Глава 2

В сырой и мрачной камере сидела рыжеволосая и юная девушка и смотрела на вошедшего. Страха от нее не исходило, она не только оказалась спокойна, но еще и распространяла вокруг себя свет, от которого резало глаза. Инквизитор и ведьма смотрели друг на друга, не имея сил оторвать взгляда. Но, осознав, что происходит, огромным усилием воли вернул себе самообладание.

— На рассвете тебя сожгут. Не желаешь покаяться? — равнодушно бросил мужчина. Но его равнодушие было показным, внутри герцога все скрутилось от осознания предстоящего. Он уже понял: ее он сжигать не станет. А тут еще и сама пленница удивила, она улыбнулась так, что даже лед бы растаял.

— Желаю, Ваша Светлость, еще как желаю, — оживилась девушка. Удобно устроившись, она заговорила.

***

Альра Ангела

Стоило мужчине оказаться на пороге камеры, как я ощутила нечто необычное внутри себя. Радость, тепло, нежность и еще что-то необычное, светлое, заставляющее ощутить за спиной крылья. Признаться, сперва передумала говорить то, о чем собиралась, но после его фразы о моем сожжении решительность вернулась. Мне захотелось увидеть его реакцию.

Будучи наивной и доверчивой, я часто видела то, чего нет на самом деле. Вот и сейчас мне всего на миг показалось, что я заинтересовала этого неприступного, мрачного и такого уставшего мужчину. На миг стало его жаль. Чем же таким он занимался, если выглядит так устало? Словно несколько суток на ногах, еще и его резервы полупусты. Это я увидела благодаря своему дару.

— Чтобы вы дослушали до конца, необходимо немного привести вас в чувство, а то вдруг от моей исповеди ваше сердце не выдержит, — произнесла и прежде чем тот успел возмутиться, я приложила руку к его груди и выпустила свою силу. Герцог дернулся, будто я его ударила или обожгла. А потом его лицо разгладилось, глаза на миг закрылись. Я ощутила, ему в данный момент хорошо и легко, усталость отошла на второй план.

— Вы в курсе, что только что едва не лишились жизни? — глухо спросил лорд, приложив ладонь на то место, где я его касалась.

— Почему? — не сразу сообразила я. — Причинить вред в силу специфики своей силы я не могу, отдача собственной магии может и убить. А вы слишком плохо выглядели. Теперь же вам получше?

— Да, спасибо… — с трудом выдавил из себя Инквизитор, чувствовалось, он не из тех людей, кто привык благодарить. Скорее чаще принимает благодарность от других.

— Зато теперь вы можете принять мою исповедь и покаяние, — пожала плечами и начала рассказывать о фантазиях подруг — вечерами на девичьих посиделках многие делились своими похождениями на любовном фронте, это считалось не хвастовством, а достижениями, я же слушала и запоминала, о прочитанном в книгах, о некогда услышанных брошенных фразах. Сама поразилась, насколько много я успела узнать.

С каждой фразой мужчине становилось не по себе. Глядя на меня, все больше хмурился, наверняка и помыслить не мог, что я способна на такое. Так как магический взгляд я оставила, чтобы следить за реакцией организма на свой рассказ, то прекрасно ощутила изменения. Вот по спине его скатилась капля пота, за ней другая. Глаза заблестели.

А я все продолжала в красках расписывать где, когда и с кем, в каких позах, на каких поверхностях. В какой-то момент стало стыдно и неловко, я даже не ожидала, что мой язык повернется, чтобы произнести подобное.

Да, как правило, ведьмы не особо обременены моральными принципами или ценностями, касающимися девичьей чести. У нас все по-другому. Только к первому разу относимся щепетильно, ведь от него зависит наша сила. Потому и выбираем более сильных. А потом многие пускаются во все тяжкие. И не потому что так уж не хватает близости с мужчиной, а из-за силы. Возбуждение, всплеск адреналина, оргазм — все это делает резервы больше, магию мощнее. А у некоторых ведьм подобные «развлечения» вообще способ продлить собственную жизнь.

К сожалению поверье о том, что ведьмы не умеют любить, не лишено основания. Да, это действительно так. Но есть еще кое-что, об этом мало кто знает, потому что мы не распространяемся о подобном. Ведьма если влюбилась, то это на всю жизнь. Если на ее чувства не ответили, она может сойти с ума и сменить магию со светлой на темную. Разбитое сердце — первый шаг в бездну. Именно поэтому если вдруг возникает нереальный интерес, многие стараются бежать быстро и без оглядки от объекта своей начинающейся привязанности.

У меня другой случай. Три года назад я вдруг отчетливо осознала — мой. Бежать смысла не было, я прекрасно знала, это бесполезно. От себя не убежишь. А мое сердце давно уже принадлежало тому, кто сейчас находился передо мной в довольно возбужденном состоянии. Мне бы порадоваться, что я добилась своей цели, но стало вдруг грустно. А еще говорят, что это женщины любят ушами, оказывается, мужчины тоже не чужды подобному. Или это целиком моя заслуга? Хотелось верить, что на другую девушку он бы так не реагировал.

