========== Пролог. ==========

Казалось, он выбрал место встречи в насмешку. Крыша небоскреба – что может быть романтичнее? Звездная ночь, мягкие перья снега и сверкающий внизу город. В таких обстоятельствах воркуют и дают любовные обещания… Ну, уж точно не решают вопросы насчет человеческих душ!

Мелейна шагнула к мужчине, который стоял у самого края крыши. Он смотрел на расстилающийся внизу город так, словно тот ему принадлежал. Зимний ветер ерошил черные волосы и шевелил тонкую ткань рубашки. В отличии от Мелейны, мужчина не видел смысла понапрасну притворяться человеком. Это она прятала руки в карманах короткой черной шубки, словно все еще была способна замерзнуть. А осенью всегда носила шарфы и снуды в погоне за уютом.

Деймос, безусловно, заметил девушку, но даже взглядом не удостоил. В темноте его правильный профиль казался вырезанным из белой бумаги. Дождавшись, когда Мелейна станет рядом, мужчина спокойно спросил:

– Ты ведь не оставишь ее в покое, да?

– Серьезно?! – Возмутилась Мелейна. – Ты это у меня спрашиваешь? Это моя подопечная, а ты ворвался в нашу жизнь…

Деймос посмотрел на девушку, и в его испытывающем взгляде проступило нечто пьянящее:

– И тебе это не нравится?

Голос мужчины напоминал бархат: обволакивающе-шероховатый с одной стороны и холодный на обороте. Губы Деймоса изгибала едва заметная улыбка. Черная рубашка, верхние пуговицы которой были расстегнуты, подчеркивала бледность кожи.

– Как и тебе, – колко ответила Мелейна.

Обычно земные мужчины легко влюблялись в нее. Они очаровывались стройной фигуркой, изящными жестами, рыжими локонами с темными кончиками… Несколько улыбок, пара флиртующих фраз – и мужчина уже готов отдать соблазнительнице что-угодно, включая душу. С Деймосом же это никогда не срабатывало. Да и «земным» он не являлся вот уже два века.

Когда мужчина заговорил, его тон оказался таким же холодным, как снег, опускающийся на черные волосы:

– Ну, и чего же ты хочешь, Мелейна?

– Чтобы ты оставил в покое Риту. И меня заодно, – девушка беззаботно улыбнулась в попытке скрыть бурлящие эмоции.

Пауза затянулась на несколько долгих мгновений. Деймос пристально смотрел на Мелейну, словно пытался пробраться в ее мысли. Таящий ночную глубину взгляд искал малейшую трещинку в невозмутимости. «Ты действительно хочешь этого?» – Читался в его глазах вопрос. И если бы мужчина произнес его вслух, Мелейна не смогла бы соврать.

– Думаю, у меня есть идея получше, – прервал молчание Деймос. – Ты ведь знаешь, куда попадают души детей, которые так и не появились на свет?

В его взгляде вспыхнул хищный огонек, и на миг Мелейна почувствовала себя очередной жертвой Деймоса. Беспомощным человеком, на чью душу положил глаз жестокий демон. Сбросив наваждение, девушка призвала в тон все возможное спокойствие:

– Ты это к чему?

Мелейна обхватила себя руками, словно в попытке отогреть душу. В темном воздухе парили белые клочки крупных снежинок, но зимний холод уже давно не мог пробраться в тело девушки. Вот только от душевной стужи, увы, защиты не существовало.

Деймос проигнорировал слова Мелейны, спросив:

– Часто думаешь о той, кто умерла вместе с тобой?

Во всех четырех мирах он был единственным, кому Мелейна решилась доверить свою слабость. И о чем только думала?! Неужели действительно надеялась, что Деймос этим не воспользуется? Собственная наивность всколыхнула в душе раздражение.

– Дейм, хватит! – Рыкнула Мелейна. – Это тебя совершенно не касается!

Она знала, что нельзя поддаваться. В каждой чужой эмоции Деймос отыщет способ причинить боль. И непременно воспользуется этой возможностью, учитывая отношение к Мелейне.

– В том-то и дело, что касается, – бессовестно улыбнулся демон. – Что ты знаешь о Возврате?

– При чем здесь это? – Раздраженно уточнила девушка.

Мягкая настойчивость наполнила тон Деймоса:

– Так что тебе известно, Мелейна?

– Ерунда все это, – бросила она. – Неужели ты правда веришь, что его можно найти? Еще скажи, что ищешь осколки!

– Не ищу. Пока что.

Деймос достал из кармана брюк какой-то кулончик и позволил ему повиснуть на нитке. Камень оказался на фоне полной луны, которая очертила холодным светом неровные контуры. Черная поверхность блеснула, как гладь ночного океана. Мелейна почувствовала, как в душу хлынуло удивление.

Кулон можно было бы принять за обычный земной камушек: обсидиан или черный агат. Однако из его глубины веяло смутной опасностью – такой же, которую таила в себе тьма Межмирья. Это ощущение ни с чем нельзя было спутать. Оно сопровождает любое перемещение, проникая в душу легким беспокойством. Вот только в кулоне такая тревога была концентрирована. Она волнами расползалась по темному воздуху, уничтожая любые сомнения.

Ошибки быть не могло.

Осколок. Указатель на дороге к Возврату.

Мелейна завороженно протянула руку, но Деймос тут же спрятал кулон. По губам мужчины скользнула легкая улыбка:

– Прояви немного терпения.

Мелейна зло посмотрела на него. Да он играет с ней! И что самое ужасное, ей придется участвовать в этой игре. По его правилам.

– Как видишь, один осколок у меня уже есть, – казалось, Деймос не замечал тяжелого взгляда. – И я не остановлюсь, пока не найду Возврат. А ты… разве тебе не хочется встретиться с дочерью?

Раздражение Мелейны мгновенно схлынуло, и надежда робко встрепенулась в душе, оттеснив все плохие воспоминание. Дыхание, уже давно ставшее лишь привычкой, затаилось в груди пугливым птенцом. Неужто Деймос может помочь ей? И неужели он действительно желает это сделать?..

Боясь разрушить хрупкость момента, Мелейна осторожно уточнила:

– Ты хочешь, чтобы я отправилась с тобой?

Она пристально посмотрела на Деймоса, пытаясь разглядеть в равнодушном выражении его лица хоть что-то, подтверждающее ее надежду. Глаза демона – обычно кроваво-красные – в ночи казались темными тихими омутами. И кто знает, какие черти водились в его душе. Деймос слишком хорошо умел замораживать собственные эмоции. И как бы Мелейна не старалась их разгадать, он по-прежнему оставался для нее тайной. Возможно, опасной, но оттого не менее завораживающей.

– Нет, не хочу, – честно ответил Деймос. – Разве я похож на того, кому нужны попутчики?

Разорвав контакт взглядов, он повернулся к краю крыши. Деймос посмотрел вдаль, будто хотел отыскать на горизонте предчувствие рассвета. Однако там были только искры окон, соседствующие с блестками звезд.

По губам Мелейны невольно скользнула горьковатая улыбка. Деймос совсем не изменился. Ему хватало смелости нажить сотню врагов, но никогда не доставало храбрости завести хоть одного друга.

В тоне Мелейны проступила недоверчивость:

– Тогда зачем ты говоришь со мной об этом?

– Я предлагаю тебе сделку, – взгляд Деймоса продолжал блуждать по океану ночных огней, расстилающемуся внизу. – К слову, довольно выгодную сделку.

– Ничего не перепутал?! – Мелейна хмуро взглянула на него исподлобья. – Прибереги свои штучки для людей!

Он не обратил на ее комментарий никакого внимания.

– Подумай хорошо, Мелейна, – Деймос явно наслаждался властью над ситуацией. – Я помогу тебе найти Возврат, взамен же ты просто не будешь мне мешать. Разве не стоящее предложение?

Деймос смотрел вдаль расслабленно и безразлично, словно его вовсе не интересовал ответ. Однако густое молчание требовало от Мелейны решения. Она чувствовала, что Деймос прячет под обволакивающей мягкостью тона напряженную сосредоточенность.

Мелейна упрямо молчала. Она и сама не знала, зачем ввязалась в это противостояние. Стоило лишь немного подтолкнуть наивную подопечную, и Деймос тут же заполучил бы доверчивую светлую душонку. После чего исчез бы из жизни Мелейны. Может, снова на два века. А возможно, и навсегда. Чем плох этот вариант?.. Но нет же! Она предпочла бороться за Риту и постоянно видеть прошлое в глазах Деймоса.

Время тихо опадало пушистым снегом. Когда молчание натянулось до предела, Деймос посмотрел на Мелейну, и в его взгляде мелькнуло нетерпение. Однако демон не впустил его в тон, заговорив с мягким упорством:

– Ну, перестань! Тебе ведь совсем несложно выполнить мое условие. Да кто тебе эта девчонка? Всего лишь подопечная. Ты должна просто склонять ее душу на сторону Тьмы, а не строить из себя демона-хранителя. Так в чем проблема?

Мелейна попыталась спрятать горечь в усмешке:

– В том, что сделки с тобой никогда не бывают выгодными.

Отвернувшись, девушка решительно направилась прочь, и тонкие каблучки укололи крышу стуком шагов. Мысли сконцентрировались на Силе, готовясь сформировать перемещение.

– Поверь, она не стоит того, чтобы упускать шанс, – донеслось вслед.

Обернувшись, Мелейна встретилась взглядом с Деймосом. Он стоял, скрестив руки на груди. В глазах – невозмутимая уверенность, на губах – тень улыбки. Демон не сомневался, что добьется своего.

– А ей ты говоришь совсем другое! – Насмешливо бросила Мелейна. – Может, передать твои слова?

Деймос не позволил увести разговор на другую тему.

– Я буду ждать тебя в среду, в баре Отчаявшихся. За час до полуночи, – твердо сказал он и улыбнулся. – Не опаздывай.

Ничего не ответив, Мелейна скрылась во тьме перемещения. Напоследок, будто стараясь остановить, в разуме вспыхнули кадры воспоминаний.

…На стенах дрожали тени. Он не стал зажигать свеч, и комнату освещал только огонь камина. В полумраке вино в бокале казалось густой тьмой. Лишь, когда Мелейна подошла поближе, оно блеснуло кровавой глубиной. Мужчина держал бокал в руке, но за последние минуты ни разу не пригубил напиток. Казалось, просто забыл о его существовании.

Взгляд мужчины отрешенно касался пламени. Однако даже, если бы он всмотрелся в сумрак, то все равно не смог бы увидеть Мелейну. Мало кто из живых способен узреть Слугу Тьмы, пока она не позволит.

Мелейна же могла незаметно наблюдать, окутанная полумраком. Таиться, как ночной хищник во мгле, выжидая лучший момент для атаки.

Взгляд девушки изучал мужской профиль, с которого стоило бы рисовать портреты. Дрожа в тревоге, тени очерчивали правильные черты его лица. Бледность кожи была особенно заметна в контрасте с черными волосами и темным фраком.

Внешнее спокойствие мужчины было лишь маской. Незримое отчаянье металось по комнате, словно обезумевшая стая летучих мышей. Именно оно привлекло Мелейну, как кровь – дикого зверя.

Стоило проникнуть в мысли мужчины, как навстречу хлынула волна боли. Девушка даже на миг сбилась с уже ненужного дыхания, будто захлебнулась потоком чужих эмоций. Пальцы, заключенные в тонкую ткань перчаток, сжались. Так, нужно взять себя в руки! Ей ведь не впервой заключать сделку, верно? И каждый раз человек находится на грани отчаянья, так что ничего нового.

Вот только сегодняшняя жертва пребывала уже за этой гранью. Душу мужчины терзала утрата, и он задавался одним-единственным вопросом: «Эту боль способно заглушить хоть что-то?»

– Быть может, месть? – Вкрадчиво предположила Мелейна в ответ на подслушанные мысли.

Слуга Тьмы сменила степень материальности, проявляясь в реальности. Шлейф красного платья зашелестел по полу, отзываясь на шаги Мелейны. Мужчина непонимающе посмотрел на незнакомку, и этот момент навсегда остался в ее памяти. Тогда глаза еще были карими. Тогда они еще не умели врать, скрывая эмоции.

Тем же вечером Мелейна добилась контракта. Предлагать месть, заключая сделку с человеком, – неблагодарное занятие. Ведь демон способен поглотить энергию только светлой или нейтральной души. Темную же Тьма отторгает. Это древний закон природы, похожий на тот, что не позволяет соприкоснуться одинаковым полюсам магнитов. Однако душа имеет свойство меняться, погружаясь во Тьму и возвращаясь к Свету хоть мириады раз. А потому Мелейна собиралась обхитрить правила этой сделкой.

Сделкой, которой не суждено было стать выгодной.

========== Глава 1. ==========

Мелейна ступила на порог бара Отчаявшихся за час до полуночи. За спиной осталась вечная тьма Межмирья, которая никогда не знала ни лучика солнца, ни света далекой звезды. Поглощая все вокруг, она плескалась у порога, словно море у берега. Бар Отчаявшихся – один из множества клочков пространства – казался в ней своеобразным блуждающим островком.

– Еще не поздно передумать, – бросила Мелейна, не оборачиваясь.

Присутствие лишнего свидетеля осложняло и без того непростую ситуацию. Особенно такого свидетеля, как Саша. В памяти эхом пронесся звук выстрела, и душа невольно заныла воспоминанием. Все пошло совсем не так, как задумывалось. Теперь Деймосу не за чем ей помогать. Мелейна и так не знала, каким будет предстоящий разговор с демоном. А тут еще этот ангелочек со своей железобетонной принципиальностью! И угораздило же Мелейну сказать правду, когда он спросил, зачем ей в Межмирье?! Нужно было соврать, что преследует какие-нибудь коварные демонические цели. Может, тогда бы отвязался!

– Я не могу нарушить обещание, и ты это знаешь, – уверенно ответил Саша.

– Вот и нечего было его давать! – Мелейна метнула взгляд через плечо.

Саша твердо стоял на своем и уходить явно не собирался. Футболка с названием какой-то рок-группы подчеркивала его хорошо сложенное тело. Осветленные добела волосы контрастировали с легким загаром.

Фонарь, висящий рядом с дверью бара, обрисовал лицо Саши мягкими тенями. Его черты были по-своему симпатичны. Не застывшей красотой классической скульптуры, а особой теплой привлекательностью. Едва заметные ямочки, проступающие на щеках при улыбке, и лучащиеся вечной заботой глаза… Вот только сейчас Сашина склонность опекать всех и вся неимоверно бесила!

Обреченно качнув головой, Мелейна уже опустила ладонь на дверную ручку, но потом все-таки не выдержала. Девушка резко повернулась к незваному попутчику. Ее рыжие локоны взметнулись в прохладном воздухе, тут же бессильно опав на плечи. Бесконечный мрак Межмирья напоминал свежую летнюю ночь, но эту тьму всегда сковывало мертвенное безветрие.

– Тебе не кажется, что это как-то глупо?! – Возмущенно спросила Мелейна. – Теперь я даже насчет себя ни в чем не уверенна! Думаешь, он обрадуется, увидев тебя?

Девушка нервничала. После случившегося с Ритой было невозможно, как принять, так и отвергнуть предложение Деймоса. Зачем ему помогать без всякой выгоды? Из благородства и сострадания, что ли? Так откуда они у демона возьмутся?!

– Рита не доверяла ему, – тон Саши наполнила безграничная серьезность. – И знаешь, я с ней абсолютно согласен. Мы ведь не знаем, что он задумал.

– Тебя послушать, так Деймосу делать больше нечего, кроме как строить коварные планы!

– Он – Слуга Тьмы.

– Между прочим, я тоже, – уперлась Мелейна. – И что с того?

Ее вопрос, видимо, завел Сашу в тупик. Пару месяцев назад – в самом начале их вынужденного общения – ангел вспыльчиво бросил бы: «Да то, что все вы одинаковые!» Теперь же его отношение к Мелейне изменилось. Мол, есть злые-коварные демоны, а есть ты – рыжая и пушистая.

Саша посмотрел на девушку с безграничным терпением:

– Согласись, все это как-то подозрительно…

– Не соглашусь, – перебила Мелейна. – У меня жизненный принцип такой: не соглашаться с параноиками.

Ей вовсе не хотелось тратить время на препирательства с Сашей. Однако Мелейна, похоже, еще не теряла надежды отвадить назойливого спутника.

А ведь, когда они впервые увидели друг друга, девушка наивно подумала, что с таким ангелом точно не соскучишься. Увы! И осветленные волосы, и страсть к рок-музыке оказались лишь мишурой. А прятался под ней Саша – до одури правильный и принципиальный.

– Нет, ну, серьезно! – Заупрямился парень, не желая расставаться со своей подозрительностью. – Вот скажи, по-твоему, почему он позвал тебя с собой?

– Ну… ему была нужна душа Риты, – не слишком уверенно ответила Мелейна.

Вообще-то, она надеялась, что дело не только в этом. Однако посвящать Сашу в свои предположения (или мечты?) Мелейна не собиралась. Да и неужели он всерьез полагал, что она может отказаться от шанса найти дочь? Тем более из-за всяких там глупых подозрений!

– Думаешь, не было никакого другого способа ее получить? – Скептицизм пропитал тон ангела.

– Послушай, да тебе-то какое дело?! – Не выдержала Мелейна.

– Уверен, здесь все не так просто, – твердо произнес Саша. – А потому, нравится тебе это или нет, но я не могу оставить тебя в такой ситуации.

– Еще скажи, что волнуешься за меня! – Фыркнула Мелейна.

Саша пристально посмотрел ей в глаза. Казалось, он отчаянно искал правильные слова, чтобы все объяснить. Причем, так, чтобы Мелейна не смогла все перекрутить и назвать его принципиальным идиотом. Видимо, задача оказалась не из легких. Вздохнув, Саша отвел взгляд:

– Это было ее последнее желание.

– Вот я и говорю: глупо, – ядовито бросила Мелейна. – И с ее стороны, и с твоей.

Что ж, девушка уже выяснила: колкостями Сашу не отпугнешь. Да и вообще, принципы «правильного ангелочка», похоже, были непоколебимы. Слуга Тьмы молча попыталась извести его тяжелым взглядом – и снова безуспешно.

– Мел… я понимаю, как все это важно для тебя, – мягко начал Саша, и на плечо девушки опустилось успокаивающее прикосновение.

Во взгляде ангела виднелось сочувствие. Молнии напряженности, которые еще секунду назад трещали в душе Мелейны, притихли от тепла его руки. Захотелось замереть, затаить дыхание – и насытиться этим обволакивающим спокойствием.

Вот только девушка ненавидела жалость. Коварное сострадание, проникнув в душу, вполне могло заразить слабостью. Так что нечего лезть не в свое дело! Недовольно сбросив прикосновение, Мелейна ехидно поинтересовалась:

– Может, еще спросишь, не хочу ли я об этом поговорить? Хватит игр в психолога, Саша! Не до них сейчас. И уж тем более, не до тебя.

Распахнув дверь бара, Мелейна решительно шагнула навстречу разноголосому шуму. В душе затеплилась робкая надежда, что спутник наконец-то обидится и уйдет. Вместо этого он лишь проворчал едва слышно:

– Надеюсь, когда все закончится, вечность нас больше никогда не столкнет.

– Я тоже, – усмехнулась Мелейна.

Скользнув взглядом по посетителям бара, она не увидела знакомого лица. Странно. Деймос раньше никогда не опаздывал. Тревога, только-только погрузившаяся в легкую дрему, тут же распахнула хищные глаза и приглушенно зарычала. А что, если демон уже узнал о случившемся? Что, если он просто решил не приходить на встречу, ставшую бессмысленной?

Качнув головой, Мелейна попыталась прогнать пессимистичные мысли и направилась к свободному столику. Бар Отчаявшихся, как и рассказывали, был довольно жутким местом. Грязный желтый свет давил на сознание, сочась отовсюду без конкретного источника. В просторном зале обитатели разных миров увлеченно разрушали себя. Вот кто-то опрокинул рюмку черного дыма – тот расползся под кожей темными завитками. А вон пьяная компания столкнула боками кружки, и на стол плеснулась густая болотная грязь. Продаваемые здесь эмоции пропитывали воздух безумной смесью плача и смеха. Бар Отчаявшихся казался удавом, который с неторопливой жестокостью сжимал души в тисках своих колец.

Добравшись до нужного столика, Мелейна рухнула на стул и на миг закрыла глаза в попытке отстраниться от происходящего. Бар Отчаявшихся – обитель медленного самоубийства. Ведь за искусственные эмоции приходится платить невероятно высокую цену.

– Думаешь, он бывал здесь раньше? – Раздался негромкий голос.

Мелейна посмотрела на Сашу, который устроился рядом с ней. Его тон наполняло безразличие. Наверняка, спросил, лишь бы отвлечь. Девушка ответила с мрачной уверенностью:

– Не думаю – знаю.

Хотя верить в это Мелейне совершенно не хотелось. Разум отчаянно отторгал мысль о том, что Деймос – такой же, как здешние завсегдатаи.

– По нему не скажешь, – Саша невольно скользнул взглядом по окружающим, которые походили в лучшем случае на алкоголиков.

Деймос и правда совершенно не вписывался в эту картину. Вот только однажды он обмолвился о баре, и повода не верить у Мелейны не было. В конце концов, в холоде его взгляда порой читалась застарелая усталая тоска. Так что вполне возможно, что демон пытался сбежать от нее сюда, в пристанище отчаявшихся душ.

– По тебе тоже не скажешь, что твое хобби – преследовать хорошеньких Слуг Тьмы, – огрызнулась Мелейна.

Саша уже собирался что-то ответить. Наверняка, нечто невероятно занудное. О последнем желании там, о чувстве долга… К счастью Мелейны, разговор прервала официантка, подошедшая к столу. Она походила на хрупкую куклу – только шарниров не хватало для полного образа. Короткое пышное платье обхватывало шею ажурным воротничком, а черный корсет подчеркивал изящную фигурку. Сквозь кружевные рукава просвечивалась… пустота. Казалось, кукольник не захотел лепить своему творению руки, прикрыв собственную лень тканью.

– Чего желаете? – Прощебетала официантка. – Вижу, вы у нас впервые. Может, что-то подсказать?

Миловидные черты лица, звонкий голос, дружелюбная улыбка – девушка могла бы показаться лучиком радости, прокравшимся в эту обитель отчаянья. Вот только в карих глазах официантки виднелось опустошенное равнодушие. Весь этот звон жизнерадостности был просто маской.

– Мы не будем ничего заказывать, – начал Саша.

Мелейна незаметно толкнула парня локтем в бок. Ей тоже здесь не нравится (еще как!), но она-то держит себя в руках. Так пусть и ангелочек потерпит! Ну, или – что еще лучше – катится во все четыре мира.

– Пока не будем, – Мелейна натянула милую улыбку. – Мы ждем друга.

Официантка упорхнула к другому столу, где начала кокетничать с бледным парнишкой. Болезненные тени под его глазами по насыщенности могли бы посоперничать с тьмой Межмирья.

– Н-да уж, друга, – негромко хмыкнул Саша. – С такими «друзьями»…

Начавшая открываться дверь оборвала его фразу. Мелейна почувствовала, как душа предательски вздрогнула. Девушка взволнованным жестом заправила за ухо рыжий локон, а спину сжала напряженно идеальная осанка. Вспыхнувшие внутри эмоции приковали взгляд к двери. На миг Мелейна даже забыла, что ей предстоит не самый приятный разговор.

В бар шагнула высокая блондинка в броском красном платье, облегающем стройную фигуру. А вслед за ней внутрь вошел Деймос. Незнакомка что-то сказала ему, и по ее губам скользнула холодная улыбка – из тех, что часто идут в комплекте с вечерним платьем.

В душе Мелейны ревность скрутилась скользким змеиным клубком. Попытавшись взять себя в руки, девушка встала из-за стола. Как можно грациознее, разумеется. Игриво легкий жест приветствия получился напряженным. Натянутым, как и улыбка на губах Мелейны.

========== Глава 2. ==========

Деймос и незнакомка подошли к столу. Воздух сгустился, будто в Межмирье вот-вот собиралась громыхнуть гроза. Молнии над столом трещать вроде не спешили, зато в душе Мелейны буря уже свирепствовала вовсю. Под взглядом Деймоса держать себя в руках было сложно.

Легкая улыбка легла на губы демона тенью учтивости.

– Рад, что ты приняла правильное решение, но… – Деймос перевел взгляд на Сашу. – Он-то что здесь делает?

Мелейна мельком посмотрела на ангела. Он стоял, напряженный, как хищник перед прыжком. Пальцы Саши были стиснуты в кулаки в бессильной злобе. Еще секунда – и гроза все-таки началась бы. Ведь у него насчитывалось немало поводов, чтобы обвинить Деймоса. Вся эта история с Ритой нешуточно задевала ангела. Конечно, первая подопечная – и тут такое!.. Однако допустить выяснений отношений было нельзя.

– Встречный вопрос, – Мелейна выразительно посмотрела на девушку-блондинку.

Глаза незнакомки выглядели голубыми, но цвет, наверняка, был фальшив. Ведь на тонком запястье красовался изящный серебряный браслет с темно-красным камнем. Знак Слуги Тьмы – такой же, как у самой Мелейны. Выходит, и глаза на самом деле обладали кровавым оттенком. Ну, и зачем тратить Силу на такую чепуху, когда поблизости нет людей?

– О, прости, Мелейна, я ведь не представил тебе Таниссу, – тон Деймоса напомнил о вежливом притворстве приемов. – Это моя ученица.

– Ученица? – Удивилась Мелейна. – Неужели тоже промахнулся?

Девушка знала, что подопечных Деймос не брал – долго, утомительно и невыгодно. Силу он получал другим способом: благодаря контрактам. Находил отчаявшегося человека, заключал сделку и выполнял ее условия, а затем отнимал душу жертвы. А в таком случае ученица могла появиться только, если произошла ошибка. Такая же, как два века назад.

– К несчастью для нас обоих, – голос Таниссы сочился холодным ядом.

Стараясь не показать напряжения, Мелейна улыбнулась новоявленной Слуге Тьмы и вновь села за стол. Предстоящий разговор завертелся в голове множеством вариантов. Скрытые столешницей пальцы начали нервно теребить тонкий серебряный браслет, выглядывающий из-под зеленого рукава. Цвет кардигана выгодно подчеркивал яркость рыжих волос Мелейны, но обращать на это внимание, похоже, никто не собирался.

Тем временем Деймос продолжил:

– Танисса, это Саша. Он – ангел той девушки… помнишь, я рассказывал о ней? Только вот не понимаю, что Слуге Света здесь понадобилось, – демон бросил на Сашу тяжелый многозначительный взгляд. – Неужто тоже надеется найти Возврат?

Деймос в благовоспитанном жесте помог ученице со стулом. Саша безотрывно смотрел на демона, который разрушил жизнь его подопечной. Казалось, еще чуть-чуть – и шторм эмоций, всколыхнувшихся в душе ангела, станет виден невооруженным глазом. Н-да уж, столкнуть этих двоих в разговоре было плохой идеей. Очень плохой.

– Вообще-то, я все еще здесь! И знаешь, что? – Раздраженно подавшись вперед, Саша оперся ладонями на стол. – Твоим планам уже никогда не воплотиться в жизнь!

– Это почему же? – Сдержано удивился Деймос и жестом указал на Сашу с Мелейной. – Разве ваше присутствие не означает, что…

– Нет, – признание сорвалось с губ Мелейны, словно камешек с края пропасти.

Пока девушка искала следующие слова, Саша избавил ее от этой необходимости.

– Рита мертва, – парень пристально посмотрел на Деймоса. – Из-за тебя.

– Вот как, – бесцветное равнодушие наполнило тон демона.

Определить эмоции Деймоса сейчас не смог бы даже самый опытный психолог. Их сначала пришлось бы очень долго искать.

Мелейна заметила, как Танисса отвела взгляд. Кажется, ее коробило упоминание смерти даже, если речь шла о незнакомке. Что ж, это обычная человеческая реакция. Скоро пройдет.

– И ты даже не спросишь, как это случилось? – В голосе Саши сплелись горечь и неприязнь.

Он опустился на стул, будто воспоминания разом выдернули все силы. В сознании Мелейны снова прозвучал отголосок прошлого: раскат выстрела. Обычно гибель подопечных со временем блекнет в памяти – Слуга Тьмы знала это по собственному опыту. Вот только у Саши такого опыта еще не было. Для него смерть Риты стала первой. А значит, она запомнится навечно, вонзившись в разум беспощадными шипами.

– А должен? – Безразлично уточнил Деймос.

– Вообще-то, она любила тебя, – усмехнувшись, напомнила Мелейна.

Танисса удивленно посмотрела на наставника. Что бы Деймос не рассказывал о Рите, эту подробность он явно утаил.

– Что ж, это было ее ошибкой, – хищная улыбка скользнула по его губам. – Зачем мне такая, как она? Светлые души невыносимо скучны.

– Они хотя бы не рушат чужие судьбы! – Не сдержавшись, упрекнул Саша.

В глазах ангела виднелась боль. Рита стала подопечной Саши совсем недавно. До этого она была «под крылом» другого Слуги Света – к слову, еще более жуткого зануды. К радости Мелейны, он нарушил закон и подвергся уничтожению.

Заменой ему стал Саша. Он хотел обеспечить подопечной счастливую жизнь, полную добрых поступков. А Рита связалась с демоном, чуть не продала душу да еще и погибла спустя пару месяцев. Хорошенький результат для новичка, ничего не скажешь!

Саша до последнего держал Риту за руку… Мелейна до сих пор замечала в его взгляде вину. Не уберег. Не справился.

– Судьбы – нет, – сдержанно согласился Деймос. – Только планы. Я думал, что контракт с Ритой – вопрос нескольких недель, но она оказалась довольно упрямой. Подумать только, сколько бы Силы принесла ее светлая душа!.. Ну, что ж, теперь это все неважно.

Он поднялся из-за стола, собираясь уходить. Мелейна посмотрела демону в глаза – его кроваво-красный взгляд таил в себе водоворот неясных эмоций. Однако Деймос вел свою игру, и его ролью было безразличие. А вот какого хода он ждал от Мелейны? Этого девушка совершенно не понимала.

– Пойдем, Танисса, – спокойно обратился Деймос к ученице. – Нам пора заняться поисками следующего осколка.

Мелейна постаралась скрыть свои истинные чувства, но слова демона вонзились в ее душу безжалостными лезвиями. Что ж, этого следовало ожидать! Дать надежду и тут же отнять ее – вполне в стиле Деймоса. Он всегда любил месть. Два века назад Мелейна ничего не имела против, но сейчас жертвой возмездия стала она. Та, кто лишила его Выбора. Та, из-за кого его глаза приобрели кровавый цвет, а запястье навеки сковал браслет Слуги Тьмы.

Мелейна ведь уже смирилась с тем, что никогда не узнает о судьбе дочери. Ведь душа вселяется в ребенка незадолго до рождения. А Мелейна погибла совсем не вовремя, забрав с собой маленькую жизнь. Жизнь, которая затерялась где-то там, в бескрайней тьме Межмирья.

С момента смерти прошли века, и воспоминания поблекли. Мелейна научилась не думать о дочери. И вот – надежда вспыхнула, чтобы тут же погаснуть.

Весь день, намереваясь отправиться в бар Отчаявшихся, Мелейна продумывала доводы. У нее накопилось сотни вариантов того, как постараться убедить Деймоса взять ее с собой. И что теперь? Слова просто спутались в клубок невысказанной обиды.

Мелейна лишь беспомощно наблюдала за происходящим. Танисса, встав, поправила красное платье, и единственный шанс найти дочь направился к выходу. Мелейна обреченно смотрела вслед удаляющимся Слугам Тьмы. И впервые за долгую Дорогу своей судьбы совершенно не знала, что делать.

Из оцепенения Мелейну вывело мягкое тепло, коснувшееся руки. Это Саша накрыл ее ладонь своей. Так осторожно, словно дотронулся до шерсти только что прирученного зверя. Девушка невольно почувствовала, как это прикосновение отозвалось внутри щемящим эхом.

– Ты найдешь другой способ, – тихо произнес Саша.

Мелейна посмотрела на парня. В его ярко-голубых глазах виднелось сочувствие. Н-да уж. Похоже, он испытывал сострадание даже к Слуге Тьмы… Если непробиваемая доброта считается хорошим качеством для ангела, может, из Саши что-то да получится. Только пусть получается где-нибудь в другом месте!

– Нашла бы, – резко ответила Мелейна, отдернув руку. – Вот только его не существует! И вообще, если бы кое-кто не лез не в свое дело…

Взгляд Мелейны вновь метнулся к Слугам Тьмы. Деймос и Танисса уже стояли у открытой двери, собираясь покинуть бар. Они задержались, о чем-то говоря, но все же шанс мог вот-вот ускользнуть. И если Мелейна его упустит, то будет корить себя всю оставшуюся вечность. Усилием воли девушка оттеснила гордость вглубь души и, вскочив, поспешила к уходящим.

– Дейм, подожди! – Ее голос прорвался сквозь шум бара.

Демон неторопливо обернулся, и по его губам скользнула легкая улыбка. Та самая, которая всегда отдавалась трепетной слабостью в теле Мелейны. Деймос подошел к ней, оставив ученицу. В его взгляде читалось сдержанное торжество. Казалось, демон специально задержался: ждал, что Мелейна остановит его. Но зачем?

Рядом с Деймосом Мелейна утратила былую решимость. Не зная, как начать разговор, девушка замерла рядом – на расстоянии шага и нескольких слов. Вот только Деймос никогда не сделал бы тот самый шаг навстречу, и это осознание причиняло почти физический дискомфорт.

– Я знаю, что теперь мне нечего тебе предложить, но… – Начала Мелейна, отведя взгляд.

– Ну, ты могла бы просто попросить, – с улыбкой прервал ее Деймос.

Он явно наслаждался властью. Над ситуацией и над Мелейной. Сейчас Деймос мог потребовать что-угодно, и ей пришлось бы согласиться. Вот только демон поставил невыполнимое условие: проявить слабость. Да как он себе это представляет?! «Пожалуйста, помоги мне найти дочь»? Ну-ну! А демон пожмет плечами и скажет: «Извини, мне это уже невыгодно», чтобы просто насладиться ее отчаяньем. Нет уж, унижаться Мелейна не собиралась!

Ругательства бурлили внутри, так и желая хлынуть потоком всего, что Мелейна сейчас думала о Деймосе. Однако девушка лишь метнула в него взгляд, полный злости, и направилась обратно. Сейчас скажет Саше, что ничего не получилось. Скажет, что последнее желание Риты невыполнимо. Скажет, что…

Слегка прохладные пальцы сомкнулись на запястье Мелейны. Непонимающе обернувшись, девушка столкнулась взглядом с кровавой тьмой глаз. В этой глубине таилось нечто пьянящее, как крепкое вино. Однако на лице Деймоса не было ни единой эмоции. Он давно научился прятать их так глубоко, что порой возникали сомнения, а есть ли у него хоть какие-то чувства?..

– Следующий осколок у Пустоты, – уверенно сказал Деймос. – Думаю, мы бы могли с ней договориться.

========== Глава 3. ==========

К столу подошла официантка – уже другая, совсем не похожая на «куклу». Вся ее внешность была пропитана хищностью: черные прямые волосы, насыщенный смоки айс и желтые глаза с вертикальными зрачками. Костлявые крылья за спиной девушки напоминали истрепавшийся костюм летучей мыши. Только они, в отличии от карнавального наряда, были вполне настоящими и шевелились.

Опустив на стол поднос с четырьмя чашками, официантка проговорила сипловатым голосом, хранящим послевкусие сигарет:

– За счет заведения.

– Это еще что такое? – У Мелейны сразу же активировался режим настороженности.

– Кофе, – «летучая мышь» бросила недовольный взгляд на недоверчивую посетительницу. – Обычный кофе. Разочарование помнит о странностях постоянных клиентов.

Не задерживаясь больше ни секунды, официантка удалилась к другому столику, за которым сидела шумная компания Слуг Книги. Мелейна мимолетно задумалась, остаются ли посетители здесь до тех пор, пока не ослабнет эффект? Пьяная в стельку смерть – это как-то жутковато.

– О странностях постоянных клиентов? – Мелейна взглянула на Деймоса.

– Это же Бессонница. Она всегда немного… – Демон сделал неопределенный жест рукой, будто пытаясь выудить подходящее слово из воздуха. – Немного не в духе.

На самом деле Мелейне хотелось спросить кое-что другое. В душе метался пронизывающий ветер беспокойства, и разум бурлил вопросами вроде: «Да что же с тобой творится, раз ты здесь завсегдатай?»

Это волнение Мелейне не нравилось – оно делало ее уязвимой. Впрочем, как и чувства к Деймосу в целом. Девушка привыкла быть сильной, а он… он стал ее слабостью. Вырвать бы из души безнадежно безответную любовь и выбросить, как надоевшую вещицу! Вот только за два века сделать это так и не удалось.

…Последнее дыхание вырвалось из груди убитого хрипом.

Продолжая растекаться вокруг тела, кровь поблескивала в свете свечей. Густая темно-красная тьма подминала под себя дощатый пол, подбираясь к изогнутой ножке роскошного кресла.

Мелейне было не впервой видеть смерть. Поправив невесомую шаль, девушка спокойно подошла к убийце. Его глаза – в то время еще карие – безотрывно смотрели на мертвое тело. Пальцы продолжали сжимать золотистую рукоять изящного кинжала.

Мелейна часто была свидетельницей отчаянья и скорби. Она не раз видела, как люди начинали ненавидеть окружающих или даже самих себя. Демоны всегда идут бок о бок со страданием. Со временем это становится привычным, но… Сейчас Мелейна увидела в глазах убийцы болезненную отрешенность – и душа предательски сжалась, будто все еще умела сочувствовать.

Девушка накрыла ладонь убийцы своей, и мужчина отдал ей кинжал. Как-то безвольно и сломлено. Его взгляд по-прежнему был прикован к чужой смерти. Смерти, которую привел он сам.

Все, как задумывалось. Что планировалось дальше? Растерзанная совесть, мучительное раскаянье, попытки загладить вину перед судьбой… Исстрадавшись, душа будет стремиться к Свету и однажды вновь станет хотя бы нейтральной. В тот же миг мужчина угодит в ловушку уже заключенной сделки. Ведь ни одна Слуга Тьмы не способна поглотить душу, пока та темна.

План был продуман неплохо, но сейчас Мелейну что-то тревожило. Казалось, тягостное предчувствие вонзило клыки в душу Слуги Тьмы. Девушка взглянула на тонкое лезвие кинжала в своих руках. Сверкание металла было скрыто под разводами крови. Мелейна сосредоточилась – и оружие растворилось в воздухе, рассеявшись в легкой черной дымке.

– Впервые убивать всегда тяжело, – тон девушки наполнила мягкая уверенность.

Хотя у Мелейны был особый опыт в убийствах. Она никогда не вонзала кинжал и не подсыпала яд. Просто вырывала душу, прекращая человеческую судьбу одним безжалостным движением.

Вынырнув из оцепенения, мужчина перевел взгляд на Мелейну. Посмотрев ему в глаза, девушка впервые засомневалась в своем плане. В карей глубине были сомнения, боль, злость на судьбу… что-угодно, но только не раскаянье.

Тяжелая дверь скрипнула, начав открываться. Мелейна тут же ухватила убийцу за руку. В мысли суетливо вплелась Сила, зарождая перемещение.

Что-то мешало сосредоточиться. Если бы сердце Мелейны все еще билось, оно заколотилось бы сейчас, как у пойманной птицы. И дело было вовсе не в убийстве. Еще неясное чувство наполняло душу болью. Густой и сладкой, как дикий мед.

За миг до перемещения в комнату вошел ребенок, потирающий кулачком заспанные глаза. Пожалуй, его разбудил крик, который был выдернут ударом кинжала. Взгляд мальчика скользнул к мертвому телу, и голубые глаза широко распахнулись в ужасе.

Темнота.

Перемещение скрыло ночных «гостей». Схлынув, тьма оставила их в уже знакомой Мелейне комнате с камином. В нем по-прежнему горел огонь. Казалось, хозяин и не покидал усадьбы.

Мелейна разжала пальцы, и рука мужчины сразу же выскользнула из ее ладони. Он отошел в сторону – его длинная тень метнулась по полу. Сделав несколько шагов, мужчина оперся ладонями на письменный стол. Казалось, убийца искал опоры у знакомых вещей.

– Он ведь не успел нас заметить, – успокаивающе произнесла Мелейна, – все хорошо.

