<p>Тебе меня не удержать</p>

Глава 1

Макс торопился. На ходу допивая кофе, он пытался застегнуть пуговицы на рукавах своей рубашки. Алла стояла в дверном проёме и хмуро наблюдала за ним.

— Лучше помоги завязать галстук, — буркнул Максим.

Жена молча подошла ближе.

— Не забудь, что Ольга приезжает сегодня из Египта. Ты её встретишь?

— Пусть возьмёт такси…

— Какой же ты!

— Я очень занят, Алла, мне абсолютно некогда.

— Это же твоя дочь…

Максим сделал недовольную гримасу.

— Да вы что все не понимаете, что ли? У меня контракт висит, дел по горло! Пусть возьмет такси, не маленькая. А хочешь, сама встречай.

— Хорошо, иди. Мы поговорим об этом позже, — Алла вздёрнула голову и вышла из прихожей. Максим выбежал из квартиры. Водитель ждал его в машине, просматривая утреннюю прессу.

— Быстрее на Староконюшенный, опаздываем.

Водитель, не говоря ни слова, рванул с места.

Алла умылась и расчесала свои густые тёмно-каштановые волосы. Глядя на себя в зеркало, она подумала, что вот и у неё уже стали появляться первые морщинки и даже несколько седых волос на висках. И это, несмотря на все её усилия по поддержанию молодости и красоты. Конечно, она была старше Макса на целых восемь лет и прекрасно понимала, что совсем скоро эту разницу будет сложно скрывать. Сейчас ей был уже пятьдесят один год, но боже, она ведь чувствовала, что ей, по крайней мере, на 20 лет меньше. Все эти омолаживающие процедуры у самых дорогих косметологов Москвы, массажи, ботокс, умопомрачительно дорогие диеты и тренажёры делали своё дело.

Она любила Макса и ради хоть чуточки внимания с его стороны была готова на многое. На любую крайность, на любой обман, подлость — на всё. И это уже было в её жизни. Очень давно…

Алла встала с пуфика, потянулась и, скинув халат, всмотрелась в своё, отраженное зеркалом, безупречное тело.

Не, ну как смотрится! Ни жиринки на животе, ни пресловутого целлюлита.

А он… Козёл! Ведь никогда её не любил. Так, деньги суёт, подарки на праздники дарит, в компаниях всегда ровный, и только она знала, каким равнодушным он был на самом деле.

Красива! Высокая округлая грудь с вишнёвыми сосками — пусть и силикон, но не все ли равно.

И этот его бизнес…. Ну хорошо, если бы сидел в Москве, а так мотается по городам и весям, лишь бы с ней пореже виделся. Она же знает, всё чувствует.

Алла постаралась переключить свои мысли на что-нибудь более позитивное. Например, на дочь. Сегодня она приезжает после почти двухмесячного отсутствия, и это здорово. Хоть не будет так одиноко. Алла слегка улыбнулась. «Надо сходить в какой-нибудь бутик и купить ей пару обновок. Ну и себе заодно». Женщина выглянула в окно, где на парковке красовалась ярко-алая «Ауди», недавно купленная для неё мужем. Алла улыбнулась в предвкушении приятно проведенного дня и, напевая мелодию популярной песенки, начала одеваться.

В офисе было жарко, и ужасно хотелось избавиться от проклятого пиджака и удушающего галстука. Контракт был наконец-то подписан и Максим готов был вздохнуть с облегчением. Он работал над этими документами почти два года. И вот наконец-то свершилось. Почему-то он не испытывал обычного в таких случаях удовлетворения и радости. Скорее даже, разочарование. И это всё? Вот он сидит, дело сделано, написанная им программа продана за большие деньги, которые ему, в сущности, и не нужны… Теперь все пойдет как по маслу. Его сотрудники отправятся в командировку на пару месяцев, чтобы проследить за установкой программы и за работой всего надлежащего оборудования.

Максим постарался скрыть тяжёлый вздох.

Ронни незаметно подошёл сзади и похлопал его по плечу.

— We have to celebrate this deal. How to say — «обмиват».

— Обмыть, — машинально поправил его Максим. — Ок. Я знаю неплохое местечко, там только свои, никаких левых, давай возьмем ребят туда.

Ронни был неплохим приятелем Максима и его верным партнером уже много лет. В Москву он переехал три года назад из Торонто и усиленно учил великий и могучий русский язык. Он был среднего росточка, щупленький и носил смешные круглые очки. Прекрасно владел джиу-джитсу и специальными навыками по акупунктуре. То, что они вышли на теперешних клиентов, было заслугой именно Ронни. Максу нравилось иметь дело с канадцами. Они были гораздо интеллигентнее американцев и не такие чопорные, как британцы. И вообще, за три года общения с канадцами, Максим пришел к выводу, что они очень похожи на русских. Только водку пить не умели.

В ночном клубе, куда они привезли клиентов, Максим хорошо знал хозяина и начальника охраны. Кроме того, несколько ребят из охраны участвовали с ним в некоторых операциях в былые времена. Как само собой разумеющееся, для Максима, Ронни и их канадских гостей был накрыт самый лучший отдельный столик, в стороне от шума и гама. Ронни тут же стал озираться по сторонам. Каждый раз, когда приятели приходили в какой-нибудь ночной клуб, тот не мог удержаться от искушения познакомиться с какой-нибудь большегрудой русской красоткой. Наблюдая за Ронни, Макс всегда внутренне усмехался.

— Мистер Берёсин, — обратился к Максиму Джо Гартни. — Когда вы приедете к нам в Кэнада, мы повезем вас в один из самых луджих закрытых стриптиз клубов и обещаю вам, вы провэдетэ очаровательный врем.

— Я поеду в Канаду? — Брови Максима удивленно приподнялись, и он вопросительно посмотрел на Ронни. — Думаю, в этом нет необходимости. Ронни может справиться со всем и без моего присутствия.

— Давай, Макс, поехали, — Ронни приобнял Максима за плечи. Он был уже слегка нетрезв.

— Ну что я там забыл, приятель? Я лучше съезжу на Мальдивы или…

— Не-е, Макс, You have to come! Ми будэм путешествовадь вездэ, кте ты хочешь, найдем тефочка для ты.

— Спасибо, приятель, у меня их и так выше крыши…

— No, no, канадиан девочка с большой мягкий попа.

Максим отмахнулся от Ронни, как от назойливой мухи, и обратился к Джо Гартни.

— Спасибо за приглашение, мистер Гартни, но, к сожалению, моё время ограничено. Поверьте, я очень ценю ваше предложение, но…

— Мистер Бересин, — Джо тревожно оглянулся на своего партнера. — На самом деле, это не просто развлекательная поездка. Это деловая поездка.

— А, даже так, — Максим откинулся на спинку дивана. — С этого и надо было начинать, а я-то думал, контракт подписали, и можно отдыхать. Ты слышишь, Ронни…

Джо Гартни смущенно отвел глаза.

— Давайте-ка еще по пятьдесят, — Ронни разлил водку по стопкам.

Джо Гартни снял очки и, достав из кармана носовой платок, начал тщательно протирать стёкла.

— Видите ли, мистер Бересин, наша компания недавно пережила смену президента. То есть совет директоров все в том же составе. Это, конечно, может измениться. Да, конечно, — Джо явно нервничал. — Дело в том, что новый президент компании имеет основания опасаться за свою жизнь.

— Ну теперь у вашего президента есть надежная защита в виде новых технологий и, потом, у него же наверняка есть личная охрана?

— Все дело в том, что наш президент не доверяет начальнику по безопасности.

— Это уже сложнее, — Максим переглянулся с Ронни.

— Её личный помощник доверяет только специалистам из России, и она по какой-то причине хочет работать только с вами.

— Она. Ронни, это баба, черт меня подери, — Максим весело расхохотался. — Тебе это как раз и надо!

Джо Гартни заметно приуныл.

— Да, давненько я не работал телохранителем, — Макс подлил всем еще водки. — Ну а почему ей нужен я?

— Она доверяет только русским.

— Что так?

— Она сама из бывшего Советского союза. Из Киргизии.

— Ладно, давайте выпьем за успех. — Максим приподнял стопку. Бен и Джо чокнулись с ним своими чисто по-русски.

— Хочу только добавить, мистер Берёсин, — произнёс Бен Прокли, до этого молчавший, — Мисс Дина Каримова желает, чтобы вы, как непосредственный разработчик программ по обеспечению безопасности, присутствовали там лично. Также она хочет, чтобы вы обеспечили физическую безопасность президенту компании.

Максим слегка улыбнулся.

— Вы понимаете, надеюсь, что если мне придется работать с вашей леди-босс, это обойдется в приличную сумму?

Канадцы одновременно закивали головами.

— Погодите-ка, я ведь еще не согласился, — Максим внимательно посмотрел на присутствующих. — Ну лады, только у меня такое условие: Ронни договаривается с местными структурами. Мне надо разрешение на оружие и т. д. Я приезжаю инкогнито, осваиваюсь, уточняю обстановку, настраиваю все системы и программы и прочее. Так как у вашей леди есть какие-то основания не доверять охране компании, в которой она работает, мне бы хотелось, чтобы никто не знал, что человек, который занимается системами безопасности их компании, и человек, лично охраняющий президента этой компании — одно и то же лицо.

Было заметно, что Бен и Джо с облегчением вздохнули.

— Кроме всего прочего, я хочу оставаться инкогнито и для вашего президента, — Максим развел руками. — Что поделать, такая служба. Мне все равно с ним не надо иметь напрямую никаких дел. Чтобы избежать каких бы то ни было конфликтов и недоразумений, мы должны составить соглашение.

— Конечно, конечно, мистер Бересин, хоть сейчас.

Максим поморщился и поглядел на часы.

— Ну сейчас уже слишком поздно для дел, сейчас время для развлечений. Дела надо делать на трезвую голову. Ронни, видишь этих двух красоток? Иди-ка подгони их для наших гостей.

Ронни обрадованно вскочил.

— Тьфу ты, да не для себя, для гостей, — Максим потянул партнера за рукав и, вытащив из кармана пиджака пачку денег, сунул ему в руку. — Пусть они развлекаются, а нам надо с тобой поговорить.

Полчаса спустя, убедившись, что их канадские партнеры в надежных женских руках, и договорившись встретиться во второй половине следующего дня, Максим и Ронни неторопливо брели вдоль набережной Москвы-реки. Позади них медленно двигалась черная «Ауди» с водителем.

— Так что ты думаешь, приятель, про все это дело?

— Занятно… Как они тебя сразу в оборот!

— Честно говоря, мне совершенно не нравится идея куда-то ехать сейчас, тем более в Канаду. Я дочери обещал поехать в Испанию. Хочу купить там ещё один домишко… — Макс с силой отшвырнул камешек мыском туфли и остановился у парапета. Глядя на спокойную черную воду, он молчал.

— Макс, это же всего на пару месяцев… Будем надеяться. В конце концов, отдохнешь от своей стервы. Прости…

Максим пожал плечами. Ронни был одним из немногих, кто знал о его семейных проблемах и откровенно ненавидел Аллу.

— Знаешь, Макс, это, конечно, твое дело, но я бы её… Только время теряешь. У меня есть хороший адвокат.

— Отстань, у меня своих адвокатов как кур нерезаных. Дело в другом… — Мужчина тяжело вздохнул.

Вокруг была тишина. Редкая машина проезжала в этот поздний час. Легкий осенний ветер был еще теплым и пах горелой листвой.

— Ты прав, Ронни, мне надо уехать. Может, это пойдет мне на пользу — тряхнуть стариной и заняться активной охраной. Что ты знаешь про эту леди? Почему она не выходит со мной на связь напрямую? Ты ведь разговаривал с Беном.

— Только то, что она приехала из Советского союза много лет назад, служила в полиции, потом в СИСА. Теперь работает личным помощником у президента этой компании.

Максим усмехнулся.

— Ну что ж, придётся поработать с ней.

Он махнул рукой, подзывая водителя.

В подъезде был полумрак, дежурная дремала на диване. Максим поднялся на лифте на свой этаж. Было уже поздно, около четырёх часов утра. Мужчина, стараясь не шуметь, аккуратно открыл дверь ключом. Он хотел потихоньку пройти в кухню, но в это время дверь спальни жены открылась, и в коридор вышла Алла.

— Ну что, нагулялся?

— Нагулялся, — Максим разулся и снял пиджак. — А тебе что не спится?

— Ждала своего мужа, не могла заснуть. Максим, мне надо поговорить с тобой…

— Прямо сейчас?!

— Да, прямо сейчас.

— Ты что, с ума сошла, почти четыре утра, а ей поговорить захотелось! — Максим прошел на кухню и с раздражением сорвал с себя рубашку.

— А какая разница? Ты не спишь, я не сплю. Вот и поговорим. Может, хочешь чай или кофе?

— Какая забота, — Макс недовольно поморщился.

— Я всегда о тебе забочусь, дорогой.

— Ха, еще бы, — Максим достал пачку сигарет и закурил.

— Ты начал курить?

— Нет, просто балуюсь… — Максим сел на стул. — Ну давай, валяй, что там у тебя…

Алла подошла к нему сзади и, обняв за шею, потерлась щекой о затылок мужа.

«Как же он красив», — думала она, оглядывая его мускулистую спину и широкие плечи.

— Я хочу поговорить о нас с тобой.

— О нас с тобой? Налей-ка мне лучше виски. — Максим сбросил её руки со своих плеч.

— Тебе уже хватит. А где ты, кстати, был?

— Ну что тебе до этого?

— Максим, я люблю тебя… Ты же знаешь, — Алла протянула к нему руки. — Подожди, не перебивай меня. Я хочу сказать, что я для тебя готова на все.

— Угу, и чтобы заполучить меня — тоже, — Максим глубоко затянулся. — Мы же договорились не говорить об этом. По крайней мере, пока Ольге не исполнится восемнадцать.

— Ну а потом что? Ей восемнадцать уже через две недели.

— Вот и поговорим потом. А сейчас я хочу спать.

— Но что будет с нами?

— Ничего.

— Ты обещаешь? — Алла в мольбе сложила руки.

— Нет.

— Нет… — Шёпотом повторила Алла

— Хватит уже. Прекрати унижать себя. Что будет, то будет. У тебя есть все, и даже больше, чем надо. В любом случае, ты не потеряешь много.

Максим ввинтил окурок в пепельницу, вышел из кухни и пошел к себе в спальню. Он спал отдельно от своей жены уже более пятнадцати лет. В Алле он видел домохозяйку и даже если ему хотелось интимных отношений, он никогда не воспринимал её как женщину. Он не хотел её. Даже спустя столько лет он мог перечислить все их сексуальные контакты по пальцам. Максим скорее бы пошел и снял проститутку, чем дотронулся до своей жены. От развода его удерживала только Ольга — их дочь, вернее, дочь Аллы, хотя, видит бог, мужчина заботился о ней, д словно она была ему родной. Именно поэтому он ничего не хотел предпринимать с разводом. Для Ольги это был бы шок. Максим сам провел всё детство в интернате, потому что после развода родителей у них просто-напросто не нашлось времени для сына. Он надеялся, что когда Ольга станет совершеннолетней, то примет решение жить с ним.

— Папка, ну наконец-то ты приехал!

Максим открыл глаза. Оля сидела на краю постели.

— Давай, просыпайся уже…

— Привет, котёнок, — он чмокнул дочь в нос. — Сколько сейчас времени-то?

— Извини, я просто не могла дождаться. Ты всё спишь и спишь. Ну сколько можно-то! Давай просыпайся скорее! Что я тебе привезла… — Оля сделала круглые глаза. — Завтрак, кстати, готов и остывает.

Максим наскоро принял душ и, обмотав полотенце вокруг бёдер, пошел на кухню. Алла стояла около плиты и варила кофе в джезве. На ней был темно-синий халат, а влажные волосы локонами спускались по плечам. Максим остановился посреди кухни, потянулся, втягивая ноздрями аромат свежесваренного кофе.

— Папочка, какой ты у меня красавчик! — Ольга сидела за столом и с удовольствием разглядывала отца. — Ты любому моему ровеснику фору дашь.

Максим напряг бицепсы и подтянул живот.

— А что, ты уже встречаешься с каким-нибудь своим ровесником?

— Ну не с ровесником, положим. — Оля хохотнула.

— Могу ли я надеяться, что не с моим ровесником? — Максим прищурился.

— Не многие твои ровесники, к сожалению, выглядят как ты, папка. А со всякими раскисшими пузанами я на свидания ходить не собираюсь.

Алла поставила кофе перед мужем.

— Спасибо, дорогая, — мужчина улыбнулся. — Ты рано проснулась.

— Мне вообще не спалось. А что, это так заметно?

— Разумеется, нет. Ты выглядишь потрясающе, как всегда. Правда, Олюшка?

На людях и при дочери Максим всегда был исключительно вежлив с женой, и никто не мог бы подумать, что у них есть серьёзные разногласия. Конечно, Ольга догадывалась и многое понимала, но никогда не задавала вопросов.

— Да, мне возможно, скоро придётся уехать.

— Ну, это для нас не новость. Ты всегда куда-то уезжаешь.

— Скорее всего, я уеду надолго, так что отметим Олин день рождения заранее.

— Пап, но мы же с тобой в Испанию собирались! — Ольга обиженно надула губки.

— Прости, малышка. Вместо Испании мне придётся ехать в Канаду.

Алла вздрогнула и чуть не выронила чашку из рук.

— Что? Что ты хочешь сказать…

— Да успокойся ты!

— Мам, пап, вы чего? — Оля непонимающе переводила взгляд с одного родителя на другого.

Максим увидел, как глаза Аллы наполняются слезами. Оля поднялась из-за стола.

— Пойду-ка я звякну Верке. Может, мы придумаем что-нибудь на сегодняшний вечер.

Когда Максим и Алла остались на кухне одни, он открыл новую пачку сигарет и, достав одну, закурил.

— Ты что так болезненно реагируешь? Что-то не так?

— А что мне еще остаётся делать, если мой мужчина собирается уходить?

— Ну, я еще не ухожу, я просто еду в длительную командировку. А, в общем-то, ты должна быть готова ко всему. Ты всегда знала, что рано или поздно я уйду от тебя. Тебе меня не удержать.

— Ты все-таки сволочь! — Алла сжала побелевшие губы.

— Беру пример с тебя, милая.

— Я найму хорошего адвоката.

— Тебе он не понадобится. У тебя останется достаточно средств к существованию. Конечно, придётся тебе завязать со своими пластическими операциями. Ну что поделать, другие же женщины обходятся без этого.

— А что ты будешь делать? Или у тебя уже есть кто-то на примете? Я слышала много рассказов о твоих похождениях.

Максим рассмеялся, обнажая ряд ровных белоснежных зубов.

— Нет, ну что ты. У меня по-прежнему никого нет. А все эти россказни про меня и съёмных девочек — ничего серьёзного. Я их трахаю за деньги.

Алла сжала кулаки.

— Ты самый последний сукин сын! Ты еще заплатишь за это.

— Ну-ну, только не надо угроз. Ты каталась как сыр в масле всю жизнь, а теперь, родная, пора и честь знать.

С этими словами Макс затушил сигарету и быстро вышел из кухни.

Самолет летел уже два часа. Максим сидел у иллюминатора и лениво скользил взглядом по проплывающим мимо облакам. Стюардесса подошла и поставила перед ним заказанный ранее виски с содовой. Багажа у мужчины было немного. С собой он взял только сумку с личными вещами, ноутбук и своё оружие, на которое у него уже имелось разрешение. Ронни должен был прилететь через два дня после него. Выпив виски, Максим устало прикрыл глаза и через некоторое время задремал.

Ему в который раз снился один и тот же сон, почему-то всегда черно-белый: темные брызги крови, разлетающиеся в стороны, эхо выстрела, переходящее в крик отчаяния.

Максим проснулся от того, что стюардесса трясла его за плечо.

— С вами все в порядке?

— Спасибо, — Максим постарался вежливо улыбнуться. — Все хорошо, просто что-то приснилось.

— Скоро будут подавать ужин, не хотите ли что-нибудь выпить до этого?

— Пожалуй, еще виски, — рассеяно кивнул в ответ Максим. — Благодарю.

Этот проклятый сон снился ему в течение нескольких лет, с тех пор как…

Мужчина устало вздохнул, прокручивая в голове события почти тридцатилетней давности..…

Глава 2

Колонна мальчиков и девочек, одетых в белый камуфляж, стояла в ожидании своего тренера — могучего великана Герасима, как все его называли. Уже прошло минут пятнадцать, и ребята начали зябнуть, подпрыгивая на месте, чтобы согреться. Максим толкнул своего друга Коляна.

— Поди, проверь, куда он там запропастился.

— Да ну тебя, если так холодно, лучше лыжи накинь, да побегай по кругу.

— Ну тогда я сам схожу, заодно погреюсь внутри, — Максим рванул ко входу, но застрял в дверях, столкнувшись с Герасимом. Рядом с ним стояла долговязая белобрысая девчонка, года на три младше Максима, но с таким дерзким взглядом, что мальчик тотчас же почувствовал к ней неприязнь.

— А ты куда, дружок? — Спросил тренер

— Так просто, холодно что-то стало, думал, погреюсь… — промямлил Максим.

— Иди тогда и грейся, — вдруг подала голос девчонка. — Нечего стоять в проходе. Ну? Чего застыл?

С этими словами она проскользнула мимо него, окатив презрительным взглядом голубых глаз.

Максим, опустив голову и насупив брови, угрюмо последовал за противной выскочкой и тренером.

Герасим, осмотрев строй, подтолкнул новенькую вперед.

— Прошу любить и жаловать — Любовь Дубравина, восходящая звезда биатлона.

По строю пошел лёгкий ропот и смешки. Максим и Колян с усмешкой переглянулись.

Герасим, однако, без улыбки пояснил:

— Люба уже три раза выигрывала в соревнованиях по московской области.

Он оглядел строй ребят.

— Так что она действительно далеко пойдет. И вообще хочу сразу сказать, что вы все должны тянуться друг за другом и быть одной дружной командой. Люба, становись вот между двумя этими парнями, — Герасим указал на Колю и Максима. — Они постарше тебя, будете друг у друга учиться. Ну а теперь пошли!

После тренировки Максим и Колян медленно шли к остановке, помахивая спортивными сумками и лениво обсуждая прошедшую тренировку.

— Эта Дубравина классно все-таки стреляет, — заметил Максим. — Видал, как она всех сделала!

— Неплохо для такой малолетки. Хотя нас она не сделала, — Коля обернулся назад, услышав торопливые шаги за спиной. — Легка на помине.

— Ребята, подождите! — Она помахала рукой. Люба раскраснелась от бега, из-под серой кроличьей шапки выбивались светлые волосы. — Можно я с вами?

— Пойдем уж, — буркнул Максим. — Если ты только не будешь выпендриваться.

— А в чем, собственно, дело? — Люба остановилась. Глаза её сузились. — Я не такая уж и воображала. Я просто знаю, на что я способна.

С этими словами девчонка подхватила ребят под руки, и так втроём они зашагали к остановке.

C тех самых пор они стали дружить. Их всегда видели вместе. Люба, Колян и Макс почти каждый день встречались после школы и шли в местный тир попрактиковаться в стрельбе из винтовки. Спустя года три родители Коляна получили высокооплачиваемую работу где-то в Сибири, и друг покинул их. Максим после того, как закончил десять классов, поступил в техническое училище имени Баумана. Он был очень занят учебой, спортом, кроме биатлона он решил заняться самбо, однако, всегда находил время, чтобы повидаться с Любой.

Люба заканчивала восьмой класс, за ней увивался целый рой кавалеров, но у неё почти никогда не хватало времени на свидания. Она участвовала в соревнованиях по биатлону. Ездила вместе с Максом на чемпионаты Европы во Францию, Германию.

Неожиданно для себя юноша понял, что влюбился в свою подружку. Ни у одной другой девушки он не видел таких бездонных синих глаз, обрамленных бархатистыми дугами бровей. Её кожа была смуглая и нежная как персик. Губы её были такими, что, разговаривая с ней, Максим с трудом удерживался, чтобы не впиться в эту пухлую мякоть. Тем не менее они оставались очень хорошими друзьями. Макс боялся показать свои чувства Любе, боялся, что это может помешать их дружбе. Он отчаянно ревновал её к другим парням, ждал от неё телефонных звонков, даже начал курить.

По крайней мере раз в неделю Люба заходила к парню на чашку чая. Она обожала зеленый жасминовый чай, и тот всегда держал запасную пачку в шкафчике. Максим помнил, как она, подогнув длинные ноги под себя, сидела на диване и, жмурясь от удовольствия, пила чай из широкой пиалы. Такими вечерами они подолгу разговаривали, и Люба уходила, как правило, около двух часов ночи. Макс провожал её до дома, примерно три автобусные остановки, а потом шел обратно, засунув руки в карманы и мечтательно глядя на звезды. Жил он один, снимая однокомнатную квартиру на Соколинке. Он привык к самостоятельности с тех пор как родители уехали в Питер пять лет назад.

Это случилось в Минске, когда они приехали на республиканские соревнования по биатлону. Спортсменов расселили в гостинице «Минск». Вся их команда заняла два этажа. Любу поселили с двумя другими девушками. Комната Максима располагалась в другом конце коридора. Он попросил главного тренера об отдельном номере, пришлось даже доплатить. Он надеялся, что Люба будет заходить к нему в гости на чай. Конечно, все ребята из их команды знали про их давние дружеские отношения, но Максим все же не хотел лишних сплетен и кривотолков. К сожалению, Люба была очень занята, и у неё не было времени зайти к своему приятелю, даже чтобы перекинуться словечком, и видеться им доводилось только во время соревнований. Максим выкурил немало сигарет, одиноко стоя вечерами на балконе, наблюдая, как к подъезду их гостиницы подъезжает очередная машина, и какой-нибудь поклонник увозит его любимую девушку на дискотеку. Он чувствовал свою ненужность и еле сдерживался, чтобы не напиться. Максиму было совершенно наплевать на то, что к нему неровно дышит большая половина женского коллектива биатлонисток.

В тот вечер Макс, как всегда проводив ревнивым взглядом вишнёвую пятерку, увезшую Любу, выкурил сигарету, достал винтовку и начал её чистить. После этого делать было особо нечего, поэтому он, перебрав все телевизионные каналы и не найдя ничего интересного, выключил телевизор и, раздевшись, лег на кровать. Ему было тоскливо. Он представлял, как веселится Люба в дискобаре, танцует, прижимается к какому-нибудь парню, а потом… Что потом?.. Может, у них что-то будет позже… Он не хотел об этом думать, но не мог сдержаться. Наверное, было уже часа три ночи, и Максим заснул, сам не зная как, когда внезапно услышал торопливый стук. Он не сразу понял, что это. Сел на диване. Стучали к нему в номер. Наскоро обернув простыню вокруг бедер, он, натыкаясь на мебель в темноте, подошел к двери.

— Кто там?

— Пусти… — Это была Люба. Её голос звучал глухо.

Максим распахнул перед девушкой дверь.

— Заходи, — он щелкнул выключателем, зажигая свет. — Что случилось?

Люба стояла перед ним, промокшая насквозь. Волосы тяжелыми прядями свисали по плечам, тушь растеклась, а ярко-красная помада размазалась по подбородку. В глазах стояли слезы. Сердце Максима сжалось и ухнуло вниз.

— Пусти меня. Ну чего ты так смотришь?

Максим молча отстранился. Люба прошла в комнату и включила настольную лампу.

— Ты что вся такая мокрая? Ты где была?

— Максик, миленький, не спрашивай меня ни о чем сейчас, — она тяжело опустилась на диван и закрыла лицо руками.

Он присел перед ней на корточках.

— Что с тобой, малышка? Ну давай, говори. Ты же знаешь, ты все мне можешь сказать, я же почти твой брат.

Она резко вскинула голову и зло произнесла.

— Вечно ты весь такой правильный, весь такой… А я, может, не хочу, чтобы ты был моим братом! Не хочу!

— Ну хорошо, я не буду… твоим братом.

— Ты прям как деревяшка, красавчик, — Люба всегда так называла Макса. — Или кусок льда.

Люба встала с дивана. Максим продолжал сидеть на корточках. Девушка обвила руками его шею.

— Я хочу, чтобы ты был у меня первым мужчиной.

— Что?

— Не притворяйся глухим, ты знаешь, что я имею в виду.

Максим выпрямился. Он не мог поверить услышанному.

— Я? Первым? А кто будет у тебя вторым, третьим?

Люба устало вздохнула и опустила голову.

— Пожалуйста, красавчик, я хочу стать женщиной только с тобой. Мне нужен ты.

Максим молча прошел в ванную, и, сняв с вешалки белый махровый халат, протянул его Любе.

— На, переоденься, ты можешь заболеть. А я сделаю тебе чай. Будешь свой любимый?

— Макс, ты что, дурак? Я же не шучу. Неужели ты не хочешь меня? Да брось ты эту простыню наконец!

— Слушай, принцесса, — Максим подтолкнул её в сторону ванной комнаты. — Дело не в том, хочу я тебя или не хочу, дело в моменте и в нас с тобой. Иди успокойся, и мы все обсудим после.

— Какой-то ты не такой, красавчик. Ты или последний идиот, или… Или, может, гей? А?

— Нет, не гей, но точно дурак, — пробормотал Максим, закрывая за девушкой дверь.

Когда, спустя пять минут, Люба вышла, умытая и причесанная, Максим уже успел натянуть джинсы и заварить чай.

— На, — он протянул ей пиалу. — Садись в кресло, а я, пожалуй, налью себе чего-нибудь покрепче

— Вот ты весь такой рассудительный, с тобой всегда просто и всегда так тяжело, — провожая его взглядом, проговорила Люба. — А почему бы тебе не отбросить все это и не быть, как все парни?

— Это не от такого ли парня ты сбежала сегодня?

— А, он был просто козел, руки решил распускать…

— Ну так все парни такие, — Максим ухмыльнулся. — Ты хочешь, чтобы и я был таким же?

— Только со мной, красавчик.

Максим судорожно вздохнул.

Люба отставила пиалу и встала.

— Скажи, у тебя был уже кто-то?

— Ну, Люб, ты же знаешь… Я слишком занят… Конечно, девчонкам я, по по-видимому, нравлюсь.

— А в институте? — Она подошла к нему ближе. Теперь они стояли друг напротив друга, и их глаза были на одном уровне.

— Ты что, Макс, девственник еще?

Лицо парня пошло красными пятнами.

— Ну ты хоть целоваться умеешь? — Люба положила ладони на его обнаженные плечи.

— Это я умею, — он с нежностью провел пальцем по её щеке.

— Скажи, если я признаюсь тебе, что всегда была влюблена в тебя, ты сильно удивишься?

Сердце Максима на миг остановилось, а потом сильно-сильно застучало в груди. Он взял её руки в свои и крепко сжал их.

— Удивлюсь. Почему ты так долго молчала и почему ты бегала на свидания с другими парнями?

— Я такая глупая, красавчик, я боялась. Боялась, что ты посмеешься надо мной, разложишь все по полочкам, погладишь по головке, начнешь успокаивать… А другие парни… Мне никто не нужен, кроме тебя. Ты самый лучший. Ты — мой.

Люба приблизила губы к его губам и прошептала.

— А теперь покажи, как ты умеешь целоваться.

Максим не мог поверить в происходящее. Сколько раз, глядя на прекрасное лицо Любы, он боялся, что не сдержит своих чувств. Он на миг зажмурился, и в этот момент почувствовал на своих губах её. Дыхание перехватило, и он, отбросив все условности, впился в них долгим и страстным поцелуем.

— Ох, красавчик, — простонала она. — Какой же ты! О… Пожалуйста, давай сделаем это. Я хочу тебя…

Максим на миг отстранился.

— Любовь моя, а вдруг ты будешь жалеть об этом?

— Никогда, — задыхаясь, прошептала девушка, сильнее прижимаясь к нему. Максим простонал.

— Люба, Любушка, что ты со мной делаешь…

Он на секунду оторвался от её губ, быстро снял джинсы и осторожно развязал халат на Любе. Она была прекрасна. Прекраснее, чем он даже мог себе представить. Округлая грудь, увенчанная нежно-розовыми затвердевшими сосками. Тонкая талия, аккуратный пупок и холмик шелковистых белокурых волос внизу, там, где соединялись её безмерно длинные стройные ноги.

Люба, не отрываясь, смотрела на обнаженного Максима, и от её взгляда его мужественность становилась твёрже.

— Любка, принцесса моя, — хрипло простонал Максим. — Ты будешь моей. Я люблю тебя, я так люблю тебя.

Он зарылся лицом в её волосы. Её руки крепко вцепились в его плечи. Они опустились на диван.

— Прости, я не знаю, что надо делать, чтобы тебе понравилось… Глупо… Я вообще ничего не знаю. Прости…

— Не бойся, родной, я тоже не знаю, — она покрывала его плечи поцелуями. — Просто люби меня. Делай со мной, что хочешь.

Она лежала навзничь, глядя на него своими невинными голубыми глазами, и просила взять её. Максим начал целовать её брови, нос, шею. Ладони накрыли её грудь.

— Я боюсь тебе сделать больно, малышка, — он не мог больше ждать. Еще минута, и он мог просто взорваться. Задыхаясь от возбуждения, он одной рукой раздвинул её ноги. Его губы скользнули вниз и остановились в ямке между ключиц. Юноша резко выдохнул. Зажмурил глаза. Господи, сейчас это наконец-то случится!

Люба выгнулась ему на встречу. Максим стрелой вонзился в её тело, разрывая плоть. Люба тихо вскрикнула и прильнула к нему, словно отдавая всю себя. Максим почувствовал, что взрывается. Мириады звезд взвились у него перед глазами. Он застонал и приник губами к шее Любы, шепча её имя.

Когда он открыл глаза, казалось, прошла вечность. Он сжимал руку Любы. Она с нежностью глядела на него, по её лицу текли слезы.

Он сел на кровати.

— Я сделал тебе больно. Прости. Ты плачешь…

— Дурачок, — она села перед юношей на колени, погладила его плечи. — Я просто плачу… Не знаю почему. Я просто счастлива.

— Прости, я не хотел, чтобы тебе было больно, и чтобы ты плакала. Ну и, так все быстро произошло.

— Не надо, красавчик. Девчонки говорили, что так всегда бывает первый раз. Но мне кажется, что это лучше, чем я представляла. Я согласна повторить еще пару раз, — Люба шаловливо улыбнулась. — Надеюсь, у тебя хватит сил?

Максим опустил голову.

— Знаешь, у меня больше нет сил… сдерживаться!

И он с диким рычанием повалил Любу на кровать.

Максим проснулся от того, что что-то щекотало его нос. Он открыл глаза. Люба, склонившись над ним, водила кончиками своих волос по его щеке и хитро улыбалась.

— С добрым утром, красавчик.

Максим лениво потянулся и зажмурил глаза.

— Какое яркое солнце… Сколько времени-то?

— Достаточно, чтобы я уже соскучилась по тебе.

Макс приподнялся на локте.

— Ты серьёзно? Тогда покажи мне, как ты соскучилась, а то я как-то тебе не верю. Уж больно хитрый у тебя вид.

Люба наклонилась к парню и нежно его поцеловала. Максим судорожно вздохнул.

— А ты знаешь, похоже, я тоже соскучился по тебе, — с этими словами Максим обнял девушку и крепко прижал её к себе. — Ты чувствуешь, как я соскучился по тебе, принцесса?

Они опять занялись любовью, потом пили свежесваренный кофе, перемежая его поцелуями, потом вместе принимали душ, где в который раз не смогли сдержать страсть.

Они чуть было не забыли, что им еще надо на тренировку.

По пути туда они шли, держась за руки.

— Подумать только, Макс, я знаю тебя столько лет, и мы наконец-то вместе по-настоящему, — задумчиво произнесла Люба. — Ты знаешь, я так рада, что у нас это произошло…

— И что ты теперь будешь делать с этим? — Настороженно спросил Максим. — Теперь, когда ты большая девочка?

— Как что, красавчик? Пойду во все тяжкие. Дурачок, — Люба прижалась щекой к его плечу. — Я же сказала, что люблю тебя уже давно. Мне нужен только ты.

Они остановились и теперь стояли, глядя друг другу в глаза. Максим снял перчатку и провел пальцем по холодной щеке девушки.

— Я всегда буду любить тебя, малышка. Всегда. Помни об этом.

Глава 3

Максим закончил Бауманский с красным дипломом. Ему наперебой предлагали работу по контракту за границей, но он считал, что не готов покинуть Советский Союз и мечтал в будущем открыть своё охранное агентство. За каждую написанную компьютерную программу ему платили очень хорошие деньги. Естественно, делалось это не совсем легально, но проблем у Макса не возникало. Люба училась на третьем курсе Института Международных Отношений, на вечернем отделении экономического факультета. Молодые люди встречались, по крайней мере, раза три в неделю. Частенько они проводили время в тире, соревнуясь друг с другом в стрельбе по движущимся мишеням.

Однажды Люба прибежала к Максиму необычайно счастливая и возбужденная. Максим в это время сидел за компьютером и что-то печатал.

— Красавчик, отгадай, что сегодня произошло?!

— У нас будет ребёнок?

— Глупый, мне предложили работу. В настоящей заграничной фирме! Они только начали осваивать просторы нашей родины.

Максим повернулся к Любе.

— Молодец, малышка, рад за тебя. Ты думаешь, ты выдержишь и учебу, и работу?

— Макс, это такой шанс для меня. Это канадская компания, и я могу использовать свои познания в английском и французском. Так что…

— А как же спорт, Люба?

— Максик, ну я же уже мастер спорта. Ну куда мне дальше-то…

— А я? Как же я без тебя? — Максим притворно насупился и надул губы.

— Я люблю тебя, красавчик! Когда ты будешь готов, закончишь институт и вообще-то я могу стать твоей женой.

— Всегда готов! — Отрапортовал Максим и стал расстегивать пуговицы на её блузке.

Компания, в которой Люба начала работать, занималась новыми технологиями в нефтегазовой индустрии. Шёл девяносто первый год, и обновленная Россия была очень привлекательным куском на рынке мирового бизнеса. Несмотря на свою юность, девушка получила очень престижную должность помощника финансового администратора. Перед тем, как выйти первый день на работу, она, её подруга Зоя и Макс провели полдня в походах по магазинам, выбирая Любе одежду для работы в офисе.

— Если у тебя все получится, и все пойдет хорошо, рыбка моя, то я тебе сделаю классный подарок, — сказал Макс. — Но не раньше следующей недели.

— Подарок? — девушки переглянулись. — Это интересно.

— Наверное, кольцо, — шепнула Зоя на ухо Любе.

— Не-а, вряд ли, — протянула та. — Скорее всего, что-нибудь из оружия, винтовку новую или еще чего…

Максим хитро усмехнулся.

— Теперь тебе уже не винтовку надо, а «Магнум». Растёшь, принцесса.

Зойка обняла подругу за плечи.

— Везёт же тебе, Любка. Он тебя так любит, твой красавчик.

Та в ответ счастливо рассмеялась, взяв Максима за руку.

В первый же день Люба была представлена всем сотрудникам компании. Всего она насчитала около двадцати человек, половина из них были женщинами, три из них — канадского происхождения. Девушка сразу почувствовала на себе оценивающие взгляды будущих коллег. Русские женщины смотрели на неё, кто скептически, кто с откровенной неприязнью. Мол, посмотрим, на что ты годишься, фифочка малолетняя. Канадки в основном улыбались и выглядели дружелюбными. Мужская половина и не старалась скрыть своего восхищения.

На Любе был надет темно-зеленый костюм и салатовая блузка в тон. Юбка, чуть приоткрывающая колени, подчеркивала стройность её длинных ног. Волосы цвета спелой пшеницы были убраны в низкий пучок. Легкий макияж, ничего лишнего — она выглядела профессионально и была совершенно неотразима.

— Вот ваш кабинет, — секретарь Алла открыла дверь офиса. — Президент нашей компании Нолан Паркер будет около часа дня. Ты хоть по-английски-то шпрейхаешь?

— Speaking, — машинально поправила Люба, оглядываясь.

Секретарша хмыкнула и удалилась.

Нолан Паркер оказался приятным мужчиной лет тридцати с интересным выразительным лицом. Сначала он старался говорить с Любой на ломанном русском, но поняв, что она прекрасно ориентируется в английском языке, перешел на свой родной. Их разговор занял около часа, и за это время секретарь Алла дважды приносила им кофе. Любе не понравилось то, как та с неприязнью смотрела на неё, но потом девушка смекнула, что у Аллы по-видимому есть свой интерес, и Любе даже стало смешно. В течение следующей недели секретарша продолжала так же холодно вести себя по отношению к Любе, и наконец-то девушка решила расставить точки над «i» и выяснить отношения.

— Послушайте, Алла, — сказала она, когда та положила папку с бумагами на стол с такой силой, что Люба даже вздрогнула. — У вас какие-то неприятности? Может, я каким-то боком в них замешана?

— С чего вы взяли, Любовь Сергеевна?

— Можете называть меня просто Любой, — девушка встала и вышла из-за стола. — Алла, вот уже в течение некоторого времени я замечаю, что вы как-то раздражаетесь при виде меня. Может, со мной что-то не так, пуговица оторвалась, там, от пиджака или юбка слишком короткая? Вы мне скажите, и я исправлюсь, только не смотрите на меня зверем, это мешает мне в работе. И я думаю, господину президенту не понравится снижение моей продуктивности.

— Ну что вы, Любовь Сергеевна, ничего подобного, — Алла сжала губы. — Все просто замечательно.

— А теперь по поводу господина президента… Если вы думаете, Аллочка, что я каким-то боком-припеком покушаюсь на вашего шефа, то вы можете дышать глубоко и спокойно — у меня есть своя личная жизнь и любимый человек в этой жизни, и на работу я прихожу работать, а не флиртовать. А теперь, Алла, я попрошу закрыть за собой дверь с обратной стороны. И постарайтесь больше меня не беспокоить без нужды, — Люба села за стол. — Да, и кофе мне сегодня больше не приносите…

Как только за секретаршей закрылась дверь, Люба набрала номер телефона Максима.

— Привет, красавчик. Заедешь за мной на работу?

— Вообще-то у меня срочный заказ, но если ты хорошо попросишь… А что случилось?

— Да нет, так просто. И да, захвати наши винтовки, сходим постреляем.

— Ну вот, я так и знал — опять попала в какую-то кашу.

Люба радостно рассмеялась в ответ на слова своего парня и повесила трубку. Наверняка эта старая вешалка будет подглядывать за ней в окно, как обычно. Пусть она увидит, какой у неё классный молодой человек. Насчет старой вешалки Люба, конечно, преувеличивала. Алла хоть и была лет на десять старше её, но отличалась красотой и стилем. Особую яркость ей придавали каштановые волнистые волосы, выразительные карие глаза и пухлые губки. Высоким ростом Алла не отличалась, но фигура её оставалась стройной и красивой, благодаря специальной диете и различным массажам. Если бы не её завистливая и вредная натура, она могла быть самим совершенством.

Максим подъехал к зданию на Маяковского и, припарковав свою новенькую «Ладу», вышел из машины. На нем были «вареные» голубые джинсы и красная футболка с надписью «Marlboro». Темные, коротко подстриженные волосы были зачесаны назад. Бронзовый загар подчеркивал зелень его глаз. Он запрокинул голову, выискивая Любино окно. Она всегда махала ему рукой, когда он приезжал. Вот и сейчас, увидев её, он улыбнулся.

— Это твой бойфренд? — Нолан Паркер подошел к окну. — Красавчик…

— Я знаю, — Люба не могла скрыть гордость.

— Такой крепкий… И машина у него новая. Он, случайно, не бандит? Девушка расхохоталась.

— Боже мой! Он только что закончил Бауманское училище, и он классный программист, между прочим. У него нет отбоя от заказчиков. И еще он чемпион России по биатлону.

— Ну надо же, Ливан, — Нолан так называл Любу. — Где вы друг друга нашли?

— О, я знаю Макса давно, еще с тринадцати лет. Мы с ним всегда были хорошими друзьями.

— Друзьями? — Паркер хмыкнул. — Наверное, очень хорошими друзьями?

— Ну…

Президент громко расхохотался.

— Ладно, иди, приятного тебе вечера. Идёте ужинать?

— Да нет, пострелять в тир.

— И ты тоже?

— Конечно, я тоже неплохо стреляю, — Люба скромно потупила глаза.

Проходя мимо секретарши, Люба обратила внимание, что та избегала глядеть на неё. «Подслушивала», — подумала Люба. Выбежав на улицу, она упала в объятья Максима и, отвечая на его поцелуй, краем глаза заметила мелькнувшее в окне лицо Аллы.

После тира, вдоволь настрелявшись, Максим привез Любу к себе домой. Заварив её любимый чай, он дождался, когда девушка наконец расслабится, усевшись со своей неизменной пиалой на диване.

— Ну а теперь рассказывай, — сказал он.

— О чём? — Люба удивленно приподняла брови.

— Что там у тебя происходит на работе, что ты вызываешь меня к своему офису?

— Какой же ты, красавчик, от тебя ничего не укроешь.

И Любе пришлось рассказать в красках и лицах все её перипетии с секретаршей.

— А что по поводу этого твоего шефа?

— Дурачок ты, красавчик, неужели ты еще будешь ревновать?

— Ну я не знаю, принцесса, наверное, тебе как-то придётся доказать свое искреннее расположение ко мне, — Максим подставил девушке губы для поцелуя. — Можете начинать.

Люба, расхохотавшись, чмокнула его в губы.

— Я прощена?

— Почти, — Максим взял из её рук пиалу и отставил в сторону. — Давай я помогу тебе переодеться в костюм нашей прародительницы.

— У, ненасытный, — с придыханием проговорила Люба, прижимая его голову к своей груди.

После занятий любовью они долго лежали, обнявшись.

— Мой чай остыл, — Люба игриво надула губки.

— О, какое горе! Придётся вам, моя принцесса, умереть от жажды, а может и от чего-то другого, — Максим жадно поцеловал её в грудь.

— Я готова, милый…

Максим сел на диван. Неожиданно тон его изменился.

— Люба, нам надо поговорить.

— Что-то случилось? — Она села рядом с ним.

— Я не знаю, как тебе сказать…

— Что? — Внезапно охрипшим голосом спросила Люба. — У тебя есть другая?

Он изумлённо посмотрел на неё.

— Ты что, с ума сошла? Мне никто и никогда кроме тебя не будет нужен. Как тебе могло только на ум такое прийти? Нет, дело в другом… Я… Мне надо уехать.

— К… куда?

— Я записался в военный лагерь.

— Ты что, с ума сошел? Зачем тебе это? А как же я? — Люба вскочила с дивана и, набросив халат Максима, забегала по комнате.

— Принцесса, ну это всего на год.

— Да ты что! Максик, миленький, ну подумай, зачем тебе это, ну?

— Люба, я так решил.

Макс подошел к окну, стоял, слегка ссутулившись, нервно постукивая пальцами по подоконнику, отвернувшись от девушки.

— Ты помнишь, я давно тебе говорил, наверное, лет восемь назад, что я хочу открыть свой бизнес. Ты помнишь какой?

— Ну, что-то связанное с охраной. Но… Но ты закончил институт, ты высококлассный программист…

— Вот именно, Люба, я программист. А ты знаешь, какие я программы по безопасности могу делать? Плюс у меня за плечами пятнадцать лет биатлона. Я могу, не глядя, попадать в цель из любого оружия… Три года занятий самбо… А теперь все мои навыки надо объединить для нашей же с тобой цели, малышка, для нашего будущего.

— Но…

— Я так решил, принцесса, я должен это сделать. — Максим подошел к девушке и, взяв за плечи, заглянул в её глаза. — Это всего год. К тому времени ты почти закончишь институт, привыкнешь к работе, — затем его губы растянулись в хитрой ухмылке. — Или ты боишься, что вокруг слишком много парней, и ты забудешь меня?

— Ну это возможно, — лукаво улыбаясь ответила Люба. — Если только ты не сделаешь так, чтобы я не забыла тебя.

Она обхватила руками его торс.

— Вот ты какая! Супергорячая штучка. Но это не пройдет, — Максим схватил Любу поперек туловища и бросил на диван. — Я сделаю по-другому! Лежи здесь и жди меня.

Он быстро натянул на себя джинсы и рубашку, скрылся в прихожей и через минуту появился, держа в руках ключи.

— Это тебе. Пока меня не будет, ты будешь ездить на машине и вспоминать меня добрым словом.

— Что это? Машина? — Люба округлила глаза. — Ты спятил. Я даже водить не умею!

— Ерунда, научишься. Я могу многому тебя научить, бестолковая девчонка. А теперь живо на балкон.

— Красавчик… — Глядя вниз, прошептала Люба. — Откуда такая тачка? Что это?

— БМВ 520, последняя модель, между прочим. Тебя устраивает цвет, принцесса, или тебе какой-нибудь другой?

— Откуда у тебя столько денег? Боже мой, это чудо!

— То ли еще будет, принцесса. Одна из моих программ ушла сходу и вот, смотри…

Максим обнял Любу за плечи.

— Но почему мне? Почему не себе, красавчик?

— Любушка, ты — самое лучшее, что есть у меня в жизни. Ты моя, и у тебя должно быть все самое-самое.

— Я люблю тебя, — девушка прижалась к парню.

Они спустились вниз. Автомобиль был перламутровый, цвета слоновой кости, с такого же оттенка кожаным салоном. Максим протянул ей ключи, — садись, принцесса, или боишься, ноги не поместятся?

Люба нерешительно открыла дверь.

— Макс, ты просто чудо, — она провела рукой по оплётке руля. — Но что я буду делать с ней? Мне же надо как-то учиться водить…

— Не беда, научишься. А теперь открывай бардачок и смотри, что там еще для тебя есть.

Люба вопросительно взглянула на молодого человека.

— Давай, давай, у нас нет времени.

В бардачке лежал абсолютно новый пистолет Макарова

— О Господи! — Глаза девушки расширились, она жадно схватила оружие в руки. — Это тоже мне?

Максим радостно засмеялся. Только его девушка могла так безумно радоваться такому подарку, как будто это были бриллианты. И только они получали огромное удовольствие, проводя свободное время в тире, а не на дискотеке.

— Ну а теперь поедем-ка на природу, постреляем.

Люба взвизгнула от восторга и обхватила Макса за шею.

Через полчаса они уже ехали по Горьковскому шоссе. Максим сидел за рулем. Люба радостно улыбалась.

— Когда я уеду, ты, самое главное, не забывай практиковаться в стрельбе, — поучал её юноша. — Я понимаю, ты будешь очень занята, но все же… Это очень важно. Нельзя же все пятнадцать лет коту под хвост.

Они приехали к небольшому посёлку, располагавшемуся километрах в тридцати от Москвы. Сразу за жилыми домами был небольшой карьер, окруженный плотной завесой ельника. Иногда в этом месте собирались игроки в пейнтбол, но в основном там было безлюдно.

— Что ты предпочитаешь, сначала заняться любовью, а потом пострелять, или наоборот? — Спросил Максим, вытаскивая из багажника свою винтовку двадцать второго калибра.

— Ну как тебе сказать, — Люба пожала плечами. — Наверное, все-таки пострелять.

— Эх ты, рассуждаешь, как будто мы десять лет в браке, — он рассмеялся.

Они расставили мишени.

— Мне не терпится, красавчик. Он такой хорошенький, так уютно лежит в руке…

— О-о, — Максим прижал девушку к себе. — Ты говоришь о пистолете или о чем другом?

Они рассмеялись.

— И когда ты собираешься уезжать? — Спросила Люба Максима, когда они ехали назад. За окном был теплый вечер. Небо было оранжевым в отблеске заката. Макс помолчал. Вздохнул.

— Месяца через два. Мне надо доделать кое-какие дела, вот научить тебя водить надо… Ну и просто побыть с тобой.

— Не знаю, — Люба в задумчивости провела пальцем по щеке юноши. — Как я буду без тебя…

— Ничего, принцесса, учись, работай, время быстро пройдет, не успеешь соскучиться.

— Мне страшно, милый… — Прошептала она, проводя рукой по его плечу.

— Я буду тебе писать, солнышко, хочешь, каждый день?

— Хочу, — Люба рассмеялась. — А я буду писать тебе ответы каждый день.

Алла стояла на лестничной площадке и курила. Открылась дверь, и в неё просунулось пухлое тело бухгалтера Розы Николаевны.

— Аллочка, вас шеф к себе вызывает. Что-то у него там срочное…

Алла недовольно поморщилась и затушила окурок.

Быстро глянула в зеркало, поправляя прическу, и открыла дверь в кабинет Паркера. Он был не один. Напротив Нолана сидел молодой человек в сером костюме.

— Вызывали? — Алла вопросительно взглянула на шефа.

— Алла, дорогая, познакомься, это мой племянник Аллан. Аллан Паркер. Он — начальник безопасности нашей компании в Торонто. Приехал получить, э-э-э, некоторый опыт работы в России. Я думаю, это будет очень полезно, особенно потому, что ваша страна так загадочна и необъяснима.

Алла сдержанно улыбнулась и протянула гостю руку.

— Приятно познакомиться. Добро пожаловать в наш коллектив.

Нолан Паркер повернулся к своему племяннику.

— Алла — мой личный помощник, секретарь. Она прекрасный работник.

Аллан вопросительно посмотрел на молодую женщину. По его губам пробежала тень усмешки.

— Вы свободны, Алла, — Нолан кивнул головой

Алла вышла и, дождавшись, когда за ней плотно закроется дверь, со злостью пнула свой стол.

— Козел!

— Вы что — то сказали? — В это время в дверях появилась Люба. В руках она держала толстую папку с документами.

— Да так, вам послышалось… А вы идёте к шефу, Любовь Сергеевна? Тогда боюсь, вы не вовремя. Он занят с новым начальником безопасности.

Алла встала из-за стола, загораживая дверь в кабинет Паркера.

— Не думаю, что он занят для меня, — Люба смерила личного помощника Нолана ледяным взглядом. — Он только что настойчиво вызывал меня к себе, потому что вас, Алла, по всей вероятности, не было на рабочем месте. Отойдите же наконец.

Люба, высоко подняв голову, отодвинула секретаршу и потянула ручку двери на себя.

Молодого мужчину, сидящего напротив её начальника, она видела впервые. Мельком взглянув на него, Люба обратилась к шефу.

— Мистер Паркер, вы хотели меня видеть? — Краем глаза она заметила, что незнакомец оглядывает её с головы до ног.

— Браво, красавица, — он вдруг захлопал в ладоши. Люба удивленно приподняла брови. — У вас изумительный английский. Странно слышать в вашей стране такое произношение. Если бы я не знал, что вы русская, я подумал бы, что вы откуда-то из Северной Америки.

— Я учусь в институте международных отношений.

— Студентка на практике!

— Ливан, — Паркер вышел из-за стола. — Я хочу представить тебе своего племянника Аллана.

Молодой человек приподнялся и поклонился Любе.

— Любовь.

— А дядюшка вас называл по-другому.

Люба пожала плечами.

— Такие уж у нас сложные русские имена. Ваш дядя просто решил упростить моё для себя.

— А что означает ваше?

— «Любовь» — это значит «love».

— О, замечательно, я, пожалуй, вас так и буду звать. Лав.

Нолан подошел к Аллану и похлопал его по плечу.

— Аллан — начальник службы безопасности. Приехал из Торонто. Я бы хотел, Ливан, чтобы ты помогла ему освоиться, ну там, сходи с ним на пару экскурсий, покажи ему Москву. Там в ресторан какой-нибудь сходите, фирма оплатит.

— Ладно, — Люба пожала плечами. Она хорошо знала Москву и могла показать и рассказать о многих интересных исторических местах. Вот если этот Аллан еще не смотрел бы на неё таким похотливым взглядом. Почему-то ей сразу не понравился этот человек, хотя в их небольшом разговоре не было ничего неприятного.

Нолан тем временем продолжал что-то говорить своему племяннику.

— Ливан — помощник главного экономиста. Та сейчас в отпуске, и у Ливан много дел, но я думаю, что она все-таки найдет время после работы.

«Да, — думала Люба. — Время у меня еще только с тобой гулять по ночной Москве. У меня тут мой парень вот-вот уедет»

— Чрезвычайно приятная встреча, — Аллан взял Любу за руку и поднёс её к губам. — И очень многообещающая. Скоро увидимся, Лав. И да… Зовите меня просто Аллан, это нас быстрее сблизит.

Люба оглянулась на шефа.

— Я могу идти, мистер Паркер? Мне надо отправить контракт…

— А мы можем увидеться сегодня сразу после работы.? Я остановился в гостинице Метрополь. Там неплохие номера…

— К сожалению, мистер Паркер, я занята, — Люба с трудом сдерживала раздражение.

— Оставь её, Аллан, — шеф слегка поморщился. — Она очень занятая молодая лэди.

Аллан с сожалением проводил взглядом уходящую Любу

— Тогда я скоро загляну на кофе, — крикнул он ей вдогонку.

Как только за девушкой закрылась дверь, Аллан повернулся к дяде.

— Откуда ты взял такое чудо?

— Успокойся, Аллан, она не для тебя. Слишком чиста и юна. К тому же, у неё есть жених. Давай-ка лучше обсудим твои обязанности здесь.

— Нет, подожди, — Аллан присел на край стола. — Я не могу успокоиться. У этой штучки такие ноги, ух, я просто могу вообразить, какова она в постели…

— Аллан, еще раз повторяю, эта девушка не для тебя.

Нолан вышел из-за стола.

— А кто, кто для меня?! Не твоя ли стерва-секретарша?

— И еще я хочу попросить тебя, мой дорогой племянник, обращаться с моими сотрудниками с уважением. Это просто переходит все рамки приличия. Если перед тобой красивая женщина, это вовсе не значит, что она должна прыгать к тебе в постель. Запомни ты это!

— Ну с этим еще можно поспорить, — пробормотал Аллан, устраиваясь в кресле поудобней. — Давай, дядя, пора уж переходить к делу, коль ты не хочешь говорить со мной о более приятных вещах…

До конца рабочего дня Люба так и не смогла сосредоточиться. Отослав контракт по факсу и переделав свои дела, она поймала себя на мысли, что так и не может не думать об этом Аллане Паркере. Ну подумаешь — тип как тип, хоть и иностранец. Внешне вполне презентабельный, интересный мужчина, но вот что-то в нем не так… То ли взгляд этот его скользкий, то ли сам разговор с похотливым оттенком…

Девушка набрала номер Максима.

— Красавчик, приезжай за мной сегодня, — усталым голосом попросила она.

— В чем дело, малышка? Ты заболела?

— Хуже. Я тебе расскажу при встрече.

В этот момент постучали. Люба, быстро попрощавшись, положила трубку. Дверь открылась, и она увидела молодого Паркера.

— Личные разговоры на работе? Кража рабочего времени, дорогая, — он присел на край стола.

Девушка молчала, выжидающе глядя на молодого мужчину.

— У вас какое-то дело ко мне? — Наконец произнесла она.

— Вы мне обещали чашечку кофе, Лав.

— По-моему, это вы себе обещали чашечку кофе. Обычно у меня нет времени на подобные мероприятия. Извините, мистер Паркер.

— Я вот что подумал, красавица, почему нам, э-э, не познакомиться, как говорится, поближе… — Он пересел в кресло напротив. — Это всегда полезно для работы.

— К сожалению, мистер Паркер, как вы уже знаете, я студентка, у меня очень ограничено время. Мне надо готовиться к сессии.

— Дорогая, вы же не откажетесь от моего предложения покормить вас в хорошем ресторане. Какую кухню ты предпочитаешь, азиатскую, итальянскую? Да, и называй меня просто Аллан.

— Больше всего я предпочитаю домашнюю кухню, — Люба прямо посмотрела Паркеру в глаза. — Сожалею, если я разочарую вас, Аллан, но у меня нет свободного времени. Я работаю и учусь.

— А я ведь могу тебя многому научить, детка, — он протянул руку к Любе и провел пальцем по её лицу. Щеки Любы вспыхнули.

— Мне кажется, вы слишком много себе позволяете!

— Ух. Горячая штучка, — Аллан встал с кресла и вразвалочку направился к выходу. — Хотел бы я прокатиться на такой кобылке. Ладно… Не сегодня, — пробормотал он себе под нос.

Макс, я не знаю, что мне делать, — Люба сидела в машине рядом с ним, пустым взглядом уставившись перед собой. — Наверное, мне придётся уйти с работы.

Макс молчал.

— Ты не можешь даже представить, что у меня произошло сегодня на работе! — Она вздохнула. — Этот отвратительный Аллан заставил меня почувствовать дешевой шлюхой.

— Ну что тут сказать, принцесса, я могу с ним серьёзно поговорить, или ты хочешь, чтобы я ему сразу морду набил? Это тоже вариант. А хочешь, пиф-паф, ой-ёй-ёй…

Люба невесело рассмеялась.

— Я, конечно, предпочитаю все решать мирным путем, но ради тебя… Конечно, ты можешь сменить работу, у меня есть связи, я могу тебе подыскать что-нибудь подходящее, но подумай сама. Куда бы ты ни пришла, везде найдется подобный тип. Ты видела себя в зеркало?

— А что, что со мной?

— Принцесса, ты красивая молодая женщина, у тебя ноги растут от ушей, ну и все такое, грудь, бедра. Да в твоих глазах хочется утонуть. Ты самая секси девушка, какую только можно представить… О. Я уже возбужден…

— Ты следи за дорогой, — Люба кивнула головой. — Ты хочешь сказать, что тебе со мной повезло, красавчик? Вытянул счастливый билет?

— Ну ты давай, не зазнавайся… Я тоже тебе не какой-нибудь уродец. По-моему, мы с тобой подходящая парочка, и дети у нас будут красивые.

— Когда?

— Что когда?

— Ну, — Люба кокетливо улыбнулась, облизывая губы. — Когда будем делать детей?

— Ах ты, маленькая похотливая ведьма, — Макс остановил машину у подъезда. — Прямо сейчас и начнем. Во всем нужна практика, дорогая.

— Ты зайдешь ко мне?

— Ну а как можно не зайти после того, как ты меня так взбудоражила?

Они вошли в подъезд.

— Ты знаешь, после того, как мама и отчим уехали на Сахалин, я даже не могу тебе предложить ничего вкусного. Ни пирогов, ни варенья.

Люба открыла ключом дверь квартиры.

— Это, конечно, нехорошо, — Макс повесил пиджак в шкаф. — Тебе надо учиться печь мне пирожки. Я это дело люблю. А то я у тебя похудею, и у меня не будет сил, чтобы заняться с тобой любовью, — Макс прижал Любу к стене и, найдя её губы своими губами, прошептал. — Но пока у меня еще кое-что осталось, — он сжал руками её округлую грудь, она простонала от удовольствия. — Ты мой самый сладкий пирожок…

Глава 4

Любе нравилась её работа. Сотрудники понемногу привыкли к совсем юному заместителю начальника экономического отдела. Только двух людей она с трудом терпела. Одним из них был Аллан Паркер, а второй была секретарь Аллочка. Каждый раз, когда Максим заезжал за Любой, она наполовину высовывалась из окна, явно пытаясь привлечь внимание молодого человека к себе.

— Он у тебя недавно что ли, твой парниша? — Однажды спросила Алла, глядя в окно на подъехавшую к зданию офиса БМВ.

— Ну почему же? Мы друг друга знаем уже лет десять, — Люба слегка улыбнулась.

— А что же он тебе цветы все время таскает?

— Наверное, потому что знает, что я люблю цветы.

— Бедный юноша влюбленный, — пропела Алла.

— Что это ты его так жалеешь? По-моему, он вполне счастлив.

— Да так просто… Машинка мне его нравится, цвет хороший.

— Вообще-то это не его машина. — Люба снисходительно улыбнулась. — Он мне её подарил полмесяца назад.

— Ну дает парниша! Надо бы мне его у тебя перехватить.

Люба громко расхохоталась.

— Забавно посмотреть, как ты будешь пытаться. Удачи, родная, — с этими словами она вышла из офиса.

— У, фифа, — Алла скривила губки. — И почему одним все, а другим шиш с маслом.

В это время в кабинет вошел Нолан Паркер.

— А где Ливан?

— Уехала со своим любимым.

— Черт, мне надо с ней контракт обсудить, последние поправки…

Алла заглянула шефу через плечо.

— Может, я могу тебе помочь, я же делала это раньше.

Нолан усмехнулся.

— Ну конечно! Помощница! Мне нужна помощь специалиста. Ливан мне нужна, понимаешь?

Алла закусила губу и отошла в сторону. Она теперь вообще не нужна здесь. Ну ничего, она придумает еще как проучить эту выскочку.

Нолан Паркер, надев очки, внимательно изучал контракт.

— Я звонила им сегодня утром, и все вопросы по поводу неустоек и сроков поставок уладили. Мистер Гаврилов сказал, что его решение можно ожидать в течение двух дней.

— Так это прекрасно, Ливан. Значит, дела идут по хорошо накатанному пути, — Нолан снял очки и потер переносицу. — Да, кстати, в субботу у нас намечается небольшая корпоративная вечеринка, и я знаю, что ты всегда избегаешь подобных мероприятий, но в этот раз ты должна там быть.

— Но…

— Возражения не принимаются. Ты уже вошла в руководство компании, и теперь твоя работа — встречаться с нужными нам людьми и поддерживать с ними хорошие деловые отношения.

— Хорошо, мистер Паркер, — тихо ответила Люба, вставая из-за стола.

— Ну и можешь взять своего, э-э-э, бойфренда. Только чтобы он там не очень мешался…

— Спасибо, мистер Паркер.

На предложение Любы пойти на вечеринку Максим откликнулся с неохотой.

— Принцесса, мне уезжать через пару недель, а мне надо идти костюм покупать для твоей вечеринки.

— Максим, но у тебя же есть костюм, вот его и надень.

— Не пойдет. Когда ты встречаешься с нужными людьми, ты должен выглядеть на все сто.

— Но тебе-то это не надо.

— Зато они нужны тебе. А там, кто знает, может, и мне пригодятся…

— Мне они не нужны, — Люба улыбнулась, глядя ему в глаза. — Мне нужен только ты.

Макс обнял девушку за талию.

— В костюме или без?

Макс прижал девушку к себе. и она, чувствуя твёрдую выпуклость в его джинсах, прерывисто вздохнула.

— Без, красавчик, — она начала расстегивать рубашку на нем. Максим одной рукой гладил её ногу, поднимаясь все выше и выше.

— Красавчик… — Хрипло прошептала она, расстегивая его джинсы. Он гладил шелковистую кожу на внутренней поверхности её бедер. Юбка осела внизу жалкой лужицей. Через мгновение на обоих не осталось никакой одежды. Максим, прижимая Любу к себе, опустился на пол, где они отдались во власть страсти.

Зал для вечеринки заказали в ресторане «Пекин». Ожидалось более пятидесяти человек. Максим недолго сопротивлялся уговорам Любы, особенно когда она упомянула начальника службы безопасности. Накануне они пошли в ГУМ, где Макс приобрел костюм песочного цвета и шелковое, длиной до пола бирюзовое платье для Любы. Макс заехал за девушкой в пять вечера. Она вышла из подъезда, села в машину, с восхищением на молодого человека.

— Может, не поедем? — Прошептали её губы.

— Ну уж нет, моя красавица, я не могу быть таким эгоистом и не показать тебя всему свету. Так что едем и гуляем на полную катушку.

Прибытие Любы и Максима не осталось незамеченным. Они действительно были здесь одной из самых красивых пар. Зал был уже полон гостей. Стоял ровный гул голосов, и слышалось звяканье бокалов. С балкона раздавалась игра пианиста.

Макс взял два бокала с шампанским у проходящего официанта.

— Расслабься, — прошептал он ей на ухо.

— Я почти никого здесь не знаю. Так много народа, и все в одинаковых костюмах.

— Ты о мужчинах? — Макс взял Любу за руку. — Женщины даже очень разнообразны здесь.

— Бабник! — Люба шутливо стукнула его.

— А что это за лэди-вамп в красном?

— Ну конечно, как ты мог не заметить! Это та самая Алла, секретарь моего шефа.

— Ты говорила, она старая…

— Ну конечно, ей лет тридцать.

Макс хмыкнул.

— Разве это старость для женщины? Самый смак.

Люба надула губки.

— Я от тебя такого не ожидала, Берёзин. Тебя только в свет выпусти, ты на первую же юбку набросишься.

— Вот поэтому я в свет и не хожу — боюсь за себя. Кроме того, они все сами набрасываются, юбки твои.

Люба поставила пустой бокал из-под шампанского на столик и взяла тарталетку с чёрной икрой.

— А откуда ты знаешь, что набрасываются? И как часто? Может, я чего-то не знаю?

— Да знаешь ты все, принцесса, они на сборах за мной, как мухи вокруг банки с вареньем вились.

Люба закатила глаза.

— Варенья ли…

— Но-но, милая, — Макс, смеясь, обнял девушку за талию. — Ты никак наконец-то ревнуешь меня?

— Вот еще!

— А, кстати, она очень даже ничего, эта твоя секретарша.

— Она не моя секретарша, а мистера Паркера. А вот и он идет со своим племянничком.

— Это который начальник контрразведки?

— Угу, — Люба закинула в рот еще одну тарталетку. — Он, между прочим, ничего такой мужчинка.

— Я как-то равнодушен к мужчинам. — Макс протянул Любе еще один бокал с шампанским. — Меня женщины больше интересуют.

— Ну, красавчик! — Люба слегка ущипнула его за бок.

В это время к ним подошли Нолан и Аллан Паркер.

— Добрый вечер, мистер Паркер, — Люба взяла Максима под руку. — И Аллан.

— Вы прекрасно сегодня выглядите, Ливан, — Нолан Паркер кивнул головой, потом вопросительно взглянул на Макса.

— Разрешите представить вам моего друга Максима Берёзина.

Все трое обменялись рукопожатиями.

— Я много слышал о вас, мистер Паркер. И, конечно, хорошо знаю вашу компанию.

— Да что вы говорите? — Паркер-старший широко улыбнулся.

— Мне нравится подход ваших сотрудников к работе.

— А каким бизнесом вы занимаетесь, мистер Берёзин? — Аллан, который до этого разглядывал кого-то в толпе, повернулся к Максиму.

— Я работаю в сфере обеспечения безопасности с помощью инноваций в компьютерных технологиях. В основном моими заказчиками являются большие корпорации.

— Вы имеете в виду, что компании поменьше не могут позволить себе ваш сервис? — Аллан усмехнулся.

— Ну почему же, любые проблемы можно решить.

— Послушайте, Макс. — Нолан всматривался в лицо молодого человека. — Не вы ли тот самый Макс Берёзин, известный программист, про которого ходит слава по всем городам?

Макс взял стакан с виски у проходящего мимо официанта.

— Все может быть.

В это время Аллан, взяв Любу за руку, повел её в другой конец зала.

— Дядя, я хочу познакомить Ливан с Нормом Куртисом.

Нолан Паркер в ответ кивнул, продолжая расспрашивать Макса о его бизнесе.

— Я бы очень хотел, чтобы мы с вами сотрудничали, Макс. Могли бы мы встретиться с вами?

— Сожалею, мистер Паркер, но в настоящее время я очень занят. Через две недели я уезжаю в длительную командировку, напрямую связанную с моим бизнесом, и буду недоступен в течение года.

— А как же ваша подруга? Вы не боитесь оставлять её одну? — Паркер кивнул в сторону Аллана и Любы, о чем-то тихо разговаривающих в затенении искусственных деревьев.

Макс рассмеялся.

— Если бы боялся, я бы не оставлял её.

— А вы уверены в себе, Макс.

— Что есть, то есть.

— Я бы хотел сделать вам предложение Максим, не знаю даже, заинтересует оно вас или нет… — Паркер снял очки, протер их носовым платком. — Я бы хотел, чтобы вы занялись системой безопасности в моей компании. У нас есть офис в Торонто и здесь, и мы также собираемся открыть офис в Калгари.

— Я знаю, мистер Паркер, — Макс мягко перебил его. — Я был бы рад работать с вами, ваша компания и сама система управления в ней мне по душе, но это будет возможно только через год. Извините.

— Ну хорошо, Макс, — Нолан протянул молодому человеку руку. — Значит, через год. Да, кстати, это правда, что вы чемпион России по биатлону?

Макс слегка улыбнулся.

— Да, это правда.

— Значит вы на дружеской ноге с оружием?

Макс весело расхохотался.

— Так что ж вы от меня хотите, Мистер Паркер, программы или…

— Я хочу ваши знания, все знания. Я хочу, чтобы вы работали в моей службе безопасности. Через год, два, — мне без разницы, но вы мне нужны.

— Спасибо, мистер Паркер, за доверие, но у вас же, как я понимаю, уже есть начальник безопасности?

— А, это мой племянник, он неплох в работе, но я не могу подходить к нему объективно, так как он мне почти как сын. Мне это немного мешает.

— Ну что ж, возможно, я обдумаю ваше предложение.

В это время к Нолану Паркеру подошли два пожилых господина, и он, пожав еще раз руку Макса, направился с ними к фуршетному столу.

Макс сделал шаг в сторону Любы, но в этот момент кто-то тронул его за плечо.

— Привет, — на него снизу-вверх смотрели большие карие глаза. — Наконец-то я могу познакомиться с тобой.

Молодой человек вопросительно приподнял одну бровь. На подошедшей молодой женщине было надето ярко-красное платье, обтягивающее стройные бёдра и большую упругую грудь. Пухлые губы заманчиво улыбались. Максу стало интересно. Алла явно вышла на охоту.

— И кто же вы, прекрасная незнакомка?

— Я Алла. Работаю личным помощником Нолана Паркера.

— Откуда же вы, дорогая, слышали обо мне? Чем я обязан такой популярности?

— Ну… — Девушка повела плечом. — Одна моя хорошая знакомая работает у нас в компании. Её зовут Люба. Говорила, что ты компьютерный гений. Максим тебя, кажется, зовут?

Молодой человек слегка усмехнулся.

— Да, так вот, Максим, мне тут кое-какая помощь нужна. У меня компьютер сломался, а я без него как без рук… У меня там все контракты, переписка. Может, посмотришь, это не очень далеко отсюда. Можно прямо после банкета.

— Работы, небось, на всю ночь, малышка? — Макс улыбаясь, провел пальцем по щеке Аллы. — Но ты извини, я по ночам не работаю. Тем более с такой техникой. В такое время я обычно развлекаюсь в компании женщин. Мне это как-то больше по нраву.

Макс с удовольствием наблюдал, как лицо молодой женщины стало покрываться пятнами. Её тонкие ноздри задрожали.

— Может быть, вам воды, милая прелестница?

— Спасибо, юноша, выпей свою воду сам. Мне надо что-нибудь покрепче, красавчик, — добавила она едко и, резко развернувшись, так что подол её платья взметнулся, устремилась к балкону.

— Ого, — раздался сзади голос Любы. — Что ты такое сказал нашей мадам, что она так убежала?

Макс рассмеялся.

— Отказал в услугах.

— Да как ты мог, Берёзин, ты — такой джентльмен!?

— Она слишком много от меня хотела, Любаш, и ты знаешь, все так срочно, прям вынь и положи… Не-а, я так не могу.

— И ты таки ничего и не вынул? — В глазах девушки мелькали смешинки.

— Ну, принцесса, ты же меня знаешь, я человек скромный… Не могу так на публике. Ну и потом, этой твоей Алле надо было посмотреть компьютер, а я-то был настроен на другое, хорошо, ты подошла, теперь я к вашим услугам, моя радость.

Люба, не выдержав, громко расхохоталась.

— Неси мне шампанского, хулиган.

— К вашим услугам, — Макс направился к столику.

— И устрицы не забудь, — крикнула вдогонку Люба.

— Ах вот ты где, я тебя потерял на мгновение, — прямо над её ухом раздался голос Аллана Паркера. — Поди-ка со мной, Ливан.

Он крепко схватил её за руку.

— Мы разве о чем-то не договорили?

— Там было много людей, а я хочу быть с тобой один на один.

— Зачем? — Девушка нахмурилась, пытаясь вырвать свою руку.

— Хочу сказать тебе что-то, но не здесь. Там, — он махнул рукой в сторону балкона, продолжая тянуть её за собой.

Люба поёжилась. Что надо от неё этому противному типу.?

На балконе никого не было. Аллан резко развернул её и прижал к стене.

— А ты хорошенькая штучка, я хочу тебя прямо здесь и сейчас, но это подождет… У нас еще будет время, — он положил одну ладонь на вздымающуюся грудь девушки.

— Что тебе от меня надо, ублюдок?

— Мне нравится, как ты ругаешься на моем языке. Звучит очень сексуально… Ладно, перво-наперво мне нужна ты. И мне не нравится твой мальчик, который вьётся возле тебя. Ты будешь моей девкой. Рано или поздно. Понятно?

Любе хотелось плюнуть ему в лицо.

— Убери свои грязные лапы, или мой парень убьет тебя!

— Слушай сюда, красотка! Я слышал разговор моего дяди с твоим сосунком. Если он когда-нибудь сунется близко к нашей компании со своими тупыми программами, я его своими руками задушу.

Люба с силой оттолкнула Аллана от себя.

— Так ты чего-то боишься?

— Не твое дело, и запомни, сучка, ты скоро уляжешься в мою кровать!

— Идиот! Бешеный урод! — Глаза Любы гневно сверкали.

Аллан Паркер обеими руками схватил девушку за волосы и притянул её лицо к своему. Она почувствовала вкус перегара у себя во рту. Его язык грубо втиснулся между её губ. Потом он резко отбросил её к стене. Люба медленно сползла вниз, закрыв лицо руками. Ей было страшно. Ей было противно, мерзко, как будто она была грязной тряпкой, об которую вытерли ноги.

Сколько прошло времени, Люба не знала. Она осознала, что до сих пор одна на балконе, и мысленно поблагодарила бога, что никто её не видел в таком состоянии. Рукой она нащупала сумочку на полу, достала зеркало. Нет, не так уж она ужасно выглядит. Тщательно расправила волосы, провела помадой по губам.

Главное, не говорить сейчас ничего Максу. Еще не хватало скандала и драки. Слишком много здесь полезных людей. Да и надо ли ему говорить что-то? Он уезжает через несколько дней, незачем его волновать.

Люба оперлась локтями о поручни.

— Вот ты где, принцесса, — сзади раздался весёлый голос Макса. — А я тебя обыскался! Возвращаюсь с твоими устрицами, а ты сама как устрица спряталась.

Люба повернулась к нему, улыбаясь.

— Прости, милый, у меня вдруг так голова заболела…

— Долго же ты проболела здесь в одиночестве. Я уже успел двух новых клиентов найти.

— Молодец, видишь, как удачно ты пошел со мной сегодня.

— Спасибо, Любушка, — молодой человек взял ей её ладонь и прижался к ней губами. — Мне скоро уезжать, а тут новые клиенты появились…

Он вздохнул.

— Пора по домам? — Люба поняла намек Макса.

— Угу… Прости, надо дела кое-какие поделать… Я знаю, тебе, наверное, хочется подольше здесь побыть…

— Да нет, красавчик, пойдем. Как ты, так и я, ты же знаешь…

Они вошли в зал. Люба нашла Нолана Паркера и помахала ему рукой на прощание. Макс взял девушку под руку, и они покинули остальных гостей.

Глава 5

Прошло две недели. Всё это время Люба пребывала в напряжении. На это было несколько причин, и самая главная — это наличие в их компании племянника шефа. Хотя она практически и не виделась с ним, но словно чувствовала каким-то шестым чувством его присутствие. Да тут и не надо было иметь особой чувствительности, достаточно было понимания того, что везде, включая и Любин офис, были установлены камеры видеонаблюдения. По совету Макса девушка проверила свой офис на наличие жучков. Она совершенно не доверяла Паркеру-младшему, и было неизвестно, где и когда он выкинет очередной фортель. То, что Аллан не говорил с Любой с того самого вечера, ничего не значило.