Лорд стиснул кулаки, я едва не прыснула. Сохранять самообладание ему становилось все сложнее, вся его фигура просто застыла каменным изваянием. Мельком осмотрев превратившегося в статую Инквизитора, на миг запнулась. Бугорок в штанах намекал на его состояние.

Бедолага, наверняка штанах мужчины давно стало тесно. Но он стойко держался, при этом даже сохранял невозмутимость. Только капля пота скатилась по виску, но он, казалось, этого даже не ощутил. А мне на миг стало стыдно, но я тут же отбросила эмоции, в конце концов, если я остановлюсь, с него станется отправить меня прямо сейчас на костер, а я еще инициацию не прошла, так и не узнала, насколько большой у меня резерв. В груди теплилась надежда, что моя задумка удастся, и я смогу получить желаемое, пусть на одну ночь, один единственный раз, но мне и этого будет достаточно.

Сойти с ума мне не грозит. Да, мое сердце разобьется, когда будет вскрыт обман, но я уже знала, как стану жить, полностью уйду в работу. Если до костра дело не дойдет. Эх! Как много «если». Но я всегда предпочитала верить в лучшее.

Так задумалась, что на миг запнулась, у меня самой уже внизу живота тянуло, а руки пришлось спрятать за спину, чтобы не сделать глупость. Меня так и тянуло коснуться того, к кому стремилось сердце, но этим я сделала бы только хуже себе. Герцог все еще считает меня ведьмой, подлежащей истреблению, значит, у меня нет права на ошибку. Вздохнув, продолжила делиться чужими фантазиями и опытом.

Час… Второй… Четвертый. Выдержка отказала Инквизитору. Он резко встал. К чему-то прислушался. Смахнул очередную каплю пота, резко выдохнул. Устремил на меня взгляд своих бездонных глаз, от чего колени подкосились. Огромным усилием воли я продолжала делать вид, что совершенно спокойна и жду его вердикта. Но он не торопился. На миг подался ко мне, но тут же отшатнулся.

Его глаза засветились. Он осмотрел меня с головы до ног, вздернул бровь, словно удивился чему-то, оглянулся на дверь, потом отрывисто бросил абсолютно непререкаемым тоном:

— Казнь отменяется, через час тебя доставят ко мне. Будешь служить в моем доме, — отчеканил Светлость. И вышел. А я не знала то ли смеяться от счастья, то ли сгорать от стыда, ведь я все же сделала это, отвоевала себе право на жизнь, пусть и недолгую.

Из норки выполз мышонок, осмотрелся, забрался мне на руки и покачал головой, с укором уставившись в мое лицо, словно пытался отыскать на нем признаки безумия. Да-да, я бы и сама так же поступила, услышав исповедь еще не инициированной ведьмы.

— Ну и зачем тебе это надо было? Твои фантазии проняли даже непрошибаемого. Неужели не понимаешь, чем это для тебя чревато? Хотя судя по твоему виду, ты этого и добивалась.

— Очень даже понимаю, — мой чистый и задорный смех разнесся по темнице. — Но если кому и доверить свою инициацию, то только сильному магу. А кто у нас самый сильный? Правильно, Его Светлость — Инквизитор.

— Честно говоря, я уже подумал, что он тебя прямо здесь разложит и… — мыш запнулся и скосил взгляд в сторону.

— Ему бы его эстетический вкус не позволил, здесь грязно и сыро, — хохотнула в ответ, но вышло немного нервно. Подумалось, что такие мысли были и у меня, но вслух о них говорить не стала.

Я, наконец, смогла поделиться с другом своими планами. Кныр от потрясения несколько раз сменил цвет с черного на белый и обратно, это свидетельствовало о степени его волнения. И переживал он за меня.

— Представляешь, какие будут проблемы, когда он поймет, что ты соврала? — не унимался мышонок. — Как я сообщу суслику и дельфину о твоей казни? Да они меня сам за такие вести подвесят за хвост и оставят висеть, потому что не смог тебя спасти.

— Зато у меня будет отсрочка от костра. Заодно может и удовольствие получу, — оптимистично заметила поглаживая питомца. — А еще мне что-то подсказывает, костер мне не грозит, во всяком случае не от герцога.

— Что значит не от герцога? — не понял Кныр. Я мотнула головой на дверь.

— Не желаешь сбегать посмотреть, что там происходит? Ко мне вернулось нехорошее предчувствие, — попросила, ощутив нечто темное и страшное недалеко от моей камеры.

Мыша не надо было просить дважды, кивнув, он мгновенно умчался, а я осталась ходить из угла в угол, пытаясь унять бешеное сердцебиение. И сейчас это состояние было не от мыслей о Шейарше, а о том, что мне грозит опасность. Плохо другое: я не понимала, откуда она должна прийти.

Сколько не было Кныра, я не знаю, но пока его ждала, вся извелась. Несколько раз мне казалось, что я слышу шаги в коридоре, но сколько ни прислушивалась, ни единого звука уловить не получилось. Когда примчался ставший черным маленький друг, я готова была затискать его от нетерпения, но он прямо с порога огорошил известием:

— Аль, тебя хотят заменить на черную ведьму из нижнего уровня! Надо что-то делать. Ты продержись тут, если что, плюй на всех и бросайся светом, а я скоро.