Эмоции мужчины прорвались наружу, и он одним движением смел со стола все предметы. Стеклянная чернильница разлетелась брызгами осколков, и темная лужица растеклась по полу. Совсем, как недавно кровь. Листы бумаги опустились на пол, словно обессилевшие птицы.

Мужчина повернулся к Мелейне. Пламя камина отразилось отблесками в его глазах.

– Нет, Мелейна! – В голосе бурлили эмоции. – Все плохо! Это мой племянник, и он только что увидел…

Мелейна мягко коснулась его плеча в попытке успокоить. Слегка склонив голову набок, девушка пристально посмотрела в глаза мужчине – других такой взгляд всегда очаровывал. Ее рыжий локон скользнул кончиком по плечу. Слуга Тьмы уже собиралась сказать: «Рано или поздно, все видят смерть». Однако в этот момент мужчина прошептал, отступив на шаг:

– А я ведь сделал это не по своей воле.

Робкое тепло, которое зародилось в душе Мелейны, тут же погасло, будто холодный порыв ветра задул слабый огонек свечи.

– Я Вас ни к чему не принуждала, – в тон невольно ворвалась резкость.

Поправив тонкую шаль, Мелейна отвернулась и отошла к камину. Девушка сплела руки на груди, глядя на пламя, которое переливалось оттенками золота и ржавчины. И с каких пор человеческие упреки стали задевать?

– Но подтолкнули! – Ножом в спину вонзился следующий укор.

Мелейна обернулась. Резко, как готовящийся напасть хищник.

– Мне стоит напомнить, кто вонзил кинжал? – Вызывающе спросила она. – Я лишь вкладываю оружие в руку. Не мне решать, воспользоваться ли им!

Раньше ей казалось, что он способен на раскаянье. Вот только Слуги Тьмы тоже могут ошибаться. В этот момент Мелейна явственно почувствовала: мужчина не остановится. Он не откажется от мести даже, если ценой этого будут муки сомнений. А Мелейна продолжит быть орудием возмездия, несмотря на осознание, что душа ей уже не достанется. Продолжит, несмотря ни на что…

Мелейна вынырнула из воспоминаний, услышав голос Саши.

– Здесь все официантки такие? – Ангел проследил взглядом за Бессонницей.

– И не только они, – подтвердил Деймос. – У Разочарования порой проступают паучьи глаза. Присмотрись, когда заглянешь сюда за порцией эмоций.

Колкость была умело замаскирована под спокойным советом, но проигнорировать ее Саша не смог. Взгляд голубых глаз наполнила тяжесть, а в тоне проступило раздражение:

– Я похож на того, кому это нужно? Уж поверь, мне хватает и своих чувств! Не то, что некоторым демонам!

Мелейна обреченно вздохнула. Разве не должно быть наоборот? Уравновешенные ангелы с одним настроением на все случаи жизни, порывистые демоны с мгновенно вспыхивающими эмоциями… Видать, девушке достались какие-то неправильные спутники. Чувствуя, что назревает очередная гроза, Мелейна поспешила встрять между двумя тучами:

– Кстати, а это точно просто кофе?

Она с преувеличенным интересом всмотрелась в темный напиток. К слову, аромат был неплохим. А для нее – любительницы кофе – и вовсе чудесным.

– Да, – уверенно ответил Деймос. – Им не за чем бесплатно разбрасываться эмоциями.

Танисса, как послушная марионетка, сразу же подняла свою чашку. Красный лак привлек внимание к ее острому маникюру. Слуга Тьмы выглядела так, будто собиралась сверкнуть на страницах глянцевого журнала, но судьба совершенно случайно забросила ее в Межмирье.

Что же Деймос не объяснил ученице, что здесь не подиум и не вечеринка? Да и вообще… зачем взял с собой? Мелейну начинало преследовать подозрение, что с одной-единственной целью: ее позлить. Н-да уж, кажется, в последнее время девушка стала слишком подозрительной.

– К слову, нам нужно позаботиться о часах, – рассудительно заметил Деймос. – Долго находиться в Межмирье без них – самоубийство.

– Часы, говоришь? Так у меня есть, – сказала Мелейна, едва пригубившая кофе. – Во сколько наступает Ночь?

Девушка потянулась за телефоном, который лежал в кармане. Человеческую связь в Межмирье он, конечно, ловить не сможет. Однако время показывать вроде бы должен. А создавать часы с помощью Силы было бы бессмысленно – слишком сложный механизм, чтобы мысленно представить все детали.

– Ночь? – Заинтересовалась Танисса, догадавшись, что речь идет вовсе не о заурядном лунно-звездном времени суток.

Мелейна опять-таки подметила про себя, что ученица Деймоса совсем не подготовлена к странствиям по Межмирью. Как демон мог допустить подобное упущение, взяв ее в такое опасное путешествие? На предусмотрительного Деймоса это было совсем непохоже. Сплошные странности с этой Таниссой! Взглянув на светловолосую Слугу Тьмы, Мелейна пояснила:

– Время, когда тьма Межмирья пытается поглотить душу каждого, кто покинул свой мир.

В голубых глазах Таниссы, окаймленных длинными ресницами, появились удивление и нотка страха. Девушка явно слышала об этом впервые. Покрытые броской помадой губы уже приоткрылись, желая что-то уточнить, но Деймос предотвратил расспросы:

– Мелейна, ты всерьез полагаешь, что обычное времяисчисление может предугадать Ночь Межмирья? О Тьма, ты ведь старше меня на пару столетий и должна быть опытней!

– На пару столетий?! – Саша зацепился за шокирующую цифру.

– Спрашивать девушку о возрасте неприлично, – огрызнулась Мелейна, хотя в душе понимала реакцию ангела.

Это она уже привыкла, что возраст знакомых может исчисляться веками или даже тысячелетиями. Поначалу же, конечно, тоже удивлялась. А у Саши за спиной всего пару месяцев посмертного существования. Да и к тому же, он как-то обмолвился, что прошел через Выбор вскоре после совершеннолетия. Столетия в сравнении с восемнадцатью годами и правда смотрелись устрашающе.

– Даже, если она умерла много веков назад? – С улыбкой уточнил Саша.

Тон был шутливо мягким и совершенно не обидным. Вот только чутко дремлющие воспоминания сразу встрепенулись и подняли головы. В разуме вспыхнул калейдоскоп смутных видений и чувств. Едва заметная горечь яда, которую Мелейна осознала слишком поздно. Физическая боль до Выбора и душевная – после. Ведь именно тогда девушка узнала, что душа ее ребенка оказалась навек затеряна в Межмирье.

– Послушай, если я терплю твое присутствие… – Прорычала Мелейна, с яростью взглянув на Сашу.

– К слову, возможно, терпишь не зря, – задумчиво произнес Деймос. – Ангелочек еще может нам пригодиться.

Спокойный тон демона подействовал на раздражение Мелейны, как ледяная вода, выплеснутая на пламя. Эмоции девушки, зашипев, были вынуждены отползти в темные уголки души. Если уж даже Деймос принимает присутствие Саши… Что ж, придется смириться. Может, нежеланный спутник и правда окажется полезен. Чем Тьма не шутит.

– Ангелочки с крылышками и нимбами, – резковато ответил Саша. – А я – Слуга Света.

– Причем, не слишком удачливый, судя по истории с Ритой… – Колко бросил Деймос и сменил тему прежде, чем Саша успел возмутиться в ответ. – Так вот, нам нужно всегда заранее знать о приближении Ночи. Поэтому кто-то должен отправиться к Часовщику, а кто-то – поговорить с Пустотой. Мы с ней давно знакомы. Так что лучше, если часами займетесь вы, – демон посмотрел на Мелейну и Сашу.

Когда Деймос и Танисса направились к бармену, чтобы спросить о Пустоте, Саша негромко поинтересовался:

– Тебя не смущает, что он так командует?

– Меня смущает то, что я до сих пор не знаю, где моя дочь, – отрезала Мелейна. – Больше ничего!

Саша понимающе кивнул. Его взгляд наполняло искреннее участие, и в душу девушки на миг проскользнул робкий лучик тепла. Неужели этому ангелу, в отличии от всех миров, не наплевать? Мелейна тут же отогнала эти мысли. Рассчитывать на чужое благородство и сочувствие – пустое занятие. Просто у Саши обостренное чувство долга, а Рита решила напоследок устроить сюрприз. Упрямый такой сюрпризик.

Что ж, Слуга Тьмы всегда знала: особенные способности Риты однажды сыграют злую шутку. Все-таки большинство людей знать не знают ничего о своих ангелах и демонах. Рита же видела их с самого рождения, вот и привязалась к Мелейне, как к лучшей подруге. А как иначе? Это ведь была Рита – слишком добрая, слишком одинокая.

Мысли о подопечной навеяли неясную грусть, и Мелейна поспешила отвлечься. Она сконцентрировала Силу – и телефон, не нужный в Межмирье, растворился в пространстве. Осталось лишь пару завитков черного дыма, а через мгновение рассеялись и они. Если девушка не ошиблась с перемещением, телефон должен был возникнуть в мире Слуг Тьмы, прямо на прикроватной тумбочке в ее квартире.

– И как мы найдем Часовщика? – Спросил Саша, наблюдавший за исчезновением телефона.

Он стал Слугой Света всего пару месяцев назад. И похоже, за это время еще не набрался опыта в перемещениях по Межмирью. Для них не нужны были адреса. Хватало мысленного образа или, на худой конец, направляющего слова.

Правда, порой Межмирье спутывало дороги, из-за чего затеряться в его тьме было проще простого. Однако это уже совсем другой разговор, правда? Сейчас Мелейна ничуть не боялась риска. Столько веков она была уверена, что никогда не увидит дочь, а теперь появился шанс ее отыскать. Упускать его Мелейна не собиралась.

– Искать и не придется. Межмирье подскажет нужный путь… – Начала объяснять Мелейна.

– …В ловушку, например, – добавил Саша.

– Обожаю твой оптимизм! – Мрачно бросила девушка.

========== Глава 4. ==========

У Разочарования и правда были паучьи глаза. Выше обыкновенных человеческих располагались еще три пары мелких, поблескивающих черным. Пауков Танисса терпеть не могла еще в человеческой жизни. Они напоминали ей о прошлом: пыльных чердаках, захламленных сараях, заросших виноградниках… Обо всем том, от чего девушка сбежала в большой город.

Во время разговора бармен не стал отвлекаться от работы. Ловким движением длинных и тонких, как паучьи лапы, пальцев опустил на стойку рюмку. Слушая Деймоса, занес над ней ладонь – и прозрачное стекло наполнилось клубами черного дыма. Закончив, бармен протянул рюмку жадно протянутой руке какого-то посетителя.

– Бессонница, проведи наших посетителей к Пустоте, – хрипловатый голос Разочарования казался потертым столетиями.

Официантка с крыльями летучей мыши нехотя отлепилась от высокого стула. Буркнув что-то нечленораздельное (а может, даже ругательное), она направилась к деревянной лестнице. Деймос и Танисса последовали за ней.

Пытаясь защититься от неуютной атмосферы, Танисса невольно обхватила себя руками. Мутный свет, разноголосый шум, пестрота резких незнакомых запахов… Девушка на миг прикрыла глаза. Нет, так дело не пойдет! Нужно брать себя в руки. В погоне за целью она сама хотела отправиться в Межмирье. А значит, шарахаться от каждой тени просто глупо.

Танисса попыталась выковырнуть из глубины души уверенность – хотя бы искусственную. Сосредоточиться на походке. Почувствовать, как гладкая ткань облегающего платья скользит по телу. Изогнуть уголки губ в легкой улыбке, запрятав эмоции за тысячу барьеров. Разве не так ее учили? В том далеком-недавнем прошлом, когда Танисса еще посещала школу моделей, а не постигала тонкости демонических контрактов.

Бессонница провела их на второй этаж и, коротко постучав в одну из дверей, удалилась. Оттуда донеслось бодрое: «Иду!», и вскоре на пороге уже стояла девушка, под кружевными рукавами которой таилась прозрачность.

– Деймос? – Удивилась Пустота, а затем затараторила со скоростью пятьсот слов в минуту: – Как неожиданно! А что ты тут делаешь? Видимо, Бессонница не может справиться даже с твоими простенькими заказами… Ой, а кто эта девушка? Неужели я все-таки дожила до того момента, когда у тебя появилась подружка?

– Ты же вечная, Пустота, ты доживешь до чего-угодно, – напомнил Деймос. – И это просто ученица.

Как бы ни старалась Пустота изобразить веселую беспечность, Таниссу провести не удалось. Она видела в темных глазах сущности Межмирья вдумчивую серьезность. Казалось, обитательница бара Отчаявшихся смотрела сразу через несколько слоев реальности. От этого взгляда становилось как-то неуютно. Да и слово «подружка» Таниссу несколько оскорбило.

– А жаль! Тебе не помешала бы хорошая компания, – вновь защебетала Пустота. – Кто-нибудь, кто смог бы тебя расшевелить и…

– Нам нужно поговорить, – Деймос прервал поток ее слов.

– Хорошо-хорошо, – закивала Пустота. – Проходите, что я вас на пороге-то держу?..

Она упорхнула в сторону, а затем прикрыла дверь за гостями. Оказавшись в небольшой спальне, Танисса опасливо осмотрелась. Бесконечные безделушки-побрякушки, пестрые мелкие детальки. На стене – коллекция всевозможных масок. Одна из них могла бы принадлежать древнему шаману, другая сверкала яркостью маскарада, третья изображала белое лицо с ярко-синими каплями слез… Маски следили за гостями десятками пустых глазниц, и Танисса невольно поежилась.

Пустота обратилась к Деймосу:

– И что же у тебя за такие страшные тайны, которые нельзя обсудить в баре? Мне даже любопытно!

Танисса отвернулась от масок, и взгляд напряженно впился в Пустоту. Разговор становился по-настоящему важным. Причем, не только для Деймоса. Ведь на дне души Танисса прятала свой собственный мотив для путешествия в глубины Межмирья.

– У тебя есть одна вещь, которая мне нужна, – ответил Деймос.

– Ну, и что же это за вещь такая? – Насмешливо уточнила Пустота, забавляясь над его серьезностью, и обвела жестом захламленную комнату. – У меня тут, как видишь, много всего!

Она подошла к стене и сняла деревянную «шаманскую» маску. Приложив к лицу, рассмеялась и шутливо бросила:

– Не эта, случаем? – Пустота отложила маску на журнальный столик. – Знаешь, чего стоило выторговать ее у племени… Как же оно называлось? Да неважно! В любом случае, это та еще редкость. Да и антиквариат, к тому же. Сколько же веков прошло? Тогда у нас еще была другая вывеска и свечи…

Пустота напоминала одинокую старушку, которая дорвалась до общения со случайным гостем. Молчаливо наблюдая, Танисса вдруг поняла, что именно коробит в ее поведении. Искусственность. Неестественное дурашливое веселье. Воспоминания кольнули горечью, ведь Танисса уже слышала похожие интонации. Точно так же с ней говорила по телефону сестра… за день до того, как прыгнуть с моста. Наигранная звонкая бодрость – хорошая маска для пустоты, скрытой в душе.

Танисса перевела взгляд на Деймоса. А что скрывают те, кто прячутся за внешней пустотой? Девушка же видела, как моментами в глазах демона сгущаются эмоции. Слишком искренние, чтобы он решился их проявить.

Тем временем Пустота продолжала порхать по воспоминаниям. Потерявший терпение Деймос прервал ее:

– Пустота!

– Что? – Она вынырнула из вороха памяти. – Ах, да, вещь!

Демон посмотрел на Пустоту с пристальной серьезностью:

– Мне нужен осколок. Тебе он все равно ни к чему, так что думаю, мы могли бы договориться.

– Осколок? Только не говори мне, что ищешь Возврат! – Фыркнула Пустота.

– Мы, – напоминая о себе, вклинилась в разговор Танисса. – Мы ищем Возврат.

Пустота, казалось, даже не услышала. Ее большие карие глаза испытывали Деймоса недоверчивым взглядом. Однако демон был серьезен и непоколебим.

– Послушай, да зачем он тебе? Ладно еще эта блондинка, – Пустота махнула рукой в сторону Таниссы, – но ты-то знаешь, что таит в себе Межмирье! И себя погубишь, и ученицу. Почему ты, вообще, решил взять ее с собой?

– Как раз потому, что много знаю о Межмирье. За любую ошибку здесь можно поплатиться душой и существованием, – ответил Деймос и усмехнулся, взглянув на Таниссу. – К счастью, необязательно своими.

Танисса возмущенно посмотрела на демона. В мыслях яростно заклокотали невысказанные слова. Она-то и не подозревала, зачем он берет ее с собой! Следуя за Деймосом, Танисса наивно полагала, что идет к своей цели. А оказывается, могла стать всего лишь ступенью на пути к чужой. Ну, уж нет! Такой вариант Таниссу не устраивал!

– Ой, да не слушай его! – Беззаботно отмахнулась Пустота, видя злость девушки. – Привыкнешь со временем, он так шутит…

– Вовсе нет, – невозмутимо перебил ее Деймос.

– Знаешь, что?! – Танисса с яростью взглянула ему в глаза, а пальцы сжались так, что ногти впились в ладони. – Ты уже отнял у меня жизнь, и я не буду…

– Ладно-ладно, перестаньте! – Попыталась утихомирить их Пустота. – Не хватало еще устраивать здесь скандалы…

– А я и не собираюсь! – Рыкнула Танисса.

Выскочив из комнаты, она хлопнула дверью. Довольно громко и выразительно, вложив весь свой гнев. Каблуки-шпильки раздраженно простучали по лестнице. Оказавшись на первом этаже, Танисса уже направилась было к выходу, но вслед донесся голос Разочарования:

– Не спеши! Мне кажется, тебе не помешала бы капля спокойствия.

Девушка обернулась. Бармен, натирающий стакан, изогнул тонкие бледные губы в хищной усмешке.

За то время, пока Деймос и Танисса говорили с Пустотой, в баре стало заметно свободнее. «С чего бы это?..» – Мелькнуло в мыслях смутным опасением. Как бы там ни было, у стойки остался лишь один посетитель. Впрочем, и он не замечал ничего вокруг – задумчиво чах над стаканом какой-то зеленой гадости.

– Эти злость и обида… – Участливая хрипотца голоса Разочарования манила в паутину разговора. – Разве они не жгут изнутри? А я мог бы помочь.

Отставив стакан, бармен достал черную пачку. Привычный жест – и мужчина протянул Таниссе тонкую сигарету, оплетенную серебристыми узорами. Девушка засомневалась. Взгляд скользнул к выходу, но затем снова вернулся к Разочарованию. Он ждал терпеливо, но в темных глазах таилось предвкушение.

Вздохнув, Танисса протянула руку. Единственное, чего сейчас хотелось: забыться. Выбросить все воспоминания до единого. Какой смысл думать о прошлом, если уже ничего не вернуть? Ведь без Деймоса ей не найти Возврат, а связываться с эгоистичным демоном не хотелось.

Бармен щелкнул зажигалкой, подарив Таниссе маленький ржавый огонек. Кончик сигареты затлел, но запахло вовсе не табаком. Воздух пропитала морозная свежесть. Прикрыв глаза, Танисса затянулась, и ясность скользнула в разум, вымывая эмоции.

Время потеряло значение. Устроившись на высоком стуле, девушка смотрела в пустоту. Каждый вдох приносил еще больше спокойствия, и ни одна мысль не смела его нарушить. Однако сигарета подошла к концу. Белоснежная чистота в разуме тут же потускнела. Одна за другой прокрались в голову мысли, а в душу опять вломились эмоции.

– Ну, как? – С улыбкой поинтересовался бармен, увидев, что взгляд Таниссы вновь стал осмысленным.

Девушка печально вздохнула. Спокойствие ушло, и на душе стало еще более мерзко, чем прежде. Казалось, Танисса просто ненадолго провалилась в сон, а потом проснулась и обнаружила, что проблемы никуда не делись.

– Благодарю, – сухо ответила девушка. – Думаю, мне пора.

Она поднялась со стула и, поправив платье, собралась уходить. Вот только бармен с паучьими глазами все-таки поймал ее в свои сети, и Танисса безнадежно в них запуталась. Стоило потянуть за паутинную ниточку, и она тут же вернулась бы, позабыв о здравом смысле.

– Разве тебе хочется, чтобы эмоции возвращались? – Упускать возможность было не в привычках Разочарования.

Танисса засомневалась. Будто почувствовав ее слабость, бармен достал следующую сигарету. Это казалось каким-то наваждением. Девушка понимала, что нельзя поддаваться, но пальцы сами собой потянулись за очередной порцией отрешенности.

– Будешь платить Силой или частью души? – Бармен протянул зажигалку.

– Плевать, – бросила Танисса и сделала первый вдох дурманного спокойствия.

Оно запустило щупальца в разум, оплетая мысли. Держа сигарету в пальцах, девушка закрыла глаза. Все события последних недель поблекли, как выгоревшая на солнце фотография. Мысли наполнило кристально-прозрачное ни-че-го.

Танисса и не поняла, на каком этапе к ней кто-то подошел. Чужое присутствие девушка заметила лишь, когда из ее пальцев выдернули сигарету. Наваждение, треснув, осыпалось осколками. Прежние эмоции вернулись, и Танисса зло посмотрела на Деймоса. Он затушил сигарету, буквально раздавив ее о дно пепельницы.

– Собралась уничтожить себя мне назло? – В кроваво-красных глазах демона бушевало неодобрение. – Какой-то странный способ отомстить!

– Тебе, вообще, какое дело?! – Вскочив, Танисса попыталась испепелить его взглядом.

Увы, подобные способности не входили в список демонических талантов. Да и к тому же… в жизни Таниссы уже давно не было заботы. Пусть и такой своеобразной. Так что в глубине души невольно мелькнула теплая искорка. Девушка тут же постаралась раздавить это мимолетное чувство.

Деймос равнодушно сложил руки на груди.

– Да никакого. Найдем Возврат – и делай, что хочешь. А пока… прояви хоть немного благодарности, я ведь подарил тебе вечность, – усмехнулся он.

– Ты отнял у меня жизнь! – На глаза Таниссы навернулись злые слезы.

Былое искусственное спокойствие, граничащее с отупением, сейчас казалось девушке лучшим на свете чувством. Однако вряд ли какая-то сигаретка теперь смогла бы справиться с ураганом чувств. Как всегда, Деймос все испортил, все разрушил!

– Это детали, – бросил демон.

– Как же я тебя ненавижу!

«Ненавижу, – злым эхом пронеслось в мыслях. – Причем, совершенно бессильно». Сейчас у Таниссы почти не было собственной Силы. А значит, все в ее посмертной жизни зависело от Деймоса. Вплоть до самой возможности продолжать существование. Танисса же ненавидела зависимость, и это ощущение впивалось в душу обидой на судьбу.

Деймос в ответ лишь усмехнулся:

– Придумай что-нибудь более оригинальное.

========== Глава 5. ==========

Тьма Межмирья вытолкнула Мелейну и Сашу на открытую веранду. Окна приглушенно светились желтым, роняя прямоугольники света рядом с плетенной мебелью. С крыши свисали цветочные горшки. В каждом – пушистая шапочка травы со светлыми звездочками цветов.

Мрак сдавливал островок пространства со всех сторон, но нечеловеческое зрение все же позволяло различить оттенки. Цветы, например, были едва сиреневатыми, а трава – насыщенно-голубой. Мелейна невольно протянула руку к необычному растению, но стебельки испуганно отпрянули.

А вот тьма за пределами веранды, казалось, наоборот с интересом принюхалась к протянутым пальцам. В ней было что-то странное, легонько покалывающее угрозой. Мелейна нахмурилась. Она никогда не замечала ничего подобного. Впрочем, и долго путешествовать по Межмирью ей не приходилось. В основном, Мелейна перемещалась только из мира Слуг Тьмы в человеческий и обратно. А в таких случаях в пространстве Межмирья проводилось не больше минуты.

– Ну, что, пойдем? – Голос Саши выдернул из задумчивости.

Мелейна кивнула. Парень постучал в дверь, за которой бродили тихие голоса. Открыл мужчина в темных брюках и свитере с узором-зигзагом. Выпавший из дома свет обрисовал его сухощавую фигуру. Хозяин дома не выглядел старым, но уже был потрепан временем. Короткие волосы осеребрила седина, а в глазах застыла скрытая усталость и неясная тревога. Казалось, этот мужчина давно привык к постоянному опасению.

– Вы за часами? – Он не стал тратить время на приветствия.

– Да, мы… – Начал Саша.

– Как раз вовремя, – Часовщик бросил полный беспокойства взгляд во тьму. – Ночь уже близко. Давайте, проходите скорее, подберем что-нибудь.

Саша вошел в дом, и Мелейна скользнула вслед за парнем, напоследок взглянув на непроглядный мрак. Она догадывалась, что именно тревожит Часовщика: от темноты заметно веяло опасностью. И это чувство сгущалось с каждой минутой. Хозяин дома закрыл дверь, но перед этим опасливо выглянул наружу, словно боялся незваных гостей.

Внутри дом оказался таким же уютным, как и веранда. Просторную гостиную окаймляли книжные шкафы, превращая ее в уютную библиотеку. Над лестницей, ведущей на второй этаж, в рамках висели карандашные рисунки: всевозможные часы. Под потолком вилась стайка бабочек с золотистыми сияющими крыльями. Они наполняли комнату трепетным светом, напоминающим свечной.

В кресле сидела девчонка с пухлым томиком в руках. Зачитавшись, она не обратила внимания на вошедших.

– Линн, у нас гости, – обратился к ней Часовщик.

Подняв взгляд, девчушка робко улыбнулась и кивнула в знак приветствия. На вид ей было не больше двенадцати, но Межмирье любило шутить с возрастом. Сущности-«подростки» вполне могли застать прошлую эру.

– Пойдемте в кладовую времени, – Часовщик распахнул дверь из темного дерева. – Нужно поспешить, вы ведь не хотите застрять здесь на всю Ночь.

Мелейна и Саша последовали за хозяином дома. От Часовщика веяло безнадежной усталостью и каким-то горьковатым теплом. Он слегка сутулился, будто само время давило на его плечи грузом проблем. Сейчас, за закрытой дверью, тревога мужчины немного притихла, но все равно преследовала его тенью.

Кладовая времени оказалась небольшим помещением, загроможденным шкафами и полками. Сияющие золотым бабочки кружили под потолком, наполняя комнатку дрожащим свечением. Блики плясали по всевозможным циферблатам – часы были свалены повсюду беспорядочно, как сокровища в драконьей пещере.

– Думаю, я еще успею зарядить вам часы. Выбирайте любые, – Часовщик широким жестом обвел все разнообразие. – А я пока отлучусь на минутку.

Только сейчас Мелейна заметила, что стрелки всех часов стоят на месте. Неподвижные черточки на циферблатах без единой пометки.

Часовщик оставил гостей наедине со своими творениями, а сам вернулся в гостиную. Оттуда сразу донеслись тихие, как тиканье часов, отголоски разговора – приглушенного и торопливого. В доме явно происходило что-то странное. Однако лезть не в свое дело Мелейна не собиралась: ей и своих проблем хватало.

– Ну, что, какие будем брать? – Поинтересовалась девушка, осматриваясь.

Многочисленные часы отличались всем, чем только можно: и формой, и размером, и цветом, и материалом… Преобладали наручные, но встречались и настенные. В одном из шкафчиков даже стоял старомодный будильник, на который, казалось, надели массивные серебристые наушники.

Саша, видать, тоже растерялся во всем многообразии. Повертев в руках часы с ближайшей полки, парень положил их обратно.

– Да выбери, какие нравятся. Ты же девушка, значит, больше понимаешь в вопросах всяких там… аксессуаров.

Ну-ну. Аксессуары, которые могут спасти от хищной Ночи? Да вообще, каждый день выбирает по десять штук! Хобби такое!

Мелейна и сама не поняла, почему внутри пробудилось недовольное ворчание. «Ты же девушка». Разве это значит, что она – слабенький цветочек, только и умеющий выбирать побрякушки?!

– Ой, еще скажи, что Силой за меня заплатишь! – Ядовито бросила Мелейна. – Как за девушку.

– Почему нет? – Саша непонимающе моргнул.

Реакция ангела выбила Мелейну из колеи. Даже раздражение умолкло.

Сила считалась в мирах Посмертия главной ценностью после души. Порой добыть эту энергию было не так-то просто, а расходовалась она даже на простое поддержание существования. И разумеется, ей никто не разбрасывался.

– Н-да, – только и смогла выдавить Мелейна. – Кто-то явно еще не акклиматизировался в Посмертии.

Впрочем, о чем тут можно говорить? Саша ведь до сих пор даже не изменил имя! А большинство сразу после Выбора рвали связи с прошлым. Иной бы уже сто раз назвался каким-нибудь Александриусом или Алексом, на худой конец. А этот – нет, продолжает цепляться за безвозвратно потерянную жизнь.

– Никакая смерть не может лишить принципов! – Уверенно заявил Саша.

– И как можно любить рок и быть таким занудой? – Обреченно удивилась Мелейна.

Застрять здесь на всю Ночь из-за болтовни не хотелось. Так что Мелейна, отвернувшись от Саши, принялась копаться в свалке часов. Почти сразу наткнувшись на изящный серебристый вариант, девушка решила его примерить. Однако в этот момент на ее плечо опустилось мягкое прикосновение.

– Знаешь… – Тихо начал Саша.

Резко обернувшись, Мелейна увидела, что его лицо близко-близко – на расстоянии вдоха. Можно разглядеть мельчайшую крапинку в ярко-голубых глазах и каждую из ресниц. Они, к слову, у Саши были темными. Вероятно, природа задумала парня шатеном или брюнетом, а уже потом он осветлился, оспорив ее решение.

От близости Саши по телу Мелейны теплом разлилось неясное смущение, и она отступила на шаг, сложив руки на груди. Пытаясь прогнать смутное чувство, девушка недружелюбно буркнула:

– Чего тебе? Я вроде как занята… – В ее тон скользнуло ехидство. – Аксессуары вот подбираю.

– Я просто хотел сказать…

Саша отвел взгляд – он часто так делал, собираясь изречь что-то серьезное, глубокомысленное и донельзя занудное. Увы, у Мелейны совершенно не было времени выслушивать ангельскую философию.

– Ну, говори давай, – «разрешила» девушка, подразумевая, чтобы делал это побыстрее (а лучше, вообще, молчал бы).

Саша вздохнул. Видимо, догадался, что задушевного разговора не выйдет. Однако все же решил попытаться.

– Я знаю, что в твоем окружении мало хороших… – Саша замялся, подбирая слово.

– Нелюдей, ага, – насмешливо подсказала Мелейна.

Уголки губ Саши на миг дрогнули в теплой терпеливой улыбке. Так улыбаются взрослые, наблюдая за детской шалостью. А затем парень серьезно продолжил:

– Так вот, я понимаю, что в таком случае сложно кому-то довериться. Ты привыкла всегда ждать ножа в спину. Я просто хочу, чтобы ты знала…

– Так, хватит! – Мелейна вскинула руки, отгораживаясь от этого разговора. – Мое окружение и доверие – это мое личное дело!

– Мелейна, послушай… – Мягко попытался успокоить Саша.

Однако ее душа бунтовала против этого заботливого взгляда и терпеливого тона. Мелейна боялась, ослабев, подпустить кого-то к своим тайнам и чувствам. За прошедшие века одиночество давно превратилось из муки в привычку. Так что девушка спрятала истинные эмоции за колкостью:

– И между прочим, ножей мне в спину не вонзали. Только яд разок подсыпали, и то при жизни, – после этих слов в тоне Мелейны проступила резкость. – Так что поверь, я не нуждаюсь ни в твоем сочувствии, ни в твоей защите! Да и вообще, с чего ты взял, что мне некому доверять?! Вокруг полно достойных личностей!

Мелейна и сама не поняла, почему так распалилась. Может, просто не до конца верила в собственные слова?

Саша скептично усмехнулся:

– Вроде Деймоса, что ли?

– Имеешь что-то против?! – С вызовом спросила Мелейна, пряча слабость.

Кто бы ни произносил это имя, оно всегда вкалывалось в душу болью. Существование Мелейны омрачали только два фактора. Один из них – потерянная дочь – мог быть исправлен Возвратом. А вот у другого были глаза цвета красного вина, которые неизменно обжигали холодным взглядом. И в этом случае, увы, все чудеса Межмирья оказывались бессильны. Разве они смогли бы заменить безразличие на взаимность?

– Ты сама видела, что случилось с Ритой, – Саша обреченно качнул головой, и его взгляд наполнила горечь.

«Случилось… – Эхом повторили мысли Мелейны. – Дурой наивной она была, вот что случилось!» Подопечная всегда верила, что окружающие люди могут исправиться. Даже, если они – уже давно и не люди. А потому, когда Деймос начал осыпать Риту подарками и комплиментами, она легко поддалась своим романтическим иллюзиям. Мелейна даже не ревновала: понимала, что эта «любовь» не по-настоящему. Да все понимали. Кроме Риты.

– Он не виноват в этом напрямую, – упрямо ответила Мелейна.

На самом деле она понимала, что выгораживать Деймоса бессмысленно. Если бы не он, ничего бы не было. Ни подаренных украшений, ни ссоры, ни ломбарда, ни выстрела… Рита, наверняка, продолжала бы свою скучную светлую жизнь. Однако признать это в разговоре с ангелом? Нет уж!

– Напрямую – нет, – сказал Саша, – но ты ведь прекрасно понимаешь, что если бы он не появился в ее жизни…

– Тебе-то откуда знать? – Огрызнулась Мелейна. – Заглядывал в книгу ее судьбы? А даже, если Деймос и стал причиной…

Саша прервал ее фразу тихой искренностью:

– То я не хочу, чтобы он погубил еще и тебя.

Саша протянул руку к лицу Мелейны. За миг до прикосновения внутри девушки все сжалось, будто в неясном страхе… страхе что-то почувствовать. Саша ласково дотронулся до ее щеки, и Мелейна невольно прикрыла глаза. Всего на мгновение. Пусть ненадолго, но она позволила себе стать уязвимой. Нырнуть в омут эмоций. Напитаться этой короткой нежностью, чтобы потом снова быть сильной и неприступной.

Открыв глаза, Мелейна увидела пристальный взгляд Саши. Парень ждал от нее чего-то. С такой же надеждой, как яркое летнее небо – хотя бы невесомого облачка. И самое страшное, что девушке совсем не хотелось прекращать этот момент.

С трудом взяв себя в руки, Мелейна разорвала контакт взглядов.

– Повторяю: я не нуждаюсь в твоей защите, – былая твердость тона пошатнулась, размытая волнами эмоций.

Девушка вернулась к часам. Особо не выбирая, она схватила три творения Часовщика, а четвертое – тот самый старомодный будильник – сунула Саше. Ее неловкость попыталась спрятаться за насмешкой:

– Вот, держи! Ты же мне доверяешь в вопросах стиля.

Мелейна выскользнула из комнаты: в кладовой времени стало слишком тесно для двоих душ и их эмоций. Оказавшись в гостиной, девушка увидела Часовщика, задвигающего засов на двери.

Стоящая рядом Линн – бледная и встревоженная – молча наблюдала за его действиями. Она взволнованно теребила плетеную фенечку на запястье. Внешне Линн походила на Часовщика: та же округлая форма лица и светлые глаза. Возможно, пока его волосы не тронула седина, они тоже были цвета топленого молока.

Может, эта девочка – дочь Часовщика? Хотя в Межмирье сложно о чем-то судить. Сущности не похожи ни на людей, ни на обитателей миров Посмертия. Большинство из них – одиночки, не заводящие семей.

– Что происходит? – Мелейна непонимающе осмотрелась.

Только сейчас она заметила ставни на окнах. Странные, внутренние. В первый раз оказавшись в гостиной, девушка не обратила на них внимания. Видимо, тогда их еще не закрыли, ведь свет из дома был виден на веранде. Теперь же деревянная непроницаемость заполоняла все окна. Еще и засовы соединяли створки подозрительных ставен.

Саша вышел из кладовой, держа неприметные наручные часы. Взгляд парня скользнул по комнате, которая лишилась большей части уюта. Даже трепетный свет бабочек теперь казался беспокойным.

Повернувшись к гостям, Часовщик попытался улыбнуться, но вышло натянуто и виновато.

– Прошу прощения. Показатели часов изменились… ну, такое бывает, – торопливые слова сталкивались боками, как осколки льдин. – Что поделать, порой Ночь приходит к моему дому раньше, чем в остальное Межмирье. В общем, боюсь, вам придется задержаться.

Часовщик развел руками, мол, ничего не поделаешь. Линн, бросив на него тревожный взгляд, направилась к лестнице. Одна из ступенек тихонько скрипнула, будто в попытке поддержать своим тонким голоском. Обернувшись, девочка вновь опасливо посмотрела в сторону выхода, а затем скрылась на втором этаже.

– И надолго это? – Нахмурилась Мелейна.

Часовщик, отведя рукав серого свитера, задумчиво посмотрел на циферблат наручных часов. А затем взгляд мужчины отрешенно скользнул в сторону лестницы. Часовщик явно задумался о своем, и вряд ли это «свое» было чем-то веселым.

– По меркам Земли и Посмертия – на пару часов, – вздохнул мужчина, вынырнув из своих мыслей. – Ладно, давайте я пока заряжу ваши часы.

Мелейна и Саша протянули ему выбранные экземпляры. Девушка мельком взглянула на часы, обхватывающие сухощавое запястье Часовщика. Они отличались от всех увиденных в кладовой: сектор размером почти в четверть циферблата был окрашен в черный. Серебристые стрелки находились у самого начала темного участка.

Мелейна ожидала, что сейчас Часовщик удалится в какую-нибудь мастерскую. А может, и их с собой пригласит, позволив понаблюдать за рабочим процессом. Однако мужчина просто разложил часы на журнальном столике, а сам сел в кресло.

Саша и Мелейна расположились на диване напротив. Его размеры позволяли им сохранять между собой небольшую дистанцию. Тем не менее, девушке казалось, что она все равно чувствует прикосновение ауры своего спутника. Теплой и светлой – такой же, как его взгляд.

Тем временем Часовщик провел ладонью над циферблатами, и на каждом из них проявилась бледно-серая тень. Рука скользнула обратно, и оттенок стал на тон насыщеннее.

– Смотрите, темный сектор – это Ночь, – начал объяснять Часовщик, попутно заряжая свои творения. – Он будет менять расположение и размер, предупреждая о ближайшей опасности. Как только Ночь останется позади, сектор предскажет следующую. Если же показатели внезапно изменятся, значит, произошло что-то непредвиденное… например, как сейчас.

Часовщик скомкал окончание рассказа, и его рука принялась быстрее скользить над часами. Чувствовалось, что мужчине хотелось бы избежать возможных расспросов.

– Вы сказали, что к этому дому Ночь приходит раньше, – напомнил Саша. – Почему?

Вообще-то, в мирах Посмертия было принято общаться на ты. Впрочем, как и в остальном Межмирье. Считалось, что возраст имеет значение только при жизни, так что лишь на Земле можно заслужить почтение чисто за седину. А после Выбора – все достойны равного уважения. Никаких выканий, отчеств и прочего заискивания. Однако Саша, похоже, к этикету посмертной жизни еще не привык.

– У нее к нам… точнее, к моей дочке – Линн… особый интерес, – с горечью произнес Часовщик, не отрывая взгляда от часов.

Серые сектора на них продолжали наливаться чернотой. Подрагивающие стрелки готовились, сдвинувшись с места, начать отсчет времени.

– Разве Ночь разумна? – Растерялась Мелейна. – В мирах Посмертия считают, что это просто стихия Межмирья. Мощная и безжалостная, но все-таки… просто стихия.

– Откуда же мне знать, Слуга Тьмы? – Часовщик поднял взгляд серых глаз, окаймленных лучиками морщин. – Ночь не заглядывала ко мне на чашечку чая. И поверь, я вовсе не собираюсь ее приглашать… Ну, вот, все готово!

Он протянул Мелейне часы с тонким серебристым ремешком. Еще пару минут назад стрелки были неподвижны. Теперь же они сами собой носились по циферблату, подбирая нужное время. Остановились у самого начала черного сектора. Если верить его показателям, то Ночь должна была закончиться где-то в полчетвертого.

– Н-да уж, ждать придется долго, – вздохнув, Мелейна застегнула ремешок на запястье.

Саша взял свои часы. Оставшиеся два экземпляра – мужской и женский – девушка рассовала по карманам кардигана.