Люба уже почти хорошо научилась водить свою машину и очень гордилась этим. Сначала она жутко боялась, но потом начала привыкать, хотя и сильно нервничала, когда Макса не было рядом. Несмотря на приближающуюся сессию и напряженный график работы, у них все равно находилось время, чтобы вырваться раза два в неделю пострелять в тир. Особенно это было необходимо Любе для снятия нервного напряжения.

Максим почти закончил собираться в военный лагерь, документы были оформлены, и теперь он мог немного расслабиться и провести как можно больше время времени со своей любимой девушкой. Он не пропускал ни одного дня, чтобы не встретить Любу после работы.

— И что, он тебе сделал предложение? — Как-то спросила девушку Алла, глядя в окно на подъезжающую к зданию БМВ.

— У нас давно уже все решено, и мы с Максом полностью согласны по всем вопросам, — Люба слегка улыбнулась.

— Не понимаю, что он такого в тебе нашел, наивный мальчишка?

Люба удивленно посмотрела на Аллу и ничего не ответила, продолжая собирать со стола документы

— Боже мой, бедолага! Какая романтика, подумать только, влюбился в такую щучку, — фыркнула Алла. — Не знает он, что тут у него под носом плетется, какая игра идет. Бедный…

— Какая еще игра, что за бред!

— Да так, просто я видела, как вы с начальником охраны переглядываетесь. Эх, но машинка мне его нравится… Может, как-нибудь прокатит.

— Губу-то закатай, дорогая, и пуговицу на лоб пришей. А по поводу Аллана… У тебя слишком извращенное воображение.

С этими словами Люба, схватив плащ с вешалки, открыла дверь.

— Зависть тебя не красит, от этого появляются преждевременные морщины и отвисает грудь.

Она вышла, громко хлопнув дверью.

Люба, поджав ноги сидела на диване, держа пиалу с чаем в руке. Максим сидел на табуретке напротив и сосредоточенно чистил винтовку.

— Ну что ты молчишь? — Девушка недовольно нахмурила брови. — Ты мог бы и не ехать в этот свой дурацкий лагерь, и мы бы были с тобой вместе.

Макс продолжал упорно молчать, не поднимая на нее глаз.

— Тебе сам Паркер предложил работу, а ты…

Молодой человек встал с табуретки и, присев на подлокотник дивана, взял девушку обеими руками за плечи.

— Принцесса, ты же знаешь, мне не нужны деньги, у меня их достаточно. Мне нужны знания. Точка. У меня будет свой бизнес, а для того, чтобы это был успешный бизнес, мне надо знать все с изнанки. Всё-всё. В конце концов, это наше с тобой будущее и будущее наших детей.

— Я просто боюсь, красавчик… И этого козла Аллана, и вообще… Я же никогда так долго не была без тебя.

— Не волнуйся, малышка, этот год пройдет быстро, ты не успеешь даже соскучиться. Жди меня, и все будет хорошо. Я буду тебе писать письма каждый день.

Макс тяжело вздохнул, зарываясь лицом в волосы девушки. — Я люблю тебя, принцесса, знай это. Ты для меня все в этой жизни.

— Знаешь, я надеялась, ты примешь его предложение, — Люба с нежностью перебирала волосы на его затылке. — Да, я немного злюсь на тебя, и я, конечно, расстроена, но я понимаю, что в общем ты прав, и я доверяю тебе на все сто, красавчик. Не обращай внимания на мои капризы. Мы, девчонки, иногда бываем такими противными.

В углу комнаты Максима стояла огромная спортивная сумка. Он только что поставил чайник, а сам сидел на диване, напряжённо глядя в окно.

Было серое пасмурное утро, и казалось, небо вот-вот обрушится на землю. Листья уже пожелтели, и по двору носилась стая черных ворон в поисках унылых горбушек хлеба. Люба должна была приехать с минуту на минуту. Прошло полчаса с тех пор, как она должна быть здесь, и юноша боялся опоздать на рейсовый автобус. Максиму позвонили неожиданно и дали на окончательные сборы меньше двадцати четырех часов. Как назло, Любе в эти дни надо было сопровождать шефа в командировку в какой-то сибирский город, и Макс смог сообщить ей о своём отъезде только накануне вечером.

Наконец на лестнице послышался цокот каблучков, в замке повернулся ключ, и девушка ураганом внеслась в комнату.

— Красавчик! — Она бросилась к нему. Максим вскочил с дивана и прижал девушку к груди. Из её глаз полились слёзы. — Господи, ну почему ты мне не сказал заранее?

— Малышка, я не знал. Мне позвонили только вчера.

— Я сказала Паркеру, что мне надо срочно ехать к тебе, он понял…

— Я так рад, что ты здесь, что ты успела… — Он нашёл её губы своими губами. — У нас с тобой только десять минут… И я заварил твой любимый чай, принцесса.

— Плевать на чай. Хотя спасибо, конечно… — Девушка судорожно начала расстегивать рубашку Максима. — Больше всего на свете я хочу тебя, а не чай.

Максим сдернул с себя остатки рубашки, рывком стянул с Любы блузку, одним движением расстегнул заколку на волосах девушки, и они густой золотистой волной обрушились ей на грудь и плечи.

— Макс, любимый, — простонала она. — Не жди, возьми меня сейчас же.

— У меня нет времени, чтобы ждать, — он одним ударом проник в неё. Люба вскрикнула, прикрыв глаза и впиваясь ногтями в его плечи.

— Еще… Ещё… — Шептали её губы.

Максим осыпал её лицо, грудь, плечи поцелуями.

— Я люблю тебя, принцесса.

В этот момент единая судорога свела их тела и вылилась в крик страсти.

Лагерь по подготовке, как они называли, «отряда специального назначения» (ОСН) находился в каком-то глухом лесу, скорее всего, в воронежской области. По каким-то сверхсекретным соображениям после того, как будущие профессиональные бойцы прибыли на место дислокации, у них забрали пейджеры, дтак что связь с миром резко оборвалась

Суровые будни начались на следующий день в полшестого утра. Дав будущим бойцам пять минут на то, чтобы одеться и умыться, их выстроили в шеренгу на большой площади. После того как сержант разъяснил, что чего от них хотят, мужчинам выдали по мешку одежды и приказали явиться на плац через полчаса, после завтрака.

Максим сидел за столом с тремя другими молодыми мужчинами лет двадцати пяти — тридцати. По-видимому, он был самым младшим из всего отряда. Нехотя поглощая геркулесовую кашу и запивая остывшим какао, Макс украдкой оглядывался по сторонам.

— Ну и попали мы, мужики, — протянул его сосед. — Такие деньги вбухал, а тут как в армии десять лет назад. Ну не знаю, чему уж тут нас выучат…

— А тебя никто сюда насильно не тащил, — буркнул другой в ответ, здоровый конопатый детина с всклокоченными ярко-рыжими волосами.

Третий молча ел, не глядя ни на кого.

— Ну, давайте что ль знакомиться, мужики, — сказал первый и протянул руку Максу. — Я Дрон, Андрей то есть.

— Максим, — молодой человек ответил на рукопожатие.

Конопатый вытер руки об штанину.

— Меня Геркулесом зовут. А так я Антошка.

Все рассмеялись.

— А ты кем у нас будешь? — Все посмотрели на третьего, молчаливого молодого человека.

Тот только поморщился.

— Чё, ты не с нами, что ль? — Дрон выпучил глаза. — Ну, братан, ты даёшь…

— Я никому здесь не братан, — молодой человек продолжал есть, не глядя ни на кого.

— Ну ладно, ок, зовут-то тебя как? — Спросил Макс

— Александр.

— Пушкин? — Все громко захохотали

— Ну лады, ребят, хорош, — Макс внимательно посмотрел на Александра. — Ты куришь, Саш?

— Курю. Но только не «Полет» и не «Яву», и тем более не «Монте Кристо».

— «Уинстон» будешь?

— Пойдёт.

— Тогда пойдем, пока у нас еще есть время, перекурим.

Остальные усмехнулись, глядя на долговязого Александра.

— На перекур, ребят? — Максим махнул головой.

— Не… Вы уж там сами. У нас еда стынет.

Максим, прислонившись к косяку двери, рассматривал парня. Тот молча курил, жадно затягиваясь.

— Ты чего такой смурной?

— Мне тут ничего не нравится, солдафонщина какая-то!

— Ты, я так понимаю, в армии не был?

— А ты, можно подумать, был? — Александр скептически смерил Максима взглядом.

— Не, я тоже не был. Ну вот поэтому и надумал, так сказать, сходить…

— Я тоже сам, — Александр горько усмехнулся. — Батя не хотел, что бы я в армию шёл — лепил из меня маменькиного сынка. Я юрфак закончил, ну и вот… Улизнул от родителей.

— А сколько тебе оставалось?

— Два года. А тут Маринка, моя тёлка, залетела.

— Жениться собирался?

— Ты чё? Да на ней проб ставить негде, да я и не думаю, что это мой ребёнок. У неё папаша крутяк, а мой у него в замах ходит. Ну вот… А ты тут чего?

— Не, я сам… Хочу бизнес свой начать. Охранное агентство открыть.

— Круто. Ты типа будешь охранять буржуев?

— Ну не я, конечно, а мои люди, которые будут у меня работать. Я хочу так дело поставить, чтобы у нас не только телохранители, но и другие услуги были, например, компьютерные базы данных, программное обеспечение, сигнализации…

— У тебя, чего, компьютер есть?

— Да IBM-ка 350.

— Круто! — Александр присвистнул.

Макс отшвырнул окурок

— Ладно, пора на службу, ты, главное, нос не вешай. Закончишь свой юридический, я тебя личным юристом возьму. Обещаю, бабки будем хорошие делать.

Он широко улыбнулся и похлопал нового приятеля по плечу.

Следующие два часа все новобранцы бегали по пересечённой местности, падая в грязь и спотыкаясь о корни поваленных деревьев. После этого им выдали автоматы Калашникова и начали обучать, как их собирать и разбирать. Это не было сложно, потому что практически все помнили уроки гражданской обороны в школе.

— После обеда пойдём на пристрел в тир, — сказал командир. — А потом опять марш-бросок на десять километров.

— Умм, — промычал кто-то. — А когда же мы будем готовиться на спецназовцев?

— Вот это и есть подготовка: марш-броски будут каждый день утром и вечером в течение месяца. После этого мы перейдём к обучению рукопашному бою и джиу-джитсу. Кто занимался боевыми искусствами до этого — два шага вперёд.

Двенадцать человек, среди них Максим, вышли вперёд.

— Так вот, товарищи бойцы, забудьте то, чему вас учили по ту сторону. Через год после обучения здесь вы выйдете профессионалами, владеющими специальными знаниями, — командира окинул строй суровым взглядом. — Кто умеет обращаться с реальным оружием? Три шага вперёд.

Из строя вышли три человека, включая Максима и Александра, который так внезапно покинул обеденный стол

— Вы трое зайдёте ко мне в кабинет после обеда. А сейчас, бойцы, можете направляться к столовой. Полчаса в вашем распоряжении.

Максим сидел с Андрюхой за обеденным столом. Александр на этот раз отсутствовал.

— Интересно, куда этот наш парнишка делся? — Смачно пережевывая пищу, поинтересовался Геркулес.

— Ребят, ну что вы, в самом деле, к нему пристали? Ему надо дать время, — Макс слегка поморщился. — Не все приспособлены к трудностям жизни, но все хотят чего-то в этой жизни достичь. Я чувствую, у него все получится.

— Философствуешь, значит, молодой?! Ну-ну…

— Будешь у нас философом. Фил — это твое новое погоняло.

Все остальные кивнули, соглашаясь.

— А теперь, Фил, расскажи нам о себе, и, вообще, какие у такого прыткого как ты планы на жизнь.

Максим откинулся на спинку стула и молча обвёл присутствующих взглядом.

— Хочу открыть агентство по охране.

Геркулес присвистнул

— Ну ни фига! По охране окружающей среды?!

Андрюха громко захохотал.

Максим усмехнулся.

— Не, ну почти. Хочу заняться личной и коммерческой безопасностью.

— Ну вообще-то, я его понимаю, что уж там батоны крошить, если ловить, так… Как это, журавля за задницу сразу хватать.

— Может, и нас к себе возьмёшь? Андрюха, как ты думаешь? Нам только броники нужны будут и зарплата хорошая.

— Ну а чего, пацаны, почему бы и нет. Только сил тут набирайтесь и кушайте, кушайте, а там как знать.

Командир разговаривал со всеми тремя новобранцами по отдельности. Когда Максим зашёл в его кабинет, тот окинул его оценивающим взглядом и предложил сесть.

— Ну что, солдат, я смотрю, ты самый молодой здесь. Откуда знаешь, как стрелять? Только честно.

Максим усмехнулся.

— Я вообще-то с десяти лет занимался биатлоном. Выиграл на нескольких соревнованиях, в том числе на республиканских и европейском.

— Вот оно что, — командир чиркнул спичкой, прикуривая. — А я-то думал, что ты за тип… Теперь понятно, почему так хорошо держался на марш-броске. А каким оружием владеешь? Я имею в виду, из огнестрельного.

— Любым, товарищ командир. Из лука могу стрелять тоже. Оружие — это моя жизнь.

— Снайпером хочешь стать?

— Да нет. В детстве хотел. Когда в войнушки играли.

Макс слегка улыбнулся.

— Хочу фирму свою открыть. Охранное агентство, серьезное такое, с телохранителями, сигнализациями, защитой информации и тому подобное…

— Ну ты молодец, боец. Неплохо задумано. Мы из тебя сделаем толкового профи, — Командир встал, протянул Максиму руку. — Ну а теперь свободен. Скоро поедем на полигон практиковаться.

Прошло несколько недель. У Максима не было возможности ни написать письмо своей любимой девушке, ни позвонить. Связь с цивилизованным миром была полностью обрезана. Обстановка среди новобранцев тоже была не слишком веселая. Многие откровенно находились на грани срыва, а троих из их группы отсеяли. Максим старался держаться своих новых приятелей, с которыми его неожиданно связали дружеские узы. Ему нравились грубоватые шутки Дрона и наивность Геркулеса, а к Александру он испытывал почти отцовские чувства. Максиму хотелось того защищать. Из всех приятелей, Александр был самым щуплым и слабым, но не сдавался ни при каких обстоятельствах. Особенно доставалось ему на марш-бросках. Максу приходилось несколько раз взваливать его на свои плечи и добираться до финишной прямой. Геркулес и Дрон сначала посмеивались над ними, но потом, глядя на Макса, тоже стали помогать своему менее выносливому товарищу.

Поговорить с Любой Максиму довелось нескоро, да и то только потому, что командир обратил внимание на хмурое выражение лица юноши.

— Что солдат, устаешь?

— Никак нет, товарищ командир.

— А что, что такой невесёлый? Нос повесил.

Максим вяло пожал плечами.

— Все хорошо, товарищ командир.

— Ну ладно, колись, обижает тебя кто, или по подружке скучаешь?

— Честно? Скучаю.

— А она по тебе?

— Я думаю, да.

— Хочешь поговорить с ней по телефону?

— Ещё как хочу. Даже больше, чем ужина.

— Ха, — командир рассмеялся. — Приходи сегодня вечером, я дам тебе попользоваться телефоном на полчаса. А то с таким настроением мы далеко не уедем.

— Спасибо, товарищ командир.

Лицо Максима просияло.

Люба пришла домой с работы уставшая и в плохом настроении. Она ничего не слышала от Макса почти три месяца и даже не знала, где он, и все ли с ним в порядке. Девушка иногда ловила себя на мысли, что немного злится на него. Она ожидала, что они как-то будут все-таки общаться, может быть, писать письма друг другу, а тут полная тишина и неизвестность. Кроме всего прочего, на работе дела шли не так гладко. Вернее, вроде все было как обычно: президент компании расположен к Любе, она пользовалась его полным доверием, он прислушивался к её советам и мнению, но в отношениях с другими сотрудниками оставалось желать лучшего. Секретарь Паркера, Алла, была настроена к Любе откровенно враждебно и при любом удобном случае не упускала возможность сделать той какую-нибудь гадость. Нолан Паркер проводил в последнее время много времени с Аллой, и до Любы доносились разговоры, что их связывают достаточно серьёзные отношения, и все идёт к свадьбе. Каждые три недели из головного офиса в Торонто приезжал менеджер по безопасности Аллан Паркер, и когда Люба об этом думала, то вообще начинала сильно жалеть, что работает в этой компании. Он буквально преследовал её и не давал прохода. Без предупреждения заходил к ней в офис и копался в документах, лежащих на столе девушки. Поджидал после работы на улице возле подъезда её дома, присылал цветы с, воткнутыми в них, пошлыми открытками.

Незадолго до тридцать первого декабря Нолан Паркер распорядился, чтобы весь рабочий коллектив отправился в арендованный компанией загородный коттедж. В Канаде такие мероприятия были весьма распространёнными. Таким образом работники больших корпораций сближались друг с другом, и это считалось очень полезным для успешного бизнеса. К сожалению, в самый последний момент Нолан Паркер должен был уехать в Торонто и распорядился, чтобы вместо него всем руководил его племянник Аллан Паркер, а Алла должна быть его помощником. На Любу он возложил обязанности переговоров с несколькими инвесторами из различных регионов России. У Любы совсем не было желания находиться на этой вечеринке, но перед отъездом Нолан Паркер вызвал её к себе в кабинет.

— Ливан, — он пододвинул к ней чашку кофе. — Я знаю, что ты сейчас мне скажешь…

Люба удивлённо приподняла бровь.

— Я хочу, чтобы ты была на этой вечеринке. Стоп. Не перебивай меня. В последнее время ты пользуешься любым поводом, чтобы не участвовать в общественных мероприятиях нашей компании. Это не хорошо. Это отрицательно сказывается на нашем бизнесе. Может, не сейчас, но в дальнейшем это окажет определенное негативное влияние.

— Но… Мистер Паркер…

— Послушай меня, Ливан. Я знаю, что в последнее время тебя гложут какие-то твои личные проблемы, этот твой бойфренд и вообще, но это все не имеет никакого отношения к делам компании. Ты получаешь здесь зарплату, у тебя неплохая должность для такой молодой девушки как ты, поэтому будь добра, подчиняйся моим приказам. На этом вечере будет много важных гостей, которых я специально пригласил, чтобы в неформальной обстановке пообщаться с ними. Так как мне приходиться отбыть в Торонто, тебе придётся налаживать с ними контакт. Я не могу поручить это Аллану. Он хоть и мой близкий родственник, но это не его профиль. Мой секретарь может только с ними кокетничать и подавать кофе — она обыкновенная земная женщина. У тебя же есть хватка. Ты совсем другая. Я прекрасно понимаю, что ты не в восторге от моего племянника, но тут ничего не поделаешь, ты красивая женщина, а он молодой мужик со своими нуждами. Придётся тебе потерпеть его выходки.

Люба закрыла лицо руками.

— Вы даже не можете себе представить, насколько я не в восторге от этой вашей идеи с вечеринкой.

— Ливан, терпи. Я понимаю, что у тебя стресс из-за этого твоего Максима Березина. Он, кстати, классный специалист. Как бы я хотел, чтобы он работал у меня в компании. Боюсь, Аллану это придётся не по душе. Какие у него планы на будущее?

Люба оживилась. Ей льстило, что сам Нолан Паркер интересуется Максимом.

— Как только он вернётся, будет открывать свой собственный бизнес. Я думаю, к тому времени он придумает, где найти на это деньги.

— А что, серьезный бизнес?

— Он хочет открыть своё частное охранное агентство. Чтобы было все как положено — телохранители, всякие там сигнализации.

Люба не заметила, как Нолан Паркер слегка поморщился.

— Значит, ему будут нужны деньги? Я, может, и смогу помочь ему чем-то. Мне понравилась его компьютерная программа. Вернее, я не видел её, но мой племянник что-то такое говорил. А пока иди, дорогая, работай… И помни о нашем разговоре.

Люба улыбнулась, встала из-за стола

— Хорошо, мистер Паркер. Я поеду в Ивлево, как вы просите.

— Ну вот и славненько.

Люба не догадывалась, что у Нолана были свои планы на неё. Эта девушка была слишком умной для своих лет, и мужчина сразу оценил это, как только Люба стала работать в его компании. Ей бы еще чуть-чуть подучиться, и из неё выйдет прекрасный руководитель, который со временем сможет сменить его на посту. Но Ливан должна быть членом семьи Паркеров. Опять надо разговаривать с Алланом, чтобы тот чуть сбавил обороты. К этой девушке должен быть совсем другой подход. Нолану было на руку, что её бойфренд отсутствовал. Может, за это время у Ливан завяжутся какие-то отношения с его племянником.

Люба ехала в коттедж на своём БМВ, который ей подарил Макс. На заднем сиденье лежала спортивная сумка, в которую Люба аккуратно сложила деловой брючный костюм и вечернее платье. Она также не забыла упаковать туда же свой Макаров. Девушка планировала там провести всего ночь и уехать следующим вечером. Настроение было неважным. Совсем не так ей хотелось провести предновогодние дни. Рядом не было её Макса, а без него она просто хотела быть дома, лежать с книгой в руках и ничего не делать.

Когда Люба подъехала к небольшому кирпичному коттеджу, там уже были припаркованы несколько автомобилей гостей.

Алла встретила Любу в просторном холле, приторно-приветливо приобняла её, чмокнула в щеку.

— Давай я возьму твою курточку, повешу в шкаф.

Люба огляделась. Она здесь никогда не была.

— Как тебе здесь? — Алла, взяв её за руку, потянула внутрь. — Выпьешь чего-нибудь? Где твоя сумка? Пойдём, я покажу тебе твою комнату.

Люба была ошарашена таким необычным дружелюбием секретарши Паркера. Она не находила, что ей ответить. Алла потянула девушку на лестницу, ведущую на второй этаж. «Тут что-то не так», — мелькнула мысль в голове Любы. Алла распахнула дверь.

— Вот, смотри.

Комната была в розовых тонах. Люба ненавидела этот приторно-девичий цвет и все эти рюшечки и оборочки.

— Слушай, тебе тут будет хорошо, правда, эта комната смежная с другой комнатой, но там двери. Они закрываются. Ну и потом, тут почти все свои…

— Так… А кто в соседней комнате?

— Так наш Аллан. С ним будет спокойнее, ведь он наш главный по безопасности.

— Спасибо, — сухо произнесла Люба. — Это очень мило с твоей стороны позаботиться обо всем. А теперь я хотела бы остаться одна.

Она прошла внутрь, закрыв дверь перед носом Аллы. На прикроватном столике стояла ваза с цветами. Люба по привычке сунула руку в середину букета и вытащила записку. «Get ready. This night is ours» (Готовься. Эта наша ночь). Она скомкала бумажку и отбросила её в угол комнаты.

— Пошляк, — пробормотала она. Бросила сумку на кровать и, открыв, достала пистолет. — Попробуй только войти сюда, урод.

Злые слёзы выступили у неё на глазах.

После душа Люба надела брючный костюм серого цвета и спустилась вниз. Она сразу заметила Аллана. Он стоял с тремя мужчинами, которых Люба ни разу не видела. Как только девушка вошла в гостиную, он, будто почуяв её присутствие, обернулся, и глаза их встретились.

— Прошу меня извинить, господа.

Аллан быстрым шагом направился к девушке.

— Здравствуй, красавица.

Люба надменно подняла подбородок.

— Что-то ты не надела сегодня ничего открытого и сексуального для меня?

Он был, похоже, уже навеселе.

— Я бы попросила вас воздержаться от глупых комментариев.

— Не забудь, Ливан, я надеюсь охранять твой сон всю ночь.

— Только попробуй проникнуть в мою комнату, — прошептала девушка.

Глаза её метнули синее пламя.

— Мне нравится твой грозный характер, Ливан.

В этот момент к ним подошла Алла. Но ней было розовое платье из шелка, тёмные волосы уложены в низкий пучок. Она взяла Аллана Паркера под руку.

— Мистер Паркер, не могли бы вы представить нашу юную сотрудницу гостям? Шеф просил занять её. Она всё-таки на работе здесь, как-никак.

Люба с облегчением вздохнула. Алла хотела уколоть её самолюбие, но невольно только облегчила ей участь.

Остаток вечера прошёл без всяких происшествий, не считая пары моментов, когда Люба ловила на себе чересчур откровенные и похотливые взгляды начальника охраны.

Когда вечер закончился, и некоторые гости удалились, а оставшиеся разошлись по отведённым им комнатам, Люба, стараясь не шуметь, поднялась к себе на этаж. Уже открывая двери, она почувствовала, что кто-то стоит сзади. Резко обернувшись, она оказалась лицом к лицу с Алланом. Он попытался схватить её за руки, но девушка, быстро распахнув дверь, вбежала в свою комнату. Взгляд её метнулся к кофейному столику, на котором она оставила лежать свой Макаров.

— Откуда ты здесь взялся?

— Я ждал тебя, — она почувствовала, как его пальцы впиваются ей в плечо.

— Убери руки!

— Ты будешь кричать? — Стиснув зубы, мужчина рванул её к себе. Тонкая ткань мгновенно разъехалась по шву. Люба из последних сил, которые ей придал адреналин, бросилась к столику и схватила пистолет. Аллан оторопело уставился в дуло сорок пятого калибра.

— Брось эту штуковину, — он сделал шаг вперёд. — У тебя руки трясутся, дура.

— Я так не думаю, — Люба взвела курок. — Вали отсюда. Я считаю до трёх. Моя рука не дрогнет, чтобы отстрелить тебе яйца.

Аллан как будто не слыша её шагнул вперёд.

— Ты идиот! — Крикнула ему Люба. — Я сначала прострелю твои яйца, а потом твою глупую башку.

Она видела, как глаза Аллана побелели от ярости.

— Сучка. — Я ещё встречусь с тобой…

Он резко развернулся и вышел, громко хлопнув дверью.

Остаток ночи Люба так и не смогла заснуть. Ей хотелось пить, но она боялась спуститься вниз на кухню. До самого рассвета она просидела на кровати, глядя в окно в ожидании утра. Если бы не гости Нолана Паркера, девушка, не раздумывая, бы уехала бы назад в Москву. Но надо было выдержать этикет, официально попрощаться со всеми и произвести самое лучшее впечатление.

Алла сидела на кухне, когда раздался звук открываемой двери. Через несколько секунд в проеме появился с искаженным от бешеной ярости лицом Аллан Паркер. Алла облизнула губы и закинула ногу на ногу.

— Ну что, как там наша куколка? Что-то ты быстро от нее вернулся…

— Тварь, — начальник охраны стиснул зубы. — У неё был пистолет. Представляешь?

— Конечно, представляю. Ты разве не знал, что у неё всегда оружие при себе?

— Какого черта…

— Такого… Лучше расскажи, чем ты ей так не угодил? Что случилось?

— Она чуть не застрелила меня. Целилась прямо между ног, сучка. Рука бы дрогнула, и всё.

— У неё бы не дрогнула. Любка прекрасно стреляет.

— И ты мне говоришь об этом только сейчас, — Аллан стиснул зубы. — Или ты знала, что у неё пистолет?

— Ну не знала, конечно, но догадывалась… Просто интересно было посмотреть, что там у вас будет.

Молодая женщина зевнула.

— Повеселилась, дура полоумная?

— А ты неплохо знаешь некоторые русские слова…

Аллан подошел к буфету и, откупорив бутылку виски, налил себе стакан.

— Сегодня вместо неё я буду трахать тебя.

— Ах, какие угрозы, — Алла залилась грудным смехом. — Да, пожалуйста, хоть сейчас, посмотрим, на что ты хоть в этом способен.

Он встала со стула и, повиливая бёдрами, медленно подошла к мужчине. Обеими руками обхватила его шею.

— Для начала тебе надо успокоить нервы, — она ловко расстегнула молнию на его брюках и плавно опустилась перед ним на колени.

Забравшись с ногами на диван, Люба бездумно глядела в окно. Уже три дня она никуда не выходила. Три дня прошло, как она приехала из Ивлева. Настроение было мрачным, никуда не хотелось идти, ни с кем общаться, не хотелось делать абсолютно ничего. Она даже подумывала отключить телефон. Один раз звонила мать, но девушка была с ней настолько лаконична, что разговор быстро закончился. Люба с трудом представляла свою работу в офисе в дальнейшем. Наверное, надо было поставить в известность Нолана Паркера.

От неожиданного телефонного звонка Люба вздрогнула. После пятого или шестого сигнала она всё-таки решила взять трубку.

— Любка, девочка моя, — родной голос словно обжигающей искрой проник в сердце, заставив его замереть на долю секунды. Это был он. Он наконец-то, наконец-то!

— Ты что молчишь?

Она всхлипнула.

— Ты что, принцесса? — Макс растерялся на секунду. — Что случилось?

— Не… Ничего… Говори… Не переставай.

— Любушка, я так по тебе соскучился. Золотко моё. Каждую ночь вижу тебя во сне.

— Почему ты все это время не звонил, Макс?

— Макс? Как ты странно меня называешь.

Люба рассмеялась сквозь слёзы.

— Красавчик, где ты? Ты мне так нужен. Мне так одиноко без тебя.

— Как на работе?

— Все нормально.

— Точно?

— Да. Всё хорошо. Недавно ездили на новогодний вечер на дачу босса. Было много гостей.

— Как там этот… Начальник охраны? Не пристает к тебе?

— Да нет, красавчик, все нормально. По-моему, он успокоился… И Алла тоже.

— Здорово малышка, я рад. А то я так волнуюсь за тебя.

— Я люблю тебя, красавчик, ты самый, самый… Я так рада, что ты позвонил.

— Принцесса, я не смогу тебе часто звонить. Мне командир разрешил. Увидел, что я медленно погружаюсь в депрессию…

— А писать, писать ты можешь?

— Неа, ничего нельзя. Потерпи, Любушка, чуть больше полгода осталось.

— Восемь месяцев и двадцать три дня.

— Ну вот, видишь, совсем ничего. — Максим рассмеялся на том конце провода.

— Болван ты… — Он почувствовал, что она улыбается.

— А во что ты одета?

— Я? — Люба оглядела свой махровый халат и шерстяные носки. — На мне сейчас красные кружевные трусики и коротенькая кружевная кофточка. Я лежу на ковре перед камином.

— Класс. Не знал, что ты купила камин… — Максим усмехнулся. — Я слышу ты пьешь что-то? Чай?

— Нет, дорогой, у меня в руках бокал Бургундского.

— А в другой руке?

— Другой рукой я держу… Я держу свою винтовку, которую ты мне подарил. Сорок пятого калибра, между прочим, мой любимый размер.

Максим рассмеялся.

— Ну а ты, ты где сейчас?

— Я стою на вершине горы. Никого нет. Небо голубое, и ни облачка.

— А что на тебе надето? — Кокетливо спросила Люба.

— Ничего.

— Как ничего? Но сейчас же зима! — Она рассмеялась в телефонную трубку.

— Ах да, зима… Ну и что? А я стою здесь обнаженный, в руках у меня огромный серебряный кубок с грогом, ну ты знаешь, для согревания. Ну и потом, когда я думаю о тебе в красном кружевном белье, мне становится так жарко принцесса, что…

Они начали смеяться одновременно и не могли остановиться, наверное, минут пять.

— Знаешь, у меня всего полчаса с тобой поговорить. — Сквозь смех сказал Максим, а мы тут дурью маемся.

— Зато у нас жизнь прибавляется.

Отсмеявшись и повеселев, они разговаривали ещё минут пятнадцать, пока не пришел командир и не сказал, что пора заканчивать, время истекло.

— Пока, принцесса. Жди меня. Не сиди дома. Хорошо? В табуретку превратишься.

— Хорошо, красавчик, иди допивай свой грог и смотри с горы не свались.

Повесив трубку, Люба вскочила с дивана и, схватив подушку, протанцевала с ней до середины комнаты. Потом поставила чайник и пока ждала, когда он закипит, набрала номер своей подруги.

— Алё, Зойка. Ты не поверишь, что случилось!

— Что такое? — На том конце провода чувствовалось нетерпение.

— Он позвонил!

— Макс? Да ну… И что, что с ним?

— Ой, Зоечка, я так рада! Я не знаю, чтобы я сейчас делала. У него всё хорошо, он не может звонить вообще. Просто мой бедный принц загрустил, и командир сжалился над ним. — Люба одной рукой наливала чай в пиалу. — Слушай, а ты не хочешь встретиться?

— С удовольствием бы, Любк, но никак не могу. Сейчас ко мне мой прикатит, так что извини. Я бы рада, но…

— Ладно, ничего, что-нибудь придумаю.

— Иди в тир постреляй. Небось забыла, как курок нажимать.

— Какая ты молодец, Зойка. Я так и сделаю.

Попрощавшись с подругой Люба быстро допила чай и начала собираться в тир.

Глава 6

Люба нерешительно открыла дверь в офис Нолана Паркера, который приехал из Канады два дня назад.

— Ливан. — Увидев её, он слегка нахмурился. — Много почты накопилось. У тебя что-то срочное?

Девушка закусила губу.

— Что случилось?

— Мистер Паркер, я… Я хочу уволиться.

Нолан рассмеялся.

— Ты конечно шутишь, дорогая.

Люба молчала.

Нолан встал из-за стола и подошёл к ней.

— Это из-за Аллана? Да. Что он сделал тебе?

— Простите, мистер Паркер…

— Нет. Это ты прости меня… Я поговорю с этим сукиным сыном. И нет, Ливан, ты остаешься работать. Не волнуйся, мой племянник больше не будет тебя тревожить.

Люба села на стул и, закрыв лицо руками, всхлипнула.

Паркер подошел к ней ближе и присел перед девушкой на корточки. — Не волнуйся. Я не дам тебя в обиду. — Он погладил её по волосам. — Знаю, знаю, как тебе не легко. Твой друг далеко, ты одна. Кажется, что вокруг одни враги. Я обещаю, я поговорю с Аллой. Она изменит своё мнение о тебе. Ты знаешь, она просто ревнует тебя ко мне…

Люба вытерла слёзы и улыбнулась мужчине, глядя на него снизу вверх.

— Я постараюсь. Только ради вас.

В это время дверь распахнулась, и в неё вошла Алла, неся впереди себя поднос с дымящимся кофе. Какое-то мгновение она ошалело глядела на Любу и Нолана, склонившегося к ней и гладящего её по голове. Потом вдруг раздался звон разбиваемой посуды, и Алла, сдавленно вскрикнув, бросилась вон из кабинета. Люба вскочила, поправляя костюм.

— Подожди, я все исправлю. — С этими словами Нолан выбежал вслед за своей секретаршей.

Люба нашла Аллу на улице, сидящую на скамейке и жадно затягивающуюся сигаретным дымом. Нолана Паркера уже рядом не было.

Люба подошла к ней.

— Можно я присяду?

Алла недобро глянула на неё.

Люба дотронулась до плеча секретарши.

— Это не то, что ты думаешь, Алла. Я понимаю, это выглядело так… Ну, наверное, Нолан уже тебе все объяснил.

— Нолан… — Алла усмехнулась.

— Ну мистер Паркер, конечно. Для тебя он Нолан. Я просто…

— Что просто?! — Алла резко повернулась к ней. — Сука ты поганая. Все, все хочешь прибрать к себе. И его тоже.

— Да нет же, Алла. Ты же знаешь, что у меня есть Макс, и мне никто кроме него не нужен. Прости, если ты что-то не так поняла.

— Это ты не понимаешь ничего. Мне уже за тридцать. Мне нужен муж. Скоро! Я больше не хочу ждать. У меня нет времени. И я не хочу жить в этой сраной стране! А ты мне все карты путаешь. Когда ты рядом со мной, они все смотрят только на тебя. — Алла всхлипнула.

— Мне кажется, Алла, что мистеру Паркеру ты очень даже по душе. — Люба осторожно взяла Аллу за руку. — Слушай, давай перестанем враждовать. Ведь на самом деле нам нечего делить и не за кого сражаться.

Алла с удивлением посмотрела на Любу. В её глазах на миг промелькнуло сомнение.

— Ладно. — Она махнула рукой. — Наверное, ты права. Мне уже все это надоело. Попробуем сосуществовать мирно.

Люба улыбнулась секретарше. Она надеялась, что их вражда наконец-то закончится. Алла подала ей руку.

— Мир.

— Может пойдём куда посидим после работы? В «Мусхэд»? — предложила Люба.

— Может быть. Посмотрим.

С этими словами Алла поднялась со скамейки и, плавно покачивая бёдрами, направилась к зданию офиса.

Алла сидела на диване в гостиничном номере Аллана Паркера и поправляла макияж, глядя в зеркальце косметического набора.

— Честно говоря, Аллан, я с трудом поверила, что удача идёт прямо ко мне в руки. Я не ожидала, что она предложит мне, хм, дружбу.

— Ну вот видишь, наконец-то. Заходи к ней почаще, а я тебе буду говорить, какие документы меня интересуют. И вообще, она меня тоже интересует. Только в другом смысле.

— Ах, какой ты ненасытный. Тебе уже и меня не хватает. — Алла встала и подошла к окну. — Но и ты не забудь мои условия, дорогой. Ты знаешь, что меня интересует твой дядюшка.

Аллан усмехнулся.

— Я думаю, это будет не сложно. Ты неплохая штучка в постели. — Он подошёл сзади и провёл пальцем по спине молодой женщины. — Интересно, а какова она в постели?

— Надеюсь, ты когда-нибудь об этом узнаешь.

С этими словами Алла расстегнула молнию на брюках мужчины и, облизнув ярко-красные губы, провела рукой по его, мгновенно взбухшей плоти.

В последнее время Люба себя чувствовала почти счастливой. Начиналось лето, и, значит, до приезда Максима оставалось чуть больше трёх месяцев. За все это время Люба смогла поговорить с ним ещё только один раз. Разговор был намного короче предыдущего, и голос парня был усталым и глухим.

— Ты как там, принцесса? — Без предисловий спросил он.

— Нормально, Макс…

— Опять Макс?

— Ну что ты, красавчик, что с тобой?

— Просто я люблю тебя, малышка, и ужасно по тебе соскучился.

На глаза Любы навернулись слезы.

— Ты что, собираешься плакать

— Откуда ты знаешь?

— Я все знаю, принцесса. Как дела на работе?

— Ты знаешь, даже очень неплохо. Мы с Аллой вроде как даже и подружились. Раз в неделю мы с ней ходим в кафе после работы.

— Поосторожней с ней, поняла?

— Да ладно. Она на самом деле безобидная.

— А как там этот начальник безопасности?

— Аллан? Он уже давно в Торонто. Не видно и не слышно.

— Ну и прекрасненько. — Макс вздохнул.

— А ты-то как, красавчик? Тяжело?

— Да уж нелегко. — Макс рассмеялся. — Видела бы ты меня сейчас.

— Что? Ты весь в синяках?

— Нет, малышка. Просто теперь у меня мускулы выросли.

— Из всех твоих мускулов меня интересует только один.

— Да, теперь я могу с уверенностью сказать, что ты действительно соскучилась. Осталось уже недолго. Потерпи, милая. А теперь мне надо бежать, притом совершенно в прямом смысле.

— Ты мне ещё позвонишь?! — Крикнула Люба, но в трубке уже раздавались короткие гудки.

Люба аккуратно положила трубку на рычаг и мечтательно уставилась в окно. Там буйно раскинулась весенняя Москва. Где-то звенел и погромыхивал трамвай, галдела ребятня, бегающая по двору школы, какого-то мальчика бабушка звала домой ужинать. Люба улыбнулась, закрыла лицо руками. Все складывалось прекрасно. На работе к ней стали относиться намного лучше. Наверное, повлияли её ставшими приятельскими отношения с секретаршей Нолана Паркера. Они частенько вместе пили кофе по утрам в Любином офисе и раз в неделю заходили в кафе «Бинго-Бонго».

Алла выглядела тоже довольной, поскольку её отношения с боссом шли к предложению руки и сердца, а также к бриллиантовому колечку где-то за пятьдесят тысяч долларов. Аллан Паркер тоже пока не появлялся. Уехав в Торонто ещё в феврале, так и находился там.

От всего этого на душе у Любы было светло и радостно.

В середине августа в один из дождливых дней Люба брела к Киевскому вокзалу. В руках у неё была сумка с продуктами, которые она только что купила в Смоленском гастрономе. Машина была на профилактическом ремонте. Дождь был не холодным, а даже приятным, смывающим удушливую пыль столицы.

— Подай, красавица, жизнь твою расскажу. — Грудастая цыганка в пышной юбке перекрыла Любе проход.

Девушка поморщилась.

— Да на уж, бери. — Она протянула ей двадцать пять рублей. — Только не говори мне ничего. Я все равно не верю.

— Ждёшь ты его, душа моя. Скоро уже вернётся, в начале осени.

Люба остановилась в недоумении.

— И ты его любишь, и он тебя… — Цыганка покачала головой. — Только не будете вы вместе. Заберут его у тебя…

С лица Любы отхлынула кровь.

— Одна память останется…

Девушка выхватила из кошелька деньги и бросила их в цыганку.

— Забирай всё, все забирай, только заткнись, глупая. Не хочу ничего знать.

Из глаз брызнули слёзы, и, не разбирая дороги, она бегом бросилась к спасительному метро.

Как во сне Люба доехала до дома, не замечая ни стекающих по лицу слез, ни сочувствующих взглядов прохожих. Бросив сумку с продуктами на пол, она сняла всю одежду, брезгливо, словно боясь испачкаться, и, включив горячий душ, долго стояла, рыдая в голос. Нет, она не будет верить этой черномазой проходимке. Откуда она может знать! Ей просто нужны были деньги… Но как же она могла знать, что Макс вернётся в начале осени. И что она ждёт его… Что, у неё это написано на лице?

Выйдя из душа, она, прижав руки к груди, умоляюще гипнотизировала телефонный аппарат. «Ну позвони же, позвони», — шептали её распухшие от рыданий губы. Но тишина упрямо не нарушалась долгожданным телефонным звонком.

Стянув мокрые волосы в конский хвост, быстро натянув джинсы и свитер, Люба собрала свою подаренную Максимом винтовку и, хлопнув дверью, выбежала из замершей одинокой квартиры.

В тире она пробыла невероятно долго, раз за разом побивая свои же рекорды. Хозяин, видя, что девушка не в себе, закрыл его для остальных посетителей, исподволь любуясь суперметкой стрельбой и сочувственно вздыхая.

Максим сидел на крыльце казармы, когда к нему подошел Андрей.

— Ты чего, Фил, тут сидишь? Все там собрались фоткаться. Ты что, не хочешь, что ли, или все по своей скучаешь?

— Наверное, и то, и другое. Нафиг эти фотографии нужны? Вон у меня ты, Геркулес, Алекс друганы. Мы же не собираемся теряться

— Это верно. Геркулес хочет с тобой работать. — Андрюха чиркнул спичкой, прикуривая сигарету.

— Немного грустно, — продолжал Макс, — расставания… Вроде всего год прошел, а кажется, что все пять. Я бы и дальше бы продолжал бы, но не могу… У меня Любка. И бизнес.

— А я вот подумываю подвязаться куда-нибудь в Афган. И опыта ещё больше наберусь и добрых дел поделаю.

— Молодец Андрюха, только береги себя.

Макс поднялся.

— Ладно, пойдём. Может ты захочешь мою фотку сохранить.

Ночью Макс лежал на кровати с открытыми глазами, пялясь в непроглядную черноту потолка и раздумывая о будущем. Оставалось меньше месяца до возвращения домой, и он старался меньше думать о Любке. Мысли эти доводили его до сумасшествия, хотелось прыгать, плясать, смеяться. Сейчас он старался думать о том, что предпринять по организации своего охранного предприятия. Нужно было помещение, надёжные люди и хорошее оборудование. В деньгах проблем не было. С прошлого года у него лежала приличная сумма в банке, которая продолжала увеличиваться по мере продаж его уникальных компьютерных программ. Макс чувствовал себя более уверенно после прохождения этого военного курса. Он освоил приемы самообороны и нападения, которым обучают спецназовцев, научился работать с различными приборами наблюдения и отслеживания объектов, обращаться с различным видом оружия. Если ещё год назад Максим был в прекрасной спортивной форме, то теперь он выглядел ещё более мускулистым и заматеревшим. С Геркулесом они решили состыковаться сразу после дембеля, как все называли окончание военной подготовки. У того было много связей в финансовых кругах, и Геркулес хотел принять активное участие в проекте Максима. Андрюха серьезно подумывал о продолжение военной карьеры. Как ни странно, Максим очень сблизился с Александром. Родители Александра были достаточно обеспеченными людьми. Отец был прокурором области, а мать главным врачом областной больницы. Отец не хотел, чтобы Александр шел в армию. Ему прочили адвокатскую карьеру. Заработав на каких-то сделках с недвижимостью, молодой человек в тайне от своих родителей записал себя в военный подготовительный лагерь. До этого он пытался попасть в армию, обивал пороги военкоматов. По приказу отца его выгнали оттуда прочь. Отец хотел, чтобы сын женился на дочери его шефа. В конце концов, Александру просто надоело подчиняться во всём родителям. Характер у Александра был непростой и несговорчивый на первый взгляд, но так как Макс никогда не доверял первому впечатлению и был достаточно миролюбивым и терпеливым, то ему все-таки удалось расположить молодого человека к себе. Сейчас тот сидел в бойлерной и курил. Увидев приближающегося Максима, он затушил сигарету и поднялся.

— Привет, братан. — Макс пожал руку. — Наши там фоткаются.

— Ну да… Только нафига это надо. Будет только пару фоток за все это время.

— Ты матери звонил вчера?

— Нет, хотел было. Командир дал телефон, но я потом передумал. Знаешь, я уже решил, что я буду жить от них подальше. И так мне всю плешь проели. Наверное, сразу после возвращения свалю в Москву или в Питер — там большие рыбы плавают.

— Ты думаешь, тебе будет легко идти наперекор отцу?

Александр пожал плечами.

— Да поживём — увидим.

— Ну если что, там помощь какая нужна, обращайся ко мне. Вместе прорвемся.

— Спасибо, братан. У меня на всякий случай есть твой телефон и адрес. Да и вообще, без всякого случая увидимся. Знаешь, — Александр осмотрелся. — Ты мне как-то сразу понравился: такой рассудительный, без всяких камней за пазухой. Я уверен, ты будешь крутым бизнесменом. Я все уже продумал, просчитал.

— Чувствую, работать мы будем частенько вместе. — Макс рассмеялся. — В любом бизнесе нужны хорошие адвокаты и юристы.

Шел дождь, настоящий, осенний. Максим вышел из метро, огляделся. Странно. Было очень необычное чувство: вроде всё до боли знакомое, родился здесь, вырос, и в то же время, будто все это он видел в первый раз. Всего один год, а такое впечатление, словно прошло лет пять. Подходя к дому Любы, он ещё раз оглядел себя в отражении витрины магазина. Ему казалось, что он уже слышит, как она шепчет ему: «Какой же ты красавчик».

Было ещё не поздно, но уже темно. В окне Любиной квартиры горел свет. В её комнате. Может она сейчас пьет свой любимый жасминовый чай… БМВ был припаркован около дома. Макс почувствовал, как у него на миг замерло сердце. Вот уже сейчас, меньше чем через минуту, он будет сжимать её в своих объятиях, самую драгоценную, самую долгожданную женщину.

Люба только что вышла из душа. Сегодня был очень тяжелый день. Наконец-то подписали выстраданный контракт, потом все начальство пошло в ресторан. В общем, теперь Люба мучилась от головной боли. Алла дала ей пару таблеток аспирина, но они слабо помогли. Люба заварила чай и только было собралась включить вечерние новости, как раздался звонок в дверь. Люба недовольно поморщилась. «Кого ещё принесло?» Она открыла дверь, и в глазах словно помутнело.

На пороге стоял он. Загорелый, небритый, уставший, но с сияющими от счастья глазами.

— О боже… — Люба отступила назад, потом схватила Макса за рукав его камуфляжной куртки. — Красавчик! Входи же, ну…

— Любка! Любка… — Его губы растянулись в улыбке. Он обхватил её лицо обеими руками, осыпая жадными голодными поцелуями.

— Макс… Красавчик, милый мой. — Шептала Люба, слезы радости лились по её щекам.

— Ну ты чего, принцесса, опять плачешь? Веди лучше в кухню.

— А может сразу в спальню?

— Малышка, поверь, больше всего на свете я хочу оказаться в постели с тобой, но мне надо сначала в душ. Я грязный, вонючий…

Люба сморщила носик.

— Фу, милый, как ты об этом говоришь. Пожалуй, ты прав, Макс, иди в душ. Я буду тебя ждать. Открою бутылку Кагора. Закуски у меня, к сожалению, нет.

— Бедная моя, малышка. Голодала тут без своего мальчика. — Максим сбросил вещмешок и куртку. Стал растягивать ремень на брюках. Увидев, как расширились глаза Любы, отвернулся.

— Я знаю, моя голодная принцесса. Я сейчас быстро.

С этими словами он скрылся за дверью ванной.

Люба проснулась от назойливого писка будильника. Она вскочила с кровати, но тут же поняла, что там с ней кто-то лежит. Значит, это не сон, значит, красавчик действительно вернулся. Он здесь, с ней рядом. Она отключила будильник и повернулась к Максу. Он, улыбаясь, смотрел на неё.

— И давно ты не спишь?

— Давно, принцесса. Я так и не смог заснуть. Все лежал и смотрел на тебя.

— Ты, наверное, жутко устал.

— Ерунда, принцесса. Я готов проводить так каждую ночь, лишь бы ты была рядом.

— А я хоть и спала как убитая, но все равно не выспалась. А ещё на работу тащиться.

Люба уныло вздохнула. Набросила короткий шелковый халат.

— Ну так ты иди, принцесса, а я тут прекрасно отдохну, высплюсь.

— Какой ты. — Она укоризненно помахала пальцем и закрыла за собой дверь ванной.

Когда она вышла спустя пятнадцать минут, на столе уже дымился кофе. Люба потянула носом.

— У-у, как вкусно пахнет. — Ты и тосты уже сделал, красавчик?

Макс сидел за столом в одних трусах и просматривал вчерашнюю газету.

— Мы даже не успели с тобой ни о чем поговорить.

Люба села напротив.

— Это мы ещё наверстаем. Лучше пей кофе. У нас ещё будет время кое-чем заняться до того, как тебе надо будет бежать на работу.

— Хитрец! Между прочим, я не собираюсь никуда бежать. — Люба отпила свой кофе. — Я поеду на машине. А вот ты, милый…

— Ах ты, дерзкая девчонка. — Макс встал и, схватив Любу за плечи, заставил её встать с табуретки. — Сейчас тебе надо будет бежать обратно в кровать.

Он впился губами в её приоткрытый рот.

— Я люблю тебя, Любка, моя милая. Я так по тебе соскучился. Может, и не пойдёшь на работу?

— Красавчик, сегодня уже пятница. У нас будет с тобой два дня. Но тебе надо отдохнуть, домой съездить. Переодеться. Возьмёшь мою машину.

— Ну хорошо, хорошо, принцесса. — Губы Максима медленно спускались по шее девушки вниз. — Помолчи немного. У нас с тобой осталось меньше пятнадцати минут.

— Ненасытный солдафон. — Люба позволила юноше снять с неё халат и потянула его в спальню.

Максим сидел за рулём любиного БМВ.

— Машина нормально работает?

— Лучше некуда. — Люба захлопнула дверь, садясь рядом.

— Видишь, что значит, от души дарил.

— Ты и твои машины. Я помню твою игрушечную коллекцию машинок, и как ты выбирал, кому какую купить.

Вот видишь, принцесса, мечты сбываются.

Макс умело вёл машину сквозь утренние московские пробки.

— И какая же следующая машина? — Люба с нежностью глядела на его смуглые руки, лежащие на руле.

— Мне больше по душе спортивные, например, Порш, Феррари, но скорее, это будет что-нибудь большое и семейное.

— Ты никак собираешься сделать мне предложение?

— А ты ещё не поняла? Тебе что, глупышка, надо десять раз намекать?

Они остановились на светофоре. Максим вынул небольшую коробочку из кармана пиджака.

— Знаешь, Любушка. Это не кольцо.

Девушка открыла коробочку и вопросительно посмотрела на Макса. Внутри лежала коробочка с небольшим кулончиком в виде сердца, обрамлённого рубинами. При ближайшем рассмотрении можно было увидеть, что там было что-то выгравировано.

— Ты большой оригинал, Макс.

— У меня даже лупа специальная с собой есть.

Люба рассмеялась. Но обратной стороне кулона было написано изящным почерком «Я твой навсегда, Макс».

— Интересно, а почему не «красавчик»?

— Ну так как, ты выйдешь за меня замуж?

Максим выжидающе глядел на девушку.

— Ну, конечно, выйду, Макс. Что же мне с тобой делать… А когда?

— Где-нибудь через год. Просто столько дел надо ещё сделать…

— Через год? — Люба закусила губу. — Что, ты опять куда-то собираешься ехать?

— Нет, малышка. Я хочу просто встать на ноги. Не обижайся.

— Но мы можем вместе вставать.

— Любка… Принцесса… Я хочу, чтобы у нас был новый дом, куда бы мы сразу въехали.

— Дурак ты, Макс. Все это материальное. Я думала, что ты… Я ждала тебя, надеялась, что мы будем вместе… — В глазах девушки блеснули слёзы. — Даже не хочешь переезжать ко мне.

— Ну на самом деле. Я же работаю дома. Когда я рядом с тобой, мой мозг полностью отключается.

— Останови машину. Я не хочу ничего слышать больше.

Макс взял её за руку.

— Не надо так. Не будем ссориться. Тем более, мы почти приехали.

— Сегодня не приезжай. — Люба рывком открыла дверь.

— А что так?

— Не хочу тебя видеть.

— Я люблю тебя, принцесса.

Люба хмыкнула и, тряхнув волосами, быстро направилась к подъезду офисного здания.

Она сидела, мрачно уставившись в экран монитора. Хотелось плакать от злости и обиды. Люба не заметила, как в её кабинет вошла Алла.

— Ты что такая мрачная?

Люба, вздрогнув, подняла взгляд на вошедшую.

— А, ерунда…

— Сделать тебе кофе?

— Не надо. Я ничего не хочу сейчас.

Алла наклонилась к Любе.

— Да что случилось-то?

— Макс вернулся.

Алла насторожилась. Ещё год назад она только и думала, как бы заполучить этого породистого скакуна себе в постель. Это что ж, он вернулся и уже успел поссориться со своей кралей?

— Он вернулся и сделал мне предложение. Через год.

— Что через год? — Не поняла Алла.

— Мы поженимся через год.

— Любаш, ты что? Из-за этого? Так это и хорошо! Вы как раз ещё проверите свои чувства. Он только что пришел голодный, холодный, недоласканный. Да и к тебе тут всякие там ласты подбивают…

Люба с изумлением уставилась на свою приятельницу.

— Ал, ты что? Мы проверили чувства много лет назад.

— Не расстраивайся, подруга. Лучше расскажи поподробней. Вы же не сразу начали ссориться. Как вы провели ночь?

Люба нахмурилась.

— Тебя интересуют подробности? К сожалению, об этом я не привыкла ни с кем говорить. — Девушка встала из-за стола и подошла к окну. — Но если тебя интересует, каков Макс в постели, то он просто супер.

— Ладно, Любка, мне пора бежать к Нолану. — Алла подошла к двери. — Встретимся в обед.

И она выскользнула за дверь.

Когда Нолан Паркер вызвал Любу к себе в кабинет, та, проходя мимо стола Аллы, задержалась.

— Привет, дорогая, — Секретарша потянулась. — Ну что, как, твой любимый звонил?

— Нет. — Люба пожала плечами. — Я запретила ему звонить.

— Что, он тебя слушается? — Алла сморщила носик. — Что это за мужик?

— Когда надо, он мужик, что надо. — Она открыла дверь кабинета. — Ну ладно, давай больше не будем о нём сегодня.

Глава 7

Паркер сидел в кресле, закинув ноги на стол, и разговаривал с кем-то по телефону. Увидев Любу, он указал ей на кресло напротив.

— Yes, I understand, but I need you here right now.

Люба открыла папку с документами и стала неторопливо просматривать бумаги.

Нолан недовольно буркнул.

— See you, — и бросил трубку.

— Срочное дело. Надо немедленно ехать в Норильск.

— В Норильск? Мы там никогда не были. Это по поводу «Источника»?

Паркер кивнул.

«Источник» был одной из компаний, которая хотела сотрудничать с их фирмой, но Паркер им не очень доверял. По его мнению, те хотели выудить нужную им информацию и опередить на рынке сырья.

— И когда вы планируете это сделать?

— Да прямо сегодня, максимум завтра. Поэтому Аллан мне нужен здесь и сейчас. А ты, Ливан, мне ещё более необходима, так как должна поехать с ним. Внештатная командировка.

— В эти выходные?

— Да, в эти выходные. — Нолан снял очки, протер их платком. — Я попросил Аллу заказать билеты.

— Но… Мистер Паркер…

— Знаю, я знаю, ты недолюбливаешь Аллана, но бизнес есть бизнес. Разговор закончен.

Люба закусила губу. Она медленно поднялась со своего стула и, опустив голову, вышла за дверь.

Максим ждал Любу у офиса, сидя в её машине. Увидев девушку, он вышел из автомобиля. В руках у него был огромный букет красных роз. Люба хотела пройти мимо, притворившись, что не видит его, но Макс преградил ей дорогу.

— Водитель прибыл, ваше высочество. — Он низко поклонился ей, протягивая цветы.

— Дурак ты, Макс. — Люба не смогла сдержать улыбку. — С тобой даже поссориться нельзя.

— А со мной не надо ссориться, малышка. Послушай, полезай в машину, выходные начались. Надеюсь, у тебя дома найдётся лёд, потому что у меня есть бутылка шампанского и ведёрко для него.

— Шут гороховый. — Люба взъерошила его волосы и чмокнула в щеку. — Поедем уж.

Люба села в машину, погрузила своё лицо в цветы. Как пахнет!

На душе было радостно и тоскливо. Радостно, потому что Макс здесь, сейчас, с ней. Она его безумно любит, и он её тоже. Тоскливо, потому что завтра с утра ей надо улетать в холодный Норильск, а значит, плакали их выходные. К тому же надо ехать с этим Алланом. Она краем глаза глянула на Максима. На нём был тёмно-синий пуловер, подчёркивающий загар. Макс, по-видимому, уже сходил в парикмахерскую. Тёмные, почти чёрные волосы были коротко подстрижены.

— Я смотрю, ты там, в лагере, хорошо проводил время. Выглядишь отдохнувшим, загорелый такой…

— Не поверишь, Любка. Проводил тебя утром, приехал домой и лёг спать. Проснулся часа три назад только.

— Значит, мы поссорились, ты приехал домой, завалился спать, а я тут места себе не находила — работать не могла…

— Так это потому, что это ты со мной поссорилась, а не я с тобой, глупышка.

— Мужики… Толстокожие индюки. — Люба надула губки.

Они подъехали к дому. В подъезде на лестнице они долго целовались. Люба хихикала.

— Мы похожи на школьников.

Макс прижал девушку к стене и стал расстегивать на ней блузку. Рука его двинулась к застежке бюстгальтера.

— Ты размазал всю мою помаду.

— Не паникуй. У меня все лицо в твоей помаде. Зачем вы, бабы, вообще мажетесь?

— Какие ещё бабы? И много их у тебя? — Люба прикусила мочку его уха.

— Где твои ключи от квартиры?

Макс обнажил грудь девушки и припал губами к соску.

— О-о…

— Быстрей. Я сейчас взорвусь.

Люба протянула ему ключи. Она вся дрожала.

Едва ворвавшись в прихожую и еле успев закрыть дверь, молодые люди утонули в страстных объятиях друг друга.

— Как я был без тебя весь этот год! — Шептал Максим между поцелуями. — Я люблю тебя, девочка моя.

— Макс, Макс, красавчик, возьми меня прямо сейчас. Я не могу больше ждать.

Он поднял её на руки и понёс в спальню, на ходу снимая одежду.

— Какая ты красивая, принцесса. — Он гладил её обнаженное тело. — У тебя кожа как шелк. — Глаза Макса горели восхищением. — О, боже, я, наверное, сойду с ума.

Люба обхватила ногами его спину.

— Я уже схожу с ума, красавчик. Давай же, скорее.

Со стоном наслаждения он погрузился в неё.

Сколько прошло времени, никто из них не знал. Шампанское было забыто, букет роз так и остался лежать в коридоре. От резкого телефонного звонка Люба вздрогнула.

— Чёрт, кого там ещё, — недовольно пробормотал Макс, отрываясь от губ девушки. — Не подходи.

— Угу, — Люба провела ладонью по щеке любимого. — Продолжай… Целуй меня, красавчик…

Телефон продолжал трезвонить. Люба одной рукой схватила подушку и запустила её в ненавистный аппарат. Наконец-то наступила долгожданная тишина.

— По-моему я его убила… — Она с улыбкой откинулась на плечо Макса. — Все время звонит, когда не надо. Постой-ка… — Внезапно вскочила с кровати. — Сколько сейчас времени? — Боже мой! — Она прижала ладони к вискам.

— Что с тобой, принцесса?

— Я забыла тебе кое-что сказать. Да… Я забыла обо всём, как только тебя увидела…

— Что, в конце концов, случилось? — Максим сел на край кровати.

— Мне срочно надо ехать…

— Ехать?! — Парень рассмеялся. — Шутишь? О чем ты вообще?

— Слушай. — Люба уже надевала юбку и свитер. — Ты только не обижайся. У меня совсем вылетело из головы. Я должна лететь в Норильск сегодня ночью. Самолёт через три часа.

Лицо Макса потемнело.

— Объясни.

— Макс, он мне только сегодня сообщил. Я не знала. Я должна лететь в командировку с Алланом Паркером.

— Вот как? С этим уродом… А больше некому было полететь?

— Ты же знаешь, красавчик…

— Подожди. — Молодой человек натянул джинсы и теперь стоял перед Любой сердитый, хмурый, с обнаженным загорелым торсом. Люба опустила глаза.

— Мы же собирались провести выходные вместе.

— Собирались… Но…

— Любка. — Взял её за плечи. — Просто вот так, да? Надо ехать. Посреди ночи вскочила и полетела. И ты ещё на меня обижаешься, что я тебе предложил пожениться через год. Как говорится, в чужом глазу соломинку видишь, а в своём и брёвна не замечаешь. Знаешь, я пожалуй пойду, а ты давай, собирайся. Надо ещё чемодан уложить.

— Дурак ты, красавчик. — Из глаз девушки потекли слезы. — Я люблю тебя! Больше всего на свете хочу быть с тобой. Сейчас, сегодня, завтра, всегда. Думаешь, мне хочется ехать куда-то? Да ещё с этим…

— Да, вот именно, с этим.

Люба видела, как на скулах Максима заходили желваки. — Ладно, принцесса, езжай. Обо мне не беспокойся. Я как-нибудь это проглочу.

Макс направился к двери.

— Увидимся на следующей неделе. — Он открыл дверь. Люба бросилась к нему.

— Прости, Макс, ну пожалуйста. Не уходи так. Я прошу тебя!

— Как так? — Он пожал плечами. — Я просто еду домой. Позвони, когда приедешь.

Дверь захлопнулась. Люба закрыла лицо ладонями. Все так прекрасно начиналось. Каких-то пару часов назад она целовалась с Максом на этом же самом месте, а теперь только растрёпанный букет красных роз напоминанием лежит на ковре.

Они поссорились. Поссорились впервые за все эти годы. Кто прав, кто не прав. Наверное, оба. Как тут можно выбрать — любовь, карьера… Было глупо, думать, что любимый человек согласится быть на заднем плане. И она не хотела этого. Сколько лет она знает Макса? Все эти годы они помогали друг другу, всегда держались вместе и всегда выходили победителями из любых ситуаций. Так что случилось сейчас?

Так что же случилось сейчас? Максим быстрой походкой шел к себе домой. Начинался мерзкий осенний дождь, но он, казалось, не замечал, как холодные струи хлещут его по лицу. Он понимал, что неправ, но ничего не мог поделать. Словно какая-то пружина вдруг распрямилась. Макс ревновал. Ревновал не как мальчишка тогда, на сборах, а как ненормальный псих. Это была физическая боль, начинающаяся в где-то в желудке и чёрной желчью разливающаяся по всему телу. Как только она упомянула имя Аллана Паркера, у него перед глазами все будто застило белой завесой. Его Любка едет с этим уродом! Макс, конечно, знал, что девушка не переносит племянника своего шефа, но, но… Вдруг… Ему непереносимо хотелось курить. А ещё ужасно хотелось напиться, да так, чтобы обо всем забыть. Он пошарил в кармане в поисках денег. Там лежала одинокая пятисотрублёвая купюра. Он свернул в сторону небольшого кафе.

Наверно вид у Максима был не очень дружелюбный, потому что молоденькая официантка подозрительно поглядывала то на него, то на своего коллегу в поисках поддержки. Максим выбрал самый дальний столик, ближе к стене, чтобы не видеть людей. Через несколько минут он уже делал заказ.

— Шашлык из баранины и триста граммов беленькой. — Он говорил отрывисто, не глядя на испуганно хлопающую глазами девушку. Он хотел, чтобы все наконец-то оставили его в покое, и он мог бы спокойно напиться и забыть обо всём.

Ещё до того, как принесли шашлык, Максим опустошил графин. Ему и не пьянелось.

— Ещё триста. — Официантка записала заказ.

Максим обхватил голову руками. Конечно, он неправ. Любка всегда, всегда все ему рассказывала. Что бы то ни было. И никогда никаких тайн между ними не было, и Макс был уверен, не будет. Ну почему же все нутро его переворачивается? Почему ему так больно? Он напоминал себе скандального ревнивца наподобие Отелло.

Принесли запотевшей графин холодной водки.

— Я надеюсь, вы не за рулем? — Официантка вежливо улыбнулась.

— Нет, я здесь рядом живу.

Максим отвернулся. Ему не хотелось ни с кем разговаривать, даже вежливо поддерживать разговор, не было абсолютно никакого желания.

Что же ему теперь делать дальше? Бедная Любка сейчас едет в аэропорт, и, наверное, её настроение совсем ни к черту. И все из-за него. Надо будет ей позвонить завтра. Макс опрокинул очередную стопку беленькой.

Как он оказался дома, Максим не помнил. Смутно припоминал, что заказал ещё пару графинов, а как расплачивался и как выходил, уже было за пределами его памяти. Он очнулся у себя дома на диване. В одежде. Еле открыв глаза, Макс пошевелил руками и попытался встать. Голова ужасно болела. Молодой человек с трудом, покачиваясь, дошел до ванны. Из зеркала на него уставилась опухшая бледная рожа с глазами-щелками и всклокоченными волосами.

— Чёрт. — Выругался Макс, потянувшись к зубной щетке и зубной пасте.

Чуть позже, уже пришедший в себя, он сварил крепкий кофе. Хотел закурить, но одна мысль о сигарете вызвала приступ тошноты. Была суббота, около часа дня, а значит, он проспал фактически больше десяти часов. Он вспомнил, что не сможет позвонить Любе, так как не знал номер телефона гостиницы, в которой она остановилась. Макс вышел на балкон. Воздух был сырой и промозглый после вчерашнего дождя. Жёлтые листья клёна ковром лежали на асфальте. Внезапно он понял, что должен делать. Прежде всего, надо привести себя в нормальную физическую форму. Он не должен расслабляться как какая-то тряпка. Макс быстро переоделся в спортивный костюм, взял гантели и вышел из дома.

Вернулся уже посвежевший, с прояснившейся головой. Взяв винтовку, он отправился в их с Любой излюбленный тир, где они были завсегдатаями уже много лет.

Хозяин, которого звали Аркадий, заметно обрадовался, увидев Максима. Обычно он был молчалив и не показывал свои эмоции.

— Приветствую. — Он пожал Максу руку. — Давненько тебя здесь не было… Добро пожаловать.

— Спасибо. — Улыбнулся. — Как бизнес?

— Неплохо, неплохо. Много молодёжи в последнее время. Ну и старики вроде вас с Любочкой заходят.

— Это я, значит, старик?

— Я имею в виду профи…

Макс рассмеялся.

— А моя часто забегает?

— Два раза в неделю обязательно.

Аркадий открыл оружейный сейф. — Кстати у меня тут кое-что интересное имеется. Хороший спецназовский ствол.

— Откуда? Ты же знаешь, я не…

— Да не волнуйся, он чистый.

Аркадий достал оружие из шкафа.

— Не хочешь своей невесте подарить?

— Я не думаю, что ей нужна винтовка.

— Ну смотри… — Аркадий закрыл оружие в сейф.

— Я подумаю. — Макс прошёл в пристрельный зал.

Люба сидела рядом с Алланом и делала вид, что увлечена изучением документов. Паркер сидел, развалившись в кресле, и пил виски со льдом. В салоне было достаточно темно, и многие пассажиры спали.

— Что-то ты заработалась. — Он глядел на неё из-под полуприкрытых век. — Может, виски будешь?

— Может быть. — У Любы было отвратительное настроение. Действительно надо немного расслабиться. Мужчина попросил стюардессу принести им бутылку.

— Не забывай, у нас завтра утром встреча с инвесторами.

— Хм. С тобой можно обо всём забыть… — Он провёл пальцем по руке Любы.

Девушка недовольно поморщилась.

— Только вот этого не надо. А то придётся тебе ехать одному.

— Тебе дать парашют?

— Лучше виски. Голова раскалывается от тебя.

Лететь надо было более четырёх часов, и одна мысль о том, что все это время она будет находиться рядом со Алланом Паркером, заставляла девушку думать о стакане алкоголя, как о каком-то спасительном зелье.

В Норильске было темно и мрачно. Дул сильный ветер. Таксист довез их до гостиницы буквально за десять минут. Из разговора с ним Любы поняла, что вылететь из города в воскресенье может быть проблемой из-за погодных условий. В гостинице оказалось сложно найти свободные номера именно по этой же причине. Многие люди сидели в этой дыре уже вторую неделю.

Аллан приобнял девушку за талию и прошептал ей на ухо: — Ну что ж, я не откажусь разделить комнату с тобой.

Люба смерила его презрительным взглядом и вполголоса проговорила.

— Умерь свой пыл и побереги свои яйца.

Аллан стиснул зубы. Эта девчонка напомнила ему о том случае, когда чуть не прострелила его мужское достоинство.

— Мне, пожалуйста, комнату на седьмом этаже, а господину Паркеру одну из свободных этажом выше или ниже. — Попросила Люба консьержа.

— Ну хоть позавтракаем вместе? Я голоден. — Аллан взял ключи от номера.

— Только после того, как я приму душ и переоденусь. У нас много дел и сразу после завтрака у нас деловая встреча. — Люба поджала губы. — Не надо забывать, зачем мы сюда приехали. Чем быстрее мы все сделаем, тем быстрее уедем из этой норы.

— А я бы не отказался побыть здесь подольше с тобой, Лав…

Люба бросила на него снисходительный взгляд.

Непонятно как этот человек мог оказаться начальником безопасности. Просто какая-то идиотская шутка. Явно без протекции дядюшки здесь не обошлось.

Дверь лифта распахнулась, и Люба вышла.

— Я позвоню, когда буду готова.

Спустя полчаса Паркер с Любой встретились внизу, в фойе гостиницы. На ней был бежевый костюм. В руках у девушки был плащ.

— Я не люблю, когда ты так официально выглядишь. — Сказал он, оглядывая её с ног до головы.

— А как я должна выглядеть на переговорах?

— Ну как должна выглядеть молоденькая девчонка — переводчица.

— Но я не девчонка — переводчица. Я заместитель финансового директора.

Аллан фыркнул.

— Кукла. — Пробормотал он. — Вообразила себе невесть что. Да тебя и взяли на работу за твои пухлые губки и сиськи.

— Ну тогда я не знаю, почему тебя взяли начальником службы безопасности. В твоем отделе полный бардак. И вся секретная информация утекает из компании. Наверное, ты её и сливаешь за деньги.

Лицо Аллана стало чернее тучи.

— Сучка. — Отрывисто бросил он и, сунув руки в карманы куртки, вышел на улицу. Люба пошла за ним, усмехаясь про себя.

Наконец-то она набралась храбрости сказать это ему в лицо. Бедный безгрешный Нолан Паркер просто был слишком не конфликтным человеком, но и его терпение начинало заканчиваться. За последние пять месяцев они потеряли несколько важных контрактов. Все время находились какие-то конкуренты. Сейчас он с ней, он начальник службы безопасности и должен все разузнать про компанию «Источник» и всех, кто эту компанию окружает. Если он этого не сделает, или сделка сорвётся, значит, что-то здесь нечисто, и президенту их компании придётся принимать крутые меры. Люба вздохнула. «Эх, Макс бы точно знал, что делать. Вот у кого есть и знания и интуиция. Его компьютерные программы по обеспечению безопасности расходятся за огромные деньги и известны во всём мире. Какой он всё-таки гений». Люба вздохнула. «Как он там сейчас? Что делает? Скучает ли по ней? Они так по-дурацки расстались. И это на следующий день после того, как он приехал из военного лагеря…»

Девушка вздрогнула от прикосновения руки Аллана.

— Что это ты задумалась, красотка? Зайдем-ка в это кафе. Я умираю без кофе.

Девушка кивнула, и они вошли в помещение.

Они сидели друг напротив друга. Аллан пил кофе, закусывая круассаном и просматривая оставленный кем-то журнал. Люба исподволь разглядывала его. Наверное, ему лет тридцать, думала она. — Вроде и не урод, но какой же он мерзкий…

Она отпила свой кофе.

У Аллана были рыжеватые волосы, оставшиеся в основном на висках и затылке. Лицо было немного одутловато и с нездоровым оттенком. «Наверное, развлекается много по ночам». Под пиджаком угадывались широкие плечи и грудь. В общем-то, он был в неплохой физической форме, и, если бы не его мерзкий характер, он мог быть вполне симпатичным мужчиной.

— Что, я тебе нравлюсь? — Неожиданно спросил Аллан.

Люба поперхнулась. Отставила чашку с кофе.

— Что? С чего это вдруг?

— Ну ты так на меня засмотрелась… Поверь, я и в постели неплох.

Люба резко встала из-за стола.

— По-моему, нам пора идти. Через час встреча. Надо подготовиться.

— Сядь, дорогая, расслабься… — Он вальяжно развалился в кресле. — Мне надоел этот спектакль. Ты мне нравишься. — Аллан оглядел её с головы до ног. — И фигурка, и темперамент. Почему бы нам не получить удовольствие друг от друга.

— Мистер Паркер, вы знаете у меня есть молодой человек, который мне нравится.

— Ну его же здесь нет. — Он пожал плечами. — Совсем не обязательно ему что-то говорить.

— Тогда последнее предупреждение. — Люба оперлась кулаками о стол. — Ещё раз ты заведёшь подобные разговоры, и я приму решительные меры. Кроме всего, у меня с собой в сумке пистолет, на который у меня имеется разрешение. Так что закатай губу, коллега.

Аллан рассмеялся.

— Все равно все будет по-моему.

Максим шёл по улице Горького. Уже вечерело, но на улице все также было многолюдно. Было воскресенье. Сегодня должна вернуться его Любка. Какой же он болван. Раскапризничался как маленький мальчик, у которого забрали любимую игрушку. Девчонка работает, строит карьеру, а он ревнует её к какому-то канадскому недоумку. Надо исправляться. Плевать на все свои планы, для него Любка всегда была самым важным планом жизни. Макс хотел вложить деньги в свой охранный бизнес, но это может подождать некоторое время. Слава богу, у него есть мозги, и он классный программист. Деньги заработать не проблема. Он сделает это. А сейчас Макс купит своей девушке обручальное кольцо, дорогое, с большим камнем, чтобы она знала, как он любит её. И чтобы все знали, что она принадлежит ему.

Максим вошёл в ювелирный магазин. В углу на стуле сидел охранник, исподволь наблюдающий за ним. Две девушки стояли за прилавком.

— Добрый вечер.

Одна из них улыбнулась.

— Что вас интересует?

— Меня интересуют кольца.

— Мужские, печатки?

— Нет, женские, обручальные.

Девушка потупила глаза.

— У нас большой выбор. Есть жёлтое золото, белое. Какой размер у вашей невесты?

— Ну, она будет чуть покрупнее вас и, пожалуй, повыше…

Другая девушка прыснула от смеха.

— Молодой человек, имеется в виду размер пальцев на руке.

— Боже мой, я не знаю.

Макс в растерянности развёл руками.

— Вообще-то всегда можно приобрести кольцо чуть больше, а потом уменьшить, если что… — Пояснила одна из девушек. — А ещё вы можете сравнить пальцы вашей невесты с моей рукой или Аниной.

Она кивнула в сторону своей сослуживицы.

— Ну хорошо… Я попробую. — Сказал Максим. — Покажите, что у вас имеется.

— Какое вас интересует? У нас очень большой выбор. Есть кольца с камнями, есть без камней. Есть дорогие, дешёвые, от известных производителей, от всемирно известных дизайнеров.

— Стоп, стоп… Мне что-нибудь дорогое, с большим камнем. И ещё… У моей девушки глаза голубые.

Продавщица по имени Аня радостно взмахнула руками.

— Ну конечно. Ей нужен сапфир. И не синий, а голубой. Ир, ты помнишь, у нас есть такое кольцо. Оно, правда, платиновое… Жутко дорогое. Боюсь что…

— Придумаешь ты, Анька. — Тихо проговорила Ира. — Оно таких бабок стоит.

— Так покажите же мне его, девушки. Я и не хочу ничего дешёвого покупать.

Ира открыла стеклянный шкаф, чтобы достать кольцо. Максим заметил, как охранник слегка напрягся.

Девушки предложили Максу сесть на стул перед витриной, включили дополнительное освещение.

Кольцо действительно было изумительным. В середине сверкал огромный треугольный сапфир нежно голубого, как небо, цвета. Его обрамлял целый ряд маленьких бриллиантов.

— И сколько такое стоит? — У Максима на миг ёкнуло сердце. Но кольцо действительно было невероятно красивым, и его Любка стоила таких затрат.

Он уже знал, что купит именно его.

— Оно стоит восемьдесят тысяч.

— Восемьдесят тысяч чего?

— Ну не долларов, конечно, рублей. — Они с Ирой переглянулись. — Красивое?

— Очень. — Макс положил его на ладонь. Ему хватило нескольких секунд, чтобы просчитать, что бизнес можно открыть не ранее, чем через год, а может, и два, и пока придётся покататься на своей старой машине, а может, даже и поездить на метро.

— Это бриллианты вокруг?

— Да, каждый в четверть карата, а сапфир очень редкий и очень чистый, два карата.

— Я беру его.

Девушки одновременно охнули, и в магазине на мгновение установилась тишина.

— Да? Правда? Берёте это кольцо?

— Моя невеста заслуживает самого лучшего.

— Как же ей везёт. — Вздохнул они.

— И где такие женихи только берутся? — Ира взяла кольцо в руку. — Мы принимаем к оплате только наличные, извините.

— Хорошо. — Макс улыбнулся. — Я заплачу наличными.

Из магазина молодой человек вышел довольный и с улыбкой на лице. В эти минуты он не думал ни о бизнесе, ни о деньгах, а только о предстоящей встрече со своей любимой. Перед уходом девушки-продавщицы поинтересовались, нуждается ли он в такси.

— Всё-таки покупка дорогая.

— Спасибо, мне не помешает прогуляться на свежем воздухе после такой-то покупки.

Встреча прошла хорошо. Люба с Алланом вышли из офиса компании в приподнятом настроении. Был вечер, не очень поздний, но на улице было темно. Промозглый ветер был такой силы, что у девушки перехватывало дыхание.

— Они хотят встретиться с нами в неофициальной обстановке. — Сказала Люба.

— Ну что ж, я думаю, мы не будем возражать.

— Сейчас мы поедем гостиницу. Они позвонят через два часа. Мистер Толкачёв заедет за нами.

Люба открыла дверь такси, ожидавшего их, и села на заднее сидение. Паркер занял место спереди. — Честно говоря, идти никуда не хочется… — Она зевнула.

— А мне наоборот. Всегда приятно быть рядом с такой куколкой как ты.

— Надеюсь, завтра мы будем дома.

