========== Глава 1. ==========

Найти черную розу оказалось не так-то просто. После множества цветочных магазинов в глазах уже рябило от разноцветности.

Даша толкнула очередную дверь, и обоняние тут же хлестнул насыщенный аромат. Девушка невольно поморщилась и вошла в магазин. Теплый воздух прильнул к щекам, и Даша стянула капюшон осенней куртки. Светло-русые волосы рассыпались по плечам.

Взгляд скользнул по всевозможным букетам. Белые розы тянулись к девушке, просились в руки. Такие – в каждом магазине, их найти несложно.

– Что-то подсказать? – Засуетилась полноватая продавщица.

– А черные розы у вас есть? – Волнение невольно проскользнуло в голос.

Удивительно проворно для своей фигуры продавщица скользнула в проход между букетами. Цветы, казалось, уважительно расступились перед нею, и женщина прошла мимо них, не зацепив ни один лепесток. Продавщица подвела девушку к букету, который затерялся среди окружающего разноцветья.

Темные лепестки отливали кровавым. Стебли скалились шипами. Розы жались друг к другу, словно зная о цели Даши.

– Такие подойдут? – Дружелюбно улыбнулась продавщица.

Даша кивнула и потянулась за кошельком. Она бы улыбнулась в ответ, если бы еще пять лет назад, тринадцатилетней девочкой, не разучилась радоваться.

– Мне нужны две розы: белая и черная.

Взяв цветы, девушка направилась к выходу. Шагнув в прохладный октябрьский день, она аккуратно прикрыла за собой дверь. Легкий аромат цветов вплелся в пахнущий туманом воздух.

– Не делай этого, – раздался за спиной женский голос.

Вздрогнув, Даша резко повернулась к незнакомке. Высокая женщина в черном плаще и шляпке, казалось, шагнула на осеннюю улицу из какого-нибудь старого фильма. Короткие темные волосы обрамляли лицо легкими волнами.

– Вы… о чем? – Голос девушки дрогнул.

– Ты знаешь, – взгляд темно-карих глаз коснулся лепестков. – Ты еще ребенок и многого не понимаешь. В погоне за популярностью ты играешь с очень опасными вещами.

Из памяти Даши вынырнул мамин голос – такой же строгий и твердый. Раньше мать тоже стремилась ее во всем контролировать. Теперь же воспитывает братика и своего нового мужа. А на повзрослевшую дочь ей наплевать. Единственным человеком, кто любил Дашу, был отец. Был.

– Откуда Вы знаете? А… Вы, наверное, смотрите наши видео.

Казалось, она должна была бы обрадоваться, встретив человека, который следит за их творчеством. Однако лучше бы на ее месте оказалась жизнерадостная и общительная Карина. Для Даши каждый разговор был в тягость. Она привыкла прятать в скорлупе замкнутости свою душу, полную тоски. Поэтому на комментарии всегда отвечала Карина. Подругу совершенно не мучила совесть из-за того, что каждое видео ненастоящее. Карина, казалось, даже получала удовольствие от умелого обмана. Она вкладывала в это увлечение всю свою безудержную энергию. Вдвоем они снимали обычные видео, а затем талантливые ручонки Карины добавляли в кадр странные тени да светящиеся силуэты.

Женщина торопливо рванула «молнию» на сумочке и достала визитную карточку.

– Когда все выйдет из-под контроля, позвони мне.

Изящные бледные пальцы протянули черный прямоугольник. Помедлив пару секунд, девушка все-таки взяла визитку. По ней кроваво-красными нитями ползли мелкие строчки. Не сказав больше ни слова, женщина бросила на Дашу осуждающий взгляд и направилась на другую сторону улицы. Недовольный стук каблуков разнесся по пустынному воздуху. Белесая паутина тумана размыла темный силуэт, а затем женщина скрылась в одном из магазинов.

Даша опустила взгляд на визитку: предсказания, спиритические сеансы, избавления от проклятий и прочие магические услуги. В душу невольно прокралось льдистое послевкусие разговора. Получается, незнакомка точно знала, зачем девушке розы, и пыталась предостеречь. На фоне мыслей заныло предчувствие. Девушка засомневалась, посмотрев на цветы. Может, ну, его, этот ритуал? Все равно видео не приносят ни пользы, ни радости. Дашу уже давным-давно ничего не может увлечь, и она принимает в этом участие только ради Карины. Девушка подумала о том, как скажет подруге о зародившейся тревоге. Память сразу вытолкнула звук Каринкиного смеха. Рассказывать о всяких там предчувствиях тут же перехотелось. Тряхнув головой, Даша попыталась отогнать сомнения, но все-таки сунула визитку в карман куртки.

Дома Даша положила розы на стол. Два цветка на темной столешнице выглядели траурно. Девушка не стала тянуть с подготовкой и разобрала розы на лепестки.

Когда за окном сгустились сумерки, Даша скользнула в прихожую, собираясь нырнуть в осенний вечер. Мать прошла мимо, и взгляд голубых глаз безразлично коснулся дочери. Женщина скрылась в кухне.

Ощущение ненужности разлилось в душе горечью. Девушка застегнула темно-серую куртку, будто пытаясь отогреть внутреннюю пустоту. Никто не спросил, куда Даша направляется. Не крикнул вслед, чтобы не гуляла допоздна. Лишь осенние листья бросились под ноги, когда она вышла из дома.

Собаки лаяли вслед, пока девушка шла мимо дворов в сторону городской окраины. Сумерки жались тенями к покосившимся заборам. Ветер перебирал волосы, забираясь под капюшон. Девушка, ежась от холода, прятала руки в карманах.

Остановившись у калитки заброшенного дома, Даша позвонила подруге. Длинные гудки срывались с телефона, словно тягучие капли. Вязкое беспокойство заставило пальцы нервно теребить ремешок сумки. Обычно, когда дело касалось съемок, Карина не опаздывала. Сбросив звонок, Даша тряхнула головой в попытке выбросить взволнованные мысли. Беспокойство упрямо липло к разуму. После встречи с женщиной-экстрасенсом она во всем видела тревожные знаки.

Взгляд ощупал улицу. Никого. Желтые окна домов подозрительно поглядывали на Дашу. «Нет, здесь ждать нельзя, – решила девушка. – Тут же в каждом окошке по бабульке». Скрипнула покосившаяся калитка, и Даша скользнула во двор. Вечер сгустился, и каждая тень превратилась в клочок темноты. Заброшенный дом охраняли заросли сухих сорняков. Колючки хватали за джинсы, будто пытаясь удержать. Ветер бродил по двору, роняя шорохи. Они то и дело заставляли Дашу вздрагивать и оборачиваться на звуки.

В зарослях раздалось шуршание. Девушка метнулась взглядом к сорнякам. Челюсти сумерек с треском сминали сухие стебли. Холод страха расползся по телу оцепенением. Пальцы стиснули ручку сумки. Взгляд, окутанный ужасом, впился в мертвые травы. Звук все ближе подбирался к Даше. Она сделала шаг назад, преодолевая тяжесть, наполняющую тело.

Заросли выплюнули темный сгусток. Испуганно вскрикнув, Даша отскочила. Из полумрака на нее уставились поблескивающие глаза. Девушка замерла. Ее взгляд напряженно следил за существом. Шаг – и Даша услышала приглушенное рычание. Подойдя ближе, собака обнюхала девушку. Звериный нос ощупывал воздух в поисках вкусного запаха. От Даши пахло только розами, и собака разочарованно скрылась в зарослях.

Вздох облегчения сорвался с губ, и Даша поспешила к дому. Пальцы впились в дверную ручку, и тяжелый скрип процарапал вечер. Девушка шагнула в темноту дома. Ладонь скользнула в карман, где прятался телефон. Фонарик-то опаздывал вместе с Кариной.

Темнота навалилась ужасом сзади, сомкнув хватку на теле Даши. Пронзительный крик заметался по комнате, словно летучая мышь. Девушка попыталась вырваться. За спиной, отразившись звоном от стен, раздался смех. До обидного знакомый. Хватка разжалась, отпуская Дашу. Девушка рывком повернулась к подруге.

– Ты, вообще, нормальная?!

В темноте был виден лишь смутный высокий силуэт.

– Это нужно было заснять! – Сквозь хохот выдавила Каринка.

– У тебя совесть есть?! Так пугать!

– Да ладно тебе, – легкомысленно бросила подруга. – Цветы не забыла?

– Нет, не забыла, – все еще обижаясь, хмуро ответила Даша. – Просто я уже дома их разобрала на лепестки.

Щелкнув кнопкой фонарика, Карина направила луч вглубь дома. Пустые комнаты смотрели на незваных гостей с укором. Свет фонарика выхватил игрушечного мишку, забытого хозяевами. Завалившись на бок, он лежал на полу среди всевозможного мусора. Остекленевшие глаза игрушки пристально смотрели на подруг. Неподалеку валялись смятая банка от «Кока-Колы» и пачка от сигарет. Чуть подальше поблескивали зеленые осколки бутылок. Похоже, Даша и Карина были не первыми, кто заглянул сюда.

Сквозь дверной проем виднелся кухонный стол, который каким-то чудом никто не утащил. Компанию ему составлял только стул с отломанной ножкой. Остальная мебель исчезла так давно, что слой мусора скрыл места, где она стояла.

Карина двинулась к цели, ради которой они сюда пришли, и Даша последовала за подругой. Луч фонарика падал на пол, освещая девушкам дорогу. Под ногами то и дело хрустели скелеты прошлого: всевозможный мусор дома, медленно рассыпающегося в одиночестве.

Свет фонарика выдернул из темноты блеск паутины. Она полотном затягивала верхнюю часть дверного проема. Пригнувшись, Карина проскользнула в кухню и повернулась к подруге. Даша нерешительно замерла, впившись взглядом в паука.

– Подумаешь, всего лишь маленький паучок, – насмешливо произнесла Карина, стоя по ту сторону паутины.

Всего один взгляд на паука вызывал у Даши желание сбежать. А если представить мерзкую щекотку тонких лапок… Девушка поежилась, глядя на паутину. И совсем он не маленький! Раскинув длинные лапы, упитанный паук поджидал жертву.

Даша обреченно вздохнула: не отказываться же от съемок из-за ее арахнофобии! Пригнувшись как можно ниже, она нырнула под паутину. Оказавшись в кухне, девушка повернулась к дверному проему. Взгляд скользнул по паутине, проверяя, не зацепила ли Даша паучьи владения. Восьмилапый кошмар невозмутимо восседал на поблескивающей сетке.

Даша принялась выкладывать из сумки на стол все необходимое. Тринадцать красных свечей, круглое зеркальце, нож, два целлофановых пакетика с лепестками: черными и белыми. Лежащий фонарик заставлял предметы отбрасывать длинные тени. Смутное волнение наполняло душу.

– Фотик не забыла? Как тогда, на кладбище, – хихикнула Карина.

Уголки губ Даши дрогнули в невольной улыбке. Темнота грусти наполняла жизнь девушки, но подруга всегда умела подарить ей маленькую звездочку радости.

– Подумаешь, ничего не сняли, зато какая прогулка вышла! – Насмешливо произнесла Даша. – Надгробия, кресты, полнолуние – красотища!

– Ага, почти романтика, – поддержала ее подруга. – Свидание со злобным сторожем, вообще, незабываемо.

Улыбаясь, Даша расстегнула чехол и протянула фотоаппарат:

– Но сегодня моя девичья память ничего не испортила. Так что я думаю, с альтериусом нам повезет больше, чем с кладбищенскими духами.

– Знаешь, теперь мы просто обязаны стать популярнее, – взяв его, мечтательно произнесла Карина. – Фотоаппарат-то получше. Хоть какая-то польза от твоего отчима!

Даша мрачно уперлась взглядом в стол. Да, подарок Олега был полезным, но почему-то раздражал. Как и сам отчим.

Вооружившись фонариком и фотоаппаратом, Карина спросила:

– Ну, что? Готова?

– Да, но больше я тебе выбор обряда не доверю! Вечно у тебя то кладбища, то кровопускания, – в шутку проворчала Даша.

Долгие дни подготовки остались позади. Теперь начиналось самое интересное: съемки.

Дубль за дублем ничего не получалось. То девушки начинали смеяться с какой-нибудь мелочи, то Карина увязала во вступительной речи, то Даша путалась в словах заклятья – и кто придумал писать их на латыни?! Девушка неделю потратила на то, чтобы более-менее разобраться, как все это читается.

– Так, все, соберись! – Потребовала Карина. – Тринадцатый дубль! С таким числом все должно получиться, – уверенно произнесла девушка и тыльной стороной ладони откинула короткие пряди, упавшие на лицо.

Направив фотоаппарат на себя, она осветила фонариком лицо. Тени очертили и без того резковатые черты. В складках снуда запутались полосы темноты. Карина начала рассказ о старинном обряде и духе-альтериусе, которого можно призвать из зеркальных глубин.

Текст, уже выученный наизусть, проскальзывал мимо слуха Даши, оставляя в разуме лишь обрывки. Взгляд скучающе блуждал по подготовленным предметам.

– И прямо сейчас мы рискнем и проведем обряд! – Зловеще заключила Карина, переводя на подругу луч фонарика и объектив фотоаппарата.

Даша положила зеркало на середину стола. Отражение подхватило холодный свет, разбавляющий темноту. Первые слова на неизвестном девушке языке неуверенно сорвались с губ, а затем голос окреп, выплетая строки заклятья.

Пальцы правой руки сгребли ворох белых лепестков. Зеркало окружила линия цветочного аромата. Левая рука потянулась к черным лепесткам, и второе кольцо осыпалось рядом с первым.

Даша сосредоточено произносила каждое слово. Взгляд напряженно следил за движениями рук. Усталость окутывала разум, и испортить дубль снова не хотелось.

Вокруг лепестков сомкнулся редкий восковый заборчик: невысокие свечи в самодельных подсвечниках из металлических крышек. Даша посадила на каждую из свечей рыжий огонек. Поначалу маленькие кусочки пламени робко жались к фитилям, но затем осмелели и стали размеренно покачиваться. Тринадцать свечей. Тринадцатый дубль.

Карина щелкнула кнопкой фонарика. В комнате осталось лишь теплое свечение мерцающих огоньков. По столу расползлись подрагивающие тени.

Заклятье перетекло в заключительные строчки. Даша потянулась за ножом. В душе скрутился змеиный клубок страха. Лезвие поймало отблески свечных огоньков. Левая рука зависла над зеркалом. Тени испуганно метались по столу, будто пытались сбежать. Решительность окутала правую руку, и пальцы стиснули рукоять ножа. В сумрачный воздух рухнуло последнее слово заклятья.

Карина наклонилась над столом, приблизив фотоаппарат к рукам подруги. Закусив губу, Даша провела кончиком ножа по ладони, и острое лезвие оставило на коже кровавую нить. Наклонив руку, девушка позволила красной капле сорваться вниз.

Время растянулось. Свечные огоньки притихли, и тени затаили дыхание. Капля коснулась зеркала, и по стеклянной глади, словно от удара камня, расползлись трещины.

Даша испуганно отдернула руку. Сжав ладонь, девушка почувствовала теплую влагу, которая сочилась из пореза. Взгляд был прикован к разбитому зеркалу. Капля ее крови краснела в центре паутины трещин. Даша непонимающе посмотрела на подругу.

Взгляд Карины наполняло странное оцепенение. Девушка, казалось, смотрела сквозь Дашу. В глазах плескался ужас. Карина медленно подняла фотоаппарат, чтобы заснять подругу. Точнее, того, кто был за ее спиной.

Растянувшееся мгновение вздрогнуло, и время снова ринулось вперед. Тени заволновались, и густая темнота поглотила огоньки свечей.

========== Глава 2. ==========

Еще в середине недели Лешка – младший брат Даши – начал канючить, упрашивая взрослых куда-нибудь выбраться. Так в планах на воскресенье наброском появился поход в развлекательный центр. Мальчишка ждал выходных с нетерпеливым блеском в глазах. Даша же молчаливо надеялась, что к воскресенью проблема решится сама собой. Убивать день в компании семьи ей не хотелось.

Удачливой Даша никогда себя не считала. В этот раз везение тоже проскользнуло мимо нее: мать и Олег про обещание не забыли, никакая случайность в планы не вмешалась.

Воскресное утро Даша встретила хмурым взглядом исподлобья. В окно заглядывало яркое небо, но солнечные лучи не могли прокрасться теплом в душу девушки. На кухне поджидала семейная стая, изголодавшаяся по впечатлениям.

Лешка вертелся вокруг отчима, и голос мальчишки казался радостным щебетом. Мать жарила яичницу, и запах еды раздражающе полз по воздуху.

– Я завтракать не буду, – невольно поморщилась Даша.

Девушка прошла к шкафчику и достала банку растворимого кофе.

– Почему? – Спросила мама, сбрасывая жареные яйца на тарелки.

– Все равно в пиццерию потом зайдем, – передернула плечами Даша.

«Затянете», – мысленно добавила она. Семейные развлечения были редким явлением. Тем не менее всегда проходили по расписанию: ужасно скучному и раздражающему.

– Так мы ведь на целый день едем! – Раздался за спиной голос отчима.

Кофе осыпался в чашку пылью черной горечи. Пальцы зло закрутили крышку банки. Безнадежно испорченный день. И такая же жизнь.

Девушка молча уселась за стол. Взгляд уперся в темную кофейную глубину.

Уже через пару минут семья отчаялась втянуть Дашу в свою веселую болтовню. Между ними опустилась невидимая завеса. По одну сторону – оживленная беседа, по другую – угрюмая тишина. Девушка медленно потягивала кофе. Такой же горький, как настроение.

После завтрака Олег отправился в гараж, и Лешка хвостиком увязался за отчимом. Даша уныло уставилась в опустевшую чашку. Сейчас мама домоет посуду – и нужно будет ехать. Шум воды неумолимо сгрызал время.

– Даш, ну, что опять не так? – Немного раздраженно спросила мать, подставляя тарелку под струю воды.

Девушка неопределенно пожала плечами. Можно подумать, кого-то действительно интересует, что у нее на душе!

– Ты не хочешь ехать? – Женщина повернулась к дочери.

Тонкая прядка, выскользнув из аккуратной прически, опустилась вдоль щеки темным завитком. Руки замерли, скомкав посудное полотенце.