— Стой! Ты куда? Что происходит? — воскликнула, внутренне напрягаясь, но ответа так и не получила.

Стоило Кныру сбежать, как я приникла к двери и прислушалась. Пришлось задействовать силу, благо здесь блокировки не было, что оказалось мне на руку. До меня донеслись голоса. Кому они принадлежали, я не знала, ни один не был мне знаком. А вот суть разговора заставила тело покрыться мурашками.

— Герцог Дархэ отказал в освобождении?

— Да, вина леди доказана целиком и полностью, поэтому отпускать ее никто не станет.

— Значит так, я приказываю прямо сейчас произвести замену, насколько мне известно недавно доставили ведьму. Почему она на среднем ярусе? Должна быть здесь. Сейчас же исполняйте приказ.

— Простите, Ваше величество, но мне имеет право отдавать приказы только Его Светлость, здесь не ваша епархия.

Ого! Сам Император пожаловал? С чего вдруг? Но не успела подумать об одном, как тут же прилетела еще одна мысль: это кем он собирается заменять черную ведьму? Уж не мной ли? Поэтому Кныр и попросил тянуть время? Интересно, как он себе это представляет?

— В таком случае моя стража сию секунду вас арестует за неподчинение своему монарху, — отчеканил правитель. Послышался звон оружия. Я пожалела ищейку Инквизитора, и ведь помочь ничем сейчас не могу, а так хотелось, ведь он пытался меня спасти, пусть и сам этого не хотел.

Тяжелая поступь двинулась в мою сторону. Затаив дыхание, судорожно соображала, что бы такого предпринять. Боевой магией я не владела, да и не смогла бы обрушить силу на правителя, меня тут же бы и расчленили за попытку нападения. Не успела избежать костра, как попаду на плаху, если доживу до нее.

Мысли стали как кисель, ничего не думалось, чем ближе приближались к моей камере шаги, тем меньше воздуха оставалось в легких. Дыхание перехватило, подушечки пальцев кололо от искр силы. Сперва я не могла понять, что происходит, решила, что на меня напал дикий ужас от встречи с Императором, которая совсем скоро состоится. Но ведь моя магия не ошибается.

— Открывай! — Властный голос за дверью.

— Не имею права, Ваше величество, без приказа герцога Дархэ, а он оставил распоряжение дождаться тех, кто сопроводит ведьму в его дворец, — Этот голос я узнала. Хаис.

— И ты отказываешь своему монарху? Знаешь, что бывает с теми, кто устроил бунт? — Мягкий и обволакивающий голос никого не обманул.

— Я давал клятву Великому Инквизитору, Ваше величество, а значит нарушить его распоряжение для меня смертельно, — ровно и без страха отчеканил мужчина.

Несмотря на его похотливую натуру, я даже прониклась к этому типу неким подобием уважения. Но тут слова лязг оружия, ругань, борьба. Все это заняло несколько минут. Я ощутила как моя сила всколыхнулась. Рядом раненые, причем смертельно, а меня стало корежить от невозможности помочь. В следующее мгновение сама не поняла, что произошло, с пальцев сорвались искры и метнулись под дверь. Кто-то ахнул, до слуха донесся стон.

— Убейте его! Сколько можно возиться с охраной? Так я скоро решу, что зря вам платят, вы ни на что не способны. — Его величество изволил гневаться. А я поняла, что даже попрощаться с Кныром не успею, так как вот сейчас мои труды пойдут насмарку, мужчина, которого моя сила бросилась спасать, окажется мертв.

— Куда он исчез? Как? — услышала я пораженный возглас. На миг на губах появилась улыбка. Неужели у меня получилось его спасти? Но размышлять на эту тему не получилось. Засов на двери лязгнул, после чего на пороге появился сам Император во всей своей красе. Меня едва не согнуло от темной силы, исходящей от монарха. И он еще отправляет на костер ведьм? Сам давно и прочно погряз в черных ритуалах.

— Ваше величество, мы не можем вытащить леди Антариэлу из камеры, защита не пропускает, — раздался позади монарха взволнованный голос одного из стражей. Император нахмурился.

— А артефакты вам зачем? Снесите стены, вызовите мага, чтобы снял эту демонскую защиту, — приказал величество. Потом повернулся ко мне.

— Уже вызвали, Ваше величество, но и он не справляется, — не унимался стражник. На него так посмотрели, что тот счел за благо быстро ретироваться. Теперь дошла очередь до меня.

— Ведьма, значит? Что же на тебе за щиты, которые не подпустили к тебе твоего градоначальника? — поинтересовался вошедший, заставив меня недоуменно вздернуть бровь.

— Простите, Ваше величество, я не понимаю, о чем вы говорите, — произнесла ровно, загнав поглубже свой страх.

— Да ладно прикидываться, — небрежно отмахнулись от меня. Не поворачивая головы, обратился к своей охране: — Хватайте ее и на нижний уровень. А леди забираем с собой, за воротами ее уже ждет карета.

