Название: «Запятнанные»
Автор: Кайли Скотт
Серия: «Дайв Бар». Книга первая
Количество глав: 23 главы
Переводчик: shunya (1-11гл), Надежда Смирнова (12-23гл)
Редактор: Mistress
Вычитка: Mistress, Надежда Смирнова
Оформление: Lisi4ka
Обложка: Pandora
Перевод группы:
Последнее, что Вон Хьюсон ожидает найти, когда возвращается в свой дом детства – невесту с разбитым сердцем в своей ванной, не говоря уже о драме и хаосе, который появляется вместе с ней.
Лидия Грин не знает, что лучше сделать – сжечь церковь или сидеть в уголке и плакать. Узнать в день свадьбы, что любовь всей твоей жизни изменяет тебе – просто ужасно. Да ко всему прочему, он изменяет с собственным шафером. Она избегает такой свадьбы и спустя пару часов встречает Вона.
Вон – полная противоположность идеальному, уважаемому бизнесмену, за которого она думала, выйдет замуж. Этот в прошлом музыкант-нынче-бармен грубый и непостоянный. Но она уже попыталась с мистером Правильным и поняла, что он не тот, возможно, пришло время попробовать мистера Безотлагательного.
В конце концов, почему бы немного не запачкаться.
1 глава
Чёрт.
Я с ужасом уставилась в телефон. Они действительно делали это. Их зубы клацали друг об друга, а языки переплетались. Они соединяли свои тела без каких-либо сомнений и колебаний. Угол съёмки и освещение были хреновыми, но и этого хватило, чтобы разглядеть происходящую порнушку. Боже помоги.
Этого не может быть. Что же мне теперь делать?
Из коридора доносились голоса: смех и другие проявления радости. Как раз то, чего и ожидаешь в свой большой день. Порнуха на маленьком экране явно сюда не вписывалась. Я не хотела это смотреть, но и отвернуться не могла. Тот, кто послал видео, скрыл свой номер. В любом случае, у отправителя могла быть лишь одна цель.
Дерьмо.
Боже, то, как они прикасались друг к другу, будто делали это уже далеко не в первый раз, убивало меня. У меня свело желудок, желчь обжигала горло. С меня хватит. Тяжело сглотнув, я швырнула телефон на новую огромную кровать. Видео всё ещё воспроизводилось, телефон валялся среди разбросанных лепестков роз, будто это была какая-то дурная шутка. Надо было швырнуть его в стену. Растоптать или что-нибудь в таком духе.
Крис сказал, что они просто потусуются. Только он и его лучший друг Пол — опрокинут пару стаканов, поговорят о старых добрых временах. Чертовски уверена, упоминания о слиянии их языков не было, иначе я бы услышала, несмотря на то, как сильно была занята планированием свадьбы.
Мои глаза начало щипать, губы задрожали. Неужели всё это происходило за моей спиной уже какое-то время? Какой идиоткой надо было быть, чтобы ничего не замечать? Крепко обхватив себя, я пыталась держать эмоции под контролем.
Это не помогало. Ничуточки.
Вся хрень в том, что теперь, когда знала, я поняла, — признаки были. Либидо Криса нельзя было назвать бушующим. Помимо всех свиданий и выходов в свет, которые и составляли наш бурный роман, было много поцелуев и держаний за руки. Но до секса никогда не доходило. Всегда были какие-то оправдания. Его семья была религиозной, поэтому нам нужно следовать традициям и дождаться брачной ночи, чтобы это было по-особенному и бла-бла. Тогда все это имело смысл. То, что он не был заинтересован в кисках даже не приходило мне в голову. Во всем остальном он был идеален.
Но, он не был. Судя по этому видео, золотой мальчик из Кёр-д'Алена использовал меня, чтобы скрыть свою ориентацию и планировал делать это до конца жизни.
Глубоко внутри меня что-то разбилось. Моё сердце, мои надежды или мечты, не знаю точно. Но болело всё. За все 25 лет жизни я не испытывала ничего подобного. Боль была мучительной.
Голоса, которые слышались из коридора, становились ближе, а стоны на видео громче. Крису явно нравилось, как шафер ласкал его член. Ублюдки. А мне ведь казалось, что я наконец-то обрела дом. Как можно быть такой глупой?
Нет ни единого шанса, что я пойду туда и признаюсь всем этим людям, какой дурой я была. И как искусно меня обманули. По крайней мере, не сейчас. Мне нужно было осознать, насколько чудовищно Крис поступил со мной, предал меня.
— Тук, тук, тук! — кто-то стучался в дверь спальни. Я подпрыгнула, выпучив глаза.
— Лидия, пора, — сказал отец Криса.
Ага... ну уж нет. Я в этом не участвую.
Охваченная слепой паникой, я побежала. Не особо быстро, будучи не в форме и свадебном платье, но и так сойдёт. Черт, да я просто помчалась. Удивительно, что может сделать человек, охваченный ужасом.
Сквозь застеклённые двери, прямо во внутренний дворик. Шпильки с каждым шагом проваливались в мягкую почву, пока я пробиралась через ухоженный газон. В воздухе витали гул музыки и разговоры. Все гости собрались в ожидании церемонии, за которой последуют напитки с канапе. Так что я побежала через задний двор, пробираясь через кустарники и топча клумбы. Шипы розового куста цеплялись за чулки, кололи и царапали ноги. Это не имело значения. Нельзя было терять ни минуты. Спрятанное за деревом ведро для мусора располагалось прямо рядом с шестифутовым ограждением, разделяющим две территории.
Да. Отлично. Вот оно моё спасение.
Пусть Крис объясняет всем, почему его невеста сбежала. Или ещё лучше, пусть это сделает Пол — скользкий, двуличный, уводящий мужчин ублюдок.
Слава Богу, я не согласилась на платье в пол, в которое меня пыталась впихнуть его мать. Проделать всё было уже достаточно сложно и в платье длиной до икр, учитывая огромное количество подъюбников. Задрав их, я без особых проблем забралась на ведро, которое по высоте доходило мне до бедра. Оно качалось, как проклятое, пока я вставала на ноги. Взвизгнув, я уцепилась за верх ограды и держалась так крепко, что костяшки пальцев побелели.
Я не особо часто молилась. Однако, Большой Чувак, несомненно, не даст мне свалиться и разбить зад. Не сегодня. Если он действительно считал, что меня нужно наказать ещё больше, это могло подождать. На сегодня я уже достаточно натерпелась.
Глубоко дышать, стоять ровно и прямо. Это я могла. Во дворе позади нашего с Крисом мини-особняка располагался небольшой домик.
Идеально.
Французский маникюр уже был к черту испорчен, я подтянулась и барахталась, пока не была достаточно высоко, чтобы суметь перекинуть ногу через ограду. Давление на моей промежности в этом положении было не очень приятным. Клянусь, что слышала крик своих половых губ, не говоря уже об остальных девчачьих частях. И если я всё ещё хотела когда-нибудь стать мамой, мне нужно было слезать... немедленно. Деревянные брусья втыкались мне в живот, когда я легла, балансируя наверху ограды. Капельки пота стекали по лицу, вероятно, образовывая каньоны в макияже, толщиной с дюйм (визажист был рекомендован матерью Криса).
— Тётя Лидия? — раздался тоненький голосок. — Что ты делаешь?
Я взвизгнула от удивления. К счастью, в легких было недостаточно воздуха, чтобы по-настоящему закричать. Внизу стояла маленькая девочка, её большие карие глаза переполняло любопытство.
— Привет, Мэри, — я широко улыбнулась, — ты меня немножко напугала.
— Зачем ты карабкаешься на ограду? — она размахивала подолом своего белого платьица подружки невесты туда-сюда.
— О, ну...
— Ты играешь во что-то?
— Эм...
— Могу и я тоже поиграть?
— Да! — я улыбнулась ей дрожащими губами, — я играю в прятки с твоим дядей Крисом.
Её лицо озарилось.
— Но нет, тебе нельзя с нами, извини.
Она надулась.
— Почему нет?
Вот она, проблема с маленькими детьми — так много вопросов!
— Потому что это сюрприз, — сказала я, — большой сюрприз.
— Дядя Крис не знает, что вы играете?
— Нет, не знает. Поэтому ты должна пообещать мне, что никому не скажешь, что видела меня здесь. Ладно?
— Но как он узнает, что тебя надо искать?
— Верно подмечено. Но твой дядя Крис очень умён. Он быстро сообразит.
Особенно учитывая тот факт, что я оставила в спальне телефон, на котором до сих пор крутится порно. Довольно сложно чувствовать себя виноватой, бросая его, учитывая ситуацию.
— Так, тебе нельзя говорить никому, что ты меня видела, договорились?
Мэри довольно долго думала, ковыряя землю носком своих туфелек, которые уже и так были потёрты. Её мама явно не обрадуется.
— Мне не нравится, когда мой брат рассказывает, где я прячусь.
— Да. Это раздражает, правда? — Я почувствовала, как моя нога начала соскальзывать и в тот момент вырвалось слово на букву «п», которое, как я думала, было не громче шепота.
Розовые губки сложились в форме «О».
— Тебе не следует использовать это слово. Мама говорит, что это неприлично.
— Ты права, права, — я незамедлительно согласилась, — это плохое слово, и я прошу прощения.
Она облегченно выдохнула.
— Всё в порядке. Мама говорит, что тебя неправильно воспитывали, поэтому мы должны быть сни...снисх....снисход...
Она насупилась от разочарования.
— Снисходительными?
— Да, — Мэри улыбнулась, — ты действительно выросла в амбаре? Я думаю, расти там было бы весело.
Вот. Вот, что получается, когда люди позволяют заносчивым богатеньким сучкам оказывать влияние на детей. Сестра Криса была первым кандидатом на искоренение синдрома напыщенной задницы. Да что уж там, вся его чёртова семья была.
— Нет, дорогая, — сказала я, — я не росла в амбаре. Но готова поспорить, что твоя мама чувствовала бы себя среди коров как дома.
— Мууу, — она рассмеялась.
— Точно. Тебе лучше вернуться. И помни, никому не говори, что видела меня. — Я помахала ей, пытаясь устроиться поудобнее, как будто это было возможно.
— Обещаю! Пока!
— Пока.
Она побежала через сад и вскоре совсем скрылась из виду. Пора было слезать с ограды. Как бы аккуратно я ни старалась это сделать, уверена, потом будет болеть все. Это факт. Я потянулась, мои мышцы бёдер и икр запротестовали. Если бы только я ходила с Крисом в тренажёрный зал, когда он предлагал. Но сейчас уже слишком поздно. Медленно: сначала колено, потом нога, потом другая. Щепки цеплялись за моё платье, разрывая нитки и шёлк. Я повисла по другую сторону ограды на одно мучительно мгновение, пока дерево разрывало мои ладони на части, а мышцы натянулись до предела. Потом гравитация дала о себе знать.
Я упала на землю. Было больно.
Вот тебе и размер «плюс». Моя «дополнительная подкладка» ни черта не смягчила. Я перевернулась на спину и лежала в высокой траве, дыша так, будто была заядлым курильщиком. Боль заполнила весь мой мир. Может, я просто умру здесь. Это место вполне подходило, как и любое другое.
— Лидия, ты здесь? — позвал чей-то голос. Это была Бетси — секретарь из агентства недвижимости. — Лидди?
Я терпеть не могла, когда меня так называли. Ненавидела. И она это знала, сука.
Я не ответила, просто лежала там, потея и тяжело дыша (настолько тихо, насколько это было возможно). Увидеть меня она точно не могла, если только не перебралась бы сама через ограду. Шансы чему практически нулевые. Бетси была не спортивнее меня. Пока что я оставалась в безопасности. У меня над головой проплыло белое облако, всего на мгновение, испортив идеальность голубого неба. Просто идеальная погода для июньской свадьбы. Серьезно, лучше и быть не могло.
Голос Бетси начал удаляться. Самое время двигаться дальше.
Очень медленно я поднялась на ноги, чувствуя боль в каждой мышце своего тела. Вдалеке, меня снова и снова звали по имени. В их голосах можно было услышать нотки паники. Тем временем, вот она я. Ни денег, ни карточек, ни телефона, ничего. По правде говоря, мой внезапный план побега был далеко не идеален. По крайней мере, я всё-таки перебралась через ограду.
Соседский сад был как джунгли, заросло всё. К счастью для меня, иначе я бы точно что-нибудь сломала при падении. Милый домик с верандой располагался под многолетними соснами. Он был очарователен. Ради таких местечек я и пошла работать в агентство недвижимости. Чтобы иметь возможность помочь людям найти дом их мечты на всю оставшуюся жизнь. Место, где они будут воспитывать своих детей, подружатся с соседями и будут устраивать барбекю вечеринки. Полная противоположность тому, чтобы таскать своего отпрыска по всей стране в поисках новых возможностей, сменяя одно захудалое жильё с тонкими стенами на другое.
К сожалению, вместо продажи домов, я втюхивала людям бездушные виллы и пыталась уговорить их купить бутафории, которые никогда не будут им по карману. Я была более чем наивна. Беспощадная — вот, какой была эта индустрия и даже хуже.
Но вернёмся назад к моей нынешней ситуации.
Сандерс Бич — довольно тихий район, и вскоре все начнут меня искать. Если я буду бродить по улицам, меня тут же найдут. Это не вариант. Мне нужно восстановить дыхание и собраться с мыслями. Подождать, пока видео разоблачит Криса-гнусного лжеца и изменщика... ну, надеюсь, к этому времени у меня уже будет готов план действий.
Широко открытое заднее окно — лучшая часть этого симпатичного домика.
Подняв то, что осталось от моей юбки, и сбросив оставшуюся туфлю, я начала побираться сквозь высокую траву. В доме не было никаких признаков жизни. Возможно, они ушли и забыли закрыть окно. Оно вело в ванную комнату, внутри всё было пыльным и потрёпанным. Всё ещё никакого движения.
Совершить правонарушение или дать себя обнаружить? Всё было очевидно. Можете звать меня Златовлаской (прим. перев: Златовласка — героиня популярной английской детской сказки «Златовласка и три медведя», в русском варианте «Маша и три медведя») . Я собиралась пробраться внутрь. Если там меня съест медведь, так тому и быть. По крайней мере, он хорошенько пообедает.
Окно располагалось не очень высоко. На этот раз я забралась без проблем. Ухватившись за край ванны одной рукой, другой я пыталась дотянуться до пола. Всё было отлично, пока не пришло время протискивать бёдра. Деревянная рама воткнулась мне в бока, заставляя остановиться. Я застряла.
— Дерьмо, — сказала я, на всякий случай шёпотом.
Я вертелась и извивалась, пыхтя от напряжения, ноги болтались в воздухе. Боже, помоги мне, я могу это сделать, могу. В конце концов, что случится, если я ещё больше порву юбку или раздеру кожу? Ничего, вот что. Я вцепилась в край ванной и изо всех сил подтянулась. Материал на платье порвался, и моя хватка ослабла. Я начала падать. Сперва моё лицо коснулось пола, затем с грохотом упало и тело. Учитывая количество шума, удивительно, что соседи с полицией ещё не прибежали.
— Боже, — тяжело дыша, захныкала я.
Боль и унижение официально стали невыносимыми. Что за бл*дская ситуация.
С осторожностью я сделала глубокий вдох через нос и выдох через рот. Кажется, всё нормально. Думаю, рёбра не сломаны. Нос цел. Я пробежалась языком по зубам, проверяя, все ли на месте. Всё было в порядке. Чувствовала я себя так, будто подралась с разъярённой толпой в баре. Моя левая щека ужасно пульсировала. Долгое время я просто лежала там, ошеломлённая произошедшим. Я не решалась двигаться и попросту была не в состоянии. В домике всё ещё было тихо. Слава Богу, я была одна. Лучше быть одной, теперь я это знала.
На случай, если кто-то зайдёт, я залезла в ванную и задёрнула занавеску. Затем аккуратно расправила остатки тюля и шёлка.
Пришло время посмотреть правде в глаза, осознать всё.
Ничего, я найду, где можно остановиться и переждать какое-то время. Пусть Крис разбирается с тем, что наделал. Мне нужно было привести себя и свои мысли в порядок.
Горячие слёзы побежали по щекам. И они не останавливались очень и очень долго.
2 глава
Звук тяжелых шагов вывел меня из ступора. Понятия не имею, как долго я просидела в ванной, пялясь в никуда и размышляя о том, в какую катастрофу превратилась жизнь. Скорее всего, не очень долго, ведь солнечный свет до сих пор освещал комнату.
Шаги становились всё ближе и ближе. И вот они уже были в комнате. Дерьмо. Я замерла, будучи даже не в состоянии дышать. Кто-то громко зевнул и хрустнул суставами. Затем большая рука проникла за занавеску и открыла кран с водой. Поток ледяной воды обрушился на меня. Ощущение было такое, будто миллион острых лезвий впивается в кожу. Все царапины и ссадины начало адски жечь. Я заскрипела зубами и втянула шею в плечи, будто бы таким образом могла хоть как-то защититься.
Ага, я сидела там, съёжившись, слушая, как парень отливал.
Здорово. Просто здорово.
А что мне было делать, выпрыгнуть и прервать его прямо посреди процесса? И что бы я сказала? Сложившаяся ситуация была не из приятных.
1. Перво-наперво, я вломилась в дом этого парня.
2. А потом ещё и расположилась как у себя дома и устроила нервный срыв в его ванной.
Нормальные, рациональные люди подобным образом не поступают. У меня не было ни единой судимости, и я никогда не делала ничего, что выходило бы за рамки. Всё это была вина Криса, ублюдка. Надеюсь, у этого парня есть чувство юмора, и я легко отделаюсь.
Как только вода начала нагреваться, он смыл, и из крана вновь полилась ледяная вода. Я уже собиралась открыть рот и сообщить о своём присутствии, но это бы положило конец всему. Струйки ледяной воды стекали по моей коже. Я чертовски заледенела. Скрипя зубами, я издала визг боли и гнева.
Душевую занавеску резко отдёрнули.
— Дерьмо, — парень был очень высокий, очень голый и очень удивлённый. Выпучив глаза, он отступил на шаг, ухватившись за край скамьи. — Какого чёрта?
Хороший вопрос.
Я открыла рот, чтобы вновь закрыть его. Навыки общения явно покинули меня. Мы пялились друг на друга в полной тишине.
Даже не зная, как он одевается, можно было сделать вывод, что он чертовски крут. Он был примерно моего возраста, может, чуть старше. У него были длинноватые янтарные волосы, тёмные голубые глаза, острые черты лица, покрытый татуировками мускулистый торс и довольно большой член. Не то чтобы я намеренно разглядывала его, но довольно сложно игнорировать пенис и мошонку, когда они прямо перед твоим лицом. Я наклонила голову в поисках другого вида. Однако мне на глаза все время попадался его член.
Думаю, самое время мне перестать строить ему глазки. Итак…
— Привет, — со спокойствием, которого и близко не было, я встала и выключила кран. Немного лучше. Его гигантский пенис определенно сбил меня с толку, но я уже пришла в себя. Настал момент выпутываться из этой ситуации. — Привет.
— Какого чёрта ты делаешь в моём доме? — спокойно спросил он.
— Хорошо. Ну... — я аккуратно убрала пряди своих мокрых светлых волос за уши. Как будто бы это помогло. Мои стрелки и накладные ресницы уже, наверное, наполовину были на щеках. — Я, эм-м...
— Ты что?
— Меня зовут Лидия, — я сказала то, что первым делом пришло мне на ум.
Ответа не последовало. Однако на его привлекательном лице появилось раздражённое выражение. Казалось, даже его волосы приобрели огненный оттенок. Ясно, мы не собирались представиться друг другу, чтобы хоть как-то разрядить обстановку. Справедливо. Понятия не имеете, как сложно было смотреть ему в лицо. Почти нереально. Возможно, это было из-за того, что я давно на члены не смотрела, но его член, казалось, загипнотизировал меня. Клянусь, он обладал волшебными силами. Он был таким большим и подвижным, немного покачивался каждый раз, как парень двигался. Мой взгляд постепенно сползал вниз, как бы я ни противилась.
Наконец, он прервал мои страдания, обернув полотенце вокруг талии. Оно походило на сексуальную мини-юбку. Не то чтобы многие парни могли хорошо выглядеть в таком.
Вернёмся к моим объяснениям.
— Э, сперва, позволь мне извиниться за это, — я обвела рукой всю ванную комнату. — Любые неудобства, которые я причинила.
Парень стоял прямо, упершись руками в бёдра, и смотрел на меня сверху вниз. Его руки были покрыты татуировками прямо до запястий. Все мышцы выставлены напоказ. С ним шутки плохи. Чувак, наверное, мог раздавить меня за полсекунды. Готова поспорить, он был тату-моделью, или байкером, или пиратом, или кем-то вроде этого. Кем-то горячим, и пугающим.
Дерьмо. Мне стоило выбрать другой дом.
— Я обычно не вторгаюсь в чужие дома и не прячусь в чужих ваннах, — пробормотала я. — Так что мне действительно жаль. Серьёзно. Очень жаль. Но у тебя милый дом.
— И?
— Нет, я не поэтому здесь. Я просто... — Чёрт возьми, я сейчас вообще не могу думать. Сделав глубокий вдох и выдох, я решила попробовать снова. — Мне нравятся подобные старенькие бунгало, а тебе? В них есть душа.
Его брови взлетели вверх.
— Ты под кайфом? Что ты приняла?
— Ничего?
— Ты не принимала никаких таблеток и ничего не нюхала?
— Нет, клянусь.
— И ничего не пила?
— Я ничего не принимала, — сказала я. Но на его лице всё также отражались подозрение и злость. Добавьте к этому довольно сильную небритость и синяки под глазами, он был усталым и раздражённым. И его нельзя было за это винить.
— Так значит, ты абсолютно трезвая.
— Абсолютно.
Пауза.
— Ты думаешь, что я чертовски безумна, ага? — спросила я, хоть ответ уже и так был написан на его лице.
— Примерно так я и думаю, да.
О, боже.
— Я совершенно нормальна.
— Уверена? — он посмотрел на меня, явно не поверив. — Я видел много странного дерьма за свою жизнь. Большинству из которого ты даже не поверишь. Но, скажу тебе... Твоя выходка превзошла всё.
— Замечательно, — я сто пудово отправлюсь в тюрьму. Кто-нибудь должен дать мне печенье. Моя способность усугубить ситуацию просто великолепна.
— Ты трогала мои вещи? — спросил он. — Взяла что-нибудь?
— Да, твой диван искусно спрятан под моим платьем. И ты даже не поверишь, куда я запихала телевизор.
И вновь, его глаза предостерегающе сощурились.
— По-моему, сейчас не время шутить, детка.
Чёрт.
— Прошу прощения. Мне жаль. Я не хотела. Ты имеешь право злиться.
— Да. Ты чертовски права.
Я кивнула, раскаиваясь.
— Я не трогала твои вещи.
Парень просто стоял там, уставившись на меня. Много мыслей вертелось у него в голове, по глазам было видно. Но я ничего не смогла распознать.
Одинокая слеза скатилась по моему лицу. Видимо, она сберегла себя на всякий случай. Мда. Как жалко. Я шмыгнула носом и поспешно стёрла её тыльной стороной руки.
— Бл*дь, — пробормотал он.
— Мне действительно жаль по поводу всего этого. Правда в том, что мне нужно было место, где я могла бы спрятаться на какое-то время. Я не хотела тебя напугать.
Он невесело вздохнул.
— Лидия?
— Да? — несмотря на все попытки, мой голос немного дрожал.
— Посмотри на меня.
Так я и сделала. Он всё ещё выглядел немного раздражённым и чертовски крутым, в то время как я была олицетворением полнейшего беспорядка.
— Я — Вон, — сказал он.
— Привет.
Он кивнул, и снова в воздухе повисла тишина.
Обводя кончиком языка верхнюю губу, он посмотрел на широко открытое окно, затем вновь на меня. Ага, именно так я сюда и пробралась. Гудини мне и в подметки не годится.
— Что ты делаешь в моем доме, Лидия? Только говори правду.
— Ну, это довольно длинная история, — вдобавок к тому, что она ещё и мучительно унизительная. Хотя, что в этом дне не было унизительным?
Вон сложил руки на своей широкой груди и терпеливо ждал, пока я теребила свои рваные юбки и пыталась придумать, как преподнести историю таким образом, чтобы я не выглядела полной идиоткой. Боже, дыры в чулках были просто огромны. С одной стороны моя нога торчала полностью. Отстой.
Вон присел рядом с ванной и положил свои руки на её край. Вблизи синяки под его глазами казались ещё больше и темнее, в контрасте с его бледной кожей. А мешки были настолько большими, что их можно было бы использовать в качестве ручной клади. Несмотря на сосредоточенное выражение лица, парень выглядел очень утомленным. Думаю, он готов был проспать лет сто.
И я его понимала.
— Похоже на свадебное платье, — тихо сказал он.
— Это оно и есть. Я собиралась выйти замуж сегодня, — я глубоко вдохнула и потёрла лицо руками. Как и ожидалась, ладони стали чёрными от потёкшей косметики. — А, чёрт. Я, должно быть, ужасно выгляжу.
Ничего не говоря, Вон дотянулся до полотенца и передал его мне. Оно было потёртым и старым. Как будто бы им давно никто не пользовался, как и всем домом. Я видела лишь одну комнату, но у риелторов на такое чуйка. Думаю, за домом ухаживали по минимуму последние лет пять или около того. Возможно, он даже пустовал. Кусты снаружи полностью закрывали дом, так что я никогда не могла его толком рассмотреть.
— Спасибо, — я вытерлась насухо, насколько это было возможно. Моё ранее красивое платье теперь больше походило на влажные тряпки. — Я прошу прощения, что вторглась в твой дом. Обычно я так не делаю.
— Конечно, — сказал он низким голосом. — Я так и подумал. Так откуда ты?
— Большой дом, позади твоего.
Он насупился.
— Ты перелезла через ограду?
— Да.
Уставшие, покрасневшие глаза вновь оценивающе на меня посмотрели.
— Это довольно высокая ограда. Наверное, ситуация и правда была критической.
— Это был полный кошмар.
Долгое время он изучал меня, глубоко погрузившись в свои мысли. Вновь вздохнув, он поднялся на ноги.
— Ты собираешься вызвать копов? — моё горло сдавило. — Знаю, у тебя есть все права на это, я не отрицацаю. Мне просто хотелось бы знать. Чтобы психологически подготовиться, и всё такое.
— Нет, не собираюсь.
— Спасибо. Я ценю это, — моё тело обмякло от облегчения.
Затем он хлопнул в ладоши, чем чертовски меня напугал.
— Хорошо, Лидия. Вот, что мы сейчас сделаем.
— Да?
— Этим утром я поздно приехал и спал всего несколько часов. Если я как можно скорее не выпью кофе, всё станет куда хуже. Тебе, наверное, тоже нужен кофе, чтобы прийти в себя. — Он без колебаний протянул мне руку. — Давай для начала разберёмся с этим. Затем мы сядем, и ты сможешь рассказать мне свою длинную историю о том, как оказалась в моем доме. Согласна?
— Согласна, — с облегчением в голосе сказала я.
Он помог мне подняться. Затем, обхватив за талию своими сильными руками, достал из ванной. С насквозь промокшего платья тут же начала капать вода, заливая деревянный пол. Крису бы это определено не понравилось. Крис не любил беспорядки. Но Вону, казалось, было плевать, поэтому и мне не было дела.
— Ты точно не будешь звонить в полицию? — спросила я.
— Нет. Стой спокойно, — он аккуратно снял накладные ресницы с моих щёк.
— Спасибо.
— Твоё платье в конец испорчено, — сказал он, осматривая меня с головы до ног.
— Знаю, — ответила я с грустью в голосе.
— Я оставлю тебя, чтобы ты смогла переодеться.
— Подожди. Пожалуйста. Я не смогу снять его сама.
Он снова нахмурился.
— Оно винтажное, — сказала я с угрюмым выражением на лице. — У него нет молнии, только ряд маленьких пуговиц вверху спины.
— Ну конечно, — ничего не говоря, он развернул меня и начал расстегивать пуговицы. Делая это, он что-то напевал себе под нос, песня показалась мне знакомой.
— Ты больше не злишься? — ошеломлённо спросила я.
— Не-а.
— Но я вломилась в твой дом.
— Окно было открыто.
— Но я всё равно вторглась в твою собственность.
Его пальцы продолжали расстегивать пуговицы.
— Ты сидела в ванной и плакала, потому что какой-то козел кинул тебя.
Это меня заткнуло.
— По крайней мере, это выглядит так, учитывая платье и всё остальное. Полагаю, этот синяк на твоей щеке от него?
— Нет. Никто меня не бил. И да, ты прав, насчёт того, что меня кинули, — я обернулась, чтобы посмотреть на него, но не нашла его глаз из-за своей пышной прически. Удивительно, как она пережила душ. Стилист явно знала своё дело.
— Уверена, что тебя никто не бил? — он не поверил мне.
— Да. Я не удержалась и упала на пол, когда залезала в окно. Мои навыки вторжения в дома явно нуждаются в совершенствовании.
— Советую тебе выбрать другую карьеру, — закончив с пуговицами, он сделал шаг назад и почесал голову. — Дальше справишься?
— Да, спасибо, — сказала я его отражению в зеркале. — Я имею в виду за всё.
— Конечно, — он почти улыбнулся и тряхнул головой, будто не мог до конца поверить в происходящее. А может, он просто не мог поверить, что не выпнул меня в то самое окно, через которое я пришла.
Бог знает, как чертовски сильно это напугало меня.
Повернувшись к двери, он сказал:
— Увидимся там.
3 глава
Под промокшим свадебным платьем всё было не так уж и плохо. Моё белье и корсет остались почти сухими. Или, по крайней мере, высохнут довольно быстро, учитывая тёплую погоду. Я вытерла «глаза панды» и завернула волосы в полотенце. Больше тут ничего не исправить.
Пора выдвигаться на поиски кухни. Её было довольно легко найти, ведь манящий запах кофе вёл именно туда. Бунгало по форме представляло собой букву «L». Очевидно, что когда-то здесь велась реконструкция, и планировку изменили на более современную.
Домик был милым и очаровательным.
Стеклянные двери с кухни вели прямиком на заднюю веранду, где стояли горшки с давно погибшими цветами. Свет внутри дома был приглушённым из-за немытых окон. Частички пыли летали в золотистом дневном воздухе.
Вон ждал за столиком, держа чашку кофе в руке, другая стояла напротив него. Он был одет в джинсы и помятую серую футболку с изображением какой-то музыкальной группы. Даже сидя сгорбившись, он выглядел хорошо. Не так, как Крис, но всё равно безумно привлекательно. Это длинное подтянутое тело и спадающие на глаза волосы, чёрт, да я ненавидела людей, которые могут выглядеть настолько круто, не прилагая при этом никаких усилий. Тем более, когда сама я была с сальными волосами и в мешковатых спортивных брюках.
— Привет, — я махнула рукой.
Он пялился в пространство, погрузившись глубоко в свои мысли. Однако, несколько раз моргнув, медленно повернулся в мою сторону. Несмотря на то, что я видела его голым, стоять перед ним в кружевном нижнем белье было неловко. Как глупо. Уже слишком поздно для чувства неловкости. К тому же, корсет сделал из моей фигуры идеальные песочные часы. И Вон определенно это заметил. Но я определенно не нуждалась в сексе. Хотя, немного положительного мужского внимания моим «женским активам» сейчас не повредит. Жизнь ведь продолжается.
— Я немного почистила ванну, — сказала я, усаживаясь на стул. — И повесила платье сушиться.
— Ладно.
— Спасибо за кофе.
— Без проблем, — ответил он хриплым голосом. — Надеюсь, ты пьёшь просто черный. Я давно тут не был, так что нет ни сахара, ни сливок.
— Чёрный подойдёт, — я сделала глоток. Ах, кофе. Мой верный друг (помимо водки).
Должно быть, кофейные зёрна лежали в морозилке, поскольку он был не так плох. Уж я-то знаю, настрадалась с растворимым дерьмом. Маленькие радости имеют большое значение.
— Отличный на вкус.
Мычание в ответ.
Получив дозу кофеина, я стала больше похожа на саму себя. Меньше на мисс Хэвишем (прим.: персонаж романа Чарльза Диккенса "Большие Надежды"; будучи ограбленной и брошенной женихом, стала одержима идеей мести мужчинам и не снимала подвенечное платье до самой смерти), и больше на современную самодостаточную женщину. Я постаралась выбросить из головы дерьмо и выпрямилась.
— Вон, мне действительно жаль, что я свалила все свои проблемы на тебя таким образом.
— Я знаю, — он не встретился со мной взглядом, а продолжал смотреть на мои «активы». Может, он просто отключился, учитывая его усталость и всё произошедшее, это неудивительно.
— Ты действительно повёл себя отлично, учитывая обстоятельства.
Снова мычание.
Должна признать, меня распирало любопытство по поводу этого мужчины. Мне было интересно, какой он, когда выспится и не вынужден разбираться с проблемами сбежавшей невесты. Много ли он улыбается? Я понятия не имела. Учитывая, что я зарабатывала деньги, читая людей, чтобы потом уговорить их на покупку дома, сегодня я официально провалилась.
— У тебя так и не получилось принять душ.
— Позже, — он пожал одним плечом.
— Обещаю, как закончу пить кофе, я уйду у тебя с дороги.
— Нет необходимости торопиться, — всё ещё никакого «глаза в глаза».
Я поерзала на стуле.
Он действительно был по-своему привлекателен. Губы ни тонкие, ни полные. Просто красивые. Было бы здорово увидеть, как они изгибаются в улыбке. Чтобы узнать, что я не полностью разрушила его день.
— Этот дом действительно очень милый. Ты проводишь тут мало времени?
— Да.
— Жаль.
Может, у него просто не было желания вести беседы. И ладно. Вот только мне не кажется, что дело в этом. Ладно, он отключился от всего происходящего, вот только не из-за усталости.
Я подняла голову, изучая его.
— Вон?
— Да?
— Хорошая погода, правда?
— Отличная.
— Да, отличная, — воскликнула я с энтузиазмом. — Люблю такую погоду.
Всё ещё никаких эмоций на его привлекательном лице, а рука так же обёрнута вокруг полупустой чашки кофе. Если бы ни его односложные ответы и вздымающаяся при дыхании грудь, я бы подумала, что парень сдох. И пялился он ни на мой размазанный макияж или спутанные волосы. На самом деле, думаю, на это он и не обратил внимания.
Похоже, мой в прошлом будущий сосед — любитель сисек.
Должна признать, моё свадебное белье от Elomi (прим.: бренд женского нижнего белья) изыскано. Я была уверена, что оно очень понравится Крису и вызовет в нём после-свадебную похоть. Вот умора! Страпон (прим.: фаллоимитатор, состоящий из трусиков-ремешков и насадки в виде фаллоса) был бы гораздо лучшей идеей.
— Хотела ещё раз сказать спасибо за то, что был таким понимающим.
— Конечно, — ответил он моей груди.
— Ты отлично держался.
— М-м.
— Другие люди не проявили бы столько понимания.
— Придурки, — сказал он, поджав губы в знак неодобрения. Уверена, моя грудь весьма и весьма оценила его поддержку.
Я продолжила пить кофе, ожидая, когда же он устанет от них. Потом подождала ещё немного. Но никакого сдвига. Единственный звук, раздающийся в комнате — громкое тиканье часов. Я, конечно, видела его причиндалы и не собираюсь этого отрицать, но не пялилась так долго. Я была более сдержана (ну, может быть).
— Вон?
— А? — его ноздри раздулись при глубоком вдохе.
— Ты пялишься.
— Чего?
— На мою грудь, — я махнула рукой, указывая на неё. Хотя, думаю, он уже и сам прекрасно знал, где она расположена. — Эти штуки, Вон. Кормилицы ребёнка и подушечки греха. Ты пялишься на них.
Он вздрогнул и перевёл взгляд на моё лицо.
— Я бы промолчала, но ты делаешь это уже довольно долго и мне стало не по себе.
— Дерьмо, — промямлил он, когда до него дошло и отвернулся.
— Не пойми меня неправильно. Раз уж ты, скорее всего, единственный, кто увидит меня в этом, то видеть твоё одобрение — приятно. Но да, стало уж слишком неловко.
— Извини, Лидия.
— Всё в порядке, — я попыталась сдержать улыбку. Попыталась.
Насупив брови, он сосредоточился на своём кофе.
— Я и не заметил, что пялился.
— Всё нормально. Тебе нравятся груди. Я поняла, — сказала я, посмотрев на них. — Они прямо-таки напоказ в этом корсете.
— Ага.
— По правде говоря, не так давно я и сама видела тебя во всей красе.
Он издал смешок. Без понятия, почему это прозвучало привлекательно, но так и было. А потом его губы изогнулись в небольшой улыбке. А эта улыбка? Она была милой.
Интересно, как там дела за забором у Криса и команды? Не то чтобы мне есть дело. Я бы не помогла ни единому человеку, даже если бы под их садом открылся проход в ад.
Думаю, я теперь на горькой и сложной стадии оплакивания отношений. Чёрт, со стадией отрицания уж точно было покончено.
— Ты собиралась рассказать мне о своей свадебной катастрофе, — напомнил мне Вон.
— Ага, — я сложила руки на груди. Это был чисто защитный жест. Хотя в итоге грудь только ещё больше была выставлена напоказ. В итоге взгляд Вона незамедлительно переместился туда. Из-за чего мне стало неловко, и я начала ерзать на стуле.
— У тебя случайно не найдётся рубашки, которую я могла бы...
— Нет.
— Нет?
Он откашлялся.
— Извини.
— У тебя только одна рубашка?
— Да, э... видишь ли, мой багаж потерялся.
— Кажется, ты сказал, что провёл за рулем всю ночь.
— Верно, верно. Сначала самолёт, потом машина. Решил выехать из Портленда, чтобы насладиться пейзажами.
— Ночью?
— Ага, — он отвернулся, почесывая щетину на подбородке. — Звёзды и всякая хрень. Было очень красиво.
Ха. Ладно. Думаю, нет смысла спрашивать про полотенца. Единственные, которые я видела, висели сейчас мокрыми в ванной. Думаю, украсть простынь с его кровати и сделать из неё тогу будет слишком. Нет проблем, выкручусь. Очевидно, у него не было проблем с выставлением своего тела напоказ. Вот только оно было будто выточено из камня, в то время как моё больше походило на зефирку. Крис любил называть меня своим «пончиком». Из его уст это звучало мило, но всё же немного раздражало.
Так сколько же всего я игнорировала и придумывала оправдания? Вопрос хороший.
Я сидела, покусывая большой палец. Всё, с меня достаточно. Я больше не позволю ему разрушать мою самооценку. То видео привело меня в чувства. Больше никаких оправданий.
— Похоже, что мой жених — гей, и он использовал меня в качестве прикрытия, — сказала я, с высоко поднятой головой. — Вот в принципе и вся история.
Вон выпучил глаза.
— Дерьмо.
— Да.
— Что случилось?
— Пока я готовилась к церемонии, кто-то прислал мне видео, как он занимался сексом с другим парнем.
— Поэтому ты сбежала?
— Поэтому я сбежала, — я откинулась на спинку стула. — А что? Что бы сделал ты?
— Сбежал бы оттуда нахрен.
Я кивнула ему, ещё больше расслабившись.
— Хорошо.
— Я, конечно, не по членам. Должен бы быть пьяным в стельку, чтобы оказаться помолвленным с парнем, — он озорно посмотрел на меня. — Но да, я бы мигом свалил оттуда.
— Ха-ха.
И вновь его губы начали складываться в улыбку. Странно, но когда он улыбался, ноша на моих плечах будто бы становилась легче. Вся пыль и темнота в доме не имели значения. Может, это было просто потому, что я уже не чувствовала себя такой одинокой, не знаю. Но это определенно помогало.
— Это нижнее белье и платье на мне уж точно не смотрелись бы так же круто, — сказал он, осматривая меня и водя большим пальцем по краю чашки.
— Думаешь?
— Ага. Мне недостаёт твоих лучших «активов».
— О, это мило, — я тихонько посмеялась. — Уверена, ты бы хорошо смотрелся в женском платье. Но я ценю, что ты это сказал.
— Без проблем, — Вон продолжал пристально рассматривать меня своими голубыми глазами. Ни разу его взгляд не вернулся к моей груди. Наверное, был слишком занят изучением нехилого количества синяков и ссадин.
От волнения я немного поежилась. Хотя, в чём смысл? Я выглядела так, будто побывала в аду. Надо просто с этим смириться. Сделав глубокий выдох, я попыталась себе внушить, что всё будет хорошо, жизнь продолжается. Благодаря мне и этой безумной ситуации каким-то чудесным образом настроение этого парня было приподнято.
Да, я совершила ошибку. Дерьмо определенно случилось. В конце концов, всё было не так уж и плохо. Несмотря на огромное количество синяков, царапин и растянутых мышц, я до сих пор была жива и здорова.
— У тебя убийственная улыбка, — сказал он, продолжая пялиться.
Чёрт, да он серьезно. Наверное, просто пытается быть добрым.
— Спасибо.
Кивок.
Он почесал подбородок и нахмурился.
— У тебя не было соблазна разоблачить его перед всеми гостями?
— Честно? — я немного повременила, обдумывая вопрос. — Не то чтобы я была напугана, я просто... они не мой тип людей. Все эти гости были знакомыми и партнерами по бизнесу, друзьями его семьи. Большинство из них я даже не встречала. Наверное, из-за того, что я не так уж давно в городе, я ещё не успела ни с кем подружиться. Я была либо занята на работе, либо с Крисом. Мои родители не смогли приехать, и я практически перестала общаться со школьными подругами. Меня не особо волнует, что те идиоты обо мне думают. А что они подумают о нём, ну, это он устроил весь этот бардак. Пусть сам и разбирается. Я же просто хотела сбежать оттуда как можно скорее, — задумавшись, я уставилась вдаль. — Думаю, мне было стыдно. А как иначе? Он так меня одурачил.
Он издал непонятный звук.
— Как-то так.
— И так ты оказалась в моей ванной?
— Да, — я натянуто улыбнулась. — Я слишком поздно осознала, что оказалась без налички и без кредиток. А залечь на дно, пока всё не успокоиться, показалось мне хорошей идеей. Побыть со своими мыслями наедине.
— Мм.
— Кстати говоря, думаю, мне пора вернуться и оценить ущерб, — я залпом допила кофе. — Самое время перестать досаждать тебе и забрать свой кошелёк.
— Я не тороплю.
— Думаю, я уже надоела тебе своей драмой, — я издала смешок. Но прозвучало совсем не весело. Наверное, мне нужно несколько дней, чтобы смириться со всем, прежде чем шутить об этом. Сейчас это продолжало ощущаться слишком болезненно. Казалось, в любой момент я могу разрыдаться или меня одолеет приступ гнева. Во мне кипело слишком много эмоций, и я была просто не в силах их все контролировать. Они так и грозились вырваться наружу.
Нет. Ну уж нет. Я выпрямила спину. Я могу с этим справиться. Могу и так и сделаю.
— Серьезно, — Вон махнул мне, чтобы я оставалась сидеть. Потом он потянулся, подняв руки над головой, обхватил свои локти и хрустнул шеей. — Ты ведь ещё не хочешь возвращаться. Чёрт возьми, я бы точно не захотел.
— Уверен?
Он кивнул.
— Ага. К тому же, твоё присутствие — повод пока не разбираться со своим собственным дерьмом.
— И у тебя драма?
Он пожал плечами.
— А у кого её нет?
— Побочный эффект дыхания, думаю.
Он улыбнулся.
4 глава
— Ничто в твоей сексуальной жизни не вызвало подозрений в том, что он гей? — спросил Вон.
— Эм...
— Если, конечно, ты не возражаешь, что я спрашиваю.
— Ну, да. В смысле, нет, я не возражаю. Но да, недостаток близости должен был заставить меня задуматься. — О боже. Это действительно, действительно должно было заставить меня задуматься. Учитывая недотрах, меня великолепно нае*али. Мне вдруг стало ужасно стыдно. — До сих пор не могу поверить, что повелась на его дерьмовое притворство.
— Видимо, он был убедителен.
— Это уж точно.
— По крайней мере, ты не вышла за него.
Я громко выдохнула.
— Чертовски верно. Как только я увидела...
Он кивнул.
— Не уверена, что до конца осознала, что сегодня я не выхожу замуж. И не проведу остаток своей жизни строя свою семейную жизнь с ним.
— Это большие перемены.
— Да, — я зажала руки между коленей. — Я слишком увлеклась и доверилась ему. А в итоге всё пошло наперекосяк.
Он ничего не ответил. Хотя, что тут можно сказать.
— Доверие — та ещё сучка. Ну да хватит об этом, — я попыталась избавиться от негативных мыслей. В конце концов, пора двигаться дальше. Если я буду продолжать так думать, со временем всё в моей голове встанет на свои места. — Отвечая на твой вопрос, Вон. Честно говоря, не сказала бы, что у нас была насыщенная сексуальная жизнь.
— Что? — его локти находились на столе, и он наклонился ко мне. — Когда вы последний раз трахались?
Я моргнула. Не «занимались сексом», даже не «занимались любовью». Трахались. Хотя, можно подумать лексика имела значение, и всё же… может, я и ханжа. Никогда не считала себя таковой, но, как выяснилось в свете сегодняшнего дня, я ни черта не знала.
— Лидия?
— Извини. Просто устраиваю себе взбучку на подсознательном уровне.
— Прекрати. Это не поможет.
— Нет, не поможет. Но сложно не думать о произошедшем.
— М-м.
Татуировки покрывали его руки вплоть до запястий. В основном — черные и серые, с цветными пятнами то там, то здесь. Электрогитара с витиеватым черепом над ней. Пикирующая синяя птица, окружённая языками пламени. Произведения явно настоящего художника.
Сидя напротив меня, он убрал назад бледно-рыжие волосы, ожидая ответа на свой вопрос.
— Ну, мы решили повременить с этим до свадьбы. Его семья очень религиозна, — я сцепила пальцы и сунула руки между коленей. — Они умеют создать видимость. Да уж...
Небольшие морщинки появились у него между бровями.
— Но он постоянно говорил, что любит меня. И звонил по несколько раз в день, чтобы удостовериться, что я в порядке и узнать, не нужно ли мне что-нибудь, — сказала я с ноткой отчаяния в голосе. — Он уважал меня. Без сомнения, он самый зрелый и уравновешенный из всех, с кем я когда-либо встречалась. Мы хотели одного и того же: финансовую стабильность и семью, двух детей. Мы оба были готовы остепениться. Выйти за него тогда казалось отличным решением.
— Звучит отлично, — сказал он невозмутимо.
— Думала, так и было.
Вон ещё больше наклонился вперёд, локти всё так же лежали на столе.
— Давай-ка проверим, правильно ли я всё понял. Вы несколько месяцев готовились к свадьбе.
— Да.
— И абсолютно ничего не происходило в постели?
Я сжала губы и поправила полотенце на голове. Тянула время. Лучше бы я не открывала рот и позволила ему и дальше пялиться на мою грудь. Всяко лучше, чем этот унизительный разговор, ещё и с ним. Парень явно был нереально крутым секс-богом из Айдахо. Да кто вообще знал, что такие существуют?
— Лидия?
Я издала что-то среднее между рычанием и стоном. Это определённо было либо то, либо другое, вот только не уверена, что именно. Во мне сейчас кипела целая буря эмоций.
— Ну, мы развлекались немного на диване, но не заходили так далеко. Ну, может и зашли.
Его брови взлетели вверх.
— Может?
— Да.
— Детка, если ты не уверена, было ли то, что вы с этим придурком делали, сексом или нет, значит, нет. Давай проясним это прямо сейчас.
Мне удалось выдавить усмешку.
— Точно.
— Парень встречался с тобой и не хотел ничего такого?
— Мм-хм-м-м.
— У него есть член?
— Да, Вон, у него есть член.
— Уверена?
Я подняла взгляд к небесам. Помощи не предвиделось.
— Мило с твоей стороны так думать.
Он засмеялся и взгляд опустился на мою грудь, буквально на миллисекунду.
— Просто пытаюсь быть рассудительным.
— Некоторые люди верят в целибат (прим.: сексуальное воздержание) до свадьбы.
— Но не ты.
Он был прав. Однако я не собиралась в этом признаваться.
— Ведь так? — он настаивал.
— Я верила в него, — моя гордость превратилась в маленькую никчемную вещицу, я прямо чувствовала, как она сползает на пол, притворяясь мёртвой. — Знаешь, я думала, если выскажусь, мне станет легче, но это не так. Мы можем перестать говорить об этом?
— Нет. Я хочу понять.
— Боже, встань в очередь, — на этот раз, это определённо был стон отчаяния. Как жалко. — Я даже понятия не имею, как это объяснить. И ты не хочешь понять, ты хочешь высмеять.
— Не правда. Давай, я же стараюсь.
Приподняв брови, я сомнительно на него взглянула.
— Правда. Но ты ведь должна была хоть что-то заподозрить.
— Может, он просто был чертовски хорошим актером, а я одной из тех одиноких отчаявшихся женщин, которая попалась на обман, — омерзительная правда. Живот скрутило и к горлу подступила тошнота.
— Но...
— Прекрати. Пожалуйста, — Боже, помоги. Я больше не выдержу. Я уронила голову на стол. — Давай, я уговорю тебя выдвинуть против меня обвинения? Думаю, может мне всё-таки стоит отправиться в тюрьму. Возможно, тихая тюремная камера как раз то, что мне сейчас нужно.
— Ты не отправишься в чёртову тюрьму.
По крайней мере, я попыталась.
— Слушай, мне жаль, что тебя так поимели, но всё придёт в норму.
Я почувствовала, как что-то на моей голове зашевелилось и потом полотенце исчезло. На лицо упали влажные спутанные светлые пряди. Я села прямо и откинула их назад.
— Извини, — сказал он, кинув полотенце в направлении кухонной стойки. — Просто пытался утешительно погладить тебя по голове.
— Спасибо.
Пауза.
— Ни один натурал не смог бы устоять перед такими буферами, — тихо сказал он. — Просто сказал.
— Не все тащатся от сисек.
— Ну, а следовало бы, — он усмехнулся. — Грудь — это здорово.
Фыркнув, я тихонько засмеялась, несмотря на своё подавленное состояние. В комнате вновь повисла тишина и на мгновение мы оба потерялись в собственных мыслях.
— Я на твоей стороне, Лидия.
— Спасибо, — ответила я. — И я знаю, что такое секс, Вон. Ясно? Мы ласкали друг друга, но в итоге никто не испытал оргазм. Нам помешали. Он помешал, ему надо было ответить на важный деловой звонок. Поэтому и был «как бы секс».
Мертвая тишина.
— Что?
Он поднял указательный палец.
— Я все ещё не насмехаюсь над тобой.
— Ладно.
— Но любой, кто перестаёт ласкать женскую грудь или трахать её пальцами из-за чертового звонка — придурок, перед которым не стоит раздвигать ноги.
— Теперь я это понимаю.
— Я серьёзно, Лидия.
Я изучала поверхность стола, собираясь с мыслями.
— Как давно мы знакомы? Полчаса, час?
— Э, — он повернулся, чтобы взглянуть на часы из дерева, на стене в кухне. — Да, около того.
— Ты в курсе, что большинство людей ждут немного дольше, прежде чем начинают обсуждать правила этикета при доставлении оргазма пальцами? Перед кем им следует и не следует раздвигать ноги? И всё в этом роде.
— Неужели?
— Ага.
— Что ж, чёрт, — он откинулся на спинку стула, ухмыляясь, и это было обворожительно. Удивительно, но факт. То, как его губы растянулись над белоснежными зубами, как загорелись его глаза. Он постукивал большим пальцем по столу, из-за чего сухожилия под кожей перекатывались и на коже смещались чернила.
Не могла не думать, в чём же заключалась его собственная драма.
— Большинство людей не оказываются в моей ванной в свадебном платье. Но, детка, скажи мне, во что это в итоге вылилось? Это твоё следование правилам, вежливость и подчинение требованиям? То, что делает большинство людей?
— Моё имя не «детка».
Огонёк покинул его глаза, осталась лишь терпеливая улыбка.
— Чем это в итоге закончилось, Лидия?
— Разве не очевидно?
— Почему тебе не к кому было сбежать сегодня? Почему никто тебя не прикрыл?
— У родителей в последний момент возникли срочные дела по работе. Они очень сожалели, но подобное ведь случается... верно? Ничего личного, просто они относятся к тому типу людей, которые живут ради работы. Такова их жизнь. Я, наверное, могу пересчитать на пальцах одной руки все Дни Рождения, Дни Благодарения и Рождество, которые мы справляли по календарю, — я начала усердно расчесывать волосы пальцами. Это помогало держать беспокойство под контролем. — Точно так же им не удалось приехать на свадьбу.
Он ничего не ответил. Кажется, его глаза наполнились грустью, пониманием. У Криса были голубые глаза, но не такие, как у Вона. Темнее. Их глубина была мутной из-за ореховых крапинок. Глаза Криса никогда не казались мне особо выразительными. В отличие от глаз Вона. Думаю, причина тому — огромное количество секретов, что он хранил, лжи. Глаза — либо зеркало души, либо нет. Ты не сможешь понять человека, если он тебе не позволяет.
— Честно? Тот образ жизни, который я вела, вылился в полное дерьмо, Вон.
Он молча пялился на меня.
— Помимо того, что Крис выставил меня полной идиоткой, я ещё и работала со своим женихом. Так что, полагаю, теперь я ещё и без работы. Я продала квартиру, чтобы переехать в его дом, так что мне даже спать негде, — я скрестила руки на груди, прикрывая как можно больше тела. Представлять всю себя на обозрение было не очень-то приятно. Хотя, наверное, так и должно быть. Особенно перед совершенно незнакомым человеком.
Да какая уже разница. Сложившуюся ситуацию уже не исправишь и сколько бы гнева по отношению к Крису у меня не накопилось, частично я и сама виновата в том, что оказалась здесь. Я приняла неверные решения. Нет смысла отрицать это.
— Это вина не только Криса. Думаю, можно смело сказать, что я исключительно херова в отношениях. Когда я была ребёнком, мы постоянно переезжали. Спустя какое-то время, я уже даже не пыталась заводить друзей. Так легче.
Он просто смотрел.
— В колледже я была одиночкой. Просто сконцентрировалась на учебе и работе официанткой. Ведь работа это всё, верно? Парень, с которым я встречалась тоже был довольно домашним. Мы не особо любили ходить на вечеринки, — я выдохнула через нос и опустила плечи. — После выпуска этот роман закончился.
— Да?
— Ему предложили отличную работу в другой стране, а я просто хотела найти милое местечко и начать строить семью. Я переезжала несколько раз. И Кёр-д'Ален был первым местом, где я почувствовала себя как дома. Подружилась с несколькими людьми вне работы, познакомилась с соседями, — я смотрела в пустоту, куда угодно, лишь бы сейчас не видеть его выражения лица. — Это ведь и считается нормальным, верно?
— Одна из версий, да.
— Хм-м-м, — Боже, слушая собственные попытки объяснить свою жизнь, я захотела пойти и броситься с ближайшего обрыва. Ну, или устроить себе день спа. Сойдёт и то, и другое. — Учитывая моё прошлое, удивительно, что я думала, будто имею понятие, что происходило между нами с Крисом. Я была идеальной целью для его херни.
Я натянуто улыбнулась.
— Идиотка — это точно про меня.
— Не говори так. Ты была немного наивна, может, неопытна. Но ты не идиотка.
— Спасибо. В общем, хватит уже жалеть меня. Итак, — я распрямила плечи и посмотрела ему прямо в глаза. — Насколько я понимаю, ты не следуешь правилам, и тебя не особо волнует вежливость и подчинение требованиям. Так как же всё это обернулось для тебя?
Уголки его губ дернулись.
— Честно?
— Честно.
— Дерьмово, — сказал он, сомкнув пальцы за головой.
— Да? И насколько сильно?
— Я без денег, без работы и, вероятно, скоро потеряю этот дом.
— Вау, — я плюхнулась на спинку стула. — Ну разве мы не два сапога пара?
— А разве нет? — его насмешливая улыбка стала ещё больше. — Ни денег. Ни надежды. Ничего.
— В основном.
Вон запрокинул голову и посмотрел в потолок. В таком положении стали отчётливо видны мышцы его шеи. Я толком не могла разглядеть тату, что скрывалась под воротом его футболки. Там были какие-то слова. Он немного приподнял голову, чтобы посмотреть на меня.
— У них ведь есть бухло на этой вечеринке?
— И много. В том числе хорошая выпивка. Много крафтового пива.
— Здорово. Нам стоит пойти и украсть немного.
Я тут же кивнула. Сумасшедшие идеи заслуживают поддержки.
— Нам действительно стоит. Это наполовину и моя свадьба, так что фактически это не воровство. Вот только тебе придётся помочь мне перелезть обратно через ограду. Думаю, я потянула все мышцы от талии и ниже, когда делала это в первый раз.
— Я помогу тебе перебраться через ограду.
— Тогда решено, — сказала я. — Завтра мы решим, что делать с нашими жизнями дальше. Сегодня же мы выпьем за те дерьмовые ситуации, в которых оказались и зальём горе.
Мы понимающе улыбнулись друг другу.
— А насколько серьёзен ты по этому поводу? — спросила я больше из-за любопытства, нежели страха. По большей части.
Он пожал плечами.
— Когда-нибудь тебе всё равно придётся вернуться туда. Так это хоть будет того стоить.
— Наверное, — я нахмурилась. — Алкоголь сейчас бы не помешал.
— Мне определённо нужно выпить, чтобы смириться с моим возвращением сюда, — он потряс головой и уголки его губ сползли вниз. — Всё чертовски хреново, детка. Ты даже не поверишь, насколько.
Я не собиралась смеяться. Ни над его неудачами, ни над своими. Боже, да в этой ситуации не было абсолютно ничего смешного. Вон нахмурился, глядя на меня. Вот только потом он тоже начал смеяться. Сначала тихо, потом он разразился смехом. Вскоре этот звук заполнил комнату, всполошив от тишины старый дом. Он смеялся, пока не начали трястись плечи, а волосы не упали на лицо, сделав неясными контуры его точеных скул. Я же в свою очередь хохотала, пока слезы не брызнули у меня из глаз.
Ничто из этого не должно было быть смешным, но это было уморительно. И мы, наши жизни, были какой-то шуткой.
Наверное, иногда нет лучшего ответа, чем смех. Чем мы и занимались. И как ни странно, это помогло на самом деле.
Никак не предполагала, что именно в этот день окажусь на кухне у незнакомца и буду изливать ему душу. Однако, вот она я. Я поделилась с ним своими сомнениями и тёмными тайнами, но он всё так же оставался для меня загадкой.
Вон зачесал волосы назад и посмотрел на меня. На губах продолжала играть улыбка.
Тёплая. Может даже соблазнительная?
Не знаю.
Она пробудила жар внутри меня. Не прерывая зрительный контакт, он продолжал улыбаться дружелюбной, легкой, греховно-сексуальной улыбкой. Так великолепно. Он выглядел бы ослепительно, даже чистя картошку и вынося мусор. Посмотрите в словаре слово «горячий», и там будет Вон, строить вам глазки со страницы.
Крис всегда держал меня за руку или обнимал за талию, когда мы были на людях. Я думала, таким образом, он показывает, что горд, когда его видят со мной, что ему нравится моё тело, несмотря на то, что он хотел бы, чтобы я над ним поработала. Оказывается, он клеился ко мне как банный лист, чтобы предотвратить слухи по поводу его сексуальной ориентации. Я была всего лишь козлом отпущения, а не спутницей жизни.
Вон восхищался моей грудью, но что он думал про всё остальное, я понятия не имела.
Чопорные капиталисты, вроде меня, вероятно, не в его вкусе. Его одежда была комфортной: старые синие джинсы и линялая футболка. Никаких украшений видно не было, лишь чернила. Его тело не было громоздким, оно было атлетическим. Он был в форме, судя по тому, что достал меня из ванны, не потянув при этом спину. Примерно моего возраста, может, немного старше.
