! — самоуверенно заявил мужчина.

— Да неужели? А ты что здесь делаешь?

Игорь пожал плечами, показал корзинку, в которой лежала бутылка рома.

— Йо-хо-хо! И бутылка рома! — пошутил он. — Я запланировал вечер одинокого и страдающего холостяка. Но теперь подумываю изменить свои планы.

Игорь незаметно подцепил меня под локоть.

— Ты уже всё выбрала?

В моей корзине лежала только бутылка вина и горький шоколад. Игорь улыбнулся.

— Это точно судьба, Карина!

Так, разговаривая, перебрасываясь шуточками, мы добрались до кассы супермаркета. Мужчина решительно смёл мои покупки и не позволил платить за них самой. Даже пакет не отдал.

— Я на машине! Тебя подвезти?

Я не стала отказываться, назвала Игорю адрес. Я понимала, что интерес у него ко мне сугубо мужской и плотский, но в его обществе было легко забыть обо всём и не думать.

— Постой. Мы едем не в том направлении!

— Мы едем в правильном направлении. Поужинаем? — невинно предложил Игорь.

— Это верх наглости.

— Ты мне понравилась ещё на базе. Мужа, как я понимаю, теперь у тебя нет, — решительно отозвался мужчина и, как ни в чём не бывало, продолжил ехать в выбранном направлении.

— И это даёт тебе право решать, что мне нужно?

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍— Нет! — Игорь посмотрел тёмным взглядом. — Это даёт мне шанс. Крохотный, но всё же шанс. Ужин?

— Кажется, в моей жизни слишком много наглых мужчин, считающих, что они лучше меня знают о моих потребностях!

Игорь рассмеялся.

— Ужин в приятной компании ещё никому не вредил.

— Ты не скромный от слова совсем.

— Не-а, скромность для лохов, а тебе со мной приятно. Ты улыбаешься и отпускаешь себя.

— Ха. Спасатель-психолог?

— Есть немного, — Игорь вздохнул. — Моя тяга к спасению погубит меня однажды. Никогда не могу пройти мимо грустной или попавшей в передрягу девушки. Так и тянет спасти от беды или одиночества.

— И много у тебя медалей за спасение? — сыронизировала я, внутренне смирившись с ужином.

В конце концов, Игорь приятный в общении. А я собралась что-то изменить в своей жизни. Почему бы не начать прямо сейчас?

* * *

Игорь привёз меня в модный итальянский ресторанчик. Ужин с ним был таким же лёгким и приятным, как общение.

Я прекрасно понимала смысл его фривольных намёков и прикосновений: поглаживание пальцев, горячие ладони, нечаянно сползшие во время танца с талии на поясницу. Ещё не на заднице, но уже очень близко к тому, чтобы опуститься и открыто намекнуть на секс.

— Ты почти не пьёшь! — укорил меня мужчина, покачав головой. — Отпила всего пару глотков вина. Не нравится?

— Нравится. Но напиваться не хочется.

— Разве с одного бокала напьёшься?

Я улыбалась Игорю и разговаривала с ним. Но чувствовала странное равнодушие. Мне не было дела ни до кого. А если бы на его месте оказался Лёша или Демьян? Или оба?

Сердце кольнуло острой болью. Я почувствовала себя лишней здесь. Как будто совершаю ошибку. И даже такая фикция общения мне сейчас не нужна. Пусть чувства внутри перегорят хотя бы немного.

Сейчас мне одинаково больно думать о братьях. Оказывается, они оба успели зацепить меня очень сильно. Не только Демьян, но и Лёша. Как вьюн, оплёл меня и не захотел выпускать. А я... привыкла.

— Карин?

— Извини, я сейчас вернусь.

Я вышла в дамскую комнату, чтобы собраться с мыслями и побыть наедине. Вернулась через несколько минут.

— Сегодня ты грустная.

— Навалилось много всего. Увы, но сегодня я не в состоянии стать украшением вечера для холостяка.

— Хочешь уехать?

— Да, если можно.

— Но вино ты всё-таки выпьешь, — протянул бокал Игорь. — Или моя самооценка рухнет ниже плинтуса.

Я торопливо выпила вина. Игорь настаивал, что это отличное вино, но для меня оно отдавало небольшой горечью.

После ужина Игорь потянулся за поцелуем. Но я решительно пресекла его попытку сближения.

— Игорь, это явно лишнее.

— Ладно, намёк понял, — вздохнул мужчина. — Хотя я не привык к отказам.

— Это заметно!

— Но ради тебя я сделаю исключение.

Я искренне улыбнулась мужчине.

— Исключение, за которое ты потом меня отблагодаришь! — решил не упускать своё Игорь.

— Ты неисправим!

— Не-а, это не лечится. Так куда тебя отвезти?

Я назвала свой новый адрес.

Игорь помог мне забраться в автомобиль и включил обогрев салона. От выпитого вина и тепла машины меня сморило. Под успокаивающий баритон Игоря незаметно для себя я задремала.

Очнулась только от звука щелчка. Чёрт!

Где я?

Сон как рукой сняло! Я поняла, что с меня сняли пальто и сапоги, уложив на большую кровать.

Чёрт… Голова болит сильно, как после большой попойки. Но я выпила всего один бокал. Потом уснула в машине очень быстро...

Игорь явно не постеснялся привезти меня к себе домой и уложить на кровать.

Я мгновенно вскочила и подбежала к двери, открыв её.

Оказавшись в коридоре, спустилась вниз по лестнице. Услышала отдалённые звуки мужского разговора.

— Всё, иди. Выставь ребят по периметру.

— Будет сделано.

Я замерла на последней ступеньке лестницы, но потом всё-таки решительно спустилась. Игорь расслабленно разминал мощную шею, стоя спиной ко мне.

— Да… Нормально всё. Чуть позже сообщу и позвоню…

— Игорь! — позвала я.

— Мне пора. Всё пройдёт, как надо, — попрощался Игорь и отключился.

— Быстро проснулась, спящая красавица, — Игорь взял меня под руку и отвёл на диван, сев рядом. — Думал, проспишь до утра.

— Зачем ты привёз меня сюда? Я хочу к себе!

Игорь улыбнулся и пересел поближе, похлопав меня по коленке. Ладонь не убрал и стиснул сильными пальцами.

— Погости немного у меня, договорились?

— Нет! — сбросила я ладонь. — Где моя верхняя одежда и обувь?

Игорь улыбнулся загадочно и притянул меня к себе за плечо.

— Послушай… Тебе лучше побыть гостьей в моём доме. Какое-то время.

Мужская ладонь опять легла на колено.

— Тебе понравится быть моей гостьей. Вот увидишь!

— Ты маньяк, что ли?

Я вскочила.

— Отдай мою одежду! Красть понравившихся девушек — не самый лучший вариант устроить себе свидание!

— Карин, успокойся. Ты никуда не уйдёшь, — спокойно возразил Игорь. — Располагайся с комфортом в спальне. Если захочешь, я даже присоединюсь к тебе. Скрашу часы и дни ожидания.

— Маньяк! — повторила я и прошла в сторону выхода.

Наверное, обувь осталась в коридоре, как и моя сумочка.

Но распахнув дверь, я натолкнулась на высокого, крепкого мужчину устрашающей внешности. Я попыталась обогнуть его, но он не дал мне пройти.

— Шамиль, верни мою гостью… — позвал Игорь.

Шамиль крепко стиснул пальцы на моём плече и обхватил за локоть другой руки, втолкнув меня в дом.

— Осторожнее! — недовольно отозвался Игорь.

Меня посадили на диван рядом с мужчиной. Я забралась на него с ногами и забилась в угол.

— Спасибо, Шамиль. Отойди. Мне нужно поговорить…

Внезапно паника начала медленно обхватывать меня. Она ледяными пальцами схватила меня за горло.

— Кто ты? — спросила у Игоря еле слышно и ответила сама. — Ты не спасатель!

— Спасатель! — возразил Игорь. — В прошлом. Но на спасении много не заработаешь. Пришлось сменить профессию.

— На похитителя людей? Зачем я здесь?

35. Карина

— Нет, я не похищаю людей. Сядь нормально. Мне нужно сфотографировать тебя…

Игорь достал дорогой смартфон.

— Хотя нет, так даже лучше. Будет сговорчивее…

Игорь сделал несколько фотографий и отправил их кому-то.

— Так, полдела сделано. Не трясись, Карин. Тебе не причинят вреда, если ты будешь себя хорошо вести.

— Хорошо — это как? Кто ты, чёрт побери? Зачем притащил меня сюда?

Игорь приблизился поближе. Я вжалась в самый угол дивана, понимая, что дальше двигаться некуда.

— Успокойся. Будешь вести себя хорошо, никто тебя не тронет…

Из глаза Игоря пропало игривое выражение. Сейчас взгляд мужчины был серьёзным и сулил неприятности, если я ослушаюсь.

— Что тебе надо? — едва слышно спросила я, замерев и боясь даже вздохнуть.

Игорь выругался.

— Бля, да не смотри ты на меня, как на зверя!

— Я не могу смотреть на тебя иначе, после того, как ты похитил меня и удерживаешь силой.

Игорь вздохнул, взъерошив короткие волосы.

— Ты мне на самом деле понравилась, Карин. Но работа есть работа, понимаешь?

— В чём она заключается?

— Конкретно сейчас — подержать тебя в гостях.

— Сказать спасибо заранее или прояснишь, в чём дело?

Игорь встал, протянул мне руку. Я отрицательно мотнула головой.

— Тебе лучше, правда, не создавать проблем. Не хочу, чтобы ты общалась с кем-то из ребят. Тот же Шамиль не испытывает к тебе симпатии и не так вежлив, как я. Позвать его?

— Нет!

Я встала и протянула Игорю ладонь. Пальцы тряслись. Игорь сжал мои ладони своими.

— Не бойся. Если твой муженёк не будет рыпаться, всё пройдёт, как надо.

— Лёша? В чём он замешан?

Игорь проводил меня в спальню и откинул одеяло.

Встал в дверях.

— Раздевайся и ложись. Порадую тебя сказкой на сон грядущий. Вон там лежит футболка.

— Я не буду раздеваться при тебе и надевать твою одежду!

Игорь вздохнул и приоткрыл дверь.

— Я могу позвать парней, Карин. Тебя быстро разденут. Возможно, не только разденут… Наиграются и скинут фото развлечений мужу. Так для него будет доходчивее, правда?

Меня скрутило пополам спазмом. Я едва отдышалась, чтобы меня не стошнило.

— Ты будешь стоять и смотреть, как меня насилуют? Странная у тебя симпатия.

— Нет, Карин. Я верю, что ты сделаешь так, как я сказал. Вот и всё. Просто объясняю тебе ещё раз. Давай тихо и мирно проведём эти дни? Идёт? Я и так влез сам, хотя должен был просто проконтролировать исполнение. Влез только потому, что ты мне нравишься. Если будешь вести себя благоразумно, тебя никто не тронет пальцем.

— Даже ты! — уточнила я, медленно расстёгивая платье.

Игорь обвёл меня горящим взглядом.

— Это будет трудно…

— Тогда ты ничем не отличаешься от своей банды!

Я резко стянула платье и как можно скорее натянула огромную, просторную футболку, скатала чулки по ногам и забралась на кровать.

Игорь присел рядом и поправил одеяло.

— Красивая ты, Карин...

— Ближе к делу. Игорь.

— Ладно, — усмехнулся мужчина. — Твой муж должен денег. Крупную сумму. Одолжил на раскрутку своего клуба. Ему предложили не только деньги, но и выгодный вариант сотрудничества… Он отказался, взяв только деньги. За отказ сотрудничать ему выставили очень сжатые сроки. Алексей согласился, пообещав, что выплатит всё.

Игорь сделал красноречивую паузу.

— Не выплатил всю сумму. Начал скулить, что клуб не раскачивается так, как он того ожидал. Начал просить об отсрочке.

Игорь поглаживал меня по плечу, словно успокаивая.

А я думала, что, наверное, я совсем не разбираюсь в людях, если обманулась не только насчёт Лёши, но и насчёт Игоря.

— Что стало с прежней машиной твоего мужа? — задал вопрос Игорь.

— Её угнали и разбили, подожгли, когда поняли, что поживиться нечем, — автоматически ответила я, вспомнив слова Лёши. — Пришлось купить новую.

— Разбили и сожгли, да. Только не шпана. Так твоему мужу дали понять, что нужно платить по долгам.

Я сглотнула… Это случилось в начале декабря. Лёша сильно переживал.

— Потом откуда-то твой муж нашёл деньги, выплатил значительную сумму долга.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Я прикусила губу, понимая, откуда Лёша взял деньги на новую машину для себя и на выплату долга — занял у старшего брата, в обмен на секс Демьяна со мной.

— Но должок всё равно остался. Тогда твой Лёха вспомнил о предложенном варианте сотрудничества и изъявил желание поработать. В тандеме с моим хозяином. Понимаешь?

— Нет. Объясни.

— Ну-у-у… Клуб. Девочки. Развлечения, от которых улетаешь…

— Проститутки и наркотики? — ужаснулась я.

— Назовём это развлечения, — уклончиво ответил Игорь. — Но суть ты поняла верно. И тут, вспомнив, как твой муженёк соскочил с предложения в прошлый раз, мой хозяин решил подстраховаться.

Я вспомнила, что Игорь появился на отдыхе.

Постоянно крутился рядом с нами, вспомнила спокойную реакцию Лёши на то, что Игорь флиртовал и заигрывал со мной. Лёша взревновал и даже дал понять, что я — его, но так… спокойно.

— Ты следил за нами? Лёша знал тебя?

— Да, я отправился следом за вами по указке.

— Никакой ты не хозяин базы! — фыркнула я.

— Не хозяин, — согласился Игорь. — Это бизнес человека, на которого я работаю. Но база мне нравится, я там часто бываю. Меня все знают.

— Поэтому так расторопно исполняют приказы?

— Да, умная девочка Карина. Именно так.

— Значит, я заложница и гарант того, что Лёша не соскочит с условий поставки наркоты в клуб?

— И не сдаст хороших людей, — дополнил Игорь. — К тому же мой хозяин планировал провести пару встреч. В клубе. Место ещё не засвеченное, для совершения сделок — самое то.

— Я заложница, — вздохнула я. — А что… что если что-то пойдёт не так?

— Но мы же верим в исполнительность твоего мужа, да?

— Мы разводимся, — зачем-то сказала я. — Я не хочу быть его женой.

Игорь широко улыбнулся.

— Мои шансы резко возросли!

— Ты сумасшедший? Даже если меня отпустят…

— Отпустят! — перебил меня Игорь. — В целости и сохранности, если Баринов не накуролесит.

— Неужели ты думаешь, что я захочу с тобой общаться после того, как ты держал меня в плену и угрожал изнасилованием? Ни за что!

— Работа такая, Карин!

Игорь нагнулся и поцеловал меня в висок. Потом встал и прошёл на выход. Застыл в дверях.

— Карин. Дом охраняется. Ты можешь перемещаться по нему спокойно, но не пытайся выбить окна или сбежать. У меня в доме хорошо готовят, есть чем заняться. Я взял твои ключи и хочу привезти тебе что-нибудь из одежды. Номер квартиры только скажи!

— Ты следил за мной всё это время? Или за Лёшей тоже?

— За Бариновым приставил следить своих парней. За тобой наблюдал лично.

