2005 год после Великого потопа.

Остров Лан. Королевство магов.

Начало учебного года! Звучит как приговор для большинства школьников. Меньшинство же не может дождаться начала занятий. Торжественное открытие года, выдача учебного материала и классные часы кажутся всем настоящим издевательством. И только одна ученица во всей школе может смело игнорировать все это.

– Да где же она? – рыжеволосая девочка уже обошла почти весь огромный стадион, на котором сегодня директор зачитывал вступительную речь, но так и не смогла найти нужного человека.

– Мы тоже не нашли, – раздался знакомый голос с боку.

– Она вообще здесь? – присоединился еще кто-то.

Девятый класс артефакторов почти в полном составе обозревал окрестности в поисках одной из учениц. Официально она состояла в другом классе, но эти ребята считали ее своей и желали, чтоб на торжественной части она была с их классом.

– Ищите Майю? – вопрос прозвучал совершенно неожиданно, от того, кого не ждали. Один из стоящих в толпе учеников вдруг повернулся к ним и огорошил неожиданным обращением.

– Ты ее видел? – спросила Ида. Ларифа она узнала сразу, правда официально их никто не знакомил. Просто видела его не раз с Майей.

– Вчера она заходила в школу какие-то экзамены сдавать. Вот ведь неугомонная – год еще только сегодня начинается, а она уже триместр заканчивает.

– А ты еще кто такой? – недовольно спросил Макс, снисходительность звучавшая в голосе парня ему не понравилась.

– Лариф корл Вокстер, – представился юноша, – нам не представлялось возможности познакомиться, но я отношусь к тому немногочисленному кругу, который знает и Майю, и ее семью. Смею заверить, таких людей крайне мало.

– Так, где она? – поспешила вмешаться в обмен далеко не дружескими взглядами Ида.

– Где-то в своих любимых подвалах, – как на само собой разумеющееся ответил Лариф. – С расписанием она знакома, так что ждите ее на уроках. Встретить ее пораньше я бы особо не рассчитывал.

Лариф был совершенно прав. До начала интересных ей уроков Майя Сайори официально считающаяся семиклассницей в школе появляться не собиралась. Небрежно брошенная на стол ведомость показывала, что девочка на отлично сдала все ближайшие зачеты и экзамены, а значит, нет нужды в посещениях уроков вместе с официальными одноклассниками. Впрочем ее сейчас ее мысли были весьма далеки от школы. Советник дэ Анеллион – ее куратор в стенах Закатной библиотеки отсутствовал уже больше месяца и ее временным нянем стал Антуан сент Мирер – превосходный ученый и по совместительству преподаватель тех дисциплин в теперь уже девятых классах артефакторов, которые Майе нравилось посещать.

Школа магов острова Лан, являлась одной из самых привилегированных в стране. Здесь учились представители не просто высшего общества, а самые одаренные и состоятельные из их числа. В классах слушали лекции как дети богатейших купцов и глав различных гильдий из множества королевств, так и некоторые члены правящих домов. Но имена рода не играли никакого значения в учебе, а успеваемость зависела только от самих учеников. И именно успеваемость могла дать невообразимые привилегии.

Майя Сайори – младшая дочь министра образования Карила могла считаться самой привилегированной ученицей школы. Девочка с самым крохотным магическим резервом из ныне учащихся наглядно показала, что отсутствие силы не может помешать целеустремленному ребенку грызть гранит науки. Притом скорость и тщательность с которой она обучалась, вызывали благоговение у преподавательского состава. Именно за заслуги в учебе, ей предоставили беспрецедентное право – учиться самой и являться только на экзамены, которые проводились тогда – когда она пожелает. В данном случае сразу по прибытии на остров после отпусков преподавательского состава. И сдача происходила не по билетам – как у всех остальных, а в ответе на любые вопросы по курсу, которые взбредут в голову еще не вошедших в привычное русло взрослых.

Майя жила в Закатной Библиотеке – самой большой и одной из самых закрытых библиотек мира. Не было особым секретом тот факт, что девочка стала реставратором магических книг. Но вот о ее уровне допуска и компетентность, особо не распространялись. Как и ее невероятное стремление к изобретательству артефактов.

Через пару месяцев ей исполниться четырнадцать, официально она числилась в седьмом классе и была приписана к Закатной Библиотеке, являясь там реставратором. Официальные строчки были так скупы, и не отражали всей картины. Лучшие в Королевстве лаборатории в единоличном пользовании и полная свобода в экспериментах. Конечно, у нее были кураторы – кто оставит ребенка один на один с магией. Только те кураторы – иная песня, притом длинная. Нормальных детей от них нужно держать за линией горизонта и никогда не показывать. Один – учит всему, чего дитя пожелает. Второй – обвешает защитными амулетами и закрывает на художества подопечной глаза. Не убьется, и ладно. Бывают и временные надзиратели, но те вообще, ни во что не вмешиваются и искренне считают, что их подопечная – наделена всеми возможными добродетелями, которыми руководствуются разум. Их в принципе можно понять. Майя получившая дворянское образование, начитанная и сообразительная, достаточно замкнутая в своем мирке производила весьма обманчивое впечатление ребенка, не доставляющего хлопот.

Вот и сейчас профессор сент Мирер, так же прогуливающий школьную линейку, на пару с маленькой подопечной перерывал архив со списанными учебниками старших классов. Закатная Библиотека – удивительное место. Иначе и не скажешь. Здесь есть все, кроме современной учебной литературы. В школьную библиотеку сходить сейчас было затруднительно – начало учебного года там жаркая пара. И дабы не отрывать занятых людей, Майя предложила поискать что-то подходящее в местном хранилище. Им даже допуска особого не нужно было – книги были не магические и некогда поступившие из различных школ.

Антуан уже второй день проводивший в комнате, не превышающей стандартного класса, понимал что он здесь всерьез и надолго. Ветхие книжонки, по которым в свое время учились многие поколения магов, оказались весьма интересными. Как же сильно в течении веков менялась артифакторика! Многие вещи уже не актуальны, но сент Мирер уже успел выписывать интересные моменты, которые не терпелось проверить в лаборатории.

Придя в это место, он почти сразу позабыл, зачем собственно явился. Подопечная брала пример со старших, и так же окопалась в книгах. С той лишь разницей, что нужную информацию уже выписала и уселась за расчеты задуманного артефакта. Весьма удачно, что по ходу дела ответы на возникающие вопросы можно было искать здесь же. Но не удобно, что лаборатория была на другом этаже и к тому же в противоположной части здания.

В прошлом учебном году, они с классом задумали сделать защитные амулеты для работы в лабораториях и практически завершили работу. Но помимо амулетов нужно было изготовить вторую часть проекта – зарядник для накопителей, в который будут перенаправлять энергию амулеты.

То, что на словах выглядело просто, на деле оказалось сложной задачей, над которой они с профессором и работали.

Создание подобного артефакта могло происходить только в библиотечных лабораториях – их защита позволяла выжить во время экспериментов. Пока у них получалось лишь подобие задуманного. Зарядник исправно притягивал энергию, только вмещал себя меньше планируемого, а в случае избытка энергии – взрывался. Данная версия совершенно не предполагала ее использования на занятиях. А сроки на изобретение уже выходили. Учителю и ученице хотелось начать учебный год с новым оборудованием. Вот только ничего не получалось.

Были конечно способы преодолеть затруднения, но они были либо слишком дороги, либо затратные по времени – еще пол года проработать бы пришлось.

– Майя! – позвал профессор отрываясь от очередного учебника. Читал он про одно, а мысль непонятными путями пришли к другому. И когда девочка показалась из-за бокового стеллажа, высказал идею. – А что если заряжать не накопители, а одноразовые артефакты?

С накопителями у них получилась накладка – или нужно было создать специальные, а это долго, либо закупить много одинаковых, а это дорого. Есть особый тип артефактов – хранящих заклинания напитанные энергией. Достаточно уничтожить оболочку – и заклинание будет выпущено. Именно по этому, их и называли одноразовыми.

– Нужно поискать что-то энергоемкое и безопасное. – после некоторых раздумий постановила девочка. В ее голове уже промелькнули все «за» и «против» данной идеи. Если кое-что поменять в проекте, то можно получить генератор одноразовых артефактов.

– Температура! Заклинания ее повышающие или понижающие. Много энергии и в случае чего – оно безлопастное.

– Но куда в случае успеха деть такое количество артефактов? – нахмурилась Майя. Выгоды такие амулеты в отличии от ее книг никакой не принесут. Их не получиться продавать – кто будет платить за одноразовую магию?

– Ты просто не бывала в Империи летом. Или не жила зимой в хлипком домике. Поверь, людям часто хочется изменить температуру. Кроме того, энергия не будет слишком долго заключена в артефакты, а значит, вернется в природу.

– Будет ли по карману артефакт жителям хлипких домишек? – скептически осведомилась Майя.

– Если у нас все получиться, не вижу причин в нераспространении данной системы по лабораториям не только этого королевства, но и других стран. Заклинания энергоемки, но по моему представлению артефактов получаться будет много. Кроме того, не во всех своих поступках следует извлекать материальную выгоду, – назидательно закончил сент Мирер.

– Но… – начала Майя, но оборвала себя на полуслове. Ей не то, что слабо, для нее и вовсе непонятно было, по какому принципу должны распространятся дешевые артефакты. В любом случае, до низшего класса они не дойдут, если только в дело не вмешается государство. – Давайте попробуем, – согласилась она.

– Займись расчетом оболочки и заклинания, сейчас покажу его схему, а с меня все остальное. Только, пожалуй, придется добраться до лаборатории.

Карил. Резиденция Сайори.

– Ваша светлость, – поклонился слуга министру образования, изучавшему какой-то документ.

– Говори, – спустя минуту свиток опустился на стол, а Рюим Сайори сосредоточил свое внимание на посетителе.

– Сегодня прибыл тайный посланник к королю. Речь шла о возможной помолвке наследного принца.

– Значит, Юнрон оставил надежды найти подходящего зятя, и собирается сделать наследником своего племянника?

– Второй сын.

– Что?

– Второй сын их высочеств станет его наследником, а до того, его дочь в случае его кончины станет регентом.

– Еще что-то? – на лице Рюима не отразилась ничего, кроме легкой заинтересованности. Будто не кандидатуру будущей королевы обсуждают. Только у него было свое видение данной ситуации. И чужеземная принцесса должна была остаться не более, чем принцессой иного королевства, которой не будет суждено войти во дворец Карила. Цена ему давно известна и она будет уплачена. Одна из его дочерей, согласно предсказанию, станет наследной принцессой, а в будущем и королевой. Эта цель, к которой он шёл не одно десятилетие. И пока, за исключением некоторых мелочей, все идет в рамках древнего предсказания.

Срединная Империя. Долина Императоров. Янтарный дворец.

– Ваше величество, – склонился Ноэль в безупречном поклоне.

В ответ император только кивнул, разрешая подняться. Дождавшись пока служанка разольет ароматный чай по чашкам, он едва заметным движением руки отпустил всех слуг из комнаты. Покои императора по-видимому были самым тихим местом в стране. Редкие разговоры велись здесь негромким голосом, и только с очень узким кругом лиц. Прислуге же хватало жестов, чтоб понять пожелания своего господина.

– Давно не появлялся во дворце, – в голосе императора послышался легкий упрек. – Неужто так много работы?

– Прошу прощения за свою невнимательность. И обещаю впредь чаще посещать дворец. – смиренно поклонился Ноэль.

– Попробуй этот чай. – приглашая движением руки Ноэля присесть за отведенное для него место. – Послы Илисдиара преподнесли поистине дивный напиток.

– В Стриских горах Илисдиара произрастают действительно уникальные растения. Как жаль, что их так трудно достать. Один только аромат этого напитка бодрит. – вдыхая пар поднимающийся из фарфоровой чашки ответил Ноэль.

– Как продвигаются дела с твоим заданием?

– Все успешно. Мы разбили лагерь в восточных лесах. Там не бывает посторонних.

– Но востоке?! Ты имеешь в виду восточные болота? – неподдельно удивился император. Он был наслышан, об этой части своих владений. Земля – дремучий лес соседствующий с самым большим болотом в стране были собственностью императорской семьи, точнее, его собственностью. Гигантская территория была огорожена с помощью защитных амулетов. И это было сделано не для защиты частной собственности. Просто в тех местах сгинуло слишком много народа. Пару столетий назад прежний хозяин владений возложил на магов обязанность по сохранности территорий в дали, от простых граждан государства, которые подвергают себя огромному риску, заходя в те места.

– Именно там. Большое количество людей не так просто спрятать, а там тихо и спокойно. Возможно, только комаров слишком много.

– Тогда я действительно не понимаю, почему вы столь редко посещаете дворец. На болотах бывать не доводилось, но слышал, что фауна там не самая приятная. Постойте, территория охраняется, а я не подписывал разрешений на ваше там пребывание. Как маги пропустили туда вас и при этом оставили все в тайне?

– Найр все же наследник Верховного Мага. Мы смогли все организовать не привлекая большого внимания.

– А как же охрана?

– Прекрасные амулеты, которые бесполезны если есть ключ. И если контролирующей эти амулеты практикантке приказывает один из сон Локклестов, то сохранность секрета гарантирована.

– Там что, на всю территорию один маг, да еще и новичок?

– Почему же на всю. Ее территория только до реки. На другом берегу безраздельно командует вполне опытный маг.

– Ноэль, это же просто гигантская территория! Как там может быть всего один человек?

– Магам виднее. Но по доброй воле туда и впрямь никто не лезет. Смотритель нужен только для контроля над артефактами которые расположены в глубине. За теми, что по краям присматривают из ближайших городов.

– И все же, у нас герцогства меньше, чем эти болота. И там всего два смотрителя. Видимо мне не понять логики магов. Но там действительно можно спрятать сколько угодно народа. Главное, не заблудиться в чаще, и не утопнуть в болоте.

– Там гораздо больше опасностей, чем вы перечислили. Но смотритель помогла нам освоиться и все смогли остаться живы…

– Но, по-видимому, не все здоровы.

– Ничего такого, что нельзя вылечить, ваше величество.

– Рад, что вы успешно выполняете это дело. Но мне хотелось бы поручить вам еще одно задание. Через два месяца в Нортингеме юбилей. Город празднует свое очередное столетие. Будет много гостей и гуляния пройдут с размахом, что в рамках самого большого города этой стороны звучит весьма внушительно. Императорская семья так же планирует посетить празднества. Надеюсь, вы сможете устроить мне частную встречу с Хранителем. Ему требуется заверить пару документов. Сообщаю об этом заранее, дабы у вас было время устроить все совершенно секретно.

– Ваше величество, нельзя ли… – начал Ноэль но был прерван.

– Передача печати требует личной встречи, предвидя просьбу ответил правитель. – Вам не стоит беспокоиться за возможное любопытство с моей стороны. Напротив, я желаю держать личность хранителя в глубочайшем секрете. Считайте это государственной тайной, в которую даже я не буду посвящен ни при каких обстоятельствах. Даже если прикажу, вы не должны подчиняться этому приказу. Сколько человек осведомлены? Кроме Великих Герцогов конечно. Не верю, что от их любопытства можно что-то скрыть.

– Более никто. Только нам троим известна его личность.

– Так и должно оставаться. Я объявлю им о своем решении. Ты же годы провел в Закатной Библиотеке? – вдруг неожиданно спросил Император.

– Это так. – не стал отрицать широко известный факт Ноэль. – Я работал с магическими книгами как вам известно.

– Найди, а если не получиться создай подтелку. Нужно издать закон защищающий личность хранителя. И создать его на основании исторических фактов и давнего прецедента. В империи до этого только однажды было четыре столпа. И каждый наделен своей властью и своими способностями. Но четвертый столб слишком редкое и малоизвестное явление. Нужно хорошенько подумать, над его полномочиями.

– Ваше Величество, – голос Ноэля едва заметно дрогнул. Император не просто так решил дать хранителю мощнейшую из возможных зашит – защиту традиций в сочетании с законом. – Что за документы должен заверить хранитель?

Единственная видимая Ноэлю причина была сокрыта в тех документах. Если документ заверен четырьмя печатями, то отменен или изменен он может быть только так же. Можно создать ситуацию, когда Император и Великие Герцоги пойдут на некоторые уступки под давлением министров и дворянства. Но, чтоб изменить заверенное хранителем, им придется найти хранителя. А этот поиск – государственная измена. По крайней мере, если попадешься. Значит поиски хранителя станут весьма серьезными и в то же время его величество сможет покарать любого, кого уличит в них.

– Ничего что не касалось бы непосредственно императорской семьи и самого хранителя.

– Если речь идет о коронационном свитке и законе, что вы пожелали издать, то это не будет проблемой. Но если есть что-то еще, то вам известно – у любого из столпов есть право выбора в таком деле. Ему нужно будет ознакомиться с документом и принять решение. И нельзя гарантировать, что оно совпадет с вашим.

– Не вижу причин, по которым у него могут возникнуть возражения. Но я заранее дам ознакомиться с ними. Коронационный свиток – документ обязательный, а во всем остальном у него будет время подумать и возможно высказать замечания.

– Как прикажете.

– Документы, о которых идет речь, будут оглашены не сразу. Один из них вполне подождет год-другой. Не стоит волноваться, что кто-то свяжет мой визит в Нортингем с подписанием документов, а значит и с появлением там хранителя. Я склонен думать, что он живет за пределами долины, не так ли?

– Боюсь, не могу ответить на ваш вопрос. Он идет в разрез с полученным ранее приказом. Но с чего вы так решили?

– Коронационный свиток. Но нем все еще не хватает печати.

Аудиенцию Ноэль покидал в глубокой задумчивости. Решение императора ему не нравилось, и с этим ничего нельзя было поделать. Документы, в отношении императорской семьи, подписанные без предварительного обнародования, а значит без ведома совета… очень немногое может попасть в список подходящих тем. И за любое, в случае раскрытия личности хранителя, Майе может грозить гибель.

Легкий подскок, и уход от удара бесплотного противника ознаменовал конец боя.

Впервые за все лето, Майя смогла продержаться отведенное время в спарринге, не получая условных ранений. У нее уже вошло в привычку, начинать новый день с тренировок. Проживай она в школьном общежитии, такое времяпрепровождение вызвало бы повышенный интерес. Но ее комната располагалась уединенно, да и расположенные по соседству залы пустовали. Второй наземный этаж библиотеки в основном посещали только немногие проживающие здесь работники, когда шли спать. Преимущественно жизнь этого места проходила глубоко под землей, и Майины занятия никого не интересовали. Здесь вообще было не принято вмешиваться в чужую жизнь, каким бы необычным не был обитатель этого места. Даже один из самых высокопоставленных магов мира здесь вполне смог влиться в местное общество и не вызывал совершенно никакого интереса, помимо профессионального. Все же за прожитые столетия он сумел накопить уникальный опыт, и его помощь была порой неоценима.

Накануне этот высокопоставленный маг вернулся после продолжительного отсутствия и приступил к работе, помогая устранять последствия пожара в одном из архивных залов. Майя в последнее время редко спускалась ниже уровня своей лаборатории, в основном занимаясь своими и совместными с сент Мирером разработками. Мир артефакторики затягивал ее с каждым днем все глубже и глубже.

Сегодня привычная схема – тренировка, завтрак, подвалы – менялись. Сразу после завтрака, Майя переодевшись в школьную форму поспешила на уроки. Это было так странно, видеть широкие коридоры заполненные толпой учеников. Знакомые лица попадались всего пару раз, и то девочка не сразу понимала кто они. Все же проблемы с ростом у юных учеников встречались весьма редко, и за лето все несколько изменились.

Когда она зашла в класс, ее заметили далеко не сразу. Внимание ребят было сосредоточено на незнакомом Майе юноше лет пятнадцати. Светло-каштановые, слегка волнистые судя по выбившимся прядям волосы убранные в косу, заставили девочку удивленно застыть. Подобная прическа была странной для любого мага, за исключением одного… но тот при его положении, знаниях, умениях и силе мог делать с волосами что угодно. Тугая коса, это последнее, что Майя предполагала увидеть у учащегося школы.

Постояв пару минут, ей пришлось все же признать, что это действительно ученик.

Майя встретилась с ним глазами на несколько мгновений, но его пристальный взгляд не укрылся от ребят, и они наконец заметили ее присутствие.

– Майя! – в разнобой воскликнуло сразу несколько человек.

– Наконец и ты появилась, – девочка оказалась в крепких объятьях Иды. Те, кто стоял ближе так же приветствовали девочку либо хлопками по плечам, а некоторые особо забывчивые даже волосы растрепали.

Видя такое странное поведение ребят, незнакомый юноша не смог скрыть удивления. Такое проявление чувств обычно не свойственно не только магам, но и немыслимо в высшем обществе, выходцами из которого были в большинстве своем учащиеся школы. Ему уже успели поведать, что некоторые занятия с классам посещает еще одна девочка, но он не ожидал увидеть малютку, которая предстала пред ним. У него были младшие сестры восьми и девяти лет, выглядевшие примерно так же. Никому и в голову не приходило давать артефакты им в руки, а здесь был класс специализирующийся на их изготовлении!

– Майя, у нас пополнение! – совершенно растрепавший Майину прическу Макс, указал ей на незнакомца. – Филорд дэ Хат. Он к нам перевёлся из другой школы. Там не было спец класса артефакторов, а он хочет стать артефактором. Фил, это Майя Сайори, не смотри, что выглядит мелкой, она многим в том, что артефактов касается фору даст. В нашем классе она отвечает за поиск информации. Может найти все что угодно. Она в Закатной библиотеке уже несколько лет обитает. Майя, – посчитав миссию по знакомству завершенной, Макс решил дать волю своему любопытству. – Мы еще не видели профессора сент Мирера, но ходят слухи, что вы за лето что-то изобрели?!

– Мы старались успеть к началу учебного года, но ничего не вышло. Сейчас проходим испытание нашей системы, и как только все получиться, вы все узнаете об этом из первых рук. А из какой ты школы? – повернулась она к Филу. – И почему именно к нам попал?

– Остров Трик. Мантийская школа. Слышала о такой?

– Мантийская? – задумалась Майя. – Входит в пятерку лучших по стране, но с артефакторами там и вправду не очень. Зато именно там готовят магов природы. Там требования по выше наших будут.

Майя была совершенно права. Упомянутая школа в своем плане была уникальной. Там была самая редкая и сложная специализация – Природа. Это только люди далёкие от магии могут думать, что работа с погодой, растениями и животными легка, и каждый маг может вызвать дождь либо засуху по своему желанию. На самом деле природа – сложнейшая система в которой все связанно, и нельзя произвести никакого действия, не просчитав всех последствий. Именно поэтому, учиться там было действительно сложно, а маги ценились невероятно высоко в любой из стран. Конечно это не значит, что все ученики там в природе разбираются, но школа стабильно раз в три года выпускает подобные спец классы, стараясь довести до совершенства образование и остальных учеников. Майя легко могла сделать вывод об этом, на основании того, как быстро обновлялась у них учебная программа – все списанные книги доставлялись к ним.

– Ты права, по остальным предметам я посильнее буду, но практика по артефактам у меня почти отсутствует. Именно по этому и перевелся. С девятого класса здесь идет упор на практические занятия. К тому же ДБИ специализированные именно сейчас начнутся.

– ДБИ? – удивленно переспросила Майя. Она вообще о существовании этого мероприятия вспоминала только на кануне осенних каникул.

– Ты что не знаешь? – удивилась Ида тому факту, что Майя может не знать такой обыденной вещи. Увидев отрицательный кивок девочки и немой вопрос в глазах, она все же принялась объяснять. – Начиная с этого года у нас будут особенные соревнования. Есть несколько школ, в которых есть девятые классы артефакторов. Мы уже кое-что можем, а остальные классы нашей школы в этом плане нам не соперники. Поэтому спецклассы начиная с девятого соревнуются отдельно от остальных – у нас межшкольные соревнования. В этом году поедем в Каурскую школу.

– Каурская школа! – Майя даже онемела от такого заявления. – Я то же хочу!

– Если к нам переведешься тогда поедешь, – высказал очевидное Макс.

– Сократить обучение на два года! – возмутилась Майя. – Даже ради поездки в школу номер один этого мира, я на такое не пойду! И вообще, что касается артефактов, надеюсь вы докажете, что номер один – это мы!

– Это конечно, только учитывай – без тебя мы неполный состав.

– У нас еще есть время подготовить Филорда мне на замену. Надеюсь, у тебя высокая скорость чтения и хорошая память! – улыбнулась она новенькому. Артефакторы – радушный класс, поэтому она решила поддержать в этом начинании коллектив и постараться показать все возможное дружелюбие, оставив на время свою замкнутость и подозрительность в общении с незнакомыми.

– С этим проблем не будет… – начал Фил, но был перебит на полуслове Максом, наблюдающим ошарашенное выражение лица Фила.

– В этом классе существует несколько правил. Правило номер один – не удивляться ничему, касающемуся Майи. Правило номер два – не воспринимай ее как ребенка. Не такая уж она и маленькая, как выглядит. Правило номер три – в некоторых случаях можешь задавать вопросы, как если бы перед тобой был один из преподавателей. Знает и умеет она действительно невероятно много. А если чего не знает – узнает.

– Постараюсь запомнить, – с кривой улыбкой ответил Фил. Новые одноклассники все со странностями оказались. Из разговора он понял, что и местные профессора не совсем обычны.

– Значит с вас первое место, – резюмировала Майя. – А теперь рассказывайте, что новенького у вас произошло за каникулы?

– Его величество прибыл, – громко объявил церемониймейстер при в ходе в покои Вдовствующей Императрицы, заставив затихнуть всех собравшихся и склониться в поклонах, соответствующих их рангу.

Раз в декаду, несмотря на все свои дела и обстоятельства, Алфей посещал дворец матери, проявляя тем самым сыновью учтивость, и показывая свое расположение. Эти походы могло отменить только слишком плохое самочувствие императора, но тогда уже императрица посещала его. Естественно, они виделись гораздо чаще, но официальные визиты императора – дань многовековой традиции. От того, как часто и как долго он проявляет интерес, в долине зависит и статус этого человека. В данный момент было все просто, только одна из женщин – его мать могла рассчитывать на подобные визиты. Но после его тридцатилетия все изменится.

Взгляд императора скользнул по богатому убранству залы и задержался на людях. Его матушка сегодня была не одна.

– Ваше величество, – с радушной улыбкой, но тем не менее официально обратилась она к императору. Для всех он теперь должен быть прежде всего императором. По имени она последний раз его называла, только оставаясь одни, и то когда его мучила лихорадка. Император не совсем человек. Он сын Небес, высшее существо. Именно так, согласно традициям к нему должно относиться. Традиции – великая сила. Даже более надежная чем любые законы. Именно традиции позволяют оставаться Срединной Империи единой и нерушимой вот уже три с половиной тысячелетия. Именно традиции позволяют избежать полномоштабных гражданских войн, а немногие в истории бунты – подавлять. Именно их традиции не дают другим странам распространять свое влияние на Империю, являющуюся центром мировой торговли. Зачастую они бывают просто абсурдны, но традиции – фундамент Империи и Долины Императоров.

– Ваше Величество, – лица императора за золотой маской было совершенно не видно, а голос глух и едва слышан. Он легким прикосновением затянутой в перчатку руке к руке матери дал разрешение подняться. – Благополучны ли ваши дела? – с этой фразы Алфей начинал подобные визиты уже который год.

– Вашими заботами, у меня все благополучно, – ответ был не менее предсказуем, чем вопрос. – Прошу вас, – изящным жестом указала она на пустующее роскошное кресло, которое всегда предназначалось именно для него, и никто иной, не смел туда садиться. – На улице довольно жарко я прикажу слугам принести побольше льда.

Несмотря на начавшуюся осень, на улице был зной, как в середине лета. Дворцовые покои, наполненные ледяными статуями, давали желанную прохладу. Только одетому в полагающийся ему по статусу наряд из нескольких слоев плотного шелка, а также благодаря маске, императору было весьма не комфортно. Присутствие посторонних не позволило Алфею проявить человеческую слабость, и он жестом отказался от предложения. Это же присутствие не позволило императрице предложить ему чашечку чая со льдом.

– Ваше Величество, позвольте представить вам мою гостью, – и после согласного кивка Алфея она разрешила подняться застывшей в поклоне девушке. – Ее зовут Дойора лэн Грей, она приходиться мне внучатой племянницей.

Император на это ответил только едва заметным кивком, и мимолетным жестом руки указал на занимаемый ей до его прихода стул. В противном случае юной девушке пришлось бы простоять весь визит императора.

Дойора была словно настоящая фарфоровая кукла – безупречная кожа, едва заметный макияж на идеально гармоничном лице, большие, голубые как ясное небо глаза и волосы цвета спелой пшеницы убранные в тугую косу. Через несколько лет она вполне сможет прослыть первой красавицей.

Маска как способ скрыть эмоции, уже была не столь необходима, как прежде. Лицо императора смогло сохранить полное спокойствие, хотя ему было ясно – случайная встреча, вовсе не случайна. Вдовствующая Императрица решила воспользоваться своим положением и познакомит его, разумеется не официально, с девушкой которая как раз войдет в брачный возраст к его тридцатилетию. И естественно она происходила из того же рода, что и его мать.

Признаться, он не ожидал, что эта игра начнется так рано. Но можно предположить, что в скорее его ожидают другие неожиданные знакомства с родственниками высокопоставленных придворных или министров.

Им будет сложно обойти императрицу, отстранено думал он, слушая ответы, на свои ничем не примечательные вопросы.

Уже к вечеру распространятся слухи далеко за пределами дворца, о благосклонности императора, который снизошёл до общения с одной из своих поданных. Алфей это понимал, как понимал, что никто из его подданных не сможет в правителе разглядеть человека.

Он намеренно задержался дольше обычного, а потом направился в свои покои, сообщив, что хочет видеть Найра сон Локклеста, остальным же запрещено его беспокоить. Император изволит отдыхать.

– Ваше Величество, – Найр поклонился, едва переступив порог опочивальни императора, и к своему удивлению никого в помещении не обнаружил. Ему сообщили, что император сегодня переутомился, и желает отдыхать, но его вызвали, так как император никого иного видеть не желает. Такое уже бывало. В такие моменты из покоев удалялись все слуги, а император расспрашивал его о множестве вещей, происходивших за пределами Долины. Сон Локклест начал переходить из комнаты в комнату, в поисках повелителя, пока вдруг не услышал оклик. Небольшая, давно знакомая ниша в одном из помещений отсутствовала, а на ее мете был проход.

– Заходи скорее, – знакомый голос раздался из глубины, и стоило Найру шагнуть внутрь, как стена за его спиной с легким шорохом встала на прежнее место.

– Ваше… Величество, – удивить или даже шокировать Найра было практически невозможно. Это он обычно заставлял людей испытывать подобные эмоции. Но сейчас представшая его глазам картина была как минимум странной. Императорские регалии аккуратно разложены на столе, расшитое золотом одеяние – на вешалке, а император завершает самостоятельно одеваться в одежды подходящие разве что не очень знатному, хотя и состоятельному дворянину или купцу среднего класса. Простота покроя, минимум вышивки и приглушённые цвета достаточно дорогой ткани. В такой одежде в городе просто затеряться, но только в том случае, если что-то сделать с волосами. Сияющее золото слишком привлекает внимание.

– Как ты смотришь на небольшое путешествие? – спросил Алфей. В этом молодом человеке, никто и не смог бы заподозрить слабого здоровьем императора. Маска превосходно скрывала успехи лечения.

– Путешествие? – заторможено переспросил Найр.

– Путешествие, – уверенно подтвердил император. – Только тебе придётся переодеться, – кивнул он в сторону приготовленных одежд, отличающихся от тех, что на нем, только цветом и рисунком вышивки.

– И куда же мы направимся в таком виде? – осторожно спросил Найр, невольно думая не сошёл ли император с ума. Выйти в подобном из дворца не привлекая внимания невозможно. Пусть правителя в лицо никто и не узнает, но в этом до мелочей регламентированном месте, такой наряд привлечет большее внимание, чем самые роскошные шелка.

– Есть несколько вариантов, – не обращая внимания на его замешательство, Алфей разлил исходящий паром напиток. – Но для первого раза, пожалуй выберем самый простой – Норкимгем подойдет идеально.

– Ваше Величество! – у Найра от возмущения даже ком в горле прошёл, – О чем вы говорите!?

– О кратком визите в столицу мировой торговли. Поспеши, – кивнул он на одежду, – но сначала отведай это, – и протянул крохотную чашечку с подозрительно пахнущим варевом.

Найр даже не поинтересовался что ему дают, просто зажмурившись одним глотком выпил. Напиток был очень горячим и именно его высокая температура не дала заострить внимание на отвратительном вкусе.

– А, менее противного яда не было? – хватая ртом воздух выдавил он.

– И правда, – Алфей передернуло от вкуса напитка, – в следующий раз, придумаю что-то другое. А теперь одевайся. До утра нас никто не хватится.

– Но как вы… – начал Найр, только очевидный вопрос ему задать не дали.

– Мы отправимся туда при помощи телепорта. И вовсе не того, о котором ты подумал. На территории дворца есть еще один портал. Он не совсем обычный, поэтому не беспокойся, нас не заметят.

Когда сон Локклест закончил приводить себя в порядок, и повернулся к Алфею, то был поражён повторно за этот день. Цвет волос и глаз императора изменился. Теперь перед ним стоял брюнет с карими глазами. Понадобилось время, чтоб до Найра дошла причина изменений, и он сам бросился к зеркалу, из которого на него смотрел кареглазый брюнет. Та бурда, что они отведали, оказалась зельем, изменившим цвет глаз и волос, а так же сделав смуглее цвет кожи. Теперь их с легкостью могли принять за выходцев из южных провинций.

– У меня есть условие, – рассматривая прядь волос как нечто чужеродное, заявил Найр.

– Какое же?

– Ноэль никогда не должен узнать ни о ваших путешествиях, ни тем более о моем сопровождении. Иначе он меня убьёт.

– Естественно, об этом никто не должен знать… и Ноэль в первую очередь. Уверен, мне это тоже в случае чего так просто не сойдет.

Телепорт оказался в соседней комнате, Император просто открыл дверь не защищенную внешне никакими замками. Замков и не требовалось. Не существовала никаких кодов, секретов и тайных знаков. Просто все в этом месте могло подчиниться только императору. Двери, ни под чьим иным прикосновением не могли открыться, а телепорт работал исходя из пожеланий повелителя страны. Система, очень похожая на ту, что в одной небезызвестной книге. С той разницей, что никого не убивает при попытке коснуться.

Их прибытие в Норкимгем прошло тихо и спокойно. Телепорты города подпитывались напрямую из источника, и их было много. Алфей и Найр просто затерялись в толпе.

Сразу по прибытии Найру пришлось взять на себя ответственность за эту партизанскую вылазку и возглавить поход. Предусмотрительный Алфей запасся монетами разного достоинства, но понятия не имел, как ими распоряжаться, не привлекая излишнего внимания. Найр занялся расчетами и за телепорт, и за покупки на одном из местных рынков, куда их занесло вскоре после прибытия. В этом городе торговля продолжалась круглые сутки. После нескольких часов блуждания, порядком умаявшись, они оказались на улице украшенной разноцветными фонариками.

– Кажется нам сюда, – беспардонно ухватив Алфея за рукав он потянул его в знакомом направлении, – у меня уже ноги гудят, я хочу есть, пить и вообще…

На подобное непосредственное поведение во всей стране пожалуй только Найр и был способен. Для него не составило труда принять правила игры.

– Ты же не на постоялый двор собрался? – остановив Найра, подозрительно осведомился Алфей. – Этот квартал очень похож…

– Ну да. Мы идем к кюртэн. Я слышал об одном, но бывать пока не доводилось. Говорят один из самых дорогих, но вашего золота хватит. Там великолепная кухня из любой страны на выбор, отличные вина и самые прекрасные девушки. А еще там не задают ненужных вопросов.

– У меня только одно условие.

– Какое?

– Ноэль об этом узнать не должен. Иначе мой небесный статус не поможет. И нам надо придумать имена. Хоть какая-то легенда нужна и на будущее.

– Зовите меня Айр, слишком мудрить не нужно, а то сами запутаемся.

– Тогда… я буду Ал. Ал и Айр, мы прямо как братья. Удобно – минус одна семейная история.

– После вашей отравы, в нас и правда внешние сходство проскальзывает, – согласился Найр, – одеты похоже, опять же маги…

– Так и поступим. Показывай где там твой дом отдыха.

Новенький быстро стал своим в их дружном классе, а Майя в первые за несколько лет посетила школьную библиотеку. Девочка поставила себе задачу обучить Филорда маленьким премудростям при работе в библиотеке, а так же использовать содержащуюся информацию в книгах с максимальной пользой.

Сначала Фил отнесся к инициативе одноклассницы весьма скептически. Что сложного может быть в библиотеке? Просто закажи работникам книги по интересующей теме и изучай. Но занудная девчонка объяснила всю степень его невежества.

– Если просто как все готовишься к экзаменам или пишешь курсовую, которая будет не особо примечательной, то твои действия являются вполне оптимальными. Но если хочешь найти действительно полную и нужную информацию например для какой-то разработки или действительно изучить материал, то прежде чем что-то заказывать, если уже пришёл, ознакомься с картотекой. Она даст представление о уровне и разнообразии книг. В школьной библиотеке только школьная программа и дополнительная литература примерно на том же уровне. Но в любой библиотеке есть возможность заказать более подробную литературу. Нужно только правильно сформулировать запрос и указать библиотеку, в которой есть такая книга. Поэтому, первое о чем ты должен узнать, что расположено по соседству. На этом острове есть три библиотеки. А знаешь, кто пользуется возможностями всех трех? Только преподаватели. Не потому, что другие не могут, а просто не знают, не умеют или не хотят. Итак, начнем с оценки того, что мы здесь имеем!

Лекция и практическая часть заняли целых четыре дня. Филорд примерно через пол часа начала их совместных занятий перестал воспринимать Майю как ребенка. Сложно иначе относиться к человеку, так увлеченно рассказывающему о на первый взгляд обыденных и понятных, но совершенно новых вещах. Или это просто дар рассказчика, способного донести интересную тему.

За эти дни, Майя перезнакомилась со всем персоналом общей библиотеки и просто невероятное количество времени общалась со своим одноклассником отрабатывающим здесь дежурства. Он к ее лекции в качестве добровольного слушателя еще в первый день присоединился, на второй вокруг нее собралось уже несколько школьников среди которых были не только дежурные, но и простые ученики совершенно из разных классов, совершенно незнакомые друг с другом. И их всех заинтересовала возможность выжать из книг максимум информации при сравнительно небольших усилиях.

Интересный для девочки случай произошёл где-то на второй месяц учебного года. В школе она увидела странную для себя пару – Филорда в обществе Селесты. Сначала она прошла мимо них, но когда мозг запоздало сработал, девочка изменила свой путь таким образом, чтоб видеть их, хотя из-за расстояния слышать возможности не представлялось.

Они определенно ссорились. Это просматривалось в осанке и выражении лиц, которые они старалась оставить бесстрастными, но именно это их и выдало.

Наблюдать, не привлекая излишнего внимания долго не получилась, и девочка продолжила путь на урок.

«Когда это они познакомились? – задумалась она над увиденным. – И что за причина для ссоры или спора? Или может… он ей понравился? Есть в нем что-то странное. Селеста всегда выбирает самое лучше, – и тут Майя встала как вкопанная посреди коридора. Ей вдруг вспомнились множество моментов. Вот Селеста в обществе Рафаэллы, она и Арчи, советник, профессор сент Мирер… Она общалась с многими, но были ли у нее друзья? Если и так, то Майя их не знала. – Как она так ухитрилась, ни с кем не подружиться? Это действительно странно… Закатная библиотека…в этом месте нет обычных людей, так почему она производила впечатление… это странно… Но если припомнить… если все что она делала и говорила было намеренным? Для нужного впечатления? Тогда получается, она держит всех на расстоянии. Не помню, слышала ли ее фамилию или имя рода. Из какой она страны? Только если она и говорила, не значит, что не лгала».

С этого дня Майя стала присматриваться к Селесте. Зачастую проходила именно по тем коридорам школы, где располагался десятый класс, в котором та училась. Ей даже удалось с помощью своих новых знакомых из общей библиотеки разузнать о ней. В школе о Селесте отзывались как о высокомерной зазнайке, естественно, такая характеристика шла от одноклассниц. Одноклассники были настроены куда более лояльно, но и среди них друзей не было.

«Какая мне собственно разница, кто она? – через некоторое время одернула себя Майя. – Здесь у каждого второго коллекция скелетов имеется. Многие ученики меняют не только фамилии, но и имена при учебе. Так почему я должна вмешиваться в чужие дела? И что, в том, что она работает в Закатной библиотеке? У нас там и помимо нее полно народу. Разве я знаю, кто они? И разве это незнание меня беспокоит? Совершенно не беспокоит. Значит и она не должна»!

– Госпожа сон Локклест, – легким полупоклоном приветствовал Ноэль Рафаэллу.

– Ноэль! – улыбнулась Рафаэлла. – Какая неожиданная встреча!

Встреча действительно оказалась неожиданной. Они оба в одно время оказались в Норкимгемской лавке магических редкостей, расположенной в ни чем не примечательном здании, каких тысячи в этом городе. Только реклама этому месту и не была нужна. Двухвековая репутация этого места была наилучшей рекламой.

– Могу сказать то же. Что привело вас сюда? Возможно, я смогу помочь?

– Ноэль, не веди себя столь официально! Мы не во дворце. И если кому и проявлять почтительность, так это мне – старший братец.

За последние два года в подобном стиле начинались почти все разговоры. И настойчивость Рафаэллы потихоньку приносила результаты, и Ноэль все больше относился к ней как к своей младшей сестре, а не сестре императора.

– Хорошо, – уже привычно согласился Ноэль.

– Я ищу подарок Майе. У нее насколько помню скоро день рождение. В прошлом году я это как-то упустила, и вспомнила только когда на мой день рождения, она подарок прислала.

– Я здесь за тем же. Нашла что-то подходящее?

– Для обычной четырнадцатилетней девушки я много чего могу придумать. А что дарить Майе даже ума не приложу. Что посоветуешь?

– Не знаю. Если ей что-то нужно, она сообщает и я это присылаю. Майе сложно подобрать подарок.

– Возможно… – припомнила Майя, – помнишь в тот год, когда она попала в библиотеку ей устроили неудачную вечеринку на день рождение?

– Помню.

– Может устроим ей праздник? И соберем всех ее друзей. Как тебе?

– Неплохая идея… только круг ее друзей несколько расширился после твоего отъезда из школы, – предупредил Ноэль, только Рафаэлла его уже не слушала.

– Точно, точно! Вечеринка сюрприз. Нужно обязательно позвать Арчи. Столько лет его не видела! Говоришь новые друзья? Это которые из нового класса? Подготовь список. Нас будет не много, главное убедить учителей отпустить учеников и договориться насчет школьного портала. А провести все можно в резиденции сон Локклестов.

Ноэль идею поддержал. Рафаэлла придумала отличный повод для посещения девочкой империи. И это подходило по времени с запланированным визитом императора в Норкимгем. Не идеально конечно, но еще есть время чуть подкорректировать график Императора, как и планы коллеги по заговору.

– Резиденция, это неплохо, но как насчет Норкимгема? Здесь будут празднества, по случаю прибытия Императора…

– Я помню, она хотела побывать в столице в сезон дождей и покататься на лодках! – перебила его сестра.

– Можно организовать еще портал, – заметил Ноэль. – Правда для одного дня многовато впечатлений.

– Можно разделить на два дня, – согласилась Рафаэлла. – Но катание на лодке – обязательно. Нужно поговорить со свекром, без его помощи простых школьников с нами не отпустят.

– Не столь они и просты. Это класс артефакторов.

– Превосходно! Можно им экскурсию в башню магов организовать. Им там точно понравиться. Только это значит… еще портал для всех. Смета получиться внушающая. Но будет весело!

Рафаэлла действительно развернула бурную деятельность. В этот же день уговорила Вильяма сон Локклеста оказать им всестороннюю поддержку, то есть решить вопрос с учениками и порталами. Обошла с главным поваром резиденции продуктовые рынки, и оставила множество заказов на нужную дату.

Ноэлю достался список гостей. Помимо учеников и Арчи были еще люди, которых нужно пригласить.

– Что за суета в последние дни царит в этом доме? – поинтересовался Альварес у Вильяма во время очередной встречи. Великие Герцоги общались постоянно. Редкие дни, когда они не виделись. Встречи необязательно приводили к обсуждению государственных дел. Зачастую они просто мигли играть в ссоур не обменявшись даже парой фраз. Только сотни глаз, что ежедневно за ними наблюдали, всегда могли подтвердить, что герцоги действуют совместно, а значит в стране по большому счету все спокойно.

– Дети организовывают праздник по случаю дня рождения мисс Сайори. Признаюсь честно, не будь я Верховным магом, они бы меня разорить смогли своей идеей.

– Что за идея?

– Прием в Норкимгеме, а так же двухдневная развлекательная программа для гостей по случаю дня рождения Майи. Все бы ничего, но большинство гостей придется доставлять телепотром, а так же еще перемещения внутри империи. А еще поход по лабораториям башни, что означает серьезную подготовку – нужно убрать с глаз все лишнее. Это остановит работы минимум на день! Основная проблема – Норкимгемские телепорты. В городе будут проходить мероприятия, нужно оставить резерв…

– Неплохо. – кивнул Альварес. – Гости так понимаю из школы? – и получив утвердительный кивок, продолжил. – Значит в ближайшее время ты отправишься на остров. Не передашь одно письмо?

– Я что похож на почтового голубя? – возмутился Вильям. – Неужели собственных каналов нахватает. Уверен, как на острове, так и в школе есть твои люди.

– И тем не менее, окажи любезность, передай письмо, – с нажимом повторил просьбу Альварес.

– Хорошо, но за тобой останется должок. Большой должок учитывая твои игры с пророчеством, – и видя, что сон Локкрест собирается что-то сказать, протестующе взмахнул рукой. – Ничего не хочу знать! В данном случае, меньше знаешь дольше живешь.

– Настаивать не стану. И все же не разделяю твою озабоченность о влиянии пророчества, хотя и учитываю предостережение.

Пару дней назад Алфей и Найр или как теперь их звали в Норкимгеме братья Ал и Айр Кросс приобрели квартиру в недорогом районе. Главным достоинством этого места были близость к рынку и телепортам. На этом достоинства заканчивали. Место было шумным, а соседи беспокойными – особенно в выходные. Неподалёку располагался университет, что означало повышенное количество студентов. И это помимо международного рынка. Правда молодым людям играющим братьев это не особо мешало. В небольшой квартирке они не сидели, а все время проводили в общественных местах – рынках, площадях, тавернах, музеях, прогуливались мимо городских учреждений, а вечера проводили в кюртэне.

Два молодых и не стесненных в средствах мага могли позволить себе развлекаться в свое удовольствие. Они покупали изысканные украшения и приглянувшуюся парфюмерию для красавиц кюртена, в котором их встречали как самых долгожданных гостей. Что впрочем было не далеко от истины. Молодые люди платили приличные деньги, заказывали только лучшие вина и кушанья, и не скупились, собирая вокруг себя букет прекрасных девушек, которые устраивали настоящие представления – пели, играли на музыкальных инструментах и танцевали. Через пару таких вечеров, с ними начали искать знакомства и иные гости этого места, что было воспринято хоть и без особого радушия, но и протеста не вызывало. Еще через неделю, братьев Кросс знали уже очень многие. Особо любопытные и настойчивые даже ухитрились вызнать, откуда у них столько денег для подобного образа жизни.

– Братья торгуют артефактами. И люди говорят, при желании они могут достать чуть ли ни что угодно, – шептались люди.

Найру эти дни дались не так уж и просто. После первого посещения города, он открыто покинул дворец, и растворился на просторах империи, а в Норкимгеме поселился Айр Кросс. И с тех пор почти каждый день, он днем встречал своего «брата» у городского телепорта, а ночью или ранним утром отправлял обратно во дворец. Играть одновременно и брата, и беззаботного весельчака, которым видели его все окружающие было невероятно тяжело. По сути, он был единственной охраной императора. К такой ответственности Найр точно готов не был. Хотя и справился безупречно с возложенной на него миссией. Пусть мечник из него и был весьма посредственный, но широкий арсенал заклинаний и бездонный резерв компенсировали этот недостаток.

Император решил обосноваться в Норкимгеме всерьез и надолго.

Каждый раз посещая этот город, он учился… учился понимать людей, их мысли, поступки, желания. В Долине Императоров у него было совершенно иное представление по многим вопросам. Как можно править народом, когда не можешь его понять? Люди вне долины были для него настоящей загадкой. И это было неправильно.

Кроме того, побывав во внешнем обществе, он начал лучше понимать то, что касалось его государственных обязанностей. Донесения, прошения, проекты законов и многое другое, что шло к нему нескончаемым потоком. Теперь он мог пусть и пока еще немного, но оценивать результаты своих решений.

Несмотря на все его могущество, и заложенное на подсознательном уровне преклонение перед императором, власть правителя была по факту ограниченна. Простые люди этого не понимают, но традиции дают собранию министров существенные рычаги воздействия на Императора. Кроме того, есть еще и семья…

Потребовалось не особо много времени, для понимания – Император – это нечто далекое, в повседневной жизни, на что обращают внимание только потому, что так учили, так впитали с молоком матери. Несомненно, Император – это тот, кто обладает высшим могуществом. И он настолько высоко, что простых людей ему и не разглядеть. Но есть те, кто видит, кто достаточно высоко, чтобы требовать подчинения и поклонения, а в случае неповиновения, может наказать. Богатые и знатные правят этим городом, а вовсе не Император.

За последние семь лет, когда здоровье прежнего императора пошатнулось и после, когда его преемник больше времени посвящал лечению, чем государственным делам, дворянство слишком укрепилось и возвысилось. Интриги Императорской Долины так же сказались на власти Императора.

Алфей в детстве насмотрелся на козни своих тетушек (жен и наложниц императора) и матери. За каждой из них стояло немало дворян, которые возвышались в случае победы своей покровительницы и могли быть уничтожены в случае ее поражения.

Единственным исключением была его тетушка Корра, младшая жена отца. Но для спокойной жизни ей пришлось пожертвовать всей той свободой, что у нее была. За последние сорок лет она только дважды покидала свой окруженный высокой стеной дворец – на похороны мужа и на коронацию Алфея. Это не изменилось и после восшествия на престол нового Императора. Одним из первых документов подписанных им в новом статусе стал указ, дозволяющий Корре и дальше занимать ее резиденцию.

В последнее время он все чаще думал о тете, слишком похожи он и она казались. Высокие стены дворца не дают прорваться внутрь, но и вырваться, возможности нет. Они имеют высокий статус, но много ли пользы от статуса, если его обладатель изолирован от общества?

Поэтому сейчас молодой Император делал первые, осторожные шаги во внешний мир. Мир, который принадлежал ему.

Сейчас он свел свои государственные дела к минимуму, тем самым дав еще больше власти министрам и дворянам. Решение было трудным, но тщательно обдуманным. По его мнению, от правителя, оторванного от общества, проблем для государства может быть больше чем от всех врагов вместе взятых.

Взяв в спутники Найра он не ошибся. Если бы не его помощь и советы, путешествие за пределы вышло бы весьма коротким и не принесло пользы. Но младший сон Локклест показал как вести себя в городском обществе и привел его в кюртен. Место, предназначенное для отдыха очень состоятельных людей. Место, в котором можно услышать и увидеть удивительные вещи.

Как-то поутру, спустившись на завтрак, Майя обнаружила там невероятный сюрприз – Рафаэллу сон Локклест. Она разговаривала с профессором сент Мирером, но заняла столик с тем расчетом, чтоб не пропустить приход девочки.

– Майя! – воскликнула она, расплываясь в широкой улыбке и замахала рукой привлекая внимание. – Вот и ты!

– Рафаэлла, – Майя даже застыла от неожиданности, но быстро пришла в себя и поспешила к своей любимой наставнице. Те, кто прежде являлся наставником, всю жизнь ими остаются, даже если переходят в разряд друзей. – Добрый день профессор, поздоровалась она с сент Мирером.

– Ты совершенно не изменилась, – обняла Рафаэлла подошедшую девочку, а потом отстранив ее, начала пристально рассматривать. – Как такое возможно? С нашей последней встречи ты стала чуть выше и все!

– Зато вы изменились, – после пристального изучения Рафаэллы постановила Майя. – Теперь вы не носите школьную форма, и выглядите более… взрослой… я имею в виду эту одежду, – запнувшись на последних словах закончила Майя.

– Одежда действительно сильно меняет внешне. Но за прошедшие годы я не так уж и изменилась. Давай, присаживайся скорее и расскажи, как поживаешь. Конечно, ты писала нам с Ноэлем, но бумага не может передать всего.

– У меня все действительно очень хорошо! Работа, учеба, друзья! Что еще нужно?

«Семья» – подумала про себя принцесса, но ничего не сказала.

– Подтверждаю, ее заверения, – кивнул профессор, – Достижения как в работе, так и в учебе бесспорны, и друзья у нее такие же с похожими устремлениями, старанием в учебе. Класс артефакторов очень дружная и сплочённая команда. Они не только в школе общаются, но и собираются на природе за общими играми.

– Играми? – с подозрением прищурилась Рафаэлла переводя взгляд с одного на другую. – Неужто ее расшевелить удалось? Или это исключительно интеллектуальные игры?

– Слышал, они очень активный класс. И игры на свежем воздухе у них весьма подвижные. Даже сам как-то наблюдал за игрой в мяч.

– Профессор, ну что вы такое говорите, – запротестовала девочка, – мы самые обычные ученики в этом плане. Как и все, мы не только учимся, но и весело проводим время в дали от книг и лабораторий. Возраст такой…

– Все так, за тем исключением, что никто вас обычными детьми не считает, – метко заметил сент Мирер.

– Поддерживаю, – кивнула Рафаэлла. – меня не удивляет, что бегают и прыгают все остальные, но тебя беззаботно играющей с друзьями я как-то плохо представляю. Впрочем, это не важно. Я прибыла на остров с очень важной миссией. Она заключается в том, чтобы увезти тебя отсюда на несколько дней. Если брать в расчет сегодняшний, то я должна похитить тебя на три дня, – заговорщицки, полушёпотом и придвинувшись поближе закончила она.

– Что-то случилось? – не на шутку встревожилась девочка.

– Тебе предстоит дикая для тебя вещь, – тем же таинственным шёпотом ответила Рафаэлла, – ты едешь на мини каникулы. В Норкимгере сейчас проходят городские торжества, просто грандиозные по размаху. Завтра тебе исполняется четырнадцать – первое совершеннолетие, очень важная дата. Время когда покидают детские и официально считаются взрослыми членами семьи, время когда девушки и юноши начинают участвовать в смотринах, а в случае заключенных ранее помолвок, родители утаивают детям свадьбы. Конечно, все это не относиться к тебе, но так уж сложилось, что для большинства – четырнадцатый день рождения очень важная дата. И традиционный повод для всех магов хорошо повеселиться. Мы все рано покидаем наши детские, отправляясь на учебу. Когда наши неодаренные сверстники выбирают себе кандидатов в спутники жизни, – мы грызем гранит науки. И несмотря на все обстоятельства, даже покинув после выпуска школьные стены, не всегда можем распрощаться со статусом ребенка. У магов свои законы, но эти законы не могут запретить отметить завтрашний день с размахом! Тем более, что начальство как школьное, так и библиотечное тебя отпускает.

– И что у нас на повестке дня? – осторожно спросила Майя.

– Для начала поход за покупками. Сможешь выбрать себе все, что понравиться! Этот станет моим тебе подарком, поэтому завтракай хорошо. Сегодня тебе понадобиться много сил.

– Много сил для похода за покупками? – недоверчиво переспросила девочка.

– А, разве ты не знаешь? – пришла очередь удивиться Рафаэлле, – Хотя о чем это я! Наверное, в последний раз по рынкам и ярмаркам ты ходила совсем маленькой, до попадания в библиотеку… это получается… около четырех лет назад? Хм… десять, не такая и кроха.

– Я вообще не помню, что бы бывала в подобных местах. – искренне ответила Майя.

– Тогда ешь, и пойдем!

– Хорошо, только одежду сменю.

Рынок Норкимгема потряс Майю. Она и представить не могла такое количество людей, красок, запахов и шума в одном месте. От всего этого кружилась голова, и если бы не Рафаэлла, крепко державшая ее за руку, девочка бы непременно потерялась.

– Госпожа, купите для своей дочки сладостей с Лунного острова!

– Госпожа, вам с сестрой очень подойдут Луарские кружева!

Лавочники со всех сторон зазывали их с Рафаэллой к своим товарам. Да это и не удивительно. Принцесса так и притягивала взгляды – прекрасная девушка в дорогой одежде и с внушительной свитой из охранников, некоторые из которых еще и помогали с покупками.

Первоначально с ними был и Ноэль, но он, сославшись на дела, покинул их около часа назад. Рафаэлла только посмеялась на его объяснения, заявив, что не родился еще тот мужчина, что добровольно согласиться вытерпеть весь поход за покупками в дамском обществе.

– Что это такое? – спросила девочка, разглядывая разложенные на прилавке шкатулки, подсвечники, кованые подставки различных форм, заколки для волос, почерневшие от времени и еще множество различных мелочей. Всех их объединяло то, что они были из металла либо камня. А в некоторых изделиях смешался и камень, и метал.

– У маленькой госпожи наметанный глаз! Это старинные вещи из далеких стран, проделавшие до Норкимгема огромный путь. Им больше семисот лет! Когда-то эти украшения принадлежали принцессам Соланжа, а эта невероятно тонкая работа, – указал он на шкатулку, сплетенную из тончайшей проволоки, со вставками незнакомых девочке темно-зеленых камней так удачно изображающих зеленые луга, холмы и деревья, в окружении сложного орнамента, – заслуга мастеров из Кайя.

– В такой шкатулке, наверное, удобно хранить украшения, или лены для волос? – разглядывая вещь, спросила Майя.

– Сколько стоит? – поинтересовалась Рафаэлла, доставая расшитый шелком кошель с монетами. Она решила сегодня покупать все, что понравиться девочке, только столь сильного интереса ей еще видеть не приходилось. Что-то странное прозвучало в ее словах. «Лены для волос» – вдруг подумалось ей, и она отстранено слушая восхваления невероятно редкой и старинной вещи, стала разглядывать девочку с повышенным интересом изучавшую шкатулку. Ей было очевидно, что ушлый продавец решил выжать побольше из состоятельных клиентов. Непонятна была только странная фраза Майи. Девочка практически не носила лент… добрая половина магов, их вообще не имела. В редких случаях, если требовалось заколоть волосы, чтоб не мешали в работе, она пользовалась металлическими заколочками, забирая волосы по бокам наверх. Украшений у девочки так же особо не было. Но самым странным был ее интерес.

– … Десять золотых, – дошло, наконец, до нее предложение продавца.

– Десять золотых! – Майя выглядела по-настоящему потрясенной и возмущенной. – Вы хотите за нее десять золотых?

– Это очень старая вещь, изготовленная непревзойденными Соланджскими мастерами, имеющая многовековую историю! Только посмотрите на эту…

– Соланджсими мастерами? Семьсот лет назад? – Майя просто кипела от возмущения.

– Майя!? – Рафаэлла ни разу прежде не видела девочку такой. Ее взгляд казался, прожигал насквозь бедного торговца. Столь юное создание не может иметь такого ледяного взгляда. Такой холодной ярости, от которой ей стало не по себе. – Не беспокойся, мы поторгуемся до приемлемой цены!

– Да… да госпожа! – закивал испуганный торговец. Он был не робкого десятка и вел дела не с самыми порядочными и законопослушными людьми. Многое успел он в своей жизни повидать. Но подобный взгляд у ребенка, который казалось, точно знает все даже самые мелкие из числящихся за ним грешков, видел впервые. Это внушало суеверный ужас. – Я… не знаю точно истории вещи… да и только слышал, что она старинная… Вероятно это только удачная подтелка… Один серебряный! Она мне стоила один серебряный!

– Значит, цена в один золотой вас устроит? – предложение Рафаэллы в свете последнего откровения было достаточно щедро – один золотой это тридцать шесть серебреных монет.

– Более чем, щедрая госпожа! – закивал он, принимая монету, – поздравляю вас с покупкой!

– Один серебряный… один золотой… – цена сделки ничуть не утихомирила девочку, а казалось дала противоположный эффект.

– Майя! Бери свою шкатулку, и пойдем! – Рафаэлла абсолютно не понимала, что происходит.

– Я не знаю какие сейчас расценки… но учитывая, что меня окружают более осведомленные люди… Сколько стоят вещи Старой Династии? Сколько стоят предметы, со скрытой в них магией, которым около пяти тысяч лет? Сколько стоит дар императора, преподнесенный Шикорскому храму?

– Подобная вещь не может иметь цены, так как не может быть продана, – нарушила Рафаэлла образовавшуюся вокруг них тишину. – За продажу даров императора – смерть. За продажу вещей Старой Династии – смерть. За продажу вещей храмов – смерть. Продажа магических вещей вне кварталов магов, и тем более сообщения об этом покупателю – смерть. – С каждым пророненным принцессой словом, круг людей вокруг них становился все шире и шире, а цвет лица продавца становился все серее. – Майя, надеюсь, твой вопрос был риторическим?

– Где содержимое шкатулки? – не обращая внимания ни на кого кроме посеревшего торговца, спросила девочка.

– Я не знаю, о чем вы говорите! – испуганно проблеял мужчина. – Я… правда не знаю! Я…

– Майя! – настойчиво позвала Рафаэлла. – Ты уверена в своих словах?

– Шикорскому храму за поддержку императорского дома и существенный вклад в подавлении бунта произошедшего во время засухи и неурожая приведшего к страшному голоду, захлестнувшему империю четыре тысячи девятьсот семьдесят четыре года назад, была дарована благодарность Императора. Свиток, в котором Император собственноручно начертал послание, был помещен в шкатулку.

– Шкатулка изобилия… – поняла, о чем речь Рафаэлла. – Искусный рисунок на ней изображал зеленый луг, зеленый лес на фоне Долины Императоров. Она была выполнена из зеленого золота и украшена лишь слегка обработанными изумрудами, которые служили кронами деревьев. С тех пор храм получил сильную поддержку Императорского дома. Только храм рухнул во время гражданской войны, и шкатулка была утеряна. Это не может быть она!

– Зеленое золото хрупкий материал. Его просто так невозможно использовать, поэтому во исполнение приказа императора ювелирам пришлось обратиться к магам, напитавшим метал силой, которая позже придала вещи странный эффект. Со временем, шкатулка начала темнеть. Именно поэтому ее убрали из главного зала, а на обозрение людям выставили копию. В одном из свитков того времени говорилось – «Дар императора гаснет. Гаснет и сила Императорского дома. Небеса дают неутешительные знамения. Нас ждут большие беды». Через семнадцать лет после этого началась война.

– Вы сказали, что это магическая вещь… – вдруг подал голос торговец. – Но товар проверяли маги! И не раз! В ней нет магии…

– Я не вижу… – начала Рафаэлла, – хотя… – она впервые взяла шкатулку в руки и всмотрелась в нее. Майя говорила, что магия есть. Но у девочки было феноменальное истинное зрение. Оставив бесплодные попытки увидеть что-то для чего нужно специальное оборудование, принцесса сосредоточилась на окружавшем пейзаж орнаменте. Если Майя права, то здесь не может быть ни единого лишнего, лишенного смысла завитка. Сама шкатулка послание, столь же ясное, как и слова на шелке. Только, читать их, не всем дано. – Это… – растеряно начала она, но одернула себя. Рыночная площадь явно не место для подобных откровений. – Арестуйте преступника! – бросила она своей свите.

– Госпожа помилуйте! – заголосил торговец, бухаясь на колени.

– Проследите, чтоб все вещи здесь остались на своем месте до прибытия следователей! – Отдавая приказы, Рафаэлла была настоящей принцессой. Аура человека привыкшего повелевать. Аура человека, имеющего право казнить на месте. Такое не спутаешь. Такое не может остаться незамеченным.

– Слушаемся! – коротко поклонились с десяток человек из их свиты, и поспешили скрутить несчастного. Если в толпе и были сообщники торговца, или просто любители легкой наживы, никто не посмел вмешаться. Дураков воевать с магами как-то не нашлось. А у каких еще охранников могут быть столь длинные волосы?

– Майя! – Рафаэлла повернулась к девочке и обняла ее, стараясь успокоить. Вышедшая из себя, она была пугающей. И эти чувства вызывал тот диссонанс, что видели глаза, чувствовало сердце, но не мог осознать разум. Ребенок не может и не должен становиться таким холодным. Это не правильно, когда видишь в своем недавнем ученике такую глубину знаний, почитание истории в сочетании с обостренным чувством закона. Это заставило растеряться. – Все в порядке. Сейчас сюда прибудут стража и следователи. Я прослежу, за этим делом. Благодаря тебе Шкатулка Изобилия была вовремя обнаружена… правда я не смогу ее тебе подарить. Она вернется в Долину, и Император решит ее дальнейшую судьбу.

– Вы позаботитесь о преступниках, – голос девочки был очень тихим. Всплеск эмоций и для нее даром не прошел. – Но кто позаботиться об остальном?

– О чем именно?

– Шкатулка согласно летописям была сокрыта в глубинах Шикорского храма. Я видела его чертежи в одном из архивов. Если им верить, то подземелья храма соединялись с первой столицей. А это значит, что кто-то разграбляет не только храм, но и древний город, находящийся на личных землях Императора. Ваш отец запретил любые раскопки старой столицы, и выставил охранение. В этой стране нужно охранение ко всем памятникам истории?

– Не беспокойся. В Империи не любят расхитителей древних городов и сурово карают. Следствие будет всесторонним и полным, я прослежу за этим. У нас много законов, позволяющих влиять на черную археологию. Благодаря этим законам становиться трудно и опасно извлекать материальную выгоду из находок. Хотя есть некоторые способы обойти и закон. Вся Империя наполнена местами, где можно найти немало интересного, встречаются даже города периода королевств, то есть им более шести тысяч лет. В основном такие раскопки ведутся под началом кого-то из высокопоставленной знати. Они могут копать везде за исключением мест с прямым наложением запрета и земель Императора. Конечно, есть еще и герцогства, в которых у знати трудности с разрешением на раскопки. Но в остальном, им достаточно уладить некоторые бюрократические процедуры и можно копать.

– И в чем же защита?

– Все что они находят и изымают становиться собственностью государства, а особо редкие находки сразу переходят в собственность императора. Есть даже специальное ведомство при дворе, отвечающее за ценные находки. Как видишь, они не могут ничего продать… по крайней мере официально. Давай дождемся следователей, и я отведу тебя туда, где продаются все вещи старше тысячи лет. Только у меня будет просьба. Если увидишь нарушения в продаже… вдруг там где магия попадется, незаметная даже таким простым магам как я, ты не будешь так остро на это реагировать. Кстати в шкатулке магии я так и не увидела.

– Там есть конструкты. Магии в ней почти не видно, но это не значит, что ее там нет, учитывая какого периода вещь.

– Тогда еще не было запрета на Высшую магию… а нам ее не видно. Но как можно было углядеть эти конструкты, и как среди десятков тысяч предметов, которые мы за сегодня прошли углядеть в этой шкатулке древнюю реликвию?

– Я почти все вещи на магию просматриваю. Привычка такая. Тем более если вещи выглядят старыми. Можно поделать внешний вид, состарить вещь… я действительно не очень хорошо себе представляю, как должны выглядеть большинство древностей. Но я разбираюсь в конструктах… каждому периоду характерны свои особенности построения. С зеленым золотом никто не любит работать – слишком хрупкое и заклинания к нему подходят далеко не все. Но есть такие, что созданы и подходят только для него. Эти заклинания чаще всего семейные, им в школах не учат. В шкатулке было особенное заклинание, которое и привлекло. А дальше я просто вспомнила, что похожую шкатулку видела на одной из гравюр в архиве.

Ждать защитников правопорядка пришлось не долго. В дни больших празднеств в городе обычно усиливают меры безопасности и везде можно встретить людей в темно-зеленых и темно-бордовых форменных одеяниях.

Все переговоры вела Рафаэлла. Хотя это не переговоры были, а раздача приказов. Она распоряжалась и, учитывая ее статус, приказы не подлежали обсуждению. Впрочем, им бы и не нашлось, что возразить. В отличие от подавляющего числа знати и дворянства, принцесса получила хорошее образование и точно знала что требуется. Это был не каприз высокомерной барышни, а точные указания.

– Пойдем в квартал древностей Империи. Здесь все и без нас справятся, – с мягкой улыбкой она взяла девочку за руку и потянула подальше от места происшествия.

– Какие правила в этом квартале? – уточнила Майя.

– Там выставлены товары. Рядом подробная информация о предмете. Но магических вещей там быть не должно. Все, что содержит магию, продается в другом месте.

– Что там продают? И откуда те древности берутся?

– С официальных раскопок. Есть много всего, что не подходит не для пополнения запасов Императора, ни для музеев. Такие вещи можно продать. Но только в специально отведенных для этого местах, и если честно, то по весьма завышенным ценам. Это помогает контролировать рынок древностей в целом. Хотя сомневаюсь, что это препятствует всем незаконным сделкам. Майя вот скажи мне, почему гуляя по праздничному городу, среди сотен тысяч людей, ты обязательно должна наткнуться на незаконную торговлю? Почему вместо того, чтобы обсуждать завтрашние наряды, мы говорим о законности торговли древностями?

– Возможно потому, что платья у нас уже есть, а торговцы древностями мало того, что наглые, так еще и не образованные? Невежество может нанести непоправимый вред. Это в истории случается очень часто. Чего стоит только уничтожение Пирских купален. В древности это было место, которое посещали члены королевских семей со всей территории современной империи. Тамошние целебные воды славились без преувеличения на весь мир. Но когда горы опустились, образовывая долину, целебные источники иссякли. В дальнейшем, после всех войн раздиравших континент купальни были заброшены и даже частично разрушены. Две тысячи триста лет назад один наглый и глупый чиновник решил построить в тех краях резиденцию. Угадай, что пустили на строительные материалы? Вот именно, те купальни. Колонны, мозаики, каменные скульптуры – все было перетянуто на новое место, а стены разрушены, даже фундамент разобрали и утащили. Есть записи, что в тех местах находили много предметов, назначение некоторых даже объяснить не могли. Естественно те предметы утеряны. Как и единственное место, которое было нейтральной территорией для всех монархов того времени.

– Пирские купальни? – удивленно переспросила Рафаэлла. – Я даже не слышала о таких! Может это всего лишь легенда? Не верю, что может существовать место, которое посещают главы разных государств, для отдыха и лечения.

– Теперь это легенда. А когда-то была реальность. Они бы и остались реальностью, если их бы не дали разрушить. Сохранили для нас.

Квартал древностей впечатлял. Аккуратные домики в традиционном стиле, окруженные миниатюрными садами расположились по обе стороны улицы. Везде были развешаны праздничные фонарики и яркие ленты. А народу было немного.

Зато на каждого из прохожих здесь можно было засмотреться. Такие шикарные наряды Майя до этого встречала только на коронации императора. На всей территории квартала она не заметила ни единого плохо одетого человека. Сюда таких просто не пускали. Зайти могли только те, кому подобные покупки были по карману.

– Не совсем верно. – выслушав предположение девочки, покачала головой принцесса. – Сейчас здесь действительно только покупатели. Но на два дня в неделю вся торговля останавливается, и в квартале появляются все желающие. Это место превращается в своеобразный музей. Не помню точно завтра или послезавтра, но народу здесь будет очень много. Давай зайдем? – кивнула она в сторону ближайшего домика.

Внутри здание оказалось даже больше, чем Майя себе представляла. В просторных залах на мраморных пьедесталах расставленных то тут, то там расположились разные предметы старены – от миниатюрной посуды или мелких украшений до внушительных фрагментов барельефов или мозаик. Рядам с каждым предметом была табличка с подробным описанием.

– Добро пожаловать! Вам помочь? – перед принцессой в поклоне склонилась пожилая женщина в на первый взгляд простой, но очень дорогой одежде.

– Госпожа Элтим! Добрый день! – Рафаэлла кивнула, давая знак подняться. – Не могли бы вы провести небольшую экскурсию для маленькой леди? Майя, – повернулась она к девочке, – я задолжала тебе подарок взамен неудавшейся покупки. Если что-то понравиться, то дай знать госпоже Элтим.

– Как пожелаете. Неугодно ли выпить освежающего чаю, пока маленькая госпожа осматривается? – предложила хозяйка лавки Рафаэлле.

– Это будет весьма кстати.

Первое что поразило девочку, стоило ей подойти поближе к товарам – цены. Глиняная посуда здесь стоила как целый особняк в пригороде столицы Карила. Цены здесь были просто дикие, не каждый магический артефакт за ними угонится.

– Ну и цены! – не удержалась она.

– Все цены утверждаются департаментом древностей, – поспешила ответить ее экскурсовод. – Каждый предмет там проходит тщательную оценку. Разработана сложная система, в соответствии с которой определяется, что можно выставить на продажу, и сколько это будет стоить.

– Но это же посуда! Притом не особо качественная. Она, вероятно, принадлежала простым гражданам. Здесь ее вполне достаточно, а значит, находят ее в больших количествах.

– Все это история. Каждый предмет столь стар, что даже глиняная миска становиться на вес золота.

– И зачем нужна такая миска? На полку поставить?

Майя больше не предметы рассматривала, а ходила любовалась на ценники. Как могло кому-то придти в голову это покупать – она не представляла.

Помимо посуды здесь было много красивых вещей. Но зачем нужны эти серьги, если за эту стоимость вы целую шкатулку украшений накупить можете?!

– Вам что-то особенно понравилось? – осведомилась госпожа Элтим.

– Не уверена… Расскажите, зачем люди все это покупают? В повседневной жизни это не требуется.

– Требуется. Любая из этих вещей – это статус. Как бы вам объяснить… – госпожа Элтим обеспокоенно взглянула на маленькую девочку, раздумывая как бы попроще рассказать.

– Статус… – задумчиво протянула Майя, когда возникла пауза. – Чиновники, дворяне, чей род образован недавно… эти вещи придают им значимость?

– Все верно! – закивала женщина. – Они, а кроме того состоятельные люди недавно переехавшие в Империю да и все состоятельные торговцы и мастера. Эти вещи как символ постоянства, вечности страны. Суметь приобрести ее значит заявить, о своей преданности империи и императору. Как вы заметили здесь все вещи в прекрасной сохранности. Но есть лавки в нашем квартале, где продают не настолько сохранившиеся вещи. Цена на них значительно ниже. Поэтому многие могут позволить себе обладание древностями империи. Возможно, вы не смогли найти что-то более определенное среди наших товаров. Вам стоит только сказать. Я прикажу найти это в других лавках.

– У вас много достойных вещей. Но предложение приобрести древность для меня несколько неожиданно. Да и не могу сказать, что обеспокоена статусом в империи. Здесь я всего лишь гостья. Но если речь о выборе… пожалуй я еще раз взгляну на украшения.

«Если нужно выбрать что-то не особо нужное, то брать надо самое мелкое, – оглядывая постаменты с украшениями, решила Майя. – Неужели кто-то такое может носить, – ее взгляд упал на массивный браслет, – он, наверное, тяжеленный!»

– Майя, – окликнула витающую в облаках девочку Рафаэлла. – Выбор украшений – это серьезная процедура. Но, знаешь ли, уже темнеть начинает. Ноэль давно тебя заждался. Он хотел тебе показать интересные места. В общем, хватай все что нравиться и пошли.

– Нравиться? – Задумчиво протянула девочка, рассматривая различные кулоны и подвески.

– Все в порядке? – обеспокоилась принцесса. Недавнее происшествие было слишком свежо в памяти.

– Да. – кивнула девочка. – они все симпатичные, но я не особо люблю украшения. Пожалуй вот это, – решила она и уже потянулась за выбранной вещью, когда рука словно помимо ее воли потянулась дальше.

– Не можешь достать? – спросила Рафаэлла, и взяла миниатюрную подвеску для браслета, к которой помимо воли потянулась Майя. – Интересный рисунок. Это же символ? Никогда такого не встречала.

– У вас хороший вкус, – подошла поближе и улыбнулась госпожа Элтим. – Подвеска была обнаружена на раскопках вблизи Каракты. К сожалению, точную историю вещицы установить невозможно, но исследователи полагают, что ее возраст около четырех тысяч лет. Рисунок не очень четкий и невозможно точно определить его значение. Без сомнения, для молодой леди это подходящее приобретение…

Госпожа Элтим говорила что-то еще, но Майя не слушала. Она прислушивалась к себе и не могла понять, отчего ее выбор изменился в последнюю секунду. Магии она в подвеске не обнаружила. Но если учесть время создания… не всякую магию и она заметить может.

Девочка протянула руку и Рафаэлла вложила в нее подвеску в виде небольшой капельки, внутри которой был заключен круг с непонятным символом. Метал, был странно теплым. Чем пристальнее она всматривалась, тем четче ей был виден наполовину стершийся рисунок.

– Это огонь. – наконец решила она.

– Что? – ее собеседницы удивленно посмотрели на Майю.

– Рисунок. Это символ огня. Только… этот символ гораздо старше.

– Насколько старше?

– В период королевств он встречался редко… в период Срединной Империи его уже не было. Возможно… если подвеске четыре тысячи лет, это не просто украшение.

– В ней магия? – вопрос Рафаэллы был предсказуем.

– Не знаю. – задумчиво протянула Майя. – Где же я его встречала?

– Давай ты дома подумаешь? – предложила принцесса. – У нас еще на одну попытку купить тебе подарок просто времени нет.

– Какую попытку? Недоуменно спросила девочка. – Империя разрешила продажу и установила цену. Это не похоже на амулет или еще что-то такое. Скорее всего, знак какого-то общества, тайного кружка по интересам. Кому еще нужен этот символ на вещи, которая всегда с собой?

– Молчи уже ребенок! – взвыла Рафаэлла. – Твои предположения точно до добра не доведут. Да мало ли по какой причине здесь этот символ! Может мастер его где-то приметил, и он ему понравился. Или, может это чей родовой знак? Четыре тысячи лет! Откуда тебе знать?

– Не думаю, что мне следует отвечать. – выдавила Майя пристально рассматривая пол.

Рафаэлла видя столь странную покорность, слегка забеспокоилась.

Хозяйка лавки восприняла это как должное – зарвавшуюся девчонку, которая возомнила себя более знающей, чем императорские ученые, ее высочество поставила на место.

А Майя про себя размышляла о том, как бы поскорее уединиться. С Книгой находящейся в специальном внутреннем кармане юбки было что-то не так. Она чувствовала сквозь ткань тепло. Такое же, как и от подвески.

Майя шла по длинным коридорам в полном одиночестве. Охрана делала вид что ее и вовсе здесь. Странная к слову сказать охрана. Они все были в масках. Часть облачены в белые одежд и маски в тон, часть в черные. У девочки мурашки по спине от них бежали. Но Ноэль заверил, что охрана императора ее не побеспокоит.

Вся эта ситуация, после того как она немного успокоилась, даже вызвала улыбку. В этом крыле все были в масках – гости, то есть она, охрана, а так же сам хозяин.

Стоило ей зайти в зал, и склониться в неглубоком поклоне, как из глубины помещения раздался знакомый голос.

– Подойди. – Ноэль стоял подле императора и сегодня исполнял роль его секретаря, который собственно и дублировал все сказанное монархом. Голос самого императора был не меньшей тайной, чем и его лицо.

Девочка прошла к самому возвышению, на котором стоял стол и удобное кресло, в котором расположился правитель.

Император. Майя видела его в последний раз на коронации. Сегодня он был в алых, расшитым золотом одеждах и непременной маске. Было в нем что-то странное. Такое, чего она не привыкла видеть в людях. Прямая осанка… широкие плечи… наклон головы… все это ей и раньше встречалось. Девочка впервые в жизни всматривалась в представший пред ней образ и не понимала, что же привлекло ее внимание. С ее места нельзя было разглядеть глаз. Она понятия не имела, как он выглядит скрытый всеми этими доспехами в просторечие именуемыми императорскими одеяниями.

Они долго друг друга рассматривали. Майя была точно уверенна в своей маскировке. Для него она столь же не известна, как и он для не. Но император далеко не сразу потянулся к одной из шкатулок, стоящих передним.

Алфей действительно уделил повышенное внимание гостю в небесно-голубых одеждах. Широкий капюшон скрывал только половину лица. Но странным образом он не мог разглядеть даже не скрытую половину. И без дополнительного предупреждения сразу понятно – хранитель использует сильнейший амулет. Амулеты скрытности как предупредил Ноэль, могут изменить внешне характеристики весьма сильно. Но внешность сейчас мало интересовала Алфея.

Ноэль смотрел на это представление со стороны и то и дело переводил взгляд с одного на другую. Хорошо зная обоих, он понимал, что собственно происходит. Эти двое как два хищника принюхивались и оценивали противника. И при этом полагались они не на глаза. Прекрасно понимая, что видят перед собой ширму, они казалось смотрели сквозь нее. На обоих была зашита, при которой и истинное зрение было бесполезно. Они не могли увидеть ни магию, ни ауру друг друга. Ничего не видя, они все же составили некоторое впечатление друг о друге.

«Внутренний стержень» – наконец пронеслось у не в голове. Почему именно эти слова и это ощущение она не знала. Но чувствовала – перед ней сильная личность.

«Постоянство» – пронеслось в голове у Алфея. Он не подумал, глядя на хранителя ни о верности, ни о преданности – всем том, о чем клялись все его подданные. Он не ощутил этого. В поклоне хранителя не чувствовалось и доли преклонения, которые в последние годы везде его сопровождали.

Он и сам не заметил, как рука потянулась к шкатулке, и пришел в себя только когда ощутил в руках вес нефритовой печати. Печати, на оттиске которой было пламя, заключенное в кольцо. Печати хранителя, которая более трех тысячелетий не покидала личных архивов императоров.

Как было известно из дневников его предшественников, никто из них просто не смог вынести печати из потайных комнат.

Сейчас Алфей ощущал необычайное тепло от старинной реликвии. Тепло, которое должен был передать хранителю.

Император поднялся и неторопливо спустившись, приблизился к Майе.

Девочка внимательно смотрела на него, но так и не заметила и малейшей скованности в движении, ожидаемых для человека сравнительно недавно получившего серьезные травмы.

«Что это? Чудо исцеления или его сила воли»? – задумалась она, протягивая руки и получая печать.

Получилось это все как-то отстранено. И заметила она, что взяла только после того, как император отвернулся.

Майя чуть не охнула, ощутив тяжесть и холод печати. Хорошо император не видел, как этот предмет размером с ее ладонь, потяну ее к полу.

«И зачем мне сдался этот булыжник! – сердито подумала она. – Я что, на силача похожа – таскать такую каменюку! Или это такое наказание хранителям, чтоб не думали, что все просто?»

Чем больше она возмущалась, тем легче и теплее становилась печать. Она была знакомо теплой. Как та подвеска, что купила для нее Рафаэлла. К слову, чтобы она с той подвеской не делала, никакой магии в ней не обнаружила.

Отвлек девочку от изучения печати Ноэль, взявший один из свитков со стола и спустившись с возвышения попросил следовать за ним. Буквально в пяти метрах стояло удобное кресло и стол с письменными принадлежностями.

Указав Майе на кресло и дождавшись пока она его займет, он развернул перед ней свиток. Коронационный свиток уже долгое время ожидавший недостающей подписи и печати.

Девочка несколько замешкалась, раздумывая, какую придумать подпись – ее обычная не годилась. Не придумав ничего путного, она взяла изящную кисточку для каллиграфии и старательно вывела всего одну букву «М», не пожалев для нее завитушек.

Второй свиток Майя читала долго и вдумчиво. Раза три точно от и до изучила. Закон о Хранителе Империи. Ноэль ее предупреждал о чем-то подобном, но девочка не верила, что ей официально представят столь широкие полномочия и ее статус будет столь… неприкосновенен.

«Хранитель Империи – посланник Небес и защитник государства. Его действия направленны на благо страны и ее граждан.

Малый Запретный сад в Долине – его официальная резиденция и безраздельные владения. Все находящиеся там в первую очередь подчинены Хранителю, а уж после императору и его семье.

Личность Хранителя – тайна не подлежащая разглашению даже по прямому приказу Императора.

В Срединной Империи нет границ для Хранителя. И только Император имеет право отдать ему приказ. Только Столпы Империи могут стоять с ним на одной ступени. И более никто не смеет не признать его превосходство над собой…»

Майя читала и перечитывала, что бы полнее осознать смысл слов и их последствия.

Ранее вся Долина была безраздельной вотчиной Императора. Да она подразделяется на дворцы, у которых есть свои хозяева и хозяйки. Они там действительно главные, но только до момента пока порог не переступит его величество. Отдавая в безраздельное владение хранителя Малый Запретный сад… у девочки даже голова разболелась от всех предположений и вариантов последствий.

Проще говоря, в этом саду никто не может быть выше его полноправного хозяина. Прямо государство в государстве.

Малый Запретный сад. Майя припомнила все, что знала об этом месте. На той территории находились архивы Долины со времен ее основания. Место и впрямь из века в век было закрытым и уединенным. Там была своя каста служащих, чье общение с окружающим миром было сведено к минимуму.

Каждая строчка нового закона, каждое слово несли в себе огромный смысл.

Хранитель – неприкасаемая личность, с на первый взгляд не ограниченными полномочиями. Но по факту Майя не сильно понимала, как может этими полномочиями пользоваться, учитывая секретность личности. Прямого приказа не отдашь, с официальной инспекцией не нагрянешь. Да и просто заявить кто ты есть, дабы выделиться из общей людской массы – не получиться. Хранитель виделся каким-то размытым, нечетким пятном.

Третий свиток. Его содержание несравненно короче нежели у предыдущих. Но Майя просидела над ним дольше всего. Порядок престолонаследия. Вот что это было.

В Империи престол переходил старшему сыну старшей жены и так далее. Сейчас Император решил изменить правила игры, лишить своих сыновей этого права данного от рождения. За Наследным принцем закреплялся его статус не до рождения первенца у Алфея, а до внесения изменений в этот закон. Закон о порядке престолонаследия. Все сыновья Алфея получат статус принцев Империи, но только он сам при согласии всех Столпов Империи дарует титул Наследного принца одному из них.

Девочка читала о странах с подобным укладом. Отличие состояло только в том, что монарх единолично выбирал наследника. Естественно это служило поводом жестоких интриг. Но здесь… на Великих Герцогов повлиять при определенных обстоятельствах можно. Но что делать с неизвестной фигурой которая должна будет согласовать подобный приказ?

Теперь ей стал понятен закон о хранителе. Бюрократия во всем ее цвете.

Законом ослабляя одни дома и давая стабильность другим. Наследование дело тонкое. Ранее было понятно, за какое место следует бороться. Закон даст императору дополнительный рычаг давления на дворянство. И даст ему защиту от излишне ушлых подданных.

Майя поставила подпись и печать. Теперь для отмены или изменения документа требовалась такая же процедура.

«Сколько подобных законов еще появиться? Тех что подписаны Столпами? Министров не известили и им на обсуждение проект не выносили… вполне допустимо, учитывая, что дело касается семьи Императора. Но от этого решения зависит судьба всей Срединной Империи».

– Ваше Величество, может подождем вашего официального отъезда и только потом пойдем в город? – умоляюще вопросил Найр.

С момента прибытия Императора в Норкимгем его график был очень плотным и сил ему хватало только на официальную повестку дня. К счастью повестка сильно отличалась от той, что была в Долине. Он много где побывал… все те места, на которые в образе Ала он мог смотреть только издали, в эти дни открывались и изнутри.

Император держался сколько мог, но сегодня объявил, что в последующие дни желает отдыхать. Праздничный город – редкое для него явление. Только оценить его в окружении толпы охраны и придворных – занятие бесполезное. Будучи на улицах и площадях, он даже паланкин покинуть не мог. А так хотелось пройтись.

– Если настаиваешь, можем уехать завтра утром. Хорошая идея… я слишком переутомился и отбыл во дворец дабы восстановить силы. Тогда готовься завтра идем гулять по городу.

– Только не завтра, – замахал руками Найр.

– На тебя не угодить. А завтра чем не нравиться?

– Завтра одно мероприятие… если не появлюсь дражайшая жёнушка вместе с Ноэлем меня жизни лишат. Еще и подарок найти нужно.

– По какому случаю?

– День рождение Майи – ученицы Ноэля и Рафаэллы. Интересно, в этот раз именинница там появиться? Хотя вечеринку Рафаэлла с Ноэлем устраивают… значит доставят и ее из школы.

– Ноэль устраивает пазник? – переспросил Алфей. В его представлении Ноэль и устроитель детского праздника понятья диаметрально противоположные.

– Все будет в местной резиденции сон Локкрестов. На Ноэле – охрана разуметься. По части украшательства и еды – Рафаэлла. Даже представить боюсь, что они там изобретут.

– Раз для Рафаэллы это столь значимое мероприятие, то для пропуска нужна очень уважительная причина.

– Дело не только в Рафаэлле. Майя… ночь в Радужном доме. Если бы она не подняла тревогу, там бы все для нас и закончилось. И книгу с заклинаниями о первой помощи тоже она нашла. В общем есть за что сказать спасибо и выбрать подарок побольше и посолиднее. Только с идеями как-то не очень.

– Драгоценности? – как само собой разумеющееся не то спросил Алфей.

– Скорее артефакты и амулеты… но что подойдет? Она на артефактора учиться…

– Подари браслет с драгоценными камнями… помнишь мы покупали один с висюльками на позапрошлой неделе?

– Как-то это… – с сомнением начал Найр, но был прерван.

– Замени те камни на другие… те что подходят для создания артефактов. – поделился идеей Алфей.

– Отлично! – Найр даже руки потер от предвкушения. – Должно подойти. С того браслета бусины из камней легко снимать и добавлять. Небольшая работа ювелира над ним, и она с легкостью может цеплять к нему накопители или менять камни используя их в работе.

– Я даже знаю пару подходящих камешков. Мне же тоже что-то дарить продеться.

– Вы же не собираетесь….

– Собираюсь. Герцогов там не будет, не их уровень, а единственные кто могут меня узнать – Ноэль и Рафаэлла.

– Не могу гарантировать отсутствие герцогов… и других… Лорим Эрунамо там будет, а он один из немногих…

– Знающих меня в лицо. – закончил за него Алфей. – Почему он в списке гостей?

– Майин старший брат. Вот и в списке. Насколько знаю эти двое поддерживают хорошие отношения меж собой, но остальное семейство игнорируют.

– Сестра Эрунамо? – задумчиво повторил Алфей. Своего учителя в Ссоур он уважал и ценил. Игра на доске… уроки игры он мог с легкостью перенести на свою повседневность. Тактики… стратегии. Умение просчитывать партию за десятки ходов. Анализировать соперника, подмечать его слабые и сильные стороны, почти читать мысли. Он уважал учителя настолько, что не прятал лицо за маской вовремя их партий. И ему еще более интересна стала незнакомая девочка, к которой проявляли столько внимания далеко не самые общительные люди этой страны. – Значит мне стоит проявить осторожность и не попасться им на глаза.

Столичная резиденция семьи сон Локкрест сверкала и переливалась всеми цветами радуги. Множество разноцветных фонариков парили над дорожками прекрасного сада. Цветы, обработанные накануне специальным раствором излучали мягкий, искрящийся свет.

– Ты уверен, что не перепутал время? – спросил Алфей Найра. Окружающая обстановка соответствовала празднику. Смущало только полное отсутствие гостей. Роскошный шатер в центре сада был совершенно пуст. Если конечно не брать в расчет слуг и музыкантов.

– Совершенно уверен, что все верно… но это же Майя! – как само собой разумеющееся заметил Найр.

– Что это значит? Мы пришли на детский праздник, а здесь ни гостей, ни хозяев…

– Я бы так не сказала. – грозный голос раздавшийся позади них заставил вздрогнуть от неожиданности. – Просто потрясающий сюрприз. Вот уж точно не ожидала встретить столь высокого гостя!

Рафаэлла сон Локклес неодобрительно взирала на брата. Его маскировка была неплоха, и могла обвести вокруг пальца практически всех его подданных. Но сестра могла узнать его в любом виде и любом месте.

– Неплохая маскировка, – признала она пристально оглядывая брата. Узнать его было практически невозможно. Конечно, черты лица у них были похожи. Но это сходства было у многих урожденных сон Локков. Единственное, что можно было сказать о молодом маге стоящем перед ней – он вполне состоятелен и имеет родство с сон Локками. Представить, что это Император никому и в голову не придет. – И как зовут столь неожиданного гостя?

– Ал. Зовите меня просто Ал. – очаровательно улыбнулся Алфей. – Я ваш дальний родственник, поэтому оставим церемонии для более официальных случаев.

– Прекрасно. – улыбка Рафаэллы была весьма похожа на ту, что изобразил брат. – Надеюсь, муженёк позаботиться о комфорте и безопасности нашего гостя?

– Безопасности? – осторожно переспросил Найр. Он рассчитывал, что посещение этого вечера не доставит хлопот и будет безопасно. – Что-то случилось? Где все гости и именинница?

– Развлекаются. Пришли бы раньше, тоже присоединились.

– Это же детский праздник. Что за развлечение, в такой тишине?

– Это же Майя! – хмыкнула сестрица на вопрос брата. – Развлечение в ее стиле.

– Она засадила всех за учебу? – подозрительно не то в шутку, не то всерьез, осведомился Найр.

– Надо же, а ты неплохо ее знаешь. Или это просто воспоминания? Угадал. Они всем классом оккупировали лабораторию Ноэля и решили совместно изготовить артефакт. Скоро ДБИ, а ребята в нормальных лабораториях ни разу не работали.

– Он пустил их в свою святыню? – не поверил Найр. Это для него было настоящим шоком.

– Они тренируются перед соревнованиями? – почти одновременно спросил Алфей. Создание артефактов для него было тайной за семью печатями. Впрочем, он знал о магии несравнимо меньше любого мага его возраста. Но не представлял себе детей и подростков празднующих день рождение проведением тренировок.

– Майя пожелала артефакт. Ноэль сам предложил воспользоваться его лабораторией. А гости с восторгом поддержали идею. Эта девчонка всегда знает – как, когда и что сказать для достижения своей цели.

– А ты почему здесь, а не со всеми?

– Вызывала Великих Герцогов. И уже возвращаюсь.

– Кого ты вызывала? – Переспросил Алфей. Их сиятельства сегодня были в на официальном мероприятии, по сути заменяя собой его присутствие. – Зачем?!

– Затем, что Майя засела за эксперимент. У Ноэля шикарная лаборатория. Но ее защита все же не дотягивает до уровня Закатной библиотеки. И кроме того, если у нее получиться задумка, боюсь артефакт придется конфисковать. Раз уж пожаловали, гости дорогие, не желаете ли угоститься праздничным ужином?

– Кажется я запутался, – проигнорировав вопрос сестры, заговорил Алфей. – Майя – это девочка, которой исполняется четырнадцать и которую ты и Ноэль в свое время учили. Я так понял это твой единственный опыт в качестве учителя. Как и у Ноэля. Вы решили сделать необычный подарок и устроили ей праздник. При чем здесь Великие Герцоги? Неужели Ноэль не может справиться с маленьким классом детей?

– Майя – это не ребенок. Точнее ребенок, но не обычный.

– Майя – это Ноэль в юбке. – Перебив Рафаэллу, дал краткую характеристику Найр. – Только она еще более помешанная на учебе и магии. С четвертого класса она начала работать вместе с Ноэлем. Заметь не просто учиться у него – она уже самостоятельно выполняла работу взрослых магов. Сейчас она в каком? Седьмом кажется? Майя – это гений мира магии, которого Великие Герцоги собираются переманить в империю. После школы ее ждет практика именно у нас благодаря дальновидному решению нашего Верховного. И сейчас я так понимаю она в компании не менее чокнутых на артефактах подростков что-то изобретает в лабораториях. Дорогая жёнушка, надеюсь на помощь ты не только Великих Герцогов позвала?

– Они под присмотром своего учителя, Ноэля и до недавнего времени меня.

– Учителя? Антуана сент Мирера? – издевательски усмехнулся Найр. – Слышал я о нем и Майе. В Башне как раз сейчас обсуждается вопрос закупки новой системы артефактов. Право изобретения принадлежит этим двоим. Вероятнее всего подобными системами оснастят большинство государственных учреждений в которых работают маги. По предварительным оценкам финансовая выгода проекта для них – в ближайшие годы будет исчисляться сотнями тысяч золотых. И у меня только один вопрос – что задумала Майя на этот раз?

– Ноэль подарил ей книгу о редких лечебных растениях Империи. Очень интересная вещь. Удивительные по своему исполнению гравюры. И в нее решили добавить магию. Сомневаюсь, что у них задуманное получится. Но если все пройдет удачно, то появиться книга с живыми растениями.

– Это невозможно! – авторитетно заявил Найр.

