Ответственный за выпуск Л. М. Шейко

Редактор С. А. Черникова

– Читали ли вы книгу Стивенсона «Остров сокровищ?» – обратился ко всем доктор Браз.

– Конечно! – воскликнул Джимми.

– Прекрасно, – улыбнулся доктор Браз. – Именно этот остров и описал Стивенсон в своем романе. Это всего лишь точка среди водной пустыни, клочок земли, о котором едва ли имеется большое географическое представление. Зато необозримо число легенд, связанных с ним. И все они в той или иной степени достаточно правдиво представляют историю этого острова...

Целые столетия остров был убежищем многочисленных пиратских кораблей и морских разбойников всех национальностей, прятавших здесь свою добычу. Самый значительный из трех крупных кладов, спрятанных на острове – получил название «приз Лимы». Вот что о нем известно:

...Шел 1821 год. Войска Симона Боливара, освободителя Южной Америки от испанского господства, приближались к городу Лиме – богатейшему городу Южной Америки. Издавна здесь накапливались огромные сокровища, добытые за много десятилетий, серебро, золото в слитках и монетах, ценное церковное имущество и драгоценная утварь, часть золота инков, еще не отправленная в испанскую метрополию, кошели, полные драгоценностей, ожерелья, ценное имущество старинных дворянских семей, возможно, даже перуанская государственная казна!

– Ух ты! – восхищенно вздохнул Джимми.

– Да, да, – продолжал доктор Браз, – все эти ценности из Лимы, столицы Перу доставили в форт, защищавший вход в гавань Кальяо. Но наступающая армия угрожала и здесь...

В гавани Кальяо стоял английский двухмачтовый бриг «Мэри Дир» из Бристоля, им командовал шотландский капитан Уильям Томпсон. Капитан слыл надежным человеком, и в минуты величайшей опасности, когда грохот пушек раздавался все ближе, он приказал погрузить на корабль столько ценностей, сколько корабль мог вместить...

И вот слушайте: на борт подняли сделанную из чистого золота в человеческий рост статую девы Марии с младенцем... Погрузили ящики и бочки, кошели и мешки с ценным содержимым. Среди прочего были 273 меча, усыпанных драгоценностями, с золотыми рукоятками.

– Ну ничего себе! – воскликнул Малыш, вскакивая с кресла.

– Это только начало истории острова, – улыбнулся доктор Браз, – если вы хотите, я расскажу вам ее до конца?

– Конечно! – закричали мишки-гамми.

– Конечно, хотим, – подтвердили Джимми и Райс.

– Расскажите, доктор Браз, – произнесла тетя Софи.

– Так вот... – продолжил доктор Браз, – на борт брига поднялись пассажиры: губернатор Лимы, епископ и несколько знатных испанцев. Затем «Мэри Дир» вышел в море якобы с целью доставить груз в Сальвадор.

Золото, ярко сверкавшее на борту «Мэри Дира», манило к себе. Ночью капитан Томпсон и его люди взломали двери кают испанских пассажиров и после короткой борьбы убили их и выбросили за борт. Затем «Мэри Дир» зашел на остров. За одиннадцать рейсов шлюпка перевезла ценности в бухту Чэтэм, где их спрятали в пещеру. Но пиратское судно ушло недалеко. Вскоре его настиг и после короткого боя взял на абордаж испанский фрегат «Эспьель». С командой пиратского судна разделались быстро, вздернув ее на реи. Капитана Томпсона и одного из его матросов оставили в живых и привели на остров, чтобы они указали тайник, где хранятся сокровища Лимы. Но Томпсон перехитрил своих противников. Пока те вели поиски в неверно указанной им пещере, Томпсон и его матрос убежали в кустарниковые заросли. Остров, покрытый кокосовыми пальмами и древовидными папоротниками, имел в длину тогда всего пять с половиной километров, а ширину только пять, тем не менее беглецов не удалось найти...

– А сейчас этот остров остался таким же маленьким? – спросила Солнышко.

– О нет! – рассмеялся доктор Браз, – если бы он и теперь был таким же, как в древности, на нем не смогли бы разместиться динозавры... Ученые постарались с помощью вулканических и искусственных подводных взрывов достаточно основательно расширить площадь знаменитого острова, превратив его в настоящий большой заповедник.

– Как интересно, – восхищенно вздохнула Солнышко.

– Расскажите еще что-нибудь, доктор Браз, – попросила Райс.

– Хорошо, – охотно согласился доктор Браз. – История этого острова действительно уникальна...

...Потерпев неудачу, «Эспьель» снялся с якоря и вышел в море.

А несколько месяцев спустя на остров за питьевой водой зашло китобойное судно. Навстречу ему вышли двое изможденных людей – капитан Уильям Томпсон и его спутник. Их взяли на борт, и в ту же ночь матрос умер от истощения. Теперь один только Томпсон знал, где находится тайник с сокровищами.

Проходили годы, о Томпсоне никто ничего не слышал... Но внезапно он появился в Сент-Джонсе на Ньюфаундленде и там встретился со своим другом моряком Джоном Китингом. Ему он и раскрыл свою тайну.

– И что же Китинг? – воскликнул Малыш.

– А у Китинга созрела мысль – он решил поставить на карту все, чтобы найти миллионы... – сказал доктор Браз. – Он посвятил в тайну капитана Боуга, который снарядил экспедиционное судно под управлением некоего Гулда и вместе с Джоном Китингом в 1841 году отправился на остров. Уильям Томпсон уже не мог их сопровождать. Он был стар, тяжело болен и беспомощен. На прощание он протянул своему другу пожелтевшую записку, на которой рядом с грубо сделанным чертежом написал:

«Когда ты повернешься спиной к морю, пройди в горы, возвышающиеся над северной частью острова. У склона горы ты увидишь на западе ручей. Перейди его и сделай еще двадцать шагов в сторону запада. Затем пройди еще пятьдесят шагов в направлении середины острова, пока горы совершенно не закроют море. В том месте, где гора внезапно круто обрывается, ты увидишь белый знак на камнях скалы: здесь спрятан клад!»

Судно кладоискателей бросило якорь в бухте Чэтэм, Китинг и Боуг одни отправились в шлюпке на берег, они отыскали хорошо скрытый вход в пещеру. Они подняли тяжелую каменную плиту, запирающую отверстие, и спустились в темный ход, уводящий в сторону. Этот ход расширялся – и наконец люди очутились в скалистой пещере, где и были спрятаны несметные богатства, сокровища Лимы. От золота у них закружилась голова. Спотыкаясь, они продвигались вперед, набивая себе полные карманы. Найденная миллионная добыча осветила счастьем их лица. Заметив это, команда судна потребовала объяснения: «Что за дела у вас на берегу? Хотите взять клад, а мы ничего не получим?!» Вспыхнул бунт. Команда грозила перерезать горло обоим кладоискателям, если они не откроют тайну и не сделают всех богачами.

– И что же произошло дальше? – спросила Солнышко.

– То, что произошло дальше, – сказал доктор Браз, – навсегда осталось тайной острова... На следующую ночь Китинг и Боуг снова переправились в шлюпке на остров. Они осторожно опускали в воду обернутые тряпками весла, чтобы не вызвать шума и не обратить на себя внимания людей на борту. Они спрятались в зарослях кустарника, и их не смогли найти.

Возмущенная команда корабля искала их, проклинала и грозила смертью. Но тщетно! После многодневных поисков экспедиционное судно ушло, попало в шторм и утонуло вместе со всей командой.

На острове остались два одиноких человека, завидующих друг другу: ни один из них не хотел уступить ни малейшей крохи колоссального богатства. Спустя много недель к острову причалило китобойное судно. Матросы встретили совершенно изможденного человека. Он называл себя Китингом и, заикаясь, рассказывал, что его спутник утонул.

– Снова остался только один человек, знающий тайну острова! – воскликнула Солнышко.

– Да, – подтвердил доктор Браз. – В 1868 году Китинг, скитавшийся, не Зная покоя, познакомился в одном портовом городе с Николасом Фитцджеральдом, который позаботился о старом, больном разорившемся человеке. В 1894 году Китинг умер. Он оставил своему благодетелю старинный план сокровищницы на острове со всеми таинственными данными, однако Фитцджеральд планом не воспользовался.

Проходили годы, и ни одна крупная экспедиция кладоискателей не ступала на берег острова.

В последний день февраля 1872 года бриг «Лаура» под командой капитана Томаса Уэлша оставил гавань Сан-Франциско. Под громким названием «Общество розыска клада, скрытого в южной части Тихого океана», отправилась экспедиция для поисков клада в шестьдесят пять миллионов долларов. Его местонахождение было якобы хорошо известно Томасу Уэлшу и его жене Элизе.

Через тридцать один день судно подошло к острову, и капитан Уэлш после не долгих поисков указал кладоискателям пещеру, в которой должна была находиться шестидесятипятимиллионная добыча. С необычайным рвением люди приступили к работе и за восемь дней неутомимого труда прокопали ведущий в гору тоннель, но не нашли даже следов спрятанного здесь клада. Люди думали, что капитан Уэлш и его жена их обманули и хотели просто вздернуть супругов «на первой же пальме». Но супруги умоляли продолжать работу, обещая близкий успех.

За двенадцать последних дней команда убедилась, что в этой пещере никогда не был спрятан клад.

Команда решила все выместить на капитане Уэлше и его жене и линчевать их. Своими мольбами супруги добились того, что их взяли на корабль и отпустили в Пунта-Аренас. Бриг «Лаура» возвратился 29 июля 1872 года в Сан-Франциско, не добыв клада.

В 1875 году к острову пристало еще одно судно. Матрос Боб Флауэр пытался в одиночку разведать богатства, и вдруг поскользнулся на крутом склоне и упал в яму, где нашел золотые монеты, которые быстро рассовал по карманам.

Однако, когда он второй раз вместе со своими товарищами захотел отыскать эту яму, он не смог найти ее в зарослях.

– Ну, надо же! – всплеснула руками тетя Софи.

– Да, это так, – сказал доктор Браз. – В связи с историей острова, я не могу не упомянуть имя человека «завоевавшего» мировое первенство по продолжительности поиска клада, ибо начиная с 1891 года целые двадцать лет он разыскивал сокровища острова, но не мог их найти. Это немец Август Гисслер, бывший моряк... Еще в 1880 году он услышал о тайнах острова и захотел проверить факты по системе.