— Я польщена. Сколько должен Лёша? У нас есть квартира новая и его машина, и… — я еле выдавила из себя: — и машина, подаренная недавно. Новый Мерс. Я его не видела, но уверена, что модель новая и дорогостоящая.

— И сбережения в банке, — добавил Игорь, разведя руками. — Увы, но это капля в море.

Я похолодела от ужаса.

— Извини, важный телефонный звонок, — Игорь достал из кармана телефон и кивнул мне. — Спокойной ночи, Карин. Надеюсь, всё пройдёт хорошо…

36. Карина

Ровно сутки я провела в гостях у Игоря. Он пытался скрасить моё заключение дружеским трёпом, совместными ужинами и просмотром кинолент.

Игорь даже привёз мои вещи, в том числе и бельё.

— У тебя красивые трусики, — ухмыльнулся он.

— Все потрогал?

— И даже понюхал! — не смутился ни капли. — Но они пахли кондиционером для белья, а не тобой.

Он постоянно находился рядом и не прекращал флиртовать, делая вид, что я — просто гостья, а не заложница, которой угрожали физической расправой.

На вторые сутки Игорь заявился, чтобы составить мне компания к завтраку. Я только недавно проснулась и не успела переодеться, сидела в мужской футболке, приходящейся ниже задницы.

Хитрец привёз необходимые вещи, но специально забыл про пижаму. Ему льстило видеть на мне свою футболку в качестве спальной одежды.

— Ближе к телу, да?

Я даже не улыбнулась.

— Так себе подкат, Игорь. Неужели в арсенале закончились фривольные шуточки?

— Я только начал! — улыбнулся мужчина и нахмурился, услышав входящий звонок на телефон.

— Извини, надо ответить.

Мужчина отошёл подальше.

— Да, у меня. Нет, всё нормально…Нет, девчонку никто не тронул. Что?

Игорь метнул на меня удивлённый взгляд.

— Прямо сейчас? Хорошо… Да. Буду.

Мужчина спрятал телефон в карман брюк.

— Собирайся, Карина.

— Что случилось?

Я стиснула вилку пальцами изо всех сил и была готова всадить её в руку, в шею или в глаз Игорю.

Я приготовилась услышать самое худшее — что сделка сорвалась, что Лёша накосячил, что меня ждёт расправа за долги мужа…

— Положи вилку, Карин. Мне нужно отвести тебя. Отпустить.

— Отпустить?

— Да…

— Почему? Что произошло?

— По долгам твоего мужа расплатились. С условием, чтобы тебя отпустили в тот же день.

— А как же клуб? — спросила я, уже торопливо шагая в спальню, чтобы забрать свои вещи.

Игорь прислонился к косяку, наблюдая, как я запихиваю вещи, не заботясь о том, чтобы сложить их.

— Условие с клубом лежит на плечах твоего мужа. Без изменений. Но долгов у Баринова Алексея теперь нет. За обещанное успешное сотрудничество он теперь отвечает своей головой.

Я встала перед Игорем. Он пробежался сожалеющим взглядом по мне.

— Футболку дарю на память, — безмятежно улыбнулся он.

Я только сейчас поняла, что на мне до сих пор надета его футболка, в которой я спала. Завтрак получился невероятно ранним, я не успела переодеться.

— Я сниму.

— Не стоит, — отмахнулся Игорь. — Верхнюю одежду и обувь, сумочку уже принесли. Поторапливайся… У Цербера терпение заканчивается.

Я едва не споткнулась, услышав прозвище, которым Игорь сразу же наградил Демьяна.

— Ага, давай расшиби нос в лепёшку, чтобы с меня три шкуры спустили! — проворчал Игорь, придерживая меня.

Он бережно запахнул пальто и помог застегнуть сапоги. Потом вопреки своим же словам о спешке, неторопливым шагом вышел из дома и направился к машине.

— Ты имел в виду Демьяна? — всё-таки спросила я.

— Баринов-старший разрулил за младшенького… — нехотя ответил Игорь, помог забраться в высокий внедорожник и сам сел внутрь, вздохнул. — Заплатил. Хрен знаеткого он напряг или попросил так, что мой хозяин приказал доставить тебя как можно быстрее. И без единой царапины.

Сердце забилось быстро и, казалось, желало выпрыгнуть из груди. Демьян опять разгрёб проблемы Лёши.

Игорь молчал всю оставшуюся дорогу. Он знал, куда ехать. Его телефон звонил беспрестанно.

— Еду. Нет, быстрее не могу. Если буду везти быстрее, попаду в аварию, и тогда доставить девчонку без единой царапины не получится… — то и дело отвечал он.

Потом выматерился.

— Бесится твой Цербер, Карина, — усмехнулся. — Ну, не ведьма ли, а? Стольким мужикам голову вскружила!

Игорь усмехнулся и погрузился опять в свои мысли. Остановившись на очередном светофоре, он развернулся в мою сторону.

— Что ты решила? Разводишься с мужем, а потом что? К Церберу?

— Игорь, это тебя никак не касается, — ответила я и добавила. — Ни к кому. Сама хочу пожить. Без мужиков.

— Э-э-эй, ты что, решила перейти в лагерь бородатых феминисток? — удивился Игорь, предложив. — На меня посмотри, ну?

— Боже, ты невыносим! Ты меня похитил, угрожал! И от тебя надо держаться подальше в первую очередь!

— Ну, что я могу поделать? Понравилась ты мне, карты спутала. Говорю же, ведьма. Но красивая ведьма!

— Просто отпусти меня как можно скорее — и простимся на этом.

— Неужели настолько братья тебя затрахали, что на других мужиков смотреть не хочется?

Я возмущённо посмотрела на Игоря.

— Бля. Ну, я имел в виду, надоели, просто выразился по-привычному. Не обижайся…

Игорь сказанул грубо и по-мужски. Но он был прав. Я настолько устала быть пешкой и объектом схватки мужских интересов, что меня, откровенно говоря, всё заебало.

— Хочу уехать как можно дальше.

Игорь внезапно накрыл мою ладонь своей и сжал:

— Давай махнём к океану, на белый песок? Разгребусь с текущими делами и вырву несколько дней… Только Цербера своего на хрен пошли.

— Это не смешно, Игорь.

— Так я и не смеюсь, — ответил Игорь, серьёзно посмотрев на меня. — Да не смотри ты на меня так! Нормальный я, общительный, весёлый…

— Ага. И спасатель.

— И спасатель, да. Со мной не утонешь и не пропадёшь.

Я улыбнулась одними губами.

— Главное, чтобы твоя работа в службе безопасности криминального дельца не скомандовала тебе «фас», да? — я махнула рукой, отвернувшись к окну.

Игорь насупился и замолчал. Мы приехали к зданию одного из крупных торговых центров.

Ранним утром ещё оставалось много парковочных мест. Игорь припарковал автомобиль без всякого труда. И всё-таки не удержался от реплики, когда открывал дверь.

— Я записал тебе в телефон свой номер. Игорь-спасатель. Позвони, если передумаешь…

Настырный. Потом он закинул сумку с вещами на плечо и, придерживая меня под локоть, повёл в обход здания.

Сзади было припарковано два внедорожника. Одну машину я знала сразу — её арендовал Демьян. Двое мужчин разговаривали вполголоса.

Дверь внедорожника Демьяна была приоткрыта. На звук поскрипывающего снега мужчины обернулись. Демьян впился полыхающим взглядом в моё лицо.

Тревога и злость бушевали в синих глазах. Но беспокойства было намного больше. И заботы.

На мгновение я снова почувствовала себя его девочкой. Из прошлого.

— Доставили, Барин. Держи свой товар. В целости и сохранности! — широко улыбнулся немолодой мужчина, стоящий возле Демьяна.

Он был одет с иголочки. Дорогой костюм и туфли, внедорожник тоже был из самых дорогих, а за рулём сидел личный водитель.

— В целости же? — сощурился он, посмотрев на Игоря. — Твои не трогали?

— Нет. Следил сам, — отозвался Игорь.

После его слов желваки на скулах Демьяна обозначились ещё резче.

— Забираю, — резко бросил Демьян и подошёл ко мне.

Но не стал обнимать, а переплёл пальцы с моими.

— Мы договорились, — сказал Демьян, посмотрев на мужчину. — Если у Лёхи что-то пойдёт не так, вы её не трогаете. Так?

— Так, — кивнул мужчина. — Ты был довольно убедителен. Научи и младшего брата держать слово.

— Теперь он сам за себя, — ответил Демьян.

— Как скажешь. Хозяин — барин, — пошутил мужчина и махнул Игорю. — Есть дело. Езжай за мной…

Машины отъехали со стоянки. Сумка с вещами лежала у моих ног. Я почему-то избегала прямого взгляда Демьяна.

Он сам обхватил моё лицо пальцами и развернул к себе.

— Ты как, Рин? Тебя не обижали? Не трогали?

— Нет, — сухим голосом ответила я. — И ты, пожалуйста, не трогай.

Я отошла, обняв себя руками.

— Карина?

Я резко обернулась на голос мужа. Он вылез из автомобиля и странно кренился на правый бок, морщась от сильной боли.

— Карин, я виноват…

Лицо Лёши заплыло и напоминало один большой синяк.

— Давай поговорим? Пожалуйста, — жалобно улыбнулся разбитыми губами.

— Давай. Расскажешь сам, как подставил меня несколько лет назад? Все участники здесь. Два брата и я.

37. Карина

— О чём ты? — нахмурился Демьян.

Я подошла к Лёше, глядя в его светлые глаза.

Боже, мне иногда было стыдно смотреть ему в глаза, потому что я любила его не так, как он того заслуживал!

Оказывалось, что он обманывал меня…

— Расскажи Демьяну. Сам. Я не хочу повторять ни слова из услышанного от Оксаны.

— Оксана?

— Да, я наткнулась на неё случайно. Сейчас она работает официанткой и выглядит потасканной жизнью. Встретив меня, она решила добавить ложку дёгтя. Ей показалось, что я очень хорошо устроилась, выйдя за тебя замуж. Оксана решил уколоть как можно больнее и рассказала о той подставе! Рассказала, как она опоила меня и привезла в клуб, а ты в это время удачно привёз своего брата в необходимый момент!

— Что? — взревел Демьян.

Он кинулся на Лёшу, сжал пальцами воротник куртки и с силой толкнул спиной на внедорожник.

— Сука! Говори! Это был ты? Ты всё подстроил? Говори! — заорал в лицо брату Демьян.

Вены на его шее вздулись. Лицо Лёши скривилось.

— Карина… — сказал Лёша, пытаясь поймать мой взгляд.

— На меня смотри, уёбок! На меня!

Демьян отпустил Лёшу и внезапно пробил ему кулаком в живот, потом бросил на снег и принялся пинать.

— Ты его убьёшь, Ян! — крикнула я. — Остановись!

— Блядь, говори, это правда?

Лёша сел кое-как, прислонившись к шипованным колёсам внедорожника, харкнул в сторону красным и, кажется, выплюнул парочку зубов.

— А что ты хотел? Тебе одному всё досталось! А мне перепадали только жалкие подачки. Даже тёлки — и те, только на тебя смотрели и текли. Я захотел твою… — усмехнулся Лёша. — Твою чистую девочку, как ты её называл. Сначала просто, чтобы утереть тебе нос, но пока пытался понять, как к ней подобраться… Пока присматривался, втрескался. И потом уже стало принципиально отобрать её у тебя. Себе. Моей должна быть. Любой ценой, но моей…

Демьян заорал. Просто разинул рот и выпустил громкий, разъярённый крик раненого зверя.

— Мразь… Я из-за тебя с ней, как с шалавой обошёлся. Гнобил и ненавидел. Из-за тебя!

Лёша устало усмехнулся, прикрыв один глаз. Второй и так был заплывшим и закрытым.

— Ага. Я в курсе, что ты трахнул и выбросил Карину на трассе. Я за тобой следил, поэтому оказался вовремя, пока на неё не наткнулся кто-нибудь другой. У тебя была к ней такая сильная любовь, что ты поверил только своим глазам…

— Тварь… Ты опоил её. Её трахнули, да? По твоей вине?

Лёша скривил губы:

— Её никто не трахал… Никто. Просто подруга стянула с неё трусы, пока она была невменяема. Я бы не позволил, чтобы кто-нибудь тронул мою Карину.

— Кроме тебя, да? — переспросила я.

Братья злобно смотрели друг на друга. Демьян выглядел так, словно был готов убить Лёшу, заколотить его до смерти.

— Кроме меня, да. Я тебя люблю…

— Нет. Ты себя любишь, Лёша. Свои желания и амбиции. Иначе бы ничего из этого не было. Ни-че-го. Я хочу развестись. Чем быстрее, тем лучше. Не хочу иметь с тобой ничего общего.

— Карина…

Демьян отшвырнул Лёшу от машины.

— Развод, сука! Завтра же!

Демьян распахнул дверь передо мной.

— Садись, Рин… Я…

Я отрицательно покачала головой.

— Пожалуйста, — тихим шёпотом произнёс Демьян. — Пожалуйста.

Его тихая просьба заставила всё во мне перевернуться. Я забралась в автомобиль, Демьян зашвырнул сумку с вещами на заднее сиденье. Через мгновение внедорожник сорвался с места. Лёша остался сидеть на снегу.

Демьян молчал, сжимая руль пальцами, побелевшими от напряжения. Потом он внезапно свернул и припарковал автомобиль.

Прежде чем я успела опомниться, он наклонился и уткнулся лицом в мои колени, обхватил их и глухо прошептал:

— Прости!

Всего одно слово. Но меня прорвало, как плотину. Я закрыла глаза, сотрясаясь от беззвучных рыданий. Эмоции захлёстывали меня с головой и крыли штормовыми волнами.

За их рёвом был едва различим ломкий голос Демьяна, шепчущего на повторе:

— Прости меня…

* * *

После небольшой паузы на дороге, мы вели себя так, словно ничего не произошло. Даже не разговаривали. Приехали к дому, где я снимала квартиру. Демьян поднялся следом за мной.

Он разулся и прошёлся по квартире, оставив сумку с вещами на комоде.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍— Значит, ты сейчас живёшь здесь…

Это были первые слова, сказанные Демьяном.

— Да. Чаю?

Демьян выглядел нерешительным. Его взгляд беспокойно метался по моему лицу, он кивнул и прошёл на крохотную кухню. Она стала ещё меньше с его появлением.

Массивная широкоплечая фигура Демьяна, казалось, заняла половину пространства. Он терпеливо дождался, пока закипел чайник, и даже отпил несколько глотков обжигающего чая, заваренного из одноразового пакетика.

Демьян крутил в пальцах чашку. А я не могла понять свои чувства. Смотрела на его крупные, сильные пальцы, беспокойно вращающие кружку по часовой стрелке и обратно, вспоминала всё произошедшее за последний месяц.

Ужасалась и не верила, что всё это было… с нами.

— Это я ехал за тобой, — внезапно сказал Демьян.

— Не поняла.

Демьян тяжело вздохнул и встал. Обхватил меня за талию и посадил на подоконник. Опёрся обеими ладонями так, чтобы я не смогла вырваться.

— Тогда. После расставания. Я оставил тебя на трассу одну и уехал. Врезался на первом же повороте, тормознул левую машину, заплатил водителю и попросил вернуться. Я был зол, но не мог оставить тебя… так. Так что в той машине ехал я. На заднем сиденье. Ничего бы не произошло. Я бы не позволил.

