ВИННИ-ПУХ.

ВЕСЕЛЫЕ КАНИКУЛЫ

Винни сладко потянулся, зевнул и, прогоняя остатки сна, подумал:

– Какой сегодня день? Сегодня необычный день... Сегодня Рождество!

Сон слетел окончательно.

В тесной берложке Пуха было сыро и темно. Винни выбрался наружу и уселся под огромной елкой. Пушистая хвоя надежно укрывала его от мокрого снега, который все сыпал и сыпал из хмурых серых туч.

Все лесные обитатели, конечно, носу не казали на улицу, сидели в теплых домиках и, наверное, ели что-нибудь вкусное...

Тихое урчание послышалось под елью. Винни навострил ушки – кому же это, кроме него, не сидится в такую погоду дома? Вокруг никого не было видно, а урчание раздалось вновь.

Винни осенило: урчал его голодный живот! Но в берложке, увы, не было ничего съестного, если не считать старую сухую шишку...

Ужасно не хотелось вылезать из-под разлапистой елки. Винни высунул сначала нос, который тут же атаковали холодные мокрые снежинки. Закрыв нос лапами, Винни пушистым шариком покатился к Кролику, который жил ближе всех.

Ура! Шубка Винни даже не успела промокнуть, а вот уже и полянка, и на ней – большой уютный дом. Винни заглянул в окно, освещенное теплым неярким светом. В глубоком кресле у камина сидел Кролик, читал какой-то ярко раскрашенный журнал и жевал пирожок. А на столике, рядом с креслом, стояла тарелка с огромной горой пирожков! Вкусных, сладких, горячих... У Винни даже слюнки потекли.

Да, Кролику можно только позавидовать! Он первым придумал кормить диких пчел сахаром, чтобы они не тратили время на поиски цветов-медоносов и сами отдавали весь свой мед. Потом пчелы из других гнезд тоже переселились поближе и стали работать на Кролика. А там дело пошло!

Вскоре на полянке вырос чудесный дом, окруженный деревьями, на которых гнездились дикие пчелы, а чуть поодаль Кролик выстроил небольшой домик для Ослика Иа – теперь тот возил его по Лесу, собирал мед и выполнял другие поручения. Вот только со старыми друзьями Кролик давненько не видался...

Откроет ли он теперь тяжелую дубовую дверь своего дворца для озябшего и уже промокшего Винни?

Что толку гадать! И Винни решительно позвонил в массивный резной колокольчик. В доме раздалось мелодичное «Бом-м-м», дверь распахнулась. Ура! Кролик остался таким же радушным хозяином, и сейчас они вместе усядутся у камина. Журнал отложен в сторону, дрова тихонько потрескивают и рассыпают снопы искр, шубка Винни слегка дымится, обсыхая, а два старых друга – Кролик и Пух – дружно жуют теплые пирожки с медом и...

– Это, конечно, ты, Пух? – раздался откуда-то сверху скрипучий голос Кролика. – И, конечно, ты пришел просто так, в гости – поболтать? Я занят сегодня, и завтра, и послезавтра. Справа от входа кухня, зайди и возьми себе пирожков, сколько унесешь. И не отвлекай меня от дел своими глупыми медвежьими разговорами. Не забудь закрыть за собой дверь – с той стороны!

А сам Кролик даже не вышел взглянуть на Винни. Наверное, в эту Рождественскую ночь у него и правда очень важные дела...

На улице стало еще мокрее и холоднее. Или это показалось Винни, когда он, тихо притворив за собой дверь, вышел из уютного теплого дома с таким неприветливым хозяином?

Проходя мимо маленького домика, где жил Ослик Иa, Винни махнул лапкой, прощаясь с полянкой навсегда...

Домой идти не хотелось. Было тоскливо и жалко чего-то, может, ушедшего лета?

А что поделывает сегодня Пятачок? Винни не был у него в гостях с осени, когда случайно встретил поросенка в странной компании – с худой серой Крысой и беззубым облезлым Котом. Пятачок на ходу бросил Винни: «Привет и пока!» и вместе с новыми друзьями скрылся за дверью своего домишка. А Винни остался на пороге, растерянный и обиженный. Но, может, сегодня Пятачок обрадуется, увидев старого друга?

В раздумьях Винни и не заметил, как свернул на заметенную снегом тропинку, ведущую к домику Пятачка.

В домике было темно. Винни подошел поближе. Дверь приоткрыта... Странно! Винни нерешительно толкнул дверь и вошел в холодную комнату. Да, тут гостей явно не ждут! Винни сделал еще один неуверенный шажок, и вдруг раздался ужасный вопль, кто-то прыгнул ему на живот и вцепился острыми когтями в мягкую шерстку. Оказалось, что в темноте Винни нечаянно наступил на хвост облезлого Кота! В углу недовольно заворчала тощая Крыса.

– Медведь неповоротливый! Вечно ты врываешься в самое неподходящее время! Ты разбудил моих гостей! Все порядочные медведи спят зимой, а ты... ты...!

Винни от ужаса закрыл глаза. Эти злобные слова визгливо кричал ему старый друг, тот самый Пятачок с которым так много было связано для Винни...

Винни с Нюсей весело бегали наперегонки по Лесу, со смехом зарывались головой в сугробы, прятались друг от друга за огромными синими елями.

Винни подпрыгнул, схватился за ветку и тряхнул ее, а на Нюсю, бежавшую за ним, обрушился целый снегопад. Отряхнувшись, притворно рыча, Нюся повернулась спиной к Винни и, орудуя всеми четырьмя лапами, забросала его снегом. Они оба превратились в снеговиков и, хохоча, отряхивали друг друга, а потом опять бросались снежками.

Внезапно Нюся притихла, уткнулась носом в сугроб и сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее пошла по следу. Винни шариком покатился за ней. Нюся предостерегающе подняла лапу, показывая, что сейчас нужно помолчать.

Так, в полной тишине они продвигались вперед еще некоторое время, пока за деревьями не показался дом Пятачка. Тогда Нюся легла на живот и поползла, жестом приказав Винни сделать то же самое. Впереди были слышны голоса. Винни и Нюся притаились за толстым стволом могучего дуба. Отсюда все было отлично слышно.

– Ну, у тебя все готово? – проворчал Клык.

– Да-да, – заискивающе заторопилась Шмыга. – Варенье из мухоморов уже почти сварилось, а компот из волчьих ягод остывает в кастрюле.

– Ты что, собираешься скормить этому крошечному поросенку все наши запасы?

– Нет-нет, что ты! Волчьих ягод хватит до следующего урожая! Мы ведь собирали их целый месяц, да и поросенок помогал! – Шмыга противно захихикала.

– Да, скорей бы разделаться с поросенком! Тогда останется только прибрать в его домишке, повесить вывеску, наварить побольше ядовитого компота из наших запасов... А там и гости повалят! Ладно, пошли, пора нам вкусно накормить нашего свиненочка!

Клык и Шмыга громко захохотали, задрали вверх хвосты и вернулись в домик.

Винни в ужасе схватил Нюсю за лапу.

– Что все это значит? Почему они хотят накормить Пятачка мухоморами и волчьими ягодами? И каких это гостей они собираются принимать в домике Пятачка?

– Все очень просто и очень страшно. Они хотят отравить Пятачка, в его доме открыть что-то вроде гостиницы, а уставших путников, которые захотят отдохнуть у них, тоже будут травить ядовитым компотом. А потом, скорее всего, обворуют до последней нитки... Ужас!

В домике раздались странные звуки, как будто кто-то колотил в дверь изнутри.

– Скорее!

Винни и Нюся подползли к окошку, осторожно приподнялись и потихоньку заглянули внутрь. Клык обучал Пятачка метать нож, используя в качестве мишени входную дверь. Винни вспомнил, как они с Пятачком вдвоем выпиливали, шлифовали, красили и устанавливали эту дверь, весело напевая любимую песенку поросенка:

А сейчас на этой двери, сделанной с таким старанием и любовью, зияли огромные дыры!

Нюся легонько толкнула его в бок, и Винни перевел взгляд на крысу Шмыгу. Она накрывала на стол. Парок шел от миски с еще горячим мухоморным вареньем, а Шмыга несла от плиты тяжелую кастрюлю с ядовитым компотом. Ее длинный голый хвост мелко подрагивал от возбуждения.

– Что делать? – зашептал Винни, в ужасе от увиденного.