За стенами дома раздался отдаленный вой, напоминающий гул приближающейся метели. Взгляд Мелейны вновь коснулся циферблата: черный сектор только предстоял. Девушка на миг прикрыла глаза, пытаясь унять тревогу.

– Да вы не волнуйтесь, – Часовщик попытался успокоить не то гостей, не то самого себя. – Мы здесь не первый век живем! Главное, дверь запирать и ставни держать закрытыми – иначе выдавит стекло и глазом не моргнет…

– Глазом? – Уточнил Саша.

Разум Мелейны тоже зацепился за эти слова. То у Ночи свои интересы, то вот – глаза нарисовались. Какая-то она у Часовщика сильно очеловеченная, будто и правда может заглянуть на чай.

– Это я так, образно… ну, почти. Неважно, – отмахнулся мужчина. – В общем, поверьте, вы в безопасности.

– Мы-то – да, а вот… – Мелейна отвела взгляд.

Она понимала, что в баре Отчаявшихся, наверняка, хорошо подготовились к Ночи. Ведь обитатели Межмирья к ней привычны. Однако никакие уговоры разума не могли справиться с волнением души. А она трепетала испуганной бабочкой от одной мысли о том, что Деймос сейчас где-то там – в сотне бесконечностей отсюда.

– Не думал, что Слуги Тьмы так беспокоятся о себе подобных, – улыбнулся Саша.

Мелейна заметила проницательность в его взгляде. Похоже, Саша прекрасно видел каждый оттенок ее скрытых чувств.

– Ну, скажем так, не обо всех, – игриво легкий тон привычно замаскировал эмоции.

Опасаясь продолжения этого разговора, Мелейна поднялась с дивана и отошла к шкафам, словно заинтересовалась какой-то книгой. Пальцы скучающе скользнули по корешкам.

– А давайте, я покажу вам редкие экземпляры? – Предложил хозяин дома. – Некоторые из них мне подарили Часовщики из далеких уголков Межмирья.

Мелейна согласно кивнула, и ее губы дрогнули в хрупкой улыбке. Не то, чтобы ей была интересна коллекция Часовщика, но… пока стрелки часов скользят над тьмой, нужно хоть чем-то заняться. Иначе Ночь, пусть и не поглотит душу, но точно сведет с ума. От скуки.

И от волнения.

========== Глава 6. ==========

Мелейне нравилось бывать в разных уголках человеческого мира. К счастью, Дорога Слуги Тьмы позволяла выбрать подопечного из любой точки планеты, после чего отправиться в путешествие длиною в жизнь. В его жизнь.

Потусторонние сущности обычно сопровождали своих подопечных от первого и до последнего их вздоха. Крайне редко можно было получить под свое крылышко – светлое или темное – взрослого человека. Только, если с предыдущим ангелом или демоном что-то случалось. Однако такое происходило нечасто: на то они и души Посмертия, чтобы быть с вечностью на ты. Так что обычно незримый спутник оказывался на все время человеческой жизни связан с подопечным. А заодно, и с окружающими его местами.

Оказавшись в незнакомом городе, Мелейна часто бродила по чужим улочкам и рассматривала достопримечательности. Порой она притворялась обычной туристкой и заглядывала в кафе, где забавы ради кокетничала с каким-нибудь смертным.

Только музеев Мелейна всегда избегала. Скукотища. Особенно для существа из Посмертия. Что толку глазеть на прошедшие века, если сама была их свидетельницей? Лежащий под стеклом меч никогда не расскажет о том, как звенела сталь и сверкало солнце на гладком клинке. Он лишь тусклое воспоминание – кокон, покинутый бабочкой.

Во всем мире людей только один музей часто видел Мелейну в своих стенах. В отличии от других посетителей, девушка приходила в него вовсе не ради экспонатов. Она ловила призраков памяти, заблудившихся в старинной усадьбе.

…Это случилось зимой. На небе клубились грязные тучи – сплошной купол темной серости. Посыпая мир людей хлопьями снега, короткий обрывок дня стремительно затухал. В некоторых окнах усадьбы уже тлели отголоски свечных огоньков. Другие же сиротливо темнели, словно предчувствовали неминуемое.

Мелейна знала, что это случится. Рано или поздно, но неизбежно. Демон может дать человеку многое, но только не бессмертие. И все же девушке хотелось, чтобы эта сделка, эта ошибка затянулась. Еще немного. Еще несколько десятилетий боли, которая обжигала и в то же время грела.

Вот только книги судеб равнодушны к желаниям душ – как смертных, так и бессмертных.

В тот день Мелейна почувствовала, как связь между душами ноет, предчувствуя разрыв. За время своего существования Слуга Тьмы заключила достаточно сделок, чтобы знать: сомнений быть не может.

Мелейна пришла, не оставляя следов на заснеженных дорожках. Сейчас девушка была невидима для людей. Впрочем, никто и не собирался смотреть. Казалось, мир опустел, похороненный в белоснежном саване. Девушка нерешительно замерла у главного входа.

Сделка продлилась почти десятилетие. Годы мести, убийств и разрушенных судеб. Годы неоднозначных взглядов и случайных прикосновений. Однако этому дню суждено было стать прощанием с прошлым. Мелейна понимала: сегодня все изменится. И вряд ли в лучшую сторону.

Люди, продавшие души, зачастую противоречиво относятся к Слугам Тьмы. Этот случай не был исключением. За прошедшие тысячи дней Мелейна видела в глазах мужчины и признательность, и осуждение. Он с благодарностью принимал помощь, но никогда не забывал о том, что его сообщница – Слуга Тьмы. И упрекал ее в этом, стоило чему-то пойти не так. Она же демон, тьма, зло… А злу ведь не бывает больно, так?

Да уж, Мелейна сомневалась, что он станет благодарить, когда лишится Выбора. Скорее, возненавидит. Слуга Тьмы ведь всегда самая крайняя.

Незримая связь между душами ныла болью – несильной, но не дающей забыть о предстоящем. На миг прикрыв глаза, Мелейна исчезла, чтобы возникнуть в комнате человека, чья судьба подходила к концу… или новому витку.

Девушка боялась, что рядом с ним кто-то будет. Однако, по жизни одинокий, он оказался один и сейчас. Мелейна получила возможность поговорить с ним напоследок. Крохотное утешение от судьбы.

Сидя за столом, мужчина занимался бумагами. Как только тьма перемещения полностью рассеялась, он сразу же оставил недописанное письмо. Несомненно, почувствовал присутствие Мелейны. И как ему удавалось всегда предугадывать ее появление? Обычно люди – и то лишь самые чувствительные – ощущали только легкую тревогу.

Встав, мужчина посмотрел в пустоту, и Мелейна сменила степень материальности, чтобы он смог ее увидеть. Девушка слегка улыбнулась, пряча тоску.

– Разве лекарь не говорил Вам отдыхать? – Беззлобно укорила она.

Подойдя к мужчине, Мелейна игриво приложила ладонь к его груди – рука ощутила эхо сбивчивых ударов сердца. И увы, дело было вовсе не в чувствах. Девушка знала: под ее ладонью гнездится боль, пусть и тщательно скрываемая.

Взгляд Мелейны коснулся лица мужчины с отчаянной пристальностью. Так смотрят за секунду до признания.

– Неужто волнуетесь? – Усмехнулся он. – Не стоит, ничего со мной не случится.

Разорвав прикосновение, девушка отступила на шаг. Спрятав взгляд, она посмотрела на тонкий серебряный браслет, обхватывающий запястье поверх перчатки. Сейчас изящное украшение – демонический знак – казалось кандалами.

– В том-то и дело, – прошептала Мелейна. – Я не должна об этом говорить, но… случится.

Как только заключается сделка, Слуга Тьмы уже не в силах ничего изменить. Даже, если искренне желает этого. Контракт не разорвать, и после смерти человека остается только поглотить его душу, если она светла или нейтральна. А если темна, то нужно открыть для нее Дорогу. Одну-единственную вместо пяти. Мелейна даже не знала, что в таком случае хуже.

– О чем Вы?

Мелейна подняла взгляд, преодолев вязкую нерешительность. Девушка не могла промолчать, а значит, нужно было произнести этот приговор.

– О Выборе, – рухнуло с губ обреченной тяжестью. – Или же смерти, как это называют люди.

Мужчина пристально посмотрел на Мелейну. Испытующе, недоверчиво. Казалось, он ждал: она вот-вот рассмеется и признается, что пошутила. Вот только девушка отвечала серьезным взглядом, а на языке у нее горчило невысказанное: «Мне жаль».

– И когда же? – Только и спросил мужчина.

Ни капли сожаления или отчаянья. Возможно, они прятались где-то внутри, но внешне он был совершенно спокоен и покорен судьбе.

– Я не знаю точно, однако… – Мелейна на миг замолчала, ненавидя этот разговор всей своей темной душой. – Уже скоро.

Мужчина отошел к окну, на которое была наброшена вуаль сумерек. За стеклом, кружа, медленно опадали перья крупного снега.

– И что теперь, Мелейна? – Взгляд был устремлен в бесконечную даль пустоты. – Я так понимаю, после всего моя душа не могла остаться светлой. Значит, во Тьму?

– Имеете что-то против? – Улыбнулась девушка.

Он промолчал.

Несколько тягучих минут они смотрели на снегопад – последний в его жизни. А затем взгляд Мелейны невольно скользнул к лицу мужчины. Прошедшие годы оставили тонкие нити первых морщин, но они совершенно не испортили его внешность – только добавили зрелости.

Впереди могло быть столько времени… Времени для того, чтобы насытиться этой болью и тщетной надеждой. А теперь все должно было оборваться. Так резко, так глупо. Без благородной схватки, без самопожертвования, даже без уютной старости. Просто отчего-то истрепавшийся раньше времени организм. Просто болезнь, притаившаяся внутри тела и готовящая смертельный удар.

Не выдержав, Мелейна обняла мужчину, словно кольцо ее рук могло защитить от смерти. Прижавшись к его спине, девушка прикрыла глаза. Она пыталась впитать в себя каждый миг, проведенный с любимым.

– Мелейна… – Непонимающе начал он.

Девушка прервала его тихо-тихо, чтобы не впустить в голос дрожь:

– Просто… дайте мне все это запомнить.

Короткое мгновение, как глоток воздуха перед погружением на глубину. А затем мужчина отстранился, спрятавшись за привычной холодностью. Посмотрев на Мелейну, он произнес спокойно и твердо:

– Если это мой последний день, то я хотел бы провести его один.

Опустив взгляд, Мелейна кивнула. Она отчаянно пыталась держать себя в руках: и так уже достаточно поддалась своей слабости! Вот только связь ныла болью, и душа вторила ей, разрываясь в безмолвном крике.

Шагнув к Мелейне, мужчина коснулся ее щеки. Отзываясь на прикосновение, по телу девушки пробежали тонкие молнии эмоций. В ее душе, которая все это время надеялась на взаимность, вспыхнуло робкое тепло. Ресницы Мелейны вздрогнули, как пугливые бабочки, и взгляд скользнул к лицу мужчины.

– Не нужно драмы, Мелейна, – тихий бархат голоса завораживал. – Лучше запомните меня живым.

Мужчина улыбнулся ей почти нежно. Почти…

С тех пор Мелейна не раз возвращалась в усадьбу. Врываясь в здание, время оставляло в нем свой след. Любое изменение в привычных интерьерах отзывалось в душе девушки болью. Казалось, Мелейна наблюдала за тем, как коверкают обстановку ее собственного дома. Однако снова и снова возвращалась в осиротевшие комнаты. Просто, чтобы пройти по коридорам, касаясь стены кончиками пальцев. Просто, чтобы взглянуть на камин, вспоминая, как давным-давно в нем горел огонь.

Чаще всего, Мелейна делала это ночью, когда музей был освещен только светом луны. Девушка всячески старалась избежать толп посетителей и занудных речей экскурсоводов. Они бы все испортили.

В общем, Мелейна ненавидела скуку экскурсий. А сейчас, в доме Часовщика, ей приходилось терпеть пребывание в обители памяти и пыли. Комната с «необычными экземплярами» находилась на втором этаже, и там, в отличии от кладовой времени, царил порядок.

Очарованный своей коллекцией, Часовщик с искренним интересом рассказывал о каждых особенных часах. Вот только речь выходила монотонной и совершенно убаюкивающей.

Мелейна метнула взгляд в сторону Саши. То ли он умел хорошо притворяться, то ли ему действительно было интересно. Ангел вдумчиво слушал бесконечные рассказы, поддерживая беседу наводящими вопросами.

Часовщик с восторгом указал на деревянные настольные часы:

– Вот этот экземпляр – из самой Обители времени. Мне его подарили в день, когда в ваших мирах началось новое тысячелетие…

Казалось, увлеченный рассказом Часовщик даже забыл о своем страхе перед Ночью.

– А что за Обитель времени? – Заинтересовался Саша.

Мелейна вздохнула. Нет, ну, это невозможно! Выскользнув из комнаты, девушка начала спускаться по лестнице обратно в гостиную. В разуме бурлило возмущение: «Н-да уж, эта Ночь настала совершенно не вовремя! Теперь сидеть здесь неизвестно, сколько времени, и все из-за…»

Мысли оборвались, разрубленные клинком страха.

Входная дверь была распахнута, словно зазывала гостей. В проеме, не замечая ничего вокруг, стояла дочь Часовщика. А совсем недалеко от Линн – прямо за перилами веранды – клубилась Ночь.

Прежде Мелейна, как и большинство душ Посмертия, никогда не видела это явление. Масса теней в непроглядной мгле. Неясные, синевато-фиолетовые, они напоминали фотографии космических туманностей. Только, в отличии от них, беспрестанно двигались, изменялись и переливались. Серебристые блестки-звезды то гасли, то вспыхивали вновь.

Тени постоянно принимали формы каких-то силуэтов, но тут же теряли четкость очертаний. Линн заворожено наблюдала за их плавным танцем. Казалось, он манил ее к себе. Не удержавшись перед силой этого зова, девочка шагнула навстречу Ночи. Медленно, как лунатик, одурманенный сиянием ночного светила.

Мелейна ничего не знала об этой девочке. Однако вряд ли дочь Часовщика могла спокойно разгуливать в Ночи Межмирья.

Вряд ли хоть кто-то мог.

========== Глава 7. ==========

– Куда ты?! – Мелейна бросилась к дочери Часовщика.

Линн не вздрогнула. Не обернулась. Не остановилась. Еще один плавный шаг – и девочка протянула руку навстречу теням. Туманные клубы постоянно перетекали, меняя форму. То лицо, то звериная морда, то щупальце невиданного существа, то протянутая когтистая рука… Только пробуешь присмотреться – очертания тут же рассеиваются.

Впрочем, времени присматриваться и не было.

Мелейна выскочила на веранду. Масса теней просачивалась сквозь резное дерево перил, подбираясь к дому. От Ночи веяло неразборчивым шепотом и зловещим шелестом заблудившегося ветра.

Мелейна схватила Линн за плечо, рывком поворачивая к себе хрупкую фигурку. Взгляд девочки был отрешенным: зрачки, как лунные затмения.

– Она зовет… – Тихим шорохом сорвалось с губ.

– Послушай, здесь нельзя оставаться! – Мелейна пристально посмотрела в глаза девочки, пытаясь докричаться до ее разума.

Тщетно. Мелейна потянула Линн за руку, но одурманенная Ночью даже с места не сдвинулась. В худощавом теле подростка обнаружилась неожиданная каменная мощь. Мелейна бросила затравленный взгляд на приближающиеся тени. Они клубились буквально в паре шагов, переливаясь потусторонним шепотом. Многоликие, непрестанно меняющиеся.

– Мелейна! – Крик вылетел из дома испуганной птицей.

Девушка резко обернулась. В дверной проем была видна лестница, по которой быстро спускались Саша и Часовщик. И хотя времени подмечать детали не было, Мелейна увидела в глазах ангела волнение и страх. Неужели за нее?

Время вдруг стало густым, словно застывающая краска. Все вокруг, казалось, окунулось в замедленную съемку.

Часовщик на ходу читал какое-то заклятье, и в его руках золотистое сияние окутывало песочные часы. Вторя его словам, недовольно шелестела подбирающаяся Ночь. Шорохи теней не складывались в определенные слова, но все же в них отчетливо чувствовался надменный скептицизм. Мол, мы все равно возьмем, что хотим, тебе ли тягаться с Ночью Межмирья?..

Последнее слово заклятья на неизвестном языке – и часы рухнули на пол, пролетая сквозь загустевшие секунды. Брызнули осколки стекла. Будто подхваченный ветром, песок скользнул на веранду звенящим ручейком. Казалось, кто-то тронул «музыку ветра». Этот негромкий звук рассек завораживающий шепот Ночи – и Линн очнулась от наваждения. Тени недовольно ощерились, показав призрачные клыки.

Тонкий, совсем детский вскрик заставил время рвануться вперед. Взгляд девочки в панике заметался по сторонам. Ночь клубилась вокруг сжимающимся коконом, подминая под себя пол веранды. Казалось, она специально медлила, растягивая жестокое удовольствие. С таким наслаждением облизывается хищник, глядя на загнанную в угол жертву.

– Быстро в дом! – Мелейна втолкнула Линн внутрь.

В этот же миг Слуга Тьмы почувствовала, как в руку вонзилось давно забытое ощущение. Физическая боль. Резкая, сильная.

Взгляд еще успел ухватить впившуюся в руку морду – острую, как у охотничьего пса. А затем хищные глаза блеснули двумя звездами, и тень рассеялась, снова став бесформенной частью Ночи. Кажется, после на том же месте начало возникать осьминожье щупальце, но разглядывать метаморфозы теней Мелейне было некогда.

Секунды превратились в испуганную стаю. Восприятие реальности стало странным: обрывистым и сумбурным. Мелейна осознавала происходящее беспорядочными клочками.

Вот Линн, бросившись к отцу, испуганно прижалась к нему. А вот уже взволнованное лицо Саши – ангел увлек Мелейну внутрь, тут же захлопнув дверь. Засов отгородил дом от Ночи. За дверью раздался раздраженный скрежет, будто по дереву прошлись звериные когти.

– Ты как? – Саша с тревогой посмотрел на Мелейну.

Она обессиленно прислонилась к стене. Расплывающиеся контуры заставляли силуэты двоиться.

Взгляд скользнул к Часовщику и Линн. Всхлипывая, девочка сжимала пальцами свитер отца, как будто Ночь вот-вот ворвется внутрь и вновь попробует утащить в свои глубины. Часовщик пытался успокоить Линн, но как-то отрешенно. Его рука машинально скользила по спине дочки, а взгляд наполняла обреченность.

– Что это было? – Дрожь эмоций прорвалась в голос Мелейны.

– Ночь, – Часовщик по-прежнему смотрел в пустоту. – Очередная Ночь Межмирья… обычное явление.

Мелейна возмущенно шагнула к нему навстречу. Пол неожиданно пошатнулся, словно вдруг превратился в палубу корабля. Саша бросился было поддержать девушку, но она остановила его решительным жестом. Не до него сейчас!

– Только идиотку из меня не делать не нужно! – Мелейна метнула взгляд во все еще дрожащую от ужаса Линн. – Она собиралась впустить Ночь, она шла к ней навстречу!

Девочка отстранилась от отца, и взгляд больших светло-серых глаз скользнул к Мелейне. Вид у Линн был испуганный, виноватый.

– Может, не будем говорить при ребенке? – В мягком тоне Часовщика проскользнула нотка осуждения.

Если он собирался воззвать к совести Мелейны, то слегка просчитался. У девушки было полно вопросов, и она желала получить на них ответы. Здесь, сейчас и неважно, при ком! Мелейна уже собиралась вконец разбушеваться, но болезненная слабость внезапно сгустилась в теле еще сильнее. В руке надрывно запульсировала боль.

Поморщившись, Мелейна отвела рукав кардигана. На руке, немного выше тонкого ремешка часов, отчетливо виднелись следы укуса. Эфемерные челюсти не смогли прорвать кожу, но оставили на ней свой след. Призрачные разводы ниточками темно-синего дыма расползлись по руке. На них – в такт болезненной пульсации – мерцали колкие искры.

Взглянув на Мелейну, Часовщик заключил:

– Ночь успела тебя ранить.

Девушка окончательно запаниковала. Все ведь знают, что Ночь – одна из главных опасностей Межмирья! Однако Часовщик потушил разгорающийся ужас своей собранностью:

– Так, Линн, быстро принеси зелье. То, что в маленькой бутылочке.

Взяв себя в руки, девочка с пониманием кивнула. Торопливые шаги простучали по ступеням лестницы, и Линн скрылась на втором этаже. Проводив ее взглядом, Мелейна постаралась ухватиться за надежду всем своим оптимизмом.

Саша провел девушку к дивану. Мелейна хотела было воспротивиться: не совсем уж немощная, в конце концов! Ой, да подумаешь, цапнула Ночь, уничтожающая все на своем пути! Всего-то!.. Однако сил на возмущение не хватило: они таяли с каждой минутой. Оставленный призрачными клыками яд отравлял саму душу. Мелейна села на диван, чувствуя, как боль постепенно распространяется. Отметины Ночи медленно расползались по руке, то и дело вспыхивая иглами звезд.

Саша с беспокойством следил за девушкой взглядом. «Неужели боится, что в обморок хлопнусь? – Мелькнуло у нее в голове. – Еще чего, не дождется!»

Часовщик, видя тревогу Саши, попытался его успокоить:

– Не волнуйся, если вовремя обработать рану, яд будет нейтрализован. С твоей подругой ничего не случится.

Вышло не слишком уж уверенно. Если бы с Мелейной так заговорил врач, она поспешила бы в похоронное бюро подбирать себе гроб.

– Я ему не подруга, – вяло запротестовала девушка.

Судьба не дала дальше выяснять тонкости взаимоотношений: Линн вернулась с темным стеклянным пузырьком и клочком ваты. На вид совершенно обычной, словно купленной в человеческой аптеке. Саша выхватил зелье и подскочил к Мелейне, на ходу откручивая бутылочку.

– Дай сюда, – девушка требовательно протянула руку. – Сама справлюсь.

– Ну-ну, справилась уже! – Саша плеснул зелья на вату, которая тут же пропиталась зеленым. – Почему на помощь не позвала?

Парень взял Мелейну за руку так нежно и бережно, словно она была хрупкой фарфоровой куколкой. Взгляд Саши наполняло заботливое беспокойство, и упрямиться дальше показалось глупо… и даже неудобно, что ли. Вон как волнуется, переживает!

Зелье коснулось расползающихся призрачных завитков, и на коже сразу вспыхнуло жжение. Может, в привычном понимании раны и не было. Однако стоило зеленому снадобью дотронуться до отметин Ночи – и запекло, как самая обычная ссадина. Только сильнее раз в пять. Мелейна с трудом сдержалась, чтобы не отдернуть руку.

– Да я как-то и не подумала… – Растерянно призналась девушка, но тут же взъерошила характер. – И вообще, вы ведь были так увлечены «редкими экземплярами»!

Мелейна метнула недовольный взгляд на Часовщика. Тоже хорош! Знает ведь, что с его дочуркой творится что-то неладное. Так мог бы приглядывать за ней вместо того, чтобы мучить гостей скучными рассказами! В том, что Часовщик был в курсе странностей Линн, Мелейна просто не сомневалась. Родительскую тревогу сложно спрятать, а Часовщик боялся Ночи. Ведь неизвестно, чем она могла обернуться для Линн.

Часовщик оправдываться не стал. Только взгляд отвел, без слов признавая вину. Линн что-то тихонько шепнула отцу, потянув его за руку.

– Мы оставим вас ненадолго, – Часовщик натянуто улыбнулся. – Не волнуйтесь, все будет хорошо. Такое случается. Главное, что сейчас мы уже в безопасности!

Наигранность тона Мелейна еще могла бы пропустить мимо ушей, но во взгляде Часовщика по-прежнему виднелась тревога. Так что ни в какую «безопасность» не верилось.

Часовщик с дочерью скрылись в одной из комнат. Не иначе, как удалились обсуждать дальнейшие коварные планы о том, как скормить гостей Ночи.

Увлеченная своей подозрительностью, Мелейна на пару мгновений подзабыла о «ране» и жгучем зелье. Ну, подумаешь, что-то там Саша копошится, играет себе в медбратика. Однако притихшие было ощущения вдруг напомнили о себе новой вспышкой боли.

Поморщившись, Мелейна посмотрела на след Ночи. Фиолетово-синие щупальца яда потихоньку бледнели. Однако в центре, сосредотачиваясь вокруг места укуса, продолжали болезненно пульсировать колкие искры.

– Больно? – Саша поднял на девушку участливый взгляд.

– Выйди из дома – и узнаешь! – Огрызнулась она.

– Вот скажи, почему ты всегда так реагируешь на заботу? – Не выдержал парень, на миг оставив «рану» в покое.

Даже недобитое состояние не смогло лишить Мелейну насмешливости:

– Потому что я – Слуга Тьмы, беспощадный демон, воплощение зла и… ай!

Девушка невольно закусила губу – зелье снова коснулось кожи, отозвавшись жжением.

– Потерпи еще немного, воплощение зла, – улыбнулся Саша.

От его заботливого взгляда и мягкого тона на душе стало тепло-тепло. И даже боль, которую тревожил парень, на миг показалась пронзительно ласковой.

«Ну-ну, еще влюбись в него!» – Презрительно фыркнул внутренний голос.

– Кажется, готово, – подытожил Саша.

Боль и правда затихла, словно погасли последние искры на тлеющих углях. Повертев рукой, Мелейна осмотрела место, где еще недавно змеились темные нити яда. Ничего. Да и комната больше не пыталась ускользнуть. Похоже, Часовщик все-таки не обманул, и волноваться было не о чем.

Пока Мелейна пыталась выяснить, обречена она или нет, Саша тихо сказал:

– Знаешь, я раньше никогда бы не подумал, что демон способен на благородство. Ну, броситься кого-то спасать, рискуя собой…

– Это не благородство, – перебила его Мелейна. – Это я так… из глупости, наверно.

– А может, ты просто лучше, чем хочешь казаться?

Саша пристально посмотрел ей в глаза. Светящиеся крылья бабочек, кружащих под потолком гостиной, роняли золотистые отблески на светлые волосы парня.

Мелейна колко уточнила:

– Учитывая, что я – Слуга Тьмы, это комплимент или все же оскорбление?

В этот момент в комнату вернулся Часовщик. Он больше не пытался притворяться, скрывая боязнь за наигранной улыбкой и успокаивающим тоном. Теперь подавленное настроение мужчины было видно невооруженным глазом.

– Ну, как ты? – Обратился он к Мелейне.

Девушка смерила его тяжелым взглядом:

– Могло быть куда лучше, если бы не одна чокнутая девчонка.

Часовщик собрался было сказать что-то в защиту дочери, но для оправданий у него просто не хватило сил. Вздохнув, мужчина опустился в кресло так грузно, словно вот-вот мог рассыпаться от усталости. Только вряд ли от физической. Часовщик провел ладонью по «ежику» седых волос, будто пытаясь избавиться от паутины сомнений:

– Что ж, думаю, мне стоит все объяснить.

– Да уж, не помешает, – мрачно произнес Саша.

Мелейна бросила на него короткий взгляд. Ух ты, надо же! У ангелочка характер имеется – и даже раз в вечность дает о себе знать. Интересно, по какой такой причине? Потому что Ночь, ворвавшись в дом, могла бы уничтожить и самого Сашу? Или?..

Часовщик ссутулился под грузом воспоминаний. Взгляд мужчины уперся в пустоту, и тихий голос начал выплетать рассказ.

========== Глава 8. ==========

– Поначалу Линн была совершенно обычным ребенком, – начал Часовщик. – Конечно, мы защищались от Ночи, как и все в Межмирье, но… ничего особенного.

– Н-да уж, – не удержавшись, мрачно прокомментировала Мелейна. – Толпа призраков, которая сметает все на своем пути. Совсем ничего особенного!

Часовщик устало посмотрел на собеседницу.

– Для нас это привычно. У людей есть приливы и отливы, у нас – Ночь. Так вот, поначалу все было в порядке вещей. А потом… – Его голос сорвался в пропасть горечи. – Потом произошел несчастный случай с матерью Линн. Тогда-то все и началось…

– Несчастный случай? – Уточнила Мелейна.

Сейчас ей было не до чувства такта. Раз уж Часовщик решил раскрыть свои тайны, то пусть рассказывает все. Если достаешь скелет из шкафа, нечего пытаться утаить его череп.

– Ее убила Ночь, – в серых глазах Часовщика вспыхнул отголосок застарелой боли. – Мать Линн… она была довольно безрассудной. Вот и совершила ошибку, за которую поплатилась своим существованием.

Что ж, видимо, Часовщик все-таки не хотел вытряхивать из шкафа все пылящиеся там косточки. Что за ошибка? В чем безрассудство?.. Впрочем, расспрашивать Мелейна не стала: семейные драмы сейчас интересовали ее меньше всего на свете.

– В тот момент что-то изменилось, – тем временем продолжил Часовщик. – С тех пор Ночь с особым рвением пытается добраться до моей дочери. Вот уже много лет она ждет малейшего промаха с нашей стороны…

– И сегодня почти дождалась, да? – Спокойно спросил Саша.

Часовщик кивнул.

– Ночь все время ищет новые способы. Понятия не имею, что я сделал Межмирью, почему оно хочет отнять у меня все! – Голос Часовщика взорвался пиком отчаянья, после чего затух до обреченности. – Понимаете, я не смог уберечь жену. Теперь весь смысл моего существования – это дочь. Я готов на все, только бы защитить ее…

«Я готов на все», – отдалось эхом в мыслях Мелейны. Одна из фраз, обозначающая согласие человека на демонический контракт. Конечно, в разговоре с сущностью Межмирья она не имела никакой силы, но все же навеяла воспоминания. Многие бросали такие слова неосознанно, и лишь один человек сказал их Мелейне, прекрасно осознавая последствия. Произнес, пристально глядя в глаза и впечатывая в каждое слово уверенность. Только вот защищать тогда уже было некого – оставалось лишь мстить.

– Помнишь, ты спрашивала, разумна ли Ночь? – Вопрос Часовщика выдернул Мелейну из воспоминаний.

Девушка кивнула, пытаясь продемонстрировать вовлеченность в разговор. Она только сейчас поняла, что до этого голос Часовщика звучал где-то на фоне. Оставалось надеяться, что Мелейна не прослушала ничего важного.

– Так вот, не знаю, как насчет разума, но хитрости ей не занимать, – сказал Часовщик. – Впрочем, как и мощи. Раньше было достаточно просто запереть дверь и закрыть окна. Потом пришлось ставить дополнительную защиту, видите?

Часовщик махнул рукой в сторону входной двери. Над ней висел небольшой предмет, напоминающий ловец снов. Только вместо привычной паутины из переплетения нитей – циферблат часов. Их стрелки размеренно двигались в обратном направлении. Под циферблатом на низках мелкого бисера неторопливо вращались крохотные серые перья. Казалось, их перебирал пальцами легкий ветерок.

– Раз за разом приходилось придумывать новую защиту, но теперь, похоже, стали бессильны любые амулеты, – Часовщик на пару секунд погрузился в тяжелое молчание. – То, что произошло сегодня… раньше такого не было. Да, Ночь старалась застать врасплох, искала малейшую лазейку, пыталась сломать защиту, но никогда… никогда не воздействовала на сознание Линн. По правде говоря, я уже не знаю, что делать!

– Как минимум, получше приглядывать за ребенком, – резко ответила Мелейна.

– У тебя у самой-то есть дети? – С горечью спросил Часовщик. – Легко размышлять, когда нет забот серьезнее собственной Силы.

Укор вонзился, как стрела в спину. Резко, внезапно, болезненно. Упрекая и обвиняя Часовщика, Мелейна не ожидала ответного удара. Ну, или по крайней мере, не такого. Вопрос о детях всколыхнул мысли о потерянной дочери, а эта тема была одним из немногих способов задеть Слугу Тьмы.

– А вот это уже никого не касается! – Мелейна решительно встала.

Куда идти, она пока что не придумала. Однако продолжать этот разговор девушка не собиралась.

Саша посмотрел на Мелейну с пониманием. Казалось, если она сейчас хлопнет дверью, выскакивая в Ночь, он тут же последует за ней, не думая о последствиях. А что? С этого станется! Саша же заботливый… на всю голову. Мелейна отвела взгляд. Как относиться к его заботе, она еще не решила.

Пока они переглядывались, Часовщик решил, что ругаться с гостями до окончания Ночи – не лучшее занятие.

– Прости, я не хотел затронуть больную тему, – мягко произнес он.

– А при чем здесь больная тема? – Усмехнулась Мелейна, пряча слабость. – Я просто…

Часовщик прервал ее тоном, полным серьезности:

– Я вижу в твоих глазах время. Время, полное сожалений.

– Повторяю: это никого не касается, – Мелейна упрямо сплела руки на груди.

– Ладно-ладно! – Часовщик примирительно поднял ладони. – Как бы там ни было, ты спасла мою дочь и…

– Я заметила, – Мелейна ответила ему тяжелым взглядом.

Нет, ну, а чего он ожидал? Все эти спасибо-пожалуйста – человеческие заморочки. К тому же, она до сих пор немного злилась из-за произошедшего.

Видя, что сентиментального разговора не выйдет, Часовщик решил выразить благодарность более конкретно:

– В общем, если отметки в часах начнут блекнуть, приходите. Подзаряжу без всякой платы, – слабая улыбка скользнула по его губам, как лучик солнца между дождевыми тучами. – Я всегда буду рад видеть тебя или твоего друга.

Часовщик взглянул на Сашу. В этот раз Мелейне почему-то не захотелось спорить насчет «дружеского» определения.

***

Ночь отступила. Вслед за ней скрылись во тьме Межмирья и очередные гости Часовщика: Слуга Тьмы и ее друг-ангел. В доме остались только двое сущностей и груда неразрешимых проблем. Схватив маленькую цветочную лейку, Линн поспешила выскользнуть из дома – подальше от давящей тишины и обреченности.

За миг до того, как скрыться за дверью, девочка поймала взгляд отца. Тревожные тени сомнений окутывали серые глаза. Наверно, ему было бы спокойнее, если бы Линн никогда не ступала за порог. Однако до следующей Ночи ей ничего не угрожало, а проводить взаперти всю свою вечную жизнь девочке не хотелось. К тому же… нужно было кое-что обдумать.

Растения в подвешенных горшках встретили хозяйку радостным шелестом голубой травы. Светлые цветочки потянулись к Линн, стоило им увидеть – точнее, почувствовать – приближение лейки с питательным зельем.

Поливая растения, девочка задумчиво смотрела на струйку приглушенно светящейся жидкости. Нежно-голубое зелье давало жизненные силы цветам далекого мира.

Они понравились ей с первого взгляда. Так быстро только героини из книжек влюбляются в принцев. Линн навсегда запомнила тот день, когда отец принес цветы в дом. Тогда в небольшом горшочке было всего несколько стебельков с робкими бутонами. Часовщик хотел порадовать дочку подарком, и у него это удалось. Она – тогда еще совсем маленькая – порывисто обняла папу, а затем, выхватив подарок, умчалась в свою комнату.

Линн с детства любила диковинки из далеких миров: книги на чужих языках, фотографии непонятных существ, цветы из-под незнакомых солнц. И Часовщик старался почаще принести ей что-нибудь интересное.

Вот только тот день запомнился не только подарком. Когда дверь уже была заперта, а ставни – закрыты, Линн услышала отголоски ссоры. Оставив цветы, она тихонько выскользнула из своей комнаты. Перила лестницы вряд ли могли надежно скрыть девочку от родительских взглядов, но взрослым явно было не до нее.

Чем старше становилась Линн, тем чаще ругались родители. Казалось, их отношения таяли с каждым днем, превращаясь в совсем уж тоненькую корочку льда. И тем вечером она треснула.

Позже, вспоминая ту ссору, Линн думала, что родительский скандал напоминал сцену из дешевой пьесы. Казалось, мать всегда играла: надрывные интонации, театральные жесты. Порой ее ролью была любовь и нежность, порой – раздраженность и вспыльчивость. Причем, сменялись они резко и непредсказуемо, как и принято у плохих актрис.

Вот только тогда, притаившись за лестничными перилами, Линн не могла сравнить маму с театральной посредственностью. Девочка просто боялась до липкой жути в душе. А вдруг, мама и правда уйдет? Бросит их с папой?

И ушла, и бросила. По крайней мере, собиралась.

Мама никогда не была верной женой, хотя тогда Линн этого, конечно, не понимала. Просто слышала, как женщина грозилась уйти к загадочному «другому». Тем вечером она как раз собиралась воплотить угрозу в жизнь. Часовщик пытался удержать жену, напоминая, что Ночь начнется совсем скоро. Ядовитый тон матери навсегда врезался в память Линн:

– Знаешь, что? Лучше попасться Ночи, чем провести рядом с тобой хотя бы еще минуту!

А потом мама, распахнув дверь, выскочила из дома. Линн еще успела услышать ее крик – и в дом тут же ринулись тени Ночи.

Девочке и отцу удалось спастись. Матери Линн – нет.

Сухой факт, пропитанный многолетней болью. Линн повзрослела и привыкла к мысли, что больше никогда не услышит мамин голос. Вот только сегодня девочка поняла, что ошибалась.

Идя навстречу Ночи, Линн видела лицо матери: размытого призрака среди космических теней. Сквозь наваждение, которое девочка была не в силах разорвать, слышался знакомый голос.

– Ты ведь умная девочка, Линн, вся в меня, – шептала Ночь с наигранной гордостью. – Пойдем со мной. Тебе не за чем тратить свою вечность рядом с ничтожеством-отцом. Я научу тебя разрушать миры и уничтожать души. Ты получишь власть, которой достойна. Разве тебе никогда не хотелось большего? Ты ведь такая же, как и я…

Сейчас, заботливо поливая подаренные отцом цветы, Линн ясно понимала: она ни капли не верит матери. И это чувство не вызывало даже горечи, просто отрешенное осознание. Мать слишком долго играла, и девочка, несмотря на юный возраст, научилась распознавать паутину ее лжи. Даже попавшись в сети Ночи, жена Часовщика по-прежнему преследовала одну-единственную цель: причинить ему боль.

Что ж, Линн не собиралась ей помогать.

Взгляд девочки скользнул в беспросветный мрак Межмирья. С губ сорвалось тихое и уверенное:

– Я никогда не брошу отца, мама. Я не такая, как ты.

В следующий раз Ночь уже не пыталась пробить защиту. Призрачные тени просто прошелестели у порога положенное время, а затем скрылись во тьме Межмирья. Вместе со страхами Линн.

========== Глава 9. ==========

Деймос ждал на пороге бара Отчаявшихся. Как только густая тьма перемещения рассеялась, Мелейна встретилась с ним взглядом. Как бы демон ни пытался отгородиться равнодушием, в его глазах виднелось беспокойство.

– Все в порядке? – Спросил он как можно более холодно.

«Я тоже за тебя волновалась», – хотелось ответить Мелейне. Пусть бы знал, что ее не обмануть всеми этими ровными интонациями! Однако затевать такой разговор при Саше было бы плохой идеей. Так что девушка, взяв себя в руки, уклончиво ответила:

– Ну-у-у… часы у меня.

Рассказывать о встрече с Ночью она не собиралась.

– Только вот, какой ценой, – тихо добавил Саша, но на его слова никто не обратил внимания.

Мелейна достала немного массивные, но элегантные мужские часы. Жаль, что у нее не было возможности долго выбирать. У людей полно поводов преподносить друг другу подарки: бесконечные дни рождения, новогодние традиции, праздники влюбленных… Здесь же, может быть, выпала одна-единственная возможность на всю вечность.

Интересно, когда путь к Возврату останется позади, Деймос будет вспоминать о ней, глядя на эти часы? О той, кто разрушила его судьбу. О той, кто отчаянно хотела все исправить.

Мелейна протянула часы Деймосу, и их пальцы невзначай соприкоснулись. Время затерялось во тьме Межмирья, дремлющей у порога: казалось, демон специально медлил, не разрывая этот контакт. Мелейна подняла взгляд, посмотрев ему в глаза. Ощутил ли он сейчас такой же всплеск эмоций? Почувствовал ли хоть что-то?..

Мгновение хрупкой неопределенности разлетелось на осколки, пронзенное голосом Саши:

– Мелейну ранила Ночь.

– Что?! – Деймос метнулся взглядом к ангелу.

– Это долгая история, – беспечно отмахнулась Мелейна.