Я сглотнула ком в горле.

—Говоришь, что не позволил бы случиться ничему плохому, — выдохнула. — Знаешь, мне до сих пор кошмары снятся, как я иду вдоль дороги. А сзади крадётся машина… И я не знаю, что со мной будет. Так страшно, Ян. Так больно... Ты даже представить себе не можешь, каково это.

Демьян поднял глаза. Всего один взгляд, полный адской боли. Но он полоснул меня по нервам и заставил содрогнуться, как от удара током.

— Не смотри на меня, так, Демьян.

Он раскрыл мою ладонь и прижался щекой, потёрся щетиной.

— Я люблю тебя, Рин.

— Нет больше Рин. После всего, что было, нас двоих больше нет. Разбилось, растопталось… Ничего нет, Демьян. Я себя живой не чувствую, понимаешь?

— Ошибаешься!

Он посмотрел мне прямо в глаза и резко привлёк к себе, вдавил голову в свою грудь. Зарылся обеими руками в мои волосы. Перебирал пальцами прядь за прядью.

— Ты подстриглась… Мне нравится. Мне всё в тебе нравится. МояРин…

Я чувствовала, что он начинает покрывать поцелуями волосы и перемещается на шею. Прося прощения губами, умоляя поцелуями.

— Демьян, постой…

Я отстранила его на расстоянии вытянутых рук.

— Спасибо за то, что помог. Хоть и не должен был.

— Замолчи! — стукнул по подоконнику кулаком. — Лёха тебя хрен знает во что втянул. Я просто был рядом, когда ему отправили фото с тобой. Пиздец, мне его убить тогда захотелось. И сейчас… Тоже хочется.

— И всё равно ты ему помог.

— Не ему. Я не хотел, чтобы это коснулось тебя. Тебя больше никто не тронет, обещаю.

Я помолчала, но потом сказала внезапно для самой себя:

— Лёша запутался. Не оставляй его. Он твой брат.

Демьян отпрянул от моих слов. Его лицо исказилось гримасой:

— Думаю, что теперь у меня нет брата.

— Снова отрекаешься от брата? — я пристально посмотрела на его лицо. — Неужели ты на самом деле так озлоблен? Я верила, что в тебе есть что-то хорошее. Но ты поступаешь очень жестоко. Ты просто выкидываешь людей из своей жизни, не заботясь о том, что будет с ними потом.

— Тебя я не выкинул.

— Выкинул, Демьян. Лёша прав. Ты меня выкинул и ушёл. Выкинул нас двоих.

— Вас больше нет. Рин. Есть только ты и Лёша. По отдельности.

— Да, я хочу развестись с Лёшей. Потому что я не ожидала от него такого предательства. Но «мы» были, Демьян. Я и Лёша — гораздо больше «мы», чем если взять меня и тебя.

Демьян поцеловал мою ладонь и усмехнулся.

— Не буду спорить с тобой, Рин. Скажу только, что завтра ты станешь свободной и незамужней девушкой. Чертовски красивой, сумасшедше привлекательной…

Внезапно Демьян опустился на колени и поцеловал мою руку.

— У меня нет кольца. Но я всё равно скажу тебе. Выйдешь за меня?

У меня во рту пересохло.

— Я… Я… Чёрт. Я не могу, — выдавила я из себя.

— Рин. Не убивай меня отказом. Я внутри всё перемолол, понимаешь? Даже до того, как узнал, в чём дело. А сейчас я не могу пустить ситуацию на самотёк. Всё время вдали от тебя я только и делал, что травился ненавистью. Ложной ненавистью. Тебя надо было боготворить, а я… — он вздохнул. — Мне ревностью глаза тогда застлало. Я прекрасно понимал, что творю, но упорно загонял себя в капкан. Я достиг грани. Дальше только пустота. Я не хочу тебя потерять. Снова.

Я слушала его. Моё сердце обливалось кровью.

Если бы я услышала эти слова давным-давно, до того момента, когда всё полетело в тартарары… Если бы Демьян сказал мне их несколько лет назад, ничего из того, что есть сейчас, не было бы.

Не было бы запутанных отношений на троих, осадка в душе и заноз в сердце от мыслей от обоих братьях.

— Это очень важные слова. Но я не могу ответить на них согласием. Извини. Но я не могу…

Я спрыгнула с подоконника и прошла мимо застывшего Демьяна.

— Нет? — переспросил он.

— Нет, — твёрдо ответила я.

Демьян постоял ещё немного, словно не веря, а потом медленно прошёл на выход. Впервые я видела его таким, с опущенными плечами и поникшим взглядом.

Но я не могла ответить иначе сейчас. Было пережито слишком много…

Слишком больно и горько. На месте сердца в грудной клетке — кровоточащая воронка.

38. Карина

Мы все потеряли что-то на этой безумной войне.

Кстати, где твои крылья, которые нравились мне?

Наутилус Помпилус

Я сомневалась, придёт ли Лёша для того, чтобы подать заявление о разводе. Но на удивление, он появился.

Моё сердце сжалось при виде его лица. На мгновение захотелось запустить руку в светлые волосы, чтобы помассажировать голову — он любил лежать у меня на коленях и выговаривать обо всём, что произошло за день.

Но я сдержала непроизвольный жест. Лёша заметил это и погрустнел ещё больше.

Мы подали заявление на развод. Я отказалась от имущественных претензий. Пусть всё останется Лёше.

— Твоя мама звонила, — выдохнул бывший муж уже на улице.

Плёлся за мной, словно не мог остановиться.

— Что ты ей сказал?

— Сказал, что налажал. Так и есть, правда? — усмехнулся он. — Просто пойми, Карин. Я люблю тебя. Сильно. Безумно. Знаешь же?

Я отодвинулась от Лёши. Он окинул меня покрасневшим глазом и внезапно стянул с моей головы просторный шарф.

— Где твои волосы, Карин? Ещё вчера хотел спросить. Ты их обрезала. Зачем?

Взгляд Лёши был потрясённым. Он провёл рукой по моим волосам, пропустив их сквозь пальцы. Потом безвольно опустил руку с разбитыми в кровь костяшками.

— Они нравились тебе. Ты запрещал их обрезать. А я не хочу…

Лёша выглядел так, как будто я полоснула его по глотке хирургическим скальпелем.

— Карин, пожалуйста. Мне ничего не нужно без тебя. Карин… Ты стала моим смыслом. Я верил, что всё получится.

— Так верил, что решил продать и выставил падшей.

— Нет, милая, ты — мой ангел. Даже без крыльев…

— Лёш. Прекрати. Пожалуйста. Я ничего не хочу. Ты и сам прекрасно понимаешь, почему я за тебя зацепилась. Ты всё-таки чуточку, но похож на Яна. И тогда я считала, что ты вытащил меня из депрессии, был рядом… Сначала это было чувство благодарности и нежелание быть одной. Потом я полюбила тебя. Но не так сильно, как ты того хотел. Ты в моём сердце, но никогда не был там один. Делил его с Яном. Даже если бы не открылась правда о прошлом, я не смола бы любить тебя одного. И оказывается, мы жили обманом. Вся наша семейная жизнь была построена на одной огромной лжи. Я не могу тянуть её на себе дальше.

Лёша грустно посмотрел на меня глазами побитой собаки, признающей свою вину и вымаливающей о прощении.

— Я еле встал утром. Даже ноги передвигать не хотелось. Дёма пригрозил, что пригонит меня пинками, протащит по асфальту, если понадобится. Я так не хотел этого! Как мне просыпаться по утрам, зная, что тебя нет со мной?

Я не удержалась и обняла его, задержала на мгновение и отпустила. Лёша вцепился в ткань моего пальто, не желая отпускать.

— Хочешь, чтобы я осталась? Ты предлагаешь мне просыпаться по утрам с тобой, зная, что именно ты меня едва не погубил? Превратил в фетиш, в грёбаный культ. Лёш, я так не могу. Мне сейчас больно думать о тебе. Отпусти меня, пожалуйста.

— К Дёме?

— Нет, Лёша. Мне нужно побыть одной.

Бывший муж тяжело дышал.

— Я не смогу жить без тебя. Я наложу на себя руки.

— Не пытайся шантажировать меня угрозой суицида! — ответила я. — Выпей таблетку. Ты всегда мог их достать без рецепта. Меня ты чем-то пичкал... Наркотой?

Лёша побледнел.

— Нет! Тебе всего один раз подсыпали в коктейль наркотики. Я давал тебе успокоительное. Оно сильное, но это не наркотики.

Бывший муж обхватил мои ладони, целуя:

— Дай мне ещё один шанс, Карин. Я докажу, что могу быть лучше. Пожалуйста...

Я молчала. Лёша тревожно вглядывался в моё лицо.

— Я не пичкал тебея наркотой. Не веришь? Неужели ты думаешь, что я до такой степени невменяем?

— Лёш, отпусти меня. Отпусти, если любишь, и не пытайся испортить впечатление о себе ещё больше. Я хочу верить, что ты просто запутался.

— Что я буду делать без тебя? Без цели, без смысла. Кому я нужен?

— Лёш, у тебя есть большое дело. Твой любимый клуб. Уверена, ты его раскрутишь, как планировал. Найдёшь мне замену.

— Так ты, да? — горько рассмеялся Лёша. — И как тебе замена?

— Я тебя любила, Лёша. По-своему любила. Но на обмане и лжи вырастает только мыльный пузырь с грязными разводами. Однажды он всё равно лопнет, как бы ты его ни оберегал.

* * *

Вот и всё…

Очередной лист моей жизни был перевёрнут.

Внезапно я поняла, что впервые буду жить самостоятельно без оглядки и поддержки мужчин, значивших для меня так много.

Они были для меня всем. Демьян — жизнью и смыслом. Лёша — глотком кислорода и спокойствия.

Я растворилась сначала в одном мужчине, отказывая себе в любимых занятиях. Демьяна сжигало ревностью во время моих выступлений с танцевальным ансамблем, и он запретил мне танцевать. Я была так глупо и безотчётно влюблена, что безропотно пошла на поводу его требования.

Потом Демьяна сменил Лёша. Я снова забила на себя и свои желания. Я цеплялась за Лёшу, чтобы не утонуть, и изо всех сил строила счастливый быт молодой семейной пары…

За ними двумя я растеряла себя.

Многое прошло мимо меня.

Я сама добровольно отказалась от этого, принеся жертву на алтарь отношений. В первом случае — болезненных, во втором — напрасных.

Впервые я поняла, что эти жертвы были не нужны.

Внезапно я решила снова заняться танцами.

Первое занятие далось мне с трудом. Все мышцы тянуло, тело ныло после непривычной нагрузки.

Но это была приятная, болезненная наполненность и узнавание родного и знакомого, того, что было частью меня.

Поэтому я возвращалась в себя и радовалась тому, что тело помнило движения, плавно перемещаясь и выполняя нужные жесты.

В конце февраля мне удалось устроиться начальником отдела продаж в фирму, занимающуюся торговлей офисным оборудованием.

Мне нравился плотный график. Но оставалось много свободного времени.

Раньше я полностью направляла его в семейный быт.

Идеально выглаживала рубашки и брюки мужа, готовила замысловатые закуски, украшала интерьер милыми сердцу мелочами.

Ничем из этого я не занималась сейчас и поняла, что могу потратить ценное время на себя.

Я поймала себя на мысли, что оба брата до сих пор присутствуют в мыслях. Демьян до сих пор крадёт часть моих снов, подчиняя их своим желаниям. А лёгкая улыбка Лёши днём чудится мне в случайно увиденном солнечном зайчике.

Нас с Лёшей связывают тысячи мелочей и жизненных случаев. Поневоле в каждом дне я замечаю тень его присутствия.

Лёша всегда находился рядом. Его вокруг меня было очень много, а сейчас мне катастрофически начинает не хватать заботы и нежности, успокаивающего тона его музыкального голоса.

Мне нужно перебороть тягу к Демьяну и скуку по заботе Лёши.

Демьян держался на расстоянии. Лёша звонил, но я всё реже брала трубку. Мне было тяжело слушать его потухший голос с затаённой надеждой. От осознания, что его ломает так, как никогда прежде, во мне просыпалось желание облегчить мучения хотя бы ласковым словом. Я не давала волю этим непрошеным чувствам.

Сейчас я была не готова сказать «да» хотя бы одному из братьев, боясь, что по отдельности они снова утянут меня на дно, соревнуясь.

Я обрывала ростки этого желания.

Лёша постоянно давал о себе знать. Звонил и интересовался, как у меня дела, постоянно приглашал куда-то. По-дружески, говорил он.

Но я чувствовала в его голосе желание и надежду на то, что мы снова будем вместе.

Да, он любил меня болезненной и зависимой любовью. Я старалась как можно быстрее заканчивать разговоры с ним, потому что чувствовала, что в лице Лёши я тоже потеряла очень многое.

После его предательства мне было больно так же, как в прошлом после разрыва с Демьяном.

Только на этот раз я знала, что некому меня поддержать. Нужно держаться на плаву самой.

Если бы я знала подоплёку событий прошлого, то переписала бы начисто несколько страниц своей жизни.

Но что было, того уже не исправить — придётся жить с совершёнными ошибками и неправильными поступками.

Остаётся только надеяться, что потом я смогу сделать верный выбор.

Но никто не гарантирует, что он будет правильным, да?

Мы бродим вслепую по полю жизни с разбросанными тут и там граблями, припрятанными ямами и препятствиями, о которые спотыкаемся, но идём дальше.

39. Карина

ЧАСТЬ 5. ВОЗРОЖДЕНИЕ

Демьян должен был вернуться в Штаты.

Но остался.

Он не досаждал своим присутствием, давая мне необходимый глоток свободы.

Понятия не имею, каких трудов ему стоило держаться в отдалении.

Демьян присылал курьера с моим любимым латте и неизменной белой розой. Но пока не наседал на меня.

Он постоянно желал мне сообщением доброе утро и спокойной ночи, с припиской:

«Если передумаешь, я готов приехать к тебе в любую минуту…»

Но я пока не передумывала.

Наращивала слой за слоем, возвращала былую уверенность и просто жила, погружаясь с головой в работу, занятия танцами и ни к чему не обязывающие встречи с коллегами по работе.

Мне повезло устроиться в дружный коллектив, часто устраивающий вылазки в боулинг, поход в кафе или активные игры на выходных.

* * *

Однажды в торговом центре я наткнулась на Игоря.

— Карина!

Всё тот же хитроватый прищур тёмных глаз и улыбка лиса, располагающая к себе.

— Опять следишь за мной? — спросила я у Игоря.

— Нет, Карина, на этот раз мы встретились совершенно случайно. Мне нужно выбрать подарок для пятилетней племянницы. Поможешь?

— Я?

— Сестра в гости прилетела, на пару дней, — объяснил Игорь. — Надо племяшку порадовать. А я понятия не имею, что любят дети в таком возрасте.

— Думаешь, у меня большой опыт в таких делах? — усмехнулась я. — У меня же нет детей. И никогда не было.

Надо было бы, наверное, держаться подальше от Игоря. Как ни крути, не был он безобидным рубахой-парнем, хоть и пытался выглядеть им.

Но вопреки здравому смыслу, я всё-таки завернула вместе с ним в магазин игрушек. После долгих хождений по залу и споров, мы всё-таки выбрали большой домик для пони с героями мультфильма. Консультант заверил, что большинство девочек возраста пяти лет любят именно этих героев.