Говоря о доме, когда-то его любили. Ухаживали за ним. Да, была пыль, но не было грязи, если в этом есть смысл. Не было фотографий или личных вещей, дом был практически пуст, за исключением мебели. Винтажная мебель 50-х и дешевая из сосны. Краска на потолке потрескалась, а вот стены выглядели свежевыкрашенными. Ни пятнышка. Казалось, будто это место ждало чего-то, но чего?
Мне стало безумно любопытно. Захотелось узнать, о чём он думает, изучить его сексуальное тело. И всё в этом духе.
И он продолжал всё так же на меня смотреть.
— По крайней мере, ты обзавелась другом, — сказал он.
— Ха, — я уселась поудобнее. — А ведь так и есть.
Намеренно или нет, этот мужчина завладел моим телом. Моё дыхание всё ускорялось. Даже кровь бежала быстрее. Говоря о моём желании... Боже, помоги ему. Между ног покалывало от его присутствия и от предвкушения того удовольствия, которое он без сомнения мог бы мне доставить. Моя вагина очнулась и была готова действовать. Ему стоило бояться, а не продолжать строить мне глазки. Он и понятия не имел, с насколько изголодавшимся по сексу животным находился сейчас. Никакого контроля. Нисколечко. Ноль.
Случайный секс между друзьями, без обязательств. Он был необходим. Прямо сейчас. Ничего особенного. Я здесь. Он здесь. Так давай же сделаем это.
Прежде чем я смогла наброситься на него, он вновь посмотрел на меня.
— Погоди. Ты сказала, того парня звали Крис?
— Чего? — я удивленно моргнула.
— Имя твоего жениха. Крис, верно?
— Эм, да, — моё желание как будто окатили ледяной водой. — Крис Дилэйни.
— Дилэйни? — он ударил себя по бедру и покачал головой. — О да. Ему нравятся члены. Думал, все знают.
— Что? — прошипела я.
Он пожал плечами как ни в чём не бывало.
— Чувак встречался с капитаном футбольной команды в старшей школе. Не могу вспомнить имя парня. Они скрывали свои отношения, но все были в курсе.
— Все знали, — моя челюсть встретилась с полом. Не в буквальном смысле, конечно. Однако, она была близка к этому. — Все.
— Вероятно. Это и неудивительно, учитывая, что городок маленький, а их семья довольно видная.
Я пыталась что-либо сказать, но безуспешно. Я едва не подавилась. Мне хотелось биться головой о стену. Орать и неистовствовать. Перебраться обратно через ограду и поджечь дом. Выплеснуть всё это дерьмо, очень сильно.
— Ладно, — сказал он. — Тебе действительно стоит сделать вдох.
Я покачала головой, хватая воздух. Может, у меня и не вся жизнь пронеслась перед глазами, но последние четыре месяца громкими и яркими. Глупая, глупая девчонка.
Мстительный, коварный кусок дерьма.
— Давай, Лидия.
Все знали. Пальцы ухватились за край стула, ногти глубоко погрузились в дерево. Будто бы я всё это время была на американских горках, и вот то самое головокружительное финальное падение. Перед глазами побелело.
— Детка? Эй. Дыши.
— Ненавижу этот город, — пролепетала я, прежде чем сделать вдох, потому что никто не имел права указывать мне, что делать. Насколько бы разумным ни был совет, мне надоело, что мной помыкают. Управляют. Манипулируют. Легкие работали на износ.
— Этот двуличный манипулирующий кусок дерьма.
— Ага, это про него.
— Я хочу сделать ему больно. Очень.
— Оно и понятно, — Вон теребил языком свою щеку, думая о чём-то. — Он дал тебе чертовски вескую причину. Скажи, его родители до сих пор строят из себя Кеннеди Кёр-д'Алена?
— Ты сейчас просто идеально их описал.
— Как давно ты уже в городе?
— Четыре месяца. Это был бурный роман, — я сморгнула горячие слёзы. Ну уж нет. Больше ни единой чертовой слезинки. — Думала, что у меня наконец всё наладилось, но я и понятия не имела. И ведь никто мне не сказал.
— Нет, ну... ты новенькая, поэтому. В душе это место продолжает оставаться маленьким городком.
— Верно.
— В общем, — он вздохнул. — Такие дела.
— Такие дела, — все были в курсе. Большего унижения и быть не могло. Я пялилась в пространство, а картинки оторванного пениса Криса танцевали у меня в голове. Обычно, я не склонна к насилию. Однако Крис довёл меня до грани разумного и столкнул с неё. Садовые ножницы бы великолепно подошли. А ещё топор. Наверное, топоры идеально подходят для выплеска агрессии. К тому же, помогают подкачать мышцы рук. Двух зайцев одним выстрелом. Только представьте себе, какое кровавое месиво получится из его причиндалов, но это не важно. Его член и так мёртв.
— Детка?
— Меня не так зовут, — рот работал на автопилоте.
— Без разницы. Ты выглядишь немного смертоносно. Всё в порядке?
— Ага. Прикидываю, каким способом лучше лишить его мужского достоинства.
Вон поморщился.
— Ты осуждаешь меня?
— Нет, нет, — его сложенные руки лежали на столе. — Чувак чертовски плохо с тобой обошёлся. Но прежде чем ты начнёшь умывать улицы его кровью, поставь себя на его место.
— Ты защищаешь его? Серьёзно? — я громко сглотнула.
— Чёрт, нет, конечно, нет. Но ты бросила его, как, думаешь, на это отреагируют напыщенные задницы, которых он зовёт своей семьёй и друзьями, а?
Я помедлила.
— Они всегда считали, что я недостаточно хороша для него. И то, что я его публично отвергла... он будет полностью унижен.
— Ага, — его злобная победная ухмылка была великолепна. Даже солнце с ней не сравнится.
— Это будет у всех на слуху годами.
— Дольше. Местечки, вроде этого, никогда не забывают подобное дерьмо.
— Я оставила там телефон. Если он не добрался до него первым, то они увидят их с Полом в действии, — я улыбнулась во все зубы. — Все узнают, почему я сделала это.
Вон щелкнул пальцами.
— Пол. Так звали парня.
— Какого парня?
— Ну, знаешь. Капитана футбольной команды в старшей школе. Представь себе, они все эти годы вместе.
— Да уж, ничего себе — сухо сказала я и встала, чтобы немного пройтись по комнате. Во мне было слишком много злости, чтобы просто сидеть. Слишком много маниакальной энергии. — Это прекрасно. Настоящая любовь.
— Извини, — он прикрыл улыбку рукой.
— Интересно, кто прислал домашнее порно?
— Номер был заблокирован?
— Да.
— Если Крис такой же придурок, каким был в школе, врагов у него хоть отбавляй, — он сощурился, изучая меня. — Ты кажешься хорошей. Почему ты вообще хотела выйти за него? Из-за денег?
— Нет, — я выпрямилась, — Я же сказала, он хорошо со мной обращался.
— Верно. Он звонил тебе и всё такое.
— Он добивался меня. Почти каждый вечер он водил меня в ресторан на шоу в Спокан. Мы хорошо проводили время вместе.
— Он водил тебя в публичные места, где бы вас могли видеть.
— Да, — от злости я сжала губы. — Публичные места, где нас видели люди и не подумали бы, что он гей. Ничто не было реальным. Я уяснила это, ладно? А что вообще не так в том, чтобы быть геем?
Вон вскочил на ноги и отступил назад, будто бы я была опасна. Как умно с его стороны.
— Ну? — требовала я.
— Не имею ничего против. Я сам не по этой части, но не вижу ничего плохого.
Потом кто-то постучал в кухонную дверь, открыл её (без приглашения) и вошёл внутрь. Кто-то, одетый в чёрный смокинг. Я начала задыхаться от гнева и вскочила на ноги.
— Я тебя нахрен убью!
5 глава
— Ты, — прорычала я, напав на него с обвинениями.
Привлекательное лицо Криса тут же ожесточилось.
Сильная рука обернулась вокруг моей талии, и мои ноги попрощались с полом. Я была прижата к сильному как камень телу, а ноги оказались в воздухе второй раз за сегодня.
— Ты лгал мне, ублюдок. Все это время ты лгал, — я пыталась высвободиться, отталкивая руки Вона и пиная его по ногам. Но он лишь проворчал и усилил свою хватку. Черт, а он был силён. Мне никуда не вырваться. Но разве я позволю этому остановить меня? Нет, чёрт возьми. Здравый смысл и я уже давным-давно пошли разными дорожками. — Тебе нравятся члены, а не киски. Ты использовал меня!
— Понятия не имею, о чем ты, — Крис презрительно усмехнулся. — Возьми себя в руки, Лидия.
— Я убью тебя.
— Детка, успокойся, — Вон прошептал мне на ухо.
— Пусти меня.
— Не думаю, что это хорошая идея. Ты хотела держаться от тюрьмы подальше, помнишь?
— Убить его я хочу больше, — пыхтела я. — Гораздо, гораздо больше.
— Нет, ты хорошая девочка. Ты следуешь правилам.
— К чёрту. Я хочу плясать на его могиле!
— Ты пьяна? — резким движением Крис сорвал бабочку с шеи. Он окинул меня взглядом, явно не впечатленный. — Так и есть, верно? Ради Бога, ты выглядишь нелепо. Что с тобой случилось, Лидия? Мы повсюду тебя искали. Ты хоть представляешь, сколько людей ждут?
— Им придётся ещё чертовски долго ждать. Я видела вас с Полом вместе.
Страх мелькнул в его глазах. Но он быстро скрыл его и задрал подбородок.
— И? Я сказал тебе, что мы немного выпьем. Едва ли это может послужить причиной происходящему.
— Вы целовались.
Его лицо лишилось каких-либо эмоций.
— Ты понятия не имеешь, о чём говоришь.
— Занимались сексом.
— Прекрати это.
— Трахались.
Он сжал руки в кулаки.
— Заткни свой рот, Лидия!
— Не смей с ней так разговаривать, — сказал Вон убийственным тоном. Однако, продолжил меня удерживать.
Послышался громкий стук во входную дверь. Не успели мы и глазом моргнуть, как бесноватая платиновая блондинка со свирепым взглядом, промаршировала в комнату — мать Криса. Позади шёл его отец, с подобным ей выражением на лице. Замечательно. Самое время начать вечеринку.
— Чёрт возьми, — Вон ещё ближе прижал меня к себе. — Никто в этом городе больше не уважает право частной собственности?
— Тебе стоит запирать двери, — пробормотала я, перестав бороться. По крайней мере, на какое-то время.
— И окна тоже, — проворчал он, без тени иронии.
— Саманта, Рэй, — я стояла прямо. Настолько, насколько позволяла хватка Вона. Женщина буквально сверлила меня своим взглядом, не обращая никакого внимания на парня, которому принадлежало это место. Затем мой телефон был сунут мне в лицо. Уже знакомые стоны и рычания Криса и Пола заполнили комнату.
— Это твой телефон, — прошипела она. — Какого чёрта?
— А что? Это ваш сын и его лучший друг занимаются сексом.
Позади меня Крис издал удушающий звук. Это согрело мою ледяную душу.
— Это невозможно, — женщина проследовала глубже в дом, её муж следовал по пятам. То, что она постоянно смотрела на всех свысока, даже немного впечатляло. Наверное, когда-нибудь у неё из-за этого разболится голова. Пол прятался за ними и держался поближе к стене, будучи наготове в любой момент свалить отсюда. Ему повезло, что он может это сделать, льстивый ублюдок. Если бы Вон не держал меня, на него я бы тоже набросилась.
Моя кровь, она кипела.
— Нет, это ещё как возможно. Видите ли, Саманта, когда двое мужчин действительно любят друг друга и у них есть смаз...
— Ложь! — она обнажила свои перламутровые зубы. — Как ты смеешь.
— Я? Это ваш сын врал мне, не я. И, учитывая, что половина чертового городка, вероятнее всего, в курсе, что он играет за другую команду, я очень сомневаюсь, что вы не имели ни малейшего понятия.
— Это всё не более чем злобные слухи! — один кроваво-красный коготь был направлен прямиком на моё сердце. — Ты подстроила это.
— Я? — уточнила я с насмешкой в голосе. — Верно. Так что... Я купила страпон, оделась как Пол и каким-то образом убедила Криса позволить мне вставить ему, прямо на камеру?
Вон усмехнулся, его хватка немного ослабла.
— Вы правы. Я определенно могу себе это представить.
Боже, спаси меня от тупости этой женщины.
— Если бы ты прилагала больше усилий, чтобы выглядеть привлекательно, — сказала она. — Сделала что-нибудь со своей ужасно жирной задницей, этого бы не случилось!
Я ринулась вперёд, но Вон снова притянул меня и усилил хватку. Весь мир окрасился в красный. Я была так чертовски зла, что даже не смогла придумать достойный ответ.
— О, неужели? Подойди ближе и повтори.
Сжав губы, эта дьяволица сделала шаг вперёд, принимая приглашение. Вот только у её сына были другие приоритеты. В вспышке гнева, Крис выхватил у матери телефон, совсем не похоже на его обычное «все под контролем» состояние. С багровым лицом и горящими глазами, он бросил его на пол и начал топтать. Один. Два. Три раза. Экран треснул и внутренности вывалились, телефон был разбит на мелкие кусочки. Больше никаких рычаний и стонов.
— Хорошо, его больше нет, — сказала Саманта. — В любом случае, это была подделка. Я имею в виду, кто вообще мог записать подобное?
— Ох, хороший вопрос, — я даже не была зла, что телефон разбили. Лицо моего бывшего жениха, обезумевшего от гнева, было достаточным вознаграждением. Рэй открыл рот. Даже Саманта выглядела удивленной. Лишь Пол остался прежним. Он даже не был удивлён.
— Ты сделал это, — сказала я, когда до меня дошло.
Пол великолепно выпучил глаза как олень, испугавшийся фар машины.
— Нет, я не делал.
— Ты сделал. Боже, — я медленно покачала головой, потрясённая. — Ты хотел, чтобы я знала. Зачем?
Его рот задвигался, но он ничего не сказал.
— Ты ревновал? Устал скрываться? Почему?
— Пол, — Крис был раздражён. — Ты бы не сделал этого.
Этот большой парень ещё больше вжался в стену. Если бы он мог слиться с ней, он бы это сделал.
— Я...
— Скажи мне, что ты не делал этого.
— Чёрт, — Вон потёр лицо рукой. — Это невероятно.
— Кристофер, ты сказал нам, что перерос это, — сказал Рэй, заметно трясясь от злости. — Это ведь был просто временный период.
— О, боже, — Саманта упала в ближайшее кожаное кресло. — Это полнейшая катастрофа. Что все подумают?
То, что Пол был на пол головы выше и весил больше Криса, не имело значения. Никакого. Крис схватил его за лацканы и начал трясти с такой силой, что голова Пола болталась, как болванчик.
— Ты предал меня! Ты нахрен меня предал!
— Я люблю тебя! — закричал Пол, и слеза скатилась по его щеке. — Как я мог оставаться в стороне и смотреть, как ты женишься на ком-то другом, даже если это всё херь собачья, а?
— Я знала, — я сжала руки в кулаки, легкие работали на пределе. Мне не хватало воздуха. Меня настолько переполняла злость, что места для чего-либо ещё попросту не осталось.
— Да, — в то же время в гостиной, глаза Саманты загорелись ликованием. — Мы скажем всем, что это её вина. Что она вытворила что-нибудь.
— Отлично, — сказал Рэй. — В это с легкостью можно поверить.
— Что? — спросила я, онемев от шока.
— Ты любишь меня? — Крис отступил на шаг.
С серьезным лицом Пол сделал шаг навстречу.
— Конечно, люблю.
Два мужчины уставились друг на друга, совершенно не замечая драму, которая тут развернулась. Тем временем, Рэй и его жена о чём-то шептались. Вон прислонился к стене, выражение его лица где-то между чертовски шокированным и ошеломлённым. Откровенно говоря, это не его жизнь сейчас катилась прямо в ад. А моя.
— Но ты же знаешь, что она ничего для меня не значит, — сказал Крис. — Ничего.
— Я знаю, — Пол вытянул руку и на мгновение положил её на щеку Криса. Как нежно. Как мило. И если честно, с меня было достаточно. Что-то внутри меня треснуло.
Ярость растекалась по моим венам, и я двинулась в направлении тайных любовников. Ублюдков. Крис повернулся ко мне, понятия не имея, что я намереваюсь сделать. Или не совсем. Он попытался выставить руку, однако, слишком поздно. Сжав руку в кулак, я замахнулась. И врезала прямиком в его идеально прямой нос. Боль распространилась вверх по руке, в то время как из его носа хлынула кровь. Чёрт, её было много. Ниагарский водопад бы позавидовал.
Вау.
Крис взвизгнул, согнувшись пополам, и прикрыл лицо руками. Позади меня, Вон положил руку мне на плечо. Казалось, люди кричали везде. Конечно, костяшки пальцев болели. Но мои губы растянулись в улыбке чистого удовлетворения. Я осторожно вытянула пальцы и размяла их. Было больно, но я была в состоянии ими пошевелить. Ничего не сломано. Странно подумать, но я таки кого-то ударила, и никто не заслужил этого больше, чем мой собственный жених. В комнате поднялась настоящая суматоха. Было много шума. Но я слышала лишь кровь, стучащую в ушах.
Оставалось сделать ещё одну вещь, прежде чем я буду окончательно свободна.
Этот несуразно огромный бриллиант. Я бы ни за что такой не выбрала. Я стянула его с пальца и швырнула ему в ноги. Он посмотрел на меня покрасневшими глазами, лицо в крови. Я сделала это. Я. Ничто, как он обо мне говорил. Моя, пожалуй, самая безумная улыбка стала ещё шире.
— Иди к чёрту, Крис. Я бросаю тебя.
***
Я и понятия не имела, что полиция может приехать так быстро. Это как в старой шутке про порно, где молодым девушкам давали ложные представления о том, сколько времени требуется сантехнику, чтобы приехать. В одно мгновение Вон прикладывал лёд к моей руке, в следующее я уже столкнулась с длинной рукой закона.
Бум.
Коп, который опрашивал меня, оказался старым школьным другом Вона (а с кем в этом городе он не ходил в школу?). Офицер Энди казался милым и явно был поражён сложившейся ситуацией, однако, старался не подавать вида. Всё, что я сказала ему, это «Да, чёрт возьми, я сделала это», так что мои надежды остаться на свободе были невелики.
Я остановилась в дверном проходе, чтобы посмотреть, что происходит у Криса и Команды. В саду была та ещё суматоха. Саманта отчаянно хотела выдвинуть против меня обвинения в нападении, в то время как сама пыталась преодолеть звуковой барьер своими воплями.
Довольно много соседей собралось, наблюдая за происходящим.
Согласно Саманте, я оказалась злостным преступником, которая хотела разрушишь их семью (по правде, я лишь хотела сбежать от них). А ещё, Моби Дик (прим.пер: Моби Дик — гигантский белый кит из одноимённого произведения Германа Мелвилла) по сравнению со мной выглядел анорексично и мне пора уже было заиметь свою собственную жизнь.
Пожалуй, в последнем она была права.
Тем временем, её муж ходил взад и вперёд по садовой дорожке, всё время разговаривая по телефону. Он очень много тряс головой и что-то бормотал. Немного поодаль стояли Пол с Крисом, прижимаясь друг к другу. В нос последнего были запиханы платки, чтобы остановить кровь. Его однажды белоснежная рубашка сейчас была в крови. В общем, выглядел он ужасно. И ему это было к лицу.
— Вот, — сказал Вон, набросив мне на плечи клетчатую рубашку. — Надень это.
— Ты же сказал, что твой багаж задерживается.
— Ага. Я соврал. Не хотел, чтобы ты была одета.
— Ха, — я улыбнулась. Но потом почувствовала неловкость. — Извини за всё это.
Он пожал плечами.
— У меня всё равно не было планов на сегодня. Как обстоят дела?
— Э, что ж. Рэй висит на телефоне с юристом, пытается выяснить, как можно разрушить мою жизнь, не запятнав при этом семейное имя Дилэйни. Саманта, тем временем, отчаянно пытается уговорить твоего друга, офицера Энди, посадить меня за то, что я напала на её сына.
— Дерьмо.
Крис посмотрел на меня со злостью во взгляде. Его распирал гнев. Подумать только, я собиралась выйти за этот кусок дерьма. Во всяком случае, несмотря на провокацию с его стороны, шансы, что он так просто меня отпустит, после того, как я его ударила, равны нулю. Его гордость будет требовать моего наказания.
Нет же, он заставит меня вариться в этом театре абсурда. Придурок.
Не верится, что я так долго велась на его сладость. Мне следовало удариться головой о каменную стену при первой же возможности. Возможно, тогда бы я вновь начала мыслить здраво.
Пол потянул его за руку, и они вернулись к разговору по душам. На самом деле, они хорошо смотрелись вместе: Крис с его тёмными волосами и точеным лицом, и Пол с его нордической внешностью (прим. пер: Нордическая раса — светлые волосы, светлые глаза, высокого роста, с астеническим телосложением). Даже жаль, что всё происходящее является следствием настолько подлых поступков.
— Почему, думаешь, он ещё не увёл тебя?
— Понятия не имею.
— Хм-м-м, — он шумно выдохнул. — У тебя дерьмовый вкус на мужчин, Лидия.
— Преуменьшение года, детка.
Он немного улыбнулся мне.
— Как твоя рука?
— Распухла и болит, — я повернула её, чтобы он мог рассмотреть. Костяшки были восхитительного иссиня-черного цвета. — Но, думаю, это всего лишь синяки.
— Подходит к твоей щеке.
— Замечательно.
Он спустился вниз по ступенькам, держа руки в карманах.
Я скользнула руками в рубашку Вона, пытаясь скрыть свои женские достоинства. Интересно, тюрьма хоть чем-то была похожа на то, что показывали по ТВ. Думаю, я скоро узнаю. Досадно, что я не оставила кольцо. Было бы весьма иронично заложить его, чтобы расплатиться со своим адвокатом. Что бы ни случилось, с меня хватит быть шутом семьи Дилэйни. Тупость никогда не была милой.
— Лидия, — Рэй подошёл ко мне, остановившись у ступенек, что вели во внутренний дворик. — На случай, если ты ещё не поняла, ты уволена.
Идиот.
— Да неужели, Рэй?
Он выставил грудь вперёд, удивительно, и как только верхняя пуговица его рубашки осталась на месте.
— Ты ударила коллегу по работе, Лидия. Который, к тому же, ещё и является сыном босса. Думаю, ты в состоянии сложить два и два.
Я кивнула.
— Вы правы, я ударила его. Кстати об этом, как думаете, насколько велики мои шансы засудить Криса за обман и причинение вреда моему эмоциональному здоровью? Думаю, мне тоже стоит поговорить с адвокатом.
— Что?
— Боже, ну и скандал будет. Люди в городе будут обсуждать этот кошмар ещё долгое время, правда ведь?
Морщины вокруг его рта выглядели глубокими при свете раннего вечера.
— Ты пытаешься меня шантажировать?
— Вы действительно хотите начать копаться в этичности всей этой ситуации? Не думаю, что это сыграет на руку кому-либо из нас, Рэй.
Он что-то ворчал в телефон ещё минуту. Когда он вновь посмотрел на меня, то не выглядел особо довольным.
— Мы сможем достичь компромисса, если я буду уверен, что видео отовсюду удалено. Ты также должна будешь держать рот на замке по поводу моей семьи.
— Я хочу получить рекомендацию с места работы, и чтобы сегодняшние события не были приняты во внимание при её написании.
— Хорошо.
Я кивнула. Принято.
— Ещё бы хотелось, чтобы ваш сын не выдвигал против меня обвинения в нападении.
— Посмотрим, что я смогу сделать.
Нахмурившись, Рэй посмотрел на свою жену, а не на Криса. Так вот кто был главой этой семьи, вот так удивительно-то. Нисколечко. Его жена определённо была гарпией, если мне, конечно, доводилось видеть их. Мои шансы избежать судимости сегодня вечером были малы.
В любом случае, у Дилэйни куда больше денег, чем у меня, если вдруг дело дойдёт до суда. Так что лучше обойтись без судебных разбирательств. Рэй разрушит мою репутацию всеми возможными способами, без сомнений. И тогда двери в сообщество элиты Кёр-д'Алена будут для меня закрыты. Они распространят слухи обо мне по всему городу и, я не смогу больше найти работу.
В любом случае, я уже решила покончить с Кёр-д'Аленом. Жаль, ведь мне здесь действительно понравилось. В городке царила приятная атмосфера и он был ни слишком большим, ни слишком маленьким. А эти горы и холмы — красота. Для меня все было идеально.
Ох, блин.
Вероятность того, что я окажусь за решеткой за нападение на Криса, была всё ещё велика. Мне следует мыслить позитивно. Возможно, я отделаюсь общественными работами или типа того, штрафом. А может, меня таки посадят и лишат возможности выхода под залог.
Боже, когда я всерьёз задумалась об этом, осознала, что мои перспективы ужасны. Несмотря на тёплый воздух, на руках появились мурашки. Одной маленькой, крошечной, малюсенькой частичке меня даже стало жаль, что я ударила Криса.
Нет. Никогда. Я восстановила свою гордость, задав трепку этому мудаку. Рука запульсировала в знак согласия. Иногда, насилие и хаос являются единственным верным ответом.
6 глава
— О, здорово, — сказал Вон сухо. — Ты нашла текилу.
Он и офицер Энди стояли у обеденного стола. Оба уставились на меня с явным неодобрением. Они и понятия не имели, как нелепо и напыщенно выглядели. Люди такие скучные. Особенно мужчины.
— Ага, оказывается, нам и не надо идти в соседний дом, — улыбнулась я. — Нашла бутылку в твоей кладовой.
— Неужели?
— Надеюсь, ты не против?
— Совсем нет.
— Знаешь, я тут думала обо всех этих снимках знаменитостей, которые делают при аресте, и как горячо они на них выглядят, — сказала я, сидя на полу, в углу кухни, — и до меня дошло, что это моя единственная в жизни возможность испытать подобное.
— Серьезно? — протянул он.
— Абсолютно. Жизнь коротка, Вон, — я ухмыльнулась. — Короткую, или нет, но я определенно собираюсь заполучить одну.
— Чего одну?
— Одну жизнь. Одну единственную. Я не жадная.
— Верно, — похоже, мне не удалось его убедить. Боже, он мне нравился. Он был таким привлекательным. Он и его член определенно были лучшими моментами сегодняшнего дня. Может, после ещё пары глотков, я выскажу ему всё в подробностях. Как весело. Может, он разрешит мне сделать фотку, чтобы я хранила её в кошельке. Его лица, само собой.
— Я верну тебе бухло, обещаю.
— Меня больше беспокоит твоя печень, чем бухло, — он подошёл, забрал бутылку у меня из рук и понюхал содержимое. — Удивительно, что это ещё можно пить. Моя сестра оставила текилу здесь несколько лет назад. Пойло было очень дешевым, сомневаюсь, что с годами стало лучше.
— Текила немного терпкая.
— И ты пьёшь прямо из бутылки? Отлично.
— Я не хотела причинять тебе неудобства, испачкав твой стакан.
— Мило с твоей стороны, — он сделал глоток и поморщился. — Боже, Лидия.
Я издала смешок.
— Не настолько и плохо.
— Чертовски отвратительно.
— Первая пара глотков была самая сложная, да. Но потом глотка будто бы немеет. Ну или её сжигает. Не уверена, что именно.
Сомнительно глядя на меня, Вон вернул бутылку. Потом он встал рядом со мной, опершись о кухонную столешницу и скрестив ноги в лодыжках. Несмотря на всех людей в пышных свадебных нарядах, вторгшихся в его дом, он всё ещё оставался расслабленным. Босые ноги, кожа на пару тонов светлее, чем на руках. По низу его старых голубых джинсов торчали нитки.
Уже не в первый раз мне хотелось узнать больше о нём и его драмах. Могла ли я чем-нибудь помочь. Бог свидетель, он более чем заработал хотя бы немного моей помощи. Немногие проявили бы столько понимания.
Офицер Энди переминался с ноги на ногу и провёл рукой по своим коротко стриженым светлым волосам. Он определено терял терпение. Это был долгий день для всех.
— Когда вы будете готовы, мэм, — сказал он. — Я бы хотел объяснить сложившееся положение.
— Объясняйте, — я села прямо.
Офицер Энди продолжил.
— Хорошие новости: мистер Крис Дилэйни решил не выдвигать против вас обвинения в нападении.
— Что? — моё тело обмякло от облегчения. Я бы обежала победный круг вокруг дома, будь в состоянии. — Правда?
— Да.
— Ох, божечки. Спасибо, Господи, — самое время для глотка текилы. Чёрт, а эта штука мощная. Я издала хрип настолько изящно, насколько это было возможно, прикрывая рот рукой, глаза наполнились слезами. — Почему он не стал выдвигать обвинения?
— Я довольно подробно обсудил с ними ситуацию, — сказал он, серьёзно глядя на меня. — В подобных обстоятельствах люди довольно часто совершают необдуманные поступки под влиянием момента. Как только они немного обдумали ситуацию и осознали, что стоит на кону, все последствия конфликта, они изменили своё решение.
— Хах.
— Да, ну, Вон также сказал им, что выдвижение обвинений против вас вызовет интерес местных СМИ, — добавил Энди.
Я подняла взгляд на Вона.
— У меня до сих пор есть несколько друзей на местном радио, — он небрежно пожал одним плечом. — Стоит только позвонить.
— Правда?
Он протянул руку и забрал у меня бутылку.
— Ничего особенного.
— Ничего особенного? Ты спас меня от тюрьмы.
— Ну, — он сделал ещё глоток текилы, на этот раз скривившись не так сильно. — Не мог позволить им запечь тебя за решетку. У нас на сегодня были планы.
— Ты лучший, — прошептала я Вону, моему герою.
Он подмигнул.
Офицер Энди прочистил горло, прозвучало это так, будто бы он был несколько оскорблён. Непонятно только, почему. Если честно, я практически забыла, что он здесь.
— Учитывая, что последнее, что им нужно — это привлекать ещё больше внимания к данной ситуации, они решили ничего не предпринимать.
Я с облегчением выдохнула.
— Однако, они собираются получить судебный запрет в отношении вас, — сказал Энди.
— Судебный запрет? — Вау. Звучало так, будто я действительно была опасна, как какой-то головорез или типа того. Будто бы я шаталась по улицам Кёр-д'Алена в поисках людей, чтобы дать им в нос.
— Да, — Энди засунул большие пальцы под свой ремень, который очень напоминал боевой пояс Бэтмена. — Ни при каких условиях, вы не должны пытаться подойти к членам их семьи, или же ступать на их собственность. Вам ясно?
— Я буду только рада, если никогда больше не увижу этих идиотов. Но как же мои вещи? Они все в их доме.
— Миссис Дилэйни заверила меня, что организует отправку ваших личных вещей как можно быстрее.
— Как мило с её стороны, — я насупилась, доверие к Саманте было ниже плинтуса. Но других вариантов у меня не было. Так что теперь у меня было лишь свадебное белье. Ну, ещё рубашка Вона и его доброжелательность, конечно же.
— Мне жутко неудобно ещё больше навязываться, — сказала я, пытаясь достать до текилы, чтобы сделать ещё глоток. — Но можно я залягу на твоём диване, когда мы закончим?
— Гостевая комната в твоём распоряжении.
— Спасибо.
— Я сказал Рэю, что он может отправлять сюда все документы, пока ты не разберёшься с жильем, — сказал Вон, вновь завладев своей собственной бутылкой текилы. На этот раз он без проблем сделал большой глоток. Мужественно и всё-такое. Он, наверное, догонит меня вмиг.
— Спасибо, что отговорил их.
Он снова кивнул.
— Если это всё, мэм, я, пожалуй, пойду, — офицер Энди стоял рядом со столом, держась прямо и излучая компетентность.
— Так они ушли? — чёрт, я звучала так робко. — Не то чтобы я их боялась. Просто день был долгий.
— Они ушли, — Вон передал мне бутылку, улыбнувшись. — Повезли твоего бывшего ублюдка жениха в больницу, чтобы ему вправили нос.
— Я его сломала?
— Готов поспорить, что да.
Мы ухмыльнулись друг другу.
Я сделала глубокий вдох, и прислонив голову к стоящему за спиной шкафу, расслабилась, казалось, впервые за несколько дней.
— У меня ни дома, ни работы, но я отвоевала свою свободу.
— Я оставлю вас двоих, чтобы вы могли отпраздновать, — сказал офицер Энди.
— Спасибо, Энди, — мужчины начали похлопывать друг друга по плечу, как они обычно это делают. — Рад был увидеть тебя.
— И я, — он замешкался. — Очень жаль насчёт Нелл и Пэта.
— Ага, — улыбка на лице Вона померкла.
— Ты, случайно, не знаешь, она уже встречается с кем-нибудь?
Долгая пауза.
Радость на лице Вона бесследно исчезла. Он стал холодным и сдержанным. Интересно, что за Нелл и Пэт. Очевидно, что это важные для него люди.
— Увидимся позже, Энди, — сказал он, вместо ответа на вопрос.
Послание было понято верно.
— Точно. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, — я помахала. — И спасибо.
Он не ответил. Вон провожал его отстранённым и недобрым взглядом. Если бы мне пришлось столкнуться с его недружелюбной стороной, я бы убежала. Вместо этого я решила провернуть отвлекающий манёвр.
— Спасибо, что не выставил, — я протянула ему бутылку и немного встряхнула содержимое.
Всё ещё с угрюмым выражением он прошёл в кухню и сел на пол рядом со мной.
— Пожалуйста.
— Я приготовлю тебе завтрак.
— В доме нет еды.
— Чёрт. Тогда, если утром у меня уже будет кошелёк, я куплю тебе завтрак.
— Договорились.
Какое-то время мы передавали бутылку туда-сюда в тишине. Голова становилось всё более неясной, и эмоции, пережитые за сегодняшний день, становились всё более блёклыми. Я была униженной, обиженной и в гневе. Костяшки на правой руке чертовски сильно ныли, и если бы я начала разбираться во всех «что если» и «могло бы быть», то сошла бы с ума.
Легкая золотистая дымка света образовалась над обеденным столом, оставив остальной дом в тени. Это место казалось ещё более тихим и пустым с наступлением ночи.
— Сколько времени прошло с тех пор, как ты был здесь в последний раз?
— Мы выступали на небольшом фестивале здесь несколько лет назад. С тех пор я сюда не возвращался.
— Ты играешь в группе?
— Раньше играл. Мы распались буквально несколько месяцев назад, — он откинул голову на шкаф, глаза закрыты. — Мы играли вместе на протяжении десяти лет, большую часть времени проводили в Лос-Анжелесе.
— На каком инструменте ты играешь?
— На гитаре.
— Это здорово, — я могла себе это представить. В этом был смысл. Я потрясла головой, чем заставила комнату вращаться, или это мой мозг заставил её. Не уверена. — Я имею в виду, что ты музыкант, а не то, что группа распалась. Ты собираешься присоединиться к другой группе или...
Он издал странный горловой звук.
— Пытаюсь создать собственную. Бас-гитарист все ещё в деле, но мы никак не можем найти подходящих людей.
— Это отстойно.
— Определенно.
— Так в этом твоя драма?
Он открыл один глаз.
— В общем-то, да. Я вернулся в город только, чтобы продать этот дом сестре. Нужно заплатить по закладной за дом, заработать немного на жизнь, пока мы ищем нового певца и барабанщика, разобраться со всем.
— Твоя сестра — та самая Нелл, о которой спрашивал Энди?
— Ага, — его взгляд потемнел. — Она рассталась со своим мужем не так давно. Я решил, что она захочет купить это место, иметь свою собственную крышу. Ей всегда нравился этот дом.
— Он красивый.
Его лицо смягчилось, уступая место улыбке.
— Тебе нравятся маленькие старые бунгало.
— Ага, именно так, — когда он так мне улыбался... вау. Скажем так, этот домик — не единственная красота здесь.
— Мне жаль, что у тебя драма.
— Мне жаль, что у тебя тоже драма.
— Мне жаль, что я притащила свою драму в твой дом.
— Я знаю, — он накрыл своей большой ладонью мою. Он был таким милым и тёплым, и всё в таком роде. Если бы этот дерьмовый день и текила оставили мне хотя бы йоту энергии, я бы рассказала ему о своей идее дружеского секса без обязательств. Ну а пока я решила оставить её на завтра. По крайней мере, меня грели воспоминания о его голой заднице. И поверьте, видеть этого мужчину голым — действительно счастье. Лучше бы мои сны были заполнены им, иначе я сделаю своему подсознанию выговор.
— Что? — спросил он.
— Что что?
— Ты странно на меня смотришь.
— Разве? — я широко зевнула. Что за день. Я положила голову ему на плечо, закрыв глаза и устроившись поудобнее.
— Планируешь уснуть прямо здесь?
— Мм-хм-м.
— Ладно.
Всё, что я могла слышать — его вдохи и выдохи, периодический плеск текилы о бутылку, когда он делал глоток. Все было спокойно. Мирно. По крайней мере, сейчас.
— Из тебя вышла красивая невеста, Лидия.
Я улыбнулась, слишком сонная, чтобы ответить.
— Красивая.
7 глава
Гребаная Саманта. Если бы женщина была в огне, я бы жарила на нём сморы (прим. перев: S’more — традиционный американский десерт, состоит из поджаренного маршмэллоу и куска шоколада, прослоенных в два куска крекера «грэм»).
После того как грациозно отрубилась на кухонном полу, я проснулась в кровати в гостевой комнате. Болело всё. Я проковыляла на кухню в поисках воды и сквозь стеклянные двери увидела образовавшуюся катастрофу. Моя «практически свекровь» была занята. Очень занята.
Надев крутые «авиаторы» Вона, чтобы спастись от солнечного света, я ходила по заднему дворику в поисках своих вещей. Лифчик здесь, трусики там. И чего только не найдёшь в высокой траве.
А что, самая настоящая охота за сокровищами, только без карты.
И веселья.
Моя шелковая зелёная блуза висела высоко на дереве, и она была там не одна. Только Богу известно, как ей удалось закинуть туда вещи. Может, спустила с поводка своих летучих обезьян?
Злая ведьма — это про неё.
Коробка с книгами и ещё одна, заполненная памятными вещами, были брошены рядом с оградой, как какой-то мусор. У меня не хватило духа открыть и посмотреть, что разбилось. Каждый мускул моей челюсти свело. Мне хотелось орать и неистовствовать, выпустить все эмоции.
Снова. Вот только на этот раз не уверена, что смогу остановиться.
Колотящееся сердце и тошнота были некстати. Поиски адвила на кухне не увенчались успехом. Текила, как и Саманта, явно не была моим другом (а это определённо она, швырнула мои вещи через ограду). Крис просто заплатил бы кому-нибудь, чтобы их доставили ко входу.
Разбрасываться деньгами, чтобы скинуть свои проблемы на кого-то другого — в его стиле.
Но только его мать получила бы удовольствие от такой херни.
— Мстительная сука, — пробурчала я, кинув джинсы-бойфренды в растущую стопку у своих ног. Каждая найденная вещь сильнее распаляла мой гнев.
Надеюсь, есть особый уровень Ада, чтобы вознаградить её за подобное. Такой, где нет ботокса, где несмотря ни на что видно отросшие корни, и единственная доступная одежда — нестиранные спортивные штаны из секонд-хенда. Это стало бы ей уроком.
Вставьте здесь сумасшедшее кудахтанье. Да, я сходила с ума. К счастью для меня, не было свидетелей того, как я превращаюсь в невменяемую.
Упс, кажется, я поторопилась с выводами.
Я не слышала, как кто-то приехал, но на заднем крыльце стояла женщина и наблюдала за мной. Её светлые волосы сияли на солнце, а татуировки покрывали всё тело. Кухонная дверь позади неё была открыта, значит, она прошла сюда через дом, и у неё был ключ. Интересно.
— Привет, — сказала я.
— Привет. Я Нелл, сестра Вона, — она подошла ко мне и протянула руку.
Я пожала её.
— Лидия. Новый друг Вона.
— Приятно познакомиться, — она посмотрела на мою одежду и изогнула бровь. Наверное, потому что ничего из этого не было моим. Вон оставил кое-какую одежду на кровати и спасибо ему за это. Мягкие серые пижамные штаны были закатаны, ибо они предназначались для кого-то выше ростом и футболка с Rolling Stones. Мне нравилось, как логотип растянулся на моей груди. К счастью, лифчик оказался первой вещью, что я нашла на сегодняшней охоте за сокровищами.
Выставленная на показ грудь мне была совсем не нужна.
В глазах Нелл мелькнула заинтересованность.
— Новый друг? Не то чтобы это моё дело...
— Это не твоё дело, — согласилась я, скрестив руки на груди. — Но да. Просто новый друг. Я в процессе переезда, так что он разрешил мне остаться на ночь. С моими вещами произошёл небольшой инцидент.
По-моему, всё можно было объяснить только так.
— Ага. Я собиралась спросить об этом. Обычно дворовые распродажи устраивают перед домом, — она зацепила пальцем трусики, что лежали у её ног. Замечательно. Чёрные кружевные шортики. По крайней мере, эти симпатичные. И что неловкого в том, что незнакомка оценивает стиль твоего нижнего белья.
— Спасибо, — я добавила их в стопку, дружелюбная улыбка буквально прикипела к лицу. — Проблемы с бывшим.
— Мужчины, — её губы сложились в тонкую линию.
— Мм.
— Думают, им что угодно сойдёт с рук лишь потому, что у них что-то болтается между ног.
Я прыснула со смеху.
— Именно.
— Бесноватые мудаки, все они, — её щеки порозовели от гнева. — Нам было бы лучше, если бы их всех выбросили в космос.
Очевидно, Нелл до сих пор сильно переживала по поводу разрыва отношений. Я же продолжила двигаться дальше. Ущерб уже нанесён. Теперь я хотела лишь быстрее свалить из этого города. Устроить жизнь где-нибудь в другом месте. Каким бы симпатичным не выглядел этот городок, он не был добр ко мне.
— Мужики действительно отстой, — сказала я. — Но это дело рук его мамаши.
— Шутишь? — Нелл сморщила нос, отчего веснушки словно подпрыгнули вверх. Она выглядела чуть старше меня, низкого роста, в то время как её брат был высоким. Однако, те же бледные голубые глаза. На ней были чёрные слаксы и футболка с изображением синей птицы и надписью «Дайв Бар».
— Не-а. Определенно в стиле его матери.
— Дерьмо. Давай, я помогу тебе всё собрать.
— Поможешь?
— Конечно, — улыбка Нелл была искренней и доброй.
— Спасибо, — настроения этой женщины сменялись куда быстрее, чем мои. Я просто не поспевала.
— Без проблем. Уж лучше, чем просто сидеть и ждать, пока мой идиотский братец проснётся. Нам нужно во что-нибудь складывать твои вещи. Кажется, в гараже были пустые коробки, — не сказав больше ни слова, она пошла к дому, пока я удивленно смотрела ей в след.
Люди. Никогда их не понимала.
Я размяла плечи, чтобы избавиться от спазмов. Тело болело ещё больше, чем вчера. Мышечные боли увеличились в тысячу раз.
Удивительно, но когда Нелл стала помогать мне, вся эта неразбериха казалась не такой уж ужасной. Может, всё на самом деле было не так и плохо, и большая часть человечества не была против меня.
Сегодня — первый день без смски с пожеланием доброго утра от Криса.
Ну в смысле… конечно, само собой разумеется, её не было. Мой телефон разбили. Но её отсутствие было скорее сильным ударом по голове, нежели тихо ноющей болью. Просто я настолько привыкла находиться в отношениях. Быть частью «мы». Время вновь привыкать быть одной.
Ага, я теперь одинока.
Разные жучки, пчелы и бабочки порхали вокруг меня, занимаясь своими делами. Ещё один идеальный летний денёк. В другой жизни мы бы с Крисом сейчас были на пути на Гавайи на наш медовый месяц. Чёрт, я так ждала эту поездку. Белые песчаные пляжи, фруктовые коктейли и веселье. Вместо этого мой новый чёрный купальник развевался на ветру, свисая с ели.
А Саманта хорошо потрудилась, надо отдать ей должное. Наверное, она провела несколько часов здесь прошлой ночью, раскидывая мои вещи повсюду.
Нелл и я уже около получаса собирали содержимое моей косметички и шкатулки с украшениями из тернистых кустов, когда появился Вон. Он стоял рядом с домом, зевая; в одной руке держал чашку с кофе, в другой — булочку. Потёртые джинсы, никакой рубашки и ещё более густая рыжеватая щетина.
Чёрт, он горяч. Тот самый тип, который становился ещё лучше с возрастом и опытом. Не то чтобы я была заинтересована в чём-то большем, нежели секс по дружбе. Ни один из нас не планировал оставаться в городе, да и мои предыдущие отношения только что потерпели крах. Но, боже мой, северный бог секса Айдахо — это про него.
Первобытные люди могли поклоняться солнцу, но я почти уверена, что солнце поклонялось Вону. Оно окутывало его золотистым светом, подчеркивая на теле чернила. Я раньше даже не интересовалась татуировками. Стабильная работа и постоянное место жительства? Да. Безрассудный плохой мальчик, живущий как рок-звезда, которого напоминал Вон? Нет.
Абсолютно точно нет. Это в корне противоречило тому, что родители научили меня ценить.
Возможно, мне стоит пересмотреть свои ценности, учитывая последние неудачи. Хотя, не знаю. Что плохого в том, чтобы хотеть дом и немного стабильности? Да, я совершила большую ошибку, поторопившись. В следующий раз буду действовать медленнее, постараюсь узнать человека получше, понять, подходим ли мы друг другу. Урок выучен.
В любом случае, я игнорировала желание, исходящее из нижней части моего тела, пока. Согласно этикету, напрыгивать на мужчину прямо на глазах у его сестры не очень-то хорошо. К тому же, учитывая жуткое похмелье, сейчас не самое подходящее время начинать разговор о сексе без обязательств. Нет, я понаблюдаю за парнем, посмотрю, будут ли намеки с его стороны. Мои бедные девичьи части тела вынуждены томиться в ожидании.
Он хотя бы не видел, что я разглядывала его, из-под очков. Вот только, у меня уже, вероятнее всего, стекает слюна по подбородку. Я осторожно потёрла его.
— Хватило же тебе наглости, — сказала Нелл, внезапно напрягшись. Если бы вдоль её позвоночника появились шипы, я бы ничуть не удивилась. — Если бы ты позвонил и сказал мне, что вернулся, тебя бы это убило?
— Привет, сис, — Вон снова зевнул. Затем откусил большой кусок булочки и сказал с набитым ртом (Криса бы это привело в ужас. Выкуси, Крис). — Спасибо, что принесла завтрак.
— Ешь с закрытым ртом. Боже, ты такой противный, — Нелл скрестила руки на груди и смерила его взглядом. — Ты, случайно, не остановился в развитии после восьми лет?
— Я стал выше. И перестал бояться заразиться от девчонок, — он подмигнул.
— Да я и сама это поняла, учитывая, что в старшей школе ширинка на твоих штанах была прямо как вращающаяся дверь, — Нелл понизила голос, сделав его похожим на мужской. — Хэй, я гитарист в музыкальной группе. Я пишу песни и мне не чужды эмоции и подобное дерьмо. Давай же, детка, ты знаешь, что хочешь кусочек меня.
Я тихо захихикала (она так хорошо спародировала его голос).
Вон разразился смехом, почти согнувшись пополам.
— Неплохо. Но придётся предложить сыграть им несколько лиричных песен у озера. Срабатывает каждый раз.
Нелл показала ему средний палец.
— Полегче, — сказал он. — Я собирался позвонить тебе сегодня. Вчера я был немного занят.
— О, я знаю. Весь город говорит об этом. Поэтому я и принесла завтрак вам обоим.
— Замечательно, — простонала я. Не то чтобы это было неожиданно, но всё же. Две с лишним сотни гостей в саду ожидали свадьбы. А это много ртов, чтобы разнести слухи.
— Извини, — сказала Нелл, — но твоя неудавшаяся свадьба — горячая новость повсюду.
Я кивнула и нахмурилась.
— Нам нужно поговорить, — Нелл повернулась к своему брату.
— Звучит серьёзно.
— Так и есть. Я неделями пыталась связаться с тобой.
— Извини, — Вон опустил голову и поморщился. — На меня слишком много всего навалилось в последнее время. Но вот он я здесь.
— Отсюда и напрашивается следующий вопрос. Почему ты здесь? — она наклонила голову. — На протяжении нескольких лет ты избегал этого места, как чумы.
— Ты только что сказала, что хочешь поговорить со мной, а теперь высказываешь всякое дерьмо, потому что я здесь? — он сильно потёр заднюю поверхность шеи. — Как ты и сказала, прошло много времени. Может, я просто хотел увидеться с тобой.
Брови Нелл поползли вверх. По тому, как изогнулась её левая бровь, было понятно и без слов, — её брат сказал полную чушь.
— Что происходит, Вон? Последнее, что я слышала, что вы ребята были в туре со «Стейдж Дайв» и всё было здорово.
Вон выдал натянутую улыбку, лишенную какой-либо радости.
— Настолько замечательно, что ведущий вокалист ударился в сольную карьеру, а барабанщик присоединился к другой группе.
Челюсть Нелл упала, и она побледнела.
— Группа распалась?
— Ага.
Его сестра продолжала стоять с открытым ртом.
— Всё решилось ещё в конце прошлого года. Как только мы заканчиваем тур со «Стейдж Дайв», все идут своими дорогами. У меня было достаточно времени, чтобы смириться. Забудь. Всё в порядке. — Вон проигнорировал реакцию сестры и повернулся ко мне.
— Как у тебя дела, Лидия?
— Хэй. Привет. Всё нормально.
— Я так понимаю, ты уже познакомилась с моей сестрой. Заходи внутрь. Там кофе и для тебя.
— Хорошо. Через минуту, — металлический блеск среди листьев привлек моё внимание. Я осторожно стряхнула пыль с античного ожерелья, которое мне подарила бабушка на совершеннолетие.
Немного повозившись с застежкой, я надела кулон на шею. Нужно забыть Криса и его семью. Я встану на ноги. Они теперь ничто для меня, даже меньше. Они настолько меньше, чем ничто, что я даже не знаю, как описать их ничтожность. Я двигаюсь дальше.
— Детка, почему твои вещи разбросаны по саду? — спросил Вон.
— Прошу прощения? — я моргнула, вернувшись на землю.
— Твои вещи, они повсюду, — он опустошил чашку с кофе за один большой глоток и пристально на меня посмотрел.
Да уж. Как будто у него недостаточно своих проблем.
— Да извини. Я сейчас тут всё уберу.
— Лидия, прекрати, — сказал он серьезным тоном. Потом его взгляд смягчился. — Что тут случилось?
— Саманта доставила мои вещи, — сказала я, осторожно доставая свою любимую чёрную тушь из куста смерти — сплошные шипы, прикрытые парой листочков. Это был кустарник Сатаны. Если я ещё порежусь, то буду выглядеть так, будто побывала в кошачьей драке. Хотя это не так уж и далеко от правды.
— Ты, должно быть, шутишь, — он спустился по ступенькам ко мне.
— Хотелось бы.
— Эй, — он положил руку мне сзади на шею и погладил, гораздо нежнее, чем только что свою. Из-за мозолей на его пальцах ощущения были совершенно не такие, как от мягких рук Криса. — Эта жалкая хрень — худшее, что она может сделать. Просто забей. Ты выше этого.
— Не уверена. Я бы при первой же возможности выстрелила в неё из пушки, забыв натянуть предохранительную сетку.
— Серьёзно? Это лучшее, что пришло тебе на ум?
— Нет. Дай мне больше времени. Сейчас ещё рано.
Ох, малыш Иисус, этот смех. Он такой низкий и сексуальный. Да я даже ничего такого и не сказала, чтобы заслужить подобную реакцию. Странно, но я не могла вспомнить, как звучал смех Криса. А я вообще его слышала? Не припоминаю. Очень грустное замечание о его жизни и моей роли в ней. В то время, как проблемы Криса были определенно лишь его личными, мне самой и моим проблемам требовалось переосмысление.
Мне нужны перемены. Сейчас.
А ещё надо перестать делать сравнения с Крисом. Его больше нет в моей жизни. Всё. Конец.
Вон указал подбородком в сторону дома, всё ещё смеясь.
— Иди возьми кофе и пирожное. А потом можешь рассказать мне о своих вариантах мести. Я хочу много крови, Лидия. Покрытых мёдом и съеденных заживо муравьями-бульдогами людей, что-нибудь в таком роде. Дай волю фантазии.
С улыбкой на лице я направилась в сторону дома, настроение стало куда лучше после того, как я увидела улыбку Вона.
— Не пирожное, а палмьер, — поправила Нелл.
— Чем бы там это ни было, оно просто волшебно на вкус, — ответил Вон.
Нелл фыркнула.
— Рад видеть тебя, сис.
Чашка кофе и большой коричневый пакет ждали меня на кухонной стойке. Спереди черными буквами было написано «Постройка для птиц». Это место в мидтауне, я не часто бывала в том районе. Работая с недвижимостью, мы с Рэем больше внимания уделяли жилым домам, он, в частности, занимался дорогущими особняками. Крис имел дело с коммерческой собственностью.
Кофе был вкусным, я не стала его разогревать. Годы, проведённые в офисе научили меня игнорировать температуру. Палмьер оказались слоеными ушками, покрытыми корицей с сахаром. Тесто настолько идеальное и лёгкое, что буквально таяло, едва соприкасалось с языком. Абсолютное блаженство.
Я вынесла завтрак на улицу и устроилась на ступеньках.
— О чём ты хотела со мной поговорить? — спросил он свою сестру.
Нелл бросила на меня быстрый взгляд. Неловко.
— Я поем внутри, уйду с солнца ненадолго, — сказала я с полным ртом вкусноты, во всю расплевываясь крошками. Пофиг на общепринятые правила приличия. Эти слоечки просто восхитительны.
— Всё в порядке. Всё, что тебе нужно сказать мне, Лидия может слышать, — он криво мне улыбнулся. — У нас ведь нет секретов, верно?
— Думаю, нет, после вчерашнего, но...
— Всё нормально, — Нелл потёрла руки о слаксы. — Правда.
Я осторожно села обратно. Может, мне извиниться и уйти в ванную СЕЙЧАС ЖЕ.
— Ну, — сказал Вон. — Дерзай.
— Мне нужно, чтобы ты одолжил мне 56 тысяч долларов, либо выкупил долю Пэта за столько же.
С широко раскрытыми глазами Вон громко выдохнул.
— И всего-то, ха?
— Я серьёзно.
— Я понял.
— Так ты сделаешь это? — она осторожно забрала волосы за уши. Но вот руки не могли успокоиться, и продолжали теребить белую футболку. Она нервничала. Ужасно. — Пожалуйста, Вон. Он больше не хочет быть в доле, и я не могу иметь с ним дел. Бракоразводный процесс закончится через несколько дней и всё настолько напряжённо сейчас, что я больше не могу этого выносить.
Вон запрокинул голову назад, уставившись в небо.
— Нелл...
— Пэт ненавидит меня. Он просто невыносим. Отказывается работать в баре.
— Какого чёрта произошло? Вы были неразлучны лет с 14. А сейчас не выносите друг друга.
— Тебя долго не было, — сказала она с серьезным лицом. — Он очень изменился, особенно после разрыва. Они с Эриком даже в одной комнате находиться не могут, не начав драку.
— Дерьмо.
Нелл теребила руки.
— Пэт забрасывает нас всякого рода угрозами, что будет, если мы не выкупим его долю в бизнесе.
— Джо не может выкупить?
Нелл помотала головой.
— У него нет денег. Эрик до сих пор выплачивает ему долг за свои 30 процентов.
— Боже, — он потёр рукой лицо. — Вот почему не стоит начинать бизнес с друзьями или семьей. Все становится охренительно сложно.
— Ты прав. Я должна была довериться незнакомцам, когда дело касалось мечты всей моей жизни.
Плечи Вона поникли.
— Я не знал, что у тебя всё так плохо.
— Ты был занят: в туре и студиях. Не хотела тебя волновать. Я думала, что справлюсь.
— Ага, — долгий выдох. — Извини, Нелл. У меня нет таких денег. Я бы сделал это для тебя, не задумываясь, если бы мог.
— Что ты имеешь в виду?
— Я на мели. Всё... не так хорошо, как я говорил, — положив руки на бёдра, он посмотрел ей в глаза. — Вообще-то, всё херово. Я надеялся, что ты выкупишь этот дом у меня. Прости.
Чёрт, бедный Вон. Если бы я могла сейчас оказаться в другом месте, я была бы там. Вместо этого я тихонько сидела здесь, не двигаясь и надеясь, что про меня забыли.
— Ты хочешь продать дом? Насколько всё плохо? — спросила Нелл.
— Я что-нибудь придумаю. Всё будет в порядке, — он облизнул губы, изучая землю.
— Насколько плохо, Вон?
Медленно закрыв глаза, он уронил голову назад. Ему потребовалось много времени, чтобы ответить.
— Мне пришлось занять денег, чтобы выкупить твою часть дома.
Нелл была в шоке.
— Что? Ты сказал мне, что мог себе это позволить!
— А чего ещё ты ожидала? — голубые глаза распахнулись, напряжённо уставившись. — Как ты и сказала, открыть бар было твоей мечтой. Как играть музыку — моей. Ты поддерживала меня, как только могла. Ты действительно думала, что я не сделаю того же?
Нелл закрыла лицо руками, тихо ругаясь. Это продолжалось довольно долго.
— Какое-то время всё шло хорошо, — сказал Вон. — Мы давали концерты, нам платили. Потом наступило затишье, и мне пришлось заложить дом.
— Ты заложил дом нашего детства? — её голос поднялся до уровня сирены. Похоже, правду говорят о рыжих, о женщинах уж точно. — Вон, как ты мог!
— Я был практически готов рассчитаться. Дела пошли в гору во время тура со «Стейдж Дайв», вот только всё обломалось, когда группа распалась.
Его сестра потрясла головой.
— Если бы мама была жива, она убила бы тебя.
— Я знаю.
— А если бы отец был жив… я даже не знаю, что бы он с тобой сделал. Но твоё тело никогда бы не нашли. Или то, что от него осталось.
Вон промолчал. На его мрачном лице было написано всё.
Вдалеке зажужжала газонокосилка, делая свою работу. Странно подумать, но вот они мы, с нашими драмами, а жизни других людей продолжаются, как ни в чём не бывало. Хотя они казались настолько большими и всеобъемлющими. Любая радость казалась ложью, фальшью. Или хуже, будто бы её сейчас отберут. Что на самом деле нелепо: Вон в конце концов найдёт выход из своей финансовой проблемы, а я начну с кем-нибудь встречаться. Найду работу, которая будет мне по нраву, или хотя бы сносной, а он создаст новую группу. И всё пойдёт своим чередом.
Но прямо сейчас всё это казалось феноменальным дерьмом.
— Ладно, вот, что мы сделаем, — сказала Нелл, выпрямив спину. — Ты будешь работать в «Дайв Баре».
— Но...
— Нет, Вон, — сказала она. — Тебе нужны деньги, нам нужен новый бармен. Чёрт, нам, наверное, и новые официанты скоро понадобятся. В любом случае, тебе будет чем заняться. Пока что можешь сменить Пэта за баром.
— Я не планировал задерживаться здесь надолго, неделя-максимум.
Нелл нахмурилась.
— Ладно. Без разницы. Будешь работать, пока ты здесь. Начинаешь в шесть. Не опаздывай.
— Хорошо. Не опоздаю.
— И возьми Лидию с собой.
— Зачем?
— Она мне нравится. Она не закладывала дом моего детства.
— Точно, — Вон скрестил руки на груди.
— Спасибо за кофе и палмьер, — сказала я.
— Без проблем. Увидимся позже.