Не сработало. Выразительное молчание Деймоса потребовало подробностей более настойчиво, чем тысяча вопросов. Тревога, проступившая в его взгляде, отозвалась в душе Мелейны робким теплом. «Ему не все равно, ему не все равно», – заметалось в мыслях обезумевшей бабочкой.

– Да все нормально, правда! – Улыбнулась девушка. – У Часовщика было какое-то зелье и…

Деймос не разделил ее оптимизма. Его тяжелый взгляд вонзился в Сашу, а тон наполнило приглушенное рычание:

– На месте распределителя я больше не доверил бы тебе ни единого подопечного. Ангел-хранитель из тебя…

Деймосу не за чем было повышать голос, чтобы показать свою ярость. Это псы заходятся в истошном лае, бросаясь, насколько позволит цепь. Волкам же ни к чему срывать голос.

– И при чем это здесь моя Дорога, интересно? – Перебил Саша.

Слегка прищурившись, Деймос взглянув на собеседника с бесконечным презрением:

– При том, что Рита не дожила даже до двадцати, и теперь я ни капли не удивлен.

Мелейна бросила взгляд на Сашу. От ангела сразу повеяло напряжением – разговор коснулся больной темы. Еще бы!

Рита встретила Деймоса в момент, когда достигла пика отчаянья. Разумеется, неслучайно. Такие эмоции приманивают Слуг Тьмы сильнее, чем свет комаров. Демон тут же предложил Рите контракт. Она отказалась – и он не придумал ничего лучше, чем влюбить в себя наивную девчонку. Что ж, морочить голову девушкам у него всегда хорошо получалось. Это Мелейна и по себе знала.

– А Слуги Света и не должны защищать от опасностей, только от зла! – Вспыльчиво бросил Саша, а затем в его тоне проступило сожаление. – Да и вообще… никто не мог подумать, что все так произойдет.

«Ну-ну, ты еще оправдываться начни, он только этого и ждет», – недовольно буркнула про себя Мелейна. И только потом сообразила, что размышляет так, будто находится на стороне Саши. А действительно, на чьей она?.. Вопрос поставил девушку в тупик, и разыгрывающаяся при ней ссора стала бесить еще сильнее.

– Ты о Рите или?.. – Сдержанно поинтересовался Деймос.

– Да без разницы! Моей вины нет в обоих случаях, – отрезал Саша, но все же отвел взгляд.

Любая словесная схватка с Деймосом напоминала болото. Чем больше барахтаешься, тем сильнее затягивает. Ведь каждая эмоция, каждая нота боли только доставляла ему удовольствие.

Деймос не стал медлить со следующим ударом по ангельской самооценке, спокойно бросив:

– Не знаю, что там произошло у Часовщика. Вот только, если бы на твоем месте оказался я, то с Мелейной ничего бы не случилось.

Девушка вздохнула. Нет, ну, сколько можно?! Стоят тут, ищут виноватых, как будто ее здесь и нет!

– Дейм, серьезно, он тут ни при чем, – вклинилась в разговор Мелейна.

– Нет, при чем, – уверенно возразил Деймос. – Если он ввязался во все это, то должен приносить хоть какую-то пользу.

– А какая, позволь узнать, польза от тебя? – Усмехнулся Саша. – Раздавать приказы и отсиживаться в баре?

Ледяная невозмутимость Деймоса пошла трещинами – пока мелкими, но грозящими разрастись во внушительные расколы. Его взгляд наполнила такая злость, что, умей демон испепелять взглядом, Саше пришлось бы несладко. Пальцы Деймоса стиснулись в кулаки. Негромкий тон казался натянутой тетивой:

– Послушай, ангелочек…

Мелейна поняла, что пора вмешиваться в ссору решительнее. И прямо сейчас.

– Ой, ну, хватит! – Насмешливо начала девушка, взглянув на Деймоса. – Иначе я подумаю, что ты за меня волнуешься!

Демон на миг прикрыл глаза в попытке взять себя в руки, а затем посмотрел на Мелейну пристально и серьезно:

– Я предложил тебе искать Возврат. А значит, в ответе за тебя.

Девушка с трудом сдержала рвущиеся наружу колкости. Это что же такое? Все вокруг поголовно чувством долга заразились?

– Я и сама могу о себе позаботиться, – отрезала Мелейна и решила сменить тему. – Кстати, а где Танисса?

– В баре. Уничтожает запасы чая, – Деймос мрачно посмотрел на дверь. – Надеюсь, что только его.

– А что там с осколком? – Поинтересовалась девушка.

– Я поговорил с Пустотой – она готова отдать его, но при одном условии.

– Надо же, – язвительно протянул Саша, – оказывается, ты умеешь договариваться с людьми!

– Пустота – не человек, – колко напомнил Деймос, – как и большинство в Межмирье. Привыкай, ангелочек.

Воздух снова сгустился напряженностью. Ну, вот. Теперь Саша опять заведет песню про «Слугу Света», и все начнется заново… Мелейна сомневалась, что у нее хватит терпения на еще одну перепалку. А потому поспешила спросить:

– И что же за условие?

– Передать письмо некоему Туману, – ответил Деймос. – Пустота не хочет сама покидать бар.

– Ну, или готовит какую-то ловушку, – как бы невзначай бросил Саша.

– Значит, берем Таниссу и отправляемся? – «Не заметив» его слов, подытожила Мелейна.

Девушка шагнула к двери, но на запястье тут же сомкнулось останавливающее прикосновение. Мелейна обернулась, встретившись взглядом с Деймосом.

– Может, тебе лучше остаться? – Холодная рассудительность наполнила его тон.

– Да хватит уже! – Девушка недовольно вырвала руку. – Все со мной нормально!

Нет, Мелейна, конечно, любила внимание к своей рыжеволосой персоне, но… Неужели ей придется слушать напоминания о Ночи до конца своих вечных дней?! Если Мелейне один раз не повезло, так это не повод считать ее хилым цветочком! Мол, сиди себе в теплице, береги лепесточки, а мы сами все сделаем! Ага, и на блюдечке принесем, чтобы ты чувствовала себя донельзя благодарной и обязанной.

– Мелейна, ну, правда… – Успокаивающе начал Саша, но его фразу прервал весьма выразительный взгляд девушки.

Вот предатель, и этот туда же!

– Да это безнадежно, – усмехнулся Деймос. – Она же у нас сильная и независимая.

– Признавайся, Мел, где ты прячешь сорок кошек? – С улыбкой подхватил Саша.

У Мелейны даже дыхание перехватило от возмущения. Хотелось ответить что-то ужасно ядовитое, но в голове разбежались даже прямолинейные ругательства. Вы посмотрите-то, как спелись!

– Да ну вас! – Только и выпалила Мелейна, тут же скрывшись в баре.

***

Танисса держала опустевшую чашку, словно надеясь выпросить у нее эхо тепла. Как только бармен понял, что кроме крошек Силы ничего не получит, то сразу потерял к девушке всякий интерес. Остальные посетители тоже не обращали на нее внимания, и Таниссу это вполне устраивало. Казалось, она превратилась в блеклую тень за барной стойкой.

Девушка вздохнула – ровно в семнадцатый раз – и подумала, что так недолго покрыться паутиной. Нужно было что-то делать. А она только и могла, что сидеть и ждать. Притворяться безвольной куклой, плыть по течению.

– Танисса, – знакомый женский голос раздался за спиной. – Думаю, ты можешь наконец-то оставить в покое бармена.

Обернувшись, Танисса посмотрела на рыжеволосую знакомую Деймоса. Мелейна явно относилась к тем, кто умудряется не простаивать часы у зеркала, но всегда притягивать взгляды. Зеленый кардиган подчеркивал пламенную яркость волос. Их черные кончики сочетались с поясом, а тот, в свою очередь, с темными джинсами. Расслабленная, но в то же время изящная простота образа… Горечь просочилась в душу Таниссы. Н-да уж, она так и не разучилась оценивать окружающих с точки зрения модели. Ну, ничего, однажды девушка вернет свою жизнь!

Танисса перевела взгляд на Деймоса. Такой же уверенный и замкнутый, как в тот день, когда они заключили сделку. В день, ставший последним в жизни Таниссы. Месть могла бы превратиться в неплохой якорек среди шторма посмертного существования. Вот только девушка не собиралась прирастать к роли Слуги Тьмы. Контракт с демоном – может, решение и безвозвратное. Однако зачем тогда Возврат?..

– Нам пора, – сказал Деймос.

Танисса передернула плечами, заставляя себя выглядеть безразличной. Как бы нехотя отставив чашку, девушка встала с высокого стула. На самом деле ей хотелось броситься навстречу Возврату, не замечая никаких препятствий. Однако у каждой девушки должны быть свои секреты, верно? Особенно, если она планирует сразиться с собственной судьбой.

========== Глава 10. ==========

Земля была усыпана нежно-розовыми лепестками. Они же воздушными кронами окутывали изящные деревья. Время от времени легкий ветерок пролетал, зацепляя ветви, и тогда цветы роняли едва слышный звон. Неизвестно, откуда здесь брался свет, но мраку Межмирья не удавалось проникнуть в сад – в нем царили невесомые сумерки.

Вся эта приторно идиллическая картина могла бы показаться вполне себе красивой и вдохновляющей. Вот только воздух заполняла липкая муть тумана, размывающая силуэты дальних деревьев в неразборчивую акварель. Что-то тревожное витало в призрачной дымке, забираясь в душу. А еще в саду не было никого, похожего на того, кому можно отдать письмо.

Осматриваясь, Мелейна скользнула взглядом по своим спутникам. Светлая пелена завивалась вокруг них невесомыми клубами, словно ощупывая чужаков. Особенно контрастно в обрамлении нежных красок смотрелся Деймос в извечной черной одежде.

– А здесь красиво, – проговорила Танисса тихо-тихо, словно боясь потревожить нежное безмолвие.

– Только почему-то Пустота не захотела сюда соваться, – рассудительно заметил Саша.

Мелейна шагнула на изящный каменный мостик, под которым тихонько журчал чистый ручей. Куда бы ни подался взгляд: только тонкие изгибы древесных стволов и бесконечный туман. Кое-где, разряжая однообразность пейзажа, виднелись невесомые призраки беседок.

– Дейм, а Пустота не сказала, где искать этого ее… Тумана? – Спросила Мелейна.

Ответа не последовало.

Только тихонько прозвенел ветер. В этом звуке больше не было нежности – ее резко сменила колкая насмешка. Так дружелюбные старушки из сказок сбрасывают маски добродушия, внезапно оказываясь колдуньями-людоедками.

Мелейна обернулась назад. Сгущаясь, туман пожирал красивый пейзаж. Срывающийся с деревьев звон становился все настойчивее, оцарапывая слух.

Девушка бросилась обратно, выкрикивая имена, которые не находили ответа. Вокруг были только розовые тени размытых деревьев. А туман тем временем продолжал сжимать хватку. Зловеще прекрасный, как ядовитый цветок, сад погружался в молочное марево.

Не прошло и минуты, как ближайшие деревья смялись, утратив даже смутные контуры. Теперь и на расстоянии вытянутой руки нельзя было разглядеть ничего, кроме белесой мглы. Однако на этом туман не остановился. Облепив кожу насыщенной сыростью, он хлынул в разум, и Мелейна провалилась в седую пустоту кошмара…

Лунный свет проникал в спальню, слегка очерчивая контуры. Мелейна сидела на краю постели спящего. Неподвижная и напряженная, как гриф, застывший на ветке в ожидании. С каждой минутой связь ныла все сильнее – тлела тонкая нить, связывающая две души.

Слуга Тьмы не имела права уйти. Когда обрывается жизнь тела, кто-то должен извлечь из него душу. Чаще всего, этим занимаются Слуги Книги – многочисленные воплощения смерти, узнающие имена обреченных в Библиотеке Душ. Однако люди, заключившие бесповоротную сделку, отличаются от других. Для душ Посмертия они становятся пустым местом. Продавшие душу теряют связь с назначенными судьбой ангелами и демонами. Даже смерть – и та не удостаивает вниманием.

Весь вечер Мелейна была невидима. Возможно, мужчина и чувствовал ее присутствие, но вида не показывал. Казалось, вовсе выбросил разговор со Слугой Тьмы из головы, погруженный в рутинные заботы. Лишь во сне он выдал себя кошмарами. Они то и дело мельтешили под сомкнутыми веками, заставляя голову мужчины метаться по подушке. На его губах замирали беззвучные имена. В такие моменты Мелейна, не в силах сдержаться, брала спящего за руку.

– Я рядом, – неслышно шептала девушка. – Я буду рядом…

Пусть он этого и не хочет.

Перед самым рассветом ночь сгустилась, подобравшись к постели зловещими тенями. Метель за стенами усадьбы забилась в истерике, и кошмары испуганно отступили, позволив дыханию напоследок насладиться размеренным ритмом.

Глядя на безмятежное лицо спящего, Мелейна невольно потянулась к его черным волосам – поправить упавшую на лоб прядь. Однако за секунду до прикосновения связь между душами обессиленно треснула, обрываясь навек. Боль пронзила тело мужчины, и он сдавленно застонал. Взгляд под вздрогнувшими веками оказался мутным и бездумным.

Склонившись над мужчиной, Мелейна поднесла руку к его груди. Все заучено до автоматизма: ворваться в энергетическую оболочку, сжать обжигающий комок души, рывком оборвать жизнь… Только вот на глаза наворачивались слезы, а внутри бушевала колючая вьюга потери. Странное оцепенение сковывало Мелейну. Она столько раз обрывала жизни, почему же сейчас было так сложно? Однако девушка понимала, что каждый миг промедления – только лишние мучения. И для нее, и для него.

Мелейна нежно коснулась щеки мужчины, словно извиняясь за предстоящую вспышку боли. А затем, зажмурившись, одним решительным движением вырвала душу…

Наваждение внезапно оборвалось, будто кто-то, скомкав лист воспоминания, швырнул его в мусорную корзину. В первые секунды Мелейна даже не поняла, где находится. Однако молочный воздух сада тут же напомнил, что происходит.

А происходило явно нечто странное.

То, что душа Слуги Тьмы ощущала почти физическую боль, еще можно было объяснить. А вот слабость… вполне телесная, совсем непривычная для души Посмертия. Сдавливая в удушающих объятьях, туман высасывал силы.

Сила.

Осознание молнией вспороло сбивчивые мысли. Словно размытая эмоциями, Сила медленно таяла.

Странное видение – еще полбеды. А вот Сила была одним из важнейших факторов для душ Посмертия. Она не только позволяла создавать всякие магические штучки, но и вместе с целостностью души обеспечивала существование. И если душу после Выбора повредить было довольно сложно, то жизненная энергия Силы расходовалась постоянно.

Вот только далеко не так быстро. То, что происходило сейчас, явно было чем-то неестественным.

Мелейна прекрасно осознавала, что оставаться здесь нельзя. Стоит лишиться последней капли Силы – и душа просто рассеется, навек исчезнув. «Нужно выбраться отсюда, а потом придумать, что делать дальше», – девушка попыталась взять себя в руки.

Она попробовала сформировать перемещение, но мысли уперлись в прочный барьер. Прокатившись по саду звенящим смехом, ветер всколыхнул кроны деревьев, и Мелейна невольно поежилась. В душе медленно, но верно зрела паника.

Девушка медленно двинулась сквозь туман. Проходя мимо одинаковых цветущих деревьев, она постоянно пробовала направить Силу на перемещение. Так люди ищут связь, когда не ловит мобильник. Здесь тоже не ловило. Совсем.

Спустя пару минут Мелейна поняла, что туман спутал всякие ориентиры. Да и о каких ориентирах могла идти речь? Даже деревья казались скопированными. В разум невольно закралось подозрение, что Пустота просто решила избавиться от претендентов на осколок.

Отогнав мрачные мысли, Мелейна в очередной раз попыталась сформировать перемещение, но реальность внезапно проломилась, как тонкий лед. Девушка рухнула в ледяную воду собственного прошлого…

Каждый из миров Посмертия – лоскутное одеяло, клочки которого принадлежат разным владельцам. Стоит душе пройти через Выбор, как в ожидающем ее мире появляется кусочек пространства. А на нем уже можно создать как хижинку у моря, так и дворец посреди роскошного сада. Как душе угодно – темной, светлой или нейтральной. Ну, и на сколько Силы хватит. Ведь именно с ее помощью души Посмертия создают большую часть того, что им необходимо.

В то время Мелейна еще не превратила свой клочок пространства в квартиру с панорамными окнами на ночной мегаполис. Тогда подобное просто не могло появиться в фантазии девушки. По улицам человеческого мира еще ездили кареты, а длинные платья, перчатки да шляпки были повседневностью.

Так что в мире Слуг Тьмы у Мелейны был свой замок со стенами из черного камня. Дорожку, ведущую ко входу, окаймляли колючие кустарники с темными ветками и алыми цветками роз. Словом, все было вполне банально.

Как и ситуация, свидетелем которой становился замок, возведенный Силой. Безответность. Сколько раз Мелейна играла на ней, подталкивая людей к контрактам?

Теперь же девушка сама прятала взгляд и чувствовала, что ветер стал особенно промозглым. А может, просто было слишком зябко на душе?

– Я просто хотела сказать… Даже, когда закончится обучение, Вы можете рассчитывать на мою помощь. Раз уж все так… получилось, – Мелейна сама не узнавала свой голос, пропитанный неловкостью.

Нет, это не могла быть она. Куда подевалась уверенная, решительная, насмешливая Слуга Тьмы? На дорожке стояла какая-то слабачка, не способная осознать, что проиграла. В глубине души Мелейне было противно, что она позволяет себе такое поведение. Любовь ведь нельзя ни выклянчить, ни заработать, ни выторговать. Она либо есть, либо… Холодный тон мужчины рассек кружево слов Мелейны, как взмах острого клинка:

– А это обучение – обязательно?

Мелейна подняла взгляд. Как непривычно было видеть его глаза кроваво-красными! Осуждение и упрек таились в их глубине, как темная толща воды под хрупкой корочкой льда.

Насильно душу не отнять – решение всегда принимает человек. Вот только крайней почему-то всегда оказывается Слуга Тьмы. Мелейна могла бы напомнить, что ни к чему не принуждала. Вот только смысл оправдываться? Заговорив, девушка призвала в тон всю возможную невозмутимость. И невозможную тоже.

– Необязательно, разумеется. Однако зачастую, чтобы освоиться и научиться получать Силу, новичкам нужно время…

Мужчина тут же отрезал:

– Мне не нужно. Довольно, Мелейна, наша сделка позади, и я больше не марионетка в Ваших руках, – после этих острых слов в его тон проскользнул какой-то подвох. – Нас ведь отныне ничего не связывает, верно?

Слегка прищурившись, мужчина ждал ответа. Казалось, он расставил силки и приготовился наблюдать, как жертва приближается к ловушке.

– Ведь так? – Подтолкнул демон. – Или я ошибаюсь?

Мелейне так хотелось ответить, что ошибается! А еще лучше – поцеловать без всяких слов, чтобы пылкая страсть наметала шов новой связи взамен разрушенной. Однако, бросившись навстречу свету фонаря, безрассудная бабочка вполне может сломать хрупкие крылья о холодное стекло равнодушия.

– Вы правы, – тихо ответила Мелейна. – Связи между душами больше нет.

Контакт их взглядов продолжался еще несколько мгновений. Казалось, мужчина ждал: сейчас она передумает и добавит что-то еще. А Мелейна чувствовала себя, как у края пропасти. Достаточно маленького шага, одного слова – и все стены гордости рухнут. Любовь делала уязвимой, но девушка была готова поддаться этой слабости. Знать бы только, что не напрасно.

Мужчина отвел взгляд. Напоследок в его глазах мелькнуло разочарование, словно он осуждал Мелейну за нерешительность.

– Ну, что ж, – демон разорвал затянувшееся молчание, – тогда прощайте.

Просто и сухо. Льдистое «прощайте» как завершение почти десятилетней связи. Как финал того, что не случилось.

Мелейна смотрела вслед уходящему демону, и ее душа отчаянно требовала слез. Казалось, скройся девушка сейчас за дверьми замка и выплесни эмоции, стало бы легче. Вот только эта боль так и осталась заточенной внутри навеки.

Мелейна щурилась от промозглого ветра и чувствовала, как внутри все разбивается на сотни осколков. Она не знала, что делать дальше. И понятия не имела, как уживаться с таким чувством. Лишь одно девушка четко осознавала: «Эта боль – расплата за слабость».

А значит, Мелейна больше никогда не позволит себе быть слабой…

Девушка вынырнула в реальность. Видения прошлого схлынули, зато эмоции остались, безжалостно грызя душу. Тем временем Сила продолжала таять, а звенящий туман, казалось, готовил новую болезненную ловушку.

Мелейна снова попыталась сосредоточиться на перемещении. Готовый огонек Силы затеплился в душе, разум вытащил из воспоминаний образ нужного места, девушка приготовилась нырнуть во тьму… Споткнувшись о невидимое препятствие, энергия обиженно притихла.

Мелейна попробовала снова – и опять безуспешно. Вокруг все так же расстилалась сероватая пелена, и по-прежнему посмеивалось звоном безмолвие.

– Бесполезно, – внезапно раздался за спиной знакомый голос.

Резко обернувшись, Мелейна встретилась взглядом со своей бывшей подопечной.

========== Глава 11. ==========

Мелейна все еще не привыкла к тому, что Рита мертва. Казалось, Слуга Тьмы в своем подсознании ожидала, что закончит свое путешествие по Межмирью – и все вернется на круги своя. На слегка сумасшедшие, но привычные круги.

Они с Ритой снова будут пить кофе на крохотной кухне, продолжая непримиримый спор об отношениях между демоном и человеком. Подопечная, как всегда, возьмется оправдывать Деймоса. А Мелейна будет обзывать ее наивной идиоткой и грозиться написать самоучитель «Как крутить роман с демоном и не лишиться души».

Вот только все это уже невозможно.

Очередным ходом в игре Деймоса было лишить Риту всего, что он ей дал. И увы, дело не ограничилось квартирой, работой и безбедным существованием. Демон забрал у Риты себя и свою лживую любовь – и это оказалось для девушки страшнее всего.

Рита пыталась стереть прошлое. Забыть, отвлечься, избавиться от напоминаний. Фотографии были безжалостно удалены, безделушки выброшены, а серьги с топазами, которые сверкали голубой чистотой, как глаза Риты… их девушка решилась продать. Кто же мог предположить, что именно в тот день в ломбард ворвутся грабители? А Рита закроет собой какую-то глупую девчонку, которая потянется за телефоном.

Впрочем, как раз этого можно было ожидать. Несмотря на все старания Мелейны, подопечная всегда отличалась альтруизмом. За него и поплатилась.

А сейчас Рита с мягкой улыбкой на губах вновь стояла перед Мелейной. Туманный ветерок слегка шевелил волосы цвета горького шоколада.

– Что ты здесь делаешь? – Мелейна посмотрела в глаза девушке, которые могли бы подсказать, какую Дорогу она выбрала.

Взгляд Риты по-прежнему был лучистым и голубоглазым. То ли с помощью Силы вернула прежний цвет, то ли стала Слугой Света. Правда, обычно у них глаза ярче.

– Какая разница? – Тон Риты был неестественно спокойным. – Главное, что здесь делаешь ты.

Приглушенный звон деревьев сплетался с ее голосом. Девушка казалась частью сада, такой же невесомо воздушной и туманной.

Мелейна нетерпеливо отмахнулась:

– Это долгая история. Я…

– Ты исчезаешь, – мягко подсказала Рита. – Ты ведь понимаешь, что это значит? Я восемнадцать лет видела души Посмертия. Более того, вы сами рассказывали мне обо всем. Так что я прекрасно знаю, что происходит, когда иссякает последняя капля Силы.

Все это было сказано до того спокойным и добрым голосом, что Мелейне захотелось чем-нибудь запустить в бывшую подопечную. Всего несколько дней назад Рита прошла через Выбор, так что теперь точно так же зависела от Силы. И соответственно, тоже была под угрозой. Нельзя было терять ни секунды, но нет же, Рита заранее сдалась, опустила ручки и приготовилась с терпеливой улыбкой на губах встречать судьбу!

– Вот поэтому отсюда и нужно выбираться, – раздраженно бросила Мелейна. – Как ты, вообще, здесь оказалась?

– Неважно, – ускользнула Рита, и ее взгляд внезапно наполнился горечью осуждения, – зато я знаю, что привело сюда тебя. Ты ведь предала меня, Мел. Я столько лет доверяла тебе, считала единственной подругой! А ты при первой же возможности…

– Что? – Непонимающе уставилась на нее Мелейна. – О чем ты?

Конечно, в общении с Ритой она никогда не забывала о своей Дороге. А потому при каждом удобном (и неудобном) случае склоняла подопечную к плохим поступкам. Вот только с каких пор это стало предательством?

В светло-голубых глазах Риты блеснул хищный огонек. Она заговорила неторопливо, будто смакуя обиду:

– Ты ведь приняла его предложение. Просто отошла в сторонку и позволила ему завладеть моей душой. Лишь бы найти этот свой Возврат!

«Откуда она может знать о нашем разговоре?» – Мысли Мелейны увязли в нелогичности происходящего. Она уже начала подумывать, что имеет место очередное видение, но… До сих пор туманный дурман навевал только яркие вспышки воспоминаний. А никаких подобных разговоров в прошлом Мелейны точно не было.

– У тебя с головой все в порядке или при Выборе стукнулась? – Мрачно поинтересовалась Мелейна. – Я никогда бы не согласилась!

Она вспомнила о матери Риты. Во время беременности дар будущего ребенка влиял на женщину. Она не выдержала этого. Не смогла продолжать нормальную жизнь, постоянно видя потусторонних сущностей. Вскоре после рождения дочки она оказалась в психбольнице. А теперь и Рита ведет себя, как чокнутая. Дурная наследственность, что ли?

– Неужто демоническая совесть? – Насмешливо уточнила Рита.

В подопечной проступило нечто неестественное, неправильное. Добрая и скучная Рита попыталась подколоть «единственную подругу»? Что-то новенькое.

– Нет, – огрызнулась Мелейна, – просто я не люблю уступать.

Рита прищурилась, и в ее взгляде блеснуло чужеродное коварство:

– Особенно Деймосу, да?

Возможно, на поведение девушки влиял туман. Кто знает, на что он способен? Может, кому-то навевает воспоминания, а кого-то меняет до неузнаваемости. Однако терпеть происходящее Мелейна не собиралась. Если Рита не хочет отсюда выбираться и тратит время на всякую чушь, то это ее проблемы.

– А вот это уже не твое дело! – Отрезала Мелейна.

– Нет, мое, – тихо, но твердо возразила Рита. – Ведь вы все так хорошо спланировали…

Она на миг закрыла глаза, словно в попытке успокоиться. А затем темные ресницы девушки вздрогнули, открывая уже кроваво-красный взгляд. Взгляд Слуги Тьмы.

Мелейна изумленно отступила на шаг. Казалось, происходящее выдернуло из-под ног усеянную лепестками почву. Рита? Демон?! Ее ведь невозможно было подговорить и на пустяковую гадость! Да Рита же умерла, спасая чужую жизнь! А последняя просьба, создавшая для Мелейны проблему в лице Саши? Разве после всего этого Выбор не был очевиден? Да и… Рита ведь почему-то утверждала, что выбирать и не было возможности – просто Деймос завладел ее душой. Странности продолжали громоздиться друг на друга.

Мелейна вздохнула, беря себя в руки. «Это неправда, неправда», – попыталась она разом оправдать все непонятное влиянием тумана.

– Я понятия не имею, как это возможно, – устало сказала Мелейна в попытке достучаться до логики Риты. – Вот только никакого плана не было.

– Ты так уверена? – Хищная усмешка изогнула губы, привыкшие к терпеливой улыбке.

Мелейна непонимающе нахмурилась, не понимая, к чему клонится разговор. А в следующую секунду в голове уже забурлили обрывки воспоминаний и мыслей. Казалось, в разуме разыгрался вихрь, перемешивающий все в пеструю неразборчивость. Сочась отовсюду без конкретного источника, в виски вонзался колкий смех.

– Да тебя ведь просто не существует… – Шепот с трудом прорвался сквозь его звон.

– И то верно! – Легко согласилась Рита. – А как насчет тебя? Ты ведь тоже скоро исчезнешь. Очень, очень скоро.

Сильный порыв ветра взметнул с земли стаю светлых лепестков. Они закружились вокруг Мелейны стремительным вихрем, и насыщенный сладкий аромат достиг дурманного пика.

Туман снова запустил щупальца в разум. Паника встрепенулась в душе, но не успела охватить девушку. Новые видения замелькали калейдоскопом прошлого. На этот раз они были беспорядочнее и стремительнее. Мелейна на пару секунд оказывалась в другом месте и времени, а затем ее перебрасывало в следующий кадр эмоций. Даты плясали в безумном танце, не желая придерживаться хронологии. Столетия смешивались, как краски на палитре импульсивного художника.

Выбор – пять Дорог, расходящихся лучами. Решительный шаг на ту, что темнее прочих.

Возвращение на пару минут назад – привкус яда, расползающаяся по телу боль.

Прыжок на века вперед – Рита. Безликие черные маски грабителей. Выстрел и крик. «Саш, она же всегда одна, – тень предсмертного шепота. – Позаботься о ней… прошу».

Падение обратно в прошлое – горьковатое «А ведь совсем скоро Вы могли бы стать матерью», оброненное Слугой Книги во время Выбора.

И снова голос Деймоса из воспоминаний: «Отныне нас ничего не связывает, верно?»

– Верно?.. Верно?.. Верно?.. – Снова и снова, отовсюду…

Мелейна уже не осознавала грани между реальностью и наваждением. Девушка обхватила голову руками, тщетно пытаясь защититься от миражей памяти. Вот только закрытые веки не могли спасти от видений. Мозаика образов мельтешила в разуме, и каждый осколок был концентрацией боли. Туман выманивал самое тайное, самое мучительное.

Сквозь сумасшедшую пляску воспоминаний прорвался взволнованный голос, окликнувший по имени. Мелейна сжалась, уже не веря в реальность происходящего. В темноте сомкнутых век пролетали вспышки-образы, врываясь в разум голосами прошлого. Слова наслаивались друг на друга, как шепоты призраков.

«А ведь совсем скоро Вы могли бы стать матерью».

«Она же всегда одна».

«Отныне нас ничего не связывает, верно?»

– Хватит! – Вырвалось криком отчаянья.

Мелейна почувствовала, как кто-то привлек ее к себе. Девушка вцепилась пальцами в ткань его одежды, будто в поисках опоры в этом сумасшедшем мире.

Сильные нежные руки обнимали Мелейну и гладили по волосам, словно испуганного ребенка. Образы продолжали наслаиваться друг на друга, но она чувствовала: эти объятья не позволят ей погрузиться в прошлое с головой.

– Не уходи, не оставляй меня… – Сбивчиво прошептала Мелейна.

– Все хорошо, – слова коснулись волос девушки, как легкий ветерок. – Не бойся, я рядом.

Голос разорвал наваждение. До этого мгновения разум был всецело погружен в туман эмоций. Теперь же они схлынули, и Мелейна ясно осознала происходящее. На девушку сразу навалилась неловкость, и она поспешила отстраниться. Казалось, взгляд отяжелел. Мелейна просто не могла себя заставить посмотреть на Сашу. Может, потому что заранее знала, что увидит в его глазах?

– Извини, я просто… – Сбивчиво начала девушка. – Не знаю, что на меня нашло… этот туман…

– Мел, перестань, – решительно перебил ее Саша. – Все в порядке.

– Нет, не в порядке! – В голосе Мелейны зазвучал страх. – Здесь творится что-то странное! Эти видения, и Сила… она иссякает. А перемещение не работает.

– Возможно, нужно вернуться в то место, куда мы изначально переместились? –Предположил Саша.

– Может, – согласилась девушка.

Мелейна начала вспоминать, что увидела, только-только вынырнув из тьмы перемещения. Те же деревья, та же белесая дымка. Помнится, там еще был ручей и мостик, а вдалеке беседка виднелась. Вот только в тщетной попытке вырваться из ловушки девушка уже утратила всякие ориентиры. Как теперь найти то место?

– Мы не так уж далеко, – сказал Саша.

– Хорошо, – кивнула Мелейна. – Значит, найдем остальных и…

– Нет, – внезапно оборвал он. – Любое промедление опасно: сама понимаешь, это место отнимает Силу.

Пару секунд Мелейна непонимающе смотрела на парня. Уж от кого, от кого, а от него она таких слов не ожидала! Нет, разумеется, ангелы демонов терпеть не могут, но… Саша ведь такой принципиальный и правильный, что порой аж противно! Наконец, первое удивление схлынуло, и девушка смогла возмущенно выдохнуть:

– Ты с ума сошел?.. А еще Слуга Света, называется! Мы не можем просто так уйти!

– Что? – Нахмурился Саша, а затем все-таки осознал услышанное. – Конечно, не можем! Я не о том…

Мелейна почувствовала, что окончательно запуталась, пытаясь проследить ход его мыслей. А еще что-то там о женской логике говорят. Вот мужская, да и к тому же ангельская, – это тот еще темный лес! В густом тумане, причем. Уходить не будем, но оставаться нельзя. Н-да уж.

Саша пристально посмотрел девушке в глаза:

– Просто я не хочу, чтобы ты рисковала.

– Ты это к чему? – Нахмурилась Мелейна.

Ой, что-то девушке этот разговор уже совсем не нравился! Такое ощущение, что ей сейчас опять предложат постоять в сторонке.

Интуиция не подвела.

– Я вот что предлагаю, – рассудительно начал Саша. – Вернемся на то место, и ты попробуешь переместиться. Если получится, будешь ждать… ну, допустим, в баре Отчаявшихся.

– Ты всерьез думаешь, что я смогу так?! – Удивленно возмутилась Мелейна. – Просто сидеть и ждать, сложа руки?!

Может, в старинных легендах девушки и вздыхали у окна башни, наблюдая за поединком рыцаря со злобным драконом. Вот только Мелейна в их ситуации, наверняка бы, связала веревку из простыней, выбралась через окошко и огрела злобного ящера… ну, хотя бы сковородкой или что там могло быть в наличии у прекрасной дамы.

– Мелейна, – терпеливо начал Саша, – пойми, здесь опасно…

– Я не маленькая, ясно? – Отрезала девушка. – Причем, уже много-много веков, как не маленькая. Так что как-нибудь сама разберусь, что мне делать! К тому же, Силы у меня явно побольше.

Мелейна со своим насыщенным демоническим прошлым и правда смогла бы протянуть здесь дольше. Однако в ее словах не было ни капли предусмотрительности – только желание уязвить. А нечего строить из себя принца на белом коне!

Саша, по обыкновению, обижаться не спешил:

– Послушай…

– Это не обсуждается, – перебила Мелейна.

– Ладно-ладно, как скажешь, – улыбнувшись, Саша поднял руки в примирительном жесте.

Из тумана продолжал сочиться тихий перезвон светло-розовых лепестков. В бескрайнем мареве чутко дремали кошмары, готовые в любой момент окутать разум. Вот только сейчас Мелейна почему-то чувствовала себя защищенной.

========== Глава 12. ==========

Одурманенная хваткой тумана, Танисса вновь и вновь оказывалась рядом с сестрой. Стоя на мосту, Слуга Тьмы видела, как девушка делает шаг навстречу пустоте… Видение обрывалось и повторялось раз за разом, как надоедливый кошмар. Танисса хотела броситься к сестре, но тело не слушалось. Крик бился в душе, однако не мог вырваться наружу.

Танисса ничего не могла сделать. Ведь на самом деле Женя была на мосту одна.

– Ты права, – вдруг раздался вкрадчивый мужской голос.

Видение рассеялось, как утренний снежок под теплыми лучами. Танисса обнаружила, что сидит на земле, сжавшись в комок отчаянья. Девушка подняла взгляд: перед ней стоял незнакомец. Его светлые одежды, напоминающие азиатский наряд, украшала темная вышивка в виде тонких изгибов ветвей. Белые волосы стекали по плечам и уходили куда-то в туман, растворяясь в нем кончиками прядей.

– Что?.. – Непонимающе переспросила Танисса.

Она все еще не решалась встать: казалось, любое движение может потревожить реальность, вернув наваждение. Да и незнакомец внушал неясный инстинктивный страх. Серые глаза мужчины напоминали о взгляде ловчей птицы: те же высокомерие и хищность.

– Понимаешь ли, – тон сочился снисхождением, – тебя там и правда не было. Это всего лишь мираж. То, о чем ты не сможешь забыть. Никогда. Так что может, и к лучшему, что твое «никогда» уже близко, – жестокая ухмылка изогнула губы.

Если незнакомец стремился запугать Таниссу еще больше, то у него получилось на все двести процентов. Девушка хотела было что-то сказать, но слова слиплись в комок ужаса. Однако, похоже, ее ответа никто и не ждал.

– Ты ведь уже чувствуешь, как внутри что-то гаснет? – Продолжил мужчина. – Видения отнимут всю твою Силу до последней капли, а без нее ты просто перестанешь существовать… Впрочем, есть и другой выход.

Незнакомец протянул ей руку. Взглянув на его тонкие пальцы, Танисса невольно вспомнила о случившемся пару недель назад. О том, как она приняла самое бесповоротное решение в своей жизни: согласилась на сделку с демоном, поддавшись на его угрозы. Стоило сказать короткое «да», как в разум ворвалась тьма. Придя в себя после заключения контракта, девушка даже не сразу поняла, что произошло. «Ты не уточнила сроки, когда именно отдашь душу, – спокойно объяснил Деймос. – Нужно быть осмотрительнее со сделками». А потом он протянул ей руку, чтобы увести в мир демонов.

Тогда она тоже боялась. Как и сейчас.

Вот только эти два страха отличались. Тот был каким-то противоречивым: он своеобразно завораживал и будоражил, пропитывая эмоции яркостью риска. Сейчас же Танисса ощущала только липкую боязнь, противно ноющую в душе.

Девушка опасливо вложила изящную ладонь в руку незнакомца и поднялась с земли, застеленной слоем светлых лепестков. Легкий ветер зацепил ветви деревьев, как хвост кометы, и по саду вновь растекся невесомый звон.

– Для тумана прошлое – открытая книга. Я вижу, что еще недавно твои глаза были голубыми, – незнакомец посмотрел на Таниссу так пристально, словно и правда заглянул в ее воспоминания. – Ну, и сколько же прошло с момента Выбора?

– Да не было Выбора, – помрачнела Танисса.

Он не стал расспрашивать о деталях. И к лучшему. Вспоминать о том вечере девушка не хотела. Все началось с благотворительной выставки, шелеста вечерних платьев, звона бокалов с медово-искрящимся шампанским… Раздавая знакомым фальшивые улыбки, голубоглазая гостья и не подозревала, что скоро ее жизнь изменится. Да и вовсе оборвется.

– И все же? – Мягко, но настойчиво, подтолкнул мужчина.

– Недели две. Может, три, – передернула плечами Танисса. – А что?

Странно… Раньше казалось, что тот вечер станет новой точкой отсчета в ее времяисчислении. Что-то вроде: четыре дня, пять часов и три минуты с того момента, как все пошло наперекосяк. А потом как-то забылось, и числа спутались в голове.

Незнакомец обидно рассмеялся:

– Ты даже месяца не провела в своем мире, а уже начала соваться в чужие! Да у тебя ведь Силы не хватит даже на четверть носителя!

– Носителя? – Нахмурилась Танисса.

Силы у нее и правда было немного. Подопечного у Таниссы пока не было, а с контрактами не складывалось. Так что единственным способом продолжать существование было смиряться с зависимостью от Деймоса.

Она ненавидела его всей душой: как оказалось, темной. Однако сейчас холодный расчет брал верх, и Таниссе хотелось, чтобы Деймос вдруг оказался рядом. Его невозмутимой уверенности в данный момент очень не хватало. Да и опыта тоже. Деймос точно придумал бы, как отсюда выбраться!

– А как ты думаешь, зачем туман отнимает Силу? – Вопрос незнакомца поставил Таниссу в тупик, но к счастью, ответа и не требовалось. – Я преобразую ее в носители. И поверь, они очень востребованы среди странников Межмирья.

Мужчина отошел к ближайшему дереву, и тонкие пальцы нежно скользнули по шероховатой коре, будто успокаивая цветущую ветвь.

– И что же вам не сидится в своих мирах? – Задумчиво спросил он. – Лезете, куда не просят, деревья пугаете…

Танисса молча сверлила взглядом его спину. Светлые волосы незнакомца действительно рассеивались к кончикам, не заканчиваясь, а превращаясь в невесомую дымку.