Потом Игорь захватил огромного медведя и расплатился на кассе, всучив мне мягкую игрушку.

— Игорь, мне не пять лет.

— Двадцать пять? Когда у тебя день рождения?

Я едва обхватила огромного медведя двумя руками. Пришлось выглядывать из-за его головы, чтобы посмотреть в лицо мужчине.

— Можно подумать, что ты не знаешь, когда у меня день рождения. Ни за что не поверю.

— Ладно, ты меня раскусила, Баринова Карина Евгеньевна. Я знаю, что тебе исполнится двадцать четыре через месяц. Только меня через месяц не будет в России, поэтому… вот. Держи. Можешь спать с медведем и думать обо мне.

— Спасибо за преждевременный подарок. Спать с медведем не буду, можешь не надеяться — медведь займёт слишком много места.

— Кстати, я компактнее этого медведя, — подмигнул Игорь.

Я скептически усмехнулась. В мужчине было роста как минимум метр девяносто, и он ничем не уступал в телосложении Демьяну. Заявлять, что он компактный, было очень опрометчиво.

— Смейся-смейся! Пока не попробуешь, не узнаешь, — не сдавался Игорь. — Кстати, ты не передумала насчёт поездки к океану?

— Не помню, чтобы я планировала её.

— Самое время запланировать. Давай махнём на белоснежный песок? У меня как раз отпуск, а у тебя День Рождения. Идеальное совпадение! Знак судьбы…

— Нет, — покачала головой.

— Да ладно! Ты подумай. Мы всегда летаем компанией отдыхать. Познакомлю с друзьями. Будешь спать в отдельном бунгало. Честное слово.

— И это бунгало будет стоять далеко от твоего?

— Нет, что ты… Я не могу позволить себе расслабиться. Буду присматривать за тобой. Мало ли чего. Но лучше, чтобы оказаться вместе в одном помещении по приятной причине.

Я поболтала с Игорем ещё немного, отказалась от его предложения подвезти меня, сказав, что доберусь до дома на такси.

На душе было легко. Я не приняла предложение Игоря провести вместе отпуск. Не сомневаюсь, что в постели с ним было бы так же легко и непринуждённо, как в общении.

Есть мужчины, которые распространяют ауру секса вокруг себя. И какой бы невинной и смирной овечкой ты ни была, чувствуешь обещание наслаждения каждой клеточкой тела.

Но пусть темноглазый, весёлый и чуточку опасный Игорь достанется другой девушке, которая оценит его по достоинству.

Игорь не мой мужчина, вот и всё.

Я больше не хочу обманываться и замещать одно чувство другим.

Моя привязанность и любовь к Демьяну — сильная и непреодолимая — никуда не делась. Она только окрепла и очистилась от чувства обиды и досады на него.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Мы оба были обмануты и обманывались, что можем находиться порознь…

Я вышла из здания торгового центра, думая о том, куда дену такого огромного медведя. Я поставила его на лавочку и достала телефон, чтобы вызвать такси.

Внезапно почувствовала пристальный взгляд и безошибочно угадала, кто на меня смотрит, даже не поднимая глаз.

Я повернула голову направо — Демьян опёрся о свой автомобиль и курил, глядя на меня. Голодно и с тоской…

Я замерла, глядя на Демьяна. Любовалась им молча. Внутри меня бурлили самые разнообразные чувства.

Но ненависти, злобы и презрения не было.

Демьян просто смотрел на меня и ждал. Не принуждал и не тянул к себе. Скорее, выпрашивал разрешение приблизиться взглядом.

Молча, но красноречивее любых слов.

Я сама подошла к нему и замерла. Так близко, что могла рассмотреть крошечные морщины в уголках глаз или попытаться сосчитать длинные, тёмные ресницы.

— Ты до сих пор не уехал?

— Нет. Куда я без тебя? Я уехал несколько лет назад…

Демьян тяжело вздохнул. Тёмная рубашка натянулась на внушительной, мускулистой груди.

— Уехал. Но только не от себя и не от тебя. Не получится…

Демьян отбросил одну сигарету и сразу потянулся за другой. Он жадно затягивался, стремясь поскорее заполнить пустоту в лёгких.

Я поняла, что Демьян нервничал и переживал, но старался не показывать этого.

Ему всегда было проще выбить беспокойство кулаками или грязными словами, чем признаться, что тревога съедает его изнутри.

— Как дела на работе? Мартынов не напрягает? — внезапно спросил Демьян, выбрав нейтральную тему для разговора.

— Мартынов? — переспросила я.

Я посмотрела в глаза Демьяна, заметив в глубине синевы лукавых чертей.

— Мартынов Олег Николаевич — твой знакомый, — сказала я.

— Да, — даже не попытался увильнуть.

— Чёрт побери, Демьян! Я радовалась тому, что начала жить самостоятельно. Но оказывается, что меня приняли на работу по твоей просьбе! Да?

Демяьн кивнул. Когда я разместила резюме, меня пригласили на несколько собеседований. После собеседования с директором Мартыновым и одного испытательного дня, мне предложили работу.

— Я хотел, чтобы тебя оформили коммерческим директором, но Мартынов заявил, чтобы я поумерил аппетит.

— Да, у тебя действительно, большие аппетиты, Баринов.

— В отношении тебя, особенно, Баринова Карина. Ты не стала менять фамилию. Почему?

— Не хотела лишней беготни с бумагами. К тому же мне нравится фамилия Баринова. Раньше я мечтала о ней, — призналась я. — Не говоря об этом вслух, но представляла, как однажды ты сделаешь мне предложение, а потом вынесешь на руках из загса…

Демьян притянул меня к себе за талию одной рукой. Зажал сигарету между зубами и вытащил из кармана брюк коробочку.

— Моё предложение всё ещё в силе. На этот раз уже с кольцом.

— И какой срок у твоего предложения?

Я не решалась открыть крохотную коробочку, обтянутую синим бархатом.

— Для тебя оно бессрочное.

Демьян отбросил сигарету и признался:

— Честно говоря, я уже заебался носить кольцо в кармане.

— Так избавься от него, — улыбнулась я.

— Только если надену тебе на палец. Можно?

Я не стала отвечать, потянулась и обняла Демьяна, обвив руками за раскачанный торс.

— На улице холодно и сыро, а ты в одной рубашке.

— Я горячий мужчина. Моей любовью можно сжигать дотла целые города.

Я рассмеялась. Слова Демьяна прозвучали самоуверенно и по-бариновски, как когда-то раньше.

— Сжигать и ломать всегда проще, Демьян.

— Я много думал о нас с тобой. Понял, что много налажал сам. Я сделал выводы... Мне без тебя не живётся совсем. Рин, давай начнём заново?

— Заново? И ты забудешь всё, что было?

Демьян нахмурился.

— Кое-что я не смогу забыть.

— Я хотела бы начать заново. Но боюсь, что тень прошлого всегда будет стоять между нами.

— Ты про Лёху?

— И про него тоже, — осмелилась признаться вслух.

Потом вздохнула, осторожно захлопнула крышку коробочки с обручальным кольцом.

— Давай поговорим не здесь?

— Ко мне?

— Нет… Ко мне. И я заберу игрушечного медведя. Он мне нравится.

Демьян сжал челюсти, потом выдохнул.

— Ладно. Бери. Хотя мне его, если честно, выпотрошить хочется.

— Ты сказал, что сделал верные выводы, Ян. Надеюсь, что это не просто слова. Потому что одних слов мне уже мало, — ответила я, беря огромного медведя, подаренного Игорем.

— Ты повзрослела, девочка Рин. Очень быстро, — улыбнулся Демьян.

Он улыбнулся одними губами — улыбка не затронула сапфировое море глаз.

Я поняла, что нам ещё о многом стоит поговорить. Мы побыли порознь.

Но в наших отношениях много тонкого весеннего льда. Слишком хрупко, опасно и сложно удержаться, чтобы не скользнуть в ледяную воду с головой.

Кольцо и предложение Демьяна ещё ничего не значат — я поняла это только сейчас.

Наверное, действительно, повзрослела и многое разъяснила, прежде всего, для себя.

Я спокойно села в машину Демьяна. Чувствовала себя увереннее, чем до этого. Из меня пропала нервозность и страх потери. После всего, что было между нами, кажется, я разучилась бояться.

Раньше я боялась потерять Демьяна, была готова унижаться и переступать через себя и свои желания.

Сейчас, сидя рядом с Демьяном, я так же любовалась его резким, хищным профилем, но понимала, что теперь не стану ни кромсать, ни менять себя в угоду ему.

40. Карина

Демьян прошёлся по небольшой квартире, которую я снимала.

— Я хотел бы забрать тебя.

— Куда? — спросила, наливая чай. — В Штаты?

— Почему бы и нет?

— Потому что нет, Демьян.

Я подвинула в сторону Баринова кружку чая с молоком и поставила на стол домашние эклеры.

— Я не пью чай с молоком, Рин. И эклеры тоже не люблю. Это всё Лёха любит.

— Извини, — немного смутилась я.

Я действовала на автомате, разливая чай. Руки помнили привычные действия. Три с лишним года брака и совместной жизни не так-то просто выкинуть в мусорную корзину из своей памяти.

— Давай налью тебе новый чай? — улыбнулась, отставляя кружку с чаем в сторону, и опять пальцы потянулись к молочнику. — Чёрт…

Выругалась под нос, но Демьян всё услышал и поднялся, надавив на моё плечо ладонью.

— Сядь, не суетись. Я вообще не любитель пить чай. Просто посижу рядом с тобой и поговорю.

— Хорошо.

Демьян сверлил меня взглядом, потом опять задал тот же вопрос. Про Штаты.

— Почему ты не хочешь уехать?

— Потому что это чужая страна. Я никогда не бредила Америкой. Поехать туда на отдых я не против. Но переезжать не стану, — спокойно ответила я. — У меня здесь родители и привычная жизнь. Много дорогих сердцу мест. Нет, Демьян. Я не перееду. Не надейся.

— Удивлён.

— Надо же, я думала, что мне нечем тебя удивить, — усмехнулась я.

— Я тоже так думал, — растягивая слова, ответил Демьян. — В особенности, после того, как ты заявила мне о желании заняться сексом втроём. Это было неожиданно. Тогда я решил, что удивить ты меня больше не сможешь.

Мои щёки немного полыхнули краской смущения.

— Ты стесняешься? — улыбнулся Демьян. — После того, что было?

— Плохая девочка, да?

— Нет, напротив. Не знаю, как тебе это удаётся, — улыбнулся Демьян.

Потом перевёл взгляд в окно и спросил:

— Ты вспоминаешь о том, что было между нами? Втроём?

— А ты? — ответила вопросом в лоб. — Только честно?

Демьян расхохотался.

— Кажется, для разговоров на столь откровенные темы, по душам, нам не хватает третьего участника, чтобы выяснить всё досконально…

Я не рассмеялась шутке Демьяна. Просто обхватила кружку пальцами, поняв одну простую истину: первое время я наслаждалась свободой и наращивала броню.

Сейчас же действовала скорее по привычке.

Окинула взглядом кухню, подмечая детали, прокравшиеся в мою новую, якобы изменённую жизнь: любимый кофе Лёши, сливки, которые он всегда выбирал. Эклеры с заварным кремом, обожаемые им.

Муж всегда умудрялся откусить эклер так, что крем вылезал с другой стороны пирожного. Лёша подхватывал его пальцем и дразнился, иногда нарочно пачкал меня сладким кремом, чтобы начать целовать.

Я не заметила, как по губам скользнула лёгкая улыбка. Потом вернулась в нынешнюю реальность.

Демьян наблюдал за мной со странным выражением лица.

— Сейчас ты думала не обо мне.

— Не о тебе. О Лёше. Как бы то ни было, я прожила с ним достаточно много. Он был честен со мной не во всём, как оказалось.

— Сука, — процедил сквозь зубы Демьян, сжав кулаки.

— Прекрати, — усмехнулась я. — Лёша создал ситуацию, но всё остальное сделал ты сам. Позволил своим сомнениям взять верх. Червячок сомнения сидел в тебе, подтачивая изнутри.

— Рин, я…

— Я тебя не виню. Я выбивалась из твоего привычного круга общения. И увлечение клубными танцами сыграло против меня, и наш первый раз. Как говорится, бес попутал. Ты испортил хорошую девочку Рин собой, Демьян, а потом начал сомневаться, что я действительно домашняя и только твоя.

Демьян скрестил руки под грудью, усмехнувшись:

— Сейчас мы говорим без масок?

— Нужно же отбрасывать их в сторону. Когда, если не сейчас? Учитывая, что ты мне предлагаешь.

Я поставила на стол коробочку с кольцом.

— Уезжать в Штаты не хочешь. Это раз. Кольцо моё ты так и не приняла. Это два. Какие я должен сделать выводы? — резковато спросил Демьян.

— Ты был моим первым мужчиной. Всегда останешься особенным и значимым для меня, Ян. Сейчас ты хочешь услышать от меня чёткие ответы с контрастными тонами, — перевела дыхание. — Но твоя Рин выросла и поняла, что в мире слишком много полутонов, чтобы мерить всё чёрно-белыми маркерами.

Демьян побледнел. Даже под загаром было видно, как кровь схлынула от его лица.

— Почему мне кажется, что сейчас ты говоришь о Лёхе?

— Может быть, потому что я имею в виду действительно его? — ответила вслух, вскрыв болезненный нарыв не только для Демьяна, но и для себя.

— Твою же мать! — ругнулся Демьян.

Я прикусила губу, удивляясь тому, какой стороной сейчас повернулась ситуация.

Раньше между мной и Лёшей стоял призрак моей влюблённости в Демьяна.

Сейчас между мной и Демьяном маячила тень Лёши.

— Ты хочешь от меня слишком многого, Демьян. Говоришь, что готов начать заново. Но отрицаешь то, что было.

Я начала прибирать со стола. Кухня была крохотная. Стоя ровно посередине, до всего можно было дотянуться рукой. Демьян наблюдал за мной с ироничной усмешкой.

— Бля, Рин. Это не квартира! Это даже норой назвать сложно. Переезжай жить ко мне?

— Я никуда не поеду, Демьян.

Демьян обнял меня, задумчиво гладя большими ладонями по плечам. Обнял сзади, прижав меня к своему большому, сильному телу.

— Раньше ты часто называла меня Яном. А сейчас обращаешься ко мне только полным именем, — шумно выдохнул мне в макушку, перебирая волосы пальцами. — Значит, я тоже никуда не поеду. Вредина. Ты не хочешь ни ехать со мной, ни говорить мне «да». Решила взять реванш?

— Немножко, — пошутила я, но потом ответила совершенно серьёзно. — Не так, как ты и Лёша, когда делили и рвали меня на части.

— Рвали? — по губам Демьяна скользнула холодная улыбка. — Кажется, ни одна твоя дырочка не пострадала. Эластичная девочка.

Шутка, понятная нам двоим. Но в словах Демьяна я уловила горечь полыни. Ему, собственнику, до сих пор было тяжело смириться с тем, что он делил меня с братом.

— И всё-таки переезжай ко мне? — продолжил настаивать Демьян. — Прошу. О кольце напоминать не стану. Пусть ждёт своего часа.

— Тебе придётся запастись терпением.

— Но ты ко мне переедешь?

— Ты не имеешь права давить на меня сейчас! — нахмурилась я.