– Не волнуйся. Ты не знаешь, конечно, что мы, шнауцеры, – лучшие крысоловы в мире. Твоя задача – отобрать нож у кота, а за остальное можешь быть спокоен. Сделаем так...

Еще пару минут Винни и Нюся пошептались, а потом быстро разбежались в разные стороны.

Винни вышел на крыльцо. Костер под старым дубом еще не прогорел. Винни наломал сухих веточек, нашел несколько шишек и березовую чурочку, подбросил в костер и подул на тлеющие угольки. Первые робкие язычки пламени неуверенно облизали ветки, потом огонь затрещал шишками, и наконец, принялся за березовую чурку.

Винни заглянул через окошко в домик.

Нюся и Пятачок, вконец уморившись от веселой беготни, крепко спали, прижавшись друг к другу.

Пух вернулся к костру, подбросил в огонь сосновых веток. Громко затрещала сухая хвоя, рассыпая снопы искр в темном ночном небе. В свете пламени невесомым хороводом кружились снежинки...

Винни смотрел на огонь, а на душе у него было легко и спокойно.

Ночные сумерки отступали, сквозь черное небо пробивались первые лучики холодного зимнего солнца. Нюся вышла на крыльцо будки, потянулась вперед, назад... Черный кожаный нос, похожий на маленькую боксерскую перчатку, втянул морозный воздух. Ничем, подходящим для завтрака, увы, не пахло.

«Ну что ж, прогуляемся», – решила Нюся и легкой трусцой выбежала на улицу.

В темной сырой подворотне лежала замерзшая дохлая крыса. Нюся взяла ее зубами за хвост, чтобы оттащить в сторонку, туда, где стояли контейнеры для мусора.

– Ай, какая умница! – раздался вдруг чей-то ласковый голос. – Ай, хорошая собака!

Нюся подняла голову. Рядом стояла женщина в белом халате, надетом поверх теплой толстой шубы.

– Давно я заприметила, что в моем магазине крыса завелась, да только не знала, как ее извести! Ни крысоловки не помогали, ни отрава! Как-то кота запустила на ночь, так он, бедняга, до утра дрожал от страха, а как я магазин открыла, так и припустил, только пятки засверкали! А ты, умница, ее поймала, да тут же и загрызла. Ай, молодец, ай, хорошая! Ну, пойдем скорее, я тебя угощу чем-нибудь вкусненьким!

Нюся завиляла хвостиком, бегом отнесла дохлую крысу на помойку и вернулась к женщине. Та, не переставая восхищаться Нюсиным подвигом, отперла тяжелый железный замок, и они вместе вошли в подсобное помещение магазина.

Ах, как там вкусно пахло! Слева от входа громоздились большие круги сыра. Прямо над головой, на острых железных крюках покачивались розовые окорока. У Нюси глаза разбежались. Но женщина поманила ее за собой и прошла дальше, к холодильнику, открыла его и достала с полки сардельку. У Нюси слюнки потекли, но она помотала головой и твердо сказала:

– Спасибо, но у меня в будке спят двое голодных друзей. Я не могу съесть это одна.

– Ты не только смелая собака, у тебя такое благородное сердце! – воскликнула женщина и подала Нюсе целую связку сарделек. – Кусай, сколько хочешь!

Нюся откусила от связки три сардельки, благодарно лизнула руку доброй женщине и потащила добычу в будку. Если честно, это была не совсем заслуженная награда, ведь подвига, по сути дела, Нюся не совершала, но раз уж дают – стоит ли отказываться? Тем более, что если бы Нюся увидела живую крысу, то непременно убила бы ее. Ведь крысы – злейшие враги шнауцеров!

Как-то утром в будку заглянул Пупс.

– Что, спите? Просыпайтесь, сони-засони, пойдем ко мне домой, позавтракаем!

Винни и Пятачку было очень интересно взглянуть, как живет Пупс, поэтому они моментально вскочили с дивана и хором воскликнули:

– Мы уже готовы!

Далеко идти не пришлось – Пупс жил в соседнем доме. Да, на такую квартирку стоило взглянуть! В прихожей на полу лежал мягкий и пушистый ковер, зеленый, как молодая травка, на нем так и тянуло поваляться, но Пупс важно провел друзей в комнату. Там вдоль стен стояли глубокие уютные кресла, а посередине – диван, широкий-широкий, как лесная поляна!

– Вот тут я сплю, – похвастался Пупс, – вместе с хозяевами. Я – в серединке, а они – с краешку. Попробуйте, как мягко!

Винни и Пятачок вежливо похлопали по дивану, оказавшемуся действительно мягким, как подушка.

– Пойдемте на кухню, завтракаем мы обычно там. Можно, конечно, и на диване, но лень носить тарелки туда-сюда.

Винни усомнился, что причина только в лени, ему показалось, что на таком роскошном диване и спать-то боязно, не то что есть. Но промолчал.

В чистенькой белоснежной кухне Пупс по-хозяйски открыл холодильник и начал доставать тарелки и тарелочки, баночки, мисочки, пока весь стол не оказался уставленным посудой.

– Прошу, – повел лапкой хозяин.

Когда гости, вдоволь наевшись колбасы и творога со сметаной и запив все это молоком, наконец отвалились от стола, кухня уже не выглядела такой чистой и нарядной.

– Теперь можем посмотреть телевизор – в вашем Лесу наверняка такого не видали. Или хотите послушать музыку? Я могу поставить классную пластинку, «Голоса животных» называется. Выбирайте, что больше по вкусу.

Винни с Пятачком только переглянулись.

Но тут неожиданно дверь кухни открылась, и на пороге появилась хозяйка. Кажется, она была настроена далеко не так гостеприимно, как Пупс.

– Это еще что такое? Мало того, что Нюся у нас, как у себя дома, так ты еще целую ораву притащил? Молоко на стол разлили, с чем я буду кофе пить? Ну-ка, марш отсюда, чтоб и ноги вашей тут не было!

– Ну что ж, – философски заметил Пупс, – погостили – пора и честь знать. Я вернусь очень нескоро, прошу меня не искать и не беспокоить расспросами дворовых котов. Я обижен!

– Пупс!!!

Но друзья поспешно выскочили на лестницу.

– Ничего, пусть поволнуются, им полезно, – ворчал Пупс. – Мне прямо неудобно! Подумаешь, молоко разлили... А я у Нюси пока поживу, не впервой.

Сказано – сделано, и уже к обеду друзья стояли у порога будки, ставшей уже почти родным домом. Правда, им пришлось немного подождать на крылечке: Нюся принимала участие в выставке собак. Зато, когда она вернулась, радости не было предела. Друзья обнимались и целовались, как будто не виделись сто лет.

За обедом, состоявшим из пряников с молоком, Винни и Пятачок, перебивая друг друга, рассказали о проблеме, возникшей в лесу.

– Сахара у меня тоже нет – от него портятся зубы. А цветы... Давайте сходим в зоопарк – может, там есть подходящие цветы. То есть, сходим мы с Пятачком...

– А я? – вскричал мгновенно обидевшийся Винни.

Нюся хитро улыбнулась и выкатила из-под стола... Да-да! Велосипед!

– Ты поедешь. Велосипед, правда, старенький, он был немножко сломан, но Пупс все починил и смазал маслом, так что вперед, Винни!

До зоопарка добрались, как показалось Винни, даже слишком быстро! Сначала, правда, не все получилось, но когда Пух освоился с велосипедом, ветер засвистел в ушах! Винни выписывал восьмерки и круги, ехал задом наперед, держался за руль то правой, то левой лапой... Он был самым счастливым медведем на свете!

Зоопарк поразил Винни и Пятачка. Там, за высокими железными заборами, разгуливали высоченные пятнистые жирафы и серые ушастые слоны, в глубоком бассейне плескались и фыркали совершенно белые медведи. Огромный бурый медведь стоял на задних лапах, вцепившись в проволочную сетку когтями и, ухая, раскачивался из стороны в сторону. Поодаль, в клетках, метались тигры и леопарды, львы и пантеры, полуприкрыв пронзительные желтые глаза, в которых стыла тоска по родным джунглям...

Нашим друзьям стало не по себе. Они отошли в сторонку и огляделись.

– Слушай, Нюся, тут только звери, а цветов что-то не видно, – заявил Пятачок.

– Да нет, они должны быть где-то здесь. Посмотрим еще.

Маленькая девочка в джинсах и свитере, стоявшая неподалеку, с любопытством оглянулась, внимательно посмотрела на всю компанию и широко улыбнулась.