– А какая разница? – Уточнила Даша с горечью в голосе.

Мать бросила полотенце на стопку тарелок:

– Почему ты все время от нас отгораживаешься? Это из-за Олега? – Она на всякий случай приглушила голос. – Но ведь он хорошо к тебе относится. Так в чем дело?.. Расскажи мне!

– Зачем? – Безысходность пропитала тон Даши. – Разве что-то изменится?

Входная дверь хлопнула, и через минуту в кухню вбежал Лешка. Мальчик лучился радостным предвкушением.

– Ну, вы скоро? – Нетерпение наполняло его голосок.

Мама посмотрела на Лешку, и ее губы тронула легкая улыбка. Эмоции спрятались в голубой глубине глаз. Внезапное появление братика оборвало нить тягостного разговора, и Даша невольно почувствовала облегчение. Что толку говорить? Все равно мама не поймет. У нее своя жизнь, а у Даши – своя.

Город, в котором они жили, нагонял на Дашу тоскливую скуку. Каждый год девушка безнадежно следила за тем, как сменяют друг друга грязная зима, слякотная весна, пыльное лето и ржаво-туманная осень. В каждый сезон город казался Даше особенно уродливым и серым. Даже солнечный день не мог придать его улицам очарования.

Нормального развлекательного центра в нем тоже не было. Подъехав к его жалкому подобию, семья Даши радостно направилась на звук детского смеха и визга. Девушка обреченно поплелась следом. Взгляд скользнул по ярким краскам. Детский лабиринт, батут, бассейн с шариками, пара игровых автоматов да стол с воздушным хоккеем. Через проход – маленькая кафешка, где всегда готовят отвратительный терпкий чай.

– Даш, пошли поиграем! – Лешка потянул ее к воздушному хоккею.

– Может, ты лучше с кем-нибудь познакомишься? – Даша посмотрела на малышню, которая резвилась на батуте.

– Я с тобой хочу! – Заупрямился мальчишка.

– Дашуль, ну, поиграй с братом! Мы ведь так мало времени проводим все вместе. А сегодня как раз есть возможность пообщаться друг с другом, – Олег улыбнулся, и вокруг серых глаз собрались добрые морщинки.

– Я похожа на няньку?! – Глянув на него исподлобья, проворчала Даша.

Девушка направилась к диванам, с которых родители обычно наблюдают за малышней. В спину давили осуждающие взгляды мамы и отчима.

Усевшись на свободный диванчик, Даша достала телефон. Увы, почти все ее собеседники были офлайн. Блуждая по чужим страницам, девушка скучающе поглядывала на веселящуюся семью. Олег играл с Лешкой, а мама подбадривала их веселыми комментариями. Потом женщина и мальчик поменялись местами, и игра продолжилась уже с участием взрослых. Лешка крутился возле мамы, подсказывая ей, как обыграть Олега.

«Н-да, кто-то явно впал в детство», – Даша, не выдержав ребячества взрослых, закатила глаза и отвернулась. За стеклянной стеной в кафе смеялась компания подростков. Все вокруг радостные, довольные. Все, кроме Даши.

Наигравшись в хоккей, Лешка сиганул в бассейн с шариками. Мама с Олегом, расположившись неподалеку, наблюдали за ним. Даша вздохнула. Казалось, она уже начала срастаться с диваном. В кафе телеэкраны развлекали посетителей клипами. Бодрая музыка просачивалась в детский комплекс, смешиваясь с радостным визгом. Взгляд без интереса уткнулся в один из телевизоров.

Даша уже сбилась со счету, сколько клипов посмотрела. Песни казались однообразными и начинали вызывать раздражение. Девушка снова посмотрела на семью. Похоже, закругляться они не думали. Взгляд опять скользнул к стеклянной стене кафешки и зацепился за слишком знакомые светло-карие глаза. Даша непонимающе уставилась на странное видение. Мысли споткнулись и рухнули в пустоту. Даже музыка и детский смех поблекли, став размытым фоном.

У входа в кафе стояла девушка, которую Даша каждый день видела в собственном зеркале. Светло-русые волосы окаймляли серьезное лицо. Даша замерла, не в силах разорвать контакт взглядов.

Рядом на диванчик плюхнулся Лешка.

– Даш, ну, пошли с нами!

Вынырнув из оцепенения, она посмотрела на братика.

– Да подожди ты, не до тебя сейчас, – девушка раздраженно отмахнулась.

Даша выпустила свою копию из поля зрения всего на миг, но, когда взгляд вернулся к кафе, то натолкнулся на пустоту. Никого. «И что это было?» – Девушка едва заметно тряхнула головой.

В последующие часы Даше никак не удавалось выкинуть из мыслей увиденное. Слишком много всего за одну неделю. Сначала какая-то непонятная жуть во время ритуала, а теперь вот… еще одна странность.

Семейный отдых продолжался, по-прежнему вызывая у Даши лишь скуку и раздражение. Развлекательный центр, пиццерия, кинотеатр с каким-то мультфильмом, супермаркет, магазин игрушек… День, посвященный желаниям Лешки, а не Даши. Как всегда. Наконец, семья угомонилась. Пока отчим и мама улаживали пакеты с покупками в багажник машины, братик умостился на заднем сидении. Он не выпускал из рук купленный набор конструктора. Даша сжалась рядом усталой и грустной тенью. Когда отчим завел машину, из радио выпорхнула веселая песенка, и мама начала подпевать. Даша уперлась взглядом в солнечный город, проплывающий мимо окон. Ей хотелось забраться под душ, чтобы смыть с памяти этот шумный день. Он казался через чур радостным и кололся своим весельем.

Когда они приехали домой, Даша поспешила в свою комнату. Вчера Карина написала, что подобрала для них кое-что новенькое и нужно подыскать место для проведения обряда. После вызова духа-альтериуса Даше что-то расхотелось заниматься всеми этими ритуалами, а вот подруга стала еще неугомоннее. Ей даже нравилось, что мистику, возможно, подделывать больше не придется.

Даше сейчас больше всего хотелось зарыться под одеяло, закопаться в тишину и отдохнуть. Физически девушка не устала, но душевно чувствовала себя совершенно вымотанной. Семья собиралась завершить насыщенный день праздничным ужином. Проводить вечер в кругу раздражающей семьи Даше, естественно, не хотелось. Она схватила фотоаппарат и направилась к выходу. Лучше уж подготовка к обряду.

– Дашуль, ты куда? – Мама выглянула из кухни, завязывая фартук.

Девушка молча прошла мимо матери. В душе бурлило раздражение. Хлопнула дверь, и Даша сбежала из хватки домашнего уюта.

Зарождающийся вечер лип к щекам прохладой. Подруги брели по грунтовой дороге. По обе стороны от нее расстилалась пыльная пустошь, поросшая сухой травой. Дашин фотоаппарат висел на шее у Карины, и та время от времени зачем-то засоряла его память унылыми пейзажами. Казалось, она пользовалась фотиком чаще самой Даши.

– Может, наконец, расскажешь, что мы ищем? – Не выдержала Даша. – В интернете ничего конкретного не написала, в автобусе всю дорогу отмалчивалась. Все интригуешь, интригуешь! Я начинаю подумывать, что следующий ритуал – жертвоприношение. Со мной в главной роли.

– Ух ты! Да ты шутить умеешь! Это редкое явление определенно нужно заснять, – съязвила Карина, направив объектив фотоаппарата на Дашу.

– А, если серьезно? Куда мы идем?

– Нам нужен перекресток грунтовых дорог! – Сообщила Карина.

– И как ты собираешься его искать? – Даша многозначительным жестом обвела пустошь. – Вот скажи…

– Спокойно, – Карина прервала подругу. – Доверься профессиональному чутью видеоблогера!

Через какое-то время блуждания они нашли подходящее место. Ветер бродил по пустынному перекрестку. Над землей расстилалась зябкая дымка тумана. «И откуда он взялся?» – Даша взглянула на небо, которое еще полчаса назад было ясным.

– Снять, конечно, уже сегодня не успеем, – с сожалением произнесла Карина. – Ну, хотя бы место присмотрели! Кстати, вот будет круто, если дух перекрестков пойдет с нами на контакт! Он же знает все жизненные дороги и может рассказать все-все о будущем, – Карина медленно прошла по обочине, продумывая ракурсы для съемки.

– Не слишком полезный дух, – фыркнула Даша, прислоняясь плечом к стволу дерева. – Я, например, и так знаю, что меня ждет скучная неделя в универе. Ничего нового и интересного.

– А вдруг дух предскажет, что в среду ты встретишь симпатичного парня? Так у нас будет время научить тебя улыбаться, – Карина заговорщицки подмигнула подруге.

– Тот, кого я люблю, живет за сотни километров. Мы никаким образом не столкнемся на улице, – девушка поежилась от душевного холода.

– Может, пора забыть о нем? – Взгляд Карины лучился сочувствием. – Твой Рома – только повод для страданий. Ты же ему абсолютно безразлична!

– Как и всем остальным, – вздохнула Даша. – Порой мне кажется, если бы я исчезла, моя семья этого даже не заметила бы. Понятия не имею, зачем они сегодня потащили меня с собой.

Руки недовольно сплелись на груди, и взгляд уперся в сухую траву. Карина подошла к подруге, и жест поддержки мягко опустился на плечо Даши.

– Может, пытаются что-то изменить, наладить с тобой отношения?

– Вряд ли. Да и знаешь, это уже невозможно, – покачала головой Даша и спрятала в карманы озябшие ладони.

– Да ладно тебе, все не так безнадежно! – Карина вновь взяла в руки фотоаппарат, обводя перекресток взглядом объектива. – Помнишь Мишку из нашего класса? Постоянно же с отцом ругались, а теперь – ничего, перебесились, нормально сосуществуют. Нашли общий язык.

Раздражение хлынуло в мысли Даши горячей волной. Пальцы сжались в кулаки, и ногти вкололись в кожу ладоней. Даже Карина – лучшая подруга – не понимает. Что уж о других говорить?

– А я не хочу искать с ними общий язык! – Злая обида пропитала тон Даши. – Почему я? Не я виновата в том, что им на меня наплевать!

Внезапно воздух вокруг Даши резко сгустился. Опасение сжало душу напряженностью, и секунды превратились в тягучие капли. Даша спиной почувствовала на себе чей-то тяжелый взгляд. Затылок холодило дыхание неясного страха.

Ветер, вырвавшись из лап тумана, с воем набросился на одинокое дерево. Сорванные с ветвей листья заметались в тревожном танце. Пальцы холодного воздуха растрепали светлые волосы Даши. Девушка резко обернулась, но кроме нее и Карины на перекрестке никого не было. Только вуаль тумана, пропитанная сыростью и тревогой, завладела осенним воздухом.

Взгляд вернулся к Карине, которая продолжала искать ракурсы, бродя среди сухой травы. Глядя в спину подруге, Даша нахмурилась. Она еще не поняла, что именно ее насторожило, но что-то было не так. И лишь через пару секунд пришло осознание, в чем дело. Ветер безжалостно трепал светлые волосы Даши, но короткие пряди Карины даже не шевелились. Казалось, между подругами возникла невидимая грань. По одну сторону трава пригибалась к земле, а по другую – расстилалась неподвижным ковром. Ветер вился только вокруг Даши, словно угодил в хватку одинокого дерева.

– У меня тоже с семьей не все так просто, – сказала Карина, поворачиваясь к подруге.

Порыв ветра резко обмяк, позволив рыжим листьям спокойно опуститься сквозь застывший воздух.

Карина тем временем продолжала говорить:

– Будучи третьим ребенком в семье, я всегда чувствовала себя лишней. До моего рождения родители еще как-то справлялись, умудрялись прокормить двоих детей. А потом появилась я, и денег совершенно перестало хватать. Для родителей я была не дочерью, а графой расходов. В итоге, постоянные скандалы и упреки.

– Ты никогда не рассказывала о том, что они так относились к тебе, – растерянно произнесла Даша.

– А зачем? Предпочитаю не зацикливаться на проблемах, а решать их. В итоге, я устала быть лишним ртом и стала жить отдельно. Так что ты тоже можешь начать самостоятельную жизнь, – пристальный взгляд подруги наполняла уверенность.

– Это не вариант, – отмахнулась Даша.

Пустота за спиной по-прежнему давила чужим присутствием. Девушка обхватила себя руками. Короткий взгляд назад. Безлюдная пустошь. Тот, кто излучал чувство неясной опасности, прятался в туманном безмолвии. Глубокий вдох – Даша попыталась успокоить трепет сердца.

– Почему? У меня же получилось! Я ведь смогла устроиться на работу, притом сразу после школы, снять квартиру и уйти от родителей. Как видишь, все в порядке. Может, у меня и неидеальная жизнь, зато я чувствую себя взрослой и самодостаточной. Так что и ты можешь найти какую-нибудь работу и жить, как тебе захочется. О, а квартиру можем вместе снимать, – жизнерадостный звон наполнил голос Карины.

– А универ? – В тоне Даши проскользнуло сомнение.

– Переведешься на заочное. Ну, или бросишь – все равно ты его ненавидишь.

Сосредотачиваться на разговоре Даше становилось труднее и труднее. Тревога размывала реальность. Голос Карины просачивался сквозь звенящую пустоту. Перед глазами воздух дрожал зыбью, как в жаркий летний день. От тяжелого взгляда, въевшегося в спину, по коже расползалась изморозь страха.

Девушка медленно обернулась. Неподалеку посреди травянистой пустоши стояла густая тень, размытая туманом. Даша чувствовала: темный силуэт наблюдает именно за ней.

Порыв ветра, прорвавшись сквозь туманную дымку, закружил вокруг силуэта стаю ржавых листьев. Тень вздрогнула и рассеялась. Девушка видела силуэт буквально несколько секунд, но его образ, казалось, въелся в память навечно.

– Ты видела?! – Даша на миг повернулась к подруге. – Что это было?!

Взгляд вернулся к тому месту, где только что был странный силуэт. Белесая дымка тумана. Никого. Только ветер шелестел тревожным предупреждением.

– Где? – Проследив за взглядом подруги, Карина увидела лишь туманную пустоту. – Даш, ты о чем?

– Нет, ну, я ж не дура… Я же видела… – Растерянно пробормотала девушка. – Он только что был здесь!

– Кто?! Даша! – Карина пощелкала пальцами перед лицом подруги, выдергивая ее из оцепенения. – Мы, вообще-то, духа перекрестков еще не вызывали!

– Да ну тебя! Я скоро свихнусь с твоими обрядами, – в тоне Даши спрятался отголосок дрожи.

========== Глава 3. ==========

Карина бросила в чашку пакетик черного чая. Тонкие ниточки цвета поползли по горячей воде, словно щупальца водорослей. Девушка оплела кружку пальцами, и тепло прильнуло к замерзшим ладоням. Держа в руках дыхание горячего напитка, Карина направилась в спальню. Единственное, чего сейчас хотелось: зарыться под одеяло и впитывать тепло чая. Шлейф травянистого запаха расстелился по квартире. Войдя в спальню, девушка включила ночник. Комната погрузилась в желтоватый мутный свет. Возле старой мебели растянулись тени.

Чай, настаиваясь, высасывал из пакетика терпкую темноту. Несколько маленьких глотков зародили в теле робкое тепло. Карина поставила кружку на прикроватную тумбочку. На ней, свернувшись черной змейкой, лежал шнур от зарядного устройства. «Точно, нужно поставить телефон на зарядку!» – Достав мобилку из кармана джинсов, девушка положила ее на тумбочку.

Зябкая прохлада комнаты липла к коже. Взгляд скользнул к кровати. Постель обещала продрогшую ночь. Что поделать, угловая квартира под самой крышей панельного дома, продуваемая всеми ветрами. Лучшее, что может снять официантка с небольшой подработкой в интернете. «Когда-нибудь мы с Дашкой разбогатеем и сможем изменить свою жизнь. Не знаю, как она, а вот я первым делом найду другую квартирку, поуютнее», – подумала девушка, откидывая одеяло.

– Карина-а-а…

Она замерла. Приглушенный голос принадлежал Даше. Однако та нежилась в постельке у себя дома. Карина тряхнула головой, сбрасывая наваждение, и короткие черные пряди хлестнули по щекам.

– Карина-а-а… – Снова раздался отдаленный зов.

Девушка рывком повернулась на звук. Взгляд коснулся стоящего в углу трюмо. Вместо ее отражения в зеркале виднелся темный человеческий силуэт. Очень похожий на те, которые Карина сама добавляла в «мистические» видео.

Опасение пробежало по коже, оставляя холодные следы. А в разуме блеснула трепетная надежда: вот он, шанс! Настоящее видео для настоящей популярности.

Девушка пристально смотрела на зеркало, опасаясь, что потусторонний гость сейчас исчезнет. Рука взволнованно потянулась к тумбочке, ощупывая воздух в поисках телефона. Каждая секунда отзывалась в душе беспокойным нетерпением. Наконец, пальцы наткнулись на прохладную поверхность сенсорного экрана. Девушка включила камеру и медленно, боясь спугнуть зеркального гостя, подняла телефон. Отражение игнорировало и Карину, и ее движения. Только чужой силуэт.

Черный туман заволок зазеркалье, скрыв темную фигуру. Через пару секунд дымка начала рассеиваться, и в зеркале отразилась сама Карина. Девушка медленно опустила телефон, и зазеркалье повторило ее движение. Трюмо смотрело на нее повседневным отражением. Девушка остановила запись видео. Удивление оставило в душе ошеломленную пустоту.

Взгляд скользнул к экрану телефона. Карина включила запись, пересматривая видео. Камера запечатлела и странный силуэт, и поглотившую его темную дымку.

Мысли погрузились в растерянное молчание. Телефон опустился на тумбочку, пряча экран. Потрясенная увиденным, девушка села на кровать. Краем зрения Карина ухватила легкое движение, соскользнувшее с постели. Яркий кусочек фотографии. Пальцы, коснувшись гладкой бумаги, подняли с пола обрывок, на котором улыбалось лицо светловолосой девочки.