— Я скучаю и схожу с ума в огромной холодной постели. Там может разместиться хоккейная команда, а я дрочу ночами свой кулак в одиночестве. Пожалей меня, м? — усмехнулся Демьян, переводя всё в плоскость пошлой шутки.

Я скучала по нему. Демьян предлагал начать заново. Но я остро, как никогда раньше, чувствовала, что пока между нами не разрешатся все сомнения, мы не сможем быть вместе.

Демьян сказал, что сделал верные выводы, но в уголках его губ и на дне глаз я улавливала тень сомнения. Он не перемолол в себе то, что было, и не простил ни себя, ни меня, ни брата.

Может быть, хотел верить, что ему это удалось. Но резковатые интонации говорили сами за себя — он не готов.

А я не готова жертвовать ни собой, ни ребёнком.

Это невысказанный секрет, хранимый мной в тайне от всех, даже от мамы.

Я не знаю, чей это ребёнок — Лёши или Демьяна. Иногда мы занимались сексом без презерватива. Я пила гормоны. Но они не сработали, как надо.

Итог нашей порочной связи — у меня будет ребёнок, а я не могу точно сказать, кто его отец.

Иногда кажется, что оба брата. Как в фантастических фильмах.

— Хорошо, Рин. Я готов подождать. Но давай хотя бы прогуляемся? — предложил Демьян. — Посидим в ресторане, покатаемся по городу?

— С продолжением в твоей огромной постели?

— Сейчас ты явно откажешь мне. Но знай, что я до сих пор наглый и озабоченный тобой сукин сын, мечтающий затащить тебя в постель.

* * *

Я согласилась прогуляться с Демьяном. Но вела себя с ним по-иному, выставляя и свои требования. Раньше я всегда прогибалась под его желания. С Лёшей было немного иначе.

Появление Демьяна в нашей жизни выбило и без того шаткую почву из-под моих ног. Но сейчас я отрастила коготки и научилась гладить против шерсти, как сказал Демьян.

Я просто хочу, чтобы он воспринимал меня не только как сексуальную девушку, но как человека со своими желаниями и мечтами.

Демьян знает меня, но немного иную версию. Более покладистую и голодно влюблённую в него без остатка.

Сейчас во мне больше просеянной временем страсти, отделённой от плевел. Я не так легко поддаюсь его попыткам манипулировать моими желаниями.

Демьяна это поражает и одновременно заводит. Замечаю, как в глазах цвета кобальта разгорается нешуточный азарт.

— Чёрт побери, мне придётся заново влюблять тебя в себя, Рин? — спросил Демьян после ужина. — Что будем делать дальше?

— Ты обещал, что мы покатаемся по городу.

Демьян уступил моей просьбе. Ему приходилось сдерживать свои мужские порывы, в которых превалировало желание обладать.

Мы словно вернулись в прошлое, но более умудрённые и спокойные, со сглаженными углами. Мне было приятно находиться рядом и чувствовать его пряное, мужское тепло.

Раньше мне не хватало этого чувства лёгкости.

Я упивалась тем, что было сейчас. Это была ещё не стопроцентная уверенность в себе без оглядки, но уже большой шаг вперёд.

Демьян немного расслабился и принял часть игры, в которой он — мужчина, но лишённый права прибирать меня без спроса в свои тугие и жадные объятия.

Мы много разговаривали. Не о том, что было между мной, ним и его братом. О другом.

Демьян рассказывал о себе, о том, как он заново устраивает свою жизнь здесь, в России, и не может привыкнуть к некоторым мелочам, но потом память даёт о себе знать, и он смиряется с реальностью. Демьяну, действительно, не хватает чувства смирения. Оно даётся ему с трудом.

Мы долго кружили по городу. Демьян курил больше обыкновенного, смотрел на меня и прятал за сизым дымом свои мысли. В его мыслях наверняка прокручивался один из горячих сценариев с нашим участием. Без посторонних.

Потом Демьян притормозил между баром и круглосуточным супермаркетом, обещая заскочить за сигаретами.

— Я быстро, Рин. Не угони мою тачку.

Я согласилась подождать. Но прошло больше пятнадцати минут ожидания. То ли в этот поздний час у кассы супермаркета образовалась очередь, то ли возникли другие проблемы.

Я вылезла из машины, стоя возле неё и вдыхая холодный весенний воздух.

Потом услышала в отдалении резкий, отрывистый голос Демьяна. Быстро вытащила ключи из машины, закрыв её, и пошла на голос мужчины.

Вдалеке слышался шум, как будто кто-то дрался. Голос Демьяна был приглушённый, но злой, едва не срывающийся.

— Разобьёшься. Отдай ключи!

— Тебе как-к-кая на хрен разница? — прозвучал в ответ пьяный смех.

Я узнала в этом заикающемся пьяном смехе интонации бывшего мужа и ускорила шаг. Завернула за угол.

— Лёша?

41. Карина

Демьян обернулся на звук моего голоса быстрее Лёши. Бывший муж вскинулся всем телом, словно его ударили током. Лёша смотрел на меня широко раскрытыми глазами.

— Рин, вернись и сядь в машину! — попросил Демьян, задвигая Лёшу за спину.

Отрицательно мотнула головой, пытаясь разглядеть Лёшу за массивной фигурой Демьяна. Но он словно нарочно удерживал младшего брата так, что его почти не было видно.

— Рин…

— Не приказывай мне! — оборвала Демьяна.

Я подошла ближе. Меня туда тянуло, хоть убей. Я понимала, что Лёша пьян и пытался сесть в свою машину. Но он едва стоял на ногах и почти ничего не соображал. Бывший муж был одет дорого и стильно, но выглядел помятым и затасканным. Пшеничные волосы в диком беспорядке и светлая рубашка залита чем-то мокрым.

Мы с Демьяном наткнулись на него случайно. Кто знает, чем бы окончилась поездка в таком состоянии для Лёши.

— Карина, де-е-евочка моя, — улыбнулся Лёша, пытаясь придать своему телу вертикальное положение.

— Завались, она не твоя!

— И не твоя, да? Ничья она. Ни-чья. Кар-р-рина-а-а-а… — протянул Лёша.

Я первый раз видела его таким пьяным и почти безжизненным.

Лицо осунулось. Небрежная щетина впалых щеках по цвету напоминала комья присохшей грязи. Взгляд плыл из стороны в сторону, спотыкаясь на мелких деталях.

Лёша искал меня взглядом. Находил и пытался собраться, но ему это плохо удавалось.

Подойдя ближе, я поняла, что он пил не только спиртное. Я видела у него такие глаза однажды — лихорадочно блестевшие, с расширенными зрачками.

— Лёш, ты же не только пил! — нахмурилась я.

— Демьян, не дай ему сесть за руль. Ни за что! — мой голос начал дрожать.

Беспокойство за Лёшу плотным кольцом сжалось вокруг сердца.

— Рин. Пожалуйста. Сядь в машину. Я отправлю его домой на такси — и дело с концом.

— Дай к-к-ключи. Я поеду. Оставлю вас вдвоём. Всегда только он, да? — спросил Лёша. — Ян-Ян, Я-я-ян. А на меня тебе плевать. Верни мне ключи, Дёма! Тебе же тоже плевать!

— Заткнись, Лёха, бесишь!

Демьян полез в карман за своим телефон.

— Ты бросишь его в таком состоянии? — нахмурилась я. — Бросишь своего брата?

— И что ты предлагаешь? — Демьян засунул телефон обратно, так и не вызвав такси.

— Судя по всему, для тебя, как всегда, бросить и сжечь будет проще, Демьян. Если так, то оставь меня. Я сама вызову для Лёши такси.

Демьян ругнулся под нос и обхватил брата одной рукой за плечо. Он намного массивнее и сильнее Лёши. Демьян повёл Лёшу в сторону своей машины, легко отбивая пьяные замахи кулаками младшего брата.

— Открой машину! — попросил Демьян и забросил Лёшу, словно мешок, на заднее сиденье.

Потом заблокировал все двери, чтобы Лёше не пришло в голову учудить что-то.

Радужное настроение улетучилось куда-то. С глубины души поднялся мутный осадок. Я не могла перекрыть его радостными тонами.

Лёша поначалу что-то говорил, смеясь и обрывая себя. Потом замолкал и почти засыпал, но пьяно чиркал головой по сиденью и вскидывался, борясь со сном.

Я беспокойно смотрела на бывшего мужа через зеркало заднего вида. Демьян хмуро бросил в мою сторону:

— Пересядь ты уже к нему! Может, успокоится…

Автомобиль притормозил. Я быстро перебралась на заднее сиденье, обняв Лёшу за плечи.

Он потянулся ко мне — пальцами, губами, всем телом.

— Лёха, руки, сука, убери! — рыкнул Демьян.

— Ян, перестань. Ему плохо, не видишь? Не злись! Перестань сыпать обвинениями и искрить злобными матами.

Лёша едва владел собой — это сразу понятно. Просто я его изучила за годы брака лучше, чем старший брат.

Раньше Лёша успокаивал меня одними ласковыми касаниями, но сейчас ему самому жизненно важны крохи тепла.

Он пьян до безобразия и, скорее всего, накидался таблеток. От Лёши дурно пахло несвежей рубашкой и какой-то едой. Он был как тряпичная кукла без основы. Нажми — упадёт.

— Лёш, полежи немного. Тебе дурно. Ложись.

Он немного сопротивлялся вначале, но позволил себя уложить. Уткнулся в мои бёдра головой, цепляясь за колени пальцами.

— Мне тошно… Мне так тошно от всего, что я сделал. Прости.

— Молчи, Лёш. Просто полежи. Тебе полегчает, — горло перехватывало странными спазмами и ноющей болью.

Я запустила пальцы в волосы Лёши. Он всегда выглядел опрятно и свежо, а сейчас даже волосы потемнели на пару тонов. Влажная испарина у лба и у самых корней волос.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Бывший муж пытался ещё что-то возразить. Пришлось накрыть его рот ладонью. Он впился в мою ладонь губами, горячо и влажно дыша.

Демьян бросал на меня хмурые взгляды через зеркало заднего вида. Я чувствовала, как в нём закручивалось гибельной воронкой торнадо тёмной ярости.

— Ян, это же твой брат, — прошептала одними губами.

— Знаю, — рубанул он воздух резким взмахом, ударив кулаком по рулю. — Знаю!

* * *

К концу поездки Лёша заснул. Демьян взвалил его на плечо, поднимаясь на нужный этаж.

Он прислонил брата к стене, пока я искала ключи от квартиры по карманам пиджака Лёши.

Внезапно вывалился прозрачный пакетик с круглыми белыми таблетками. Я зажала его в ладони, начиная нервничать. Едва попадала ключом в замочную скважину.

Меня немного успокаивало присутствие Демьяна. Если бы не он, я бы уже потонула в бурлящем водовороте тревоги за Лёшу.

Мы переступили порог квартиры. Воздух был затхлый, как будто после моего ухода Лёша даже не пытался наводить уборку.

Демьян свалил брата на кровать, отвесив несколько сильных хлопков по щекам.

— Ключи от твоей тачки у меня. Проспишься — заберёшь.

— Поехали, Рин.

Демьян приобнял меня за плечи рукой. Нажал пальцами, желая увлечь за собой. Я не двинулась с места. Проклятый пакет с таблетками прожигал кожу ладоней насквозь.

Я знала, как привычно засыпать со снотворным и глушить тревогу ударной дозой успокоительного.

Но в пакете лежали явно не аптечные препараты. Я осознавала это каждой клеточкой тела, так же, как то, что Лёша ступил на наклонную дорожку.

Он летел прямиком в пропасть и не пытался остановиться.

Даже сейчас Лёша не видел ничего перед собой. Сидел, повесив голову, обводил комнату пустым взглядом. Взгляд Лёши становился немного осмысленным, только когда натыкался на мою фигуру.

Я опустилась перед ним на колени.

— Лёша, что это? — потрясла перед его носом таблетками. — Ты обещал, что не притронешься к этому. Помнишь? Ты пообещал!

— Обещал тебе, — Лёша едва ворочал языком. — Но тебя рядом нет! Перед кем сдерживать свои обещания? Отдай!

Лёша попытался отобрать пакет с таблетками. Я отбила его руку и через несколько мгновений спустила все таблетки в унитаз.

Потом я начала выворачивать ящики столов, один за другим. В каждой комнате.

— Рин… — Демьян словил меня за локоть и прижал к себе. — Остановись!

Я вырвалась из объятий Демьяна и начала трясти верхний ящик письменного стола. Он был заперт. Я перевернула органайзер с канцелярскими мелочами в поисках ключей.

— Давай я, — вздохнул Демьян, отодвинув меня. Раскрыл ящик. — Ну и что ты хочешь здесь найти?

В ящике было полно мелочей. Но наркотиков я не нашла. Схватилась и выпотрошила следующий ящик. Ничего.

— Рин! Остановись! — повысил голос Демьян, запирая меня в тугих объятиях.

— Мне кажется, у него есть ещё! Понимаешь?

— Не-а, — отозвался Лёша, выворачивая карманы пиджака наизнанку. — Нету! Но я найду. Сейчас далеко ходить не надо, чтобы найти.

— Прекрати немедленно! — взорвалась я. Подскочила к бывшему мужу, отвешивая Лёше пощёчину. — Тебе надо умыться и проспаться. Шагай в душ!

— Только вместе с тобой…

— Демьян, помоги справиться с этим болваном!

— Да чтоб тебя, Лёха! Как же ты меня задолбал! — выругался Демьян, но подцепил младшего брата за шиворот, ведя в сторону ванной.

Настроение Лёши скакало от равнодушного до взбудоражено-яростного.

— Дёма, отвали от меня. Отвали, я сказал! Только и можешь, что орать на меня и кулаками махать! Свалите оба… Оставьте меня в покое!

Пришлось затолкать Лёшу в ванну и направить напор ледяной воды. Он отфыркивался, как морж, пытаясь вылезти.

Демьян руганью и силой заставил его оставаться на месте. Вдвоём нам удалось раздеть Лёшу.

Лёша лбом упёрся об кафель на стенах ванной комнаты. Мы с Демьяном уже сами были мокрые и одежда липла к телу.

Я не привыкла видеть Лёшу настолько разбитым и глупо верила, что смогу смыть ароматной пеной и водой часть нашего негативного прошлого.

— Повернись ко мне лицом, Лёш. И наклонись, ты всё-таки выше меня, — попросила, разминая широкие плечи.

Лёша что-то пробурчал под нос, но повернулся ко мне, наклонив голову. Он положил руки мне на плечи, пальцами гладя шею.

Позволил взбить шапку пены на своих волосах. Улыбнулся, пачкая клочьями пены мои щёки и нос.

— Прекрати дурачиться, Лёш.

— Я думал, что больше не увижу тебя… — признался он, отфыркиваясь от пены.

В моих движениях не было сексуального подтекста, только забота. Лёша же не чужой мне. Несмотря на предательство, я не могла назвать его чужим и остаться в стороне, когда ему было плохо.

— Вылезай, только осторожно. Здесь скользко.

Лёша всё-таки умудрился поскользнуться и удариться боком о бортик ванной.

— Ян, не стой просто так. Помоги мне!

— Боюсь, дотронусь до него и снова превращу в отбивную, — процедил сквозь зубы Демьян, но протянул руку, придерживая брата.