Никто не сдвинулся с места. Несколько человек просто застыли, наблюдая за мной. В глаза потрясение, суеверный ужас. И что их так напугало? Глянув на свои руки, снова заметила искры, а еще свечение распространилось по всему телу. Ага, теперь понятно. Я вспомнила свой выход из Храма, тогда я тоже, говорят, светилась.

— Чего застыли, остолопы? Вы меня не слышали? Некогда мне тут возиться, я уже должен быть на собрании Совета, — рявкнул правитель.

Несколько человек двинулись ко мне. Но не успели сделать несколько шагов, как с моих ладоней заструился свет, он окутал мужчин, заставив их блаженно жмуриться. Остальные быстро сдали назад и стали шептать молитвы. Интересно, это они мне молятся?

— Вы что устроили?! — рявкнул монарх, глядя на своих стражей прищурившись. Вокруг него заклубилась темная сила. Она трансформировалась в плеть и… Метнулась ко мне, полоснув по спине и бокам. С губ сорвался вскрик. Император ухмыльнулся.

Еще несколько ударов, от которых я готова была упасть на колени, но внутри себя чувствовала: сделаю это и мне конец. Грудь разрывало от удерживаемой силы, боль застила глаза, я стала плохо соображать. От запаха собственной крови закружилась голова. Замелькала красные мушки.

Последнее, что я увидела перед тем, как провалиться в беспамятство, я успела заметить злого герцога Дархэ. Но и это еще не все, моя сила вырвалась на свободу и окутала монарха. На пол темницы осыпался его пепел. Мои глаза закрылись, последней мыслью было: теперь меня точно казнят за убийство монарха.

***

Герцог Дархэ

Темницу мужчина покидал с трудом. Эта чертовка смогла сделай то, что до этого никому не удавалось. Она его возбудила, ни разу не прикоснувшись. От ее голоса едва не снесло голову, а улыбка девушки способна была растопить лед.

До покоев Шейарш едва не бежал, там же выхватил графин с элем и хлебнул прямо из горлышка. Жар прокатился по телу. Стало немного легче. Устроившись на полу, герцог несколько минут приводил чувства в норму. Впервые это далось с трудом. Но все же получилось. Теперь можно и за дело. Он собирался выждать время, потом только привести в свой дом ведьму, хотя до сих пор не мог понять сам себя, зачем ему это понадобилось. Но его планы сбил мелкий грызун. Выскочив неизвестно откуда, завопил:

— Светлость, Альра в опасности, ее хотят заменить на черную ведьму! Император уже в казематах, пытается освободить одну из пленниц. Твои люди пострадали. Если не поторопишься, будет светопреставление. Боюсь, тюрьмы ты лишишься.

— Стоп! Ты кто такой? — недоуменно воззрился на необычного гостя герцог. Мыш застонал.

— Уууу, давай мы потом проведем процедуру знакомства? Сейчас некогда, там Альра в опас… Ааааа… — не договорив, мыш словно споткнулся и повалился на пол. Его шкурка меняла цвет с черного на белый и обратно. И в какой-то момент Шейарш заметил на белоснежном покрытии кровь. Неужели это питомец ведьмы?

Больше не спрашивая ни о чем, Великий Инквизитор телепортировалась, не забыв подхватить на руки мыша. Поздно. Плети Императора исполосовали девчонку, едва не содрав с нее кожу. Но она еще была в сознании и даже стояла на ногах. Правда при этом ее взгляд смотрел в одну точку. Руки и все тело светились. А потом с пальцев сорвались искры и, создав кокон чистого света, бросились к Императору.

То, что произошло дальше, никто и предположить не мог. На пол осыпался пепел, все что осталось от правителя. Стражи ахнули, пленница все же потеряла сознание, все застыли столбом, не зная, что предпринять. В этот момент из портала вывалился Хаис. Израненный, но живой, он приблизился, подволакивая ногу. Будто никого не замечая, хрипло произнес:

— Ваша Светлость, черную ведьму никто не смог вытащить. Я не мог помешать открыть дверь в эту темницу, меня смертельно ранили.

— Ты не выглядишь умирающим, — бросил герцог, мельком взглянув на помощника.

— Это сила ведьмы, она меня с того света вернула, — тихо прошептал мужчина. Услышали эту фразу все. Теперь многие переводили взгляд с девушки на сыщика и обратно. Он сам, заметив на полу свою спасительницу всю в крови, бросился к ней. — Что? Неужели опоздали?

Ответить ему никто не успел. Пепел правителя на полу зашевелился и стал собираться в кучу. Светлея, он формировался в фигуру. От потрясения снова все забыли о ведьме. А когда перед ними предстал живой и здоровый монарх, дружный вздох сорвался с губ присутствующих.

Император вернулся. Но не таким, как был раньше. В нем больше не было ни грамма тьмы. Он сиял, как недавно Альра. Все напряженно ожидали, что же тот скажет.

— Почему девушка еще не в лазарете? — нахмурился восставший правитель. — Она погибнет.

Его слова заставили Шейарша отмереть. Бросившись к пленнице, подхватил ее на руки и, решив побеседовать с виновником состояния ведьмы позже, порталом ушел в лазарет. Лекарь едва увидел раны, стал ругаться похлеще черного колдуна. Не обращая внимания на статус герцона, его попросту выставили за дверь.