Взгляд коснулся простыни. На ней в беспорядке валялись обрывки фотографий. Девушка непонимающе уперлась взглядом в яркие клочки. Еще минуту назад их здесь не было. На обрывках виднелись кусочки детских фото, где были запечатлены она и Даша. Карина скользила взглядом по воспоминаниям, раздвигая руками кусочки детства. «Откуда?..» – Не могла понять девушка. Эти фотографии остались в доме родителей. Переезжая, Карина взяла с собой только самые необходимые вещи. Остальное она планировала забрать, когда подыщет квартиру получше.

Одно дело – подделывать мистику, совсем другое – сталкиваться с нею. В душу впились челюсти страха. Взгляд с опаской скользнул по комнате: мало ли, что притаилось в одной из теней. В душе сплелись любопытство и страх.

Отрывистый стук клюнул стекло. Невольный вскрик сорвался с губ. Девушка резко повернулась на звук. Время замерло, и ожидание неизвестности заныло тревогой.

Ночь снова постучала в окно, спрятанное за темно-синими шторами. Казалось, о него билась ветка. Только откуда взяться деревьям за окном девятого этажа.

Страх затаился за тканью штор. Казалось, его дыхание еле заметно шевелило складки. Ужас сковал тело Карины ледяной хваткой, вытеснив мысли из разума. Взгляд впился в синюю ткань. Слух напряженно ловил шорохи секунд, срывающихся со стрелки часов.

Стук вновь разорвал тишину. Карина заставила себя встать и медленно двинулась к окну. Шаги нерешительно касались пола. Взгляд напряженно следил за складками штор. Кошмар замер за плотной тканью, словно готовясь напасть.

Карина протянула руку к шторе. Густая тишина наблюдала за девушкой сквозь синюю ткань. Рука замерла за секунду до прикосновения. В пальцах билась мелкая дрожь. Карина нерешительно коснулась ткани, а затем резко отдернула штору. Увиденное вырвало из души испуганный вскрик.

За окном, занеся руку для очередного стука, стояла Даша. Прямые волосы стекали по плечам. Немного пухлые губы изгибала незнакомая хищная ухмылка. Карина с завороженным ужасом смотрела в глаза Даше. От взгляда ночной гостьи веяло холодом и тьмой.

***

Вернувшись домой, Даша сразу же закрылась в своей комнате. Рухнув на кровать с телефоном, она погрузилась в мир соцсетей. Постепенно вокруг девушки сгустилась темнота, но Даша по-прежнему продолжала вглядываться в светящийся экран. Собеседник проводил в интернете все свободное время. Сейчас он тоже был онлайн. Вот только ее сообщения оставались безответными. Как и чувства.

Девушка опустила телефон. Она лежала спиной к стене, и взору открывалась почти вся спальня, окутанная ночью. Весь маленький мирок грусти. У окна поблескивала в лунном свете поверхность стола. Рядом с ноутбуком громоздилась стопка учебников – раздражающее напоминание об университете. Уже сейчас, на первом курсе, учеба вызывала лишь усталую ненависть. Сквозь ночь проступали очертания шкафов, стоящих у стены. В одном пряталась одежда – одна вещь темнее другой. Во втором тихонько грустили книги. Раньше Даше нравилось, уютно устроившись в кресле-мешке, погружаться в вымышленный мир очередного фэнтезийного романа.

Печальный вздох сорвался в темноту, и веки скользнули вниз. Теперь девушке почти ничего не нравилось. Она просто не находила для этого сил. И не могла заставить себя искать их.

Даша вновь взяла телефон. Рома добавил на страницу новое фото. Мелкое изображение вкололось в душу девушки. Палец коснулся экрана, чтобы открыть фотку. Темноволосый парень с глазами цвета счастья обнимал какую-то миловидную шатенку. Она улыбалась и льнула к нему, а ее взгляд говорил Даше: «У тебя нет ни единого шанса, незнакомка, живущая за сотни километров!»

Экран телефона расплылся. Даша закрыла глаза, и с ресниц сорвалась первая капля обреченности.

В ночную тишину проскользнули ноты грустной мелодии. Звонила Карина. Палец скользнул по экрану, принимая звонок.

– У тебя все нормально?! – Голос Карины рассек мысли о неразделенной любви.

– Нет, и уже давно, – девушка перекатилась на спину, взгляд уперся в темный потолок, и грустная улыбка дрогнула в уголке губ. – Так что ничего нового.

– Ты даже не представляешь, что со мной только что произошло! Дашка, я… я такое сейчас видела! Я тебе сейчас видео скину, – телефон вибрировал эмоциями. – Ты мне, главное, скажи: у тебя точно все в порядке?

– Да что случилось?! – Забеспокоилась Даша.

В ответ хлынул взволнованный рассказ. Даша села на кровати, недоверчиво вслушиваясь в шокирующие слова. Краешком разума она ожидала: сейчас подруга рассмеется и признается, что шутит. Однако «шутка» продолжалась, а в тоне Карины все также теснились эмоции.

Даша встала и принялась расхаживать по комнате. Шаги ложились на широкую полосу лунного света. Нетерпеливые вопросы то и дело прерывали речь подруги. Даша с трудом сдерживала тон, чтобы не разбудить младшего брата, спящего в соседней комнате.

Выслушав Карину, Даша поведала о вчерашних странностях, произошедших с ней в развлекательном центре и на перекрестке.

Телефон выплеснул радостный визг Карины:

– Ну, наконец-то! Дашка, у нас получилось!

Даша остановилась возле трюмо. В ночном полумраке ее отражение казалось бледным призраком. Печальный голос шорохами лег на ночной воздух:

– Да, получилось, но толку-то?.. Знаешь, я надеялась, что мы вызовем какого-нибудь духа – и все изменится. Ну, вызвали… ну, явился. А дальше что? А дальше, Кариночка, все по-прежнему. Тебе завтра на работу, где ты вкалываешь за копейки, а мне – на учебу, которую я даже не выбирала.

– Я тебе поражаюсь! Ты хоть понимаешь, что в нашей жизни произошло! Альтериус не только явился во время обряда – он остался в нашем мире! Так что, может, вынырнешь ненадолго из своего пессимизма? Ну, хотя бы для разнообразия! – Возмутилась собеседница.

– Пессимизм? Нет, Карин, я просто на вещи смотрю реально.

– Н-да, подруга, тебе явно пора брать себя в руки! – Веселье Карины померкло. – Я, конечно, все понимаю, но… – Следующие слова размылись для Даши бессмысленностью.

«Нет, не понимаешь, – мысленно ответила она подруге. – Никто не понимает».

…Пять лет назад, когда отец лежал в больнице, Даша спросила у матери, может ли пойти к подруге. Душа девочки мучительно стремилась отвлечься. Женщина подняла на нее взгляд покрасневших голубых глаз. Этот кадр въелся в память, и теперь легко выныривал из воспоминаний. «В семье проблемы, а ты только и думаешь, что о развлечениях!» – Обвинила тогда мама. Мать просто выплеснула боль и тревогу, но девочка услышала в ее словах, что не должна радоваться жизни, пока все не наладится. А после было еще много упреков… Спустя месяц годовалый брат Даши впервые побывал на кладбище: на похоронах отца. Мать, естественно, забыла о сказанном в момент боли и отчаяния. А вот в душе девочки эти бесповоротные слова зародили не просто трещину – они разрослись темной пропастью…

Что бы там ни говорила Даша, а произошедшее все-таки зажгло в ее душе искорку заинтересованности. Девушка несколько раз пересмотрела присланное подругой видео. Мысли, словно маленькие червячки, копошились в голове.

Внезапно ресницы окутала тяжесть. Странная сонливость навалилась на тело Даши. Девушка непонимающе посмотрела на экран телефона. Время детское, еще и одиннадцати нет. А ведь обычно Даша засиживалась в интернете далеко за полночь! Девушка попыталась отогнать слабость и продолжила вглядываться в экран. Спустя пару минут веки безвольно скользнули вниз. Рука Даши опустилась на кровать. Сочащийся из экрана свет разбавлял ночь, но девушка этого уже не видела. Она погрузилась в лишенную сновидений тьму.

На следующий день Даша обнаружила телефон возле кровати. Встреча с твердым полом не прошла бесследно: сенсорный экран теперь прорезала паутина трещин. К счастью, они затронули только защитное стекло, и телефон отзывался на прикосновения. Однако Даша все равно в очередной раз убедилась в своей невезучести. «И угораздило же заснуть с телефоном в руке», – мысленно упрекнула себя девушка.

Наспех позавтракав, Даша отправилась в университет. На занятиях монотонная речь преподавателей проплывала мимо разума. Девушка то и дело в нетерпении поглядывала на часы. Даше хотелось, чтобы учеба поскорее выпустила ее из своих лап. Ведь впереди вечерние посиделки с Кариной, а им столько всего нужно обсудить!

Время от времени взгляд скользил по сторонам, выискивая и в то же время боясь увидеть странную тень. Мысли бродили по воспоминаниям. Память снова и снова выталкивала на поверхность всю цепочку событий. Странности во время ритуала, девушка-двойник, темный силуэт на перекрестке, потусторонний гость…

Когда занятия наконец-то закончились, она поспешила к Карине. Девушки несчетное количество раз пересмотрели видео. Они разобрали вчерашние странности на мельчайшие детали. Подруг не покидало ощущение, что за ними кто-то наблюдает. Зазеркалье, излучая тяжесть незримого присутствия, притягивало внимание девушек. Казалось, комнату опутывали невидимые щупальца, выползающие из прозрачной пустоты, однако отражение было совершенно обычным.

У подруги Даша куталась в понимание и уют, как в теплый плед. Уходить не хотелось, но неумолимый вечер сплел за окном паутину сумерек.

Сидя на автобусной остановке, девушка прокручивала в памяти прошедший день, и душу наполняло теплое послевкусие. Даже прохладный ветер не мог прогнать это чувство. В уголках губ поселилось что-то робкое, подозрительно похожее на улыбку. В этот момент жизнь не казалась Даше чередой штампованных дней. Однако впереди ее поджидал вечер в доме, стены которого угнетали, как прутья клетки.

Стоило Даше открыть дверь, как в коридор выбежала мать. Несколько тонких темных прядей выбились из пучка, скрученного на затылке. В голубых глазах матери темнело возмущение.

– Ты где пропадаешь?! – Сквозь сдержанность в тон прорывалось беспокойство.

– Я у Карины была, – растерянно ответила девушка, дернув «молнию» осенней жилетки.

Даше всегда казалось, что матери безразличен образ жизни дочери. Ходишь в университет, делаешь свою часть работы по дому – и замечательно. К тому же, мама всегда спокойно относилась к тому, что Даша почти каждый день отправлялась к подруге.

– Ведешь себя так, будто ничего не случилось! – Слова матери горчили осуждением.

Обида и застарелая тоска тенью легли на взгляд Даши. В попытке их скрыть она прищурилась, как от промозглого ветра. Слова, которые девушка никогда не решалась произнести, вновь запульсировали в разуме болью: «А что случилось? То, что пять лет назад умер отец? Или то, что с тех пор я разучилась улыбаться? Или то, что ты, мама, не придала этому значения?! А потом привела в дом чужого мужчину, которого Лешка стал звать неправильным и обидным «папа». А для меня… для меня просто не осталось места в твоей жизни».

В попытке спрятать эмоции Даша повернулась к шкафу. Нарочито медленно вешая жилетку, девушка пыталась выиграть время, чтобы успеть натянуть маску безразличия:

– Ну, и что же у вас случилось?

– У нас? Лучше скажи, что у тебя случилось? Знаешь, если в твоей жизни появились какие-то проблемы, то нужно прийти и обсудить их с семьей. Мы бы разобрались в этом все вместе. Даш, ты ведь взрослый человек, могла бы спокойно рассказать, в чем дело, – в тоне матери слышался сдержанный упрек. – А не бросаться на всех с обвинениями и устраивать скандалы ни с того, ни с сего!

– Мам, какие скандалы? О чем ты, вообще, говоришь?

Взгляд Даши на миг с сожалением коснулся двери. А ведь еще полчаса назад оттаявшая душа купалась в тепле, и жизнь не казалась безрадостной.

– Ты еще скажи, что не помнишь, как швырнула настольную лампу о стену, как раскидала учебники и порвала конспекты? А как искромсала свой рюкзак ножницами, может, тоже не помнишь?

Даша непонимающе уставилась на мать. Разум ошеломленно споткнулся в попытке осмыслить услышанное. В памяти девушки сегодняшнее утро хранилось отпечатком привычной серости. Завтрак, дорога в универ, скучные занятия… Словом, не было ничего похожего на тот бред, который несла мать.

– В общем, так, – голос матери налился твердостью, – я не позволю, чтобы ты сломала себе жизнь. Ни о каком уходе из университета не может быть и речи!

Даша посмотрела на мать широко распахнутыми глазами. Мысли заметались в непонимании. «Стоп, откуда она может знать о нашем разговоре с Кариной?» – Мелькнуло в голове. Да и к тому же, хоть подруги и говорили об этом, бросать учебу Даша не собиралась. Все-таки куда проще плыть по течению, чем брать на себя ответственность за свои решения. Девушку раздражала учеба, но начинать взрослую жизнь совершенно не хотелось.

– Уход из универа? Мам, ты о чем? – Непонимающе уставилась на нее девушка.

– О том, что ты устроила сегодня утром!

– Устроила?! Да я позавтракала и сразу ушла на занятия, – растерялась Даша. – Ты же еще упрекнула, что из меня, как всегда, слова не вытянешь!

Мать кивнула, вроде как соглашаясь, после чего продолжила:

– Ну, да, вот только потом вернулась и заявила, что бросаешь учебу. Устроила погром в своей комнате, хлопнула дверью и пропала на весь день!

Из дверного проема, ведущего в кухню, выглянул Лешка. Братик прятался за косяком, словно пугливый зверек в норке.

– Ты была злая, – прибавил он, глядя на сестру.

– Но я не возвращалась! И уж тем более ничего такого не говорила! – Девушка сжалась, будто пытаясь скрыться от странной реальности. – Мам, ты можешь позвонить в универ – я была на занятиях!

Даше казалось, что реальность расслоилась. В своем слое девушка быстро позавтракала и отправилась на занятия. А вот в чужом?.. В цепочку непонятных событий добавилось новое звено.

Выпутавшись из непонятного разговора, Даша скрылась в своей комнате. Взгляд скользнул по привычной обстановке спальни. Ну, и где погром? Учебники аккуратной стопкой лежали возле ноутбука. Привалившийся к шкафу рюкзак был вполне себе целым. Да и лампа стояла на столе опровержением маминых слов.

Даша была уже готова усомниться в адекватности матери, но в этот момент в памяти всплыло испуганное лицо Лешки. Детские глаза, полные страха, не могли соврать.

Девушка вытащила из сумки телефон. Среди всех этих странностей душа отчаянно тянулась к пусть виртуальному, но лучику понимающего тепла. Однако Карины не было онлайн.

Даша вошла в переписку с Ромой. Как ни странно, завсегдатай соцсетей целый день не появлялся на своей странице. Последний раз он был в интернете ночью. В 00:13.

На странице парня было опубликовано фото двух роз. Белой и черной. Ощущение, что окружающий мир свихнулся, окрепло.

========== Глава 4. ==========

По дороге в университет Даша неизменно попадала в ловушку, которая воровала настроение. Витрина небольшого магазинчика притягивала взгляд девушки. Сквозь стекло виднелись всевозможные электронные прелести. Дожидались владельцев ноутбуки, поблескивали чернотой экраны смартфонов, обещали удобство разнообразные наушники… Однако все это блекло на фоне Дашиной мечты. Она влюбилась в него с первого взгляда. Планшет, тонкий и серебристый, словно лезвие ножа.

Каждый раз, глядя на него, Даша вспоминала свой старенький черный ноутбук. Массивный, шумный и потертый – он не шел ни в какое сравнение с этим великолепием!

Вот только разве объяснишь это маме с Олегом? Они считали, что одного компьютера девушке вполне достаточно. И ладно бы у них не было денег, так нет же – стопочка купюр лежала в ящике маминого трюмо, копясь на летний отдых! А замечательный планшет вот уже полтора месяца тихонько грустил в витрине магазина, словно бы кого-то дожидаясь… но не Дашу. Конечно, можно было попытаться попросить его в подарок на Новый год или свое девятнадцатилетие, но ведь это так долго!

В итоге, пять дней в неделю, тоскливо глядя на витрину, девушка обреченно проходила мимо. И вместо серебристой мечты ее ждало уныло-серое здание университета.

Мысли еще хранили печальное послевкусие, когда Даша толкнула дверь, направляясь навстречу учебе. Девушка всегда старалась свести к минимуму общение с семьей, а после вчерашнего маминого наезда – тем более. Так что, выскользнув из дома пораньше, Даша заявилась в универ задолго до начала занятий.

Университет встретил эхом пустоты. Оставив куртку в гардеробной, девушка безрадостно шагнула к зеркалу, чтобы поправить растрепанные капюшоном волосы. Взгляд ошеломленно споткнулся о двойное отражение. На переднем плане она сама – тусклый кареглазый взгляд и лицо, привыкшее к грусти. А вот за спиной Даши стояла ее копия с недоброй усмешкой на губах.

Даша медленно обернулась. Никого. Однако в пустом пространстве явственно ощущалась тяжесть чужого присутствия. Тонкие пряди возле лица слегка шевельнулись. Из тишины повеяло неразборчивым шепотом, и чье-то ледяное дыхание обожгло щеку. По коже расползся колючий холод мурашек. Даша обхватила себя руками, словно в попытке защититься от потустороннего озноба.

Острая боль поползла по пальцам. Даша посмотрела на свои руки. Ладони были покрыты черными трещинами, словно тело разбитой фарфоровой куклы. Взгляд в ужасе впился в паутину расколов, и безмолвный крик застрял в горле. Сетка тонких трещин быстро поднималась, оплетая запястья.

Боль заключила тело в свой кокон. Даша посмотрела на себя в зеркало. Черные трещины заползли на лицо. Из расколов сочился темный дым. Казалось, еще секунда – и тело рассыплется осколками, оставив после себя лишь сгусток темноты.

Даша в завороженном ужасе смотрела на то, как вытекающая из трещин дымка завивается в воздухе черными щупальцами. Выпустив последние темные струйки, расколы стали истончаться. Их края соединились, оставив после себя гладкую кожу.