Мне удалось натянуть на Лёшу боксеры и просушить волосы полотенцем. В комнате было прохладно и свежо — воздух проветрился, пока мы приводили Лёшу в чувство.

— Ложись, — я подтолкнула Лёшу к кровати в спальне. Словила немой вопрос в его чуточку прояснившемся взгляде. — Я побуду рядом. Поспи. Тебе нужно отдохнуть, Лёш.

Лёша лёг, но притянул меня к себе неожиданно резко и сильно.

— Я был уверен, что у вас и без моего вмешательства быстро бы всё закончилось, — выдохнул он мне в шею, потом посмотрел в сторону брата. — Ты ей дышать не давал. А я был готов на всё, чтобы побыть рядом. Хотя бы немного.

— Я уже понял, Лёха, что ты берегов не видишь. Заткнись и спи.

— Ты презираешь меня за прошлое? За подставу? С тобой сложно состязаться честно и на равных. Ты тяжеловес, Дёма, и…

— Лёш, если ты не замолчишь, я уйду, — прервала я слова Лёши, гладя его по плечам. — Спи, балбес. Ты наворотил слишком много.

— Ты даже не представляешь, как мне было тяжело. Я пытался жить так, словно ничего не было. Но оно жрёт изнутри. Я себя за это ненавидел. Но всё равно шёл по накатанной и думал, что справлюсь, что мы заживём вдвоём. Я всё сам испортил, да? Карина-а-а…

Я пыталась заставить Лёшу замолчать. Но у меня не получалось. Он прекращал говорить, но разве что на пару минут. Потом его опять прорывало и он говорил-говорил-говорил, выплёскивая то, что копилось внутри годами.

— Я хочу от тебя детей, Карина. Всегда хотел, — пробормотал Лёша. — Знаешь, почему не заикался о них? Я боялся. Что, если у нас будет полноценная семья? А вдруг всё раскроется? Вдруг появится Дёма? Поманит тебя и… — махнул в сторону Демьяна рукой. — Боялся, что если он тебя позовёт, то тебя, Карин, ничто не остановит. Ни я, ни дети. А я так хочу от тебя дочку...

Лёша впервые раскрылся полностью, снимая маску заботливого и весёлого парня, с постоянной улыбкой на лице. Лёшу многое глодало изнутри и подтачивало.

Сейчас настал переломный момент. Бывший муж захлёбывался словами.

Это больше всего напоминало исповедь. Только я не священник и не умею отпускать грехи.

Я слушала Лёшу и ловила оттенки эмоций на лице Демьяна. Не помню, в какой момент он сел рядом на кровать, но и он внимательно слушал речи младшего брата.

В чём-то Лёша был прав. Ему было сложно состязаться с успешным старшим братом, твёрдо стоящим на ногах.

По суровому лицу Демьяна проносились тени разных эмоций. Впервые видела, что он сомневался насчёт правильности своих действий.

Раньше он был уверен, что всё делал правильно. Но сейчас Демьян понял, что пока он пытался ворочать машиной бизнеса, Лёша болтался сам по себе и чувствовал себя ненужным. Хватал всего понемногу, пытался перепрыгнуть брата хоть в чём-то и отобрал у него желанную девушку дорогой ценой.

Потом клял себя за то, что довёл меня до нервного истощения и пытался устроить нашу жизнь. Переступал через себя и принимал подачки старшего брата, который тот присылал с неизменным выражением превосходства.

Лёша крутился, как мог, и не всегда поступал правильно.

Ему хотелось выглядеть мега-успешным в моих глазах и устроить сказочную жизнь, в которой я бы забыла о притяжении к Демьяну.

Но в итоге он запутал всё окончательно.

42. Карина

Лёша устал и вымотался, сильно исхудал. Хотелось сбрить небрежную щетину, добавляющую ему ненужного возраста, и смахнуть пальцами колкую тревогу, въевшуюся в скорбно опущенные уголки губ.

Крепко уснув, бывший муж немного ослабил хватку. Я могла встать и уйти, но не делаю этого.

Мне больно видеть Лёшу таким. Ещё одна непрошеная заноза в моём сердце. Лёша успел въесться мне под кожу. Чувства к Лёше совсем иные, чем к Демьяну. Но они есть.

Сейчас я поняла, что после предательства, не смогу любить его, как прежде. Но и выбросить память о нём тоже не смогу.

Демьян дотронулся до моего плеча.

— Поехали?

— Да-да. Скоро… — прошептала я, не в силах просто подняться и уйти, закрыв дверь.

— Рин?

— Хорошо…

Демьян облегчённо выдохнул. Он уже ждал меня у порога. Но я свернула на кухню, открыв холодильник. Осмотрела полки и принялась выкидывать гору испортившихся продуктов.

— Рин, ты Лёхе ничем не обязана, — появился на пороге кухни Демьян. — Он же предал тебя. И меня предал. Лёха во всём виноват. Почему ты до сих пор здесь?

— Лёша виноват, да, — ответила я, запихивая просроченные продукты в большой мусорный пакет. — Но и про нас с тобой нельзя забывать.

— Поддалась на его пьяный бред? Чувство жалости взыграло? Поэтому ты до сих пор здесь? Будешь подтирать ему сопли?

— Прекрати! — шикнула в сторону Демьяна. — И не говори так громко. Пусть поспит.

— Прекрасно, — Демьян оседлал стул, наблюдая за моими действиями. — Ты собралась ухаживать за ним?

— Я приготовлю Лёше завтрак. Я не могу бросить его в таком состоянии. Ты же видишь, что он поломан и запутался. Связался не с теми людьми. Лёша начал увлекаться наркотиками! Понимаешь? Нам просто повезло наткнуться на него сегодня ночью. Повезло! А если бы мы не встретили Лёшу, что было бы тогда? — спросила, глядя в потемневшие омуты глаз. — Уже организовывал бы ему похороны? Тебе полегчает, если твой младший брат умрёт? Будешь считать соревнование оконченным? Так, что ли?

— Лёха сам загнал себя в эту ловушку. Сам! — повторил Демьян, не желая мириться с выводами. — Куда ты?

— Выкину мусор, схожу за продуктами. Здесь неподалёку круглосуточный супермаркет работает.

— Бля, Ри-и-и-н, ну что ты творишь? — выдохнул с болью Демьян. — Я думал, что мы со всем разобрались!

— Нет, Демьян. Мы ни с чем не разобрались. Просто разбежались по разным углам на время.

Демьян глухо выматерился себе под нос, но молча забрал пакеты с мусором у меня из рук и вышел следом.

Непривычно было видеть модно одетого Демьяна с мусорным пакетом в руках — как зарисовка сюреалиста на ткани серых будней.

Мы молча прогулялись до супермаркета. Демьян послушно толкал за мной тележку, набирая продукты.

Дорога обратно тоже проходила в полной тишине. Ночной сумрак таял на глазах. Ночь близилась к рассвету — зябкому и едва заметному, но очень нужному.

Мне хотелось бы, чтобы и в нашей жизни наступил желанный рассвет. Для всех.

* * *

Демьян разомкнул губы, только когда мы оказались в квартире.

— Значит, ты решила нянчиться с Лёхой?

— Значит, тебе на него плевать? — парировала я, выгружая продукты из пакетов.

Дверь на кухне была закрыта, но мы всё равно разговаривали вполголоса.

— Может, поспишь немного, Рин?

— Я не устала, Ян.

— Ты пытаешься забыться в рутине, как когда-то?

— Поначалу так и было. Потом стало привычкой. Теперь я понимаю, что иногда лучше заняться рутиной и дать мыслям течь спокойно.

— Рин, ты не понимаешь одного — Лёха предал нас! Тебя и меня!

Я обвязала фартук вокруг талии, потом обняла Демьяна за плечи.

— И себя тоже предал. Ты же слышал, как он мучается. Ненавидит себя за это, взваливает всю вину на свои плечи. Всю, понимаешь? Твою вину тоже. Лёша материл себя за то, что приучил меня к снотворному, глушил эмоции. Но не он виноват в моих ночных кошмарах. Кто-то другой, да? Не он бросил меня на трассе, а ты.

— Я попросил прощения за это, — грудь Демьяна вздымалась и опускалась, как волны во время шторма. — Я был обманут!

— И был рад обмануться насчёт меня. Лёша воспользовался ситуацией, но…

Я погладила пальцами лицо мужчины.

— Лёше было нелегко жить с чувством вины, ловить крохи моего тепла, терпеливо ждать и обманываться, что я люблю именно его, а не твою замену. Ты же слышал всё сам, Ян! Неужели ты бросишь его сейчас? Он ввязался в грязные дела, связанные с наркотиками. Я хочу, чтобы Лёша выпутался из этого. Ты в состоянии ему помочь.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍— Я не мать-Тереза. Я даже не могу назвать себя образцовым христианином. Когда меня бьют по щеке, мне не хочется подставлять другую щёку. Я готов отрубить руку, ударившую меня.

— Ты его брат.

— Я помогал ему всё это время. Деньгами.

— Это не помощь, Ян. Это подачки. Не пытайся откупиться от Лёши деньгами. Сейчас ты смотришь на Лёшу, как на соперника. Посмотри на него, как на своего брата, Демьян.

— Брат, да. Было бы по хрен, не стал бы помогать ему даже так, как делал это, — нахмурился Демьян. — Но сейчас я не знаю, как ему помочь.

— Знаешь. Забери у него этот клуб. Он не справляется сам. Взвалил на себя слишком многое и пытался быть успешным всюду. Хотел выглядеть в моих глазах даже лучше тебя. Это тяжело, Ян. Ты… Ты не жил с ним, а я знаю, как он работал на износ. Оказывается, я знала далеко не всё. Даже с твоей помощью Лёше приходилось нелегко.

Демьян усмехнулся.

— Нет, Рин. Лёха просто совершил слишком много ошибок при управлении. Вот и всё.

— Некому было направить его.

— Меня тоже, бля, никто не направлял и не учил! — резко ответил Демьян. — Я сам заваривал кашу и расхлёбывал её.

— Я помню, о чём ты мне рассказывал. И во сколько лет ты научился не совершать губительных ошибок? Тебе было тридцать два, когда мы познакомились. Ты как-то обмолвился, что сам поумнел только к тридцати годам.

— Лёхе скоро исполнится тридцатник. А он ведёт себя, как пацан, — фыркнул Демьян.

— Да, он другой. Но я хочу, чтобы ему исполнилось и тридцать один, и тридцать два, и даже шестьдесят восемь. Если ты сейчас бросишь его, у тебя не останется никого из родных.

Демьян прижал меня к себе теснее и прижался щекой.

— Не боишься, что Лёха однажды опять воткнёт кинжал в спину? Он же больной по тебе. Очевидно!

— Так же, как я по тебе когда-то, да? — грустно улыбнулась ему в ответ. — Я была готова на всё ради тебя — бросать увлечения, друзей, была готова унижаться. Лишь бы ты не бросил меня. Это так трудно. Ты даже не представляешь. Сейчас я очень хорошо понимаю состояние Лёши и его поступки. Неприглядные, но он пошёл на это из-за отчаяния.

— Ты готова поверить ему снова? — удивляется Демьян. — Хорошая девочка Рин. Даже чересчур хорошая. Кажется, я тебе не нужен. Оставить тебя с Лёхой? Спасёшь своего падшего ангела?

Я не ожидала услышать от Демьяна такие слова. Но Демьян резкий и суровый во многом. Он всегда давит катком, не оставляя живого места даже в любви, не говоря о ненависти и презрении.

— Если ты сможешь остаться в стороне, значит, так тому и быть. Я не буду навязываться тебе и ставить ультиматумов.

— Не думал, что у нашей истории будет такой финал.

Я сглотнула горький ком в горле.

— Мы сами решаем, каким будет финал.

— Ты его любишь, как мужчину? — уточнил Демьян. — Любишь его?

— Лёша занимает много места в моём сердце, но с совершенно другими эмоциями. С ним легко в мелочах, нас многое связывает. Я люблю его, как брата или как друга. Я не могу повесить на него всех собак и дать ему сгореть, — повторила в очередной раз. — Извини, что я не такая, какой ты хотел меня видеть.

Демьян задумался. Застыл, словно камень, ворочая тяжёлые мысли внутри своей головы. Помочь Лёше для Демьяна означало бы простить предательство и довериться. Демьяну тяжело даётся доверие.

— Хорошо, — внезапно вымолвил он.

— Что ты решил?

— Я дам Лёхе шанс. Но если он его проебёт в очередной раз или попытается нагадить в протянутую руку помощи, клянусь, это будет последнее, что он сделает в своей жизни.

* * *

Я приготовила завтрак и закинула гору грязной одежды в стиральную машину.

— Я так и не узнал, какая из тебя хозяйка. Но судя по всему, отличная, — пошутил Демьян. — Готов дать руку на отсечение, чтобы узнать и почувствовать это на себе.

В ответ я пожала плечами. Не готова была разбрасываться громкими обещаниями. Демьяну нужно многое перебороть в себе и принять прошлое. Принять тот факт, что мы запутались и впустили в интимные отношения третьего.

Демьян готов просто закрыть глаза и шагнуть вперёд.

А я слишком хорошо поняла на собственном примере, что просто закрыть глаза недостаточно. Чаще всего это заканчивается плачевно. Нужно принять прошлые ошибки и смириться с тем, что ты не идеален, и только после этого шагать дальше.

Я понемногу оживаю. Вместе с крошечным ребёнком, растущим во мне, появляется уверенность в себе и какое-то умиротворение.

Я учусь принимать себя и любить такой, какая есть — с недостатками, ошибками и тёмными пятнами в прошлом.

Хочется, чтобы Демьян тоже научился этому.

Хочется, чтобы Лёша смог перешагнуть больную влюблённость и зажить полной жизнью, не оглядываясь на успехи старшего брата и не завидуя ему.

Я устала воевать за крохи тепла и нежности, устала кататься на американских горках головокружительных эмоций из ненависти, больной влюблённости и обжигающей страсти.

Я хочу покоя и тихого счастья.

И сейчас, когда я распахиваю окна на кухне, чтобы впустить свежий воздух, я верю, что у нас всё получится.

Возможно, не сразу. Но со временем всё обязательно будет хорошо.

43. Демьян

Карина убиралась на кухне Лёхи. Я не стал путаться под ногами. Мне хотелось остаться и смотреть на неё, жадно впитывать каждый жест и слово. Но я заставил себя выйти.

В голове пульсировали разные мысли и эмоции. Всего было навалом. Больше всего досады на себя и чувства вины с привкусом горькой полыни.

Мысль, что я облажался по всем пунктам, заставляла чувствовать себя каким-то неполноценным и ущербным, поломанным и ненужным.

Давно я ощущал ничего подобного. Как же давно…

Как будто вернулся на несколько лет назад, и напополам сломало мыслью о предательстве любимой девушки и младшего брата. Это всё оказалось ложью, созданной руками моего Лёхи.

Я прогулялся по квартире, где брат сейчас жил один. Или, вернее сказать, выживал после разрыва с Кариной.

Мне до сих пор было сложно смотреть на единственного и самого близкого родного человека, не желая сдавить его шею до хруста.

Он же предал меня и Карину. Грязно подставил, а потом прибрал мою Рин к своим рукам. Отчаяние? Или просто желание вырвать победный флаг из моих пальцев?