— Она выживет? — не мог не спросить лорд Дархэ.

— От меня еще никто не отправлялся в бездну, — недовольно буркнул лекарь. — Как только опасность минует, вам сообщат, но это будет не скоро, ей сильно досталось, учитывая специфику ее силы.

Шейарш покинул лазарет, сразу направившись в темницу. Император все еще был там. И он… Лечил? Великому Инквизитору хотелось протереть глаза. Ему не верилось в такое преображение. Но собственное зрение не обманешь.

— Сам напортачил, теперь исправляю, — бросил правитель, заметив мрачного, как грозовая туча, герцога.

— Вы понимаете, Ваше величество, что я обязан не только сообщить в совет о вашей выходке, но и поднять вопрос о смене власти? — поинтересовался Шейарш.

— Да. Поэтому сам сложу с себя все полномочия, только закончу здесь. После совершенного мне надлежит пройти круг божественного правосудия, — слишком спокойно выдал мужчина, тем самым удививив всех, кто находился рядом. В голосе не было ни высокомерия, ни приказного тона.

Спроси кто у Шейарша, что произошло, он не смог бы дать ответ на этот вопрос, так как сам не понимал. Он прекрасно видел, как сила ведьмы испепелила монарха, но она же потом его и воскресила, правда преображенным. Под некромантию такое не подходит. Да и ясный чистый свет некромантам неподвластен. Тогда что же это такое? Ответа не было. Спросить можно было только у самой Альры, когда она очнется.

В груди лорда Дархэ екнуло. А если лекарь не сможет ее спасти? Плети первородной тьмы — смертельное заклятие, после него еще никому не удавалось выжить. И тут же готов был все кары обрушить на собственную голову. У него под боком был самый настоящий черный колдун, но он, да и никто другой, этого не заметил. Тьму в Императоре списали на реакцию зелий жизненной энергии магов преступников. А оказалось, все зашло слишком далеко. Если бы не преображение, созданное магией необычной пленницы, Императора пришлось бы сжигать на костре вместе с ведьмами, которых он так стремился освободить.

— Герцог Дархэ, вы свободны, отдыхайте, — милостиво позволил правитель Великому Инквизитору, тот ухмыльнулся.

— Да нет, Ваше величество, у меня еще много работы, в частности, предстоит решить, что делать с вами. Вы нарушили закон, и сейчас передо мной стоит трудная задача. После вашего преображения светом сжечь вас уже не получится. Но вы обязаны будете пройти в Храме Истинности процедуру коронования еще раз. Пусть боги решат вашу судьбу, — отчеканил Шейарш со скептической ухмылкой.

Если он думал, что своими словами заденет собеседника, то ошибся. Да, раньше тут бы уже гром и молния летали по коридорам тюрьмы, а сейчас монарх смиренно опустил голову, признавая правоту Главного. Все присутствующие были в шоке. Никто не мог до конца поверить в новое преображение монарха.

— В таком случае завтра на рассвете. Я предупрежу жреца, — холодно выдал лорд Дархэ и, чеканя шаг, отправился, наконец, отдыхать.

Правда перед тем, как зайти к себе в покои, посетил лазарет. Юное создание еще не приходило в себя. Заметив мышонка, герцог подозвал его к себе.

— Тебя как звать, чудо природы, меняющее окрас? — добродушно поинтересовался хозяин дворца.

— Кныр, Твоя Светлость. Ты хочешь, чтобы я сообщил, когда Альра придет в себя? — Наглости питомцу ведьмы было не занимать. Но его искренность подкупала.

— Догадливый какой, — усмехнулся Шейарш.

— Ага, я такой, умный и красивый. И да, сообщу обязательно, а тебе не мешало бы поспать, умертвие напоминаешь, — в голосе мыша проскользнула забота.

Герцог не удержался, вздернул бровь. О нем никто никогда не заботился, родители еще с малых лет отдали в Храм при Инквизиции, когда в юном наследнике проснулась светлая сила и первородный огонь. Его называли очистительным. Такими владели только Инквизиторы. Судьбу ребенка решили в пять лет. Потому Шейарш никогда не знал ни заботы, ни тепла родных. В Храме порядки суровые, не забалуешь. Мотнув головой и отгоняя воспоминания, мужчина кивнул.

В свою спальню он попросту переместился, так как понял, что каждый шаг дается ему с трудом. Шутка ли, трое суток на ногах, немудрено, что его практически с умертвием сравнили. Сил хватило на душ. Как был в полотенце, так и упал на кровать, мгновенно отключаясь. Организм решил, что хорошего понемногу.

***

Альра Ангела

Глаза открыть не получалось, они горели огнем. А еще тело плохо слушалось. Сначала не могла никак сообразить, где я. Лежала на животе, чего совсем не люблю. И как же меня угораздило? Подо мной определенно не жесткая солома, а вполне себе мягкая кровать. А, точно, герцог же собирался меня к себе привести.