Вон долго оставался неподвижным после того, как сестра ушла. Он стоял, смотря ей вслед, размышляя о чём-то. Бесполезные банальности заполнили мою голову, обычное обнадеживающее дерьмо. Пока лучше оставить всё невысказанным. Никто из нас сейчас не хочет слышать очевидное.
Это лето становилось херовее с каждой минутой.
Интересно, какую чепуху говорили обо мне в городе. Не то чтобы это имело значение. Ни в коем случае я не пойду с Воном в бар, чтобы узнать. Во-первых, мне нужно найти, где остановиться, пока я окончательно не разберусь с Дилэйни. И если я надеюсь надеть на себя что-нибудь в ближайшем будущем, то мне стоит продолжить искать свою одежду в этих джунглях.
Я отряхнула руки и поставила чашку на ступеньку, чтобы выбросить позже.
— Ты в порядке?
— Ага.
— Врун, — прошептала я.
— Вот и нет, — прошептал он в ответ.
— Вот и да.
Вон сомнительно посмотрел на меня.
— Разговор был тяжёлый. Я просто говорю, что нормально быть не в порядке.
Он фыркнул, выпрямив плечи.
— Хочешь поговорить о чувствах, Лидия? Это то, чего ты хочешь?
— Чёрт, нет, — я засмеялась. — После вчерашнего я совершенно опустошена. Голосую, чтобы мы были настолько поверхностны, насколько это физически возможно.
— Спасибо, Господи, — он вытянул руку и пригладил мои волосы, которые всё ещё были взлохмачены после сна. — Ты заставила меня поволноваться.
— Но на всякий случай, если тебе понадобится, — добавила я быстро, — хочу, чтобы ты знал, я здесь для тебя, как и ты вчера был для меня.
— Это ужасно похоже на разговор о чувствах.
— Совсем нет.
— Совсем да.
— Ладно. Думай, как хочешь, — я пожала плечами и вернулась к поиску своих вещей. Что-то сверкнуло в зарослях травы. Сережка. — Хочу проехать мимо дома Саманты и Рэя и забросать его яйцами, вот только у них высокие ограда и ворота.
— Это будет проблемой, — Вон присел на колени рядом и начал шарить в траве. — Как насчёт забросать туалетной бумагой их ограду?
— Можно и так.
— Я знал одного парня, который бросил свою девушку смской. Они встречались года четыре или пять. Всё было серьёзно. Она достала несколько шприцов, наполненных рыбьим жиром, и вылила тот через щель между дверьми. Просто выдавила его сквозь резиновую подкладку и прямиком в салон, — он смотрел на меня с дьявольской улыбкой. — Чувак вернулся после турне, а внутри тачки воняет так, что ему было совсем не до смеха. К ней даже подойти близко нельзя было, не то что водить.
Я хлопнула в ладоши.
— Это гениально.
— На самом деле, — с его пальца свисала пара зелёных шелковых трусиков. — Твои?
— Нет. Наверное, кого-то ещё, чьи вещи были выброшены в твоём саду. Но я пока о них позабочусь.
— Это имеет смысл, — он внимательно их осмотрел. — Бразильяно, ха?
— А ты слишком осведомлён по теме белья.
— Нужно уметь ценить прелести жизни. Особенно когда они имеют отношение к прелестной женщине.
— Метко.
— Знаешь, я думал, что ты носишь шортики, — сказал он с улыбкой. — Рад, что ошибался. Они сексуальные, детка. Реально сексуальные.
— Рада, что ты одобряешь.
— Но раз ты говоришь, что они не твои... — он начал убирать их в задний карман.
— Отдай их мне, пожалуйста.
— Скажи, что пойдёшь со мной в «Дайв Бар» сегодня вечером.
— Ох, черт, — я сомневалась, всё во мне было против. — Публичное место. Не думаю, что это хорошая идея. Думаю, сейчас мне лучше всего залечь на дно. Остановиться где-нибудь на несколько дней, а потом уехать и начать всё заново где-нибудь.
— Ты остаёшься здесь со мной, пока не будешь готова уехать, — заявил он, будто это было очевидно.
— Серьёзно?
— Конечно?
— И я не буду тебе мешать?
— Нет, — он передал мне белье. — Конечно, нет.
Я быстро бросила их в ближайшую коробку с вещами. Учитывая, что за последние 24 часа я опозорилась дальше некуда, мне не должно быть и дела до пары трусиков. Возможно, дело в мужчине, который дразнит меня.
— Не знаю, — сказала я. — Если подумать, мы ведь едва знакомы.
— Это всего же на несколько дней. Неделя-максимум, верно?
— Да, но...
— Ты о себе или обо мне беспокоишься?
— О тебе, — сказала я, радуясь возможности спрятаться за солнечными очками. Эти красивые голубые глаза видели слишком много. — Ты можешь поменять своё мнение, и я окажусь обузой. Я не хочу добавлять тебе лишних проблем.
— Лидия, я тоже не хочу добавлять тебе проблем. Но я хочу, чтобы ты была здесь.
— Правда? — моё дыхание не должно было учащаться, я уверена. Это просто случайность. Мысль о том, что я нравилась Вону возбуждала и пугала одновременно. Он был так сексуален. А я была собой. Но ненадолго я могла притвориться крутой. Я могла сделать это. — Можно спросить, почему?
Нахмурившись, он вытянулся на траве, расслабившись.
— Могу я доверить тебе тайну?
— Конечно.
Вон облизнул губы и вздохнул.
— Мама и папа умерли, когда мне было 20. Я никогда не жил тут без них. Не оставался больше чем на ночь или две. Просто это казалось неправильным.
Чёрт. Моё сердце обливалось кровью за него.
— Нелл упаковала всё в доме, наняла рабочих и они покрасили внутри, чтобы я не чувствовал себя странно, наверное, а почувствовал себя как в собственном доме. Но всё не так.
Я села перед ним на траве, скрестив ноги. Сорвала верх одуванчика и провела им вверх-вниз по ладони.
— Вон, будет замечательно, если смогу здесь остаться, пока не разберусь с проблемами.
— Хорошо, — он лениво улыбнулся. — А я буду очень рад, если сегодня вечером ты пойдёшь со мной, увидишь бар Нелл. Она будет рада увидеть тебя там, она сама сказала.
Я поморщила нос.
— Давай же. Тебе когда-нибудь придётся выйти отсюда.
— Хм-м-м, плохая идея. Думаю, я исчерпала свой лимит на публичные унижения в этом году.
— Ты хорошо проведёшь время, — он покачал головой. — Нелл не позволит никому издеваться над тобой в её баре, детка.
— Меня не так зовут, — одуванчик распался от тёплого бриза, и его унесло вдаль.
— Хорошо. Пойдём со мной сегодня, и я больше никогда не назову тебя «деткой».
— Никогда-никогда? — я окинула его взглядом поверх очков, оценивая его искренность.
— Даю слово, — с намеренной медлительностью он начертил крест поверх сердца.
Я многим была обязана этому мужчине. Очень. Но пойти в публичное место и рискнуть быть убитой, расчлененной или стать жертвой мерзких слухов… Твари будут повсюду. Но ведь он был прав. Когда-нибудь мне придётся отсюда выйти.
— Ладно, — я протянула руку.
Вон пожал её. А потом продолжил держать, глядя мне в глаза.
— Тебе будет весело, Лидия.
8 глава
Мне не было весело. Большую часть времени я боролась с рвотными позывами. Хотя, на состояние моего живота в основном влияло похмелье. «Постройка для птиц» оказался не молом. Это была огромная двухэтажаная постройка в центре города, времён девяностых, первый этаж представлял собой череду магазинчиков, выходящих на дорогу. Первые были закрыты, окна заклеены старыми листовками с объявлениями о выступлении групп, пропавших собаках и уличных ярмарках. Рядом магазин гитар, тату-салон «Инкахо» и, наконец, «Дайв Бар», занявший почетное место на углу здания.
Звуки песен Битлз заполнили тёплый вечерний воздух вместе со звоном столовых приборов, стаканов и разговоров. Сквозь открытые окна и дверной проход «Дайв Бара», звуки попадали на тихую улицу. Похоже, там собралась довольно приличная толпа для воскресного вечера. Большое количество людей приезжало сюда летом, но большинство оставалось в пригороде, у озера. Там, наверняка, бары и магазины битком набиты. Центр города, вдали от воды, более тихий. Здесь, в основном, только местные.
Держа руку рядом с моей поясницей, Вон вёл меня вдоль тротуара.
— Я не собираюсь сбегать, — сказала я, ещё раз заправив волосы за уши и разгладив воображаемые складки на чёрной льняной блузе.
Его косой взгляд был полон сомнения.
— Мне и в голову не приходило.
— Врун.
— То, что мне пришлось буквально вытаскивать тебя из машины...
— Означает, что я считаю твою машину очень крутой.
— Верно, — я прямо чувствовала, как мысленно, он надо мной смеялся. — Пойдём, сильная и независимая.
* * *
Вон взял меня за локоть. Мышцы в его руках напряглись, готовясь пресечь попытку бегства в любую минуту.
Симпатия к людям была та ещё стерва. Как и обещания. Когда мы дошли до здания, я сказала:
— Я думала о твоих проблемах с деньгами. Может, я смогу чем-нибудь помочь?
Он облизнул губы.
— Ты сделаешь что угодно, лишь бы оттянуть этот момент, верно?
— Я серьёзно, я целый день переживала за тебя, по поводу того, что Нелл не сможет выкупить дом, как ты надеялся. Знаю, что мы знакомы всего ничего, но я бы хотела как-нибудь помочь.
Вздох.
— Мне придётся продать его кому-нибудь. Это отстойно, но другого выбора у меня нет.
— Мне жаль.
— Спасибо, — он провёл рукой по лицу. — Может, хочешь пересмотреть свои планы по отъезду из города и сделать предложение по покупке?
— Хотела бы я иметь столько денег. И работу, — проработав пару лет в сфере недвижимости, я смогла накопить кое-какие сбережения. Ничего и близко к сумме, которую можно было бы выручить за продажу дома на Сандерс Бич. — Я могла бы дать тебе пару советов, помочь найти хорошего агента.
— Ага, э... давай поговорим об этом в другой раз. Ладно?
— Конечно. Когда ты будешь готов.
— Спасибо.
Несколько молоденьких девушек прошли мимо нас, одна внимательно меня рассматривала. В ту же секунду она начала что-то нашептывать своей подруге. Она обернулась, чтобы посмотреть на меня, хихикая. Уфф.
— Может, сегодня слишком рано, — сказала я, делая шаг назад. — В смысле, тебе надо будет сосредоточиться на баре, а Нелл будет занята готовкой...
Одним быстрым движением он оказался передо мной так, что мы стояли лицом к лицу. Его руки схватили меня за бёдра, останавливая мою операцию «сбежать отсюда ко всем чертям».
— Лидия?
— Вон?
— Мы пойдём туда, и всё будет нормально.
— Я не особо в этом уверена.
Он сглотнул, на минуту задумавшись.
— Что самое худшее, что может случиться?
— Все могут показывать на меня пальцем и смеяться, заставив меня пережить стыд и ужас вчерашнего дня.
— Ага, верно, — его пальцы вырисовывали круги на моих бёдрах, а лицо находилось очень близко. Ничего не делая, просто подбадривая меня. — Что помогло тебе пережить вчерашний день?
— Побег, ты, сарказм, жестокость и последнее, но не по значимости, текила.
— Ты можешь воспользоваться вес этим и сегодня, кроме побега, — сказал он. — Что скажешь?
— Хочешь услышать честный ответ?
— Не-а. Ты хорошо проведёшь время, Лидия.
Я очень в этом сомневалась, но было бы невежливо так сказать.
— И если кто-нибудь начнёт говорить всякую фигню, я их ударю за тебя.
— Рука все ещё болит после вчерашнего, так что спасибо. Я ценю это.
На протяжении одного прекрасного момента мы просто стояли и пялились друг на друга, улыбаясь. Потом я стукнула себя по лбу.
— Чёрт. Сегодня твоя первая рабочая смена, а я заваливаю тебя своими проблемами.
Он повесил голову.
— Да уж.
— Мне так жаль.
Долгий и тяжёлый вздох с его стороны. А у него большие легкие. А ещё плохие друзья, я в частности.
— Вон?
— С другой стороны, когда ты начинаешь нервничать, твоя грудь начинает вздыматься сильнее с каждым вздохом. Великолепно. Серьёзно, мне всегда будет мало, — небольшие морщинки образовались у него на лбу, пока руками он изображал прыгающую грудь, — мне настолько это нравится, что я с трудом сдерживаю себя, чтобы не сказать чего-нибудь, чтобы завести тебя.
Смотря на эту широченную усмешку, мне было нечего сказать.
На самом деле, было что.
— Я чувствовала себя виноватой, ты, придурок.
Этот красавчик просто стоял и улыбался. Вдалеке загорелась первая звезда на серо-фиолетовом небе. Горы приняли зловеще темные очертания. Природа во всей её красе. Но ей было не сравниться с Воном, который стоял и улыбался мне. Желание, симпатия, что бы то ни было… я погрязла глубоко. Возможно, если после работы он будет в хорошем настроении, я подниму вопрос секса по дружбе. Мы оба в городе всего на несколько дней, и часики тикают. Его взгляд перемещался от моей груди к лицу, не зная, на чём остановиться. Соски, маленькие предатели, всегда на всё реагируют, даже если ты хочешь, чтобы они оставались незаметными. Конечно, им нужно было затвердеть сейчас, и выставить себя ему на показ. Я быстро сложила руки на груди, чтобы прикрыть их.
— Я даже не.., — слова, они исчезли. — Не понимаю тебя. Они прикрыты. Моя рубашка полностью застегнута, нет никакого намёка на декольте.
— Не имеет значения. Я до сих пор вижу их форму. Этого достаточно, чтобы сделать такого мужчину, как я, счастливым.
— У тебя как будто обсессивно-компульсивное расстройство в отношении груди. Ты не пробовал обратиться за помощью по поводу своей зависимости?
Он вздохнул, настороженно.
— Нет ничего неправильного в том, чтобы восхищаться красивой женской грудью. Но если ты не согласна, можешь попробовать использовать это против меня.
Я закатила глаза.
* * *
— Ладно, мы обсудили моё дерьмо и твоё дерьмо. Мы закончили? — спросил он, вдруг став серьезным. — Можем мы теперь пойти внутрь?
— Пошли.
Кивок.
— Ты замечательно справишься, — сказала я с энтузиазмом.
— Это ты тут нервничаешь. Со мной всё нормально, детка, — поддразнил он.
— Очень смешно. Назови меня деткой ещё раз, и я сваливаю.
Вместо этого, он провёл меня через несколько ступенек и сквозь стеклянные двери. Может, он и не нервничал, но что-то его точно беспокоило. Думаю, работа на Нелл серьёзно подрывала его дзен-философию крутого парня-гитариста. Плюс к этому нужно запоминать цены, рецепты коктейлей, что и где находится, поспевать за всеми заказами, не мешать другим барменам, пополнять запасы и делать кучу всего другого, что подразумевает под собой поддержание бара в порядке, так что у Вона впереди тяжелая ночка. Чёрт, думаю, всё это: вернуться в город, дышать северным воздухом Айдахо, жить в доме детства, смерть родителей, не давало ему сейчас покоя. Добавьте ещё проблемы с деньгами и распад группы. Я могла лишь сочувствовать ему. У нас обоих мечты пошли по наклонной.
Весь день он был рядом, помогал найти, почистить и сложить мои вещи. Мы не говорили ни о чём серьёзном. В основном о музыке, фильмах, местах, где он был. Он рассказывал истории из путешествий. У меня создалось такое впечатление, что Вон непрерывно хотел себя чем-нибудь занять.
Оно и понятно. Драма, гах. С нас обоих было достаточно.
Зайдя внутрь, я не заметила знакомых лиц, но мне всё равно было не по себе находиться в людном месте.
— Я здесь, чтобы ты удивил меня своими умениями, — сказала я, медленно пробираясь через лабиринт столов и посетителей.
— Аха. Я обязательно пожонглирую бутылками и всё такое, подожгу что-нибудь, пока будут делать тебе «Эспрессо мартини», — он так выговорил название коктейля, будто это уже само по себе было трюком. — Или ты больше предпочитаешь «Маргариту», хммм?
— Сегодня я предпочитаю воду со льдом. Но если вы, мистер Бармен, хотите меня удивить, можете добавить кусочек лимона. Может, даже соломинку.
— Да? — лишь небольшая улыбка появилась на его губах. Не нервничает, ну конечно. Вон, может, и лучше меня скрывает чувства, но всё равно — вот они, почти на поверхности. Любой, кому есть дело, заметит.
— Всё ещё фигово после текилы?
— Немного.
Он посмотрел на меня, взгляд смягчился.
— Лидия...
— Вот ты где! — к нам подбежала Нелл, одетая в серный фартук и с волосами затянутыми в хвост.
Вон нахмурился и посмотрел на часы.
— Я вовремя.
Нелл подняла одну бровь.
— Разве я сказала, что нет?
— Красивое место, — я прервала зарождающийся спор. — Темное дерево, голый кирпич и большие окна. Такая классная атмосфера. — На самом деле. Брутальная — вот, какое слово подойдёт лучше всего. Однако были видны следы роскоши и детали 20-х годов. Часть стены, покрытая старыми постерами, осталась нетронута. В углу расположилась чёрная лестница из кованого железа, ведущая на закрытый второй этаж. Деревянные столы и стулья на металлических ножках придавали месту индустриальный шик. Были и диванчики из чёрной кожи. По идее, всё вместе не должно сочетаться, но смотрелось здорово. Соблазн посидеть здесь, заказать напиток или что-нибудь поесть, был велик.
— Здесь здорово, Нелл.
Морщинки у носа Нелл исчезли, и губы растянулись в довольной улыбке.
— Тебе нравится?
— Очень, — Крис бы насмехался над этим местом, ведь оно недостаточно крутое, но к чёрту его. В баре было уютно, несмотря на большое количество людей, которые поворачивались в нашу сторону и шептались. Враньё. Мне было не по себе. Что за бредовая идея. Мне надо было продолжать прятаться в доме.
О, нет. Погодите. Я ошиблась. Они оценивали Вона в его узких джинсах. Справедливо. Его задница — произведение искусства. Я выдохнула с облегчением. Отлично. Сегодня всё будет нормально. Я смешаюсь с толпой, отдохну и поболтаю с Нелл.
— Эрик и его брат, Джо, сделали большую часть работы. Пойдём, я тебя познакомлю. Джо, это Лидия, — прокричала она, так что внимание почти всего бара обратилось на нас.
Да уж. Теперь все взгляды определенно были прикованы ко мне. Благослови Нелл её нереальные возможности легких, что, похоже, семейное. Они бы ещё использовали это во имя добра, а не зла.
— Знаешь, та, о которой я тебе говорила, — она схватила меня за запястье и потащила через все столики прямиком к бару.
— Я знаю, — медведь со светлыми волосами ответил, кивнув мне. Потом его улыбающиеся глаза переместились на Вона. — Как мило с твоей стороны сообщить нам, что ты снова в городе, придурок.
— Да, да. Нелл уже всё мне высказала, — Вон сжал его плечо. — Рад видеть тебя, мужик.
— И я тебя. Надолго ты на этот раз?
— Не уверен. Надо решить кое-какие проблемы.
Джо понимающе проворчал.
Джо казался гибридом бармена и горы. Чем-то похож на Викинга. Он был большим, с широкими плечами и большой светлой бородой. Очевидно, здесь было больше секс-богов Айдахо, чем я предполагала. Дальнейшая классификация является обязательной. Если Вон занимал вершину в супер-сексуальной категории, то этот парень, вероятно, одержал бы победу в группе ламберсексуалов (прим. Ламберсексуал или дровосексуал — мужчина-горожанин, придерживающийся нарочито грубого стиля в одежде и причёске: толстые свитера, фланелевые рубашки, рабочие ботинки, борода; хипстер, прикидывающийся дровосеком). Учитывая, что я снова одинока, надо будет уделить больше внимания этой классификации.
Примечание: относиться к людям, как к неодушевлённым объектам, неправильно и всё такое.
— Слышал, ты теперь тут работаешь, — сказал Джо Вону.
— Ага.
— Тогда давай на эту сторону бара.
Вон засмеялся и сделал, как сказал Джо. Очевидно, сам бар был старый и не претерпел особых изменений. Имена, даты и куча других знаков были выцарапаны на гладком дереве, за бог знает сколько лет работы. У этого места была история. Барная стойка была довольно большой, растянулась вдоль одной из стен. За ней находились полки, полные алкоголя. Все виды, что можно было себе представить. Скрытая подсветка красиво освещала стеклянные бутылки. Ниже находились краны с пивом; такой выбор поражает.
Очевидно, что «Дайв Бар» серьёзно относился к своему бухлу.
— Эй, сис, — сказал Вон, понизив голос.
— Будь вежлива.
— Я всегда вежлива, — Нелл похлопала меня по руке, прежде чем повернуться к брату. — Не волнуйся, твоя новая девушка в безопасности со мной. Ладно, давай я быстро объясню тебе прайс-лист.
— Я не его девушка, — сказала я, хотя никто и не слушал. — Мы просто друзья.
— Да? — сказал Джо, почесывая подбородок. — У меня тоже никого нет.
— Правда? — спросила я, тут же почувствовав себя неловко из-за того, как удивилась.
Большой парень пожал плечами, как бы говоря «а что поделать».
— Работа по ночам, в месте вроде этого...
Хах.
— Хочешь сказать, что не встречаешь кучу девушек, работая за баром?
Клянусь, что за этой бородой скрывалась ямочка.
— Я встречаю много девушек. Но, знаешь, совсем не тот тип, который можно было бы повести знакомиться с мамой. И не тот, который хотел бы познакомиться с мамой.
— Не то чтобы в этом было что-то неправильное.
— Совсем нет, мэм, — Джо посмотрел на меня с большим интересом, темный взгляд бродил по моим женским изгибам. Но каким бы мускулистым и мужественным он ни был, тот факт, что он друг и коллега Вона, делало его проблемой. А я определенно старалась держаться подальше от сложностей до своего отъезда.
Только через мой незамужний фигуристый труп.
— Извини, — сказала я. — Я не ищу возможности встретиться или не встретиться с твоей мамой. Только что порвала с парнем.
— Слышал об этом, — ответил он, как бы невзначай.
— Да уж, — уф! — Здорово.
— Ты действительно перелезла через восьмифутовую ограду в свадебном платье и на каблуках?
— Она была, скорее, футов так шесть.
Он вытянул губы.
— И всё же...это впечатляет.
— Спасибо.
Арктик Манкиз сменили Битлз, а мой рот тем временем наполнялся слюной из-за запахов, исходивших с кухни. Чеснок, говядина, да и еда в целом, красота. И я была уверена, что все люди, находящиеся в радиусе двух кварталов от меня, слышали, как урчал мой живот.
— Джо будет с тобой всю ночь, проси его о чем угодно, — сказала Нелл, закончив небольшой инструктаж.
— Ага. Спасибо.
Они обменялись улыбками.
— Помни, что я сказал тебе о Лидии, — Вон серьёзно посмотрел на свою сестру. — Не мочи её и не корми после полуночи. Она превращается в такое странное, ворчащее существо. Это нехорошо.
— Я не гремлин.
— Погоди, — Вон наигранно ударил себя по лбу. — Ошибся. Это текила была всему виной. Можешь мочить и кормить её сколь угодно, Нелл. Только держи подальше от текилы.
Я почесала щеку средним пальцем.
Придурок ухмылялся, а Джо прыснул со смеху. Честное слово, Нелл была права. Чем быстрее всех мужчин отправят заселять Луну, тем лучше.
— Кто-нибудь вообще собирается сегодня работать? — невысокая темнокожая девушка в чёрной футболке с надписью «Дайв Бар» постукивала своими длинными ногтями по барной стойке. Уже по тому, как они с Воном кивнули друг другу, они были давно близко знакомы.
— Стеллу не видно? — спросила её Нелл.
— Нет, — ответила та. — Моя помощница по смене все ещё неизвестно где.
— Я скоро выпну эту девочку. И мне плевать, что по мнению Эрика, она отлично работает с клиентами. Кстати, Рози, это Лидия, — сказала Нелл. — Лидия, это Рози — одна из наших официанток. Она работает с нами с самого начала. А ещё в школе они с Воном были одногодками. Поздоровайся.
— Привет.
— Сбежавшая невеста Дилэйни? — глаза Рози заблестели с интересом. — Я весь день только про тебя и слышу. Правда, что ты перелезла через десятифутовую ограду с колючей проволокой?
— Она сказала, что ограда была футов шесть, — ответил Джо хриплым голосом. — Впервые слышу про колючую проволоку.
Огонёк в глазах официантки немного угас.
— И всё же. Неплохо для женщины в свадебном платье. Моё было настолько узким, что мне помогали выбраться из лимузина. Ты слышала, что жених и его шафер уехали на Гавайи?
— Быть не может, — сказала Нелл.
Живот ухнул вниз.
— Они уехали в медовый месяц?
В этом был смысл. Иначе билеты бы пропали. Ну, по крайней мере, билеты Криса. Им, вероятно, пришлось купить новые для шафера. Мои нельзя было никому передать, и я очень сомневаюсь, что страховка покрыла бы отмену свадьбы из-за скандального секс-видео. И всё же, Крис и Пол сейчас наслаждались моим романтическим медовым месяцем на пляже. Сколько сил я потратила, чтобы найти идеальный курорт, лучший номер, чтобы идеально начать нашу жизнь вместе. Интересно, что они подумают о массаже и ужинах при свечах, которые я зарезервировала. Внезапно я почувствовала, как защипало глаза. Никаких больше слез.
— Я тоже слышала, что они уехали, — сказала женщина, сидевшая за соседним столиком.
Слишком много людей. Слишком много людей, обсуждающих мою жизнь. У меня от этого появлялась крапивница. Внезапно все большие окна, красота отполированного камня и потертого дерева бара стали больше походить на ловушку. Сцена с яркими огнями. Я задрала плечи, чтобы спрятаться от взглядов. Всё это чертово внимание. Я раньше и не задумывалась особо, каково это — быть среди людей, чьи фото попадают на обложки журналов. За тобой всюду следуют папарацци, все подробности твоей жизни расписаны на разворотах журналов и обсуждаются на каждом углу. И это был всего лишь скандал в достаточно маленьком городке. Моя антипатия к вниманию, особенно по поводу подобных унизительных вещей, делала желание Дилэйни купить моё молчание ещё более нелепым. Эти люди совсем меня не знали. Я хотела назад свою частную жизнь. Быть просто одной из многих, делать своё дело, жить своей жизнью. Я покончила с Кёр-д'Аленом. Всё. Капут.
Посреди всего этого сумасшествия раздался голос.
— Хей.
Вон поймал мой взгляд, успокаивая. Слухи — не конец света. Всего через несколько дней меня уже здесь не будет. Мысль о том, чтобы покинуть Вона огорчала, но он тоже скоро уедет. Назад на Западное побережье, к музыкальному бизнесу. Я найду новых друзей. Однажды, я, возможно, встречу мужчину, которому смогу доверять, с которым смогу строить планы.
— Ты в порядке?
— Конечно, — солгала я. — Отчего же нет?
Он перегнулся через барную стойку, чтобы быть ближе, так что мы отгородились от всего происходящего.
— Придурок украл твой медовый месяц.
— Что ж. Спорим, его покусают крабы.
— Что ж. Спорим, у него обгорят яйца.
— Спорим, его случайно скормят акулам, — сказала я со злобой в голосе. — И останется лишь багровая пена на поверхности воды, прямо как в «Челюстях».
— Мило, — Вон кивнул в знак одобрения. — Как ты это себе представляешь?
Я закусила губу, раздумывая.
— Может, он выйдет в море на одной из арендуемых рыбацких лодок и выпадет за борт. Я пока ещё не все детали продумала.
Одна сторона его рта изогнулась в улыбке, взгляд был сфокусирован на мне. В смысле, на самом деле только на мне одной. Я провела языком по передним зубам. Но на них ничего не было. Может, у меня на лице была грязь, или он внезапно осознал, что я слишком много вешу или что-то вроде того.
— Что?
— Ты выглядишь более расслаблено, — сказал он. — Тупая пластиковая улыбка исчезла.
— Правда?
— Ага, — он переплёл свои пальцы и выдохнул. — Всё хорошо, детка?
— Всё хорошо, — я была так рада, что Вон был здесь со мной, что мне было совершенно плевать на слово на букву 'д'.
— Не хочешь, чтобы я кого-нибудь ударил?
— Нет. Всё под контролем.
— Ладно, — Вон повернулся к своей сестре. — Нелл, присмотри за этой женщиной. Накорми её.
— Сейчас займусь, — его сестра в очередной раз схватила меня за руку. Она потащила меня на кухню, расположенную за низкой перегородкой, что теперь отделяла нас от ямы слухов. Нирвана. Хорошая еда. Мир и относительная тишина. И всё это с видом Вона, моим любимым комбо друга и мужчины-конфетки, который отлично справлялся за баром. Замечательно. И вновь я была спасена рыжеволосым татуированным героем в голубых джинсах. Осталось лишь придумать способ вернуть ему услугу.
9 глава
Нелл умела готовить.
Ещё она умела выкрикивать поручения своему помощнику (замученному парню по имени Бойд), выпытывать у меня информацию о своём брате (не то чтобы я что-то знала), а в перерывах ругаться на Пэта. Эта девушка была настоящим профи многозадачности.
— Здесь всегда так много людей? — спросила я, стараясь держаться в стороне, чтобы не мешать. Все столы были заняты, некоторые посетители стояли и разговаривали у барной стойки.
— Летом всегда по-разному. Когда бары в центре забиты, все, кто не помещаются, идут к нам, плюс наши завсегдатаи, — Нелл вытерла края блюда и поставила под лампу, чтобы его забрали. — Пока люди приходят и несут нам свои деньги, я счастлива.
Джо и Вон были заняты. Вторая официантка, Стелла, наконец-таки пришла на помощь Рози. Если Рози казалась дружелюбной, то Стелла держала дистанцию. Хотя, учитывая не особо дружелюбные взгляды, которые Нелл кидала в её сторону, я бы тоже на её месте сохраняла дистанцию. На вид ей было лет двадцать. С короткими угольно-черными волосами и серьгой в носу она выглядела очень круто.
Похоже, ночь только начиналась. Как только столик освобождался, его тут же занимала другая компания. Я хотела уехать на такси, чтобы позволить Нелл спокойно работать. Но она велела мне остаться. Так что я пробовала блюда, как она мне и сказала, болтала с ней и попивала воду со льдом, на оттертой до блеска кухне.
— Он снова смотрит. Давай, сделай вид, что тебе весело, — сказала Нелл.
Я повернулась и махнула Вону.
— Он всегда так много волнуется?
— Никогда не замечала. С другой стороны, мы столько лет не виделись.
Нелл быстро нашинковала лук довольно опасным с виду ножом. При этом она не проронила и слезинки. А затем проверила кастрюлю с кипящей водой для пасты.
— Я навещала его в ЛА пару раз. Там всегда было полное сумасшествие. Группа либо была в студии на записи трека, либо направлялась на выступление. Времени на разговоры особо и не было.
— Да уж.
— Как только мы открыли бар, я начала посвящать этому месту всё своё время. Я была либо на работе, либо отсыпалась дома.
— Оно и понятно, — я никогда не занималась собственным бизнесом, но представить было несложно.
— После смерти наших родителей Вона было совершенно не поймать. Не знаю, наверное, многие семьи распадаются, верно?
— Я, вероятнее всего, не тот человек, которого стоит спрашивать. В моей семье с самого начала не было близких отношений.
— Да?
— Я была случайностью. Родители не планировали заводить ребенка. Они всегда работали, стремились улучшить свою жизнь. Заработать достаточно денег, чтобы купить большой блестящий дом со всеми инновациями, — я пожала плечами. — Вот только всё пошло не по плану.
Нелл нахмурилась.
— Папа много работал, но мама большую часть времени проводила дома. Не хочу совать нос не в свои дела. Но как умерли ваши родители?
— Автомобильная авария, — сказала она, понизив голос. — Это случилось ночью. Шёл дождь, и на дороге было много разлитого масла. Папа потерял управление, машина врезалась в дерево. Мама умерла при столкновении, но отец продержался дольше. Им удалось вытащить его из машины и отправить на скорой в больницу. К счастью, он так и не пришёл в себя. Так и не узнал, что мамы не стало.
— Мне жаль.
— Ага, — она решила сменить тему разговора. — Вообще, мы с Воном были очень близки в старшей школе. Тусовались в одной компании. Я долго привыкала к его отъезду.
Она передала мне сырную тарелку с оливками.
— Так я и встретила своего бывшего, Патрика. Он был другом Вона. Я украла его. Наверное, поэтому он так не доверяет мне на твой счет, — она подмигнула. — Переживает, вдруг я теперь играю за другую команду, — добавила Нелл с сарказмом.
— М-м-м, извини. Вынуждена отклонить твоё предложение, — я засунула черную оливку к себе в рот. Вкуснятина. — У тебя классная фигура, но с тобой сложно. А я сейчас как раз стараюсь избегать сложностей, особенно романтического плана.
— Ха. Видимо, нам придется быть просто друзьями.
— С радостью.
Она улыбнулась и проверила готовность гурманских пицц, а затем переложила их на тарелки. Сыр халуми, тыква, шпинат, кедровые орешки. Выглядело божественно и пахло тоже.
— Я тоже.
— Это место куда симпатичнее дайв-баров, в которых я была, — если честно, оно скорее походило на хипстерский ресторан-бар с маленькой сценой, расположившейся в углу. — Здесь гораздо светлее, и пол не липкий.
— Мы унаследовали имя, — объяснила Нелл. — Андре Бёрд, парень, который владеет этим зданием, а его отец открыл здесь «Дайв Бар» ещё в семидесятых. Он умер за этим баром шесть лет назад. Сердечный приступ. В одну минуту он наливал пиво, а в следующую его уже не стало.
— Ничего себе.
— Пэт клянется, что видел призрак старика однажды ночью, когда закрывал бар. Но я думаю, что он несёт чушь, — на её губах мелькнула тень улыбки. — Знаешь, а ведь самое первое публичное выступление «Стейдж Дайв» состоялось именно на этой крошечной сцене.
— Не может быть, — я выпучила глаза.
— Ага. Я была там. Они были ужасны, — Нелл засмеялась. — Лишь спустя несколько лет они превратились в группу, чью музыку действительно стоит послушать.
Я уставилась на сцену, совершенно сбитая с толку. Потом бросила взгляд на Вона. Он наполнял холодильник пивом. Похоже, всё шло хорошо.
— К нам частенько заходят их самые преданные фанаты, чтобы сфотографироваться на сцене, — Нелл выложила на тарелку начиненную чем-то куриную грудку, из которой вытекал сыр. — Некоторые немного странные: целуют и наглаживают её. Эрику и Джо пришлось выкинуть одного парня, когда тот пытался «оттрахать» её. Мы почти уверены, что он был под кайфом. Только представь, сколько заноз он мог себе поставить! Ауч.
Я прыснула со смеху.
— Да уж, ауч. Здорово, что тебе довелось увидеть «Стейдж Дайв», когда они ещё только начинали.
— В школе Вон и пара ребят из группы были одногодками. Он пересекался с ними на некоторых занятиях. Расспроси его об этом как-нибудь, — Нелл затихла, состроив гримасу. — Хотя, наверное, не стоит, ведь его группа распалась, а «Стейдж Дайв» как раз на пике популярности.
— Тогда я буду держать рот на замке. Должно быть, нелегко музыканту, который родом из того же города, что и «Стейдж Дайв».
Пара женщин в обтягивающих платьях сидели за баром и флиртовали с Воном. Не то чтобы это моё дело. Наверное. Бармены то и дело получают разного рода предложения от выпивших клиентов. Хотя они в любой ситуации преуспеют. Тату, мускулы, крутость. Нам, обычным людям, до них далеко.
Ну разве они захотят остепениться, когда могут вести свободный образ жизни всё время?
— Здорово, что у этого места такая история, — сказала я, заставляя себя не смотреть в его сторону. Может, мне стоит прикрепить свою голову к стене. Воспользоваться степлером, например.
И вновь Нелл издала этот почти пронзительный звук радости или удивления. Было невозможно различить смеялась она или поскуливала, или что-то другое.
— О, ещё какая. Надо было видеть, сколько зеркальной плитки, плисовых обоев и другой фигни нам пришлось снять, чтобы добраться до кирпича с деревом. Верно, Бойд?
Бойд ничего не ответил.
Нелл, кажется, и не заметила.
— Я хотела его переименовать, но Пэт и Эрик были против. А они в большинстве. Наверное, оно и к лучшему. Ведь весь город знает это место как «Дайв Бар».
— Тебя мог бы начать преследовать старик.
— Ага. Андре Старший был бы недоволен.
Я смотрела, как в другом конце зала Вон делал пару коктейлей из бурбона с колой, а затем передал их Рози. (Эй, я ведь не смотрела на него целых тридцать-сорок секунд.) Джо похлопал его по руке, что-то сказав. Кивнув, Вон продолжил работать. Он выглядел очень сосредоточенно. Я его понимала. Учиться новой профессии всегда нелегко, особенно, когда столько посетителей в первый же вечер.
— Боже, да ты втрескалась, — сказала Нелл.
Я уставилась на неё.
— Что?
— Ты всё время на него смотришь.
— Вовсе нет.
— О боже, да, ещё как, — сказала Нелл. — Скажи ей, Бойд. Это немного раздражает.
Бойд даже взгляда не поднял от кастрюли, в которой что-то помешивал.
— Он спас мою большую задницу вчера. Он мой друг, и сегодня его первый рабочий день, — сказала я, стараясь сохранить невозмутимость. — Я хочу, чтобы он хорошо справился, на этом всё.
Нелл подняла одну бровь.
— Ладно, — я глубоко вдохнула. — Нелл, не хочу быть тем, кто сообщит тебе об этом. Но твой брат горяч. Реально горяч. Честное слово, просто невозможно иметь вагину и не смотреть на него.
Она засмеялась.
Бойд продолжил готовить, нахмурившись. Ну хоть как-то среагировал. Я помешала свой напиток соломинкой, гоняя кубик льда по кругу.
Ни на секунду не останавливаясь, Нелл перешла к грилю, чтобы проверить стейки.
— Он сказал что-нибудь ещё о продаже дома?
Уф, не лучшая тема для разговора.
— Тебе следует спросить его об этом.
— Он занят. Поэтому я спрашиваю у тебя.
— Верно. А я говорю тебе спросить у него самой, — она могла смотреть на меня своим свирепым взглядом сколько угодно. Я ни за что не выдам ей секрет, который Вон мне рассказал.
Лампочки, которые были подвешены на потолке, зажглись и заполнили «Дайв Бар» тёплым светом. Я могла бы уютно устроиться здесь в уголке и читать часами напролет. Здесь было очень комфортно.
До этого момента.
Смазливого вида мужик, с завязанными в пучок волосами, вошёл в бар и зло закричал:
— Какого черта, Нелл?
Улыбнувшись, миниатюрный шеф ответила.
— Какого черта что, Эрик?
— Он здесь не работает.
— Работает.
— Нет, — мужчина, Эрик, ударял каждое свое слово. — Я тоже владелец этого заведения. Тебе следует советоваться со мной, прежде чем принимать такие решения, и я говорю, нет.
— Эрик, — другая официантка, Стелла, стояла у него за спиной и ждала, когда он обратит на неё внимание. — Можно с тобой поговорить?
— Не сейчас.
— Это важно.
Но у Эрика не было времени ответить, ведь Нелл решила выйти на тропу войны.
— Мы наняли Джо, твоего брата, — сказала она.
— Мы все были согласны нанять моего брата. А это решение, похоже, поддерживаешь только ты.
С ледяным взглядом, Нелл взяла в руку очень острый нож.
— Нам нужна помощь. Ему нужна работа. Так лучше для всех.
— У нас и так всё нормально. А этот придурок пусть сгниет, мне до него дела нет, — он двинулся вперед и навис над Нелл. Удивительно, но он совсем не боялся за свою жизнь.
— Он. Мой. Брат.
— Мой брат помог нам построить это место. Работал с утра до вечера за какие-то гроши. А где в это время был твой, а? — спросил он, сжав челюсть. — Трахал фанаток на Западном побережье.
— Ой, да ладно тебе. Можно подумать, выпади тебе шанс, ты бы им не воспользовался.
Позади него продолжала стоять Стелла, чей взгляд становился суровее с каждой минутой. Она была совсем не в духе.
— Избавься от него, — прорычал Эрик. — Сейчас же.
— Нет. Он нам нужен.
— Брехня. Я встану за бар вместе с Джо.
— Не делай этого, Эрик, — сказала Нелл. — Хочешь, чтобы я Пэта в это вмешала? Серьезно?
Губы Эрика сложились в тонкую линию.
— Он встанет на сторону Вона. Мы будем в большинстве, и ты это знаешь, — она вонзила нож в разделочную доску с громким стуком. Бедная доска.
Они уставились друг на друга, не говоря ни слова. Да у них там настоящая мировая война разразилась. Смерть и катастрофа, куча воображаемой крови и взрывы снарядов. Бойд старался не поднимать головы и не вмешиваться. Я последовала его примеру.
Подумать только, когда-то я считала Кёр-д’Ален тихим местечком. Приятные люди, почти никакой драмы. Но не тут-то было.
Лишь один человек решился положить конец этой тупиковой ситуации. Стелла отвела плечи назад, подняла голову вверх и решила напомнить о себе.
— Эрик!
Зарычав, Эрик развернулся к ней.
— Я сказал не…
Официантка дала ему пощечину. Звук от удара был чертовски громким.
— К черту тебя и твое «не сейчас», — сказала она. — Я не собираюсь больше тратить на тебя ни минуты своей жизни.
Эрик ничего не ответил.
— Ты действительно хотел, чтобы у нас что-нибудь получилось? И ты думал, что я не узнаю, что ты вчера водил какую-то шлюшку на ужин? — спросила Стелла, потирая руку, которой она нанесла удар, о джинсы. — Ну?
Его щека раскраснелась, и он стоял, не двигаясь. Попался. Ох как попался.
— Ты лживый кусок дерьма, — она сорвала с себя фартук и сунула ему. Её полные слёз глаза горели от ярости. — С меня хватит!
Чёрт возьми.
Целую минуту никто не шевелился. Из колонок доносилась песня Джейсона Исбелла. Постепенно разговоры, и звуки еды и выпивки вновь заполнили помещение. «Дайв Бар» вновь вернулся к жизни. Я так зациклилась на происходящем, что совсем забыла про публику. Ну, хоть на этот раз им не было до меня дела.
На мою спину опустилась рука, и мускулистое мужское тело оказалось позади меня. Мне и оборачиваться не надо было, чтобы понять, что это Вон. Достаточно было резкого поднятия настроения у моих гормонов.
— Скажи мне, что ты не трахал очередную работницу, — голос Нелл был настолько угрожающе тихим, что её едва было слышно. Она была бледной, как снег, только щеки раскраснелись. — Ты бы не стал, только не после твоего обещания. Только не снова, ещё и вдобавок ко всему, что сейчас происходит.
Он сжал кулаки.
— Нелл…
— Скажи, что это неправда.
Очевидно, он не мог.
Тяжело дыша, Нелл уставилась на разделочную доску.
— Вон будет работать здесь, сколько захочет. Больше не хочу разговаривать на эту тему.
Видимо, Эрик не испытывал жажды смерти, поэтому он держал рот на замке.
— Убирайся из моей кухни, — процедила она сквозь стиснутые зубы. — Я серьезно, видеть тебя не могу сегодня. Выметайся.
— Я нужен тебе здесь.
— Нет, — она свирепо покачала головой. — Нет, мне нужны люди, на которых я могу положиться. А не неудачник, который даже свой член в штанах удержать не может.
Все молчали, напряжение в воздухе стало настолько сильным, что можно было задохнуться.
— Дерьмо! — Эрик кинул фартук на ближайшую металлическую поверхность и вылетел из бара.
Ресторан теперь был совсем забит, и я слышала, как один из посетителей просил его обслужить.
Чёрт. Бедная Нелл.
— Нам нужно возвращаться к работе, — тихо сказала она.
Я не могла просто сидеть там. Тем более, когда была в силах помочь. Нелл была добра ко мне, к тому же, я задолжала её брату. Так что я взяла фартук, который Эрик только что швырнул, и отряхнула его.
— Я работала официанткой всё время, что училась в колледже.
Нелл просто смотрела на меня, не понимая, что происходит. У неё были такие же красивые голубые глаза, как и у Вона. Как чистое летнее небо или любимые голубые джинсы, которые ты стирал уже сотню раз. Но прямо сейчас они выглядели потрясенными, а бледное лицо контрастировало с ярко-рыжими волосами. Она была на грани, осталось лишь немного подтолкнуть. Боже, я была слишком хорошо знакома с этим чувством.
Завязывая фартук, я сделала глубокий вдох.
— Рози может помочь мне с номерами столиков и всем остальным.
Вон переместил руку на мою шею и немного сжал. Его большой палец поглаживал мою кожу, от чего у меня выступили мурашки. Было просто невозможно не податься к нему, чтобы вдоволь насладиться тем, что он давал. Его тепло и сила. Вся правда в том, что я наслаждалась его прикосновениями гораздо больше, чем следовало. Определенно больше, чем было разумно. А его запах. Чёрт, он хорошо пах. Мылом, собой и сексом. Хотя запах секса уже, наверное, добавило моё воображение.
Потом он ушёл, вернувшись к бару.
— Ты не обязана это делать, — сказала Нелл.
— Я знаю.
Она моргнула, на минуту задумавшись. В следующее мгновение, хлопнув в ладоши, она была готова вернуться к игре.
— У нас тут полный бар, ребята. Вперед. Бойд, сколько раз мне ещё повторять тебе, что нельзя стоять без дела? Давайте, за работу!
10 глава
— Не двигайся, я сейчас сбегаю за камерой.
Вон изумленно посмотрел на меня и выпрямился. До этого он стоял, наклонившись над капотом Мустанга, и работал над двигателем. Должна признать, такое положение творило чудеса с его задницей, обтянутой джинсами. А из-за того, что на нём ещё и не было футболки, всё моё тело покалывало. Тату на его руках были выставлены на показ. Да этот мужчина — ходячее произведение искусства.
— Доброе утро, Лидия.
— Доброе, Вон, — я дала ему чашку кофе, который сделала из тех запасов, что вчера дала мне Нелл. Кофе, сливки и куча остатков еды из ресторана, Господи благослови её.
— Спасибо, — он сделал глоток и улыбнулся мне.
— Что?
— Ты, — сказал он. — Ухмыляешься и шутишь. Будто выпустила на волю счастливую себя и начала наслаждаться жизнью.
— Не, — я оперлась бедром на пассажирскую дверь. — Я просто сделала комплимент твоей заднице и решила попрактиковаться во флирте, раз уж я вновь одинока.
— Рад, что ты сочла мою задницу достойной твоего внимания.
— Без проблем.
— Хочу, чтобы ты знала, как только ты будешь готова и снимешь свою рубашку, я буду рад использовать свои самые лучшие реплики.
— Это мило, — я сделала глоток кофе, стараясь сохранить серьёзное выражение лица. Будучи необычайно мудрой, я таки подняла тему секса. И вот мой пульс ускорился, и я была практически на грани панической атаки от того, как он на меня смотрел. Сумасшествие какое-то. Я одновременно хотела его внимания и мечтала, чтобы он перестал на меня смотреть. — Я подумаю над твоим предложением.
— Надеюсь, — сказал он.
Ох, эта его озорная улыбка. У меня от неё коленки подкашивались.
Я нервно засмеялась.
— Так как скоро ты клюнешь на мои подкаты?
Вау. Я замолчала от удивления.
— Не то чтобы я против за тобой поухаживать. Мне интересно, — добавил он. — И я говорю это не просто из доброты или для поднятия твоей самооценки.
Уф.
— Неужели я выгляжу настолько нервной и нуждающейся во внимании?
Он сделал ещё один глоток кофе.
— Если честно, то дерьмо, через которое ты прошла за последнее время, любого заставило бы засомневаться в себе.
Над головой пролетела птица. Как же здорово иметь возможность подняться ввысь и испариться. Я бы хотела иметь крылья. Неловкий разговор, паршивая ситуация, а я сейчас исчезну, неудачники. Пуф. Меня уже нет. И совсем не обязательно, чтобы они были красивыми, любые старые голубиные крылья сойдут.
— Наверное, — сказала я, наблюдая, как птица исчезает из поля зрения. — Мы всегда излишне строги с собой, верно?
Вон пожал плечами.
Верно. Можно подумать, у него куча комплексов. Он красив. Талантлив. Любим семьей и друзьями. Представьте только, какую смелость надо иметь, что выйти на сцену перед сотней, нет, тысячей людей. Это таким неудачникам, как я, приходилось искать хребет, чтобы разобраться со всем дерьмом. Некоторые от природы умели ходить с высоко поднятой головой.
— Я виню в этом женские журналы и медиа, — сказала я, отставив чашку в сторону. — «Вам всё время недостает внимания? Как стать более уверенной и выглядеть менее дерьмово всего за 78 простых шагов! Всего лишь триста тысяч долларов, чтобы стать лучшей версией себя!» Что ж, спасибо. Я и не осознавала, насколько ужасна, пока вы не указали на мои недостатки.
Я собрала свои волосы наверх, завязав их в свободный пучок.
— Каждая девушка на земле должна организовать групповой иск против СМИ. Заткнуть их.
Никакого ответа от моего друга не последовало, ведь он был слишком занят. Снова.
— Вон, я говорю. Повнимательнее. Мои глаза не там.
Его взгляд вернулся к моему лицу.
— Спасибо.
— Это же самая настоящая ловушка. Ты подняла руки вверх, — проворчал он, насупившись. Никогда ещё я не заставляла мужчину выглядеть так угнетенно. — Что я должен был сделать?
— Ловушка? Думаешь, я пытаюсь загнать тебя в ловушку? — я наморщила лоб. — Вон, меня действительно начинает напрягать твой пунктик по поводу женской груди. Серьёзно. Как ты вообще функционируешь, если любой намек на грудь приводит твой мозг в состояние комы?
— Ты пялилась на мою задницу чуть раньше. Что-то я не припомню, чтобы отчитывал тебя. — Он размял шею. — Кстати, такое случается только с тобой. Я не реагирую так ни на чью другую грудь. Я могу незаметно оценить её и просто пойти дальше. С твоей всё по-другому.
— Правда? — я ухмыльнулась, а в животе появилось какое-то странное чувство.
Вместо ответа он в очередной раз исчез под капотом. Вдалеке слышался детский смех и шум проезжающей мимо машины. Дуновение ветра, пролетающего сквозь сосны, и пение птицы. Чёрт, здесь было чудесно. Так спокойно. Если бы этот дом принадлежал мне, я бы никогда его не оставила. Меня могли бы похоронить на заднем дворе, сделать из меня удобрение.
Вон взглянул на меня из-под капота и сразу же завладел моим вниманием.
— Я смиренно прошу прощения за то, что объективизирую тебя. Постараюсь больше так не делать.
Он фыркнул.
Справедливо.
— Чудесный день, — сказала я.
О картине красивее я и мечтать не могла. Большое дерево отбрасывало тень на подъездную дорожку, как раз с той стороны дома, где он работал над двигателем. Лучи солнца подсвечивали его русые волосы и подчеркивали цветные тату на бледной коже. Не думаю, что когда играешь в музыкальной группе и ведешь ночной образ жизни, есть время, чтобы позагорать. Но это не имело значения. Ему и не нужен был загар. Высокий, стройный и твердый во всех правильных местах, Вон Хьюсон был мокрой фантазией любой девушки. К счастью, я уважала его за его ум.
— Ноги болят после вчерашнего. Я уже давно не проводила столько времени на них, — я вытянула своих красавиц, обутых в биркенстоки. Ещё на мне были джинсовые шорты и мешковатая футболка. Именно комфортный образ и был моей целью. — Я тут думала о твоём доме, если ты ещё намерен его продать.
Никакого ответа из-под капота не последовало.
— Я знаю толкового агента, Веса, из агентства недвижимости Брюерс. Он хороший малый, не такой беспощадный, как все остальные. Могу ему позвонить и попросить заехать, если ты хочешь.
Я ждала ответа.
— Само собой, решать тебе.
Судя по звуку, который он издал, Вон не особо был счастлив это слышать.
— Я думал, мы поговорим об этом, когда я буду готов.
— Я пока ничего не слышала от Дилэйни, но не думаю, что они будут долго ждать, прежде чем избавиться от меня, — я усмехнулась. — Не знаю, как долго тут ещё пробуду и не хочу, чтобы тебя обобрали.
Он уставился на меня.
— Спасибо. Было бы здорово, если бы ты ему позвонила.
— Хорошо, — тихо ответила я.
— Просто… так нелегко отпускать.
— Да уж.
Вытерев свои масляные руки о тряпку, он повернулся и посмотрел на дом.
— Думал, они всегда будут здесь. Я буду приезжать на праздники, а дома всё по-прежнему. Отец всё так же будет портачить с рождественскими гирляндами, а мама приходить в бешенство по поводу тыкв каждый Хэллоуин. У Нелл и Пэта будет ребенок, и всё будет хорошо.
— Звучит хорошо.
— М-м-м, — он замолчал. — Я собирался купить здесь домик у озера, как только закончу с туром и заработаю достаточно денег. Остепениться.
— Здесь? Не в Калифорнии?
— Не. Я всегда думал, что буду жить здесь, — он с силой скрутил тряпку. — У меня всё было спланировано.
— Знаешь, — осторожно начала я. — Я слышала, что некоторые сменяют три карьеры за свою жизнь.
— Неужели?
— Может, музыкальная группа была лишь твоей первой ступенькой.
— Ты серьезно? Хочешь, чтобы я просто сдался? — спросил он, повысив голос. — Заложил гитару, и что потом? Устроился в Бургер Кинг и жарил там картошку?
— Я не хочу…
— Потому что я прямо-таки вижу, как здорово это будет, Лидия, — он в бешенстве выбросил тряпку. — Хорошая идея. Потрясающая.
— Вон, — мускулы в челюсти болели от напряжения.
— Хочешь знать, чем мы с тобой отличаемся, детка?
Я ничего не ответила. Уверена, он и так расскажет.
— Ты мечтала выйти замуж за говнюка с большим счётом в банке и прятаться за белым заборчиком до конца жизни, — придурок навис надо мной.
— Неужели?
— Боже. Ты же знаешь, что да, — он презрительно засмеялся.
Ух. Да уж. Мне было нечего ему ответить.
— Но моя мечта… моя, — он ткнул себя в грудь, — она была немного больше.
У меня не было слов. Совсем.
Целую минуту я таращилась на него, ошеломленная его выходкой. Наверное, у меня не было на то причин. Ведь мы с ним знали друг друга всего, сколько… чуть меньше сорока восьми часов? Мы с Крисом были знакомы на протяжении месяцев, а как оказалось, я о нём ничего не знала. Похоже, читать людей я совсем не умела.
— Ладно. Извини, что чем-то расстроила тебя, — я сделала глубокий вдох. — Это было бесчувственно с моей стороны, учитывая всё, через что ты проходишь сейчас.
Ничего.
— Я имела в виду, что в музыкальной индустрии, наверняка, есть другая работа, которая может тебе подойти. Которая понравится тебе ничуть не меньше.
Всё ещё тишина.
— Я тебе не враг, Вон. Я чертовски за тебя переживаю, — я держала руки по бокам, тем самым сдерживаясь, чтобы не удавить этого идиота. — То, как ты сейчас со мной разговаривал, совсем не нормально. Как ты посмел сказать, что мои надежды на будущее менее важны, чем твои. Что я — охотящаяся на деньги стерва, готовая раздвинуть ноги ради большого дома, чтобы стать «трофейной женой».
— Лидия…
— Я не закончила, ты, мудак.
Он смотрел на меня в замешательстве. Лицо напряжено, губы плотно сжаты. Так как им и полагалось. Я смотрела на него, запоминая всё до мельчайших деталей на потом, когда у меня пропадет желание сжечь его или разрыдаться. Дурацкие эмоции, они всегда мешали мне, когда я хотела казаться крепким орешком. Моя задница трясется, всегда тряслась и будет. Пора уже принять все свои недостатки и двигаться дальше.
— Вообще-то, я закончила.
— Ладно.
— Я соберу своим вещи. Думаю, так будет лучше.
Он ничего не сказал.
Я сделала пару шагов назад, развернулась и зашагала в сторону дома.
Большая часть моих вещей уже была в коробках, так что это не должно занять много времени.
Как только моя нога коснулась первой ступеньки, я споткнулась, потеряв баланс. Ухватившись за железные перила, я пыталась удержать равновесие. Замечательно. Какая грация.
— Прости.
Я замерла.
Ничего больше сказано не было.
Медленно, я повернулась. Он стоял в высокой траве, смотрел, выжидал. Если честно, на него было тяжело смотреть. Выражение его лица и поза, эмоции в его глазах. Мой мир становился красочнее, когда дело касалось его. Каждая деталь была такой яркой и реальной. У него не должно быть подобной силы. Ведь было бы настолько легче покинуть его. Я проникла в его дом, а он каким-то образом проник в меня, и открыл для стольких вещей в жизни, о которых я раньше и не подозревала.
Подумать только, я действительно думала, что любила Криса. Вот ведь идиотка. Я и понятия не имела, что такое любовь. Я понимала симпатию и похоть, что-то в этом духе. А остальное, словно пропасть, бездонная чёрная дыра. Даже не буду пытаться постичь её глубину. Внутри меня находился большой комок эмоций, которые я испытывала к моему другу, Вону. Я пока не была готова вешать на них ярлыки. Но я точно знала, что покидать его больно.
— И на этом всё? — я неуверенно переплела пальцы.
Он пожал одни плечом.
— Ты ещё что-то хотела услышать?
— Не уверена.
Он сделал один шаг в моем направлении, затем ещё. Теперь мы смотрели друг другу прямо в глаза, ведь он стоял рядом с лестницей, а я на второй ступеньке. Его руки переплелись с моими, сначала одна, затем другая. Боже, его кожа была такой теплой.
Наши тела так и тянуло друг к другу. Притяжение одного запутавшегося сердца к другому. Я насторожено смотрела на него, пытаясь не выдать все эмоции сразу. Но не особо-то получалось.
— Ты права, я вел себя как тупица.
— Да уж.
Он слегка кивнул.
— Я сейчас тебя поцелую, — прошептал он.
— О, ладно, — ответила я ему шепотом. Я понятия не имела, почему мы говорили шепотом.
Не было причины, почему ему не стоило бы меня поцеловать. Хотя, конечно, мне стоило защищать своё сердце и всё такое. Но, если честно, учитывая, через какую мясорубку оно прошло, было немного поздно об этом думать.
Его губы слегка коснулись моих. Такое нежное прикосновение. Малейшими движениями вверх и вниз Вон словно гладил мои губы своими. Это было приятно, мило и немного странно. Никогда ещё меня так не целовали. Мне хотелось податься вперёд, потребовать большего. Но в то же время то, что он давал мне, ощущалось так хорошо. Торопить его сейчас было бы неправильно.
Его дыхание обдавало теплом моё лицо, а пальцы сжались вокруг моих. Я стояла совершенно неподвижно, пока Вон осторожно ласкал мои губы своими, позволяла ему делать то, чего он хочет. Кончиком носа он дотронулся до моей щеки, затем ещё раз, моя грудь оперлась о его. В противном случае, я бы уже упала на задницу, учитывая, что он со мной вытворял. Его поцелуи гипнотизировали.
Когда его губы слегка приоткрылись, достаточно, чтобы слегка поцеловать мою нижнюю губу, я почти упала в обморок, честное слово. Снова и снова он целовал мои губы, сначала верхнюю, затем нижнюю, уголки, где начиналась моя улыбка. Вон уделил внимание каждой частичке. Моя улыбка стала шире, соски затвердели, а разум затуманила похоть.
Он немного подался назад.
— Ты меня прощаешь?
— Я бы простила тебя и без поцелуя.