Глядя в отражение, Даша увидела, что дымка собралась за ее спиной в смутный силуэт. Фигура, сотканная из черного тумана, двинулась к лестнице. Силуэт начал постепенно приобретать четкость. Сквозь темную дымку проступили цвета. Туманная фигура превратилась в человеческий образ. Образ Даши.

Оцепенение схлынуло, и взгляд Даши метнулся вслед за альтериусом. Зеркальная копия поднималась по лестнице, и пальцы неторопливо скользили по перилам. На миг остановившись, «близняшка» обернулась. Замерев, Даша посмотрела на свое собственное лицо, а затем бросилась к лестнице. Акустика подхватила звук торопливых шагов.

Взбежав по лестнице, Даша попыталась схватить незваную гостью за руку. Однако пальцы, пройдя сквозь невесомый мираж, сомкнулись на пустоте. Взгляд заметался по сторонам в поисках странной сущности.

Колкий смех рассыпался по ступенькам звонкими бусинами. Даша посмотрела вверх, и одинаковые кареглазые взгляды встретились. Зеркальная копия нарочито медленно поднималась по следующему пролету. Расслабленная уверенность пропитывала всю ее фигуру.

Даша бросилась вверх по ступенькам. Оказавшись на втором этаже, она уперлась взглядом в пустоту длинного коридора. Ряд окон ронял на пол косые прямоугольники тусклого света. Закрытые двери прятали за собой тишину. Даша подбежала к первой из них, и пальцы рванули ручку. Заперто. Девушка бросилась к следующим дверям, но ни одна из них не поддалась.

Эмоции наполнили тело жаром. Подойдя к окну, Даша прислонилась лбом к холодному стеклу. Веки, опустившись, спрятали от девушки двор университета. Прохлада, проникая в разум, успокаивала беспорядочные мысли.

Немного придя в себя, Даша открыла глаза. Взгляд скользнул вниз и тут же наткнулся на девушку из зазеркалья. Она стояла неподалеку от здания университета и смотрела вверх, словно поджидая Дашу. Хищная улыбка скользнула по губам двойника.

Двор университета постепенно наполнялся студентами. Компания парней, увлеченно болтая, направилась ко входу в здание. У них на пути стояла девушка-мираж, и Даша невольно затаила дыхание. Компания студентов, ничего не заметив, прошла сквозь альтериуса.

«Близняшка», подняв руку, махнула Даше на прощание. В ее жесте не было ни капли дружелюбия, лишь дразнящая насмешка.

В этот момент черный туман размыл контуры зеркальной сущности. Ее фигура рассеялась темной дымкой, и та расползлась по воздуху тонкими нитями.

Ноты мелодии ворвались в тишину, заставив Дашу вздрогнуть. Рука суетливо скользнула в карман джинсов, доставая телефон. На экране высветился ряд цифр – незнакомый номер. Ответив на звонок, Даша вновь посмотрела вниз. Туда, где только что стоял потусторонний двойник.

– Даша? – Поинтересовался голос незнакомого парня.

– Да, – рассеянно ответила она.

На пару секунд динамик заволокло неловкое молчание, а затем незнакомец продолжил:

– Я не помешал? Ты просто писала, что можно звонить в любое время.

– Я?.. В смысле?! Где писала?.. – Нахмурилась Даша.

– Ну, в объявлении… – Растерялся парень.

– В каком объявлении? – Даша по-прежнему ничего не понимала.

– Ну, на сайте знакомств. Ты же писала, что тебе одиноко, что хочешь с кем-нибудь познакомиться, – в тон парня прокрался лучик заигрывающего тепла. – И фотки у тебя классные…

– Бред какой-то… Ты ошибся номером, – сухо ответила Даша и сбросила звонок.

Она уже сунула телефон обратно в карман, когда в разум прокралась смутная догадка. Опасение сжало душу. Девушка снова выхватила телефон и вошла в интернет. Никудышная скорость прилипла к экрану белой пустотой. Даша открыла историю просмотров. Первые несколько строчек – ее утренние визиты в соцсети. А раньше, в 00:13… сайт знакомств.

Палец нерешительно коснулся экрана, и по нему вновь разлился белый свет. В голове метались обрывки беспорядочных мыслей. Когда сайт наконец-то загрузился, Даша увидела объявление со своими фотографиями. Они уже несколько месяцев хранились в памяти телефона, но девушка никуда их не выкладывала. Теперь же фото располагались над мелкими черными строчками, в которых якобы Даша писала о том, что будет рада новым знакомствам.

Девушка непонимающе уперлась взглядом в экран. Сначала альтериус приходит к ней домой и выдает себя за нее, теперь – пишет от ее имени. «Что же ему от меня нужно?» – В сознании кадром застыла хищная улыбка духа зазеркалья. Несколько коротких прикосновений к экрану – Даша удалила объявление.

По коридору разнесся звук шаркающих шагов. Вынырнув из вязкой трясины мыслей, девушка обернулась. К ней приближался низенький старичок.

– Здравствуйте, Михаил Сергеевич, – она растянула губы в улыбке, оттеснив эмоции вглубь души.

При взгляде на ненавистного преподавателя в разуме начинали бурлить отнюдь не добрые мысли. Даша и раньше недолюбливала дряхлого историка, а уж когда из-за его придирок пришлось переписывать контрольную…

Вынужденно перебросившись с преподавателем парой фраз, девушка скользнула вслед за ним навстречу долгой паре, полной дат и имен. Вскоре и другие студенты завалились шумной толпой в кабинет истории.

Рядом с Дашей устроилась улыбчивая одногруппница. Это казалось какой-то насмешкой судьбы. Грустная тень и средоточие красок за одним столом. Длинные пряди соседки шикарными волнами спускались до талии, перетекая цветом из чернильно-фиолетового в розовато-сиреневый. Казалось, космос запутался в густой шевелюре.

Волосы студентки выглядели просто роскошно, пробуждая в Даше черную, как тьма новолуния, зависть. Ведь еще месяц назад соседка щеголяла с розоватым блондом!

«Надо же, так часто красит волосы, а они совсем не портятся», – зависть в который раз въелась в душу. Ведь у Даши даже без всяких красок секлись кончики, а сами волосы были тусклыми и росли со скоростью сонной улитки. Не в силах смотреть на чужую красоту, девушка уткнулась взглядом в конспекты.

Телефон вытолкнул мелодию звонка. В Дашу тут же впился осуждающий взгляд Михаила Сергеевича. Пробормотав извинения, девушка быстро вытащила телефон из кармана, собираясь сбросить звонок.

На экране вновь был ряд цифр без имени, но на этот раз они были Даше знакомы. Ее собственный номер. Девушка непонимающе уставилась на экран. Мир вокруг нее, казалось, размылся и притих. Только мелодия капала с телефона грустными нотами.

Палец коснулся экрана, принимая звонок. Даша медленно поднесла телефон к уху. Взгляд затерялся в пространстве.

– Завидуешь ей? – Девушка услышала свой собственный голос.

– Что? – Растерянно переспросила Даша.

– Запомни! Никто не стоит твоей грусти и зависти, – слова оборвались короткими гудками.

В этот момент раздался крик. Даша, сосредоточенная на странном разговоре, подскочила от неожиданности. Взгляд метнулся к источнику визга. Соседка, схватившись за голову, в ужасе смотрела на свои волосы. Волнистые пряди, словно змеи, стекали по ее нежно-розовому свитеру. Выскальзывая из-под пальцев девушки, локоны падали на светлые джинсы, сползали вниз и сворачивались на полу яркими кольцами. В панике студентка вскочила и бросилась к выходу.

Одногруппники потрясенно смотрели ей вслед. Еще пару секунд шок приковывал их взгляды к двери, которая захлопнулась за девушкой. А затем студенты начали осматриваться. Кабинет истории теперь больше напоминал салон красоты после стрижки. Пол был покрыт россыпью выпавших прядей. Их прежний блеск мгновенно потускнел – умерла заключенная в волосах красота.

Пространство заполнилось голосами. Михаил Сергеевич пытался успокоить студентов, но молодежь продолжала бурно обсуждать произошедшее. Даша оцепенело смотрела на дверь, которая захлопнулась за выбежавшей девушкой. А в разуме эхом звучал голос альтериуса.

Сразу после первой пары Даша позвонила Карине. Подруга была на работе, так что смогла выслушать лишь краткий обрывистый рассказ.

– Извини, я не могу сейчас говорить. Давай я наберу тебя, как только освобожусь? – Предложила Карина. – Ты, главное, не переживай! Мы обязательно во всем разберемся. Не волнуйся – что-нибудь придумаем!

Когда Карина отключилась, Даша раздраженно посмотрела на экран телефона. «Как всегда! Никому нет до меня дела. Стоит чему-то случиться, как у всех сразу находятся неотложные дела! А я вечно на втором месте. На мои проблемы всегда всем наплевать!» – Возмущенно подумала она.

После занятий Даша возвращалась домой, опасливо поглядывая по сторонам. Присутствие альтериуса в ее жизни наполняло душу вязкой темнотой страха. Вспоминая слова духа, Даша почти физически ощущала безжалостность, которая пропитывала его тон во время телефонного разговора. Она не могла выбросить альтериуса из головы. Дашу преследовало ощущение, что в толпе вот-вот мелькнет ее собственная фигура. Однако вокруг были только чужие лица.

Дома девушку ждал подарок. Он лежал на столе в ее комнате, завернутый в празднично-красную бумагу и обвязанный золотистой лентой. «И по какому поводу сюрприз?» – Без особого интереса подумала девушка. Пальцы равнодушно потянули ленточку – все равно то, о чем она мечтает, не подарят.

Развернув оберточную бумагу, Даша с удивлением и восторгом посмотрела на темную коробку. На ней был изображен тот самый, давно желанный, планшет. Счастье наполнило душу ликованием. Даша, затаив дыхание, открыла коробку, и пальцы завороженно скользнули по темному экрану.

Держа в руках планшет, девушка краем глаза заметила лежащий на дне коробки белый прямоугольник, перечеркнутый черными строками. Восхищение испуганно спряталось в глубине души, ведь почерк был ей хорошо знаком. Даша отложила планшет в сторону. Пальцы с опаской коснулись строчек.

«Иногда нужно делать себе подарки», – было выведено ее почерком, но не ее рукой.

Даша оперлась ладонями на стол, и взгляд скользнул по лежащим на нем предметам. Темно-красная оберточная бумага поблескивала кровавым. Экран планшета таил в себе зловещую темноту. Серебристая мечта потеряла всякое очарование, оказавшись в тени страха.

В душе забурлили эмоции, и Даша зло смела со стола коробку. Пальцы схватили оберточную бумагу. Смяв ее, девушка бросила шелестящий комок на пол.

Взгляд зацепился за фотографию. Выпав из коробки, она перевернулась изображением вверх. Знакомый кадр из далекого прошлого, отголосок счастливой жизни. Девушка подняла фотографию с пола. На ней десятилетняя Даша позировала возле маминого трюмо. Зеркало отражало ее лицо с милой улыбкой на губах.

В руках Даши застывшее изображение оттаяло и начало изменяться. Девочка осталась неподвижной, а вот отражение хищно усмехнулось. Вздрогнув, Даша выронила фотографию.

В этот момент за спиной открылась дверь. Даша, подскочив на месте, обернулась. Вошедшая в комнату мама осторожно начала:

– Даш?! У тебя все нормально?

– Нормально! – Отрезала девушка.

Мать скользнула взглядом по коробке и оберточной бумаге, разбросанным на полу.

– Дашуль, я, вообще-то, с тобой поговорить хотела…

Мама подошла к Даше и заметила лежащий на столе планшет. Женщина замерла в странном недоверчивом оцепенении. В разуме девушки суматошно заметались мысли. В правду мама не поверит, а никакое реалистичное вранье в голову не приходило.

– Так вот, в чем дело, – с горечью прошептала женщина и перевела на дочь взгляд, полный осуждения. – А я как раз хотела поговорить про деньги… Неужели ты правда думала, что я не замечу?

– Чего не заметишь? – Осторожно уточнила Даша.

– Только не нужно делать вид, что ты тут не при чем! – Возмутилась мать. – Пропадают отложенные деньги, и в этот же день у тебя появляется планшет! Странное совпадение, не находишь?

– Но я ничего не брала…

– Тогда откуда это?! – Женщина схватила планшет.

Даша в молчаливом отчаянии посмотрела на мать. Девушка почувствовала себя беспомощным насекомым, угодившим в паутину. А приближающимся пауком, увы, была не мама.

– Это… подарок, – Даша вытолкнула слова, шероховатые от неуверенности.

Девушка подняла с пола смятую оберточную бумагу.

– Видишь? – Тон Даши потихоньку обрел твердость.

По лицу матери проскользнуло сомнение.

– И кто же тебе дарит такие дорогие вещи?

Даша опустила взгляд, словно подарочная бумага могла подсказать ответ. Тяжелая тишина окутала комнату.

– Может, хватит врать? – Раздраженно произнесла женщина. – Или ты скажешь, что деньги взял Лешка и купил себе вагон мороженного?.. Завтра же верни планшет в магазин!

– А если обратно брать не захотят? – Девушка с сомнением посмотрела на черную поверхность экрана.

– Меня это не касается! Раньше нужно было думать, – резко ответила мать. – Даш, да как ты не понимаешь? Нельзя делать все, что тебе в голову взбредет!.. Я не понимаю, что в последнее время с тобой происходит…

Следующие слова матери проплывали отрывками мимо разума. Мысли девушки бродили далеко-далеко, пытаясь понять, что же нужно альтериусу.

– В последние дни тебя словно подменили, – выплеснув эмоции, горько заключила мать и вышла из комнаты.

«Ну, да! Подменили… Ты даже себе не представляешь, мама, насколько ты права!» – С горечью подумала Даша, глядя ей в спину.

На следующий день девушка без сожалений сунула в сумку коробок с планшетом. Даше не хотелось, чтобы что-либо связывало ее с альтериусом. Проходя мимо витрины, она увидела в ней пустующее место. Магазин был закрыт, и девушка поняла, что сможет вернуть планшет только после занятий. Бывшая мечта, казалось, наполняла сумку немыслимой тяжестью.

Даша брела по тротуару сквозь толпу утренних прохожих, когда мимо нее проехала темно-зеленая машина. Девушка проводила недовольным взглядом знакомый номер. Хоть бы раз сосед подбросил ее – им ведь по пути! Так нет же, даже не заметил!

Даша уже собиралась отвести взгляд, как вдруг перед машиной соседа повисла дымка тумана. Заклубившись, она приняла форму человеческого силуэта. В дымке проявились цвета, и Даша увидела саму себя, возникшую на дороге.

Время сгустилось, будто оттягивая непоправимое. Замерев на тротуаре, Даша смотрела на альтериуса широко распахнутыми от ужаса глазами. Звуки доносились до разума, словно из-под толщи воды. Кто-то из прохожих зацепил Дашу, но она сквозь оцепенение едва ощутила это.

Темно-зеленая машина рванулась в сторону, чтобы объехать девушку. На соседней полосе поджидала неизбежность – навстречу ехал массивный внедорожник. Его поверхность ловила тусклый солнечный свет, как черное гладкое надгробие. Лицо водителя издали казалось лишь смутным портретом на могильном камне. Осеннее утро покорежилось грохотом столкнувшихся машин. Пронесшийся над дорогой крик вспорол воздух болью.

Люди взволнованно зашумели, и часть прохожих бросилась к месту аварии. Кто-то вытащил телефон, чтобы позвонить в «скорую». Даша замерла в толпе зевак, не в силах оторвать взгляд от того места, где только что стоял дух зазеркалья.

Ощущение потустороннего присутствия расползлось по телу мурашками страха. Она больше не могла здесь находиться, буквально кожей чувствуя мистическую опасность. В искореженном металле, приковывающем взгляд, явственно чувствовалась беспощадность альтериуса. Гнетущее осознание смерти сжимало Дашу в своих тисках.

Уйти. Сбежать. Не видеть.

Даша бросилась прочь. Вдруг среди толпы, глазеющей на страшное зрелище, взгляд девушки столкнулся с точно такими же карими глазами. Легкая улыбка скользнула по губам альтериуса, и зеркальная сущность направилась прочь.

Даша побежала вслед за альтериусом, сталкиваясь с зеваками. Она не обращала внимания на чужие лица и фигуры, вцепившись взглядом в ускользающую девушку в темно-серой осенней куртке. Та завернула за угол, скрывшись из виду. Оказавшись на другой улице, Даша заметалась взглядом по незнакомым людям. Дух зазеркалья исчез.

Остановившись, девушка попыталась восстановить дыхание. Память вытолкнула образ женщины-экстрасенса. Где же визитная карточка? Кажется, Даша тогда сунула ее… Пальцы суетливо дернули «молнию» кармана куртки. Девушка достала визитку, и взгляд скользнул по кроваво-красным строчкам.

Первый порыв решительности сменился сомнением. Очутившись в трясине неопределенности, Даша нуждалась в совете. Палец коснулся экрана, отправляя Карине взволнованный звонок. Эмоции отчаянно стремились вырваться наружу. Каждый гудок казался невыносимо долгим. Как только Даша услышала звонкое «Приветик», рассказ хлынул волной переживаний:

– Карин, я так больше не могу! Я уже с ума схожу от всего этого! Он все время рядом, он преследует меня…

– Даш, да что случилось? Кто преследует? – Перебила ее Карина.

– Альтериус… Сначала вчерашнее, а теперь, – голос притих, пряча слова от прохожих, – он чуть не убил моего соседа… или не «чуть», – Даша, поежившись, посмотрела на дорогу.

Передняя часть темно-зеленой машины превратилась в груду искореженного металла. Вряд ли у водителя был хоть какой-то шанс выжить. Душу девушки сжал ноющий холод ужаса.

– Так, успокойся и давай по порядку! – Уверенный тон Карины прервал поток сбивчивого ужаса.

Даша попыталась утихомирить эмоции, но они продолжили бурлить в душе смесью отчаянья и страха.

– Помнишь, я тебе рассказывала про своего соседа? Ну, того, который ни разу не соизволил меня подвезти.

– Ну, помню.

– По-моему, альтериус его только что… убил.

– То есть?

– Понимаешь, он появился просто из ниоткуда! Прямо на проезжей части перед машиной! – Страшное зрелище вновь притянуло взгляд, полный ужаса. – Карина, тут такая авария!

– Так что, правда, насмерть?!