– Это Майя! – в тон ему ответила Рафаэлла. – Забудь слова невозможно и этого не может быть.

Зарождающуюся семейную ссору прервали опадающие фонарики. Магическое освещение начало давать сбои и буквально через минуту сад погрузился во тьму.

– Так что там насчет помощи? – наконец спросил Найр. – Посмотри внимательнее, здесь не только свет погас. Защитные конструкты поместья… такое чувство что отсюда тянут силу!

– Вот поэтому я и вызывала Великих Герцогов. Они боялись, что все так и будет. Лаборатория включена в общую систему. Для напитки той системы конструктов нужно просто невиданное количество энергии.

– А, ты в курсе, что подобные эксперименты запрещены?! Что во имя небес они творят! Даже в Башне нельзя оперировать подобным количеством энергии!

– Все будет нормально, – уверенно заявила Рафаэлла. Сейчас они поменялись местами с Найром. Обычно она была самым серьезны и благоразумным человеком их семье. – Запрет действительно существует. Но они создают магическую книгу, а это значит, что Ноэль имеет право применять такое количество магии.

Уверенность ее немного поблекла, после того как начали блекнуть и цветы в саду. Сначала пропало свечение, но процесс на этом не закончился. Листва начала желтеть опадать. Трава стремительно жухнуть прямо на глазах.

– Это еще что такое!? – наблюдая стремительное увядание всех деревьев и кустов, спросил Алфей. Подобную магию ему видеть не приходилось. Но взглянув на лицо сестры и шурина понял, что ни ему одному подобное в диковинку.

– Этого не может быть! – на этот раз Найр и Рафаэлла были единодушны.

– Создание нового…

– Да что это такое? – дернул Алфей за рукав сестру.

– Высшая магия. Запрещенный раздел древней магии. Вот что это такое. Энергия берётся из окружающего пространства. Из всего. Нас в том числе. И я просто уверенна, Ноэлю и Майе знать подобное неоткуда.

– Значит Великие Герцоги там и это дело рук Верховного? – предположил Алфей.

– У отца нет подобных умений. – покачал головой Найр. – Высшая магия привилегия короля магов – Азадара и его советников. Она слишком опасна. Посмотрите вокруг. Она меняет природу. В данном случае – убивает ее.

– Уведи его в безопасное место! – схватив мужа за руку, Рафаэлла всмотрелась ему в глаза. – Головой за него отвечаешь!

– Ты не с нами? – спросил Алфей. Сейчас ему действительно следовало покинуть это место. Безопасность императора превыше всего. Но и его сестре здесь оставаться было небезопасно.

– Майя моя ученица. Я должна ей помочь.

– Она давно не твоя ученица! – возразил Алфей.

– Один раз учитель – всегда учитель! – не согласилась принцесса. – Кроме того за мной должок. – и развернувшись она побежала в сторону лабораторий.

Та ночь в Радужном доме. Она помнила ее, как будто все произошло вчера. Помнила, как ее сила вышла из-под контроля. Помнила, как чуть не убила своих близких. И точно знала благодаря кому на ее руках нет крови родных. Они никогда об этом не говорили. Майя никогда не спрашивала, что там произошло. Она просто пришла на помощь не думая о себе и после искренне переживала за всех. А в результате еще и с лечением помогла.

Подбегая к домику выделенному под рабочее место Ноэля, она увидела защитный купол поддерживаемый Аверсом сон Локкрестом. Ученики стояли неподалёку и увлеченно что-то обсуждали.

– Что происходит? – спросила она у ближайшей девочки.

– Нас выгнали. – ответила она не отрываясь от рассматривания структуры защитного купола. – После того, как прибыли Великие герцоги и профессор дэ Аннелион, там что-то вовсе непонятное началось.

– Советник здесь? – облегченно выдохнула принцесса. – Тогда все хорошо!

– Не для Майи. – покачала головой девочка. – Ей была обещана серьезная взбучка.

– Это как?

– Понятия не имею. Но кажется она хватила лишку со своей идеей.

– Главное все живы и здоровы, – выдохнула Рафаэлла опускаясь на засохшую траву. Стресс оказался сильнее воспитания, и ноги просто подкосились. – А Майе иногда неплохо устраивать нагоняи в профилактических целях. Вот ведь мелкая – всех на уши поставила!

К тому моменту, когда купол сняли, примеру Рафаэллы успели последовать уже все окружающие.

Все начиналось совсем безобидно. Ноэль вручил имениннице коробку затянутую изумрудным шёлком.

– Что это? – с любопытством спросила Майя и в отличи от иных подарков, этот поспешила открыть.

Там оказалась книга. На обложке из хорошо выделанный кожи значилось «Редчайшие лечебные растения Срединной Империи». Ни автора, ни года издания. Но наметанный глаз определил – книга изготовлена недавно и в ней нет ни единого конструкта.

– Лечебные растения? – недоумевала девочка. Она считала, что ее познаний в этой области даже чересчур много. – Определённо этом есть какой-то скрытый смысл.

– Посмотри ее очень внимательно. – порекомендовал Ноэль, едва заметно улыбнувшись. Он точно знал – Майя подарок действительно оценит.

Девочка закрыла глаза и крепко прижала к себе подарок прислушиваясь к себе. Подобная реакция привлекла внимание всех немногочисленных гостей вечера.

– Она изготовлена недавно. В ней нет магии, но я ощущаю энергию. Человек над ней работавший вложил частичку совей души. Когда он работал – книга была для него всем. – на лице Майи заиграла улыбка. – Запах красок еще очень свежий. И бумага… – Она открыла первую страницу, – очень плотная, а почерк… он красивый. Даже изысканный. О… а вот и список источников. Неплохо, – пробежавшись по списку, заключила она. Но расслабленное состояние испарилось, стоило ей перелистнуть страницу и взглянуть на первое растение. На описательную часть она и внимания обратила. Ее поразила гравюра. Цветок занимал всю страницу и так и манил дотронутся до него. Подобные изображения ей встречались и прежде, но очень редко. – Это поразительно, – наконец выдохнула она. Он как будто живой. Кажется, еще чуть-чуть и можно ощутить аромат… дотронуться до лепестков…

– Девочка нарисовавшая это еще младше тебя. – сообщил Ноэль находящейся в трансе ученице. – Ей всего двенадцать. Вы чем-то даже похожи. Обе любите книги и целиком посвящаете себя работе.

– Она не закончена. – серьёзно посмотрела на Ноэля Майя. – Это так печально, видеть незавершённость. Возможности простого человека так ограниченны. Выбирая подарок, ты видел… видел, что это основа. Основа для артефакта.

– Видел, – легко согласился он, – и знал, что тебя посетят идеи на этот счет.

– Но ты же меня знаешь… я теперь ни о чем другом думать не смогу! – и умоляюще взглянула ему в глаза.

– Здесь есть лаборатория, – тяжело вздохнув сознался Ноэль. – И если у тебя есть идеи и подходящие конструкты… можно попробовать.

– Правда, правда! – подпрыгнула от радости именинница. – Ребята, мы идем делать артефакт и вы наконец увидите настоящую лабораторию!

На это предложение, которое с восторгом поддержали все ученики, Ноэлю оставалось только тяжко вздохнуть. При обычных обстоятельствах он бы туда никого не пустил… но это же Майя.

Дети как призраки перемещались по его лаборатории, и с восторгом рассматривая все вокруг.

Конечно, его лаборатория сильно не дотягивала до уровня Закатной библиотеки, но школьные с этим местом даже сравниться не могли. Естественно, всем тут же захотелось все опробовать. Хорошо, что профессор сентМирер удержал учеников от излишней поспешности и сначала предложил всем изучить книгу, которая собственно и должна будет обрести магическую составляющую.

А именинница в это время села в дальний уголок и принялась сосредоточенно что-то чертить. Убедившись, что ученики ничего не натворят, к ней присоединился и сентМирер.

Спорили они долго и упорно, что-то вычерчивая, рассчитывая и ругаясь. В процессе к ним присоединились Арчи с Рафаэллой, но быстро поняли – тема им вообще незнакомая и непонятная и им более интересно пообщаться самим и поделиться новостями с последнего их расставания в Закатной библиотеке.

Ноэль в это время перемещался по всей лаборатории, в основном общаясь с детьми и разыгрывая из себя радушного хозяина. Вообще нетипичное для него поведение… но это-же друзья Майи…

Чем жарче становились споры из дальнего угла, тем менее интересной детям становилась лаборатория, и все больше они подтягивались к Майе и своему учителю. Когда еще такой концерт увидишь?

– Вот здесь и здесь нужно все переделать! – безапелляционно заявил профессор, пытаясь что-то зачеркнуть, но ему этого не позволила Майя.

– Не надо ничего переделывать! Это прекрасные блоки, полностью отвечающие заданным требованиям! – возражала она.

– Эта безумная громадина не может отвечать ни чьим требованиям! Майя, да это просто опасно даже пробовать! Если так настаиваешь – терпи до возвращения. Если что не так пойдет – вместо поместья будет воронка без признаков жизни!

– Что должно пойти не так? – недоуменно спросила она.

– Например, энергии не хватит. Ты пыталась просчитать энергетическую напитку этого монстра? Давай помогу прикинуть… наших накопителей и резервов всех присутствующих – не хватит. В разделе иллюзий множество прекрасных конструктов! Мы легко можем подобрать замену этим блокам!

– С таким эффектом блоков там нет… уж поверьте.

– Да я вообще не понимаю, зачем тебе эти доисторические вариации! Майя. Если бы я в свое время в архивах исследовательского института не встречал образчиков подобной древности, то не поверил вообще в существование подобной несуразицы!

– Да они громоздкие, но их надо построить!

– Так не пойдет! – взывал Антуан к голосу разума своей подопечной. – У тебя хорошая память, но рисковать и применять непроверенные конструкты… Я от тебя подобной глупости не ожидал! И ладно просто применять! Ты их сочетать вообще с не сочетаемым собралась!

– Это вы так думайте! – горячо возражала девочка. – Все это так и применяется. Это просто… малоизвестные формы.

– И почему же они столь мало известны? Не потому ли что есть проще аналоги! Майя в разделе иллюзий множество конструктов из которых можно сотворить что угодно. Зачем тебе эта громадина?

– Хочу нормальный артефакт! – безапелляционно заявила она. – Мне нужен некоторый эффект, который без этой громадины не добиться!

– Ладно! Хорошо! Уговорила! Но только не здесь, – решительно заявил сент Мирер. – Конструкту нужна огромная прорва энергии! Его не просто запустить. Если что-то пойдет не так – местной защиты не хватит. К слову о энергии – запустим мы твоего монстра, а дальше оно как работать должно? Обычные приемы не подойдут!

– Для этих конструктов нужны необычные приемы! Для того, чтобы все получилось, кое-кого и кое-чего не хватает.

– Кого-то способного воззвать к твоему разуму? – с иронией спросил он.

– Кого-то, кто будет страховкой и выполнит часть работы. И еще нам нужны ингредиенты, – глаза девочки горели невероятным азартом. Лавина тронулась, и набирая скорость покатилась в низ. На пути у подобного явления лучше не стоять – прихлопнет и не заметит.

– О! Ты зелье варить удумала?

– Не совсем. Ноэль, – обратилась она к другу, – можно прямо сейчас раздобыть все растения, что содержаться в книге?

– Можно. – просто ответил он. Растения были действительно редкими, но они в определенных количествах хранились на складе редких растений на территории поместья. В империи подобные склады помимо резиденций семейств сон, располагались в столицах всех провинций – и выдавались при серьезной необходимости. В свободной же продаже большинство даже за очень хорошие деньги было не достать. Некоторые растения являлись Достоянием Империи и к продаже или вывозу из страны были запрещены.

– Мне нужны образцы всех. Можно?

– Можно, – спустя некоторое время решил Ноэль. – Мы с Рафаэллой сходим.

– Подождите, – догнала она уже двинувшуюся к дверям пару. – Нужно еще кое-что. Вы можете передать сообщение герцогу сон Локклесту прямо сейчас?

– Какое сообщение? – спросила Рафаэлла.

Майя протянула сложенную записку.

– Приступим к тестированию конструктов? – повернулась она к ребятам.

Она сбежала. Детский импульсивный поступок, которого от нее никто не ожидал. Но она уже и забыла, что это такое – когда тебе выговаривают, притом за дело. Больше всего она негодовала на себя. Как вообще решилась осуществить столь безумный план. Все вышло так, как она и рассчитывала. Книга, на которую потребовалось просто невероятное количество энергии создана. Никто не пострадал, все прошло идеально.

Только над последствиями своих действий она не раздумывала. В результате все накопители которые находились в тот момент в лаборатории опустели. Ноэль и герцог сон Локклест впервые за последние годы израсходовали полностью весь свой резерв. А резиденция герцога сон Локкреста нуждалась в восстановлении магической защиты. Но все это еще половина беды. Другая половина – Высшая магия которую пришлось применить профессору дэ Аннелиону.

Сказки о том, что и не представляла к чему все приведет, можно рассказывать долго и упорно. Правда в том, что Майя знала. Высшая магия – особый тип энергии, увидеть который она не в силах. Но эта энергия взаимодействует с обычной магией. Конструкты обрывающиеся в никуда – так она видит взаимодействие Простой и Высшей. За время работы с советником, о Высшей магии она много чего нахваталась. Что же касалось Простой магии – с ее памятью на конструкты и доступом в библиотеке она знала такое, о существовании чего многие маги и не догадывались. Она точно знала некоторые конструкты взаимодействия и советнику, когда он прибыл, не оставалось иного, кроме как завершить работу.

Сегодня она впервые нарушила закон. Закон запрещающий Высшую магию. И нарушила единственно возможным способом позволяющим не схлопотать за это смертную казнь или лишение магических способностей.

Ее действия были умышленными, хорошо спланированными и учитывали только ее интересы.

За время работы в архивах, она нахваталась самых разных знаний. Временами она задавала вопросы и выслушивала ответы, делая собственные выводы. После запрета Высшей магии, со временем забылся и огромный раздел с конструктами Простой, помогавший взаимодействовать с Высшей. Как и говорил профессор сент Мирер – огромные, сложные блоки, которым в обычных условиях есть простые аналоги. Школы, университеты, академии… там не встретишь и упоминания о них. А архивы… в них все без малейшей цензуры.

План того, во что она хочет превратить книгу, появился почти мгновенно. Закрываешь на секунду глаза и видишь основную схему. Дальше все нужно было записать и уделить внимание деталям. И пока Ноэль и Рафаэлла доставляли растения, Майя выжидала время пока прибудет Верховный маг. И не только он.

«Прошу присутствовать при создании нового артефакта, – написала она. – При его изготовлении планируется использование переходных конструктов».

Все коротко и совершенно ясно.

В обязанности Верховных магов входило наблюдение за исправностью определенных артефактов и магических сооружений. И у них были свои способы немедленной связи с советниками короля Азадара. Майя ни секунды не сомневалась, что герцог свяжется с ее наставником сразу как услышит о переходных конструктах.

Майя рассчитывала, что у нее не более пары часов на все приготовления – создание конструктов и их связь с растениями и книгой. А потом, как по часам прибыла и кавалерия – детей выставили за двери, и к работе приступил советник, пообещав Майе серьезный разговор.

Дэ Аннелиону хотелось прекратить всю эту самодеятельность, но конструкты были построены. Не хватало только Высшей магии и силы. Идея была хорошей. Исполнение в части Простой магии – безукоризненным. И он решил поддаться маленькой интриганке и помочь, в процессе отбив желание устраивать нечто подобное в будущем. Тем более когда прибыл герцог сон Локкрест, которого Рафаэлла несколько позже все же вызвала, стала возможна дополнительная защита лаборатории.

Получившаяся в результате книга была великолепна. Растения действительно оживали. А если точнее, переносились на страницы из мест своего произрастания. Майе дали минуту полюбоваться деянием рук своих, а далее герцог сон Локклест ее просто конфисковал. Часть содержащихся там растений была Достоянием Империи. Книга с момента своего создания также попала под этот раздел. Даже остальным школьникам не показали результат.

А потом Майе пришлось выслушать много всего, когда советник отчитывал ее как несмышленого младенца. И каждое слово было правдой. Она понимала, что рисковала своими друзьями, принимала за них решения, даже не проинформировав о всех рисках. Много всего сказали…

Когда Майя отвлеклась от самобичевания, то смогла заметить, что территорию резиденции давно покинула и сейчас идет по какой-то улице среди толпы горожан.

Шум и праздник окружали повсюду. Аппетитные запахи уличной еды разносились на большие расстояния. За всеми своими приключениями Майя даже не поела и сейчас живот возмущался этим фактом.

Денег на покупку еды не было.

«Пройдусь по площади и придётся возвращаться» – решила она, запоминая дорогу, по которой пришла.

Маленькая гостья города не сразу, но заметила, что детей на улицах очень мало. И все, кто был – работали. Помогали родителям зазывать прохожих за всякой вкуснятиной или занимались развлечением толпы обряженные в красочные костюмы.

Не всех детей она заметила. Среди толпы были и еще один слой общества, люди с которыми Майе до этого вовсе не приходилось сталкиваться. Воры.

В эти дни стражи правопорядка буквально наводнили город. Тем не менее, нельзя ко всем приставить надзирателя. Карманники и грабители оделись поприличнее, выдавая себя за рядовых горожан и без шума и пыли обирали гуляющую толпу.

Одинокая девочка в дорогих одеждах сразу привлекла внимание. Она даже не сразу поняла, что налетевший на нее мальчишка лет десяти, который извинился и поспешил дальше украл у нее подвеску с опустевшим накопителем. А когда обнаружила и побежала за наглым вором…

В одном из переулков, примыкающим к главной улице, ее уже ждали. Тот самый мальчишка и еще шесть человек, самому старшему из которых было не больше шестнадцати.

– Отдай немедленно, – Майя требовательно протянула руку к вору рассматривавшему ее накопитель, и старалась не выдать страха. Только сейчас до нее дошло, что она совершенно без магии – все ее накопители были пусты. Оружие она как-то брать на вечеринку не подумала. Был правда один веер – совершенно обычный, но и тот остался в лаборатории.

– Какая смелая барышня, – нехорошо усмехнулся еще один грабитель заступая ей путь к отступлению. – Может расскажешь, что у тебя еще есть?

– Плохо расслышал? – Майя проигнорировала вопрос и постаралась соскрести всю уверенность, все высокомерие, которое у нее было. – Я сказала – верни!

Переулок был темным, и ледяной взгляд нападавшим было не разглядеть. Хотя уверенность и твердость в голосе их удивили, но не заставили остановиться.

– Это ты плохо расслышала маленькая госпожа. Дома слугам приказы раздавать будешь, а пока, твое платье выглядит очень дорого. Сколько драгоценных камней ушло на его отделку?

– Не считала, – усмехнулась Майя. – Нет привычки перебирать мелочь.

– Хороша мелочь, – хмыкнул кто-то за спиной, – а может и правда, эти безделушки стоят меньше твоей жизни? Папа с мамой небось раскошелятся за выкуп своей ненаглядной. Как тебя зовут малышка?

– Не имею представления, во сколько они оценят меня. – пожала плечами Майя. – На вашем месте о моих родителях я бы волновалась в последнюю очередь, – мило сообщила она, как бы невзначай занимая позицию, когда за спиной оказалась стена, а все воровская шайка оказалась полностью в поле зрения.

– И о чем же нам стоит волноваться?

– О крепости своего здоровья, – безразлично проронила Майя, формируя заклинания ледяного дождя. Сил в ее резерве на напитку конструкта не было. Но можно было обойтись и без них, добавив блок поглощения энергии из пространства. Действовать начнет не сразу, но впитает всю разлитую магию в радиусе сотни метров.

– Малышка видимо не поняла ничего, – усмехаясь поделился мнением худой как щепка долговязый парень, – дом остался дома, а здесь ты делаешь так как мы скажем. Сама все ценное отдашь или нам помочь?

– Четвертое правило истинной леди, – Майя потянулась к шее и сняла длинный шнурок с массивным медальоном – амулетом определяющим яды. – Леди не должна утруждать себя повседневной работой. Для того, чтобы привести в порядок одежду, сделать прическу, надеть украшения… для всего этого нам нужны слуги. Кроме того, о каких ценных вещах вы говорите? – ее голос был спокоен, но чувствовалось, что она ступила на излюбленную тропинку – философские рассуждения, интерпретация прочитанных историй и прочие о чем могла вещать часами. – Что вообще значит ценность? Что значит для богача горсть золота или голодающего – краюха хлеба? Что значит для ребенка вещица подаренная матерью при расставании на память или что будет ценнее для влюбленной барышни – рубиновый гарнитур подаренный навязанным женихом или хрустальный кулон подаренный возлюбленным?

– Значит тебе помочь, – нехорошо усмехнулся долговязый не давая продолжить начавшуюся лекцию о ценностях в жизни. – А это, – кивнул он в сторону накопителя, – тебе матушка перед долгой разлукой передала или возлюбленный подарил? – на последних словах хохот сморил всех нападавших.

– Если вы были бы более учтивы и дали мне продолжить, – Майя в открытую играла на нервах окружающих оставаясь внешне спокойной и высокомерной, – узнали бы еще несколько вариантов значимых вещей. То, что столь неосмотрительно было вами украдено – я заработала сама, победив в школьных соревнованиях. И эта вещь для меня несомненно дороже ее стоимости в золоте.

– Золоте? – хмыкнул воришка с по-прежнему зажатым накопителем. – Если это не алмаз, а это не он, то в золоте его цена ничтожна.

– Ты, мелкий воришка! – вот тут девочка возмущения скрыть не могла. – Да что такое с этой страной! – с каждым словом ее голос становился все громче. – Вы все как… как нищие с помойки, не знающие цену вещам! Если это хрусталь – то непременно дешёвка? Если вещь тусклая и невзрачна – то допотопная рухлядь! Опомнитесь! Мне иногда кажется, что о магии в этом городе никто и не слышал! Ты маг? – она посмотрела ему прямо в глаза и мальчишка растеряно покачал головой, отступая на шаг назад. – Тогда как ты можешь судить о стоимости вещей? На каком основании ты вообще определяешь ценность? По тому за какую цену у тебя скупщик краденого это возьмет? Смею тебя разочаровать – даже если скупщик и поймет, что это, с тобой знанием не поделиться.

– А, ты считаешь, что хрусталь может стоить дороже чем кажется?

– Нет, это просто невозможно! Мне вам лекцию о хрустале прочесть? Может вы и ценность иных камней и минералов только по внешнему виду определяете? – получив несколько утвердительных кивков, она совершенно искренне схватилась за голову. – На них не написано, но если камень проходит обработку у мага, то его стоимость увеличивается. Обработка может быть разной – от придания различных свойств на вроде увеличения крепости или изменения цвета до создания артефактов. Артефакт – это не всегда сложносоставной предмет. Иногда им может быть обычный с виду камень. Цена камней – артефактов иногда может превышать стоимость основы в сотни раз. Это же касается других вещей, которые вы оцениваете столь неосмотрительно…

– Это ты! – вдруг прибил ее один из парней, показывая на нее пальцем. – Там на рынке это была ты!

– Эл, ты о чем? – посыпались на него вопросы от вздрогнувших от неожиданности подельников.

– Вчера на центральном рынке эта девчонка среди древнего хлама обнаружила старинный артефакт! Говорят, та вещица была бесценной, а Старьёвщик ее при свете дня за гроши принцессе продать пытался. А с ней девчонка, которая как начнет возмущаться, что реликвию империи за два золотых продать пытаются! Ух и скандал вышел.

– Ты почем знаешь, что это она? Видел?

– А, думаешь много малолеток, которые лекции на тему камней читать будут? Ей было все отлично – пока ее безделушку не оценили ниже положенного. Не так ли?

– Не существует бесценных вещей. И тот продавец это точно знает. Цена за продажу и покупку той вещи – смертная казнь.

– Она из свиты принцессы?

– Не похоже… принцесса говорят ее развлекала – покупала все, что ей понравиться. Может ты ее родственница? Сестра ее мужа к примеру?

– Лон, если она так запросто с принцессой общается, нас вся охранка искать будет… Может вернешь ей безделушку и пойдем?

– Если она действительно та самая малявка, то нам уже неважно, чем сегодня все закончиться. Империю придётся покинуть… и хорошо если с цацками этой девчонки. Так что заканчивай трепаться. И давай сюда все. – протянул он руку в сторону Майи требуя ценности.

– Четвертое правило… – Майя улыбнувшись покрепче ухватила шнурок с амулетом. Столь кощунственное использования артефакта… об этом лучше никому не рассказывать. – Как можно обойтись без слуг?

Дальше все произошло очень быстро. Тот, кого называли Лоном резко подскочил к жертве и столь же быстро отпрянул назад с длинной рваной раной на левой щеке. Защитный амулет сопоставимый по стоимости с небольшим особнячком в престижном районе этого города был использован в качестве оружия. Майе действительно не стоило рассказывать о таком.

– Какая наглость! – не меняя тона, заявила Майя. – Вы хоть когда-то слышали, чтобы у леди были слугами не девушки? Не хотите лекцию о камнях? Прекрасно! Будет лекция о правилах хорошего тона и надлежащего поведения в обществе… и вообще, что с вашими манерами?

– Мне наверное это сниться. Подобного бреда просто быть не может!

– Вот именно! – в тон ему заверила Майя. – Даже если вы не получали никакого образования в силу своего социального и финансового положения, то находясь в обществе, минимальный набор правил освоить были обязаны!

– Чего?

– Ограбить леди – это одно. Вполне вероятно, что причинённый ущерб окажется незначительным. Но оскорбить леди недопустимыми действиями… вот это действительно серьёзное преступление, которому нет оправдания.

– Это как?

– Как бы низки ваши поступки не были, соблюдение элементарных правил сделает вашу жизнь заметно проще. А может и дольше.

– Это какой-то неправильный ребенок. – пробормотал парень с неаккуратно остриженными по плечи рыжими волосами торчащими в разные стороны.

– Все богатенькие со своими странностями, но это совсем ненормальная. – поддержал его другой. – Может все же отдашь по-хорошему? А то возможная служанка тебе еще меньше нас понравиться!

– Ты о Лире?

– Кликну ее, посмотрим как девочки общий язык найдут! – и один паренек скрылся в темноте.

Но дожидаться прихода неведомой девочки никто не стал. Майя едва успевала укорачиваться от налетевших на нее воров, между делом проходясь по неудачливым парням амулетом.

Потасовка вышла недолгой. В результате ее платье оказалась разодранным и выпачканным, волосы растрепались и представляли из себя копну сплошного недоразумения. Но в отличие от нее, нападавшим повезло меньше – два сломанных носа, подбитый глаз и бесчисленное количество ссадин и кровоточащих ран – амулет оказался весьма полезным оружием.

– Ну ты труп! – заявил Эд, доставая что-то из кармана, – И к твоему сведению про артефакты и мы кое-что знаем! – и в Майю полетела яркая искра заклинания.

Не долетела. Девочка инстинктивно швырнула в нее ранее созданный конструкт, который до этого спокойно весел над этим нелепым сборищем. И вся искра, все неведомое заклинание впиталось в ее детище, вызвав резкое похолодание.

Энергии было немного, но вполне достаточно, чтобы наполнить силой конструкты поглотители.

– Ой… – хлопая глазами на сияющую систему видимую ей одной только и выдавила она. В конструкции что-то изменилось и Майя просто видела, как на глазах началась напитка всей системы.

Норкимгем в эти дни был просто переполнен разными людьми, шоу, увеселительными мероприятиями, фейерверками. В городе использовалось на порядок больше магии чем обычно и силы в воздухе хватало. Но Майе были неизвестны конструкты для столь быстрого сбора энергии. Заклинание росло слишком быстро и она как-то не подумала об ограничителях.

В воздухе закружились первые снежинки.

– Ты что делаешь? – все повернулись именно к Эду, посчитав его виновником странного события.

– Это не я! Тут парализатор, а не… создатель снежинок!

Но снежинок в воздухе почти не осталось. Им на смену пришли льдинки. Крохотные кристаллики кружащиеся в хаотичном порядке и жалящие кожу.

– Кто тогда это создал!?

А Майя соображала, как быть. С такой скоростью роста заклинания, могут наступить разрушительные последствия. Система создающая вихрь льдинок – незнакома и потенциально опасна для многих. Ее нужно было разрушить, пока…

«Невозможно! – Майя смотрела на заклинание, – Куда деть эту энергию?

У нее с собой был еще один пустой накопитель – подарок от класса, но энергия прибывала быстрее, чем возможно было ее выкачать в накопитель.

– Кристалл! – подбежала она к Эду, у которого последним видела свою пропажу. – Давай сюда если жизнь дорога!

– Бежим! – закричал кто-то и все бросились наутек. Все за исключением Эда, на которого налетела мелкая девчонка и вцепилась в него с требованием вернуть кристалл.

– Ты! Опусти дура!

– Сам дурак! Кристалл дай иначе это не остановить!

Стоило только кристаллу оказаться в руке, как Майя развернувшись бросилась в центр вихря. Льдинки безжалостно резали не только кожу на руках и лице, но уже и одежду.

Радиус вихря ширился, только конструкт по-прежнему оставался в центре.

Майя потом долго думала о случившемся. Это было похоже на какой-то транс. Физические неудобства отступили на второй план, сам вихрь потонул во мраке. Перед ней была только энергия. Она видела пульсирующие линии, и точки через которые вливалась энергия. Изменение действующего конструкта – штука сложная и опасная, но девочка видела возможность достройки, после которой станет возможна перекачка энергии.

Потребовалось много времени. Она справилась. Одновременное наполнение двух накопителей из заклинания – это поддержка и контроль сложнейшей системы.

Когда линии стали затухать, а льдинки сменились мягкими снежными хлопьями, Майя почувствовала боль и сбегающую из сотни порезов и ссадин кровь. Голова кружилась и сил открыть глаза просто не оставалось.

Стража быстро прибыла на место магической аномалии – снежного вихря в городских кварталах. Но единственное, что они могли сделать – вызвать на помощь магов да зевак держать подальше. Столь чудесные из далека кристаллики сияющие и переливающиеся в городском освещении оказались опасны.

Маги спешащие с разных сторон с этим чудом природы поделать ничего не могли – их заклинания вязли в этом снеге, пропадали в россыпи льдинок и их становилось только больше. Но это только поначалу. Очередная попытка направить волну горячего воздуха оказалась успешной и всех близко стоящих окатило веером брызг, небольшие сугробы превратились в лужи. Еще немного погодя пошёл снег, сплошной стеной, в которой было ничего не разглядеть. Продолжалось это не более пары минут. А когда он закончился, то землю устилал белоснежный пушистый ковер.

После того, как их столь безапелляционно выставили из резиденции, Алфей собирался направиться направится в городской дворец, но окольными путями, сделав солидный крюк.

Найр от такой перспективы скривился. Только высказываться по поводу соблюдения безопасности не стал.

На одной из городских площадей, они и вовсе застряли – уличные артисты устроили красочное представление гвоздем которого стали красотки в фееричных нарядах.

– Вот почему во дворце таких нет? – посетовал Алфей, наблюдая кружение улыбающихся красавиц рассыпающих в процессе конфетти и мелкие шарики зависающие в воздухе.

– Так кто же не дает? – только вздохнул Найр, – одно слово и они будут танцевать только для одного.

– Хочешь сказать, одно слово и они будут танцевать перед безликой статуей? – невесело заметил Алфей. Жёсткий закон о браках магов с одной стороны оберегал его от многих проблем, но с другой – лишал и приятных моментов. И речь шла не о том, что кто-то мог ему запретить подобные вещи. Просто допущение подобных вольностей с его стороны развяжет руки желающим пристроить своих чад как можно ближе к Императору. Стоит допустить только одну оплошность, и его матушка станет первой кто подберет ему девушек. И каждая в борьбе за место императрицы будет петь, танцевать, играть на музыкальных инструментах и не давать ему прохода.

Политика дело не только тонкое, но и грязное.

– Не бывает в мире совершенства, – заметил Найр. – Всегда чего-то для полного счастья не хватает.

Танцовщицы стали замедляться, смотря куда-то в даль. Толпа так же начала разворачиваться, заинтересованная их реакцией.

Над домами в паре кварталов кружила метель. Самая настоящая. Редкие снежинки долетая до них становились уже водой и капельками опускались на людей.

– Это что? – спросил Алфей. – Это из резиденции?

– Нет дом сон Локкрестов в другой стороне. Может… это какое-то шоу?

Из далека все выглядело очень красиво и необычно. Снег в жаркую ночь, что может быть интереснее? Естественно толпа двинулась в том направлении. Только подойдя ближе они увидели отцепление, пропускающие только патрульных магов. Льдинки к их приходу сменились снегом и Найр показав пропуск прошёл вместе с Алфеем за отцепление.

– Что здесь происходит? – спросил он у одного из дежурных магов.

– Ваша светлость, – в приветственном жесте чуть склонил голову тот, – Мы пытаемся установить это. Вероятнее всего это артефакт. Он вытягивал энергию из наших заклинаний, но потом то прекратилось. И лед, сменился снегом. Затронута значительная территория и по нашим данным есть раненные – многие горожане пострадали ото льда. Кожу и одежду буквально резало им.

– Смотрите, он прекращается! – снег столь же стремительно как появился, стал пропадать из воздуха.

– Позовите лекарей! – кричал кто-то.

– Воздействие пропало. – заключил страж порядка. – Извините, мне нужно идти.

– Да, конечно. Территория безопасна?

– Это можно утверждать только после выяснения всех обстоятельств. Но если есть защитные амулеты, то можете пройти в глубь. Наверняка есть раненые.

Алфей только краем уха слушал разговор. Он больше смотрел по сторонам и видел разбитые окна, болтающиеся на ветру лохмотья занавесок. И людей застигнутых врасплох магией, жмущихся к стенам. Когда снег перестал кружить, с разных сторон к раненым поспешили маги и лекари. Они оказывали первую помощь и выводили замерзших людей на территорию свободную от сугробов.

– У вашего спутника есть амулеты? Он маг? – услышал он вопрос к Найру.

– Да… он маг и амулеты есть. – заверил Найр, а Алфей поспешил вперед, дабы к нему не проявляли излишнего любопытства.

Он проходил дворик за двориком и видел удивительную картину разгара зимы. Даже ноги стали замерзать в летних сапожках. Но воздух понемногу теплел.

В одном из переулков, там, где дома образовывали крошечный дворик на белоснежном снегу из далека стало заметно темное пятно. Освещение здесь было мало и Алфей зажег световой шарик.

Под легким облаком снега лежал ребенок. Девочка была вся в крови, посинела от холода и видимо кровопотери. Лужа натекла приличная для столь хрупкого тельца.

Немногие заклинания, которые он знал в совершенстве в основном относились к арсеналу лекарей. Поэтому не теряя драгоценных мгновений он опустился на колени перед девочкой и приступил к лечению.

Стоило последней ранке закрыться, а ему отпустить заклинание, как следующим этапом стала борьба с холодом. Он вытащил девочку из снега и прижав покрепче поспешил к лекарям или магам знавшим нужные конструкты.

– Ты кто? – голос малышки был очень тихим, но Алфей его все же услышал.

– Я тебе помогу, – заверил он радуясь, что девочка жива и пришла в себя. – Подожди чуть-чуть тебе помогут лекари, а потом мы найдем твоих родителей. Не волнуйся.

Но вопреки его намереньям успокоить и ободрить, его план вовсе не обрадовали пострадавшую.

– Не надо лекарей, – делая попытки вырваться пробормотала она. – Все хорошо, я дальше сама.

– Какое хорошо!? – от возмущения Алфей даже замедлил шаг. – Ты как котенок новорожденный сейчас. Тебе нужно согреться и восстановить кровопотерю. Чудом будет если не заболеешь!

– Не надо лекарей. – упрямо повторила она.

– Тогда говори где живешь. Я доставлю тебя домой.

– Я сама, – упрямилась малявка.

– Сама ты и двух шагов не сможешь сделать! – Алфей недоумевал, с чего он вообще выслушивает ее. И уже хотел продолжить спор, но его привлек знакомый голос неподалеку.

«Неужели… – прислушался он и немного повернулся, чтобы увидеть конкретного человека среди группы магов, – Точно это Верховный. На глаза лучше не попадаться».

– Что ты предлагаешь? – решая, что делать, у него вопрос как-то непроизвольно вырвался.

– Тихое и теплое место… я… – говорит у нее с трудом получалось, – уйду сама… потом. – на этом силы ребенка закончились и она вновь отключилась.

– Тихое место, – пробормотал он изменяя курс движения. Ему этот план сейчас подходил как никогда. Сейчас он был в опасной близости от герцога сон Локклеста и вполне мог наткнуться на сон Локкреста. Такая встреча добром для него не закончится, потому не теряя драгоценного времени он направился в единственное место в котором могли помочь малышке и не нарушить его инкогнито.

Майя проснулась в совершенно незнакомом месте от того, что ей было жарко. Кровать с опущенным пологом из красной полупрозрачной ткани делала остальную комнату плохо различимой.

Кто-то накрыл ее несколькими одеялами и… девочка пригляделась… здесь работало заклинание повышения температуры, ко всему прочему.

«Сейчас сварюсь» – с такими мыслями Майя попыталась выбраться из кровати. Именно что попыталась. Сил едва хватило руки из-под одеял вытащить.

Ее шевеление привлекло внимание, полог откинулся и рядом с собой, она увидела красивую девушку в дорогом платье и прекрасной работы украшениях. Правда, на Майин взгляд, с косметикой был перебор.

– Ты проснулась! Так быстро… лежи, лежи.

– Жарко!

– Ты очень замерзла и важно не заболеть, – с улыбкой ответила на ее попытки раскрыться девушка.

– Мне нужно идти…

– Куда же, – рассмеялась она, поправляя девочке подушку.

– Где… у меня был кристалл… – Майя не знала, что случилось с накопителями. Они были у нее в руках и она их никуда не убирала.

– Все, что у тебя было здесь на столике. Не волнуйся.

Только после этих слов до Майи дошло, что с нее сняли все ее амулеты. И одежда на ней была незнакомая.

– Где я?

– Это кюртен, – и видя, как от ужаса расширяются глаза больной, поспешила добавить, – Тебя принес твой брат. Сейчас он в гостиной. Не волнуйся. Подлечишься и пойдешь домой.

– Мой брат? – пробормотала Майя, не понимая, как такое, может быть. – Дайте кристалл… пожалуйста. – ее состояние было ужасным, но магия могла дать пусть и временный, но прилив сил.

– Держи, – протянула незнакомка накопитель, из-за которого Майя попала в эту переделку. – Ты их так крепко сжимала в руках. Пришлось постараться убирая. Ты, наверное, очень дорожишь ими.

– Дорожу, – кивнула девочка и закрыла глаза, дабы лучше сосредоточиться на построении заклинания.

Диагностика показала – у нее большая кровопотеря. На этом все. Те раны, что нанесли льдинки, полностью исчезли. Температура в порядке и простуда откладывается.

– Не переживай, – девушка не подозревая, что Майя о своем здоровье уже осведомлена, решила рассказать ей последние события. – К тебе приходил лекарь и прописал восстанавливающие эликсиры. Твой брат их уже принес.

– Какой брат?

– Ал. Айра сегодня не было. Элла не волнуйся, Ал отправил письмо домой – тебя не потеряют.

– Давно я здесь?

– Часа три. Не больше. Хочешь, чего ни будь?

– Еще воды и эти одеяла – лишние.

– Держи, – налив новый стакан, девушка подала его Майе. – У тебя такие хорошие братья. А ты, как и он маг?

– У меня есть магические способности. Но магами становятся только после получения образования. Я еще учусь. – скрывать это Майя не собиралась. В ее руках был заряженный накопитель и она перестала быть беззащитной. Любой маг мог понять – при ней были не простые безделушки. Однако амулеты и накопители у нее не отобрали. Ее раны обработаны магией. И из слов присматривающей за ней девушки было понятно – человек сюда ее принесший – маг. Его здесь хорошо знают и считают ее родственником.

Майя испытала некоторый шок, узнав где находиться. Не то, чтобы она знала, как должно выглядеть подобное место, но точно не ожидала увидеть подобного.

Девушка помогающая ей ничем не отличалась от многих дворянок или иных состоятельных девушек. Платье яркого кораллового цвета с искусно вышитыми цветами и птицами имело достаточно строгий фасон. Уложенные в высокую прическу волосы сколоты заколками с жемчужинами. Все с одной стороны ярко, но в то же время строго и в меру.

На лице девушки играла доброжелательная улыбка, а движения – точны и грациозны.

Комната… когда полог откинули, Майя смогла рассмотреть ее часть. Подобная комната вполне могла быть в каком-то очень богатом доме. Изящная мебель, красивейший ковер на полу, вазы полные цветов… кюртен… определенно она не так себе представляла подобное место.

– Что это за место? – спросила она.

– Кюртен, маленькая госпожа. – вежливо ответила девушка. – Вы вероятно слышали много слухов о подобных местах, но у нас вам не стоит опасаться за свою репутацию. Прежде всего здесь ценят конфиденциальность.

– Понятно, – пробормотала Майя, хотя было все совершенно непонятно. Речь этой девушки, используемые слова… она явно неплохо образованна, красива и вообще… Такая девушка могла стать завидной невестой. Что она делала в этом доме увеселений? – Вы… это странно, но вы производите впечатление образованного человека.

– Госпожа очень внимательна. Это кюртен наивысшего уровня. Здесь все девушки получили хорошее образование. Каждая из нас играет на нескольких инструментах, танцует и поет. Так же мы все грамотны и среди нас высоко цениться искусство каллиграфии и умения вести беседы.

– Я… видимо мало знаю о подобных местах. – смутилась Майя.

– Благородной госпоже не обязательно узнавать о подобных местах сейчас. Ведь вы же будущий маг.

– А, при чем здесь это?

– Извините за дерзость, но вы слишком юны, чтобы задумываться о подобных метах. Но однажды несомненно побываете в домах подобных нашему не раз. Нравы магов не столь консервативны, и они нередко посещают нас. Важные переговоры или просто интересный досуг. Все это можно устроить в кюртене подобном нашему.

– Вот как, – пробормотала девочка. Современные понятия дозволенного для нее всегда были размыты. В голове смешались стандарты разных стран и разных эпох. А тут еще и разделение в сложной системе магов и не магов. Дворян и простых людей. Классы, подклассы… общество очень разное. И для каждой его части свои мораль и рамки допустимого.

– Если вам более ничего не требуется, я сообщу вашему брату о том, что вы пришли в себя, – получив согласный кивок, девушка поклонившись направилась к дверям.

Майя зорко следила за ней. Сколько грации было в каждом движении. Сочетания достоинства и подчинение вышестоящему, в данном случае ей. Манеры отточенные и ставшие частью личности. Не каждая благородная дева могла похвастаться подобным.

Оказавшись в незнакомом месте и особенно услышав где оказалась… смотря на эту девушку Майя успокоилась. И заинтересовалась. Сама она в подобное место никогда бы не зашла. Но действительность оказалась совершенно непохожей на представление сложившееся по обрывкам разговоров. И ей было любопытно, кто же ее сюда принес?

Дверь отворилась бесшумно.

Молодой маг появившийся в комнате был высок. Когда он подошёл ближе, она подумала – что он не старый, внешне больше двадцати не дашь. Он с равным успехом мог быть старшеклассником или уже давно получить высшее образование. Темные волосы резко контрастировали с светлой одеждой и совершенно не загорелой кожей лица. Темные глаза были прищурены и с интересом ее рассматривали.

Им потребовалось несколько минут, на изучение и ожидание – кто заговорит первым. Интересное занятие прервал стук в дверь – ранее виденная девушка принесла новую порцию.

– Простите, – опустив взгляд, проговорила она, – этот настой нужно пить пока он горячий.

– Прошу, – кивнул маг и отступил в сторону, пропуская девушку пред собой.

– Госпожа, это один из отваров рекомендованный лекарем. Он поможет быстрее поправиться.

– Что это? – беря в руки тяжёлый для нее кубок, Майя принюхалась. Запах был знаком, но что это точно, так сразу и не припоминалось.

– Высокогорный мед, корень «первого пиона», крапива…

– Лантор, – закончила за нее Майя.

«Лекарь и впрямь неплох, и кровоостанавливающие, и при простуде помогает хорошо». – подумала Майя осторожно отпивая. Отвар оказался не столь уж горячим. Он настоялся, но не остыл и не обжигал. Самая подходящая температура.

Одного взгляда мага хватило, чтобы девушка с поклоном удалилась, не дожидаясь пока девочка выпьет весь настой.

– Давай познакомимся, – стоило двери закрыться, повернулся к ней маг. – Меня зовут Ал. Я нашёл тебя в одном из двориков в западной части города. Там, где бушевала метель. Ты сильно пострадала и потеряла много крови. Но очень не хотела, чтобы тебе оказали помощь на месте. Из дома сбежала и боялась, что родители узнают? – спросил он.

– Большое спасибо, что позаботились о бо мне, – Майя изобразила нечто вроде поклона сидя на кровати, но все закончилось тем, что Алу пришлось ее придержать – от слабости девочку повело в сторону. – Взрослые не знают, что я ушла и мне нужно будет вернуться незаметно. Иначе у меня будут неприятности.

– Да… – протянул он, – Вернуться незаметно в подобном состоянии затруднительно. Как тебя зовут? И где твой дом? Возможно, придумаем что-то.

– Я Элла, – мило улыбнулась девочка. – Если вы мне поможете добраться до места где нашли меня, дальше я дойду сама.

– Значит Элла, не желающая сообщать свой адрес. Все с тобой понятно, кроме того, как собираешься дойти сама? – Алфей даже спорить с этим ребенком не стал. На ее месте он бы тоже не очень откровенничал, пусть и со своим спасителем. Девочка была не простая. О том можно судить по набору ее амулетов и накопителей. Да и в отварах разбирается. От него не ускользнула ее реакция на лекарство. Она знала состав и по запаху и осторожному первому глотку удостоверилась в его соответствии. Ему было любопытно кто она и как попала в ту снежную круговерть. Но по всему выходило – с ним не собирались откровенничать.

– Я справлюсь, – уверенно заявила девочка. Уверенности ей и впрямь не занимать. Алфей из опыта общения с матерью и сестрой вынес одну непреложную истину – спорить с самоуверенными особами себе дороже выходит. Зачем это делать, если можно постоять в сторонке наблюдая как до них доходит, что они были не правы. Никого иного в пример он по понятным причинам поставить не мог – с ним в его официальном статусе более никто и не пререкался. В неофициальном пока тоже не доводилось… до сего момента.

– Хорошо. Организуем тебе доставку в тот район. Точно туда не получиться – место происшествия кишит магами из департамента правопорядка. Ты ничего подозрительного там не видела? Ну кроме снега и льда?

Майя только пожала плечами на этот вопрос. Придумывать и нагло врать ей не хотелось, а так пусть понимает, как хочет.

– И как это не страшно одной было выходить ночью? – как бы невзначай спросил Алфей. В ответ он удостоился очередного пожатия плечами.

«Да что ж такое, – стараясь не показать раздражения, подумалось ему, – эта малявка отвечать собирается? И почему у меня чувство, что меня игнорируют?»

– Значит не страшно. Ты наверное из влиятельной семьи и тебя в округе хорошо знают, потому и не посмеют обидеть? – предположил он, – Но в городе много приезжих. Возможны и несчастные случаи как сегодня.

И опять стена молчания.

– Ты совсем не боишься? – зашёл он, с другой стороны пытаясь ее разговорить, – Я могу быть не таким, как ты думаешь, и возможно у меня появятся другие планы на тебя. Например, я решу тебя похитить и потребовать выкуп. Или продам в рабство. Оно в некоторых странах еще сохранилось.

Лицо девочки ничуть не изменилось. Ни единый мускул не дрогнул. Только в мгновенье ока одеяло на кровати запылало, как и его одежда.

– Тогда стоило отобрать накопитель. – сквозь стену охватившей его паники донесся далекий голос девочки.

О уже не понимал, что пламя почти сразу исчезло, не оставив и следа. Паника затопила все. И перед глазами снова был тот пожар. И та боль от языков пламени. Невозможность дышать от жара и дыма.

Майя сразу поняла, что перестаралась со своей иллюзией. Глаза мага были широко открыты, а взгляд застыл. Он был в настоящем шоке. Девочка читала о подобных состояниях, но сталкиваться с подобны как-то не приходилось.

– Эй! – позвала она, но не получив ответа, собрав оставшиеся силенки откинула одеяло и передвинувшись к краю, дотянулась до одежды приложив усилие дернула. Он просто свалился на пол, по пути положившись о прикроватную тумбочку. – Эй, вы как?

Резкая боль в правой руке помогла Алфею прийти в себя и обнаружить собственную царствующую особу на полу возле кровати, с которой выглядывало обеспокоенное личико несносной девчонки.

– Вы в порядке? – наконец понял он ее обеспокоенный вопрос.

– А похоже? – вопросом на вопрос ответил он.

– Вы боитесь огня?

– Скорее опасаюсь, – уклончиво ответил он.

– Это походило на панику. – безапелляционно заявила девочка. – Как маг может так сильно бояться огня?

– Если его не должны бояться, то почему ты его создала? – ужас отступал оставив после себя слабость. Поэтому Алфей не спешил подняться и возмущался с пола. И эти ее вопросы все больше помогали ему прийти в себя.

– Эта иллюзия создаться быстро и приводит в замешательство давая время применить заклинание с физическим эффектом. – с видом человека рассказывающего прописные истины заявила малявка. Алфей даже опешил от подобной наглости.

– Ты знаешь атакующие заклинания? – он был неприятно удивлён. Сам не знал, чего ожидать от спасённой девочки, но только ни того, что она будет опасна. Его карьера как мага закончилась и не начавшись. Он кое-что умел, но ничего серьезного. Несколько щитов, пара нападений и с десяток мелких заклинаний обеспечивающий собственный комфорт и естественно лекарские приемы. Ему хватало забот и без магии. Уделять ей время возможности не было.

– Кое-какие, – уклончиво ответила она. – Но почему вы не выставили щит от огня?

– Какой щит? – переспросил он. Подобного прежде ему слышать не доводилось.

– Не помню его названия, – после небольшой заминки соврала Майя, костеря себя за дурость. Название она помнила, как и книгу из которой его вычитала – один из архивных талмудов. – Ну такое, когда огонь не обжигает, и воздух под ним свежий и прохладный.

– В какой же школе учат подобному? – Алфей слышал о многих защитах, но подобного эффекта они не довали.

– Я беру частные уроки. Учат ли такому в школе… видимо нет. Но если вы доставите меня в знакомый район, поделюсь своим знание. У вас сложные отношения с огнем…

– Очень сложные. – согласился Алфей. – Хорошо, с тебя заклинание с меня доставка на место. Сейчас организуем письменные принадлежности. – и натянуто улыбнувшись поднялся и направился к двери, дабы позвать обслугу.

Алфей не собирался воспроизводить никакие новые заклинания самостоятельно, пока их не одобрят доверенные люди. С его уровнем мастерства ставить эксперименты было чревато. А урок об опасности магии он хорошо усвоил.

«Как мало надо!» – думал он про себя, – «Маленькое безобидное заклинание и глава государства становиться беспомощнее младенца!»

С его паническим страхом перед огнем определенно нужно было что-то делать. Но если о ранах телесных он готов был говорить с лекарями, то раны душевные оставались запретной темой.

В своей повседневной жизни он свел огонь к минимуму.

Всегда носил защитные амулеты. Но они только уменьшали риски, а вовсе не гарантировали абсолютную защиту.

Изучение и отработка новых заклинаний до этого даже не рассматривались. Но после пережитого шока идея освоения защитных заклинаний казалась не столь малозначительным мероприятием в его списке дел. И его защита… Отправляясь в самостоятельное путешествие по городу, он неплохо подготовился. До сего момента даже наивно считал, что он не подвергает себя опасности. И был недалек от истины. Только опасность как оказалось таилась не снаружи, а изнутри. Единственным, решением он видел необходимость перебороть свой страх. Быть к огню так близко, как только это возможно. Но при этом точно знать, что пламя не причинит вреда.

«Если этот ребенок и вправду знает, и может применить такое заклинание, смогу и я». – думал он, наблюдая как в комнату вносят поднос с письменными принадлежностями, а внизу уже готовили крытый паланкин и одежду для его подопечной.

Полночь давно миновала. Только никто не обращал внимание на время. Крупные площади города, широкие улицы и рынки были полны велящейся толпы. Крытый паланкин с отрядом слуг терялся среди сотен других, в которых передвигались дворяне, желавшие увидеть празднества, но не считавшие недопустимым быть на одном уровне с простыми горожанами или торговцами.

Как правило, слуги отгоняли прохожих и обеспечивали беспрепятственное движение паланкинов. Единственным отличием этого был человек в одеждах мага и полумаской на лице…

Он шел рядом с паланкином и переговаривался с человеком внутри него.

– Клубничный или шоколадный? – задумчиво спросил маг, оглядывая ярко подсвеченный прилавок.

– А земляничного нет? – спросил тихий голосок из-за шторки паланкина.

– Закончился. – последовал односложный ответ.

– Тогда шоколадный.

Алфей и сам не знал, как это получилось. Обещал только до места доставить. А вылилось все в полноценное путешествие по городу через все самые яркие и интересные места с покупкой забавных безделушек и сладостей. Вот и сейчас он с видом знатока заказывал молочный коктейль.

Было что-то в этой девочке странное. То, что рознило ее со всеми его знакомыми и меняло представление о столь юных дворянках.

Мелкие детали давали представление – она знатного происхождения и у семьи высокий статус. А так же деньги… Он все же рассмотрел ее амулеты и накопители. Живя во дворце, он не особо разбирался в ценности подобного. Но околачиваясь на рынках, волей неволей нахватаешься разного.

Если обратить в золото ее амулеты – получиться неплохое состояние. На несколько лет безбедной жизни ни в чем себе не отказывая, хватит. А ее платье, что не подлежит восстановлению… В чем Алфей разбирался, так это в дорогих тканях. Таких, из которых нестыдно одежду и его матушке пошить. Искусная вышивка инкрустированная драгоценными и полудрагоценными камнями… Все выглядит не очень броско и даже сразу не поймешь, что перед тобой. И только истинный знаток сможет оценить всю редкость наряда.

Богатая, знатная… эти качества присуши слишком многим в его окружении. Так почему она другая? Из-за магии? Его сестра маг и даже училась в Королевстве магов. И все же… что-то в этой девочке было неправильно.

«Родственную душу что ли нашел?» – усмехнулся он про себя, пытаясь найти объяснения своим поступкам.

Почему он не идет самой короткой дорогой, доставляя ее домой? С чего вдруг старается показать все самое интересное? Покупает ей сладости и безделушки? И вообще ведет себя… так необычно. Общается с ней так, будто они давние знакомые?

Ответ напрашивался очевидный – они оба на краткий миг вырвались из своего привычного окружения. Они незнакомцы встретившиеся раз, и которые скоро распрощаются навсегда. Ненужно ничего скрывать, опасаться или играть одну из множества ролей. Можно просто быть…

От того и получает он такое удовольствие от этой ночи. Какой бы странной она не была – она ребенок. Ребенок, которому можно подарить маленький праздник и расслабиться самому. Отпустить то напряжение, что не покидает последние годы.

Оказывается это приятно – выбирать ленты и кто бы мог подумать – кукол. У девочки было такое забавное лицо, когда он вручил ей куклу! Он был готов поклясться, она не знала, что с ней делать! Но, наверное, он ошибся. Какие девочки не играют в куклы?

– Куда теперь? – вручая молочный коктейль, спросил он свою маленькую спутницу. – Рекомендую набережную и площадь Семи фонтанов. Ночью они выглядят совершенно иначе, чем днем. Вода, подсвеченная множеством огней, впечатляет.

– Хм… – протянула девочка, – Набережная! – решила она. – А что это там? – кивнула она в сторону высоких зданий с отделкой из изящного каменного кружева и местами увитых плющом. Но привлекла ее отнюдь не красота архитектурного ансамбля, а большое скопление народа. Движение там явно было повышенно.

– Это Академия Искусств. Самые талантливые музыканты, художники и прочие творческие личности учатся именно в ней. И, похоже, там устроили что-то интересное. Заглянем?

– Естественно! – беззаботно улыбнулась девочка.

Чем ближе они подходили к огромным кованным вратам, тем больше им встречалось паланкинов. Более того, попав на территорию этого царства Искусств, они увидели целую площадку, уставленную паланкинами.

– Вот это да! – восторженно протянула девочка.

Ссоур. Вечер, посвященный древней игре, что из поколения в поколение была частью высшего общества. Ее правила знакомы всем, но мастерство в ней удел избранных. И день сменяется ночью. И ночь сменяется днем. Но истинные мастера час за часом, день за днем, постигают тайны высшего мастерства.

Великие мастера. Они часть невероятной истории, память о которых идет сковозь века. И прямо сейчас два мастера, о которых уже слагали легенды создавали на доске историю. Эта партия непременно войдет в число самых невероятных.

Майя, затаив дыхание и широко открыв глаза, смотрела на своего брата и седовласого старика. Итару. Обладатель одного из высших титулов мастерства ссоура. Они сидели за низким столиком на ярких подушках. Их окружала зона пустоты. И за незримой чертой расположились зрители. Они расположились небольшими группками вокруг столиков с игровыми досками, и подробно изучал партию, что благодаря магам иллюзией отражалась на белоснежных стенах учебных корпусов.

Территория Академии Искусств стала поистине центром пристального внимания многих гостей и жителей города. Партии подобные той, что сейчас разворачивалась пред глазами толпы, обычно проводились при очень скромном количестве зрителей на ежегодных турнирах, в которых мастера показывали свой уровень и доказывали право на свой титул.

– Как это все… – услышала Майя Ала, внимательно смотрящего на огромную иллюзорную доску.

– Вот это они запутали… – согласилась Майя. – Не понятно…

– Они осторожны. – задумчиво протянул он.

– Странный рисунок. – кивнула Майя.

И оба устремили все внимание на доску, выпав из реальности на некоторое время.

Алфей с неподдельным интересом рассматривал рисунок игры, образованный камнями. Но внимание привлек не только он.

Молодой император увидел весьма интересные моменты. И не в игре.

Дело в людях, которые пришли посмотреть на это действо. Некоторые лица были ему знакомы. Но он впервые видел их не в дворцовых стенах. И сейчас для него открывались новые черты некоторых чиновников и знати.

Немногие придут. Немногие поймут. И только единицы будут вникать в ход игры. Пытаться понять стратегию игроков. Оценить их ходы.

Именно этим сейчас занимались граф Эдшар Яр и барон СаймонЛожнер.

Находясь в одном помещении они обычно с трудом терпели друг друга. Всегда могли найти повод для спора и увлекали в это неблагодарное дело всех окружающих.

У Алфея еще с детства сложилось впечатление, что эти два семейства являются заклятыми врагами. Но видеть их сейчас вместе, поглощёнными игрой… это заставляло переосмыслить многие, доселе казавшиеся понятными, моменты.

И вспомнить слова своего учителя. Того, кто приложил много усилий, помогая понять не только правила игры, но и людей ею живущих.

«Друзья – это прекрасно. Но в ссоуре куда важнее достойные противники, нежели друзья. Важно найти равного по силе и по желанию стать первым. Тогда, в своем стремлении к цели вы будете постоянно двигаться вперед. С другом приятно отдохнуть. Но только соперник не даст застыть в одном положении. Найдя достойного соперника берегите его не меньше, чем лучшего друга».

Еще когда он был принцем, то слышал нечто подобное от своей старшей сестры – королевы Карила. Это был обрывок случайно услышанного разговора.

– Почему ты не уничтожишь их? – спросила его мать приехавшую на юбилей отца сестру. – Эти семейства ставят под сомнение влияние короля. У тебя есть сила их остановить, но ты не пользуешься ей!

– У меня нет силы. Вся моя сила принадлежит моему мужу. И пока он не пожелает моего вмешательства – его не будет. А он никогда не тронет кор Воксторов и Сайори. Семейство вдовствующей королевы неприкосновенно. А Рюим Сайори единственный кто может соперничать с ними. Они все очень осторожны. И в этом большая польза государству. Их вражда принесла Карилу больше, чем все благие начинания министров за последние двадцать лет вместе взятые.

«Граф Яр и барон Ложнер… если они истинные соперники, то эти узы невероятно крепки. Они борются за первенство, но если вмешается третье лицо с попыткой причинить вред одному из них – уничтожат» – размышлял он.

Алфей перевел взгляд на девочку рядом с собой. Элла… в какой-то момент ему стало безразлично – кто она. Даже не так. Он не хотел знать ничего о ее настоящей жизни. Из какой она семьи, ее настоящее имя или где живёт. И в свою очередь сам не хотел раскрывать свою личность.

Там, в кюртене, он назвал ее своей сестрой и дал имя. И сейчас они общались беззаботно и просто, как настоящие брат с младшей сестрой. Той, которой у него никогда не было. В Долине были принцессы, младше его по возрасту. Но они всегда были принцессами, а не маленькими сестричками.

– Элла, – позвал он, но девочка даже не услышала, так увлеклась игрой. Такая малютка, а видно, что понимает игру. Редкое явление в ее возрасте. Его так и подмывало организовать игральные принадлежности для разбора партии, но это займет слишком много времени, а Элле нужно домой. Она сильно вымоталась, и поддерживать себя на ногах с помощью настоек и магии – не есть хорошо для организма. – Элла, – слегка дернул он ее за рукав, привлекая внимание, – мы не можем здесь надолго задерживаться.

– Это недолго! – запротестовала она, – Еще несколько ходов и все решиться.

– Ты профессиональный игрок? Откуда тебе знать?

– Нет, – покачала она головой, смущенно улыбаясь, – я редко играю. Просто рисунок игры для меня понятный. Когда работаешь с заклинаниями, разбираешь их на составляющие и собираешь обратно… некоторые элементы и схемы – похожи.

– Ссоур вообще уникальная игра. – согласился Алфей, – каждый видит в ней свое. Ты – магию, а я людей. Игру можно просчитать, если знаешь игроков. И найти ее отражение в обществе… извини, наверное я как-то непонятно выразился…

– Ссоур – отражение чувств, мыслей и стремлений. – улыбнулась девочка. – Мы видим в ней то, о чем можем судить. Доска и камни создают свой мир нашими руками. Естественно, что он такой, какой мы можем создать, обладая накопленными опытом и знаньями. А умея чувствовать игру, всегда сможем понять соперника. Так что да, зная человека можно просчитать, как закончиться партия. Но это не всем под силу.

– Да… с тобой можно не церемониться, боясь что ты не поймешь. – рассмеялся Алфей, – Дай минуту осознать твои слова. Кто тебя учил игре? И ты наверняка вычитала все это.

– Играть меня учил брат. Но это было давно. Мы встречаемся раз в несколько лет, и этого недостаточно… но у нас слишком разные дороги. А умные фразы… я уже и не знаю, мои они или чьи-то еще. Чтение одно из моих самых любимых занятий. Но это не то, что запоминается фразами. Ссоур – это то, что я вижу, и то как я это чувствую. Рисунок игры для меня – это заклинание. Красивая, четкая партия может быть преобразована в систему магических конструктов.

– Сколько тебе лет? – Не выдержал он.

– Я старше, чем кажусь внешне, но мала для речей, что произношу. – загадочно ответила она, прижимая к себе подаренную им куклу. – А что насчет тебя? Ты явно взрослее, чем выглядишь. Уже наверное и университет закончил. Сейчас на практике?

– Я в одеждах мага и обладаю силой, но я не маг. Я изучал магию, но никогда в школе не учился. Я старше чем выгляжу, но мне нет и тридцати. – ответил он на ее вопросы столь же уклончиво, как и она.

– Хм… одежда не дешёвая. – пристально всмотрелась она в него. – Значит дело не в отсутствии денег. Скорее всего, это или здоровье, или семья. На больного непохож. Аура полна силы… это же какой резерв иметь нужно, для подобного сияния сквозь артефакт Тени? – кивнула она на выглядывающий из под рукава браслет, – Дела семейные… Ты случаем не из рода сон Локков? Брат императора?

– С чего ты решила…

– Им покидать страну запрещено. Действие родовой магии, стараньями Первого императора. Но не расстраивайся, есть пара способов это дело обойти. Даже не пара… – задумчиво протянула она.

– Обойти магию Первого императора? – Алфей ушам своим не верил.

– Это просто. Нужно только понимать смысл запретов и представлять механизм исполнения. Можно и без последнего. Так как? Я угадала? Если ты не из сон Локков, то пожалуй мы закроем эту тему.

– Это все, или есть еще что-то позволяющее приписать мне императорскую фамилию?

– Черты лица. Было похожее… но это неважно. Если бы у тебя были золотые волосы… и зеленые глаза. Ты был бы похож на кое-кого. Да и без этого…

– На кого бы я был похож? – Алфей пребывал в замешательстве. Неужели эта девочка видела его раньше. И могла опознать?

– На того, кто маску золотую не снимал. И чье лицо подданные никогда не видели. А может и видели, но не признали. Внешне вы похожи. Но не больше. Он был мастером магии.

– Подданные и золотая маска, мастер магии… очень похоже на описание Первого императора. Но никто не знает, как он выглядел!

– Зачем же столь категорично. Есть те, кто знает. Но какой толк с того знания? Я несколько раз видела его портрет. Так кто же поверит, что он Первый император? Кому это вообще интересно?

– Напрасно так считаешь. Есть ученые, подробно изучающие период становления династии сон Локк. Они бы пошли на что угодно, чтобы узнать, как он выглядел и откуда появился.

– Это все не так интересно, как-то, куда он делся и почему.

– Что?

– Пожалуй больше мы на эту тему не говорим. А то сама не понимаю, какие секреты могу случайно сболтнуть. Лекарства были интересные, сама не ведаю что говорю. И так, мы говорили о тебе… все же из сон Локков. Локклесты и Локкресты своих магов обучают по высшему разряду.

– А, почему именно сын прежнего императора?

– Долго объяснять… назовем это интуицией. Итак?

– Это твои догадки. Ни опровергать, ни подтверждать их не стану. Думай, что хочешь. Откуда ты столько знаешь о Первом Императоре?

– Он мой кумир. А их как известно, надо знать в лицо.

– Так где же ты видела его портрет?

– Очень далеко отсюда. В месте, куда попасть сложнее, чем в гробницу Первого императора.

– Только не говори, что и там была.

– Я об его саркофаг руку сломала!

– Не может быть такого. Погребальная камера закрыта секретом. И открыть ее может только его потомок.

– Учитывая, сколько его потомков в наше время существует, я бы посоветовала поставить дополнительную охрану. Точно сон Локк… иначе откуда знаешь про секрет?

– Слышал.

– Ну, ну. А что из себя механизм представляет слышал? Или даже бывал там?

– Не доводилось. И что за механизм? Поделись, вдруг проездом там побываю, пригодиться. Ты права, много нас, его потомков. Каждый второй знатный род его в предки записывает. Нужно как-то найти время и поклониться праху далёкого предка.

– Хватит, хватит, хватит, – девочка даже рот себе рукой зажала дабы чего не сболтнуть. – Тебе не добраться до его останков и закончим на этом. И я не знаю, как открывается погребальная камера. Вот почему я тебе все это говорю?

– А не должна?

– Нет.

– Видимо я вызываю доверие на подсознательном уровне.

– Видимо лекарства оказались с эффектом сыворотки правды.

– Разве такая существует?

– Существует, но обходиться в разы дороже первоклассных палачей. В империи ее применяли при допросах высшего сословия где-то в десятом веке после большого потопа. Только недолго. Через несколько десятилетий многие растения стали очень редкими, а у некоторых родов к ней выработался иммунитет. Сейчас она почти бесполезна – не узнать подействовала или нет.

– Откуда ты такая всезнайка взялась?

– Как ни будь найду время на мемуары. Тогда и узнаешь. Мы же вроде решили сохранять свое инкогнито.

– Только некоторые об этом забывают.

– Ничего я не забыла. Просто высказала в слух очевидные вещи.

– Хорошо. Тогда моя очередь. Ты учишься очень престижной школе в королевстве магов и здесь проездом. Вероятно, отличница, если вообще снисходишь до школьной программы. Тебе она интересна постольку – поскольку. В основном занимаешься под руководством персональных учителей. Со сверстниками почти не общаешься. В своем кругу ты самая младшая, и тебя это устраивает – ведь с одноклассниками общаться – скука смертная. Ты либо происходишь из рода… нет, нет… определенно ты не из империи. Слишком просто отзываешься о родах сон. Как будто ты считаешь себя одного с ними круга. Или это из-за твоего увлечения? Но что и где можно узнать о них…

– Почему ты решил, что я с одноклассниками не общаюсь? – перебила она его, заставляя свернуть от столь подробного рассказа о себе. Вот уж не предполагала, что и ее новоявленный братец способен на подобные фокусы.

– У тебя совсем никакого почтения перед старшими, это же очевидно!

– Почему же? Не припоминаю, подобных проступков.

– Твой легкий переход на «ты» со мной об этом ясно свидетельствует!

– Вот еще я братьев на «вы» не называла! – возмутилась она. – У нас образ близких родственников, не нужно забывать! Братик… – протянула она последнее слово.

– Невероятная молодежь пошла, – возмутился он, – я же еще и крайний. Куда катиться этот мир!

– Вперед, к светлому будущему из темного прошлого! – залилась она смехом.

– Все, прогулка закончена! Пора возвращаться. Ты под действием настоек и поэтому нужно хорошо отдохнуть. – Алфей не знал какая она в нормальном состоянии, но подозревал, что подобное поведение ей не свойственно. Несмотря на то, что девочка сидела среди мягких подушек паланкина, он видел – ей сложно держаться непринужденно.

Не дожидаясь возражений, Алфей отдал приказ слугам двигаться в направлении района, где он нашел девочку.

– Уверена, что дойдешь сама? – спросил он борющегося со сном ребенка. Оставлять ее одну в ночном городе могло бы показаться верхом безрассудства. Но он искренне сочувствовал бедолагам, которым хватит глупости пристать к с виду беззащитному ребенку. Пока в ее распоряжении магия, она в безопасности.

– А, мы где? – завертела она головой. Здания оказались незнакомыми.

В последующие минут сорок разговор был вообще весьма однотипным…

– Узнаешь?

– Нет.

– А здесь?

– Не помню.

– Скажи хоть какие-то ориентиры!

– Там были большие красивые здания!

– Это очень элитный район. Здесь все здания большие и красивые.

– Да… не знаю… О помню, там был большой парк!

– Нет здесь парков!

– Там было много деревьев… точно парк. Он с одной стороны улицы, а с другой дома красивые.

– Понятно… А дом с той стороны улицы видно?

– Какой дом?

– Который в парке.

– Не помню, – задумалась она. – А что?

– Это не парк, а резиденция. Осталось понять, с какой стороны от нее ты была. Если дома не видела, то у нас целых три варианта. Еще приметы?

– А, может, адрес сообщить? – возмутилась она.

– Хорошо, хорошо!

– Ну что? – вопросил он, стоило паланкину очутиться на одной из трех предполагаемых улиц, в районе резиденции сон Локкрестов.

– Как-то непривычно в такой темноте… они все похожи друг на дружку. – кивнула она вдоль ряда элегантных фасадов.

– Рассвет уже скоро. Если тебе не хватает света, что через час его будет в избытке.

– Тогда поспешим!

– Я с ума с тобой сойду! Куда мы поспешим, если ты мимо своего дома пройдешь и не узнаешь, так ка он похож на соседние?

– Есть пара примет, – проворчала она, только это секрет.

– Это уже какая-то бессмыслица! Говори какой дом. Все равно я знаю в каком районе ты живешь и с легкостью могу найти твоих родителей и сообщить, чем ты по ночам занимаешься!

– Это будет очень сложно, – усмехнулась она. – Кто сказал, что я описала улицу, на которой живу? И что это тот самый квартал? Или даже район?

– Ладно. Говори когда увидишь знакомую дорогу к дому, а мы пока круг вокруг твоего «парка» пройдём.

Они прошли почти полный периметр вокруг резиденции сон Локкрестов, когда после продолжительного молчания на очередную язвительную фразу Алффея, никто не ответил. Паланкин был совершенно пуст. Никто из слуг не видел и не почувствовал, как девочка исчезла. Будто в воздухе растворилась.

Утро для Майи началось ближе к полудню. И то, ее разбудили. Запланированное посещение Столицы на этот день для нее было невозможно. Голова немилосердно болела. Сил на то, чтобы просто подняться – не было, а кашель не давал дышать.

Пришедшие лекари констатировали воспаление легких и сильнейшее ослабление организма в целом.

Вместо сказочного путешествия по Столице ее ждало совсем не сказочное выздоровление.

Он пытался ее разыскать. Не сразу, а только через пару дней, он все же решился на этот бессмысленный поступок. Ему не давало покоя то, как она ускользнула – незаметно и даже не попрощавшись.

Поиски ни к чему не привели. Его люди незаметно собрали информацию… Как много оказывается в эти дни детей с магическим даром в городе. Что им всем в школе не сидится? Но нет, приехали понимаешь на празднества. Люди в том районе весьма обеспеченные, могут телепорт любимому чаду организовать.

Были и такие, кто дом сдал, и теперь достоверно, не привлекая внимания, нельзя установить, а не жила ли там девочка.

– Лорд сон Локклест испрашивает аудиенции, – вырвал из задумчивости Алфея его секретарь.

Алфей только кивнул в знак согласия. Более и не требовалось вышколенному придворному. Он знал, что когда приходят наследники Великих герцогов, император оставался с ними наедине, а все слуги должны удалиться.

Пожилой секретарь, служивший еще предыдущему императору, только устало вздохнул, закрывая двери за гостем своего сюзерена. Слишком мало было людей, с которыми свободно мог общаться молодой монарх.

– Ваше величество, – поклонился Найр. Официально и почтительно он обычно держался секунд тридцать. Потом его природная непосредственность брала верх над дворянским воспитанием. – Не хотите ли чаю? – тонн не предполагал отказа или ответа вовсе.

Чай естественно предполагался императорский, всегда свежезаваренный, вкусный и полезный, размещающийся на столике невдалеке от трона. А вот о лакомствах Найр позаботился сам, держа коробочку затянутую изумрудным шёлком.

Кроме Найра в принципе никто со своим угощением к монарху не ходил. Император очень подозрительно относился к организации своего питания. Об этом знали все. И отказ от подобных даров всегда был обоснован. Но это же Найр! Именно потому, что это запрещено, он и таскал лакомства почти в каждый свой визит.

– И что на этот раз? – снимая маску поинтересовался Алфей. На сидении так же оказалась верхняя мантия. Без помощи слуг в этом произведении искусства императорских портных, хорошо блистать сидя на троне. Но не более.

– Это кро… кра… в общем не помню. Но это очень вкусно!

– И где ты это раздобыл? – осторожно принюхиваясь, спросил Алфей.

– Я нашёл такую потрясающую чайную!

– А, я верил, что эти дни ты был занят работой.

– Именно, что трудился в поте лица на благо государства. Благодаря работе набрел на ту чайную. Тортики у них просто фантастические. Что впрочем не мешает заниматься им контрабандой подозрительных артефактов.

– Это, – поперхнулся Алфей, – ты сейчас от контрабандистов мне угощение несешь?

– Ваш личный лекарь дал разрешение. В этой чайной потрясающий кондитер – он как-то смешивает магию и простые продукты… настоящий художник от кулинарии, хоть и прохвост. Разрешение на работу и на продажу артефактов у него есть… но в тот список входит не все, что он реализует. В общем каторга ему светит.

– И что?

– Не мог бы милостивый император приписать нерадивого каторжника к дому сон Локклест?

– Он заслужил всего лишь каторгу, а не общество дикой семейки.

– Согласен. Но он же маг! А организация для магов каторги дело для казны затратное. Мы сможем обеспечить все условия для его содержания, не потратив не медяка из тех налогов, что потом и кровью заработали и направили своему мудрому государю граждане страны.

– За магами сложно уследить… – кивнул он, вспоминая свою ночную знакомую. – Как в воздухе раствориться могут.

– Могут… только этот… сомневаюсь, что он знает о подобных фокусах. Скорее подкупит всех едой. Все же, только школу закончил, а дальше учиться не пошёл.

– Это так сложно? Уйти из плотного отцепления?

– Иллюзионисты способны и не на такое. У нас школе был профессор, умевший продвигаться скрытно о то всех!

– И что?

– В школе же все маги! Уйти от простого человека – несложно. Но если рядом маг… это уже другой уровень. А у нас там целая толпа магов была.

– Ты бы смог ускользнуть от магов?

– Смог. Но это семейные секреты, а не школьная программа.

– И много в империи семей с подобными секретами?

– Да кто же их знает. Секрет он на то и секрет, чтоб не объявлять о нем на всех площадях. Скажите, если интересует кто-то конкретный. Узнаю все что нужно.

– Обязательно. А теперь поделись, как проходит расследование осеннего снегопада?

– Если честно… никак оно не проходит. Магический фон искажён полностью, снег этот все что мог уничтожил или попортил… Мы нашли несколько следов разной крови. Одной, прям целая лужа была. Но толку… все, что попало в эту субстанцию, чем ближе к эпицентру, тем меньше поддаётся обработке. А свидетели… раненых много, но никто ничего не видел.

– Целая лужа крови и никаких тел…

– Ту т два варианта – либо очень старая магия, либо очень новая. Эксперты не могут определить, что это за артефакт. Но вероятно работал по схеме вытягивания магии из окружающей среды. В окрестных домах под чистую магия исчезла. Только кто-то метель эту остановил. Иначе случилась бы большая катастрофа. Хотя и это может оказаться преувеличением, но это магия очень коварная.

– Насколько сильна угроза подобной магии?

– Ее невозможно прогнозировать. Если даже артефакт был несовершенным и развалился сам, то еще полчаса его работы погрузили бы в хаос четверть города. А если предположить, что заклинание… его можно разрушить только из эпицентра. Но учитывая действие… добраться до него будет проблемой.

– Значит департамент магического правопорядка ситуацию не контролирует. У нас полстраны под снегом оказаться может.

– Не совсем так. Есть кое-что на самый крайний случай. Но последствия будут неприятные.

– И чем располагают маги на случай вытягивания магии из пространства?

– Так называемая магия верхнего слоя, которую мы все и используем, затягивается в снежный вихрь. Но есть и другая. Та с которой мы работать не можем. Это совершенно другие принципы и невидимые нам материи.

– Высшая магия.

– Она самая. Не будем вдаваться в дебри теории… в общем он почувствует такое возмущение. И остановит его…

– И под он ты подразумеваешь…

– Короля Азадара. Это будет настоящий политический скандал. Последний раз он в Империи бывал во время Большого Потопа. Но это не считается. Он тогда ураганом по всем странам носился, помогая выжить людям.

– Во время Большого Потопа? Он бессмертный? Как такое возможно?

– Если слухи не врут, и летописи никто не трогал, то он старше Империи будет. Трудно представить его мастерство в магии. Наверное, что-то близкое к уровню Небес. Если он пожелал бы носить титул Властелина Мира, миру останется только тихонько согласиться. Но он желает жить на самом севере, сделав из себя затворника. И магов, всех стран и народов это устраивает. Конечно, бывают у него неофициальные поездки с инспекциями порталов и иных сооружений с применением высшей магии созданных. Но это всегда неофициально, тихо и незаметно. Он вообще не любитель восторженной толпы.

– А в нашем случае вмешательство будет очень сильным и ударит по репутации Башни Магов.

– Это самый плохой вариант. Верховный Маг – очень значимая должность, подкрепленная не только заслугами предков. Кое-какие меры предпринимаются. Общественность правда будет роптать.

– И какие меры могут быть предприняты?

– Датчики магии. Здесь главное специалисту быстро оказаться в эпицентре. У нас есть подходящее подразделение, просто его немного изменят и напичкают город артефактами.

– И в чем выразиться возмущение?

– В том, что магия в городе… покрайней мере значительные магические возмущения будут официально регистрироваться, что естественно будет вмешательством в личную жизнь ваших подданных.

– Официально? Звучит так, будто нечто подобное уже существовало.

– Так и есть. В общественных местах. А теперь это будет везде, и порог приема артефактов несколько измениться.

– Поработайте еще над подачей материала. – усмехнулся Алфей, отпивая глоток чая. – Побольше упора на личный ущерб жителей. И естественно угрозу если не жизни, то здоровью каждого, кто попадет под действие этой магии. Иначе меня завалят прошениями о вмешательстве.

– Уже. Я просто озвучил укороченную версию.

– В таком деле, нужно подойти ответственно к каждому слову. Сведите возмущение горожан к минимуму. А в последствии, это разойдется по всей стране. И министры не пропустят такое ущемление своих прав. Но не будем больше об этом. Посмотри, и скажи, что думаешь, – указал он в сторону длинной шкатулки из темного дерева.

Найру пришлось оторваться от поедания сладостей и достать шкатулку с одной из полок, что скрывались за тяжелой портьерой.

Внутри оказался свиток. Дорогая бумага была покрыта схемами и записями. И почерк был весьма знакомым. Император собственноручно написал его.

– Где вы нашли подобное заклинание? – где-то через пол часа поинтересовался Найр.

– Это не важно. Важно его действие и возможность его применения мной.

– Действие… я проведу его испытания. Но что касается применения… оно кажется простым, но только на первый взгляд. Эти значки… сложный процесс напитки. Что это?

– Защита от огня.

– Прикажите изготовить артефакт на основе этого заклинания. Это будет безопаснее. В чрезвычайных обстоятельствах вам не создать его. Не с вашим уровнем создания заклинаний.

– Значит оно сложное… – протянул Алфей.

– Оно требует большого опыта работы с конструктами. Высокая точность. Именно поэтому заклинания данного класса исползают в артефактах, а не применяют их создавая в момент нужды. Когда вокруг хаос, сложно сосредоточиться.

– Проверь его. И создай артефакт.

– Как прикажите, – убирая свиток обратно в шкатулку склонил голову Найр. – Башня магов приложит все усилия, для выполнения вашего приказа.

– Прошу прощения, – в немного приоткрывшуюся дверь залы проскользнул начальник охраны императора. Он был одним из немногих, кто имел право прерывать закрытые встречи государя, или беспокоить его в часы отдыха. Именно к нему обращались, если для правителя поступали срочные донесения или к примеру, кто-то искал срочной аудиенции по неотложному вопросу. Вот и сейчас он дождавшись едва заметного кивка Алфея, приблизился, протягивая поднос, на котором лежал свиток скрепленный алой печатью.

– Илисдиар? – коротко спросил он.

– Да Ваше величество. Просят рассмотреть прошение в самое короткое время, так как от этого зависит жизнь члена королевской семьи.

– Через час в моем кабинете должны быть Великие Герцоги. – отдал он приказ, задумчиво рассматривая свиток. Это послание он уже некоторое время ожидал. И представлял его содержание. Только еще не решил, что же с ним делать.

– Что тебе известно о смотрителе дальней части Больших болот? – наконец прервал затянувшееся молчание Алфей.

– Кроме того, что он существует? Ничего.

– Узнай, – отрывисто приказал император, ломая печать на свитке.

Найру было очень любопытно, что же происходит, но он не спешил задавать вопросов. Сейчас перед ним был не брат его жены или его собрат по приключениям. Перед ним был Император занятый государственными делами.

– Как прикажете, – поднявшись, он привычно склонился, прощаясь с монархом.

Алфей же с головой погрузился в проблему пропавшего на территории империи принца соседнего королевства.

На прошлой неделе во время бушевавшего шторма в Зеленом море пропало судно с его высочеством Юсширом на борту. Илисдиар направил все силы на поисково-спасательную экспедицию, но ни корабля, ни его обломков найти не удалось. Самым вероятным было то, что корабль штормом занесло в Большие болота, которые на сотни километров граничили с морем. А эта территория Срединной Империи. Более того, закрытая территория.

Каким образом принц вообще на корабле оказался… неужто, у королевской семьи средств на телепорт не стало? И шторм… вероятность того, что именно стихия занесла корабль на запретную территорию, была весьма низка.

Все виделось в несколько ином свете.

Ламвийская провинция Срединной Империи как магнитом притягивала искателей приключений, сокровищ, пиратов. Иногда этих людей финансировали соседние королевства. Неофициально, разумеется. Бесчисленное количество кораблей в этих болотах сгинуло. Официально же никто несмел, обращаться к Империи по вопросу пропажи. Это фактически стало бы признанием намеренного нарушения границ весьма могущественного государства. Сейчас же пропал аж целый принц. Пропал совершенно случайно, волею Небесных и природных сил.

Император совершенно точно знал, где корабль. Более того, по заверениям герцога сон Локклеста все пятнадцать магов бывших на его борту были мертвы. Информация об остальных еще не поступала.

Большие болота закрытая территория. И соседи решили столь нетривиальным способом нарушить вековые запреты.

Совершенно точно, Алфей не собирался давать разрешения спасательной экспедиции на пребывания в тех местах. Но и отказать в поисках вовсе – было невозможно. Возникал еще вопрос… если Юсшир жив, что же с ним делать? У Империи были причины отложить восстановление тех территорий напоследок, а в дальнейшем и вовсе позабыть об этой мысли. Истории от побывавшего там человека о сохранившихся в топях городах вызовут новую волну искателей смерти… или еще хуже – там вновь будут отказываться личности, для спасения которых и императора побеспокоить можно.

«Ему лучше умереть. – наконец решил Алфей. – Им всем следует умереть».

– Родившись в огне, погибнешь, стоит пламени погаснуть, – прошептала Майя, убирая книгу.

С той ночи прошла неделя, а она по-прежнему оставалась в доме сон Локкрестов. Естественно на утро она тогда не смогла подняться. Организм, ослабленный потерей крови и скорейшей магической регенерацией стал очень чутким к малейшей заразе. Вот не зря ей говорили – лечение магией дело не такое простое. Даже если внешне все казалось нормально, на теле не осталось ни царапины, после следовало соблюдать постельным режим, а не путешествовать по городу. Воспаление легких было тому подтверждением.

Так она и осталась в Империи. Здесь ей могли обеспечить надлежавший уход и заботу. Кроме того Рафаэлла отказалась отпускать ее в том состоянии.

И вот по прошествии этого времени, она чувствовала себя хорошо, только спешить возвращением было необязательно – декада больших игр в этом году началась без ее участия. Ей осталось только с комфортом завершить лечение. Каждый день ее навещала Рафаэлла, а по вечерам заглядывали и сестры Ноэля. Они учились в школе для молодых леди, а герцогиня целыми днями была занята делами… ничего удивительного, что Майя добралась до герцогской библиотеки. Тематика была несколько отличной от привычных учебников и энциклопедий.

Сегодня она читала о величайших полководцах империи… они были выдающимися личностями, умеющими вести за собой народ. Но всех их объединяла общая судьба – пока волнения не успокаивались – они были нужны. Но стоило потребности пропасть и тут начиналось… заговоры против Императора, действия во вред империи. Если совсем ничего нельзя было приписать – такие, чаще всего, становились отшельниками или неожиданно погибали. Несчастные случаи.

Тридцать пять веков. Династия сон Локк правила долго. Правила жёстко. Великие Герцоги в конечном итоге не терпели конкурентов. Всегда и везде есть люди жадные до власти, богатства и славы. Они приобретают влияние и силу. Но стоит переступить определенную черту и даже Небеса не помогут. Единственный способ выжить в этой стране – всегда четко знать свое место. И только тогда ты сможешь удержаться в этом обществе высокого дворянства.

Император не терпит конкуренции.

Великие Герцоги не позволят посягнуть на свою власть.

Это было все тридцать пять веков. Одна и та же история повторяется из раза в раз.

– Интересно, это история ничему не учит? Или они не снисходят до изучения истории? – отодвинув книгу подальше, спросила в пустоту и вздрогнула от неожиданного стука в дверь. – Кто там?

– Это я, – услышала она голос Ноэля. – Можно войти?

– Да, конечно.

– Как ты себя чувствуешь? Выглядишь вполне здоровой. – бросил он красноречивый взгляд на внушительную стопку книг на прикроватной тумбочке.

– Хорошо. Только устаю быстро. Я уже думала, что уеду…

– Знаю, что должен был навестить раньше. Были дела, не требующие отлагательств. Мне сообщали о том, что ты идешь на поправку. Что это? – нахмурился он, читая название верхней книги.

– Советую почитать. Сто один способ избавиться от неугодных подданных. Еще на выбор есть несколько романов… и как люди читают подобное? Просто сборники глупых и ненормальных поступков! Если честно я все время переживала за главного злодея и расстроилась, когда его убили. А этот главный герой? Такое чувство, что кроме него ненаглядного в мире нет совершенно никого равного ему в чем-либо! А героиня? Логика… да она даже не подозревает о ее существовании! Ничего не умеет, но лезет везде, куда не просят! И всем почему-то становится нужна! Мужчины что при виде красоток совсем думать перестают? Это какая-то высшая магия?

Под конец ее тирады Ноэль уже сидел на кресле, склонив голову и закрывая лицо, дабы не рассмеяться в голос. Ноги не держали.

Именно эту необычную картину и застала пришедшая навесить Майю Рафаэлла.

Принцессе до этого не доводилось видеть Ноэля в подобном состоянии. Максимум от него можно было ждать улыбки. Но смеяться?

– Что случилась? – вместо приветствия спросила она.

– Она… роман прочитала. – выдавил из себя Ноэль, стараясь успокоиться.

– Романы? В ее возрасте все девочки такое читают. Что смешного?

– Вы же не хотите сказать, что и остальные книги – похожие? – испуганно спросила девочка.

– Похожие? Они все разные! У кого-то явно хороший вкус, подборка впечатляющая, – провела Рафаэлла рукой по корешкам книг. – Только вот эта, верхняя, она не из этой серии.

Ноэль увидев возмущение в глазах девочки, поспешил покинуть комнату – сил сдерживать смех не осталось.

– Да что происходит? – проводив удивленными глазами Ноэля, она повернулась к Майе.

– Эти истории о неадекватных людях… что они вообще в герцогской библиотеке делают?

– Почему неадекватных? Они милые и интересные! Ими все молодые барышни зачитываются.

– Это что-то вроде детских сказок, но рассчитанных на старший возраст? Кому вообще это интересно?

– Почти все девушки читают. Им нравятся истории о достойных людях, великих чувствах, красивых поступках…

– То есть забросить свои обязанности и сорваться на выручку ненормальной искательнице неприятностей – это красивый поступок? А этот безответственный индивид видимо – достойный человек? И вообще, какая потребность приплетать сюда магию, когда знать о ней ничего не знаешь? Что это вообще за представление о…

– Я поняла! – перебила ее Рафаэлла. – Пойми и ты, что есть люди, которым пусть в книгах, но хочется видеть что-то отличное от их повседневности. Путь на мгновенье, но мысленно оказаться в мире, где ради тебя бросят все и придут на помощь. Где у тебя есть верные друзья и необычные способности. В мире, где ты не один из миллиона.

– Они что, себя на месте героев представляют?

– Не совсем. Но книги позволяют расширить границы привычного мира. Дарят шанс на невозможное.

– Видимо в реальности эти люди даже и не пытаются расширить рамки привычного. Не стремятся добиться невозможного.

– Некоторые вещи, как бы ты к ним не стремился, остаются недостижимы. А рамки бывают столь незыблемы, что сама мысль их нарушить уже преступление.

– Хорошо, я понимаю. Есть много более правдоподобных историй. И очень интересных… но это!

– Это самое сложное. В нашем обществе большая удача, если твоя судьба будет соединена с человеком, который тебе симпатичен. О большем мечтать – невозможно. Эти книги – мечты. Они не имеют никакого обоснования. Просто чувства и эмоции. То чему не суждено сбыться в нашей реальности.

– Небеса не допустят такого падения человечества!

– Человечество давно упало. И гораздо ниже, чем можно представить. Думала, ты хорошо разбираешься в людях.

– Видеть их мотивы – это одно. Но то, что сокрыто в их сердцах? Не нужно меня переоценивать!

– Вот такая несуразность сокрыта в сердцах большинства. Но это задвинуто в самый крайний уголок и похоронено под слоем реальности. Большая ошибка – рассматривать это как глупую сказку. Об этом мечтают. Но в это не верят. Именно поэтому тебе не знакомы понятия искренней любви. Такой, когда мир без дорогого человека становиться более тусклым. Когда ты счастлива от одной его улыбки. Когда не задумываясь отдашь все ради него… – задумчиво протянула она.

– Ты… только не говори, что ты такое пережила!

– Нет. Не пережила. И от этого очень грустно. Хотя с другой стороны, мне не на что жаловаться. Моей судьбе позавидуют многие. Но человек устроен так, что мы всегда чего-то хотим. И даже не всегда осознаем то, что имеем.

– Второе место! – Майя была до крайности возмущена результатами ДБИ артефакторов. – Как такое вообще возможно!?

– Тебя там не было, так что не возмущайся! – раздраженно ответил Макс.

– Завтра… нет – сегодня мы начинаем подготовку к соревнованиям следующего года! – безапелляционно заявила мечущая гром и молнии девочка.

– И каким образом? Откуда ты знаешь к чему именно готовиться? Или будем учить все подряд? – с обреченным вздохом поинтересовалась Ида. Ей их результат тоже не понравился. И то, что противники оказались по-настоящему сильны мало утешало.

– Если нужно все подряд, значит так и будет! Наша недоработка – не сработанность команды. Извини, – посмотрела она на новенького, – но на мою замену ты не тянешь… пока… – многозначительно улыбнулась она. – Наша ошибка в том, что к учебе мы относимся как к игре. Результат – мы на втором месте!

– Среди двадцати восьми школ.

– Второе место оно и есть второе! Неважно сколько за вами. Главное кто перед вами!

– Дело не в нашем подходе, а в отсутствии достойной лаборатории. С теорией у нас полный порядок, а практика хромает.

– Возможно с лабораторией можно кое-что придумать. – отозвалась Сюзанна.

– И рассходники мы достанем, – подержала ее сестра.

– И с чего мы начнем подготовку? – поинтересовалась Майя.

– С основной программы. Учить редкие техники, это здорово, но помимо этого нужно знать полную программу соперников. А так же, хорошо изучить все задания на ДБИ артефакторов за… скажем… последние полвека. Учебники я достану. Программу тоже составим. – и не дожидаясь ответа класса, Майя понеслась в библиотеку разыскивать нужную информацию.

– И почему мне кажется, что год предстоит весьма напряженным? – пробормотал Макс.

– Как-то глазки у нее нехорошо сверкали… похоже нам конец, – кивнула Ида.

– Может, есть смысл просить защиты у преподавателей?

– Сомневаюсь, что поможет.

– Она привыкла всегда быть первой. Похоже, если нам жизнь дорога придется ей соответствовать.

– Можно на это и с другой точки зрения посмотреть. Нам повезло, что она решила охватить только полувековую историю ДБИ.

– Без победы можете не возвращаться, – ласково напутствовала отбывающих на соревнования друзей Майя.

– Думаешь, после такого года подготовки у нас будут конкуренты?

– Другие тоже не сидели сложа руки. И изначально они были сильнее вас. Так что очень постарайтесь.

– Если так хочешь победы нашего класса, то могла бы и перевестись к нам!

– Мы это уже обсуждали. Я не стремлюсь закончить школу так рано.

– Это и не обязательно. Ты всегда можешь остаться на второй год. Достаточно не сдать пару предметов.

– Я? На второй год? Хорошая шутка.

– А, почему нет?

– Потому, что мен сразу аннулируют свободное посещение уроков. И даже без этого… я не представляю, как могу не сдать экзамены. Знаешь, как прошёл сбор оценок в этом году? Меня только по двум предметам спрашивали. Угадай о чем? О моих планах после учебы. И как в таких условиях можно получить низкий бал?

– Не прийти за проставлением оценок?

– Будто это на что-то повлияет, – пробормотала Майя. – В этом году на ДБИ меня поставили на «Атакующие заклинания и щиты», соревнуюсь с одиннадцатыми классами. Как думаешь, у них есть шанс победить?

– Его нет.

– Вот именно. Поэтому для меня разработали особенные задания. И даже особенные призы как говорят, если я справлюсь.

– Что значит, если справишься?

– Мне нужно будет взломать щиты из программы студентов Лимской академии. Они не уточнили, какой курс и специализация… так что я готовилась не меньше всех вас. В общем, мое знание школьной программы уже никому не интересно.

– А, они не перегибают палку? В академии, наверное, много разных защит проходят.

– Триста семьдесят две стандартные модификации, если быть точными. Примерно… восемьдесят девять действительно сложные. Из них есть десяток, которые я пока не придумала, как взломать. Надеюсь, мне они не попадутся.

– Ты прошла все щиты, изучаемые в академии?

– Стандартные щиты, а не возможные модификации, – поправила девочка. – И десять стандартных не могу пройти. Учитывая, что задание в отличие от остальных я поучила еще полгода назад… рассчитывать на уровень первых курсов не приходиться.

Майя как в воду глядела. Приготовленные специально для нее щиты были не просто сложными, а очень сложными. Для взлома такой защиты даже для нее, потратившей полгода на изучение этого вопроса пришлось постараться.