Аллан ничего не ответил.

Господин Толкачев прислал за ними такси около восьми вечера. Люба была одета в тёплое шерстяное платье, открывающее красивые стройные ноги чуть выше колен. Увидев её, Аллан присвистнул.

— Хорошая штучка. Оружие прихватила?

— Я надеюсь, оно мне не понадобится, когда со мной рядом господин Толкачёв.

В местном баре было темно и достаточно уютно. Люба сразу заметила господина Толкачева. Он был высоким худощавым блондином в очках с тонкой оправой. С ним было ещё три человека.

— Я зарезервировал нам столик. Сейчас в ресторанах много народа — аэропорт закрыт. К нам ещё должны будут подойти два человека. Я думаю, кое-кто может вас заинтересовать, Любовь Сергеевна.

Люба подняла брови.

— Да?

— Это господин Патенко из Норильск-банка и Михаил Олейник из московского отделения.

— Ну что ж, я думаю, нам будет полезно встретиться с такими людьми. Спасибо, господин Толкачёв.

— Любовь Сергеевна, называйте меня просто Алексей в неофициальной обстановке.

— Хорошо, Алексей. Тогда вы можете тоже обращаться ко мне неофициально.

Люба повернулась к Аллану Паркеру, чтобы перевести ему разговор и почувствовала, что на неё кто-то смотрит.

Она тревожно оглянулась. В дверях заведения стоял высокий черноволосый мужчина, одетый в дубленку нараспашку. Его чёрные глаза смотрели прямо на неё. Он сделал шаг вперёд. Алексей Толкачёв тоже заметил мужчину и радостно махнул ему рукой.

— А вот Михаил Олейник. Он тоже из Москвы.

Михаил, не спуская глаз с Любы, подошел к их группе.

— Вас зовут Любовью? — Он пожал её руку. Рука его была тёплая и твёрдая. Не дожидаясь ответа, он сказал

— Красивое имя, и вам оно действительно подходит.

Люба слегка улыбнулась.

— Спасибо, Михаил…

— Просто Михаил. — Он улыбнулся ей во все тридцать два зуба. Потом обернулся к Аллану Паркеру.

— Как поживаете, мистер Паркер? Приятно видеть вас здесь, в этом городе.

Аллан в ответ кивнул головой.

За столом Михаил занял место рядом с Любой. Девушке было приятно его внимание. Михаил обладал лёгким чувством юмора, и Люба также обнаружила, что он очень много обо всём знает. На вид ему было лет около тридцати. В нём чувствовалась порода и стиль.

— Когда вы уезжаете обратно, Любовь? — Он внимательно глядел на неё.

— Надеюсь, что завтра.

— Я здесь буду ещё две недели. Знаете, я бы хотел повидать вас, когда я приеду в Москву. Конечно, я уверен, мы встретимся с вами как партнёры по бизнесу, но я хотел бы увидеться с вами просто, в неофициальной обстановке. Можно сходить в какой-нибудь ресторан или, может быть, на выставку?

Лицо Любы залилось румянцем.

— Простите, я вас смущаю…

— Нет, нет, что Вы, Михаил. — Люба улыбнулась. — Мне очень приятно ваше предложение, и вы очень интересный человек…

— Но… — Он посмотрел на её руки. — Вы же не замужем.

— Нет, но у меня есть жених.

— Простите. — Его лицо слегка потемнело. Они замолчали.

Люба чувствовала себя не в своей тарелке. Она заказала себе ещё бокал вина. Ей нравился Михаил. Может быть, сходить с ним куда-нибудь и было неплохой идеей, но что она скажет Максу. А не сказать Люба не могла.

Был поздний вечер, когда все начали прощаться. Аллан был явно навеселе, и господин Толкачёв держал его под руку. Они вышли на улицу.

— Любовь, — окликнул её Михаил. Она обернулась. — Подождите.

Он стоял напротив. В его глазах светилась печаль. — Как-то неловко получилось… Простите…

— Да за что же?

— Вы такая красивая, и с вами интересно.

— Мне тоже.

— Я всё-таки хотел бы с вами встретиться, чисто по-дружески. Оставьте мне свой телефон, домашний.

Люба достала из сумочки ручку.

— Пишите прямо на руке. У меня нет никакой бумаги с собой.

Девушка рассмеялась.

— Ну что ж. — Она быстро начиркала ему номер своего телефона. — Звоните. Что-нибудь придумаем.

Михаил вдруг наклонился и быстро поцеловал её в щеку.

— Пока… — И он словно растворился в темноте.

Как только Люба вошла в свой номер, она увидела, что на телефоне мигает огонёк автоответчика. «Может это Макс?» Бросив сумочку на пол, она схватила трубку.

В это время в приоткрытую дверь просунулась голова Аллана Паркера.

— Лав, добрый вечер, моя кошечка. — Слегка покачиваясь, он прошёл в её комнату и сел в кресло напротив, закинув ногу на ногу.

Люба внимательно слушала сообщения. Звонок от Нолана, второй от Аллы. От Максима ничего не было. В общем-то как бы он мог узнать телефон какой-то захолустной гостиницы в Норильске. Да к тому же они поссорились. Люба исподлобья посмотрела на Аллана. Тот продолжал сидеть, просматривая местную газету. Люба положила телефонную трубку на место и встала.

— Вы что-то хотели? — Сухо спросила она.

— Ну да, хотел бы. — Он смотрел на неё снизу вверх. — Ты сегодня была так мила… Я от тебя просто балдею.

Люба хмыкнула.

— Мне не хочется уходить из этой комнаты. Можно я останусь? — Он закусил губу.

— Это все?

— Нам будет хорошо. Я все тебе сделаю, всю тебя оближу.

— Пошёл вон отсюда. — Люба едва не задохнулась от гнева. — Вон!

Аллан недобро поглядел на неё и тяжело вздохнул.

— Сучка. Я тебе все равно трахну.

— Я считаю до трёх. Раз…

Аллан Паркер резко поднялся, покачнулся и чуть не упал.

— Я обещаю…

С этими словами он вышел за дверь.

Глава 8

Максим лежал на диване в своей комнате. Без звука работал телевизор. Звук мешал. На душе было муторно. Был вечер среды, от Любы не было ни слуху ни духу. Она же должна была вернуться вечером воскресенья. Где ж она? Он, наверное, раз пятьдесят набирал номер её телефона. Не менее десяти раз подъезжал к её дому. Что за ерунда? Может, она обиделась на него и решила порвать с ним совсем. А может… Может, у неё с этим канадцем что-то есть?

Молодой человек застонал, стиснув зубы. Посмотрел на часы. Может, попробовать, позвонить ей на работу?

Макс набрал номер я телефона. Ответил женский голос.

— Люба? А её нет.

— Да? А где она…? Вернее, когда она будет?

— Где будет? — Похоже, над одним издевались.

— Ну извините. Я, наверное, не вовремя.

— Ну почему же не вовремя. — В трубке послышался кокетливый смех. — А вы случайно не Максим?

— А вы случайно не Алла? — Язвительно переспросил Макс.

— Ну да, а как вы догадались? Ладно, молодой человек, ваша Люба ещё не прилетела из далёкого города Норильска.

— А когда же она прилетит?

— Вот этого я вам сказать не могу. Дело в том, что, когда в Норильске дует сильный ветер, объявляется нелётная погода, и там можно сидеть аж недели две.

Макс даже присвистнул.

— Ну ничего себе!

— Да, так что Максим, кто знает, когда она приедет. Да не волнуйтесь вы так, она же не одна там. Она в надёжных руках нашего главного менеджера по безопасности.

— Спасибо, Алла, за информацию. До свидания. Желаю вам приятно провести этот вечер.

— А может быть, мы проведём этот вечер вместе?

— Может быть, в другой раз.

— Обещаете мне, Максим?

— Хорошо, я подумаю.

Максим с раздражением бросил трубку.

Что происходит? Господи, как ему надоела эта неизвестность. Наверное, не стоит дёргаться. Надо положиться на удачу. Люба вернётся, и все встанет на свои места.

Юноша подошел к своему столу и включил компьютер. У него было два довольно срочных заказа. Он и так потерял время со всеми этими переживаниями. Пора браться за ум.

За компьютером он просидел допоздна, пока не начали болеть глаза. В одной программе надо было лишь чуть-чуть подправить, кое-где подполировать, и можно было отсылать заказчику. Едва прикоснувшись головой к подушке, Максим провалился в сон.

Проснулся он внезапно от звука открываемой двери. Он открыл глаза. В прихожей послышался шорох одежды и тихие шаги. Макс быстро глянул на стоящий на прикроватной тумбочке будильник. Четвёртый час. «Это ж Любка», — радостная мысль мелькнула у него в голове. У неё был запасной ключ от его квартиры ещё с незапамятных времён. Он-то совсем забыл об этом. Макс снова закрыл глаза и притворился безмятежно спящим.

Дверь в комнату открылась. Сквозь ресницы Макс видел, как нему приближается тёмный силуэт. Он почувствовал запах её духов, и все тело его напряглось.

Люба присела на краешек дивана. Её пальцы пробежали по его небритой щеке, лбу, вплелись в волосы. Она откинула одеяло, и Макс почувствовал её руку на своей груди. Молодой человек с трудом подавил стон. В комнате было так тихо. Ни звука. Люба встала. По шороху одежды он понял, что она раздевается. Каждый нерв, каждая мышца были на пределе. Она легла рядом, смешивая своё дыхание с его. Макс повернулся набок, притворяясь, что крепко спит. Руки девушки скользнули по его спине, вниз, слегка сжали ягодицы, обернулись вокруг торса.

Он сходил с ума. Почувствовав его твёрдую напряженную плоть, Люба коротко охнула. Макс закусил губу. Было что-то нереальное в происходящем. Её губы целовали его соски, скользили вниз по животу. Вот её губы сомкнулись на… Все. Он не в силах сдерживаться… Одной рукой Макс схватил её за волосы.

— Марина… — Слабо простонал он. Люба на миг замерла, а потом её рука с силой опустилась на щеку Максима.

— Упс, — он схватился рукой за лицо.

— Марина?! — Тишина нарушилась. Макс схватил подушку и наобум запустил в неё.

— Ты все испортила. — Он сел в постели, рукой держась за лицо. — Совсем не обязательно драться.

— Это ты все испортил, красавчик.

Он потёр лицо, морщась от боли.

— Так всё хорошо начиналось… Неужели ты не могла притвориться Мариной?

— Какой Мариной?

— Ну какой-нибудь… — Макс включил ночник.

Люба сидела перед ним обнаженная, с распущенными волосами. Глаза её гневно сверкали.

— Значит, ты все это время не спал?

— Принцесса, как же я мог спать, когда ты так измывалась над моим телом. Ты ведьма!

— А ты чудовище.

— Ну привет, малышка. — Макс взял её за плечи и притянул к себе, поцеловав в висок.

Она улыбнулась.

— У тебя точно никакой Марины здесь не было?

— Я решил, что буду вместо принцессы звать тебя Мариной… Когда ты приехала?

— В полночь. Только душ приняла и сразу к тебе. Я так соскучилась, милый. — Она потерлась щекой о его плечо.

— Ты наверно голодная?

Она хихикнула.

— Очень. Разве ты не понял?

— Надеюсь, я смогу утолить твой голод. Это я могу делать день и ночь. Но сейчас я имею ввиду настоящую еду. Давай одевайся, пойдём посмотрим, что там в холодильнике.

Люба набросила рубашку Макса на плечи и пошла вслед за ним на кухню.

Они сидели друг напротив друга. В руке у Любы была пиала свежезаваренного чая.

— Я думал, что сойду с ума. — Макс заискивающе посмотрел ей в лицо. — Прости меня, я был такой идиот. Я просто хотел быть с тобой.

— Ну ладно, красавчик, я виновата сама. Надо было попробовать отказаться от этой командировки.

— Ты ведь уже здесь. — Он взял её за руку и поднёс к своей щеке. — Мне так плохо было без тебя. Как там было?

— Ужасно. Холодно, ветер, темнота… Но все прошло успешно.

— Ты молодец, Любка. Наверное, встретила много разных людей,

— Ну да. — Глаза её затуманились при воспоминании о Михаиле. — Да…

— А как этот твой, Аллан Паркер? Он мне не нравится.

— Надеюсь, ты не ревнуешь?

Макс усмехнулся.

— Есть чуть-чуть.

— Дурачок. — Она протянул руку, взъерошивая его волосы. — Мне, конечно, пришлось его отшить пару раз, но не думаю, что он представляет опасность. Я люблю только своего Макса. Ну а теперь ты рассказывай, что делал, как был тут без меня?

— Половину я не помню. Был пьян…

— Ты? Пьян? — Люба, закрыв лицо ладонями, рассмеялась.

— Я не хотел жить без тебя в реальном мире.

Девушка стала серьезной.

— Красавчик, обещай, чтобы ни случилось, никогда не напивайся из-за всякой ерунды. Будь собой, всегда сильным и уверенным.

— Ну а что может случиться?

— Просто помни: я люблю тебя.

Потом Макс рассказывал Любе, как он звонил ей на работу, а та в лицах рассказывала про начальника безопасности. Оба смеялись. Уже светало. Наступало утро.

— Знаешь, я интересного человека встретила там, в Норильске.

Девушка встала из-за стола, чтобы сварить ещё кофе. — Он из Москвы тоже. Работает в банке.

— Что с ним?

Люба пожала плечами.

— Ну… Я, похоже, ему понравилась. Обещал позвонить.

— Ну ты всем нравишься, принцесса. Что? Ты дала ему свой телефон?

— Ну… Да, в общем…

Кровь на мгновение отлила от лица Макса. Молодой человек взял её за плечи, внимательно посмотрел ей в глаза.

— Рассказывай.

— Ну, Макс, что ты, в самом деле… Тебе рассказать даже ничего нельзя. То это Аллан, то это Михаил.

— А, ну теперь я хоть знаю, что его Михаилом зовут. Мишей, да?

— Михаил. И мы с ним на «вы».

— Пока.

— Слушай, красавчик. — Девушка вырвалась из его рук. — Именно поэтому я тебе говорю о нём, потому что мне нечего скрывать.

— Ну ты ничего ещё не рассказала…

— Он банкир из московского банка, около тридцати лет, я так думаю. С ним интересно поговорить, и, вообще, он такой…

— Какой?

— Ладно, прекрати, Отелло. — Люба пошла обратно в спальню. — Я устала. Иди ко мне, красавчик. Не волнуйся ни о чем. Кстати, он предлагал мне встретиться, этот Михаил, а я сказала, что у меня есть жених. И, вообще, не дури… — Люба скинула на пол рубашку и легла в постель.

Максим сел на край дивана.

— Принцесса. Я, наверное, не прав. Тебе нужна свобода… Мы с тобой уже столько лет вместе, я был у тебя первым. Тебе, наверное, хочется испытать свежие чувства, любовь, страсть…

— Слушай, Макс, а тебе нужна свобода? Ну в смысле… — Она взмахнула рукой. — Я же тоже у тебя была первая.

— Люб, Любушка, мне никакой свободы без тебя не нужно. — Он притянул девушку к себе. — Ты для меня всё!

— Ну так и мне не нужна никакая свобода, Макс. Я. Люблю. Тебя. Точка.

Утром Люба получила сообщение от Нолана Паркера, где он предложил ей отдохнуть три дня. Макс с утра стоял на кухне около плиты, готовил им завтрак, когда она сообщила ему радостную новость.

— Что будем делать?

— Ну… Можно куда-нибудь съездить, пострелять. К кому-нибудь из ребят на дачу, — он наморщил лоб, — или могли бы даже съездить куда-нибудь на море….

— На три дня?

— Ну да, а что?

— Не, Макс. — Люба рассмеялась, — посмотри на мою белую кожу. Я буду там светиться, как бледная моль, а потом ещё обгорю и превращусь в красно солнышко.

— Да, — Макс осмотрел её с ног до головы. — Ну-ка повернись.

Люба повернулась к нему спиной.

— Сними-ка свой халатик на секунду.

Люба сбросила маленький шелковый халат на пол.

— Да… — Юноша задумчиво глядел на неё, прищурившись и приложив палец к губам. — У тебя действительно очень светлая кожа, и ты мне нравишься голенькая. Наверное, ты права, мы не поедем ни на какое море. Мы останемся здесь, у меня в квартире, на целых три дня и три ночи. И знаешь, что мы будем делать?

Люба рассмеялась.

— Догадываюсь, дурень ты мой, и, скорее всего, я соглашусь.

— Ура, отпуск начинается!

Макс подхватил Любу на руки и закружил по кухне.

Практически весь день они провели в постели с небольшими перерывами на обед, чаепитие и сон. К вечеру Максим предложил прогуляться. Воздух на улице был влажным от недавно прошедшего дождя.

— Знаешь, — он держал её за руки. Я хочу пригласить тебя в ресторан.

— Ну пригласи. Куда?

— Какой-нибудь хороший. Например, в «Арбат».

— Я согласна.

— Ну, — Макс обнял её за плечи. Для этого нам надо будет перебраться к тебе домой и выбрать самое красивое платье.

— Да ты, красавчик, поел всё у себя в холодильнике и теперь хочешь перейти в мой дом и всё съесть? Посмотри, какие очереди стоят за колбасой.

— Принцесса, я обещаю, что не притронусь к твоей еде. Буду есть в ресторане.

Люба рассмеялась.

— Нет, я пойду одна. Встретимся вечером в «Арбате».

— Малышка, мне так не хочется с тобой расставаться. Даже на пару часов.

Макс прижался губами к её шее.

Когда Люба вошла в зал ресторана, Макс уже сидел за столиком. Увидев свою девушку, он встал. Люба помахала ему рукой. На нём был тёмно-серый костюм и белая рубашка. В руке он держал красную розу.

— К чему такая торжественность? — Люба подставила щеку для поцелуя.

— Я заказал самое лучшее шампанское для нас. Закуски — твой выбор.

— Красавчик, ты знаешь, что я люблю. О, какая красивая роза!

Люба поставила цветок в вазу. Макс отодвинул для неё кресло.

— Ты какой-то странный, Макс. Не такой, как был два часа назад. Что-то случилось?

— Угу. — Он избегал смотреть на неё. Потом подал знак официанту принести шампанское.

Люба, улыбаясь, сидела напротив.

— Ощущение, что у меня сегодня день рождения.

Макс протянул ей фужер с шампанским.

— Я люблю тебя. — Сказал он.

— Я тоже тебя люблю.

— Люб, мы друг друга знаем с незапамятных времён, нам всегда было хорошо и легко друг с другом.

— Угу. — Кивнула она, улыбаясь.

— Но времена меняются… Мы тоже можем измениться.

— Это как же?

Макс поднял фужер.

— Давай выпьем за то, чтобы все изменения были только к лучшему, а мы с тобой оставались самими собой.

— Хороший тост. — Девушка пригубила игристое вино.

— Не знаю уж, что там дальше будет с этим ускорением и перестройкой, но, по крайней мере, с Афганом покончено. Впереди мирная жизнь.

— Будем надеяться.

— Ладно, давай не будем про всю эту лажу. — Макс взял её за руку. — Я хочу, чтобы ты вышла за меня замуж. — Он полез в карман пиджака и достал оттуда небольшую бархатную коробочку.

— Что это с тобой вдруг случилось? Ты же вроде собирался быть холостяком ещё очень долго. — Девушка скептически посмотрела на молодого человека.

— Принцесса, когда тебя нет рядом со мной, мне ничего не надо: ни добра, ни денег, ничего, а когда ты рядом, то мне этого достаточно, и мне тоже ничего больше не надо. Так ты согласна или нет?

Люба опустила глаза.

— Ну… — Она вздохнула. — Я даже не знаю, что сказать… Если, чтобы понять, как я тебе нужна, мне надо было уехать в командировку с сотрудником, то здесь явно попахивает дурацкой ревностью и собственничеством. Пойми, если я выйду за тебя замуж, ничего не изменится. Я так же буду ездить в командировки, встречаться с нужными по бизнесу людьми, с мужчинами, так что ты должен быть готов, делить меня с моей работой.

Макс улыбнулся.

— Прости, малышка, я был идиотом. Что-то вдруг вступило сюда и сюда. — Он указал себе на голову и на грудь. — Но я люблю тебя и обещаю заботиться о тебе и наших детях всю жизнь. Конечно, я буду бороться со своей ревностью к тебе изо всех сил. Мудрость приходит с годами. Пожалуйста, не мучай меня — скажи да или нет.

— Красавчик. — Она рассмеялась, протянула руку и взъерошила на его голове волосы. — Ну конечно, да, дурачина, куда же я денусь от тебя. — Люба посмотрела на коробочку. — Можно теперь открыть, а?

— О боже! Вот это красотища! — Девушка осторожно взяла кольцо двумя пальцами, посмотрела на Макса. — Это, правда, мне?

Он взял кольцо у неё из рук. — Нет, это для Марины, Аллы, Вероники и так далее. По законам жанра я должен надеть его тебе на палец, так что дай мне свою руку, дорогая.

— Красавчик. — Люба продолжала разглядывать кольцо. — Я таких никогда не видела. Это алмазы, да?

— Бриллианты, милая.

— А в середине, что в середине?

— Это сапфир. Я выбрал его под цвет твоих глаз.

— Я не могу поверить, что теперь я твоя невеста, красавчик, а ты мой жених.

— Мы должны быть вместе. — Молодой человек осторожно надел ей кольцо на безымянный палец.

Подошёл официант и Максим попросил меню.

— Моей невесте соте из куропатки и перепелиных яиц, а мне… — Он посмотрел на Любу. — Давайте уж мидии с чесночным соусом.

Люба поморщила носик и посмотрела на официанта.

— Не могли бы вы полить и моё блюдо чесночным соусом тоже.

Официант рассмеялся, записывая заказ в блокнот.

Люба не могла оторвать глаз от кольца.

— Оно наверно жуть какое дорогое?

— Ты этого стоишь, принцесса.

— Теперь тебе опять придётся ждать и копить деньги на свой бизнес.

— Ну это не проблема. Слава богу. — Макс указал на голову. — У меня тут, в коробочке, кое-что есть. Заказчики есть… Так что найду ещё какую-нибудь подработку.

Люба улыбнулась.

— Ну и когда же свадьба, Макс? Я так понимаю, ни от твоих родителей, ни тем более от моих, нам ждать ничего не приходится. Мы должны сами все решать.

— А ты хочешь настоящую большую свадьбу, или пару друзей, и махнуть куда-нибудь в Анталию?

— Интересное предложение и очень романтичное. — Люба пригубила вино. — Второе мне нравится ещё больше, и даже не надо никаких друзей. — Ты и я…

Им принесли еду и бутылку шампанского.

— Это от нашего шефа в честь вашей помолвки.

— Ах, посмотри, Макс, все уже все знают. Ну не чудо ли это?

Люба рассмеялась, с нежностью глядя на свое сверкающее всеми гранями кольцо.

Алла сидела на балконе и курила сигареты одну за другой. За спиной в комнате была темнота. Телевизор смотреть не хотелось. Перед ней стояла початая бутылка виски. Настроение было препаршивое. Звонил Нолан, но она не хотела с ним разговаривать. После того, как в офис сегодня утром влетела вся такая счастливая Любка, сверкая на пальце обручальным кольцом, Алла не могла найти себе места. Она хотела этого её Макса. Хотела с тех самых пор, как увидела его тогда из окна, когда он заехал за Любкой и стоял, запрокинув голову, выискивая девушку в окне. Он был такой… Такой мужественный, мускулистый, поджарый. В ту ночь Алле снился сон, будто Максим обнимает её, потом бросает на постель, срывает одежду и жёстко берет её. Её ноги у него на плечах. Когда Алла проснулась от своего же страстного крика, то больше этой ночью уже заснуть не смогла.

Каждый раз, когда она пыталась разговаривать с Максом, он будто игнорировал её, и это ещё больше укрепляло желание молодой женщины обладать им. Потом он исчез на целый год, и за это время Алла решила, что надо, пожалуй, наладить отношения с его девушкой. Они даже стали почти подружками. Во всяком случае, раза три в неделю они ходили в кафе, где пили кофе и иногда обедали. Алла все также хотела выйти замуж за Нолана Паркера и свалить в Канаду, где она бы попрощалась с рабочими буднями навсегда. Но прежде, чем это произойдёт, она хотела попробовать этого красавчика Макса, его сексуального тела. Ведь жизнь женщины, словно игра на театральных подмостках.

Алла с трудом поднялась со стула и прошла в комнату. Минуту она смотрела на телефон, а потом сняла трубку и набрала номер Нолана Паркера.

— Нолан. — Она притворно всхлипнула. В этот миг она чувствовала себя блестящей актрисой. — На меня напали…

— Что?

— На меня напали в подъезде моего дома, милый.

— Как это случилось? Кто?

— Я не знаю! — Она запиналась. Мужчина почти слышал, как она дрожит от страха. — Их было трое.

— Что они взяли у тебя?

— В том-то и дело, что ничего, Нолан. Они упоминали твое имя и что-то там про бизнес … Я боюсь…

— Я сейчас приеду. Я приеду с Алланом.

— Да, они что-то говорили про Аллана тоже.

— Сиди дома, Алла, я сейчас буду, через пятнадцать минут. Никому не открывай дверь.

Алла повесила трубку, быстро окинув взглядом комнату, убрала полупустую бутылку с балкона и высыпала окурки вниз, развеяв их по ветру. У неё был план. Если все удастся, то Макс будет её и очень скоро. Времени было немного. Любка сказала, что они должны пожениться через три месяца.

Нолан Паркер приехал достаточно быстро. Она открыла дверь. За его спиной стоял его племянник. Мужчина схватил Аллу за плечи, прижал к себе. Потом посмотрел ей в лицо.

— Они… Они ничего тебе не повредили?

Аллан прошёл мимо, втягивая носом воздух.

— Да она напилась…

Алла резко вскинула голову.

— Ну да, конечно. Я не могу успокоиться… Может, мне надо было позвонить в милицию?

— Ни в коем случае. — Нолан переглянулся с начальником безопасности. — Это, наверное, рэкетиры.

— Господи! Ещё этого мне не хватает… — Алла закрыла лицо руками. — Я боюсь, я не выдержу ещё одного нападения.

— Ну успокойся, сладенькая. — Нолан привлёк её груди.

Аллан хмыкнул.

— Мы что-нибудь придумаем.

— А если они будут пытать меня, утюгом, щипцами?

Паркер-старший беспомощно развёл руками.

— Ну что ты хочешь, чтобы я сделал?

— А как ты думаешь, Нолан?

— Ты хочешь, чтобы я приставил к тебе Аллана? Как телохранителя?

— Ну… — Алла опустила ресницы. — Я, конечно, могу позвонить в милицию… Они могут прислать своих людей.

— Не надо, дорогая. — Паркер поморщился. — Я что-нибудь придумаю, но Аллана я тебе дать не могу. У нас нет должности телохранителя на фирме.

— Так сделай, ты же босс. — Молодая женщина капризно скривила губы.

— Хорошо. Я дам тебе ответ завтра. Надеюсь, ты сможешь потерпеть до завтра?

— Хорошо, дорогой. — Она обняла его за шею. — Я тебе верю, я знаю, ты сделаешь это для меня.

— Ладно, дядя, пойдём. — Аллан нетерпеливо переминался у двери и тихо добавил. — Но учти, на меня не рассчитывай.

Нолан махнул рукой.

— Не ты, так другой.

Как только они ушли, Алла радостно рассмеялась. Глядя на своё отражение в зеркале шкафа, женщина не могла удержаться, чтобы не похвалить себя. Если все пройдёт, как она задумала, то через неделю этот московский мачо Максим будет ублажать её в постели.

Глава 9

— Ливан, зайди ко мне, как только появишься на работе. — Люба отжала кнопку автоответчика. Она не любила, когда её босс был в таком настроении. Его голос был сух и строг. Что-то случилось?

Поправила волосы, одернула костюм и, взяв папку с текущими документами, вышла из офиса. Она с удивлением увидела, что вместо Аллы в приемной сидит другая женщина. Вежливо поздоровавшись, Люба открыла дверь кабинета шефа.

— Ливан, я ждал тебя. — Без предисловий начал Паркер. Он стоял у окна. — Проходи, садись.

— Что-то случилось?

— Боюсь, у нас могут быть некоторые неприятности.

Люба удивлённо подняла брови.

— Я что-то не так сделала, мистер Паркер?

— Нет, нет, дорогая, ты тут ни причём, но боюсь, мне понадобится твоя помощь. Кстати, красивое кольцо. Это твой жених тебе подарил?

Люба на миг вспыхнула и смущенно улыбнулась.

— Наверное, дорого стоит. Он, я смотрю, у тебя достаточно обеспеченный.

— Кто, Макс?

— Ну да… — Нолан поправил галстук. — Как он, кстати?

— Макс?

— Да, твой Макс.

— Что, с ним что-то случилось? — Люба испуганно смотрела на босса. Причём здесь её Макс, почему босс сейчас вызвал её к себе и явно нервничает.

— Успокойся. — Паркер подошел к Любе и положил руку ей на плечо. — Ничего с ним не случилось. Мне просто нужна его помощь.

Люба глубоко вздохнула и улыбнулась.

— Вы напугали меня, сэр.

— Хорошо, я спрошу у тебя прямо. Помнишь тот разговор, когда я предлагал ему работать на меня?

— Я помню.

— Думаешь, он согласится?

— Так, а в чем заключается работа?

— Мне нужен человек по безопасности.

На миг воцарилась тишина.

— Что случилось?

— Пока ещё ничего, Ливан. — Нолан открыл дверцу бара и плеснул виски в стакан. — Ну ты знаешь, какое сейчас время. Этот рэкет, бандиты, а тут мы, иностранная компания, одна из единственных в этой вашей новой России. Ваша милиция, КГБ тоже все завязаны по уши. Прости… Я не должен так говорить о твоей стране. — Он залпом выпил золотистую жидкость. — Короче так, мне нужен человек, способный контролировать ситуацию и обеспечивать безопасность моих сотрудников.

— Ну у вас же есть Аллан.

— Аллан заведует внутренней безопасностью компании, бумагами, ты знаешь. Сейчас мне нужен человек, обеспечивающий личную безопасность моих сотрудников. Телохранитель.

— Но Макс… Макс — программист.

Нолан Паркер рассмеялся.

— Программист? С такими мышцами? — Он вплотную подошел к девушке. — Твой Макс только что вернулся из какого-то военного лагеря. Вот твое кольцо… Сколько, думаешь, оно стоит? — Паркер взял Любу за руку. — Тысячи рублей или долларов, и ему наверняка нужны деньги. Он же хочет открыть свой бизнес, да?

Люба не могла поверить своим глазам. Её шеф был прекрасно осведомлён о её личной жизни, и у него была прекрасная память. К тому же он умолял её, давил на неё. И, видать, дело на самом деле было серьезно. Она никогда ещё не видела Нолана Паркера таким взвинченным.

— Ливан, мне нравится твой Макс. Поговори с ним. Поговори сегодня, нет, прямо сейчас.

— Но…

— Можешь идти домой. На сегодня твой рабочий день окончен. Я жду твоего возвращения с положительным ответом.

— Мистер Паркер, я бы хотела бы знать некоторые детали…

Паркер судорожно поправил на шее галстук.

— Что случилось? Кому нужен телохранитель?

— Окей, напали на моего секретаря.

— На Аллу? — Люба в изумлении уставилась на шефа. — Но она мне ничего не сказала.

— Я запретил ей говорить на эту тему. Она сейчас дома и у неё сильный стресс.

— О!

— Нападавшие спрашивали её об очень важных документах… И… И угрожали ей. — Паркер немного преувеличивал и из-за этого чувствовал себя не в своей тарелке. Он нервно провёл рукой по волосам. — Я боюсь за неё… Ты знаешь, у нас есть планы… Вернее, у меня есть планы… Алла… Она очень красивая и умная. Я хочу, чтобы у нас с ней были дети… Я хочу увезти её к себе туда, на остров.

Паркер никогда ещё не говорил с Любой о своих личных планах.

«Да, далеко все зашло». — Подумала она. — «Как она ему мозги заморочила».

— Ливан, я боюсь за неё.

— Хорошо, мистер Паркер, я поговорю с Максом, но, конечно, не могу ничего обещать… Я могу идти? — Люба повернулась к двери.

— Пожалуйста, я прошу тебя. — Он протянул к ней руки.

Люба коротко кивнула и вышла за дверь.

Едва войдя к себе в кабинет, Люба бросилась к телефону. Что делать? Она набрала номер телефона Аллы. Трубку долго не поднимали. Наконец, когда Люба уже хотела нажать кнопку отбоя, она услышала осторожный голос своей приятельницы.

— Что случилось? Ты одна? — В голосе Любы чувствовалось беспокойство.

— Любка, ты даже не можешь представить. — На том конце провода всхлипнули. — Я так боюсь, меня всю трясёт.

— Хочешь, я сейчас приеду?

— Нет, нет, дорогая, не надо. Я тут сижу за семью замками.

— Тебя били?

— М… Э… Пока нет, но угрожали.

— Алла, но почему ты не позвонила в милицию?

— Нолан просил не звонить.

— Знаешь что. — Люба успокаивающе говорила подруге. — Он что-нибудь придумает. Он уже занимается этим.

— Да? А что он хочешь сделать? Он не говорил тебе?

Люба улыбнулась в трубку.

— Я знаю, но пока мне надо сделать ещё один телефонный звонок. Так что сиди дома, никому не открывай дверь.

— Спасибо, Любаш, за заботу. Ты даже не представляешь, как я тебе благодарна. Наверное, ты моя самая лучшая подруга. У меня ведь никогда не было подруг.

Люба рассмеялась.

— Да за что же благодарить?

— За всё, моя хорошая, за то, что ты так волнуешься за меня, звонишь, ну и вообще…

— Ладно… Не бери в голову, пока.

Повесив трубку, Люба в задумчивости поглядела в окно. Надо позвонить Максу. Макс… Это значит, он будет целыми днями возле Аллы, вместо того, чтобы быть рядом с ней.

Вот дилемма! В то же время надо помочь Паркеру и Алле, а Макс как раз упоминал, что очень хочет попробовать себя на практике. Ну и деньги, конечно…

Люба быстро набрала номер своего молодого человека.

— Любка, ты что звонишь с утра пораньше?

— Приезжай. Нам надо серьезно поговорить.

— Прямо-таки сейчас? Ты что, передумала выходить за меня замуж?

Девушка рассмеялась.

— Передумаю, если ты сейчас немедленно не приедешь.

— Слушай, принцесса, это же шантаж какой-то. У меня тут дела, срочной работы подвалило, потом надо в спортзал бежать.

— Подождет твой спортзал. Макс. Паркер хочет поговорить с тобой.

— Ну это ещё хуже. Нафига мне говорить с каким-то мужиком? Вот с тобой бы я бы поговорил…

— Ладно, красавчик, хватит валять дурака, давай двигай сюда.

— Люб, я смогу приехать только часа через три, не раньше. У меня много дел.

— Ладно, занятой. До встречи. — Люба повесила трубку.

Макс сидел в кресле напротив Нолана Паркера и незаметно для того разглядывал его. Около тридцати пяти, блондин, ухоженный, по лицу видно, что человек мягкий и лояльный, скучающий по-семейному уюту и вынужденный вращаться в деловых кругах. Что ж, всем нужны деньги… Этот человек выглядел сейчас испуганным и растерянным.

Нолан налил виски в стакан.

— Хотите, Макс?

— Спасибо, нет.

— Я не понимаю, кто это может быть, из каких наших конкурентов?

— Ну это можно быстро выяснить. — Лениво протянул Макс. — Мне бы хотелось осмотреть вашу систему безопасности.

— Этим занимается Аллан Паркер. — отрывисто произнёс Паркер.

— Ну… — Макс пожал плечами. — Вы должны понимать, что, если существует реальная угроза, утечка информации…

— Вы меня не так поняли, Макс. Мне нужен человек, надежный, который в первую очередь займётся личной безопасностью моего сотрудника. Сотрудницы…

Макс исподлобья посмотрел на Нолана Паркера.

— Сотрудницы?

— Да, мне нужен телохранитель для моего секретаря.

Макс рассмеялся.

— Телохранитель для секретаря? В первый раз слышу о таком. Взбалмошная дамочка решила обзавестись личным шофёром?

Нолан Паркер слегка поморщился.

— Ну почему же, Макс. Это не так. Вчера произошёл неприятный инцидент. На моего личного секретаря напали с угрозами какие-то бандиты, и эти люди требовали важную информацию.

— А почему вы не побеспокоитесь о своей личной безопасности в первую очередь?

— Алла — мой личный помощник.

— И все?

— Ну… У нас есть кое-какие отношения… Ну давайте мы не будем это сейчас обсуждать.

Макс хмыкнул.

— Итак, господин Паркер, вы предлагаете мне работать в вашей компании телохранителем вашего личного помощника. Как долго и на каких условиях?

— Я думаю, пока опасность не исчезнет.

Макс откинулся в кресле.

— Интересно… Вероятно, нам надо подписать контракт на первые шесть месяцев. Каким будет техническое обеспечение? Кроме того, мне ведь будет нужна смена?

— Смена?

— Ну да, должны же у меня быть выходные. И спать я должен как-то. Я же не робот.

Нолан Паркер налил ещё виски в стакан. Он явно нервничал.

— Ну я не знаю, Макс. Все это сложнее, чем я думал.

— Конечно, это непросто. Ну хорошо у меня есть пара человек, с которыми я бы сработался.

— Пара человек?

— Минимум. — Макс вздохнул. — Оружие, бронежилеты?

— Вы думаете, это настолько серьезно?

— Извините, мистер Паркер, но… — Максим посмотрел на часы. — Именно вы мне уже битый час твердите, как все страшно и опасно. Никому ведь не хочется подставляться под пули.

Паркер, обессиленно опустился в кресло и закрыл лицо руками.

— Нет. Нет, мне, конечно же, не жалко денег на это, — словно уговаривая себя, пробормотал он. Потом поднял голову и твёрдо сказал. — Все это будет у вас, мистер… Э… Березин. В конце концов, вы сами знаете, что делать. Да, и когда вы можете приступить к работе?

Молодой человек пожал плечами.

— Дня через три, если все будет готово.

— Только через три дня? Боже, я так боюсь за неё!

— А что у нас по поводу оплаты?

Макс иронично глядел на этого растерянного иностранца, совершенно не знавшего, что ему делать, такого испуганного…

— Сколько Вы хотите?

— Пять тысяч наличными.

— Рублей?

Макс громко расхохотался.

— Ну конечно, долларов, мистер Паркер. В месяц. К тому же все транспортные расходы за ваш счёт.

Молодой человек поднялся и подал Паркеру руку.

— Если согласны, звоните.

Паркер пожал руку Максима.

— Я позвоню вам в ближайшее время.

Как только за Максом закрылась дверь, Нолан Паркер набрал телефон Любы.

— Ливан, я говорил с твоим… Это… Бойфрэндом.

— И что он сказал?

— С ним совсем нелегко. Ты думаешь, он возьмётся за это дело?

— Сложно сказать, мистер Паркер. Макс, он упрямый и цену себе знает.

— Я уж понял… Черт побери. Ладно, прости, мне надо подумать.

Он положил трубку на рычаг и в задумчивости уставился в окно.

Михаил позвонил неожиданно. Люба уже почти забыла о его существовании. Сначала она иногда с грустью вспоминала о молодом человеке, с которым ей было так интересно разговаривать, Который был приятен ей и манерами, и внешностью. Люба собиралась к подруге Зойке, когда раздался звонок.

— Михаил? — Воскликнула она, не сумев скрыть нечаянной радости.

— Здравствуйте, Любовь. — Его голос был мягок и глубок. — Вот я и вернулся.

— А я думала, вы так и не позвоните.

— Как же я мог забыть о вас, самой красивой девушке, которую я когда-либо встречал.

Щеки Любы залились румянцем.

— Пришлось задержаться на севере. Знаете, Любовь, все это время я так и думал о вас. Нет, что я говорю…

— Ну… Ну… Продолжайте, Михаил.

— Наверное, я не должен так говорить, ведь вы так легко смущаетесь…

— Это правда… — Девушка рассмеялась.

— Ну так вы заняты сегодня вечером? Может, прогуляемся?

— Прогуляться?

— Ну если хотите, можем пойти поужинать вместе. Я надеялся, что вы не откажетесь, и зарезервировал столик в «Пекине».

— Это, где кузнечики и всякие гусеницы?

— А что вы имеете что-то против насекомых? На сам деле, они приятно похрустывают на зубах, если правильно приготовлены.

Люба весело засмеялась.

— Хорошо. Отвечу вам сразу, Михаил. Я сегодня не занята, и мы можем прогуляться. С удовольствием.

— Тогда я за вами заеду, Любовь?

На миг девушка растерялась.

— Заедете? А… Ну да, конечно. А когда?

— Через час. Нормально?

— Буду вас ждать, Михаил.

Сказав свой адрес, она повесила трубку и задумалась. Боже, зачем она согласилась? А если Макс узнает? Наверное, не стоит ему сейчас говорить. Он занят подготовкой к работе у Паркера, ищет партнёров себе, да и вообще, она же только идёт на дружескую встречу.

Люба открыла дверцу шкафа. Что бы надеть? Ну да, вот неплохое бежевое платье из ангорки. Уже прохладно, а так она будет чувствовать себя достаточно комфортно. Она подошла к телефону, набрала номер Макса, потом передумала, положила трубку обратно на рычаг. «Я люблю тебя, красавчик». — Прошептала она, поднося кольцо, который тот подарил ей, к губам.

Михаил стоял рядом с припаркованной чёрной «Волгой». На нём был серый костюм и чёрный кожаный плащ, который он небрежно накинул на плечи. Увидев Любу, он улыбнулся и протянул ей руки навстречу.

— Дорогая Любовь, как я рад вас видеть. — Он открыл дверцу машины. — Садитесь. Нас ждёт прекрасный ужин.

Михаил сел за руль и они поехали.

— Мне кажется, вы стали ещё прекраснее, чем я вас запомнил.

Люба смущённо улыбнулась.

— Вы смотрите на дорогу, Михаил, а то мы, не дай бог, сейчас врежемся куда-нибудь.

— Это очень сложно, дорогая моя.

Они рассмеялись.

Ужин действительно был замечательным. Михаил зарезервировал столик, расположенный в небольшой нише. Горели свечи. Перед Любой стоял бокал с итальянским Brunello. Мужчина смотрел на девушку сквозь бордовую жидкость своего бокала.

— Знаете, Любовь, я обратил внимание, что у вас на пальце появилось кольцо. Раньше я его не видел.

— Да, это так. Я же говорила вам Михаил, что у меня есть жених.

Девушка мягко улыбнулась.

— Очень красивое кольцо. Явно этот человек не жалел денег на его приобретение. Кто он? Расскажите мне о нём.

— Зачем вам?

— Я хочу знать об этом человеке всё. — Он поставил бокал на стол и взял её за руку. — Думаете, я не помню, что вы мне сказали, Любовь, тогда, что у вас есть жених? Так вот, я хочу убедиться, что у меня действительно нет никаких шансов.

Люба опустила глаза.

— Не подумайте ничего плохого, Любовь. — Он взял её за руку. — Я действительно сдержу свое слово, и мы сохраним наши чисто дружеские отношения. Если только… Вы сама не захотите… Ну… Вы очень красивая, и вы мне очень-очень нравитесь.

— Вы мне тоже очень нравитесь, Михаил. — Люба прямо посмотрела ему в глаза. — Мне кажется, что это не совсем удобно, разговаривать с вами о моем молодом человеке, когда вы и я, ну, у нас такой романтический ужин. — Она кивнула на стол, цветы, свечи на столе. — Вы мне очень приятны, но… Да, если только вы примите мою дружбу.

Михаил рассмеялся.

— Конечно, приму. Мы же уже договорились. Мне приятно с вами общаться даже просто так, без всякой романтики. И конечно, я хочу знать о человеке, которого предпочла моя подруга.

Девушка отпила глоток вина.

— Мы с красавчиком… Ой, с Максом, знаем друг друга ещё лет с тринадцати.

— Ах, красавчик. — Мужчина улыбнулся.

— Ну да, это я его так называю. Он, правда, красавчик. Всегда нравился всем девчонкам в классе и в нашей сборной. На соревнованиях у него от них отбоя не было.

— А что же за соревнования такие?

— О да, Макс у меня чемпион по биатлону. Трёхкратный по России. Ну я уж не говорю про всякие области.

— Надо же, как интересно. И что, Любовь, вы всегда ездили за ним на соревнования?

— Почему за ним? — Люба лукаво усмехнулась. — Иногда он за мной… Я тоже занимался биатлоном.

Михаил изумлённо уставился на неё.

— Вот это да! Никогда бы не сказал, что в руках девушки не дрогнет ствол винтовки.

Они рассмеялись.

— Ну почему же. Может и дрогнуть. А вообще-то у меня даже больше золотых медалей, чем у Макса.

— Значит, у вас с ним действительно общие интересы.

— Угу. Мы часто ходим в тир или даже на охоту.

— И на кого же вы охотитесь?

— А так, утки, фазаны.

— М-да… Продолжайте свой рассказ.

— Ой, Михаил, ну что там рассказывать. В общем, мы с Максом всегда были вместе. Он прекрасный программист, закончил Бауманское училище с красным дипломом. Разрабатывает новые технологии по охране объектов и безопасности. Скоро собирается открывать свой собственный бизнес. И вообще с ним очень легко и спокойно.

— Его фамилия случайно не Березин? — Вдруг спросил Михаил.

— Да, это он. Максим Березин.

— Надо же, как интересно! Ведь я пользуюсь его услугами, но никогда не был с ним лично знаком. Я бы очень хотел с ним познакомиться. Кстати, ваш красавчик действительно ас в своём деле.

— Спасибо. — Девушка улыбнулась.

— А чем он хочет заниматься?

— Макс хочет открыть охранное агентство.

— Прекрасно. Это будет хороший бизнес, особенно сейчас, когда все бандюги выбираются из щелей. Опасное время стало.

Михаил задумчиво смотрел на Любу.

— Как я понимаю, вы скоро выходите замуж?

Девушка кивнула.

— Максим действительно подходящая пара для вас?

— Я люблю его.

— Какой он как человек?

— Он надёжный. — Люба серьезно поглядела на Михаила.

— Да, это, наверное, главное в мужчине. Ещё он красив, мужествен, у него блестящее будущее, и он чемпион по биатлону. Увы, я понял, что у меня совсем нет никаких шансов. Я предлагаю вам, Любовь, свою чистую мужскую дружбу. А за это я хотел бы, чтобы вы познакомили меня с этим своим красавчиком-женихом.

Брови Любы в удивлении поднялись.

— Видите ли, я являюсь членом охотничьего клуба. Мне было бы интересно поохотиться с вами вместе, ну, например, на белого мишку или на кабана.

— Ой, ну конечно, Михаил. Это было бы просто замечательно. Спасибо.

— Ну что вы, дорогая. К тому же в этом клубе полезно вращаться, там очень много нужных людей. Да и к вашему Максиму у меня очень деловой интерес. — Михаил откинулся в кресле. — Жаль, конечно, вы мне очень нравитесь, но я уступлю дорогу достойнейшему претенденту. Кстати, что вы хотите на десерт?

— Я люблю зелёный чай с жасмином, ну, может быть, мороженое.

Михаил взмахом руки подозвал официанта.

Возвращались они уже поздно. Моросил мелкий дождь, и свет московских улиц отражался на мокром асфальте.

— Давайте, Любовь, договоримся. Вот мы все с вами на «вы» и на «вы». Может, лучше перейти на «ты», а то как-то слишком уж официально. Мы всё-таки друзья. — Он положил руку на Любину и слегка пожал её.

— Хорошо, Михаил, Миша. — Девушка рассмеялась. — Ты…

Машина остановилась у подъезда. Михаил вышел и открыл дверцу для девушки. Они стояли друг напротив друга, и свет фонаря освещал их. Никто не заметил одинокой мужской фигуры, застывшей за выступом подъезда.

Глава 10

Войдя в квартиру, Люба, не раздеваясь, прошла к телефону. Красным цветом мигали цифры на автоответчике. Четыре звонка от Макса. Люба скинула плащ на пол и быстро набрала его номер. В трубке раздавались длинные гудки. «Наверное, уже поздно», — с нежностью подумала она про своего любимого мужчину.

Макс сидел на мокрой от дождя скамейке во дворе Любиного дома. Когда-то они сидели на этом же самом месте вдвоём. Часами проводили здесь время после школы. Потом он часто ждал девушку здесь, они здесь целовались и говорили о будущем. Что с ними происходит? Почему он перестал доверять ей? Какая чёрная кошка пробежала между ними?

В таком знакомом окне наконец погас свет. Видела ли она его номер на автоответчике? Звонила ли она ему или нет? С кем она была сегодня вечером, и как давно это происходит? Максим не знал, что делать. Идти домой и ждать звонка Любы или позвонить самому? Но, что сказать и как? А может, явиться к ней домой? Макс невесело усмехнулся. Ну конечно, припрется как идиот, качающий свои права. Любка, наверное, легла спать счастливая, с улыбкой на губах.

С тяжелым вздохом Макс поднялся с лавки и побрел прочь. Был третий час ночи, а завтра надо было ещё сделать столько дел. Послезавтра он должен уже увидеться со своей клиенткой. Он был уверен, что эта кукла решила слегка развлечься. Теперь надо будет таскаться по всяким там магазинам и косметическим салонам вместе с ней. Конечно, не о такой работе мечтал Макс, но надо было смириться — в жизни бывают разные ситуации.

Молодой человек проснулся ещё до того, как прозвонил будильник. Выглянул в окно. Всё также лил дождь, было серо — ещё один день московской осени. Пошёл в ванную. Наскоро умылся, решил не бриться, оставив легкую пятичасовую щетину. Из зеркала на него смотрел хмурый молодой человек с уставшим взором.

Завтракать не хотелось, но Макс заставил себя приготовить омлет.

Резко повернулся на звук открывшейся двери.

Прислонясь к косяку, там стояла Люба, улыбаясь, сложив руки на груди.

— Ты что здесь делаешь? — Молодой человек избегал смотреть на неё.

— Уже почти десять, а ты даже не удосужился разбудить меня. Не позвонил, ни слуху ни духу.

Макс отвернулся к плите.

— Что-то случилось, красавчик?

Люба приблизилась к нему. Он снял фартук и швырнул его на пол.

— Вот и я хотел бы узнать, что случилось?

— В ка… Каком смысле?

— Я весь вечер тебе звонил как дурак, а ты где-то гуляла. И давно у тебя с ним?

Девушка положила руки на плечи парня.

— Макс, ну успокойся, что ты заводишься. Я хотела тебе сразу рассказать…

— А что же не рассказала?

— Ну… Не смогла. — Она вздохнула. — Поверь, ничего не было. Это тот самый Михаил, помнишь, я рассказывала тебе о нём?

— Конечно, помню. Ты ещё так загадочно улыбалась. И каков он в постели?

Максим не успел договорить. Боль резанула его щеку. Он поднёс руку к лицу, потом посмотрел на Любу. Глаза её, словно огромные голубые озёра, были наполнены слезами.

— Как ты мог? — Прошептала она. — Как ты мог, такое подумать про меня? Видно, ты меня совсем не знаешь.

— Видать, не знаю. — Молодой человек подошел к окну. — Может, у тебя и не он один? Пока я был далеко от тебя… Ты же красивая…

Люба подняла подбородок.

— Миша просто позвонил вчера вечером и пригласил в ресторан.

— Ах, вы уже не на «вы»…

— Да, уже не на «вы». — Люба вышла в прихожую. — Знаешь, я, пожалуй, пойду. Нам, наверное, не о чем больше говорить. — Она махнула рукой.

Макс тупо глядел, как Люба открыла дверь и вышла в коридор. За одну секунду перед ним кинопленкой пронеслась вся его жизнь

— Принцесса. — Он рванул дверь на себя. — Постой. Не смей уходить.

Девушка только пожала плечами. Макс бросился за ней, схватил за плечи, резко развернул к себе.

— Я прошу тебя, вернись. Нам надо поговорить. Ну пожалуйста…

— Красавчик, ты же не маленький мальчик, пойми, разговора сейчас у нас нормального не выйдет. Я слишком взвинчена сейчас и, кроме того, что мы наговорим друг другу всяких гадостей, у нас ничего не получится. Так что, займись сейчас другими делами, если хочешь, а вечером поговорим.

Макс обхватил руками голову.

— Я не доживу до вечера.

— Слушай, — она подошла к нему ближе, погладила ещё красную от её руки щеку Макса, прошлась по волосам. — Я, правда, очень зла на тебя сейчас, Макс, но ты знаешь, что я всегда любила и люблю только тебя. — Она улыбнулась. — Этого достаточно? Доживёшь до вечера? — С этими словами девушка легко сбежала вниз по ступенькам.

— Черт! — Макс ударил кулаком по стене.

Он открыл дверь квартиры. Из кухни валил дым от подгоревшего омлета.

«Вот и позавтракал», — пробормотал он, вываливая содержимое сковородки в помойное ведро.

Молодой человек открыл окно. Какое-то время он в задумчивости глядел в проекцию улицы. Он слышал Любины слова и то, как она говорила. Как ни странно, он верил ей. Верил ли? Конечно, ведь между ними никогда не было лжи и обмана, Но все равно что-то скребло у него на душе, словно маленький наждачок. «Хм, Миша», — Макс криво усмехнулся. Надо бы разузнать побольше про этого перца.

Друзья встретились в небольшом кафе на улице Герцена.

— Ну что, Андрюха. — Геркулес поглядел на Макса. — Как ты думаешь, стоит попробовать?

Дрон налил пива в кружку.

— Ну я-то, ладно, попробую, но, ребята, сразу говорю, на меня не очень рассчитывайте, я скоро отъезжаю.

— Это куда же?

— Весной я еду в Африку.

— Да ладно, ананасы собирать?

— Контракт подписал, хорошие бабки.

— Ну, я думаю, с этим делом все будет уже закончено. — Макс похлопал приятеля по плечу. — Здесь мы работаем только шесть месяцев максимум.

— Ну а ты, ты видел сам-то эту бабу? — Спросил Геркулес.

— Ну да, несколько раз. Любка работает с ней.

— Да? А как же твоя невеста смотрит на это? — Андрюха ухмыльнулся.

Макс пожал плечами.

— Моя принцесса верит в меня и мою верность.

— Ну а баба, баба-то ничего хоть?

Геркулес явно был заинтригован.

— Да нормальная она, фифа такая, вся из себя.

— Ух! — Геркулес переглянулся с Андрюхой.

— Ладно, давайте лучше к делу. — Макс постарался сделать серьезное лицо. — Ты поговори там с этими ребятами по поводу броников и рации?

— Это все будет, Фил.

— Ну хорошо, потому что пушки я достану. Ещё. — Макс достал бумажник. — Надо бы принарядиться немного, ну как в кино, смотрели «Телохранитель» с Кевином Костнером?

Они рассмеялись. Подошёл официант, и они заказали ещё пива.

А как там твой приятель, Александр, поживает? Ну этот… — Андрюха слегка поморщился.

— Я звонил ему пару дней назад. Собирается сюда, подальше от родаков.

— Не люблю я его. — Покачал головой Андрюха.

— А он тебе не девушка, чтобы его любить. Вообще это, мужики, он неплохой парень, просто со своими тараканами.

— Угу, затараканенный…

Принесли закуску. Макс огляделся вокруг.

— А ничего так заведение. Народу немного и достаточно спокойно.

— Да, этот бар недавно открыли. Про него ещё не пронюхали.

Они ещё поговорили про разные дела, планы на будущее, потом Максим встал из-за стола.

— Мне, ребят, надо идти. Надо ещё кое-какие вопросы порешать, так что вы тут без меня как-нибудь, лады?

— Ну ты чего, братан. — Геркулес возмущённо развёл руками. — Пива-то сколько осталось! Нам столько не выпить!

— Мне уже достаточно, мужики.

— Фил, ну правда. — Андрюха поддержал Геркулеса.

— Нет, нет. Мне пора. У меня ещё кое-какие дела есть. — Макс перебросил через плечо кожаную куртку. — Всё, созвонимся.

И он вышел из кафе.

Макс зашёл домой взять свою винтовку и направился в тир. За многие годы у него выработалась привычка, что, когда у него были какие-то трудности или разногласия с самим собой, ему надо было стрелять по мишеням. А сегодня он не знал, что делать. С одной стороны, он понимал, что не прав, и был очень грубым и пошлым со своей любимой девушкой. С другой стороны, разве он не видел своими глазами её с другим мужчиной. С такими думами он стрелял и стрелял уже около сорока минут. Конечно, Максиму не хотелось накручивать себя, потому как мысли о неверности любимой девушки переворачивали все внутренности в животе, принося молодому человеку невыносимую боль.

Макс вздрогнул, почувствовав лёгкий хлопок по плечу, и резко обернулся. За его спиной стояла причина его мучений собственной персоной. Макс снял наушники и отложил винтовку.

— А ты чего здесь делаешь?

— Ну вообще-то пострелять пришла. Также как и ты. А тут мне повезло, вот, тебя встретила.

Макс опустил глаза.

— Ну, короче, мне вообще-то пора… — Промямлил он…

— Постой-ка, — Люба двумя пальцами подняла его подбородок. — В чем дело, красавчик?

Вообще это я ждала, что ты позвонишь или заедешь, а ты здесь весь в невесёлых думах, да ещё избегаешь меня.

Люба преградила ему дорогу.

— Я хоть и зла на тебя за сегодняшнее, но… — Она закатила глаза. — Готова сделать шаг тебе на встречу.

— Пусти, Люб, — Макс попытался пройти.

— Слушай, нам надо расставить точки над «i».

— Давай в другой раз, хорошо? Мне, правда, надо…

— Красавчик, ну что ты врёшь, никуда тебе не надо. Если бы я не появилась здесь, ты вообще тут бы ещё часа три стрелял.

— Ну ладно, чего ты от меня хочешь?

— Макс, я ненавижу ссориться с тобой. Чувствую себя паршиво. Давай поедем к тебе домой, заваришь мне чай, мы посидим и поговорим.

— Какая же ты упертая, принцесса, — Макс вздохнул. — Ну ладно. Ты на машине?

— Угу.

— И я. Так что езжай за мной.

Девушка облегчённо вздохнула и улыбнулась. Она хотела поцеловать парня в щеку, но он отстранился.

— Не надо этого. Окей? — Макс стал собирать свои вещи в сумку.

Люба пожала плечами и направилась к выходу.

— Встретимся у тебя.

Когда Максим приехал к подъезду своего дома, БМВ уже стоял, припаркованный на обычном месте. Значит, она уже была у него в квартире. Открыла своим ключом.

Дверь была не заперта.

— Слушай, я тебя уже устала ждать, — раздался голос из комнаты. — Чай сразу поставь, красавчик.

Макс нарочно тянул время, снимал кроссовки, долго вешал куртку в шкаф. Потом вошёл в кухню, поставил чайник с водой на плиту. Сидел на табуретке на кухне, пока тот не закипел. Заварил жасминовый, как она любила, чай.

— Макс, ты куда пропал? — Послышался голос девушки.

— Уже иду… — Он налил чай в пиалу.

Люба сидела на своем излюбленном месте, подогнув длинные ноги. На плечи был наброшен плед. Длинные светлые волосы распущены.

Максим сел в кресло напротив. Оба молчали.

Люба отпила глоток чая.

— Горячий… Короче, красавчик, то, что ты думаешь, это все ерунда. Ну про меня и этого Михаила.

— А я ничего и не думаю, Люб.

— Ладно… Мы с ним просто друзья-приятели… Конечно, он может и был бы не против завязать со мной романчик, но…

— Принцесса, меня мало это волнует. У тебя своя жизнь, у меня своя.

Люба соскочила с дивана и подошла к молодому человеку.

— Так значит, то, что ты меня сделал предложение, это всё так, несерьезно? Можно забыть?

Макс вздохнул.

— Нет, ну почему. Как же я могу забыть это… И тебя…

— Дурачок. — Люба села в ногах Макса. — Я не знала, что ты у меня такой ревнивый. Я тебе объясню… Он, Миша то есть, позвонил мне и пригласил поужинать. И вообще половина времени мы говорили о тебе.

— Спасибо, что не забывали.

— Не ехидничай. Миша постоянно пользуется твоими программами, и он очень хочет познакомиться с тобой.

— Очень польщен.

— Ещё он состоит в охотничьем клубе и хочет пригласить нас с тобой на охоту.

— Какая радость.

— Ну, Макс… — Она взяла его руки в свои. — Посмотри на меня… Неужели ты мне не веришь? Мне же никто, кроме тебя, не нужен и никогда не будет нужен. Я люблю тебя, красавчик.

— Знаешь, принцесса. — Макс встал. — Я уже устал и совсем запутался. То ты уезжаешь с этим канадским придурком на целую неделю, потом с этим своим… Мишей. Я как-то боюсь всего этого…

— Слушай, Макс, я же ничего не говорю тебе про нашу Аллочку, которую ты будешь, так сказать, охранять от самой себя.

— Здрасьте. Приехали… — Макс развёл руками. — А кто же мне её подсуропил?

— Я тоже боюсь за тебя. Она очень интересная дамочка, а если бы ты видел, в каком она возбуждении находится, когда разговор заходит о тебе….

— Люб, все это несерьезно…

— Ага, а то, что ты мне вечно всех подряд — это серьезно!

Максим подошел к окну.

— Ладно, красавчик. — Люба устало вздохнула. — Это как детский сад. Я знаю, что всегда буду нравиться мужчинам, а ты всегда будешь нравиться женщинам. И что нам теперь делать?

Люба подошла к Максу. Её глаза на уровне его глаз.

— Мы должны научиться доверять друг другу, если хотим быть вместе. Сейчас я знаю только одно. — Она положила руки на его плечи. — Я люблю тебя, Макс, и мне никто, никто не нужен, кроме тебя. Пожалуйста, верь мне…

Её губы приблизились к его губам. Он глубоко вздохнул, обволакивая её пухлые губы своими. Руки Максима обвили её талию.

— Ну что ты со мной делаешь. — Прошептал он.

— То же, что и ты со мной… Просто люби меня, красавчик, не думай ни о чем.

Её руки судорожно расстёгивали рубашку на его теле. Его ладони жадно ласкали полные округлые груди. Люба испустила тихий стон.

— Я так соскучилась по тебе. — Прошептала она.

Макс подхватил любимую на руки и понёс в спальню, не отрывая своих губ от её.

— Ты белобрысая ведьма. Я, правда, не могу жить без тебя. — Его губы спустились вниз по её шее и прижались к розовому соску.

Девушка застонала.

— Плевать мне на всех твоих мужиков…

— А мне на твоих баб…

— Я люблю тебя, принцесса, ты только моя.

— Угу. — Её язык спустился ниже пупка. Он резко перевернул её. Теперь Люба сидела на его обнаженном теле. Длинные ноги обхватили его бёдра.

— Делай со мной, что хочешь. — Он сжал её груди. Длинные волосы девушки упали налицо парня. Они неистово задвигались, словно в древнем ритмичном танце.

Люба провела помадой по губам.

— Милый, мне надо бежать… — Она глянула на отражение Макса в зеркале. — Из-за тебя я проспала.

— Ну, Любк, ну пожалуйста. — Он прижался губами к её шее. — Ненавижу эти чёртовы галстуки… Ну помоги мне, прошу!

Девушка повернулась к нему.

— Давай сюда. И убери свои шаловливые руки.

Она умело завязала галстук красивым узлом.

— Всё, пока. Алле привет от меня. — Девушка схватила сумочку и выскочила за дверь. Макс вздохнул.

Сегодня он встречался с Аллой, своей клиенткой. С минуты на минуту за ним должна была приехать машина из офиса. Конечно, не посадит же он свою клиентку в некомфортные частные «Жигули».

Максим ещё раз увидел себя в зеркале и остался доволен. Выглянул в окно. У подъезда уже стояла тёмно-серая «Волга». Он пешком спустился по лестнице.

— Ваша клиентка уже ждёт вас, Максим…

— Просто Максим, — молодой человек протянул водителю руку. — Где же она ждёт меня?

— У себя дома.

Максим поднял брови. — Ладно, разберёмся. — Макс махнул рукой и сел на переднее сиденье.

Алла открыла дверь на второй звонок. Увидев на пороге Максима, она кокетливо улыбнулась. Макс быстро шагнул вперёд, проталкивая её внутрь.

— Вы, ты… Что такое?

— Ну в общем-то, красотка, прежде, чем открывать дверь, надо бы убедиться, что опасности не существует. — Он прислонился к стене, оглядывая её с ног до головы. — Ну, а во-вторых, ты знала, что я должен был приехать. Ну-ка быстро одеться!

Он схватил молодую женщину за приоткрытые полы полупрозрачного пеньюара.

— Да что вы себе позволяете, Максим. — Выкрикнула Алла. — Как вы смеете?!

— Очень просто. Разговаривать будем только после того, как ты оденешься, да потеплее.

— Дурак. — Молодая женщина скрылась за дверью спальни.

Макс прошёл в гостиную и сел в кресло, закинув ногу на ногу.

Алла появилась через десять минут. Глаза её сверкали сердитым блеском. Теперь на ней были чёрные брюки и свитер.

— Так устраивает? — Она прошлась по комнате.

— Более-менее. Можно грудь не так сильно выпячивать…

— Урод… — Пробормотала Алла.

— Ну, положим, нет. Ладно, садись и говори все по порядку, что да как. Я не хочу терять время.

— Виски хочешь для начала?

— На работе не употребляю.

Алла села в кресло напротив.

— Ну а я себе налью. А то ты меня совсем запугал, охрана.

Алла достала короткий широкий стакан и сыпанула туда лёд из ведёрка, стоящего на кофейном столике.

— Значит так, две недели назад на меня напали. Прямо здесь, в подъезде.

Макс скривил губы.

— Ну на меня тоже нападали в подъезде, и не один раз. Ты половину Москвы спроси, на них тоже нападали. Послушай, милая, может, тебе кое-каким приёмчикам научить, ну… самообороны?

Алла захлопала глазами.

— Ну что ж, Макс, когда приступим? Я готова…

Молодой человек встал и направился к двери.

— Я смотрю. — Алла налила виски в стакан и залпом выпила. — Ты не очень жаждешь работать. Странно… Хорошая оплата, и вроде не так много работы… Пока. Тебе что, деньги лишние мешают?

— Вот именно — лишние, дорогая. У меня достаточно денег. Я люблю серьезную работу, а тут… фуфло какое-то. — Макс развёл руками. — Дамочку в магазин, потом в салон, потом по подружкам… Пока в твоем деле о нападении я ничего серьезного не вижу. Чушь, высосанная из пальца.

— Ладно, Максим, не злись. Эти бандиты упоминали нашу фирму и Нолана Паркера. Твой наниматель был очень обеспокоен. Это он решил приставить ко мне телохранителя. — Алла тяжело вздохнула. — Думаешь, я хотела сидеть дома взаперти? Я даже не могу пообщаться со своими подружками. Любашку не видела уже сто лет. Как она?

— Она хорошо.

— Я слышала, вы собираетесь пожениться?

Макс вздохнул.

— Придётся откладывать, из-за тебя, между прочим.

— Мне очень жаль. — Она подошла к Максу сзади и положила руки ему на плечи.

— Не хорошо, конечно, получается. Ну прости…

— Убери от меня руки.

— Какой ты недотрога. Ты со всеми женщинами так обращаешься, ну… — Алла взмахнула рукой. — Если они прикасаются к тебе?

— Ты — моя клиентка. — Максим угрюмо глядел на неё. — Так что держись от меня подальше со своими прикосновениями. Лучше начинай рассказывать все про себя и своих друзей-подруг.

Максим достал блокнот и ручку.

— Ну? Поехали…

Люба отложила в сторону книгу и уставилась в окно. Было совсем темно и поздно. Девушка была расстроена. Максим собирался приехать сегодня после работы, но у него не получилось. Надо было ехать в казино с Аллой. Вот во что они ввязались? И кто во всём виноват? Она сама. Работёнку нашла для своего любимого.

Люба вздохнула и встала с дивана. Подошла к окну. Уже прошла неделя с тех пор, как Макс начал работать телохранителем. Они виделись только пару раз, да и то урывками. Алла постоянно куда-то ездила, то в бар, то в казино, то на дискотеку, а её личный телохранитель должен был находиться постоянно с ней. Макс сказал, что через несколько дней у него будет замена, и тогда они наконец-то смогут провести время вместе.

Михаил зазывал их обоих на охоту. Ему не терпелось познакомиться со знаменитым Максимом Березиным.

Люба открыла балконную дверь. С улицы пахнуло сыростью. Стояла поздняя осень, и уже обещали снег на следующий неделе. Девушка поплотнее запахнула халат и вышла наружу. Внизу компания ребят развлекалась игрой на гитаре. Люба немного позавидовала их беспечности. Не о чем волноваться, кроме того, как прогулять уроки в школе. А тут… Работа, институт, предстоящая свадьба с Максимом. Да ещё здоровье что-то явно в последнее время не ладилось. Её то тошнило от вида еды, то, наоборот, хотелось есть все подряд. Люба всегда боялась врачей, боялась узнать плохие новости. Это боязнь сидела в ней крепко, с тех самых пор, как умер её отец после нескольких лет бестолкового хождения по врачам.

Она взяла телефонную трубку и набрала номер подруги.

— Ну вот те на…. — Раздался сонный голос на другом конце провода. — Чего тебе не спится? Несчастная любовь, что ли?

Люба вяло усмехнулась.

— Не угадала, Зой. Тут как раз почти все нормально.

— Ну тогда что там у тебя? Говори быстрей, пока я ещё не совсем проснулась.

— Мне как-то нездоровится…

— Ну так сходи к врачу.

— Я боюсь, что со мной что-нибудь плохое.

— Нет, ну ты всё-таки ненормальная. И вообще, что все это значит — я тебя не вижу, не слышу уже около месяца. Что, слишком занята для лучшей подруги?

— Ну ты же знаешь. — Люба устало вздохнула. — Работа, институт, командировка…

— Макс, — добавила Зоя.

— Ну и он, конечно…

— Что-то я не поняла, почему ты его задвинула на самое последнее место?

— Да мы с ним тоже мало видимся. Я Михаила вижу чаще, чем его.

— А это что ещё за перец? Что-то ты темнишь, подруга. Вот теперь я окончательно проснулась.

— Знаешь что, Зой, я все тебе расскажу в обмен на то, что ты с ходишь со мной к врачу.

— Ну, милая, я даже не знаю… Ладно, говори когда.

— Завтра. И отпрошусь с работы после обеда, пойдём к врачу, а потом в зависимости от диагноза сходим куда-нибудь, посидим, ну и потреплемся.

— Диагноз! — Зоя хмыкнула. — Ладно, до завтра.

Люба положила трубку, закрыла балкон, завесила шторы и, включив ночное бра, стала раздеваться.

Зазвонил телефон.

— Я тебя разбудил, принцесса? — Раздался голос Максима.

— Ещё нет. Ты приедешь?

— Малышка, я хочу этого больше всего на свете, но…

— Ты где сейчас?

— Да все пасу эту козу в ресторане.

— А там наверно такие запахи! Ты голодный, милый?

— Да нет, я немного перекусил тут…

— Так ты что, с этой козой траву вместе жевал? — В голосе Любы послышались злые нотки. — Значит, вот какая у тебя работа, красавчик, ходить по ресторанам с Аллой, которой ничего не угрожает, кроме неё самой. Смотри, не растолстей там на барских харчах.

— Любк, ты никак упрекаешь меня в чем-то… Ты же мне эту работенку подкинула… Ты чего, расстроена, принцесса? Я люблю тебя, малышка, ну хочешь я приеду к тебе сразу, как только освобожусь?

— Нет, не надо, я буду спать.

— Хорошо, принцесса, завтра у меня наконец-то будет смена. Я тебя буду ждать после работы.

— Не стоит, красавчик, у меня запись к доктору.

— У тебя… Люб, что-то случилось?

Девушка вздохнула.

— Не знаю… Ладно, пока, красавчик. — Она нажала на кнопку отбоя.

Глава 11

К утру выпал обещанный первый снег. Такой свежий и чистый, дающий всем радость. Люба вышла из здания, запрокинула лицо, вдохнула хрустящий воздух и улыбнулась. Сегодня у неё уже было другое настроение. Девушка чувствовала себя намного лучше физически и даже пожалела, что записалась на приём к врачу. Но было уже поздно. Зоя уже махала издалека рукой.

— Ну что стоишь? — Подруга указала на подходящий автобус. — Быстрее давай.

Люба бросилась к остановке по ступенькам вниз.

Краем глаза она заметила серую «Волгу», только что заехавшую на парковку. Дверца машины открылась, оттуда вышел шофёр, за ним Макс, одетый в чёрный костюм, а следом и Алла, закутанная в песцовое манто.

— Да не упади ты. — Зоя схватила споткнувшуюся подругу под руку. — Что с тобой? Девушка проследила за взглядом Любы. — На тебе лица нет. А-а, понятно…

Двери автобуса открылись. После того, как девушки впихнули себя внутрь, Люба раздраженно вздохнула.

— Ну и зачем надо было ехать на этом дурацком автобусе, когда у меня машина стоит.

Зоя рассмеялась.

— Все это плохие привычки — замашки буржуазии. Иногда надо спускаться с небес на землю. Тут же всего три остановки.

Доктор оказалась молоденькой девушкой в очках. После того, как она осмотрела Любу и внимательно её выслушала, она села за стол, сняла очки и уставилась в окно в ожидании, когда пациентка оденется и сядет возле её стола.

— Как красиво сегодня. — С улыбкой произнесла она.

Люба вопросительно поглядела на неё.

— Что вам сказать? В общем, ничего с вами страшного нет, вы здоровы и то, что с вами происходит — обыкновенная беременность. Двенадцать недель.

— Да вы что! Этого не может быть!

— Почему же? У вас что, не было сексуальных отношений?

— Ну да, конечно, но… До этого никогда ничего не случалось.

— Милая девушка, когда-нибудь все случается в первый раз. А что, вы очень расстроены?

— Я не знаю. — Люба уткнулась лицом в ладони. — Я как-то не планировала.

Доктор рассмеялась.

— Планы, планы… Восемьдесят семь процентов беременностей не планируется.

— Ладно, я поняла… — Люба встала со стула. — Извините, меня подруга ждёт

— Подождите. Я вам выпишу витамины. Вы же не собираетесь прерывать беременность?

— Ну, наверное, нет. Просто это все так неожиданно.

Люба направилась к выходу.

— Спасибо, доктор, я потом зайду за витаминами.

Она открыла дверь и вышла.

— Ну что ты такая бледная? Что-то серьезное?

Девушка вздохнула.

— Пойдём, где-нибудь посидим. — Она потянула подругу за рукав. — Мне, оказывается, надо больше отдыхать и лучше есть… Зайка, я залетела!

— Что? Подожди, Любка… Ты что, это правда?

— Да, уже два с половиной месяца.

Люба закрыла лицо руками.

— Ну ты даешь, подруга!

Девушки вошли в небольшое кафе, расположенное напротив поликлиники.

— Да не готова я ко всему этому! Пелёнки, рейтузы, или как там их… Ползунки. А как же моя работа, я почти заканчиваю институт, ну и вообще…?

Зоя взяла меню.

— Тебе надо хорошо питаться, ты салат зелёный будешь? Может, шницель, а?

— Да отстань ты со своим шницелем. У меня аппетита совсем нет.

— А что ты своему красавчику скажешь?

Люба слегка улыбнулась.

— Он-то, наверное, будет рад. Ты знаешь, он такой… Что я ни сделаю, все ему по душе…

— Положим, это не ты одна сотворила. Твой Макс к этому тоже руку приложил, вернее, не руку…

Девушки рассмеялись.

— Мне зелёного чаю, пожалуйста. — Попросила Люба подошедшую официантку.

— Знаешь, Любк, Твоя карьера и институт никуда не денутся. Закончишь экстерном, найдёшь няньку. У тебя ведь Макс при деньгах. Будешь бизнес-вуман и молодой мамочкой. Тебе надо пойти домой, принять тёплую ванну, лечь, расслабиться и подумать о приятной стороне твоего положения. Потом, когда Макс придёт, обрадовать его.

— Или огорошить… — Люба печально улыбнулась. — Он занят. Он теперь личный телохранитель нашей Аллочки.

Зоя даже присвистнула.

— Ну-ну, давай говори, что происходит.

— Да не знаю… Вообще, это всё я виновата, подсунула Максу эту подработку, а он теперь только с этой Аллой и возится. И знаешь… Зойк, мы теперь с ним почти не видимся.

— А что ты так переживаешь, ты же вроде с этой Аллой в неплохих отношениях сейчас. Подружки.

— Мне мать всегда говорила, подружка — это твоя подушка.

— Я уж вижу. У тебя Макс и подружка, и подушка.

Девушки рассмеялись.

Они ещё поболтали немного о последних событиях в их жизни, и потом Люба засобиралась.

— Бежать надо. Мне Михаил должен позвонить. Я хотела сводить его в тир, пострелять.

Подружки обменялись дружескими поцелуями и разошлись.

Макс сидел в полутёмном зале ресторана, лениво поглядывая вокруг. Уже целую неделю он находился с Аллой более двенадцати часов день. Завтра наконец-то его должен был сменить другой охранник и он сможет провести время со своей невестой. Было бы здорово, поехать куда-нибудь за город. Морозный воздух, белоснежный снег.

— Ну долго тебя ещё ждать?! — Донёсся до него голос Аллы.

— А? Что? — Макс тряхнул головой, отгоняя на время мечты.

— Пойдём уж, охрана. Говорят, пора на бочок и в люлю. — Молодая женщина стояла за его спиной.

Макс, подавляя зевок, поднялся. Она была явно навеселе.

— Я еду домой, и ты со мной, понял?

Макс посмотрел на часы. Был второй час ночи. Любка, наверное, давно уже спит, перестав его ждать. Что ж, придётся ехать к Алле.

— Дорогой, — она схватила проходящего официанта за руку. — Нам надо бутылку шампанского. У меня великолепное настроение. — Она подмигнула Максу. — Мы едем ко мне! — Она вытянула губы трубочкой.

— Ты такой чудесный и милый, только очень молчаливый. Но ничего, мы тебя расслабим.

Она, покачиваясь, вышла на улицу. Водитель предусмотрительно распахнул дверь.

Максим сел на заднее сидение рядом с Аллой.

— Ох, как от тебя вкусно пахнет, настоящим мужиком. — Молодая женщина положила голову ему на плечо. — Давай выпьем шампанского прямо здесь, сейчас.

— Я на работе.

— Я освобождаю тебя на сегодня. Я хочу, чтобы ты расслабился, служивый. Рабочий день закончен!

— Борь, останови… — Сказал водителю Максим. — Я еду домой. Моя подопечная меня отпускает.

Водитель хмыкнул в усы.

— Ну ты чего? — Алла помахала перед лицом своего телохранителя пальцем. — Едем ко мне, все едем, и ты, Боренька. Будем веселиться.

Люба сидела на кухне, задумчиво глядя в окно. На плите булькал кофейник. На девушке была тёплая фланелевая пижама. Она проснулась задолго до звонка будильника и так и не смогла заснуть. Макс так и не позвонил… И не приехал. Что-то изменилось, как будто произошёл какой то сдвиг. Конечно, Люба знала, что красавчик любит её, и она его любит, они поженятся, даже уже ребёночек у них будет скоро. И жить есть где, и деньги тоже есть. В общем… Только что-то не так… Словно что-то должно произойти. Ведь не может быть все так гладко и спокойно.

Люба закусила губу.

От внезапного телефонного звонка девушка чуть не подскочила.

— Алё?

— Ты как? — Раздался голос Михаила. — Я не разбудил тебя? Доброе утро…

— Ой, Миша, конечно, нет. Мне же на работу пора…

— А я тут мимо буду проезжать. Может подвезти?

— Да? Спасибо, Михаил, я сейчас быстро.

— Не надо меня благодарить. Я твой должник, Люба. Я прекрасно провёл прошлый вечер.

