Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.

Выстрел. Пуля дернула волосы у виска – Юра отшатнулся и прилип спиной к арке. Еще два выстрела из темноты, но на этот раз пули свистят где-то в стороне – похоже, противник не видит его в кромешной тьме. Это хорошо, плохо то, что сам он, капитан Юрий Жданов, тоже его не видит. Эти детишки с дорогими айфонами, в шмотках в четыре его зарплаты окончательно распоясались.

Капитан попытался вспомнить, сколько патронов в магазине. Пять, точно пять. Его противник где-то во тьме, света в городе нет уже три часа, но район-то Жданову знаком, пять лет тут участковым бегал, – двор тупиковый, так называемый колодец, все двери черных ходов давно заколочены, деваться этому уроду со спущенными подтяжками некуда.

Все вышло из-под контроля одиннадцать часов назад. Зажравшееся стадо, разбавленное радикальными националистами и подкормленное из-за границы, вывалило на улицы с диким лозунгом: «Мы здесь власть». «Власть»… Cкорее взбесившиеся животные, охреневшие от безделья и безнаказанности.

Сначала казалось, что поорут и разбредутся, как обычно, ведь их лидеров уже отправили в кутузку. Но на этот раз вышло иначе: внутри молодежных групп обнаружились боевики. Что ж, действенный прием: создать из неуравновешенного молодняка, вечно чего-то требующего и чаще всего вообще не понимающего собственных рекламаций, живой щит.

Выстрелы… Падают знакомые парни в оцеплении, к ногам Юры катится зеленое ребристое «яблоко», он завороженно смотрит, как оно крутится в метре от него, и не может пошевелиться. Кто-то падает на гранату грудью; кто это, Юра так и не понял – форма чужая, ни шлема, ни кирасы. Он встречается с ним взглядом, это глаза безумца, в них нет ни страха, ни ненависти, они пустые, подобных Жданов никогда не видел. Мужика подбрасывает вверх сантиметров на двадцать…

Юра пришел в себя через минуту… Когда он успел рухнуть на брюхо?.. Вокруг уже идет активная стрельба, где-то громыхают ружья, треск пистолетов-пулеметов, в паре метров от него из своего «огрызка» садит майор Рокотов и тут валится на спину, сфера прыгает по брусчатке, лица у Олега больше нет.

И вот Юра в грязной темной подворотне, за спиной в городе слышны выстрелы. Откуда такая прорва оружия в столице? Откуда огневые точки на крышах? Как спецслужбы проморгали вооруженную провокацию? Скольких он убил сегодня? Четверых? Вроде да, но он убил, поскольку они пытались убить его, пуля, зацепившая бедро, – лучшее доказательство.

И тут стучат каблучки, кто-то вбегает в арку. Юра замирает, он видит только силуэт. Это женщина, она, судя по яркому пятну, в белом плаще. Он рывком сбивает ее с ног, белое, хоть темень вокруг и только луна изредка пробивается сквозь тучи, отлично видно его противнику в арке входа. Две пули ударяют в спину, броник изорвало осколками еще два часа назад. Адская боль в районе лопатки, но, похоже, ранение не такое уж серьезное.

Девушка под ним кричит и ворочается, уши закладывает от ее визга, голову заполняет туман.

Жданов не слышит, как идет к нему бритый крепыш. Тело капитана пинком сбрасывают с девицы, ствол старого револьвера, какая-то переделка из газового, приближается к груди капитана.

– Сдохни, мусор, сдохни, сдохни… – как заведенный шепчет лысый, его подтяжки свисают до колен.

Все силы Юры уходят на то, чтобы в тот же момент навести ствол на пах противника и выстрелить, одновременно хлопает «пугач» бритоголового. Последнее, что видит капитан, – противник зажимает руками прострел внизу живота и валится на воняющий мочой асфальт. Темнота.

Больно… Юра выплыл из небытия и понял, что жив. «Мыслю, следовательно, существую», – металась в голове одинокая думка, пробиравшаяся через лабиринты боли. Но он ведь почувствовал удар в грудь! Пусть пулька была мелкая, а боднула как большая, примерно туда, где сердце. Казалось, он не мог выжить.

Юра вздохнул поглубже, грудь тут же откликнулась острой болью. Было тихо и ничем не пахло, даже лекарствами.

– Эй! – негромко позвал Жданов.

Голос не рассеялся по помещению – похоже, капитан лежал в каком-то маленьком изолированном пространстве. Пошевелив руками и удостоверившись, что они ему подчиняются, как, впрочем, и ноги, он быстро обшарил стенки «темницы». Три минуты обследования прояснили, что он в трубе, которая запаяна с двух концов. Рост его – метр восемьдесят пять, значит, сам объект длиной около двух тридцати, с диаметром примерно метра два. Широкоплечему Юре здесь было вполне комфортно.

– Мясо, хватит валяться, – раздался откуда-то веселый голос. – Давай выбирайся из капсулы, знакомиться будем.

– А как? – спросил в темноту Жданов.

– Над головой рычаг, потяни на себя, дверка и откроется.

Нащупав рукоятку, бывший мент долго думать не стал и потянул за нее. Что-то щелкнуло, и со звуком гермозатвора крышка медленно с шипением отошла в сторону. Жданов ухватился руками за край, начал, не торопясь, вытягивать себя наружу. Ситуация была так себе…

Если он умер, то что он делает в этой трубе? Если он жив, то какого хрена он делает в этой трубе?

А еще снаружи был свет. Тусклый, но его хватило, чтобы ослепить привыкшие к темноте глаза. А еще там был человек, который наверняка знает ответы на его вопросы.

– Лезь давай, мясо, – услышал он тот же голос. – Не бойся, не трону я тебя.

Юра, перехватившись за какой-то поручень, вытянул себя окончательно, после чего обернулся и увидел говорящего. Тот был невысокий, рыжий, веснушчатый, с хитрой рожей, бегающими глазами, худой и жилистый.

– Да садись ты уже, – предложил незнакомец, указывая на табурет, изготовленный из какого-то слегка светящегося пластика.

Табурет казался ультрасовременным – одна изогнутая толстая ножка, круглое сиденье. Сам же приветливый хозяин этого загадочного пространства – или не хозяин? – сидел на точно таком же.

– Ну, болит у тебя головушка? Ничего, пройдет, – произнес он, видя, как Юра морщится и потирает лоб и виски. – Тут у всех болело поначалу. Это нормально, скоро закончится.

И точно, боль как будто стала уходить, голова, правда, оставалось тяжелой, словно Юра спарринг против Тайсона выстоял. Глаза уже привыкли к тусклому освещению, и Жданов смог осмотреться: маленькая комната, в ней еще три точно такие же трубы, все открыты, рыжий сидит на табурете, у стены стол, там еще несколько идентичных пластиковых стульев. Два металлических шкафа блестящих, словно из серебра, похоже, заперты. А вот что ему больше всего не понравилось, так это отсутствие двери. Ее просто не было.

Он никак не мог понять, где находится и почему, ведь не могла же ему присниться эта мерзкая подворотня. И места, куда попали пули, болели вполне ощутимо.

– Я умер? – решился он наконец задать главный вопрос.

– Кто тебе такую дурь сказал? – удивился рыжий парень. Он был в черных штанах с карманами, высоких полусапогах из странного материала, чем-то напоминающего то ли резину, то ли мягкий пластик. Поверх майки – темно-серый жилет с кучей карманов, на поясе – в примитивной кобуре обрез незнакомого карабина. – Хотя в чем-то ты прав, там умер, тут воскрес. Меня, например, представляешь, поезд сбил, и не абы какой, а скоростной, триста километров в час. Правда, если честно, меня под него пристроили, я там адвокатом подвизался, и, похоже, кто-то из клиентов решил обезопасить свои тайны, – пояснил рыжий. – Но ничего у них не вышло, все предусмотрено: я оставил где надо бумагу, что в случае моей смерти весь компромат сразу в прессу и в прокуратуру уходит… Знаешь ли, все, кто сюда попал, умерли не своей смертью, и в девяноста девяти процентах случаев эта смерть была насильственной. Кстати, как ты умер?

– Утырок какой-то всадил две пули из «пугача» в спину, когда женщину пытался прикрыть, а потом в грудь еще одну.

– Да ты герой, – радостно осклабился парень, – такие люди нам нужны. Правда, есть минус – не живут, дохнут быстро… – Он сделал паузу и тихо добавил: – А потом превращаются.

– В кого? – хлопнув глазами, озадачился Юра. Все это было похоже на дебильный розыгрыш, и если бы он не был уверен, что помер в той подворотне, то решил бы, что это реально какая-то фигня.

– Вот в него. – Парень покрутил на запястье широкий браслет, из которого возникло виртуальное меню, и, загрузив альбом, показал объемное изображение.

– Ух ты, это что?!

– Знакомься, это мусорщик, а мы мусор, а место, в котором ты оказался, мы называем Свалкой. Именно так, с большой буквы. Хотя официально оно называется Вышеград. Да, кстати, где мои хорошие манеры? Зови меня Ржавым, я здесь ловчий, привратник. Не представляйся, мне твое имя без надобности, все равно тебе Система новое присвоит.

– А если мне старое нравится?

– Да пожалуйста, хочешь – оставь его, но потом не обижайся. Кстати, вот тебе первый урок, мент: никогда не называй свое настоящее, земное имя первому встречному, и второму не называй, и третьему. И вот когда ты проведешь с человеком под одной крышей хотя бы неделю и будешь уверен, что он не ударит предательски в спину, вот тогда можете на ушко друг другу шепнуть имена.

– В чем фишка? – не понял Жданов.

– Зная настоящее имя объекта, любой сможет обнаружить его на Свалке. Ведь тебя находит только Система и те люди, которые с тобой в чате связаны, а вот зная имя, найти тебя сможет любой. Кроме того, тут некоторые владеют подчинением, а значит, могут тебя ненадолго захватить, но опять же нужно истинное имя.

– Что ж ты мое не выпытал? Я же лох.

– Эх, мясо ты мясо, – тяжело вздохнув, произнес рыжий, – нельзя так плохо о людях думать. Не все же такие. Ты здесь пару часов всего и даже не понимаешь, в какую переделку угодил. Ты сейчас на пересылке, я привратник, работенка у меня такая непыльная. А насчет того, что не выпытал, так без надобности оно мне. Как бы тебе попроще объяснить? Ты еще не прописан, тут тебя вроде как бы нет. А значит, и имени твоего тоже нет. Вот занесет тебя Cистема в списки расходного материала, тогда и будешь скрывать свое имя.

– А что на будущее не спросил?

– Так забуду я его. Система сотрет всю информацию о тебе, как только мы расстанемся. Ну, останется при мне нечеткий образ мужика, ну, может, что из разговора вспомню, малозначительное, и всё. Увижу на улице – даже не узнаю. Так происходит каждый раз, когда я встречаю очередное мясо. Так что никому не говори своего имени, а можешь другое придумать, если тебе уж так хочется быть Серегой, а не Ментом.

– Да, странные у вас тут места.

– У нас, – поправил Ржавый.

– С чего ты такой словоохотливый?

– Да есть грешок, болтун я тот еще, мало кто со мной из-за этого общаться хочет, вот и ты на рассвете уйдешь. Но пока есть у меня пара часов, поболтаю, и из одного ничего не понимающего куска мяса сделаю заготовку человеческую, чтоб, когда ты из этого отстойника выйдешь, добрался до точки, а не сдох на трехсотом метре. Пить хочешь?

Юра кивнул.

– Вода, обычная, – протянув какую-то колбу необычного дизайна, произнес рыжий.

Жданов сделал несколько глотков, стало легче. Он завинтил крышку и вернул бутыль.

– Так что это за свалка?

– Свалка, – уважительно протянул собеседник, – с большой буквы, и никак иначе. Свалка человеков. Над нами огромный город в три яруса. Каждый день на Свалку тысячи попадают, но выживают далеко не все, один-два из сотни. Понимаешь, город – единственное относительно безопасное место на этой безумной планете. Не могу сказать тебе, где она находится, просто не знаю. Но сейчас ты в самом низу социальной лестницы, ниже тебя только отбросы за периметром.

– И давно ты тут?

– Считай, я абориген, здесь я примерно с полгода. Знаю, сейчас спросишь: а как отсюда выбраться?

– Ну, почти угадал, – усмехнулся Жданов. – Я хотел узнать: что находится вокруг города?

– По порядку… Вокруг города – выжженные земли, а мы вот сейчас в одном из бункеров первого оборонного пояса. Так вышло, что только в некоторых местах можно разместить отстойник, ну или пересылку, так мы зовем это место. Это изолированная зона, куда никому, кроме меня, хода нет. Всего в каких-то трех километрах отсюда – граница обитаемых земель, силовой купол, накрывающий весь город и наш рубеж. Но, бывает, прорывают эту защиту. Жить тут можно, и чем дольше выживаешь, тем выше поднимаешься в обществе. В Вышеграде жизнь кипит. Люди тут меняются, постоянно учатся новому, улучшая свои способности, уровни развития. Мы солдаты, вернее некоторые из нас, я просто привратник на теплом местечке.

– И в чем смысл вашего бытия? – поинтересовался Жданов, ему все больше не нравилось место, в которое он угодил.

– Нашего, – поправил Ржавый, – если, конечно, не сдохнешь до контрольки. Теперь про наше бытие. Система, которая управляет всем внутри купола и кое-чем снаружи, дает различные задания, мы их выполняем или умираем. Если умираем, становимся мусорщиками – много их там, в руинах, по ночам бегает. Твари они лютые, обитают на выжженных землях, пробиваются и под купол. Но вообще на выжженных землях идет постоянная война, там и боевые роботы, и андроиды-убийцы, слетевшие с катушек, дроны, мусорщики, ну и люди, которые отринули Систему. И все они пытаются пробраться под купол, и у некоторых это получается. А под землей еще обитают те, кто пережил большую войну.

– Большая война?

– Ты не на Земле, да я это уже говорил, я даже не уверен, что это наша галактика. Это планета Эдем.

– По описанию совсем не похоже на Эдем, – усмехнулся Юра.

– Не похоже, – согласился Ржавый, – раньше это было раем, потом узнаешь историю, сейчас не важно. Здесь, на планете, был огромный полис, город-государство, настолько огромный, что его населяли одиннадцать миллиардов жителей. А потом окраины взбунтовались, и началась большая война. И вот от рая остался этот купол, раньше место под куполом можно было назвать правительственным кварталом. Все остальное погибло в огне. А Система была всегда, она управляла жизнью мегаполиса. Неосолдаты, которые начали большую войну, давно умерли, и вот придумала Система таскать сюда нас, землян. Так что служи ей или умри. А чтобы тебе было приятней служить, можешь считать, что защищаешь свою родину, ведь именно колонисты с Эдема основали первое поселение на планете Земля, на нашем шарике. Хочешь угадать название того поселения?

– Эдем.

– Молодец, возьми с полки пирожок. Потом у них что-то разладилось, и прямой канал между Землей и планетой Эдем исчез навсегда. Так что, считай, что за папку с мамкой воюешь.

– Ага, прям у меня заряд патриотизма проснулся. Где мой автомат? За родину-у, за Эдем!

Рыжий довольно заржал.

– Молоток, верно уловил суть происходящего. Вот только все равно придется, так что хочешь не хочешь будешь пищать, но бежать. И не кривись, другого пути нет.

Юра промолчал, настроение было самым паршивым, а он-то думал, его война кончилась.

– Короче, там жесть жестяная, – продолжил Ржавый. – Ах да, задания… Задания можно выбирать, и оплата за эти задания соответственно разная, я вот взял самый низший приоритет – встретить тебя, мясо, и ввести в курс дела. И получу за это свой гешефт, ну это я так для себя называю, а вообще после прописки в Системе у тебя появляется что-то вроде виртуального счета, куда она зачисляет оплату. На это ты покупаешь что угодно – оружие, женщин, еду, способности. Кое-что можно просто найти на Свалке, как, например, этот обрез, а можно купить тысяч за пятьдесят автомат, изготовленный Системой, который стены шьет.

– Бред, – присвистнув, заявил Юрий. – Ты сам-то понимаешь, как это звучит?

– Все вы, мясо, одинаковые, – рассмеялся Ржавый, – глазки вылупите, рот откроете и давай диагнозы ставить. Нормальный я, и не розыгрыш это, завтра все увидишь своими глазами.

– А как я тут оказался?

– Система закинула. Правда, вас, попаданцев, чаще больше бывает, от двух до пяти душ валится в этот бункер, сегодня бедно – только ты. А так пересылка стабильно мне гешефт приносит. Система меня сюда назначила, место тихое, непыльное, немало очков за этот скил отдал. Можно сказать, живу я тут. Кстати, кроме меня, сюда никто войти не может, выйти – пожалуйста. Вот только доступа к Системе нет. Так что и за едой, и подышать приходится наверх выбираться. Хорошо еще, что лаз открывается каждый раз в новом месте, хрен просчитаешь, иначе меня давно бы грохнули. Если ты думаешь, что внутри первого оборонного пояса тебя ждет безопасная житуха, забудь, сильно расстроишься, Система – своеобразная штука. Ну да скоро сам поймешь, а может, я объясню в процессе разговора. Тут на земле, в центре купола, находится Нижний Вышеград. Есть еще Средний. А в Высшем сливки общества обитают. А тут, вокруг Нижнего Вышеграда, мы живем, простые смертные.

– Ничего не понимаю.

– На словах трудно объяснить, – согласился Ржавый, – никто тут первое время ничего не понимает. Какими принципами руководствуется Система, подбирая сюда людей, неясно. Ясно одно – все, кто тут, умерли не своей смертью, а чаще всего насильственной. Вон тебя продырявили, меня поезд, другана моего покойного – бродит, может, где сейчас, ну да не к ночи помянут будет – бандюги с моста сбросили. Историй много, здесь народ странный, очень часто об этом спрашивают, это вроде как визитная карточка. А верхний уровень – это вот.

Он снова покрутил свой браслет, и в воздухе сформировалась объемная картинка – очень необычный город со странными домами, выглядевшими довольно футуристично. Иглы небоскребов уходили вверх на сотни метров, дома поменьше, этажей в двадцать-тридцать, напоминали закрученные в спираль башни. Над всем этим висела платформа диаметром поменьше, там тоже стояли похожие дома, а сверху этой платформы была еще одна, тоже поменьше, из центра Нижнего города торчал гигантский штырь, он пронзал Верхний город ровно посередине и уходил выше, во вторую платформу, и, скорее всего, там картина была идентичной.

– Дай угадаю – штырь как-то держит две верхние платформы?

– Молоток, – похвалил Ржавый, – быстро соображаешь. Штырь находится в особой зоне, в которую нам нет доступа. Туда вообще никому нет доступа. Как он работает, никто не знает.

– А можно просто сдохнуть? – поинтересовался Юрий. – Дай обрез, к башке себе приставлю.

– Не выйдет, – покачал головой рыжий, – убить тебя могут без проблем, здесь же ты мне не сможешь нанести никакого вреда, как и я тебе, любой агрессивный контакт – и расплата будет жесткой. И сам не сможешь в этой комнате себе навредить. Могу дать тебе ствол, приставишь к голове и щелкай сколько хочешь. На, попробуй, – он протянул обрез, – но учти, наказание будет очень быстрым и крайне болезненным.

– Верю. А если с крыши спрыгнуть?

– Прыгай, вешайся, вскрывай вены… Делай что хочешь после того, как выберешься отсюда. Хоть гранату себе в задницу запихни. Умрешь, как обычный человек, но, прежде чем станешь мусорщиком, Система тебя накажет. Знаешь, в играх был такой режим slow-mo?

Юрий кивнул, припоминая что-то такое.

– Это хорошо, – обрадовался рыжий, – те, кто выжили после самоубийств, а таких хватает, рассказывают одно и то же: тело словно входит в этот режим, все вокруг замирает, и на тебя обрушивается боль, неимоверная боль, и растягивается она на несколько дней. Хотя в реале вокруг тебя не проходит и пары секунд. Если есть желание проверить, вперед и с песней. Приятного мало.

– Дерьмово.

– Не то слово, – согласился Ржавый. – Это даже отмороженным мазохистам не нравится. Тут есть «веселые товарищи», любят развлекаться так с новичками, поймают его и давай заставлять самоубийства совершать. А Система – штука добрая, она свои батарейки бережет, не дает сойти с ума. Например, режет человек себе вены и минуту кровью истекает, – все, попытка покончить с собой, пора наказывать. А они его перевяжут и ждут, когда он оклемается, и на новый круг. И вот так они и пытают такое глупое мясо, как ты, а когда надоедает, убивают, тут много народу «веселого». Так что путь у тебя один – дерись и умри, но потом не обижайся, будешь мусорщиком бродить. А чтобы мусорщиком не стал, тебя любой живчик разделит на неравные части, короче, произведет полноценное четвертование. Кстати, как тебя гнать? Ментом? А то надоело тебя мясом звать. Могу сам придумать.

До чего может додуматься этот говорливый, Жданов решил не проверять.

– Зови Ждуном, привык уже.

– Ну, Ждун так Ждун, – легко согласился рыжий. – Так вот, соскочить, снеся себе башню, не выйдет, много тут таких умников. Единственная возможность выскочить – это набрать определенный класс навыков, проявить себя за периметром в войне и подняться по социальной лестнице, врастая в жизнь Вышеграда.

– Так что нужно сделать, чтобы свалить отсюда? За сколько лет этого достигают?

Ржавый пожал плечами.

– Никто не знает, но в определенный момент ты сначала получаешь право на посещение Нижнего города, потом Среднего. В Верхний тебя никто не пустит, там только сливки общества, здесь их никто никогда не видел, кроме как по визору. Но все, кто дожили до получения права посетить Нижний город, старожилы, обитавшие тут не меньше трех-четырех лет, – это такие парни и бабы, что в одиночку могут выходить против отделения спецназа, и на спецназ ни один дурак не поставит.

– И много тут таких?

– Ты серьезно? Да кто ж знает?! Как я тебе сказал, мой отстойник в зоне отчуждения, отсюда до центра километров сорок. А теперь представь, что это правильный круг. Есть тут ребята Исследователи, с прибабахом народ, я от них стараюсь подальше держаться, щедро платят за любую информацию, касающуюся выжженных земель. Ты жрать хочешь? Давай поешь.

Юра отказался, покачав головой.

– А я порубаю. – Рыжий встал и открыл небольшой шкаф, достал хлеб в пластиковой упаковке и банку консервов. Вскрыл консервы, минуты три молча ел, потом вспомнил, что давно ничего не говорил. – Так вот, – проглотив очередную ложку консервов, продолжил он, – все, что ты заработаешь на заданиях, можешь тратить как тебе заблагорассудится: обменивать на информацию, покупать карты секторов, получать умения, улучшать их. Ну, про еду, оружие, женщин я уже говорил. Народу тут много разного: бродяги-одиночки, банды кочевников, рейдеры, пехота, охотники на мусорщиков, мясники… есть железяки, эти охотятся на андроидов и роботов, их за куполом хватает. Там, наверху, есть жизнь, короткая для многих, но очень яркая.

– Бессмыслица, – тяжело вздохнув, произнес Жданов, потирая виски, от обилия информации заболела голова. Вышеград и земли вокруг него нравились ему все меньше и меньше.

– Да ладно, не паникуй, все не так плохо. Если удача тебя не оставила, поднимешься, будешь снимать гешефты, бабу себе купишь или найдешь. Тут можно жить.

– Чего мне опасаться?

– Всего, – усмехнулся рыжий. – И я не шучу, бойся людей внутри оборонного пояса. Например, я встречаю мясо, а другие убивают мясо. Мы таких зовем…

– Дай угадаю, мясниками?

– Скучно с тобой, – засмеялся болтун, – умный ты. Может, и дойдешь. Хотя я вроде про них уже упоминал. Короче, бойся встречных, особенно если учуял к себе особое внимание, ночь принадлежит мусорщикам! Они навострились пробивать купол и прорываться сюда, в кварталы оборонного пояса. Неподготовленному мясу во тьму лучше не соваться, сдохнешь, и очень быстро, но, если все же сунулся, усвой одно: зацепил краем глаза что-то быстрое и темное, очертаниями напоминающее человека, постарайся успеть помолиться, если ты, конечно, верующий, это твоя смерть в облике мусорщика. Убить его чрезвычайно сложно, но, дабы выполнить свой долг до конца, расскажу. Итак, обычно мусорщики бегают или сидят в засаде неподвижно, атакуют они рваными прыжками, постоянно меняя направление движения. Скорость, как у приличного скутера, сто метров где-то секунд за семь, могут сигануть метра на четыре, а иногда и на пять. Уязвимые места – суставы, шея, позвоночник. Туловище чувствительно к попаданиям крупнокалиберных боеприпасов, это их тормозит, нередко обладают способностями того, из кого произошли. Самый верный способ убить – попасть в голову так, чтобы мозги разлетелись. Но это «а» – очень сложно, «б» – башка у них крепкая. Шкура прочная, так что просто из пистолетика можно хоть в упор, мусорщик провернется и еще спинку поставит, я не вру, сам видел, думаю, он таким нехитрым способом почесаться хотел.

– Гонишь, – не выдержал Юра.

– Заметно, да? – Рыжий весело хмыкнул, улыбаясь во весь рот. – Насчет почесаться соврал, остальное – истинная правда. Если, конечно, пистолет не изготовлен Системой. Убийство мусорщика – это много очков. Ночью опытные бродяги выходят на охоту: мусорщики на них охотятся, они – на мусорщиков. Все понятно?

– Ни хрена непонятно, – покачал головой Жданов.

– Ничего, въедешь или выедешь. – И рыжий рассмеялся над собственной шуткой. – До ближайшей точки тут примерно пара километров.

– Недалеко вроде.

– Не разочаровывай меня, Ждун, ты вообще слышал, что я тебе сейчас говорил? Очень часто случаются прорывы купола, и сквозь брешь проскакивают такие твари, что за полдня могли бы вырезать небольшой городок на старушке Земле. Их не всегда успевают уничтожать, они прячутся в руинах, очень хорошо маскируются. А еще в прорывы лезут боевые роботы с задачей уничтожать все внутри защитного купола и спятившие андроиды, эти вообще режут все, что называется хомо сапиенс. И не забывай про мясников, они заражены каким-то паразитом, цепляют за периметром; Система пропускает мясников внутрь первого оборонного пояса свободно, сколько мы ни пытались ограничить им проход через защитный экран, ответ один – отказ. Эти твари тоже в Системе, как и я, в этом отношении она туповата, и режут они глупое мясо, получая за это очки. Так что, если есть желание, можешь выйти на середину проезжей части и бежать что есть мочи. Результат будет один – умрешь уставшим. Ты в армии служил, мент?

Бывший капитан кивнул.

– Даже немного повоевал.

– Тогда ты поймешь. Считай, что это разведвыход в тыл противника. Вертишь головой, создаешь меньше шуму, всех стремаешься! Ферштейн?

Юра кивнул. Место, в котором он оказался, если, конечно, рыжий ему не вешал лапшу на уши, бывшему капитану полиции очень не нравилось.

– Что имеется вокруг? Еда? Оружие?

– Внутри оборонного пояса можно кое-что найти, но везение должно быть запредельное. Если наткнешься на следы недавнего боя и если трофейщики не все подняли, считай, повезло. А вот за куполом, в выжженных землях, из людей выживают единицы, и то очень крутые ребята, там жизнь постоянная, найти можно много всего, сотни километров руин. Но хуже всего – это мусорщики, во тьме они правят бал. С первым лучом они исчезают, я без понятия куда, никто никогда не видел их логова.

– Еду в оборонном поясе можно найти?

– Нет, – покачал головой Ржавый, – еда – одна из главных ценностей. Ты думаешь, я бы жрал консервы из какой-то хрени, понятия не имею из какой, и хлеб из вакуумных пакетов, напоминающий бумагу, если бы мог найти икру или еще что? Нет, друг, еды тут нет. Стабильно поесть дает только Система на точке, или, как я ее зову, на контрольке. С водой обычно проблем нет, а вот всякая химия, типа газировок, спиртного, это деликатес. Только за очки. И чтобы ты понял, все на Свалке – не земное, не такое, как на планете Земля. Если ты сейчас про колу или фанту подумал, забудь, здесь – что-то иное, но пить можно. И даже вкусного всего много, хотя, наверное, химия сплошная, со жрачкой – то же самое. Так что забудь о халяве. Хочешь вкусно покушать – выполняй сложные задания. А иначе Система будет тебя кормить трижды в день миской бурды, чем-то вроде белковой каши, с голоду не подохнешь, но безвкусная масса, похожая на обойный клей, будет застревать в твоей глотке уже через пару дней. Система не любит праздности, сидеть на заднице ровно не получится. Опасайся рэкетиров, не бери в долг, вовек не расплатишься. Тут можно жить. Только сложно. Слушай, ты слишком спокоен, – неожиданно заметил Ржавый, – я ведь лица забываю, имена и прозвища, какие-то факты из рассказанных биографий, но все равно кое-что в памяти остается. И, знаешь, редко такие флегмы, как ты, попадаются! В основном мне такие истерики закатывают! Мужики плачут иногда, как дети, пытаются влезть в капсулу, просят закрыть, думают, что их обратно отправят. А ты нормально так новость переварил, словно не в первый раз уже.

Жданов пожал плечами.

– Не знаю. А что, поможет, если я сейчас завою? Или буду назад проситься? Ваша всемогущая Система меня что, обратно отправит? Нет, тут только вперед.

Он зевнул, голова раскалывалась, он нуждался в отдыхе, очень хотелось спать.

– Ложись, покемарь, – предложил привратник, доставая из шкафа какой-то рулон типа туристической пенки и тонкое одеяло, – до рассвета еще часа четыре, бодрость тебе пригодится. Время, пока светло, используй по максимуму. Ночью хорошие люди сидят в нычке и носу не высовывают.

Жданов забрал у Ржавого «постельные принадлежности» и быстро устроил себе кровать у стены, глаза закрылись сами собой. В нос ударил запах мочи и крови, в груди появилась жуткая боль. Он открыл глаза, вокруг было темно, кто-то плакал рядом, женщина или девушка, в темной подворотне ни черта не разглядеть, только белый плащ, забрызганный темным. Где-то в городе стреляли. Далеко.

– Жив, – прошипел Юра. Его взгляд уперся в лицо лысого, тот лежал рядом в полуметре, его остановившийся взгляд, полный ненависти, упирался в переносицу капитана.

И тут Жданова толкнули, вспышка боли, и он, открыв глаза, увидел все тот же белый безликий потолок.

– Можешь не рассказывать, знаю, что тебе снилось, – пояснил рыжий. – Всем новеньким это снится. Ты думаешь, что ты жив и сейчас в коме. Это не так, забудь. Чем дольше тут будешь, тем реже будут эти сны, я знаю, о чем говорю. Наиболее яркие они, когда ты еще не занесен в Систему, но, когда получишь прописку, станет легче. Ты бы знал, как я валялся под насыпью и чувствовал каждый перелом. Попей и поешь, через двадцать минут взойдет солнце или то, что тут его заменяет. И тогда ты начнешь свой путь, короткий или длинный, но свой.

Юра сел, потер лицо, глотнул из колбы, которую поставил перед ним Ржавый. Быстро съел половину небольшой двухсотграммовой банки какого-то мясного фарша, не сказать, чтобы вкусно, но съедобно, на фуа-гра, которое он однажды пробовал, совсем не похоже, закусывал он все тем же хлебом из пластиковой упаковки. Ржавый прав, на вкус – как бумага, ничего общего с ароматным, свежим, только что испеченным. Такого перекуса было мало, даже чтобы притупить чувство голода, а сейчас, после этого жуткого сна, жрать хотелось неимоверно, дай ему пять таких порций, он, наверное, все равно не наестся.

– Что, мало? Ничего, поначалу все хотят жрать, пройдет.

– Слушай, а плюсы в нашем существовании есть? – хриплым со сна голосом поинтересовался капитан.

– Плюсы? – усмехнулся Ржавый. – Плюсы будут те, что ты себе обеспечить сможешь. А не сможешь, будут одни минусы. – Он посмотрел на часы. – Пойдем, наше время с тобой истекло, через пару минут рассвет, укажу тебе направление и пойду спать, запасы у меня приличные, так что мне к кубу не скоро придется топать, а ночью уже новых встречать.

– И сколько тут таких, как ты? – поднимаясь, спросил Юра.

– Трудно сказать. Бункеров таких, разных размеров, вроде около трехсот. Много народу валится, вот только выживают не все. Диск видишь в углу?

Юра кивнул.

– Это телепорт. Сейчас ты встанешь на него и, как только окажешься снаружи, сразу сходи с него. Если не сойдешь через десять секунд, Система отправит меня уже в другое место, и останешься ты без указания направления. Кстати, земное оружие тут не пляшет, я же вижу, как ты свою пустую кобуру трогаешь. Хотя Система может его переделать под свой стандарт, но у тебя его все равно нет, так что и переживать нечего. Ну что, готов?

Жданов отрицательно покачал головой.

– Никто не бывает готов, а что делать? – усмехнулся рыжий. – Вперед.

И Юра пошел вперед. Шаг, и яркий солнечный свет, бьющий в глаза. Капитан зажмурился, еще и прикрылся рукой, – после полутемного тоннеля и тусклой лампы солнце, поднимающееся над городом, ослепляло. Вспомнил, что нужно сойти с диска, сделал два шага влево и прижался плечом к стене. И тут же на том самом месте, где он только что стоял, появился Ржавый.

– Я уж думал, ты не сойдешь, до семи секунд сосчитал. Добро пожаловать на Свалку человеческих душ.

Привратник быстро осмотрелся и, никого не заметив, взялся колдовать в своем хитром браслете. Юра же крутил головой. Он стоял сейчас между двумя зданиями, не сказать, что конструкция странная, что-то похожее по оригинальности и смелости архитекторов он встречал на Земле.

Эти два здания сделаны, по-видимому, то ли из стекла, то ли из пластика, они темного цвета, при желании можно рассмотреть свое изображение. Оба поднимались вверх этажей на десять-пятнадцать, выглядели как закрученная кверху спираль, что-то типа воронки смерча, если его перевернуть, и заканчивались шпилем. А еще они были разбитыми, везде валялись обломки, куски какой-то мебели, складывалось ощущение, что их обрабатывали самоходные гаубицы и системы залпового огня.

Над всем этим висела платформа, явно меньшего диаметра, а над той – еще одна. И там, вверху, что-то летало, но видно было плохо.

– Потом налюбуешься, – толкнув его в плечо, позвал рыжий. – Вот, смотри, ближайшая контролька в паре километров отсюда, – и он показал Юре карту с маршрутом. – Жаль, не могу тебе выдать карту, так что запоминай, надеюсь, географическим кретинизмом ты не страдаешь. А то утопаешь к куполу… хотя нет, не дойдешь. Запомнил?

Юра на память не жаловался.

– Запомнил. Слушай, тут все такое?

– Да, внутри оборонного пояса все такое, тут постоянная война, хотя за куполом, в выжженных землях, все еще ужаснее. Некоторые не верят в то, что видят. Есть тут геймеры, которые считают происходящее здесь экспериментом в виртуальной реальности. Есть поклонники теории комы, а параноики утверждают, что это обработка людей психотропным оружием и увиденное – только в нашей голове. Но я советую тебе забыть всю эту хрень, все вокруг реально. Но тебя ждут еще более интересные открытия, сейчас Свалка еще спит, но вот позже… Ладно, мне пора.

– Прощай, Ржавый, – протягивая руку, попрощался Юра.

– Удачи тебе, мент, – ответил тот крепким рукопожатием. – Прощай, – он ткнул в какую-то кнопку на браслете и исчез.

Жданов несколько секунд вертел головой, после чего воспроизвел в памяти маршрут и тронулся в сторону контрольки. Осталось дойти, а дальше он разберется, как крутиться.

Руины давили на сознание, разрушенные винтовые дома были мертвыми и безжизненными. Как там говорил Ржавый? «Условно безопасная зона»? Блин, надо было не спать, а потрошить его на информацию. Что значит «условно безопасная»? Но Юра был разбит, разбит настолько, что просто не сумел бы удержать в уставшей голове те знания, которые странный ловец попаданцев мог туда вложить. Это сейчас он уже довольно бодр, еще с армейки он помнил: усталый боец – мертвый боец.

Ржавый говорил, чтобы в дома не совался, там пусто. Еще десятки лет назад, когда начали прибывать первые «активные покойники», все ценное выгребли. Пока Жданов это обдумывал, дошел до конца маленького переулка, в начало которого его доставил телепорт.

Один шаг – и вот перед ним огромная восьмиполосная дорога. Такая же разбитая, как и дома вокруг. А вот труп мужика в трениках и в майке-алкоголичке, валявшийся на перекрестке, еще совсем свежий, лужа крови натекла приличная. Вся спина в дырах, похоже, калибр небольшой, но новичку хватило, да никем другим он и не мог быть в таком-то прикиде.

С перекрестка, до которого было метров пятьдесят, раздалось какое-то гудение, негромкое, едва слышимое, но совет Ржавого бывший мент помнил очень хорошо – надо бояться всего, что незнакомо. Юра сделал два шага назад и, прижавшись к стене, принялся наблюдать. Не прошло и полминуты, как из соседнего переулка вылетел дрон, он не был похож ни на что, виденное им раньше. Плоская «таблетка» висела в паре метров над землей, размером поболее робота-пылесоса, под днищем небольшая спаренная турель, стволы калибра вроде армейской «пятерки», но это на первый взгляд, поскольку здесь, на Свалке, что угодно, вероятно, может выглядеть чем угодно.

Дрон опустился к телу, потом «таблетка» снова поднялась в воздух и медленно удалилась, к счастью для Юры.

«А тут не так пусто, как кажется», – подумал Жданов и, как только дрон исчез из вида, рванул на скорости на другую сторону улицы. И, словно в подтверждение этих слов, где-то в паре километров за спиной что-то рвануло, нехилый такой фугас, эхо заметалось по руинам. «Да тут можно сдохнуть легко и непринужденно. Интересно, сколько народу доходит до этой непонятной контрольки?»

Два километра прогулочным шагом – минут тридцать, бегом – минут десять. Если же пробираешься по городу, где в тебя стреляют какие-то таблетки, могут потребоваться часы.

Первым делом Жданов ушел с центральной улицы. Ржавый показал ему фотку контрольной точки, это, в отличие от всего остального, что он тут видел, куб высотой метров сорок, не больше. Когда-то наверняка город был очень красивым, кое-где даже виднелись стволы деревьев, правда, теперь они стояли мертвые и почерневшие от огня.

Мусора и обломков на второстепенной улице было гораздо больше, чем на центральной, которую, похоже, хотя бы иногда чистили грейдером. Первое, что здесь заинтересовало Юру, – кровь на стене, свежая такая кровь рядом с обшарпанной дверью из пластика. Дверь была распахнута, на месте замка зияла дыра, а поверх дыры виднелись следы от когтей – пять полос сантиметров десять длиной прочерчены сверху вниз. Пять когтей наводили на мысль о мусорщике. Похоже, трагедия произошла тут совсем недавно, в полутьме, ранним утром.

«Рискнуть? – спросил себя Жданов. – Может, там найдется что-то полезное, уж очень интересно осмотреть дом такой необычной конструкции». Пару мгновений он сомневался, но любопытство, как обычно, возобладало над чувством самосохранения. Из-за подобного жгучего любопытства он не раз под смертью ходил, однажды даже чуть руки не оторвало, когда он сунул нос в чемоданчик наркокурьера.

Жданов подбежал к открытой двери и заглянул внутрь. Как ни странно, горели лампы под потолком, не слишком ярко освещая обычные ступени. Подсознательно он ожидал увидеть телепорт, а тут банальная лестница. Надо сказать, он был разочарован, хотя, возможно, здесь был всего лишь черный ход, а телепорты находятся в центральной части здания. Однако вряд ли они работают в руинах. Похоже, этот сектор оставили очень давно, и теперь он служил буферной зоной между Вышеградом и куполом.

Так что никаких техночудес! Лестница винтовая, ширина ее метра три. Поднявшись на площадку выше, он обнаружил вход на этаж, довольно широкий и удобный. «Наверное, через такой диван заносить – одно удовольствие», – подумал Юра и попытался открыть дверь. Подергав, понял, что она намертво заблокирована. Значит, нужно идти выше. На физическую форму он не жаловался: когда вся страна ударилась в ЗОЖ, а Юрино начальство стало продвигать здоровый образ жизни в принудительном порядке, тренажерный зал для тридцатилетнего капитана Жданова стал родным домом. Вот только курить он так и не бросил. И сейчас был готов отдать все за сигарету, последнюю он выкурил еще в том мире за час до смерти. А некурящий Ржавый сообщил, что курево и алкоголь тоже только Система поставляет.

Пролет, еще пролет, некоторые двери выбиты. Юра быстро обследовал этаж за этажом, там, куда мог попасть. Ничего ценного он не обнаружил вообще, кое-где уцелела мебель, она была сделана из такого же светящегося пластика, что и в подземелье Ржавого, разве что цветом отличалась. Жданов с интересом разглядывал квартиры с полукруглыми внешними стенами, надо сказать, дизайн был спорный. Следы боя пока не встречались. И вот на четырнадцатом он нашел то, что искал. Дверь была распахнута настежь. Хотя что значит «дверь»? От нее мало что осталось, везде валялись куски пластика или что тут за материал? Все в дырах, на полу капли крови.

Юра заглянул в коридор, он был типовым – метра три, не больше, заканчивался двойными дверьми. Вел он в вестибюль этажа. Юра уже разобрался с планировкой. Такой же тусклый свет, как на лестнице, но его вполне хватало, чтобы видеть все вокруг. Жданов прислушался – тишина. Шаг, еще один и еще. Он шел так осторожно, как только мог, но особой нужды в этом не было, это не бетонный российский подъезд с эхом, в этом городе будущего или прошлого, а может, настоящего все было сделано для удобства, под высокими тяжелыми армейскими ботинками приятно и бесшумно пружинило напольное покрытие.

Заглянув в щель меж чуть приоткрытыми дверьми, он увидел очередной круглый коридор, по левую руку там располагались двери квартир, вся центральная и правая часть занята сооружением, напоминающим телепорт в отстойнике Ржавого, только вот размером он был значительно больше. По нему явно можно переходить не в одиночку.

Всего дверей пять, и только одна выбита, ее раскололо пополам, светлый пластик забрызган кровью. Минуты три Юра стоял прислушиваясь – по-прежнему тишина, как в изолированном нерабочем бункере. Был в его жизни такой эпизод: заперли его враги на заброшенном ракетном объекте…

Секунда – и вот он уже у двери. Отшвырнув кусок пластика, Жданов сделал шаг в квартиру, он уже видел десятки таких – никакой мебели, полукруглая просторная прихожая, четыре двери, ведущие в комнаты, две выбиты, в стене дыра размером с кулак, поломанный стенной шкаф, который непонятно почему не развалился, и труп на полу. Совершенно свежий труп с оторванной головой и объеденным дочиста костяком. Если бывший полицейский правильно понял ситуацию, тут завтракал мусорщик, и регенерировать это тело уже не могло.

Все вокруг было в бурых свежих пятнах, пахло железом, во рту появился привкус, словно туда пригоршню меди запихнули. Жданову было не привыкать, за восемь лет работы в полиции, хотя полицейским он себя так и не стал называть, капитан и не такое видал: и расчлененки хватало, и останков, пролежавших на чистом воздухе с месяц, и объеденных утопленников. Еще одним покойником его не напугать! Осталось от мертвеца не так уж и много: обрывки одежды, изгвазданные в крови, напоминали военное обмундирование – в пользу этой версии говорили рваные ботинки с высоким берцем, но вот материал был незнакомым. Юра аккуратно прикоснулся к матовой черной ткани, та была жесткая, словно кожа, но имела литую структуру, словно пластик.

Зажав нос и ступая очень осторожно, Юра обошел труп, сейчас он никуда не торопился, остатки снаряжения валялись рядом с телом, но Жданова интересовал только один вопрос: где тот, кто это сотворил? Никаких особых сомнений у Ждуна по поводу убийцы не было, Ржавый подробно описал повадки тварей и их пристрастия. Но потом вспомнил, что твари куда-то исчезают, когда всходит солнце, и слегка расслабился.

Торчать над телом Юра не собирался, первым делом он извлек из побуревшей запекшейся крови ремень, из открытой кобуры торчала рукоять пистолета. Достав оружие, бывший капитан осознал, что ствол совсем незнаком ему, на привычный «макар» или «ярку» ствол не походил, больше всего он напоминал штатовский «кольт», только сантиметров на пять длиннее, и калибр совсем не детский. Найдя защелку магазина, он выщелкнул его и тяжело вздохнул. Три выстрела – вот все, на что он мог рассчитывать. Патроны оказались довольно крупными, шахматный магазин, в котором могло уместиться максимум семь зарядов, что для такого крупного ствола вполне нормально. Сорвав остатки ремня, Юра повесил кобуру, испачканную в крови, себе на пояс. Второй магазин, оказавшийся в подсумке, был пуст, но тоже перебрался в карман Ждуна. Затем он поднял рюкзак и просто закинул его себе за спину, еще успеет с ним разобраться.

Дальше настало время вещей из разорванной разгрузки. Под костями нашлись ножны с впечатляющим тесаком из незнакомого черного металла и странные патроны, больше похожие на охотничьи, внушительные и очень тяжелые, по калибру они бы подошли штуцеру. Оружие под них нашлось за порогом квартиры, оно лежало метрах в трех от трупа, изувеченное, словно им лупили об стену. Надо сказать, что штука впечатляла – двуствольное ружье длиной в метр с короткими, под самое ложе, стволами и полноценным прикладом, который сейчас был расколот. То, что без серьезного ремонта оно стрелять не будет, было ясно с первого взгляда. К семи патронам, которые он нашел в обрывках разгрузки, добавился еще один из ствола. Второй был пустым, что озадачило, поскольку неясно, где гильза, или покойник заряжал только один ствол? Очень странно.