– Вы, наверное, немножко ошиблись. В зоопарке всегда только звери, а цветы – это в Ботаническом саду! Только они там еще не расцвели. А какие цветы вы хотите увидеть? У нас дома есть разные!

Нюся была очень смущена, а Винни и Пятачок растерялись, но девочка так открыто и дружелюбно им улыбалась, что друзья быстро пришли в себя и, перебивая друг друга, рассказали, какие цветы и зачем им нужны.

– Папа! Подойди к нам! – окликнула девочка высокого мужчину, который кормил слона морковкой.

– Сейчас! Минутку, Кристина, он уже почти доел!

Вытирая руки платком и широко улыбаясь, совсем как его дочка Кристина, Папа подошел и оглядел всех смеющимися глазами.

– Новые друзья? Знакомь!

– Да мы еще сами не познакомились, – замялась Кристина.

– Ну, это дело поправимое. Эту девочку зовут Кристина, а я – ее папа, как вы уже и сами догадались.

Винни, Нюся и Пятачок по очереди протянули лапки Кристине и Папе и представились. Когда с процедурой знакомства было покончено, Винни еще раз, уже более подробно, повторил свой рассказ.

Папа на минутку призадумался.

– Ну, сахар – не проблема, на первое время возьмете у нас. Но это и не решение проблемы. Да-а... Вот что, сейчас пойдем к нам. Как, Кристи, найдем, чем накормить гостей?

Кристина радостно захлопала в ладошки, ухватила под руки Пятачка и Винни и потащила их вперед, а Папа с Нюсей неторопливо пошли за ними, рассуждая, чем же можно реально помочь лесным жителям.

Винни вприпрыжку бежал по Лесу с корзинкой, доверху наполненной первой земляникой. Ягод в Лесу было еще совсем мало. Вдвоем с Пятачком они обследовали все знакомые лесные полянки, сами не съели ни одной землянички, потому что договорились: первый урожай – Кристине!

Может, попробовать хоть одну ягодку? Только одну, маленькую... Лапка сама потянулась к корзинке, но Винни строго сказал сам себе «Нет!». Потом поставил корзинку в тени большого лопуха и прилег отдохнуть на травке.

Березка тихо шуршала листвой от малейшего дуновения ветра. По небу плыло маленькое пушистое облачко, два стрижа играли в догонялки, то и дело камнем падая вниз и снова взмывая в бездонную синеву.

А в высокой траве шла своя жизнь.

Винни вгляделся: с колокольчика на ромашку порхнула разноцветная бабочка, будто выбирая, какой из цветов красивее, похлопала нежными крылышками и полетела дальше. Прострекотала мимо стрекоза, стреляя по сторонам круглыми глазами. По земле, среди тесного переплетения стеблей цветов и травинок, ниткой вилась едва заметная тропка, по которой шагали трудолюбивые муравьи. Они тащили в свой дом, высившийся в противоположном конце полянки, и материалы для строительства – сухие иголки, веточки, – и еду (кто что раздобыл).

Поглазел на них Винни, поднялся с примятой травки, подхватил корзинку с земляникой и побежал дальше, громко запев веселую песенку:

А Нюси не было дома. На двери будки белел листок бумаги.

– Это записка!

Очевидно, Нюся ушла надолго. Винни пожалел, что не умеет читать.

Но что же теперь делать? Пух весьма приблизительно помнил, как идти к Кристине.

Сначала прямо, вон за тем домом – налево, потом опять прямо... Или направо?

– Привет, Винни! Ты куда? А где все остальные?

–Кристина? Ур-р-ра! Все остальные – кто где. А я иду к тебе, но куда идти – не знаю.

– Ой! Я случайно оказалась в этом районе – Бабушка послала в аптеку, а нужное лекарство есть только здесь. Какое счастье, что мы встретились, а то ты точно бы заблудился!

– Тебе от нас с Пятачком большой привет. Вот он, в корзинке.

– Кто «он»?

– Привет. – И Винни передал Кристине корзинку.

– Ой! Как вкусно пахнет! Побежали скорей домой, Папа ужасно обрадуется! Мы с ним так любим свежие ягоды, вот такие, только что с кустика, а Бабушка все вареньем пичкает!

– Я очень люблю варенье, – скромно признался Винни, – особенно если оно запрятано в пирожок, а можно и в блинчик...

– Пошли, – ласково улыбнулась девочка. – Варенье еще кое с чем вкусно. Сейчас увидишь, Папа обещал купить и принести.

Папа был очень рад лесному гостю. Он подробно расспросил Винни, чем закончилась история с пчелами, а потом открыл холодильник и достал оттуда мороженое. Кристина высыпала ягоды из корзинки в большую миску.

– Ах! – сказал Папа, с удовольствием вдыхая аромат земляники.

– М-м-м! – сказал Винни, запуская ложку в мороженое с вареньем.

Еще некоторое время в кухне раздавалось причмокиванье, постукивание ложек о тарелки, охи и вздохи.

– Ф-ф-у-у! – Папа, наконец, оторвался от земляники и протянул Винни чистую салфетку – вытереть усы от мороженого. Медвежонок облизнулся, потом воспользовался предложенной салфеткой. А Кристина спрятала в карманы джинсов руки, которые сами так и тянулись к миске с ягодами.

– Везет тебе, Винни, – вздохнула девочка, – живешь в Лесу, ешь землянику, сколько влезет, и уроки делать не надо.

– Ну, Бабушка же предлагала тебе поехать вместе с ней на экскурсию в другой Город, – неуверенно сказал Папа.

– Ха-ха-ха! – ответила Кристина, отвернувшись к окну, хотя ей совсем не было смешно.

– А поживи у нас в Лесу, когда кончатся занятия в школе, – предложил Винни, – если хочешь, конечно. Лучше всего будет у Кролика, у него такой домище, прямо дворец. Мы за тобой придем и проводим, скажи только когда.

– Нет! – вскричал Папа. – Еще чего!

Винни испуганно умолк.

– А почему, собственно, нет?

Это сказала Бабушка. Она неслышно вошла в кухню и остановилась у порога, строго глядя через очки на Папу.

– Что же, девочке все лето в пыльном Городе скучать? Ей бы позагорать на солнышке, свежих ягодок покушать – вон худышка какая, и бледненькая. А зверята, вроде, неплохие: добрые да заботливые.

Кристина с надеждой перевела взгляд с Бабушки на Папу.

– Ну, что с вами сделаешь, – вздохнул Папа. – Сговорились заранее, небось?

Винни и Бабушка протестующе замахали руками, а Кристина обняла Папу и торжественно расцеловала.

– Только, Пух, одно условие: навещайте нас иногда, ладно? Мы ведь будем скучать без Кристы.

– Не беспокойтесь! Все будет хорошо! Кристина отлично отдохнет. А в Город мы будем наведываться часто, потому что обещали городским бабушкам насобирать для них ягод, грибов и орехов.

– Договорились.

И Винни с Папой крепко, по-мужски пожали друг другу руки.

Пятачок без особой радости взялся за учебу.

– И зачем это, – ворчал он, – жили без книжек, гуляли себе, чем плохо было? Нет, придумали...

Но постепенно, глядя на то, с каким старанием учит буквы Винни, увлекся и сам.

Теперь дни были заполнены с утра до вечера. Кристина написала на листочке красивыми буквами:

Ослик отвез в Город записку:

Новость об открытии школы быстро разнеслась по Лесу. Учиться захотели бурундук и семья белочек, и два приятеля бобра, а однажды заглянул важный Кролик и, сказав: «Ну, разве что свои знания освежить», – стал приходить каждый день.

После уроков Кристина выставляла отметки.

– Ты сегодня умница, – говорила она бурундуку и давала ему пять орешков.

– А ты, Пятачок, непонятно о чем думаешь, – и вручала ленивому поросенку три орешка.

Затаив дыхание, Винни ждал, когда очередь дойдет до него, а получив пять орешков и вдобавок ласковую похвалу, расцветал от счастья.

Но однажды Кристина отошла от Винни, укоризненно качая головой, а медвежонок растерянно уставился на один-единственный орешек, сиротливо лежавший на растопыренной ладошке.

У Пуха от огорчения даже аппетит пропал.

Сжимая свою жалкую «отметку» в кулачке, он побрел, куда глаза глядят. Глаза, вообще-то, не глядели вовсе, потому что их застилали горькие обидные слезы.

– Это все потому, что вчера я не выучил то, что задала Кристина. А почему не выучил? Да заигрались с Пятачком, вот и все. Но как здорово он придумал – пускать шишки по ручью, чья быстрее доплывет...