– В то время Гисслер служил матросом на судне, перевозившем португальских рабочих-иммигрантов с Азорских островов на Гавайские. Гисслер часто помогал одному из пассажиров, португальцу, и подружился с ним. Этот человек рассказал однажды, что он унаследовал от деда старинный документ, который представляет собой нечто вроде карты острова, где спрятан «клад». Его дед якобы сам присутствовал при захоронении клада. Гисслер снял для себя копию с документа и старинной карты, но вскоре забыл о них. Через восемь лет он поселился на Гавайских островах. Здесь один из его друзей женился на девушке-метиске, мать ее была туземка, а отец белый, по имени Олд Мак. Однажды Гисслер услыхал от своего друга, что его старый тесть владеет «планом клада», который всегда боязливо прячет и никогда не рассказывает, как он ему достался. После долгих уговоров Олд Мак показал Гисслеру старинную карту, и тот вспомнил про своего португальского друга и записи, уже восемь лет хранящиеся у него.

– И что же? – затаив дыхание, спросила Солнышко.

– При сравнении обеих карт Гисслер и его друг пришли к убеждению, что указанный остров – один и тот же.

– И что они сделали? – спросила тетя Софи.

Доктор Браз загадочно улыбнулся.

– Хотя Олд Мак, провожая искателей приключений, высказал самые мрачные пророчества, Гисслер и его друг со своим одиннадцатилетним сыном направились в Сан-Франциско. Оттуда в Пунта-Аренас, где надеялись найти небольшое подходящее судно для переезда на остров. Но пророчества старого Мака, казалось, оправдывались. Мальчик заболел лихорадкой, и отцу пришлось отвезти его обратно. Гисслер остался один и стал дожидаться подходящего случая.

Вскоре Гисслер высадился на острове вместе с экспедицией, которую он собрал в Вальпарасио. Две недели судно простояло в бухте Чэтэм, покуда Гисслер занимался своими измерительными работами, чтобы с помощью старинных карт определить местоположение клада. Когда наконец у капитана лопнуло терпение, и он решил отплыть, Гисслер остался на острове с тремя спутниками.

Они месяцами тщательно обыскивали остров, но клад найти не удалось. Гисслер пришел к выводу, что поиски и обследования нужно проводить с величайшей выдержкой и точностью.

Пробыв некоторое время на материке, он вновь отправился на остров вместе с женой и «навсегда» поселился на северо-востоке острова. Он построил прочную хижину. Она из года в год благоустраивалась и стала постоянным жильем.

Он заложил пальмовые плантации и до 1909 года проводил розыски по всему острову. Однако ему так и не улыбнулась удача.

– Как же так? – с сожалением воскликнула тетя Софи.

– Республика, подданство которой принял Гисслер, назначила его губернатором острова. Он получил половину острова в частное владение и исключительное право на разведку, делающее невозможным какую бы то ни было конкуренцию со стороны других кладоискателей! – сказал доктор Браз. – Но прошли годы, и добровольный Робинзон увидел, что его счастье составляют не воображаемые сокровища на острове, а свободная, ничем не ограниченная жизнь, чарующие окрестные ландшафты.

На остров прибывали и покидали его многочисленные экспедиции кладоискателей, но Гисслер ничем не выражал протеста против их начинаний, он всегда приветствовал их одними и теми же словами:

– Меня зовут Гисслер, – говорил он. – Я полагаю, что вы прибыли, чтобы искать клад!

Спокойствие и ирония звучали в словах этого человека, который точно знал, что никто ничего не найдет!

Позднее Гисслер переехал в Нью-Йорк, где стал писать мемуары.

– Что же с ним было дальше? – забеспокоилась тетя Софи.

– Это неизвестно, – коротко ответил доктор Браз. – Но на этом история Зеленого острова не кончилась. После смерти Китинга, безуспешно искавшего клад, его молодая жена в 1894 году снарядила собственную экспедицию на тюленебойном судне.

Из рассказов мужа ей было известно о большом камне с высеченной на нем буквой «К», а также о стреле, указывавшей на высокое дерево. Но Гисслер давно открыл это место и среди зарослей нашел заржавевший железный шест, один конец которого был загнут в виде крюка. Крюком как раз можно было достать до дна дуплистого дерева. Однако в дупле ничего не нашли.

Команда тюленебойного судна роптала. Она ожидала большую добычу и считала себя обманутой.

Гнев команды обратился против миссис Китинг, ее даже подвергли обыску, так как матросы полагали, что под одеждой она спрятала «план клада».

В 1897 году во время пребывания Гисслера в столице республики Коста-Рика, в бухте бросили якоря два английских крейсера «Чемпион» и «Импириус» под командованием адмирала Пэллисера. Они высадили триста матросов и за три дня с помощью заступов и взрывчатки, превратили в пустыню территорию, принадлежащую Гисслеру. Фрау Гисслер возмущенно протестовала. Но ей запретили посещать «место работы», которое военные кладоискатели вскоре покинули, убедившись, что там ничего не найти.

Гисслер поставил правительство Коста-Рики в известность об инциденте, и оно обратилось к английскому правительству с формальной жалобой.

– Пэллисер, вероятно, был живой и предприимчивый малый, – усмехнулся доктор Браз. – Через шесть лет, в августе 1903 года, он с шестью товарищами появился на острове снова. Пэллисер основывался на данных, полученных какими-то путями от скончавшегося в 1894 году Николоса Фитцджеральда, а тот в свою очередь получил их от умирающего Китинга.

И вот в 1902 году на остров прибыла экспедиция из тридцати австралийцев. Среди них были горные эксперты и химики. В 1903 году – экспедиция из Сан-Франциско, руководитель которой, Броун был разоблачен как мошенник и арестован. Обе экспедиции не добившись успеха, вернулись на родину. В 1903 году в истории острова появилось имя Кристиана Круса. У него было мало денег, но очень много времени, и он, как все люди его склада, надеялся на безусловный успех. Должно быть, – помолчав добавил доктор Браз, – должно быть, подобно Гисслеру, он обладал правами губернатора острова, так что Зеленый остров временно имел двух «губернаторов».

Но права Кристиана Круса, заверенные подписями и печатями, не уважались. То и дело к острову причаливали экспедиции кладоискателей. Когда Крус с возмущением выступал против них, они предъявляли официальные разрешения, полученные от властей за большие деньги.

Крусу надоела эта кутерьма, и он решил дать окончательный бой правительству за свои права. Он встретил лорда Фитцвильямса, богатейшего пэра Англии, совершающего на своей яхте кругосветную экспедицию в поисках кладов.

Крус и Фитцвильямс стали друзьями. Лорд поддержал претензии Круса к правительству Коста-Рики и претензии признались. В благодарность Крус взял на «свой» остров кладоискателей из Англии. Сто человек команды яхты тщательно обыскивали весь остров. При взрыве отвесной скалы в бухте Чэтэм в голову лорда попал тяжелый камень. Безуспешные поиски и ранение в голову удручающе подействовали на Фитцвильямса. Вдобавок на остров прибыли две новые экспедиции англичан Роберта Гинеса и Арнольда Грея, начавшие работать каждая сама по себе. Таким образом, на острове одновременно находились три группы кладоискателей.

В 1906 году о себе снова заставили говорить американцы.

В Сиэтле открылась подписка на акции, чтобы обеспечить поисковую группу необходимыми финансовыми средствами.

В 1920 году прибыла французская экспедиция и также ничего не нашла, но в одной из бухт на побережье сделала трагическое открытие. В нескольких милях от берега был наполовину затоплен небольшой пароход «Виджилент». Несколько лет тому назад пароход вышел в плавание, имея на борту восемь мексиканок, и пропал без вести. Эти искательницы приключений решили тайно отправиться на Зеленый остров, чтобы разыскать сказочные сокровища, но кораблекрушение оборвало их жизни.

– Боже мой! – всплеснула руками тетя Софи. – Какой ужас!

– В мае 1925 года, – продолжал доктор Браз, – в бухте Чэтэм высадилась океанографическая экспедиция американца Вильяма Бита. И она наряду со своей научной работой пошла по следам кладоискателей прошлых лет.

На скалах, покрытых пеной прибоя, экспедиция нашла высеченные названия многих судов, причаливавших здесь с намерением найти клады.

На берегу были обнаружены ржавые консервные банки и сломанные инструменты. Сколько было погребено надежд на страстно ожидаемое золотое счастье! Три матроса прочесывали остров и нашли забитую в землю гнилую сваю с прикрепленными к ней ржавыми ручными кандалами. Вокруг были раскиданы сгнившие доски обветшалой хижины. Позднее выяснилось, что территория острова была использована одно время как колония для каторжников.

– Ну и ну! – изумился Малыш.

– А 27 февраля 1926 года у острова бросила якорь яхта «Адвенчюз», принадлежащая богатому англичанину, – улыбнулся доктор Браз. – На борту судна находился автогонщик, чемпион Малькольм Кэмпбелл. У него были как будто бы точные сведения и данные по истории острова и его кладов. Он надеялся найти тайник в пещере и раскрыть тайну, окутывающую капитана Боуга – спутника Китинга: может быть в каменном склепе лежало тело Боуга, замурованное Китингом?

Но Кэмпбелл хотел сделать еще одно открытие.

– Какое? – шепотом спросила Солнышко.

– Согласно преданиям, на острове когда-то жили последние потомки инков, спасшихся от преследования испанцев. На уединенной горной вершине, укрытой девственным лесом, они стерегли свой клад. И в самом деле, нога человека никогда не ступала на расположенную в западной части острова гигантскую гору, окруженную непроходимыми джунглями. Кэмпбелл открыл следы тропы, обрывавшейся среди девственного леса. Было похоже, что ее протоптала нога человека.

– Может быть, на острове действительно жили люди, которые уходили в глубь лесов, когда корабли бросали якорь у берега? – проговорила Райс.

Доктор Браз ничего не ответил.

– Не знаю, – он загадочно покачал головой. – Известно только, что экспедиция Кэмпбелла очень страдала от тропической жары, к ней добавлялись мучения, вызванные несметным количеством комаров. Они полчищами нападали на людей, работавших при сорокапятиградусной жаре. Кэмпбелл пришел к выводу, что обычным способом клада не найти, что это возможно только при помощи электрических поисковых приборов.

– И что же? – воскликнула Райс, нетерпеливо сжимая пальцы.

– И вот, – торжественно произнес доктор Браз, – наконец-то в 1932 году появилась возможность найти клад.

– Но как? Каким образом? – спросила Райс.

– О, это очень интересно! – засмеялся доктор Браз. – Инженер-электрик, обладатель волшебной палочки, Клэйтон вместе с полковником Леки пришел на Зеленый остров...

Тайны острова он захотел разгадать с помощью своего «металлофона» – электрического поискового прибора.

На расстоянии десяти метров от того места, где Малькольм Кэмпбелл проложил шахту, прибор показал наличие металла.

Заступы вгрызались в землю, кирки отбивали обломки породы, и вдруг под ногами людей засверкало золото. Вскоре удалось установить, что это не сокровища острова, а, очевидно, добыча португальского пирата Бенито Бонито, бывшего морского офицера Бениета Грэхэма.