Отбросив ружье в сторону, Юра обошел квартиру. Целые двери спокойно открывались, пуская его в светлые комнаты с панорамными окнами от пола до потолка. Правда, одно из них было выбито, и погода прилично испортила напольное покрытие. Балкон отсутствовал. Нигде ни мебели, ни вещей, только кухонный гарнитур, искалеченный каким-то вандалом. Пара встроенных шкафов тоже пострадали, дверцы с них были сорваны и валялись на полу. Скорее всего, вещи вывезли сами хозяева, вряд ли эти дома жильцы оставили внезапно. Вероятно, эвакуация была не быстрая и планомерная.

Ванная и туалет совмещенные, там тоже панорамное остекление, но, похоже, его в любой момент, по приказу хозяина, можно затемнить, да и вряд ли здание снаружи было прозрачным; скорее всего, фасад зеркальный.

Теперь настала пора заняться рюкзаком покойника. Осмотрев содержимое, Жданов тяжко вздохнул. Кроме банки рыбных консервов в томате с незнакомой рыбиной на этикетке, упаковки запаянных в пластик хлебцев и смены белья, которое можно было условно считать чистым, больше он ничего не нашел. Итак, самая ценная находка – еда. Не зря Ржавый говорил, что новички всегда хотят жрать, вот и сейчас, не думая о трупе, лежащем в коридоре, Юра решил перекусить. Потянув за язычок на крышке, он вскрыл рыбу и начал руками вылавливать большие куски. Он не был любителем рыбных блюд, но есть хотелось просто адски. Консервы, как и хлебцы, кончились слишком быстро. Пожалев, что курева не оказалось, Жданов решил, что задерживаться тут не стоит. Все, что можно получить, он получил. Он и так вместо движения к точке пошел искать что-то эфемерное. Правда, удача не подвела.

И тут он услышал слабый шум.

Напольное покрытие заглушило шаги гостей, но один из них спалился, запнувшись о кусок пластика, и зашипел что-то матерное. Юра не смог разобрать слов, но понял – его удача кончилась.

Незнакомцы шли тайно, осторожно ставя ноги, словно опасаясь кого-то спугнуть. Если они явились не просто так, кого они ищут? Его? Или покойника? А может, это всего лишь мародеры.

Ждун быстро вышел из ванной комнаты, здесь, в тупике, без шансов. Осталось решить, как поступить правильно, завалить их с ходу или, наоборот, стоит выждать и поговорить? Оптимальным местом для укрытия оказалась кухня. Присев за стенным шкафом, Юра в тусклом отражении уцелевшей дверцы гарнитура видел вход и останки. А вот его оттуда увидеть нереально.

И вот гости вошли в прихожую, их было трое, двое прикинуты по местной моде, во всем черном, а третий в обычных земных шмотках.

– Да где же он? – раздался тихий голос.

В принципе, он сразу расставил все по местам: пришли за ним, поскольку покойника они уже нашли. Бывший капитан вытащил пистолет и, передернув затвор, снял с предохранителя. Три выстрела – это мало, очень мало.

Незваные гости в количестве двух рыл столпились над телом, третьего они отправили поискать в других квартирах.

– О-па, – удивленно произнес один из них, – да тут подарочек вонючий. Вот фортануло. Судя по ошметкам, охотник. Вон и ствол его валяется.

Голос у незнакомца был неприятный, интонации до зубовного скрежета надоевшие Жданову на работе в прошлой жизни. Сколько таких бычков он рассовал по камерам! Сколько раз слышал сакраментальное: «О-па, пацанчик, сюда иди».

– Что у нас тут? – спросил другой. – Будь я проклят, это же «крушитель», причем почти целый. Система починит, и даже недорого. Лапы убрал, а то выпотрошу, разрублю на куски и вывешу за окно, буду мусорщиков приманивать.

Юра озадачился. То, что он принял за неисправное оружие, оказывается, подлежит восстановлению и, судя по интонации, штука ценная.

– Да ты что, Гиря, я же только поднял, – залебезил гопарь.

– Клюй, пасть закрой и давай сюда. – С минуту шуршали завязки. – Где это мясо? Тира, что в остальных квартирах?

– Все пустые, – ответил третий. – Если он из окна ласточкой не вылетел, то он может быть только тут.

– Эй, мясо, выходи, не бойся, не обидим мы тебя. Мы знаем, что ты здесь, больше тебе негде прятаться.

Юра выпрямился, прижавшись спиной к стене. Надо что-то решать, планы у этих ребят явно не добрые. Сейчас двое где-то в паре метров у входа, третий снаружи. Юра сделал шаг с разворотом и выстрелил в силуэт. Грохнуло неслабо, руку подбросило, Жданов стрелял от бедра, промахнуться было нереально. Шаг в сторону, укрылся за стеной, из прихожей грохает нечто внушительное, по звуку напоминающее ружье, и от шкафа, за которым он укрывался секунду назад, летят куски пластика. Кто-то орет громко, на одной ноте – зацепило неслабо.

– Проваливайте! – крикнул Юра.

– Ну нет, мясо, так не пойдет, – раздался из коридора голос главного. – Ты все правильно понял, живым мы тебя все равно бы не выпустили. Ты – наше задание. Мы, правда, не успели тебя встретить в месте появления, запоздали немного, на охотника налетели, пришлось прятаться. Так что живым мы тебя точно не выпустим. Выходи, обещаю, сдохнешь без мучений, я даже на куски тебя порублю и сожгу, чтобы не плодить мусорщиков. Их и так тут много.

– И какой мне в этом резон? – заговаривая противника, спросил Юра, пытаясь найти выход.

Планировка для боя неудачная. Сейчас противник держит на прицеле вход на кухню, прихожая широкая, двери в остальные комнаты распахнуты, но врага страхует напарник.

– Безболезненно сдохнешь, – весело заявил Гиря. – То, что ты Клюя грохнул, даже хорошо, нам его очки перейдут. Так что мы не в обиде, эта мелкая сволочь давно действовала мне на нервы. Выходи, мусор, все будет быстро.

Юра судорожно прикидывал варианты. В рюкзаке, что сейчас у него на плече, есть бутылка с водой. Ну как бутылка? Колба, как термостакан. Что будет, если он кинет его в коридор и крикнет: «Граната!»? Куда прыгнет Гиря? Наверняка рванет в комнату по центру, наружу быстро не выпрыгнуть. Третий мясник использует обломки двери как укрытие. Значит, нужно бросить так, чтобы Гире пришлось прыгать к выходу. Он одновременно прикроет Юру от «коридорника», и у него будет пара секунд преимущества, а потом до них дойдет. Достав бутылку, Жданов прикинул расположение и с криком: «Граната!» – катнул ее наискосок, чтобы та закатилась за угол коридора, где укрывался главный.

И ведь сработало. Уже стоя в дверях, Юра краем глаза увидел, как тело мясника, распластавшись в прыжке, вылетело из квартиры, полностью перекрыв линию огня Тире.

Жданов шагнул вперед и, вскинув руку, выстрелил. Ствол снова подбросило, тяжелая пуля ударила прыгуна в спину, тот вздрогнул и замер.

– Тира, ты меня слышишь? – отступив назад, позвал Юра.

– Ну, слышу, – спокойно заявил последний из оставшихся бандитов. – Что предложить хочешь?

– Уходи, сейчас я добрый, это муляж был, колба с водой, но одну настоящую хлопушку я все же снял с тела, досчитаю до двух и катну к тебе, гарантирую, все забрызгает. Уходи, и больше никогда ко мне не суйся.

– Я вещи заберу? – секунд двадцать помолчав, спросил мясник.

– Нет, дружок. То, что при тебе, оставь, остальное – моя добыча. Жизнь дороже.

– Дурак ты, мясо, на Свалке жизнь ничего не стоит, ты скоро это поймешь, тысячи валятся, чтобы сдохнуть, и все равно остается многовато. Я уйду?

– Иди, – разрешил Юра, быстро глянув в коридор, чтобы вовремя заметить руку, которая потянулась к дробовику, валяющемуся на полу рядом с трупом Гири. – Тира, какое из слов «это моя добыча» ты не понял?

Рука мгновенно исчезла, а через секунду прошуршали удаляющиеся почти бесшумные шаги, было слышно, как хлопнула дверь, ведущая на техническую лестницу. Капитан полиции Юрий Жданов выиграл свой первый бой на Свалке человеческих душ.

Воцарилась почти мертвая тишина, только гопник, получивший пулю в брюхо, тихонько сучил ногами. Юра окинул взглядом тело, валяющееся у его ног, и заметил, что оно окружено чем-то вроде красноватого сияния, едва различимого. Вокруг Ржавого тоже было нечто похожее, но только голубоватого цвета, и Жданов списал это на свет лампы. Но, похоже, это не так, может, это как в фильме – «цветовая дифференциация штанов»? «Ладно, черт с ней, с этой краснотой», – отмахнулся бывший мент и стал быстро обыскивать тела. Время утекало стремительно.

Подняв дробовик Гири, он тяжело вздохнул. Заряд, которым тот пальнул, был единственным, оружие незнакомое, обычный помповик, который так любят в Штатах, причем укороченный с пистолетной рукоятью, только на стволе какая-то толстая насадка неопределенного назначения, похожая на стакан. Короче, так себе трофей. Патронов в карманах мертвеца не нашлось. Охотничий нож на поясе, несколько пластиковых гильз в кармане, довольно приличный мультитул. Пуля перебила мяснику позвоночник, и, похоже, он умер мгновенно от болевого шока. Осмотр его рюкзака Жданов оставил на потом и закинул его за спину.

Клюй был еще жив, хотя вытащить его с того света не смог бы весь Склиф под руководством Пирогова. В карманах у салаги, выглядевшего лет на семнадцать, оказался пустой магазин к пистолету, золотой медальон, кольцо из серебра и шоколадный батончик с непонятными буквами.

Юра сунул все добытое в карман – выберется, сожрет батончик, последние несколько часов он постоянно ощущал голод. Забрав с пояса Клюя флягу, он продолжил обыск. Пистолет «малька» он обнаружил под телом, вот тут никаких непоняток – убитый «макарка», исцарапанный, неухоженный, с ржавчиной. Зачем он ему? Ловец-привратник говорил, что тут оружие землян не пляшет… Хотя какая разница, из чего только что прибывших на Эдем стрелять, они же дохнут, как обычные люди. Такое ощущение, что его не чистили и не смазывали с момента изготовления. Пистолет было реально жаль, хоть Юра его и не сильно любил, многовато недостатков у него, но все равно обидно за оружие.

– Ну, хоть в этом повезло, – тихо произнес он, крутя в руках такой же убитый магазин с пятью патронами.

Все, больше тут делать нечего; хотелось, конечно, подняться выше и провести визуальный осмотр местности оборонного пояса, но сейчас не до этого, где-то в здании находится Тира. А может, он не дурак и все-таки свалил? А рюкзаки потом можно осмотреть, не горит. Схватив их, Юра засунул в самый большой из них «крушитель» мертвого охотника и дробовик Гири и пошел к технической лестнице. За спиной раздался предсмертный хрип, это Клюй отдал концы. Вниз – не вверх, главное, чтобы злобный Тира не поджидал его, поэтому спускался Жданов не слишком быстро, прислушиваясь на каждом этаже.

И вот он стоит перед дверью на улицу, дыра от пули на месте. Для обзора более чем достаточно. Тира ждал его, укрывшись за помойкой и держа под прицелом дверь, – видимо, стволы напарников и охотника оказались слишком большой приманкой. Вооружен мясник был идентичным дробовиком, вот только никакого «стакана» на стволе не было. «Что же ты за дрянь такая?» – подумал Юра. И тут снова фарт, иначе как назвать появление дрона-«таблетки» прямо за спиной у сидящего в засаде? Короткая очередь, патронов в пять, и тело валится на асфальт. Затем беспилотник направился к входу в дом, где укрылся Ждун. Зависнув в метре, он навел спаренные стволы на дверь. Юра отшагнул в сторону под прикрытие стены. «Либо бежать и прятаться, поскольку, скорее всего, дрон не сможет открыть дверь, либо сдохнуть, охреневая в атаке», – проскользнула одинокая мысль. Но тут снова счастливая звезда оказалась на стороне Юры – Тира завозился и попытался подтянуть к себе отлетевший дробовик.

Дрон не слишком торопливо провернулся вокруг оси, ловя цель, и вот этот шанс упускать было уже совсем нельзя. Жданов распахнул ногой дверь и, вскинув пистолет погибшего охотника с последним патроном, выстрелил «таблетке» прямо в заднюю часть, где был какой-то намек на решетку, может, радиатора, а может, еще чего.

В воздухе несильно хлопнуло, запахло паленой изоляцией, а через секунду, задымив и несколько раз кувыркнувшись, то, что раньше было боевым дроном, рухнуло на асфальт, так решил называть Юра дорожное покрытие.

Жданов навел ствол на Тиру, и не важно, что магазин пуст, противнику-то это неизвестно, но боевику было уже все равно, есть пули в магазине или нет, мясник был еще жив, но ему осталось коптить небо всего пару минут.

– Эй, – позвал он, – подойди.

Юра, как ни странно, послушался.

– Ну ты и везучая сука, – с завистью произнес раненый. – Дрон не бросай, хоть зубами волоки на контрольку, тут до нее всего ничего осталось, он много очков стоит, за дорого купят и крафтеры и артефакторы. А в благодарность за совет добей меня и расчлени, это тут признак хорошего тона.

– Нечем, – покачал головой Жданов, – у меня только нож. А им я тебя разделывать полдня буду.

– У меня в рюкзаке топор, все мое твоим стало, добей.

Юра покачал головой.

– Извини, я не могу, вот так просто сначала убить человека, а потом расчленить.

– Дурак, – закашлялся Тира и схаркнул кровь на асфальт, – тут белоручки не выживают. Жаль, что ты такая трусливая тряпка. – Он усмехнулся. – Не хотелось бы мне мусорщиком становиться, но из-за тебя, падлы, придется. Сука ты, мяс…

Голова мясника упала на грудь, он дернулся и завалился на бок. Юра посмотрел по сторонам, никто не спешил к нему, задний двор этого винтового дома был по-прежнему безжизненным. Только таблетка валялась и слегка дымила, воняя паленой изоляцией.

И тут Юра решился. Он стащил с Тиры рюкзак, который оказался самым большим из подобранных, потом быстро обыскал карманы, снял браслет, такой же, как у Ржавого, и сунул себе в карман. Немного подумав, он стянул с Тиры штаны, которые не пострадали, и ботинки из странного материала, все это упаковал в рюкзак. Похоже, Тира был мулом группы мясников.

И тут он обратил внимание на то, что ткань на куртке мертвеца движется, она медленно затягивала прорехи, и кровь на ней не задерживалась. Стянув и куртку, которая оказалась сухая, но дырявая, Юра запихнул ее в рюкзак. Такой подарок, а ведь еще один комплект остался на четырнадцатом этаже, на трупе Гири. Стоит бежать за ним или все же это копейки по местным меркам? Хотя вон Клюй явно не первый день тут, но все равно в обычном прикиде щеголяет. Похоже, стоит вернуться.

Но почему так пусто? Где вся королевская конница и вся королевская рать? Он прилично нашумел, но никто не спешит к месту боя. Ладно, все это потом.

Теперь осталось последнее – он достал из рюкзака топор и, закрыв глаза, нанес первый удар. Лезвие погрузилось в плоть, хрустнула кость. Юра открыл глаза, кровь текла по асфальту, но сейчас это было не важно, ему и раньше приходилось рубить туши. На все про все у него ушло минут пять.

– Не хочу, чтобы ты еще и как мусорщик людей убивал, – тихо произнес он и вытер топор куском обычной майки, которую нашел в рюкзаке охотника. Бросать топор не хотелось, а пихать его изгвазданным в сумку побрезговал.

Теперь надо было решить, что делать, поход в здание одарил Юру неимоверным количеством имущества, которое вот так, с ходу не упереть. Жданов скинул три рюкзака, добавив к ним рюкзак Тиры, в мусорный контейнер, который был пустым и совершенно ничем не пах, после чего запихнул туда дробовик мясника и направился к дрону. Надо сказать, тот оказался не таким уж и тяжелым – килограммов двадцать, размером он был с полметра в диаметре. Юра доволок его до помойки и, запихнув внутрь, забрался следом, прикрыв за собой крышку. Теперь в контейнере пахло только изоляцией. «Какая-то стерильная Свалка», – подумал Жданов и достал фонарь, который вытащил десять минут назад из кармана Тиры.

Он уже собирался зажечь его, как услышал знакомый гул, где-то в паре метров от контейнера появилась очередная «таблетка». Юра даже рот себе зажал, боясь выдать вздохом свое местоположение. Так он просидел минут пять, пока беспилотник крутился вокруг мусорных баков, потом все стихло. Все это время Ждун размышлял, правильно ли он сделал, решившись зайти в здание, затем осмотреть квартиру с выбитой дверью. И подумал, что сделал правильно, это был первый его осознанный шаг в мире Свалки. Первое настоящее решение, которое принесло череду событий. А еще он доказал себе, что тут можно выжить. Приоткрыв крышку бака, он выглянул в узенькую щель. Никого вокруг не было, останки Тиры никуда не исчезли – плохо, так и придется сидеть по соседству с «мясным рядом».

Включив фонарик, Жданов стал, не торопясь и стараясь не шуметь, выгребать имущество из рюкзаков, пытаясь понять, что ему нужно, а без чего можно обойтись. Из рюкзаков он оставил только рейдовый здоровенный баул Тиры. Туда влезли все трофейные стволы, за исключением дроба, доставшегося ему в наследство от Гири, его он снарядил странными патронами из запасов того же Тиры. Это оружие выглядело хотя бы надежным, а то второй дробаш вообще не внушал доверия. Собрав все полезное, включая одежду, которая сама себя починила, Юра утрамбовал это в рюкзак. Туда же отправились хлеб, причем довольно свежий, ему дня три, не больше, и две банки консервов местного производства.

Еще добычей капитана стал довольно интересный планшет, извлеченный из рюкзака Тиры. Он был круглым, с двумя ручками, на которых имелись красные грибки джойстиков. Сейчас на экране отображалась спутниковая карта этого сектора Свалки, и рядом с винтовым домом, который он недавно покинул, мигала жирная черная точка.

«Однако», – мысленно прокомментировал точку Юра.

Одно из двух: либо точка он, либо планшет дает пеленг. Когда все имущество было упаковано и в сторону отброшены не первой свежести трусы, изгвазданная в крови майка и нож, оставшийся в наследство от Клюя, поскольку ножом этот кусок китайской жести мог бы считать только очень большой оптимист. Оставалось решить, что делать с «таблеткой». Рюкзак весил около пятнадцати кило, дрон еще двадцать, и в руках его тащить нельзя, это верный способ сдохнуть. В рюкзак Тиры он не влез, а про остальные даже можно не думать, они гораздо меньше. Откусив шоколадку, которая оказалась каким-то местным аналогом ненавистного Юре Жданову «Сникерса», бывший капитан задумался: а что, если соорудить обвязку из оставшихся рюкзаков и тащить дрона за спиной, а рюкзак на груди? Достав нож безымянного охотника, он принялся за выкройку обвязок. Тридцать минут, и, надо сказать, у него получилось довольно занятное изделие, которое теперь позволяло тащить «таблетку». Слова Тиры, что это жутко дорогая вещь, он запомнил. Теперь бы дойти, и, судя по карте, доставшейся от мародеров, до куба ему осталось идти всего километр, причем, разглядывая карту, он узнал, что Ржавый забыл сказать ему нечто важное. Оказывается, в трехстах метрах от контрольки начинается зона полной безопасности, где ему никто не сможет причинить вреда.

Убрав фонарь в карман, Жданов в темноте натянул на себя рюкзак, стало очень тяжело, затем он на ощупь надел на плечи обвязки дрона и, откинув рукой крышку, с трудом, смог встать, ухватившись за борт контейнера.

«Дебил жадный», – мысленно обозвал себя Юра, но все же выбрался наружу. Покачнулся, но устоял. Мысль о том, что там, наверху, еще один классный черный комплект одежды, промелькнула и пропала. Жадность фраера губит. Так что вперед и с песней, только очень осторожно.

Медленно он вернулся на прежний маршрут, узкая улочка была пуста. Короткими рывками, вытирая со лба пот левой рукой, поскольку в правой был короткий дробовик Гири, он крался от дома к дому, с каждым шагом приближаясь к цели.

«Блин, да и вообще, за что мне это? – мысленно костерил Жданов Систему, которая сюда его закинула. – За то, что жив, конечно, спасибо, но что я такого сделал, чтоб в эту клоаку угодить? Что, нельзя было закинуть в какую-нибудь милую локацию? Эльфийки длинноногие и безотказные, как „калаш“; единороги, замок, охота на оленей по выходным? Нет, блин, в эту задницу загремел! Того и гляди явится очередной дрон с целью отомстить за собрата, а из оружия тесак, ржавый „макар“, который стреляет или нет – неясно, дробовик с непонятным „стаканом“. Добычи нахапал, тут бы ноги унести, а я, жлобина, тащу почти сорок кило веса».

Первых людей Юра увидел через двадцать минут. Он передыхал, прижавшись к стене дома, когда услышал на центральной улице ровное гудение. Сначала он решил, что это очередной беспилотник. Но в просвете показался на диво странный агрегат, напоминающий машину Люка Скайвокера из «Звездных войн», – это была небольшая платформа, парящая примерно в полутора метрах над дорогой, в высоких самодельных бортах были сделаны амбразуры, из которых торчали оружейные стволы, в «собачьей будке» расположился мужик в бронике и шлеме. Всё словно из фантастического фильма – массивное, с виду очень неудобное, но крепкое. Мужчина сжимал в руках какую-то толстую короткую дуру непонятного назначения.

Пока еще Жданов совершенно не понимал этот мир. И не знал, стоит ли попадаться на глаза подобным персонажам, стрельнут они его или им глубоко плевать на новичка, который, как дебил, обвешан трофеями невнятной стоимости.

Юра сделал новый рывок, укрывшись за очередным мусорным баком с пробитой и обожженной пластиковой стенкой. И тут его взгляд натолкнулся на оторванную женскую руку, лежащую у стены в шаге от него. Как он ее раньше не заметил? Конечность была свежей, хотя кровь уже перестала сочиться. На пальце кольцо с камнем, а может, и со стекляшкой, Юра в этом не разбирался, единственное кольцо он купил для своей жены много лет назад, и не прожили они долго, разбежались через год, не смогла Ира быть женой мента. Последней каплей стал «коктейль Молотова», влетевший на их кухню через окно. Жесткое время было, переходное, молодежные банды нацистов все чаще нападали на сотрудников, ну да ладно, давно это случилось, неужели эта рука с кольцом его так зацепила? Впечатлительным Юра себя никогда не считал. Вспомнил, что Клюй собирал ювелирку, но сдергивать кольцо не стал. Черт с ним, даже если за него миллиард очков дают, сейчас он не готов.

Новый рывок. Так прошел следующий час. Дважды он укрывался в мусорках от дронов. Груз за плечами стал неподъемным. Если бы не его постоянные тренировки в качалке, он бы, наверное, уже рухнул, хотя фанатом железа Юра себя не считал. Он жутко вымотался и поэтому проворонил появление очередного «летчика».

– Эй, торопыга, куда спешишь? – окликнул его мужик звероподобного вида, стоящий на летающей платформе, почти точной копией той, что он видел на главной дороге.

Облачен тот был чуть ли не в рыцарские доспехи, хотя это не совсем верное утверждение, одеяние было чем-то средним между современной защитой и средневековой и сделано из черного материала, очень напоминающего броню мусорщиков, которую ему показывал Ржавый. В руках он держал необычный пулемет с коротким стволом и очень впечатляющим калибром. Каждая пулька, которую Жданов видел в ленте, светилась неестественно голубым светом. Он присмотрелся получше, вокруг мужика тоже было свечение, но не красноватое, а белое, словно тот стоял напротив солнца.

– Да уже, похоже, никуда, – глядя в дуло пулемета, устало ответил Юра.

– Новенький? Чьих будешь? – продолжил допрос «рыцарь».

– Ничей! – крикнул в ответ Жданов. – Новенький я, или, как вы называете, мясо.

– Понятно, – протянул тот, ухмыльнувшись. – Ты где так прикинулся? Дрон за спиной – это ценная добыча, впервые вижу такого новенького.

– Дрон мясников завалил, а они его. Ну я и прибрал все, что было полезного.

«Рыцарь» задумался: похоже, он не особо верил, но, с другой стороны, на Свалке и не такое бывает.

– Ты к контрольке идешь?

Юра кивнул.

– Если верить карте, которую я у них взял, то до нее осталось метров триста.

– Ну, все верно, – легко согласился рыцарь. – Только там нет свободных капсул, следующая в пяти километрах. Так что запрыгивай, подбросим тебя, если доверяешь, конечно, а нет – топай сам. Эй, Шлейф, – заорал «рыцарь» в переговорник, – давай задом к баку, опустись пониже, нужно бомжика забрать.

Юра озадаченно уставился на открывшийся борт грузовой платформы, где были свалены пластиковые ящики.

– Не ссы, не тронем. Мы из коммуны, новичков встречаем, помогаем. Тут не все плохие, хотя Свалка – место странное. Давай торопись, долго ждать не будем.

И Юра решился. Забравшись на платформу, он устало опустился на один из ящиков.

– Десять минут, если не угробит никто, – и будем на месте, – заверил его «рыцарь». – Тут вообще относительно безопасно, прорыв ночью был на соседнем участке, но туда Коридорники быстро подоспели и всех почистили.

– Я еще одну «таблетку» видел.

– «Таблетки» для нас не опасны. Присмотрись, видишь серебристое, почти прозрачное поле по бортам? Это силовой экран, пукалкам «таблетки» его не взять. Так что поверь, сегодня здесь действительно довольно безопасно.

– Ага, безопасней не бывает, – усмехнулся Юра, вспомнив оторванную женскую руку.

– Ты просто в опасных местах не бывал. Что ты видел? Нескольких уродов и разрушенные дома в поясе? Пару дронов? Это фигня. Знаешь, что в ящиках?

Жданов отрицательно качнул головой:

– Откуда?

– Там запчасти от беспилотников, от спятивших на убийствах андроидов и биологический материал мусорщиков – примерно около семидесяти позиций, наша коммуна это за сутки настреляла.

Юра присвистнул.

– А что такое коммуна?

– Это укрепрайон на границе купола и оборонного пояса с его зонами безопасности, что-то вроде огромного дота, тут много таких, мы там живем, мы охотники.

– А как Система к этому относится?

– Мы сами по себе, она сама по себе, тут народу много, не все следуют ее плану, ну да скоро сам поймешь.

Юра задумался. Гиря назвал покойника с «крушителем» охотником. Пожалуй, лучше промолчать о том, что видел погибшего охотника, – хрен знает, как «рыцарь» отреагирует.

– И много вас таких? – спросил Юра.

– Хватает, – уклончиво ответил пулеметчик. – Кстати, зови меня Тевтоном.

– Ждун.

– Но я так понимаю, это тебе ловчий кликуху выбрал?

Жданов кивнул.

– Ну, тогда не считается, вот когда Система наградит, вот тогда будешь с официальной пропиской.

Платформа набрала приличную скорость – километров сорок в час – и неслась в двух метрах над землей. Тевтон болтал, не забывая вертеть головой.

– Шлейф, тормози, – неожиданно заорал Тевтон в рацию. – Тут жмур в переулке.

Водитель, которого в сферической кабине не было видно, нажал на тормоза, и Жданов едва не нырнул рыбкой вперед, но кое-как удержался, ухватившись за ручку на ящике.

Юра привстал, выискивая причину столь внезапной остановки. И точно, между домами, которые они только что проскочили, лежало тело, сейчас он видел только ногу.

Шлейф сдал назад, и теперь капитану было отлично видно тело, которое располосовали то ли ножами, то ли мечами.

– Ну что, мясо, давай посмотрим, из какого теста ты сделан, – неожиданно заявил Тевтон, голос у него был очень серьезным. Он снял с пояса топор, у которого слегка светилась кромка. – Запомни, увидел мертвяка, хоть зубами рви, но на части, чтобы эта тварь ночью не переродилась в мусорщика. Так что двигай, а я прикрою. Похоже, это андроид третьего поколения постарался, только они тут таким холодняком балуются. Два меча у них есть, выстреливающих из предплечий, примерно метр каждый, рубят все: от бетона до доспехов, мало что против них выстоять может.

Юра взял топор и уже хотел спрыгнуть на дорогу, когда понял, что на нем по-прежнему дрон и рюкзак. Обратно с таким весом он не сможет забраться, и так уже измучился. Поэтому, решившись, он скинул все на ближайший ящик и перехватил одобрительный взгляд Тевтона.

– Правильно, – заметил «рыцарь», – людям верить надо. Но не всем.

Жданов спрыгнул на разбитый асфальт и подошел к телу. Это был мужик лет сорока на вид, в висках седина, на бицепсе выцветшая наколка с куполом парашюта и надписью: «Грозный 95».

На этот раз Юра не стал зажмуриваться.

– Прощай, брат, – тихо прошептал он и нанес сильный резкий удар. Топор с легкостью отделил руку.

– Системный он, – отозвался Тевтон, перехватив удивленный взгляд.

Минута, и все кончено.

– Слушай, мы это так и бросим? – Жданов махнул рукой в сторону расчлененки.

– Это на всякий пожарный, тут уборщики летают, на кровь наводятся, так что скоро приберут. Мне было интересно, из какого ты теста, да и здесь такое считается хорошим тоном – вроде как последняя дань погибшему, чтобы не дать человеку малейшего шанса переродиться в создание тьмы. Давай руку.

Юра ухватился за протянутую ладонь и буквально взлетел в кузов, его новый знакомый оказался на диво силен.

– Молоток, – похвалил «рыцарь». – Даже не блевал. Шлейф, гони.

– Я мент, и не такое видал.

– Видеть и делать – вещи разные. Но ты мужик крепкий. Как сказали в одном фильме, к тебе можно в бане спиной поворачиваться.

Ждун тоже помнил эту фразу и улыбнулся. Платформа снова набрала скорость и понеслась прежним курсом. Юра вернулся к прерванному занятию, стал снова смотреть по сторонам, но пока что не видел ничего интересного. Несколько раз им попадались такие же платформы. Один раз вообще гигантская – метров пятнадцать в длину, на ней было закреплено около полутысячи ящиков, а сопровождали ее сразу две вооруженные. Жданов проводил ее взглядом и хотел поинтересоваться, что за зверь, но именно в этот момент они пересекли какую-то зеленую голографическую стену.

– Поздравляю, мясо, ты добрался до своей первой в жизни контрольки.

Юра, с трудом опершись о борт, поднялся и посмотрел вперед. И точно, Тевтон не обманул, впереди метрах в двухстах, медленно приближаясь, стоял белый куб без окон с одним входом.

– Если повезет, то найдешь себе капсулу, – сообщил новый знакомый, – или придется топать к следующей, ну или ждать, пока кто-то не выберется. Тут живая очередь.

– Странный у вас мир.

– У нас, – машинально поправил Тевтон.

Платформа остановилась метрах в сорока от входа на специальной стоянке.

– Ну, пойдем поищем капсулы, – открывая борт и спрыгивая на «асфальт», скомандовал Тевтон. – Если есть, нам потом к грузовому подъезду.

Юра с трудом спрыгнул с полутораметровой высоты. Колени предательски подогнулись, но он устоял. До барьера было метров двести, это небольшая закрытая стоянка, периметр патрулировали шустрые трехметровые тараканы с автоматическими пушками. Такие кому угодно отобьют желание лезть на контрольку без разрешения или дурить внутри, хотя, если подумать, весь Вышеград подчинен Системе, и у Юры были большие сомнения, что тут можно выжить, не имея связи с Системой.

Куб был почти рядом – не сказать, чтобы большое здание, высотой не больше пятидесяти. Окон и вправду не было, только черные стеклянные двери после короткой лестницы в пять ступеней.

Юра с трудом нагнал идущего налегке Тевтона, тот уже поднялся по ступеням и толкнул центральную створку. Жданов шагнул следом и очутился в огромном зале – ни одной перегородки, только гигантская лестница, ведущая на следующие этажи. Все остальное пространство было уставлено ровными рядами светящихся капсул, каждая примерно два метра в ширину на два с половиной в высоту. Юра остановился, наблюдая за людьми, и даже не сразу понял, что монотонный голос под потолком бубнит одну и ту же фразу на десятках земных языков:

– Для регистрации в Системе пройдите в свободную капсулу.

– Везет тебе, мясо, – хлопнув Юру по плечу, произнес Тевтон и указал на пустую капсулу в конце третьего ряда. – Все, топай. Если захочешь пообщаться, ищи попутную тачку до третьего оплота. Нам такие везучие парни нужны.

Жданов кивнул и, пожав протянутую «рыцарем» руку, поспешил занять капсулу. Он жутко устал и теперь просто нуждался в двух вещах – в отдыхе и ответах.

Он вошел внутрь, так и не сняв с себя ни рюкзака, ни дрона. Кстати, зал патрулировали две точно такие же «таблетки», и никакого внимания они на своего погибшего собрата не обратили. Дверь с шипением за ним закрылась, и он ощутил легкость, будто бы с него сняли весь груз. Огромный зал растворился в белой непроглядной мути, словно в молоко окунули. Правда, Юра никогда не плавал в молоке, но, наверное, это выглядело бы именно так.

– Жданов Юрий Васильевич, добро пожаловать в Систему. Регистрация закончится через тридцать секунд, не шевелитесь. Тридцать. Двадцать девять. Двадцать восемь… Один. Ноль. Жданов Юрий Васильевич, поздравляем, вы добавлены в Систему. Для вашей безопасности необходимо выбрать псевдоним.

– Ждун, – решив ничего не менять, произнес Юра.

– Запрос отклонен, без объяснений, – монотонно произнесла Система. – Выберите другой.

– Требую пояснить.

– Отказано, выберите другой.

Юра задумался, по какой-то причине Система настаивала на полной смене всего, что связывало его с прежней жизнью. Придется идти у нее на поводу, в голову лезла всякая фигня – Хантер, Стрелок, Меченый, эти прозвища явно запали в память из какой-то игры.

– Мент, – решил он оттолкнуться от старой профессии.

– Запрос отклонен, без объяснений, выберите другой.

– Твою мать! – не сдержался Жданов.

– Отклонен. Но, если хотите, ваше прозвище будет Мать.

– Нет, – отрезал Юра, – я думаю.

– Не торопитесь, – монотонно пробубнила Система.

– А можно сменить твой голос? А то этот механический раздражает.

– Отказано, недостаточно очков на счету.

И тут Жданов вспомнил, как его называли давным-давно в одной знойной и очень негостеприимной стране. Шах, так его прозвал лейтенант за то, что сержант Юрий Жданов подцепил поговорку, от которой долго не мог избавиться – «шах и мат».

– Зови меня Шах.

– Принято, – отозвался механический монотонный голос. – Отныне вы для всех Шах. Не рекомендуется никому называть своего истинного имени. Если вы это сделаете, риск обнаружения вас нежелательными элементами возрастет до ста процентов. Кроме того, некоторые жители обладают прокачанной способностью «воздействие», и вы можете оказаться под чужим контролем, но то, что вы совершите в этом состоянии, полностью ложится исключительно на вас. Вы подтверждаете, что ознакомлены с конкретной информацией?

– Подтверждаю.

– Добро пожаловать в Систему, Шах.

«Молоко» вокруг исчезло, и он оказался в совершенно пустой квартире из нескольких комнат.

– Можете прогуляться, – монотонно бубнил голос, – это ваши виртуальные апартаменты, жить в них вы не сможете. Но сможете установить тут все, что пожелаете, например, верстак для крафта оружия, брони и боеприпасов, медицинскую лабораторию. Также вы сможете тут принимать посетителей, здесь вы сможете хранить свои вещи. В случае вашей гибели при отсутствии завещания все, что вы купите для данного помещения, уйдет обратно в Систему. При наличии завещания – конкретному человеку. Вы готовы составить завещание?

– Позже, – отрезал Жданов. – Что ты там говорил про хранение вещей?

– Пройдя в соседнюю комнату, вы обнаружите ящик на четыре ячейки хранения. На данный момент это максимальный размер. Потратив некоторое количество призовых очков, вы сможете увеличить количество ячеек на две.

Юра прошел в комнату и уставился на обычный металлический ящик у стены. Но с ним пока было рано возиться.

– Что мне доступно помимо пустой квартиры?

– Открыт раздел «Справка», – нудно начал перечислять монотонный голос Системы, – раздел «Счет», раздел «Статистика», раздел «Личная история», раздел «Личные умения», раздел «Общие навыки», раздел «Контакты», раздел «Торговля», раздел «Карты», раздел «Задания», раздел «Частные объявления».

– Как пользоваться?

– Находясь в апартаментах, прикажите появиться меню, выберите мысленно категорию, можно голосом, и смело изучайте.

– Справка, – приказал Юрий. – Однако, – присвистнул он, разглядывая виртуальное объемное трехмерное меню, в котором значилось очень много информации по различным обитателям Свалки. Не все открыто, но вот статьи про мусорщиков, мясников, ловцов, охотников были доступны. Также тут объяснялась финансовая система, отношения между обитателями пояса, и было много всего полезного от информации об оружии до тактики спецподразделений различных стран. – Познавательный раздел, – потребовал он, активируя информацию о мусорщиках. Появилось точно такое же трехмерное изображение, как то, что ему показал Ржавый.

Человеческие очертания – только это осталось от homo sapiens. Серая шкура, покрытая черными пластинами, вытянутая морда с огромной пастью, которая заканчивалась возле ушей, красные глаза размером с не очень большую ладонь, длинные руки, по тыльной части которых шли костяные гребни, напоминавшие зубья пилы, а еще мусорщик обладал внушительными когтями. Рост твари примерно метра два, и весила она от ста до ста тридцати килограммов. Колоритное зрелище. Разглядывая мусорщика, Юра даже забыл, как дышать, – шансов выжить в бою с таким противником на настоящий момент ноль целых, ноль десятых. Кроме того, тут была информация, которую ему сообщил ловчий, ну и кое-что новое. Например, что с этой твари можно взять. Больше всего ценились броневые пластины – грудные и спинные, итого шестнадцать тысяч очков чистыми, если целые; «зубья пилы», глаза – еще десятка, ну а самым ценным был так называемый «темный шаг», полукибернетический-полуорганический паразит, прилипший к позвонкам между лопатками, размером он был с женскую ладонь. Срезают его ножом. И сдача только его могла принести около сорока тысяч очков. Целая тушка сдавалась под разделку уже за семьдесят пять. Причем интерактивное изображение наглядно демонстрировало, как можно добыть все вышеперечисленное.

Жданов читал про тварей и их повадки около часа, как ему показалось, а потом вспомнил вопрос, который его волновал:

– Без разницы, сколько я проведу тут времени?

Система откликнулась мгновенно:

– На данный момент вы провели в ваших апартаментах пятьдесят шесть минут, снаружи прошло двадцать восемь минут и три секунды. Время пребывания ограничено одними сутками по времени апартаментов, следующие двенадцать часов вы обязаны провести вне капсулы.

– Понятно, я правильно понимаю, что все ощущения, испытанные тут мной, вполне реальны?

– Уточните вопрос.

– Если я садану кулаком об стену, что почувствует мое тело?

– Боль, – мгновенно ответила монотонная бубнилка. – Если вы решите пригласить сюда женщину и проведете с ней несколько часов, то ваше тело получит вполне реальные ощущения. В торговом разделе есть несколько видов подобных услуг как от реально существующих партнерш, так и от виртуальных, но вы не почувствуете никакой разницы. Все нереальное, пока вы находитесь в Системе, реально.

– Сильно. А с чего ты завел разговор про женщин?

– Это самый распространенный вопрос от объектов обоих полов, девяносто девять и девять процентов посетителей системы интересуются этим в первые несколько часов; ваш вариант про удар кулаком в стену я слышал на этой неделе четырнадцать тысяч раз на восьмидесяти семи языках.

– Сколько сюда валится народу?

– В информации отказано, без объяснения.

– Ну и хрен с тобой. Раздел «Статистика», – усевшись на пол, приказал Жданов.

Там было пустовато. Срок появления в мире. Встреча с ловцом вплоть до секунды. Встреча с мясниками, встреча с дроном. Куча ненужной бесполезной пока что для Юры информации, вплоть до количества выстрелов и найденных предметов. Жданов хмыкнул и открыл раздел «Счет». И был приятно удивлен: раздел не был пустым. Во-первых, каждый зачисленный в Систему получал 50 очков. Тут были еще 75 очков, они, как гласила сноска, получены за ликвидацию мясников плюс геройский бонус. За то, что сбил «таблетку», получил целых 100 плюс 5 геройских.

– Что такое «баллы героя»? – потребовал отчета у Системы Жданов.

– Есть два типа начисления баллов вне Системных заданий – баллы героя, баллы злодея. До того как вы оказались в зоне Вышеграда, вы кинулись на помощь женщине, за что получили очки героя. Совершая злодейство, вы получите от Системы баллы за соответствующее деяние.

– Но ведь я не был в Системе, когда умер.

– Обстоятельства попадания крайне важны.

– Система относится одинаково к тем, кто совершает хорошие и плохие поступки?

– Абсолютно, – подтвердил бубнилка. – Человек, убивший злодея и имеющий рейтинг героя или нейтральный, получает за это призовые баллы; злодей, убивший героя, – идентично. Разобраться в этом вам поможет градация аур. Черная – злодей, белая – герой.

– Красная?

– Ярко-красная и ее оттенки – человек, не гнушающийся убийством из выгоды.

– Понятно, а моя, белая, означает «герой»?

– Все верно. Зеленая – добрый человек, чаще всего наделенный способностью врачевания. Оранжевая – защитник людей, альтернатива красному. Синяя – нейтральный житель Свалки, выступающий на стороне Системы, обычно это ловцы.

Юра решил посмотреть на местные цены и приказал открыть «торговый раздел». Он знал, что все будет грустно, но не думал, что настолько. Обычный обрез, как носил на бедре Ржавый, стоил 200 очков, самый простой пистолет – 150, автомат меньше 800 не найти, и это обычное земное оружие. Не Системное. Медицина гораздо дешевле, например, довольно неплохой небольшой набор для оказания первой помощи стоил двадцать пять баллов. Еда, как и ожидалось, почти ничего не стоила. Интересно, с какой целью его запутывал Ржавый? Конечно, это касалось консервов и хлеба. Даже на те баллы, что у Шаха имелись, можно долго жить, питаясь фасолью с тушенкой да рыбой в томате, но вот поужинать стейком с вином на двоих стоило сто двадцать единиц. Раздел имплантантов был закрыт для доступа. Что это, Юра представлял себе очень смутно.

– Что за «имплантант»? – поинтересовался он. – И почему закрыт раздел?

– Доступ к разделу закрыт, получить его можно только после активации доступа в Нижний Вышеград.

– Что требуется для доступа в город?

– Шестьсот тысяч свободных очков, регулярное выполнение заданий Системы, процент успешно выполненных миссий не меньше восьмидесяти.

– Сколько конкретно?

– Зависит от сложности.

Юра понял, что большего от Системного автомата не добиться, и быстро изучил остальные разделы. В «картах» было пусто, а вот в «заданиях» оказалось много всего. Безработица Юре не грозила.

Раздел «частных объявлений» не менее богат, тут было все – от работы и предложений присоединиться к той или иной общине до услуг местных проституток. Причем не важно, где они работали; физический контакт, конечно, возможен, но проще встречаться в виртуальных апартаментах, ощущения те же, риск сведен к минимуму, хотя многие предпочитали сбрасывать напряжение по старинке. Тут, в контрольке, хватало обычных комнат, которые можно снять, хочешь – спать, ложись и спи, только плати, ночь стоила не так уж и дешево, двадцать очков, да и услуги девочек вживую стоили в три раза дороже, и если виртуально можно было уложиться в полсотни, то в реале цена начиналась от двухсот, но место обеспечивали они.

Остался последний пункт – выяснить, что же ему удалось добыть в результате встречи с мясниками, охотником и дроном. Все трофеи, которые Жданов припер из мира, он свалил в коридоре, словно пришел домой и поставил перед разборкой сумки. Сначала надо было разобраться с дроном. Покойный Тира говорил, что дроны – штука дорогая. Открыв раздел «справки», Юра уселся на пол и занялся изучением.

«Боевой автономный дрон, модель „01-„таблетка“. Изготовлен в выжженных землях. Вооружение – автоматическая турель с самонаведением, безгильзовый боеприпас 45ACP, экспансивный. Задачи – поражение живой силы противника, не обладающего средствами индивидуальной защиты, на короткой дистанции; боекомплект – пятьсот выстрелов, время автономной работы – сутки. Возможности – обнаружение объекта на открытой местности с расстояния в 200 метров, эффективная дальность ведения огня – 50 метров. Высота полета – не выше 20 метров».

– Цена образца?

– Данный образец поврежден, на настоящий момент его цена двести очков, – сообщил механический голос.

Жданов задумался, двести очков для новичка полигона большая сумма, но стоит ли сразу кидаться на нее, пытаясь избавиться от довольно ценного агрегата?

– Альтернативные возможности использования.

– Элементы боевого дрона модели «01» используются в крафте пятидесяти шести предметов, в основном это средства наблюдения, оружие и броня.