Брел, брел Винни по лесу, а ноги сами принесли его в Город, во двор к Нюсе.

Записка на двери будки уже пожелтела. Винни аккуратно отклеил бумажку и рассмотрел со всех сторон. Некоторые буквы были уже знакомы.

Ничего не понятно! Со вздохом Винни прицепил записку обратно и побрел домой.

На опушке леса он улегся на травку и задумался, глядя в ясное синее небо...

Чья-то грустная песня отвлекла Винни от мечтаний. Услышав имя «Нюся», он мгновенно насторожился и вскочил.

Между деревьями брел серый пес, уныло понурив голову с такой же, как у Нюси, круглой пушистой бородкой.

– Ой! А я тебя знаю! – воскликнул Винни.

– А я тебя – нет, – буркнул пес, едва взглянув на медвежонка.

– То есть, я тебя не знаю, просто Нюся о тебе рассказывала, а мы с ней дружим, – поторопился все объяснить Пух.

– Ты знаешь Нюсю? И дружишь с ней? Я так давно ее не видел!

– Меня зовут Винни-Пух, а тебя?

– Бакс.

– Я тоже давно не видел Нюсю. На двери ее будки висит записка, немножко я прочитал, но, по правде говоря, ничего не понял. Там так много букв...

– А я ни одной буквы не знаю, – смущенно признался Бакс. – Нюся меня за это так ругала! – и снова низко опустил голову. – Пусть бы лучше ругала, чем так, как сейчас!

– Знаешь, а у нас в Лесу есть школа. Мы учимся читать, и я уже совсем скоро смогу узнать, что написала в записке Нюся.

– А мне расскажешь?

– Конечно! Только знаешь что? Пойдем со мной! Тебя тоже примут в школу, Кристина всех принимает. Сам и прочитаешь записку. А когда вы с Нюсей увидитесь, преподнесешь ей классный сюрприз.

И они бок о бок побежали к дому Пятачка.

Винни, Кристина, Пятачок и Бакс, взявшись за руки, шагали домой. Они были счастливы и совершенно спокойны за Бориса Борисовича. На месте бывшей Глущобы уже зеленел густой сосновый бор, пахло свежей хвоей, а у подножия сосен, в высокой траве покачивали головками колокольчики и ромашки, одуванчики и лютики. Солнце просвечивало насквозь кроны деревьев, жужжали толстые шмели и глазастые стрекозы, а птицы щебетали так заливисто и радостно! Белка уронила сосновую шишку на голову толстому еноту, махнула рыжим хвостом и ускакала, а тот лишь вертел головой, ничего не понимая.

Счастливый Борис Борисович приводил в порядок избушку. Около крыльца, ожидая поручений, сидели на задних лапах три бобра, опираясь на длинные хвосты и смешно подергивая кожаными носами.

Винни было немножко не по себе. А дело было так. Пух сунул любопытный нос в Книгу, и дедушка Борис Борисович сказал ему:

– Это заклинание – для врагов. Но поскольку у такого милого и обаятельного медвежонка врагов просто не может быть, ты это лучше не читай.

Тут Винни почувствовал на себе чей-то взгляд, исподтишка глянул в запыленное окно... Так и есть! Клык и Шмыга, прижавшись к стволу дерева, почти слившись с ним, неотрывно следили за Винни. На столе все еще лежало несколько ягод рябины, осыпавшихся с той кисти, что сорвал Борис Борисович.

Винни украдкой бросил одну ягодку через плечо и по слогам прочитал:

И опять выглянул в окно.

Под деревом, где он только что заметил кота и крысу, в траве росли два больших мухомора на тонких ножках: один – ярко- красный, а другой – серо-желтый.

–Ну и хорошо, – шепнул Пух сам себе.

Вообще-то Винни был добрым медвежонком, но нельзя ведь жить спокойно, когда где-то рядов двое врагов только и ждут случая навредить. И все-таки на сердце лежала непонятная тяжесть.

– Слушай, Бакс, давай отведем Кристину к Пятачку, а потом сходим еще раз к Нюсе. Мне кажется, что теперь мы уже сможем прочесть записку!

Бакс с радостью согласился.

Подходило к концу лето. Кристина засобиралась домой: нужно было подготовиться к школе.

За компанию с девочкой решили вернуться в Город и Нюся с Баксом. Пора было приступать к работе в магазине.

Два дня Винни и Пятачок собирали друзей в дорогу – тележку доверху нагрузили грибами, корзинками с поздней черникой, ставшей особенно сладкой в эти августовские дни, орехами и прочими лесными лакомствами.

Кристина пообещала прислать с Осликом побольше книжек.

– Не зря же я вас учила читать. С книгами и зима пройдет скорее. Не скучайте. А весной снова встретимся, правда?

Ослика Иa запрягли в тележку, он закряхтел, но сдвинул ее с места и покатил. Кристина, Нюся и Бакс, идя вслед за тележкой, то и дело оборачивались и прощально махали руками друзьям.

А Винни и Пятачок махали им в ответ с крылечка и кричали:

– До свидания!

– Ждем вас весной!

Когда была перевернута последняя страница, Пятачок горящими глазами посмотрел на друга.

– Винни, а если...

– Я тоже об этом подумал!

– А как ты догадался, о чем я думаю?

– Да потому что я думаю о том же самом! – воскликнул Винни.

– Может, прямо сейчас и сходим? – предложил Пятачок.

– А может, перекусим перед дорогой?

– Ну Винни, кто это перекусывает перед тем, как идти в гости? – удивился Пятачок.

– Ладно, пойдем голодные, – вздохнул Винни.

– Винни, ты думаешь?

– А ты?

– Я думаю, но ничего не придумывается, – грустно промолвил Пятачок.

– Пожалуй, есть только один путь из ямы, – медленно, как будто сам себе, сказал Пух.

– Какой? – с надеждой воскликнул Пятачок. – Ну Винни, говори скорей!

– Если мы встанем на голову, то верх ямы превратится в дырявый пол. Ну а сквозь дырявый пол мы провалимся...

– Ой, Винни, мы так провалимся прямо на верхушки деревьев! – образованно подхватил Пятачок и первым испытал новый метод.

Он встал на голову и тут же вывалился из ямы на густую упругую крону деревьев. Листья слегка спружинили, и Пятачок сел верхом на прочную ветку. За ним последовал Винни. Стойка на голове у медвежонка получилась не сразу, потому что ему немного мешал круглый животик. Но потом все получилось, и Винни оказался на той же ветке, что и Пятачок.

Казалось, дорога к спасению была открыта. Но вдруг ветка дерева угрожающе затрещала, подломилась и ах! Путешественники снова оказались на дне ямы, потирая ушибленные при падении бока.

– Винни, неужели ты не мог прицелиться получше и сесть на соседнюю ветку? – укорил друга Пятачок.

– Чего уж теперь... Еще скажи, что мне нужно поменьше кушать! Давай придумывать другой способ, – пробурчал Пух.

– Давай, – понурился Пятачок.

И друзья снова надолго замолчали.

– Мама, мама, смотри! Там медвежонок!

– Веди себя прилично, Дасти. Там медвежонок, а здесь – поросенок.

– Подождите! – прокричал Винни. – Этот поросенок – мой друг!

Он, запыхавшись добежал до лежавшего без сознания Пятачка и, не обращая внимания на огромную медведицу и ее дочку, принялся похлопывать Пятачка по щекам, делать ему искусственное дыхание, словом, приводить поросенка в чувство.

Через несколько минут щеки Пятачка снова порозовели. Поросенок протяжно вздохнул:

– А-а-а-ах!

И открыл глаза, еще затуманенные от пережитого ужаса.

– Винни! Ах, Винни! Я думал, что уже никогда... Что я больше никогда не увижу наш Лес... И вообще больше ничего и никого не увижу! – лепетал бессвязно Пятачок, и по его щекам катились крупные прозрачные капли слез.

– Успокойся, друг. Все будет хорошо, – Винни легонько поглаживал Пятачка по голове, почесывал лапкой за ушами.

За этой сценой с любопытством следили пещерные медведи, сидевшие невдалеке. Мать возвышалась над всеми огромной горой, чуть ли не заслоняя собой солнце. А малышка Дасти подобралась поближе, пара блестящих глаз-бусинок выглядывала из пушистого клубка почти рядом с Винни.

– Дасти! Иди сюда! – мать грозным басом окликнула дочурку.

– Ну мама!

– Дасти!!!