Первый этап соревнований одиннадцатых классов по предмету «Атакующие заклинания и щиты» фактически подошёл к завершению. Все выпускники показали свои способности в деле уничтожения обороны противника силовым методом. Вот только никто не расходился. Напротив. Зрителей в помещении становилось все больше. И, как правило, пребывали не столько ученики, сколько преподаватели завершившие проведение своих соревнований. Почетное место среди зрителей занимал и директор школы. А как иначе, если сам господин советник присутствовал на это мероприятии.

Майя Сайори… девочка с которой соперничать кому-либо из учеников просто бессмысленно. Но и исключить ее из соревнований на основании того, что она заведомо сильнее всех – неправильно. На очередном собрании преподавателей в прошлом учебном году зашла речь о самой необычной ученице школы. Тогда и было выдвинуто предложение в рамках одного из предметов создать ей задания такой сложности, чтобы и ей пришлось постараться их пройти. Для большей зрелищности, решено было разработать три этапа заданий. Притом, если для первого тура – разработали один вариант, то для оставшихся двух – несколько. О невероятном для ученицы уровне мастерства в магии знали, но что получиться на практике – не представляли, поэтому сложность последующих заданий было решено определять по результатом того, как девочка будет справляться.

– Это задание для первого тура? – перешёптывались ученики. Преподаватели не перешёптывались, но мысли были весьма схожи.

В изолированной части помещения, был возведен щит. На порядок сложнее чем для одинадцатиклассников. Золотистые нити структуры свивалась в сложные конструкции дублирующие друг друга.

Напротив, стоял столик с письменными принадлежностями и чайным сервизом, а так же удобное кресло, в котором и устроилась школьница.

Чай оказался не нужен. Ей потребовалось не более минуты, чтобы разрушить щит. Конструкция была знакома благодаря подготовке. Конфигурация сложная, но стандартная.

Видимо, чтобы не расходиться далеко, запасливые маги подготовили заранее следующий щит и стоило расправиться с первым, как появился второй. Тут уже ученики взирали на это молча, зато преподаватели начали тихо переговариваться. Этот уровень и для многих из них был сложен.

А девочка налила чашку чая, окунула кисточку в пузырек чернил и принялась выводить какие-то формулы. Перед ней была модификация двух сложных щитов. Стандартные версии она в свое время пусть и с трудом, но взламывала. А над этим гибридом предстояло подумать.

Зрители чая и бумаги не получили, хотя некоторые достали из сумок письменные принадлежности. А чем еще можно заняться в ожидании? Естественно попробовать решить предложенную задачу. Через час зрители как-то незаметно разбились на группы, и вовсю обсуждали способы решения. Преподаватели держались особняком до последнего, но и они вскоре присоединились к ученикам. Только, небольшая группка сидящих рядом с советником и директором, осталась на своих местах.

Момент когда щит растаял наблюдала только эта малочисленная группа. Два с половиной часа потребовалось ученице для решения. И справилась она быстрее зрителей.

После непродолжительного перерыва, когда организаторы предусмотрели легкий перекус, всем предстало третье задание. При его установке никого в аудитории не было, и первые полчаса все рассматривали странную конструкцию. А вот девочка в отличие от первых двух туров в кресле не сидела, а расхаживала по всему отсеку.

Третий щит оказался для Майи совершенно незнакомым. Что такое было перед ней, она и пыталась понять изучая. Первой подсказкой оказалось именно совершенное не узнавание конструкции. Иные принципы возведения и заставили ее изучать помещение.

Последним заданием оказалось не заклинание. Это был артефакт!

Подобные артефакты – отдельная дисциплина. И очень редкая даже для специализированных вузах, так как по сути затрагивает два направления. Последнее задание было настоящим вызовом ее способностям.

– Ломать, не строить, – пробормотала она, проигнорировав защитную стену и сосредоточив все свое внимание на маленькой пирамидке – сути этого задания.

«Всепоглощающий огонь» – именно так она назвала это заклинание. Не столь всепоглощающий, как у огненного щита, который и послужил идеей создания, но материала ему неподдающегося, она пока не встречала. Самым сложным было этот огонь контролировать, поэтому шарик племени был не больше ногтя. Несколько мгновений и вершина пирамидки оказалась полностью расплавленной.

Неожиданно для зрителей, щит замигал и пропал.

Возмущения организаторов были заглушены шакалом аплодисментов – зрители даже не представляли, как это можно было взломать. Но стоило всем немного успокоиться, как слово взял преподаватель защиты…

– Как вы могли уничтожить артефакт? – просто кипел он, обращаясь к Майе.

– А, разве не в этом была суть задания? – не поняла Майя реакции на ее работу.

– Заданием было взлом щитов, а не уничтожение артефактов!

– Но в дисциплине не предусмотрены артефактные щиты! И заклинаний таких там нет.

– Раз вы это поняли, то следовало об этом заявить. Суть была в том, чтобы отличить работу артефакта от заклинания! Уничтожить подобное… это просто возмутительно!

– Взламывание подобного щита требует долгих расчетов. Кроме того, в данном артефакте изменения нужно было бы вносить именно в него, а не в проецируемый щит. А для этого требуется в свою очередь иметь иные защитные амулеты, – указала она на выданный ей браслет, – внесение изменений в активированный артефакт с вероятностью в пятьдесят процентов вызовет выброс содержащейся в артефакте энергии…

– Мисс Сайори! – оборвал преподаватель лекцию ученицы. – Никто и не собирался поручать вам взламывание артефакта!

– Тогда вам следовало конкретизировать задание!

– Но суть и была в том, можете ли вы увидеть различия! Если бы мы вас предупредили что уничтожать артефакт не нужно, то какой смысл в задании?

– Значит я должна была признать, что не могу взломать щит? – настала Майина очередь возмущаться. – Хоть бы записку рядом с ним оставили, что уничтожать не надо!

– Как ради Небес вы вообще ухитрились его уничтожить?

– Это было просто! Существует множество способов уничтожить подобные артефакты!

– Прошу вас перестаньте! – встал между спорщиками профессор Айвори. – Вышла небольшая неувязка с заданием, но не стоит об этом беспокоится. Уверен потеря артефакта не столь большая проблема, – обратился он к уже побагровевшему профессору. – Мисс Сайори в бушующем постарайтесь более бережно обращаться с собственностью школы.

Спор был остановлен, но разговоры об этом происшествии еще долго ходили в преподавательской среде. Самым популярным было мнение, что девочку стоило отправить с артефакторами, которые вновь оказались вторыми. И не имело значение, что она официально была из другого класса. Эту проблему при желание можно было решить. А командная работа, тем более по созданию, а не уничтожению, не позволила бы нанести подобного ущерба.

Все же тот артефакт был очень дорогим.

Впрочем, для Майи эта история получила продолжение только а следующий год, когда ее временно перевели в десятый класс и отправили на межшкольные соревнования.

Декада Больших Игр. В этом году для Майи все было иначе. Впервые она участвовала в составе команды. Ее несмотря ни на что включили в соревнования артефакторов. Правда сообщили об этом буквально на кануне отправления.

Межшкольные соревнования действительно впечатляющее зрелище. В этом году сое мастерство показывали двадцать выпускных классов артефакторов со всей страны.

– Готовы проиграть? – спросила незнакомая старшеклассница их класс. – В третий раз стонете вторыми?

– В этот раз, второе место достанется вам, – мило улыбнувшись, прошипела Ида.

– Идира, мечты конечно сбываются, но не в твоем случае. Слышала, в этом году задание будет достойно настоящих мастеров.

– То есть задание будет достойно нашей команды? Все верно – это именно тот уровень, которого мы намеренны придерживаться.

Все как-то непроизвольно отступили от этих радушно улыбающихся барышень. Только Майя застыла на месте, переводя взгляд с одной на другую. Было что-то похожее в этих девушках. По мимо того, что они обе были яркими – одна с рыжей шевелюрой, другая с волосами цвета меди… глаза… у иды когда-то были такие же зеленые глаза, как и у этой незнакомой ученицы. И черты лица… определенно похожи.

– Вы сестры? – высказала вслух оно свое наблюдение?

– Кузины, – не сговариваясь, хором ответили они.

– Вы похожи!

– Это у вас кто? Талисман команды? – окинула Майю пренебрежительным взглядом кузина Иды.

– Что-то вроде того. Раньше вы побеждали, потому, что не вся наша команда была в сборе. У вас нет шансов, пока наш талисман с нами!

– Это будет занимательно.

– Даже не представляешь на сколько!

Организаторы действительно решили выбрать интересное задание.

Всех собрали в огромном зале, поделённом на несколько зон. Там были двадцать рабочих площадок, каждая из которых была окружена шкафами заполненными разными инструментами и материалами, а так же большущими стеллажами с книгами. Похожие конструкции возвышались и вдоль стен зала.

– Приветствуем всех на соревнованиях артефакторов. Несомненно, вы все в дальнейшем можете стать мастерами в этой области. Но нелегко разрабатывать что-то новое в одиночку. Слишком много материала нужно пересмотреть, произвести сложные и объемные вычисления, изыскать подходящие материалы и наконец создавать вашу задумку. Поэтому вот уже в третий раз вы приезжаете именно командами. Некоторые из вас уже доказали, что в команде за короткий срок вы можете создать удивительные артефакты. Сегодня вы уже выпускники, поэтому задание получите соответствующее. Итак, на три дня вы пленники этого мест. Для вас подготовлены жилые отсеки, как и в прошлом году. На утро четвертого дня каждая из команд представит комиссии созданный вами накопитель. Какими он будет обладать характеристиками – все на ваше усмотрение. На оценки повлияют: стабильность, объем вмещаемой энергии, оригинальность подхода и дизайн. Желаем всем удачи!

– Накопитель? Создать конечно можно… но только стандартные. У кого какие идеи? – спросил Макс как капитан команды. И все посмотрели на Майю.

– Стандартный… смотря какие у кого стандарты, – задумалась девочка.

Поразмышлять было о чем. Накопители, системы хранения и сбора энергии. Эта тема ей была знакома лучше всего. И уровень познаний… школьники какие бы сильные команды здесь не собрались, если она бросит вызов не им, а своему умению…

«Нет. Нужно быть скромнее. Тот тип накопителей еще в разработке. – отдернула она себя. – Значит, что-то интересное и возможное в выполнении за такой короткий срок. Оригинальный подход».

– Нам нужны три части: основа – возьмем изумруд. Оправа – серебро. И третий элемент – сталь. Камень послужит основным хранилищем. Им займусь я. Оправа – проводник. Сталь. Из нее нужно изготовить цепочку. Нужно провести расчеты и представить конечный внешний вид и уточнить некоторые формулы и заклинания… в каких же книгах это было?

– А поподробнее, для тех, кто не умеет читать мысли? Что мы будем делать?

– Накопитель.

– А какие у него будут свойства?

– Это будет простой кулон на цепочке. Невзрачный, ничего особенного. Даже при активном его использовании, любой маг скажет, что это простая безделица… ничего примечательного. И только его владелец будет знать о том, что это накопитель. Кроме того мы добавим свойство накопителей магических книг – возможность самозарядки. Будет медленно. Но за неделю он сам наполниться. Кроме того это свойство позволит избежать любых утечек… а если еще точнее, оно лежит в основе скрытности накопителя, так как энергия не будет рассеваться от него, а на оборот собираться.

– Надеюсь, ты знаешь, как это сделать. Итак… Майя… ищи, что там тебе не хватает, а мы тут над остальным поработаем…

Это было феерично! Именно так бы охарактеризовала Майя происходящее, спроси вдруг кто ее.

Ребята слабо представали себе конечный результат. Но внутреннее доверие было настолько высоко, что никто не сомневался – если хотя бы один из них знает, что в итоге получиться, то остальные смогут разобраться по ходу процесса.

Вся работа была поделена на части, за которые отвечал кто-то один. Или не совсем один… Майя взяла себе в помощники дэ Хата. Должен же кто-то до верхних полок дотягиваться?

– Мы это точно осилим? – спросил ее невольный помощник, рассматривая сложную схему в одной из книг. А на столе высились еще три стопки не просмотренных фолиантов.

– Эта не самая сложная часть, но мы справимся, – кивнула девочка даже не оторвав взгляда от чертежей.

Над их классом другие участники только подшучивали время от времени. Их веселось длилась до того момента, как вниманию жюри был представлен их накопитель. Сделать его в форме украшения была не самая оригинальная идея. Только в отличие от других, он не искрился множеством граней, не сверкал драгоценным металлом. Их накопитель вызывал недоумение и у участников, и у судий ровно до того момента, как один из них не надел накопитель на себя. Только после этого маг смог оценить все возможности артефакта.

– Каким образом получилось придать ему такие свойства? – спросил он удивленно. Емкость была небольшой. Но он совершенно не привлекал внимания. Даже при ограблении, воры просто проигнорируют столь жалкую подвеску. Даже самый опытный маг, находясь рядом, не заподозрит в этой безделушке накопителя. И совершенно точно, накопители с возможностью само зарядки… Перспективность этой работы просто выходила за рамки воображения.

– Сочетанием нескольких техник и рядом сложных расчетов, – ответил Макс. Видел он все эти расчеты и техники… повторить подобное будет сложно, даже если собрать все оставшиеся после их работы записи. Работу с самим накопителем осуществляла Майя и у юноши были серьезные сомнения, что она все записывала. А даже если и все… ее скоропись разобрать не представлялось возможным.

Полученные в результате работы артефакты становились собственностью школы – устроителя. Не более того. Секреты создания новинок оставались за учениками. Только и в случае раскрытия принципов построения… Майя точно знала – емкость им не увеличить. Не тот тип основы и конструктов.

Удачный выход из ситуации соревнования одаренной девочки с самыми сильными в определенных областях представителями иных школ, пришёлся по вкусу преподавательскому составу.

И следующий год девочку решили поставить в межшкольные соревнования выпускников проводимые в их школе. Только куда ее пристраивать когда и она сама станет выпускницей – тут воображение одних не справлялось, а у других било чрез край.

2009год. Остров Лан. Королевство магов.

Декада Больших Игр.

В этом году Майя вновь принимала участие в межшкольных соревнованиях. «Магический бой», но котором приходилось сочитать и защиту, и нападение, проводился только у выпускников. Притом выбирались действительно самые способные участники. Соревнования были призваны выделить не самые сильные школы, как в случае с артефакторами, когда шли командные соревнования. Нет. Здесь были одиночки. Самые сильные и умелые. Соревнования проводились под куполом полигона, а зрители занимали места на трибунах за его защитным периметром.

Победа считалась не просто престижной. И дарила вовсе не дополнительные баллы на выпускном. Победителю не нужно будет более ни единого экзамена сдавать. Ему проставят высший бал по всем выпускным предметам, и он войдет в ежегодный выпуск одаренных магов – все королевство узнает о нем, и том, что это самый сильный ученик среди всех учеников параллели года в целой стране.

Представьте же недоумение учеников, когда в зал, где проводилась жеребьевка участников, вошла маленькая девочка. Большинство поначалу не обратили на нее внимания, просто не замелили. Но сложно было пропустить ее выход к шкатулке с номерами.

– Майя Сайори, десятый класс, – громко объявил старик, в дорогущей мантии.

Саймор Эрк был немало удивлен, когда в списки участников его попросили включить десятиклассницу. Участвовать в этой дисциплине было престижно, и комиссия из мастеров боевой магии с ним во главе отбирала состав участников не один месяц, основываясь на тщательном анализе успеваемости учеников.

– Нам просто некуда ее поставить. Она побеждает всегда и во всем. В прошлом году она участвовала вместе с классом артефакторов в межшкольных соревнованиях выпускников. А в девятом для нее и вовсе в рамках дисциплины «Атакующие заклинания и щиты» были разработаны специальные задания, над которыми и студенты спасуют. Она справилась безупречно. Мисс Сайори – одна из сильнейших учеников. В своей параллели с ней никто и близко не сравниться. Сильнейшие должны соревноваться с сильнейшими. Единственное, ей придется взять с собой накопитель. Свой резерв практически отсутствует. Вот отчет по ее успеваемости, а так же характеристики от некоторых преподавателей. – протянул директор школы белую папку.

Прочитанное тогда произвело сильное впечатление на господина Эрка и он впервые в жизни сделал исключение и добавил в список десятиклассницу. Ему было очень любопытно посмотреть, как она справиться.

Но не ожидал он после объявления вызова увидеть девочку, представшую пред ним. Она совершенно не походила на старшеклассницу. Больше пятого класса он бы и не дал, даже с учетом замедленного роста. Она чинно поклонилась и без единого признака волнения, вытащила свой номер.

«Как обманчива внешность мага»! – подумал он, глядя ей в след. Если бы не читал ее досье, подкрепленное отзывами многих уважаемых профессоров, никогда бы не поверил, что этот ребенок в некоторых аспектах достиг уровня взрослого, высокообразованного мага.

А маленькая девочка в это время пыталась придумать способ покинуть это мероприятие, не привлекая излишнего внимания и не ждать окончания жеребьевки. Уйти, не прощаясь, не вышло. Еще целый час пришлось выслушивать имена, на обладателей которых она не обращала внимания, так как мысленно перебирала детали своего нового проекта.

Сколько же их было за последние годы, этих проектов. Созданных артефактов, которые и показать никому нельзя было. Придуманных заклинаний, о существовании которых безопаснее всего забыть.

– Пятьдесят, – наконец объявил маг.

После получения номеров случайным образом начали образовывать пары. Первые пятьдесят номеров вытаскивали номерки следующих пятидесяти.

Майя проследовала к стеклянному ящику и выбрала последний оставшийся номер. Хотя и без этой процедуры было понятно – ее противник Лариф кор Вокстер.

– Дай мне хотя бы шанс! – с беззаботной улыбкой попросил он. До того как увидел ее на церемонии распределения, Лариф считал, что у него неплохие шансы на победу. Теперь же даже первый тур был большой проблемой.

– Повезло тебе! – начали переговариваться другие ученики. – Идешь последним, на дальнейших противников посмотришь, да еще и с малявкой соревнуешься.

Лариф только улыбнулся, на такое замечание, и не стал сообщать остальным, что эта малявка, возможно, самый серьезный противник из всех участвующих.

Соревнования проходили ярко и познавательно. Ученики, что сражавшиеся за лидерство на огражденном мощной защитой полигоне, были впечатляющими.

Заклинания… их комбинация и построение взывали неподдельное уважение у других учеников, которых становилось все больше, по мере завершения соревнований по иным дисциплинам.

Каждой паре участников достаточно было не более десяти – пятнадцати минут на выявление победителя. Очередь до Майи и Ларифа дошла только на второй день соревнований.

Девочка была совершенно спокойна и как никогда уверена в своих силах. Лариф, пусть и необычный, но все же, школьник. С некоторых пор она имела нехорошую привычку относиться к другим слегка надменно. Она не видела соперников достойных с ней соревноваться. Своих друзей она воспринимала с позиции наставника. Спорить с этим было бесполезно – Майя действительно помогала в учебе и задавала темп. Правда, класс артефакторов выпустился полгода назад. И задавать темп оказалось некому.

Она не собиралась сегодня побеждать. Лариф был не совсем другом… хотя учитывая все обстоятельства, наверное, все же другом. Последним, оставшимся в школе. Майя все прекрасно понимала. Лариф – будущий Верховный маг Карила. И дело не в том, что он принц. Он действительно сильный, умный, трудолюбивый и целеустремленный человек. Если бы не она, у него действительно были бы все шансы на первое место в этих играх. А для нее победа ничего не значит. Ей не нужны баллы на экзамены. Их уже столько, что и выпускные сдавать не надо. Прослыть сильнейшим магов выпуска… сначала этого, а потом и следующего… зачем это? О ней и так уже полкоролевства наслышано. Соревнованья были просто развлечением. Не более.

Они входил с противоположных концов гигантской арены, над которой словно мыльный пузырь застыл непробиваемый купол. Только два входа. И один из них вдруг рухнул. Тот, что был за спиной принца.

Сулмелдир сидел на почетном месте, в окружении именитых магов, среди которых были Верховные маги некоторых королевств и Империи. Ничего удивительного. «Магический бой» был очень популярен. Исход этих соревнований может стать началом пути для многих сильных участников.

Уже сейчас были примечены некоторые талантливые участники соревнований. Пара завершающая первый тур была самой долгожданной для многих. Участники не нуждались в представлении, хотя их имена были громко объявлены.

Дэ Аннелион внимательно смотрел за юной ученицей и увидел то, что никому из присутствующих узреть было неподвластно. Стоило девочке шагнуть под купол, как по нему прокатился разряд. Достигнув противоположного конца, эта волна обрушила выход за спиной юного принца.

Майя застыла на мгновение, не понимая, что случилось. Точнее она поняла все… но ей потребовалось мгновенье, чтобы принять это.

Купол… защитный купол, простоявший тысячи лет – рушился. По нему змеились вспышки, видимые даже обычным зрением. Противоположный вход обрушился, и Лариф не теряя драгоценных мгновений, несся в ее сторону, в надежде добраться до выхода.

Первым, инстинктивным желанием было бежать. Она, несомненно, успевала выбраться из опасной ловушки. Но как она могла бросить Ларифа? Она видела скорость изменений, видела, как начали от купола отлетать различные заклинания, недавно поглощенные им.

Младший принц определенно не успевал выбраться. И она побежала на встречу, попутно формируя щиты и отражая летящие в спину юноши конструкты.

В момент, когда они встретились почти на полпути, выходов уже не существовала, а вокруг творился хаос.

– Отражай их! – крикнула она и голос разнесся по всему полю. Эффекты рушащегося купола были яркими и смертельными. И совершенно беззвучными.

Лариф перехватил ее щиты и стал возводить собственные, а Майя обратила все внимание на купол и процессы в нем. Высшая магия ей была недоступна, но она видела иную составляющую купола, которая распадалась.

Это было похоже на транс. Кот бы ей самой потом рассказал, что она там творила и как такое возможно. Посторонние конструкты были видны, как будто в ином цвете… они стали более блеклыми и незаметными. А те, что требовались, сияли точно снег в утренних лучах солнца. Все то, что она читала о Высшей магии, и простой магии с ней связанной, выстроилось в одну модель понимания и наложилось на происходящее. Она четко осознавала, там за куполом советник и верховные маги. Есть кому прийти на помощь. Нужно только дожить до этого момента. Замедлить разрушение схлопывающегося купола. И она с этим справлялась. Правила, расчеты, конструкты. В ее голове, за годы работы натренированной на обработку больших объемов вычислений конструкты встраивались за доли мгновений. Падение замедлилось. Но помощь так и не приходила.

Внутренние часы отсчитали уже три минуты – целая вечность в таких обстоятельствах, а ничего не поменялось. Только сдерживать все становилось сложнее.

«Энергия раздавит!» – мысль была короткой и расчетливой. Никакой паники или смятения. Избыток энергии был более опасен, чем все остальное и она одно за одним отбрасывала возможные решения.

– Проверим тебя? – обратилась она к своему накопителю. Той единственной магической вещи, что ей было сегодня дозволено взять с собой. Это был ее самый последний проект. Все прошедшие испытания были успешными, но таких нагрузок как сейчас ей было просто неоткуда взять. Еще одно заклинание и запущенный твердой рукой накопитель полетел за пределы их щита.

– Что? – спросил Лариф, думая, что обращаются к нему.

– Перемещаемся правее, – обратилась она к Ларифу, и они отошли, увеличивая дистанцию с ее накопителем. Теперь она осталась только со своим резервом, то есть почти без магии. Но она ей была и не нужна. Требовалось просто управлять пространством купола. И стараться не смотреть в сторону ее накопителя, которое все больше напоминал маленькое солнце.

В какой-то момент их защита начала спадать. Лариф пытался ее восстановить. Они отходили все дальше от работавшего артефакта, но помогало мало.

– Оставайся здесь и держи щит! – скомандовала она принцу, а сама бросилась в сторону накопителя, тем самым покидая последнюю защиту. На ходу уворачиваясь от летящих конструктов, она буквально налетела на камень в половину своего роста. Накопитель за короткое время выкачал просто море энергии и разросся до таких размеров. Но если его не остановить… как и тот снегопад в империи – всеразрушающий и ширящийся… Его работу требовалось завершить. Она уже не понимала, как изменяла линии заклинания, яркость была невообразимая и линии не различались совершенно. И даже закончив сбор энергии накопитель не спешил потухнуть. Майя даже не почувствовала, как на нее рухнули остатки купола. За мгновенье до того она уже потеряла сознание, рухнув на свое детище, которое спасло ее и Ларифа.

В чем-то Майя не ошиблась – Верховные маги, которых в тот день там было аж семь, под руководством советника смогли безопасно для находящихся внутри учеников разрушить купол, точнее перераспределить доступную им энергию вверх.

Когда непроницаемый купол рассеялся, они увидели неподвижно лежащих на обугленной земле учеников. Дети были в изодранных и залитых кровью мантиях, но к большой радости взрослых – живые.

А еще там был накопитель. Невероятно большой и переполненный магией.

Детям оказали всю возможную помощь практически на месте. Только вынесли для начала за пределы полигона. А потом так и не пришедших в сознание отправили в лазарет. Место происшествия изолировали. Преподаватели выводили детей в здание школы, а из столицы уже начали прибывать следователи. Им предстояло вести следствие… но так кА дело касалось подобного объекта, то для полноты нахватало еще кое-кого.

Господин советник спешно отбыл. Ему требовалось сообщить о происшествии своему монарху, а так же сопроводить его на остров Лан. Только его знания могли помочь в установлении истины. Подобные сооружения не рушатся без причин и столь стремительно. У полигона был не только он, но и половина совета верховных магов. Они часами смотрели соревнования, однако, ни малейших предпосылок подобной катастрофы.

У герцога сон Локкреста чуть сердечный приступ от всего происходящего не случился. В ушах до сих пор были крики испуганных детей, которые старались спрятаться вовремя того происшествия. Когда купол резко потемнел и стал напоминать черный мыльный пузырь, все остолбенели. Ненадолго. Потом от него в толпу полетели заклинания. На этих соревнованиях было много взрослых магов и не самых слабых учеников. Щиты все поставили быстро и смогли защитить остальных учеников, но эта заминка, а потом еще и работа с куполом. Это потребовало просто бесконечно количества времени!

Хранитель… Вильям плохо представлял себе, что будет, если они потеряют хранителя. Не то, что бы нового не найти. Просто конкретно эта была еще и Столпом Империи. А подобную замену как оказалось найти не столь просто. За столько тысячелетий она всего вторая.

Он молил Небеса, чтобы она осталась жива. Неважно, каким чудом, но она должна была дождаться их. И Лариф… герцог видел отчаянье Армнмсфела. Тот не мог позволить себе потерять единственного ученика и своего приемника.

Так и получилось, что они двое после падения купола занялись детьми, даже не обратив внимание ни на накопитель, который в принципе невозможно не заметить, ни на все остальное. Именно они оказывали первую помощь и вводили в панику лекарей в лазарете. Паниковать причины были. Принц получил повреждение резерва. При правильном лечении он поправиться, но на ближайшие три года ему магия противопоказана. А вот аура девочки выдавала боле серьезные повреждения. Согласно всем проведенным обследованиям повреждения были необратимы.

– Что они там пережили? – спросил герцога Верховный маг Карила. – Его резерв… он же был огромен! Но он потратил все до капли и едва не лишился магии.

– Он восстановиться. А что делать ей? Для нее с магией все кончено. Зрение не восстановится. Для нее магия была всей жизнью. Как ей вообще сказать такое? Присмотрите и за ней. Я должен отлучиться.

– Господин Сайори, к вам посетитель, – доложил секретарь и передал поднявшему взгляд от вороха бумага министру.

– Кто?

– Он не представился, но просил передать это.

Ознакомившись с запиской, Рюим задумался. Он ждал чего то подобного. Но сейчас не был готов к разговору.

– Пригласи гостя и подай чай, – распорядился он, убирая документы.

Посетитель снял капюшон только после того, как они остались одни.

– Приветствую вас ваше сиятельство, – приглашая гостя пройти к чайному столику, приветствовал он герцога. – Приказать ли приготовить для вас апартаменты? Или вы где-то остановились?

– К сожалению, не смогу воспользоваться вашим гостеприимством. Сегодня я должен посетить еще некоторые места и не все из них в Кариле.

– Вот как? Не стоило надеется, что такой занятой человек задержатся полюбоваться достопримечательностями.

– Как я и сказал, очень плотный график.

– Так чем же я могу быть полезен вам?

– Уже несколько поздно, поэтому прошу прощения за прямоту. Речь о вашей младшей дочери – Майе.

– Майе? – изобрази удивление Рюим.

– Вам давно известно, что я заинтересован в девочке. У кого-то может сложиться неправильное впечатление. Кто-то может полагать, что вы давно позабыли о вашей необычной дочери.

– Майя учится и ее судьбу еще не скоро предстоит решать.

– Ждать ее взросления слишком долго. И сыновей для нее подходящих у меня не осталось. А если бы и остались… такой союз пришлось бы утверждать на ассамблее.

– Домам сон не просто с выбором невест вне империи, – кивнул хозяин кабинета, – но тогда о чем же вы говорите?

– Майя за последние годы стала частью нашей семьи. Она поддерживает хорошие отношения с моими детьми и племянниками, и как вы знаете, будет проходить практику в Империи. Имя вашего рада известно каждому в Кариле, но в нашей стране все иначе. Я хотел бы удочерить ее. И готов предложить разумную цену.

– Вы сейчас говорите о покупке?

– Рано или поздно, каждому отцу приходиться заключать подобные сделки. Но обычно речь идет все же о браке. Девочки имеют свойство покидать отчий дом и становиться частью другой семьи. Впрочем, вам и так все это известно. Как и то, что дочка ваша давно здесь не бывала.

– У нее были веские причины не приезжать. И раз вы с ней столько общаетесь, вам о них прекрасно известно.

– Как и то, что третьеклассниц не назначают в Закатную библиотеку. Майя искренне верит в безразличие семьи к ее существованию. Она очень умная. Но все же… такой ребенок. В мире много разных талантов. В мире магов их так же не мало. Она бы стала одной из многих. Вот только не всем талантам дано иметь такого влиятельного отца.

– К чему вы клоните?

– Интереснее то, к чему клоните вы. Быть внешне столь холодным, и пойти на столь многое, чтобы обеспечить ее всем самым лучшим. Я слышал о пророчестве. Она цена, не так ли?

– Вы верите в пророчества?

– Только в том случае, если они мне подходят.

– И что же вы предлагаете мне купить, за столь необычную монету?

– Брак одной из ваших дочерей с наследным принцем Карила.

– Он уже помолвлен. И его невеста принцесса, единственная наследница королевства.

– Стоит вам подписать отречение от Майи, а мне оформить все документы для принятия ее в род сон Локкрест, как та помолвка будет признанна недействительной.

– Для вас все так просто.

– Для меня это не сложно… или место наследной принцессы для вас недостаточно?

– Майя, как вы заметили, моя дочь. По крайней мере, пока. С моей стороны будет не очень красиво пытаться выторговать нечто большее.

– Тогда, если вы не против, подпишите все документы, и проследуем во дворец, дабы завершить некоторые формальности.

– К чему такая спешка? Что-то произошло?

– Ваша дочь ухитрилась спасти младшего принца. Но столь заботливо присматривающему за дочерью отцу это уже должно быть известно.

– Мне об этом доложили, – не стал скрывать свою осведомленность господин Сайори. – Чем же это обстоятельство так важно?

– Будем надеется, король не столь осведомлен. Иначе будет сложнее убедить его лишить подданства ребенка спасшего жизнь его сыну.

Дети должны служить во благо рода. Только тогда род будет достаточно силен, для предоставления помощи и защиты своим детям.

Сайори – это не просто фамилия.

Сайори – это сущность.

Неважно, как тебя будет звать остальной мир. Неважно, кем ты сам будешь себя считать. Если ты истинный Сайори, то ни обстоятельства, ни люди, ни Небо не смогут изменить этого.

Правда в том, что истинные представители рода, как сверкающие бриллианты. Они всегда выделяются в серой массе. Они жуткие индивидуалисты, прежде всего соблюдающие свои интересы и их действия никогда не идут в разрез с их желаньями. У них нет особенных увлечений, которыми они могут заниматься в свободное от работы время – ведь вся их жизнь построена вокруг одного единственного, характерного только этому человеку увлечения.

Рюим Сайори не мог жаловаться на недостаток сыновей и дочерей. Ему повезло и в том, что яркие черты рода проявились сразу в трех его детях – Лориме, Ксандре и самой младшей – Майе.

Эти трое никогда не станут служить роду. Их индивидуальность слишком ярко выражена. Их можно использовать, но только на столько, насколько они сами позволят.

Майя не появлялась в отчем доме уже несколько лет, но это не значит, что Рюим мог позабыть о своей младшенькой. Напротив, девочка была его неизменной гордостью. Ее достижения приятно радовали его. Его люди регулярно слали ему донесения о ее успехах, друзьях и знакомых.

Маги из рода Сайори. Никто уже и не вспомнит о них. Несколько десятков веков минуло с той поры. Поры, когда Сайори были родом магов. Родом сиявшим так ярко. Но однажды они позабыли, что причина их яркости – не магия. Причина – сущность. Целеустремленность и решительность, для которых не существует людских или магических законов. Не существует невозможного. И рамки для них – не для того, чтобы очертить границы дозволенного, а для того, чтобы не раствориться в своем мире.

И за свою забывчивость они заплатили. Жестоко и неотвратимо. Род был практически уничтожен. Выжившим в той ужасной истории пришлось сменить страну, для того чтобы начать жить как неодаренным. Жить, позабыв о магии. Но век за веком та история забылась. И снова они стали мечтать о закрытом для них мире. Но что для простого человека мечты, то для истинного Сайори цель, до которой он непременно дойдет.

Его младшая дочь с самого рождения была особенной. И он делал все, чтобы заставить проявиться только для нее характерным чертам. Он не мог не видеть, что его особенное отношение вызывало ревность у других его детей. Только он никогда не защищал девочку. И дал понять ее матери, что Майя должна справляться сама. Только так она перестанет быть одной из многих и сможет стать бриллиантом.

С каждым годом его правота становилась все очевидней. Майя не признавала игрушек для маленьких девочек. Когда на второй ее день рождения, из кучи подарков она выбрала красочную книжку со сказками, он запретил дарить ей куклы. Она раньше всех его детей научилась читать. Притом в отличие от других, учеба ей действительно нравилась. Отдельная история – ее увлечение Ссоуром. Когда Лорим был дома, она неизменно оказывалась подле его. А точнее подле доски с разложенными на ней камнями.

Рюиму было сложно решиться дать ей действительно то, что он видел – нужно его ребенку. Женское образование в патриархальном обществе весьма специфично, а его малютка, истинная Сайори не терпела рамок. И когда у нее обнаружился дар мага… Пусть резерв был и крошечным, он сделал все, чтобы дать то, что действительно нужно – знания и свободу.

Когда он устраивал ее в школу, когда встречал снисходительные улыбки и одаривал людей золотом и раритетами, он всегда оставался спокоен. Ведь истинное сияние не в магии, оно в человеке. Эти жалкие людишки считали, что размер резерва определяет, останешься ли ты простим человеком или станешь магом. Но в истории рода был тот страшный и жестокий урок… тогда Сайори посчитали крошечный резерв приговором. И это стало приговором для них всех. Они породили чудовище, в своей мести не щадившее даже младенцев.

В час, когда с его младшей дочерью произошла беда, Рюиму предложили сделку. Условия очень выгодные и отказаться – выше его сил. И он согласиться. Не только в интересах рода, но и в интересах девочки. В Кариле ей будет очень плохо. Лишившись своего дара, она стала еще более чужой для общества. И ее род не сможет дать ей ту защиту и поддержку, в которых она нуждается, по той простой причине, что за эти годы она стала чужой для своих братьев и сестер. Майя никогда не станет обычной девочкой. Она Сайори и этим все сказано. Если она вернется домой, то кто знает, возможно история повториться и их род породит очередное чудовище. Демона, уничтожающего своих врагов.

Поэтому он подписал соглашение и отрекся от нее. Мир перестанет называть ее Сайори. Она стала частью другого рода. Но значение имеет только то, что там у нее больше возможностей. Его девочке не нужно покровительство. Не нужна помощь. Сейчас она будет разбита и растерянна, но однажды она найдет новый путь.

То старинное пророчество действительно сбывается. Истинный маг из рода Сайори, что чуть сильнее человека – погасит яркое сиянье рода. И только истинный маг из рода Сайори, что чуть сильнее человека, вернет былое величие рода.

Насмешка Небес. Он знал пророчество, но даже если бы оно и не было известно – ничего не смогло измениться. В это раз выгода рода и выгода человека совпали. А Небесный план… для истинных Сайори чужие планы, от кого бы они не исходили – это пожелания, а не инструкция к действию.

И все же… как оказывается было просто расстроить ту помолвку.

Так много дел.

Великий Герцог просил об аудиенции у императора еще до своего отбытия в Карил. Он неплохо все рассчитал, однако на несколько минут все же ошибся и сейчас опаздывал.

День прошел весь в бегах и хлопотах, однако пока все шло в соответствии с его планами.

События на острове Лан ускорили его план. Согласно первоначальной задумке предложение Рюиму Сайори должно было поступить только через полтора года. Как же хорошо, что он успел подготовится заранее, и просто ждал момента.

Те проблемы с Майиным здоровьем, о которых ему сообщили… Альваресу даже думать о всех последствиях было некогда. Но некоторые из них… все процедуры по удочерению нужно будет завершить сегодня до полуночи.

Потеря магического зрения для школьницы несет не только последствия в плане ее дальнейшего восприятия мира. В мире с завтрашнего дня она будет восприниматься иначе. И законы на нее будут действовать совершенно другие.

В свои только на прошлой неделе исполнившееся семнадцать лет – она несовершеннолетняя, за которую все решает семья и школа. Сегодня она еще относится к числу магов и является ребенком. Но не завтра. Завтра, начнется ее первый день как простого человека. И девушка в семнадцать лет считается взрослой. Хоть в шестнадцать и наступает совершеннолетие, девушки по-прежнему не имеют самостоятельности, они уже считаются взрослыми. И удочерить совершеннолетнюю – это совершенно другое дело. Такой ребенок так никогда и не сможет стать полноправным членом рода сон Локкрест. Кроме того потребуется ее согласие, а Альварес был не совсем уверен, что после столь серьезной травмы она будет в порядке. Даже наоборот. Будь с ней все хорошо и примись она за свои рассуждения за и против, сон Локкрест сомневался, что чаша весов не склониться в сторону «против».

– Можете войти, – сообщил секретарь, стоило герцогу показаться на пороге.

«Зал Советов» казался особенно огромным, когда там оставался только император. Его величество очень часто разбирал доклады именно там, на возвышении, сидя на великолепном троне, за столом заваленным множеством документов. Как всегда он все еще был в церемониальном облачении.

Эта «традиция» появилась у него на третий год правления. Организм уже полностью окреп, и подобные нагрузки стали доступны.

Со стороны казалось бы, что здесь сложного? И что это за мания величия – восседать целый день после собраний министров или ассамблеи, на парадном троне, со всеми регалиями присущими правителю?

Сон Локкрест еще от прежнего императора слышал жалобы на этот роскошный предмет интерьера. Выглядит впечатляюще. Но на этом гигантском диване даже на спинку не облокотиться, настолько она далеко. И декоративные подушки разложенные рядом ситуацию не меняли.

Много часов подряд сидения на этом предмете пытки… Около десятка килограммов – это только шелка без учета короны, драгоценностей и иных регалий.

– Император – сын Небес, – просто ответил, Алфей, когда обеспокоенные Великие Герцоги попытались выпроводить его в Императорский кабинет. И взгляд при этом был у него тогда такой, что тема более не поднималась.

Император – сын Небес, и никто не усомниться, видя его там, на золотом троен в этом огромном парадном зале. Если бы это зрелище представало пред людским взором… меньше чем на священный трепет, от этого вида рассчитывать не приходилось. Но Император работал без маски, а значит вход был строжайше воспрещен.

Так для чего все это?

Император – сын Небес. Монарх – это не просто человек с безграничными возможностями. Монарх – человек с безграничными обязанностями и ответственностью. Трон – это не неудачная вычурная деталь интерьера. Трон – это вершина мира, внешне прекрасная, но требующая колоссальных усилий, дабы ее занимать. Блеск шелка и драгоценных камней церемониального одеяния – потрясающая вещ. А еще ее тяжесть отражает всю ту тяжесть возложенной на него ответственности. «Зал Советов» – огромный и величественный. Заполненный кучей чиновников и аристократов на собраниях и такой пустой в иное время. Он напоминает, как одинок правитель на своем месте. И как ограничен вид отрывающийся с его места. Как бы велико не было помещение, оно имеет стены. И эти стены границы, отрезающие его от остального мира.

Альварес в глубине души не мог не радоваться, что им достался такой гипер-ответственный правитель. Он помнил того мальчика – одного из «золотых» принцев. Алфей изменился до неузнаваемости. Былая беззаботность и легкость общения совершенно исчезли.

– Ваше Величество, – склонился он в придворном поклоне, – спасибо, что согласились принять в столь поздний час.

– Государственные дела часов не считают, – ответил Алфей, жестом руки давая понять, чтобы сон Локкрест поднимался к трону.

– Боюсь, сегодня я не являюсь образцовым подданным вашего величества. И пришел сюда с личной просьбой.

– Вот как, – откладывая кисть, император полностью сосредоточился на госте. – Это действительно непривычно. Даже не знаю, есть ли в этой стране нечто, ради чего потребуется моя помощь? Вы один из немногих, кто за все годы моего правления ничего не просил для себя.

– Вы преувеличиваете мои возможности, ваше величество. Род сон Локкрест итак безмерно одарен императорской милостью, просить что-то у вас – это проявление жадности. Однако прошу сегодня сделать исключение.

– Право, любопытно, что же смогло пробудить вашу жадность?

– Я прошу ваше величество разрешить мне удочерить девочку. А так же подтвердить ее вхожденье в род сон Локкрест.

– Действительно, жадность. У вас столько прекрасных сыновей и дочерей. И вы далеко не старик, так что своих детей еще достаточно будет. Что же с подвигло вас на такой поступок?

– Жадность, ваше величество. Мы не выбираем себе детей. Небеса дают их нам, и мы пытаемся воспитать из них достойных людей. Но эта девочка… я с гордостью смогу называть ее своей дочерью. Сейчас для нее наступают тяжелые времена, и мне будет спокойнее, если она встретит их под защитой дома сон Локкрест.

– А дом сон Локкрест действительно станет ей родным?

– Понимаю опасения вашего величества. История эта долгая и запутанная. Она стала частью нашей семьи уже очень давно. Наверняка вы помните, кто поднял тревогу во время пожара в «Радужном доме».

– Кажется… ее зовут Майя. Ученица вашего сына и моей сестры.

– Именно о ней и идет речь.

– Кроме того, что вы решили принять ее в один из родов сон, у нее есть семья… Что произошло?

– Сегодня на одном из школьных соревнований разыгралась трагедия. В результате Майя потеряла магическое зрение. Как вы знаете, это неотделимая составляющая, без которой невозможно творить магию. Не слышал ни об одном случае в истории, когда зрение восстанавливалось. Начиная с завтрашнего дня, Майя перестанет подчиняться законам магов и станет считаться простым человеком. Поэтому я поспешил в Карил и убедил ее отца от нее отречься. Так же король подписал ее изгнание. Более она не принадлежит ни своему прежнему роду, ни своему королевству. Сегодня заканчивается последний день, когда она считается несовершеннолетней и может войти в род сон Локкрест, заняв такое же положение, как и мои родные дочери.

– Понимаю вашу спешку. Дело действительно безотлагательное. До меня доходили слухи, что она необычайно способна в магии. Наверное, это стало серьезным потрясением для нее. И ваше решение принять ее в семью весьма благородно. Но не грозят ли ваши действия неблагоприятными последствиями для империи? За один день устроить отречение отца от дочери и лишить подданства. Это не кажется спонтанным решением.

– Вы правы. Я давно решил сделать ее частью семьи официально. За прошедшие годы она стала настолько близка некоторым из нас, что знает то, что могут знать только родные. Талантливые люди притягивают и располагают к себе. И не правильно позволять ей жить где-то в не империи. Поэтому я планировал принять ее в семью. Из-за сегодняшнего происшествия все пришлось несколько ускорить.

– Род сон Локкрест – элита. Войти в него, честь для любого. И эта девочка заслужила стать его частью. Вы получите согласие, но с условием. Детей не выбирают. Кара или благословение Небес – ребенок часть своих родителей. Их ответственность и отрада. Выбирая себе дочь, вы должны понимать, что это не выбор Небес, а только ваш. И ответственность – целиком ваша. До сегодняшнего дня вы знали одаренного в магии ребенка. Но тот ребенок погиб. Девочка, которую вы готовы назвать своей дочерью незнакомка не только для вас, но и для себя. Какой бы она не оказалась – она должна стать тем, кому вы будете уделять больше всего внимания. Она должна быть тем, кем можно гордиться. И вам придётся очень постараться, чтобы она стала частью элиты. Все ее образование, все представление о мире вращается вокруг того, что теперь недоступно. Полагаете вы справитесь?

– Она справится. А я обещаю, что буду ставить ее интересы превыше интересов остальных моих дочерей.

В школе шли уроки. В этом нет ничего странного, за исключением того, что в период Декады Больших Игр уроков в принципе быть не может. Оказывается, может. Дети были возмущены данным фактом до предела и о полноценных занятиях говорить не приходилось. В основном всех разогнали по классам и они под присмотром преподавателей обсуждали произошедшее, а так же изнывали от любопытства. Остров посетил могущественный и старейший маг в мире. Король Азадар прибыл на территорию школы несколько часов назад.

Даже преподаватели, что уж говорить о учениках, хотели хоть мельком увидеть столь загадочную личность. Но его величество желаний подданных не разделял и исключительно в обществе своего советника осматривал место происшествия. Всем иным чиновникам и магам было велено оставаться в здании школы.

Его величество уже третий час бродил по выжженной земле. Вопреки сложившемуся мнению купол был уничтожен не до конца и его вполне можно было восстановить. Исчезла только часть что была в воздухе. Магия в окружающем полигон кольце камней осталась. Все это было до крайности странно и не обычно. По остаточным следам было видно – купол разрушился не просто так, а при конкретном стечении обстоятельств. Нити силы… он видел, что в них остались следы постороннего вмешательства. Только заложенный эффект разрушения и высвобождения накопленной за тысячелетия энергии ждал именно эти самые тысячи лет. Он видел тот невероятный накопитель, и знал, что часть энергии выходила во вне. Магия здесь копилась больше трех тысяч лет в ожидании чего-то. Или кого-то.

Двое детей. Майя и Лариф. Кровь не обманешь. Тех капель, что он нашёл на земле было вполне достаточно. Они оба были далекими потомками его брата.

Кровь принца была более насыщена. Все же его мать сон Локк. Он – выдающийся талант в мире магии. На него возлагают большие надежды вполне обоснованно.

И Майя. Девочка привлекшая его внимание несколько лет назад. Девочка над которой он приказал провести обряд. Но в плане силы… называть ее магом, значит оскорбить остальных магов. Она должна была стать простым человеком, которому на этом острове, в этой школе абсолютно не место.

И эффект. Последствие для нее именно такое, как и от обряда. Вот только никто подобного испытания выдержать не сможет. Назвать произошедшее обрядом затмения? Это больше походило на чудом провалившуюся попытку убийства. Вот только кого? И кем?

Взгляд по мимо воли опять скользнул к накопителю. Эта работа была действительно особенной. Так много плетений. Невероятная гармония сочетаний. И просто невероятное количество конструктов, парочку из которых он точно знал. Особенные плетения. Плетения его брата. Но работа была не его, а этой маленькой девочки. Откуда она знала такое количество пограничных заклинаний, он примерно представлял. Но одно дело знать. Воплотить в реальность подобное было просто чудом. Гигантское количество энергии не смогло разрушить накопитель. Напротив. Оно сделало его более совершенным. Преобразовало. Связало высшую и простую магию.

«Так и не стала магом, – проводя по граням камня затянутой в белоснежную перчатку рукой, подумалось ему, – но созданный ею артефакт на уровне Мастера артефактора».

Возможно то его решение о проведении обряда было несколько поспешным. Сейчас это не имело значения.

«Тот артефакт и эти следы, – вновь оглядывая периметр, пришло озарение, – она его держала! Держала и управляла магией, которая была ей не видна. И все только при помощи пограничных конструктов. Как у ребёнка может быть такая скорость и точность построения, и просчета всех схем? Возможность видеть и манипулировать такой огромной площадью? Она же человек!»

Сулмердир дэ Аннелион стоял за пределами полигона и смотрел на работу своего повелителя. После долгого осмотра он принялся творить магию. Тончайшую паутину, сплетающую обрывки старых плетений. Восстанавливая разрушенный купол. Уже стемнело, когда он покинул полигон.

– Покажи детей. – сказал он направляясь к школе.

Восстановление купола было не ради возвращения школе ее имущества. В ходе процесса он мог понять, что же здесь произошло. Три с половиной тысячи лет назад и сегодня. Верилось во все с трудом. Магия спала столько времени, чтобы прийти в действие когда по близости окажется определенный человек. Магия… чем выше мастерство мага, тем уникальние его почерк. Этот почерк он знал. И не мог его спутать. Но даже столь безупречные в магии личности, такие как его брат, могут ошибаться. Он и подумать не мог, что ловушка простоит столько времени, становясь все опаснее с каждым годом… веком… тысячелетием. Только кто из детей вызвал ее срабатывание. Или они оба?

Немногие оказавшиеся в коридорах люди – школьники и преподаватели, склонялись в низких поклонах перед пред фигурой, за которой с почтением следовал господин советник.

Король Азадар не нуждался в представлении.

Простого покроя серые одежды слегка развевались при ходьбе, поблескивала серебряная тесьма по краям, стоило свету от светильников на нее упасть. Вопреки ожиданиям, на нем не было видно ни единого украшения или амулета. Золотистого цвета волосы просто были распущенны и не скрепляемые заколками рассыпались по спине, почти доходя до пола. Ни одна деталь одежды или прически не говорила, кто он есть и какого его положение. Однако сомнений не возникало. Осанка, грация движений, шаг… тысяча мелочей делали его отличным от окружающих. Совершенные, будто вырезанные невероятно талантливым художником черты лица не трогали какие-либо эмоции. Зеленые, как весенняя трава глаза, оставались холодными. И от него исходила сила. Невероятна, завораживающая, манящая. Создавалось впечатление, что она питает тех, кто находиться рядом. Видя и ощущая это, простота одежды не имела значения.

Когда он зашёл в палату принца, все почтительно расступились отойдя по ближе к стенам, а его величество смотрел на спящего юношу. Его аура была интересной, но как не искал, он не мог заметить чего-то настолько странного, что могло заставить сработать спавшее тысячи лет заклинание.

Так же молча, не обращая ни на кого внимания, он перешёл в палату на против.

Майя все еще была без сознания и рядом с ней был только Верховный маг Срединной империи.

«Странно» – подумалось Азадару. Девочка была из другой страны, лишилась магии и скоро покинет это королевство. Невероятно умная и когда-то способная. Сейчас она не должна вызывать такого повышенного интереса. Однако рядом с ней был оставался один из Верховных. – «В чем его интерес?»

Ребенок лежавший на кровати был совершенно непримечательный. Милая маленькая девочка. Не более.

Однако внешность обманчива. Даже ее аура была не тем, чем казалась в начале. Темные волосы, округлое личико, посиневшие губы на белом, будто восковом лице. Измотавшая ее сила сделала ее похожей на куклу забрав все краски жизни. Внеся хаос в ее ауру. Она действительно потеряла магическое зрение. И не только. Резерв, такой крохотный и бесполезный так же был поврежден. Именно из-за его крохотности другие и упустили этот момент. Ему пришлось долго всматриваться в переплетение линий ауры, чтобы заметить связь. Тонкую, незримую и невесомую. Такую, что не будь она так ранена, ее и не найти. Уходящую далеко… в бесконечность.

Азадар знал такие связи. Именно такая нить соединяет его с его часами. И когда-то соединяла его брата. Нить ведет к артефакту. Артефакту высшей магии, созданному одним из драконов. Такая нить несомненно могла послужить причиной. Но особенность нити такова, что только созвавший артефакт мог бы установить ловушку сработавшую сегодня.

Неизвестно как далеко завели бы Азадара его размышления, но дверь в палату открылась и вошёл человек, которого никто не ожидал здесь увидеть.

Альварес сон Локкрест. Азадар ни разу с ним не встречался, но понял с первого мгновения кто перед ним. Характерная внешность и черные с золотом одежды. А так же аура, в которой если приглядеться и знать где искать, так же была нить. Очень похожая на ту, что у девочки, только боле тонкая.

Он опять перевел взгляд на Майю и всмотрелся. Все верно. Ее нить толще, но это из-за того, что нить не одна. Их несколько, плотно сплетенных меж собой, почти слившихся в единое целое.

«А он? – и взгляд нашёл Верховного мага. Нити силы. Не более трех. – Что же это? Эти двое Столпы, владельцы печатей и нити связь с ними. А с чем связана она?»

– Ваше величество, – едва заметный поклон со стороны Альвареса. – надеюсь я не помешал.

Азадар едва заметным кивком показал, что все в порядке, ему не мешают.

Молчание затянулось. Король размаривал девочку, время от времени переводя взгляд на Великих герцогов.

– Примите мои поздравления, – наконец нарушил он тишину.

– Поздравления? – удивился сон Локклест.

– С прибавлением в семействе. Зачем же еще здесь быть Великому герцогу? – не отводя взгляд от Альвареса, поинтересовался король. Вот только интереса в тех словах совсем не было. Скорее констатация очевидного.

– Большое спасибо. – на этот раз движение Альвареса уже больше напоминало поклон. Он конечно слышал много небылиц про короля магов, но и представить не мог, что его действия кому-то покажутся столь очевидными. – С сегодняшнего дня эта девочка стала моей дочерью и полноправным членом рода сон Локкрест.

– Что? – не удержался Вильям. Он конечно многого мог ожидать от Альвареса, но удочерить эту девочку… да как вообще подобное в голову прийти могло!

– Есть ли способ помочь ей? – бросил Альварес обеспокоенный взгляд на Майю.

– Некоторые вещи такие, какими должны быть. Магия не может исправить все в это мире. Иначе какой в этом смысл? Ни одному магу не под силу излечить это. – слова звучали отстраненно. Азадар пытался понять, что за артефакты оказались связаны с этой девочкой. – Вы уже знали это когда принимали ее в семью.

– Вы правы. Эта новость сильно потрясла всех нас. Этот милый ребенок должен быть окружен вниманием и заботой, дабы суметь перенести столь тяжкое потрясение.

– Империя. Как давно не бывал там. Но слышал о интересном артефакте. Четыре Столпа сохраняющие спокойствие целостность страны. Известна ли вам природа этого артефакта? Истинные владельцы печатей всегда будут хранить друг друга. Но только все вместе они могут переплести силу, а значит вмешаться в ход событий установленный создателем артефакта. Но что если одни из них не видит силы? Не пытайтесь повлиять, на ход вещей им заведенный.

– Что вы имеете в виду?

– Весы качнулись. Только что перевесит? – на этой весьма туманной ноте его величество вместе с советником покинули палату.

– Что это было? – стоило двери закрыться, полушёпотом поинтересовался Вильям, – и когда ты успел стать ее отцом!?

– Преинтересный здесь монарх. – заключил сон Локкрест, – Теперь понятно, почему нет среди магов дураков, рискующих вызвать его недовольство.

– Он древний, умный, сильный. Под этим солнцем он видел столько, что уже и удивляться не умеет. Естественно он заметил нашу связь и нетрудно догадаться зная кто мы, кем может быть она. Однако… у меня предчувствие, что он понял не только это. Возможно все к лучшему.

– Что именно?

– Зато она не будет ковыряться в артефактах. Ты конечно же не видел, но неподалеку лежит огромный накопитель созданный ею. Это был вопрос времени. Рано или поздно она перетрясла бы все артефакты империи. Включая барельеф. Некоторые вещи не следует менять. А теперь я жду подробностей. Майя сон Локкрест. Звучит дико.

Майя очнулась от кошмара вся в холодном поту. Она и представить не могла, чтобы столь родная для нее магия стала кошмаром. Десятки тысяч линий сплетающихся в сложные системы. Отсутствие времени их даже рассмотреть. И если не торопится то окажешься погребен под множеством заклинаний.

Когда она открыла глаза, то долго не могла понять, где же находиться.

– Проснулась? – к кровати подошел Альваерс сон Локкрест, Великий герцог Срединной Империи.

– Что вы здесь делайте? – остатки сна и заторможенное состояние. Она даже не подумала поздороваться или как-то более деликатно узнать, что случилось. – Где я?

– Ты в школьном лазарете. Последнее мероприятие прошло не совсем удачно, и вы с Ларифом пострадали. Это было вчера.

– Купол. Он и правда разрушен? И мне это не приснилось?

– Он был разрушен. Но его уже восстановили.

– Почему вы здесь? – снова повторила она.

– Вчера произошло слишком много всего. Ты очень благоразумный ребенок… надеюсь, ты сможешь принять случившееся. То, что случилось нельзя исправить. К сожалению.

– Лариф жив? – обеспокоенно спросила она.

– Жив. Резерв поврежден и в ближайшие годы магия ему противопоказана. Но он поправиться. Чего о тебе не скажешь. Ты слишком долго работала с очень большим количеством нитей высокой интенсивности свечения.

– Нет… – простонала она, пытаясь взглянуть на окружающее истинным взором. Но вместо привычных золотистых нитей видела только черноту. – Это не правда!

– Ты сделала невозможное. Ты так долго держала купол.

– Это не правда! – повторяла она, уставившись в темноту, – это пройдет! Просто я немного дольше это делала…

– Изменения отразились в ауре. Это не ошибка и я не собираюсь утешать тебя заверениями, что это временно. Ты выжила, но пришлось заплатить.

– Нет, – шептала Майя, не слушая ничего.

– Послушай, – взял он ее за руки, пытаясь привлечь внимание, – ты сильная, у тебя все будет хорошо! Ты по-прежнему Майя. Чрезвычайно умная и любознательная девочка. Ты справишься, и я тебе помогу. Многие тебе помогут.

– Это ошибка. Так не должно быть. – только и повторяла она.

– Так есть. Нам всем очень жаль. Мы переживаем и сочувствуем тебе. И будем ждать столько, сколько потребуется, чтобы ты смирилась с этим.

– Вы будете ждать, – горько рассмеялась она. – Причем тут вы? Я теперь не маг. Я простой человек. Как только я покину остров, мое слово, мое мнение – перестанут иметь значение. Я должна буду вернуться домой и забыть все годы в школе. Забыть о…

– Ты ничего не должна. – оборвал ее Альварес. – Я сказал, что дам время. Вчера произошло еще кое-что. Империя не может позволить себе, чтобы хранитель был непонятно где. И не мог ничего. Поэтому я сделал так, чтобы ты стала моей дочерью. Вчера вечером Император подписал твое вхождение в род сон Локкрест. Весь мир знает, кем была Майя Сайори. Но вчера ее не стало. Вчера появилась Майя сон Локкрест, дочь Великого Герцога Империи. После школы ты вернешься в Империю. Ты займешь положение в высшем обществе империи. Станешь высокой дворянкой, с большими правами. Я позабочусь о твоем благополучии. Той брат поможет тебе во всем.

– Брат? – тупо переспросила она.

– Ноэль. Теперь он твой старший брат. И не он один. У тебя теперь много братьев и сестер. А так же кузенов и кузин, дядюшек и тетушек.

– Я сплю. – закрывая глаза и падая на подушку, решила Майя. – Этот бред не может быть правдой.

– Понимаю, все это совершенно неожиданно и слишком много изменений в твоей жизни. Потребуется время, чтобы их принять. Может, начнешь с привычного?

– И что привычного во всем этом?

– Экзамены.

– Какие экзамены? – широко раскрыв глаза, она посмотрела на герцога, как на больного человека.

– Выпускные. Твой новоиспеченный дядюшка устраивает для тебя комиссию и утрясает еще множество формальностей. Ты в старших классах, а значит должна получить диплом. Теорию ты и за одиннадцатый класс можешь сдать. А если что-то не читала или случиться невероятное, ты чего-то не знаешь, то у тебя есть бонусные баллы. Или хочешь все сама сдавать?

– Я сдам. Мне не нужны эти баллы. Память я не потеряла!

– Вот и хорошо. А сейчас тебе пора поесть.

– Как она? – стоило Альваресу выйти из палаты, как его встретил сон Локклест. – Проснулась?

– Да.

– И? Ты ей рассказал?

– Рассказал.

– Да что из тебя каждое слово клещами тянуть? – нервно спросил Верховный.

– Не о чем говорить. Она сейчас об экзаменах думает. А произошедшее ей еще предстоит принять. Принеси ей книжек побольше. Они ей помогут отвлечься. И скажи, чтобы к ней посетителей не пускали.

Весь этот день, да и следующий для Майи прошли как в дурном сне. Магии не было. Точнее она была, просто девочка ничего не могла увидеть, как не пыталась. Книги помогали мало. Она раз за разом прокручивала произошедшее. Отстранившись от последствий, она закрывала глаза и делала то, что у нее всегда хорошо получалось. Она анализировала. Сначала искала ошибки в своих действиях. Потом в действиях Ларифа. Но они не ошибались. Она старалась не думать, что ошиблась она. В самом начале. Когда не побежала прочь оттуда. Старалась не сожалеть о сделанном выборе. Выходило плохо.

Ей потребовалась почти вся ночь, чтобы понять. Он мог помочь и не помог. Человек, которого она считала своим наставником. Человек, которому она доверяла. Сулмелдир дэ Аннелион. Маг, которому подвластна Высшая магия.

Он мог обмануть других. Весь мир может ему поверить, признавая, что он сделал все возможное. Майя точно знала, что это не так. Ее знаний о запретной науке хватало для того чтобы сообразить – у него была возможность. Он мог удержать купол и перераспределить энергию в слоях ей не доступных. Все могло завершиться иначе.

Раз за разом она повторяла все расчеты. Вспоминала все законы и приемы Высшей магии. Советник мог их спасти. Ему требовалось не более десятка минут, а то и меньше. Они пробыли под куполом почти полчаса.

И все же долго задерживаться на этой мысли ей не позволили. Экзамены. Кошмар для любого школьника и цирк в случае Майи.

Как иначе назвать ситуацию, когда к ней в палату пришла комиссия из десятка преподавателей?

С утра помощники лекаря помогли ей переодеться в школьную форму, как будто она сама этого не могла. И ей было позволено занять кресло, а не сидеть в кровати. Подобное унижение было бы уже чересчур.

Ей дали письменные принадлежности и предоставили право тянуть билеты.

Майя уже давно позабыла, что это такое – тянуть билеты. Последний раз… когда же это было? В третьем классе? Или в четвертом?

«Это из-за того, что впускной или потому что я простой человек?» – думала она. Мысли подобные этой то и дело всплывали в голове. Эта школа, колыбель магии. Сосредоточение недоступного ей.

– Ретроспектива магического воздействия «одиночных структур», – прочитала она вопрос, после некоторой заминки. Лиц и голос оставались бесстрастными. Она молча склонилась над столиком и начала делать пометки.

Преподаватели же поежились от выпавшего вопроса. Ретроспектива, в данном случае, обратный процесс построения. Отсылка к прошлому. Теоретически о существовании подобной техники знали многое учащиеся. А эта ученица могла проделывать такое на практике. Просто взглянув на заклинание. Теперь это невозможно.

«Почему не изменили вопросы»? – мелькало в голове у многих. – «Она теперь теоретик, и остаются целы предметы теоретической магии или исторического и математического направления. Зачем обставлять вопросы практиков?»

Однако девочка ничем не выказала своих чувств. Эти вопросы… они небыли для нее чем-то сложным. Они даже небыли существенными. От нее хотели получить ответы и она их давала. Безжизненно и отстраненно.

Теория. Она знала ее великолепно. Могла решить любую выпавшую задачу. Проанализировать любое воздействие из предложенных видоизмененных заклинаний и наоборот, по воздействию определить заклинание. В своих ответах она не придерживалась ни одного из школьных учебников. И у некоторых из преподавателей то и дело возникало желание делать пометки. Настолько всесторонне давались ответы. Чем дольше длился экзамен, тем сложнее было воспринимать ее как ученицу. В какой-то момент они и сами стали учениками на лекции преподавателя. И тем страшнее было понимать – это удивительный ребенок никогда не станет магом. А те, кто так несерьезно относится к учебе. Те, кто ждет не дождется окончания уроков и не представляет, как будет сдавать выпускные, они станут магами. Станут выше нее.

Солнце клонилось к горизонту, когда отзвучали все вопросы выпускных экзаменов. Им за это время дважды подавали еду. Обычно за подобный отрезок времени целый класс экзамены успевал сдать. Экзамены были всегда утомительным мероприятием для преподавателей. Ничего интересного. Ничего нового. Ответы как из-под копирки. Но не сегодня. Этот ребёнок даже не став магом, смогла доказать – она гордость школы магов. Она не тот человек, о котором можно забыть. Не та, кого можно вычеркнуть из мира магии просто потому, что она не в силах создать ни одного заклинания.

Наступила ночь, когда Майя покинула палату. В коридорах были люди, но она смогла выйти не привлекая внимания и уйти прочь. Сидеть на одном месте не было сил и она ходила. Ночью, при слабом свете ночников разгоняющих мрак она бесцельно бродила по коридорам школы, иногда заходя в классы и садясь на места учеников. Ноги сами привели ее туда, где она провела свои первые годы здесь. В их класс. Сколько же времени она просидела здесь на уроках рассматривая облака? Наблюдая игру солнца на листьях деревьев. Слушая весеннюю капель.

Школа в привычном ее понимании закончилась уже очень давно.

Как давно она не была в этом классе. Интересно, а какие сейчас ее одноклассники? Наверное, повзрослели, изменились. Они изменились, а она…

Майя поспешила покинуть класс и пошла дальше.

«Тысячи лет здесь обучали магов. – проводя по резным стенным панелям, отстраненно думала она, – Через тысячу лет, здесь будут учиться новые маги. Придут не зная ничего и будут вновь, и вновь учить уроки… другие профессора будут учить их. Те профессора еще даже не родились. Интересно, а в следующей жизни, если такая существует, я смогу вернуться сюда? Снова пройти здесь. Снова впервые построить линии заклинания. Не быть дочкой министра или не учиться в классе где я одна аристократка. Быть такой как другие. Той, кто получит диплом и станет магом. Той, кто сможет найти друзей и остаться с ними и после школы».

Сейчас Майя просто не могла представить, что даже случайно сможет встретиться с классом артефакторов. Они находились на практике в Башне магов и девочка собиралась держаться от этой башни подальше. Она никого не хотела видеть из прежних знакомых. И более всего е желала встречаться с ее новым братом. Ноэль был человеком, которого она собиралась избегать всеми силами.

Лаборатории, залы для тренировок, столовая… она обходила школу бессознательно стремясь вновь побывать в знакомых местах и коснуться своего прошлого. Прошлого которое безвозвратно утеряно, но о котором будут напоминать люди просто фактом своего существования.

– Майя сон Локкрест. – негромко назвала она свое новое имя. – Поздравляю с днем рождения. И с похоронами Майи Сайори. Она умерла, а ты родилась. Новая страна, новая семья, новое положение в обществе. Так почему у меня осталась память той, которой нет? Да. Теперь я другой человек. И я забуду. И школу, и всех этих людей. Для Майи сон Локкрест вы все никогда не существовали. От той жизни мне не нужно ничего. И не кто мне не нужен… Лорим… Нет… неважно что подумают другие, ты останешься моим братом.

Она ходила и ходила, а потом растянувшись прямо на полу и раскинув руки пыталась рассматривать потолок, утонувший во мраке. По пустым коридором разносилось тихое пение.

– И все же кто она? – прекратив напевать, спросила Майя темноту, – Дочь Великого Герцога? Без прошлого, с неясным настоящим и туманным будущим. Чем она занимается? С кем общается? И какой цвет предпочитает в одежде? Пора думать о лентах, драгоценностях и о чем там еще думают высокие дворянки? Точно! Она же совершеннолетняя! А что с ее тратами? Сколько будут на булавки выделять? В этом обществе встречают по одежке, так что кое-кому придется потратится. Интересно у меня есть шанс его разорить? И что там от умершей… наследство осталось. Кажется где-то у меня были счета. Точно, счета были и у нее есть сундук с артефактами. Правда некоторые безопаснее подарить таким милым людям как господин советник. Как-то твердо здесь лежать. И наверное стоит поспать. Вторая ночь без сна плохо скажется на внешнем виде высокой дворянки.

Майя тенью скользила по коридорам в направлении к лазарету и уже из далека услышала голоса. Старались говорить тихо, однако эмоции так и били через край.

«Господин советник! – хмыкнула про себя Майя, – И его высочество! Люди из за которых умерла мисс Сайори и появилась мисс сон Локкрест… хотя постойте, в империи как-то иначе к высоким дворянкам обращаются».

– … упорно отрицает дружбу, – наконец стали слышны ей слова Ларифа, – предпочитая называть это взаимовыгодным сотрудничеством, но ее поступки говорят об обратном. Ради друзей она зашла в горящее здание, полное магов с неконтролируемой силой. Ради меня она осталась под тем куполом и помогла. Я жив только благодаря ей. И цена, которую пришлось заплатить, заставит содрогнуться от ужаса любого мага, что попробует вообразить себя на ее месте. Пусть не такая как все – слишком умная, упорная и трудолюбивая. Девочка, поражающая взрослых магов своими невероятными умениями и способностями при минимальном магическом резерве. Но она не сверхъестественное существо, а просто очень увлеченный своим делом человек. Нельзя изо дня в день из года в год так работать, если ты не поглощен какой-то идеей. Не знаю, что у нее за цель, но она высокая и невероятно яркая, как звезда в небе. И на пути к ней не обращаешь внимания на такие мелочи, как подружки, обсуждающие все и всех, праздники и прочие мероприятия, и еще куча вещей, что делают девчонки ее возраста. Это все отнимает время, которое ей хочется посвящать своей мечте. И эта целеустремленность притягивает сильных мира сего. Но Майе нет дела до их положения и влияния. Ей просто некогда отвлекаться. И тогда кто-то уходит, а кто-то остается и становиться другом. И чтобы не говорила Майя, для нее это не пустой звук, а то, что она бережно хранит. И все, кто ее знает хотим, чтобы магия для нее не была потеряна. Что-то же наверняка можно придумать! Поэтому пожалуйста не говорите, что ничего нельзя сделать!

– Ты ошибаешься, – голос Майи, раздавшийся у них из-за спины, напугал обоих собеседников. – и в человеке, которого просишь о помощи. И в человеке, ради которого ты ее просишь. Я не верю в бескорыстную дружбу. И причина того, что я вошла в горящее здание или осталась под куполом в возложенных на меня обязательствах защищать. Я должна защитить некоторых людей. Ты просто входишь в эту категорию. Уже входил в нее еще до того, как я с тобой познакомилась. Это часть магии, очень старой и очень сильной.

– Магии? – Лариф был несколько ошеломлен признанием Майи, но вот советник сразу ухватился за суть вопроса. – Но как ты могла попасть под подобное действие? Эти заклинания считались утерянными задолго до Большого Потопа. Подобная привязка возможна на одного максимум на двух человек. И эти люди точно знают о человеке их защищающем.

– Это большая тайна. – наигранно широко открыла она глаза и приложила палец к губам, показывая, что об этом следует молчать. – Как бы мне не хотелось сейчас чего наговорить, просто промолчу – вы не тот человек, с которым бы я поспешила делиться. Вам вообще не стоит доверять.

– Что-то случилось?

– Случилось так, что тот, кого я считала учителем, меня предал. Мне только интересно почему? Я чем-то невольно обидела вас? Когда и чем? Или может дело в моем любопытстве? Я узнала что-то лишнее? Мы провели с вами столько лет в архивах, что я знаю много, очень много запретного и теперь не имея истинного зрения эти знания стали бесполезны. Но почему-то и это не подходит. Вы ни разу не возразили, когда я рылась во всех этих книгах и свитках. Даже объясняли непонятное. Так почему? Почему вместо десяти минут вам потребовалось гораздо больше, чтобы снять купол? Думайте, я не знаю о системе безопасности школьных куполов? Это же школа! Здесь все очень безопасно. Включая системы эвакуации, которые так и небыли задействованы. Ведь чтобы воспользоваться ими нужен маг владеющий Высшей магией…. Постойте тогда там точно был такой маг. Он что, странным образом позабыл как нужно действовать в такой ситуации?

– Я не могу сказать тебе причину. – не стал уклоняться от обвинений дэ Аннелион. – Я не мог снять купол раньше. Из всех возможных вариантов, твой в числе самых удачных.

– Лишится возможность видеть успешный вариант? – скептически спросила она.

– Лишиться жизни гораздо хуже.

– Поверю вам на слово. Затруднительно сравнивать теперешние ощущения с теми, что почувствовала бы умерев. Хотя… я бы не почувствовала. Просто перестала существовать.

– И не имела бы возможности высказать свое возмущение?

– Я была бы спокойна. Но нам не следует говорить о том, чего не случилось. Я хочу знать почему!? – холодно спросила она. – Вы ответите или мне самой догадаться? За эти годы не только вы меня изучили. Смею надеется, что и мои наблюдения не были игрой моего воображения.

– Придется гадать.

– Что ж, говорю прощайте вам обоим. Надеюсь, мы больше никогда не увидимся.

Неприятный разговор прогнал остатки сна. Пока за ней не пришли, она сидела в кресле и чертила разные линии на оставшихся с экзамена листах. Если советник думал, что она не знает нужного ответа потому, что он не был ею озвучен… Подвергнут ее опасности было явно не его идеей. Но купол… Он рухнул сам или это тень за спиной дэ Аннелиона постаралась?

Неожиданно для нее наступило утро, и ей доставили завтрак, который так и остался нетронутым.

– Доброе утро! – поприветствовал ее Великий герцог… точнее отец. – Готова сходить за своими вещами в библиотеку? Твой диплом я уже забрал, так что нет причин задерживаться. В Империи тебя ожидает большой праздник. Мы должны как следует отметить твое вхождение в семью и окончание тобою школы.

– Я не готова к каким либо праздникам. Прошу меня простить.

– Значит, обойдемся простым семейным обедом. Ты должна познакомиться со всеми. В основном братьев и сестер ты знаешь. Что же до остальных родственников… некоторые нуждаются в представлении. Обещаю, ничего особенного не будет. Это необходимо сделать сразу.

– Я понимаю. – кивнула она, поднимаясь с кресла. – Давайте поспешим, не хочу здесь задерживаться.

Вещей оказалось неожиданно много, но Майя не особо заботясь о их сортировке или тщательной укладке просто сгребла все в сумки и сундуки.

– Остальное внизу. – сказала она направляясь к подъемникам.

Когда створки закрылись, и она коснулась пропуском панели, то на мгновение прикрыла начавшие слипаться глаза. Две бессонные ночи начали проявляться. Когда двери открылись, то она увидела, что не на третьем подуровне, а на пятнадцатом. Одном из тех, которые они посещали с советником и допуск к которым у нее был.

– Майя Сайори никогда бы не сделала подобного. – усмехнулась она. – Познакомьтесь с Майей сон Локкрест, – делая шаг вперед, она повернула в один из пяти коридоров, уверенно выбирая направления, она шла по бесконечному лабиринту пока не достигла лестницы на уровень ниже. Сколько еще уровней она спускалась? Три или четыре. А может пять? Чувствуя, что спать хочется все сильнее, она повернула в сторону ближайшей комнаты отдыха. Она оказалась очень похожей на ту, в которой она тогда ожидала с советником после взрыва…

«Как давно это было» – доплетясь до ближайшей кушетки, подумала она и провалилась в сон.

Поиски пропавшего в недрах хранилищ ребенка начались где-то через час. Пришедший Верховный маг Империи добрался до нужной лаборатории и не обнаружил там своей новоиспеченной племянницы. Тогда и начался переполох.

Как выяснилось девочка недавно получила полный допуск и могла оказаться на каком угодно подуровне. Людей с подобным допуском крайне мало. Если она не хочет быть найденной, то ее никто не обнаружит.

– Что здесь происходит? – видя оживление нехарактерное этому месту, осведомился подошедший дэ Аннелион.

– Майя спустилась на пятнадцатый подуровень двенадцать часов назад, и мы не знаем где ее искать. – ответил сон Локклест, – Вы не знаете, зачем она могла туда направиться?

– Не представляю. Мы были там в прошлом году. Но… возможно она ушла на другой этаж.

– Лабиринт крайне сложный. Она могла спуститься ниже?

– Майя хорошо ориентируется, поэтому смогла получить полный допуск. Неподготовленный человек оттуда не выберется, но она знает все принципы и знаки. Она запросто может добраться до лестниц.

– Что ее может заинтересовать на других уровнях? Как-то можно ее обнаружить? – включился в беседу герцог сон Локкрест.

– Это же Майя, ее может заинтересовать все что угодно. Но возможно ей хочется узнать о потере магического зрения.

– Есть что узнавать? – с подозрением осведомился Альварес.

– Я не могу знать всего на свете. Ход мыслей этого ребенка мне не всегда понятен. С ней все возможно. Но на память не приходит ни одного труда по этой теме.

– То есть все этажи наши. А есть здесь какие-то системы позволяющие определять местонахождение?

– Только если подан сигнал бедствия. Иначе никак.

– Может мы рано волнуемся? Захочет есть, сама выйдет.

– Комнаты отдыха.

– Точно! Сколько их там может быть?

– Точно никто не считал. Чем больше этаж, тем больше комнат на нем. И в каждой солидный продуктовый запас. Так и несколько лет прождать можно.

– Должен же быть способ!

– Возможно… кое что может… я должен вас покинуть.

– Ваше величество, – поклонился Сулмелдир.

– Что-то случилось? – видя обеспокоенный взгляд, спросил Азадар.

– Эта девочка… Майя… она несколько часов назад спустилась на нижние этажи библиотеки и пропала. Ее пытаются найти, но безуспешно.

– Почему ты волнуешься? – все так же без эмоционально спросил король.

– Она там из-за меня. Она знает, что я мог ее спасти и никто бы не пострадал.

– Не смог бы.

– Но я…

– Ты не пытался. Но ты не смог бы. Купол был изменен.

– И вы знаете кем? И для чего?

– Для обряда. Не ты один подумал, что рушащийся купол может заменить обряд.

– Для кого из них?

– Для нее.

– Зачем?

– Затем, что это запасной план. Он затянулся, но все может получиться. Что бы он не задумал.

– Значит ли это, что мы должны о ней позаботится?

– Это значит, что мы не должны вмешиваться. Купол ждал три с половиной тысячи лет именно ее.

– Что же в ней такого особенного?

– Характер. Стремления, надежды, мечты. В мире нет ничего нового. Они слишком похожи.

– Тогда как скоро она покинет архивы? Основываясь на этом характере?

– Скоро. Вот только… на каком говоришь она уровне?

– Неизвестно. Спустилась на пятнадцатый, но по лестницам могла забраться куда угодно.

Азадар словно тень скользил по коридорам. Только теней не было. Кромешная тьма окружала короля, при движении которого даже не вспыхивали настенные лампы. Ему не нужен был свет. Этаж за этажом он спускался все ниже.

Он точно знал, что девочка скоро захочет вернуться, но нижние уровни Закатной библиотеки были столь запутанными и труднодоступными неслучайно. Система порталов была не самым опасным, на что можно было нарваться. Полный допуск означает возможность спуститься на любой этаж. Но он не дает права открыть любую дверь. Будет нехорошо если девочка случайно пострадает. План его брата не может провалиться из-за такой мелочи.

Он смог почувствовать ее на двадцатом подуровне.

Архивы стран, о чем существовании даже легенд не осталось. Совершенно бесполезные архивы. Этих языков никто не знает. Время стерло все. Все кроме этого места, неподвластного времени.

По его губам скользнула еле заметная улыбка. Эти воспоминания его уже давно не посещали. Его младший брат, которому он заменил всю семью, любил сбегать в подобные места. Драконы не могут без неба, но он все норовил забраться поглубже.

Он обозначил качества для наследника одного из своих проектов. Но… какое бы лицо у него было, увидь он кто подошёл под его критерии? Возраст и пол он явно упустил из виду.

Сначала, увидев силу воздействия, он думал, что тамбыла смертельная ловушка, а не испытание. Но когда к нему пришёл Сулмелдир и сказал, что девочка затерялась на нижних этажах библиотеки… слишком очевидной для него была реакция. Определенно, купол рушился не просто целенаправленно, а с той интенсивностью воздействия которую вероятно было выдержать обладая определенным уровнем знаний и умений. В случае если не проявить все свои способности, то испытуемый просто не выживет.

«Если бы он видел ее… – то и дело возникало в его мыслях, – женщины не должны вмешиваться в магию, политику, торговлю и войну. Они лишь красивые цветы, увядающие со временем. Их место – дом. Хранитель… как это не может быть политикой? Испытание… как это не может быть магией? Не наследник. Наследница. Как жаль, что я не могу видеть тебя…»

Сколько она проспала, Майя не знала. Несколько раз она почти просыпалась, но вставать желанья не было и она засыпала снова. В какой-то момент сон пропал без остатка и она просто лежала лениво рассматривая обстановку в слабом свете светильников. Хотелось есть. И не вечных запасов подобных комнат, а пожаренного на огне мяса. Мысль, медленно, но верно начала сводить с ума, и девочка выбравшись из комнаты поплелась в направлении подъемников.

Для нее совершенно неожиданным оказалась встреча здесь кого-то. За одним из поворотов она чуть не налетела на идущего на встречу человека.

– Извините, – поклонилась она делая шаг в сторону и уступая дорогу.

Так бы они наверное и разошлись, но Майя не став дожидаться пока мимо нее пройдут, выпрямилась и застыла широко раскрыв глаза. С ним она ни разу не сталкивалась, но на портретах видела несколько раз.

– Что? – не разделяя ее удивления спросил незнакомец. Хотя…

– Вы же король? Я сначала подумала… но этого не может быть…

– И о чем же ты подумала?

– Что он вернулся.

– Кто?

– Ваш брат. А вы старший или младший?

Советник предупреждал, что девочка интересная. Он видел ее работы и читал рассуждения. Но сильно сомневался, что и его она может удивить, во всяком случае сильнее, чем в истории с куполом.

– Как ты могла перепутать меня с моим братом, если не встречалась ни с одним из нас?

– Вы очень похожи. Как близнецы. Так старший или младший?

– Я старше более чем на два века.

– Понятно, – протянула она. – А почему он после этого острова поехал в Империю? – девочка знала, какая редкость, встретить короля Азадара. И совершенно невероятно, чтобы никого поблизости не было. На задний план отступили и ее претензии к нему, все правила и этикет вместе взятые, а так же тот факт, что за подобную дерзость и головой расплатиться можно.

– Ты столько всего знаешь. Ты мне и скажи.

– Это из-за его проектов?

– Я не знаю. Возможно.

– А почему он так далеко от вас уехал? Он занимался чем-то опасным? Чем-то чего вы не одобряли?

– Он всегда занимался чем-то опасным. И как правило, я был против.

– Почему о его смерти объявили раньше чем он умер?

– Почему я должен отвечать на все твои вопросы?

– Потому что из-за вашего приказа я потеряла истинное зрение!

– Моего приказа?

– Господин дэ Аннелион тогда мог не делать все возможное только по одной причине – ваш приказ. Вы же знаете кто я? И знаете, что я интересуюсь вашим братом. Боитесь, что откопаю семейные скелеты и решили меня убить?

– А не боишься? Люди далеко отсюда. Тебе никто не поможет.

– Возможно. Но тогда у меня не останется вопросов, на которые не получить ответов.

– Умереть, ради ответов?

– Ради возможности не искать ответы.

– Мне интересно как ты будешь их искать.

– Значит, мне нечего бояться. Так почему он умер?

– Потому, что не смог выжить.

– Очень подробно. Два с лишним века?! – вдруг дошло до нее. – Этого не может быть. Значит… С сколько вам лет? Больше восьми тысяч? Но тогда… как долго вы взрослели? Тогда вы казались младше, и Первый император выглядел подростком…

– Я пропустил открытие возможности путешествий во времени? Откуда тебе известно, как мы выглядели? И как ты узнала, что мы так похожи?

– В книжке портрет видела. Там была нефритовая лестница Долины. А храм был другой. Самый первый, что сгорел в… какой же это был год? Четыре тысячи… в общем где-то трехсотый старой династии.

– Портрет? Что же это за книга такая? И что еще в ней есть кроме портрета?

– Пророчества и предсказания. Я видела только портрет и… пару строк.

– Что же за строки?

– Вы думайте они о нем? Но пророчества они же…

– Какие строки? – оборвал он ее.

– Там про уход что-то. – Майя закрыла глаза и сосредоточилась. – Когда уйдешь ты далеко и позабудешь все на свете… Град Шести тысяч башен твой путь назад отметит… О чем это? Он куда-то ушёл? Поэтому его и нет в саркофаге?

– Где его нет?

– Там, где его похоронили… в саркофаге кукла, а не тело. Я думала вы все знаете.

– Теперь знаю. Но… – и он надолго замолчал.

– Так что о этих строках. Он там? Град Шести Тысяч Башен? Что это такое?

– Эти строки уже сыграли свою роль. А Град Шести Тысяч Башен – это город. Самый первый в этом мире. На скалистом острове далеко в океане. И башен уже гораздо меньше. Многие рухнули за тысячи лет. Там его нет. Там вообще никто не живет. Тебе пора возвращаться наверх. Там ждут. – и он повернулся направившись к подъёмникам. Майе не оставалось ничего иного, кроме как последовать за ним.

– Что значит они сыграли свою роль? – коль им было по пути, то Майя решила не терять времени.

– Ты их передала мне.

– И что это значит?

– Доживем, узнаем.

– У вас есть предположения, чем мог заниматься Первый император? Что именно он создавал?

– У меня слишком много предположений. Я подожду твоего рассказа о его работе.

– И как я смогу узнать о его работе, если не могу видеть магию? Вы сами это устроили!

– Не я. Он. Купол был настроен на твою связь. Ты же Хранитель империи? Четвертый столп?

– Откуда… с чего вы решили, что я…

– Четвертый столп? Связь с барельефом и печатями. Она есть в твоей ауре.

– Связь? А вы точно не ошиблись?

– Закрой глаза и позови ее. Представь, что печать в твоих руках.

– Это шутка?

– Это возможности. Есть ряд артефактов… Это даже не Высшая магия, а нечто иное, артефакты которыми можно владеть только по праву. И если у тебя есть право, то не важно где находиться артефакт, он найдет тебя, стоит его позвать.

– Таких артефактов не бывает. Я не читала ни о чем подобном!

– Попробуй. – эта девочка его действительно забавляла.

– Это просто уловка… – Майя запнулась, ощутив предметы в каждой из рук, как бы не было невероятно, но она пожелала призвать печать. – Это… в правой руке была печать Хранителя империи.

Ее одарили снисходительным взглядом – глупый ребенок не верит умному взрослому. Только взгляд поменялся, стоило Майе показать, что в ее левой руке. Нефритовая печать с изображением дракона. Печать уполномоченного Азадара.

– Откуда она у тебя? – не веря глазам своим, спросил король.

– Неделя межцарствия… Когда мы поехали на похороны господин дэ Аннелион давал мне ее. Но на время и я ее вернула!

– Можно было ожидать… одна из его проверок характера. Ты должна научиться призывать печати и отправлять их на прежнее место. Только этой, – указал он на свою, – постарайся не пользоваться. Простой человек… люди не поймут.

– Простой человек не может быть выше мага? Кажется, теперь может!

– Это не игрушка! – он вытянул руку, и Майя после некоторой заминки протянула нефрит, – И не призывай… по пустякам. Этот знак дается тем, кто может надзирать за соблюдением законов от моего имени. Тем, кто несет мою волю.

– Ничью волю я нести не согласна! – возмутилась девочка. – Вашу, тем более. Я теперь простой человек. Помните? Для меня вы имеете ровно такое же значение, как и любой другой маг. Вы не можете приказать. Не можете подчинить! Законы магов я знаю хорошо. И эта печать меня ни к чему обязать не может.

– Какая независимость. В момент как ее призываешь – ты моя подчиненная. Так что тебе решать. Если повод будет недостойным, свободы у тебя поубавиться. И даже твой статус столпа тебя не защитит.

– И какой же повод вы считаете достойным?

– Ты же знаешь наши законы? Значит догадаешься. Право налагает обязанности. Думай об этом.

Когда Майя поднялась на третий подуровень, дабы собрать свои вещи она была одна и без печатей.

Сбор сумок занял полчаса.

У любого нормального мага волосы бы поседели, видя как она, сгребает в одну кучу разные артефакты и книги. Только теперь все это Майю не волновало. Бесценные книги. Те, что она смогла заполучит в свою собственность или скопировать. Артефакты, большинство из которых создала она, и они были единственные в своем роде. Ее книги с исследованиями. Бесполезные книги, так как сквозь слои теперь на них не пробраться. Да и зачем? Она больше не маг. Ей не нужны эти знания. Посчитав работу выполненной, она огляделась. Это место очень долго было ее домом. Настоящим и единственным домом, о котором она будет скучать. Здесь она была действительно счастлива. Есть ли место в этом мире, которое может сравниться с этим? Есть ли люди, с которыми будет интересно просто молчать. Которые будут понимать без слов?

Какая она Срединная Империя? Не та, что в древних книгах или виденная в нескольких поездках. Какая она – страна, в которой ей предстоит провести всю жизнь? И будет ли у нее шанс узнать об этом до того как она станет жительницей Долины?

– Она могла бы подойти, – внезапно раздавшийся голос короля заставил дэ Аннелиона вздрогнуть.

– Что?

– Майя. Твоя подопечная… она могла бы пройти путь, что ты для нее намечал. Держи, – он протянул нефритовую печать, которая должна была лежать в шкатулке в его кабинете.

– Откуда она у вас?

– Она может ее призвать. Поэтому тебе придется об этом позаботиться.

– Почему… те кому подходят ваш печати… их очень мало. Так почему вы не заберете ее? Вы могли бы решить вопрос с герцогом сон Локкрестом!

– Дело не в герцоге. Она узнала меня с первого взгляда. Хотя нет. Все же приняла за другого. Она с легкостью отыскала такие вещи… Пусть делает что хочет. А я буду наблюдать.

– Что она будет делать без магии?

– Мне и самому любопытно. На что она способна без магии?

– Она в лаборатории, – сообщил Вильям, заходя в кабинет, выделенный Альваресу на время ожидания.

– Хорошо, значит, скоро отправляемся. Но успокоиться можно только, когда в и Империи окажемся.

– Как тебя угораздило обзавестись такой дочерью? – усмехнулся Верховный. – Вот как ты думаешь ее наказывать за подобные выходки?

– Я должен ее наказать?

– Ты же теперь ее отец. А значит должен воспитывать. Только как? – уже в открытую смеялся Вильям, – Признайся, ты ожидал получить спокойного, благоразумного, рассудительного ребенка неукоснительно соблюдающего правила. А получил неуправляемую девчонку!

– Она всего разок задержалась в архиве, а ты уже конец света рисуешь! У нас с тобой огромный опыт в воспитании детей! Скольких уже вырастили.

– Ты можешь себе представить ребенка способного заставить ждать Великого Герцога столько времени и взбудоражить всех сотрудников этого места?

– Твой сын и не такие номера откалывал.

– Прости… ты сейчас с Найром сравниваешь? Майю?

– Ее можно понять. Слишком много потрясений! А у твоего сына, какие оправдания?

– С ее потрясениями все очевидно. Только она теперь сон Локкрест, а значит, как бы не было все плохо, должна держать соответствующий уровень поведения. И тебе придется это ей объяснить! И не нужно ставить ее в один ряд с родными детьми. Для них всех ты непревзойденный авторитет, потому что ты – это ты. С Майей все иначе. Это не милое беззащитное существо как может показаться! Ты хоть представляешь, на каком уже уровне она работала последние годы? Она была полноценным магом артефактором, не уступающим некоторым Мастерам. Она в древней истории Империи получше нас с тобой разбирается и получше многих профессоров – им те первоисточники, среди которых она тут жила, даже и не снились! И ты искренне веришь, что просто погрозив пальчиком, многого добьешься? Она сейчас очень расстроена. Но даже сейчас еще не полностью осознала, что с ней произошло. Дальше будет только хуже. И тебе придется что-то придумать.

– Я дам ей все, что она пожелает.

– Ты очень умный человек. Но в воспитании дочерей ничего не понимаешь. Точнее понимаешь, в воспитании своих, которыми жена всегда занималась. А ты навещал в свободное время, которого бывало не столь много. А Майю на герцогиню не скинешь. И Майя не высокая дворянка от рождения. Она воспитывалась магом, а значит, имела куда больше свободы и возможностей для самореализации, чем любая высокая дворянка Империи!

– Я понял! Майин дядя так же примет непосредственное участие в ее дальнейшем воспитании.

– Да не об этом я!

– Я знаю. Как критиковать и советы раздавать – ты первый. Только забываешь, что как член семьи должен проявить участие не только на уровне советов.

– Надеюсь… ты не о совместной опеке говоришь? Очень похоже.

– Обязанности не всегда предполагают наличие прав. Смирись. Ты теперь дядюшка и должен играть определенную роль…

– Согласен. После того как ты ее по воспитываешь, она будет ходить ко мне и я буду утешать ее тем, что ты не самый плохой отец в мире. Или по крайне мере не самый бедный и она вполне может тебе об этом напоминать.

Школа благородных упыриц. Именно так Майя про себя именовала учебное заведение, которое ей теперь приходилось посещать. Прошло уже три месяца, а подругами она там так и не обзавелась.

Травля, которую ей поначалу устроили девушки сошла на нет, а как иначе, если их просто игнорировали? Никто из школы магов не смог бы узнать самую гениальную ученицу в истории. А ее прежних преподавателей хватил бы удар, стоило им заглянуть в табель с оценками. Майя сон Локкрест была самой худшей ученицей на памяти здешних учителей.

Великий герцог заверял, что его дочь очень способная, поэтому ее сразу взяли в третий класс. Его Сиятельство заверял, что Майя хоть и выглядит такой маленькой, на деле ей уже исполнилось семнадцать, возраст, когда девушки уже выпускаются из этих стен.

Вот только новенькая не приложила никаких усилий в учебе. Большую часть занятий она просто отсыпалась на последней парте. А если и не спала, то по отрешенному взгляду учителяпонимали – несносная девчонка где угодно, только не на уроке.

Дошло до того, что директрисе пришлось написать Великой Герцогине, дабы она повлияла на свою дочь.

Дома был скандал. Ее сиятельство негодовала. И чем больше сердилась, тем более идиотской ей казалась вся эта ситуация. Ее новоявленная дочь была предельна вежлива и почтительна. К ее манерам не смог бы придраться и самый взыскательный критик. За исключением той детали, что она была совершенно бесчувственна.

Глава семейства их всех привел в замешательство, однажды вечером появившись в доме с этой девочкой, которая как все знали, была дружна с Ноэлем. Собрав ничего неподозревающую семью, он объявил, что теперь Майя его дочь по всем законам Империи и перед Небесами. Сам император подписал дозволение о принятии в род нового члена семьи. И всем запрещено упоминать о том, что были времена, когда девочка не была частью дома сон Локкрест. Майя дочь этого семейства. Долгое время она училась в школе за границей иногда приезжая в империю. Теперь она вернулась домой. И все должны помочь ей освоиться в повседневной жизни.

Новые Майины братья восприняли ситуацию с юмором, подкалывая Ноэля на предмет того, что это он должен был девочку удочерить, а вовсе не их отец. С сестрами дела обстояли не столь гладко. Они не обрадовались столь необычному пополнению семейства. Четыре новых сестры. «Все как обычно» – мелькнула у Майи мысль. – «За тем исключением, что я старше, хотя по виду и не скажешь».

В этой, новой для нее жизни ей ничего не хотелось. Желания, стремления, надежды… не осталось ничего. Майя Сайори одаренная ученица школы магии умерла на том полигоне. Майя сон Локкрест, так и не осознала кто она, и что ей нужно. Сейчас она была просто маленькой девочкой, потерявшейся в этом огромном мире. Ее непоколебимая уверенность в своих знаниях и умениях была полностью уничтожена вместе с потерей магического зрения.

Все, над чем она работала, чем жила и дышала, оказалось стерто в одно мгновение.

Приехав в Империю, она попыталась отгородиться о то всех. И ей это практически удалось. Она могла запросто ускользнуть из дома и часами бродить по Новой Столице, в которой тогда жила. Новоявленный папочка этому не препятствовал. Только приставил к ней компаньонку, которая не отходила от нее ни на шаг, и от которой ей никак не удавалось скрыться. Компаньонка… эту с виду невзрачную девушку вся столичная стража знала. Из-за этого теперь и Майю в лицо все столичные служивые узнали.

Высокие дворянки не гуляют по улицам города. А если вдруг куда-то и направятся без паланкина, а своими ножками, то стараются прятать лица за вуалью, и окружены ротой слуг и охраны, так что и не подойдешь.