– Вот оно, – обрадовался Шах, – могу поспорить, у крафтеров он гораздо дороже.

И точно, в разделе «личных объявлений» кто-то по прозвищу Левша покупал подобный агрегат уже за пять сотен. Но Юра пока не торопился: может, самому пригодится.

Теперь настало очередь оружия. Юра достал из рюкзака испорченную двустволку и пистолет. Оружие покойного охотника его интересовало больше всего.

– Эй ты, зануда системный, справку по этим стволам дай.

И тут же открылись два окна. Трехмерная модель «крушителя» и пистолета «ПС1» (пистолет системный).

Юрий принялся за изучение. Цена кусалась: ружье в рабочем состоянии, стартовый вариант, стоило двадцать тысяч очков, пистолет – пятнадцать тысяч, оба были системными. «Крушитель» еще и апгрейден до двух стволов, в изначальном варианте ствол был только один. И даже в неисправном состоянии он стоил на данный момент пятнашку. Пистолет был совершенно не прокачан, хотя бой имел хороший; судя по характеристикам, он метров с двадцати легко пробивал почти все бронежилеты, какие были известны Жданову, но вот на местную броню, даже низшего класса, его уже не хватало. Прикинув возможности, Юра понял, что против мусорщика с таким пистолетом выходить нельзя, только если в пасть стрелять.

Не врал Ржавый про Системное оружие – это сила. Но очень дорогая. На данный момент привести в порядок «крушителя» стоило ни много ни мало тысяча двести очков, а патроны к нему обходились просто безбожно дорого – двадцать за штуку. С пистолетом все оказалось лучше – он был в рабочем состоянии и боеприпас стоил два очка за штуку, вполне терпимо. Также Система продавала и обычные стволы, и боеприпасы для нищих обходились гораздо дешевле, например, десяток патронов к «ПМ» стоил одно очко, к дробовику – два. Нож охотника тоже оказался не простым тесаком: он идеально подходил для разделки мусорщиков, шанс испортить добываемый элемент снижался до двадцати процентов. Он способен пробивать легкую броню, а еще обладал системным улучшением, так сказать, перком – как не кинь, все равно воткнется. Стоил он немало, аж пять тысяч очков.

Теперь настала очередь металлолома, который Юра снял с мясников. Дробовик Гири оказался с перком, тот самый «стакан» увеличивал точность и мощность пули, калибр 12-й – стандартный земной. Стоил он чуть больше ста пятидесяти и не являлся системным. Ржавый «ПМ» Система оценила всего в пять очков, а неулучшенный дробовик Тира – в сорок. Юра озадачился, пытаясь понять, что же ему делать со всем этим «сокровищем». «Крушитель» использовать не выйдет, он требовал скил – навык для «оружия 1». Дробаши же мясников годились против людей, в лучшем случае – против «таблетки». Ничего и никого помощнее из них не завалить. Остальные вещи, взятые у мясников, были такими же убогими, за исключением шмоток, снятых с Тира. Вот они приятно удивили.

«Костюм рейдера, системный. Ботинки из нанопластика, отличаются особой прочностью, самовосстанавливающиеся, размер регулируется под стопу владельца. Устойчивы к огню, кислотам. Куртка рейдера из наноткани, саморегулирующаяся, восстанавливается после повреждения, если повреждено не более 50 %. Особо прочная, способна защитить владельца от удара обычным ножом и от пуль мелкого калибра 22LR земного образца. Штаны из наноткани – саморегулирующиеся, восстанавливаются после повреждения, если повреждено не более 50 %. Особо прочные, способны защитить владельца от удара обычным ножом и от пуль мелкого калибра 22LR земного образца. Возможна установка к костюму дополнительных перков. Для улучшения необходим уровень „крафт 2“».

Шах озадаченно почесал затылок, прикидывая варианты. У него сформировался определенный фонд, но он не знал, как его использовать. Он сидел на полу среди горы трофеев, пытаясь решить, как поступить, и тут его взгляд упал на планшет мясников.

– Справка, – потребовал он, беря его в руки.

«Системное устройство планшет настроен на поиск новоприбывших. Предыдущий владелец – группировка Чистильщики, статус – мясники. Главарь – Чистотел. На данный момент насчитывается больше шестидесяти активных членов. На счету группы больше тысячи убийств новичков за последние пять месяцев».

Жданов присвистнул, тысяча – это же половина мотострелкового полка. Сейчас он понял, насколько ему повезло. Он принялся снова копаться в трофейном планшете. Разбирался почти час. Зато теперь у него была кое-какая информация по банде. Логово мясники устроили за границей оборонного периметра, окружающего купол, в десяти километрах от точки, где он сейчас находился. Чтобы добраться до уродов, нужно было идти в выжженные земли.

Система совершенно равнодушно относилась к тому, что люди режут друг друга, у нее одна задача – хранить то, что уцелело от Вышеграда. Шах прикинул ценность карты. Надо сказать, что в его руках оказалась довольно дорогая вещь, в разделе «товаров» подобный планшет стоил пять сотен и каждая карта, причем не такая полезная, а общая – еще три. Вот сейчас рядом с контролькой, на которой он находился, появились две пульсирующие точки – это значило, что к ней подошли два мяса, еще не прописанных в Системе.

Немного повозившись в интерфейсе, Юра скопировал добытые карты в свой раздел. Теперь, если потеряет планшет, карты можно будет закачать на новый. Открыв раздел «Работа», он начал вдумчиво изучать то, что предлагала Система. Встреча новичков или, проще говоря, мяса, но не в качестве ловца, а в статусе хранителя – сто единиц. Больше всего таких заданий: находить и уничтожать объект или определенное количество врагов в выжженных землях, охранять оборонный периметр, участвовать в ночных зачистках прорывов, вот за это хорошо платили, участие оценивалось в пятьсот, каждая уничтоженная в результате цель – еще триста. Поиск уцелевших противников после прорыва в дневное время стоил триста пятьдесят. Интересно, но нужно глянуть, что еще есть… Вот, охота на мусорщиков, тут все гораздо серьезней, за молодого давали три куска, за матерого – все зависело от крутости матерого, но не ниже шести тысяч. Раздел «Найти и уничтожить» был довольно велик.

Это Свалка, ты умер, ночью таких, как ты, тысяча появилась. Встречать мясо, конечно, можно, довести его до точки тоже не слишком сложно, особенно с таким замечательным девайсом, только Юра сам мясо, который в этом мире ни хрена не ориентируется.

Жданов закрыл раздел, торопиться сейчас не стоило. Брать работу от Системы, чтобы сдохнуть, – не вариант. Нужно понять особенности местной жизни. Пока он слеп и только накосячит. Нужно разобраться с умениями.

Открыв раздел, Юра присвистнул от удивления:

– Нехило так, – прокомментировал Жданов список из двухсот скилов. И это ведь только стартовые, почти каждый из них имел возможность прокачки в три уровня, некоторые пять. Голова шла кругом от увиденного. – Система! Суммарная стоимость всех скилов, включая прокачку?

– Миллиард шестнадцать миллионов триста восемьдесят две тысячи очков, – с готовностью сообщил механический голос. – На данный момент лучший результат принадлежит объекту под системным именем Чикатило. Он смог полностью развить тридцать четыре скила, еще двадцать восемь открыты.

– На него есть контракт?

– На него есть триста двенадцать контрактов, верхняя планка – миллион очков от группировки «Созвездие героев». Суммарная награда – двадцать восемь миллионов очков.

Юра ухмыльнулся. Похоже, этот Чикатило многим встал поперек горла. Вот только он так крут, что желающих подохнуть, охреневая в атаке на этого полубога, нет совершенно.

Юра еще несколько часов изучал скилы, выясняя характеристики. Даже стартовые стоили больше нескольких тысяч очков, при этом были не сказать чтобы самыми полезными, например, довольно нужный крафтер первой ступени обошелся бы Жданову в пятьдесят тысяч, но к нему автоматически нужен скил «ломатель» за двадцать пять тысяч, иначе ресурсы на крафт пришлось бы покупать на рынке. Итого – вложить семьдесят пять тысяч очков, чтобы начать свое дело на примитивных апгрейдах. И рассчитывать, что он сейчас прокачает много всего полезного, было абсолютно нереально. На счету у него 230 очков – неплохо для новичка, но, как говорил герой мультика, маловато будет. Самой дорогой способностью, которую можно изучить, и она единственная обладала платиновым статусом, была связь с Системой из любого места Свалки. И стоила эта способность ни много ни мало – два миллиона.

Юра был ошарашен новостями.

Скилы делились по степени полезности и значимости, при этом использовалась градация цветных металлов – бронза, серебро, золото. Единственными скилами, которые выбивались из этой схемы, были Герой и Злодей. Первый – белый, второй – черный. Были они совершенно равноценными и в прокачке не нуждались. Активировались они автоматически при переходе на Эдем. Скил развивался автоматически, в зависимости от поступков. И давал он ровно двадцать очков плюсом к любой награде за задание. И пять сверху очков за ликвидацию агрессивного объекта, в кои входили дроны, боевые андроиды, мясники, мусорщики и любой, кто первым атаковал героя.

Тяжело вздохнув, Юрий закрыл раздел «скилы». Не с его финансами лезть туда. Вспомнив о браслете Тира, Жданов вытащил его и повертел в руках.

– Справка!

– Браслет базовый, – затарабанил механический голос, – принадлежал объекту Тира, статус – мясник. Уничтожен объектом Шах. Доступ к браслету отсутствует в связи с отсутствием завещания. Желаете продать? Цена системы сто очков. На свободном рынке не может быть продан. Единственное возможное действие – перепрошивка под объект Шах. Цена перепрошивки всего десять очков. Начать процедуру?

– Функционал?

– Быстрый доступ к картам, архивам, энциклопедиям и ценам на момент последнего обновления в Системе.

– Делай.

Полезная штука, таскать с собой планшет мясников он не собирался – во всяком случае, пока что.

Не прошло и минуты, как голос сообщил, что все закончено и обладателем браслета является кадет Шах.

Юра потратил полчаса, чтобы научиться с ним работать, и залил туда прорву полезной информации, чтобы иметь доступ к ней за периметром. Теперь осталось придумать, что делать с барахлом, которое валялось на полу, – еда, бутылки с водой, фонарь, сканер-планшет, пара ножей, не идущих ни в какое сравнение с тем, что он снял с охотника. Но самый главный вопрос: куда все это деть? Четыре ячейки в шкафу – две сразу занял дрон, еще одну – «крушитель». Итого осталась одна, а для рюкзака, если в него забить дробовики и весь хабар, включая его старую форму, нужно две.

– Сколько стоит увеличить шкаф на одну ячейку?

– Первое увеличение обойдется вам в сто очков, второе в тысячу. Либо можно приобрести шкаф большего размера на двадцать или больше ячеек для хранения личного имущества.

Юра тяжело вздохнул, Система все делает для жизни – пищи, но беги.

– Цена шкафа?

– Шкаф на двадцать ячеек, обычный, минимальная цена – десять тысяч очков, – мгновенно сообщил механический голос.

– Увеличить сундук на одну ячейку, – понимая, что без вариантов, приказал Юра.

– Задача выполнена.

Он убрал все, что у него было, в рюкзак, с собой взял только пистолет охотника, к которому скрепя сердце купил десяток патронов. Итого в минусе сто тридцать очков. Минута, и он снова с голым задом, а доходного дела на горизонте не видно.

– Если я сейчас выйду, мне будет нужно искать новую капсулу?

– Да. Контрольный центр функционирует в порядке живой очереди, – сообщил механический голос, – не хотите ждать, ищите другой.

– Неприятно. Сколько времени прошло снаружи?

– Вы пробыли тут шесть часов восемнадцать минут, в реальности прошло три часа девять минут и двенадцать секунд.

– Ясно. Значит, если проведу тут сутки, снаружи пройдет двенадцать часов?

– Да, все верно. Но затем вы должны будете провести вне капсулы…

– Столько же, я помню. Он оглянулся в поисках выхода, но никакого намека на дверь не обнаружил.

– Эй, как отсюда выйти?

– Просто скажите или подумайте о желании вернуться обратно на контрольный пункт, – сообщил механический бубнилка.

Юра повторил, и виртуальная квартира исчезла, все заволокло опять белой мутью, которая через пару секунд схлынула, и капсула открылась.

Внимательно осмотрев зал, Юра решил подняться по лестнице и посмотреть, что там выше. Лестница оказалась самодвижущейся, справа – вверх, слева – вниз, довольно быстро. Он сошел с платформы и огляделся. Вверх на этажи вели лифты, их в здании было около сотни, вдоль стен второго этажа стояли какие-то автоматы. Один мужик в затасканной грязной одежде бомжеватого вида подошел к такому автомату, приложил ладонь к сканеру, открылось окно, и оттуда выехал поднос, на котором были булка серого цвета, стакан, ложка и миска. Что в миске, Юра не разглядел, но он уже понял: про эту белковую жижу и рассказывал Ржавый. Что про еду говорил болтун? Система кормит. Стало интересно. Тратить баллы на еду Жданов не спешил, сначала надо попробовать то, что положено по закону. Подойдя к одному из десятка автоматов, он приложил руку к сканеру, на экране тут же появилась надпись: «Шах, одна порция».

Открылось окно, и он забрал поднос. Глянул на содержимое, и есть расхотелось, миска была полна обойного клея или того, что на него очень похоже. В стакане какая-то бурая жижа. Доверие вызывала лишь булочка.

Юра направился к ближайшему столу и, поставив поднос на пластиковую столешницу, уселся на длинную лавку. Несколько секунд он созерцал неаппетитное содержимое подноса, которое ничем не пахло, и наконец, решившись, взял в руки ложку.

– Ешь, не бойся, – раздался голос справа, – на вкус так же, как и выглядит, – никак, нет у него вкуса. Но желудок набивает с гарантией. Сытность стопроцентная.

Юра посмотрел на собеседника, парень показался ему смутно знакомым. Похоже, он, как и Жданов, новичок.

– Давно тут?

– Несколько часов, – отозвался тот.

– Мне кажется, что я тебя где-то видел, а вспомнить не могу.

Незнакомец согласно кивнул.

– Я то же самое чувствую, но, сколько память ни напрягаю, ничего. – Он подвинулся поближе и протянул руку. – Гранат.

– Шах, – ответил Жданов, пожимая ладонь.

И тут словно вспышка – незнакомый парень ложится на гранату, которая крутится в паре метров от него, безумные и одновременно решительные глаза. Вот и все, что он запомнил о том герое, спасшем десяток его коллег и друзей.

– Ты тот, кто лег на гранату, – выдал он догадку.

Парень кивнул и спросил:

– Ты был там?

– Гранат, ты спас мне жизнь.

– Ну, считай, ты поблагодарил, я услышал, – согласился парень. – Расскажи, чем замес на Театральной кончился?

– Городскими боями. Весь центр за два часа превратился в зону боевых действий, эти сучата с айфонами в дорогих шмотках были прикрытием, их телами забили улицы для картинок западных СМИ. А в город просочилось множество людей с оружием, и я готов поставить все, что у меня есть, против этого подноса, что кто-то очень нехило раскошелился, нанимая кучу сброда по всей стране и ближайшему зарубежью. Через пару часов ребята из Серпуховского ОМОНа взяли двух снайперов, оба поляки. Также попадались немцы, румыны, черногорцы, испанцы, итальянцы, негров хватало, украинские нацисты-фанатики. А вот с Кавказа вообще никого, странно. Короче, швали много. В итоге к вечеру в Москву вошли войска. Когда я погиб, еще стреляли. Но центр был уже в наших руках. Западу Россия поперек горла встала, надеюсь, подавятся, суки.

Гранат согласно кивнул. На вид ему было чуть больше двадцати, но Юра чувствовал, что он старше лет на пять, а может, на десять.

– Извини, я тебя отвлек, ты есть собирался.

Юра вспомнил про мерзкое содержимое подноса и подумал, что термин «есть» здесь совершенно не подходит, «питаться» – вот более точное определение, поглощение питательных веществ. Он все же взял ложку и, зачерпнув питательных веществ, отправил их в рот. Его новый приятель прав, это оказалось чем-то вроде густой безвкусной каши. Жданов пожал плечами и съел вторую ложку «веществ». Напиток, которым он запил еду, был такой же безвкусный. Короче, если кишка кишке бьет по башке от голода, это можно жрать.

– Ничего, если я спрошу, как ты сюда попал?

– Ничего, – усмехнулся Юра. – Мне ловец, что меня встретил, сказал, что этот вопрос тут вместо «здравствуйте». А помер я как герой, погнался за нациком, который расстрелял патруль ДПС. Ночь уже, город без электричества, загнал его в подворотню и вроде бы уже был готов прикончить, когда туда женщина забежала в белом плаще, даже не рассмотрел толком, просто почуял, что он на нее наведется вместо меня. Попытался я сбить ее с ног, прикрыть… И получил из какого-то самопала пару пуль в спину. Броник мне еще днем испортили. А потом мы друг дружку положили. Конец истории. А дамочка вроде выжила. Мне даже за это дали скил «Герой».

– Мне тоже, – отозвался Гранат. – Ты, похоже, не слишком унываешь, что сюда попал?

– А чего унывать? Тут ничего, только жратва поганая, а на хорошую еще заработать нужно.

– Кстати, о «заработать», – встрепенулся собеседник, – уже придумал, чем займешься? Я тут пораскинул мозгами, посмотрел объявления. Для безоружного новичка работы почти нет, да и общины не особо горят желанием свежий балласт брать.

– Та же хрень, только все же несколько стволов у меня есть.

– Где взял? – удивился Гранат.

– Мне подфартило, тело нашел в одном из домов, когда сюда шел, потом три мясника притопали, с них кое-что поднял.

О сбитой «таблетке» он пока решил не говорить.

– И что ты делать собираешься?

– Понятия не имею, – отозвался Юра, жуя булочку, которая оказалась такой же безвкусной, как напиток и «каша» в тарелке. Правда, Гранат не соврал, сытно вышло, есть больше не хотелось.

– Может, вдвоем что придумаем? Мы, можно сказать, с тобой одного поля ягоды, я мент, ты мент, мы многое знаем друг о друге. Может, объединимся и попробуем решить проблему совместно?

Жданов задумался, до этого момента он рассматривал вариант «одиночка». Напарник, конечно, расширит возможности. Плохо, что напарник – точно такое же мясо, как и он сам. Если бы был опытный человек, тогда вариант был бы идеальным. Но опытного гида по местной Свалке не предвидится, поэтому работаем с чем есть. Юра протянул ладонь.

– По рукам.

Гранат ее крепко и уверенно пожал.

– По рукам.

И тут же в ухе, словно активировался невидимый динамик, раздался голос:

– Заключен союз между Шахом и Гранатом, все очки, полученные в результате этого соглашения, будут разделены между ними. Вопрос о трофеях обговаривается отдельно.

Парни, которые, похоже, были ровесниками, одновременно уставились друг на друга.

– Значит, я не один это слышал?

Гранат подтвердил:

– Я тоже слышал. Что по трофеям делать будем?

– Да ничего не будем, – философски пожал плечами Юра. – Что добудем, то поделим, что нельзя разделить – по личной договоренности.

– Годится, – одобрил идею Гранат.

– Соглашение по трофеям заключено, – раздался в ухе голос монотонного бубнилки. – В случае нарушения одной из сторон Система введет штрафные баллы, которые могут достигать стоимости трофеев.

– Интересно, какое Системе дело до нашей добычи? – задал риторический вопрос новый напарник, но Юра только пожал плечами, это ему тоже было непонятно.

– Итак, мы объединились, что дальше? – поинтересовался Гранат.

– Хороший вопрос, – усмехнулся Жданов, – поскольку по большому счету ничего не изменилось, ноль плюс ноль все равно ноль. Мы как были плохо вооруженными и ничего не понимавшими нулями, так ими и остались, только нас теперь двое.

– Зришь в корень, – согласился новый напарник, – нужно что-то простое.

– Может, пока пошарим вокруг, вдруг что интересное найдем? Кроме того, я хочу добыть хоть какую-то мебель для виртуальной комнаты. – Юра помолчал, размышляя. – Давай попробуем, – наконец решил он, – у нас нет ни очков, ни нормального оружия. Надо покопаться в развалинах этого оборонительного пояса. За периметр нам определенно лезть рано.

– Тогда подъем. Ищем капсулы, надо разобраться, как в гости друг к другу ходить.

Мужчины поднялись и направились вниз.

Ходить в гости оказалось на диво просто. В тот же момент, как они объединились, у них, оказывается, образовался чат. Стоило Юре забраться в капсулу и войти в «квартиру», как тут же поступил запрос на доступ от Граната.

Жданов подтвердил. Не прошло и секунды, как его напарник материализовался в шаге от него. Причем в беззвучном режиме Система запросила статус для посетителя. Всего было три варианта: гость, напарник, полный доступ. Гость не имел никакого доступа к вещам хозяина, напарник – только ограниченный, он мог рыться там, где разрешит Юра, ну и полный доступ означал полную свободу – разрешалось открывать ящики, пользоваться верстаками, лабораторией и всем прочим. Для начала Жданов назначил пришедшему статус гостя.

– Похоже, хибары тут типовые, – оглядевшись, прокомментировал увиденное Гранат. – Ну что, займемся делом?

Юра кивнул и, пройдя в комнату, открыл сундук. Достав рюкзак, он вытащил оба дробовика, и тот, что попроще, кинул напарнику.

– Пользуйся. Но патроны за твой счет, тебе это по карману.

Гранат ловко поймал оружие, быстро его осмотрел, скривился, но ничего не сказал. Нищие не выбирают. Вызвав системный магазин, он за четыре очка купил два десятка патронов и рассовал их по карманам. При этом Жданов с интересом следил за системным окном дробовика, невидимым для Граната. Оружие так и осталось записанным на него, рядом появился статус – «прокат, передача внутри команды».

– Кстати, очень странно, – заметил тот, – я ведь сюда должен был попасть с развороченной на брюхе формой, а ты с дырами, но могу поспорить, твои шмотки были целыми.

Юра кивнул, он набивал трубчатый магазин купленными ранее патронами.

– О, кстати, – достав свою ментовскую форму, он порылся в карманах и извлек золотой медальон и кольцо. – Система, справка!

– Золотое изделие, используется исключительно для крафта высокотехнологичных предметов. Свободная продажа. Цена конкретного медальона – тридцать очков. Серебряное кольцо используется для создания боеприпасов, которые наиболее эффективны против изменившихся жителей Эдема, обитающих в выжженных землях. Цена – пятьдесят очков. Желаете продать?

– Нет, – ответил Юра и засунул ювелирку в карман рюкзака, после чего пересказал то, что узнал, напарнику.

– Неплохо, – отозвался тот, стягивая с пальца обручальное кольцо. – Это потянет очков на пятнадцать. Думаю, моя Анька не обидится. Скорее всего, уже все глаза выплакала.

– Дети есть? – не зная, что сказать, спросил Жданов.

– Дочь от первого брака, но мы не общаемся, она увезла ее в Австрию. Так что особо мне не о чем жалеть. Анька справится, баба она красивая и ушлая, а может, и погуливала налево, пока меня рядом не было. Думаю, все у нее будет хорошо. А у тебя как?

– Нет никого, только служба. А теперь и той нет. Ладно, двигай к себе, встречаемся у дверей через пару минут. Хотя тут время относительно. Сейчас возьму мелкий рюкзак и пойдем.

Гранат исчез вместе с дробовиком, Юра вытащил из кармана здоровенного баула Тиры маленький скрученный рюкзак безымянного охотника и, убрав остальное в ящик, вышел в реальный мир. Итак, у него чуть больше магазина к прокачанному пистолету, два десятка патронов к дробовику, правда, взял те, что подороже, десяток специальных бронебойных и столько же зажигательных. Еще с собой нож и топор.

Напарник ждал его у выхода из куба, у него из имущества – только дробовик Тиры, да и тот взят напрокат.

– Ну что, пойдем? – спросил он.

– Пойдем, – согласился Жданов. – Правда, я с трудом представляю куда. Думаю, нужно отойти от контрольки, тут гарантированно все вылизано под ноль.

Именно в этот момент распахнулось сразу пять капсул, и наружу выбрались три мужика и две женщины. Все они были довольно зрелыми – от тридцати до сорока. У двоих – жилеты из черных пластин, еще трое в странной броне матового стального цвета. Оружие тоже впечатляло – два диковинных автомата, очень длинная винтовка вроде крупнокалиберной. И «крушитель», серьезно прокачанный, – к нему крепился дисковый магазин, такие еще бубнами называют. Поскольку калибр у ружья не шуточный, то, по прикидкам Юры, уместиться там могло выстрелов пятнадцать максимум. Но самым интересным оказалось оружие коротко стриженной шатенки со шрамом на щеке. Эта «пушка» крепилась к поясу, как на штативе, нечто такое Жданов видел во втором фильме про чужих. Оружие было совершенно незнакомо ему, напоминало оно толстую короткую трубу меньше метра в длину и было обмотано серебристой проволокой и покрыто прозрачным пластиком. Приклад отсутствовал, зато имелась рукоять, как у пулемета «Максим», с кнопкой. Женщина ловко передвинула штатив и закинула свою «гаубицу» за спину. Оружие словно прилипло к спине.

Они прошли мимо внимательно разглядывающих их новичков, даже не покосившись в их сторону. После чего направились к летающей платформе, на низком борту которой было кроваво-красной краской написано: «Жнецы».

– Серьезные ребята, – с легкой завистью прокомментировал Гранат.

– Да уж, – согласился Юра, – но, похоже, они тут уже не один месяц воюют. Нам бы тоже надо шевелиться.

И парочка новичков отправилась в сторону мертвых кварталов. Ближние дома, что начинались за зоной безопасности, они проигнорировали. Было ясно, что все в радиусе километра, а то и двух, давно обшарили такие же, как они, бесштанные. Поэтому они все больше углублялись в заброшенные пластиковые джунгли. Наконец Юра остановился у довольно высокого дома-шпиля, выглядевшего относительно целым. Перед ним внушительная такая площадь простиралась, метров двести в диаметре.

– Ох, – задрав голову, вздохнул Гранат и присвистнул. – Сто восемьдесят метров будет, думаю, от земли до крыши.

Они шагнули через проем на месте выбитых дверей в огромный вестибюль.

– Я однажды делал в новых высотках обыск, – заметил Шах, – но там и вполовину не было настолько шикарно. А тут богатство и благополучие так и прет, несмотря на то что все давно заброшено.

– Похоже, мы с тобой промахнулись, это явно какое-то офисное здание, – изучая холл с двумя десятками телепортов, заметил Гранат.

Юра озадаченно уставился вверх. Надо сказать, строили тут непрактично, до самой крыши колодец, в центре которого установлены диски телепортов на прозрачных платформах, выглядело это оригинально. Но вот только никакой другой дороги наверх не видно. Ради интереса он даже встал на один из телепортов, и ничего не произошло. Только теплый ветерок, пахнущий гарью, шевелил какой-то мусор на полу.

Они, не сговариваясь, развернулись и вышли наружу.

– Ну что дальше?

– Гранат, предлагаю обойти этот домик, я уверен, есть там лестница.

– Пойдем посмотрим.

Чутье не подвело, лестница была точно такая же широкая и винтовая, как в том здании, где Юра нашел неприятности и оружие. И даже свет горел, хоть и тусклый. Они поднялись на три пролета, прежде чем обнаружили первую дверь. Внизу под ними был тот самый холл, где они пять минут назад озирались, недоумевая, как подняться на этажи. Переступили порог незапертой двери и оказались в коротком прямом коридоре, который вывел их к нескольким дверям. На осмотр множества кабинетов ушло минут двадцать, единственной добычей стала находка Граната – круглая монета с непонятными символами. Все здесь было уже растащено, и довольно давно, везде только пыль и запустение, никакой мебели.

– Пошли выше. Если нижние этажи разграбили, то верхние могли уцелеть.

Он оказался прав. Правда, чтобы в этом убедиться, пришлось подняться аж под самую крышу. Пентхаус, назвал это место Юра, был заперт.

– Зря мы сюда приперлись, – пессимистично заметил Гранат, – все здание под ноль вычищено.

– А эта дверка цела и заперта, – возразил Юра.

На подъем с осмотром этажей ушло уже часов пять. Оба устали и вымотались.

– Если ее не смогли открыть другие, – проведя пальцем по царапине, сказал Гранат, – Шах, с чего ты решил, что мы сможем? Долбили ее серьезно.

Юра извлек из маленького рюкзака топор и направился к двери.

– Ты шутишь? – воскликнул Гранат.

Именно в этот момент Юра нанес удар. За ним еще и еще.

– Нет, ты не шутишь, – пробормотал напарник и уселся рядом, готовясь ждать. – Слушай, а может, ее нереально открыть? Народ подолбился и ушел, но почему не вернулся с серьезным аргументом?

Жданов на секунду остановился и перевел дух.

– Мне кажется, тут играет роль фактор высоты, надежда найти в поясе что-либо ценное призрачная, а идти покупать лом, чтобы лезть потом обратно на двести метров, неохота. Тут же только мясо вроде нас ползает, голозадое, а серьезные ребята типа тех, что мы видели, ходят за купол. А мы уже тут, не будем спешить.

– Аргумент, – согласился Гранат и стал ждать.

Дверь сдалась спустя сорок минут, топор затупился, но результат был достигнут, преграда пала, и Юра первым протиснулся сквозь прорубленную щель.

Вид из окна был – закачаешься! Похоже, Жданов инстинктивно выбрал самое высокое здание в квартале, и теперь они стояли и смотрели на город, до которого отсюда было несколько километров. Это был не разрушенный город, а полный жизни и движения, там были точно такие же дома, как в оборонном поясе, там летали машины. Они влетали в специальные открывающиеся ворота прямо на высотных этажах или садились на крышу, Юра даже разглядел поезд, похожий на караван яиц, несущийся на высоте сотни метров по какой-то прозрачной трубе.

– Жалко, плоховато видно, – как-то безнадежно вздохнув, заметил Гранат. – Ну да ладно, пойдем кабинеты посмотрим. Что полезное находим, сносим в холл, потом будем думать, как это вытащить отсюда. Да и меньше их тут, чем на остальных этажах, всего пять, а там на каждом по тридцать.

Юра кивнул, и они разошлись в разные стороны. Обыск стал гораздо веселее, уже в первом гигантском двухэтажном кабинете, как обычно, с огромным панорамным окном он нашел стул, похожий на табурет, на котором сидел в отстойнике, только пластик темный и светился приятней, а еще у него имелась спинка, довольно удобная. И таких стула тут было два. Вытащив их в коридор, он вернулся к столу. Подобного он еще тут не видел, покрытие было необычным – стоило прикоснуться, как оно ожило, и из него вверх поднялся виртуальный монитор и клавиатура.

– Очешуеть, – не сдержался Жданов. – Гранат, – заорал он на все здание, – топай сюда.

– Шах, что случилось? – влетев в кабинет с дробовиком наперевес, спросил напарник. И тут его взгляд остановился на находке Юры. – Офигеть. Шах и мат. И как мы эту штуку отсюда попрем?

Услышав знакомую поговорку, наградившую Жданова позывным, Юра улыбнулся.

– Да, Гранат, это шах и мат. Теперь надо думать, что делать с этим столом. Ты пока походи, посмотри, нет тут еще чего ценного, а я пошарю в браслете, я туда много всякой инфы закинул, может, всплывет что про местные виртуальные компьютеры, вдруг нужны кому?

Искать пришлось долго, в разделе «Справка» было пусто, в крафте тоже, да и с поиском Жданов еще толком не освоился. Но все же минут через двадцать он нашел объявление о поиске подобного девайса. И не где-нибудь, а в задании Системы. Увидев цену, Юра присвистнул – удача не оставила его, скорее всего, не каждый новичок может похвастаться, что в первый же день обнаружил реликт за двадцать тысяч очков. На двоих получалось, конечно, меньше, но все равно сумма поражала.

– Шухер! – неожиданно заорал напарник.

Юра бросился наружу, снимая с предохранителя дробовик. Затормозив в дверях, он озадаченно завертел головой. Увидел Граната, тот куда-то целился, но стрелять не решался, затем обнаружил человека, который заинтересованно разглядывал их с напарником. Вернее, ему только поначалу показалось, что это человек, – на него смотрел андроид с силиконовой безэмоциональной рожей, он видел таких в справочнике. Древняя гражданская модель, выпускалась еще до начала войны.

Андроид медленно развернулся в его сторону и выдал фразу на незнакомом языке. Юра на секунду даже озадачился, пытаясь припомнить, слышал ли он раньше нечто похожее.

– Гранат, откуда он взялся?

– Шах, я в кабинетах рылся, как мы договорились, а там была комнатка маленькая, в ней стакан светящийся, я подошел посмотреть, только коснулся, а он открылся, и на меня вышло вот это чудо. Чего лопочет, я без понятия.

– Эй, железяка, ты чего хочешь-то?

Андроид склонил голову, словно прислушиваясь.

– Что делать будем? – продолжая держать андроида на мушке, поинтересовался напарник. – Сдается мне, эта жестянка не догоняет, кто мы.

– Взлом и проникновение, – неожиданно приятным мужским голосом произнес последний обитатель пентхауса. – Сложите оружие и дождитесь бойцов СКБ.

– СКБ? – озадаченно спросил Юра.

– Сил корпоративной безопасности, – охотно пояснил андроид.

Гранат и Жданов переглянулись, связываться с непонятным роботом не хотелось.

– Время вышло, – немного помолчав, сообщил андроид все тем же равнодушным, но приятным голосом. – Подчинитесь! В случае отказа я вынужден буду применить силу.

– Валим, – высказал свое мнение Гранат и шмальнул картечью в пластиковый белый нагрудник робота с пяти метров.

Надо ли говорить, что картечь оказалась совершенно не эффективной? Человека, конечно, снесло бы, однако эта белая пластиковая пародия на жизнь только покачнулась, в месте попадания появились царапины.

Жданов еще только вскидывал ствол, ловя в прицел противника, как ускорившийся андроид оказался рядом с Гранатом, который даже не успел передернуть цевье. Он легонько толкнул восьмидесятикилограммового мужика в плечо, раздался треск, словно разряд прошел, и тушка напарника улетела на три метра. Юра проводил взглядом приятеля и понял, что если тот и жив, то не скоро поднимется.

Андроид остановился и повернулся к нему лицом.

– Подчинитесь, – снова равнодушно приказал он.

– Ага, сейчас, – хмыкнул Жданов и выстрелил, – вот тебе болт, хрен железный.

Юра не пожалел очков и купил пули, способные поражать легкие дроны типа «таблеток». Гранат, стесненный в финансах, брал обычные, которые работали только против людей, и то любой броник сводил его потуги на нет.

Андроид рванулся к человеку, а пуля рванулась навстречу цели. Они встретились в паре метров от Шаха, пуля угодила роботу в руку и почти оторвала ее, теперь та висела на жгуте проводов. Юра даже успел передернуть цевье, досылая новый патрон, как андроид его протаранил. Хорошо так протаранил, верх и низ у Жданова поменялись местами, и не один раз, а потом произошла знаменательная встреча с мраморным полом, и заплясали звезды.

Пришел он в себя довольно быстро, наверное, и минуты не прошло. Подняв голову, обнаружил, что валяется в паре метров от дорогущего стола, а вот агрессивного андроида нигде не видно. Дробовик со «стаканом», который так неплохо себя показал, валялся в дверях. Юра вытянул из кобуры пистолет, в левую руку взял нож. Голова шла кругом, его явно нехило приложило.

– Эй, чмо железное! – позвал он, но в мертвом здании стояла тишина.

Слегка покачиваясь, сделал шаг в сторону двери… Да, помповые ружья здесь не плясали, нужен полуавтомат, что-то типа «Вепря» или «Сайги». Сейчас он жалел об отсутствии полуавтомата компании «Бенелли», запертого в сейфе у него дома, на Земле.

Юра был на полпути к дробовику, когда робот появился в дверях. Левая рука по-прежнему висела плетью на жгуте из проводов, а в правой андроид тащил за ремень мертвого или бесчувственного Граната.

– Вы нанесли ущерб собственности корпорации, – выдал андроид фразу в прежней эмоциональной тональности. – Сложите оружие или будете уничтожены, – при этом он разжал пальцы, и тело напарника рухнуло на пол.

Юра успел выстрелить трижды, прежде чем опять отправился в полет. Рухнул он спиной на тот самый дорогущий стол, и столешница хрустнула под его немалым весом. Сесть Жданов уже не успел, андроид приземлился прямо рядом со столом. И вот теперь этот пластиковый манекен смотрел на него сверху вниз. На силиконовой роже никаких эмоций, это бесило Шаха, пожалуй, даже больше, чем то, что его дважды «уронили».

– Эй, – раздался от дверей слабый голос Граната, – жестянка, двигай сюда, мы недоговорили.

Андроид обернулся, буквально скрутив туловище на 180 градусов, и тут треснул выстрел, и железяку снесло. Робот ударился о панорамное окно возле стола директора, или что тут за шишка сидела, и тихо сполз на пол, подергивая головой. Похоже, подняться ему было не суждено.

– Шах, ты живой?

– Да, Гранат. Вот только накрылся наш доход. Похоже, столу пришел конец! Сомневаюсь, что он кому-то нужен в полуразбитом состоянии. А эта дрянь двадцать тысяч стоила.

– Сука искусственная, – поднимаясь со стоном, прокомментировал произошедшее напарник. – Как думаешь, эта железяка нужна кому-нибудь?

– Уверен, что да. Но крутой девайс был дороже.

Юра наконец слез со стола и обернулся, в принципе все было понятно с одного взгляда – их трофей накрылся с гарантией, вся столешница была в мелких трещинах, словно лобовое стекло от удара камня. Она даже прогнулась, почти сломавшись пополам.

Достав из рюкзака колбу с водой, Жданов сделал пару глотков, потом кинул колбу Гранату.

– Что нашел, прежде чем появилась эта падла?

– Там какой-то проектор в зале для совещаний – под самым потолком, метра четыре до него. Как достать, ума не приложу. Напоминает шар с объективом.

– Достанем – и надо валить, поскольку уже темнеть начинает.

Юра убрал в кобуру оброненный пистолет, подобрал дробовик, снарядил в него еще два пулевых усиленных патрона.

– Нужно искать что-то полуавтоматическое, а еще лучше автоматический дробовик, эти штуки тут не пляшут.

– Я заметил, – согласился Гранат, – давай займемся делом. Что ты там про стол говорил?

– Двадцать тысяч очков потеряли, а задание Системы могли выполнить. Столешницу все же прихвачу, электронная часть не такая уж и большая, метр на метр.

– Давай выковыривай, – согласился Гранат, – а я попробую шар снять. Надеюсь, эта тварь была тут одна.

Юра разобрался с девайсом довольно быстро, топор отлично справился со столешницей, он просто вырубил кусок с разбитым компьютером и поставил в холле рядом со стульями. Затем взялся за андроида. Как и ожидал, робот оказался не из легких, килограммов под сто, а может, и поболее. Ну и как его тащить? Ну ладно, технически он на себе эту дрянь упрет, но сколько займет путь с такой тяжестью на горбу? Еще же спуститься надо, и до контрольки пара километров. Но бросать-то жалко, хоть этой железяке весь грудак разворотили.

Жаба душила не хуже матерого удава. Ухватив андроида, роста в котором было наверняка метр восемьдесят, за руку, Юра поднялся. Не сказать, чтобы тяжесть запредельная, но все равно быстро не выйдет, ребра с правой стороны отозвались резкой болью. Похоже, урод умудрился их повредить. Интересно, как тут с медициной? Есть волшебные таблетки или придется искать лекаря?

Вытащив добычу в коридор, Жданов столкнулся там с Гранатом, который нес небольшой шар размером с голову, а еще светящийся цилиндр-колбу, находящийся внутри загадочного прибора с хитрыми штырями. Напарник явно извлек прибор из более внушительного устройства.

– Посмотри в браслете, может, полезная штука?

Юра кивнул и, свалив железяку на пол, принялся рыться в ворохе закачанной информации. Сначала нашлись сведения о шаре. Как Гранат и предполагал, это был проектор голограмм, и стоил он вполне прилично, крафтеры их охотно покупали, и цена ниже полутысячи не опускалась. А вот с поиском хитрой колбы пришлось повозиться, наконец и это нашлось. Юра даже присвистнул.

– Однако! А ты удачлив, друг мой, это автономный источник питания, используется для зарядки андроидов, цена начинается от полутора тысяч. Его охотно покупают, Системе не отдают, используют для изготовления электромагнитных винтовок. А проще говоря, пушек Гаусса.

– Там еще сам этот стакан есть, но я не представляю, как его отсюда упереть.

Жданов снова зарылся в информацию об источниках питания и откуда их можно достать. Наконец подвел итог.

– Забей, он ничего не стоит, только нужно снять оттуда панель управления, вот эта штука стоит денег, и немалых.

Гранат свалил свои трофеи в общую кучу и понесся обратно, вернулся он через двадцать минут с панелью размером с крупный планшет.

– А мы фартовые, – прокомментировал Гранат груду трофеев. – И бросать жалко. Но стулья, похоже, придется оставить, их нам точно не упереть.

– Да уж, в первый же выход такой куш, только стол очень жалко, нет таких больше?

Напарник с сожалением покачал головой.

– Оно и понятно, новинка была, только запредельные богатеи могли себе такой позволить.

– А почему сейчас не делают?

– Если я правильно понял, завод по их производству остался за периметром, кроме того, там какой-то редкий элемент используется, а шахты, где его добывают, вообще на другой стороне Эдема. Так что мы просрали очень редкую штуку. А теперь давай думать, как все это уволочь.

– Шар и панель влезут в рюкзак, кусок стола можно в руках нести. – Гранат посмотрел за окно, там явно стало темнее, солнце медленно склонялось к горизонту. – А ночи тут – время проблемное, еще час-полтора и тьма. Ты упрешь этого андроида?

Юра кивнул.

– Но бегать с этой дрянью за спиной не выйдет.

– Если что, бросим. Все, давай паковаться и сваливать отсюда.

Десять минут, и они начали спуск вниз. Не сказать, что сто килограммов запредельный вес, но все равно приличный. Оба дробовика забрал Гранат, Жданову остался пистолет, им можно воспользоваться довольно быстро. Спуск занял четверть часа, а вот снаружи их ждали длинные тени от домов и ожесточенная стрельба в паре километров справа.

– Ты как там, Шах?

– Иду, – сквозь зубы и утирая рукавом вспотевший лоб, отозвался бывший капитан.

– Скорее бредешь, согнувшись под тяжестью обстоятельств, – пошутил Гранат.

– Друг, не заставляй посылать тебя на хрен. Если хочешь, поменяемся.

– Нет уж, у этой железяки тогда будут ноги по земле волочиться. Да и не такой я здоровый, как ты. Кстати, все хотел спросить, ты из какого отдела?

– Из седьмого, на митинге занимались контролем. Работали в связке с ОМОНом и СОБРом, они сила, мы мозги, вычленяли зачинщиков и провокаторов. Но, как видишь, лажанулись по полной.

Дальше шли молча, темнело с каждой минутой все сильнее, а до контрольки оставалось еще километра полтора. Юра уже бездумно волочил ноги, согнувшись под грузом, даже по сторонам не смотрел. Поэтому, когда к ним подлетела платформа с человеком в кузове, для Юры это стало неожиданностью.

– Ты, смотрю, все еще жив? – раздался сверху знакомый голос. – И опять при барахле. Ждун, как тебя теперь зовут?

Юра поднял глаза и увидел улыбающегося Тевтона.

– Шах.

– Подбросить? – предложил «рыцарь». – Мы с ребятами решили по бабам прошвырнуться, смена кончилась, а в ближайшей к нам контрольке опять все капсулы заняты. И попроси своего дружбана ствол опустить, он мне этой пукалкой ничего не сделает, но не люблю на прицеле быть, нервным становлюсь.

– Гранат, успокойся, я его знаю. Кроме того, глянь, у него аура белая.

Дробовик пошел вниз.

– Ну так что, подбросить вас, потрошители руин? Минут через двадцать совсем стемнеет, тут такое может завертеться, а вы с грузом можете до контрольки и не дойти.

– Буду благодарен.

– Ага, мясо с именем, я у тебя прямо таксистом работаю. Ладно уж, залазь. Гранат, давай зашвыривай свою панель сюда. И помоги другу втянуть эту железяку. Где только такое старье надыбали?

– Эта штука едва нас не ушатала.

Тевтон на это только заржал.

– Ой не могу, вы только больше никому не говорите, а то вам это до конца жизни вспоминать будут. Древний гражданский дроид, непонятно с какой помойки, едва не завалил двух вооруженных рейдеров. Так что никому. Эти штуки вообще с одного выстрела улетают, у них ни брони, ни оружия. Его задача – кофе приносить. Эй, там, за баранкой! Слива, гони давай на контрольку. Все на борту.

Юра, переведя дыхание, посмотрел на рыцаря за пулеметом.

– А ты принципиально за рулем и в кабине не ездишь?

– Я лучший пулеметчик третьего оплота, могу на скорости в сорок километров со второй очереди «таблетку» завалить, что в сотне метрах болтается.

Где-то далеко методично заухали скорострельные пушки. Тевтон прислушался.

– Километров пять до них, похоже, прорыв.

– Слушай, я не понимаю, как вообще здесь все устроено, это же бардак дикий, – не выдержал Жданов. – Никакой организации, полная анархия. Как вы вообще умудряетесь этот купол держать?