Получив известие о находке, правительство республики послало на остров солдат. С большой осторожностью были извлечены закопанные миллионы, а об их дальнейшей судьбе мог рассказать только один удачливый обладатель волшебной палочки.

– Это было на самом деле так? – с недоверием спросила тетя Софи.

– Не знаю, не знаю... – задумчиво произнес доктор Браз. – Известно только, что после этой находки новые и новые экспедиции прибывали на остров.

– Зачем? – удивилась Солнышко. – Ведь клад был найден!

– Но ведь там был не один клад, а несколько! – воскликнул Малыш.

– Конечно, – улыбнулся доктор Браз – именно так все и было... В 1934 году экспедиционное судно из Англии бросило якорь у острова. На борту судна было разнообразное техническое оборудование, от металлоискателя до самолета.

– Ну, это уже что-то... – прошептал Толстяк.

– Но эта экспедиция забыла получить разрешение у правительства, – сказал доктор Браз, – и вся команда была арестована.

Необычайные обстоятельства были связаны еще с одним кладоискателем – доктором Дечампом.

Это был американец, зубной врач. Он прославился совместной работой с медиумом, при помощи которого хотел найти клад на острове...

– Ну здорово! – воскликнул Малыш.

– Но он убил своего медиума, – печально сказал доктор Браз, – и умер на электрическом стуле. Незадолго до исполнения приговора Дечамп пытался подкупить тюремного надзирателя, обещав разделить с ним найденный клад, если тот поможет ему бежать. Он умер со словами: «О, этот злосчастный остров!»

Многие пираты, арестанты, вдовы, президент одной страны, отшельники, гонщики, состоятельные люди и просто глупцы ступали на землю острова. Терялись целые состояния, рушились жизни, а сокровища острова до сих пор лежат, и никто не может их отыскать... Вот и доктор Сэнди начинал с того же, – вздохнул доктор Браз и на мгновение замолчал.

– Доктор Сэнди? – спросила Райс. – Это фамилия мне знакома...

– Доктор Сэнди известная фигура в Америке, – сказал доктор Браз. – Он начал свою деятельность с того, что производил множество раскопок по всей земле... Это Канада, Аляска, Швеция. В конце концов судьба привела его на Зеленый остров. И хотя всем известно, что доктор Сэнди производил свои раскопки с иной целью, нежели его предшественники...

– Что же искал доктор Сэнди? – спросила тетя Софи.

– Доктор Сэнди искал динозавров, – сказал доктор Браз. – Именно он является полновластным хозяином единственного в мире питомника- зоопарка, куда мы сейчас направляемся...

– Вот это да! – закричали мишки-гамми.

– А где же он сам? Что случилось с ним? – спросила Райс.

– Очень уместный вопрос, – покачал головой доктор Браз, – многие предполагают, что именно доктор Сэнди нашел древние сокровища Зеленого острова и с помощью этих средств осуществил грандиознейший проект всей своей жизни – создание настоящего динозаврового питомника... Единственного в мире... Хотя доктор Сэнди никогда никому не отвечал на этот вопрос, кто бы ни спрашивал его...

– Но каким образом, даже если он нашел сокровища острова, ему удалось возродить к жизни динозавров? – с улыбкой спросила Солнышко.

– Да! Да! – подхватили мишки-гамми. – Здесь какая-то тайна!

– Совершенно с вами согласен, – сказал доктор Браз. – Я тоже об этом думал.

– Но доктор Сэнди жив? – вдруг спросила тетя Софи.

Доктор Браз с удивлением посмотрел на нее.

– Не понимаю, почему вы об этом спрашиваете...

– У меня создалось впечатление, после вашего рассказа, что несчастная судьба постигла всех, кто пытался прикоснуться к тайне древних сокровищ, – сказала тетя Софи. – И если предположить, что доктор Сэнди разгадал эту тайну, то... мне кажется, что...

– Он должен был бы уже умереть? – договорил за нее доктор Браз и рассмеялся. – Однако доктор Сэнди пока что в отличном здравии, правда мало кто знает, где он находится теперь... Говорят, что иногда экскурсанты видели его на острове заросшего, покрытого шерстью, похожего на доисторическое чудовище, некоторые уверяют, что встречали его на материке. Но все это слухи, а реальность такова: некто доктор Сэнди – владелец единственного в мире питомника, где живут выведенные в результате его опытов, динозавры... И на его счету... миллионы... миллионы... миллионы...

– Но как же ему удалось возродить динозавров? – покачала головой Солнышко. – Я не понимаю... Известно ли что-нибудь об его опытах?

– Это его тайна, – сказал доктор Браз. – Известно только, что где-то на острове расположена лаборатория, вернее, одна из лабораторий, в которой хранятся биохимические вещества...

Солнышко не дала ему договорить.

– И никто до сих пор не попытался проникнуть туда? Это удивительно! – воскликнула она.

Доктор Браз усмехнулся.

– Это не так-то легко. Пожалуй, так же нелегко, как и прикоснуться к сокровищам острова... Я ведь говорил, что все на острове продумано до мельчайших деталей... Везде электрические заграждения, щиты, отлаженная единая система...

– Понимаю, – вздохнула Солнышко. – И все-таки... это очень интересно... Я бы попыталась разгадать эту тайну.

– А мне кажется, это очень опасная затея – держать на острове живых динозавров, – сказала тетя Софи. – И тем более пускать туда детей... Мало ли что может случиться, вдруг чудовища начнут нападать на людей?

– Это абсолютно исключено, – улыбнулся доктор Браз. – Абсолютно, повторяю: единая огромная компьютерная сеть...

Тетя Софи покачала головой с явным недоверием.

Доктор Браз положил руку на ее плечо.

– Поверьте мне, все на этом острове идет по плану. И все там прекрасно.

– Да? – произнесла тетя Софи, и посмотрев на своего спутника спросила:

– А что вас влечет туда, к этим динозаврам?

Доктор Браз улыбнулся.

– Я неисправимый мечтатель, – сказал он. – Вот и все...

Послышался щелчок радио. Прозвучал голос пилота:

– Пожалуйста, пристегните ремни! Идем на посадку.

Из подземного гаража выехали два вездехода. Машины подъехали бесшумно, водителей ни в одной, ни в другой не было.

– Джимми, Райс и мишки-гамми – в одну машину, – сказал доктор Браз. – А мы с тетей Софи – в другую!

Джимми был рад, что сидит на переднем сиденье, перед ним и Райс на щитке было два компьютерных экрана и нечто, напоминающее с виду проигрыватель для компакт-дисков. Это оказался проигрыватель с лазерных дисков, подключенный к компьютеру. Еще Джимми увидел в машине радиопередатчик. На крыше были установлены две антенны, а рядом с Джимми лежали какие-то защитные очки.

Мишки-гамми устроились на заднем сиденье.

Колдун захлопнул двери электромобиля. Тот загудел и двинулся с места. Ехавшие впереди тетя Софи и доктор Браз о чем-то оживленно разговаривали, размахивая руками.

– Давайте послушаем, о чем они говорят! – предложил Малыш. И быстро включил рацию.

– Доктор Сэнди был угрюмым, с весьма неприятным характером, – раздался из прибора голос доктора Браза. Он был явно взволнован. – Он был членом одной организации, что и я, мы занимались одним делом... Время от времени в баре или в курительной собирались люди, он любил самодовольно выдавать нам очередную порцию научной чепухи. Мне это никогда не нравилось, так как в нашей организаций было принято обо всем говорить прямо, я не упускал случая сказать ему, что он напыщенный осел... Вместе со своими изысками на Зеленом острове.

Но доктор Сэнди был очень странным типом. Стоило несколько раз нагрубить ему, как он начинал смотреть на тебя если не как на товарища, то уж по крайней мере как на человека, чье общество ему весьма приятно. Насколько я знаю, у него не было настоящих друзей и он не пользовался успехом в обществе, но в своей области, я говорю о прикладной генетике, у него была с самого начала репутация выдающегося человека и ученого.

Все это было сравнительно давно... Я уже не помню, как это случилось, что я попал к доктору Сэнди домой. Но помню, что у меня осталось очень неприятное впечатление от этого визита...

Доктор Сэнди тогда был еще сравнительно молод, имел двоих детей, мальчика и девочку. По всей вероятности, в доме не хватало денег, это как- то сразу бросалось в глаза. Но что мне особенно не понравилось, так это отношение доктора Сэнди к своей семье.

– В чем это проявлялось? – спросила тетя Софи.

– Это был как бы расширенный вариант его глупого поведения в нашей организации: самоуверенная снисходительность и зазнайство, доведенные до предела... Он говорил о своей жене и обращался с ней, словно она была слабоумная, надеясь, что и другие станут относиться к ней точно так же.

Бедная женщина попросту боялась его. С детьми он разговаривал в особой издевательской манере: что бы ни было сказано или сделано ими, немедленно становилось предметом нудного псевдонаучного спора, главной целью которого, казалось, было сбить их с толку и выставить дураками.

Я помню, как мальчик, которому тогда было лет двенадцать, нечаянно пролил стакан воды. Вместо того, чтобы не обратить на это никакого внимания или назвать его растяпой, доктор Сэнди завел длинный разговор о физических свойствах жидких тел, с таким восторгом, словно говорил о древних сокровищах, спрятанных на Зеленом острове.

Он обращался как бы ко мне, но перемежал свою речь словами вроде «как тому хорошо известно», или «как моему сыну неоднократно объясняли в школе», и это, видимо, доставляло ему большое удовольствие. Я себя чувствовал очень неловко в этой обстановке и больше не заходил в дом доктора Сэнди. Я начал избегать доктора Сэнди, и когда несколько месяцев спустя он перевелся из нашей организации в другую клинику, занимающуюся теми же исследованиями в области биомедицины и прикладной генетики, никто из коллег об этом не пожалел.

Я не видел доктора Сэнди несколько лет, но все время слышал о нем, о его раскопках, ведущихся сразу в нескольких странах, о его достижениях. Он добивался блестящих успехов в своей области и считался одним из ведущих ученых Америки.

Однажды – кажется, это было лет семь назад – доктор Сэнди снова появился в нашей организации. Он не очень изменился ни внешне, ни внутренне, разве что казался еще более уверенным в том, что он – великий гений всего человечества, а остальные ученые – просто недоумки. Ко всему этому примешалась идея строительства, как будто бы уже начатого на Зеленом острове...

– Строительство этого питомника? – уточнила тетя Софи.

– Безусловно. Но никто не знал, как и на какие средства, и где собственно идет выращивание динозавров. Зеленый остров казался многим недосягаемым... Или попросту многие не верили в это.

Поздно вечером, когда все разошлись, мы с доктором Сэнди остались вдвоем, я поинтересовался, как его семья. При упоминании о семье его лицо сразу приняло суровое, я бы сказал – злое выражение.