– Точно не знаю, но машина его всмятку, – Даша обреченно покачала головой. – Я тут подумала, может, мне стоит позвонить той женщине – помнишь, я рассказывала?

– Не спеши звонить, – после секундной задумчивости сказала Карина. – Может, еще сами во всем разберемся.

– Как?!

Несколько прохожих обернулись, посмотрев на Дашу. Девушка попыталась взять себя в руки и уже тише продолжила:

– Да что мы можем сделать?

– Для начала нужно понять, что он от нас хочет, – начала размышлять подруга. – А для этого – выйти с ним на контакт. Давай сегодня сходим в тот дом, где проводили ритуал. Может, он там появится и объяснит, что ему нужно… В конце концов, именно там все началось.

– Думаешь? – Засомневалась Даша. – Ладно, давай попробуем. Может, и правда из этого что-то получится.

– Вот и чудненько. Тогда давай встретимся сегодня вечером. А сейчас – топай на учебу, ты ведь уже опаздываешь. И мой тебе совет, подруга… постарайся ни о чем не думать. Ну, хотя бы до вечера.

– Ага, легко сказать! – Конец фразы оборвался истерическим смешком.

– Слушай, а ты случайно не успела заснять появление альтериуса? – В тоне Каринки блеснуло озорство.

– Карина, ты нормальная?! – Перед внутренним взором Даши до сих пор стояла авария. – Как ты, вообще, можешь? Если бы ты все это видела, то…

– Ладно-ладно, я шучу! – Примирительно произнесла Карина, а затем поторопила: – Все, давай, беги в универ, а то опоздаешь.

Войдя в пустынный холл, Даша поняла, что и правда опоздала. Бросив мрачный взгляд на часы, девушка в который раз убедилась в своей невезучести. Оставив куртку в гардеробной, Даша направилась к лестнице.

Университет казался обителью призраков – вокруг ни единого человека, только звуки разгуливают в пустоте. Акустика скатывалась по лестнице, и до слуха девушки доносились голоса и шаги, касающиеся ступенек.

Вдруг Даша почувствовала, как в душу змеей скользнула смутная тревога. Воздух сгустился в попытке не пустить девушку к ступеням, и оцепенение заковало тело в свою хватку. Прислушавшись, Даша поняла, что спускающиеся по лестнице спорят. Судя по обрывкам фраз, речь шла о прошедшей контрольной. Один голос принадлежал Михаилу Сергеевичу. Другой тоже был знаком Даше. До колючих мурашек страха знаком.

На лестничную площадку шагнул Михаил Сергеевич. Он, активно жестикулируя, что-то доказывал спускающейся за ним студентке. Хотя Даша и узнала ее голос, но, увидев собеседницу преподавателя, невольно отпрянула. С Михаилом Сергеевичем говорила она сама. Знакомые черты лица искажало чуждое самоуверенное выражение.

– Все, Дарья, разговор окончен! – Отрезал преподаватель.

Взгляд Михаила Сергеевича наткнулся на Дашу. Преподаватель непонимающе обернулся, посмотрев на альтериуса. Девушка, стоящая на лестничной площадке, зловеще усмехнулась, и ее взгляд пропитала жестокость.

Реальность увязла в растянувшемся времени. Руки альтериуса прорвали загустевший воздух, и зеркальная сущность безжалостно толкнула старика. Словно в замедленной съемке, преподаватель пошатнулся. А затем время рванулось вперед, и сухощавое тело старика покатилось по ступеням, как безвольная кукла. Оказавшись на первом этаже, оно замерло, и в пустоту уперся остекленевший взгляд.

Даша вскинула руки к лицу, словно собираясь поймать собственный крик, но он застрял в горле, так и не вырвавшись из хватки эмоций. Оцепенение приковало взгляд к телу, из которого только что вырвали жизнь. Казалось, ужас обрел особое безжалостное притяжение. С трудом преодолев его, Даша посмотрела на лестничную площадку. Никого. Только рассеивалась едва заметная туманная дымка – послевкусие кошмара.

========== Глава 5. ==========

Трюмо стояло напротив двери, и зеркало хватало каждого, кто входил в супружескую спальню. Темноволосая женщина переступила порог, и взгляд невольно скользнул по отражению. Зеркало безжалостно напомнило о возрасте и усталости. А может, просто груз проблем давил на разум, вытесняя из него радостные краски.

На полу по обе стороны от трюмо стояли массивные цветочные горшки с высокими растениями. На толстых стеблях зеленели плоские лапы листьев. Женщина, держа в руке маленькую лейку, подошла к одному из молчаливых стражей зеркала. Вода коснулась земли, и по комнате расползся запах летнего дождя.

Мысли то и дело возвращались ко вчерашнему дню. Ответ на вопрос, что происходит с дочерью, так и не находился. Обычно Даша была тихой и спокойной девушкой. Впрочем, это всегда выглядело скорее не мягкостью и послушанием, а «тихим омутом». Вот только в последние дни все его обитатели, казалось, выбрались наружу.

Женщина направилась к другому растению. В край поля зрения вмешалось движение. Взгляд скользнул к трюмо, тут же оказавшись в ловушке странного отражения. В зеркальной глубине, стоя в дверном проеме, замерла Даша. В ее глазах виднелась насыщенная злоба, заставившая душу матери сжаться. А вот отражения самой женщины в зеркале не было.

Мать Даши озадаченно моргнула. Взгляд бросился к двери. Никого. Звонкий смех просочился сквозь зеркальную поверхность. Женщина снова метнулась взглядом к отражению. Даша смотрела на мать из зазеркалья, и в ржаво-карих глазах дочки темнела ненависть. Уголки губ девушки изогнула злорадная ухмылка.

Льдистое оцепенение сковало тело матери. Она завороженно смотрела на дочь, не в силах вырваться из хватки ее взгляда. Женщина ощущала себя беспомощной жертвой перед хищником.

В этот момент густая пелена черного тумана затянула зеркало, скрыв отражение. Несколько секунд упало в вязкое безмолвие, а затем потусторонняя дымка рассеялась, забрав с собой образ Даши. Густую тишину вспорол треск, растерзав ее бессловесным приговором. Паутина изломов разорвала отражение, выпустив ослепительную вспышку. Когда она померкла, в зеркальной глубине осталась пустая комната. Женщины в отражении не было.

***

Повернув на свою улицу, Даша увидела одинокую детскую фигурку. Наброшенная нараспашку синяя курточка ярким пятном выделялась на фоне забора, впитавшего серость дождя. Словно надоедливый пес-попрошайка, возле мальчика вился ветер, гоняя опавшие листья. Осенняя сырость ерошила короткие светлые волосики. Беспокойство Лешки пропитывало холодный воздух прозрачными волнами. «Что-то случилось», – запульсировало в мыслях девушки, и душа впустила в себя зябкий сквозняк тревоги.

Увидев Дашу, мальчик бросился к сестре. Душа девушки рванулась ему навстречу. Руки ухватили за плечи тревогу, теснящуюся в теле мальчишки. Взгляд скользнул по его испуганному личику. В голубых, как у матери, глазах братика блестели слезы.

– Что произошло? – Внутри Даши все съежилось в страхе.

– Мама… мама пропала! – Всхлипнул мальчик.

– Ну, что ты, малыш, не расстраивайся, – пальцы скользнули по волосам братика в попытке успокоить. – Может, она просто вышла куда-то. В магазин или…

– Папа тоже так сказал, – Лешка недовольно увернулся от ее прикосновения. – Я сначала ему позвонил, потом тебе – ты не отвечаешь! Я решил тебя искать… А мама действительно пропала! Она пошла в спальню, и вдруг какой-то треск… непонятный, – всхлипы врывались в поток взволнованных слов. – Я зашел, а там лужа…

– Какая лужа? – Нахмурилась Даша.

– И зеркало все в трещинах… Лейка на полу валяется, а мамы нет, – сбивчиво произнес Лешка.

– Зеркало в трещинах?! – Голос девушки мгновенно поблек.

Из памяти вынырнули яркие кадры: расколотое отражение во время ритуала, Каринкино видео. Тело Даши наполнила тяжесть страха. Преодолевая оцепенение, девушка медленно встала.

– Пойдем, – собственный голос звучал глухо и отдаленно, как из-под толщи воды.

Взяв братика за руку, Даша направилась к своему двору. Промокшая грунтовая дорога хваталась за кроссовки грязью. Каждый шаг наполняла оцепенелая тяжесть.

Ладонь оттолкнула холод металлической калитки, и Даша двинулась навстречу пугающей неизвестности. Вслед за ней во двор проскользнул ветер. По телу девушки пробежал холодок – не то осенняя сырость, не то прикосновение страха.

Взгляд Даши коснулся порога. На нем лежали цветы. Девушка замерла: буквально несколько дней назад она держала в руках точно такие же. Черную и белую розы.

Оцепенение разлетелось на осколки, и Даша заскочила в дом. Девушка бросилась к спальне родителей, оставляя на полу грязные следы октября. Испуганное дыхание разорвало воздух на порывистые клочки.

Зеркало трюмо поймало отражение Даши, и она застыла, едва шагнув в комнату. Стекло покрывала сетка трещин. В изломанном зазеркалье замерла светловолосая девушка в темно-серой куртке. Несколько мгновений Даша простояла, пойманная в ловушку собственного взгляда. Страх выплел на коже паутину холода. В сознание въелись розы, лежащие на пороге. В разуме пульсировало ужасом: «Альтериус».

Вырвавшись из хватки зеркала, Даша скользнула взглядом по комнате. Все, как обычно. Аккуратно заправленная постель. Угловатыми цифрами светились на тумбочке электронные часы. Рядом лежала книга, которую теперь некому читать.

В воздухе чувствовалась гнетущая пустота. Она вкрадчивым шепотом залезала в уши, говоря, что комната лишилась хозяйки. На полу лежала осиротевшая цветочная лейка. Вокруг нее поблескивало мокрое пятно.

Тихий голос Лешки разорвал молчаливую реальность, заставив Дашу вздрогнуть:

– Я же говорил, что она пропала.

Даша обессиленно опустилась рядом с братиком на колени и сжала его в объятьях. В мире, утратившем четкость, Лешка казался единственной опорой. Такой маленький, такой беззащитный, но дающий силы бороться. В этот момент Даше впервые захотелось стать настоящей старшей сестрой – взрослой, сильной, способной защитить. Девушка зажмурилась, с трудом сдерживая слезы.

– Все будет хорошо. Просто ты не заметил, как она вышла, – неуверенность просочилась в голос дрожью. – Мама скоро вернется, – Даша с трудом удержалась, чтобы не добавить «наверно».

Взяв себя в руки, девушка отстранилась. По губам натянуто скользнула успокаивающая улыбка:

– Просто нужно подождать. Иди в свою комнату и займись чем-нибудь, а я здесь все уберу.

На самом деле, у Даши были совсем другие планы. Оставшись одна, она вытащила из кармана телефон. Сбивчивые движения пальцев коснулись экрана, направляя Карине взволнованный звонок. Девушка прислонилась к дверному косяку, и взгляд заблудился в сплетении зеркальных трещин. Длинные гудки отзывались в душе страхом за подругу. А что, если альтериус уже добрался и до нее?

– Приветики, – жизнерадостно прощебетала Карина, рассеяв страшные предположения.

Рядом с братом Даша сдерживала эмоции. Теперь же они хлынули потоком спутанных слов:

– Он был у меня дома, он забрал ее… Если бы я знала, что все так будет… Зачем мы, вообще, в это ввязались?..

– Даш, да что там у тебя творится? – Тон подруги наполнила тревога. – Кто кого забрал? Ты где, вообще?

Девушка обернулась, бросив взгляд в конец коридора. Дверь в комнату Лешки была закрыта.

– Альтериус, – слово оцарапало тишину. – Он забрал мою маму.

– Что?.. В смысле «забрал»? – Сознание нарисовало, как Карина озадаченно хмурится.

– Она исчезла, хотя не выходила из комнаты, – торопливый шепот коснулся телефона. – Зеркало разбито, и на пороге дома лежат розы. Понимаешь? Розы – черная и белая! Как для обряда!

Память Даши внезапно вытолкнула фотографию на странице Ромы. Тоже розы. Парень ведь так и не появился онлайн. Неужели и тут альтериус постарался? А розы – что-то вроде визитной карточки. Безмолвное послание. Напоминание о том, что альтериус всегда где-то рядом. Даша никак не могла понять, зачем эта потусторонняя сущность ее преследует?! Чего добивается?! Ясно было одно, альтериус не остановится. Ведь до сих пор дух зазеркалья только и делал, что с жестоким наслаждением сжимал вокруг нее кольцо ужаса.

– Даш… – Напряженность проступила в голосе подруги. – А у меня тут… гость… неожиданно нарисовался.

«Ну, как обычно! Снова я не вовремя! Как дело доходит до моих проблем…» – Раздраженно подумала Даша, и в душе встрепенулась обида.

В следующее мгновение телефон вытолкнул крик. А через мгновение, подобно разряду молнии, в реальность ворвался треск разбившегося зеркала.

– Карина! – Выкрикнула девушка.

Шум сменился неумолимым молчанием. Пальцы впились в телефон, словно в попытке удержать обычную нормальную жизнь. Ту, которую у нее отнимали с каждым близким человеком. Даша посмотрела на экран телефона. Время медленно добавляло секунды к разговору, который лишился одной из собеседниц.

Девушка метнулась к комнате брата и толкнула дверь. Мальчик, сидя на кровати, повернулся к сестре. Голубоглазый взгляд пропитывало беспокойство.

– Пойдем, – Даша через силу изогнула губы в улыбке. – Побудешь у Веры Андреевны, пока Олег не вернется.

Даже в такой ситуации имя отчима невольно окуталось чужеродным холодом.

– Почему?.. А ты куда? – Страх вспыхнул во взгляде Лешки.

Даша опустилась на колени рядом с кроватью. Ее руки сжали ладошки братика, словно надеясь отогреть его испуганную душу.

– Лешенька, понимаешь… мне нужно отлучиться. Не бойся, малыш. Я постараюсь вернуться, как можно скорее, – Даша вновь улыбнулась, пытаясь успокоить братика.

Неизбежность расставания пронзила душу девушки щемящей болью. Оставить Лешку казалось немыслимым, но… Даша направлялась в квартиру, где, скорее всего, только что побывал альтериус. Дух зазеркалья мог находиться там до сих пор. Таиться в одном из зеркал, поджидать следующую жертву. Разве могла Даша в такой ситуации взять братика с собой?

Дом Веры Андреевны пах старой одеждой, пожелтевшими страницами книг и пылью истлевшего прошлого. Лешка, едва поздоровавшись со старушкой, отправился в другую комнату, где на полочке шкафа выстроились в рядочек фарфоровые слоники. Каждый раз, оказавшись у соседки, мальчик не отводил от них глаз. Вера Андреевна одного даже подарила Лешке, когда он был еще совсем маленьким. Правда, тот фарфоровый слоненок в неуклюжих руках малыша очень быстро лишился хобота.

Видя, что Лешка слегка отвлекся, Даша бросилась к настенному зеркалу. Сняв его, она быстро направилась к комоду. На нем, срисовывая комнату отражением, стояло небольшое овальное зеркальце. Девушка схватила и его, разрывая еще одну связь альтериуса с реальным миром.

Даша чувствовала на себе взгляд Веры Андреевны, но не обращала на него никакого внимания. Каждая секунда была недопустимым промедлением. Страх отдавался в движениях суетливой спешкой.

– Дашенька, да что случилось? – Взгляд блекло-голубых глаз старушки наполняли недоумение и тревога.

– Вера Андреевна, понимаю, это прозвучит странно, но я должна в вашем доме убрать все зеркала. У меня сейчас нет времени, чтобы объяснить Вам все, но это очень важно. Лешка в опасности. Поэтому, умоляю, не оставляйте его одного, – Даша метнулась взглядом по комнате. – У Вас еще есть зеркала?

– Да нет, – ответила старушка. – Зачем мне, старому-то человеку, так много?..

– Хорошо, – кивнула Даша. – Вера Андреевна, тогда мне еще нужна ткань… простынь там какая-нибудь или скатерть.

Не задавая лишних вопросов, старушка достала из шкафа аккуратно сложенную простынь. Схватив белую ткань, девушка принялась заворачивать в нее зеркала, пряча отражения.

– Даша, – раздался детский голосок, пропитанный удивлением и любопытством. – А зачем тебе зеркала?

– Их нужно спрятать.

Лешка стоял в дверном проеме, растерянно глядя на сестру. Подойдя к нему, Даша обняла мальчика. Слезы расставания навернулись на глаза, но девушка взяла себя в руки. Она должна быть сильной. Нельзя показывать Лешке свою тревогу. Отстранившись, Даша спрятала эмоции под улыбкой:

– Ничего не бойся – ты ведь мужчина. Жди меня и слушайся Веру Андреевну, хорошо? А я скоро вернусь.

Ласково погладив братика по светлым волосам, Даша взяла сверток с зеркалами. У двери девушка обернулась:

– Вера Андреевна, помните тот подарок, который Вы преподнесли мне на пятилетие?

– Конечно, помню, – немного растерянно ответила старушка. – Тебе еще так понравилась эта…

Даша жестом остановила ее:

– Не надо, не произносите вслух. Запомните, вернувшись, я назову Вам этот подарок. В противном же случае, ни за что не открывайте дверь! Никому не доверяйте… – Твердо сказала девушка и с тихой горечью добавила: – Даже мне.

– Ну, что ты, Дашенька, не волнуйся, – успокаивающе произнесла Вера Андреевна. – Я все сделаю, как ты сказала. А за Лешу не беспокойся, я за ни присмотрю.

– Спасибо Вам, – тихо сказала Даша.

Ободряюще улыбнувшись братику, она выскочила из потертого временем домика. Порыв ветра хлестнул по лицу, и волосы растрепались в осеннем холоде. Первые капли дождя разбились о еще непросохшую дорожку. Забрав зеркала из дома и спрятав их в сарае, девушка надеялась, что таким образом помешает альтериусу добраться до Лешки.

Выбежав за покосившуюся калитку, Даша бросилась по сплетениям улочек к автобусной остановке. Взгляды темных туч преследовали хрупкую фигурку девушки. Дождь, будто в ускоренной съемке, перерос в ливень, и пятна грязных луж задрожали под его ударами. Намокшие волосы прилипли к лицу Даши, а холод просочился под одежду.