– Да, тут все непросто, – согласился Тевтон. – Я тоже сперва ходил и на все круглыми глазами смотрел, а вот уже год с лишним здесь. И все по-прежнему – первый оборонный пояс, купол, периметр с энергетическим барьером. Если хотите поговорить, приходите на третий оплот, тут недалеко. И мое предложение в силе. Нам такие рисковые ребята нужны, а то, бывает, валятся сюда всякие ссыкуны, носа из контрольки не высовывают. Прожирают очки подъемные и сидят месяцами, жижей давятся, а потом исчезают, не оставив после себя следа. Все, приехали. Топайте! И надейтесь, что есть свободные капсулы.

Платформа опустилась на землю, хотя что значит «опустилась»? Зависла сантиметрах в тридцати над асфальтом. Из кабины выбрались еще трое мужиков, и теперь они все вместе, подшучивая над Юрой, который тащил на горбу андроида, направились в кубик. Свободных капсул нашлось больше десятка, правда, все в центре, до них еще дойти надо было. Еще раз поблагодарив Тевтона и пожав руки остальным, Шах и Гранат забрались в капсулы. И уже через секунду Жданов с радостью обнаружил, что тяжеленного андроида больше нет на его плечах. А еще через пару секунд заявился напарник с остальной добычей. По негласной договоренности решили, что штабом их маленького союза будет «квартира» Жданова.

Все, что добыли в совместном рейде, решили продать, очки были очень нужны и Юре, и Гранату. С трофеями возились долго, выискивая максимальную выгоду, андроида толкнули сообществу крафтеров, они дали лучшую цену на аукционе. Оказалось, что целиком их притаскивают очень редко, чаще всего кадеты, так тут звали всех прописавшихся в Системе, варварски выламывали самое ценное. Поэтому древний «манекен» ушел за 1255 очков. С шаром тоже проблем не возникло – еще 765, с панелью от зарядного цилиндра и самого зарядника вышло вообще замечательно – 3155. Ну и последним лотом оказалась столешница. Вот здесь возникли сложности: Система, как Юра и предполагал, задание им не зачла, испорченный девайс ее не интересовал, крафтеры тоже оказались холодны к данной позиции торгов, они просто не знали, на что она годна, в итоге ее забрал какой-то богатый мужик из коллекционеров за три сотни.

– Обидно, конечно, но все же лучше, чем ничего.

Юра проверил счет, там оказалась ровно половина от всей суммы – 2735 очков. Плюс сотня с того, что осталось с утра.

– Хорошо сходили, – проверив свой счет, заулыбался Гранат.

Юра поморщился, сходили хорошо и очень прибыльно, только вот от Системы он уже знал, что одно ребро у него сломано, а второе треснуло, и лечение ему встанет в 150 очков.

– Какие планы? – поинтересовался напарник.

– Сейчас заплачу, и Система меня отремонтирует, а завтра поутру нужно добрести до этого оплота, а может, и с Тевтоном доехать, хочу посмотреть, как они там живут.

– Знаешь, а давай вместе выпьем? – предложил Гранат. – Я угощаю. Тут я видел бутылку водки местной, стоит всего сто очков, деньга у меня есть, ты мне помог, оружие дал, мы вместе заработали. Так что я проставляюсь. И закусь кое-какую куплю. Сколько тебе времени нужно на ремонт?

Юра сделал запрос и получил ответ – полчаса по времени капсулы.

– Вот и отлично, жду тебя у себя. Через полчаса.

И, махнув рукой, оставив дробаш на полу, Гранат исчез.

Юра же перечислил очки и, следуя советам Системы, улегся на пол и закрыл глаза. Он не знал, как его лечат, но чувствовал, что боль уходит, дышать стало гораздо легче. Как он вообще эту дрянь тяжеленную допер? Но почему-то он очень жалел об оставленных стильных стульях. Через пару минут размышлений он решил слазить туда еще раз и поискать что-нибудь интересное.

– Лечение завершено, – раздался в голове голос Системы, – объект полностью здоров, были восстановлены ребра и регенерирован кусок печени.

Хм, печень Юра не заказывал, но за это спасибо. Поднявшись, он отправил сообщение напарнику, и через секунду получил доступ к нему в апартаменты, где мгновенно и оказался.

Гранат времени даром не терял, он все же потратился и купил стол и пару табуретов.

– Не на расстеленной же на полу газете бухать? – верно истолковав взгляд Юры, пояснил напарник. – Да и стоит это копейки, в сорок очков уложился, закусь и водяра дороже встали.

Жданов пожал плечами и сел за стол.

– Ну, давай за удачный выход, – разливая водку и намазывая на хлеб паштет, провозгласил тост Юра.

Рюмки оказались стеклянными, хотя Жданов с трудом представлял, что все, что тут есть, реально. Его мозг не мог осознать, как все это работает. Выпили, водка была довольно неплохой, хоть Юра и не причислял себя к любителям этого напитка.

– Слушай, а ты вообще можешь представить, как все это работает?

Гранат только усмехнулся и разлил по второй.

– Я без понятия, как это все работает. Давай бахнем за то, чтобы эта матрица четко работала и нас не обманывала.

Выпили.

– Смотри, что еще купил.

Напарник вышел из-за стола и направился к сундуку, после чего достал оттуда полуавтоматический дробовик с бубном на тридцать патронов.

– Ты мои мысли подслушивал, – усмехнулся бывший капитан, – еще в башне этой подумал, что тут помпа не пляшет, нужен полуавтомат или автомат.

– Шах, это очевидный ход мыслей, – передавая оружие, заметил Гранат.

Юра открыл системное окно и принялся изучать характеристики оружия. Да, теперь это мало напоминало изначальный «Вепрь-12» «Молот», над ним хорошо поработал сильный крафтер. Дальность стрельбы пулей – 200 метров, установлено улучшение брони пробиваемости, теперь тот андроид рухнул бы с первого попадания. Облегченный дробовик весил всего два с половиной кило против пяти прежних килограммов. Устранено утыкание патрона. Очень неплохо.

– И сколько? – спросил он, возвращая ствол хозяину.

Вот на этом вопросе Гранат погрустнел.

– Тысяча девятьсот. И это без боезапаса, пришлось еще почти сотню улучшенных патронов покупать. Получается, большую часть того, что заработал, я уже слил. Это тебе хорошо, у тебя хоть эти дурацкие дробыши есть да пистоль, а я вообще с голой задницей.

Юра понимающе кивнул. Прав был Ржавый – впереди жизнь короткая и яркая. А чтобы она не стала еще короче, нужно оружие, и желательно посерьезней того, чем он сегодня пользовался.

Он разлил по стопкам.

– Купил и купил, правильно сделал. Еще заработаем, а эта дура нам поможет. А теперь давай третий.

Встали, помолчали, выпили не чокаясь. За час бутылку уговорили, закусь подмели и разошлись, договорившись, что на рассвете встречаются у дверей. Прав Тевтон, нужно сходить на третий оплот и поговорить с живыми людьми, академические знания – это хорошо, но общения они не заменят.

Юра пока очки тратить на оружие не стал, успеет еще. Нужно сначала с Тевтоном поговорить, что да как. Единственная покупка сейчас: «туристическая пенка», как у Ржавого; одеяло, подушка – все это обошлось ему в пятьдесят очков, но найти их снаружи было нереально. Так закончился первый день на Свалке Вышеграда. Что принесет второй?

Проснулся Юра от зудящего браслета. Оказалось, тот вибрировал, получая сообщения от напарника.

– Слушай, ты поспать дашь? – активировав голосовой канал, поинтересовался Юра.

– Между прочим, ты продрых двенадцать часов, и на улице уже рассвет, – отозвался Гранат. – Я уже выскакивал посмотреть, быстро светает.

– А зачем выскакивал? Что, было сложно попросить Систему показать, что снаружи происходит?

– Не знал. Короче, я потолкался снаружи… Видел, как твой приятель в черной броне отваливал, он еще раз передал приглашение, ты ему веришь?

– У него аура геройская. Кстати, а тут есть что-то типа душа?

– Есть, но общий, за собственный надо платить, да и общий не бесплатный, правда, всего в одно очко обошлось и столько же постираться. А так – раздеваешься и даешь команду Системе – «душевая», и вперед, водные процедуры принимать, только шампунь купи. Я даже форму свою простирал и высушил. Короче, в этой виртуальности есть все для жизни, но за многое надо платить.

– Тогда дай мне полчаса, я себя в порядок приведу и пойдем пожрем бурды бесплатной, а потом медленно потопаем на оплот, надо осмотреться.

Что ж, душевая оказалась обычной, не сказать, что рай, без всяких наворотов, как в среднем спортзале. Выяснилось, что черную форму из наноткани стирать не нужно, к ней просто грязь не липла. Так что Юра ограничился стиркой нижнего белья и носков. Высушив все это в сушилке, он оделся и вышел в реальный мир. Гранат уже маячил у выхода. Дробовика у него с собой не было, зато появился топор на поясе.

– Пришлось купить, без него вообще никак, – пояснил приятель. – Я почти в минусе.

– Сейчас подкрепимся. А как выйдем отсюда, может, что по дороге подвернется. Я по карте посмотрел, отсюда до третьего оплота семь километров с небольшим.

Завтракали, если можно так назвать поглощение безвкусного месива, глядя в шарообразный телевизор, это что-то типа того проектора, который они вчера толкнули, только побольше размером. Телевизор висел под потолком, нужно было на него мысленно настроиться, и тогда перед тобой открывалось окно с каналами, которые ты мог переключать по собственному желанию. Народу в столовке хватало, похоже, тут с рассветом начинала бурлить жизнь, все хотели успеть сделать за световой день как можно больше.

Юра ел неохотно, попутно он проглядывал местные новости, транслируемые по визору, и, надо сказать, было довольно интересно. Сначала он послушал про обстановку на первом оборонном поясе. За прошедшие сутки было зафиксировано сорок восемь прорывов купола на всем протяжении пояса, который, если вычисления не обманывали, равнялся 282 километрам. На шесть утра, по времени пояса, все прорывы были ликвидированы боевыми группами кадетов. Как уже успел узнать Юра, такая была при каждой контрольке, Система очень неплохо платила за эти ночные дежурства. Потери в людской силе составили семьдесят восемь человек.

Юра поднял голову и посмотрел на сидящего напротив Граната.

– Слушал о прорывах?

Напарник кивнул.

– Ты прикинь, какая тут текучка, если они за ночь потеряли столько народу.

– И ведь наверняка это не мясо, которое вчера упало. В группы берут только тех, кто провел тут не меньше трех месяцев и выполнил не менее пятнадцати заданий Системы со средним приоритетом. А все задания – на выжженных землях.

– И это в периметре вокруг купола! Представляешь, что в глубине выжженных земель происходит?

Гранат нахмурился. Похоже, перспектива соваться туда ему не слишком нравилась. Переключив канал, Жданов начал смотреть новости Вышеграда, вот тут все было гораздо радужней – город жил обычной жизнью, где-то происходили аварии, какие-то радикалы рванули пневмопоезд. Все горячо обсуждали развод местной дивы Аурелии и ее мужа политика Кайла. Теперь эта парочка из Среднего Вышеграда делила особняки и имущество… Забастовки… Смерть председателя местной структуры типа земного профсоюза, погрязшего в разборках с теневыми воротилами…

– А там весело, – заметил Юра, только что посмотревший сюжет о проблемах с андроидами, которые опять подцепили какой-то вирус и едва не убили своих владельцев.

– Ага. Такое ощущение, что в зоне безопасности первого оборонного пояса гораздо спокойней. Кстати, ты уже статистику просмотрел по походам в выжженные земли?

Жданов допил жижу из стакана и заел безвкусной булочкой.

– Любопытная?

– Познавательная, – хмыкнул Гранат. – Вчера оттуда не вернулось две сотни человек, уходило, правда, больше трех тысяч.

– Не так уж и плохо, но больше беспокоит наш пояс ночью, эти прорывы… Ладно, давай быстро за стволами и пойдем прогуляемся.

Через двадцать минут они уже топали в сторону третьего оплота. Юра все же взял с собой планшет мясников и теперь изредка посматривал на него, выискивая попутный приработок. И тот не замедлил появиться. Буквально в полусотне метров возникла точка и следом за ней еще одна. А ближайшая контролька была дальше, в трех километрах по маршруту.

Юра хлопнул Граната по плечу и знаком указал направление.

Стрельба вспыхнула неожиданно и как-то сразу рядом, за соседним углом. Грохнул пистолетный выстрел, ему ответили сразу три ствола, два точно дробовики и еще какая-то непонятная жужжалка, после жужжания которой за углом сверкнуло, словно электрический разряд. Точки на планшете погасли.

– Валим мясников, – мгновенно понял, что случилось, Жданов.

Гранат согласно кивнул и только поудобней перехватил свой новый «Вепрь».

Заглянув за угол, Шах быстро оценил обстановку – двое мужиков и баба стояли над телами паренька и женщины в годах. Половина тела парня выглядела обугленной, словно в него молния угодила. Мясники не обращали внимания на происходящее вокруг. Похоже, тройка была для них стандартной группой. Придумывать ничего не стали, просто вышли на открытое место и в два ствола ударили в столпившихся отморозков. Скорострельная машинка Граната сделала половину дела сразу, второй «бубен» напарник снарядил обычными дешевыми патронами. И сэкономил неплохие деньги на смене. Юре же пришлось лупить тем, что было заряжено, то есть дорогим бронебойным зарядом. Но стрельнуть ему пришлось всего раз, его пуля смела бабенку, не слишком высокую, в какой-то пластиковой броньке, больше напоминающей кирасу. Мужики были одеты попроще – точно такая же тактическая наноодежда, как на Жданове. Это хорошие деньги. Были.

Похоже, пуля угодила в странное оружие, которое сжимала в руках девка, по дизайну оно напоминало помпу с прикладом, вместо ствола шла обмотка какой-то толстой золотой проволокой. И заканчивалось все это железным шаром. Явная кустарщина. Все это Юрка успел заметить за секунду до вспышки, рвануло смачно, с громким хлопком и яркой голубоватой вспышкой, от которой волосы на голове встали дыбом. На полминуты Жданов ослеп, и, только когда вернулось зрение, обнаружил, что его напарник валяется на земле и пытается подняться.

– Шах, твою дивизию, а ты не мог попасть куда-нибудь в другое место? Меня молнией так шарахнуло, что я могу зарядкой для смарта работать. Ох, рука плохо двигается.

– Ну, извини, кто же знал-то? – виновато развел руками Юра. – И, похоже, плакали наши крутые трофеи, во всяком случае, половина точно.

На месте «взрыва» лежали пять тел, учитывая погибших ранее новичков, четыре из них горели, от девахи вообще осталось немного, налетчица наполовину обуглилась.

– Посторожи, я трофеи соберу, – попросил Юра.

Гранат не ответил, только взял «Вепрь» на изготовку, потирая плечо, куда, похоже, пришелся разряд от взрыва.

От взорвавшейся винтовки почти ничего не уцелело, только несколько кусков, в основном часть с обмоткой и шаром. Юра сунул их в рюкзак ныне покойного Тиры, для хранения вещей пришлось купить обычный дешевый баул, ходить с ним было неудобно, зато можно легко запихать туда все, что еще не продал.

– Ты что, шмотки с них собрался снимать? – немного брезгливо, но не оборачиваясь спросил Гранат.

– А ты думаешь то, что на мне, я купил? – удивился Юра. – Нет, я вот с точно такой же сволочи снял. Это очень неплохие очки. Только жалко, один комплект сгорел, ему уже не восстановиться, а что осталось, заберу на продажу.

Жданов сорвал оплавленные тряпки с одного из покойников. Потом взялся раздевать второго, пакуя вещи. Рюкзаки мясников он оставил на потом. Раздев мужиков, Юра присел возле их подружки. Интересно, как здесь именуют баб мясников? Тело сильно обгорело – лицо, грудь и живот обуглилось, а вот руки были в татуировках и не качественных салонных, а, похоже, на зоне их набивали. Аура просто алая, правда, чем дольше проходило времени с момента смерти, тем больше она истончалась и через пару минут совсем исчезла. Юра стянул браслет, больше с нее взять было нечего, пластиковая кираса не уцелела, но на всякий случай Жданов подобрал оплавленный обломок. Быстро вытряхнул все из двух рюкзаков, которые волокли мужики и которым досталось от пуль Граната.

– Ну ты не хуже меня снайпер, – Жданов показал напарнику разбитый в щепки овальный планшет. – Штукарь прошил.

– Бывает, – философски отозвался тот. – Давай быстрее, пять минут уже возимся. А нашумели мы нехило, как бы кто не явился.

И тут же грянул выстрел, за ним еще один, а секунду спустя сверху рухнула «таблетка».

Юра, который лишь успел протянуть руку к своему дробовику, уже спокойно вернулся к прерванному занятию. Напарник не подкачал, показал класс стрельбы по тарелочкам. «Таблетке» круто не повезло: сначала ее сразили пулей, потом – картечью чуть ли не в упор. На землю упали куски пластика и горящие останки, искать там что-то полезное – пустая трата времени.

Юра упаковал оружие и то, что удалось выгрести из вещмешков, потом разберутся.

– Уходим, – поднимаясь, заявил он.

Вот только спокойно им уйти не дали. Из переулка вывалился самый настоящий андроид, и не такой, как на них налетел накануне, а с оружием в руке, именно в руке, поскольку вторая верхняя конечность у него отсутствовала. Был он похож на человека, только лицо – все та же силиконовая рожа; качество, конечно, получше, чем у его погибшего собрата. А вот белого пластика не было и в помине, весь он оказался упакован в какую-то серую броню. Подобную они видели накануне на серьезных мужиках.

Гранат долго раскачиваться не стал и вкатил в грудь явно агрессивной пародии на человека сразу пять выстрелов, только вот беда – «бубен» с обычными боеприпасами он так и не сменил, и, если на «таблетку» таких патронов хватило с лихвой, то андроида лишь сбило с ног. Никаких повреждений Жданов не углядел.

Андроид вскочил почти мгновенно, его словно подбросило в воздух, Гранат даже дернуться не успел, чтобы снова поймать цель. Он, похоже, решил, что свалил эту пародию на человека. Юра вскинул свой дробовик, понимая, что безнадежно опаздывает, противник уже вытянул руку со странным оружием, наводя его на Граната. Секунда – и все кончится. Сомнительно, что эта штука промажет с пяти метров, но тут вмешалась Судьба. Именно так, с большой буквы.

Из переулка в спину роботу влетел стремительный голубоватый росчерк, едва заметный человеческому взгляду. Робот дернулся, словно в конвульсии, и рухнул рожей вниз, по его корпусу бегали голубоватые искорки электрического разряда. Не прошло и полминуты, когда на сцене появились новые персонажи, – две дамочки в матовой стальной броне, со странными разрядниками в руках. Эти разрядники отдаленно напоминали здоровенный шокер примерно с метр длиной, с прикладом и пистолетной рукояткой.

– О, что у нас тут? – поинтересовалась одна из них, с темно-фиолетовыми волосами.

Юра не торопился дергаться, у обеих была аура оранжевого цвета, служащая маркером защитников людей.

– Похоже, мясники завалили мясо, а свежаки с геройской аурой завалили труподелов, – хмыкнула вторая, с раскосыми глазами и короткой стрижкой под солдата Джейн.

– Эй, не очкуйте, не тронем, – успокоила вторая. – Андроид наш, остальное ваше.

Юра опустил ствол.

– Спасибо, что помогли.

– Да не за что, – ответила фиолетовая, – мы его уже два часа пасли, в доме неподалеку прятался, единственный вырвался с ночного прорыва. Остальных положили. А вот в здание за ним не полезли, там у этих уродов все преимущества, а потом он на вас навелся, да так, что аж с пятого этажа выпрыгнул.

– А ты молодец, не растерялся, – похвалила Граната вторая дамочка, – не все способны вот так, без раскачки попытаться завалить боевого свихнувшегося андроида, пусть и первого поколения. Вы сами по себе?

– Можно и так сказать, – ответил Гранат. – Ну, мы пойдем?

– Двигайте уже, нам еще эту тварь потрошить, – согласилась фиолетовая. – А чего «таблетку» не забираете?

– А что, там есть еще что забирать? – глядя на обгоревшие обломки, озадачился Юра.

– Вы что, совсем свежие?

– Второй день.

– И уже мясников валите? Молодцы, – похвалила вторая. – Я Краля, а это Кордана.

– Гранат и Шах. А имя ты себе взяла в честь сорта сиреневых роз? – блеснул эрудицией Жданов.

– Я под впечатлением, – удивленно заявила фиолетовая. – Ты первый за год, кто не попытался привязать мое прозвище к карданному валу. А насчет подбитой «таблетки», заберите, ее крафтеры возьмут, там много полезного еще, хоть и выглядит она плохо, но для новичков даже 250 очков приварок хороший. А теперь хватайте ее и двигайте отсюда, нам еще эту дрань разделывать.

– А чего не целиком? – поинтересовался Юра, пытаясь запихнуть в баул опаленные и воняющие жженой изоляцией обломки летающего дрона. Этот мешок хоть и уступал рюкзаку в удобстве, но был большим, и через секунду железяка скрылась в его утробе.

– Потому что целиком он стоит шестнадцать тысяч, а по запчастям пятнадцать пятьсот, разница невелика, а вот в весе мы выигрываем: что лучше тащить – сто кило или двадцать? А этим, может, старьевщики поживятся. Хотите, вам оставим? Возвращайтесь, когда закончим.

– И долго вы возиться будете? – прикинул расклад Гранат.

– Минут двадцать, – ответила Краля, извлекая из кармана какой-то футляр, похожий на маникюрный набор. – Если хотите, посидите в сторонке, только под руку не лезьте.

Из футляра на свет появился короткий хитрый нож, который начал светиться красным. Первым делом стриженая ловко отделила голову андроида от туловища. Она стянула со спины рюкзак, напоминающий кофр, ввела код на крышке, и рюкзак превратился в полноценный чемодан. Она уложила первый трофей внутрь, причем Юра отлично видел, что там не так уж и пусто. У девочек были дорогие и хорошие «игрушки».

Фиолетовая все это время стояла над подругой, контролируя местность, и косо поглядывала на парочку мужиков, которые устроились в тени здания.

Затем Краля начала резать серую броню, словно хотела произвести анатомический разрез, изготавливая пособие для кабинета биологии. Нож делал это довольно медленно.

– Отличная броня, – прокомментировала она, – даже лазерный резак с трудом берет. И не покоцанная. Ноги я вам оставлю. Не буду уж все снимать. Вы, кстати, взяли задание у Системы на встречу мяса?

– Нет, – покачал головой Юра, – решили задним числом.

– Ну, вы наивные, – усмехнулась она, – одно слово – новички. Система не платит постфактум, если, конечно, это не касается заданий, которые требуют доставки. Например, притащили артефакт, взяли урок и сдали сразу, тогда – да, в зачет. А вот что касается встречи мяса или отстрела мясников – полный пролет. Правда, если вы взяли что-то, но никого не привели, тогда она пишет вам в минус. – Девушка стала аккуратно срезать броню с бедер, похоже, стриженой было скучно работать молча, а тут целых два новичка, слушающих ее очень внимательно. – Тут поначалу народ мухлюет. Ну как мухлюет? Сидит рядом с безопасной зоной метрах в ста, видит мясо, выходит, говорит: давайте доведу. Руки пожали, все! Система засчитала встречу, осталось довести до зеленки. Но все же задание сначала надо взять. Усвоили?

Шах и Гранат синхронно кивнули, информация была полезной.

Краля не обманула, она управилась за двадцать минут, сняла броню со спины и груди, вытащила изнутри пару светящихся источников питания размером со средний смартфон, используя для этого хитрый сканер, нашла красный куб размером с кулак, к которому тянулись какие-то волокна, которые она безжалостно отсекла лазерным резаком. Потом перевернула тушку, надо сказать, без особых усилий, подключила точно такой же планшет, как был у Юры в рюкзаке, к скрытому разъему и начала снимать информацию. Затем вытащила само хранилище. Что ж, очень логично, информация тоже товар, хранилище с информацией уже отдельный товар. Последним в хитрый чемодан отправилась пушка андроида. Захлопнув крышку кофра, Краля ввела на панели какой-то код, и емкость стала ужиматься. Минута, и на земле остался совершенно маленький, слегка выпуклый рюкзачок, в который папку с документами и то с трудом уложить можно.

– Что за девайс? – решил спросить Гранат, видя, что девочки готовы отчалить.

– Системный рюкзак третьего уровня, – пояснила фиолетовая, – жутко дорогая штука, автоматически привязан к хранилищу нашего штаба. Не спрашивай, сколько стоит, вы про такое количество очков даже не слышали. Все, мальчики, прощайте, и спасибо, что не попортили грудную броню, запомните, надумаете охотиться на дронов или на андроидов, берите разрядники.

– Может, еще увидимся, – вставила свои пять копеек «солдат Джейн», – если вы не подохнете сегодня к вечеру.

И, махнув на прощание, Краля и Кордана скрылись за углом.

– Шах, ты тоже себя чувствуешь ребенком, которого похлопали по плечу за то, что он собрал пазл?

– Ага, вроде того, – согласился Юра, – только мне двенадцать, а пазл для трехлетнего малыша. Мы с тобой ни хрена не понимаем в этом мире. Давай, как вчера: я тащу, ты прикрываешь.

Гранат кивнул и сменил на всякий случай полуопустевший «бубен» на полный с хорошими патронами. Правда, у Юры не было уверенности, что даже они смогли бы взять этого андроида в лоб.

До следующей контрольки добрались без приключений и даже подобрали целых двух новичков, но, поскольку задания не было, получили по десять геройских очков. Скил хоть немного, но работал. Если бы было задание на уничтожение мясников и встречу мяса, то смогли бы получить за каждого покойника по сотне очков. А если бы довели погибшую парочку, то еще сотню. Да, по неопытности полтысячи коту под хвост, все мимо кассы пролетело.

С остатком андроида решилось просто, крафтеры его с руками оторвали за 450, сильно побитую «таблетку» взяли за 180. С оружием и трофеями с труподелов, как выразилась Краля, возились дольше. Пистолет оказался обычным «макаркой», в хорошем состоянии, но Система давала за него с полным магазином пятнадцать очков, поэтому Гранат с барского плеча отдал его Юре, который сунул его в баул. С дробовиками возились недолго, оба оказались с улучшениями, правда, один пострадал от разряда, и цена упала вполовину, до 700 очков. Второй забрал Юра. Он продал свой трофей и приобрел за 2000 полуавтомат незнакомой марки, но неплохо прокачанный на дальность стрельбы, с пробиванием брони. В какой-то степени он был даже чуть лучше «Вепря» Граната. Вот только коробчатый магазин в этом варианте был всего на восемь патронов, и другой без крафта поставить невозможно. То, что осталось от оружия девки и ее брони, крафтеры быстро забрали всего за 320 очков, хотя Юра догадывался, что его дурят. Но лот ушел быстро.

Попутно узнали характеристики конкретного оружия, Система по останкам определила, что это было.

– Крафтовый разрядник «шок», – доложил механический голос. – Первый уровень. Используется для временной перезагрузки дронов модели «01» «таблетка». При использовании против биологических объектов, не обладающих защитой от высокого напряжения, смерть мгновенная. Эффективен на дистанции до десяти метров. Количество зарядов – два. Время перезарядки между выстрелами – двадцать минут. Цена изделия – 2340.

– Да, хорошие бабки ты распылил, угодив в батарею, – вздохнув, прокомментировал ценник Гранат. – И бронька тоже немало принесла бы, а ты ее на ветер.

– Забудь, – отмахнулся Юра, – мы в плюсе, уже неплохо. Система, каковы возможные модификации разрядника «шок»?

– Зачем, продали ведь уже? – удивился напарник.

– Хочу понять, насколько дорого стоит крафт оружия до приемлемых характеристик.

– Мастер крафта способен увеличить дистанцию прямого разряда до шестидесяти метров, – начала перечислять монотонная бубнилка, – увеличить количество зарядов до восьми. Увеличение мощностей позволит выводить из строя андроидов второго поколения и временно дезориентировать третьего. Цена модификаций для полного улучшения – двадцать две тысячи. Работа мастера оплачивается отдельно.

– Цена системного оружия со схожими свойствами?

– Разрядник первого уровня «дуга» – пятьдесят четыре тысячи. Возможные улучшения…

– Не надо, – приказал Жданов.

Вкладывать очки в эту кустарщину глупо. Но иметь оружие против местных железяк очень заманчиво. Если бы Гранат сбил «таблетку» этой штукой, то она стоила бы пять сотен. А то и больше. Но уж больно было много минусов. Хотя чего теперь сожалеть? Даже то, что осталось от этого «шока», уже продано.

– Не слишком перспективная игрушка, – заметил Гранат. – Все равно бы ее продали.

Юра согласно кивнул.

Дальше пошло содержимое рюкзаков. Уцелевший и успевший затянуть дыры от картечи комплект наноодежды с улучшением и ботинки забрал себе Гранат, крафтер вшил в него выносливость первого уровня. Остальное, включая обломки планшета, продали, увеличив счет еще на тысячу.

– Неплохо наварились, – подвел итог Гранат, – а ведь день только начался.

Он уже переоделся в новую одежду. После чего, подумав, продал старую за пару очков, она тут по большому счету была никому не нужна. Хотя вроде крафтеры ищут разные ткани. Правда, неясно зачем.

Жданов открыл свой счет, тот показывал вполне приличную сумму для второго дня – 4765. Сюда Система добавила его часть за ликвидацию мясников и «таблетки» плюс геройские очки. Их союз с Гранатом неплохо окупился за два дня: без напарника Юра вряд ли пережил бы свои сшибки, да и упереть в одиночку все добытое нереально. Осталось решить: что делать с очками – копить и дальше или попробовать взять улучшения?

– Думаешь, как потратить? – спросил напарник. Он тоже что-то разглядывал на виртуальном системном мониторе, листая текст пальцем. – У меня чуть больше двух тысяч, даже низший скил не взять, что-то вроде совсем бесполезной задержки дыхания под водой до пяти минут. Как это все работает? Первый уровень – «сила» стоит пять тысяч, написано, что после приобретения мое тело в течение двадцати минут будет оптимизировано согласно покупке, то есть я смогу поднять на тридцать килограммов больше того, что мог раньше. Значит, я смог бы поднимать, допустим, сто тридцать?

– Ну, вроде того, – пожал плечами Жданов, – в любом случае если ты раньше не мог поднять ничего, то теперь смог бы тридцать килограммов. При покупке второго уровня скила эта сумма увеличивается до сорока пяти. Третьего еще на пятнадцать, итого в общей сумме – шестьдесят кило сверху. А ведь существуют еще сопутствующие улучшения одежды. Я видел в продаже броню, которая позволяет без проблем поднимать вес до двухсот килограммов, правда, стоила она заоблачно.

– Сам-то что думаешь? – поинтересовался Гранат.

– А ничего не думаю, сначала надо встретиться с Тевтоном. До него всего четыре километра осталось.

Единственное, что купил Юра, это еще два магазина для дробовика. Какой идиот их делал? Непонятно. Двухрядные, похожи на кубик. Снарядив один из них простыми патронами, Жданов посмотрел на Граната.

– Ну что, решился на улучшение себя, любимого?

– Нет. Ты прав, давай сначала до Тевтона дойдем.

Но идти никуда не пришлось, выйдя наружу, они нос к носу столкнулись с «рыцарем».

– О-па, а мы к тебе на оплот топаем, – удивленно заявил Жданов, глядя, как два незнакомых мужика вытаскивают из кузова очередные ящики с трофеями.

Тевтон же курил в стороне, общаясь с какой-то грузной женщиной неопределенного возраста.

– А вы растете, оружие новое, шмотки… Купили или сняли с кого?

– Троих мясников уложили, – похвастался Гранат. – Правда, у одной из них винтовка взорвалась, и количество наших трофеев сильно уменьшилось.

– Случается, крафтовое оружие бывает нежным, – пояснил Тевтон, – особенно если его криворукий собирал, тут таких хватает. А у мясников гораздо чаще, они же не тут обитают, а за куполом, они даже не совсем люди уже, у них там свои контрольки.

Женщина, не участвующая в разговоре и стоявшая рядом со скучающим видом сказала, что ей нужно в капсулу, и направилась в куб. Тевтон проводил ее равнодушным взглядом.

– Только недолго, – крикнул он ей вслед, – сейчас ребята скинут послу ящики и поедем.

На что тетка махнула рукой и, не оборачиваясь, крикнула:

– Доберусь с другим конвоем!

– Воля ваша, Снежа, – пробормотал Тевтон. – Так о чем мы?

– Ты хочешь сказать, что Систем несколько, и одна из них за периметром? – удивился Юра. Он достал пачку сигарет, которая нашлась в одном из трофейных рюкзаков, и прикурил от футуристической зажигалки, найденной там же.

– Именно так и хочу сказать. Все, что за куполом, называется выжженными землями. Они тоже раньше было нашими, вернее, их. – Он махнул в сторону Вышеграда. – Это территории, оставленные за последние тридцать лет, купол был слабее, защитников купола было меньше, гораздо меньше. Потерь было больше. Пока Система не научилась таскать свежих покойников из нашего мира, с планеты Земля. Правда, тут в основном русские. Поначалу Система таскала всех подряд, америкосов с канадцами, европейцев, китайцев – эти вообще сыпались без остановки, индусов и арабов, негров. Стали появляться анклавы. В принципе то, что мы называем потерянным поясом – он километрах в шестидесяти отсюда, – было утрачено из-за войны анклавов, даже на другом конце вселенной люди не смогли договориться между собой. Резня шла почти год, а потом был страшный прорыв купола, и так вышло, что уцелели только русские и те, кто воевал с ними рядом. Система сделала соответствующие выводы, и теперь если сюда и попадает левый народ, то его не слишком много.

– Познавательно, – крутя в руках новую сигарету, задумчиво произнес Юра.

– Да нет никакой тайны, вы и сами могли все это прочесть в разделе «История», но новичкам обычно некогда, они спешат выполнять задания. – Он усмехнулся и добавил: – На самом деле почти все новички спешат умереть.

– Погоди, давай дальше про контрольки за куполом, – напомнил Гранат.

– Ах да, – спохватился Тевтон. – Так вот, после того как были потеряны пояса, там остались точно такие же контрольные точки, или, как мы их зовем, кубики, а соответственно и Система. Никто, кроме нее самой, наверное, не знает, как некоторым отщепенцам удалось там закрепиться и взломать этот супермозг, вернее, его ветвь. Система-то ведь не однородна, у нее есть… Как бы это сказать? Подсети. Ну да не о том разговор. Так вот, за периметром существует своя Система, после потери первого пояса. Ведь когда-то первым считался тот, что был потерян в результате войны анклавов. Атаки стали гораздо агрессивней, продуманней.

– Тевтон, можем ехать, – крикнул один из мужиков, таскавших ящики в кубик.

– Запрыгивайте, – скомандовал «рыцарь», – потом договорим. Через двадцать минут будем на третьем оплоте, представлю вас начальству, если оно, конечно, не занято. Поговорите, а потом вечерком посидим, еще потреплемся, догадываюсь, у вас вопросов море.

– Море – это не то слово, – хмыкнул Гранат, – гораздо больше.

Доехали без приключений. Самое интересное из того, что увидел Юра за всю дорогу, – это абсолютно целое здание, оно стояло прямо рядом с куполом. Здание окружал сплошной силовой барьер.

– Это что такое? – хлопнув Тевтона по плечу и указывая на укрепленный винтовой дом, поинтересовался Жданов.

– Это опорка хранителей пояса, – отозвался «рыцарь», отворачиваясь и продолжая вертеть головой в поисках неприятностей. Он стоял в кузове, широко расставив ноги, не выпуская из рук пулемета, который сейчас был закреплен на турели. – Такие опорные пункты стоят через каждый километр, это те, кто ночью держит купол и закрывает прорывы. Очень прибыльное дело, но и башкой эти ребята рискуют по-взрослому. Третий оплот тоже имеет свою зону ответственности, хотя боюсь, вы плохо представляете, что такое оплоты, ну да скоро увидите.

– Мы вообще плохо представляем, что тут творится, – заметил Гранат.

– Ничего, первые пару недель тут все такие. Если выживают – умнеют, а нет – где-то вдали от купола бегают. Мусорщиков очень много стало, особенно в последние несколько лет. Система гребет всех без разбору, вот и дохнут. Представляете, сколько валится сюда случайного народу?

Юра и Гранат синхронно кинули. Та парочка, которую они утром довели до контрольки, выглядела так себе, два тощих паренька лет семнадцати, которые попали под машину. Насильственная смерть? Для Системы – да. Ну и какой шанс у них выжить? Никакого! Они отличные знатоки онлайн-игр, о чем твердили всю дорогу, рассказывая, что теперь благодаря Системе они станут сильными и непобедимыми. Вот только это не игра, второго шанса не будет, за два дня Юра уже дважды стрелял в людей и столько же в дронов и андроидов.

– Все, приехали, – заявил Тевтон, выпуская пулемет из рук.

Юра поднял голову и заинтересованно уставился на третий оплот. Надо сказать, это было довольно интересно: в сотне метров по левую руку начинался купол – грязно-голубая пелена, уходящая ввысь. За ней видны заброшенные разбитые строения. Где-то метрах в трехстах в развалинах что-то горело, в небо поднимался столб черного дыма, словно склад с покрышками полыхал.

– Ребята ночью большого боевого аэродрона завалили, – пояснил Тевтон, заметив, куда смотрят «гости», – он куда-то не туда рухнул и взорвался, уже шесть часов дымит.

– Тевтон, кто это с тобой? – заорал мужик, стоящий в воротах.

– Гости, новички, но парни тертые, мясников валят и дронов, всего два дня, а уже неплохо приподнялись, везучие. Хочу, чтобы с Кратером поговорили.

Боец понимающе кивнул, и энергетические ворота исчезли.

Вообще третий оплот был действительно интересным местом. Снаружи он выглядел очень внушительно – энергетический барьер салатового цвета, судить о его крепости Жданов не мог, но догадывался, что просто так его не проломить. КПП представлял собой настоящий укрепрайон, сделан был из какого-то желтого камня, напиленного крупными брусками, а может, и не камень это вовсе. Выглядело все это наподобие средневекового замка с двумя выносными бастионами, на которых установлены автоматические турели нехилого такого калибра, наверное, тридцатка, не меньше. Турели сейчас сопровождали стволами платформу, на которой парили над асфальтом Жданов и Гранат.

И такие бастионы стояли по всему периметру третьего оплота, длиной метров триста, и через каждые пятьдесят – такая вот пушечка. Внутри периметра возвышались два обычных винтовых дома сорокаметровой высоты, и заброшенными они не выглядели. Но самым интересным было то, что только половина третьего оплота находилась в зоне безопасности оборонного пояса, вторая половина была вынесена в выжженные земли. И именно оттуда сейчас раздавалась вполне интенсивная стрельба.

– Там постоянная война, – пояснил Тевтон, видя, что «гости» прислушиваются к выстрелам, – завтра моя очередь во внешний бастион идти. Это основная задача оплотов, мы притягиваем к себе все, что водится вблизи купола. Это наш основной заработок. Днем это различные роботы, выжившие ренегаты, слышали о таких?

Юра и Гранат синхронно кивнули.

– А ночью мусорщики, так мечтающие нас сожрать. Кстати, о них: в отличие от всего остального, обитающего за периметром, мусорщик не оставляет тел для перерождения, даже если не может сожрать, то попытается разорвать, чтобы человек не стал одним из них. Они даже войны устраивают между собой, регулируя популяцию, – сами понимаете, сюда много народу сыплется. Ладно, еще успеем поговорить.

Аэроплатформа миновала внешний коридор, исчезли очередные силовые ворота.

– Добро пожаловать на третий оплот, – официальным тоном заявил Тевтон. – А вот это уже за вами.

И точно, к платформе подошел мужик с каким-то незнакомым, явно крафтовым, оружием за спиной и нарукавной повязкой «Комендатура».

– Вылазьте, бродяги, Кратер ждет, – скомандовал он.

– Увидимся, я сегодня свободный, так что найдете меня вон в том домике на десятом этаже. – И «рыцарь» указал на дальнее из винтовых зданий. – Там и поговорим.

Юра кивнул и сошел на землю, Гранат не отставал. Провожатый, ни слова не говоря, развернулся и направился к небольшому строению, напоминающему контрольку.

Безымянный провожатый привел их в куб, который был поменьше системной контрольки, и двери у него не широкие, а вполне обычные. Тут впервые Юра увидел, что можно купить в закрытом разделе «Имплантанты». Навстречу вышел мужчина в майке-безрукавке ядовито-зеленого, кислотного цвета.

– Новички? – спросил он у Юры, доставая железными пальцами сигарету.

– Так заметно?

– Ага, – весело сообщил он, – все новички, как меня видят, замирают, глаза круглые от удивления. Даже редкие буряты, корейцы и китайцы так глаза распахивают, что становятся на европейцев похожи.

– Оно и понятно, – согласился Гранат, – не каждый день встретишь человека, у которого вместо рук клешни робокопа.

– Лучше, мой друг, гораздо лучше, чем те муляжи из фильмов. Даже лучше тех, что были у меня при рождении, хотя я бы и не против их вернуть. – Он постучал по левой штанине, звук был глухим. – Там тоже железяка прокачанная. У меня еще пара девайсов есть, но их я уже вроде как не от нужды, а по собственному желанию поставил. Серый, ты куда их? – обратился он к сопровождающему, который молча стоял рядом и никого не торопил.

– Встреча с Кратером.

Киборг посторонился.

– Ну, веди.

Со стороны части оплота, выходящей за энергетический барьер, снова «залаяла» автоматическая пушка. Юра и Гранат синхронно повернули головы, а вот местные даже ухом не повели, оно и понятно, для них это обыденность.

– В этом кубике не только штаб, – пояснил Серый, – здесь и лазарет, и администрация.

Внутри в узком коридоре был еще один охранник, и не простой. Он стоял за перекрывающим проход силовым полем зеленого цвета.

– Оброк, открывай калитку, разовое посещение к Кратеру.

Юра хоть и удивился такому прозвищу, но виду не подал. Зеленая стена исчезла, запуская их внутрь.

– А интересная у вас тут жизнь, – заметил Гранат.

– Не жалуемся, – согласился провожатый. – Свободы тут, конечно, поменьше, чем на контрольке. Там ты птица вольная: прешься, куда хочешь, когда хочешь, короче, сам по себе. Тут же у нас все строго, мы действуем совместно, идеалисты-одиночки у нас не задерживаются, есть расписание, есть наказания за провинности. За халтуру в лоб дают. Ты работаешь на коммуну, коммуна работает на тебя.

– А как дележка очков происходит? – заинтересовался Гранат.

– Ну, Кратер вам все расскажет, тут нет никаких тайн, коммуна делит все очки между членами общины, каждый получает равную долю. Даже дети.

– У вас есть дети? – удивился Юра.

– Увидишь еще. Наверняка Кратер попытается вас уговорить, чтобы вы остались. Нам рисковые ребята нужны, а по рекомендации Тевтона особенно.

Они миновали кабинеты на первом этаже, здесь располагалась администрация третьего оплота. Больше всего это напоминало американскую систему офисов. Только русские, как всегда, чуть доработали идею: клетушки не были стеклянными метр на метр – матовые пластиковые стены, длинные коридоры, на двери табличка, за дверью полноценный кабинет, в котором могут разместиться до пяти человек. А слева вообще нечто, напоминающее актовый зал душ на сто. Довольно разумно все устроено.

– Значит, у вас коммунизм? – поинтересовался Гранат.

– Не совсем, но близко, оплот забирает проценты. Миллионы тут не заработать, но, с другой стороны, у нас за неделю два погибших, а там, на контрольке, около десяти тысяч погибших фиксируется, правда, это на всем поясе, триста километров без малого, включая новичков, на них, конечно, приходится основной процент. И это только в оборонном поясе, а ведь в основном бывалые кадеты гибнут в выжженных землях.

– Слушай, а много таких, кто в Вышеград уходит?

Серый пожал плечами.

– Не сказать чтобы много, но такие есть. Знаю, что тех, кто за последние несколько лет получил доступ на Средний уровень, около двух сотен, не больше. Тех, кто на Нижний, конечно, гораздо больше – их тысячи. Но доживают до старости далеко не все. Даже те, кто сидят в кубе и ни хрена не делают, кроме как едят невкусную массу, рискуют. Система не терпит праздности, она нас таскает, чтобы мы сражались за нее и умирали.

– Не понял, – озадачился Гранат.

– А чего тут непонятного? – удивился Серый. – У Системы один критерий отбора – насильственная смерть, но ведь смерть под колесами автомобиля тоже можно считать насильственной, вот и попадают сюда случайные люди. Многие из них бесполезны, из них единицы готовы следовать правилам, добывая себе с оружием в руках новую жизнь. Остальные сидят на шее Системы, месяц сидят, два сидят, она все мониторит, а потом отсеивает: забирается такой пропащий в капсулу, а обратно не выбирается. Пара минут, и вот освободилась квартирка.

– А с ним что? – спросил Юра, уже примерно представляя ответ.

– А мне откуда знать? Может, распыляют на атомы. Черт его знает, как эти капсулы устроены. Пришли, дальше вопросы к Кратеру. – Он постучал в дверь и, дождавшись разрешения войти, толкнул ее. – Новички, – сообщил он хозяину кабинета.

Тот, не отрываясь от виртуального монитора над столом, приглашающе махнул рукой.

– Заходи, сейчас дочитаю и поговорим.

Юра и его напарник зашли и заняли два пластиковых табурета напротив хозяина. Тот еще минуту читал текст на экране, потом мановением руки свернул его и уставился на гостей.

– Я Кратер, заместитель главы коммуны по вопросам новых жителей. Тевтон о вас хорошо отзывался. Давайте познакомимся.

– Шах.

– Гранат.

– Вот и отлично, – привстав и пожав им руки, заявил Кратер. – Вы ведь совсем свежаки?