– Если вы не возражаете, я бы предпочел не говорить на эту тему, – сказал он сухо.

Так как особенного желания настаивать у меня не было, я извинился и хотел было заговорить о чем-то другом, но он опередил меня:

– Ведь вы их всех видели как-то, – сказал он. – Вам, наверное, уже тогда было ясно, чем все это закончится...

И он пустился в долгий рассказ о своей неудавшейся семейной жизни.

Жена ушла от него, сына, которого вопреки его желаниям он послал в Кембридж изучать физику, исключили за неуспеваемость и за пьянство. Тот стал продавцом в магазине. Дочь, которая должна была по замыслам отца поступить на химический факультет университета в Нью-Йорке, вдруг в восемнадцать лет объявила о своем намерении выйти замуж за какого-то парня, с точки зрения отца, вовсе ей неподходящего и, не получив согласия на брак, бежала с ним.

Доктор Сэнди даже не мог точно сказать, где теперь находятся его сын и дочь, потому что сам он, махнув на все рукой, вплотную занялся созданием уникального динозаврового питомника...

– Там все будет рассчитано, как в алгебраическом уравнении, – с гордостью говорил он. – Лучше иметь дело с динозаврами и компьютерами, чем с людьми...

Ему нравилось думать, что древние животные обладают первозданной чистотой и непорочностью, качествами, которых так не хватает роду человеческому. Все эти рассуждения показались мне тогда просто наивными.

– Бросьте, – сказал я, – вы пытаетесь прикрыть свою ненависть к людям формулой, что, мол, люди лгуны, а первозданная материя, из-которой вам якобы удалось воскресить динозавров – чиста и не умеет, не научилась лгать... Но если уж на то пошло, то динозавры не пишут стихов и не играют на скрипке. Их общество, может быть, и честно, но невероятно примитивно и скучно.

– О нет! – с какой-то злобой воскликнул доктор Сэнди. – Об этом я позабочусь! Скучно в моем заповеднике не будет! Об этом узнает весь мир! Весь!

– Возможно, – сказал я ему как-то вяло, может быть, оттого, что не верил ему.

– Хотите, я покажу вам свою шашечную машину? – неожиданно спросил он у меня.

– Шашечную? – переспросил я.

– Ну да. Вы играете в шашки?

– Играл когда-то.

– Как вы считаете, для этой игры нужен интеллект?

– Думаю, что да, – сказал я.

Загляните ко мне как-нибудь вечерком в лабораторию, я попрошу вас сыграть партию в шашки с машиной, которую я сам изобрел. Уверяю, она, эта неживая машина окажется сильнее. Ибо она создана моим умом, вычислена до малейшей детали...

Я удивился. Но дал согласие.

«Странная мания все рассчитывать и программировать, – подумал я, заходя спустя неделю к доктору Сэнди. – Возможно, это способ самоутверждения...»

– Что будем делать? – спросила тетя Софи. – Они же съедят нас.

– Не только нас, – добавил доктор Браз. – Вся планета в опасности!

– Нужно немедленно связаться с материком, – воскликнула тетя Софи. – Пусть срочно вызывают вертолет и эвакуируют нас отсюда, ведь мы с детьми... Боже мой, какой ужас! – всхлипнула она. – Второй год подряд приезжаю в Нью-Йорк, и все время какие-нибудь сюрпризы. То мишки-гамми, то динозавры... Бедные мои нервы!

– Спокойно, тетя Софи, – улыбнулась Солнышко. – Мы обязательно что-нибудь придумаем.

Джимми поднес к глазам бинокль.

– Смотрите, доктор Браз! Вон там! – вдруг закричал он.

– Что случилось? – спросил доктор Браз.

– Вон там! Судно...

– Корабль?

– Да! Там, на палубе кто-то сидит... Какой-то зверь!

Доктор Браз схватил бинокль. Уже стемнело, и было плохо видно, но доктор Браз сумел разглядеть продолговатое грузовое судно, отчалившее от берега.

– Вы что-нибудь видите? – спросила тетя Софи.

– Нет, – покачал головой доктор Браз.

– Ниже смотрите, – подсказал Джимми. – Они вон там, внизу.

Доктор Браз опустил бинокль пониже и принялся рассматривать корпус корабля.

Однако уже стемнело настолько, что доктор Браз не мог как следует разглядеть корабль.

– Все равно ничего не вижу...

– А я вижу! – вдруг воскликнула Солнышко. – Возле кормы! Посмотрите возле кормы!

– Ну, ты глазастая, – изумился Джимми. – Видишь при таком освещении?

– Мишки-гамми могут видеть в темноте, – пояснил Ворчун.

– Я тоже вижу, – сказал Колдун.

– И я, – подпрыгнул Толстяк. – Вон они, эти...

Доктор Браз направил бинокль на корму и начал пристально ее разглядывать. И вдруг увидел животных! Они играли на корме. Доктор Браз увидел их мельком, но даже в потемках было понятно, что животные стоят на задних лапах, что их рост около метра и что массивные хвосты помогают им удерживать равновесие.

– Ну, теперь видите? – спросил Джимми.

– Да, теперь, пожалуй, вижу.

– Кто это? – с ужасом спросила тетя Софи.

– Велоцирапторы, – сказал доктор Браз. – Их по крайней мере два. А может, и больше. Это подростки. А рядом... рядом с ними я вижу... – он запнулся.

– Там какой-то мужчина в темном, довольно неприятный, – сказала Солнышко.

– Да, и я вижу, – подхватил Толстяк. – У, какой противный, зарос, словно обезьяна... Косматый.

– Вы его видите? – спросила Солнышко. – Доктор Браз? Видите? Почему эти чудовища его не трогают? Значит они не опасны? Они не нападают на людей? Да? Нам не надо бояться? Скажите что-нибудь, доктор Браз!

Доктор Браз замер в оцепенении.

– Это доктор Сэнди, – наконец произнес он.

Тетя Софи передернула плечами.

– Что же это значит? Он что же, перевозит этих чудищ на материк? Для чего?

– Спокойно, не впадайте в панику, – сказал доктор Браз. – Надо сообщить по рации на материк.

Все бросились к электромобилям, стоявшим на склоне.

Джимми подбежал к машине, схватил рацию. Послышалось шипенье и щелчки.

– Не выходит, – растерянно сказал он.

Доктор Браз быстро переключил каналы.

– Что-то не в порядке, – сказал он. – Эта рация не работает.

Все кинулись ко второму электромобилю, доктор Браз включил вторую рацию, но оказалось, что и она не работает.

– У нас сломались обе рации? – спросила Райс.

– Обе, – кивнул доктор Браз. – Это не случайно.

– Вы думаете, это сделал доктор Сэнди? – осторожно спросил Джимми.

– Думаю, мы в ловушке, – сказал доктор Браз.

– Значит доктор Сэнди испугался нас? – удивилась Солнышко.

– Не знаю, испугался ли, но его явно не обрадовало наше появление на острове... – сказал доктор Браз.

– Почему? – не понял Малыш. – Неужели он узнал, что мы нашли скорлупу яйца и разведали о том, что эти чудовища размножаются! Это его испугало?

– Может быть, он сразу подумал, что мы сообщим об этом на материк, – предположила Бабушка. – А это значит, что он попросту злодей. Если хочет держать людей в неведении о нависшей над ними опасности. Да еще сам перевозит этих чудищ в Америку... Настоящий злодей!

– Да, по-видимому, он сознательно разводит этих особей на острове в несметном количестве, – сказал Колдун. – Как только ему удалось вызвать к жизни этих древних чудовищ? Может быть он знает какие-то заклинания?

Вдруг Солнышко подпрыгнула на месте.

– Доктор Браз говорил, что где-то на острове находится его лаборатория. Нам нужно ее найти!

– Верно! – подхватили мишки-гамми. – Если мы узнаем тайну воскрешения динозавров из небытия, то всегда можно найти обратное средство.

– Верно, Бабушка? – воскликнул Малыш. – Ведь для каждого яда есть противоядие?

– Верно, – согласилась Бабушка.

– Значит, надо искать лабораторию, – заключила Солнышко, – Чур, я поеду на поиски лаборатории!

– Поедет Солнышко и тетя Софи, – заключил доктор Браз.

– А мы?! – закричали мишки-гамми. – Мы тоже хотим.

– Мы будем следить за динозаврами, отвлекать их внимание, – сказал доктор Браз.

Дождь стучал по крыше электромобиля.

Очки ночного видения давили Джимми на лоб. Он ослабил ремешок за ухом. Потом он увидел электромобиль, в котором сидел доктор Браз и Райс.

– Здорово!

– Красота! – запрыгали на заднем сиденье мишки-гамми.

– Скоро вернутся Солнышко и тетя Софи, и мы наверняка что-нибудь придумаем, правда, Бабушка? – спросил Малыш.

– Конечно, – ответила Бабушка.

Из рации раздалось шипение, а затем голос доктора Браза спросил:

– Вы нас видите, Джимми?

Джимми взял рацию:

– Я вас вижу.

– И мы! – воскликнули мишки-гамми. – Мы тоже вас видим!

– Все в порядке?

– Все хорошо, доктор Браз.

– Сидите пока в машине. Скоро вернутся тетя Софи и Солнышко. Будем ждать их здесь.

– Хорошо. Не беспокойтесь. – Джимми выключил рацию.

Ворчун пробормотал:

– Дождь льет как из ведра.

Капли стучали по крыше. По стеклам обоих электромобилей текли струи воды.

– Проклятый дождь! – снова произнес Ворчун.

Джимми смотрел в окно.

– Интересно, гуляют ли тиранозавры по ночам? – сказал он.

– Наверное, нет, – предположил Малыш. – А я бы, например, на их месте гулял.

– Есть хочется, – проговорил Толстяк.

– И мне тоже, – подхватил Малыш. – Интересно, когда вернутся тетя Софи и Солнышко?

– Хоть бы они не застряли где-нибудь в такой ливень, – забеспокоилась Бабушка.

Вдруг электромобиль сотряс глухой удар. Джимми повернул голову назад и успел заметить какую- то темную тень, которая мелькнула между двумя машинами.

– О боже! – воскликнула Бабушка.

– Что это было? – заволновался Малыш.

– Что-то большое, почти как наша машина, – сказал Толстяк.

– Джимми! Ты тут? – спросил Колдун.

– Да.

Джимми взял рацию.

– Доктор Браз!

– Да, Джимми... Ты его видел?

– Нет, – признался Джимми. – Я не успел его разглядеть.

– Ты в очках видения, Джимми? – спросил доктор Браз.

– Да. Я буду смотреть.

– Мы видели! – закричали мишки-гамми. – Он мчался по дороге.

Джимми услышал по рации, как всхлипывала Райс.

– Не бойся, Райс, – произнес он.

Джимми внимательно разглядывал обочину дороги.