— Я знаю, — сказал он. — Поцелуй по большей мере был для меня.
— Правда? — Боже, как же он красив. Привлекательнее мужчины я не встречала. — Ты веришь в сумасшествие с первого взгляда?
Он наморщил лоб.
— Что?
— Я ещё не готова говорить слово на букву «л» и не думаю, что это, чтобы это ни было, именно оно. Поэтому не надо паниковать и говорить, что я липучка 10 уровня, ладно?
— Хорошо, — он выглядел удивленно.
— Но что, если бы существовало сумасшествие с первого взгляда? Я думаю, у нас с тобой есть к такому предпосылки.
Мгновение Вон просто на меня смотрел, очевидно погрузившись в свои мысли.
— Я уж точно подумал, что ты сумасшедшая, когда увидел в моем душе в том платье.
— Мм-хм-м.
— И иногда ты сводишь меня с ума.
— Аналогично.
Он водил языком за щекой.
— Мне кажется, я тоже немного схожу по тебе с ума.
— Уж точно по моей груди.
— Твоя грудь просто высший класс, — сказал он, держа ладони на моей спине и притягивая ближе.
— Спасибо.
— Но я, скорее, схожу с ума по тебе в целом. Это так, к сведению.
Я могла только ухмыляться.
— Да?
— Да, — он прижал свой лоб к моему, придвинувшись ближе. — Что насчёт тебя? Я признался. Теперь твоя очередь.
— Вообще-то я подала эту идею.
— Не имеет значения.
Я простонала.
— Ладно. Я схожу по тебе с ума. Во всех смыслах этого слова.
— У нас осталась всего пара дней, — сказал он, спустив меня с небес на землю. Внезапно, солнце перестало сиять. Земля вращаться. Все стало дерьмово.
Нет. Я не позволю.
— Я знаю. Я имею в виду, я понимаю, что это не будет длиться вечно, — что-то внутри меня протестовало. — Это, скорее, похоже на пересечение путей на дороге жизни.
— Верно, — он ещё раз легонько меня поцеловал. — Но это не меняет того факта, что я схожу по тебе с ума.
— Я знаю.
— И по поводу того, что ты сказала, — он смотрел поверх моего плеча, вдаль. — Я знаю, что ты пыталась помочь. Я подумаю об этом, ладно?
— Хорошо.
Его руки гладили мою спину, потом он выпустил меня и резко выдохнул.
— Если ты, конечно, не хочешь сейчас пойти со мной в кровать, я лучше сделаю небольшую передышку. Пойду закончу работу с двигателем, начну стричь газон.
Я посмотрела вниз. Да, что-то в передней части его брюк определенно начинало твердеть. Хах. А ведь мы даже языки в ход не пустили. А ещё говорят, что романтика умерла.
Идея пойти с ним в кровать звучала здорово, но, несмотря на то что у нас было совсем немного времени, я не хотела торопить события. Что если после секса с ним, все мои надежды и мечты потеряют смысл? Нет. Нам следует двигаться медленно. Чёрт, было так сложно оценить все плюсы и минусы ситуации.
— Ты можешь приниматься за работу, — выпалила я, отойдя немного назад.
— Хорошо.
— О, я тут ещё подумала, — я положила руку на его сексуальную голую грудь, чтобы остановить.
Он осторожно посмотрел на меня.
— Расслабься. Я просто хотела узнать, не поможешь ли ты мне с покупкой машины. Ты ведь знаешь об их внутренностях, верно? — я осторожно трогала его грудь. — Мне понадобятся колеса, чтобы свалить отсюда.
— Конечно. Буду рад, детка.
— Детка? — я посмотрела на него.
— Детка, — решительно сказал он.
Пф. Да кто я, чтобы с ним спорить?
— Ладно.
11 глава
Нелл влетела в дом в понедельник ближе к вечеру, Рози шла за ней. Одна из них несла бухло, другая коробки с пиццей. Мой живот тут же заурчал. Пицца — лучшее, что есть на Земле.
— Я пропустил тот момент, когда ты постучала? — согнувшись, Вон сидел на диване и завязывал шнурки.
— Ты такой смешной, братец, — сказала Нелл, поставив целую коробку с вином на кухонную столешницу. На ней была джинсовая мини-юбка и оранжевая рубашка. А Рози блистала в синем платье до пола. Это определенно не походило на униформу «Дайв Бара».
— Я серьезно, — сказал Вон.
— Знаю. Поэтому и звучало так нелепо.
— Что происходит? — спросила я, запихивая вещи в свою сумочку. Мы собирались на работу. Учитывая, что подружка Эрика, Стелла, так быстро покинула пост официантки, я согласилась подработать, пока не найдется замена. Или пока мне не придется уехать. На мне были надеты мои лучшие черные слаксы и футболка с логотипом «Дайв Бара», которую Нелл дала мне прошлым вечером.
— Я решила устроить нам выходной, — она достала из шкафа три бокала для вина и сполоснула их. — Лидия, Рози и я устраиваем девичник. Будь умницей и свали, ладно?
— Мне действительно пора запирать двери, — проворчал Вон, потянувшись на диване. — Кто за баром?
— Эрик.
— И?
— Только Эрик, — засияла Нелл. — Ещё он сегодня за официанта. Бойд работает на кухне, но в остальном, Эрик сам по себе.
Рози тоже ухмылялась как лунатик.
— Разве это на пользу твоему бизнесу? — спросила я, не подумав, и взяла огромный бокал красного вина. — Подожди. Неважно. Забудь, что я сказала. Я не собираюсь портить людям праздник своим здравым смыслом. Уверена, ты и сама в состоянии разобраться.
Сидя на диване, Вон понимающе мне улыбнулся.
— Ничего, всё в порядке, — Нелл засмеялась. — Нам, вероятнее всего, не помешало бы немного здравого смысла. Но дело в том, что иногда нужно просто преподать людям урок. Либо это, либо совершить убийство, а мне не очень-то хочется в тюрьму.
— Верно, — сказала Рози, нюхая вино. — Ох. Ты взяла хорошее.
— Конечно, я взяла хорошее вино, — она повернулась к своему брату с любопытством в глазах. — Так чем вы двое сегодня занимались?
— Вон работал над своей тачкой, а затем мы начали присматривать мне машину, — я выпустила ту часть, где мой друг из агентства недвижимости заезжал, чтобы осмотреть дом.
— Она хочет Приус, — Вон прыснул от смеха.
— У них хороший расход топлива.
— Лидия, — Нелл поморщилась. — Нет. Просто нет. Ладно?
Даже Рози, казалось, было не по себе от моего вкуса в автомобилях.
— Вас что, совсем не заботит состояние окружающей среды? — я подняла плечи от удивления.
— Тебе же лучше, что мы спасаем тебя от такой оплошности, — Нелл подняла бокал, видимо, за мой плохой вкус. — Когда-нибудь ты скажешь спасибо.
— Сомневаюсь, — так вот каково это, иметь друзей. Может, мне просто стоит завести камень в качестве питомца. Или растение. Что-то, что не будет отвечать.
И снова дверь открылась, на этот раз в неё вошел противоположный пол. Высокий парень с огромной бородой и бритой по бокам головой зашёл внутрь, держа по огромной бутылке пива в каждой руке. Практически каждый дюйм его тела покрывали татуировки, а в носу было серебряное кольцо.
Увидев Нелл, он тут же остановился.
— Дерьмо.
— Пэт, — тихо сказала она. — Я думала, что ты собирался в бар.
— Я передумал.
Она кивнула, кусая губу.
— Привет, — Джо стоял прямо за ним и тоже держал пиво. Похоже, сегодня все собирались устроить вечеринку.
Последним зашел парень немного постарше. Не такой высокий, как остальные, но накачанный и симпатичный. Седина виднелась в его коротких волосах и щетине. В одной руке у него была гитара, в другой коробки с пиццей.
— Андре, — Вон быстро поднялся на ноги. — Чёрт, чувак. Рад тебя видеть.
— Спасибо, что сообщил, что ты вернулся, — Андре сунул Вону гитару, чтобы второй рукой придержать коробки с пиццей. — Джо мне сказал.
— Извини, — Вон взял гитару так, будто был готов сыграть. Затем он провел рукой по струнам. — Всё ещё хорошо звучит.
— Само собой. «Мартинс» с годами звучат только лучше.
Улыбнувшись, он вернул инструмент и взял пиццу.
— Не хочу влюбляться в то, что не могу себе позволить.
Андре засмеялся, помотав головой.
— Лидия, — сказал Вон. — Хочу познакомить тебя с моими старыми друзьями. Тот, у которого борода как у Гэндальфа — Пэт. Он владелец тату-салона, что рядом с баром.
— Привет, — я махнула ему рукой, а парень кивнул.
— А это Андре, — Вон сжал его плечо. — Он научил меня играть. Я купил у него свою первую гитару, когда мне было десять. Он тогда только открыл свой магазин.
— Ага, — сказал Андре, — потратил все свои деньги, полученные на День рождения и Рождество.
— В его духе, — Джо поставил пиво на стол. — Обчищать маленьких детей. Тебе должно быть стыдно. Наверное, и конфеты у них воровал.
Андре показал ему средний палец.
— Ох и дорого она мне обошлась, — согласился Вон. — Подержанная «Эпифон» много пережила, но ты был прав. Она красиво звучала и долго прослужила. Она до сих пор у меня есть.
— Да ладно?
— Давно на ней не играл. Но никак не могу расстаться.
Оба улыбнулись.
— В общем, — сказал Вон. — Я иногда подрабатывал у него в магазине после школы.
— Музыкальный магазин рядом с «Дайв Баром»? — спросила я, попивая вино. Отличное, кстати, Рози была права.
— Именно, — ответил Андре, поставив гитару на стул. Он пошел в моем направлении, оценивая. — Рад познакомиться, Лидия.
Затем подошел ближе и понизил голос.
— Дилэйни — придурок. Тебе повезло, что ты сбежала. Ты можешь отхватить себе кого-нибудь гораздо лучше.
Я засмеялась.
— Спасибо.
Андре наклонился и поцеловал меня в щеку, затем улыбнулся. Чёрт, а он ловкий. Еще и его лосьон после бриться приятно пах.
— Эй, — раздался раздраженный голос. Вон тут же встал рядом со мной, глазами метая лазеры в своего старого друга. — Полегче, чувак. Ты только зашел.
— Извини, Лидия, — сказал Андре. — Тебе некомфортно?
— Нет.
Лазеры и хмурый взгляд обернулись в мою сторону.
— Хорошо, — похлопав Вона по плечу, Андре отошел. Затем он подошел к Нелл, поцеловал её в щеку, следующей на очереди была Рози. Очевидно, так он выказывал своё дружелюбие по отношению к девушкам, которые ему нравились. Можно подумать, горячие парни внезапно начали падать к моим ногам.
— У тебя много хороших друзей в этом городе, — сказала я, продолжая беседу.
Он проворчал.
— Я рада встретиться с некоторыми из них.
— Ага, — сказал он. — Слушай, Андре — игрок, не хочу, чтобы он сделал тебе больно.
Я закрыла своей рукой его рот.
— Остановись. Думаешь, я бы стала спать с твоим другом?
Его беспокойство не утихло.
— Ни за что, особенно после сегодняшнего, — я понизила голос и убрала руку. — Помнишь, когда ты меня поцеловал?
Его взгляд упал на мои губы. Ох, черт, этот парень.
— Помню.
— И ту часть, где мы говорили о сумасшествии с первого взгляда?
— Ага.
— Не то чтобы мы с тобой теперь повязаны. Но, по-моему, это многое значит.
Его рука оказалась под моим конским хвостом, большой палец поглаживал заднюю часть шеи. По позвоночнику тут же побежали мурашки. Всего лишь таким маленьким жестом он мог разжечь во мне огонь. Как же глупо было с моей стороны не потащить его в ближайшую кровать чуть раньше.
— Сорок восемь часов, — пробормотал он.
— Что?
— Я знаю тебя сорок восемь часов, — он опустил голову, чтобы наши лица оказались ближе.
— Верно, — таким образом казалось, будто мы только вдвоем. Это было приятно. — Мы многое успели узнать друг о друге за такой короткий период. Похоже на дружбу с потенциальными привилегиями.
— М-м-м.
— И чтобы ты знал, ты ничуть не упал в моих глазах из-за того, что водишь машину на бензине, которая загрязняет окружающую среду.
— Спасибо, детка.
Я поморщила нос.
— Ты застал меня врасплох сегодня. Мне все-таки не нравится, когда ты зовешь меня деткой.
— Нет?
— Нет.
— Фигово быть тобой, — он легонько поцеловал меня в лоб.
— Вон, — сказал Джо, громко хлопнув в ладоши. — У тебя ещё есть место для костра на заднем дворе?
— Там уже всё заросло, но да, — он ещё раз сжал мой затылок, а затем отошел. — Думаешь, стоит снова его разжечь?
— Читаешь мои мысли.
— Давайте сделаем это, — сказал Андре.
Вон посмотрел сначала на Пэта, потом на свою сестру, они оба были очень напряжены. Улыбка Нелл казалась натянутой, вино в её бокале исчезало со стремительной скоростью. Его челюсть подергивалась.
— Да, давайте. Оставим девочек одних.
— Спасибо, джентльмены, — пропела Рози. Вина в её бокале тоже было заметно меньше. — Мой муж остается один с ребенком, только когда на небе восходит голубая луна. Я намерена воспользоваться этим временем по полной.
— Повеселитесь, — Вон взял пиво, которое Джо оставил на столе, затем пошел к большим стеклянным дверям, ведущим на задний двор. — Возьмите стаканы.
— Уже, — сказал Джо.
— Ты идёшь, Пэт? — спросил Андре, прежде чем выйти на улицу.
Не сказав ни слова, парень последовал за ним. И взгляд Нелл тоже. Её любовь во всей красе и мучениях была написана у неё на лице. В сравнении с этим то, что я испытывала к Крису, было смеху подобно.
— Мы отдалились друг от друга, — сказала Нелл, встретившись со мной взглядом.
— Мне жаль.
Она пожала плечами и осушила бокал.
— Такое ведь часто случается, верно? Принесешь бутылку из кухни?
— Конечно.
Мы втроем устроились на диване и пили вино.
— Чёрт, я забыла. Пицца! — Рози побежала на кухню и вернулась с одной коробкой в руках. — Салями, помидоры и базилик. Моя любимая.
— Хочешь, чтобы я разогрела?
— На это нет времени, — сказала я, откусывая. — Ох. Как вкусно. Очень вкусно.
— Уверена? — Рози засмеялась.
— Ты просто завидуешь, как красиво я выгляжу, говоря с набитым ртом.
Это заставило даже Нелл прыснуть со меха. Одно очко мне.
— Приготовила их, прежде чем бежать с корабля. Рада, что тебе нравится моя стряпня, — сказала она. — Похоже, мой брат даже не подумал о том, чтобы купить в дом еду. Видимо, пока ты здесь, надеяться можешь лишь на меня.
— Я схожу в супермаркет завтра, — сказала я, сделав паузу, чтобы сделать глоток вкуснейшего вина. — Вон был занят.
— Не имеет значения, — сказала она, покручивая бокал. — Он не сделает ничего, что намекнуло бы на его долгое пребывание здесь. Он уедет так быстро, как только сможет.
— Ты действительно думаешь, что он продаст дом? — спросила Рози.
Нелл положила голову на изголовье дивана и уставилась в потолок.
— Он всегда хотел быть гитаристом, играть в группе. Ему нужны деньги.
— Чёрт, — прошептала Рози. — Мне жаль.
Я съела ещё один кусок пиццы и выпила больше вина. Моё сердце болело за неё, но сказать мне было нечего.
— Я будто потеряла его вместе с родителями. А теперь и Пэта нет, — Нелл шмыгнула носом и быстро вытерла глаза. — Чёрт. Извините, девчонки. Не хотела плакать перед вами.
— Всё нормально, — сказала я, тронув её за локоть. — Здесь ты в безопасности, Нелл.
— Она верно говорит, — Рози встала, чтобы взять коробку платков. Она мне действительно нравилась. Она была хорошим человеком.
— Я стойкая сучка, — сказала Нелл. — Мне не позволено плакать.
— Мы все иногда плачем. В этом нет ничего такого.
— У меня месячные скоро начнутся. Давайте винить во всем их.
— Решено, — я улыбнулась.
Рози пихнула ей коробку с платками, а потом побежала на кухню за другой бутылкой вина. Ночка будет та ещё. Всем время от времени надо отрываться.
Я не могла не задуматься, неужели любовь всегда так заканчивается. Ты страдаешь, чувствуешь себя потерянной, цепляешься за то, что осталось от жизни? Слава богу, мне не пришлось пройти через эту свадьбу. И спасибо, что все эта фигня с Воном скоро закончится. Иначе, кто знает, что могло бы случиться. Я могла бы оказаться разбитой, в ещё более худшем состоянии, чем после предательства Криса. Потому что Вон обладал такой силой. Ведь спустя всего лишь сорок восемь часов он разбудил во мне такие чувства, о которых я не была готова говорить. Мы вместе были ходячей катастрофой, которая ждала своего часа. Но, чёрт возьми, будет сложно удержаться, чтобы не пойти по этой дорожке. Даже если я буду остаток жизни сожалеть об этом.
— Учитывая, что мы работаем в одном здании, у Пэта замечательно получается всё время проводить в тату-салоне и избегать меня, — сказала она. — Я уже неделями его не видела. Думаю, поэтому мы и расстались.
Мы молчали, позволяя ей излить душу. Иногда это именно то, что девушке нужно.
— Он приобрел салон в дерьмовом состоянии. Там был полнейший беспорядок. Он очень много работал, чтобы привести его в хорошее состояние, и я поддерживала его. Когда мы открыли бар, я думала, что теперь моя очередь, и я нашла своё дело. Думала, Пэт поймет. Но всё пошло не так, — она вытянула стакан, и Рози снова наполнила его. — Мы почти не виделись друг с другом и просто… отдалялись. Однажды он встал и сказал, что не знает, зачем мы даже пытаемся. Что на это можно ответить? Как отреагировать? Как будто из него выкачали все эмоции. Он стоял передо мной, но сердцем и головой был на другой планете.
Она открыла рот, но ничего не сказала. Нелл выглядела разбитой. Боже, если брак, полное доверие другому человеку выглядит именно так, то это до чертиков меня пугало.
Внезапно, она подняла подбородок и распрямила плечи.
— Можно подумать, я должна тыкать в него нашим свидетельством о браке? Я сказала, если он не хочет быть со мной, ему стоит уйти. Что я не собираюсь его останавливать. Чёрт, я же не знала, что он действительно уйдет.
Снаружи раздавались крики и смех. Это казалось таким неправильным. Но, думаю, жизнь продолжалась, даже когда не должна была.
Нелл откинула волосы назад и облизнула губы.
— Ну да ладно…
— Мне жаль, — сказала я, хоть это и не поможет.
Она повернула свое заплаканное лицо в мою сторону, по щекам всё ещё стекали слезы.
— Ты не можешь внезапно забеременеть и заставить Вона остаться в Кёр-д’Алене? Я хочу, чтобы рядом была семья.
— Эм, нет. Извини.
Она как обычно прыснула со смеху.
— Ладно. Давай, разрушь всё, Лидия. Мне всё равно.
— Боже, Лидия, — упрекнула меня Рози, с улыбкой. — Она просит о такой мелочи.
Я засмеялась и выпила ещё вина. Всё будет иметь смысл, когда я напьюсь. Я была уверена в этом. И, черт возьми, мне сразу же ударило в голову. Наверное, один кусок пирога с пеканом не самое лучшее начало для ночи с кучей выпивки.
— Я не шучу.
— Знаю, — сказала я. — Я эгоистичная сучка.
— Да. Именно, — Нелл высморкалась и снова наполнила бокал, пытаясь собрать себя по кусочкам на наших глазах. — Ты просто должна позволить мне делать с твоей маткой всё, что я захочу.
Она явно сошла с ума. У меня детей ещё и в планах не было. Тем более с Воном.
— Мы с твоим братом просто друзья, Нелл, — сказала я.
Они обе так громко засмеялись, удивительно, как они не упали с дивана. Я старалась игнорировать их. Женская дружба явно переоценивается. Хотя одновременно это и очень здорово. Будь проклят Кёр-д’Ален за то, что стал таким классным местом, как раз когда я собиралась уезжать.
— Тост! — Рози высоко подняла бокал. — За чушь и разбитые сердца.
— Ха. Хороший тост, — ухмыльнулась я.
— Чертовски верно, — сказала Нелл, начав пить.
— За чушь и разбитые сердца, — повторила я и тоже начала пить.
Спустя пару часов кто-то постучал в дверь. Точнее спустя много-много часов, бутылок вина и кусков пиццы. Нелл медленно встала на ноги и, пошатываясь, пошла к двери. Если честно, я удивилась, что человек просто не ворвался в дом, как делали все.
— О, это ты, — Нелл повернулась и пошла обратно к дивану.
За ней шёл Эрик, на нём и следа злости не осталось с прошлого вечера. Ну, по большей части. Его губы были плотно сжаты, но в глазах не было огня и ярости.
— Твоя взяла.
— Рада слышать, — сказала Нелл, взяв свой бокал.
— Вообще-то, хреново было оставлять меня одного за баром, — сказал он. — Но я понимаю, почему ты так сделала.
Нелл просто смотрела на него немного остекленевшим взглядом.
— Повезло, что бар не был забит так же, как вчера. Но всё равно пара человек жаловалась на обслуживание. Больше одного столика не оставили чаевые.
— Хм-м-м.
Эрик разглядывал свои ботинки и засунул руки в карманы брюк. Он был похож на школьника, которого вызвали к директору.
Он действительно был привлекательным, подумала я, разглядывая его длинные темные волосы и чётко очерченное лицо. Какая-нибудь компания дорогого нижнего белья могла бы взять его в качестве модели. Он одевался не так просто, как другие. На нём была белая рубашка с закатанными рукавами и черные костюмные брюки вместо джинсов.
— Где Вон? Мне стоит с ним поговорить, — сказал он. — Поставить всё на свои места.
— Мы можем ему передать, — Нелл снова встала, а покрасневшие глаза внезапно стали шире. — Но я ценю твоё желание раскурить трубку мира.
— Нет, я тут подумал, — сказал Эрик, — Я хочу ему кое-что сказать.
— Но…
— Вон! — Эрик посмотрел направо, затем налево, осматривая прихожую и столовую. — Эй, Вон, есть минутка?
— Эрик, не надо, — она схватила его за руку и повела к двери. — Позже. Ты поговоришь с ним позже.
— Расслабься, Нелл. Я не создам никаких проблем.
Дверь в кухне распахнулась и ударилась о стену с такой силой, что можно было услышать, как задрожало стекло. Вот только там стоял не Вон, на лице бородача была дикая ярость.
— Что ты здесь делаешь? — прорычал Пэт, сделав несколько огромных шагов в комнату.
Нелл выпустила руку Эрика, осторожно отступив назад.
— Патрик…
— Это по работе, — спокойно сказал Эрик. — Я просто зашёл, чтобы сказать ей кое-что, я уже ухожу.
— Дерьмо, — пробормотал Андре и выглядел он совсем не счастливым. Остальные парни тоже зашли внутрь, Вон встал за обеденным столом, не понимая, что происходит.
Но Джо быстро подошел к своему брату.
— Давай, Эрик, пошли. Увидимся позже, ребята.
— Что случилось? — Вон встал рядом с Пэтом, близко сведя брови в недоумении.
— Я просто хотел сказать, что не против твоей работы в баре, — сказал Эрик. — Меня это устраивает. Я только поэтому пришел.
Нелл стояла в углу комнаты, заламывая руки, похоже, она была готова сбежать в любой момент. Я поставила свой бокал. Что бы тут не происходило, вечеринка явно была окончена.
— Пэт, — сказал Вон. — Чувак?
Пэт просто стоял там и дымился. Я ещё думала, что глаза Вона, стреляющие лазерами это впечатляюще. Ему было далеко до Пэта. Эрик уже должен был превратиться в пепел, учитывая, как Пэт на него смотрел. В пыль.
— Не надо, — Нелл смотрела на своего бывшего с мольбой во взгляде. — Не впутывай в это моего брата.
— Все, чёрт возьми, знают, — пробормотав несколько ругательств, Пэт горько усмехнулся. — Ты действительно думала, что он не узнает?
— Что узнаю? — спросил Вон, натянутым голосом. — Нелл?
— Они трахались, — сказал Пэт. — Твоя сестра и он. Можешь поверить в это дерьмо?
— Какого черта? — Вон посмотрел на сестру, выпучив глаза. — Нелл?
— Не надо на меня так смотреть, Вон. Тебя здесь не было, и ты понятия не имеешь, каково мне было, — сжав кулаки, Нелл пыталась сохранить спокойствие. — Это произошло всего пару недель назад. Мы с Пэтом уже больше года не вместе. Я не изменница.
— Прости, — пробормотал Вон. — Я не хотел тебя ни в чем обвинять.
Нелл лишь помотала головой.
— А ты… ты был в проклятом «Железном Коне» каждую ночь и поимел там каждую задницу, верно, Пэт?
Его челюсть дрожала от ярости.
— Ты двуличный ублюдок, — сказала она.
— Я не трахался с твоей подругой, Нелл!
— Я совершила ошибку. Я напилась и совершила ошибку, — её глаза вновь наполнились слезами.
Вытянув руку, Эрик вышел вперед.
— Пэт…
— Ничего не хочу от тебя слышать, — грудь Пэта вздымалась под его черной рубашкой. — Больше ни одного чертова слова.
Открыв рот, Вон, похоже, понятия не имел, куда смотреть. Он был в окружении своей семьи и друзей, а теперь это. Вечер, который должен был пройти хорошо, пошёл ко всем чертям.
— Я верил тебе, — огрызнулся Пэт. — Вам обоим.
— Довольно, — сказал Вон, запустив руку в волосы. — Эрик, проваливай. Сейчас же.
— Боже, — Эрик повесил голову, усмехнувшись. — Я пришёл сюда, чтобы всё уладить с тобой. Зарыть топор войны. Всё это такая фигня.
— Чувак, пойдем — Джо взял Эрика за плечо, но тот отстранился.
— Фигня, неужели? — Пэт сделал шаг вперед. — Ты трахаешь мою жену и это фигня?
— Знаешь, чего я не понимаю, — сказал Эрик. — Ты бросил её, чувак. Так почему сейчас ты так зол? Жалеешь о чём-то, Пэт?
— Прекратите, — простонала Нелл, по её лицу струились слезы.
— Она не была твоей женой, — продолжил Эрик, будто ничего не слышал. — Ты слышал её. Вы двое уже давно были не вместе. Ты не особо стал дожидаться развода, прежде чем двинуться дальше, правда ведь? Больше было похоже, что ты восполнял потерянное время.
— Заткнитесь оба, придурки, — заорал Вон. — Не заставляйте мою сестру плакать. Не здесь, не в этом доме.
Сжав губы, Пэт смотрел на Эрика. Никто из них не сдвинулся с места.
Вон глубоко вдохнул, пытаясь вернуть спокойствие.
— Думаю, будет лучше, если вы оба уйдете.
Нелл всхлипнула и отвернулась, очевидно, больше не в силах сдерживать эмоции. Как ни странно, гнев в глазах Пэта угас, когда он увидел её в таком состоянии. Не думаю, что Эрик вообще заметил, судя по его свирепому взгляду и злости на лице.
— Знаешь, Пэт, я считал тебя сумасшедшим, ведь ты столько лет провел с одной женщиной, — сказал Эрик. Его улыбка больше походила на насмешку. — Но теперь я понимаю. Чёрт меня подери, если Нелл не самый горячий кусочек…
Зарычав, Вон кинулся на него.
— Не смей так о ней говорить!
Удары ногами, крики, треск кофейного столика, когда на него навалились дерущиеся парни. Все происходило очень быстро. Кто-то кричал. Нелл, я думаю. Это было слишком для моего пьяного мозга.
Рози схватила меня за руку, потащив за диван. Я пыталась за ней поспеть, чтобы оказаться в безопасности. Эти двое были как ураган, разрушая всё на своем пути. Тёплая кровь обрызгала мое лицо, в следующее мгновение я уже была на полу и ползла к Нелл, чтобы встать рядом с ней.
Джо и Пэт присоединились к драке. По-моему, Джо пытался их разнять, но Пэт вышел из себя. Пытаясь ударить Эрика, он попал по руке Джо. Джо защищал брата. Само собой. Диван оттолкнули прямо на нас. Я выставила руки, чтобы предотвратить столкновение. Рози схватила Нелл за руку и повела её в прихожую.
Чёрт. Я никогда не видела драки. Такой свирепой уж точно.
Казалось, меня сейчас стошнит. И Вон был там, участвовал во всём этом беспорядке. При мысли о том, что ему причинят боль, мне хотелось сделать что-нибудь. Бог свидетель, он заступался за меня уже не один раз.
— Не стоит, — сказал Андре, оттянув меня назад, прежде чем я выкину какую-нибудь глупость. Зря, наверное, учитывая, что я буквально застыла на месте.
На полу драка была в полном разгаре. Я видела лишь кровь и насилие, Вон и Эрик до сих пор боролись. В коридоре Нелл, похоже, тошнило. Из-за всех этих звуков и запахов мне стало тяжело дышать. Я пыталась делать глубокие вдохи.
Кажется, моё восприятие времени было нарушено. Ведь спустя всего несколько минут я услышала сирены.
— Спасибо, Господи, — сказала я, опершись на Андре.
Его хватка на моей талии усилилась, голова наклонилась к моей. Здесь не было никакого сексуального подтекста. Мы оба нуждались в комфорте.
— Всё будет хорошо, — сказал он. — Их дружбе уже много лет. Они со всем разберутся.
— Ты действительно в это веришь?
Он громко выдохнул.
— Нет.
12 глава
Я стояла перед кроватью Вона и рассматривала его полуобнажённое тело. Через открытое окно просачивалось мерцание луны, а лёгкий летний бриз раздувал занавески. Что он со мной сделал. Все эти эмоции и ощущения, которые у меня появлялись даже просто от его присутствия. Безумие. Чистое безумие.
— Что такое? — спросил он сонным голосом.
— Задумалась, — ответила я улыбаясь.
— О чём?
— Как сексуально ты выглядишь, когда лежишь на кровати с приложенной поверх джинсов грелкой полной льда, пытаясь облегчить участь своих опухших яичек.
Уголок его потрескавшихся и распухших губ изогнулся, намекая на улыбку. Но он сдержался.
— Ох. Спасибо.
— Тебе ещё что-нибудь нужно?
— Нет. — Он несколько раз похлопал по кровати. — Не могла бы ты немного посидеть со мной?
— Конечно. — Я присела и постаралась не сильно шевелить матрас, опасаясь причинить ему боль. Это было затруднительно, учитывая все удары, которые он получил.
— Я не могу поверить, что Эрик вмазал мне коленом в пах, — сказал он обиженным тоном. — Даже для него это низкий поступок.
— Это ты первым напал на него.
— Ох. — Глубоко вздохнул. — Он не должен был говорить в такой манере о Нелл. Мне всё равно, что произошло между ними, и не важно, как долго я жил вдали. Я всё равно её брат и не мог просто стоять там, позволяя ему болтать подобное.
— Я понимаю, что ты чувствовал себя обязанным защищать её.
Вон ответил рычанием, и только Бог может знать, что это означало.
— Офицер Энди проявил любезность и не отправил вас в тюрьму.
Вон фыркнул.
— Он бы так и поступил, если бы не страдал по Нелл. Что за кретин. Было унизительно наблюдать, как он пускал слюни, рассматривая её задницу.
— Тем не менее, она смогла сделать так, чтобы он просто уехал и никого не арестовал.
Он посмотрел на меня не повреждённым глазом, на втором лежал пакет со льдом. Его красивое лицо и часть рёбер были покрыты синяками и ушибами.
— Лучше я позволю тебе немного поспать.
— Ты в порядке? — спросил он.
Я остановилась и попыталась найти правильные слова. В действительности у меня их не было.
— Ваша драка напугала меня, Вон. Проклятье, я испытала ужас. Ты мог сильно покалечиться.
— Лидия, — позвал он, а затем замолчал. Он подвинулся, жалуясь на боль, и освободил для меня на кровати немного места.
— Ложись.
Я сделала, как он попросил, со свойственной мне грацией сбросила обувь и легла рядом на кровать. Как только положила голову на подушку, то сразу же начала зевать. Было уже часа три или даже четыре утра. Каждый потенциальный след от эйфории, вызванной алкоголем, исчез около часа назад. Скоро взойдёт солнце. Какая ночь.
— Эй. — Он зацепил своим мизинцем мой и крепко сжал.
— Спасибо, что беспокоилась обо мне.
— Я волновалась за всех.
Молчание.
— Не это ты сказала несколько минут назад.
— Да, именно это.
— Нет. Ты сказала — ты мог сильно покалечиться. «Ты мог» — поэтому говорила обо мне, — сказал он и осторожно повернул голову, чтобы посмотреть на меня.
В ответ я просто вяло фыркнула.
— Ты волновалась из-за меня.
— Думай, как хочешь.
Сумерки отбрасывали на потолок тёмные и загадочные тени. Снаружи, кроме стрекотания цикад, царила тишина. Все спали. Как минимум, все, кто жил в нашем маленьком уголке мира.
— Поэтому Андре тебя обнял? — спросил он в упор. — Потому что ты испугалась?
Я приподнялась, облокачиваясь на локоть.
— Вы с Эриком пытались убить друг друга, а ты всё равно умудрился заметить такую ерунду?
Нет ответа.
Удивительно. Этот мужчина был просто потрясающим. Я вновь откинулась на спину и уставилась на потолок. Мне показалось, что рёбра уменьшились в размере и все заключённые там важные органы пришли в возбуждение. Изо всех сил старалась не улыбаться, но провалилась.
— Ты собираешься что-то сказать? — спросил он, в конце концов.
— Я нравлюсь тебе. — Констатация данного факта проделала внутри меня брешь, проникая в мои кости и крепко там укореняясь. Вместе с этим фактом возник какой-то странный вид спокойствия, правильности, хотя я и должна была хорошо помнить о том, что происходящему между нами не суждено продлиться долго. Умом я понимала о необходимости сохранять между нами расстояние вытянутой руки. Чувства хотели запустить руку ему в брюки, уткнуться носом в шею и чем-нибудь заняться. Прямо сейчас.
— Разве мы это уже не выяснили? — Он сильнее сжал мой мизинец.
— Я не знаю. Каким-то образом, сейчас это кажется более реальным. Или, возможно, раньше я не слушала с должным вниманием. — Я усмехнулась. — Или, может быть, у меня мимолётное ощущение.
— Ты живёшь в бесконечных мимолётных ощущениях.
Это правда.
— Что я могу с этим поделать. Если бы ты не ввязался в драку, мы могли бы познать друг друга в библейском смысле.
Последовал долгий и тяжёлый стон.
— Не говори мне сейчас о сексе.
— Я просто говорю…
— Не надо.
— Отлично. Молчу. — Я плотно закрыла глаза, глубоко вздохнула и медленно выдохнула. Какое разочарование. Полный отстой. Испытываемые мной ощущения распространялись от живота вниз к лону, где знали, что не получат должного внимания.
Будут полностью проигнорированы.
«Рождество» лежало рядом со мной, но я не могла прикоснуться к подарку, боясь причинить ему боль. Я могла бы сама разобраться с Эриком. Например: несколько раз ударить его сумочкой по голове, или что-то в этом роде. Было бы намного лучше.
Вон провёл рукой по моей руке. Его ладонь не была мягкой, чувствовались мозоли на пальцах от игры на гитаре. Кожа была грубая и немного потрескавшаяся. Но я не возражала против этого. Он мог трогать меня сколько угодно. Проклятье, учитывая моё состояние в этот момент, я могла бы привязать себя к нему скотчем и остаться так навсегда.
— Есть новости от агента по недвижимости? — Я перевернула руку ладонью вверх. Хотела поймать его пальцы и пожать их.
— Завтра он приведёт кого-то показать дом. Но предполагаю, что разгромленная гостиная не произведёт хорошее впечатление. — Он тихо выругался.
— Не волнуйся, — ответила я. — Нелл, Рози и я уже немного прибрали. Если будут спрашивать, то агент скажет, что ты минималист, который не любит пространства заставленные мебелью или придумает что-то ещё. Всё будет хорошо.
Вон вздохнул.
— Да. Ну, это точно сработает, правдивое объяснение. Спасибо за помощь.
— Не проблема. — Я осторожно поднесла его руку к губам и поцеловала, стараясь не задевать разбитые костяшки пальцев.
— Могу я задать личный вопрос?
— Валяй. — Он не колебался даже секунду.
— Что произошло между тобой и Эриком? Почему он так плохо отреагировал, когда узнал что ты работаешь в баре?
Вначале раздался разочарованный стон, вскоре переросший в смех. Но этот смех не звучал счастливо.
— На самом деле, думал, что ты спросишь об этом раньше. Прошлой ночью, после той чёртовой сцены в баре.
— Я не хотела вмешиваться.
Не говоря ни слова, он поднес мою руку к губам и поцеловал. Божечки. Я плавилась. Всё, что от меня найдут утром, — будет бесформенная слизь на кровати, и виноват будет только он.
— Ты мне нравишься, Лидия.
— Вон, ты мне тоже нравишься. А теперь посплетничай.
Его смех стал более беззаботным.
— На протяжении всей средней школы Эрик был в группе. Вообще-то, это он помог мне её собрать. Мы были тогда близки. Его родители живут недалеко по улице, поэтому мы практически выросли вместе…
— Что случилось потом?
— То же самое, что происходит сейчас. Он облажался с группой. Эрик всё время дурачился, никогда не воспринимал группу всерьёз. Всё, что ему было нужно сделать, так это выучить свою партию ударника вовремя, до концерта, но смог ли он это сделать?
Он прижал мою руку к груди, и я чувствовала, как билось его сердце. Удары ощущались сильными и хорошими, как и мужчина, которому оно принадлежало.
— Даже не подумал. Я предупреждал его, что если он не соберётся, то не поедет с нами после выпуска. Короче говоря, он мне не поверил, и потом пришло время сказать ему, что он вылетает. Эрик плохо это воспринял.
Я вдохнула полной грудью, и сквозь сжатые губы выдохнула.
— Чёрт возьми! Должно быть, было трудно. Теперь я понимаю, почему ты так нервничал от идеи работать в «Дайв Баре».
— Да. — Больше он ничего не добавил.
Мы лежали и молчали, держась за руки и медленно засыпая. Несмотря на многочисленные мысли, крутящиеся в моей голове, усталость победила. Простынь и подушки хранили запах Вона, меня окутывало тепло от его тела рядом, а в окно дул прохладный утренний летний ветерок. Мой личный рай. Боже, как я устала. Мне казалось, что вес моего тела увеличился в три раза, и одновременно я была лёгкой как пёрышко. Чувствовала, будто проваливаюсь в матрас и одновременно способна парить в воздухе, и только рука Вона притягивала меня к Земле. Я хотела оставаться в этом подвешенном состоянии вечно, мечтая о сладком.
Я задавалась вопросом — как проходит на Гавайях путешествие Криса с Полом. Интересно, сколько ещё эта мысль сможет проскальзывать сквозь мой мозг, не трансформируя меня в разъяренного викинга, готового поджечь и разгромить мир. Время, которое мы провели вместе с Крисом, сорвавшаяся свадьба — мысли обо всём этом продолжали меня преследовать.
Рядом со мной поднималась и опускалась в идеальном ритме обнаженная грудь Вона. Под тусклым лунным светом все его безупречные татуировки выглядели как размытое пятно. Глаз, которым он мог видеть был закрыт, а его бедное потрепанное лицо расслабилось.
— Я никогда не любила Криса так, как должна была, — прошептала я. — Вероятно, чувствовала себя одиноко, и мне не хватало определённого внимания... я не знаю, это всё происходило в моей голове или типа того. Но в нашей истории не было ничего реального.
Он не шевелился. Ничего не изменилось. Ночь продолжилась безмятежно.
Я уставилась на потолок спальни, как будто на своего старого друга. Мой самый надёжный свидетель.
— Мне кажется, что через два с половиной дня проведённых вместе, я стала испытывать к тебе большие чувства, чем те, что в течении четырёх месяцев чувствовала к нему. Это совсем другое. Я точно знала, какой будет жизнь с Крисом. Что и как мы будем вместе делать. Он вписывался во всё то, о чём думала, я мечтаю. С тобой совсем по-другому.
Я закатила глаза и застонала от собственной драмы. Ничего не имело смысла. Казалось, будто у меня не получалось находиться в реальности. Вон Хьюсон мог обладать мной немедленно, если бы просто понял это. Жалкая, сумасшедшая, не понимала о чём ещё думать. Повесьте моё печальное, промокшее до нитки сердце, чтобы высушить и покончить уже с этим. Ах.
— Я пытаюсь сказать, что не променяла бы секунду, проведённую с тобой за все месяцы лжи и манипулирования с ним, как бы безумно это ни звучало. Вот и всё. Конец.
И вот правда, которую я никогда не ожидала произнести вслух, отправилась в плавание вокруг Вселенной.
Боже, я ощущала себя так, будто огромный и тяжёлый валун свалился с моей груди и покатился в пропасть. Ниже и ниже, в бездну.
Пусть начнётся новый день и всё вчерашнее дерьмо закончится. Я покончила с этим. Крис сделал мне больно, я выстрадала, и теперь покончила с этим. Я пережила и выучила урок.
Мудрость имеет свою цену. Но я заплатила, и теперь готова двигаться дальше.
— Детка, — прозвучал голос в темноте, и я почувствовала, как он сжимает мне руку.
— Я думала, что ты спишь, — ответила, немного задыхающимся голосом. Полагаю, выброс моего эмоционального дерьма в глубины космоса сказался на носовых полостях.
— Тебе больно? Что-нибудь принести?
— Нет. Просто оставайся со мной.
— О’кей.
Молчание.
— Ты что, напилась?
— Нет, — сказала я, с абсолютной осведомлённостью, что чувствую внутри и снаружи.
— Нет, я так не думаю. Предполагаю, что протрезвела некоторое время назад.
— О’кей.
Молчание.
— Лидия, группа распалась, я вернулся сюда… — его затруднённое дыхание в темноте звучало громко, глубоко. Тишина была нарушена, а мои секреты раскрыты. Святые небеса, с ним всегда так происходило. Я не могла спрятаться, даже если бы попыталась.
— Ага, — сказала я, подбадривая его продолжить.
— Встреча с тобой делает это почти стоящим.
Почти. В конце концов, его боль, его мечты заняли десятилетие или больше, он видел, как они росли и умерли. Наши ситуации не были одинаковыми. В этом заключалась истинная правда.
— Спасибо, — сказала я, крепко держась за его руку.
— Спи детка. Мы разберемся с этим завтра.
— О‘кей.
13 глава
Мужчины действительно очень странные.
На следующий день наша смена начиналась с полудня и до девяти вечера. Как только мы вошли в «Дайв Бар», Вон направился за барную стойку, и с выражением полного безразличия встал рядом с Эриком, который в этот момент болтал со своим братом Джо. Это было абсурдно. Пять раундов против Годзиллы не могли бы разукрасить их хуже, чем они выглядели сейчас. Опухшие губы, синяки под глазами, разбитые скулы, они ничего не пропустили. Девяносто девять процентов их лиц были окрашены в чёрный и синий цвета.
Мужчины посмотрели друг на друга... и ничего.
Абсолютно ничего.
Они кивнули подбородками, приветствуя друг друга, а затем приступили к работе. Я уверена, что если б потасовка произошла между женщинами, то военные действия продолжались бы не один месяц. Это только лучше доказывает мою точку зрения о том, что женщины — высший вид, и их вовлеченность во всё, в целом, всегда больше. Мы с большей серьёзностью относимся к происходящим событиям.
Сегодня доски с меню дня, которые висели на стенах «Дайв Бара», были посвящены тако. Варианты меню всегда основывались на том, что Нелл оказывалась в настроении готовить.
Некоторые основные блюда предлагались всегда, например такие как — стейк, макароны с сыром, гамбургеры и картофель фри, с добавлением соусов, какие вы только могли себе представить. Но в остальной части — меню было постоянной гастрономической тайной.
Во всяком случае, женщина, которая уважала традиционный вторник с тако, достойна восхищения.
На прилавках виднелись кусочки говядины, острой курицы с лаймом, пряных креветок, сладкий жареный картофель с чёрной фасолью. Ням. Я начинала чувствовать голод только от запаха. «Дайв Бар» быстро становился моим любимым местом.
Я ставила на свой поднос несколько «Маргарит», пару бутылок пива «Корона» и стопку текилы «Эррадура» с кусочком лимона сбоку.
— Всё в порядке? — спросил Вон.
— Всё в порядке. — Я посмотрела на него и Джо, который слегка ухмылялся.
— Мальчики, как идут дела в Бойцовом клубе?
— Первое правило Бойцового клуба — не говорить о Бойцовом клубе, — пробормотал Джо.
Я рассмеялась и подняла поднос, собираясь отнести заказ группе пар, немного старше нас. Они пошли на второй круг из напитков и выглядели расслабленными, улыбались и просто приятно проводили время.
— Ты была права насчет креветок, — сказала одна из женщин.
— На вкус пальчики оближешь. Но и курица потрясающая.
— Вкуснятина, не правда ли? — Я вручила ей одну из «Корон», в то время как её партнёр уже отпивал глоточками «Маргариту».
— Хотела бы готовить наполовину так же хорошо, как Нелл. Я не могу подогреть молоко для хлопьев, чтобы оно не выкипело.
— Ах! Ты не одинока.
Я усмехнулась.
— Могу я предложить вам что-нибудь ещё?
Они ответили хором: кто — «Нет», а кто-то — «Пока больше ничего не надо».
Ответила им, кивнув головой, а затем пошла проверить другие столы. Обеденное время пробежало очень быстро, и мы перешли в фазу выпивки и развлечений, характерных для второй половины дня. За одним столом чувак читал книгу, со стоящими перед ним кофе и тортом, за другим — группа девушек моего возраста сплетничала и хихикала, уже выпив несколько бокалов вина.
— Увидимся позже. — Джо прошёл мимо меня, засунув руки в карманы и вышел на улицу. На сегодня он закончил.
— Пока.
Несмотря на хаос прошлой ночи, превратившийся в потасовку, сегодня днём, казалось, ситуация вернулась к норме.
Но я поспешила с выводами.
— Привет, Бетси.
— Лидди. — Администратор из агентства по недвижимости «Дилэйни» скорее скорчила мне гримасу, чем улыбнулась. Было совершенно ясно, что она не испытывает никакого восторга от встречи со мной.
— О божечки, как же низко мы пали.
— Эм-м. Я не смотрю на это с точно такой точки зрения.
— Везёт. — О, как не искренне звучали её слова.
Женщина была примерно моего возраста, но в сравнении со мной выглядела более вычурно. Когда я с ней работала, то мне несколько раз приходило в голову, что они с Крисом составили бы отличную пару. Я представила их — стоят рядом в одинаковых рождественских свитерах. Они хорошо смотрелись бы вместе. К счастью для Бетси, она жила в этом городе намного дольше чем я, и должно быть была более осведомлённой о секрете «Крис-гей». Хотя я сомневаюсь, что это заставило бы её отказаться от их фамилии или денег, в случае если б он проявил заинтересованность. Возможно, уровень администратора был слишком низким для Криса.
Кто бы знал? И, оказывается, мне было всё равно. Да, мой интерес к ситуации определенно упал. Послала всех куда подальше, мысленно, конечно же.
— Чему ты так ухмыляешься? — спросила она с раздражением. Вероятно, она была разочарована, потому как не увидела моего уязвлённого самолюбия.
— Что я могу сделать для тебя, Бетси?
Она фыркнула, и настолько яростно мотнула головой, что только чудом не сломала шею.
— Мистер Дилэйни попросил меня передать тебе это.
И протянула мне конверт формата А4.
— Спасибо.
— Не стоит. Мы готовы на всё, чтобы избавиться от тебя. Ну, мне пора идти. У некоторых из нас есть очень важная работа.
Ещё один раз наморщила нос в мою сторону и внимательно окинула меня взглядом с головы до пят. Что-то её развеселило.
— Я слышала, ты живёшь с их соседом, каким-то музыкантом-неудачником.
— Тебе так сказали?
— Немного низко даже для тебя.
Я задумалась, пытаясь разобраться, и никак не могла вспомнить, что такого плохого ей сделала за четыре месяца работы в агентстве, чтобы вызвать в ней столько враждебности. Наше общение всегда было вежливым, даже дружелюбным. Мне не нужно быть всеми любимой. Но если меня кто-то ненавидел, то я должна хотя бы знать почему.
Возможно, она просто встала на сторону Дилэйни. Удачи ей.
— Это он? — спросила она, указывая на стойку.
— Да. — Сегодня он слегка укротил обычный хаос своих золотисто-медных волос, расчесав их в старомодном стиле. Выглядел отпадно. Широкие плечи хорошо просматривались под простой чёрной футболкой. Боже, его бедное лицо, всё серое, чёрное и голубое. По крайней мере, он не сильно пострадал. Виднеющаяся на шее татуировка оказывала на меня непонятное воздействие. Я хотела поцеловать его, облизать и делать всякие другие вещи. Те, что требуют рейтинга от шестнадцати.
— Не могу передать, какой он замечательный — сказала, не утруждая себя посмотреть ей в лицо. Мой взгляд был прикован к лучшей картине. — Вон... он потрясающий. И дело не только в горячем теле и всей его татуированной внешности рок-звезды. Потому что, позволь мне сказать тебе откровенно, большую часть времени этот мужчина сама нежность. Самый милый парень, которого я когда-либо встречала. Преданный и поддерживающий, открытый, полностью заслуживающий доверия. Мы можем часами говорить ни о чём, просто тусоваться вместе. У него бывают свои трудные моменты, но... у кого их нет? Не говоря уже о том, насколько он чертовски сексуален. Я слишком большая леди, чтобы обсуждать, что у него в штанах, или как он может заставить меня чувствовать, даже не вовлекая то самое в игру. Но когда парень может зажечь тебя поцелуем, даже без языка, ты знаешь, что между вами
Бетси уставилась на меня, открыв рот. Я вполне уверена, что видела, как жук залетел ей в рот. Ой.
— В любом случае, — добавила я, — мне лучше вернуться к работе. О, я уже говорила, как сильно мне нравится снова работать официанткой? Всё по-другому, когда твои друзья трудятся рядом, и работа тебя вовлекает эмоционально. Потрясающе, когда действительно веришь в качество предлагаемого продукта. Ты меня понимаешь? Все работают вместе, чтобы достигнуть одной цели. Никаких акул, которые постоянно пытаются превзойти всех остальных и получить лучшие показатели продаж. К тому же, ты должна увидеть, сколько еды я заберу домой. Нелл действительно самый талантливый шеф-повар.
Бетси продолжала меня разглядывать.
— Эм-м, так или иначе. Разве ты не говорила, что тебе пора?
— Ты просто смехотворна. Настоящий анекдот, — выплюнула она, повернувшись на каблуках и выходя из бара. Чёрт возьми. Она вышагивала на каблуках, которые были выше десяти сантиметров. У неё хорошо получалось сохранять равновесие.
— Прощай!
— Ты в порядке? — спросил позади меня знакомый голос.
— Угу. Хочешь сходить сегодня со мной куда-нибудь после работы, Вон?
Сначала он нежно дёрнул меня за хвостик, потом его губы коснулись моего уха. Господи, мне это нравилось. Мурашки побежали вдоль по спине. Выплеснуть реакцию на кожу — это всё, что я могла себе позволить, чтобы не застонать от удовольствия.
— Лидия, ты приглашаешь меня на свидание?
— Да,— ответила я. — Именно так.
— Детка, с удовольствием. — Его рука поднялась вверх по моей шее, поглаживая и притягивая к себе. Чёрт побери, это мужчина знал, как нужно меня трогать. Он превращал мой разум в кашу.
— Тебе нужно кое-что узнать до свидания сегодня вечером, — сказал он.
— Что именно?
— На первом свидании я всегда иду до конца, — сказал он с совершенно серьезным лицом. — Для тебя это проблема?
— О, я рассчитываю на это. — Совершенно точно моё лицо покраснело, поскольку тело горело всё. — Я имею в виду... было бы неловко, если б ты думал, что я ценю тебя за ум или другую ерунду. Фу, как неловко вышло. Между нами говоря, я заинтересована только в том, чтобы залезть к тебе в штаны.
Уголки его рта дернулись.
— Я уверена, что ты хороший парень, и всё такое, но существуют приоритеты. Понимаешь?
— Понимаю. — Улыбка Вона заставила бы и монахиню дважды подумать. У меня не было никакого шанса сопротивляться. То, как заблестели его глаза, казалось, происходило больше от волшебства, чем от биологии. — Тогда всё в порядке.
— Мы договорились?
— Да.
У меня не было никаких шансов сдержать усмешку.
— До вечера, мистер Хьюсон.
Когда Вон развернулся и направился к стойке, чтобы обслужить нового клиента, я невольно стояла и рассматривала его задницу. В глубине мозга происходили всякие вещи. Все связанные с работой. Клянусь. Вроде, более или менее.
— Простите меня! — Аккуратно одетый молодой азиат с хипстерскими усами сердечно мне улыбнулся.
— Мисс Грин?
Меня покинули все счастливые мысли, когда я обратила своё внимание на этого парня.
— Лидия Грин?
— Кто спрашивает? — ответила с лучшей фальшивой улыбкой, на какую только была способна.
Из кармана рубашки он вытащил визитку и вручил с полупоклоном.
— Бретт Чен. Я независимый репортер. Не могли бы мы поговорить о вашем недавнем расставании с Кристофером Дилэйни и о свадьбе, с которой вы сбежали в прошлые выходные.
— Нет, спасибо. — Я попыталась вернуть его визитку обратно.
Он проигнорировал это.
— Как вы знаете, Дилэйни и их агентство недвижимости хорошо известны по всей области и имеют прочные связи с некоторыми ключевыми политическими деятелями. Но я считаю, что такая сенсационная история, как ваша, может иметь гораздо более широкий охват. Национальный, если не международный.
— Поразительно, чёрт возьми. Куча незнакомцев по всему миру начнет совать свой нос в мою личную жизнь. — Я помахала визиткой у него перед носом, теряя терпение. — Нет.
— Лидия, доходы могут быть большими.
— Повторяю вам вновь — нет.
Разочарование отразилось на его лице с нахмуренными бровями.
— Как уже сказал мистеру Рэю Дилэйни, я буду продолжать свою работу над статьёй, с вашим сотрудничеством или без него. Но я бы предпочел, чтобы вы мне помогли.
Я скомкала визитку этого придурка и направилась к барной стойке с расстроенным выражением.
— В полицейском отчёте говорится, что вы ударили мистера Кристофера Дилэйни. Хотите прокомментировать это?
— Нет. — За прилавком был мусорный бак, и в него полетела визитка журналиста. Я вздохнула, и попыталась избежать встречи с его взглядом. — Пожалуйста, уходите. Я не буду отвечать на ваши вопросы.
— Многочисленные источники подтвердили, что Крис Дилэйни в настоящее время находится на Гавайях со своим шафером Полом Мюллером.
Чен встал напротив меня с другой стороны стойки, очевидно, никуда не собираясь уходить. Проклятие.
— Было много предположений, что мистер Мюллер и мистер Дилэйни на самом деле тайные любовники. Поэтому вы решились послать подальше свою свадьбу?
— Никаких комментариев.
— Почему вы больше не работаете в «Дилэйни Реал»…
— Нет. — Я уцепилась за край прилавка, вгоняя ногти в старое дерево. В противоположной стороне зала Вон обслуживал клиента. И я не слышала никого на кухне позади себя. Но также я не хотела начинать кричать о помощи, создавая проблемы для Нелл. Этот парень должен был сдаться и, в конце концов, уйти, приняв тот факт, что я не собираюсь отвечать на его вопросы, и не вынуждая создавать беспокойство для наших клиентов.
— Лидия, это правда, что было видео…
— Нет.
— Что, мать твою, происходит? — Эрик стоял рядом с репортером, на его опухшем лице отражалось испытываемое раздражение. — Кто ты такой? Нет, не отвечай. Я не хочу ничего знать. Просто убирайся.
Рот мистера Чена безмолвно открывался, и внезапно он стал выглядеть встревоженным.
— Но если я мог бы минутку поговорить с мисс Грин.
— Мисс Грин явно не хочет иметь ничего общего с тем, что ты продаёшь. Уходи прочь.
— Но…
— Администрация оставляет за собой право отказать любому лицу во входе в заведение. С этого момента, запрет касается тебя, — сказал Эрик, угрожающе приближаясь к мужчине. И начинал одерживать победу. — Ты преследуешь моего сотрудника. Уходи сейчас же или я буду вынужден лично тебя убрать.
— Позвоните мне, Лидия, — сказал репортёр, вытаскивая ещё одну визитку. — Такой шанс бывает только раз в жизни.
— Убирайся, — прорычал Эрик.
Блеснув последним алчным взглядом в мою сторону, репортер сделал, как ему сказали.
Чёрт. Я опустила вниз голову, стараясь привести дыхание к норме и успокоить свою злость. Вот сволочь. Статья, привлекающая внимание ко всей этой чертовой катастрофе, было последним, в чём я нуждалась.
— Ты в порядке? — спросил Эрик, подходя ко мне за барной стойкой.
— Да. Спасибо. Я могла бы избавиться от него сама, просто не хотела устраивать сцену.
В ответ Эрик кивнул.
— Что это было?— Вон приблизился к нам практически бегом. — Детка, кто был этот парень?
— Какой-то репортер. — Я смяла вторую оставленную визитку, позволив ей присоединиться к первой в мусорном ведре. — Это не важно. Эрик избавился от него. Ещё раз спасибо за помощь.
— Спасибо друг, — сказал Вон.
Эрик кивнул и направился на кухню.
— Эй. — Его палец прижался под моим подбородком, нежно его поднимая. — Всё в порядке?
— Да, я только немного злая. — Я скрестила на груди руки и крепко сжала губы. — «Такой шанс бывает только раз в жизни». Как будто я должна быть благодарна, что парень, за которого я собиралась выйти замуж, был скрытым гомосексуалистом и использовал меня как прикрытие. Было так чертовски весело узнать об этом в первый раз, что хочется снова всё повторить! Задница.
Вон слегка улыбнулся мне.
Я застонала.
— Иногда мне кажется, что я никогда не оставлю это позади.
— Это случилось только в субботу. — Он провел пальцами по моей щеке, широко улыбаясь. — Сегодня вторник. Рано или поздно это дерьмо будет позади тебя, только потребуется немного больше времени. Три-четыре дня... это не так долго.
Я уничтожила его своим лучшим убийственным взглядом.
— Вон, перестань быть разумным. Кто вообще тебя спрашивал?
Он вздохнул, потом подошел к стойке с моей стороны и поцеловал в макушку. Я наклонилась к нему, находя в его присутствии гораздо больше утешения, чем следовало бы. Скоро его уже не будет. Мне нужно научиться справляться самостоятельно со своим дерьмом. Но, боже. В любом случае ещё было слишком рано, чтобы оставаться в одиночестве.
— Забудь об этом мудаке, — сказал он, потирая мне спину и целуя в щёку. — Подумай о том, что делает тебя счастливой. Например, о нашем сегодняшнем свидании или о чём хочешь.
— О’кей.
— Мне лучше вернуться сюда.
— Спасибо. — Непроизвольно, когда он отвернулся, моя рука сумела приземлиться на его задницу. Возможно, я немного её сжала. Как будто девушка всегда может нести ответственность за то, что делали её пальцы. Да, ладно.
— Я почувствовал это.
— Не понимаю, о чём ты говоришь.
— Позже, — только и сказал он.
Позже.
Я не могла дождаться.
14 глава
Это «позже» оказалось ближе к полуночи, чем к девяти вечера.
У Рози сильно простудился ребёнок, поэтому она не смогла выйти на работу. Нелл также чувствовала себя не очень и поэтому отправилась домой, оставив Бойда в одиночку справляться на кухне. В завершение картины, несколько групп клиентов появились без предварительного бронирования. Ещё один вечер мы были упакованы по полной.