– Еще двух дней нет, – просветил Юра.

– И уже с мясниками воевали и андроида гражданского грохнули? Молодцы, такие ребята нам нужны. Серый успел что-то рассказать о коммуне?

– Немного, – ответил Юра. – Объявил, что у вас тут прям коммунизм. Все общее.

– Ну, это далеко не так, это очень упрощенно. Да, коммуна забирает все очки и распределяет их между жителями. Наши бойцы получают все самое лучшее – броню, оружие, на них тратятся очки, необходимые для закупки умений. Мы существуем, пока живы они. Потом снабжают остальных – крафтеров, биологов, лекарей. И если вы присоединитесь, думаю, уже через пару месяцев сможете обзавестись первыми полезными умениями.

– А если мы потом захотим уйти?

– Колхоз – дело добровольное, – улыбнулся Кратер, – но сдадите все выданное оружие и броню, а также будете обязаны вернуть все средства, потраченные на вас.

– Все для фронта, все для победы, – понятливо прокомментировал Жданов.

– Именно, – согласился замглавы. – Также есть премии, не сказать что большие, но иногда ощутимые. О халтуре забудьте, мы живем вместе, воюем вместе, индивидуалисты тут не задерживаются. Также, если согласитесь, получите жилой кубрик на двоих, законные выходные сможете проводить на базе или сгонять в контрольку. На что вы тратите свои личные очки, никого не касается.

– А все-таки сколько получает у вас боец? – поинтересовался Гранат.

– Сто пятьдесят очков в день, – честно ответил Кратер. – Календарь тут идентичный – семь дней в неделе, четыре недели в месяце, только месяцев не двенадцать, а шестнадцать. Итого: 4200 в месяц, в год – шестьдесят семь тысяч.

«Маловато», – подумал Юра, но промолчал. Гранат, похоже, тоже считал в уме. С одной стороны, относительная безопасность и полное обеспечение, с другой – потеря свободы и низкий заработок.

– А как вообще жизнь устроена? – решил сменить тему Юра.

– Я так понимаю, вы сейчас не о коммуне спросили?

– Верно поняли. Мы тут всего пару дней, и вдвоем сумели сделать ваш недельный заработок, вернее, даже чуть больше получили.

– Я часто подобное слышу, – легко согласился Кратер, – все жалуются, что мало денег, назовем это деньгами. К нам в основном приходят люди, которые тут уже хлебнули независимости, вы не встречали тут киборга?

Шах и Гранат синхронно кивнули.

– Да, столкнулись у входа.

– Ну так вот, его зовут Каратистом, и к нам он попал уже без некоторых конечностей, сунулся на свой страх и риск в выжженные земли, ну и подорвался, напарник у него верный был, припер этот обрубок обратно, хотя любой бывалый добил бы, и покойный бы ему за это спасибо сказал. Его приволок один из наших, статистика у Каратиста была хорошая, а закончил бы он плохо. Знаете уже, что Система делает с балластом?

– Знаем, Серый просветил.

– Ну вот это и ждало инвалида. Коммуна вложилась в калеку. И ручки ему справили, и ножки, и вот уже два года Каратист воюет здесь. Даже долг его уже закрыт, но на вольные хлеба он больше не рвется. Ну да ладно, давайте прогуляемся, покажу наш маленький мирок. Куда хотите попасть сначала?

– Мы хотим в зону, которая за куполом, – ответил Юра, Гранат согласно кивнул.

Кратер улыбнулся.

– Я так и думал, – и, взяв с собой что-то напоминающее обыкновенный автомат Калашникова, вышел из кабинета.

Идти до передовой было всего ничего, вышли на улицу и направились в сторону купола. Сто метров, и в шаге от них – плотная энергетическая завеса голубоватого цвета.

– Впервые у купола? – поинтересовался Кратер.

– Впервые, – в один голос ответили Юра и Гранат.

– Так близко даже не видели, – продолжил Жданов. – Как через него вообще проходить?

– А просто, – ответил их провожатый и, сделав несколько шагов, прошел через завесу, потом так же вернулся назад. – Шагаешь вперед, и все, никаких пропускных пунктов, ты можешь вернуться в оборонный пояс в любом месте. Это довольно удобно, правда, мясники шляются точно так же. Чтобы преодолеть барьер, достаточно быть прописанным в Системе.

– А не слишком ли уязвим купол при таком раскладе? – поинтересовался Гранат.

Кратер скривился, похоже, он думал точно так же.

– Это не уязвимость, это дыра в обороне всей Системы. И если роботам и мусорщиками трудно его преодолеть, различные отщепенцы, зомбированные кадеты, мясники и прочие шарахаются сюда, как хотят и когда хотят. Несколько месяцев назад мы потеряли одиннадцатый оплот. Он километрах в шестидесяти по часовой стрелке стоял, его атаковало несколько тысяч отлично вооруженных бойцов, а еще подтянулись роботы, и не «таблетки», а отличные боевые, старые автономные танки, летуны. Откуда только весь этот хлам выгребли? Правда, новенькие они были, ведь роботизированные автономные заводы за периметром продолжают работать. Они взяли оплот за два часа, у них даже хватило сил блокировать направления подхода подкреплений. И вывести кучу имущества и пленников.

– Зачем им пленные?

Кратер пожал плечами.

– Мы взяли нескольких мясников, допрашивали, результат – ноль. Они, конечно, сами хватали пленных при случае, но что с ними потом происходит, они не знают. А ведь тот оплот был побольше нашего, очень старый, там около полутора тысяч человек жило.

– И что там сейчас? – мгновенно навелся на призрачную наживу Гранат.

– Там все разворовали, и не один раз прошлись, – верно истолковал его позыв Кратер. – Ну так что, идем?

– Идем, – согласился Юра и первым переступил через границу купола.

На мгновение ему показалось, что он попал в самый сильный ливень, такое ощущение, что на него просто опрокинуло литров пятьдесят ледяной воды, но вот он уже на другой стороне и совершенно сухой.

– Неприятно, – заметил он, когда остальные тоже оказались рядом с ним.

– Только поначалу, потом даже не замечаешь, – пояснил провожатый. – Ну что, добро пожаловать, сегодня вы впервые перешагнули границу и оказались в выжженных землях.

Юра вертел головой: да, люди придумали очень точное название для потерянной территории – выжженные земли пахли гарью.

Ну что сказать, особого впечатления периметр на Жданова не произвел. Тут помимо зеленого энергетического барьера был еще один, самая настоящая крепостная стена с круглыми башнями, каждая метров двадцать высотой. Стояли они через пятьдесят метров, на вершине автоматическая турель либо пушечная, либо пулеметная, а на центральной был установлен здоровенный энергетический разрядник размером с небольшой грузовичок. На стене, связывающей башни, бродили часовые, по двое на участок.

Они поднялись на главный бастион, как Жданов и ожидал. В башне устроилась смена, она же тревожная группа из четверых бойцов в матовой броне, как на том андроиде. Вооружение в башне очень серьезное, все системное и очень дорогое. Была даже огромная снайперская винтовка с калибром двадцать миллиметров, но это Жданов определил на глазок. Эта дура должна была весить килограммов семьдесят, а уж отдача… Сидящий рядом с ней боец поднял голову и уставился на посетителей. Секунда – и проступило узнавание.

– Брат! – вскакивая и обнимая Юриного напарника, заорал тот.

Все, вытаращив глаза, наблюдали за этой сценой.

Гранат опешил, на глазах мгновенно выступили слезы, потом хотел что-то сказать, похоже, собирался назвать амбала по имени, но здоровенная лапища стрелка залепила ему рот.

– Теперь меня зовут просто Сурком. А тебя?

– Гранат. Взял псевдоним в честь Михаила Суркова?

Брательник напарника кивнул.

– Забытый великий снайпер. Я ведь сюда со своей «СВД» провалился. И вот уже почти полтора года здесь.

– Не может быть, – озадачился Гранат. – Ты ведь погиб давно.

– Не бери в голову, брат, тут все не так, как там. Система иногда таскает сюда людей аж со второй чеченской, тут такая мешанина, просто труба. А ты как сюда?

– Потом расскажу. Мама умерла, не смогла смириться с твоей гибелью.

Большой парень как-то сразу погрустнел и, кажется, стал меньше в размерах.

– Мучилась?

– Нет, Сурок, – не слишком уверенно назвал брата новым именем Гранат, – очень быстро. Дальше мной отец занимался. Хотя что значит «занимался»? Как мне стукнуло восемнадцать, отправил в армию. А сам взял отпуск и уехал, больше я его не видел. Говорят, погиб где-то.

– Ну, батю всегда только мать и сдерживала, помнишь, как она его поймала за рюкзак на перроне, когда он в Сербию рвануть собирался?

– Я мелкий был.

– Точно, все забываю, что у нас с тобой большая разница в годах. Хотя теперь уже не так заметно. Как ты сюда попал?

– Грудью на гранату лег, – признался Гранат.

Все присутствующие посмотрели на него с уважением.

– Давно здесь? – продолжил расспросы старший.

– Второй день, но уже с мясниками пострелялись, немного приоделся, ружьишко прикупил. Вот теперь занятие ищу.

– Неплохо, – озвучил сидящий на ящике мужик, он поднял голову от своего браслета. – Оставайся. Золотых гор тут не обещают, но и жизнь тут другая, хотя я догадываюсь, что Кратер тебе уже все уши прожужжал.

– Работа у меня такая, – отозвался замглавы. – Ну что, мы идем на стену?

– Идем, – отозвался Юра, он уже понял, что его напарник свой выбор сделал, он останется с братом, да и сразу было понятно, что жизнь в коммуне ему нравится гораздо больше, чем существование без особых целей.

Вид со стены открывался своеобразный: докуда хватало глаз – руины, улицы, заваленные обломками, обгоревшие остовы домов, какие-то железки, в километре, то, что еще недавно было огромным боевым роботом, здоровенный такой паук, который занял сразу половину улицы, и даже поверженным он выглядел величественно, башня доставала аж до второго этажа.

– Позавчера завалили этот реликт, – пояснил Кратер. – Так себе цель, команда разборщиков уже сутки его пытается раскурочить.

И точно, присмотревшись, Юра увидел копошащихся рядом с гигантом маленьких человечков.

Неожиданно с той же стороны «залаяло» что-то крупнокалиберное и скорострельное, маленькие человечки попрятались. Видно было плохо, но тут Сурок что-то набрал на браслете и, развернув метровый экран, дал картинку с отличным разрешением. Из-за разрушенного полуобвалившегося дома по соседству с пауком вынырнуло сразу несколько дронов, и это были не легкие «таблетки», а нечто более опасное. По размеру с половину малолитражки, если частично кабину и морду отрезать и еще немного скруглить. По бокам крупнокалиберные пулеметы, снизу под брюхом турель попроще. Они, не особо экономя боеприпасы, принялись долбить по укрытиям, в которых засели коммунары.

– Тяжелые дроны модели «04-„Прорыв“», – доставая планшет, заявил один из безымянных дозорных.

Что он делал на своем гаджете, Юра не видел, но вот ожила турель огромного разрядника, секунда, и короткая молния сорвалась со ствола и унеслась в сторону руин. Выглядела она как стремительный росчерк, едва различимый. Чтобы увидеть попадание, не нужен был экран, развернутый Сурком, но на нем это смотрелось гораздо эффектней – электрический концентрированный разряд угодил в заднюю часть тяжелобронированого дрона и прошел насквозь, дыра вышла небольшой, размером с кулак, но и этого хватило. Летающая железяка, задымив, рухнула на дорогу. Напарник развернулся в сторону оплота, но именно в этот момент его снизу ударили сразу две небольших ракеты. Вспышка, и обломки оказались на земле. Тут же из руин выскочил мужик с баллоном, и горящие останки заволокло белым облаком.

– Огнетушители здесь такие, – пояснил Кратер.

Прошла минута, и белый густой туман рассеялся, люди повылезали из своих укрытий и принялись грузить новые трофеи на летающую платформу, которая спустя пару минут рванула к оплоту.

– Вот так и живем, – пояснил безымянный дозорный, который завалил из разрядника дрон. – Для нас это не бог весть какая добыча, за день штук пять таких валим. Но вот для обычных рейдеров они проблема. Этих летающих консервных банок в руинах тысячи. Для нас гораздо более опасен «02-„Снайпер“», вот уж штука мерзкая, зависнет километрах в трех и висит, пока цель не найдет, маскируется отлично – приборами его не взять, самонаведение соскальзывает. У него что-то вроде крупнокалиберной снайперской пушки под брюхом. Работает километра на четыре, раз – и тело пополам. Только барьером и спасаемся, если бы он стену не прикрывал, конец. А ночью вообще беда, эти тварины любят скорострельные пушки выводить из строя.

– Ну что, налюбовались, пойдем дальше? – предложил Кратер.

Остальная часть экскурсии не оставила таких ярких впечатлений, как посещение стены. Столовая – обычная, как на любой контрольке, только нет никаких агрегатов, выдающих белковую массу. Все, как в любом ведомственном учреждении, – берешь поднос, на него ставишь наполненные тарелки. Кормят бесплатно три раза в день. Сурок решил им компанию составить, и старший, которого звали Шилом, отпустил его на пару часов. Не так уж и часто случалось, чтобы встречались родственники, пожалуй, это большое событие для маленькой коммуны. Куда бы ни пришли Гранат с братом, на них уже пялились, новости в замкнутом мирке распространялись быстро.

Затем новичкам показали жилой сектор. Да, здесь были детский сад и школа, причем к тем детям, что родились тут, добавились те, кого втянула Система. Раньше Юра считал, что детей она сюда не таскает, а оказалось, что не таскает малышню, а вот от двенадцати и выше – запросто. Правда, все же детей немного, и правило у ловчих гласило – прилетел такой подросток, доведи до контрольки и пристрой к людям приличным. В основном их разбирали в коммуны.

Два обычных для этого мира винтовых дома были полностью восстановлены, даже лифтовой телепорт действовал. В каждой квартире несколько человек живут, не сказать, что тесная коммуналка, но и личными апартаментами могут похвастаться единицы, все же кое-какие привилегии у начальства были. Пять квартир в каждом пентхаусе отданы для высшего командного состава, их семей и особо результативных бойцов.

– Сейчас мы заканчиваем восстановление третьего, – гордо заявил Кратер, – пара недель, и введем в эксплуатацию, правда, придется двигать периметр. За последнее время к нам прибилось человек двадцать, причем не сырое мясо, а хорошие бойцы. Некоторые тут уже год.

– Ну что ж, я вам все показал, – развел руками Кратер, – решение за вами. Как надумаете, приходите в кубик. У вас есть доступ везде, кроме как в арсенал. И за купол не советую выходить. Можете побродить, пообщаться, люди обычно охотно просвещают новичков.

Он махнул рукой и ушел вместе с Сурком, которому пора было возвращаться на пост. Служба.

– Я останусь, – немного виновато произнес Гранат, стоило Кратеру и брату исчезнуть из виду. – Ты не злись только, но я…

– Я не злюсь, – с пониманием заметил Юра, – я догадывался еще до того, как ты встретил Сурка. А после твое решение стало окончательным. Но я не останусь. Тут, конечно, стабильная жизнь, хотя и не очень спокойная. Но пока я к таковой не стремлюсь. Я еще ничего не видел и хвататься за первую же возможность не тороплюсь.

Гранат пожал Жданову руку.

– Шах, ты мне очень помог, дал оружие, и сюда мы пришли по твоей наводке, а ведь я не очень доверял этому Тевтону, так что я тебе обязан. И как бы это пафосно ни звучало, знай, у тебя тут есть не только должник, но и друг.

– Ты прав, немного пафосно, – согласился Юра, – но вполне искренне. Ладно, пойдем. Найдем Тевтона, поговорим, да я собираться буду, мне еще себе капсулу искать и над жизнью дальнейшей думать.

И тут в ухе раздался такой уже знакомый монотонный механический голос:

– Союз между Шахом и Гранатом разорван. Претензий у Системы нет. Есть ли претензии у кадетов?

– Нет, – в один голос ответили мужчины.

– Союз официально прекращен, – проинформировала механическая болталка.

С Тевтоном просидели несколько часов, тот был доволен, что Гранат остается, и немного расстроен оттого, что Шах отказался примкнуть к коммуне, но, как он выразился, колхоз – дело добровольное. А вообще хорошо посидели и даже немного выпили. Юра наконец понял, откуда берутся мясники.

– Тут все просто, – начал рассказ Тевтон. – Система ведь сюда, как я уже говорил, всех подряд тащит. Фильм «Doom» все смотрели? Ну, там что-то про двадцать три пары хромосом?

Юра и Гранат синхронно кивнули.

– Так вот, – разливая очередные пятьдесят, продолжил пулеметчик, – когда тут началась большая война, если честно, это самая странная война, про которую я когда-либо слышал, в ход пошло все – боевые андроиды, танки, авиация, пехота. Артиллерия – это банальщина. И та, и другая сторона не брезговали биологическим и химическим оружием. Местные в этом были большие специалисты. Тут и модифицированные животные, и хитрые вирусы, и генетическое оружие. Так вот здесь много всего распыляли, и не все это исчезло бесследно. Мы называем это вирусом генетического зла. Система таскает всех подряд, купол надежно блокирует все это снаружи, но кадеты постоянно ходят в зону, никаких противогазов не предусмотрено, они нам не нужны. Так вот, есть определенный процент людей, которые, в принципе, плохие, у них, как в том фильме, имеется некий ген зла. И вот эта отрава, разлитая в выжженных землях, проникает в нас. Тем, у кого этот ген отсутствует, она ничем не грозит, а вот те, у кого он есть, изменяются. Те, с кем ты столкнулся, Шах, это так, мелочи, наверняка свежаки, просто старые мясники живут в землях годами, у них свои базы. Они изменились настолько, что из человеческого там осталась только оболочка. Так вот, новички возвращаются, подцепив этот вирус зла, и через несколько дней начинают съезжать с катушек, они идут охотиться на тех, кто беззащитен. А самые уязвимые здесь – это мясо, новички. Давайте, что ли, бахнем? – и никого не дожидаясь, опрокинул рюмку, закусив хлебом с паштетом и каким-то местным овощем, напоминающим тонкий огурец.

– А Система? – спросил Юра.

– Шах, Система, несмотря на свое могущество, на диво тупая штука. Она их приняла и прописала, они ушли и не вернулись, она аннулирует доступ в капсулы, но не в оборонный пояс, там своя Система и свои контрольки. Вот доступ к куполу и остается. Так они возвращаются – убивать. А Системе наплевать. Мы устраиваем засады, они устраивают засады. Так и живем.

– А ты не гонишь?

– Нет, Шах, не гоню, у нас мясники – очень больная тема.

– И каков процент попаданцев имеет этот так называемый ген зла? – задал свой вопрос Гранат. – Мы ведь тут два дня всего, несколько часов назад впервые вышли за купол, то есть уже могли подцепить.

– Процент никто не знает. А на беспокойство, что вы можете мясниками стать, советую положить с прибором. У вас обоих белая аура, геройская, ни разу не слышал, чтобы подобные стали мясниками. Кроме того, даже если аура изменится и вы станете злодеями, это так, образно говоря, поскольку такое все же возможно, то все равно с катушек, как они, не слетите.

– Успокоил, – обрадовался Юра. – Слушай, может, посоветуешь что по прокачке? Мне ведь жить как-то нужно. Это Граната здесь будут качать за счет коммуны, а мне самому крутиться.

– Ну слушай, зелень. Совет мой вот такой – не распыляйся, не хватай все сразу. Первым делом возьми скил «персональный щит», очень полезное умение, первый уровень легко держит выстрелы «таблеток», оружие андроидов первого поколения, пистолеты и дробовики не системные, пусть даже слегка прокачанные, например, на бронепробиваемость. Заведи его себе на левую руку, мысленная активация, подумал – заработал. Размером он первого уровня с полметра на метр. Есть у него два минуса: первый – временное ограничение, минута максимум, после чего отключается на ту же минуту, и второй – всего две активации, и на час он недоступен. Потом снова две активации, они не накапливаются. А вообще для новичка штука классная, по мере прокачки скила будет держать энергетическое и крупнокалиберное оружие, увеличится длительность действия и площадь. Кроме того, с каждым улучшением добавляется одна активация. Так что не ленись в него вкладывать. Штука не бесполезная.

Юра задумался, похоже, прав Тевтон, щит – полезный навык.

– А питается этот щит от чего? Что-то не верю я в блаженную халяву, – подал голос Гранат.

– Молоток, рубишь фишку, – оттопырив большой палец, одобрил Тевтон. – Питается он от батареи, выдается она вместе с умением, небольшая такая виноградина. Можно в ремень вделать, можно в кармане таскать, заряда у нее на шесть активаций в сутки. Подзаряжается она в квартире за час, и никаких проблем. Можно запасные покупать, нам заряжаться тут негде, поэтому получаем по аккумулятору в день. Потом можно будет вкачать дорогущее умение «энергетика», и ты сам станешь аккумулировать энергию из всего вокруг. Но даже у меня такого нет, на первый уровень нужно четыреста тысяч. Второе, – продолжил «рыцарь», – на что советую обратить внимание, это скил «навык оружия», сейчас тебе недоступны системные стволы, кроме самых легких, типа пистолетика, что у тебя на бедре. Ружья, автоматы, энергетическое оружие не крафтовое, а именно системное – тоже мимо. Так что приобрети этот навык.

Юра только кивнул; все, что говорил приятель, было в тему.

– Третье – занимайся собой, – наставлял далее Тевтон. – Стандартные характеристики – сила, ловкость, выносливость. Все это не пустой звук, таскать будешь больше и дальше, например, тот андроид, которого ты пер весь в мыле, не будет для тебя уже запредельным весом. Для рейдера это очень важный аспект, вы живете с двух вещей: с заданий Системы и трофеев; чем больше возьмешь, тем больше заработаешь. Кроме того, есть очень дорогие девайсы, которые весят очень нехило, и без скила ты просто не сможешь их поднять, не знаю, как объяснить. Даже качок, сидящий на протеинах и прочей химии, который в одиночку поезд сдвигает, может оказаться бессилен перед одним шариком размером с кулак.

– Зачем такие сложности? – поинтересовался Гранат.

– А затем, – подняв указательный палец и ткнув им куда-то вверх, заявил пулеметчик, – что Система создает человека, способного справиться с поставленными задачами любой сложности.

– Тогда почему она сразу не дает все необходимое? – задал актуальный и логичный вопрос бывший напарник.

– Она уже обжигалась, – спокойно просветил «рыцарь», снова наполняя стопки. – Первых, кого она выдернула, наделяла щедро, создавая идеальных солдат. Только быстро выяснилось, что после этого сама Система им не нужна. Зачем умирать на периметре, если можно жить припеваючи в городе? Так что первая расовая была не совсем первой, мы называем этот этап – восстание Спартака. Тогда потребовалось очень много сил и жизней, чтобы задавить этих обезумевших от свалившихся на них возможностей полубогов. Давайте бахнем.

Бахнули. Закусили.

– Ты про силу и выносливость сказал, а что там с ловкостью? – напомнил Юра, с чего начался рассказ о сложностях наделения возможностями.

– Ловкость – простой параметр, – произнес слегка захмелевший Тевтон, – двигаться будешь быстрее, сможешь уворачиваться от ударов, эти три характеристики будут тебе очень полезны.

Достав из пачки сигарету, он подошел к панорамному окну и приложил руку к датчику на стене. Прошло секунд десять, и окно трансформировалось в самый настоящий балкон, небольшой такой, на котором утром приятно выпить чашку кофе, посидеть, посмотреть на рассвет или закат. Юра подошел к задумчиво глядящему вдаль «рыцарю». Вид с пятнадцатого этажа был неплох, правда, смотрел сейчас Юра не на город, полный жизни, а на руины. А еще он понял, что сегодня уже на контрольку не вернется, время приближалось к пяти, до темноты еще, конечно, прилично, но солнце уже снижалось, а налететь на проблемы из-за спешки меньше всего хотелось.

– Не ходи сегодня никуда, останься в гостинице, – неожиданно произнес коммуновец, – не дойдешь. Чуйка у меня такая, – пояснил он, наткнувшись на вопросительный взгляд Жданова, – не могу объяснить. Я бывший пожарный, я всегда чувствовал, когда нельзя входить в огонь, интуиция, говорят, развита. Кстати, я тут ее слегка качнул, первый уровень всего. Но шкуру спасала не раз. Так вот, это не предсказание, но очень острое предчувствие. Останься в коммуне сегодня.

– А погиб ты как? – спросил Гранат из глубины комнаты, он убирал со стола пустую посуду.

– Пришлось идти за девочкой, – как-то нехотя ответил Тевтон, – девочку я спас, а сам не уцелел.

– Ты не обиделся? – уловив настроение хозяина комнаты, спросил бывший напарник. – Нам тут сказали, что это вроде как дежурный вопрос типа «привет, как дела»?

– Нет, не обиделся, – отмахнулся «рыцарь», – просто там жена осталась и дочки-близняшки, им всего полгода было, когда я погиб.

Юра повернулся и показал Гранату кулак, тот в ответ молча и виновато развел руками.

– А еще выбери себе профессию, которую качать будешь, – вспомнил о недосказанном Тевтон. – Лекарь, химик, крафтер. Ломатель – очень популярна среди рейдеров, меньше шанса потерять или поломать потроха. Их много, так что думай и выбирай с умом. Ладно, пойдемте, провожу вас. Гранату нужно к Кратеру, пока тот еще на рабочем месте, а тебя на постой в гостиницу надо определить.

У входа расстались, бывшему напарнику нужно было в куб, а Юре с Тевтоном к воротам, там располагалось небольшое строение, в котором путник за пару очков мог получить миску каши, стакан чаю и койку на ночь.

– Точно не останешься? – спросил «рыцарь», когда прощались у входа.

– Нет, – уверенно ответил Жданов. – Может быть, я когда-нибудь присоединюсь к вам или еще к кому, но сейчас мое любопытство гонит меня вперед. А коль придется в землю лечь, так это только раз…

Тевтон усмехнулся.

– Не работает тут эта схема, в землю – это если тебя на куски порубят, а то переродишься в тварь и будешь на людей охотиться.

– Кстати, хорошо, что напомнил, – всплыл в памяти незаданный Юрой важный вопрос, – слушай, объясни, а куда деваются мусорщики с рассветом? Особенно те, которые переродились ночью или пролежали до ночи в оборонном поясе?

– Ну ты спросил, это офигенная загадка, никто не знает. Но самая правдоподобная теория, которую слышал, такая – мусорщики ходят в тенях, а ночью выходят из них. Те, кто погибли в поясе, охотятся и умирают в нем. Поэтому ночью там шарятся охотники. Но правды никто не знает, разве что Система. Ладно, пойду я, завтра утром у нас плановое патрулирование за периметром, моя очередь в выжженные земли катиться.

Они пожали друг другу руки и разошлись.

Некоторое время Юра валялся на койке, ковыряясь в браслете, потом выполз в коридор. Лежать просто так было скучно, душа требовала общения. И такое общение нашлось. Сидр оказался интересным собеседником. С пышными усами, как у «песняров», он был старожилом третьего оплота, да и на Свалке прожил уже шесть лет. Был он смотрителем данной гостиницы, а попутно владельцем лавки, расположенной тут же.

Они проболтали до полуночи. Сидр все расспрашивал о событиях в мире, не о Свалке, конечно, а того мира, откуда Юра только свалился. Тяжко вздыхал, когда дело касалось чего-то серьезного, его интересовало все: от политики до постельных утех эстрадных звезд. Наконец они распрощались, и Юра ушел в свой кубрик спать.

Стоило закрыть глаза, как он оказался в той же подворотне. Женщины в белом плаще рядом не было, зато были люди в форме. Юра даже узнал своего приятеля, лейтенанта Коровина, которого все звали Быком: ни у одного человека в здравом уме с развитым инстинктом самосохранения не возникало желание назвать чемпиона среди ведомств по рукопашному бою, стокилограммового амбала, – Коровой или Телкой. Юра лежал на спине, чувствуя жуткую боль в ранах, его противника оттащили в сторону и бросили в луже у стены. Бык присел рядом и закрыл Жданову глаза, но он видел даже сквозь веки. Боль терзала его, хотелось, чтобы все кончилось. В городе снова началась стрельба, довольно ожесточенная, Ждун насчитал не меньше двадцати стволов. А потом он проснулся.

За гостиницей работали автоматические пушки и пулеметы, одна такая дура стояла всего в десяти метрах от его окна, кто-то проорал команду. Юра вскочил и выбежал в коридор, сжимая в руках дробовик, там столкнулся со спокойно возвращающимся в свою комнату Сидром. И вдруг все замерло, смолкла канонада, раз – и наступила тишина.

– Ложись, – бросил хозяин гостиницы, или постоялого двора, как Сидр ее называл, – отбились наши. Что, опять в подворотне своей валялся?

– Да, мне Ржавый говорил, что это пройдет, уж больно неприятно вот так лежать.

– Пройдет, – легко согласился Сидр.

Юра вернулся в свой бокс и забрался на койку, но сон не шел. Достал пачку сигарет и вышел на улицу. Прикурив, он повертел головой, ища следы ночной атаки, но так ничего и не заметил, только на башнях перекликались бойцы.

– Не спится? – услышал он справа женский голос.

Шах повернулся и посмотрел на собеседницу – тетка лет сорока, полноватая, с папиросой, зажатой в зубах, она напоминала торговку начала прошлого века.

– Не спится, – согласился он. – Что за стрельба была, не знаете?

– Знаю, – процедила та, – мусорщики полезли, парни двадцать шесть тварей насчитали, даже несколько матерых было, тройку убили, остальные отошли, ночь – их время. А ты тут недавно, но уже что-то хорошее сделал?

– С чего вы решили? – удивился Юра.

– Аура твоя белая, геройская. Был бы ты плохим, красным бы полыхал. Давно тут?

– Третьи сутки пошли, – не стал скрывать Юра.

Шах раздавил окурок и, кивнув собеседнице, ушел досыпать.

Ночь прошла спокойно. Сидр, как и обещал, разбудил его с первыми лучами того, что здесь именовалось солнцем.

– Умывайся – и завтракать, чай на столе, консервы греются.

Юра поднялся и направился к умывальнику – как и все вокруг, это было очередное чудо Системы. Приведя себя в порядок, он уселся за стол, перед ним лежали свежий хлеб, который пах хлебом и имел вкус хлеба, а не бумаги, и банка фасоли в томате.

– Сами печем в столовой, – похвастался Сидр, – мне мальчишка, помощник пекаря, пару буханок для постояльцев приносит горячего, только из формы.

Юра отрезал краюху, вскрыл консервы и, вооружившись ложкой, принялся за завтрак.

– Вкусно, спасибо огромное, – откусив первый кусок настоящего ароматного хлеба, поблагодарил он Сидра. – Ничего общего с прессованной бумагой, которую Система выдает за хлеб.

– Ешь, не отвлекайся, – ответил усатый смотритель гостиницы, но видно было, что ему приятно слышать похвалу местным продуктам. – В том хлебе сплошная химия, чтобы не портился в рейдах.

– Кстати, а как там, в выжженных землях? Реально выжить?

– Я был там два раза, – порывшись в памяти, сообщил Сидр. – В конце первого моего года тут, ведь я не боец, и никогда не видел себя бойцом. Оба моих похода были нужны для выполнения прибыльного задания. Я нанял отряд, и мы все немного заработали, мне нужен был статус. Но я знаю многих людей, которые туда ходят. Кто-то идет на день – пострелять роботов в пределах десяти километров, некоторые с ночевкой – поохотиться попутно на мусорщиков. Но есть люди, которые проводят там недели. Они уходят далеко, у них очень дорогие игрушки. Слышал про такого товарища, можно считать его старожилом, все зовут его Везунчиком, а системное имя помнит, наверное, только Система. Он тут уже тринадцать лет, один из немногих стариков, кто не ушел в Вышеград. Ну, если не считать Чикатило, но он не ходит в выжженные земли, он в них живет и контролирует внушительную часть того, что раньше именовалось сектором пять. Сколько народу легло в охоте за ним, сотни. Ты ведь уже знаешь, что Систем несколько?

Юра кивнул и, отломив кусок хлеба, собрал им соус на дне банки.

– Так вот, можешь считать, у него своя Система и свой покровитель. Мы, попаданцы, очень плохо понимаем, как работает этот механизм. Хотя сомневаюсь, что кто-либо из живущих знает, как это работает и откуда все это берется.

– А создатель всего этого?

– Шах, я тебе поражаюсь, ты бы хоть ознакомился с историей места, в которое попал. Поверь мне, это очень полезно. Но уж коли ты спросил, я отвечу. Тридцать с лишним лет назад Наин Жрегов – гений, умнейший человек в этой части вселенной, изобрел Систему, вложил в нее определенные законы. Отладил, она стала работать как часы. Потом он собрал всех, кто знал, как это функционирует, и убил, включая себя. И вот она функционирует. Изредка из Вышгеграда появляются техники, которые меняют испорченные элементы. Но сейчас на Эдеме нет никого, кто знал бы, что происходит в зоне вокруг стержня.

– Офигеть.

– Офигей. Ну что ж, давай прощаться. – Сидр поднял свое тучное тело, он уже давно запустил себя, работа у него была не пыльная, встреть да проводи, пара мальчишек в помощниках и одна уборщица, вот и весь штат. – Заходи в гости, моя гостиница всегда к твоим услугам. Тут рады хорошим людям.

Юра кивнул и пожал большую, но вполне себе крепкую ладонь.

– Наверное, встретимся. Если жив буду.

Пять минут – и вот Жданов идет по коридору смерти, весь он простреливается автоматическими пушками, таких проходов ровно два – восточный и западный, это единственный способ попасть в коммуну.

Минута, и двадцать пять метров позади, охранник открывает двери в арке, потом снимает зеленый энергетический периметр. Стрелок, стоящий на башенке рядом со спаренной пушкой, на прощание машет рукой.

И вот потянулись мертвые кварталы оборонного пояса. Солнце уже высоко, брошенные и потрепанные дома тихи и безлюдны, справа в двухстах метрах купол, шаг за него – и ты на выжженных землях.

Юра теперь один.

Гранат все же пришел проводить напарника, его на пять минут отпустили из класса. Учится, врастает теперь в новую жизнь. Сказали, через пару недель, после того как проявит себя, отвезут на контрольку и немного прокачают. Правда, будут снимать потихоньку баллы с зарплаты. Обнялись на прощание, и он тут же убежал в сторону куба.

Как ни странно, сегодня Жданову не встретились ни мясники, ни андроиды. Шел он прямо по центральной улице, обнаружил два дома, которые были обитаемы, – целые двери, у входа пара турелей, причем одна в отвратительном состоянии, ее сейчас демонтируют трое парней под присмотром дамочки в серой матовой броне, которая стоит на изготовку с явно крафтовой винтовкой, хотя это, скорее, карабин.

В некой пародии на дот сидит пулеметчик. Его видно плохо, но о том, что он там есть и бдит, говорит ствол, сопровождающий Юру, идущего по другой стороне улицы. На дорожном покрытии пятна крови, кто-то их пытался смыть, но явно схалтурил. Кровь обычная, красная – человеческая.

Покинув зону ответственности незнакомцев, укрепившихся в домах, Юра проверил планшет мясников. Нашел две точки с новоприбывшим мясом, но обе они уже приближались к системному кубику и явно в помощи не нуждались. Вообще вопрос заработка стоял очень жестко.

Еще одна встреча ждала Юру прямо рядом с контролькой. Два дома, стоящих впритык к зоне безопасности, были окружены странными летающими транспортными средствами, отдаленно напоминавшими земные мотоциклы. Правда, как и прочий транспорт, колес они не имели – руль, сиденье на двоих, курсовые пулеметы по бокам, переметные сумки сзади, большие такие, много туда барахла можно запихнуть. Надо сказать, забавное зрелище. Рядом с ними стояли человек двадцать мужчин и женщин в очень странной для этого мира одежде – черные куртки и плащи с намалеванной головой дроида на спине и в высоких сапогах. Своими прическами они напоминали обычных земных панков – тут и ирокезы всех цветов радуги, и выбритые полголовы, и торчащие торчком сосульки. И все это очень пестрое.

– Что, впервые видишь? – крикнула одна из девах с зелено-синими волосами, выстриженными коротким гребнем, заметив немного опешившего от такого зрелища Юру.

Жданов кивнул.

Тут остальные повернулись, посмотрели на него и снова занялись своими делами.

– Новичок? – поинтересовалась неформалка.

Жданов опять кивнул.

– Скучный ты, – теряя интерес, посетовала она и отвернулась.

А Юра наконец-то пересек зеленый барьер безопасной территории. Навстречу из контрольки выходил довольно прикинутый мужик, весь в понтовой черной броне со свежим шрамом на щеке. По глазам видно, что тертый.

– Привет, не знаешь, кто это такие? – обратился к нему Жданов.

Тот секунду смотрел на него, словно с ним дерево заговорило, наконец лениво бросил:

– Это кочевники. Местные байкеры и панки. Конкретно эти называют себя Разборщиками. – После чего развернулся и направился дальше по своим делам.

Юра прошел в куб и обнаружил пустую капсулу прямо с краю. Ему жутко не хватало информации! Оказывается, виртуальный мир Системы не ограничивался собственной квартирой. Тут был фактически небольшой город, там люди могли встречаться, бухать, обедать, общаться и даже бить друг другу морды. Именно там орудовали воришки, большая редкость для пояса безопасности. Конечно, они не могли спереть у тебя пистолет, висящий на боку. А вот присосаться к счету и стибрить пару десятков очков, не особо наглея, запросто.

И сейчас Юра как раз хотел посмотреть на виртуальный рынок. Оказывается все, на что он смотрел на экране, и то, о чем прочел, можно найти там же при живом общении. Там были свои кабаки, свои гильдии, в этом виртуальном городе заключались союзы и развязывались войны.

Юра забрался в капсулу и почти мгновенно оказался в «своей квартире». Все было так же, как он оставил в последний раз – пенка-матрас в скатке, на нем подушка и сложенное одеяло. Сейчас он с тоской вспоминал о брошенных на двухсотметровой высоте стульях. Его так и подмывало купить стол, кровать и пару стульев, уж больно необжитой выглядела квартира.

Жданов залез в раздел «Частные объявления». Очень многие мастера подрабатывали изготовлением всяких мелочей, большинство кадетов хотело жить тут в комфорте. Уже через двадцать минут Юра нашел все требующееся по приемлемой цене – по десять очков за два стула, тридцать – за кровать, двадцать пять – за стол. Подобрал и люстру под потолок с претензией на оригинальность, в виде левитирующего дрона-«таблетки», но вместо турели что-то вроде лампы в плафоне. Итого – двести пять очков. Большую часть сожрала прикольная люстра, но она того стоила.

Подумав, Юра плюнул на экономию и купил сразу все. Минута, и вот комната уже не кажется пустой. Все же это дом. Сюда нужно хотеть возвращаться.

Юра снял кобуру с пистолетом, извлек нож.

– Кадетск, – скомандовал он мысленно, и тут же квартира исчезла.

Жданов стоял посреди небольшой рыночной площади, обыкновенной такой, с прилавками, на которых было все – от нормального хлеба и самопального самогона бежевого цвета под названием «Вискарик» до одежды, брони и оружия. Рядом с ним постоянно появлялись люди, но немного. Сидр говорил, что жизнь в Кадетске, виртуальном городе рейдеров, начинается с закатом, поскольку бродяги стараются по максимуму использовать светлое время суток.

Юра медленно повернулся вокруг своей оси, прикидывая, что тут есть. За спиной оказалась гильдия наемников, множество различных кабаков и магазинов, казино, администрация, торговая гильдия, архив, институт крафта и химии, где разрабатывались чертежи и рецепты, и милиция. Это было довольно интересным местом. Местные менты не работали в виртуальном городе, но именно сюда можно было принести информацию, касающуюся мясников – основной проблемы новичков. И если Система не желала с ними ничего делать, то рейдеров эта тема беспокоила.

Конечно, все это можно было проделать, не выходя из «квартиры», но здесь вокруг все было очень живым. Пожалуй, сейчас на площади крутились человек восемьсот, а может, и больше. Кто-то покупал боеприпасы, оружие и снаряжение, кто-то, вернувшись с рейда или охоты на мусорщиков, шел пить и прогуливать трофеи. Жизнь в Кадетске кипела круглые сутки. Погода в виртуальном городе была всегда отличная, никаких холодов или ливней, и сейчас здесь не жарко, светило солнышко.

В ментовке было пусто, только дежурный, он же следователь, он же кассир, он же оценщик информации.

– Что хотел? – в лоб спросил он, сразу переходя на «ты».

– Есть информация по банде мясников под названием Чистильщики. Поднял планшет с убитых.

Дежурный лениво протянул руку.

– Планшет. Мы снимем информацию, и если там имеются данные, которых у нас нет, то вы получите вознаграждение.

– Планшет остается у меня?

– Да, он нам без надобности. Хотите новичков встречать?

Юра кивнул.

– Так многие делают, – согласился милиционер.

Жданов протянул трофейный девайс. Страж просто положил планшет на стеклянную поверхность стола, и тот подключился к местному хранилищу. Минута, и он вернулся к хозяину.

– И как долго ждать результат? – спросил Юра, убирая его в маленький рюкзак.

– Минута, не больше, – ответил мент. – Хотя сомневаюсь, что там найдется что-то интересное, у нас много информации на эту группировку.

– А почему она еще существует? – поинтересовался Жданов. – Это профессиональное любопытство.

– Коллега? – вопросительно приподнял бровь местный законник. – Давно тут?

– Три дня.

– Тогда ты не понимаешь, что такое выжженные земли и что работать там неимоверно сложно, не говоря уже о спланированных операциях, ведь большинство народу тут любители. Как погиб?

– Женщину телом прикрыл.

– То-то аура геройская.

Юра присмотрелся, у его собеседника аура оранжевая – защитник.

– Все, анализ полученной информации закончен. Как ни странно, но полезная информация в планшете этого Гири есть – много нового по составу группировки, по расположению, и самое ценное – маршруты их чистильщиков. Кстати, за Гирю есть премия. – Он порылся в файлах на виртуальном мониторе. – Вот, заказ от гильдии новичков, есть тут такая община, довольно забавное местечко, это что-то вроде школы, предприимчивые рейдеры-старички открыли. Обучают в долг, курс стоит полторы тысячи очков, отбоя от наивного мяса у них нет. В принципе, неплохое предприятие, процент выжить у тех, кто прошел там обучение, значительно выше.

И тут же на браслет пришло сообщение: «За смерть мясника с именем Гиря на ваш счет записана сумма в пять тысяч очков».

– А почему сразу не записали, когда я его грохнул?

– Так ты запрос же не подавал. По наградному листу.

Юра покачал головой, приварок ему понравился.

– А эти браслеты пишут? – Он оттянул рукав на левой руке, демонстрируя трофей. – А то на моем счету есть еще парочка – некий Тира и одна дамочка с самопальным разрядником, имени не знаю.

– Давай посмотрим, – согласился дежурный. – Так, на Тиру заказа нет, а вот на дамочку… Есть, и не один. – Он даже удивленно приподнял бровь. – Интересно. Везучий ты, новичок, звали эту суку Бони, на нее три ордера – пять тысяч, семь и аж пятнадцать. Но поскольку ты совершил убийство в составе группы, то есть в союзе с напарником, то и очки с ним пополам. Итого – по тринадцать с половиной на рыло. Неплохо ты поднялся за пять минут тут. Не хочешь к нам стрелком? Прилично платим.

– Подумаю. Я тут три дня и ни хрена не видел еще, сначала осмотрюсь, пообвыкну, прикину перспективы, и, если не сдохну, мы вернемся к этому разговору.

– Молодец, Шах, – похвалил дежурный, – так и нужно отвечать. Всегда думай, потом снова думай и, может, придешь к выводу, что и делать ничего не нужно. Кстати, зови меня Погоном. Я тут давно уже кручусь, даже имею доступ в Нижний город.

– Даже так?! – не сдержал удивления Жданов. – И как там?

– Нормально, – ответил дежурный. – Вот только там своя Система, и наши очки, скажем так, не принимают, нужно обменивать, а чтобы они не кончались, надо ходить сюда и за купол. Так что жить там можно, но дорого. Совсем забыл, за данные с планшета Гири тебе зачисляется еще восемь кусков.

Юра присвистнул, он даже не догадывался, что можно вот так прибыльно сходить в местную милицию.

Тут в дежурку зашел новый человек. Юра, попрощавшись с новым знакомым, вышел обратно на рыночную площадь. Деньги ему упали неплохие, нужно было решить, как с ними поступить, пустить на снарягу или все же в умения.

Юра никогда не торопился, он служил в седьмом отделе, разведка и сбор информации были его хлебом. Да, облажались они на том митинге в прошлой его жизни, проспали фактически переворот, тем не менее Жданов себя дураком не считал: никаких сигналов не было, ничто не предвещало беды.

Прикинув размер счета, Юра понял, что стоит навестить одно местечко, где гарантированно можно получить определенную информацию. Раньше на посещение у него просто не было лишних средств, рисковать тем мизером, что имел, глупо, а вот теперь… Ноги сами понесли его в казино с громким названием «У Грека».