Грунтовые дороги узких улочек остались позади. Даша выскочила на проезжую часть, которую окутывала неестественная тишина и неподвижность. На дороге не было ни единой машины. Тротуары настораживали безлюдностью. Ни одного человека. Нигде. Казалось, все вокруг специально напоминало Даше о том, что она осталась одна в борьбе с потусторонней силой.

Мрачные тучи, облепляя все небо, низвергали потоки воды. В поисках защиты от холодного ливня Даша бросилась к остановке. Скользкая дорога выдернула равновесие из-под ног, и размытый дождем мир начал перекидываться. Едва успев выставить руки, Даша упала на мокрый асфальт. Боль впилась в ладони, а кожи коснулась густая теплая влага.

Девушка в ужасе посмотрела на дорогу. То, что еще секунду назад было водой, вдруг налилось темно-красным. На асфальте поблескивали кровавые лужи. Темные густые капли дождя разбрасывали по ним круги. Насыщенный запах крови стиснул горло отвращением.

Оскальзываясь на покрасневшем асфальте, Даша с трудом поднялась на ноги. Казалось, весь город опустел. Только шумел кровавый дождь, и деревья перешептывались ржавой листвой.

Густые капли падали на лицо. Девушка пыталась вытереть их, и на коже оставались темно-красные разводы. Ужас бился о стенки души, как обезумевший от света мотылек.

Даша поспешила к остановке. Мокрый асфальт пытался выскользнуть из-под каждого шага.

Заскочив в остановку, девушка оказалась на маленьком островке защищенности. За его пределами шумел кровавый дождь, выплетая занавесь тяжелых капель.

Сбивчивое дыхание хватало комки осеннего воздуха. Волосы были пропитаны густой липкой влагой. Темно-серую куртку кровавым мрамором покрывали грязные разводы.

Зловеще вкрадчивый шелест ветра просочился в остановку. Поток холодного воздуха принес несколько ярких обрывков, упавших возле ног Даши. Взгляд утонул во фрагментах детства. Знакомый снимок, безжалостно растерзанный на клочки, отозвался в душе болью и страхом. Девушка опустилась на колени перед воспоминанием. Пальцы коснулись гладкой поверхности одного из лоскутов прошлого.

Тогда был невероятно яркий летний день. Она – худощавая девчушка – еще умела улыбаться. Десятилетние Даша и Карина дурачились и гонялись друг за другом. А папа, держа в руках фотоаппарат, уговаривал их успокоиться и посмотреть в объектив. Папа… На фотографиях его не было, но память сохранила заботливый взгляд светло-карих глаз.

Вколовшаяся в душу боль скользнула слезами по щекам. Дымка эмоций лишила фото четкости, размыв цвета, как вода – акварельный рисунок. Сначала Даша потеряла отца, а теперь еще и матери лишилась… Раньше девушка злилась на нее. Ведь мама научилась радоваться жизни заново, а сама Даша – нет. Теперь же душа сжималась в комочек пронзительной боли. Пусть любит своего Олега, пусть не замечает дочку – только пусть будет рядом!

Внутри бушевала боль потери, и Даше казалось, что эмоции вот-вот превратят душу в горстку пепла. Взгляд снова коснулся кусочков фотографии. Самый крупный из них лучился радостью десятилетней Даши. Остальная же часть фото была разорвана на мелкие клочки. Сложить мозаику растерзанного изображения, чтобы восстановить образ Карины, не получилось бы при всем желании. А ведь альтериус так же, как и фотографию, с легкостью разрывал на клочки жизнь Даши, забирая самых близких людей… Память вытолкнула на поверхность крик подруги, застрявший в динамике телефона.

Громкий шелест окутал мир. Девушка подняла взгляд, и светло-карие глаза распахнулись в изумлении. Вокруг остановки кружил рой ярких обрывков. Даша поднялась на ноги, и в этот момент ветер втолкнул фотографии внутрь остановки. Хлопая разноцветными крыльями, прошлое замельтешило вокруг девушки. Она оказалась в центре вихря воспоминаний. Кусочки фото натыкались на Дашу, и края больно ударяли по коже. Девушка вскинула руки, загораживая локтями лицо. Заметавшись, она попыталась вырваться из вихря, но фотографии были повсюду. Шелест обвивал плотным коконом, заглушая даже мысли.

Вдруг сквозь него просочился отдаленный гул. Вихрь замедлил свою сумасшедшую пляску, и Даша недоверчиво опустила руки. Обрывки фотографий начали плавно опадать, будто осенние листья.

Дождь тоже притих. Только срывались тяжелые красные капли с крыши. За пределами остановки расстилалась сероватая дымка.

Шум нарастал. Сквозь туманный воздух просочился желтый свет фар. К остановке медленно подъехал автобус.

Даша внезапно почувствовала холод. Дрожь охватила тело. Девушка мельком взглянула на руки. Кровь исчезла, и осталась лишь холодная дождевая вода.

Девушка обессиленно шагнула к автобусу. Кроссовки оставили на фотографиях грязные следы. Даша переступила через обрывки прошлого, и дрожащие пальцы сомкнулись на поручнях. Забравшись в автобус, она рухнула на первое попавшееся сиденье. Веки в изнеможении скользнули вниз.

Автобус мягко оттолкнулся от остановки, и время скользнуло в течение дороги. Девушка обхватила себя руками в попытке согреться. Пережитый ужас трепетал в душе. В темноте сомкнутых век то и дело кадрами мелькало увиденное.

Что-то прокралось в душу настороженностью. Даша прислушалась к ощущениям. Скорость.

Девушка открыла глаза, и взгляд метнулся к окну. За ним все стремительнее проносились городские улицы. Странно безлюдные. Остановки, не удостоившись внимания, мелькали за стеклом и тут же скрывались в тумане. Автобус, казалось, ввязался в гонку. Мимо окна пронеслась остановка, рядом с которой жила Карина.

Даша вскочила, ухватившись за поручень. Взгляд натолкнулся на сидящую через проход девушку. Светло-русые волосы спускались на темную осеннюю куртку. Карие глаза пристально смотрели на Дашу. Уголки слегка пухлых губ дрогнули в насмешливой улыбке.

Даша отшатнулась, не отрывая взгляда от духа зазеркалья. Сидящая у окна девушка повернула голову. Ее лицо тоже выглядело, словно отражение в зеркале.

Взгляд Даши метнулся по салону. Все пассажиры смотрели на нее одинаковыми карими глазами. Везде была она сама – темные куртки, светлые волосы и пугающие улыбки. Ужас захлестнул душу.

– Не бойся… не бойся… не бойся… – Одинаковые голоса слились в шепоте.

Автобус продолжал нестись сквозь кошмар.

– Да что тебе нужно?! Оставь меня в покое! – Даша впилась взглядом в ближайшую девушку.

Движение автобуса замедлилось. Даша метнулась взглядом к окну. Окутанный туманом город остановился, прилипнув к стеклу. Двери открылись, впустив холодный воздух.

– Я всего лишь даю тебе то, чего ты хочешь сама, – многолико зашелестел ее собственный голос, и на лицах альтериуса появилась коварная улыбка. – Все же мы с тобой – одно целое.

========== Глава 6. ==========

Незапертая квартира хранила эхо ужаса. Телефон Карины валялся на полу, отражая темным экраном потолок. На столешнице трюмо, стоящего в углу комнаты, лежали две розы. Белая и черная. Аромат цветов пронизывал воздух. Зеркало было расцарапано трещинами.

Даша скользнула взглядом по трюмо. На нем стояла простенькая рамка с фотографией семьи. Родители, двое старших сестер и Карина. Короткие черные волосы обрамляли улыбчивое лицо.

Карина говорила, что была в семье «третьей лишней». Третий ребенок, на которого не хватало ни времени, ни любви. Устав от постоянных ссор, она ушла из дома. Устроилась на работу, сняла крохотную квартирку… Тем не менее, хранила фото родных и все-таки любила их.

Сейчас, глядя на фотографию чужой семьи, Даша осознала, что тоже любила свою маму. Потеря сорвала шелуху обид, обнажив истинные чувства. Даша так долго, так тщательно прятала их в глубине души, что стала ощущать себя листиком, оторвавшимся от семейного дерева.

Сейчас же девушка оказалась одинокой не просто в своих тоскливых иллюзиях, а в безжалостной реальности. Пронизываемая беспомощностью, она поняла, что все эти годы рядом была невидимая, но придающая силы опора. Материнская любовь. Ненавязчивая, дающая свободу, позволяющая самостоятельно принимать решения… Мама давала Даше возможность самой распоряжаться своей жизнью, а девушка принимала это за безразличие.

Запоздалое осознание ошибки пронзило душу виной. Внезапно до боли захотелось, как в детстве, обнять мать, уткнуться ей в плечо, доверить все проблемы и печали. И добавить тихое: «Мамуль, я так тебя люблю».

Девушке до ужаса захотелось вернуться в тот день, когда все началось. Послушать женщину-экстрасенса и не пойти в заброшенный дом. «Когда все выйдет из-под контроля, позвони мне», – послышался в разуме строгий и уверенный голос из воспоминания.

Рука Даши торопливо скользнула в карман куртки. Визитная карточка ткнулась в пальцы картонным краем. Достав ее, девушка вчиталась в цифры на визитке. Пелена слез туманила взгляд, заставляя кроваво-красные символы расплываться. Страх и отчаянье бились мелкой дрожью в пальцах, скользящих по сенсорному экрану. Набрав номер, Даша прислушалась к гудкам. Ее рука сжала телефон – единственный шанс все исправить. Взгляд скользнул по имени на визитке – Надежда Дмитриевна. Девушка вдруг увидела в этом имени знак, что не все потеряно, что у нее еще есть надежда. Надежда на спасение.

– Здравствуй, Даша, – женский голос сменил гудки. – Что?! Альтериус уже дал о себе знать?

Девушка лишь мельком удивилась, откуда Надежда Дмитриевна могла знать, кто именно ей звонит.

– Он чудовище! Он забирает тех, кто мне дорог, убивает окружающих меня людей… – Отчаянье хлынуло в голос Даши дрожью. – Я не знаю, что мне делать! Скажите, от него можно хоть как-то избавиться?

– Можно, однако тянуть нельзя, ведь с каждой жертвой альтериус набирает силу, – в тоне женщины сплелись тревога и искреннее сопереживание. – Если хочешь все исправить, то нужно действовать, как можно быстрее. Записывай адрес.

Взгляд метнулся по комнате. Даша выхватила из подставки для косметики ручку с пушистым наконечником. Мелкие темно-синие буквы неприятно впились в кожу на тыльной стороне ладони.

Нить разговора сменилась короткими гудками. Даша задумчиво посмотрела на записанный адрес. Это ведь почти на другом конце города. Память вытолкнула сегодняшнюю поездку: лица альтериуса и многоликий голос. Нет уж, автобус точно не вариант.

Лучше вызвать такси – и быстрее, и безопаснее. Рука, скользнув в карман, наткнулась на пустоту. Даша непонимающе нахмурилась. Проверив другие карманы, она столкнулась с той же проблемой. Странно… У нее ведь всегда были с собой деньги!

Взгляд скользнул по комнате. Без смеха и постоянных шуточек подруги воздух сгустился в тяжелую тишину. Квартира, лишившись неиссякаемой энергии Карины, выглядела осиротевшей. Даша понимала, что нужно спешить, но рука невольно потянулась к статуэтке-ангелочку. Пальцы нежно коснулись холодной поверхности, словно пытаясь утешить безделушку.

Взяв себя в руки, Даша сосредоточилась на решении проблемы. Ей нужны деньги на такси. Девушка внимательно обвела взглядом комнату. На глаза попалась сумочка Карины. Покопавшись в ее недрах, Даша выхватила кошелек. Однако он был совершенно пуст. Безрезультатными оказались поиски в ящиках трюмо и прикроватной тумбочке. Кто явно пытался помешать Даше осуществить задуманное. И она даже знала кто. «Ну, ничего, я все равно доберусь туда!» – Твердая уверенность пропитала мысль.

Покинув квартиру подруги, Даша направилась к проезжей части. Она собиралась поймать попутку, но улицы города по-прежнему казались декорациями к постапокалиптическому фильму. Нет, она не позволит альтериусу ее остановить. Если нужно, то и пешком дойдет. Еще раз взглянув на адрес, Даша пошла в нужном направлении.

Дыхание вырывалось в сырой воздух. Быстрые шаги ложились на пустынную проезжую часть. Густой туман, казалось, воровал силы. Однако Даша продолжала упрямо идти к своей цели. Ветер зябкими пальцами шевелил влажные волосы, но девушка не обращала внимания ни на холод, ни на усталость.

Вдруг седую пелену прорезали лучи фар. Прорываясь сквозь белесую толщу, навстречу ехала машина. Даша остановилась, всматриваясь в туман. Среди окружающей безжизненности приближающийся автомобиль казался каким-то миражом. Еще немного – и рассеется, насмехаясь над уставшей девушкой.

Увязнув в тумане, машина остановилась, и из нее вышел коренастый мужчина.

– Олег?! – Удивленно посмотрела на него Даша. – Что ты здесь делаешь?

– В смысле, что я здесь делаю?.. – Непонимающе нахмурился отчим. – Ты же сама мне позвонила и попросила приехать тебя забрать!

– Я?.. – Удивленно переспросила девушка, и задумчивый взгляд утонул в пустоте. – Опять он. Да что ж ему нужно?

– Ему? Ты о ком говоришь, Даш? – Переспросил Олег.

– Да так, неважно, – отмахнулась Даша, переведя взгляд на отчима. – Зря, не нужно было.

– Как это, не нужно было? По-твоему, я должен был проигнорировать твою просьбу? – Искреннее беспокойство наполняло тон Олега. – Да разве я мог не приехать?

Девушка спрятала руки в карманах, словно надеясь таким образом спастись от неуютного момента. Даша не понимала, какую игру альтериус затеял на этот раз: зачем прислал к ней отчима? Всей душой девушке сейчас хотелось быть рядом с Лешкой. Вот только, увы, ее присутствие никак не смогло бы уберечь братика. Единственное, что она могла сделать для его защиты: побыстрее добраться к Надежде Дмитриевне.

– Мне нужно к одной женщине, – Даша изо всех сил пыталась удержать эмоции под тонкой пленкой спокойствия. – Это очень важно.

– Даш, что происходит?

Олег пристально смотрел на нее, ожидая объяснений. Девушка опустила взгляд. Да что она могла рассказать?! Разве отчим поверил бы во всю эту историю с альтериусом?

Обреченный вздох сорвался с губ мужчины:

– Ладно, поехали. Может, по дороге расскажешь.

Дверцы машины, хлопнув, отрезали неестественное безмолвие улицы. Сказав адрес, девушка устало опустила голову на спинку сидения. Город за окнами вздрогнул и поплыл.

Взгляд Даши коснулся черной игрушки, которая висела под зеркалом заднего вида. Паук. Черный восьмилапый монстр с неуместно веселым оскалом раскачивался на нитке-паутинке. Когда отчим прицепил эту игрушку, Даша сказала, что терпеть не может пауков. Олег лишь посмеялся. А папа – девушка в этом даже не сомневалась! – сразу бы убрал жуткую безделушку.

Девушка украдкой посмотрела на отчима. Он ведь совсем не похож на папу. Как мама могла в него влюбиться? Папа был высоким и стройным, а у Олега – низкий рост и коренастая фигура. У отца глаза напоминали темный янтарь, а взгляд отчима – серый и блеклый.

И уж точно они совсем не похожи по характеру. У папы ни одна фраза не обходилась без шутки, ни одна минута – без улыбки. Он не искал поводов для радости – он создавал их сам. Влюбленный в походы, путешествия и пьянящий воздух дороги, папа не мог жить без движения. А Олег со своим мягким характером вполне доволен спокойной жизнью. Блеклая обыденность, разбавляемая редкими поездками в развлекательный центр. Отчима всегда устраивали серые будни. Что с него взять, скучный домосед.

Тем не менее, у папы и Олега все-таки нашлось кое-что общее. Взгляд, полный тепла и заботы. Правда, раньше Даша предпочитала этого не замечать. А ведь отчим всегда относился к ней с отцовской заботой. Вот и сейчас он приехал, стоило только позвонить… пусть звонок и принадлежал альтериусу. Похоже, судьба решила подстроить девушке злую шутку: Даша лишилась всех, к кому могла бы обратиться. Остался только тот, кого она всегда ненавидела.

Сероглазый взгляд отчима был устремлен на дорогу, затянутую туманом. Фары старались прорезать густую дымку.

– Даш, я ведь вижу, в последнее время с тобой что-то происходит, – мягко начал мужчина. – Я беспокоюсь за тебя, понимаешь? Ведь ты и Лешка… вы мне как родные. Да, отношения у нас с тобой не ладятся, но ты можешь мне довериться, что бы там ни было.

Он посмотрел на Дашу, но она молча уперлась взглядом в собственные руки.

– Если у тебя какие-то проблемы, расскажи, – продолжил Олег. – Может, я смогу помочь?

Даша подняла взгляд на отчима. В разуме проскользнула мысль: «А может, он не такой уж и плохой?» Мама так долго пыталась убедить в этом Дашу, но девушка не слушала. А ведь Олег столько лет заботится о чужой дочери, волнуется вот… Девушка перевела взгляд на дорогу и вздохнула:

– Не сможешь.

– В любом случае, не стоит держать все в себе. Понимаешь, мы одна семья, и ты должна…

Настойчивость отчима отозвалась в душе раздражением. Да сколько можно? Она же ясно дала понять, что не хочет рассказывать! Так зачем лезть в душу?!

Может быть, в другой момент Даша так не разозлилась бы, но сейчас в ее душе бушевала обида и злость на альтериуса. Выплеснуть их на духа зазеркалья девушка не могла, поэтому эмоции хлынули к отчиму.

– Ничего я никому не должна! Почему нельзя просто помочь?! – Выпалила девушка.

Даша демонстративно отвернулась к окну, показывая, что больше не намерена продолжать разговор. Мимо текла бесконечная серость тротуаров. Туман превращал здания в миражи. Выныривающие из него деревья казались черными лезвиями, прорезающими белую густоту.