Эрик помогал то обслуживать столики, то Вону справляться с заказами за стойкой. К тому времени, как мы закончили уборку, мои ноги молили о пощаде. Но это действительно того стоило.
— Как ты? — спросил Вон, заводя мотор «Мустанга». — Всё ещё хочешь пойти на свидание?
— Больше всего на свете.
— О чём ты только думаешь? — Он медленно выехал на тёмную дорогу. В поле зрения наша машина была практически единственной.
— Пожалуйста, я очень хочу попробовать полный пакет соблазнения от Вона Хьюсона из Кёр-д’Ален.
— Правда? — Любопытство засияло на его лице.
— Да. — Потягиваясь, я соединила пальцы и вытянула перед собой руки. Каждая мышца в плечах и спине болели из-за длинного рабочего дня. Я не могу винить их за это. — Так же как рассказывала Нелл, когда дразнила тебя. Хочу, чтобы ты меня отвёз в какое-нибудь укромное местечко у озера и сыграл для меня романтическую балладу.
Вон засмеялся.
— Что обычно происходит после этого?
— Ах. — Он потёр свой подбородок. — Спорим, ты пойдешь купаться в озере нагишом.
— Возможно.
— После этого мы трахнемся на пляже. Иногда эта часть происходит поспешно. Зависит от того, насколько жестоки комары и жуки.
— Ой.
— Ты мне это говоришь.— Вон быстро мне улыбнулся и перевел взгляд обратно на дорогу. — Трудно по-настоящему наслаждаться вещами, когда комары устраивают банкет на твоей заднице.
Я фыркнула.
— Понятное дело.
— Хм. Затем я обычно спешил проводить девушку домой до комендантского часа. Иногда помогал ей залезть в окно или типа того.
— Романтичный.
— Я всегда так думал, — задумчиво произнес он. У меня не получалось увидеть его лицо из-за слабого освещения.
— Никогда не получал никаких жалоб.
Вселенная казалась пустынной, и вокруг царил покой. Движение практически отсутствовало. Машина въехала на подъездную дорожку, и Вон выключил двигатель. Мгновение мы продолжали просто сидеть в молчании.
— Дело в том, что мне больше не восемнадцать. — Он повернул голову, наблюдая за мной в темноте, а я смотрела на него в ответ. — Я хочу лучшего для тебя, и могу это сделать.
Не говоря больше ни слова, Вон открыл дверь и вылез. Я сидела и наблюдала, как он обходит машину, чтобы открыть дверь со стороны пассажира и предложить мне руку. Полагаю, рыцарство ещё не умерло.
— Спасибо. — Я вылезла, держа одной рукой сумку. Большой конверт, который доставила Бетси, так и не был открыт. Для некоторых вещей требовалось соответствующее время и место. У меня имелось чёткое ощущение, что чтение бумаг содержащих решения от Дилэйни требовало чего-то подобного.
Вместо того чтобы отпустить мою руку, он повёл меня по тропинке через сад и поднялся на крыльцо. Подумать только, три дня назад я стояла здесь и слушала, как меня материт Саманта, пока Рэй говорил со своим адвокатом по телефону. Удивительно, как быстро всё может измениться. Последние несколько дней Вон подстригал траву на лужайке и приводил заросший участок в порядок, готовя дом для продажи.
Под лунным светом всё казалось ещё прекраснее, каждый угол смягчался, и старый дом выглядел волшебно. Настоящее чудо.
Зазвенели ключи, открывая входную дверь, и мы зашли внутрь. Он не включил свет. Дверь закрылась, и Вон прижал меня к ней спиной. Я едва различала улыбку на его губах.
— Помню, что ты пригласила меня на свидание, но не возражаешь, если я немного поменяю программу?
— Зависит от того, что ты планируешь делать?
— Ты действительно хочешь это знать?
— Да, — ответила я.
— Ты фанатик контроля. — Он тихо рассмеялся, забрал у меня сумочку и опустил её на пол.
— Я доверила весь контроль Крису. Это сработало не очень хорошо.
— Я знаю. — Он тяжело выдохнул. — Но я не такой кусок дерьма. Я бы никогда намеренно не причинил тебе боль.
Я сжала его руки. Перед ним открывался лёгкий путь, учитывая эмоции, испытываемые мной в этот момент, которые нахлынули от силы его слов, искренности в его глазах. Страх, похоть и многие другие чувства бесконтрольно бежали в моих жилах.
Я попыталась успокоиться. Случайный секс с другом, ни больше ни меньше. Просто ради удовольствия.
Да. Именно так.
— Ты в порядке? — спросил он.
— Да. Я просто... — Я облизала губы. — Я в порядке.
Он ничего не сказал.
Прошли месяцы с тех пор, как Крис попытался прикоснуться ко мне физически, и это ни для кого не закончилось хорошо. До него, в колледже у меня долгие годы был один единственный бойфренд (который после диплома получил работу в Гренландии). Потом последовали различные и не очень значительные встречи. Некоторые из которых вспоминаю с удовольствием, какие-то без.
Полагаю, как и у всех остальных. И это был бы только очередной опыт. Для ночи секса не требовалась поэзия, создание настроения с освещением и звучащей фоном классической музыки. На повестке не стояли признания в любви. Мы хотели только поразвлечься. Конец.
— Мы всегда можем сделать это в другой раз, — сказал он, отступая немного назад. — Это был долгий день, я...
— Нет, — выпалила я, совсем не выглядя отчаянной… нет, совсем нет.
— Нет? Ты уверена?
Я отпустила его руки и ухватилась за футболку с такой силой, будто на карту поставлена моя жизнь. Или, в худшем случае, моя сексуальная жизнь. Он принадлежал мне, по крайней мере, на сегодняшний вечер, и я не собиралась отказываться.
— Детка?
— Я тебя хочу.
— Я тоже хочу тебя, — сказал Вон, испуская стон, когда я прижалась к нему. Он дарил мне прекрасное ощущение — был сильным и могучим. Кроме того, аромат этого мужчины был чертовски замечательный.
Если бы я только могла прижаться к его обнажённой коже и спрятаться в объятиях на время, пока всё снова не станет безопасным. Вместо этого я прижалась к его груди и обхватила руками за шею, притягивая Вона как можно ближе. Короткая щетина щекотала моё лицо, а его пальцы впились в мою задницу. Он притягивал меня ближе, поощряя не останавливаться.
— Я действительно, очень хочу тебя, — сказала я. — Не позже. Сейчас.
— Твою мать. Лидия.
Я точно знала, что он имел в виду.
— Твоя кожа такая бледная.— Его голос мог сделать гладкой глазурь. — Не возражаешь, если укушу тебя?
Я удивленно моргнула и откинула назад спину, насколько могла, чтобы посмотреть ему в глаза.
— Ты хочешь меня укусить?
— Да.
— Эм. Я никогда не пробовала.
— Просто несколько лёгких укусов. Нежно. Клянусь, не сделаю тебе больно. Постараюсь себя контролировать.
— Тебе это нравится?
— Ты мне нравишься.— Он наклонился ближе, и между нашими губами оставались миллиметры. — Вопрос: я тебе нравлюсь?
— Ты мой любимый человек на планете Земля, — абсолютно честно ответила.
— Правда?
— Да.— Я смотрела на него с благоговением; глаза и рот Вона были манящими. Моё сердце быстро забилось, и казалось, словно весь воздух высосали из помещения. Моё тело покрылось дрожью, и несмотря на изнурительный день, я чувствовала себя более живой и бодрой чем когда-либо. Желание — это как болезнь, и в этот вечер она поразила меня.
— Спасибо детка. Ты мне тоже нравишься.
— Не только моя грудь?
Он усмехнулся, низко и грязно. Я почувствовала, что в груди становится жарко, в тревожной манере. Моему сердцу нужно было успокоиться. Мои бёдра почувствовали готовность к самопроизвольному возгоранию. Мужчина зажёг огонь в моих трусиках, и только он мог его потушить.
Подумала, что если бы я вышла замуж за Криса, то никогда не испытала бы некоторые эмоции. Чувствовать определённое желание и видеть его отражение, а также глубокую связь с другим человеком. Удивительно. Я могла бы всю свою жизнь заниматься пресным сексом с кем-то, кто на самом деле не был заинтересован, и всё ради спокойствия. Только чтобы жить в четырёх стенах в безопасности.
— О чём ты думаешь? — Руки Вона скользнули по моим плечам, вынуждая отпустить его и слегка отодвигая назад.
— Ничего такого.
— Не верю, попробуй снова.
Я застонала, и почувствовала, как краснеет лицо.
— Я просто счастлива, что переживаю все эти вещи с тобой. Думала, что моя жизнь разрушена, что приняла много ошибочных решений и всё испортила. Но, находиться здесь с тобой, не позволяет мне чувствовать себя плохо вообще.
— Хорошо. — Он поцеловал меня в лоб и улыбнулся.
— Позволь мне рассказать тебе историю.
— Сейчас?
— Да. Прямо сейчас. — Затем он опустился на одно колено, поднял мою ногу и снял один из низких чёрных ботинок, которые носила весь день. Отлично, запах от моих ног убьёт его наповал. Очень сексуально.
— Когда мне было пятнадцать лет, я встречался с девчонкой, которая была на пару лет меня старше, она училась в выпускном классе. — Он поставил ботинок в угол и потянулся, чтобы снять и с другой ноги. Волосы упали вперёд, пряча его лицо, и когда он поднялся на ноги, то сразу же откинул их назад.
— Она была черлидершей. У неё было намного больше опыта, чем у меня. Хотя в этом и не было необходимости, потому что у меня его вообще не было.
— Она стала твоей первой?
— Да. — Почувствовала, как его пальцы возились с кнопкой на моих штанах, потом с молнией. Более прохладный ночной воздух подул на мою обнаженную кожу, провоцируя на ней «гусиную кожу». Или возможно, она появилась только благодаря Вону. Горячими руками он провёл по моим бедрам, когда снимал брюки, пока они не оказались на полу, а я осталась стоять прикрытая только кружевными чёрными трусиками, на самом деле не самыми удобными.
Невозможно угадать, когда понадобится шикарное нижнее белье. Поэтому лучше быть всегда готовой.
Я вышла из брюк, отталкивая их в сторону большим пальцем ноги.
— И?
— И в начале у меня не получалось соответствовать её ожиданиям. — Он погладил меня по шее, проводя пальцами по вырезу моей рабочей майки. — Каждый раз я слишком сильно возбуждался и кончал преждевременно.
Я усмехнулась.
— Я ей нравился, но, эм… через некоторое время моя тревога из-за этой проблемы начала немного её злить. — Одним пальцем Вон провёл вниз, проникая в выемку груди. Конечно, это вызвало пристальный интерес моих сосков. Черт, он привлёк внимание каждой клетки моего тела, за исключением мозга, который погрузился в гормоны счастья, среди которых плавал и тонул.
— Ну, — отозвалась я, потому что мой уровень гениальности всегда пугал.
— Не то чтобы я не доставлял ей наслаждения. Она научила меня, как доставить ей удовольствие руками, рассказала, как использовать рот.
Он схватил подол моей футболки, подушечки его пальцев скользнули по животу, играя со мной.
У меня внутри всё перевернулось, а трусики стали влажными.
— Теперь, когда я вспоминаю об этом, то думаю, что она была эгоисткой. Но я
Вон снял с меня футболку, обнажая подходящий к трусикам бюстгальтер. Затем он ушёл, оставляя меня в поглощающей темноте.
— Христос,— прокомментировал он.
Внезапно комнату залил свет, ослепляя меня. Яркие узоры танцевали перед моими глазами, заставляя моргать как сумасшедшую.
— Извини меня. Мне нужно было увидеть. — Большие ладони Вона скользнули по моей грудной клетке, остановившись под застёжкой лифчика. Его глаза были такими же большими, как... ну, мои сиськи.
— Хорошо. Ты посмотрел. — Я пошарила рукой по стене, пытаясь найти выключатель. Хотела вернуть темноту. Почему? Потому что она скрывала всё. Выпуклость моего животика и ямочки на бёдрах. Тьма и я были отличными друзьями.
— Оставим свет включённым.
— Но темнота создаёт большее настроение!
— Детка.— Он поймал мою руку и поцеловал суставы. — Свет останется.
— После этого
Он посмотрел на меня угрожающе. Или попытался.
— Просто я чувствовала б себя комфортнее...
Прежде чем я смогла просто закончить эту мысль, он снял рубашку и бросил её на пол. Затем сбросил ботинки, пока расстегивал пуговицы на джинсах. Прижал одну руку к стене для поддержания равновесия, и исчезли его носки, а затем и джинсы. В мгновение ока предо мной стоял мужчина, облачённый только в синие боксеры, которые оставляли мало места для воображения. Он был таким красивым. Когда дело доходило до Вона Хьюсона, слов для описания было недостаточно. Я могла потратить целый день, пытаясь обрисовать каждую кривую и плоскость, каждую хорошо очерченную мышцу. Его длинное и худое тело — являлось чистой поэзией. Поэзия или порно… может быть, и то и другое. Мой мозг и киска всё ещё находились в состоянии войны по этому поводу.
— Как быстро, — констатировала я.
— Теперь мы оба почти голые. Чувствуешь себя лучше?
Я пожала плечами, мой жадный взгляд блуждал по его телу. С другой стороны, моё тело в свете не должно представлять хорошее шоу. Но он, напротив, в свете был неимоверно замечательным. Я осталась удивлена скоростью, с которой каждая частица слюны испарилась из моего открытого рта. В любом случае, влажность отчаянно требовалась в другом месте.
— Лидия, — начал он почти раздражённо. Казалось, он выговаривал капризному ребёнку.
— Что?
Он вновь опустился на колено. Его голова оказалась практически на уровне моей груди. Губы Вона не показывали никаких эмоций, он уставился на мой живот. Да, о’кей. Эта часть тела заставляла чувствовать меня немного неудобно. Хотя и не до такой степени, чтобы я наложила запрет на чизкейк и начала бегать трусцой. Давайте не сходить с ума.
Вместо того чтобы сделать какие-то тревожные замечания по поводу моего веса или чего-то подобного, он заставил меня сместить руки, которыми я пыталась скрыть это уродливое зрелище, и сжал их.
— Не делай этого, — тихо сказал он. — Ты красива. Каждый твой сантиметр.
Ой.
Вон нежно поцеловал меня в живот, его язык прокрался и пощекотал пупок. У меня перехватило дыхание, и я хотела насладиться этим моментом насколько могла.
— Мне щекотно, — сказала, когда он снова посмотрел на меня.
Вон улыбнулся.
— Ты собираешься закончить свою историю? — Я попыталась отвлечь его любым аргументом от пристального разглядывания моего тела.
— Да.— Он снова встал и потёр ладони. — На чём я остановился?
— На ней, когда начинала немного злиться. Со мной — ты опустился до груди.
— Ах, точно. — Он положил руки под грудь, и осторожно приподняв, держал на весу. — Бл*дь.
Я не знала, как реагировать.
— Думаю, что могу оставаться так с тобой весь день, хочу быть твоим бюстгальтером.
Вон пощекотал мою шею носом, а затем переместился на лицо. И всё это время его руки массировали и поигрывали с моими сосками.
— Тебе больше не понадобится бюстгальтер.
— Думаю, должно сработать. — Я начала испытывать трудность с дыханием и не понимала почему. Словно мои легкие были перегруженными или не в порядке.
— Думаю, да, — простонал он, прижимая свой член к моему бедру. Большой, жесткий, совершенно ясно — возбуждённый. И святые небеса, так же как и я. Ощущать его прижатым ко мне, отправляло все мои интимные зоны в экстаз. Я видела звёзды и слышала воющие полицейские сирены. То, как он меня касался, как прижимал своё тело ко мне. Удивление, которое отражалось в его глазах и восхищение, которое слышала в его словах. Всего было слишком много, но я хотела, чтобы это никогда не заканчивалось. Чувствовала что возгораюсь. Я могла бы осветить целый город. Мне казалось, что не существует ничего, кроме него и меня.
— Не могу перестать трогать тебя, — сказал он.
— Пожалуйста, не надо.
— Почему, чёрт возьми, мы этого не делали раньше, — тяжело дыша, прошептал он мне на ухо.
— Потому что мы идиоты?
У него вырвался смешок. Затем он укусил за шею, вызывая чумовые ощущения. Его губы посасывали, а язык слизывал лёгкую боль, эти ощущения были такими сладкими. Я поднялась на пальчики, пытаясь увернуться от его нетерпеливого рта, но всё же удерживала его за руку на случай, если он попытается сбежать.
Проклятие. У меня в голове верховодила путаница. Слишком много ощущений, интенсивных и сладких в одно и то же время. Упругие губы и быстрый язык. Вон приостанавливался и начинал двигаться медленнее, облизывая мою шею.
Нежно обрисовал поцелуями линию нижней челюсти, губы.
— Видела? Не так и больно, — пробормотал он, потираясь носом о мою щёку. Боже, я желала его ещё ближе. Внутри меня — было бы идеально.
— Нет. Не так плохо.
— М-м.
Я опустила пятки на пол и обняла его за шею. Волосы у Вона были лучше моих. Мягкие и шёлковые. Я была уверена, что он мыл их простым шампунем, не уделяя много времени. Действительно несправедливо.
— У тебя есть с собой презерватив? — спросила я, проводя пальцами сквозь его волосы и, поглаживая, опускалась всё ниже, прикасаясь к нему как можно больше.
— Сходил и купил коробку во время перерыва. Большую. Я заправился по этому случаю.
— Отлично.
Он положил руки мне за спину и с чем-то стал возиться. Затем я почувствовала тяжелее вес груди, из-за того что лямки на бюстгальтере ослабли. — Итак... моя история.
— Да? — Как он мог ожидать, что я сконцентрируюсь на том, о чём он говорит, что бы это ни было? Я понятия не имела.
— Я слишком рано кончал, и поэтому начинал терять терпение.
— Понятно, — прокомментировала я. — Могу ли я тебя перебить на минутку и просто сказать, насколько мне сейчас нравится слышать об одной из твоих бывших подружек?
В ответ на это он укусил меня в то местечко, где шея переходит в плечо, глубже погружая зубы. На мгновение отпустил и раскрыл рот ещё шире, чтобы сильнее присосаться к большему участку. Он обнимал и прижимал к себе, положив руки мне на спину. Я чувствовала, как кровь бежит по венам, и громко пульсирует в ушах. Мои нервы были натянуты — половина устремлялась на небеса, половина в ад. Внутри ощущалось помешательство.
Половина мужчины была вампиром, и я переживала, что эта его часть мне нравится. Сильно.
— За это у тебя останется след, — сообщил он с твёрдым убеждением.
Как будто я не чувствовала себя вовлечённой. Словно его член, твёрдый как скала, не давил на мой живот.
Тем не менее, я была не в состоянии дать умный ответ. Слишком сконцентрировалась на том, чтобы просто дышать.
Вон поднял лицо в поиске моего взгляда. Я не поняла почему. Когда не обнаружил то, что искал, он скользнул рукой между моих ног. Отодвинул мои трусики и осторожно провёл пальцем. Хотя не было никакой реальной необходимости быть осторожным. Фабрики по производству смазки должны были мне завидовать. Мое нижнее белье было в плачевном состоянии.
— Горячая и влажная, — сказал он.
Я нахмурилась.
— Ты ожидал чего-то другого?
— Просто проверяю. — Один, два раза, он поцеловал меня в губы. Быстрые, отчаянные жесты. Ничего из того что я жаждала. Я хотела, чтоб он поглотил меня. Он издал счастливый звук, пока держал палец внутри меня. — Я волновался, когда ты ничего не говорила. Пришлось проверить всё ли в порядке.
— В этом есть смысл.
— Хм. — Его большой палец скользнул в мои трусики, в опасной близости от перевозбужденного клитора. Я ахнула, сильнее удерживая его за волосы. Мужчина вздрогнул, но не пожаловался. И просто для протокола — он дышал так же тяжело, как и я.
— Должны ли мы выбрать стоп-слово или что-то в этом роде? — спросила я, пытаясь перейти к делу, обращая внимание на практичную сторону ситуации.
— Конечно. Если тебе станет лучше.
— Окей. — Палец внутри меня крутился, входил и выходил, вызывая у меня прекрасные ощущения. Каждая мышца там сжималась в ликовании. Я чувствовала, как пульсирует между ног.
— О боже, как хорошо.
— Какое твое стоп-слово, детка?
— Продолжай, или я тебя убью?
— Как? — Умелый палец дразнил мой вход, распространяя вокруг влажность.
— Хочу больше.
— Скоро, — сказал он, медленно вынимая руку из моих трусиков. Проклятье.
У меня вырвался печально жалкий стон.
— Нет. Сейчас.
— И значит, она говорит мне, что когда мы занимаемся сексом, я должен начать думать о чём-то другом. — Он прижался бедром между моими ногами, поддерживая постоянное давление на мой пах. Мои женские органы отчаянно требовали внимания. Невозможно было не прижиматься к нему, хотя б это немного смягчало желание. История, которую он рассказывал, не отвлекала достаточно.
— Я должен держать свой ум в напряжении, пока мы это делаем, сказала мне она. — Вон одной рукой держал моё бедро, а другой сдвигал вниз чашку бюстгальтера и ласкал грудь. — Она спросила меня, что мне нравится. Я сказал, мне очень нравятся гитары Fender.
— М-м-м-м,— отозвалась я, пытаясь оставаться вежливой.
— Поэтому я должен думать о гитарах Fender.
— Гитары Fender. Правильно.
— Ты меня слушаешь? — спросил он. Его большой палец потирал мой твёрдый сосок, ухудшая ситуацию ещё больше (или улучшая, в зависимости от точки зрения). Чёрт, он смотрел на меня с таким голодом. Я не знала, что делать, чтобы получить от него больше. Жар от его кожи и запах пота, всё в нём сводило меня с ума. Ненасытная. Для меня было слишком.
— Что? О да. В основном. — Я потёрлась о его ногу, не заботясь о том, как выгляжу. Стремилась только к удовольствию. — И потом?
— И потом. — Его рука схватила мою задницу, крепче прижимая к своей ноге. Между тем другой рукой Вон приятно играл с левой грудью, потирая и слегка прижимая сосок. Его пальцы сжимали сильнее, провоцируя странные ощущения. С ним мне нравилось экспериментировать.
— Твою мать, ты влажная. И твой запах меня убивает. У меня появляется желание съесть тебя целиком.
— Войди в меня сейчас. Об оральном сексе подумаем позже.
— Позже, — согласился он. — Нам нужно переместиться в спальню.
— Нет времени.
— Дерьмо. — Вон сосредоточился на моих губах, чередуя покусывания и поцелуи. И в то же самое время его руки продолжали проделывать удивительные вещи. Замечательные и потрясающие. Но действительно, у всего есть свои пределы. Пришёл момент перейти к стадии, когда он вошёл бы в меня.
Я засунула руку в боксеры и провела ладонью по его члену. Мягкая, гладкая кожа покрывала совершенную твёрдость. Это официально. Моя рука попала в рай. Серьезно, кто думал, что спасение скрывается в штанах Вона? Не я.
Обхватила его пальцами и стала благоговейно поглаживать.
Вон застонал, а его голова упала вперёд, опираясь на мою.
Немного жидкости попало на пальцы, поощряя меня продолжать, увеличивая ритм.
— Лидия, не заставляй трахать тебя напротив этой двери.
У меня внутри всё сжалось.
— Боже, это звучит хорошо. Давай сделаем так.
— Дерьмо.
Я завела свою свободную руку на его затылок, чтобы сблизить наши губы. Пришло время заявить о том, чего я желала. Все, о чём мечтала. И, чёрт возьми, полна абсолютной решимости это получить.
Вон с рычанием набросился на мой рот и яростно поцеловал. Мы оба использовали наши губы, зубы и языки. В нас горело отчаянное желание объединиться. Война была бы менее бурной. Наши языки переплелись, что позволило мне попробовать его. Но этого для меня было недостаточно. Этого никогда не будет достаточно.
Его бёдра работали, он трахал мой кулак. Его член становится всё тверже и толще. Ещё немного, и я кончу ему на ногу, а он в мою руку. Какая удивительная идея. Сама мысль чуть не привела меня к оргазму.
Так близко.
Внезапно он отошёл. Немного рискованно, хотя я была уверена, что он понимает то, что делает. Может быть. Без его бедра, поддерживающего меня, моя задница чуть не упала на пол. Моя спина стала скользить по двери, колени дрожали. Потребовалось время, чтобы я смогла восстановить равновесие.
— Вон?
Одной рукой он сжимал член.
— Подожди.
Лямки бюстгальтера заскользили по моим рукам, и я сбросила нижнее белье на пол, стараясь не обращать внимания на своё уродливое тело.
— Но…
— Секунду. — Он схватил свои джинсы и начал искать в карманах. У него в руках появилась коробка презервативов, которую он вскрыл как человек, одержимый дьяволом.
Да. Да.
Я стянула свои трусики, и он поступил так же с боксерами. Судя по выражению лица, взгляду и тому, как искривился его рот, казалось, что Вон чувствовал себя вовлеченным в гонку. Привычно и уверенно он раскатал презерватив, а затем приблизился. На мгновение я почти испугалась. Сладкий и остроумный Вон покинул здание. Мужчина, который стоял напротив меня, был совершенно другим. Я попыталась отступить, но было некуда.
Наши тела столкнулись и ударились о дверь. Руками он схватил моё лицо и удерживал, прикасаясь губами в обжигающем душу поцелуе. Затем он сжал мои бедра, приподнял, подталкивая обхватить его ногами. Всё произошло очень быстро. Вон придерживал мою задницу одной рукой, а другую протянул между нами, перемещая свой член в нужное положение. Гладкая головка сразу же начала вдавливаться, раздвигая мою плоть, и становясь со мной единым целым. Всё, что я могла сделать, так это крепко прижаться к его шее и принять.
Медленно, но решительно, он наполнил меня. Только когда наши бёдра соприкоснулись, и мы прижались кожа к коже, он остановился. Его губы коснулись моей щеки, и нежными поцелуями он очертил овал моего лица.
— Хорошо?— спросил он, его тело дрожало из-за необходимости сдерживаться в ожидании моего ответа.
В ответ я повернула голову и поцеловала. Что за глупый вопрос. Так всё и началось. Не могу описать, каково это, когда тебя прибивают к двери. Но делать это с Воном стало грандиозным опытом.
Он отстранился, прежде чем глубоко вонзиться в меня, сильно и уверенно, до основания. Не было нежной прелюдии, никаких деликатных толчков. Мы оба были слишком возбуждены. Когда его яйца постукивали по моей заднице, наша кожа издавала громкие хлопающие звуки. Вон ритмично погружался в меня, снова и снова. Наши зубы начали опасно ударяться, и мы должны были прекратить целоваться, пока кто-то не пострадал. Тела покрылись потом, а комната наполнилась стонами.
Мы походили на диких животных. Ненасытных. Примитивных.
Почувствовала, как в мои ягодицы глубоко впились его пальцы, когда он повернул нас правее. Его пах продолжал соприкасаться с моим клитором. Снова и снова он попадал в моё сладкое местечко, подталкивая меня ближе к краю, доводя до сумасшествия. Моя кожа покрылась мурашками, кровь быстро мчалась по венам, и напряжение звенело в каждом нерве. Я никогда не была так взвинчена, от головы до пят всё напряглось, отчаянно нуждаясь в освобождении от этого возбуждения. У Вона получалось удерживать меня и его мышцы выглядели расслабленными. Я ощущала запах секса и пота. Всё было хорошо и правильно. Даже эти случайные приступы боли. Вон толкнул меня в дверь, растягивая, наполняя сверх того, что я думала смогу принять.
Затем его пальцы сжались, сильно впиваясь в мои ягодицы. Каким-то образом он немного изменил свои движения. Угол или манера — Бог его знает. Но его бедра врезались в меня, когда он сильно толкался и тёрся пахом по моему клитору. Я почувствовала взрыв возбуждения в основании спины, каждая мышца в моем теле сокращалась. Один, два, три раза Вон повторил это движение, а потом мой мир стал белым.
Звезды. Фейерверк. Каждая часть меня отчаянно двигалась, как будто я собиралась взорваться. Скоро от меня ничего не останется. Тогда он страстно меня обнял. Я ударилась спиной о дверь и застонала, услышав скрип петель. Его тело двигалось внутри меня, и мы были настолько приклеены друг к другу, что мне казалось, мы больше не сможем разделиться.
Наконец, я услышала этот звук, крик, который донесся из глубины его горла. Он толкнул ещё два раза, уткнулся головой мне в шею и кончил.
15 глава
— Надеюсь, ты чувствуешь себя удовлетворённой, — проворчал Вон, лёжа на спине и глядя в потолок спальни.
Прижимаясь к нему, я спрятала улыбку и вдохнула его запах. Оказывается утром, после ночи горячего секса, запах у мужчины был более опьяняющим. Я хотела облизать его с ног до головы, а потом вернуться за добавкой. Вместо этого я зевнула и осторожно потянулась. Некоторые мои части болели самым превосходным образом. После месяцев и месяцев воздержания счастье наконец-то пришло и заглянуло в мою вагину.
— Честно говоря, не думаю, что могу быть счастливее.
Ворчание в ответ.
— Спасибо за все усилия. Я действительно их оценила.
— Ты сразу же заснула.
— Знаю, — ответила я. — Но это был очень долгий день, и к тому же я испытала сильный оргазм, практически нанесла себе неврологический ущерб.
Ещё одно ворчание.
— Теперь, когда я думаю об этом, то вероятно, находилась ближе к коме, чем обычному сну.
— Детка, ты совсем не смешная. — Он обнял меня, несмотря на утверждение, что ему не нравились мои шутки. Вон начал поглаживать мою грудь. У него действительно имелся пунктик по отношению к груди.
— Это должно было стать романтичным свиданием.
— Так и было.
Он поднял голову и казался изнурённым.
— Лидия, у тебя синяки на спине от того, с какой силой я вдалбливал тебя во входную дверь. Возможно, у меня нет большого опыта в романтике, но я чертовски уверен, что это не она.
Такое заявляет мистер Дракула. Парень выглядел серьёзным.
Полосы солнечного света начали просачиваться сквозь занавески. Как раз достаточно, чтобы осветить расставленные по всей комнате и не зажжённые свечи, а также вазы, наполненные полевыми цветами. Закрытая бутылка шампанского лежала в ведёрке со льдом, который давно растаял. Я была уверена, что кровать застелена простынями из египетского хлопка. Хотела б завернуться в них с Воном
Я придвинулась ближе и крепко его обняла. Вести себя как ракушка, приклеенная к скале — успокаивало меня, что уж тут поделать.
— Я очень ценю, что ты добровольно пошёл на этот великий подвиг. Спасибо тебе.
Вздыхая, он откинул голову на подушку.
— Я буду обязан Джо годами за то, что он приготовил всё это, пока мы были на работе.
— Уверена, ты дал отличные советы. Комната выглядит потрясающе.
— Да уж. — Его хмурое лицо стало застенчивым. — На самом деле я просто дал ему двадцатку и попросил захватить букет цветов и пару свечей. Я понятия не имел, что он устроит такое представление.
— Да. Кто бы мог подумать, что у Джо душа романтика.
Все эти цветы и свечи, шампанское во льду и потрясающие простыни. Удивительно. Большой белокурый медведь-бармен умел ухаживать.
Вон похлопал меня по руке.
— Мне нужно в туалет.
Я отпустила его и медленно села, прижимая к груди простыню. Прекрасная позиция для наблюдения за шоу, которое называлось Вон Хьюсон, поднимающийся с кровати. Бледная кожа и татуировки на спине, широкие плечи и упругая задница. Какая красота. Он запустил руку в лохматые, золотисто-рыжие волосы и, зевая, вышел в коридор во всей своей обнажённой красе.
— Мне нужно подстричься.
— Нет, — слишком настойчиво скомандовала я, учитывая краткий характер наших отношений. — Подстригись, когда меня не будет.
Он рассмеялся и скрылся в ванной, по зову природы. Мне тоже нужно было сделать что-то из этого, а также почистить зубы. Не говоря о том, что мои волосы были в жалком состоянии. Наверное, мне стоит как-нибудь это исправить. Забавно, с Крисом я всегда выглядела безупречно. Постоянно проверяла причёску и макияж, что было практически близко к обсессивно-компульсивному расстройству. Не только на работе, где это безусловно требовалось, но и всё остальное время. Тем не менее, сегодня утром я сидела в непрезентабельном виде и ощущала себя расслабленно. Странно, как легко исчезла женщина, которой я была с Крисом. Я могла бы поцеловать Пола за то, что он прислал видео и не дал совершить самую большую ошибку в моей жизни. Поцеловать, а также и ударить. Ярость ещё не полностью утихла во мне.
— Эй. — Вон сел в конце кровати, и осторожно потянул за простыню.
Прикрываясь, я прижимала её к груди.
— Эй.
— Ты хмуришься.
— Просто подумала о Крисе. Как сильно позволила ему морочить мне голову.
Он кивнул, и ещё раз, украдкой дёрнул за простыню.
Я крепче её прижала.
— Знаешь, я думала не только о нём. Вспомнила всю свою жизнь до недавнего времени. Всё и всегда было видимостью. Правильные волосы, правильная одежда, правильные лэйбы. И я позволила втянуть себя в такой мир. Я купилась.
— Лидия, ты искала счастье. Если не попробовать то, как узнать, работает ли что-то?
— Возможно.
— Я тоже ищу счастье.
Он вновь потянул за простыню.
Я продолжала прижимать её к груди.
— Неужели?
— О, да. — Сексуальный ублюдок медленно улыбнулся. — Сегодня никакой работы. Мы вольны делать то, что хотим.
Мои интимные части ожили мгновенно, точно зная, как и чего они хотят. Но проклятая часть практичной Лидии взяла слово. Некоторые привычки трудно убить.
— Мне показалось, ты собирался починить кухонную дверь и поработать над «Мустангом», а ещё подстричь газон на заднем дворе. И мне действительно нужно просмотреть бумаги от Рэя и поискать машину.
Сдвинув брови, он разочарованно на меня посмотрел.
— Детка, ты уверена?— Вон покачал головой, и сильнее потянул за простыню. — Это всё работа. Она не сделает нас счастливыми.
— Нет?
— Нет. Но, мы, твою мать, развлечёмся всё равно.
— Правильно. Тогда ладно, — усмехнулась я.
Вон набросился на меня как сумасшедший. Я ударилась спиной о матрас, а его тело накрыло меня полностью. К счастью, он упирался на руки, иначе бы раздавил. У нас обоих было достаточно синяков. Кожа — наш самый большой орган и он виртуозно играл с моим. Пока я, как сумасшедшая, смеялась и извивалась под ним, Вон щекотал щетиной шею, стимулируя каждый чёртов миллиметр. Жар его тела, ощущение от его волос, падающих на меня — всё это сильнее разжигало огонь между нами. Он медленно спустился к моей груди. После вчерашней ночи у меня болели все девичьи части тела, но они всё равно испытывали желание того, что этот мужчина мог даровать. Эскадрильи бабочек летали у меня в животе. Мужчина имел улётный опыт в знании всего тела, вызывая зависимость. Я не могла понять, как возможно когда-нибудь насытиться им.
Идея провести с Воном день в постели звучала как обещание рая. Но его вибрирующий на тумбочке телефон вернул меня в реальность.
— Дерьмо, — пробормотал он, протягивая руку, чтобы взглянуть на экран. — Это Нелл. Лучше я отвечу, или она продолжит звонить.
Мысленно я зарыдала. Желание, испытываемое к этому мужчине, делало меня слабой.
— Да? — ответил он, переворачиваясь на бок рядом со мной. Уголки его рта опустились. — Мы всё ещё в постели. О чём ты хочешь с ней поговорить?
Голос Нелл звучал тихо и далеко. Как бы мне ни нравилась эта женщина, я не хотела говорить с ней сейчас.
— Чёрт возьми. — Он протянул мне мобильный.
Я взяла его.
— Привет, Нелл.
— Тебе нужен свой телефон, — сказала она.
— Я знаю.
— И что ты делаешь в постели моего брата?
Брат, о котором шла речь, отодвинул сверху исключительно тонкую простыню и снова продолжил свой путь из поцелуев, вниз по моему торсу. Оближет здесь, укусит там. Какой классный парень. Моё сердце билось дважды быстрее, распространяя гормоны счастья. Я ласкала его волосы, а затем подтолкнула в сторону своей киски. В дружеской манере, вы же понимаете. Он рассмеялся и стряхнул мою руку, при этом укусив за пальцы. Господи, он был таким милым. И горячим.
— На самом деле ты не хочешь, чтобы я отвечала на этот вопрос, — ответила я ей.
Нелл застонала.
— Ну, что бы ты там ни делала, прекрати это. Ты нужна мне в баре.
— Что? Нет, — сказала я в панике. — Я не могу. У меня бубонная чума.
— Хорошая отмазка, — пробормотал Вон, всё ближе приближаясь к тому месту, где я хотела его почувствовать и больше всего нуждалась.
— Прими таблетку Адвила, — сказала Нелл. — Рози подхватила от своего ребенка гастроэнтерит, а Джо помогает отцу со строительством. У нас все столики забронировали на обед. Маса один не сможет справиться.
— Кто такой Маса?— спросила я.
— Один из официантов, только что вернулся из отпуска. Он учится в местном техническом колледже и тебе понравится.
— Великолепно. Но как насчет Эрика, он не может помочь?
— Эрик за стойкой, — ответила она, явно теряя терпение. — Давай, я приготовлю что-нибудь вкусненькое специально для тебя.
— Нелл…
— Послушай, я знаю, что ты предпочитаешь остаться в постели с моим братом и развлекаться, но ты мне нужна. Пожалуйста, Лидия, можешь мне помочь?
Боже.
— Хорошо. Дай мне время быстренько принять душ, а потом я приду.
— Спасибо тебе.
Она сразу же повесила трубку.
Иногда люди действительно достают. Я резко прикрыла рукой глаза, тихо плача. Да, ну слёзы не текли в действительности, однако печаль была неподдельной.
Вон воспользовался возможностью и укусил меня за бедро; впился зубами в плоть и на немного задержался. Он делал мне больно.
— Ой.
— Это наказание за то, что не поставила на первое место своё счастье. — Пару раз он поцеловал больное место, а затем лизнул. — И это за то, что решила помочь моей сестре. Когда вернёшься с работы, я позабочусь о тебе.
— Так-то лучше, говнюк. — Я положила мобильник обратно на тумбочку и слезла с кровати. — Если продолжишь кусать меня, то куплю тебе кольцо для прорезывания зубов.
— Твоя кожа такая красивая, что я не могу не оставить на тебе свой след. Сама виновата. — У него не было и намека на раскаяние. — Ну же. Я приготовлю кофе, иди и прими душ.
— Спасибо. Могу я одолжить твою машину?
— Я тебя отвезу и заберу, когда закончишь.
Вон обнял меня, прижимаясь к спине. Я позабыла — как приятно чувствовать рядом горячего и возбуждённого мужчину. Этот, в частности, абсолютно сводил меня с ума. Потрясающий.
— Ты уверен?
— Этот предлог даёт мне возможность одолжить струны у Андре и выполнить другие дела.
— Великолепно. — Я ласково погладила его руки, наслаждаясь ощущением от прикосновения к его телу.
Он выровнял свой член у меня между ягодиц, и начал тереться. Ничего себе. Какое интересное ощущение. Я почувствовала, как позвоночник напрягся, а потом расслабился. Вон тихо прорычал мне в ухо в знак одобрения.
— У нас нет времени, — сказала, заводясь снова. Я ощущала себя влажной, распутной и опухшей. Маловероятно, что деликатесы Нелл действительно могут заставить меня не сожалеть о сделанном выборе и компенсировать потерю времени в постели с Воном. Невозможно.
— Я знаю. — Он крепко сжал мои бёдра своими большими руками и деликатно прижал к себе. — Твою мать, как прекрасно.
— Вон.
Ощущать, как он твердеет, удлиняется, практически лишило меня дыхания. Зрение становилось всё более размытым.
— Мне нравится твоя задница, детка. Она мне очень сильно нравится.
— Я думала, что ты предпочитаешь грудь.
Его горячие губы прижимались к моей шее и воспламеняли каждый миллиметр, где бы он ни прикасался. Одна рука лежала на животе, другая играла с соском. Он продолжал тереться о меня, делая всё только хуже. Или лучше. Возможно, и то и другое одновременно.
— Да, на самом деле, — сказал он. — Но я очень хочу целовать, лизать, кусать и трахать каждую частичку тебя.
Боже. Мои колени дрожали.
— Дерьмо. Нелл выбрала неудачное время. — Он застонал, отступая назад. — Иди в душ.
— Хорошо. — Мои слабые колени продолжала дрожать. — Иди приготовь кофе.
— Да.
Шатаясь, я направилась к двери, но резко остановилась. Учитывая, какими одурманенными у меня оставались тело и разум, любопытство победило.
— Эй. Прошлой ночью ты так и не закончил свой рассказ.
Лицо Вона искажала болезненная гримаса, к животу он прижимал член.
— Какой?
— Про твою первую девушку и тот факт, что кончал очень быстро.
У него на губах появился намёк на улыбку.
— Ах, да. Она предложила мне пока мы трахаемся думать о чём-то, что мне нравится. Чтобы отвлечься в то время, когда я находился внутри неё. Я так ответил: «В следующий раз я подумаю о гитарах Fender. Буду думать очень интенсивно. Расскажу о них и ей, таким образом, она поймёт, что я стараюсь».
— И потом?
— Я продержался, а она кончила с криком: «Да! Fender!» — Он улыбнулся. — Разбудили её родители. Я никогда в жизни так быстро не вылезал из окна.
Я тихо рассмеялась, качая головой.
— Потрясающе.
— Эх, да.
— Зачем ты мне это рассказывал? — Я прислонилась к дверному проему и наблюдала за ним. Он медленно сел на край кровати. — Я имею в виду, это отличная история. Но почему ты рассказал именно прошлой ночью?
— Я не знаю. — Он вздохнул. — Чтобы ты расслабилась и перестала беспокоиться о своём теле.
— О.
Вон пожал плечами.
— Спасибо.
— Мне не понравилось, что ты пыталась спрятаться от меня. — Вон уставился на стену. — Я не такой, как этот мудак — кто выбирает какие части ему подходят, и ожидает, что изменишь остальное. Лидия, ты мне нравишься. Мне нравится в тебе всё.
Мое сердце ощущалось огромным. Неконтролируемым.
— Это сработало, — сказала я голосом, надтреснутым от переполнявших эмоций, несмотря на все мои усилия.
Он повернул голову в мою сторону.
— Я стою перед тобой голая, ничего не прикрывая. Обычно такое поведение мне не свойственно.
Я пожала плечами и нервно рассмеялась. Не понимаю почему, но стоять напротив него и демонстрировать бледную рыхлую задницу, а также выпуклости, покрытые лишним жиром, не вызывало у меня желания бежать и найти, чем бы прикрыться. Можете себе представить. Вот это кайф. Предыдущее перетягивание простыни было не чем другим, как игрой.
— Не знаю... наверное, я тебе доверяю. Я имею в виду, должно быть поэтому.
Ничего.
Ни одной чёртовой реакции.
Ой. Когда я выучу этот урок? Обнажать свою душу — отстой. Я смотрела на пол, на стену, на всё что угодно кроме него. Ничего не имело смысла; какого чёрта, он ничего не сделал, кроме как рассказал мне забавную историю. Был добрым, понимающим. Он всегда хорошо себя вёл по отношению ко мне, в этом не было ничего нового. То, что потом он трахнул меня до потери сознания, подарив лучший в моей жизни секс, означало, что у нас была отличная ночь, а не какой-то изменяющий жизнь, изменяющий восприятие и выстраивающий звёзды опыт. У меня просто происходил период роста, и он случайно оказался частью этого.
Вот и всё.
Когда я смогу этому научиться? Только потому, что моя вагина веселилась, не означало что и моё сердце должно участвовать.
— Детка, — прошептал он. — Посмотри на меня.
Я неохотно согласилась.
— Спасибо тебе.
Ответила кивком головы.
— Я говорил это раньше, но... я рад, что ты здесь.
— Я тоже.
Улыбка на моём лице казалась чужой, неправильной. Наступило время посмотреть в лицо реальности. События, которые на самом деле ничего не должны означать, начинали казаться большими и важными, и это не принесло бы ничего хорошего или полезного.
Мы просто друзья, которые занимаются сексом. Больше ничего.
16 глава
— Ты знаешь как вести кассовый журнал?
Я развязала фартук и бросила его в корзину для белья.
— Ты имеешь в виду ввод бухгалтерских данных в компьютер?
— Да.
— Немного. Я умею пользоваться компьютером и знакома с основными программами.
Мы находились в маленьком офисе загромождённом бумагами, который находился в подсобке бара. Наплыв посетителей в обеденный пик наконец-то ослаб. Мой коллега-официант Маса, молодой японец, который учился в местном техническом колледже, действительно оказался очень забавным. Работать с ним было одно удовольствие.
Возможно сейчас «Дайв Бар» не имел полный штат персонала, но те, кто здесь работали, знали своё дело. Даже Эрик оказался более чем компетентным: он не отставал от наших заказов на напитки, продолжая тем временем разговор с парой, зависающей у стойки.
— Почему ты меня об этом спрашиваешь? — спросила, усаживаясь на единственный свободный в комнате стул. Я была измотана. — Господи, как у меня болят ноги. Ты хорошо обращаешься с ножами, отрежь их для меня. Они мне больше не нужны.
— Перестань вести себя как плаксивая маленькая принцесса.
— Серьезно, они болят. Если продолжу так работать, то надо купить более удобную пару обуви.
Голова Нелл взлетела вверх.
— Ты собираешься остаться?
— Что? Нет.— Открыла свой глупый рот, а потом закрыла. — Нет, конечно, нет. Я не знаю, откуда это взялось. У меня уже есть карьера, я же агент по недвижимости.
— Нет, это не так. Тебя уволили.
— Спасибо, — сухо ответила я. — Вообще-то, сегодня мне нужно прочесть соглашение с Дилэйни. Так что посмотрю, чем располагаю на будущее.
— Думаешь, тебе заплатят выходное пособие?
Нелл поставила локти на стол и скрестила пальцы, глядя на меня блестящими маленькими глазками-бусинками.
— Как ты думаешь, сколько?
— Надеюсь, достаточно, чтобы купить приличный подержанный автомобиль и найти жильё в другом месте. — Я скрестила ноги, устраиваясь поудобнее. — Честно говоря, не знаю, сколько мне причитается. Немного боюсь смотреть, что они решили. Мои сбережения не велики.
— Здесь у тебя есть работа и место, где можно остановиться.
— Нелл, это всего лишь временное решение для экстренной ситуации. Ты найдешь нового официанта, Вон скоро уедет, а дом продадите.
Она вздрогнула. Неожиданно меня захлестнуло сожаление.
— Прости меня.
— Не стоит. Это правда.
Её блестящие рыжие волосы были собраны в пучок. Они казались слишком яркими на фоне бледных щёк. Я так же заметила черные круги под её глазами. Всё это вызвало во мне беспокойство.
— Выглядишь не очень хорошо. Ты не могла подхватить от Рози гастроэнтерит, как и вся её семья?
— Возможно. — Она нахмурилась. — Я просто чертовски устала в последнее время. Мне кажется, что тащу целый мир на плечах.
— Ты со многим справляешься.
— М-м. Эрик извинился и снова вернулся к своим обязанностям, но Пэт до сих пор не ступил в бар ногой. Не думаю, что в этом столетии он передумает.
Всё, что я могла для неё сделать, так это посочувствовать. Мужчины иногда ведут себя как настоящие засранцы.
— Жаль, что у меня нет денег, чтобы выкупить его долю, — сказала она, зажмурившись на мгновение.— Моя доля в тату-салоне не составляет и половины того, что мне нужно. Вся эта затея с открытием и обустройством бара кусает меня за задницу.
— Если бы ты этого не сделала, то у тебя не было бы процветающего и растущего бизнеса. Инвестиции сделаны разумно.
— Да. Просто жаль, что мой брак не имел такого же успеха. — Её глаза заблестели от слёз. — Я так горжусь этим местом, Лидия. И не могу его потерять.
Сложившаяся ситуация была тяжёлой. Я держала рот на замке, потому что ложными обещаниями не помочь.
Потом послышался вздох похожий на поражение.
— Во всяком случае, не хочешь дополнительно подработать? У нас был отличный бухгалтер, но она ушла на пенсию прошлым Рождеством. Я надеялась, что среди нас кто-нибудь сможет продолжить в том же духе, но, видимо, это не так. Джо установил на компьютер программу, всё готово. Что ты на это скажешь?
Я поджала губы, обдумывая возможные последствия. Могла бы больше зарабатывать и проводить меньше времени с Воном. Последняя возможность очень меня опечалила.
— Тебе, наверное, понадобится всего день или около того, чтобы привести всё в порядок, — сказала Нелл, плюхнувшись на сиденье. — Кроме того, ты бы смогла всё время сидеть. Я гарантирую — твои ноги больше не будут болеть. Пожалуйста, Лидия?
— Сегодня ты уже разыграла карту «пожалуйста».
— Ну, прошу тебя. — Выражение на её лице было действительно жалким. Что-то среднее между собакой и депрессивным рыжим ленивцем. Выглядела не очень. — Я готова умолять тебя, вероятно не готова целовать твои вонючие ноги, но определенно собираюсь вымаливать.
—
— Обязательно.
— И нового официанта.
— Уже.
— Нелл, говорю серьёзно,— при этом я направила на неё указательный палец.
— Я поняла. — Она улыбнулась с облегчением.
Я ни капельки не доверяла этой улыбке.
— Мне нужно идти, Вон ждёт.
— Кстати, об этом. — Она деликатно наморщила нос, а в её глазах загорелось озорство. — В следующий раз не могла бы ты использовать больше консилера на засосах? Либо так, либо попроси моего брата перестать использовать тебя в качестве жевательной игрушки. Ваши извращённые сексуальные забавы рискуют подпортить местный декор, что мне абсолютно не нравится. Это не нормально. Мы серьезное, уважаемое заведение.
— О да, — ответила я с намёком на сарказм. — Композиции панк-музыки в фоновом режиме весь день определенно укрепляют этот образ.
— Сегодня настала очередь Бойда выбирать музыку. Он говорит, что выбрал панк для успокоения призрака Андре старшего.
— Ты действительно думаешь, что здесь водятся привидения? —спросила я с любопытством. Ни один призрак никогда не пересекал мой путь, но никогда нельзя знать наверняка. В этом мире существовало много такого, чего я не могла объяснить или понять.
Нелл только пожала плечами.
— Может быть и водится. Старик определенно был женат на этом месте. Он почти никогда не возвращался домой. Андре младший тебе это подтвердит, если спросишь. Его мама была моделью, и по работе всегда путешествовала. В конце концов, она встретила кого-то ещё и поселилась в Нью-Йорке. Андре какое-то время колесил туда-сюда, но в основном вырос самостоятельно.
— Его детство было трудным.
— Да. Андре старший так любил этот бар, что ни для чего другого места не оставалось.
— Некоторые люди не должны заводить детей, — прокомментировала я тоном, более чем горьким. Воспоминания, как и всегда, начали отравлять моё настоящее. — Эгоцентричные засранцы, поверить не могу.
— Угу.
— И потом, не то чтобы мы должны, закон не требует размножения. Но существуют люди, у которых нет реального намерения стать родителями, и несмотря на это, продолжают делать детей.
Она ответила мне лишь улыбкой, наполненной грустью.
— В любом случае. — Тьфу. На моём эмоциональном дерьме нужно было срочно починить крышу. — Мне пора идти.
— Спасибо, что пришла, Лидия. Ты спасла наши задницы.
— Не стоит. — Я изобразила улыбку и направилась к выходу.
— И спасибо, что выслушала моё нытьё.
Я остановилась, потом вернулась на несколько шагов обратно и вытянула голову.
— Нет проблем, Нелл.
Улыбка, которую она мне подарила, стоила многого. Было приятно, наконец, иметь подругу.
***
На улице сильно припекало полуденное солнце, и я сразу ощутила головой его удар. Мимо пронеслась случайная машина, и несколько покупателей задержавшихся в магазинах. В остальном город выглядел спокойным. Как будто весь район погрузился в послеобеденное затишье.
Вывеска на тротуаре гласила, что «Инкахо» будет открыт до восьми. Отдаленно я даже слышала жужжание машины для татуировок, делающей своё дело. Я не видела Пэта с той ночи, когда произошла «Великая драка», и уж точно не собиралась останавливаться напротив витрины и приветствовать его. Бог знает, что я могу сказать этому мужчине?
В то время как «Дайв Бар» сиял как новый, и тату-салон Пэта, казалось, тоже был в хорошем состоянии, гитарное логово выглядело более неряшливым. Я вошла внутрь, благодарная за прохладу кондиционера. Пол покрывал серый промышленный ковёр, в некоторых местах протёртый практически до дыр, на котором стоял большой стеклянный прилавок, тоже довольно потрёпанный. Повсюду находились усилители, в задней части магазина виднелась барабанная установка, а стены были покрыты всевозможными видами гитар — основную часть которых я не знала.
На стене позади прилавка висел портрет Билла Мюррея. Интересный выбор святого покровителя.
Из глубины магазина доносились голоса и звуки гитарных аккордов. Я пошла в направлении помещения, скрытого стеной из усилителей. Оно было как тайный сад, сделанный из шестиструнных инструментов или что-то вроде того.
— Привет, — сказал Андре, опираясь к краю высокой стойки с гитарами. Как этот мужчина умудрялся выглядеть элегантно в ярко-красной винтажной гавайской рубашке, я понятия не имела.
Некоторые люди просто рождаются крутыми, определённо не мой случай.
— Привет, Андре.
— Послушай. — Он дернул подбородком в направлении, откуда доносилась музыка.
Вон сидел на низком табурете и играл на акустической гитаре, а напротив стояли трое детей разного возраста и смотрели. Их лица сияли от восхищения. Я прекрасно понимала почему. Вон с гитарой в руках увлёк бы любого.
Это было что-то волшебное.
Точность движения пальцев, танец мышц на руках, стиснутые челюсти и погружённый в себя взгляд. Музыка неуловимо распространялась в воздухе, наполняя магазин своей красотой. Это не было чем-то необычно сложным — вопросом виртуозности или демонстрацией мастерства. Просто старая добрая рок-песня. По-моему, Боб Дилан, или какая-то кавер-версия. Но вкладываемое усердие Вона и его сердце делало её особенной.
— До, соль, — сказала одна из девочек, которой было лет тринадцать или чуть меньше.
— Совершенно верно. — Вон улыбнулся, продолжая играть.
— И потом ре, — добавил другой, указывая на более тонкие струны.
— Да. Ты угадал.
Третий молчал, глядя как пальцы двигаются вдоль грифа.
— Он хорошо ладит с детьми, — тихо сказала я Андре.
— Нет, он
— На самом деле? — Я посмотрела на группу с благоговением.
Андре взял меня под руку и потянул назад, чтобы мы не мешали им нашим разговором. Он проводил меня к стойке, и прежде чем отпустить, сжал мои пальцы.
— Это дети парикмахера, чей салон расположен напротив, — пояснил он. — Она дважды приходила их проверить, хотела бы записать всех троих на уроки игры на гитары у Вона. Даже купила для них гитару три четверти.
— Разве ты не даёшь уроки?
Его улыбка слегка потускнела.
— Честно говоря, я не очень лажу с детьми. Подростки постарше, взрослые? Лучше подходят. Но дети до шестнадцати лет, как правило, не могут сосредоточиться более чем на две секунды. Что раздражает меня до чёртиков. Плюс они никогда не практикуются дома.
Я засмеялась.
— Ты сказал ей, что Вон не собирается задерживаться здесь надолго?
— Да. Она ответила, что мне нужно уговорить его остаться.
Внезапно, в рое шума мимо нас пробежали дети и выскочили за дверь.
— Не бегите! — Андре быстро последовал за ними, ругаясь себе под нос. — Используйте пешеходный переход! Эй, вы меня слушаете?
В магазин подул горячий летний воздух, прежде чем дверь снова захлопнулась, звеня колокольчиком.
Голос Андре звучал всё дальше и дальше, пока он, продолжая ругать детей, помогал им переходить улицу.
Из салона напротив вышла женщина с ярко-голубыми волосами. Все трое детей бросились к ней, а их радостное возбуждение было очевидно даже на расстоянии. Женщина крепко обняла их в ответ. Приятно видеть маму, которая проявляет нежность при общении со своими детьми.
Потом по моим плечам проскользнула рука, и рядом оказалась знакомая фигура. Поношенные джинсы, потрёпанные зелёные конверсы и футболка. (Сегодня он одел с группой Clash. Ему бы понравилась панк-музыка Бойда). Это был обычный гардероб Вона, и, чёрт возьми, он отлично его носил. «Рэй-Бэн» сидели на макушке, убирая от лица его прекрасные волосы.
Несмотря на то, что мужчина был полностью одет, он всё равно заставил меня содрогнуться от желания.
О том, что Вон провоцировал во мне раздетым, лучше не рассказывать респектабельной публике.
— Как всё прошло в баре?
— Хорошо,— ответила я, потянувшись за быстрым поцелуем. Круто иметь возможность такое себе позволить. Лучшее. Чувство. За всю историю. — Рози случайно подтвердила лишнее бронирование, но я справилась. Передвинула несколько столиков, пару человек спросила, не против ли они посидеть в баре. Всё улажено.
— Тебе никто не хамил?
— Нет. Только не спрашивай меня, откуда взялись те окровавленные человеческие останки в мусорном баке.
— Замётано! — Он украл ещё один быстрый поцелуй.
— Я слышала, ты начал давать уроки игры на гитаре.
Вон издал смешок.
— Непреднамеренно. Вообще-то, было весело.
— Я видела. Они были в твоих руках.
— Да? — Вон приблизился ближе и потёрся кончиком носа о мой. Этот мужчина идеально сочетал сексуальность и нежность. — Я бы предпочел, чтобы
Я открыла рот, но ничего не сказала. Ощущала себя парализованной. Прямая линия электроэнцефалограммы. Возбуждена до смерти. Он провоцировал во мне все эти эмоции и даже больше. Вон стоял очень близко и своим взглядом делал меня практически никчёмной.
— О чём ты думаешь, Лидия?
— Не могу.
Вон нахмурился.
— Что не можешь?
— Думать.
Его улыбка доставила мне чистую плотскую радость.
Над дверью вновь зазвенел колокольчик, и, улыбаясь, вошёл Андре.
— Эти дети твои новые, самые страстные поклонники. Ты бы слышал, как они о тебе говорили.
Вон отступил на шаг. Слава Богу. У меня было такое чувство, что быстрый перепихон у прилавка в магазине — не лучшее решение. Мы находились в общественном месте, чёрт возьми, недавно тут присутствовали даже дети.
— Замечательные ребята, — сказал Вон.
— Нет, — поправил Андре. —
Со смехом Вон положил руку на мою шею и начал ласкать. Именно это требовалось для моих напряжённых мышц. Даже ноги почти перестали болеть. Я отдалась его прикосновениям, надеясь, что он не остановится. Любой контакт с этим мужчиной делал всё намного лучше.
— Я серьёзно, — сказал Андре. — У тебя дар, Вон.
— Нет. Просто имею немного больше терпения с детьми, чем ты.
Андре взмахнул рукой, внезапно выглядя серьёзнее.
— Ерунда.
— Мужик…
— Я не нуждался в этом, поэтому приостановил в магазине занятия музыкой. Но с тобой не займет много времени для их восстановления. — Андре наблюдал, оживленно жестикулируя и демонстрируя искренность.
— Звуконепроницаемая комната находится позади, как ты и оставил. Возвращайся и учи играть на гитаре. Ты можешь зарабатывать приличные деньги, делая то, что тебе нравится.
— Да, брось!
— Только не говори мне, что тебе не понравилось учить этих детей музыке. Я видел выражение на твоём лице.