Малышка неохотно вернулась к матери. Между ними разгорелся долгий спор с визгом, шлепками, шипеньем, рычанием и даже укусами.

– Что это? – растерянно прошептал Пятачок, только что увидевший медведей.

– Ты только не волнуйся, Пятачок, – тихонько сказал Винни. – Мне кажется, что медведи не едят поросят.

– Да-а-а... – протянул Пятачок, – ты, конечно, всегда за медведей. Может, медведи и лучше того ужасного тигра, но что-то они мне тоже не внушают доверия, особенно эта огромная первобытная мамаша.

– Да успокойся ты, никто тебя пока что не есть! – рассердился Винни. – Поднимайся, пошли дальше.

– Оглянись, Винни...

Малышка Дасти сидела прямо за спиной у Пуха, сверкая любопытными черными глазенками. Мать-медведица, казалось не проявляла беспокойства, но следила за дочкой, не отрывая глаз.

Винни протянул лапку.

– Привет, Дасти. Меня зовут Винни-Пух, а вот его – Пятачок. Будем друзьями?

– Ур-р-ра! – раздался оглушительный восторженный вопль.

Дасти прошлась колесом по полянке, сделала сальто и бросилась на шею Винни. Пух приобнял малышку и неуверенно посмотрел на большую медведицу – как-то она отнесется к такому бурному проявлению чувств?

Медведица сделала только один шаг, а уже очутилась рядом с компанией молодежи.

– Очень рада, что у моей дочки появились приятели, – церемонно сказала она низким басом. – С малышкой вы уже познакомились, а меня можете звать тетя Мэрион. Я приглашаю всех к нам в гости, только без этого глупого тигра, с которым я видела тебя раньше, – обратилась она к Пятачку.

– Да уж, я не буду скучать по тигру! – воскликнул Пятачок. – К тому же, вы, наверное, плохо рассмотрели, но я был не с ним, а у него... в зубах!

Бедного настрадавшегося поросенка даже передернуло от ужасных воспоминаний, дрожь пробежала от кончиков его ушей до хвоста, а на глаза снова навернулись слезы.

– Ах так? – вскричала тетя Мэрион. – Не бойся никого, пока ты с нами, малыш!

Она наклонилась, лапой с огромными когтями подхватила Пятачка, на удивление бережно и нежно, не причинив поросенку ни малейшей боли, и посадила его к себе на плечо.

– Ой, как высоко! Как будто я на небе! – пискнул Пятачок.

– Ха-ха-ха! – басом засмеялась тетя Мэрион. – Дочка, веди друга к нам домой!

Дасти взяла Винни за лапку, и они вприпрыжку побежали по лугу, а Пятачок с комфортом ехал на плече тети Мэрион.

За лугом начался густой лес. Дасти уверенно вела Винни между высоченными деревьями. По дороге она переворачивала камни, отдирала кору с бурелома, приподнимала мох – искала съедобные личинки и корешки. А когда слева высокой горой вырос муравейник, Дасти захлопала от радости в ладошки, подошла поближе и погрузила в муравейник лапы, вынимая самых крупных муравьев и их яйца.

– Хочешь? – она протянула Винни правую лапку, слизывая розовым язычком муравьев с левой.

– Какая ты смешная, Дасти! – улыбнулся Пух. – Ты мне очень нравишься!

– У-у-ух! – Дасти от радости залезла на высокое хвойное дерево и, устроившись на удобной широкой ветке, бросила в Винни большую смолистую шишку.

– Дасти, не шали! – одернула проказливую дочку тетя Мэрион.

Малышка послушно слезла с дерева, и до самой берлоги вела себя примерно, шла рядом с Винни, держа его за лапку, и рассказывала о деревьях, мимо которых они проходили, о птицах, чей гомон раздавался высоко в небе.

Воздух был напоен ароматом хвои. То и дело встречались маленькие болотца, по краям которых росли огромные водяные лилии и камыши. Винни с любопытством вертел головой. Все было интересно ему в этом первобытном мире.

Но вот лес поредел, и впереди открылось чудесное озеро с удивительной темно-лиловой водой. Со скалистых откосов над изгибами берега на путников глазели белые козы, поворачивая тяжелые головы им вслед. В заросшей тростником бухточке огромный лось питался мягкими листьями подорожника.

– Как красиво! – восхищенно промолвил Винни и подумал: «Интересно, а где это озеро теперь, в наше время?»

Впоследствии он узнал ответ на свой вопрос, который задал сам себе, но этот день был еще далеко впереди.

– Погуляйте пока, искупайтесь – вода теплая, – предложила тетя Мэрион, бережно опуская Пятачка на землю, – а я приготовлю обед.

И скрылась в узкой расщелине между скалами.

Винни, Пятачок и Дасти с визгом и криками бросились в воду. Они плавали наперегонки, брызгались, ныряли, плескались, кувыркались, в общем, веселились вовсю. Дасти выловила из озера деревяшку и бросила ее в Винни, а тот поймал и перекинул Пятачку, как мячик. Дасти снова нырнула, а когда вынырнула, то победно вскинула вверх лапку, в которой билась большая серебристая рыбина. Винни тоже попробовал поймать рыбу – получилось! Вдвоем медвежата наловили довольно много и сложили добычу на берегу. Пятачка, к его огорчению, постигла неудача, ведь у него не было таких острых когтей.

– Обедать! – по всему берегу разнесся трубный бас тети Мэрион.

На обед были корешки, какие-то неведомые первобытные ягоды темно-оранжевого цвета и вяленая рыба.

– Вот бы угостить их жареной рыбой, помнишь, как Пупс вкусно ее готовил! – шепнул Пятачок другу.

– Как же ее поджарить без огня? – удивился Винни.

– Ха! Нужно разжечь костер!

– У нас нет спичек, а у первобытных медведей – тем более, – ответил Винни. – Не идти же нам к первобытным людям!

– А у первобытных людей разве есть спички? – спросил Пятачок.

Винни хлопнул себя ладошкой по лбу.

– Как же я мог забыть! Мы же читали об этом в книге!

– О чем об этом?

– О том, как разжигали костер первобытные люди! Сейчас попробуем.

– А что вы попробуете? – спросила Дасти, которая с любопытством прислушивалась

к разговору.

– Нам нужны две сухие палочки и мох, – важно сказал Винни.

Дасти убежала.

– Что это вы придумали? – проворчала тетя Мэрион.

– Скоро увидите!

Вернулась запыхавшаяся Дасти. Она отыскала две сухие палочки и пучок прошлогоднего мха. Винни выбил сучок в одной из палочек, вставил вторую в отверстие и, усевшись поудобнее, стал катать эту палочку между лапами.

Дасти сидела на корточках и жадно следила за каждым его движением. А тетя Мэрион в это время показывала Пятачку берлогу.

– Вот тут мы спим, а тут – запасы еды. Воду мы берем из озера.

– Сыровато у вас тут, да и темновато, – раскритиковал берлогу Пятачок, который давно уже, не признаваясь в том ни Пуху, ни самому себе, втайне тосковал по своему уютному домику. – И сквозит. Дасти может простудиться.

– Так-то так, – озабоченно пробасила медведица, – да что ж тут поделаешь!

– Надо подумать, – солидно отвечал Пятачок. – Эту щель можно мохом законопатить, а на пол травы сухой постелить, веток еловых. Будет гораздо уютнее!

А Винни тем временем все еще старательно добывал огонь. Но пока у него не получалось. Дасти по-прежнему мостилась рядом, поглощенная занятием Пуха.

Пятачок занялся обустройством берлоги. Сначала он заделал щель в стене, заложив ее мелкими камешками и пучками мха. Потом собрался сходить в лес за еловыми лапками, как вдруг раздался испуганный крик:

– Ма-а-ма!

Тетя Мэрион стрелой выскочила из берлоги, что трудно было представить себе, учитывая ее внушительные размеры.

– Мама! – еще раз вскрикнула Дасти и показала на Винни. Тот сидел на земле, уставший и счастливый. Перед ним по охапке мха, точно гусеница, ползало веселенькое пламя.

– Руками не трогайте! – предупредил Винни. – Оно жжется!

– Не доведут до добра эти ваши игры. Идем, Пятачок, – проворчала тетя Мэрион. И сколько ни убеждал ее Пятачок, что огонь – это хорошо, старая медведица не поддавалась на уговоры.

– Не нужно нам этого. И без огня хорошо живем, спокойно. А огонь... Видела я в детстве лесной пожар, чуть спаслась.