Дочка герцога сон Локкреста позволяла себе то, о чем никто из высоких дворянок и подумать не смел. Она гуляла по городу как по своему двору в компании всего одной служанки. И будь ее отцом кто другой, у нее уже давно были бы крупные неприятности. Но к мелкой девчонке в недорогой одежде, зато в компании Танцующей – одной из представителей самой высшей касты наемников, желающих придраться, не находилось.

У Альвареса была возможность приставить к ней человека совершенно незнакомого обществу, в лояльности которого не могло быть сомнений. Но Майя норовила покинуть территорию дома, а на улицах зачастую одной репутации достаточно, дабы избежать неприятностей.

Гильдия наемников, получив очень солидное вознаграждение за беспокойство, представила в распоряжении Великого герцога одну из самых лучших девушек. Чуть раскосые темные глаза, низенькая брюнетка с невинным личиком. Только вот помимо заурядной внешности она имела при себе оружие, а самое главное разрешение открыто носить его в Столице.

Естественно долго так продолжаться не могло. Альварес сначала с пониманием относился к Майиной отстранённости, но когда она проигнорировала все новогодние торжества в семейном кругу и в новогоднюю ночь как беспризорник отправилась бродить по городу… терпению новоявленного папочки пришёл конец. Сразу после пазников ее определили в школу высоких дворянок, которую посещали новоявленные кузины – дочери Верховного мага.

Сон Локкрест в тайне надеялся, что уроки, познание новых дисциплин и освоение новых умений, таких как танцы и игра на музыкальных инструментах растормошат девочку.

Но не тут то было. Майе были глубоко безразличны и уроки, на которых она все же присутствовала. В танцах… движения были точными и правильными, но совершенно бесчувственными, механическими. Игра на инструментах… учителя заявили, что у нее нет слуха по прошествии многих часов безуспешных попыток. А за закрытыми дверями шептали, что дело не в слухе, а безразличии к всему и всем. Их просто игнорировали.

В отличии от учителей, ученицы игнорирование себя так просто оставить не могли. Сначала это были простые шпильки и завуалированные намеки. Потом намеки стали более явными. Но принадлежность к семейству сон Локкрестов, а так же неизменная компаньонка за спиной не дали перейти конфликту в плоскость физических нападок. Через пару месяцев подобного противостояния все до единой ученицы объявили бойкот. Они сделали то, чего изначально добивалась Майя – стали делать вид, что ее не существует. Герцогиня с дочерьми вернулась в Столицу, а мужская половина семейства разбежалась еще раньше – по государственным делам. Огромная резиденция в Норкимгеме оказалась в полном и единоличном распоряжении девочки.

Люди… Они такие странные. Спешат куда-то. Кричат и спорят. Такой шквал эмоций. Как давно она не ощущала его? Как давно не замечала людей?

Сейчас. Здесь.

Этот город живет этой жизнью, этим ритмом, многие сотни лет. И спустя века ничего не измениться. Все так же будет бегать шпана выискивая что и где плохо лежит. Хозяйки будут спешить за покупками, высокие дворянки перемывать косточки кому-то кто интереснее их. Как дерево каждый год меняет листву, так и город меняет тех, кто его населяет. Но те что закончили свой жизненный путь и те, кто занял их место – в чем их разница? Они все так же шумят, все так же торопятся.

Сколькие из тех, кто прошли сегодня смогут оставить след в истории этого города? Да и что есть сама история? Это наука излагающая факты или это инструмент творящий факты?

Переехав в Норкимгем она не забросила свою привычку гулять по городу. Напротив, все свободное время она проводила бродя по нему или как сейчас заняв место за столиком на балконе невероятно дорогого кафе, она рассматривала людей, здания, небо.

Майя могла просидеть на одном месте несколько часов, время от времени делая глоток чаю.

В этом кафе она была уже несколько раз. Но оставалась лишь тогда, когда балкон был свободен. На нем было пять столиков, и она выкупала их все, не желая, чтобы ее беспокоили. Если она просто бродила по городу и останавливалась в самых разных заведениях, даже тех где то и дело шныряли нищие, она никогда не обращала внимания на толпу.

Но в этом, таком дорогом и изысканном месте, которое могли посетить только очень состоятельные граждане, она не хотела никого видеть.

Управляющий заведения оказался очень понятливым, и одного объяснения ее компаньонки в купе с увесистым мешочком монет хватило, чтобы на ее детское личико не обращали внимания, а принимали как одну из самых дорогих гостей.

Весь персонал знал о странном ребенке – девочке в дорогой одежде, которая занимала балкон и заказывала только чай, но платила так – будто устраивала банкет. Единственное условие – ей никто не должен был мешать.

Потрясающий вид на город. Многие желали занять место на балконе, но непременно останавливались. Вид этого ребенка несколько пугал. Пугала именно необычность, непривычность и непонятность. Она была ребенком. Но ребенка в ней никто не чувствовал. Осанка, жесты, редкие слова и часовая неподвижность. Одиннадцатилетние девочки не могут быть такими. Больше бы ей никто и не дал. Окружающие чувствовали какую-то тайну, выстраивали теории о том, что могло с ней произойти, пытались узнать кто она. Но все напрасно. Гильдия наемников ясно дала понять, что эта девочка неприкасаемая. За что ей такое отношение если кто и знал – молчал. Ведь тот, кто приказал ее охранять имеет уши и руки везде. В гильдии ей даже прозвище дали – ледяная кукла.

Маскировочные амулеты могли делать ее одежду подходящей под место, в котором она оказывалась или через которое шла, а так же делали ее незаметной для окружающих. Но этом все. Они не меняли ее возраст или черты лица. Только гильдейские, как правило, все же могли разглядеть иллюзию.

– Накройте нам на балконе! – донеслось до Майи.

– Простите, но балкон занят.

– Так освободите!

– Это невозможно. Госпожа выкупила весь балкон до вечера. Мы не можем просить ее освободить место. У нас есть превосходные столики возле этих окон. Пожалуйста, выберите…

– Я уже выбрал! Там есть незанятые места!

– Десять золотых.

– Что?

– Именно столько вам требуется заплатить за столик на балконе, чтобы перебить стоимость уплаченную госпожой. – управляющий несколько преувеличил, и назвал сумму, большую чем девочка заплатила за весь балкон, но за меньшие деньги он и не собирался подходить к ней. Сейчас же надеялся, что настойчивый клиент, услышав сумму, выберет другой столик.

– Вы с ума сошли?

– Простите, госпожа платит очень щедро и она постоянный клиент.

– Одиннадцать золотых, и вы принесете все для Ссоура. – неожиданно заявил клиент.

– Но госпожа!

– Я улажу вопрос с госпожой. – и развернувшись он направился на балкон.

Его светлость граф Яр считал себя очень щедрым и богатым человеком. Разве может быть бедным министр? Тем более глава древнего и знатного рода? Однако столь несусветную цену за столик ему платить ни разу не доводилось. Но сегодня была назначена слишком важная встреча, а его гость как он слышал, предпочитал именно места на балконе.

– Простите за беспокойство, – стоило ему подойти к балкону, как ему преградила путь девушка, в которой он безошибочно признал охрану, кто же еще будет носить оружие? Рукоять кортика красноречиво выглядывала из-за пояса. – Мне необходим один из столиков и я готов компенсировать вам ваши неудобства.

Граф Яр был истинным придворным. У таких людей хорошие манеры и развитая интуиция. Во всех странных и непонятных ситуациях он старался быть предельно вежливым и спокойным. Зачем наживать конфликт на ровном месте?

Он видел, что весь балкон заняла девочка в очень дорогой одежде, но она сидела спиной к нему и он даже не мог предположить из какого она семейства. В основном это место посещали очень богатые деловые люди для каких-то переговоров или встреч. Женщины могли зайти сюда отдохнуть после похода по лавкам. Но увидеть в подобном месте девочку? Возможно ее родители недалеко ведут важные переговоры? Однако ее назвали постоянным клиентом. Странная история.

– Госпожа не любит когда ее беспокоят, – вежливо поклонившись, ответила телохранительница. А девочка даже не шевельнулась.

– Мы не в коем случае не станем ее беспокоить. Здесь всем достаточно места, она нас даже не заметит.

– Госпожа предпочитает тишину.

– И все же как я могу компенсировать вам неудобства? Мне очень нужно именно это место.

– Госпожа… – начала девушка.

– Арианна, достаточно, – вдруг сказала девочка ставя на столик чашку и поднимаясь из кресла. – Господин не стал бы настаивать, не будь это действительно важно.

– Прошу прошения за причиненные неудобства. Мой гость предпочитает свежий воздух помещениям. Он проводит в них слишком много времени.

– Понимаю. Видимо это хороший человек, раз вы столь предупредительны. Я уже собиралась вскоре уходить. Так что располагаетесь.

– Вам не стоит уходить, – видя, что девочка собирается покинуть из-за него это место, поспешил заверить граф. Незнакомка оказалась очень вежливой и собранной. Будто не с ребенком разговаривает, а с взрослой. – мы не станем мешать.

Не успела она ничего ответить, как показалась обслуга, с доской для Ссоура и двумя чашами камней.

– У вас важная встреча… – девочка внезапно замолчала и широко раскрыв глаза смотрела ему за спину. – Лорим?

– Господин Эрунамо! Добрый день! – поприветствовал граф подходившего к ним мужчину. И повернулся снова к девочке. ЛоримЭрунамо был очень известной личностью. Но круг его поклонников… девочка была слишком мала для подобного уровня. Однако она знала его имя. Уже не мало, учитывая, что все звали его по титулу.

– Добрый день господин Яр. – поприветствовал его Лорим и обратился к девочке, – А ты здесь откуда?

– И вам доброго дня господин Эрунамо! – девочка поклонилась, но в поклоне не чувствовалось и капли почтения к знаменитому человеку. – В этом месте превосходный чай и вид чудесный, – кивнула она в сторону балкона. – Надолго в городе?

– Вечером должен быть в Кариле. Не ожидал встретить тебя в Норкимгеме.

– Я сейчас здесь живу.

– Ты должна оставить адрес. Когда же мы с тобой в последний раз играли? Года три назад?

– Да. Чуть больше трех лет. Это было осенью.

– Вы знакомы? – спросил об очевидном гарф Яр. Встреча незнакомой девочки и такой знаменитости как ЛоримЭрунамо на его глазах выглядела весьма интересно. Самый большой интерес скрывался в недосказанности. Эти двое говорили одно, но их глаза, мимолетные жесты… Обычный человек возможно и не заметил этого, но человек несколько десятилетий проведший в политике…

ЛоримЭрунамо ярчайшая звезда мира Ссоура был достаточно скрытным человеком. Его личная жизнь несмотря на старанья поклонников так и оставалась личной. Хотя может все дело в личностях этих поклонников… как правило они все были состоятельными дворянами, занятыми в политике или военном деле. Эрунамо – титул открывающий практически любые двери в любой стране. Он дает обладателю особый статус. Ему становиться безразлично понятие границ. Он становиться гражданином мира, а не подданным одной страны. Обладатели игровых титулов проводят жизнь в турнирах и подготовках к ним, а так же дают уроки. Большая честь иметь такого учителя – ученики выбираются не по социальному положению и достатку, а по способностям.

Граф Яр очень долго пытался организовать партию с этим неуловимым человеком. И видеть сейчас его беседу с девочкой… любопытно.

– Господин Эрунамо учил меня игре в Ссоур, – ответила девочка. – К сожалению, в последние годы нам не удавалось сыграть.

– Вот как! Вы наверное очень одаренный человек и имеете высокий уровень, раз такой знаменитый учитель давал вам уроки.

– Я не брала камней в руки уже несколько лет. Оценивать мой уровень в таких условиях затруднительно. Что ж не буду вас задерживать, – вежливый прощальный поклон обоим, и девочка направилась к выходу.

– Какая странная девочка, – стоило им устроиться за столом, проговорил граф Яр, – не знал, что вы даете уроки столь юным барышням.

Как правило, игроки подобного уровня выбирали очень юных учеников, дабы воспитать из них профессионалов. Но женщины никогда не участвовали в официальных соревнованиях. Более того, уровень игры наглядно демонстрировал такие способности и навыки, высокий уровень которых у женщин не приветствовался. Поэтому если женщина и повышала свой уровень игры до профессионального, то она уже давно была замужем и имела сыновей, делающих ее положение нерушимым. Ввиду этого удивление графа было весьма обоснованным.

– Это моя единственная ученица. У нее очень настойчивый характер. Где-то два года… в этом возрасте от детей прячут подобные вещи, дабы они не тащили их в рот, но она ухитрялась добираться до камней и выкладывать из них странные рисунки. Учить ее было весьма увлекательно. Она очень способная и могла бы стать к этому времени профессионалом, если бы сосредоточилась на Ссоуре.

– Каков бы велик не был талант, без упорной работы он никогда не раскроется в полную силу. Наверное, для родителей было обидно, что она родилась девочкой.

– Вполне возможно, – уклончиво ответил Лорим, и протянул камни, предлагая разыграть цвет.

Майя вышла из здания в смешанных чувствах. Радость и грусть переплелись при виде брата. Последние месяцы она ничего не чувствовала, как будто ее и мир разделяла ледяная стена. Эмоции такие как радость, обида, боль, гнев, симпатия и множество самых разных эмоций если и ощущались то в качестве далеких отголосков. Безразличие – вот то чувство, которое поглощало все. Увидев Лорима, она буквально почувствовала, как эта стена начала трещать.

Ей даже пришлось сдерживать свои эмоции из-за постороннего человека. Но оказавшись на улице и накинув капюшон, скрывающий лицо в тени и делая ее непримечательным человеком, одним из многих в этом огромном городе, она смогла расслабиться.

– Проводишь господина Эрунамо к порталам и ответишь на все его вопросы. – повернулась она к Арианне. – Сообщи ему мое расписание и где меня можно найти.

– Госпожа, я должна сопровождать вас…

– Ты должна выполнять мои приказы. – холодно оборвала девочка. – Можешь не переживать, на меня и внимания никто не обратит. А если и обратит… это будет даже интересно…

Больше всего девочка хотела остаться одна. Что может обеспечить большее одиночество чем городская толпа? Улицы запруженные народом вывели ее на рынок… в этом городе все улицы ведут либо на рынок либо в торговые кварталы.

Одиночество – это хорошо. Но когда толпа не дает пройти, и то и дело сталкиваешься с кем-то, то одиночество хочется искать чуть в менее людном месте. Оглядевшись, выбирая направление, Майя задержала взгляд на квартале артефактов – месте где продавались вещи с магическими свойствами. Она уже не впервые смотрела на эти домики в исконно имперском стиле – одноэтажные, с загнутой крышей опирающейся на деревянные колонны.

Мир магов. Как часто она смотрела туда не решаясь зайти, с тоской осознавая, что этот мир для не теперь закрыт… хотя… большие деньги могут стереть даже границы миров. Девочка нащупала мешочек с золотом и серебром, который значительно уменьшал вес и размер содержимого, а так же там лежал ее банковский камень – артефакт который позволял оплачивать покупки. Правда расплатиться им можно было только в очень дорогих магазинах магов. Вещица была уж больно редкая. Ей выдал его ее новый папа еще на острове. Тот невероятный накопитель в добровольно принудительном порядке выкупило королевство магов в лице его величества Азадара. Сумма была просто астрономическая.

О том откуда у нее подобные деньги она ни с кем не делилась и все естественно считали, что она швыряет на ветер деньги Великого герцога. Девочка только усмехалась на все замечания, позволяя людям думать все, на что им фантазии хватит.

Майя с замиранием сердца ступала на плиты торгового магического квартала. Людей здесь было гораздо меньше, хотя и не существовало ограничений в доступе. Нет прямого запрета, однако это наглядная граница… простой человек не станет связываться с магом без весомой причины. А здесь судя по прическам больше половины – маги.

Девочка с замиранием сердца проходила между зданий не решаясь войти. Страх что может встретить кого-то из своей прошлой жизни пришёл внезапно. Страх… она уже забыла, что это. Воспоминание оказалось не из приятных. Лорим был единственным из тех, с кем ей хотелось поговорить. Не потому, что он был ее братом. А потому что не был связан с магией. Все ее старые знакомые друзья, ее новая семья… они так или иначе были частью мира магии. Видеть их было больно. Каждый из них заставлял снова и снова вспоминать, что она потеряла.

«Я не маг, – думала она про себя, – но за магию я могу платить. Я не мга, но они… они всего лишь маги! Как смеют они думать, что я хуже любого из них! Я всего лишь человек, простая смертная. Но наличие резерва, истинного зрения и диплома школы не делает их магами!»

С таким настроением она и переступила большого здания, где-то в середине квартала. Вопреки ее ассоциациям с кварталом древностей, здесь никто не бросился к ней навстречу. Здесь вообще все было иначе!

По сторонам широкого коридора стояли большие прозрачные короба и стеллажи с помещенными внутрь артефактами.

«Изолирующие боксы, – подумалось ей. – Верно… некоторые вещи должны быть изолированы».

Чаще всего встречались артефакты, к которым могла осуществляться привязка с новым владельцам… реже просто опасные вещицы. Рядом с каждой вещью лежал ярлычок – проверено Башней Магов.

Стоило пройти немного, как она оказалась у огромной каменной лестницы ведущей вниз. Ее ступени покрывал темно-синий пушистый ковер, а перила украшала искусная резьба по белому мрамору. Нечто похожее она видела в Баше Магов.

То, что Норкимгем смешал в себе все возможные архитектурные стили, ей было известно давно. Однако подобное она даже на картинках не встречала. Огромное помещение, край которого терялся вдали, было заполнено множеством беседок увитых самым разным плющом, среди которых не спеша прогуливались покупатели. Расположенные на потолке светильники давали свет, похожий на солнечный. С лестничной площадки были видны и другие, похожие лестницы, которые судя по разделяющему их расстоянию, вели из других домиков.

Квартал артефактов Норкимгема представлял собой одну огромную подземную залу, которая выглядела как часть парка Долины императоров, с тем отличием, что была вся уставлена причудливыми беседками и заполнена покупателями и продавцами.

«Наверное… здесь очень интересно. Это же не просто потолок? Не просто беседки и растения здесь вовсе неслучайные, – оглядывая окружающее пространство, Майя почувствовала тоску. Острую и щемящую. – Что за маги создали это место? Они были из Башни или… а какая разница. Они были художниками своего дела. Создать такую сказку. Простой человек… да даже большинство этих людей называющих себя магами и не подумают, какая мощь и сила, сокрыты в этом месте. Им и в голову не приходит, что запрет торговать артефактами помимо специально отведенных мест связан именно с защитой людей. Как в прочем и обязательная проверка Башней всего товара. Какие они интересно… эти щиты окружающие каждую беседку. Они похожи на другие… или… или это что-то особенное»?

От невозможности по настоящему видеть что ее окружает, у девочки на глазах выступили слезы, которых она не замечала. Она скользила между людей, между беседок по мягкой зеленой траве ковром расстилавшейся по земле. На нее никто не обращал никакого внимания – артефакта несмотря ни на что продолжал работать. Хотя это место слегка приглушило его действие.

Здесь были не только торговые павильоны в форме беседок, но и настоящие места для отдыха. До дойдя до фонтана окружённого каменными скамейками, девочка опустилась на одну из них и начала рассматривать людей время от времени предпринимая попытки увидеть большее. Но наталкиваясь только на темноту. Вскоре она уже ничего не могла видеть. Слезы застилали глаза и делали все вокруг расплывчатым.

– Держи, – перед ней вдруг оказалась рука с шёлковым носовым платком. – О чем так горько плачешь? Потерялась?

Майя только кивнула, беря платок и вытирая лицо. Она действительно потерялась. Но не в городе. А в жизни.

– Ничего с страшного. Я здесь тоже поначалу заплутал. Ты по какой лестнице сюда попала?

– Лестнице? – все еще вытирая глаза и не поднимая головы переспросила Майя.

– Цвет ковра. Они все разные. Так какой?

– Синий.

– Это там, – она уловила движение руки указывающие направление, – но ты забралась далековато. Послушай, а у тебя случайно нет старшей сестры? Я встречал очень похожую девочку несколько лет назад. Но она уже должна была вырасти.

Майя прекратила вытирать лицо и внимательно вгляделась в подошедшего молодого мага. Лицо было определенно знакомым. Но где она его же видела? Пришлось приложить усилия чтобы вспомнить. Три с лишним года назад… ночью… ее день рождение. Они ходили по городу, смотрели на праздник, ели вкусности и ему направиться Ссоур.

– Ал? – неуверенно произнесла Майя.

– Элла? – не менее удивленно осведомился он. Девочка, которую он пытался встретить в толпе и на встречу с которой уже не надеялся, сидела и плакала посреди квартала артефактов. – Что случилось? Тебя снова кто-то обидел?

Она отрицательно закачала головой и снова расплакалась. Слезы с новой силой полились, только в этот раз она их пыталась вытереть.

– Тогда у тебя что-то болит? Тебе плохо? – перебирал возможные варианты Алфей. Что делать с рыдающими детьми он не представлял.

А девочка все продолжала плакать и не оставалось ничего, кроме как сесть рядом и попытаться утешить.

– Что так расстроило сестренку? – расспрашивал он гладя ее по спине. Но похоже добился противоположного эффекта. Она просто привалилась к нему и разрыдалась пуще прежнего. – Только скажи мне имена своих недругов! И они пожалеют о своих поступках!

– Каких еще недругов? – всхлипывая спросила она. – Тебе на пожаловаться на всех? Мои одноклассницы просто ужасные, учительницы – их в армию солдат муштровать отправить надо, а не дворянок учить! Здесь все ужасно… ужасно скучно!

– Так ты из-за этого ревешь?

– Нет… это все неважно из-за чего я реву. Эти слезы по тому, что было. А сейчас все по-другому. И мне это не нравиться!

– Значит ты учишься в школе для девочек?

– Для очень вредных и противных девочек! Этикет высоких дворянок Срединной Империи это такая жуть, что слов нет!

– С высоким дворянством действительно все очень сложно. – кивнул Ал. – Это самый консервативный и обросший тысячелетними традициями слой общества. Почему ты не скажешь родителям? Они уверен смогут обеспечить тебя учителями и не придется ходить в школу. Как думаешь сможешь выучить все самостоятельно?

– Дело не в знаниях. А в практике. Мне нужно общаться с кем-то. Так считает семья и наверное они правы… но мне это не нравиться!

– Ты совсем не завела друзей в школе? – девочка только покачала головой, – Подруги вне школы?

– Их нет. Это так странно. Я не знаю кого сейчас назвать другом. В моем прошлом есть много хороших людей. Но… мне больно рядом с ними. Они напоминают о временах, которые не вернуть.

– Тогда заведи новых друзей. Хочешь я стану твоим другом?

– Другом? У тебя нет выбора… Ты же мой старший братик! Забыл? А значит ты уже мой друг.

– Вот видишь? Все не так плохо как казалось. Как твой старший братик и друг предлагаю тебе выбрать, что ты хочешь поесть. Как насчет сладкой ваты?

– Ты называешь это поесть? – скептически взглянула она на него. – Время уже к ужину наверное подходит, а ты собираешься кормить меня ватой?

– Тогда чего ты хочешь?

– Торт! Торт с черникой и земляникой. А еще шоколадное мороженное!

– Время уже к ужину, а ты перечисляешь десерты!

– А, кто первый про вату сказал? Вата это… это вата! А я хочу торт! С земляникой и черникой. И мороженное. Шоколадное!

– Хорошо, хорошо! Будет тебе шоколадный торт и ягодное мороженное!

– Ягодный торт и шоколадное мороженное! – запротестовала она.

– Хорошо. Только давай сначала дойдем до вон той красивой беседки.

– А что там продают?

– Там не продают. Так выглядят павильоны Башни магов. Мне нужно чтобы они проверили один предмет, который я хочу продать. Это недолго.

– Недолго? Разве можно быстро проверить артефакт?

– А ты много знаешь о магии… то заклинание от огня… оно очень хорошее. Теперь у меня есть защитный артефакт от огня. Ты маг?

– Нет. Хотя что такое маг?

– Тот кто может строить заклинания разве не так?

– Тогда определенно я не маг. Но я очень много знаю о магии. Я перечитала книг больше, чем ты в своей жизни просто в руках держал!

– Вот как? Тогда ты наверное читала о таком. Отгадаешь что это? – и он достал маленькую пирамидку.

Совершенно гладкие стороны без единого символа или знака. И на первый взгляд она кажется стального цвета. Но взяв ее в руки она заметила, что цвет поверхности меняется. Разная насыщенность и на ощупь разная поверхность. Майя закрыла глаза. Без истинного зрения она была беспомощна. Но… возможно узнать что-то и по-другому…

«Центр тяжести. Он смещен… обратная пирамида? Ее основание в вершине… Она из разных материалов. Но что это за сплавы? Если сплавы разные значит у каждого своя функция. Сколько их… шесть… нет семь. И это только на поверхности. Значит их может быть и больше. И что это? Выглядит как сталь, но по весу как дерево. Это из-за плотности материала, пустоты внутри или это вовсе не сплавы стали?»

– Есть идеи?

– Слишком много. Мне нужно оказать воздействие… но он точно исправен? Можешь описать что видишь истинным зрением?

– Мешанину. Очень похоже на накопитель по насыщенности энергии.

– Там есть полость?

– Не понятно. Линии структур идут очень плотно друг у другу.

– Но структуры есть? Это не сплошная масса.

– Мне кажется, что есть. Хотя для этого пришлось долго посидеть рассматривая.

– Значит ты не знаешь, что это?

– Есть несколько предположений. Поэтому и иду к артефакторам.

– Тогда идем.

Увитая снаружи шпалерными розами беседка изнутри казалась обычной комнатой, вдоль стен которой расположились стеллажи с различным оборудованием, а также полки со справочниками. По середине комнаты стоял массивный стол, за которым сидел маг средних лет. Пока Ал общался с хозяином кабинета, Майя рассматривала расставленное оборудование большинство из которого видела впервые. В отличии от справочников. Их в свое время она все перечитала. С некоторых даже копии делала.

– Интересная вещица. Редкая.

– Что же это?

– Рассеивать иллюзий. Когда вы зашли, я даже не заметил вашей спутницы, а стоило взять пирамидку в руки, как я ее заметил. Видимо у маленькой госпожи очень сильный амулет сокрытия при себе? Обычно в этом месте такие вещи не работают.

– Элла? – позвал ее Ал. – О каком амулете речь?

– Братик! – протянула девочка, – Как бы я из дому ушла без амулета!? Кто бы выпустил с тобой бродить, а не уроки делать? Естественно у меня амулет! Но господин маг, а что еще делает этот артефакт?

– Госпожа. Подавление такого сильного амулета как у вас, на который даже защита этого места не влияет… разве это не мало?

– Для этой пирамидки мало. Она очень сложная. Есть способы и попроще повысить невосприимчивость к моему амулету. Здесь как минимум семь сплавов. И как говорит братик очень плотная структура конструктов. Вы же знаете, что такие расчеты для одного мага могут занять несколько лет. Это без учета неудачных попыток. Значит это был или ненормальный артефактор или группа артефакторов. Например, из центра исследований королевства магов. А они ерундой заниматься не станут.

– Звучит логично. Но с чего ты решила, что это ерунда?

– Мой амулет – из такого центра. Если они отдали его на продажу, а тем более дали покинуть пределы островов, значит вместе с моим амулетом была изготовлена и защита от него. Это стандартный протокол артефакторов.

– Этот рассеивать позволяет его обладателю игнорировать не только твой амулет…

– То, что может подавить это, может подавить и все остальное. – и она вытащила из-под воротника шнурок, на котором висел кругляшек испещрённый разными символами. Очень редкий кругляш. Однако очень знаменитый. Этот артефакт был изображён и описан в половине справочников стоящих на полках.

– Тень. – прошептал маг. – Маленькая госпожа хорошо разбирается в магии. И владеет редким амулетом. Вас вполне можно принять за мага… но это не так. Простой человек знающий… в вашей семье наверное много сильных магов?

– Достаточно. И все пытаются учить. Так что это за артефакт, – вернула Майя внимание присутствующих к таинственному предмету. Хотя магов больше интересовала девочка, чем артефакт.

– Семь металлов редкое сочетание, – взяв пирамидку в руки, задумался маг. Потом в ход пошли какие-то приборы.

Майя чувствовала себя несправедливо обиженной. Маги смотрели на происходящее истинным зрением, а для нее ничего не происходило.

Как-то долго они возились.

– Тает. Направленные заклинания рушатся, а опосредованные нет. – наконец нарушил молчание маг.

– Эффект Флимра, – пробормотала Майя, направляясь к стеллажам с книгами.

– Оно не разрушает, а отражает опосредованные… – возразил маг, но был перебит.

– Отражение опосредованных? Почти на самой поверхности? – все кивнули. – Тогда не Флимар… или все же он? Семь сплавов… отражение… семь сплавов снаружи. Семь сплавов внутри… отражая атаки и ставя защиту… они лишь хранят от беды ограждая… не помню, как там дальше… Это из Ирмонских сказаний…

– Ирмор! Значит это до имперский период? – перебил ее Ал. – Эта вещ… как она может быть такой древней?!

– Я вынужден спросить у вас откуда вы взяли этот артефакт?! – посуровел артефактор. К нему пришли узнать, что это, и формально преступления пока никто не совершил. Если конечно это не было куплено.

– Это не до имперский период. – не обращая на взрослых внимания девочка начала доставать с полок книги, – Это Флимар. В подлиннике. Разрушение направленных и поглощение опосредованных конструктов называют эффектом Флимара. Действительно это действие сопровождало многие его артефакты. – Майя открыла одну из книг на нужном разделе и положив перед пожилым магом пошла за следующей, – Но это было на этапе разработок. На протяжении семидесяти трех лет Роэн Флимар проводил и ставил опыты, задавшись целью создать хранилище для семейной реликвии. – на стол легла еще одна раскрытая книга, – Так что настоящий артефакт внутри. И эта шкатулка защищает не только его, но и от него. Флимар был поклонником древней истории и считал себя потомком Ирморской династии. Он говорил и читал на пяти мертвых языках и наизусть знал все сказания. Именно ими и руководствовался в своих разработках. «Семь ликов отражения» – это сказание не о артефакте, а о воинах. Говорят, в оригинальном тексте сокрыта система тренировок. Секрет непревзойденного боевого мастерства. Эти войны служили барьером между двумя королевствами и не подчинялись никому.

– Почему тогда сказанья Ирморские? – спросил Ал.

– Потому, что их поселение располагалось на земле официально принадлежащей Ирмору.

– Ирмор? Разве оно не на юге было? – задумался Алфей.

– На юге. Там сейчас пустыня. – кивнула девочка.

– Роэн Флимор… сумасшедший артефактор. – кивнул пожилой маг. – Он умер лет триста назад. И действительно жил в пустыне, отказываясь ее покидать, даже, несмотря на вызов в Башню магов. Если это действительно шкатулка, то как же ее открыть?

– А зачем ее открывать? – состроила простодушное лицо Майя.

– Госпожа сама сказала – внутри древняя реликвия.

– Если это то, о чем я думаю, то открыть эту шкатулку не самая лучшая идея. Да и не выйдет у вас ничего.

– Почему? – спроси Ал.

– Замок на крови. – вместо Майи ответил маг. – Открыть сможет только потомок Флимара, а у него их насколько известно не осталось. Значит это так и останется – рассеивателем иллюзий.

– И никакой возможности взломать защиту?

– Только если в вашем распоряжении окажется вся мощь и сила Башни, может появиться шанс. Роэн Флимор был безумцем. Но он был непревзойденным гением. И мастером ловушек. Любая попытка взлома его артефактов плохо заканчивается. Не желаете ли вы продать эту вещицу Башне магов?

– Пожалуй я ее оставлю. – отказался от предложения Алфей. – Иначе как мне уследить за сестренкой?

– У вас очень умная сестра. За такой и в правду глаз да глаз нужен.

Пока маги решали свои дела, обмениваясь взаимными любезностями, у Майи заурчало в животе.

– Братик! – заныла она, видя, что на нее не обращают внимания, – Я кушать хочу! Ты мне тортик обещал! И мороженное! А еще я хочу сок!

– И какой хочешь сок? – забирая артефакт, поинтересовался Алфей.

– Вишневый! – глаза девочки так сияли, что у взрослых даже как-то сгладились впечатления от недавней лекции. Просто ребенок, который много читал. Ничего больше. Всего лишь любознательный… ребенок.

Майя делала и говорила все, что в голову взбредет. Она была совершенно другой сегодня и ей это нравилось!

В детстве люди наивны и просты, становясь серьезнее с годами. У нее же все вышло наоборот. Серьезный ребенок, который попробовал быть ребенком, а не равняться на взрослых. И ей это понравилось.

Впервые в жизни она каталась на каруселях. Там было много детей, и она выкинув из головы все свои переживания, вообще всю свою прошлую жизнь, просто играла с ними, смеялась, шутила. Кем она была в этот момент? Майей сон Локкрест? Нет. Она была Эллой. Девочкой, за которой присматривал старший брат. Стоя за ограждением со всеми взрослыми, он держал ее конфету на палочке и большой стакан с соком.

Для них обоих сегодня было чем-то новым и доселе неизвестным. Привести ребенка в парк развлечений – это нормально. Но если этот человек император – это немыслимо. Невозможно. Каждый ребенок бывал в парке развлечений. Не у всех хватало средств кататься на этих замечательных каруселях и аттракционах, но гулять все сюда приходили. Все кроме девочки всю жизнь посвятившую учебе. И сейчас она была опьянена атмосферой этого огромного праздника. Бегать и прыгать. Взлетать на батутах и кружиться в облаке мыльных пузырей. Скользить в крохотных лодочках по пруду в котором плавает светящаяся рыба и отправляться в захватывающее путешествие по подземным катакомбам в маленьких вагонетках. Она беззаботно смеялась строя забавные рожицы одетым в сказочных героям взрослым. Учитывая, что в сказках у нее был серьезный пробел, странным костюмам некоторых людей она не могла придумать объяснения.

– Лира! – замахала рукой стоящая рядом с Алфеем девушка, – нам пора домой!

Только вытащить детей из этих мест оказывалось для взрослых настоящим испытанием. Кроме того, что шум был невообразимый, они даже если и слышали, то усиленно прикидывались глухими.

– Лира! – звала она весело хохочущую девочку, которая прыгала на батуте недалеко от Майи. В верху летали мигающие шарики и пушинки, а они пытались до них допрыгнуть, снова и снова. – Лира, же поздно!

– Еще чуть-чуть, – неслось в ответ.

Эта сцена заставила Алфея вернуться к реальности и оглядеться вокруг. Уже давно стемнело и если бы Элла была его настоящей сестрой, то ему как старшему брату пришлось бы возвращать ее домой, так как спать давно пора. Но Элла была сестрой названной. Ее настоящие родители знать не знают где она и наверное очень волнуются. Будет странно если сейчас город не наводнили поисковые группы разыскивающие пропажу.

– Элла! – начал звать теперь уже он, надеясь привлечь внимание девочки, – Элла пора возвращаться!

Естественно в ответ он получил только хохот.

– Элла! Лира! – неслись в сторону батута призывы к вредным девчонкам не желавшим ничего слышать.

– Дайте им повеселиться, – заговорила стоявшая рядом с ними старушка, – сейчас напрыгаются, энергию лишнюю растратят и сами домой запросятся.

– Родители волноваться будут, – ответили одновременно Ал и девушка.

– Родители всегда за детей волнуются.

– По какому поводу праздник? – осведомился Верховный маг оглядывая простую на вид бутылку и выставленные рюмки. Вид у бутылки был простой, да только символ на темном стекле ясно давал понять, что напиток с императорского завода, притом из особой партии. Вещица крепкая и что самое ценное в этом сорте – притупляющая восприятие магии. Проще говоря, это один из редких сортов спиртного, под которое маг может расслабиться не боясь устроить беспорядки с применением магии. Естественно спрос на подобные напитки во много раз превышает предложение.

– Праздник? – усмехнулся Альварес. – Я не знаю, что с ней делать!

– Ты чего-то не знаешь? – наигранно удивился Вильям, – Разве такое возможно? Так в чем проблема?

– В Майе. Эта девчонка абсолютно неуправляема.

– Воспитав стольких дочерей, у тебя возникли проблемы с Майей? Разве она не верх благоразумия и ответственности? Тебе досталась первая ученица мира магов!

– Вот там она и была и ответственной, и благоразумной и гением невиданного масштаба! А сейчас она ни капли не учиться. Она самая последняя. Ее в школе терпят только из-за моего титула. Дополнительные занятия, тренировки… хоть что-то… ничего нет. Я ей на новый год подарил пропуск во все библиотеки и архивы Столицы и Норкимгема. Она ни разу даже их порога не переступила! Я честно пытался стать понимающим отцом. Ей не хотелось общаться со всеми и я отправил ее в Норкимгем – там новая школа, новые знакомые, целая резиденция в ее единоличном распоряжении!

– И?

– Она целыми днями бродила по городу, как беспризорник, потом связалась с каким-то магом и завет его старшим братом. Общается с людьми… вместо того чтоб завести подруг в школе, она расхаживает с какими-то двумя девчонками – одна ее ровесница, другая совсем малявка. А еще она сняла дом в городе… Видел бы ты эту халупу! Вот что мне с ней делать?!

– Это-же Майя. Возможно у нее свои интересы. – осторожно предположил Вильям.

– Это не интересы, а полный абсурд! – взорвался Альварес.

– Найди ей дело. Дай задание…

– Например? Что можно придумать, что соответствует ее положению в обществе и не привлечет особого внимания и будет ей интересно?

– История с Первым Императором? Мы его так и не нашли. Возможно стоит ее озадачить?

– А зачем я по-твоему ей допуск во все архивы дал? Последние четыре года они с Ноэлем пытаются узнать, что произошло. Он в Империи, она в архивах. Они постоянно письмами и копиями разных документов обменивались. Подозреваю, Майя что-то выяснила, но сейчас ее это не волнует! Ее интересует шатание по всему городу!

– Майя профессионал. Отсутствие магии не делает ее бесполезной. И нам стоит ей показать это. – рассудительно заметил Верховный.

– Как?

– Наблюдатели. Давай отправим ее к ним!

Речь зашла об особом межведомственном подразделении, образованном почти три года назад. Оно состояло на половину из магов, а на вторую из следователей тайной канцелярии. Наблюдатели контролировали работу расставленных по всему Норкимгему детекторов магии, а так же разбирались в случаях превышения допустимой магии.

– Каким образом ты видишь высокую дворянку в подобном месте?

– Высокую дворянку? Она дом сняла, так разреши ей в нем жить. Изобрети ей фамилию. Вон даже семья очередная у нее появилась. Тирон между прочем неплохо справляется в следствии. Так что пусть поделиться с сестрой своим опытом двойной жизни. У тебя без дела сидит эксперт по артефактам. Она не может видеть магию… печально. Но память у нее не исчезла. Способности этого ребенка слишком многогранные. Ее должно понравиться.

– Главное, чтобы не понравилось слишком сильно. Ей нужно закончить эту школу, а потом у меня на нее планы.

– Такими темпами твоим планам придётся еще долго ждать! Что нового в Долине? Слышал тебя Императрица-мать видеть хотела?

– Граф Артон вызывает у ее величества подозрения в неблагонадежных делах.

– Это не его дочка одна из фавориток отборе на место в гарем? Слышал она даже ставленницу императрицы обойти может.

– Все так. Поэтому к семьям претенденток повышенное внимание. Особенно таких как графа Артона. Так ты устроишь Майю в к наблюдателям?

– Почему я? Она ведь твоя дочь!

– Ты же сам сказал – никто не узнает кто она. Учитывая, что ее познания именно в магии – тебе и вести. И сочини историю откуда она взялась вся такая умная. Никто не предскажет, что действительно она знает.

– Вот так и давай тебе советы! – возмутился сон Локклест.

– Это что? – рассматривала Майя переданный ей листок. Вопрос был риторическим, но удивление – неподдельным.

– Твой распорядок на ближайшее будущее, – невозмутимо ответил новоиспеченный отец.

– А вот это? – провела она пальцем по выделенным строчкам.

– Это твоя новая работа. Наблюдатели. Они регистрируют превышение допустимой магии и разбираются в этом. Некоторые дела расследуют сами, но в основном в дальнейшем они попадают к следователям, в тайную канцелярию или к магам. В этом городе постоянно случаются происшествия с артефактами, древностями… ты в этом неплохо разбираешься. Утрата истинного зрения прискорбна. Но это не делает тебе права заниматься бездельем. Мы все были терпеливы в последние месяцы. Только тебе до этого дела нет. Ты поздравила Рафаэллу и Найра? Навещала Ноэля? Посещала музеи или библиотеки? А может хорошо училась или избрала новое увлечение… ах да! Избрала! Город изучаем, не так ли?

– Рафаэллу и Найра? С чем я их…

– Интересно, в этом городе есть хоть один человек кроме тебя, который не знает, что сестра императора ждет первенца? Может, ты и о ранении Ноэля впервые слышишь? – по глазам девочки он видел – впервые слышит. – Тогда самая большая новость страны – отбор девушек в гарем. Очень скоро станет известно имя будущей императрицы. Хотя как можно не услышать о таком, ума не приложу.

– Что с Ноэлем? – только и смогла спросить она.

– Уже почти все в порядке. Он пострадал при исполнении, и сейчас находиться на принудительном отдыхе на минеральных источниках в Эвгре. Но нет. Ты к нему не поедешь. Ты теперь учишься и работаешь, так что со свободным временем у тебя туго.

– Попрошу всех минутку внимания, – хорошо поставленный голос Миранды Тришт привлек всеобщее внимание и заставил всех оторваться от своих дел.

Этих самых всех в огромной комнате наблюдалось человек пятьдесят, а то и больше. Майя смотрела на них широко раскрыв глаза. Она и представить не могла, что одно из государственных подразделений правопорядка может быть таким! Архитектура этого места… девочка ни разу не встречала упоминаний о подобном. Здесь было много уровней и балкончиков уходящих как вниз, так и в верх, лестниц и переходов, при том, что все оставалось одним помещением, под прозрачной крышей. Смешение форм и цветов… такой хаос и государственное учреждение никак не соотносились. А люди! Женщины на госслужбе – великая редкость. А здесь их наверное четверть от присутствующих. И что характерно – сотрудники в большинстве своем выглядят лет на двадцать – двадцать пять. Хотя по одежде… некоторым и этот возраст сильно завышен. Только старшее поколение было одето в форменные одежды, а остальные – кто во что горазд.

Майе сообщили, что подразделение смешанное – маги и не маги работают вместе. Но кто есть кто в большинстве своем непонятно. Просто распушенные волосы, непременный атрибут почти любого мага тут были… только у пятерых, включая госпожу Тришт. Остальные… просто мешанина цветов, форм и стилей… видимо в соответствии с местной архитектурой и дизайном.

– У нас в команде пополнение. – продолжила Миранда. – Ее зовут Элла, и на ближайшее время она будет помогать вам в информационном поиске. Элла не маг, но об артефактах знает побольше некоторых из вас. Несмотря на отсутствие у нее магических способностей и возраст, она получила профессиональное образование, в чем вы очень скоро убедитесь на практике. И да… она несколько старше, чем выглядит, поэтому просьба оставить шуточки и подколки до лучших времен, Лодж, это я персонально тебе сообщаю. Элла имеет практический опыт в разработке артефактов, некоторые из которых получили международное распространение и массовый выпуск. И говоря о разработке, я не имела в виду обеспечение артефакторов всем необходимым от еды до книг. Она занималась именно разработкой систем конструктов встраиваемых в основу из различных материалов. Кроме того… Эстер, – это та девица в розовом, – указала она напоминавшую с одного из балкончиков девушку. Она была в розовом платье с кучей оборках и волосы… они тоже были розовыми. – Элла начнешь пока работать с ней. Твоя помощь весьма пригодиться. Элла является одним из тех редких людей, которые тянуться к знаниям. Она свободно читает и пишет на вилонском. У нас есть специалисты по этому языку, но их знания относятся к общему уровню. – повернулась она к девочке, – нам очень нужен специфический раздел аретефакторов. У Эстер все застопорилось именно из-за того, что все переводят один текст по-разному. И среди знатоков мертвого языка среди наших артефакторов нет. Поэтому… все неоднозначно. И еще… у Эллы будет свой график, поэтому постоянно она с вами находиться не будет. Как не станет и выезжать на места происшествий. Прошу это учитывать. Только бумажная работа.

– Всегда мечтала о бумажной работе, – пробормотала Майя отвешивая приветственный поклон.

– Большое спасибо госпожа Тришт, – разогнувшись, поблагодарила она, – я приложу все усилия.

– Не думай, что бумажная работа будет скучной, – видимо уловив выражение лица девочки, улыбнулась госпожа Тришт. – У нас даже бумажная работа скучной не бывает. Здесь все очень… динамично. На сим, представление новенькой закончено, – повернулась она вновь к аудитории, прошу всех вернуться к работе. Элла давай к Эстер. – кивком она указала на одну из лестниц. – И еще… здесь все общаются на «ты» и не особо обращают внимания на чины. Только старшие наставники – я и вон тот господин в сером, исключаемся из этого правила.

«Это точно не империя, – взбираясь по ступенькам думала Майя, – это просто параллельный мир какой-то».

– Привет Элла, – приветливо улыбнулась Эстер, когда девочка добралась до нужного балкона. Оказывается, это была большая лестничная площадка, на которой были установлены большой письменный стол заваленный свитками разной величины и книгами, а хозяйка всего этого безобразия восседала в глубоком мягком кресле, ярко розового цвета.

Сама же лестница вела в комнату, заставленную книжными стеллажами, розовыми креслами и небольшими столиками.

– Что думаешь по поводу мелких косичек? – с задумчивым видом спросило это розовое чудо.

– Косичек?

– Тебе срочно нужно сменить стиль! – категорично заявила она. – Проявить индивидуальность и характер. Сделать что-то противоположное ожиданиям. Мы – наблюдатели, не признаем общих стандартов.

– Это я уже заметила. Как так получилось, что подобная структура выглядит так? – указала она в сторону одного из сотрудников – молодого человека затянутого в черную кожу. Его волосы были совершенно белыми, забранными в высокий хвост. Майя определенно замеnила в нем несколько косичек украшенных на концах чем-то острым. Глаза – подведены черной подводкой, а на поясе дав длинных кинжала.

– Это Шон. Ты с ним поосторожнее, с юмором у него не все в порядке. К слову он из тайной канцелярии. Эти ножички у него не для красоты висят. Так что не доставай его. А почему мы не в форме и вырядились кто во что горазд… так мы межведомственное подразделение. Начальства мало. Если точнее, то наше главное начальство подчиняется напрямую Великим герцогам. Никаких министерств и ведомств. Краткий экскурс в историю. Три года назад в городе произошло странное магическое явление. Осенний снегопад… ты наверное слышала о нем. В верхах приняли решение усилить надзор за применением магии и артефактов. Расставили везде множество датчиков. Естественно кому-то нужно было следить за всем этим хозяйством. При сработке сигналок, мы это фиксируем, смотрим, что случилось, и чаще всего передаем это страже и следствию – магическому или департаменту правопорядка. Хотя кое-что оседает у нас. Как правило дела с древностями. Так вот… вернемся к одежде… собирали нас всех экстренно. Ни формы, ни здания, ни техобеспечения. Особняк вот этот выделили, его у одного особо наглого мага конфисковали, а его самого… в общем одежда… мы тут сами ремонт делали, планировочку вот подправили… а потом уже как-то здесь никакая форма смотреться не будет. В общем – мы самые особенные. Достаточно на нас взглянуть и сразу все понятно.

– Тогда все хорошо. Моя одежда отличается от вашей. Сойдет за особенность.

– Подумай хорошенько над своим стилем. Яркие цвета, неожиданные фасоны… в общем никаких правил. Ладно, вернемся к нашим баранам… то есть работе. Миранда поручила тебя мне. Значит ты специалист по вилонскому… притом с магическим уклоном. Видела раньше такое? – кивнула она на свой стол.

– Даже если это и копии, разве нельзя с ними обращаться аккуратнее? – помимо воли вырвалось у Майи.

– Откуда знаешь, что это не оригинал?

– Профессиональный секрет, – фыркнула девочка. Если они говорят, что нужно проявлять несвойственное тебе, неожиданное, то это будет не одежда.

– Чтить чужие секреты – это девиз нашего заведения, – строгий тон не вязались с ехидным выражением лица. – Значит, ты читала подобные свитки?

– Я их прочла… сотни, если не тысячи. Вилонский для меня даже белее привычен, чем всеобщий.

– Значит, ты можешь сказать, что в нем написано? – указала она на развернутый свиток.

– Надеюсь, под бумажной работой не подразумевался письменный перевод всего этого?

– Мне достаточно если будешь читать в слух.

– Это шутка? Даже я не настолько хороша. Чтобы сходу это прочитать.

– Это как?

– Мне встречались подобные записи. Здесь не все так просто. В древности… среди магов была немного иная структура. Были школы. Несколько крупных школ артефакторов на территории современной империи, и ряд школ поменьше. Общей системы стандартных понятий… она была только в королевстве магов. А в империи тогда у каждой школы были свои особенности. Эта печать в конце… по ней можно определить школу. В данном случае – школа Адоманта. А они… очень серьезно относились к своим исследованиям, поэтому, не зная шифра – нельзя прочитать текст целиком. Поначалу, кажется – все просто и понятно, однако – магия точная наука, которая не терпит недочетов.

– Вот это да! Ты действительно разбираешься в теме. Я знаю, что в школах писали по-разному. Именно поэтому так сложно перевести подобные тексты. Значит и этот зашифрован. А я то надеялась, что мне это только кажется.

– И этот?

– Их много. Мы наткнулись на незаконную продажу свитков. Следователи работают с людьми, а мне вот это досталось. Все свитки из одной школы. Очень похоже, что они нашли место, где эта школа была. Мы тоже нашли… почти… только войти туда не можем. А преступники как-то вошли. Удача не иначе. К сожалению не наша.

– И где это место?

– Неподалеку. Но даже не рассчитывай туда попасть. Мы с тобой работаем здесь. А такие, как Шон – в поле. Так что по поводу свитка? Можешь его расшифровать?

– Могу. Но придется много писать. Текст не самое сложное, а вот чертежи… он поделен на несколько частей, а вот эти значения перемешаны. Их придется расставлять в соответствии с ключом.

– И где его взять?

– Ключ – это последовательность «Пятой звезды».

– «Пятой звезды»? Это случайно не стандартная схема Ссоура для новичков?

– Она самая.

– И как она применяется для расшифровки?

– Это… – Майя неожиданно замолчала. Ее особое восприятие заклинаний и игры могло выдать ее тайну. Могло дать понять, что она раньше обладала магическими способностями, а потом их потеряла. Она настояла на главном своем условии – никто и никогда не узнает, что она лишилась магии. Пусть все думают, что она просто чокнутая, обычный человек помешанный на учебе. Никто не должен связать ее с Майей Сайори – самой известной ученицей Королевства Магов. – Это тоже секрет.

– Тебя что не спросишь, все секрет! Откуда ты такая взялась?

– Из очень секретного места.

– Все понятно секретная ты наша. Значить ты сможешь это перевести?

– Не совсем.

– Что еще?

– Нужен оригинал.

– Сума сошла?! Он уже давно в Башне за всеми замками! Не переживай – копия совершенно точная. До мельчайшей помарки все на месте. Такая точная, что положи их рядом – не отличить.

– Если ты о магическом копировании, то оно только текст переносит. А конструкты так и остались в оригинале. – спокойно проговорила девочка.

– Там ничего не было. Все проверили. И откуда ты знаешь об этом способе копирования?

– Заклинания есть. – проигнорировала Майя вопрос. – Только их напитать сначала нужно, чтобы заметить. Уверена, что свитки помещали… хотя подожди… такой штуки там нет… В Башне есть для этого что-то?

– В Башне есть много всего, но я узнаю делали ли то, о чем ты говоришь…

А тем временем другие наблюдатели терялись в догадках и предположениях. Антураж этого место как бы предполагал, что к правилам у всех здесь особое отношение и понимание. Однако мелкая девчонка… это действительно вызвало некоторый шок.

– Что это было? – начали переговариваться они, стоило девочке скрыться в вотчине Эстер.

– У нас пополнение. – констатировал очевидное Ястин. Лет двадцати пяти, грязный и оборванный. Такого на порог захудалого трактира пускать поостерегутся, не то, что в приличное место. Никто бы не подумал, что это один из первых модников среди наблюдателей. Вот только приличная одежда и оперативная работа у него как-то не сосчитались. Редко после какого вызова его одежда оставалось такой же как и до выезда. И сейчас его больше волновал его павший смертью храбрых костюм, нежели непонятный ребенок.

– Это понятно. Кроме того, как она могла здесь оказаться? Артефактор – теоретик? Это похоже на шутку, – заметил Грэн. Он был атрефактором. И как и все здесь – профессионалом своего дела.

– Ее направили к Эстер помогать с переводами. – задумалась Кристен. Она всегда анализировала информацию и постоянна задавала вопросы. Правда ей самой же приходилось искать и ответы. – У меня только один вопрос. Где можно выучить мертвый язык настолько, чтобы работать с Эстер? Она же эксперт по древним языкам! Знает все шесть мертвых языков и девять диалектов, которые раньше были на территории Империи!

– Эстер знает. Но она не может знать всего. Видимо у Эллы более специфическое знание языка. – включился в обсуждение Дэрлан. Голубоглазый блондин в темно-зеленом одеянии, в котором и при дворе не стыдно показаться. Сама изысканность и утонченность… ага… если не знать, что он его семья из поколения в поколение занимала высокие чины. В основном его предки были дипломатами – представителями императора в разных королевствах. А на такие должности случайные люди не попадают. Политика и интриги – вот их хлеб и воздух. Дерлан предками искренне восхищался, но по их стопам идти не желал. Он со своим лучшим другом Шоном просто сбежал учиться к одному знаменитому мастеру меча… естественно их тогда не приняли и мальчишки некоторое время скитались, пытаясь учиться… в общем длинная история. Закончилось все чудом благополучно – их нашли и пристроили в Эрсу – школу боевых искусств, запрятанную в Южных горах. В общем вязи – великое дела в получении образования.

– Это-то понятно. Непонятно… откуда? – с отрешенным видом повторила Кристен.

– Интересно, а сколько ей лет? – оторвался Ястен от рассматривания своего излохмаченного рукава. А когда-то это был первосортный шелк, – С таким уровнем – явно не одиннадцать – двенадцать.

– А меня больше интересует, из какой она семьи. – не успокаивалась Крис. – Она получила к доступ к таим знаниям! Более того – участвовала в разработке артефактов! Явно не в Башне. Уж такой кадр спрятать трудно. Так, где она могла получить доступ к лабораториям и артефакторам? Девочка с улицы о таком и думать не посмеет. А эта? Мне показалась или она была очень уверенной? Даже у меня коленки тряслись, когда я сюда попала!

– А по тебе и незаметно было.

– Я старалась. Она такая замечательная актриса или ей и в правду привычно работать со взрослыми? Это сколько у семьи должно быть денег и связей, чтобы дать ребенку такое образование? И обеспечить практику?

– Нам такое и не снилось. – тяжко вздохнула Лизабет. Ей основательно мешали работать, и она потихоньку начинала злиться.

– А может все проще? Она из семьи магов? К примеру, внучка или правнучка Мастера Артефактора?

– И этот мастер живет за границей. Иначе, почему никто не слышал о столь юном даровании?

– Если бы она была из-за границы, ее бы не пустили сюда! Мы очень… закрытая структура.

– Или просто у нее очень влиятельные родственники.

– Артефактор – теоретик. – протянул Грен. – Это как? Это же, как научить слепого рисовать, а глухого петь.

– Слепого рисовать… – повторила Крис, – а что если…

– Она была магом? – тут уже был нестройный хор.

– Тогда почти все понятно… – Крис потянулась к тарелке с орешками, всегда стоявшими у нее на столе. – Она могла учиться на островах. И все остальное… Кроме того, каким ветром ее сюда занесло? Точно родственники. Не удивлюсь если она родственница нашего Верховного.

– Все ясно! – не выдержала Лизабет, – Она бывший маг и родственница нашего Верховного. Тайна раскрыта, а теперь давайте за работу. Нам еще столько дел нужно распределить!

– Куда-то торопишься?

– В отличии от некоторых у меня на сегодня планы. И я не собираюсь их менять из-за того, что некоторые не могут сосредоточиться на работе!

– Держи, – Эстер протянула девочке стопку листов, – это результаты твоего запроса по скрытым в свитке конструктам. Они там были. Здесь описано все – их структура, результат воздействия… в общем все что могли они записали, но оригинал не дадут.

Майя неторопливо пролистала страниц.

– Этого достаточно. – наконец решила она.

– Значит ты скажешь, что там написано? – оживилась Эстер.

– Я уже сделала полный перевод, – протянула она взятую со стола тоненькую папочку.

– Постой, разве ты не говорила, что без конструктов не расшифруешь…

– Не расшифрую. Но не этот текст. Точнее… все неск…

– Что это за заклинания? – оборвала она девочку, – В Башен так и не смогли сказать, что это.

– Адрес доставки, – слабо улыбнулась Майя. Много тысяч лет назад были свои технологии. Иные и иногда очень полезные, о которых сейчас даже воспоминаний не осталось. Или что-то чей принцип работы изменился слишком кардинально, чтобы быть узнанным.

– Какой доставки?

– Заклинание – уникальное обозначение места, куда с помощью магической почты оно отправляется. Что-то вроде телепорта только для писем и прочей корреспонденции. Как правила такие приемники имели многие магические школы и ордена. Похожий принцип, но иная сеть – официальные документы – международная почта. Так же существовала система внутри каждого королевства. И конечно частные линии.

– И что нам это дает?

– Нужно найти подобный приемник и отправить посылку с маяком на указанные в заклинании координаты.

– Мы и так представляем где это место находиться, но не можем туда попасть.

– Нужно не примерное место, а точное. Если приемник действительно там, то… Будешь смеяться, но в Вилонии в те времена был особый порядок регистрации всех построек в том числе и под городом. А вместо адресов использовались данные с таких вот почтовых приемников. Можно найти планировку всех внутренних помешенный, входов и выходов, установить за ними слежку и понять, как проходят внутрь. Или еще что-то придумать.

– Это было шесть тысяч лет назад. Где есть такие карты? Могли ли они сохраниться…

– Королевский архив я полагаю. Тот что на площади Эриха пятого.

– Отлично. Значит выясняем координаты, и если место под городом, то направляем запрос.

– А что будете делать с другими?

– Чем?

– Координатами отправителя. Здесь два набора.

– В гости съездим. Точнее мальчики съездят, пока девочки будут ковыряться в бумажках.

Только вот с гостями сложилось не очень гладко. Во первых пришлось побегать в поисках артефакта, для отправки маяков. Поиски решили начать с самых старых зданий. Правильно решили. Знать бы еще что искали… В общем было весело. Группа магов артефактов и следователей обыскивала старинные здания с целью найти нечто, о чем имели только примерное представление. Приемник должен был быть стационарным – раз установленным, и впоследствии все шесть тысяч с гаком лет ни разу не передвинутым.

– Так, а с чего мы решили, что в том месте эту штуку никто не двигал? – после обследования третьего здания, воодушевление Грена найти неизвестный артефакт поубавились. А в городе было еще полно подходящих зданий.

– Ты про дом или… – начал Дэрлан.

– Или. Мы сейчас весь город перевернем, а потом окажется, что все зря!

– Именно поэтому Шон с Ястином пошли в архив. Пока мы ищем, они найдут планы. Но планы могли и не сохраниться, или конкретно этих и не было. Тогда останется только надежда на маяк.

– Какая надежда? – не проявил воодушевления артефактор. – Глупость все это. Думаешь, там от подобных штучек защиту не ставили? Ставили. И мы сейчас занимаемся совершенно бессмысленной работой!

– И что предлагаешь?

– Давай в архивы. А потом если не получиться все пойдем искать этот неуловимый портал.

Школа высоких дворянок.

Девушки из самых знатных и влиятельных семей. Невесты, которые станут прекрасной партией для не менее знатных и влиятельных женихов.

Школа благородных упыриц, как именовала это место Майя.

Она проучилась в ней три месяца, но… в последнее время начала замечать, что ее окружение – ученицы и учителя, ей совершенно незнакомы. Раньше они были единой серой массой, которая была ей безразлична. Как безразличны были и занятия.

Скажите, что значит это образование по сравнению с тем ритмом учебы, в котором она жила в последние несколько лет? Они все казались ей такими незначительными и скучными. Их уроки были просто бредом. Но… это но, стало проявляться все чаще. Сначала из-за Ала и Лорима. Каждый раз, оказываясь в городе, он непременно наносил ей визит. Они могли говорить часами. А могли часы напролет не сказать ни слова, разыгрывая очередную партию. Девочка никогда прежде так много не общалась с старшим братом. Но было такое ощущение, что им не нужны слова, чтобы понимать друг друга. Будто все эти годы они прожили в одном доме. А еще появились Наблюдатели. Совершенно ненормальные люди, которые следили за порядком и соблюдением закона. Которые, оберегали горожан от опасностей, что несла магия. Группа люде – одаренных и нет, которые были равны несмотря не на что. Которые были талантами в своем деле. Которые жили работой, вкладывали в нее душу.

Майя не заметила, как… нет изменился не ее стиль общения или она стала прежней. Нет. Просто она стала обращать внимание на окружающих. Вокруг как это не странно люди. Даже если они не те, кого хочешь видеть, это люди со своими желаниями и чаяниями. Стремлениями и страхами.

Высокие дворянки. Упырицы.

В школе они учились многому. Помимо танца и этикета, уроков риторики, философии и истори. Пения и игре на музыкальных инструментах… рисования.

Высокая дворянка – эталон изящества, грации, она разбирается в искусстве, с легкостью ведет домашние дела, и муж всегда может рассчитывать, что его дом сможет достойно принять гостя любого ранга… и еще множество мелочей, которые делают девушку поистине высокой дворянкой.

Интересно, хоть один мужчина задумывался, что сокрыто за этой легкостью? Что скрывают эти улыбки?

Школа… как такое можно было проспать… Майя сама от себя была в шоке, когда попыталась послушать один из уроков. «Столовый этикет». Вообще-то предметов десять содержали слово «этикет».

В прежней школе, начальных классах их начинали учить готовить, разбираться в продуктах, травах, специях. Девочка все это знала. В основном теоретически, за плитой все как-то больше зелья варить приходилось.

Все изучаемое ей прежде меркло и бледнело перед «столовым этикетом».

Какие блюда, по каким поводам подаются – это половина беды. Меню должно составляться в зависимости от того какие гости присутствуют за столом. Их ранг и титул. Насколько выше или ниже их положение в обществе. Какие продукты или блюда что означают в том или ином случае. Математика и геометрия? Разработка конструктов? – предметы простые и понятные для Майи. А вот этот этикет просто шифр высшего уровня какой-то.

Хотя математики тоже хватало. Как таковым предметом ее не было. Она была грамотно вписана во многие дисциплины. Кто заподозрит курс экономики в предмете «Домоводство»? Явно не мужчины.

Эти девушки должны будут стать хозяйками знатных домов, огромных имений и прочего. Дом всегда ведет жена. А если этот дом с небольшой городок? А если домов несколько? Муж будет себе заседать в каком-то министерстве или даже возглавлять его. А на хрупкие женские плечи ляжет ответственность за сотни человек прислуги – это как минимум. Понятно, что и помощники будут, но все важные решения должна принимать она. А для того, чтобы принять правильное решение и составить простое меню, нужно несколько томов изучить!

При всем при этом танцы, музыка, рисование, беседы… Как они все за пять лет посещения подобного заведения могли обучиться всему этому, для Майи было загадкой по чище Высшей магии. Здесь даже было четыре предмета поведения со слугами… движения, мимика…

Легкая улыбка превосходства… пережившим пять лет такой учебы девушкам, на Майин взгляд, и полноценный оскал понять можно. Но для этого они все слишком воспитаны.

Настоящее превосходство обеспечивают знания и умения. Превосходство высоких дворянок над всеми остальными знатными девушками было, бесспорно. И это в том числе позволяло сделать высший слой общества по настоящему недосягаемым для простых смертных. Простая девушка выходит замуж за знатного и богатого господина… не смешите. Такое бывает только в сказках. Как правило они заканчиваются свадьбой. Дальнейший рассказ не смог бы подойти под требования сказки даже с применением высшей магии.

Простая девушка, какой бы замечательной и необыкновенной не была, не сможет соответствовать высокому уровню. Только не все это вовремя сознают.

Майю сразу перевели в третий класс… Герцог видимо надеялся, что Майя используя знания и накопленный опыт играючи освоит всю программа. Мужчины… их самонадеянность иногда поражает. Несмотря на свое положение и опыт они зачастую совершают невероятные глупости. Интересно, как можно научиться всему этому быстро?

Танцы и умение правильно ходить – это пожалуй самое легкое из всего. Годы тренировок довели подвижность и точность владения телом до уровня, позволявшего сходу перенимать движения и исполнять их. Но музыка и пение… когда ни голоса, ни музыкального слуха… тут уже ничего не поможет. Слушать других школьниц Майя могла с удовольствием. Но повторить – даже намеков на способности не было. Правда с рисованием все на удивление легко получалось. Когда она начала заниматься на уроках, а не просто присутствовать на них, учителя начали говорить о невероятных способностях девочки к рисованию. С портретами правда было не очень, но вот все остальное получалось невероятно реалистично. Талант был оценен настолько, что все занятия связанные с музыкой отменили, заменив их на рисование.

Майя сама не заметила, как втянулась в это. Рисование… кто бы мог подумать. В нем оказалось столько общего с построением конструктов! Линии, перспектива… множество штрихов столь неясных поначалу, но таких знакомых. Ей больше всего нравились здания. Она могла по памяти сначала выстроить его структуру, а потом довершить внешний вид, оставив окружающий пейзаж в дымке незавершенности. Майе действительно нравились эти занятия. Когда она один на один оставалась с рисунком. Она рисовала только карандашом. Оценив все возможности девочки учитель стала приносить ей книги, которых не было в стандартной программе. В ее руках часто можно было заметить к примеру «Архитектурную графику» или «Начертательную геометрию».

Возможно ей бы даже понравилась школа, если бы не дисциплины содержащие слово «этикет». При том, что в этикете магов Майя превосходно разбиралась и сама могла читать лекции в этой области, этикет неодаренных был для нее просто пыткой. Столько условностей… рехнуться можно!

– Ваше сиятельство, – поклонилась директриса приглашая присаживаться отца одной из своих учениц.

– Госпожа дэ Ирит, расскажите, как успехи моей дочери. – устраиваясь в роскошном кресле спросил герцог сон Локкрест.

Дочери великих герцогов нередко выбирали именно эту школу для обучения, но за свои почти полвека на этом посту, Милена дэ Ирит не припоминала столь повышенного участия к учебе девочек ни у Великих герцогов, ни у других отцов. Как правило заботой об образовании дочерей занимались их матери, но герцогиня сон Локкрест не появлялась здесь. Зато герцог раз в три-четыре дня заглядывал. Директор даже представить себе не могла родителя столь серьезно относящегося к родительским обязанностям по воспитанию ребенка. Визиты герцога проходили тихо и без шумихи. Кроме нескольких человек в школе о них никто и не знал. Положение герцога было столь высоко, что он мог бы вызвать госпожу дэ Ирит в любое время к себе, но никогда этого не делал и вообще в общении старался не показывать их разницы в положении. Госпожу директор это приводило в замешательство, но она оценила попытки его сиятельства в их общении быть не Великим герцогом, а отцом получающего образование в ее заведении ребенка.

– Госпожа сон Локкрест в последнее время делает значительные успехи. Ей будет сложно справиться со всем пропущенным материалом и нагнать остальных, но я начинаю понимать ваши надежды в ее отношении. Если эта девочка чем-то увлечется, то посвятит этому все свое время и приложит все усилия. За очень короткое время она показала такие достижения в области рисунка… таких результатов добиваются годами упорного труда, а не в течении нескольких дней. Вы упоминали, что она до этого несколько лет училась. Это была художественная школа?

– Нет. Это не так. Но там было место для творчества, – уклончиво ответил Альварес. Он не посвящал никого чему Майя обучалась до настоящего времени. И где была. Просто дал понять, что образование девочки отличается от общепринятого, но она в своем роде гений. А сейчас ему протягивали стопку рисунков.

– Взгляните. Никакой талант не обеспечит подобное так просто. Она рисует по памяти. Каждый элемент построен с академической точностью. Это не пустое копирование.

– С черчением она знакома, – кивнул Альварес рассматривая рисунки. – С геометрией тоже. Точные науки – ее стихия.

– Как и танцы.

– Танцы? – оторвавшись от художеств Майи, он взглянул на директрису.

– Поразительные успехи. Ее учителя не могут понять, почему до сих пор она их игнорировала.

– Танцы и рисование, – кивнул герцог. – А, что по поводу общения? У нее появились подруги?

– Она по-прежнему сохраняет дистанцию. Несмотря на успехи в учебе, держит даже учителей на почтительном расстоянии. Возможно вы можете на нее повлиять?

– Майя самостоятельный ребенок. Я могу оберегать ее и постараться дать все самое лучшее, но заставлять быть более дружелюбной и открытой… это не в моей власти.

Дела с учебой его новоиспеченной дочери начали налаживаться. Чего нельзя было сказать о делах домашних.

Герцогине идея с удочерением изначально не понравилась. Но она готова была терпеть это не показывая недовольства. Только терпение со временем становилось все меньше и меньше.

Она прекрасно знала, сколько ее муж уделяет времени Майе. Ни один его ребенок прежде не получал столько внимания и заботы. Да все ее дети вместе взятые заботили герцога меньше, чем эта девочка.

Что такого в этой девчонке что с ней обращаются как с королевой? Огромная резиденция в ее единоличном распоряжении. Одна из лучших школ страны… покорно терпит все ее выходки. А охрана?! Да эта девочка получила статус неприкасаемой! Даже она – Великая герцогиня вынуждена входить в Норкимге с приличным отрядом охраны и слуг. И это не только дань положению, но и элементарная безопасность! И герцог все это курирует лично! Логического объяснения всему этому не находилось.

– Ваше сиятельство, – не вытерпев, завела она разговор с мужем. – Еще немного и я сама поверю, что Майя ваше родное дитя. Более того – единственное!

– Она мое родное дитя, – согласно кивнул Альварес. – И для вас она – родное дитя.

– Почему она получает столько внимания и заботы? Прошу вас скажите мне это. Она была другом Ноэля. Она насколько мне известно была гением в магии и пережила трагедию лишившись способностей. Но все это не объясняет вашей заботы! Все эти разговоры, о спасенных в Радужном доме… я, как и остальные благодарны ей за тех, кого она спасла. Но любой благодарности есть предел. Вы стали ее отцом перед Небесами и всем миром. Я принимаю это. Принять же ваше внимание и заботу к этому ребенку и попустительство к нашим дочерям… это я принять не могу. Кто она для вас?

– Мой ребенок. – спокойно ответил герцог. – Если вас это утешит, то император заставил меня пообещать, что к Майе я буду относиться даже лучше, чем к родным детям. Никто и никогда не мог упрекнуть меня в том, что я не держу слова.

– Ваша гиперопека странная. Как долго это будет продолжаться? Особое отношение во всем. Она – самый драгоценный ребенок во всей стране!

– Так и есть. Она самый драгоценный ребенок. – холодно подтвердил он. – Ее потенциал не поддается воображению. Я надеюсь, что и вы сможете понять и принять это. Она хочет гулять по улицам – она будет это делать. Она хочет быть одна – никто не посмеет ее беспокоить. Она будет общаться с кем захочет, когда захочет и как захочет. Я как отец буду выбирать для нее учителей, школы, прислугу в доме и охрану. Буду решать где она будет жить, как… подберу ей мужа и обеспечу самую грандиозную церемонию в стране. Только я буду решать что-то в отношении нее. Но только с ее согласия. Ей будет предоставлено все что она захочет по первому требованию. А знаете почему этим занимаюсь я? Потому, что знаю, что если ей что-то не понравиться, она всегда мне это может сказать. Всегда может решить, как хочет она. Майя взрослый человек. Цельная личность. Я просто оберегаю ее. И точно знаю, что моим доверием и своим положением злоупотреблять она не станет.

– Околдовала она вас что ли? – недоверчиво спросила герцогиня. – Вы открыто заявляете, что решает она. Называете взрослой, но она ребенок!

– Просто поверьте. На этом ребенке много ответственности. Она в силу некоторых обстоятельств не может пользоваться всеми полагающимися ей привилегиями. Я просто заменяю одно на другое. Это моя обязанность как Великого герцога Империи. И вам, как Великой герцогине надлежит меня поддерживать.

– Вы говорите, что ваше внимание к ребенку порождено государственными интересами? – недоверчиво уточнила она.

– Рад что мы понимаем друг друга. А теперь закройте глаза и примите – Майя ваш самый драгоценный ребенок. И ваша задача обеспечивать ее комфорт, а не пытаться загнать в определенные рамки и подвести под правила.

– Надеюсь вы хорошо все обдумали. Выделяя ее столь сильно, вы неизбежно привлечете внимание. И не всегда полезное.

– За это не беспокойтесь. Вниманием ее не испортить. Знаете, что будет, если спрятать огонь под одеялом? Начнется пожар.

– Она не огонь. Она ребенок!

– Она огонь, – задумчиво проговорил Альварес.

«Без него невозможно, – думал он, – Но если обращаться неверно, то большие беды можно получить. Тепло и свет или разрушения и смерть… это решать не огню. Это зависит от тех, кто огонь окружает».

Герцогиня понимала, что она должна смириться с непреклонностью мужа. Особенно если речь о государственных интересах. Но как мать она смириться не могла! Никакой интерес не сможет заставить смириться ее с тем, что муж столь мало внимания уделяет их детям. Раньше это не бросалось в глаза и казалось нормальным. Но с появлением Майи она увидела, чего лишаются ее дети. Она всегда сможет сыграть роль, но самый драгоценный ребенок – это уже слишком!

А самый драгоценный ребенок в империи тем временем воевала с Наблюдателями. Им уже порядком надоели поиски иголок в стоге сена – почтового портала и планов помещений в которых они были установлены. В архивах они уже почти неделю сидели, но до сих пор и намека на подобное не нашли. Облазили ряд древних зданий и ничего!

– В архиве портал искать не пробовали? – поинтересовалась она между претензиями в ее адрес.

– Пробовали. Нет его там!

– И каким образом осуществляли поиск?

– Мы просочились буквально в каждый угол того места. Излазили все включая тайные ходы и переходы…

– Точно все? – скептически поинтересовалась она, за что получила несколько полных возмущения взглядов.

– Зачем тебе портал сдался!? Планов, если они существуют, будет более чем достаточно! – не выдержал Ястен. Он в результате этих ползаний по местам в которых века никто не прибирал загубил очередной наряд.

– Он нужен. И сейчас и потом. Только представьте, сколько мест еще можно отыскать.

– Не впечатляет, – непреклонно заявил Ястин. Остальные его поддержали.

– Хорошо. Если вы не можете справиться с поисками в Королевском архиве, я могу пойти с вами.

– Даже не обсуждается, – категорично заявила Эстер. – Мы с тобой канцелярские работники, а не полевые. Эти стены – границы нашего с тобою мира. В них мы можем все что угодно, но наша власть заканчивается за порогом.

– Ты наблюдатель только в этих стенах, – подтвердил Дэрлан, – а за ними простой человек. Никто тебя на архивные уровни не пустит.

– Не расстраивайся. – похлопал ее по плечу Ястин, – стирать пыль с полок не самое веселое занятие.

– Пыль с полок? – удивленно переспросила девочка.

– Скажу по секрету. Столь древняя макулатура не пользуется особой популярностью. И как следствие уборку там вовсе не делают.

– Пыль в архиве? Вы точно были там, где надо?

– А ты сомневаешься?

– Я совершенно уверена, что ползали вы не в тех местах, где надо. – с превосходством ответила она. – Если я в чем-то разбираюсь совершенно точно, так это в хранилищах магических книг.

– Магических?

– А вы разве подумали, что планы могут быть в свободном доступе ничем не защищенные? В архиве должен быть специалист, который ознакомит вас со всем. С чего вдруг вас направили в обычные хранилища?

– Какие еще магические хранилища? – в голос завопили Ястин и Грен. Они, будучи магами, знали о существовании чего-то подобного в Башне. На этом их знания и заканчивались.

– Понятно. Значит, идем в архив, – констатировала Майя и направилась к выходу.

– Никуда ты не идешь, – заступил ей дорогу Дирлан.

– Пойти сейчас со мной. Или позднее я пойду одна. Что выберешь?

– Тебя туда не пустят.

– Меня пустят везде. И даже туда, куда вас господа следователи не пустили.

– Я только плащ захвачу, – кинулась Эстер к своему столу.

– А ты куда собралась? – спросил Кристен, обычно так же не покидавший стен этого места.

– Расслабьтесь! Это же архив! Библиотека! Народ мы не по катакомбам ползать собираемся и не накрывать банды преступников! Там тихо, спокойно и безопасно! Всегда мечтала оказаться в подобном месте! Какая опасность может быть в старом архиве?

– Уважаемый, мы тут столько времени пробыли, а вы даже не соизволили указать нам нужное направление! – возмутился Ястин при виде архивариуса, которого им отряжали в помощь в качестве проводника.

– О чем вы говорите! Вам предоставили самый полный доступ.

– А мой источник утверждает, что у вас тут целый отдел есть с магическими книгами. И кому мне верить?

– Вам предоставили самый полный доступ, какой можно получить. А те отделы о которых вы говорите… боюсь в них попасть невозможно.

– И что же нам помешает?

– Уже много лет ответственного за эту часть архива нет, поэтому проводить вас туда никто не сможет.

– Вы направление укажите, мы, как-нибудь сами. Постараемся по дороге не заблудиться.

– Боюсь, вы не понимаете…

– Я понимаю, что последнюю неделю вы над нами издевались!

– Никто не может попасть в то место без специального допуска.

– Вы сейчас пытаетесь сказать, что наших полномочий не достаточно?

– Он пытается сказать, – к их и так не самой маленькой группе присоединился седовласый старик в одеждах, позволявших предположить девочке, что перед возмущенными наблюдателями появился глава Королевского архива, – что без специального пропуска никто не может снять защиту со входа и войти. Магические книги и документы требуют особого хранения. И элементарные требования безопасности не позволяют даже упоминать о том месте. Только человек, получивший специальный допуск может находиться там или проводить туда кого либо. Более трех десятилетий наш архив не имеет в штате подобного специалиста.

– И как нам получить допуск от этой магической дверцы? – устало спросил Ястин.

– Полагаю, вам придется направить запрос в Башню магов. Верховный маг в свою очередь направит в Королевство магов запрос…

– И они вышлют нам магический пропуск! – закончил Грен.

– Не верно. Они направят специалиста. Если найдут добровольца ехать сюда. В чем лично я очень сомневаюсь. По крайней мере, за все прошедшие годы такого человека не нашлось.

– Где подъемник? – вежливо поклонившись, спросила Майя. Ее несколько утомила эта перепалка.

– Простите? – переспросил глава архива. Никто не говорил… да и вообще мало кто мог знать, что нужна не простая дверь. Нужен подъемник, который спустит глубоко вниз.

– Пожалуйста, проводите нас к подъемнику, – показывая прямоугольную нефритовую пластинку с вырезанным на ней свитком, попросила она. Пластинка была белоснежная. Эта маленькая девочка имела не просто допуск в закрытую часть архива. Это был ключ от всех дверей и щитов. Его обладателю было без разницы, в какую часть, какого архива, какой страны пройти. С таким пропускам можно было, не опасаясь защиты даже по архивам Королевства магов расхаживать.

Майя прекрасно знала, что за наследство от прошлой жизни ей осталось. Допуск до нижних уровней Закатной библиотеки никто у нее не отобрал. Это именные артефакты, изготавливаемые специально для определенного человека. И если ты имеешь полный доступ к архивам Закатной библиотеки, это означает, что ты имеешь полный доступ ко всем возможным архивам этой части мира, на которых установлена магическая защита.

– Следуйте за мной, – пожилому человеку понадобилось некоторое время, чтобы отмереть и направиться в нужном направлении.

– Элла это что за штука? – поинтересовалась Эстер.

– Пропуск.

– И что он значит? Что ты прошла обучение техники безопасности и работе в архивах Королевства магов и являешься что-то на вроде… архивариусом?

– Что-то на вроде архивариуса. Точно… архивариуса.

– И как сложно достать подобную штуку? – не отставала Эстер.

– Как сложно выучить шесть мертвых языков? – вопросом на вопрос ответила Майя.

– Дело не в сложности. Просто у меня талант.

– Вот и у меня – талант. А другим и жизни будет мало.

Их привели к одному из альковов. Подобных закутков в этом месте было много, только в отличии ото всех остальных здесь не было скамеечек, диванчиков и прочей мебели. Только стену украшал барельеф, изображавший стопки книг и горы свитков. Заурядная картина для здешних мест.

Девочка приложила нефритовую пластинку к камню, и стена поползла вверх.

Подъемник был точно такой, как и в Закатной библиотеке. Еще одно касание и дверки открылись, а внутри вспыхнул магический светильник.

– Какой-то он маленький, – высказал общее мнение Ястин. – Все за раз не поместимся.

– Со мной пойдет Грен. – не терпящим возражения тоном сказала Майя. – Остальным придется подождать здесь.

– Поче… – начал Ястин но был безжалостно прерван.

– Я могу провести только одного человека. Больше всего подходит Грен.

– Что значит одного человека? – Дэрлану вся ситуация совершенно не нравилась. Эта мелкая имела какой-то необычный пропуск и держалась в этом месте так, словно она тут самая главная.

– Это значит, что я смогу обеспечить безопасность только одного человека. Остальных защитная магия архива просто убьет.

– Ты никуда не идешь. Если с тобой что-то случиться, нам всем головы оторвут, за то, что взяли тебя сюда. Давай свой пропуск, и с Греном спустится Ястин.

– Невозможно. – заговорил глава архива. – Это именной артефакт. Только в руках хозяина он имеет силу. Хозяин артефакта – часть архива. Та магия не причинит ей никакого вреда.

– Откуда вам знать? Я так понял, вы сами там не бывали! На каком основании можете гарантировать безопасность, когда дело связанно с древней магией?

– У нее белый пропуск. Даже Верховный маг не сможет гарантировать большую безопасность, чем этот нефрит.

– Элла…

– Дэрлан, я здесь как дома. Так что не переживай. Я выросла в месте чем-то напоминающим это.

– А ты выросла?

Майя проигнорировала вопрос, просто взяла Грена за рукав и потянула в подъемник. Еще одно касание пропуском выступающей панели и та отъехала в сторону, открывая ряд кнопок.

– С какого подуровня посоветуйте начать? – спросила она пожилого человека.

– Начните с шестого. Слышал там картотека королевства.

Как только дверцы закрылись, Майя стянула с себя шифоновый шарф.

– Повяжи конец себе на руку, – а сама начала мастерить узел на своей руке.

– Это шутка? – недоверчиво переспросил Грен.

– Ты жить хочешь? – просто спросила она.

– Как-то все… почему ты выбрала меня? – решил он не спорить и переключиться на другое.

– Ты артефактор. – будто это объясняло все, ответила она.

– И?

– Проще объяснить, как взломать защиту книги.

– Взломать что? – Грен подумал что ослышался.

– На книге защита. Я ее снять не смогу. Специального библиотекаря здесь нет, так что остаешься ты. Не переживай. Главное найти то, что нужно. А как открыть, я тебя научу.

– Давай проясним… Ты имеешь именной пропуск который позволяет миновать магическую защиту. Но в котором, я не заметил конструктов. Ты знала о конструктах в тех свитках…

– Догадывалась. – вставила она.

– Не важно. Никто до тебя как-то не догадался. Так вот, ты знала о…

– Наш этаж, – снова перебила она, делая попытку выйти, но Грен ее остановил.

– Прекрати! Сидя в канторе, ты могла лелеять свои секреты хоть до гробовой доски! А сейчас мы в месте… я вижу защиту на этом подъемнике – подобное не игрушка! Магические книги, о взломе которых ты столь беспечно говоришь – тоже не игрушка. А теперь я хочу услышать объяснения.

– Грен, если ты беспокоишься о своей безопасности – не стоит. Здесь нет ничего такого, с чем я не имела дел прежде.

– Скажи правду. Откуда у тебя артефакт без намека на магию…

– Дело не в защите, – кивнула она на стенки кабины, – дело в нем, – показала она белый нефрит. Значит, я в тебе не ошиблась.

– Не ошиблась в чем?

– Ты хороший специалист. Ты сразу замети, а вернее не заметил магии. Если я расскажу, обещаешь оставить это в секрете?

– Если это не нарушение закона, – после заминки решил он, – не преступление и никак не повлияет на работу Наблюдателей, то я оставлю это в секрете. Это же артефакт с Высшей магией?

– Верно. Эта Высшая магия. Такие части архивов как эта находятся в ведении мира магов. Они защищают, они же дают право войти. Моя основная специализация в артефактах – магические книги. И вот, – она достала одну из своих нефритовых подвесок, проку от нее теперь не было, но она носила ее столько лет, что не могла легко расстаться. – Знаешь что это?

Грену потребовалось некоторое время, чтобы понять. Но благодаря нанесенным символам это оказалось несложно.

– Реставратор магических книг третьего уровня? – не веря своим глазам, спросил он.

– Именно так. Я собиралась… впрочем, это неважно. Я полжизни проработала, именно проработала, в архиве с магическими книгами. И занималась починкой нестабильных. И да… у меня были магические способности. А потом вот раз и закончились. Поэтому очень прошу, слушай меня и делай все в точности и проблем не будет.

– Сколько тебе лет?

– Что?

– Все уже давно поняли, что не одиннадцать. Так сколько?

– Семнадцать. День рождение было полгода назад. И я гений. – с вызовом заявила девочка, – Свою первую магическую книгу я восстановила в одиннадцать. Или подожди, это было где-то за месяц до дня рождения. Через год я создала первый артефакт, конечно, ничего серьезного… но знаешь чем зарабатывала на карманные расходы? Создавала магические книги с двойным и тройным слоем и кое-какой защитой, которая убить не убьет, но покалечить может. На данный момент, я вполне обеспеченный человек, который может позволить себе очень многое. И все это я заработала сама. Еще кое-какие проекты… но думаю на сегодня откровений достаточно. Хоть я и не получила высшего образования – диплома университета как ты, но во всем, что касается магических книг… я не только не уступаю, я превосхожу тебя. И мой пропуск тому наглядное подтверждение.

– Элла постой, – прервал он ее очередную попытку выйти.

– Что еще?

– Почему ты это скрываешь? Такими достижениями гордятся, а не держат в секрете!

– Потому, что я сейчас всего лишь теоретик. Я перестала быть… той кто я есть. И хочу вспоминать об этом как можно реже.

– Возможно, есть надежда…

– С выжженным магическим зрением и поврежденным резервом? Ты до сих пор веришь в сказки?

– Зрение… извини…

– Тебе не за что просить прощение. Ты не причем. Только не рассказывай остальным.

– Есть что-то еще, о чем мне следует знать?

– Всегда есть что-то еще. Но в моем случае всего и не упомнишь. И так, может, мы уже пойдем?

Стоило им шагнуть в коридор, как вокруг вспыхнул свет, а дверки за спиной закрылись.

Ей приходилось сопровождать свои действия объяснениями, иначе передвигаться становилось затруднительно. Все же Грен не собачка на поводке, а достаточно взрослый мужчина.

Картотека была немного другой, но только внешне. Общие принципы совпадали, и на поиск ей потребовалось не более пяти минут. Выписав на листочек два обозначения места хранения, они снова двинулись к подъемнику. Им нужно было подняться на четвертый подуровень.

Нанесенная везде стандартная маркировка приятно порадовала. Просто попав в холл четвертого подуровня, она точно знала, куда и как долго идти. А вот для менее просвещенного Грена, все это было непонятно. И от только крутил головой стараясь разглядеть и запомнить побольше.

Около одной из дверей к полной неожиданности Грена Элла остановилась, и снова достав свой пропуск, открыла дверь. Уверенно прошла несколько рядов стеллажей и повернула вглубь. Словно всю жизнь она провела именно в этом месте.

Они остановились напротив полок уставленных совершенно одинаковыми книгами… точнее очень похожими. Разнились только номера на корешках. Девочка наклонилась и достала с самой нижней полки один из томов.

– Итак, посмотрим что тут, – пробормотала она, вручая книгу Грену, и используя его как подставку, начала листать страницы.

– Она не кажется магической, – рассматривая книгу истинным зрением, заговорил Грен.

– Так и есть. Это просто каталог. Книги создавались в специальном департаменте, в трех… нет в четырех экземплярах. Поэтому и нужна была защита. А каталоги изготавливались здесь, поэтому иной защиты кроме стандартного укрепления основы ты и не найдешь.

– А где остальные экземпляры? Они могли попасть к преступникам?

– Думаешь, они нашли карты, поэтому и смогли попасть в то место? – задумчиво пробормотала девочка. – Один экземпляр в королевстве магов, второй в Башне, третий здесь, а четвертый должен был остаться в департаменте изготовившем это. Но последний экземпляр по правилам должен отличаться.

– Чем?

– Дополнительной защитой. Помимо того, что на других экземплярах, они еще шифруют конечный текст и схемы. Если к преступникам и попала такая книга, и они прошли магическую защиту, то… каждая схема и карта шифруется своим кодом.

– А ты у нас эксперт по древним кодам? И как считаешь защита достаточная?

– Я не эксперт. Но так как учить их было некому, то следующую схему им расшифровывать пару десятилетий это точно. Так, здесь нет, – закрыла она книгу и достала следующую.

– А где они могли взять четвертый экземпляр?

– История мне знакома, но так подробно… была война. Много разрушений, особенно в государственных учреждениях. А потом образовалась Империя. Шесть королевств объединились, и как следствие выстраивалась новая государственная структура. Образовывались новые министерства и ведомства. Многие департаменты были упразднены или изменены. В какой именно момент градостроительный департамент Норкимгема прекратил свое существование – понятья не имею.

– Вот это знание истории! Шесть тысяч лет прошло, а ты знаешь, какие тогда были департаменты!

– Шесть тысяч… ай не важно. Я больше разбираюсь в том, что было тогда, чем том, что происходит сейчас. Департаменты, ведомства, министерства… весь государственный аппарат Виллонии мне знаком. А вот то, что сейчас… – и далее многозначительный взгляд, означающий, что сейчас полный мрак.

– Может ты и адрес того департамента знаешь? – шутя спросил он.

– Здание не сохранилось. – к его удивлению ответила девочка.

– Серьезно знаешь, где это находилось?

– Здесь написан адрес, – кивнула она на книгу. – В этом месте сейчас жилые дома. А точнее новостройки.

– Новостройки, по каким меркам? – подозрительно спросил Грен.

– По любым. Судя по архитектуре их, поставили после потопа.

– Информотивненько.

– А вот и нужный нам том!

– Что теперь? – когда девочка выбрала нужный фолиант и они устроились в зоне для чтения, полюбопытствовал артефактор.

– Теперь, ты рисуешь все, что увидишь истинным зрением, – и она протянула свой блокнот для рисования, который теперь всегда был с ней и карандаш.

Рисование заняло не менее пары часов, а то и больше, спустя которые несколько страниц были изрисованы множеством линий, в которых сторонний человек кроме хаоса ничего и не разглядит.

Потом настала очередь Майи, и она рисовала, объясняя по ходу, где и что нужно достроить в схеме, чтобы отключить защиту.

– Вот видишь, ничего сложного, – разглядывая схемы, констатировала Майя.

– Пожалуй, воздержусь от комментариев. Какая из схем нам нужна?

– Вот эти три страницы. Что это? – спросила она, глядя на незнакомый артефакт у Грема в руках. Он выглядел как достаточно большой свернутый свиток, только был выполнен из камня.

– Это считыватель. Самая последняя модель. Изобретение Башни. Только для тайной канцелярии и Наблюдателей. Хотя слышал самые первые версии можно найти и в некоторых министерствах. – Грем провел по страницам, – все, копии в памяти считывателя. Но когда он потянулся скопировать другие схемы, то книгу перед ним закрыли. – Ты чего?

– Давай внесем ясность, – повторила она его недавние слова. – Мы берем эти схемы, только потому, что до помещений кто-то добрался и расхищает все. Другой причины нет. Значит и другие схемы – не нужны. А сейчас, пожалуйста, верни структуре прежний вид и восстанови защиту.

– Но…

– Прежде всего, ты Наблюдатель, а значит тот, кто защищает закон и порядок. Посмотреть все что требуется для дела – законно. А вот брать больше чем нужно – это превышение полномочий, а значит нарушение закона.

– А если это потребуется для дела? И что по поводу второго адреса?

– Вот когда это потребуется, тогда и вернемся, – непреклонно заявила девочка.

– Разве тебе не любопытно?

– Не настолько, чтобы пойти против своих убеждений. Кроме того, разве с такой работой может остаться время на праздное любопытство?

– С этим разобрались, – вернул все, как было Гнен. – Теперь возвращаемся?

– Не совсем. Нам на этаж выше.

– И что там?

– Планы библиотеки и архива. Там будет указано место почтового портала.

Планы они нашли быстро, кто бы сомневался. Был большущий свиток без магической защиты, но Грем в схемах не понял совершенно ничего. В отличие от девочки.

– Здесь их два. Один на этом этаже рядом с подъемниками, а другой наверху. И раз вы его не нашли, наверное он и не сохранился. У тебя случаем маяка нет с собой?

– С собой. Тогда пошли.

– Как думайте, он там надолго? – в очередной раз спросил Ястин.

Все дружно вопрос проигнорировали.

– Их нет уже почти четыре часа! Могли бы подняться и сказать, что удалось найти!

– Яс еще один возглас от тебя, и ты труп. – спокойно сообщила Эстер, не отрывая взгляд от книги.

За прошедшее время они успели надоесть до зубного скрежета всему персоналу. Особенно Ястин, который был возмущен тем, что их с самого начала ввели в заблуждение, не выдав всей информации. Поэтому в этот раз он вытягивал из библиотекарей и архивариусов все, о чем те знали и не знали. Но примерно полчаса назад развлечение закончилось, и он начал доводить коллег.

– Может, еды закажем? А то…, – но тут стена отъехала, – Ну неужели! Что нашли?

– Все нашли, – односложно ответил Грен, – можем возвращаться.

– Уже поздно. Я домой, всем до завтра, – сухой поклон ожидавшим, и девочка пошла в сторону выхода.

– Это что сейчас было? – возмущенно спросил Ястин.

– Ребенок устал, хочет есть и не намерен терпеть твои вопросы, – закрывая книгу, ответила Эстер.

– Это ты сейчас про нее или про себя? – насмешливо спросил Дэрлан.

– Про нас обоих. Но меня держит любопытство! Что вы там нашли?

– Все нашли. В конторе посмотрим и поймаем сигнал маяка.

До места прибытия все вели себя подозрительно тихо и спокойно. Но стоило переступить порог, как посыпался вопросов. Их интересовало все. Элла, архивы, пропуск, портал, и еще много всего. Только Грен молчал на все вопросы, проделывая манипуляции по извлечению из считывателя схем.

– Грен, на тебе язык отрезали? Ты можешь хоть на один вопрос ответить?

– Все за мной, – голос госпожи Тришт раздался неожиданно. Сколько она слышала было непонятно, но видимо услышанного хватило.

– Возможно, я не так строга с вами как следует, но это всегда можно исправить. Кто-то плохо расслышал, когда вам говорили – Элла не полевой работник?

– Мы в библиотеку ходили… – начала Эстер, но была прервана.

– Я уже знаю, куда вы ходили и зачем. Как и о том, что Элла спускалась в архив магических книг вместе с Греном. И знаю не только я, но и кое-кто повыше меня. Это первое и последнее предупреждение – Элла работает только здесь. Мне не важно, если из-за запрета вы не раскроете дело. Мне не важно, что она имеет допуск к магическим архивам. Я вообще не могу придумать причину, по которой вы все вместе можете оказаться за этими стенами. Если с ее головы, хоть волос упадет по вине Наблюдателей, никого из нас не помилуют. Грен, забудь все что ты сегодня видел и слышал в архивах.

– Мы поняли, – сказал за всех Дэрлан, но видимо не за всех.

– Я не поняла, – не стала молчать Эстер. – Разве простой поход по городу в обществе столь сильной команды может быть опасен? А в архиве директор подтвердил, что она в полнейшей безопасности, и Элла точно знала что делает. И потом она просто ушла. Одна и ничего…

– Я не знаю всей истории этой девочки… но скажу вот что. Одна она быть не может в принципе. Даже если вы увидите ее в городе, и вам покажется что она одна или просто с компаньонкой… обманчивое впечатление. Главы всех гильдий в город не знают ее имени, но знают в лицо. Она – неприкасаемая. Ее стережет половина гильдии наемников. Она спокойно пройдет там, куда даже вам ход заказа. И если не дай Небо, находясь среди Наблюдателей, она пострадает, быстрая смерть, это то, о чем будет молить каждый из нас. Так что забудьте про все ее возможности. Можете завалить ее переводами. Посадите за отчеты. Делайте что хотите, но только в этих стенах.