Почувствовала, как Вон убрал с моей шеи пальцы, и отвернулся.
— Конечно, было весело. Но это не то, чем я занимаюсь.
— Однако, вполне могло бы стать.
— Нет. — Вон покачал головой. — Слушай, недавно я позвонил Конну. Ты не поверишь, но Хеннинг Питерс хочет с нами работать. Разве это не удивительно?
— Да, действительно впечатляет.
— Правда? Видимо, он видел, как мы играли в прошлом году, и ему понравилось то, что услышал. Думаю вместе, мы могли бы написать что-нибудь хорошее, — сказал Вон. — У него уже есть звукозаписывающие компании, которые хотят услышать его следующий проект.
— Ты хочешь быть чьим-то проектом?
— Чёрт возьми, да. Хеннинг на пороге большого успеха, и мы будем рядом с ним. Давай, Андре. Это удивительная возможность, и ты это знаешь. — Вон ослепительно улыбнулся — от уха до уха. — Всё, что мне нужно сделать, это продержаться финансово, пока у нас не будет достаточно песен, и тогда мы заработаем кучу денег.
— То есть для тебя сейчас самая важная вещь — деньги?
— Дело всегда было в деньгах.
— Нет, это не так, — возразил Андре. — Когда ты ушёл, то хотел обнародовать свою музыку. Ты хотел играть на гитаре, писать песни и выступать живьем. Это двигало тобой.
Я молчаливо держалась в стороне, испытывая неловкость. Последнее время мне часто случалось попадать в трудные ситуации. Жаль только, что я не знаю, как помочь. Кроме того, чтобы держать рот на замке и не вмешиваться, конечно.
— Господи, — выдохнул Вон, потом горько рассмеялся. — Успокойся, Андре. Я продолжаю делать то, что люблю.
— Тогда почему ты так чертовски несчастен?
Лицо Вона стало мёртвым, пустым.
— Я знаю тебя почти всю жизнь. Ты устроил хорошее шоу, но не можешь обмануть всех.
— У нас трудное время, вот и всё.
Андре горько покачал головой.
— Я говорю не о
Никакой реакции.
— Возвращение на Западное побережье — не единственный вариант…
— Ты что, с ума сошёл?— Вон глубоко вздохнул, явно пытаясь успокоиться. — Эта возможность самая большая, что выпадала на мою жизнь. Я не собираюсь сейчас останавливаться.
— Ты играл перед тысячами зрителей, у тебя были альбомы, песни в чартах. Конечно, ты продвинулся дальше, чем я когда-либо, — сказал Андре с самоуничижительной улыбкой. — Если бы твои родители были живы, они бы гордились тобой.
— Этого для меня недостаточно.
— Когда что-то больше не работает, изменение планов не означает сдаться. Это не провал.
— Возможно, для тебя. Но для меня это было бы именно так. Особенно теперь, когда появилась возможность с Хеннингом. Я не останусь здесь. Однажды я уже ушёл.
Андре ответил не сразу, и эта тишина давила на всех нас. Но прозвучавшие потом слова и то, каким тоном они были произнесены стали чем-то катастрофичным
— Да, Вон, ты пошёл дальше и бросил чертовски много людей.
Всё остановилось, как будто кто-то нажал кнопку «пауза».
Двое мужчин просто продолжали смотреть друг на друга. Затем мимо пронеслась машина, зазвенел дверной колокольчик, и вошёл покупатель. Ничего не изменилось. Эти злые слова не остановили вращение земли.
— Просто сделай мне одолжение, — сказал Андре. — Когда вернёшься на Западное побережье, звони иногда сестре. Может быть, время от времени и Пэту, хорошо?
Вон ответил кивком головы.
— Спасибо тебе.
— У нас с Лидией есть планы, — сказал Вон, протягивая мне руку. Он крепко сжал мои пальцы, его ладонь была потной. — Я зайду попрощаться перед отъездом.
— Хорошо.
— Рада была снова тебя увидеть, Андре, — сказала я, коротко улыбнувшись.
— Я тоже, Лидия. — Он шагнул вперёд и быстро поцеловал меня в щёку. — Береги себя.
Мы вышли из магазина, направились вниз по улице и через минуту оказались в «Мустанге». На каждый шаг Вона мне приходилось делать два. Я почти бежала, чтобы не отставать, пыхтя всю дорогу. Он ничего не говорил, пока не вставил ключ в зажигание. Двигатель завёлся громко и мощно. Увидела как Вон расслабляется, опустив плечи и вместе с ними и стену, которую возвёл вокруг себя. Но эта стена не исчезла полностью. Нет.
Ни для него, ни для меня.
— Прошу прощения за эту сцену, — сказал он, пристально глядя на дорогу.
— Всё в порядке.
— Лучше вернуться и закончить работу над домом.
— Хорошая идея. — Я откинулась на спинку сидения, держа на коленях сумочку.
Кто-то однажды мне рассказывал, что, когда люди направляются в психиатрическую клинику, то пациенты мужчины часто держатся за пенисы. Женщины, однако, хватаются за свои сумочки. Наши деньги, наши документы, наши жизни обычно запихнуты в эти аксессуары. В них мы собираем кусочки опыта, накопленного за годы. Всё, что нам может понадобиться, чтобы пережить любые мелкие или крупные чрезвычайные ситуации можно найти внутри.
Мужчины гораздо менее надежны, чем сумочки.
— Мне необходимо прочитать документы Дилэйни, — сказала я, расставляя приоритеты. — Ещё мне нужно как следует упаковать вещи. Мы с Нелл просто побросали всё в коробки. Будет ужасно, если при переезде сломается что-нибудь ещё.
В ответ прозвучало фырчанье.
17 глава
— Приветик.
На заднем дворе Вон лежал растянувшись спиной на траве и в приветствии поднял руку, а потом опустил её на землю.
— Для тебя, — сказала я, протягивая ему пиво.
— Ты ангел.
В тусклом лунном свете на его теле блестел пот, а мокрые пряди волос прилипли к лицу. Он выпил добрых три четверти пива за четыре, максимум пять секунд. Впечатляюще. Очень по-мужски.
Хорошо, что я принесла целую упаковку.
Воздух наполнял запах скошенной травы. Все кусты были аккуратно подстрижены. Вместо Амазонки Айдахо задний двор теперь напоминал аккуратный пригородный сад с внушительным каменным очагом в центре. Я присела на один из камней и стала потягивать пиво. Над головой мерцали звёзды и светила луна. Вон быстро допил пиво, и я передала ему ещё одно.
Он сел, упираясь локтями в колени.
— Ты собираешься что-нибудь сказать?
— О чём именно? — спросила я, оглядываясь. — О саде? Прекрасная работа.
— Я имел в виду ссору с Андре.
Я подняла брови и сделала ещё глоток.
— Нет.
Ничто не сравнится с ледяным пивом жаркой летней ночью. Я приняла душ и переоделась в свободное хлопчатобумажное платье. После пыли гаража и переупаковки почти всего, что у меня было, ощущала абсолютную необходимость освежиться. Мокрые волосы я собрала в пучок на макушке. В этом состоял мой трюк — когда проснусь на следующее утро волосы будут выглядеть более объёмными. И потом, моя шея оставалась открытой для прохладного ночного бриза, определённый бонус. То, что доктор прописал после дневной жары.
Вон посмотрел на меня, потом огляделся. Этот процесс он повторил несколько раз, время от времени останавливаясь, чтобы глотнуть пива.
— Я тебя не знаю, Вон, — сказала я, когда больше не могла выносить его молчаливый вопрос. — В действительности я тебя не знаю. И ты не знаешь меня.
Он нахмурился.
— Того, что сказал Андре, оказалось достаточно, чтобы ты впал в какой-то безумный садовый загул. Я не собираюсь ничего добавлять.
— Сад всё равно было необходимо привести в порядок, — пробормотал он, опустошая бутылку с пивом. — Не нужно раздувать из мухи слона.
— Конечно. Просто работа, которую необходимо выполнить, всю за один раз… семь часов без перерыва.
Он приподнял одно плечо.
— Время, которое потребовалось.
— И ты должен был работать в нижнем белье.
— Мне стало жарко. — Он сделал ещё глоток пива. — Спасибо, что раньше выставила бутылки с водой.
— Не стоит.
Некоторое время мы пили в молчании. Верхушки старых сосен покачивались на ветру, словно они помахивали звёздам. Кто-то в отдалении от нас слушал Simon & Garfunkel чуть громче, чем нужно. В остальном ночь была спокойной.
— Хорошая идея для ограды, — сказала я наконец.
— Хм-м?
— В противном случае, соседи с удовольствием наблюдали бы, как ты подстригаешь газоны в трусах.
Он фыркнул.
— Правда. Но этот забор недостаточно высок, чтобы держать подальше сбежавших невест.
Я с шипением втянула воздух сквозь зубы.
— Экземпляры довольно навязчивые, как занозы в заднице. Их ничто не сможет остановить.
Он указал полупустой бутылкой на аккуратную линию живой изгороди.
— Папа держал их вот так, в чистоте и порядке. Потом мама сажала цветы везде, где только могла. Они росли, создавая полный хаос.
— Да?
— Я почти уверен — она делала это, чтобы сводить его с ума.— Тень улыбки скользнула по его лицу. — Каждый год она меняла цвет. Одним летом — все цветы белые, следующим все жёлтые, и так далее. Хочешь услышать ещё одну историю о неловкости в моей жизни?
— Чёрт возьми, да.
— Однажды я случайно разбил лампу. Я бросал мяч внутри дома, совершенно против правил, — сказал он. — Во всяком случае, я обвинил в этом собаку. Этот тявкающий комок пуха Нелл умоляла родителей подарить ей на Рождество, и придумала глупую кличку — Снежок.
— Что случилось? — Спросила я.
— Ну, мама понимала, что я вру насчёт лампы, но не могла этого доказать.
— А как же твой отец?
Вон рассмеялся.
— Он тоже ненавидел собаку и дал мне презумпцию невиновности.
— Бедный Снежок.
— Угу. После этого ему пришлось больше времени проводить на улице. Нелл не разговаривала со мной неделями, и мама определенно не была в восторге.
— Держу пари. Ты, должно быть, был маленьким паршивцем, — пошутила я.
— Подожди, я ещё не закончил. — Он повернулся ко мне и на этот раз улыбался искренне. — Так вот, в честь своего восьмого дня рождения я собирался организовать драку с водяными пистолетами на заднем дворе. Планировал это несколько месяцев. Мы с Эриком неделями строили гигантские форты из картонных коробок. Праздник должен был получиться отличным. Абсолютно никаких девочек.
— И потом?
— Мама в тот год посадила все цветы розового цвета. И не только светло-розовые. О нет. Повсюду красовались большие ярко-розовые цветы. Они свисали из корзин и наполняли горшки. Она впала с ними в бешенство, гораздо большее, чем обычно. — Он сделал паузу и выпил. — Было невозможно войти в сад и не ослепнуть от всего этого. Казалось, взорвалась стая фламинго.
— О, нет! — воскликнула я драматично. Слава богу, мои уроки драмы в выпускном классе наконец-то оказались полезными.
— Твоя бедная расцветающая мужественность и уличная репутация находились в опасности.
— Понимаешь? Было так унизительно! — Вон вытянул ноги, полулежа на локтях. — Эрик хотел выкопать их прямо перед вечеринкой и попытаться свалить вину на Снежка. Но я сразу понял, что это не может сработать дважды.
— Мудрое решение.
Вон кивнул.
— Твоя мама вероятно была потрясающей, — сказала я с немалым удивлением.
— Да. Она была такая.
Поскольку я не могла поделиться своими весёлыми историями о родителях, разговор снова прервался. Однако, на этот раз не возникла неловкость. Мы болтали и смотрели на звёздное небо в летнюю ночь как два друга, не более. Всё было хорошо.
— Я тебя знаю, — тихо сказал он. — Ты ошибаешься.
Мой взгляд метнулся от звёзд к нему. Его красоте не стоило завидовать звёздам. Глаза Вона так блестели, что делали лунный свет совершенно бесполезным. Только у меня всё равно не получалось прочесть по выражению на его лице о чём он думает. Мне нужно было больше света, чтобы разгадать и понять, к чему всё идёт.
— С тех пор как мы встретились, ты только и делаешь, что показываешь мне, кто ты.
В этом-то и заключалась проблема.
— Я не уверена, что справедливо судить меня по последним событиям. Последние несколько дней, возможно, были одними из самых странных и травмирующих в моей жизни.
— Лидия, ты вломилась в мой дом, ударила лживого засранца по носу, осталась со мной, когда я не хотел оставаться один, помогла моей сестре, простила меня, когда я вёл себя как придурок, ухаживала за мной и убрала в доме после драки и подтолкнула меня на грубый секс с тобой
— … ага.
— Ага, — повторил он. — Ты мне нравишься. Но более того, я доверяю тебе.
— Ничего себе. Ты понял из всего того, что случилось?
— Да.
Я приподняла брови и отвела взгляд. Это было слишком. Больше, чем мне нужно, или меньше, чем хотела, я не могла решить. Нерешительность сердца — самая большая сука. Мы допускаем, что
В то время как здравомыслящая часть моего разума говорила что-то вроде «это только временно» и «успокойся», сумасшедшая часть кричала «о, смотри – Вон, он такой красивый и блестящий, и потом заставляет тебя чувствовать себя хорошо» и «трахни его, чёрт возьми». И эта часть была намного, намного громче. Сумасшедшая была немного шлюхой, благослови её Бог.
Во всяком случае, моё тело воевало. Только мороженое с шоколадной крошкой могло бы мне помочь. Я тяжело вздохнула.
— Почему такой вздох? — спросил Вон.
— Хочу мороженое.
— Так. У нас его нет, — воцарилось молчание. — Кажется, в холодильнике есть шоколадный торт Нелл. Подойдет вместо него?
— Полагаю. — Боже, жизнь такая тяжёлая. Я сделала глоток пива, решительно отбросив все свои глубокие и безумные мысли в сторону. Хватит уже. — Теперь, когда ты закончил с садом, чувствуешь себя лучше?
Теперь, в свою очередь, тяжело вздохнул Вон.
— Честно говоря, не знаю. Вернуться сюда... Андре был прав. Это меня бесит.
Я молчала, позволяя ему довести дело до конца.
— Я продолжаю ожидать, что в любой момент из гаража выйдет папа. Или как мама что-то крикнет мне из кухни. — Бутылка пива сверкнула на свету, когда он поднес её к губам и выпил глоток.
— Вдали отсюда, я мог просто забывать про их отсутствие. Притвориться, что они не умерли в автокатастрофе, а похороны были просто дерьмовым сном.
Внезапно в нём закипела ярость и Вон бросил пивную бутылку в забор. Она не разбилась. Не произошло никакого удовлетворения от разрушения. Бутылка просто попала в забор и упала за кусты, приземлившись в грязь с мягким стуком. Такой слабый, бесполезный ответ.
— Чёрт! — Вон откинулся назад и уставился на ночное небо. Боль и гнев текли по нему волнами, наполняя темноту.
Мне не нужно было никакого света, чтобы почувствовать это. И это больно.
— Детка, — произнёс он хриплым голосом. Он поднял руку, пальцем подзывая меня приблизиться.
Я отставила в сторону бутылку и приблизилась к нему, не задумываясь. Этот мужчина имел надо мной власть.
— Что я могу сделать, чтобы ты почувствовал себя лучше?
Не ответил.
— Вон?
Я опустилась рядом с ним на колени, чтобы лучше его видеть. Пот или что-то ещё увлажняло его лицо. Грязь и трава испачкали прекрасное тело. Мужчина был в беспорядке. Он сел, обнял руками моё лицо и поцеловал. Горячий влажный поцелуй. Его вкус сводил меня с ума. Все произошло так быстро, что у меня закружилась голова. Вон погладил подушечками пальцев по моим щекам, удерживая на месте ладонями. Затем одной рукой он обнял меня за талию, а другой схватил за бедро, притягивая к себе ближе. Я прижалась коленями к ухоженному газону, и, не осознавая, что он намеривается делать, оседлала его.
К счастью, я надела платье.
Прикосновения к этому мужчине отправляли меня в экстаз. Вся эта голая кожа и жёсткое желание только для меня. Он одаривал меня страстными поцелуями, заставляя внутренности таять. Мышцы бёдер дрожали, а от ощущения, как внизу он напрягся, захватывало дух. Незамедлительно проснулись мои девичьи части. Они знали, как прекрасно Вон ощущался внутри, и желали, чтобы им нанесли повторный визит.
Если бы он нуждался в этом, я бы изгнала прочь его страх смерти, прогнала бы боль старых воспоминаний.
Если бы он этого хотел, я бы не задумалась дважды.
Почувствовала, как Вон стаскивает мои трусики, подцепляя их пальцами. Не то чтобы они могли сдвинуться намного. Он сильно сжимал мою задницу, продолжая безумно целовать. Тяжело дыша я плотнее к нему прижалась. Какое прекрасное ощущение. Его язык у меня во рту, его дыхание в моих легких. Сумасшедшая прелюдия на заднем дворе дома его детства. Мне было всё равно, если кто-нибудь мог увидеть.
— Лидия.
Вон поцеловал меня в щеку, а затем вниз по линии челюсти. Ощутила как зубами задел чувствительную кожу на шее.
Чёртов вампир.
Тем временем его руки явно устали сжимать мою задницу. Одной он зарылся у меня в волосах, а другой потянул в сторону трусики. Проскользнул пальцами между влажных губ киски, слегка двигая вперёд и назад, поддразнивая меня. Внизу живота всё напряглось, а по позвоночнику прокатилась волна дрожи. Я не знала – двигаться или оставаться на месте. За меня решила подушечка его большого пальца, начиная рисовать круги вокруг клитора. Погрузится в меня, чтобы вернуться и вновь ласкать снаружи.
— Посмотри на меня, — пробормотал он.
Большим пальцем Вон продолжал прикасаться к моему сладкому месту, заставляя дрожать. Дерьмо, как это хорошо. Если бы он просто продолжил ещё чуть-чуть, нажимая немного сильнее...
— Открой глаза, детка.
Другой рукой Вон резко потянул меня за волосы, делая больно. Это случилось совершенно неожиданно. Всё моё внимание сосредоточилось на ощущениях в киске. Мои веки взлетели, рот открылся.
— В-Вон.
— Вот так. — Черты его лица резко выделялись, а глаза казались огромными и гипнотическими. Он укусил мою нижнюю губу, а потом поцеловал. — Не оставляй меня сейчас.
— Нет.
Я решительно покачала головой. Наше время не истекло. Ещё нет.
— Я нуждаюсь в тебе здесь, — сказал он, продолжая стимулировать клитор своими опытными руками. Его умный большой палец никогда не останавливался, прикосновения чередовались от лёгкого до жесткого, дразнящие до почти грубых. Понятия не имею откуда он знал, где лежит грань между удовольствием и болью. Думаю, что в этом заслуга его первой девушки Fender. Если бы эта женщина когда-нибудь пересекла мой путь, я бы её расцеловала. Мои волосы встали дыбом, пот покрывал спину. Он мог бы написать на мне американскую конституцию. Мне было всё равно, пока он не останавливался.
— Я нуждаюсь в тебе здесь, — повторил он, глядя мне в глаза.
В ответ я кивнула, потому что не могла произнести ни слова.
Затем он убрал большой палец. Самая грустная вещь, какую я когда-либо испытывала. Коснулся меня тыльной стороной руки, что-то замышляя. Без его поддержки эластичный край трусиков соскользнул назад, надавливая на опухшие половые губы. Не круто.
Прежде чем я смогла их поправить, его пальцы вернулись, и вновь передвинули моё нижнее бельё. Почувствовала, как гладкая широкая головка члена скользнула по моему клитору, и потом между влажными складками губ. Да, чёрт возьми, да. Как только смогла двигаться, я медленно толкнулась вниз, забирая его внутрь. От нахлынувших ощущений я закатила глаза. Прекрасно, великолепно, всё это и многое другое. Я никогда не чувствовала ничего подобного. Его член, твёрдый и скользящий внутри меня, ощущался чистым счастьем; я не хотела, чтобы это когда-нибудь закончилось.
Я хныкала и стонала, как дикая шлюшка.
Вон начал материться как сумасшедший.
Если какие-то соседи, астронавты или небесные божества наблюдали за нами, они должны были завидовать по-чёрному.
Одну руку Вон завёл мне вокруг талии, ближе прижимая к себе в объятиях, практически жестоких. Как будто я собиралась уйти. Ощущение, что он растягивает меня, заполняет изнутри, было слишком прекрасным. Каждая вена в его члене ощущалась мучительно увеличенной. Я выгнула спину, и попыталась качнуть тазом, но он так крепко прижимал, что у меня ничего не получилось. Внутренние мышцы сжимали его, доставляя одновременно мучение и удовольствие. Внутри меня чувствовалась боль, и только он мог её заглушить. В отчаянии я попробовала извиваться, корчась на нём.
Это была сладкая пытка.
— Мне нужно двигаться, — сказала я, прижимаясь губами к его лицу и целуя каждый сантиметр кожи, до которого могла достать. Щетина царапала мою кожу, но неважно. — Вон?
Этот ублюдок, маньяк контроля, потянул меня за волосы и повернул лицо, чтобы снова завладеть моими губами. Я поцеловала его жестко, как только смогла. Провела языком по его зубам, а затем поиграла с языком. Зубами укусила нижнюю губу Вона. На вкусовых рецепторах почувствовала жидкую медь.
Должно быть, я задела полученную им в драке рану. Ну что ж.
— Ты намереваешься меня трахать, грязная девчонка? — спросил он хриплым голосом.
— Да, — прошипела я в ответ. Мне казалось, что планирую его убийство, но в основном я просто хотела получить оргазм.
— Как жёстко?
— Жёстко. Обещаю, очень грубо. Отпусти меня, Вон.
— Скажи, пожалуйста.
Ублюдок.
— Пожалуйста.
— Сделай это.
Его рука смягчилась, освобождая меня. Я схватила Вона за плечи, используя их как рычаг, когда приподнялась и оседлала его член. Возможно, я никогда не буду участвовать на скачках в Кентукки, но точно смогу скакать на Воне на лужайке.
Буквально.
Я чувствовала под коленями траву и землю, когда начала двигаться на нём. Моя вагина плотно удерживала его член. Стоны Вона были музыкой для моих ушей. Раздавались хлопки кожи по коже, а пот струился по нашим телам. Ничего не имело значения. Только ощущение его внутри меня и приближающийся оргазм. Руками он сжимал мою грудь, пощипывая и раздавливая сквозь ткань платья и бюстгальтера. Этого было недостаточно. Я взяла контроль и слегка оттолкнула его назад, наклоняясь телом вперёд. Хотела сильнее прикасаться клитором к его лобковой кости.
Да.
Из моего горла вырвался стон. Почувствовала дрожь, пока сквозь меня разливалось удовольствие. Оно становилось всё сильнее, больше и разрушительнее. Пытаясь двигаться со мной в унисон, Вон обнял руками моё лицо, чтобы сохранить зрительный контакт. Его взгляд поглотил меня целиком. Я продолжала двигаться, трахая его так сильно, как он и хотел. Как мы оба хотели. Мышцы бёдер взывали о милосердии. Но свет внутри меня становился теплее и ярче, пока не превратился в ослепительную вспышку.
Я ничего не видела, но всё чувствовала. Моё тело охватило сокрушительное удовольствие. Я кончила, ещё и ещё раз, пока ничего не осталось. В ушах какое-то время продолжало звенеть, когда я обмякла на нём. Его бедра продолжали в меня упираться, глубоко вдавливая твёрдый член. Руками Вон крепко сжимал мои бёдра. Потом, тяжело выдыхая, он тоже кончил. Его грудная клетка расширилась и прижалась к моей груди, пока сильные руки прижимали меня к нему.
Ночь снова нас сблизила. В конце концов, это была её работа.
Я чувствовала, как быстро билось сердце Вона. Он согревал меня своим телом, не думаю, что мне нужно что-то ещё. По крайней мере, не сейчас.
— У тебя мощные лёгкие. Соседи будут думать, что я пытался тебя убить, — прокомментировал Вон.
— В некотором смысле так и было. Кошмар.
Он хмыкнул.
— Детка, ты кончила так сильно, что чуть не сломала меня.
— Пофиг. — У кого имелась энергия, чтобы спорить? Я измотала себя трахаясь.
Потом я это почувствовала. Из меня сочилась густая жидкость. Вселяющая ужас сперма.
— Мы не использовали защиту, — прошептала я.
— Дерьмо.
***
Бедный ребёнок выглядел серьёзно разозлённым. С красным лицом и непрерывно плача, он потряхивал против мира своими крошечными кулаками. Его бледная и измученная мать выглядела не намного лучше. Учитывая, что у младенцев такие крошечные лёгкие, у них получается издавать необычайное количество звука. Неприятная вещь для этого ночного часа. По правде — для любого времени суток.
— У него прорезываются зубы, — сказала женщина, поймав меня за разглядыванием.
— Ой.
Подбородок малыша был испачкан слюной.
— Представляю, ему больно, как… ему очень больно.
— Ах, — сказала женщина, поглаживая маленькую спину.
Взгляд женщины постоянно перемещался от меня к высокому татуированному мужчине, который слонялся позади меня. Ну, это было тоже предсказуемо. Несколько светло-медных прядей только что вымытых волос падали ему на лицо и блестели под яркими огнями. Взгляд мужчины был прикован к выбору зубных протезов, висящих на стене. Он должен был просто остаться в машине. Я сказала ему, что не нужно провожать меня во внутрь круглосуточной аптеки. Уже в машине компания Вона смущала. Удивительный секс не должен иметь плохие последствия. Несколько синяков, пятна травы на моих коленях? Никаких проблем. Но страх подцепить серьёзную инфекцию, неприятную болезнь или нежелательную беременность, не так уж и весело, твою мать.
— У вас есть дети? — спросила она.
Я моргнула.
— Дети? Нет-нет-нет.
Вон позади меня переминался с ноги на ногу.
— Ещё нет. Может быть, однажды, — пробормотала я, чувствуя себя немного смущённой. — Хочу сказать — в будущем. Без спешки. Не то чтобы ваш малыш не выглядел прекрасно. Он просто замечательный.
Ребёнок продолжал кричать.
— И потом, стать родителем, хорошим родителем, это сложно. Требуется много работы.
Больше никто ничего не сказал.
— Вон, — воскликнула женщина, с неожиданной улыбкой. — Боже мой, это ты. Я Нина Харрисон, на старшем курсе у нас был вместе английский.
— Нина,— ответил он растерянным тоном. — Привет.
— Как поживаешь? Я слышала, что ты уехал в Лос-Анджелес со своей группой сразу после получения диплома, — спросила она взволнованно. — Как дела?
На шее у Вона напряглись мышцы.
— О да. Хорошо.
— На самом деле, пару лет назад я слышала по радио одну из ваших песен. Это было неплохо!
— Спасибо.
— Мэм, ваш заказ готов. — Фармацевт в аккуратном белом халате кивнул мне, привлекая внимание, и поставил маленькую коробочку на стойку. — Побочные эффекты и дополнительная информация указаны в брошюре внутри коробки. И, пожалуйста, помните, ваш менструальный цикл может задержаться на пару дней. Если произойдёт задержка вашей обычной даты менструации более чем на две недели, рекомендую пройти тест на беременность.
— О’кей. — Моя рука дрожала, когда я брала пакет и передавала наличные деньги. — Спасибо.
Нина уставилась на нас, а её губы растянулись в идеальном «О». Как будто у неё никогда не случался незащищённый секс. Умоляю вас.
Я бросилась к выходу. Вон пробормотал прощание и последовал за мной. Как только он открыл дверь со стороны пассажира, я вскочила и схватила бутылку с водой. Вытащила таблетку экстренной посткоитальной контрацепции и сразу проглотила. Проблема решена.
Вон только смотрел на меня с непостижимым выражением на лице. В этом он был хорош. Я уже видела такое пару раз, но не переставала удивляться.
В ответ я подарила ему свою лучшую профессиональную улыбку.
— Всё улажено.
Кивок головой в ответ.
— Я чиста, клянусь, — повторила в десятый раз за последние несколько часов. — После колледжа делала тест, на всякий случай. И я всегда использовала защиту.
— Да, я тоже.
— Мы оба в жизни были осторожны, просто случилась аномалия.
Ситуация сложилась действительно неловкая. Какой я была глупой — сначала с провалившейся свадьбой, а теперь с Воном. Я нахмурилась, уставившись на свет от бликов неоновой вывески аптеки. Танцующая бутылка с таблетками взмахивала руками вперёд и назад. Что, чёрт возьми, за вывеска?
— Если бы я не забыла принять свою таблетку в воскресенье, нам не пришлось бы бежать в аптеку.
— Не беспокойся, — ответил он.
— Хорошо, что мы это сделали. Благоразумия никогда не бывает слишком много.
— Угу. — Вон сделал паузу и покачал головой. — Прости меня, Лидия. Я должен был быть более осторожным, просто это...
— Это нормально. Мы оба взрослые, Вон. Мы оба в ответе.
Он открыл рот, как будто собирался что-то сказать, но не произнёс ни звука.
Повернул ключ и двигатель «Мустанга» заревел, как всегда. Слишком роскошная и шумная машина, чтобы передвигаться ночью.
Я снова задумалась о том, что мощные машины, татуированные мужчины и другие вычурные вещи не предназначались для меня. Я жаждала стабильности и разумной, оседлой жизнь. Да, всё что случилось с Крисом, стало ошибкой. Очевидно. В следующий раз я буду действовать осторожнее, не позволяя себе увлекаться событиями. Что бы ни принесло мне будущее, этот момент сумасшествия подошёл к концу. Грязные и безумные были не для меня.
— Я думаю, завтра должна провести тест-драйв «Приус», — сказала я, приняв решение. — В одном из автосалонов подержанных автомобилей продается четырехлетняя модель.
Ещё один кивок.
Мы больше не разговаривали, пока не вернулись домой. Даже там просто пожелали спокойной ночи, и потом Вон исчез в своей спальне, закрыв дверь.
Я и мои раздражающие яичники были выброшены.
Тошнота и судороги мешали спать. Поэтому я села на кровати и решила прочитать предложение по урегулированию от адвокатов Дилэйни. На самом деле, я прочитала их дважды. Затем, просто ради острых ощущений, я перечитала в третий раз. Потребовалось время, чтобы шок утих.
18 глава
— Я похож на того, кто хочет провести остаток вечера обсираясь? — Весьма раздражённый клиент сунул мне в руки тарелку. — Я специально подчеркнул официанту, что закуска нужна без глютена. Мне казалось, выразился очень ясно.
— Прошу прощения за ошибку, сэр, — сказала я. — Позвольте мне сразу всё для вас исправить.
— Спасибо, — ответил он, хотя выражение на его лице было далеко не благодарным.
Без разницы.
Я потащила задницу на кухню, где Бойд, встречая меня приподнял бровь.
— Пожалуйста, ты должен мне приготовить новую закуску без глютена.
Он кивнул и занялся делом. Или, вернее, продолжил готовить, как единственный шеф-повар на кухне сегодня вечером. Нелл позвонила и сказала, что из-за плохого самочувствия сегодня не придёт. Бедняжку рвало всю ночь. К счастью, сегодня вечером «Дайв Бар» заполнился только наполовину.
Боже, я надеялась, что не подхватила от неё вирус. Мне было уже достаточно плохо от эффектов таблетки, принятой накануне.
У стойки раздался оглушительный грохот. Я обернулась и увидела Масу с пустым подносом в руках и морем разбитого стекла у ног. Кубики льда, ломтики лимона и соломинки — всё разбросано по полу.
— Дерьмо, — пробормотала я.
Маса только произнёс тихий звук отчаяния и упал на колени, чтобы всё собрать.
Я схватила совок и швабру и поспешила к нему с помощью.
— Мне жаль, — сказал он, отчаянно двигая руками. — Я быстро всё приберу.
— Не спеши. Если ты порежешься битым стеклом, то никому не поможешь.
Маса ничего не сказал, но успокоился. По крайней мере, это стало началом.
— Что с тобой происходит? — спросила я, пока осторожно вытирала разлитое пиво.
— Что? Ничего, — ответил молодой человек.
— Попробуй снова.
В ответ он просто пошмыгал носом.
— Маса, ты подал мяту женщине с аллергией на мяту, ты ошибся с закуской для парня, который не переносит глютен, и сказал Бойду, что вегетарианцы за восьмым столом хотят курицу по-сатейски вместо пиццы «Маргарита». И список продолжается.
Он посмотрел на меня, его темные глаза опухли и покраснели.
— Ты явно расстроен и рассеян, — сказала я. — Поговори со мной.
Маса опустил голову.
— Моя девушка меня бросила.
— О нет. Мне так жаль.
— В течение многих месяцев она трахала своего наставника за моей спиной. — Маса сжал челюсти и нахмурился, как будто пытался сдержать слёзы. — По-видимому, они влюблены. Перед сменой она написала мне сообщение, в котором обо всём рассказала.
— Какая сука.
Эрик наблюдал за нами из-за стойки, пока вновь наливал пиво. Он не двигался, не собирался подойти, и на его лице не читалась никакая реакция. Быть по сему. Разбитые сердца представляют собой серьёзное дерьмо. Кто-то должен действовать, прежде чем Маса случайно не поджег это место, подавая «Запеченную Аляску», или что-то в этом роде.
— Убери это, а затем иди домой, — сказала я, протягивая Масе совок и швабру. — Думаю Эрик не будет возражать.
— Ты уверена? — Он выглядел обеспокоенным, как вероятно, и должен.
— Да уж. Ужин почти закончился. Я здесь справлюсь.
— Спасибо.
— Нет проблем.
Я улыбнулась и вернулась к работе.
Чувствительный к глютену чувак не оставил чаевых, и уборка заняла немного больше времени, чем обычно, но жалоб и катастроф не произошло. Я почти уверена, что заметила, как в темноте на тротуаре скрывается репортер, который хотел сорвать сенсацию с моей неудачной свадьбой. До тех пор, пока он не пытался приблизиться, я была готова его игнорировать. По крайней мере, на данный момент.
После закрытия атмосфера в «Дайв Баре» определённо менялась. Всё становилось тише, свет приглушался, и сильно отличалось от помещения в рабочие часы, освещённого слепящими огнями и наполненного громкой музыкой. Таким бар казался ещё прекраснее.
Когда этим утром я проснулась, Вон уже ушёл в неизвестном направлении. А когда пришло время идти на работу, на джипе последней модели подъехал Бойд и посигналил гудком. Думаю, поездку для меня организовал Вон, хотя Бойд и отрицал это. Вообще. Я собиралась отправиться пешком, так как у меня нет телефона, чтобы вызвать такси — вопрос, который я осмелилась поднять с моим водителем. Бойд любезно остановился у магазина, торгующего телефонами, позволил мне забежать и купить сотовый.
Ах, технология. На самом деле я не очень сильно о нём скучала, но в современном мире, где коммуникация это всё, телефон является предметом первой необходимости. Первое, что я сделала, это оставила сообщение своим родным. Не то чтобы я действительно ожидала ответа раньше чем ежегодная рождественская открытка. Общение не самая их сильная сторона и как родители, они принципиальный отстой. Это просто факт жизни, я ничего не могла поделать.
Люди такие, какие они есть и бла, бла, бла. Гормоны и социальное давление — вот основные причины роста населения и ничего более.
Я всё ещё слышала, как на кухне стучит кастрюлями Бойд. Предполагая, что домой меня отвезёт он, становилось ясно — нужно прилично подождать. Что было хорошо. Уверена, я смогу найти чем заняться в баре. Возможно, пойду охотиться за призраком Андре-старшего, только чтобы в тёмном подвале испугать себя до чёртиков. Насколько помню, я никогда раньше не заходила в здание с привидениями. Это может быть весело, некоторые переживания случаются лишь раз в жизни.
— Лидия, думаю, нам пора поговорить, — сказал Эрик из бара.
Ой-ой.
— Хорошо.
Пока приближалась к барной стойке, я развязала передник. По крайней мере, мне будет комфортно, если уволят за то, что раньше времени отправила Масу домой. Я забралась на один из табуретов, давая отдохнуть моим бедным ноющим ногам. На самом деле, сегодня они болели не так сильно. Думаю, я начинаю привыкать целый день крутиться между столиками.
Эрик поставил на барную стойку напиток. Он подал его в одном из длинных хрустальных бокалов винтажного стиля. Я обожала их. Он чокнулся о мой бокал своим стаканом и сделал глоток. Напиток был янтарного цвета. Скотч, судя по запаху. Внутри витала спираль апельсиновой кожуры и несколько кубиков льда.
— «Олд Фешен», — пояснил он с улыбкой. — Когда-нибудь пробовала?
— Нет.
Я понюхала ещё раз, а затем осмелилась сделать глоток. Вкус скотча с чем-то сладким и что-то ещё, чего я не могла узнать. Неплохо.
— Спасибо, вкусно.
Эрик ответил кивком головы.
— Ты сказала Масе идти домой.
— Да. Он не очень хорошо себя чувствовал, и зал не был переполнен, так что… учитывая вирус, который подхватили Рози и Нелл…
— У нас иногда поздно приходят большие группы. Друзья и местные из этого района, которые знают, что мы их не отвергнем.
Я сделала ещё один глоток своего напитка.
— Ты действительно думаешь, что смогла бы справиться самостоятельно? — спросил он.
— Думаю, что предпочтительнее принести извинения за медленное обслуживание, чем обнаружить в зале клиента, которого тошнит. — Я не стала скрещивать пальцы, говоря ложь. Маса тоже мог подхватить вирус. После всего, почему б нет?
Эрик рассмеялся.
— Справедливо.
Уф.
Я сделала еще один глоток «Олд Фешен», пытаясь оценить виски. Несомненно, спиртное высшего качества, выдержки лет триста или около того. Но для меня это было в значительной степени впустую.
Зелёные глаза Эрика изучали меня из-за стойки.
Его темные волосы были завязаны назад, одет в чёрную рубашку с закатанными рукавами. Вон не обладал классической красотой, скорее образ в целом создавался прекрасный. Совершенно уникальный, с его длинным худым телом и угловатым лицом ангела. Эрик, однако, визуально выглядел милашкой. Все девочки в мгновение ока, подрастая, автоматически переходили от одержимости пони к таким мальчикам как он. В обоих случаях речь шла о милых созданиях с дикой душой.
— Я видел, что ты реорганизовала стойку регистрации, — сказал он. — Привела в порядок журнал бронирования.
— После обеда у нас было спокойно.
— Мм. — Он выпил ещё. — Нелл утверждает, что ты здесь временно. То, что это не твоя обычная работа. Но если бы ты надумала остаться, нам бы наверняка понадобился метрдотель.
— Ой.
— Нелл управляет кухней. На следующей неделе должен появиться новый помощник для неё и Бойда. К тому же, пока работаем я, Джо и Вон — с баром всё в порядке, — добавил он. — Нам нужен менеджер или человек типа метрдотеля, чтобы поддерживать плавность работы ресторана. Место твоё, если хочешь. Сейчас можем договориться на месяц. Если хорошо пойдёт, оставайся на сколько хочешь, обсудим зарплату и условия работы. Я не знаю сколько ты зарабатывала продавая дома, но мы сделаем так, чтобы оно того стоило.
Ух. Я поняла, что смотрю широко открыв глаза.
— Я не ожидала этого.
— Сегодня вечером ты хорошо справилась с рассерженными клиентами. Успокоила их, и они не ушли не заплатив, — сказал он, затем кивнул на мой бокал. — Пей.
Я выпила. Учитывая мой, в основном пустой желудок, из-за испытываемой тошноты и боли, от которых страдала ночью, алкоголь направился прямо в мозг.
— Есть люди с бòльшим опытом управления рестораном, чем я.
Некоторое время Эрик на меня смотрел, а потом повернулся, взял несколько бутылок с полок, и из каждой налил в шейкер немного алкоголя.
— Когда мы основали этот бар, то просто хотели зарабатывать на жизнь и иметь место, где пообщаться с нашими друзьями. Нелл хотела управлять собственной кухней, готовить то, что ей нравилось. Я работал в нескольких барах, поэтому полагал, что работать здесь это почти то же самое. Мы были крайне наивны.
Пока говорил, он что-то смешивал, готовя новый коктейль. Эрик добавил лёд и закрыл шейкер. Я очарованно смотрела, как серебряный цилиндр мелькает вверх-вниз, когда он встряхивал смесь. Затем из одного из холодильников под бесконечными полками с бутылками позади него появился покрытый инеем элегантный бокал для коктейля. Эрик наполнил его жидкостью, наливая через ситечко. Коктейль получился белый, матовый. На маленькую бамбуковую палочку, с узелком на одном конце, Эрик наколол лепесток красной розы, затем плоды личи. Он осторожно добавил в бокал гарнир.
— Попробуй этот, — предложил он, ставя передо мной свежее творение. — Быть может, больше в твоём вкусе.
— Спасибо.
Прежде чем попробовать, я повернула бокал в разные стороны, изучая. Коктейль представлял произведение искусства. Если бы у меня в руках был новый мобильный, я бы его сфотографировала. Не потому что кого-то в настоящее время заботило, что я пью на ужин.
— Он прекрасен. Не думаю, что такого типа коктейль обычно можно получить в баре.
— Ты не поверишь. — Он улыбнулся. — Но мы не в обычном баре. Пей.
— Правильно.
Я осторожно поднесла бокал к губам. Ледяная свежесть и густая сладость. В нём определенно содержались ликёр, личи и водка. На вкус смесь была как рай, поданный в шикарном бокале.
— «Личи мартини».
— Вау. Эрик, я его уже обожаю. Отныне и впредь хочу в нём купаться, — сказала я, лишь отчасти шутя. — Кто ты, какой-то ясновидящий маг коктейлей?
Он рассмеялся.
— Нет. Я просто знаю женщин.
Я фыркнула.
— Не все женщины одинаковы.
Мы обменялись улыбками. Хотя, честно говоря, у обоих улыбки больше походили на ухмылки. Битва полов ведётся всегда.
— Как дела с Воном? — спросил он, опустошая свой стакан с «Олд Фешен». И кстати, мои нынешние несуществующие отношения с моим временным арендодателем не были его делом.
— За последнее время ты трахнул какую-нибудь официантку? — поменяла я тему.
— Нет. Ты во мне не заинтересована. — Мужчина бросил на меня кокетливый взгляд. Никто не мог отрицать, он выглядел притягательно, сексуально, как профессиональный Дон Жуан. — К сожалению.
Я выпила свой напиток и держала рот на замке.
— Мне нужно искать будущих партнёрш подальше отсюда. — Он потянулся за бутылкой скотча с верхней полки. Что я вам говорила?
Мне всё ещё нечего было сказать.
— Возвращаясь к сказанному ранее, — объявил он. — Нелл и я не знали как организовать работу в баре, подобно этому. Не намного лучше нас и Пэт. Они какое-то время управляли тату-салоном, но не знали, как следить за запасами на складе, тесно работать с поставщиками, и никто из нас не очень хорош в болтовне. Ты же умеешь.
— В самом деле? Ты выглядишь коммуникабельным.
Он криво ухмыльнулся.
— Хм.
— Эрик, твоё предложение очень интересно. К сведению, как и сказала Нелл, я думаю, что этот бизнес прочный и у него хорошее будущее. — Я сделала ещё один глоток коктейля. Наш разговор абсолютно точно нуждался в этом. — Только я не вижу себя частью этого будущего. У меня другие планы.
— Пойдёшь где-то ещё продавать дома.
— Да, — ответила я. — Это я умею делать.
— Разве это то, что ты любишь?
Я пожала плечами.
Он повторил зеркально мой жест.
Я выпила ещё.
— Какая жалость. — Эрик уже приготовил для себя новый «Олд Фешен» и начал делать ещё один коктейль для меня. — Хороших сотрудников найти сложно, особенно тех, кто гармонично вписывается в это место. Кто-то, кому мы можем доверять. Эта работа, постоянно связана с клиентами и приходится часто иметь дело с их жалобами, она предназначена не для всех. Я обещал Нелл, что поговорю с тобой и постараюсь убедить остаться. Так что помни, что я тебе сказал.
— Окей.
— Выпей, — повторил он. — Бойд ещё некоторое время задержится на кухне. Следующим сделаю тебе Кайпиринью. Хочу посмотреть, понравится ли.
О, чёрт. Похмелье, вот и я!
***
Четверг перешёл в утро пятницы, когда я переступила порог дома. Вон сидел на диване, единственном выжившем предмете мебели в гостиной после печальной кончины кофейного столика и старого кресла во время эпической битвы. Мужчины такие идиоты. Позор им.
— Начал о тебе беспокоиться, — сказал он, пробегая пальцами по струнам, лежащей на коленях гитары. Андре был прав, Вон знал, как это делать. То, как он играл, способность извлекать самые удивительные и красивые звуки из этого инструмента, являлось лишь одним из многих его талантов.
— Приветик.
Я плюхнулась рядом с ним на диван. Моя голова лишь слегка кружилась. Многочисленные стаканы с водой и порция ньокки с невероятно вкусным соусом из сыра со шпинатом, которые заботливо приготовил Бойд, помогли уменьшить эффект от алкоголя. По крайней мере, немного.
Вон взял тетрадь и ручку, на которую я частично опустила задницу, и положил их на пол. На его лице отсутствовало обычное беспечное выражение, но к счастью не было и «покерного» взгляда. Его губы рисовали плоскую линию, а взгляд казался обеспокоенным.
— Дай угадаю, Эрик пригласил тебя остаться и попробовать свои творения. — Он продолжил тихо играть на гитаре. — Нелл рассказала мне о его стратегии.
— Мы выпили немного, — призналась я.
— Вы трахнулись?
— Тебя волнует?
Он облизнул губы и нахмурился.
— Думаю да, иначе не спросил бы.
К дьяволу хорошие манеры. Я откинула спину на диван, прислонилась головой к подушке и закрыла глаза.
— Потому, что у тебя есть пенис, поэтому всё это дерьмо приходит на ум? Должно быть. Эта маленькая часть тела делает вас одинаково неполноценными, правда?
Никакой реакции.
Я открыла глаза и повернула голову в его направлении.
— Можешь сделать мне одолжение? — спросила я.
— Какое?
— Если ты искренне веришь в самый маленький шанс, что сегодня вечером у меня был секс с Эриком, будь хорошим мальчиком и запихни эту гитару туда, где не светит солнце.
Выражение на его лице ожесточилось. Я полагаю, оно соответствовало моему. Мы были двумя разгневанными импульсивными людьми. Однако одна из основных проблем быть женщиной, связанна с нашей склонностью к слезам. Даже когда мы этого не хотим, эти чёртовы железы сжимаются и выжимают солёную воду, заставляя нас выглядеть и чувствовать себя слабыми, когда мы предпочитаем казаться воинами.
— Спокойной ночи, — сказала я, поднялась на ноги, втихаря вытирая лицо одной рукой, в надежде, что он не заметит. Судя по тому, что Вон сразу последовал за мной, он заметил.
— Лидия, подожди, — сказал он, меня повернули его сильные руки, притягивая к нему. Я уткнулась ему в грудь, продолжая хныкать, потому что очень крутая. Если бы только наши бёдра никогда не вступали в контакт. Всё было хорошо, прежде чем секс стал частью уравнения.
— Извини, — пробормотал он.
— Прошлой ночью ты проигнорировал меня.
— Я знаю.
— И сегодня утром ты исчез, не сказав ни слова.
— Да уж.
— А теперь ты смеешь обижаться и злиться на меня из-за Эрика?
Он зарылся лицом в мои волосы, крепко обнимая. Мне пришлось повернуть лицо в сторону, чтобы дышать, даже если его хватка осьминога делала это практически невозможным.
— Кто получает доступ в мои штаны, это не твое дело, — сказала я, топая ногой. Совершенно неразумное движение для такой болезненной части тела, но неважно. — Наша история не эксклюзивная.
— Я знаю, знаю. — Пауза. — Но ты не спала с ним, верно?
Со всей силой, что у меня была, со всей сдерживаемой яростью и пьяным гневом я пнула мужчину в голень. Ублюдку повезло, я не пыталась сломать ему нос. Затем резко его оттолкнула.
— Дерьмо, Лидия.
— Доброй ночи.
Я попыталась стильно пройти в свою комнату, но вполне уверена, что покачивалась. Чувствовала себя как марионетка. Конечности двигались без изящества, а разум был затуманен. Хлопнуть дверью спальни, тоже довольно детский жест, но кого это волновало. Я сбросила туфли. Потребовалось несколько попыток и в итоге получилось скинуть только одну. Иди, Лидия!
Начала возиться со своими чёрными обтягивающими джинсами, сидя на полу. Поскольку давайте будем честными, я никогда не смогла б их снять, кроме как таким образом. Умоляла свой мозг о сотрудничестве. Скажу вам — моя пьяная задница злилась по-чёрному. Бесилась!
— Что ты делаешь на полу?
Я подняла голову и увидела
— Уходи, — сказал я.
Если бы я сняла рабочую рубашку и бюстгальтер, вероятно, закончила б вырыванием своих глаз. Лучше остановится, пока была возможность.
Теперь время отдохнуть. Я забралась на матрас и растянулась на спине.
— Ах, как круты кровати! Лучшая вещь на свете.
— Считаешь? — спросил он.
— Что ты здесь ещё делаешь? — Я бросила в него подушку. Вон поймал ту на лету и положил в ноги на кровать. Жаль, это была моя единственная подушка, а нижняя часть матраса находилась на расстоянии километров. Ну что ж, мне просто нужно спать без неё. — Уходи, Вон.
— Господи, ты напилась, — пробормотал он. — Снова.
— Ты и твои друзья плохо на меня влияете.
— Верно. — Он наклонил голову, долго и внимательно меня рассматривая. Идиот кобель. — Думаешь, тебя вырвет?
— Нет.
— Сколько ты выпила?
Я подняла три пальца.
— Он готовил тебе коктейли?
— Да. — Я вздохнула и закрыла глаза, соединяя пальцы на животе. — Я не напилась, просто навеселе. Я выпила много воды, самостоятельно шла и поела. Убирайся.
Вместо того чтобы услышать
— Сегодня у меня было много дел, — сказал он. — Я не избегал тебя.
Я ответила фырканьем.
— Хорошо, я немного тебя избегал.
— Ах, немного. Что ж, теперь я много тебя избегаю, — сказала я, снова закрывая глаза. — Уходи. И выключи свет перед выходом, пожалуйста.
Мозолистые пальцы погладили мою руку, нежным, даже любящим прикосновением. Я ответила шлепком по руке, изо всех сил стараясь избавиться от него.
Только это был Вон, так что моя защита не сработала. Следующая вещь, которую я ощутила, он присел на меня, а быстрые пальцы начали щекотать мои ребра, под мышками, живот, везде. Этот ублюдок. Я стала извиваться и попыталась вырваться, но не смогла.
— Перестань меня щекотать! Оставь меня в покое, — проревела я. — Ты полный отстой.
Щекотка продолжилась.
— Отойди от меня, Хьюсон. Ты мне больше даже не нравишься.
Своим длинным телом он растянулся на мне, эффективно разрушая все попытки к сопротивлению. Конечно, ощущать как мужчина о меня трётся разбудило красавицу, спящую до этого. Желание изогнуться в него, засунуть язык в его горло и позволить делать со мной всё, что он захочет было гигантским. Но нет! Не получится так легко властвовать над моей девочкой. Никакого секса для него.
Господи, придурок был тяжелым. Как стадо слонов, Титаник, и все наиболее тяжёлые вещи, которые можно вспомнить.
— Ты меня раздавишь!
Ощущала, как его тёплые губы целовали каждый сантиметр на моём лице. — Ты меня простишь? — спросил он.
— Нет. Ты отвратительный. Я никогда тебя не прощу.
Я стала бить его кулаками, как только могла. К сожалению, Вон был не только тяжелым, но и сильным. Ублюдок поймал мои запястья, и прижал их к матрасу над моей головой. Но я ещё не сдалась. О нет. Как какое-то страшное, смертельное, наполовину пьяное существо, я ждала своего шанса нанести удар. Затем... мои острые зубы вонзились в его горячую солёную кожу, и ненадолго сомкнулись. Прямая атака в основание его толстой шеи.
Ахахахах.
— Ой, — воскликнул он.
Почувствовала, как за затылок меня схватила рука, почти как при укачивании, но мы находились на войне, так что это не могла быть ласка. Несмотря ни на что, я стиснула зубы.
— Твою мать, детка. — Вон обернул мои волосы вокруг кулака и сильно потянул. — Хорошо, ты донесла свою точку зрения. Я уже сказал, что прошу прощения. Достаточно.
Я ослабила хватку и отпустила кожу. Победа была моей. Кроме того, у меня начала болеть челюсть.
— У меня идёт кровь? — спросил он, пытаясь взглянуть на рану.
— Нет. Но у тебя появится хороший синяк. — Я откинулась назад на матрас и глубоко вздохнула. На каком-то этапе он переместил большую часть своего веса на одно колено. Так что теперь я могла свободно дышать. — Я говорила тебе не щекотать меня. И если это была твоя попытка что-то начать, подумай ещё раз. Сегодня вечером я могу справиться и без твоей помощи.
Ответом послужило ворчание полное сожаления. Затем Вон с меня слез и рухнул рядом на кровать, сотрясая матрас. Какое-то время мы просто лежали в тишине.
— Я думал о тебе сегодня, — сказал он, в конце концов.
Я не знала, как ответить.
— Сожалею о том, что оставил тебя одну прошлой ночью. Я просто…
— Ты просто что? — спросила я, когда стало ясно, что он сам не закончит эту мысль.
— История с таблеткой накануне тяжело переварилась.
— Да, это так.
С тяжелым вздохом я перевернулась на бок, лицом к нему. Возможно через тысячу лет или около того наступит день, когда его вид не будет на меня воздействовать как электричество. Хотя, сомневаюсь в этом. Вон заполнил мой мозг и заставлял оживать бабочек внутри. Какое влияние он оказал на моё сердце, я боялась даже задуматься.
— Я думаю, что меня это шокировало. — В его глазах виднелась абсолютная искренность, выражение полностью обезоруживающее. — Я всегда был очень осторожен. Всегда. Папа постоянно читал мне лекции об этом, и когда я рос, видел, как друзья преждевременно становились отцами. Потом есть все эти ЗППП. Но прошлой ночью с тобой...
— Ты был расстроен, Вон.
— Да. — Грустно улыбаясь, он смотрел мне в глаза. — Ты выглядишь усталой. Спи, я выключу свет.
Я не спрашивала его, останется ли он или уйдёт в свою комнату. Выглядеть нуждающейся раздражало меня до чёртиков. Между нами не такого типа отношения. Он скатился с кровати и выключил свет. Затем вышел в коридор. Один за другим в доме погасли огни, и закралась полная темнота. Услышала приближающиеся тяжёлые шаги, а затем пискнул матрас, когда Вон сел на кровать в ногах.
Я не испытала облегчения, нет. Возникло какое-то другое чувство. Что-то сложное, и вне моего контроля.
Ладони его рук пробежали по моим голым ногам, вплоть до трусиков, где задержались с явным намерением.
— Вон.
— Я хочу, чтобы ты наслаждалась. — Почувствовала, как его пальцы блуждают по моему животу, заставляя все мышцы сокращаться от возбуждения. — Прошу тебя.
— Я не знаю…
— Только ты. Ничего для меня, — добавил он, зацепив пальцами трусики и медленно потянув их вниз по ногам.
— Лидия, позволь мне доставить тебе удовольствие. Я хочу исправить ситуацию.
— Я не уверена, что заставлять кого-то заниматься оральным сексом следует использовать в качестве метода наказания. Мне это кажется неэтичным. — Да, я отклоняла изо всех сил.
Вон осторожно раздвинул мои ноги, и устроился между ними на коленях.
— Детка, облизывать твою красивую киску — специальный приз. Не попробовать тебя потом — наказание.
Я расхохоталась.
— Специальный приз. Попробовать меня. Ты описываешь меня как будто я пирог.
Без лишних слов он провёл языком прямо по центру лона. От моего торца до клитора и обратно. Удивительная дрожь, как совершенно новый вид опьянения пронесся сквозь меня. Мой позвоночник выгнулся, челюсть отвисла.
— Бл*дь.
— Ты такая сладкая, что можешь быть действительно пирогом, — пробормотал он, прижавшись губами к моим интимным местам и тихо посасывая. Его нос щекотал область вокруг клитора, а горячее дыхание ласкало нежную плоть. Каждая унция крови во мне бросалась на зов его губ. Моя голова кружилась, а тело стало лёгким и сияющим. Он сосал, облизывал и наслаждался мной, как будто пировал.
Это было захватывающе.
Мужчина знал что делать. Он подвёл меня к уровню возбуждения, который почти пугал. Сначала мягко стимулировал зубами бугорок Венеры, а затем рисовал языком круги на клиторе. Потом, держа руками открытыми мои ноги, снова и снова облизывал киску. Его движения не были предсказуемыми, и я не знала, что он будет делать дальше. Погрузится в меня нежным влажным французским поцелуем с языком. Или, возможно, сосредоточится на клиторе. Может быть, он даже нежно подразнит пальцем мою задницу. Вон не оставил камня на камне в своей погоне за удовольствием для меня.
Я была зла на этого мужчину? Вспомнить не получалось.
Конечно, там произошло какое-то глупое недоразумение. Никто с таким талантливым и благословенным ртом не мог бы вести себя, как бездумный ублюдок.
В меня вонзился палец и немного согнулся, образуя форму крючка. Это был единственный способ, которым он мог добраться до соответствующих районов. Осторожно подушечкой пальца Вон начал потирать внутреннюю часть клитора, массируя меня изнутри. У моей бедной влажной опухшей киски не было никаких шансов. Оргазм чуть не заставил меня потерять сознание. Во мне вспыхнули яркие огни, а удовольствие разлилось настолько острое, что ощущалось почти болью. Я кончила сильно и быстро, задыхаясь, произнесла его имя, цепляясь за простыни, пока чувствовала как переворачивается мой мир. Потребовалось немало времени, чтобы вернуться в реальность.
Кто-то в комнате тяжело и громко дышал ртом. Как неприлично. Я продолжала чувствовать как внутри меня и между бёдер продолжают сокращаться мышцы. Бедные и шокированные. Они, вероятно, никогда не будут прежними. Он испортил меня, я больше ни с кем не смогу трахнуться. Я была в этом уверена. И у меня даже не было энергии, чтобы думать об этом.
Вон вытер лицо о простыню, а затем притянул меня к себе и обнял. Он устраивался поудобнее, чтобы провести ночь, обнимая меня. Я чувствовала на нём запах моего оргазма. Его губы всё ещё были влажными, когда он поцеловал меня в плечо, в затылок.
Не знаю, была ли я когда-либо с кем-то столь же первобытным. Не вульгарным, просто открытым для удовольствия, расслабленным, хорошо разбирающимся в сексе и любящем всё в моём теле.
— Извинения приняты, — сказала я.
— Хорошо.
— Но будь осторожен, я практикую, чтобы стать лучшей феминисткой. — Я перевернулась на спину, и увидела, что его глаза сияют в темноте. — Инцидент с Крисом стал ударом по клитору, но сейчас я усердно работаю, чтобы привести себя в порядок. Это тело моё. Свою судьбу решаю я сама.
— О’кей, — медленно ответил он, играя с пальцами. — К чему ты клонишь?
— Просто хочу, чтобы ты знал — я не стану рабом твоего дьявольского члена и демонического языка. Неважно, насколько хорошо ты их используешь.
— Хм. — Он провёл губами мне по плечу. — Это твой способ сказать, что тебе нравится, как я трахаюсь?
— В принципе, да.
— Ну… я рад, — сказал Вон непринуждённым тоном. — И я хотел бы, чтобы ты знала — я тоже считаю себя феминистом. Ты круче меня. И при всём моём уважении, я думаю, что, возможно, тебе стоит подумать о том, чтобы немного поспать. Тело, которым ты владеешь, вероятно, утром будет плохо себя чувствовать. Я немного волнуюсь, что завтра тебе суждено пережить сильное похмелье.