Так и не удалось гостям накормить своих хозяев жареной рыбой.

А завтра... Винни, как всегда, проснулся раньше всех, с первыми лучами солнца, и сладко потягиваясь, вышел из берлоги полюбоваться чудесным розовым рассветом.

Даже в этот ранний час воздух был таким горячим, что трудно было дышать. В нос Винни дохнул сухой ветер и обвил пеленой гари. Ветер принес острый пугающий запах хвойного дыма. Где-то не очень далеко горел лес.

Винни вернулся в берлогу, пробрался к тете Мэрион и тихонько потряс ее за плечо.

– В лесу пожар!

– Подъем! – разнесся под сводами берлоги зычный бас медведицы.

Высоко над склонами гор, окружающих озеро, собрались тяжелые грозовые тучи. В сером мраке нависших облаков как вспышки орудий блистали жаркие зарницы и пропадали где-то в мрачных глубинах леса. Полоса огня полыхала за озером. Ветер приносил за собой дым. На земле начали оседать хлопья белого пепла, они проникали и в берлогу.

В лесу раздался треск ломающихся деревьев, топот, и на опушку леса выбежало стадо мамонтов. Огромные животные застыли в нерешительности, глядя на другой берег озера, где огонь поднимался стеной. Сбившись в кучу, мамонты громко совещались, показывая хоботами то на лес, откуда они прибежали, то на озеро.

Вдоль всего берега, насколько хватал взор, панически бежали, гонимые пожаром, стада первобытных зверей. Во всеобщем смятении молодой олень бежал мимо тигра, и оба не обращали на это внимания. Заяц и рысь, лосенок и волк метались в поисках своих семей, спасаясь от общего врага, от которого не было пощады никому.

Везде, куда ни глянь, полыхал оранжево-красным костром, вздымая ввысь дрожащие щупальца, огромный первобытный лес.

Жар стал таким сильным, что было уже трудно дышать.

Старая медведица прижала к себе малышку Дасти. Винни и Пятачок, обнявшись, смотрели на озаряемый вспышками небосклон и причудливые смутные отражения огня в озере.

Все молчали. Только Дасти тихонько всхлипывала, уткнувшись горячим носом в меховой материнский живот.

Спасения не было.

Вытерев ноги о половичок у двери будки, Винни и Пятачок вошли внутрь. Нюси не было дома, а Бакс сидел на диване, уставившись в какой-то странный коричневый ящик, стоявший на тумбочке. Передняя сторона у ящика была стеклянная, а за стеклом быстро сменяли друг друга цветные картинки.

Поздоровавшись за лапу с вошедшими, Бакс хлопнул по дивану рядом с собой.

–Садитесь. Нюся скоро придет, она пошла в магазин за колбасой. А я телевизор смотрю. Очень меня беспокоит международная обстановка!

– Что он смотрит? – шепотом спросил Пятачок.

– Теве... левизор какой-то, – так же шепотом ответил Винни.

– А, вы, наверное, еще не видели телевизор? – услышал их перешептывание Бакс. – Ну, это такое специальное устройство... В общем, честно говоря, я не знаю, как он устроен, но если нажать вот эту кнопку, то на экране появляются картинки, а голос рассказывает о том, что там нарисовано и кого как зовут. Это нам Пупс притащил, а ему хозяйка подарила. Да вы садитесь, сейчас все сами поймете.

Голос из телевизора говорил:

Ирак...

– Вот-вот, и я о том же! – вскричал Бакс, но в это время отворилась дверь будки и вошла Нюся.

– О-о, какие у нас гости! – обрадованно воскликнула она. – Бакс, а ты угощаешь их телевизором, да?

– Да, я как-то не подумал...

– Не волнуйся, Нюся, нам очень понравился телевизор! – успокоил Винни.

– Только не очень понятно, – вставил бестактный Пятачок.

– Ой, не говори! – вздохнула Нюся. – Еще когда мультики, передача «Дог-шоу» или «В мире животных», тогда интересно и все понятно. Но Бакс, к сожалению, увлекся политикой! Они с Пупсом, бывает, сойдутся и как начнут спорить: кто прав, а кто виноват.

– Ладно, мы тебя сейчас развлечем. Нам есть что рассказать! – похвастался Винни.

– Сейчас я нарежу колбасу и батон, сядем за стол, и вы все расскажете, хорошо? Мне уже не терпится услышать о ваших новых приключениях.

За окном проплывали деревни и небольшие города, поля перемежались березняками, безлесные равнины сменялись холмами, поросшими сосновыми рощами... Машина мчалась вперед без остановок – дядя Ваня очень торопился.

Винни заснул на середине своего рассказа. Дядя Ваня улыбался в усы, прислушиваясь к мерному дыханию четырех носов.

Когда машина въехала в большой город, и впереди показались золотые купола церквей, дядя Ваня легонько потряс Винни за плечо, а Нюсю дернул за ухо.

– Эй, ребята, Киев не хотите посмотреть? Просыпайтесь!

Винни и Нюся приоткрыли глаза. За окном была такая красота, что сон в одно мгновение улетучился.

Справа в окне была видна высоченная гора, поросшая лесом.

– Река Днепр... Смотрите внимательно, может, пароход увидите.

Но путешественники не знали, куда смотреть раньше. Они никогда не видели такого моста, но середине которого мчались голубые и зеленые поезда, а по краям – машины.

– Это Метромост, – объяснил дядя Ваня. – Здесь поезда метро выезжают из-под земли и до конца моста идут поверху.

– Подземные поезда? – изумленно спросил Винни.

– Так вы никогда не ездили в метро! – понял дядя Ваня. – Как бы это покороче объяснить...

– Не надо покороче, лучше попонятнее, – попросила Нюся.

– Просто в больших городах очень много людей, и когда они едут на работу – примерно в одно и то же время – то в трамваи, автобусы и троллейбусы они все вместе просто не помещаются. Поэтому придумали подземные поезда – метро. Они очень быстро ездят и перевозят всех людей, кому куда надо.

– А почему тогда метро ходит по верху этого моста?

– Потому что под рекой нужно было бы копать очень глубокий тоннель для поездов, и все равно его могло бы залить водой. И теперь там, где метро проходит через реки, поезда пустили поверху. Ну что, непонятно?

– Все понятно! – заверили его друзья и опять завертели головами по сторонам.

Машина выехала на красивую широкую улицу, пересекла большую площадь.

– А это – поющие фонтаны. По вечерам здесь очень красиво – зажигают прожекторы, и в их свете фонтаны переливаются разными цветами – синим, зеленым, красным...

– А почему они называются «поющие»? Разве фонтаны поют? –недоумевающе спросил Винни.

– Потому что по вечерам на этой площади часто устраивают концерты. Поют, конечно, не фонтаны, а артисты. Просто красиво – «поющие фонтаны»! Правда?

– Да-а-а, – зачарованно протянул Винни. – А мы их увидим вечером?

– Только не сегодня. К сожалению, мы не можем остаться в Киеве на ночь. Так что приедете сюда в следующий раз, тем более что в Киеве очень много интересного: и музеи, и красивейшие парки. А Лавра чего стоит! Ну, рассказывать обо всем этом не имеет смысла, лучше вы сами приезжайте и посмотрите.

– А что, это идея! – загорелся Винни.

– Сначала найдем экспедицию, – поддержала его Нюся, – а потом можно будет подумать и об экскурсиях. И не только в Киев, правда? Тем временем машина выехала на окраину города, в районы новостроек.

– Можете спать дальше, – посоветовал дядя Ваня.

– А если будет что-нибудь интересное, вы нас разбудите? – сонно спросила Нюся.

– Договорились!

Экспедиция сидела на причале и в ожидании катера болтала ногами.

Величавый Дон бил серо-синими волнами в берег, качал и рвал на осколки опрокинутое в реку солнце. Галдели чайки. Под засвистевшим ветром порывисто летели тугие облака.

Подошел катер. В толпе старушек с узлами, гомонящих детей и других пассажиров катера друзья пробрались по сходням на палубу, не замеченные бдительным матросом с красной повязкой на рукаве. Небольшой спор – где лучше устроиться (на кроме или на носу) был решен Винни в пользу кормы.

Катер оглушительно прокричал и, валясь на борта, медленно отошел от причала. За кормой зашумела пена, разливая озера замысловатых кружев.

– Сейчас помчимся стрелой, – сказал вышедший на палубу матрос. – Не замерзнете? Может, в каюту спуститесь?