Девушка звонко рассмеялась

— Я хоть и заядлый охотник, но ты, моя дорогая, потрясающий стрелок, редкостный снайпер. Я просто восхищен!

— Ну что ты, Михаил, вот если бы с тобой стрелял Максим…

— Я, между прочим, жду не дождусь, когда ты всё-таки представишь меня своему жениху.

— Скоро, Михаил, скоро.

Люба весело рассмеялась. Настроение улучшилось, словно кто-то снял невидимые занавеси перед её взором.

Михаил подъехал на чёрном «Мерседесе». Вышел из машины, дожидаясь девушку. Она выпорхнула из подъезда, весёлая, с ещё слегка влажными после душа волосами. Мужчина почувствовал нежность к ней, такой свежей, юной… Он с грустью подумал, что, к сожалению, ему не хочется быть соперником её красавчика Максима. Даже ни разу не встретившись с ним, он уже заочно уважал этого молодого человека и для себя провёл невидимую черту между собой и Любой.

— Привет, Михаил. — Люба улыбнулась. — Я готова, поехали!

Михаил открыл дверцу машины и помог девушке сесть.

По дороге они болтали понемногу во всём.

— Ну приехали. — Михаил подъехал к подъезду офисного здания.

— Спасибо тебе, Миш. — Люба быстро наклонилась к мужчине и прислонилась губами к его щеке.

Уставший, не выспавшийся Максим вышел из машины. Алла продолжала спать на заднем сидении. Полночи ему пришлось слушать излияния этой девицы, а остальное время отбиваться от её приставаний. Между всем этим ему удавалось проваливаться в короткие сны. Рано утром позвонил шеф и попросил срочно доставить ему его секретаршу. Он даже побриться не успел. Зачем Алла понадобилась шефу, он не мог понять, ведь та была до сих пор в нетрезвом состоянии.

Макс раздраженно хлопнул дверцей «Волги». Поправил галстук. Неожиданно взгляд его зацепился за чёрный «мерс», плавно подкативший к офисному зданию.

Пара на переднем сидении весело болтала. Красивая девушка с распущенными светлыми волосами наклонилась к водителю и поцеловала его. Макс вздохнул, вспомнив о своей невесте.

Дверь «Мерседеса» открылась и… В груди Макса похолодело. Это было Любка! Она, махнув рукой мужчине, вбежала по ступенькам наверх.

Макс, было, хотел рвануть за ней, но… Что он ей скажет? Боже! Какой он дурак! Это, наверное, и есть этот Михаил.

Пока он охранял Аллу от непонятно кого, его Любка вильнула хвостом и ага… Сейчас утро… Неужели она была с ним всю ночь? От подобных мыслей у Макса потемнело в глазах. Он открыл заднюю дверь автомобиля и потряс спящую Аллу за плечо. — Давай, вылазь, приехали.

Алла широко распахнула глаза.

— Где мы? — Увидев своего телохранителя, она, улыбаясь, потянулась. — Что, уже пора на работу?

— Давай быстрее. Твой шеф уже заждался. А мне пора. Новая смена пришла, Андреем зовут.

Макс отошел в сторону. Обменялся с Андрюхой рукопожатием.

— Ты что такой смурной?

— Да, всю ночь не спал, охранял…

— Правда, что ли?

Макс хмуро уставился себе под ноги.

— Ладно, пора мне. Настроение что-то подпортилось.

Молодой человек вяло похлопал товарища по плечу и направился к машине, припаркованной на стоянке.

Дома он достал спрятанные на всякий случай сигареты и, сев на кухонный подоконник, закурил. Есть не хотелось, хотя с самого вечера не было во рту ни крошки. Внезапно у него возникло нестерпимое желание швырять все, пинать, рвать на куски. Макс сжал кулаки.

В это время резко и неожиданно зазвонил телефон.

— Слушаю. — Отрывисто произнёс он

— Красавчик! — В трубке раздался весёлый голос Любы. — Ты дома? А я смотрю, Алка пришла, а тебя с ней нет… Устал? Хочешь, я к тебе в обеденный перерыв приеду? Я тебя сто лет не видела.

— Не надо, Люб, я буду спать…

— Что у тебя с голосом?

— Ладно, пока… — Он положил трубку на рычаг. Обхватив голову, он какое-то время сидел за кухонным столом, а потом, поднявшись, побрел к дивану, чтобы забыться в тревожном сне.

— Ну что с ним опять такое? — Люба огорчённо вздохнула. — У него настроение меняется, как у беременной женщины.

— Хорошее сравнение. — Алла налила себе кофе. — Ты будешь?

— Что-то не хочется. — Люба поморщилась. — Как-то мне неприятно. Что это с ним?

Алла пожал плечами.

— Да вроде все нормально было. Может, не выспался?

Люба вопросительно посмотрел на секретаршу.

— Он что, всю ночь был с тобой?

— Дорогая, какая же ты всё-таки смешная. Ну а где же ему ещё быть? А вот ты где была всю ночь? Ну ладно, ладно, я шучу…

— Что-то мне совсем нехорошо. — Девушка прижала руку к губам. — Кофе пахнет отвратительно.

Алла внимательно посмотрела на Любу и ничего не сказала.

Люба, войдя в свой офис, закрыла дверь и набрала номер Михаила.

— Михаил, это я…

— Любовь? Что случилось?

— Не знаю, но…

— Ты уж извини, милая, я не смогу с тобой поговорить, убегаю на совещание. Ты не прочь встретиться сегодня вечером? Может, сходим в театр?

— Сегодня… Нет… Не знаю, скорее всего нет. Мне надо поговорить с Максимом.

— У тебя неприятности?

— Может быть. Я перезвоню позже, спасибо, Миш.

Люба положила трубку и бездумно уставилась в окно.

После работы Люба решила заехать к Максу. Надо всё-таки узнать, что на него нашло.

Дороги слегка подморозило. Люба шла осторожно, опасаясь поскользнуться. После известия о беременности она почувствовала себя беспомощной и хрупкой. Надо немедленно рассказать все красавчику. Он-то конечно обрадуется. Ей не терпелось увидеть, как вытянется его лицо от удивления.

Подойдя к его дому, Люба увидела отъехавшую служебную «Волгу» Макса.

Уехал. — Подумала девушка, закусив губу. — Опять к Алке. Это теперь на целый вечер и, наверное, ночь. И позвонить-то некуда.

Люба присела на ближайшую скамейку, сняла перчатки, утерла набежавшие слёзы.

Опять одна… Дура, сама ему эту работёнку нашла.

Макс вышел из машины, открыл дверцу для Аллы, подождал, пока она выйдет.

— Это дача моей подруги. У неё сегодня день рождения.

— Угу, — Макс огляделся по сторонам.

— Круто, конечно. Все туда со своими подружками и любовниками, одна я с личной охраной. Ты чего молчишь?

Он пожал плечами.

— Мне все равно. Надеюсь, эта вечеринка не затянется до утра?

— Ну, милый мой, ты за это деньги получаешь. — Алла рассмеялась.

Коттедж был четырёхэтажным из красного кирпича. Во всех окнах горел свет. Изнутри доносился весёлый смех и разговоры.

— Сколько человек?

— Да откуда же я знаю… Боишься, что не справишься?

В доме было душно и шумно. Гости только начали собираться. Все были одеты в нарядные и, по-видимому, дорогие вечерние наряды.

Алла скинула свою шубку на руки домработницы. Оглядела себя в зеркало. Тёмные волосы уложены в высокий пучок. Ожерелье из чёрного жемчуга. Шелковое платье тёмно-фиолетового цвета плотно облегает стройное тело.

Стрельнув глазами в Максима, она кокетливо улыбнулась.

— Надеюсь, я хорошо выгляжу?

— Хорошо.

— Ты холодный чурбан, Максим. Думаешь только о своей Любке.

Максим молчал.

— Молчи, молчи. Думаешь, она тоже о тебе думает? Ха-ха.

— Я выполняю свою работу, Алла, и в мои обязанности не входит выражать свое мнение по поводу вашей внешности или моей личной жизни.

— Ладно, пошли, солдафон…

Алла потянула Максима за рукав.

В течение последующих двух часов Максим откровенно скучал. Он старался не мелькать понапрасну, чтобы не возникали лишние вопросы. Сначала Макс наблюдал за публикой, женоподобными юношами, от вида которых его разбирал смех, за красотками в чересчур декольтированных платьях, которые каким-то чудом удерживали там их плоть.

Но потом Макс настолько заскучал, что если бы не то, что Алла снова стала напиваться крепкими напитками, и ему надо было следить за ней, он бы давно уже заснул.

Люба, придя домой, приняла душ, заварила чай и, уютно устроившись на диване, включила телевизор. По-видимому, сказалась сверхнапряженная обстановка на работе и непонятность с Максом, потому что уже через пятнадцать минут она крепко спала.

От звонка телефона она вскочила. Ну наконец-то Макс!

Но в трубке послышался голос Михаила

Он, по-видимому, уловил разочарование в голосе Любы.

— Я, наверное, не вовремя?

— Да нет, Миша, я просто заснула, и вот…

— Извини меня, ради бога, Любовь. Я совсем не подумал, что ты устала и можешь лечь спать.

— Нет, наоборот, спасибо, что разбудил. В такое время спать — только жизнь коротать.

— Интересно… Любовь, помнишь, я говорил тебе про театр?

— Да, конечно, помню, Миша…

— Я бы хотел пригласить тебя туда. Это небольшой спектакль, и у меня как раз два билета.

— С удовольствием, — Люба посмотрела на часы. — Уже полседьмого.

— Начало в восемь. У тебя будет время собраться. Я заеду через час.

— Спасибо, Михаил.

— Да… Ещё… Мне после спектакля надо съездить в один дачный посёлок, поговорить с нужным человеком. Он там на какой-то вечеринке, день рождения, что ли… — Михаил немного замялся. — Ты не могла бы составить мне компанию?

— Завтра суббота, гулять так гулять! — Девушка рассмеялась.

Затем они попрощались, и Люба начала собираться в театр.

Алла танцевала со всеми подряд. Она уже выпила несколько бокалов вина, потом текилы и теперь веселилась от души. Максим, хотя и не верил в потенциальную опасность, грозящую молодой женщине, всё-таки следил за ней. В конце концов, это его работа. Ну хочет шеф деньги тратить на свою подружку, пожалуйста. Вдруг какой-нибудь подвыпивший гость начнёт к ней приставать…

В это время входная дверь, ведущая из холла, открылась, и вошли ещё двое людей. Впереди шёл мужчина, темноволосый и высокий, в тёмном сером костюме с галстуком. За ним шла стройная блондинка. Вдруг Макс замер, взгляд его остановился на её лице. На миг ему показалось, что весь воздух ушел из его лёгких. Это же была его Любка! Но что она делает здесь, здесь, в такое время и не одна?

Вот её спутник взял её за руку, они улыбнулись друг другу.

В этот же момент глаза Максима и Любы встретились. Её голубые глаза расширились, она резко побледнела. Мужчина почувствовал, что с ней что-то не так, наклонился к ней.

— Что с тобой, Любовь?

Девушка видела заботливое лицо Михаила, но слова его едва доходили до её сознания.

— Я не могу здесь находиться. — Прошептала она.

— Хорошо, я отведу тебя в машину. Ты мне расскажешь потом, если сочтёшь нужным…

Они вышли.

Макс стиснул зубы. В этот момент он проклял тот день, когда согласился на эту работу.

Ему невыносимо было оставаться на месте с деланно спокойным выражением лица. Макс бы догнал Любку и вытряс бы из неё всю душу… Зачем она так? Чего ей не хватает? Как он мог не поверить ей, и как он мог верить ей?

В грудь как будто всадили и медленно проворачивали кинжал.

Алла, как ни в чем не бывало, продолжала развлекаться в кругу подружек. Ничего ей не угрожало здесь, а у Макса возникла необходимость немедленно расслабиться. Он спустился по лестнице к стойке бара. Увидев его рядом с собой, Алла обхватила его рукой за шею.

— Вот и ты здесь наконец-то, Максимка, — она прижалась к его плечу.

От молодой женщины приятно пахло мускусом.

— Выпьешь со мной? Виски?

— Пожалуйста, сто пятьдесят граммов водки.

— Я так одинока здесь… Без тебя… Я рада, что ты вот сейчас выпьешь со мной…

Они стояли друг напротив друга. Алла положила руку на его грудь. Принесли виски для неё и водку для Максима.

— Принеси нам закусон. — Алла подтолкнула Макса к буфетному столу.

Незаметно она достала из своей сумочки таблетку и бросила в стакан молодого человека.

Люба сидела в машине, напряженно вглядываясь в темноту. Михаил молча крутил руль.

— Какая же я дура. — Простонала Люба, сжимая руками голову. — Что мне теперь делать?

Михаил не отвечал.

— Останови! Останови, пожалуйста.

Молодой человек послушно подрулил к обочине.

— Мне плохо… — Девушка, сжимая рукой рот, выскочила из машины. Её стошнило.

— Прости… Так некрасиво получилось… — Она села около машины, зачерпнула горсть снега.

— Возьми мой платок. — Михаил обнял её за плечи. — Это я виноват. Не надо было тебя возить туда-сюда. Ты устала.

— Да нет. Там был Макс, и он видел меня. Что я теперь ему скажу?! Он и так злится на меня. Я же так и не сказала ему про это…

— Про что?

— Ну, что у нас будет ребёнок…

Михаил многозначительно промолчал.

— Прости, Миша, я тебя в такую историю втянула. Теперь мне все расхлебывать. Знаешь что, отвези меня обратно. Я должна все сама объяснить Максу.

— Люба, мне кажется лучше не надо… По крайней мере, сейчас.

— Нет. Мне надо сказать ему. Я должна…

— Хорошо. — Михаил помог девушке подняться. — Делай, как знаешь.

— Ты не обижайся на меня…

— Да я не обижаюсь. Всегда помни, что я твой друг. Но… На горячую голову лучше не действовать. Ты думаешь, Макс ревнует тебя ко мне?

Девушка закусила губу.

— Я думаю, да.

— Эх, женщины, женщины. Сколько же от вас хлопот. — Он улыбнулся и потрепал её по плечу. — Поехали.

Глава 12

Максим, покачиваясь, вошёл в какую-то комнату. Голова кружилась. Щелкнул выключателем. От вспыхнувшего света он чуть не потерял сознание. Увидев разложенный диван, молодой человек со стоном сел. Одной рукой он расстегнул пуговицы на рубашке. Все вокруг кружилось, как будто он висел вниз головой в центрифуге. Мелькнула мысль, что он вроде как и не пил почти. Потом уши заложило, и он начал погружаться в какое-то ватное состояние. Словно сквозь туман, он видел, как приоткрылась дверь, и в комнату кто-то вошёл.

Алла стояла в дверях и смотрела на Макса, который, раскинув руки, лежал на большой двуспальной кровати. В груди поднималось тепло. Наконец-то он будет принадлежать ей. Хоть и не по своей воле, но будет. А заодно она преподаст урок соблазнения этой белобрысой выскочке. Жаль, что та не увидит этого.

Алла достала телефон и отправила сообщение Аллану. Максим не просыпался. Молодая женщина села в изголовье кровати. Грудь Макса ровно вздымалась, и дыхание было спокойным. Закрытые веки слегка подрагивали.

Алла провела пальцем по его виску, подбородку. Чётко очерченные губы были плотно сжаты. «Как он красив, — подумала Алла, наклоняясь над молодым человеком. Стараясь не разбудить Максима, стала развязывать его галстук.

Макс не пошевелился. Его тело было тяжелым, и Алле потребовалась вся сила, чтобы раздеть молодого человека. Когда наконец одежда Макса была сброшена на пол, она, тяжело дыша, стянула с себя платье. За ним последовали трусики и бюстгальтер. Ногой она отшвырнула кобуру с пистолетом в угол комнаты. Легла рядом с юношей, вытянулась рядом, прижалась как голодная кошка. Её губы нашли его рот.

— Возьми меня. — Шептала она, скользя руками по его обнаженной груди. — Ну, пора уж, просыпайся…

Когда они подъехали обратно к особняку, Михаил остановил готовую выпрыгнуть из машины Любу и серьезно посмотрел ей в глаза.

— Я надеюсь, ты знаешь, что делаешь?

Девушка тряхнула головой и бросилась к двери. На пороге стоял Аллан Паркер.

— Куколка, откуда явилась?

— Пусти меня.

— Здесь строго по приглашениям.

— Она со мной. — Михаил смерил Аллана Паркера ледяным взглядом.

— Окей, проходи.

— А где Макс?

— А кто это? — Аллан усмехнулся. — Это наш новый мачо? Он, по-видимому, развлекается, как всегда.

Люба нахмурилась.

— Пошли. — Михаил потянул её за собой.

— Вторая комната наверху. — Напоследок сказал начальник безопасности.

— Что-то я не понимаю… — Люба прижала руку к груди. — О чем он?

— Стой здесь. — Михаил взял её за плечи. — Я сейчас приду. Все проверю и приду. Не волнуйся.

— Нет, я с тобой…

— Любовь, останься здесь… Пожалуйста.

Михаил быстро взбежал вверх по лестнице. В коридоре, застеленном белым ворсистым ковром, царил полумрак.

«Вторая комната, — Михаил дёрнул ручку и распахнул дверь.

Комната была освещена напольной лампой. Посреди стояла огромная кровать. На смятых простынях спал обнаженный мужчина. Он лежал лицом вниз, словно утомлённый недавно испытанной страстью. Рядом с ним лежала красивая, полностью раздетая молодая женщина. Её рука ласково гладила мужчину по спине. Взгляд Михаила скользнул вниз. Их одежда в беспорядке валялась на полу. Галстук, бюстгальтер, туфли на шпильках, кобура с пистолетом…

«Чёрт», — тихо выругался Михаил.

— О господи… — Вдруг прозвучало за его спиной. Михаил резко обернулся. Люба, бледная как мел, стояла, зажимая рот ладонью.

— Пойдём отсюда. — Михаил подтолкнул девушку к выходу. — Не смотри, не надо…

— Я… Я не понимаю… — Девушка вся дрожала. — Забери меня отсюда скорей. Мне кажется, я сейчас умру.

Мужчина подхватил девушку на руки.

Аллан Паркер с ухмылкой проводил их взглядом. Только когда машина Михаила скрылась в темноте, он, радостно похохатывая, направился наверх.

— Ну что, крошка. — Окликнул он Аллу. — Твой ковбой сладко спит?

— Перепил. — Алла откинула с лица волосы. — Попробуем в другой раз.

— Слабак он, твой приятель. А вот я могу тебя удовлетворить. — Он расстегнул ремень брюк. Глаза Аллы расширились.

— Ах, как приятно поиметь другого мужчину на глазах у первого.

Аллан скинул брюки и, притянув девушку за бедра, перевернул её на живот.

Люба лежала на диване, сжавшись в комок. Лицо её было опухшим от слез. Михаил сидел у стола, молчал, потому что не знал, какими словами можно было унять её боль.

— Иди. — Слабым голосом попросила она.

— Я не могу тебя оставить одну… Такую.

— Не бойся за меня. Я ничего глупого не сделаю. Иди… Мне надо побыть одной…

— Люб…

— Я прошу тебя, Миша.

Михаил тяжело вздохнул, поднялся.

— Я позвоню тебе… Завтра.

Люба молчала

Он вышел, тихо прикрыв за собой дверь.

Макс медленно просыпался. Он попытался приподнять голову, но резкая боль, чуть не лишила его сознания. Медленно, с трудом приподнял веки. Рядом кто-то лежал. Из пересохших губ вырвался хриплый стон. Тот, кто лежал рядом с ним, пошевелился, и через мгновение Макс с изумлением уставился в сонное лицо своей подопечной.

— Милый… — Проворковала она. — Ты был просто потрясающим этой ночью.

Молодая женщина приблизила губы к лицу Макса.

Тошнота накатила на него так, что, собрав остатки сил, он заставил своё тело приподняться. Он с изумлением оглядел себя. Голый! Он был абсолютно голым!

Схватив какую-то цветастую тряпку с пола, он, прикрывая причинное место, поспешил в ванную. Его выворачивало наизнанку так, что темнело в глазах.

«Сука. — Сжимая зубы от злости, от которой его неистово трясло, думал он. — Проклятая сука».

Алла появилась в дверях ванной.

— Милый, можно я заберу своё платье? Тебе так плохо, красавчик? Ну конечно, ты выпил столько шампанского прошлой ночью. Я удивлена, как у тебя хватило сил на меня…

— Пошла вон, тварь! — Прохрипел Максим.

Ему было плохо. За всю свою жизнь он не чувствовал ничего подобного. Его колотила крупная дрожь. Желудок был пуст, и тошнить было нечем. По спине стекал пот.

— Я, конечно, понимаю, было немного обидно увидеть свою девушку с другим. — Не унималась Алла. — Но даже несмотря на это, ты был на высоте!

— Чего…? — Макс повернулся к ней. — Мою девушку… С другим…

И в этот момент воспоминания вспышкой высветили ему события предыдущей ночи.

Макс сидел на кухне. Шел второй час ночи. Окно было раскрыто нараспашку. Уже прошли сутки после этой злосчастный ночи, а он так и не знал, что ему делать. Выкуривая одну сигарету за другой, он пытался собраться с мыслями, но у него ничего не получалось.

Вчера ему позвонил Нолан Паркер и, достаточно холодно поблагодарив за проделанную работу, сказал, что в услугах Максима более не нуждается. Также он сказал, что пришлёт водителя, чтобы передать деньги. Алла позвонила сразу после звонка шефа.

— Тебе лучше не являться в офис, охрана. — Сухо сказала она.

Макс молчал.

— Шеф мечет громы и молнии. Ему совсем не понравилось то, что рассказал ему его главный секьюрити…

— А что? Что-то произошло?

— Ах ты, мой жеребчик! Там же была видеокамера. Неужели ты забыл, как набросился на меня?

— Не выдумывай. Ничего этого не было…

— Вот Любка увидит этот эротический фильм…

— Заткнись, сука! — Макс швырнул телефон об стену и, обхватив голову, сел на табуретку.

Что же теперь делать? Он совсем, совсем ничего не помнил. Только пара стопок водки да бокал шампанского, а потом все… Темнота. Его просто использовали, подставили, как последнего идиота. Этот ублюдок Аллан Паркер. Недаром он все толкался около них. Особенно Макса настораживало, что он так и не нашел свой пистолет на утро после той самой ночи.

Нолан Паркер нажал на кнопку вызова. Его секретарь подняла трубку и кокетливо облизнула губы.

— Зайди ко мне.

С лица молодой женщины сошла краска. Такой холодный тон.

Нолан сидел за столом, изучая документы. Когда вошла Алла, он молча указал ей на кресло напротив.

— Чего тебе не хватало? — Он уставился на неё, наморщив лоб.

— О чем ты, любимый?

— Не смей так меня называть. Скажи, что тебе ещё надо было? Тебе захотелось попробовать молодого мяса? — Он уже почти кричал.

— Что ты такое говоришь? — Алла закрыла лицо руками. — Ты же знаешь, что произошло на самом деле. Он, он, этот Макс, он набросился на меня……

— Оставь это… Конечно, мужик, он не мог отказаться, но ты… Ты…

Нолан схватился за галстук, пытаясь ослабить узел. — Не забывай, у меня есть тоже глаза, и, вообще, я очень многое про тебя знаю. Мой племянничек, он знает про тебя гораздо больше, чем надо, чтобы…

— Боже мой. — Алла всплеснула руками. — Никак Аллан твой постарался! Какая скотина! Неужели ты ему поверишь?

Паркер вернулся к окну.

— В общем так, дорогая… В твоих услугах я больше не нуждаюсь.

— К… Как? — Алла побледнела.

— Очень просто. Ты шлюха, и я рад, что я узнал об этом до того момента как… предложил тебе руку и сердце. Прощай…

Алла остолбенела.

— Да. Уходи… Покинь мой офис сейчас же. — Мужчина махнул рукой. — Я в тебе больше не нуждаюсь.

Молодая женщина выскользнула за дверь и плотно закрыла её за собой.

Нолан Паркер сел на пол и безудержно зарыдал.

Прошло две недели. Люба была все это время в отпуске, который она взяла за свой счёт. Она совсем потеряла счёт времени и порой даже не знала день сейчас или ночь. Девушка много спала, но отдыха в этом не находила. Почти каждый вечер приходил Михаил. Он заставлял её вставать с постели, умываться, принимать еду. Люба сидела, безразлично глядя перед собой, и крупные слёзы катились по её щекам.

— Так нельзя, в конце концов. — Вот и сейчас, нахмурившись, мужчина пододвинул ей тост с джемом. — Ты должна есть, ты должна просто продолжать жить.

— Я продолжаю…

— Люб, пойми, если ты не хочешь кормить себя, то покорми хотя бы своего малыша.

— Ну да, я это и делаю. — Она тряхнула головой. — Знаешь, если бы не это, ну беременность… Я бы уже не жила…

— А Макс, прости. — Михаил сжал её руки. — Он… Он звонил?

Люба закрыла лицо руками.

— Нет… — Она всхлипнула.

— Здесь что-то не так. Ты рассказывала мне про него. Он не мог так всё оставить.

— Ну ты же видишь — он не звонит. Ты видел все своими глазами. Да и, по-видимому, это у него не впервой… — Люба жалобно всхлипнула. — Не знаю, говорила я тебе или нет, я ведь была у Макса первой. Наверное, мужикам надо нагуляться. Я… Я, конечно, понимаю, физиология и всё такое, но, Миш. Я… Я не могу… Я не смогу простить.

Михаил гладил её по голове.

— Ну не плачь, милая, не надо…

— Я так его люблю, но всё… Всё.

Девушка зажмурила глаза.

Максим сидел перед компьютером уже пятый час. Глаза начинало щипать от напряжения. Перед ним стоял стакан воды и пустая тарелка. Он работал уже вторую неделю практически без сна. Он не хотел засыпать. Он не хотел ни на минуту отрываться от работы. Не хотел позволить тяжким думам пробраться в его сознание.

Максим так и не решился позвонить Любе. Она не звонила, и он понял, что она чувствует свою вину. Увидев её с этим банкиром, Максим понял, что между ним и Любой все кончено. И незачем больше встречаться, что-то выяснять, вести пустые разговоры и обвинять друг друга. Забыть. Забыть? Но как? Столько лет они были не разлей вода, всегда вместе, поддерживали друг друга в любых ситуациях, делились самыми сокровенными мыслями…

Максим откинулся в кресле, закрыв руками лицо.

Сколько он так просидел, Максим не знал, но опомнился от внезапно раздавшегося телефонного звонка. Любка? Нет. Он не хочет говорить с ней. Не знает, что скажет… Все кончено…

Телефон перестал звонить. Макс как сомнамбула поднялся из-за стола и побрёл в комнату. Упав ничком на диван, он долго так лежал, стиснув зубы, моля бога, чтобы тот избавил его от этой мучительной боли.

Когда Максим подъехал к подъезду своего дома, было уже достаточно темно. Небо вместо того, чтобы быть синим, было грязно коричневым. Свежевыпавший снег хрустел под ногами. Макс обратил внимание на аккуратно припаркованный чёрный «мерс» прямо у крыльца его подъезда. Молодой человек заглянул внутрь. Машина была пуста.

Молодой человек вызвал лифт, но, решив не ждать, взбежал по лестнице. Он вздрогнул от неожиданности, когда с подоконника между этажами спрыгнул мужчина и преградил ему дорогу. Макс узнал его. Это был тот самый банкир Миша. Мужчины молча смотрели в глаза друг другу.

— Ну здорово, Максим. — Первым нарушил тишину банкир. — Или как там тебя, красавчик?

— Что надо? — Макс попытался пройти, но безуспешно.

— Вообще-то, я пришел с тобой серьезно поговорить, так что давай без ругани и всякой там ерунды…

— Давай, валяй. — Макс посмотрел на часы. — У тебя есть… Десять минут.

— Может, по-человечески пригласишь к себе на стаканчик мартини там… Или ещё чего.

Михаил улыбнулся, обнажив ряд белоснежных ровных зубов.

— Ладно, только недолго…

Макс поднялся к своей квартире и достал ключи. — Я занят, и у меня нет настроения.

Он открыл дверь.

— Прошу.

Михаил вошёл в прихожую, огляделся.

— Неплохо живёшь для компьютерщика.

— Я не просто компьютерщик. — Холодно поправил Макс.

— Да ладно, ладно, знаю я все про тебя. Любовь мне рассказывала. — Михаил рассмеялся.

— Да, кстати, я так понимаю, это из-за неё мы тут собрались?

— Да. Из-за неё. — Михаил посерьезнел. — Я к ней очень хорошо отношусь, и эта девушка для меня много значит.

Макс подошел к бару и, открыв дверцу, достал бутылку коньяка и два широких стакана. Плеснул туда золотистую жидкость.

— Прошу избавить меня от подробностей ваших отношений. Давай говори, что конкретно-то от меня надо.

— Максим, хочу сразу поправить — нет никаких наших отношений. Вот в этом-то всё и дело. Ну, может, я бы хотел, чтобы нас связывали какие-то особые отношения… Хотя…. — Михаил хлебнул коньяк, прикрыл глаза. — Нет. У нас действительно особые отношения.

— Ладно, короче, мне неинтересно это. Честно говоря, я вообще не понимаю, какого хрена ты явился сюда, банкир, и рассуждаешь здесь об отношениях с моей бывшей невестой. — Макс залпом выпил спиртное и с грохотом поставил стакан на стол. — Не пора ли уже оставить меня в покое и мои родные пенаты тоже.

— Ладно, Максим. — Михаил исподлобья посмотрел на молодого человека. — Перейдём к делу?

— Где оно? Какие у нас могут быть дела?

— По поводу отношений… Нет, не моих с Любовью, а ваших с ней.

— У нас они кончились в тот миг, когда я увидел вас обоих, можно сказать, в объятиях друг друга.

— Ну, положим, это преувеличение. Я просто попросил её сопровождать меня на вечеринку к моей приятельнице. А вот, я думаю, Любе было не очень приятно увидеть своего жениха в объятьях обнаженной дамы, в позе, увы, весьма откровенной и… — Михаил поднял палец. — Заметьте, тоже обнаженного. Ну-ка, плесни-ка мне ещё в стакан.

Но Максим уже держал наготове бутылку.

— Знаешь, приятель, не знаю, где ты был и что видел, но я ничего не помню из того, что ты мне говоришь. Я не думаю, что тебе удалось убедить Любку в этом вранье.

— Она видела это своими глазами, Макс.

Наступила тишина.

— О, господи. — Максим плюхнулся на диван, закрыв лицо руками. — Ведь ясно же, что меня подставили. Я не помню ничего, абсолютно ноль. И выпил-то я чуть-чуть. Рюмку водки… Ну, может, две. И всё.

— Ну вот, я так и думал. — Михаил покачал головой. — Я сразу почувствовал какой-то подвох. Ну не мог ты так поступить. Я же говорил ей, что тут что-то не так.

Макс, оторвав руки от своего лица, посмотрел Михаилу в глаза.

— Какой у тебя интерес?

Тот вздохнул.

— Мы с ней хорошие друзья, просто друзья. Ей очень плохо, особенно сейчас. Я навещаю её каждый день и буквально впихиваю в неё еду. Любовь любит тебя, но не простит тебя, если ты не расскажешь и не объяснишь ей всё, как было. Сам. Ситуация действительно очень щекотливая. Особенно сейчас, Макс, ты нужен ей. Короче, ты обдумай все, а я пока пойду.

— Нет. Стой, не уходи. — Макс протянул Михаил руку. — Спасибо. Ты спас мне жизнь. Где она сейчас?

— Сегодня все едут к её боссу на дачу. Сам Паркер приедет только в воскресенье.

Макс тихо выругался.

— Я понимаю, у вас с ним немного натянуты отношения после всего этого.

— Ну прямо так скажем, отношения закончились, так и не начавшись. — Молодой человек усмехнулся. — Все из-за этой прошмандовки Аллочки. Во всяком случае, мне теперь не надо её видеть.

— Я слышал, она тоже будет на даче. По крайней мере, уже не со стариком Паркером, а с кем-то из его гостей. Все пользуются случаем, что босса там не будет.

— А… А Люба, она что там делает…? Будет делать?

Михаил слегка улыбнулся.

— Ты же знаешь, что Паркер всегда хочет, чтобы она была на всех его вечеринках.

Он похлопал Макса по плечу.

— Давай дерзай! Ты ей нужен.

Максим собирался весь вечер. Он сложил в спортивную сумку свитер, куртку, побрился и даже сходил в ближайшую парикмахерскую подстричься. Он не видел Любу так долго и ужасно боялся предстоящей встречи. Как все сложится? Как не дать непониманию и обидам одержать верх. Он поверил Михаилу и принял его «подарок», его откровенность, безоговорочно.

Сердце Максима пело, и он с трудом дождался утра.

В девять часов утра Михаил был уже у Максима. Они договорились поехать вдвоём, чтобы не вызывать недовольство появлением бывшего телохранителя Аллы.

Наскоро выпили кофе. По дороге Макс рассказывал про свои компьютерные разработки, Михаил говорил про дела в банке. Они обсудили предстоящую им охоту на белого медведя, которую запланировали на ближайшее время.

К коттеджу они подъехали к полудню. Молодые люди вышли из машины. Место было необыкновенно красивое. Светило яркое солнце, и свежий снег разноцветно искрился. Могучие тёмные ели гордо окружали дом, словно храня тишину. Один из охранников признал Макса и хотя неохотно, но пропустил его. Максима отделяло всего несколько минут от момента, когда он узнает, что его ждёт. Мужчины открыли тяжелую дубовую дверь и вошли внутрь дома.

— Боже, кого я вижу!

Макс вздрогнул от знакомого голоса.

— Никак мой любимый приехал повидать меня.

Ещё не привыкнув к темноте после яркого света, Макс не увидел, как злобно блеснули глаза Аллана Паркера, стоящего за спиной бывшей секретарши.

Михаил вежливо поздоровался.

— Я приехал со своим приятелем Максимом Берёзиным, можно сказать, по работе. Нам надо обсудить некоторые дела с одним из ваших гостей. Простите. — Он огляделся. — Где можно найти Любовь?

— О, она уже давно уехала на лыжную прогулку. С утра пораньше — Алла рассмеялась, кокетливо облизывая губы.

Макс усмехнулся про себя. Ну конечно, его Любка так и должна была поступить.

— И когда она вернётся? — Михаил посмотрел на часы.

— Ну кто же её знает. — Алла рассмеялась. — Вы проходите, гости дорогие. Что будете пить?

Макс что-то буркнул себе под нос. Михаил похлопал его по плечу, вполголоса заметив:

— Я надеюсь, в этот раз она не будет тебя травить.

Указал рукой на стойку бара.

— В общем, чувствуйте себя как дома, а мне надо ещё успеть сделать кое-какие дела.

Алла поднялась по винтовой лестнице наверх, где Аллан Паркер уже ждал её, нервно расхаживая по гостиной.

— Ну что тебе ещё надо от меня? Мой красавчик здесь, а ты меня отвлекаешь.

— Дура, если ты послушаешь меня, то твой красавчик может стать твоим навсегда. Короче, слушай, я давно хочу свести счёты с этой наглой красоткой, но сначала я хочу попользоваться ею. Прямо на снегу, на прекрасном белом снегу!

— Ты что-то задумал, Аллан?

— Найди мне лыжи. Прямо сейчас.

— Ну ты же знаешь, что они в сарае. — Алла пожала плечами.

Менее чем через пятнадцать минут Аллан Паркер уже стоял на лыжне. Боковой карман его синего лыжного костюма заметно оттопыривался. Алла махнула ему рукой на прощание.

— Удачи!

Мужчина, смачно сплюнув, оттолкнулся лыжными палками от сугроба.

Любу он увидел километров через пять. Она сидела на бревне. В руках у неё была крышка от термоса, наполненная дымящейся жидкостью.

Аллан остановился, притаившись за деревом, и стараясь не шуметь. Девушка сидела спиной к нему. На ней была белая куртка и синие спортивные брюки. Длинные волосы небрежно забраны в пучок.

Мужчина подошёл ближе и кашлянул. От неожиданности Люба вздрогнула и резко обернулась. Чай из крышки пролился на снег.

— Что ты здесь делаешь? — Она моментально вскочила на ноги. Свои лыжи она сняла, и они стояли в отдалении, прислонённые к дереву. Снега было сантиметров пятнадцать. Значит, она не сможет от него убежать.

— Вот ты и попалась, птичка. Давно я ждал этого момента! Секс на снегу… Как романтично!

— Ты сумасшедший!

Люба огляделась в поисках своего рюкзака. В один из его карманов она сунула пистолет Макарова. Не дотянуться… А этот ублюдок подбирается все ближе и ближе. Люба в бессилии закусила губу.

— Стой на месте, красотка! — Аллан захохотал, протягивая к ней руки.

После долгого времени ожидания Максим с Михаилом поняли, что что-то здесь не так. Аллан Паркер куда-то вдруг исчез, а Люба так и не появилась. Алла тоже почему-то заметно нервничала. Когда их терпение уже было на исходе, Максим подошел к Алле и взял её за локоть.

— Ты пойдёшь с нами. — Макс подтолкнул её к выходу.

— Да пошёл ты! Куда ты меня тащишь?

— Сейчас мы с тобой поедем кататься на лыжах, дорогая.

— Я в жизни на лыжах не стояла

Михаил подтолкнул Аллу в спину.

— Не волнуйся, тебе не придётся этим заниматься. Максим, можем взять снегоход. — Михаил указал на один из четырёх снегоходов, стоящих на дворе.

— Да, пожалуй, это лучший вариант. А ты тоже садись. Мы не местные — будешь нам путь показывать.

— Да я ничего не знаю, я тут первый раз всего.

Максим заскрежетал зубами. Он разглядывал снег, пытаясь найти следы от лыж. Каким-то образом он чувствовал, что ему надо действовать как можно быстрее.

Тем временем Михаил завёл снегоход.

— Готово! Поехали!

Макс подтолкнул Аллу к сидению. Она попыталась вырваться.

— Да пошёл ты к черту! Не хочу никуда ехать! Отвали.

Михаил тронулся с места.

Алла сидела, зажатая между Максимом и бортом снегохода.

— Стой, тормози! — неожиданно крикнул Макс. — Это они. Вон там, я их вижу!

Он на ходу выпрыгнул из машины и, проваливаясь в сугробах, побежал к ним наперерез. Молодой человек видел, как Люба безуспешно борется с начальником охраны, навалившимся на неё всем своим телом. Наверное, он что-то кричал. Этого он уже не помнил. Максим на ходу выхватил из-за пазухи пистолет.

— Отпусти её, сукин сын!

— Макс! — Люба отчаянно звала его.

Аллан Паркер вскочил на ноги и одним рывком поставил девушку перед собой.

— Стрелять будешь? Давай! Я тоже это могу. — Одной рукой он подхватил Любин рюкзак и вывернул его содержимое на снег. — О, неплохое оружие.

Аллан покрутил пистолет Макарова в руке.

— Я здесь, Макс, с тобой. — Раздался голос Михаила. Краем глаза Максим увидел, как тот ползёт по снегу. Ещё он увидел, что и Алла почему-то тоже здесь, совсем рядом.

— Отпусти её, ублюдок. — Максим сделал шаг вперёд.

— Я не буду стрелять в неё, не волнуйся. — Аллан рассмеялся, показывая ряд белых зубов. — Я пристрелю тебя, урод… Чтобы ты больше никогда не стоял у меня на пути. Пристрелю тебя в целях безопасности, понял? Я — начальник охраны, и мне за это ничего не будет.

Аллан Паркер направил дуло пистолета в голову Макса. Тот, в свою очередь, снял свой пистолет с предохранителя.

— Не стреляйте же вы, идиоты! — Михаил был уже совсем рядом.

— Нет! — Алла бросилась в ноги к Максиму.

Грохнул выстрел, одновременно сливаясь со вторым. Максим какое-то время оставался стоять на ногах. Почему-то все стало чёрно-белым. Снег, чёрные брызги на нём, Люба, лежащая навзничь, и чёрное пятно, расплывающееся на белой куртке. Он услышал протяжный крик, а потом все… Тишина…

Глава 13

Макс покрутил в руке пустой стакан из-под виски и поставил его на стол. Из закусок оставались только солёные орешки, которые он терпеть не мог. Он нехотя надел наушники и уставился в экран телевизора. До приземления оставалось ещё три часа. Ему хотелось спать, но Макс знал, что не заснёт. Так всегда бывало после того, как он видел этот сон.

Сейчас он летел в Канаду, когда на самом деле он хотел бы оказаться совсем в другом месте. Его дочь расстроена, она мечтала провести с ним время вдвоём на их вилле в Испании. Ну и, конечно, пора было решать с Аллой. Он больше не мог этого терпеть. Для чего вообще это терпеть? Максим снял наушники и бездумно уставился в иллюминатор.

Когда он открыл глаза, то перед ним простиралась белая пустота. Словно густой туман. Макс долго вглядывался в неё, но ничего не происходило. Что это? Где он? Откуда все это? Он медленно закрыл глаза, а потом воспоминания больно резанули его. Из груди вырвался стон, и сразу же там что-то захлюпало, заклокотало

— Он пошевелился. — Издалека донесся глухой голос.

— Кто это? — Макс попытался пошевелить губами, но у него это не получилось.

— Господи, наконец-то…

Макс вновь попытался открыть глаза.

— Я умер… — И он провалился в темноту.

Люба полусидела в кровати. К руке у неё была прикреплена капельница. Она неподвижно глядела перед собой. У неё ничего не болело. Пуля слегка задела плечо, и она могла бы спокойно отдыхать дома, но её почему-то третью неделю держали в больнице. Говорили, что из-за беременности. Почти каждый день к ней заходили сотрудники компании, а также Нолан Паркер.

Девушка никого не хотела видеть. Она старалась улыбаться и быть вежливой, но улыбки были вымученными, а дружелюбия не хватало. Один вопрос крутился у неё в голове: Макс. Где он? Что с ним?

В первые дни она спрашивала о нем врачей и медсестер, но они с непониманием глядели на неё. Нолан тоже ничего не отвечал, только хмурился и отводил глаза.

А больше к ней никого не пускали. Люба хотела видеть Михаила, но никто ничего не знал о нём.

Девушка глядела на капельницу, и также, как её вены наполнялись лекарством, сердце наполнялось слезами и тревогой. Единственное, что её удерживало от полного отчаяния — это их, её и Макса, ребёнок.

Дверь отворилась, и в неё протиснулся Нолан Паркер с огромным букетом цветов.

«Опять цветы», — подумала Люба. Губы её тронуло подобие улыбки.

— Ливан, как ты?

Она сомкнула веки.

— Тебя должны скоро выписать.

— Хм, надеюсь.

— Я хочу сделать тебе предложение… Это очень важно, и ты должна подумать и согласиться.

Люба безучастно смотрела на него.

— Ты должна понимать, что тебе грозит серьезная опасность.

— Аллан?

Да причём тут Аллан?! Он уже уехал обратно.

— Как?

— Ну так, я отослал его далеко от греха, как вы, русские, говорите. — Нолан прошёл к окну. — Все знают, что ты стреляла в… этого своего… бойфренда. Из своего пистолета.

— Я… Что? — Люба приподнялась в кровати. Плечо сразу заныло.

— Я понимаю, милая, у тебя был тяжелый день, вы поссорились. Я говорил с Аллой, она мне все рассказала. Кстати, она очень расстроилась…

Нолан нетерпеливо стукнул кулаком по прикроватной тумбочке. — Я очень много заплатил, чтобы приостановить следствие.

— Какое… следствие? — Прошептала Люба.

— Слушай меня внимательно, Ливан. Я оформил документы для твоего отъезда. Мы должны уехать в Канаду, пока милиция и прокуратура молчат.

Люба в ужасе смотрела на своего босса.

— Но… Я… Не могу… Макс…

— Макс? Что Макс? Да его больше нету. Он умер, Ливан, умер!

Крик оглушил его. Люба вырвала капельницу, не чувствуя боли, вскочила с кровати и упала на колени перед Паркером.

— Нет! — Кричала она по-русски. — Повтори! Повтори ещё раз!

В дверь вбежала медсестра.

Нолан удерживал Любу за плечи.

— Где Макс?! Макс!

В её тело вонзилась игла, и оно через мгновенье обмякло.

Паркер утёр пот со лба, отводя глаза от медсестры, укоризненно смотрящей на него.

«Я должен был это сделать», — прошептал он.

Когда Макс очнулся в следующий раз, то увидел что-то тёмное, маячащее перед ним.

— Бог, — вслух подумал он.

— Нет, это я. — Из тумана выплыло лицо Михаила. — Слава богу, очнулся. Я уже тут третий день сижу. Крепко же ты спишь.

Макс попытался улыбнуться, но ему это не удалось. Губы пересохли и не слушались. Через секунду он почувствовал влагу на губах. Михаил обтер его лицо влажной салфеткой.

— Где она?

Михаил не ответил.

Макс внимательно всматривался в лицо сидящего перед ним мужчины.

— Макс…

— Пожалуйста, пожалуйста… — Губы молодого человека безмолвно двигались.

— Я не знаю. Правда. Я пытался связаться с Паркером, но… Он молчит.

— Пожалуйста…

— Хорошо. Я поговорю с ним ещё раз.

— Пожалуйста…

Михаил махнул рукой.

— Я пойду, перекушу что-нибудь. Скоро вернусь.

Лицо мужчины опять исчезло в белом тумане. Макс в изнеможении закрыл глаза. Из-под сомкнутых век текли слёзы.

Михаил вошёл в кабинет главного врача. Тот сидел за столом, грузный и, казалось, неповоротливый мужчина.

— Я не знаю, как ему сказать… — Михаил развёл руками. — Я думал, будет легче услышать такую весть от друга, но… Нет… Не легче. Я не могу… Доктор…

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

— Садитесь. Кофе будете или чего покрепче?

— Чего покрепче.

Главврач встал и открыл дверцу бара. Выставил два стакана.

— Закусить нечем.

— А-а, — Михаил махнул рукой.

— Хочу вам сказать, что говорить близким о смерти их любимых, ох как тяжело. — Мужчина залпом опустошил стакан. — Мы делаем это часто. С одной стороны, привыкли, а с другой, нет — к этому привыкнуть нельзя.

— Я боюсь. — Михаил глядел на янтарную жидкость. — Он её очень любит.… Любил.

— Да все любят кого-то. Не надо ему говорить. Может ещё кто-то скажет. Их общие друзья, её родители, его…

— Они, насколько я знаю, далеко. Наверное, ещё слишком рано. Он все ещё очень слаб. — Михаил выпил коньяк. — Боюсь, что он не сможет выздороветь. Надо ждать.

Михаил встал.

— Спасибо доктор. До завтра.

Люба сидела в кафе аэропорта Шереметьево, с безразличием глядя в окно. Самолёты прилетали и улетали. Уже вечерело. Нолан Паркер ушел дооформить какие-то документы, предварительно удостоверившись, что молодая супруга смогла поесть перед долгим полётом. Люба была не голодна, она не ощущала чувства голода в последнее время. Она вообще мало что чувствовала. После известия о смерти Макса девушка как будто оказалась в каком-то туманом коконе и с трудом понимала, что происходит вокруг её.

После выписки из больницы Нолан отвёз её к себе на дачу, которую ему предоставило посольство Канады.

— Ливан, — сказал он, как только девушка, приняв душ и переодевшись, спустилась в гостиную. — Когда я говорил тебе про моё предложение, то я не договорил.

Он стоял спиной к ней, наливая виски в стакан.

Люба села в кресло-качалку.

— Это очень серьезно и важно.

Девушка равнодушно глядела на своего босса. Её мало что интересовало в данный момент.

— Я понимаю твою боль, но потом ты поймёшь, что время лечит.

Люба горько усмехнулась.

— Ливан, я знаю, ты беременна, и я решил, что нам… Что мы должны пожениться.

Он смотрел на неё, но не видел никакой реакции на её лице.

— У твоего ребёнка будет отец. Я дам ему свое имя, а ты уедешь со мной как моя жена и будешь под моей защитой.

— Зачем вам это надо, мистер Паркер? — Люба все также равнодушно глядела на него. — Не думаю, что у вас ко мне какие-то чувства.

— Это правда. У меня нет к тебе никаких чувств, кроме, можно сказать, отцовских.

Люба рассмеялась.

— Какой же это будет брак?

— Что этот брак ненастоящий, будут знать только двое — я и ты.

— Зачем вам это?

— Я хочу тебя защитить. Я чувствую свою вину, что не досмотрел… Что так вот получилось с этим твоим бойфрендом, с Аллой, с Алланом…

— Прошу вас, мистер Паркер, не надо ничего говорить… — Люба почувствовала, что начинает задыхаться. «Макс, красавчик, боже мой, я не смогу жить без тебя», — короткими вспышками проносилось у неё в голове.

— Послушай, Ливан, я тоже разочарован в женщинах. Мне больно, больно от того, как меня, поиспользовав, предали. Алла, она беременна. Беременна от твоего Макса. Поэтому я и хочу уехать как можно быстрее и увезти тебя с собой.

Он видел, как глаза девушки расширились от упоминания о беременности Аллы.

— Хорошо. — Она помолчала. — Мне надо подумать. И мне надо побыть одной, мистер Паркер. Я устала.

— Окей, Ливан… — Нолан направился к двери. — Не торопись. Ты поймёшь, это лучший вариант. Других, в общем-то, нет. У тебя есть две недели. У нас. Мы должны уехать, и чем меньше людей об этом знает, тем лучше.

— Я устала… Я хочу побыть одна. — Люба без всякого выражения смотрела мимо своего босса.

Как только Паркер вышел за дверь, она, закрыв лицо руками, разрыдалась.

Алла, эта лживая сучка, беременна. Беременна от Макса. Её Макса! Значит, они… У них все было… А Макса, вообще, больше нет. Нет. И только его малыш…

Люба положила руку на слегка выпирающий живот.

Да, наверное, Нолан прав. Надо продолжать жить, думать о себе, о ребёнке. Уехать отсюда и отрезать прошлое.

Люба тяжело вздохнула, утерла рукавом слезы. Подошла к окну, бездумно вглядываясь в морозный пейзаж.

«У меня, у нас, — она погладила живот. — Все будет хорошо».

Они расписались в Грибоедовском дворце бракосочетания. Не было никакого белого платья, торжественности, праздника. Не было цветов. Их расписали по-быстрому, да и то только потому, что у Нолана Паркера были какие-то знакомые знакомых, работающие в муниципалитете.

Через три дня после этого они уже собирались в Канаду.

— Не бойся, Ливан, я не буду требовать от тебя исполнения супружеских обязанностей. — Паркер вошёл в комнату, где Люба упаковывала чемодан. В руках он вертел стакан с виски. Люба удивлённо посмотрела на него. Она, конечно, думала о возможной близости с новоиспеченным супругом, но, откровенно говоря, ничего к нему не испытывала, кроме как чувства благодарности. Желания делить с ним постель у неё не возникало.

— Ты для меня как дочь. Я думал о нашем будущем и решил, что наш брак будет продолжаться до тех пор, пока ты не встанешь на ноги, почувствуешь себя самостоятельной. А потом я уйду.

— Куда? Я что-то не поняла…

— Ты будешь учиться, потом работать в моей компании. А потом эта компания перейдет к тебе.

Любовь с изумлением смотрела на него.

— Ну зачем, почему я? У вас могут быть дети, в конце концов, ваш племянник…

— Не думай, это не подарок. — Он сел на диван рядом с ней. — Это большая корпорация и большая ответственность. Ей управляет совет директоров, у которых сорок восемь процентов акций. У меня пятьдесят два процента. Эта компания ещё моего деда. Я, честно говоря, уже начал уставать. — Паркер рассмеялся. — Я не такой, как мой дед или отец. Денег у меня более чем достаточно. Я хотел уйти из бизнеса после женитьбы с Аллой, но… — Он развёл руками. — Не вышло. Ты очень умная девушка, у тебя должно быть другое будущее. Ты, Ливан, не можешь просто сидеть дома и быть чьей-то женой. Я не для этого женился на тебе. Я передам тебе свое дело.

— А если я не хочу?

— Назад дороги нет. — Паркер встал с дивана и направился к двери. — Не бери много вещей, дорогая. Мы тебе все купим там. С этими словами он вышел.

Была ранняя весна, и нежная зелень окутала деревья. Макс стоял на балконе, курил, бездумно глядя вниз. Казалось, было так просто — перегнуться через перила и прыгнуть. Его принцессы не было с ним. Вообще не было. Нигде.

После того, как её босс сухо сообщил о её смерти, Макс потерял счёт времени. Он просто отказался слышать, слушать, понимать и воспринимать. Только, когда к нему пришел Михаил, он долго рыдал в подушку, кусая её.

В дверь позвонили. Макс нехотя вошёл обратно в квартиру. На пороге стоял Михаил. Они очень сблизились за последнее время.

— Давно не видал тебя. — Михаил заглянул через плечо Макса.

— Да не волнуйся, не бухаю я. — Макс усмехнулся.

— Ну я так, проверяю. Кто тебя знает.

— Да нет, я, было, думал об этом, Но потом попробовал работать, ну и…

— Да,… Ясно… — Михаил прошёл в комнату, огляделся. — Давно, я смотрю, ты не убирался.

Макс пожал плечами.

— Ну ладно, я тебе пришлю свою домработницу.

— Будешь коньяк, Миш?

— Пожалуй.

Макс открыл бар и достал бутылку «Курвазье».

— Я тебе привёз сигары.

— От самого Фиделя?

— Можно сказать и так.

— Как там, на Кубе?

— Красотища, Макс! — Михаил втянул носом аромат коньяка. — Океан синий, песок белый… Женщины добрые.

Макс невесело рассмеялся.

— У меня тоже есть одна добрая женщина.

— В смысле?

— Я женюсь.

— Что? — Михаил чуть не подавился.

— Да, приятель. Ко мне тут пару недель назад заходила эта Алла, ну, секретарь Паркера. Вся в слезах, соплях, справкой трясла перед носом. О беременности. Свадьба в эту субботу.

Михаил оторопело глядел на него.

— Прости, что не пригласил. Не тот повод, дружище.

— Да ты что, Макс, рехнулся? Откуда ты знаешь, что это твой ребёнок?

— А я не знаю. Я ничего не помню, было у нас с ней что, или не было. Но вроде по срокам совпадает, а там… Ребёнок здесь ни при чём. Я вырос один, родителей практически не видел, ну…

Михаил разлил коньяк по бокалам.

— Я бы все это оспорил.

— Времени нет. Я завербовался на войну.

— Какую ещё войну?

— В Африку. Деньги нужны срочно. Надо открывать бизнес.

— Но ты же программист, ас!

— Я ещё и снайпер.

— Ха-ха, программист — снайпер.

— Так что… — Макс передёрнул плечом. — Как будет, так будет. Выживу — открою бизнес, нет, так ты знаешь, Миша, мне, честно говоря, все по фигу. Любки нет, а без неё…

— Я понимаю. — Михаил приобнял друга за плечи. — Поэтому ты делай, как знаешь. Это твой выбор. Но знай, я всегда буду рядом. Если тебе, что надо… По такому поводу нам, честно говоря, Макс, не одна бутылка коньяка нужна, а ящик.

Михаил достал сигары из портфеля.

— На, бери. А то потом возможности не будет. Куда ты, кстати, едешь?

— В Руанду.

— И надолго? — Михаил открыл бар и достал ещё одну бутылку.

— Посмотрим. Я нашел некоторых людей, которые помогли мне выйти на связь с «Black water».

— Я, честно говоря, очень не хотел бы, чтобы ты ехал, Макс. Там сейчас такое месиво по последним данным. Ты скажи, если тебе нужны деньги, я тебе кредит открою с минимальным процентом, финансирование обеспечу, даже крышу дам, ну?

— Спасибо, Миш, но… Хочу испытать судьбу. Последнее время я вижу сны с Любкой. Мне кажется, она меня ждёт где-то там… — Максим поднял кверху глаза.

Михаил наполнил стаканы.

— Если вернусь, то мы с тобой отметим и свадьбу, и рождение ребёнка, и успех моего бизнеса. В общем, потусуемся по-крупному.

— Что-то ты молчишь про свою невесту. — Михаил рассмеялся. — На каком месте она у тебя?

— Она-то? На самом последнем. Мне на неё наплевать. Я ей предложил деньги на аборт, она не захотела, хочет, тьфу её, замуж.

Макс вынул сигарету, размял.

— Мне в этой ситуации только ребёнка жалко. Знаешь, я поставил ей условия: буду обеспечивать её и ребёнка полностью до достижения восемнадцати лет, а там…

— Что?

— Развод и аля улю.

— А ребёнок?

— Мой ребёнок и будет со мной. Эта Алла, так, приложение.

— Ну не знаю, Макс. Зря ты ввязываешься в эту историю. Может, ребёнок этот вовсе и не твой.

— Ну я же сказал тебе — по срокам совпадает. Наверное, что-то было. Важно то, что у ребёнка будет полная семья. Я сам рос черт знает как…

Приятели вышли на балкон. Вечерело. С запада надвигалась грозовая туча. Максим вздохнул полной грудью.

— Год назад я был самым счастливым человеком на земле, А сейчас… И не счастлив… И не человек…

Люба проснулся от еле слышного звука открываемой двери. В палату вошёл Нолан. В руках у него был огромный букет белых роз. Он подошел к прозрачному кювету, в котором лежал новорождённый.

— Ну поздравляю, дорогая. — Он опустился на край кровати.

Люба приподнялась, устроилась поудобней. Улыбнулась мужу.

— У нас всё хорошо. Я наконец-то смогла заснуть.

— Молодец. Я говорил с врачом, всё отлично, и тебя сегодня выпишут.

— Уже? Так быстро?

— Ну да, а что тут делать? — Нолан развёл руками. — Ты придумала имя для малыша?

— Ну, в общем-то, да… — Люба замялась.

— Нет, дорогая. Давай не будем опять все сначала. Я знаю, что ты все время думаешь о нём, о Максиме, но…

— Нолан… Мне тогда все равно, давай его назовём Пётр, Василий…

— Питер, Вильям… Давай.

Люба вздохнула.

— Как тебе Николас? Коля. По-вашему.

Молодая женщина посмотрела на младенца. Он безмятежно спал. Тёмные волосики пушились на головке.

«Как он похож на Макса, — с болью подумала она. — Красавчик».

— Ну хорошо. Николас, Коля, Ник…

Имя приятно и звонко отозвалось у неё на языке.

Паркер довольно улыбнулся.

— Ещё хотел тебе сообщить новость…

Брови девушки взметнулись.

— Мы переезжаем в другой город.

— Да? — Она пожала плечами. Жизнь в Торонто ей нравилась, но по большому счету Любе было все равно.

— Мы открываем новый офис в Ванкувере. Тебе там понравится. Тебе и ребёнку там будет лучше. Там тепло и не так влажно.

— Ну это же совсем на другом конце страны!

Паркер пожал плечами.

— Разницы нет, Ливан. Работа есть работа. Ты скоро это поймёшь… А пока… Ты будешь жить на острове, а я буду работать и жить Ванкувере.

— На острове? Одна? — Прошептала Люба.

— Ну не будь глупой, милая. Ты не будешь одна. У тебя будет няня, прислуга и личный повар. Тебе не надо будет ни о чем беспокоиться. Если тебе захочется каких-нибудь, — он покрутил пальцами, — хм, развлечений, сообщи мне — я или приеду, или пришлю кого-нибудь…

— Клоуна? Фокусника?

Нолан нахмурился.

— Я понимаю, тебе будет тяжело первое время, но потом… Ты встретишь самых разных людей…

— Спасибо, мистер Паркер.

— Ты сердишься. Ладно, мне надо идти. Я вернусь за тобой через пару часов. Надеюсь, ты успокоишься и не будешь такой букой.

С этими словами он направился к двери.

— Кроме того, Ливан, совсем скоро ты начнёшь учиться. У тебя не будет много времени на развлечения.

Он вышел.

Люба откинулась на подушку.

Остров. Ванкувер — остров.

Она, конечно, слышала о таком, но не так много. Ей представился пустынный пляж, серый Тихий океан. Вокруг скалы и кричащие чайки, охотящиеся за кефалью.

Она медленно встала с кровати и подошла к кювезу с младенцем.

— Николас, Коля… — Прошептала она.

Слёзы покатились по щекам.

— Макс, красавчик… Что же мы наделали…

Она подняла ребёнка на руки. Он сморщил личико. Приготовился плакать, но, передумав, слегка зевнул и продолжил спать.

После быстрой росписи в ЗАГСе Макс поехал к Александру, который не так давно переехал в Москву. Алла пыталась удержать новоиспечённого супруга дома. Она накрыла стол, выставив закуски и ведёрко с шампанским, но Макс только отчужденно посмотрел на неё.

— Ты, наверное, что-то не то понимаешь, дорогая. — Он приподнял её подбородок двумя пальцами и посмотрел ей в глаза. — Мне нечего отмечать с тобой. И тебе не советую.

Он оглядел её выпирающий живот. — Ты носишь моего ребёнка, так что будь добра позаботься о его здоровье. Всё, у меня дела. Мне надо идти.

Александр сидел на кухне, погруженный в изучение юридической литературы.

— Хочешь кофе? — Не отрываясь от учебника по праву, спросил он.

— Угу.

— Вон там джезва. И пару бутербродов мне сделай, Фил. Чего это у тебя там срочно?

Макс нарезал хлеб и колбасу.

— Я тут уезжаю, вот, а мне бы завещание составить грамотное.

Послышался звук отодвигаемого стула.

— Чего? Какое завещание?

— Ну на всякий случай. Я в Африку еду.

— А-а, боишься, муха цеце укусит?

— Ну да, что-то вроде этого.

— Кому что завещать будешь? И надолго уезжаешь?

— Да, думаю, на год, может, два… Как получится. Чёрт, кофе… — Макс выключил газ.

— Хорошо. — Александр отодвинул в сторону книги. — Давай все по порядку и во всех подробностях, и тогда мы над этим поработаем.

— Я еду по контракту. Сам понимаешь, большие деньги. Хочу наконец-то бизнес открыть, если что случится, мне надо деньги кому-то передать…

— А что, некому? — Александр отхлебнул кофе. — Умеешь кофе варить, Фил. Кстати, если некому, то мне деньги всегда пригодятся.

— Короче, у меня скоро должен родиться ребёнок. Если что со мной случится, я хочу, чтобы все моё состояние перешло к нему или к ней по достижении совершеннолетия, до тех пор деньги должны будут поступать на мой личный счёт. Сам знаешь, мне надо, чтобы, кроме нас двоих, об этом никто ничего не знал. Ну… В случае моей смерти.

— А что ты будешь делать там, в этой Африке?

— Снайпером буду.

Александр развёл руками.

— Ну короче, мне тебе нечего сказать. Ты в нашей группе был одним из лучших. В общем, после всего, что произошло, я не вправе тебе что-либо советовать, Фил. Все легальные вопросы я беру на себя. Тебе не о чем беспокоиться.

— Спасибо тебе, дружище.

Макс пожал другу руку.

Глава 14

Алла стояла в аэропорту у стекла, с нетерпением ожидая прибывших пассажиров самолёта. На ней было шифоновое фисташкового цвета платье, красиво оттеняющее её смуглую кожу. Завитые каштановые волосы спускались по спине и груди. Сегодня должен наконец-то приехать Максим. Её Макс.

Они не виделись почти год. От одной мысли о том, что ждёт её ночью, у неё трепыхались бабочки внизу живота и взбухали соски. Она почти честно ждала его. Почти — потому что она, с тех пор, как у них произошло это десять месяцев назад, ни с кем не испытывала подобного удовлетворения. Может, потому что это было единственным разом между ними. Пришлось, конечно, завлечь его в постель, не обошлось без пары стаканов вина. Наверное, Макс был готов. Не может же мужик жить без секса почти четыре года. О том, что у него никого больше не было после Любки, Алла готова была поклясться. Молодая женщина вздохнула. В этот момент её отвлёк от приятных воспоминаний голос ребёнка.

— Мам, ну скоро уже? Я устала.

Она посмотрела вниз, поморщилась.

— Ну, Оленька, я думаю, скоро. Не надо только ныть.

— Я хочу есть. — На лице девочки было написано нетерпение. Она смотрела на мать большими карими глазами, полными слез. — Когда папа наконец придёт?

В этот момент взгляд Аллы выхватил из толпы поджарого загорелого мужчину.

— Вон, вон твой папка!

Девочка засмеялась и бросилась к проходу.

Макс тоже увидел дочь. Его уставшие глаза мгновенно вспыхнули радостью. Он опустил на пол чемодан и открыл объятия бегущему к нему ребёнку.

— Малышка моя! Как ты выросла!

Девочка уютно устроилась на руках у отца.

Алла, улыбаясь, подошла к ним.

— Привет. — Мужчина суховато поздоровался с ней, слегка чмокнув в щеку.

Напряжённо улыбнувшись, Алла попыталась взять девочку из его рук.

— Оставь её. Я соскучился по ней.

— А по мне? — Вырвалось у неё, и она тут же прикусила язык.

— Пошли. Уже поздно. — Макс подхватил чемодан другой рукой. — Ты на машине или возьмём такси?

— Да, я приехала на твоей. Она побольше.

— Отлично. Я поведу. — Макс прижал дочку к себе. — Ты голодная, воробушек?

— Ага, пап. Мама мне опять давала этот отвратительный творог.

Макс рассмеялся.

— Все правильно, малыш, творог полезный. У тебя будут белые кусачие зубки. А ты, — он посмотрел на Аллу. — какие-нибудь предпочтения? Я, честно говоря, не ел в самолёте. Хочу что-нибудь вкусного. Голодный как волк.

— Ты похудел… — Алла погладила его по спине.

— Ха, побегаешь с моё по тропическим лесам.

— Может, пора уже закончить? Всё-таки уже не мальчик, тебе уже за тридцать. У тебя семья, дочь…

— Ну опять двадцать пять. — Макс подошел к своей «Тойоте-Камри». Открыл багажник. — Знаешь, Алл, — продолжил он, погружая чемодан. — Мне там неплохо. Я зарабатываю достаточно денег для нас. Ольга ещё мала. Ну и потом, она ещё маленькая, я с ней по телефону часто говорю и по скайпу.

— Ну, Максим, а если… Если тебя там… Убьют?

— Ну не убили же. Я, наверное, счастливчик такой.

— Не шути с этим, — тихо сказала Алла. — Ты же знаешь, что я люблю тебя.

Макс промолчал. Обойдя машину, открыл дверь и сел за руль.

Они поехали в один из ресторанов на Тверской. Выглядели как идеальная московская семья.

— Ладно. — Макс положил нарезанный кусочками стейк на тарелку дочери. — Я уже продумал ближайшее будущее. Денег у нас достаточно, чтобы наконец расширить бизнес. Клиенты ждут. Я уже говорил с пацанами. Осталось только одно дело…

— Какое на этот раз?

— Мне надо съездить в Чечню.

— О господи! А это зачем?! Там стольких убивают! И денег никаких не надо.

— А я поеду туда за бесплатно.

Тонкие брови вопросительно взлетели.

— Так, у тебя нормально с головой? Ты хочешь ребёнка сиротой оставить?

Макс недовольно поморщился.

— Ну что ты такое говоришь! Я провёл четыре года в Африке, а здесь меня убьют? Мне нравится такой образ жизни, понятно? Я получил деньги амеров, а теперь буду отсиживаться, когда наших ребят здесь убивают?

— Ну ты дурак, Берёзин. — Алла повертела пальцем у виска. — Тебя только Любка могла понять.

— Молчи, дура. — Макс хлопнул кулаком по столу. — Никогда не говори мне о ней.

Послышался плач ребёнка.

Лицо Максима мгновенно смягчилось.

— Ну не бойся, малышка. — Он провёл рукой по головке девочки и продолжил, глядя на Аллу. — У Ольки будет всё. И у тебя. До её восемнадцатилетия. На остальное мне наплевать. Я не боюсь смерти.

Алла судорожно сглотнула.

— Я не понимаю тебя, Максим. Зачем ты испытываешь судьбу? Ты ведь играешься не только своей, но и моей и Олиной жизнями тоже…

Макс нахмурился.

— Ладно, давай доедай, я устал. День был тяжелый.

Алла молча доела остатки стейка, боясь поднять глаза, чтобы муж не увидел застывшей там обиды. Вытерла губы салфеткой, встала.

— Я буду ждать вас в машине.

Оля недоуменно проводила уходящую маму.

— Папа, вы поссорились с мамой?

— Чуть-чуть, зайка, не волнуйся. Все будет хорошо.

Он взял девочку за руку.

— Пойдём. Тебе пора в постельку. Я почитаю тебе книжку на ночь.

— А мама мне не читает…

— Ничего. У тебя есть я.

Макс осторожно прикрыл дверь, стараясь не разбудить заснувшую дочь. Прошёл на кухню. Балкон был открыт, и он в темноте увидел силуэт жены.

— Ты чего там делаешь?

— Да просто. Стою, думаю. Приятная ночь…

Максим вынул из пачки сигарету и тоже вышел на балкон.

— Тебе не холодно? Приятная ночь… — Усмехнулся, оглядывая Аллу, одетую в полупрозрачный пеньюар.

Она медленно повернулась к нему.

— Нет. — Скорее выдохнула она, приближая свои раскрытые пухлые губы к его лицу. Гибкие загорелые руки обхватили его шею.

— Я так скучала по тебе… — Простонала она.

Внизу живота у Макса как будто что-то перевернулась. Он нерешительно обнял женщину за талию, его лицо наклонилось к её. Их глаза встретились. Одним движением он сорвал с неё лёгкий шёлк. Её ноги обхватили его бедра. Макс застонал сквозь зубы.

— Возьми меня. — Ахнула Алла, обволакивая своими губами его.

— Да… — Он подхватил молодую женщину на руки и, на ходу стягивая с себя брюки, опустил её на пол. Он ударил колено о цементный пол, но не обратил на это внимание. Алла видела его искаженное от напряжения и страсти лицо, зажмуренные глаза.

Её пальцы судорожно вцепились в плечи мужчины.

— Да, да. — Охала она. Её лоно было готово впустить его плоть. Его рука сжала её грудь. Алла закрыла глаза. Неожиданно она почувствовала, что что-то произошло. Она широко открыла глаза. Макс, не мигая, смотрел на неё, потом встряхнул головой и зажмурил глаза.

— Что? Что такое…?

— Прости, я не могу. — Он резко встал и вошёл в кухню.

Алла несколько секунд смотрела на его обнаженное загорелое тело, потом резко поднялась и бросилась вслед за ним.

— Максим! Ты что?

Тот судорожно искал сигарету.

— Я не люблю тебя. — На вопросительно поднятые брови жены, он добавил. — И не хочу.

— Но мы уже почти…

— Это была ошибка.

— Какая же ты скотина, Березин. Я ждала тебя все это время. Даже тот единственный раз мне пришлось влить в тебя бутылку коньяка.

— И что? Понравилось? — Макса усмехнулся. — Я лично ничего не помню.

Из глаз у Аллы текли слёзы, перемешиваясь с тушью, оставляя чёрные ручейки на скулах.

— Я ненавижу тебя. — Она сжала кулаки.

Макс вышел из кухни.

— Где мой халат? — Крикнул он из ванной.

— Ты ублюдок! Ты такой спокойный… Когда-нибудь ответишь за все…

Макс вернулся на кухню в халате, прикурил сигарету.

— За что, Aл? За то, что у меня на тебя просто не поднимается? Ну извини… — Он развёл руками.

— У тебя на уме одна только эта, твоя выскочка, беременная твоим ублюдком!

— О чем ты, дура?

— А то ты не знал, ха-ха, что твоя красава была беременной. От тебя, тебя, идиота. — Алла уже кричала, лицо её исказилось от ярости.

Макс схватил её за плечи, встряхнул.

— Откуда ты это взяла?

— Да все вокруг знали. Кроме тебя. Спроси своих дружков. Твой Миша все около неё крутился тогда…

Лицо Макса побелело. Пальцы сжались на шее Аллы.

— Пусти меня, придурок. Несчастный импотент. На бабу у него не стоит… — Алла усмехнулась. — Я так и знала, что из тебя мужик фиговый. Я рада, что Олька не твоя дочь… — Она тут же прикусила язык, но было уже поздно.

— Что? Что ты сказала?

Алла отвернулась.

— Смотри на меня. Повтори ещё раз.

— Да, не твоя. Ты просто дурак. — Алла прижалась к стене. Просто ты мне был нужен. Я всегда хотела утереть нос этой твоей дуре.

— Какая же ты тварь… — Тихо сказал Макс. Глаза ему побелели от бешенства. — Она мертва, а ты… Ты… Ты все так же не можешь оставить её в покое. Сука! Я тебя ненавижу.

Максим опустил голову на руки. Наступило молчание.

Алла взяла из буфета бутылку коньяка и, плеснув в рюмку, залпом выпила его.

— Хорошо. — Макс поднял голову и посмотрел на неё. Его взгляд был уставшим. — Мне много о чем надо подумать. Одно я знаю точно — Ольга моя дочь. Даже если я не её родной отец. Ты поняла? Когда ей стукнет восемнадцать, она решит все сама. А я, слышишь, тварь, я буду жить с вами, но это будут не лучшие твои годы. Запомни… Я буду жить с тобой только ради нашей дочери, и, как только ей исполнится восемнадцать, мы разведёмся.

Макс встал и подошел к Алле. Взял её за плечи.

— И не обнадёживай себя, я клянусь Богом, что никогда не прикоснусь к тебе.

Он, резко толкнув жену к стене, быстро вышел из кухни.

Максим проснулся рано, уставший и с головной болью от слишком большого количества выкуренных сигарет. Практически всю ночь он провёл, запершись в гостиной. Он много думал. В голове царил хаос, и ему надо было с этим справиться. Часа в четыре утра он прилёг на диван и попытался заснуть. Долго лежал с открытыми глазами. Незаметно он провалился в сон. Ему снилось, как он и Люба идут с занятий в школе. Он тащит свою и её сумку. Они смеются. Снег, такой яркий, хрустящий. Он хватает пригоршню и пытается засунуть ей за шиворот. И вдруг крик, пронзительный, как звон стекла, и темные брызги красного цвета на белоснежном снегу.

Максим судорожно вскочил. Сон как рукой сняло. Он накинул халат и побрёл на кухню, чтобы сварить кофе. Сегодня должен быть очень напряженный день.

Надо было срочно встретиться с Михаилом. Потом с Александром. С Ольгой вечером должны были пойти гулять в парк, и ещё он обещал купить ей новую куклу. Между делом ему надо было позвонить своим старым клиентам и начать решать вопрос об отправке в Чечню.

Михаил, опустив голову стоял у окна. Макс стоял спиной к нему.

— Да, я скотина. — Тихо говорил Михаил. — Я признаюсь. Но я честно уговаривал её сказать тебе о ребёнке. И она тоже собиралась, пока… Ну… Не застукала тебя там… Ты понял, в общем.

— Я должен был знать. — Макс устало потёр глаза. — Моя бедная девочка, что же она пережила.

— Прости меня. — Михаил устало ссутулился.

— Я не в обиде на тебя. Ты мне как брат. Просто вместо одного любимого человека потерять сразу двоих, как же это тяжело…

В дверь позвонили.

— Я открою. — Михаил направился к двери. Пришел Александр.

— Здорово, мужики. — Он внимательно оглядел Михаила и Максима.

— Что, я не вовремя? На разборки напоролся?

— Не боись. — Макс похлопал его по плечу. — Все уже улажено.

Он подмигнул Михаилу.

— Миш, давай коньяку нам неси.

Молодые люди уселись за стол. Александр выложил из портфеля документы.

— Короче, Фил, пока ты будешь в своей Чечне или где-то там ещё, я сотворю тебе офигенный новый офис. Место я уже нашел, сейчас оформляю все документы. Миша возьмёт на себя все финансовые дела. Как там у тебя? — Александр посмотрел на Михаила.

— У меня все на высшем уровне. Половину бабок я вложил в акции. Не бойся, не в МММ. У меня все в Нефтегазе. К твоему приезду у тебя будет уже в два раза больше денег. Ну и там надо, сам понимаешь оборудование, аренду, людей толковых.

— У нас с Максом есть пара хороших ребят. — Александр кивнул головой. — Меня больше волнуют твои последние разработки, Макс.

— До того, как я уеду, я запущу две самые новые программы. У них ещё нигде таких нет. Саш, тебе предстоит поработать над авторской документацией. Я ещё тут с одним неплохим заводом договорился насчёт наших установок по безопасности.

— А нам хватит денег? — Александр нахмурился.

— Хватит. — Макс достал лист бумаги, испещренный цифрами. После того, как эти две программы уйдут, у нас будет достаточно зелени.

— Ладно, хорошо. — Михаил откинулся на спинку стула. — Когда ты планируешь вернуться?

— Максимум через шесть месяцев. Минимум? Это в зависимости от моей удачи.

— Давай, Берёзин, не подставляйся под пули там.

Они рассмеялись.

Михаил наполнил рюмки янтарной жидкостью.

— За нас, друганы, и за удачу!

Люба отбросила учебник в угол комнаты. С минуту она сидела, закрыв лицо руками. Боже, как же она устала! Казалось, эта учёба длится уже всю жизнь.

Она вскочила с кресла и быстрым шагом подошла к балкону. Распахнув дверцы, вышла наружу. Воздух хоть и был плотным, но дышалось легко. Перед её взором расстилался ярко зелёный газон с фигурно подрезанными кустами. Впереди виднелась серая полоса океана. Откуда-то сбоку раздавался звон посуды и смех Ника — её трёхлетнего сына.

Люба слегка улыбнулась. Несмотря на ужасающе напряженную учёбу, у неё было достаточно времени, чтобы проводить с ребёнком. Девушка знала, что Нолан это не одобряет, но ей было все равно. Уже три года Люба жила здесь почти взаперти. Нолан хотел от неё добиться необычайных успехов в учёбе.

Сначала Любе пришлось изучать этикет, а там дипломатию и ведение переговоров. Следующим этапом было изучение фонетики иностранных языков — английского, французского, испанского. И хотя Люба знала языки хорошо, её целью было абсолютно чистое произношение.

Сейчас Люба зубрила административное право и законы.

Девушка посмотрела вниз. Прямо под балконом голубел бассейн. Нолан сидел в шезлонге и читал газету, прихлебывая виски с содовой.

Был субботний день, и он имел право на отдых. Люба не имела. А как хотелось просто выйти за пределы ограды. Одной, без охраны. Просто пройтись по песку вдоль океана, ни о чем не думая. Нолан Паркер всегда пресекал все разговоры по поводу охраны. Люба считала это ненужными тратами и глупостью, но муж считал это необходимостью. Ещё Люба мечтала о снеге. Она не вставала на лыжи с того самого дня. И не стреляла.

Первое время она даже не могла думать об этом, а потом она немного начала приходить в себя. Первым делом она спросила про свою мать.

— Ну… Дорогая. — Паркер расстроено посмотрел на неё. — У тебя же другая жизнь. Тебя прежней больше нет. Ты — Ливан Паркер, или Ли Паркер, как тебе больше нравится.

— Это же не значит, что все мои чувства умерли. Я чувствую тоже самое, что и раньше. Я хочу видеть свою маму. Она-то хоть знает, что я жива?

— К сожалению, у нас нету с ней никаких связей. Она, по-видимому, тоже думает, что тебя нет в живых.

— А мой друг Михаил?

— Боюсь, и он думает, что тебя больше нет. Ну, Ливан, пойми, тебе не нужны старые связи.

— Что значит, не нужны?! — Девушка топнула ногой. — У меня есть родные люди.

— Хорошо. Только успокойся… Я что-нибудь придумаю. Мы постараемся разыскать её.

Люба облегченно вздохнула и улыбнулась.

— Спасибо. — Она поцеловала мужа в щеку. — Ещё одно… Я бы хотела…

— Что?

— Я бы хотела, чтобы она сходила на могилу… Макса.

— Нет! — Нолан Паркер резко выдохнул, сжал кулаки.

