<?xml version="1.0" encoding="windows-1251"?>
<FictionBook xmlns="http://www.gribuser.ru/xml/fictionbook/2.0"
  xmlns:l="http://www.w3.org/1999/xlink">
  <description>
  <title-info>
   <genre>other</genre>
   <author>    
    <first-name>Антон</first-name>
    <last-name>Вурсак</last-name>
   </author>
   <book-title>Звук тишины</book-title>
   <lang>ru</lang>
  </title-info>
  <document-info>
   <author>
    <nickname>rusec</nickname>
    <email>lib_at_rus.ec</email>
   </author>
   <program-used>LibRusEc kit</program-used>
   <date value="2013-06-10">2013-06-10</date>
   <id>Mon Jun 10 20:48:35 2013</id>
   <version>1.0</version>
  </document-info>
 </description>
 <body>
<title><p>Вурсак Антон</p>
<p>Звук тишины</p></title> 
<section>
<p>Вурсак Антон </p>
<p>Звук тишины </p>
<p>Темное и высокое небо с бегущими вникуда облаками было холодным и недосягаемым. </p>
<p>В наполненной мраком пустоте кружились редкие снежинки, огромные и бесформенные, похожие на разварившиеся хлопья какой-то каши. Расплывшаяся чавкающая масса под ногами, ветер, вползающий в подворотню как бесцветная умирающая тварь. Черные дома- огромные каменные коробки, населенные существами без глаз, с мыслями, похожими на мутный осадок на дне пивной кружки, существа без голоса, без ненависти , без цвета , существа, живущие в призрачной стране, где нет ни добра ни зла - зловонное стадо, понимающее только язык бича, матери, пожирающие своих детей, отцы, поднимающие руку на своих дочерей...в этом сумрачном месте тени скрадывали все различия, в этом царстве смерти палач шел под нож палача безропотно, с выражением рабской угодливости на лице. </p>
<p>Он повернул голову- чуть позади в сумерках маячила какая-то тень, вязкий мрак преобразил ее, расплескал осколки по лужам, среди дробящегося света фонарей, среди мерцания неона, среди бледно-голубого света. Но по мере того, как он приближался к этой фигуре, тень приобретала определенные очертания. Проступали в сиреневом мареве потертые лацканы черного шерстяного пальто, ботинки с гордо торчащими вверх носами, серые выглаженные брюки, но эту фигуру венчало нечто страшное, увидев это он чуть не задрожат, неистовый ужас пригвоздил его к меступриземистую, крепко сбитую фигуру украшал огромный, красно коричневый кусок мяса. Кусок был испещрен беловатыми прожилками , местами розовый, местами уже посеревший, с него по шее существа стекала тонкая струйка черной крови. Там, где она встречалась с воротником рубашки расплывалась тошнотворная коричневая клякса. Он закричал, страшно и отчаянно, и бросился бежать, в безумном калейдоскопе смешались шершавые стены, жидкая грязь, мокрый асфальт, синие облака, черные клешни деревьев, огни и тьма. Он упал, закрыл глаза, но и с закрытыми глазами видел эту сумасшедшую карусель и откуда-то из бархатного мрака неба, оттененного сиянием звезд, тянулась когтистая рука Дьявола. </p>
<p>Он открыл глаза. "Парень, тебе, что плохо"- донесся откуда-то голос. Он открыл глаза. Над ним склонилось озабоченное лицо, обрамленное чем-то белым, лицо исполненное сострадания, но вместе глаз на этом лице зияли два черных пятна, два пятна, похожих на выжженные ямы в дымящейся земле. Тени людей на стенах...* Театр теней. Спектакль, режиссер которого давно лежит в могиле, пожираемый червями. Он лежал спокойно, эти черные пятна вместо глаз больше не пугали его - он понял, что куда бы он ни пошел, он везде будет видеть такие же бельма вместо глаз, что везде в изломанных закатным солнцем окнах, возникнет лицо, которое не может принадлежать живой твари. В залах из мрамора и слоновой кости, из бронзы и стали , из стекла и пластика, среди водоворота толпы, исчезающего в подземных проходах - он ни встретит никого, кроме людей-призраков, людей тьмы, людей с черной печатью на лицах. Небо становилось ближе, оно словно придвинулось к земле, бледные хризантемы звезд склонились над ним, воздух свободы вливался в легкие. По краям еще мелькали белесые сгустки света, потом этот свет стал желтым, запахло чем-то кислым, его легкие сжались в болезненном спазме и огромный красный шар разорвался под потолком... У тьмы был горький привкус, привкус крови на губах, сквозь шум океана в ушах он услышал- "четвертая овердоза за сегодня... не вытянет... туда им и дорога этим сволочам поганым..." </p>
<p>1 По свидетельству очевидцев, во время атомной бомбардировки Хиросимы тепловая волна была столь мощной, что близко к эпицентру от людей оставался только темный след, обозначавший место, где они стояли. (Oskar Nash "World War II-faces"-1998г.) </p>
</section>
</body>
</FictionBook>