– Звучит так, как будто мы няньки высокопоставленного малолетнего заключенного, – невесело заметил Ястин.

– Ей семнадцать и по закону она уже совершеннолетняя. Элла не простая девочка во всех смыслах. Она высококвалифицированный специалист. А еще ее положение столь высоко, что у вас шея заболит так голову задирать!

– Так нам с ней на улице даже поздороваться нельзя? – уточнила Эстер на всякий случай.

– Если увидишь ее на улице, просто перейди на другую сторону. Если кто-то что-то о ней узнает во время работы – я запрещаю об этом даже шепотом говорить. Все ясно?

С утра привычные уроки. Некоторые едва высидела, на некоторых хоть немного увлеклась. Но в основном первая половина дня прошла в ожидании, когда же, можно будет отправиться к Наблюдателям. Вчера у них оказались чертежи местности, планы помещений и маячок, позволяющих с легкостью соотнести чертежи с положением на местности. Все же за последние шесть тысячелетий не только наземная часть города изменилась. Подземная, так же несколько увеличилась.

Но сейчас у них было все, чтобы попасть в нужное место. В такие моменты остро жалеешь… нет не о положении и не новых родственниках которые предупредили, что на операции она не ездит… Майя жалела о своей репутации крайне благоразумного человека. А благоразумный человек на ее месте никогда не сунется в столь подозрительное место в разгар операции по захвату. Он проявит благоразумие и сосредоточиться на чем угодно, кроме того, что как манит.

Примерно в таких размышлениях и прошел весь день. А когда занятия закончились, то она заглянула домой только переодеться – сменить роскошный школьный наряд, на простое платье, и проигнорировав накрытый для нее обед, поспешила в сторону особняка Наблюдателей.

Почти вся вчерашняя компания была на выезде, осталась только Эстер, к которой она и поспешила за новостями. Новостей не оказалось. Вся выездная часть Наблюдателей, сегодня отправилась на эту операцию, но никто пока не возвращался.

Майя засела за переводы свитков, а Эстер сочиняла отчеты.

– Почему они так долго! – не выдержала девочка. Она волновалась о возможных препятствиях, которые могут возникнуть на пути. Любые подземные части города, кроме того что элементарно может произойти обвал, там и ловушек от любопытных хватать должно.

– Видимо замки крепкие оказались, – пожала плечами Эстер, или нашли что-то интересное… если так-то магов там зауши не отдерешь. И не только их.

– Может сходим поедим? – предложила девочка. Ее живот уже давно ворчал на нерадивую хозяйку.

– Пошли. Все уже пообедали давно, очереди не будет.

– Как на счет одного ресторана в окрестностях «площади бурь»?

– Я поняла твою мыль, но ее пойму не только я, так что пошли в столовую.

– Что такого в том ресторане? Разве мы не можем себе позволить отлучиться на обед?

– Элла нам четко сказали, чтобы мы с тобой никуда не ходили. И вообще за этими стенами делали вид, что незнакомы.

– Что? Вам… вам что-то выговорили за вчерашний поход? – застыла девочка на месте.

– И еще как!

– Почему ты ничего мне не сказала?

– Давай остальных дождемся, тогда и поговорим.

– И как ты представляешь, я буду ждать? – возмутилась Майя.

– Также, как и я. Думаешь, мне не любопытно?

– Кто и что вам сказал?

– Госпожа Тришт. – со вздохом призналась Эстер, – Нам нельзя никуда с тобой ходить, и подвергать тебя риску иначе голову оторвут. В прямом смысле. Всем и сразу.

– А если устроить все незаметно?

– С твоей-то охраной? Гильдия наемников за тобой следит. И всем остальным… хотя не представляю, как возможно такое сделать, дали понять, что если тебя побеспокоить, то ответ им очень не понравиться.

– Почему меня не вызвали?

– Куда?

– Госпожа Тришт. Почему меня до сих про не вызвали и не отчитали? Это же я нарушила приказ.

– С такой поддержкой в верхах? – скептически глянула на девочку Эстер, – Сама-то как думаешь?

– Это не правильно. – и вместо столовой она пошла искать кабинет начальницы.

– Госпожа Тришт, – после приглашения войти, поздоровалась Майя, поклонившись, как полагается подчиненной.

– Что-то случилось?

– Это на счет вчерашнего.

– Что-то произошло? – отложила она документ на столе.

– Приношу свои извинения. С моей стороны было неправильным нарушить ваш приказ не покидать здания. Мой поход, без согласования с вами был нарушением субординации и я готова понести наказание.

– И какое же наказание тебе назначить? Понижение в звании – но у тебя его нет. Денежное взыскание – но и тут ничего не выйдет, наказание предполагает искупление вины. Так что можно придумать? Заставить больше работать? Не в моей власти… Что же решить?

– Вы непременно что-то придумайте. Если в дальнейшем в мой адрес возникнут замечания, прошу не проявляйте ко мне излишнего снисхождения. Иначе я ничему не научусь.

– Касательно вашего вчерашнего похода. Мне не ясен только один момент.

– Какой же?

– Почему сработал маяк.

– Что простите?

– Почтовые порталы… я просто уверена, в прежние времена позаботились об их защите. Насколько мне известно. Портал «выпивает» всю магию из предмета. Артефакты не передать этим способом. Так почему сработал маяк?

– Есть несколько способов обойти защиту почтовых порталов. Если подобранна правильная оболочка, то артефакт внутри может сохраниться при переходе.

– И что же это за оболочка?

– Простите, но я не могу сообщить этого. Эта конструкция была разработана изначально, изобретателями данных телепортов. Но учитывая все риски… был наложен запрет на распространение. Почтовые порталы совсем не столь надежный способ связи, как может показаться. В свое время была система, позволявшая их контролировать. Если хотите получить более подробную информацию, пожалуйста обратитесь в Башню.

– Они осуществляли контроль?

– Нет, но они получали отчеты.

Вся честная компания Наблюдателей вернулась только вечером. Было действительно уже очень поздно, поэтому Майя не дожидаясь пока все закончат отчет перед начальством, направилась домой.

– Ты куда? – остановила ее Эстер буквально у самого выхода.

– Домой. Уже поздно. Тебя не было, думала ты уже ушла домой.

– Издеваешься? Меня скоро от любопытства на маленькие Эстер порвет! И будет вместо одной меня множество малюток, которые смогут поспеть везде и сразу. И на совещание попадут и работу сделают и еще много всего. Еще одну ночь ожидания я не вынесу, так что не смей уходить!

– Зачем я нужна? Разве твое любопытство связанно не с сегодняшней операцией? – удивилась Майя.

– Сначала нам нужно разобраться с тобой! – безапелляционно заявила Эстер. – Но они заставили меня пообещать, что мы будем делать это все вместе. Поэтому не смей исчезать!

– Я хочу чаю, – в ответ на пламенную речь спокойно сообщила Майя. – Столовая еще работает?

– Как можно думать о чае в такой момент? – возмутилась Эстер.

– Ты права. Сейчас будет уместнее не чай, а нечто более существенное. Нам пригодиться полноценный ужин.

– Ты хочешь есть? – а в глазах немой вопрос «в такой момент»?

– Это мы с тобой и завтракали, и обедали, а у других вероятно на обед времени не нашлось, – спокойно объяснила девочка. – Значит необходимо позаботиться обо всем.

– Пошли, – кивнула девушка, – парни точно голодные.

Столовая оказалась закрыта, но Эстер не теряя времени отправила заказ в ближайший трактир, и когда совещание закончилось, вся центральная часть общей залы была заставлена столами с едой. Хотя, как говорили некоторые, именно одуряющий запах жаренного мяса с пряностями способствовал скорейшему завершению всех докладов.

Эстер не стала мелочиться и заказала еды на всех. Тридцать девять оголодавших мужчин… потребовалось много мяса. Майя взяла на себя чай и десерты, которые доставили из кондитерской в соседнем квартале. Место было недорогим, но выпечка могла поспорить с продукцией самых элитных кафе и ресторанов. За время которое Майя побродила по городу в подобных местах она знала толк.

– Я попал на Небеса?! – высказал общую мысль Ястин, обозревая открывшееся великолепие.

Впрочем, удивление Ястина и всех остальных было не столь сильным, чтобы промедлить. Не прошло и минуты, как все уже жевали.

– Это нужно ввести за правило… – раздавалось тут и там, пока Эстер потихоньку вытягивала их скромную компанию на свой балкончик. Компания с пустыми руками идти отказывалась и у всех оказались тарелки с мясом.

– Рассказывай, – отодвигая пустую тарелку, Дэрлан обратился к девочке, и не дожидаясь ответа налил из чайничка ароматный чай чая и взял абрикосовый бисквит. – Тебе вчера дома досталось за самодеятельность?

– А, должно было? – неподдельно удивилась Майя.

– Что, вообще ничего не сказали? – переспросил Ястин с недоверием. – Нам еще раз специально объяснили, что тебе нельзя с нами покидать здание и вообще вне этих стен нельзя общаться. И любая наша попытка нарушить этот запрет не укроется от твоей многочисленной охраны. В общем, гнев твоих родителей, если ты случайно поцарапаешься нам не пережить. Хотя госпожа Тришт все же преувеличивала… просто она хочет…

– Оградить вас от неприятностей, – закончила за него Майя, – настолько, насколько это вообще возможно.

– Хорошо, что мы все это понимаем, – потянулся Дэрлан долить чаю. Чашечки были крохотные, что их содержимого хватало буквально на пару глотков. – Так нам бы хотелось узнать, насколько большая проблема твоё семейство?

– Серьезная проблема. – подумав призналась Майя. – Если вы меня встретите вне этих стен – сделайте вид, что не знаете. Так будет лучше для всех.

– Объясни, – коротко уронил Шон. Он всегда был рядом с Дэрлоном, но никогда не говорил, ни во что не вмешивался. Такая тень.

– Дело не в том, что мое положение не позволяет мне общаться с вами где-то еще или это может быть неправильно истолковано. Хотя да… девушки моего положения не работают в подобном месте… или где еще… Я иногда ухитряюсь попадать в не очень безопасные ситуации. И пока все оставались живы. Со здоровьем вот только у них не очень. Если я попаду в чрезвычайную ситуацию… госпожа Тришт понимает, что виноваты окажутся те, кто рядом. Она беспокоится за вас, потому что понимает, ее сил не хватит помочь вам. Поэтому не совершайте необдуманных поступков. Геройство тоже излишне… это я так на всякий случай сообщаю. У меня достаточно охраны. Мне не будет грозить опасность, даже если весь мир сойдет с ума. А для вас быть рядом со мной – значит рисковать. Я прошу прошения, что вчера настояла на этом походе. Иногда я забываю, что Норкимгем не мой личный парк у дома. – сбивчиво закончила Майя.

– А, такое ощущение что личный. – не согласилась Эстер. – Нам сказали, что пол города о твоей безопасности заботятся, а ты говоришь, что в нашей заботе не нуждаешься. Вот думаю обидеться или как?

– Я не нуждаюсь в опеке. Но это не значит, что мне неприятно ваше общество или еще что вы там на придумывали…

– Ничего мы не придумывали, – оборвал ее нестройный хор.

– Вот и отлично.

– С ума сойти! – Ястин уже некоторое время слушал, даже перестав жевать, – Как ты об этом спокойно говоришь. Если бы за мной столько охраны болталось – сбежал бы просто из спортивного интереса. А тебе все нормально… понятно, что ты мелкая, но родители пристроили тебя сюда, понимая твой уровень интеллекта… так зачем столь сильно контролировать тебя?

– Это не контроль, – покачала Майя головой. – Именно потому, что они меня знают, они обеспечили возможность мне заниматься интересным делом, и если им спокойнее от того, что за мною приглядывают… значит я не должна этому препятствовать.

– Но диктовать каждое движение…

– Это не так. Они только наблюдают. Никто не вмешается, пока это не станет мне угрожать.

– Ты случайно не сестра императора? – спросила Эстер. – Одна из его сестер, принцесса Рафаэлла – маг и возможно в Королевстве магов училась не одна принцесса… Рафаэлла… Элла… если бы своими глазами не видела жену наследника Великого герцога сон Локклеста, подумала бы что ты – это она.

– Я не она, – рассмеялась девочка. – Рафаэлла сон Локклест очень сильный маг, как всем известно. И она невероятная красавица.

– На комплементы нарываешься?

– Кто может спорить с ней в красоте и изяществе? – простодушно спросила девочка.

– Есть несколько красоток.

– Где? – не поверила Майя.

– В Долине. Первые красавицы империи бьются за место подле императора. Но не о них речь…

– Прошу вас, не гадайте больше. – поняв куда клонит Эстер, поспешила перебить Майя. – Никому пользы не принесет имя моего рода.

– Как хочешь, но любопытно до жути, состроила самое несчастное лицо девушка.

– Хочу. А теперь может перейдем к другим вопросам? Как прошёл сегодняшний день? – оглядела Майя мужскую компанию. – Все целы и даже Ястин ничего не порвал. Вы нашли что искали? Смогли туда попасть?

– Нашли, – коротко ответил Дэрлан, – смогли войти, и все.

– Завтра продолжите?

– Нас оттуда выставили. – голос Грена был полон недовольства. – Тем местом займётся Башня. Мы им буквально все на блюдечке преподнесли. А всех преступников тайная канцелярия отобрала. В общем, как всегда.

– Но это-же отлично, – не разделила общего пессимизма Майя. – И очень предсказуемо. Там сейчас будут еще очень долго работать маги… и не беспокойтесь им еще трудиться и трудиться. А вы… – Майя оборвала пламенную речь. На нее все смотрели как на врага народа. Народа в конкретно их лице. – Что?

– Это как найти клад, который вынужден отдать даже не заглянув внутрь, – пояснил Грен.

– Если ты не заглянул внутрь, то откуда знаешь, что нашёл клад? – спросила Майя. – Или что данная находка вообще заслуживает внимания?

– Вот если бы я точно знал, что там ничего стоящего, то перестал бы переживать.

– Там ничего особенного не найдут, – уверенно заявила девочка. Просто некоторые вещи, которые не рассыпались в пыль от времени.

– Откуда такая уверенность?

– Если там было золото или драгоценности… их уже давно продали. Там вероятно могли сделать тайник… но место уже разграблено…

– Не все можно унести, – возразил Грен.

– А толку? Кусок камня, магию которого ты не знаешь и не понимаешь, так и останется просто куском камня. Только древним.

– То есть ты не исключаешь, что там есть интересные вещи, но в Башне это не поймут?

– Огромная арка в центре… через нее еще проложена аллея, а вокруг фонтаны… – Майя вспоминала название площади, но оно как назло не вспоминалось. Хотя все и так все поняли.

– Древняя арка? Говорят – это часть храма…

– Да неужели? – прервала она Ястина, – Храм… Это портал. Самый большой и… он соединял со второй половиной мира. Только кому теперь от этого польза, если секрет его действия утерян?

– Портал? Если это так, то может… другая сторона после потопа действительно не существует?

– Какая разница выжил там кто-то или нет? – безапелляционно спросила мелкая. – Я говорю о том, что вы не можете понять ту магию, которая была шесть тысячелетий назад. Это как древний язык почти полностью утраченный людьми.

– Почти? Может и этот утраченный язык магии у тебя в списке знаний и умений? – подозрительно спросил Грен.

– Нет. Этот язык запрещен. Его уничтожили и возрождать не станут. Все что найдут маги в том месте отправиться в очень защищённое хранилище. Просто так. На всякий случай. Или они обследуют то место и закроют его оставив все на своих местах.

– Мы про это и так знаем. Зато теперь понятно из-за чего такая строгость с этими древними находками. По закону древности принадлежат империи. Только после специальной экспертизы некоторые из них возможно продать…

– Это сделано для защиты людей, а вовсе не из жадности государства. Только… это не справедливо, что нас туда не пустили! – нахмурился Ястин.

– Справедливость – привилегия сильнейших. – заметил Дэрлан. – Башня сильнее нас, так что все в рамках закона и согласно принципу справедливости.

– Ладно, защитники закона и порядка, – поднялся из-за стола Грен, – на улице уже почти ночь. А у кое-кого родители строгие, – все посмотрели на девочку, – но так как охрана у обладательницы строгих родителей просто как у настоящей принцессы, то мы идем провожать обладательницу не столь строгих родителей, которые не обеспечили ее охраной как у принцессы?

– Ты сам-то понял, что сказал? – поперхнулась Эстер.

– Если не хотим нарваться на очередной разнос и угрозы, то идем по домам, – перевел Дэрлан, – а ты растешь Грен, до этого только мне переводчик требовался. И к слову Грен прав. То что мы не придерживаемся большинства правил, совсем не означает что слова начальства можно нарушать так…

– Часто, – подсказала Майя.

– Скорее так бездарно, – улыбнулся девочке Дэрлан. – обычно мы к этому подходим с большей фантазией.

Весна вступила в свои права. Деревья утопали в цветах, зелень приятно радовала тем свежим и неповторимым цветом, который бывает весной.

Только Алфея красота природы не трогала. Красотам дворцовых парков он предпочитал шумный Нортингем. Здесь он чувствовал себя в гораздо большей безопасности, чем в своем дворце, в котором все было подчинено его желаниям.

Вот такой вот парадокс.

Там все было подчинено ему, но он был закован в правила, обязанности и свой долг. В последние годы, он очень много времени проводил в городе и не только в нем. Он посетил все крупные города страны, побродил по пустыням, поплавал в горных озерах, даже в пещеры ухитрился залезть. В Болотах разве что не бывал, но и это упущение в скором времени решил исправить.

Дворец стал местом его работы. Каждая минута проведенная в его стенах… даже оставаясь в одиночестве, он не мог расслабиться, просто спокойно вздохнуть, расслаблено откинуться на спинку кресла… малейшее проявление человеческих чувств… там он был императором. Здесь он был человеком.

Найр был неизменным спутником во всех его приключениях. Ему выпала роль человека, который должен всегда быть благоразумен, предусмотрителен и серьезен. В общем как раз все то, что Найр терпеть не мог, но приходилось. А Алфей напротив, оставлял в Долине все эти качества и как маленький ребенок познавал окружающий мир.

Проводя собрания с министрами, он не раз ловил себя на мысли, что ему полагалось править страной, которую он мог узнать только из отчетов чиновников и книг. Ни разу не видя людей живущих за пределами Долины он должен был править ими.

Естественно императоры могли путешествовать по стране… посещать любые места… в сопровождении огромного кортежа, предварительно сообщая местным властям о своем визите, дабы они имели возможность принять своего монарха подобающим образом. Посещая различные уголки своей страны официально или не совсем, Алфей никогда бы не увидел ту нищету, в которой живет большая часть подданных. В империи рабство было давно истреблено. Но посещая некоторые места, Алфей не мог уловить разницы между рабами и крестьянами. Были провинции, в которых наместники правили будто своими королевствами, а Долина и император словно были частью другой страны, к которой они не имели никакого отношения.

Долина была идеальна. Любой нормальный человек был бы очарован роскошью и гармонией этого места. Любой кроме того, кто был ее хозяином.

Особенно неприятно стало после его тридцатого дня рождения. Вся эта суета, которая поднялась… когда имя счастливицы, было уже готово к объявлению… император заявил, что не может принять столь важное решение не приняв во внимание иных достойных девушек которых в стране вполне достаточно. Тогда и начались самые грандиозные смотрины в истории, а дворец вдовствующей императрицы стал самым популярным местом в стране.

Алфей благородно скинул все мероприятия на мать. Учитывая, что первоначально его собирались женить именно на родственнице матери-императрицы, той приходилось прилагать все усилия, дабы в результате мероприятий бесспорной кандидатурой оставалась выбранная ею девушка.

Так или иначе, Алфей знал кого придется назвать женой и императрицей. Однако мастерски тянул с элементарным оглашением имени… концерт по заявкам длился уже более полугода.

Какие только испытания девушки не прошли за это время, дабы выбор пал на самую, самую.

А тот, из-за кого они проходили все испытания испарялся из Долины при первой возможности.

Вот и сейчас, после концертной программы, посмотреть которую мечтал бы любой нормальный мужчина, император сославшись на усталость скрылся в своих апартаментах, приказав найти Найра сон Локклеста.

Когда Найр примчался к повелителю, то мог испустить только усталый вздох и поднять глаза на потолок, будто спрашивая Небеса «За что ему такая честь была оказана?!» Алфей уже переоделся. Гардероб императора за последние годы пополнился самой разнообразной одеждой и сегодня его выбор пал на одежды, которые они надевали при походе в горы.

– Куда на этот раз? – даже не поздоровавшись спросил Найр. Он уже давно предупредил, что если его величество желает быть кем-то помимо императора, то в такие моменты Найр не будет выказывать и капли положенной почтительности.

– Большие Болота, – протягивая наряд Найру, ответил Алфей.

– Мы это уже обсуждал. Болота не то место, в которое можно отправиться без тщательной подготовки.

– Ты говоришь это уже почти год. Хватит. Сегодня я хочу оказаться в месте где нет людей.

– Нельзя так просто перемещаться в Болота! Я знаю всего о трех порталах используемых для перемещений. Два из них ведут в места, где может оказаться Ноэль. Мы никогда ему не объясним, как император в подобном наряде забрел в те топи!

– Значит, у нас нет выбора, и мы выберем портал, на выходе из которого точно Ноэля не встретим.

– Там мы можем встретить кое-кого похуже Ноэля и герцогов вместе взятых…

– Ты рассказывал, что смотритель дальней части не любит гостей. Он наглядно доказал, что любой вторгшийся на его территорию живым не уйдет. Однако вы оба забыли – болота мои и только мои земли. И я собираюсь посетить свою собственность!

– У меня может не хватить времени объяснить это ему. Может, перенесем это на завтра? – с затаенной надеждой спросил он.

– Завтра ассамблея. После нее обычно столько докладов, что ближайшие дни даже не отвлечься. Айр, поспеши. Мы и так немногое сможем сегодня увидеть. Не трать мое время на пустые разговоры.

Найру ничего не оставалось, кроме как, шипя сквозь зубы, начать переодеваться.

Познакомиться со смотрителем Болот он имел несчастье три года назад. Псих – невероятно полная и точная характеристика. Смотритель был самым опасным существом, которое можно представить. Назвать его человеком язык не поворачивался.

Три года назад он убил целый экипаж корабля, который непогода занесла на его территорию. На борту было пятнадцать магов… всех их доставили в посольство Ильсидара. Тела имели вид ссохшихся мумий. А сверху на груде тел короткая записка «Следующих нарушителей я оставлю на ступеньках дворца».

Верховному магу пришлось провести немало бесед, давая понять, что Болота скрывают в себе древнее существо, которое не любит гостей. В стародавние времена один из Верховных магов заманил его туда, связав клятвой. Пока к нему никто не ходит, он сидит в тех местах. Но как только кто-то нарушит покой, он будет иметь возможность нанести ответный визит. Единственная возможность держать его в тех землях, как в тюрьме – не появляться там. Во избежание досужих сплетен и любопытных, империя уже полторы тысячи лет хранит этот секрет. Оттого не пускает никого в те места и сама не может направить спасательную миссию.

Впрочем, спасать уже некого.

Так или иначе, история особой огласки не получила. А Найра отец познакомил с Демоном Болот. Если в двух словах, то к повторному общению он не особо стремился. А кому понравится общение с существом, для которого магия – пища.

Алфей давно собирался на эти болота взглянуть, и Найру удавалось менять планы императора, но сегодня он по глазам видел – не пойдет с ним сейчас и рискует узнать, что его величество один туда отправился. Алфей отлично владел мечем, был обвешан защитными артефактами и даже мог изобразить некоторые заклинания. С изяществом плетений у него были проблемы, но вот силушки… В общем в иных условиях подобная авантюра была безопасна даже без сопровождения Найра… если бы не смотритель. Хотя возможно случиться чудо и местный страж будет обходить свои владения и вовсе не заметит их присутствия?

Вспышка телепорта и вот уже двое путешественников стоят в незнакомом помещении.

Здание не сохранило внутреннюю отделку. Штукатурка давно осыпалась, открывая гигантские каменные блоки, из которых были сложены стены. Примерно на высоте полутора этажей начинались высокие стрельчатые окна, сквозь которые проходил солнечный свет, а так же спускались ковры зеленого плюща.

– Добро пожаловать в Ясту, – оглядываясь по сторонам, почти шепотом огласил место прибытия Найр.

– Тебе не кажется, что ты…

– Кто вы такие? – в одном из двух проходов стоял молодой человек. Ему было не больше двадцати. Слегка волнистые темные волосы были небрежно заколоты на макушке, а серые глаза смотрели с невыразимым удивлением. Одежда самая простая холщовые штаны, высокие спаги и рубаха из небеленого льна.

– Если он смотритель, то я ожидал большего, – оглядывая юношу, заметил Алфей.

– Встречный вопрос, – Найр был не менее удивлен. – Кто ты и где Эвдар?

– Не может быть! – не давая незнакомцу ответить, Алфей сошел с портальной плиты и подошел поближе. – Я определенно видел портрет. Ты Юсшир? Не так ли?

– И все же кто вы? Учитель не предупреждал, что у нас будут гости.

– Учитель? – переспросили они хором.

– Кого же принц Ильсидара завет учителем? – Алфей подошел совсем близко и теперь точно видел – перед ним уже три года как считающийся мертвым принц королевства Ильсидар – Юсшир.

Только ответа он не получил. Из неоткуда налетел вихрь. Алфея с нечеловеческой силой отбросили к стене и сжали горло. Он смотрел в бездонно синие глаза перед собой и не мог сделать и вдоха. Не видел ничего кроме этих холодных выпивающих душу глаз и не мог пошевелиться.

Люди жадные и трусливые существа. Они хотят всего и сразу – денег, власти, вечной молодости и очень долгой жизни. Они хотят всего и сразу, не собираясь платить за исполнения своих желаний. А еще они не готовы встретиться с последствиями. Если кто-то переступит черту возможного, его станут бояться. Страх порождает ненависть, и люли могут доставить множество неприятностей. Они как назойливые муравьи, которым нет числа, и они все лезут и лезут. Стремясь уничтожить. Или разобрать на опыты.

Эвдар понял это раньше, чем на него открыли охоту. Собрав все самое необходимое, он ушел. За свою жизнь в роли демона, как его называли люди, он сменил много мест жительства. Сценарий всегда был один и тот же. Он забирался в глушь, обустраивался там, но спустя пару веков или чуть больше, неугомонные люди обосновывались где-то неподалеку. Сначала они проявляли любопытство, потом устраивали ему неприятности, а когда он выходил из себя, выяснялось, что он вовсе не обычный маг, а какое-то неизвестное существо, обязательно находились глупцы желавшие уничтожить его. Естественно не просто так, а чтобы обрести значимость в глазах других, таких же глупых людишек.

Но в последние полторы тысячи лет он жил в Ясте. Большом городе с некогда изящной архитектурой, которая и сейчас поражала воображение, проступая сквозь заросли плюща, кустарников и деревьев.

В свое время, поняв, что от людей скрываться слишком хлопотно, он заключил сделку с одним из них. Великий герцог Китран сон Локклест предложил ему официальную должность – смотрителя покинутых городов. Или как сейчас называют это место – Большие болота. Огромная территория оказалась заболоченной после Большого потопа, случившегося два тысячелетия назад. И примерно половина этой территории оказалась недоступна вовсе – с одной стороны – море, с другой река, делящая болота почти пополам. Вот в этом месте он и поселился. Дух болот. Так его называли Великие герцоги, которые изредка наносили ему визит. Кроме как с помощью древних телепортов, которым ни время, ни катаклизмы нипочем, сюда добраться практически невозможно. Если конечно ты не очень могущественный маг, или как он – человек переставший быть человеком. Верховные Маги, и еще иногда смотрители второй половины болот, той, что до реки. Вот и вся его компания за полторы тысячи лет. Хотя это не совсем правда. Бывали случаи, когда он покидал свое добровольное заточение и выходил к людям. Но это было скорее необходимостью, нежели душевным порывом. Болота невероятно богаты. Хотя кое-что проще приобрести у людей. И не только преобрести…

Он знал каждый камешек в Ясте. За прошедшие годы весь город стал его домом. В качестве своей резиденции он выбрал один из храмов расположенных в центре города. Это было сделано поначалу с точки зрения удобства, а потом он там и остался. Привык.

Чем бы занялся человек, оказавшись в древнем городе, в котором было много сокровищ? Иначе и не назовешь место, которое одни люди не смогли оставить, а другие попасть туда. Естественно поиском ценностей.

Но Эвдар давно перестал быть человеком. Для начала, он решил навести порядок. Болота поглотили окружающие земли. И даже некоторые города скрылись в трясине. Но Яста находилась на некоторой возвышенности, и почти все постройки были каменные, а уличная брусчатка… за два тысячелетия запустения даже растения не смогли ее сдвинуть с места. Вся зелень на камнях росла исключительно на нанесенном со временем слое почвы. За время своей генеральной уборки ему пришлось сжечь в крематории храма десятки тысяч останков бывших жителей города.

Зелень затопила все вокруг. Но так только казалось на первый взгляд. Хаос природы благодаря вмешательству Эвдара был весьма упорядоченным. В городе не росли растения, которые ему не нравились или не могли пригодиться в его работе. Одна часть и вовсе превратилась в сад полный всевозможных цветов. Зимы в этих местах были не столь холодными и гораздо более короткими, чем в северных странах. Но все же климат был не совсем тропическим. Магия Эвдара позволила здесь расти даже цветам, нехарактерным в этой широте.

Когда-то Эвдар был простым человеком. Его магических сил не хватило бы и искру зажечь. Он был не то что позором… нет… он был пустым местом в семье магов. Он ненавидел свою слабость. Свою беспомощность перед другими. Все его братья и сестры, родители, дедушки и бабушки – были настоящими магами. Они все получали образования в школах и университетах Королевства магов и очень гордились своими достижениями. Его же место в семье было не выше простого слуги. Он с детства занимался уборкой, готовкой, работой в саду и помогал прадеду в его лабораториях. Как же он ненавидел свою семью, в которой по насмешке Небес ему не посчастливилось родиться.

Люди говорят, любовь способна сотворить невероятное. Ненависть так же способна сподвигнуть на немыслимое. И помочь достичь этого. Все свое свободное время он посвящал учебе. А точнее исследованиям. Своим собственным.

Когда ему было пятнадцать, он официально ушёл из дома. Нет, не сбежал, громко хлопнув дверью на прощание. И не растворился в ночи, словно вор. Он отрекся от своего имени, от имени своего рода. Он уходил при свете дня с высоко поднятой головой, не имея ничего, кроме захудалой одежды на себе. Знаний в голове. И ненависти.

Два года он выживал на улицах. Промышлял воровством и грабежом. Входил в шайку такой же, как и он, бездомной шпаны. Но в отличие от других – деньги небыли для него смыслом жизни. Они были средством для получения знаний. Скопив достаточную сумму, он купил себе приличную одежду и рекомендательные письма. Именно тогда у него и появилось это имя. Эвдар. Насмешка судьбы, но имя ему дал пройдоха, у которого он покупал рекомендательные письма. Был подходящий для его целей комплект на это имя. Заверенный магической печатью документ гласил о том, что некий Эвдар, семнадцати лет, был помощником мага и следил за его домашней библиотекой и помогал в лабораториях. С подобным рекомендательным письмом он и устроился работать в городскую библиотеку… сколько же их было. Он выискивал нужные ему сведения, а после переводился в другую. Он поработал во всех библиотеках Норкимгема. Всеми правдами и неправдами он находил книги о природе магов. Он не изучал окружающий мир. Не обращал внимания на обычные для любого мага заклинания.

Тогда когда другие весело проводили время, он проводил опыты в своей тайной лаборатории или пускался в авантюры, чтобы достать ингредиенты для тех опытов. Он шел к своей цели почти три десятилетия, взирая на мир как на средство для достижения цели. И он ее достиг. То кем он стал в результате… и не человек и не маг. Он стал монстром, способным простым прикосновением убить мага, вытянув из него всю силу и разрушить резерв. И неосторожным движением руки причинить сильнейшую боль простому человеку. Его организм претерпел значительные изменения. Он совершенно перестал стареть. Раны, нанесенные ему, затягивались буквально на глазах. А сила и скорость… никто не мог с ним соперничать в этом. Со временем и магический резерв стал таким, как он хотел.

А потом он отомстил. Семья, что так гордилась своей силой. Он пришел к каждому из них. Не пощадив ни дряхлых стариков, ни женщин, ни детей. Каждый из них был удостоен его прикосновения. Он выпил всю их силу, разрушая резерв за резервом. Кто-то умер. Кто-то сошел с ума. Но остались и те, кто смог выжить и продолжить род Сайори. Род, в котором более не рождалось не то, что сильных магов, даже зачатки магических способностей были редкостью. Его месть была столь разрушительной, что из мужчин в семе остался только его старший брат, который был вынужден покинуть Срединную Империю и искать приют в чужой стране.

Только почему же… когда месть свершилась, он не почувствовал ровным счетом ничего.

С чувствами, и правда были проблемы. Они были какими-то поверхностными, не трогавшими сердца.

Временами он возвращался к семейству, что так ненавидел… но месть не принесла ничего. Пустота. Страшная, бездонная бездна, которую чувствуешь острее, находясь среди людей. Хотя… в его жизни было кое-что, способное завладеть его вниманием и мыслями. Вычерченная сетка на доске и две чаши камней. Ссоур, эта старинная забава могла стать новой целью в жизни… и он давал себе шанс играть… но люди… эти жалкие черви всегда и все портили. Поэтому он оставил идею найти себе достойного соперника. Бывало, он появлялся в мире людей, искал кого-то и пропадал вновь, так и не найдя.

Сотни лет нарушителей границ его мира ждала смерть. И людей, чей корабль три года назад попал в болота… Он убивал каждого. Выпивая их магию. Выпивая их жизненную энергию простым прикосновением. Пока не наткнулся на него… Богато обставленная каюта, почему-то закрытая с наружи и мальчишка внутри. И доска с разложенным рисунком из белых и черных камней. Пальцы уже сжимали его горло, но глаза… впервые он не смотрел на свою жертву, он смотрел на камни, рисунок партии… его рука разжалась сама собой и он, не обращая на закашливающегося мальчика внимания, подошел к доске.

– С кем ты играешь? – наконец спросил он. К тому моменту ребенок уже восстановил дыхание и растирал шею руками, испугано смотря на незнакомца. На улице лил дождь и в каюте царил полумрак. Напавший… был плохо различим в полу марке, но Юсширу было это не важно. Он испытывал всеобъемлющий ужас и смог заговорить не с первой попытки.

– Книги… – показал он на полку с томами, стоявшими в ряд. – Это книги.

– Ты играешь с книгами? – насмешливо спросили его. Голос был глухой и хриплый, словно его обладателю не часто приходилось разговаривать.

– Я учусь по книгам… партия из сборника…

– Ты понимаешь эту партию? – странные вопросы в подобной обстановке, но Юсширу выбирать как-то не приходилось.

– Не совсе… нет не понимаю, – от чего-то честно ответил он.

– Почему же учитель не объясняет тебе? – Эвдар не видел второго кресла, в котором предполагалось сидеть второму игроку.

– У меня нет учителя… – голос мальчика был хриплым, и слабость после произошедшего была такая, что он почти терял сознание. – Я учусь сам. – и выло в этих словах столько грусти, одиночества и одновременно вызова… всем… взрослым, странному незнакомцу, судьбе и самому Небу.

Эдвар же изучал доску. Дождь начал стихать, а небо проясняться. Но мальчик этого не видел, потеряв сознание, как и не слышал слов обращенных в пустоту «Теперь у тебя есть учитель».

Яркий солнечный летний день. В такие дни как этот большинство мечтает о прогулках по живописным парками или даже поездкам за город. Собраться компанией друзей и отлично провести время, не думая не о чем серьезном. Просто насладиться окружающим миром и царящей красотой. Об этом мечтает большинство, но не многие могут позволить себе потакать своим желаниям. Еще меньше людей, кто может получить удовольствие от работы в подобный день. И совсем мало тех, кому безразлично, чем заниматься – отдыхом, работай или учебой.

Столичная резиденция сон Локклесотов на некоторое время превратилась своеобразную школу. И у учеников не было выбора, посещать ли занятия. Где только не бывала Майя, но на неделю ей пришлось переехать в столичную резиденцию Верховного мага. Странное немного разделение получилось. В преддверии свадьбы императора, все отпрыски герцогских семейств проходили специальную подготовку. Мужская половина семейств переехала в резиденции Норкимгема, женская – собралась в Столице. Все замужние дочери собрались в резиденции сон Локкрестов, – они должны будут стать свитой жены императора после совершения обряда и до конца праздничных мероприятий. Подготовкой руководила герцогиня сон Локкрест. Герцогине сон Локклест же выпала обязанность позаботиться и подготовить к церемонии всех незамужних девочек и девушек великих семейств. Начиная с шестилетнего возраста, они все примут участие в церемонии и должны будут позаботиться о невесте.

Чем-то это место напоминало резиденцию ее новой семьи. Но только внешне. Фасады были схожи, территория примерно равна… только это была вотчина магов. Майя впервые оказалась в доме потомственных магов. Фасад традиционности старались соблюдать… и обычному человеку было не понять, что его окружает. Слуги в этом доме были магами! Хотя это и не удивительно.

За много веков, в течении которых эта резиденция принадлежала роду, в ее стенах скопились тысячи артефактов. О многих современные хозяева и не подозревали или секрет их использования был известен некогда их многочисленным создателям… на этом распространение новинок мира артефактов и заканчивалось. В былые времена Майя могла бы счесть это место за величайшую сокровищницу мира. А сейчас просто рассматривала обстановку и могла только гадать об истинной природе окружающих вещей.

Рассматривая резиденцию, Майя то и дело ловила на себе любопытные взгляды. Ее новое семейство к новой родственнице уже привыкло, а вот семья Верховного мага была не столь осведомлена. Особенно те из дочерей, что учились на островах и приезжали домой только на лето. Новые сестрички и хотели бы поделиться с кузинами подробностями, но из-за запрета отца, всего рассказать не могли.

– А вы уверены, что она не может быть дочерью вашего отца? По крови? А сейчас он просто признал ее и взял в семью? – задумчиво расспрашивали сестриц две незнакомые девушки.

– С чего вы решили? – предположение было невероятным. Их отец… да не может такого быть!

– Тогда, почему она не отличается от вас?

– В каком смысле?

– Семейные артефакты реагируют на нее как на дочь семейства сон. Как такое может быть, если она приемная?

– Это какая-то ошибка Лин! Вы что-то напутали! Она совершенно точно не может быть…

– Тогда почему она здесь? Только те, в ком течет кровь сон, могут принимать участие. Мужья и жены наших братьев и сестер… они не нашей крови, поэтому не смогут и шагу ступить во внутренний дворец. А ее пригласили участвовать. Церемония это не просто красивый ритуал. Он построен на магии…

– Но не магии крови. Точнее не только на ней. – Майе надоело стоять и слушать необоснованные догадки. Вот после таких разговоров и начинают ползти непонятные слухи. А она не желает излишнего внимания. Пока тайна остается тайной, она всем любопытна. Она притягивает и манит. Но стоить раскрыть секрет, как интерес к теме теряется. – Полагаю, речь идет о моем необычном появлении в семье.

– Это так. Множество слухов и версий. Кивнула старшенькая на вид девушка. – Я думаю, нас не представили.

– О прошу прошения. – шагнула вперед Фелия, – позвольте представить нашу сестру Майю сон Локкрест. Майя это Линтиция и Анабель сон Локклест. Они учатся за границей и бывают дома только летом. Поэтому вы еще и не знакомы.

– Приятно познакомиться, – в унисон сказали все трое.

– Вам знаком предстоящий ритуал? – спросила Анабель.

– Не могу сказать, что знаю о нем абсолютно все, однако некоторые моменты мне известны.

– Значит, вам так же известно, отчего только те, в чьих жилах течет кровь сон, могут появиться в храме.

– Кровь… рода сон зависят от нее. А еще они зависят от своих глав. Если все сделать правильно, то можно стать истинны потомком рода сон.

– Есть какой-то ритуал? – уточнила Линтиция. – Но… глава рода может сделать дочерью ту, в которой и капли крови сон нет?

– Глава рода не может. А императору это подвластно. Император – сын Неба. Кому как не Небу решать когда, в какой семье и какому ребенку появиться?

– Ты точно не родная дочь нашего отца? – осторожно переспросила сестра.

– Отчего же. Я родная дочь нашего отца. Но стала таковою не столь давно. То, что было до этого – значения не имеет. Я просто есть.

– Обычно появление детей в наших семьях более традиционное. – заметила Анабель. – Боюсь, мы не привыкли к столь странным способам пополнения семьи.

– Привыкать и не требуется. Ваши отцы не страдают тягой к благотворительности и желанием подарить семью бедным сиротам. Так что не переживайте. Я здесь потому, что им так нужно. О причинах можно только гадать.

– То есть ты не веришь, что дядя сделал тебя частью семьи для твоего блага?

– Великие герцоги делают все во благо страны и во благо рода. Но и во благо рода они делают лишь то, что пойдет на благо страны. Разве могут они позволить себе заботиться о ком-то постороннем?

– И что такого ценного в тебе для блага страны?

– Вариантов несколько. Но я не могу знать, чем именно руководствовался его сиятельство.

– Высокая самооценка.

– Обоснованная, раз я теперь сон Локкрест.

– Значит ты теперь наша кузина. Быть частью этой семи не просто и очень ответственно.

– Догадываюсь.

– Традиции и обычаи. Наши семьи не просто так занимают свое положение. Мы опора этой страны. Гарант ее целостности и стабильности. Нельзя просто появиться и стать одной из нас.

– У меня не было желания стать одной из вас. Меня просто поставили перед фактом. Если кто-то желает возмутиться по этому поводу, то обращайтесь к Великим герцогам и Его величеству.

Корлан сон Локк, Наследный принц империи был весьма замкнутым человеком. И очень серьезным. Он был таким с самого детства, хотя его брат близнец Корраер и любил втягивать его в свои авантюры, сам он их инициатором не был ни разу. Его всегда привлекали науки, и он был поистине отрадой своих учителей. Несколько лет у него были большие проблемы со здоровьем и он почти все время проводил или в своем дворце или в лекарском доме императора. Благодаря самоотверженности лекарей он почти полностью восстановил свое здоровье и избавился от жутких шрамов оставленных огнем, чем незамедлительно воспользовался его братец, чтобы вернуться к главному развлечению детства – абсолютному сходству. Во всем. В прическах, одежде, манерах. Именно это было официальной причиной того, что он редко надевал украшения, положенные ему по статусу.

В глазах большинства, Корлан представал идеальным Наследным принцем. Воспитанный, благоразумный, утонченный и весьма привлекательный. Помимо всего прочего всегда серьезный и все свое время посвящающий делам на благо Империи и Императора. Он ухитрялся держаться в стороне от разных партий и дворцовых интриг. Серьезное достижение.

Наследный принц… сколько же было в его титуле. Обычно его носил тот, кто после императора займет трон. Или как все думали – до рождения сына у императора. Однако… год назад ему сообщили, что ожидать иного Наследного принца придется очень долго. В тот день он впервые увидел ее – книгу императорского рода. И осознал, что оказался в ловушке древней магии рода и своего титула.

– Ваше высочество прошу вас, – указала служащая сада на распахнутые двери, и он переступил порог запретного сада. Сада, который словно маленький мир, жил своей жизнью, по своим правилам.

Его служители очень редко показывались вне мест своего обитания, они всегда держались очень отстранено, имеющих право посещения сада было очень мало, а еще меньше желающих его посещать.

Жутковатое местечко.

Одежды служителей были из небеленого льна, и очень походили на траурные наряды. Это место называлось садом, но цветов здесь практически не было. Сплошной газон. И каменные дома. Совершенно не гармонирующие с архитектурой долины.

Его вели по узким проходам между домами, выложенными странными камнями. Можно было принять камень за гранит, но он был весь испещрен изумрудными прожилками, сверкающими в лучах заходящего солнца.

Его вывели к большому зданию, стоящему в отдалении от других. Оно определенно было в стиле Долины, но весьма не подходило архитектуре этого места. Высокая покатая крыша, поддерживаемая огромными деревянных столбах, каменная лестница, ведущая к огромным дверям центрального входа.

А стоило преступить порог и он снова попал в лабиринт. Лабиринт из высоченных книжных стеллажей, рядом с которыми виднелись высокие и узкие приставные лестницы.

– Его высочество наследный принц прибыл. – с поклоном сообщила служительница и отошла в сторону освобождая проход.

– Ваше величество, – поклонился он, не обращая внимания на уходящую служительницу.

– Сегодня прекрасный вечер. А я загоняю тебя в столь мрачное место. – император сегодня был одет просто и по домашнему. Без излишней помпы и регалий. Запретный сад имел переходы соединяющееся с Янтарным дворцом. Потому император мог прибыть в хранилище тайно. Он проделывал иногда такое, но только тогда когда точно знал, что никого не встретит.

– Вечер прекрасен, но императору известно, что я мало обращаю внимания на подобное.

– Корлан, прекрати изображать из себя совершенного человека. Твоя безупречность раздражает. Сегодня мы здесь одни, так что не волнуйся за свою репутацию.

– Это место не располагает к неформальному общению.

– Это место… привыкай к нему. Ты будешь здесь частым гостем. Раньше, твое здоровье не позволяло тебе посещать запретный сад. А теперь, когда ты здоров, пришло время кое-что тебе показать. Знаешь что это? – он протянул книгу в простом кожаном переплёте. Таких книг тысячи, но эту ни с чем не спутаешь – История императорского рода. – Вижу, что знаешь. В империи всего три человека, способные ее читать. И из этих троих один обязан ее изучить. Это ты.

– Я понимаю. Если таково желание старшего брата, я изучу ее. Однако… не случайно эту книгу могут читать свободно только трое. Возможно сейчас я и наследный принц, но через пару лет у императора появятся сыновья. Титул Наследного принца сменит владельца. Так к чему посвящать постороннего в тайны императоров?

– Титул не смениться ни через пару лет, ни через десяток. Посмотри. – Он протянул книгу открытую ближе к окончанию.

– Что это? – спросил он.

«Корлан сон Локк – Наследный принц Империи, признанный достойнейшим из принцев своего титула Четырьмя Столпами империи».

– Это значит, что тебя утвердили. Чтобы в империи появился другой наследник, у меня должен родиться не просто сын. Он по крайней мере не должен уступать тебе. Превзойти… не думаю, что подобное возможно.

– Значит…

– Полагаю, что тебе всю жизнь придется прожить в статусе наследника.

– Что это за шутки такие. Как я могу… весь кабинет министров, ассамблея, совет – все будут против! Зачем все это?

– Я собираюсь жить долго. Очень долго. И хочется свести к минимуму все возможные изменения. Зачем моим сыновьям эта путаница с титулом. Почему его должен получить тот, кого родит императрица? Почему остальные не могут выбирать того как и где им жить дальше. Мы с тобой родились и выросли здесь. Высокий титул дает нам с тобой многое. Но другие… они ничего не получат. Наши старшие братья, помнишь, чем закончилась последняя борьба за власть? Янтарный дворец залит кровью сыновей и братьев императоров. Так было всегда. Так будет и с моими детьми. Они будут стремиться расчистить дорогу к трону, убрать тех, кто родился раньше. Их матери будут плести интриги, а Пустынный дворец пополняться все новыми жителями. А, кроме того, как уже говорил, я хочу жить очень долго и по возможности хранить спокойствие, по крайней мере, в своей семье.

– Так уверен в моей преданности?

– Как брат, я в тебе уверен. Как император, я не доверяю тебе. Я доверяю этой книге. Причинишь мне вред, и на коронации она тебя убьёт. Свои действия мы можем скрыть от людей. Но нельзя спрятаться от этой книги.

– Значит, теперь я должен изучить эту книгу…

– Ты Наследный принц в глазах всей империи, но не в своих собственных, – внимательно глядя на брата, перебил Алфей. – Они все кланяются и с замиранием сердца ждут приказа, а ты чествуешь себя словно случайный прохожий, который зашел на огонек, а все принимают тебя за своего хозяина. Кор… ты Наследный принц о котором мечтает любой правитель. Ни через год, ни через два… даже через десяток лет у этой страны не будет другого Наследного принца. Вероятнее всего этот титул достанется кому-то из моих внуков или правнуков.

– Ты рушишь вековые традиции.

– Вековые традиции братоубийства должны быть разрушены. Когда будешь изучать эту книгу, увидишь, что род сон Локк погряз в крови. Это не должно повториться. Не с нами самими, ни с нашими детьми. После смерти нашего отца, наши братья получили свободу. Они могут строить свою жизнь сами. По крайней мере те, кто до сих пор жив.

– Те, кто жив?

– Сам увидишь, – кивнул Император на книгу. – Дворцовое воспитание не очень полезно за пределами Долины. Принцы империи бесполезные создания. И содержание их весьма не дешевое.

– Что это значит?

– Значит, что время учебы закончилось. С выполнением твоих обязанностей все превосходно. Надеюсь, еще пара дел тебя не обременит.

– Каких дел?

– Знаешь, что я понял, заняв престол? Я совершенно не знаю эту страну. Никакая книга не поможет тебе ее понять. Поэтому отныне ты будешь путешествовать по стране. Полезно ощутить раскаленное дыхание пустыни, познакомиться с флорой и фауной тропических лесов и полюбоваться восходом в горах. Наша страна такая разная, и везде по-своему прекрасная. А кроме того, в некоторых местах нашей необъятной родины не помешает напомнить о существовании императорского дома.

– Это будут длительные поездки. Разве мне можно покидать Долину на столь длительное время?

– Не беспокойся. Составим твое расписание, и получишь разрешение на телепорт Долины.

– Это из-за последнего совета? Слышал, император был недоволен своими подданными.

– Император был недоволен. Император всегда недоволен, когда у него просят денег.

– В южных провинциях была эпидемия и засуха сильнее обычного. Смертность среди нижних слоев населения составила более шестидесяти процентов. Это ужасающие цифры.

– Все верно. Пострадавшие провинции освобождены от налогов на следующие пять лет. Казна выделила на борьбу с эпидемией и ее последствиями почти миллион золотых. На эти земли пролился поистине дождь из золота. Кроме того два месяца назад я подписывал приказ обязывающий лекарские дома направить в зону бедствия половину штата своих лекарей, а лекарские школы должны были направить всех учащихся начиная со второго курса на обязательную практику в те районы. Так же из государственных запасов были выделены все ингредиенты для приготовления лекарств. Эпидемия давно оставила провинции, а лекари и ученики вернулись.

– Зачем же им еще деньги?

– Вот и мне интересно, куда делся тот миллион. Народу объявили, что император своей милостью даровал разрешение следующие три года не платить налогов. Однако люди измученные болезнью и потерей близких, а так же свалившейся на них после засухой, не знают чем кормить своих детей. По улицам бродят дети, оставшиеся без родителей, чьи дома были по разным причинам у них отобраны. А наместники и губернаторы шлют мне слезливые письма, прося денег. Прошло уже столько времени… но они даже не всех проронили. Герцог сон Локкрест подготовит тебе сопровождающих.

– Насколько велики будут мои полномочия?

– Мне нужны доказательства. Ты можешь арестовать и переправить на допрос в тайную канцелярию любого. Казнить можешь всех виновных до шестого ранга. Тех кто выше переправляй сюда.

– Почему герцог позволяет жить таким людям?

– Всесильность тайной канцелярии. Слухи все слишком преувеличивают. Экономика, налоги, распределение средств из казны, издание законов, проведение реформ и политический курс… это не их сферы. Это ответственность дома сон Локк. А кроме того… Они не могут вмешиваться так просто в дела связанные с некоторыми фамилиями.

– Фамилиями?

– Потомки знатных родов старых королевств. Вне своих провинций и губерний они просто знать. У себя же словно монархи маленьких королевств. Я, как и мои предшественники не против такого положения вещей. Пока они исправно платили налоги и поддерживали порядок на своих территориях. Однако они позабыли, что прежде чем заботиться о себе, нужно побеспокоиться о народе. А еще все позабыли, что они, как и те бездомные дети, что бродят по городам, всего лишь мои слуги. С той лишь разницей, что у них есть обязанности, с которыми они не справляются.

– Я отправлюсь так быстро, как только прикажете.

– Твои поездки должны остаться в тайне.

– В тайне? – непонимающе переспросил Корлан.

– Давай дадим Корраеру возможность играть в его любимую игру – изображать тебя. Слишком много причин для такого шага. Тебе придется хорошо замаскироваться, ты слишком известная персона. И постарайся выжить. Наш младший брат не столь хорошо подходит на роль Наследного принца.

С того памятного дня прошел почти год. Год в течении которого он становился другим человеком. Он делал многое. Но хотелось сделать еще больше. Ловушка из титула. Наследный принц… ему не хотелось быть Наследным принцем и тратить добрую половину своего времени на придворные обязанности. Ему хотелось с головой погрузиться в тайную часть жизни. Скрытую от глаз. Жизнь безликого эмиссара императора.

– Вдовствующая императрица, – объявила придворная дама, с поклоном пропустила в покои императора его мать, и удалилась закрыв двери.

Ее величество специально подгадала со временем, дабы застать его величество в его опочивальне – одном из немногих мест, где она могла увидеть сына, а не правителя.

В последнее время они виделись чаще обычного, но всегда в официальной обстановке. Элементарный этикет не давал обсудить все вопросы. А их было предостаточно.

Отбор девушек на роль жены и наложниц шел уже несколько месяцев, а его величество соблаговолил присутствовать только в самый первый день, когда всех девушек привели во дворец. Три тысячи семьсот шестьдесят одна кандидатка. Согласно вековым традициям, каждый город страны представил самую красивую незамужнюю девушку в возрасте от шестнадцати до восемнадцати лет. Так же дворяне и высшие чиновники могли представить по одной подходящей девушке от семейства. Многие заранее готовились и не выдавали дочерей подходящего возраста замуж. Критерии были высоки, но вся знать постаралась поучаствовать… вся кроме родов сон. Сон Локкресты и сон Локклесты по той же традиции своих дочерей на подобные мероприятия не направляли. Проходить отбор на общих основаниях… они были выше этого. В этом случае у них были особые привилегии, которыми они традиционно не злоупотребляли. А соревноваться за звание лучшей… для них это было возможно только с равным, то есть если рода сон заявляли о своем желании представить своих дочерей в жены императору, то никто кроме них не мог принимать участие в выборе. Естественно для герцогских дочек были свои ограничения…

Так или иначе, но на ровные колонны красавиц его величество полюбовался. А потом был всегда очень занят.

– Что это? – спросил Алфей, принимая от матери стопку тонких книжечек в затянутых в шелк обложках.

– Информация об оставшихся четырнадцати девушках. Три из них войдут в нашу семью. Станут матерями ваших детей. Вам не интересно взглянуть? Возможно среди них есть та, которая вам приглянется?

– Без сомнения они все безупречны, – врученную ему стопку, он отправил на ближайший столик. – Каждая из них соответствует самым высоким требованиям.

– Такая холодность вызывает недоумение. – она не сводила хмурого взгляда со стопки книжечек. – Это очень ответственный выбор и ваше мнение имеет значение!

– Скажите, а если я захочу к этим четырнадцати добавить еще одну… Она не участвовала в отборе. Не блещет исключительной красотой. Влиятельными родственниками… так как? Мое мнение имеет значение?

– Вы же знаете, что это невозможно.

– Император не настолько всемогущ, как думают подданные. – скучающим тоном обронил он.

– Вам следовало указать на интересующую вас девушку до отбора. Тогда она могла бы стать сегодня одной из этих четырнадцати. Однако о какой девушке…

– Забудьте, – оборвал он ее. – На сей раз я не собираюсь вмешиваться в ваш выбор. Мне совершенно безразлично, кто станет женой, а кто наложницами. Это целиком и полностью ваш выбор. – с нажимом повторил он. – Однако в дальнейшем вам нужно быть готовой к тому, что если я решу указать на кого-то, вы смеритесь с моим выбором.

– О чем вы говорите? – осторожно спросила она.

– Сейчас они юны и красивы. Как долго они смогут выжить в гареме? Я помню некоторые ваши уловки, а так же повышенную смертность. Что будет с вашей красавицей, которую вы выбрали мне в жены через пару десятков лет… или через пятьдесят лет? Полагаете спустя полвека она все еще будет моей женой? Она будет первой. Сильно сомневаюсь, что последней, учитывая нашу разницу в продолжительности жизни.

– Перестаньте! Прекратите немедленно! Если вы пытаетесь переложить на меня всю ответственность за их будущие – то напрасно! Все эти годы я позволяла вам быть ребенком! Однако мужчина, который сейчас стоит здесь может взять на себя такую ответственность как четыре девушки! Сейчас они как глина – лепи, что хочешь. Вам представился редкий шанс, и как им распорядиться – ваш выбор и ваша ответственность! Даже не пытайтесь сравнить их с гаремом вашего отца.

– Вам придется хорошо обучить их. Я назову вашу избранницу своей женой. Только не спешите с остальным. Ей не стать императрицей. Не сразу. Вначале вы обучите ее всему. Обязанности Императрицы слишком важны, чтобы доверить их так просто.

– Алфей! – в голосе не осталось и намека на этикет. Сейчас пред сыном стояла рассерженная мать. – Ты понимаешь, что ты вообще говоришь! Лишая ее законного титула, ты унижаешь ее и весь наш род!

– Ваш род? Матушка вам не кажется, что для своих родственников вы сделали и так предостаточно?

– Не забывайся! Мои родители, братья и сестры… все они не самое главное. Ты и только ты будешь для меня важнее всего. Неужели так сложно поверить, что моя забота о воспитании и выборе твоей жены – это прежде всего для тебя?

– Я это знаю. Но на каком месте для них буду я? Считаете, они забудут узы крови, переступив порог своих дворцов? Ваши племянники везде – в кабинете министров, в армии, они возглавляют южные провинции и даже среди магов занимают высокие посты. Новая императрица даст им еще больше силы. Вы любите своих родных. Но не ужель не видите, что это создает очень неприятную ситуацию?

– Если вы про власть Великих герцогов или влияние на императора, то не беспокойтесь…

– Не беспокоиться? – оборвал он мать. – Я так и сделаю. Можете готовиться к свадебной церемонии. Но не думайте, что эта девушка обретет реальную власть в Долине.

– Ну почему? Почему вы столь упрямы?

– Потому, что я не дам власти человеку, в чей преданности не уверен. Вы сами сказали, – я для вас важнее всего. По крайней мере, все ваши поступки продиктованы вашей заботой обо мне.

– Ты себя явно недооцениваешь. – снисходительная улыбка появилась на ее лице. – Ты император. Ты молод, хорош собой, у тебя отличный характер. Предоставь им возможность, и они отдадут свое сердце только тебе. Когда доходит до сердца, все остальное перестает иметь значение.

– Когда доходит до сердца, то разум имеет свойство испаряться. Каму как не вам знать, что в моем случае это может обернуться бедой для очень многих?

– Нельзя нарушить законы природы. Вы человек, а значит, кто-то должен оказаться рядом и помочь вам оставаться…

– Перестаньте. Этот набор – пробный вариант. Не относитесь к этому так серьезно. Не окажись я магом, то в этот раз в гареме оказалось бы гораздо больше девушек…

– Не ожидала услышать от вас столь ужасных слов. Знаете ли вы, что для них вы станете всем в этой жизни? Их солнцем, что согревает, их воздухом, которым они дышат? Из ваших слов следует, что им придется очень сложно. Только зря вы гневайтесь на них. Они свою судьбу не выбирали. Но для вас они только политика. Впрочем, в этом вы не слишком отличаетесь от своего отца. Он виртуозно играл на узах крови. А его любовь была страшнее безразличия. Не повторяйте его ошибок.

– Страшна была не его любовь, а ревность остальных.

– Вам не стоит переживать о ревности. Императрица сохранит мир и порядок.

– Наш спор совершенно бесполезен…

– Вам нехорошо? – обеспокоенно спросила императрица, наконец, обратив внимание, как побледнел ее сын. – Лекаря! Лекаря к императору! – громким, хорошо поставленным голосом приказала она. Такой приказ и в соседнем помещении услышат.

– В последнее время мне нездоровиться. Извините матушка, но мне рекомендовали полный покой. – слабым голосом сообщил Алфей закрывая глаза и откидываясь на подушки глубокого кресла.

В последнее время он и вправду болел. Но причиной вызывающей быстрое утомление и постоянные головные боли были как раз лекарства. Кроме главного лекаря и Найра об этом никто не знал. Трудно объяснить, как в Долине император мог получить травмы и повредить резерв. Пусть все было не очень страшно, однако требовало своевременного и правильного лечения. Не объяснять же, что это последствия его безрассудства. Ему следовало после последнего разговора с матушкой не в Болота лезть, а по известному маршруту ступать в Норкимгем или в Озерный край. Но его в болота потянуло!

Найр его тогда быстро отбил. Однако рука у тамошнего смотрителя не простая оказалась. Будь на месте Алфея маг слабее, ущерб даже от нескольких секунд касания мог быть непоправимым. Разговора и осмотра достопримечательностей в тот раз не состоялось. Но Найр ему передал, что в следующий раз при его появлении, неразумного императора убивать не станут. По крайней мере сразу.

Быть дочерью Великого герцога, это не только иметь права, но и нести обязанности. Все незамужние дочери их сиятельств участвовали в церемониибракосочетания правителя. В зависимости от их возраста они принимали участие на разных его этапах.

Что такое свадьба? Это очень ответственное и грандиозное мероприятие в жизни каждого.

Что такое свадьба императора? Это очень ответственное и грандиозное мероприятие целой страны.

Фактически все организовывали три женщины. Вдовствующая императрица и Великие герцогини. Это выглядело как если бы генералы командовали своими армиями. Весьма точное сравнение учитывая, что в их распоряжение было предоставлено около двадцати двух тысяч человек только на территории Долины. Цифра кажется невероятной, однако как оказалось на практике этого было совершенно недостаточно. Долина – это не просто большой дворец. Это фактически город. И гостей ожидалось великое множество. Но что значат гости, когда предстоит исполнить сложный церемониал. И все должно быть безупречно.

Майя всю эту грандиозную подготовку пропустила. В школе были каникулы, и она почти поселилась у Наблюдателей. Однако полностью избежать общественных мероприятий не удалось. И это коснулось именно работы.

Примерно за два месяца до непосредственно самого события начались тяжелые времена. Усиление со стороны стражей вызвало закономерное увеличение выявленных нарушений. Датчики магии срабатывали постоянно. Выездные группы все время где-то пропадали, а оставшимся скинули всю исследовательскую и бумажную работу.

Город наводнили рекордным количеством товаров, не все из которых попадали в разряд разрешенных. И покупателей это совершенно не смущало. Многие из них должны были отыскать достойные подарки к свадьбе, а так же приобрести подходящие наряды. Спрос как известно рождает предложение.

Представить, что Норкимгем мог стать еще более шумным и многолюдным, было сложно, однако население города увеличилось почти в два раза. Майя прекратила свои блуждания по городу по нескольким причинам. И самой главной стала работа. Работа… в этом мире может поменяться многое, но только не ее суть. Все дело было в направлении.

Прошедшие месяцы после того случая с куполом… они были очень туманны. Не сказать, чтобы она сейчас оправилась. Можно ли вообще оправиться от такого? Но она дышал, плакала и улыбалась. Именно эти редкие моменты радости или нестерпимой печали оставались в памяти. Все остальное скрывалось в тумане. Даже в работе с Наблюдателями. Через неделю она уже не всегда помнила, какими делами занималась. Это совершенно не сказывалось на качестве работы. Просто понятие прошлого и будущего словно пропали. Осталось только настоящее.

Она могла улыбаться и даже шутить со своими коллегами. Но все видели ее отстраненность и точно знали – происходящие не задевает ее. Они все словно мимолетный эпизод в ее судьбе. Недолгая остановка между тем, что было и тем, что будет.

Элла была превосходна во всем, что касалась работы. Мила и приветлива со всеми. Неизменно почтительна с начальством. И при всем при этом – чужда. Только вот и на все ее странности совершенно перестали обращать внимание. Из всего подразделения в здании оставалось не более семи человек. Это, включая начальство которое все же пусть и изредка, но должно было выполнять свои обязанности, а все остальное время они на равных с полевыми агентами работал в городе.

– Элла, давай поторопимся по домам, иначе и до полуночи не вернемся, – со стоном вставая из-за стола, внесла предложение Эстер. Насколько ее родные считали помешанной на работе… это меркло и бледнело с работоспособностью Эллы. За девочкой было просто не угнаться.

– Я сегодня останусь здесь. Мне еще нужно закончить пару дел. А ты иди. И вправду поздно. – не отрываясь от работы сообщила девочка.

– Что такого срочного может быть, что нельзя оставить на завтра?

– Мне нужно уехать. И меня не будет некоторое время, – наконец оторвавшись от дела, она взглянула на Эстер. Девушка выглядела неважно. Темные круги под глазами, прическа в беспорядке, и даже платье имеет далеко не прежний розовый цвет. В него намертво въелась грязь с доставленных сегодня находок – сундука с полуистлевшими книгами и свитками.

Магии во всем этом не было, зато хранился он вместе с артефактами, которые сразу отправили в Башню. А им достался сундук.

Несмотря на состояние находок им было всего ничего по Майиным представлениям – около двадцати лет. Совершенно не ее область. Она лишь сообщила некоторые хитрости восстановления пострадавших материалов Эстер и благополучно выкинула эту историю из головы.

– Когда уезжаешь?

– Завтра ближе к вечеру.

– Телепорт? – как бы невзначай спросила девушка. Хотя учитывая, что путешествие иным способом в подобное время не начинают, то вариантов особо и не было.

– Да, – кивнула Майя. – Не знаю точно когда смогу вернуться.

– Пропустишь самое веселье.

– Что?

– Чем ближе заветный день тем больше шума. Слышала семья невесты устроит в городе грандиозные гулянья. Хотя… и без этого вся страна веселиться будет. За исключением тех, кто будет бдеть.

– У них есть повод.

– Признайся честно иначе я умру от любопытства… Ты едешь в Долину?

– Откуда такие мысли?

– Если думаешь, что никто не заподозрил о твоей связи с домом сон Локклест, то это ты зря. Мы уже давно все поняли. И не только мы. Для особо недогадливых только таблички с крупными буквами недостает, что ты из семейства сон.

– Сон Локкрест, – поправила девочка, – а не сон Локклест.

– Эээ, – только и протянула она.

– Раз вы уже догадались, какой смысл скрывать?

– Одно дело догадываться, а другое знать точно! Постой… почему Локкресты а не Локклесты? Ты же эксперт в маги!

– И что? Первая жена герцога была сестрой Верховного.

– Значит ты племянница Верховного и дочь…

– Верно, – оборвала ее Майя. – Все сложнее и запутаннее чем может вообразить любой разумный, но вот если не продолжать, то в целом итог именно этот.

– Тогда почему… почему ты такая особенная? У них много детей. Все слышали только о наследниках домов, но дочери никогда не работали это точно!

– Особенная… Ты хочешь государственный секрет? Точно, точно? А если кому проболтаешься? Герцог под страхом смерти запретил упоминать об этом… Полагаю меня этот запрет не касается, иначе это бессмысленно.

– Эта пытка такая? – жалобно спросила Эстер.

– И называется она «Бойтесь узнать ответ на свой вопрос», – улыбнулась девочка.

– У тебя невероятное образование. Доступы в места куда могут попасть только особенные маги. Твои знания… мы иногда гадаем – ты из будущего пришла или из прошлого? Самые современные разработки в артефактах для тебя как вчерашний день, а история тысячелетней давности как повседневность. Тебе семнадцать, а такое ощущение иногда бывает, что все двести пятьдесят. На фоне этого как-то твои родственные связи и не особо впечатляют. Просто некоторые моменты становятся понятнее. Даже точно зная, что ты высокая дворянка, извини конечно, но мы тебя так воспринимать не можем. Хотя был вариант что ты сестра Императора.

– Время… я читала некоторые работы по временному пространству. Однако путешествовать в пределах одной реальности во времени невозможно. Элементы времени и пространства используются в порталах, но это очень маленький, незаметный перенос вперед в пределах одной реальности. Если мы говорим о значительных переносах, которые так и не нашли практического подтверждения, то это будет уже выход из одной реальности с переходом в другую. Возврат в таком случае невозможен по нескольким причинам…

– Вот это я и имела в виду говоря про двести пятьдесят! – возмущенно смотрела на нее Эстер. – Твоя привычка читать лекции на самые невероятные темы с видом истины в последней инстанции просто нечто!

– Я гений, – скромно сообщила девочка. Эту фразу все уже слышали много раз. И возразить было нечего.

– Значит эта причина почему ты такая особенная?

– Можно и так сказать.

– Но эта не великая тайна. То, что ты гений ты сообщила уже всем. Только это не объясняет твоего звания хозяйки Норкимгема.

– Что? – подумала, что ослышалась Майя.

– Не слышала? Тебя так в городе называют. Ледяная кукла, хозяйка Норкимгема.

– Первую часть я слышала и возможно я могу объяснить причины… но вторая! Это совершенно некорректно!

– Люди исчезают. Ты не знаешь, не видишь или не замечаешь, но слухи… В узких и не очень узких кругах за последние месяцы ты стала очень и очень влиятельным человеком. И те, кто проявляют излишний интерес. Для них это плохо заканчивается. Однако если за этим стоит тайная канцелярия, то все понятно, кроме той детали, почему из всех дочерей именно тебя охраняют как императорскую особу.

– Возможно потому, что я приемная?

– Что?

– Воспитанная не как высокая дворянка. И ценна своими знаньями, и навыками?

– Кккк…ак… приемная?

– Не умеющая быть такой как другие и не считающая нужной быть такой как другие?

– Это вообще возможно?

– Или потому что я всего лишь камень в партии Великого герцога?

– Сон… эти имена…

– Как знать, что мне уготовано герцогом.

– Почему? Если это правда, почему ты мне рассказала?!!

– Однажды мне потребуется твоя помощь. – честно призналась она. – Не знаю когда и не знаю какая.

– То есть тебя и правда взяли в семью и дали такие привилегии?

– Я гений. Камень, совершенно незаметный на доске, но в самом конце окажется, что он был именно тем, что решит исход всей партии.

– Если ты считаешь себя незаметной, то очень ошибаешься!

– Это неважно. Смысл игры не в этом.

– Так! Я совершенно запуталась в твоих отсылках к ссоуру! Можно простым и понятным языком раз уж взялась объяснять?!

– Великий герцог мыслит масштабами государства и ему очень нужно в дальнейшем мое добровольное сотрудничество. Статус отца – беспроигрышный вариант. Все во благо империи.

– Ты действительно нечто!

– Даже не представляешь на сколько.

– Зачем я могу тебе понадобиться?

– Мне возможно будет нужен перевод. И то, что ты будешь переводить… никто об этом знать не должен. Просто если я попрошу спуститься со мной в архивы, ты последуешь за мной?

– В те самые? Совершенно закрытые?

– В этом городе очень много архивов и библиотек. Есть одна загадка в этой стране, за само знание о которой тебя казнят… меня волнует история слишком старая. Старше загадок. Старше Империи. Старше Долины. У меня такое чувство – чтобы разгадать загадку, я должна заглянуть очень далеко. К сожалению, я знаю всего один мертвый язык. А ты знаешь шесть.

– Это что-то вроде вербовки? – неуверенно спросила Эстер.

– Возможно… хотя все же это предложение о работе. Мне не нравиться как звучит твое определение. Есть в нем что-то неправильное. Ты хороший, уважаемый специалист. Я приму любое твое решение. Если не согласна, то сделаем вид, что сегодняшнего разговора не было.

– Я Наблюдатель и приносила определенные клятвы. Я не могу нарушить…

– Я не прошу ничего нарушать. Более того, не смогу доверять человеку, который предал.

– Я должна буду доложить…

– Твой долг или твое желание? Я не прошу предавать. Я прошу если мне понадобиться, оказывать мне профессиональную помощь. Ты дашь свое согласие, если препятствий не будет?

– Если бы я могла, то согласилась. – просто ответила она.

– Не переживай. Быть дочерью Великого герцога – это значит иногда пользоваться его влиянием и властью. Он не откажет в моей просьбе.

– Ты попросишь его сиятельство передать меня тебе? – недоверчиво спросила она.

– Сейчас это никак на тебе не отразиться. Просто я стану исключением… то что будешь делать для меня никто знать не должен. Даже если оба Великих герцога прикажут говорить… Во всем прочем все останется по-прежнему. Так ты согласна?

– Если это не причинит вреда империи.

– Значит договорились. Не пугайся когда будут вызывать к Его сиятельству. Но это уже после всех торжеств.

– Значит ты будешь в самом центре мероприятий.

– Свита будущей императрицы. Все дочери Великих герцогов в свите невесты. А сыновья в свите Императора.

– Значит… ты сможешь увидеть самого императора!

– Всех увижу. И императора, и вдовствующую императрицу и вообще все семейство сон Локк. Даже самого таинственного человека – мать наследного принца – ее высочество Корру. Она затворница. По правилам Долины она должна познакомиться с будущей императрицей. Хотя… само ее присутствие в Долине – нарушение вековых правил.

– Я слышала коронации пока не будет…

– Это так. Пока не будет. Как долго продлится это пока – сказать только никто не решается.

– Молодая жена приходит в дом, но хозяйкой в нем быть не сможет… Император может быть жестоким.

– Значит есть причины.

– И все же я не понимаю, как можно быть удочеренной Великим герцогом… тебе же если участвуешь в церемонии наравне с другими…

– Раз уж ты станешь моим доверенным лицом в архивных вопросах пожалуй будет правильным представиться. Майя сон Локкрест дочь Великого герцога Срединной империи Альвареса сон Локкреста. И я совершенно полноправный член семьи сон Локкрест. Не знаю случаев подобных моему. Совершенно точно – я могу просить всего чего пожелаю… только мои желания… герцогам исполнить их не под силу. Для всех я истинный сон Локкрест.

– Зачем…

– … рассказала? Подумай обо всем хорошенько. Некоторые слишком щепетильны в вопросах крови. Потом дашь ответ. Но не мне, а моему отцу.

– Тайная канцелярия… не бывает бывших служащих…

– Не бывает приемных детей в семьях сон. – прервала ее Майя. – Думай хорошенько. Возможно мне потребуются не только переводы. Ничего сверхъестественного. Но если ответишь герцогу согласием на мое предложение – обратной дороги не будет.

– Все готовы? – Великая герцогиня грозным взглядом обвела семейство.

Герцог уже которую неделю дома не показывался, герцогиня впрочем также была редкой гостьей в доме, но переезд в резиденцию Долиныбыл возложен на нее. Практически все вещи были отправлены еще на кануне. Сегодня же пройдет официальное прибытие семейств Великих герцогов в Долину. В доме сон Локклестов происходило похожее действо.

Дети, начиная с шести летнего возраста были облачены в соответствующие статусу официальные одежды.

Майя во всем этом чувствовала себя мягко говоря неудобно. Все было очень тяжелое и громоздкое. Каждый из присутствующих напоминал куклу. Персонажа из сказки. Но точно не нормального человека.

Ей совершенно непривычен был макияж. Он был абсолютно на всех присутствующих. Как все это выдержат дети…

За правым плечом каждого из них стоял личный слуга или служанка. Только наряды слуг герцогини и Ноэля отличались чуть большей роскошью, В остальном же они были одинаковыми. Здесь и гадать не нужно – все эти люди из совершенно особого подразделения Великого герцога. За исключением Майиной компаньонки.

– Ни от кого из вас я не потерплю нарушения правил. Каждый из вас лицо дома сон Локкрест и лицо страны. В предстоящие дни вы повстречаетесь с членами императорской семьи, королевских домов… у каждого из вас свои обязанности и роли в предстоящем мероприятии. Каждый из вас должен быть безукоризненным!

– Как прикажете ваше сиятельство, – последовал слаженный хор, и все до единого поклонились.

С этого момента они переставали быть нормальными в общепринятом понимании людьми. Каждый, даже самые маленькие, постарались забыть свое я. Постороннего бы в дрожь кинуло от этого собрания восковых фигур. Симпатии и антипатии. Понятия удобства и самочувствия. Всем пришлось позабыть об этом.

Ледяная кукла называли Майю в Норкимгеме. Сейчас в этой комнате было целое семейство ледяных кукол. Если бы их еще нарядить в бело-голубые одежды… однако цвета на всех были одинаковыми – черными и золотыми. Семейство сон Локкрест согласно традиции было единственным, кто будет иметь черный цвет в одежде на предстоящем мероприятии.

– Тогда займите места в паланкинах. – приказала она холодным тоном и проследовала к ней. Дети, как солдаты на параде последовали за ней строго соблюдая свою очередность.

Перед столичной резиденцией сон Локкрестов выстроилась маленькая армия охраны, а у главной лестницы вереница паланкинов, ожидающих своих господ.

Несмотря на значительное расстояние до Долины, семейства сон проделывали его в паланкинах. Более того, они имели право не покидая их передвигаться по Долине, до своих апартаментов. Даже королевским особам из других государств не предоставлялось такого права. Все остальные по территории Дворцовых комплексов ходили пешком. Исходя из этого правила гостевые апартаменты располагались максимально близко к воротам.

Сон Локкресты… когда огромный картеж двигался по тракту соединяющему Столицу с Долиной все уступали дорогу. И никто не смел обогнать неспешную процессию. Правда особой толпы они не создавали – другие гости начнут прибывать только через пару дней.

Уже смеркалось когда процессия, оставив по пути всю охрану и в сопровождении одних лишь слуг добралась до своей резиденции в Императорском дворце. Строго говоря резиденции небыли частью Янтарного дворца – дворца Императора, но территории плотно прилегали к нему и соединялись несколькими переходами на прямую. Огромный дом в окружении роскошного сада.

Каждому из детей выделили комнаты.

«Мы все впервые будем ночевать под одной крышей. – думала Майя осматриваясь. – Все вместе завтракать… завтрак… как же рано утром вставать!»

Правда ждать хоть от кого-то семейных отношений в это время дело безнадежное. Даже с Ноэлем они только легкими кивками обменялись.

Комната выделенная девочке была роскошной. Мебель и текстиль – как произведение искусства. Обилие цветов и карликовых деревьев. Несмотря на буйство красок и фактур, помещение производило впечатление элегантной сдержанности. В одной из комнат целая стена была отведена книжным шкафам, заполненным книгами, которые Майя отправила со своими вещами. Почитав корешки, девочка позволила себе мимолетную улыбку. Исходя из ее предпочтений, все остальное пространство было заполнено книгами выбранного ею направления – правилами и традициями Долины, особенностями этикета империи и королевств. Ожидается много гостей. Все дети прошли спецкурс по присутствию в Долине, однако Майе он не показался исчерпывающим. Учитывая уже наколенные знания, ей требовались уточнения.

– Ваша светлость, – форма дворца… перед Майей склонились в поклоне пять девушек.

С этого момента и до ее отбытия – они ее слуги.

В этой пьесе все знали свои роли. И слуги и их госпожа. Порядок подчинения, едва уловимые жесты которыми зачастую отдавались приказы…

Одно лицо показалось знакомым, но Майя этого не показала.

– Поднимитесь, – дала она разрешение.

– Спасибо госпожа. – хором проговорили они выпрямляясь.

– Госпожа, все готово, чтобы освежиться и если прикажете то ужин уже ожидает, – доложила ее личная служанка. Пока госпожа осматривалась, ей уже успели доложить о приготовлениях.

Она просто прикрыла глаза и чуть развела руки.

Незаметными, невесомыми прикосновениями, с нее сняли верхние, из золотой парчи части наряда, оставив в однотонном черном платье. Из прически вытащили украшения стягивавшие волосы и осторожно расчесали оставив спускаться по спине пушистым облаком. Влажными полотенцами протерли руки.

Большой стол стремительно уставили множеством тарелочек с разными кушаньями.

«Сколько прошло лет?» – Элен закрыла глаза, вспоминая далекие дни, которые, несмотря на минувшие годы, отпечатались в ее памяти так, словно все произошло вчера. Ей поручили служить маленькой девочке в ее краткий визит в Долину.

Ей больше не доводилось сталкиваться с таким непостижимым существом как эта малышка. За годы службы в Долине Элен сталкивалась с многими людьми… высших дворянок из них и не счесть. Ели спросить ее она не подобрала бы слов. Маленькая госпожа была иной. Нельзя назвать ее доброй или злой. Избалованной или воспитанной в строгости. Она ощущалась отстраненной. Словно она и этот мир жили по разным законам и понятиям.

Элен поразило тогда с какой быстротой и точностью, она углядела заговор, и с какой решительностью кинулась на помощь. Образования и начитанности уже тогда было не занимать.

Поразительная девочка… настолько, что сумела стать дочерью столь могущественного человека.

«Уже лет шесть… или больше… а она не сильно изменилась. С ее характером и теперешним положением… очень может быть, она найдет еще какой-то заговор, который упустили другие».

В эти дни подчиненные Темного герцога с особой тщательностью и подозрением относились ко всему, однако гарантировать абсолютную безопасность слишком самоуверенно.

Из всех служанок приставленных к маленькой госпоже Элен была самой старшей и по возрасту и по положению.

Особые указания по пребыванию своей дочери в Долине, Великий герцог отдавал именно ей. Хотя уверенности, что кто-то из других служанок так же не общался с герцогом… в случае этого самого особенного члена семейства быть в чем-либо уверенным нельзя. Даже личная служанка прибывшая с Майей в Долину была совершенно другой. Движения, осанка… маленькие, на первый взгляд незначительные моменты. Элен чувствовала, что девушка другая. Она не служанка и ни одна из воспитанников серой школы, как называли детей поступающих на службу в тайную канцелярию. Те, кто своей жизнью и благополучием были обязаны дому сон Локкрест, имели особое отношение к членам этого семейства. В этой девушке не было качеств… хотя возможно все связано с личностью ее госпожи. Весьма необычной личностью. Наверняка длительное времяпрепровождение с подобным человеком не может не отразиться на том, кто рядом.

Утром в главном зале собиралась только часть семейства.

Все сыновья уже удалились в сторону императорского дворца.

А в главном зале собрались только незамужние, то есть младшие дочери семейство сон Локкрест, среди которых по возрасту Майя оказалась самой старшей. Они должны были совместно со своими кузинами из дома сон Локклест помогать невесте императора в подготовительных церемониях до свадьбы. После же церемонии, уже молодую жену примут на попечение старшие – замужние дочери Великих герцогов.

Самая первая свадьба императора – всегда событие особенное. И как показывает практика – редкое.

В основном вступая на престол, они уже имеют жену, поэтому все гораздо проще. Любой повторный брак не считается уже таким невероятным событием. Если хорошо поискать, то последний подобный случай был много веков назад. И у гостей и у участников предстоящего действа были большие ожидания.

Ожидание невероятного зрелища у некоторых потихоньку начинали сбываться.

Долина привыкла к ярким и красочным нарядам. Роскошной одеждой и украшениями коренных обитателей дворцов было удивить не просто. И все же – сочетание роскоши и строгости. Строгие цвета и четкие линий в облике девочек и молодых девушек из семейств Великих герцогов производило сильное впечатление. Словно жрицы неведомого храма, они соблюдая строгий порядок направлялись во дворец вдовствующей императрицы.

Дочери дома сон Локклест в своих белоснежных с золотом одеяниях… под лучами утреннего солнца они казалось сами испускали сияние. Дочери дома сон Локкрест… даже золото на их одеждах поглощало свет. Процессию возглавляли Великие герцогини.

Сейчас им предстояла встреча с матерью императора, а позднее и с самой совершенной девушкой империи – невестой императора.

Майя четко контролировала каждое свое движение. В колонне она шла следом за своей новой мамой и рядом с Эдель сон Локклест – старшей из незамужних дочерей семейства сон Локкрест.

Эдель, как и большинство других девочек этого семейства – была магом. Она училась в королевстве магов и сегодня Майя видела ее впервые. Ее и еще четырех дочерей Верховного мага Майя ранее не встречала. Девочки все учились не просто в разных классах, они учились на разных островах и под разными фамилиями. Эдель правда уже была в университете – ей оставалось всего два года учебы.

Посторонним казалось, что дочери Великих герцогов – это такая единая сила. Девочки постарались, что бы впечатление таким и было, однако за незыблемым фасадом скрывалась разношёрстная компания – даром, что большинство из них – кровные родственники.

Тем временем во дворец съезжались и другие почетные гости. Настолько почетные, что остановились во дворце Вдовствующей императрицы и помогали ее величеству отвлечься от весьма насыщенных последних недель. С сегодняшнего дня все руководство перешло в руки Великих герцогинь и их детей. Императрица же наслаждалась редким обществом своих дочерей и внуков, старший, из которых постоянно пропадал в Янтарном дворце и оставляя на их попечение свою молодую жену.

– Талисманы? – недоверчиво переспросила старшая дочь. – Мы же о человеке говорим, а не о предмете! Как человек может быть талисманом?

– Во времена, когда мир был иным и цельным, когда другая сторона не была легендой… до наших дней дошли сказания о ритуале позволявшем изменить судьбу. Невзгоды, опасности, болезни и смерть… талисман Храма Судьбы мог защитить от всего этого. Талисман – это человек, которого Небеса во время ритуала избрали оберегать определенного человека. Ритуал был слишком сложен и очень много служителей гибли вовремя него, поэтому Храм Судьбы редко его проводили. Не все правители той стороны могли похвастаться талисманами. На нашей половине… если такие люди и были, то даже легенд не осталось. То о чем вы сейчас говорите – очень похоже. Лариф, возможно твоей судьбой была смерть… Смерть ждала и моих детей… однако… одна маленькая девочка поменяла эти судьбы. Что это если не провиденье Небес и Судьбы?

– Это всего лишь легенда! Или вы предполагаете, что она могла пройти ритуал?

– Если бы Храм Судьбы оставался доступен и сегодня, эта девочка была бы отправлена на ритуал и стала бы талисманом Императора. – непреклонно заявила Вдовствующая императрица. – Учитывая ее роль в судьбе моей семьи, она стала бы невероятно сильным талисманом.

– Или не стала. – Рафаэлла смотрела на мать и сестру как на детей неразумных, которые вдруг решили поговорить о высоких материях, зная только что они существуют, но не имея понятия, что собственно скрывается за красивым названием. – Вы же понимаете сейчас, что говорите о шаманстве? Все ваши храмы штука отличная, для простого, неграмотного народа. Однако, обряды, которые действительно работают, не заслуга духов, высших сил или вмешательства самого Неба. Это магия. Налаженная, закрепленная артефактами, украшенная блестками и прочим церемониалом… Это не веление Небес. Это система. Если все установлено правильно и все компоненты на месте, то она сработает. Если нет – читай инструкцию и начинай сначала. Таких ритуалов не более двух процентов. Все остальное не шаманство, а шарлатанство. Хотя… эти шарлатаны искренне верят в дело рук своих…

– Элла! – Возмущенно воскликнула старшая сестра, – Как можно говорить столь непочтительно!

– Прошу прощения, за то, что высказалась четко, ясно и обоснованно, не забредая в дебри высокой риторики. – с приторно-слащавой улыбкой ответила сестре Рафаэлла.

– Девочки достаточно! – предприняла попытку осадить их императрица. У дочерей была серьезная разница в возрасте. Старшую рано выдали замуж, младшая много лет училась за границей. Встречи их были чрезвычайно редки. Однако их связывали очень крепкие узы. Наблюдая их редкие встречи, непосвященный мог бы подумать, что они выросли и воспитывались вместе. – Доступа к храму нет, никто об обряде не знает и спорить не о чем. В любом случае талисман для одного человека. А дочка сон Локкреста меняет судьбы не одного человека.

– Майя – талисман. – монотонно проговорила Рафаэлла. Перед ее взором вновь встал ребенок. Тот ребенок, которого она встретила у стен закатной библиотеки. Тот ребенок, которому впервые помогла воссоздать светлячок. Тот ребенок, который с восторгом взирал на старый накопитель в ее руках и стремился научиться. Учиться всему, чему она готова научить.

Есть в мире вещи о которых знает любой. Есть и то, что понять не каждый сможет. Один раз учитель – всегда учитель. Эта истина верна как для учителя так и для ученика. Для Рафаэллы Майя навсегда останется особенной. Сколько их не будет впереди, Майя останется первым человеком, первым учеником, которого она научила работать с энергией. Первая и бесспорно самая блестящая из всех возможных. Она навсегда останется под ее покровительством. Нечто особенное для нее. Ее интересы для принцессы были столь же значимы, как и ее родных. Возможно иногда они значили даже больше.

– Вам бы не удалось, проделать этот фокус с Майей, – погруженная в воспоминания, констатировала Рафаэлла.

– Ты знаешь этот обряд и находишь, что девочка не подойдет под требования? – удивилась Императрица.

– Или считаешь, что дело в Великом Герцоге? – поддержала мать.

– Согласен с тетушкой, – вступил в разговор до того прислушивавшийся Лариф. – Ни разу не слышал о Храме Судьбы, но полагаю его служители совершенно не похожи на Майю.

– При чем здесь это?

– Она никогда ни снизойдет до шаманства, – ответила Рафаэлла, а Лариф кивнул соглашаясь.

– Магия – точнейшая наука, – цитируя девочку подхватил Лариф, – в ней нет ничего случайного. Небеса и судьба не властны над процессом воспроизведения системы конструктов, в случае когда ее воссоздает высококвалифицированный маг. Все неудачи – следствие незнания, низкой подготовки и отсутствие опыта. Думаю, вы услышали бы что-то вроде этого.

– Зная Майю, дело бы не ограничилось общими фразами, – заметила Элла.

– Считаешь, что она знает о талисманах немного больше чем простые легенды? – задумчиво спросил тетушку Лариф.

– А сам то как думаешь?

– Майя… не удивлюсь если она весь ритуал знает. – у юноши были свои воспоминания. Защитный купол, произведение высшей магии, с которым справилась современная школьница. Скажи такое любому магу – на смех поднимут.

– Приведите Майю сон Локкрест, – отдала распоряжение своей служанке императрица, – я хочу поближе познакомится с этим чудом природы.

Императрице были представлены все дочери семейства сон Локкрест, но она не выделила никого из общей массы высоких дворянок. Хотя до нее доходили слухи о приемной дочери в семействе. Кто из них кто, на утренней аудиенции она как-то не интересовалась.

Дети еще некоторое время припирались по поводу шаманства и прочих вещей, когда слуги объявили о прибытии Майи сон Локкрест.

Вопреки ожиданиям, в комнату вошла маленькая девочка лет одиннадцати, а не взрослая девушка. Темные волосы уложены в высокую прическу украшенную драгоценностями. Церемониальные черно-золотые одежды, в которых она казалась с одной стороны еще младше, однако в сочетании с совершенно бесстрастным лицом и четкими, выверенными движениями… Императрице стало не по себе от этой девочки.

– Приветствую Ваше величество, – голос, склонившейся в поклоне девочки был совершенно нейтральным. В нем не чувствовалось и капли чувств или эмоций. Прежде императрица и предположить не могла, что такое может быть. При аудиенции все волновались, как бы не пытались скрыть этот факт. Она сама, хорошо помнила свои чувства при встрече с императорскими особами.

– Поднимись, – спустя томительную минуту, проронила императрица. – наслышана о твоих необыкновенных знаниях. Слышала ли ты легенды о талисманах?

– Какие именно талисманы вас интересуют? – все тот же холодный и бесстрастный голос.

– Талисманы Храма Судьбы.

– За последние шесть тысяч лет только на территории Срединной империи храмов с подобным названием было четыре. О каком из храмов идет речь?

– О том что был другой стороне. О том, чьи служители становились живыми талисманами.

– Что именно вас интересует?

– Так ты знаешь об этом храме и его талисманах?

– Несколько меньше, нежели о других храмах.

– Это правда, что их талисманы могли менять судьбу своего владельца, отводить болезни и смерть?

– Только истинный талисман наделялся подобной силой. По данным за пятьдесят восемь лет до большого потопа было известно о шестнадцати подобных талисманах за четыре с половиной века действия храма. Семь тысяч восемьсот пятьдесят служителей за это время ритуалов не пережили.

Присутствующие переглянулись. Если это по мнению девочки было «меньше чем о других», то сколько же всего хранилось в этой юной головке?

– Есть ли возможность восстановить этот ритуал?

– В архивах королевства магов есть полное описание ритуала. Однако для его воспроизведения потребуются советники короля Азадара. С их силой и знаниями вероятность успеха вероятность неудачи крайне мала.

– А их участие в подобном мероприятии равно нулю, – вмешалась Рафаэлла. – Простые смертные, такие как мы, не можем рассчитывать на столь невероятную благосклонность его величества Азадара и его советников.

– Императорский дом менее всех заинтересован в возрождении талисманов Храма Судьбы. – даже не взглянув на Рафаэллупродолжила Майя. – Невмешательство короля магов и его советников в дела людей наилучшая гарантия того, что никто не сможет возродить ритуал.

– Почему именно род сон Локк менее всего заинтересован в ритуале? – поинтересовалась Императрица.

– У императора есть вещь с подобной силой. Ни один человек не сможет пройти ритуала, чтобы стать для него талисманом, так как не сможет сравниться в силе с уже существующим. Что же касается других возможных хозяев талисмана… Разве кто-то помимо сына неба может владеть подобным?

– У императора есть подобный талисман? Кто же это?

– Не кто, а что. «История Императорского рода». Для нее неважно ни время, ни расстояние. Она меняет судьбы в соответствии с четкой системой. Все что не попадает в систему, так или иначе перестанет существовать. Неважно, сколь высокое положение занимает человек, если он попытается нарушить систему, его судьба предрешена.

– Такие легенды тоже существуют, правда все звучит не столь сухо. Значит ты веришь, что Книга эта талисман?

– Книга имеет свойства и силу талисмана. Однако является большим, нежели талисман. Только ее создатель знал, что это такое. Известные ее свойства не дают в полной мере оценить ее и отнести к какой-то категории. А из-за ее особенности убивать всякого постороннего и неизменного нахождения на территории Долины, нет возможности магам изучить ее. Хотя, – сделав небольшую паузу, продолжила девочка, – маг который смог бы разгадать эту загадку, не станет этого делать. Его величество Азадар ведет слишком замкнутый образ жизни.

– Откуда же ты столько всего знаешь? – спросила королева.

– Из книг, – ответила Майя, даже не повернув головы в сторону старшей сестры Рафаэллы.

– Юная сон Локкрест знает секреты Долины. Как интересно. – не менее холодно и отстраненно чем девочка проговорила Императрица. – Какие истории вам еще известны? И кто вам столько поведал?

– Книги ваше величество. Книги могут поведать очень многое о минувших тысячелетиях. Я всегда интересовалась историей империи.

– И как далеко зашел этот интерес? – спросила Императрица. Спросила на вилонском.

– Вы можете спрашивать с периода королевств. – на чистейшем вилонском ответила Майя. Ее речь стала мягкой и тягучей как патока. Особенности произношения. – Последние века их существования и период старой династии чаще всего встречались мне в книгах. Династия сон Локк изучена мной отчасти. То, что происходило после большого потопа еще нуждается в самом пристальном изучении.

– Похвальное стремление к знаниям. Зачем девушке столько знать?

– Разве для этого должна быть причина?

– Можешь возвращаться к своим обязанностям.

– Как прикажете ваше величество, – еще один церемониальный поклон, и девочка отступив на пять шагов развернулась и покинула гостиную императрицы.

– Разве она не милашка? – умиленно спросила Рафаэлла расплываясь в улыбке и поглаживая свой весьма большой живот. – Вот бы и мой ребенок походил на нее.

– Милашка? – Возмущённо спросила старшая сестра. – Такой нахалки свет еще не видывал. Как посмела она быть столь высокомерной!

– Хватит, – прервала зарождающуюся ссору дочерей императрица. – Она делала все правильно. Слишком правильно, – она повернулась к младшей дочери, – Элла этот ребенок… в ней есть что-то неправильное. Весь период своего нахождения в Долине во время свадебных торжеств дети Великих герцогов должны быть такими. Для них в этот период особенный протокол. Однако… я не чувствовала в ней ни единого колебания. Словно для нее и вправду не имело значения кто мы такие. Ни малейшего признака чувств. И еще… я думала она старше. Как такое возможно?

– Майя может быть совершенно разной. Выглядит совсем крохой. Но если с ней некоторое время общаться, то про возраст забываешь, а на внешний вид перестаешь обращать внимание. Она не закончила школу как остальные, хотя и имеет диплом теоретической магии, лишилась магии. Выглядит как малое дитя. Но ее знания об артефактах намного превосходят мои. Не бывает дипломов теоретической арефакторики в университетах и академиях. Если бы были, то ее следовало отправить на выпускные, а не вступительные экзамены. Ее голова работает как-то по-другому, чем у остальных. Она особенная для всех кто ее окружает.