— Слушай. — Люба схватила его за рукав. — Я понимаю, ты его на дух не переносишь. Но он мёртв, понимаешь, мертв. Неужели тебе жалко сделать это для меня? Пойми, Макс был для меня всем.

— Всё, покончим с этим. Теперь корпорация станет для тебя всем. — Нолан стряхнул её руку со своей. — Иди читай книги.

С этими словами он быстро вышел из комнаты.

Люба не могла поверить, что он так поступил. Она, обхватив голову руками, сидела на диване. В этот момент она поняла, что больше всего на свете хочет взять в руки винтовку, почувствовать тяжесть оружия, вдохнуть такой до боли знакомый запах метала и масла. Она хочет жить, она хочет свободы. Девушка резко поднялась. Она сбежала по лестнице и вышла к гаражу.

— Вы куда-то хотите ехать? — Её личный шофёр неслышно подошел сзади.

— Да. Дай мне ключи, Гарри. Я поеду сама.

— Но…

— Я сказала, дай мне ключи.

Люба протянула руку.

— А ваш телохранитель, миссис Паркер?

— Мне на сегодня никто не нужен.

— Как так?

— Не задавай дурацких вопросов.

Она выхватила у водителя из руки ключи и, открыв дверцу, села в машину.

— Если мистер Паркер будет про меня спрашивать, скажешь, что я буду вечером. Поздно.

Машина резко откатилась назад, потом резко развернулась и на скорости выехала за ворота.

Люба включила музыку на всю громкость, открыла окна. Она наслаждалась ветром и скоростью. И запахом океана. Запах был солоноватый, острый, запах долгожданной свободы. Девушка не знала, куда ехала. Ей было все равно. Ровное и гладкое шоссе, огромные, вековые, ярко-зелёные деревья вдоль него. Сквозь них просвечивала серая даль океана. Настроение у Любы было отчаянно-бесшабашным.

Ей вдруг пришло на ум, что все это время она напрасно провела в застенках паркеровского особняка. Ей вовсе не нужны никакие корпорации, никакие знания. Все, что ей нужно — это свобода и ветер. Её винтовка. Да. Она вдруг остро почувствовала, что ей хочется опять стрелять, стоя на лыжне. Что ей опять хочется жить. Как же давно она не держала в руках оружие.

Вдали показались жилые дома. Какая-то небольшая плаза. Девушка чуть притормозила. Она даже не знала, где она находится. Люба почувствовала себя слегка глупо. Сколько проехала километров на бешеной скорости, в какую сторону? Без денег, без документов. Вот дура-то.

Губы её невольно растянулись в широкую улыбку. Любе совсем не было страшно. Она остановилась у небольшого паба. Ей хотелось опять стать прежней нормальной простой девушкой, а не женой канадского магната, которая чопорно встречает гостей на приемах. Она вышла из машины и решительно поднялась по ступенькам. В зале было темно и душно-накурено. Дав привыкнуть глазам к темноте, Люба обнаружила, что народу не так уж много. Столики были деревянными и старыми. Девушка прошла к стойке и села на высокий стул.

— Привет. — Молодой бармен улыбнулся ей. — Чего бы вам хотелось?

— Мартини со льдом.

— Окей. Две минуты. — Он подбросил стакан в одной руке.

— Прости. У тебя нет сигареты? — Позади раздался грудной женский голос.

Люба обернулась. Стройная рыжеволосая девушка в джинсах и ковбойской рубашке, присаживалась рядом.

— Я не курю. — Люба смущенно пожала плечами. Рыжеволосая, прищурившись, смотрела на неё.

— Ты не отсюда. — Сказала она. — К кому-то из наших в гости приехала?

— Нет, я проездом.

— Это твоя машина там стоит?

— Ну, наверное. Одна из них точно моя.

Рыжеволосая рассмеялась.

— Ты смешная. Меня зовут Мардж.

— А меня… Ливан. Ли.

— Эй, Кен, пиво мне, пожалуйста. — Мардж махнула бармену. — Кэнадиэн.

Потом повернулась к Любе.

— Так откуда ты?

— Я из Парксвилла.

— О бог мой, ты оказывается не так и далеко живёшь. И давно ты здесь? Я тебе никогда прежде не видела.

Люба улыбнулась при мысли, что если бы не сегодняшняя перепалка с Паркером, то её ещё долго никто бы не увидел. Она вздохнула.

— Давно. Меня муж не очень любит выпускать из дома.

— Ха-ха-ха. Была бы я твоим мужем, я бы тоже тебя не выпустила.

Обе девушка рассмеялись.

— Я вообще-то не отсюда. — Пояснила Мардж. — Я учусь здесь, в Виктории. Ты была там?

— Ну… Да… Кажется. — Люба слегка замялась. — Я как-то плохо помню.

Мардж звонко рассмеялась.

— Ты всё-таки прикольная. Ничего не знаешь, ничего не помнишь. Как будто и неживая вовсе.

Люба прикусила губу. А ведь действительно. Она жила в Канаде уже несколько лет, а ничего не видела, не ощущала. Никуда не ходила… Как же так? Она живёт на берегу океана. Вот он песок, волны, солёный ветер, а она… Мёртвая принцесса.

Словно какая-то пружина вдруг начал раскручиваться внутри неё с невероятной скоростью. Она схватила Мардж за руку.

— Спасибо тебе… Ты не представляешь, что ты для меня только что сделала!

— Да что ты! Никак помогла тебе взглянуть на мир другими глазами? — Рыжеволосая Мардж хитро улыбнулась.

Любе нравилось в Мардж всё. Её звонкий смех, простота и то, как она действительно понимала, что происходит с Любой.

— Как же мне хорошо сейчас, Мардж. — Люба пригубила мартини. — Нет никого, кто бы следил за каждым моим шагом. Только я, и я могу делать все, что хочу.

— Это пока только. А потом тебе надо вернуться обратно.

— А где ты живёшь, Мардж?

— Недалеко отсюда. Я снимаю комнату. А вообще, я из Альберты. У родителей большое ранчо. Они разводят оленей.

— Оленей?

— Ну да. У них очень хороший бизнес. Ну а я, чтобы им не мешаться, взяла и уехала сюда. — Мардж хитро усмехнулась. — В общем, я здесь учусь и работаю.

— Работаешь? Где?

— Ой, не поверишь. В местном супермаркете секьюрити.

— Боже мой! — Люба рассмеялась. — Ты? А что ты можешь делать-то?

Девушка оглядела новую подругу с ног до головы.

— Ну я могу наручники надеть, а потом, если что, звоню в полицию, и они там разбираются.

— И часто такое бывает?

— Ну, честно сказать, ещё ни разу не было.

— И ты не боишься?

— Да вроде нет. Пока. — Мардж пожала плечами.

— И пистолет у тебя есть?

— Нет, это здесь не принято. Хотя я умею стрелять. Отец меня на охоту всегда брал.

— О супер. Мне это нравится. Я обожаю оружие.

— Ты? — Новая подруга удивлённо вскинула брови. — Да ты его хоть в руках то держала?

— Ещё бы. Стрельба — это моя жизнь. Я — биатлонистка.

— Ого, по тебе не скажешь.

— Уже давно этим не занимаюсь. Как замуж вышла. Ну и ребёнок….

— У тебя уже есть ребёнок?

— Да, сын Николас.

Так девушки, не думая о времени, сидели, потягивая коктейли и пиво, и не заботились ни о чем.

— Слушай, Мардж, — Люба открыла сумочку и достала визитку. — Тут мой телефон. Звони в любое время.

— Ого, ты оказывается крутая. А если я позвоню, когда ты на работе?

— Во-первых, я ещё не работаю, а только прохожу подготовку к работе, а во-вторых, я же сказала, в любое время. И ты дай мне свой телефон. Я не хочу, чтобы мы потерялись.

— Конечно. Может в следующие выходные замутим что-нибудь?

— А-ха-ха. Я же замужем! — Люба смеялась. — Ну а почему бы нет?

— Наверное, тебе пора ехать. — Девушка посмотрела на часы. — Скорее всего, уже темнеет.

— Ой, а я даже дорогу домой не знаю. Ехала так, наобум.

— Позвони мужу, пусть за тобой приедет.

— Неа, не хочу. Я на него злая.

Люба притворно надула губки.

— Ну ты же говоришь, что у тебя есть личный шофёр.

— Так он там, а я здесь. И моя машина здесь.

— Слушай, подруга, у тебя есть только один выход: заночевать.

Девушки рассмеялись. Бармэн подошел с бокалом мартини.

— Ещё по одной? — Люба подмигнула Мардж.

— По одной!

После этого бесшабашного вечера Любе, конечно же, досталось от Паркера. Он рвал и метал. Девушка никогда не видела мужа таким. Похоже даже измена Аллы не вывела Нолана настолько из равновесия. На следующий день он не разговаривал с Любой, а потом уехал в Торонто.

Девушке всё-таки пришлось в тот вечер позвонить своему мужу. Когда тот поднял трубку после первого гудка и услышал её не совсем трезвый голос, то, словно выплевывая слова, резко спросил:

— Где ты шляешься?

Люба не могла ответить, только пожать плечами, но по телефону муж этого не видел.

— Где ты есть, маленькая дрянь?

Мардж взяла трубку у Любы из рук.

— Дорогой, не волнуйся, она в надёжных руках.

— А это кто ещё?

— Я — Мардж. Подруга Ливан.

— Черт побери! Где она?

Мардж назвала адрес. Паркер бросил трубку.

Шофёр был другой. Когда Люба спросила, где Гэрри, тот только коротко бросил, что уволен.

Дома её ждал Нолан Паркер, и выражение его лица не предвещало ничего хорошего. Он жестом отпустил водителя и сам закрыл за ним тяжелую дверь.

— Ты что себе позволяешь? — Прошипел он.

— Я? — Люба хмыкнула. — Я позволяю себе то, что хочу.

— Шляться тогда, когда муж и ребёнок дома — это ты называешь, нормально?

— Извините, мистер Паркер, но я не вижу здесь никакой вины. Я, в конце концов, не в тюрьме, и у нас в Канаде — демократия. Просто решила поехать повидаться с подругой. Люба громко икнула.

— У тебя нет подруг!

— Ах вот как. — Глаза Любы блеснули. Она упёрла руки в бока. — А почему это у меня нет подруг? Почему?

— Потому что ты будешь президентом огромной корпорации.

— А если я не хочу быть президентом корпорации?

— Ты уже здесь, и слишком поздно. Я вложил в тебя много денег.

— А что мне от этого? Я не хочу быть каменной статуей без чувств и без жизни. Я хочу жить, понятно? Жить!

— Успокойся, Ливан, не надо кричать. Иначе мне придётся применить другие меры.

— Другие меры? А мне плевать. Не нужна мне никакая корпорация. Я хочу обратно в Москву!

— Ты попадешь там в тюрьму, неблагодарная.

— Ну и пусть. Я тут в тюрьме. Лучше бы я умерла, чем жить так, как я живу.

Она огляделась по сторонам.

— Мне этого ничего не надо.

Девушка схватила со столика вазу с цветами и бросила её на пол.

Нолан вздрогнул. Мелкие осколки посыпались на его начищенные туфли.

— Это была очень дорогая ваза, Ливан. — Тихо сказал он.

— А эта картина? — Люба сдернула картину в золочённой раме и швырнула её в мужа. — Тоже дорогая? Это все, что есть ценного в жизни? Только деньги, больше ничего?

Глаза её полыхали синим пламенем.

— Короче, мой ультиматум. Или я живу как нормальный человек, то есть вижусь со своим ребёнком, когда хочу, общаюсь со своими друзьями, когда и где хочу, и тогда я всерьез займусь твоим долбанным бизнесом. Или же, если все останется по-прежнему, я ничего не буду делать.

Люба резко развернулась и быстром шагом направилась к двери. Обернулась.

— Я считаю, мистер Паркер, что вам, скорее, подошла бы роль партнёра, а не альфа-самца.

С этими словами Люба, хлопнув дверью, ушла.

Нолан Паркер дулся на свою молодую супругу около недели, не разговаривая с ней, избегая с ней встреч.

Наконец однажды утром он постучался к ней в комнату, и когда молодая женщина открыла дверь, она была изумлена, увидев Паркера с огромным букетом роз.

— Ой, что это?

— Слушай, Ливан, твоя взяла. Мне можно пройти?

Люба посторонилась.

— Я тут долго думал над ситуацией и должен признаться, понял, что был не прав…

— Да? Интересно… — Девушка взяла цветы из рук своего мужа и указала на кресло. — Можете присесть, мистер Паркер.

— Я действительно немного перегнул палку. Я ведь всегда к тебе относился по-отечески, а почему-то стал превращаться в деспота. Я хотел бы извиниться и попросить у тебя прощения.

— А это что-то изменит?

— После долгих размышлений я решился не ограничивать твою свободу. Поверь, я делал это изначально из соображений безопасности. Я просто волнуюсь за тебя. Вокруг слишком много соблазнов, а ты молодая и неискушенная. Кто-нибудь может тебя обмануть, обидеть…

— И что же я теперь смогу делать?

— Ты вольна общаться со своими друзьями. Только после того, как ты мне их представишь.

— И вы их одобрите …

— Нет, не обязательно. Я просто должен знать, с кем ты общаешься. Я верю в твою разумность.

— Мне это уже больше нравится.

Люба слегка улыбнулась.

— И, Ливан, ты вольна ездить сама, куда захочешь. Я имею ввиду шоппинг, небольшие прогулки, рестораны. Я просто забыл, что ты ещё совсем молодая девушка.

— Спасибо, мистер Паркер. — Она слегка нахмурилась. — В чем же подвох?

— Подвох заключается в том, что интенсивность твоего обучения остается прежней.

Люба радостно рассмеялась.

— Спасибо. Я не подведу. — Она подошла к мужу и быстро поцеловала его в щеку.

— Тогда мир? — Он протянул ей руку.

— Мир.

Глава 15

Люба сдержала слово. Она действительно училась очень хорошо и успевала общаться с Ником. По выходным она выезжала вместе с ним в гости к Мардж. Так как та снимала небольшую квартирку, то в скором времени она стала частой гостьей Паркеров. Зачастую Любе казалось, что её супруг не равнодушен к её подруге. Но она не могла об этом намекнуть Мардж, потому что та не знала истинную историю их брака. Люба хотела ей все рассказать, но знала, что из-за различия в менталитете подруга может не понять её.

Мардж звала Любу на семейное ранчо в Альберте, но та не хотела ехать без мужа, а он со своей стороны был слишком занят.

— Подожди, Ливан, мы скоро переедем туда, вот тогда ты сможешь там проводить столько времени, сколько захочешь. — Говорил Нолан Паркер.

Нолан Паркер начал присматривать дом в окрестностях Калгари, как только девушки закончили учёбу. Получение своих дипломов они планировали отметить уже в новом доме в Брег Крике. Любе не пришлось прикладывать много усилий в обустройстве своего нового жилья. Она все выбрала по каталогам, и когда они въехали в него, там все уже было готово.

Николаса устроили в хорошую частную школу. Ему уже было двенадцать лет, и Люба решила, что домашнее обучение плохо сказывается на его социальном развитии. У мальчика было много интересов. Он увлекался компьютерным программированием, хотя Люба ограничивала время, проводимое им перед монитором. Ник любил стрельбу из лука и конный спорт. Он также любил читать и увлекался различными языками. Мальчик свободно говорил по-русски, прекрасно знал французский и испанский и собирался изучать китайский язык.

Люба с радостью отмечала способности своего сына и не могла не испытывать благодарность к своему супругу. После окончания учёбы он разрешил жене отдохнуть месяц, отправив её и её верную подругу Мардж на Вайкики, где девушки провели незабываемое весёлое время вместе, и где Мардж чуть не влюбилась в какого-то бизнесмена из Англии. По приезду Паркер объявил, что отныне Люба станет вице-президентом компании и войдёт входить в совет директоров, а когда он отойдёт от дел, она займёт его пост.

— И когда же это случится? — Спросила Люба.

— Когда ты будешь окончательно готова. Я думаю, лет через пять.

— И тогда я смогу избавиться от твоего племянника?

Нолан слегка нахмурился.

— Боюсь, что вряд ли это возможно. Он ведь в совете директоров.

Люба встречалась с менеджером по технологической безопасности редко, но каждый раз её пробирала дрожь от неприязни к этому типу. К сожалению, ей все-таки приходилось с ним общаться по необходимости, связанной с работой.

Дом в Брэг Крике ей сразу понравился. Вокруг был тёмный лес, а из окна спальни, которая находилась на втором этаже, были видны скалистые горы. Воздух вокруг был терпкий и хрустящий. Из-за того, что дом был рубленый, внутри всегда была свежесть. Утром она любила сидеть на балконе с неизменной чашкой жасминового чая, глядя на горы и вдыхая аромат соснового бора.

На работу Люба приезжала к восьми утра. Дорога до Калгари занимала около часа из-за пробок ближе к центру города. Сам город ей не нравился. Он был достаточно скучным, и только в центре царила какая-никакая жизнь, которая тоже стихала после семи вечера. Любе больше нравились окрестности города. С одной стороны — горы, с другой — холмы, по которым миллионы лет назад бегали динозавры. Люба предлагала Мардж перейти на работу к ней, но та отказывалась. Она больше всего на свете хотела независимости и открыть свой бизнес.

— Если тебе нужен хороший личный помощник, то я тебе не подойду. — Говорила она. — Ты, вообще, тогда не сможешь работать. Но я тебе могу посоветовать очень хорошее агентство, в котором ты можешь найти надёжного человека.

— Я не хочу агентство. Я хочу человека, которому я могла бы доверить всё, даже свою жизнь.

— Я попробую найти кого-нибудь через своего отца. Он сможет все проверить.

— Да, вот в этом вся и сложность. Я не доверяю Аллану.

— Хм, это племянник Нолана?

— Ну да, я его ненавижу.

Мардж рассмеялась.

— А мне он показался достаточно приятным.

— Ну вот, видишь, он тебе явно в друзья набивается. — Люба подмигнула подруге.

Настоящего помощника пришлось поискать, и на это ушло ни много ни мало около четырех лет. Молодые и не очень девушки часто сменяли одна другую. Не то, что бы они были неумелыми, но, по мнению Любы, они не отвечали ее требованиям. Когда молодая женщина уже отчаялась найти ту, которая бы идеально подходила бы ей, позвонила Мардж.

— Ливан, наконец-то я могу обрадовать тебя. Я нашла твою тень.

Люба устало вздохнула.

— Все-таки лучше бы тебе быть моей тенью, Мардж.

— Слушай, ты будешь от неё в восторге. Она из бывшего советского союза, здесь работала в СИСА, теперь вышла в отставку. Между прочим, говорит по-русски и зовут её Дина.

С Диной они встретились в небольшом кафе, где обычно не собиралось много народу.

Она была смуглая, с гладкими чёрными волосами, постриженными под каре. Любы увидела её, как только вошла в помещение, за самым дальним столиком. Перед ней стоял только стакан с содовой. Увидев Любу, женщина кивнула ей и улыбнулась.

— Привет. Ты Ливан?

— Да. — Молодая женщина протянула ей руку. — А ты — моя тень?

Они рассмеялись. Женщины проговорили часа два. Напоследок Дина, положив свою руку на руку Любы, сказала.

— В следующие выходные мы едем в Кананаскис. Это будет небольшое путешествие. Берём палатку и все, что нам надо для кемпинга, и едем.

Люба изумлённо подняла брови.

— Зачем?

— Мы должны очень хорошо узнать друг друга. Скорее, я должна о тебе знать досконально всё. Начиная с самого детства. И кончая всеми твоими любовными приключениями.

— Ой, у меня только одно приключение-то и было. — Люба пожала плечами.

— Тем более. И само собой разумеется, что в отеле мы остановиться не можем, кто-то может что-то услышать. Именно поэтому мы не сможем взять дом на колёсах. Там могут быть установлены прослушивающие устройства.

— Неужели так всё серьёзно?

— Ливан, я — твой личный помощник. Я — твоя тень. Я должна знать тебя как себя, чтобы помогать тебе. В общем, я думаю мы сработаемся.

Молодые женщины встали. Пожали друг другу руки.

Люба осталась очень довольна этой встречей. К выходным она тщательно подготовилась. Большую часть вечера она провела в магазине, выбирая палатку, матрасы и всякие необходимые мелочи. Ник ей активно помогал.

— Мам, может всё-таки возьмёшь меня с собой? — Ещё раз спросил юноша.

— Ник, милый, я один раз попробую, а в следующие выходные поедем вместе. Может, даже отца прихватим.

— Нет, он не поедет. Он едет в Ливию, забыла?

— Ой, точно. Ну тогда Мардж возьмём.

Ник рассмеялся.

— Как же она поедет, она же медведей боится.

— А ты не боишься?

— У меня есть нож, помнишь, ты мне подарила. Ну я могу его из лука… Того…

— Тоже мне, стрелок. — Люба потрепала сына по голове. — Мы поедем туда, где можно будет рыбу ловить.

— О, точно. Я тогда все свои удочки соберу. А может Дэниел со мной поедет тоже?

— Конечно, спроси его. Почему бы нет?

Когда Люба подъехала к дому, то обнаружила грузовик Аллана, припаркованный у главного входа. Увидев её, он высунулся из окна.

— Хей лэди, где вы ходите? Вы что, забыли, что у нас назначена встреча с Вилсонами? — Он постучал по часам. — Опаздываете на сорок пять минут.

— О боже, Ник. — Люба прикусила губу. — Тебе придётся самому все разгрузить. Я совсем забыла.

— Конечно, мам, не волнуйся. — Подросток недоверчиво посмотрел на мать. — Ты что, поедешь с этим?

— Ну… Наверное. — Она нервно пожала плечами. — Ничего, скоро я заменю его… — Тихо добавила она.

Люба вышла из машины.

— Я успею переодеться?

— Я думаю, нет, садись сейчас же. — Аллан неодобрительно скривил губы. — Оружие с собой?

Люба вспыхнула.

— Причём тут?

— У Вилсонов охрана проверяет.

— Чёрт. — Сорвалось у неё. — Ник, возьми эту сумку и принеси мою чёрную. Она лежит на стуле у меня в комнате.

— Окей, мам. — Юноша направился к дому.

Они ехали молча. Люба не хотела разговаривать с Алланом. Конечно, по работе ей приходилось с ним общаться, но, как правило, это всегда происходило в присутствии других людей.

Люба ему не доверяла. Она много раз говорила об этом Нолану, но он всегда находил способ защитить своего племянника. Конечно, он же вырастил его как собственного сына. У того было двадцать процентов акций компании, и он уже много лет был менеджером по безопасности.

Вот именно это Любу и напрягало. Когда молодая женщина стала вице- президентом компании, ей пришлось столкнуться с некоторыми очень непонятными ситуациями. Так, в прошлом году их компания не выиграла тендеры на бурение в одной из стран средней Азии. Люба знала, что у них были более чем сто процентные шансы, но произошло что-то необъяснимое. Потом были ещё мелкие нестыковки. Однажды Люба, проходя мимо двери Аллана Паркера услышала, как он на кого-то кричал по телефону. Она не могла долго стоять под дверью, прислушиваясь, но то что она услышала очень насторожило её.

— Мы не должны были выигрывать, не должны! — Кричал тот на кого-то. — Я должен разорить и его, и его шлюху.

С этих пор Люба стала следить за Алланом. Именно поэтому ей нужен был надёжный человек рядом и таким человеком была Дина.

Аллан вынул сигарету из пачки.

— Я надеюсь, мадам не будет возражать?

— Будет. — Люба строго поджала губы. — Я ненавижу запах сигарет.

— Ах, все такая же злючка.

— Я должна была измениться?

— А почему бы нет? — Аллан разломил сигарету и выбросил в окно. — У тебя всё есть, огромный дом, деньги, прислуга… Не то что там, в России.

— Знаешь, у меня там было гораздо больше, но из-за тебя у меня теперь ничего, кроме денег, не осталось.

— Ну как же, у тебя есть сын. Его сын, твоего Макса. Или это того банкира?

— Скотина. — Сквозь зубы прошипела Люба.

— Ну теперь это значения не имеет. Твой ублюдок слишком много учится. Слишком умный. Пора и ему пёрышки пообщипать.

— Что это значит?

— Значит это, дорогая моя Лав, что, когда мой дядюшка отойдёт от бизнеса, — Аллан выпятил губы, — вся его империя достанется мне. Мне. Я его наследник.

— Ха-ха! А я его жена.

— Женщинам не место в этом бизнесе. Никто тебя не будет воспринимать всерьез. Я уж об этом позабочусь.

— Аллан, ты все такая же мерзкая тварь. — Люба отвернулась к окну. На глаза у неё наворачивались слёзы бессилия и злости. Она поняла, что ей и Нолану необходимо серьезно поговорить.

А пока она сидела рядом в небольшом пространстве с этим опасным человеком, который являлся к тому же её бизнес-партнёром и подчинённым.

Надо было все обдумать, продумать следующий шаг, так чтобы защитить себя и своего сына.

Они подъехали к шикарному особняку. Ворота перед их машиной медленно открылись.

Вилсоны оказались очень приятной парой. Ему было лет шестьдесят, а Тони Вилсон, его супруге, не больше сорока пяти. Она была очень красивой блондинкой с пронзительно голубыми глазами. Высокая, загорелая, она по-спортивному жестко пожала Любе руку.

— Входите, миссис Паркер. Мы вас давно уже ждём.

Люба смутилась.

— Извините за опоздание.

— Ой, ну это ерунда. — Отмахнулась Тони. — Я просто слышала о вас так много, и мне так хотелось с вами познакомиться лично.

Люба рассмеялась.

— Да-да. Мы с вашим мужем давно знаем друг друга, и он всегда говорит о вас очень уважительно. Наверное, он так вас любит! — Тони вздохнула, закрывая глаза.

— Наверное… — Пробормотала Люба.

— Ну пойдёмте в дом. Я испекла чудесные бисквиты.

— Тони, вы сама печете?

Женщина весело рассмеялась.

— Это одно из моих хобби.

— У нее их очень много. — Майкл улыбнулся. — Аллан, а мы с вами что-нибудь покрепче. Бурбон или портвейн?

— Согласен. — Аллан зашёл в дом.

— Пока женщины болтают, мы можем обсудить наши насущные дела.

Люба слегка нахмурилась. Как? Она, вице-президент компании, будет сидеть, распивая чаи с приятной болтушкой, а какой-то менеджер, пусть и родственник Нолана Паркера, будет выносить судьбоносные решения для их компании?

— Наверное, вам, Майкл, придётся пить с нами чай. Потому что мы будем обсуждать с вами дела. Аллан просто подвез меня, что было очень великодушно с его стороны.

— Ой, с вами, Ливан, я могу пить и чай, и воду. — Майкл посмотрел на свою жену. — Тогда, милая, предложи мистеру Паркеру кофе. Я знаю он любит крепкий. А мы тем временем с миссис Паркер пройдём в мой кабинет.

Переговоры прошли очень успешно. Видимо, Майкл Вилсон и не ожидал такого результата. Обе стороны были более чем удовлетворены. Люба подумала, что если бы за это дело взялся Аллан Паркер, то исход сделки был другой.

Потом они пили чай с бисквитами Тони.

— Так жалко, что мой муж отнял вас, Ливан, у меня. Мне так не хватает женского общения.

— Не слушайте её, миссис Паркер. — Майкл потрепал жену по плечу. — У неё достаточно женского общения. Она у меня состоит почти в каждой благотворительной организации. Зато дома у неё есть только я.

— У нас нет детей. — Тони опустила глаза.

— Сочувствую.

— Ничего, миссис Паркер. — Майкл вздохнул. — Тони иногда берет на выходные своих племянников. Она у меня очень сентиментальная.

— Спасибо вам за ваше гостеприимство, Тони и мистер Вилсон. — Люба встала из-за стола. — Я надеюсь, теперь вы посетите нас в ближайшее время. Мы будем очень рады видеть вас в нашем доме.

— Ох, вы уже уезжаете? — Тони глянула на часы. — Действительно, скоро начнёт темнеть. Давайте я заверну бисквитики для вашего сына, Ливан.

— Ой, спасибо Тони. — Люба рассмеялась.

Какие же они были приятные и приземлённые люди. Нечасто можно было встретить таких людей в Канаде.

Как только они отъехали от дома, Аллан повернулся к Любе и, злобно выплевывая слова, заговорил.

— Ты зря влезла в это дело, я же предупреждал тебя, девчонка…

Люба отшатнулась от него.

— Не лезь в большой бизнес. Это не дело для тебя, русская шваль.

— Останови машину немедленно.

— Лучше бы ты пила чай с этой шлюхой Тони. Такая же выскочка как ты!

— Немедленно прекрати так разговаривать. Останови машину. Я не нуждаюсь в твоих услугах.

— А зря, сучка. — Прошептал он. — Я бы тебя удовлетворил, не то что мой дядюшка.

Люба с треском влепила ему пощечину. Машина резко вильнула в сторону.

— Что ты делаешь?!

— Лучше держи руль, идиот, и заткни свой рот. — Крикнула Люба. — Ты самая наглая тварь, какую я когда-либо видела. Ни одного человека ты не можешь оставить в покое. Если тебе нечего сказать хорошего, то лучше вообще молчи.

— О, это ты про Тони Вилсон? Ха-ха-ха. Эта шлюха из подворотен Хэстингс-стрит. Ванкуверская давалка. Дешёвка.

— Жаль, что у меня нет с собой оружия. Мне хочется прострелить тебе глотку. Теперь останови машину. Немедленно.

Аллан резко затормозил.

— Я бы с радостью, но боюсь дядюшка не поймёт меня, если я приеду один.

Оставшуюся дорогу они ехали молча.

Нолан Паркер уже поджидал их в своем кабинете. Аллан быстро вошёл, бросил свой портфель и вышел, на ходу стаскивая с шеи галстук. Люба прошла и села в кресло, улыбнулась краешком губ. Нолан нахмурился.

— В чем дело? У вас что, ничего не получилось?

— У меня получилось. А у вашего дорогого племянника нет.

— Что-то я не понимаю…

— Мистер Паркер, нам надо серьезно поговорить, и чем быстрее, тем лучше.

— Давай, дорогая, я слушаю. Но сначала я хочу узнать, что там с Вилсонами?

— О, с ними все прекрасно. Очень приятная пара. Мы обо всем поговорили, и они готовы к подписанию бумаг.

— Ну молодец, моя девочка. Иного я от тебя не ожидал. Я вижу, что моя компания, империя Паркеров, в надёжных руках.

— Пока.

— Я вижу, у вас какие-то недоразумения с Алланом.

— Я ему не доверяю.

— Милая, он мой племянник, он никогда не сделает ничего плохого.

— Он ненавидит меня.

— Это все в прошлом. Конечно, ты красивая женщина, а он одинокий мужчина.

— Но я же ваша жена! — Воскликнула Люба.

— Дорогая, надо знать мужчин. Они всегда хотят добиться своего, любой ценой.

— Просто, мистер Паркер, у меня есть много причин, чтобы опасаться за наш бизнес.

— Доказательства? Приведи мне хотя бы одно.

Я постараюсь, но до сих пор все контракты, подписания договоров, тендеры должны будут проходить только через меня.

— Ах, Ливан, это будет непосильной ношей для тебя. Аллан всегда мне помогал.

Люба близко подошла к мужу и, наклонившись над его столом, проговорила.

— Только я. Никто больше не будет прикасаться к бумагам компании.

Глаза её опасно сверкнули.

— Ну ладно, ладно. Для тебя все, что угодно. — Нолан промокнул салфеткой капли пота со лба. — Налей мне немного виски.

Люба подошла к бару.

— Кстати, когда приезжает… Э-э… Твоя подруга Мардж?

— Она сейчас занята на ранчо. — Люба протянула мужу стакан. — Думаю, через пару недель.

— Она занятная особа.

— Да, я согласна. К тому же она очень красивая.

Люба уселась на подлокотник его кресла.

— Может, пора уже поговорить о ней?

Нолан удивлённо посмотрел на жену.

— Так мы с тобой часто говорим о Мардж. Она очень хорошая подруга тебе.

— Я не об этом, мистер Паркер. — Люба немного помолчала. — Вам же Мардж уже давно нравится. Вы влюблены в неё.

— Ну… Ливан. — Мужчина поморщился. — О чем ты?

— Не бойтесь задеть моих чувств, Нолан. Вы же знаете, мои чувства угасли много лет назад. То, что вам нравится Мардж, я знаю уже давным-давно. Мне кажется, вы её тоже не оставили равнодушной.

— Да? — Паркер оживленно поднял голову. — Ты думаешь?

Люба кивнула.

— Ну а что мне делать? — Нолан вышел из-за стола. — Я женатый человек, бизнесмен… У меня есть ты, моя супруга.

— Одно я поняла точно, самое главное в этой жизни — следовать своим чувствам.

С этими словами Люба подошла к двери.

— Надо быть смелее.

Люба и Дина провели три дня наедине в горах. У них не было с собой никаких средств связи, не было ничего электрического. Воду они брали из холодного как лёд озерка, жгли костер, готовили в котелках простую пищу. Днём было жарко, и женщины лежали на каменистом берегу небольшой быстрой речушки, лениво переговариваясь. Любе пришлось говорить без перерыва, а Дине внимательно слушать. Та ничего не записывала, просто запоминала. Сначала Люба немного смущалась, а потом просто расслабилась и начала говорить о своей жизни, начиная с самого детства. Про родителей, школу, биатлон, про дружбу с Максом, переросшую в любовь. Даже про первый раз, тот, когда она стала женщиной в его объятьях.

Дина слушала внимательно, иногда перебивая короткими вопросами.

— Ты все ещё его любишь… — Сказала она.

Люба задумалась.

— А можно ли любить человека, которого уже нет?

— А ты проверила, ты точно уверена, что он мёртв?

Молодая женщина горько рассмеялась.

— Я не была бы сейчас миссис Паркер. К сожалению, я помню все до мельчайших подробностей. Это я выстрелила в Макса. Ой, Дина, я не знаю, как пережила этот кошмар. Мне казалось, я умерла тогда. Если бы не Николас… Но потом я познакомилась с Мардж…

Люба села, подтянув колени к подбородку.

— Нолану она нравится, Мардж. Очень нравится. И он ей. Я вижу, как они втайне от меня смотрят друг на друга. Я чувствую себя преградой на их пути. Мне же он совсем не нужен. Знаешь, мне кажется, что, если бы не я, они могли быть вместе.

— Ну а в чем дело? Всё зависит от тебя. Почему бы тебе не рассказать Мардж про свои реальные отношения с мужем. Если она твоя подруга, она поймёт тебя.

— Ах, мне так страшно…

— Страшное позади, Люба.

Дина потянулась к банке с пивом.

— У тебя очень интересная жизнь. И ты знаешь, это не значит, что жизнь остановилась. Просто освободи себя. Дай себе надежду на будущее. С Максом или без, но ты должна научиться чувствовать.

— Дина! Я не занималась любовью почти пятнадцать лет.

— Сексом или любовью?

— Ничем, кроме женских игрушек. Я уже все забыла. Я превратилась в кусок засушенной воблы, престарелую бизнесвуман.

Дина оглядела её. Сморщила носик.

— Ну на воблу ты мало похожа.

Женщины рассмеялись.

— Несмотря ни на что, Люба, ты очень романтичная в душе. Это твоя история с Максом… Какая фамилия? Берёзин? Прямо как в сказке. Знаешь, по поводу Аллана… Я все разгребу и найду доказательства, которые тебе нужны. Можешь даже не переживать.

Под конец их путешествия Дина узнала о Любиной жизни все в подробностях. Теперь она действительно была её тенью.

Глава 16

Развод занял меньше года. После этого события, когда все условия были выполнены, Нолан, Мардж и Люба собрались в её новом доме, который она получила, как одно из условий бракоразводного процесса.

Они сидели на веранде и пили шампанское. Погода была великолепная для конца февраля. С тихого океана дул тёплый ветер, который здесь называли Шинук. Снег почти растаял, и солнечные лучи радостно искрились на его остатках. Нолан был влюблён и, не переставая, смотрел на Мардж. Он очень изменился и стал выглядеть как молодой мужчина, гораздо моложе своих пятидесяти с небольшим лет.

На Любе были голубые джинсы и белый свитер. Распущенные волосы падали ей на плечи.

— А где Дина сегодня? Твоя тень.

— Ой, она занята одним очень важным делом. Боюсь ей не удастся присоединиться к нам.

— Ливан, я так рада, что все это наконец-то закончилась. — Мардж подошла к подруге и обняла её. — До сих пор не верится, что ты мне вот так взяла и отдала своего мужа.

– — Ну, побыл моим, пора и честь знать. Самое главное сейчас только начинается. — Люба обняла подругу. — Зато я теперь свободна!

— Спасибо тебе за то, что ты сделала для нас.

— Да, дорогая. — Нолан разлил ещё шампанского по фужерам. — Давай выпьем за тебя и за твое личное счастье. Чтобы ты когда-нибудь потеряла свою свободу.

Люба усмехнулась.

— Ну уж нет!

— Ещё одна новость. Я уезжаю в Дубаи на несколько месяцев.

Люба с удивлением посмотрела на Мардж.

— И когда ты хотела мне об этом сообщить?

— Я сама не знала, Ливан. Но хорошая новость — пока я остаюсь с тобой, и мы будем часто видеться. Пока Нолан не приедет.

— А потом?

— Ну я думаю, что мы будем мотаться туда-сюда. В конце концов, у тебя сейчас будет слишком много дел тоже.

— Подружка, нет таких дел, с которым бы я не справилась. А вот дружба…

— Ливан. — Мардж закатила глаза. — Тебе не подружки нужны, а дружки.

Все рассмеялись.

— Как тебе нравится твой дом? — Спросил Паркер.

— Конечно, мне он очень нравится. Я всё-таки его строила под себя. Тут все, что мне нужно. Я хочу устроить небольшую вечеринку в ближайшее время. Я так думаю, это будет в конце апреля. Хочу перед этим съездить на Вайкики отдохнуть.

— Ты собираешься пригласить много народу?

— Я думаю, будут все свои, ну и может быть, несколько свежих.

— Свежих? — Нолан шутливо нахмурился. — Мардж, мне это не очень нравится.

— Милый, ты у меня самый-самый свежий.

— Да, Ливан. — Нолан подошел к своему портфелю и покопался в бумагах. — Вот, пока не забыл.

Он достал оттуда папку с документами.

— Что это?

Нолан кивнул Мардж, улыбаясь.

По мере прочтения Любины глаза расширялись.

— Это невозможно…

— Что значит невозможно? — Мужчина слегка нахмурился.

— Но как? Я? Полностью?

— Да, милая Ливан. Теперь ты полномочный владелец моей компании.

— Боже мой, мистер Паркер, Нолан…

На глаза Любы навернулись слёзы.

— Не волнуйся за него, Ливан. — Мардж погладила мужчину по щеке. — Он пронырливый хорёк. Уже приобрел себе небольшую новую компанию. Уверена, скоро она разрастется. Поэтому мы и едем в Дубаи.

— Я не могу поверить!

— В понедельник я донесу эту новость до совета директоров. Все мои акции переходят к тебе.

— Вы уверены, что не пожалеете и не будете потом кусать локти?

— Более чем. Ты это заслужила. Не забудь рассказать Нику сегодня же.

— Я не могу сейчас. Он готовится к экзаменам. Ему ни к чему лишний стресс.

— Приятный стресс! — Нолан поднял вверх указательный палец.

Вечером Люба сидела за столом своего кабинета. Сидела в кромешной темноте, уставившись в неё и пытаясь разобраться со своими мыслями. То, что известие об их разводе воспримут неоднозначно, не было для неё сюрпризом. Первое время ходило много разных слухов среди сотрудников компании, но потом как-то резко все прекратилось. Чету Паркеров по-прежнему все видели вместе и, в конце концов поняли, что это их решение вызвано не каким-то скандальным случаем, а, а по-видимому, другими причинами.

Аллан Паркер не знал, что и думать. Дина посоветовала держать все их планы в тайне, и даже об отношениях между Ноланом Паркером и Мардж мало кто знал.

А теперь Люба оказалась владелицей многомиллионного состояния. И все это свалилось ей как снег на голову. Готова ли она к этому? К этому ли она стремилась?

После развода половина собственности отошла к ней: вилла в Парксвилле, дом на озере Каламалка, куда она иногда ездила летом отдохнуть и покататься на катере с подругами, этот дом, да ещё несколько мелких имений в других странах. Ей этого было более чем достаточно. И что теперь она с этим будет делать, когда ей придется вкалывать как вьючной кобыле, чтобы корпорация Паркеров по-прежнему процветала? А ещё Мардж упоминала дружка. Да и Дина уже устала ей повторять одно и то же. Но как найти время на это? Как выкроить хоть немного времени на себя?

Люба включила свет настольной лампы, встала из-за стола и подошла к огромному, в золочённой раме, зеркалу, висящему на стене.

На неё смотрела по-прежнему красивая зрелая женщина, которая многого достигла и через многое прошла в этой жизни. Люба вытянула шпильки из тугого пучка. Все такие же густые длинные волосы тяжело посыпались на плечи. Пальцы расстегнули верхние пуговицы блузки, потом ещё и ещё. Последней, от чего избавилась Люба, была юбка.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Теперь в зеркале она видела красивую и стройную молодую женщину без капельки жира на теле. Золотистый загар подчёркивал её красоту. Люба обхватила себя обеими руками.

— Ох, красавчик… — Прошептала она. — Макс…

Слёзы покатились её из глаз.

Умом Люба понимала, что в её жизни должен появиться мужчина, но она даже не могла представить себя рядом с кем-то другим.

Люба была одета в шелковое синее платье длиной до середины щиколоток. Волосы заплетены во множество косичек и уложены в замысловатую причёску. Рядом стояли Нолан и Мардж.

Фуршетный стол ломился от закусок. Обслуживающий персонал суетился, наливая различные напитки гостям.

Одними из первых пришли Вилсоны, с которыми у Любы сложились тесные, дружеские отношения.

— Поздравляю. — Сказал Майкл, целуя руку Любы. — Очень рад. И вас, Нолан. Слышал, что вы уезжаете в Эмираты.

— Дорогая. — Тони чмокнула Любу в щеку и прошептала на ухо. — Ты выглядишь такой счастливой. Свобода идёт тебе во благо. Готовься к новым романтическим приключениям.

Люба рассмеялась.

Потом начали приходить остальные гости. Никто практически не опаздывал. Аллан Паркер подошел к Любе, вслух сказал.

— Поздравляю. — Отвернулся к Нолану, развёл руками.

— Дорогой племянник, рад видеть. Как прошел отпуск?

— Прекрасно. Отдых всегда идёт на пользу. Особенно, когда поблизости много красивых женщин.

Нолан перевёл взгляд на дверь, что-то тихо сказал Мардж.

— Ливан, позволь представить тебе моего нового коллегу, Криса Ньюмана.

Люба подняла взгляд. Прямо к ней шел один из красивейших представителей мужского пола.

— Крис Ньюман. — Мужчина подошел к Любе, улыбаясь. У него были слегка вьющиеся имбирного цвета волосы, большие серые глаза. Мужественное лицо со слегка отросшей щетиной покрывал приобретённый, скорее всего, где-то на Карибах загар.

— Много про вас слышал, миссис Паркер. Но теперь я вижу, что в жизни вы ещё привлекательней.

— А вы слышали обо мне только привлекательные вещи?

— Я бы сказал, что да. Конечно, все знают вас как удачливую и достаточно жесткую бизнес-леди…

— Жёсткая? Ну да… Бизнес есть бизнес, а в нем не место мягкотелости. — Люба была немного растеряна реакцией своего тела.

— На самом деле вы выглядите мягче. — Крис слегка сжал ей руку. — Увижу вас скоро.

Он отошел.

— Мардж. — Сдавленно прошептала Люда. — Кто это?

— Принц. — Подруга хихикнула. — На белом коне. А может и на каком другом. У него, я слышала, коллекция железных коней.

— Надо попросить Дину, чтобы разузнала о нем.

Весь вечер Люба ждала, когда Крис Ньюман подойдёт к ней. Краем глаза она иногда наблюдала за ним. Вот он болтает с чёрной красоткой, вот спорит с кем-то из бизнесменов, а вот на балконе раскуривает сигарету. «Может он ожидает что я подойду к нему?» — Подумала Люба. — «А почему бы и нет?»

Люба быстрым шагом направилась к балкону, на ходу подхватив фужер с шампанским.

— Вы не из наших краев. — Неожиданно охрипшим голосом произнесла она. Мужчина слегка вздрогнул, повернулся.

— Вы правы, Ливан. Я недавно приехал из Австралии.

— Ого, как далеко.

— Вы не курите?

— Нет, спасибо. — Люба отпила шампанское. Во рту у неё было сухо.

— Я люблю путешествовать. Переезжаю из одной страны в другую. Вольный как ветер.

— Свободны от всех условностей?

— Если вы о том, женат я или нет, то я свободен.

— Простите, я не это имела ввиду. — Любино лицо залил румянец. — Хотя…

— Вам идёт смущение. В такой момент понимаешь, что перед тобой стоит земная женщина. Ведь принято считать, что они холодные, бизнес-леди. Мне кажется вы не такая. Вы ведь тоже свободны?

— Ну. В какой-то мере. — Люба нервно усмехнулась. — Если не считать бизнес.

— Может быть, вы соизволите составить мне компанию в гольф в следующую субботу? А потом мы могли бы где-нибудь поужинать.

Крис заехал за Любой утром в субботу, как и обещал. К этому времени женщина уже изнывала от нетерпения. Через тонкую занавеску в спальне она наблюдала, как мужчина открыл дверь своего БМВ последней модели, и, мельком глянув на часы, быстро сбежала по лестнице. Громко выдохнула. Только сейчас Люба поняла, что все это время не дышала. Мельком глянула в зеркало. Белое платье, расклешённое книзу, подчеркивало её по-девичьи стройную фигуру и длинные загорелые ноги. Люба любила белый цвет, олицетворяющий чистоту. Прижала ладони к горящим щекам.

«Что же это такое? Веду себя как похотливая самка». — С ужасом подумала она.

Крис ждал её на веранде. Увидев Любу, он широко улыбнулся, обнажая ряд белоснежных зубов.

— Как приятно тебя видеть. — Обеими руками он взял её руки, не отрываясь глядя Любе в глаза.

— Мне тоже, Крис.

— У меня чудесный план на сегодняшний день.

— Да что ты? — Она смахнула волосы с лица.

— Рядом с моим домом есть небольшой, но приличный, на восемь дыр гольф-корт. — Он открыл Любе дверцу машины и помог ей сесть на переднее сиденье. — Почему бы нам не провести там денёк, а потом мы поужинаем у меня дома. Я взял на себя смелость и заказал повару суфле из телятины по- венециански. Я надеюсь, ты не вегетарианка?

— Ой, ну конечно, нет. У меня отменный аппетит.

— Обожаю женщин с хорошим аппетитом.

Они ехали, непринуждённо болтая. Любе было достаточно легко вести беседу с Крисом, несмотря на пьянящее возбуждение, по-прежнему не отпускающее её. Таких чувств она не испытывала уже много-много лет. Да, наверное, ей нужен был мужчина. Именно такой сексапильный самец, каким был Крис.

Он был поджарый, мускулистый. Красивой формы руки, лежавшие на руле, покрыты рыжеватыми волосками. Твёрдый подбородок, прямой нос, пухлые губы, о боже… В животе у Любы происходил взлёт бабочек. Она опять чувствовала себя невинной школьницей.

— Ты, наверное, недавно вернулся из отпуска? — Спросила она.

— Почему ты так решила?

— У тебя очень красивый загар.

Крис громко расхохотался.

— Было бы здорово, бросить все и уехать куда-нибудь. Нет, дорогая, я же животновод. Целыми днями в полях.

— Австралийский ковбой?

— Так точно, австралийский ковбой. Представь себе, и такие бывают.

— И каких же ты животных разводишь?

— У меня на ранчо коровы породы Ангус. Мы же в Альберте живём. Ну и овцы.

— Как-то я не очень представляю тебя ковбоем. Скорее каким-нибудь адвокатом или финансистом.

– — Да, многие мне так говорят.

— Ты везёшь меня на своё ранчо? — Спросила Люба.

— Нет, я там практически не живу. У меня есть небольшой дом в Кокрэйне. Мы, кстати, почти на месте.

Через несколько минут машина подъехала к воротам, которые автоматически открылись, и они оказались на широкой подъездной дороге. По обочинам возвышались колоновидные осины. Трава была сочно-зелёная.

— Ну вот и мой дом. Они остановились перед огромным одноэтажным домом, сделанным из чёрного камня.

— Я слышала, ты увлекаешься классическими авто?

Крис блаженно улыбнулся.

— Да, и я обязательно покажу тебе свои гаражи. У меня их два — один для классики, ну и другой современных. А ты какие предпочитаешь?

— Я? Я люблю быстрые. Люблю ветер и адреналин в крови.

Крис покачал головой.

— Ты все больше и больше удивляешь меня. Но я тебя понимаю. Я раньше участвовал в гонках. До травмы.

Люба вскинула брови.

— Травмы? А что с тобой случилось?

— Упал с лошади. Сломал позвоночник. — Он слегка помрачнел.

— Да? — Люба удивленно оглядела его с ног до головы. — Никогда бы не подумала.

— Да… Я прошёл интенсивную реабилитацию. Сейчас уже намного лучше, но на самом деле я выздоровел только на восемьдесят процентов. — Он вздохнул.

— Давно это произошло?

— Лет восемь назад. Врачи не разрешили мне больше ездить на лошадях. — Крис развёл руками. — Но как я могу без этого?.. Я же… Они — вся моя жизнь.

Он выглядел расстроенным. Люба положила свою руку на его плечо.

— Я прекрасно понимаю тебя, Крис. Я также обожаю этих животных. Кажется, они всё всё понимают. — Она вздохнула и постаралась сменить тему разговора. — Расскажи мне про свой бизнес.

— Бизнес? Это наследство родителей. У отца и моей мачехи было три ранчо на двоих. Они выращивали овец и племенных быков. Двенадцать лет назад отец и его жена погибли в автокатастрофе. Пришлось браться за все самому.

— Ты где-то учился?

— Конечно. Я только закончил Гарвард, поехал навестить семью, и именно тогда все и произошло. Ужасно.

— М-да… — Люба опустила глаза. Тема разговора явно была не из лучших. По-видимому, Крис тоже понял, что что-то пошло не так. Они некоторое время молчали.

— Ладно. — Он взял Любу за руку. — Что мы все про меня да про меня. Лучше расскажи что-нибудь о себе. Заходи в дом.

Он открыл широкую дубовую дверь.

— Выпьешь мартини?

— Да, пожалуй. — Люба смущенно улыбнулась, откидывая непривычным для себя кокетливым жестом светлую прядь со лба. В просторном холле, дома, оформленном под старинный замок, царил интимный полумрак. Крис, улыбаясь, положил руку на талию Любы. Она слегка дрожала. Женщина не могла поверить, что её тело так глупо реагирует на мужское присутствие. Сквозь ресницы она видела, как у Криса блестят глаза, а чуткие ноздри подрагивают от возбуждения. Люба слегка кашлянула, повела плечом.

— Очень красивый вид из окна. — Голос её неожиданно охрип. Она прошла в дверь комнаты.

— Я специально выбирал место для этого дома. Думал о будущем.

Крис протянул Любе бокал мартини.

Игра в гольф заняла часа четыре, не меньше. Люба радовалась, что не забыла захватить широкополую шляпу. Апрельское солнце припекало нещадно.

Игра закончилась с хорошим счетом в пользу Любы. Шли обратно, смеясь. Крис держал руку на талии женщины.

— Мне очень понравилась игра. — Люба откинула волосы назад. — Я обожаю выигрывать.

— Знал бы, что ты такая, ни за что бы не пригласил играть в гольф. Что я теперь скажу друзьям?

— Как что? Правду и только правду. Проиграл вчистую женщине.

— С другой стороны, если бы это была просто женщина, а так со мной необычайная и самая красивая в мире женщина!

— Ну. — Люба кокетливо вытянула губы в трубочку. — Я не участвовала в конкурсе красоты.

Крис остановился, развернул Любу лицом к себе.

— Ты невероятная. — Обеими руками взял её лицо, медленно наклонился к ней и прильнул губами к её губам.

Люба почувствовала, как её сердце ухнуло куда-то вниз, в самый низ живота. Ноги вдруг стали ватными. Если бы не руки Криса, крепко обхватившие её плечи, она, скорее всего, рухнула бы на землю. Этот поцелуй, казалось, длился вечно. Перед глазами стоял белый туман. Возбуждение нестерпимо нарастало, и, если бы они сейчас находились в спальне, Люба отдалась бы ему не раздумывая. Давно её никто не целовал. Никто? Да она и целовалась-то практически только с Максом. Не считать же этих подростков, которые были у неё до него. Макс… Неожиданно возбуждение схлынуло, как морская волна во время отлива. Нет… Крис не так целуется. И язык проталкивает с силой прям аж внутрь. Ох, и мои плечи… Ещё не хватало синяков…

Люба слегка отстранилась от мужчины

— Прости. — Крис тяжело дышал. — Я не удержался.

Люба отвернулась, закусила губу.

— Господи, я почти потеряла голову… Крис. Я, наверное, еще не совсем готова…

Он виновато вздохнул.

— Я идиот. Больше это не повторится

Люба улыбнулась и дотронулась до его щеки.

— Ну это уж чересчур, мистер Ньюман. Я просто пока ещё не готова. Кстати, что там у нас на ужин? Я голодна как стадо твоих быков.

Крис с облегчением вздохнул. Слава богу, Ливан на него не обиделась. Он на мгновение загляделся в её синие глаза, обрамлённые густыми ресницами. Эта женщина была невероятна. В неё можно было и вправду влюбиться без памяти.

Они стали проводить почти все выходные вместе и по крайней мере два раза в неделю ужинали вдвоем. Каждый раз Крис делал ей незначительные, но приятные подарки и всегда являлся с цветами. Он больше не пытался поцеловать её, но каждый раз, когда он брал её за руку, сердце Любы замирало от предвкушения наслаждения. Этот мужчина ей нравился. От Криса так и веяло сексуальностью. Она откровенно любовалась его красивым, подвижным и полным эмоций лицом. К тому же с ним было интересно и весело. Они вместе ездили в горы, совершали конные прогулки и играли в гольф. Люба даже один раз пригласила Криса на охоту, но поняла, что Криса это не очень впечатлило.

— Я, признаюсь, не очень хорошо управляюсь с оружием. Отец всегда был мной недоволен. Вот лассо я могу набрасывать. — С этими словами он обхватил женщину за талию и привлёк к себе. Люба замерла в его объятиях. Он приблизил свои губы к её приоткрытым губам. Все её тело отвечало готовностью. Крис слегка прикоснулся поцелуем и отстранился. Люба разочарованно вздохнула.

— В субботу я приглашаю тебя в оперный театр. — Он сунул руки в карманы.

Люба подняла брови.

— С удовольствием. Где будет представление?

— В Монреале.

— Что ж, прекрасно. Обожаю оперу.

Она улыбнулась, пытаясь скрыть смущение от неловкого момента. Любу немного волновали чувства к Крису. Как будто он дразнил её, и от этого женщина все больше и больше хотела близости с ним. Словно искра затухающего костра на ветру.

Войдя в дом, она устало села на диван в холле.

— Мам, ты чего здесь в темноте? — Раздался голос Николаса. Он щелкнул выключателем. — Что-то случилось? Ты поссорилась с Крисом?

— Нет, конечно же, нет, дорогой. Просто всякие мысли лезут в голову…

— О нем, о Крисе?

— Вообще о мужской половине. — Люба рассмеялась. — Не переживай за меня. Он неплохой мужчина.

Николас недоверчиво хмыкнул.

— Мне кажется, тебе надо поговорить с Диной.

Люба встала.

— С чего ты взял? Она что-то говорила о Крисе?

— Позвони ей сама. Она давно уже пытается до тебя дозвониться.

Люба поцеловала сына в щеку.

— Спокойной ночи.

Она вытащила из сумки свой телефон и набрала номер своей помощницы.

— Дина, ты не спишь?

— Засыпаю.

— Извини. Позвоню завтра.

— Нет-нет. Говори, что случилось.

— У меня чуть не случился сегодня секс.

— С кем? И что значит почти?

— С кем, с кем… С ним, конечно. С Крисом.

На другом конце послышался смешок.

— Только я не понимаю почему почти? Вы чем вообще занимаетесь, школьники? По-моему, пора уже переходить к более активным действиям.

— Надеюсь, это произойдёт в самое ближайшее время.

— Я тоже на это надеюсь. Вы с ним встречаетесь уже несколько месяцев. Что за ребячество. Или он тебе не нравится?

— Конечно, он мне очень нравится, и я очень хочу заполучить его в свою постель, но…

— Но?

— По-видимому, он чего-то ждёт. Кстати, Дина, ты хорошенько разузнала про него?

— Честно говоря, я пока была занята другими делами, а так как у вас ещё нет ничего серьезного… Узнала я про твоего Криса немного, и меня это напрягает. Сделала запрос по нему через свои каналы. Посмотрим. А тебе советую, моя дорогая, пока расслабиться и получить удовольствие. Только постарайся не влюбляться ещё. Тебе просто нужен хороший добрый секс. Пользуйся случаем.

Люба покорно кивнула.

— Кстати, очень хорошо, что ты мне позвонила. У меня есть для тебя хорошая новость. — Дина помолчала. — Я подписала контракт с одним человеком…

— Ну?

— Надеюсь, ты не будешь возражать. Я знаю, как ты не любишь всех этих охранников, телохранителей…

Люба нахмурилась.

— Ди-ина. Ну что ты удумала? У меня есть ты, и этого мне достаточно.

— К сожалению, я не могу быть рядом с тобой постоянно. Не волнуйся этот человек будет поблизости, но тебе мешать не будет. Это специалист высокого класса. И вообще, возражения твои бесполезны — он уже приезжает на следующей неделе.

— Откуда он приезжает?

— Он из США.

Дина скорее почувствовала, как Люба закатила глаза.

— Делай как знаешь, только сделай так, чтобы он не мешался мне под ногами, этот твой суперагент. Мне пора спать. Гораздо приятнее ложиться с мыслями о моем восхитительном кавалере и горячем сексе с ним.

Женщины рассмеялись, и разговор на этом закончился.

Глава 17

Люба вошла в спальню, сбросила с себя одежду и, немного подумав, решила наполнить джакузи. В комнате было темно, и Люба зажгла несколько свечей.

Раздевшись, она легла в ванну, расположенную около огромного окна. Было темно и тихо. Люба лежала расслабившись, глядя в звёздное небо над головой. Хрустящий воздух и запах свечей перемешивались с ароматом хмельной хвои. Спать не хотелось. Мысли Любы неторопливо лились. Она думала о переменах, которые произошли с ней за последний год, и которые ещё будут, по-видимому, происходить. Думала о том, что уже давно не звонила своей матери. Нолан Паркер разрешил общаться им лет пять назад, но к тому времени было уже поздно. Мать так и не смогла понять и простить быстрый отъезд и последующее молчание дочери, хотя от денег, которые высылал Нолан, не отказывалась. Впрочем, отношения Любы с матерью всегда были достаточно холодными и отчужденными. Люба пыталась уговорить женщину сходить на могилу к Максиму, но та наотрез отказалась. После смерти мужа, который был известным чемпионом России по биатлону, мать перестала обращать внимание на дочь, и Люба так и росла сама по себе. Чтобы дочь не моталась перед глазами и не мешала ей, женщина отдала её в спортивную секцию по биатлону, как завещал отец. С восемнадцати лет Люба жила самостоятельно, снимая малюсенькую квартиру в хрущевке, и только иногда по выходным навещая мать. Мысли Любы плавно перетекли на своего бывшего мужа и его новоиспечённую невесту Мардж. Люба слегка улыбнулась, вспоминая, как впервые встретилась с этой рыжеволосый бестией. Полная энергии и радости к жизни, она полностью перевернула все вверх тормашками, и Люба не знала как выразить ей свою благодарность за это. Если бы не Мардж, то Люба наверняка также бы сидела взаперти, управляемая мужем, да и не была бы она сейчас свободна и влюблена. Молодая женщина подумала, что вот и сын уже превратился в молодого обаятельного юношу. Ник не только превратился в умного и организованного юношу, но и руки у него росли откуда надо, да и характер у него был неплохой. Когда-нибудь и он встретит свою любовь. Люба с грустью подумала, что давно они не ездили отдыхать вместе с сыном, вдвоем. А тот сейчас как раз собирается уезжать в Испанию, и ей так хотелось присоединиться к нему. Бродить по пляжам вместе с ним, находить ракушки и необычной формы камни… Люба начала перечислять в уме, что надо упаковать для Ника. Вода в джакузи начала остывать. «Боже, уже два часа прошло, а сна ни в одном глазу», — женщина поднялась из ванны, обтерлась мягким пушистым полотенцем. Её любимый чёрный сфинкс по кличке Макс уже ждал её, нежно урча на кровати.

— Иди ко мне, моя зверушечка. — Проворковала Люба, пододвигая кота ближе к себе. — Красавец мой тёмный.

Уютно устроившись под одеялом, женщина наконец-то уснула мирным сном.

Крис встретил Любу на парковке около взлетной полосы частных самолетов. Он выглядел великолепно в черном смокинге и белой рубашке. Золотисто-имбирные волосы зачёсаны назад.

— Дорогая. — Он поцеловал её в щеку. — Так приятно тебя видеть. Ты невероятно красива.

Люба кокетливо улыбнулась.

Пока они летели, Крис открыл шампанское. Официант принёс тарталетки с икрой белуги.

— За нас с тобой. — Он поднял бокал. Глаза его сверкали.

— За нас. — Отозвалась Люба.

Её губы пересохли. Крис был красив, и молодая женщина поняла, что хочет его, притом хочет прямо здесь и сейчас. Она почувствовала, как затвердели её соски. Секс в самолёте. Это было бы интересно. У неё такого ещё никогда не было. Да о чем тут говорить. Последний раз она по-настоящему сексом занималась почти двадцать лет назад. Время от времени ей снились сны, которые были неотличимы от яви, ну и конечно, ей приходилось пользоваться различными женскими штучками. Сейчас ей хотелось настоящего мужчину. Люба была голодна.

Видимо, Крис тоже понял это. Его рука сжала её ладонь, и скользнула вверх.

— Боже… — Он закрыл глаза. — Ты просто шикарна.

Люба облизнула губы и сделала глоток шампанского.

— За тебя. — Он выпил содержимое своего бокала, пододвинулся к ней ближе.

Люба судорожно вздохнула. Его ладонь легла ей на грудь. Сердце подскочило и глухо забилась. Она даже не услышала, как застонала. Мужчина прикоснулся губами к её шее.

— Ах, какие у тебя роскошные груди… Ну, сладкая моя.

Крис нажал на какую-то кнопку, и спинка дивана откинулась. Его рука скользнула под платье.

— Мне хочется тебя съесть, всю облизать, моя сладкая девочка.

Люба, дрожащая от неодолимого желания, лежала на диване. Волосы выбились из аккуратной причёски, грудь обнажилась, подол платья задрался кверху. Она чувствовала упругий ком между ног мужчины, и её рука невольно потянулась к нему.

— О-о, — Крис сжал зубы. — Что ты со мной делаешь…

Он опустил лицо вниз, всасывая её напрягшиеся соски, целуя обнажившийся пупок и спускаясь всё ниже и ниже. Рукой он стянул её кружевные трусики и припал губами к её влажному содрогающемуся лону.

Люба потеряла счёт времени, чувство реальности. Она только чувствовала, что сейчас умрёт. Наверное, это и была смерть. Маленькая смерть, пронзившая её ослепительной вспышкой. Она вскрикнула, стискивая и комкая платье, зажмурив глаза. Все было кончено…

Постепенно приходя в сознание, молодая женщина медленно приоткрыла ресницы. Крис с улыбкой смотрел на неё

— Ты божественна. — Он протянул ей бокал шампанского.

— Господи, Крис… Ты почти свёл меня с ума. Но как же… Как же ты?

Он покачал головой.

— Мне достаточно того, что ты получила удовольствие. Это, наверное, теперь самое главное в моей жизни — делать тебя счастливой.

— А мне, наверное, надо привести себя в порядок. — Немного смущаясь, Люба оглядела себя. — У нас ещё есть время?

— Конечно. — Он подал женщине руку, помогая подняться.

— Там будуар. Я провожу.

— Нет-нет, я сама. — Люба встала, одергивая платье. — Наверное, мне пока хватит шампанского.

Из зеркала на неё смотрела разрумянившаяся женщина с горящими глазами. Волосы были взъерошены. Губная помада съедена.

— Боже, — с некоторой неприязнью подумала Люба. — Жалкая похотливая бабенка, как муха, дорвавшаяся до куска мяса.

Она огляделась в поисках мыла и расчески. Чтобы привести себя в более менее потребный вид женщине понадобилось не менее получаса. Все это время Крис терпеливо ждал, потягивая через трубочку мартини со льдом.

Люба вышла из будуара уже другая, привычная себе: строгая и немного высокомерная леди.

Она выглянула в иллюминатор.

— Мы уже почти на месте. — Крис отставил бокал и поднялся, посмотрел на часы. — До начала представления сорок минут.

— Успеем?

— Машина уже ждёт нас. Я бы с удовольствием провёз тебя по городу, но…

Люба махнула рукой.

— Не волнуйся, Крис. В этом городе я была много раз. Меня здесь ничем не удивишь.… Хотя тут очень красивая архитектура. Гораздо лучш, чем в этих западных городах.

— Я забронировал нам номер в Le Place D'Armes.

Хорошо. — Люба кивнула. — А завтра мы сможем прогуляться по городу.

Крис слегка нахмурился.

— Боюсь, что у нас это не получится. Завтра мне надо быть на работе к двум часам дня.

— Мы ещё не успели прилететь сюда, а ты уже на пути назад.

Люба рассмеялась. Неожиданно она поймала себя на мысли, что этот обаятельный красавец ей все больше и больше нравится, и похоже она почти влюблена в него.

В аэропорт Дина приехала заблаговременно. Ей надо было убедиться, что Аллан Паркер не выслал за ней своих людей. Последнее время у неё было неприятное ощущение, что за ней следят. Сейчас это было бы подобно катастрофе. Приезд Фила, а Дина для себя решила, что именно так она будет называть этого человека, чтобы, не дай бог, не проговориться, она хотела оставить в тайне. Никто не должен был знать о его нахождении здесь. Если будет необходимость, то ему вполне возможно придётся сменить внешность. Но прежде она хотела посмотреть на него своими глазами. Увидеть наконец того, кого даже мёртвым не сумела забыть и разлюбить Люба.

Было жарко, и Дина с удовольствием нырнула в прохладный зал аэропорта. На ней были чёрные легинсы и такого же цвета водолазка. Солнечные очки женщина предпочла не снимать. Из сумочки достала и развернула баннер с именем встречаемого: Фил Бирч. Прошло минут пятнадцать, и Дина уже стала потихонечку проклинать таможенную и иммиграционную службы, когда над её ухом раздалось покашливание. Она резко повернулась. Рядом стоял пожилой ковбой с волосами до плеч, усами скобой и потертой шляпой в руках.

— Может, молодой леди составить компанию? — Лениво жуя то ли табак, то ли жвачку, протянул он с сильным техасским акцентом. Дина быстро оглядела его с ног до головы и слегка сморщила нос. От мужчины пахло виски вперемежку с запахом лошадей. Его загорелое лицо было обветренным, с сетью морщин в уголках глаз.

— Спасибо. Я не нуждаюсь в компании. — Сказала она.

— Леди кого-то ждёт?

— Ну как видите. — Дина указала на баннер.

— Позвольте представиться. — Он протянул ей руку. Потом подумав, вытащил из кармана джинсов клетчатый носовой платок и обтер об него ладонь. — Фил Бирч.

Женщина отпрянула, не веря своим глазам.

— Вы никак удивлены?

— И вы говорите по-русски?

— Конечно. — Фил ответил на чистом русском языке. — Только не здесь. Поехали? — Он перешел на свой техасский акцент.

Дина, забыв свернуть баннер, словно зомби направилась к выходу. Они молча сели в машину. Дина, всё никак не пришедшая в себя, молча наблюдала за ним.

— Так мы едем? — Он перешел на русский.

— Простите… — Женщина завела мотор и резко рванула с места. Какое-то время они ехали молча. Дина чувствовала, что он наблюдает за ней. Наконец она нарушила тишину.

— Сейчас мы поедем ко мне. Вам надо принять душ, переодеться во что-нибудь чистое… — Женщина сморщила нос. — Вы что, так и летели всю дорогу… С этим конским запахом?

Максим расхохотался.

— А как вы думаете? Нет. Конечно, нет. Но душ мне не повредит.

— У вас есть смена одежды?

— Есть необходимое. Остальное могу купить здесь.

— Боже. — Дина наконец с облегчением рассмеялась. — Вы обдурили меня, Максим… Фил, простите… Надо привыкать.

— А вы и есть Дина?

— А то вы не знаете. Наверняка вы уже изучили всю мою биографию.

— Конечно. — Максим потянулся за сигаретами. — Я предвкушал поработать с вами. У вас можно курить в машине?

Молодая женщина кивнула.

— Можно спросить почему? — Она подняла брови.

— Ну, во-первых, всегда приятно вести дела с красивой женщиной… Во-вторых, меня заинтересовало, зачем я вам нужен, ведь насколько я понимаю, у вас нет никаких проблем.

— Ах, как приятно, что я тоже могу вас легко запутать.

— Ну видите. Мне просто интересно, зачем платить мне столько денег. И почему я?

— Хорошо. — Дина выехала на Мемориал-драйв. — Я вас посвящу во всё после того, как мы приедем ко мне, вы, Фил, примите душ, расслабитесь, ну и… А сейчас, кстати, хотите кофе? Можно заехать в Тим Хортонс или в Старбакс.

— Нет, спасибо, предпочитаю домашний кофе.

— Тогда вам придётся варить его самому. Я хозяйка не очень.

Максим вышел из лифта и вальяжной походкой направился к единственной двери в просторном вестибюле. Дина прошла за ним, цокая каблуками по гранитной плитке. Прикоснулась карточкой к стене. Дверь открылась.

— Неплохой вид. — Максим огляделся. — Если бы не кондиционер, здесь была бы невыносимая жара.

— Это точно. Окна на запад, а закаты у нас долгие. Зато мне нравится вид на горы.

Дина прошла в открытую кухню и, бросив на стол свою сумочку, повернулась к мужчине.

— Душ наверху по лестнице. Там же и ваша комната. Я буду ждать вас, Фил, у себя в офисе. Это тоже наверху, но с другой стороны лестницы.

Он кивнул.

— Да… И… Вам нужны какие-нибудь дезодоранты? Извините, но… Этот запах конюшни…

Максим, усмехаясь, уже поднимался по лестнице.

Дина схватила стоящий около раковины освежитель воздуха и распылила его по всему помещению. Потом достала кофе, джезву и сливки.

Душ Максим принимал долго. Тугие горячие струи били по спине, плечам. Он наслаждался этим. Глотал воду, отфыркивался. Перелёт оказался для него тяжелым. Этот сон сбил весь настрой. Пришлось пить виски, и после этого он чувствовал себя не в своей тарелке. Но теперь все позади. Надо настраиваться на рабочий лад.

Мужчина вспенил крем для бритья и провёл лезвием по щеке. От техасского ковбоя оставалось все меньше и меньше напоминаний.

Полотенце было большое и мягкое. Именно такие он и любил. По-видимому, Дина предусмотрела все, чтобы его пребывание здесь было комфортным. Халат ему не понадобился. Он спешил приступить к работе. Его интересовало, что за срочное дело было к нему у этой восточной красотки.

Дина подняла голову от бумаг, услышав, как дверь открылась. Она чуть было не раскрыла рот от изумления, но постаралась как можно скорее придать лицу равнодушное выражение. Однако от Макса было сложно скрыть реакцию женщины. Он, усмехнувшись уголками губ, прошёл к креслу напротив. В руках у него была чашка с кофе.

— Позвольте сесть?

Дина кивнула.

— Я вижу, Фил, вы уже и кофе сварили.

— Да. В самолете было отвратительное пойло. Ещё хуже, чем в этих ваших заведениях.

Дина осмотрела его с ног до головы.

На нем были белые брюки, зелёная рубашка, подчеркивающая цвет его глаз. Загорелое лицо с четко очерченными скулами чисто выбрито, и на нем не осталось и следа от сети морщин пожилого техасца.

— И, кстати, от вас неплохо пахнёт. Браво! Вы обманули меня! Этот ваш имидж ковбоя абсолютно сбил меня с толку.

Они рассмеялись.

— С таким прикидом вас тут никто не узнает.

— А кто-то может?

— К этому мы скоро вернёмся. А пока хочу сделать небольшую поправку. У нас Калгари хоть и признанный ковбойский город, но не до такой степени. Своим видом вы можете привлечь излишнее внимание. Я думаю, пару дней мы поездим по городу, чтобы вы имели представление о менталитете здешних людей. Ну и… — Дина задумчиво смотрела на мужчину несколько секунд. — У меня уже возникла идея. Да, точно! Вы будете работать на ранчо. Конюхом.

— Конюхом?

— А что, вы не умеете сидеть на лошади?

— Ха. Вообще-то, нет. Я не вырос в этих местах. В Москве мы пользуемся автомобилями.

— Хорошая идея. И ещё мы вам выберем какую-нибудь посудинку, подходящую для американского ковбоя.

— Вы прям пугаете меня, Дина. — Макс сделал глоток кофе. — А вы-то сама много знаете о лошадях?

— Конечно. — Она рассмеялась, пожала плечами. — Я выросла в Киргизии.

Дина вышла из-за стола, подошла к окну.

— Наверное, нам лучше перейти к делу.

Макс заметил, что женщина немного нервничает, хотя старалась не показывать это. — Как вы уже поняли, я вызвала вас сюда по делу, которое не терпит больше отлагательств.

— Продолжайте…

— Так вот, Фил, у моей клиентки, очень важной клиентки, сложилась непростая ситуация как в бизнесе, так и в личной жизни. Я наняла вас для того, чтобы вы работали с ней. Она не должна знать про вас ничего: кто вы и откуда, какое ваше настоящее имя. Мне надо, чтобы вы стали её тенью, так же как стала ею в своё время я.

— Похоже, вы что-то недоговариваете. Не могу понять, почему вам понадобился именно я. Здесь, в Канаде, много специалистов, и со многими я очень хорошо знаком. Мог бы вам, Дина, порекомендовать…

— Стоп. — Дина подняла руку. — Мне нужны только вы, и я думаю, вы поймёте почему… Скоро. А пока не задавайте лишних вопросов.

Дина подошла к столу. Открыла лэптоп.

— Моя клиентка — президент влиятельной корпорации и владелица контрольного пакета акций. К сожалению, все это может в один миг рухнуть. Кое-кто хочет её разорить, и у этого человека это вполне может получиться. Даже хуже, его ничто не остановит, и он просто уберёт её со своего пути. Система безопасности её компании ненадёжна как технически, так и по кадровому составу. Я бы не доверяла её безопасность этим людям. От вас, Фил, требуется собрать надежный компромат на менеджера по безопасности, такой, чтобы он больше никому не мог навредить.

— А не проще ли его уволить?

— Нет. У него пакет акций, и он в совете директоров.

— Значит, нам надо отправить его в тюрьму?

— К сожалению, Фил, канадские законы достаточно снисходительны, и пожизненного заключения ему не получить. Вы ведь занимались когда-то биатлоном и были наемным солдатом?

Макс нахмурился.

— Я не киллер. По этому профилю я не работаю.

— Ладно, проехали… — Дина закусила губу. — Это вовсе и не обязательно. Мне нужна вся информация по его деятельности против моей клиентки.

— Я все-таки не верю, что вы, Дина, не могли с этим справиться без меня. К тому же я мог прислать вам кого-нибудь из своих сотрудников. Почему я?

— А разве вы не лучший, Максим Березин?

— Вы мне льстите, и меня это ещё больше настораживает. Я достаточно давно отошёл от таких дел. Эти телохранители и все такое прочее уже не моя стезя, да и, в общем-то никогда ей и не была. Я программист, хакер иногда… Ну, конечно, я основатель своего агентства, и у меня достаточно подчиненных для самых разнообразных целей…

— Подождите… Э-э, Фил. — Молодая женщина выставила вперёд ладонь. — Совсем скоро, я обещаю, вы все узнаете, а пока у меня есть просьба, чтобы вы втайне следили за моей клиенткой, проверили все её офисные и не только помещения на наличие жучков, потихонечку переустановили все компьютерные программы так, чтобы мы могли получать информацию на свои сервера. Недавно моя клиентка начала встречаться с мужчиной, и по какой-то непонятной причине я никак не могу найти по нему ничего подозрительного. Мне это очень и очень не нравится.

Максим рассмеялся.

— Забавно! Почему этот мужчина вызывает подозрение? Вы что, феминистка?

Дина поморщилась.

— Я не феминистка, но у меня есть женская интуиция. Моя подопечная не так давно развелась. Её муж женился второй раз, и я боюсь, что кто-то может легко обвести Ли вокруг пальца.

— Ли? Какое интересное имя. — Макс слегка нахмурился. — Она китаянка или кореянка?

— Моя клиентка категорически против ещё одного телохранителя, но… Короче, сварите себе ещё кофе, располагайтесь за моим столом и чувствуйте себя как дома. Изучите досье на мою клиентку, а мне надо ненадолго отлучиться по делам.

С этими словами Дина поспешила выйти.

Макс закрыл жалюзи. Яркий солнечный свет мешал ему. Сел в кресло, нажал клавишу на лэптопе. Название корпорации было знакомым. Мужчина решил, что неплохо бы сварить ещё кофе до того, как он погрузится в изучение документов. Было приятно осознавать, что он один в просторной квартире. Мог расслабиться, собраться с мыслями. Пока варился кофе, Макс закурил сигарету. Теперь он вспомнил название этой компании. Её владельцем был Нолан Паркер, тот самый, с которым у Макса было недолгое знакомство, и на которого работала много лет назад его невеста. Господи, как же давно это было!

Макс ухмыльнулся.

Интересно, где теперь этот канадский бизнесмен. По-видимому, он давно отошёл от дел, если делами этой компании заправляет женщина. Максу тут же пришло на ум, что тогда службой безопасности заправлял племянник Паркера Аллан. Неужели это его имела в виду Дина? Надо же, значит, он такой же паскудой и остался. Макс с удовольствием бы с ним поквитался. Ведь именно из-за этого человека погибла его девушка. Максим слишком хорошо помнил Аллана Паркера. Да и как он мог не помнить его — ведь тот является биологическим отцом Ольги.

Максим затушил сигарету в предусмотрительно оставленной Диной пепельнице. Да, к Аллану Паркеру, а хорошо бы, чтобы это был он, у него были свои счета, особые счета. С этими мыслями Макс направился в офис.

«Ага, отдел безопасности…». — Пробормотал он себе под нос. — «Вот он, действительно он, скот… Спасибо, Диночка, я даже не мог и мечтать об этом… Ладно, с этим уродом потом разберемся, а пока взглянем на их главнокомандующего, вернее главнокомандующую».

Макс нажал кнопку, открывая следующий файл. Сделал глоток кофе.

— Черт! — Горячий напиток прыснул изо рта. Он поперхнулся, закашлялся. С экрана на него в упор смотрела его Любка. Ливан Паркер. По крайней мере, внизу под её фотографией стояла эта подпись. Его принцесса!

Макс встряхнул головой, протер глаза. Может, он действительно устал от трансатлантического перелёта. Возраст тоже сказывается… Он вскочил с кресла и, заложив руки за голову, как тигр пробежал по комнате.