Если задуматься, как должен был выглядеть Туман, то именно так. Да и слишком уж по-хозяйски он себя вел. Теперь понятно, почему Пустота не захотела встречаться с ним лично!

Поежившись, Танисса обхватила себя руками. Страх мучительно скручивал душу. Вроде бы ничего такого и не происходило, но размеренная беседа с Туманом казалась просто затишьем перед бурей. И чего ожидать от этого любителя деревьев – девушка понятия не имела.

– Знаешь, – Туман повернулся к Таниссе, – от тебя ведь совсем не будет толку. Я готов тебя отпустить.

Повисла многозначительная пауза. И прежде, чем девушка подумала, что стоило бы придержать характер, с ее губ сорвалось:

– Но не просто так, да?

– Умная девочка, – улыбнулся-оскалился мужчина. – Туман выманивает самые сильные эмоции. Обычно это боль, страх, вина… Скучный набор, знаешь ли. Надоедает! Покажи мне другую сторону.

С каждой секундой у Таниссы крепло ощущение, что она беседует с обитателем психбольницы. Уж слишком безумными были эти светло-серые глаза. И кто его знает, на каком этапе тихие психи становятся буйными. Так что девушка решила Тумана не злить:

– Э-э-э… хорошо. Что мне делать?

Он подошел к ней – Танисса с трудом подавила желание сбежать. Она пыталась держать себя в руках, но чувствовала себя беспомощной зверушкой, окруженной гончими. Вероятно, выглядела точно так же: затравленный взгляд не спрятать. Туман усмехнулся, забавляясь ее страхом.

– Просто вспомни, зачем тебе нужно выбраться отсюда? – Вкрадчиво произнес мужчина.

Откровенничать с Туманом не хотелось, но выбора не было. Опустив взгляд, Танисса тихо начала:

– Ну, я хотела бы вернуть…

– Мне не нужны твои слова, – тут же прервал мужчина. – Они могут солгать. В отличии от чувств.

Танисса непонимающе на него посмотрела. Да чего он добивается?! Хочет отпустить – так пусть отпускает, а не играет, как кот с мышью! За свою жизнь Танисса привыкла сама использовать окружающих. Превращать каждого в ступеньку на пути к своей цели. Плести интриги с невинной улыбкой и открытым взглядом. Милой маске поверил даже демон, не распознав под ней темную душу.

Воспоминания испуганно затаились, как только Туман невесомо коснулся висков Таниссы. Девушка внутренне сжалась, безотрывно глядя в серую дымку его взгляда.

– Закрой глаза, – тихо приказал мужчина. – И подумай, что ждет тебя там, вне тумана.

Голос звучал завораживающе. Казалось, в нем мягко раскачивался маятник гипнотизера. Танисса даже не поняла: она закрыла глаза по своей воле или веки сами опустились, повинуясь словам мужчины. Даже страх немного притих, словно убаюканный.

Танисса честно попыталась сделать то, о чем ее попросил Туман. Вот только мысли оказались безрадостные. Что ждет вне тумана? Мир Слуг Тьмы, где Танисса – всего лишь беспомощная ученица. Путь к Возврату через опасности. В случае успеха: обычная жизнь, где путь к мечте нужно выгрызать у судьбы. А по вечерам, сбрасывая туфли на шпильках и – заодно – собственные маски, возвращаться в беспросветное одиночество.

Танисса разозлилась на себя. Да что ж такое? Она ведь не пессимистка! А тут тоска непроглядная получилась. Вряд ли это устроит Тумана.

– Ради чего тебе стоит вернуться? – Подтолкнул вкрадчивый голос. – К чему или кому твоя душа рвется так сильно, что мне стоит отпустить ее?

Танисса представила то, что обычно радовало. Вечеринки и фотосессии, магазины и свидания… Однако мысли получились искусственными, как улыбки на глянцевых обложках. На передний план помимо воли выбралось совершенно постороннее воспоминание.

Незнакомец на благотворительной выставке. «Подруги» Таниссы – змеиный клубок фальшивых улыбок – тогда в один голос начали щебетать о нем. А как иначе? Красивый, высокий, с завораживающей грацией уверенного хищника… да еще и богатый до одури, судя по купленным на аукционе картинам. Когда он заговорил с Таниссой, девушка даже растерялась.

За свою короткую и яркую, как вспышка фотоаппарата, карьеру она повидала немало мужчин – и привлекательных, и успешных. Тем не менее, в этот раз Танисса ощутила что-то незнакомое. Предчувствие шептало об опасности. И не ошибалось.

Собираясь утонуть в обычном одиноком вечере, девушка возвращалась в квартиру, зависшую над городом за стеклянными стенами небоскреба. В столице Танисса жила всего пару месяцев, но путь домой уже казался отточенной привычкой: войти в лифт, коснуться кнопки нужного этажа, устало прикрыть глаза.

Тем вечером девушка вдруг почувствовала пугающее присутствие. Оно обрушилось на нее, подобно холодной стене внезапного ливня, и по коже рассыпались мурашки. А потом… потом Танисса услышала голос – бархатистый, чарующий и абсолютно безжалостный. Обернувшись, она встретилась взглядом с тем самым незнакомцем. Только на этот раз его глаза оказались кроваво-красными.

Кто же мог подумать, что вскоре этот самый голос произнесет страшные слова: «Отныне ты – Слуга Тьмы»? А потом расскажет о чужом мире и новом существовании… И что именно он выдернет Таниссу из дурманного оцепенения бара Отчаявшихся.

Прикосновение Тумана соскользнуло с висков, и девушка осознала, что мысли опять ускакали куда-то не туда. Танисса испуганно посмотрела на светловолосого мужчину. Слова сорвались с ее губ сбивчивым потоком:

– Я… я попробую еще раз, вот сосредоточусь – и…

– Не стоит, – Туман жестом остановил Таниссу.

Ей предоставили шанс выбраться отсюда, а она так талантливо его закопала, еще и надгробие сверху прилепила! С букетиком гвоздик. Что ж, если раньше Таниссе по жизни везло, то с момента встречи с Деймосом явно началась черная полоса. Здравствуй, вселенское равновесие, ты совсем не вовремя.

– Пожалуйста, я сделаю все, как… – Танисса была готова умолять об еще одном шансе, но Туман не дал ей договорить.

– Я уже получил то, что нужно.

Его взгляд навеял ассоциацию с холеным сытым котярой. Девушка непонимающе посмотрела на Тумана, прокручивая в голове недавнюю мысленную цепочку. И что же там, интересно, оказалось подходящим?

Туман загадочно произнес:

– То, что зарождается в тебе, – достойный противовес всему тому, чем обычно питается туман.

– Зарождается? – Нахмурилась Танисса. – В смысле?

– От тумана не скрыть тайн. Не прячь их и от себя.

Глядя на его таинственную улыбку, Танисса пыталась распутать паутину намеков. Однако совершенно не могла понять, к чему клонит Туман. Да что такого она может прятать – да еще и от самой себя?!

Выдержав паузу, Туман заключил:

– Ты свободна, я отпускаю тебя.

Мужчина тут же повернулся к Таниссе спиной, собираясь скрыться в светлой дымке. Сгустившись вокруг его силуэта, белесое марево прильнуло к просторному одеянию и длинным волосам.

Возможно, следовало бы порадоваться и сбежать за тысячу миров отсюда. Вот только… Таниссе нужен был Возврат, а значит и осколок, хранящийся у Пустоты. Ради этого девушка была готова на все. Какую бы опасность не таила в себе эта фраза.

– Дело в том, что… – Нерешительно начала Танисса.

Пламя страха вроде бы притухло, но тлеющие угли опасения были готовы полыхнуть в любой момент.

– Что, Слуга Тьмы? – Обернулся Туман.

– Я не могу просто уйти, – Танисса боязливо взглянула в его зябко-дымные глаза. – Мы должны были отдать письмо…

– Письмо? – Со сдержанным интересом уточнил Туман.

Угрожать Таниссе он вроде не спешил, насылать кошмарные видения – тоже. Так что девушка осмелела, и ее тон стал спокойным и деловым:

– От Пустоты.

========== Глава 13. ==========

Стоило упомянуть Пустоту, как невозмутимость Тумана внезапно дала трещину. В светлых глазах вспыхнула неприязнь. К Таниссе или к Пустоте – осталось непонятным.

– Так почему же ты сразу не сказала?! – Тон мужчины, который раньше напоминал изящную каллиграфию, сейчас окрасился змеиным шипением.

Лепестки, окутывающие древесные ветви, поддержали недовольство хозяина – зазвенело громче, агрессивнее. Казалось, Танисса разозлила стайку зловредных фей, и теперь они начали продумывать план мести, перешептываясь хрустальными голосочками.

Въедливый звон напомнил о дурмане видений. Перед внутренним взором короткой вспышкой мелькнул мост и хрупкая фигурка Жени. Храбрость забилась в дальний уголок души Таниссы, решив отсидеться там до лучших времен. Девушка потупилась:

– Я как-то… не подумала.

Да и вообще, ей было не до письма! Сначала видения эти, потом Туман собственной персоной… В перерывах между оттенками страха Танисса думала о чем-угодно, но только не о злосчастном послании.

Тем временем девушку продолжал сверлить тяжелый взгляд. Пусть в глаза Туману она и не смотрела, но его недовольство ощущалось почти физически. Танисса предприняла еще одну попытку оправдаться:

– Да и письмо не у меня, а у Деймоса… ну, демона, с которым я сюда переместилась.

– Пойдем.

Туман решительно шагнул в седую мглу. Таниссе ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Девушка ожидала однообразный путь через туманный сад. Однако внезапный прохладный ветер завертелся, как охотящийся за своим хвостом пес. Вихрь розовых лепестков поднялся с земли, рассыпав звенящие переливы и сладковатый аромат.

Танисса удивленно осмотрелась. Лепестки вращались вокруг все быстрее и быстрее, не позволяя разглядеть расстилающийся за ними фон. Когда цветочный вихрь мягко опустился на землю, девушка поняла, что она и Туман находятся совершенно в другом месте.

Сквозь светлую пелену просвечивалась изящная арка-тоннель, оплетенная гроздьями ослепительно белоснежных цветов. Именно в ней Танисса увидела знакомый силуэт в черном. Деймос смотрел в пустоту. И говорил с ней же, словно обращаясь к незримому призраку. Его тон сочился насмешливым упреком:

– Выходит, такой брат, как я, тебе уже и не нужен? Порчу образ?

Мигом забыв о Тумане, Танисса бросилась в цветочную арку. Не то, чтобы она волновалась за Деймоса… хотя нет. Почему-то волновалась. Танисса подскочила к демону, но он не обратил на нее ни малейшего внимания. Взгляд кроваво-красных глаз по-прежнему был устремлен в пустоту. Девушка потянулась к его руке медленно, как героиня фильма ужасов к дверной ручке.

– Деймос… – Осторожно обратилась Танисса.

Он рывком перевел взгляд, но девушка сразу поняла: он смотрит не на нее. По крайней мере, раньше Танисса не видела в глазах демона этого беспросветного отчаянья. Да и вообще, Деймос никогда не выглядел таким уязвимым. Душа девушки болезненно сжалась. Танисса уже собралась было метнуться взглядом к Туману, потребовать, чтобы…

– Да как ты не понимаешь?! – Деймос схватил девушку за плечи. – Это же все было ради тебя!

Он взглянул на нее с пронизывающей искренностью, и в этот момент наваждение схлынуло. Непонимающе посмотрев на Таниссу, Деймос тут же выпустил ее из своей хватки.

– Прости, я… – Он отступил на шаг.

Казалось, видение выдернуло из его души прежнюю холодную силу. Осталась только сломленная оболочка.

– Надо же! – Насмешливо восхитилась Танисса. – Ты не извинялся даже, когда меня убил!

– Забрал душу, – хладнокровно поправил демон.

– А в чем разница?! – Возмутилась Танисса, уже начиная узнавать прежнего Деймоса.

– В том, что ты сама согласилась, – соизволил объяснить он.

У Таниссы от ярости даже слова разбежались. Напомнить бы ему, при каких обстоятельствах произошло это «согласие»! Сначала Деймос в качестве платы за ее душу предложил успех, богатство и исполнение всех желаний в придачу. Вот только, когда девушка отказалась, в ход пошли угрозы. Попав в их паутину, Танисса уже не смогла ответить «нет». Девушка побоялась, что демон способен разрушить жизнь… и лишилась ее.

Воспоминания забурлили в разуме темным водоворотом. Еще секунда – и Танисса вновь высказала бы Деймосу все, что о нем думает. Однако в этот момент вмешался голос, в котором разве что мурлыканья не хватало. Неторопливо направившись к своим «гостям», Туман произнес:

– Да уж, это того стоило.

Танисса метнула в него мрачный взгляд. Да он ведь просто наслаждается чужими страданиями! Насыщается причиненной болью, как вампир. Подтверждая мысли девушки, Туман хищно усмехнулся:

– Прошу прощения, не смог удержаться от небольшой иллюзии.

– А это еще кто? – Деймос посмотрел на него, и взгляды мужчин схлестнулись в безмолвном поединке.

– Полагаю, именно тот, кого вы ищете, – ответ был пропитан приторным ядом снисхождения. – Меня зовут Туман.

Не отводя от него тяжелого взгляда, Деймос материализовал в воздухе конверт. Тот проявился из разводов темноты, напоминающих чернила осьминога в воде. Привычным жестом демон уверенно протянул руку, и конверт мягко опустился в ладонь.

– Пустота просила передать, – Деймос небрежно протянул послание.

Упоминание Пустоты снова оказало тот же эффект: невозмутимость Тумана сразу покрылась зыбью. Он с нервным нетерпением выдернул письмо из пальцев Деймоса. Растерзав конверт, Туман суетливо развернул сложенный листок. Взгляд бегло скользнул по строчкам, и с губ сорвалось какое-то непонятное словечко. Вообще-то, после смерти душам становилось известно большинство языков. Однако Танисса значения не поняла – похоже, это ругательство было родом из слишком далекого мира.

– Ждите здесь, – рыкнул Туман.

Отвернувшись, он скрылся в стремительном вихре лепестков. Они растворились в порыве ветра, и Танисса перевела взгляд на Деймоса. Сейчас он был, как обычно, спокоен и уверен.

Вот только какие-то пять минут назад Танисса, казалось, видела его душу: пусть темную, но израненную болью. Наверно, девушке следовало бы позлорадствовать. Она его ненавидит или как? Да и Танисса же теперь демон, ей сочувствие не положено! Тем не менее, с губ невольно сорвалось:

– Что ты видел?

– Не имеет значения, – холодно ответил Деймос, отводя взгляд вдаль.

Конец арки-тоннеля был занавешен светлой пеленой. Туман пока что не возвращался. А значит, Танисса могла продолжить расспросы:

– Нет, ну, мне же интересно! За кого ты меня принял?

Деймос посмотрел на нее с пристальной задумчивостью. Читать мысли друг друга демоны не могли, но Танисса даже не сомневалась, о чем он размышляет. Сомневается: продолжить скрывать или рассказать, лишь бы она отцепилась? В конце концов, Деймос проронил скупо, как подачку нищему:

– Я видел сестру.

– У вас все сложно, да? – Танисса продолжила путь по тонкому льду откровенности.

– Почему же? – Усмехнулся Деймос. – Все очень просто. Она умерла, я отомстил за ее смерть и стал демоном. А ей это не понравилось.

– Она – ангел? – Осторожно уточнила Танисса.

– Нет, Слуга Книги. Просто высоко поднялась в своем мире, и брат-демон стал пятном на ее репутации, – объяснил Деймос и тут же равнодушно отмахнулся от воспоминаний. – Да ладно, неважно. Мне это безразлично.

Таниссе хотелось возразить. Сказать, что ни капли не верит его холодности, что видела все своими глазами. Вот только невысказанные слова застыли на губах. Может, Танисса и стала Слугой Тьмы, но получать удовольствие от чужой боли не научилась.

– Знаешь, – вздохнула девушка, – а я ведь тоже видела здесь сестру.

Меньше всего на свете Таниссе хотелось видеть в лице Деймоса родственную душу. Однако внутри сжималось что-то щемящее и пронзительное. Совсем не похожее на обычный жар ненависти.

========== Глава 14. ==========

В баре Отчаявшихся было всего несколько горсток посетителей. Так что шум, хоть и присутствовал на фоне, разговору особо не мешал. Мелейна посмотрела на Деймоса и Таниссу, сидящих по ту сторону стола. А что видели они в тумане? И вообще, были ли у них видения? Может, Мелейна оказалась единственной жертвой?

Девушка бросила короткий взгляд на Сашу. «Не оставляй меня», – эхом прозвучали в разуме собственные слова, и Мелейна невольно закусила губу в неловкости.

Пустота открыла деревянную шкатулку, которую Туман передал в качестве ответа на письмо. На черном бархате в несколько рядов лежали… бутоны. Свежие нежно-розовые цветы казались только что срезанными со стебельков.

– Мы рисковали из-за каких-то цветочков?! – Не выдержала Мелейна.

– Цветочков? – Рассмеялась Пустота. – Думаешь, это просто бутоны? Разве ты не чувствуешь?

Она подтолкнула шкатулку к Мелейне. Видать, предлагала все-таки почувствовать. Протянув руку, Мелейна осторожно коснулась одного из бутонов. На светлом цветке тут же вспыхнула алая паутина прожилок-сосудов. Они размеренно пульсировали, словно под тонкими лепестками прятались не тычинки, а маленькое сердечко. Мелейна завороженно прислушалась к ощущениям. От бутонов веяло Силой. Казалось, стоит немного потянуть эту энергию – и она легко скользнет в душу.

– Что это? – Мелейна на всякий случай отдернула руку, и алая пульсация на бутонах погасла.

Цветочки агрессивными не выглядели, но мало ли. Вдруг сейчас раскроют лепестки и цапнут зубастой пастью. Кто его знает, какие сюрпризы мог преподнести Туман.

– Носители Силы, что же еще. Они нужны нам для некоторых настоев, – пояснила Пустота, нежно погладив один из цветов. – Неужели ты никогда о них не слышала?

Мелейна растерянно взглянула на лежащие в шкатулке бутоны:

– Я просто не думала, что это… цветы.

– Странно, да? – Улыбнулась Пустота. – Ой, а знала бы ты еще, как Туман их выращивает! Там, вообще, жуть полная.

– Он, кстати, что-то говорил об этом, – присоединилась к разговору Танисса. – Мол, отнятая Сила преобразовывается в носители.

– Такое ощущение, что в Межмирье все только и делают, что охотятся за чужой Силой, – заметил Саша.

– Не все, но многие, – уклончиво ответила Пустота. – Энергия лишней не бывает.

Сказав это, она медленно повела пальцем по рядам бутонов, и ее губы шевельнулись в беззвучном шепоте. Когда Пустота подняла голову, во взгляде карих глаз проступило замешательство.

– Что-то не так? – Спокойно уточнил Деймос.

– Да нет, – передернула плечами Пустота. – Просто здесь два лишних. Наверно, Туман ошибся.

– Вполне возможно, – согласилась с ней Танисса. – Он был… взволнован.

Хитрая улыбка скользнула по губам Пустоты.

– А как иначе? Будет знать, как не возвращать долги! – Она беспечно отмахнулась.

Внутри Мелейны вскипело возмущение. Для этих сущностей Межмирья все, значит, весело! Вот только сама Пустота к должнику соваться не захотела: отправила их и даже ни о чем не предупредила. Мелейна уверенно выхватила из шкатулки лишние бутоны.

– Плата за риск, – отрезала она в ответ на непонимающий взгляд Пустоты.

– Не многовато ли за такую пустяковую услугу? – Та по-прежнему улыбалась, но во взгляде проявилось недовольство. – Знаешь, сколько стоят носители? А осколок – хоть и не нужен мне, но по сути своей бесценен…

– Именно поэтому ты направила нас к Туману? – Прервал ее Саша. – Надеялась, что не вернемся?

– Глупости! – Отмахнулась Пустота. – Я могла бы и сама вас уничтожить. Ладно, держите свой осколок! А мне работать нужно.

Выхватив из пустоты небольшой кулончик, девушка бросила его на стол. И тут же упорхнула со шкатулкой в руках. Только сейчас Мелейна заметила, что в проходе между столиками тенью застыла Бессонница – официантка с крыльями летучей мыши. Она заговорила с Пустотой, но, получив резкий ответ, поспешила уйти. Причем, выглядела Бессонница, как ребенок, боящийся попасть под горячую руку раздраженного родителя.

– Туман тоже нервничал, когда прочитал письмо, – Танисса проводила взглядом Бессонницу. – Почему все так боятся Пустоты?

– А ты как думаешь? – Усмехнулся Деймос.

Танисса задумчиво посмотрела на него, а затем понимающе качнула головой. Наблюдая за этим, Мелейна ощущала, как внутри снова пробуждается рычание ревности. Без слов они друг друга, значит, понимают!

Мелейна ясно почувствовала, что после встречи с Туманом многое изменилось. Казалось, девушка села в автобус, а затем пропустила остановку и оказалась в незнакомой части города. Вроде бы и дома такие же, и названия улиц слышала, но все равно что-то не то.

Танисса и Деймос больше не обменивались ледяными взглядами. Казалось, они в одно мгновение друг к другу притерпелись. А сама Мелейна все сильнее путалась в своих чувствах. Девушка метнула в Сашу короткий взгляд. Точнее, ее целенаправленно кое-кто путал.

– И зачем тебе носители? – Спросил Саша.

– Мне? Да не за чем! – Отмахнулась Мелейна. – Это я так, из вредности. А нечего отправлять, непонятно куда, не предупредив!

– Иногда ты ведешь себя, как ребенок, – обреченно бросил Деймос.

Мелейна бросила на него хмурый взгляд. С его безразличием она еще смирялась. Однако терпеть критику своих действий, да еще такую снисходительно-раздражающую, девушка не собиралась.

– Посмотрим, как вы заговорите, когда носители пригодятся! – Отрезала Мелейна и внезапно протянула бутоны ангелу. – Кстати, Саш, держи!

– Зачем мне?! – Удивился он.

«Затем, что я обидчивый и мстительный демон, вот зачем», – прокомментировала Мелейна про себя, но вслух произнесла:

– Затем, что у тебя не так уж много Силы. А я за тебя беспокоюсь.

Улыбнувшись Саше, она посмотрела на Деймоса. Мельком, словно бы невзначай. Тьма во взгляде демона ощутимо сгустилась, как воздух перед грозой. Неужто план удался? Неужели все-таки удалось пробудить ревность?

Чтобы не выдать себя, Мелейна опустила взгляд на кулон. К тонкой нити был прикреплен белоснежный камешек. На его поверхности сами собой вспыхивали и гасли крохотные серебристые искры. Несмотря на безобидный внешний вид, осколок излучал ощущение смутной опасности. Мелейна уже чувствовала подобное, когда Деймос показывал ей первый кулон.

– Этот осколок другой, – Мелейна задумчиво повертела его в руках.

– «Светлый», – пояснил Деймос.

– Что это значит? – Поинтересовался Саша как единственный представитель Света в их компании.

Деймос начал издалека, погрузив присутствующих в размеренный рассказ:

– Возврат – искажение пространства и времени, не имеющее аналогов. Он позволяет изменить прошлое и вернуть утраченное. Если бы к нему мог добраться каждый, то миры погрузились бы в хаос…

– А можно без лекций по устройству Вселенной? – Поторопил Саша.

– Так вот, – с максимальным терпением проигнорировал его слова Деймос, – именно поэтому путь к Возврату постарались максимально защитить…

– Кто постарался? – Любопытно уточнила Мелейна.

– А я откуда знаю? Главное, что все указатели-осколки – разные, – взгляд Деймоса скользнул к кулончику в руках Мелейны. – Воспользоваться каждым из них может только представитель определенной Дороги.

– И в чем защита? – Спросила Танисса.

– Представляешь, как сложно объединиться Слугам Тьмы и Света? – Деймос бросил выразительный взгляд на Сашу.

Танисса не ответила. Зато Саша промолчать не смог, мрачно бросив:

– Н-да уж, представляю.

– Тебя никто не держит, ангелочек, – тон Деймоса наполнило пренебрежение. – Скажи, куда ведет следующий осколок, и можешь катиться во все четыре мира! По правде говоря, я до сих пор не понимаю, что ты здесь делаешь.

Напряженность сгустилась предчувствием схватки. Оставалось надеяться, что только словесной.

– И не поймешь! Перед смертью Рита… – Саша скомкал уже рвущуюся наружу фразу. – В общем, это ее последнее желание.

– Преследовать меня и раздражать? – Усмехнулся Деймос. – Ничего не скажешь, коварная месть.

Саша подался вперед:

– Да Рита просто хотела защитить!..

– Это кого же? – С прохладным интересом спросил демон.

Саша посмотрел на Мелейну, взглядом спрашивая разрешения. Вздохнув, девушка призналась:

– Меня.

На пару секунд повисла тишина – тонкая и хрупкая, как осенняя паутинка. Мелейна заметила непонимающий взгляд Таниссы. Кажется, та совершенно запуталась в тонкостях взаимоотношений своего наставника и рыжеволосой Слуги Тьмы. Что ж, Мелейна прекрасно это понимала: она и сама порой не могла в них разобраться.

– Ты рассказывала ей о нашем разговоре? – Удивленно спросил Деймос.

– Я не говорила, каковы твои условия, если ты об этом. А так… да, Рита знала, что ты предложил отправиться в Межмирье.

– И что же? Она думала, я не способен тебя защитить? – Чувствуя подвох, спросил Деймос.

– Почему же? – Вклинился в разговор Саша. – В твоих способностях она не сомневалась. Всего лишь была уверена, что ты и пальцем не шевельнешь ради Мелейны. Впрочем, и ради кого-угодно другого тоже.

Деймос насмешливо уточнил:

– А потому Рита решила приставить к Мелейне телохранителя-ангелочка, у которого толком нет ни Силы, ни…

– Все, хватит! – Вмешалась Мелейна.

Взгляды Деймоса и Саши метнулись к девушке. Один был холоден и невозмутим, второй тут же наполнился мягким теплом. Деймос был льдом – он завораживал отстраненной красотой узоров, но тут же ранил прозрачными осколками. А Саша… иногда Мелейне казалось, что под его взглядом должны были распускаться цветы. По крайней мере, в ее темной душе порой раскрывали лепестки робкие бутоны. И почему же девушка продолжала упорно тянуться к обжигающему зимнему холоду?

– Между прочим, я хочу найти Возврат, – отрезала Мелейна, пытаясь отогнать непрошенные мысли. – Если вам нравится терять время, пожалуйста! Только без меня.

Она решительно протянула Саше белый осколок, предлагая наконец-то заняться делом. Их руки соприкоснулись, и время затаилось на пьяняще долгий миг. Саша посмотрел в глаза Мелейне, и она увидела в его взгляде то, что он никогда не произносил вслух. То, о чем говорил каждым поступком, жестом и прикосновением.

Тягучее волшебство момента рассыпалось, отрезвленное голосом Деймоса:

– Нужно направить в осколок немного Силы – это его активирует.

Мелейна отдернула руку, но на пальцах все равно осталась невесомая пыльца эмоций. «Ну, почему все так сложно?!» – Взвыли мысли. И дело было вовсе не в осколках и Возврате.

========== Глава 15. ==========

– У тебя-то Силы хватит? – Деймос смерил Сашу презрительным взглядом.

– Не волнуйся, – мрачно ответил ангел. – Рита успела сделать достаточно хорошего.

Это было правдой. Пока душа находится в теле человека, нельзя точно узнать, принадлежит она Тьме или Свету. Однако здесь все и так было понятно. Рита умела создавать маленькие добрые чудеса. Дарила знакомым уютные безделушки, улыбалась детям на улице, подходила к грустным людям в парке, влезала в любую подходящую благотворительность… Как часто Мелейна пыталась отговорить ее от всей этой ерунды – и всякий раз тщетно! Рита лучилась светлой энергией. Казалось, если бы девушка перестала ее выплескивать, то душа просто переполнилась бы и разлетелась на осколки.

– Ну, и каково же это было: соперничать с Мелейной? – В тоне Деймоса отчетливо прозвучала темная зыбкость двойного дна. – Она, должно быть, сильная противница.

Деймос посмотрел на Мелейну, и в его взгляде проступила обволакивающая кровавая тьма. Девушка не сомневалась: демон заметил Сашино отношение к ней, и это ему явно не понравилось.

Мелейна втолкнула в тон всю возможную легкомысленность:

– Ух ты! Настало время комплиментов?

– Комплиментами приукрашивают, – с легкой улыбкой ответил Деймос, – а ты действительно одна из лучших Слуг Тьмы, что я встречал.

«Одна из лучших», – подхватило эхо мыслей. И пусть Деймос говорил только о том, что Мелейна хорошо выполняет свою работу… Внутри все равно пламенем на ветру затрепетали эмоции. Девушка прекрасно знала, как эти чувства умеют обжигать, но ничего не могла с собой поделать. В такие моменты она превращалась в беспомощную лодочку на волнах эмоций.

– Серьезно, Мелейна, ты ведь в разы опытнее, – тем временем продолжал Деймос. – Как так могло получиться, что душа Риты осталась светлой?

– Поначалу за ней приглядывал другой Слуга Света, и опыта у него было не меньше, чем у меня. Да и Саша… – Мелейна почувствовала, как мысли растерянно спутываются. – Он неплохо справлялся, правда.

– Как для новичка, – колко уточнил Деймос.

– Зато ты, похоже, со всем прекрасно справляешься, – с иронией заметил Саша. – За какие-то пару месяцев превратил жизнь Риты в ад!

– О да, это он умеет, – слова Таниссы прозвучали так тихо, будто просто мысль отдалась в пространстве эхом.

Деймос не обратил на ученицу никакого внимания. Хотя он и пытался показать, что подобные перепалки с Сашей его мало заботят, но все же погружался в них с головой.

– В ад? Как же ангелы любят все эти громкие слова! – Деймос слегка поморщился, словно пафос причинял ему физический дискомфорт. – Между прочим, она и до этого жила не слишком хорошо. Или вечные бедность и одиночество – не в счет?

Мелейна ожидала, что Саша сейчас вспылит. Ну, или начнет изводить всех занудной философией. Однако он лишь сказал с обреченной горечью:

– Тогда она хотя бы не страдала.

Казалось, Саша просто устал доказывать и обвинять. А может, воспоминания о Рите задевали куда сильнее, чем насмешки демона?

– Послушай, да чего ты хочешь?! – Деймосу этот разговор явно надоел. – Рита была слабой, как и все остальные светлые душонки. За это и поплатилась! Не мои проблемы.

– Нет, Рита была сильной, – отрезал Саша. – Настолько сильной, что сумела на все закрыть глаза и поверить демону! А ты… ты просто разрушаешь тех, кто тебя любит!

В этот момент во взгляде Слуги Света проступило что-то, подозрительно напоминающее ненависть. Мелейна даже удивилась, что ангел способен на такое чувство. Обычно представители светлой Дороги подобное прятали очень глубоко – им же, считай, не положено. Ограничивались неприязнью или презрением, на худой конец. А здесь настоящая эмоция, чистая и мощная, как хлынувшая из раны кровь. С чего бы это? Злится, что Деймос причинил боль Рите?

Или не Рите?..

– Как я уже сказал, это не мои проблемы, – равнодушно пожал плечами Деймос.

Разговор зашел в тупик. Несколько секунд они еще изводили друг друга тяжелыми взглядами. А затем Саша, обреченно качнув головой, сжал в ладони осколок. Казалось, он сделал это только для того, чтобы закрыть глаза и не видеть ненавистного демона.

В чертах Сашиного лица проступила сосредоточенность, словно он напряженно вгляделся вдаль. Ожидание приглушило все звуки фона, и они осыпались ненужной шелухой. Осколок в руке парня засветился, и между пальцев пробились белые лучики.

– А эта Рита… какую она выбрала Дорогу? – Спросила Танисса, взглянув на Мелейну.

Было заметно, что для ученицы Деймоса это не пустое любопытство. В притворно-голубых глазах виднелся концентрированный интерес. Почему-то для Таниссы было важно знать, кем стала Рита после смерти.

– Да тихо ты, – шикнула на нее Мелейна. – Не мешай ему.

Отчасти девушка действительно беспокоилась о том, чтобы Танисса не отвлекла Сашу. Однако основная причина заключалась в другом. Мелейна не хотела признавать, что понятия не имеет, по каким мирам носит ее бывшую подопечную. Наваждение Тумана было всего лишь иллюзией, а потому дальнейшая судьба Риты до сих пор оставалась загадкой.

У Риты определенно была светлая душа, в крайнем случае – нейтральная. Первая могла открыть четыре Дороги, вторая позволила бы выбирать из пяти, то есть из всех возможных. Вот только Рита вряд ли воспользовалась бы пятой Дорогой – такие, как она, не становятся демонами. Выбери девушка Свет, Саша уже знал бы об этом: бывшая подопечная стала бы его ученицей. Слуга Книги? Вряд ли. Да и находясь в любом из миров Посмертия, Рита непременно дала бы о себе знать.

Выходит, остались две Дороги. Новая человеческая жизнь или Библиотека Душ, где можно навеки погрузиться в сон, укрывшись в книге своей судьбы. Что в том, что в другом случае – встреча невозможна.

Думая о бывшей подопечной, Мелейна не сводила взгляда с Сашиной руки, сжимающей осколок. Лучи ненавязчивого света, просачиваясь между пальцами парня, уходили в пространство.

Когда они погасли, Мелейна метнулась взглядом к лицу Саши. Открыв глаза, он с непривычки заморгал, словно его резко выбросило на берег реальности.

– Ну, что? – Нетерпеливо спросила Мелейна.

– Я видел какое-то странное место… – Саша задумчиво отложил осколок.

– Какое точное определение! – Язвительно заметил Деймос.

– Может, сам посмотришь? – В тон предложил Саша, подтолкнув к демону «светлый» осколок.

– Дейм, ну, правда, хватит уже! – Вмешалась Мелейна.

Стоило Деймосу и Саше оказаться в одной комнате, оба начинали вызывать желание чем-нибудь в них запустить. Нельзя, что ли, ненадолго отложить непримиримое соперничество светлых и темных сил?! Или дело не только в нем?

Деймос удивленно посмотрел на Мелейну. Девушка лишь отвела взгляд. Может, они и одного поля ягоды, но она не обязана всегда его поддерживать. Особенно, если кое-кто явно перегибает палку.

– Саш, ты же знаешь, – мягко начала Мелейна, игнорируя взгляд Деймоса, – чтобы мы смогли переместиться, нужен зрительный образ или направляющее слово…

Саша скользнул взглядом к осколку, словно что-то припоминая, а затем уверенно произнес:

– Сокровищница.

– Какая еще сокровищница? – Не поняла Танисса.

– Не знаю, но выглядела она… – Саша ненадолго задумался, пытаясь подобрать нужное определение. – В общем, довольно жутковато.

– Так и возвращайся в свой светлый мирок, – с наигранной доброжелательностью посоветовал Деймос. – Не за чем травмировать свою нежную ангельскую психику – еще нимб съедет!

– Я просто предупредил. И уж поверь мне, пойду до конца, куда бы не привели осколки!

Саша решительно поднялся со стула, будто собираясь сию же секунду отправиться в Сокровищницу – и неважно, вместе со спутниками или без них. Мелейна забрала со стола осколок: кто знает, может, еще понадобится.

– В этом нет никакого смысла, – вставая, обронил Деймос. – Так что можешь успокоить свое неугомонное чувство долга. Желай я навредить Мелейне, то давно бы это сделал. И никто не смог бы мне помешать. Особенно ты.

– Вам не кажется, что я все еще здесь? – Не выдержала Мелейна.

Хотя Деймос, как обычно, пытался уязвить Сашу, обиделась она сама. Помешать никто не смог бы, видите ли! Нет бы сказал, что никогда не причинит ей вреда и, вообще, забыл про те давние обиды… Подумаешь, Выбора она его лишила – невелика потеря! Ему, может, красные глаза очень даже идут.

– Да я просто не понимаю, зачем все это, – бросил Деймос.

«Всем этим», судя по жесту, являлся Саша.

– А может, мне тоже нужен Возврат? – Во взгляде ангела проступила непоколебимая уверенность.

Сказав это, Саша тут же направился к выходу. То ли спешил найти следующий осколок, то ли сбегал от возможных вопросов. Мелейне пришлось отложить любопытство до разговора наедине. Секреты, видите ли, нарисовались! Ну, ничего, девушка умела выманивать скелеты из чужих шкафов.

========== Глава 16. ==========

Мелейна ожидала, что Сокровищница окажется чем-то вроде подземелья, забитого всевозможными богатствами. В действительности же перемещение привело в пещеры. Пустые извилистые коридоры из темного камня ветвились и расходились в разные стороны.

Полумрак разбавляли огненные прожилки, которые плелись по стенам, словно диковинное растение. Они казались просвечивающейся сквозь трещины лавой. Мелейна протянула руку – от путанных нитей пламени исходило тепло.

– Ну, и где же этот твой осколок? – Деймос со злорадным торжеством посмотрел на Сашу.

Казалось, отсутствие следующего осколка ничуть не огорчило демона. Подумаешь, Возврат не найдут – зато поиздеваться можно!

– Я видел это место, – Саша заглянул в ближайший тоннель. – Хотя… здесь же все одинаковое.

– Может, был хоть какой-то ориентир? – Спросила Танисса с едва тлеющей надеждой в голосе.

Саша ненадолго задумался, словно еще раз перемотал и просмотрел воспоминание. А затем с сожалением качнул головой:

– Нет, я ничего такого не заметил.

– Так «нет» или «не заметил»? – Колко уточнил Деймос.

– А какие, по-твоему, здесь могут быть ориентиры? – Саша обвел недовольным жестом каменный коридор. – В видении был тоннель, он вел в грот, а там стояла шкатулка с осколком. Вот и все.

– И как нам ее найти? – Спросила Танисса.

Она пыталась не показывать своих эмоций, но в голубых глазах виднелась тревога. Похоже, после встречи с Туманом девушка наконец-таки осознала опасность Межмирья. Однако почему-то не сбежала обратно в миры Посмертия. Характер не позволяет? Или желание найти Возврат?

После Сашиных слов Мелейна начала догадываться, что у каждого из них – свои причины искать осколки. Что ж, ради собственной цели она была готова провести в этой Сокровищнице хоть сотню лет.

– Ничего страшного, – бодро ответила Мелейна. – Пещеры ведь не могут быть бесконечными! Разделимся и…

– Но здесь же, наверно, целый лабиринт! – Неуверенно возразила Танисса.

– А у нас – целая вечность, – улыбнулась Мелейна. – Куда-то спешишь?

Танисса лишь вздохнула. Видимо, смирилась с невеселой участью блуждания по пещерам.

– Мелейна права, – поддержал Саша, – другого выбора нет: придется просто разделиться и искать.

– Раз уж кое-кто не способен запомнить ориентир, – как будто невзначай, бросил Деймос.

– Это какой же? – С иронией уточнил Саша. – Выступающий камешек?

– Хоть бы и так, – невозмутимо ответил демон.

– Деймос, а этот осколок… – Танисса замялась, словно боясь, что колючее настроение демона коснется и ее.

Он перевел взгляд на ученицу, и Мелейна сразу заметила, как что-то изменилось. Судить о настроениях Деймоса было сложно, но казалось, в беспросветной холодной мгле вспыхнул огонек свечи. Пусть крохотный, пусть очень слабый, но все же излучающий тепло.

Душа Мелейны болезненно сжалась в ревности. Вот только сейчас она оказалась не обжигающей, как раньше, а щемяще обиженной, как у нелюбимого ребенка. Мелейне так захотелось оказаться на месте Таниссы! Получить эту робкую искорку, отогреть в ладонях, превратить в настоящее чувство.

– …Как он хоть выглядит? – Тем временем продолжала Танисса. – Как и остальные?

– Да, и ощущается точно так же, – с непривычно мягким терпением ответил Деймос. – Ты почувствуешь, что от него веет опасностью. А с виду обычный камешек – белый, черный или темно-зеленый.

– Темно-зеленый? – Танисса слегка нахмурилась.

Деймос кивнул:

– Да, если это окажется осколок Слуги Книги.

– И что мы будем делать в таком случае? – Поинтересовалась Мелейна. – Нам ведь понадобится Слуга Книги, чтобы понять, где искать дальше. Ты обратишься к…

– Нет, – холодная резкость тона рассекла вопрос.