– Лариф, – выслушав дочь, императрица повернулась к младшему внуку. – Что можешь ты о ней сказать.

– Она особенная. Мы дружили в школе. Я ее старше и по возрасту и по годам обучения. Когда пошел в школу уже мог создавать заклинания. Мне потребуется… а впрочем возможно всей жизни не хватит, чтобы приблизиться к тому разделу магии и той степени мастерства, которые она продемонстрировала вовремя того происшествия. В школе она беспрестанно училась и работала. И тянула за собой всех, кто разделял ее стремление к знаниям. Ее все любили и уважали. Если она что-то утверждала о артефактах – это воспринималась как истинна в последней инстанции. По возрасту она была младше всех из своих друзей, однако заботилась, словно была старшей. Для нее не существовала понятия невозможного. Великое счастье иметь подобного друга. Я знал Майю и… но пожалуй сейчас это всего лишь глупые воспоминания о человеке которого не существует. Тетушка, вы не хотите этого видеть и принимать, но Майя, которую мы знали больше не существует. Если бы в тот день она лишилась души, а не магии – это было бы предпочтительнее для нее.

– Как ты можешь такое говорить! – гнев Рафаэллы был неподдельным. – Произошедшее стало огромным потрясением, но она все та же Майя! Она друг, которому ты обязан жизнью!

– Мы действительно ее должники, только это не значит, что мы ее знаем. Прежнюю Майю… возможно мы имели представление о ней. Но дочь Великого герцога, что сейчас была здесь – ее точно никто не знает. Боюсь, что в этом мире нет людей, чье положение она может признать достаточно высоким для того, чтобы почувствовать что-то кроме безразличия. То, что мы видели сейчас – считаете, что это маска? Это не так. Это и есть подлинное лицо Майи сон Локкрест. Она лишилась не только магии, она лишилась человеческих чувств. Остался только разум. Слышал, что ей предстоит послешкольная практика.

– Так и есть, – кивнула все еще рассерженная Рафаэлла. – Ее собирались отправить этой весной, но она еще не оправилась, поэтому перенесли на следующий год.

– Значит весной она переедет в Долину. На пять лет.

– В Долину? – переспросила Императрица.

– Место ее практики уже несколько лет как определено. Правда какой из библиотек повезет, нам не известно. – нехотя сообщила Рафаэлла. – Учитывая ее знания вилонского… В любом случае, пять лет в библиотеке и она снова станет Майей, которую мы знали.

– Пять лет в Долине. Майя и дворцы. Прежней в подобной обстановке она уже не станет, – горькая улыбка появилась на лице младшего принца Карила. Он выжил. И даже поправиться. Станет ли он таким же, как и до того рокового дня? Нет не станет. Детство закончилось резко и внезапно. Нельзя повернуть время в спять и что-то исправить. Их с Майей не вернуть в прежнее состояние. Оторванный от магии человек меняется слишком сильно. Весь его образ жизни, привычки и потребности менялись. Раньше он и не замечал, что магия занимаетстоль много места в его жизни. Фактически она была его воздухом. Лишиться ее на столь долгое время было практически невыносимо. Однако воспоминания о девочке, которая лишилась магии не на время, а навсегда быстро приводило в чувства. – Прежней ей уже нигде не стать.

Майя, словно тень скользила по переходам дворца.

Попадавшиеся на встречу слуги спешили отойти к ближайшим стенам и почтительно склониться проходящей мимо дочери Великого герцога.

Больше половины из этих служанок и сами были дочерями дворян и чиновников. Служение императорской семье было для них долгом и большой честью – попасть во дворец императора или императрицы было большой удачей.

Здесь перемешались все и дочери министров, и графов, матери некоторых из даже приходились тетками или сестрами императору. Они прислуживали на ровне с осиротевшими дочерями мелких чиновников и государственных служащих, выросших в Долине.

Служили все. Все кроме дочерей Великих герцогов. Конечно и они могли оказаться в Долине, но не под своими фамилиями.

В Срединной Империи было всего на одну ступеньку ниже положения принцессы. А в дни официальных мероприятий, таких как это, оно становилось даже выше. Вдовствующая императрица, Великие герцогини, дочери Великих герцогов. Вот такая вот социальная лестница прекрасной половины Долины.

Одетая в церемониальные одежды, которые были неестественно массивны, девочка сопровождаемая тремя парами служанок, никому и в голову не могла показаться странной или смешной… вот уже точно не смешной. И как о ребенке, о ней никто и помыслить не смел. В непродолжительный отрезок времени церемоний, эти девочки в черных и белых с золотом одеждах имели вполне реальную власть. Они могли проявить благосклонность и одарить дарами. А могли приказать бросить нерадивых служанок в подземелья ледяного дворца – место заключения провинившихся наложниц и слуг. Как правило попадая туда, обратной дороги не было.

Ждать милостей особо не приходилось, а на гнев совершенно чуждых и непонятных даже для них особ… Их обоснованно опасались и старались не привлекать к себе особого внимания.

Среди непонятных особ занимающих высокое положение были не только дочери Великих герцогов. Самой странной и непонятной была Корра сон Локк – мать наследного принца и жена почившего императора. На предстоящем мероприятии должны присутствовать все, в том числе и главная затворница Долины.

Дворец младшей жены покойного императора был поистине одним из самых труднодоступных и закрытых мест Долины. Дабы не менять устоявшихся за последние десятилетия традиций, Вдовствующая императрица повелела подготовить покои в своем дворце для своей младшей сестры, как называли друг друга жены императора. Мероприятия предстоят торжественные, выглядеть требуется соответственно, а порога дворца Корры никто из слугДолины переступить не смеет.

Ситуация сложилась весьма интересная. Разговоры о похожих случаях в глубокой древности ходили самые разные, но… Корра с одной стороны она занимала очень высокое положение – был вдовой императора и матерью наследника империи… в данный момент. С другой стороны она была отшельницей – добровольной или нет, тут мнения народа расходились. Помимо всего она была человеком, которого быть не должно в Долине после смерти ее мужа, она все же мать наследного принца, а не императора… В общем путаница в умах местных обитателей на ее счет была страшная. В месте, где все вертелось вокруг ранга, который ты занимаешь, не знать точно какое положение на лестнице бытия занимает человек… Слуги и придворные на всякий случай проявляли почтение, однако плохо представляли, что будет происходить, если в одном месте встретятся мать наследника и остальные члены семей сон. Если в отношении всех остальных высоких дворян все понятно, то протокол в общении с младшей женой покойного императора представлялся весьма смутно.

Дворец вдовствующей императрицы не самый большой в Долине. Однако сотню зданий огороженных высокой каменной стеной нельзя считать маленьким местом, в котором то и дело встречаешь кого-то. И все же случайные свидетели затаив дыхание и наблюдали, как на одной дороге на встречу друг другу шли дочь Великого герцога и мать наследника.

Катастрофы вопреки опасениям наблюдающих, не случилось. Достигнув точки встречи, две процессии остановились и девочка, которая в официальном табеле о рангах в данный момент занимала место даже выше принцесс, склонилась в четко выверенном поклоне. Он не столь глубок как при императрице, однако…

– Приветствую ваше высочество, – голос девочки был негромкий и нейтральный. После поклона, не дожидаясь пока ей велят подняться, она выпрямилась и сделала шаг в сторону, уступая дорогу. Ее свита проделала тот же маневр вслед за своей госпожой.

– Ваша светлость, – приветственно кивнула темноволосая женщина и продолжила свой путь.

Корра сон Локк… она столь долго пробыла в изоляции, что ее и саму посещали сомнения по поводу своего положения в Долине. Давняя история, и мало осталось с тех времен участников столь давних событий… Все скрыто за ширмами из правил и традиций. Прикрыта улыбками давняя война, закончившаяся реками крови. Жены императора… сестры… красивая картинка для стороннего наблюдателя. Их с матерью императора когда-то считали близкими подругами. Но они то с императрицей знали, сколько крови у них на руках оказалась в результате их борьбы.

Ей было семнадцать лет, когда она родила близнецов. Дети – вот истинная сила жен. Два принца за раз – невиданная удача. Корра правильно поняла свое положение – стоит ей только воспользоваться силой оказавшейся у не в руках и это будет последнее, что она сделает в этой жизни. Она нашла способ и закрыла свой дворец отгородившись от мира. Сыновей она воспитывала, пока им не исполнилось по четыре года. А потом дети покинули ее дворец и были переданы на воспитание императрицы Иниры. Мать их могла видеть только три дня в году. В начале последней недели года. После смерти императора и воцарении Алфея, специальным указом императора был установлен новый порядок. Невиданная щедрость его величества – ей было позволено видеть сыновей в конце каждого месяца. Ее положение в долине было весьма шатким и неопределенным. Приглашение императрицы пожить во время праздников в ее дворце – явное тому доказательство. Все ее теперешнее окружение – совершенно незнакомые слуги, чьим хозяином, несомненно, была императрица. Ей не позволили взять из своего дворца никого и ничего, поставив в полную зависимость от старшей сестры.

Она впервые за долгие годы переступила порог своего дворца, и постоянно находилась в напряжении, не представляя чего ей ожидать. Ее сын был наследником престола, но все знали – это временно. Титул высокий, но временный. Свадьба императора и сын который в ближайшем будущем у него будет, лишат ее сына статуса наследника, а ее и тени того положения, которое она занимает.

Она шла к выделенному для нее новому месту заключения и не сразу заметила идущих ей на встречу.

После смерти императора в ее одеждах преимущественное положение занимал черный цвет, который к слову ей необыкновенно шел. Естественно на территории своего закрытого дворца она могла носить что угодно, но в эти дни, в этом месте… черный – цвет дома сон Локкрест.

Ей на встречу шла девочка в черных с золотом одеждах. Как давно она не видела детей. Девочек в ее окружении и вовсе не бывало. Но эта… она казалась холодной и отстраненной. И совершенно точно соответствовала своим одеждам.

Корра замедлила шаг, собираясь отступить в сторону… девочка с изяществом склонилась в поклоне и выпрямившись сделала шаг в сторону.

– Приветствую ваше высочество, – ее голос был тихим, а взгляд устремленный на нее… она совершенно ничего в нем не видела. Словно и не человек был перед ней.

– Ваша светлость, – сохраняя невозмутимость, кивнула Корра и продолжила путь. Ей стоило сделать над собой усилие, подавляя желание обернуться.

«Как она меня узнала? – крутилось в голове. – Или… нет, спутать она меня ни с кем не могла».

Мимолетная встреча, которую и встречей назвать было невозможно, определила ее дальнейшее положение. Вот такие мелочи и могут перевернуть судьбу человека в Долине.

Положение этого ребенка здесь и сейчас было неоспоримо и высоко. И все же она признала ее старшинство… проходя… мимоходом… показала что мать наследника находиться если не выше нее, то уж явно не ниже. Слухи в этом месте могут разноситься со скоростью лестного пожара. И как и лесной пожар, их сложно остановить.

Вечерний ужин. За столом их было немного. Собираться всем сразу в одно время было невозможно и сейчас за столом оказались всего четыре человека – герцогиня, Майя и две ее старшие сестры – Зара и Брина – им было около тридцати и они уже лет по десять как покинули отчий дом выйдя замуж. Однако предстоящая церемония собрала всех.

– Майя, объясни свое решение при встрече с ее высочеством Коррой. – когда подали чай, предельно вежливо поинтересовалась ее сиятельство. Муж был очень высокого мнения об этом ребенке. Она даст ей шанс объясниться.

– Какие именно объяснения вам требуются, матушка. – Майя ответила с такой же вежливостью. Словно две великосветские леди общались на глазах почтенной публики, а не за семейным ужином.

– Пожалуй, в этом есть мой недочет. Я не сообщила, как следует вести себя с супругой покойного императора… ситуация не совсем обычная.

– Разве? – Майя действительно не понимала, почему из-за этого раздули такое событие. – Случай действительно редкий, но если принимать общие правила, затруднений быть не должно.

– Положение ее высочества в Долине неоднозначное. Она не имеет реальной власти и ведет затворнический образ жизни. Ее положение определено, пока ее сын является наследным принцем. Но как только у императора появиться сын, кроме пустого титула, у нее ничего не останется.

– Сегодня – она мать Наследного принца. Сегодня я дочь Великого герцога. Мы здесь всего на несколько дней. Какая нам разница, что может поменяться через несколько месяцев или несколько дней? Согласно статуса и рангам Долины, в случае если титул Наследного принца принадлежал не сыну императрицы, а сыну наложницы, а мать такого ребенка была в фаворе у императора, ребенка у нее забирали и его матерью становилась императрица. В случае если титул наследного принца доставался брату императора, мать императора усыновляла такого принца, родная же мать согласно традиции покидала Длину. Ее высочество не бывшая наложница. Она вдова и мать наследника империи. Разве можно проявить неуважение при встрече?

– Долина не то место, в котором можно принимать решения не беря в расчет будущее.

– Люди всегда должны думать о будущем. Но разве нас сейчас можно сравнивать с людьми?

– Быть выше людей и их законов. Высокомерно, не находишь?

– Не проявить уважение к матери наследного принца – высокомерие. Дома сон Лрккрест и сон Локклест в эти дни хранители и блюстители традиций империи. Разве они люди?

– Возможно сейчас – это мимолетный эпизод. Но это отразится на жителях Долины в дальнейшем.

– Пока сохраняет ее высочество свое положение, ничего не поменяется.

– Откуда такая уверенность?

– Ее высочество является матерью наследного принца. И она все еще жива и живет в Долине, неподалеку от вдовствующей императрицы. Такого небывало много тысяч лет.

– С этой точки зрения все верно. Однако нельзя так просто отбросить сегодняшние дела Долины. Поступи так любая из твоих сестер… все было бы не столь сложно. Майя, ты сон Локкрест, но ты не такая как остальные. И спрос с тебя другой будет.

– О чем вы?

– Дело не в крови. Дело в тебе. Ты другая. В твоих действиях начнут искать скрытый смысл… У местных богатая фантазия. Так что следи за своими действиями, иначе у твоей охраны могут настать тяжелые времена. Вдовствующая императрица вопреки твоим представлениям имеет власть не только в Долине. А своим поступком в первую очередь ты нанесла удар именно ей. Добро пожаловать в Долину девочки. Одно неверное движение и конец предрешен.

Наследная принцесса Карила присутствовала при разговоре Императрицы и юной сон Локкрест.

Ириона не видела свою младшую сестру много лет. Случись им встретиться где-то, они прошли бы мимо, не узнав друг друга. Но сейчас она ее узнала. Отец объявил, что их младшая сестра умерла в результате несчастного случая в школе. Только сейчас она узнала, что Майя жива… Дочь семейства сон Локкрест? Ха! Перед ее высочеством стаяла копия ее отца. Этот взгляд. Наклон головы. Бесстрастность… словно и не человек пред тобой. Было в них нечто не человеческое… острый ум, не затуманенный чувствами. Осознание собственного превосходства над людьми… Даже если отец кланялся королю, он мог иногда казаться еще более величественным, чем человек сидящий на троне. Сейчас она видела нечто подобное…

Отец был тем, кого Ириона боялась больше всего. Ничего не изменилось со сменой ее положения. Стоило ему приказать ей, и она подчинялась.

Его высочество Лариф был прав. Они не представляли, кто такая эта девочка в церемониальных одеждах.

Они не виделись девять лет.

В семье о Майе на протяжении этих лет практически не упоминали. Из сплетен и слухов о ней можно было узнать больше, чем от родителей. При дворе поговаривали, что дочка министра была подругой младшего принца, а так же у нее были серьезные связи в мире магов. Однако вернувшийся из школы раньше времени принц о ее сестре говорить отказывался. Все знали, что там произошла трагедия, однако правды как теперь видно, никому не сказали.

«Это… неужели, это связанно! – промелькнула мысль. – Рода сон самые закрытые во всей империи. Но я не могла ошибиться… она действительно моя младшая сестра. И все же она дочь Великого герцога… с возвращения его высочества прошла всего декада, как меня объявили невестой наследного принца. А Майя… сообщили о ее смерти, но траур никто не соблюдал. Что же такого произошло в той школе?»

Пока длился разговор, Ириона внимательно слушала и запоминала, пытаясь понять хоть что-то. Отношение Рафаэллы к Майе выглядело очень странным. Ее высочество была сестрой императора и одной из самых могущественных женщин в стране. О ней ходило много разных слухов… но то как она защищала эту девчонку противоречило им всем. Жесткая, порой жестокая… и в то же время справедливая и заботливая. Она со всеми держала дистанцию, за исключением ближайшей части семьи. Однако сегодня она демонстрировала крайнюю расположенность… настолько крайнюю, что всем становилось ясно – если кто-то тронет эту девочку, она не пощадит никого.

Королеве было известно, кто такая Майя… Хоть вслух это и не произносилось, но все они знали, что это девочка не родна дочь сон Локкрестов… и все же они игнорировали этот факт… для них она была одной из сон…

Они говорят, что она была гением в магии, но лишилась своих способностей.

«Неужели они не видят, что ее способности не в магии? – растеряно думала она. – Она как отец. Это не показные спокойствие и холодность… Змеиная сущность… не заметишь, как получишь смертельный яд, или окажешься оплетен смертельными кольцами».

Родители всегда несколько странно относились к Майе, и это не осталось не замеченным. Мать практически не уделяла ей времени, однако отец издали наблюдал за успехами… он даже за учебе сыновей не считал нужным посвящать лишней минуты своего времени… но Майя… эта всезнайка была особенной, за что и получала от старших. Теперь понятно, что Рюим Сайори разглядел в крохотном ребенке. Свою копию.

«Однако как она стала сон Локкрест? Они говорят, она спасала… но кого и сколько раз спасти нужно, чтобы заслужить такое?»

Этот вопрос не давал ей покоя на протяжении нескольких дней. В поле зрения то и дело попадали дочери семейств сон, но была ли среди них Майя, точно сказать она затруднялась.

Отношение к девушкам в черных и белых с золотом одеждах было всегда подчеркнуто почтительное. Их боялись, уважали и восхищались… вот такой сумбур творился в умах придворных.

За ними украдкой следили сотни пар глаз. И все же ничего, что могло бы бросить на них хоть малейшую тень, замечено не было.

А еще они устанавливали правила.

История с матерью наследного принца получила большую огласку. То что послужило бы причиной дворцовых интриг было решено простым жестом одной из дочерей дома сон.

К слову о жестах… Одним жестом они могли отправить придворного высокого ранга в тюрьму. А могли наградить простого служащего даром, равным императорскому. Они правили всем в период подготовки к торжествам и во время них.

– Ваше величество, – Ириона склонилась в глубоком поклоне пред императрицей.

– Вставай скорей дитя и подойди, – нетерпеливо попросила бабушка ее мужа. – Я же говорила, что в моих покоях можно не соблюдать условности. Все же мы семья, – проговорила она, а глаза вместес тем одобрительно блеснули.

«Действительно говорила, – мелькнуло у нее. – Но все же вы не хотите, чтобы я забывала, что являюсь всего лишь принцессой одного из королевств. А вы императрица. Мать императора. Нам никогда не сравняться по положению».

– Это так ваше величество. Но при виде вас не могу ничего с собой поделать.

– Моему внуку повезло со столь почтительной женой.

– Это мне несказанно повезло со столь прекрасным мужем.

– Эх молодость. Во всех есть свои недостатки. Но ты не могла их все успеть разглядеть. Вы еще так мало женаты.

– Все верно. Мы женаты только три месяца. И все же этого достаточно, чтобы понять, что его высочество необыкновенный человек.

– Пока он остается принцем, все так и есть. Но корона меняет людей. Стоит ему занять престол и все очень поменяется. Поэтому не медли с наследниками. Будущее женщины в ее детях…

– Ваше величество, – коротко поклонилась придворнаядама, проскальзывая к возвышению императрицы и склонилась над ее ухом.

– Что!? – выслушав короткий доклад, императрица не смогла скрыть своего удивления и возмущения. – Они что сделали? Почему?

– Они не объясняют. Просто приказали так сделать.

– Где Дойора?

– Они поместили ее в дальние покои. Запретили любые передвижения по дворцу за исключением слуг меняющих все в купальнях, но и это под строжайшим присмотром. Расписание изменено, однако точно ничего не известно.

– Что эти девчонки себе возомнили, – гнев ее величества был неподдельным.

Не прошло и минуты, а императрица быстрым шагом следовала по коридорам, заполненным стражами, в сопровождении своих придворных дам, среди которых оказалась и Ириона.

Когда они подошли к купальням, тишина там стояла просто звенящая. Слуги и придворные дамы у входа. Среди них мелькали одежды лекарей.

Императрице никто не посмел заступить путь, однако большинство ее дам оттеснили, не даваяпройти.

– Что здесь происходит? – спросила она у двух девушек в бело-золотых одеждах.

– Ничего особенного ваше величество. В организации были допущены неточности, поэтому мы меняем все. – ответила одна из них.

– Неточности? – обманчиво спокойным голосом переспросила императрица. – Какие же неточности могли поднять такой переполох?

– Просим простить за излишнюю придирчивость. Мы всего лишь исполняем свои обязанности по защите традиций. Даже малейшее отступление от них может послужить плохим предзнаменованием. – ответила другая.

– Что вы имели ввидупод словами меняем все? – нахмурилась она, видя как из приоткрытых дверей выходят слуги нагруженныепортьерами.

– Все что находиться в помещениях будет заменено.

– А зачем здесь лекари?

– Они проверят безопасность всего, что будет внесено.

– Что на счет расписания? – через несколько мгновений спросила императрица. Паузу она потратила на то, чтобы успокоиться. Слуги не должны видеть, что она не согласна, но не может контролировать полностью ситуацию.

– К завтрашнему полудню оно придет в прежнее состояние.

– Завтра в полдень начало церемонии! А теперь я хочу все осмотреть. Оставайтесь снаружи, – бросила она своей свите и шагнула через порог, минуя посторонившихся дочек Верховного мага.

Совсем недавно она сама занималась здесь всеми приготовлениями. До этого помещения выглядели роскошно… сейчас оставались только голые стены. Даже деревянная обшивка стен была снята.

Переходя из помещения в помещение она не находила там ничего… ни единой вещи или предмета интерьера… ни единой капли воды… совершенно все было вынесено.

– Что здесь произошло? – растерянно спросила она, а эхо отразивших от пустых стен разнесло ее вопрос по другим помещениям.

– Ваше величество, – перед императрицей склонилось три девушки, в том числе и та, с которой она познакомилась лично.

– Почему прервали подготовку и устроили такой беспорядок? – обращалась с вопросом она уже к той, о чем здравом смысле была хорошо наслышана.

– Все будет в порядке. Вам не о чем беспокоиться.

– И все же?

– Мы заметили то, чего не должно было быть рядом с невестой. Возможно, покажется, что мы были слишком строги. И все же мы обязаны следовать традициям.

– Что именно вы обнаружили?

– Невеста имела при себе семейную реликвию. Это недопустимо. Зная это, она все же пронесла этот предмет в купальни. Мы не можем быть уверены, что это единственное нарушение, поэтому заменяем все.

– Действительно, может показаться, что вы перестарались.

– Мы отвечаем не только за подготовку и сопровождение невесты. От этого может зависеть безопасность императора.

– От семейной реликвии?

– Таковы правила. Мы не даем оценку. Мы руководствуемся правилами. Все что им не соответствует должно быть исключено, не смотря ни на что.

– Как и где будет завершена подготовка?

– Все пройдет здесь. Возможно это будет менее удобно. Нарушений не будет.

– Я должна встретиться с Дайорой. Если вы столь любезны со мной, то страшно представить, чего натерпелась бедная девочка.

– Ваше величество, мы не можем позволить вам видеть невесту до свадьбы. Вы много лет прожили в Долине. Вам известны ее законы и правила. А так же и то, что даже императрица должна им следовать… обязана. Жена императора должна быть олицетворением благонравия, почтения и порядка. Она не может позволить тени коснуться ее репутации. Чем выше положение, тем больше ответственность. Однажды она поймет и примет это. А пока позвольте нам позаботиться обо всем.

– Все верно. Только не стоит забывать, что для любой девушки свадьба очень волнительное мероприятие. Подобная свадьба – особенно. Дайора молода и неопытна… ваши семейства имеют здесь и сейчас огромную власть. Однако не стоит забывать, что это ненадолго. Слышала, в достаточно скором времени вы переедите в Долину. Благоразумнее было бы уже сейчас заручиться высочайшей поддержкой и покровительством, а не портить столь опрометчиво отношения.

– Прошу простить меня, – Майя склонила голову, – однако мы все молоды. И все же соблюдаем правила. Не потому, что нам это нравиться, а потому, что таков наш долг. Молодости свойственна нетерпеливость, поспешность суждений и бескомпромиссность. Мы склонны ко всему этому. За что и просим прощения.

– Им действительно свойственно… только не всех взрослых можно считать взрослыми. Как и не ко всем детям, которые выглядят слишком молодо, следует проявлять снисходительность.

– Ваше величество мудры. Не каждый взрослый может понять разницу, что уж говорить о детях.

– А еще дети легко могут затаить обиду.

– Надеюсь, ваше величество в заботе своей объяснит ребенку его ошибки.

– Непременно. Есть ошибка, которую совершают многие. Особенно в молодости. Они не знают меру.

– Я запомню ваши слова, ваше величество. – поклонилась девочка.

Вдовствующая императрица была в гневе, однако ничем не выдала этого. Отправив слуг собрать всю информацию об инциденте, она удалилась отдыхать.

Эта девчонка вызывала у нее противоречивую реакцию. С одной стороны выдержка и самообладание в столь юном возрасте вызывали уважение. С другой… эта до зубного скрежета правильная всезнайка, так и нарывалась на неприятности. Она вызывала глухое, безотчетное раздражение. Дайора по ее мнению не дотягивает до роли жены императора… воспитание не подходящие! Да эту девочку растили как будущую императрицу! Это ее место! А этот ребенок… которая даже не сон по крови смеет указывать на соблюдение правил!

«И все же, если бы речь шла не о Дайоре, а о любой другой девушке, я бы не потерпела подобного игнорирования правил. Если бы любая из родных дочерей герцогов вместо Майи сказала бы те же слова…».

– Ваше величество, – дама Плойт, склонилась в коротком поклоне и поспешила подняться. Она более тридцати лет была подле своей госпожи и руководила слугами, а так же была доверенным лицом. – Прислугу расспросили. Одна из них ждет, если вам потребуется что-то уточнить.

– Что Дайора не поделила с сон Локкрестами?

– Все было не совсем так. Дочери Верховного обнаружили вещь, в которой почувствовали магию. Они попытались ее забрать, но служанки ее светлости…

– Вы должны немедленно отдать мне это – вытянула руку в требовательном жесте Анабель сон Локклест.

– Это семейная реликвия, передающаяся от матери к дочери накануне свадьбы. Поэтому я не могу ее отдать, – даже и не думала выполнять требование юная невеста.

– Прошу передайте мне шпильку, – настойчиво повторила Анабель.

– И не подумаю. И вам не кажется, что не вежливо так разговаривать с будущей императрицей?

– Шпильку. – требовательно повторила девушка.

– Кажется, кто-то не понял, – усмехнулась Дайора. – Выведите ее! Не хочу больше видеть столь докучливую особу. В будущем вам будут не рады в Долине.

Служанки, молоденькие девушки, которые и сами не совсем понимали, в какую непростую ситуацию попали, поспешили исполнить повеление госпожи. Но даже приблизиться не успели, как рядом с девушкой в бело-золотых одеждах встали еще четверо.

– Вам было сказано отдать шпильку, – голос девушки в черно-золотом, был так холоден, что казалось от нее шел ощутимый холод. – Вам известно, что все что необходимо, вам дадут. Свои вещи запрещены.

– Ее светлость несколько запуталась. – раздался с порога еще один голос. Еще одна девочка изсонЛоккрестов не произвела по началу особого впечатления. Пять ее сестер казались более реальными противниками… поначалу. – Завтра у всех не простой день. Волнительный, долгожданный и пугающий одновременно. Однако это не является оправданием происходящему. Стража, – она чуть повысила голос, и спустя несколько мгновенийвозле нее появился десяток девушек в форменной одежде стражниц. – эти слуги неопытны и не достойны, помогать будущей супруге императора. Отправьте их к прачкам. Года учебы должно хватить. И пусть приведут других, более сообразительных.

– Нет, госпожа пощадите, – служанки рухнули на колени, умоляя о пощаде. Они все принадлежали к дворянскому сословию, а сейчас их отправляли на тяжелые работы из дворцовых покоев.

– Поторопитесь, пока я не сочла этот урок слишком легким. – холодно обронила девочка даже не взглянув на несчастных. – Ваша светлость, – обратилась она к молодой невесте, – Это место не соответствует. Служанки что не знают элементарных правил, могли допустить и другие ошибки. Пока все здесь заменят, вам продеться подождать в покоях. Сестры помогут вам туда добраться. Если вам что-то понадобиться, попросите их.

– Что вы себе возомнили, – прищурив глаза, прошипела Дайора. – Как смеете…

– Видимо волнение и впрямь велико. Слышала, невесты накануне свадьбы очень нервничают. И могут позабыть, что еще три девушки скоро войдут в семью императора. Однако не стоит волноваться так сильно. Если вы будете четко следовать всем правилам, у них не будет возможности завтра занять ваше место.

– Занять мое место? – Дайора ушам своим не верила. Эта мелкая ей угрожала!

– Просто следуйте правилам. И если сестры о чем-то говорят, значит так нужно, прежде всего, в интересах императора. Ослушаться их значит пойти против традиций, хранимых на протяжении трех с половиной тысячелетий. Сестры, – девочка с легким поклоном обратилась к стоящим невдалеке девушкам, – прошу вас закончить начатое и позаботиться о ее светлости.

– Больше она ничего не слышала ваше величество. – закончила рассказ придворная дама. – Их увели. А потом увели и ее светлость.

– Вот как. Что там за шпилька?

– Она у дочерей верховного. Больше ничего не известно.

– Вот значит как. Эта девочка… Майя сон Локкрест? – получив согласный кивок, императрица задумалась.

«Семейная реликвия… какая чушь. Я предупреждала, что она войдет во дворец без единой своей вещи. Неужели ее глупая мамаша посмела дать ей что-то? Но как она смогла пронести что-то? Значит ли это, что шпильку она получила уже во дворце? А если так, то кто-то ее передал… или оставил в тех комнатах. У герцога просто невероятная дочурка. Похоже, она решила так же, поэтому приказала вытрясти из купален все, в плоть до обшивки стен. И изолировала Дайору о то всех кроме своих сестер. И даже вынесла наказание прислуге… расторопная девица. Приговор им уже вынесен и даже я не смогу официально расследовать это дело. Палачи бы выведали, кто из них виновен… но… она сказала «еще три девушки», видимо допускает, что это мог быть заговор с целью смены невесты. Дайоре даже возмутиться при посторонних не дали, а значит, возможный скандал был замят в самом зародыше. Учитывая характер племянницы, она бы могла прилюдно сцепиться с дочерьми герцогов, останься у нее слуги в распоряжении. И доказала бы, что место супруги императора не для нее. Дайора… над характером придется поработать. Кто-то приложил усилия, создавая эту ситуацию. Те три девушки… их семьи влиятельны. Так которая стала бы заменой Дайоры? Они все примерно равны. Так сразу и не определишь. Значит, выбор сложно предугадать. И все же это был сделано ради одной из них. Они равны… а Дайора имеет мое покровительство. Через день им с ней уже будет не совладать. Если бы только разразился скандал… Дайора заняла бы место наложницы… в лучшем случае. Кажется, спокойная жизнь заканчивается. Пора и о дне завтрашнем подумать».

– Приготовите липовый чай, – обратилась она к даме Плойт, – и пригласите ее высочество Корру.

Приемные комнаты вдовствующей императрицы сочетали в себе роскошь и изящество. В этом они были похожи на свою хозяйку. Именно это место выбрала мать императора для встречи со своей заклятой подругой, матерью наследного принца – Коррой.

Они не виделись очень много лет. Императрице было любопытно, какая она стала, та юная девушка, с которой они любили гулять по ночным садам и любоваться светлячками. Как давно это было… Она помнила ее еще совсем маленькой девочкой, которую учила ходить. Ее сыновья так походили на мать. Были ее копией. Как же много лет прошло… Корра уже несколько дней как живет в ее дворце, а она так и не уделила ей и минуты времени. Но сегодня, накануне праздника они должны поговорить, чтобы завтра ничего не отвлекало.

– Приветствую Ваше величество, – Корра опустилась на колени и склонила голову в поклоне, слегка касаясь лбом опущенных на пол рук. Именно так надлежало приветствовать мать императора всем обитательницам гарема. Единственное… мать наследника могла и не склонять так низко голову… а единственная женщина, которая при приветствии сможет остаться перед ней на ногах в будущем – императрица.

– Поднимись, – она кивнула служанкам, дабы помогли ее гостье подняться и устроиться на маленьком диванчике рядом с ее креслом.

– Спасибо Ваше Величество, – опускаясь на указанное место, поблагодарила Корра.

– Понравились ли комнаты Вашему высочеству? – спросила императрица, кивком указывая служанкам подать чай.

– Они превосходны, – наблюдая за работой служанок, ответила Корра.

– Я так мало могу сделать для своей сестры… Если есть что-то еще, вам стоит только сказать.

– Благодарю. Я привыкла жить в уединении. Поэтому вам не стоит беспокоиться.

– Ваше уединение и вправду… возможно мне стоит направить в ваш дворец больше слуг. Две служанки на целый дворец… это даже скромностью не назовешь. Больше похоже на аскетизм.

– Мы привыкли к уединению. В такой жизни есть и свои положительные стороны, – взяв в руки чашку с горячим напитком, Корра поймала взгляд императрицы. «Там я свободна», – говорил ее взгляд.

– И правда. За столько лет уединение может показаться родным. – «Там ты в клетке» – отвечала взглядом императрица. – Возможно, обилие слуг сейчас доставляет неудобство?

– Прошу простить меня Ваше величество, ваша забота очень ценна для меня. Как же такое может доставить неудобство? – а взгляд меж тем говорил – «По крайней мере, я не делю свою клетку с другими».

– Так много лет прошло с нашей последней встречи. – тон императрицы сменился, стоило служанкам покончив с чаем удалиться оставит их вдвоем. – В твоих волосах седина.

– Годы идут. Мы не молодеем. И все же вас они щадят.

– Годы идут. И люди меняются. Ты изменилась. Стала спокойной и собранной.

– Вы помните меня юной девушкой. Естественно прошедшие десятилетия изменили меня.

– Очень на это надеюсь. За это время многое поменялось. Хочу узнать, как ты представляешь свое будущее?

– О чем вы ваше величество? Мое будущее известно всем и каждому. Как только торжества закончатся, я вернусь в свой дворец и более его уже не покину…

– Если только император внезапно не смениться. – жестко закончила за нее императрица.

– Даже думать о подобном измена! – Корра действительно была потрясена ее словами, и императрица это почувствовала. Она могла чувствовать некоторые вещи четко и ясно – отголоски отнятого в юности дара.

– Почему же? Твой сын наследный принц. Император иных наследников не имеет. Случись с ним что…

– Прекратите, – оборвала ее Корра. – Не гневите Небеса и Судьбу! Не кличьте на его величество несчастья!

– Какая забота! А не по твоей ли вине его величество тогда чуть не умер? Видимо с годами раскаянье все же пришло.

– На мне есть вина. Но я никогда не желала ему смерти. Моя опрометчивость чуть не привела к трагедии, я буду помнить об этом всегда. Но умысла в моих словах и действиях не было.

– Знаю. Именно поэтому ты и твои сыновья все еще живы.

– Все еще… вы же не собираетесь причинить вред моим мальчикам?

– Было бы просто сказать, что все зависит от твоего поведения. Только это будет не правдой. Наши дети выросли вместе. Есть вещи, которые мой сын не простит никому. Даже своей матери. И это – Корраер и Корлан. В этом безумном месте они так и остались братьями. Поэтому, я открыто скажу, чего хочу. Мне известны некоторые планы его величества в отношении тебя и твоих детей. И я не желаю, чтобы его доброта и вера обернулись злом.

– Я никогда не причиню вред Алфею. – твердо сказала Корра. – Он мой племянник. Он брат моих детей. Он император этой страны и мой император.

– Надеюсь, так будет всегда. И так к его планам. Завтра в честь праздника он собирается подарить тебе некоторую свободу. Я хочу, чтобы ты отказалась.

– Что? – не веря ушам, переспросила женщина.

– Тебе будет даровано право покинуть свой дворец и переехать во дворец наследного принца.

– Это значит, что когда у императора появиться сын и он объявит его наследником, я смогу вместе с детьми покинуть Долину? Но вы просите меня остаться?

– Все не так просто. Я еще не сказала тебе о других его планах. Он не собирается называть своих сыновей наследными принцами. На ближайшие полвека его вполне устраивает кандидатура Корраера. Пока об этом не объявляли. Однако скорее рано, чем поздно это станет известно. Вижу по твоему лицу, что понимаешь, к чему я клоню.

– Через несколько лет их попытаются устранить. И я мало чем смогу помочь, живя рядом с сыном.

– Верно. Это только для тебя немногое значит – быть матерью наследного принца. А для других подобное место – недостижимая мечта.

– Чем же я смогу помочь, оставшись на прежнем месте?

– А об этом мы поговорим, когда придет время.

Центральная площадь Долины вновь наполнилась людьми. В месте, где несколько лет назад император принимал клятвы верности, сегодня клятву придется дать ему.

У подножья Небесной лестницы был возведен храм из деревьев и цветов. На площади вымощенной гигантским каменными плитами появился волшебный кусочек леса. Волшебным он был во всех смыслах. Огромные деревья, усыпанные мелкими светло-голубыми цветочками, были увиты лианами. Орхидеи светлых тонов всевозможных расцветок стелились вдоль проходов, образовывали арки, свисали с лиан. На дорожках зеленела молодая трава. В природе подобное существовать не может. И все же это место было сосредоточением жизни.

Утренняя роса благодаря искусству магов не испарилась и сейчас искрила и сияла под яркими лучами солнца.

Вся эта история с браком с самого начала не нравилась императору. Но, несмотря на весь его негативный настрой, храм возведенный домом сон Локклест его поразил настолько, что его величество принял иное решение.

«Это все театр. Сцена просто великолепна. Так почему ведущий актер должен чувствовать себя как безвольный пленник? Так мелочно… Это моя свадьба. Это торжество для всей страны. Возможно, завтра, подтвердит всем мои опасения по поводу этого союза. Но сегодня все ждут волшебства» – с этими мыслями он сделал первый шаг, переступая порог храма, чтобы спуститься к подножию Небесной лестницы.

Его величество неторопливо спускался по лестнице из драгоценного камня. Его свита – младшие сыновья Великих герцогов следовали разделившись по боковым лестницам. С противоположного конца площади выступила процессия невесты. Облаченная врубинового цвета одежды, расшитые золотым шелком, она следовала по изумрудному ковру, усыпанному цветами. Свита невесты в белых и черных с злотом одеждах была невероятно величественна, несмотря на юный возраст участниц.

Цветочный храм уже был полон тех, кто засвидетельствует клятвы. Семейства сон. Только они. Даже родители невесты не смели войти в это место. Таинство императорского брака… однако императорское семейство присутствовало в весьма небольшом количестве. Мать императора, его братья близнецы и младшая сестра.

Они ступили в храм одновременно.

Жених и невеста вошли с противоположных сторон и встретились ровно посередине, не дойдя друг друга пары метров.

Легкие, практически невесомые шторки, опустились, надежно перекрывая проходы. Они не мешали лучам проходить внутрь, но скрывали от любых посторонних взглядов.

Свита окружила своих подопечных.

Под сень деревьев вошли Император и его невеста. Однако союз заключают пред Небом его дети. Поэтому покровы должны быть сняты. Девочки одно за другим сняли с невесты вуаль и три верхних платья, оставив ее в простом красном облачении без единого стежка вышивки. Они вынули из высокой прически все украшения, не оставив ни единого драгоценного камня. Все эти вещи они передавали своим старшим сестрам, которые после облачат уже жену императора.

А в это время юноши проделывали эти же самые манипуляции с императором.

Его корна, маска, все его регалии и украшения. Верхние одеяния. Все было снято и передано старшим братьям.

Оказавшись в храме, Майя украдкой огляделась. Она и раньше бывала в очень красивых местах, и все же это место настолько поражало и захватывало, что хотелось остаться в нем навсегда. Она… прагматик до мозга костей, была захвачена этой красотой.

Хотя именно потому, что прагматик, не отвлеклась от своих обязанностей ни на секунду.

Самые высокие из девочек вынимали из прически невесты украшения, а она, вместе с теми, кто ростом пока не вышел, принимала их и относила старшим сестрам и кузинам, тем самым, что уже давно вышли замуж и покинули отчий дом.

Возвращаясь в очередной раз, она бросила взгляд на императора. С него как раз снимали широкий пояс расшитый золотом.

«Это же… не может быть! – Майя глазам своим поверить не могла. – Если я вижу то, что я вижу…, – она случайно поймала взгляд императора и поспешила склонить голову»…

Празднества шли полным ходом. Тем неожиданнее было Эстер наблюдать возвращение Эллы на работу.

– О! Мелкая вернулась! – Ястин помахал ей рукой из-за стола, заваленного свитками. Часть из них была даже на полу. – Куда ты запропастилась так надолго?

– Семейное мероприятие.

– Родственнички… терпеть не могу подобные сборища. За что люблю эту работу – всегда можно слинять пораньше. Сказала бы сразу, и мы бы организовали тебе срочный вызов.

– Буду иметь в виду, – улыбнулась девочка.

– Элла? – со своего балкончика выглянула Эстер, – Ты уже приехала?

– Да она приехала, – вместо девочки ответил Ястин, – Будешь делиться историями о дедушках, бабушках и безумных дядюшках? Можно без подробностей, просто в общих чертах?

– Бабушек и дедушек нет. Безумный дядюшка? После общения с родней мы там все безумные.

– А кто зажигал?

– Зажигал?

– На семейных сборищах всегда есть кто-то, кто больше всего выделяется и задает тон… или постой… семья большая? Братья, сестры? Кузины, Кузены?

– Да кто же их всех считал?

– То есть толпа народу, и никто ничего не учудил? – недоверчиво спросил Ястин, припоминая свои безумные собрания семейства.

– А должны были?

– Яс, отстань от нее, – вмешалась в диалог Эстер. – Представь себе не все семьи похожи на твою. Элла не обращай на него внимания. Его поездки домой и правда связанны с риском для жизни. Что вы там последний раз с братьями устроили?

– Даже не напоминай!

– Дело закончилось тем, что в их загородном поместье собрались почти все Наблюдатели, половина Башни магов и треть Тайной канцелярии. Хотя последних возможно было больше… но на то они и тайные.

– Что там случилось? – недоуменно спросила Майя.

– У них часть поместья находиться на землях первой столицы. И эти гении – его братья и кузены в подземных катакомбах в детстве тайное убежище организовали. Сбежали дружной компанией с дня рождения своей прапрабабушки устроили посиделки. Потом с пьяных глаз полезли искать приключений, в какой-то момент наткнулись на черных копателей, погнались за ними, обрушили то, что благополучно даже потоп пережило, попутно разрушив древний телепорт, который так шибанул в магическом эфире, что я до сих пор не понимаю, почему они остались живы…

– Это были не мы! – возмутился Ястин.

– Звон на всю Империю стоял, – проигнорировав Ястина, продолжила Эстер.

– Правда не мы! – не унимался наблюдатель, – Мы бы и не выжили, если бы там оказались! Ты хоть представляешь, какой там шторм был? И суд нас оправдал!

– Уничтожили портал? – Майя плохо представляла, как такое возможно.

– Он старенький был.

– И как вы это поняли?

– Они и не поняли. Там раскапывали все. Правда двух злодеев не нашли. Если конечно у них не двоилось в глазах и они правильно посчитали количество преступников.

– Их и не могли найти, если это из-за них портал разрушился!

– А я думала, что только со мной могут случаться подобное, – тихо пробормотала Майя.

– А у тебя что было? – Ястин все же услышал и решил сменить тему.

– Порталы не ломала, – честно признала Майя. – Просто у меня есть особенность влипать в опасные истории. Поэтому меня здесь и заперли.

– А подробности будут?

– Не могу рассказать. – покачала она головой, погрустнев, – Иначе твоя история перестанет быть самой невероятной.

– Яс! Ты бестолочь! Не видишь, ты ее расстроил!

– Все в порядке… – начала Майя.

– Пошли. Будет чай с моими любимыми кексами, – Эстер взяла девочку за руку и потянула в сторону лестницы, – а ты, – повернулась она в сторону коллеги, – даже не думай о выпечке! Лучше подумай о своем поведении!

– Все было не так плохо, как тебе показалось, – когда они поднялись, призналась Майя. – Ты зря лишила Ястина своей знаменитой выпечки.

– Ничего не зря. Мне нужны подробности, но при нем не спросишь.

– Какие подробности?

– Свадьба… точнее Небеса с ней со свадьбой… говорят, он снимал маску!

– Кто говорит?

– Половина страны как минимум.

– И что говорят?

– Что он словно бог спустившийся с Небес! Само совершенство! Можешь, как очевидец описать его? Слухи не врут? Он высок и статен. Глаза как изумруды, утонченные черты лица, фарфоровая кожа без единого шрама и волосы, словно золотые нити?

– Эм… – протянула в растерянности Майя. – Понятья не имею.

– Это как? – рухнула с небес на землю Эстер.

– Я как-то не особо его разглядывала. Он в основном к нам спиной стоял.

– В основном… то есть не все время!

– Там много народу было…

– И?

– Хорошо! – сдалась Майя. – На счет золота не скажу, но где-то из той области. Глаз не разглядела. Учитывая, что вечно носит маску – где же ему загореть. Бледный и шрамов я не помню. Фигура… да нормальный он… на братьев похож. На то они и братья.

– Значит, вместо императора ты смотрела на его братьев? Говорят, что они достойны не меньшего внимания, но все же, это невероятная возможность увидеть императора в одном нижнем платье! Без всей его атрибутики, под которой и человека не разглядеть. Или слухи врут и с них верхние одеяния не снимали?

– На них столько всего понавешано! Естественно их раздевают до нижних платьев… В это время я и увидела самую невероятную вышивку на его поясе. – призналась Майя.

– Стой. Я тебя правильно поняла? С его величества сняли его знаменитую маску и церемониальные одежды, оставив только в нижнем платье, а все до чего тебе было дело – его пояс? По всей столице слухи гуляют, что его внешность само совершенство, а его жена и наложницы – самые большие счастливицы в стране! А ты…. Ты издеваешься?

– Кажется, ты немного не поняла. Свадьба императора очень, очень редкое явление. Он был в особенном… этот пояс храниться в сокровищнице… он невероятно старый.

– Ладно. Какое тысячелетье?

– Мне-то откуда знать?

– А кому еще? Ты же вечно все знаешь! С него маску сняли! Ты… он стоял прямо перед твоим носом!! Но старинные пояса… прежде всего!

– Это были заклинания.

– Что прости?

– Это были заклинания. И они работали. Магическая вышивка!

– Тебя там часом не отравили? Или ударили чем тяжелым по голове?

– Знаешь же о бумажных талисманах? Их делают в каждом храме, но силой обладают немногие.

– И?

– Талисманы создают мужчины… вышивка же дело женское. Однако чтобы создать талисман недостаточно просто вышить линии…

– Дай угадаю… ты читала о подобном?

– Даже там это описывалось как слухи… вышитый талисман! Кем, для кого и для чего он изготовлен?

– Если это храмовое письмо, то почему ты не поняла?

– Потому что видела только часть! Вышивка с внутренней части идет, скрытая от всеобщего обозрения! Только сняв пояс ее можно увидеть.

– Попроси отца, он найдет способ… – в шутку начала Этер.

– Уже попросила. Он пообещал при удобном случае попросить императора ознакомиться с его одеждой.

– Серьезно? Так и пообещал?

– Да. А что в этом такого?

– Все нормально. Кроме того, что Великий герцог будет просить императора одолжить ему на время одежду.

– И?

– Просто странно это – твоя власть над ним. Просишь у него все что угодно… ты ведь даже не поняла, что его просьба будет как минимум странной. И может доставить ему неудобства.

– Моя просьба… думаешь ему стало не любопытно, что же там такое вышито? Как давно этот пояс в семье сон Локк? Возможно ли, что он остался от старой династии? Или он появился позднее? Могло бы это быть подарком? Возможно… Только одежды императоров изготовляются в самой Долине. Прядут нити, ткут ткани, кроят, шьют, вышивают… В Долине есть департамент императорских одежд. Только они изготовляют вещи для его величества. Верховные маги отвечают за магическую составляющую. Они подбирают амулеты, артефакты и талисманы. Если это пришивается к одежде – они говорят что и куда, а потом мастерицы Долины дополняют эти нашивки, вышивкой создавая цельную картину. А эта вышивка, сама по себе артефакт. Можешь представить себе Верховных, вышивающих тихими вечерами?

– Значит, это не было изготовлено в Долине.

– Департаменту императорских одежд около четырех с половиной тысяч лет. Династии сон Локк три с половиной. Так что да, шансы примерно равны – либо шёлковому поясу более четырех с половиной тысяч лет, либо среди белошвеек Долины была мастер-артефактор владеющая ныне утраченным разделом магии. А если так, то возможно в архивах Долины про это остались записи.

– Теперь и мне интересно.

– Поздравляю, ты произвел впечатление на сестренок, – Найр был сама непосредственность, стоило только посторонним удалиться из зоны досягаемости. С момента свадьбы минула неделя, но Долина по-прежнему бурлила.

– Мне докладывали. Подробности церемонии одна из главных новостей по всей стране.

– Про вас уже поэмы сочиняют.

– А разве не должны были все подробности остаться в тайне?

– О ритуале особо не распространялись. Чего не скажешь об обстановке и участниках. Жених и невеста, словно сказочные существа, пришедшие из легенд… и все в таком духе. Раньше все думали, что лицо императора обезображено страшными шрамами, и он в заботе о своих подданных скрывает его за маской. А теперь целая подборка версий.

– Ты еще последние новости не слышал. Мне поступила петиция от чиновников, о том, чтобы на заседаниях кабинета министров, аудиенциях и ассамблее я милостиво являлся без маски.

– Вот это популярность! Им так интересна небесная внешность вашего величества? Это к слову одна из наиболее популярных версий. Как и про сказки.

– Дело не в сказках. Просто им неудобно общаться, не видя лица. Когда думали, что я скрываю увечье, то вопрос даже не поднимался, а теперь… все думают, как избавить меня от маски.

– К слову об избавлении от части облачения. Нельзя ли вашему скромному слуге обратиться с просьбой, одолжить один предмет из свадебного наряда?

– Это такая шутка? – осторожно спросил Алфей.

– Это у меня такая кузина. Что с них возьмешь, девчонки такие любопытные. А некоторые еще и веревки из родных вить умеют. Особая форма искусства.

– Свадебная одежда? Прихоть твоей кузины?

– Она самая большая искусница в области веревок. Так все поставит, что отказать невозможно. Не отдадите мне по хорошему, и не далее как завтра стоит ожидать повторной просьбы от Великого герцога – того который дядя. В случае отказа придет и другой Великий герцог – тот, который отец.

– Странная просьба в форме угрозы. У нее какой-то компромат на твоих родственников, если они могут прийти с подобными просьбами по ее прихоти? И что ей нужно?

– Верхний пояс. Такой широкий, красный шелковый с золотой вышивкой по внутренней стороне. А о компромате ничего не знаю. Хотя зачем он ей. Она просто нарисует перед вашим носом загадку века, и сами побежите добывать все, что попросит. Она просто невероятна. Чем больше ее знаю, тем больше кажусь себе скучным обывателем.

– Ты скучный обыватель?

– Верно. Ваш покорный слуга, как и все был поглощен церемонией…

– Пялился на мою невесту, – не удержался от смешка Алфей.

– Мы все наслаждались созерцанием… братья и кузены вашей женой, а сестры и кузины вами… хотя одна из кузин просто влюбилась в ваш пояс. Бредит им теперь бедняжка. У нее просто мания на старинные артефакты, – усмехнулся Найр, припоминая рассказ жены о найденной несколько лет назад шкатулке. – Найдет что-то невероятное на ровном месте. Обидно то, что мы там все были, а заметила только она… она же не может видеть магию, а смогла опознать в вещи артефакт изготовленный по давно утерянной технологии.

– Мой пояс? Чем он так сильно отличается от остальных одежд?

– Это талисман. Она видела только часть вышивки, поэтому без подробностей, но это очень редкая вещица. Для его создания всю внутреннюю сторону вышивал маг-артефактор храмовым письмом.

– Мужчина за вышивкой одежд?

– Или женщина мастер магии, которая жила некогда среди белошвеек Долины.

– Эта одежда… Я знаю историю костюма. Можно поднять и архив… Наряд жениха и невесты изготовлен в Долине. Согласно традиции каждую первую свадьбу императора он пополняется или заменяется одним из предметов, изготовленным в гареме. Пояс императора один из самых старых предметов.

– Значит это не дар и он не был изготовлен в департаменте императорских одежд?

– Нет. Он был вышит одной из наложниц императора.

– А можно узнать подробнее? И мне нужно на него взглянуть.

– Я покажу его тебе. Но подробностей не будет. Женское любопытство не всегда должно быть удовлетворено.

– Даже не думайте говорить нет, ваше величество. Великие герцоги это меньшее из зол, что может вас ожидать.

– А большее?

– Моя находящаяся в крайне деликатном положении женушка, которая по совпадению ваша сестра. Эта девчонка имеет на нее такое влияние! Рафаэлла из вас душу вынет и скажет, что так и было, если Майя только заикнется о вашем отказе в добровольном сотрудничестве. В последнее время у нее стал очень тяжелый характер.

– Майя?

– Вы уже наверняка не раз слышали о ней. Ученица моей драгоценной супруги и Ноэля… точно слышали, когда давали моему дяде разрешение на ее удочерение. Она раньше была магом, но потеряла способности. И теперь вдруг увидела перед носом артефакт при создании которого, не требуется магическое зрение. Думайте, что ее больше всего интересует? Естественно не вещь. А мастер. Поэтому предлагаю сдаться пока в ход не пошло смертельное для ваших нервов оружие.

– В Долине есть свои секреты. И свои законы. Я разочарую, но упоминание мастера есть только в одном месте. Пояс изготовила одна из наложниц Первого императора. Если честно, то это единственная вещь, оставшаяся после нее.

– Почему?

– Согласно истории…она сошла с ума после смерти нашего далекого предка и совершила тяжкое преступление. Она отравила блюда всей императорской семьи на праздновании дня рождения второго императора. Очень многие тогда не выжили. Перед ее казнью все следы о ней в Долине были уничтожены. Даже хроники все вычистили… уничтожили все, в том числе и ее дворец.

– Наложница имела отдельный дворец?

– Драгоценная наложница Первого императора имела все. Если верить записям, размеры ее резиденции лишь слегка уступали Лунному дворцу… Только Первый император мог позволить себе иметь среди наложниц сильного мага.

– А где располагался этот дворец?

– Таких подробностей там нет. Где бы ни был «Большой Запретный сад», нам теперь этого не узнать.

– А почему пояс и записи о его создательнице сохранились у вас?

– Возможно потому, что в личный архив императора кроме его хозяина никто войти не может?

– А второй император не озаботился убрать все лишнее?

– Все не так просто. Иногда очень сложно быть правителем. Если хочешь кровавые подробности о нашей далекой бабуле… смогут ли они навредить спустя три с половиной тысячелетия? Зато возможно станут уроком. Думаешь, та наложница была действительно виновна? Император подозревал в преступлении свою мать. Женщины у трона могут быть весьма жестоки. Когда посмотришь на последствия… именно Вдовствующая императрица получила больше всего от этой трагедии. Она избавилась от своей соперницы и большинства детей Первого императора за один вечер. А мой предок… мог ли он обвинить в преступлении мать? Каждый из нас оставит потомкам свои послания. Должны же мы предупредить тех, кто придет после о своих ошибках. Этот пояс напоминание о коварстве женщин гарема.

– Кажется, я начинаю понимать, почему вы так опасались свадьбы.

Летом ночи короткие. Уже царили сумерки, когда она с Ариадной возвращалась с работы.

Все было как всегда. Майя шла по давно знакомой дороге.

Путь состоял из нескольких отрезков. Сначала она доходила до маленького особнячка на одной из неприметных улочек. В доме переходила по системе переходов в другой дом, из которого уже ее несли в паланкине слуги.

Хотя если занятий в школе с утра не было, то она могла и заночевать в этом доме. Сегодня она так же не собиралась возвращаться в городскую резиденцию сон Локкрестов, которая снова перешла в ее единоличное распоряжение. Вот только ее дядюшка Вильям, какой день настаивал на встрече по вопросу не терпящему отлагательств. Правда как оказалось на практике, уже дважды встреча срывалась вовсе не по ее вине.

Именно на том отрезке, где она шла уже не как обычная горожанка, а передвигалась как весьма состоятельная особа, и произошло нападение.

Засада была очень хорошо спланирована. Не меньше полусотни хорошо тренированных бойцов зажали картеж меж домами. Нападавшие, первой же неожиданной атакой поразили пятерых слуг несших паланкин, от чего массивная конструкция рухнула на землю увлекая за собой тех в кого не попали.

– Госпожа, не выходите! – крикнула Ариадна, отбивая кинжалом две из трех стальных звезд, летевших в нее.

Девушке хватило всего мгновения – оценить обстановку. Нападавших было слишком много. Приходилось исходить из того, что ждали именно их, а значит, у противников должны быть боевые артефакты.

– Сравняем счет, – падая на землю, чтобы ее не зацепило еще больше, Ариадна разломила висевший на шее глиняный кулон. Простенький артефакт, посылающий сигнал о нападении на них в гильдию. – Проклятье! – рядом вспыхнула защита паланкина.

Их атаковали магией, и щиты на паланкине госпожи проявились… не вовремя. Было не понятно, подействовал ли ее артефакт или магия поглотилась щитом.

После неожиданного падения на землю, Майю немного оглушило – она неудачно ударилась виском о стену паланкина. Предупреждение Ариадны до нее дошло не сразу. Сквозь ставни паланкина уже были видны яркие вспышки, когда она осознала – на них напали.

Майя даже и не собиралась вылезать наружу – зачем упрощать задачу нападающим? Ее учили как вести себя в случае нападения. Правило первое – слушать Ариадну. Если она говорит стоять, нужно застыть на месте. Говорит на землю – рухнуть как подкошенная… Она – охраняемая персона, поэтому не стоит проявлять самодеятельность – такое поведение будет на руку противнику, но помешает союзникам. Мало того, что им нужно будет контролировать нападающих, так еще и подопечный станет отвлекать.

А потом она увидела яркий свет. Он был столь мощным, что ослепил даже сквозь стенки паланкина. И дело было уже не в приказе сидеть на месте. Майя оцепенела. Она не осознавала где она. Ей почудилось, что она на школьном полигоне. Купол рушится и все затоплено ярким светом переплетенных линий заклинаний… Она видела эту стену магии, только ничего не могла с ней поделать. Она больше не маг. Она человек. Простая смертная. Этот поток света несется к ней, а она не в силах что-либо сделать. Она так и погибнет – в этом всепоглощающем свете.

Майя оцепенела, потеряв счет времени. Но в какой-то момент свет погас, а она не прекратила своего существования. Просто все поглотил мрак. Стало темно как в подземелье. Но она все еще могла дышать. И слышать. Звуки схватки стихли. Она слышала вдалеке крики людей. Они становились ближе.

– Госпожа, вы в порядке? – как сквозь вату донесся до нее голос Ариадны.

– Да, – еле слышно прошептала она, – со мной все в порядке.

– Госпожа!?

– Все хорошо, – попыталась крикнуть она, но голос сорвался, однако ее услышали.

– Оставайтесь там. Атака отбита, но здесь много незнакомцев. И будет еще больше.

Незнакомцев и впрямь было хоть отбавляй. Не ясно подействовал ли сигнал, но после возвращения из Долины, герцог сон Локкрест приказал усилить охрану. Теперь его дочь сопровождали на отдалении еще две группы. Кроме того, Ариадна видела людей из гильдии.

Останься все по-прежнему, возможно у нападающих мог появиться шанс. Хотя учитывая их силы… это был очень сильный отряд. А еще они шли убивать. Магия, которую они применяли… у них не было и малейшего шанса уйти от преследования стражи и Наблюдателей. Они точно знали на кого нападают, а значит, не собирались оставаться в живых.

И Майя сидела. Стараясь выровнять дыхание и успокоиться.

«Это была всего лишь защита. Побочный эффект, поэтому столько света. А сейчас, наверное, уже совсем стемнелось, поэтому я ничего не вижу. Так почему же мои руки так трясутся? Все хорошо. Мне просто показалось… как, как я могла испугаться обычного света»! – разозлилась она на себя.

Она прижала трясущиеся руки к лицу и ощутила влагу.

– Просто невероятно, я еще и разревелась. – прошептала она, не обращая на царившую за тонкими стенками суматоху. Там появилось освещение. Доносились крики и приказы. Кто-то что-то делал. – Все хорошо. С чего я так волнуюсь? Как же здесь душно! – обмахиваясь веером, она пыталась выровнять дыхание и успокоиться.

Наблюдатели прибыли одними из первых. Происшествие случилось недалеко от их центральной канторы. Им даже системы оповещения не потребовались – такая вспышка была видна очень далеко.

Основная группа оцепила квартал, а остальные бросились к месту происшествия. Только и без них там было полно народу. Бой закончился. Повсюду были тела погибших и раненых. А еще там были некоторые знакомые лица из гильдии наемников и как не странно – тайной канцелярии. Они пытались помочь раненым и не давали подойти ближе к центру магической активности – паланкину, рядом с которым были погибшие и раненые. Но никто не мог подойти – оцепление было плотным.

– Вот это заварушка была! – присвистнул Ястин, оглядывая все вокруг. – Магический бой почти в центе города. У них с Шоном сегодня была ночная смена и не успели они прейти, как началось световое представление. – Поаккуратнее здесь, – присел он около груды камней и подозвал одного из прибывших магов, – оградите, отсюда тянет магией.

– Осколки артефактов вероятно, – к ним подошёл Грен. – Советую поспешить. Маги придерживают, но это здание может обвалиться.

– Ты здесь откуда? – удивился Яс. – Разве…

– Я шел домой, когда это началось. – оглядываясь сообщил Грен, – Прибыл одним из первых, еще до конца боя. Они пытались уничтожить паланкин, – кивнул он в сторону тел в черном, – только на охрану, словно у императорской особы, они явно не рассчитывали.

– А что насчет них? – кивнул он на оцепление.

– Не дают пройти. Видимо там птица высокого полета. Отказываются говорить и сообщать кто именно в паланкине.

– И ты принял такой ответ?

– У них серая печать. Так что да.

– Особый подопечный Тайной канцелярии, – усмехнулся Яс, – И как работать в таких условиях?

– Как только прибудет другое транспортное средство, нам дадут изучить паланкин.

– У тебя как-то подозрительно глаза горят. Если не заметил, то мы словно не в городе, а в эпицентре военных действий. Что такого в этом паланкине?

– Я только слышал раньше о нем. Одна из последних разработок Башни. Говорят в стране подобных не больше десятка. Проходя мимо, ты ничего не заметишь. Но стоит направить на него магию… практически абсолютная защита. Кажется легким и хрупким, но рухни на него здание, даже не ощутишь, будучи в нем. Стоит такая игрушка… хотя сколько бы за нее не давали, Башня очень скупа на сей счет. И нам его дадут снять следы! Он еще помимо всего фиксирует точное время внешнего воздействия, а так же определяет, что это было. Просто мечта, а не улика!

– А раненым они помочь не хотят?

– Пока защита активна, подходить опасно. Так что нет. Ждем другое транспортное средство, дабы их подопечный наконец отсюда…

– Вот это уровень! – перебил его Яс, смотря на новых участников действия. К месту событий прибывало высокое начальство.

– А может и не дадут нам с паланкинам поработать, – Грем растерянно наблюдал за вновь прибывшими магами. Кое-кого он даже знал. Об остальных был сильно наслышан.

– Сколько нападавших? – спросил Яс одного из коллег, проходивших мимо.

– Двадцать три тела.

– Абсурд какой-то.

– Что именно? – поинтересовался Грен.

– Что ты видишь? – обвел рукой Ястин окружающее пространство.

– Хаос. – одним словом охарактеризовал происходящее Грен.

– Вот именно. Давай исходить из того, что нападение было тщательно спланировано именно в отношении лица в паланкине, и они случайно не ошиблись, пытаясь раскусить орешек себе не по зубам. Учитывая уровень защиты и количество прибывшего начальства – там, – кивнул он в сторону отцепленного пространства, – кто-то из высокого дворянства. Очень высокого.

– Они должны были допустить, что план провалиться. – Грен понял к чему клонит коллега.

– Вот именно. А если учитывать уровень шума и пыли поднятые этим нападением?

– Будет вторая атака, – начал озираться по сторонам Грен. – После срабатывания защиты паланкина, если они не совсем дураки, должны были сообразить – нападение провалено, и они должны уходить.

– Они не могли уйти. Есть пара идей, кто это может быть. Они все отвлекающий маневр.

– Тогда… когда бы ты ударил?

– Учитывая защиту паланкина? Или во время пересадки или на пути отсюда… но вероятно, потом защита тоже будет на уровне.

– За купол все равно придется выйти. – покачал головой Грен. – Так просто не приблизится. Да не может быть!

– Что? – проследил Яс за взглядом Грена.

– Или я брежу или это такой же паланкин, как и предыдущий… постой… придется пройти около пяти метров. Ближе не подойти. Иначе они начнут резонировать! Все хорошо в этих штуках, только рядом их ставить нельзя!

– Значит… – молодые люди переглянулись. – сейчас будет атака, – закончили они хором и поспешили к оцеплению, оглядываясь по сторонам.

Естественно никто и не подумал пропустить их дальше кольца из наемников и людей в серых одеяниях.

– Госпожа Тришт! – увидел Яс знакомое лицо неподалеку. – Госпожа Тришт, – пытался привлечь он ее внимание пробираясь ближе.

– Что случилось? – начальница его заметила и поспешила на встречу.

– Понятья не имею как, но это не конец. Будет повторная атака!

– Думайте, она сейчас возможна? – кивнула она на окружающую толпу стражей правопорядка и магов Башни.

– Каким-то образом – это возможно! – настаивал Яс, – Они должны были предусмотреть возможность провала!

– Небо с тобой, – госпожа Тришт развернулась и поспешила ко второму паланкину, который уже проносили меж расступившейся охраной. – Подождите! Рейвэл! Стой! – наконец она добралась до высокого мужчины в коричневом с фиолетовой отделкой форменном платье следователей. В действительности этот человек занимал очень высокий пост и по факту был сегодня за главного. – Рэйвэл! Есть версия, что будет еще одно нападение во время пересадки… я бы еще и на обратном пути что-то приготовила. Сможешь проконтролировать все там? – указала она на паланкин.

Саймон Рейвел только коротко кивнул и прошел сквозь заслон. Предполагать повторное нападение в подобной ситуации безумие. Но он уже не первое десятилетие на своем месте и все еще жив не в последнюю очередь из-за умения вовремя понять, когда нужно действовать, а когда есть необходимость и время задавать уточняющие вопросы.

Вот уже более чем полгода назад его, по сути сделали нянькой. Он – заместитель Великого герцога сон Локкреста в северном регионе, а так же куратор Наблюдателей торговой столицы мира стал ответственным за дочь своего начальника. Все дети семейств сон были под присмотром – но на то целое подразделение было. Поначалу он нашел для нее личную служанку. Как и просил его сиятельство, она была не из тайных, однако профессионалом своего дела, которой можно было доверять. Очень ценный кадр. И эта девушка, которая могла бы многое сделать на благо империи, стала служанкой при весьма странной особе. Сначала они целыми днями бродили по городу… двум городам. Потом добавилась школа высоких дворянок. За все это время были несколько инцидентов, которые могли решить и не столь особенные кадры как Ариадна. В день, когда ему сообщили, что юная госпожа еще и с Наблюдателями работать будет, он серьезно задумался над тем, что впал в немилость. Правда девочка как это не странно оказалась действительно полезной.

А после пребывания высокого семейства на бракосочетании императора, его сиятельство приказал и вовсе утроить охрану. И теперь понятно, что начальник был как всегда прав. Норкимгем уже несколько десятилетий не видел таких наглых и мощных нападений. Если в двух словах, то все пахло неприлично большими деньгами и огромными связями. Кто бы это ни был, он знал, что по сути идет против Великого герцога, а значит смог соответствующе подготовиться.

– Риа, – подошел он к девушке, оказавшейся во время нападения внутри защитного купола и сейчас стараясь не делать резких движений перевязывающей себе левую руку. Рядом лежала окровавленная стальная звезда, – сможешь продержаться? – кивнул он на ее руку.

– Это царапина, – выдавила из себя улыбку девушка.

– Есть вероятность повторного нападения. Твоя госпожа должна не просто выжить. Мы не можем себе позволить, что бы ее узнали.

– Может ли что-то… паланкин замены такой же… но когда она будет переходить щитов не будет.

– Паланкин вполне вместит двоих. Поменяйся с ней плащами и обе полезайте внутрь. – приказа Рейвел. Главное перебраться.

Паланкины и правда невероятны. Еще бы энергии столько не потребляли – цены бы им не было. Тот, что подвергся нападению, уже больше чем на половину израсходовал запас.

Ариадна кивнул и медленно поднявшись, сделала несколько шагов до паланкина.

– Госпожа это Ариадна. Впустите пожалуйста. – попросила она.

Практически стразу деревянные дверки отъехали в сторону, и девушка поспешила забраться внутрь.

Возможно, дверки казались хлипкими в текущей ситуации, однако в них застряло шесть звезд и с десяток арбалетных болтов. Открыть же снаружи пока защита активна их и вовсе невозможно.

– Госпожа нам нужно поменяться плащами. Пройти совсем чуть-чуть нужно… там другой паланкин…

– Ты ранена? – перебила ее маленькая госпожа.

– Пустяки… – попыталась отмахнутся она.

– Дай взглянуть! – благодаря свету с наружи внутри было достаточно светло.

– Госпожа, у вас кровь! – у Ариадны сердце чуть не остановилось, когда она увидела, что левая сторона ее подопечной в крови. Ее было настолько много, что она закапала добрую половину одежды.

– Что, – Майя провела по лицу рукой. – И правда кровь. Наверное, рассекла когда упала. Даже не заметила. – она отвернулась к подушкам за спиной и вытащила из-за них небольшую деревянную шкатулку. – Прежде чем идти, нужно подлатать нас.

Девочка вытащила какие-то пузырьки и материю. Налила на кусочек белой изнутри и коричневой снаружи какой-то состав. Потом взяла из баночки густую смесь и наложив ее на рассеченную кожу виска, заклеила тканью. А потом проделала то же самое с рукой Ариадны.

– Это остановит кровь и обеззаразит. Будешь правильно делать перевязки и через неделю, даже шрама не останется. А теперь выпей это, – протянула она один из пузырьков. – И я с тобой за компанию. Пей давай! Залпом!

– Что это? – там было всего на один глоток, но ничего более огненного, она в своей жизни не встречала.

– Мерзкая вещь. – Майя пыталась вспомнить, как дышать, после глотка «огненной крови» – Но… очень нужная при потере крови. А еще она восстанавливает силы… только ненадолго. Через пару часов потеряешь сознание. Но нам больше и не надо.

– Нужно переодеться, – немного придя в себя, сказала Ариадна.

– Плохая идея. – не согласилась ее подопечная. – Если будет атака, нас обоих убить постараются. Если не заметила, наши одежды пропитаны кровью с одной стороны, а подумают, что мы могли поменяться, и ранена была только ты. Значит, если будет возможность, тебя не выпустят. Так что давай одеждой не меняемся, но я помогу тебе забраться в паланкин. Нам нужно всего несколько секунд. Они замешкаются, не понимая, кто из нас кто.

– А если ударят?

– Уже не наша забота. Там, – кивнула девочка в сторону улицы, – наверное половина стражей правопорядка города собралась. Давай дадим им шанс себя проявить.

– Именно, что половина. Кто в здравом уме пойдет против Великого герцога? Если подобное произошло, то там, – повторила она кивок, – могут быть не только союзники.

– Натягивай капюшон поглубже и на выход. Играешь барышню, а я телохранителя. И пригнись посильнее, так будет не сильно бросаться в глаза… ты все же выше меня. Только… куда отправиться паланкин?

– В ведомство внутренней безопасности. Оттуда вас безопасно переправят домой.

– Хорошо. Если что-то пойдет не так, я буду пробираться в штаб наблюдателей.

– Что пойдет…

– На всякий случай. Нападающие меня не связали с наблюдателями. Иначе напали бы раньше. Эту часть истории они не знают. Идти домой или еще куда… меня могут ждать. Если ты говоришь, что может быть повторная атака, то почему не предположишь, что меня ждут там, куда я могу прибыть? В одном ты точно права – это нападение можно приравнять к покушению на Великого герцога. А значит, в ведомстве внутренней безопасности для меня может быть вовсе не безопасно. В отличие от Наблюдателей.

– Вы и не собирались садиться в паланкин! – в голосе Ариадны слышалось отчаянье. Она была сейчас не в той ситуации и состоянии, чтобы заставить эту девочку поступить по протоколу.

– Подожди. – Майя расстегнула плащ, и повозившись стянула с себя верхнее платье, под которым оказалась одежда, в которой она работала с наблюдателями. – Если будет нападенье – я в паланкин не сяду.

– Думайте здесь так много детей? Вас раскусят в первую же минуту!

– С моими амулетами? Вот это точно невозможно! Ты же знаешь, пока я того не пожелаю на меня никто и внимания не обратит.

– Даже если не обратит, это все равно опасно!

– Прекращай этот спор. И запомни. Если будет нападение – пробираешься к паланкину. Я с вами не пойду. Окажешься внутри сними капюшон, чтобы по прибытии увидели, что это не я, прежде чем начнут убивать… если вас задержат в пути есть вероятность что ты прибудешь уж без сознания.

– Хорошо. У вас так же немного времени. Там господин Рэйвэен и я видела госпожу Тришт. Они знают ваше настоящее имя. Они помогут. Если все как вы говорите и на нас нападут, то я в паланкине заставлю их думать, что там вы… ох госпожа, плохая это идея, несмотря на все ваши личные амулеты и артефакты.

– Ты же понимаешь, что они не пробьют мою защиту? Не с первого раза. А потом будет уже не до меня.

– Господин Рэйвэн будет рядом с нами. Если случиться нападение – ни на шаг от него не отходите.

– Мне и правда ничего не грозит. Что бы у них не оказалось – магией меня не достать. Не волнуйся. Как думаешь, мы сидим здесь уже достаточно, чтобы они подумали, что мы можем переодеться? – натянула поглубже капюшон Майя.

– Ваша светлость, не будьте столь легкомысленны! Я знаю о всех ваших артефактах и амулетах. Вы можете пострадать!

– Скорее людям рядом со мной может быть небезопасно, – пробормотала девочка, продвигаясь к выходу. – Хватит болтать, нас уже заждались!

Ястин и Грен так и не смогли прорваться за внутреннее ограждение, однако постарались подобраться поближе. Госпожа Тришт раздавала приказы всем оказавшимся поблизости Наблюдателям, а так же убеждала с капитаном стражи и незнакомого пожилого мага подготовиться к возможному нападению.

– Их цель пока еще здесь… – донесся обрывок разговора до Ястина. Он замечал, что толпа следователей и прочих стражей правопорядка берется за оружие, чтобы быть готовыми. Грен уже начал строить щит, чтобы развернуть его в нужный момент. Все это Яс замечал краем глаза, осматривая окружающие дома и временами оглядывая людей. Но так и не находя искомого.

А потом под щитом началось движение. Сначала из паланкина выбралась женщина… плащ был женский, хотя самого человека видно не было. Только вот на левой стороне изумрудной одежды даже из далека было видно большущее пятно. Она помогла выбраться девушке в более скромном коричневом наряде… но опять же было не очень понятно – все скрывал широченный плащ с глубоким капюшоном.

Стоило этим двум фигуркам сделать пару шагов от паланкина, как щит погас, выпуская людей. А еще через пару их шагов, которых он Яс уже не видел, настолько плотным было кольцо охраны, начался хаос. Люди из окружающей знатную особу охраны начали падать. Всего секунды, но… воздух наполнился звоном метала и вспышками защиты. Воздух перед Ясом загустел, пот поставленного Гремом щита и прямо перед греемом зависла игла нацеленная в лицо.

Ястин слышал раньше об иглах – около трех сантиметрах из особо прочного сплава, пробивающие почти любую броню. И падали люди не только из охраны. Яс оглянулся… они все кто собрались сейчас здесь были в смертельной ловушке. Они все были мишенью.

Неоспоримый факт – иглы летают по прямой, а значит точка выстрела… одна есть.

Мгновения и от Ястина полетели маленькие льдинки… так похожи на иглу, которой его пытались убить. Щит и он уже несется за своими льдинками.

Справа в воздухе прошла легкая рябь и здание, которое держалось благодаря магам, начало падать.

Внезапный звук как от лавины… грохот падающих камней на мостовую, крики и плачь… все заволокло пылью из домов выводили жильцов… поэтому там были женщины и дети. Но Яса это уже не волновало. Он влетел в один из подъездов и буквально за пару ударов сердца взлетел на второй этаж.

На полу в луже крови лежал дедок… лет семьдесят пять, если он простой человек… Недорогая, но вполне добротная одежда… обычный горожанин.

Яс ругаясь сквозь зубы поспешил остановить кровотечение – одна из его льдинок попала в шею пробив артерию.

Молодой человек создавал заклинание за заклинанием – останавливая кровь, из ран, которых оказалось аж целых три. А так же погружая в глубокий сон со стороны больше похожий на смерть. Особенно учитывая количество разлитой вокруг крови.

Ястин не собирался упускать этого человека. Счастливая случайность, что его удалось взять живым. Оглядев комнату, он подхватил щуплое тело на руки и шагнул к большому дубовому платяному шкафу. Раздвинув вешалки с какой-то одеждой, во время чего несколько вещей упало, он положил своего пленника на дно и сбросил на него пару платьев. Маленький амулет на дверцу, и никто не обратит внимания на шкаф.

Позаботившись о сохранности преступника, он выглянул в окно. Весь двор был засыпан пылью и крошевом. Дальняя стена дома устояла, но больше половины превратилось в груду камней, и огромное количество пыли, от которой все люди стали серыми. Пока он возился с преступником, дезориентация, от падения здания уже прошла и его коллеги вновь заняли оборонительную позицию. Двор засиял всполохами магических щитов. С двух сторон – противоположного конца дома, в котором он находился, и дома напротив, атаковали магией.

Он сосредоточился на заклинании. Его излюбленный лед, а так же пара комбинаций разрушающих возможную защиту… В цель полетел целый клубок магии. Стекла… не только того окна в которое он целился, но и расположенных поблизости разлетелись в мелкую крошку. Следом пришла волна ледяного воздуха. Всего на мгновение. А потом шквал смертоносных льдинок. Только и это были е все подарки. В этот раз Яс бил на поражение. Если реакция хорошая, от то льда можно увернуться.

Нападение было ожидаемым. Майя словно чувствовала, в какое мгновение оно последует. Коридор из охраны был настолько плотен и близок к ним, что защитники приняли на себя первый удар. Пара мгновений, и Майя толкнула Ариадну прямо в открытую дверцу паланкина.

– Риа, – раздался окрик и ее схватили за руку. В это же мгновение сработала защита паланкина, отсекая малую группу слуг. – Риа, это иглы!

Майя тут же рухнула на землю. Она тренировалась отбивать подобное оружие… но в условиях толпы и практически невидимости летящего в тебя на огромной скорости смертельного предмета, рисковать она не собиралась.

Тут и там вспыхивали щиты. Для обычного зрения они были практически не видны, однако при попадании в них предметов или заклинаний, в месте столкновения возникала вспышка.

А потом был грохот и море пыли, от которой Майя чуть не задохнулась. Рухнул один из двухэтажных многоквартирных домов.

Рядом с ней на земле лежали люди. Кто-то был ранен, но были и без признаков жизни.

Она была испугана. Это был не страх воспоминания, как в паланкине. Ей впервые за долгое время было страшно. Страх был одним из чувств, которого она лишилась вместе со своим истинным зрением. В тот день она потеряла самое ценное. Потеряла значительную часть себя. Что может испугать после такой потери?

Оказывается, со временем жизнь становиться ценна сама по себе. Когда ты видишь смерть других. Жизни, отданные для того, чтобы ты мог дышать. Ощутить лучи солнца на своем лице… солнца которое окрасит этот мир с рассветом.

Для этих людей с последним вздохом закончилась их история. Но не для нее, когда она потеряла истинное зрение.

– Я не стану хоронить себя. – закрыв глаза и крепче сжав веер, прошептала она. – И никому не позволю!

Страх сменялся злостью. Как кто-то посмел пытаться причинить ей вред!?

– Риа! Жива? – рядом с ней оказалось знакомое лицо. Господин Рэйвэн. Один из двух кураторов Наблюдателей.

– Да.

– Госпожа? Но…

– Госпожа в порядке. – оборвала его Майя. – Чем нас атакуют, что здания падают?

– Его держал маг. Больше не держит. Были иглы, но судя по вспышкам щитов осталась только магия.

– Отлично. Иглы были опасны. – заметила Майя. Далеко не все щиты могли оградить от подобного оружия. И они оба это знали. Как и то, что щиты маги будут держать пока энергия не закончиться. Сейчас во дворе было много народа. И подчиненные Башни защищали не только себя, но и следователей, наемников и жителей которых выводили из поврежденного здания.

Майя подняла голову осматриваясь. Эта часть боя была в полной ответственности магов. Неодаренные были просто балластом, который защищали.

Пока она пыталась выстроить закономерность и поймать ритм атак, окна одного из зданий осыпались словно от мощной ударной волны, а фасад покрылся изморозью.

– Минус один. – прошептала она, убирая из ритма часть ударов. – А теперь это уже не опасно.

Она села. Расстегнула чтобы скинуть остатки изодранного и серого от пыли плаща, который ей помешает.

Можно не видеть энергии. Но они, наполняя заклинания, становятся материальны. Иногда это практически невозможно заметить или почувствовать. Не для нее. Из головы ушло все постороннее. Осталась она и магия. Невидимая. Но все та же.

Рэйвен опешил, когда понял, что в паланкине Ариадна, а дочь Великого герцога рядом с ним. Есть вещи, которые можно понять за долю секунды. Эта девочка была собрана. Он видел ее взгляд. Она просчитывала атаку. Просчитывала, неужели…

Он не успел додумать. Она просто выскользнула у него из рук, в которых остался только плащ.

Он попытался ее схватить, но схватил лишь воздух.

А эта ненормальная, отталкиваясь от людей и используя их словно ступеньки и подставки, прыгнула в верх, за пределы щита. Мелькнул белый предмет в ее руках, который встретился с очередным заклинанием, и отразившись от него полетело обратно.

Еще несколько движений, и она за пределами относительно безопасной зоны. Но это уже не важно. Часть здания в сторону которого полетело возвращенное заклинание начала рушиться. И девочка двигалась в сторону от обвала. Мгновение и она отбивает еще одно… На крыше последнего из стоящих неповрежденным домов этого двора раздаётся взрыв и капли жидкого огня разлетаются фейерверком.

Рэйвэн ругаясь сквозь зубы и расталкивая людей, срывается за ней. Он уже тоже вне щита. Выйти они вышли спокойно. Но зайти обратно уже так просто не получиться. Он как раз успел добраться до этой сумасшедшей и уронить на землю прикрывая собой, когда раздался очередной взрыв. В том доме, что был покрыт изморозью.

– Больно! – пискнула мелкая. Как только пыль слегка осела.

– Что ты творишь! – сквозь зубы прошипел Рэйвэн. Он был в бешенстве от ее выходки. А еще ему тоже было больно. Словно его палками избили.

– У меня все было под контролем. И сейчас тоже. Больше атак не будет.

– С чего госпожа так решила? – прошипел он, придя в себя и подавив желание отчитать этого ребенка по первое число.

– Кроме того, что окружающие дома разрушены?

Он неторопливо сел, помогая девочке занять место рядом с собой так, чтобы с одной стороны от нее оказались камни, а с другой он.

– Да, кроме того, что рядом с нами руины и пожар.

– Там, – она кивнула на дом, одна половина которого не пострадала, – маг вероятно из Башни. Он атаковал то место – кивнула она на дом, второй этаж которого был объят пламенем.

– А на вашей совести тот и этот дома. – он указал на пролом в стене и Пылающую крышу. – Только мы выводили людей из вот того дома раньше. Среди горожан. Под щитами. Что про них скажете?

– Госпожа, которую все защищали сейчас в паланкине, и как только чуть все успокоиться покинет это место. Кому в голову придет, что я, – она обвела свое запыленное и порванное платье и указала на лицо, которое судя по всему было плохо различимо из-за грязи, – их цель?

– Здесь все еще опасно. Надеюсь, вы понимаете это?

– Тот паланкин, в котором я ехала. Отправьте его к наблюдателям. Сейчас это самое безопасное. Так на меня не обратят внимания ни служители правопорядка, ни горожане или возможные преступники.

– А если внимание уже обратили? Вы не заметили, что ваши действия были хоть и быстрыми, но вы не невидимка. Отбить летящие заклинание и усилив послать отправителю. Это не те способности, которые есть у простого человека.

Рэйвэл хотел сказать, что такое даже его подчиненным не под силу. Есть артефактноеоружие с помощью которого подобное возможно. Из вееров он слышал только об одной такой паре. Слухидавно ставшие сказками о магах древности, которые могли изготавливать оружие – в умелых руках смертоносное, а в руках обычного человека – безделица, которой он не сумеет причинить вред ни себе не людям. Веер. Флейта. Арфа. Что может быть безобиднее? Хотя последние два уже и вовсе позабылись и затерялись – звук в качестве оружия только в древних легендах. Как впрочем, и веер. Веера, которым не страшны гряз и кровь. Ткань, которую не разрезать мечем и не сжечь в огне. Пластины в них легкие и прочные, способные не только блокировать, но и разломить меч. Ими можно отбить как летящее во владельца железо, так и магию. Можно многое. Но только если человек владеет весьма редкой техникой работы с подобным инструментом.

Она отбивала удар… на все движения, от начала и до конца, ушло всего несколько секунд. Расчет траектории и сами движения… просчет того, где кто и как стоит. Секунды до нахождения магического заряда именно в этом месте и в это мгновение. Для того чтобы показать мастерство не обязательно положить множество народа. Иногда достаточно всего одного движения.

– Но и не те, которые бывают у высоких дворянок. Чего не скажешь о служащих тайной канцелярии или Башни. Пусть ищут ветра в поле, – начинала она свою речь весьма бойко, но последние слова были сказаны в некоторой задумчивости.

– Что-то не так? – Рэйвэну было сложно понять, что можно ждать от подобного ребенка. И это ему очень не нравилось.

– Пожалуй, сегодня был последний день моей службы, – рассеяно ответила Майя, оглядываясь по сторонам. – Меня запрут за всеми замками, пока это дело не разрешится и все виновные не понесут наказание. Я бы так и сделала на месте герцога. Господин Рэйвэн, я выпила кровоостанавливающий эликсир и скоро потеряю сознание. Чуть больше чем через час, – ответила она на немой вопрос. – Ариадна так же его пила. Позаботьтесь обо мне. Найдите герцога сон Локкреста. Он решит что делать. Посмотрите, – кивнула она в сторону двора. – Так много раненых, вероятно убитых. С такой подготовкой меня не просто хотели убить. Они хотели сделать это публично и с наибольшим ущербом для герцогов. Ваши люди, а возможно и вы были целью.

– Что-то еще? – сила удара и сам сценарий нападения вполне позволяли предполагать подобное и заместителю Великого герцога.

– С Ариадной поговорить сразу не смогут. Пустите слух, что меня никогда не было в том паланкине. Это будет легко. Я наблюдатель. Можете использовать это. Кроме того, как вы и сказали, высокая дворянка не сможет отбить магические атаки. Посмотрите на меня, разве я похожа на бойца? А вот хорошо обученный и тренированный маг, учившийся в той же школе, что и наследник Великого герцога сон Локкреста… только им известны такие техники. В паланкине был двойник. И это не мы попали в их ловушку. Они попали в нашу. Великие герцоги всегда на шаг впереди, даже если это и не так. Кому-то придется искать несуществующего предателя. Возможно, это мелко. Их сиятельства разовьют идею. Кто знает о моем настоящем имени?

– Госпожа Тришт и Эстер.

– Отлично. Для того чтобы влож поверил враг, заставь поверить друга. Меня зовут Элла. Я двойник высокопоставленной особы. Несмотря на то, что я получила образование в военизированной школе магии, свои навыки скрывала – для особых заданий. Госпожа Тришт предупреждала не общаться со мной на улице именно из-за того, что вместо меня, можно было нарваться на высокопоставленную особу.

– Вы это на ходу изобретаете? – фантазия этой девчушки была весьма развита. И совсем не по детски.

– Это же очевидно. Разве нет?

– Для вашего батюшки возможно. Но я уже и сам готов поверить, что вы именно двойник.

– Так поверьте. – просто ответила она. – По поводу моих навыков – это чистая правда. Если попробуют узнать что-то в школе, то это пустая трата времени. Во-первых, маги не любят подобное любопытство. Во-вторых – в школах королевства некоторые учатся не под своими именами.

– Если среди толпы были нападавшие и видели вас, то даже особо стараться не придется, чтобы убедить всех в этом. Так двигаются только бойцы всю жизнь посвятившие тренировкам, под надзором опытных мастеров.

«Еще одна личность», – невольно подумала Майя. – «Двойник самой себя».

– Господин Рэйвэен.

– Да?

– Пусть и двойник. Но все же я ваша подчиненная, – показала она глазами ему за спину.

И вовремя. К ним уже спешили. Господин начальник был слишком известной среди подчиненных личностью, чтобы не узнать его даже в толпе, выпачканного пылью от рухнувшего здания.

Очень быстро стали подходить люди. Докладывать о ситуации. Спрашивать дальнейшие инструкции.

– Окажите всем горожанам помощь. И престав те скрытно к ним людей. Проследите чтобы никто не кидал это место не оставив о себе информации, даже те, кто в форме. Если раненые без сознания, отправляйте с ними наших людей, – раздавал он поручения.

Вокруг все бурлило и кипело. С каждой минутой людей становилось все больше. Круг оцепления становился все больше. Окрестные дома обследовались, а к месту начали пребывать государственные лекари из различных подразделений.

Все это время Рэйвэн стоял около Майи, высматривая в толпе госпожу Тришт. Стройная модель поведения выданная девочкой его не устраивала. К наблюдателям он ее отправлять не собирался. Тем работать нужно, а не отвлекаться по пустякам. Кроме того пострадали их коллеги. Не самая дружелюбная обстановка. Как не посмотри, но безопасность девочки была сейчас на первом месте.

– Господин, у вас кровь! – заметил очередной подошедший сотрудник. – Вам нужен лекарь…

– Не нужен. – оборвал его Рэйвэн. – Найди мне госпожу Тришт и транспорт. И подготовьте отчеты к рассвету.

Он собирался самолично доложить Великому герцогу о произошедшем. Сейчас он был одним из самых информированных людей. Госпожа Триштдолжна была сообщить, все что узнала, а так же неплохо предупредить коллегу, что оставляет все на нее. Время летела незаметно, и он уже заметил, что сидящая в камнях девочка потеряла сознание.

Не очень хорошо все получалось. Взрывной волной его хорошо потрепало. Пусть ребенок и легкий, но тащить ее будет затруднительно. Да и по чину не подходит.

– Шон, – окрикнул он проходящего мимо молодого человека, которому сложно было затеряться даже в толпе – из-за характерной прически в которую были убраны его белоснежные волосы. – Отнеси ее в карету, – кивнул он сначала на девочку, а потом на небольшое транспортное средство, возле которого стояло несколько человек из стражи. – И дождись меня там.

Иншона Рида Рэйвэл знал еще ребенком с черными, как смоль волосами, который доставал своего дядюшку мечтой стать выдающимся бойцом. Иногда мечты исполняются. Только цена бывает высока. Просто так к двадцати пяти не седеют.

Шон был из тех его подчиненных, которым можно было верить. Верить даже тогда, когда перестаешь верить себе.

– После того как я выйду, отвези Эллу к госпоже Феррит. – стоило им тронуться, начал отдавать распоряжения Рэйвэн, – Лекарь не нужен. Она уже выпила лекарство. И не снимайте с нее украшения… среди них должны быть артефакты. Ты должен защитить ее пока не получишь другого приказа.

– Элла? – только и переспросил Шон. Только после того как было произнесено имя, он вдруг понял, что знает эту девочку. Новенькая в их отделе. Но пока он шел и еще какое-то время сидел в карете, она не казалась ему знакомой. Просто пострадавший ребенок. – Как она здесь очутилась? – вопрос был задан скорее от неожиданности, чем от любопытства. Обычно Шон себе такого не позволял.

– Работа у нее такая. – уклончиво ответил начальник. – Интересная.

Его сиятельство и вправду оказался в оперативном штабе. Именно туда стекалась вся информация. У Великого герцога хватало помощников и ушей по всей стране и за ее пределами. Если случалось происшествие, то те кому надо, всегда знали куда следует спешить с докладом.

Невдалеке от портальной площади на глубине в сорок метров, куда имеющего допуск доставит подъёмник, находилось самое закрытое и одно из самых знаменитых учреждений страны – Центральное управление внутренней безопасности Империи. Или по-простому – центральная контора тайной канцелярии. Самое гостеприимное место страны, в котором и шагу нельзя ступить без особого допуска.

Об архитектуре этого места и истории его создания можно было говорить много. По большей части это были легенды. Все остальное – официальная версия, которая могла и не иметь ничего общего с правдой. Взять хотя бы тот факт, что почти все работники, попадали сюда посредством порталов, которых здесь было ровно семнадцать. Рабочими, правда, были только три… но в купе с высоченными потолками, это место даже у местных работников вызывало множество вопросов. Ходили слухи, что в древнейшие времена это было чем-то вроде портального узла для путешественников – пересадочная станция к местам, в которые напрямую не попасть.

Стены, облицованные малахитом. Пол устилал Изумрудный мрамор, как называли это местные, но чем это было в действительности – доподлинно не знал никто. Встречалось сие покрытие только в этом месте. Больше всего Изумрудный мрамор напоминал темно-зеленое стекло необычайной прочности, с легким светящимся эффектом. Как сходились во мнении многие исследователи – камень был искусственного происхождения. Магия в помещениях, с таким покрытием – не действовала.

Планировка управления была достаточно запутанной, словно одной системы допусков не достаточно этому месту.

Миновав зеленый сектор, как называли парадные залы местные и спустившись на четыре лестничных пролета, миновав приемную с парой секретарей, он свернул в один из нешироких проходов высеченных в скальной породе и оказался перед монолитной стеной.

Кабинет Великого герцога в центральном управлении не был парадным местом. В его стены допускался очень ограниченный круг лиц, поэтому в излишней роскоши, показывающей статус его владельца, нужды не было.

Одну из стен занимала подробная карта шести королевств – мозаика из десятков тысяч совершенно разных камней – как драгоценных, так и обычного щебня, отражала рельеф и поселения древних государств теперешней Империи. Карта, как дань истории оставалась неизменной в течении тысяч лет. Все остальные стены претерпели разительные изменения. Высоченные стеллажи из светлого, практически белого дерева, упирались в высокий потолок и занимали две стены. На их полках хранились свитки, карты, книги… время не властно было над теми вещами. Теплый, медовый свет, исходивший от дерева, окутывал предметы, позволяя храниться вещам в целости и сохранности.

Освещалось все десятком магических канделябров.

Огромный П-образный стол был завален бумагами. Списки и схемы были разложены по всей центральной секции. Сам же хозяин кабинета просматривал синие карточки – небольшого формата листы, на которых доставлялись срочные сообщения. Артефакты позволяли получать их из всех управлений связанных с внутренней безопасностью империи.

– Майя? – только и спросил он, взглянув на вошедшего, и откладывая в сторону сообщения.

Пояснений не требовалось. Герцог уже знал, что произошло, а так же то, что его дочери в паланкине не было.

– Она отправлена к госпоже Феррит. Она практически не пострадала. И сама себе оказала всю необходимую первую помощь.

– Понятно. – напряжение сон Локкреста немного спало. Рэйвэл после пяти десятков лет знакомства это хорошо замечал по едва уловимым изменениям в мимике и осанке. – Если она у госпожи Феррит, значит, вы действительно познакомились. Что произошло?

Тут каменный ящичек на столе герцога слегка засветился, показывая, что в его недрах появилось новое сообщение.

– К рассвету будут первые полные отчеты. Нападение хорошо продуманное. Они брали с запасом и все же не были готовы к такому уровню охраны.