Дождь хлестал со страшной силой, ветер гнул деревья к земле – все казалось живым.

– Джимми, – прошептал Колдун. – Смотри! Под деревьями кто-то стоит.

Джимми поднял глаза и посмотрел повыше.

– Тиранозавр, – прошептал Джимми. – Он смотрит на нас, – сказал Ворчун.

Сверкнула молния, и животное издало протяжный вопль.

– Джимми! – раздалось по рации.

– Да, доктор Браз.

– Ты видел?

– Да.

– И мы видели, – прошептал Малыш.

Джимми снова услышал, как всхлипывает Райс и снова посмотрел на динозавра.

– Какой он огромный! – вырвалось у него.

– Дай посмотреть на него через очки, – попросил Толстяк.

– Нельзя, – сказал Джимми. – Это не игра...

Сквозь очки ночного видения глаза тиранозавра казались ярко-зелеными и светящимися...

– Вот это да... – прошептал Джимми. – Я попал в настоящий динозавровый зоопарк.

Бабушка пристально вглядывалась в ночную тьму. Наконец она выговорила:

– Это самый крупный из когда-либо виденных мной за всю жизнь хищников...

– О боже, – вздохнул Джимми.

Он видел, что тиранозавр, огромный, неподвижный, по-прежнему стоит у ограды. Дождевая вода стекала с него.

Вдруг тиранозавр неловко шагнул вперед. Когти его задних лап запутались в проволоке упавшей ограды.

– Он держится за проволоку! – воскликнул Джимми. – Значит, она больше не под напряжением!

– Это ловушка, – сказал Малыш. – Этот доктор Сэнди явно хочет погубить нас. Скорей бы вернулись Солнышко и тетя Софи!

В передатчике послышался треск:

– Джимми! – позвал доктор Браз.

– Да...

– Оставайтесь в машине. Не волнуйтесь, не шевелитесь... И не шумите, слышите, мишки-гамми?

– Да...

– Нельзя привлекать его внимание.

– Да.

Снова сверкнула молния, и все увидели, как динозавр выпутался из проволоки, заревел и двинулся вперед.

– О боже, – прошептал Джимми. – Только не двигайтесь, мишки-гамми, прошу вас...

Животное двинулось к их машине. Затем замерло. Огромная голова опустилась вниз, к грязной земле...

Джимми обернулся и посмотрел на доктора Браза и Райс, сидящих в другой машине. Они напряженно всматривались в ночную тьму.

Вдруг Джимми увидел огромный глаз, заглядывающий в окно машины.

Вспыхнула молния. Джимми вскрикнул. Мишки-гамми задрожали.

– Он смотрит на нас, – прошептал Малыш.

– Может, он нас не видит? – предположил Толстяк.

– Джимми, как страшно, – прошептал Ворчун.

– Все в порядке, – еле слышно произнес Джимми, – Он нас, наверное, не увидел.

Вдруг электромобиль потряс сокрушительный удар. Стекла покрылись трещинами.

– Он треснулся своей башкой о капот! – закричал Малыш.

Джимми и мишки-гамми попадали с сидений.

– Эй, мишки-гамми! – прошептал мальчик.

Но их нигде не было видно.

Чудовище стояло у капота электромобиля, пытаясь дотянуться до него короткими передними лапами.

– Мишки-гамми! – позвал Джимми.

Послышалось урчание, сопение, стон.

Мишки-гамми лежали где-то на полу, под сиденьем.

Но тут громадная голова снова опустилась вниз, загородив собой практически все лобовое стекло.

Тиранозавр снова ударил головой о капот. Машина закачалась. Джимми ухватился за сиденье. Тиранозавр стукнул головой еще пару раз, в металле появились вмятины.

Затем он зашел сбоку. Фыркнул и глухо зарычал. Его рык смешался с раскатами грома.

– Джимми! – позвал доктор Браз. – Джимми, ты здесь?

Джимми схватил рацию:

– С нами все в порядке, – сказал он.

Послышался резкий металлический скрежет. Зверь принялся царапать когтями крышу электромобиля.

Сердце Джимми бешено заколотилось. Динозавр навалился на машину, которая раскачивалась взад и вперед с каждым его вздохом...

Джимми положил рацию и начал переползать на переднее сиденье.

Тиранозавр взревел, и следующий удар прогнул металлическую крышу.

Удар в голову опрокинул Джимми на пол.

– Мишки-гамми! – позвал он.

Стоны и всхлипывания раздавались из-под сидений.

Снова удар. На пол со звоном, посыпались осколки стекла.

Джимми понял, что стекло разбито. В кабине машины показалась огромная и безобразная голова тиранозавра.

У Джимми похолодело внутри. Он увидел огромную разинутую пасть, толстый язык. Затем тиранозавр взревел. Взревел дико, оглушительно. Джимми замер на сиденье, тиранозавр смотрел на него. Джимми видел его глаз, огромный, сверкающий.

«Он не может до меня добраться, – подумал Джимми. Он слишком большой».

Голова зверя отодвинулась. Сверкнула молния. И Джимми увидел, как динозавр поднял заднюю лапу. Следующий удар перевернул электромобиль на бок, мишки-гамми и Джимми шлепнулись на пол, и словно во сне мальчик увидел, как тиранозавр поднял электромобиль в воздух.

– Джимми! – скрипнула рация.

– Он хочет сожрать нас! – закричали мишки- гамми.

А затем электромобиль с металлическим скрежетом и лязгом выпал из пасти чудовища. И все погрузилось во мрак.

Неожиданно их остановил неясный шум, смутный, но непрерывный.

– Что это? – встрепенулся Джимми.

– Не знаю, – поежился Колдун.

– Словно шорох дождя в кронах, – предположил Толстяк.

– Нет, не похоже...

Раздалось едва слышное потрескивание.

– Нет, это совсем не похоже на шум дождя, – сказала Бабушка.

– Это динозавры-детеныши, – установил Джимми.

– Откуда ты знаешь? – спросил Малыш.

– Вижу... Они направляются к берегу. Там Солнышко...

– Скорее туда! – воскликнул Колдун. – Подумаешь, динозавры! Ударим камнем по башке и готово. Пусть их даже сотни, тысячи, все равно!

Он резко подпрыгнул.

Мишки-гамми ускорили шаги.

Шум становился все более различимым.

– Они не тронут Солнышко, нет, – бормотал Джимми, тяжело дыша.

Действительно, метрах в тридцати от них несколько подростков-динозавров пересекли тропу под прямым углом.

– Смотрите, а там еще, – прошептал Ворчун.

Склон в этом месте был довольно крутой, и все увидели отчетливо целую стаю животных, которая двигалась сплошным потоком.

– Боже! Сколько их здесь! – воскликнула Бабушка.

– Расплодились, – подтвердил Ворчун.

– Прямо-таки движение вулканической лавы, – сказал Малыш. – Что же делать?

Это было жуткое зрелище. Повсюду, где проходили динозавры, они оставляли за собой следы разрушения.

Множество челюстей кололи, грызли, кусали, уничтожали по пути большие и малые растения, травы исчезали, даже стволы деревьев таяли на глазах.

Джимми сделалось не по себе. Огромные деревья невероятно быстро теряли кору, стволы лишались ветвей и листьев.

– Они слопают весь остров, – прошептал Джимми.

– Да, – подтвердил Колдун. – И переплывут на материк...

– Какой негодяй этот доктор Сэнди, – вздохнула Бабушка.

– Что будем делать? – спросил Малыш. Он был очень встревожен.

– Ждать, – сказал Джимми. – Ждать, пока они пройдут...

– А может, поджечь этот остров? – предложил Малыш.

– Глупости, – оборвала его Бабушка. – Их слишком много. И возможно, есть такие, что умеют летать...

– Еще чего не хватало, – буркнул Ворчун.

– Смотрите! – вдруг сказал Джимми, поправляя очки ночного видения. – Какое-то крупное буро-коричневое животное...

– Скорее всего, это хвост какого-то зверя, – вздрогнул Малыш.

– Он что-то ест, – с ужасом произнес Джимми.

– А там еще один! – закричал Малыш. Но Бабушка зажала ему рот.

– Ого, какой крупный, – прошептал Джимми. – Он следит за тем, первым...

– По-моему, он хочет его съесть, – сказал Колдун.

– Какой ужас! – вздохнула Бабушка.

– Джимми, ты не видишь, что ест тот зверь? – спросил Малыш.

– Не могу понять, – произнес Джимми.

И вдруг, недолго думая, второй динозавр из засады набросился на своего сородича.

Его противник отступил, встал на задние лапы, а передние поднял до уровня головы.

– Как боксер на ринге, – произнес Малыш.

– Тише! – прошептал Джимми.

Этот маневр явно не понравился нападающему динозавру. Он завыл, раздувая ноздри. Из его пасти потекла пена... Он сделал обманное движение когтистой лапой в незащищенное брюхо, но-против-ник ответил увесистой и точной оплеухой, разворотившей динозавру морду.

От боли и бешенства хищник потерял самообладание, кровь ослепила его. Он яростно устремился на врага, но тот мягко осел на землю, пригнув голову и выставив перед собою лапы. Его когти вонзились в тело нападавшего.

– До чего же они тут изголодались, – заметила Бабушка.

В вихре борьбы двух монстров, катающихся по земле, мишки-гамми и Джимми не могли ничего различить. Бой продолжался не более двух минут. Раздался сухой треск сломанных костей, предсмертное хрипение... Объятия одного из динозавров разжались, он остался лежать без движения, с переломанным хребтом, а возле него корчился в агонии другой, покрупнее, с распоротым брюхом.

Мишки-гамми и Джимми, потрясенные исходом схватки, осторожно приблизились к еще трепещущим телам.

– Все хорошо, что хорошо кончается, – философски изрек Колдун.

– А это еще что такое? – воскликнул Малыш.

Между двумя мертвыми телами жался какой-то зверек величиной с кролика.

– Это маленький детеныш, – сказал Джимми.

– Не может быть! Бедный маленький! – проговорила Бабушка. – Возьмем его с собой, а?

– Давайте! – обрадовался Малыш. – Выкормим его и приручим...

– Это очень нелегкая задача, – сказал Ворчун.

Пока они спорили, Джимми привязал к дереву детеныша динозавра, который этому не противился.

– Какие страшные животные! – Ворчун с недоумением рассматривал погибших динозавров. – Головы такие огромные, да еще зубы...

– А когти-то какие, – прошептал Толстяк. – Посмотрите, какие острые... Запросто распорет брюхо...

– А ты заметил, что у них на передних лапах по четыре когтя, а на задних – по пять? – спросил Колдун.

– Слушайте, мишки-гамми! – сказал Джимми. – Стадо динозавров ушло, дорога к берегу свободна. Нам нужно найти Солнышко. Она где-то здесь.