– Даш, послушай, что бы ни случилось… – Вновь терпеливо заговорил с ней отчим.

Даша упрямо смотрела на протекающий мимо город. Голос Олега звучал где-то на фоне, не проникая в разум. И на что она надеялась? Вот, дура наивная. Стоило только пересмотреть свое отношение к отчиму – и вот, он снова действует ей на нервы! Лезет не в свое дело, расспрашивает, выпытывает…

Очередное дерево вынырнуло из тумана. Густая дымка облепляла его со всех сторон. Безветрие не позволяло шелохнуться даже тонкой веточке. Вдруг дерево качнулось и начало крениться к дороге. Казалось, в какой-то момент оно просто не выдержало тяжести тумана. Сквозь гул машины прорвался треск древесины, раздираемой падением.

– Осторожно! – Выкрикнула Даша.

Но отчим и так уже ударил по тормозам, крутанув руль. Машина испуганно завизжала, и попытка избежать столкновения качнула реальность. Боль ударила в висок, и мир вокруг начал меркнуть. Последнее, что увидела девушка: рухнувшее поперек дороги дерево. А потом была только вязкая тьма.

Сквозь мрак беспамятства просочилась боль. Даша с трудом открыла глаза, но зрение не смогло ухватить ни одного контура: все двоилось и расплывалось. Густая слабость окутывала тело. Реальность звенела, как сновидение, которое вот-вот рассеется. Казалось, еще секунда – и тьма снова затянет на самое дно, где не останется ни одной мысли, ни единого чувства.

Боль ворочалась в голове и грызла разум. Преодолевая трясину слабости, пальцы потянулись к вискам. Сжав их в попытке приглушить мучительные ощущения, Даша постаралась выудить из глубин сознания хоть какие-то воспоминания. Однако в памяти был лишь ворох бессвязных смутных образов: падающее дерево, визг тормозов, удар и… Девушка медленно подняла взгляд. Ветви поваленного дерева, окутанные ржавой листвой, торчали из седины тумана. Навалившись осенним ворохом, крона погребла под собой смятый капот.

В этот момент воспоминания яркими вспышками замелькали в разуме. Взгляд метнулся к Олегу, но наткнулся на пустоту. Отчима в машине не было. Только две розы лежали на водительском сидении. Белая и черная.

На краю поля зрения зародилось движение. Даша бросилась взглядом к игрушке-паучку. Скалясь в злой насмешке, безделушка раскачивалась на нитке-паутинке, словно кто-то невидимый специально подталкивал ее. Паук, казалось, превратился в черный маятник, движения которого приковывали взгляд к растерзанному трещинами зеркалу.

Ужас наполнил душу. Девушка рванула ручку дверцы – она не поддалась. Кошмар не желал выпускать Дашу. Дергая ручку, она чувствовала, как в душе нарастает паника. Сердце бешено колотилось, и каждый его удар отдавался в висках болезненной громкостью.

Взгляд заметался по окнам в надежде на помощь. Однако при всем желании Даша не смогла бы увидеть прохожих. Туман безжалостно сжимал машину в тисках, заглядывая внутрь. Казалось, еще чуть-чуть – и стекла треснут под натиском призрачной толщи.

В давящую тишину просочился зловещий смех. Его отголосок прополз вдоль позвоночника ледяной змеей, разбросав по коже колкие мурашки. Взгляд медленно ощупал салон машины. Никого. Однако потустороннее присутствие буквально пропитывало воздух. Напряженно вглядываясь в обманчивую пустоту, Даша боялась даже сделать вдох.

Щелчок.

Дверца машины сама по себе начала медленно открываться. В щель просочилась холодная сырость. Секундное сомнение прокралось в разум. Кто знает, что поджидает там, в густом тумане? Может, это всего лишь открылся ход в новую ловушку?.. Однако незримое присутствие альтериуса сдавливало душу ужасом, и находиться в машине Даша больше не могла. Толкнув дверцу, девушка вырвалась из хватки кошмара.

Переведя дыхание, Даша осмотрелась в попытке сориентироваться. Определившись с нужным направлением, девушка бросилась к своей цели. Дыхание расползлось на торопливые вдохи-выдохи.

Даша бежала, словно сквозь толщу воды. Шаги увязали в тумане. Каждый след воровал силы. Порой паутину мистической дымки прорывали одинокие силуэты, но девушка боялась к этим размытым фигурам даже приближаться. Вдруг прохожий обернется и, как из зеркала, посмотрит на нее слишком знакомыми карими глазами?

Постепенно силы начали покидать Дашу, высасывая из разума ясность. Приступ головокружения превратил город в стремительный водоворот. Слабость растеклась в ногах ощущением, будто под слоем асфальта лениво ворочаются волны.

Даша прислонилась спиной к стволу дерева. Отчаянье наполнило душу. Куда бы ни бросился взгляд – дома, дома, одинаковые серые дома. Лабиринт продрогших зданий с безразличными окнами. Улицы не хотели выпускать девушку.

Взгляд скользнул к сувенирному магазину. Из его витрины скалились праздничные тыквы, предвещая конец октября. Даша посмотрела на полупрозрачное отражение в стекле. Потусторонний двойник изогнул губы в усмешке. Все это время он продолжал преследовать девушку. Неотступно. Безжалостно. Шел за ней шаг в шаг, словно хищник в ожидании, когда жертва ослабеет.

Дух зазеркалья по-прежнему внушал ужас, но Даша больше не могла позволить этому чувству затмить разум. Нельзя было терять ни минуты. Взгляд, прикованный к лицу альтериуса, с трудом оторвался от витрины, и Даша вновь сорвалась на бег. Не позволяя себе ни секунды промедления, девушка на ходу выхватывала взглядом таблички с названиями улиц и номерами домов.

Только, когда скорость заколола в боку, Даша остановилась. Дыхание вцепилось в холодный воздух, пытаясь остудить бушующие внутри эмоции. Сил бежать уже не осталось. Ноги налились тяжестью, которая болью растеклась по всем мышцам. Однако сейчас даже короткий отдых был непозволительной роскошью. Несмотря на сковывающее тело изнеможение, Даша продолжила упрямо идти к своей цели. Она должна добраться, должна все исправить. Ради всех, кого потеряла. Ради Лешки – единственного, кто у нее остался.

Спустя вечность блуждания по туманному городу девушка отыскала нужный дом. Неприметная пятиэтажка, пропитавшаяся зябкой сыростью. Такая же, как и ее соседки.

Усталость наполняла тело, и путь на четвертый этаж казался бесконечным. Добравшись до нужной квартиры, девушка нерешительно замерла перед дверью.

Даша боялась, что сейчас откроется дверь – и прозвучит упрек. Ведь она и Карина в свое время не послушали экстрасенса. Несмотря на предостережение, подруги все-таки провели обряд, позволив злу выбраться из зазеркалья. Их легкомысленное увлечение подвергло окружающих опасности.

Взяв себя в руки, Даша отогнала страх осуждения. Палец уверенно впился в кнопку звонка. Минутное ожидание – и дверь распахнулась.

– Проходи, – Надежда Дмитриевна отступила в сторону.

Даша скользнула внутрь. Следуя за хозяйкой квартиры, она вошла в обитель магии. Изящные бра наполняли комнату таинственными обрывками света и теней. Каждая деталь в кабинете напоминала о необычности его обитательницы. То тут, то там взгляд натыкался на амулеты. Над комодом висело зеркало, напоминающее декорацию какого-нибудь исторического фильма. Отражение окаймляла резная деревянная рама, а рядом в двух подсвечниках ждали ритуалов свечи.

Еще совсем недавно Даша подумала бы, что такое зеркало идеально смотрелось бы в кадре мистического видео. Подошла бы, любопытно скользнула кончиками пальцев по изгибам резьбы… Вот только теперь все изменилось. Едва увидев зеркало, девушка испуганно застыла посреди комнаты. Отныне Даша боялась хватки отражения. Теперь каждое зеркало заставляло ее напряженно ждать, что собственное лицо вот-вот усмехнется хищной улыбкой альтериуса.

– Не бойся, здесь тебе ничто не угрожает, – сказала Надежда Дмитриевна.

Даша опустилась в кресло. Взгляд то и дело касался зеркала.

– Честно говоря, я уже нигде не чувствую себя в безопасности, – сорвалось с губ обреченной горечью.

Женщина подошла к столу, и изящная бледная рука открыла ящик. Надежда Дмитриевна достала темно-красную ткань. Кровавое полотно занавесило отражение, скрыв пугающую зеркальную глубину. Женщина зажгла свечи, и тени запутались в складках ткани.

– Это защитит нас, – успокоила Надежда Дмитриевна.

Вернувшись к столу, она опустилась в кресло напротив Даши. Каждое движение женщины было наполнено плавной грацией.

– Надежда Дмитриевна, я должна положить этому конец, – тон Даши пропитала твердость.

– Да, должна, – кивнула женщина. – И для этого тебе придется провести еще один обряд, но имей в виду – это очень рискованно.

– Да плевать! – Голос Даши сорвался на крик. – Вы что, не понимаете?! Альтериус забирает всех, кто мне дорог. Моя жизнь рушится с каждым днем. Я готова сделать все, чтобы уничтожить эту тварь!

– Эх, молодежь. Готова! Готовности мало, чтобы справиться с тем, во что вы вляпались, – горько усмехнулась женщина. – Ладно, я расскажу тебе, как избавиться от альтериуса, но ты даже не представляешь, в какую неравную схватку вступаешь. Эх, Даша, если бы ты только знала, какое зло своим обрядом впустила в наш мир.

Надежда Дмитриевна смотрела с сочувствием, но где-то в кареглазой глубине виднелась нотка справедливого укора. Еще недавно Даша бы спрятала взгляд в попытке скрыться от упрека, но сейчас уверенно смотрела собеседнице в глаза, пытаясь показать свою решительность. Что-то взрослое пробудилось в душе, наполнив ее силой и твердостью.

– Да мы знать не знали, насколько он опасен! К тому же, в интернете не так уж и много информации о нем. На тот момент мы уже провели с десяток подобных обрядов. И ничего! Никто нас не преследовал. Разве могло прийти в голову, что именно в этот раз сущность окажется реальной. Для нас это была просто очередная выдумка, всего лишь какой-то там дух зазеркалья.

– Всего лишь? Если бы все было так просто! Понимаешь, альтериус – это темная сторона тебя самой, – начала объяснять Надежда Дмитриевна. – Капля крови открыла для духа дорогу в этот мир. Твоей крови, поэтому из зазеркалья вырвалась именно та сущность, которая связана с тобой. Эта связь неразрывна, так что альтериус не оставит тебя в покое.

– И что же мне делать? – Отчаянье всколыхнулось в душе.

– Как я уже сказала, тебе нужно будет провести обряд, – ответила Надежда Дмитриевна. – Вернуть альтериуса в зазеркалье может только тот, кто впустил его в наш мир.

– Что для этого нужно? – В тоне Даши звучала решительная собранность.

– Осколки… Тебе понадобятся осколки тех зеркал, в которых появлялся дух. По одному от каждого.

Даша прокрутила в голове сегодняшние события: трюмо в маминой комнате, расколотое отражение в квартире Карины, зеркало в машине Олега… Воспоминания споткнулись. «Рома, – вспыхнуло в разуме, и это имя обожгло душу болью. – Стоп! А как же быть с этим осколком?»

– От каждого?! Но я не смогу собрать все. Дело в том, что одна из жертв альтериуса – мой… – Даша замялась, не зная, как назвать Рому. – Мой интернет-друг. Я думаю, альтериус забрал и его.

– Почему ты так решила? – Уточнила женщина.

– Понимаете, на его странице появились розы. Я тогда еще не знала, что это означает… – В голос Даши просочилась горечь. – После этого Рома ни разу не вошел в интернет.

– А где он живет?

– В этом-то и вся проблема. Вы же понимаете, что такое интернет. Общаться – общались, а координатами не обменивались. Нет у меня ни адреса его, ни номера телефона… – Вдруг Даша осеклась, ее мысли заблудились в воспоминаниях, и во взгляде внезапно мелькнуло озарение. – Хотя подождите, я вспомнила! В ту ночь, когда на страничке Ромы появились розы, меня одолела какая-то странная сонливость. Проснувшись утром, я обнаружила свой телефон на полу с разбитым защитным покрытием. Тогда я подумала, что он просто выпал у меня из руки… Кажется, теперь я знаю, где взять последний осколок.

– Вот и отлично, с осколками разобрались, – сказала Надежда Дмитриевна. – В остальном тебе понадобится то же самое, что и для обряда вызова: тринадцать свечей, круглое зеркало. Кстати, не забудь про нож. Ведь суть обряда – твоя кровь. Она впустила альтериуса в этот мир – она же и заключит духа обратно в зазеркалье… Так, теперь заклятье. У тебя сохранились те слова, которыми был вызван альтериус?

– Ну, да, – неуверенно ответила Даша. – Валяются где-то в столе.

– Они тебе понадобятся и в этот раз, только произнести их нужно будет зеркально.

– Это как?

– Наоборот. От конца к началу, понимаешь? – Уточнила женщина.

Убедившись, что Даша все поняла правильно, Надежда Дмитриевна посвятила ее в остальные детали обряда.

– Ну, вот и все, – сказала Даша, решительно направившись к двери, – один обряд – и кошмар будет позади.

– Подожди, не все так просто. У любой медали есть обратная сторона, – тон женщины окутали мрачные тени. – Понимаешь, обряд таит в себе риск. Риск исчезновения.

– То есть?

– Проведя обряд, ты можешь сама оказаться заточенной в зазеркалье. Вместо альтериуса. Если твоя кровь, принесенная в жертву во время обряда, не будет…

В этот момент знакомый голос пробрался в реальность вкрадчивым шелестом:

– Это мне решать: будет или не будет.

Складки темно-красного полотна с шуршанием поползли вниз, будто по зеркалу начал стекать густой поток крови. Ткань опала на пол, открыв отражение. В нем зловеще улыбался альтериус. Взгляд светло-карих глаз скользнул к Даше, сжав ее душу ледяными тисками ужаса.

Огоньки свечей испуганно вздрогнули, и погасшие фитили протянули в воздух тонкие струйки черного дыма. В тот же миг отражение пронзили трещины, выпустив из зазеркалья ослепительную вспышку. Когда свет схлынул, Даша поняла, что осталась в квартире одна.

========== Глава 7. ==========

Даша сидела в своей комнате, и взгляд упирался в зеркальные осколки, разложенные на столе. Четыре жертвы – четыре осколка. Тяжесть мыслей и сомнений давила на плечи.

Из коридора донеслись детские шаги – Лешка направился в ванную почистить зубы перед сном. За вечер он уже сто раз спросил, когда вернутся Олег и мама. Даша не знала, что ответить. Девушка даже не представляла, как скажет братику, что у них больше никого не осталось.

Только Лешка у Даши. Только Даша у Лешки.

Даша сидела неподвижно, ссутулившись под грузом проблем. Она приложила столько усилий, чтобы добраться до экстрасенса, но альтериус снова оказался на шаг впереди. Из-за него Надежда Дмитриевна не успела рассказать самое важное. Что же теперь делать?! Рискнуть провести обряд, не зная всех деталей? Однако, если с Дашей что-то случится, Лешка ведь останется совсем один! Разве она смеет так рисковать?! Нет, нужно найти какой-нибудь другой выход. Вот только какой?..

Девушка аккуратно завернула зеркальные осколки в носовой платок, и сверток спрятался в ящике письменного стола.

– Даша! – Детский крик пронзил тишину.

Даша вскочила, опрокинув стул, и бросилась в ванную комнату. В душе закрутился темный водоворот страха. Секунды, за которые девушка добежала до ванной, показались ей вечностью. Даша толкнула дверь, и братик растерянно показал ей на зеркало:

– Смотри! Это же ты…

Ее взгляд метнулся к отражению. В нем не было ни Леши, ни настоящей Даши. Только альтериус. Пугающая улыбка изогнула губы отражения, и безжалостный взгляд карих глаз скользнул к Лешке.

– Прошу тебя, не трогай его, – в ужасе прошептала Даша.

– Разве они не любили его больше? – С тихой вкрадчивостью прозвучал голос альтериуса.

Даша почти физически ощутила безжалостность существа, стоящего по другую сторону зеркала. Схватив братика за руку, девушка бросилась к двери. Страх вырвался криком:

– Бежим!

В спину толкнула вспышка, пропитанная треском. Даша сжала руку брата в попытке удержать… Пальцы сомкнулись на пустоте, и в душу хлынула волна паники. Девушка резко обернулась. Яркий свет отозвался болью в глазах – в ослепительной вспышке невозможно было ничего разглядеть.

– Лешка! – Отчаянье вырвалось криком.

В душе билась надежда: может, он где-то рядом? Просто детские пальчики выскользнули из ее руки, и братик отзовется на ее крик. Обязательно отзовется! Сейчас. Вот-вот…

Лишь, когда свет схлынул, Даша убедилась в безжалостной реальности. Паутина трещин покрывала зеркало. Девушка бросилась к нему, и за трещинами возникло ее отражение. Оно было обычным – послушно повторяло ее движения. Альтериус исчез, забрав с собой самое дорогое, что оставалось у Даши.

– Нет, не смей! – Слезы хлынули по щекам. – Верни его!

Ладони ударили по стеклу, встретившись с руками расколотого отражения. Кожу оцарапала боль, и осколки посыпались вниз.

– Ты ведь где-то там, я знаю! – Кричала Даша зазеркалью, но оно оставалось безучастным. – Что тебе нужно?! Это я проводила обряд, вот и своди счеты со мной! Причем здесь Лешка?! Он-то что тебе сделал?

Когда первые эмоции выплеснулись рыданиями, девушка впилась взглядом в отражение. Отчаянье в ее карих глазах переплавилось в ненависть.

– Ты пожалеешь об этом, слышишь? – Прорычала Даша. – Мне больше терять нечего!

Душу наполнила непоколебимая решимость, и девушка схватила один из осыпавшихся осколков. Сжав в руке зеркальный кусочек, Даша бросилась в свою спальню.

Рванув ящик стола, девушка выхватила сверток с осколками и листочек, на котором было написано заклятье. Выдернув из подставки ручку, Даша принялась переписывать слова: от последней буквы к первой. Пальцы дрожали от эмоций, роняя на листок корявые строчки.