– А ты мне не верил, – позволил себе смешок Альварес, доставая очередной синий лист. Его сиятельство уже третьи сутки пропадал на работе, время от времени позволяя себе прерваться на сон. В смежной комнате была оборудована спальня. И иногда, в моменты особой усталости и нервного напряжения, он мог обращаться к господину Рэйвэлу на «ты», что означало – хозяин давно не покидал своей вотчины и временно оставил все церемонии и этикет. – Как и ожидалось, ее попытались убить.

– Вы ожидали, что репутации Великих герцогов постараются нанести урон, и отвлечь вас отдел Ассамблеи. Предстоящие кадровые перестановки слишком существенны и ослабить ваше внимание… но почему выбрали вашу дочь? Есть более подходящие кандидаты.

– Просто у нее особый дар выводить людей из себя. Как так получилось, что она оказалась с вами?

– Она посчитала, что действовать по инструкции для нее не безопасно. Поменялась местами со своим стражем, отправив ее в паланкине, позаботившись и о ранах и о том, чтобы девушке не смогли сразу задавать вопросы. Ариадна будет молчать. А кроме нас с ней, никто не сможет с точностью сказать, что ее светлость была там. Ваша дочь предложила выдать все это за организованную вами ловушку…

– Как и ожидалось от Майи, – кивнул герцог.

– Вы обсуждали это с ней?

– Как моя дочь, она должна быть готова к подобному. И если опасность повышается, то мне как ее отцу надлежит усилить защиту. К чему волновать понапрасну?

– Она очень быстро анализирует ситуацию. Это могло бы хоть что то объяснить. Ее светлость предложила выдать себя за двойника вашей дочери. Ее боевая подготовка это вполне позволяет. А учитывая противостояние кланов и попытки вмешаться в политику родов сон, подобный слух сыграет вам на руку.

– Двойник… интересная мысль. Заложенного в этом ребенке на несколько личностей хватит. Так почему не двойник самой себя? После обеда… уже сегодня… у нее была назначена встреча. Обычно она проводит их в резиденции. Перенесем все в более людное место. Академия Искусств должна подойти.

Альваресу сон Локкресту было прекрасно известно все расписание дочери. Ее прогулки по городу, встречи с людьми которых она сочла друзьями. А так же старшим братом – Лоримом Эрунамо, который достаточно часто навещал ее в городской резиденции. Альварес никогда не говорил с ней об этом. Не пытался выяснить, что за люди, с которыми она общается под видом обычной девочки, не встречал ее брата иначе как в официальной обстановке. Даже та ее последняя выходка – переход одного из наблюдателей в ее распоряжение. Майя была не просто его дочерью. Она была Столпом. А значит, у нее должно было быть свое, неприкасаемое пространство. Что-то вроде неписанного кодекса Столпов.

Первый Император основал систему власти. И если с тремя Столпами было все всегда ясно, то четвертый оказался большой загадкой. Загадкой, которую должен решить вполне конкретный человек. Если четвертый Столп существует и он – эта маленькая девочка, то так тому и быть. Наверняка Первый император не случайно так устроил. И неслучайно, никто из принцев империи не становился Столпом.

После того, что Майя устроила в Долине, покушение было делом времени… кажется, словно все было только вчера…

Парадная зала императорского дворца, украшенная бесчисленным количеством роз, отчего воздух наполнял стойкий аромат, наполнялась гостями.

Гости усаживались за отведенные им места. Их не провожали и не усаживали. На столиках отсутствовали карточки с именами. И все же каждый точно знал, какое место он должен занять.

Зал был разделен на три части. Самая возвышенная предназначалась для императора и его супруги.

Сегодня это место было выполнено в форме изящной беседки, увитой белоснежными розами, в которой стоял трон и позолоченное кресло.

Голубые полупрозрачные занавески отделяли пока еще пустой трон от гостей.

Второй уровень – десять ступеней ниже, представлял собой кусочек парка – дорожки меж каменных столиков заполняла молодая трава. Из стен и потолка выступали могучие ветви деревьев, увитых лианами, и орхидеями, – повторяя тему цветочного храма для бракосочетания. На каждом из столике, стояли миниатюрные цветочные композиции. У столиков лежали шёлковые подушки, на которые и рассаживались гости. Только они и различались по цвету. Красные были ближе всего к императорскому трону. Белые и черные поделены поровну с правой и левой стороны. Все столики на втором уровне были рассчитаны на одного человека и предназначались разумеется семействам сон.

Последний уровень с разницей еще в десять ступеней – все остальные гости. Столики темного дерева рассчитанные как на одного так и на двух гостей. Сиреневые подушки на каменном полу, усланном мягкими коврами.

Все гостевые места развернуты боком к трону. Широченный проход же меж правой и левой стороной оставлен под сцену, на которой развернется представление, дабы порадовать хозяев и гостей.

Заполнялся зал так же в строгой очередности. Сначала третий уровень, следом – второй. И вот все застыли в ожидании появления императорской четы.

Звук гонга и хорошо поставленный голос извещает о прибытии его императорского величества и ее императорского высочества, которых встречают стоя. А стоит молодоженам занять свои места, словно по невидимой команде все трижды склоняются в поклоне, сложенными руками и лбом касаясь пола. Словно единый организм, слаженно желая долгих лет счастья и процветания.

Кланяться надлежит всем. По этой причине подобные мероприятия и не посещают представители королевские семейства иных стран. Старшая сестра императора и ее дети были исключением из правила. Так как сегодня они присутствовали именно как семья, а не представители королевского дома.

Майя с нетерпением ожидала момента, когда подадут кушанья. Благодарственная речь императора, которую повторял хорошо поставленным звучным голосом, секретарь его величества была… скучной. Тосты и поздравления гостей так же не отличались оригинальностью. Ее, человека, который слыл приверженцем правил и традиций, происходящие совершенно не впечатляло. Возможно именно потому, что все заранее известно. Три тысячи четыреста восемь гостей, насколько помнила Майя, именно такая цифра звучала вчера за ужином… как же давно был тот ужин. Совершенно невозможный вчерашний вечер завершился глубокой ночью. Она с сестрами, приступили к ужину уже за полночь.

Хотя все это теперь не важно. Они все хорошо поработали и заслужили свои места на этом спектакле. Главное что бы гости не слишком расходились с поздравлениями… которые так же шли согласно протокола. Гостей слишком много чтобы выслушать даже десятую часть из них. Те, кому будет предоставлено право говорить, были извещены о высокой чести еще две декады назад. Речь императора так же была составлена секретарями задолго до сего дня. Да повторял ли секретарь за его величеством или читал по бумажке? После того как император сел, полупрозрачные шторки отделяющие трон от залы стали менее прозрачными. Можно было видеть только общий силуэт. А как иначе… его величество так же изволил кушать. В маске подобное затруднительно.

В результате девочка даже не думала поворачиваться в сторону трона. У нее было гораздо более интересное занятие. Где-то среди гостей в зале был ее брат. Лорим Эрунамо сегодня был одним из гостей. И очень удачно, что Майя занимала место рядом с каменными перилами второго яруса. Ближе к гостям. И как искренне считала девочка – одна из лучших обзорных площадок – музыканты и танцоры будут очень хорошо видны.

Когда, наконец, слуги начали ставить на стол десятки крохотных тарелочек наполненных разнообразными кушаньями, Майе наконец удалось найти место где сидел ее брат. Далековато от нее. На другой стороне. Но всего лишь в третьем ряду от прохода.

Та часть, где было представление, понравилась девочке гораздо больше. Музыканты расположились по всему периметру огромной залы. Что позволяло добиться ровного звучания во всем помещение.

В начале танцевали девушки. Легкие и грациозные, облачённые в воздушные платья. Они скользили и кружились в облаке переливающейся ткани, словно бабочки, парившие над цветком. Майя, как и многие гости, позабыв о еде любовалась этой неповторимой постановкой.

Девочка ни разу не видела подобных выступлений, но читала, что в Долине есть ведомство празднеств. Искуснейшие музыканты. Самые одаренные танцоры. Только они могли выступать в Долине… только в ней они могли выступать. С одной стороны пленники этого места – они по своему желанию не моги покинуть Долины. С другой стороны… им было предоставлено все для самосовершенствования. Им не приходилось заботиться о хлебе насущном. Все их дни были заполнены практикой и тренировками, чтобы иметь возможность выступить перед его величеством.

Трапеза закончилась ближе к вечеру. Просидеть на подушках несколько часов… Майя, привыкшая к стульям и креслам, от этого традиционного сидения на полу едва сдерживала себя, поднимаясь и украдкой бросая взгляд в сторону старших сестер.

Обязанности младших закончились сегодня в цветочном храме. Поэтому сразу после церемонии они переоделись в обычные праздничные платья, сняв наконец, с себя те громоздкие сооружения и стерев стягивающий кожу макияж. Наряды по сравнению спредыдущими были просто верхом скромности. Украшений в волосах было не столько, что голову сложно держать под их весом. Рукава платья хоть и широкие, но не нужно постоянно следить, как бы не снести ими половину обстановки. Макияж легкий и невесомый, не то, что та маска.

Общий поклон, как и в начале и гости из третьего яруса, а так же младшие дети семейств сон проследовали к многочисленным выходам.

Для самых младших на сегодня все закончено. Для них свадебный пир был нелегким испытанием. Просидеть на одном месте много часов. Те же, кто постарше, просто отправились в свои комнаты, дабы перевести дух и вернуться к гостям, которые разбрелись по многочисленным террасам и прилегающим садам.

Для Майи этот вечер был по-настоящему первым светским мероприятием. И практикой для всех тех знаний, что она получила в женской школе.

Это было интересно и необычно. Огромный театр, где каждый играл не столько запланированную режиссёром роль, сколько воплощал свой образ. В одном месте собрались самые знатные и богатые фамилии. Люди, от прихотей которых зависело множество судеб. Тех, кто привык смотреть сверху вниз, но оказался в одном месте с равными…

Гости начали разбиваться по интересам. Знакомые, родственники, друзья… дамы, получившие редкую возможность блистать в Долине. Для всех были подготовлены различные площадки – пространство наполнено едой и напитками ненавязчиво расположенными то там то здесь. Праздничная иллюминация наполняла сады. Музыканты радовали безупречной игрой, а гостям была предоставлена возможность танцев… как и все в обществе – регламентированных и строгих, но таких притягательных.

Все это приятно радовало глаз, однако Майя методично просматривала все возможные места в поисках старшего брата. Ссоур… куда же без него. Фактически единственная игра, в которую согласно этикета можно было сыграть на любом официально мероприятии развлекательного характера.

Три сотни досок были распределены по территории, отведённой для празднования. Это было так необычно… и так завораживающе смотреть, как играют другие. Уровень игроков был совершенно разным. Даже дамы не боялись взять в руки камни. Хотя чего им бояться? Они в основном все были замужем. Только в весьма редких случаях среди гостей были незамужние молодые девушки. И конечно же дочери семейств сон.

Майя успела просмотреть несколько таких партий, весьма коротких к слову, прежде чем за одним из столиков увидела знакомые лица. Ученицы из школы благородных упыриц и ее сестра Фелия сон Локкрест. Она играла с какой-то незнакомой девушкой. Лицо вроде где-то виденное… но все же незнакомое. Точно… она видела ее на втором ярусе. Там, где сидели родственники императора.

«Эта девушка…», – думала она, медленно подходя к группе, но оставаясь в тени. Излишняя предосторожность. Все были увлечены партией. – «Неужели… это младшая принцесса Карила? Не состоящие в браке родственники императора покидали зал последними. Я не оглядывалась потому, что там был Лариф».

Резко развернувшись, чтобы покинуть это место, она налетела прямо на него… человека, которого желала видеть в последнею очередь – Ларифа, принца Карила.

– Прошу меня простить, – отступила она на шаг назад, и изобразила легкий поклон, – ваше высочество.

– Это я должен извинится, – промолвил принц отстранённо и, отступив на шаг назад, ответил зеркальным поклоном.

Майя шагнула вперед, дабы пройти, но была остановлена неожиданными словами.

– Я благодарен. – донеслись до нее негромкие слова, заставившие замедлить шаг. – Моя благодарность для вас не значит ничего. И все же я останусь вашим должником. Мне больно. Больно сознавать, что стал причиной вашей травмы. И больно от потери друга. Цена моего спасения оказалась высока. Не только для вас. Но и всего магического сообщества, жемчужиной которого вы были.

– Я не умерла. – неожиданно для себя ответила Майя. Сказала, но поверила своим словам. Словно говорила не она, а кто-то другой. – Соболезнования приносить рановато.

– В тот день мой школьный друг – Майя Сайори умерла, – тихо, но твердо продолжил Лариф, – Мир получил Майю сон Локкрест. Дело не в имени. – уже нормальным голосом продолжил он. – Вы мне совершенно незнакомы. Однако могу сказать, что вы не обычный человек. Не можете быть обычным. Сейчас это сложно. Но в будущем я смею надеяться на ваше доброе ко мне расположение. Мечты…

– Ваше право надеется, – резко повернулась она к нему и взглянула в глаза. Такой печально – серьезный взгляд. Окажись на ее месте кто другой и этому взгляну не смог бы сопротивляться. – Однако, ваше высочество у нас слишком мало общего, что бы говорить о чем-то.

– Да кто вы такая! – в разговор вмешалась новое лицо. Майя понятия не имела кто эта особа. Детали одежды говорили, что эта девушка с рыжими волосами, забранными в высокую прическу, и украшенную изумрудами под цвет ее глаз, была дворянкой, однако к высоким дворянкам не относилась. И все же она принадлежала к роду, достаточно приближенному к престолу.

«Дочка министра»? – подумала она про себя и на губы скользнула едва уловимая улыбка. До сравнительно недавнего времени она тоже была дочкой министра.

Однако ее улыбка все же была замечена и расценена как издевательская.

– Прошу прощение ваше высочество, за то, что это неразумное дитя толь непочтительно с вами разговаривает. – Майе достался взгляд, сулящий скорую смерть, а принцу – полный извинений за нарушительницу спокойствия.

– Прошу прощения, ваше высочество, – слегка поклонилась Майя, – если огорчила вас своими словами или действиями.

– Для детей уже поздновато. Разве не должны вы удалиться на отдых? – повернулась к ней незнакомка.

– Спасибо за заботу. Однако вынуждена не согласиться. – Майя оставалась совершенно невозмутима.

– Прошу вас госпожа, – обратился принц к рыжеволосой, – ничего страшного не произошло. Просто некоторые особенности характера юной госпожи, к которым я уже привык.

– Ваше высочество, прошу меня извинить. Возможно, вам это кажется мелочью, однако на таких мелочах держится все общество. – горячо заявила она.

– Прошу меня простить, – Майя сделала небольшой поклон, – не стану смущать и дальше своим присутствием столь великосветских господ.

Ларифу ничего не оставалось кроме как ответить ей тем, же отпуская, пока незнакомая поборница этикета не усугубила и так не простую ситуацию.

– Ваше высочество! – еще один незнакомый женский голос. Майя непроизвольно повернулась, видя как по дорожке к ним спешить еще недавно игравшая в ссоур принцесса. Розовые шелка необыкновенно шли юной девушке. Миленькое личико становилось просто неотразимым от сияющих глаз и широкой улыбки. За ней следовала ее недавняя соперница в игре Фелия, а так же знакомые девочки из школы.

Майя была замечена, и молча уйти было невозможно.

– Ваше высочество, вы составите нам компанию хоть на немного? – подлетев, спросила она. – Вы же не станете возражать, если я украду у вас старшего брата? – обратилась она к Майе и незнакомке, переводя взгляд с одной на другую.

Пока она говорила, подошедшие девушки успели раскланяться и с принцем и с незнакомкой, судя по их жестам, они были знакомы, и наконец, повернулись к Майе. Свита Фелии изобразила учтивый полупоклон, а вот сестрица удостоила легким кивком головы.

«Не успела!» – пронеслось в голове у Майи.

– Ваше высочество, – обратилась к принцессе Фелия. – позвольте вам представить Ирену Яр, старшую дочь графа Яра, министра торговли. А так же мою сестру – Майю сон Локкрест.

– Рада нашему знакомству, – кивнула принцесса. – Возможно, брата и не придется красть. Чем нас больше, тем сложнее ему будет ускользнуть. – и она с лукавой улыбкой оглядела юных леди, а Лариф наиграно возвел глаза к небу.

Майя так же была готова вопрошать у неба, где она провинилась. Но была вынуждена учтиво сообщить о своей ответной радости от знакомства.

– Дамы, ваше общество, несомненно, очень приятно для любого, однако у меня назначена встреча, на которую я боюсь опоздать, – извиняюще улыбнулся его высочество.

– И почему я даже не сомневалась? – сморщив носик, спросила принцесса.

– Прошу меня простить, – изобразила Майя безукоризненный полупоклон, пользуясь моментом, – я так же вынуждена удалиться.

– Вы собрались куда-то вместе? – подозрительно перевела взгляд ее высочество с одного на другую.

– Нет, – ответили они… получилось хором.

– Понятно, – протянула та. – Вы же знакомы? Я уверена, что вы разговаривали недавно… госпожа сон Локкрест, у вас такая очаровательная младшая сестра, наверное, – повернулась она к Майе, – вам уже пора возвращаться к себе. Достаточно поздно… хотя… – она совершенно неподобающе для принцессы подмигнула, сейчас здесь так интересно и иногда можно ослушаться взрослых.

– Прошу прошения, – Майя оставалась серьезной, н находя причин для легкомысленных улыбок, – Похоже, вышло некоторое недоразумение. Я не младшая. Я старшая. Поэтому мне совершенно не нужно возвращаться в свою комнату.

– Старшая? – с интересом оглядела принцесса стоящую перед ней девочку. Ничего особенного. Ребенок как ребенок. Если не принимать во внимание взгляд и голос. Нейтральный и спокойный. В столь юном возрасте подобное контролировать сложно. У нее самой никогда не получалось. – Вы маг?

– Нет. А теперь прошу меня простить, но я собиралась найти кое-кого.

– Подождите. – остановила ее принцесса, видя что его высочество не торопится уходить, наблюдая ее разговор с девочкой. – Найти кого-то сегодня весьма затруднительно. Возможно, вы отправите слуг на поиски, – кивнула она на сопровождающих Майю на некотором отдалении Ариадну и Элен, – а мы с вами тем временем можем, к примеру… сыграть. Давайте устроим турнир. Нам для ровного счета одного человека не хватало. Вы же умеете играть?

– Умею. – кивнула Майя.

– Так это великолепно!

– Я играла всего с несколькими людьми. Поэтому будет неудобно мне принимать участие в подобном соревновании.

– Это всего лишь игра, – рассмеялась принцесса. – если бояться проиграть, то невозможно выиграть.

– Я не боюсь проиграть, ваше высочество.

– Тогда давайте поспешим! – улыбнулась принцесса, обращаясь разом ко все, словно участие присутствующих – дело решенное. – Что ж дорогой брат. Не будем вас отвлекать от серьезных дел. – постаралась изобразить она на лице безразличие к своим словам.

– Если дамы будут не против, – после короткого раздумья, наконец, ответил Лариф, – то я бы желал взглянуть на этот турнир.

Майя постаралась сдержать нейтрально-учтивое выражение лица, но чувствовала, что это дается ей с превеликим трудом. Словно невиданный до селе подвиг.

Ей всего несколько секунд не хватило, чтобы покинуть это место. А теперь она не могла просто так уйти. Принцесса желала играть. А она как высокая дворянка должна быть безупречно вежлива!

Стоило им подойти к столикам, как их сдвинули ближе слуги – словно тени скользившие за плечами своих господ. Были тут же доставлены нужное количество комплектов для игры, а так же деревянная коробочка с торчащими из нее восьмью палочками, по числу игроков.

Ее высочество первой потянула одну из палочек.

– Три зеленая! – демонстрируя цифру и окрашенный снизу кончик доселе скрытый в коробочке, поспешила занять место за столиком, вручая коробку Ларифу, и недвусмысленно кивнула на остальных участниц игры, предлагая брату помочь дамам с выбором жребия.

Майя, стоявшая последней, вытянула то, что оставалось – синюю четверку. Ее соперницей с зеленой четверкой оказалась Фелия.

Девочка представления не имела о уровне способностей своей сестры. Как впрочем, и всех остальных. После относительно недавней встречи с Лоримом, она достаточно часто играла. В основном с братом. Еще в школе она иногда играла с Ноэлем. Однако со времен, когда он покинул остров, за доской они не виделись. Еще были ее наставники – она нахмурилась, вспоминая о советнике. Для нее те партии были очень важны. Она считала, что они сближали… но как оказалось недостаточно сильно, что бы не быть преданной человеком, которому она столь сильно доверяла. Еще был профессор сент Мирер. Для него игра была способом переключить внимание, когда что-то не задавалось в его работе.

Все ее соперники были гораздо старше ее и имели многолетний опыт игры. Пусть те партии были больше обучающими, и она играла с форой… но она и вправду не ведала своей силы. Хотя все же с профессором сент Мирером они иногда соревновались в серьез.

Поначалу она не могла понять… несколько ходов Фелии были для нее странными. Нет – она делала классические комбинации. Но они не очень годились, учитывая ходы Майи. Тактика была неверной изначально, но похоже ее соперница этого не видела.

Тогда девочка повернула голову за третий столик – туда, где играла принцесса.

«Что это?! – смотря на доску, она глазам не верила. – Это партия? Чем они вообще занимаются! Что здесь вообще происходит?»

Масштабные праздничные мероприятия в Долине весьма редки. И именно этим они и ценны для пресыщенной роскошной жизнью знати. Именно на таких мероприятиях они могут продемонстрировать свой статус и свою значимость перед всеми достойными посетить празднество в Долине. Зачастую не замечая, что именно такие мероприятия наглядно демонстрируют пропасть между императором и дворянством. Показывают, насколько монарх недосягаем для простых смертных, коими предстают хозяева жизни.

Официальная часть, которая завершилась банкетом, стала для многих настоящим испытанием. Гостям были представлены изысканные и разнообразные кушанья. Взор и слух услаждали легендарные мастера из ведомства празднеств Долины. Кое-кто вел негромкие беседы с соседями по столикам, выражая восторг от происходящего и желая молодоженам счастья. При всем при этом гости должны были оставаться на своих местах, что является достаточно изматывающим для тела.

Министры, которым подобные многочасовые сидения были привычны, почти незаметно перенесли этот вечер. Чего не скажешь о тех из семей, кто был удостоен чести прибывать на пиру.

Молодым дамам и господам пришлось в последний час действительно тяжело. Их всегда холили и лелеяли. Создавая максимальный комфорт. Но сегодня их комфорт никого не интересовал. Оттого многие чиновники и высокие дворяне приставили к своим детьми дополнительных слуг, главной обязанностью которых было сообщать влиятельным родственникам, если с их детьми случиться что-то не совсем обычное.

Долина – это вотчина сон Локков. Даже не так. Это их мир. На время празднеств гостям позволено очень многое, но может так случиться, что не подозревая об этом, драгоценное чадо попадет в неприятности из которых не всегда можно выбраться живым, что уж говорить о здоровье…

Поэтому когда шел турнир в Ссоур между молодыми леди, когда в последнем туре сошлись дочь Великого герцога Империи и дочь министра Империи, отцу последней доставили сообщение.

Может быть игра юных барышень у слуг и не вызвала бы беспокойства… если бы не атмосфера.

Первый тур прошел относительно спокойно. Незнакомая для них и казавшаяся сущим ребенком девочка неожиданно победила. Тогда пошел шепоток, что играли сестры и старшая, уступила младшей. Но некоторые стали утверждать, что это младшая проиграла старшей. В следующем туре маленькой девочке выпало играть с принцессой. Партия была решена в считанные минуты. Теперь у игры были наблюдатели, оттого юным леди стало ясно – девочка очень сильный игрок. Но насколько сильный… их знаний и умений не хватало, что бы это понять.

А третья партия… Дочь графа Яра, который нешуточно увлекался этой игрой и не побоялся привить это чувство своей дочери… Одна из немногих леди в стране, которая на полном серьезе изучала Ссоур.

Только эти две госпожи сели за доску, как одна из служанок, тенью скользнула по дорожкам, спеша на доклад к графу Яру.

– Вот, похоже, и ваша очередь пришла покинуть наше общество, – заметил, посмеиваясь, один из дворян, обращаясь к графу Яру. Он первым заметил молодую служанку в отчаяние смотревшую на своего господина и не знавшую как пробиться к нему сквозь окружающих его господ.

Подобная сцена была не первой за вечер. Родители за сегодня заработают немало седых волос благодаря своим детям.

– Ваша светлость, кто же из ваших детей успел попасть в неприятности? – подхватил другой. – Ваши сыновья пример для многих, неужто они успели кого-то оскорбить или…

– Вы верите в это? – перебил один из собеседников. Седой как лунь старик, возглавлявший министерство международных отношений. С графом Яром их связывали весьма продолжительные деловые отношения. Сферы их деятельности оказывали сильное влияние друг на друга. – Скорее реки вспять потекут, чем дети его светлости совершат подобную глупость.

– И это верно, – зашептались придворные.

А графу не оставалось ничего иного как в открытую спросить, что же произошло с его дочерью. В отличие от остальных он точно знал, к кому приставлял эту служанку.

– Что случилось? – спросил он склонившуюся в поклоне девушку.

– Госпожа… госпожа играет с дочерью Великого герцога. – сбивчиво проговорила служанка.

Слышавшее это государственные мужи рассмеялись.

– Как и ожидалось от ваших деток, – расплылся в улыбке старик, – бои проходят, но только на поле доски.

– Ваша светлость, учитывая игру вашей дочери, барышня из герцогского семейства может весьма огорчиться, поняв, что не сможет соперничать с дочерью министра. – хмыкнул один из господ.

– А вам говорили, что учить подобному дочь, значит накликать на себя неприятности!

– С кем из ее светлостей играет моя дочь? – нахмурился граф, не понимая отчего простая партия вызвала беспокойство. Ирена была в хороших отношениях с некоторыми девочками обоих великих родов. Они даже учились в одной школе, пока год назад его дочь совсем не перешла на домашнее обучение, так как игра отнимала много времени.

– Это дочь Великого дома сон Локкрест. Я… я точно не знаю имени госпожи. Она, кажется, намного младше вашей дочери… но она обыграла одну из своих сестер и принцессу Карила.

– Принцессу? – настороженно проговорил старик. – Ее высочество проиграла ее светлости?

– Да, – еще сильнее ответила служанка.

– Будет не очень хорошо, если ваша дочь выиграет эту партию. – повернулся старик к графу. – Принцесса весьма добродушна, хотя может быть и вспыльчивой. Она любима своими братьями и родителями. А так же народом. Как бы не расстроил ее этот проигрыш… пожалуй я пойду с вами.

– Что-то еще? – видя, что служанка не поспешила скрыться, после доклада, спросил граф.

– Среди наблюдающих игру, младший принц Карила. – выдавила из себя перепуганная служанка. Она спешила сюда именно из-за того напряжения что витало в воздухе, когда молодые дворянки заняли место за доской. И про их высочеств даже и не думала. Но, похоже, господин может счесть это важным, поэтому она и упомянула о принце.

И вот за указывающей дорогу служанкой спешат уже не только отец молодой девушки, но и еще пятерка высокопоставленных лиц. Любопытство – черта свойственная всем людям в той или иной мере.

Пока шел, передумал о многом. Кроме того, что предстало глазам.

За столом, в окружении замерших в абсолютной тишине молодых барышень и принца, сидела его дочь с опущенной головой, пытаясь совладать со своими чувствами. Ирена слишком серьезно относилась к игре. И судя по ее виду – она проиграла.

У его драгоценного ребенка был весьма непростой характер – переходный возраст давал о себе знать почти постоянно. Она была максималисткой во всем. И вила веревки из отца с поразительным мастерством. Еще с раннего детства… она хотела игрушку – и всегда получала ее. Хотела школу, в которой учились ее троюродные кузины… и поступила! Конечно, без влиятельного родителя это было невозможно, но училась она так, что ей можно было гордиться… по крайней мере, оценки были самыми высокими из сверстников, пока она не увлеклась Ссоуром. Вся энергия этого ребенка теперь уходила в игру. Если бы она родилась мальчиком, то с таким упорством и целями, уже к совершеннолетию пополнила бы ряды профессиональных игроков. Хотя и будучи девушкой, была очень сильна.

Ирена Яр благодаря своей игре была одной из самых известных девушек страны. И именно из-за игры до сего дня не была обручена. Предрассудки и стереотипы общества, которые в прочем не на пустом месте возникли, не позволяли рассматривать ее в качестве жены среди представителей их круга. Это была цена известности.

И сейчас эта помешанная на игре девочка – проиграла!

– Чем таким интересным поглощены молодые люди? – пока граф застыл, рассматривая дочь, старик, обогнав его и сделав вид, что они тут просто мимо проходили, привлек к себе всеобщее внимание. – Ваше высочество, – поприветствовал он внуков императрицы.

Ее он узнал практически сразу. Просто не мог поверить, что это та самая девочка, которая несколько месяцев назад встретилась ему на уединенном балконе. Та самая, что была единственной ученицей одного из ведущих игроков в Ссоур. Значит она дочь Великого герцога. Только они могли бросить вызов общественным устоям и позволить девочке столь возмутительное занятие.

Граф был ярым поклонником игры. А еще он любил свою дочь и видел по ее лицу, что она проиграла. Ему не нужны были слова, чтобы понять – его красавица потрясена и расстроена. На то чтобы оценить обстановку и принять решение ушли всего мгновения.

Познакомиться с молодыми леди было делом нескольких минут. Как и несколькими искусными фразами организовать партию. Ему было искренне интересно сыграть с ней. Кроме интереса была и еще причина.

По обстановке было понятно – то чего они опасались – напряженности с их высочествами не было. Однако в это время и в этом месте собрались весьма разные представители высшего общества. Удачное стечение обстоятельств. Иначе и не назовешь.

– Могу ли я узнать уровень госпожи? – осведомился он, складывая белые камни в чашу. Девочка в это время возвращала в другую чашу черные камни.

– Не могу вам ответить. В основном это были учебные партии.

– Мне казалось, в школе у Ирен были уроки Ссоура. Я заметил, что вы очень хорошо играете. Наверняка ваши учителя упоминали что-то об уровнях.

– Я не посещаю эти занятия. – негромко ответила девочка.

– Да, конечно… в школе дают самые основы. А ваш уровень предположу, что достаточно серьезный. – осторожно проговорил граф Яр. Сегодня он задался целью показать наблюдающим, что его дочь не единственная нарушительница традиций. Что есть кто-то позволяющий девочке заниматься игрой с мастером. – Тогда… Возможно вы скажите, с какой форой играете с тем господином… некоторое время назад мы случайно встречались и вы уступили нам балкон, так как господин предпочитает свежий воздух.

Девочка замерла на мгновение.

– Два камня. – произнесла она.

Майя узнала этого человека, только ей не понравилось, что имя брата он по какой-то причине произносить не хотел. Этому было несколько объяснений. И некоторые из них вполне благородные. Только не все.

«Два камня!» – граф постарался скрыть удивление и придти в себя. – «Это же уровень… неужели она играет на уровне профессионала?»

– Тогда разыграем цвет, – кивнул он на доску.

Беспокоиться было не о чем. Этот ребенок покажет сильную игру.

На сегодняшнем мероприятии многие сошлись за доской. Только партии были не просто развлечением. Люди, что принимали в них участие, не были случайными противниками. А исход влиял на реальные дела империи. В большинстве своем.

Эта партия казалась случайной. Совершенно несерьезной. Но стоило на доске появиться первому черному камню, как все было решено.

Юная высокая дворянка, которой и в голову не придет – уступить и не показывать свой настоящий уровень.

Придворный и политик – умеющий добиваться поставленных целей.

Совершенно разный образ мыслей. Разное мировоззрение. Разные знания, представления и понятия. Два человека, чье общение в нормальных условиях не могло зайти дальше официального знакомства.

Они сошлись за доской, на которой начал выстраиваться рисунок.

Разговоры стихли. Только иногда раздавался тихий шепот наблюдающих. Они знать не знали, о каком господине шла речь в самом начале. И даже не поверили в серьезность намерения графа играть на равных. Но каждый белый камень, поставленный маленькой ручкой все больше свидетельствовал – министр не ошибся.

Поначалу стандартный рисунок обретал неповторимые особенности. Манера игры ребенка была совершенно непривычной. И она умело навязывала именно свой рисунок, ломая привычную тактику.

Когда граф сделал очередной ход, девочка ответила и поклонилась, словно признавая поражение.

– Я хотела бы закончить на сегодня. – проговорила она, поднимая голову.

– Закончить? – удивление и недоверие слышалось у многих в голове.

– Сегодня такой торжественный день, а наша партия затянулась. – ответила она спокойно.

– И правда, – борясь с собой и желанием продолжить, признал граф. Его цель уже давно была достигнута и сейчас, он действительно был поглощен партией. – Мы можем продолжить в другой день.

– Тогда прошу выбрать удобное время и место.

– Боюсь, ближайшие дни у меня заняты. Возможно, начало следующей декады?

– Следующая декада, – разочарованно проговорила принцесса. – Нас уже не будет в Империи. Могу ли я попросить прислать запись вашей партии. – обратилась она к игрокам. – Ваша игра очень интересна. Хотя боюсь, мне потребуется помощь, чтобы понять ее.

– Ваша светлость, – обратился один из зрителей к графу, – возможно ли сообщит о месте и времени продолжения партии? Раз уж мы начали смотреть, то хочется узнать, как все сложиться в дальнейшем.

– Да, конечно я извещу вас, – согласился граф. – Если конечно госпожа не будет против.

– Как пожелаете. – девочка оставалась совершенно спокойной. Словно они обсуждали погоду, а не «партию века», как совсем скоро окрестят это в широких кругах. И дело вовсе не в особой гениальности ходов… до партий мастеров тут далеко. Дело в личностях соперников.

Старшее поколение это прекрасно осознавало, младшему же было просто любопытно. В любом случае эта партия будет иметь последствия для всех.

Новая тема для разговоров быстро поползла среди гостей.

Неслыханная история – одна из дочерей Великого герцога… по истечении некоторого времени в качестве отца выступал то один, то другой… играет в Ссоур на уровне весьма далеком от того, которому принято учить юных леди.

Почти сразу стал всплывать вопрос – а за кого же ее думают выдавать замуж. Даже огромное приданое и принадлежность к столь знатному роду не помогут состояться хорошей партии при таком увлечении. Хорошей хозяйки из подобной девушки точно не выйдет.

Она всегда будет думать, что умнее мужа и перечить ему во всем. И кто будет заниматься домашним хозяйством? Руководить слугами и воспитывать детей? С таким то воспитанием!

На что слышались вполне закономерные ответы – размер приданного и подобные родственные отношения позволят сделать партию, даже самой последней страшиле, с явными признаками слабоумия. В этом же случае можно надеяться недостойных сыновей. Так что герцог найдет ей мужа. И рас встал такой вопрос, то почему бы не заслать сватов. Для свадьбы еще рано, но помолвку заключить будет в самый раз.

Тех, кто пришел к таким выводам, оказалось неожиданно много. Желающие породниться с великим домом пришли к заключению, что девушка имеет слишком явный недостаток и ее отец будет согласен на не совсем равную партию…

Чего только Майя о себе не слышала. Но вот фраза, что она неликвидный товар, пробила даже ее броню вселенского спокойствия.

Вечер совершенно точно перестал быть приятным. Искать брата, как она того изначально хотела, стало невозможно. Только пищи для досужих домыслов не хватало им подкидывать. Из такого маленького событие сотворить сенсацию – это нужно постараться. Она уже и так и этак думала, как бы вернуться в свою комнату, когда начался фейерверк.

В совей весьма недолгой жизни, Майя повидала их достаточно.

В школе, в Норкимгеме… даже из детства в Кариле парочку помнила. И не считала что ее можно чем-то удивить. Напрасно.

Благодаря магии, шум от залпов был достаточно тихим и не перебивал музыкальное сопровождение. Все музыканты долины одновременно играли одну и ту же мелодию, что позволяло распространить звук очень далеко. А в это время, словно под взмахом дирижера руководившего невидимым оркестром, начали распускаться гигантские цветы. А потом небо озарили огненные птица и дракон, парившие меж прекрасных цветов.

Когда огненное шоу в небе стихло на несколько мгновений, и Майя огляделась, то увидела, что все стоят небольшими группками. Люди наслаждались зрелищем вместе со знакомыми и друзьями. Вместе с семьей. А она стояла одна. Если не считать слуг за спиной, что словно тени сопровождали юную госпожу повсюду.

Майя улыбнулась. Где то там, среди гостей, были те, кто дорог ей. И они тоже смотрели фейерверк.

Их немного. Но они ее семья. Те, кто действительно любит ее такой, какая она есть. С ее жаждой знаний и умением играть. Те, кто не биться ее. И те, кто будет сносить все ее выходки, как бы плохо ей не было. Оставят одну, когда она того захочет. Но не уйдут. Потому, что любят.

Странные это минуты, когда сморишь фейерверк.

В эти мгновения ты представляешь рядом с собой тех, кто действительно важен. Даже тех, кто очень и очень далеко.

Маленькая девочка одиноко стояла посреди зеленого газона. Но именно сейчас она была не одна. Ее окружало так много людей. Семья… те из них кто действительно был семьей в ее сердце. Друзья. Все те с кем она так много лет дружила в школе. С кем она имела честь работать в империи. Те для кого она никогда не будет неликвидным товаром, что бы не говорил весь мир. Она помнила всю ту любовь и всю ту дружбу, которую получала.

Под взрывы салютов, на краткий миг, разгоняющий ночную мглу, она вдруг отчетливо поняла, какой счастливой и удивительной жизнью жила. То, что для других немыслимо – для нее реальность. И эту реальность ей помогли создать очень многие люди. Они как эти залпы, освещали и раскрашивали ее серое существование, наполняя его красками. После того случая в школе, что казалось, лишил ее всех красок мира, новые залпы разогнали беспросветный мрак. Лорим, такой вечно занятой, находил для нее время постоянно. Ал, не связанный кровью, но такой родной. Он стал настоящим братом. И первым смог пробиться к ее разуму. Ноэль и Рафаэла. Она незаслуженно отталкивала их и всех тех, кто был связан с ней, когда она обладала магией. Эти двое были настолько великодушны, что позволили вытерпеть ее холод.

Ее боль была огромна. Нестерпима настолько, что не было сил дышать. Лед был тем, что позволило выжить. Но теперь его нет. И пусть и с трудом, но она может дышать. И снова пожелать, пусть под покровом ночи, пусть только мысленно… пожелать разделить это прекрасное мгновенье с теми, кто действительно важен. Те кто дорог. С теми, кого она не позволит у себя отнять. И никакая древняя магия ей в этом не указ.

Ее не интересуют все. Только те, кто действительно в ее сердце.

Среди тех, кого она желала видеть рядом с собой, был и Лариф. Принц Карила, с которым некогда дружила и которого теперь ненавидела. Несмотря ни на что. Не смотря на всю ту боль, которую она испытывала, глядя на него, она видела его среди тех, кто был важен и дорог для нее. Он действительно принял ее такой, какой она стала. Она видела в его взгляде, что он не претворяется. Потому что понимает – прежней Майи не существует. Возможно, он понимает ее больше, чем все остальные… пусть и на три года, но магию он потерял.

– Это была я. – прошептала она, глядя на осыпающиеся огоньки. – Это я, по собственной воле шагнула под тот купол. Это не имеет отношения к магии или хранителю. Это было мое решение.

Где-то в уголках ее разума жило сомнение – она ли тогда делала выбор. Или это была магия, делавшая ее хранителем. Та, что призывала оберегать императорскую семью. Магия, не давшая уйти. Магия, из-за которой она лишилась части себя. Но она хотела видеть Ларифа рядом. А значит, то был ее выбор. Она сделала то, что считала нужным. И трусливо спряталась, боясь примириться с последствиями.

– Я сделала выбор. – шептала она. – А значит должна равно принимать и наказание и награду. Он жив. И это моя награда. Я лишилась истинного зрения – это мое наказание. Нельзя получить что-то не пожертвовав взамен. Как нельзя смешить Небеса, дуясь на свои же действия.

Когда отгремели последние залпы, лицо маленькой госпожи было залито слезами. Она не замечала их, смотря на волшебную феерию, но те, кто был приставлен заботиться о ней, посмешили аккуратно стереть влагу с лица.

– Вам нехорошо? – обеспокоенно спросила Ариадна.

– Вас что-то беспокоиться? Хотите вернуться к себе? – спрашивала Элен.

– Уже поздно, – кивнула девочка. – Мы можем пойти отдыхать. Это были долгие дни. Поэтому, выспитесь как следует сегодня. Думаю, завтра вам можно не спешить ко мне. Я планирую отдыхать до самого полудня.

– Спасибо госпожа! – обрадовано проговорили девушки. Их служба была вовсе не проста. И времени отдыха было мало. Господа редко сообщали о своих планах. И вставать приходилось с первыми лучами вне зависимости от того во сколько удалось лечь.

И они не спеша направились с этого праздника жизни.

– Ваша светлость, – на одной из дорожек к девочке повстречались юные леди, которых оказалось не столь просто обогнуть как всех остальных. С некоторыми из них она училась в имперской школе. – Разрешите наш спор.

– Слишком поздний час для споров, – холодно кивнула девочка, в знак приветствия и прощания разом.

– И все же, это не займет много времени, – не отставали они. – Как вы думайте, может ли девушка, нарушающая традиции и постигающая мужскую науку, выйти замуж за достойного человека?

– Это действительно сложная задача, для девушки, что тратит свое время на подобное образование. – Майя, примирившаяся с собой и со всем миром, не собиралась быть тем, кем ее желало видеть общество. Она сама принимала решения. И несла ответственность за них. – Для обычной барышни много удачных партий. А для такой удачной будет та, что и не снилась обычной барышне. К сожалению или к счастью, те кто не боится своих желаний и ответственности за их исполнение, не попадают под общий список правил. А теперь прошу меня извинить уже слишком поздно.

– Что это было? – доносилось из-за спины.

– Она считает себя выше других!

– Оставь ее. Детям этого семейства законы не писаны.

– Нашли кого спрашивать! Госпожу ледышку!

– Она вообще человек?

А Майя только снисходительно улыбалась, пока голоса не потонули в общем шуме.

Очнулась Майя в незнакомой комнате. Она лежала на большой кровати. Рассмотреть остальные детали мешал балдахин из нескольких слоев бирюзовой органы.

«Это уже было. После уличной драки я просыпаюсь в незнакомом месте». – мысли были достаточно вялыми. Не было желания шевелиться. И она просто лежала, рассматривая ткань, в которой запутались лучики солнца.

«Может мне еще поспать? – промелькнула ленивая мысль. – А что было вчера?»

Воспоминания сначала нечеткие все больше проступали из притупленного зельями сознания. Вот она движется в сторону резиденции. На них нападают. А потом глаза. Невидящие глаза человека отдавшего жизнь за ее защиту. Стоны раненых. Она не делала ничего, а из-за нее умирают совершенно незнакомые люди. Ей вдруг вспомнилось свое детство. Ее отец… бывший отец. Рюим Сайори. Его невероятная жестокость.

«За твои ошибки будет наказана она». – говорил он, кивая на ее маленькую служанку и единственного друга в том холодном доме.

– Они заплатили за мою ошибку. – незаметно для нее из глаз покатились слезы. – Кажется, теперь я поняла урок.

Солнечные лучи, играющие на воздушной ткани, больше не привлекали внимания. Вчера… если это действительно было вчера, она получила слишком жестокий урок. И даже ее жалкая попытка отбить нападение – не более чем ребячество. Сейчас, при свете дня, она видела, как опрометчиво поступила. То, что все обошлось, и она из-за этого не пострадала – счастливая случайность – не более.

Перебирая воспоминания, она не заметила, как к ней заглянула служанка. Увидев заплаканное лицо госпожи, она поспешила за лекарем, но почти сразу столкнулась с Верховным магом.

– Ваше сиятельство, – суетливо поклонилась она.

– Что-то случилось? – видя, как спешит девушка, спросил Вильям.

– Госпожа очнулась. И кажется ей нехорошо.

– Я взгляну. Если решу, что нужен лекарь, то позову. Можешь идти.

Верховный маг лекарем не являлся, однако лекарское искусство начал постигать еще в школе, как и многие маги, кто давал себе труд учиться.

– Майя, – он постучал в дверь, – Я могу войти?

– Да, – раздалось спустя долгую минуту. – Входите.

Залитая солнечным светом комната. Из-за приоткрытого окна доноситься пение птиц и шум города.

Сквозь ткань полога отделяющую комнату от кровати было видно, что девочка сидит.

– Как ты себя чувствуешь? Что-то болит? – сделал несколько шагов к племяннице, но остановился, не дойдя пары метров. Этикет с множеством правил посещения больных не давал ему возможности подойти ближе.

– Только слабость. Но она скоро пройдет.

– Тебе следует поесть. Я позову служанку.

– Постойте. – остановила она уже развернувшегося герцога. – У меня есть вопросы.

– Тебе следует подкрепиться сначала.

– Нет. Пожалуйста. Если вы позовете слуг, то мне еще долго мучится вопросами. Сколько их пострадало?

Уильям только головой покачал. Ей бы спрашивать, кто это сделал и почему, но она беспокоится о людях.

– Четырнадцать убитых и более пяти десятков раненых.

– Четырнадцать убитых… есть те, кого я могу знать?

– Не думаю, что есть. Из наблюдателей никто не погиб.

– Что будет с их семьями? – голос девочки был совершенно спокоен.

– Вдовам или матерям выплатят компенсации. Если есть дети оставшиеся сиротам, и они подойдут по возрасту и способностям, их отправят в Долину.

– А если нет?

– О них позаботятся. В империи действует несколько программ устройства таких детей.

– Те пять десятков раненых, о которых вы говорили…

– Они в лазаретах. Их лечение пройдет за счет казны.

– Хорошо. – кивнула она, не замечая, что сжала в кулаке одеяло так, что пальцы побелели. – Могу ли я позднее увидеть списки пострадавших? И информацию о их семьях.

– Я прикажу все подготовить. Могу ли спросить, зачем они вам?

– Что бы знать. – просто ответила девочка. – Эти люди пострадали из-за меня. Горе вошло в их дома. Разве не должна я знать их имена?

– Не следует винить во всем себя. Те, кто нападал, стремились не только тебя убить, но и как можно больше народу прихватить. Существует вероятность, что им была не столько ты важна, сколько…

– Вы сами в это верите? – перебила его Майя. – Не нужно рассказывать мне сказок, в заботе о моем душевном состоянии. Это была явна спланированная акция. Очень дорогая и наглая. Место достаточно тихое. Если им было важно именно количество пострадавших, как среди мирного населения, так и среди ваших подчиненных, то выбор места не самый удачный. Хотя им нужна была не только я, вы правы.

– Следствие еще идет. Пока рано говорить о причинах. Твой отец сейчас занимается этим.

– Но что-то же вам известно? Почему на меня напали? Кому я успела досадить настолько, что там задействовали…

– Знаю. – Оборвал он ее. – Там было очень хорошо спланированное и дорогое мероприятие, в котором замешаны маги и артефакты. Такое не планируют за несколько дней. Ты сейчас еще не отошла от лекарств, поэтому не думай много. Уверен, будь твой разум в порядке, ты бы и сама все это поняла. Позднее ты все обсудишь с отцом. А сейчас тебе нужно собраться. Через четыре часа твоя встреча в академии искусств. Я пришел узнать, сможешь ли ты на нее идти.

– Какая встреча? – недоуменно спросила Майя.

– Неоконченная партия с графом Яром. Альварес отправил от твоего имени согласие о времени и выбрал место. Нужно показать тебя обществу. Целую и невредимую. Словно вчера ничего не произошло.

– Вчера. Это ведь было вчера? Вы хотели поговорить со мной. – вспомнила Майя, с чего вообще все началось.

– Я хотел отправиться с тобой в Долину. – Вильям смирился, что завтрак подождет и опустился в кресло неподалеку от кровати. – Был удобный момент, чтобы провести тебя к Книге.

– Зачем?

– Что бы закончить церемонию, – как само собой разумеющееся ответил сон Локклест. – Ты похоже не знаешь.

– Надеюсь, вы объясните. Я думала, что довольно хорошо изучила все мероприятия. – девочка была неподдельно удивлена.

– Все, кроме одного. Все что касается Книги всегда скрыто от посторонних глаз. Хоть ты и Хранитель, а узнать тебе о некоторых вещах неоткуда. Вот будешь жить в Долине, тогда и сможешь узнать больше. Последний момент – тебе нужно вписать имя жены императора в Книгу.

– Постойте… разве Книга не сама себя пишет? Почему я…

– Книга и пишет. Но если в течении трех поколений имен предков в Книге не было, то имя нужно вписать. А так же можно добавить дополнительную информацию.

– А как же… я думала, что ее имя появиться в книге после ритуала.

– Свадебная церемония. Знаю, что выглядело все очень впечатляюще. Жених и невеста смешали свою кровь в пиале и расписались ею. А мы с Альваресом заверили документ, расписавшись чернилами из крови наших детей. Это таинство, которое происходит примерно раз в пятьсот, а то и в тысячу лет. Это не просто церемония бракосочетания. Эта церемония целостности семейств сон. Принцы женятся впервые при живом отце – императоре. Однако бывает, что императором принц становиться в очень юном возрасте или как в случае с его величеством, приходиться ждать совершеннолетия магов. Был даже случай, когда императором стал новорожденный младенец. Если случается подобное, то очень большая ответственность возлагается именно на Великих герцогов. И их семьи. Кроме ответственности нам достается власть. Большая, чем обычно. Во время церемонии мы подтверждаем, свою преданность императору повторно. Подтверждаем кровью наших детей.

– То имеет смысл. – отстранено сказала девочка. – Вероятно это все же рассчитано не на то, что император маг, а именно на малолетних императоров. Когда Великие герцоги дают клятву, он еще может быть мал, и рядом с троном будет стоять вероятнее всего его мать или кто-то из серебряных принцев, являющихся до поры наследниками. Это не столь важно, потому что реальной власти императора у них не будет. Церемония это еще и возврат власти законному владельцу.

– Все верно, – кивнул Вильям, не скрывая легкой улыбки. Это значение ритуала доподлинно было известно только главам родов. Однако им стоит почаще вспоминать, что эта девчушка один из Столпов. И ей должно знать то, что сокрыто от других.

– Но если император маг… он же не неразумное дитя? В случае с Алфеем…

– Он был уже в том возрасте, когда опека герцогов не требуется. – кивнул Верховный. – И все же согласно закону магов был несовершеннолетним. Вспомни его восхождение на престол? Он был очень болен. Первые годы нам с твоим отцом приходилось брать на себя несколько больше… Фактически только года три, как он смог полностью выполнять все государственные дела. Все было правильно. Осталось вписать имя.

– Значит, ее имени нет в Книге и мы не сможем узнать, причастна ли ее высочество к нападению.

– Девочки рассказали мне о вашей стычке с Дайорой накануне церемонии. Ты была несколько резка. Но организовать подобное нападение… – сомнение явно слышалось в голосе.

– Они не могли поведать вам всего. К тому же наш разговор на утро в день свадьбы никто точно не слышал. Не знала, что мои слова окажутся настолько точными.

– Точными?

– Я сказала, что для титула императрицы ей кое-чего не хватает. И пока этого нет, она не слишком отличается от наложниц, пусть и именовать ее будут иначе. Представьте мое удивление, когда выяснилось, что император не спешит провозглашать свою супругу императрицей? Полагаю, она может винить меня в происходящем.

– Ты здесь не причем. Его величество решил отложить это, задолго до свадьбы. В программе мероприятий этой церемонии не было изначально!

– Это уже не имеет значения. Она ненавидит меня, – Майя закрыла глаза и перед ней вновь предстала разгневанная девушка в свадебном платье. Ее взгляд… не требовалось слов, чтобы понять – Майе вынесли смертельный приговор, который исполнят при первой возможности.

– Даже если Дайора была как-то замешана, Книга нам того не скажет. Твой долг вписать туда имя. Поправляйся. Я постараюсь устроить нашу поездку в ближайшие дни.

– Почему только одно имя? Разве наложницы не…

– Жен вписывают после свадьбы. Наложниц – когда они будут ожидать ребенка.

– А что будет, если их не вписать? Настоящую Книгу читать же никто не станет? За исключением императора и наследного принца. Без этой записи их положение…

– Не изменится. – понял герцог к чему клонит девочка. – Однако если не вписать имя матери, дети не смогут носить титулы принцев или принцесс. Они не будут частью рода сон Локк.

– Как такое возможно? Разве Книга…

– Книга не всесильна. Она отражает практически всех детей императоров… только, Долина заполнена прекрасными девушками, которых манит корона. Девушками, которые, не смотря на свое высокое положение – всего лишь слуги императора. Если какая-то ему приглянется, то значит такова воля Небес. Но все это не значит, что девушка сможет стать частью рода. Понимаешь?

– Понимаю. Только если оба родителя записаны, имя ребенка при рождении появится само. Постойте… если тебя нет в Книге, значит, ты не считаешься частью рода. Тогда что на счет меня? Я не вписывала в Книгу своего имени. Более того, я уже несколько лет ее в руках не держала. С того самого дня, когда был юбилей Норкимгема. Я оставила тогда книгу императору и больше не видела ее.

В тот день, Майя подписав все документы, просто ушла. Но на последок, выбрала из документов тот, что касался наследника. Она подошла к возвышению и положила приказ на пол перед возвышением с троном. А на свиток легла Книга. Поклонившись, она просто вышла.

Было не правильно, что Книга находилась вне Долины. Но эта неправильность стала абсолютно очевидна, когда она читала указ. Наследники не случайно учились по этой книге. И не случайно, наследные принцы всегда были верны императорам… за исключением тех случаев, когда они не имели возможности изучать настоящую Книгу, как это было со старшим братом Алфея. А значит, особого выбора не было. Она должна была ее оставить. Притом так, чтобы никто кроме его величества к ней не прикоснулся. Были и другие варианты, но она позволила себе ребячество. Положила все на пол. Императору придется самому ее поднимать…

– Император тоже может вносить имена. Только не без кисти… – он отрицательно качнул головой, – ее не просили доставить во дворец.

– Значит, моего имени нет в Книге. Тогда почему все настаивают, что я полноправный член рода?

– Поправляйся. И вскоре мы полистаем твое сокровище… хотя, пусть и не по крови, но оба твоих родителя есть в книге. Детей нельзя вписать. Только супруг…

И в этот момент Майе действительно стало плохо. Она со стоном повалилась на кровать, закрывая лицо руками.

– Что с тобой, – обеспокоенно подскочил дядюшка, – тебе плохо? Так и знал что сначала еда!

Он только раздвинул шторки, чтобы проверить ее самочувствие, как Майя убрала руки от лица.

– Мне плохо, – призналась она. – Но не от голода. Я есть в Книге или нет? Там написано, что я Хранитель или нет? – спросила она.

– Хороший вопрос. Книге не дано знать прошлого… поэтом маловероятно, что в ней есть эта деталь.

– Но абсолютной уверенности нет? – потерянно спросила она. – Я должна ее увидеть. – решительно сказала она поднимаясь, собираясь вставать. И тут рука наткнулась на что-то твердое.

Истинные владельцы артефактов созданных при помощи высшей магии… не всех, но тем не менее.

– Не может быть, – сказала она ничего не понимающему Вильяму, который собирался ее остановить.

– Что не может быть? Вспомнила что-то?

Майя только вытащила руку из под краешка одеяла. Ей даже смотреть на нее не надо было. Она прекрасно помнила фактуру обложки и ее еле уловимое тепло.

– Как и печать, ее можно призвать. Вы же знаете это свойство печатей?

Верховный маг только кивнул, не сводя не верящего взгляда с Книги. Фокус с призывом печати он знал. У него было три подобных артефакта… те, которые он мог призвать. Кто бы мог подумать, что Хранитель, являющийся Столпом, может призывать Книгу.

– Майя сон Локкрест, – прошептала девочка, открывая книгу.

На странице было всего несколько строк. Майя сон Локкрест дочь Великого герцога империи Альвареса сон Локкреста и его супруги. И дата того злосчастного дня когда она потеряла истинное зрение. Боле там ничего не содержалось. Просто ее имя и имена ее теперешних родителей. И дата. Дата, когда в мире появилась Майя сон Локкрест.

Вильям тоже это прочитал, склонившись над девочкой.

– Как и ожидалось. Книга не отражает того, что было до того, как имя попало в книгу.

– Как оно вообще сюда попало? Его никто не вписывал…

– Альварес человек обстоятельный. Он провел полную процедуру принятия. И сделал все правильно, поскольку твое имя появилось в книге. Детей нельзя вписать. Они сами появляются. Только согласно этой книге – ты младенец. Сейчас это смешно, но лет через двадцать – твой внешний вид и возраст согласно Книге совпадут. Это забавно. Не находишь. Словно всегда была только Майя сон Локкрест. Все, что было до – просто не существовало.

– Вам кажется это забавным?

– Двадцать лет пролетят быстро. Время вообще штука странная. То тянется, то пролетает в одно мгновенье. Пройдет двадцать лет и тебе это так же покажется забавным.

– Что сегодня такое происходит? – переглядывались студенты. Их академия часто проводила различные мероприятия и иногда даже служила местом встречи правительственных делегаций. Академия искусств Норкимгема учебное заведение с международным статусом. Иногда ее называли государством в государстве. Нейтральная зона. Неважно, какие волнения происходят в мире. Да и в городе за его многотысячелетнюю историю бывало всякое. Но территория академии всегда оставалась нейтральной землей. Даже императоры уважали это право в древних стенах никого никогда не арестовывали. История знает немало случаев, когда пытаясь уйти от наказания, преступники ухитрялись поступить в академию учиться. А если им было что предложить, то даже устраивались преподавателями.

Академия искусств Многие впервые услышав такое название, подумают, что там изучают живопись, скульптуру, музыку, танцы И будут правы только частично. Академия искусств это место, где собираются таланты со всего мира. Совершенно любое занятие может быть возведено в ранг искусства. Государственное управление. Лекарское дело. Сельское хозяйство.

Поэтому здесь существует много факультетов и групп. В среднем на каждого преподавателя приходится по два студента. А еще это место находится полностью на обеспечении империи. Большая часть студентов из весьма обеспеченных и влиятельных семей разных стран. Но никто за обучение и медяка не платит. Странное место. Со странными законами и правилами. Место, в котором на время учебы студенты должны отказываться от своего имени. Им дают новые имена. И новые фамилии. Сокурсники становятся братьями, несмотря на различия рангов, положения в обществе и даже подданстве. Самая знаменитая академия мира. И самая странная.

– Сегодня что, день открытых дверей? Я видел на территории симпатичных девушек!

– Слышал, что факультет Ссоура собирается в демонстрационном зале. У них там будет разбор партии, которую обсуждают даже в столице все последние дни.

– Разбор партии? Для этого ее сначала должны закончить.

– Ее прямо сейчас дальше разыгрывают в комнате «весенней зари».

– Значит, среди тех девушек была…

– Ага. Дочь великого и ужасного его темнейшества.

– У каменюк занятия, значит, перенесли, чтобы они игру смотрели. А как же мы?

– Они увидят только партию. Но не игроков. Та весенняя комнатушка рассчитана всего на семерых наблюдателей комиссию и секретаря партии. А это значит, что прекрасная свита высокой госпожи ждет где-то свою хозяйку в другом месте.

– Точно брат! Дамы скучают!

Вот так примерно и реагировала большая часть учащихся на очередное неординарное событие. Хотя были и те, кто стремился попасть в демонстрационную залу. А оказавшись на месте, начинали удивленно крутить головами. Так как помимо студентов и многих преподавателей там были и гости академии дворяне, чиновники и непонятным образом затесавшиеся путешественники, среди которых оказалась парочка послов.

В последние несколько дней в определенных кругах империи очень популярной стала неоконченная партия в Ссоур, доиграть которую пытались сотнями способов представители различных сословий и возрастов.

Подобный ажиотаж могли вызывать только партии профессионалов на турнирах за титулы, которые обычно длились по нескольку дней. А тут огромнейший интерес вызвала партия обычных, на первый взгляд, любителей. И все из-за личности одного из игроков дочери Великого герцога Империи.

Слухов и сплетен о начале партии за несколько дней по всему городу разгулялось неприличное множество, как впрочем, и о его участнице высокой дворянке. Чего только о ней не насочиняли. И то, что она не совсем нормальная не в смысле внешне, а только с головой не совсем порядок. Поэтому ей и позволяют учиться совершенно не женской игре. Эта версия встречалась чаще всего. Были и другие, так же связанные со здоровьем. Второй по популярности слух девочка на самом деле инвалид, прикованная на всю жизнь к креслу. Она жила вдали от общества в одном из семейных поместий, поэтому ей позволяли многое. В том числе и учителя в Ссоур. И только в последнее время начала постепенно вставать на довольно слабые ноги.

Высокое положение и огромные деньги. И партия с одним из министров империи. Внимание многих сосредоточилось на них. Тот достаточно редкий случай, когда победа и поражение уже не имеют особого значения. Уровень, который уже показала представительница великого семейства, был понятен профессионалам. А общество со вкусом обмусоливало тему соперников. Единственное в чем совпадало мнение большинства настоящую игру им могут и не показать. В смысле, что министр постарается проиграть.

Все же они не профессионалы. Один политик, другая высокая дворянка, у которой папа политик.

– Ходы молодой госпожи не всегда ожидаемые, – переговаривались меж собой преподаватели.

– Стиль с момента первой половины партии изменился, – кивал другой.

– Она практически не раздумывает над ходом противника они же не на время играют, так почему она так спешит?

– Возможно это ее тактика?

– Вероятно. Не может же она столь быстро просчитывать все ходы!

– Верно!

– В любом случае, эта девочка весьма талантлива. Если бы в академии могли учиться девушки, я бы хотел видеть ее в своей группе.

– Постойте коллеги, у нее наверняка уже есть учитель. С таким уровнем ученицы, он должен быть весьма известной личностью. У кого она берет уроки?

– Смотрите, смотрите! Это еще несколько ходов, но похоже, все может закончиться ничьей!

– А они не могли сыграть заранее и сейчас все просто повторить? – высказался скептическим голосом старейший из профессоров.

– С чего вы так решили?

– Проще поверить, что все спланировано. Чем в то, что девчонка свела все к ничьей.

– О чем Вы, господин Лойт?

– У нее была возможность вчистую разгромить соперника. Но она выбрала иной путь.

– О чем Вы?

– Левый верхний угол. Там весьма интересная комбинация. И не случайная. Это не странные и непонятные ходы. Если подумать, то это весьма старая манера игры. Очень и очень старая. Среди современных игроков пожалуй похожие комбинации иногда использует только один человек.

– Кто же это, учитель? – спросил один из студентов. Сейчас тот же самый вопрос мучил и профессоров.

– Бездарь, – треснул старичок по голове сложенным веером задавшего вопрос. – Так вы к экзаменам по истории Ссоура готовитесь?

– Учитель! – протестующее взвыл бедолага, потирая голову. – Там такого не было! – обижено заявил он. – Точно в этом уверен он не был, но предположил, глядя на растерянные лица остальных.

– Это было бы, дай вы себе труд изучить дополнительную литературу!

– Вы про ту сотню томов допотопного периода? – подозрительно спросил несчастный. – Это же такое старье! Ссоур стал более совершенен и сложен…

– Дурак! – оборвал его старик. – Допотопный, говоришь! Да ты даже не понял, что это! Если этим сыграют против тебя, ты даже не поймешь, что уже мертв! Есть контратаки для этого. И отыграть все просто. Если заметить и понять! Поэтому эта комбинация со временем перестала использоваться. Вся группа не будет допущена к экзаменам, пока не напишете доклады на тему комбинаций периода старой династии не используемых в наше время. И если я увижу у кого-то две одинаковые комбинации обе работы будут не допущены до защиты.

– Учитель! – с еще большей обидой взвыли студенты со своих мест.

– Вы господа – повернулся он к молодым коллегам. Что бы вы противопоставили такому игроку? Тактика или просчет ходов, говорите вы? Либо эта игра блестящая постановка, либо эта девочка учится и играет с мастерами, не чуждыми старинных школ. С теми, для кого победа или поражение не имеют никакого значения.

– О чем вы? – не выдержал один из профессоров, даже, несмотря на риск нарваться на специфическую реакцию весьма эксцентричного старичка.

– Когда-то я играл с одним мастером… Я тогда был еще молод и глуп и только готовился стать профессионалом. Мне тогда показалось, что я выиграл. По правилам, победа была именно за мной. После того как я поблагодарил его за партию, он сказал «Это я благодарен. Эта картина легкая и простая и в то же время она прочная и мощная. Это именно то, что я искал. Спасибо, что помог создать ее». Я не понял его слов тогда. Только с годами, уже имея учеников, я смог осознать его слова. Ту партию он мог выиграть. Но тогда бы он сломал рисунок. Целая группа моих камней могла умереть, пожелай он этого. Иногда, чтобы получить определенную картину нужно позволить сопернику выиграть. Даже сразись мы сейчас, уверен, он бы и как сотню лет назад, дал бы мне выиграть, только чтобы рисунок стал таким, какой он желал видеть.

– Профессор, но кто может вам противостоять?! Вы же живая легенда! Семь ваших учеников в наше время владеют титулами! Да если бы вы пожелали, то собрали бы все действующие титулы!

– Успокойтесь. В официальных матчах вы их не встретите. У того человека нет игровых титулов. Он даже не в реестре профессионалов. Они не игроки, они художники.

– Художники? – спросил один из дворян. Профессор Лойт был всемирно известной фигурой во многих кругах. Если он что-то говорил об игре, то это воспринималось как истина в последней инстанции. Только истины эти были почти всегда туманны и непонятны. – О каких художниках вы говорите?

– Ни к чему эти вопросы. Даже если вы столкнетесь с такими противниками в реальности, вы этого даже не заметите.

– Вы хотите сказать, что эта девочка может обыграть многих профессионалов?

– Как и ожидалось. Вы ничего не поняли. Это словно два разных мира. Слова и формы похожи. А смысл иной. Вот вы когда-нибудь слышали о Небесном Ссоуре?

– Что это такое? Какая-то храмовая разновидность?

– Нет. Это восприятие игры. Господа студенты, если кто-то из вас ладно, можете действовать всей группой, расскажет мне о Небесном Ссоуре, обещаю высший бал на выпускных экзаменах. Даже если вы на них не явитесь.

– Выпускной?

– Это тот, что на седьмом курсе?

– Профессор! – взвыли несколько человек.

– Да, – посмеиваясь, кивнул вредный старик, – У вас целых четыре года, чтобы найти ответ.

– А может, проще ее светлость спросить? – негромко поинтересовался один из послов, внимательно прислушивающийся к разговору. – Вы же подозреваете, что она играла в это самый Небесный Ссоур?

– Все может быть. Только подобное восприятие и расчет даже мне недоступны. Знаний не хватает. Смотрю на всех вас и вижу, что вы опять ничего не поняли. Не пугайте девочку своими подозрениями в тайном искусстве. Я вел речь не о ней. А вы, – снова повернулся он к студентам, – чтобы все сто томов прочли! Или они или ответ на мой вопрос. Иначе выпускные вам не сдать. Уж поверьте!

Небесный Ссоур. Игра доступная только магам. Очень особенным магам. Исходя из образа их мышления, доской являлось все небо, а камни точно звезды. Но если человеку с земли звезды кажутся светящимися точками на огромном полотне, то небожитель воспримет их как совершено различные объекты в огромном пространстве. Объекты со своими характеристиками и координатами. Они видят одну картину. Но для одного это просто схема или рисунок. А для другого вселенная, которую он строит. Небесный Ссоур великое мастерство, не доступное не только простому человеку, но и большинству магов в силу отсутствия знаний, понимания и восприятия.

«Если эта девочка имеет подобное восприятие, то она должна быть Мастером конструктором магии в ее игре есть нечто похожее от игры малыша Лорима и эта тень только один «человек» оставлял подобную тень брат старинного советника вечного короля. Но этого просто не может быть. Если это не постановочный бой, в котором я почувствовал ходы малыша Эрунамо, и который он вполне мог бы разработать, то это весьма и весьма интересная девочка. Но говорили же, что она ребенок, а значит это точно постановка. Точно, точно. Именно постановка. Нужно будет отругать этого шутника».

Занятый своими мыслями, он прошел в другой корпус академии. Предположения предположениями, а хотя бы мельком взглянуть на ребенка, для которого мог разработать партию один из его самых талантливых учеников, он желал.

Первое что бросилось в глаза при подходе студенты, взявшие в осаду здание. Они старались не привлекать особого внимания, однако их количество и творческий подход к процессу маскировки заставил старика сдерживаться, дабы не помереть на месте от хохота.

Вскоре реакция молодежи стала понятна. Юные барышни, окружали два роскошных закрытых паланкина.

– Малец, – дернул он за шкирку сидящего в засаде студента, который раза так в три габаритами превосходил старика. К нам что, императорские особы прибыли? К чему такая свита?

– Там там… заикаясь, начал парень.

– Что там? – нетерпеливо перебил его Лойт.

– Там ее темнейшество то есть, ее сиятельство великая герцогиня.

– Парадный выезд герцогини с дочерью, значит. Ну и театр они тут устроили! – бурча себе под нос, пошел он дальше. – Хорошо хоть охрану сюда не пускают. Обычную охрану, поправился он, увидев у входа девушек в весьма характерной форме. С оружием посетители на территорию не допускались. Правда, в уставе шла речь исключительно о мужчинах. Женщин упоминать видимо не посчитали нужным.

Препятствовать старику в мантии преподавателя никто не стал. Даже двери, стоило ему подойти ближе, учтиво распахнули. Все же есть некоторые люди в этом городе, которых знают абсолютно все. Профессор Лойт определенно входил в этот список.

Партия должна была вот-вот закончиться, и старик устроился в холле, за одним из чайных столиков.

«Дети в семьях Великих герцогов – размышлял профессор. Если хорошо об этом подумать, то они вовсе не публичные личности. Сыновья, как правило, учатся, не пользуясь именем великого семейства, да и на службе известны всегда были только главы родов. Насколько слышал, многие из детей служат, но и там они скрывают свое происхождение. Так уж повелось, что наследник получает все, а остальные должны сами всего добиться. Однако странно я никогда не слышал, чтобы и дочери шли по этой же дороге. Герцоги маги. У них есть дети, владеющие даром. Но среди тех детей точно не было игроков. Да и уровень этой девушки слабым не назовешь. Среди студентов даже и не знаю, есть ли для нее противники».

Прошло немного времени и двери «Весенней зари» распахнулись, наполнив доселе тихое помещение восторженными разговорами.

– Это было действительно великолепно! – раздалось из-за дверей. – Такую партию редко и на соревнованиях увидишь. А наши студенты, смею заметить будущие профессионалы!

– Совершенно точно! – вторил кто-то. – Партия любителей, которая может поучить и профессионалов. Думаю, что на ближайших заседаниях факультета мы ее непременно разберем!

– Господа, не стоит так сильно преувеличивать, – запротестовал граф Яр, но судя по голосу, слова мастеров ему льстили. Как мы можем сравниться с людьми, что играют и разбирают сотни, а то и тысячи партий в год. Ссоур прекрасная игра и я всем сердцем ее люблю, однако государственные интересы превыше всего, и я не могу уделить ей и десятой доли времени, что посвящаете вы!

– А Вы, леди сон Локкрест? Как много играете Вы? – обратился к ней один из профессоров. – Ваш стиль игры довольно нестандартен. В наше время некоторые ходы, используемые Вами, практически не встречаются.

– Я играю непозволительно мало. И вы верно заметили, я училась по очень старым учебникам, сдержанно ответила Майя. Игра вызвала в ней противоречивые чувства, от которых она еще не отошла. Напряжение, волнение, ожидание и тоску. Хотя именно сегодня она играла, стараясь не замечать золотых нитей заклинаний, что рисовало ее воображение. Не замечать, как разум выдает формулы. Сегодня у нее была только одна задача незаметно свести партию к ничьей. И она справилась. Это все, что имеет значение сейчас.

– Все верно, профессор Лойт поднялся из кресла и шаркающей походкой направился в сторону Майи. Наша академия неслучайно славиться своими выпускниками. У нас сильные преподаватели, большая библиотека и множество соперников разных уровней. Если учителей и книги с должным старанием найти можно, то соперников Вам должно не хватать.

Профессор был действительно удивлен, что леди сон Локкрест оказалась такой маленькой девочкой. Однако, взглянув в ее глаза, все сомнения о постановочной партии развеялись сами собой. Именно такой взгляд он видел у многих своих учеников. У тех, что шаг за шагом шли по дороге мастерства. Если они делают что-то, то посвящают себя этому целиком и полностью. Вкладывают всю душу. Такой человек не будет играть кем-то написанную партию. Он создаст свою. Даже если ей не будет хватать мастерства и блеска. Даже если она покажется сырой и плохо сыгранной. Такой человек шаг за шагом будет идти по дороге медленно, но верно обходя других. И однажды все, что останется другим это видеть спину, с каждым днем удаляющуюся все дальше и дальше.

– Профессор Лойт, – приветственно кивнула герцогиня, так же присутствовавшая в комнате «весенней зари» во время партии. Дамам ее положения так же не был чужд Ссоур. Женщины с высоким интеллектом и адекватной самооценкой частенько играли со своими мужьями или сыновьями. Преимущества возраста и статуса в обществе. Только эти преимущества не афишировались.

– Ваше сиятельство, – поклонился он герцогине, – как много времени прошло, а Вы еще помните старика. Для меня это большая честь.

– Полноте, Вам. Как можно забыть одного из величайших мастеров за всю историю империи, учтиво улыбнулась ее сиятельство.

Профессор Лойт вот уже более сотни лет одна из ярчайших и не тускнеющих звезд Ссоура. Небеса не дали ему дара магии, зато наделили куда более редким даром. Его умственным способностям мог позавидовать кто угодно.

В свои сто двадцать один год он оставался еще бодрым стариком, живым, что удивительно для человека, рожденного без дара. И с весьма эксцентричным характером. Он ухитрялся терроризировать не только студентов и преподавателей академии, но и тех, кто выпустился десятки лет назад. Забыть этого старикана да проще имя свое позабыть, чем его. Это касается и родственников тех счастливчиков. Кто бы мог подумать, что ранее сам Великий герцог у него уроки брал.

– Ваше сиятельство, Вы воспитали весьма удивительную дочь.

– Это так. Должна признаться, что и сама удивлена уровнем игры Майи. Поразительно, сколь много могут дать книги, герцогиня говорила чистую правду.

Партия, свидетельницей которой ей посчастливилось только что стать, была действительно сильной. Назвать ее приемную дочь одним из сильнейших любителей в стране теперь по праву может огромное число почитателей этой игры.

Как свою приемную дочь, герцогиня Майю не воспринимала. Она предпочла бы праздновать ее похороны хоть завтра. Однако, эта девочка была очень необычной и сильной фигурой. Пользу, которую она принесет для рода и для страны сложно предугадать. И она, по велению Небес и ее мужа, носит фамилию сон Локкрест, а значит это актив семьи. Игра в Ссоур на столь высоком уровне перестает быть недостатком и становится достоинством. Странным и непонятным. Противоречащим устоям общества. Вызывающим волну возмущений.

Ну и что из этого? Великая герцогиня одна из тех, кто может диктовать правила. И всем несогласным останется только одно склониться пред ее волей.

– Небеса послали моей дочери великий талант. Поэтому мы с его сиятельством не могли проигнорировать это. Как жаль, что она была вынуждена учиться дома.

– Домашнее обучение весьма ограничено. Одна партия в академии этого недостаточно, чтобы показать свое мастерство, – кивнул своим мыслям профессор Лойт. Через два месяца стартует ежегодный турнир трех звезд. Студенты будут играть партии с молодыми профессионалами и любителями. Во время поединков многие действительно улучшают свою игру и расширяют горизонты. Вы даже сможете побороться за звезду.

– Звезду? – удивленно переспросила Майя. Она знала все, что касалось профессиональных титулов с раннего детства, брат ей много о них рассказывал. Однако он сразу начал бороться за высокие титулы и многое пропустил.

– Сильнейший молодой профессионал, сильнейший любитель, сильнейший студент. В турнире существует возрастное ограничение профессионалы до двадцати лет, все остальные до тридцати. Это достаточно серьезный турнир. И не стоит недооценивать любителей. Среди них много учеников ведущих мастеров.

А профессорский состав в это время старался сохранить лицо и не показать шока от предложения их старейшего коллеги. Они сами могли только шутить на тему того, что девочка соответствует уровню академии. Даже сегодняшняя партия выходила за рамки. Представить, что в предстоящем турнире будет участвовать девочка это скандал. Притом всемирного масштаба!

Академии и институты, в которых обучают Ссоуру, существуют во всех странах. Там проживают сильные мастера, специализирующиеся на подготовке учеников. Только вот все титулы международные. Единая система титулов на все страны. Оттого и шутки ходят дворянский титул стоит меньше, чем титул мастера Ссоура.

– Мы обдумаем ваше предложение! – ответила Великая герцогиня. – До какого срока необходимо предоставить ответ?

«Что здесь происходит? – думали многие. Я сплю и это какой-то ненормальный сон!»

Если предложение еще как-то вписывалось в представления о профессоре Лойте, то Великая герцогиня начисто ломала все тысячелетние стереотипы.

В городской резиденции Майя оказалась только в сумерках. Герцогиня не стала оставаться в Норкимгеме и вернулась в Столицу.

За день с ее сиятельством они обменивались только дежурными фразами, которые от них и ожидались. Герцог решил показать, что произошедшее накануне покушение провалилось целиком и полностью. Однако рисковать безопасностью приемной дочери он не намеревался. Академия Искусств для подобных партий вполне логичный выбор. А сопровождение матерью юной барышни залог соблюдения всех приличий и обеспечение немалой свиты из слуг и охраны.

Ночь и день стали для девочки серьезным испытанием. Однако ее отец считал необходимым поговорить с Майей именно сейчас. Сон Локклест передал ему пожелание о списках раненых и погибших. С одной стороны, как отец он должен был гордиться, что его дочь не отмахивается от заботы о семьях пострадавших. Большинство на ее месте, даже не подумали бы побеспокоиться о людях, попавших в беду из низших классов. С другой стороны такое отношение могло стать проблемой.

– Хорошо ли прошел день, дочь? – встретил он ее в своем кабинете, куда слуги препроводили молодую госпожу, стоило ей оказаться на территории дома.

– Сегодня был замечательный день, – поздоровавшись легким кивком, она заняла кресло напротив стола. Выпрямила спину, руки положила на колени, предварительно поправив складку платья. – Отец.

– Слышал о твоих успехах в Академии, – собственноручно наливая чашку чая и протягивая ей, он жестом приказал слугам удалиться.

– Ранее мне не доводилось играть подобные партии, осторожно делая глоток ароматного напитка, ответила Майя. В наряде, подобранном для официального выхода, она напоминала фарфоровую куклу. Спокойное выражение лица только усиливало это впечатление. Так как вы не оставляли особых пожеланий о результатах игры, то я играла на свое усмотрение.

– Признаюсь, я как-то упустил этот момент. Хотя для меня это должно было быть очевидно господин Эрунамо настоящий Мастер. А незаурядность твоих способностей я даже не удивлен. Наверное, меня сможет потрясти только твой провал или незнание чего-либо.

– Благодарю за столь высокую оценку, тихо ответила девочка. Надеюсь, моя сегодняшняя игра не будет иметь неприятных последствий. Современное общество не приветствует женскую игру, которая хоть немного превосходит начальный уровень.

– Современное общество может приветствовать все, что считает нужным. Однако это не значит, что общество может запретить тебе совершенствоваться в чем либо. Надеюсь, у тех, кто наблюдал сегодняшнюю партию, возникнет желание стать сильнее, а не обсуждать твои неподобающе для девушки высокие навыки. Те, кто выберет первое достойны внимания. Те, кто выберет второе не достойны даже упоминания.

– Несколько дней я то и дело слышала, что моя игра может стать большой неприятностью. Рада слышать, что это не доставит вам лишних неудобств.

– Ты, вероятно, слышала, что некоторые дома засылали сватов после императорской свадьбы, рассчитывая, что в выборе твоего будущего супруга я не буду слишком взыскателен? – не смог сдержать смех Альварес. Последние дни были настоящим адом, но он получил просто небывалое количество сообщений о подобных встречах. В том числе и от своей жены, которой пришлось столкнуться с непрерывным потоком женихов, не имеющих возможности переговорить с главой рода.

– Твоя свадьба дело давно решенное. Ты еще слишком молода. Возможно, лет через десять пятнадцать, когда Небеса позволят тебе достаточно вырасти, мы проведем церемонию. Это значительный срок, и все еще может поменяться. Возможно, и не одно десятилетие придется подождать. Надеюсь, ты примешь мое решение.

– Я понимаю, – серьезно кивнула она. Мое положение слишком необычное. Только вы способны учесть все особенности, дабы брак не причинил вреда стране. Если честно, я достаточно думала об этом, и пришла к заключению, что в моей ситуации брачный союз практически невозможен.

– Действительно, все непросто. К счастью, рациональность в тебе берет верх над чувствами и желаниями. Даже не так. Из того, что знаю о тебе твои желания и чувства направлены на то, что рационально и логично. Поэтому я верю, что ты справишься со всем. Справишься так, словно для этого ты и была рождена.

– Я постараюсь оправдать ваши ожидания, когда придет время, спокойствие девочки казалось просто непробиваемым. Барышни ее круга практически не имели права голоса в выборе супруга. Однако повлиять на принятие решения стремились. Майе же, казалось, до этого вопроса и вовсе дела не было.

– Не хочешь узнать, кого я выбрал? – нахмурился Альварес. Сообщать он об этом не желал, но и реакции на свои слова иной ожидал.

– Зачем? – просто спросила она. – Вы приняли решение. Возможно, ситуация за следующие годы изменится и вы измените свой выбор. Если же назовете имя сейчас это может доставить неудобства в дальнейшем.

– Своим доверием ты ставишь меня в неудобное положение. Полное отсутствие интереса с твоей стороны как минимум выглядит странно. Но сегодня я хотел поговорить с тобой о другом. Это, он передвинул тонкую стопку листков в сторону девочки, – то, что ты просила по погибшим и раненым. И из-за этой твоей просьбы у меня появился вопрос. Почему ты вчера вмешалась в бой?

– Я рассчитала все свои действия и при минимальных усилиях смогла все закончить.

– Вопрос был не о том. Почему ты вмешалась? – настойчиво повторил герцог.

– Я видела доступный способ прекратить нападение. Мой расчет был верным!

– Майя, я знаю, что ты все просчитала. И оценила всю доступную информацию, прежде чем начать действовать. Ты закончила бой. Почему? Думаешь, без тебя бы не справились?

– Это было логично…

– Почему? – с нажимом повторил он. – Ты нарушила протокол. Почему?

– Они гибли из-за меня, спокойствие лопнуло как мыльный пузырь и ее голос сорвался. – Они умирали из-за того, что кто-то решил, что может меня убить. Я могла это прекратить. И я прекратила.

– Больше так не делай. Ни-ког-да! – теперь герцог олицетворял собой вселенское спокойствие. – У Империи много слуг. И много поданных. А ты одна такая. Все, кто был в том месте, могли бы погибнуть. Но ты должна была оставаться в безопасности. В этом мире только один человек, ради которого ты можешь рискнуть жизнью. Твоя жизнь принадлежит тебе только отчасти. Очень маленькой части. Твоя смерть же она не принадлежит тебе вовсе. Я понимаю, ты стремилась стать магом, постигала правила высшего общества и даже успела поработать в одной из государственных организаций. Вот только ты не маг, не высшая дворянка и не государственный служащий. Ты Столп. Залог спокойной жизни миллионов. И когда твои слуги будут умирать за тебя, ты можешь вмешаться лично только в том случае, если это единственный для тебя способ выжить. Во всех иных случаях примешь их жертву с благодарностью в сердце и невозмутимостью на лице. Как это сделала бы на твоем месте любая высшая дворянка, коей тебя видит весь свет. Ты поняла?

– Я понимаю, – нехотя выдавила из себя Майя.

– Ты все понимаешь. Значит, и поймешь мои следующие уроки. Иногда лекарям приходится проводить ампутации. Лишать человека его части, чтобы сохранить жизнь. Иногда, когда идет смертельное поветрие, приходится выжигать населенные пункты, не оставляя никого в живых, чтобы оградить других и не дать заразе распространиться Этот урок не преподают ни в школах, ни в академиях. Уметь решать кому жить, а кому умереть. Отдавать приказы и смотреть, как их приводят в исполнение. Ты должна научиться тому, что должен уметь любой из Столпов. Выносить смертный приговор. Ты ценишь человеческую жизнь, кому бы она не принадлежала. И я искренне рад этому, так как научить милосердию куда сложнее Скажи, какое наказание сулит напавшему на одного из глав родов?

– Смерть. Смерть этого человека, и всей его семьи включая родственников до третьего поколения. Если это попытка убийства, то казнят всех, не взирая на возраст и пол. Но я не глава рода.

– Вот только не нужно делать вид, что ты просто одна из дочерей сон. Все ты понимаешь. И в этот раз выносить и зачитывать приговор будешь ты. И на казни ты будешь присутствовать.

– Они не знали, что покушаются на Столп – Майя была в настоящем ужасе от слов герцога. И возможно, немногие знали, что я из семьи сон! Вы не можете.

– Майя, это не важно, оборвал он ее. – Их будет много. Очень много людей, которые не причастны. Старики. Дети. И всем им ты вынесешь приговор. Это не жестокость. Это закон. Закон, благодаря которому эта страна все еще существует. Вынести приговор убийце легко. Вынести приговор ребенку, который еще не умеет ходить и чья вина лишь в том, что он родственник преступника это сложно.

– Ребенка вы говорите, чтобы я отдала приказ казнить детей их матерей и дедушек Чтобы я отдала приказ уничтожить семьи? – шепотом переспросила она, хотя и понимала все что ей сказали. Ответы были не нужны. Все было понятно. Законы империи суровы к тем, кто покушается на целостность страны а более всего на тех, кто является сердцем страны главы родов сон Император и Великие герцоги Столпы. Она не глава рода. Но она Столп. И герцог решил в данном случае руководствоваться не буквой, а духом закона. Покушение на Столп это измена. В любом случае смертные приговоры из-за подобных случаев выносились и приводились в исполнение.

– Я не глава рода. И не чиновник, который имеет право судить. А вы хотите сделать меня убийцей!

– Убийцей? Смерть следствие многих ошибок. Виновных чаще всего может покарать только судьба. По настоящему виновных люди покарать не в силах. Проживи жизнь так, чтобы судьбе тебя не в чем было упрекнуть. Будет тяжело. Страшно и больно. Душа будет умирать. Но если будешь делать это сама, то точно будешь знать, что приговор пусть и не всегда справедлив, но он законен. Закон и справедливость кому-то могут показаться похожими понятиями, но эти понятия из разных вселенных. Закон это то, что помогает сохранить общество и государство и управлять ими. А справедливость то, что человеку дает возможность остаться человеком. Человек без государства может существовать. Но люди без государства выжить не смогут. У Столпов есть много прав. Но права быть человечным среди них нет. Три с половиной тысячи лет назад была создана система. Мы так и не осознали все ее предназначение. Но она позволила существовать единой власти тридцать пять столетий. Ты знаешь историю. Знаешь, сколько погибло людей в период, когда империя начала разваливаться? Даже Большой Потоп оказался не столь жесток, как люди. Тридцать пять столетий из поколения в поколение, пусть и не всегда спокойно и хорошо, мы передавали свою власть. Свою силу, которая давала людям возможность жить без угрозы того кровавого ужаса. Мы и не подозревали, что изначально система была более прочной. Четыре Столпа. Четыре опоры между порядком и хаосом. Безусловно, как человек, ты понимаешь свое превосходство над другими. Во время пребывания в Долине осознанно или нет, ты показала это лучше всего. Только ты не человек. Ты один из гарантов существования этой страны с того самого момента как твоя колонна засияла. Я не знаю, как с этим справишься ты. Среди девочек я таких примеров не знаю но тебе нужно научиться делить эти состояния. Быть Столпом и если получиться, иногда, быть просто человеком.

– Что вы хотите этим сказать?

– Ноэль и Найр им повезло больше. У них есть время учиться. Время совершать ошибки. Время искать свой путь. У тебя этого времени нет. Весной ты войдешь в Долину. Малый Запретный сад исконная вотчина Хранителя. Место, где его власть превыше всего. Прежде, чем ты попадешь туда, я должен научить тебя распоряжаться не только чужой жизнью. Но и смертью. Ты сама показала, что тебе необходим этот урок.

– Урок, на котором я должна буду лишить жизни людей и не подозревавших о произошедшем! Хотите, чтобы я стала хладнокровной убийцей?

– Ты когда-либо задумывалась, сколько людей уже умерло из-за тебя?

– О чем вы?

– С того самого момента, как взяла Книгу в руки. Как предоставила доказательство виновности принцев Из-за тебя их казнили. Ты когда-либо задумывалась, что значит, отдать приказ о казни собственных детей? А Императору пришлось. И подобных историй во всех великих семействах хватает. Скажи, что ты ощущала в тот день? Когда рядом с тобой люди превращались в пепел?

– Они – Майя прикрыла глаза, возвращаясь на годы назад. – Они были наказаны за свои поступки по закону и по справедливости. Они виновны в смерти своего брата, его детей и внуков. И еще множества людей.

– Если бы не ты, их никогда бы не казнили. И сегодня у нас был бы совсем другой император на троне. Только их высочествами список не ограничивается. Четыре тысячи пятьсот два человека. Это количество людей, которые получили наказание. Большинство были казнены. Но некоторых отправили на пожизненную каторгу. С ними бы тоже ничего не случилось, не заяви ты тогда о заговоре. А теперь скажи, что бы было, если бы ты промолчала? Зная, что семьи преступников так же понесут наказание правда, не столь большое, как за нападение на Столпов ты бы изменила свое решение?

– Из-за меня уже погибли столько – прошептала девочка. Знать и понимать историю и законы это одно. Сталкиваться с реальностью, которая такая из-за нее другое.

– Майя, посмотри на меня! – заставил он девочку опустить руки, которыми она закрыла лицо и посмотреть на него. Это и есть момент, когда ты должна перестать быть человеком. Отбросить свои чувства. Забыть о страхах и решить. Решить за целую страну. В тот самый момент ты сменила наследного принца. Не император. Не герцоги. Не министры и не знать. Это ты решила, даже не задумываясь о том, кто будет править сегодня. И по прошествии всех этих лет. Зная сколько человек тогда погибло, ответь мне, ты правильно тогда поступила?

– Да, ее взгляд уставился в пустоту, а лицо стало белее снега. Я все сделала правильно. Было преступление. Те, кто его совершал, знали и понимали, что и почему они делают. Они залили кровью свою дорогу к трону. Было бы весьма несправедливо получить в результате награду, а не наказание.

– А что скажешь об Императоре?

– Каком именно?

– Ты знаешь.

– Я не могу сравнить с тем, что так и не случилось. Но предположу, что достанься трон старшему брату его величества, то на императора было бы много постороннего влияния.

– Страна умылась бы кровью, согласно кивнул герцог, перебивая ее. Тебе и, правда, сложно сравнивать, так как и об Алфее, и его правлении ты толком не знаешь. Время его пребывания в роли Наследного принца было весьма невелико. Программа обучения Наследного принца сильно отличается от обучения остальных. Он был не готов заменить своего отца. А еще и то покушение к слову, количество смертных приговоров по тому эпизоду так же исчисляется тысячами. Ты помнишь его величество в день коронации?

– Я помню, – кивнула девочка.

– Еле живой, имеющий отдаленное представление о том, что значит быть императором, он взошел на престол. Когда меняется монарх, по закону меняется и правительство. Скажем, не все прошло гладко Обычно новый император на свое усмотрение назначает на посты. Фактически же мать его величества стала неофициальным регентом. Мы с сон Локклестом так же не отставали, дабы поддержать хоть какой-то баланс и создать противовесы. Но в целом все прошло мирно. А будь у нас иной император, мясорубка за посты пошла бы знатная. В большинстве своем на места претендуют не случайные люди. И очень многие назначения вполне предсказуемы. А стань императором Ортес предполагаю, что ему по некоторым причинам потребовались бы более радикальные изменения. Так что да возможно, кому-то покажется чудовищным количество казней, и то, что среди приговоренных были и дети. Только альтернатива еще более печальна. К сожалению, вчерашний случай так же часть гонки за посты.

– Гонки?

– Как я говорил, император не выбирал, кто и какие посты займет. Большинство чиновников заняли места на основании именно моих представлений. Верховный маг составлял протекцию для тех должностей, которые, так или иначе, относятся к миру магов. Вдовствующая императрица представляла кандидатуры связанные с Долиной, императорской собственностью и частично, общественными сферами. Все, что касается обороны и правопорядка, судебной системы, а так же казначейства чиновников отбирал я. Император просто утверждал эти посты. После совершеннолетия Его величества назначили два больших события. Императорская свадьба, которая благополучно завершилась. И Ассамблея. Его Величество будет рассматривать работу чиновников и с большей долей вероятности, менять на свое усмотрение. А те, кто выдвигал кандидатуры, должны будут давать отчет о работе своих протеже. Вчерашнее происшествие выставило силы правопорядка не в лучшем свете. Мне придется давать ответ по этому поводу. И вытерпеть немало нападок. Только говорить будут о моей излишней жестокости. Так как я устроил слишком кровавую ловушку, в которую попали преступники.

– Это была именно ловушка? – уточнила Майя.

– Что-то в таком духе ожидалось. Ты была чем-то вроде приманки. Извини конечно за это, но ты слишком раздражала в Долине наш рафинированный высший свет. И нет, лично тебе ничего не угрожало. Хотя твоя излишняя подозрительность во время нападения меня порадовала. Можно доверять определенным людям с известной оговоркой. Но доверять огромной незнакомой структуре следует с большой осторожностью.

– Вы для этого направляли меня к Наблюдателям?

– В какой-то мере, кивнул герцог. Ты познакомилась там с хорошими людьми, верой и правдой служащими на благо страны.

– Так вы готовы были рисковать моей жизнью ради того, чтобы поймать…

– Майя, запомни пожалуйста раз и навсегда. Ни я, ни сон Локклест никогда и ни при каких обстоятельствах не станем рисковать тобой. Ты этого не знала, и знать не могла защита твоего паланкина их обоих на самом деле, может выдержать нападение в десяток раз сильнее. Даже если бы здание рухнуло прямо на него Действуй ты по протоколу, ничего бы с тобой не произошло. До сих пор не понимаю, как ты могла висок при падении рассечь? Там же все мягкое.

– Все же это нападение… Если дело в Ассамблее, то разве этого достаточно, чтобы навредить вам?

– Не забивай этим голову. Ассамблея будет длиться три декады. В это время я попросил бы тебя прекратить всю твою деятельность в качестве Майи сон Локкрест.

– Что это значит?

– Вопрос со школьным обучением придется закрыть. Боюсь, что школьные годы для тебя подошли к завершению. Наблюдателей так же придется оставить позади. Уже скоро ты вступишь в свою взрослую жизнь. Прежде чем отправишься в Долину, хорошенько изучи современную политику и иерархию чиновников. Узнай о семейных связях и многолетней вражде высшего общества. Долина не то место, в котором можно так просто верить людям. Они могут улыбаться, сохранять невозмутимость или искрить эмоциями и чувствами. Это всего лишь маски, которые они на себя надели и старательно сохраняют. Зная предысторию этих людей, сможешь заглянуть за надетые маски. Кроме того, завтра ты покинешь город и отправишься в путешествие. Какие места желаешь посмотреть? Не стесняйся и не ограничивайся только этой страной. После переезда в Долину у тебя подобной возможности не будет.

– Поездка? Меня вчера убить пытались! – возмутилась Майя столь неожиданному предположению.

– Именно потому что пытались убить. Не боишься, что попытка повторится? Или еще что приключится? Сегодня ты показалась в обществе. Десятки человек подтвердят, что ты жива и здорова, а твое высокомерие по-прежнему непрошибаемо. Самое время удалиться со сцены в неизвестном направлении.

– Тогда тогда я могу уехать, а потом вернуться? – медленно начала девочка. Путешествия в данный конкретный момент не привлекали. А еще нужно выучить, кто и чем дышит в Долине. В Норкимгеме меня точно искать не станут.

– Этот город знает тебя.

– Вы уверены? Скорее этот город знал Ариадну. Город знал, что она сопровождает ребенка, задевать которого не стоит, иначе можно нарваться на отпор целой гильдии наемников. Это город с населением в несколько миллионов! При желании в нем можете затеряться даже вы. Да так, что все ваше серое войско не сыщет.

– Как ты себе это представляешь? Для всех ты ребенок.

– Хватит меня так называть! – вспылила она. – Когда вам удобно я взрослая или ребенок. По вашему выбору! Вы сказали, что я должна убить людей. Поэтому больше никогда не называйте меня ребенком.

– Полагал, что об этой части нашего разговора ты предпочтешь позабыть.