– Смотрю, за два века так ничего не изменилось? – Тень сожаления легла на слова Мелейны.

Она не понимала его сестру. Нет, даже так: осуждала. Конечно, Деймос не был идеальным и много чего натворил, но все же… Он отдал жизнь и Выбор ради той, которая отвернулась от брата, стоило ему стать демоном.

– А никто ничего и не менял, – губы Деймоса дрогнули в горькой усмешке.

Взгляд Мелейны мельком коснулся Таниссы. На лице светловолосой Слуги Тьмы не было ни капли удивления или недоумения. Она понимала, о ком идет речь. А ведь Деймос никогда не открывал свои тайны кому попало. И то, что он доверился ученице до такой степени, говорило о многом.

***

Вздохнув, Танисса посмотрела на часы, предупреждающие о следующей Ночи. Время до нее еще оставалось, но минутная стрелка делала второй круг, а вокруг были все те же пещеры. Человеческое тело уже ощутило бы усталость. Однако Танисса только морально вымоталась из-за окружающего однообразия и густой тишины.

Несколько раз тоннели выводили в гроты. Обычно там на каменистом возвышении стояла какая-нибудь шкатулочка. Обрадовавшись, Танисса бросалась к ней, но внутри обнаруживалась всякая ерунда.

А еще в такие моменты в спину неизменно давил тяжелый взгляд. Казалось, за Таниссой следил невидимый страж. Ну, или просто у нее развивалась клаустрофобия.

Танисса понимала, что может в любой момент нырнуть в тьму перемещения, но запутанность пещерных коридоров все равно угнетала. Неровный свет, излучаемый огненными прожилками в камне, только сгущал тени и добавлял Сокровищнице мрачности. И почему это место назвали Сокровищницей, если здесь толком нет ничего ценного?

Погрузившись в свои мысли, Танисса не сразу заметила приглушенный голос, разбавивший тишину. Девушка уже почти завернула за очередной угол, но вдруг увидела странный силуэт. Танисса отпрянула. Каменистый выступ спрятал ее, позволив незаметно наблюдать.

Сущность с кем-то говорила, но изгиб пещеры не позволял увидеть собеседника. Что ж, Таниссе хватило и фигуры из камня, чтобы опасение сковало тело. Поверхность «статуи» покрывали огненные прожилки, которые казались паутиной сосудов. Существо можно было бы принять за своеобразную скульптуру или причудливое продолжение пещеры, если бы оно не двигалось. И не говорило, конечно.

– В Сокровищнице собрано столько всего, что никто и представить себе не может, – обращался каменный некто к собеседнику. – Кому-то нужно хранить все это. Для этого и существуем мы, духи Сокровищницы. Однако, понимаешь ли, за любое существование нужно платить. И сегодня мы хотим получить того, у кого больше всего Силы…

Сущность протянула каменистую руку, подавая кинжал с тонким лезвием. Смутные огненные блики блеснули на серебристом металле. Танисса слегка подалась вбок, пытаясь увидеть собеседника «статуи». Однако в этот момент дух Сокровищницы рывком, как голодный хищник, повернул голову. Светящиеся пламенем глаза метнули взгляд в сторону девушки. Танисса бросилась в первый попавшийся тоннель.

Тлеющие на стенах прожилки казались продолжением пугающего взгляда. Мерцая, их свечение подгоняло девушку. Паника металась в паутине лабиринта, как заблудившаяся стая летучих мышей. Наверно, точно так же отчаянно могло бы стучать сердце Таниссы. Вот только у Слуги Тьмы оно уже было неспособно биться.

***

Мелейна с досадой захлопнула шкатулку. Может, украшенный самоцветами кубок и представлял ценность для любителя антиквариата. Однако для нее он стал только очередным разочарованием.

За спиной раздались шаги. Обернувшись, Мелейна встретилась взглядом с Деймосом. В его глазах отблесками отражался неясный огненный свет, и темно-кровавый цвет казался еще более глубоким.

В этот момент полумрак грота с подрагивающими тенями невольно напомнил девушке комнату с камином. И как тогда, много лет назад, Мелейна и Деймос вновь оказались только вдвоем. Это осознание очаровало ее, как танец огня.

Когда Мелейна заговорила, голос невольно приглушился, словно она боялась разрушить этот момент:

– Здесь ничего нет, я уже проверила.

– Неважно. Мне нужно с тобой поговорить, – Деймос пристально посмотрел ей в глаза. – Наедине.

– Ну, что ж, заинтриговал, – неловко пошутила Мелейна. – У нас ведь тут почти свидание при свечах.

– Ты и этот ангел… что вас связывает? – Спросил Деймос. – Только не нужно говорить о Рите и ее просьбе, я не об этом.

– Да ничего не связывает, – Мелейна мягко улыбнулась. – Ни с ним, ни с кем-либо еще.

В последние дни рядом с Сашей в ее душу забирались непрошенные чувства. Однако сейчас они казались мимолетными и совсем не важными. Глядя на Деймоса, Мелейна отчаянно надеялась и одновременно боялась этой надежды.

– Знаешь, – его негромкий голос пропитала откровенность, – я только сейчас понял, что раньше мало задумывался о собственной судьбе…

– Демон-альтруист? – Усмехнулась Мелейна. – Это даже интересно.

Губы Деймоса на миг дрогнули в слабой ответной улыбке.

– Нет, я не об этом, – качнул головой демон. – Просто иногда любить кого-то слишком сильно – худшее, что можно для себя сделать.

– Ты говоришь о сестре? – Спросила Мелейна тихо-тихо, будто могла разрушить доверие слишком громким словом.

– А о ком же еще? Она – единственный человек, который был мне дорог. Я ведь всегда пытался защитить ее, уберечь… А толку?! – Деймос принялся мерить грот шагами, словно запертый в клетку зверь. – Она все равно приняла предложение этой сволочи, которая только и умела, что пить, изменять и проигрывать в карты…

– Твоя сестра ведь думала о семье, – мягко напомнила Мелейна. – Тогда же все ваше состояние было под угрозой, так?

– Лучше бы она о себе подумала! – Деймос метнул в девушку взгляд, полный настоявшейся за века утраты. – Это он убил ее, понимаешь? Не слабое здоровье, не северный климат, не очередные роды… Он! Увез и стал ее гибелью.

Откровенность обычно замкнутого и холодного Деймоса вызывала у Мелейны странные чувства. Будучи свидетельницей его боли, девушка чувствовала пронзительную печаль, но с другой стороны внутри тлело робкое тепло. Он открывает душу именно ей. Не Таниссе и не земной девчонке вроде Риты. Деймос доверяет Мелейне то, что с другими прячет под маской извечного равнодушия. Значит, считает ее особенной?

– Но мы ведь сделали все, что могли. Разве нет? – Девушка непонимающе посмотрела на Деймоса.

Они рука об руку прошли путь его мести, оставляя за собой след из смертей и страданий. Мелейна знала, что такие поступки погружают душу человека в непроглядную тьму. Знала, но не могла сказать себе: «Хватит». Ей нравилось продумывать вместе с Деймосом планы мести, воплощать их в жизнь и поднимать бокалы красного вина, празднуя чужое горе.

– Я не смог остановиться, понимаешь? – Слова демона казались обрывками истерзанной души. – Как будто истраченной на месть жизни оказалось недостаточно, как будто проданной души было мало!.. Я продолжил мстить. Без тебя.

– Но как?..

– Я решил, что превращу его вечность в ад, – во взгляде Деймоса проступила густая беспощадная ненависть. – После Выбора он стал Слугой Тьмы. И оказалось, что мстить демону гораздо сложнее, чем человеку. Именно тогда я связался с баром Отчаявшихся. Пустота и Разочарование согласились помочь, но у всего есть своя цена. Я покупал для него страдания за часть своей души. И уже не понимал, что захожу слишком далеко…

Замолчав, Деймос отвел взгляд. Однако Мелейна и так понимала, какое продолжение у этой истории. Ведь существовало лишь два способа уничтожить душу из миров Посмертия. Первый – отнять всю Силу до последней капли. А вот второй требовал нарушить целостность души.

В итоге, каждый, кто покупал эмоции бара Отчаявшихся, жертвовал своей вечностью. Рано или поздно, его ждало уничтожение. Окончательное. Душа просто рассеивалась в энергию, которая потом становилась материалом для новых судеб.

– Получается, ты ищешь Возврат не ради сестры? – Наполовину вопрос, наполовину обреченность.

Возврат может вернуть все, что угодно. Мелейна думала, что Деймос гонится за прошлым. А выходит, он борется за будущее.

– Я истратил слишком много и понял это, когда было уже поздно. Честно говоря, я даже не знаю, сколько осталось времени… до того, как душа окончательно рассеется, – после этих слов демон попытался скомкать сожаление, подменив его насмешкой. – Ну, что ж, хотя бы не буду мозолить глаза твоему ангелочку!

Больше всего на свете Мелейне сейчас захотелось просто обнять Деймоса. Прижаться к его сильному телу и ощутить, что он здесь, рядом. Девушка уже давно запретила себе плакать, но сейчас на глаза навернулись почти забытые слезы. Она шагнула к Деймосу, и сбивчивые слова вырвались потоком эмоций:

– Не говори так! Сколько бы ни осталось времени, мы успеем! Мы найдем Возврат!

Деймос привлек ее к себе, успокаивая. В этих объятьях было что-то отчаянное, прощальное. Казалось, они стояли на перроне – и поезд уже ждал. Мелейна прикрыла глаза, впитывая в себя каждую долю секунды.

– А ведь ты единственная, кому не все равно, – тихо произнес Деймос. – Единственная во всех мирах, кому я нужен.

Отстранившись, он пристально посмотрел Мелейне в глаза. Когда Деймос заговорил, его слова наполнились странной горьковатой искренностью.

– Мне даже жаль тебя, – он нежно коснулся щеки ничего не понимающей девушки. – Жаль, что все так.

Мелейна даже не успела осознать, что происходит. И уж тем более не успела что-либо предпринять. Когда доверяешь, сложно быть осторожной. Когда любишь, невозможно защититься.

Острая боль вонзилась в тело девушки, а в следующий миг Деймос уже высвободил кинжал. Пошатнувшись, Мелейна инстинктивно попыталась зажать рану. Конечно же, из нее не могла хлынуть кровь. Сквозь пальцы лишь просочились завитки черного дыма, стремительно тающие в полумраке.

Обычное оружие бессильно против посмертной оболочки. А то, которое способно навредить, можно найти лишь в Межмирье и то с большим трудом. Значит, Деймос хорошо подготовился.

– Духи Сокровищницы потребовали твою вечность в оплату, – без капли сожаления бросил он.

Сила Мелейны начала неумолимо таять, и по телу растеклось густое изнеможение. Пошатнувшись, девушка натолкнулась на возвышение, на котором стояла бесполезная шкатулка. Слабость подкосила колени, и Мелейна сползла на каменистый пол грота.

Деймос наблюдал за ней – совершенно безучастный, совершенно безжалостный. Наверно, так он смотрел на своих жертв-людей?

– Как ты можешь?.. – Мелейна с трудом узнала собственный голос, превратившийся в тихую тень.

– А разве не ты сделала меня таким? – Усмехнулся Деймос.

В его взгляде метались тени сомнений. Или это были просто отблески огненного света?

Отбросив прочь уже не нужный кинжал, Деймос направился к выходу из грота. Борясь с подбирающейся темнотой, Мелейна посмотрела ему вслед. Глупая искра надежды все еще тлела. Может, он сейчас обернется? Передумает? Не оставит погибать ту, которую еще минуту назад обнимал?..

Погибать.

Мелейна ведь уже умирала. Только вот на этот раз ей грозило окончательное исчезновение. И самое обидное: она приняла его от руки того, кого любила всей своей темной душой.

Деймос так и не обернулся. Просто скрылся в полутьме тоннеля. Ушел. Бросил. А чего она ждала? Крохотная искорка надежды беспомощно погасла, раздавленная жестокой реальностью.

Золотые ручейки огненных нитей сползли со стен, словно неторопливые змеи. Скользя по каменному полу, они начали подбираться к Мелейне. Однако забвение опередило их, наполнив тело тяжелым холодом. Слабость размыла мерцающий сумрак пещеры, и девушка обессиленно закрыла глаза.

========== Глава 17. ==========

Темно-серое море билось в штормовом ритме саксофонной музыки. Ее звуки – тревожные, надрывные, завораживающие – выманили Таниссу из особняка, и она спустилась по светлым ступеням каменного порога. Холодный ветер запутался в тонкой ткани голубого платья. Девушка зябко обхватила себя руками. По привычке.

Остановившись, Танисса не решалась подойти к Деймосу ближе. Он стоял у кромки воды, и набегающие волны порой окатывали водой его босые ноги. Ветер трепал расстегнутую рубашку, словно черный парус корабля-призрака. Глаза демона были закрыты, а пальцы скользили по изогнутому стану инструмента, вырывая из него крик мелодии.

«То есть можно создать любое место?» – Спросила Танисса еще тогда, в первые дни. Деймос подтвердил. Тогда она подумала, почему же его мир столь мрачен. Море ведь может быть изумрудно-ласковым, а берег – песчаным и уютным. И если есть возможность создать уютный дом, то зачем особняк, холодный и неживой, как статуя из белого камня?

Тогда это поразило Таниссу. Теперь она не удивлялась.

Музыка на миг притихла, и волны опали, затаившись серой гладью. А затем мелодия взорвалась новым витком – мир отозвался мощным порывом ветра. Море забилось, словно в агонии, и над водой закружилось несколько смерчей, извиваясь темными змеями. Водяная пыль оплела их серой дымкой.

Танисса завороженно наблюдала, чувствуя, как сильный ветер безжалостно треплет волосы. Она знала, что можно управлять своим клочком мира. Однако впервые увидела это своими глазами.

Раскаты финальных нот – и мелодия оборвалась. Деймос опустил инструмент, глядя вдаль, и саксофон растворился в завитках черного дыма. Постепенно столбы смерчей рассеялись, но море продолжило атаковать берег свирепыми волнами.

Танисса подошла к демону. Он бросил на нее короткий взгляд, а затем вновь вгляделся в серую линию горизонта. Карандашно-безликое небо нависало над беснующимся морем цвета мокрого асфальта.

– Жалеешь? – Тихо спросила Танисса.

Она чувствовала себя бумажным корабликом на волнах этого шторма. Беспомощная, потерянная, не видящая никаких ориентиров. На месте Мелейны могла оказаться сама Танисса. Тем не менее, не было сил даже на осуждение. А мечта о Возврате – единственном способе вернуть прежнюю жизнь – рассыпалась хрупким песчаным замком. Духи Сокровищницы и не собирались отдавать осколок. Сказали, что он внезапно исчез. Даже не потрудились придумать правдоподобную версию.

– Нет, – короткий ответ почти затерялся в шуме волн.

– И кого ты пытаешься обмануть? – Горьковато усмехнулась Танисса. – Меня или себя?

Деймос перевел на нее пристальный взгляд, полный винной тьмы. Ветер ерошил короткие волосы демона. По бледной коже стекали мелкие капли – холодные брызги моря, брошенные ветром в упрек.

– А знаешь, я понимаю, – сказала Танисса и продолжила в ответ на удивленный взгляд демона. – Когда идешь к своей цели, лучше уничтожить все, что мешает. Принципы, эмоции, чувства… А если искоренить не получается, то хотя бы запрятать подальше.

– И что же я, по-твоему, прячу? – Скептически усмехнулся Деймос.

Под колючим испытывающим взглядом не слишком хотелось отвечать, но отступать было уже некуда.

– Себя. Настоящего.

Деймос попытался прервать разговор насмешливым холодом:

– Да уж, похоже, психология – слишком сложная наука для модели. Пусть и бывшей.

Танисса не поддалась на провокацию. Слова Деймоса даже ничуть не задели. Разве можно обижаться на щит?

– Легче быть жестоким, чем уязвимым, да? – Она посмотрела демону в глаза, словно пытаясь заглянуть в глубину темной души. – Меня не получится обмануть. Я все видела.

– Ты об этом? – Небрежный жест в сторону моря. – Всего лишь шторм, не додумывай. Просто красиво, разве нет?

– В твоей музыке была боль, – твердо возразила Танисса. – А я умею слушать.

– Да чего ты хочешь? – Терпение у демона начало заканчиваться.

Вот только в его глазах Танисса увидела отголосок страха – страха доверия. Она подобралась слишком близко. Оказалась на самом краю бездны и не побоялась взглянуть в наполняющую ее тьму.

– Не я. Разве тебе самому не хочется перестать прятаться? Поверить хоть кому-то? Зачем вечность, если в ней нет эмоций?! – В последний вопрос помимо воли прорвались отчаянные ноты.

Пронизывающий ветер, казалось, пробрался в душу Таниссы. Девушка мысленно пообещала себе, что остановится, если Деймос и на этот раз отгородится насмешкой или пренебрежением. Танисса ведь и сама не понимала, зачем продолжает, зачем пытается пробить многовековой лед.

Еще пару дней назад она ненавидела безжалостного демона, разрушившего ее жизнь. А потом… потом, в аллее Тумана, девушка увидела совсем другого мужчину. Того, кто хранил в себе память о предательстве. Того, кто скрывал ото всех свою боль. Впрочем, возможно, Таниссу начало тянуть к нему и раньше. Пылающая внутри ненависть всегда была слишком многогранной.

Присев отдохнуть на скалистый берег, ветер сложил промокшие крылья. Шум моря стих до тихих шепотов волн. Протянув руку, Деймос поправил прядку растрепавшихся волос Таниссы. Его взгляд наполнила задумчивость.

– Кажется, теперь я понимаю, почему ошибся, – слова демона казались бархатом, обволакивающим разум. – Тьма и Свет сплетаются в тебе слишком причудливо. Ну, и зачем же тебе я настоящий?

В его взгляде сверкнули непривычные искорки. Похоже, Деймос прекрасно понял, что происходит в голове Таниссы, и начал вести очередную игру. В уголках губ демона поселилась легкая улыбка. И ради того, чтобы видеть ее снова и снова, девушка была готова на все. Даже произнести это вслух и продать душу во второй раз.

Вместо ответа Танисса коснулась губ Деймоса поцелуем с привкусом морской соли. Отстранилась, будто сама испугалась своих чувств.

– Ты забрал мою душу, помнишь?

Танисса посмотрела ему в глаза и – неожиданно для самой себя – увидела в них отголосок собственных эмоций. А через секунду Деймос уже привлек девушку к себе, впиваясь в ее губы поцелуем. Так, словно пытался заглушить этим все, что творилось в его душе.

Закрыв глаза, Танисса отдалась бушующему внутри шторму. Где-то на фоне шумели волны, безрассудными мотыльками бросаясь на скалистый берег.

Танисса и сама не поняла, на каком этапе мрак сомкнутых век сменился тьмой перемещения. Прикосновения Деймоса исчезли – всего на один короткий миг. А затем девушка открыла глаза в одной из спален особняка. Соленый ветер моря проникал в окна, невесомо лаская полупрозрачные черные ткани. Однако для Таниссы в этот момент не существовало ничего. Ни окружающего мира, ни утерянного Возврата, ни разбитых надежд. Только то пламя, которое она смогла пробудить среди льда.

========== Глава 18. ==========

Сквозь мучительную слабость забвения Мелейна услышала отзвук знакомого голоса. Раненная душа рванулась к нему навстречу, но девушка не смогла даже приподнять веки.

Холод пещеры пропитывал тело, затягивая в бездонную тьму. Казалось, Мелейна сама превращалась в камень. Почти ничего не чувствовала. Почти ничего не воспринимала. Только отголоски взволнованных слов.

Ладони коснулась прохладная нежность лепестков, и теплая рука накрыла пальцы Мелейны, заставляя сжать цветок. Тот сразу же вспыхнул жаром. Исцеляющая пульсация Силы хлынула в душу, вытягивая из забвения.

Мелейна с трудом приоткрыла глаза. Даже приглушенное освещение грота показалось слишком ярким, отозвавшись болью. Контуры, двоясь, наслаивались друг на друга. Лишь спустя несколько мгновений картинка реальности стала четкой, и Мелейна смогла увидеть лицо Саши. Его взгляд наполнял страх.

За нее?..

– Мелейна! – Парень пытался докричаться до ее затуманенного сознания. – Что случилось?

Рассказывать сил не было. Ни физических, ни уж тем более моральных.

В руке продолжала биться пульсирующая энергия, пытающаяся разжать ладонь. Мелейна опустила взгляд, раскрывая пальцы. В них тут же распустился освобожденный светло-розовый цветок. На его лепестках потихоньку блекла паутина красных сосудов. Носитель Силы отдал весь свой запас.

– Мел, на тебя напали? – Продолжал допытываться Саша.

На губах девушки невольно дрогнула горькая усмешка. Мелейна передернула плечами:

– Можно сказать и так.

Отдавший свою энергию носитель Силы вдруг начал быстро-быстро, словно в ускоренной съемке, увядать. Лепестки съежились, превращаясь в хрупкий гербарий. Пару мгновений – и цветочная пыль осыпалась на холодные камни.

– Ладно, – вздохнул Саша, не став мучить расспросами. – В любом случае нужно выбираться отсюда. Ты сможешь переместиться?

Саша помог Мелейне подняться, не сводя с нее взгляда, полного беспокойства. Он боялся причинить ей боль. Вечно переживал, всегда заботился. А она… от собственной глупости хотелось взвыть. Мелейна так часто говорила подопечной, что ту погубит доверчивость. И никогда не думала, что сама окажется слишком наивной.

– Сначала нужно найти осколок, – твердо возразила Мелейна.

Что бы ни было, прекращать поиски Возврата она не собиралась. Переболеть предательство можно и потом. Сейчас для Мелейны существовала только цель.

– Уже не нужно, – Саша с легкой улыбкой продемонстрировал кулон с темно-зеленым камнем.

– Ты нашел его! – Вспыхнула в душе минутная радость.

– Да, только вот… – Саша отвел взгляд. – Я не уверен, но кажется, здесь есть кто-то еще. И ему может не понравиться, что мы забрали осколок. Так что лучше здесь не задерживаться.

– А осколок все-таки «книжный», – Мелейне вспомнился недавний разговор с Деймосом. – Придется искать Слугу Книги.

Ее тон был неестественно ровным и деловым, как будто ничего и не случилось. Только во взгляде девушки виднелась опустошенность. Мелейна отстраненно провела рукой по зеленому полотну кардигана, направляя каплю Силы. Поврежденная лезвием ткань затянулась, словно быстро заросшая царапина.

Увы, нельзя было так же легко восстановить внутренний мир. Он разлетелся на мелкие осколки, которые собрать будет еще тяжелее, чем указатели на пути к Возврату.

– Может, все-таки расскажешь, что с тобой произошло? – Пристальный взгляд Саши ждал правды.

– Неважно, – Мелейна отрицательно качнула головой. – Просто… считай, Возврат мы теперь ищем только вдвоем.

Саша задумчиво посмотрел на девушку, пытаясь разобраться в происходящем. Наконец, догадки сложились в безрадостную картинку, и он прямо спросил:

– Деймос?

– Да-да, вы с Ритой были правы! – Насмешливо бросила Мелейна. – Можешь с чистой совестью начинать злорадствовать и поучать.

Втянуть Сашу в обмен колкостями не удалось. Взгляд парня – обычно лучащийся, как ясное небо, – внезапно помрачнел. Его пальцы зло сжались в кулаки.

– Как он мог?! Да я его…

Видеть Сашу таким было очень непривычно. Да, он ввязывался в бесконечные перепалки с Деймосом. Да, не мог простить ему смерть Риты. Да, не переносил его всей своей светлой душой. Однако до такого все же не доходило. Казалось, попадись демон Саше в эту минуту… словом, хорошо, что Деймоса здесь не было.

– Ты же ангел, вы ведь ни за кого не мстите! – Напомнила Мелейна.

– Будем считать это не местью, а справедливостью, – рыкнул Саша, прожигая пустоту ненавидящим взглядом.

«Один уже мстил, хватит с меня», – мелькнуло в мыслях Мелейны. И пусть Деймос жаждал возмездия не ради нее, этого опыта девушке вполне хватило. Месть слишком сильно ослепляет. А когда осознаешь это, оказывается, что точка невозврата уже пройдена.

– Саш! – Мелейна выдернула его из тумана ярости. – Не вздумай, ясно?

– Он чуть не уничтожил твою душу, а ты его защищаешь! – Удивился Саша.

Мелейна посмотрела парню в глаза, и в ее тон невольно пробралась горечь:

– Не его. Месть не приносит ничего хорошего, уж поверь мне. Даже справедливая.

Саша понимающе кивнул, но вопросов задавать не стал. Вместо этого его голос наполнился сожалением:

– Я должен был оказаться рядом!..

– Перестань, – недовольно отмахнулась Мелейна. – Только твоего обостренного чувства вины мне не хватало. Я сама виновата.

– В том, что он поступил, как последняя сволочь?!

– В том, что ему доверяла. И хватит об этом! Не знаю, как ты, а я хочу поскорее найти Возврат.

Отвернувшись, Мелейна направилась к выходу из грота. Переместиться можно было и отсюда. А вот сбежать от сочувствующего голоса, который манил на откровенность, – только так.

Мелейна не хотела ни о чем рассказывать: свежие воспоминания и так кололись острыми краями. Носитель Силы смог спасти раненную душу. Вот только разве хоть что-то во всех мирах было способно излечить ее до конца? В том самом, банально человеческом смысле.

– Мел… – Саша мягко опустил ладонь на ее плечо. – Необязательно всегда быть сильной.

– Обязательно, – обернувшись, Мелейна решительно взглянула парню в глаза. – Иначе слабостью воспользуются.

Саша покачал головой:

– Не все одинаковые.

Его мягкий тон пропитывал душу легким солнечным теплом. Ненавязчивым, приятным, нежным. Вот только Мелейна уже познала цену привязанности. И этого опыта ей оказалось вполне достаточно.

– Может быть, – не стала спорить девушка, – но проверять не горю желанием, уж извини.

Она прикрыла глаза, собираясь переместиться. Пропитанная Силой темнота подобралась уже совсем близко, когда сосредоточенность вдруг разорвал голос Саши:

– Подожди!

Мелейна недовольно посмотрела на парня:

– Ну, что еще?

– Ты слышишь? – Тихо произнес он.

Мелейна неохотно прислушалась. Ей хотелось бы поскорее уйти отсюда: стены грота давили на разум воспоминаниями. Однако по каменным коридорам действительно, словно призраки, блуждали звуки. Отголоски чужой боли – приглушенные, отдаленные. Если бы не акустика, они так и остались бы похороненными в каменных сплетениях.

Настороженно прислушиваясь, Саша двинулся на звук. Мелейна с обреченным вздохом последовала за парнем. Ей вполне хватало своих проблем, чтобы впутываться еще и в чужие. Вот только разве объяснишь это Слуге Света, у которого вечно зашкаливает альтруизм?

Каменный коридор извивался, приближая к источнику стона. Мерцая, огненные нити навевали мысли о глазах хищника в темноте. Мелейна не могла отделаться от ощущения, что за ней и Сашей следят. От этого желание убраться отсюда только крепло.

Тоннель вывел в очередной грот, позволяя увидеть светящийся силуэт. Нити со стен сплошным коконом оплетали тело, лежащее на каменном возвышении. Они прижимали его к своеобразному жертвеннику, словно пытались сделать частью пещер. Пленник уже терял последние силы, и вялые попытки высвободиться затихали.

Саша бросился к жертве пещер.

– Стой! – Мелейна ухватила парня за руку. – Мы ведь не знаем, что это…

Спасать еще и Сашу у нее настроения не было. А лезть, не подумав, явно было его жизненным принципом. То в Межмирье за ней увязался, то вот кидается на помощь непонятно кому.

– Рядом с тобой были такие же нити.

Мелейна вспомнила один из последних кадров перед темнотой забвения. Да, они действительно подползали к ней сверкающими змеями. Правда, коснуться так и не успели. Или все же успели, просто она уже была без сознания?

Встретившись с Сашей взглядом, Мелейна вдруг осознала, почему пытается его остановить. В тот же миг пальцы сами собой разжались, будто это понимание превратило ее тело в безвольную куклу. На самом деле девушка боялась не того, что поступок Саши повлечет за собой неприятности.

Мелейна беспокоилась за него самого. Кто-то же должен волноваться о светлых, если те сами о себе не думают? Они ведь такие: безрассудно отзывчивые, сумасбродно храбрые.

Склонившись над пленником, Саша начал разрывать огненные нити. Они расползались под его торопливыми движениями с недовольным змеиным шипением.

Подойдя, Мелейна молча присоединилась. Зарабатывать проблемы – так вместе! В ловушках в одиночку скучно.

Нити оказались горячими и колкими. Они кусали руки, словно тонкими разрядами тока. Мелейна старалась не обращать на это внимания, быстро разрывая светящиеся путы. Шипящий треск был единственным звуком, наполняющим грот. Пленник уже лишился сознания…

Точнее, пленница.

Когда большая часть нитей оказалась разорвана, оставшиеся сами расползлись, вновь впитавшись в камень. Мелейна уставилась на лицо девушки, и в разум невольно закралась мысль, что это просто иллюзия. Как тогда, у Тумана.

В мирах Посмертия было не так уж много газет да журналов. Однако в каждом втором издании мелькало это лицо. Правда, на глянцевых страницах смуглая кожа не отдавала болезненной бледностью, а на пухлых губах всегда сияла приветливая улыбка. Слишком жизнерадостная для своей Дороги, эта девушка выделялась из команды своей открытостью. Интервью, фотосессии и… путешествия по Межмирью?

Саша – ничуть не шокированный – торопливо материализовал второй носитель Силы. Розовый бутон, проявившись в лучах света, опустился в ладонь ангела. Парень торопливо вложил носитель в безвольную руку с тонкими пальцами.

Секунды срывались в тишину отрывисто, будто капли со сталактита. Ничего не происходило.

Саша метнулся взглядом к Мелейне, не понимая ее оцепенения.

– Ты хоть знаешь, кто это? – Прошептала она.

Прежде, чем он успел ответить, жертва Сокровищницы открыла глаза.

========== Глава 19. ==========

Поднявшись, девушка села на каменном возвышении, и волны темных волос поймали неясные отблески. Взгляд насыщенно-зеленых глаз непонимающе скользнул по гроту. Видимо, воспоминания возвращались к Слуге Книги постепенно, не все сразу.

– Как Вы здесь оказались? – Спросила Мелейна.

Саша бросил на нее удивленный взгляд. Вероятно, недоумевал, куда делось извечное посмертное «ты». Что ж, с теми, кто мог одним жестом заключить ее душу в Библиотеку, Мелейна предпочитала вести себя уважительно. Пусть даже чрезмерно и по-земному.

– Я… не помню, – Слуга Книги искренне растерялась. – Какие-то существа… похожие на статуи…

Мелейна вопросительно посмотрела на Сашу – тот пожал плечами. Значит, тоже не видел ничего подобного. Хотя чье-то же присутствие он ощущал? Может, это как раз и были «статуи»?

– Ну, в любом случае, сейчас их здесь нет, – Мелейна попыталась приободрить Слугу Книги.

– Сможете переместиться? – Участливо спросил Саша.

Слуга Книги прикрыла глаза, прислушиваясь к себе:

– Наверно…

– В таком случае, лучше поторопиться, – Мелейна взглянула на свои часы. – Скоро начнется Ночь.

Казалось, они только что покинули дом Часовщика. Однако в потоке событий время до следующей Ночи пролетело совершенно незаметно.

Слова Мелейны выдернули знаменитую Слугу Книги из растерянного оцепенения. Встав, она поправила удлиненный черный пиджачок. В реальности девушка оказалась совсем не высокой: глянцевый мир создал ложное впечатление. Однако в остальном Слуга Книги была такая же, как и на фото. Симпатичная, изящная. Даже обычная одежда – джинсы, футболка да пиджак – облегала ее фигурку, будто изысканный дизайнерский костюм.

Впрочем, красота была распространенным явлением в мирах Посмертия. Кто оставит себе посредственную внешность, если в его руках окажется Сила? Особенно столько Силы, как у этой Слуги Книги.

– А где вы собираетесь переждать Ночь? – Она уже вернула себе уверенный тон и легкую улыбку, которой всегда приправляла интервью.

Переглянувшись, Мелейна и Саша в безмолвном диалоге выяснили, что подобных планов пока что не строили.

– Если хотите, я могла бы организовать экскурсию по Библиотеке Душ, – предложила Слуга Книги.

Было заметно, что девушка делала это не из благодарности, а из желания покрасоваться. Лишний раз напомнить, кто она такая и что ей позволено.

– По Библиотеке Душ? – Изумленно посмотрел на нее Саша. – Разве это возможно?

В Библиотеку Душ допускали даже не каждую Слугу Книги. И правильно делали. Ведь именно там хранились судьбы и спящие души. А в самом сердце Библиотеки – та самая Книга, показывающая имена людей, которым вскоре суждено пройти через Выбор. В общем, слишком много важных вещей было собрано в одном здании, чтобы пускать в него посторонних.

– Существует очень мало вещей, невозможных для Библиотекарей, – Слуга Книги улыбнулась с ноткой снисхождения. – Ну, так как?

Мелейна на миг задумалась. Тратить время на бесполезные экскурсии не хотелось. Однако все равно ведь нужно было найти какую-нибудь Слугу Книги, которая поможет с осколком. Так может, седьмая из Библиотекарей согласится оказать услугу? В благодарность за спасение. Да и на Библиотеку Душ посмотреть было все же любопытно. Пока Мелейна взвешивала все за и против, Саша уже принял решение.

– С удовольствием! – Ответил он с каким-то странным энтузиазмом, а затем умерил пыл. – Если, конечно, это не создаст проблем.

Мелейна посмотрела на Сашу. Хотя он всем своим видом показывал, что не будет настаивать, во взгляде светилась уверенная целеустремленность. Девушке невольно вспомнилась брошенная им фраза: «А может, мне тоже нужен Возврат?» Саша явно что-то скрывал. И что же ему понадобилось в Библиотеке?

– Хорошо, тогда отправляйтесь вслед за мной, – довольно произнесла Слуга Книги. – Я позабочусь, чтобы вам разрешили перемещение в Библиотеку.

Сразу после этих слов она скрылась в зеленовато-болотном мареве перемещения. Мелейна и Саша остались одни. Если не считать, конечно, загадочных «статуй», которые по словам Слуги Книги бродили где-то в переплетениях пещер.

– Она – одна из Библиотекарей?! – Саша едва дождался, пока рассеется зеленоватая дымка.

– Ага, – кивнула Мелейна, уже растерявшая первое удивление. – Нана, седьмая из них. Последняя в команде.

– Вот почему она так долго держалась в сознании, – понял Саша. – У них ведь столько Силы…

Библиотекари были особыми Слугами Книгами. Самыми талантливыми, самыми умелыми, самыми-самыми. Они могли пленить душу из миров Посмертия, если та нарушила закон, и погрузить ее в вечный сон Библиотеки. А еще без них не обходилась ни одна крупная катастрофа человеческого мира. В случаях, когда нужно быстро извлечь сотни душ из тел, обычные Слуги Книги ни за что бы не справились. Оттого и Силы, как и работы, у Библиотекарей было в разы больше.

– Ну, да, – согласилась Мелейна, постепенно мрачнея. – Больше, наверно, только у Высшего совета.

Высший совет принимал решения насчет провинившихся душ Посмертия. Однако встреча с кем-то из них казалась совсем уж невероятным событием. Впрочем… до сегодняшнего дня Мелейна тоже не могла представить, что случайно столкнется с Библиотекарем. А в итоге что? Не только встретилась – даже спасла и получила персональное приглашение в хранилище судеб.

– Что-то не так? – Саша не оставил без внимания перемену настроения Мелейны. – Боишься Библиотекарей?

– Нет. Просто… недолюбливаю одну из них. Долгая история, – Мелейна отмахнулась от назревающих вопросов.

– Что ж, тогда будем надеяться, что не встретим ее, – ободряюще улыбнулся Саша.

Мелейна кивнула. Она никогда не встречалась с четвертой из Библиотекарей лично, но была о ней наслышана. Даже более, чем.

Незнакомка со старинного портрета выглядела несколько надменно, но в ее глазах темнела затаенная печаль. Даже с картины она смотрела осуждающе. И вряд ли обрадовалась бы, встретив Мелейну в реальности.

Отогнав эти мысли, девушка сосредоточилась на перемещении. Без особого разрешения оно должно было упереться в пустоту и вернуть обратно. Однако не прошло и нескольких секунд, как Мелейна оказалась внутри Библиотеки – возле самого входа, словно только что вошла в здание. Вслед за ней переместился и Саша.

Книжные шкафы тянулись удаляющимися рядами, почти сходясь в одной точке. Вдоль полок вились тонкие лозы, которые росли прямо из стеллажей. На них приглушенно светились золотистые цветы. Порой в проходе мелькали искорки света – крохотные птички со светящимися грудками. Потолка над шкафами не было. Стены уходили в ночное небо с россыпью звезд.

Из мягкого полумрака книжных стеллажей вышла Нана. Казалось, и не было нападения в пещерах Сокровищницы. Уверенная походка, привычная улыбка. Даже темно-каштановые волны волос спадали на плечи так, словно четвертая из Библиотекарей только что покинула салон красоты.

– Ну, с какого отдела начнем? – Спросила Слуга Книги. – К спящим душам и Книге я, конечно же, не имею права вас провести, но… все остальные дороги нам открыты.

– А можно… найти конкретную книгу судьбы? – Саша пристально посмотрел Нане в глаза.

Было видно, что это не простая прихоть или любопытство. Для Саши было действительно важно узнать о какой-то душе. Точнее, о ее прошлом и настоящем. Будущее Библиотека Душ, увы, сообщить не могла. В книгах проявлялись новые строки лишь, когда душа принимала то или иное судьбоносное решение.

– Вообще-то, показывать судьбы без специального разрешения… – Начала Нана крайне деловым тоном.

Саша понимающе кивнул, тут же погрустнев. Правила и законы для Слуг Света превыше всего. К счастью, он был единственным присутствующим ангелом.

– Видишь, Саш, на все разрешения! – Притворно возмутилась Мелейна. – А мы тут своевольничаем, спасаем кого ни попадя… без всяких разрешений.

Она и сама удивилась, что вмешалась. Ей-то самой не была нужна ничья книга судьбы. Так зачем сцепляться с Библиотекарем?

– Ладно, – Нана недовольно поджала губы. – В виде исключения.

Из прохода выпорхнула стайка проворных птиц-светляков. Едва слышно чирикая, они подлетели к Саше.

– Они проводят, – сказала Библиотекарь. – Просто подумай о нужной книге.

Саша напоследок посмотрел на Мелейну. Сомневался, можно ли ее оставлять наедине с Библиотекарем, что ли? Девушка слегка улыбнулась. Ничего с ней не станется, пусть идет за своими птичками. А замучить расспросами она еще успеет.

Саша последовал за птицами-светляками, и Мелейна осталась с Наной наедине.

– Надеюсь, хоть ты не собираешься нарушать правила? – Поинтересовалась Библиотекарь, провожая взглядом Сашу.

– Не-а, мне не за чем, – легко бросила Мелейна.

– Тогда пойдем, – Нана провела ее в один из проходов. – Здесь как раз хранятся судьбы Слуг Тьмы – таких, как ты.

На заплетенных лозами полках стояли черные книги с золотистыми названиями-именами. Однако они не слишком интересовали Мелейну. Первая неуверенность ушла. Взамен пожаловала наглость, так что девушка решила не терять время зря:

– А можно одну просьбу?

– Смотря какую, – осторожно ответила Нана, посмотрев на Слугу Тьмы.

– Дело в том, что мы… – Мелейна на миг замялась, подбирая подходящее определение для Саши. – Мы с моим другом ищем Возврат.

– Потому и оказались в Межмирье, – поняла Нана.

Мелейна пристально посмотрела на Библиотекаря. Во взгляде Наны внезапно проступила задумчивая напряженность. Видимо, Возврат был для нее не просто бессмысленным мифом.

– Неужели… – Потрясенно начала Мелейна.

Это что же, в мирах Посмертия каждая вторая душа ищет Возврат? Или уже каждая первая?

Нана непонимающе посмотрела на Мелейну. А затем догадалась, что к чему, и ответила на невысказанный вопрос:

– Нет, мне не нужен Возврат. Я оказалась в Межмирье по другой причине, – чтобы избежать расспросов, Библиотекарь тут же сменила тему. – Так какая у тебя просьба?

– У нас есть осколок, – прямо сказала Мелейна, – но воспользоваться им может только Слуга Книги.