Даша сунула переписанный текст в карман джинсов и схватила сумку. Пальцы рванули застежку. Вывернув содержимое сумки на кровать, Даша выхватила из свалки мелочей круглое зеркальце.

Пронзив тишину, короткий сигнал заставил вздрогнуть. Даша бросила взгляд на стол. Экран телефона призывно светился сквозь трещины. Девушка быстро открыла сообщение: вдруг что-то важное. Чепуха, очередная акция от мобильного оператора.

Взгляд Даши уперся в расколы на защитном стекле. А ведь в спешке она чуть не забыла про телефон! Трещины на его экране хранили память о первой жертве альтериуса. Схватив маникюрные ножницы, девушка поддела небольшой кусочек стекла. Теперь у нее было почти все необходимое.

Положив зеркальце и хрупкий сверток в карман спортивной кофты, Даша схватила кошелек и кинулась к двери. Взгляд наткнулся на светлую пелену, и девушка непонимающе остановилась у дверного проема. Коридор, казалось, заплела густая дымка тумана.

Даша протянула руку, и пальцы коснулись плотной липкости. Внутри заныло отвращение. Паутина. Она заполонила весь коридор, скрыв в своей непроглядности входную дверь.

Мысли метнулись к окну. Обернувшись, Даша снова запуталась взглядом в белесой паутине. Непроглядная седина уже затянула половину комнаты и продолжала стремительно нарастать. Крупные черные пауки проворно сновали по своим сетям, выплетая все новые и новые слои.

Страх сковал тело. Даша в растерянном ужасе смотрела, как паутина приближается. Девушка чувствовала себя беззащитной букашкой, которой осталось лишь наблюдать за тем, как к ней подбирается восьмилапый хищник.

Дашу окружал сжимающийся кокон. Паучьи сети все сильнее сжимали свое липкое кольцо, стремясь заключить девушку в ловушку клейких нитей.

Щекочущее прикосновение поползло по тыльной стороне ладони. Взвизгнув, Даша сбросила паука, но отвращение тут же зашевелилось в волосах. Избавившись от восьмилапой мерзости, девушка заметалась взглядом по паутине. Черные пауки приближались, перебирая толстыми лапами.

В панике Даша бросилась в коридор, пробираясь сквозь сплошной паучий туман. Паутина с недовольным треском разрывалась под руками. Липкие сети оплетали ноги тяжестью, будто толща воды. Белесые полотна покрывали волосы, норовили облепить лицо. Моментами Даша увязала в паутине, как беспомощное насекомое. Выбиваясь из сил, девушка все же продолжала бороться. Руки рвали тугую паутину на лохмотья, прокладывая путь сквозь мерзкую массу. Восьмилапые твари с неестественным проворством сновали вокруг. Девушку опутывало отвращение, но она упрямо пробиралась к выходу. Цель наполняла душу непоколебимым упорством.

Добравшись до входной двери, Даша вырвалась во двор. Промозглая ночь зарылась в светлые волосы. Ветер просочился сквозь одежду, и осенний холод тут же обвил тело.

Даша бросилась по сплетениям улочек к центру города. Кроны деревьев зловеще перешептывались опадающими листьями. Сквозь ночные разводы небесного марева виднелась убывающая луна. Ее широкий оскал преследовал девушку холодным светом.

Даша ворвалась в мини-маркет. Ее сбивчивое дыхание хранило память о скорости, которая запуталась в растрепавшихся волосах. Взгляд лихорадочно ощупывал пространство магазина.

– Мне нужен нож и…

Взгляд Даши метнулся по полкам, но тут же споткнулся о зеркала. Стоя в ряд, они следили за ней отражениями. Пронизывающий холод страха сковал все тело. Сердце затаилось, как беспомощный птенец, забившийся в угол клетки. Казалось, даже дыхание – и то испуганно сжалось. Трясина вязкого оцепенения поглотила девушку.

– Нож?.. – С опаской уточнила молоденькая продавщица, растерянно глядя на странную посетительницу. – А Вам какой?

– Да любой, – взгляд Даши по-прежнему был прикован к зеркалам. – Главное, чтобы острый.

С подозрением косясь на девушку, продавщица взяла с витрины небольшой нож.

– Такой подойдет? – Уточнила она.

Даша с трудом заставила себя отвести взгляд от зеркал. Взяв нож из рук продавщицы, девушка слегка провела пальцем по лезвию. Серебристый металл ловил отблески света. Память вытолкнула ритуал в заброшенном доме, с которого начался весь этот кошмар.

– Да… подойдет, – сказала Даша, завороженная блеском лезвия. – Еще нужны свечи.

– Обычные закончились, – продавщица опасливо поглядывала на нож в руках девушки. – Остались только ароматические.

– Давайте уже какие-нибудь, – нетерпеливо бросила Даша, оторвав взгляд от лезвия.

– Есть кофейные, яблочные, лавандовые, луговые травы… – Начала предлагать продавщица слегка дрожащим голосом.

– Любые! – Перебила ее Даша. – Главное, тринадцать штук.

Продавщица удивленно распахнула голубые глаза, но все же выложила на прилавок ровно тринадцать коробочек с изображениями темно-зеленых свечей. Убедившись, что больше покупательнице ничего не нужно, она достала пакет. Казалось, эта фифа в темно-синей униформе специально тянет время, медленно укладывая товары. Не выдержав медлительности продавщицы, Даша выхватила пакет у нее из рук и быстро сгребла с прилавка оставшиеся свечи.

Выдернув из кошелька купюру покрупнее, девушка бросила ее на прилавок. Сейчас она не могла себе позволить тратить время на отсчитывание конкретной суммы. Схватив пакет, Даша кинулась к выходу.

– Девушка… – Растерянно донеслось вслед. – А сдача?

Бросившись в темноту, Даша поспешила прочь от центра города. Вскоре шумные дороги сменились путанными улочками, окаймленными разномастными заборами.

Девушка направлялась к заброшенному дому, и ветер за ее спиной перешептывался с ночью, словно догадывался о замысле Даши. Густое безмолвие, превратившись в зловещую тишину, укрывало дворы и улицы. Ни гула одинокой машины, ни шагов случайного прохожего, ни лая собаки… Лишь дома хватали девушку хищными взглядами желтых окон.

– Даша… Даша… – Путаясь в ветре, зашелестел со всех сторон такой знакомый голос.

Девушка заметалась взглядом по ночной улице. Никого. Ужас бился учащенным сердцебиением.

– Оставь меня в покое! – Крик разнесся по темноте звоном. – Ты не сможешь меня остановить! Я все равно избавлюсь от тебя!

– Зачем?.. Зачем?.. – Шепот сочился из пустоты.

Добравшись до заброшенного двора, девушка распахнула калитку. Луна разбросала по земле тревожные рваные тени. Засохшие сорняки нависали над узкой дорожкой. Холодные пальцы ветра перебирали мертвую траву, рассыпая по воздуху зловещие шорохи.

Вдруг холод ночи сомкнул на ноге Даши безжалостную хватку. Вынырнувшая из сорняков рука впилась в девушку мертвенно бледными пальцами, не оставляя ни единого шанса высвободиться.

Пока Даша пыталась выдернуть ногу из холодных оков, из зарослей показалось еще несколько рук. Худые пальцы цепко ухватили девушку. Потеряв равновесие, она оказалась на земле.

Взгляд заметался по сторонам. Отовсюду к Даше тянулись бледные руки. Они шарили по дорожке в поисках человеческого тепла, ощупывали воздух в попытке найти девушку. Больно впиваясь в тело Даши, костлявые руки прижимали ее к земле холодным ужасом.

Девушка билась в безжалостной хватке, отчаянно пытаясь вырваться. Нужно встать! Нужно подняться на ноги! Даша в панике искала, за что ухватиться. Однако вокруг были только колючие сорняки, сырая земля… и руки, которые беспощадно вцеплялись в тело девушки.

В пальцы Даши ткнулась влажная шероховатость корявой ветки. Схватив ее, девушка принялась отбиваться от льдистых рук. Они разжимали хватку на пару мгновений и тут же тянулись обратно.

Вырвавшись, Даша вскочила на ноги. Сердце отбивало бешеный ритм. Взгляд метался,

путаясь в клочках теней. Пакет, где пакет?

В ночную тишину просочился шелест. Одна из бледных рук тащила пакет в заросли травы. Метнувшись к ней, девушка со всей силы наступила на костлявое запястье, словно раздавливая мерзкого паука. Скрипящий стон боли, вырвавшись из-под земли, наполнил ночной воздух. Выдернув пакет из потусторонней хватки, Даша поспешила к дому. Взгляд коснулся двери. Ее крест-накрест перечеркивали широкие доски.

«Откуда?» – мелькнуло в мыслях.

Даша бросилась к окну. Угрюмая мгла заполняла дом, изнутри прилипая к стеклу. Присев, девушка начала ощупывать землю в поисках какого-нибудь камня. Найдя обломок кирпича, Даша обрушила его на стекло. Преграда треснула, и оконная рама оскалилась стеклянными клыками.

Вспомнив о лежащих в кармане осколках и зеркале, Даша стянула спортивную кофту: не хватало еще разбить их! Разгоряченная от волнения, девушка даже не почувствовала прикосновений осенней ночи к обнаженным рукам. Положив кофту на подоконник, Даша начала взбираться навстречу зловещей тишине заброшенного дома. Боль впилась в ладони мелкой стеклянной крошкой.

Оказавшись внутри, девушка окинула комнату быстрым взглядом. Холодный лунный свет очерчивал контуры предметов. Схватив кофту, Даша бросилась к столу, на котором она и Карина проводили обряд. Девушка опустила пакет на столешницу и принялась быстро доставать из него все необходимое.

Торопливыми движениями Даша начала подготовку к ритуалу. Кольцо из тринадцати свечей. Круглое зеркало в середину. Вокруг него – шесть осколков.

Достав спичку, девушка попыталась ее зажечь. Трясущиеся руки с трудом зародили робкий огонек, однако он, отозвавшись на дрожь пальцев, съежился и погас. Бросив неудачную попытку на пол, Даша выхватила следующую спичку. Нерассчитанное из-за волнения усилие – и тонкая деревяшка треснула, не выпустив ни единой искры. На миг прикрыв глаза, Даша глубоко вдохнула в попытке успокоиться. Она должна взять себя в руки. Должна закончить начатое. Девушка достала следующую спичку, и наконец-то мрачную комнату осветил ржавый огонек надежды.

Пламя прильнуло к фитилям свечей, и по сумрачному воздуху расползся запах трав. В этот момент он не казался простой добавкой для ароматических свечей. Нет, сейчас этот запах ощущался отголоском древнего колдовства.

Пляска огоньков и трепещущих теней отразилась в лежащем меж свечей зеркале, уронила отблески в осколки. Даша вытащила из кармана сложенный листок с заклятьем. В неровном свете она вчиталась в текст, помнящий дрожь ее руки. Непонятные слова неуверенно срывались с губ, но девушка упрямо продолжала пробираться сквозь строки заклятья. Когда зеркальный текст остался позади, тринадцать огоньков одновременно вздрогнули, впитав в себя его колдовство.

Пальцы сомкнулись на ручке ножа. Серебристое лезвие, поймав огненные отблески, сверкнуло в полумраке. Даша взглянула на круг свечей. Дрожащий танец огоньков завораживал. Запах, сплетенный из терпкого дыма и пьянящего аромата трав, проникал в самые отдаленные уголки души. «Наконец-то, сейчас все закончится», – пронеслось в мыслях, пока девушка безотрывно смотрела на кольцо из тринадцати огоньков. Даша решительно занесла нож над левой ладонью – той, которая до сих пор хранила тонкий след прошлого пореза.

– Ну, и зачем так рисковать? У тебя ведь все равно нет шансов.

Вздрогнув, девушка вскинула взгляд. По ту сторону мерцающих огоньков стоял альтериус. Трепетный свет льнул к чертам, которые Даша каждый день видела в зеркале. Находясь по разные стороны ритуального круга, они являли собой отражение друг друга. Вот только кожу потустороннего двойника покрывали черные расколы, отчего альтериус выглядел образом из разбитого зазеркалья.

– Это решит случай, – Даша уверенно сжала нож.

– Уверена? Ты же не знаешь главного. Такого маленького нюанса, который решит, кто из нас останется здесь… Надежда Дмитриевна ведь не рассказала тебе? Ах, да, она же не успела! – После этих слов насмешливое коварство внезапно сменилось зловещим шепотом, проникающим в разум наваждением. – Так вот, в мире людей останется та, кто любит жизнь. Та, которая наслаждается каждым мгновением своего существования. Ведь кровь, принесенная в жертву во время обряда, должна излучать жизненную энергию. А это условие, увы, не в твою пользу.

Из трещин, покрывающих облик духа, начал сочиться черный дым. Завиваясь темными щупальцами, он полз по воздуху к Даше. Слабость окутала тело девушки. Сквозь затуманенное сознание в душе пробудилась горькая боль. Ведь в словах альтериуса была доля правды. Огромная доля правды. Глядя в глаза своей темной стороне, Даша понимала, что все эти годы жила, не замечая ничего хорошего. Семейный уют и спокойные будни казались смертной скукой. Забота близких вызывала только раздражение. Не желая ничего менять, девушка куталась в грусть, как в старую привычку. Вот только теперь Даша изменилась.

Как бы Даша хотела вернуть свою жизнь, растерзанную альтериусом. Все исправить и радоваться каждому мгновению, ценить каждую секунду, проведенную рядом с семьей. Однако черный дым, растекающийся по воздуху, высасывал силы и обвивал тело дурманом. Разум заполняло неестественное отупение, сквозь которое с трудом пробивались вялые мысли. Все вокруг расплывалось в смутные тени. С каждой секундой веки все сильнее и сильнее наливались тяжестью. Казалось, Даша проваливалась в беспросветную тьму сна. Рука с ножом безвольно опустилась, и девушку сковал плен слабости.

– Да ладно, не упрямься… Я же тебе добра желаю, ведь мы с тобой одно целое, – интонации духа, неожиданно изменившись, пропитались доверительной мягкостью. – Я – твоя половина, пусть и темная. Так неужели сможешь уничтожить часть собственной души?.. К тому же, разве я не сделала твою жизнь лучше? Рома заставлял тебя страдать от неразделенной любви. Карина думала только о себе: это ведь она втянула тебя во все это. Мать никогда не понимала, отчим только раздражал. А Лешка… Помнишь, как родители обрадовались, узнав, что у них будет второй ребенок? Помнишь, как носились с ним, забыв о тебе, как о старой игрушке?

– Все не так… – Преодолевая слабость, прошептала Даша.

– Что ты говоришь?! А, по-моему, все эти годы ты думала иначе? – Тон порождения зазеркалья пропитывала насмешка. – Разве не ты обвиняла весь мир? Разве не искала крайних в любой своей неудаче?

Черный дым затянул стол зловещим туманом, скрыв в своей толще зеркало и осколки. Огоньки свечей испуганно затрепетали, теряя яркость. Прижавшись к фитилям, они замерцали обессиленными искорками света. Вот-вот – и погаснут, став Дашиным поражением.

Сквозь дурманное оцепенение Даша ощутила боль. Она вгрызлась в тело, расползаясь по коже жгучей сеткой. Воспоминания хлестнули разум: университет, двойное отражение в зеркале, черные расколы на коже… Девушка опустила взгляд, в ужасе осматривая свои руки. Кожа была покрыта мозаикой темных трещин.

– Послушай, ты же умная девочка. Ты же прекрасно понимаешь, если я исчезну из этого мира, твои близкие вернутся и снова начнут отравлять тебе жизнь, – голос девушки-альтериуса наполнился вкрадчивыми интонациями. – Вот скажи, оно тебе нужно? Откажись от обряда – и вместе мы устроим идеальную жизнь. Нам нужно лишь воссоединиться.

Стекающий со стола дым тянулся к Даше черными щупальцами. Просачиваясь в трещины, он расползался по телу потусторонним холодом. Казалось, кровь в венах превращалась в ледяной поток, проникающий в разум колкой изморозью. Даша чувствовала, как ее сознание блекнет. Девушка-альтериус пристально смотрела на соперницу, и взгляд зеркальной сущности наполняло хищное ликование. Даша понимала, что нельзя поддаваться, но ничего не могла поделать. Черный дым продолжал отравлять ее душу.

Потусторонний мрак почти иссяк – только последние нити, стекая со стола, змеиными лентами заползали в трещины на теле Даши. Веки обессиленно скользнули вниз, и в темноте сознания девушка увидела лицо матери. «Ты справишься… – Ласково донеслось из-за грани реальности. – Держись, Дашенька, ты у меня очень сильная. У тебя все получится».

Родной голос пролил в душу свет надежды. Преодолевая тяжесть, наполняющую тело, Даша незаметно завела руки за спину. Полуприкрытые от слабости глаза напряженно следили за огоньками свечей. Хоть бы не погасли, хоть бы продержались еще чуть-чуть… Острие ножа коснулось кожи, и лезвие медленно процарапало на ладони линию пореза. Девушка стиснула зубы, стараясь не показать боли. Густые капли проложили по руке горячую дорожку.

Даша подняла отяжелевший взгляд, полный ненависти.

– Моя жизнь станет идеальной, когда из нее исчезнешь ты.

Сжатая ладонь, в мгновение ока оказавшись над столом, уронила в круг свечей темные капли. Кровь коснулась круглого зеркала, и тут же раздался треск. Паутина расколов расползлась по стеклянной поверхности.

Тринадцать лоскутков пламени погасли одновременно, и комнату заполнила ночная тьма.

***

На порог заброшенного дома вышла светловолосая девушка. Ее взгляд коснулся ночного неба, и по губам скользнула легкая улыбка. Девушка глубоко вдохнула свежий прохладный воздух, и веки скользнули вниз в наслаждении. Ночь пахла осенью и переменами.

Отныне все будет по-другому. Полный возможностей мир пьянил своей свободой. Он звал девушку окунуться в водоворот событий и впечатлений, и она знала, что не упустит ни единого шанса. Будет жить на полную мощность, в самом безумном и ярком режиме из всех возможных. А ее соперница теперь навек заточена по другую сторону зеркального стекла.

Усмехнувшись, девушка шагнула навстречу новой жизни. Настоящей.