Наверное, все-таки нельзя пить так много виски. А может, сочетание виски и кофе… Или ему опять что-то подмешали? Да нет. Мужчина отшвырнул чашку с недопитым кофе в угол, залив чёрной жидкостью белый ковролин. Опять сел в кресло, глянул на экран. Нет, это не плод его воображения. Это действительно была она. Смотрела на него своими такими же синими глазами. Конечно, уже не было той девичьей мягкости в лице, скорее жесткость бизнес-леди. Такого шока Макс, пожалуй, не испытывал с тех пор, как ему сообщили о её смерти. Он до сих пор помнил тот день, или, скорее, тот момент. Помнил самую страшную физическую боль, которую ему довелось испытать. Да и после эта боль никуда не делась, так и осталась с ним. Немного притупилась, но только потому, что он старался забыться. Погружался в дела, участвовал в различных боевых операциях, покупал проституток… Прошло столько лет. У него своя жизнь, а она, его принцесса, оказывается, тоже жива, все эти годы была жива и здорова на другой стороне земного шара. Забыла о нем, не думала о нем? Или… Что? Сколько вопросов. Бесконечная цепь.

Максим достал из кармана брюк мобильный телефон и набрал номер Дины.

— Дина. — Осипшим голосом произнёс он. Откашлялся. — Езжайте сюда, и чем быстрее, тем лучше.

Он не успел договорить.

— Еду. — Коротко ответила она и отключилась.

По-видимому, женщина была совсем недалеко, так как входная дверь открылась буквально через десять минут. Макс откинулся в кресле.

— Объяснитесь.

— Ну что, красавчик, теперь ты все знаешь.

— Знаю? — Макс как пружина вскочил с кресла. — Я как раз ничего не знаю и ничего не понимаю! Красавчик… М-да… Это она тебе сказала?

Дина хмыкнула.

— Конечно. Я знаю про неё все. Забыл? Я же её тень. Я помогаю ей. Если надо, защищаю. К сожалению, одной мне не справиться. Я хочу, чтобы ты стал её тенью тоже. Ты ведь, Макс, хорошо её знаешь.

Максим горько усмехнулся.

— Если бы я знал её, то был бы сейчас с ней. По-видимому, я ошибался. Она все это время жила здесь. Сколько лет? Почти двадцать… Нет, Дина, не думаю, что миссис Паркер нужна моя помощь. Посмотри на неё. — Он повернул экран к женщине. — Разве похоже, что она нуждается во мне? Она богатая, довольная своей жизнью.

Мужчина выхватил из пачки сигарету, но Дина остановила его. Взяла пачку из его рук.

— Так, что это мы курим? Сигареты из России? Минздрав предупреждает. От них придётся избавиться. — Она достала из сумочки бело-голубую пачку. — Вот, пожалуйста, «Плэйерс лайт». Начинай привыкать.

— Не думаю, что у нас получится работать вместе. Я считаю, мне стоит вернуться обратно. Я пришлю очень хорошего специалиста вместо себя.

Дина прошла на кухню и принесла оттуда два стакана и бутылку Бурбона.

— Макс, ты можешь сейчас говорить, что угодно, но, может, нам лучше просто сесть, выпить и поговорить? Расслабься, дружок…

Он выругался по-английски, скептически скривил губы.

Наверное, этот страшный сон имеет странное продолжение. Он здесь в Канаде, в компании восточной красавицы собирается распивать алкоголь и говорить о его бывшей невесте. Ну что ж. Он сел на белый кожаный диван. Послушаем уж…

— Объясни, Дина, почему Люба, или как там теперь, Ливан, вспомнила обо мне только сейчас?

— Ну, скажем так, она о тебе как бы и не забывала, но в то же время идея про тебя возникла у меня. Сразу оговорюсь. — Дина села в кресло напротив. — Она про тебя ничего не знает. Вообще ничего. Ты для неё умер более восемнадцати лет назад.

— Как так?

— Давай все по порядку.

Разговор затянулся далеко за полночь. Было много выпито виски, выкурено сигарет, пролито слез. Макс был просто ошарашен обрушенным на него потоком новостей. В то время, как он думал, что Люба умерла, и жить, в общем-то, больше незачем, она точно также думала про него. А ведь он искал смерти, нанимаясь солдатом по контракту в какую-нибудь горячую точку. Оказывается, она была жива, хоть и далеко от него, но жива. И у них был сын. У неё был его сын. Сколько потерянных лет!

Он с жадностью выспрашивал Дину о Николасе, рассказывал ей про Ольгу.

— Скажи, какая она сейчас? Она изменилась? — Вопрос был задан, скорее, себе.

— Ливан очень жесткая в бизнесе и зачастую приносит это в дом. Но на самом деле она все такая же, какой, я думаю, она была когда-то.

— Ты упомянула какого-то мужчину… У них близкие отношения? Ну… Ты понимаешь…

Дина пожала плечами.

— Достаточно близкие. Не забывай, Ливан Паркер не молоденькая девочка, а взрослая женщина.

Макс вздохнул. Покрутил сигарету в руке.

— Да, я понимаю. Я тоже не был пай мальчиком все эти годы. У меня было много женщин, но отношений ни с кем не было. Так… Покупал их за деньги. Все эти годы я только и ждал, когда Ольге исполнится восемнадцать, и я смогу развестись с Аллой.

— Послушай, Макс… У неё тоже не было никаких отношений все эти годы. Брак с Паркером был фиктивным. Не надо ревновать.

— Я же сказал, я все понимаю. Все нормально. — Макс встал с дивана. Сунув руки в карманы брюк, подошёл к окну. — Как бы я хотел, чтобы не было всех этих напрасно прожитых лет… С другой стороны, мы оба были большими глупцами. Знаешь, незадолго до случившегося мы ссорились постоянно. Я перестал ей доверять, она перестала доверять мне.

Макс с горечью усмехнулся.

— Такое впечатление, что нам надо было расстаться, чтобы понять что-то для себя.

— И что же ты понял для себя, Макс?

— Я никому её не отдам. Чего бы это мне ни стоило. Она всегда была моей, и она будет моей.

Дина тихо с облегчением вздохнула. «Он её любит. Все так же по-прежнему любит».

Она посмотрела на часы.

— Ух ты, уже три часа ночи. Ты, красавчик, как хочешь. Можешь отсыпаться, а мне завтра надо по делам.

— Когда я смогу её увидеть?

— Не торопись. Тебе надо отдохнуть. Нам надо проработать наш план. Макс встал, потянулся.

— Не нравятся мне эти ваши канадские сигареты. Уж лучше вообще бросить курить.

Молодая женщина одобрительно кивнула.

— Кстати. Ты сказала, что хочешь, чтобы я был конюхом? Я согласен. Только ты должна научить меня управлять лошадью.

— Управлять… Лошадью? — Дина расхохоталась. — Хорошо. На это уйдёт по крайней мере недели три.

Макс вздохнул и развёл руками.

Глава 18

Аллан Паркер подъехал на своем «Порше» к «Лурье Лаундж» и быстро прошёл в зал. Его уже ждали. Времени было мало. За столиком сидел Крис Ньюман. Мужчины быстро пожали друг другу руки.

— Кэннэдиан. — Заказал пиво подошедшей официантке. — Ну? Как у нас дела?

— Неплохо. Она готовится.

— Готовится к чему?

— Принять моё предложение.

Крис с ухмылкой отпил из бутылки пива.

— Надо действовать по-быстрому. Мне надоело ждать.

— Придётся, Ал. Она не такая, как все.

— Что значит, не такая, как все? Все бабы одним миром мазаны.

— Ливан очень умная и у неё очень хорошая интуиция. Не хочу испортить наши отношения.

— А, вот как ты заговорил?! А я думал, что ты просто хочешь её трахнуть.

Крис слегка поморщился.

— Ну ты же знаешь, если я даже очень захочу, то не смогу. После того, как копы применили ко мне свои дубинки и сломали мне спину…

— Ну ладно, ладно… Продолжай, но не заигрывайся. — Потом пошло усмехнулся. — Ну а как она тебе? В постели-то?

— Хорошо! Огонь — женщина. У меня даже один раз почти получилось. Буду её придерживать на голодном пайке. Легче сдастся.

Аллану принесли пиво. Мужчины ещё немного поговорили ни о чём и, заметив, что в баре стало собираться много народу, поспешили разойтись.

Люба проснулась по привычке рано. Было солнечное субботнее утро. Потянувшись, она вскочила с постели. Белый шелковый халат валялся на полу. Вчера был очень занятый день: она отвезла Николаса в аэропорт, потом заехала к Вилсонам. Ей всегда нравилось их общение — и деловое, и дружеское одновременно. Вечером она ужинала в «Руж» с Крисом. Это был первый их совместный ужин после поездки в Монреаль. Тот вечер в опере был прекрасен. Люба была в восторге. Помимо отличного представления, она находилась в компании одного из самых романтичных и привлекательных представителей мужского пола, и апартаменты в Le place D' Armes были шикарными. Около расположенного в углу камина лежал белый пушистый ковёр, стояло ведёрко с бутылкой шампанского в нём. Нервы Любы были напряжены. Она знала, что наконец-то здесь должно все у них произойти. Мужчина, на ходу сбрасывая с себя пиджак и рубашку, прошёл к камину.

— Я хочу поднять этот бокал шампанского за нас, Ливан. — Он взял в руки бутылку, ловко откупорил её. — Я еле смог дождаться этого момента, когда мы останемся наедине.

Он разлил вино по фужерам и подошел к ней. Люба дрожала от необычайного возбуждения. Взяв из его рук шампанское, она улыбнулась. Его губы приблизились к её.

— За нас. — Он отпил золотистую жидкость. — Пей.

Сердце вот-вот готово было выскочить из груди.

«Скорее же, скорей». — Рука невольно потянулась к его брюкам.

Его губы впились в её. Она почувствовала его ладонь у себя на груди, потом на спине, пальцы растягивали её платье.

— Боже, ты необыкновенно прекрасна. — Восторженно шептал он, вставая перед ней на колени. Её кружевные трусики оказались на полу. — И ты вся такая влажная и сладкая. И такая готовая для меня…

Любе не терпелось почувствовать его в себе, но Крис, казалось, не торопился.

— Возьми же меня, Крис! — Простонала женщина.

— Ш-ш, — тот приложил палец к губам. — Я порадую тебя этим.

Мужчина губами стал ласкать потаённое место между её ног. Люба ногтями отчаянно впилась в плечи Криса. Последняя разумная мысль была, что так хорошо ей не было уже давно. Люба проснулась в полной темноте. Открыла глаза, прислушиваясь. Рядом никого не было. Слезы заполнили её глаза. Впервые за все эти годы ей стало жалко себя. Она свернулась комочком и горько заплакала.

А сейчас все должно быть замечательно. Пока они ужинали с Крисом, Любе позвонила Мардж и ошарашила её прекрасными новостями: наконец-то нашёлся чудесный чистопородный жеребец, и в ближайшее время тот будет доставлен в конюшню миссис Паркер.

— К сожалению, дорогая подруга, служащие твоей конюшни не смогут с ним справиться. Он очень упрямый. Тебе придётся найти хорошего укротителя лошадей.

Люба подумала про Криса и с улыбкой вздохнула.

— По-моему, я уже нашла такого. Австралийского ковбоя.

— Ну и замечательно.

Люба вышла на балкон, вдохнула чистый лесной воздух. Немного поёжилась, потуже кутаясь в короткий шелковый халат. Жизнь в предгорьях отличалась постоянной прохладой. Она начинала понемногу скучать по тёплым вечерам острова Ванкувер. Мелькнула мысль о переезде туда, но тут же она подумала о Крисе Ньюмане. Подождать? А чего? Надо что-то решать с их отношениями.

Зазвонил телефон. Люба слегка нахмурилась. Слишком рано для звонков. Это была Дина.

— Надеюсь, я тебя не разбудила?

— Твоя удача. Я только что проснулась.

— У меня для тебя две новости: одна хорошая, другая не очень.

Люба закатила глаза.

— Всё, я вешаю трубку. Я не готова ни к каким новостям до того, как выпью чашку кофе.

— Извини, но может лучше запить новости кофе?

— Хорошо, давай, лей мне все это на голову с утра пораньше.

— Новость номер один — не очень хорошая. Человек, который должен был приехать, чтобы работать с тобой, не приедет.

Люба вздохнула.

— Я так понимаю, это хорошая новость. Какая же плохая?

— Не ёрничай. Хорошая — это то, что тебе надо ехать в Парксвиль.

— Знаешь, что, Дина. Ты перепутала. Это как раз не очень хорошая новость. У меня здесь развиваются серьёзные отношения.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

— Ах да, как же я могла забыть, с этим австралийцем! Как там у вас, кстати?

Люба мечтательно улыбнулась.

— С ним легко общаться. Крис такой романтичный, он всегда так внимательно слушает… И мы понимаем друг друга.

— Нет, я имею в виду, как он в постели?

Люба закусила губу.

— Ну, мне кажется, он неплох.

— Что значит, кажется? У вас это было или нет? Вы же, насколько я в курсе, провели ночь в Монреале, в отеле?

— Он снял себе отдельный номер… Ну чтобы я выспалась.

Дина громко захохотала на другом конце провода.

— Первый раз такое слышу. Он что, идиот?

— Дина, как ты так можешь? У нас, конечно, это было, но не до конца. Ему нравится доставлять удовольствие мне. Он не хочет спешить. А мне пока этого достаточно.

— Он что, импотент?

— Дина! — От возмущения Люба даже покраснела. — Вообще-то, мне кажется, он немного боится меня.

— Да ты вроде не страшная.

— Ну хорошо, несколько лет назад у него была травма позвоночника, он упал с лошади. Но я уверена, мы с ним вместе будем работать над его страхами.

— Какая же ты замечательная. — Саркастически заметила Дина.

Люба поспешила сменить тему.

— Вот зато у меня очень хорошая новость. — Затараторила она. — Ты даже не представляешь. Мардж нашла настоящего арабского скакуна. Самых чистых кровей. Я так довольна. А Крис как раз и поможет мне его объездить.

Дина на секунду помолчала.

— Ты же сказала мне, что твой Крис упал с лошади. Короче… Не дури. У меня есть на примете прекрасный укротитель лошадей. Он настоящий техасец, а там, знаешь ли, не шутят. Ну а ты можешь тем временем объезжать своего Криса. Распорядись, чтобы этого твоего коня доставили в Парксвиль, потому что ты там будешь через две недели

— Хорошо. — Люба улыбнулась своим мыслям. Ей на самом деле хотелось уехать на остров. Хотелось вечерами ходить по длинным песчаным пляжам. Смотреть на закаты, бродить по зарослям папоротника… С Крисом проблем не возникнет. От острова до Калгари чуть больше часа на самолете. Надо теперь сделать необходимые изменения в рабочий график. Но это тоже не проблема. С новыми компьютерными технологиями она могла находиться в любом месте земного шара.

Нажав отбой на телефоне, Дина повернулась к Максиму, стоящему позади с чашкой крепкого кофе в руке. «Действительно красавчик», — мелькнула у неё мысль. На нем был белый махровый халат, слегка распахнутый на груди. Тёмные с небольшой серебринкой на висках волосы, мокрые после душа, зачесаны назад.

— Короче, Фил. — Она удовлетворённо потирала руки. — Ливан очень рада этому своему новому коню.

Он скривил губы.

— Не бойся. Он очень смирный, проблем не возникнет. Но… Тебе надо тоже научиться сидеть в седле.

— О господи… — Мужчина закатил глаза.

— Не волнуйся, это не так страшно. Кроме того, тебе надо ещё научиться ухаживать за животными, мыть их, убирать стойло и забрасывать лассо.

— Ну с этим проблем, я думаю, у меня не возникнет. Когда мы едем?

— Мы едем незамедлительно, прямо сегодня. На остров Ванкувер. Билеты у меня уже есть до Виктории. А оттуда на машине чуть больше часа, и мы на вилле твоей принцессы. Ты никогда не был на этом острове?

— Только виртуально. До этого мне не доводилось бывать в Канаде. В основном в США и в Южной Америке. И как правило по работе.

— Я тоже тщательно изучала твою биографию. Там меня многое впечатлило.

Макс расхохотался.

— Ты неплохой шпион, Дина. Да, у меня обширный послужной список, но сейчас я потерял к таким делам интерес. Не знаю, что вдруг дернуло меня ответить на твоё предложение… Да и мои канадские коллеги меня уговорили. Кстати, они скоро приедут сюда.

Дина кивнула.

— Не волнуйся, их встретят. Они могут начать работать здесь.

Макс пил кофе.

— Ну а что с нашей бизнес-леди? — Он постарался сохранить равнодушный тон голоса, но Дина всё же уловила его волнение.

— Она пока в розовых мечтах о своём новом ухажере. Я её понимаю, она свободна, чуть влюблена. Такого с ней не происходило уже очень-очень давно. Кстати, ты ознакомился с его файлом?

— Да, конечно. Он игрок и дважды банкрот. Это пока все, что я нашел по нему. Но уверен, я смогу найти намного больше.

— Я так и думала. — Дина подошла к компьютеру. — Похоже, он хочет сделать Ливан предложение.

Макс молчал. Дина словно рассуждала вслух.

— А она, похоже, может и согласиться. Свободная, одинокая…

Мужчина пожал плечами.

— Вполне возможно, хотя… Она недавно развелась и вряд ли захочет связывать себя узами брака. Конечно, это было бы большой ошибкой, и поэтому мы не можем позволить ей этого. У этого Криса Ньюмана на уме совсем другие планы.

— Ну а если бы у него были искренние намерения? Неужели тебя это не волнует, Макс? Фил…

Максим задумался.

— Знаешь, я каждый день подолгу разглядываю её фотографии. Она уже другая. Посмотри…

Он подошел к лэптопу, открыл её файл. С экрана на него смотрела строгая блондинка с гладко причесанными волосами и холодными как голубой лёд глазами. Он вздохнул, подошел к окну, засунул руки в карманы халата.

— У неё своя жизнь. Она здесь, а я там. Думаю, стиль жизнь бизнес-леди и миллионерши сильно изменил её. Я не виню её за это. Мне же в России предлагают работать с государственными органами. Мы теперь совершенно разные люди, и наши дороги, однажды пересекшись, разошлись. Я не думаю, что мы смогли бы все повернуть вспять. Это просто смешно.

Дина слегка улыбнулась.

— И что, ты делаешь такие выводы, разглядывая каждый вечер её фотографии?

Макс закрыл компьютер.

— Не волнуйся. Я отработаю свои деньги. Тем более это просто важно лично для меня помочь ей в этой ситуации… С Алланом Паркером у меня давние счёты. А потом со спокойной душой я открою новую главу в книге.

В Парксвиль они приехали к вечеру. Им пришлось заехать купить транспортное средство для Максима. Это был оранжевый, немного покрытый ржавчиной старый грузовик. Дина сама решила сесть за руль. Они подъехали к воротам. Молодая женщина просканировала пропуск, и они открылись.

— Красивый домик. — Макс интересом оглядывался по сторонам.

— Да, здесь она провела большую часть своей жизни в Канаде. Она очень любит это место. Твоя задача просмотреть весь дом на наличие жучков и установить новые программы по охране, видеонаблюдению и так далее.

— Понятно.

— Я хотя и проверяю всё время от времени, но…

Они подъехали к небольшому зданию, стоящему чуть в стороне от основного.

— Здесь ты будешь жить. Это гостевой дом. Новый жеребец прибудет через пару дней. Я думаю, за это время мы закончим дела внутри дома, и ты, — Дина усмехнулась. — Сможешь со спокойной душой заняться работами на конюшне.

Макс слегка скривился.

Они припарковали грузовик около дома. Мужчина спрыгнул на землю. Вдохнул чуть солоноватый воздух. Дина посмотрела на часы.

— У нас мало времени. Я даю тебе два часа на отдых. Все служащие едят на кухне. — Она кивнула в сторону виллы. Если ты захочешь искупаться, то я рекомендую это делать только поздно вечером, когда все служащие уходят. Служащие не могут купаться в личном бассейне миссис Паркер, но ты исключение.

— Хоть на этом спасибо. Я могу пройтись к океану. Здесь вроде не далеко.

Дина оглядела его.

— Похоже, у тебя немного вещей.

— Скоро придёт мой дополнительный багаж.

Макс открыл дверь своего нового жилья.

— Увидимся через час.

Люба припарковала свой «Порше» за квартал от дома Криса. Решила немного пройтись по пустынному Калгари. К вечеру центр города как будто бы вымирал, и только на Стивен-авеню продолжалась жизнь. Стоял тёплый вечер, но Люба все равно взяла с собой жакет. Здесь так было принято: погода могла резко измениться буквально в течение пятнадцати минут. На ней были светлые льняные брюки и розовая блузка. Волосы она оставила распущенными. Настроение было замечательным. Женщина ждала от встречи с Крисом нечто особенного. Ей все больше и больше нравился этот романтичный красавец, и похоже было, что она начала в него серьезно влюбляться. Ей было почти сорок лет, но сейчас она ощущала себя девчонкой-подростком, у которой обмирает душа от первых мужских поцелуев и ласк. Неожиданно Люба поймала себя на мысли, что последнее время не вспоминала Макса.

Она набрала номер телефона Криса.

— Я сейчас выйду к тебе, дорогая.

Люба улыбнулась, счастливо вздыхая.

Мужчина ждала её в холле здания. Обнял её нежно, поцеловал в губы.

— Я ужасно соскучился по тебе. Словно мы не виделись целую вечность.

— Действительно. Я чувствую то же самое. А ведь расстались только вчера вечером.

Люба кокетливо наклонила голову.

— Я скучаю по тебе каждую минуту, моя прекрасная леди.

Лифт на скорости доставил их на самый верх здания, где мужчина жил в пентхаусе с великолепным круговым обзором.

Люба прошла внутрь, бросив жакет на спинку кресла. Тут же увидела огромный букет крупных темно-красных роз.

— Ох, какая прелесть! — Воскликнула она.

— У нас осталось два дня с тобой, дорогая. — Крис подошел к ней. — Я хочу, чтобы ты знала, что ты будешь в моих мыслях каждый божий день. Посмотри на меня…

Неожиданно Крис опустился перед ней на колени.

— Я хочу, чтобы ты стала моей женой. — В руках он держал бархатную коробочку.

Люба на миг смутилась. Она совершенно не ожидала ничего подобного.

— Но Крис… Это так неожиданно.

— Только прошу, не говори нет. Я хочу, чтобы ты позволила мне надеть кольцо на твой палец.

Люба потянула его за рукав.

— Встань, встань, пожалуйста. О господи. — Она закрыла лицо рукой. Отошла к окну. Мужчина растерянно смотрел на неё.

— Я понимаю, ты думаешь, что я неудачник.

— Подожди. Кто тебе такое сказал? — Люба подошла к нему. — Не говори ерунды. Я просто не готова к ещё одному браку.

Крис опустил голову.

— Ты называешь это ещё одним браком? Я влюбился в тебя, как только увидел, в тот самый вечер. Ты была такая прекрасная и далекая… Потом все наши вечера, наши ласки… Ливан. — Он обнял её. — Посмотри на меня. Я не могу жить без тебя.

Мужчина осыпал поцелуями её плечи и шею. Люба задрожала. Она так хотела его, хотела почувствовать крепкое мужское орудие внутри себя. Она была влюблена. Наверное, ещё не любовь, но ей так хотелось любить. Неужели настоящая любовь, которая у неё была давно с Максом, больше не повторится? Её вдруг взяло зло на себя, на красавчика, которого нет уже много-много лет, но который не желает отпускать её в чудесное новое приключение, называемое любовью.

Молодая женщина прислушалась к своим ощущениям. Может ЭТО придёт к ней чуть позже?

Она положила ладони ему на грудь.

— Да, Крис, — она улыбнулась. — Я согласна.

— Боже мой, дорогая. — Она увидела, как на его глазах выступили слезы. Он взял её за руку. — Спасибо тебе. Это кольцо… Оно принадлежало моей прабабушке. Теперь оно по праву принадлежит тебе, дорогая. — Он взял её за руку. — Спасибо тебе.

Он поднялся с колен, взял её ладони в свои. Люба закрыла глаза. Его губы медленно обволокли её. Соски вспухли, и пламя возбуждения накрыло женщину с головы до ног. Ладонь двинулась вниз, она расстегнула молнию его брюк.

— Я хочу тебя. Давай уже наконец… Я не могу больше ждать, Крис.

Рука Любы скользнула внутрь, но Крис неожиданно отшатнулся от нее.

— Ещё не время.

— Я тебя не возбуждаю. — Глаза её сузились. — Ты ведь даже совсем не хочешь меня!

Люба отвернулась от мужчины. Крис растерянно развёл руками.

— Это не то, что ты думаешь. Ливан, милая.

— А что я думаю? — С горечью воскликнула она. Посмотрела на обручальное кольцо. — Я ничего не понимаю. Мы столько уже вместе, а у нас… Между нами ничего не было. Крис, я взрослая женщина, я хочу секса, обыкновенного секса.

— Я просто так боялся, что ты откажешь мне. И потом, честно говоря, я хотел бы подождать до первой брачной ночи.

— Но я не девственница! И потом… Свадьба ведь ещё не скоро.

— Не скоро? — Крис поднял брови. — Что тебя держит, почему не скоро? Зачем нам чего-то ждать. Нам ведь не надо этих пышностей. Только ты и я. А потом мы поедем в путешествие.

Люба тряхнула головой.

— Стоп, стоп, стоп. — Она подошла к окну. — Я не тороплюсь, у меня сейчас очень много дел. И вообще, я еду к себе в Парксвиль. У меня совсем другие планы, Крис. Мне в ближайшее время будет не до приготовлений к свадьбе. И потом, я хочу, чтобы у меня была настоящая свадьба.

Люба видела, как раздулись его ноздри. «Первая ссора», — усмехнулась она про себя.

— Мы помолвлены, дорогой. Ты мой жених, я твоя невеста. А как долго мы ими будем, решать мне.

Люба почувствовала каким-то образом почти физически, волну гнева, исходящую от мужчины. Повернулась к нему, заглянула в лицо.

— Если ты меня действительно любишь, Крис, то ты поймёшь меня и примешь мои условия.

Молодая женщина протянула ему руку.

— Мир?

— Конечно, милая. — Он взял её руку в свою. Я готов ждать тебя хоть всю жизнь.

Люба слегка улыбнулась. Она ещё помнила, как словно холодной водой окатил её его гнев.

— Кстати, — он посмотрел на часы. — Нас ждёт столик в LaCaille on the Bow. Я бы хотел, чтобы мы там отметили нашу помолвку.

— Нет-нет, Фил. — Дина отбросила ручку и вышла из-за стола. — Так не пойдёт. Посмотри на себя. С этой бородой ты на ковбоя не похож. Скорее на охотника. Большие усы подковой тебе подойдут намного больше. И поторопись со своим имиджем. Она приезжает завтра утром.

На Максе были надеты потертые и немного грязные джинсы. Из расстёгнутой на груди клетчатой рубахи выглядывал большой католический крест. В руке он держал старую фетровую ковбойскую шляпу.

Дина сморщила носик.

— Я вижу ты неплохо справляешься с лошадьми.

— Мы, кстати, подружились, но я по большей части убираю за ними навоз. Слишком уж прожорливые твари.

Дина рассмеялась.

— Не советую их так называть. Здесь, в западной Канаде, люди очень чувствительны к лошадям. Я даже не могу обмолвиться, что обожаю конину. А вообще, ковбой, ты неплохо выглядишь.

Макс слегка усмехнулся.

— Кто ещё приезжает с ней?

— Её водитель и телохранитель. Днём должны подъехать ещё люди из её персонала.

— Думаю, уже скоро ей не понадобится ни водитель, ни телохранитель. Как только я закончу с камерами наблюдения, мы избавимся от лишних людей. Я могу сам позаботиться о ней.

— Это очень хорошая идея. Я бы не доверяла никому, кто был нанят Алланом Паркером

Дина протянула Максу документы.

— Вот тебе разрешение на ношение и использование оружия. Тебе не о чем волноваться. Мои люди в СИСА внесли тебя в свой реестр. В случае проблем связывайся со мной или с Марком Перресом.

Максим, просмотрев бумаги, удовлетворённо кивнул.

— Пожалуй проедусь-ка я по окрестностям. На своём грузовичке.

Дина виновато опустила глаза.

— Сам виноват. Если бы ты не был в этом своём ковбойском прикиде, тебе могло бы достаться что-нибудь получше. Вся надежда на то, что миссис Паркер когда-нибудь разрешит воспользоваться тебе одной из своих машин.

Максим проснулся ночью. Шторы были слишком прозрачными, и свет луны растекался по всей спальне. Он долго лежал без сна, ворочался, и чем больше проходило времени, тем больше разных мыслей заползали ему в голову.

Завтра наконец-то наступит день, когда он увидит свою потерянную любовь. За то время, что он находился здесь, в Канаде, Макс уже давно мог увидеть Любу, но он подсознательно избегал этого момента. И именно поэтому избегал слишком подробно расспрашивать о ней Дину. Он не знал, чего ожидать от этой встречи. Он словно пробовал на вкус свои ощущения. Это был какой-то сюрреализм, как будто Макс оказался в параллельном мире. Какая она сейчас? Насколько жизнь изменила её. Внешне, внутренне… И уже в который раз задавал себе один и тот же вопрос: любит ли он её все так же, по-прежнему, или это просто воспоминания о его любви к ней.

Макс понял, что в ближайшие пару часов он заснуть не сможет. Встал, прошёл на балкон, накинув на плечи халат. Нащупав в кармане пачку сигарет, достал одну. Потом подумав, сломал её и бросил на пол. Мерзкие канадские сигареты!

Воздух был тёплый и насыщенный влагой. Миллиарды цикад играли на своих волшебных скрипочках.

Особняк находился совсем близко от гостевого домика. Максим пытался разглядеть в темноте окна Любиной спальни, балкон. Он ясно представлял, как выглядит комната. Запомнил её до мелочей. К сожалению, мужчина не мог составить полное представление о хозяйке. В спальне царил белый цвет. Стерильная чистота. Не было ни цветов в вазе, ни женских безделушек. Интересно, бывает ли так, что и Любе не спится по ночам, и она выходит на балкон, или же женщина только и занимается тем, что корпит над официальными бумажками?

Макс знал Любу с самого детства, её привычки и слабости. Они делили с ней все поровну, знали самые сокровенные желания и мечты друг друга. Как же ему было страшно сейчас!

Глава 19

«Бентли Континенталь» кремового цвета плавно подкатил к подъезду особняка. Шофёр вышел, обошёл машину вокруг и, открыв заднюю дверцу, подал Любе руку. На ней был элегантный костюм, туфли на небольшом каблуке. Волосы аккуратно собраны в пучок. Женщина сняла солнечные очки, слегка прищуриваясь, осмотрелась.

— Как же давно я здесь не была. — Губы её растянулись в блаженную улыбку. Она кивнула экономке, стоящей возле дверей.

— Мэнди, я бы хотела принять ванну. И принеси, пожалуйста, кофе ко мне в комнату.

— Где вы хотите принять ванну, мэм?

— У себя. Я устала, и у меня болит голова. Кстати, Дина здесь?

— Да, мэм.

— Я хочу её видеть.

— Хорошо, мэм.

Люба прошла в прохладный холл дома, поднялась на второй этаж и скрылась в дверях спальни. Все это время Максим стоял на своём балконе. Он не знал, о чем говорила Люба, но будто слышал, чувствовал её голос. В то же время мужчина понял, что его принцесса теперь не та, она полностью изменилась. Строга, немного надменна, такая женщина создана для бизнеса и может вращаться только на орбите делового мира. Его вселенная слишком далека от её.

Люба вошла в комнату, бросила сумочку на кресло. Мэнди вошла следом, неся её дорожную сумку.

— А где Макс? — Расстёгивая пуговицы пиджака, спросила Люба.

— Он ест на кухне.

Молодая женщина нахмурилась.

— Я бы не давала ему есть после переезда. У него может случиться расстройство желудка.

Мэнди улыбнулась.

— Он так жалобно просил….

— Ну ладно. — Люба махнула рукой.

Экономка открыла кран. Она сыпанула в ванну порошок, и комната немедленно наполнилась ароматом лаванды и цитруса. Люба подошла к зеркалу и вытащила шпильки из пучка.

— Вам расчесать волосы, миссис Паркер?

— Нет, спасибо… Только кофе, Мэнди.

Экономка поспешила исполнить просьбу хозяйки.

Люба тряхнула головой, и шелковистые волосы рассыпались по плечам и груди. Она разделась и подошла к ванне. Глубоко вздохнула. Наконец-то она здесь…

Женщина ступила в тёплую воду. Так было приятно расслабиться, полежать, ни о чем не думая. В последние три недели у неё, кроме как быстро ополоснуться в душе, времени не было. Надо было срочно доделать все дела в Калгари, провести несколько совещаний, рабочих встреч, ужинов и обедов с клиентами. Она буквально разрывалась между работой и своим новоиспечённым женихом.

Мэнди вошла в комнату, неся на подносе чашку эспрессо и круассан. Следом за ней радостно вбежал чёрный кот и, запрыгнув на край ванны, уселся, глядя на хозяйку своими большими зелёными глазами.

— Мэнди, будь добра, позови мне Дину.

Экономка кивнула и скрылась за дверью.

Дина появилась минут через пятнадцать.

— Привет, Тень. — Люба улыбнулась. — Хочешь кофе?

— Нет, я ненадолго.

— А что такое? Куда торопишься

— Меня не будет до завтрашнего утра.

— Хорошо, давай тогда по существу. — Люба протянула руку к коту, погладила его, вызывая у того громкое мурлыканье.

— Аллан Паркер приезжает через неделю. Он собирается с тобой обсудить свою долю в бизнесе, и ещё, он хочет провести собрание акционеров… Без тебя.

Люба подняла брови.

— Как это? Наверное, спятил!

— Ну просто, я думаю, ему не понравилось, что он не может контролировать тебя, как он делал в Калгари.

— Пытался. — Поправила Люба.

— Ливан, когда человек владеет нужной информацией, это позволяет ему управлять ситуацией. Тебе ли этого не знать. Именно поэтому тебе надо было уехать подальше от него. А вовсе не потому, что тебе здесь так хорошо.

Люба устало вздохнула.

— Да, ты права. Я немного расслабилась…

Дина подняла указательный палец.

— Вот-вот. Скоро приедет парочка моих проверенных людей. Они уж точно наведут порядок

— А как Аллан?

— Не волнуйся. Он ни о чем не узнает.

Люба вздохнула.

— Я тебе доверяю, Дин. Ты уверена, что здесь безопаснее для меня и бизнеса?

— Да, абсолютно. Ну, а теперь твоя очередь рассказывать мне про свои приключения.

— Ой, боже, ну конечно же, самое главное — я теперь помолвлена.

Дина подняла брови.

— Да, несколько дней назад Крис предложил мне руку и сердце.

— Что-то глаза у тебя не сверкают.

— Ну, Дина, я уже побывала замужем…

— Зачем же тогда тебе это нужно? Разве не достаточно всего, что у тебя есть? Ты уверена, что любишь его?

— Любишь — не любишь… — Проворчала Люба. — Ну он мне нравится, даже очень нравится, и я так думаю, что я в него влюблена. Кроме всего прочего, он красивый и обаятельный. Мы с ним будем хорошо смотреться. Ой, подай-ка мне полотенце, пожалуйста.

Дина протянула Любе большое банное полотенце.

Женщина поднялась и вышла из ванны, вытерлась большим пушистым полотенцем и набросила на себя белый шелковый халат.

«Хороша», — подумала Дина, невольно разглядывая её.

— А много ли ты знаешь про своего жениха?

— Ну, по крайней мере, я знаю, что у него есть неплохой бизнес. Собственность в Австралии, здесь и в Англии. По идее, неплохо бы его проверить. Может, займёшься этим?

— Разумеется, дорогая…

Люба вышла на балкон. Вдохнула влажный океанический воздух полной грудью.

— Ах, какая здесь красота!

— Люб, а как у вас с Крисом в интимном плане? Какие-нибудь изменения?

Молодая женщина слегка нахмурилась. Стукнула кулаком по перилам.

— Нет, черт меня подери! И это меня больше всего бесит… Сказал, что хочет дождаться первой брачной ночи. Это сколько же мне ждать?!

Дина усмехнулась.

— Да уж…

Люба сосредоточенно расчесывала волосы.

— Ой, а это кто там?

— Где?

— Ну там, на балконе флигеля… Мужик какой-то.

Дина слегка улыбнулась. Это уже становится интересным. Она откровенно наслаждалась написанным ею же сценарием.

— Так это же, наверное, наш новый работник. Конюх, укротитель лошадей.

— Конюх? Зачем?

— Люб, разве ты забыла о своем новом скакуне?

— Ах, да… Ты говорила что-то про специалиста из Техаса. Ну что, он уже укротил моего жеребца?

— Этого я тебе не могу сказать, дорогая. В последние дни я была очень занята другими делами. Почему бы тебе самой не прогуляться к конюшне?

— И правда. — Люба рассмеялась. — Мне все равно надо наведаться к своему жеребчику.

Люба была одета в костюм для верховой езды. Этим утром она проснулась очень рано, с нетерпением думая, что наконец-то сможет проехаться по окрестностям на своём новом арабском скакуне. Дина её восторгов не разделяла. Она шла чуть позади. Люба обернулась к ней.

— Может, этот человек даст мне пару уроков езды. Я всё-таки ещё новичок в этом деле.

— Его зовут Фил. — Проговорила Дина.

Женщины свернули на дорогу, ведущую к конюшне.

— А без разницы. Главное, чтобы он хорошо ухаживал за Эдгаром.

— Я думаю, он неплохо справляется.

Люба потянула на себя ручку двери.

Увидев незнакомых людей, конь заржал и начал нетерпеливо перебирать ногами.

— Подожди меня здесь, Дина. Я пойду, познакомлюсь со своим малышом.

Она подошла к животному. Его коричневая шерсть блестела даже в темноте. Большие карие глаза влажно уставились на Любу.

Она погладила морду.

— Ах, какой же ты красивый, малыш. — С восторгом произнесла она. — Ты просто великолепен.

Жеребец тихо заржал от удовольствия.

Женщина открыла защелку стойла и зашла внутрь.

— Смотри, что у меня есть. — Она достала из кармана яблоко и поднесла к его мягким губам. Эдгар аккуратно взял фрукт из рук женщины.

— Пойдём, прогуляемся? — Предложила она. Люба взяла висевшую на крючке упряжь и накинула её на коня.

— Простите, но я бы не советовал его сегодня выводить.

Люба вздрогнула и резко повернулась на голос. В проеме дверей стоял мужчина.

Женщина прищурилась, стараясь разглядеть его.

— Кто вы такой?

— Меня зовут Фил. — Он протянул ей руку.

— Я Ливан Паркер. — Она ответила на рукопожатие. Тут же отдёрнула руку и отпрянула от него. Её ладонь словно пронзило электрическим током. Некоторое время женщина растеряно смотрела на него.

— Мы встречались раньше?

— Не думаю, мэм. Если только в одной из прошлых жизней.

— Хм. — Она протиснулась между ним и дверью загона.

— Ладно, я не буду его сегодня выводить, если вы так настаиваете. Простите… Здесь как-то душно. Мне надо идти…

Она почти бегом бросилась к выходу. Около двери обернулась.

— Кстати, приятно было познакомиться, Фил…

— Мне тоже, мэм… — С техасской растяжкой произнёс он.

Люба, увидев Дину, сидящую на скамейке, быстрым шагом направилась к ней.

— Пойдём.

— Куда?

Люба почти задыхалась. Дина послушно встала.

— Тебя что, твой жеребец укусил?

— Дина, где ты его нашла?

— Кого?

Люба остановилась, тряхнула головой.

— Этого укротителя животных.

— А-а, Фила? Он что, тебя обидел?

— Боже мой! — Люба закусила губу. — Нет. Он был очень вежлив со мной, но…

— Что-то не так? Эдгар плохо выглядит, или вы не смогли с ним подружиться?

— Нет, все в полном порядке. Просто… Я не могу это объяснить.

— Ну, Ливан, что с тобой? Может, мы выпьем по бокалу красного вина, и ты мне всё расскажешь?

— Да. — Люба задумчиво уставилась вдаль. — Да. Мне это просто необходимо. Встретимся у бассейна. Мне надо к тому же охладиться.

Люба почти бегом бросилась к дому. Дина, усмехнувшись, неторопливо пошла за ней.

На шезлонге около бассейна лежал скомканный халат. Дина кинула взгляд на круглый столик, стоящий в стороне. По-видимому, Мэнди уже успела принести и вино, и блюдо с фруктами. Женщина неспешно подошла к нему, взяла в руки бутылку.

— Шикарное вино, — сказала она, поворачиваясь к бассейну. Люба как раз только вынырнула из воды. Приподняла резиновую шапочку над ушами.

— Заказала из Испании. — Она подплыла ближе.

— Ну что, теперь прочистила сознание? — Дина насмешливо смотрела на неё.

— Как-то не помогло. — Люба поморщилась, выходя из бассейна. — Одна надежда на вино.

— Что, совсем так плохо?

— Я сама не могу понять, что я чувствую. Как будто де-жавю. Но я же нормальный человек — вся эта чушь не для меня.

Дина разлила вино по бокалам.

— Я бы и рада тебе помочь советом, но я не могу. Для начала я должна узнать, что с тобой произошло. С тех пор как ты пулей выскочила из конюшни, ты говоришь одними загадками.

— В нём… В этом конюхе что-то не так… Дин, прости, я знаю, перед тем, как ты его наняла, ты про него всё узнала… — Люба помолчала. — Теперь я хочу про него всё узнать у тебя: кто он, откуда, его интересы… Короче все-все…

Брови Дины удивлённо взметнулись.

— Но почему? Я… Я не понимаю…

— Понимаешь, когда я прикоснулась к нему, меня словно обожгло. Как будто между нами пустили разряд электрического тока.

— О-о. — Дина многозначительно поджала губы. — Интересно!

— Интересно? Я просто так испугалась, ты даже не можешь представить. У меня душа в пятки ушла. — Люба залпом выпила вино, закашлялась.

— Ты думаешь, он инопланетянин? — Дина старалась, как могла, сохранить серьезное выражение лица.

— Не смешно. Ты просто не можешь меня понять.

— Ливан. Сойди с небес на землю. То, что ты говоришь действительно очень сложно понять. Попробуй ещё раз объяснить все с самого начала.

Дина наполнила вином протянутый Любой бокал.

— Понимаешь, он представился, и, когда мы пожали друг другу руки, меня словно ударило разрядом тока.

— Интересно, откуда ты знаешь, как бьет током?

Люба вздохнула.

— У меня все тело задрожало. И ты знаешь, такое я испытывала только с одним человеком… С Максом.

— Боже мой. — Дина всплеснула руками. — Никак ты нашла свою вторую половинку.

— Скажи мне, Дина, какой он, этот Фил? Как он выглядит? Я ведь даже не рассмотрела его в полумраке.

Дина пожала плечами.

— Ну, он самый настоящий техасский ковбой. У него ранчо в Техасе. Хотя родом он из восточной Европы. Такой обветренный степными ветрами, рэд нэк, короче.

— Он женат? У него есть семья?

— Ого, дорогая! Что у тебя на уме?

Люба закусила губу.

— Да ничего… Я не знаю… Я боюсь… Себя боюсь… Наверное, я схожу с ума.

Она закрыла лицо руками.

Макс с удвоенной силой забрасывал вилами сено. Он вспотел и устал, но не хотел останавливаться. Не хотел выходить из конюшни. Боялся увидеть её…

Совсем не так мужчина представлял их встречу. Все это время он был ложно уверен в том, что время давно излечило его растерзанную душу, а суровая жизнь контрактника нанесла на неё толстую, непроницаемую коросту. То, что произошло сегодня, полностью разрушило все его защитные бастионы. Он как будто вновь ощутил себя семнадцатилетним неопытным юнцом.

Её голос… Даже сейчас он стоял у него в ушах. И тот момент, когда её рука прикоснулась к его. Словно кто-то ударил его в солнечное сплетение, и всё вдруг завертелось, закрутилось. На мгновение Макс потерял способность дышать.

Значит, он по-прежнему её любил. Любил так же дико и страстно, словно не было этих пропущенных и бесполезных лет. Плевать ему было, изменилась его принцесса внешне, внутренне. Она принадлежит ему, какая есть. Макс не позволит её обидеть никому и никому не отдаст эту свою единственную, нужную ему женщину.

Все эти годы Максим просто спал и теперь проснулся, и сон ушёл обратно в непроглядную как дымка ночь.

Мужчина отбросил вилы в угол. Утёр пот с лица. Тяжелой походкой подошёл к двери и отворил её. В грудь ворвался веселый ветер свободы, насыщенный ароматом свежескошенной травы.

Задрал голову вверх. Синее чистое небо. Хотелось радостно и глупо улыбаться. И петь, и смеяться, и бежать с восторгом, дыша полной грудью.

Он присел на порог.

А что если у Любки нет подобных чувств к нему. Ведь он не спрашивал тогда Дину, что её подопечная пережила. Подсознательно боялся знать. Может, им и не придётся быть вместе уже никогда. Его принцесса теперь может по праву зваться этим титулом. У неё миллионы и целая империя Паркеров. А у Макса бизнес и обязательства в России. И дочь. И жена…

Он поморщился словно от зубной боли. В любом случае Макс выполнит свои обязательства и защитит её от невзгод.

Мужчина сидел на балконе. Было раннее утро, но уже было жарко. На столике перед ним дымилась чашка с чёрным кофе. Зазвонил телефон. Макс нажал кнопку.

— Фил? — Это был Ронни.

— Привет, дружище. Какие новости?

— Начальник охраны только что вылетел в Викторию. Я думаю, будет у вас часа через три.

— А, отлично. Будем с нетерпением ждать. А что там в офисе? Накопал что-нибудь интересное?

— Кое-что есть интересное. Этот Аллан Паркер готовится прикарманить всю корпорацию себе. Похоже, его мало что остановит. Или он будет осуществлять это путём финансовых операций, или же с помощью физического устранения главы корпорации. У него явно есть зуб на эту миссис Паркер.

— Н-да… — Максим отхлебнул кофе. — Это уж точно.

— Кстати, как она тебе? Ты уже прокатил её на своём коне?

— О чем это ты? Я с ней виделся только раз, и то в сумерках. Даже разглядеть толком не смог. А что она из себя представляет?

— Очень даже интересная женщина. Богатая, но без выкрутасов. Долгое время была замужем за предыдущим владельцем компании Ноланом Паркером.

— Ну это известно всем. Об этом можно в Интернете почитать. А мне надо знать о ней что-то, что не знает никто.

— Фил, у тебя к ней определенный интерес?

Максим промолчал.

— Хорошо, я поработаю над этим. — Приятель помолчал. — Но вот кое-что я все-таки знаю. Ливан Паркер на днях обручилась с австралийским бизнесменом, который на самом деле таковым не является.

— Да, я и об этом знаю. Он мошенник, игрок и в прошлом банкрот. Но это, пожалуй, интересная новость. Обручена, эй? — Он усмехнулся.

— Источником его доходов, — продолжал Ронни, — является не кто иной, как Аллан Паркер. Он снимает ему дома и апартаменты в разных городах, покупает ему машины…

— Замечательно. — Максим встал с кресла и оперся на перила балкона, глядя вниз. — Их план глуп и шит белыми нитками. Любка, Ливан, должно быть, действительно влюблена в этого австралийца, если не заметила этой игры. Она ведь далеко не глупа.

— Так ты её знаешь, Фил?

— Знал. Давно знал.

— И? — Ронни явно был заинтригован.

— Копай, копай, детектив. Вот тебе ребус, Ронни. До встречи.

Макс нажал кнопку отбоя.

После разговора со своим приятелем и партнером настроение у Максима заметно улучшилось. Он допил кофе и, насвистывая, пошёл переодеваться в свою, ставшую уже привычной, ковбойскую одежду. Выйдя на улицу, он вздохнул полной грудью и неожиданно для себя обнаружил, что ему впервые за эти годы хочется жить.

На скамье возле раскидистой ивы сидел большой чёрный кот. Макс подошел к нему, протянул руку.

— Иди сюда, киска.

— Вы любите кошек? — Он вздрогнул от раздавшегося голоса за своей спиной.

— Вы меня испугали леди.

— Не думала, что вас так можно легко испугать. — Она пронзительно глядела Максиму в лицо, будто стараясь увидеть в нём что-то, понятное только ей. Губы Макса растянулись в усмешке.

— На самом деле вы не такая страшная, чтобы меня испугать. Просто не ожидал вас встретить здесь рано утром.

— Разве это рано? Восемь часов.

— Это ваша кошка, мэм?

— Кот. Его зовут Макс.

Мужчина от неожиданности чуть не закашлялся.

— Красивый, правда?

— Лысый.

— Люди тоже бывают лысыми. — Ливан улыбнулась. — Однако мы не считаем это уродством. Фил, вы идёте в конюшню?

— Да.

— Я, пожалуй, пройдусь с вами. Хочу проехаться на Эдгаре. — Молодая женщина наклонила голову вбок, улыбаясь. — Поедете со мной? Можете взять Кэролайн.

Макс чертыхнулся про себя. Ему ещё не хватало на лошадях ездить. После того как он провёл в седле пару часов на прошлой неделе, он не мог сидеть на стуле в течение нескольких дней.

— Ну да, как вам угодно, миссис Паркер.

— Называйте меня Ливан.

Они направились в сторону конюшен.

— Я не такой уж хороший ездок на лошадях, Фил. Вроде как новичок в этом, особенно по сравнению с настоящим ковбоем из Техаса. Надеюсь, вы мне поможете освоить конный спорт, Фил.

Макс пожал плечами.

— Не проблема, мэм.

«В нем что-то есть, — думала Люба, идя рядом и исподволь поглядывая на него, — интересно, сколько ему лет?»

Несмотря на его обветренное и покрытое сетью морщин лицо, глаза этого пожилого мужчины светились молодым блеском, и это привлекало к нему. Глядя на его руки, можно было сразу увидеть, что этот человек знал, что такое физический труд.

Эдгар обрадовался, увидев людей. Макс подошёл к нему, погладил по морде, о чем-то поговорил с ним. Люба стояла поодаль. Её не покидало странное ощущение, как будто этот человек был ей знаком, притом достаточно хорошо.

Максим вывел жеребца из загона. Привязал седло.

— Вам помочь?

— Хм, ну я уж не настолько плохая наездница.

Люба легко вскочила в седло, и конь тут же заплясал под ней. Тем временем Макс взобрался на пегую кобылку Кэролайн.

— Расскажите мне о себе, Фил.

Они ехали через заросли хвойного леса.

— Ну тут особо нечего рассказывать. Я долгое время жил в Хьюстоне…

— И вы всю жизнь прожили в Техасе?

— В молодости я воевал во Вьетнаме.

— О, значит, вы один из ветеранов. У вас есть награды?

— Нет, я был солдатом удачи. Но мне бы не хотелось об этом вспоминать.

Некоторое время они ехали молча.

— А семья? Семья у вас есть?

— Дочь.

Люба не решалась спросить его о жене: есть ли она у него, или была. И вообще, ей самой было непонятно, почему она испытывает такой интерес к этому немолодому ковбою.

— Фил, давайте проедем к тому ручью. — Она указала рукой на север и пришпорила коня. Эдгар взвился на дыбы и резко бросился вперёд. От неожиданности Макс тоже пришпорил свою кобылу, и она скакнула следом за Эдгаром. Шляпа Макса слетела с головы и зацепилась за сук дерева. Он только успел вытащить ноги из стремян и тут же приземлился на землю. Удар был такой, что у него посыпались из глаз искры. Люба обернулась, и сначала её разобрал смех. Увидев, что мужчина лежит неподвижно, она спешилась.

— Фил?

Он простонал.

Женщина села перед ним на колени.

— С вами все в порядке?

Он открыл глаза. Прямо над ним было её лицо, её губы, такие нежные и сладостные. Ему неодолимо захотелось приникнуть к ним.

— Вы можете пошевелить ногами, руками?

— Проклятая шляпа. — Он приподнялся на локте.

— Осторожнее. Ой, у вас кровь… — Люба побледнела. Её начало слегка трясти. Женщина обеими руками провела по его груди, бокам, пытаясь определить, не сломаны ли его рёбра. Макс простонал. Не от боли, а от её прикосновения к его телу. Почувствовал, что брюки сильно натянулись в промежности. Между тем Люба стала расстегивать рубаху на его груди.

— Надо осмотреть, возможно, вы ранены. — Пробормотала она. Голос её дрожал. Грудь пожилого техасца обнажилась. Люба вдруг поняла, что все это время не дышала. Она провела ладонью сверху от ключиц, потом вниз по животу, почти умирая от волнения. Выдохнула наконец-то.

— Да вы сама сейчас упадёте в обморок. — Макс отвёл её руки и резко поднялся. Помог ей встать.

— Боже, я так испугалась. — Люба закрыла лицо руками. Слезы катились по её пальцам. Макс обнял женщину за плечи, прижал к себе.

— Ну-ну. Не надо, милая. Все ок, — он нежно провёл рукой по её волосам. Как же хотелось сейчас быть самим собой. — Не плачь, принцесса…

Она вздрогнула и отпрянула от него. Отошла к дереву, отвернулась.

— Простите, Фил. Я ужасно испугалась. Наверное, нам надо вернуться. Вы как, сможете?

— Конечно, миссис Паркер. Не надо беспокоиться.

— Ливан. Зовите меня просто Ливан. — Она похлопала Эдгара по холке. — Вообще-то, у меня сегодня много дел.

Макс молча кивнул. Он так и стоял в расстёгнутой рубахе, держа шляпу в руке.

С минуту она расширенными глазами смотрела на него. Потом вскочила на Эдгара, слегка прищурилась и будто выплюнула.

— Ковбой. Вы такой же ковбой, как я балерина.

— А, по-моему, из вас вышла бы неплохая балерина… — Пробормотал Макс.

Женщина пришпорила коня и скрылась в зарослях.

Максим достал сигареты и закурил.

Когда Люба вошла в кабинет Дины, та сосредоточенно что-то печатала на лэптопе. Она подняла голову, наморщила лоб.

— Что-то случилось, дорогая?

Молодая женщина быстро прошла к окну.

— Он не ковбой.

— Это ты про кого? Про своего жениха?

— Ладно, Дина, ты знаешь, о ком я говорю. Этот твой Фил свалился с лошади, не проехав и пятидесяти метров.

Дина не смогла удержаться от смеха.

— Что ещё я не знаю? Кто он такой? Вообще, зачем надо было меня обманывать? Я похожа на идиотку?

Дина подняла руки.

— Ну хорошо, хорошо.

— Я вся внимание. — Люба села в кресло, сложив на груди руки.

— Окей. — Дина развернулась к Любе. — Помнишь, я тебе говорила, что пригласила человека, который должен заботиться о тебе?

— Конечно, помню, даже помню, ты сказала, что он не приедет, чему я несказанно обрадовалась.

Дина потупила взгляд.

— Я обманула тебя.

— Зачем? Он мне совершенно не нужен. У меня всегда были эти никчемные телохранители.

— Вот именно — никчёмные. — Дина подняла указательный палец.

— Никчёмные — это потому, что они мне не нужны. Я живу в Канаде, а это достаточно благополучная страна.

— Обстоятельства изменились. Кое-кто хочет избавиться от тебя. Этот человек за две недели очистил весь твой дом от прослушки, и по его указанию мы уволили нескольких людей из обслуги.

Люба в удивлении подняла брови.

— Да, моя дорогая. Именно поэтому он пока будет оставаться рабочим на конюшне. Хочешь ты этого или не хочешь. Можешь даже дать ему пару уроков верховой езды.

— Ну…

— Я категорически против, чтобы он менял свою внешность. Никто не должен ни о чем догадаться.

— Ты хочешь сказать, что в реальной жизни он выглядит по-другому?

— В реальной жизни он не ковбой, скажем так.

Люба вздохнула.

— И, Ливан, я надеюсь, что вы с ним поладите. Я бы очень хотела, чтобы он находился около тебя как можно чаще.

Люба закусила губу.

— Дина, расскажи мне про него. Я прошу тебя.

— Зачем тебе это? Это ведь ничего не изменит. — Молодая женщина подошла к Любе и обняла ту за плечи. — На самом деле я немного о нем знаю. Знаю, что он участвовал в нескольких боевых операциях. У него много связей и здесь, и в Европе.

— Женат?

— Ах, вот что тебя интересует! — Дина пожала плечами. — Не имею понятия.

Люба кивнула.

На душе было неспокойно.

После того как Дина напомнила про грозящую ей опасность, Люба почувствовала себя виноватой. Ведь этот человек выполняет свою работу, а она тут со своими женскими капризами. Надо сказать ему, что она знает, кто он такой. Любе неудержимо захотелось пойти на конюшню, увидеть этого Фила и извиниться перед ним.

Люба взялась за дверную ручку.

— Не забудь, что Аллан Паркер будет здесь максимум через час. — Напоследок напомнила ей Дина.

Глава 20

Женщина быстрым шагом шла по дорожке. Песок хрустел под каблуками сапог. Дверь в конюшню была чуть приоткрыта. Люба протиснулась в неё, на секунду зажмурила глаза, привыкая к полумраку. Она сразу увидела Фила. Хотела было окликнуть его, но остановилась как вкопанная. Он стоял к ней спиной и перекидывал вилами сено. На нем были только защитного цвета брюки. Рубашка висела на гвозде. Солнечный луч, прокравшийся в узкое окно, освещал мускулистый торс мужчины. Люба нервно сглотнула возникший в горле ком. Сделала несколько шагов вперёд. Что это с ней?

По-видимому, Фил не заметил её прихода. Теперь Люба стояла прямо за его спиной. Взгляд женщины наткнулся на глубокий шрам на его левом плече. Не удержалась — пальцы сами потянулись к нему. От внезапного прикосновения мужчина вздрогнул и замер.

— Откуда это у вас, Фил?

— Уходите отсюда, леди. — Тихо произнёс он, не поворачиваясь.

Люба глубоко вздохнула. Почему этот пожилой рэд нэк оказывает на неё такое воздействие?

— Я пришла попросить у вас прощения, Фил…

— Хорошо, я на вас не в обиде. — Он так и стоял, не оборачиваясь.

— Вы так и не сказали мне, откуда у вас этот шрам.

— У меня их много — и внешних, и внутренних. Я был солдатом.

Люба провела ладонью по его спине и ощутила, как напряглись его мышцы. Внезапно она почувствовала, что вот-вот упадёт от возникшего головокружения.

— Идите же. — Сказал Фил, резко оборачиваясь. Он сжал её руки в своих. В глазах Любы сверкало синее пламя, готовое выплеснуться наружу. Женщина испытующе глядела в лицо Фила. Немой вопрос словно готов был сорваться с её губ. Сейчас Макс думал только о них. Как же безумно хотелось впиться в них жадным поцелуем. Так близко он ещё не стоял к своей мечте. Сердце громким набатом стучало в его груди.

— Вы мешаете мне работать. — Сухо сказал он, отпуская её ладони. Он подошёл к гвоздю с висящей на нем рубахой и накинул её себе на плечи. Ноги словно одеревенели. Люба поднесла ладони к губам.

— Ой, простите, Фил… — Она, спотыкаясь, быстро поспешила к выходу.

Макс наконец-то выдохнул. Сел на пол, сжав обеими руками голову. Какая же это пытка быть рядом с ней, смотреть на это дорогое лицо, держать её ладони в своих и не сметь признаться во всем.

Дина стояла у окна, мечтательно улыбаясь. Ей так и хотелось потирать руки от предвкушения интереснейшего спектакля. Дина прекрасно видела, в каком нервном напряжении находится её подопечная. Лицо бледное, волосы небрежно заброшены на одно плечо, глаза лихорадочно блестят. Словно кошка, чувствующая особый запах своего партера, но не в состоянии понять, где он. Что-то, видать, между этими двумя произошло. Теперь надо было аккуратно разыграть следующую часть сценария.

От телефонного звонка Дина вздрогнула. Это был Макс. Женщина мечтательно закатила глаза.

— Дина, мне надо съездить в город.

— В город? Ваш грузовичок в ремонте. — Потом подумала пару секунд. — Хорошо. Возьмите «Порше» миссис Паркер. А вы надолго?

— Честно говоря, я бы хотел провести там ночь.

Дина усмехнулась про себя. Видать Ливан довела своего конюха до белого каления.

— Я встречу вас у гаража.

Она повесила трубку и набрала номер Любы.

— Дина? Что, Аллан уже приехал?

— Да нет ещё, но скоро должен подъехать. На самом деле я тебе звоню по другому вопросу… Я просто хотела сказать, что разрешила твоему конюху взять одну из твоих машин.

— Я надеюсь, что машиной он управляет лучше, чем ездит на лошадях. — Люба хмыкнула. — И куда же он поехал?

— В город. Сказал, что вернётся завтра.

— Интересно, зачем?

— Я не думаю, что за продуктами, дорогая. Ты ещё что-то хотела спросить?

— Да… — Люба на миг замешкалась. — Как часто он ездит в город?

— Вообще-то, не имею понятия. А что?

— Ну я думала, что коли он мой новый телохранитель, то должен быть рядом со мной. Разве не это его предназначение? — Люба поймала себя на мысли, что известие об отъезде Фила вызвало у неё странное раздражение.

— Ох, прости дорогая, это моя вина. Я решила ему дать выходной, но с завтрашнего дня я все исправлю. Ему действительно надо быть поближе к тебе.

Люба коротко попрощалась и нажала на кнопку отбоя.

Макс сидел в баре мотеля. На нем были джинсы и простая футболка. Свой ковбойский наряд он оставил в машине. Все, что ему хотелось сейчас — это напиться и забыться в объятиях какой-нибудь красотки. А может, даже и не красотки. Просто какой-нибудь портовой шлюшки.

После инцидента с Любой Макс понял, что следующего раза не выдержит. На самом деле сейчас ему хотелось выть от беспомощности.

Молодой бармен налил ему ещё виски. На высокий стул около него приземлилась пухленькая девица с кучерявыми волосами.

— Виски, красотка?

— А почему бы и нет?

Она улыбнулась своими ярко-накрашенными губами.

— Как твоё имя?

— Конни.

Макс залпом выпил содержимое своего стакана.

— Хэй, приятель, бутылку Гибсона наверх к Конни и что-нибудь закусить.

— Уже пора? — Девица выгнула бровь.

— Ну а чего засиживаться…

Макс поднялся и потянул девицу за собой.

Аллан сидел, развалившись в кресле. В одной руке у него был наполовину наполненный стакан с виски, в другой — сигара. Люба стояла около окна и, сложив руки на груди, внимательно слушала его.

— Да. — Мужчина огляделся по сторонам. — В этом доме я часто проводил семейные праздники.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Люба молчала.

— Вообще-то, по праву этот дом мой и должен принадлежать мне.

Молодая женщина пожала плечами.

— Тебе вечно чего-то не хватает. Вроде куда уж больше, а ты продолжаешь грести и грести все под себя. Это называется жадность.

— Просто мне непонятно, почему у тебя, обыкновенной русской голодранки, должно быть все богатство моего родного дядюшки, вся его компания…

— Ты, Аллан, ещё и жутко завистливый.

Мужчина расхохотался.

— Это, милая моя, заложено вот здесь, — он похлопал себя по груди. — В человеческой сущности. А ещё сладострастие и похоть.

Люба скривила губы.

Он встал и подошёл к ней.

— Вот, например, ты… У тебя за все эти годы даже не было нормального мужика. Дядя мой не в счёт — он ни рыба ни мясо.

— Приличные замужние женщины не изменяют мужьям.

— Но теперь ты свободна. — Аллан взял её обеими руками за плечи. — Чем я тебе не мужик? Ты же знаешь, что я давно хочу тебя. С тех пор как тебя увидел еще тогда, в Москве. Ни одна женщина не может пожаловаться на меня.

Люба вывернулась из его рук, брезгливо отряхнула рукав.

— У меня был настоящий мужик, но из-за тебя он мертв.

— Все знают, что это ты стреляла в него. Причины? Тут их может быть много. Даже богатство моего дядюшки. Недаром ты так быстро выскочила за него замуж. А теперь я хочу задать последний вопрос: ты согласна поделиться своими акциями подобру-поздорову или же…

— Или же что?

— Да так, ничего… Просто я работаю на тебя все эти годы и не ощущаю никакой благодарности. Я ведь всегда был правой рукой дяди, а теперь я даже не знаю, что и думать.

— Аллан, ты подал мне неплохую идею. — Люба усмехнулась. — Я подумаю над этим.

— Как только я приеду обратно, я проведу совет директоров. У нас много тем по разным контрактам…

— Прекрасно. Я с удовольствием присоединюсь к вам в видеоконференции.

— Не стоит, Ливан. Я прекрасно справлюсь и без тебя. У нас уже прошло несколько собраний.

Люба нахмурилась.

— Ты не имеешь право обсуждать контракты без моего согласия.

Аллан расхохотался. Выглянул в окно.

— Какой прекрасный вид из окна. Свежий воздух идёт тебе на пользу.

— Да, здесь неплохо, Аллан.

— Что-то я не вижу здесь твоих секьюрити. И где Дина?

— Да, Аллан. Некоторых людей я уволила. Ничего такого особенного, просто посчитала, что мне не надо столько охраны. Тут так спокойно. Мне вполне достаточно Дины и пары моих ребят на воротах. А себя я могу защитить и сама. Ты же знаешь, что я неплохо стреляю.

Аллан Паркер пожал плечами.

— Дело твоё, Ливан, но я был бы осторожнее. У тебя много конкурентов. И ещё… На твоём месте я подумал бы о продаже акций. Это в твоих же интересах, коли ты так любишь спокойную и размеренную жизнь.

— Спасибо за заботу обо мне, но я думаю, что справлюсь сама. Вполне возможно, мне придётся сократить должность директора по безопасности в скором времени. Канада все-таки очень спокойная страна. Кстати, мой шофёр уже ждёт тебя.

— Ты что, хочешь, чтобы я уехал сегодня?

Люба грустно покачала головой.

— Завтра утром я собираю совет директоров, и мне надо, чтобы ты там присутствовал лично. Слишком много вопросов накопилось, которые требуют твоего присутствия.

Аллан с минуту глядел в свой опустевший стакан, вертя его в руке. Потом, хмыкнув, встал.

— Да уж… — Он тяжёлой походкой пошёл к выходу. У дверей остановился, повернулся к миссис Паркер.

— Боюсь, ты потом пожалеешь, что не послушала меня.

Люба холодно улыбнулась ему вослед.

Макс лежал на смятых простынях, уставившись в пожелтевший потолок. В комнате было душно и пахло плесенью. Девицы нигде не было видно. Наверное, спустилась вниз. Может, завтракала. Он бы тоже не отказался сейчас от стакана апельсинового сока и бэйгла. Мужчина вальяжно потянулся. И вообще, пора бы уже начать работать над своей физической формой. И курить бросить не помешало бы.

В это время зазвонил телефон.

— Да, я слушаю. — Максим достал его из кармана джинсов.

— Ох, папка. — Послышался голос дочери. — Я сто лет не слышала тебя!

Губы Макса медленно растянулись в улыбке.

— А что же раньше-то не звонила? Слишком занята для меня?

— Ну ты же сам просил не звонить тебе три недели. А я всегда держу свои обещания.

— Молодчина! Я действительно был очень занят. Как там у вас погода?

— Ой, пап, погода супер! Целыми днями купаемся в море, загораем, ездили в горы…

— Погоди. Ты там с матерью, что ли?

Оля на миг замолчала.

— Нет, конечно, нет. Я с парнем.

Макс рассмеялся

— С каким ещё парнем? У тебя, что, парень появился?

Он будто увидел, как дочь надула губы.

— Я что, уродина, что ли, или, может, ты думаешь, я не той ориентации?

— Конечно, я так не думаю. Я, наоборот, думаю, что для такой красавицы давно уже должен найтись подходящий парень.

– Наконец-то твоя мечта сбылась.

Максим обожал разговаривать со своей дочерью и никогда не уставал от их разговоров. — Я надеюсь, он подходящего возраста?

— Конечно. Он мой ровесник. И, папка… Он такой красавец, прям как ты.

— Ну знаешь, дорогая, таких, как я, больше не бывает.

На другом конце провода захихикали.

— Ладно, давай теперь говори, кто он и откуда.

— Вот ты знаешь, пап, я тебе не буду говорить. Ты его тут же выследишь и… Короче, я скоро тебя увижу.

— Как это?

— Очень просто. Ты в Канаде? В Канаде. Где-то около Ванкувера? Вот. И он откуда-то оттуда. Он живет на острове Ванкувер.

Макс замолчал.

— Постой, Оль. Он что, канадец?

— Да, он канадец. Но говорит на разных языках, в том числе и на русском.

— О Господи… — Пробормотали Макс. — Где ты его откопала? Говори, как его зовут?

— Знаешь что, пап? Мне не нравится твой тон. Я с тобой прощаюсь. Надеюсь, скоро увидимся.

— Подожди, Ольга

В ответ раздались гудки.

— У, черт. — Макс бросил телефон на пол. — Этого ещё не хватало.

Он схватил свою одежду и открыл дверь ванной.

Оля и Николас шли по песчаному берегу Средиземного моря. Юноша держал её за руку и мечтательно смотрел на девушку. Её длинные вьющиеся волосы темными прядями развевались от легкого ветерка. Он никак не мог поверить, что встретил такую прекрасную девушку здесь, в небольшом испанском городке. Все в ней было идеально: лицо, фигура и то, что она была русская, так же как и его мать. С Олей было интересно, весело, и, самое главное, она согласилась поехать с ним в Канаду, чтобы познакомиться с его родителями.

— Ты представляешь, Ник, я сегодня разговаривала с отцом, и, когда я ему рассказала про тебя, его чуть инфаркт не хватил.

— Почему?

— Я сказала, что еду в Канаду, а он там как раз по работе.

— А чем занимается твой отец?

Оля остановилась, наморщила лоб.

— Знаешь, всем понемногу. Я даже не знаю, как это объяснить. У него достаточно большой бизнес по охране. Ну там, телохранители, системы безопасности всякие. А сам он один из лучших, мне кажется, в мире программистов. А вообще, он очень много времени проводит на всяких войнах.

— На войнах? — Ник поднял брови. — Не понимаю.

— Когда я была маленькой, я его почти не видела. Он то в Африке был, то в Южной Америке. По контракту был и в Чечне, и еще где то.

— Он у тебя контрактник, что ли?

— Давно это дело бросил. Но мне кажется, его позови, и он опять поедет.

Николас усмехнулся.

— Так же и в Канаду он поехал зачем-то. У него полно людей, которые могут и без него со всем справиться, но он такой… — Она вздохнула. — По идее он должен был быть здесь со мной. Но это даже хорошо, а то мы бы с тобой не встретились.

Ник обнял девушку за плечи, прижал к себе, вдохнул аромат её волос.

— Знаешь, я не буду говорить матери, что еду с тобой. Родители такие странные — не знаешь, как отреагируют.

Оля провела пальцем по щеке Николаса.

— Это будет наш маленький секрет.

Макс нетерпеливо наложил на лицо свой старческий грим, расправил доходящие до плеч волосы парика и, застегнув на груди рубаху, завёл машину. Он ехал, превышая скорость километров на пятьдесят, одновременно пытаясь дозвониться Дине. Страшная догадка крутилась у него в голове надоедливой мухой. Дина рассказывала ему про сына Николаса, который сейчас находился в Испании. И тут его дочь заявляет, что познакомилась с канадским парнем, её ровесником, который живет на острове Ванкувер. Каковы шансы, что этот парень не их с Любой сын?

Макс также пытался дозвониться до дочери, но телефон упрямо молчал. А вдруг она и вправду заявится сюда, а он тут в ковбойском прикиде занимается охраной матери Николаса, и вообще, они могут нарушить все его планы. То, что дочь его узнает, у Макса не вызывало сомнений. Ведь именно она научила его всем этим маскарадным трюкам, когда занималась в театральной студии. Это Любе было простительно не узнать его. Ведь прошло почти двадцать лет. За это время люди сильно меняются. Раньше он был тонкокостным юнцом, а сейчас превратился в заматеревшего мужика, прошедшего огонь, воду и медные трубы.

Максим подъехал к воротам и резко затормозил. Ещё раз взглянул в зеркало, проверяя свой внешний вид. Просканировал пропуск и, когда ворота открылись, медленно въехал.

Подъезд к дому был засажен огромными темно-зелёными деревьями, кроны которых смыкались над дорогой. Выйдя из машины, он увидел Любу, находившуюся на веранде. Женщина стояла, сложив руки на груди. Брови её были нахмурены.

— Эй, ковбой. — Окликнула она его. — Не поздновато ли являешься на работу?

— У меня был выходной. — Макс задрал голову, прищуриваясь от солнца.

— Обычно мои телохранители работают без выходных, двадцать четыре часа, семь дней в неделю. Кстати, и машинка неплохая.

— Так себе. — Мужчина слегка поморщился. — Такая машина хороша для взбалмошных дамочек.

Люба хмыкнула.

— В таком случае в следующий раз лучше спрашивайте разрешение лично у меня.

Она тряхнула головой. На миг мужчина завороженно загляделся на её все такие же густые, цвета спелой пшеницы, волосы.

— Можете пойти на кухню и выпить кофе. Жду вас через пятнадцать минут. Мы едем на прогулку, Фил. Конную.

Она ехидно усмехнулась. Макс тихо простонал. Задница заныла в ожидании поездки на лошади.

Они молча ехали по густому девственному лесу. Люба чуть впереди на Эдгаре, Максим чуть позади на спокойной гнедой кобыле. У обоих через плечо были перекинуты карабины.

— Здесь могут быть пумы, — пояснила Люба, когда они собирались. — Ну и медведи бывают. Стрелять-то умеешь хоть? Ковбой…

Макс молча влез на лошадь.

Теперь они отъехали от дома уже на приличное расстояние.

— Куда мы едем?

— У меня тут есть неплохое местечко. Я всегда раньше приходила сюда, когда хотела побыть одна.

— Но сейчас ты не одна…

Люба снисходительно посмотрела на мужчину.

— Телохранители не в счёт.

Она спешилась. Макс огляделся. Место было действительно замечательным. Огромная стена из лиан и папоротников, выступающая скала, а под ней небольшая прозрачная запруда. И самое интересное, что это местечко было совсем не заметно с расстояния ста метров.

Она достала из седельной сумки плед и расстелила его.

— Всегда беру ланч с собой. Мы часто с Ником приезжаем сюда.

— Кто это — Ник?

Люба рассмеялась, лукаво посмотрела на него.

— Зачем ты спрашиваешь, Фил? Только не говори, что ты не разузнал все о моей семье.

Макс усмехнулся.

— М-да… Конечно, это моя работа. Просто хотел бы услышать это от тебя.

— Николас — это мой сын. Единственный. Он сейчас в Испании. Я думаю, ты его скоро увидишь сам.

Макс поежился. Люба продолжала.

— Как ни странно, но он совсем не избалованный.

— А что, должен быть?

— Ну он все-таки вырос в довольно-таки обеспеченной семье… Но… — Она мягко улыбнулась. — Он очень хороший парень. Цельный такой. Мы с ним и на охоту вместе ходим, и на рыбалку. У него много друзей. Любит читать и ещё, я очень рада, что он знает несколько языков. Это он, наверное, взял от меня.

— И кем он хочет стать в будущем? Наверное, сменит мать?

— Ну уж нет. Он совсем не хочет иметь ничего с бизнесом. Хочет стать нейрохирургом. Даже хотел одно время быть военным хирургом. Еле отговорила.

Люба, рассказывая, расставляла тарелки с фруктами и сыром. Достала бутылку белого вина.

Макс присвистнул.

— Ничего себе. А это у него откуда, склонность к военному делу?

— Может быть, от отца… — Она заметно посерьезнела, помолчала. — Я не хочу его принуждать ни к чему. Это его жизнь. В своё время у меня не было выбора, и мне пришлось стать бизнесвумен.

— Разве это плохо? Богатая женщина, имеющая возможность позволить себе что угодно…

На губах женщины мелькнула грустная улыбка.

— Поверь мне, Фил, счастье не в богатстве. Мне в своё время пришлось нелегко. Мой бывший супруг впихивал в меня все эти книги по бизнесу. У меня не было время ни на себя, ни на ребёнка. Я никуда не выходила. Вот ты, Фил, наверное, думаешь, что я только мотаюсь по курортам и развлекаюсь. Конечно, я езжу в другие страны, но в основном по бизнесу. Очень редко путешествую для удовольствия. Честно говоря, я люблю остров Ванкувер. Очень люблю ездить на маленькие острова неподалёку. У меня там даже есть свои нудистские, дикие пляжи. — Люба хихикнула. — Туда я не беру телохранителей. Или оставляю их где-нибудь подальше.

Она прилегла на плед, подперев голову рукой. Задумчиво пожёвывала травинку.

Максим внимательно слушал её. Ему так хотелось обнять её, прижать к себе. Он узнавал в этой бизнес-леди ту девушку, которую он так любил двадцать лет назад.

Макс открыл штопором бутылку и разлил по бокалам. Себе налил на самое донышко.

Люба удивлённо посмотрела на него.

— Извини, я на работе.

— Не знаю, почему я рассказываю тебе все это. Может, потому что ты намного старше меня, и мне почему-то комфортно с тобой. — Люба поднесла к губам бокал, пригубила золотистую жидкость.

— Странно. Ты хоть внешне моложе меня намного, но ведёшь себя как пожилая женщина.

Люба обиженно надула губы.

— Не обижайся. — Он погладил её по плечу. — Это ведь не твоя вина. Просто у тебя в глазах угасли искры.

— Да, ты, наверное, прав. — Она села, подтянула колени к подбородку. — У меня все есть: дома, катера, свой самолёт, машины. Вроде чего ещё надо?! А мне скучно. Плохо. Не это мне надо, Фил.

— Постой-ка. — Макс поставил свой бокал на землю. — У тебя же есть жених.

— Ну да. Знаешь, мне казалось, что я его люблю, но, приехав сюда, я поняла, что … Я не знаю, Фил. Конечно, я его люблю, но… Наверное, с возрастом чувства притупляются. Уже нельзя любить бесшабашно, напропалую, как когда-то. Наверное, настоящая любовь бывает только раз в жизни.

— Я, скорее, соглашусь с этим утверждением.

— А ты? Ты, Фил, любил когда-нибудь?

— Да. Любил. И люблю.

— У тебя есть семья? Ну там жена, дети?

— Дочь. Жена? Ну да, тоже есть…

Люба допила вино и встала.

— Пойдём, постреляем?

Макс вздрогнул. Точно так же она говорила ему, когда они выезжали на природу. Давно. Ещё в той жизни.

Он молча поднялся, подхватил свой карабин и последовал за ней.

— Спасибо, Фил. — Люба спрыгнула с Эдгара и протянула мужчине руку. Тут же почувствовала, как мурашки побежали у неё по плечам. — Я провела чудесное время. Ты прекрасный компаньон.

— Ну это моя работа быть рядом.

Люба слегка улыбнулась.

— Ты неплохо стреляешь. Тебе приходилось убивать людей на войне?

— Мне не хочется говорить об этом. Я был снайпером. Это была моя работа. Кстати, ты тоже неплохо стреляешь.

— Спасибо.

Люба отдала поводья Максу и направилась к дому. Обернулась.

— Кстати, я бы посоветовала тебе привести себя в более надлежащий вид. Сейчас не шестидесятые, и война во Вьетнаме уже закончилась. Подстригись хотя бы. И ещё. Если тебе будет нужна машина, можешь брать любую… Помощник.

Люба стояла у открытого окна, наслаждаясь влажным солоноватым воздухом. Уже вечерело. Вдоль дорожек зажглись фонари. Непонятная нега наполняла все её тело. Её кот Макс, громко уркнув, запрыгнул на стул, стоящий рядом с ней, и начал тереться головой о хозяйку.