Тон Наны наполнил хорошо завуалированный интерес:

– И вы хотите, чтобы ею стала я?

Мелейна уверенно кивнула. Она и так потеряла множество столетий, которые никто не сможет вернуть ни ей самой, ни ее дочери. А потому упускать лишнее время не собиралась.

– Что ж, допустим, я помогу тебе… Однако понимаешь ли, у всего есть своя цена, – многозначительная улыбка скользнула по губам Слуги Книги.

– И что я должна буду сделать?

– Просто отдать осколок. Тебе он все равно больше не понадобится. А я знаю кое-кого, кому просто необходим Возврат.

========== Глава 20. ==========

Птицы-светляки привели Сашу в тот ряд, где хранились судьбы живых людей. Книжные полки казались карандашным рисунком – на корешках виднелись различные оттенки серого. Реже из общей массы выделялись белоснежные или черные тома: светлые и темные души.

Птица подлетела к одной из белых книг, зажатой среди нейтральных соседок. Золотистые буквы на корешке сверкнули, освещенные желтой грудкой. Саша завороженно протянул руку к светлой судьбе.

Стайка птиц внезапно, бросившись в рассыпную, вспорхнула вверх. Лозы на верхних полках приняли испуганных проводников Библиотеки Душ, и уже там они начали переговариваться недовольным щебетом. Саша осмотрелся, пытаясь понять, что напугало птиц.

По проходу между шкафами бесшумно ступал рыжий котяра. Он шел с таким вальяжным видом, будто книжная обитель была его личными владениями. Морда у кота была под стать упитанному телу – с массивными, какими-то львиными чертами. А небольшие кисточки на ушах только подчеркивали дикий внешний вид.

Подойдя к гостю, кот поднял посмотрел на него взгляд с многозначительным прищуром: «Ну, почему до сих пор не гладишь?» А затем, на случай Сашиной непонятливости, вскользь потерся боком о его ноги.

Присев, Саша запустил пальцы в длинную шелковистую шерсть. Наглядная иллюстрация к понятию «наглая рыжая морда» довольно прикрыла глаза. Даже соизволила замурлыкать – правда, это больше напомнило приглушенное рычание. Саша невольно улыбнулся. Котов он любил, как и животных в целом.

– И как ты здесь оказался? – В искреннем замешательстве спросил парень.

Котяра ожидаемо промолчал. Зато прозвучал глубокий голос, отозвавшийся акустикой в пространстве Библиотеки:

– Ах, вот ты где! Снова встречаешь гостей?

Саша поднял взгляд, встретившись глазами с хранителем Библиотеки. Кто именно этот человек (точнее, не человек), стало понятно сразу же. Хотя внешне хозяин кота выглядел совершенно обычно. Седой мужчина в светлых брюках и вязанном свитере. В глазах – теплое капучино. Только и от взгляда, и от голоса веяло чем-то бездонным, как само время.

– Я – Гарион, хранитель Библиотеки, – подтверждая догадку, представился мужчина, а затем посмотрел на кота. – А это – Эмбер, и кажется, он считает, что Библиотека принадлежит ему.

Осознав, что нарушил правила Библиотеки, Саша подскочил и приготовился оправдываться. Врать он не умел и не любил, так что собирался рассказать правду. Только как сделать это лучше всего, чтобы хранитель понял его мотивы?

Словно прочитав мысли Саши, Гарион мягко улыбнулся:

– Я не сержусь, что ты здесь без разрешения.

– Я просто хотел узнать о судьбе своей подопечной, – Саша отвел взгляд, наполнившийся горечью. – Она недавно прошла через Выбор.

– Раз птицы привели тебя сюда, значит, она решила вернуться в мир людей и начать новую человеческую жизнь, – на всякий случай объяснил Гарион. – Так что теперь эта душа – подопечная другого ангела.

Подойдя к хозяину, кот напомнил о себе требовательным «мяу». Мужчина взял его на руки, и ладонь привычным движением скользнула по рыжей спине. Эмбер расслабленно сощурил янтарно-карие глаза, продолжая наблюдать за Сашей.

– Да это я уже понял, – вздохнул парень. – Просто я… я не могу отделаться от мысли, что сделал для нее недостаточно. Может, если бы на моем месте был кто-то другой, она не погибла бы.

– Я хорошо помню твою книгу, – Гарион посмотрел на него с какой-то отцовской нежностью. – Тебе все время кажется, что ты делаешь для других слишком мало. Наверно, это общая проблема всех светлых душ.

Саша пожал плечами:

– Может быть.

– Помнится, ты винил себя даже за собственную смерть.

Слова Гариона растревожили воспоминания, в последнее время притихшие в водовороте событий. Ночной звонок от брата: «Мама в больнице». Рычание мотоцикла. Огни города, размытые скоростью в сверкающие ленты. Машина, вынырнувшая из темноты, как хищный зверь…

После Выбора Саша первым делом отправился в больницу к матери. Неумолимые и строгие правила Посмертия запрещали контактировать с людьми из прежней жизни. Однако Саше и не нужны были разговоры. Достаточно было просто видеть, незримо присутствовать… и сотни раз винить себя за ту аварию, за свою смерть и слезы матери.

Вынырнув из омута памяти, Саша признал:

– Мне было жаль, что близкие страдают, хотя со мной все хорошо. Хотя почему «было»? Жаль до сих пор.

– Рано или поздно, люди привыкают к потере, – попытался приободрить его Гарион. – Нет, не забывают… просто смиряются.

– Знаю.

Саша до сих пор изредка наведывался домой. Жизнь там постепенно возвращалась в привычное русло. Однако в родных стенах все еще чувствовалась пустота. Холодная и гулкая. Ее нельзя ни с чем спутать. Одно дело, когда сын и брат уехал учиться в другой город, и совсем другое, когда он покинул мир живых.

– Один совет: поменьше вини себя, – сказал Гарион. – Твоя книга достойна радостных страниц.

– Постараюсь, – улыбнулся Саша.

– И раз уж ты здесь… все-таки загляни в судьбу той души, – загадочно улыбнулся хранитель Библиотеки. – Может быть, это даст тебе понять, что делать дальше.

Саша протянул руку к книге. Лозы со светящимися цветами посторонились, позволяя достать том, на корешке которого переливалось золотом имя. Незнакомое, как и новая жизнь Риты.

Белая обложка – светлая душа. Вполне естественно для того, кто переродился всего пару дней назад. Однако Саша не сомневался, что Рита и впредь сохранит этот свет.

Книга казалась совсем новой, впрочем, как и все остальные. Когда Саша открыл белую обложку судьбы, она даже слегка хрустнула, будто первый снег под ногами. От страниц приятно повеяло запахом свежих чернил и теплой бумаги.

Птицы-светляки, осторожно спустившись, зависли в воздухе рядом с Сашей. Их крылья трепетали совсем бесшумно. Свет птичьих перьев позволял прочитать рукописные строки, выведенные идеально ровным почерком. Такие строки не мог написать ни один человек, сколько бы часов он ни убил на каллиграфию. Эти буквы рождались сами по себе, будто начертанные самой Библиотекой.

Саша перелистнул несколько страниц, пробегая взглядом по не слишком полезной предыстории. А затем увидел то, что чуть не заставило выпустить книгу из рук.

Судьба Риты – точнее той, в кого она переродилась, – уже была предрешена. Никакое решение и никакое действие не смогло бы изменить что-либо. Главная Книга Библиотеки уже вынесла свой приговор, отразившийся на этих страницах.

Саша поднял взгляд, собираясь заговорить с Гарионом. Однако оказалось, что парень уже остался один в ряду человеческих судеб. Только птицы-светляки парили в воздухе.

Бережно поставив книгу обратно на полку, Саша невольно улыбнулся. Теперь он догадался, какой смысл Гарион вложил в свои последние таинственные слова.

А еще Саша понял, что у него появился шанс все исправить.

========== Глава 21. ==========

Мелейна даже думать не хотела, сколько Силы было затрачено на эту иллюзию. Видение окружило их полупрозрачным куполом, сквозь который слегка просвечивались шкафы Библиотеки.

Заснеженный лес. На первый взгляд, вполне обычный. Белое покрывало зимы под ногами, стройные стволы сосен с далекими зонтиками крон.

Только вот снегопад был ударом по логике. Вместо того, чтобы опускаться на сугробы, белые пушинки плавно поднимались от земли. Они парили в воздухе, медленно взлетая вверх.

А где-то вдалеке, между стволами деревьев, виднелось нечто странное. Казалось, там снег закручивался воронкой или…

Иллюзия оборвалась. Меж книжных шкафов больше не было сосновых призраков. А вместо улетающего ввысь снега остались только звезды далекого неба.

– Похоже, это был последний осколок, – вдруг сообщила Нана.

– В смысле? – Нахмурился Саша.

Мелейна тоже непонимающе уставилась на Библиотекаря.

– Поздравляю, – сказала Нана, – вы нашли, что искали.

Все еще не веря в происходящее, Мелейна спросила с затаенной надеждой:

– Это и есть Возврат?

– Получается, что так, – Слуга Книги сунула темно-зеленый кулон в карман пиджачка. – По крайней мере, когда я направила Силу в осколок, в моих мыслях появилось именно это слово.

Мелейна ликующе метнулась взглядом к Саше. Легкая улыбка на его губах выглядела слишком слабой реакцией. На миг девушке даже показалось, что во взгляде ангела промелькнула горечь. Однако Мелейна не стала на этом зацикливаться – ее переполнял восторг.

– Ты понимаешь?! Мы… мы нашли его!

– Да… – Саша с теплотой посмотрел на девушку. – Нашли.

«А говорил, что и ему самому нужен Возврат», – в мысли Мелейны проскользнуло непонимание. Впрочем, ее энтузиазма хватило на двоих.

– Значит, отправляемся сразу же, как закончится Ночь!

В их разговор вмешалась Нана:

– Что ж, удачи вам. Думаю, мне пора: нужно кое с кем поговорить.

Раздался удаляющийся стук каблучков – и Саша с Мелейной остались в проходе одни. Разумеется, не считая сотен судеб, таящихся на страницах книг. Молчание затянулось на несколько долгих мгновений. Парень и девушка просто смотрели друг на друга. Казалось, каждый хотел что-то сказать, но не знал, с чего начать.

– Мелейна… – Начал Саша тихо, словно боясь потревожить покой Библиотеки. – Что ты собираешься делать дальше?

– После того, как найду дочь? – Девушка пожала плечами. – Не знаю. Наверно, возьму нового подопечного. А ты? Что планируешь вернуть?

– А мне теперь не нужен Возврат.

– Ты хотел вернуть жизнь до Выбора, но передумал? – Предположила Мелейна.

Учитывая, что Саша совсем недавно стал ангелом, это было бы логично. По крайней мере, именно такая догадка посещала Мелейну, когда она думала, зачем парню Возврат.

– Да. Только вот не свою, – признался Саша. – Неважно… я не об этом.

– А о чем? – Спросила Мелейна, впервые видя его таким потерянным.

Парень шагнул к ней, и его взгляд пропитала пристальная задумчивость. В голосе проступила мрачность обреченных теней:

– Никогда не думала, какова вероятность, что две души из миров Посмертия однажды встретятся вновь?

– Думала, – Мелейна отвела взгляд. – Почти нулевая, но… бывает.

Душа неприятно заныла в память о свежей ране. Думала. Целых два столетия Мелейна задавалась одним-единственным вопросом. Мечтала только о том, чтобы снова посмотреть в кроваво-красные глаза, полные холода. Желание исполнилось – встреча состоялась. Вот только оказалось, что время ничего не меняет.

Тепло руки Саши стало спасением от мучительных мыслей. Ласковое прикосновение скользнуло по щеке Мелейны, и она прикрыла глаза. Не то пряча боль, не то наслаждаясь каплей нежности.

– Так может, тогда не стоит расставаться? – Спросил Саша и продолжил прежде, чем девушка успела спрятаться за сотней барьеров. – Ты ведь знаешь, что я не просто исполнял последнее желание Риты или искал осколки. Да, мне нужен был Возврат, но… не только он.

– Не нужно, – качнув головой, Мелейна отступила на шаг. – Не говори этого.

– Но почему?! – Саша посмотрел на девушку с искренним непониманием.

– А как ты себе это представляешь? Слуга Тьмы и ангел? – Грустная усмешка дрогнула в уголке ее губ.

– Все это неважно!

– Серьезно? – С иронией спросила Мелейна. – Будем встречаться по вечерам и обсуждать, как я ломаю судьбы своих подопечных? А если я снова займусь контрактами, что скажешь? Один защищает души, другая их уничтожает… замечательный подход! И через сколько ты меня возненавидишь? Ну, или я тебя, если попробуешь меня изменить.

– Да как ты не понимаешь, мне все равно! – Схватив Мелейну за плечи, Саша уверенно взглянул ей в глаза.

– Зато мне – нет, – отрезала девушка.

Сбросив его прикосновение, она направилась прочь мимо сотен книжных судеб. Ощущение преследующего взгляда не покидало Мелейну, пока она не скрылась в соседнем отделе. Там на полках стояли белоснежные тома с золотистыми буквами на корешках. Судьбы Слуг Света. Совсем рядом с отделом демонов, но все же… бесконечно далеко.

Мелейна протянула руку к книгам. Гибкая лоза с остролистыми светящимися цветами отодвинулась, позволяя дотронуться до корешков. Пальцы задумчиво скользнули по незнакомым именам.

Память вновь и вновь прокручивала слова Саши. «Все это неважно!» – Звучало эхом. Столько уверенности, столько порывистой решительности… Он был готов забыть обо всем на свете, лишь бы остаться с Мелейной. Увы, девушка не могла ответить тем же.

Мелейну тянуло к нему. К заботливому взгляду, мягкому теплу голоса, нежной легкости прикосновений. Отрицать и дальше было бы просто глупо. Вот только… Мелейна не хотела снова любить. Для чувств нужно слишком много доверия, а его у нее почти не осталось. Ни к кому.

***

Выйдя из главного зала Библиотеки Душ, Нана оказалась в небольшой гостиной. Густой плющ заплетал ее стены, и плетеные кресла казались мебелью в беседке. Среди листьев виднелись ярко-голубые искры светлячков. Они же, летая в воздухе, разбавляли полумрак.

Сидящая спиной ко входу девушка казалась просто частью интерьера. Безусловно, она заметила, что кто-то вошел. Однако не обратила никакого внимания. На столике остывал чай – отголосок его аромата сплетался с растительной свежестью.

– А у меня для тебя новость, – сообщила Нана.

Начинать разговор с Ён всегда было немного неловко. И даже не потому, что та старше и опытнее на два столетия. Просто замкнутый и отстраненный характер четвертой из Библиотекарей не располагал к болтовне. Еще не дай Книга, прервешь какие-нибудь важные раздумья.

– Новость? – Сдержанно поинтересовалась Ён, слегка повернув голову.

Каждый жест, каждая интонация этой Слуги Книги навевала ассоциацию с величественными приемами и старинными портретами. Нана не застала ту эпоху, но не сомневалась: Ён мало изменилась со времен земной жизни.

Расположившись в плетеном кресле напротив, Нана положила на стол кулон с темно-зеленым камнем. Рядом с Ён каждое собственное движение казалось неуклюжим. Ее изящная грация могла лишить уверенности любого. Даже, если ты привыкла блистать на обложках недосягаемым образцом успеха.

– Что это? – Ён взглянула на осколок.

Один из светлячков любопытно подлетел ближе, уронив отблеск на гладкость ее черных волос. Лицо с утонченными чертами при таком освещении стало особенно бледным, словно у вампира из человеческих фильмов. Такие завораживают своей холодностью, и понимаешь это слишком поздно, когда клыки уже вонзились в шею.

Нана улыбнулась, отгоняя непрошенную ассоциацию:

– А ты как думаешь?

Ён протянула руку – жест оказался плавным, как у танцовщицы.

– Неужели осколок? – Девушка подняла взгляд на коллегу.

В полумраке глаза Ён выглядели бездонно-черными. Хотя при обычном освещении они были глубокого зеленого цвета, как и у всех Слуг Книги.

– Я подумала, он тебе пригодится, – Нана многозначительно посмотрела на девушку.

– К чему ты клонишь, Нана? – Взгляд Ён стал испытывающим, словно проверял на решительность.

Вот только Нана не собиралась отступать. Ён была частью команды Библиотекарей. А в ней могли не понимать друг друга и даже осуждать, но не смели позволить себе безучастность. Слишком прочна многовековая связь – крепче любой родственной. Так что Нана уверенно начала:

– Ты постоянно следишь за его книгой и знаешь, что…

– Он приносит лишь зло и боль, – холодно прервала Ён. – Уничтожение его души защитит множество других судеб.

Девушка поднялась, хватаясь за маску величественного безразличия. Казалось, своими жестокими словами Библиотекарь старалась убедить саму себя. Каждый в команде знал историю Ён. А она всегда бежала от прошлого, пытаясь вычеркнуть всякое воспоминание… и напоминание.

Пораженная ее равнодушием, Нана вскочила:

– Но он же… Неужели ты не хочешь его спасти?!

Взгляд Ён наполнила задумчивость, и по губам скользнула легкая улыбка. Тонкие пальцы подхватили лежащий на столе осколок.

– Я этого не говорила.

========== Глава 22. ==========

Танисса всегда к чему-то стремилась. Бездумно, отчаянно, одержимо.

Сначала она хотела стать той самой девушкой с тысячами поклонников. Очаровывать всех одним лишь взглядом, влюблять простой улыбкой. Нежиться в лучах славы, как в теплой ванне с лепестками роз.

Ее сестра тоже не желала быть такой, как все. Вот только, как бы Женя ни старалась выбиться из обыденности, водоворот бедности и усталости затягивал обратно. А в его глубине таилась незнакомка в траурной вуали, оказавшаяся страшнее всех демонов мира. Депрессия – глубокая и безысходная.

В своих интернет-переписках Женя открывала друзьям страшную правду: жажда жизни в ней уже давно иссякла, оставив лишь гулкий колодец пустоты. Семья узнала об этом позже. Слишком поздно.

Именно тогда Танисса поняла, что так больше продолжаться не может. Теперь она должна была достичь успеха за двоих. И ей это удалось. Девушка добралась до вершины цели, проложив к ней дорогу из убитых чувств. Она не позволяла себе отвлекаться: ни на что, ни на кого.

Вот только Таниссе не суждено было долго наслаждаться славой и деньгами. Контракт с демоном лишил девушку прежней жизни, и она снова бросилась к цели, не замечая ничего вокруг. Только бы найти Возврат, только бы вернуть прошлое, только бы…

А сейчас все цели потеряли значение. Танисса больше не рвалась обратно, к прежней жизни. Ведь настоящее дало ей нечто большее, чем сверкающий холод популярности.

Черный атлас постели слегка холодил кожу. Невесомые занавески парили в воздухе, пропитанные ароматом моря. И нежась на плече Деймоса, Танисса впервые была просто счастлива: здесь и сейчас.

– Знаешь… а я ведь хотела найти Возврат, чтобы вновь стать человеком, – прошептала она.

Приподнявшись, Деймос нежно провел пальцами по ее щеке. Его взгляд обволакивал своей властностью.

– Знаю, но теперь я тебя никуда не отпущу.

– Придется терпеть друг друга целую вечность? – Рассмеялась Танисса.

Что-то мгновенно надломилось, словно хрустнул тонкий лед под неосторожным шагом. В глазах Деймоса проступил привычный холод. Отстранившись, демон тут же начал одеваться.

Танисса непонимающе посмотрела на него, не в силах понять эту внезапную перемену настроения. Однако девушка все же постаралась замаскировать неловкость улыбкой.

– Да ладно, это же всего лишь шутка, – промурлыкала Танисса, потянувшись к его руке. – Хотя лично я не имею ничего против.

Казалось, девушка пыталась набить словами образовавшуюся пропасть. Однако пустота оставалась такой же ноющей.

Ничего не сказав, Деймос направился к двери. Прижимая к груди одеяло, Танисса впилась в ткань пальцами, словно пытаясь удержать остатки самообладания. Минутное счастье оказалось растоптано и брошено в грязь. А сама девушка почувствовала себя униженной и совершенно беспомощной. Куклой, которой наигрались, а затем швырнули в шкаф, не заботясь о хрупком фарфоре.

Уже потянувшись к дверной ручке, Деймос остановился. Несколько секунд наполнились его внутренней борьбой – невидимой, но оттого не менее заметной. А затем прозвучали слова. Тяжелые и мрачные, словно камни руин. Деймос произнес их, не оборачиваясь, словно боялся взглянуть на Таниссу и потерять решимость.

– Ты слишком многого не знаешь. А я… я не хочу причинять тебе боль, – после этих слов демон, посмотрев на нее, усмехнулся. – Лучше уж видеть твою ненависть – к ней я хотя бы привык.

– Да о чем ты говоришь?!

В его взгляде сгустилась горечь, и в спокойный тон невольно пробилась обреченность:

– Пойми, Танисса, я не гожусь для твоей вечности.

Деймос посмотрел на девушку так пристально, словно хотел сказать нечто большее. Однако для нее эта фраза прозвучала пустой отговоркой.

Как только он скрылся за дверью, Танисса спрятала лицо в ладонях, и жгучие слезы рванулись наружу. Забредающий в комнату ветер едва заметно перебирал ее волосы, будто старался утешить. А ведь тело еще хранило эхо совсем других касаний. До чего же просто было ненавидеть! Любить оказалось куда больнее…

С трудом успокоившись, Танисса создала с помощью Силы платье – черное, как и ее настроение. Натянуть прежний нежно-воздушный наряд казалось немыслимым, уж слишком большой контраст с внутренним состоянием. Подойдя к зеркалу, девушка провела по волосам материализованной из воздуха расческой. Раньше Танисса старалась не тратить Силу зря. Сейчас же ей хотелось избавиться от всего, что связывало с Деймосом. Даже, если это была просто энергия.

В отражении стояла уверенная блондинка. И даже во взгляде не было отголосков слез: разве может выглядеть заплаканной Слуга Тьмы, чья Сила полностью контролирует облик?

Вдруг послышался отзвук незнакомого женского голоса. Он прокрался откуда-то снизу, подхваченный акустикой холла на первом этаже. За проведенные в особняке недели Танисса поняла, что гостей у Деймоса не бывает. Так что этот голос показался призрачной иллюзией.

Девушка замерла, держа в руках расческу. А затем решительно двинулась к двери. Она все равно собиралась уходить. Так почему бы не сделать это сейчас, демонстративно помешав?

Холл объединял оба этажа, окаймленный на втором узким кружевом балконов. Чем ближе подходила к ним Танисса, тем эмоциональнее становился голос незнакомки. Он закручивался темным омутом, вбирая в себя все больше громкости.

– Да, я волнуюсь за тебя! – В словах вибрировало недовольство. – Ты это хотел услышать? Доволен?! Чтобы там ни было, мне не все равно!

– С каких это пор, интересно? – Со злой насмешкой уточнил Деймос.

Выйдя на балкон, Танисса остановилась у белых каменных перил. Однако ее никто не заметил. Деймос казался средоточием напряженности. Впрочем, как и его собеседница. Высокая и стройная, она была одета в темный брючный костюм. Казалось, девушка на минутку отлучилась из офиса, чтобы заглянуть в особняк другого мира.

– Можешь ненавидеть меня сколько угодно, – твердо произнесла она, и холодный тон внезапно сорвался в тихую просьбу, – но… прими мою помощь.

«Даже говорят одинаково! – Ревниво подумала Танисса. – Что они заладили про эту свою ненависть?!»

Мысли девушки внезапно смолкли, пронзенные бессловесной догадкой. Танисса присмотрелась к незнакомке. Сходство не заканчивалось на льдисто-безразличных интонациях.

На длинных черных волосах гостьи лежал блеск, словно на шерсти хищной пантеры. А черты бледного лица казались нереалистично правильными, будто срисованными со старинного портрета. И даже отсюда, со второго этажа, было видно, что смотрят Деймос и незнакомка совершенно одинаково. Они оба пытались сказать взглядами гораздо больше, чем могли бы произнести вслух.

– Ненавидеть тебя? – Горько усмехнулся Деймос. – Ты всерьез думаешь, что у меня получилось бы?

Гостья не ответила, опустив взгляд. Взяв демона за руку, девушка что-то вложила в его ладонь, а затем накрыла ее своей.

– Возьми. Знаю, гордость у нас – семейное, но… вечность все же дороже.

Девушка тут же отвернулась, направляясь к выходу. Казалось, она боялась провести в обществе Деймоса лишнюю секунду.

– Уже сбегаешь? – Слова демона остановили ее. – И когда же мы увидимся вновь? Когда я снова окажусь на грани уничтожения?

Танисса непонимающе нахмурилась. «Какое уничтожение? – Озадаченно споткнулись мысли. – О чем он говорит?»

– У Библиотекарей не так уж много свободного времени, – не оборачиваясь, незнакомка невозмутимо пожала плечами.

– Ты никогда не умела врать, – покачал головой Деймос. – По крайней мере, мне.

Девушка резко повернулась к нему. Даже на расстоянии Танисса ощутила исходящие от нее молнии вызова.

– Хочешь знать правду? Хорошо! Мне больно видеть, в кого ты превратился! – Взяв себя в руки, она многозначительно подняла взгляд на Таниссу, замершую на втором этаже. – Да и похоже, ты и без меня тут неплохо проводишь время.

Деймос удивленно взглянул на Таниссу. Видимо, действительно не заметил ее присутствия раньше, будучи всецело погруженным в разговор. Тем временем гостья воспользовалась промедлением демона и выскользнула за дверь.

Танисса начала медленно спускаться по лестнице, которая ветвилась надвое, как ступени сказочного дворца. Вот только, в отличии от волшебных историй, этот замок был обделен что белым конем, что принцем. В наличии имелось только чудовище – и красивая внешность не могла отменить его сущности.

– Я знаю, где находится Возврат, – сказал Деймос, взглянув на девушку.

Танисса безразлично передернула плечами, сухо бросив:

– Поздравляю.

– Выходит, он тебе уже не нужен? – Холодно уточнил Деймос.

Неужели он ждет, что она сейчас обо всем забудет, лишь бы найти Возврат?! Да и к тому же… теперь Танисса не знала, так ли нужно ей возвращение к прежней жизни. Она запуталась. Окончательно.

– А тебе какая разница? – Танисса старалась выглядеть невозмутимой, но обида все равно прорвалась в тон. – Тебе ведь на всех наплевать, разве нет?

– Танисса, ты не понимаешь… – Начал Деймос.

– Да нет, понимаю! – Оборвала девушка. – Для тебя ведь все – просто марионетки! Захотел – поиграл с чужими чувствами, захотел – и вовсе бросил в Межмирье! Изначально ведь на месте Мелейны должна была оказаться я, да?

А ведь еще в начале пути, в разговоре с Пустотой, Деймос четко обозначил свое отношение. Он прямо сказал, что предаст, не задумываясь. Вот только предательство – не всегда подсыпанный яд или вонзенный нож. Иногда это просто безразличие.

По обыкновению, ответ Деймоса оказался до бессовестного честным:

– Да.

– Ну, вот видишь, все я понимаю, – улыбнулась Танисса сквозь боль, пронзившую душу.

На глаза девушки навернулись слезы, и она поспешила к выходу. Ладонь уверенно легла на холодную ручку, и Танисса начала открывать дверь. Внезапный порыв мощного ветра толкнул ее обратно. Девушка попробовала снова, но на этот раз дверь даже не поддалась.

– Ты не уйдешь, – властный голос прозвучал близко-близко.

Танисса повернулась к Деймосу, подошедшему к ней бесшумно, словно хищник. И взгляд у демона был соответствующий. Обычно ледяная кровавая глубина наполнилась чем-то неуправляемым. Темный водоворот эмоций. Танисса почувствовала, что и ее начинает затягивать в эту безжалостную воронку.

– Ты нормальный?! – Запоздало возмутилась девушка. – И вообще-то, я вполне могу переместиться отсюда!

– Можешь, – не стал спорить Деймос, – но не сделаешь этого. Пока не выслушаешь.

Танисса ощущала спиной твердое дерево двери, но чувствовала себя загнанной в тупик вовсе не из-за этого. Да, Деймос и правда воспринимал окружающих как марионеток. И был умелым кукловодом, с легкостью находя слабые места. А Таниссе как раз больше всего на свете хотелось услышать объяснения. И простить. За разрушенную и оборванную жизнь, за холодность и эгоизм… простить и остаться. Ведь сейчас, в пьянящей близости от Деймоса, Танисса начинала задумываться, что Возврат ей и не нужен.

Пристально глядя в глаза девушке, Деймос начал рассказ, пропитанный безжалостной честностью:

– Когда я увидел тебя впервые, то решил, что ты – просто очередная девчонка, которая гонится за популярностью и богатством. Не светлая, не темная, просто глупая. Знаешь, мне даже не было тебя жаль. Я собирался поглотить твою душу и забыть об этом…

– Только вот не получилось, да?! – Зло перебила Танисса. – И пришлось носиться с новоявленной Слугой Тьмы?

– Пришлось. А я привык из всего извлекать выгоду, – без тени раскаянья сказал Деймос. – Ты права, сначала я воспринимал тебя как марионетку. Даже там, в Сокровищнице… если бы за осколок потребовали твое существование, я заплатил бы эту цену.

– Зачем ты говоришь мне это?!

Танисса почувствовала, как на глаза вновь наворачиваются предательские слезы. Деймос, протянув руку, скользнул пальцами по ее щеке. Нежное прикосновение отозвалось в душе девушки болью.

– Затем, что я жалел бы об этом до конца вечности. Что-то изменилось, Танисса. Во мне. Я был готов оттолкнуть тебя, лишь бы защитить от боли… Помнишь, что я рассказывал о цельности души?

– Да, – девушка даже немного растерялась. – Если нарушить ее, душа постепенно разрушается, вплоть до окончательного… уничтожения.

Подслушанный разговор отозвался в памяти Таниссы зловещим эхом. «И когда же мы увидимся вновь? – Спрашивал Деймос у той девушки. – Когда я снова окажусь на грани уничтожения?» Кусочки паззла сложились воедино, безжалостно вырисовав цельную картину. Танисса посмотрела на демона в недоверчивом ужасе.

– Ты все слышала, – подытожил Деймос, видя ее реакцию. – Без Возврата у меня оставалось совсем немного времени. Раньше я провел бы его, не думая ни о чем и наслаждаясь каждым мгновением, но… ты и так достаточно потеряла. А я не мог предложить тебе счастливую вечность.

Откровенность перетекла в тяжелую тишину. Деймос смотрел Таниссе в глаза – ждал ответной искренности? Однако девушке было нечего сказать. Даже тысяча чужих оправданий порой слабее одной собственной обиды. Танисса понимала Деймоса, но не могла заставить себя вновь довериться.

Он разочарованно отступил на шаг, и девушка почти физически почувствовала барьер холода, внезапно возникший между ними. Когда Деймос вновь заговорил, его голос лишился прежней обволакивающей вкрадчивости. Сплошная деловая отчужденность, словно они просто обсуждали выгодную сделку.

– Моя сестра нашла следующий осколок, и он оказался предназначен как раз для Слуги Книги. Она смогла показать мне Возврат, так что переместиться не составит труда.

– Что ж, надеюсь, он и правда может вернуть прошлое, – Танисса отвела взгляд в попытке спрятать истинные эмоции.

– Ты все-таки хочешь вернуться? – Нотка разочарования скользнула в уверенный тон.

Хотела бы Танисса знать ответ на этот вопрос. Она разрывалась между прошлым и настоящим. Каждое причиняло боль, каждое по-своему влекло.

Соврать вслух Танисса не смогла. Просто кивнула, чувствуя себя последней предательницей. Деймос впервые заговорил с ней о чувствах. Возможно, и вовсе – в первый раз за долгое время хоть кому-то открылся. А она… она просто боялась очередной боли.

========== Глава 23. ==========

Тьма перемещения схлынула.

Зимний свет, отраженный снегом, с непривычки казался слишком ярким. Стволы сосен в контрасте выглядели черными столбами. Мелейна подняла взгляд к небу. С виду оно было совершенно земным: светло-серым с равномерной пеленой туч.

Выходит, Возврат находился не в Межмирье? Там ведь никогда не могло наступить утро. На мгновение душу сжала тревога от осознания, что перемещение забросило куда-то далеко-далеко, в незнакомый мир. Однако Мелейна взяла себя в руки. Поздновато бояться.

Девушка осмотрелась. Она направлялась к Возврату вместе с Сашей, но его нигде не было видно. Видимо, перемещение привело их в разные части леса.

Мелейна протянула руку. Одна из снежинок, поднимающихся от земли, ткнулась в ладонь и тут же превратилась в холодную капельку. Остальные же продолжили путь в серое зимнее небо. Откуда брался снег на земле – оставалось непонятным. Впрочем, давно пора было привыкнуть: чужие миры умеют плести паутину загадок.

Между стволов деревьев виднелась бесконечность, сплетенная из снегопада и рядов деревьев. «И куда идти?» – В замешательстве подумала Мелейна, посильнее кутаясь в кардиган. Не столько от холода, сколько от зябкости ситуации.

В тот же миг появился легкий ветерок, взволновавший ровный путь снежинок. Он запутался в волосах Мелейны, словно маня за собой, и девушка последовала этому зову. В конце концов, она все равно не знала, в какой стороне находится та воронка из видения. А любой вихрь вроде бы должен быть связан с ветром.

Путь казался бесконечным и совершенно одинаковым. Только отсутствие собственных следов на снегу отгоняло мысль, что ветер может водить по кругу. А так – летящий вверх снег да деревья-близнецы со стройными стволами и далекими кронами. Прохладный воздух сплетал зимнюю свежесть и хвойную нотку.

Снегопад – снеголет? – становился все сильнее. Снежинки чаще и чаще отрывались от земли невесомыми белыми перьями. Им больше не удавалось подниматься в небо плавно. Теперь снежный полет нарушался ветром, который терял свою целеустремленность. Теперь он не вел, словно молчаливый и настойчивый проводник. Просто метался от дерева к дереву, будто потерявшийся в толпе. В итоге, снежный поток вихрился, занавешивая все вокруг белой вуалью.

Мелейна уже подумала было повторить перемещение. Получше представить нужное место, посильнее сконцентрироваться. Однако девушка не была новичком, а значит, проблема заключалась не в ее мыслях или Силе. Видимо, Возврат просто не подпускал близко, отбрасывая незваных гостей подальше.

Пока Мелейна размышляла и сомневалась, деревья постепенно расступились. Щурясь от холодного ветра, девушка вгляделась в неестественную метель. Взору открылось нечто смутное… поляна, что ли?

В этот момент Мелейна почувствовала Возврат. Не увидела, не ощутила на коже – просто осознала. Он был совсем близко и притягивал, как безграничная темнота взгляд.

Проводник-ветер опал, выполнив свою часть работы, и вьюга рассеялась в мерный снегопад. Впереди и правда оказалась просторная поляна. Редкие снежинки спокойно поднимались к небу. А в самом центре – вращался снежный вихрь. Он выглядел совершенно неестественным, ведь его воздушный поток не затрагивал ничего вокруг: деревья были абсолютно неподвижны. Ветер, укусивший себя за хвост. Не способный вырваться из собственной ловушки.

Мелейна завороженно подошла к вихрю. Оказавшись совсем близко к нему, она услышала смутные шепоты, спутанные в неразборчивый клубок. Словно голоса из забытых воспоминаний, они звучали так тихо, что не позволяли разобрать слов.

Душу заполнило радостное недоверие. Неужели вот он, Возврат?! Один шаг – и все закончится! Тайна раскроется, и столько лет неопределенности останется позади.

Очарованная предвкушением, Мелейна протянула руку. Несколько снежинок слепо ткнулись в кожу, увлеченные воздушным потоком. Прикрыв глаза, девушка шагнула внутрь.

Закольцованный ветер тут же оплел ее своим коконом, запутавшись в волосах. Все нарастающая и нарастающая скорость взметнулась до пика. Летящие снежинки вкололись в кожу, словно множество ледяных крошек. Мелейна вскинула руки, защищая лицо.

Ветер даже не утих – мгновенно оборвался, как поставленная на паузу мелодия. Мелейна недоверчиво осмотрелась. Вокруг расстилалась черная пустота. Наверно, человеческое зрение оказалось бы в этой темноте совершенно беспомощным. Однако Слуга Тьмы отчетливо увидела маленькие песочные часы, парящие в воздухе.

Мелейна протянула руку к одним из них. В плену гладкого стекла сверкающий золотистый песок пересыпался из одной половины часов в другую. Снизу-вверх. Из любопытства девушка перевернула устройство. Песок замер на секунду, будто раздумывая, а потом снова начал свой полет, чтобы собраться в верхней половине маленькой дюной.

Внезапно стекло брызнуло осколками. Мелейна инстинктивно отшатнулась, но прозрачные крошки замерли в темном воздухе, так и не разлетевшись. А песок выскользнул на свободу мерцающий змейкой. Ниточка золотой пыли, извиваясь, вывела в пустоте слова.

«Что ты хочешь вернуть».

Хвостик сверкающей ленты вывел изгиб восклицательного знака и взорвался внизу крошечным фейерверком.

Мелейна немного растерялась. Она много раз думала о том, каким будет Возврат. Однако диалога с пустотой девушка представить не могла.

– Свою дочь… я хочу найти ее, – негромко произнесла Мелейна.

Рассеявшись, песочная надпись вновь вытянулась в нитку. Заложив мерцающий вираж, она вышила в пустоте ответ: «У каждого есть лишь один Возврат».

Ни секунды не сомневаясь, Мелейна решительно произнесла:

– Я готова потратить свой, чтобы вернуть дочь.

Буквы в воздухе рассыпались песком, который сложился в новую фразу. Точнее, в одно-единственное слово: «Уверена?»

– Конечно!

Тут же раздался звон разбивающегося стекла. Мелейна заметалась взглядом по пространству: всюду разрывались песочные часы. Освобожденная пыльца, складываясь в ленты, стремительно летела к девушке. Мерцая, песок снова и снова выводил: «Уверена?» Мелейну стремительно окружала клетка, сплетенная из многочисленных вариаций одного и того же слова.

А видения, словно в ловушке Тумана, уже подбирались к девушке. Клубок воспоминаний и упущенных возможностей.

…В груди затрепетало уже забытое сердцебиение. Возврат исчез, как смытый водой рисунок на песке. Остался только яд, коварно подсыпанный соперницей, которая умело притворялась подругой. Одно простое движение – опустить бокал на стол. Ну, или вовсе выплеснуть. Продолжить жизнь и выгодный роман. Добиться желаемого: роскоши, денег, положения. Ведь отец ребенка не бросит Мелейну – просто не сможет высвободиться из пут ее очарования. Правда, малышке все равно будет суждено умереть, всего спустя пару месяцев после рождения. Зато ее мать получит все, о чем мечтала в то время…

…Следующий кадр – темнота Выбора, прорезанная пятью Дорогами. Пятью? Странно. Ведь у Мелейны, как у темной души, было всего три: новая жизнь, Тьма или Библиотека Душ. Здесь же вдаль тянулись еще две. В конце одной лучилось белое сияние, а путь по второй указывали парящие болотные огоньки. И выбрать можно было что-угодно…

…Усадьба, окутанная вечером. Пляшущий в камине огонь. Мужчина, пьющий вино и собственное отчаянье. Он еще не заметил Слугу Тьмы, и у нее был шанс уйти, пока не поздно. Не появиться в его жизни, не заключить контракт, не испытать ни любви, ни боли…

…Дорожка перед замком в мире Слуг Тьмы.

– Нас ведь отныне ничего не связывает, верно? – Деймос испытующе посмотрел на Мелейну в ожидании ответа.

И можно было дать совершенно другой ответ. Признаться, все изменить. Хотя бы попробовать…

…Крохотная комнатка общежития. Рита – одинокая, беспомощная, заплаканная. Мелейна в очередной раз воспользовалась способностью девушки общаться с душами Посмертия. Слуга Тьмы лично сообщила подопечной плохие новости. Парень, в которого Рита была влюблена со школьных лет, начал ей изменять. И конечно же, Мелейна не упустила возможность: рассказала обо всем, надеясь подтолкнуть к мести или, на худой конец, скандалу. Однако Рита оказалась слишком светлой для злости. Девушка лишь погрузилась в бездну отчаянья, способного приманить демонов. И вот Мелейна вновь смотрела на подопечную, понимая, что может сейчас успокоить ее. Рита обуздает эмоции – и Деймос не ворвется в ее жизнь. Не причинит боль ни ей, ни Мелейне…

…Ювелирный магазин. Секунды до выстрела, когда остановить Риту еще возможно. И не будет ни ее смерти, ни последнего желания, ни навязчивой Сашиной заботы, ни его признания…

…Сокровищница – стены пещер, оплетенные огненными нитями. Возможность очнуться за миг, сбросив сладкое наваждение. Не позволить Деймосу совершить это предательство. Не дать себе разочароваться в нем и заодно во всех мирах…

…Библиотека Душ и слова Саши. Сказать в ответ о своих чувствах? Получить крохотный шанс на счастье?..