Он опять крикнул:

– Со-ол-ныш-ко-о!

– Не кричи, – сказал Малыш. – А то опять эти уроды появятся.

– Нет, они ушли, – отмахнулся Джимми.

– Что же будем делать? – спросил Толстяк.

– Искать всех и в первую очередь Солнышко, – сказал Джимми.

– А как быть с нашим новым питомцем? – спросил Колдун, указывая на привязанного к дереву детеныша-динозавра.

– Заберем с собой, – сказал Джимми, – но после того, как найдем Солнышко.

– Тогда, может его лучше отвязать, пусть пока побегает? – спросила Бабушка.

– Прячьтесь! – закричал Джимми.

Мишки-гамми юркнули в заросли.

Из-за густых деревьев послышались чьи-то шаги, раздалось сердитое фырканье. Пахнуло чем-то тухлым.

– Динозавр, – шепнул Джимми.

Животное приблизилось к привязанному к дереву детенышу и остановилось.

– Может, это его мама? – спросил Малыш.

– Не думаю, – ответил Джимми.

С полной доверчивостью юного существа детеныш стал тереться о ноги огромного зверя.

Раздалось шипение, хруст, громкий визг... И через несколько секунд все было кончено. Динозавр задумчиво удалился в ту же сторону, откуда пришел.

Джимми затошнило.

Малыш плакал.

– Он... Он... его съел... Совсем маленького...

– Тише, тише! – сказал Толстяк. – Нужно найти Солнышко. У нее в руках наверняка есть разгадка жизни и смерти этих чудовищ.

Басовито гудели стволы деревьев. Джимми прислонился спиной к одному из стволов, запрокинул голову и заплакал.

Больше не было ни страха, ни ужаса. Только боль. Он облизнул сухие губы.

– Тетя Софи... милая тетя Софи, – прошептал он. – Прости меня.

Прямо перед ним была маленькая поляна, покрытая яркой зеленью. В траве краснели какие-то ягоды, мелкие, как горошины.

Ноги у Джимми дрожали, и он присел на корточки.

Он вдруг увидел перед собой птицу. Крылья у нее висели, как у курицы в жару, и волочились по земле.

Птица шла прямо на Джимми: он с пустым равнодушием смотрел на нее.

Птица останавливалась, падала грудью на землю и бессильно открывала клюв.

Джимми сидел неподвижно. На берегу о чем-то говорили мишки-гамми, Райс и доктор Браз.

Доктор Браз внимательно разглядывал стеклянные колбы из лаборатории.

– Чтобы получить противоядие, – говорила Бабушка, – нужно найти какой-то сорт ягод, растущих на острове... Причем таких, которыми бы питались динозавры. Затем смешать сок ягод с соком- гамми и добавить по капле жидкости в каждую пробирку. И к динозаврам, и к тиранозаврам, и ко всем остальным.

– Мы получим жидкость? – спросил доктор Браз.

– Да, голубоватую или розовую, – сказала Бабушка. – Нет, еще я могу приготовить пыльцу... Попробуем и то и другое.

– Хорошо, – согласился доктор Браз.

Джимми смотрел и удивлялся самообладанию этого человека.

– Мы должны обследовать весь остров, – сказал доктор Браз.

– Там, – Джимми махнул рукой в сторону гор, – есть вулкан.

– Почему ты так думаешь? – спросил доктор Браз.

– Я заметил, как оттуда поднимались клубы дыма и еще там было что-то белое...

– Предлагаю идти к вулкану всем вместе, – сказала Райс, – не будем разделяться...

– Да, конечно, – вздохнул доктор Браз, вспомнив о недавней гибели тети Софи.

Какое-то время они шли молча. Добравшись до одного из холмов, доктор Браз огляделся по сторонам.

– Смотрите, какое странное сооружение, – сказал он.

Стоящее вблизи сооружение напоминало больше прямоугольную пирамиду с плоской верхушкой и почти отвесными стенами. На гладкой поверхности проступали углубления, как будто означавшие проемы окон и дверей.

Доктор Браз подошел ближе, постучал ботинком о стену и замер от удивления.

– Странно, – произнес он.

– Что странно? – насторожился Джимми.

– Странно... – повторил доктор Браз. – Ведь насколько я знаю из жизненного опыта, если ударить ботинком по скале, то должен послышаться хоть какой-то звук, или точнее стук. Но ведь мы ничего не услышали...

– Может, эта стена из теста? – засмеялся Толстяк.

– Не глупи, – оборвал его Ворчун.

– А я думаю, что именно здесь и лежат сокровища Зеленого острова, за которыми испокон веков все охотились, – сказала Солнышко.

Доктор Браз коснулся рукой стены.

– Она холодная, – произнес он с удивлением.

– При таком солнце? – изумилась Райс.

– Невероятно! – воскликнул Джимми.

– В чем же тут дело? – задумалась Бабушка.

– Может это фамильный замок динозавров? – предположил Малыш. – Посмотрите-ка, правда похоже?

– Хо-хо-хо! – оглушительно расхохотался Колдун.

Доктор Браз обошел еще несколько раз вокруг пирамиды, внимательно вглядываясь в грязно-серые стены. Наконец он вернулся на то же самое место, откуда начал обход и, нагнувшись, подобрал камень с острым краем, намереваясь соскоблить немного налета со стены. И тут он увидел нечто неожиданное.

– Смотрите! Смотрите! – прошептал Джимми.

На поверхности стены, в том самом месте, куда пришелся удар ботинка, расползлась воронкообразная вмятина.

Никто не заметил, как она появилась.

– Я могу поклясться, – сказал Джимми, – что несколько минут назад ее там не было!

Мишки-гамми, Райс, Джимми и доктор Браз минут пять, точно загипнотизированные, неотрывно глядели на углубление в стене.

У Джимми от напряжения даже зарябило в глазах, однако ни он, ни мишки-гамми, ни Райс, ни доктор Браз не заметили, когда вмятина исчезла.

Как бы там ни было, а через пять минут от вмятины не осталось и следа. Стена опять стала ровной и гладкой.

Райс со всхлипом выдохнула. Обернувшись, Джимми увидел, как она пошатнулась и взял ее за руку.

Райс попыталась улыбнуться.

– Я просто устала, – сказала она. – Знаете, мне вдруг показалось, что стена движется.

Райс вопросительно взглянула на доктора Браза.

– Пожалуй, это оптический обман, игра теней, – сказал доктор Браз.

– Но мы тоже видели! – подтвердили мишки-гамми.

– Массовая галлюцинация! – засмеялся Джимми, пытаясь подбодрить друзей. Однако в этот миг Толстяк указал жестом на стену пирамиды. Там, где появилось, а затем исчезло углубление, теперь красовалась выпуклость в форме носка ботинка. Через миг выступ вновь исчез. Лишь идеально гладкая стена напоминала сверкающую на солнце чешую огромного животного.

– Это какой-то остров кошмаров, – проговорила Райс.

– Давайте-ка на всякий случай посыплем землю вокруг этой таинственной пирамиды голубой пыльцой, – предложила Бабушка, и мишки-гамми тотчас взялись за дело.

– Готово! – сказала Бабушка. – Если мы не можем попасть внутрь, то попробовать обезвредить пространство никогда не помешает. Верно?

– Верно! – подпрыгнули мишки-гамми.

– А теперь пойдемте туда, на плато, – махнул рукой Джимми.

Они отправились туда, где был центр плато, точнее – четыре заросшие травой возвышенности рядом с серой пирамидой.

Три из них представляли собой небольшие холмики, а четвертая была побольше. Когда обогнули один из холмиков, Джимми указал рукой на то, что так поразило его недавно. Между зеленоватыми стеблями травы из покатого склона торчал кусок блестящего белого металла. Почти незаметный со стороны пирамиды, он неожиданно вспыхивал, когда случайный луч солнца попадал на его острые грани.

– Интересно, интересно, – проговорил доктор Браз.

Опустившись на колени, он начал изучать странную находку. Сперва он решил, что металл состоит из серебра, но затем понял, что ошибся. Поверхность его имела необычайный голубоватый отлив, какой бывает у матового стекла в ранние сумерки. И на ней не было видно не единого темного пятнышка.

– Точно, сокровища Зеленого острова! – прошептала изумленная Райс.

Доктор Браз медленно провел по металлу рукой.

– Нужно найти острый камень, чтобы счистить грязь с поверхности, а потом попробуем откопать эту штуку целиком, – сказал он и огляделся по сторонам. Налет ила и глины оказался толщиной около двадцати сантиметров. Сверху ее укрывал сплошной ковер травы и кустарников.

– Что это, доктор Браз? – спросила Солнышко.

– Я думаю, – сказал доктор Браз, – что эта штука когда-то...

Неожиданно он замолчал.

– Ну? – напряженно встрепенулась Солнышко.

– Не знаю, поверите вы мне или нет, но все говорит о том, что Зеленый остров когда-то покоился на дне океана. Это было сотни, сотни лет назад.

Несколько минут все напряженно молчали. Слышно было, как плескались вдалеке волны.

– Надо разрыть весь холм, – сказал доктор Браз.

Мишки-гамми сразу же принялись за дело. И даже попытались раскопать два других холмика, но вскоре остановились, когда поняли, что их содержимое ничем не отличается от первого.

На месте развороченного ими холма среди бурых комьев ила лежал, сверкая в лучах вечернего солнца, огромный металлический панцирь, напоминающий шкуру или чешую огромного животного.

– Это не могло принадлежать человеку, – сказал доктор Браз, утирая со лба пот. – Существо, для которого предназначался этот панцирь, обладало ростом не меньше пятнадцати метров... У него было бочкообразное тело и голова размером с башню небольшого замка, – добавил он. – Кроме того, руки и ноги у этого существа отсутствовали, а вместо них внизу имелись три заострявшихся к концам мощных отростка или щупальца.

– Что же еще? – шепотом спросила Солнышко, разглядывая удивительный панцирь.

– Еще? – доктор Браз наморщил лоб. – Еще... защищавший тело металл был смят, видимо, его раздавило толщей воды, когда остров погрузился в морскую пучину. Внутренность панциря заполнял все тот же илистый осадок... Бог знает, что в этих панцирях... Я не могу их себе представить. И не могу предположить, откуда они прибыли на Землю, это загадка Времени.

– Но вы убеждены, что они не земляне? – спросила Райс.

– Абсолютно...

– Но тогда выходит, что и динозавры, населяющие нынешний остров, тоже попали сюда с другой планеты? – спросил Джимми.

– Загадка появления динозавров на Зеленом острове остается загадкой, – задумчиво сказал доктор Браз. – Ответ на нее известен лишь одному человеку.

– Доктору Сэнди? – шепотом спросила Солнышко.

– Да.