— Максик, — шепнула она. — Красавец мой…

Каждый раз, когда она называла кота этим именем, оно сладко отзывалось на её языке. Что-то, что она не могла объяснить, произошло с ней за последние несколько дней. Произошло так быстро, что у женщины ещё не было времени понять и распознать это. Странные чувства охватывали её. В животе нервно и возбужденно трепыхались бабочки. Было что-то такое в этом уже не совсем молодом, с обветренным лицом ковбое-телохранителе, чего Люба не могла объяснить. Как он сказал? Искры угасли? Пожилая женщина… Ну да, была ей ещё вчера, а теперь… Ну уж нет!

Люба всей грудью вдохнула воздух.

А он, оказывается, женат.

Она закусила губу. Все-таки это глупо. Наверное, у неё возрастной кризис. Элементарная нехватка секса. Из-за этого точно могут любые тараканы в голове поселиться. Ну ничего, Крис приезжает через два дня и избавит её от бардака в мозгу. Люба попробовала радостно улыбнуться, но почему-то у неё это не получилось. Женщина прикрыла глаза, пытаясь проявить в памяти приятные воспоминания о прикосновениях своего жениха, но почему-то в глазах стоял этот её слегка грубоватый телохранитель.

Люба отошла вглубь комнаты, словно опасаясь, что её мысли могут быть подслушаны.

Глава 21

Дина позвонила Максу ближе к вечеру. Ему показалось, что она сердится на него.

— Фил, ты что звонишь мне каждые пять минут? Ты думаешь, у меня нет других дел, как говорить с тобой по телефону? В отличие от некоторых я не развлекаюсь по ночам.

— Я не развлекался, Дина. Это была необходимость. Физическая.

— Ну ладно, ковбой, говори, что там у тебя?

— У нас могут быть непредвиденные проблемы.

— Проблем не бывает. Любую проблему можно обернуть себе на пользу.

— Дело в том, что моя дочь Ольга едет в ближайшее время в Канаду. По-видимому, она едет не одна, а вместе с моим сыном Николасом.

— С Ником? С сыном Ливан?

— Моим тоже. — Буркнул Макс.

— Вау! Это очень интересный поворот, Фил. Просто замечательно!

— У меня складывается ощущение, что ты проводишь над нами какие-то свои опыты. Что ты задумала?

— Не обращай внимания. Все будет нормально. — Дина удовлетворенно улыбнулась. Все складывалось просто до безумия интересно. — Вот у меня есть к тебе очень интересный разговор. Пока тебя не было, сюда наведывался Аллан Паркер. Хочу, чтобы ты просмотрел записи видеокамер и проверил наличие подслушивающих устройств, которые он мог оставить после себя. Так что, не мешкая, зайди ко мне. Послезавтра приезжает её жених Крис Ньюман, и нам надо подготовиться к его приезду. И вообще, что там у вас происходит?

— Да ничего особенного. Сегодня ездили на пикник верхом на лошадях. Она, наверное, мстит мне.

Дина многозначительно замолчала.

— Фил, я хочу, чтобы ты перестал быть конюхом. Приведи себя в более-менее нормальный вид, подстриги волосы, что ли… И эти усы скобкой. — Она поморщилась. — Недельная щетина, мне кажется, тебе подойдёт больше. А вообще, надо быть поближе к ней. Хочу, чтобы ты был рядом с Ливан как можно чаще. Рядом с её спальней есть комната для гостей. Надо, чтобы ты прямо сегодня же переехал туда. Не оставляй её одну. Твой Ронни кое-что раскопал по Аллану и Крису. Похоже, Аллан хочет избавиться от неё и, может быть, даже с помощью Ньюмана.

— Зачем ему это?

— Во-первых, Аллан знает, что Николас не родной сын Паркера, а во-вторых, он её люто ненавидит.

— Ну да. От этого сукиного сына можно ожидать чего угодно. Хорошо, Дина, я сегодня же займусь переездом. — Слегка замялся. — Значит, ты тоже говоришь подстричься?

Дина в ответ расхохоталась и повесила трубку.

Был тёплый безветренный вечер. Люба, прикрыв глаза, сидела в шезлонге у края бассейна. Крис должен был приехать в ближайшие часы. После напряженного рабочего дня ей хотелось побыть одной. Она корила себя за то, что последние три дня практически не уделяла времени работе. За сегодняшний день она успела сделать много разных дел. С утра она слетала в Ванкувер на подписание контракта, потом она провела видеоконференцию с головным офисом. Она хотела освободить выходные, чтобы провести их со своим женихом. Эти пару часов перед его приездом женщина просто расслаблялась, думала. «Боже, как же он стреляет, — она мечтательно улыбнулась, — и какие у него красивые руки…» О чем это она? Совсем скоро приедет Крис. Они так давно не виделись. Только говорили по телефону и скайпу. Наверное, надо с ним съездить в Келоуну или Ванкувер. А может, на один из её любимых островков. Надо распорядиться достать из погреба какое-нибудь хорошее вино. Может быть, Chateau Lafite или Inglenook Cab. Поехать с ним завтра на пикник, ну а сегодня можно открыть бутылку шампанского. Провести чудесный вечер в её перголе, украшенной в восточном стиле. «А какие все-таки у Фила глаза!». Его обветренное лицо явно указывало на непростую жизнь, а глаза были яркими и блестящими. И цвет… Такой красивый зелёный цвет!

Люба почувствовала, как замирает её сердце. Боже, о чем, черт побери, она думает! Она вскочила с шезлонга и нырнула в воду.

Весь день Макс был занят. С утра он занимался переселением из флигеля в соседнюю с Любиной комнату, потом ему пришлось надолго засесть за компьютер. Он проверял данные, которые ему выслали Джо Гартни и Ронни. Пытался дозвониться до дочери. Во второй половине дня он наконец-то решил поехать в город подстричься. Максим слегка поморщился. Он бы с удовольствием избавился и от своего старческого грима тоже. Лицо ужасно чесалось под ним. Наверное, лучше начать отпускать щетину на всё лицо.

Макс выехал из гаража на новеньком, цвета хаки «Хаммере». Все-таки у его принцессы был хороший вкус. Он с удовлетворением осмотрел её автомобильный парк, состоящий из очень дорогих машин. Выезжая из ворот, он обратил внимание на приближающийся чёрный «Лексус». За рулем сидел мужчина достаточно приятной наружности. «Наверное, это и есть Крис». Что ж, надо поторопиться с возвращением. Дина велела быть рядом с Любой в любых ситуациях.

Люба была неприятно удивленна, когда увидела стоящего на балконе рядом со своей спальней Фила. Она задрала голову кверху.

— Эй там, наверху! — Окликнула она его. — Что ты там делаешь?

— Стою.

Она недовольно нахмурилась.

— Это комната моего жениха.

— Ох, я и не знал, что я теперь жених.

Люба топнула ногой.

— На эту комнату у меня совсем другие планы.

— Наверное, планы придётся изменить, мэм. — Макс печально развёл руками.

Люба резко отвернулась. Наглец. Она быстро взбежала по ступенькам в дом. Набрала номер телефона Дины. Та ответила сразу. С минуту она терпеливо слушала Любу, наконец перебила её.

— Извини, дорогая. Это было мое распоряжение.

— Но ты же знала, что ко мне приезжает Крис.

— Я думала, что ему будет удобнее пожить во флигеле. Ну и потом, коли он твой жених, он, скорее всего, будет с тобой… Разве не так?

— Но зачем ты подселила ко мне этого ковбоя?

— Успокойся, Ливан. Кстати, ты разве забыла — он уже не ковбой, он твой телохранитель, и он будет всегда рядом с тобой.

— И даже когда я буду в постели с Крисом?

— Вполне возможно, что будет лежать под кроватью.

— Ну и шуточки у тебя…

— У тебя есть ещё какие-нибудь вопросы?

— Нет. То есть… Он женат?

— Кто?

— Этот… Мой конюх… Фил

Дина усмехнулась.

— Ну и что? Какая тебе разница? Это не мешает ему работать с тобой.

— Ну да… Конечно… Ладно. Мне надо собираться. Крис, наверное, уже заждался.

С этими словами Люба нажала кнопку отбоя. На другом конце Дина еле сдерживала удовлетворённую улыбку.

Вечер был изумительным. Солнце оранжево заходило за верхушки деревьев, и синие тени спускались на залив. Океан был обманчиво-спокоен. Люба знала, что буквально через час набегут тучи, и поднимется сильный ветер. Такое часто бывало здесь в это время года. А сейчас она и Крис наслаждались компанией друг друга. Люба полулежала на огромных подушках. В руке у неё был фужер с дорогим шампанским. Крис сидел напротив. Люба откровенно любовалась им. На нем была белая шелковая рубашка, распахнутая на груди и подчеркивающая его золотистый загар. Волосы цвета переспевшего имбиря небрежно зачёсаны назад. Глаза блестели.

— Не понимаю, дорогая, почему ты не захотела проехаться на лошадях вдоль берега. Мне не терпится встретиться с твоим знаменитым Эдгаром.

— Не сегодня, Крис. С минуту на минуту начнётся шторм. Разве ты не видишь белые барашки на волнах?

— Ты так спокойно об этом говоришь.

Люба пожала плечами.

— И ты не боишься здесь находиться?

— Нет, конечно. Я обожаю дикую стихию. Это такая красота! — Она протянула фужер Крису. — Не могу поверить, что мы уже выпили бутылку шампанского.

Крис повертел бутылку в руках.

— У тебя отменный вкус, милая.

— Да, это из Франции. Десятилетней выдержки. Я вообще обожаю шампанское.

Мужчина протянул руку к Любе, провёл рукой по её волосам.

— Знаешь что? Я жалею, что так долго тянул с приездом. Тут обалденно красиво. И ты… Я так по тебе скучал… Эта работа! Так бы бросить все и к тебе.

— И мы вдвоём отправились бы на моей яхте на тот маленький островок. — Она махнула рукой в сторону океана. — Бегали бы там дикими и голыми, пили бы шампанское и…

— Да… — Крис сел к Любе ближе. Его губы прильнули к впадинке под ключицей. Люба задрожала от возбуждения.

— О, Крис… Я так по тебе скучала… — Она обвила руками шею своего жениха. Губы Криса спускались все ниже, в вырез её блузки. Руки его скользнули по её бёдрам. Люба почти задыхалась. Она хотела этого мужчину здесь и сейчас, немедленно. Женщина нащупала пальцами застежку на его брюках, пальцы скользнули внутрь. Разочарованно вздохнула и отодвинулась от Криса.

— По-видимому, я больше скучала по тебе…

Она нервно отпила напиток. Потом поглядела на дно и залпом опустошила фужер. Отвернулась.

— Прости. Незнакомая обстановка. Этот шторм. И там ещё кто-то маячит неподалёку.

— Крис, ты хуже пятнадцатилетнего школьника. Чего ты боишься? — Она вглядывалась в темнеющую гущу кустов. Похоже, там действительно кто-то был. — Скорее всего, это мой телохранитель.

Люба раздраженно закатила глаза, вынимая телефон из сумочки. Набрала телефон Дины. С минуту разговаривала с ней. Это действительно был Фил, стоящий буквально в пятидесяти метрах от них.

Крис, нахмурившись, сидел, вертя фужер с шампанским в руке.

Закончив разговор, Люба нервно пожала плечами.

— По-видимому, мы не сможем здесь расслабиться. Налей-ка мне ещё вина, Крис.

— Что происходит?

— У меня новый телохранитель, и он ещё не знает тонкостей этой работы.

Крис в ответ усмехнулся. Взял её за руки.

— Ливан, я хочу тебя больше, чем ты думаешь. Просто я не привык ещё к такому. Мне надо немного времени. — Он смотрел ей в глаза. — Ты мне веришь? Я люблю тебя. Я хочу быть с тобой всю оставшуюся жизнь. Но только давай просто посидим здесь, выпьем вино, а ночью я буду весь твой. У тебя в спальне. Наедине. Без всяких твоих телохранителей и прислуги.

Люба послушно кивнула, снова протягивая ему фужер.

— Знаешь, — сказал он. — Этот чудесный напиток так действует на меня, что я не в силах дождаться сегодняшней ночи.

Как Люба вернулась домой, она помнила смутно. Помнила только, что Крис оставил её у порога комнаты, быстро поцеловав на прощание. Она, было, протянула к нему руки, но мужчина приложил палец к губам.

— Ш-ш, спокойной ночи. Тебе надо поспать, дорогая. — И растворился в темноте.

Люба нетвердой походкой прошла внутрь спальни, на ходу срывая с себя одежду.

Опять. Опять он оставил её одну! А она? Тоже хороша! Напилась как школьница на выпускном вечере.

Крупные слёзы покатились из её крепко зажмуренных глаз. Она настежь распахнула двери балкона. Ветер ворвался вместе с первыми каплями дождя, взметая полупрозрачные шторы. На кофейном столике стояла початая бутылка шампанского. Ну что ж, напиться, так напиться. Может, это заглушит её боль. Люба поднесла бутылку ко рту. Потом прошла к джакузи и открыла кран. С нетерпением сбросила с себя одежду и вошла в воду. Легла, откинув голову на подушку. Голова приятно кружилась.

После того, как Макс вернулся домой, он ещё посидел на балконе, наслаждаясь ночным воздухом. Потом немного посидел за компьютером. За последние два дня накопилось много документов, в том числе из московского офиса. Решив, что утро вечера мудренее, Максим пошёл спать.

Проснулся он от шума воды. Вскочил с постели, протирая глаза. Ну надо же, забыл закрыть окна. Ведь знал же о приближающемся шторме. Океан с грохотом валил волны. Почему-то мужчина ощутил смутное беспокойство. Он даже слегка поежился. Набросив халат, Макс вышел на балкон. Французские двери в спальню Любы были распахнуты настежь. Косые струи дождя заливали прямо внутрь спальни, в которой царила темнота. Максим предположил, что Люба решила переночевать во флигеле. Только странно, что Дина его не предупредила об этом. Макс неслышно вошёл внутрь.

Несколько секунд он привыкал к темноте. Взгляд его наткнулся на белеющую в углу комнаты огромную джакузи. «Любка?» — Прошептал он. Сердце на миг остановилось. Погружённое в уже прохладную воду тело девушки было безжизненно-неподвижным. Одним прыжком Макс оказался рядом с ванной. Схватил её за руку. «Боже мой, живая!»

Он обхватил ладонями её лицо. Женщина слабо простонала, пытаясь приоткрыть отяжелевшие веки. Макс в темноте нащупал полотенце, потом приподнял обмякшее тело Любы.

— Крис? — Она обвила рукой шею Максима. — Ты вернулся…

Макс поставил её на ноги, стал растирать тело женщины мягким полотенцем. Его до сих пор трясло от пережитого ужаса. Оказывается, его принцесса была в состоянии сильного алкогольного опьянения. Макс усмехнулся про себя. И вовсе не ожидала его. Он подхватил её на руки и отнёс на кровать.

— Не уходи, дорогой. — Прошептала она.

Макс убрал мокрые волосы с её лица. Кожа была прохладной и упругой. Губы призывно приоткрыты. В комнате было темно, но Максиму не нужен был свет. Он чувствовал её. Теперь он дрожал не от страха, а от едва сдерживаемой страсти. Его руки скользнули по плечам Любы, обхватили спину. Она выгнулась и прижалась к нему. Макс задыхался. Её тело было шёлк и бархат. Он провёл языком по ложбинке между грудей. Боже, она совсем не изменилась. Все так же прекрасна! Макс прижался губами к её животу. В ответ послышался сладострастный вздох. Это было нечто невообразимое. Темень. Не видно ни зги. Только его руки, его прикосновения. Люба и не хотела открывать глаза. Веки словно налились свинцом. Пожалуй, шампанское пошло ей на пользу. Давно она не чувствовала себя такой расслабленной. Ох, как же приятно лежать, когда сильные мужские руки ласкают каждый сантиметр твоего тела. Люба не смогла сдержать протяжного стона. Крис приник губами к её виску. Она слышала его тяжелое дыхание. Одной рукой он сжал её ягодицы. Его язык спустился ниже. О господи! Она действительно пьяна. В ответ женщина обеими руками обхватила его обнаженный торс, прижалась к нему.

— О, Крис… Возьми же меня, — прошептала Люба. Её губы прижались к его шее, скользнули вниз к ключице. Она лизнула его сосок. Рука невольно скользнула вниз, ниже пупка. Она на миг испугалась обычного разочарования, но нет, на этот раз все было по-другому. Мужчина желал её и, по-видимому, очень сильно. Его естество было твёрдо как гранит. Люба всхлипнула от восторга.

— Крис, милый…

Мужчина перевернул её на живот, продолжая гладить бёдра. Его мощное орудие скользнуло между Любиных ног. Он провёл языком вдоль позвоночника. Нащупал рукой её нежное горячее лоно. Максу так много хотелось сказать Любе. Хотелось в восторге кричать её имя, без остановки говорить ей, как он её любит, как он её хочет, как долго и безнадежно он ждал этого момента. Ещё чуть-чуть, и Макс мог взорваться. Ему так хотелось включить свет и увидеть искаженное страстью лицо любимой. Страсть, которую она испытывала не к нему. Люба вцепилась пальцами в подушку. Это было невыносимо сладкой мукой. Она боялась, что в самый последний момент Крис встанет и уйдёт, и она останется одна, сгорающая в огне страсти, как мотылёк в пламени свечи.

Максим перевернул женщину, сжал её плечи обеими руками. Сейчас или никогда! Он не в силах больше сдерживаться. Это была его женщина, созданная для него богом. Плевать, что в её мыслях он, Крис, её жених. Макс ждал этого мига много лет. Мужчина целовал её веки, лоб, щеки. Пальцы запутались в её волосах. «Любонька, принцесса моя, милая», — шептал он про себя.

Рукой он раздвинул её бёдра. Она была вся такая влажная и готовая для него. Макс одним движением ворвался в неё. Женщина коротко вскрикнула, вцепилась ногтями в его плечи. Макс не чувствовал боли, только восторженную сладость момента. Он замедлил движения, позволяя ей насладиться, ощущая дрожь её тела, и как все напряглось у неё внутри, сжимая его плоть. Мужчина зажмурился, чувствуя как искры посыпались из его глаз, всхлипнул, не желая больше сдерживаться.

— Ох, — он словно видел, как милое лицо исказилось от страсти. — Макс! — Вдруг вскрикнула она и затем тихо, на русском языке. — Красавчик…

Мужчина на секунду замер. Люба сжалась, отвернулась, закрыв лицо руками. Всхлипнула. Макс сел на краю кровати, не зная, что делать.

Она плакала, он слышал. Макс провёл ладонью по её волосам, наклонился, чтобы поцеловать.

— Иди, Крис. — Сдавленно прошептала она.

Макс нащупал на полу свой халат и, неслышно ступая, вышел на балкон.

Люба проснулась поздно. С минуту она лежала с открытыми глазами, затем, улыбнувшись, потянулась. Надо же, какой интересный сон она видела этой ночью. Пожалуй, самый чудесный сон за многие-многие годы. Одни эти мысли вызывали внизу живота странные ощущения. Ей бы даже не понадобился никакой мужик при условии, что время от времени она будет видеть подобные сновидения. Может, ей стоит принимать парочку бокалов шампанского перед отходом ко сну?

Настроение было превосходным, и даже небольшая головная боль после чрезмерного возлияния не портила его. Люба мечтательно прикрыла глаза, предаваясь воспоминаниям. Минувшей ночью ей привиделся Макс, смешанный с Крисом. Словно их гибрид.

Люба усмехнулась и вскочила с постели. Подошла к балкону, распахнула шторы, давая утреннему солнцу ворваться в спальню.

Чашечка хорошего кофе — вот что ей бы совсем не помешало сейчас.

Взгляд Любы натолкнулся на большое махровое полотенце, влажной тяжестью лежащее у её кровати. Затем скользнул наверх. Бог мой! Что за наваждение! Все простыни были смяты и в жутком беспорядке. Не может быть, чтобы она это сделала во сне. Люба подошла к зеркалу. На неё смотрела незнакомка с лихорадочным блеском в глазах и распухшими от поцелуев губами. Женщина провела руками по бёдрам, чувствуя, как мурашки побежали по всему её телу. Что-то было не так. Что-то изменилось этой ночью. Так это был не сон? Люба нахмурилась. Быстро прошла в ванну, набросила халат. Это был Крис?

На миг голова женщины закружилась. Она присела на пуфик, наморщила лоб, пытаясь вспомнить происшедшее, но в её сознании ничего не всплывало, кроме ощущений. А ощущения было странными: как будто это был вовсе и не Крис, а её красавчик. Женщина в отчаянии сжала голову руками. Кофе….

Она нажала кнопку, вызывая экономку. Вышла на балкон. С неодобрением отметила, что её новый телохранитель плавает в бассейне под окнами. Больше всего на свете ей хотелось сейчас увидеться с Крисом.

Из глубины спальни раздался телефонный звонок.

— Милая. — Это был он. — Ты так долго спала, а я не хотел тебя будить после вчерашней ночи.

Люба почувствовала, как у неё отлегло от сердца. Крис действительно провёл ночь с ней, а значит, она не сходит с ума.

— Я уже скучаю по тебе, — она улыбнулась в трубку. — Жду тебя на кофе.

— Подожди, Ливан, ты не даёшь мне сказать… Дело в том, что я был вынужден уехать. Возникли кое-какие проблемы.

— Как? Ты уехал? Но….

— Прости… Я вернусь к тебе при первой же возможности.

— Я понимаю, милый, бизнес есть бизнес. Просто хотела тебе сказать, что мне все понравилось прошлой ночью. Даже подумываю, что нам действительно не надо тянуть с этой свадьбой, и все эти гости и формальности нам ни к чему. Мы ведь уже взрослые люди.

— Да? — Его голос был взволнованным. — Я и не смел надеяться, Ливан, дорогая!

— Предлагаю сбежать куда-нибудь на Бора-Бора в начале ноября. Только ты и я.

— Ох, Ливан, я обожаю тебя!

— И я тебя, Крис. Пообещай мне, что ты в ближайшее время вернёшься.

— Обещаю.

— Жду, милый. — Люба, мечтательно улыбаясь, нажала на кнопку отбоя.

Макс проснулся рано, как только солнце огромным поджаренным блином стало выползать из-за горизонта. Вернее, он и не спал. Так, лежал, уставившись в потолок. Как в каком-то дурмане.

Наконец-то поднявшись с постели, он надел свой спортивный костюм и решил, что небольшая пробежка пойдёт ему на пользу и успокоит его взбудораженный разум. Не успокоила. Макс пробежал около десяти километров, но это не сработало. Решил, что прохладная вода поможет ему, и теперь он уже проделывал уже двадцатый круг в бассейне.

— Эй, там… — Услышал он. Оглянулся.

Люба стояла на балконе с чашкой кофе в руке. Густые волосы в беспорядке лежали на плечах. — Мои служащие, вообще-то, не пользуются моим бассейном.

— Приглашаю присоединиться. — Мужчина лишь усмехнулся, глядя на неё. — Места хватит для двоих.

Люба сморщила носик.

— Хам, — пробормотала она. Уж слишком много он себе позволяет, этот её новый телохранитель. Наверное, все-таки придётся на этот раз поговорить с Диной серьезно. Плевать, что он уже умудрённый сединами ветеран несметных войн.

Люба не собиралась терпеть его фермерско-солдафонские манеры.

Мужчина подтянулся на руках и вылез из воды. Люба резко развернулась и ушла с балкона. «Какое у него классное, натренированное тело», — мелькнула в уголке её сознания мысль. Женщина вздохнула. Что-то явно с ней не так. Ей, наверное, действительно не помешает охладиться в бассейне. А может, лучше заняться работой. Достаточно уже этих развлечений.

Аллан сидел в офисе, положив ноги на стол. У него было очень скверное настроение. В последнее время все его планы рушились один за другим. Казалось, что кто-то специально подставляет его. Аллан практически был уверен на сто процентов, что здесь не обошлось без этой русской выскочки и её верной помощницы Дины. Вот и вчера у него случился весьма неприятный разговор с одним из, казалось бы, надежных инвесторов. Раньше бы тот не задавая вопросов, подписал все нужные бумаги, а теперь ему, видите ли, нужно присутствие миссис Паркер. А тут ещё этот остолоп Крис Ньюман. Надо немедленно выяснить, что там происходит между ними. Или он наконец-то женится на Ливан, и тогда он сможет с его помощью прибрать все её, а точнее его, законные деньги, или же другой вариант — надо от неё избавляться. Аллан с минуту задумался. Достал сигару, раскурил её. А ведь это не такая уж плохая мысль. Убрать её с помощью того же Ньюмана. Вряд ли кто-то что-то заподозрит: ведь он её жених, и у них прекрасные отношения.

Дверь отворилась, и в офис вошёл запыхавшийся Крис.

— Только что с самолета.

Аллан указал ему на кресло напротив.

— Ну не мешкай, давай говори. Что там у неё, у вас?

— Ливан наконец-то согласилась. Я даже не ожидал этого от неё. Никакой пышной свадьбы, только она и я. Через пару месяцев.

— Надо же… — Аллан ухмыльнулся. — Видать, ты действительно оправдываешь своё австралийское прозвище укротителя кошечек. А как там её окружение?

— Эта Дина так и не показывалась. Я вообще не видел её с тех пор, как познакомился с Ливан.

— Это ничего не значит. Дина — это её серый кардинал.

— На воротах пара ребят. — Продолжал Крис. — Мне кажется, я их раньше видел. У неё свой телохранитель, но я бы его в расчёт вообще не брал.

Аллан нахмурился.

— Да, она уволила пару моих ребят….

— Не волнуйся, Ал, этот тип проблем нам не сделает. Он в основном занимается своими делами: ездит к проституткам в город, катается на её дорогих авто, ещё он на конюшне по совместительству навоз разбрасывает. Навёл о нем справки от одной из её горничных.

Мужчины рассмеялись. Аллан махнул рукой в сторону бара.

— Налей-ка нам бурбона. — Потом добавил. — Что-то Дина расслабилась. Но ничего… Кстати, я решил все переиграть.

Крис залпом выпил содержимое стакана, вопросительно посмотрел на Аллана.

— Думаю, свадьбы вообще не будет. Мы её уберём. Так проще. А где её ублюдок?

— В Испании. Должен скоро приехать, насколько я знаю.

— Эх, может, попробовать обоих… — Аллан сжал кулаки. — Они оба сидят у меня как занозы в заднице. Но с ним проблем особых не возникнет. Главное — это Ливан. Надо действовать. Эти русские любят безрассудно гонять по горным дорогам…

Люба открыла дверь конюшни. Она уже давно искала своего телохранителя. Последнее место, которое она решила проверить, было конюшней. Фил действительно был там, сгребал вилами сено. Она быстро прошла внутрь, сухо поздоровалась. Он вопросительно поглядел на женщину.

— Телохранитель и конюх по совместительству?

— Ну как бы так. — Макс прислонил вилы к стене.

— Сейчас мы едем на прогулку.

— Верхом?

Люба ухмыльнулась, оглядывая его с ног до головы.

— Не бойся, на машине. Я поведу.

Она развернулась и быстро вышла. Макс сквозь зубы чертыхнулся.

Люба сама не знала, зачем ей надо было, чтобы Фил ехал с ней. В своё время она сбегала от телохранителей, чтобы побыть одной в лесу и от души пострелять. Что это нашло на неё в последнее время? Наверное, надо найти свободную минутку и подумать обо всем этом. Ей нестерпимо хотелось ещё раз увидеть, как Фил обращается с оружием, ставит мишени, целится. Смотреть на его руки, уверенно сжимающие винтовку. Почему при мыслях об этом что-то сжимается у неё в груди?

Фил догнал её уже у гаража.

— Сегодня возьмём мой «Хаммер». Он неплох в лесу.

Макс пожал плечами.

Люба заняла водительское сиденье, пристегнулась ремнём. Макс молчал. Она поглядела на него. На миг сердце женщины замерло. Какой у него гордый и красивый профиль. Этот поворот головы. Что-то такое в нем было родное и до боли знакомое. Если бы не эти морщины и шрам, идущий от виска. Интересно, какой он в постели? От этой дурацкой мысли щеки Любы обдало жаром. Боже, Криса нет всего неделю, а она уже сходит с ума от похоти!

Они ехали молча. Минут через тридцать Люба свернула на проселочную дорогу и остановилась у небольшого озерка. Вышла, открыла багажник, доставая свой арсенал.

— Тут, кстати, много уток и куропаток, — сказала она. — Ты слишком молчаливый сегодня, Фил. Что-то не так?

Тот пожал плечами.

— В мои обязанности не входит много разговаривать.

Он направился по направлению к озеру. Люба бросилась за ним, дернула за рукав.

— Ладно, я вижу, что ты обиделся на что-то, Фил. Ну прости. Я правда не хотела…

— С чего ты взяла, что я обиделся? — Фил хмыкнул в усы. — Меня не так просто вывести из равновесия.

Люба развернула мужчину к себе. Теперь её глаза были прямо напротив его. На самом деле Макс еле сдерживался, чтобы не впиться поцелуем в её губы. Утром он специально пошёл в конюшню в надежде на то, что физический труд немного охладит его пыл. Эта неделя вообще далась ему невероятно тяжело. С той самой ночи Макс постоянно думал о Любе. Слава богу, всю эту неделю его подопечная провела у себя в офисе, погружённая в работу. И вот теперь она стоит вся такая разрумянившаяся и немного растрепанная, пухлые губы приоткрыты, и просит у него прощения. За что? Это он виноват, что воспользовался её состоянием и вступил с ней в интимную близость. Такого не должно было случиться, это было непрофессионально.

— Ой, рябчик! — Внезапно воскликнула она, оборачиваясь на всполох крыльев. — Черт, где мое ружьё?

— Очень странно для женщины быть такой кровожадной. Обычно женщины вашего статуса предпочитают всякие рюшечки, шопинг и безделушки. А тут бизнес-леди охотится на бедных уточек и зайчиков.

Они прошли обратно к лужайке, где оставили свои вещи.

— Вот только не надо мне этих лекций, солдат. Во всяком случае, я не убиваю людей. Иди, расставь мишени. Мы и животных сегодня убивать тоже не будем.

Макс достал из сумки все необходимое и углубился в лес.

Тем временем Люба расстелила плед и, открыв корзинку для пикника, стала доставать оттуда закуску.

— Будешь вино?

— Ты же знаешь, что я не употребляю спиртное во время работы.

— Давай я тебя освобожу на сегодня.

— Это не в твоих силах. Я был нанят Диной.

Люба рассмеялась.

— Расскажи мне о себе.

— Мне нечего рассказывать.

Люба подвинулась.

— Садись рядом.

Максим продолжал стоять, глядя на неё сверху вниз.

— У тебя плохое настроение? Извини, Фил, ты, наверное, скучаешь по семье, жене…

Люба с грустью улыбнулась.

Мужчина молчал. Она продолжала.

— Я тоже скучаю по сыну. И по Крису тоже, конечно.

Макс кивнул.

— Мы с ним договорились встретиться в его коттедже в Вистлере через несколько дней.

Макс уже знал о её планах от Дины, поэтому ничего не ответил.

Люба хитро улыбнулась.

— Тебя ничем не удивишь, Фил. Ты все знаешь наперёд меня. Только я одно не сказала Дине. — Люба отпила вино из бокала, облизнула губы. — Я приняла его предложение, и мы решили пожениться как можно быстрее. Думаю, в начале ноября. И не будем информировать об этом прессу и остальную общественность.

Мужчина с трудом удержал равнодушное выражение лица. Дина точно не в курсе, иначе она бы сообщила ему.

— Ладно, пора нам пострелять. Ты первый, Фил. — Люба поднялась с подстилки и встала напротив него. Протянула ему винтовку. — Мне нравится смотреть, как ты стреляешь. — Её голос был низким и слегка хрипловатым. — У тебя очень красивые руки.

Сердце Макса ухнуло вниз. С минуту они глядели друг на друга, затем Люба отвернулась.

— Знаешь, я, наверное, не смогу стать хорошей женой Крису. Я никогда не любила своего бывшего мужа. Я думаю, и Криса я не смогу так любить…

— Как так?

— Ну, знаешь, — Люба взяла винтовку и прицелилась. — Редко, но бывает, что люди могут быть однолюбами.

Она выстрелила. Перезарядила винтовку.

— За всю свою жизнь я любила только один раз. Наверное, я и согласилась выйти замуж за Криса, только чтобы попробовать, а вдруг…

Макс выстрелил в мишень. Так ничего и не ответил. Люба вздохнула.

— По большому счету мне никто не нужен. Вот ты, у тебя есть жена, дочь, а ты вместо того, чтобы быть с ними, находишься здесь. А раньше воевал. Зачем-то ты все-таки женился. Я не знаю… Если нужен просто секс, зачем тогда заводить семью?

Макс выстрелил ещё раз.

— Ого, прямо в яблочко. Ты мне напоминаешь одного человека из моей прошлой жизни.

Макс поднял брови.

— То, как ты держишь винтовку, стреляешь, ну и вообще…

Мужчина прислонил оружие к дереву.

— Душно здесь как-то. Пойду-ка я искупаюсь. — Макс неторопливой походкой направился к озеру, на ходу стягивая с себя рубашку. Затем снял джинсы, оставшись в нижнем белье. Спиной он чувствовал, что Люба смотрит на него. Ему надо держаться от неё как можно дальше. Холодная вода должна помочь ему. Он с разбегу нырнул.

Люба действительно неотрывно глядела на него. Она будто находилась во сне. Внутри живота словно все стянуло. Как странно: такой гаммы чувств она не испытывала со своим женихом. Но почему он, этот потрёпанный ковбой-телохранитель? Почему сейчас, когда она дала согласие на брак с Крисом? Почему, наконец, этот Фил женат? Какое у него тело!

Люба вздохнула. Надо же, она совсем забыла, что надо дышать.

Теперь она наблюдала, как её телохранитель выходит из воды. Взгляд ненароком опустился вниз, ниже пупка мужчины. Кровь прилила к лицу.

— Ой, Фил, я ведь не брала с собой полотенце. — Люба пошла навстречу ему, держа в руках плед, на котором до этого сидела.

Он усмехнулся.

— Я не маленький мальчик, мэм, и не сахарная барышня…

— Да уж вижу… — Пробормотала Люба. Она не знала, куда ей деться от смущения.

Теперь он стоял так близко от неё, что она видела каждую каплю воды на его темном от загара теле.

Женщина нервно сглотнула. Рука сама потянулась к нему. Макс вздрогнул от её прикосновения.

— Ты весь мокрый…

— Я знаю. — Он подавил стон. Её приоткрытые губы были совсем рядом. Он так хотел прикоснуться к ним. Провести ладонью по её щеке. Но не мог. Мужчина взял у нее из рук плед, отвернулся. Люба разочарованно вздохнула. Неловкое молчание повисло между ними.

— Пожалуй, я выпью ещё вина, — пробормотала она и, резко повернувшись, пошла вверх по тропе.

— А как же стрелять?

— Я женщина Дикого Запада и могу стрелять в любом состоянии.

Макс рассмеялся.

— Тогда тебе и телохранитель не нужен. Сиди, я расставлю мишени.

Люба села на бревно, задумчиво наблюдая за мужчиной. В его движениях все было такое знакомое, что ей стало грустно. Когда-то её красавчик вот точно также расставлял мишени — какие подальше, какие повыше… А сейчас его с ней нет и никогда не будет. Его вообще нигде нет. Вместо этого у неё есть бизнес, есть Крис, любимый сын, Дина, Мардж, куча разных обязательств — её жизнь, такая, какая есть.

Глава 22

Было уже около четырех часов дня, когда они решили, что пора собираться домой. Люба отдала право вождения машины Филу.

— Ох, я так устала… — Она зевнула. Фил посмотрел на неё сквозь темные очки. — Выходные только начались, а я уже как выжатый лимон.

— Ванна поможет расслабиться. — Фил посмотрел на часы. — Уже пятый час. В принципе можно подумать о хорошем сне прямо здесь, в машине.

В это время зазвонил телефон. Люба достала его из сумочки.

— Крис? Что-то случилось? В воскресенье? Но… Хорошо. Я согласна, дорогой. Пока.

Она нажала на сброс и кинула телефон в сумку. Закусила губу.

— Что-то случилось?

— А? Нет-нет. Ничего. Просто Крис ждёт меня в это воскресенье у себя в Вистлере.

— Ну так разве это плохо?

— Да нет, конечно. — Женщина пожала плечами. — Просто я ещё не соскучилась, и как-то у меня не было запланировано никаких поездок.

— Если я не ошибаюсь, сегодня только пятница, сейчас праздничные длинные выходные, и работа у тебя только во вторник…

— Работа у меня есть всегда. Но да… Ты прав. Коли так, поедем куда-нибудь, прокатимся с ветерком. Ты ведь ещё не был на Тофино? Вот с этого мы и начнём наши выходные.

Они ехали извилистой дорогой на запад. Люба откинулась на сиденье, любуясь видом.

— Знаешь, Фил, я обожаю Тофино. Там такая дикая красота. Открытый океан. Погода может поменяться в любую минуту. Я очень часто сбегала туда от своих телохранителей.

— Ну от меня бы ты не сбежала. — Макс усмехнулся. — Хотя спасибо за предупреждение. — Потом подумав, добавил. — Раз у тебя такое настроение, то предлагаю пойти в какой-нибудь местный бар, где тебя никто не знает, и хорошенечко расслабиться. Я приглашаю.

Макс увидел, как в её глазах загорелся огонёк.

— Ты? Меня? — Люба расхохоталась. — Ну ладно, давай попробуем. Только тебе придётся отбросить роль телохранителя, а то это будет как-то странно смотреться. Я знаю неплохое местечко — Jack Waterfront pub. Там достаточно просто, живая музыка и очень красивый вид на океан. К тому же там недорого — ты потянешь.

Уже темнело. Внутри паба было достаточно много народа. Люба и Макс протиснулись к стойке.

— Что ты хочешь отведать? — Спросил он её.

Люба рассмеялась.

— Ты что, действительно хочешь тратить свои деньги на меня?

— Конечно. Может, у меня нет твоего состояния, но я не такой уж бедный ковбой.

Она фыркнула, взяла его за левую руку.

— Я прекрасно это вижу. Простые ковбои не носят Rolex Daytona.

Макс пожал плечами.

— Вот видишь, значит, я могу позволить себе пригласить даму на ужин.

— Знаешь, Фил, я не голодная. Так, может, какую-нибудь закуску, типа свежих устриц и хорошего белого вина. Я хочу танцевать.

— Танцевать? — Мужчина удивлённо поднял брови. — Прекрасно. Любое пожелание леди.

Он что-то шепнул подошедшему официанту на ухо, и через пару минут они уже сидели за столиком с прекрасным видом на океан.

— Я думаю, что ты не откажешься от бокала хорошего «Шардонэ»?Конечно, не думаю, что тут найдётся твоё любимое «Гурджаани».

— «Гурджаани»? Как ты сказал, Фил? Мое любимое «Гурджаани»? Откуда ты знаешь…Глаза её широко раскрылись. Об этом она никогда не говорила Дине. Только немногие знали в своё время о том, что она любила есть, пить и т. д. — Ты что, экстрасенс? Или… Шпион?

Макс выругался про себя. Ёлки-палки, расслабился. Кто его за язык дёргал?

— Никак угадал? — Он развёл руками. — Извини, случайность. Просто слышал, что это было одно из самых популярных вин в России.

— Знаешь, Фил, с Россией меня мало что связывает. С тех пор, как я уехала сюда много лет назад, я там не была. Конечно, я говорю и пишу на родном языке, и мой сын тоже. Но это все. Меня даже не интересует, что там происходит.

Макс жестом подозвал официанта и сделал заказ. Потом задумчиво посмотрел на Любу.

— Я был уверен, что твоя компания ведёт активный бизнес с Россией. Разве ты не контактируешь с партнерами?

Она слегка поморщилась, вздохнула.

— Вообще-то, Аллан Паркер всегда этим занимался. Он знает Россию, их менталитет, неплохо говорит по-русски…

— На твоём месте я бы вообще ему не доверял.

— Фил, понимаешь, я не хочу ничего общего иметь с моей бывшей родиной. Я ничего не могу сказать плохого о ней, но у меня там остались очень тяжёлые воспоминания….

— А разве никаких хороших воспоминаний нет? Разве раны не надо залечивать?

— Прости, Фил, но я не хочу говорить об этом. Мне комфортна та атмосфера, в которой я нахожусь.

— Я думал, что Дина все рассказала мне о тебе…

Официант принёс вино и закуску.

— Знаешь, — Люба приблизила своё лицо к его. — То, что я тебе сейчас скажу, ты никогда не найдёшь ни в одном файле про меня.

У мужчины на мгновение закружилась голова от запаха её волос.

— Если я даже хотела вернуться на родину, я не смогла бы, потому что я совершила преступление. Да, Фил, я убила человека.

— Я не могу в это поверить, миссис Паркер.

— К сожалению, это правда. — Люба горько вздохнула.

Он пожал плечами.

— Надеюсь, груз вины не так сильно тянет вниз?

Люба усмехнулась, отпила вино.

— Пожалуй нет. Я стараюсь об этом не думать. Я в общем-то и не собиралась никого убивать. Так получилось…

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

Макс поднёс палец к губам Любы.

— Тсс, ни слова больше. Я больше не хочу ничего знать.

Он смотрел, как она с аппетитом уплетала устрицы, запивая вином.

Группа музыкантов начала играть музыку.

— Ты хочешь потанцевать? — Спросил Максим. — Похоже, ребята неплохо играют.

— Они специализируются на латиноамериканской музыке. — Сказала Люба. — Если ты умеешь танцевать хотя бы сальсу, то я согласна.

Мужчина усмехнулся.

— Обижаешь, Ливан. Я долго жил в латинской Америке.

— Танцевал с женой?

— Да нет. Там достаточно колоритных женщин. Они могут тебя и меренге, и сальсу танцевать научить, и бачату.

Люба рассмеялась, захлопала в ладоши.

— Браво! Чудесное превращение из ковбоя в телохранителя, из телохранителя в Дон Жуана. Ну, Фил, какие ещё тайны ты хранишь в себе?

Макс встал из-за стола и подал ей руку.

— Когда-нибудь леди об этом узнает.

Он приобнял её за талию и прошептал на ухо.

— С чего начнём?

Люба задыхалась. Этот мужчина, несмотря на свой возраст, пожалуй, был самым сексуальным самцом из почти всех мужчин, которых она знала. От него исходили неимоверно сильные флюиды. От прикосновений Фила мурашки бегали по всему её телу.

— Начнём? С танца.

Он рассмеялся ей в волосы.

— Конечно с танца. С какого?

— Э-э, ну давай с сальсы.

— А я думаю, с бачаты. — Макс кивнул одному из музыкантов и сделал какой-то жест рукой. — Надеюсь, ты знаешь, как его танцевать?

Люба слабо кивнула. Это был самый сексуальный танец из всех. Её лицо горело огнём. Взгляд Максима остановился на её приоткрытых губах.

— Не бойся. — Он обнял её за талию.

Через минуту полилась дивная мелодия танца. Макс положил руку на бедро Любы.

Он, не отрываясь, глядел ей в глаза.

— Ты прекрасно танцуешь. — Голос Любы был глухим от возбуждения.

— Ты тоже. — Он улыбнулся одними губами.

— Я часто сбегала с Мардж в латинский клуб в Калгари, «Дон Кихот» называется.

Максим притянул Любу ближе к себе. Её бёдра прижались к его. Мужчина почувствовал, как вся кровь прилила в среднюю часть его туловища. По-видимому, для Любы это тоже не осталось незамеченным. Её нога втиснулась между его.

— Фил, ты все так замечательно делаешь? И стреляешь отлично, и танцуешь… А что ты ещё умеешь хорошо делать?

— Ты, правда, хочешь это узнать? — Максим с трудом подавил дрожь в голосе. Его губы скользнули по её волосам, обхватили мочку уха.

Люба на миг задержала дыхание. Молча кивнула.

Он потянул женщину за руку. Проходя мимо их столика, бросил деньги на стол.

До мотеля они ехали молча. В течение этого времени он держал её руку в своей. Войдя в холл, быстро бросил кредитку консьержу, взял у того ключи от номера, кивнул Любе в сторону узкого темного коридора.

— Пойдём.

Она все так же молча последовала за ним. Номер на первом этаже был совсем небольшой и из совсем дешевых. Мужчина открыл дверь и пропустил Любу внутрь.

— Мы, наверное, не должны этого делать. — Пытаясь в темноте нащупать выключатель, тихо произнесла она.

— Ш-ш, — он развернул её за плечи к себе. — Свет не нужен.

В следующий миг его губы накрыли её. Её руки обвили его шею. Макс просунул ладони за пояс её джинсов, пытаясь избавиться от них. Люба со стоном стянула их с себя. Теперь он жадно сжимал её ягодицы. Она протяжно вздохнула. Губы Макса спустились вниз по шее, ниже, захватили в плен набухший сосок.

— Господи, — на русском прошептала она.

Макс на секунду выпустил её из объятий, только затем, чтобы стянуть с неё блузку. Люба потянула вниз молнию на его джинсах. Он подхватил её на руки. Её длинные ноги обвили его спину.

Как давно Макс не испытывал таких чувств! Как часто, вот точно так же, они жадно набрасывались друг на друга, иногда даже не успевая войти в квартиру. Сейчас больше всего на свете Максиму хотелось говорить ей, как он её любит, как долго ждал он этого момента. Хотелось говорить на своём родном языке. Но он не мог. Он должен был молчать. Он и так по уши завяз в своей страсти. В своей работе допустил недопустимое. Мужчина бережно положил свою драгоценную ношу на широкую кровать. Люба со стоном прижалась к нему всем телом, не желая отпускать его ни на секунду.

— Я не должна этого делать, но я… — Она протяжно всхлипнула. — Я не могу. Возьми же меня, Фил, что же ты…

— Подожди… — Он закинул её руки над головой. Губы мужчины скользнули вниз, между округлых грудей. — Ты такая красивая… Я так хочу тебя. Прямо сейчас.

Его обнаженное горячее естество уперлось в её живот. Затем с глухим рычанием Макс быстро вошёл в неё. Люба восторженно крикнула, приподнимая свои бёдра навстречу, вцепилась ногтями в его плечи.

— Да, Макс, да… — Это было последнее, что он услышал перед тем, как погрузиться в упоительный экстаз.

Потом они долго молча лежали. Он жадно обхватил её, она приникла к его плечу.

— Это был ты. — Люба приподнялась на локте, пытаясь разглядеть его в темноте.

Макс молчал.

— В ту ночь, в Парксвилле…

— Молчи. — Он прижал палец к её губам. Она резко вырвалась из его объятий.

— Зачем ты это сделал? Ты же мой телохранитель. Говори же, ну?

Макс сел на кровати.

— Ты думаешь, если я богатая одинокая женщина, то я любому готова отдаться?

— Не любому, а мне… — Пробормотал Макс вполголоса, но Люба услышала. Нащупав какую-то одежду на полу, она хлестнула его по обнаженному телу. Мужчина схватил её за руку.

— Не трогай меня, гнусный бабник! Ты все это спланировал!

— Это неправда, Ливан.

— Отныне я для тебя миссис Паркер. О Боже! — Она закрыла лицо руками. — У меня же жених, мой Крис! Знаешь что, Фил? — Она словно выплевывала слова. Рукой нащупала выключатель и щелкнула им. Зажмурилась от яркого света. — Думаю, что в твоих услугах я больше не нуждаюсь. Ты можешь оставаться здесь или взять такси. Я не хочу больше тебя видеть.

Макс встал.

Он понимал, что ошибка, совершенная им, могла привести к непоправимым последствиям. Она не могла вот так взять и просто уйти. Сейчас ночь, она взвинчена. Надо как-то действовать. В конце концов, тут стоит вопрос о её безопасности. Дина предупреждала его, что Аллан Паркер готов на все. Ну тогда и он готов на все, чтобы остановить её.

Теперь он обеими руками держал Любу за плечи, а она пыталась вырваться от него.

— Пусти меня, старый развратник! Вообще этого не должно было произойти…

— Но произошло же… Скажи ещё, что тебе не понравилось. И что-то ты не называла меня Крисом, а почему-то кличкой своего лысого кота…

От звонкой пощечины Макс болезненно сморщился. Люба опустилась на пол и, закрыв лицо руками, горько зарыдала. Мужчина тем временем надел джинсы и рубашку.

— Я сначала думал, что было бы лучше, если Дина рассказала тебе о твоём женихе всю правду, но вижу, что медлить больше нельзя.

Люба отняла руки от лица и внимательно посмотрела на Макса.

— Что? О чем ты, Фил?

— О том, Ливан, что твой жених никакой не австралийский бизнесмен, а самый обыкновенный карточный шулер, которого уже много раз пытались прикончить за долги, и, если бы не Аллан Паркер, его давно бы уже не было в живых.

— Аллан Паркер? При чем тут…? Крис, он, он даже не знаком с ним…

Максим опустился перед ней на корточки. Убрал с её лица волосы, нежно глядя ей в глаза.

— Наивная. Невинная. — Он протянул Любе её одежду. — Собирайся. Поедем домой.

Женщина коротко кивнула. Встала. Прошла в ванную.

Включив воду, долго стояла, уставившись в зеркало, не видя ничего. Это что, правда про Криса? Что он, Фил, может ещё знать о нем? Неужели она настолько одурела от похоти, что готова была безрассудно выйти замуж за проходимца? Невозможно в это поверить. Дина — это самый настоящий её ангел хранитель. А этот… Это демон….

Она устала. Сил больше нет ни на что. Если бы не Николас, она бы просто ушла из этой жизни. Сын — единственная тоненькая нить, которая привязывает её к этому миру.

Они молча ехали по темной дороге. Люба сидела, отвернувшись к окну, пустым взором глядя в ночную тьму.

— Расскажи мне все, что ты знаешь про него. — Внезапно нарушила затянувшееся молчание.

Макс слегка откашлялся.

— Ты не хочешь узнать об этом от Дины?

— Нет. Я хочу знать все сейчас.

— Хорошо. — Мужчина помолчал. — Он родился в Австралии. Был женат три раза, в основном на очень обеспеченных женщинах, и две первые жены умерли при странных обстоятельствах. Деньги, полученные в наследство, проигрывал в карты. Третья жена попала в автокатастрофу, но выжила. Так как она до сих пор лежит в коме, то денег твой Крис дождаться не смог. Из-за огромных долгов он попал в тюрьму все там же, в Мельбурне. Пытался бежать оттуда. При аресте полицейские сломали ему спину.

Люба закусила губу. Макс бросил на неё быстрый взгляд. Даже в темноте лицо её выглядело бледным. Он замолчал.

— Продолжай, Фил. — С трудом выдавила она.

— Он долго лечился, но безрезультатно. Кстати, его настоящее имя не Крис Ньюман, а Марк Пеллэвэй. Аллан Паркер был одним из его кредиторов. Он его иногда использовал в своих целях, ну а с тобой…

— Какая же я дура…

— Вся коллекция автомобилей, его виллы, пентхаусы оплачены Алланом Паркером, а точнее твоей же корпорацией.

Люба некоторое время молчала.

— Останови машину.

Макс вопросительно посмотрел на Любу.

— Мне надо выйти. Мне нужен свежий воздух.

Мужчина припарковался на обочине.

— Сиди здесь. — Коротко бросила она ему, открывая дверь «Хаммера» и выскальзывая в кромешную темноту.

Он видел, как женщина стояла, сжав кулаки. Потом запрокинула руки за голову. Он услышал её громкий крик. Крик злости и отчаяния. Она просто стояла и протяжно кричала как волк, воющий на луну. Макс понятливо кивнул сам себе. Он прекрасно понимал, что Люба сейчас чувствует. Сейчас был самый подходящий момент для выпускания пара. Дорога пустынна, темно. Можно делать, что хочешь, без боязни быть непонятым.

Всю оставшуюся дорогу они ехали, не проронив ни слова.

Дина проснулась от резкого звонка телефона. Быстро глянула на будильник. Пять часов утра. Звонок был от Любы.

— Что-то случилось? — Она моментально избавилась от сонливости в голосе.

— Когда ты собиралась сказать мне про него?

— Про Макса?

— А что с ним? Ты что думаешь, я буду тебе звонить из-за кота в пять утра? Кстати, что с ним?

Дина с облегчением выдохнула. «Просыпайся, просыпайся», — сказала она себе.

— Его стошнило вчера вечером.

Люба фыркнула.

— Меня тоже тошнит от всего этого. Нет, меня интересует мой жених. Крис. Ты ведь все про него разузнала.

— Люб, Ливан… Ну да, мы как раз за ним следили в последнее время. Я, Фил и пара его людей.

— Да ты понимаешь, что я собираюсь, собиралась за этого человека замуж? Уже в ноябре.

— Вот это для меня новость. Кстати, а откуда ты узнала про Криса?

— От своего телохранителя.

— Вот болтун.

— Не болтун. Так получилось…

— Что-то ещё произошло, чего я не знаю?

Люба замялась.

— Да…. У меня… У нас… — Люба замялась.

— Ну что ты мямлишь как первоклассница? Нашла коса на камень?

— Насчёт косы и камня — не очень подходящее определение. Тут, скорее, что-то другое. Короче, у меня с эти человеком был сексуальный контакт.

Дина заливисто расхохоталась.

Люба покраснела от возмущения.

— Не вижу причину твоей радости. Фил — мой телохранитель.

— Люба, ты смотрела на себя в зеркало? Ни один мужчина не может устоять перед тобой.

— А Крис? Крис? Мы с ним встречаемся уже так давно, а у нас…

— Слушай, это совсем другое. Тебе же, наверное, уже сказал твой телохранитель, что у Криса серьезные проблемы со спиной и, соответственно, с эрекцией. В общем, я рада, что твоя сексуальная энергия была укрощена.

— О чем ты, Дина? Он намного старше меня, женатый… И вообще…

— Но ты же сама говорила, что между вами сыплются искры. Вот все и вылилось в обыкновенный и, надеюсь, хороший секс. Как сказал когда-то товарищ Ленин: «Из искры возгорится пламя». Кстати, как он, наш ковбой, в постели?

— Дина!

Женщина на том конце провода рассмеялась.

Люба нажала кнопку отбоя и швырнула телефон на пол.

Она подошла к туалетному столику. Открыла маленькую шкатулку. Вот оно, самое дорогое, что у неё есть. Она давно не смотрела на него. С тех пор как стала встречаться с Крисом. Как она так могла ошибаться? Никто ей не нужен. Ни один мужчина никогда не сможет заменить ей её красавчика. На чёрном бархате лежало платиновое кольцо с темно-голубым сапфиром, обрамлённым мелкими бриллиантами. Даже сейчас оно было достаточно дорогим. Макс ухнул тогда в это кольцо столько денег. Какие же они были глупые. Ссорились по мелочам, обижались из-за ерунды. Люба медленно стянула с пальца кольцо, подаренное ей Крисом. Ну что ж, он как раз ждёт её в воскресенье на своей, или, скорей всего, на Аллана Паркера вилле. Вот она и приедет к нему. Люба поймала себя на мысли, что ей даже неинтересно знать, что Крис скажет в своё оправдание. Да, и, конечно, она возьмёт с собой своего телохранителя. Это будет последняя его работа с ней. Больше он ей будет не нужен. Люба не хотела никаких воспоминаний. Все это должно уйти в прошлое.

Было раннее утро. Они стояли около взлетной полосы. Турбины частного самолёта с ревом крутились, и от ветра волосы Любы вздымались вверх. Дина стояла напротив, Макс за спиной Любы. На нем был темно-серый костюм. Длинные с проседью волосы убраны в хвост. На лице была трехдневная щетина, удачно закрывающая этот глубокий шрам, идущий от виска к подбородку. Люба обернулась к нему и почувствовала, как сердце её на мгновение замерло. Сейчас у неё не было времени копаться в своих чувствах и искать нежелательные ответы на свои вопросы.

— Будь осторожна, Ливан. — Дина пыталась сохранять веселое выражение лица. — Фил, ты знаешь, что делать. Ни на минуту не оставляй её одну.

Тот послушно кивнул.

— Ну что вы в самом деле. — Люба поморщилась. — Я же не маленькая девочка, и живем мы в Канаде. Кроме того, я отлично стреляю.

— Твой постоянный номер в отеле ждёт тебя. Отдохни хорошенько, Ливан. Ты очень бледная. Тебе надо хорошо выспаться.

— Дина, я еду всего на одну ночь. — При слове ночь, Люба не могла удержаться, чтобы не глянуть на своего телохранителя. — Больше всего на свете я хочу напиться.

Дина глубоко вздохнула, поджала губы.

— Ладно. — Она обняла Ливан. Глянула на Макса.

— Ты отвечаешь за неё. — У Дины было какое-то неприятное предчувствие. Сердце почему-то щемило от беспокойства. Ей так хотелось, чтобы время бежало быстрее, и эти двое вернулись целыми и невредимыми.

Ронни позвонил, когда они уже подлетали к Ванкуверу.

— Ну наконец-то. — Макс мельком глянул на часы. — Да, я понял. Не волнуйся, я все проверю.

Краем глаза он заметил, что Люба наблюдает за ним. Закончив разговор, он повернулся к ней.

— Мы не едем в «Саттон Плейс».

Люба хмыкнула.

— Да? А куда же мы едем?

— Ну-у… — Макс закатил глаза. — Куда-нибудь ещё. Тут много отелей.

— Но у меня там свой номер!

Он пожал плечами. Не обращая внимания на её возмущение, он набрал телефон Дины.

Они быстро поговорили, и, по-видимому, Дина не возражала против предложения мужчины.

Люба разочарованно вздохнула.

— Но у меня даже нет никакой одежды. Я почти ничего не взяла.

Макс оглядел её с ног до головы, и Люба покраснела под его взглядом.

— Надеюсь, что у нас будут отдельные номера.

— К сожалению, ты можешь рассчитывать только на отдельные комнаты.

Самолёт начал приземляться.

В аэропорту их ждал водитель лимузина. Макс быстро подошёл к нему. Люба не слышала, о чем они говорят из-за шума двигателя. Водитель был заметно разочарован. Макс достал пачку денег из внутреннего кармана пиджака и протянул ему. Люба решила вмешаться.

— Фил, что происходит? Я хочу в отель. У меня сил больше нет…

— Мы ждём другую машину. Нам не нужен водитель.

— Мне кажется это уже слишком. И у тебя, и у Дины паранойя. Крис даже не знает, что я собираюсь разорвать нашу помолвку. И вообще.

Фил указал в сторону чёрного «Порше», припаркованного неподалёку.

— Пойдём.

Дина забронировала двухместный номер люкс в отеле «Фэйрмонт Уотерфронт». По дороге туда Люба попросила остановить её на Робсон-стрит.

— Мне надо купить несколько вещей, Фил. Если хочешь, ты можешь посидеть в машине.

— Я буду сопровождать вас, миссис Паркер.

Люба никогда не любила долго ходить по магазинам, выбирая часами одежду. Она точно знала, что она хочет и для чего. Вот и сейчас она быстро направилась в бутик «Гуччи». Быстрым взглядом окинула вешалки с одеждой, обувь. Макс внимательно следил за ней.

— Вот это платье фантастически смотрелось бы на тебе. — Он кивнул в сторону темно-винного, почти чёрного цвета шелкового платья. К сожалению, это вечернее платье для коктейлей.

— Да, ты прав. Фил. Мне необходим коктейль. Вечер приближается, и мы могли бы куда-нибудь сходить. Я совсем об этом не подумала. Она сняла с вешалки платье, погладила пальцами шёлк. — У тебя неплохой вкус для техасского ковбоя. Завидую твоей жене.

Макс промолчал. Она явно пыталась задеть его. Все-таки прошлая ночь не прошла даром. Это не было просто похотью. Она испытывала такие же чувства к нему, как и он к ней, и пыталась это скрыть. После того как Люба закончила с покупками, и они вышли из бутика, прежде, чем сесть в автомобиль, Макс достал небольшой электронный прибор и стал проверять его днище.

— Ну это уж чересчур, — Люба резко распахнула дверцу «Порше» и закинула сумки за сиденье. — В конце концов, мы не в какой-нибудь стране третьего мира. Она посмотрела на небо. — Ненавижу сентябрь в Ванкувере. Ненавижу дождь.

Макс вздохнул. Люба явно была раздражена и в плохом настроении.

Они подъехали к отелю. Люба, не дожидаясь своего телохранителя, выскочила из машины, с силой хлопнув дверцей. Макс подхватил её сумки и поспешил за ней. Он шёл следом, невольно любуясь стройной фигурой женщины, длинными ногами. Они прошли в фойе отеля. Люба огляделась, слегка поморщилась. Проводила взглядом Фила, направившегося к стойке регистрации. С раздражением наблюдала, как он непринужденно общается с консьержкой. Та улыбнулась Любе.

— Мы надеемся, вам у нас понравится, миссис Паркер. Мы очень рады, что вы выбрали наш отель.

Люба выдавила из себя ответную улыбку.

Войдя в номер, она зашвырнула сумочку в угол, скинула туфли и, пройдя к балкону, распахнула дверь настежь. Макс остался стоять в дверях. Наконец она повернулась к нему.

— Где моя комната?

— Твой выбор. — Он пожал плечами.

Люба открыла дверь одной из них и прошла внутрь.

— Меня не беспокоить. — Закрыла за собой дверь. Макс беззвучно рассмеялся.

Телефон завибрировал в кармане. Он уселся в кресле поудобнее. Звонила Дина.

— Фил, ты сейчас один?

— Почти.

— Твой Ронни уже вылетел в Ванкувер. Я забронировала ему номер в том же отеле. Кстати, у него очень приятный голос.

— Не может быть. — Макс усмехнулся. — Я-то думал, что не бывает голоса лучше моего.

— Как там наша леди-босс, бесится?

— Немного.

— Не отходи от неё ни на шаг. У меня плохое предчувствие. Думаю, в этот раз Аллан зайдёт намного дальше. Он торопится. На всякий случай я буду неподалёку.

— Ты мне сделала лицензию?

— Конечно.

— Отлично. Тогда до встречи, Дина.

Повесив трубку, Максим некоторое время сидел, глядя в окно. В голове его вертелись различные варианты того, что мог бы предпринять Аллан Паркер, и как он мог задействовать Криса Ньюмана. Потом он достал из портфеля свой лэптоп. Лучше все-таки попробовать узнать что там у них на уме. Максу ничего не стоило влезть в электронную почту и того, и другого. Во всяком случае, он мог быть предупреждён заранее об их планах. В последнее время этим занимался Ронни, но сейчас Макс не хотел ждать. Он прислушался к звукам из комнаты Любы. Похоже, она разговаривала с кем-то по телефону. По-хорошему, им бы лучше сидеть у себя в номере, но этим предложением он окончательно выведет её из себя. Изучив и проанализировав информацию, полученную им из переписки между женихом Любы и начальником безопасности, Максим лишний раз убедился, что все сделал правильно, сменив автомобиль и отель. Все-таки у него была прекрасная интуиция и опыт. Значит, пока можно немного расслабиться и провести приятный вечер с Любой. Он встал и вышел на балкон. Прикурил сигарету и жадно затянулся. Вкус уже не был так противен, наверное, начал потихоньку привыкать. Воздух был влажным и слегка солоноватым от океана. Серые тучи тяжело набрякли, готовые вот-вот разлиться лужами на дорогах. «Все будет хорошо», — внушал он себе. Теперь, после того как он нашёл свою любовь, Макс знал, что ничто не заставит их разлучиться снова.

Глава 23

Ольга и Ник сидели на диване в аэропорту Мадрида. Они должны были уже давно вылететь, но рейс неожиданно задержали. Николас рассчитывал прибыть в Ванкувер в пятницу вечером, чтобы провести по крайней мере пару дней там и показать своей девушке местные достопримечательности, прогуляться по Стэнли-парку и так далее. Теперь, по его расчетам, они должны были быть там около семи часов вечера субботы. Девушка, устало прислонившись к плечу парня, дремала.

— Да, незадача. — Ник погладил её по голове. — Будем надеяться, что мама пробудет в Ванкувере подольше. Мне так хочется тебе там все показать. Вот там жизнь бурлит!

— А мне очень нравится в тишине, около моря… Как здесь. — Девушка мечтательно вздохнула. — Я так люблю наш дом в Коста-Бланке. Если бы я ещё с папкой бы там времени больше проводила… С матерью мы тут часто бываем, но она в основном по барам и бутикам бегает.

— Ты всегда так хорошо отзываешься о своем отце, аж зависть берет. — Ник вздохнул. — А у меня, кроме мамы, никого не осталось. Отец недавно женился. Ну он, в общем-то, мне неродной отец. Отчим.

Ольга сочувственно улыбнулась.

— Не, он неплохой мужик, но какой-то холодный и помешан на своём бизнесе. Был помешан до недавнего времени, пока не женился на тете Мардж.

— А кто это?

— Это мамина лучшая подружка.

— Ой, извини — Оля зажала рот ладонью.

Николас махнул рукой, рассмеялся.

— Да не переживай. Отец, отчим никогда маму не любил, да и она тоже. У них просто дружеские отношения. Они и спали-то всегда в разных спальнях. Маме он был вообще по барабану. — Ник немного помолчал. — Мой настоящий отец умер ещё до моего рождения.

— Бедный мой. — Девушка прикоснулась губами к его щеке. — И колючий.

Ник рассмеялся, потирая заросшее щетиной лицо.

— У мамы есть фотографии отца. Ещё черно-белые. Она их у себя в спальне хранит, в специальном ящике. Я даже когда-то к нему ключ подобрал.

— Я видела твою маму в Интернете. Она очень красивая, но строгая. Похожа на Снежную королеву. — Оля вздохнула. — Чересчур серьезная.

— Ну а какой ей ещё быть? Она на себе всю корпорацию тянет.

— Слушай, Ник, я даже, честно говоря, боюсь с ней встречаться.

— Вдруг укусит?

— Просто она такая…

— Знаешь, Оль. Она не всегда такая. Когда она не на людях, и её никто не видит, то она совсем другая. Самая нормальная мама.

— Нормальная мама… — Девушка хмыкнула. — Моя мать под такую категорию и не попадает.

— Вот смотри. — Ник достал из кармана куртки бумажник. — У меня есть её фотка, когда она ещё была нашего с тобой возраста. Украл у неё.

Николас протянул потертую фотографию девушке.

Оттуда смотрела красивая стройная блондинка, стоящая в обнимку с темноволосым загорелым парнем в обтягивающей мускулистую грудь футболке. Лица обоих светились счастьем.

— Слушай. — Оля слегка нахмурилась. — Какие знакомые лица. Ты знаешь, кто этот парень?

— Ну конечно. Это и есть мой настоящий отец.

Оля молча протянула фотографию Николасу.

— Интересный поворот.

— Красивая пара, правда?

Оля уставилась на Николаса.

— Я эту фотографию уже видела.

— Дежавю. — Он встал с дивана. — Пойдём, чего-нибудь перекусим.

— Ник, ты слышишь меня?

— Ну да, ну да… — Он потянул девушку за руку. — Только на голодный желудок мои уши ничего не воспринимают.

— Коля! — Ольга встала с дивана. — Я просто хочу сказать, что на этой фотографии мой отец.

— Что? — Ник уставился на неё. Потом рассмеялся. — Дурочка, ты хочешь сказать, что…

— Да, это твоя мать и мой отец. И точно такая же фотка есть у моего отца. Вернее была. Он её прятал раньше, а потом мать нашла и порвала её. Я ещё помню, как они тогда ссорились.

— Подожди, чего-то я не понимаю…

— Ну ты не один такой. Я тоже не очень въезжаю. — Оля топнула ногой. — Это что выходит, мы с тобой родственники?

— Не может быть. — Ник нервно взъерошил волосы. Я не хочу, чтобы ты была моей сестрой. И вообще, он же вроде как умер….

— Ну, в общем, и я тоже от такого братца не в восторге. У нас, по-видимому, только есть один способ узнать: позвонить отцу и спросить его.

— Что, вот так взять и спросить? Вот блин. — Ник тряхнул головой. — Хотел апельсиновый сок выпить, а теперь придётся пить «отвертку».

Ник подхватил их сумки, и они направились к бару.

После пары коктейлей молодые люди решили, что уже набрались храбрости.

— Ну давай, звони.

— Интересно сколько у него там времени?

— Смотря в каком городе твой отец.

— Я даже не знаю. Знаю только, что он собирался быть на острове Ванкувер.

— Интересно, зачем? — Ник задумчиво поглядел на девушку. Та пожала плечами.

— Понятия не имею. Я его никогда не спрашиваю. Специфика его работы.

— Ладно, давай ещё по коктейльчику для поднятия силы духа, и звони, сестренка.

Оля обиженно насупилась.

— Не называй меня так.

— Ладно, ладно. Не буду. А вообще, мне по фигу сестра ты мне, или нет.

Поговорив с Диной, Максим прилёг на диван, включил телевизор и неожиданно для себя заснул. Наверное, последние несколько дней действительно вымотали его.

Он вздрогнул от резкого звонка телефона. В который раз упрекнул себя, что не поменял на более приятную мелодию. Звонила дочь. Он посмотрел на часы. Был почти полдень.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

— Привет.

— Привет, папусик. Ты где?

— Я здесь. А ты где?

— И я здесь.

— Ладно, колись.

— Я все ещё в Мадриде. Рейс задерживают. Скучно. Сижу тут в баре и пью водку с апельсиновым соком.

— Ты смотри там у меня! Водку она пьёт…

— Не волнуйся, пап. Водки совсем немного, в основном сок. А ты что там делаешь?

— А я в Ванкувере, в пятизвездочном отеле.

— С какой-нибудь очередной длинноногой блондинкой?

— Ну почему очередной?

Оля рассмеялась.

— Вот ты и попался, папка. Значит, я угадала — она длинноногая блондинка!

— Ну ты и бестия. — Макс усмехнулся в усы. — На самом деле я работаю здесь, дорогая.

— Это поэтому ты говоришь со мной на своём американизированном языке?

Макс рассмеялся, одновременно прислушиваясь к звукам из соседней комнаты. По-видимому, Люба была в душе. Как не вовремя позвонила Ольга.

— Ладно, пап. На самом деле у меня к тебе есть серьезный разговор.

— По телефону?

— Если бы ты был рядом, он не был бы телефонным.

— Ну давай тогда, не тяни. Что, мама разбила очередную машину?

— Ой, уверена, что тебя бы это не взволновало.

— Или ты уже вышла замуж?

— Папка, ну я же не хочу, чтобы ты умер от инфаркта. — Ольга рассмеялась на другом конце. — На самом деле…. Ладно. Как тебе сказать… Ну, в общем, помнишь, у тебя в прикроватной тумбочке есть некоторые вещи, которые ты никому не показываешь.

Макс расхохотался.

— Ну ты даёшь, дорогая. Презервативы? — Он, скорее, почувствовал, как дочь залилась краской смущения. — Извини.

— Ок. Фотографии там разные. У тебя там одна была, мама ещё её порвала года два назад. Где ты там ещё с блондинкой обнимаешься.

Максим насторожился.

— Говори конкретнее. Я часто фотографировался с разными девушками.

На другом конце провода замолчали.

— Ты где, Оль?

— Ой, я просто закусываю. Щас…

— Ты что, пьёшь?

— Не пью, а выпиваю. Кстати, все эти старые черно-белые фотки у тебя только с одной и той же белобрысой девчонкой.

— Белобрысой девчонкой! — Макс хохотнул. — Эх, пожалуй, я бы к тебе охотно бы сейчас присоединился. Что ты там пьёшь-то?

— Так кто эта девчонка?

— Какая тебе разница?

— Очень и очень большая.

— Этой белобрысой девчонки уже давно нет. Она уже выросла и превратилась в очень важную персону.

— А почему ты на всех фотках с ней? А где же тогда была мама? Да, точно, я что-то не помню ни одной твоей с мамой фотографии вдвоём.

— О, мама? Ну это долгий разговор и не по телефону. Когда я приеду домой, то мы там и поговорим обо всем, хорошо?

— Ну уж нет, папочка. — Голос её задрожал.

Макс вдруг почувствовал, что на том конце провода дочь готова заплакать, и то, что она хочет знать, действительно для неё важно. Ему так хотелось утешить её, обнять, выслушать, но он не мог. Сейчас не мог. Слишком рискованно говорить сейчас об этом по телефону с дочерью.

— К сожалению, Олюшка, я не могу сейчас долго говорить. Я все-таки на работе. Но обещаю, что мы обо всем поговорим, и разговор будет не из легких. Ни для тебя, ни для меня.

— Ой, только не принимай меня за малолетнюю дурочку. Я давно знаю, что ты собираешься разводиться с мамой. — Перебила его дочь.

— Ну и это тоже.

— А что, что ещё?

— Давай потом всё-таки, Оль.

— Ну ладно. — Она громко выдохнула. — Самое главное. Только подожди, дай глоток сделать. Ух.

— Да ты с ума сошла! Ты что это так много пьёшь?

Макс услышал, как звякнуло стекло.

— Фу, готова! Пап, скажи, ты мне родной отец?

— Что?! — Если бы Макс не сидел, то он бы свалился на пол от изумления. — Что за чушь?

— Мне только нужен ответ да или нет.

— Я не совсем понимаю, почему ты задаёшь мне все эти дурацкие вопросы? Что ты хочешь от меня услышать? Какой ответ?

— Я хочу правдивый ответ. Мне это очень и очень важно знать. Если ты мне ничего не скажешь, я не знаю, что может случиться.

— Конечно, я твой отец. Мы ведь очень близки с тобой.

— Пап, конечно, и я тебя очень люблю и буду любить, несмотря ни на что.

На миг сердце мужчины сжалось. Ведь все равно рано или поздно его дочь должна знать.

— Хорошо. Уж не знаю, как ты это воспримешь, но да, я не твой родной отец. Но это ничего не меняет, Ольга. Ты все равно должна меня слушаться и вообще…

— Ой, папка! Спасибо тебе, милый! Как же я рада! Все пока!

Она повесила трубку.

— Ничего не понимаю… — Пробормотал Макс. Взял сигарету, вышел на балкон. По крайней мере одна гора с плеч. Но все равно разговор им предстоит серьёзный.

Оля повернулась к Николасу и с радостным визгом обхватила его за шею.

— Колька, мы с тобой не брат и сестра!

— Погоди. Теперь я перестал все понимать. Значит твой отец — это, получается, мой отец?

— Ой, слушай… Ну я даже не знаю. — Она пожала плечами. — Похоже, что так оно и есть.

В это время объявили посадку.

Николас быстро допил содержимое своего стакана и, схватив их сумки, посмотрел на часы.

— Жаль, что у нас будет мало времени в Ванкувере. Мы прилетим около десяти вечера. Но ничего, я уже забронировал номер в неплохой гостинице прямо около океана. Там и поужинаем, хорошо, малышка?

— Надеюсь твоя мама не там сейчас, — пробормотала Оля.

— Если и там, то она в совершенно другом месте. У неё свои апартаменты в «Саттон Плэйс», а это в центре города.

Крис сидел у себя в кабинете и смотрел в окно. Перед ним стоял графин с коньяком. Он ждал, когда старинные часы с тяжелым бронзовым маятником пробьют двенадцать, и тогда он сможет выпить первый свой стакан. Это было его правилом уже в течение многих лет. Через несколько минут ему надо позвонить Ливан Паркер. Он слегка улыбнулся. Она ему нравилась, действительно нравилась — такая живая, страстная, невероятно красивая. Практически всегда ему было с ней легко и уютно, кроме тех моментов, когда она хотела интимной близости. Мужчина усмехнулся, с грустью отметив про себя, что никогда ему не испытать таких чувств к ней. Он их просто напросто лишён. Лишён с тех самых пор, как полицейские дубинки раз за разом опускались на его спину, а потом он лежал на ледяном полу в карцере. В своё время психолог сказал Крису, что физический недуг не самое страшное, а вот психологическая травма, лишившая его возможности чувствовать и желать, отразится на всей его жизни.

Ну что ж, вполне возможно, что завтра он уже не увидит свою невесту. Зато увидит кое-какие деньги, которые достанутся ему после выплаты долга. Это тоже неплохо. Все, что Аллан ждёт от него, просто продолжать разыгрывать влюблённого жениха. А сейчас этому жениху надо пообщаться со свое любимой невестой.

Ливан ответила на второй гудок. Крису показалось, что голос её был немного напряженный.

— Привет, милая.

— О, Крис. Рада тебя слышать.

— У тебя уставший голос. Что-то случилось?

Она вздохнула.

— Нет-нет. Просто у меня ужасно болит голова. Немного устала за последнее время.

— Ты одна в номере? Или со своей охраной.

— Нет. Я одна. Я отправила его прогуляться по городу. Он никогда не был в Ванкувере.

Крис ухмыльнулся. Вот сейчас с ней можно было бы сделать все, что угодно. Он надеялся, что человек Аллана Паркера начеку.

— Я так соскучилась по тебе, Крис. Не могу дождаться, когда увижу тебя. Я приеду завтра к полудню. Люблю тебя.

— И я тебя, Ливан, дорогая. А теперь иди, отдохни.

Крис чмокнул её в трубку и отключился.

Теперь можно и выпить. Он налил золотистую жидкость в широкий стакан и, прикрыв глаза, втянул носом аромат дорогого напитка.

Аллан Паркер нетерпеливо расхаживал по своей гостиной. Этот чертов сукин сын не выходил с ним на связь. Что происходит? Крис должен был сообщить ему, где находится Ливан Паркер. Аллан знал, что она покинула Парксвиль на своём частном самолете, но затем она как сквозь землю провалилась. Лимузин, на котором она должна была поехать в отель, так и остался стоять на парковке в аэропорту. Человек, которого он поселил в «Саттон Плэйс», сказал, что миссис Паркер там не появлялась. Аллан не переносил крушения своих планов. Нет, он не мог просто так все оставить. Если от неё не избавиться сегодня, завтра ему будет совсем не сладко. Этой русской выскочке скоро конец. Наверное, надо убрать и этого придурка Ньюмана. Он уже представлял первую полосу «Ванкувер Сан» с фотографией обоих в траурной рамке. От её ублюдка будет несложно избавиться. С молодыми людьми это намного проще, изобразить передоз не проблема.

Аллан подошёл к бару, налил скотч в стакан и залпом выпил. Достал из хьюмидора сигару. Закурив, набрал номер Майка.

— Что там у тебя? Ты её видел?

— Какая-то чертовщина, босс. Она как будто исчезла. Я заготовил для неё некоторые сюрпризы, а её нигде нет.

Аллан Паркер с раздражением швырнул трубку на рычаг.

Люба окинула себя взглядом в зеркале, поправила прическу и вышла из своей комнаты. Время, проведённое за работой, пробежало незаметно. Фила нигде не было видно. Дверь в его комнату была слегка приоткрыта. Люба подошла и приникла лицом к щели. Он лежал на широкой кровати и безмятежно спал. На миг она почувствовала легкий трепет внизу живота. В памяти вихрем пронеслись воспоминания прошлой ночи. Это было так давно и как будто только что. Нет, об этом не нужно думать. Прошла к открытому окну. На улице было уже темно, накрапывал дождь. Улица внизу преобразилась флуоресцентным освещением. Несмотря на слякотную погоду, внизу царило обычное людское оживление.

Завтра ей предстоит нелегкий разговор с Крисом, и после этого он навсегда исчезнет из её жизни. Любе было грустно от того, что не случилось настоящего чувства, что в её жизни не будет романтики со всеми невероятными эмоциями. Люба хмыкнула. Романтики? Только вчера ночью дикие чувства вовлекли её в водоворот страсти. Этого не должно больше повториться. Завтра Фил будет рядом с ней в последний раз. Как только она вернётся домой, Люба прикажет Дине уволить его. Если надо будет заплатить ему больше, она заплатит, но только чтобы он не был рядом. Женщина закрыла лицо руками. Что с ней? Эта жалкая женская похоть. Он женат, у него семья. В конце концов, у них совершенно разный социальный статус. Зачем, зачем ей так хочется его прикосновений, слышать его голос, смотреть на него. В нем ведь совершенно нет ничего привлекательного. Не очень опрятное, заросшее щетиной, высушенное ветрами лицо, этот ужасный шрам… Люба прошла внутрь комнаты, открыла дверцы бара. Ей просто необходимо сейчас выпить. Она достала бутылку «Шато-Марго». Усмехнулась про себя. Дина знала Любин вкус. Постаралась доставить сюда её любимое вино.