– Честно говоря, мы... – начал было признаваться честный Винни, – билеты...

– Не замерзнем! – быстро перебила Нюся. – Не волнуйтесь!

– Вообще-то вы все такие шерстяные. – Матрос сделал вид, что не догадался об отсутствии билетов у необычных пассажиров. – Но ты, парень, точно замерзнешь, – кивнул он Пятачку. – Держи, потом отдашь.

Пятачок с гордостью облачился в настоящую морскую тельняшку.

– Это уже море? – спросил поросенок, подворачивая слишком длинные рукава.

– Ну что ты! Это Дон.

– А когда будет море?

– Сам увидишь. Море ни с чем не перепутаешь.

За кормой шумела, ходила широкими размашистыми валами река. Катер, мерно гудя мощным мотором, ровно шел вперед, к морю. Убаюканные гулом, все задремали, прижавшись друг к другу.

Разбудил экспедицию ветер, принесший новые запахи.

Катер выходил из устья Дона. Вокруг, насколько хватало глаз, до самого горизонта в розовом свете заходящего солнца тысячами бликов искрилось...

– Море! – восхищенно воскликнула Нюся, поднявшись и нюхая ветер.

– Море!

Около носа катера понеслись наперегонки дельфины, блестя гладкими черными спинами. Они ныряли, разгонялись под водой и выпрыгивали из воды высокими свечками, весело кося круглыми глазами на восхищенных пассажиров, высыпавших из каюты на палубу.

По морю плыли долго-долго.

– Ой, как много воды! И почему-то совсем не видно берегов, – приуныл Пятачок.

– Это еще маленькое море, – промолвил уже знакомый матрос, отдыхая после рабочей смены на корме рядом с друзьями. – Как стемнеет, дойдем до Керчи. А есть такие моря и океаны, по которым неделю нужно плыть, пока берег увидишь!

– Ой, а вы по таким океанам плавали? Расскажите!

– По морю не плавают, а ходят, – назидательно сказал матрос. – Вот однажды, помню, как сейчас, – шли мы в Индию за грузом шелка...

Друзья слушали, раскрыв рот.

Незаметно над морем сгустилась синева. Загорелись звезды, отражаясь в темной воде, как маленькие серебряные фонарики. Море замолчало, изредка вздыхая в тишине, которую нарушал только мерный гул мотора.

– Керчь. – Матрос поднялся с палубы.

В густой тьме вспыхнули и разорвались ожерельем на черной воде огни Керчи. Катер протяжно засвистел. Вспыхнул и тотчас же погас красный свет маяка. Катер, качаясь на темной воде, медленно подтягивался к берегу. Было слышно, как шумел город.

Катер причалил. Знакомый матрос помогал пассажирам спуститься по сходням на берег.

– Как странно – мы уже на берегу, а еще качает, как в море, – заметил Винни.

– Обычное дело, – заметил матрос.

На прощание он посоветовал путешественникам посмотреть Керченский порт:

– Вам будет интересно.

– А как в порту насчет ужина? – деловито осведомился Винни.

– Ну, уж это я не знаю. Погодите-ка.

Спустя несколько минут матрос вновь спустился на берег, неся буханку хлеба и несколько вяленых рыбешек.

– Спасибо, – поблагодарил Винни.

Огромный луговой склон в ярких солнечных лучах сиял широким разливом горных цветов. Крупные маки миллионами красных бутонов переливались на слабом ветру по краю луга. Ближе к середине они уступали место другим цветам. Кое-где синели душистые незабудки, качались на ветру колокольчики. От густого аромата цветов у путников кружились головы, влажные бутоны били по ногам. Местами в цветочных зарослях между зубчатыми листочками рдели крупные ягоды земляники.

Далеко за долиной снежными разводами синел горный хребет. Огромная тень от него прозрачной сиреневой дымкой накрывала половину широкой долины.

Горы казались далекими, сияющими и недоступными. Где-то там, в снегах и скалах, затерялся след пропавшей экспедиции.

Стояла жара, даже не жара, а скорее, духота. От земли поднимался пряный аромат, дурманящий запах цветов, вокруг жужжали бесчисленные пчелы. Знойно блестело высокое ясное небо. Путники шли и шли в этом душном мареве к краю луга, слишком уставшие, чтобы обращать внимание на окружающую красоту. Первые восторги остались позади, а сейчас очень хотелось пить, пить... а потом лечь на спину, вытянуть натруженные лапы и ни о чем не думать.

Но вот солнце сползло с небосклона и скрылось за потемневшими зубцами гор. Даль заволокло туманом, в этом сером тумане не было видно лесного подножия горы, и она плавала, будто подтаявшая.

Все чаще в цветочных зарослях попадались каменистые плеши, и вот, наконец, кончился луг. За широкой полосой гальки был ручей – неглубокий, но очень бурный – широкий поток ледяной воды бешено мчался, взбивая по камням желтую пену и бросая ее на влажный каменистый берег.

Друзья вдоволь напились. Стало легче. Устало опустились они на гальку. Острые камни больно кололись, но уже не было сил сделать хоть шаг в сторону луга с его высокой мягкой травой. Нюся, желая остудить натруженные, горевшие лапы, вошла в воду чуть поглубже. Стремительное течение чуть не сбило ее с ног.

– Мы не сможем перебраться через этот ручей. Но и здесь оставаться нельзя – нужно как следует отдохнуть, чтобы утром были силы. Впереди дальняя дорога. На камнях не отдохнем, – встревоженно сказала Нюся, выбравшись из воды.

– Ой, я так хочу есть, что больше ни о чем даже думать не могу, – признался Винни, поглаживая свой заметно похудевший животик.

– А меня на лугу укусили две пчелы. Я раньше не говорил. Так больно было! И сейчас еще больно, – простонал Пятачок.

Нюся подошла к нему.

– Зря ты не сказал сразу. Ну-ка покажи, где тебя укусили.

– Вот тут и тут, – показал Пятачок на спину и голову.

Нюся, нагнувшись, ловко вытащила зубами еле заметные черные стрелочки пчелиных жал.

– А теперь промой эти места холодной водой, сразу станет легче, – посоветовал Винни.

– Ха, холодной! А что, тут есть и горячая? – съязвил Пятачок.

– А где Бакс? – всполошилась Нюся. – Может, он потерялся?

– Да никуда не денется твой Бакс. Он же собака, – лениво протянул Винни.

Но Нюся хотела видеть и слышать Бакса рядом, хотела сейчас почувствовать его сильную лапу на своем плече, она очень устала и очень-очень нуждалась в его поддержке.

Сдерживая душевную тревогу, Нюся привстала и начала нюхать слабый ветерок. От слабости темнело в глазах, слезы наворачивались сами собой.

– Ба-а-акс! Отзовись! Где ты?

– Я тут!

Одним прыжком преодолев колючие заросли кустарника, Бакс оказался на берегу.

Нюся подошла поближе и положила голову ему на плечо.

– Ну где ты пропадал?

– Ребята, еще одно усилие – последнее. Я нашел отличное место для ночевки. Давайте, поднимайтесь, тут рядом, полсотни шагов, – и Бакс указал в сторону небольшого распадка, откуда доносился неясный шум.

Друзья поднялись и медленно побрели по берегу ручья. Вскоре шум усилился, стало видно, как из черного, блестящего от сырости каменного желоба, разбиваясь о скалу, ниспадала блестящая водяная струя водопада. Вокруг в туманном мареве рассыпались мелкие брызги, а в стороне от них на мрачном каменном фоне висело в воздухе разноцветное радужное пятно. Рядом со струистой россыпью водопада зеленела чудесная мягкая травка. Друзья блаженно опустились на нее и закрыли глаза.

– Подождите спать-то! Тут в камнях рыбы видимо-невидимо. Винни, давай, ты у нас по этому делу мастер, покажи класс! – неугомонный Бакс толкнул медвежонка в бок.

И Винни показал! В считанные минуты на лужайке выросла горка из длинных серебристых рыбок. Но и друзья не подкачали: съели рыбу так же быстро, как она была поймана, несмотря на то, что уже почти засыпали.

– Нюся, открой рот, – шепнул Бакс на ушко сонной подружке и положил на ее розовый язычок спелую земляничину – на закуску.

Нюся улыбнулась ему уже во сне.

Постепенно светало, хотя солнце еще не взошло. На луг наползло облако, и гор не было видно. Косматые пряди тумана, цепляясь за поникшие росистые цветы, ползли и ползли вдоль склона. Было тихо-тихо, только мерно бурлил водопад.