К сожалению, мужчина был прав. Я прижалась к нему свернувшись калачиком, и закрыла глаза.
— Я буду скучать по тебе, когда ты уйдешь.
Вон ещё один раз поцеловал меня в затылок.
— Город был так прекрасен, когда ночью Бойд отвёз меня домой. Мы проехали по живописному маршруту через центр города.
— Центр города находится в противоположном направлении, — сказал он с улыбкой в голосе.
— Я знаю, но Бойд, похоже, не возражал, а мне просто хотелось увидеть. Все эти огни, деревья, вода. Знаешь, всё так прекрасно.
— Я знаю, — ответил Вон, немного грустно.
— В какой-то момент мне стало интересно, как будет выглядеть этот пейзаж, когда листья меняют цвет или когда идёт снег.
— Холодно, — невозмутимо сказал он.
— Ты не говорил.
Вон усмехнулся.
— Во всяком случае, я задумалась и… не уверена, что всё-таки хочу уехать. — Я попыталась выстроить свои мысли по прямой линии, но мозг был полностью сбит с толку оргазмом и алкоголем. Это было нелегко. — Видишь ли, часть меня хочет провести остаток дней как минимум в двух штатах от Дилэйни. Но другая часть меня говорит: «ты всё равно заберёшь свои проблемы с собой куда угодно». Правда в том, что мои проблемы на самом деле не связаны с Крисом и его семьёй. Дело в том, что это я не довольна своей жизнью и неправильностью принимаемых решений. И это не изменится только потому, что изменится мой адрес.
Никакой реакции.
— Как ты думаешь?
Он вздохнул.
— Честно говоря, люди не так легко забывают. Возможно, случай на самом деле подходящий, чтобы переехать и начать новую жизнь.
— У моих родителей было такое отношение, и оно никогда для меня не срабатывало. И вот... я, наконец, начинаю чувствовать, что нашла свой дом.
Вон не ответил, и подлый незваный голос подсказал, что он не хочет, чтобы я здесь осталась. Что бы он ни думал о Кёр-д’Ален, это место всегда будет его родным городом. У него здесь была семья и друзья, его прошлое принадлежало этому месту. Наверняка когда-нибудь в будущем он вернётся, и если бы я продолжала здесь жить... ну, столкнуться с бывшей любовницей может быть чертовски неловко.
— Тебе не нужно принимать никаких решений прямо сейчас, — сказал он в заключение. — Спи.
Долгое время стояла тишина, прежде чем я снова услышала, как Вон заговорил. Мой разум был на грани дрёмы, так что это мог быть даже сон. Иллюзия.
— Я тоже буду по тебе скучать, — прошептал голос.
19 глава
В пятницу утром, Вон сидел на заднем дворике, грелся на солнышке и играл на гитаре. Без рубашки, именно так мне нравилось видеть верхнюю часть его тела. То же самое было верно и для нижней. Рядом с ним лежали блокнот с ручкой, как прошлой ночью. Я вспомнила всё, что произошло... по крайней мере, смутно.
Он действительно сказал, что собирается по мне скучать? Быть может и сказал, но в его словах могло не содержаться никакого сентиментального подтекста. Может случиться так, что вы останетесь без кетчупа и почувствуете его недостаток, но при этом у этого ощущения не будет шокирующих последствий. В конце концов, это просто приправа. Я могла быть текущим выбором приправ в жизни Вона. Он всё равно продолжил бы есть гамбургер и без меня.
Ужасная аналогия, я знаю. Но вполне вероятно, правдивая.
Во всяком случае, я не могла думать об этом прямо сейчас. В буквальном смысле не могла. Любое использование мозга было плохой идеей. Внутри черепа пульсировали вены и ощущалась сильная боль. Я проглотила два «Адвила» запив их полной бутылкой воды, и, стараясь ни о чём не думать, приготовила чашку кофе. Только пытаться ни о чём не думать, было так же трудно, как и сфокусироваться на чём-то; видимо злобное существо в моём разуме воспринимало это как объявление войны.
Боль, очень много боли.
Возможно, единственным средством остаётся какое-то время не пить ничего с процентом алкоголя. Кроме того, Эрик должен умереть. Искусители подобные ему — злые существа. Мир нужно от них очистить.
Я спряталась за солнцезащитными очками и села на одно из чудесно уцелевших стульев в гостиной (многие погибли во время великого боя) и через открытые кухонные двери слушала как Вон играет на гитаре.
Поблагодарила бога за создание кофе. Этот напиток верный друг.
К счастью, когда Вон заметил моё присутствие, таблетки, наконец-то, начали действовать.
— Привет.
Он слегка повернулся, чтобы лучше меня видеть. К сожалению, я выглядела ужасно.
— Привет.
— Как ты себя чувствуешь?
— Как будто «Чай со льдом Лонг Айленд», меня ненавидит.
Он посмотрел поверх солнцезащитных очков.
— Дерьмо, ты это пила? Не удивительно, что чувствуешь себя разбитой.
— Один «Олд Фешен», один «Личи Мартини», один «Кайпиринья» и один «Чай со льдом Лонг Айленд»
— Итак, ты выпила четыре коктейля, — он окинул меня взглядом. — Прошлой ночью ты сказала мне три.
— Правда? Упс.
Вон посмотрел на меня взглядом, полным сомнения.
— Я решила больше не делать никаких заявлений о прошлой ночи.
— Ты решила сейчас? — Языком парень стучал по внутренней поверхности щеки. Не знаю, какое выражение имел его взгляд, Вон опустил солнцезащитные очки. Наверное, к лучшему.
Он бросил греться на солнце и вошёл внутрь, держа гитару в одной руке, а блокнот и ручку в другой. Все это Вон положил на кухонный стол.
— Работаешь над новой песней? — спросила я.
— Да, — ответил он, садясь по другую сторону стола. — Называется:
— Мне нравится. Звучит словно новый хит.
— Да уж. Это будет лучшее произведение группы «Дьявольский язык и член». — Вон снял очки и положил их на стол. — Как думаешь?
— Так называется новая группа? Мило.
— Элегантное название, верно?
— Абсолютно. — Я едва сдерживала улыбку. Забавный ублюдок. Я покрутила в чашке остатки кофе. — У тебя есть на сегодня планы?
— Нет, сегодня ничего. — Через открытые кухонные двери парень смотрел на окружающий мир. Большую разбитую стеклянную панель вчера заменили. — Я, э, принял предложение о продаже дома.
Я окаменела.
— Правда?
В ответ он лишь кивнул.
— Ух ты, как быстро. Не то чтобы это меня удивило, дом очень красивый.
Высоко на стене тикали кухонные часы. Я не могла вспомнить, замечала ли их раньше, но сейчас... чёрт, звук был оглушающим.
— Ты доволен ценой? — поинтересовалась я.
— Очень.
— Отлично. — Я улыбнулась, изо всех сил стараясь выглядеть счастливо за него. Как и следовало ожидать от друга. — Это… это действительно здорово.
Странно, что парень не улыбнулся в ответ. Вместо этого Вон продолжал смотреть на задний двор, а его лицо не выражало никаких эмоций. Это был дом его родителей. На каком бы этапе пути к принятию их смерти Вон не оказался, продажа этого места должна стать серьезным ударом. Все эти воспоминания.
— Когда думаешь покинуть город?
— Хеннинг и Конн планируют начать собирать новый материал как можно скорее. — Он обхватил себя за шею сзади. — Так что в начале следующей недели, думаю.
— Так скоро?
— Да. — Его взгляд остановился на мне. — Лидия, это проблема для тебя, с вещами и всем прочим?
Я посмотрела вниз, пытаясь справиться с… ну, с собой. Мне казалось, что мой маленький мир перевернулся и был сотрясён до дерьма. В снежном шаре больше не кружил идеальный пейзаж, а носился снежный шторм. В чём, чёрт возьми, моя проблема? Ничего из происходящего не должно стать сюрпризом.
— Конечно, нет. Я арендую хранилище и в ближайшие несколько дней освобожу дом от всех своих ящиков. Не проблема.
— Значит, ты все ещё думаешь остаться?
— Может быть. — Наступила моя очередь отвернуться, чтобы избежать его взгляда. Идеальный оттенок синего. Мне просто нужно избегать смотреть на небо до конца своей жизни, чтобы не вспоминать о Воне. Вполне выполнимо. — Итак, в начале следующей недели. Ты точно знаешь когда? Понедельник, вторник?
— Что-то вроде того.
Я кивнула и спрятала свои растрёпанные волосы за уши. Потом снова растрепала их на лицо, потому что открыто показывать моё состояние, было совершенно плохой идеей.
— Что ж, здорово, ты сразу получил хорошее предложение на дом. Просто прекрасно.
— М-м.
— Я должна принять душ. Сделаю небольшую попытку не выглядеть как зомби.
— Эй, — сказал Вон. — Сегодня не хочешь пойти и посмотреть машину?
— Да, это было бы хорошо. Спасибо. — Я встала, ощущая ноги странно хрупкими, слабыми.
Лучше всего плакать в душе, потому что среди всего шума и стекающей воды почти кажется, что этого не происходит, и не остаётся никаких следов.
Никто никогда не узнает.
***
— Смотри, детка. Эта тебе не нравится?
Я равнодушно посмотрела на Вона, что было не легко, учитывая, как хорошо он выглядел. С опущенным окном его золотисто-рыжие волосы развевались на ветру, а рукой с татуировками парень опирался на дверную раму. Он был как реклама хорошей жизни.
— Давай, ты должна признать, что машина отличная.
Я не должна, чёрт возьми, ни в чём признаваться.
— Лидия, это правильный выбор, — мягко сказал Вон. — Комфортный салон, высокие стандарты безопасности, хорошая устойчивость на мокром асфальте и в снег, есть даже небольшой люк, как тебе нравиться.
— Ты высокомерен. Прекрати или я тебя шлёпну.
— Я знаю, что тебе нравится этот кусок дерьма «Приус» и милый маленький «МИНИ Купер». — Вон наклонился вперёд, протянул руку мне за шею и нежно помассировал. Чуваку повезло, я его не укусила. Если бы он не был так хорош со своими пальцами, я бы это сделала. — Но «Субару WRX» идеально подходит для твоих нужд, я гарантирую.
— Я даже не хотела брать её на тест-драйв. Ты и этот идиот меня убедили.
— Детка.
— Это правда и ты тоже знаешь.
— Я понятия не имел даже, что Митч там работает, — сказал он смеясь. Смех звучал издевательски. — Неужели так плохо, что я и мой старый друг хотим, чтобы у тебя была потрясающая машина по лучшей цене?
— Это хорошая цена.
— Это чертовски удивительная цена, и ты это понимаешь. Предполагается, что тестировать машину будешь ты, а не я. — Он остановился на парковке из гравия в укромном месте у озера и выключил двигатель. — Самый быстрый линейный автомобиль на рынке, Лидия. Я знаю, что ты хочешь попробовать.
— Вероятно, прежние владельцы выжали из него всё.
— Митч ни за что не продаст тебе товар плохого качества. Если он так сделает, я вернусь в Кёр-д'Ален, чтобы надрать ему задницу, и он это знает.
— Боже, ты можешь перестать говорить об отъезде? — огрызнулась я, и сразу об этом пожалела.
Вон склонил голову.
— Извини. — Я глубоко вдохнула и медленно выдохнула. — Судя по всему, сегодня я мисс Плохое Настроение. Давай наслаждаться моментом, не думая ни о чём другом, хорошо?
Вон медленно кивнул головой. Затем он снова посмотрел через лобовое стекло на сверкающую голубую воду. — Ты хотела попробовать полный пакет соблазнения от Вона Хьюсона из Кёр-д'Ален.
Потребовалось время, чтобы мой бедный мозг наверстал упущенное. — Именно сюда ты приводил для своих завоеваний, когда был в школе?
— Да.
— Красиво. Очень милое место.
— Достаточно далеко от города, подальше от огней. На небе хорошо видны звезды.
— Ах. — Я мечтательно улыбнулась. — Звучит романтично. Жаль, что сейчас день.
— Рядом никого нет.
Я повернула голову так быстро, что рисковала получить травму шейного отдела позвоночника.
— Что?
— Никого нет рядом.
— Ха. — Я улыбнулась и подняла глаза к небу. — Боже, на мгновение я подумала, что ты говоришь серьёзно.
— На самом деле я не шучу.
В самом деле? Дерьмо. Он был серьёзен. Красивые голубые глаза, напряженные и полные желания, смотрели на меня, когда он провёл языком по губам, как будто я была на вершине сегодняшнего меню.
— Ой.
Вон спрятал прядь волос мне за ухо, а затем провёл пальцами по шее. Он начал играть с тонкими лямками белого топа, а потом с бюстгальтером. Этот мужчина знал, как двигаться, и возникло ощущение, что он держал меня на поводке, ублюдок. Разум, тело, сердце и душу. Не то, чтобы я когда-либо признаюсь ему. Мгновенно мое дыхание ускорилось, по коже пробежала дрожь.
— Непристойный акт в публичном месте. — Я истерически хихикнула, очень походя на идиотку. — Уверена, что есть законы, защищающие общественные места от такого. Особенно среди бела дня. Лучше не стоит.
— Нас не поймают.
— Но могли бы.
— Этого не произойдёт.
Вон опустил вниз лямки с моего плеча, обнажая больше кожи. Невероятно плавным движением он расстегнул ремень безопасности, а затем двинулся дальше, чтобы освободить мой. Но мужчина не закончил. О нет. День, когда он со мной покончит наступит скоро, но не сегодня.
— Подожди.
Парень повернулся и встал. Упираясь коленом на водительское сиденье он потянулся прямо через меня. На правой двери было несколько кнопок управления: вдруг спинка опустилась, и я обнаружила, что смотрю прямо на бежевый потолок машины. Из открытого окна видела дерево, с качающимися на ветру ветвями. Покрытые зелёными листьями они издавали шелестящий звук. Мы были в окружении природы. Время от времени с небес прорывался ослепительный луч солнца.
Солнце должно светить так ярко? Нас наверняка поймают. Кроме того, целлюлит лучше выглядит при мягком освещении или вообще без него. Как бы я ни старалась принять своё тело, такого рода дерьмо оставалось проблемой.
— Э-э, — начала я, потому что настройки моего мозга всё ещё оставались в гениальном режиме. — Не уверена, что это безопасно.
— Машина на ручном тормозе, и у меня в заднем кармане есть презерватив. Мы не можем быть в большей безопасности.
Без лишних слов Вон на меня взобрался, его бедра оказались между моих ног. Весь свой вес парень удерживал на локте, упираясь в спинку сидения. Сквозь меня пронеслась волна дрожи от ощущения его тела сверху. Боевая тревога, нарушение закона и, возможно, неловкая ситуация, но идея мне понравилась. Я вцепилась в сидение по бокам, как будто каталась на американских горках, и приближалась к петле. Тем временем, моё влагалище готовилось к вечеринке, как будто завтра не наступит никогда.
Бл*. Я была так смущена.
— У нас дома кровать. Я имею в виду, у тебя дома.
Вон ответил злым смешком.
— Да, но сейчас ты подо мной, и очень возбуждена. Зачем ждать?
— В действительности я не возбуждена.
— Посмотри на свои соски.
Я посмотрела вниз. Они действительно выглядели двумя жёсткими точками, слишком очевидными под тонким хлопком топа. Меня предало моё тело. — Это ничего не значит.
— Эй. Ты действительно хочешь, чтобы я остановился?
Вон посмотрел мне в глаза, и увидел панику в моей душе. Я чувствовала его понимание, его беспокойство. Если честно, я боялась не только быть оштрафованной. Мой величайший страх был связан с тем фактом, что Вон скоро уедет, и вполне испробованными последствиями, которые это имело для моего сердца.
— Детка?
Наши лица были очень близко друг к другу. Губами он едва коснулся моих, и меня почти обжигало его тепло и красота. Я чувствовала животом, каким твёрдым он становился, реагируя на меня. Моё желание питалось его, увеличиваясь с каждым моментом.
— Скажи слово, — продолжил Вон. — Ты знаешь, я сделаю всё, что хочешь.
Я очень сильно хотела сказать, что это чушь собачья. Или ещё лучше, сказать ему именно то, что хотела на самом деле. Оставалось только понять, что это...
Вместо этого я вытянула шею, мягко и нежно его поцеловала в губы, снова и снова. В ответ Вон лишь слегка приоткрыл свои. Так продолжалось до тех пор, пока его язык не проник в мой рот, захватывая контроль. Мы медленно целовались, как будто у нас было всё время в мире. Вон прижал ладонь к моей груди, затем стал сжимать и дразнить чувствительную плоть. Своими руками я проскользнула под его футболку, и начала ласкать спину. Меня возбуждало даже само прикосновение к бархатистой коже мужчины, контурам позвонков, крепким мышцам спины. В то же время, он двигался напротив меня, потираясь твёрдым членом о мою лобковую кость, и стимулируя самые чувствительные места. Я приподняла бёдра, пытаясь получить больше.
Чёрт, как хорошо. Прекрасно. Но этого было недостаточно.
— Вон, — выдохнула я, опуская руки в его джинсы, и сжимая твёрдые ягодицы. — Ты без нижнего белья?
— Я хотел быть готовым.
Я улыбнулась, когда он слегка прикусил мочку уха, а затем облизнул мою шею.
Мне никогда не наскучит быть с ним. Каждый момент, который мы разделяли, помогал мне всё ближе и ближе знакомиться с телом Вона и его движениями. Однако возбуждение от пребывания с ним никогда не ослабевало. Со временем могло измениться или вырасти. Но исчезнуть — это никогда. Некоторые вещи просто неизбежны.
Я просунула руки между нами, расстегнула на джинсах пуговицу и опустила молнию. Сдержанность не моя сильная сторона. Или, по крайней мере, когда мы занимались делом. Я хотела, чтобы этот кусок ткани перестал стоять между нашими телами. Горячая бархатная кожа покрывала твердую плотью.
Рай для прикосновений. Я осторожно провела пальцами по головке, а потом массируя по всей длине.
Вон застонал мне в шею, его плечи вздымались.
— Чёрт, как хорошо.
Ах, когда заполучаешь член мужчины в руку, возникает ощущение всемогущества.
— Правда?
— О, да.
Одной рукой Вон задрал мою юбку из шамбре, обнажая на бёдрах «апельсиновую корку». Пошло на хер беспокойство. Я была слишком поглощена прикосновениями к Вону, чтобы о чём-то переживать. Он проскользнул пальцем в трусики, сдвигая ткань.
— Какого чёрта ты их носишь, Лидия?
— Потому что я дура?
Он усмехнулся.
— Я не знала, что ты планируешь, — пожаловалась я.
— Предполагай, что я всегда хочу тебя трахнуть. Так что не ошибёшься.
Затем он страстно меня поцеловал. Взаимная мастурбация работала хорошо. Я гладила и стимулировала член, изо всех сил стараясь свести Вона с ума. В то время он делал то же самое: согнув пальцы, скользил костяшками вдоль моей мокрой щелки. У меня напряглась каждая мышца между шеей и коленями, было так хорошо. У мужчины получалось подарить мне чистое и простое блаженство. Затем Вон прервал поцелуй и лизнул подушечку большого пальца, прежде чем приступить к работе над клитором. Боже, в этом он был хорош, его прикосновение ощущалось волшебно. Его рука натянула резинку в трусиках, освобождая место для игры. Гормоны счастья вскружили мне голову, весь мой мир был ошеломлен. Я почти забыла продолжать поглаживать его. Как грустно, потому что чувствовать, как он увеличивается в моей руке от возбуждения, было великолепно. Это то, что я абсолютно не хотела пропустить.
— Кончи на меня, — я прикусила его губы.
— Ты этого хочешь? Хочешь, чтобы моя сперма растекалась по твоей мягкой коже?
В ответ я кивнула, продолжая его стимулировать сильнее с каждым движением.
— Нет. Не в этот раз.
Вон вытащил руку из моих трусиков, отчего мне хотелось кричать. Затем из заднего кармана вынул презерватив и разорвал пакет зубами.
Я издала действительно протестующий звук, когда Вон оторвал мои пальцы от члена и раскатал презерватив.
— Опусти немного задницу, — сказал он, притягивая меня ближе к краю сиденья. —Почему ты не хочешь машину побольше?
— Почему ты не можешь кончить на меня?
В ответ парень наморщился. Он стянул в сторону трусики и приблизил член к лону. Вон полностью меня наполнил одним плавным толчком. Мы оба громко застонали.
— О, боже.
Мои веки затрепетали, внутренности делали то же самое. Неописуемо. Вот что почувствовала когда Вон вошёл в меня. Всё стало красивее, ярче, яснее. В действительности даже больше, намного больше. И то, как он на меня смотрел, изучая каждое моё выражение, оценивая каждое моё движение. Я не знаю почему, но такая всепоглощающая связь почти уничтожила меня. Во второй раз за сегодня я чуть не заплакала.
— Вот, почему я не хотел на тебя кончать, — прошептал он мне на ухо. — Потому что я нуждался в этом.
У меня не было слов. К счастью, отвечать не требовалось.
Вон занимался со мной любовью медленно, сознательно. Придавливая меня к пассажирскому сидению испытываемого транспортного средства, которое теперь должно стать моим.
Каждый момент между нами наполнялся смыслом. Мужчина входил и выходил из меня не торопясь, используя всё необходимое время для усиления страсти между нами. Наша связь была абсолютной и так будет всегда. Неважно, куда он уедет. Неважно, что он будет делать. В нём я оставила часть себя, которую никогда не смогу восстановить. Чёрт, я отдала ему кусочек себя, даже зная, что этот поступок не будет умным, и вскорости пожалею.
Сердце делает глупости.
Постепенно Вон увеличил темп. Я обхватила его ногами, удерживаясь крепче. Мы оба были потными и двигались, как могли, цепляясь друг за друга в поиске удовольствия. Это продолжалось и продолжалось, и всё же закончилось слишком скоро. Я приподняла вверх бёдра, стараясь подтолкнуть его глубже. Парень продолжал в меня сильно толкаться. Одной рукой, лишая меня движения, Вон запутался в моих волосах, а на другой старался удержать свой вес. Салон наполняли звуки нашего задыхающегося дыхания и хлопающих друг о друга тел.
Я кончила внезапно, оргазм вырвался из моих легких, приглушённым стоном. Пока внутренними стенками продолжала сжимать его член, моё сердце пропустило удар. Всё тело дрожало под ним, когда Вон стонал моё имя, сильно прижимаясь щекой к моей. Мне кажется, французы называют оргазм «маленькой смертью», но это определение не достаточное. Для меня он означал полное разрушение всех надежд и мечтаний. Влюбиться в мужчину, который никогда не мог быть моим, не должно провоцировать такие преувеличенные ощущения, затмевающие разум. Но случилось именно так.
Любовь отстой.
20 глава
На следующий день в «Дайв Баре» происходили странные вещи. В эту субботу наступила годовщина моей неудачной свадьбы. Ура.
После нашего секс-марафона в моей новой машине ничего значимого не произошло. Мы вернулись в автосалон к Митчу, который увидев нас в помятой одежде, стал присматриваться с подозрением. Но после того как сказала, что покупаю автомобиль, он заметно расслабился. Вон молчал, а через некоторое время замолчала и я.
Мы пошли на работу. А когда вернулись домой, смертельно уставшие после долгого вечера, мы легли спать вместе, в одной постели.
Но вернемся к субботе.
Репортёр Бретт Чен бездельничал у своей машины, припаркованной напротив «Дайв Бара». Он вытащил свой «Канон» и начал снимать Вона и меня, когда мы входили внутрь.
— Поговори со мной, Лидия, крикнул он через улицу. — Я связывался с известным изданием, они хотят опубликовать статью. Национальный журнал, на кону большие деньги.
— Мудак, — пробормотала я, спрятавшись за солнцезащитными очками и опустив лицо.
— Пора позвонить офицеру Энди, — сказал Вон. — Нужно избавиться от этого парня.
— Не уверена, что он многое может сделать с юридической точки зрения. В любом случае, репортер не получит то, что хочет, — ответила я, не замедляя шаг. — Пусть карма позаботится о людях, которые наживаются на несчастьях других. Я предпочитаю использовать своё время по-другому.
— Он приезжает сюда уже в третий раз за несколько дней. И фотографирует без твоего разрешения. Идиот практически преследует тебя, детка.
Я пожала плечами, протянула руку и сжала его пальцы. Мы вошли в бар, и я прямиком направилась к маленькому столику в глубине зала. Бедная Бетси, администратор Дилэйни, не выглядела счастливой девушкой. Ах.
— Я ждала тебя почти двадцать минут. — Она фыркнула, отодвигая наполовину выпитую чашку кофе и поднимаясь со своего места. — Здешнее варево просто отвратительное. Все бумаги подписаны правильно? Я не хочу возвращаться сюда лишь потому, что ты не умеешь читать.
Боже, что за сука. Конечно, все документы были подписаны корректно, но она и сама могла с этим разобраться.
Вместо того чтобы тратить время на болтовню, я швырнула ей большой конверт с мировым соглашением Дилэйни. Бетси немедленно за ним нырнула, издавая странный приглушённый звук. В её маленьких глазах ярко вспыхнуло возмущение. Прежде чем она успела сделать какие-либо замечания о моей бестактности или сказать что-нибудь ещё, я ушла. У меня были дела. Пришло время взять в руки свою жизнь и с этого момента совершать поменьше бесполезной фигни.
Суббота — день напряжённый. Было только двадцать минут первого, а большинство столов уже заняли. В зале я поздоровалась с Роуз и Масой, с Эриком за барной стойкой и Нелл и Бойдом, которые были заняты работой на кухне. Затем я продолжила путь в офис подсобки бара.
Большой белокурый медведь (он же Джо), сидел перед компьютером, поглощенный чем-то на экране.
— Привет, — сказал я, бросая в угол сумочку. — Нелл попросила меня заняться бухгалтерией.
Джо посмотрел на меня испуганным взглядом, а его пальцы застыли на клавишах.
— Ах. Хэй, Лидия.
— Ты тоже сегодня работаешь? — Мне казалось чрезмерно три человека за стойкой, но неважно.
— Нет, — ответил он. — Мне просто был нужен компьютер. Мой капризничает. Я ухожу сию же минуту.
— Нет проблем. Я пойду, возьму чашку кофе.
Испуганный взгляд исчез и превратился во что-то другое. Джо прочистил горло, ежесекундно бросая на меня пристальные взгляды. Что бы ни было на экране, Джо не хотел, чтобы я увидела. Возможно порно.
— Хочешь кофе? — спросила я, шагнув к столу.
Все его тело напряглось, словно он собирался вскочить и прикрыть, что бы то ни было.
— Э… что?
— Кофе.
— Нет, — сказал он. — Спасибо.
— О’кей. — Я слегка ему улыбнулась, направляясь к двери. — Вернусь через минуту.
Джо скривился, продолжая пялиться на меня, словно в любой момент я могла прыгнуть через стол и начать насильственное вторжение в его личную жизнь.
Очень странно.
Когда я вернулась с кофе, Джо исчез через чёрный ход. Нелл оставила список с подробным описанием того, к каким категориям относятся расходы. Задание довольно простое и ничего другого. Я работала над кучей квитанций, банковских записей и счетов. Вводила всю информацию: названия компании, наименования товаров, их цены и так далее. Постепенно, кипа документов стала сокращаться.
Лучшая часть в выполнении этой работы (которую никто не хотел делать) заключалась в отличном обслуживании и гастрономических льготах. Роуз или Маса регулярно доставляли кофе, бутылки газированной воды, восхитительный куриный салат с вьетнамским соусом на ланч и удивительно сочный стейк с печеной картошкой и всевозможными гарнирами на ужин. Я понятия не имела, что они сделали с коровой, чтобы мясо стало таким нежным. Ежедневный массаж. Еженедельный педикюр. Что бы это ни было, это сработало. Лучший стейк за все времена.
— Как дела?
Нелл рухнула на стул с другой стороны стола. Её лицо всё ещё оставалось бледным, с заметными темными кругами под глазами. Она выглядела лишь незначительно лучше, чем на днях.
— Я медленно привожу к подчинению учётные записи. Но разве ты не должна быть дома в постели?
— Вероятно. — Она отвинтила крышку бутылки с яблочным соком, глотнула немного и поставила на стол. — Я скоро уйду домой.
— Хорошо. — И тут наступила очередь самой сложной части. — Нелл...
— Да?
Я провела кончиком языка по зубам, пытаясь придумать лучший способ сказать то, что хотела. Во мне зашевелились страх и волнение, ускоряя сердцебиение и заставляя дрожать руки. Мои попытки успокоиться оказались тщетными. — Не хочу выглядеть как шпион-психопат, который суёт свой нос в твой бизнес.
Она подняла брови, а на лице появилось любопытное выражение.
— Когда я прислушалась к слухам о персонале, то провела более глубокий анализ.
Нелл со стоном покачала головой.
— Лидия, я устала. Что ты хочешь мне сказать?
Я пересела на стуле и спрятала под столом дрожащие руки.
— Прошлой ночью Эрик предложил мне попробовать месяц управлять рестораном. Надеюсь, ты с этим согласна?
— Конечно.
— А Пэт всё ещё хочет продать свою треть бизнеса?
Нелл поджала губы; её лицо исказила болезненная гримаса, прежде чем она ответила решительным тоном.
— Даже очень вероятно.
— Ладно.
— Лидия, скажи мне, ты говоришь то, о чём я хочу услышать.
— Я была бы счастлива провести пробный месяц. И затем, по окончании купила бы долю Пэта, появись у меня возможность (если все согласны и верят, что вместе мы можем хорошо работать в долгосрочной перспективе).
Улыбка Нелл была блаженной.
— Ты серьёзно?
— Да. Я знаю, это может показаться внезапным, но я обдумывала всё в течение последних нескольких дней. Хотя и правда, звучит неожиданно.
Она ничего не сказала.
— В любом случае, я хочу изменить свою жизнь и, наконец, заняться тем, что мне нравится, продавать продукты, в которые я верю, и думаю «Дайв Бар» может предоставить мне эту возможность. — Я не знала, что делать дальше: прыгать по комнате или спрятаться в углу. Оба варианта казались жизнеспособными. — Я понимаю, сумма большая и важное обязательство, но мне этот выбор кажется правильным. Думаю, я бы пожалела, если бы даже не попыталась.
— Но у тебя точно есть деньги?
— Да, через пару дней.
В глазах у Нелл загорелось любопытство.
— Несколько дней?
— Между тобой и мной?
— Конечно. — Без колебаний ответила она. Одним из моих любимых качеств Нелл была её открытость.
— Я подписала юридическое урегулирование с Дилэйни.
— О’кей, — сказала Нелл. — Немного рано, но ты видела цифры. Ты работала здесь и видела, как местные жители любят это место. Мы не полагаемся только на проезжающих мимо туристов в той же степени, что и другие. Это будет круто.
— Очень надеюсь. — Я попыталась сдержать улыбку, но безуспешно.
— Я тоже на это надеюсь. — Взгляд Нелл опустился на переплетённые пальцы у неё на коленях. — Кстати о том, чтобы ничего не скрывать... У меня для тебя есть новость. Пока никто не знает об этом, поскольку сама узнала только сегодня утром. Так что я была бы признательна, если на данный момент придержишь это при себе.
— Конечно.
— Я беременна.
Мой рот открылся, а глаза стали больше луны.
— Я отреагировала точно так же. — Она мрачно мне улыбнулась. — Это от Эрика. Так что, да. Не совсем запланировано. Даже отдаленно.
— Поздравляю? — неуверенно спросила я.
Её улыбка стала ярче.
— Спасибо. Я всегда хотела детей. Думала, они будут с Пэтом, но всё меняется, верно?
— Совершенно верно. И я уверена, ты станешь отличной мамой. Никто не посмеет связываться с вашим ребенком.
— Ещё бы, я знаю, как бросать ножи, — сказала она. — Узнать на раннем сроке даёт преимущество спокойно всё организовать на работе. Я не ожидаю, что задержусь дома надолго, и, кроме того, Бойд сможет управлять кухней почти так же, как и я. Мы обучим другого повара и ещё одного помощника. Таким образом, после рождения ребёнка я смогу вернуться на полставки. К тому же, так у Бойда будет больше времени для участия в конвенциях по научной фантастике. Одним словом, всем будет хорошо.
— О’кей.
— Пожалуйста, не бойся. Клянусь, моя беременность не окажет большого или плохого влияния на остальную часть бизнеса.
На мгновение я задумалась.
— Дело в том, каждый из нас переживает периоды, когда нужно немного отступить, сосредоточиться на других вещах. Такова жизнь.
— Ага.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила я.
— Испугана. В восторге. Больше напугана.
— Я тоже. И я даже не собираюсь заводить ребенка.
Нелл снова взяла сок и стала снимать этикетку.
— Я очень рада, что ты решила остаться. Я потеряла много друзей при разводе, так что хорошо завести новых. Знаю, многие не советуют заниматься бизнесом с друзьями. Но, честно говоря, если нужно тесно работать с другими людьми и доверять им, рискуя деньгами и репутацией, я предпочитаю делать это с теми, кто дорог. Прежде всего, нужно быть друзьями, чтобы говорить откровенно, быть полностью честным. Полная честность.
— Согласна. — Я расправила плечи, напустив на себя храбрый вид.
— Если тебе нужно где-то хранить свои вещи, наверху полно свободного места. Кроме того, в моей квартире есть свободная комната, — сказала она. Я не говорю, что мы должны стать постоянными соседями. Но ты можешь пожить у меня несколько месяцев, пока не придумаешь что-нибудь ещё. На случай, если ветер переменится.
— На случай?
— Вон никогда раньше так не относился к девушкам. Во всем, что касается тебя, он беспокоится, всё ли в порядке и будут ли с тобой хорошо обращаться. Я знаю, вы несколько раз спорили, но он никогда долго не был с одной и той же женщиной. Её улыбка была слишком обнадеживающей. — Обычно женщины были просто временными, такое легкое времяпровождение. Но с тобой... это мило.
Вот дерьмо.
— Нелл, мне очень нравится твой брат. Уверена, это более чем очевидно. Но разве он не рассказал тебе о Хеннинге Питерсе, и прекрасной возможности со звукозаписывающей компанией и обо всём остальном?
— Между дракой прошлой ночью и моей болезнью, мы мало разговаривали — сказала она. — Вон собирается работать с Хеннингом Питерсом?
— Да.
— Вау. Это большое дело.
— Да, это так. Я просто развлечение, Нелл — призналась ей, уставившись на свои руки. Потом я поняла, что так ведут себя только трусы, и подняла голову. — Такова наша с твоим братом реальность.
Она просто на меня смотрела.
— Ты права насчет этого места, дома ваших родителей. Вона преследует прошлое, ему сложно здесь находиться. Говорю с уверенностью лишь потому, что для тебя нет ничего такого, чего бы ты уже не знала. — В отличие от продажи дома. Это Вон должен был сам сказать Нелл. К сожалению, я уже проболталась о Хеннинге Петерсе.
— Мне очень жаль, — сказала Нелл.
— Это правда. Мы же друзья. — Я с трудом сглотнула, изо всех сил стараясь сохранять хладнокровие. — Спасибо за предложение оставить мои вещи наверху.
— Конечно.
Мы обе попытались улыбнуться. У Нелл определенно получалось лучше, чем у меня.
К черту мужчин и их дьявольские пенисы. Мне нужно планировать свое будущее.
С моим приходом в бизнес «Дайв Бара» неизбежно должны были возникнуть проблемы. Например, Эрик считал это место своим логовом для завоеваний. Хотя Роуз призналась мне несколькими днями ранее, что, похоже, он флиртовал гораздо меньше с тех пор, как Нелл запала на него. Он даже не потрудился приударить за мной. Но надо быть начеку. Кроме того, как Эрик воспримет новость о своем предстоящем отцовстве, может затронуть всех нас. Кто знает, смогут ли он и Нелл продолжить совместную работу, чтобы управлять баром?
Однако у меня был месяц, чтобы посмотреть, как всё идет, послушать и поучиться. Определиться, правильное ли это решение для меня. Я хотела стать частью «Дайв Бара», остаться в Кёр-д'Ален. Ставка высокая, но по какой-то причине находясь здесь я чувствовала себя хорошо. И если это не сработает, я всегда смогу составить план Б.
Крис пустил меня под откос. Он разбил мне сердце и затронул мою гордость. Однако он также показал мне ошибочность выбранного пути. Крис заставил осознать, насколько я была глупой, пытаясь любой ценой исправить своё дерьмовое детство, желая заменить его бесподобным домом и семьёй. Та семья и все люди, какими я их знала, были просто масками.
Может прозвучать как фраза в стиле Опры, но счастье нужно искать внутри себя. Теперь я это знала.
Я могла найти дом для себя, и своими руками построить будущее. Мне не нужно полагаться на кого-то другого, кто волшебным образом заставить меня почувствовать себя важной, или чтобы чувствовала себя как дома. Я сама по себе могла стать сильной.
В результате своей мерзости Крис и компания заставили меня повзрослеть, преподав мне несколько важных жизненных уроков. С отступными Дилэйни за то, чтобы не подавала на них в суд за моральный или материальный ущерб, и не рассказывала свою историю прессе (страх, который они испытывали по отношению к Бретту Чену, значительно увеличил цену моего молчания), я пожну плоды того, что узнала.
Ирония судьбы, правда. Возможно, на днях я даже поблагодарю своего бывшего жениха.
Хотя сомневаюсь.
***
Нелл нужен был офис. Я перестала работать с бумагами и пошла помогать Роуз и Масе обслуживать вечерних клиентов. Загружать посудомоечную машину, убирать столы, мыть пол и всё такое. В основном любая работа, позволяющая мне внимательно следить за задним коридором. Кто знает, может, будущей маме понадобится психологическая поддержка. Ситуация сложилась драматичная и напряженная. Учитывая моё собственное недавнее столкновение с забытыми профилактическими средствами, я сочувствовала Нелл по-настоящему.
Нелл попросила Эрика присоединиться к ней в офисе. Ничего особенного. Никто не обратил на это внимания. На тот момент. Партнеры (за исключением Пэта), часто встречались в том офисе, за закрытыми дверями. Как и его брат раньше, Эрик не вернулся. Учитывая, что он, несомненно, только что получил известие о своем грядущем отцовстве, я бы тоже воспользовалась черным ходом.
Вон вошёл следующим. Через две минуты он выскочил обратно, красный от ярости.
— Где он сейчас?
— Кто? — спросила Роуз.
— Эрик. — Он выплюнул это имя, словно оно было ядом. — Где он сейчас? Я убью его на хрен.
— Откуда мне знать.— Роуз поспешила прочь. Логично.
— Эрик ушёл. — Я перестала притворяться, что очень занята наполнением контейнеров для приправ. Яростный взгляд Вона обратился на меня. Дерьмо. Мужчина был вне себя от злости, верхняя губа скривилась, плечи вздымались. Судя по тому, как он смотрела на меня, некоторые могли даже подумать, что это я обрюхатила его сестру. — Он ушёл совсем недавно.
— Трус.
Совсем не хорошо. Учитывая жестокость драки, разразившейся в гостиной в начале недели, я подумала, что Вон был сыт по горло синяками, и на время их хватит. Хотя, наверное, нет.
— Я уже почти закончила, — сказала я. — Почему бы нам не пойти?
Через мгновение Вон дернул подбородком.
— Ага. Хватай свое дерьмо. Пойдем.
О’кей. Я пошла за сумкой, в офисе было странно пусто. Видимо это был Международный день использования чёрного хода. Не то чтобы я хотела пошутить. Возможно, Нелл тоже сочла за лучшее уйти сегодня вечером незаметно.
Я проверю её позже. У Бойда были ключи, запереть бар мог и он.
Вон распахнул дверь и вышел на тротуар. Я последовала за ним медленнее, давая ему некоторое пространство. Я всем сердцем надеялась, что никаких признаков будущего папочки на улице не будет. Если у Эрика была хоть капля инстинкта выживания, он наверняка где-то прятался.
Внезапно Вон повернулся и пошел назад, угрожающе приблизившись ко мне.
— А ты знаешь? — потребовал он ответа.
— Что?
— О том, что Эрик обрюхатил Нелл.
— Да.
Он выдохнул, фыркнув.
— И ты всё ещё хочешь остаться здесь, купить в баре долю?
— Нелл и об этом тебе рассказала? О’кей. — Я не отступила ни на шаг, просто слегка отодвинулась от него, пытаясь увеличить дистанцию между нами. Не то чтобы я боялась Вона, просто не хотела, чтобы кто-то стоял так близко у меня перед носом. — Да, покупаю. Мне понравилось работать здесь, и думаю, могу ещё многое предложить.
— Нет. Да ладно. — Он снова повернулся и принялся расхаживать взад-вперед перед тату-салоном Пэта, «Инкахо». В витрине висели большие иллюстрации в рамках, на края которых падал свет; они скрывали от глаз большую часть интерьера. Возможно, потому, что если бы кто-то хотел сделать себе татуировку на ягодицах, было бы неприятно видеть, как прохожие останавливаются, чтобы подглядывать.
— Лидия! — закричал Вон.
Я подпрыгнула от неожиданности, начиная немного злиться на себя.
Вон кричал на меня, словно я была незнакомкой. Как будто я была каким-то дерьмом, на которое он только что наступил.
— Сначала ты обручаешься с парнем, которого едва знаешь, — сказал он. — И попадаешь в эту гребаную ядовитую семью. Теперь ты хочешь окунуться в другое приключение? Ты же там всего пару дней проработала.
— Я уже думала об этом. Я видела, как они работают, анализировала персонал, — ответила, стараясь держать спину прямо. — И будет месячный испытательный срок, чтобы дать всем нам возможность оценить, сработает это или нет. Я не ныряю с головой, ничего не зная.
— Христос. — Он рассмеялся, но его смех не звучал весело. — Да что с тобой такое, чёрт возьми? Неужели ты никогда не учишься?
Ха. Приятно узнать, что он на самом деле думает обо мне.
— Ну и что?
Я лишь пожала плечами.
— Что, ну и что?
— Ты собираешься ответить на мой вопрос?
— Нет. — Я скрестила руки на груди, наблюдая, как его гнев нарастает всё больше и больше. Вон уставился на меня; его лицо было маской ярости и отчаяния. Не хотела бы оказаться на его месте. — Я не обязана отвечать тебе, Вон. Не о моих деловых решениях. Не о моей жизни. И особенно когда ты ведешь себя как придурок и оскорбляешь.
Он с трудом сглотнул и отвернулся.
— Ну, я всё равно здесь не останусь, ни ради этого ребенка, ни ради тебя.
— Кто, чёрт возьми, просил тебя об этом? — Крикнула я, и мой голос эхом разнесся по пустой улице. — Я имею в виду, серьезно.
Он замер.
— Ты думаешь, это не более чем грандиозный заговор с целью заставить тебя остаться в городе. Ну, это не так.
Вон усмехнулся.
— Иди и будь счастлив с Конном и Хеннингом Петерсами в Лос-Анджелесе, ты здесь не нужен, — сказала я, стараясь сохранять спокойствие. — На сколько... лет на десять? В течение десяти лет они прекрасно справлялись сами по себе. Дерьмо случилось. Всегда случается. Мир крутится, и люди лажают, делают ошибки. Твоё присутствие здесь ни черта бы не изменило.
Вон молча на меня уставился.
— Ты им не нужен, и мне тоже. — Я пыталась сохранять решимость, хотя чувствовала, как внутри меня что-то ломается. На глаза навернулись слёзы. — Мне жаль, что ты потерял родителей, а твоя сестра живет не так, как тебе хотелось бы. Правда в том, что мы люди, и рано или поздно мы все должны умереть.
Его ноздри раздулись от ярости.
— Разберись со своим дерьмом, Вон. Преодолей горе от утраты родителей. Преодолей чувство вины. Дай передышку себе и сестре. Делай то, что должен, и живи своей жизнью. — Слишком много эмоций вышло из-под контроля. Я обняла себя, пытаясь не рухнуть. — Но пойми, ты не бог. Твоя семья и друзья здесь обойдутся без тебя, если возвращение на побережье — это то, что нужно сделать, чтобы ты почувствовал себя хорошо.
— Так и есть — процедил он сквозь зубы, сжимая кулаки. Вон был очень зол. — Конечно, это так. Там меня ждет величайшая возможность в моей жизни. Здесь мне больше нечего делать.
— Отлично. Иди. — Я раздраженно кивнула. — Но не злись на меня, потому что то, чего хочу я хочу — этот город и люди — это то, что ты бросаешь.
Никакой реакции.
А если серьезно, то к чёрту всё это. Да пошло оно всё.
— Думаю, сегодня мы уже достаточно поговорили. Не мог бы ты отвезти меня домой, пожалуйста, или предпочитаешь, чтобы я поймала такси?
С минуту он пристально смотрел на меня, потом направился к машине. Я стояла, глядя ему вслед. Грёбаные самцы со своими грёбаными проблемами. Они могли пойти на х*й. Я попыталась замедлить дыхание, успокоить своё дерьмо.
На самом деле не сработало.
Пройдя по улице, он сел в «Мустанг», хлопнув дверью. Я умоляла Господа дать мне силы. Мысль о том, чтобы оказаться с ним в тесном замкнутом пространстве меня не привлекала. Один из нас мог плохо кончить. Может быть, мне лучше пойти домой пешком. Не домой. Там никогда не будет мой дом. Теперь, когда мистер крикливые штаны замолчал, наступила приятная тихая ночь. Конечно, я и сама не была благопристойной молодой леди.
Ах. Но кого это волновало. Сияли звезды. Светила луна. На улице всё было так красиво.
Вон завёл мотор, фары пронзили тьму ночи. А потом он просто сидел и ждал меня (наверное). Мои ноги не двигались. Что-то изменилось. Раньше я постоянно стремилась с ним сблизиться, но теперь... что мне делать?
Именно в этот момент из окна тату-салона вылетел стул. Осколки стекла разлетелись во все стороны. Я упала боком на тротуар, прикрывая голову руками. Удар был сильным. Ошеломил внезапный шквал шума. Стул упал прямо передо мной, металлические ножки высекли искры об асфальт. Он остановился у столба перед уличным знаком ограничения скорости.
А потом… ничего. Абсолютная тишина.
Я осторожно подняла голову. Два человека стояли и потрясено смотрели на меня изнутри «Инкахо». И это было понятно. Ведь сцена выглядела сюрреалистично. Свет отражался от битого стекла. Осколки были похожи на бриллианты, или звезды, или что-то в этом роде. Нечто красивое, но опасное. Я никак не могла опустить руки и подняться на ноги. Единственным выходом было задержаться на тротуаре на несколько минут и оценить ситуацию.
— Лидия! Чёрт! — завопила Нелл из тату-салона и побежала к двери, дребезжа замком. — Пэт, открой.
Но он наступил прямо на разбитую часть окна.
— Ты ранена? — спросил он.
—Я, э-э... — я огляделась вокруг, ожидая, пока мой мозг снова заработает.
— С ней всё в порядке? — Крича, спросила Нелл, глядя в разбитое окно.
— Не уверен, — ответил Пэт.
Я слышала, как кто-то приближается. Это был Вон. Его конверсы не производил такого шума, как ботинки Пэта. Почему это имело значение, я понятия не имею. Возможно, я была в лёгком шоке. Не обращая внимания на битое стекло вокруг, Вон без колебаний опустился на колени рядом со мной.
— Детка? — Он поднял моё лицо к свету, осматривая на предмет повреждений. — Позволь мне посмотреть. Ты в порядке?
— Ага. Я так думаю.
— Ты уверена?
— Я больше ни в чём не уверена.
Вон ответил хрюканьем. Он встал, взял меня под мышки и поднял. От гнева не осталось и следа. Его обеспокоенный взгляд продолжал скользить по мне, ища любой намек на увечья.
— Где-нибудь болит?
— Что за чёртова ночь, — прошептала я.
— Эй, послушай меня. — Вон нежно обхватил моё лицо ладонями, его губы сжались в прямую линию. — Ты уверена, что с тобой всё в порядке? Что-нибудь болит?
— Я так не думаю. — Я медленно покачала головой. У меня появилось ощущение, что я не в своем теле. Я пошевелила пальцами рук и ног, повернула туда-сюда голову. Конечности все ещё были прикреплены к телу. Вокруг меня нет луж крови. Ладно, хорошо. — Только немного там, где я приземлилась на бедро.
Я видела, как Бойд, Роуз и Маса выскочили из бара и подошли к нам.
— Что случилось? — спросила Роуз высоким взволнованным голосом.
— Пэт получил плохие новости, — сказала Нелл слегка дрожащим голосом.
Мне не требовалась степень астрофизика, чтобы понять, что это была за новость. Нелл рассказала Пэту о ребёнке. Он обезумел и выбросил стул из салона. Пэт разозлился несмотря на то, что они уже не жили вместе, несмотря на развод. Его плечи сгорбились, он выглядел потерянным, обиженным. Нелл выглядела примерно так же. Однако это всё равно не давало ему права выбрасывать мебель из витрины.
Уровень крика, возбуждения и насилия последних семи дней был безумным. В полном контрасте с нарочитым безразличием моей семьи. Словно проявление заботы являлось ошибкой, мотивом для смущения. Родители переехали бы задолго до того, как события достигли такой степени накала. Я могла бы сделать такой же выбор, но вместо этого решила остаться.
Решение остаться было правильным. Да, было.
Тем временем Маса выругался, а Бойд нахмурился и отошёл в сторону.
— Господи, Лидия, — испуганно сказал Пэт. Он потер лицо обеими руками. — Если бы я сделал тебе больно... дерьмо.
Вдалеке завыла полицейская сирена.
— Всё в порядке, — объявила я всем и каждому. Хотя на самом деле всё обстояло как угодно, кроме «нормально» — Всё хорошо.
— Что за бардак, — сказала Нелл, и по её щеке скатилась слеза.
Я могла только согласиться.
21 глава
Хорошая ванна — лучший друг девушки. К черту драгоценности, шоколад и всё остальное. Большая старая ванна, полная горячей воды, лучше всего. Адвил тоже идея неплохая. Несмотря на огромный синяк, бок у меня болел не сильно.
Я прислонилась головой к краю ванны и уставилась в пространство. Попыталась мыслить конструктивно о своей жизни, но преуспела не очень.
Нелл и Вон остались объясняться с полицией, пока остальные разбирались с местом преступления. Джо потребовалось время, чтобы доставить всё необходимое и заколотить окно. Потом он остался с Пэтом, а мы повезли Нелл домой. Короче говоря, это была ещё одна безумная ночь в Кёр-д'Алене с семьей Хьюсон и их друзьями.
В моей голове всё время звучал голос сомнения. Он задавал законные вопросы. Эти люди были сумасшедшими. И я была сумасшедшей, даже просто думая о том, чтобы остаться здесь и вложить свои деньги в «Дайв Бар». Только когда я провожала Нелл до её квартиры, она крепко меня обняла.
Мне это нравилось.
Как бы грубо не звучало, но если Вон и правда решил уехать то, чем раньше он это сделает, тем лучше. Эмоциональное потрясение и большое замешательство, которое я испытывала к нему, теперь утихали. Он сделал мою вагину счастливой (намного более чем счастливой). Но остальная часть меня испытывала усталость. Возможно, просто голова и сердце устали от переизбытка размышлений и перегрузки чувств. В этом году я уже столкнулась с грандиозным отказом от моего бывшего жениха. Второй становился немного смешным.
Сначала я не обратила внимания на тихий стук. Только когда он продолжился, а Вон приоткрыл дверь и заглянул внутрь, я резко села, прижимая колени к груди, и пряча всё необходимое. Как будто он уже не видел каждую часть меня. Каскад воды выплеснулся через край на пол.
— Просто проверяю, не заснула ли ты, — сказал он.
— Нет, я в порядке.
— Не возражаешь, если я войду?
Я открыла рот, чтобы придумать отмазку, но в голову ничего не пришло. Вон распахнул дверь и вошёл, держа в одной руке несколько толстых свечей, а в другой — две бутылки пива. Он поставил всё это на стойку рядом с раковиной и вытащил из кармана джинсов коробок спичек. Маленькое пламя вспыхнуло в мгновение ока. Вон выключил свет и помещение погрузилось в романтическое свечение пламени.
Нет. Нет, определенно нет.
— Вон. — Я не смогла выдавить из себя улыбку. У меня просто больше не осталось способности улыбаться.
По мановению его руки на пол упала крышка от бутылки.
— Держи.
— Спасибо. — Ледяное стекло холодило ладонь. — Э-э-э. Я не совсем в настроении для утешительного секса...
Упала ещё одна крышка от бутылки, и он опустился на колени возле ванны, опираясь рукой о край. Сделав большой глоток, Вон просто посмотрел на меня, ничего не говоря. Сейчас в мои планы не входило то, что он так близко. Мне нужно было пространство, чтобы разобраться в произошедшем дерьме. Мне необходимо не просто решить, что делать дальше, я также должна была понять, как будет выглядеть будущее в этом городе без него.
— Лидия!
— Знаешь, я и разговаривать не очень хочу. Извини меня.
— О’кей. — В его глазах читалась печаль.
Желание вернуть последние слова было огромным. Но я этого не сделала. Я не могла. Обязательно должен преобладать инстинкт выживания. Я должна защитить своё глупое сердце от того, что оно может ещё больше в него влюбиться. К тому же я продолжала на него злиться за то, что он сделал раньше.
— Подумал, ты должна знать, — сказал он. — Я принял решение, уеду в понедельник утром.
— Ой. — Вот и всё, дата назначена. Мой разум опустел, остался только пустой экран. Мне потребовалось время, чтобы подобрать слова. — О’кей. Правильно. Завтра я соберусь и заберу свои вещи. Нелл сказала, я могу пожить у неё какое-то время, остальные вещи сложу в баре наверху.
— Я помогу тебе переехать.
— Спасибо.
Мы просто смотрели друг на друга.
Вон первым отвел взгляд и посмотрел на дверь. Было очевидно, что он несчастен. Мои пальцы чесались от желания разгладить морщинки у него на лбу. Я хотела утешить его и утешить себя. Мне повезло с Крисом и факт, что каждый из нас пошёл своей дорогой, был катарсическим опытом. Избежать ошибочного брака оказалось чудесным событием. Да, там тоже было много гнева и дискомфорта, столько эмоций потрясли меня до глубины души. Но я оградила своё сердце от гораздо худшего удара в будущем. Даже если расставание с Воном всё равно разбило мне сердце.
— Я оставлю тебе немного уединения, — сказал он, хотя, похоже, не хотел уходить.
— Никакого секса.
Его брови поползли вверх.
— Даже не болтай, — предложила я. — Просто пьем пиво и тусуемся вместе. Если хочешь?
Он подмигнул.
— Конечно. Это можно сделать.
— Хорошо.
— Не возражаешь, если я тоже залезу? — Вон кивнул на ванну.
— Мы оба голые в ванне?
Весьма сомнительно.
— Да. — Он наморщил нос. — Уважать решение не заниматься сексом будет задачей жёсткой.
— Жёсткой. Ха-ха.
Вон улыбнулся. Он встал и начал снимать ботинки и носки. Короче говоря, похоже парень не собирался соблюдать только что согласованную договоренность.
— У меня есть решение.
— В самом деле?
— Ага. Вытащи пробку, выпусти немного воды.
Без лишних слов он вошел в ванну в джинсах и футболке. Жест не совсем нормальный.
— Вон! — Я выдернула пробку, прежде чем мы затопили этот чертов дом. — Что ты делаешь?
— Остаюсь рядом с тобой, не занимаясь сексом. — Он стоял и ждал, пока упадет уровень воды. Мгновение спустя присел за мной; я почувствовала, как его длинные ноги прижались к моей спине. — Детка, подвинься немного вперёд.
— Чёрт. — Запротестовала я, повинуясь. — Но твоя одежда?
— Мне всё равно нужно её стирать.
Я фыркнула.
— Понятно. Отличный способ сэкономить воду.
— Я сторонник защиты окружающей среды. Это будет похоже на ручную стирку. Смотри. — Вон обнял меня за талию и начал тереть вверх-вниз. В воде сделать такое довольно легко. Он вытянул ноги, и я села на грубую ткань. Мокрые джинсы намного удобнее, чем вы думаете. К счастью, на мне их не было, иначе можете себе представить трение?
Я снова вставила пробку в ванну, прежде чем вся вода убежала.
— Да, это совсем не похоже на секс. Я сижу голая на твоих ногах, пока мы принимаем ванну при свечах.
— Боже, у тебя грязные мысли.
Я бросила на него взгляд через плечо. Надеюсь, этим смогла передать полное отсутствие у меня доверия.
— Я уважаю твои желания, Лидия. Ничего не случится, — сказал Вон, с широко открытыми глазами и невинным видом, делая глоток пива.
— Мм-хм.
— Тсс. Ты не хотела разговаривать.
Что за засранец.
Держа спину прямо, я сидела и пила пиво. Верный своему слову, Вон не произнёс ни слова, не пошевелился. Постепенно я начала расслабляться, — в этом я виню отбрасываемые свечами тени, — эти танцующие языки пламени убаюкивали меня. В конце концов, я прислонилась спиной к его мокрой футболке и устроилась поудобнее.
— Прости, что накричал на тебя раньше, — прошептал он.
— Снова.
— Ага. — Вон тяжело вздохнул. — Снова.
— Быть может, когда-нибудь ты захочешь поговорить с кем-нибудь обо всём этом. Смерть твоих родителей...
Тишина. Много-много тишины. Я приготовилась к взрыву. Снова крики, ругань и так далее. Он уже дал понять, что не хочет обсуждать подобные вещи. И всё же я продолжала вмешиваться, ныряя туда, где моему носу не место. Благие намерения в который раз заставили меня выставить себя дурой. Всё потому, что я страдала, зная, что он несет на себе эту тяжесть. Мне было очень плохо.
И я просто ждала его ответа.
Но вместо того, чтобы рассердиться, он поцеловал меня в щеку, едва касаясь губами. Целомудренный поцелуй. На глаза навернулись слезы, дыхание сбилось. Глупое сердце.
— Поговори со мной, — попросила я.
— О чём же?
— Даже не знаю. Расскажи мне сказку.
— Хорошо. — Вон прочистил горло, на моей спине его грудь поднималась и опускалась в идеальном ритме. Жаль, находится рядом с ним всегда так хорошо. Моя жизнь была бы намного безопаснее и проще, если бы я могла сохранять хоть какое-то подобие безразличия. Что стало со всеми этими холодными и тяжелыми уроками родителей по ожесточению моего сердца? Казалось, с тех пор, как я увидела домашнее порно Криса и Пола, что-то внутри меня вырвалось на свободу. Дело было не в желании. Ближе к сумасшествию, если уж на то пошло.
— Давным-давно, — начал Вон тихим и размеренным голосом. — Жила-была принцесса. Прекрасная, хоть иногда и немного надоедливая.
— Как её звали?
— Э, Нелидия.
Я нахмурилась.
— Её звали Нелидия?
— Ты хотела историю, я тебе её даю. Заткнись.
— Ладно.
Он вздохнул ещё тяжелее, чем раньше.
— Во всяком случае, Нелидия была настроена выйти замуж за принца. Мы назовем его Принц Гондоша.
Похоже на анекдот из моей жизни.
— Но в день свадьбы, когда принцесса была одета в милое платье, которое подавало её сиськи вверх, словно они лежали на гребаном блюде...
— Это история с рейтингом «18+»?
— Пожалуйста, — сказал он, обнимая мою обнаженную талию. И я ему позволила. — Запрещено несовершеннолетним? Если в рассказе нет проникновения, это пустая трата времени. Моя история ХХХ.
Я рассмеялась.
— Так вот, в день своей свадьбы с Принцем Гондошей, Нелидия поцеловала его, и он превратился в большую скользкую двуглавую жабу с чумным дыханием и ещё более ужасным запахом от ног.
— Полегче! — Я положила голову ему на плечо. — Бедная Нелидия.
— Чертовски интересный поворот сюжета, верно?
— Никогда не думала, что такое случится.
— Ха-ха. — Он прижался щекой к моей макушке.