Нет, не то, я точно помню, что сама сюда не приходила. Хотела повернуться на бок, но сильная и резкая боль прошила все тело. Спина тоже горела огнем. Император и его плеть тьмы. Я вспомнила. Застонала в голос. Я же его в пепел превратила. И зачем тогда меня лечат? Все равно на казнь идти. Убийства монарха мне не простят.

— Альра, ты очнулась? Какое счастье! — рядом по подушке запрыгал Кныр. От его мельтешения в глазах тут же потемнело.

— Остановись, не прыгай, — прохрипела, не узнав собственный голос. — Давно ты здесь? Что там снаружи? За мной еще не пришли?

— Кто ж за тобой придет? Что ты такая болезная сможешь? — наставительно произнес мыш, задрав хвост кверху.

— Ты о чем? Разве меня не будут судить за убийство Императора? — удивилась, пытаясь пошевелиться и лечь удобнее.

— Какое убийство? Ты у нас народная героиня, спасла монарха, вылечила и заразила светом, — с гордостью выдал питомец. Я слегка тряхнула головой.

Мысли разбегались. Я ни слова не понимала из сказанного маленьким другом. Как я могла спасти правителя, если сама прекрасно видела, как этот колдун осыпался пеплом. Так, надо успокоиться, привести в порядок мысли.

— Кныр, давай по порядку, а? Кого я спасла и как? Ведь Император мертв, перед тем, как потерять сознание, я видела, во что превратила его моя сила. Но я не хотела, чтобы он погибал.

— Альра, тебе надо успокоиться и послушать меня, — начал Кныр, устраиваясь на одеяле недалеко от моей головы. — Готова? — я моргнула глазами, так как даже кивать было больно. — Да, твоя сила убила, но не монарха, а его темную сущность, которая поселилась внутри. Именно из-за нее ты и пострадала. Сам Император, как тот феникс из сказок, возродился из пепла. Более того, Шейарш заставил его пройти повторную коронацию в Храме Истинности. За все его злодеяния птицу такого полета вправе судить только боги.

Последнее прозвучало пафосно. Мыш замолчал, ожидая, пока я переварю новость. Я действительно несколько минут ее осмысливала, пока, наконец, не спросила:

— И что дальше? Когда коронация?

— Уже была два дня назад, ты все проспала, — махнул хвостом Кныр. Лорд и меня с собой взял. Представляешь? — Сколько восторгов в голосе.

— Скорее это ты за ним увязался, — меня хватило на усмешку. Я прекрасно знала своего настырного питомца.

— Ай, какая разница. Главное, я своими глазами видел, что там происходило. Это было нечто прекрасное. Все пять статуй богов ожили. Представляешь? Их глаза светились. А потом Найэда — богиня правосудия, заговорила. Она вынесла приговор: в течение двадцати лет наш Император должен творить только благодеяния для нуждающихся. Заботиться о процветании не собственной казны и своих придворных, а простого народа. И еще приказали отдать тебя учиться за счет казны, так как ты единственный в мире маг жизни.

— Ты хочешь сказать, что я теперь смогу учиться? — Поверить в сказанное было сложно.

— Да. Более того, теперь возможность обучаться за счет короны будет у многих не титулованных, в ком проснулся дар. Сжигание на кострах только черных колдунов и ведьм, чья аура лишилась света, — выдал мышонок.

Я заулыбалась. Стало так хорошо на душе. Неужели моя жизнь наладится? Больше не придется скрываться и прятаться? Я смогу помогать всем нуждающимся. Это ли не счастье? Разместившись и уйдя глубоко в себя, не услышала, как распахнулась дверь. Только когда заскрипел стул, вздрогнула и уставилась в небесно-голубые глаза правителя. Ой, мамочки, зачем он здесь? Вмиг вся эйфория слетела, оставив вместо себя гнетущую тяжесть.

Я попыталась повернуться, но у меня не вышло. Стиснула зубы, чтобы не закричать от боли. Единственный минус магии Жизни в том, что себя мы лечить не можем. Иначе давно уже была бы на ногах.

— Лежите, не двигайтесь, — мягко произнес Император. Я застыла, не имея сил отвести от него взгляда. — Я пришел поблагодарить вас. А еще принес лично документы для поступления. А чтобы компенсировать мной же содеянное…

Не договорив, монарх осторожно приложил руку к моей спине. Сперва я ощутила холодок, принесший значительное облегчение моей горящей огнем спине, потом пришлось закрыть глаза, так как яркий свет залил комнату, ослепляя. А когда снова скрипнула стул, а я распахнула глаза, с удивлением ощутила, что у меня ничего больше не болит.

— Ваше величество? — я сглотнула. — У вас магия Жизни? Но как?

— Боги недаром назвали тебя моим спасением, — широко улыбнулся мужчина. — Ты поделилась со мной своим даром. Естественно я намного слабее тебя, но тоже кое-что могу.

Я смотрела на правителя и поражалась. Если раньше ему можно было дать лет тридцать с небольшим, то сейчас, когда он улыбался, а его глаза вот так искренне светились восторгом, он напоминал юношу ненамного старше меня. Страх окончательно ушел. Но я все еще не знала, как себя вести с монаршей особой.