Вереница кадров оборвалась, словно закончилась лента кинопленки. Вернулась темнота Возврата и золотистые змеи песка. Они сложились в прежнюю фразу: «У каждого есть лишь один Возврат».

Память оставила в душе тянущую боль, словно тысячи нитей принялись звать обратно в прошлое. Взяв себя в руки, Мелейна решительно взглянула в расшитый словами мрак.

– Я не хочу ничего менять в прошлом, – отрезала она. – Мне не за чем бежать от боли в неизвестность! Меня волнует только будущее. Будущее, которое я хочу провести с дочерью.

Песок разочарованно зашелестел, осыпаясь под ноги. Мелейна непонимающе осмотрелась. В пустоте больше не парили осколки песочных часов. Теперь вокруг была только непроглядная и бесконечная мгла. Она напоминала тьму Межмирья – такая же густая, ведь во время перемещения тоже ни за что не зацепишься взглядом. А может, Мелейна и находилась сейчас где-то между мирами? Затерянная вдали от всех возможных реальностей.

Из мрака выскользнул легкий ветерок. Его теплые пальцы осторожно подняли золотистую пыльцу осыпавшегося песка. Вокруг Мелейны закружился невесомый вихрь, так похожий на предыдущий – снежный. Сверкающая воронка стала вращаться все быстрее и быстрее, а затем начала замедлять свое движение. Наконец, песок опал, позволяя увидеть уже совершенно другое место.

Никто не заметил Мелейну. Оставаясь невидимой, она могла только наблюдать за происходящим. В глубине души девушка даже чувствовала: вокруг все еще темнота Возврата. А это лишь иллюзия вроде той, что создала Нана.

Обычная квартира. Пушистый снегопад за окном. Поблескивающие шарики на ветках искусственной елки. Парень, сидя на кровати, задумчиво щипал гитарные струны. Несомненно, человек.

– С тобой все по-другому, – он вдруг посмотрел на девушку, устроившуюся на подоконнике. – Когда ты рядом, мне так легко. И музыка… она рождается сама собой.

Мелейна тоже перевела взгляд на его собеседницу, и душа сжалась в смутном узнавании. Вот она – родная незнакомка. Такая похожая, такая далекая и… такая взрослая. Конечно, разумом Мелейна все понимала. Прошли века, и душа ее дочери не могла остаться ребенком. Однако что-то внутри недоумевало: «Как же так?»

– Ну, конечно, – звонко рассмеялась девушка, роняя на лицо пряди темных, в отца, волос. – Я же твоя муза или кто?

Парень усмехнулся и нежно повторил:

– Муза, моя Муза. Хотя больше склоняюсь к тому, что ты – мое сумасшествие. Не у всех же есть вдохновение… в таком облике.

– Разумеется! – Девушка гордо вздернула тонкий носик. – Я – единственная и неповторимая.

Она не была ни человеком, ни душой Посмертия – это Мелейна чувствовала явственно. От девушки веяло той же тайной, как от сущностей Межмирья. Возможно, это ощущение было не таким выразительным, как рядом с Пустотой или Бессонницей. И все же, отмахнуться от него не получалось.

– И откуда же ты взялась, единственная и неповторимая?

– А я знаю? – Беспечно пожала плечами девушка. – Просто… однажды осознала себя посреди темноты. Тьма Межмирья – ну, помнишь, я рассказывала? Ты еще песню грозился написать!

Мелейна могла бы слушать их разговоры до бесконечности. Выхватывать знакомые нотки в голосе и собирать факты о дочери, словно кусочки паззла. Однако внезапно все звуки начали меркнуть, как гаснущая свеча. А пространство покрылось золотистой рябью песчаного вихря.

========== Глава 24. ==========

Волна перемещения мягко вытолкнула Мелейну обратно на поляну со снежным вихрем. И тут же схлынула, будто и не было никакой темноты и мерцающего золотом песка. Казалось, все это время девушка продолжала стоять, глядя в снежный вихрь.

Мелейна хорошо запомнила ту квартиру: даже не взглядом, а самой душой. Теперь девушка могла переместиться туда в любую минуту.

– Мелейна?

Раздавшись за спиной, знакомый голос показался порывом ледяного ветра. Такой же пронизывающий и безжалостный. Даже удивление, пропитавшее тон, не могло скрыть извечный холод.

Мелейна медленно обернулась, оставив Возврат за спиной. Еще минуту назад губы девушки изгибала счастливая улыбка. А на душе было так легко и спокойно, что слова всех миров не смогли бы описать это чувство! Теперь же Мелейна ощутила прилив тревоги. Девушка посмотрела на Деймоса почти испуганно. Вот только боялась она не демона, а саму себя. Слишком долго любила, слишком много прощала.

– Что? Не рад меня видеть? – Взяла себя в руки Мелейна.

Деймос проигнорировал вопрос.

– Можно было догадаться, что ты выберешься, – он окинул ее задумчивым взглядом. – Ты всегда умела находить выход.

Демон говорил так спокойно и рассудительно… как будто Мелейна просто попала в мелкую передрягу! И разумеется, вовсе не по его вине.

– Да как ты смеешь?! – Возмущенно шагнула к нему девушка, с вызовом взглянув в глаза. – После всего еще и наглости хватает…

– Хватает, – бессовестно перебил Деймос, – не жалуюсь.

Мелейне хотелось ответить какой-нибудь колкостью, но в разуме лишь метались яростные обрывки мыслей. Глядя на демона, девушка тщетно пыталась испепелить его взглядом. А Деймос был совершенно спокоен. Ни капли раскаянья, ни слова извинения. Ему ведь действительно все равно. И почему Мелейна не могла раньше с этим смириться?

– Какая же ты все-таки сволочь, – с горечью прошептала она. – Ненавижу…

И это была правда, а не очередная маскировка почти болезненной любви. Если до ненависти всего один шаг, то Мелейна решительно переступила эту черту.

– Ну, наконец-то! – Усмехнулся Деймос. – Меня уже начинало пугать твое отношение.

– Отношение?! Так вот как ты это называешь! – Возмутилась Мелейна, окончательно распалившись. – Да я же верила тебе, я… я любила тебя!

Она никогда не подумала бы, что это признание прозвучит так: без нежности и трепета. Надрывное, отчаянное, обвиняющее. Мелейна даже не смутилась, выплеснув настоявшиеся за два столетия слова. Просто продолжила смотреть в глаза Деймосу, передавая свою обиду тяжелым взглядом.

Демон лишь передернул плечами:

– Это не мои проблемы.

«Не мои проблемы», – отдалось в памяти Мелейны эхом. Деймос уже говорил так – тогда, в баре Отчаявшихся. Правда, в тот раз речь шла о Рите.

Мелейне вспомнилось, как ее возмущала доверчивая любовь подопечной, которая была готова простить все на свете. Однако получается, в глазах Деймоса она и Рита вовсе не отличались? Обе любили – сильно, наивно и глупо.

– Но я рад, что ты все-таки выбралась, – тон демона внезапно изменился, словно резкие контуры смягчились тенями. – Я никогда не желал тебе зла… хотя и стоило.

Вот только Мелейна не позволила себе в очередной раз обмануться. Рад! Разве что потому, что теперь не будут мучать остатки совести. Если они там есть.

– Стоило?! Это из-за нашего контракта, что ли?

– Ты отняла у меня Выбор, забыла? – Пояснил Деймос, будто делая одолжение.

Сейчас, в шаге от Возрата, к Мелейне наконец-то вернулась прежняя она. Та, которая не любила. И этот вариант личности решил высказать все, что бурлило внутри два века.

– Знаешь, что? Ты сам принимал решение! Стоило тебе отказаться, и я навсегда исчезла бы из твоей жизни! – Слова обжигали холодный воздух эмоциями. – Однако ты согласился, прекрасно зная цену моей помощи. Так что я тут ни при чем! Это был твой выбор, и ты сделал его сам!

– Ты знаешь, почему я пошел на сделку, – невозмутимо ответил Деймос.

Каждый его холодный ответ заставлял Мелейну злиться все сильнее:

– Ах, да, из-за сестры! У тебя всегда виноваты другие: она, я, кто-то еще… Вот только на контракт согласился ты сам и убивал тоже сам! Я только давала возможность.

Когда-то давно Мелейна только училась быть Слугой Тьмы. Тогда она спросила у своего наставника, а что делать, если человек во время сделки попросит о чем-то нехорошем? «Нельзя винить клинок за то, что он попал в плохие руки», – высокопарно ответил демон. А потом объяснил, что лучше все-таки избегать этого. Ведь каждый проступок человека, связанного контрактом, уменьшает шансы получить его душу. Вот только однажды Мелейна пренебрегла этим предостережением.

Не спеша проникаться ее взглядами, Деймос надменно бросил:

– Я с удовольствием пофилософствовал бы с тобой еще, Мелейна… но извини, мне нужно спешить.

Он шагнул к вихрю, собираясь пройти мимо нее и воспользоваться Возвратом. В этот момент в душе Мелейны вспыхнула всепоглощающая ярость. Девушка и сама не поняла, как это чувство переплелось с Силой, будто обретя собственную волю. Пальцы сжались, впиваясь в ладони ногтями, и за спиной тут же вырос барьер. Мелейна не видела его, но чувствовала – это концентрированная Сила стала стеной между ними и Возвратом. В переливах ее темноты раздраженно потрескивала энергия.

– Ну, и что ты делаешь? – Устало спросил Деймос. – Неужели думаешь, что сможешь держать барьер целую вечность?

Мелейне казалось, что ее полностью окутала тьма собственной души. Не осталось ни сомнений, ни привязанностей. Только обжигающая ненависть. Даже создавалось впечатление, что именно мощь этого чувства, не вмещаясь внутри, ветерком шевелила огненно-рыжие волосы девушки.

– Напомню маленькую деталь, Дейм, – хищно усмехнулась Мелейна. – У тебя нет этой вечности.

– Пытаешься отомстить? Я думал, ты выше этого.

На мгновение в душе Мелейны встрепенулось что-то прежнее. Пренебрежительный тон снова задел за живое. Девушка почувствовала, как барьер за спиной дрогнул, чуть не опав бессильной дымкой.

Мелейна сильнее стиснула пальцы, словно в попытке удержать собственную ненависть. Сотканная из Силы преграда вновь окрепла. Если бы Деймос попросил прощения, девушка тут же опустила бы барьер. Однако он сделал свой выбор. Снова.

– Знаешь, – Деймос начал выплетать паутину очередной манипуляции, – когда я оставил тебя в Сокровищнице, то кое-что понял…

– Ну, надо же!

Не обратив внимания на ее комментарий, Деймос продолжил:

– Можно уничтожить кого-угодно. Вопрос в том, как ты будешь существовать после этого? Даже у демона может проснуться совесть, если он оборвет чью-то вечность.

– Нормально я буду существовать! Не переживай! – Огрызнулась Мелейна. –Хотел променять меня на Возврат – пожалуйста. Только ты его не получишь даже, если мне придется истратить всю Силу до капли!

Ее решимость ничуть не впечатлила Деймоса.

– Значит, мне нужно всего лишь дождаться этого момента.

Повернувшись к Мелейне спиной, он направился прочь. Еще немного – и скрылся бы за пеленой снегопада. Однако неожиданно Деймос остановился, упершись ладонью в ствол дерева. Казалось, на демона нахлынул внезапный приступ головокружения.

Мелейна не сразу поняла, что насторажило ее зрение. А потом осознание хлынуло в разум потоком ледяной воды. Рука Деймоса постепенно становилась прозрачной. Сквозь бледную ладонь, как через слой льда, начинала просвечиваться кора дерева.

– Думаешь, я поверю в простую иллюзию? – Фыркнула Мелейна, стараясь отогнать неуверенность. – А даже, если бы поверила… Мне уже все равно, понимаешь? Все равно!

Деймос ничего не ответил. Только пальцы, лежащие на стволе дерева, сжались, будто демон пытался сдержать боль.

Бросаясь колючими словами, Мелейна упорно гнала из разума цепкие сомнения. Деймос всегда ненавидел показывать слабость. Так разве стал бы он использовать такой обман? «Все равно, мне все равно», – мысленно повторила девушка, пытаясь убедить саму себя. Однако барьер за спиной задрожал, размытый эмоциями. Непрошенное опасение проскользнуло в голос:

– Дейм?..

Еще одна секунда молчания вонзилась в самообладание Мелейны, и Сила окончательно потеряла концентрацию. Барьер мгновенно рассеялся, но девушка уже не обратила на это никакого внимания. Она бросилась к Деймосу, сразу забыв все свои обиды. Одно дело – собираться мстить и наслаждаться пьянящим чувством власти над ситуацией. Совсем другое – воплощать это в жизнь. «Даже у демона может проснуться совесть», – предупреждал Деймос и был прав. В очередной раз.

– Деймос! – Мелейна попыталась ухватить его за плечо, но пальцы сомкнулись на пустоте.

Поднимающийся с земли снег легко пролетал сквозь стремительно тающий облик демона. В Посмертии тело – всего лишь оболочка, созданная Силой. Если гибнет душа, то и оно тут же рассеивается. В теории Мелейна прекрасно знала, как это происходит. А вот видела впервые.

Уже больше напоминающий призрака, Деймос посмотрел на нее. В его взгляде виднелась боль.

– Все равно, говоришь? – Слабо усмехнулся он.

Ответить Мелейна не успела. Заставив снег замельтешить перед глазами, порыв ветра развеял призрачный облик. Спустя мгновение дыхание зимы стихло, и взгляд девушки заметался в отчаянной надежде увидеть знакомый силуэт. Однако вокруг были только одинаковые деревья и безразлично летящий к небу снег.

Мелейна осталась одна.

Слезы хлынули по щекам, обжигая отчаяньем. Миллионы «если бы» закружили вокруг, беспощадно жаля разум. Если бы Деймос не потратил время на разговоры с ней… Если бы Мелейна не начала свои глупые игры с барьером… Если бы она не попыталась доказать (себе?), что способна возненавидеть…

Закрыв лицо руками, Мелейна безвольно сползла по стволу в снег. Ей даже не было холодно. От этого осознания внутри зародился истерический смешок. Конечно же! Она ведь не человек! И зачем Выбор избавил от физических слабостей, если оставил самую главную – способность ощущать боль?

Мелейна не чувствовала потери: она уже разочаровалась в Деймосе, навсегда оборвав какую-либо привязанность. Более того, девушка по-прежнему злилась на демона за предательство, так что ей даже не было жаль его. А вот себя – да. Ведь эти «если бы» теперь никуда не уйдут. Она не сможет ничего ни исправить, ни вернуть.

Мелейна медленно опустила руки, и холод впился в дорожки слез на щеках. Отрешенный взгляд скользнул к Возврату. Снежный вихрь продолжал вращаться над поляной, не затрагивая ветром ничего вокруг.

У каждого – только один Возврат. Свой Мелейна уже истратила, вернув шанс быть рядом с дочерью. Однако белоснежная воронка не потеряла ни капли своих сил. И где-то в ее глубине темное пространство с золотым песком по-прежнему ждало новые души.

========== Глава 25. ==========

– О, ты уже здесь? – Послышался голос Саши.

Выйдя на поляну, парень скользнул взглядом по лицу Мелейны – и в голубых глазах ангела тут же вспыхнула тревога. Девушка отвернулась в попытке спрятать слезы. Пальцы раздраженно вытерли с щек соленые дорожки. В душе вспыхнула злая досада: Мелейна ненавидела показывать кому-то свою боль.

Сбросив секундное оцепенение, Саша бросился к Мелейне. Опустившись рядом, он заточил ее руки в плен своих теплых ладоней:

– Что случилось?! Что-то… с твоей дочкой?

Посмотрев ему в глаза, Мелейна увидела бесконечную заботу. От Сашиного участия на душе стало еще противнее. Отрицательно покачав головой, девушка отвела взгляд.

– Мелейна… – Мягко начал Саша.

Как будто ей нужна была его жалость! Вырвавшись из хватки нежности, Мелейна решительно встала.

– Слушай, у тебя совсем гордости нет?! – Она сама не понимала, зачем жалит презрительными словами. – Я тебя еще в Библиотеке отшила, а ты продолжаешь ходить за мной и заглядывать в глаза преданным щеночком!

Обидная фраза оборвалась тишиной. Медленно поднявшись, Саша посмотрел на девушку. В его взгляде впервые проступил холод, будто терпеливое солнце спряталось в толще туч. «Поздравляю, Мелейна, ты достала даже ангела!» – Безжалостно прокомментировал голос совести.

– Хочешь, чтобы я ушел? – Совершенно ровным тоном спросил Саша.

На долю мгновения Мелейна всерьез задумалась над этим вопросом. Еще недавно у нее была какая-никакая любовь, дающая силы цель и привычная забота Саши. А что оставалось теперь? Пустота, пугающая своей необъятностью.

– Нет! – Вырвалось прежде, чем Мелейна успела спрятать свои чувства. – Прости, я… я не хотела…

– Все в порядке, – тепло улыбнулся Саша. – Я уже привык, что со Слугой Тьмы просто не бывает. Так что у тебя все-таки случилось?

– Не у меня, – Мелейна обхватила себя руками, словно пытаясь согреть душу. – Деймос… он…

Одно его имя заставило Сашу зло прищуриться:

– Ты видела его? Он где-то здесь?!

Еще совсем недавно Мелейна точно так же ненавидела. А теперь она смогла только сдавленно прошептать:

– Нет, он… его больше нет.

– В смысле?

Мелейна на миг прикрыла глаза, собираясь с силами, а затем объяснила:

– Ему нужен был Возврат, чтобы избежать уничтожения, но… он не успел.

Во взгляде Саши мелькнула растерянность.

– Мел, послушай… – Он шагнул к девушке.

– Подожди! – Мелейна предостерегающе вскинула ладони. – Ты должен знать все! Отчасти это случилось из-за меня. Я собиралась отомстить, не позволив ему использовать Возврат. А когда поняла, что на самом деле не хочу этого… было уже поздно.

Мелейна выпалила все это, не позволяя себе остановиться ни на секунду. Любое промедление могло бы стать соблазном не рассказывать всю правду.

Саша молчал, безотрывно глядя на Мелейну. Не знал, что сказать? А может, прятал осуждение?

– Вот видишь, – грустно усмехнулась она, – сколько бы ты ни пытался пририсовывать мне крылышки, они все равно окажутся черными. Как бы там ни было, внутри я всегда остаюсь демоном… Слугой Тьмы. И иногда она берет верх.

– Знаешь, вообще-то, Свету полагается прощать, – тон Саши мгновенно помрачнел, – но за то, как Деймос поступил с тобой… я уничтожил бы его лично.

Взглянув на парня, Мелейна с трудом спрятала удивление. Саша не осуждал. Снова. В любой, совершенно любой ситуации он принимал ее решения… и ее саму. Это казалось чем-то невероятным.

В своей извечной манере Мелейна попыталась свести разговор на шутку:

– Вот-вот, а я о чем? Я на тебя плохо влияю!

Неважно, какие монстры грызли душу, девушка отчаянно пыталась удержать беззаботную маску. Это была ее последняя защита. Казалось, если Мелейна перестанет выглядеть сильной, то больше не выдержит и просто рассыплется на осколки.

– А мне все равно, – серьезно ответил Саша. – Кто ты, какая, что делаешь и как на меня влияешь.

После этих слов Мелейна в очередной раз убедилась в своем демоническом цинизме. Ведь столь проникновенная фраза вызвала у нее лишь недоверие:

– Так не бывает.

– Выходит, о безусловной любви ты не слышала? – Улыбнулся Саша.

– Это было признание? – Вновь попробовала отшутиться Мелейна.

Бросаться беззаботными фразами для нее было сейчас все равно, что петь с больным горлом. Вроде бы и получается, но каждое слово царапает болью. Невыплаканное бурлило внутри, запрятанное в дальний угол души. Просто Мелейна не позволяла эмоциям вырваться. Однако проницательность, похоже, входила в список талантов Слуг Света.

– Да, – прямо ответил Саша и поспешно добавил, – но ты не подумай, я не требую взаимности, даже не жду ее. Просто хочу быть рядом. Я понимаю, что ты любишь…

Мелейна мгновенно прервала его. Лишь бы не услышать имя. Лишь бы не почувствовать очередной приступ боли.

– Не люблю. После всего?! Нет уж, я не настолько свихнулась! Просто… – Девушка отвела взгляд, и голос вдруг сорвался в усталую хрипотцу. – Терять всегда страшно.

Она пыталась держаться, пыталась до последнего. Мелейна вынесла бы еще сотню реплик и тысячу участливых взглядов. Однако Саша выбрал другой способ: он просто подошел и мягко привлек девушку к себе. В этот момент что-то рухнуло. Может, стены, которые Мелейна давным-давно возвела вокруг своей души?

Как тогда, в ловушке Тумана, девушка прижалась к Саше, позволяя объятьям заглушить эмоции. Ее пальцы вцепились в ткань его одежды, а по щекам хлынули слезы, которые Мелейна так часто себе запрещала. И впервые ей стало легко-легко. Доверие больше не внушало страха. Теперь девушка могла согласиться с Сашей: «Необязательно всегда быть сильной». Нужно просто найти того, с кем можно позволить себе слабость без опасения.

– Ты ни в чем не виновата, слышишь? – Успокаивающе произнес Саша.

Отстранившись, Мелейна вытерла слезы и взглянула ему в глаза. Почему-то робко. Когда она заговорила, ее голос тоже прозвучал несмело:

– Знаешь, я никогда не говорила, но… я рада, что ты рядом.

Взгляд Саши ответил девушке теплом весенних лучей. Парень протянул руку к ее щеке, но нежную хрупкость момента тут же разрушил звук шагов, проминающих снег. А затем раздался удивленный голос Таниссы:

– Не ожидала вас увидеть!

Взглянув на ученицу Деймоса, Мелейна мрачно уточнила:

– Особенно меня?

Вроде бы она понимала, что Танисса ни при чем. Однако все равно злилась на нее. Просто за компанию, что ли. Ну, или перегоревшая ревность оставила горький пепел раздражения.

Под тяжелым взглядом Танисса даже немного растерялась, но затем все же вернула уверенность:

– Просто… неожиданное совпадение, что мы все оказались здесь одновременно.

Мелейна угукнула что-то неопределенное, а ее взгляд продолжил выражать отношение к такого рода совпадениям.

– Точнее, еще не все, – Танисса осмотрелась. – Вы не видели Деймоса? Мы потеряли друг друга во время перемещения.

Повисшая тишина зазвенела, как морозный полдень. Мелейна смотрела на Таниссу, мучительно пытаясь найти нужные слова. Насмехаясь над временем, снег продолжал подниматься к небу.

Мягкое тепло окутало ладонь Мелейны – Саша взял ее за руку в знак поддержки. А затем снял с девушки тяжесть объяснений.

– Ты ведь знаешь, зачем ему был нужен Возврат? – Спросил Саша у Таниссы.

Она на миг нахмурилась: не сразу догадалась, при чем здесь это. А потом поняла, и в голубых глазах вспыхнуло предчувствие боли. Когда Танисса заговорила, казалось, даже ее голос побледнел.

– Почему ты спрашиваешь? – Спросила она так осторожно, словно боялась разрушить тонкий лед неопределенности.

Каждая секунда ожидания была пропитана напряжением, и Саша не стал тянуть с ответом:

– Деймос был здесь, у Возврата, но его душа рассеялась прежде.

– Нет… нет, этого не может быть! – Танисса отрешенно покачала головой, отказываясь принимать правду. – Может, это ошибка или…

– Я видела все своими глазами, – оборвала ее Мелейна. – Так что дальше тебе придется выкручиваться самой, без наставника.

Девушка сама удивилась, откуда в голосе взялось столько твердости и холода. Она ведь догадывалась, что Танисса не просто боится остаться одна в незнакомом мире. Тем не менее, Мелейна жалила словами, будто не понимала ее чувств. Похоже, внутренняя Тьма брала верх все-таки слишком часто.

– Да дело ведь не в этом! – На глаза Таниссы навернулись слезы. – Ты просто не понимаешь!

– Почему же? – Усмехнулась Мелейна. – Я все прекрасно понимаю. Как и то, что он превратил меня в разменную монетку на пути к Возврату.

Слова горчили. Озлобленность насчет Деймоса приходилось выдавливать через силу, лишь бы не показать истинные эмоции.

– Танисса, послушай, – мягко начал Саша, – сейчас у тебя есть шанс вернуть что-угодно. Даже вернуться, понимаешь? Окажешься в прежней жизни – и забудешь все, как страшный сон.

Он говорил тихо и успокаивающе. Так заговаривают зубки сумасшедшей с пистолетом, чтобы подобраться поближе и выдернуть оружие у нее из рук. По своему опыту Мелейна прекрасно знала: у Саши прекрасно получается убаюкивать эмоции голосом.

Это умение не подвело ангела и на сей раз. Танисса опустошенно кивнула. Глаза у нее были, как у фарфоровой куклы, – такие же пугающе стеклянные. Напоследок скользнув взглядом от Саши к Мелейне, девушка шагнула к снежному вихрю. Секундное замешательство – и она скрылась внутри. Воронка сразу закружилась быстрее, непрогляднее. А когда вернулась к прежнему темпу, внутри уже никого не было видно.

Мелейна посмотрела на Сашу, собираясь оформить мысли в какую-нибудь колкость. Нет, конечно, он – ангел и все дела, но нечего сюсюкать с первой встречной!

– Только не говори, что ревнуешь, – улыбнулся Саша.

– Нет, конечно! – Даже слишком поспешно выпалила Мелейна. – Просто ты так с ней говорил и…

– Если есть возможность помочь и поддержать кого-то, то почему бы и нет? – Просто и естественно, без всякого пафоса, сказал парень.

Мелейна возвела взгляд к серому небу.

– Я уже говорила, что ты – зануда?

– Сто раз, – фыркнул Саша, а затем сменил тему. – И что дальше? Ты ведь теперь знаешь, где твоя дочь…

– Знаю, но… Наверно, я не готова к встрече прямо сейчас. За пару дней ничего не случится, а я хотя бы придумаю, как ворваться в ее жизнь помягче.

– Тогда куда теперь?

– Домой, куда же еще, – пожала плечами Мелейна.

Она скользнула взглядом по лицу Саши. Ей не хотелось расставаться с тем, кто столько времени был рядом. Действительно был рядом, а не просто присутствовал. Тем не менее, Мелейна боялась, что стоит продолжить общение – и все нежное-теплое в душе исчезнет, очерненное ссорой или обидой. Девушка по-прежнему не умела доверять, пусть и уже начинала этому учиться.

– Мы ведь еще увидимся? – Спросил Саша с почти детской надеждой.

Мелейна улыбнулась, пряча долю грусти:

– Может быть.

========== Глава 26. ==========

Темнота мягко окутала Таниссу со всех сторон. Девушка настороженно осмотрелась, зябко обхватив себя руками. Она все еще не привыкла ко всем этим «чудесам». И зависшие во тьме песочные часы показались ей совершенно неестественными. Учитывая, что струйки сыпучего золота поднимались вместо того, чтобы осыпаться.

Вдруг одни из часов разбились – нет, скорее, взорвались изнутри. Стеклянные осколки повисли в воздухе, так и не посмев упасть. А выпорхнувший на волю песок вывел в пустоте вопрос: «Что ты хочешь вернуть?»

Сомнения, загнанные в дальние уголки души, встрепенулись и начали перешептываться. Танисса на миг прикрыла глаза, пытаясь обрести уверенность.

– Прошлое. Я хочу вернуться в тот день, когда… – Воспоминания кольнули непрошенной болью. – Когда встретила Деймоса.

Продуманный заранее план казался простым и четким, как список покупок. Танисса вернется в прошлое, не пойдет на ту выставку и все исправит. И будет жить счастливо… наверное.

Словно насмехаясь над неуверенностью девушки, золотистый песок сложился в надпись:

«У тебя будет лишь один Возврат».

Казалось, темнота читала мысли и видела каждое сомнение. Танисса попыталась взять себя в руки и ответила, как можно спокойнее:

– Неважно. Я хочу вернуть свою жизнь… и забыть обо всем.

И о Деймосе тоже забыть. Выбросить из мыслей, стереть с картины своей судьбы, удалить, как ненужный файл. Ведь с памятью о нем быть счастливой Танисса точно не сможет.

Как сказал тот ангел? Забыть, как о страшном сне. Самый лучший выход.

«Действительно?» – Вывела песочная нить. А вслед за этим на Таниссу набросились видения.

…День смерти Жени. Тот самый мост над бездонно-серой водой. Стоит только протянуть к сестре руку – и можно будет удержать, обнять, не позволить…

…Россыпь мелких упущенных шансов. Если ухватиться за них, карьера станет еще ярче, еще красочней. Перед внутренним взором чередой кадров пролетели возможные обложки журналов. На каждой – лицо Таниссы…

…Благотворительная выставка. Развернуться, уйти. И никогда не узнать, что в тот день могла встретиться с собственной гибелью…

…Взгляд Деймоса. Таинственный и чарующий бархат его голоса. Музыка, рвущаяся из самой глубины души. Он никогда не говорил «люблю». Тем не менее, сейчас, глядя на отрывки прошлого, Танисса ясно увидела его чувства. Девушка вновь услышала вопрос, полный сдержанного сожаления: «Ты все-таки хочешь вернуться?» И наконец-то четко поняла, каков ее ответ…

– Нет, – едва слышно прошептала Танисса своей памяти, – больше не хочу.

Видения исчезли, и девушка открыла глаза. Песок рассеялся по пространству равномерной пеленой, заставив тьму мерцать золотом.

Возврат ждал решения.

– Спаси его, прошу… – Тихо-тихо сорвалось с губ Таниссы, после чего она уверенно взглянула во мрак. – Я хочу вернуть Деймоса!

На этот раз она не сомневалась. Золотистый песок тут же закружился в потоке теплого ветра. Танисса оказалась в центре вихря, и веки невольно скользнули вниз. Губы изогнула легкая улыбка. Вырвавшись из паутины сомнений, девушка почувствовала, что поступает правильно.

Мягкие прикосновения ветра сменились холодом. Танисса открыла глаза. Снежный вихрь Возврата, кольцо деревьев вокруг поляны и… Деймос. Еще не замечая девушку, он непонимающе смотрел на свои ладони, будто удивляясь собственной материальности.

Танисса замерла в недоверчивой радости. Казалось, стоит сделать хоть шаг – и мираж счастья рассеется.

Почувствовав взгляд девушки, Деймос посмотрел на нее.

– Танисса? – В его голосе прозвучало недоумение. – Что ты… здесь делаешь?

Вместо ответа она бросилась к мужчине, налетела, сжала в объятьях. Возврат не обманул! Он вернул ей самое дорогое. Любовь – то, ради чего можно и привыкнуть к чужому миру.

Деймос обнял ее в ответ с небольшим промедлением, словно только привыкая к своему телу. А может быть, к новым чувствам?

– Больше никогда меня так не пугай! – Отстранившись, потребовала Танисса.

– Я постараюсь, конечно, – усмехнулся демон, – но может, все-таки объяснишь, что происходит? Мне показалось, что…

– Не показалось, – на миг помрачнела Танисса. – Твоя душа действительно рассеялась. К счастью, Возврат способен на многое.

– И ты потратила свой Возврат… на меня?

– А как иначе? – Легко улыбнулась девушка. – Я же люблю тебя все-таки!

– Значит, мне все же придется терпеть тебя целую вечность? – Насмешливо уточнил Деймос.

Впервые за долгое время в его взгляде затлело искреннее тепло. И Танисса точно знала, что не позволит этому огоньку погаснуть.

========== Эпилог. ==========

Своей частью мира Мелейна управляла куда лучше, чем собственными чувствами. С тех пор, как ее домом стала квартира с панорамными окнами, девушка ни разу не впустила в нее солнечный свет. Ей нравился ночной вид, расшитый цветным бисером многоэтажек. О том, что город за стеклом – всего лишь иллюзия, напоминала только тишина, лишенная суетливого шума машин.

Мелейна успевала насмотреться на солнце в мире людей. А здесь – пусть будет ночь, пусть будет спокойствие и теплый свет ламп.

Сейчас девушка начинала предполагать, что выбрала ночь еще по одной причине. Для того, чтобы никогда не забывать о Тьме – за окнами и в душе. И как итог, помнить, что в судьбе демона может быть многое, но только не светлое отношение к нему. Никакой чужой благодарности, никакого сочувствия, никакой любви! Не верить, не верить, не верить! Ведь разочаровываться слишком больно.

Возврат остался позади. Календарь на стене утверждал, что прошло около недели. Мелейне казалось, что утекла целая вечность. Пока что Силы девушке хватало, так что она не брала нового подопечного и не заморачивалась контрактами.

С дочерью Мелейна все же встретилась. Та действительно называла себя Музой. Будучи сущностью Межмирья, она не зависела от Силы. Муза была совершенно свободна и видела смысл своей вечности в творчестве, вдохновляя художников и музыкантов. И кажется, личная жизнь у нее ладилась получше, чем у самой Мелейны. По крайней мере, тот парень, сочиняющий песни, не представлял ни дня без своей Музы.

Время шло. Мелейна проводила дни и бессонные ночи дома: смотрела бесконечные сериалы, что-то читала, занималась пустяками да глупостями. Пыталась убедить себя, что ничего и никого не ждет.

Действительно, разве был смысл ждать?

Однако, стоило раздаться короткому звонку в дверь, как душа Мелейны радостно встрепенулась. Девушка на миг прикрыла глаза в попытке приглушить эмоции. Нет, нельзя надеяться. Нельзя. Мелейна выдавила из себя неторопливость: практически нехотя опустила чашку недопитого кофе на барную стойку, почти без интереса открыла дверь.

Саша.

– Пустишь? – Он тепло улыбнулся Мелейне.

В нежном взгляде парня теснились невысказанные чувства. В руках Саша держал какую-то папку. Документы, что ли?

– Ты все-таки пришел… – Вырвалось шепотом из самой глубины души.

– Вообще-то, я по делу! – Шутливо одернул Саша, проходя в просторную квартиру. – Даже по двум.

– Заинтриговал, – усмехнулась Мелейна. – Ну, давай, рассказывай, что за дела у ангела к Слуге Тьмы!

Пытаясь выглядеть беспечной, девушка взяла чашку с кофе и сделала небольшой глоток. Вот только сейчас любимый напиток показался совершенно безвкусным. В разуме бурлило слишком много мыслей, чтобы расплетать богатство горьких оттенков.

– Да вот… – По губам Саши скользнула загадочная улыбка. – Хочу сделать ей предложение.

Будь Мелейна повпечатлительней, чашка грохнулась бы на пол, превратившись в груду осколков. Однако девушка лишь удивленно посмотрела на Сашу. И хотя «то самое» предложение было невозможным, его слова прозвучали все равно, ну, очень двояко!

– Предложение? – Переспросила Мелейна.

В глазах Саши замерцали шутливые искорки. Все ясно! Нарочно бросался двусмысленностями, пытаясь ее смутить! Лишь одного не учел: краснеть Слуга Тьмы давным-давно разучилась.

– Да. Я с радостью предложил бы тебе руку, сердце и крыло, которого нет. Вот только браки в Посмертии, увы, не заключают, – наигранно сокрушился Саша, разведя руками. – Так что я предлагаю тебе… стать моей напарницей. То есть соперницей. В общем, смотри!

Он протянул папку. Любопытство взяло верх над любовью к кофе, и Мелейна отставила чашку. Откинув картонную обложку, девушка скользнула взглядом по отпечатанному листу. Внизу красовалась одна подпись, рядышком зияло пустотой место для другой. Стоит заполнить ее – и официально примешь нового подопечного, которому суждено вскоре появиться на свет. Видимо, Саше удалось договориться с распределителем, и тот позволил самостоятельно выбрать демона-соперника.

– И что это за ребенок? – С сомнением спросила Мелейна.

– А вот тут начинается самое интересное! – Голос Саши наполнило торжество. – Это не просто ребенок. Это душа Риты.

Мелейна подняла на парня крайне скептический взгляд. Пора бы кое-кому уже запомнить мироустройство Посмертия! Не вчера же умер, в конце-то концов!

– Саш, ты совсем? Рита погибла… пятого числа, кажется. Перерождение не могло длиться столько времени.

– А это уже второе! – Сообщил Саша, ничуть не теряя своего энтузиазма. – Помнишь, в Библиотеке Душ я хотел посмотреть одну книгу судьбы?

Мелейна кивнула. Правда, тогда она не знала, что речь идет именно о Рите.

– Так вот, я узнал все, что нужно. Душа вернулась на Землю в теле ребенка, который с самого рождения был серьезно болен. В итоге, в новом воплощении наша Рита прожила совсем недолго, – Саша на миг помрачнел. – Сегодня эта душа вновь прошла через Выбор…

– И уже очень скоро вернется в мир людей, – закончила вместо него Мелейна.

Саша кивнул. Их взгляды встретились, и девушка поняла, что он ждет ее решения. Не ради Риты. Ради того, чтобы снова быть вместе.

– Ну, так как? – Подтолкнул Саша. – Что скажешь?

– Да куда же вы без меня? – Усмехнулась Мелейна. – Если она опять влюбится в демона, кто-то же должен спасать ее глупую душонку…

На миг прикрыв глаза, Мелейна с помощью Силы материализовала в воздухе ручку. Та легко опустилась в подставленную ладонь. Положив документы на барную стойку, девушка уверенно поставила подпись. Черный росчерк легко лег на бумагу, не омраченный никакими сомнениями.

Мелейна вновь повернулась к Саше. Он с улыбкой посмотрел на девушку – в его глазах светилось искреннее счастье. Такое простое, такое светлое. Невольно проникшись этим чувством, она улыбнулась в ответ.

В глубине души встрепенулось удивление: неужели Мелейна так легко согласилась? Так просто привязала себя к нему на целую жизнь – жизнь подопечной? Однако запоздалые сомнения тут же сменились уютным спокойствием. Рядом с Сашей все страхи, если не исчезали, то хотя бы прятались в тень. Возможно, Мелейне понадобится еще немало времени, чтобы полностью победить их. Что ж, у нее была на это целая вечность. Точнее, у них.

– А что насчет второго дела? – Напомнила Мелейна.

– Переверни страницу.

Мелейна послушно перекинула подписанный лист. В документы было вложено два билета. На темно-синем фоне красовалось название группы. Саша и Мелейна еще давно выяснили, что их музыкальные вкусы – к удивлению обоих – сходятся. Так что сейчас девушка смотрела на билеты на концерт своей любимой группы. Ну, и Сашиной тоже.

– Ангелу не с кем сходить на рок-концерт? – Улыбнулась Мелейна.

– Просто свидания в Межмирье были не слишком уж романтичными, – пошутил Саша. – Тебя ведь все время пытались уничтожить.

Кадрами прошлого в памяти пронесся весь путь к Возврату. Каждый раз, когда Мелейне грозила опасность, Саша оказывался рядом. Может, поэтому его присутствие внушало такое мягкое спокойствие? Сразу хотелось спрятать иголки и поверить, что опасаться нечего.

– Ну, ничего. Мы наверстаем упущенное, – промурлыкала Мелейна, протянув руку к лицу Саши.

Девушка нежно скользнула пальцами по его щеке, с теплотой посмотрела в глаза… Пусть Мелейна и не решалась произнести те самые заветные три слова вслух, но пыталась сказать их по-другому. А заодно дать понять, что впустила Сашин свет в темную бездну своей души. Девушку уже не пугали их различия. Да она вовсе больше ничего не боялась во всех мирах.

Саша услышал безмолвное признание Мелейны. Слегка наклонившись к лицу возлюбленной, парень коснулся ее губ поцелуем. Поначалу он был трепетно осторожным, словно прикосновение весеннего солнца. А затем Мелейна обвила шею Саши руками – и лучи нежности превратились в пламя эмоций.

В темноте закрытых век девушка не видела, что бесконечный мрак за окнами отступает, и над городом разгорается рассвет.

Первый в ее вечности.