Стемнело. Мишки-гамми насобирали зеленых веток и соорудили уютный шалаш, в котором улеглись Солнышко, Райс и Бабушка. А все остальные устроились под открытым небом.

Джимми лежал лицом к звездам. Он грезил увлекательными космическими экспедициями, приключениями, ему снилось, что он летит с головокружительной скоростью, пытаясь достать звезды ладонями, но в последний момент они отдаляются, и Джимми, словно на гигантских качелях, проваливался в бездну, полную динозавров, а звезды насмешливо подмигивали ему.

Внезапно он проснулся. Была глубокая ночь, темнота наваливалась тяжелым облаком. Земля вокруг гудела и ходила ходуном, как будто невидимый великан топал по ней ногами.

– Джимми! Вставай! Землетрясение! – кричали мишки-гамми.

Джимми тут же вскочил. Рядом возникла какая- то тень. Инстинктивно Джимми отпрыгнул в сторону и в этот момент остров опять завибрировал.

Джимми заметил, что вода как будто оставалась спокойной.

«Значит это не подземный толчок, – подумал Джимми. – Он бы поднял гигантские волны».

И тем не менее все ощущали, как почва вздрагивала под ногами.

И вдруг леденящий душу вой разорвал тишину. Невозможно было понять, откуда он доносился.

– Кажется, – проговорил Толстяк, – кричат где-то поблизости...

Солнышко заплакала.

Через секунду крик повторился. Теперь он был протяжнее и пронзительнее, чем первый.

– В этом крике столько муки и ужаса! – заметила Бабушка. – Словно страдает гигантское чудовище.

– Вы что-нибудь видите в темноте, мишки-гамми? – крикнула Райс.

– Видим, – сказал Ворчун. – Идите за мной. – Он был полон решимости.

– Только тише, – предупредил Толстяк.

Все осторожно последовали за мишками-гамми.

– Разбрасывайте вокруг себя голубую пыльцу! – скомандовала Бабушка, а затем спросила: – У всех есть бутылочки с соком-гамми?

– С противодинозавроядием? – переспросила Райс.

– Да.

– У всех!

Мишки-гамми разбрасывали повсюду голубую пыльцу. И через несколько минут земля неожиданно перестала содрогаться.

Все напряженно вслушивались в темноту.

– Ни звука не слышно, – заключила Бабушка. – Надо дождаться рассвета...

И вот, там где прежде возвышался холм, теперь лежал ровный слой спрессованного ила, в котором поблескивали белые осколки раздробленного чешуйчатого панциря огромного зверя...

– Как будто кто-то расплющил холм... – прошептала Райс.

Джимми вспомнил громовые удары, сотрясавшие ночью, землю, и понял, чем были вызваны толчки.

– Никакое землетрясение не смогло бы превратить холм в лепешку, – сказал Джимми.

– Да, – подтвердила Райс. – По холму словно проехал гигантский каток, утрамбовавший его...

– Смотрите, – вздохнула Бабушка.

Рядом с тем местом, где накануне мишки-гамми нашли сверкающий край гигантской чешуи, краснело растекающееся кровяное пятно...

– Кого-то съели... – с ужасом проговорила Райс.

Джимми смотрел на кровавое пятно, по форме оно отдаленно напоминало очертания тела тиранозавра-детеныша ...

– Это был малыш-тиранозавр, – заключил Джимми.

– Но кто его съел? – спросила Райс.

– Не знаю, – прошептал Джимми и с ненавистью посмотрел на серую пирамиду.

Она ничуть не изменилась со вчерашнего дня, безучастно возвышаясь над плато, будто дремавшее на солнце гигантское чудовище.

– Я знаю, – сказала Бабушка. – Это живое существо похуже динозавров. Грозное и беспощадное.

Райс с ужасом вскрикнула.

Джимми попятился, не спуская глаз с пирамиды, готовый бежать в любую секунду.

Но пирамида по-прежнему безжизненно стояла на месте. Ее гладкая сверкающая чешуя зловеще поблескивала в лучах солнца.

– Бежим! – сказал Джимми, – Бежим к берегу. Надо рассказать все доктору Бразу и предупредить о нашей разгадке мишек-гамми.

Они устремились к берегу.

– Мишки-гамми! Доктор Браз! – кричал Джимми.

– Солнышко! – звала Райс.

У берега не оказалось никого.

– Бежим дальше! – проговорил Джимми. – Надо их найти!

Вдруг до слуха Джимми донеслись крики, фырканье, шум борьбы, уханье.

– Скорей! Это Солнышко!

Они припустили во весь дух.

На берегу по колено в воде стояла Солнышко, среди камней валялась ее бутылочка с соком-гамми и баночка с голубой пыльцой.

Огромные лапы тиранозавра обхватили малышку. Солнышко вопила, что было сил. Но где ей было совладать с тиранозавром!

Он набросился на нее, повалил на песок. Солнышко отбивалась, как могла...

– Спасите! – закричала она.

Бабушка в три прыжка оказалась рядом с тиранозавром. Одним движением она осыпала его огромное тело с ног до головы голубой пыльцой. А Джимми в это время напоил соком-гамми потерявшую сознание Солнышко.

– Где он? – прошептала Солнышко, открывая глаза.

– Кто?

– Ти..ти..рано..ти..

– Тиранозавр?

– Да... Где он?

Бабушка подошла, присела рядом, погладила Солнышко по голове.

– С тиранозавром все нормально. Убрался восвояси...

– Куда? – задрожала Солнышко.

– Туда, – бабушка махнула в сторону пирамиды. – Он теперь совсем ручной... Наверняка, еще и уснет где-нибудь по дороге...

– Спасибо, Бабушка, – прошептала Солнышко. – Спасибо, Джимми, Райс.

В это время на шум из леса прибежали мишки- гамми и доктор Браз.

Увидев лежащую на песке Солнышко, доктор Браз бросился к ней:

– Что случилось?!

Солнышко слабо улыбнулась.

– Ничего, спасибо.

– На нее напал тиранозавр, – сказал Джимми. – Бабушка его обезвредила.

– Я просто зазевалась, – сказала Солнышко. – Мне захотелось искупаться. Я оставила на берегу и пыльцу, и сок. А он появился так внезапно и напал на меня...

– Хорошо, что Бабушка услышала тебя, Солнышко, – сказал Колдун. – Никогда не ходи одна по этому острову. Могло все кончиться и по-другому.

– Мы должны поскорее покинуть остров, – сказал Джимми.

– Ты что-то заметил? – быстро спросил его доктор Браз.

– Эта пирамида – живое существо, – сказал Джимми.

Бабушка кивнула.

– Она может сожрать всех нас, – добавила Райс и подробно рассказала всем о том, что они видели на плато.

– Теперь вы понимаете, что нам следует отсюда поскорей убраться? – спросил Джимми, глядя на доктора Браза. – Ведь ясно, как день, что одного из огромных тиранозавров сожрала она, вернее оно, это сверхчудовище, хотя непонятно, каким образом. Но нам не нужно это выяснять. Возьмем противодинозавроядие и попробуем уплыть отсюда подальше.

– Куда же? – со вздохом спросил доктор Браз. – Везде океан. И, кроме того, если мы не спасем этот остров от динозавров, обратив их в тех добродушных особей, которыми они являлись до того, как доктор Сэнди появился на острове, то... – он на мгновение замолчал, – то над нашей планетой в ближайшем времени нависнет серьезная опасность. Ты понимаешь меня, Джимми?

– Да, доктор Браз, – тихо сказал Джимми. – Но пирамида, она может поглотить нас всех. Я полностью согласен с Бабушкой, что это – настоящее сверхчудовище.

– Хорошо, – сказал доктор Браз. – Сделаем так. Мы с Джимми сходим еще раз к пирамиде, остальные – садитесь в лодку, которую мы с мишками-гамми нашли за соседней скалой.

– Наверняка, ее забыли на острове еще какие-нибудь охотники за сокровищами, – вставил Ворчун.

– Ждите нас неподалеку от берега, – сказал доктор Браз.

– И я с вами! – воскликнула Райс.

– Хорошо. Возьмем Райс, – сказал доктор Браз.

Мишки-гамми перевернули лежащую вверх дном на берегу лодку и поволокли ее к океану.

– Если вдруг заметите что-нибудь подозрительное, дайте нам знать, – сказала напоследок Бабушка.

Поистине необычайное зрелище ожидало их в се-верной части острова. Вода словно кипела.

Впереди, позади, справа и слева от лодки маленькие и большие рыбы поднимались из глубины к поверхности.

Толстяк и Ворчун поили их остатками сока-гамми.

Солнышко улыбалась, глядя, как огромные рыбины, выпив сока-гамми, исчезали на мгновение, чтобы всплыть кверху брюхом, как мертвые. Но на самом деле, опьяненные соком-гамми, они лишь теряли способность двигаться, ускользать от опасности, прятаться, защищаться.

Их были тысячи, с разинутыми ртами, оттопыренными жабрами, бьющие по воде ослабевшими плавниками.

– Еще хотят! – засмеялся Малыш. – Давайте наловим рыбы, есть хочется, – предложил Толстяк.

Лодка направилась к запруде, куда сносило течением всю эту рыбью массу.

Доктору Бразу пришлось расчищать проход ударами весел.

Наконец причалили.

Доктор Браз предупредил всех, чтобы к рыбам не прикасались, среди них кишело немало опасных с ядовитыми шипами или острыми, как бритва, зубами.

– Как бы вытащить на берег несколько рыбок? – мечтательно облизнулся Толстяк.

Доктор Браз ударил ножом по голове одну из большущих рыбин. Малыш протянул было к воде лапу, чтобы поймать одного из мальков, но доктор Браз остановил его:

– Не трогай! Не надо!

– Но почему? – захныкал Малыш. – Есть хочется...

– Эта рыба очень злая! Кусается, – объяснил доктор Браз. – Я сам вытащу на берег тех, которых можно брать.

Пока доктор Браз занимался заготовкой рыбы, мишки-гамми отправились искать ягоды для Бабушки.

Джимми разложил костер, поджег кучу веток и листьев, от которых повалил пахучий дым.

– Что за растения ты поджигаешь, Джимми? – спросил доктор Браз.

– Не знаю...

– Пахнет очень аппетитно, – заметил Толстяк.

Вскоре был готов обед. Мишки-гамми уплетали жареную рыбу и после еще полчаса блаженствовали, валяясь на траве.

Вдруг раздалось глухое рычание, за которым последовал громкий протяжный вздох.

Доктор Браз, держа за руку Джимми, замер, пристально вглядываясь в зелень листьев.

– Я вижу, – прошептала Солнышко. – Вон там, правее.

Вскоре все увидели замершего среди кустов динозавра.

– По-моему, он не хочет на нас нападать, – сказала Бабушка. – Сидите тихо, я сама с ним поговорю...