— Спасибо, что вылечили, Ваше величество, — это все, на что меня хватило. Тот благосклонно кивнул.

— Это самое малое, что я могу сделать. Ведь ты пострадала по моей вине, — заметил величество. — Отдыхай и набирайся сил. И да, после учебы двери Императорского дворца открыты для тебя.

— А что мне там делать? — осторожно спросила, действительно не понимая, чем я могу быть полезна Его величеству.

— Как что? Трудиться по назначению. Ты ведь маг жизни. Кто как не ты сможет излечить проклятие или смертельные раны. А если еще всех черных колдунов излечить своей силой, как меня, мир станет лучше и чище, — поведали мне. Я вздохнула с облегчением. Признаться, сперва закралась мыслишка, что меня заставят работать на аристократов: кому красоту подправить, кому жизнь продлить, а кому и «грязные» болячки вылечить после бурных романов. Я слышала, такой заразы в Империи уж больно много появилось.

— Сперва надо выучиться, моих знаний хватает только на лечение, — впервые я позволила себе робкую улыбку.

— Уверен, ты станешь лучшей ученицей, — кивнул правитель и встал. — А сейчас меня ждут государственные дела. Отдыхай, Альра.

Меня оставили одну. Я смогла не только перевернуться, но и нормально сесть. Кныр тут же забрался ко мне на руки. Его глаза-бусинки сверлили пристальным взглядом.

— Что? Если хочешь что-то сказать, говори, не молчи. Мысли я не научилась читать.

— Аль, а как быть с Инквизитором? — прямо спросил мыш.

— А что с ним? — не сразу поняла я.

— Ну, ты же меня поняла. Теперь тебе не надо скрываться, ты поступишь в Университет, станешь учиться, сможешь сама выбрать того, кто проведет инициацию.

— Кныр, я все решила. Мне не нужен никто другой. И в Университет я поступлю инициированной, и никак иначе, — твердо поведала, ощутив легкую тоску. Мне не терпелось увидеть Шейарша. Интересно, думает ли он обо мне?

— Я так и думал, — вильнул хвостом Кныр и сбежал.

— Эй! Ты куда? А я? — крикнула в пустоту. Мой маленький друг слишком быстро исчез. И куда его понесло? Ответ я получила минут через двадцать. За это время мне принесли поднос с едой, которую я с удовольствием проглотила. Сил прибавилось, теперь я была готова сама бежать и искать Инквизитора. Но делать этого не пришлось. Дверь в мою комнату распахнулась, и на пороге застыла тот, о ком я не переставая думала и мечтала.

— Пришла в себя? Как самочувствие? — Этот голос. Он будто проникал в самые потаенные уголки души, вызывая волны жара по всему телу.

— Спасибо, уже хорошо. Его величество вылечил раны, — ответила, не сводя взгляда с лица мужчины.

— Император был здесь? Что ему нужно? — В тоне проскользнула недовольство.

— Принес документы на поступление, предложил работу после окончания Университета, — не стала скрывать очевидного.

— Экзамены уже завтра, — глухо произнес Шейарш. — Если хочешь успеть, надо поторопиться.

Больше сдерживаться я не могла. Пусть думает обо мне, что захочет, но мне нужна и инициация, и этот мужчина. Отключив стеснение, задвинула подальше стыд, я откинула одеяло в сторону и как была в одной сорочке приблизилась к герцогу.

— Успеем. Но сначала… — я неумело кинулась в его губы. Так как сама никогда не целовалась, то понятия не имела, что нужно делать. А герцог, как назло, не торопился.

— Зачем тебе это? Костер тебе больше не грозит, — меня все же отстранили от себя и пытливо посмотрели в глаза.

— Даже если бы грозил, я все равно поступила бы точно так же. Вы! Мне нужны только вы, больше никто. Подарите мне хотя бы одну ночь, потом, обещаю, я исчезну из вашей жизни, как бы сложно мне не было, — произнесла, сама поражаясь не только собственной смелости, но и вольности.

Всем известно, ведьмы не просят, они берут то, что им нравится. Я так не могла. Все из-за глупого сердца, навеки отданного этому мужчине. Я боялась. Его взгляд пугал. Только в это самое мгновение я осознала, почему влюбленные ведьмы сходят с ума. Отказ не просто ранит, он словно ломает внутри все то светлое, что еще было. Как бы ни пыталась взять себя в руки, ничего не получается, здравый смысл отказывает. Именно поэтому я ждала ответа, затаив дыхание.

— Что же ты со мной сделала? — прошептал Шейарш. — Все эти три года я не могу думать ни о ком, кроме тебя. Я не знаю, к чему это приведет, но отказаться уже не могу.

Честно говоря, я мало что поняла с его слов. Но когда меня подхватили на руки и перенесли порталом в другую комнату, улыбка сама выползла на мое лицо.

Неужели мое желание скоро осуществится? От меня не отказались. И, кажется, этот мужчина тоже испытывает какие-то чувства.