Друзья держали совет.

– Не имеет смысла идти всем вместе, – твердо сказал Бакс. – Нужно разделиться.

– Да, – поддержал его Винни. – Так у нас больше шансов найти экспедицию.

– Я – с Баксом, а ты – с Пятачком! – предложила Нюся.

– Нет, в каждой паре нужна собака.

– Бакс! – Нюся схватила его за лапу.

– Винни прав. Поэтому сделаем так – я сильнее, и пойду с Пятачком. А ты – с Винни.

– Но Бакс!

– Не спорь, Нюся. Так нужно для дела.

– Так мы что, насовсем расстаемся?

– Нюся, не говори глупостей. Мы просто с двух сторон обойдем вон ту гору, вы – слева, а мы – справа, и у ее подножия встретимся.

– А если...

– Никаких «если». Пятачок, вставай, пора в путь.

– Бакс... – прошептала Нюся сквозь слезы.

– Все будет хорошо. Винни, береги ее!

И Бакс молча побежал вдоль ручья вверх. Пятачок, растерянно оглядываясь, едва поспевал за ним.

Винни приобнял расстроенную, заплаканную Нюсю за плечи.

– Пойдем-ка и мы тоже, а то они быстро добегут до места встречи, а потом долго будут нас ждать, – попытался он незатейливой шуткой развеселить подругу, и уже серьезно продолжил: – У подножия водопада большие камни, по ним можно перебраться на другую сторону ручья.

– Все, Винни, я больше не буду плакать, – твердо пообещала Нюся и решительно встала с травы.

Дальше путь пролегал по дну широкого травянистого распадка. Подъем становился круче, меж черных скользких камней шумно бурлил ручей. На склоне показались редкие елочки, впереди темнел хвойный лес.

Винни и Нюся взбирались по траве вверх, минуя большие и малые обломки скал, и наконец достигли еловой опушки. Лес был чистый, без кустарниковых зарослей и валежника, но идти было трудно – во-первых, склон был очень крутой, во-вторых, мешали камни, во множестве лежавшие среди деревьев.

Подул ветер, и в небо из-за гор выплыл косматый край тучи. Надвигался дождь. Винни осмотрелся, окинув взглядом камни под елями.

– Похоже, укрыться негде, – устало бросила Нюся. – Промокнем-просохнем.

Лезть прямо уже не хватало сил, поэтому пошли наискось по горному лесистому склону. Ручей остался где-то позади, говор его притих; сильнее и отчетливее стали шуметь ели – свежий ветер настойчиво раскачивал вершины. Солнце скрылось, помрачневшее небо все шире заволакивала темная туча. Было душно.

Путь преградило поваленное дерево. Под его мшистым комлем была яма довольно приличных размеров, образованная вырванными корнями. Винни наломал пушистого лапника, набросал его поверх торчащих в разные стороны огромных корней и подтолкнул Нюсю в сторону получившейся пещерки.

– Прошу! Ну не упрямься, ты становишься похожей на Пятачка. Переждем дождь и пойдем дальше.

– Ну хорошо. Ты, Винни, кого хочешь уговоришь!

Тревожно качались вершины елей. Лес беспокойно гудел, и первые капли дождя уже прочертили косыми полосами воздух между деревьями.

Винни и Нюся проворно влезли в укрытие и тесно прижались друг к другу. Дождь усилился. Плотнее окутал лесистые склоны теплый туман.

– Как-то там Бакс с Пятачком? – вслух подумала Нюся.

– Не волнуйся, я думаю, что они тоже нашли, где укрыться, – успокоил ее Пух.

Так прошел час, а может, и больше. Дождь кончился. Винни разбудил задремавшую Нюсю.

– Отдохнула? – ласково спросил медвежонок. – Помоги мне, пожалуйста. У меня в пятке заноза сидит, я пробовал ее вытащить, но никак кончик не ухватить.

Нюся, нагнув голову, зубами больно ущипнула Винни за подошву.

– Ой!

– Сейчас, потерпи.

Когда Нюся выпрямилась, в ее острых зубах торчала крохотная ворсинка занозы.

– Спасибо! Теперь можно идти дальше.

– Ох, какой ты хитрый, Винни! – засмеялась Нюся. – Ты меня нарочно не разбудил раньше, да?

Винни слегка улыбнулся, взял Нюсю за лапку и помог собаке вылезти из ямы.

В сыром мрачном распадке было холодно. Хотелось скорее к теплу, на солнце. Отыскав подходящее место на склоне, друзья полезли между камнями вверх.

Когда они выбрались на край каменистого обрыва и остановились, чтобы перевести дыхание, их взгляду открылся огромный пологий косогор, поросший кривыми горными соснами. После сырого ущелья тут казалось необыкновенно тепло и просторно. Внизу широко раскинулась долина, за ней в бледно- розовой дымке тянулись вдаль соседние хребты гор.

– Стоп! – скомандовал Винни. – Немножко передохнем.

Нюся молча прилегла на край каменной плиты, торчавшей из земли.

В воздухе густо пахло смолой. Каменистая земля была засыпана хвоей. Вскоре из-за громады гор скользнули лучи утреннего солнца, стало заметно припекать. В сосняке весело застрекотали белки. С ближней, причудливо изогнутой сосенки вспорхнула маленькая короткохвостая птичка. Неподалеку упала на землю старая шишка, и снова стало тихо-тихо.

– Нюся, ты полежи, отдохни, а я прогуляюсь по лесу, может, найду, чем перекусить.

– Я пойду с тобой.

– Отдыхай. Бакс велел тебя беречь, – напомнил Винни просьбу друга.

– Слушай, Пух, я уже давно не маленький щенок, – насмешливо сказала Нюся. – И потом, вдвоем мы найдем ровно вдвое больше еды.

– Ты права, – согласился Винни. – Ну что ж, пошли.

К сожалению, они совсем не знали, какие ягоды и корешки в горах можно есть, но кое-что все же удалось найти. Единодушно решив, что если грибы не горькие, то съедобные, друзья утолили голод и двинулись дальше, к верхней границе леса.

Дальше высились голые, обросшие мохом скалы, глыбы камней, а в самом небе был виден присыпанный снегом хребет.

Подъем упирался впереди в отвесную скалистую стену, приблизившись к которой, Винни понял, что взобраться наверх тут не удастся: Нюся не сможет вскарабкаться по гладкому камню. Пришлось свернуть в сторону, но невдалеке, в скалистой стене, они увидели узкую щель расщелины, которая вела куда-то вглубь каменных недр. Винни это обрадовало. Он подумал, что там, возможно, есть ручеек – после грибов хотелось пить. Друзья пробрались в расщелину, но ручья, к сожалению, в ней не оказалось. Это было глухое, дикое место, где царил сырой душный мрак, с крутых каменных стен свисал колючий кустарник, в щелях между камнями пробивались пряди жесткой травы. Со свистом шарахнулась вглубь расщелины вспугнутая ночная птица. Очень неприветливое это было место.

– Давай выбираться отсюда, – буркнул Винни.

Расщелина, напоминающая глубокий и кривой коридор, постепенно сужаясь, вела и вела их вверх. Почти не останавливаясь, они лезли по ее дну. Солнце так ни разу и не заглянуло сюда. Стало холодно и, наверное, от высоты закладывало уши.

Откуда-то подул, все больше усиливаясь, порывистый ветер, похолодало так, что не согревали даже теплые шубки – их пронизывало насквозь. Винни понимал, что главное еще впереди, что похолодает сильнее, возможно, придется идти по снегу.

Винни знал, что он выдержит. Вот только Нюся...

Небо начало светлеть. Винни и Нюся осторожно спускались по крутому заснеженному склону. Внизу чернели скалы.

– Осторожно, Нюся, не поскользнись. Тут так круто, что не сможешь остановиться, а так и покатишься вниз, прямо на камни. Давай, держись за меня, – и сам взял ее за лапу.

Нюся представила себе, как они вдвоем едут вниз по снежной горке, подстелив под себя короткие хвосты, и звонко расхохоталась. И в ту же секунду потеряла равновесие. Винни, пытаясь остановить ее стремительное падение, крепче ухватил Нюсину лапу, но было поздно. Не имея никакой опоры, кроме скользкого снега под ногами, Пух не удержался сам. И они вдвоем кубарем покатились по глубокому снегу прямо на чернеющие внизу огромные каменные глыбы. Последнее, что успел почувствовать Нюся, – это жгучий холод от снега, набившегося в нос и уши. И свет померк.