Юра остановился в дверях, осмотрелся. Что ж, казино впечатляло, и народу там было по утренним меркам довольно много. Стандартный набор развода лохов – автоматы, кости, рулетка, блек-джек и покер. Игры с судьбой его не интересовали совершенно, поэтому рулетка, кости и автоматы отпадали, а вот покер – тема, тем более тут были как столы игры с казино, так и столы с живыми людьми, к ним-то и понесли Юру ноги. Но садиться он не спешил, минут десять он стоял метрах в пяти, изучая игроков. Этого времени вполне хватило, чтобы определить самый слабый стол, там сидели четверо весьма поддатых рейдеров, один, самый шумный, имел красноватую ауру, хотя Жданову не нужна была эта цветовая дифференциация, чтобы понять, что он очень резкий и неприятный человек, склонный к жестокости. За годы службы он научился вычислять таких шакалов мгновенно, их жизнь оставляла отпечаток на лице. Вот и на этой роже отчетливо отпечатались жестокость и презрение к окружающим. Если бы дело было в обычном мире, Юра бы даже рядом не сел с таким субъектом, но тут, в Кадетске, умереть было нельзя. Подраться – запросто, а вот сдохнуть Система не позволяла.

Жданов решительно прошел к столу и уселся на пустое место, не спрашивая разрешения. Игроки уставились на него, но молчали, похоже, изучали соперника.

– Шах, – представился он сразу всем и обменял у крупье-бота тысячу очков на фишки. Стол был лимитированный, с низкими ставками, так что спустить слишком много совершенно не азартный Жданов не опасался.

Наконец сидящие за столом бросили сверлить его дикими взглядами и приняли в игру.

Сначала, делая пробные ставки, Юра сбрасывал, просаживая по десять-двадцать фишек, приноравливаясь к манере противников. Что ж, как он и ожидал, «красноватый» был злым, азартным и болтливым. Он постоянно трепался о том, куда ходил, что делал, какие бабы в публичном доме ничего, к каким лучше не подходить. Короче, трепло и помело, но вот одет болтун был хорошо.

И вот Юре пришла отличная карта, и он понемногу начал поднимать ставки. Двое сразу сбросили, а злой болтун да еще один игрок, Жданов мысленно называл его хмурым, ответили. Максимальная сумма, которая могла быть на столе, 1000, к риверу достигла потолка.

– Вскрывайтесь, – попросил крупье.

«Красноватый» гордо швырнул на стол пару валетов. Учитывая, что на столе лежали король, валет, дама и две десятки, понятно, почему он жилы рвал. Второй игрок, как ни странно, тоже собрал тройку, но на дамах, и теперь надменно поглядывал на болтливого.

– Извиняйте, мужики, – кидая двух королей на стол, развел руками Юра, – не ваша игра.

– Победа Шаха, фул-хаус на королях и десятках, – объявил крупье.

И фишки переехали к Жданову. Неплохо, начало положено.

Дальше игра шла с переменным успехом. Юра еще несколько раз срывал банк, играл он осторожно, и сейчас перед ними было примерно две с половиной тысячи. «Красный» мел языком, молчать, похоже, он просто не умел, а еще он пил. Только за время, что Жданов сидел за столом, он вылакал уже восемь «полтинников». Его фразы становились все злее, несдержаннее.

Юра узнал от этого трепача много интересного, «доился» он просто классно, надо было лишь подогревать его самомнение, и без того высокое. Во-первых, Жданов заподозрил, что он сотрудничает с мясниками. Поскольку тот спокойно ходил в сектора, где была база Чистильщиков. Во-вторых, выяснил кое-что о полезных умениях, а про умение «зоолог» услышал впервые.

Хмурый и его напарник отвалили, их место занял какой-то лошок лет девятнадцати в земной одежде. Он быстро проиграл три сотни, которыми располагал, и убежал. Они остались вдвоем с «красным», карта Юре пришла отличная, за два часа он заработал тысячи четыре, а вот болтуну она вообще не шла, он все менял и менял очки на фишки. И вдруг его глаза засветились – он старательно изобразил, что все идет хорошо.

– Слушай, Шах, – начал он, – меня, кстати, Паном кличут, тут стол лимитированный, у тебя карта нормальная, да и ты уже догадался, что мне приличная пришла, не отпирайся, по глазам вижу. Тут Систему не обманешь, больше чем штукарь не поставить, поэтому я предлагаю сделку. У меня ручной ворон есть – кибер с псевдоплотью, возможности – закачаешься! – Язык у него заплетался, и это не было имитацией, нажрался соперник серьезно.

– И? – не понял Юра.

Пан словно из воздуха достал клетку.

– Вот, трофей достался от сгинувшего рейдера, птичка рядом была в отключенном состоянии.

Жданов мысленно усмехнулся: похоже, «красноватый» завалил рейдера и взял с него богатый куш. А может, и вправду нашел, ведь нашел же Юра труп, возле которого «крушитель» валялся.

– Так вот, такой ворон дорого стоит. – Он пьяно рыгнул нечищеным ртом и перегаром.

Крупье с равнодушной харей тупого бота покорно ждал.

– И что ты хочешь?

– Я птичку поставлю, все равно у меня нужной способности нет, продать хотел, да вот почти в минус вылетел. – Он снова рыгнул. – Только вчера вечером вернулся и все спустил, что было, вот птиц остался. Так вот, я поставлю птичку, а ты поставишь то, что на столе, и пять тысяч сверху.

Юра задумался, потеря пятерки еще несколько часов назад была серьезным ударом для бюджета. Но получить птичку заманчиво, поскольку карты у Юры на руках отличные.

– И как это провернуть?

– Просто купи фишек на пятерку, и, если я выиграю, передашь мне их в дар.

– На честное слово?

– Я тебе не лох какой-нибудь, нужно ручки подать, тогда Система зафиксирует условия сделки.

– По рукам.

Они вслух проговорили условия, обращаясь к Системе, и пожали руки.

– Сделка зафиксирована, – раздался в ухе механический голос.

– Ну что, вскрываемся? – спросил невезучий.

Юра уже прикидывал, что у него, и если последней картой ему не придет черва, то он его сделает. Он швырнул двух своих дам на стол.

– Каре.

Пан побледнел и, икнув, кинул свои карты. Как Юра и ожидал, у него был флеш, а если придет десятка червей, то и роял-флеш. «Красный» думал, что выиграет, но каре все изменило.

– Сука! – завопил он, когда крупье вскрыл бубнового валета.

Пан вскочил и рванул на Жданова с кулаками. Юра поднялся и поймал вдрызг пьяного хмыря в захват, развернул спиной и пнул так, что тот улетел к рулетке.

Сидящие за столом рейдеры посмотрели на пьяного и матерящегося Пана с брезгливостью здоровых людей, не желающих заразиться чумой. Хотя там тоже сидели не слишком трезвые мужики, тем не менее подобного поведения они не одобряли.

– Умей проигрывать, – бросил один из них, рано поседевший кадет.

Но «красноватый» ответил ему грязной руганью, и игроки стали подниматься, они знали, что Система сейчас на их стороне, она не терпела подобного.

Пан вытянул нож, совершенно бесполезный тут. И именно в этот момент его настигло наказание – «красноватого» скрючило от дикой боли, он заорал и выронил оружие, после чего исчез. А следом пропал и нож.

– Сделка завершена, – сообщил механический голос, – владелец ворона – кадет Шах.

Мужики кивнули Юре и вернулись к игре.

– Ставки сделаны, ставок больше нет, – послышался от их стола голос крупье.

Юра посмотрел на птицу, сидящую в клетке.

– Ну что, давай знакомиться? Шах.

Птица склонила голову набок.

– Ка-арр.

– Не понял, тебя зовут Каарр или ты просто каркнул?

– Зовут, – ответила кибернетическая птица на чистом человеческом.

– Это имя тебе не подходит, – покачал головой Жданов. – Я буду звать тебя Эдгар.

– Как угодно, – равнодушно отозвалась птица.

– Именно так угодно.

И тут мужик, играющий за соседним столом в блек-джек, поднялся и направился к Юре.

– Вам очень повезло, – поравнявшись, заявил он.

– Знаю, – легко согласился Юра.

– Продайте пита.

– Кого продать? – не понял Жданов.

– Ну, пита, – удивленно вскинув бровь, повторил незнакомец, – так мы сокращенно называем питомцев. Я прокачанный зоолог, мой боевой ястреб погиб несколько дней назад, а прокачать нового уйдет много времени, моя специализация – охота на все враждебное, то есть на мясников, роботов, мусорщиков, для меня это очень важно. Я дам вам нормальную цену, такой же, но необученный стоит около пятидесяти тысяч. Этот уже прокачанный, так что, думаю, сто, хотя пусть будет сто двадцать, справедливая цена.

Что ж, собеседник бродягой не выглядит, одежда явно сшита на заказ, а не как у Жданова, которую он снял с трупа мясника. Одежда у зоолога дорогая, наверняка с кучей полезных свойств. Серьезный такой кадр, пониже Юры, но шире в плечах, глаза с прищуром, словно прицеливается. Но человек довольно приятный. Жданов посмотрел на птицу, которая внимательно слушала разговор.

– Друзьями не торгую.

Незнакомец уважительно посмотрел на Юру.

– Похоже, ты понимаешь его ценность, и думаю, ворон теперь в надежных руках. Прокачай способность «зоолог» – сможешь общаться с ним мысленно и видеть то, что видит он. И с каждым новым улучшением скила эта связь будет прочнее. – Он пожал Юре руку и вернулся за стол.

А Жданов поменял фишки на очки, взял клетку и вышел наружу. Похоже, ему придется прогуляться по рынку.

Первым пунктом стал зоомагазин. Да, банальный зоомагазин. Вот только там не было никаких рыбок, черепашек и кроликов. Хотя нет, рыбки все же нашлись, ведь даже суровым рейдерам надо украшать свою конуру.

Сначала Юра даже не понял, куда попал, вольеры вытянулись на полкилометра, больше всего это напоминало средний зоопарк, на каждом вольере имелось системное сообщение с информацией о питомце. В самом первом сидел медведь и преданно пожирал Жданова глазами. Вызвав информационный файл, Юра быстро прочел несколько строк о пите:

«Биокибернетический питомец – медведь, модель „03-„Штурм“. Сила, скорость, подкожная броня. Персональный энергетический щит второго уровня. Способность – рык; акустический удар, оглушающий человека и дезориентирующий андроида. Возможна установка навесного вооружения второго класса. Выходит победителем из противостояния с боевым андроидом второго класса. Цена – миллион семьсот двадцать тысяч“».

– Охренеть, – прокомментировал Юра прочитанное и пошел дальше.

Кого тут только не было – волки, коты, псы, росомахи, тигры, львы, лошади… Пернатые тоже представлены довольно широко – вороны, соколы, совы, ястребы, был гриф, орел. Наконец Жданов заметил прилавок с продавцом и направился к нему. Как и ожидалось, тут торчал бот, хозяин магазина наверняка где-нибудь пил, а может, лавка принадлежала Системе.

– Вы что-то хотели? – вежливо поинтересовалась женщина лет двадцати пяти.

Ботов выдавали глаза, при всем развитии Система не могла создать полноценного человека. Пока рядом никого не было, боты застывали, как манекены, уставившись в одну точку тупым равнодушным взглядом.

– Только что я получил вот эту птицу, – обратился Жданов к продавщице, – хотелось бы побольше узнать о ее обслуживании.

Та спокойно отключила энергетические решетки клетки и взяла птицу в руки.

– Ручная работа, – произнесла безымянная оболочка, – сделана на заказ полтора года назад для кадета Спицы. Легкий металлический скелет, псевдоплоть, подкожная броня третьего уровня, перья из прочнейшего материала с добавлением нанотехнологий, способен менять окрас по приказу, улучшенный интеллект. Высокая скорость, нетипичная для воронов, способность наблюдения и поиска сокрытого с высоты в три километра. Засекает установленную маскировку первого уровня. Дистанция приема мысленных команд идентична. Но при условии умения «зоолог» второго уровня. – Она ласково погладила перья на спине ворона. – Атакующие возможности низкие, способен ударом клюва пробить человеку череп или нанести урон небольшим дронам, «01-„Таблетка“», или перепрограммированным гражданским модификациям посредством разряда ЭМИ. Для полноценного функционирования с человеком у кадета должен быть развит скил «зоолог» второго уровня. Но даже при наличии первого птица будет послушна и сможет принимать мысленные команды на расстоянии до восьмисот метров. При удалении от хозяина на большие дистанции переходит в автономный режим, следуя списку заранее введенных команд.

Все это она выпалила, словно по учебнику читала.

– Как его кормить?

– Ваш ворон может питаться мясом биологических существ, – продолжила рассказ продавщица. – Так он генерирует необходимые вещества для поддержания жизненных функций. Но раз в три дня, за исключением критических случаев, его желательно оставлять в ваших апартаментах, а чтобы зарядка происходила быстрее, следует купить специальный насест, который автоматически подключится к внутренним энергетическим потокам. Так же вам необходима на плечо специальная накладка, так как острыми когтями ворон способен повредить хрупкую человеческую оболочку.

– Сколько стоит насест для подзарядки и накладка на плечо?

– Насест обойдется в полторы тысячи, так как птица небольшая. Накладка всего в сто очков.

– Покупаю.

Продавщица кивнула и, поставив ворона на стол, извлекла из воздуха заказанное.

– Эдгар, двигай в клетку. Когда я внимательно ознакомлюсь с твоей системой, нам она будет не нужна.

Ворон гордо прошествовал в свою тюрьму и замер.

Юра расплатился, затем мысленно отправил покупки к себе в берлогу.

– Последний вопрос – сколько может стоить такая птица?

– Конкретно эта с такими характеристиками, – на секунду задумалась женщина, если можно этого бота назвать женщиной, – стоит сто восемьдесят семь тысяч. Цена работы мастера неизвестна.

– М-да, – протянул Жданов, – тот пьяный идиот круто облажался, похоже, дурачок, даже не понимал, что попало в его руки.

Он взял клетку и мысленно перенес себя и своего нового спутника в квартиру. Убрав энергетические прутья, он поставил клетку на пол.

– Эдгар, давай на выход, – скомандовал Юрий, – амнистия.

Ворон гордо вышел, взлетев, опустился на насест и довольно блеснул маленькими черными бусинками глаз, после чего, слегка каркая, продекламировал Эдгара Аллана По:

– «Только приоткрыл я ставни – вышел Ворон стародавний,

Шумно оправляя траур оперенья своего;

Без поклона, важно, гордо, выступил он чинно, твердо;

С видом леди или лорда у порога моего»…

– А ты, я смотрю, образованный, – усмехнулся Юра, он сам-то помнил из этого стиха только две строки про стук.

– А то! – отозвался птиц.

– Ну что, птиц, давай пообщаемся?

Ворон отвернул голову и щелкнул клювом.

– Не упрямься, – попросил Юра, – ты с норовом, я тоже, могу быть другом, а могу быть хозяином, что выбираешь?

– Ну, если выбор только такой, – пару секунд подумав, произнес птиц, – то выбираю дружбу.

– Вот и хорошо. Вопрос первый – как погиб твой хозяин Спица? – присев за стол и закуривая, поинтересовался у Эдгара Жданов.

– Не знаю, он пошел в выжженные земли, планируя ликвидировать группу мясников. Отправил меня следить далеко за границы мысленного постоянного контакта, а когда я вернулся, он был уже мертв, рядом валялись несколько тел, все в куски порублены. Я отключился, пришел в себя в клетке. Пан меня подобрал и вот проиграл тебе.

– Ты не видел, пропало что-нибудь у твоего хозяина?

– Не называй Спицу хозяином, – попросил ворон, – он был моим другом почти полтора года.

– Хорошо, – согласился Юра, – не буду. Так что пропало?

– Оружие и крафтовый, очень дорогой, артефакт, редкий из-за компонентов и сложности изготовления.

– Что он делал?

– Спица был охотником за головами. Опытный, он убивал матерых мясников, артефакт помогал вычислять их, отделяя от обычных рейдеров.

– Нужная штука, – согласился Юра, – жаль, ушла. Итак, Эдгар, есть ли у тебя полезная для меня информация?

– Спица вычислил несколько маршрутов мясников, которыми они проникают в оборонный пояс. Но не успел с ними покончить.

– Скинь мне информацию на браслет, постараюсь закончить его начинание.

– Данные отправлены, – сообщил птиц. – Только ты не справишься – те, кого вел напарник, матерые ликвидаторы с кучей умений. И еще, Пан тебе не простит твоего выигрыша, он будет искать тебя, он жадный и мстительный.

– Переживу, рыпнется – завалю этого сучонка. А теперь не мешай, я должен заняться прокачкой себя, если того, что я заработал, хватит хоть на что-нибудь полезное.

Первым делом он открыл скил «зоолог», ни много ни мало – двенадцать тысяч очков вынь да положь, и это только за первый уровень. Преимущества ощутимые: и мысленный контакт, и возможность наблюдения глазами Эдгара. И с каждым уровнем, которых пять, возможности их симбиоза только растут. Юра внимательно все прочел, но так и не понял, где возможность создавать собственных питомцев, и, только основательно порывшись, нашел умение «зооархитектор». Вот с этой способностью можно было сконструировать что-то живое, только вот стоила первая ступенька будущего могущества сто тысяч, и создать за эту сумму можно лишь простого хомячка или воробья. Вообще профессиональные умения стоили баснословно дорого, оно и понятно, они кормят кадета, а значит, тот не воюет и может жить без подачек Системы. Поэтому настоящих умельцев среди вольников мало, все по коммунам сидят или в кубах-контрольках.

И Юра решился, нажал иконку «выучить». Секунда, и вот он снова в белой непроглядной мгле стакана.

– Кадет Шах, вы выбрали умение «зоолог», позволяющее управлять искусственно выведенными питомцами. Цена улучшения двенадцать тысяч очков. Подтверждаете?

– Подтверждаю, – ответил во мглу Жданов.

Его тело одеревенело.

– Сейчас ваш организм будет принудительно изменен и настроен для использования конкретного умения. Вы подтверждаете изменение?

«Подтверждаю!» – не в силах пошевелить губами, мысленно крикнул Юра.

– Будет больно, – сообщил механический равнодушный голос. – Постарайтесь расслабиться.

На Жданова накатила волна жара, казалось, кровь кипит, кожу щипало, словно окатили слабой кислотой, во рту появился такой знакомый привкус железа.

Юра мысленно отсчитывал секунды, стараясь отвлечься. На четвертой минуте сбился, боль нарастала. Попробовал петь песни, но жжение перешло с кожи внутрь него, и сосредоточиться стало совсем невозможно.

В себя он пришел, лежа на кровати, так удачно купленной утром. Иначе на полу бы валялся.

«Система, будет настолько больно каждый раз?» – спросил он мысленно.

– Да, – ответила монотонная бубнилка, – каждый раз, получая скил, ваш организм определенным образом перестраивается.

– Своеобразный отсев слабых?

– И это тоже, – согласился системный голос. – Поздравляю с первым улучшением. Вторая ступень скила «зоолог» обойдется вам в шестьдесят две тысячи.

«Эдгар, ты слышишь меня?» – мысленно позвал ворона Юра.

«Да, хозяин», – мгновенно отозвался тот.

«Мы договорились, что мы друзья, так что никаких хозяев, просто Шах».

«Шах, – зазвучал в голове Юры каркающий смех, – проверку на гнильцу ты прошел».

– А ты, я смотрю, языкастый птиц.

– Спица общался со мной как с человеком, я был его другом и напарником больше года. Парень он был простой и говорил со мной просто.

– Ну, значит, Эд, мы с тобой и вправду подружимся, я тоже парень из народа. Давай-ка изучим новые возможности, что еще мне за функции открылись? Система, как мне пользоваться новыми возможностями?

– Мысленно произнесите: «Меню питомца», – пробубнил голос.

– Задрал, сука, – не выдержал Юрий. – Сколько стоит сменить голос?

– Пятьсот очков. Вам будет предоставлено десять вариантов на выбор: пять женских, пять мужских.

– Проиграть все.

Минут десять ушло, чтобы послушать по нескольку фраз каждого варианта, в итоге Юра выбрал женский «номер три», напоминавший голос переводчицы какой-то голливудской актрисы, в меру сексуальный и мягкий. Во всяком случае, он не бесил, как первый и пятый женские голоса.

– Итак, вернемся к меню, – напомнил Юрий.

– Ах да, меню, – охотно откликнулась новая личина Системы. – Мысленно откройте «меню питомца», там вы увидите все возможности и команды. Потом, когда освоитесь, оно вам будет не нужно, вы будете давать задачи инстинктивно.

– Так гораздо лучше, даже пяти сотен не жалко, а то эта механика достала.

В принципе в «меню возможностей» было все то же, что сообщил ему бот продавщицы в зоомагазине. Да и откуда взяться новому, он же в птичку ничего не вкладывал.

Все оказалось просто. Команда смотреть глазами Эдгара звучала как «твой взгляд». Юра моментально ее опробовал, его зрение тут же изменилось, и он увидел себя, лежащего на кровати, лицо было худым и изможденным, изображение цветное и очень яркое, он даже не знал, что может быть столько оттенков. А еще он видел не только то, что впереди, но и то, что по бокам, качество картинки просто великолепное.

– Отменить «твой взгляд», – отдал Юра новый приказ и тут же стал видеть своими глазами. Правда, появились неприятные болезненные ощущения, словно он несильно нажал на глаза пальцами, но потерпеть можно.

Следующей командой стала «атака», тут все было немного сложнее, поскольку нужно видеть объект, который необходимо атаковать, или, используя зрение ворона, указать объект, третий вариант – составление схем атак, вроде как программы. Например, атаковать противника, который на данный момент ведет по Юрию огонь. Так что Жданов занялся разработкой схем, присваивая им кодовые слова. Это заняло у него несколько часов. Захотелось поесть, и не консервов, захваченных как трофеи, а нормального хлеба. Вообще хотелось нормальной еды. Юра не совсем понимал, откуда все это берется, и если с массой и жижей в автоматах все ясно, то где Система растит зерно для хлеба или где разводят свинок в безвкусный паштет?

Юра пристроил на плечо накладку и мысленно позвал птица:

– Ну что, Эд, идем гулять?

Того упрашивать не пришлось. Взлетев, он стремительно пересек комнату и уселся на левое плечо Жданова, вонзив острые и прочные металлические когти в не менее крепкую накладку.

Юра повертел головой, стало непривычно, теперь левая сторона была немного заблокирована для наблюдения. Ну да ничего, приноровится. Поскольку Эдгар был прокачанным вороном, то он не нуждался в постоянных жестких приказах и сам вел наблюдение и сообщал Жданову об опасности, так они договорились.

Секунда, и вот снова виртуальный Кадетск.

Не сказать что ужинал с шиком, но это было приятное заведение, где готовили много самого разнообразного мяса. Даже официанткой была курносая девчушка лет семнадцати, не бот со стеклянным взглядом, а живая такая пташка. Юра съел два шампура шашлыка с овощами. Птицу, как полноправному члену команды, заказал сырого мяса и воды. Никакого удивления это не вызвало. А когда Юра, блаженно откинувшись на мягкий диван и не торопясь потягивая пиво, осмотрел зал, он увидел посетителя с огромным волком, мужчина ел курицу, а волк грыз заднюю ногу какого-то копытного.

Ужин встал не так уж и дорого, но и дешевым его назвать было нельзя, шестьдесят три единицы, слово «очко» Шаха раздражало. Но какое же это удовольствие – вкусно поесть. «Да, попал я в матрицу!» – с досадой подумал Жданов и, допив пиво, поднялся из-за стола. Народу было немного, у рейдеров сейчас самое рабочее время, те, кто пришли сюда утром, уже либо лыка не вязали, либо отвалили спать.

Навестил Юра казино, которое принесло ему сегодня неплохой барыш, там было даже более пусто, чем несколько часов назад. Сотня игроков рассеялась по залу, покерный стол был занят только один, и он был с большими ставками, минимально десять тысяч. У Юры не было подобных денег, поэтому, пару раз сыграв в блек-джек и спустив пятьдесят фишек, он покинул казино. Бывший капитан отлично знал, когда нужно вовремя остановиться.

Прогулявшись по рынку, он купил свежего хлеба и несколько пирожков с мясом, отправил их в «берлогу», а сам направился в квартал оружейников. Двадцать минут шатался по лавкам ремонтников, наконец-то удалось сторговать починку «крушителя», и если Система требовала тысячу двести, то мастер третьего уровня взялся ремонтировать за восемьсот, подписав договор, что если двустволка будет испорчена, бывало такое, то он обязуется восстановить полную стоимость апгрейдного ствола. Обещал сделать за час по времени виртуального мира Системы.

То, что Юра получил сегодня, разлеталось со свистом, сейчас на счету было чуть больше двадцати тысяч, а купить нужно еще многое. Он вернулся в квартиру, его новый друг слетел с плеча, довольно чувствительно двинув крылом Жданову по уху, и уселся на свой насест. Странно, но Шах не воспринимал нового напарника как нечто неживое, как робота, для него ворон за эти несколько часов стал чем-то живым и очень важным.

Юра снова зарылся в скилы. Теперь нужно решить, что взять: прокачать «силу», «выносливость», «ловкость» или вложить все в щит? Первая тройка относилась к низшей категории умений. Местные рейдеры называли ее пассивом – скилы, не нуждающиеся в активации, то, что всегда с собой. Стоили они по местным меркам дешево, по пятерке за штуку. Далее по необходимости шел еще один недорогой скил – «навык оружия», без него невозможно было пользоваться системными стволами, и стоил он как «ловкость», «сила» и «выносливость», вместе взятые, – пятнашку. Правда, с «крушителем» у Юры возникла проблема: эта нарезная двустволка большого калибра была рассчитана исключительно на мусорщиков, ну или на боевых андроидов второго поколения, а он пока на них не собирался идти ни за какие коврижки. Сейчас его цель – люди. Крафтовый автоматический дробовик, который он снял с трупа мясника и забрал себе, тоже не особо годился для того, что Жданов задумал, гладкоствол не подходил для больших дистанций.

Конечно же, необходим щит, который так нахваливал Тевтон. Он стоил двадцать за первый уровень. И если выбрать его, ни на что другое баллов не оставалось. Решение важное, поскольку нужно было все, и желательно сразу. Но на счету теперь всего двадцать одна тысяча, и больше, если не продавать оружие, взять негде.

От размышлений у Жданова начала болеть голова.

– Эд, – позвал он ворона, – как думаешь, что вкачать – «силу», «ловкость», «выносливость», «навык оружия» или «щит»?

– Вкачай бабу, – отозвался пернатый.

– Не понял? – озадачился Юра.

– Сними бабу, – охотно пояснил птиц, – трахни ее, присвой каждому умению цифру, и попроси выбрать, только бабу снимай живую, бот не канает. Спица всегда так делал.

– Оригинал он был, – усмехнулся Жданов, – но метод мне нравится. Вот только лишних очков на реальную, а не виртуальную нет. Так что выбирать будешь ты.

Юра быстро вырвал лист из пустого блокнота, что нашелся в рюкзаке мясника, написал на нем умения, потом на другой стороне цифры.

– Ну, Эдгар, посмотрю, насколько у тебя лапа счастливая.

Ворон снялся с насеста и приземлился на стол, скользкий пластик был ему не слишком удобен – ну не приспособлены птичьи лапы к подобному. Несколько секунд он изучал листочки, после чего долбанул по одному клювом, пробив его насквозь и оставив серьезную вмятину на столе.

– Э, мебель не порти, она у меня новая, – возмутился Жданов варварским отношением напарника к недавнему приобретению.

Птиц равнодушно взмахнул крыльями и вернулся на насест.

– Ну, давай, Якубович, не томи, – потребовал ворон, – что я там выбрал – пылесос, машину или ананас?

Юра и так знал что, но все равно перевернул листок с цифрой два.

– Да, меня ждет много боли. Ты выбрал «силу», «ловкость» и «выносливость».

– Ну, Шах, готовься. Ты настоящий мазохист, хотя на всех это по-разному действует, одни быстро в себя приходят, другие могут пару часов в отрубе валяться.

– Ладно, Эд, кукуй тут пока без меня. А я пошел страдать.

Процедура повторилась: выбрать умение, нажать «выучить», выслушать характеристику способности, подтвердить – все, как в прошлый раз. Хотя одна разница все же была, исчез механический, бесивший Юру голос.

После первого захода он оклемался почти сразу, снова было очень больно. Второй он выдержал с большим трудом. Очнувшись на кровати, Юра поймал себя на мысли, что очень не хочет продолжать эксперименты с организмом.

– Может, тормознешь? – поинтересовался Эдгар. – Тебе же явно хреново.

– «Выносливость» осталась, – осипшим, словно сорванным голосом, ответил Жданов. – Еще заход.

– Надо было тебе «выносливость» первой качать, – наставительно заявил птиц, – ну вот что ты за лузер, Шах? Выносливость ведь отвечает еще и за повышение болевого порога.

– А раньше сказать не мог, прежде чем я силу и ловкость вкачал?

– Ну, откуда мне было знать, что ты так лопухнешься, – вполне логично возразил ворон. – Ты же вроде не дурачок типа Пана. Ты продуманный – сначала читаешь, потом делаешь.

Юра достал банку рыбных консервов, отрезал хлеба. Не вставая с кровати, купил бутылку водки, потом понял, что пить не из чего, купил еще и стакан, налил сразу граммов сто, выпил, закусил. Отпустило, словно принял внушительную дозу обезболивающего.

– Ну что, птиц, давай третий круг, – сказал он и, выбрав умение, мысленно нажал «выучить».

В себя он пришел только через полчаса.

– Живой, – обрадовался Эдгар, – а то лежишь бледный, как покойник, скорее даже не бледный, а синюшный, сердце через раз стучит, трупы дышат активней.

Юра с трудом сел, комната начала вращаться, затошнило.

– Живой, – делая глубокий вдох, отозвался Жданов. – Правда, не совсем здоровый. Эй, Система, меня нужно подлечить?

– У вас не обнаружено травм, – сообщил женский голос из пустоты. – Ваше состояние – последствие перенапряжения, рекомендую покой, сон лучше всего. Впредь советую не напрягать так свой организм. Бывали случаи, когда кадеты умирали, пытаясь выучить больше, чем тело могло усвоить. Последний такой случай зафиксирован шесть дней назад, новичок пытался выучить сразу шесть умений.

– Слушай, а как тебя зовут? Не хочу звать тебя Системой, – сплевывая в пустую консервную банку тягучую, горьковатую слюну, поинтересовался Жданов.

– Называйте, как хотите, я приму любое кодовое обращение.

– Будешь Алисой.

И тут же Эдгар каркающе засмеялся со своего насеста.

– Кодовое имя принято, – согласилась новоиспеченная Алиса. – Но вы не оригинальны, за последний год это самое популярное имя.

– И сколько раз тебя так называли? – окончательно приходя в себя, поинтересовался Юра.

– Три миллиона шестьсот восемьдесят семь тысяч ровно.

– Все равно будешь Алисой, привык уже.

Юра посмотрел на часы, тоже трофей, еще одни забрал себе Гранат. Стрелки показывали, что сейчас снаружи четыре часа дня. Значит, тут он провел почти восемь часов. Итак, у него осталось шесть тысяч очков на счету. Но их трогать Жданов не торопился. Нужно было сходить за «крушителем», правда теперь, когда он отказался от способности «навык оружия», починка серьезного ствола выглядела не такой разумной. И тут Юра вспомнил, что так и не прокачал трофейный топорик. Как здорово было орудовать тем, что был у Тевтона, тут же захотелось такой же. Он залез в раздел крафтеров, и уже через пару минут нашел необходимое. «Еще тысяча очков в минус», – грустно подумал он и, достав из сундука рюкзак, отправил инструмент прорубания дверей и разделки человеков на доработку.

За винтовкой он решил не ходить, забрал через Систему. Что ж, ремонтник не обманул, все было сделано и работало, окно «свойств предмета» сообщало, что повреждения устранены и оружие полностью готово к применению. Юра бахнул еще пятьдесят граммов, закусил пустым хлебом, вскрывать новую банку консервов не хотелось.

– Оружие есть, а пользоваться нельзя, ну не дурак ли я?

Убрав «крушитель» в ящик, он достал дробовик, еще раз внимательно изучил свойства; что ж Система четко говорила: при отсутствии кривых рук сто метров пуле вполне терпимо, максимальная дальность благодаря перку – сто пятьдесят. Жданов снарядил один магазин улучшенными патронами повышенной пробиваемости. Еще два обычными дешевыми патронами на людей и легких дронов. «Надо подумать о системной разгрузке, – мысленно прикинул Юра, запихивая магазины по карманам, – но попозже, когда наконец определюсь со стволом окончательно».

Звякнуло извещение, это мастер сообщал, что топор улучшен и отправлен Шаху. Жданов получил топор и проверил его новые характеристики. Что ж, не зря потратил очки, перк «расчленение» установлен и активирован.

– Ну что, Эд, пойдем прогуляемся, – вооружаясь и закидывая за спину рюкзак, позвал Юра ворона. – Я вроде оклемался, нужно сходить в одно местечко, посмотреть, не осталось там больше ничего интересного? Четыре часа до темноты, должно хватить.

Птиц взлетел и уселся на плечо, причем на этот раз он сделал это очень аккуратно, не задев Жданова.

– Шах, ты уверен? – поинтересовался Эдгар. – Ты еще полчаса назад был похож на покойника.

– Уверен, – бескомпромиссно заявил Юра. – За последние три часа я очень круто поиздержался, так что пора добывать материальные ценности.

– И конечно, ты не прочел информацию, которую я тебе скинул, по тайникам Спицы, правда, хочу тебя расстроить, все они далеко отсюда, в выжженных землях.

Жданов быстро сунулся в браслет, Эд знал очень много полезного, а Юра, как всегда, поторопился, спешил действовать. Он посмотрел карты, которые ему скопировал ворон. Места с тайниками были отмечены, и ближайший находился в тридцати километрах от восточного края купола, а Юра сейчас на юге. Это нужно пройти семьдесят по поясу до двухсотой контрольки, и еще тридцать по выжженным землям.

– Я не настолько крут, рановато мне идти в такой поход, – заметил Юра.

Остальные два тайника были еще дальше: один на севере, второй на западе.

– Практичным мужиком был Спица.

– Это точно, – согласился ворон, – тебе до него расти и расти. Ладно, потопали, куда ты там собирался.

Секунда уже порядком надоевшей белой пелены, и вот они выбираются из капсулы.

В зале было оживленно. Два мужика в гражданке волокли «таблетку», еще двое тащили раненого рейдера, его черная крафтовая броня была пробита насквозь с правого бока. Они очень обрадовались, увидев освободившуюся капсулу. По уставшим грязным лицам сквозило облегчение, было видно, что они принесли раненого издалека. Рядом с ними, не мешаясь под ногами, шагал здоровенный серый кот, который, скользнув взглядом по Эдгару, равнодушно и гордо проследовал мимо.

Выйдя на улицу, Юра осмотрелся: ничего интересного, кочевники исчезли без следа, двое рейдеров разгружают маленькую платформу, у них несколько внушительных коробок.

«Лети и наблюдай», – мысленно скомандовал Жданов.

Эдгар взмыл вверх и только потом расправил крылья. Теперь он парил над крышами, выискивая малейшую опасность. Юра даже ради интереса посмотрел его глазами, способность «твой взгляд» работала отлично. Он мог различить, какой мусор валяется на земле, и прочитать название этикетки на старой ржавой банке. Попробовал дать указание – следить за конкретной целью. Ворон справился на отлично, пошел на круг, ни на секунду не отводя взгляда от какого-то пластикового обломка. Закончив пробу, Юра отправил птица по маршруту и вернул себе собственное зрение. Жаль, что во время наблюдения «взглядом ворона» он терял возможность смотреть своими глазами, становясь совершенно беззащитным.

Народу к контрольке шло много, в основном от купола, но были и мародеры, которых Ржавый называл просто дёрами. Сновали летающие платформы.

Жданов увидел и несколько аэроциклов – такие были у кочевников.

Надо сказать, аэроцикл – штука довольно интересная. Летела себе такая в паре метров над землей, спереди прозрачный бронещиток, имел он собственное силовое поле, как платформа Тевтона. Водила – или как правильно, байкер? – вел его одной рукой, второй сжимал что-то вроде дробовика, но именно «вроде».

До шпиля, который они мародерили вместе с Гранатом и где невольно сломали дорогую интерактивную панель, Жданов добрался за полчаса – с птицем было гораздо безопасней. Только один раз пришлось задержаться, поскольку Юра нашел труп. Кто-то запихнул его за мусорный контейнер – голая женщина лет двадцати пяти со шрамом от кесарева сечения, следы на шее говорили об удушении. Привлекательная, не сказать что красивая, просто женщина. Судя по крови, стекающей по ногам, и синякам на бедрах ее захватили живой и долго насиловали, потом задушили прямо голыми руками. Мертва она была уже давно – часов пять, не меньше. Достав топор, Юра приступил к тому, что его больше всего бесило в жизни рейдера. Прокачанный девайс легко справлялся с костями и жилами. Пять минут – и за мусорным баком остались только обрубки, кровь, текущая по наклонному дорожному покрытию, омывает пластиковые ботинки. Ворон все это время кружил над ним, прикрывая напарника. Когда Жданов закончил разделку, птиц сообщил:

– Шах, ты мужик, Спица так и не научился спокойно разделывать трупы.

Когда добрались до корпоративной стрелы, Юра позвал ворона, и тот приземлился ему на плечо и опять сделал это очень осторожно, даже не задев крылом.

Прелесть скила «выносливость» Жданов оценил уже на тридцатом этаже, в прошлый раз они долго отдыхали тут, а сейчас он даже не запыхался.

Пентхаус, где они нарвались на офисного андроида, был пуст, похоже, с того момента, как они здесь были, его больше никто не посещал.

«Если ты так любишь рыться в старых домах, советую купить скил „поиск тайников“, – мысленно заметил Эдгар. – Полезное умение. Правда, на выжженных землях к нему еще необходим прокачанный „минер“, поскольку, если ты нашел нычку рейдера, то она, как правило, заминирована».

Юра заглянул в раздел скилов, «поиск тайников» стоил почти тридцать тысяч.

– Пока это слишком дорого для меня, – прокомментировал цену Жданов. – Ты дешевле обошелся, а мне нужно еще тридцать пять тысяч на более полезные улучшения. Так что оставим это на перспективу.

Он обошел каждый кабинет, коих было немного, нашел ту комнату, где Гранат активировал андроида. И единственной вещью, которую его напарник не смог осмотреть, был шкаф из серого металла.

– Эдгар, сканируй, – приказал Жданов.

Ворон уставился на указанный объект и через пару минут выдал:

– Шкаф бронированный, ценность высокая, металл охотно берут крафтеры для изготовления доспехов, способен выдержать выстрел из «крушителя» в упор, внутри пустой.

Юра зарылся в базу материалов браслета и быстро разобрался, что попало ему в руки. Металл этот был действительно ценным сплавом под названием тариил. И стоил по пять тысяч за кило.

– Козырное местечко. Вот только эта падла весит…

Шкаф был небольшим, привинченным болтами к полу и стене, если он держал выстрел из «крушителя», то топориком его точно не разделать.

– Эд, ты можешь сказать, сколько он весит и точные размеры?

– Тариил – легкий металл, оружейный сейф рассчитан на пять штурмовых винтовок класса «телохранитель», размер шкафа 75 150 40, толщина стенок – пять миллиметров. Итого чистый вес будет равен пятнадцати килограммам, но, учитывая, что внутри пластиковые ячейки, вес увеличивается до семнадцати.

– Это большой куш, 75 тысяч – очень прилично. Только как его оторвать от стенки и дотащить до контрольки? Стоп, – опомнился Жданов, – Эдгар, пойдем я тебе еще один шкафчик покажу. – Он дошел до кабинета босса, где так бездарно в драке с андроидом была испорчена интерактивная панель. – Этот сейф такой же? – указывая на приоткрытую толстую дверцу, спросил Жданов.

Ворон с полминуты сверлил взглядом сейф, который выпотрошили при эвакуации.

– Да, это тоже тариил, – заявил птиц, – размеры гораздо меньше, но стенки толще, передняя дверца пять сантиметров, те стенки, что вделаны в стены, три. Размеры 40 40 30, вес семь килограммов. Только как ты его из стены вырывать будешь?

– А вот тут проблем меньше. – Юра вытащил из петли на поясе топор, – стена хоть и капитальная, но это все тот же пластик. А улучшение «расчленение» позволяет рубить пластик. Начнем с этого сейфа.

Да, на этот раз он возился не так долго, сказались новые способности, сила удара явно выросла, выносливость позволяла махать гораздо дольше, а ловкость – чаще попадать, куда целишься. Не зря страдал. Час – и стена сдалась. Юра вытащил коробку, вот это можно было считать уже его добычей. Пустой здоровенный рейдовый рюкзак с трудом, но принял новый объект.

– Не жадничай, – наставительно заявил сидящий на перилах лестницы ворон.

– Ага, сейчас! А ты видел, какая тут жизнь дорогая? А семнадцать килограммов я упру в руках.

– Ты второй раз кормишься с этого места, – продолжал нудеть ворон.

– Не ной, сейчас попробую сшибить крепежи. Если выйдет за полчаса уложиться, хорошо. Нет – уходим, куплю резак, вернусь завтра.

С креплением все вышло просто – болты, которые крепили ножки шкафа к полу, сдались после третьего удара, а два вкрученных в стену Юра поднатужился и вырвал. Оно и понятно, оружейный ящик на пять винтовок для службы безопасности, да кому придет в голову его вообще отрывать? А вот Юре пришло, и он на этом прилично поднимется.

Вытащив трофей в коридор, Жданов закурил. Часы показывали семь вечера, темнело тут в девять, так что у него есть два часа, чтобы добраться до базы. Раздавив окурок, Юра оторвал от пола шкаф и попер его вниз. Спуск с грузом занял больше времени, чем подъем, и, когда Жданов выбрался наружу, брошенные дома уже скрывались в тени, парящие платформы тоже вносили свою лепту. Еще немного, и тьма окутает все вокруг.

– Эдгар, дозор.

Ворон взмыл вверх, Юра поставил шкаф на «асфальт» и начал отслеживать по браслету, как удобней добраться до ближайшей безопасной зоны. Даже если нет пустых капсул, он на пороге посидит. Ближайшей оказалась не та, от которой он пришел. А дальше, по часовой стрелке, двенадцатая. До нее было всего два километра.

Тащить шкаф было неудобно, но, похоже, скилы «сила» и «выносливость» хорошо помогали, поскольку километр Юра одолел за сорок минут. Несколько раз он на всякий случай укрывался в переулках, прячась за мусорными баками. Пояс есть пояс, тут и без мясников сомнительных личностей хватает.

Ворон кружил над ним, следя за местностью. Когда до зеленой зоны оставалось всего четыреста метров, в голове Юры раздался предупреждающий крик Эдгара: «Засада!» Но он запоздал, охотники на рейдеров появились как-то сразу, словно из ниоткуда, похоже, прокачанная маскировка была их главным козырем. Разом грохнули два дробовика, а потом и автоматная дробь. Одна пуля рванула плечо, от остального Жданова прикрыл шкаф, каким-то невероятным образом он успел развернуться на выстрелы. Юра уронил шкаф и постарался укрыться за ним, насколько это было возможно при его немаленьком росте. Последовал новый залп из дробовиков, но шкаф отлично держит и дробь и пули. А мясники, убийцы рейдеров, любили этот крафтовый гладкоствол – он дешевый и его вполне достаточно, чтобы лишить жизни новичка типа Юры.

Активировав «твой взгляд», Жданов увидел сразу всю засаду и понял, что шкаф ему уже не принадлежит, надежды на победу не было, а с этой громоздкой дурой уйти не выйдет. Единственный шанс спасти шкуру – это рывком преодолеть четыре метра до скругления дома. И оторваться, бросив трофей. Да, не везет ему с вещами из этого пентхауса, постоянно их теряет.

Он наконец стянул на ощупь дробовик, поскольку пока отключаться от зрения ворона не спешил. Стараясь не подставляться, он выставил ствол, ориентируясь только по картинке с воздуха. Примерно навелся на ближайшего «сучка», который сейчас, сбросив маскировку, сидел за грудой мусора. Бам! – пытается вырваться из рук автоматический дробовик. Пуля бьет прямо в укрытие гаденыша, тот прячется, ожидая нового выстрела, но его нет, Жданов уже вернул себе свои глаза и рывком на пределе ушел под прикрытие фасада винтового дома. Запоздало по шкафу бьет дробь, пули из автомата вырывают куски пластика, а Жданов несется во весь опор прочь.

«А я говорил – не жадничай», – раздался в его голове каркающий ехидный голос ворона, именно в этот момент Юра пересек границу безопасной зоны контрольки. Здесь ему уже нечего было опасаться, да и не было погони, ведь засадники получили свой куш.

– Эд, если бы я не пожадничал, они бы меня с первого залпа снесли, а так шкафень меня прикрыл.

Ворон опустился ему на плечо, но ничего не сказал. Похоже, возразить ему было нечего.

Шах обернулся в сторону улицы, по которой бежал, вернее, почти летел, и что есть мочи заорал:

– Чтоб вы, падлы, им подавились!

На его крик обернулись сразу несколько человек, но Жданов решил не продолжать концерт, он выплеснул напряжение и теперь, развернувшись, шел к кубику.

– Да что ж за место невезучее? Прошлый раз панель интерактивную профукал, теперь вот шкаф совсем чуть-чуть не донес.

– Судьба у тебя такая, Шах, – философски отозвался Эдгар. – Но без добычи ты все равно не остался. Рюкзак тебе хоть и попортили, вкатив в спину заряд картечи, но сейфик тебя прикрыл. Ладно, пошли искать капсулу.

– Ты прав, нужно отдохнуть.

«Интересно, есть ли шанс найти этих сволочей?» – поднимаясь по ступеням, мысленно спросил напарника Жданов.

«Без вариантов, они уж точно не будут продавать его целиком, распилят и толкнут, а если мясники, то утащат к себе, это очень дорогая штука, из нее можно много хорошей брони наклепать. Не грусти, ты все равно в плюсе. Хотя, если тебе нужно, рожи этой троицы я срисовал. Как домой попадем, скину информацию на твой браслет».