Потом был поцелуй. Я и предположить не могла, насколько это прекрасно — просто целоваться. Хотя нет, не просто. Я никак не могла оторваться от таких манящих губ, пила и не могла напиться. Прижималась теснее, чувствуя сильное тело. Мои пальцы зарылись в мягкие волосы. Герцог сперва бережно удерживал меня, словно хрупкую вещицу, но постепенно его руки стали гладить мое тело. И я больше ни о чем не могла думать, сама себе напоминая восковую фигуру, тающую в умелых руках мастера. А мужчина становился все настойчивее, но не грубым. И мне это нравилось, я ощущала, насколько сложно ему сдерживаться.

Когда исчезла одежда, я не поняла. Ощутив обнаженное тело, как свое, так и Шейарша, на мгновение смутилась. Тот пристально посмотрел мне в глаза. На губах появилась улыбка.

— Я думал после твоей исповеди тебя уже ничем не смутить, — жарко шепнул в ухо, вызвав толпу мурашек по телу.

— Иногда можно, — выдохнула, и тут же притянула его к себе. Самое время вспомнить о том, о чем сама же некогда и рассказывала.

Но герцог и сам прекрасно умел доставить удовольствие. Когда пытки ласками стали невыносимыми, я взмолилась о большем. Хоть и было страшно, но останавливаться я не собиралась. Мое тело изнывали от желания, магия бурлила, стараясь найти выход. Еще немного, и мне казалось, меня просто разорвет и от переполнявших меня чувств, и от возбуждения, и от собственной силы.

Входя в мое тело, Шейарш всего на миг остановился, удивленно вскинув бровь. Но я не дала ему возможности отступить, подавшись вперед и вскрикнув от резкой боли. В глазах потемнело. Я тут же получила порцию поцелуев и ласки. Несколько мгновений, и тело вновь жаждало продолжения.

Магия уже не просто кружила в воздухе. Яркий свет заливал комнату, выходя на ночные улицы столицы. Наверняка сейчас многие в недоумении, наблюдая светопреставление. Я же отметила все краем сознания, купаясь на волнах удовольствия. Это оказалось даже лучше, чем в моих самых сокровенных фантазиях. Я и помыслить не могла, что это настолько прекрасно.

Шейарш не отпускал меня до утра. Задремали мы всего на пару часов. А за завтраком, лукаво поглядывая на одну смущенную ведьму, весело поинтересовался:

— А как же исповедь? За чьи грехи ты собиралась покаяться?

— А, за все сразу, — задорно отозвалась, махнув рукой. — Ты против?

— Нисколько, более того, у нас в запасе есть еще пара часов времени, мы можем продолжить то, на чем остановились под утро.

Предложение мне понравилось. В какой-то момент даже захотела отказаться от учебы, лишь бы не расставаться с Инквизитором. Я старалась урвать каждую минуту, находясь рядом с ним. Мне казалось, стоит отправиться в Университет, и все будет закончено. Но мой лорд и здесь смог все повернуть в свою сторону, лишний раз доказав свои чувства.

— Альра, как ты смотришь на то, чтобы жить у меня, пока будешь учиться? — вопрос застал уже на ступеньках у входа в монументальное древнее и величественное здание Университета. Я даже споткнулась. Посмотрела на мужчину.

— Ты правда этого желаешь? — Я просто не могла поверить в собственное счастье.

— Всей душой. Я не хочу расставаться с тобой ни на секунду, — горячий шепот в ухо заставил тело откликнуться. Я прижалась к мужчине, поцеловала его в уголок губ и довольно кивнула.

— Это мое самое заветное желание.

Потом было поступление. Шейарш во время экзаменов ждал снаружи. Ко мне поначалу отнеслись скептически. Не все оказались довольны тем, что приходится принимать плебейку. Я и сама знала, насколько сложно мне будет, но грела мысль, что рядом окажется мой любимый лорд.

Когда подошла моя очередь на испытание силы, я вошла в аудиторию, высоко задрав голову. Пусть все магистры кривятся, сколько им влезет, главное, чтобы научили меня обращаться со своей силой, и тогда я смогу горы свернуть, всех больных излечить. А там, глядишь, и с черными колдунами можно будет разобраться. Но об этом думать рано.

— Альра, не задерживай уважаемых людей, клади уже руки на шар. Или думаешь протекция Его величества тебе заранее обеспечила прохождение экзаменов? — презрительно бросила одна из женщин, глядя на меня с прищуром. Отвечать не стала. Зачем лишний раз дергать хищника за усы?

Стоило коснуться шара, как раздались вскрики. Чистый свет заполнил кабинет, где проходили испытания, сильный поток распахнул окна и устремился наружу, вызвав вскрики тех, кто находился на улице. Как наяву, я увидела довольную улыбку любого, заметившего мой свет. И стало так легко и хорошо. В эту самую секунду я поняла: у нас все будет хорошо. Теперь я приложу все усилия, чтобы он всегда был рядом со мной.

А ведь говорят, первая любовь всегда приносит несчастья. Не в моем случае. Моя первая любовь стала единственной. Мой мрачный Инквизитор научился улыбаться, а мои фантазии позволили осуществить самую заветную мечту: оказаться рядом с тем, кому когда-то отдала свое сердце и кто не только не растоптал мою любовь, а бережно взял ее в свои руки и подарил ответное чувство.