Я смотрел на лицо младшего брата. В голове то пролистывались страницы из детства, то мелькали минуты, когда мы одновременно занимались сексом с Рин и жадно доказывали ей, что один лучше другого; то вспоминалось, каким Лёха был до гибели родителей…

Много всего навалено в одну кучу. Сейчас нужно научиться видеть среди прочего мусора чистые, правильные эмоции.

Это важно и необходимо. Но безумно тяжело.

Я не хочу видеть, как брат опускается на самое дно, тем более не хочу присутствовать на его похоронах. Мне и похорон родителей хватило на всю оставшуюся жизнь. Это на самом деле жутко, когда своими руками делаешь всё, чтобы отправить любимых в последний путь.

Внезапно стало душно и тесно в своём теле от мыслей.

— Я в душ, Рин. Не хочешь присоединиться? — отпустил привычную шутку, спрятав за ней свои мысли.

— Ты не меняешься, Демьян, — Рин улыбнулась и закатила глаза.

— Хочешь, чтобы я изменился?

— Кое в чём тебе просто необходимо измениться, — серьёзно ответила Рин и внезапно подошла ко мне.

Рин крепко обняла меня, как будто собиралась покинуть навсегда и задерживала на память последние крохи тепла.

— Иди в душ. Уже довольно позднее утро. Лёша скоро проснётся. Поговори с ним, как брат.

— А ты? Куда-то собралась? — нахмурился я.

— Я пока приготовлю на стол.

Карина вывернулась из моих рук и пошла на кухню. Внутри шевельнулось подозрение, но я же должен научиться доверять. Поэтому зашёл в ванную комнату. Старался не думать о том, часто ли Лёша занимался сексом с Кариной в ванной комнате.

Не видеть в брате соперника после всего, что было, очень сложно.

Ещё сложнее не чувствовать в нём врага…

Я отчаянно пытался это сделать. Карина сказала, что относится к Лёше совсем иначе. Она говорила о нём что относится к нему, как брату или как к другу.

Шутка только в том, что этот брат был её мужчиной. И по моей вине — тоже.

* * *

Выйдя из душа, я направился прямиком на кухню. Хотелось сказать Рин, что я уже слишком взрослый, чтобы гибко меняться. Могу только сломаться посередине и упасть кучей наломанных дров к её ногам. Я готов пойти на это, если только она простит всё, что было.

Но я сразу наткнулся взглядом на спину брата.

Лёха опёрся раскрытыми ладонями о столешницу и смотрел на что-то. Карины на кухне не было.

Я метнулся обратно в коридор. Её обувь пропала. Ушла…

Первой мыслью было броситься вдогонку. Но заставил себя притормозить.

Это её выбор — войти в жизнь моего младшего брата, навести там иллюзию порядка и уйти, предоставив возможность нам самим разбираться с давней враждой и стычкой интересов.

Я выматерился вслух и на ходу достал сигареты из кармана джинсов. Опёрся о стену в коридоре.

— Ты видел, как Рин ушла?

Лёха молчал.

— Эй!

Брат не отозвался, но отошёл к окну, держа что-то в руках.

— Я покурю у тебя в квартире, можно? — решил я начать разговор с братом хоть с чего-то.

— Дай и мне сигарету, — голос Лёхи был странно надломленным и скрипучим.

— Ты же не куришь.

— Не курю. Но сейчас хочется, — Лёха обернулся и подошёл к столу, положив на него лист бумаги. — Ты знал?

— О чём?

Я подошёл к брату, протянув ему пачку сигарет, и застыл с протянутой рукой. На столе лежал небольшой чёрно-белый снимок УЗИ.

— Карина оставила. Это снимок УЗИ. Ребёнок, понимаешь? — пояснил мне Лёша, словно умственно отсталому.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Я бросил сигаретную пачку на стол, схватился за чёрно-белый снимок, словно он мог ответить на все вопросы.

— На обратной стороне, — подсказал Лёха.

«Это лучшее из того, что было в нас…» — написано от руки.

Я прокрутил эти слова в голове несколько раз.

— Карина беременна. Судя по всему, небольшой срок, да? — спросил брат, ероша пальцами светлые волосы. — Я могу быть отцом! — выпалил он радостно и тут же осёкся, усмехнувшись. — И ты тоже, конечно, можешь оказаться отцом этого ребёнка.

— Вот тут ты ошибаешься, Лёха, — выдавил из себя, потянувшись к сигаретам.

— Не понял.

— Вырастешь, поймёшь, — усмехнулся я, закуривая.

— Нормально ответить слабо? — спросил брат, чуть наклонив голову вперёд.

Светлая чёлка упала ему на глаза. Внезапно я снова увидел в нём не соперника, а всего лишь младшего брата, иногда слишком упёртого и шедшего наперекор всему. Как сейчас.

Я притянул Лёху за плечо, выпустив струю сигаретного дыма ему в лицо.

— Нравится?

Лёха вынырнул из-под моей руки, поморщившись. Он до сих пор не научился курить.

— Вижу, что не нравится. Поэтому не пытайся начать.

— Не заговаривай мне зубы. Что ты имел в виду, когда говорил, что я ошибаюсь насчёт отцовства?

Младший брат выжидающе смотрел мне в глаза. Лицо брата было припухшее и глаза покрасневшие из-за лопнувших капилляров.

Я мог бы послать его на хрен. После всего, что было, имел на это полное право. Мог бы не ответить или соврать.

Но, кажется, мы уже шли дорогой лжи. Она привела нас в тупик.

— Что я имел в виду? То и имел, Лёха. Я не могу быть отцом. Я стерилен.

Лёха хохотнул, подумав, что я шучу.

— Зря смеёшься. Я не шучу. Я не могу иметь детей.

— Ты чем-то болен?

— Нет. Я сделал это сам.

Глаза младшего брата округлились.

— Сам? Но зачем, Дёма?

Я усмехнулся.

— Да, сам. Сейчас понимаю, что я погорячился. Но в прошлом, когда я только занялся бизнесом родителей, со мной приключилось парочку мутных историй. Меня по-пьяни обвиняли едва ли не в изнасиловании и вешали авторство беременности. Кто-то просто хотел меня женить на дочери или сестре. Или сами девицы планировали залететь, чтобы потом сосать с меня деньги… Я не ставил тебя в известность о своих проблемах. Всё проходило мимо тебя. Но тогда я решил обезопасить себя. Стерилизация. Так что я не могу быть отцом ребёнка Карины.

— Ты… — Лёха не мог подобрать слов. — Ты лишил себя возможности завести семью!

— Ошибаешься. Я не лишил себя возможности завести детей, — усмехнулся я. — Всё, что надо, законсервировано. Хватит хоть на десяток детишек. Если я захочу создать семью, я её создам.

— Но почему ты не говорил об этом? — удивился младший брат.

— По-твоему я должен рассказывать о своих тараканах на каждом углу? Для тебя, Лёха, предать, как два пальца об асфальт ударить. Для меня это очень болезненный вопрос. Меня много раз пытались поиметь, выдавить из бизнеса, подставить, оболгать, обокрасть или привязать к себе путём обмана. Так что я предпочёл быть уверенным в себе даже в плане секса.

— Значит, я отец! — широко и счастливо улыбнулся Лёха, схватив снимок УЗИ.

— Ты смотришь так, словно что-то в этом понимаешь, — не мог не сыронизировать над счастливым лицом брата. — Думаешь, для тебя что-то изменилось?

44. Демьян

Младший брат разглядывал снимок с абсолютно счастливой, глупой улыбкой на лице. Как будто увидел на том конце радуги желанный горшочек с золотом.

— Я буду отцом. Разумеется, для меня изменилось всё! — уверенным тоном заявил Лёха и положил снимок на стол бережно, как хрупкую драгоценность.

Потом младший брат внезапно сжал кулаки, посмотрев на меня бешеным взглядом:

— Я не позволю тебе лишить Карину этого! — начал он.

— Не понял. О чём ты? — спросил я.

— Я не позволю тебе запудрить Карине мозги. Возможно, ты против этого ребёнка! Но я не позволю тебе вмешаться!

— Эй! — я хлопнул брата по щеке. Он вскинулся, как ядовитая кобра, бросившись на меня.

Я успел поставить подсечку и пробить кулаком по солнечному сплетению. Потом обхватил его за шею локтём, придавив к своему плечу лбом.

Слушал, как брат тяжело дышит и давится матами. Он пытался вырваться, но сейчас Лёха был не в лучшей форме, чтобы уложить меня на лопатки.

— Успокойся, дурень. Успокойся! — прикрикнул на брата. — С чего ты взял, что я собираюсь запрещать Карине что-то?

Лёха что-то невразумительно пробормотал в ответ.

— Ты читать умеешь, Лёха? Нет? Рин написала: «Это лучшее, что было в нас». Понял смысл, нет? Она хочет выносить этого ребёнка. И почему-то я уверен, что ей плевать, кто биологический отец, ты или я… Карина не знает, что я смогу осчастливить её младенцем только искусственным путём.

Лёха начал вырываться.

— Будешь дёргаться и материть меня, Рин не узнает, что ты — отец ребёнка. Ясно?

Я немного ослабил хватку. Лёха растёр шею, взглянул на меня, выдавив из себя:

— Что?

— Послушай меня, болван. А ещё лучше приведи себя в порядок, отец года.

Лёха сел за стол, опять схватившись за снимок.

— Я отец, — упрямо повторил он. — Этого ты у меня не отнимешь.

— Я ничего у тебя не собираюсь отнимать. И никогда не отнимал. Только давал. А ты плюнул мне в душу и растёр плевок на мои отношения с Рин. Обманом вжился ей в доверие. Скажешь, что я неправ? Давай поговорим начистоту? Слабо?

— Нет. Не слабо, — ответил Лёха. — Только я уже ответил за то, что совершил. Я лишился всего. Эпично провалил и отношения, и бизнес. Карина… — брат усмехнулся грустно. — Карина любит тебя. Не меня. Во мне она любила только твою тень и протянутую руку помощи. Как спасательный круг. Когда тонешь, жить без него не можешь. А на берегу он не нужен. Только если бы не моя подстава, я бы ей даже в качестве спасательного круга был не нужен.

— Тебе самому не противно было подставлять её так низко?

— Мне от себя тошно. И я не думал, что Карина так резко отреагирует на расставание с тобой. Я же не верил, что она сильно в тебя влюблена. Не верил, понимаешь? Многие пары распадаются, сходятся с другими и строят крепкие семьи.

— Ты поступил, как подлец, Лёха.

— Знаю. Я думал, что устроил всего лишь бурю в стакане воды.

— Только ты забыл, что и в стакане можно утонуть.

Лёха в ответ на мои слова усмехнулся, опять начал разглядывать снимок УЗИ, улыбаясь.

— Я хочу позвонить Карине. Можно?

— Ты спрашиваешь у меня разрешения? — удивился я. — С чего бы?

— С того, что для меня всё кончено. Я не хотел это признавать. Но сегодня понял окончательно. Твоя Рин относится ко мне сейчас как в другу или к брату. Нет ничего из того, что было, — Лёха вздохнул. — Признаю, что я эпично провалил всё. Карина не останется со мной, как с любимым мужчиной. Я могу надеяться только на то, что она разрешит мне участвовать в жизни ребёнка.

Я был удивлён. Впервые разговаривал с братом так долго и открыто. Без масок, так сказала бы Карина.

У меня с души свалился огромный камень. Не только потому, что Лёха признал окончательное поражение и, можно сказать, отказался от претензий на мою Рин в качестве её мужчины.

Лёха — мой младший брат. После разрыва с Рин я не поддерживал с ним связи, кидал денежные подачки и дежурно поздравлял с праздниками парой строк, отправленных через социальные сети.

Я общался с ним даже меньше, чем раньше. Нарочно держался на расстоянии. Отдалял родную кровь. Избегал единственного родного человека.

Это всегда больно. Как ни отрицай и ни возводи границы, где-то внутри колет счастливыми воспоминаниями из детства, больно режет картинами прошлых семейных посиделок и давит осознанием потери того, единственно ценного, что стоит беречь. Семья…

После разговора с Лёхой я почувствовал облегчение, как будто вернулся в дом, где мы жили с родителями много лет.

— Я хочу позвонить Карине, — повторил Лёха.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍— Лучше поговорить не по телефону, — покачал я головой. — И нам нужно кое-что решить.

— Что?

— К зеркалу подойди и сразу поймёшь, что именно. Ты наркотой закидываешься, Лёха. Какой из тебя отец? — с нажимом спросил я.

— Думаешь, что я плотно сижу? Нет, только когда накатывает.

— Все торчки так говорят! — жёстко заявил я. — Абсолютно все. Ты не исключение. Нужно разобраться с твоим увлечением таблетками. Это первое условие.

— Условий будет несколько?

— Да. И ты, если только хочешь общаться с моей Рин и со своим ребёнком, будешь выполнять их. Я выставляю тебе условия только потому, что хочу оградить Рин от всякого дерьма. По нашей вине на неё свалилось слишком многое. По твоей вине, в особенности. И ты будешь последним кретином, если не захочешь покончить со своим гибельным увлечением.

— Хорошо, — не колеблясь, ответил Лёша.

— Значит, я отправлю тебя в клинику. Я хочу быть уверен, что твои мозги прочищены от всякой дряни.

— Ладно. Это не займёт долго времени, потому что я не заядлый наркоман. Но кажется, это не единственное условие, да?

— Нет. Не единственное. Ты связался не с теми людьми, Лёха. Они не остановятся ни перед чем. В случае, если ты опять накосячишь, не будет играть никакой роли то, что я договорился о неприкосновенности Рин. Теперь у них появится ещё один инструмент давления — твой ребёнок.

— Ни за что! — взбеленился Лёша.

— Я говорю только то, о чём знаю. Хочешь, чтобы ребёнок рос спокойно? Тогда откажись от своего клуба.

— Я вложил в него много сил и денег. Тебе ли не знать, да? — усмехнулся Лёша. — Но я хочу сохранить хоть что-то между мной и Кариной. Хочу, чтобы это была дочка, — Лёша погладил снимок пальцами.

— Ты не сможешь просто так съехать с договорённости и показать тем серьёзным ребятам на дверь.

— Как быть?

— Тебе придётся отдать клуб почти даром. Только такая жирная компенсация покажется существенной за то, что ты решил отойти от дел.

— Ввязался на свою голову, — вздохнул младший брат.

— Нужно было спросить совет.

— А ты бы подсказал? — усмехнулся Лёха.

— Не знаю, — честно ответил я. — Скорее всего, сказал бы, чтобы ты не лез к тем, кто тебе не по зубам.

— И я наперекор полез бы на рожон.

— Пора взрослеть, Лёха, — я кивнул в сторону снимка УЗИ. — Ты же не хочешь быть хреновым папашей?

— Не хочу, — согласился брат и вдруг озадачился. — Я лишусь клуба. У меня не будет ничего…

— Ошибаешься. У тебя будет семья и поддержка близких. Это дорогого стоит. При любых начинаниях.

45. Карина

Я ждала реакции мужчин на снимок УЗИ, оставленный на столе кухни.

Немного переживала, как бы мужчины снова ни сцепились в драке. Но я не могу быть вечным камнем преткновения, как и не могу стать примиряющей стороной против их воли.

Они оба — взрослые и сильные мужчины. Я хочу верить, что наше общее прошлое их хоть чему-нибудь научило.

Я вернулась на съёмную квартиру. Занималась обычными делами весь день и держала телефон возле себя.