«Спасибо, – ухмыльнулся Шах, – шарик круглый, я еще им этот шкаф припомню».

Капсула нашлась минут через двадцать – у крайней, метрах в пяти от Шаха, распахнулась дверца, и наружу выбрался мощный детина в дорогой броне со здоровенной винтовкой за спиной приличного такого калибра и в сопровождении медведя. Поменьше, чем тот, что сидел в клетке, но тоже впечатляющего.

– Свободно, – бросил он Юре, который уже подошел к капсуле.

– Спасибо, – поблагодарил Жданов, – удачной охоты.

– Новичок? – спросил мордоворот, он был выше Шаха на голову и шире в плечах, причем гораздо шире. Кулаки, как парочка средних дынь, темные глаза смотрят изучающе, а вот аура отсутствует.

– Ага, третьи сутки пошли.

– Не подохнешь на первой неделе и будешь активно барахтаться, выплывешь, – наставительно прогудел здоровяк, – а нет – течение унесет. Прощай.

И, махнув рукой, направился к выходу, медведь, смешно косолапя, пристроился на полкорпуса впереди.

Юра забрался в капсулу, секунда – и вот уже его квартира. Теперь бы отдохнуть, но сначала надо избавиться от сейфа. Эдгар снялся с плеча и перелетел на насест. Шах не винил его в запоздалом обнаружении засады, он сам увлекся, таща этот дорогущий шкаф. Да и маскировка мясников была на уровне. Они ее сбросили всего за пару секунд до атаки, птиц успел предупредить и спас бывшему капитану жизнь.

Раненое плечо слегка ныло. Стянув куртку, он осмотрел рану, майку придется выбросить, вся в крови, но сама царапина была мелкой и уже даже перестала кровить.

Если они с вороном не ошиблись, то навар их ждет приличный. А вот потом можно в душ и спать, вымотался Жданов сверх меры, да и стресс от внезапного нападения никуда не делся. Допив залпом остатки теплой водки, Юра открыл торговый чат и начал пристраивать добычу.

Шах был очень доволен собой, он не зря провел час в поисках информации о тарииле. Сплав был действительно дорогим, а еще в последнее время его поступление сильно сократилось, и цена плавала. Сейчас она колебалась на уровне пять с половиной за кило, а в сейфе было почти восемь килограммов. Очень известный и уважаемый крафтер Электрик забрал тарииловый ящик без вопросов по пять шестьсот, и если Юра будет заказывать у него броню, то получит скидку в пять процентов. Конечно, сорок пять тысяч гораздо меньше, чем можно было бы получить за большой шкаф, но гораздо лучше, чем ничего.

Теперь нужно было закончить со скилами. Юра уже оклемался и теперь был способен на второй раунд.

– Алиса, раздел «Скилы», – приказал он мысленно.

– Слушаюсь, – бархатным голоском отозвалась Система.

Юра быстро выбрал умение «персональный щит», решил начать с него. Если бы он был у Жданова во время нападения, может, он бы и рискнул побороться за шкаф. Еще раз изучил характеристики: минусы, конечно, весомые, но иметь при себе минуту довольно неплохой брони – штука очень нужная и полезная. Правда, аккумулятор размером с виноградину, всего на шесть активаций, смущал, цена покупки запасного равнялась цене самого щита. Но вещь, похоже, и вправду очень хорошая, поэтому расстался он с только что приобретенными очками легко и без надрыва.

– Кадет Шах, вы выбрали умение «персональный щит», позволяющее активировать энергетическую защиту первого уровня. Цена улучшения – двадцать тысяч очков. Подтверждаете?

– Подтверждаю, – ответил в белую мглу Жданов.

Его тело одеревенело.

– Сейчас ваш организм будет принудительно изменен и настроен для использования конкретного умения. Вы подтверждаете изменение?

«Подтверждаю!» – не в силах пошевелить губами мысленно крикнул Юра.

– Это умение привязывается к конкретной точке на вашем теле. Можете активироваться мысленной командой или выбранным жестом. Выберите место активации и жест, блокада на движение временно снята.

– Кисть левой руки, – последовал Шах совету Тевтона, – жест, – бывший капитан подвигал пальцами и наконец изобразил старый добрый жест, который русские охотно демонстрируют наглым и нехорошим людям, – фигу. – Вот это будет активатором.

– Точка принята, – сообщила Алиса. – Активатор принят.

Его снова зафиксировали.

– Приготовьтесь, будет больно.

Алиса не обманула, больно было жутко, особенно левой руке.

Жданов обвел мутным взглядом комнату, все шаталось и крутилось, страшно болела голова. И он понял – еще одного захода ему не выдержать.

– Шах, может, остановишься? – предложил ворон, когда Юра очнулся. – Рекомендуют не больше двух в день, а ты пятое за сутки.

Юра устало кивнул, голос Эдгара долетал до него, словно сквозь толщу воды.

– Хватит, – просипел бывший мент и вырубился.

Юра лежал в чем-то темном, шелестящем, жутко болела спина в районе левой лопатки и грудь с той же стороны. Вжикнула молния, и яркий свет от небольшого фонарика осветил лицо. Он резал глаза даже через закрытые веки. Наконец фонарик сдвинулся, и Жданов заметил склонившегося над ним друга.

– Кто его так? – услышал он голос Коровина. – Не поверю, что его завалил какой-то бритоголовый из пукалки. Ведь пугач газовый, под мелкашку расточенный.

– Обычная переделка, – заметил незнакомый голос, – она убивает точно так же, как любой другой пистолет. Был бы броник, даже синяки были бы так себе, а он словил две в спину – одна в лопатке застряла, вторая рядом с сердцем остановилась. А потом еще контроль. По славам девушки, которая завывала рядом с телами, он был еще жив, когда бритый решил его добить, они выстрелили одновременно. Этому недоноску яйца оторвало, «ярка» Жданова заряжена экспансивными, сучонок умер мгновенно, а Юре прямо в сердце прилетело. Тоже не мучился.

Жданову захотелось заорать, что он тут, он все слышит, он живой. Но снова вжикнула молния, и наступила тьма. Последнее, что он слышал, это слова Быка:

– Давайте его в морг, в Склиф, туда сейчас всех наших свозят. Понедельник будет тяжелым днем, уже триста погибших сотрудников. А ночь ведь еще не кончилась.

И словно в подтверждение его слов где-то невдалеке захлопали пистолетные выстрелы, а через секунду к ним присоседился автомат, бьющий скупыми очередями. А потом откуда-то в «Скорой» раздался мерзкий пищащий и очень раздражающий звук будильника.

Юра открыл глаза, браслет настойчиво сигналил, что время, которое он может провести в капсуле, ограничено. Жданов посмотрел на трофейные часы, он дрых целых восемь часов. И у него осталось всего сто двадцать минут, после чего его принудительно выпрут в реальный мир. Поэтому действовать нужно было быстро. Первым делом Юра вспомнил, что уже сутки не ходил в туалет, последний раз он посещал сие спокойное место в гостинице Сидра. Посетив виртуальную уборную, Шах принялся за сбор необходимого для рейда. Рюкзак, получивший заряд картечи, отправился к ремонтнику, который за двадцать очков привел его в божеский вид, на это ушло всего десять минут, а еще за пять сотен добавил перк – минус пять килограммов веса, чтобы не слишком оттягивал плечи. Разгрузку Юра так и не купил. Системная с улучшениями стоила дорого, а обычную на перебиться жаба брать задушила, зато прикупил муляж гранаты и катушку лески, все это встало ему в пять очков. Поесть он решил жижи и массы уже в реале. Сытно, хоть и невкусно. Шиковать – лишних очков не было. Потом он вспомнил, что так и не испытал щит, виноградина-аккумулятор оказалась у него в кармане. Юра внимательно повертел ее в руках, изучая. В принципе ничего интересного, напоминает черный шарик со стекольного завода, самое большое сокровище детства, только светится изнутри. На поясе погибшего охотника, который одарил его первым оружием, обнаружилось специальное углубление, причем не одно, Юра насчитал шесть. Шарик-виноградина прилипла к нему и отлепилась только по мысленному приказу.

«Ну что ж, проверим щит, – подумал Жданов, – негоже первый раз испытывать его в бою».

«Щит», – мысленно скомандовал он, и на его кисти появился голубоватый прямоугольник, слегка выпуклый. Целиком, конечно, за таким не спрячешься, но грудь закрывает полностью. Плохо, что он довольно заметный, но тут уж ничего не поделать.

Отменив активацию «щита», Юра тяжело вздохнул. Предстояла еще одна большая трата – «оружейный навык» первого уровня.

Юра мужественно стиснул зубы и нажал «выучить». На этот раз все прошло гораздо легче, даже не вырубился, пустую бутылку из-под водки он вернул Системе за два очка. Банку отправил в утилизатор. Хотя тут же об этом пожалел, поскольку без пепельницы было никуда, не свинячить же, стряхивая на пол пепел. Хотя, с другой стороны, мусор с пола исчезал сам. При этом Система каким-то макаром различала мусор и вещи.

Быстрый душ привел его в чувство окончательно, вода словно смыла остаточные неприятные ощущения от прокачки навыка. Уже через десять минут Жданов, полностью одетый и вооруженный, вышел в реальный мир. Завтракая, смотрел новости от Системы, попутно прочитал пришедшее письмо от Граната, тот рассказывал о своем житие, написал, что ему нравится некая Осока из отдела снабжения. И он даже уже вечером прогулялся с ней по территории. Юрка быстро чиркнул ответ, что очень за него рад. И вернулся к новостям из Вышеграда. И опять ничего интересного, что могло бы отразиться на нем: забастовки рабочих неизвестных Жданову корпораций, проблемы с водой в Нижнем городе, несколько десятков человек умерли от отравления, следователи грешили на какие-то фильтры на станции, был арестован и сослан в оборонный пояс чиновник, который поставил их за взятку. Оказывается, местные все же бывают в поясе. А вот это было интересно: «Дочь магната Риака Дернена, Диара, поведала журналистам, что начинает кампанию за возвращение Вышеграду утраченных в результате войны территорий. В своем интервью скандально известная тусовщица заявила, что готова сама отправиться воевать в выжженные земли. Что думает о таком кардинальном решении старшей дочери миллиардер, неизвестно, в его пресс-службе не дают никаких комментариев».

Рядом двое рейдеров в неплохой броне, не сравнить с его простым костюмом, как раз обсуждали данную тему, Юра нехотя запустил ложку в белковую кашу, как-то после шашлыка, съеденного накануне, лезла она плохо.

– …Девчонка, – произнес тот, что постарше. – Не понимает, что это навсегда, никто ее не пустит обратно, стоит ей снять защитную маску, и все, больше никаких вечеринок в Верхнем городе, только вечный бой.

– Дурочка, – согласился напарник. – Помнишь, полгода назад целый отряд сгинул? Сынок богатея при телохранителях и нескольких рейдерах пытался добраться до остатков своего поместья в ста километрах на северо-восток к океану. Вернулся только один рейдер, и тот рассказывал какие-то сказки про поселки мутантов. Мол, вдали от Вышеграда выжили те, кто когда-то восстал против корпорации и марионеточного правительства. И не такие они и дикие звери, выглядят как люди, только у них без всякой Системы появились способности, вроде магия какая-то или ментальные силы. Он тогда отряд собрал в пять человек и ушел, больше его никто не видел. Ни один не вернулся.

Они закончили есть и, быстро поднявшись, направились к утилизатору.

«Что ты знаешь о людях из города, попавших в пояс?» – мысленно поинтересовался Юра у Эдгара.

«Не многое. Иногда попадают сюда либо изгнанники, либо вот такие богатеи-авантюристы. Выживают редко. Те, что изгнанники, уходят навсегда. Стоит им выйти за купол, как они цепляют разные вирусы, которые на вас, пришельцев, не действуют. Так что те, кто рассчитывают вернуться, никогда не снимают тут специальных масок».

– Бредово здесь все, – пробормотал Жданов себе под нос.

– Бредово, – согласился незнакомый мужской голос за спиной.

Шах обернулся. За соседним столом сидел невысокий крепыш с лысой головой, шрамом на подбородке, короткой толстой шеей. Он пристально разглядывал бывшего капитана своими темными глазами. Аура у него была ярко-оранжевая. Рядом, прислоненная к столу, стояла винтовка чуть больше метра, вся из гладкого темного пластика, со странной голубоватой светящейся полосой на ложе.

– Что пялишься? – усмехнулся он. – Все вы, новички, одинаковые. Как видите вольницу, сразу пытаетесь осознать происходящее тут своим скромным умишком, не видя и не зная о творящемся вокруг.

– Хочешь сказать, я не прав? – спокойно спросил Юра.

– Не прав, конечно, – возразил незнакомец. – С чего ты решил, что тут все так бредово? Здесь существует вполне четкое общество, полностью добровольное, никакой принудиловки. Хочешь – будь вольным стрелком, хочешь – иди в патруль или становись ночным охотником. А хочешь – ничего не делай, сиди тут, жри эту мерзкую кашу, которой ты давился пять минут назад, однако потом ты исчезнешь. Ну, да ты ведь наверняка уже все это знаешь, и все равно думаешь, что это бред.

– И где же структура этого общества?

– А тебе обязательно нужен пастух, который говорит, что делать? Тогда вали в коммуну, есть тут недалеко такая, третий оплот зовется. Многие не в состоянии действовать самостоятельно и ищут того, кто укажет им путь. Я не говорю, что это плохо, они живут дольше и спокойней нас, бродяг, но каждый, кто отбивается за стенами оплотов или ходит в выжженные земли, работает на пояс и на Систему, уничтожая роботов, мусорщиков и, конечно, мясников. Все здесь устроено логично: мы здесь, чтобы умереть еще раз с пользой – дать шанс Вышеграду прожить еще денек.

– А если я не хочу?

– Не хоти, – легко согласился незнакомец. – Как я уже сказал, это общество совершенно свободное, никто тебя не будет заставлять. Единственное, чего нельзя, – это самоубиться, за это Система карает, ну да ловчий тебе, наверное, рассказал.

Юра кивнул.

– Ты давно тут?

– Пять лет, и даже имею доступ в Вышеград, в Нижний город, конечно, но все равно это тут очень много значит.

– Тогда помоги найти смысл, – неожиданно для себя попросил Жданов.

– Ты совсем дурак или прикидываешься? – после долгой паузы спросил крепыш. – Я только что тебе сказал, что ты сам решаешь, как жить, а ты у меня тут же попросил указать, в какую сторону тебе идти. Здесь анархия и самый строгий порядок, который я только видел. Тебе придется самому доходить до смысла твоей новой жизни. И, судя по птичке на плече и некоторым умениям, недавно приобретенным, ты начал двигаться в нужном направлении.

– Ты видишь мои умения? – ошарашенно спросил Жданов.

– Да, существует такой скил, называется «зрящий». Иногда очень полезен для ликвидаторов вроде меня, позволяет верно оценить объект атаки.

Юра какое-то время переваривал информацию, пользы от этого разговора было прилично.

– Слушай, а что у тебя за винтовка?

– Системное именное оружие, создано под заказ, тебе про такое даже мечтать рано. По цене без тех улучшений, которые на нее установлены, стоит пятьсот тысяч, а с прокачкой в три раза больше. Слушается только меня, бесполезна для кого-либо еще. – Он посмотрел в сторону лестницы и поднялся. – Бывай, мясо с птичкой.

Юра посмотрел ему вслед, там, возле лестницы, стояла женщина в броне из матового, слегка золотистого металла с огромной снайперкой. Она оперлась на ствол руками, на которые опустила подбородок. Росту в ней было чуть меньше, чем в Жданове, а он на свои сто восемьдесят пять не жаловался. Дождавшись крепыша, она, слегка согнувшись, поцеловала его. Странная пара смотрелась дико – в мужике метр пятьдесят, ну может, чуть побольше сантиметров на пять, этакая тумбочка.

Юра поднялся, пора было заняться делом, здесь, в контрольке, у него даже без капсулы был доступ к заданиям. Открыв меню Системы, Юра выбрал сразу два – встреча мяса по сто очков за штуку и ликвидация мясников по триста за голову.

– Ну что, Эдгар, пойдем поработаем? Нужно себе на хлеб с маслом заработать.

На улице уже вовсю светило солнце, от ночной тьмы не осталось и следа, хотя следов того, что ходило во тьме, было предостаточно. Шах уже посмотрел статистику этой ночи – сорок два прорыва, причем один произошел всего в трех километрах по часовой стрелке. И именно оттуда летела большая аэроплатформа, в кузове которой были свалены тела мусорщиков. Юра прикинул высоту борта, получалось несколько десятков туш. Стало интересно, он никогда не видел еще мусорщика, поэтому, когда платформа остановилась, Жданов направился к ней. Из кузова выбрался парень лет семнадцати в точно такой же одежке, как у него.

– Что, интересно? – резковато спросил он.

– Есть такое, – согласился Шах, – ни разу еще не видел. Только виртуальное изображение.

– Ну, смотри, – уже более спокойно разрешил паренек. – Минут пять у тебя есть.

Посмотреть было на что – двухметровая тварь, на груди толстые нашлепки пластин, словно на бронежилете, на спине должны быть такие же. Когти, зубы, гребни пилы на предплечьях. Свежая кровь, сочащаяся из крупных пулевых отверстий на брюхе, только не красная, а голубая. Даже мертвые мусорщики вызывали трепет. Теперь Жданов понял, что имел в виду Ржавый, когда говорил, что если заметил это существо слишком поздно, то, считай, ты мертв.

– Жуткие твари, – незаметно приблизившись, сообщил водитель. – Мы троих бойцов потеряли. Правда, все новички были.

Юра смерил мужика взглядом – за сорок, глаза злые, аура оранжевая, броня добротная, из-за плеча выглядывает ствол впечатляющего калибра, похожий на ствол «крушителя».

– А вы – это кто?

– Ночная стража, – отозвался охотник. – Просчитали, где они прорвутся, приманку поставили, хоть на что-то этот мясник сгодился, да все равно одна тварь – троих в минус. Они даже стволы поднять не успели.

– Прибыльное дело?

– Очень, – подтвердил мужик, – тут сейчас миллион с лишним навалено. И делить уже на семерых. Кроме того, задание от Системы было на группу, а это еще немало очков. Но ты еще совсем зеленый, тебе рано. – Тут ему подали знак, и он полез в кабину. – Бывай, паря.

Юра кивнул и направился прочь, пора заняться делом. Первая добыча подвернулась в ста метрах от зеленой зоны, сущая халява – два парня лет двадцати, девушка лет шестнадцати с испуганным взглядом и женщина уже в возрасте, которая почему-то постоянно задирала белую майку и смотрела на свой живот. Они согласились, чтобы Юра их проводил до контрольки, так что первое в его жизни задание для Системы было выполнено меньше чем за десять минут. Четыреста очков плюс двадцать геройских. Плюс награда от Системы за первое выполненное задание.

– Кадет Шах, вы выполнили первое системное задание, это нуждается в награде, – сообщила Алиса, – рандомно Система расширила ваше хранилище на две ячейки, и теперь оно равняется семи, дальнейшее расширение невозможно. Хорошего дня!

– Хорошего, – согласился Юра, день и вправду начался хорошо.

Следующее мясо он встретить не успел, оно бодро двигалось по центральному проспекту, совершенно не заботясь о безопасности. Выстрел из подворотни, и вот картечь, разорвав белую майку со странным артом, отбрасывает полноватого лысеющего мужика на полметра назад.

Жданов, который был всего в сотне метров, присел за живой изгородью. Надо сказать, по какой-то причине она не разрасталась, словно была запрограммирована не вылезать за определенные размеры. Либо кто-то ее подстригал, но это уже совсем маловероятно.

– Эдгар, найди стрелка, – приказал Юра.

Картинка стоящей в переулке женщины с автоматическим дробовиком пришла почти мгновенно, угольно-черная аура говорила сама за себя, Юра встретил свой антипод – злодейку. Тут Жданов и сам ее увидел. Мясорубка, так рейдеры звали женщин-мясников, никого не опасаясь, направилась к телу.

– Птиц, она одна? – вскидывая свой ствол и ловя в прицел спину убийцы, спросил Жданов.

– Одна, но я ее опознал, это Чума.

Юра, конечно, ничего о Чуме не слышал, но к предостережению отнесся серьезно. Не опуская дробовика, он продолжил наблюдать за мясорубкой, та спокойно подошла к телу, ухватила труп за ногу и, не напрягаясь, поволокла в переулок. Жданов переключился на взгляд ворона, сразу добавилось красок, день стал ярче. Открыв мусорный контейнер, в точно таком же Жданов прятался в первый свой день, разбирая трофеи с мясников, Чума закинула тушу внутрь, причем так, словно это движение ей вообще ничего не стоило. «Да, это тебе не гопник Гиря с приятелями. Эта сука, похоже, тут не первый год людей режет», – пронеслось в голове.

И тут она исчезла. Вот была и пропала.

– Куда она делась? – поинтересовался Юра у Эдгара.

– Это же Чума, – констатировал очевидное птиц, – у нее столько умений, сколько у дурака фантиков. Спица дважды пытался ее завалить, первый раз почти удалось, второй раз она едва его не убила. Ногу две недели отращивал.

Юра отменил умение «взгляда», глаза, как всегда, после этого слегка побаливали, но не прошло и полминуты, как неприятные ощущения исчезли. Похоже, Эд был прав, рановато ему выходить против такого противника.

Вот только судьба все решила за Жданова – пропавшая противница не шла у него из головы, может, все же стоило стрельнуть этой суке в спину? Непорядочно, да, но очень эффективно, а война не признает другой математики.

И тут Жданова словно кувалдой долбануло, верх и низ поменялся местами. Когда он пришел в себя, то понял, что сидит в переулке, прислонившись спиной к стене. Все тело болело, справа по щеке ползло что-то медленное и теплое, а напротив него в паре шагов кто-то стоял.

Юра поднял тяжелую раскалывающуюся голову и сфокусировал расплывающийся взгляд на новом персонаже. Не было никакой тайны – Чума собственной персоной. Ситуация осложнялась еще одним – в опущенной левой руке она держала за лапу Эдгара, птиц не проявлял никакой активности, безжизненно висел вниз головой.

– Эд, – позвал Юра мысленно, но никакого отклика не получил.

– Знакомая птичка, – довольно приятным голосом произнесла мясорубка и слегка покачала рукой с вороном, – а где ее прежний хозяин?

– Умер, – с трудом прохрипел Шах.

– Жаль, – вполне искренне призналась Чума, – у меня для него была отдельная программа, он бы у меня долго страдал. Ну, ничего, ты тоже сгодишься, я на тебя сейчас много добреньких рейдеров поймаю.

Она бросила тушку ворона к ногам Юры. И закинула простейший крафтовый дробовик за спину, после чего буквально из воздуха извлекла чудовище – здоровенную винтовку с круглым барабаном, с патронами впечатляющего калибра. Явно системное и очень дорогое.

– Ты тут посиди немного, – с издевкой произнесла Чума, – скоро тебя найдут.

Юра судорожно пытался прикинуть, что ему делать, эта тварь его совершенно не опасалась, пистолет по-прежнему в кобуре, дробовик прямо перед ним всего в паре шагов. Вот только он не мог пошевелиться.

– Чем ты меня так приложила? – прохрипел он.

– Есть у меня забавное темное умение, – охотно сообщила она, – судорога называется, ты четыре часа теперь даже нормально пошевелиться не сможешь, боль адская, даже орать больно, так и будешь хрипеть. Ладно, желаю оставаться, скоро у тебя компания появится, здесь много идиотов шарахается.

Жданов дернул рукой, пытаясь достать пистолет, но его тут же скрутила судорога, и он только завалился на бок.

Стрелка он не видел, звука выстрела тоже, но Чуму буквально смело в глубь переулка. Вот только для нее это был явно не конец. Системное оружие мясорубки улетело в сторону, а от выстрелов ее прикрыл алый энергетический щит, только размером больше, чем у Юры. Вторая пуля угодила уже в этот щит и, срикошетив, проделала дыру с кулак размером в стене дома. Мгновение, и Чума растаяла в воздухе, а через секунду исчезло и ее оружие. В проулке наступила тишина.

– Ушла, сука, – раздался справа от него знакомый голос.

Юра с трудом поднял глаза, даже это невинное действие причиняло ему жуткую боль. В паре метров от него стоял тот самый крепыш, с которым он беседовал в столовой час назад.

– Живой? – поинтересовался он.

Шах только кивнул.

– Хорошая из тебя наживка вышла, – довольно равнодушно сообщил он бывшему капитану. – Жаль, Стрелка промазала этой суке в башку, а броня у сволочи отличная, – говоря все это, крепыш достал из кармана маленькую аптечку, оттуда появился шприц с прозрачной жидкостью. Не раздумывая, он воткнул иглу в ногу Жданова. И сразу стало легче, боль отступила. – Стрелка, ты засекла ее? – поинтересовался спаситель.

Что ответила невидимая Юре напарница, узнать не удалось, поскольку крепыш опустил забрало шлема и, махнув рукой на прощание, растаял в воздухе.

Жданов с трудом поднялся и, подобрав ворона, сунул в рюкзак. Надежда, что Эдгара еще возможно вернуть в строй, заставляла Шаха двигаться. Подняв свой дробовик и сцепив зубы, Юра похромал обратно к контрольке. Только там можно было привести себя и птица в порядок.

Через полчаса, едва переставляя ноги, кое-как добравшись до зала с капсулами, Жданов вспомнил, что доступа к виртуальному миру у него осталось всего на час. Мысленно обругав Систему, ее создателя и Чуму, Юра забрался в капсулу.

Все оказалось не так плохо. Зоомагазин, в котором он покупал насест и накладку, занимался еще и ремонтом питов. Правда, встало это прилично, пришлось отдать почти все, что осталось, в двенадцать тысяч обошлось полное восстановление Эдгара и еще в пять сотен – приведение в порядок себя. Итого – в остатке три тысячи. Да, дорого ему обошлось знакомство с Чумой. Правда, он получил очень важный урок: все, с кем он стрелялся до этого, – шваль беспонтовая.

– Ты как? – поинтересовался он у ворона, сидящего на плече.

– Нормально, Шах, – отозвался тот. – Эта сука меня просто вырубила. И сожгла кое-какие важные цепи, но все восстановлено, будем жить.

– Будем, – согласился Жданов.

Удалось немного пополнить копилку, встретив и доведя до контрольки еще двоих новичков. Это были мелкий парень лет семнадцати в подвернутых джинсах, вздрагивающий от любого шороха, и разбитная деваха, которая громко хохотала над спутником. Сопровождение едва не стоило Юре жизни – спикировавшая на них «таблетка» выдала длинную очередь, выстрелов в тридцать, и, если бы не щит, который Юра выставил совершенно интуитивно, все бы закончилось мгновенно. Второго захода дрон сделать не успел, упавший камнем с небес ворон двинул «таблетку» клювом с выплеском слабенького разряда ЭМИ. Та мгновенно оказалась на земле, а через минуту в рюкзаке Юры.

«Как ты ее проморгал?» – мысленно спросил Жданов напарника.

«Она в здании пряталась, – ответил птиц, – там, где окно на втором этаже выбито. И среагировала на ржущую девку. Тупая овца чуть тебя под монастырь не подвела».

– Ой, птичка, – беспечно заявила эта дурында и полезла гладить севшего Жданову на плечо Эдгара, за что мгновенно поплатилась. Птиц не стал терпеть подобной фамильярности и щелкнул клювом. Завопив, девка отдернула пораненную руку и больше к ворону не лезла, только злобно зыркала в его сторону, лелея мечты о мести.

Доставив эту бесполезную парочку и продав «таблетку», которую взяли крафтеры за очень неплохие очки, Юра проверил свой баланс – чуть больше четырех тысяч.

Особо не торопясь, Жданов пообедал в столовке, накапливая часы, необходимые для возращения в виртуальность.

– Ты Шах? – присев напротив, поинтересовалась высокая, крепко сбитая деваха с короткой стрижкой, да такой, словно парикмахер был в стельку пьян и у него дрожали руки.

Лицо грубое для женщины, этакий Шварценеггер в женском варианте, с тяжелой квадратной челюстью. Оружия не видно, броник выглядит как кираса с чашами для груди, но очень похож на пластик. Аналогичный материал был у той мясорубки, что они с Гранатом уработали. Аура у девахи оранжевая.

– А кто спрашивает? – не особо заинтересовавшись, спросил Юра.

– Поморка.

– И чего ты от меня хочешь?

– Так ты Шах?

– Ну, я же вроде как ответил, но если тебе нужно подтверждение, то да, я Шах.

– Мы обратили на тебя внимание, ты за четыре дня неплохо продвинулся. Руки не опустил, как многие тут… – Она посмотрела куда-то вправо.

Юра глянул в ту сторону и узрел двух мужиков, которые затравленно прятали глаза, сидя в углу над мисками с бесплатной бурдой.

– Ты говори, что нужно, – попросил Жданов, – я сегодня хотел разок в поле выйти.

– Вот про это я и говорю, – ответила Поморка, – ты барахтаешься, это хорошо, но ты слеп, и мы предлагаем вступить в наш отряд с равной долей.

– И зачем мне это? – удивился Жданов. – Как ты заметила, я еще жив. – И поднялся.

– Повторяю, ты слеп, ты не понимаешь ни механизмов существования тут, ни как применить то, что ты умеешь.

– Допустим, но я так и не понял, кого ты представляешь?

– Скажем так, мы ищем одаренных новичков, дабы превратить их в солдат. Тех, кого не сожрут в конце недели. Это задание Системы, и если ты доживешь до конца практики, отряд получит крупное вознаграждение.

– А что я буду с этого иметь, кроме знаний? Я теряю время и выгоду.

Поморка посмотрела на него с уважением.

– Я не ошиблась с выбором. Сейчас у нас несколько отрядов, в каждом по пять человек. Ты войдешь в группу Казана, он опытный матерый рейдер. И получишь равную долю. Твоя стажировка начнется прямо сейчас и займет две недели. Очки с добычи будут накапливаться, и по окончании практики их зачислят на твой счет.

– Нет, – покачал головой Юра. – Зачисление на счет – раз в два дня. И возможность покинуть отряд в любое время.

– По очкам никаких проблем, при сдаче трофеев твоя доля будет автоматически записываться к тебе, но по второму – однозначно нет, практика в две недели должна быть завершена, иначе мы не получим очки от Системы.

Жданов задумался. Он ничего не знает об этих людях…

«Эд, что думаешь?» – мысленно спросил он.

«Обычное дело, – отозвался ворон, – тут многие этим зарабатывают. Система охотно платит за это. Ей выгодна подобная практика. Теряется меньше бойцов. Если нужно мое мнение, я бы согласился».

Юра еще раз посмотрел на Поморку, та терпеливо ожидала его ответа.

– Хорошо, по рукам.

И тут же услышал системное сообщение:

– Кадет Шах заключил контракт с группой, проводящей обучение рекрутов. Рекрутер Поморка, срок обучения – две недели, распределение трофеев – равная доля отряда. Перевод на счет каждые два дня по требованию рекрута. Остальные подробности будут обсуждаться отдельно.

– Подтверждаю, – согласился Юра. – Что от меня требуется?

– Ничего, – ответила собеседница. – Хочешь, бери свое оружие, хочешь, мы дадим, но стоимость вычтем, да и не такое хорошее оно будет. У тебя крафтовый дробовик под усилением. Пистолет вообще системный. Так что скидывай все, что тебе не нужно в свой сундук, жрачка за наш счет, боеприпасы тоже. Жду тебя на улице.

Она встала и быстро вышла.

– Ну что, птиц, вот мы с тобой твари бесправные, устроят нам КМБ, побреют налысо и будут учить подшивать подворотничок к воротничку.

– Научат строем ходить, – поддакнул Эдгар. – Интересно, а я тоже маршировать буду? Или можно у тебя на плече кататься?

Юра громко и искренне рассмеялся.

Он быстро нашел капсулу и распотрошил свой рюкзак, перекинув все ненужное в ячейки, и вообще надо после возвращения разобрать хлам, сплавить лишнее, что было свалено в трофейные рюкзаки. При себе он оставил только оружие и боеприпасы. Не удержался и купил бутылку вискаря, аж за сто очков, сунул в небольшой карман и вышел в реальный мир.

Выйдя на улицу, Юра огляделся. Поморка ждала его рядом с… Юра озадаченно уставился на транспорт, пытаясь его классифицировать, такие ему еще не встречались.

– Это что? – разглядывая самый настоящий гантрак на аэроплатформе с высокими бортами, спросил он.

– Транспорт группы, мы зовем его стрелкобасом, – ответила рекрутерша. – Запрыгивай в кузов, нам нужно почти пятьдесят километров пройти за два часа.

Юра с вороном на плече влез внутрь, в кузове стояла автоматическая пушечная турель, над которой висел самопальный дрон-наблюдатель, он же наводчик. На лавке сидел еще один человек.

И Юра его отлично знал.

– Здорово, лейтенант, давно здесь?

Коровин поднял на него глаза, узнавание было мгновенным.

– Жд… – начал он, но Юра покачал головой.

– Нет, я теперь Шах. А Ты?

– А я Як.

Юрка заржал и обнялся с другом и сослуживцем. Тот выглядел очень уставшим, одет по-прежнему в форму, аура оранжевая, яркая. На коленях дробовик – помпа, побитая, с треснутым прикладом, но явно крафтовая.

– Как сюда попал? – спросил Жданов, садясь рядом.

– Через пару часов, как твое тело нашли, мы попали в засаду, в центре, сожгли наш «уазик» и меня вместе с ним.

– Сожалею. А в рекруты как угодил?

– Добровольно, – хмыкнул лейтенант, – нашел объявление в сети, попросился, условия нормальные. Ребята со мной перетерли, узнали, что я уже мясника грохнул и от мусорщика ушел, впечатлились и пригласили в отряд к некоему Казану.

– Ну, значит, вместе служить будем, – обрадовался Юра. – Да, знакомься, это Эдгар, кибернетический ворон, очень умный и саркастичный птиц.

Ворон склонил голову набок, изучая Быка, тот на полном серьезе кивнул Эду и с толикой уважения посмотрел на Юру.

– А ты, я смотрю, неплохо поднялся. Оружие, одежка, птица стоит не меньше пятидесяти тысяч.

– Гораздо больше. Ты, Як, будешь смеяться, но я его в карты выиграл.

– Ты всегда был в этом силен, а я даже не догадался, нет свободных очков.

Транспорт тронулся, Поморка тоже забралась в кузов и сидела напротив, в беседу не вмешивалась, прислушивалась, но лишь из любопытства. Весь путь до базы она пялилась в планшет. Их трижды обстреливали, но аэроплатформа отвечала из двух стволов, и нападавшие, понимая, что не правы, тут же замолкали.

Наконец, стрелкобас остановился перед зеленым энергетическим периметром, Юра привстал, оглядываясь. Два обычных дома в ста метрах от купола окружены зеленой силовой стеной, на втором этаже вместо окон автоматические турели. Дома связаны переходом.

Аэроплатформа зарулила во внутренний двор и остановилась.

– Вылезайте, приехали, – скомандовала Поморка.

Жданов и Коровин спрыгнули на асфальт, ожидая дальнейших распоряжений. Из ближайшего к ним строения вышел невысокий худой мужчина с волевым лицом, острым подбородком. Несколько секунд он их разглядывал, потом удовлетворенно кивнул.

– Рекруты, я ваш командир Казан, – представился он. – Слушаемся меня, выполняем все приказы, впитываем знания, и тогда мы сработаемся.

– Так точно, товщ командир, – шутливо в две глотки гаркнули бывшие менты.

– Служивые, – обрадовался новый начальник, – еще лучше, армия или полиция?

– Менты мы, – сообщил Жданов. – Он – Як, я – Шах.

– Это хорошо. Давай за мной, представлю вам остальных членов нашего «детского сада».

Юра с Быком переглянулись и направились следом. Начался новый этап в их жизни на Свалке человеческих душ.

Юра оказался в центре собственной берлоги в двух метрах от кровати. Он сбросил рюкзак прямо на пол, сделал два шага и блаженно рухнул плашмя на постель. Эдгар уже занял свое привычное место на насесте и молча наблюдал за Ждановым. А тот просто отдыхал, валяясь на кровати и не желая ничего делать, он жутко устал за последние две недели. «Детский сад» оказался совсем не детским, и если первые дни выдались вполне терпимыми, то дальше начались жесткие будни.

Поднявшись, Юра вытащил из сундука рюкзак с обычными шмотками и, стянув грязное белье, сунул его в сумку, после чего отправился в душевую. Когда он смысл с себя грязь и пот, начались постирушки.

Вернувшись в комнату, Юра просмотрел свой счет: не сказать, что он сильно увеличился за две недели, но десятка чистыми все же упала.

– Подъем, пернатый, – позвал он, – пойдем поужинаем. Як нас, наверное, уже ждет в шашлычной.

– Не хочу никуда, – отозвался ворон, – мне до вашего мяса дела нет, у меня вон кормушка под лапами. Двигай без меня. Понадоблюсь, просто позови.

– Ну, как знаешь, птица, летающая сама по себе, – подколол Жданов напарника и отправился в Кадетск.

Як и правда его ждал и даже уже уплетал салат.

– А где Эдгар? – уважительно спросил он.

– Его пернатое величество соизволило остаться на шесте, – пояснил Юра и уселся за стол. – Ну что, давай пожрем нормально, впервые за пару недель.

– Я только «за» и, зная твои вкусы, уже заказал нам шесть порций шашлыка, печеную картошку, острые соусы, жареные овощи. И бутылку вискаря.

Юра прикинул, выходило немало – очков на пятьсот.

– Пополам, – заявил он.

– Хрен тебе, – отозвался Коровин, – я обещал, что банкую, если выберемся; будешь пить и жрать, пока не лопнешь. Кармен скоро появится, она тоже в доле.

Юра улыбнулся. Кармен, маленькая, смуглая, похожая на цыганку девица с черными большими глазами и зеленой аурой лекаря, встретилась им в коридоре этажа, где поселили их группу. Она топала из душевой, замотанная в полотенце, но, надо отдать ей должное, при появлении новичков даже не смутилась, только крикнула:

– Сибирка, натягивай лифчик, нам тут пару кобелей подогнали, они меня за пять секунд раздели взглядом, попользовали и снова накинули полотенце. – А потом засмеялась и подмигнула.

Из комнаты, к которой направлялась смуглянка, выглянула еще одна девушка – правильнее сказать, женщина, ей было лет тридцать, лицо довольно милое, карие ореховые глаза смотрели с интересом.

– Ну вот, в принципе, все в сборе, – заявил Казан, когда группа собралась вокруг него. – Барышни, это Як. Тот, что на голову выше, Шах. Смуглянку зовут Кармен, а это высокая – Сибирка. Вы – моя новая команда. Чем мы будем заниматься, я расскажу завтра. На первые несколько дней распорядок простой: теоретическое изучение мира вокруг себя, и процесс этот проходит в классе. Так что в восемь подъем, полчаса на завтрак, потом прошу на занятия. Сразу скажу, никаких гулянок, пьянок и уж точно борделя я не потерплю, все это за пределами базы. Поймаю на этом, вылетите отсюда, как снаряд из гаубицы, и будете должны неустойку в пятьдесят тысяч. Вопросы?

– Раздавить бутылку виски за встречу со старым другом считается пьянкой?

– Если позовете меня и девочек, то нет, – подмигнул Казан. – Бутылка на пять человек чисто технически не может вылиться в пьянку.

Все присутствующие шутку оценили и покатились со смеху.

– Командир, где вещи бросить? – поинтересовался Як.

– Ваша комната слева от девичьей, я живу справа, кухня у нас – следующее помещение за вашим, за кухней душевая, ну и небольшой класс, большой нам не нужен, крупные группы непродуктивны.

– Все ясно, – подвел итог Юра, – тогда давайте минут через двадцать встретимся на кухне и посидим немного. Вопросов пока больше не имею. Но только пока.

Погруженный в воспоминания Юра вздрогнул, услышав голос Коровина:

– Эй, Шах, ау, есть кто дома?.. Еда приехала. И Кармен уже на подходе.

Юра мотнул головой и оглядел уставленный яствами стол. Смуглянка возникла из пустоты и опустилась на стул. Натужная улыбка скользнула по губам восемнадцатилетней девушки.

– Удается поспать? – спросил Жданов у Кармен.

Та нехотя кивнула.

– Только сны очень плохие. Никак забыть не могу.

– Со временем пройдет, – успокоил Як.

Он разлил вискарь по рюмкам, смуглянка равнодушно взяла свою и, никого не дожидаясь, залпом выпила.

Мужчины переглянулись и тоже бахнули.

Юра посмотрел на подругу. Куда делась та веселая и жизнерадостная девушка, с которой они в первые дни учебы изучали мир оборонного пояса и выжженных земель? Куда исчезла та хулиганка, которая ночью проникла в спальню мужчин и измазала двух бывших ментов зубной пастой? Похоже, она повзрослела в один день. В выжженных землях осталась молодая беззаботная Кармен, там, где, заливаясь слезами, закрыв глаза, она рубила мачете свою подругу Сибирку, потому что по-другому нельзя. Там, где пыталась затянуть своим слабеньким лекарским умением разорванное брюхо Казана.

В этот вечер в шашлычной Юра, сидя рядом с Яком и Кармен, много ел, а еще больше пил. Поморка не обманула, он многому научился на практике. Но, к сожалению, пришлось вспомнить то, что хотел забыть, – каково терять друзей, людей, с которыми ты провел две недели под одной крышей.

Грустный был ужин и очень тяжелое утро.

Голова раскалывалась, вот уже три дня он не видел обычных снов, снился только сектор в выжженных землях, где они влетели в засаду мясников и боевых роботов, которых все называли кротами, хотя единственное, что их роднило, так это то, что и те и другие зарываются в землю. Обнаружить их крайне сложно, только по косвенным признакам можно догадаться, где они прячутся. Вот и тогда прошляпили.

Он с Яком и Кармен вырвались, но большой ценой. Если в оборонном поясе мясники были не бог весть какие противники, за редким исключением, то в выжженных землях, на своей территории при поддержке темной Системы (так все именовали взломанную ветвь, оставшуюся за куполом), эти твари становились смертельно опасными. Хорошо, что муты вдруг появились со своими странными способностями и оружием и вцепились в загривок мясникам. Если бы не они, никто бы из группы не ушел. И это в двух километрах от купола. У Сибирки не было шансов, «крот» выскочил прямо из-под земли в десяти метрах от нее и ударил сразу из двух стволов, сметя ее и идущего следом Казана. Девушка только успела тихонько вскрикнуть и начала заваливаться на бок, в ее груди были сразу две сквозные дыры размером с кружку, она фактически прикрыла остальных. Командир сейчас в лечебнице, восстанавливается, дело это не дешевое.

Таков мир Эдема, с которым Юра познакомился очень близко, и дальше будет то же самое, и либо он смирится, либо погибнет.

Он думал, Як останется с ним, но тот выбрал другую дорогу – захотел стать инструктором в «школе».

– Шах, ты опять кричал во сне, – пожаловался ворон.

Юра проигнорировал Эдгара, встал, умыл рожу в маленькой раковине, которую прикупил неделю назад, когда выдалось побывать в контрольке вместе с Поморкой, та набирала новых рекрутов. Очков было немного, и позволить себе полноценную ванную за десять тысяч Жданов не мог. Но поставил себе цель обязательно обзавестись ею. Хотелось поскорее превратить берлогу в дом.

Юра провел ревизию: кроме десяти тысяч, которые ему начислили, он за эти две недели ничего не заработал. Из засады они ушли без трофеев, вынося мертвую Сибирку и раненого командира. «Практика» принесла ему многое, он стал лучше ориентироваться в окружающей его реальности, она больше не казалась ему воплощением хаоса. Он пережил ночную резню с мусорщиками и даже ранил одного, которого затем добил командир.

Казан был хорошим инструктором, и, если бы не засада, их обучение закончилось бы спокойно, но выжженные земли не любят, когда все хорошо, и всегда преподносят сюрпризы. Так в полном составе погибла группа новичков, которой командовал Наемник, совсем свежий набор. Они застряли на ночь за куполом, учебный выход превратился в резню с тварями, останки новичков случайно нашли рейдеры, возвращавшиеся с ночной охоты. Оружие погибших курсантов и три трупа мусорщиков они забрали себе – таков неписаный закон выжженных земель. Но директора «школы» в известность поставили.

Мир Эдема был кровавым миром, здесь человеческая жизнь ничего не стоила.

Приведя себя в порядок, Жданов переместился в Кадетск и позавтракал. На этот раз душа требовала не только мяса, но свежего хлеба, поэтому он пошел туда, где все это было вместе. Местный фастфуд не слишком популярен, но Юре, который в прошлой жизни привык жрать на бегу, понравился. Заказав себе здоровый багет с обжаренным на углях мясом, острым соусом и овощами, он блаженно сделал глоток крепкого кофе.

Теперь, когда практика закончилась, нужно было думать, как жить дальше, знания – штука хорошая, он многое получил от ученичества. Но информацию в чистом виде на хлеб не намажешь, нужно качаться, приобретать умения, становиться сильнее, сейчас он там же, где и был две недели назад, он уже не мясо, и даже перерос термин «мясо с именем». Но до человека, к которому будут относиться серьезно, ему далеко.