— Я открою.

Люба вздрогнула и резко обернулась. Фил стоял за спиной.

— Боже, извини, ты меня напугал.

— Прошу прощения. — Мужчина осторожно разжал её пальцы, судорожно сжимающие горлышко бутылки. — Надеюсь, леди не подумывает ударить меня этим по голове.

Люба нервно рассмеялась. Он был так близко сейчас.

— Просто я провела целый день за компьютером, и теперь мне необходимо расслабиться.

— Бокал красного помогает от радиационного излучения компьютера. — Фил налил вино в бокал и протянул ей.

Жар ударил ей в голову. Она непонимающе посмотрела на него. Точно так же в своё время говорил её красавчик. Только на русском языке.

Фил улыбнулся уголком рта.

— А я прекрасно провёл день в тишине и покое. Я всегда использую любой момент, чтобы отдохнуть. Так, на всякий случай. Никто не знает, что может случиться в следующее мгновение.

Люба задумчиво кивнула, глядя сквозь бокал на свет торшера.

— Я не могу больше сидеть в этих четырёх стенах. Мне надо выбраться отсюда. Может махнём в какой-нибудь ночной клуб?

Фил поморщился.

— Не думаю, что это хорошая идея.

— Мне просто необходимо куда-то выйти, иначе я сойду с ума.

Телохранитель иронично присвистнул.

— В этом отеле два ресторана и неплохой бар. Мы можем спуститься туда, и вы, миссис Паркер, предадитесь возлиянию, сколько вашей душе будет угодно. Но я бы не рекомендовал сейчас выходить в город.

Люба топнула ногой и залпом выпила содержимое своего бокала.

— Ну хорошо. Будь готов через полчаса. — Хмыкнув, Люба со стуком поставила пустой бокал на стол и прошла в свою комнату, раздраженно захлопнув за собой дверь.

Как назло у неё все валилось из рук. Люба в который раз пожалела, что здесь нет Мэнди, которая была мастерицей по укладке волос. После многочисленных попыток уложить их в красивый пучок, женщина сдалась. Просто расчесала их, слегка спрыснула лаком. За чулки она зацепилась ногтем, и они тут же поехали. Хорошо, что она предусмотрительно взяла с собой ещё пару. Единственное, с чем у неё не возникло проблем, это с новым платьем, которое она купила сегодняшним утром. Оно сидело на ней идеально. Туфли тоже были достаточно удобными. Люба открыла флакон «Империал Маджести» и нанесла духи на запястья и виски. Она быстро отбросила мелькнувшую было мысль, что все это на самом деле она делает, чтобы привлечь внимание Фила, своего телохранителя. Господи, какой бред! Женщина всегда должна выглядеть на все сто. Этот солдафон на неё скорее всего и не обратит внимания. Она последний раз глянула в зеркало и вышла. Фил сидел в кресле и просматривал газету. Увидев её, он встал, критически окинул Любу взглядом.

— Теперь на нас будут точно обращать внимание. Черт. — Он потёр ладонью щетину.

— Вина, — коротко сказала она.

— Простите?

— Я сказала, что хочу ещё вина. — Ей было горько. Он не обратил внимание ни на что. Ни на её великолепное платье, ни на запах дорогущих духов. Ну что ещё можно ожидать от проеденного молью вояки. Люба поднесла бокал к губам, потом, подумав, сказала. — Почему бы вам, Фил, не привести себя тоже в должный вид. Ну там… — Взмахнула рукой. — Побриться, что ли, подстричься…

Мужчина только пожал плечами.

— В моей работе это не обязательно. Главное, чтобы мне было удобно.

Люба фыркнула. А, ладно, послезавтра его лицо уже не будет маячить перед ней. Макс поймал себя на мысли, что ещё пара минут, и он не сможет сдержаться, чтобы не наброситься на неё прямо здесь как похотливый маньяк. Им надо срочно выйти из номера. Он не в силах быть с ней рядом. Этот одуряющий аромат её духов, её горячее живое тело, туго затянутое в шёлк. Это было просто издевательством над мужским полом. Неужели она думает, что если он телохранитель, то у него нет никаких чувств? Жаль, что у него не было возможности принять сейчас ледяной душ, который охладил бы его плоть.

Макс молча открыл перед Любой дверь, пропуская её вперёд.

Ольга и Николас стояли у регистрационной стойки, когда негромкий разговор и цоканье каблуков привлекли внимание девушки. Она обернулась и от восхищения замерла. Потом дернула своего парня за рукав.

— Ты только погляди, Ник…

Мимо них проходила необычайно красивая женщина в сопровождении мужчины. Высокая, с красивой походкой, загорелая. Длинные светлые волосы тяжело струятся по спине.

Ник посмотрел на Олю.

— Ты чего рот раскрыла? — Он проследил за взглядом девушки и в ужасе зажмурился.

— Мама?

— Что?

— Не смотри туда. Она не должна нас заметить.

Женщина на миг остановилась, доставая что-то из сумочки.

— Это… кто? Это твоя мать, Ник?

— Да, да. Это она. — Юноша прикрыл лицо кепкой, которую держал в руке.

Оля продолжала смотреть на женщину. Она действительно была необыкновенно хороша. Затем перевела взгляд на мужчину. Глаза её расширились. Она резко отвернулась. На какое-то мгновение она потеряла способность говорить.

— Коль, — наконец жалобно произнесла она. — Этот мужик с ней. Это… Это кто?

Молодой человек пожал плечами.

— В первый раз его вижу.

— Я буду не я, если это не мой, наш отец. — Девушка пристально вглядывалась в мужчину, удаляющегося от них. — Что за хрень? Что он тут делает с твоей матерью?

— Я не понимаю, что мама здесь делает. Она никогда здесь не останавливается. Ты говоришь, отец? Что-то он не очень похож на Ален Делона, которого ты мне описывала. Вряд ли этот дядька наш отец. Ты, наверное, просто в шоке.

— Это точно он. Не обращай внимания на его внешность. Его обычный маскарад.

— Не понял…

— В своё время я его обучила всем этим штучкам, когда занималась в театральном кружке.

— Вот черт. — Николас почесал затылок. — Что они здесь делают вдвоём и одетые как на Хелоуин?

— По-видимому, нам это надо узнать. Давай-ка позвони своей мамочке.

Глава 24

В баре царил приятный полумрак. Люба нерешительно вошла внутрь, остановилась. Её телохранитель стоял позади. Он взял женщину под руку и, наклонившись к её уху, тихо сказал.

— Вон тот самый дальний столик в углу.

Женщина послушно кивнула и направилась туда.

Макс услужливо отодвинул для неё стул.

— Какие-нибудь пожелания? Мартини, джин, бокал вина?

— Думаю, вино. Скорее всего, шампанское. Хочу расслабиться. — Она словно извинялась. — Знаю, знаю, шампанское на меня сильно действует, ну и ладно. Я думаю, ты, Фил, если что, сможешь донести меня до номера.

Мужчина пожал плечами. Сделал заказ подошедшему официанту. Из закусок заказал сыры и фрукты. Потом вопросительно посмотрел на Любу.

— Я бы посоветовал тебе что-нибудь более сытное, Ливан.

Она махнула рукой.

— Нет. Я не голодна. Честно. Завтра тяжелый день, и я просто не в состоянии думать о еде.

Им принесли шампанское. Макс отпустил официанта. Открыл сам бутылку и налил игристый напиток в фужер.

— Опять на работе? — Люба проследила, как он отпил сок из своего стакана.

— Опять.

Она сделала глоток.

— А я хочу напиться. — Она слегка усмехнулась, увидев, как её телохранитель в удивлении приподнял брови. — Не, не так прям… Просто хочу расслабиться и забыть о всех насущных проблемах. Ты видел моего кота?

— Это лысого-то?

Она икнула.

— Да, Макса. Это единственное существо, которое помогает мне расслабиться, и которое я люблю, кроме сына, конечно.

Я с ним всегда разговариваю по вечерам. После работы. Мне кажется, Макс понимает все.

— Макс… Какое-то у него странное имя…

— Ему идёт.

Она быстро допила содержимое из своего фужера и махнула Филу рукой, чтобы он налил ей ещё.

— Извини. Всегда хотела позволить себе все, что хочу, но не могла. Всегда на людях, всегда кто-то вокруг. Приходится скрывать свои чувства, притворяться этакой железной леди. Здесь по-другому. Сейчас все по-другому…

— Здесь, в Ванкувере? — Макс рассмеялся, оглядываясь по сторонам. — Да, похоже, этот город один из самых многолюдных в Канаде. Наверняка найдётся кто-то, кто узнает железную леди Ливан Паркер и… Пресса тут и все такое…

— Никто и не поверит, что это я. Я ведь практически не появляюсь в таких местах. И вообще, — женщина выпила шампанское. — Мне здесь чувствуется по-другому. Мне сейчас легко. Мне с тобой, Фил, почему-то тоже легко. Не знаю…

— Я думаю, миссис Паркер, вам надо хотя бы что-нибудь съесть. Хотя бы сыра. Может заказать эскарго? Или фуа-гра?

Максим повернулся, чтобы позвать официанта. В это время взгляд его наткнулся на молодую пару, стоящую у входа в бар. Ему показалось, что они ненароком их разглядывают. «Вот и пресса уже здесь», — подумал он. По роду своей деятельности мужчина всегда замечал малейшие детали.

— Не надо, Фил. Лучше закажи ещё шампанского. Мне и так хорошо.

В это время из сумочки Любы раздался телефонный звонок.

— Ой, это Ник. — Женщина поднесла трубку к уху, взглянула на часы. Что-то случилось?

— Мам, мам. — Раздался голос сына. — Ты меня слышишь?

— Конечно, слышу. Не надо так громко кричать мне в ухо. Что с тобой? Ты перепутал день с ночью?

— Только не говори мне, что ты лежишь полусонная в постели.

Люба рассмеялась.

— Нет, не лежу. А вот я могу предположить, что ты лежишь сейчас на пляже рядом со своей подружкой.

— Да, я с подружкой.

Макс быстро бросил взгляд на молодых людей у входа и немного напрягся, заметив, что они двигаются в их сторону. Кто такие, и что им надо? Дина предупреждала, что на миссис Паркер началась охота. Так, оружие на месте. Всегда надо ожидать неожиданное.

— Мам, у меня есть для тебя сюрприз. — Люба будто видела, как улыбается её сын.

— Сюрприз? Надеюсь, ты не женишься?

Николас рассмеялся на другом конце.

— Не, я просто соскучился по тебе.

Теперь Макс со своего места мог разглядеть неторопливо приближающуюся к ним пару.

Молодой человек, высокий, поджарый, с широкими плечами, темноволосый, девушка рядом с ним, казалась такой худенькой, как тростинка. Постойте-ка. Рука Макса потянулась к галстуку, ослабить узел. Да это же его дочь! Ольга. Он что, сходит с ума? Ведь он-то точно не пил никаких алкогольных напитков.

Люба на миг оторвалась от телефона.

— С вами все в порядке, Фил?

— Нет-нет, все в полном порядке, мэм.

Молодой человек подошёл к Любе со спины и, посмотрев на её телохранителя, приложил палец к губам. Его спутница тем временем встретилась взглядом с Максимом. Легкая улыбка скользнула по её губам.

«Все пропало, — подумал он, — она знает, кто я».

Было бы наивно полагать, что его дочь не узнает его. Сколько раз он накладывал грим под её чутким руководством. «А это, значит, и есть мой сын», — мелькнула в голове у Макса мысль.

Юноша закрыл ладонями глаза Любы. Она испуганно пискнула.

— Боже мой! Ник! Откуда ты здесь? — Люба вскочила со стула, обняла сына. — Ничего себе сюрприз! Как ты вообще меня нашёл?

Она посмотрела на девушку из-за спины сына, отстранилась.

— И ты здесь не один! Это и есть твоя подруга? — Люба улыбнулась Оле, протягивая ей руку. — Ливан Паркер.

— Ольга.

— Ну что ж, присаживайтесь к нашему столу. Наверное, нам нужен столик побольше.

Люба жестом подозвала официанта.

Они заказали закуски, красного вина и ещё шампанского.

Николас вопросительно посмотрел на мать.

— Мам, — тихо спросил он. — Что происходит? Где Крис? Я думал ты будешь здесь по крайней мере со своим женихом, а не с кем-то ещё. И почему ты в этом отеле? — Затем добавил по-русски. — А это что ещё за дед?

— Ой, простите. — Люба почувствовала, как щеки её наливаются густым румянцем. — Забыла вас представить. Это Фил, мой новый телохранитель, Фил, а это мой сын Николас и его подруга Ольга.

— Телохранитель? Я думал те времена прошли, когда отец приставлял к тебе охрану, чтобы ты не сбежала из дома? — Ник усмехнулся. Люба вздохнула.

— Теперь такие вопросы решает Дина. Она сочла нужным приставить ко мне охрану.

Николас протянул руку для рукопожатия Максиму. Тот явно чувствовал себя не в своей тарелке под насмешливым взглядом дочери. Явно, что и Николас знал, кто он на самом деле. Тот тем временем приобнял Ольгу за плечо.

— Мам, Ольга из России. Из Москвы. Так же как и ты…

Люба с интересом разглядывала подругу сына.

— Ты же тоже оттуда?

— Да. — Люба поджала губы. Ей совсем не хотелось предаваться воспоминаниям. Она старалась как можно меньше думать о прошлой жизни. Слишком много там было намешано и сладкого, и горького.

— Вы прекрасно сохранили русский язык. — Оля улыбнулась. — Обычно со временем и с возрастом люди приобретают акцент. А у вас его совсем нет.

«Возраст», — Люба еле сдержалась, чтобы не показать своё раздражение. Девушка тем временем продолжала.

— В каком районе Москвы вы жили?

— Ой, это было так давно. Я, честно говоря, даже и названия не помню. С годами память начинает подводить, милая моя. Ник, налей своей подруге вина. И мне шампанского, Фил. Пожалуйста.

Люба посмотрела на своего телохранителя. Ей показалось, что он несколько напряжен. Ей и самой не по нраву был этот разговор. Николас почему-то вёл себя вызывающе. Она никогда не замечала за ним ничего подобного. Неужели так хочется выставиться перед этой девицей?

— Расскажите мне о себе, Ольга.

— А что тут рассказывать. Живу в Москве. У родителей я одна, как говорится, избалованная дочка. Правда и родителей особо не вижу. Мать бегает по салонам и бутикам, а папаша пропадает в так называемых командировках. Ну для мамочки деньги зарабатывает, чтобы та успела их потратить…

Люба хмыкнула. Опустошила свой бокал с шампанским. Чуть помолчала.

— Ну а чем вы, Оля, занимаетесь? Работаете или учитесь?

— Я учусь. В МГИМО. На экономическом.

Люба подняла брови.

— Я тоже там училась. Надеюсь, что у вас впереди многообещающее будущее с хорошей работой.

Девушка пожала плечами.

— Ну работа пока не входит в мои планы. Надеюсь, что найду богатого мужа, и тогда мне не надо будет беспокоиться о куске хлеба.

Макс слегка кашлянул. Николас поглядел на него.

— А вы, Фил, что-то не пьёте совсем. Вам красного или тоже шампанского? А то маме будет слишком много одной.

— Спасибо, но я не употребляю алкоголя. Я здесь на службе.

Николас оглядел Макса.

— Да? А я подумал, что у вас тут свидание.

— Ник! — Люба возмущённо посмотрела на сына. — Немедленно прекрати. Да что с тобой, в самом деле?

Ольга исподтишка разглядывала мать Николаса. Все-таки она стильная штучка. Ещё бы с её деньгами… Интересно, делает ли она все эти процедуры, типа ботокса, золотых нитей? Хм, похоже грудь у неё своя. Красивая тетка. Недаром папаша так на неё пялится. Что-то между этими двоими происходит.

Девушка перевела взгляд на Николаса. Теперь понятно, почему он такой красивый. Весь в своих родителей. Она повернулась к отцу.

— А почему вы все время молчите, Фил? Так вас, кажется, зовут?

— В мои обязанности не входит вести светские беседы.

Оля заметила, как желваки заходили на скулах отца от едва сдерживаемого гнева, но это её не остановило.

— Так вы сейчас на работе? Кстати, у вас такой приятный техасский акцент. Вы, по-видимому, оттуда?

— Да, я оттуда.

— Расскажите мне про этот край. Мне так интересно.

Люба нахмурилась, похлопала Николаса по руке.

— Я бы хотела бы с тобой поговорить, сынок. С глазу на глаз. Прямо сейчас.

Николас виновато поглядел на свою девушку.

— Послушай пока техасские легенды. — Сказал он ей. — А я пойду тем временем с мамой пообщаюсь.

Они встали из-за стола. Люба прошла в другой конец зала. Нашла столик на двоих.

— Присаживайся.

Николас виновато глянул на мать исподлобья.

— Мам, ты не обижайся на Ольгу… Она совсем не такая.

Люба помолчала, сделала глубокий вздох.

Как только они остались за столиком одни, Максим резко схватил дочь за руку.

— Что это было?

Девушка обратила на него невинный взгляд чёрных как маслины глаз.

— О чем вы, Фил? Ой, вы оказывается, говорите по-русски? Вас случайно не Джеймсом зовут?

— Ольга, достаточно. — Макс поморщился. — Меня интересует, что ты здесь делаешь, и что за идиотскую комедию ты тут ломаешь.

— Надо же, прям телепатия какая! У меня точно такой же вопрос: что ты здесь делаешь со своей любовницей, и что за маскарад ты тут устроил?

Ольга увидела, как глаза отца сузились. Вот этого она никогда раньше от него не видела. Наверное, таким его не раз видела её мать.

— Какая ещё любовница? Что за бред ты несёшь? — Тихо произнёс он.

Ольга решила идти ва-банк. Как ни крути, но рано или поздно все надо узнать.

— Ты думаешь я не узнала ту блондинку с фотки, которая была у тебя спрятана в столе? Кто она тебе? Что у тебя с ней?

— Погоди, Оль. — Макс оглядел её потяжелевшим взглядом. — Между нами ничего нет. Люба, то есть Ливан Паркер, она не знает, кто я. Честно. Меня вызвали сюда, чтобы охранять её.

Дочь хмыкнула.

— Можно подумать, у них тут в Канаде не нашлось никого, кроме тебя. Да ты и не телохранитель даже, папа.

— Послушай, это длинная история. Длиной во всю мою жизнь. Я обещаю, что я все тебе расскажу, но только не сейчас и не сегодня.

— Договорились. Я дам тебе немного времени, а пока повеселюсь.

— Оля, я прошу тебя! Ты слишком разошлась. Что о тебе подумает…

— Твоя подружка? — Оля скривила губки. — Мне почти все равно. Почти — только из-за того, что она мать моего парня.

— Жаль… — Макс вздохнул, откинулся на спинку стула. — Сейчас ты мне напоминаешь свою мать.

— Которую ты на дух не переносишь.

— Верно. Я никогда её не любил.

Девушка вдруг почувствовала, как злость спазмом сжала ей горло. В этот момент Ольге захотелось взять бокал вина и выплеснуть его содержимое в физиономию сидящего перед ней самца. Но это был её отец. Она одним махом выпила вино.

— А что же ты женился на ней? Тогда она была тебе нужна. Или ошибка молодости?

Зачем ты мучаешь её все эти годы? Я же знаю, что она любит тебя, а ты… Ты всю жизнь или на каких-то своих военных операциях, или в чужих постелях.

Макс взял руки дочери, разжал пальцы, сжатые в кулаки.

— Пока ты не наговорила лишнего, остановись. Ты слишком многого не знаешь. Вернее, ты вообще ничего не знаешь. Я никогда тебе этого не говорил, но ты же не глупенькая, ты и так все видишь. Я никогда не любил её, твою маму. Мы с ней даже никогда не встречались, не ходили на свидания, не флиртовали. Никакого романа у нас не было. Она обманула меня, когда я был в страшной депрессии. Тогда я горевал по своей невесте, которая была убита. — Макс немного помолчал, на секунду прикрыл глаза. Ему было больно вспоминать это время. Потом сухим тоном произнёс. — В общем, это долгая история. Я расскажу тебе все, но не сейчас. Одно хочу сказать, что я всегда любил тебя и буду любить. Ты все равно моя дочь. А сейчас, прошу тебя, немедленно успокойся и веди себя как моя дочь, а не как избалованная хамка.

Оля встряхнула головой. От слов отца у неё выступили слезы. Как он все-таки прав. Она не должна осуждать его без причин. Она не имела на это права.

— Хорошо, пап. Прости. Я, наверное, действительно переборщила. — Она тихо улыбнулась и пододвинула пустой бокал к нему. — Налей-ка мне ещё.

Макс с облегчением вздохнул. Казалось, тучи рассеялись.

Люба и Николас сидели друг перед другом и тихо беседовали. Время от времени женщина бросала взгляды на столик, за которым сидели Фил и подруга Николаса. Они, по-видимому, были увлечены беседой.

— Мам, на самом деле она совсем не такая. Не знаю, что на нас нашло. Может, мы выпили больше «Сангрии» чем стоило. Ну и долгий перелёт.

— Ник, если бы она не была твоей девушкой, я давно могла поставить её на место, но я уважаю тебя. Я очень хочу, чтобы и ты уважал меня. И от твоей девушки я жду того же.

— Мне кажется, она просто испугалась тебя. И вообще, она просто хотела с тобой поболтать о Москве.

Люба отмахнулась.

— Я даже не про это. Не понимаю, чем вас двоих привлёк мой телохранитель. Я что-то не припоминаю, чтобы ты столько уделял внимания кому-либо из предыдущих. Фил здесь на работе.

— Да? Уж больно вы смотритесь сладкой парочкой. Распиваете шампанское…

— Он не пьёт. Я пью одна. У меня завтра тяжелый день. Во-вторых, посмотри на меня и на него. Он намного старше меня. Как ты сказал — дед… — Люба рассмеялась.

— Ну вообще-то, я пошутил. Это все от вина. Он, твой Фил, кстати, не так уж плохо выглядит. И смотрит на тебя так, словно хочет освободить от этого платья прямо в баре.

— Ник… — Щеки Любы густо покраснели. Глаза полыхнули синим пламенем. — Уж не думала, что мой сын такой пошляк.

— Ну, судя по твоей реакции, тебе он тоже не безразличен. Или у вас уже что-то было? Это из-за него ты здесь не с Крисом?

— Николас, у меня рука чешется влепить тебе хорошую оплеуху, и если бы мы не были в общественном месте…. Думаю, ты должен немедленно извиниться.

— Ладно, ладно, мам, прости. Я не хотел тебя обидеть. И я вовсе не против, чтобы ты устраивала свою личную жизнь. Ведь у тебя же её никогда и не было, разве не так? Я ни разу в жизни тебя не видел в отцовской спальне, а его в твоей.

— Боже мой, сынок. Неужели это надо выяснять сейчас? — Люба поморщилась. — Я просто очень холодная женщина. Мне не до любви. Я бизнесвумэн.

— Это не так, мам. Ты просто никого никогда не любила.

Люба пожала плечами.

— Знаешь, Ник, не всем даётся возможность найти свою половинку.

— Мам, а тот парень на фотке… Это же мой отец?

— Какой фотке? — Глаза Любы расширились. — Знаешь, — она глянула на часы. — Что-то мы засиделись. Это неприлично.

Женщина встала из-за стола.

— Посмотри, кажется, Фил и твоя подружка повздорили.

— Мам… Ты не ответила на вопрос.

Люба резко отвернулась и направилась к столику, за которым сидели Ольга и Фил.

Она не могла поверить, что её сын позволил себе так разговаривать с ней. Да ещё обсуждать интимные вопросы её жизни! И далась ему эта их фотка с красавчиком? Почему именно эта фотография? Это же было так давно. Почему вдруг Ник заинтересовался её прошлым?

НАЗАД 1 3 5 6 ВПЕРЕД

Люба подошла к столу. Фил встал со своего места и услужливо отодвинул для неё стул.

— Шампанское?

Люба молча кивнула.

— Миссис Паркер, — тихо произнесла Ольга. — Я бы хотела извиниться за своё поведение. Я слишком много говорила. Не знаю, что со мной случилось…

— Не стоит беспокойства. — Люба залпом выпила игристый напиток.

Макс слегка усмехнулся.

— Ещё?

Она кивнула.

Мужчина прекрасно понимал, как себя чувствовала Люба. Слишком многое на неё свалилось за последнее время. Ей необходимо было расслабиться, а уж как она это будет делать, это его не касалось. Если Любе захочется пить шампанское бутылку за бутылкой, то он закажет ей столько, сколько надо, а потом отнесёт её обмякшее тело в номер.

— Мам, — Николас протянул руку Ольге. — Мы, пожалуй, пойдём. У нас был такой долгий день. Увидимся завтра за завтраком.

Люба молча кивнула.

С минуту она в задумчивости сидела, уставившись прямо перед собой. Потом, встрепенувшись, кивнула своему телохранителю.

— Закажи-ка мне граммов триста водки.

Макс махнул официанту.

После того, как им принесли заказ, Макс, откинувшись на спинку стула, произнёс.

— Наконец-то я встретился с вашим сыном. И даже с его девушкой. Они неплохо смотрятся вдвоём.

— Это у Ника только вторая девушка. Скорее всего, ничего серьезного. У него ещё много времени впереди, и этих девушек у него ещё столько будет. Он у меня очень красивый парень.

— Есть в кого.

— Спасибо, но он больше похож на отца.

— А разве мужчине обязательно иметь много женщин, чтобы найти настоящее чувство.

Люба пожала плечами.

— Не встречала ни одного мужчину, который бы всю жизнь любил одну женщину.

Люба выпила стопку водки, слегка поморщилась.

— Взять вас, например. У вас жена, но вы ей неверны.

— Это не тот пример. Ты же не знаешь ничего о моих чувствах к ней.

— Ну вот, что и требовалось доказать. Чувства состарились вместе с ней. Когда она перестала быть привлекательной. Но когда-то же эти чувства были другими!

Макс вздохнул.

— Я не хороший пример. Я — солдат. На войне меняются ценности.

Люба налила в стопку ещё водки.

— Да, мой сын похож на отца. Тот был очень красивый. Вот это именно тот случай, когда любовь бывает только однажды. — Женщина выпила, слегка поморщилась. — К сожалению, его больше нет, и Николас никогда не видел своего настоящего отца. Только на фотографии. Случайно. Я практически и не рассказывала сыну про него.

— Почему нет?

Люба пожала плечами.

— А зачем? Сначала мне было слишком тяжело говорить об этом, а потом…? Потом уже поздно. Он вырос. У него другая жизнь. Николасу достаточно общих представлений. Ну и потом, это все было так давно, все в прошлом.

Макс понимающе кивнул.

Люба потянулась к графину с водкой. Макс перехватил её руку и налил жидкость в стопку. Заглянул ей в глаза.

— Может, уже достаточно?

— Хочу напиться, Фил.

Мужчина заметил, что движения Любы стали замедленными и неловкими. На губах застыла ироничная полуулыбка.

— Мне кажется, нам пора. Завтра тяжёлый день. Ты сможешь идти?

Люба попыталась подняться, но ноги её неожиданно подкосились.

— Проклятые каблуки. — По-русски пробормотала она, пытаясь сбросить с себя туфли. Затем рассмеялась. — Черт побери, со мной никогда такого не было.

Она смотрела на своего телохранителя, но он был каким-то нерезким и даже раздваивался.

Макс приобнял Любу за талию и приподнял её.

— Сейчас, не волнуйся. Я тебя донесу до номера.

Когда их уже никто не мог видеть, Макс перекинул Любу через плечо и быстро взбежал по чёрной лестнице. Он не хотел встретить в лифте каких-либо случайных знакомых.

Его ноша была безмолвна и, казалось, уснула, но как только мужчина открыл дверь в номер, она попыталась освободиться от его крепкой хватки.

— Ш-ш. — Он поставил её на ноги и взял за плечи.

— Боже мой, я так напилась. Меня, кажется, сейчас вырвет.

Макс подхватил женщину на руки и бросился к ванной комнате. Он едва успел подобрать её растрепавшиеся волосы и поднять крышку унитаза.

— Лучше? — Спросил он минут через десять, включая воду в душе.

— Что ты собираешься делать?

— Сейчас ты примешь душ.

— Ты что, собираешься раздевать меня?

Макс оглядел её.

— На тебе не так уж много одежды. Но нет, не волнуйся.

Он вышел за дверь.

Макс заварил чай, пока Люба была в душе. Среди нескольких сортов чая в пакетиках он отыскал её любимый — зелёный с жасмином. Может быть, конечно, у неё уже изменились вкусы…

Люба вышла из ванной, остановилась. Ей уже было намного лучше. На ней был белый махровый халат. Длинные мокрые волосы спускались по плечам.

На миг воспоминания болезненной вспышкой пронзили Максима. Вот так же она стояла перед ним тогда, на сборах. Халат, мокрые волосы, следы туши под глазами. Пухлые дрожащие губы…

Люба шагнула к нему.

— Я сделал тебе чай.

— Чай? С чего ты решил, Фил, что я хочу чай?

Она прошла к столику, взяла чашку в руки.

— Мм, жасминовый… Это мой любимый. — Люба вопросительно посмотрела на него. — Откуда знаешь? Дина сказала?

— Это моя работа, все знать.

Люба понимающе кивнула в ответ. Подошла к окну.

— Как темно… Фил, ты любишь свою жену?

Макс подошел к ней и, встав за её спиной, прошептал.

— У тебя волосы мокрые. Не стой у окна.

— Расскажи мне о себе. — Она повернулась к нему. Их глаза встретились, и Макс почувствовал, что вот-вот утонет в этой бездонной синеве.

— Тебе лучше не знать… Сейчас. Давай я отведу тебя в спальню.

Люба послушно кивнула.

Макс откинул одеяло на кровати, поправил подушку.

— Будь сегодня со мной. — Люба уткнулась лицом в его грудь, вдохнула его запах, какой-то родной, свой… Слезы выступили у неё на глазах.

— Хорошо. Я никуда не уйду. — Он помог Любе лечь в постель. Она вопросительно смотрела на него. Макс прижал палец к губам.

— Тсс, малышка, закрывай глаза. Я здесь, с тобой.

Люба легла, отвернулась. Фил был совсем рядом. Она чувствовала его дыхание у себя на шее. От этого мужчины её бросает в дрожь. Подобные чувства она испытывала только с красавчиком. Его нет. Ей хотелось громко зарыдать, в голос. Люба закусила губу, едва сдерживаясь. Женщина почувствовала, как его рука прошлась по её влажным волосам.

Разделив её волосы на три пряди, Макс стал заплетать Любе косу. Он раньше часто так делал. В своё время он жаловался, что её волосы лезут ему в лицо во время сна. Макс помнил, как они смеялись над предложением научить его плести косы. Он тогда согласился. Помнил, как она учила его. Люба, замерев, лежала, боясь пошевелиться. Этот человек заплетает ей косу! Точно так же, как когда-то делал это Макс. Дежавю. Если бы она верила в сказки и различные чудеса, она подумала бы, что это её красавчик вернулся к ней в образе этого пожилого солдата.

Женщина всхлипнула, не в силах больше сдерживать эмоции.

— Тебе больно? Прости.

Теперь Люба ревела в голос, не сдерживаясь. Макс так хотел её утешить. Он прекрасно понимал, что она чувствовала сейчас. По крайней мере, он-то знал, что она жива и невредима. Он не мог ей сейчас открыть правду. Бедная несчастная девочка, его девочка.

Он обнял её, прижал к себе.

— Ш-ш… — Убаюкивал её он, губами прикасаясь к её волосам. — Не плачь. Не надо больше плакать. Все будет хорошо, я обещаю тебе.

Люба проснулась от того, что солнечный луч скользнул по её лицу. Не открывая глаз, она потянулась, улыбнувшись. Потом сморщилась от внезапной головной боли и, резко сев в постели, тут же упала обратно на подушки. На её стон вошёл телохранитель и остановился в дверном проёме.

— Все нормально, миссис Паркер?

«Миссис Паркер». Люба растерянно посмотрела на примятые простыни рядом с собой. Нет, он явно был здесь, провёл эту ночь в постели с ней. От этой мысли щеки Любы заалели. Между ними что-то произошло? Последним воспоминанием было, как Фил заплетал ей косу. Ну да, вот она, коса.

— Вам плохо? — Напряжённо вглядываясь в лицо женщины, спросил телохранитель.

— Да. Я чувствую себя отвратительно.

— Думаю прохладный душ пойдёт вам на пользу. Или сначала кофе?

— Воды, — всхлипнула Люба. — И побольше. Сколько я вчера выпила?

Макс усмехнулся.

— Пару бутылок шампанского и больше полбутылки водки. Практически не закусывая. Что, все русские так пьют?

Люба схватила подушку и бросила в него. Затем откинув одеяло, вскочила с кровати.

— Меня сейчас вырвет. — Она молнией бросилась к ванной комнате.

Прошло более получаса, прежде чем Макс увидел Любу. Она вышла заметно посвежевшая после душа и сразу же приняла деловой тон.

— Фил, у нас мало времени. Все, что я хочу, это круассан и чашку кофе. Мне не терпится побыстрее покончить со всем этим и вернуться домой.

— По-моему, вы собирались позавтракать со своим сыном и его девушкой?

— Нет. Я передумала. Так что выводите машину со стоянки, и мы встретимся внизу.

Макс поставил чашку с недопитым кофе на стол и вышел из гостиной. Она проводила его взглядом.

Как только за ним закрылась дверь, Люба скинула халат, оставшись в одном нижнем белье. Хоть погода в Ванкувере и была дождливой, она решила, что должна сегодня выглядеть сногсшибательно. Пусть этот засранец Крис увидит, что потерял. Она посмотрела на надетое на палец кольцо, подаренное ей женихом. Горько усмехнулась. Она отдаст его Крису обратно. Наверное, не судьба ей носить никакие другие кольца, кроме самого ей дорогого. Люба прошла в свою спальню и открыла шкатулку с украшениями. А вот и оно — кольцо, которое подарил ей много лет назад красавчик, и которое она никогда не могла носить. Нолан не хотел видеть его на ней. Теперь можно. Она свободна. Люба надела его на безымянный палец правой руки. В этот момент она чувствовала неимоверный восторг, такой, что ей хотелось громко и радостно смеяться.

Люба выбрала бирюзовое шифоновое платье чуть выше колен. Тщательно расчесала свои густые волосы. Они были ещё слегка влажные после душа. Элегантные туфли от «Прада» и сумочка в тон завершали её образ. Женщина улыбнулась зеркалу, довольная собой.

Все в таком же приподнятом настроении она вышла из отеля, не заметив Николаса и Ольгу, стоящих в ожидании лифта. Фил уже ждал женщину, лениво прислонившись к бамперу «Порше». Любу немного задело, что мужчина никак не отреагировал на то, как она выглядела, но она постаралась отогнать от себя эти мысли. Настроение было хорошим, и даже начинающийся дождь не мог его омрачить.

Телохранитель приоткрыл дверцу машины. Люба опустилась на мягкое кожаное сиденье. Через минуту Фил сел рядом с ней и, надев темные очки, завёл двигатель.

Некоторое время они молчали. Макс даже подумал, что Люба задремала. От прикосновения её руки к его он вздрогнул.

— У тебя очень красивые руки, Фил. Руки не солдата, а скорее офисного работника.

Макс молчал.

Люба развернулась к нему.

— Я не всегда такая любопытная, но мне все-таки не даёт покоя мысль, что ты не тот, за кого себя выдаёшь.

— Может, миссис Паркер собирается приставить к моему виску дуло пистолета и допросить меня?

Она рассмеялась.

— Ты прав, Фил, я, наверное, так и сделаю, ведь у меня всегда с собой пистолет.

— Я знаю. Вон там. — Он кивнул, указывая на лежащую у неё на коленях сумочку. — Кстати, откуда такая любовь к оружию?

— Я долгое время занималась биатлоном. Я и сейчас люблю зимой пробежаться на лыжах… Когда позволяет время, то езжу в Альпы. Ну и само собой зимой я часто езжу в Банф и на Лэйк Луис. Люблю ездить на охоту с друзьями из охотничьего клуба, а иногда и одна.

Мужчина в удивлении приподнял брови.

— Никогда бы не подумал, что великая миссис Паркер бегает по лесу за белками.

— Ну я и на медведя могу. Я не боюсь леса. И зверей тоже. Пожалуй, самое опасное в лесу — это человек. Никогда не знаешь, что у него на уме.

Она слегка задумалась, словно что-то вспоминая.

Максим посмотрел на её руки, лежащие на коленях.

— Красивое кольцо. Собираешься вернуть его своему жениху?

Люба посмотрела на сверкающий голубой сапфир на безымянном пальце.

— Это? Нет. Это кольцо я никому не отдам. Оно моё. Кольцо Криса лежит у меня в сумке. Рядом с пистолетом. А это мне слишком дорого, поэтому я его никогда не носила.

— Наследство от бабушки?

Люба рассмеялась.

— От дедушки.

Она отвернулась к окну и стала смотреть на пролетающие мимо сосны и скалы. Несмотря на дождь, природа Британской Колумбии была прекрасна. Сочное многообразие зелёных тонов, изумрудность озёр не в силах была испортить даже непогода. Да и дожди здесь не были пронизывающе холодными, как в Альберте. Настроение заметно улучшилось, головная боль отступила. Люба прикрыла глаза и незаметно для себя задремала.

Глава 25

— Ты что, совсем идиот?! — Аллан Паркер был на грани взрыва. Его покрасневшее лицо искажала гримаса злобы. На конце провода что-то жалобно мямлил Майк, его человек, которого он использовал для исполнения деликатных поручений.

— Что значит, Крис сказал, что она будет одна? Она в последнее время всегда ходит с телохранителем. Надо было все проверить заранее. Ты что, зелёный сопляк?

Это был наш последний шанс, болван!

Ноздри Аллана раздувались от гнева. Он с нетерпение выслушивал, что говорит ему Майк.

— Какой ещё, на хрен, любовник? Это её телохранитель, твою мать. Меня он вообще не интересует. Его просто убрать, чтобы под ногами не мешался. Ливан должна была быть в своём номере, в своём отеле, и водитель её должен был быть наш. И на нашей машине. Что произошло? Почему мы не в курсе, где она и что делает? Немедленно езжай к Ньюману и действуй на своё усмотрение. Не знаю как, но ты должен избавиться от обоих. И заодно убери её телохранителя. Работай. Все, разговор окончен.

Аллан Паркер с грохотом бросил телефон обратно на рычаг.

С минуту он стоял, вглядываясь в никуда. Перед глазами все было словно застлано белой пеленой. Наверное, точно так же себя чувствует бык перед корридой. Давно он не был так зол. Надо же было так просчитаться. Весь его план висел на волоске.

Эта сучка должна сейчас быть с Ньюманом на пикнике, где должен произойти с обоими несчастный случай. Там прекрасное место для прогулки. Крис должен был отправиться с ней на крутой берег, взять пару бутылок шампанского, ну и… Единственное, он не имел представления, что и ему была уготована такая же учесть. Все прекрасно распланировано. Только должно это было произойти ещё вчера! Теперь же оставалось надеяться на удачу.

Как же он ненавидел эту выскочку. Сколько лет он мечтал покончить с ней.

Аллан со стоном схватился за голову.

Когда они подъехали к небольшому коттеджу, спрятанному в зарослях плакучих ив, Крис уже стоял на патио, ожидая их. На нем был белый костюм из льна, который прекрасно оттенял его бронзовый загар. На миг Люба залюбовалась этим мужчиной. Что за идеальный образец! Жаль, что он оказался таким никчемным. Как только «Порше» остановился, Крис сбежал по лестнице, но, заметив за рулем телохранителя, остановился в нерешительности. Нахмурился. Разве она не должна приехать с водителем Аллана Паркера?

Максим вышел из машины и, обойдя её, открыл дверцу.

Люба медленно вышла.

— Привет, любимая. — Крис подал ей руку, одновременно прикасаясь губами к её щеке. Прошептал ей на ухо. — Зачем ты притащила этого? Я же прислал своего водителя.

Она пожала плечами, улыбаясь уголком рта.

— Он сам увязался.

— Я ждал тебя вчера…

— Прости. Надо было решить кое-какие дела.

— Пойдем в дом, дорогая. Не хочу, чтобы ты мокла под дождем. Стол уже накрыт. Отправь своего, э-э, ковбоя на кухню что-нибудь перекусить.

Люба заглянула через плечо Криса на стоящего чуть поодаль Фила. Как это её сын сказал про него, что он смотрит на неё, словно готов раздеть взглядом. Как занимательно… Она вздохнула. Но у него семья и вообще. То, что между ними было, это так, какое-то затмение. Даже никакая не интрижка. И вообще, об этом не может быть и речи. Люба почувствовала, как её сердце учащенно забилось при воспоминании о тех ощущениях, которые она испытывала каждый раз, как он прикасался к ней.

Крис взял Любу за руку и повёл к дому.

— Ты великолепно выглядишь. Такая вся аппетитная.

Краем глаза женщина заметила, что Фил последовал за ними.

Они вошли в просторный светлый дом с огромным, во всю стену, окном, открывающим вид на ровно подстриженную лужайку. Люба устремила свой взор на небольшой прудик с плавающими в нем белыми лебедями. Да, время терять незачем. Пора расставить точки над i.

— Ты будешь мартини или бокал вина?

Люба поморщилась.

— Извини, Крис, но я ненадолго. Пить ничего не буду.

Мужчина взял её за плечи.

— Что с тобой, Ливан? Какие-то проблемы?

Он кивнул Филу, чтобы тот удалился, но телохранитель не сдвинулся с места. На миг он почувствовал, как холодок пробежал по его спине. Посмотрел на часы. Хорошо, если Майк успеет приехать вовремя.

— Да, только, скорее, проблемы у тебя. — Она поставила сумочку на стол и, порывшись в ней, вынула оттуда коробочку.

— Хочу вернуть тебе кольцо. Я передумала.

— Что-о? — Крис со стуком поставил стакан виски на стол. — Я… Я не понимаю.

Люба обвела взглядом залу.

— Скажи, этот коттедж тоже арендован на мои деньги?

— Ливан, я не понимаю, о чем ты говоришь?

— Знаешь, дорогой, я не думала, что наш красивый как сказка роман на самом деле жалкая фальшивка. Что все это время ты старательно опутывал меня романтическими сетями, чтобы воспользоваться моими деньгами. Неужели я нисколько непривлекательна для тебя как женщина, Крис? Или как там тебя — Марк? Марк Палэвэй?

Крис стоял, отвернувшись от неё, его плечи были сгорбленны. Ему действительно нечего было сказать. Это был провал. Оставалась только одна надежда на Майка. Тем временем Люба продолжала.

— Мне даже интересно было бы посмотреть, на что бы стала похожа наша семейная жизнь. Ты собирался обобрать меня до нитки, или я должна была умереть от некой болезни, как твои предыдущие жёны? Ах, последняя все ещё жива. Короче, я не хочу терять время. Вот оно твоё кольцо, и хоть оно по праву принадлежит мне, потому что тоже куплено на мои деньги, я отдаю его тебе обратно. Мне противно смотреть на него. Думаю, даже если бы его переплавили, то это не смыло бы всю эту грязь с него. Можешь передать своему подельнику, что его в самое ближайшее время ожидает жалкая участь.

Люба развернулась и быстрой походкой направилась к выходу. Фил последовал за ней.

Люба сидела в машине молча. Она до сих пор не могла поверить, что все это происходит на самом деле. По-видимому, её организм выбросил неимоверное количество адреналина, и сейчас она чувствовала себя как выжатый лимон. Ей хотелось плакать. Плакать от того, что она не могла вернуть время вспять, что она опять одна, и что она, наверное, не сможет больше никому верить. Погода словно соответствовала её настроению. Облака сгустились и спустились ближе к земле. Дорога блестела от усилившегося дождя. Женщина горько вздохнула.

— Вы все сделали как надо, миссис Паркер, — произнёс Фил, не отрывая глаз от дороги.

Люба посмотрела на его руки, обхватившие руль.

— Почему вы не носите обручальное кольцо?

— Это может быть опасно. Я прежде всего солдат, мэм.

Раздался звонок телефона. Мужчина, посмотрев на экран, нажал на кнопку. Звонила Дина.

— У вас все в порядке, Фил?

— Да, все хорошо. Покинули Вистлер пятнадцать минут назад.

— Я очень волновалась. После той машины… Там было достаточно тротила.

— Не надо сейчас об этом, — мужчина прервал её. — К этой ничего не прилепили.

Дина облегченно вздохнула.

— Просто звонил твой партнёр. Он обеспокоен. Слишком все гладко.

Макс ухмыльнулся. Ох уж этот Ронни со своей интуицией.

— У нас все хорошо. — И, посмотрев на Любу, добавил. — Миссис Паркер в целости и сохранности. Отзвонюсь, как только приедем в Ванкувер.

Он отключил телефон.

— Прибавь-ка немного скорость, Фил. Хочу побыстрее домой.

Макс кивнул. Переключил передачу.

Тишина в машине не угнетала и не напрягала. По-видимому, Люба смогла немного расслабиться, а Макс просто наслаждался быстрой ездой по ровной трассе. Она была рядом, и он чувствовал тепло от её руки, лежащей на поручне, слышал её ровное дыхание, ощущал аромат её духов.

Дорога стала более извилистой. Они проезжали великолепные места с огромной равниной, обрывами и стекающей вниз водой.

— Жаль, что с погодой не повезло, — проговорила Люба. — Здесь через несколько километров есть очень красивое озеро с водопадом. Можно было бы и сейчас остановиться, размяться.

Макс недоуменно пожал плечами.

— Под дождем? — Он снизил передачу. Странно. Автомобиль как будто и не среагировал. Ногой нажал на тормоз, аккуратно так, дорога скользкая.

Ничего не произошло. На спидометре все также было сто двадцать километров в час. Все-таки они влипли. Надо было что-то делать. Давай думай. — Макс лихорадочно прокручивал в голове решения. Прыгать на ходу — настоящее самоубийство. Любка сказала, что там озеро должно быть. Макс надеялся, что она не ошиблась. Странно, но паники и страха не было, только решимость выжить любой ценой. Мужчина нажал кнопку для открытия крыши. Люба удивленно посмотрела на него.

— Фил? Ты сошёл с ума? Что ты делаешь?

— Слушай, нам надо отсюда выбираться. Тормоза не работают. Где это чертово озеро?

Он увидел совсем близко её расширенные от ужаса глаза.

— Нам придётся ехать прямо туда.

Он дотянулся до застежки её ремня безопасности.

— Ты должна будешь прыгнуть в воду.

— В воду? А ты?

Он только кивнул. Прямо за поворотом внизу начиналась синяя гладь.

Макс быстро глянул на неё. Вот он момент. Сейчас. Ещё пара сотен метров. За руль не имело смысла больше держаться. Макс с усилием приподнялся и, обхватив Любу за талию, крикнул.

— Давай, принцесса! — Крикнул на русском. На миг он увидел её широко распахнутые глаза с застывшим в них изумлением. Машина зависла в воздухе между сушей и водой. — Не бойся, малышка.

Он слегка прикоснулся губами к её волосам.

За мгновение до того, как их «Порше», подняв огромный водяной вал вокруг себя, штопором вошёл в воду, Максим что есть силы вытолкнул женщину в воду.

— Макс! — Последнее, что он услышал до того, как удар о воду оглушил, и темнота поглотила его.

Казалось, прошла вечность. Мужчина чувствовал, что лёгкие вот-вот разорвутся от страшной боли. Он с трудом открыл глаза. Где-то над ним было светлое пятно. Из последних сил Макс оттолкнулся, изгибаясь всем телом, протянул руки, пытаясь достигнуть этого источника света. Одежда тянула обратно на дно, но ему было не привыкать к этому. В своё время он тонул в водах африканских рек. Сейчас страх потерять Любу выталкивал мужчину на поверхность озера. Она должна жить, должна, иначе во всем этом нет и не было никакого смысла. Её последний крик стоял у него в ушах. Нет, Максим не мог потерять Любу ещё раз. И не в таких передрягах он бывал раньше.

Из последних сил мужчина сделал огромный рывок и пулей вырвался из темноты водного плена. Наверное, все это происходило в течение короткого времени, потому что озеро все ещё было покрыто огромными волнами от затонувшего автомобиля. Сердце болезненно сжалось. Любки нигде не было видно. Мужчина быстро огляделся в поисках женщины и нырнул обратно в воду. Он должен был её найти. Макс прекрасно помнил, что она отличная пловчиха. В своё время они часто плавали наперегонки.

Вынырнул, набрал в легкие больше воздуха и снова нырнул. Может быть такое, что она уже на суше. Макс глянул на берег. До него было не так далеко. Он ещё раз нырнул.

— Лю-ю-бка! — Закричал он, показываясь из воды. Внезапно он увидел какое-то неясное движение на берегу. Максиму показалось, что он преодолел расстояние до берега в считанные секунды. Это была она. Она!

Женщина была на исходе сил. Её пальцы отчаянно вцепились в торчащие из крутого склона корневища деревьев. Макс подплыл сзади и, обхватив её одной рукой, приподнял над водой.

— Ну давай, принцесса, ещё чуть-чуть, — шептал он, метр за метром вползая вверх по склону. Вцепившись за выступающий осколок скалы, они перевалились на берег.

— Мы сделали это, Макс… — Было последнее что он услышал до того, как провалиться в пустоту.

— Фил? — Люба наклонилась над лежащим перед ней мужчиной. Может, она сходит с ума? Почему он говорил по-русски? Это не Фил? Макс?

Люба неподвижно сидела, сжав обеими руками голову и зажмурив глаза, пытаясь осознать и разобраться во всем этом. Дождь усиливался, и женщина наконец ощутила промозглый холод во всем теле. Она оглядела себя. Тоненькое шифоновое платье было разорвано и свисало мокрыми лоскутами. Туфли, по-видимому, покоились на дне озера. Хотя ей повезло, что платье было коротким и легким, иначе бы ей не сидеть здесь сейчас. Лежащий ничком мужчина слегка пошевелился. Люба наклонилась над ним. Кто он? Фил, её телохранитель или… Или её Макс, Красавчик? Она потянула его за плечо, пытаясь развернуть его. Он слегка простонал. Нет, это не мог быть он. Выглядел намного старше. Люба дотронулась до его щеки, до шрама. Шрам? Нет. Женщина посмотрела на свои пальцы. Да это же какая-то краска! Не может такого быть! Она потёрла щеку неподвижно лежащего мужчины. Черт побери, что это за ерунда? Она провела ладонью по его лицу. На ладони остался зеленовато-желтый пигмент. Хм, не только краска ведь. Чувствовалась какая-то грубая короста на щеке.

И морщины разгладились. Люба потрогала седые усы. Нет, и они не настоящие. От дождя и озерной воды краска с лица этого человека начала быстро смываться. Так значит, это никакой не Фил. Никакой не техасский ранчеро. Это… Макс?! Её Макс? Но как, откуда? Люба похоронила его много лет назад. И он все это время знал, что она жива? Боже, она сойдёт с ума, если немедленно не найдёт ответа на свои вопросы. Дина. Это все она. Любительница интриг. Люба слегка ухмыльнулась. А может, ей тоже поиграть с ними? Она села, задрала голову кверху, глядя на небо. Люба словно не чувствовала дождя. Ей было наплевать, что кожа на руках и ногах у неё содрана в кровь. Он жив. Он жив! Её красавчик. Все вопросы потом, все мысли потом. Все прочь из головы. Странно, но дышалось так легко, словно она уже была в раю, и ничто не тяготило её. Он жив!

Надо было действовать. Люба оглянулась назад. Дорога была не так далеко, но выбраться, волоча тяжелое тело мужчины, ей не удастся. Идти на дорогу одной было опасно. Те, кто хотели от неё избавиться, могут обнаружить их. Пусть лучше думают, что чисто сделали своё дело. Надежда только на то, что Дина скоро спохватится и начнет их искать. Люба ещё раз поблагодарила бога за то, что она не в Альберте под ледяным дождём. Хоть ей и было холодно, но все же она могла выдержать. А вот как справится организм Макса с переохлаждением, женщина не знала. Он по-прежнему был без сознания. Люба легла рядом с ним, прижалась к нему всем телом. Может, хоть так ему все же будет теплее. Через некоторое время она почувствовала, что ей уже не холодно. Приятная нега разлилась по её телу, веки отяжелели, и она провалилась в сон.

Аллан Паркер удовлетворенно улыбнулся, положив телефонную трубку. Ну наконец-то. Бешеный Майк все-таки знает своё дело. Недаром он платит ему приличную сумму денег за работу. Все прошло как по маслу и, хотя с небольшими затруднениями, но успешно. А через некоторое время можно будет избавиться и от её сосунка.

Аллан подошёл к распахнутому окну, полной грудью вдохнул влажный воздух. Скоро можно будет уже подумать о дядюшкином наследстве и распорядиться им так, как он считает нужным.

Уже прошло более двух часов, как она разговаривала с Максом в последний раз. Он должен был отзвониться ей по прибытии в город. Неужели он настолько ошалел от близости с Ливан, что забыл свои прямые обязанности? Нет, на него это совсем не похоже. Он упоминал, что встретился в Ванкувере с Николасом и со своей дочерью. Может, они что-то знают? Дина пыталась дозвониться и до Макса, и до Любы, но телефоны обоих молчали. Наверное, что-то все-таки случилось, а значит, надо незамедлительно действовать. Дина набрала номер Джейка, начальника полицейского отдела в Ванкувере.

Мужчина был рад её слышать и хотел продолжить разговор, но поняв, что Дина не в настроении, тоже сменил тон на более серьёзный.

— Нам нужен будет вертолёт с инфракрасным датчиком. Они должны быть где-то между Вистлером и Ванкувером. Там много лесов?

— Лес не очень густой. — Джейк задумался. — Но там есть несколько обрывов и озеро с водопадом. Шеннон Фоллс. Я немедленно дам распоряжение на вылет. А ты? Ты приедешь?

— Я? А да, конечно. — Дина нахмурилась. Теперь она точно знала, что что-то произошло. Надо было срочно вылетать в Ванкувер. — Я скоро буду. Увидимся, капитан.

Не успела она нажать на кнопку отбоя, как раздался ещё звонок. Дина с разочарованием отметила, что это был Ник.

— Да, Николас.

— Дина, мама куда-то пропала. Она не отвечает на звонки. Ты не знаешь…

Дина перебила его.

— Ник, извини, но боюсь, с ней что-то случилось.

— А мой о… Ма… То есть этот, как его… Этот её телохранитель. Фил?

— Я вылетаю в Ванкувер через пять минут. Встреть меня в аэропорту. На частном аэродроме. — Она повесила трубку.

Николас растерянно посмотрел на сонную Олю.

— Нам надо ехать. Похоже, наши родители влипли в какие-то неприятности.

— Неприятности? — Девушка вскочила с кровати. Что случилось?

— Давай одевайся. По дороге все обсудим.

Люба очнулась от резкой боли. Она даже зажмурила глаза. Кто-то влепил ей пощечину.

— Уф, слава богу. Ты жива…

Русский язык? Где она? Женщина широко распахнула глаза и взглядом уперлась в смутно знакомое лицо мужчины.

— Ты кто? — Прошептала она.

Мужчина не ответил. Вместо этого он изо всех сил обхватил её и прижал к себе.

Люба отпрянула от него, всматриваясь в его лицо.

Он молчал.

Люба закусила губу. Да, это он, её красавчик. Она не могла понять, что чувствовала сейчас. Все смешалось, радость и восторг от того, что он жив, злость и недоверие. Почему все эти годы она не знала, что он жив? Куча самых разных вопросов. Нет, теперь она поиграет в его игры. Пусть думает, что она не узнала его.

— Фил? Что случилось? Где мы?

Мужчина на секунду замер, словно ища ответ в её глазах.

— Как долго мы здесь? — Люба поежилась.

— Я не знаю.

Он обхватил ладонями её лицо. Её губы были так близко, а в глазах почему-то был сердитый блеск.

— Прости. — Его губы приблизились к её. Макс целовал её долго и нежно. Люба не сопротивлялась. Она провела пальцами по его виску. Пальцы мужчины запутались в её мокрых волосах, потом спустились вниз по плечам. Люба задрожала. Как же она скучала по нему. Все эти годы. Теперь она поняла, почему её так неодолимо тянуло к этому престарелому ковбою. Она улыбнулась про себя. Любе так хотелось сказать Максу, как она его любит, и как рада, что он жив. Вместо этого она отпрянула от него, прикоснулась к его лбу ладонью.

— Фил, да у тебя жар. Нам надо отсюда выбираться как можно быстрее.

Макс растерянно посмотрел на неё. Опустился на землю, устало прикрыл глаза. Она что, по-прежнему думает, что он Фил, её телохранитель? Мужчина вздохнул. Ну что ж, значит придётся продолжать игру.

Люба встала и огляделась вокруг. Лес был не слишком густой. Сквозь него можно было увидеть шоссе.

— Жди меня здесь, — сказала она. — Не двигайся. У тебя, похоже, сотрясение мозга. К тому же жар.

Макс поморщился. За все годы, что мужчина провёл на разных войнах, он никогда ещё не чувствовал себя таким слабаком. Да ещё принимал команды от женщины, которую должен был защищать. Он попытался приподняться, но ему это не удалось. Во всем теле была какая-то неприятная слабость.

Люба пробиралась сквозь кусты шиповника, не обращая внимания на то, что ветки хлещут её по рукам, а колючки впиваются ей в ступни. Мысль о том, что позади остался Макс, подстегивала её идти вперёд. Вдруг ему станет ещё хуже, или на него нападет какой-нибудь дикий зверь?

Неожиданно Люба услышала совсем близко крик: «Мам!». Она, было, открыла рот, чтобы отозваться, но в этот момент нога её соскользнула с камня, и она кубарём полетела вниз.

— Дина! — Ник почти кричал в телефон. — Мы её нашли. Она жива, но без сознания. Я не хочу её двигать.

— Не кричи так, Николас. А где Фил?

— Я не знаю.

Дина переглянулась с Джейком.

— Давай пролетим над этим квадратом. Раз Ливан нашли, то, её телохранитель, если он жив, должен быть поблизости.

— А если он мертв?

Дина стиснула зубы.

— Полетели.

Мужчину они обнаружили спустя десять минут.

— Нам нужен медицинский вертолёт, Джейк. А может, и два.

Люба с трудом разлепила веки. Где она? Что это мокрое у неё на лице? Ах да, дождь… Макс… Где Макс? Она попыталась повернуть голову.

— Мам, не шевелись.

Николас? А он откуда здесь? Голова страшно болела.

— Где я?

— Все хорошо, мам, лежи. Ты на носилках. За тобой прилетел вертолёт. Домой, мам.

— Макс… — Прошептала она. — Где Макс?

Ник переглянулся с Ольгой.

— Не волнуйся, мам. Он нашёлся. Его сейчас отправят в больницу. Тоже на вертолете.

— В больницу? В какую ещё больницу? Нет, он должен быть тоже в Парксвилле.

Слова давались Любе с трудом. Она вцепилась в рукав сына.

— Он должен быть рядом со мной…

— Но…

Люба замотала головой.

— Ник, — всхлипнула она. — Он должен быть рядом…

Юноша отошёл в сторону, окликнул Дину.

Та выслушала его доводы.

— Я прекрасно её понимаю. У твоей матери уже была такая же ситуация, стоившая ей полжизни. К сожалению, у Фила двустороннее воспаление лёгких и сотрясение мозга. Ему нужен специальный уход. Я бы не хотела, чтобы на вилле крутились врачи и медсёстры. Чем меньше знают, тем спокойнее нам. Мне ещё надо много дел сделать.

Ник опустил голову. Дина ободряюще похлопала его по плечу.

— Тень, — прошептала Люба. — Отправь нас обоих на остров Хорнби.

— Да ты с ума сошла! А если что-то серьезное?

— Я прошу тебя. К тому же я не хочу, чтобы кто-нибудь знал, что мы живы. Во всяком случае, пока.

Дина задумалась.

— Мне тогда придётся прислать туда кучу людей.

Женщина глубоко выдохнула, схватилась за голову, потом повернулась к сидящему на бревне Джейку.

— Ты слышал?

Тот кивнул.

— Миссис Паркер в каком-то смысле права. Я бы на её месте переждал бы, к тому же и нам было бы легче найти доказательства преступления.

Дина развела руками.

— Ну ладно… Отправляй две медицинские вертушки на Хорнби. Я полечу с ними, а ты оставайся здесь.

— Тебе ещё какая-нибудь помощь нужна?

Дина помотала головой.

— Может пообедаем вместе? — Джейк взял её за руку.

— Конечно. Только не сейчас.

Она махнула рукой и скрылась в глубине вертолета.

Глава 26

Нолан Паркер сидел в шезлонге на веранде своего дома в Майами, когда вошла Мардж и остановилась в дверях.

— Да, милая? Ты принесла мне свежую газету?

Так как она не отвечала, он поднял взгляд на жену.

— Что? Что-то не так?

— Нолан… Похоже у нас беда… Вот. — Мардж протянула мужчине газету.

— Что? — Он взял её в руки, разворачивая.

На первой полосе была крупная фотография его бывшей жены. В глазах на миг потемнело.

— Ливан Паркер разбилась в автокатастрофе.

Руки внезапно задрожали. Мардж бросилась за стаканом с водой.

— Звони Аллану. — Хриплым голосом произнёс Нолан. — Нет, я сам.

Он достал мобильник и набрал номер племянника.

— Да, дядя. Я уже знаю. Ужасное несчастье. — Голос Аллана был тихим. — Нет, я ещё не знаю никаких подробностей. В газете мало об этом говорится. Я звонил в Парксвиль, но от них там ничего нельзя добиться. Поехать туда? Мне? Нет. Я сейчас не смогу. Мне надо срочно собирать совет директоров, да и вообще работы невпроворот. Да, вот и я думаю, что лучше позвонить Дине.

Паркер бросил телефон на стол.

— Как же так, Мардж, как же так? Нам надо срочно лететь туда. Но…

— Да, Нолан, мы должны немедленно отправляться в Парксвиль. Бедный Ник. Как он там?

— Я ему нужен сейчас. — Нолан нахмурился. — Пойду упаковывать вещи.

Люба недовольным взглядом обвела свою спальню, в которой царил полумрак. Было непонятно то ли сейчас утро, то ли вечер. Дина все-таки сделала по-своему. Люба хотела видеть зелень деревьев и хоть и серое, но небо, а не эти уродливые синие занавески. Интересно, сколько она проспала. Она только и делала, что спала. Доктор прописал ей какие-то лекарства, от которых Любу неудержимо клонило в сон. А все-таки она была везучая — небольшой вывих ноги и сотрясение мозга. Женщина посмотрела на свои забинтованные руки и на исцарапанные ладони. Все это такая ерунда по сравнению с тем, что могло произойти.

В дверь постучали, и вошла Дина. Она присела около Любы

— Ну как ты, красавица?

Люба пожала плечами.

— Все время хочется спать. Сколько уже прошло дней?

— Всего третий день.

Люба вздохнула.

— А кажется, как будто вечность. — Она помолчала. — А где мой телохранитель? Где Фил?

Дина незаметно с облегчением вздохнула. Значит Люба все-таки не знает, кто скрывается под маской её телохранителя. Ну и хорошо. Сейчас ей ни к чему лишние переживания.

— К сожалению, он в гораздо худшем состоянии, чем ты. У него двустороннее воспаление лёгких и сильный жар. Он практически без сознания.

Дина увидела, как побледнело лицо Любы.

— Не волнуйся. Около него всегда находится медсестра, и врач осматривает его каждое утро.

— Я должна увидеть его. Где он?

— Он недалеко от твоей спальни, но не забывай, что тебе нельзя ходить. У тебя сотрясение мозга. Тебе нужен постельный режим.

Вошла медсестра, неся на подносе лекарство.

— Вот видишь? Тебе надо отдыхать. — Дина встала. — А мне надо срочно в Парксвиль. Вчера приехал твой бывший муж и Мардж.

— Что же ты молчишь, Дина? Рассказывай, что там происходит вдали от меня.

— Люб, Нолан очень подавлен, Мардж не находит себе места. Постоянно разговаривает с кем то по телефону. Вся прислуга в шоке.

— А как там наш друг Аллан?

— Он не приезжал, но насколько я знаю от своих агентов, он в предвкушении большого куша. Сегодня он проводит совет директоров.

Люба ухмыльнулась.

— Прекрасно. Ради такого чудесного представления я готова лежать здесь тихо как мышь. Но только с одним условием — отодвинь с окна эти ужасные шторы.

Дина рассмеялась.

— Ну уж нет. Врач приказал тебе больше спать, погружённой в полумрак.

С этими словами Дина быстро прошла к двери и скрылась за ней.

До тех пор, пока её сознание вновь не погрузилось в сумеречный и густой словно туман сон, Люба продумывала, как бы ей попасть в спальню Макса. Ей надо было увидеть его и убедиться, что он жив. Она не могла позволить ему опять исчезнуть из своей жизни. Уж слишком дорого это уже стоило ей однажды.

Люба не знала сколько спала — час или намного больше, но она просто вдруг резко проснулась и села на кровати. Слегка пошевелила забинтованной ногой. Какая ерунда! Она запросто допрыгает до соседней спальни. Интересно, где сейчас медперсонал? Женщина свесила обе ноги, потом оперлась на одну. Голова немного кружилась. Скорее всего, действовали лекарства. Люба в несколько длинных прыжков преодолела расстояние до окна. Приоткрыла занавеску. Все-таки она молодец, что решила выглянуть на улицу. Две медсестры в это время садились в стоящую на дворе машину. Внутри сидел мужчина. Люба смутно помнила его. Это был доктор. По-видимому, группа собиралась в местный ресторан пообедать.

«Ну вот и славненько», — подумала женщина. — «Теперь Макс в моем распоряжении».

Теперь Люба решила идти, опираясь на стену. Спальню Макса она нашла в конце этого же этажа. Дверь была плотно закрыта, но не заперта. Люба остановилась на мгновение. Интересно какой он все-таки? Насколько он изменился? Или на нем все те же приклеенные усы и шрамы? Она решительно открыла дверь и прошла внутрь.

Мужчина лежал на высокой подушке. Глаза его были закрыты. Люба подошла ближе. Боже, это он! Он. Все такой же красавчик. Нет ни щетины, ни усов скобкой. Все такой же красивый, только уже зрелой мужской красотой. Люба почувствовала, как сердце её сначала замирает, потом сжимается до минимальных размеров и пулей устремляется вниз живота. А там начинает трепетать. И это вовсе не сердце даже, а куча мотыльков. Люба села на стул рядом с кроватью Макса, не в силах больше стоять.

Она взяла его руку, прижала к губам.

— Я люблю тебя, красавчик, — прошептала она. — И всегда буду любить тебя. Я никому никогда тебя не отдам. Я всегда буду с тобой.

Макс стоял на снегу. Чуть поодаль он видел Любу. Он хотел крикнуть ей, чтобы она уходила, но в это время раздался выстрел, он услышал страшный крик и увидел, как на снегу растекается лужа крови.

— Тише, тише. Не надо. Не кричи так. Все хорошо.

Сначала он почувствовал что-то приятно влажное на своём лице, а потом, услышав знакомый голос, открыл глаза.

— Ты? — Хотел произнести он, но с пересохших губ сорвался только хриплый стон. Люба потянулась за стаканом с водой. Этот сон опять, но только теперь он был другой. Теперь Люба сидела рядом с ним и смотрела на него своими синими огромными глазами. Макс на мгновение прикрыл глаза.

— Как ты, Фил? — Люба дотронулась до его лба. — У тебя высокая температура.

«Фил». — Отметил про себя мужчина. Ему так хотелось открыться ей. Все ей рассказать. Он устало вздохнул.

— Прости. Тебе надо больше спать. — Люба поднялась, но он схватил её за руку.

— Не уходи, — еле слышно проговорил Макс.

Женщина пожала плечами.

Конечно, она не собиралась уходить. Не для этого она потратила добрых десять минут, пробираясь в его спальню. Была бы её воля, она и кровать свою сюда передвинула.

Макс по-прежнему держал её руку в своей, словно позабыв об этом.

Он напряжённо вглядывался в лицо любимой.

— Тебе больно? — Спросил он.

— Мне? Нет. Почему?

— У тебя все лицо в синяках.

Люба ахнула. Она же даже не удосужилась посмотреть на себя в зеркало. Женщина закрыла лицо ладонями, но Максим отвёл её руки.

— Ты такая красивая, что тебе это не мешает.

Мужчина говорил все тише и тише. По-видимому, его силы были на исходе. Потом он закрыл глаза и замер. Люба на миг испугалась. Она вскочила со стула.

А вдруг… Вдруг он умер… Она этого уже точно не переживет.

— Не волнуйся, мам, — она вздрогнула от неожиданности. Обернулась к двери. Опираясь на косяк, там стоял её сын. Он подошёл к ней и встал рядом. — Видишь, у него трубочка от капельницы тянется к руке. Лекарство постоянно поступает в вену. Поэтому Макс так много спит.

— Слава богу! — Люба с облегчением вздохнула. — Макс? Почему ты так его назвал, Ник?

Парень усмехнулся.

— А как ты хотела бы, чтобы я его называл? Фил ему не очень идёт, а по-другому я не могу его ещё называть.

— Что ты имеешь ввиду? — Прошептала Люба.

— Мам, извини, я уже вырос, и вся головоломка начала складываться. Осталось несколько незавершенных частей.

— Слушай, сынок, ты говоришь какими-то загадками.

— Ну может только для тебя, мам.

— А что, твоя девушка тоже знает?

Николас кивнул.

— А кто ещё?

— Не бойся, только я и Ольга. Дина не знает, и Максу я могу тоже пока не говорить.

Люба улыбнулась.

— Ладно. Только чур договоримся, что ты будешь нем как рыба.

Николас с готовностью кивнул.

— А теперь, моя дорогая мамочка, я провожу тебя в комнату. Тебе ведь надо больше отдыхать, а мы с Ольгой навестим больного. От удивления Люба не нашлась что сказать. Она молча встала и подала руку сыну.

— Обещаю тебе, мам, что буду помогать тебе приходить в палату к отцу. Чтобы Дина ничего не знала.

Николас уложил её в постель, поцеловав на прощание.

— Принеси мне зеркало, — попросила Люба.

Потом он ушёл, а Люба долго ещё лежала, уставившись в потолок и глупо улыбаясь. Какой же он стал, её красавчик! Как же она любит его. Все эти годы — ничто. Она все та же. И чувства все те же. Что? Николас сказал, что будет помогать ей приходить в палату к отцу. К отцу?! Он что, откуда он… Он знает?

Она пружиной подскочила на кровати.

— Что все это значит? — Пробормотала она. Почему только она одна здесь в неведении? Все начинало складываться в цельную картину. Теперь Люба знала, почему её так тянуло к этому ковбою, несмотря на его рэднэковские манеры и возраст. Женщина откинулась на подушку, мечтательно улыбаясь. По крайней мере, Красавчик жив, и он все такой же страстный в постели. Они наконец-то смогут быть вместе, когда все это закончится, и уже ничто их никогда не разлучит. Годы научили её уму-разуму. Подумать только, сколько они потеряли лет из-за всех этих глупостей, этого недоверия. Макс даже не знает, что у него есть красавец-сын.

Сердце пело, и если бы не мышечная слабость и вывихнутая нога, то Люба пустилась бы в пляс. Она решила, что сегодня ночью, как только все медсестры разойдутся, она опять проберется в комнату к Максу. Она должна быть рядом с ним.

Максим лежал, уставившись в потолок невидящим взором. Оля сидела рядом. Молчала. По лицу её стекали слезы. Николас вышел за дверь. Он не хотел, чтобы кто-то услышал их разговор.

— Я все равно заберу тебя отсюда, папочка, миленький. Я не могу смотреть, как ты страдаешь…

— Если ты хочешь, чтобы я не страдал, то немедленно перестань реветь.

Оля взяла с ночного столика салфетку и громко высморкалась.

— И вообще, я не понимаю, я просто слегка приболел, а ты нюни распустила. Что-то я не припоминаю, чтобы ты так плакала в детстве, когда я ездил в Африку или в Америку.

— Когда я представляю, что могло бы произойти…

— Что?

— Все из-за этой белобрысой, ой, прости. Из-за матери Ника.

Максим устало вздохнул и повернул голову к дочери.

— Из-за Любы, что ли? Ты знаешь, Олюшка, ради неё я бы и ещё несколько раз сделал тоже самое.

Девушка поджала губы.

— Я люблю тебя, дочка, но как тебе объяснить. — Максим вздохнул. — Любовь бывает разная. Любовь к матери, любовь к ребёнку, а есть любовь к женщине, ну или к мужчине. Это все разные чувства. Так вот. Я люблю Ливан Паркер, Любу, больше всей своей жизни. И я счастлив как псих, что я нашёл ее живую и невредимую. Запомни сразу, я никому не позволю обидеть её.

Оля всхлипнула последний раз и, с грохотом отодвинув стул, встала.

— Пока, пап. Прости. Я буду изо всех сил стараться тебя понять, — девушка пожала плечами. — Только пока у меня это плохо получается.

— Это потому, что ты ещё никого не теряла.

Оля подошла к двери. Обернулась.

— Я тебя люблю, папочка. Давай выздоравливай.

Дина сидела у себя в кабинете. Мардж постучалась и открыла дверь.

— Проходи. Тебе кофе?

Мардж слегка поморщилась.

— Похоже, я уже слишком много выпила кофе, начиная с раннего утра. Пожалуй, нет. Стаканчик «Перье» не помешал бы.

— А где твой супруг?

Мардж пожала плечами.

— Я пила кофе, а он виски. Надеюсь, он не поехал верхом на лошади.

— Я просто хотела поговорить о Ливан. У меня есть важная информация.

— Да. — Мардж закусила нижнюю губу. — Давно хотела спросить про похороны. То тело, которое нашли в озере наконец-то опознали?

Дверь позади открылась, и в неё протиснулся Нолан Паркер.

— Нет, это не тело Ливан.

Мардж облегченно вздохнула.

Нолан задумчиво крутил в руках пустой стакан из-под виски.

— Может, она все-таки жива, заблудилась в лесу?

— Там практически нет леса.

— Дина, нам надо как-то завершить все это. Её душа должна успокоиться. — Мардж поднялась из кресла и подошла к окну.

— Я хочу предложить нам троим съездить на остров Хорнби. Нолан, вы же помните, что это был её любимый остров. Мы можем взять с собой какую-нибудь еду, пару бутылок вина…

— Хм, пикник? — Паркер недовольно поморщился.

— Ну почему пикник? Нормальная русская традиция. Люба все-таки была русской женщиной.

— Да, дорогой, — поддержала Мардж Дину. — Вовсе неплохая идея.

Было темно, но ступеньки лестницы предусмотрительно подсвечивались. Люба, стараясь не делать лишнего шума, тихо шла по коридору к спальне Макса. В последние два дня у неё не было возможности навестить его. Словно на зло и днями, и ночами около него были медсестры и врачи. Люба волновалась. Она боялась, что у её красавчика произошло какое-то осложнение.

Женщина нетерпеливо открыла дверь его спальни. Золотистый свет ночника слегка подсвечивал помещение. В комнате было душно. Люба, поморщившись, прошла к окну и приоткрыла его. Может быть, поэтому он никак не может выздороветь. Макс никогда не любил духоту. Она наклонилась над ним. Он спокойно спал. Его грудь ритмично вздымалась. Из вены больше не торчали трубки с лекарствами. Люба слегка прикоснулась ко лбу мужчины. Он был прохладный и слегка влажный. Женщина с облегчением вздохнула и села на стул рядом с кроватью. С минуту Люба смотрела на его лицо! Высокие скулы, прямой нос, густые, чуть подрагивающие ресницы. Потом она, протянув руку, погладила его по щеке.

— Я люблю тебя, Красавчик… Я так тебя люблю.

Ресницы его слегка вздрогнули.

Он слышал её голос. Это был сон или… Макс боялся открыть глаза и увидеть эту одинокую пустоту. Нет, пусть лучше он будет продолжать спать. По крайней мере, этот сон в тысячу раз лучше того, который преследовал его последние восемнадцать лет. Неожиданно он почувствовал на своих губах мягкое тепло… И дыхание. И что-то ещё, мокрое и горячее.

Так сон это или нет?

— Как же я соскучилась по тебе, Макс! Как мог ты меня бросить на все эти годы?

Нет, это она. Его принцесса.

Мужчина слегка простонал, пытаясь приподняться на подушке. Открыл глаза.

Люба отпрянула от него.

— Фил? Я разбудила тебя? Ой, извини. — Люба торопливо поправила прическу.

— Ливан? — Еле слышно произнёс мужчина. — Ты что тут делаешь?

— Мне не спалось и… Вот… Решила зайти.

— Ты плакала? У тебя на щеках слезы…

Люба слегка рассмеялась.

— Ну что ты, Фил. Я просто открыла окно, а на улице дождь. Наверное, мне надо идти, Фил.

Люба поднялась, но Макс перехватил её руку. Женщина вопросительно посмотрела на него. Вздохнул. Кивнул ей на стул. Люба послушно села.

— Послушай. Нам много ещё предстоит сделать. У нас впереди неизвестность. Может произойти, что угодно, хотя я верю в свою счастливую звезду. В нашу счастливую звезду. — Макс устало вздохнул, сжал ладонь Любы и заговорил на русском языке. — Я больше не хочу, чтобы между нами стоял обман. Когда мы одни не называй меня больше Филом. Ты знаешь, кто я, а я знаю, кто ты.

Люба закрыла лицо руками и всхлипнула.

— Тебе не надо плакать, принцесса, потому что я здесь, с тобой, я все так же тебя люблю и всегда буду любить.

— Макс… Как ты можешь так говорить, так просто говорить после того, как ты пропал на столько лет?

Он слегка усмехнулся, пожал плечами.

— Так и тебя нигде не было, принцесса…

Женщина в изумлении уставилась на него.

— Ты хочешь сказать, что ты не знал про меня? Вообще ничего?

Максим только покачал головой.

Люба села на край его кровати. Пальцами пробежалась по его лицу.

— Я проклял все на свете, когда мне сказали, что ты умерла и тебя похоронили. Если бы не мой друг Михаил, Миха, то сейчас мы не разговаривали здесь с тобой.

— Михаил?

— Да, тот самый. Он мой очень хороший друг, Люб.

— Боже мой, Макс. Я даже не могу представить, через что ты прошёл.

— Я записывался контрактником в Африку, в Южную Америку, в Чечню, но мне не очень-то везло. Пули меня почему-то не брали…

Макс увидел, как по лицу Любы текут слезы.

— Теперь все кончено. Я здесь, с тобой. Я никому тебя не отдам.

Люба попыталась улыбнуться сквозь слезы.

— Ты все такой же ревнивец?

Макс попытался рассмеяться, но из груди вырвался клёкот.

— Разве я хоть как-то обидел твоего бывшего жениха, принцесса? Меня гораздо больше волнует, что ты по-прежнему будешь заниматься рукоприкладством. Твоя рука была достаточно тяжела.

— Пожалуй, я освоила светские манеры и научилась сдерживать свой темперамент.

— Научилась сдерживать темперамент? Это меня немного настораживает.

— Да, Макс. Ты ещё очень слаб и тебе нельзя так перевозбуждаться. Наверное, мне стоит уйти.

Люба встала.

Макс с восхищением смотрел на неё.

— Ты и впрямь научилась сдержанности, — заметил он. — Но ничего. Моя все равно возьмёт.

Люба звонко рассмеялась, направляясь к двери.

Она не помнила, как дошла до своей спальни, как легла в постель. Словно хихикающие ангелы провожали её. Губы женщины улыбались, а сердце пело. Наверное, вот таким и должно быть счастье. Теперь она точно знала, что огромная чёрная полоса в её жизни закончилась и никогда больше не наступит.

Она уткнулась лицом в подушку, от счастья не зная, то ли ей плакать, то ли смеяться.