Я ждала весточки или звонка от одного из братьев. Но вместо этого приходили только сообщения автоматических рассылок о распродажах или прочий рекламный спам.

Было тяжело смотреть на часы. Казалось, минуты длились целую вечность.

Меня начали одолевать сомнения, правильно ли я поступила, рассказав о беременности. Вдруг братья разругались после этого окончательно?

Мои размышления прервал стук в дверь. Через дверной глазок я ничего не смогла разглядеть. Стоявший за дверью нарочно закрыл его.

— Рин. Открой, пожалуйста, — послышался приглушённый голос Демьяна.

Я открыла дверь без малейших колебаний, но приготовилась увидеть на лице мужчины следы драки.

— Привет. Я соскучился, — Демьян широко улыбнулся мне, вручив букет белых роз. — Можно зайти?

— Да, конечно.

Я обхватила букет и отступила вглубь квартиры.

— Я не один. Примешь второго гостя? В качестве друга и моего брата?

Демьян отступил вбок. За его спиной стоял Лёша. Он выглядел посвежевшим и был одет в чистую одежду. Светло-голубые глаза искрились надеждой.

— Можно?

— Проходите. Я пока поставлю цветы в вазу.

Братья разулись. Я достала вазу с полки, ополоснула её и с трудом уместила букет.

Демьян и Лёша сели в зале. Демьян на диван, а Лёша выбрал кресло.

Я вошла в зал, Демьян сразу перехватил мою ладонь и потянул к себе.

— Посиди со мной, Рин.

Я уступила его просьбе и обрадованно приникла к твёрдому плечу. С облегчением вдохнула знакомый и желанный мужской аромат.

Немного кольнуло мыслью о том, что Лёше может быть неприятно смотреть, как сильно я рада близости с Демьяном.

Я осторожно посмотрела на Лёшу. Он понимающе улыбнулся, поправив светлые волосы рукой.

— Как ты, Лёша?

— Я многое понял. Мои чувства к тебе так быстро не остынут, но я больше не хочу быть третьим лишним, — признался Лёша. — Я всегда чувствовал себя лишним. Как бы ни старался, у меня не получилось влюбить тебя в себя без памяти, как это было с моим братом.

— Ты всегда будешь дорогим человеком для меня, Лёша. Но как друг или как брат, — я прикусила губу и решила не тянуть с ещё одним вопросом. — Или как отец ребёнка. Я не знаю, кто из вас отец.

— Отец — Лёха, — безапелляционно заявил Демьян. — Я стерилен.

— Что? — моему удивлению не было предела.

— Да, я никому об этом не рассказывал, — Демьян усмехнулся и объяснил, почему он стерилен. — Так что я смогу завести детей только путём искусственного оплодотворения.

У меня в голове плохо укладывалось сказанное Демьяном. Я думала, что хорошо знаю его. Но у него оказался ещё один секрет, хранимый им в тайне.

Только сейчас, после его рассказа, я поняла, как сильно он боялся предательства. Это было его уязвимое место.

Мне захотелось остаться с Демьяном наедине и поцелуями выгнать из него все, до единого сомнения. Кажется, Демьян прочитал мои мысли. Он крепче прижал меня к себе и поцеловал в висок.

— Я тебя люблю, Рин. Безумно. Сильно. Всегда…

Лёша не прерывал затянувшуюся паузу и позволил мне нежиться лаской Демьяна.

— Я хочу участвовать в жизни ребёнка, Карина. Позволь мне быть отцом? — с волнением в голосе спросил Лёша.

— Я не против. Но только если ты решишь проблему с наркотиками и с клубом.

— Знаешь, Дёма сказал мне тоже самое! — улыбнулся Лёша. — Я согласен.

— Ты не против, Ян? — спросила я, заглядывая в глаза Демьяна.

Они как море кобальтового цвета. Манили глубиной чувств, которые сейчас легко читались мной.

— Без масок, Рин, — Демьян поцеловал мои раскрытые ладони. — Ты хочешь оставить этого ребёнка.

Я кивнула, соглашаясь со словами Демьяна.

— Я не против.

— Спасибо!

Я стиснула изо всех сил Демьяна за шею, благодаря за шанс. Для нас троих. Демьяну было нелегко довериться Лёше после предательства, но он решил дать ему возможность исправиться.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Рядом кашлянул Лёша. Я разжала объятия, посмотрев на Лёшу.

— Мне нужно заехать в клуб и забрать из кабинета свои вещи. Мы договорились, что не будем тянуть резину. Встретимся вечером и всё обговорим.

— Да, я приеду. Можешь на меня положиться, — подал голос Демьян.

— Проводишь меня? — попросил Лёша.

Я провела его до двери, обняв напоследок. Он стиснул меня крепко, но бережно.

— Я рад, что у нас будет ребёнок. Муж из меня вышел никудышный, но надеюсь, что отец выйдет намного лучше. Я буду стараться.

— У тебя всё получится, Лёш. Мы будем рядом. Только не подведи. Пожалуйста…

— Не подведу, — пообещал Лёша и ушёл, поцеловав в щеку на прощанье.

Я закрыла за ним дверь и несколько секунд наслаждалась умиротворением, возникшим внутри. Наконец-то я смогла быть честной — с ним и с собой. Без обмана. Лёша дорог мне, но не как любимый мужчина.

Любимый у меня всего один. Был и есть. Он терпеливо дожидался, пока я вернусь к нему.

Когда я вернулась в зал, Демьян встал, как будто собирался уйти.

— Уходишь?

— Хочу остаться, — честно признался он. — Но давить на тебя своими желаниями не лучший вариант, как выяснилось.

Демьян обвёл меня медленным, тягучим взглядом, признавшись:

— Хочу не только этого. Моё предложение всё ещё в силе. Хочу, чтобы ты была моей женой.

Я подошла к нему и обняла за раскачанный торс.

— Хочу, чтобы ты остался.

— Сейчас?

— Всегда, Ян.

— Я до сих пор ношу при себе кольцо.

Демьян достал коробочку из кармана пиджака.

— Я могу опуститься на одно колено. Кажется, именно так должны делать предложение мужчины, влюблённые без памяти.

Демьян опустился на колени, протягивая кольцо.

— Я тебя люблю. Выходи за меня. Я постараюсь сделать тебя по-настоящему счастливой.

Сердце замирало от восторга и нахлынувших эмоций. Я молча кивнула.

— Кажется, ты оттаяла, — с облегчением выдохнул Демьян. — Я боялся, что ты замкнёшься.

— Именно это я и сделала. Заползла в раковину и на время скрылась ото всех.

— Но не от меня, правда?

— Нет. Ты — во мне. Сразу и навсегда. Люблю тебя так сильно, что даже немного страшно.

Демьян уверенно надел мне кольцо на безымянный палец.

— Не бойся… Я с тобой.

Он поднялся с колен и наклонился, запирая меня в своих тугих объятиях. Осторожно дотронулся до щеки губами, потом чуть быстрее передвинулся ниже и быстрыми жалящими поцелуями проложил дорожку до моих губ.

Едва дотронулся, застонал и тут же сорвался. Обхватил за шею, чтобы я не могла отодвинуться от него.

Он целовал напористо и жадно, ласкался языком, но как будто до сих пор извинялся и просил прощения. Голова начала кружиться, а тело стало лёгким и звонким.

В поцелуе было намешано много разных чувств, но явственнее всего звучала надежда и желание быть рядом.

Я растворилась в поцелуе и отвечала ему с упоительным восторгом и радостью.

— Я хотел быть нежным любовником, но вот-вот сорвусь, — простонал он, жадно целуя меня. — Останови меня.

— Ни за что. Ещё…

Демьян дёрнул пуговку на джинсах и молнию. Собственническим движением нырнул под резинку трусиков и нажал на клитор.

Второй рукой обхватил меня за короткие волосы, вынуждая запрокинуть голову.

Впился в губы жалящим поцелуем.

Я давно не была с мужчиной. Несколько месяцев воздержания после активной сексуальной жизни были словно путешествие по арктической пустыне без крохи тепла.

Я позволила Демьяну забавляться с клитором и раздвинула бёдра, чтобы он скользнул пальцами внутрь, выбивая дрожь желания.

— Горячая Рин. Ты такая мокрая и возбуждённая. Завелась нереально сильно. Продолжить? — задыхаясь, спросил Демьян.

Я громко застонала.

Демьян задал вопрос, но отобрал возможность отвечать, запечатав мой рот дерзким поцелуем.

Я ответила на прикосновения и наслаждалась тем, как он умело выводил меня на предельный уровень наслаждения.

— Я так по тебе скучал, Рин… — выдохнул Демьян и отстранился.

Подхватил меня на руки и отнёс в единственную комнату, сев на диван. Я избавилась от трусиков и джинсов. Быстро расстегнула пряжку ремня на мужских джинсах и освободила член.

Провела пальцами от основания до головки. Обвела рисунок синеватых вен, оплетавших толстый, длинный ствол. Сжала покрепче и двинула несколько раз.

Только услышав громкие стоны, я оседлала Демьяна. Потёрлась влажной промежностью о его член, намеренно дразня и уводя в сторону.

— Чёрт, Рин. Не томи! Я хочу тебя! — нетерпеливо рыкнул Демьян, сжимая пальцы на моей попке.

Шлёпнул в пол силы, заставив взвиться над его бёдрами.

— Вперёд. На мой член, — простонал Демьян, направляя меня.

Я скользнула влажными складками по его головке и медленно опустилась, вбирая его длину полностью.

Замерла, наслаждаясь ощущением полноты внутри себя. Правильной и сильной. От неё вибрировало всё тело.

— Не медли, — попросил Демьян.

Я прикусила губу Демьяна, начав скользить по направлению к нему и обратно. Я знала, что ему хочется быстрой и отвязной скачки.

Хватка пальцев на попке усилилась. Я ускорилась. Поняла, что заданный темп возбуждает слишком сильно. И я не смогу так долго мучить его, потому что хочу кончить невероятно сильно.

Мы провели в разлуке очень долго, а сейчас хотели получить желанную разрядку как можно скорее. Возможно, позднее мы будем ласкаться нежно и осторожно, заново узнавая друг друга по чувствительным точкам. Но сейчас хотелось как можно скорее насытиться желанной близостью.

Демьяну понравился предельно быстрый темп. Но хотелось большего. Одной рукой он зафиксировал меня за бедро.

Потом пробежался пальцами по складкам, собирая влагу, и скользнул между ягодиц.

Дотронулся до узкого колечка. Покружил немного, надавливая, и проник внутрь.

Я выгнулась, подставляясь под его пальцы. Дыхание стало частым и шумным, обжигающе горячим.

— Трахни меня, Рин.

Демьян сорвался в отвязный темп, подстроившись под меня. Теперь не только я скользила к нему, насаживаясь на большой член Демьяна, но и он двигал бёдрами, ударяясь в меня.

— Не останавливайся, — попросил на жарком выдохе, вынуждая меня двигаться ещё быстрее.

Мы забыли об остальном мире, растворившись в прикосновениях губ, языка, пальцев. Демьян изо всех сил удерживал меня.

Последние миллиметры расстояния и недомолвок уничтожались прямо сейчас, стирались поцелуями и жадными прикосновениями.

Нежность и похоть покрывали тело то едва заметными штрихами, то крупными, грубыми мазками.

Момент пика был жаркий и острый. Я задрожала от серии вспышек оргазма. Они сотрясали моё тело сильными сокращениями. Так хорошо не было ещё ни разу…

После жаркого единения мы долго не могли разомкнуть объятий.

Смотря на лицо мужчины, поняла, что я влюбляюсь в Демьяна ещё больше.

Казалось, больше некуда, но я снова чувствовала себя впервые влюблённой, когда внутри щемит от волнующего чувства, когда смотришь на любимое лицо и не думаешь о плохом.

— Я люблю тебя. Всегда буду любить.

— И я тебя люблю.

— Моя Рин?

— Твоя. Мой Ян?

— Всегда твой.

За этими простыми словами кроется большее — наша персональная Вселенная, с правилами, понятными только нам двоим.

Демьян провёл губами по линии ключиц и подарил глубокий, горячий поцелуй.

— Моя, — повторил. — С самой первой встречи. Так будет всегда.

Эпилог

Спустя четыре года

— Что-то Лёши долго нет… — я посмотрела на часы, в очередной раз подумав, что Лёша задерживается.

— Думаю, что он вовсю пользуется статусом молодого папаши, красуясь перед многочисленными мамочками на детской площадке, — отозвался Демьян.

— Хочешь сказать, что Лёша использует Злату, чтобы подцепить кого-то?

— Нет. Он очевидно в ней души не чает. Но это не отменяет того, что мамаши на него заглядываются, — фыркнул муж.

— Знаешь по себе, да? — поддразнила я Демьяна, остановившись близко от него.

Любимый осторожно притянул меня к себе, положив ладони на живот. Уже восемь месяцев. Скоро рожать.

— Неужели наш сынок успокоился? — спросил Демьян, гладя живот ладонью.

— Ошибаешься, — усмехнулась я, почувствовав сильный толчок ножкой.

Кажется, сын пойдёт характером в своего отца…

— Мама! Я каталась на ракете! — раздался звонкий крик дочурки.

Топот детских ног приближался. Значит, через секунду в просторной гостиной появится моя дочка.

Вихрь в платье нежно-розового цвета. Косички растрепались, бант съехал набок, но ярко-голубые глаза горят счастьем. Я обняла дочку, прижав её к себе. Сердечко колотилось, как бешеное.

— Папа! Догоняй!

— Кажется, скоро здесь появится и сам папа, — усмехнулся Демьян.

Демьян оказался прав. Лёша появился в гостиной всего минутой позже и кажется, опять не с пустыми руками.

— Надеюсь, ты не принёс нам ничего, кроме нескольких гелиевых шаров и огромного медведя? — спросила я у Лёши.

— Почти ничего. Мелочи, — отмахнулся младший брат Демьяна.

— Па, а ты катался на ракете? — спросила Злата, посмотрев на Лёшу.

— Нет, но в следующий раз покатаюсь. Если ты разрешишь.

Злата задумалась, потом слезла с моих колен и пересела к отцу.

— Хорошо, — после недолгих раздумий согласилась Злата.

Лёша обнял дочурку. Она пошла в него и цветом волос, и глазами. Папина дочка, в которой он души не чаял и любил всем сердцем.

Наконец-то в наших сложных отношениях всё стало легко и понятно. У меня с Демьяном — семья. Совсем скоро родится сын. Лёша живёт отдельно, но участвует в жизни Златы и появляется у нас каждый день.

Недоразумения с наркотиками и сложности с клубом остались в прошлом. Сейчас Лёша трудился под началом Демьяна и больше не пытался переплюнуть брата или подставить его.

После нашего расставания Лёша часто менял девушек. Но в последнее время я всё чаще слышу, как он вскользь говорит о какой-то Инге.

Я замечаю в нём изменения и отголоски чувств, которых не было раньше. Верю, что Лёша обретёт постоянную и сильную любовь, свой настоящий смысл жизни, который не придётся делить ни с кем. Даже мысленно.

Нам с Демьяном пришлось потерять многое, прежде чем обрести навсегда. Испытания закалили наши отношения.

Теперь мне не было страшно. Я верила, что если возникнут трудности, мы преодолеем их.

Настоящая любовь не боится испытаний. Главное, пройти через них вместе. Рука об руку.

Конец