– Человеческие жизни это не то, что можно позабыть столь легко. Если я должна буду вынести приговоры и наблюдать за их исполнением, значит, я сделаю это. Вы правильно сказали чтобы соблюсти закон, такие вещи приходиться делать самому. Даже исполняя закон, можно соблюдать его букву и его дух, так или иначе. А так же учитывать государственные интересы и традиции. Полагаю, в данном деле мне уготовлено слишком много ролей. И жертвы. И судьи. И палача. Только все это не важно. В этом деле я не человек. Я Столп. Если вы желаете преподать мне урок и признаете, что я могу с ним справиться, мне остается только оправдать ваши ожидания. Не так ли, отец?

– Ты определенно оправдаешь все мои ожидания.

– Тогда назначим выезд на послезавтра. Я желаю путешествовать с небольшой свитой и не задерживаться долго на одном месте. Для начала меня интересует пара вполне конкретных мест. Через три дня я вернусь в город. У вас есть портальные выходы для внутреннего пользования? – и получив утвердительный кивок, продолжила. – По возвращении я поселюсь в небольшом доме в западной части города у своих бабушки и девушки, время от времени наведываясь к дядюшке в Дом наказаний. Если желаете, то можете дополнить мой план на ближайшие месяцы.

– Будь по-твоему. Бабушку с дедушкой и домик мы тебе найдем. Только зачем ты будешь посещать Дом наказаний?

– Я ни разу не видела судебных заседаний и приведение в исполнение наказаний. Вы же не рассчитывали, что пока собираете всех участников вчерашнего заговора, я просто буду сидеть в ожидании толпы людей? А вдруг мне дурно сделается при виде крови? Поэтому я собираюсь выполнить домашнее задание весьма тщательно. Изучить дополнительную литературу и практику.

– Как все прошло? – примерно через час после ухода Майи к Темному герцогу пожаловал Верховный маг. Сумел убедить ее не принимать все близко к сердцу?

– Более или менее, – задумчиво сделав глоток уже совершенно холодного чая, хозяин кабинета и не подумал оторвать взгляда от пламени горящей свечи стоящей прямо перед ним.

– Как-то не очень похоже. Ты кажешься каким-то излишне задумчивым.

– Просто она опять поставила меня в тупик. Снова. А я думал, что хоть как-то могу предугадать ее поведение.

– И?

Альварес в общих чертах пересказал состоявшийся разговор. Однако дошел только до половины.

– Что ты ей предложил? – ушам своим не поверил Уильям. – Она девчонка с неокрепшей психикой. Пережившая потрясение, которое сведет с ума любого мага. Только что на нее было совершено покушение и вместо слов ободрения и обещания позаботиться о ней, вместо вместо множества вещей которые мог сделать любой вменяемый человек, и просто обязан был сделать отец, ты ты в приказном порядке заставляешь ее выносить смертные приговоры!

– Все бывает впервые. Человеческое общество такая странная штука порядок несет не столько закон, как та кара, что следует за его нарушение.

– Надеюсь, ты не заставишь проходить ее через все это.

– Знаю, – с отстраненным взглядом кивнул Альварес.

– Как она восприняла твою «воспитательную» инициативу?

– Вот это я и не могу понять. Сначала она повела себя вполне нормально. Шок испуг, которые пыталась скрыть. Но потом слушая меня, она сделала свои выводы и словно просто приняла это. Она попросилась в Дом наказаний. Чтобы видеть, как выносят смертный приговор и приводят его в исполнение.

– С ума сойти. Как она до этого вообще додумалась?

– Однажды я непременно пойму, как она думает и откуда берет такую выдержку. А пока мы можем ей только помогать. По мере сил.

– Ты взращиваешь монстра, со вздохом заметил сон Локклест.

– Я его всего лишь приручаю.

– А что с тем списком пострадавших вчера, из-за которого и восстал из небытия твой дух наставника?

– Она утащила его с собой.

– Что будешь делать?

– Обеспечу ее тем, что она просила. За ней будут присматривать, но вмешиваться я не желаю. Сегодняшнее заявление она еще будет переживать. Переживет. Если справится с этим, тогда не придется беспокоиться за ее пребывание в Долине.

– Она будет в Запретном саду! Ты действительно не совсем здоров, видимо. Там для нее безопасно. Там словно другой мир! Или у тебя другие планы? Но она должна оказаться именно там!

Наступило новое утро. Новый день настанет несмотря ни на что. Даже если Небеса обрушивались на голову. Даже если ночь казалась бесконечной. Утро наступит.

– Госпожа, к Вам гости, отвлекла служанка девочку от просмотра списков пострадавших.

– Гости? – непонимающе переспросила Майя. Сегодня она никого не ждала. С самого рассвета в поместье кипела работа по сборам в дальний путь.

– Ваши двоюродные брат и сестра господин Найристер сон Локклест и госпожа Рафаэлла сон Локклест.

– Передай, что я уже иду, кивнула она служанке, бросившейся бегом исполнять поручение, а сама, убрав документы в ящик стола и неспешно пошла вслед.

Рафаэлла ей встретилась где-то на полпути между ее комнатами и гостиной.

– Майя! – принцесса, словно надувной воздушный шарик подлетела к девочке и растрепав до того тщательно причесанные волосы, обняла, настолько, насколько позволяла ее новая фигура. Трепать ее по волосам было излюбленной привычкой Арчи еще во времена пребывания в библиотеке. Именно от него принцесса и переняла эту скверную привычку. Ты ведь не собиралась начать путешествовать, не повидавшись с нами?

– Откуда вы знаете? – только и пискнула она, осторожно выбираясь из объятий.

– Значит, собиралась?! – возмутилась Рафаэлла.

– Как бы я могла? – задала чисто риторический вопрос, который в данном случае можно было толковать по-разному. Но к счастью для Майи, принцесса восприняла все в благоприятном ключе.

– Куда ты едешь? Отец упомянул о том, что ты хочешь посмотреть империю. Есть столько прекрасных мест.

– Но давай сначала не об этом, а о твоем вчерашнем поединке! – перебила мужа Рафаэлла. – Это, без преувеличения, событие тысячелетия! Ты не представляешь, эта новость обсуждается решительно везде. Но самое большое потрясение это приглашение на соревнование Трех звезд. Тебе же разрешат туда поехать?

– До него еще много времени и мы это не обсуждали, честно ответила Майя. Турнир на фоне последних событий был такой мелочью, о которой она даже думать не желала. Он казался ей чем-то легким и беззаботным. По сравнению с тем, что она собиралась делать в ближайшие месяцы.

– Если ты там не появишься, то разобьешь сердца тысяч женщин! – безапелляционно заявила Рафаэлла.

– А если появишься станешь причиной головной боли у миллионов мужчин! – сообщил Найр. – И о чем только думал профессор Лойт?

– У вас что, какой-то спор? – подозрительно перевела девочка взгляд с Рафаэллы на Найра. – Почему у меня такое ощущение, что я должна выбрать, кого из вас поддержать?

– Потому, что от этого зависит судьба всей страны! – ответила Рафаэлла.

– Еще скажите – судьба мира, – недовольно проворчала Майя. – Я так понимаю, – посмотрела она на Рафаэллу, – есть девушки, которые мечтают о признании. Хотят участвовать в турнире и побеждать. И, – повернулась она к Найру, – есть мужчины, которые совсем такому не рады.

– Что-то вроде типа того, – кивнул Найр.

– Почему в последние дни слово «ответственность» звучит так часто? Я не собираюсь быть надеждой ни для кого. Если дамы так хотят признания, то они могут устроить свой турнир. Если вы объявите турнир среди женщин и установите призовой фонд в тысячи золотых, то полагаю, главы семейств сами озаботятся о необходимых учителях для своих жен и дочерей. А что касается мужчин, – Майя мило улыбнулась Найру, играйте хорошо. Я действительно не думала о турнире. Но если я действительно там окажусь, то сумею скрыть свою личность и не превращать подобное мероприятие в балаган.

– Ты сегодня злая, – состроил обиженное лицо Найр.

– Я не злая, – запротестовала Майя. – Ссоур это игра, которая много для меня значит. Считайте, что я играю для удовольствия и не хочу делать это ради чьих-то интересов.

После вчерашнего напоминания о турнире напоминали изощренное издевательство. Но Рафаэлла и Найр были не виноваты в ее затруднительном положении.

– Так что у вас был за спор? – улыбнулась девочка, изображая полную беззаботность.

– Ничего особенного, – покачала головой Рафаэлла. – Просто мы вспоминали, что в любых соревнованиях ты всегда была первой. И было бы забавно видеть лица игрового сообщества, когда одной из звезд станет маленькая девочка.

– А вы не думайте, что это будет не честно? – Майя кивнула в сторону кушеток, жестом приглашая присаживаться. – Те, кто принимают участие в турнире, посвящают Ссоуру кучу времени. Они мечтают участвовать в соревнованиях и пройти как можно дальше. Что с того, что я хорошо играю? Могу ли я, проходя, шутки ради, отобрать чью-то мечту?

– Ты как обычно нудная, – скривился Найр. – Еще немного этих рассуждений и я засну. Давай ты лучше о путешествии расскажешь?

– А ты знаешь, – начала с хитрым прищуром Майя, – что на юге найден старинный храм, которому больше семи тысяч лет! Возможно, он даже старше шести королевств! И на удивление сохранился просто в превосходном состоянии благодаря тому, что расположен в труднопроходимой горной местности и добраться к нему иначе как по подгорным рекам невозможно!

– Значит, тебя ждет приключение? – повеселел Найр, услышав нечто интересное. – Сплав по реке, восхождение на скалы?!

– Говорят, что там нашли записи на языке, который не могут опознать. К сожалению, копий нет, иначе я бы уже начала поиски в архивах.

– Хватит! – решительно прервал ее Найр. – Вот почему у тебя все к книжкам сводится? Даже попав в джунгли или забравшись на скалу, ты непременно должна в результате окопаться в библиотеке!

– Я не бывала в джунглях и точно не карабкалась по скалам, – педантично заметила Майя. Ее путешествие было прикрытием, и она не собиралась врать относительно несуществующей поездки. Просто решила рассказать историю, услышанную еще во времена работы с наблюдателями. Она в принципе даже не упоминала о том, что собирается посетить это место. Просто сменила тему.

Что самое забавное, Рафаэлле было очень интересно и Найру не оставалось ничего иного, как страдать молча почти до самого обеда.

Была вторая половина дня, когда Майя, переодевшись в неприметную одежду, отправилась на обход семей, указанных в списке. На самом деле не очень хорошо представляла, зачем все это делает. Как не посмотри, но внешне она выглядит ребенком. Задача осложнялась тем, что нельзя было использовать имя дочери Великого герцога. Поэтому официально она не могла зайти к родственникам пострадавших и выразить слова соболезнования. Проходя по заполненным гудящей толпой горожан улицам, мозг в ускоренном режиме искал конкретный план действий.

Адреса были разбросаны по нескольким кварталам. За полтора дня удалось побывать всего у десяти пострадавших. Все задуманное оказалось крайне тяжелым в реальном исполнении. Большинство семей лишились своих главных и кормильцев. Потеряв в одночасье близкого человека, они не представляли, как существовать дальше. Да, государство начнет выплачивать вдовам небольшие пособия, на которые, как поняла Майя, не прокормить семью. Наблюдая издали, Майя поняла, что одноразовой материальной помощью здесь не обойтись. Рядом с одной бедой идет и ругая. От наметанного взгляда Ариадны, тенью сопровождающей свою госпожу, не укрылись несколько людей, чаще всего родственников, которые не слишком церемонились и собирались потеснить семьи погибших. Так было не везде, но это не значит, что со временем и там все будет тихо.

– Я плохо понимаю жизнь простых людей, – тихо призналась Майя. – Мне никогда не приходилось бороться за выживание. Еда, одежда, деньги у меня всегда все это было. Естественно, я кое-что читала, но этого недостаточно, что бы понять как можно помочь по-настоящему, а не просто создать видимость. Что мне делать? – спросила она, повернувшись к верному телохранителю.

– В нашей стране император заботится о своих поданных. Семьям повезло, что их мужья и сыновья погибли на службе. Хотя в смерти и нет никакого везения, но это имеет большое значение. Куда хуже придется семьям простых граждан. Слабые погибнут. Сильные выживут. Дети служащих, оставшиеся сиротами в возрасте до шестнадцати лет, почти наверняка попадут в Долину императоров. Они будут на полном довольствии. Что касается тех, кто старше мальчикам предоставят шанс получить образование или записаться в армию. В последние годы в стране появилось много школ для простого народа. Что касается девушек они обычно уже помолвлены или замужем. Их ждет своя семья.

Майя невольно представила себя на их месте. Ей уже давно не шестнадцать. Если бы она была простой смертной, то имела бы мужа, и кто знает, возможно, растила ребенка. От такой перспективы ей стало плохо. Им всего шестнадцать, а они уже взрослые.

– Сложнее придется тем детям, чьи матери живы, продолжила Ариадна. Их в Долину не заберут. Конечно, они так же могут пойти учиться или, если позволит возраст, устроиться на службу. Но их обеспечивать государство не намерено. Да и не до учебы им теперь. Те, кто постарше, будут стараться заработать лишнюю монетку. Родственники опять же Туже всего придется семьям тех из вашего списка, кто погиб случайно. Им выплатят компенсации и забудут. Школы для детей простолюдинов непозволительная роскошь. Поэтому несчастные, вероятно, попадут в работные дома.

– Как много может заработать ребенок? – после некоторого молчания спросила Майя.

– От возраста пола и способностей сумма будет отличаться, но незначительно. Меньше, чем самый простой слуга в таверне. Но даже эти гроши проведут границу между жизнью и смертью.

Майя закрыла глаза, думая о многом. Какими бы у нее не были воспоминания о раннем детстве, она всегда будет благодарна Рюиму Сайори за то, что он дал ей образование. Даже без магии, сама по себе, она не будет знать нужды. Истинные богатства в ее голове. Их не забрать и не похитить. Это ресурс, не знающий конца.

– Никто за тебя шагать не будет, пробормотала она так тихо, что Ариадна едва расслышала. Но в ночном тумане далеко не уйдешь. Я хочу чаю, наконец сказала она Ариадне.

Они устроились в небольшой уютной чайной неподалеку. Майя задумчиво сидела, наблюдая, как пар поднимается от чашки и рассеивается в воздухе безвозвратно.

Промелькнувшая мысль, которая появилась с подачи Ариадны, обрастала все новыми деталями. Она вспоминала, какими были ее одноклассники, когда она училась в младших классах. Что если бы они оказались на улице без поддержки своих могущественных семейств. Но, похоже, проведение параллелей оказалось затруднительным и не давало ответа на ее вопрос.

– С какого возраста дети в простых семьях начинают работать? – наконец спросила она.

– В среднем лет с десяти, – не задумываясь, ответила Ариадна, с интересом рассматривая свою хозяйку. Случается, что и с шести в подмастерья отдают. Но это редко. Обычно до девяти больше по хозяйству помогают.

– А во сколько на обучение попала ты?

– В пять лет. Боевые искусства начинают изучать рано.

– Понятно, – протянула Майя. Она не стала задавать вопросов о детстве своей помощницы. Майя не считала свое детство легким и не собиралась лезть за подробностями к другим.

– Я хочу купить три дома. Можешь сделать это тайно?

– Да, госпожа.

– Заключите с матерями детей контракты на пятнадцать лет. Я хочу, чтобы ты набрала детей не только из этих семей. Пройдись по семьям других почивших служащих и посмотри, кто подойдет. В первом доме будут жить мальчики с восьми до пятнадцати лет. Обязательным условием будет успешная учеба в школе, а так же дополнительные занятия. Те, кто будет особенно успешен, однажды смогут стать государственными служащими и построить успешную карьеру. Каждый год лучший среди ровесников будет получать десять золотых. Для простой семьи это деньги, которые они и за жизнь скопить не смогут.

– Это, несомненно, будет самым заветным желанием для всех, подтвердила Ариадна.

– Во втором доме будут девочки от восьми лет. Общественные школы только для мальчиков, поэтому девочкам нужно будет подыскать хороших учителей. Что касается третьего дома, там будут и мальчики и девочки от пяти лет. Я хочу, чтобы их тренировали как тебя. Все матери на протяжения пятнадцати лет ежемесячно будут получать деньги в размере заработка простого слуги. Детям предоставят еду и одежду.

– Госпожа, почему договор именно на пятнадцать лет? Старшие к тому возрасту, если постараются, уже будут иметь свои хорошие доходы и даже семьи. Младшие же, в которых вы вложите больше всего средств, получат хорошие навыки и образование и совсем немного отработают, становясь свободными.

– Станут свободными? Майя глотнула уже остывшего чаю. Они ни в коем случае не потеряют свободу. Договор заключай при условии, что семья передает ребенка и обязуется встречаться с ним не чаще чем раз в полгода. При этом дети будут сами навещать дом, а не наоборот.

«Дом это не всегда уют, грустно думала Майя. А семья это не всегда добрые и любящие родные. Даже если я и ошибаюсь у всех будут равные условия. Если матерям так дороги их дети и у них есть возможность их воспитывать они просто не подпишут договор».

На сегодняшний день Майя не имела конкретных планов на этих детей. Однако, со временем, возможно, они ей пригодятся.

– У меня есть свои средства. Передай герцогу, что эти дети не имеют никакого отношения к дому сон Локкрест.

– Вы планируйте скрыть это от его сиятельства? – осторожно спросила Ариадна.

– В этом нет нужды. Срединная империя огромная страна. Сомневаюсь, что у его сиятельства нехватка в людских ресурсах. У тебя есть кто-то на примете, кто может управиться со всеми тремя домами?

– Госпожа, это очень ответственное дело! Как Вы можете учитывать только мои рекомендации? – Ариадна была в искреннем недоумении. – Дети, которых воспитают в этих трех домах, могут стать преданными подчиненными. Такими вещами руководят самостоятельно или передают очень надежным людям.

– Однажды они смогут принести мне пользу, если пожелают. Если же нет, то никто не сможет требовать от них иного. Так что скажешь?

Такое небрежное поведение в столь серьезном вопросе заставило Ариадну онеметь.

– Я знакома с одним человеком, – наконец робко сказала она. Когда-то он состоял в гильдии наемных убийц. Но уже несколько лет как ушел из нее, выйдя на пенсию. Вы ведь знаете, что Гильдия никого не отпускает. Тот, кто желает уйти самостоятельно, не проживет и месяца. Но этого человека не трогают. Если получиться его уговорить, думаю, именно он сможет позаботиться обо всем.

– Интересный кандидат, необычная карьера, задумчиво протянула Майя. В свое время она многое читала об этой гильдии империи. Уйти на пенсию подвиг, зафиксированный хрониками всего несколько раз за всю многотысячелетнюю историю. Такие люди действительно необычны.

– Госпожа у Вас нет возражений против его профессии? – опять переспросила Ариадна. Любого нормального человека профессия кандидата отпугнула бы три раза подряд. Но Ариадна только вздохнула. Ее госпожа была кем угодно, но не нормальным человеком.

– В этом мире слишком много смерти, с грустью ответила Майя. – Тот, кто не убивал или не стал причиной смерти, вероятно, еще в младенческом возрасте. Благородная леди может приказать забить слугу до смерти, и никто не назовет ее убийцей. Солдат, убивающий людей десятками просто служивый. Палач, исполняющий приговор государственный служащий. Гильдия наемных убийц это словно оружейный склад для людей, которые могут позволить себе подобное оружие. Человек, который сумел уйти от дел официально это оружие высшего класса. Кроме того, раз ты его упомянула, значит, он достоин того, чтобы с ним можно было вести дела.

– Этот человек действительно надежный вот только за свою жизнь он скопил немало богатств и деньги его не особо интересуют.

– Вот как? Что же его заинтересует в таком случае? Майя сдержала легкую улыбку. Кандидатура, предложенная ее компаньонкой, оказалась нестандартной, но Майя прекрасно знала Ариадна будет рекомендовать только человека, в котором полностью уверена и которого хорошо знает. С семейством сон Локкрест в здравом уме и памяти никто шутить не станет.

– Этот человек он ушел на покой не столько из-за возраста, сколько из-за полученных ранений. Я знаю, что госпожа хорошо разбирается в магии и зельях.

– За последние годы Башня магов весьма подняла уровень лекарского искусства, слегка удивилась Майя. Если он действительно такой необычный, как ты говоришь, то почему ему не обратится напрямую к Башне?

– Госпожа этот человек маг. Более того, Башня магов прилагала значительные усилия.

– Если Башня не справилась, то почему ты думаешь, что справлюсь я? – искренне удивилась Майя. Башня магов – действительно мощнейшая структура в этом мире. Сильнейшая, за пределами Королевства магов. Другое дело, что не многие могут обратить ее силу себе на пользу.

– Если бы не Башня, то этот человек уже много лет как лежал в могиле. Но они смогли лишь подавить силу яда. Госпожа, я слышала, что Вы знакомы с очень старой магией. Яд, о котором идет речь, старше империи и родом из Королевства магов.

– Откуда тебе известно так много? – не удержалась от вопроса Майя, хотя и не собиралась его изначально задавать. – Он твой родственник?

– Он мой дед, – честно созналась девушка. Когда его ранили, мне было три года.

– Ты уверенна, что не ошиблась с возрастом и происхождением яда? – задумчиво уточнила Майя. Часть разговора о родственных связях она просто проигнорировала. Если это яд, которому более шести тысяч лет то практически невероятно, что он смог сохраниться до наших дней и не потерять свою эффективность. – Рассказывай, как именно поранился твой дед?

– Насколько я слышала, это был камень духа. Так, по крайней мере, это называли маги.

– Камень духа? – недоверчиво переспросила Майя. Она читала об этой штуке и сейчас возник только один вопрос. Как?! Как возможно, чтобы пусть сто тысяч раз непревзойденный наемник, владеющий магическим даром, мог вообще быть в одном месте с этим камнем. – Даже знать не желаю, где он в него вляпался! – безапелляционно заявила уникальная девчонка.

Майе было хорошо известно о трех камнях духа или как их еще называли камнях смерти, не совсем удачном результате эксперимента одного из магических институтов. Местонахождение двух из них сокровищница Азадара и закрома Императора. Третий остался собственностью создателя и затерялся в островном королевстве.

Всем известно, что существовали артефакты, защищающие от ядов. А вот об их сородичах, но с противоположными характеристиками, знали единицы. Камень смерти относился к ядовитым артефактам.

«Вот уж действительно, товар без срока годности».

– Яд удалить можно, – немного помолчав, наконец сказала девочка. – Но я могу лишь назвать способ. Само лечение займет несколько месяцев.

– Этого будет более чем достаточно.

– Тогда проведи переговоры со своим дедом. Где-то через три месяца я смогу предоставить тебе схему, по которому маг-артефактор создаст камень, полностью нейтрализующий действия камня духа.

– Камень? – удивленно переспросила девушка.

– Камень, кивнула Майя. Я предоставлю способ. Вы сами создадите его.

В отличие от многих камней смерти, камни духа создавались в лаборатории. В древних книгах упоминалось и производство антидота. Только антидот тот был одноразовый. Камень-противоядие найти не просто. Еще сложнее убедить владельца с ним расстаться. Единственный вариант запросить копию отчетов о создании и воссоздать новый. Однако правила Закатной Библиотеки и ограниченный доступ делают практически невозможным такой запрос. Упорядоченных картотек на тех уровнях нет, а значит, нужно точно указать в самом запросе, какой документ нужен и где он находится.

– Послезавтра я отправляюсь в путешествие. Нам нужно решить все сегодня. Сейчас вернемся назад, а потом ты отправишься на встречу с дедом и подберешь нужные дома. Единственное условие для первых двух домов они должны быть рядом со школами. И еще, меня ни в коем случае не должны связать с этим.

Патронаж высокопоставленных лиц благое дело. И будь она обычной барышней, на этакую причуду не обратили бы особого внимания. Но буквально накануне Майя потрясла общество. Заяви она, что устраивает опеку над десятками детей и больное воображение высшего общества сможет доставить немало проблем новым ученикам.

К утру все было готово. Необходимые дома найдены, а Ариадна договорилась с дедом.

– Тогда пошли в банк за деньгами, решила Майя. – Я бы хотел еще обойти несколько адресов сегодня. Так что давай поспешим. И вот еще, она передала девушке несколько исписанных аккуратным почерком листов, это образец договора.

Они действовали четко по Майиному плану. До того момента пока не попали в банк.

Нет, Майя конечно уже бывала здесь. И не один раз. Но вот как-то одной ей ходить не доводилось. Кто-то из ее новых братьев всегда сопровождал, опекал. И теперь было ясно почему. Банковский камень ключ к счету, был привязан именно к ней. Ключ без нее просто камень. Она без ключа просто прохожий так как в свое время именно Ноэль оформлял счет, пусть и на ее имя, но именно оттиск его ауры на договоре.

В общем, пропуская всю банковскую бюрократию, у клерка появились резонные вопросы, когда маленький ребенок в сопровождении всего одной телохранительницы приходит снимать со счета весьма круглую сумму.

– Мы можем предоставить для вас охрану, наконец-то после долгих раздумий предложил предельно вежливый клерк.

– Послушайте, у меня уже есть охрана. Кроме того, я не собираюсь получать всю сумму в золоте. Мне нужны несколько векселей на предъявителя, цена за дома была уже согласована и Майя не видела смысла таскать за собою сундук с золотом.

– Госпожа, – клерк действительно уже не знал, что делать с чудаковатой клиенткой, – наш банк предоставит Вам самое лучшее сопровождение.

– Векселя, пожалуйста, безапелляционно, с ноткой металла в голосе заявила девочка.

– Как прикажете, проклиная про себя настырную девчонку, согласился клерк. Ему ли не знать, что у богатых свои причуды. Долгие годы работы почти атрофировали чувство изумления. Ну и что тут такого, когда ребенок почти без охраны требует выдать сумму, которую купец средней руки может и за десять лет не заработать. Только обычно у богатых деток сопровождение всегда солидное.

– Госпожа, – клерк поставил на стол деревянную шкатулку, на алую бархатную подкладку которой легли небольшие карточки. На белоснежной плотной бумаге бирюзовыми чернилами были указанны номинал векселя и реквизиты банка. Доводилось ли Вам ранее получать векселя?

– Нет, Майя была удивлена таким вопросом. Почему Вы спрашивайте?

– Возможно, вексель покажется Вам простой бумагой, но это не так, принялся терпеливо объяснять клерк. Это банковский документ, защищенный магией. Не горит в огне, не пострадает в воде защита создает некоторый фон, который определенные люди могут увидеть сразу. Поэтому векселя всегда держат в подобных шкатулках. Тогда излучения нет. Клерк старался объяснять все элементарно просто и не забывал учтиво улыбаться, молясь про себя, чтобы вздорная малявка поняла серьезность ситуации, и не стала беспечно расхаживать с векселями, привлекая всех сомнительных личностей города. Про то, что даже шкатулка не может служить стопроцентной гарантией, он упоминать не стал. Большая свита у знатных и богатых была не только для демонстрации статуса, но для реальной охраны материального объекта. Однако, этой девочке, похоже, ничего не объяснишь. Маленькая еще.

Майя даже не прикоснулась к шкатулке, и все пришлось забирать Ариадне. Клерк ошибся в клиентке. Девочка после объяснения быстро сообразила, что из себя представляют векселя.

– Ты должна отнести все это прямо сейчас, стоило выйти из банка, сказала Майя. То, что мы взяли, может привлечь излишнее внимание.

– А как же Вы? Я не могу оставить Вас на милость судьбы! – не на шутку заволновалась Ариадна. – Может, Вы пойдете со мной?

– Я уже сказала, нет. Передай, что этих денег должно хватить на ближайшие три года для покрытия всех расходов.

– Но госпожа!

– У меня сегодня встреча. Забыла? Просто пойду туда пораньше. Ничего страшного. А если со мной пойдешь ты, то приключения нам обеспечены, бросила она многозначительный взгляд на спрятанную под одеждой маленькую шкатулку.

Одним из пунктов плана на этот день была встреча с Алом. Предстоящая работа не позволит отлучек, и ей хотелось предупредить, что она пропадет.

Ариадна знала об этой встрече. Так уже повелось, что Майя никогда и никого с собой на них не брала. Где и когда Маленькая госпожа и этот странный маг познакомились никто не знал. Однако герцог проявил снисходительность и позволил это общение. Только во время редких прогулок с этим человеком вся охрана исчезала. В противном случае Майя просто бы сбежала из под опеки и все это знали.

– Я провожу!

– Нет! Это мы с тобой шкатулку чувствовать не можем, но есть люди, которые могут. И поверь нам их общество не нужно. Когда закончишь все, то ищи меня в парке.

Они разделились почти сразу после выхода из банка, и Майя пошла в сторону парка развлечений. Они с Алом часто туда ходили. Как это ни странно, но с ним она ходила в парк, по магазинам, чаще всего магическим, и в разные места, где вкусно кормят.

Ал был кусочком нормальности в ее ненормальной жизни. Иногда Майе казалось, что туда ходит совершенно другой человек, а не она. Если бы она попала во все те места в обычной обстановке, то холодно проигнорировала все, пройдя мимо.

Вот и сейчас она сидела в одном из тех мест на территории парка. Они всегда встречались там и начинали прогулку с чего-то вкусного. Сейчас придя намного раньше Майя убедилась, что без Ала магия этого места не срабатывает и она может только заказав чаю, погрузиться в размышления.

Мысли как назойливый рой крутились в голове. Уже послезавтра она отправиться на свою новую учебу. Герцог уже сообщил, что ближайшие месяцы ей предстоит играть роль мальчика-помощника. Это не значит, что в том месте не работают женщины просто она едет туда, чтобы набраться опыта, а не привлекать к себе всеобщее внимание и вызывать шок.

Сегодня день их последней прогулки. И в это место она, вероятно, пришла в последний раз. Странное чувство. То, что раньше казалось незначительным становиться частью тебя. Чай и мысли о скором будущем вдруг ушли на второй план. Майя начала уделять внимание тому, где она и кто ее окружает.

В этом заведении было много молодежи. За одним из столиков даже сидели пять молодых леди, что-то увлеченно обсуждая. Редкая картина в современном обществе.

Молодые люди и няни с детьми. Людей старше двадцати пяти практически не было. Это место являло собой полную противоположность городским заведениям общественного питания хотя не во всем. Была общая черта у всех присутствующих. Их одежда была из дорогой ткани. Даже слуги были одеты очень хорошо. Только за одним столиком пара молодых людей выглядела попроще.

Майя слабо улыбнулась.

«Кажется, я стала снобом»! – подумала она. Были времена, когда она и под страхом страшной смерти не могла сказать стоимость наряда не то, что чужого своего собственного. Но за последний год произошло столько всего невероятного, даже дикого.

– Надеюсь, все эти странные истории закончились. Послезавтра я буду в месте, где все четко регламентировано и неожиданных ситуаций быть не должно, едва слышно прошептала она. А потом в Запретном саду все должно быть еще более упорядоченно, – не то с грустью, не то с радостью пробормотала она. Она действительно грустила. Всем сердцем не желала потерять Потерять своего заботливого старшего братика, который дарит ей самые необычные и удивительные мгновения. Только с ним она может быть просто ребенком. Ее жизнь многие назовут необыкновенной. Так оно и есть. Вот только больше всего ей не хватало обыкновенных, простых вещей не хватало, пока не появился он. Очень сложно поверить кому-то. Но ему верила. И чувствовала защиту и опеку. На нее была возложена огромная ответственность. Она приняла ее и она справиться. Другие знали она справиться. Но из-за ее всезнания все словно позабыли, что она была ребенком. Ребенком никогда не знавшим что означает слово детство. Он научил быть действительно беззаботной. – Вот и закончилась эта неспокойная пора.

– Что за неспокойная пора? – за спиной вдруг неожиданно раздался знакомый голос.

– Ал! – искренне улыбнулась Майя. – Ты сегодня рано!

– И все же не так рано как ты, – заметил он красноречиво глядя на остывший чай. – Так о чем ты бормотала себе под нос?

– О том, что скоро все станет спокойно и однообразно, – не видела девочка причин скрывать свое настроение.

– Не понимаю…

– Я отравляюсь на практику. Начиная с послезавтра, каждая минута моего времени будет расписана. Боюсь мы не сможем увидеться много лет.

– Практику? Какую практику? Где? Надолго? – засыпал ее Алфей вопросами. Новость была совершенно неожиданной.

Быть кем-то видным издалека. Быть окруженным людьми. Общаться с ними. И каждый раз задаваться вопросом не подпустил ли ты их слишком близко общаются ли они с тобой или с тем, кто ты есть У него есть младшие сестры. Однако она единственная сестренка, которую он мог сводить в парк на карусели или угостить сладостями, купленными у торговцев. И больше всего он боялся потерять ее. Потому что тогда потеряет очень важную часть себя. Он не мог позволить себе узнать из какой она семьи. Давно уже понял, Майя из весьма состоятельного и знатного рода. Девочка получила огромное количество знаний и не только о магии. Наверняка он знает ее семью и не уверен, что смог бы сохранять беспристрастность. Вероятно, он может видеть ее отца на заседаниях совета и ассамблеи. Вероятно, ее родные братья занимают высокие посты и вовлечены в политические процессы. Способен ли он вынести смертный приговор, если узнает, что этот человек кровный родственник его названой сестренки? Способен ли он наградить в соответствии с заслугами, а не ради кровных уз этих людей?

Император не человек. И человеческие чувства не та роскошь, которую он может себе позволить. Даже его имя если бы не мать, Рафаэлла и Найр, он бы уже забыл, как оно звучит. И сейчас та частичка в нем, что оставалась человеком, грозила значительно уменьшиться.

– Это секрет! – безапелляционно заявила Майя. – Могу только сказать, что до весны. А потом я отправлюсь в места не столь дальние, но очень изолированные.

– Заучить так, словно тебя посадят в тюрьму, – кисло заметил Алфей.

– Почти. Весной я войду в Долину императоров.

– Что?! – Алфей подавился чаем, так что даже слезы из глаз брызнули. В последний раз с ним подобное происходило в глубоком детстве. Ему потребовалось не менее пары минут, чтобы продолжить. – Какая Долина?! С каких пор туда детей берут?

– А – Майя на секунду задумалась. Врать ей категорически не хотелось. Правду говорить тоже. – Это все из-за императора, – припомнив один из разговоров с новоиспеченным папочкой, выдала она вполне жизнеспособную версию.

– Из-за какого императора? – после таких слов Алфей даже икнул от шока.

– Скажу по секрету, он на все страны один. Так что вариантов немного.

– Я тоже до одного считать умею… У нас что, возраст входа в Долину резко…

– Ты не правильно понял, – прерывала его Майя, стараясь сдержать улыбку.

– И что я не понял? – после таких заявлений и вправду в раздвоении личности себя подозревать начнешь.

– Его величество пожелал, – начала она заговорщицким шепотом, – обучить свою супругу вилонскому, а так же научить всем традициям Долины, и их первопричинам в самое короткое время.

– И? – подобная история действительно имела место быть, но какое отношение это имеет к девочке, сидящей напротив он не понимал.

– Официальный язык императорской семьи вилонский. Записи, которые делали предыдущие поколения в основном на нем. Поэтому главный критерий для входа в Запретный сад Долины в следующем наборе это не дворянский род и подходящий возраст, а знание вилонского. Среди молодого поколения знающих этот язык на приемлемом уровне практически нет.

– Значить ты знаешь мертвый язык? Алфей был несколько растерян. Его удивило знание девочки мертвого языка. Но куда больше удивил результат его приказа, который он отдал, не сумев подавить те самые пресловутые человеческие чувства и из-за которых его жена до того как стать императрицей должна была сдать сложнейший экзамен.

– Значит знаю.

– Ты хочешь попасть в Долину? – задал неожиданный вопрос Ал. Он не спрашивал ни о том, где она могла выучить язык, ни как хорошо она его знает Для него Долина императоров всегда была клеткой. И думать, что даже Элла хочет быть запертой в этой клетке.

– Хочу попасть? – переспросила она. За многие годы она уже считала, что Запретный сад это то, что ее ждет. То, где она должна быть. Когда-то она и вправду была в восторге от этой мысли. С тех пор все очень изменилось. Она почти не занималась поисками правды о Первом Императоре. Она редко бывала в библиотеках – Хочу. – ответила она твердо. – И именно туда, а не в любой другой части Долины. Я много слышала об этом месте. Там словно попадешь в другой мир, находящийся вне времени, – речь стала мечтательной и неторопливой. – Там можно узнать удивительные вещи. И только там мое увлечение мертвым языком может принести пользу.

– Много слухов ходит о Долине. Только какая их часть верна? – осторожно заметил Алфей. – Долина это очень опасное место. Туда всегда входит гораздо больше людей, чем возвращается. За пределами они гордые дети знатных семей, а в ней они всего лишь слуги, которым проще заслужить наказание, чем награду. И ты будешь слугой.

– Служителем, – поправила его Майя. – Вот поэтому Запретный сад даст фору любому другому месту Долины. Там другая система наказаний. И даже если служитель провинился за пределами Сада, то к нему применяются особые правила.

– Да? Алфей и вправду был удивлен. Он бывал в Запретном саду много раз, и заметил, что все его обитатели немного другие. Более смелые и уверенные. Более спокойные и уравновешенные. Что же касаемо наказаний, для этого существует отдельная структура в Долине. Ему не приходилось наказывать кого-то из того места самостоятельно, а специально он этим не интересовался. Хотя если подумать немного Малый Запретный сад был миром в мире. Логично, что законы этого мира могли отличаться.

– Не переживай, – снисходительно улыбнулась девочка. Ты не можешь знать о Долине больше меня. На самом деле это очень закрытое место хотя в каком-то смысле и очень открытое. Тысячелетиями там сохраняются традиции, – лекторский тон у нее как-то сам прорезался. – И так как ежегодно там служит множество дворянских детей, то они перенимают эти традиции и поддерживают их вне Долины. Тем не менее, очень сложно перенять все традиции. Долина поделена на несколько изолированных секторов. И в некоторые временные служащие не допускаются. И только в Запретном саду можно найти все секреты дворцов.

– А ты явно давно готовилась, – констатировал очевидное Алфей. – Только вот сильно сомневаюсь, что там сокрыты все тайны, – перед глазами появилась тайная комната в его покоях. Вот где были истинные тайны.

– Что ты имеешь в виду? – серьезно посмотрела на него девочка. Они были знакомы не первый день и если Ал говорил такое, значит у него были основания это сказать.

– Это… – запнулся Алфей, не мог же он сказать правду! А врать категорически не хотелось, а значит нужно выдать версию имеющую право на существование. Знаешь полное название Запретного сада?

– Малый Запретный сад, – непонимающе ответила Майя.

– Ключевое слово «малый», – подчеркнул Алфей. – Я тебе кое-что скажу, только пообещай не задавать вопросов, откуда я это знаю.

– Хорошо, – легко согласилась девочка.

– Малый Запретный сад был создан во времена правления Первого Императора.

– Это все знают! – не удержалась Майя, а Алфей бросил на нее красноречивый взгляд. – Молчу.

– Чего все не знают во времена Первого Императора существовал Большой Запретный сад.

– Где!? – Майя даже подскочила на месте.

– В Долине. Где конкретно я не знаю. Но точно известно, что после смерти Первого Императора его разрушили, а все упоминания из всех архивов удалены. Тебе не кажутся странно похожими названия и период создания этих мест? Может и назначение было связанно?

– А не могли просто большой сад уменьшить до малого размера? Вот и названия поменяли? – предположила Майя.

– Нет. Они существовал в одно время. И думаю там похоронены куда большие тайны.

О Большом Запретном саде Алфей ранее говорил только Найру. И сильно сомневался, что информация еще где-то осталась. По прошествии тысячелетий прихоти ревнивых женщин, из-за которых эта тема, в общем, и стала тайной, в глазах Алфея под критерии государственной тайны не попадала. Если опустить неприятные подробности причин уничтожения тема действительно интересная. Однако, учитывая, с каким рвением даже малейшие упоминания были уничтожены найти что-то будет чудом.

– А мы сегодня пойдем на карусели или так и просидим весь день? – видя остекленевший взгляд девочки, вернул ее Алфей к действительности.

И они, покинув уютный зал, пошли кататься. Только вот все аттракционы выбирались Майей по принципу где можно поговорить.

Алфей сам того не подозревая затронул весьма важную для девочки тему. Он знал, что она весьма и весьма хорошо разбирается в артефактах и может дискутировать о них часами на пролет. Во все свои встречи они как-то легко общались не углубляясь в серьезные темы и только сегодня из-за невзначай упомянутого Большого Запретного сада он узнал что интересы девочки куда как шире. Разгорелась дискуссия и какой-то момент Алфей на полном серьезе задействовал все свои знания о Долине. Даже поймал себя на мысли, что не читай он дневников императоров, а так же иных вещей из своего личного архива он просто не смог бы поддержать разговор!

– Ты действительно хорошо подготовилась! – высказался он. – Откуда можно узнать столько всего о Долине?

– А ты откуда знаешь? – ответила Майя.

– Секрет!

– Аналогично! – и оба весело рассмеялись. Таковы были давно принятые правила их общения. Они могли быть действительно свободны в своем общении пока оставались друг для друга теми, кого желали иметь рядом. Возможно, некоторым это покажется притворством. Но они были людьми с ненормальной историей. Ненормальной семьей и ненормальным положением в обществе. И только в этих нечастых встречах была частичка нормальности, беззаботности, свободы. Уход от реального мира в мир мечты.

День когда все карты раскроются страшил обоих. Они могли не говорить об этом в слух, но они чувствовали это и видели в глазах друг друга. Нельзя не заметить странностей каждого из них, тем более что один, что второй были достаточно сообразительны.

«День когда ты узнаешь кто я я потеряю брата», – иногда читалось в глазах Майи. Она была уверенна, что Ал Кросс не его настоящее имя. И маг он очень странный. Сила есть и ее много, а вот мастерства нет вовсе. Артефакты что у него бывают редкие и очень дорогие. Однако все в рамках закона. Очень много странностей и если бы она пожелала, то очень быстро узнала кто он, откуда и чем занимаются все его родственники до десятого колена. Но в тот момент, когда он перестанет быть Алом Кроссом, то перестанет быть ее братиком. Перестанет быть тем, кого рисует ее воображение! Он станет человеком с семьей, человеком с прошлым которого она волей не волей буду оценивать. Перестанет быть А еще она могла прочесть в его взгляде безмолвное «День когда ты узнаешь кто я, я потеряю сестру».

Они были как два страуса прячущие голову в песок. Они словно обманывали весь мир, играя в семью, которой не могло существовать с их участием.

– Я действительно хочу попасть туда, – Майя задумчиво уставилась на гладь воды. Сейчас они плавали в лодочке по небольшому озерцу, минуя усыпанные цветами берега и проплывая под лунными мостами.

– Ты должна понимать, что Запретный сад живет по иным правилам. Если попоешь туда, то даже не мечтай его покинуть раньше чем через пять лет.

– Я не думаю, что успею изучить все там за пять лет, – полушутя полусерьезно ответила Майя.

– Разве ты не будешь скучать по семье, по друзьям, по любимым занятьям?

– Я буду скучать по этому пруду, – честно ответила Майя. – По нашим прогулкам. По балкону в одной чайной. Я там могла часами наблюдать за городом, людьми, природой.

– Пруд этот в Долине точно не окажется но там есть много других. И чайную с видом на Долину так же обещать не могу но знаешь, пожалуй, найду способ тебя навестить.

– Как?! Майя действительно не представляла, как он может оказаться не просто в Долине, но и в Запретном саду! Однако эти слова были самыми волшебными, что она слышала в своей жизни. Даже если ты родственник императорской семьи, как я всегда подозревала то это…

– Смирись с тем, что не все секреты тебе доступны, – прервал ее молодой человек. – Я не смогу появляться там часто. Но если увидишь то не спеши звать стражу, – шутливо закончил он.

– Не рискуй, – с беспокойством сказала Майя. – Знай, что со мною будет все хорошо. Тебе не нужно приходить. Я запрещаю тебе приходить! – в ее голосе была холодная строгость. – Мне не важно, какой у тебя способ. Запретный сад это – мир в мире. Он не принадлежит Долине. Даже власть императора в привычном всем понимании заканчивается у его порога. Что уже говорить обо всех остальных.

– Власть императора заканчивается? – Алфей ушам своим не поверил, услышав подобное. Он, конечно, знал особенности резиденции Хранителя. Вот только исконные правила более трех тысяч лет как не соблюдались. За последние годы многое поменялось. Сияние четвертой колонны на его коронации заставляет и по сей день будоражить множество умов. Он и сам добавил топлива в этот костер издав закон о Хранителе. Он закрепил многое из забытых традиций официально. Действительно на территории Запретного сада власть Хранителя была бесспорным абсолютом, чему и он сам поспособствовал. Но слышать подобное от мелкой девчонки – Власть императора не может закончиться. Даже если ты читала закон о Хранителе, то не думай что все так просто.

– Я не хочу спорить о том, что просто, а что нет. Твоя задумка опасна и я против, – безапелляционно заявила Майя. – Только попробуй там появиться!

– Ты сейчас такая забавная! – рассмеялся Алфей. – Хорошо. Если ваше сиятельство не желает, я не осмелюсь в нарушении правил искать встречи.

– Будь серьезным! – сурово посмотрела она на него. – Что еще за сиятельство? – нахмурилась она.

– Я предельно серьезен. И логичен заметь, – Алфей все больше веселился, видя серьезное лицо девочки. – Ты сейчас ведешь себя как хозяйка поместья, настаивающая на поддержании порядка на своей территории и пресечении мелкого хулиганства. А учитывая, что хозяином Запретного сада является Хранитель, чей статус равен Великим герцогам, то как Ваше сиятельство мне еще к вам обращаться?

– Шут, – констатировала Майя, притворно возводя глаза к небу.

Они гуляли до сумерек. Шутили и смеялись.

Предстоящее расставание навевало грусть. Легкую и едва уловимую. Они прощались на годы, но не чувствовали этого.

Алфей не собирался нарушать обещания и искать встреч. Однако он несомненно будет за ней присматривать.

Их общение было чистой и светлой сказкой, которую они не хотел запятнать реальностью Долины. У каждого останутся самые светлые и добрые воспоминания.

Вовремя отпустить и не дать испортить то, что дано одному из миллиона. Проведенное вместе время было для них воспоминанием дающим покой даже в самый шторм.

В этом мире все имеет конец. И зачастую люди упускают возможность оставить светлые воспоминания. Эти двое действительно чувствовали и понимали друг друга. Для них неважно было количество проведенного вместе времени. Возможно потому, что это было так мало, оно оставалось неповторимым.

– Это тебе на память, – Алфей протянул девочке миниатюрную подвеску в виде цветка, которую он выиграл на состязании по стрельбе из лука. На самом деле он выбил все мишени и должен был получить в качестве приза вполне неплохой арбалет, но попросил хозяина аттракциона выбрать самому. Эта простая подвеска была сущей мелочью, по сравнению с главным призом. Естественно хозяин с радостью согласился на подобную замену. Если будешь носить на своем браслете, то я буду рад.

– Что? Браслете? – в глоссе девочки слышались нотки возмущения. – Я уже сотни раз повторяла, что браслет не сентиментальная чушь! Но кому я все это рассказываю?!

– Знаю, – беря ее руку и цепляя подвеску, Алфей был неумолим. Бесценные артефакты леди ворчуньи. Можешь сделать одолжение и не снимать хоты бы до завтра? Не хочу видеть, как непочтительно обращаются с моим даром!

– Хорошо. Но только до завтра. А взамен… в замен…

– Ты подаришь мне оду из этих подвесок? – рассматривая знаменитый браслет с десятком подвесок, спросил он. – Можно я сам выберу?

– Размечтался! – девочка отдернула руку. – Каждая из этих да какая разница. Вот скажи мне, почему подвеска отвода глаз расположенная на нем на тебя не действует?

– Видимо это так и останется тайной, – тяжко вздохнул Алфей. Этот вопрос уже звучал не единожды. – Так что взамен?

– Это. Майя вытащила из кармана деревянную бусину.

– Выглядит даже проще моей подвески, – разглядывая подарок, заметил Алфей. – Это какой-то артефакт? – вопрос был весьма уместен, так как иначе он не видел причины, по которой Элла могла выбрать именно такой подарок.

– Эту сосновую бусину я сделала сама, – Майя оставила без ответа вопрос. И ее ответ можно было бы принять за отрицание. В какой вселенной ребенок, не имеющий магического дара смог бы создать артефакт? Сосна очень хорошее дерево и многие даже не представляют насколько.

– Символ здоровья и долголетия, – Алфей был хорошо знаком с этим деревом. Даже в его покоях росло несколько карликовых сосен.

– Просто считай это моим пожеланием здоровья и долголетия.

Они по старой традиции расстались у ворот парка.

Майя уже несколько раз видела мелькавшую Ариадну, которая вернулась. Обычно она дожидалась девушку на этом месте, но сегодня ее ноги так гудели, что она хотела ждать не у ворот как обычно, а в чайной. Издалека девочка увидела, что Ариадна ее заметила, поэтому проблемы не было. Она закажет чаю и дождется, пока Ариадна организует, на чем добраться до дома. Сил идти просто не осталось. Она даже не успела дойти. Ее кто-то дернул, закрывая рот и нос рукой в перчатке, от которой шел странный запах.

И все потемнело.

Она пришла в себя в какой-то незнакомой комнате. Очнулась после того как под нос сунули настойку с резким запахом, от которой непроизвольно брызнули слезы из глаз. Но утереть их не было возможности руки привязали к подлокотникам грубо сколоченного стула.

– Вот наша малышка и пришла в себя, – перед ней стаяла незнакомая женщина. Бегло оглядев комнату, она увидела еще трех человек, среди которых был те два парня, на которых еще днем обратила внимание в чайной. – Если будешь вести себя хорошо, то уже скоро вернешься к родителям. А если будешь рыдать и капризничать, то эти люди, – кивнула она в сторону троицы, – будут очень недовольны.

Слова женщины поставили Майю в тупик. Она сейчас про что вообще говорит?

От нее ожидали слез, но происходящее настолько возмутило Майю нет, это был даже не факт похищения и связывания.

– Да как ты смеешь?! – ее голос был ледяным, как воды крайнего севера в зимнюю пору. Несмотря на то, что голова просто раскалывалась, а все тело гудело и казалось, если бы ее не привязали, то может рухнуть, она села ровно, демонстрируя идеальную осанку.

Ее столь резко привели в себя и какая-то непонятная тетка вдруг начала ей угрожать что бы она не рыдала и не капризничала Возможно ей кто-то когда-то рекомендовал как вести себя в подобном случае. К слову совершенно противоположным образом. Но все произошло столь внезапно, что она просто не смогла прикинуться испуганным ребенком.

– О! – на лицах было написано явное удивление столь неожиданной реакцией.

И тут голова Майи наконец заработала.

Эти люди почему у нее было чувство что они и понятия не имеют, кто она? Те самые первые слова наша малышка да какому умственно неполноценному человеку придет в голову так обратиться к дочери Великого герцога?

– И почему же я не могу сметь? – сощурив глаза, задала вопрос женщина. – Если госпожа сообщит имена своих родителей и адрес, то мы, несомненно, со всем почтением доставим вас домой.

– Да вы шутите? – недоверчиво спросила Майя. Нет, конечно, она подозревала, что эти люди могут и не знать, кто она и быть простыми исполнителями. Но тогда женщина не стала бы спрашивать ее имя. Хорошо вышколенные подчиненные и мелкие сошки никогда не осмелятся знать ничего, что им знать не следует. Все же инстинкт самосохранения у них не атрофирован. Люди же, что могли выступить против Великого герцога стояли столь высоко, что эта странная четверка и вздоха лишнего сделать побоялись. Что это значит?

А значит оставался самый абсурдный из всех возможных вариант ее похитили с намерением требовать выкуп с семьи. Это было настолько невероятно, что она просто не выдержала и расхохоталась.

– Она что, тронулась умом? – с ноткой беспокойства спросил один из похитителей.

Смеясь, Майя внимательно оглядывалась по сторонам и увидела свои многочисленные амулеты и драгоценные заколки. Ее обыскали, но браслета не заметили она чувствовала, как он давит под веревками. Но все остальное, похоже, с нее сняли.

Театр абсурда иначе это не назвать.

Ей даже объяснять не нужно было, что случилось. На встречи с Алом Майя всегда помещала отводящий от нее чужие взгляды артефакт в специальный футляр. Она была без него в той чайной, пока продолжительное время ждала в одиночестве. Обычно она не приходила настолько рано и Ал появлялся практически сразу. Никому бы и в голову не пришло, что она без сопровождения. Но в тот момент ее заметили те люди. И видимо присматривали издали, пока они с Алом наслаждались пребыванием в парке. А дальше все просто. Вполне обоснованно приняв ее за ребенка из знатной семьи, убежавшую от зоркого присмотра, эти люди ее просто похитили.

Быть в толпе не намного безопаснее, чем в пустом переулке.

Но учитывая, что Ариадна ее точно видела, освобождение было вопросом ближайшего времени. Ей нужно было просто отвлечь их. Называть же свое настоящее имя это было равносильно сообщению этим людям о вынесенном им смертном приговоре, который приведут в исполнение совсем скоро. Они, несомненно перепугаются, если поймут кого им удалось пусть и не надолго, похитить и как следствие могут наделать глупостей. Или что более вероятно правде никто не поверит. Врать о гипотетических родственниках так же не хотелось они же пойдут выкуп требовать. Ищи их потом по всему городу.

– Вы развяжите меня прямо сейчас! – не терпящим возражения тоном сообщила Майя. Если она изначально не выглядела испуганной, то зачем начинать? Эти люди не желали слез и истерик. Отлично!

Ариадна видела ее еще мгновение назад, но подопечная вдруг неожиданно исчезла.

Девушка точно видела, что дочь его сиятельства направилась в чайную ей до нее оставалось около ста метров.

Место в этом районе очень людное, но Майя мелькала между других посетителей парка и внезапно Ариадна не смогла ее увидеть. Подбежав до места, где заметила ее последний раз и ничего не заметив, бросилась в чайной, с крохотной надеждой, что подопечная там. Но ее не было.

Ее маленькая госпожа исчезла.

Ариадна неплохо изучила характер подопечной, а учитывая недавнюю попытку покушения это не злая шутка, и не совпадение. Девочку похитили.

Повсюду множество людей. Детей с заходом солнца стало даже больше волшебная иллюминация парка аттракционов дарила ощущения попадания в сказку. Это привлекало слишком многих.

Не медля, она бросила на землю небольшой прозрачный кристалл и со всей силы ударила по нему каблуком, превращая минерал в крошево.

В последние годы весь город был покрыт сетью детекторов магии. При фиксации фона выше нормы быстрее всего прибывало специальное подразделение магов.

Парк аттракционов одна из городских достопримечательностей, через которую ежедневно проходят десятки тысяч людей. Естественно в таком месте достаточно представителей охраны правопорядка из разных ведомств.

Маги появились меньше буквально через несколько секунд. В других местах города их реагирование было естественно не столь быстрым, но не далеко от ворот парка.

Когда появились люди в форме, Ариадна даже не дала им рта раскрыть, показывая медальон тайной канцелярии.

– Менее трех минут назад пропала девочка на вид десяти-одиннадцати лет, – девушка оглядывалась по сторонам пытаясь понять как такое возможно. – Темные волосы, косичка, глаза карие, платье сиреневое с цветочной вышивкой. Перекройте весь парк и ближайшие кварталы.

– Мимо ворот они не могли пройти, – сказал один из прибывших.

Подразделения магической охраны держали некоторую дистанцию от стражей и представителей тайной канцелярии. Они практически никогда не связывались с делами, в которых не замешана магия. В какой-то мере они даже были ограничены в возможности оказания противодействия преступной деятельности простых, не наделенных магическим даром людей. Согласно их регламентам единственное правонарушение, которым они могли заняться это уничтожение накопителя этой девушкой. Случаи похищения же должны расследоваться стражей.

Наличие знака тайной канцелярии несколько меняла дело, но не настолько, чтобы перекрывать парк и ближайшие кварталы. Столь невероятного требования они еще не встречали.

– Эта девочка любимая племянница Великого герцога сон Локклеста, – Ариадна без слов понимала все сомнения магов. Они были совершенно особым слоем общества. Приказать им что-то для нее было непросто. А на долгие уговоры времени не было. Если не сделайте все возможное, для ее возвращения, Верховный маг вам сам головы оторвет!

Прибывающая стража задерживала всех в округе слышались взволнованные голоса, и плачь испуганных детей.

Людей с каждой минутой становилось все больше. Выплеск энергии от разбитого накопителя попал на многих бывших не очень далеко людей. Маги могли это определить и сосредоточились на возможных очевидцах.

– Они не могли покинуть парк через ворота, – с момента поисков прошло пять минут, а все окрестности были просто парализованы. Ариадна старалась не отходить от того места и осматривала все расположенное рядом. Это давало возможность другим держать ее в курсе.

– Они что в воздухе растворились? – в голосе девушки слышалась злость. – Или под землю провалились? Но где? – нахмурилась вдруг она.

– Под парком есть туннели, ведущие в катакомбы города. Но они замурованы, – сказал один из стражей услышав ее последние слова. – Общеизвестный факт, что под городом скальная порода как губка вся в проходах.

– Ты можешь поставить свою голову на кон, утверждая, что в этом месте нет ни одного нового хода? – обратилась Ариадна к стражнику, и получив отрицательный знак, повысила голос. – Тогда чего вы стоите? Они не могли уйти под землю. Хот должен быть где-то рядом! Проверить чайную, и все что может служить прикрытием. Все ближайшие декорации под каждый камень заглянуть!

– Ваше сиятельство? – в кабинет Верховного мага зашел его помощник. – Вам просили передать это, – мужчина почтительно протянул поднос, на котором лежал сложенный вдвое лист бумаги.

На плотной бумаге было несколько строчек.

Подчиненные оперативно доставили информацию о предположительном похищении его племянницы. У Верховного таковых было несколько, но по заявленному описанию Вильяму и гадать не было нужды Майя пропала.

– Доставьте это сон Локкресту срочно, – бросил он записку обратно на поднос. – Где тот человек?

– У ворот.

Все сработали действительно быстро, учитывая обстоятельства. До места происшествия было далековато.

На подходе к парку к герцогу поспешил один магов, судя по форме, капитан отряда.

– Новости? – коротко спросил герцог.

– Они ушли через катакомбы. Мы ведем преследование.

– Сколько прошло с момента пропажи?

– Меньше часа.

– Известно кто это был и сколько их?

– Свидетели говорят, были женщина и мужчина. Девочке вдруг стало плохо, и они прислонили ее к одной из декоративных пагод. В пагоде был спуск в норы. Сейчас их преследуют.

Не успел закончить говорить этот человек, как подбежал еще один. Ему и вопросов задавать не было нужды с одного взгляда было понятно, что высокое начальство в состоянии испепелить и не заметить.

– Нашли место, где они вышли из нор.

– Они вышли, и вы их так быстро нашли? – недоверчиво спросил его сиятельство. Он уже вызвал по пути всевозможные силы, сообщил Альваресу, который весь город парализовать может, а эта самый большой город империи! И все это ради того, чтобы практически сразу найти место, где злоумышленники покинули подземелья! Это вообще имеет смысл? Какие дилетанты ее похитили?

– Слугами командовать будешь, – вперед выступил один из тех парней. А сейчас будь любезна представиться. Давай договоримся по-хорошему, иначе даже не смей потом просить пощады!

– Просить пощады? – мелкая зараза и не думала пугаться. – Можешь уже начинать репетировать! Еще и солнце не взойдет, как тебе этот навык потребуется.

– Так ты назовешься добровольно или все же тебе помочь? – спросил стоявший дальше всех мужчина.

– Это просто невероятно, – девочка демонстративно вздохнула словно классная дама школы благородных девиц, узрев безобразия вверенных ей учениц. – Разве это не вы должны сначала представиться? Но этот пункт мы по понятным причинам опустим, я на нем настаивать не стану. Я даже готова закрыть глаза на то, как сильно вы связали мне руки. Это действительно больно, но так и быть потерплю, – милостиво молвила она. – Но почему? Почему ради Небес в этом городе столько хамов, которые при первой встрече игнорируют формальные обращения? Вы вообще хоть представляете, как невыносимо это слышать? Несомненно, ваша жизнь была полна трудностей и лишений, однако это не повод игнорировать элементарные правила вежливости…

– Значит, сотрудничать не будешь, – прервал ее речь мужчина. – Хорошо. Этот вариант нас так же устраивает, – заявил он вынимая из кармана пузырек.

– Когда я говорила что отказываюсь? – Майя заметила движение этого человека, и оно ей очень не понравилось.

Эти люди явно помышляли похищением детей. И вероятнее всего именно девочек. Ни одна знатная семья не станет придавать огласке тот факт, что их дочь была похищена. Это крест на репутации их ребенка. Если детей возвращали целыми и физически здоровыми, то даже лекари были не нужны. А это значило, что никто не причинит ей физического вреда. Но для нее безопаснее быть избитой, нежели Бутылочка красноречиво давала понять, как именно жертв заставляли сотрудничать.

– Меня зовут Элла, дом расположен – но закончить ей не дали. Просто впихнули неопознанную таблетку и ударили так, что она инстинктивно ее проглотила.

– Деточка, – эта нахальная женщина вновь столь раздражающе обратилась к ней, – ты не дома. Заносчивости на десяток взрослых хватит, только что с того когда ты связанна и некого просит о помощи? В школах для богатых не учат смирению и послушанию. Сегодня, считай, повезло получишь от меня урок.

– Что вы мен дали? Майя не обратила внимания на женщину и посмотрела на того человека, что заставил проглотить таблетку. Она ее не успела рассмотреть, да и на вкус определить ничего не получилась. Но глазурная оболочка быстро растает и тогда да впрочем, и сейчас она уже ничего не могла изменить. Артефакт предотвращающий отравление с нее сняли она его заметила в общей куче изъятого у нее.

– Что-то что заставит тебя предельно честно ответить на любой вопрос, – снисходительно ответил молчавший до сей поры парень. – Не беспокойся, потом ты ничего не вспомнишь.

Ответ в сущности не принес ясности. Она знала рецепт с похожими эффектами, но только в Королевстве магов могли произвести эту таблетку с соблюдением сложнейшей технологии. В той книге, где он был описан, было добавлено, что есть много модификаций оригинального рецепта. И не все из подобных препаратов даже отдаленно напоминают оригинал.

Сначала это не заметно, но по сути это яд с отложенным эффектом. Вероятно, принявший его еще несколько лет будет чувствовать себя полностью здоровым, а потом организм резко ослабнет и любая болезни может стать смертельной.

Хотя действия яда было сейчас наименьшей из проблем.

Количество секретов, которые она знала вот это была проблема!

Болевшая изначально голова стала словно чугунной. И, казалось, ее проткнули железным прутом. Легкие при дыхании точно обожгло огнем.

Было так больно, что брызнули слезы, а она и звука не могла издать.

«Мне нельзя говорить»! – внушала она себе. Паника в этот момент была сильнее боли.

Майя верила, что ее спасут совсем скоро. Но в данном случае правда произнесенная однажды, может повлечь катастрофу. Этих людей, несомненно, схватят и вытащат из них все секреты это значило, что тайна будет открыта. Ей не было дела до этих преступников, но если она проговориться о Хранителе, то люди начнут умирать согласно тому закону. И было невозможно предположить, сколько их пострадает. Но можно знать, что это будут люди, которые посвящают себя службе империи.

– Похоже, начало действовать, – голос раздался как сквозь толщу воды, – сначала может быть немного неприятно, но потом все пройдет. Итак, мы можем начинать. Как тебя зовут? Кто ты?

Пусть и сквозь водную толщу, но она слышала голос и понимала вопрос. Что-то в ней хотело дать ответ но она не знала ответа.

– Майя, – непроизвольно вырвалось у нее. Но желаемого этими людьми продолжения не последовало.

Девочка погрузилась в какое-то странное состояние. Боль отступала или это она отгородилась от боли.

Кто ты? – это был вопрос, на который она и сама хотела бы узнать ответ.

В ее жизни все неожиданно менялось. Ее называли разными именами, у нее были разные статусы. Она вызывала то гордость, то жалость. Ее называли кем-то но было ли это верно? Их ожидания, их планы Она должна стать кем-то. Сохранять и оберегать неужели это все что ей осталось?

Комната вдруг тонким, едва уловимым ароматом, от вдыхания которого у ожидающих ответов преступников закружилась голова.

– Что это? – спросил один из них, покачнувшись.

У других были схожие вопросы, но они не могли ответить.

Они оседали на пол один за другим, теряя сознание.

Но Майя всего этого не видела и не замечала. Она погрузилась в себя и бормотала свершено непонятные вещи.

Перед глазами одна за одной всплывали картинки. Она вдруг словно стала маленькой и оказалась в кабинете отца.

Тогда ее пугал этот серьезный мужчина, одетый в официальный наряд. Он казался ей огромной горой. Вечной, высокой, горой по сравнению с которой не только она, но и все ее братья и сестры казались маленькими и незначительными.

Он сказал, что у нее впервые за много поколений в семье обнаружился дар. Это возможность, которую она должна использовать и это ответственность, так как обучение стоит очень дорого. Даже приданое сестер пострадает, поэтому у нее нет права на ошибки. Она должна не просто хорошо учится. Она должна знать гораздо больше, чем самый успешный ученик.

Потом была школа. Такая большая, что она боялась потеряться в бесконечных переходах.

Она снова оказалась среди толпы маленькая и одинокая девочка, с которой никто не общался. Везде слышались крики, смех, ругань и веселые голоса сотен учеников, что оказались неподалеку А она стояла словно призрак, которого никто не может видеть и слышать.

Она была призраком так долго но однажды случилось чудо.

Девочка вдруг улыбнулась. Перед ее внутренним взором предстала златовласая принцесса, что взяв за руку, привела ее в прекрасный мир магии. Она как заботливый родитель помогала делать ей первые шаги. Она показала, каким широким и ярким может быть мир, даже если у тебя практически нет собственной энергии. Помогала раскрыть ее истинные силы. Ничего не требуя и не настаивая.

И вот она уже в другом месте ее лаборатория место, что она считала своим истинным домом. Человек, чьим мастерством она восхищалась и на кого хотела походить.

А потом перед глазами предстала фигура высокого человека, тонущая в темной дымке.

– Предатель! – закричала она, ударяя наотмашь, словно хотела сменить картинку перед глазами. Ладонь обожгло болью.

В этот момент в комнате уже было полно народу. Преступную четверку связывали, а вот обмякшую на стуле девочку наоборот развязывали. Она выглядела измученной растрепанная коса, неестественный румянец на щеках и словно у пьяной взгляд. Но не успела последняя веревка упасть, как человек, что пришел на помощь, получил звонкую пощечину.

Любой, кто заметил ее до этого, мог поставить последний медяк на то, что когда ее отвяжут, она просто свалиться. Преступники видимо дали ей что-то настолько сильное, что даже усыпляющий дым на нее подействовал.

– Зачем вы это сделали? – хрипло спросила она. – Почему сначала учили, а потом отобрали все?

На этот раз к девочке никто не спешил приблизиться. Только те, кто был возле связанных, начали обшаривать последних ища признаки того, что ей могли дать. И опасаясь, что она может причинить себе боль или не дай Небеса получить травму, напав на них. Это была не простая девочка. Ради кого вообще возможно по тревоге поднять такой город как Норкимген?

– Все хорошо, – осторожно сказал один из стражей. – Скоро вы будете дома.

– Дома? – оборвала она. – Вы лишили меня дома и еще смеете упоминать об этом?

Она была невероятно быстра. Заговоривший с ней человек и опомниться не успел, как получил сильнейший удар по ноге, заставивший его рухнуть.

Дорогие туфельки этой особы имели металлическую отделку, а ударила она в аккурат там, где заканчивался сапог.

Но стоило этому человеку рухнуть, как с разворота ему прилетела локтем по уху.

– Хватит! – от невероятной картины, разворачивающейся пред ними, никто не обратил внимания на человека в бело-золотых одеждах, поспешившего к девочке.

Если бы им раньше кто рассказал, что они в одной комнате не обратят внимания на Верховного мага, то он бы долго находящегося с ними в одной небольшого размера комнате никто бы и не сказал. Нет, сумасшедших на службе не держат.

Девочка вдруг застыла на месте. Словно статуя.

– Ваше сиятельство. – человек обыскивавший одного из мужчин протянул фарфоровую бутылочку. – Вероятно ей дали это. Госпожа одурманена.

Когда сон Локклест прибыл к одному неприметному дому, коих в этой части города невероятное множество, его подчиненные и стража с представителями тайной канцелярии уже проникли внутрь. Подобного межведомственного взаимодействия уже давненько не видывали хотя нет совсем недавно Майю уже защищали представители всех крупнейших структур правопорядка. И тогда дело закончилось серьезными разрушениями.

Не дожидаясь результатов, он поспешил в окруженный плотным кольцом охраны дом.

В помещении творилось нечто странное. Все застыли, кроме маленькой девочки, которая непонятно по какой причине решила драться. И видимо останавливать ее никто не собирался. Ему хватило мгновения сковать ее магией. А потом ему передали бутылочку. Одна из подтелок под «Туман Майры». Если она пот действием этого дурмана, то сколько она успела наговорить?

– Никому не покидать комнату, – снимая свой плащ, он начал раздавать приказы. – Произошедшее не обсуждать, – он накинул плащ Майе на голову, – и не впускать никого до моего возвращения.

Сняв заклинание, он потянул девочку к выходу. И ему даже удалось выйти за дверь, пока его подопечная пыталась при помощи свободной руки выпутаться и осмотреться.

– Прекрати, – дернул он ее за руку, возвращая плотную ткань на место. Мы сейчас выйдем, и я не желаю, чтобы тебя разглядывали.

– Стойте! – она начала вырываться. – Я не пойду никуда с вами! Пустите меня!

– Успокойся, – Вильям пытался воззвать к разуму, который плавал в пелене тумана. Та гадость что ей дали должна была сделать ее покорной и послушной. Она должна говорить только правду и делать все что скажут. Вот последний эффект отсутствовал. А чего еще можно ждать от низкокачественных подделок?

– Ты ходячая проблема! – охнул он. Майя укусила его за руку. – Прекрати! Успокойся! Несносное создание! Ты вообще понимаешь, что с тобой происходит? – волоча упирающуюся племянницу спросил маг.

– Понимаю! Отпусти!

– Раз понимаешь, то прекрати вырываться! – взмах свободной руки и массивные двери впереди распахнулись, позволяя выйти из дома.

То тут, то там мелькали люди в форме, и мантии магов.

Майя не обращая внимание на обстановку продолжала вырываться и кричать, и Вильям просто ударил ее. Несильное резкое движение по нужной точке и девочка обмякла, а он подхватив ее на руки пошёл искать место куда можно пристроить его неожиданную проблему. Противоядие у него было, но оно подействует не сразу. А чего ожидать от этого ребенка утратившего связь с реальностью, он не представлял.

«Туман Майры». Зелье из разряда запрещенных. Оно влияет на мозговую деятельность. Под его действием взрослый человек впадает, что называется, в детство. Почти полностью пропадает возможность анализа своих действий и поступков. Накопленные знания по-прежнему доступны, но все те черты, которые присущи взрослому пропадают. Он становиться крайне внушаем и не может сопротивляться приказам. Его могут применять только палачи тайной канцелярии, без опасения получить смертный приговор.

Что касается результатов кустарных производств основное действие совпадает. Все эти препараты влияют на разум. Действие, как правило, не больше суток. Человек просто не помнит день своей жизни, когда приходит в себя. Вот только в отличии от Тумана, эти подделки не проходят бесследно для человека. Через несколько лет человек умрет.

В Королевстве магов был разработан антидот, позволяющий полностью удалить эту заразу. Лекарство было невероятно дорогим. Но проблема была не только в цене. Многие люди даже не знали, что были отравлены.

Люди, несмотря на хаос, старались Верховного обходить стороной, а немногие осмелившиеся предложить герцогу помощь были отосланы сердитым взглядом и кивком головы.

Оглядевшись по сторонам, он направился в сторону ближайшего экипажа тайной канцелярии абсолютно черного транспортного средства, которых перед домом собралось с десяток.

– К телепорту, – бросил он вознице, забираясь со своей ношей в экипаж.

Посадив находящуюся без сознания девочку рядам с собой, он достал маленькую коробочку. Разломив печать Башни, вынул белый шарик, похожий на жемчужину, который слабо светился в темноте. «Таблетка от глупости», так в их среде величали это лекарство. Это средство помогало от ряда заболеваний и являлось противоядием от целого класса ядов влияющих на деятельность мозга. Только была одна проблема Майя сегодня стала одной большой ходячей проблемой в состав лекарства входили ингредиенты, на которые у нее была аллергия.

«Ее нужно к лекарю, – давая ей таблетку, думал он, – но что если когда она очнется, то будет еще не в себе ох Майя, почему у тебя все как не у нормальных людей! Возможно ничего страшного не случиться нет, нет, с тобой точно, что-то случиться надеюсь он сможет приглядеть за тобой. Демону нет дела до политики и дворца. Можно не опасаться».

Размышляя в таком ключе, он ступил на портальную плиту, которая унесла их в далеких храм затерянный на болотах

Древние стены из массивных камней, свет из высоко расположенных стрельчатых окнах, пылинки кружащие в свете луны, зелень плюща, который упорно прорастал сквозь оконные проемы с улицы.

Вильям любил это место. Место абсолютного покоя. Место, в котором оказываешься наедине с миром.

Смотритель сделал этот город безопасным. Здесь не было никакой иной угрозы, кроме самого Эвдара, которого впрочем не пришлось особо ждать. Герцог не успел насладиться окружающим его спокойствием, как из прохода выступила высокая фигура.

Эвдар всегда чувствовал всплеск магии портала, и мог двигаться с превосходящей любого человека скоростью, поэтому всегда быстро оказывался рядом с прибывшими. Короткие, всего до плеч волосы были в беспорядке. Одежды как всегда из дорогих шелков украшенные изысканной вышивкой одеты небрежно, словно человека только с постели подняли и он торопливо одевался. Однако причина была в том, что Эвдар никогда не утруждал себя одеться по всем правилам. Он совершенно игнорировал все традиции и обычаи о внешнем виде. Этакий правитель города призраков.

– Что это? – спросил он, не то подойдя, не то проплыв по воздуху, настолько плавным было движение, он оказался возле герцога. Его взгляд был прикован к ребенку девочке на руках Верховного мага. Странное зрелище. Он чувствовал магию от этого ребенка. Но это было совершенно не то чувство как от мага. Энергия была не в человеке, а в артефакте. Очень сильном артефакте. Ему было знакомо это ощущение. Только он давно его не ощущал. Запах артефакта Высшей магии. Недавно изготовленного артефакта напитанного совершенно особой и притягательной силой.

– Это девочка, о которой я прошу позаботиться, – не ведая причин интереса, ответил Вильям. – Мне нужно уйти. Не уверен, как быстро смогу ее забрать.

– Я похож на няньку? – абсурдность просьбы заставила позабыть о привлекшем внимание артефакте.

– Это моя племянница и ее отравили. Пока не прекратиться действие гадости похожей на «Туман Майры», я опасаюсь оставлять ее где-то в другом месте. В обычном состоянии от нее не было бы проблем. Но сейчас она стала слишком ребенком. Кроме того, у нее может быть приступ аллергии, поэтому я естественно могу оставить ее только с человеком, который разбирается в лечении и травах. Разве в этом мире кто-то может тебя в этом превзойти?

– Я не нянька, – сказал, как отрезал Эвдар.

– Когда она проснется, дай ей доску и камни для ссоура. Это должно занять ее надолго. Прошу тебя позаботься о ней, а мне нужно спешить, – и он сгрузил остолбеневшему от такой наглости Эвдару находящуюся без сознания девочку и шагнул на плиту. Я верю, что вам окажется под силу защитить этого ребенка, и не пострадать при этом. – и отбыл, выдав эту абсурдную речь.

Эвдар еще долго стоял с почти невесомой для него ношей на руках. Людская беспардонность в последнее время просто поражала. Сначала младший сон Локклест без предупреждения является сюда с императором, потом Великий герцог сочтя его самым подходящим вариантом поручает нянчиться с ребенком! Нянька тот, кто убивал не задумываясь взрослый пред ним или ребенок, тот, кто вводил в ужас города кого звали демоном.

– Еще один город истребить что ли? – пробормотал он на полном серьезе.

– Юсшир, пригляди за ней, – бросил он сидящему за доской юноше и положив ее прямо на пол рядом с доской вышел.

В отличие от своего учителя, который даже теоретически не представлял, как обращаться с девчонками этого возраста, у Юсшира было четыре младшие сестры. С двумя из которых они даже дружили, если это можно так назвать. Общение в его семье вообще было весьма напряженным.

– Откуда ты такая взялась? – спросил он девочку. Она была маленькой, и казалась еще меньше, утопая в белоснежном плаще. В свете свечей ткань искрилась, а золотые линии орнаментов сияли, отражая свет. Это было странное место. Необычные и редкие гости, до которых ему не было дела.

Закономерно не услышав ответа, он вернулся к решению задачи на доске.

Сегодня он разбирал очередную партию из книг. А вечером как обычно, учитель проверит его успехи.

– Такой смешной, – от неожиданности Юсшир чуть не выронил камень. Ты кто?

Девочка незаметно для него очнулась и сейчас сидела рассматривая доску.

– Я Шир. А тебя как зовут маленькая госпожа?

– Хм а как же меня зовут? – она задумала, забавно подперев подбородок рукой. – Они все меня по-разному зовут. Маленькая госпожа юная госпожа ай не забивай голову. Для тебя я маленькая госпожа! Хотя так и быть сумеешь выиграть, разрешу звать по имени.

– Маленькая госпожа умеет играть в ссоур? – с преувеличенной любезностью спросил принц. На его сестер это создание не походило совершенно.

– В отличие от тебя умею, – самоуверенно заявила она. – Знаешь ответ на эту задачу?

– Еще не нашёл, но…

– Значит шесть камней.

– Что? – по беспардонности она могла дать фору даже местному хозяину. Юсшир даже и не представлял, что такие люди могут существовать.

– Дам тебе фору в шесть камней. Или нужно семь?

Ее слова были возмутительными. Будь перед ним его ровесник парень, дело бы точно закончилось дракой.

– Как будет угодно маленькой госпоже, – дежурно улыбнулся Юсшир, убирая камни с доски. Возможно, она не столь сильно отличается от сестер, как он посчитал раньше. Вы так уверены, что сможете обыграть, дав фору в шесть камней?

– Ты не знал решения той задачи. А я нашла его почти сразу, – пожимая плечами ответила девочка поудобнее устраиваясь и зажала в кулачках два камня. – Выбирай!

– Странное начало.

– Выбирай! – оборвала его девочка, а приказной тон смягчила милой улыбкой.

Он дотронулся до ее правого кулачка. Камень оказался черным.

– Будь, по-твоему. Фора так фора. Но одно условие расставь эти камни сама, – и он положил на доску шесть черных камней.

– Я сама? – девочка выглядела растерянной. Тогда я начну строить рисунок твоей игры!

– Это мое условие. Я не считаю, эту партию честной с самого начала.

– Тогда – она казалось, погрузилась взглядом в доску, замерев так на время. Здесь, здесь, – выставляла она камни с легким стуком на доску, – здесь. Еще, – требовательно протянула она руку.

– А не многовато?

– Еще один! – безапелляционно заявила девочка. – Теперь в самый раз.

– Интересная постановка, – рассматривая узор, констатировал Юсшир. Но как ты намерена выиграть с этим?

– Увидишь. И так удачной игры, – поклонилась она своему противнику.

– Удачной игры, – ответный поклон.

Вопреки ожиданиям Юсшира игра затянулась. Девочка оказалась сильным игроком и чем дальше, тем больше времени ему приходилось брать на обдумывание хода. Чем дальше, тем яснее он понимал с самого начала он играет по задуманному ею плану. Та фора уже не казалась форой. Как развернуть рисунок, переломить ход он думал над этим очень долго.

– Почему здесь? – после очередного его хода девочка словно выпала из транса. – Почему ты сходил так? – она задала вопрос и Юсштир собираясь ответить, взглянул на нее, но вдруг понял, что ей не нужен его ответ. – Если перенести эти линии, то эта часть останется без энергии. Можно ли провести дополнительную схему? – ее слова для молодого человека были совершенно неясными. Обычно партию сравнивали с военными тактиками и стратегиями или политическими ходами, смотря чем человек занимался в жизни. Но то, что говорила эта девочка, ему было совершенно непонятно. Хотя если увеличить пропускную способность здесь и здесь, то очередность измениться благодаря скорости Есть на чем записать? – наконец обратилась она к нему.

Во время партии не полагалось пользоваться, чем либо. Игрок должен все держать в голове. Но Юсшир даже не помыслил возразить и передал альбом и карандаш, в котором делал заметки во время обучения.

Девочка, открыв чистую страницу, тотчас принялась что-то чертить. Потом на мгновение оторвалась, поставив свой камень на доску, и снова погрузилась в свои чертежи. От раздумий следующего хода Юсшира отвлек треск рвущейся бумаги. Исчерканный лист был оторван и уложен на пол. Рядом с ним укладывались пока еще чистые листы.

– Что ты делаешь? – не смог сдержать любопытства он. Но его вопрос или не услышали или проигнорировали. Девочка была очень, очень странной. Такое сосредоточенное лицо, словно за ее черканиями сокрыто нечто монументальное или она загадки мира разгадывает. Потом еще на одном листе она начала писать какие-то цифры и формулы. Видел он нечто, похоже-непонятное, в книгах королевской библиотеке. Как-то просил учителей объяснить что это, но ему посоветовали не забивать пока голову тем, что познается, достигнув звания ученого.

– Ты еще не сходил? – пока он рассматривал ее творчество, она заметила, что нового камня не хватает, а ее противник переключил свое внимание с доски на ее заметки. Лицо у нее при этом было весьма сердитое.

– Извини. Ты еще следишь за партией?

– Естественно! Мне нужна новая точка, поэтому я жду! – и выразительно глянула на доску.

Вернувшийся через несколько часов Эвдар увидел странную картину. Пол был завален бумагами, а девочка что то писала, то и дело поглядывая на мешанину линий.

Юсшир навис над доской, сосредоточено размышляя. Словно перед ним загадка Небес, не меньше.

Ступая неслышно он подошел к ученику. Разложенная партия была странной. И совершенно непонятной. Что могло заставить соперников так странно играть он перевел взгляд на девочку. Она была полностью поглощена своими записями. Взгляд зацепился за один из листков. Не тот на котором были тысячи линий, а тот где были записи. Сложнейшие формулы, для записи одного действия в которых приходилось тратить по нескольку страниц.

Когда-то невероятно давно, он делал подобные расчеты. И сейчас, глядя на исписанные и исчерченные страницы, не мог не понять, что происходит. Девочка создавала заклинание. Строила магию. Шаг за шагом расчеты, проекции.

«Что это за создание? – мелькнуло у него непроизвольно. – Ребенок да сколько магов вообще способны на такое»?

Внимательное изучение ауры показало она человек без способностей.

– Ты можешь воплотить это? – присев рядом с ней, спросил Эвдар. Она была под действием тумана, а потому он не сомневался, что получит ответы на любой вопрос.

Она оторвалась от своего занятия и посмотрела на него. Глаза зеркало души. Глаза ребенка чистое, незамутненное зеркало. Только он не видел ничего. Взгляд человека, не связанного с этим миром. Встречались ему на пути несколько магов, которых даже он не решился тронуть. У них был такой же взгляд. Взгляд человека, не являющегося частью этого мира, а принадлежащего магии. Целиком и полностью.

Они так глубоко уходили в свои работы, что с легкостью выдавали результаты, на которые небыли способны целые магические исследовательские институты. Он и сам когда-то занимался исследованиями, поэтому с легкостью мог понять состояние такого человека. Человека в прямом смысле дышащего магией. Только глаза упорно твердили ребенок не может иметь навыков ученого подобного уровня.

– Ты кто? – задала она вопрос, после пристального изучения севшего рядом с ней человека.

– Я демон, – просто ответил он.

– Демон? – на задумчивом лице появилась легкая улыбка. – Это то, во что ты заставляешь верить остальных?

– Это то, кем я являюсь.

– Кто ты?

– Я смотритель Больших болот.

Она укоризненно на него посмотрела.

– Мне не важно, кем тебя считают другие. Кто ты?

– Что значит кто я? – ледяная маска безразличия треснула и Эвдар вспылил. Взгляд этого ребенка казалось, смотрел сквозь само время, и спрашивали не его демона нагоняющего страх на любого мага, а пытались найти кого-то другого. Того, кто уже похоронен под песками времени.

– Демон или смотритель не задали бы вопроса смогу ли я это воплотить. Так кто ты, скрывающийся за маской демона и смотрителя?

– Эвдар, – наконец ответил он, зная что его ответ ничего не скажет этому ребенку. – Маг-эксперементатор, чьи работы официально запрещены во всем мире почти две с половиной тысячи лет назад.

– Я Майя, – представилась малявка. – Теоретик артефакторики. Не маг, но мои работы тоже бы запретили, узнай кто о них.

– Чем же ты занималась?

– Автономные заклинания и артефакты. Взаимодействие с окружающей энергией и теории динамических заклинаний ну и еще кое-что. А ты?

– Расширение резерва и поглощение энергии живых. Разве перечисленное тобой не из раздела взаимодействия с Высшей магией?

– Не все. А разве изменение резерва подожди Эвдар Шестьдесят девятая конференция институтов по вопросам природы магов и развитию резерва. Так значит, это из-за твоей работы Советники Азадара заявились туда и взяли под стражу всех участников! А тема развития резерва стала запретной. Не то чтобы раньше у кого-то особые успехи случались, но с тех пор…

– Откуда ты знаешь, что было две с лишним тысячи лет назад? Что ты вообще такое? Детям не положено знать столько, да еще и говорить об столь давней истории, как о вчерашней новости.

– Я просто читать люблю, – с тяжелым вздохом ответила она. – Могу новости и о прошлой династии рассказать. Или а ты знаешь почему Азадар запретил Высшую магию? Вот уж кто заслуживает звания демон! Гад заносчивый! Рухлядь древняя! Вот бы ему кто чайку из Ирдра налил, да пирожками по рецепту Трина Смирта угостил!

– Трин Смирт где я мог слышать это имя? Не его случайно казнили по приказу Азадара тысячи так три лет назад?

– Просто человек был действительно Мастером ядов. Он действительно хорошо разбирался в растениях и людях. Понимал природу взаимодействия человеческого организма и магии. Один из его рецептов в сочетании с выжимкой Ирдара позволял блокирование возможности оперирования энергии посредством, как построения конструктов, так и оперированием свободных масс.

– За такое и я бы казнил, – пробормотал Эвдар. – Чем тебе успел так насолить король магов?

– Из-за этого допотопного интригана, я истинного зрения лишилась!

«Какой предусмотрительный!» – подумал Эвдар, не решаясь сказать подобное в слух.

– Так ты.

– Я не смогу его воплотить! – и из ее глаз побежали слезы. – Я теперь ничего не могу! Зачем, зачем тогда все это? Я же простой человек! Зачем мне столько знать о магии?! – она разревелась по полной. Если бы Майя задумалась, то поняла, что в жизни еще так не рыдала.

Эвдар впервые в жизни стал подушкой для рыданий совершенно незнакомый опыт. Его драгоценные одежды рукава использовали вместо носовых платков, и выцарапать их назад, пока все совершенно не испортили, не представлялось возможным. Глаза вновь зацепились за разбросанные повсюду листки. Его зрение позволяло свободно читать все, что было написано и в подробностях рассматривать схемы.

Так они и сидели он изучал ее работу, она рыдала, уткнувшись в его рукав.

Он ничего не понял, в том смысле, что это должно получиться. Но вполне смог подтвердить свою недавнюю оценку простому человеку, в смысле даже очень образованному магу такое не под силу.

От него постоянно ускользала суть. Он пытался погрузиться в то состояние транса, когда ныряешь в это целиком и без остатка. Но не мог.

– Хватит рыдать! – рыкнул он на девчонку и резко дернув, вырвал рукав. – Теперь этот предмет гардероба годился разве что на мусор.

От сильного рывка ткани, Майины руки и лицо, словно огнем опалило. Она задохнулась от боли, а потом вскочив и не разбирая дороги из-за застилавших глаза слез, бросилась в темноту дверного проема.

Эвдар даже не удостоил взглядом убежавшую девчонку. Потом найдет. Зато без нее стало возможным сосредоточиться на записях. Юсшир же памятуя общение с сестрами, так же остался на месте. Одна она быстрее успокоится.

Демон потерял счет времени, когда ощутил всплеск силы. Сработал переход.

– У вас все в порядке? – спросил его Вильям, стоило появиться в приемной зале. Вид при этом у Верховного мага был несколько взерошенный. В самую пору интересоваться его состоянием дел, если бы Эвдара это хоть немного интересовало.

– Какая странная у вас племянница, – задумчиво сказал Эвдар.

– Все мы странные. Каждый по своему, – философски ответил маг. – Благодарю, что присмотрели за ней. Пора вернуть ее родителям. Где она?

– Рыдает где-то, – неопределенно махнул рукой Эвдар.

– Что произошло? – герцог был не на шутку взволнован. В его представлении рыдания и Майя были понятиями, которые не могли пересечься ни при каких обстоятельствах.

– Ничего особенного. Она разрабатывала заклинание, и в процессе заявив, что все бессмысленно начала реветь. Не представлял, что есть дети способные на нечто подобное.

– Полагаю, речь не о слезах. Не проводите меня к ней? Почти рассвет. Не ожидал, что задержусь так надолго.

Эвдар прикрыл глаза, прислушиваясь. Растворяясь в окружающем пространстве. И с ужасом распахивая их, поняв, где девчонка!

Его святая святых оранжерея! Даже Юсширу туда был вход под страхом смерти запрещен.

С такой скоростью он не передвигался уже давно.

На улице царила ночь, но его глазам лунного света было более чем достаточно. Стоило переступить порог стеклянного здания, как он учуял среди ароматов растений запах дыма, который доносился со стороны маленькой комнатки одной из его лабораторий.

В его вотчине хозяйничала эта из горла раздался рык. Среди кустов в противоположной стороне мелькал огонек. Ему потребовалось собрать все силы, чтобы не свернуть девчонке шею.

– Что ты здесь делаешь? – прошипел он, оказавшись за спиной девочки.

Она вздрогнула и развернулась.

– Доброй ночи, – приветствовала она его легким поклоном. Эвдар даже замер от неожиданности. Внешне это была та же девчонка только она изменилась. Словно перед ним был другой человек. – Прошу извинить меня, за вторжение.

– Что ты здесь делаешь? – повторил он вопрос.

– В данный момент я восхищаюсь коллекцией собранной в этом месте.

Невозможно было представить, что некоторое время назад этот ребенок рыдал, уткнувшись в его рукав. Спокойствие исходящее сейчас от нее было практически осязаемым.

– А до этого? Здесь что-то готовили?

– Пара настоек. Мое поведение сегодня было непростительным. Я должна была избавиться от действия некоторых составов, поэтому воспользовалась вашей лабораторией.

– Сильная вещица получилась, – осматривая ее словно неведомую зверушку, заметил Эвдар.

– Кажется, нас не представили друг другу. Не подскажете где мы и как я здесь оказалась?

– Вы в моих владениях. И Верховный уже прибыл за вами.

– Вот как? Не будете ли вы столь любезны, проводить меня к нему?

– Отчего же не проявить любезность. Однако вы были в моем доме гостьей. Хотя обстоятельства нашего знакомства абсурдны. Меня зовут Эвдар. Я хозяин этих владений и оранжереи, что вас так восхитила.

– Господин Эвдар боюсь обращение по имени недопустимо. Как мне называть уважаемого хозяина столь удивительного поместья?

– Имени более чем достаточно. Не люблю формальности.

– Майя, – просто представилась она.

– Это в укор мне или есть еще какие-то причины не называть имя рода? – спросил он.

– Обычно это имя хотя о чем я. Верховный маг вам доверил меня в не самом лучшем состоянии. Значит, вас не должно это удивить.

– Он назвал вас племянницей, прося позаботиться. Это так? Вы действительно часть семьи?

– Майя сон Локкрест. Пускай кровного родства меж нами нет, но я действительно считаюсь племянницей герцога сон Локклеста.

– Вот как? Не знал, что семьи сон породнились Мы тут живем в стороне от оживленных мест, и новости доходят с некоторым запозданием.

– Этой новости уже не одно десятилетие. Вам стоит иногда выбираться в Столицу.

– И что же мне там делать? Собирать новости?

– Учитывая ваше увлечение растениями, я бы посоветовала посетить городскую оранжерею. Была в ней сравнительно недавно. Там есть некоторые виды, достойные вашего внимания. Полагаю, на условиях обмена вам несложно будет их заполучить.

– Не люблю переговоры.

– Тогда позвольте мне в качестве извинения за столь бесцеремонное вторжение в вашу оранжерею прислать вам пару растений.

– А выбирать растения за меня это еще хуже.

– Тогда Вам стоит еще раз подумать о визите в Столицу. Возможно, однажды Вам захочется побывать там. Если такой день все же настанет, прошу вас не беспокоиться. Как я поняла, вы не любите людскую суету и общество, однако мне удастся организовать ваше пребывание в том месте ночью, и не один человек не потревожит вас. Полагаю, столь эрудированный человек не будет испытывать нужды в экскурсоводе.

– Вам уже пора, – кивнул на выход этот странный тип. Девочка учтиво поклонилась и пошла в указанном направлении.

«Она точно не человек» – смотря на маленькую фигурку, думал он.

«Спасибо!» – на лице Майи была легкая улыбка. С ее воспоминаниями была некоторая проблема, но последние часы она помнила хорошо. Ее поведение было ужасно но сейчас она чувствовала себя очень легко. Словно выплеснула что-то очень темное, тяжелое.

«Я не смогу воссоздать заклинания, увидеть плетение линий энергии, не смогу но кое-что мне по прежнему доступно. Я это я. Неважно в чем. Я сумею придумать новую мечту. Новый план».

Вильям смотрел на идущую девочку. Небо становилось светлее под лучами восходящего солнца. Она шла по полуразрушенной галерее в сторону портала. Косичка давно растрепалась, и волосы были в полном беспорядке. Платье, которое наверняка годиться разве что на выброс, закрывал бывший когда-то бело-золотой плащ. Он волочился за ней, собирая весь окрестный мусор, и у мага мелькнула мысль, что теперь ему нужен новый предмет гардероба. А потом он увидел ее лицо, на котором была мягкая улыбка. Заметив его, девочка склонилась в учтивом поклоне и прибавила шагу.

Во многих местах уже пришла зима, но Королевство магов северная страна, и зима даже и не думает сдавать позиции. Большинство островов окружены барьерами, поэтому, лютой стужи там не бывает.

Однако замок короля этой волшебной страны уже многие века не поднимал барьеров.

В последние дни разыгралась сильная метель и сугробы замели первый этаж до сер едины.

Азадар любил такие дни. Он мог несколько часов любоваться снегом и в такие моменты от созерцания его даже конец света не смог бы отвлечь.

Сулмердир поставил чашку дымящегося чая на столик подле монарха.

Совет на вчерашнем заседании рассмотрел новый проект закона, и его величеству необходимо было с ним ознакомиться, дабы высказать замечания.

Но непрекращающийся снегопад давал всем понять придется набраться терпения и подождать.

– Ты присматриваешь за ней? – вдруг неожиданно раздался голос короля.

– Ваше величество? – в голосе Сулмелдира было неподдельное удивление. За многие годы он понял, что под кружение снега его величеству нравиться размышлять о весьма значимых и сложных вещах. Поэтому подобный вопрос в данный момент был странным.

Де Аннелион сразу понял о ком речь его особенной ученице, которая потеряла доступ к любимой ей магии. И возможно такой вопрос показался бы уместным. Но не в снегопад.

– Приглядываешь, – кивнул своим мыслям Азадар, не отрывая взгляда от пелены снега. – Сообщи мне когда она пропадет.

– Что? В каком смысле она должна пропасть? – Сулмелдир припоминал все известные ему факты и не мог понять, отчего король решил, что она должна пропасть. И отчего это ему важно. Когда это должно случиться?

– Возможно через два дня, а может через двадцать лет. Даже если пройдет сто лет помни мне нужно знать о ее исчезновении.

– Это будет какое-то необычное исчезновение? Мне докладывали, что она уже как-то исчезала.

– Однажды она отправиться столь далеко, что не сможет найти обратного пути.

Азадар сделал небольшой глоток чаю. Этот снегопад наконец помог ему принять решение. Он окажет судьбе эту услугу, откликнувшись на просьбу. Пророчество сбудется. Но что же последует за этим? Рядом с ним лежала книга, которую Майя могла узнать с первого взгляда. Столь настырную книгу сложно забыть.

Та картина, где он с младшим братом. Азадар не жаловался на память, пусть с той поры прошли тысячи лет. Он стразу заметил это несоответствие.

Так что же оно могло значить? Совпадение? Но совпадения в книге судьбы…