— А что произошло потом?
— Ну, очевидно, она потеряла рассудок.
— Очевидно.
— И принцесса убегает в лес. Бегает по кустам, перепрыгивает через изгороди, лазает по деревьям и так далее. Ничто не могло помешать ей убежать от этой жабы, Принца Гондоши. — Вон сделал глоток пива. — К сожалению, в бегах она потеряла своё красивое платье. У неё осталась только узкая нижняя юбка и корсет, который едва её прикрывал из-за пробежки посреди леса. Один приличный вдох, и соски вылезут на обозрение всему миру. Я уже упоминал, что она четыре года подряд выигрывала титул лучшей женщины в области декольте? Однако в бегах она случайно находит небольшой коттедж. Но вот чего ты не знаешь о Нелидии, так это того, что у неё тёмное прошлое.
Я попыталась повернуться, чтобы посмотреть на него. Но с того места, где сидела, смогла увидеть только скулы и щетину.
— Тёмное прошлое не совсем соответствует характеру Нелидии.
— Соблюдай тишину. — Он прикрыл мне рот одной рукой. — Нелидия была очень и очень плохой девочкой. В ней жила непристойная сторона, в которую никто никогда не поверит. Взлом и нарушение частной собственности ничего не значили для этой безрассудной принцессы. Итак, она решила войти в тот дом. Но из-за дерзкого побега она оказалась полностью запачканной грязью и определенно не могла позволить никому увидеть её в таком состоянии, понимаешь? Она же принцесса, чёрт возьми.
Вон продолжал зажимать мне рот рукой. Это меня вполне устраивало, поскольку добавить к его порнографической сказке ничего не могла.
— Нелидия вошла в душ и начала мыться. Комната наполнилась мыльными пузырями и паром, но она была современной женщиной, поэтому стала ублажать себя. Она даже находит время, чтобы вымыть голову и побрить подмышки. Ей удалось спокойно привести себя в порядок. Но хозяин коттеджа проснулся и услышал, как в ванной течёт вода. Он топает туда и говорит:
Вон вытянул шею, чтобы посмотреть на меня.
— Видишь, детка, что я тебе говорил? Нелидия была маленькой грязной лгуньей.
Я закатила глаза, но, похоже, никто не хотел прийти мне на помощь.
—
Я укусила его за ладонь, вцепившись зубами в бугорок под большим пальцем.
— Ой. — Он рассмеялся и высвободил руку. — В этот момент домовладелец добавил:
— Стой! — Я зажала уши руками, и отчаянно пыталась сдержать смех. — Это самая ужасная сказка на свете. Братья Гримм переворачиваются в своих могилах.
— Нелидия открыла занавеску в душе и сказала:
— Конец.
— Ни в коем случае. Нелидия была добродетельной и чистой девушкой, она никогда бы не выкинула такое дерьмо.
— Нет, нет, — Он усмехнулся. — Всё произошло именно так, как я рассказал. Она была самой извращенной принцессой в королевстве.
— Нет, напротив. Хозяин этого коттеджа был свиньей, с извращенным умом. Да он бы вскрыл замок на поясе целомудрия. У неё не было ни единого шанса. — Мне стало трудно поддерживать свой пуританский тезис ещё и потому, что я засмеялась так сильно, что по щекам потекли слёзы. Забавный ублюдок. — Я хочу больше узнать о хозяине коттеджа. Как его звали?
— Даже не знаю. Дай подумать, — он снова прижал подбородок к моей макушке. — Его определенно не звали Прекрасным Принцем.
— Но могли бы!
Тишина.
— Если бы он этого захотел. Или нет. Неважно, — вяло добавила я. Дерьмо. — Давай немного помолчим.
Я была идиоткой.
До этого мы ничего не делали, кроме как мирно смеялись и шутили, а потом я и мой глупый язык все испортили. Так держать, Лидия. Кричи громче о любой невозможной мечте чуваку, который ясно дал понять, что никогда не будет будущего «мы». Если бы кто-то указал мне на ближайшую кирпичную стену, я бы сразу ударилась о неё головой.
С другой стороны, это были два глупых слова. С таким же успехом он мог бы просто проигнорировать рассказы Диснея за последние сто лет, в которых молодые, аккуратно подстриженные принцы скачут в лес, чтобы спасти попавших в беду сексуальных девушек. Ради того, чтобы жить вместе. Видит Бог, у Криса никогда не было проблем с тем, чтобы игнорировать или утихомиривать меня. Я сотни раз видела его бездумную великолепную улыбку, направленную в мою сторону. Нет, тысячу. Ах, если бы я только понимала её истинное значение.
Тьфу. При одной мысли об этом мне снова захотелось врезать этому придурку.
Может быть, мне нужно было чуть больше недели, чтобы пережить катастрофу. Деньги помогут. Существенно. Я никогда не думала, что принимая за молчание деньги от этих гребаных ублюдков и компрометируя свою мораль, почувствую себя так хорошо. Наверное, мне следовало чаще себя продавать.
— Э-э, этот твой прекрасный принц, — нерешительным тоном сказал Вон.
— Да?
Он передвинулся подо мной и тяжело вздохнул.
— Хочу сказать, что это не имеет смысла, не так ли? С чего бы ему жить в коттедже, а не в замке?
— Ну... его родители, король и королева соседнего королевства, погибли в страшной аварии.
Я не шевелилась, ожидая увидеть его реакцию.
— Понятно.
— И ему было так больно, что он просто не хотел больше быть принцем.
От Вона никакой реакции.
— В сказках иногда случаются плохие вещи.
Вон ответил хрюканьем
— Это несправедливо, но такое случается, — сказала я, нащупывая почву скорее с осторожностью, чем искусно. — Принц любил своих родителей, а в замке хранилось слишком много воспоминаний.
— Хм.
— И поэтому он укрылся в лесу.
— Не очень-то похоже на принца, если он не может справиться со своим дерьмом, — прокомментировал Вон.
— Даже принцы, — это прежде всего люди, человеческие существа. Я не думаю, что корона или пенис дают силу неуязвимости от потери и боли. — Размышляя, я уставилась в стену. — Жизнь тяжелая, случаются ужасные вещи. У всех нас есть чувства. Мы сделаны из плоти и крови, и каждый раз просто пытаемся сделать всё возможное.
— Убегать от проблем не означает делать всё возможное. — Его голос эхом разнесся по маленькой комнате, так же как и в моей голове.
Имея титул сбежавшей невесты года в Кёр-д’Ален я не нашла ответа. Совсем никакого. Слишком много ожиданий от моей скудной мудрости.
Вон погладил меня по плечам, как будто я нуждалась в утешении или в чём-то подобном. Словно он хотел вырваться из этой ситуации, а это означало, что я должна заткнуться и уйти от него к чертовой матери.
— День выдался напряжённый, — пророкотал Вон, возвращая меня в настоящее. — Лучше уложить тебя в постель. Как твоё бедро?
— Нормально. Это просто ушиб. — Я приподняла свою большую задницу, чтобы приблизиться к краю ванны, но тут же опустилась, думая, — «Боже мой, надо прикрыться, не могу хвастаться своим дряблым белым жиром». Инстинкт чисто защитный, даже если он чертовски раздражает. У меня не было проблем с моим телом. Я сильная современная женщина, бла-бла-бла. От старых привычек трудно избавиться.
Мощная волна прокатилась взад и вперёд, выплескивая на пол ещё больше воды. Вон вылез из ванны, капая на пол. Коврик для ванной превратился в промокшую тряпку. Он бросил на пол мокрую футболку и джинсы.
Боже, как же мне нравилась его кожа. Все рисунки, сделанные чернилами. Как он двигался, быстро и эффективно, покачивая конечностями, работая мускулатурой. Мужчина не сделал ничего уникального или необычного. Никаких фигур акробатики или воздушной гимнастики. Просто Вон делает естественные вещи, путешествует по миру, живёт своей жизнью. Я не могла оторвать от него глаз.
Он высушил верхнюю часть тела, затем обернул полотенце вокруг талии. — Тебе нужна помощь?
Я улыбнулась. — Нет. Спасибо.
Он кивнул и направился к двери. Мой прекрасный принц уходит, уходит, уходит. Жаль, что секс имеет последствия, которые ты не всегда можешь предвидеть, — происходят изменения в эмоциях и твоём восприятии других людей. Очень жаль, что любовь нельзя купить.
22 глава
В воскресенье у нас была вечерняя смена в «Дайв Баре».
Из-за массового мероприятия в старой части города зал не был особенно загружен. Бойд с помощью Курта, ученика на кухне, руководил работой. Похоже, ему понравилась идея воскресного бранча. Яйца Бенедикт, блинчики из рикотты с бананом и соусом из ирисок, картофель и кукурузные лепешки со шпинатом, беконом, различными соусами и многие другие вкусные блюда. Мы приехали, когда бранч закончился, и кухня была готова перейти к меню ужина, которое состояло в основном из пиццы и пасты. Райский опыт — дегустировать во время перерывов то, что осталось от позднего завтрака. Все проблемы с моей большой задницей и широкими бедрами я могла отложить на следующий день.
Ни Эрика, ни Нелл не было и следа. Джо и Вон работали в баре.
Я уже звонила Нелл, но она не ответила, поэтому я оставила ей сообщение на автоответчике. После событий накануне вечером, я тоже, наверное, захотела бы, чтобы меня оставили в покое. Остаток дня прошел быстро и относительно безболезненно. Я не чувствовала особого уныния, несмотря на то, что в голове тикал обратный отсчет до отъезда Вона.
Мы спали вместе. Без споров, он просто лег в постель рядом со мной в боксерах, которые оставались на нём всю ночь. Ситуация выглядела несколько странно. Как только я увидела, как Вон вошел в мою комнату и устроился на ночь, я испытала огромную благодарность.
Любовь — горькая пилюля, которую нужно было проглотить.
Спать вместе помогло облегчить боль и страдания перед началом переезда, что в любом случае не заняло много времени. Нам просто нужно было загрузить обе машины и за одну поездку доставить коробки на склад второго этажа над баром. Перед свадьбой я пожертвовала всю свою посуду и мебель на благотворительность. Думала, они мне больше не понадобятся, учитывая все подарки, которые принесли друзья семьи Дилэйни
— Прикрой меня! — Кто-то внезапно схватил меня за локоть, и позади раздался мужской голос. — Хорошая работа. Как тебя зовут?
— Это ограбление или что-то в этом роде? — спросила я и не знала, недоумевать или бояться.
Таинственный мужчина рассмеялся.
— Чёрт возьми, нет. Я заработал больше денег, чем когда-либо потрачу в своей жизни. Как тебя зовут?
— Лидия
— Ладно, Лидия. Ты отлично справляешься.
— Спасибо. — Я повернулась, чтобы понять, кто он.
— Не смотри на меня!
— Прости, прости. — Несмотря на то, что было почти девять вечера, чувак носил солнцезащитные очки. Его лицо почти полностью скрывал козырек бейсболки, из-под которой выбивались пряди длинных светлых волос и падали ему на плечи. На нём была ярко-зелёная футболка. Кроме этих деталей, я ничего не видела. Если бы мне пришлось описывать парня полиции, то, чёрт побери, я бы ничего не сказала. — Я больше так не сделаю.
— Надеюсь, что нет. Блин, Лидия, — раздраженно добавил он. —Ты должна продолжать работать, оставаясь рядом со мной. Просто веди себя нормально. Веди себя, как всегда: перемещайся по залу, как будто ничего необычного не происходит, хорошо?
— Хорошо.
— Погнали.
Медленными размеренными шагами мы двинулись к бару. Мне потребовалось некоторое время, чтобы привлечь внимание Вона. Своим взглядом я попыталась передать ему несколько посланий. Во-первых, я не была счастлива. Во-вторых, кто бы ни стоял за моей спиной, он определенно был причиной этого несчастья. У Вона расширились глаза, а затем он перевел взгляд на парня, который вёл меня к большому белокурому бармену.
— Ты пытаешься выглядеть инкогнито или что? — спросил Вон странно спокойным тоном. Вместо того чтобы потянуться за дробовиком или чем-то ещё, он продолжал наливать пиво.
— Да — ответил маньяк, выходя из-за моей спины. — Гениально, правда?
Вон небрежно повернулся к нему и покачал головой.
— Ты гребаный идиот. Убери лапы от Лидии, ты её пугаешь.
— Да будет тебе известно, мы с Лидией лучшие друзья. Она считает мою маскировку потрясающей, — лживо заявил маньяк. — Разве не так, Лидия?
— Теперь мне можно на тебя смотреть? — Спросила я.
— Флаг тебе в руки, — сказал мужчина, повернувшись к Вону, его голос звучал восторженно. — Это моя любимая часть, когда я вижу, что меня узнают.
— Мм-хм.
Маньяк широко мне улыбнулся.
Кто бы это ни был, он, конечно, не боялся ярких расцветок и признания своих музыкальных вкусов. На нём была светящаяся в темноте зелёная футболка с изображением Малкольма Эриксона из «Стейдж Дайв» и такая же яркая розовая кепка. На кепке был выткан лозунг «МАЛ В ПРЕЗИДЕНТЫ». Судя по всему, он был поклонником барабанщика «Стейдж Дайв». Большим поклонником.
— Вау. — Я искоса взглянула на Вона.
Он расхохотался.
— Она тебя не узнает.
— Угу. На самом деле, она и не должна меня узнать. Я инкогнито. — Маньяк надул губы и сел за барную стойку. — И дай мне это пиво.
— Да, конечно. — Вон продолжал смеяться, ставя пиво на стойку, как было заказано. — Клоун, ты хотел, чтобы она узнала тебя.
Мужчина начал пить и уклонился от ответа.
— Детка, — сказал Вон, улыбаясь, — это Мал Эриксон.
Мал поднял руку в знак приветствия.
— Из «Стейдж Дайв»? — Я уточнила на всякий случай.
— Ага — сказал Мал. — Итак... детка, да? Не припомню, чтобы раньше у тебя была детка, Ви-мэн. Как интересно.
— Это не интересно. — Вон начал наливать другое пиво. — Не твоё дело.
— Детка, я бы хотел купить тебе пива. — Мал похлопал по барному стулу рядом с собой. — Садись, Лидия. Давай подружимся. Расскажи всё своему дяде Малу.
— Ничего ему не говори, — возразил Вон, нахмурив брови. — Он самый раздражающе любопытный, которого я когда-либо встречал. Вечно сует свой нос в чужие дела. И у него это очень хорошо получается.
— С радостью принимаю приглашение, — сказала я Малу, садясь рядом с ним. — Ужин почти закончился, Маса как раз убирает последние два столика. Содовую с лаймом, пожалуйста, бармен.
— Немедленно, детка. — Мал защелкал пальцами. — Он тебе не начальник.
— Кто, чёрт возьми, его сюда впустил? — проворчал женский голос.
Второй раз за этот вечер кто-то подошел ко мне сзади. Однако на этот раз я была счастлива, что это она. Нелл быстро обняла меня, прежде чем прислониться к стойке.
— Мал.
— Нелл. — Барабанщик снял очки и отбросил их в сторону вместе с кепкой. На плечи ниспадали золотисто-светлые волосы. Конечно, как только он предстал во всей своей красе, я больше не сомневалась в его личности. «Стейдж Дайв» были одной из самых известных групп в мире.
Завороженная, я стояла и смотрела на него.
— Нелл, Нелл, Нелл. Я вижу, ты всё ещё втайне пускаешь слюни по мне. — Мал вздохнул. — Ах ты, бедная мечтательница.
— Ох. Замечательно, как далеко ты живешь от реальности, Малкольм. Никогда не позволяй никому разрушать твои иллюзии.
— Нет, нет, — сказал он со смешком. — Лидия, она рассказывала тебе, как в детстве всегда за мной бегала, когда мы играли в «лови и поцелуй»? Каждый раз. Я не возражал против того, чтобы у старшей девочки имелась слабость ко мне. Но чёрт, бегать за мной каждый божий день. Через некоторое время я начал уставать.
— Я не бегала за тобой, чтобы поцеловать, идиот. — Нелл повернулась ко мне. — Однажды в автобусе этот маленький засранец попытался поджечь мой хвост. Я побежала за ним, чтобы ударить, но он был слишком быстр для меня.
— Да, конечно, Нелл. Продолжай повторять эту историю, — насмешливо сказал Мал.
Я переводила взгляд с одного на другого, стараясь не рассмеяться. Бедная Нелл надула губы, она выглядела опечаленной.
Вон шлепнул на столешницу бумажную подставку и поставил на неё мою содовую с лаймом. Он не участвовал в дискуссии, которой больше двадцати лет. Мудрый ход.
— Спасибо, — сказала я.
Он ответил кивком.
— Сожалею о твоей матери, — сказала Нелл более мягким голосом. — Она была чудесной женщиной.
Мал согласно кивнул.
— Спасибо. Мне было жаль слышать о вас с Пэтом.
— Ага. — Нелл пожала плечами. — Дерьмо случается, верно?
— К сожалению.
— А где Энн? — спросил Вон.
— Моя любимая жена увлечена чтением романа и не хочет, чтобы её беспокоили. — Усмехнувшись, Мал сделал ещё один глоток пива. — У меня такое чувство, что на этот раз будет потрясающе.
— Что?
— Чувак. — Сгибая палец, Мал подозвал Вона ближе. И когда тот оказался рядом, хлопнул его по лбу. — Слушай и учись, дурак. Теперь с тобой детка. Некоторые вещи ты должен знать.
Вон потер красный лоб, но не выглядел под впечатлением. А может, он просто маскировал свои эмоции, как обычно.
— Когда женщины читают любовные романы, обычно происходит одно из двух. — Мал провел рукой по своим чудесным локонам. — Они либо хотят очень подробно обсудить книгу. А, следовательно, жизнь и ваши отношения. Иногда не о чем беспокоиться, даже можно достигнуть более высокого уровня понимания друг с другом и прочая фигня. Но иногда это отстой, чистый и полный. В конечном итоге на тебя неодобрительно смотрят в течение нескольких дней, потому что персонаж в этой книге сделал что-то, выставляющее тебя в плохом свете. Если вместо этого роман потрясающий, может быть, горячая история? Что ж, в таком случае... твоя сексуальная жизнь станет невероятной, чувак. Идеи, которые Тыковка почерпнула из некоторых книг — бесценны.
— Ха.
— Поверь мне, никогда не презирай любовные романы, — сказал Мал со всем пылом маниакального уличного проповедника. — Ты даже не представляешь, какую пользу они могут принести тебе в постели и в жизни. Если ты любишь свою девушку, покупай ей книги.
Последовала минута ошеломлённого молчания.
— Слава богу, у нас нет пенисов, — сказала Нелл, похлопав меня по плечу.
— Поистине, — согласилась я.
Вон задумчиво почесал в затылке.
— Любовные романы, да? Буду иметь это в виду.
— Небеса, помогите мне, — сказала Нелл. — Всё в порядке?
Её брат тоже посмотрел на неё пристально. От напряжения на его лице появились морщинки. Мы все понимали, речь не шла о работе. Насколько я знала, они не разговаривали друг с другом с тех пор, как Вон узнал о беременности накануне вечером. Учитывая выражение на его лице, когда он выходил из офиса, новость ему не понравилась.
— Всё в порядке. — Вон наклонился над барной сойкой и взял Нелл за руку. — Как ты себя чувствуешь?
Она грустно улыбнулась.
— Так себе.
— Я знаю, ты не хотела, чтобы я продавал дом. Но с дополнительными деньгами, я могу позволить себе чаще тебя проведывать, — тихо сказал он.
— Буду счастлива. — Радость в голосе Нелл говорила сама за себя.
Брат и сестра какое-то время держались за руки. Я отвернулась, это был их личный момент. Обещание навестить её не имело ничего общего со мной. Мне просто придётся смириться с этим. Кроме того, хорошо, что Вон решил поддерживать с ней связь, Нелл понадобится вся поддержка, которую она могла получить.
Мал продолжал задумчиво смотреть на них. Казалось, в нём внезапно исчез любой намек на безумие.
— Мы повесили табличку «ЗАКРЫТО» и закрыли двери, — объявил Джо, приближаясь.
Андре шел за ним по пятам.
— Всем привет.
— Привет. — Я улыбнулась. Позади нас опустел зал ресторана, свет приглушили. Из динамиков звучали акустические произведения разных исполнителей. Мне нравилась музыка, которую они ставили после закрытия. — Теперь мне нужно вернуться к работе.
— Оставайся на месте, — приказала Нелл. — Маса, Бойд и помощник на кухне могут справиться самостоятельно. Мы организовали небольшой сюрприз для моего брата. Поскольку прощаться он умеет так же хорошо, как и давать нам знать, что уже в городе.
— Я собирался позвонить тебе тогда, — возразил Вон.
— Да, конечно.
Большой белокурый медведь вернулся за стойку, и достал с самой верхней полки пыльную бутылку.
— Эрик сказал никогда её не трогать. Так что начнем с этого.
— Отлично. Должен заметить, у твоего брата хороший вкус в выборе виски… — Андре наклонил голову в сторону Нелл, которая застенчиво улыбнулась. — И в выборе женщин.
— Не говори так. — Она бросила в него скомканную бумажную салфетку.
— А, кстати, — сказал Андре, переводя взгляд на Вона. — Пэт сказал, что скоро позвонит тебе. Он взял свой мотоцикл и отправился в глубинку Канады на неделю или две, чтобы собраться с мыслями.
Вон кивнул. Но ничего не сказал.
Андре нахмурился и посмотрел на Нелл.
Она сжала челюсти.
— Если тебе есть что сказать, Андре, сделай одолжение, просто скажи.
Сегодня на Андре была особенно крутая клетчатая рубашка на пуговицах, волосы зачесаны назад. Он замер и пристально посмотрел на Нелл. Выражение его лица стало мягче.
— Детка, ты облажалась, не пытаясь восстановить свою семейную жизнь. А Пэт ошибся, позволив тебе уйти так легко. Чёрт возьми, Эрик был неправ, даже просто приближаясь к тебе, понимая, что между вами ещё существовали отношения. Ты же всё это знаешь. Но если ты хоть на минуту допускаешь, что я не люблю тебя и не прикрою твою спину, то ты сошла с ума. Я буду нянчиться с твоим ребенком и при необходимости менять ему подгузники, и ожидаю, что ты выберешь меня своим крестным отцом, уяснила?
Нелл поспешно отвернулась, втянув щеки. Она явно пыталась сдержать слёзы. Через секунду или две Андре подошел к ней и обнял. То, как она цеплялась за него, не могло никого оставить равнодушным. Именно такую непоколебимую любовь и поддержку искала и я. Вот почему я решила остаться, вот от чего Вон отказался, решив снова уйти. Неуверенное выражение на его лице и эмоции, которые не мог скрыть, давали понять, что он осознавал это, как могло быть иначе?
Это была цена, которую он должен заплатить, чтобы осуществить свою мечту
Моя же мечта была не такой амбициозной, как мечта сиять на сцене, я не хотела быть рок-иконой. Мне нужен был дом, друзья, работа, в которой могла преуспеть, и финансовая безопасность для мирного будущего. Конечно, если бы появилась фея-крестная и ударила меня по голове волшебной палочкой, даря мгновенную славу и успех в качестве модели большого размера, я бы с радостью согласилась. Было бы забавно, но всё равно это не то, чего жаждало моё сердце.
— Скажу сразу, я не собираюсь менять подгузники, полные какашек, — объявил Мал.
— И я нет. — Джо поднял бокал, и они подняли тост за это соглашение.
— Слабаки,— сказала я.
— Как поживают дети из «Стейдж Дайв»? — спросил Вон, принимая у Джо свой стакан виски.
Надо отдать парню должное, Малкольм Эриксон великолепно симулировал медленную смерть от удушья. Когда его голова с грохотом опустилась на стойку бара, я чуть не захлопала в ладоши.
— Так хорошо, да?
Мал застонал.
— Вон, чувак, если мне придется посмотреть еще одно слишком милое детское видео, я, чёрт возьми, сойду с ума. Просто больше не могу этого выносить. Я имею в виду, поздравляю их. Их мальчики умеют плавать. Но мне не нужно видеть всё, что делает плод их чресл, понимаешь?
Он сделал паузу и осушил стакан, затем подтолкнул его к другой стороне барной стойки, чтобы снова наполнить. — Я прямо поговорил с Тыковкой. И сказал ей, что моя сперма не будет использоваться для этой цели в течение нескольких лет, большое спасибо.
— Как она это восприняла? — спросила я.
— Она засмеялась мне в лицо. — Мал нахмурился. — Иногда мне интересно, действительно ли я способен принимать какие-то решения.
— В этом-то и проблема, когда остепеняешься, — сказал Вон, скрестив руки на груди. У них есть киска, ты хочешь её, и, в конце концов, перестаешь быть хозяином самому себе.
— Так ты видишь отношения? — Я склонила голову набок. Но я ничего не смогла из него вытянуть, он продолжал вести себя как головоломка, которую я никогда не смогу решить. Загадка, от которой, к сожалению, моё сердце забилось быстрее. — Серьёзно?
— Для меня это имеет смысл, — сказал Джо, глядя в свой стакан.
Я услышала, как Мал хихикнул.
О, хорошо. Мы привлекли всеобщее внимание. Андре стоял рядом с Нелл, обняв её за талию. Вон натянул на лицо нечитаемое выражение. Глаза смотрят открыто и бесхитростно, руки свободно свисают по бокам. И да, в этом не было необходимости, мне не нужно было знать.
Я улыбнулась и покачала головой.
— Забудь, что я сказала. Давайте выпьем!
Все подняли бокалы, кроме Вона. Я избегала его взгляда и решила продолжить жить своей жизнью: принимая ситуации, которые я не могла изменить, и понимая, что борьба с неизбежным — не более чем трата времени и энергии.
— За Вона, — провозгласила я, держа в руке газировку с лаймом. Теперь я не боялась встретиться взглядом с его прекрасными голубыми глазами. Уже нет. Пришло время подтянуть мои большие трусики и двигаться дальше. — Счастливого пути и музыкальной славы. Надеюсь, все твои мечты сбудутся.
Все остальные присоединились ко мне с такими же пожеланиями. Выпивка была выпита.
— Разве ты не едешь с ним? — тихо спросил Мал, пока все вокруг болтали.
— Нет. Мы знаем друг друга всего неделю. Это не… и потом, я надеюсь стать частью семьи «Дайв Бара». — Я ощущала, что улыбаюсь натянуто по неизвестной мне причине. Но я не лгала. Мне нравится это место.
Мал вздернул подбородок и больше ничего не сказал. Мне не понравилось понимание в его глазах. Чёрт, я его почти не знала. Я на самом деле могла бы обойтись без демонстрации своего тупого сердца всемирно известной рок-звезде.
—Ты часто бываешь в Кёр-д’Ален? — Спросила я, желая сменить тему разговора.
Мал улыбнулся.
— Да, у меня здесь семья. Купил домик на берегу озера. Ты должна как-нибудь приехать. Познакомится с Тыковкой. Я уверен, вы хорошо поладите, а она будет рада, что у неё есть в городе подруга. Сейчас мы проводим здесь немного больше времени.
— Спасибо, — ответила я, широко раскрыв глаза от удивления. — Я бы с радостью.
— На самом деле, все вы, неудачники, должны прийти к нам в гости, — объявил он громче. — Принести инструменты и остаться на ночь, с меня еда и напитки. Бен тоже завтра приедет с Лиззи и Гибсон. Я думаю, что Дэви и Эв тоже подумывают заглянуть. Будет весело.
— Нас не будет слишком много? — спросила Нелл.
— Нелл, дом большой. В нём много спален и куча других комнат. Я не собираюсь рисковать и позволить плачущему ребенку разбудить меня посреди ночи. Я всегда укладываю гостей спать в другом крыле, очень далеко от меня. — Мал махнул рукой, указывая на чертовски большое расстояние. — Поверь, места хватит всем.
— Господи, ты сказал в другом крыле? — удивленно фыркнул Джо. Когда я видел тебя в последний раз ты сказал, что ищешь коттедж с видом на озеро. Ты ничего не говорил что это замок.
— Эй, я знаю, что после школы мы почти не общались. Но, ребята, я теперь вроде как богат — сказал Мал. — Это большая хижина на воде. Она просто очень, бля, большая.
— Мне нужно увидеть, — сказал Джо. — Кто построил?
— Пиздец, если я знаю. Ты можешь проползти вдоль и поперек, сколько душе угодно, Боб-Строитель. Посмотришь, как всё устроено.
— Ты должен был знать, что он вернётся и сунет нам в лицо свои деньги, — сказал Андре с лукавой улыбкой на лице.
— Ха-ха. — Мал показал ему средний палец. — Кстати. Мне по-прежнему запрещено посещать ваш магазин? И у вас всё ещё есть полная установка Gretsch вашего старика?
— Она наверху, на складе, но я могу принести вниз.
С возбужденным видом Мал потер руки. — Отлично. Она продаётся?
— Возможно. — Андре отхлебнул виски. — Если я буду уверен, что попадёт в дом, где с ней будут обращаться должным образом. Что до тебя, то запрет на доступ к моему магазину может быть в силе, в зависимости от обстоятельств. Ты собираешься снова заняться скейтбордингом, уродливый придурок?
— Чёрт, чувак. Мне было пятнадцать лет! С тех пор я стал намного взрослее.
— Хм.
— Ты меня впустишь. Мы поговорим о барабанах твоего отца позже, и они обязательно попадут в дом, где их будут любить. — Он начал ритмично постукивать по бёдрам. Казалось, Мал постоянно находился в движении. По-моему, он никогда не сидел спокойно. — В любом случае, да, вы все должны прийти ко мне.
— Класс, — сказала Нелл. — Но едой займусь я.
— Продано! — Мал хлопнул ладонью по стойке.
Болтовня и смех разносились по всему пространству, все хорошо проводили время. Или почти все. Я чуть не упустила, как Вон попытался ускользнуть. Ссутулив плечи и склонив голову, он направился в мужской туалет. Я подошла и остановилась снаружи, ожидая, когда он выйдет. Очевидно, я хотела установить с ним эмоциональную связь.
Как только он вернулся, он пошел прямо ко мне. Наверное, я была дерьмовым сталкером. Никакой утонченности. Я чуть не потеряла равновесие, но Вон схватил меня за руки.
— Чёрт, Лидия, — сказал он, слегка нахмурившись. — Ты в порядке?
— Я как раз собиралась спросить тебя об этом.
Он отпустил и озадаченно посмотрел на меня.
— Просто большой дом на озере был твоей мечтой.
Тихо выругавшись, он схватил меня за руку и потащил в мужской туалет. Очевидно, его только что почистили. Мне в ноздри ударил запах хлорки. Серая плитка и краска на стене идеально сочетались со смесителям из нержавеющей стали. Окружение было очень линейным и чистым, за исключением картины на задней стене, которая висела между писсуарами и туалетными кабинками.
— Ха,— сказала я. — По-моему, я никогда не была в мужском туалете. Зачем ты меня сюда привел?
— Оглянись вокруг. — Вон прислонился к двери, и начал за мной наблюдать.
На двери был нарисован огромный красный символ анархистов с белой надписью: «Я — музыка. Музыка — это моя жизнь. Панк-рок навсегда». Поверх всего этого был прикреплен слой пленки, для защиты. Я подошла, чтобы попытаться разобрать зелёные и синие каракули внизу. Дата и имя.
«Андре Старший», — прочла я с улыбкой.
— Точно.
— Это часть истории.
— Ага. По-видимому, он нарисовал перед открытием, — сказал он.
— Хорошо, что они сохранили. — Я нерешительно приблизилась к Вону. Он продолжал стоять, прислонившись к двери, со спокойным выражением на лице. — Так тебе не грустно из-за дома Мала на озере?
— Нет. Эти ребята упорно трудились ради всего, что имеют сейчас. Они чертовски хороши в своем деле. Да, я хочу то, что есть у них. Но я не обижаюсь на них за это. Они мои друзья. — Он откинул назад свои золотисто-рыжие волосы, не сводя с меня глаз ни на минуту. — С другой стороны, я злюсь на себя, как ты говоришь, потому что заставил тебя снова почувствовать себя дерьмом. Я открыл свой глупый рот, не задумываясь. Снова. Извини.
В замешательстве я прищурилась.
— То, что я сказал об отношениях, было большой херней.
— Вон. — Я улыбнулась. — Не беспокойся об этом. Ты меня не расстроил. То, что мы пережили на прошлой неделе нельзя назвать отношениями.
Его брови поползли вниз, но он улыбнулся.
— Нет?
— Нет.
— А как бы тогда ты это назвала?
Подойдя к нему ещё ближе, я тихо рассмеялась.
— Утром ты уезжаешь. Разве это имеет значение?
— Скажи, как бы ты это назвала? — повторил он.
Я остановилась перед ним и попыталась расшифровать выражение на его лице. С легкой улыбкой он казался расслабленным. Его ноги были немного расставлены, руки свободно свисали по бокам. В ожидании моего ответа Вон полностью сосредоточился на мне. Проблема заключалась в том, что у меня не было правильного определения. Друзья с привилегиями казались недостаточным, мерзким. Но у меня никогда не хватило бы смелости признаться ему, что это нечто большее.
— Не знаю, — призналась я.
— Я бы назвал это важным.
Я сделала глубокий вдох. У меня была надежда, но я оставалась готовой к худшему. Там, где был вовлечен Вон, в конце концов, казалось, всегда присутствовала боль. Чертовски угнетающе, но это правда. Я могла бы написать стихи об оргазмах, которые он мне доставил, о том, как заставил меня снова обрести счастье.
— Спасибо, — сказала я.
Мы просто стояли, глядя друг на друга.
— Ты красивая, Лидия, ты особенная. Обычно женщины, с кем встречаюсь, приходят и уходят, — участие минимальное. Не больше чем на одну-две ночи. — Вон не улыбался, с мрачным взглядом замолчал, подбирая нужные слова. — Ты не такая. И дело не только в том, что мы провели вместе немного больше времени. Это ты. Ты заставляешь меня желать, чтобы всё было по-другому.
Внезапно мои черные балетки стали просто очаровательными. Гипнотично-очаровательными. Но это, конечно, не имело ничего общего с тем фактом, что мои глаза были полны слёз. Что за абсурдный мужчина. Каждый раз, когда я пыталась себя защитить, мысленно и эмоционально готовясь потерять его, он ломал стену, которую я воздвигала вокруг себя, ублюдок.
— Детка?
Я подняла руку, предупреждая его, чтобы молчал. Как будто он уже недостаточно сказал.
Он тут же закрыл рот и широко открыл глаза.
Тем временем я перевела дыхание. Дышать было хорошо, полезно. И правда отличное хобби. Наконец я сделала несколько шагов к нему и опустилась на колени. Я почувствовала потребность подойти ближе, дать ему что-то большее. Любить его так, чтобы он понял, что и для меня он особенный. Коленям было чертовски больно от плитки, мои любимые синие брюки с трудом смягчали твердость керамики. Разве он не мог произнести свою речь в более удобном месте, я не знаю, рядом с кроватью или где под рукой лежали подушки? Ни за что.
Мужчины. Вечная заноза в заднице.
— Эм, Лидия?
Я проигнорировала его, слишком занятая расстегиванием ремня, пуговицы и молнии на джинсах. Чёртово нижнее белье. Сегодня, конечно, он решил надеть боксеры. Громко пыхтя от раздражения, я положила руки по бокам и стянула трусы вниз вместе с джинсами. Пальцами я ощущала его теплую бархатистую кожу на тонизированных мышцах и выступах костей таза. Его запах в этой области был чуть сильнее: мыло, пот и… он. От всего у меня скопились слюнки.
Я осторожно освободила член и стала нежно прикасаться губами у основания. Нет ничего теплее и мягче, чем кожа на члене. Это было потрясающе. Он уже начал твердеть и увеличиваться. У мужчин в штанах магические силы, правда. К сожалению, некоторым из них требуется много времени, чтобы научиться их правильно использовать. Я провела кончиком языка по толстой вене, идущей вверх. Взад и вперед, взад и вперед. Вон начал дышать с трудом, я видела, как сокращаются мышцы живота.
— Чёрт. — Одной рукой он поднял черную футболку «Дайв Бара», другой погладил меня по щеке.
Он идеально подходил для моей руки. Не то чтобы размер имел такое большое значение. Конечно, это помогает, но не является определяющим фактором. Одной рукой я массировала пальцами его яички. Другой держала у основания, пока сосала. Я сосала, двигая ртом вверх и вниз, а затем стимулировала языком. Минет может быть развлечением. Я нарисовала круги вокруг головки, затем облизала вдоль и вновь отстранилась. Время от времени я дразнила крошечную щель кончиком языка, осторожно надавливая.
Вон тяжело дышал, крепко намотав себе на кулак конский хвост, в который я убрала волосы. Его затрудненное дыхание эхом отдавалось в мужском туалете.
Весь фокус заключался в полной непоследовательности. Никогда не позволяйте мужчинам знать, что будет дальше. Я лизала и сосала, мучила и дразнила, осторожно царапала его зубами. Я любила его своим ртом, в то время как рукой продолжала играть с яйцами, дергая слегка время от времени. Я застонала от гордости. Член раздулся до восхитительных размеров, и вибрация только помогла. Твёрдая, как камень, эрекция входила и выходила из моего рта. Я толкнула его как можно глубже, ещё немного и задохнулась бы.
Какое-то время ему удавалось сдерживаться, но как только я начала массировать чувствительную область между яичками и анусом, Вон потерял контроль. Он начал двигать тазом и давить мне на рот. Мне удалось сдержать его и не протолкнуть слишком глубоко в горло только потому, что рукой сжимала основание.
— Бля, детка, — хрипло прорычал он, дергая меня за волосы.
Каким он был сексуальным, какие животные звуки издавал, какой резкий, гортанный тон у его голоса. Всё свалилось на меня, и всё это досталось мне. Мои трусики определенно промокли. Чувствуя, как его пенис пульсирует, я продолжала сосать так сильно, как только могла. Соленая вязкая сперма заполнила мой рот до отказа, и я не сумела проглотить достаточно быстро.
Вон прислонился к двери, продолжая держать меня за волосы. Я опустила голову и попыталась отдышаться. Как могла привела себя в порядок. Обычно я не глотала, но думать об этом незачем.
Видела, как его затуманенные голубые глаза смотрели на меня сверху. В уголках его губ заиграл намек на улыбку. Я ему очень нравилась. Может быть, он даже немного любил меня. Кто знает? Но это не имело значения. Он всё ещё не собирался оставаться.
— Хотел бы я, чтобы всё было по-другому, — сказал Вон приглушенным голосом.
— Я тоже.
***
Когда я проснулась на следующее утро, его уже не было.
23 глава
ПЯТЬ ДНЕЙ СПУСТЯ …
— Нам придется его убить.
— Другого выхода не вижу. — Я сделала глоток воды, наблюдая за работой Маса. Он обслуживал столики, распевая во весь голос песню Амоса Ли «The Man Who Wants You». Влюбленные люди — самая худшая компания. — С тех пор, как вернулся к своей девушке, он стал невыносимым. Жаль, он хороший парень.
— Ага, — согласилась Нелл. Найти кого-то ему на замену будет большой головной болью. Но мы не можем держать счастливых людей, которые живут и поют, учитывая нашу ситуацию.
Я вздохнула.
— Нет, не можем. Однако у него красивый голос
Нелл перестала помешивать суп в кастрюле и перешла к сковороде, на которой шипел бекон.
— Прежде чем пришёл сюда, Маса работал в караоке-клубе в Спокане. Он сказал мне, что устал добираться до работы наматывая мили.
— Понятно.
Когда Маса закончил петь, посетители разразились аплодисментами. Даже я к ним присоединилась, несмотря на своё горе. Отсутствие Вона камнем лежало у меня на сердце. Часть меня боялась, что я никогда больше не смогу чувствовать себя живой и беззаботной. Любовь — это что-то абсурдное. Серия моментов, проведенных вместе, которые связывают двух людей своего рода цепочкой эмоций. Мы наблюдаем жизнь другого, берём и отдаем себя. И вот однажды всё заканчивается. Ты оказываешься в одиночестве. Одиночество — уродливый зверь, когда вы привыкли быть вместе, быть парой. Но я думаю, это не прогулка по парку ни для кого.
Хватит ныть. Я должна перестать жалеть себя, рано или поздно я это преодолею. Я привыкну.
В следующий раз, когда Вон приедет в город, я буду вежлива и дружелюбна. Я покажу ему, что со мной всё в порядке, и урок усвоила. О свиданиях не могло быть и речи. Не стоит и думать о том, чтобы оставаться друзьями с некоторыми привилегиями. Вечеринки между бёдрами только усложняли дело и не стоили неизбежного отчаяния. Если бы только оргазмы и хорошие времена длились дольше. Здорово было бы держать их в банке, чтобы открывать и получать, когда они понадобятся. Как это было бы замечательно.
Широко улыбаясь, мимо нас проплыл Маса с кучей грязной посуды. — Чудесный вечер, не правда ли, леди?
— Да пошёл ты, — пробормотала Нелл
Хотя официант знал о наших несчастных сентиментальных ситуациях, он рассмеялся и продолжил работу. Я тоже подняла свою задницу, и пошла проверить свои столы. Джо улыбнулся, когда я проходила мимо бара. Эрик был занят беседой с двумя женщинами, потягивающими экзотические коктейли. Жизнь продолжалась.
«If You Ever Want to Be in Love» Джеймса Бэя, получила отклик в баре, отражая моё настроение. Музыка сегодня вечером звучала превосходная. Настала очередь Эрика выбирать плейлист, а все мы очень серьезно относились к этой обязанности. Меня ещё не попросили подобрать плейлист. Возможно, я просто собрала бы всё вместе и форсировала проблему. Если все могли терпеть панк-музыкальные вкусы Бойда, они, конечно, выдержали бы и пару часов моих любимых поп- и рок-песен.
— Могу я убрать? — спросила у посетительницы, а затем приступила к работе, как только она мне кивнула.
— Погоди, — у меня за спиной раздался голос. Очень знакомый.
Чья-то рука протянулась ко мне, забрала тарелки и поставила их обратно на стол. Рука, покрытая татуировками, была так же знакома, как и голос.
Я обернулась, и моё сердце начало биться чаще, как только увидела, кто стоял передо мной. Много щетины и помятой одежды. Растрепанные волосы, тёмные круги под глазами. Но не имело значения, это было самое прекрасное и желанное видение, которое я когда-либо могла ожидать перед глазами.
— Вон.
— Я добрался до самого Лос-Анджелеса и кое-что понял, — сказал он.
— Что? — Я нахмурилась.
— Я не знаю, кто был первым парнем, которого ты трахнула.
Некоторые ахнули. Ещё один человек захихикал.
Я ахнула, не знала, что сказать.
Вон провел рукой по волосам; усталое лицо покрылось морщинами. — Я рассказал тебе свою историю. Однако ты так и не удосужилась рассказать мне свою.
— Ой.
— Итак?
Я моргнула.
— Ты хочешь услышать это прямо здесь и сейчас?
— Конечно. Почему нет. — Он повернулся, ища что-то. Потом схватил меня за руку и потащил через весь ресторан к пустому столику в углу. Выдвинул для меня стул, и я села.
— Кажется, у меня сердечный приступ, — пробормотала я.
— Хм? — Вон сел напротив меня, опершись локтями о стол. — О, я даже не знаю, какой твой любимый цвет. Разве это не странно? На мой взгляд, это так. Я имею в виду, я должен знать о тебе такие вещи, правда?
— Даже не знаю.
— Конечно, должен! — Он улыбнулся, протягивая руку, чтобы заправить мне за ухо прядь волос.
— Что происходит?
— Хм? — Тёплыми ладонями Вон обнял моё лицо; его взгляд был мягким и нежным.
— Что случилось? Почему ты здесь? — Спросила я, ерзая на стуле. — Это могло показаться глупой реакцией, но мне хотелось плакать. Глаза опухли и горели, сердце билось в истерике. Это явно были симптомы аллергии.
— Я же только что сказал.
На меня нахлынуло слишком много эмоций. Я не могла этого вынести. Только не снова. Я оттолкнула его руку, качая головой.
— Ты приехал в Лос-Анджелес и вернулся, потому что не знаешь, какой у меня любимый цвет?
— Да.
— Это безумие.
Он пожал плечами и откинулся на спинку стула.
— Мне нужно было знать.
— А ты не мог просто написать смс? — Ой, я слишком повысила голос, и была уверена, что привлекла всеобщее внимание. Но, учитывая неожиданное возвращение Вона, за нами уже наблюдали некоторое время.
— Нет.
— Нет? — Руки у меня тряслись, уродливые дураки. Я на них села и убрала с глаз долой. — Что значит «нет»?
— У меня имеются и другие вопросы, которые хочу тебе задать.
— Сколько их ещё?
— Много. — Его глаза были синими как небо, мне хотелось бы навсегда потеряться в них, и никогда не возвращаться. — Точное число я назвать не смогу.
Я прижала руку к груди.
— Детка?
— Я больше ничего не понимаю, — сказала я, обращаясь прежде всего к себе, но Вон тоже был передо мной. Что ж, терпения.
Он медленно отодвинул свой стул, встал; потом подошёл ко мне и присел на корточки. Большая тёплая рука накрыла моё голое колено. Из-за жаркой погоды я решила надеть чёрную юбку-карандаш. Слава Богу. Соприкосновение с его кожей улучшило всё. В тот момент, когда он прикоснулся ко мне, я внезапно почувствовала себя спокойно. Мой пульс нормализовался, я больше не ощущала, что голова вот-вот взорвётся. Лучше бы этого не случилось. Тот факт, что Вон мог контролировать реакции моего тела, не предвещал ничего хорошего. Я не могла контролировать свои эмоции. И не просила многого, просто чтобы держать всю эту ерунду под контролем. Нет, я ни о чём не просила.
Он взял меню из моих рук и положил обратно на стол. Я бросила на него свой самый угрожающий взгляд. Серьезно, это была одна из тех маловероятных ситуаций, которые заставляют воскликнуть: «Что за херня происходит ?!»
— Я вернулся, — тихо сказал он.
— И как надолго? — Спросила я, пытаясь сдержать слёзы. Дурацкие железы.
— Настолько, насколько потребуется.
О’кей. Я наклонилась и заглянула ему в лицо. Мой рот превратился в злую линию.
— Так надолго, чтобы хватило для чего? Ты можешь дать мне прямой гребаный ответ, прежде чем я убью тебя?
Улыбка, с которой он отреагировал на мой вопрос, была как солнце на рассвете, совершенно великолепна.
Затем он рассмеялся, взял в ладони моё лицо и внезапно поцеловал. Но я уже потеряла разум от его присутствия, поэтому сразу ответила взаимностью. Я прижалась к нему, захватив в кулаки его рубашку. Языками, зубами мы переплелись друг с другом. Уверена, любой ребёнок, подвергшийся этому зрелищу, нуждался бы в консультации психолога. Извинения придётся принести позже.
На данный момент Вон был у меня. И он ощущался целым проклятым миром.
Как только поцелуй закончился, он отстранился, его губы были влажными, а глаза полны счастья.
— Я вернулся.
— Ты вернулся, — согласилась я, улыбаясь, несмотря на все вопросы, сомнения и боль в сердце.
— Я без ума от тебя, Лидия. Хотелось бы, чтобы всё сложилось по-другому… но потом я поехал в Лос-Анджелес, а ты осталась здесь, — сказал он, его глаза переполняли эмоции. — Так что давай сами всё изменим.
Я могла только смотреть. Это значило слишком много. Я слишком сильно хотела его.
— Я останусь. — Вон наклонил голову и целомудренно поцеловал меня. — Я отменил продажу дома. В финансовом плане у меня есть некоторые проблемы. Но Андре сказал, что я могу начать работать на него уже завтра. Между этим и «Дайв Баром» я всё улажу, нужно продумать детали.
— Но... твоя мечта!
— Я не знаю, что с ней случилось, — прокомментировал он. — Теперь в моих мечтах — ты.
Моё сердце снова екнуло. Это был плохой знак, я могла вырубится в любой момент.
— В самом деле?
— Да.
— А как насчёт твоей группы, сотрудничества с Хеннингом Петерсом? Что с этим будет? — Потребовала ответа. — Ты сказал, что это отличный шанс, самая большая возможность, которая когда-либо с тобой случалась.
— Лидия, я всю жизнь бегал за музыкой. Но ты — лучшая возможность, которую я когда-либо имел, — очень серьезно сказал он. — Мне жаль, что мне пришлось уйти, чтобы понять это.
— Ты разбил моё сердце.
— Детка. — Его глаза наполнились сожалением. — Я идиот.
— Ага. — Я шмыгнула носом.
— Сможешь ли ты когда-нибудь меня простить?
Я сделала вид, что на мгновение задумалась. В конце концов, этот мужчина причинил мне боль.
— Мне чертовски жаль, что я причинил тебе боль. Я сделаю всё возможное, чтобы такое никогда не повторилось, — сказал он. — Пожалуйста, ты можешь меня простить?
— Думаю, да. — Трудно выглядеть гордо и достойно, когда у тебя течёт из носа. В любом случае, я постаралась.
— Спасибо. — Он погладил меня по щеке.
— А что ты будешь делать со своей музыкой? Ты не можешь просто остановиться.
— Нет. Я буду продолжать играть. Это важная часть меня; я хочу записывать песни, которые написал, и играть их вживую, но мне не обязательно входить в группу. Я всё переосмыслил, — сказал Вон. — Дело в том, что ты для меня на первом месте. Я решил продолжить сольную карьеру, чтобы остаться здесь и убедиться, что между нами всё будет хорошо. И если мне когда-нибудь придется уехать по работе, в тур, я вернусь. О’кей?
— О’кей. — Несмотря на все мои попытки дышать глубоко и моргание, по лицу потекли слезы. — Хорошо.
— Ты перенесёшь свои вещи обратно в мой дом?
— Не знаю, — взволнованно ответила я. — Тебе не кажется, что было бы лучше сначала время от времени встречаться? Может быть, не торопиться и сделать всё правильно?
Он сморщил нос.
— Проблема в том, что моя мечта также включает много секса с тобой. То есть непропорционально большое количество.
— Понятно.
— Но дело не только в сексе. Мечта довольно подробная.
— А?
— Ага. — Он протянул руку, и, хмурясь, вытер слёзы с моего лица. — Прекрати, мне не нравится видеть тебя в таком состоянии. Я вернулся не для того, чтобы заставить тебя плакать.
— Это слёзы счастья. Не обращай внимание. Расскажи мне о своей мечте, Вон. — Я игриво хлопнула его по руке.
Он улыбнулся.
— Эта мечта требует, чтобы мы вместе спали и просыпались рядом друг с другом.
— Окей.
— И делали всю ту фигню, которую делают парочки.
— Фигня, которую делает пара? — Мои брови поползли вверх. — И что бы это?
Вон приподнял одно плечо.
— Тусоваться, смотреть телевизор, быть вместе. В основном голыми, но иногда и нет.
— Похоже на хорошую мечту.
— Нет, — поправил он меня. — Это прекрасная мечта.
Я улыбнулась ему в ответ. Ничего не могла с собой поделать.
— Да, это так. Но ты уверен?
— Не сомневаюсь.
— Нет. Слушай, ты должен хорошо подумать. Я не хочу, чтобы однажды ты пожалел. Будет больно, если ты передумаешь, решишь, что музыкальные перспективы на побережье важнее. — Я схватила его за руку и крепко сжала. Тихо ужасаясь тому, что мы делали. — Мне было бы очень больно.
Его глаза окружили морщинки, а взгляд стал более пристальным.
— Детка. Возможность жить рядом с тобой… это самое главное. Ты мой номер один, и останешься там. Мне нужно, чтобы ты в это поверила. Это не мимолетная идея. Я не доехал до Лос-Анджелеса и вдруг почувствовал себя немного расстроенным, потому что тебя там не было. Конечно, не могу сказать, что сразу понял, что мы созданы друг для друга. Когда я обнаружил, что ты прячешься в моей ванной, я тоже был очень зол. Но вскоре всё изменилось. Возможно, через полчаса. Определенно к тому времени, как ты врезала этому мудаку.
Я рассмеялась сквозь слезы.
— Ха. Ты уверен, что этого не произошло после того, как ты увидел мои сиськи?
— Твои сиськи определенно подтвердили то, что я уже чувствовал. Но я хотел... нет, я должен был знать о тебе всё. Я хотел, чтобы ты осталась, — сказал он таким искренним тоном, что мне стало больно. Я просто не хотела, чтобы что-то изменилось. Не мои планы, не моя жизнь.
— Что происходит?
Он прочистил горло и встал, заставив встать меня тоже. Я почувствовала его могучие руки вокруг талии, когда он притянул меня к себе. Боже, от этого мне стало хорошо. Как будто моя мечта сбылась. Я расслабилась, прислонившись к нему, и обняла Вона за шею.
— Вон?
— Я знаю, тот мудак заставил тебя усомниться в себе. И заставил тебя поверить, что никогда не почувствуешь того, что испытываешь сейчас. — Он прижался своим лбом к моему. — Но ты проникла в меня, и так было с тех пор, как я тебя встретил. С того самого дня, как мы познакомились. Какое-то время я пытался отвергнуть это чувство, но теперь даже не пытаюсь.
— Ты тоже во мне.
— Хорошо. — Он потерся кончиком носа о мой. — Это хорошо, Лидия. Потому что именно там я и останусь.
Я уткнулась лицом ему в грудь. Проклятые слёзы.
— И я говорю буквально, — прошептал Вон мне на ухо. —Ты всё правильно поняла?
Я икнула и рассмеялась.
— Я понимаю и хочу этого.
Из его груди вырвался счастливый рокот. Вон обнял меня крепче, заставляя чувствовать себя в безопасности.
— Я люблю тебя, ты же знаешь — призналась я, выкладывая наружу всё что чувствовала. Наконец я совершила прыжок, доверяя ему и нам. — Я не хотела, но чувствую это.
— Ну бля, и слава богу, — пробормотал он.
— Какого чёрта? — спросила Нелл, появляясь рядом с нами. Вместе практически со всеми. Джо, Эрик, Маса, даже Бойд. Очевидно, наша встреча превратилась в совещание персонала.
Я незаметно вытерла нос о рубашку Вона, потому что любовь должна причинять боль и иногда ощущаться неприятной. Но, к счастью, это также означало чувствовать себя чертовски счастливой.
— Я возвращаюсь в город и снял объявление о продаже дома.
Не знаю, видела ли я когда-нибудь Нелл такой счастливой. Впрочем, она довольно быстро это скрыла. — И почему ты распускаешь руки с моей официанткой?
— Потому что мы собираемся когда-нибудь пожениться и завести детей, — сказал Вон, выглядя более непринужденным, чем когда-либо. — Не обязательно в таком порядке. Всё зависит от неё.
— Срань господня. — Я снова уставилась на его рубашку. Боже, помоги моему сердцу. Сейчас оно билось так быстро, что я подумала, будет трудно вернуть его к нормальной частоте.
— Проклятье, — гортанно сказал Джо. — Ты не из тех, кто оставляет дела незавершенными, а?
— Когда знаешь, что она та самая, она та самая.
— Поздравляю, приятель.
— Спасибо.
— И тебя, Лидия.
Я вытерла лицо, улыбаясь, как влюбленная дурочка. И что. Это было нормально. Нет, все чертовски фантастично. — Спасибо, Джо.
Все улыбались и выглядели счастливыми за нас. Все вокруг улыбались. За исключением одного лица.
— Это важное решение, — сказал Эрик, скрестив руки на груди. — Ты останешься с ней навсегда или изменишь своё мнение и взорвешь её сознание, как ты сделал со мной и остальной группой? Спрашиваю тебя, потому что Лидия мне кажется хорошей девушкой. Друзья и семья, как и все люди, которым следует на что-то рассчитывать, не кажутся тебе очень важными.
Тишина. И это была не тишина от счастья.
— Я выгнал тебя из группы, потому что ты не воспринимал её серьезно, — прокомментировал Вон. — Никаких других причин. Как к другу я никогда не поворачивался к тебе спиной, это ты перестал отвечать на телефонные звонки, помнишь?
Эрик хмыкнул.
— Но ты прав. Мне никогда не удавалось поддерживать связь с другими, заботиться о людях, которых я люблю. Это изменится.
— Вот как?
— Да, — ответил Вон, высоко подняв голову. О, в воздухе стал витать сильный запах тестостерона. Они, вероятно, в любой момент начнут стучать рогами. Я стояла рядом с Воном, держа его за руку.
— Нелл, — сказал он. — Я хотел спросить, не навестишь ли ты со мной могилы мамы и папы в ближайшее время. Я не был там с похорон, думаю, время пришло.
— Мы могли бы рассказать им о Лидии и ребенке, — сказала его сестра со слезами на глазах.
— Да, могли бы.
— Что за сборище, — произнёс новый голос. Андре подошёл, пробираясь между столиками в ресторане, многие из которых были заняты посетителями.
— Извините, можно сделать заказ? — спросил один из клиентов. Запрос более чем законный. Логично.
— Минутку, пожалуйста, — ответил Эрик, поднимая руку, и умоляя о терпении.
— Я думаю, из тебя получится отличный учитель игры на гитаре. Рад видеть тебя на борту. — Андре шагнул вперёд, чтобы пожать Вону руку.
— Спасибо, что дал мне шанс.
— Значит, ты это серьезно? — спросил Эрик. Осуждение сочилось у мужчины из всех пор, вместе с дорогим лосьоном после бритья, без сомнения. — Останешься здесь, вместе с Лидией.
— Да — сказал Вон. — Я так решил. Ты продолжаешь на меня обижаться и не хочешь, чтобы я здесь работал? Хорошо, я не буду работать. Считай, уволился. Я не заинтересован в том, чтобы создавать проблемы в «Дайв Баре».
Я заметила, как Эрик прижал язык к щеке, но его взгляд оставался непроницаем. Затем он взобрался на стул и хлопнул в ладоши, привлекая всеобщее внимание, как персонала, так и клиентов.
Вот дерьмо. И что теперь?
— Мне нужно сделать объявление — заявил он, глядя на нас сверху вниз. — Два драгоценных члена семьи «Дайв Бара», Лидия и Вон, только что решили пожениться. Хочу их поздравить.
Раздались аплодисменты.
В тоже время взорвалась и я.
— Что? Нет, мы не помолвлены.
— Вроде как да, — ответил Вон, целуя мне руку.
— Празднуем, — продолжил Эрик, улыбаясь всем, — пейте, что хотите, выпивка за счёт заведения!
Однако, я не улыбалась, а находилась на грани полномасштабной панической атаки.
— Я не могу обручиться через две недели после того, как свадьба полетела к чертям собачьим. Кто бы такое мог сделать? Никто. Это безумие!
— Детка. — Вон улыбнулся, на мой взгляд, он слишком наслаждался моментом. — Не беспокойся, мы сделаем это, когда ты будешь готова.
— Но мы ведь не помолвлены?
— Я люблю тебя, — сказал он, целуя в губы.
— Дерьмо. — Я сдулась, практически рухнув на него. Всё, что происходило, было чересчур, и на кону стояло моё сердце. Снова. Я чувствовала, как в ушах пульсирует кровь, когда люди аплодировали и улюлюкали. Слышала, как откупоривают бутылки с шампанским. И там стоял Вон, терпеливо ожидая, пока я соберусь с мыслями.
— Если ты уедешь, то вернёшься? — Спросила я.
Он встретил мой взгляд без тени страха или сомнения.
— Я вернусь.
— Хорошо. Отлично.
Это был не Крис мудак Дилэйни. Это был Вон. Мой Вон. Он не сказал ни хрена такого, чего не имел в виду. Он любил меня. Но более того, я любила его.
— А я буду ждать тебя, — ответила я.
— Детка. — Его улыбка, голубые глаза... всё в этом мужчине. Всё.
Не в силах сдержаться, я бросилась на него.
Посетителям понравилось шоу, Маса снова начал напевать (на этот раз песню из The Stones), Вон и я начали бродить по заведению. В «Дайв Баре» происходили безумные вещи.
Дело в том, что иногда безумие к лучшему.