У Бабушки был небольшой запас голубой пыльцы особого качества. Острой и жгучей. Маленькой щепотки такой пыльцы было достаточно, чтобы придать блюду по-настоящему огненный привкус. Посмеиваясь над собственной выдумкой, Бабушка взяла большую, почти уже готовую рыбину, сделала на ней несколько надрезов, затолкала туда пыльцу и швырнула «угощенье» туда, где прятался динозавр.

– На тебе, зверюга, на! – смеясь, приговаривала Бабушка.

Доктор Браз держал наготове пистолет с усыпляющими шприцами. Но его останавливала мысль: что, если он только напугает, разозлит зверя? Тогда динозавр набросится на них.

В этот миг хищник схватил брошенную Бабушкой рыбину и убежал вместе с добычей.

Не прошло и четверти часа, как со стороны залива донеслись жалобные завывания, а затем протяжный рев.

Мишки-гамми корчились от смеха. А Бабушка приговаривала:

– Он проглотил рыбу с огненной пыльцой и теперь у него жжет желудок и мучит жажда. Он, наверняка, выпил воды из залива. А там, в воде, сок- гамми.

– Значит, он теперь опьянеет, как рыбы? – спросил доктор Браз.

– Нет, но он уже не придет сюда, – пояснила Бабушка. – Бояться нечего.

В протяжном вое зверя звучали растерянность и боль. Он еще долго выл и отфыркивался. Потом, видимо, отчаявшись погасить пожар в животе подслащенной водой залива, умчался, громко треща ломаемыми ветками.

– Куда это мы попали? – удивленно озираясь по сторонам, произнесла Солнышко.

Джимми огляделся.

– Кладовая какая-то. На пещеру не похоже.

– Было бы похоже, если б не эти насосы, фильтры и толстые трубы, – заметил доктор Браз.

– Что же это за помещение? – спросил Джимми.

– А он... тиранозавр... он нас не увидел? – все еще дрожа, произнесла Солнышко.

– Подожди, – оборвал ее Малыш. – Дай разобраться, что к чему.

– По-моему, это помещение похоже на насосную станцию, – сказал доктор Браз.

– Значит, тут должен быть телефон, – улыбнулся Джимми и стал разглядывать приборы.

– Сколько сейчас времени? – поинтересовался Ворчун.

– Около одиннадцати утра, – ответил доктор Браз.

– А когда должен на остров прилететь вертолет, чтобы забрать нас? – спросила Солнышко.

– Не знаю, – сказал доктор Браз. – Сейчас не стоит об этом думать. Мы не завершили свое дело здесь, на острове. Кроме нас, этого никто не сделает. А вертолет может вообще не прилететь.

– Почему? – вздрогнула Солнышко.

– Ты видела уплывающего на корабле доктора Сэнди? – спросил Джимми.

– Да.

– От этого человека можно ожидать всего, – коротко сказал Джимми.

– Да, это верно, – подтвердила Бабушка. – В этой ситуации нам следует надеяться только на себя.

В глубине помещения доктор Браз обнаружил дверь с надписью «Служебное помещение».

– Заперто, – сказал он, дернув за ручку.

– И ничего похожего на ключи! – добавил Джимми.

По обе стороны от двери он обнаружил несколько металлических ящичков. На каждом из ящичков были кнопки.

– Давай нажимать все по очереди, – предложил Малыш.

– Давай, – согласился Джимми.

Они дошли до ящичка под номером «527», Джимми нажал на кнопку.

– Ура! – закричал Малыш.

Дверь отворилась.

– Там, внизу, какие-то ступени, – прошептал Джимми.

– И стрелка, указывающая вниз, в темноту, – добавил Малыш.

– Интересно, что там спрятано? – прошептала Солнышко. – Может, автомобиль?

– Может, вертолет? – передразнил Малыш. – Пошли!

– Нет! – воскликнула Солнышко. – Я туда не пойду!

– Пойдем, Солнышко! – Малыш потянул ее вниз.

– Нет! – закричала она. – Ни за что на свете... А вдруг там еще какие-нибудь ти..ти..ра...

– Ладно, – согласился доктор Браз. – Все оставайтесь здесь. Пойду я один.

– Я с вами! – с готовностью воскликнул Джимми.

– Нет, Джимми, останься пока здесь. А я скоро вернусь.

Джимми хмыкнул в ответ.

Спустя полчаса, снегом завалило весь берег. Джимми дрожал от холода, и доктор Браз вместе с мишками-гамми решили развести костер.

Прошло еще несколько часов, голубоватый снег все падал и вскоре мишки-гамми, Джимми и доктор Браз оказались заключенными в ледяном гроте.

– Как же теперь отсюда выбраться? Ума не приложу! – ворчал Толстяк.

– Надо прорубить ступени вдоль гребня сугроба, – предложил Малыш.

Все пятеро медведей быстро взялись за работу. Бабушка отогревала Джимми, порядком закоченевшего.

Лишь к вечеру все оказались на площадке, расчищенной мишками-гамми и доктором Бразом.

Эта площадка имела от четырех до десяти метров ширины и тянулась в обе стороны от сугроба, в котором они оказались, метров на сто. Над ней поднималась стена, имевшая в самом низком месте метров десять, она не везде была отвесна, а распадалась на отдельные высокие и низкие уступы, по которым было достаточно трудно, но возможно взобраться наверх.

Осмотрев площадку доктор Браз сказал:

– Да, поработали мы, конечно, на славу, но ночевать, видимо, придется здесь.

– В гроте? В ледяном гроте? – вскрикнул Джимми.

– Нет, на этой площадке, – успокоил его доктор Браз, – здесь, пожалуй, чуть-чуть теплее. Разведем с двух сторон костры...

– Мы согреем тебя, Джимми, у нас такие теплые шубы! – засмеялась Солнышко.

Она была рада, что сегодняшней ночью не придется ожидать встречи с чудовищами.

Утомленные работой, мишки-гамми рано легли спать, свернувшись вокруг Джимми и доктора Браза, окруженные четырьмя кострами.

Но около полуночи их разбудил сильный подземный удар.

– О боже! – вздохнул доктор Браз. – Опять начинается.

Приподнявшись, все стали в тревоге прислушиваться.

– По-моему, гудит земля, – сказал Колдун.

Джимми напряг слух и вскоре уловил явственный гул. К нему вскоре присоединился доносившийся уже по воздуху грохот то близкий, то далекий.

– Что это? – испугалась Солнышко.

– Это не чудовища, – поспешил успокоить ее Малыш.

– Словно падают глыбы... – сказал Ворчун.

Вскоре все почувствовали, как дрожит земля. Тотчас последовал еще один удар, более сильный. Мишки-гамми даже подпрыгнули вверх.

– Ой! – вскрикнула Солнышко. – Все кругом скачет!

Пламя догоравших костров подпрыгивало, головешки рассыпались в стороны.

Где-то поблизости загрохотало, и Джимми увидел, что из их снежного грота вывалилось несколько крупных ледяных глыб.

– Наше счастье, что мы ночуем здесь, а не в гроте, – воскликнул Джимми.

– Да, сейчас бы нас там придавило! – подтвердил Ворчун.

Последовало еще несколько сильных подземных ударов.

– Что же это такое? – с ужасом крикнула Солнышко.

– У нас осталось совсем мало пыльцы, если появится какая-нибудь новая плазма, вроде той, что была у пирамиды, мы окажемся бессильны, – сказала Бабушка.

– Нужно пробраться на зеленую часть острова! – в отчаянии вскрикнула Солнышко. Слезы появились у нее на глазах.

– А может быть, это землетрясение – к лучшему, – успокаивал ее Малыш. – Может быть, снова восстановится тепло...

– И вернутся динозавры? – с ужасом спросила Солнышко.

– Нет, Солнышко, нет, динозавры не появятся, – уговаривала Бабушка.

– А может сейчас покажется на поверхности плазма? – прошептала Солнышко, дрожа от страха.

Все невольно посмотрели в ту сторону острова, где оставалась гигантская плазма, застывшая у берега голубой скалой.

– Да нет, что вы, – говорила Бабушка. – Ничего не случится.

Небо покрытое фиолетово-сиреневыми тучами было темным. Удары время от времени повторялись, но были уже гораздо слабее.

– Вот видишь, Солнышко, все успокоилось, – сказал доктор Браз. – Можешь спокойно спать до утра...

Мишки-гамми снова улеглись, но сон был у всех тревожный, то один, то другой просыпался, приподнимаясь, озирался в испуге, а затем, убедившись, что все спокойно, сугробы не валятся, динозавры не возвращаются, опять опускал голову.

Доктор Браз иногда вставал и подбрасывал дрова в костры. Так проходили часы этой ночи.

Но вот, наконец, тучи посветлели, затем подернулись красноватым отблеском лучей невидимого еще солнца. На фоне туч слабо вырисовывались гребень и вершины ближайшей части стены, и забелели на них полосы снега. Костры потухли. Предрассветный холод разбудил дремавших.

– Пора уходить! – вскочил Джимми.

– И то правда! – протирая глаза, подтвердили мишки-гамми.

Стало еще светлее. Разорвавшиеся тучи окрасились на небе пышными красками. Кое-где, в зеленой части острова, были видны стволы деревьев.

Мишки-гамми отправились к концу ледяного сугроба. Первым шел Толстяк. И вдруг все услышали его испуганный возглас:

– Ого! Тут везде вода!

Мишки-гамми, Джимми и доктор Браз – все бросились к нему.

Подбежали – и замерли в изумлении. Там, где на сотню метров от конца сугробов прежде тянулась мелкая каменистая россыпь, накануне сплошь покрытая снегом, теперь расстилалась гладкая поверхность мутной воды, которая уходила к ближайшим деревьям, тоже залитым водой.

– Озеро! – вскрикнула Солнышко. – Образовалось новое озеро!

Это новое озеро, возникшее за ночь, тянулось в обе стороны, насколько хватало зрения.

– Вот это фокус! – пробормотал Ворчун.

– Это нам вместо лавы или плазмы, после землетрясения, – сказал Джимми.

– Но смотрите, вода как будто подбирается к нам, – прошептал Малыш.

– Она прибывает, – сказал доктор Браз.

Все подошли к берегу и увидели, что вода подвигается вперед, на их глазах снег, устилавший землю острова, напитывался водой, оседал, расползался, и вода, наполненная таявшими комьями, занимала его место.

– Вот так превращение, – развел руками Колдун.

– Надо поторопиться, – воскликнул доктор Браз. – Через полчаса нас может затопить! Мишки-гамми, Джимми, все выбирайтесь скорее наверх!

– Но дальше хода нам уже нет! – возразил Толстяк.

– Неужели вы боитесь, что и уступ затопит? – сказал Джимми. – Пока это случится, мы успеем расчистить путь дальше.

– Хорошо, – согласились мишки-гамми.