Все время практики он задавал Казану вопросы, тот всегда отвечал охотно:

– Рейдеры – люди удачи, бывает, уходят по наводке на миллион, а возвращаются с пустыми карманами и дырявыми штанами, а бывает, наткнешься на погибшего в руинах, и ты миллионер. Существует даже не слишком уважаемая каста стервятников. Стервятники – это те, кто своей работой сделал обирание трупов; они ежедневно небольшими отрядами прочесывают руины в местах столкновений в пределах купола и за ним, и, если кто-то встанет между ними и добычей, он покойник, особенно если об этом никто не узнает. Система, конечно, отследит, но ей плевать. Заказы на стервятников не редкость, но с ними стараются не связываться, у них своя гильдия, куда они отдают двадцать процентов за защиту. А гильдия старается не оставлять нападения на стервятников безнаказанными, за исключением тех случаев, когда «шакалы» борзеют сверх меры.

Мир за границей купола был устроен своеобразно, только один из тысячи бывалых рейдеров уходил дальше чем на сто километров. В основном движуха шла в радиусе пятидесяти. Хотя заманчивые задания от Системы имелись. Например, миссия по разведке дальних территорий стоила пятьсот тысяч, важная информация оплачивалась отдельно. Вокруг Вышеграда расходились концентрические круги напряженности. Мясники гнездились где только могли, но все их базы были за десять и более километров от купола. Объяснялось это просто: темная Система именно в этот радиус сгоняла роботов и андроидов. Цель простая – война с Вышеградом, который жил под защитой «мертвецов», была не закончена. Ночью помимо роботов вокруг купола появлялись орды мусорщиков, существовало предположение, что они также подчинены темной Системе, иначе невозможно объяснить, почему они не трогали базы мясников.

Дальше шли незанятые земли, людей, кроме редких рейдеров, уже не встретишь, там жили странные муты, так сокращенно именовали мутантов, жителей мегаполиса, которые остались в отравленных руинах. Они создали свое общество, о котором было известно крайне мало, и убивали всех – мясников, мусорщиков, роботов и рейдеров. А вот что творится на потерянных территориях на удалении дальше ста тридцати километров, не знал никто. Огромный континент жил собственной жизнью. Континент-город, восемьсот километров в длину и тысяча шестьсот в ширину. Огромный метрополис, лежащий в руинах, от которого уцелел только центральный элитный район, называемый Вышеградом.

За размышлениями Юра даже не заметил, как умял сэндвич. Прислушавшись к себе, он понял, что не наелся, и заказал еще один, на этот раз что-то вроде шаурмы, запеченной в тесте.

Итак, вопрос со знаниями он кое-как решил, на первое время хватит, а вот вопрос с деньгами, они же очки, на прокачку стоял острый. Нужно развивать себя: с тем, что у него есть, в выжженные земли соваться в одиночку – самоубийство, а в отряд, в приличный отряд, такого новичка не позовут. Оказалось, что в поясе очень много значит имя, и не то, что оно есть, а насколько оно прозвучало.

Через двадцать минут Юра был уже снаружи. Взяв задание на мясников и встречу мяса, он вышел за зону безопасности. За полдня он привел нескольких новичков и застрелил какого-то оборванца, который, похоже, решил с земным пистолетом поохотиться на вновь прибывших. Расчет понятный, только вот неясно, как это чмо умудрилось в таком виде по выжженным землям ходить. Разгадка оказалась простой: подонок был местным, из пояса, не мясник, просто сбрендивший ушлепок, который бродил от контрольки к контрольке, убивая людей.

Обедал Юра в местной столовке, экономя очки, жуя безвкусную белковую массу, попутно проглядывая новости пояса, и не сразу обратил внимание на мигающую в верхнем правом углу виртуального монитора иконку личного сообщения красного цвета с восклицательным знаком.

– Открыть, – приказал Шах.

– Я найду тебя, падла, – раздался в ухе знакомый, но уже подзабытый голос. – Я тебя, падла, за этого ворона выверну мехом внутрь. Лучше не высовывайся из безопасной зоны.

– Пан, ты, что ли? – наконец поняв, кто к нему обращается, весело ответил Юра. Он почему-то совершенно не боялся этого красноватого болтуна. – Спасибо за подгон, птица неимоверно крутая.

– Сука, я тебя на куски порву. Я знаю, что ты на семьдесят шестой контрольке, готовься сдохнуть.

И канал пропал.

– Я же говорил, что он так этого не оставит, – наставительно заметил Эдгар.

– Эд, знаешь, после общения с Чумой и после практики я почему-то совершенно не боюсь этого ушлепка.

– То, что он не так крут, не значит, что он не опасен, – возразил ворон. – Пан тут гораздо дольше, чем ты.

– Разберемся, – ответил Юра и, достав из рюкзака колбу с водой, сделал пару глотков. – Пошли, поищем этого гамадрила, может, подниму с него что важное. Этот придурок, сам того не ведая, дал мне преимущество, зря он меня известил, что хочет поквитаться, теперь я готов.

И, выщелкнув магазин с обычными патронами, Юра поставил другой, со специальными усиленными.

– Смотри, чтобы как с Чумой не вышло, – продолжал предостерегать Эдгар. – Этот Пан хоть и болтун, тем не менее уже не раз бывал в выжженных землях, а это о многом говорит. Там, где завалили Спицу, не многие могут ходить.

Юра задумался. Птиц дело говорил, но прятаться или бежать было не в правилах Жданова. Проблему Пана нужно решать.

– Как думаешь, он один? – Жданов спросил у напарника, выйдя на ступени и оглядываясь в поисках заинтересованных в нем личностей.

– Понятия не имею. Я не слишком много знаю про Пана, кроме того, что он был где-то километрах в двадцати от тебя на сорок пятой контрольке. Похоже, вы случайно тут столкнулись.

– Ладно, Эд, давай на взлет. Если он один, то наверняка сейчас следит за выходом из кубика. Либо у него тут человек. Попробуем поиграть в прятки.

Ворон, совсем как настоящий, издал протяжное «ка-аррр» и, снявшись с плеча, поднялся в небо.

Жданов пару минут стоял, дымя сигаретой; запас подходил к концу, нужно будет купить курева. Докурив, Шах направился в обход кубика, сейчас его очень интересовали мясники, поскольку задание на них он взял, а вот трупов не предоставил. Сверившись с планшетом, Юра нашел две точки новичков, они находились в каком-то доме в полутора километрах отсюда и не двигались, что было очень странно. Похоже на ловушку по типу той, что устраивала Чума, мясники часто так охотились на рейдеров, практика известная. Суки, по сути, не изобрели ничего нового, так поступают снайперы – подранить бойца и снимать тех, кто идет к нему на выручку.

– За тобой следят, – сообщил ворон, когда Юра покинул зону безопасности и нырнул на узкую улочку, заваленную никому не нужным хламом. – Один человек идет следом, но это не Пан. А еще в небе чужой сокол, он сейчас на два километра выше меня. Прокачанная модель, но он может и не иметь отношения к нашим врагам.

– Значит, все же сучонок не один действует. Ну что ж, начнем? А вот то, что у них своя птичка, плохо. Давай ко мне, не хочу тебя снова потерять.

Ворон спустился буквально через минуту на бреющем полете, он сложил крылья и впился когтями в накладку. Юра, не ожидавший подобного фокуса, едва не полетел мордой в землю.

– Эй, напарник, давай поаккуратней, – возмутился бывший мент.

В ответ он получил задорный смех, хулиганистый птиц был очень собой доволен.

Шах нырнул в один из ближайших домов.

– Зря надеешься, соколы обладают гораздо лучшим зрением, чем я, он стопроцентно знает, куда ты зашел. Если он, конечно, по твою душу.

– Видишь ли, мой пернатый друг, я и не прячусь. Надеюсь, они думают так же, как и ты.

Юра достал муляж гранаты и леску, он купил их еще перед практикой, и вот теперь настало время испытать новый прием. Прикрутив гранату к перилам так, чтобы была скрыта, но легко обнаруживаема, натянул леску на уровне живота. Теперь лестница вверх была «заминирована». Но сам Жданов на лестницу не пошел.

– Оставайся тут, спрячься вон там, в щели, держи лестницу под присмотром, и, как только противник появится и полезет вверх, дай мне знать, только не подставляйся.

Ворон взлетел и поднялся на этаж выше, через пару секунд его голова высунулась из маленькой дыры прямо над входом.

Юра на секунду применил умение «твой взгляд», посмотрел, как все выглядит со стороны глазами напарника, – все должно было получиться, пленных он брать не собирался. Отступив в темный коридор, он прикрыл дверь, давно лишившуюся замка и побитую пулями.

Потянулись минуты ожидания.

– Он здесь, – сообщил Эдгар, – заметил твою растяжку и теперь медленно и осторожно поднимается по лестнице.

Юра снова на мгновение применил способность, чтобы самому увидеть противника. Тот медленно шел по ступеням вверх, вот добрался до гранаты, замер, пригнулся, надеясь пролезть под леской.

Именно в этот момент Жданов отключился от ворона и, перебарывая неприятные ощущения в глазах, тихонько толкнул дверь стволом дробовика. Та бесшумно приоткрылась, незнакомый рейдер, обладатель красной ауры и черного бронежилета, даже не дернулся. Юра выстрелил дважды с трех метров, не оставляя противнику ни одного шанса. Первая пуля угодила точно меж лопаток, швырнув его вперед, вторая пуля догнала его уже в полете и попала в поясницу. Неосторожный преследователь заорал от боли, изо рта выплеснулся фонтан крови, он забулькал, заскреб руками в перчатках по ступеням, потом засучил ногами, словно танцевал джигу, дернулся еще раз всем телом и замер.

Жданов торопиться не стал, снова прикрыл дверь и отступил в темноту. Пан наверняка где-то рядом. Но тот не спешил.

Прошло пять минут, потом еще пять.

– Эд, давай наружу, но не через запасный выход, найди другой вариант, думаю, тут хватает выбитых окон. Только не подставляйся.

– Понял, – отозвался ворон.

Дверь, ведущая в холл цокольного этажа, в тылу у Юры, открылась бесшумно. Если бы Жданов стоял к ней спиной, то получил бы пулю, как напарник болтуна на лестнице.

Пан решил, что он самый хитрый и прокрался в обход. Он выстрелил сразу, как только разглядел силуэт в темноте, но на секунду раньше Жданов выставил левую руку и сложил фигу. Активация щита и выстрел совпали. Пуля из навороченной винтовки ударила в светящуюся голубым преграду, Юру смело, рука отсохла в одно мгновение. Но и Пан, странно вздрогнув, покачнулся и рухнул на спину. Жданов уронил дробовик на мягкое напольное покрытие, которое хоть и было в грязи, но все еще сохраняло свои функции, оружие упало совершенно бесшумно. Отсохшая рука со щитом висела плетью вдоль тела и была бесполезна, поэтому Шах воспользовался пистолетом. Вытащив его, он направил ствол на тело, но противник не шевелился, Пан лежал на спине, вытянувшись во весь рост, и булькал кровью из простреленного горла.

– Снаружи чисто, никого не наблюдаю, – доложил Эдгар. – Сокол исчез.

– Молодец, веди наблюдение. Твой бывший владелец остывает, он, ублюдок, мне за спину зашел. Но ему не повезло, фига оказалась сильнее.

Юра приоткрыл дверь у себя за спиной, пуская в темный коридор свет. Что ж, Пана можно было списывать со счетов, он словил рикошет точно в горло и теперь тихонько доживал последние секунды.

Юра отпихнул ногой винтовку и склонился к умирающему.

– Дурак ты, Пан. Бог ведь шельму метит, я честно выиграл ворона.

– Сука, – с ненавистью прохрипел тот и, дернувшись, умер.

Юра взялся за мародерство, это стало уже привычным делом. Собрав с трупов оружие, он занялся карманами и одеждой. В его рюкзак все не влезло, пришлось цеплять себе на грудь рюкзак Пана, второй безымянный охотник на него был без этого девайса, но зато имел отличную разгрузку.

Покончив с обыском и трофеями, Жданов достал топор и выволок трупы на улицу, после чего быстро и уже привычно разделал их, не стоило плодить в оборонном поясе мусорщиков.

Через полчаса с максимальной осторожностью он добрался до контрольки. Стоило войти внутрь, как на браслет пришло сообщение. Прочтя его, Юра удивленно присвистнул.

– Однако, – усмехнулся Юра и направился к капсуле, нужно было сгрузить трофеи, день еще не закончился.

Весь остаток дня Жданов потратил на разбор трофеев, поднятых с парочки заднеприводных, устроивших за ним охоту. Надо сказать, он очень неплохо поднялся. Оказалось, что на приятеля Пана – три контракта на восемьдесят шесть кусков, он был мясником из-за купола, принадлежал к группировке Кровопускатели, имел непонятный Шаху статус лейтенанта. Похоже, это что-то вроде командира сотни. Звали его Карбид. Кстати, пуля, попавшая в броник, его не взяла, там только впечатляющий синяк остался, а вот вторая, в поясницу, перебила позвоночник и вырвала кусок живота. Защита из черных пластин оказалась целехонькой и сейчас лежала на столе перед Ждановым.

– Алиса, свойства предмета, – потребовал Юра. – Кстати, а у тебя есть виртуальный образ? Типа ты такая голограмма в сексуальных тактических шортах цвета хаки и в лифчике такого же цвета?

– За это нужно доплатить, – хихикнув, сообщила Система, – цена – две тысячи.

– Попозже, – отозвался Жданов. – А теперь ну-ка сообщи мне, что за броник?

– Крафтовый бронежилет второго уровня, изготовлен из грудных пластин мусорщиков, на основе наноткани. Конкретный размер, изменение невозможно. Гарантированная защита от стрелкового оружия земного типа, кроме крупного калибра и крафтовых образцов третьего уровня. Защита от системного оружия первого класса, пистолетов, не оснащенных модулем усиления. Дополнительные свойства – остановка крови, выносливость уровень два, устойчивость к термическим повреждениям. Дальнейшие улучшения невозможны, предмет гарантированно разрушится. Цена – шестьдесят шесть тысяч.

Шах примерил броник.

– Ох, велик.

Следом он осмотрел оружие мясника – винтовка, пистолет и нож. Все было системным и совершенно бесполезным. Винтовка и пистолет требовали навыка «оружейный» третьей ступени. А нож – навыка «холодное оружие» второй. Но стоило это все – закачаться можно! Винтовка аж двести тысяч, правда, безгильзовый боеприпас дорогой, пятьдесят очков штука, пистолет – восемьдесят тысяч, нож – двадцать шесть. Все с прокачкой, очень полезной. Жаба начала душить просто неимоверно.

А вот разгрузка оказалась замечательной, с системным усилением «облегчение боекомплекта». Вот только была она заточена исключительно под магазины к винтовке, которую Юра пока использовать не мог. Пять магазинов, две гранаты, одна обычная шрапнельная, а вот вторая – какая-то паралитическая, но не газ, и требовала она соответствующий навык «гренадер».

Настало время ознакомиться с имуществом Пана. Первым из рюкзака был извлечен комплект одежды с матовым серебристым отливом, точно так же выглядел сейф и шкаф из тариила.

– Алиса, справка.

– Крафтовая одежда второго уровня, наноткань с добавлением тариила, повышенная прочность, выдерживает попадания из земного оружия, за исключением крупного калибра, невосприимчива к огню и энергетическому разряду до второго уровня включительно. Размер и фасон изменяется по воле владельца. На данный момент установлено три усиления: «выносливость», второй уровень, «маскировка», первый уровень, «энергетический резерв», второй уровень. Дальнейшие улучшения возможны. Цена – восемьдесят одна тысяча.

Высокие сапоги оказались из той же оперы. Юра скинул свою одежку и надел трофейную. Надо сказать, выглядел он довольно странно. У одежды оказалось собственное меню, и бывший капитан принялся за настройку. Через полчаса он наконец получил определенный результат: куртка и штаны превратились в самый настоящий доспех с гибкими сочленениями, не мешающими движению, вот только цвет на более незаметный сменить не удалось, он так и остался матовым серебристым. Ради интереса Юра накинул куртку на спинку стула, застегнул, достал пистолет и выстрелил в грудь. Пуля срикошетила, стул закачался, но устоял. Дробовик что пулей, что картечью показал идентичный результат.

– Интересно, почему встречается так мало шлемов? – озадачился Жданов. У обоих врагов этот девайс отсутствовал.

Настало время оружия. Да, Пан и вправду поиздержался, магазин к винтовке, из которой тот стрелял в Шаха, был единственным и наполовину пустым.

– Алиса, справка.

– Системная винтовка второго уровня «дырокол», автоматическая. Режимы стрельбы – одиночный, в два выстрела, автоматический огонь. Программируется мысленно. Способна изменять тип боеприпасов под задачу. Эффективная дальность стрельбы – семьсот метров. Программируемый боеприпас калибра девять миллиметров в пластиковой самоуничтожающейся гильзе. Требование к применению – оружейный навык второго уровня. Установленные модификации отсутствуют, дальнейшее улучшение возможно. Цена на данный момент – сто сорок две тысячи. Владелец отсутствует.

– Алиса, почему винтовка не смогла пробить мой щит? Ведь она гарантированно должна была прошить и меня и щит.

– Последнее программирование винтовки – на экспансивный боеприпас, такой просто технически не может пробить щит первого уровня. Если бы стояла обычная пуля, которую не запрограммировали, то есть из таррия с наночастицами, ты был бы мертв.

– Спасибо, – поблагодарил Юра.

От части трофеев он точно избавится, баллов хватит на прокачку старых навыков, а ведь еще не все посмотрел. И есть награда за Карбида. На все теперь хватит.

Пан оказался козырным парнем, сначала птицу подогнал, потом очень удачно сдох, подставив дружка.

В рюкзаке Пана оказался еще один планшет, с которого Жданов слил всю информацию в собственное хранилище. Потом снова посмотрел на броню, которая ему досталась, вроде ничего так, но все же это не полноценный боевой костюм, как у того же Тевтона или Казана. Одежда Карбида была идентичной той, что сейчас на нем, обычная наноткань, но с усилениями – «маскировка», «выносливость», «стойкость к перегрузкам», все второго уровня.

Юра открыл описание перка. Все тут же стало на свои места: при использовании некоторых специфических умений, таких как «рывок», «каменная кожа», «вихревой щит», одежда получала непоправимые повреждения. Стоил костюмчик Карбида почти сорок тысяч и был для Юры гораздо привлекательней, чем матовый, хоть тот вроде и пули держит, но вот сам по себе не очень удобный.

Взяв планшет, Жданов направился в милицию Кадетска. Дежурный был уже другой, он молча забрал у Юры трофейный девайс, просмотрел отчет Системы по скачанной информации. Сначала он читал лениво, потом его лицо стало напряженным, глаза забегали по строчкам. Он нажал на браслете сенсор и открыл окно чата.

– Подождите, – вежливо попросил он, – с вами должен побеседовать майор.

Жданов пожал плечами, устраиваясь удобней на стуле у стены. Ждать пришлось долго, минут сорок. Наконец явился бородатый здоровенный детина лет сорока, тучный и не слишком поворотливый, но с живым и очень цепким взглядом, есть такая порода людей – смотрят на тебя и сразу насквозь видят. Он быстро просмотрел данные, которые Система выжала из планшета, и внимательно уставился на Юру.

– Как звать? – спросил майор.

– Шах.

– Откуда это? – кивнул он на планшет.

– С тела, – спокойно ответил Жданов.

– Что за тело? – довольно хладнокровно поинтересовался начальник милиции.

– А что за данные? – в свою очередь, задал вопрос Юра. – Майор, я человек служивый, на меня где сядешь, там и слезешь.

– Мент?

– Мент, седьмой отдел, если тебе это о чем-то говорит.

– Говорит, – уже более уважительно ответил собеседник, – зови меня Сватом. Итак, Шах, к тебе случайно попали данные, которые просто не могли быть у обычного мясника. Так что колись, что за тело?

Юра быстро изложил историю с вороном, потом рассказал, как сегодня получил фактически вызов на дуэль, как затем завалил мясника. А потом, объяснил, как не повезло Пану.

– Везучий ты, – состроив удивленную рожу, заявил Сват, потрясенно качая головой. – Не хочешь к нам ликвидатором?

– Пока нет. Колись, майор, что там за данные?

– Ты пристукнул разведчика мясников, этот утырок Пан технически не мясник, он местный, системный, а они, как ты уже наверняка знаешь, если не зря в «школу» ходил, – хохотнул мент, – уже не совсем люди, что-то с ними происходит в выжженных землях.

– Давай без истории, – попросил Юра, – знаю я эти теории.

– Ну если без истории, то все просто, этот чушок Пан таскался по поясу и в окрестных местах, конкретно в пределах двадцати километров этого сектора.

– Сбор информации?

Майор кивнул.

– И не только. Во-первых, в нашем секторе один из четырех контрольно-пропускных пунктов в Вышеград. Во-вторых, тут, на планшете, есть досье на некую девицу, аж из Верхнего города. Скажем так, ее папаша настолько большая шишка, что, если захочешь оказаться с ним в одном здании, нужно в одиночку победить темную Систему. И то не факт, что он заметит тебя. Если вкратце, все, что ты можешь купить в Системе, появляется там не без его участия.

– Дальше, – попросил Юра, пытаясь сложить полученные данные и образ Пана, этот имбецил совершенно не вязался с историей про принцессу. Он даже на разведчика не тянул.

– А больше ничего, – пожал плечами Сват, – кроме того, что эта дочка очень страстно хочет вернуть выжженные земли, но на нее смотрят как на слегка чокнутую.

– Не вяжется, – взвесив имеющиеся данные, мотнул головой Жданов. – Даже я, человек, который тут еще и месяца не провел, знаю, что проще заиметь ручного мусорщика, чем жители Вышеграда полезут за периметр.

– В принципе, никаких особых ограничений на посещение нашей «песочницы» у жителей Вышеграда нет, – развел руками майор, – тут, в оборонном поясе, попадаются отдельные кадры оттуда. Я даже знаю пару девок, которые работают на здешней панели. У них с головой не все хорошо, они просто станки для удовлетворения похоти. Ну да не важно. Так вот, данные на планшете говорят о том, что в секторе готовится нечто очень важное.

– Ладно, Сват, это твои дела, и я думаю, инфа чего-то стоит.

– Еще как, – усмехнулся дежурный, – богатым человеком сейчас станешь, ну для новичка точно. Вот твоя добыча.

Браслет пискнул, сообщая о пополнении счета. Юра зашел в меню.

– Приятно удивили, не думал, что Система настолько расщедрится, ожидал тысяч пятнадцать. Но чтобы сто сорок, и это не считая награды за Карбида.

– Ладно, Шах, давай топай, – поднимаясь и пожимая Юре руку, произнес майор. – Предложение мое в силе, нам такие орлы нужны. Если что, твой контакт есть, захочешь, можем предлагать разовые задания, без кабалы.

– Подумаю, – ответил Жданов.

Тут в помещении появились сразу пять человек. Похоже, был объявлен общий сбор местных ментов, машина начала медленно раскручиваться.

Юра махнул на прощание рукой, и уже через мгновение был у себя дома. За сегодня он очень хорошо поднялся, теперь надо решить, как этим всем распорядиться.

Тут выживают только те, кто постоянно лезет вверх. Пора и ему стать чуть ближе к вершине.

Наивные мечты… Счет, который так стремительно наполнился, так же быстро и опустел. Юра продал все, кроме винтовки Пана и трех аккумуляторов, висевших на поясе у его напарника. Разгрузку тоже толкнул, она совсем не подходила под магазины винтовки, которую он оставил себе. Итого, после продажи лишнего барахла, у него оказалось чуть больше семисот тысяч очков. Правда, и трофеев у него осталось всего ничего. Теперь нужно было всем этим грамотно распорядиться.

Первым он изучил навык «оружейный» второго уровня. Когда головокружение схлынуло и комната перестала шататься, Юра, взял в руки наследство Пана, и теперь винтовка ощущалась совсем иначе. Стоило ухватиться за рукоять, как та сразу потеплела.

– Новый владелец – кадет Шах, – заявила Алиса. – Уровень допуска к оружию полный. Вызвав меню, вы можете ознакомиться с возможностями и командами программируемой системной винтовки второго уровня «дырокол». Оружие персональное, без смены владельца, никто не сможет им владеть, продать или обменять. При утере, оказавшись в контрольной точке, вы сможете вызвать оружие к себе.

– Условия смены владельца?

– Продажа оружия владельцем, передача в дар с подтверждением в контрольной точке, гибель владельца. Существуют два исключения использования винтовки помимо этих трех возможностей, это разборка ее на запчасти и взлом. Но подобная операция стоит очень дорого и нерентабельна.

Юра мысленно открыл меню оружия.

– Впечатляет, – состроив рожу, буркнул он. – Пан, как же ты умудрился потерять все, что было?

– Легко, – отозвался Эдгар, – он тебя повстречал. Или это был риторический вопрос?

– Риторический, – усмехнулся Жданов, – но твой ответ меня вполне устроил.

Он, не вставая с кровати, купил еще боеприпасов. Сто программируемых патронов обошлись ему в кругленькую сумму – 200 очков за штуку.

– А ведь сотня – это фактически ни о чем.

Подумав, Шах создал виртуальный счет, привязанный к основному, и закинул на него двадцать тысяч. Теперь у него всегда будут деньги на боеприпасы, случайно их не потратит.

Итак, программирование. Сейчас в руках у Жданова полноценный стрелковый комплекс. Беззвучный режим, интегрированный глушитель включался только по приказу, переключение между видами огня можно активировать мысленно. Патроны имели пять режимов программирования: бронебойный – против андроидов и среднего бронирования, разрывной – против мусорщиков, снайперский – на дистанции выше пятисот метров, экспансивный – для работы по целям, не имеющим защиты, и электромагнитный – отлично вырубает технику, датчики, щиты, основанные на генераторах поля.

Да, винтовка замечательная, а еще есть возможность установить усиления. Юра пробежался по разделу мастеров, занимающихся апгрейдом, и присвистнул, всего на данную модель можно было установить три скила. Каждый обходился в сорок тысяч за первый уровень, второй – уже восемьдесят, на третий мало кто решался, так как предмет уже на втором уровне имел вероятность пятьдесят на пятьдесят. Жданов тяжко вздохнул, то, что еще недавно ему казалось вполне приличным состоянием, было так, мелочью, на два-три серьезных апгрейда.

Юра долго рылся в возможных перках, их было больше десятка. В итоге решил установить три. Дорогое удовольствие, все стартовые стоили по сорок тысяч каждое. Первое, что он выбрал, это увеличение бронепробиваемости, теперь «дырокол» будет гарантированно делать дырки даже в крафтовых жилетах второго уровня и системной броне первого. А это уже серьезная заявка. Вторым скилом стал автоприцел «повышенная точность», в автоматическом режиме сопровождения цели, следующий уровень давал возможность рентгена, а если рискнуть и воткнуть третий, то ведение одновременно до пяти целей. Ну и, наконец, третье улучшение, или, как именовали это крафтеры, перк «молот», – теперь с вероятностью пятьдесят на пятьдесят можно сбить противника с ног, и это даже если ты его не смог ранить. Полезное улучшение. Правда, вес со всеми этими приблудами прибавился, раньше комплекс весил три с половиной, теперь четыре с четвертью. А еще нужно было укрепить одежку, доставшуюся в наследство от Карбида, и тут он вспомнил про крафтера, которому толкнул сейф, тот обещал хорошую скидку, пора было ею воспользоваться.

– Чат с Электриком, – мысленно приказал он.

С минуту шли длинные гудки, словно в телефонной трубке на старушке Земле, – у Системы было определенное чувство юмора. Наконец на виртуальном экране появился мастер.

– О, какие люди, – обрадовался он. – Я жутко занят, и если ты не принес еще один сейф из тариила, то ничем помочь не могу.

– А нужно, – покачал головой Юра, – у меня большой заказ. Необходимо сделать из этой наноодежки, – он махнул рукой за спину, – что-то наподобие брони, чтобы хоть обычные пульки держала, уж больно вкусные на ней перки висят.

– Извращенец, – с сарказмом заявил Электрик, – но это возможно, делал я подобное. Это все? Если да, то мелковат твой заказ.

– Нет, нужно улучшить системную винтовку «дырокол», поставить на нее три апгрейда, или как у вас там это называется? Перк? Справишься?

– Первый уровень? – спросил крафтер.

– Да, чистая.

– Без проблем, оплачивай улучшения. За работу, как обещал, дам скидку в пять процентов, но готово будет только завтра днем. У меня очень важный заказ. Броня к этому же времени, тариил не поставлю, его нет, кризис. Так что максимум, на какой можешь рассчитывать, – бронелисты с андроидов или грудные пластины с мусорщиков.

– Что лучше?

– Лучше шкура с задницы дракона. – Видя, как вытянулось лицо Жданова, Электрик заржал. – Это шутка, бери пластины мусорщиков, а бронелисты – бюджетный вариант.

– Сколько должен за все?

– Покупай перки и пересылай мне, костюмчик и ствол тоже закидывай. Теперь по пластинам: поставки стабильные, цены такие же, каждая стоит пять тысяч штука. Если интересно, почему их покупаю всего по две, то отвечу – сырые пластины никто не ставит, их дорабатывают, а это очень недешево. На твой костюмчик уйдет примерно десяток, итого пятьдесят тысяч плюс работа, но тут я тебе обещал скидку, значит, пять процентов с твоего заказа. Я мужик честный, обещал, выполняю, итого… – он задумался, – с учетом скидки и моего расположения – семьдесят пять.

– По рукам, – согласился Жданов, стараясь придушить жабу, которая не менее активно душила его. – Время есть, поболтаюсь в безопаске.

Крафтер кивнул и отключил чат, а Юра быстро выполнил все необходимое – купил перки и переслал Электрику, затем закинул в почту винтовку и костюмчик. После чего перевел деньги на счет. Одной головной болью меньше, однако очки таяли, как глыба льда посреди пустыни Сахара, еще немного, и он снова будет с голым задом.

Теперь осталось грамотно потратить оставшееся. От семисот с лишним тысяч осталось чуть больше половины, а купить предстояло многое, и все нужно, и все необходимо. Первым делом Юра, сцепив зубы, поднял «ловкость», «выносливость» и «силу». Это было очень больно. И фатально для счета, новый уровень обошелся в пятьдесят пять тысяч за каждый скил. Голова разрывалась. Понимая, что больше он не сможет выдержать ни одного изменения, Юра вышел в реальность, кое-как дополз до местной столовки и едва не уронил поднос с жижей и массой. Плюхнувшись за стол, Шах вяло ковырялся в миске. После третьей ложки понял, что просто неспособен проглотить эту комкообразную дрянь. Он отпихнул от себя поднос.

– Можно, я доем? – попросил мужичок лет пятидесяти в застиранной рубашке, которая, похоже, раньше была очень дорогой.

Выглядел он затравленным, как и все, кто опустился на самое дно местной реальности, так и не найдя в себе силы продолжить борьбу.

– Ешь, – ответил Юра.

Тот безразлично кивнул и, ухватив поднос, отсел подальше, словно боясь, что благодетель передумает.

Жданов задумчиво посмотрел на жующего чушка, обвел взглядом еще пяток таких же опустившихся мужиков. Система очень жестока к тем, кто неспособен играть по ее правилам, ей нужны только конкретные люди – бойцы, те, кто будут держать оборонный пояс, воевать за куполом. Остальные для нее лишние.

Делать было нечего, и Жданов открыл канал Вышеграда. С интересом понаблюдал за жизнью вышеградцев. Затем посмотрел пару туповатых шоу для плебса, те мало отличались от того, что крутили по земным теликам. Потом глянул местный фильм. Учитывая местные технологии, для съемок эдемцам не требовались павильоны и огромные пространства. Фильм ему понравился – довольно качественная историческая картина про рыцаря, который рубил других рыцарей. Те воевали на стороне злого короля, похитившего возлюбленную героя. Идея так себе, но исполнение на уровне хорошего голливудского блокбастера.

Жданов спустился на улицу и докурил последнюю сигарету. «Нужно будет обновить запасы», – подумал бывший мент. На улице была глубокая ночь, вот только пояс жил собственной жизнью, где-то неподалеку за домами лаяли автоматические пушки приличного калибра, но здесь, в безопасной зоне, Юра мог никого не опасаться. Система не позволяла нанести вред тем, кто находится под ее защитой.

Мусорщик выскочил совершено внезапно. Вот он замер на руинах верхнего этажа ближайшего дома. Прожектора мгновенно нащупали цель, и вот паукообразный тяжелый робот пятого поколения, охраняющий пояс, дал залп, но промазал. Полетели куски разбитого пластика, из которого тут строили дома. Серый силуэт в черных пластинах брони прыгнул вниз, высота так себе: дома, разбитые пушками, сильно убавили высоту и теперь не достигали и двадцати метров, а для живущей во тьме твари это был как прыжок с табуретки.

Второго шанса робот мусорщику не дал, крупнокалиберные снаряды разорвали тварь надвое, отшвырнув на избитую пулями стену. «Пора подзаработать», – сказал сам себе Юра. Из оружия у него были только пистолет, который он так и не успел апгрейдить, и нож.

Жданов несся как ветер. Новые способности, изменившие его тело, показывали себя с лучшей стороны. Триста метров безопасной зоны секунд за двадцать – очень хороший результат, даже легендарные кенийские бегуны не смогли бы так быстро пробежать.

Изменившийся валялся буквально в двух десятках шагов за зеленой зоной и был еще жив, два крупнокалиберных снаряда разворотили мусорщику брюхо, испоганив пару пластин. Тварь хрипела, перебитый позвоночник не давал ей двигать нижними конечностями, но вот верхние оставались по-прежнему опасными. Если не добить, через пару часов уползет, а к следующему вечеру полностью восстановится. Запредельная регенерация мусорщиков была мечтой всех рейдеров, но пока никто не смог изобрести эффективный регенератор. Самый дорогой ускорял лечение, но, чтобы затянуть обычное пулевое отверстие, требовалось дня три. Конечно, без него рана заживала бы несколько недель.

Вскинув пистолет, Жданов вкатил пулю прямо меж красных глаз, туда, где у человека переносица, самое слабое место, очень тонкая кость, оно маленькое, чуть меньше пачки сигарет. Тварь мгновенно замерла. В бою, чтобы попасть в уязвимую точку, нужна неимоверная удача.

Повертев головой, Юра не обнаружил ничего опасного и, схватив мусорщика за когтистую конечность, начал тянуть добычу к зеленке. Сейчас он тянул «очень много очков», и, если доволочет, ломатели с радостью заберут останки под разделку, дабы толкнуть ее крафтерам.

Туша оказалась тяжеленной, килограммов под сто пятьдесят, и, если в среднем перерожденные были длиной около двух метров, то этот даже среди них был гигантом, явно длиннее сантиметров на тридцать.

Чужой взгляд Юра почувствовал, когда до зеленого барьера оставалось всего пять метров. Инстинкт опасности заставил Шаха рухнуть плашмя, одновременно активируя щит. Секунда, и в метре перед ним ударила пуля. Не упади он, она пробила бы ему голову. Юра понимал, что сейчас он отличная мишень, следующий выстрел угодит ему в спину, и не факт, что еще щит выдержит, все же только первый уровень. Единственный шанс спастись – это прикрыться трупом мусорщика. Как в воду смотрел. Новая пуля угодила в край щита и прошила его, оставив медленно затягивающуюся прореху размером с кулак.

Странно, но от твари ничем не пахло, эта мысль была какой-то отрешенно-быстрой, проскочила и исчезла. Юра ухватил выпущенную лапу мусорщика, напряг силы и одним рывком затащил на себя тушку. И вовремя, щит снова вздрогнул от попадания, в нем появилась вторая дыра, и снова повезло – пуля прошла между боком и левой рукой. Еще через секунду защита мигнула и погасла, а очередной выстрел угодил уже в спинную пластину мусорщика и не пробил ее.

«Черт, сейчас бы Эдгара в воздух поднять», – подумал Жданов, но птиц остался на шесте, бывший мент не собирался на ночную охоту.

Новый выстрел, и снова рикошет от пластины. Юра даже удивился: похоже, у стрелка не системное оружие, а крафтовая винтовка и калибр несерьезный, если броня мусорщика уже вторую прицельную пулю держит. Правда, то, что пули пробивали его щит, было очень неприятным сюрпризом. Похоже, стрелок использовал специальный боеприпас против энергетических щитов, а вот само оружие оказалось слабовато против мусорщика. Кто ж такой отмороженный решил ночью за периметр-то выйти с таким несерьезным стволом? Ведь сейчас бал правят твари, ходящие во тьме, ночь их время.

Жданов сдвинул лапу, которой прикрывал лицо, и быстро огляделся. И тут сконцентрированный на нем чужой взгляд исчез, Юра просто перестал чувствовать внимание к себе, а спустя секунду что-то металлическое упало на асфальт, а следом туда же рухнуло тело. Жданов решил не выяснять, кто убил стрелка и зачем. Выбравшись из-под своего импровизированного укрытия, он ухватил мусорщика за конечность и одним рывком добрался до зеленки. Секунда – и туша прошла барьер.

– Шах, считай, мы квиты, – произнес веселый знакомый голос.

Юра повернул голову.

– Спасибо, Як. То, что ты стрелка снял, я уже понял, а как ты оказался здесь?

– Стреляли, – отозвался друг. – А вообще, я тут халтурю, привез трофеи на сдачу. А ты, я смотрю, поднялся?

– Есть немного, – подтягивая тварь к кубику, ответил Жданов, – завалил пару уродов, которые мне принесли очки. Много очков.

– У нас такой халявки каждую ночью под стенами от пяти штук, только стреляй.

– Ага, только это все не про нашу честь, стрелять можно, поиметь с мясника ни хрена нельзя. Как там Казан?

– Нормально, явился сегодня к вечеру, – хватая тварь за вторую лапу, ответил Коровин, – новенький, бодрый как огурчик. Взял к себе младшим напарником. Сказал, будет делать из меня инструктора.

– Хорошее начало, – согласился Юра, вдвоем тянуть тушу стало гораздо проще.

Три минуты, и вот она уже улетела к ломателям на разделку. А на счет Жданова упало почти шестьдесят тысяч.

– Выпьем? – предложил он другу.

– Нет, Юр, – покачал головой Як, – меня женщина ждет, я случайно тебя заметил, хотел окликнуть, когда ты как сумасшедший рванул за халявой. Ну и решил тебя подстраховать.

– Это кто тебя ждет?

– Я тут с Поморкой, – признался Коровин. – В общем, мы сошлись, она даже ради меня снова стала волосы отращивать, хотя что значит «отращивать»? Заплатила пять сотен, сами отросли. Сейчас она в Кадетске, в парикмахерской.

– Ну, тогда держи краба и спасибо, что прикрыл, удачи тебе.

Они пожали друг другу руки.

Як уже развернулся, чтобы уйти, и даже сделал пару шагов к лестнице, ведущей в «номера», когда Юра вспомнил, что курева не осталось, а сидеть ему еще долго.

– Есть сигарета? – крикнул он в спину друга.

– Шах, ты вконец обнаглел, – рассмеялся Як. – Это ты меня должен ублажать, кормить, поить, курить давать… – Но все же вытащил полупустую пачку и кинул Юре. – На, травись на здоровье.

И взбежал по лестнице.

– Так за чем дело встало? Я готов, – крикнул вслед Жданов, – это ты спешишь.

Но друг только отмахнулся и скрылся с глаз.

Оставшуюся часть ночи Юра просидел на ступенях кубика, прислушиваясь к звукам ночного пояса и проглядывая новости. А еще он с завистью поглядывал вверх, где в ночном небе горели яркими огнями кольца Вышеграда. Там живут люди, которым нет дела до «войны мертвецов», так они называли то, что происходило в поясе и за куполом. Там делались ставки по любому поводу: сколько погибнет мусорщиков за ночь, сколько охотников на тварей, сколько мяса дойдет до контролек, а сколько загнется в мертвых кварталах. Это бесило. Для живущих в Вышеграде здешние не были людьми. Правда, при этом эти обыватели отлично понимали, что от опасностей выжженных земель их отделяет только «легион мертвецов». Поэтому очень редко кто из них добровольно переступал границу КПП, посещая пояс. Еще реже сюда приходили те, кто решался уходить за купол. Этим вообще обратной дороги не было, ведь они цепляли всю заразу, которой были отравлены выжженные земли. Мусорщиками стать им не грозило, но вот притащить в город штамм мутировавшего вируса – они могли запросто.

На затянутых на Эдем умерших вирусы почти не действовали. Разве что в мясников могли превратить тех, кто имел к этому расположение. В город прибывших с Земли пускали без особых напрягов, особенно в Нижний, но каждому вживляли нанороботов, которые активировались в случае смерти носителя, растворяя человека в жижу буквально за сорок минут. Именно поэтому не стихали новости про дочь олигарха, которая рвется отвоевывать выжженные земли. Ведь он может нанять сколько угодно рейдеров, вооружить их, чтобы они отгоняли от принцессы роботов, мясников и прочих, но ведь она, если, конечно, не будет постоянно ходить в противогазе, непременно подцепит вирус, и тогда на ее жизни в Вышеграде будет поставлен крест.

Ночь подходила к концу, выстрелов Жданов не слышал уже несколько часов. В контрольку начали возвращаться ночные охотники, те, кто гонял мусорщиков во тьме.

Отшвырнув окурок, Юра направился внутрь, дальние капсулы были еще свободны, потом придется ждать. Теперь ему хватит времени, чтобы докупить улучшения к уже имеющимся скилам. А это дорого. Первым из выбранных стал щит.

– Кадет Шах, вы выбрали умение «персональный щит», уровень два, позволяющий активировать энергетическую защиту второго уровня. Цена улучшения – сто двадцать тысяч очков. Подтверждаете?

– Подтверждаю, – ответил в белую мглу Жданов.

Его тело одеревенело.

– Сейчас ваш организм будет принудительно изменен и настроен для использования конкретного умения. Вы подтверждаете изменение?

– Подтверждаю, – не в силах пошевелить губами, мысленно ответил Юра, готовясь к боли.

И она пришла. Особенно сильной она была в левой руке, да еще, как назло, сознание не желало отключаться. Похоже, выносливость работала еще и на это.

А потом все кончилось, Юра даже не сразу понял, что лежит на кровати.

– Живой? – поинтересовался ворон.

– Живой, – отозвался Юра. – Если это так больно, то как Система наказывает за самоубийство?

– Это цветочки, – каркнул Эдгар, – выжившие имели возможность сравнить, говорят, наказание в тысячу раз хуже.

– Тогда точно ну его к черту, будем жить. Мне хватает перестроек организма умениями.

Следующим на очереди был второй уровень зоолога, и можно передохнуть.

– Кадет Шах, вы выбрали скил «зоолог» второго уровня. Цена улучшения шестьдесят две тысячи очков. Подтверждаете?

– Подтверждаю…

Юра пришел в себя на кровати. Все тело болело, словно его била толпа гопников на протяжении нескольких часов. Стоило пошевелить рукой, как в глазах появлялись звезды. Более-менее он оклемался часа через полтора, дополз до крана и с минуту пил, не отрываясь, ледяная вода привела его в чувство. Стянув с себя одежду, он взял полотенце и, с трудом сосредоточившись, отправился в душевую. Там он включил горячую воду и скрючился на полу под тугими бьющими сверху струями. Наконец тело перестало реагировать и пришло в относительную норму.

Вернувшись в берлогу, он внимательно осмотрелся. Конечно, хотелось купить всяких мелочей, таких, как собственные туалет и душевая, но все это стоило немало очков, а у него осталось чуть меньше ста пятидесяти тысяч, и это несмотря на ночную удачу с мусорщиком. Теперь нужно решить, что с ними делать, копить бессмысленно, значит, нужно либо хорошее умение, либо апгрейд для птички.

– Шах, – позвал его Ворон, – давай мне перк поставим, ты просто не выдержишь еще одного улучшения.

Жданов задумался. Было очень много того, что необходимо, например, его прямо манил навык «рывок», первый уровень которого стоил двести тысяч. Обалденная способность, что-то вроде короткого, даже очень короткого телепорта по горизонтали на четыре метра, этакий энергетический бросок самого себя. Но вот беда, это умение было бесполезно без скила «энергетик», тот, что позволяет аккумулировать энергию без всяких батареек, и стоит оно запредельно, почти полмиллиона без малого. И где взять шесть с половиной сотен? Помечтали и будет.

Юра просмотрел характеристики ворона. Эдгар был очень продвинутым, но улучшать его еще можно. Поэтому, не думая, он взял птичку на плечо и отправился в зоомагазин.

– Ну что, птиц, будем в тебя вкладывать? Только попробуй не оправдай.

– Ага, на чужом горбу решил в рай прокатиться? – отозвался язвительный ворон. – Были бы руки вместо крыльев, я бы тебе фигу сложил. Что улучшить хочешь?

– Разведку твою. Может, если бы ты был в этой области посильнее, Сибирка была бы жива.

– Верно мыслишь, второй уровень мне давно нужен. Спица так и не успел его купить. Только ведь «разведка» тебе нехило встанет, почти все что есть загребет.

– Знаю, но нужно. Цени, от себя отрываю.

– От себя он отрывает! – возмутился птиц, когда Юра уже толкнул дверь магазина. – Ты это для себя делаешь, чтобы таких, как Чума, срисовывать до того, как они тебя по затылку фигакнут. И рентген у меня активируется, полуметровую стену легко просвечу.

– Ладно, не возмущайся. Видишь, я решил на тебя ставку сделать, цени.

Та же самая продавщица-бот, услышав просьбу, на секунду отключилась, словно связывалась с кем-то. Не прошло и двух минут, как из маленькой комнаты вышел тщедушный суховатый мужичок, представившийся Ветеринаром.

– Чего желаете? – спросил он сухим уставшим голосом.

– Поднять уровень умения вот этого птица.

– Ну, поскольку у него основная задача – разведка, то, полагаю, вы хотите улучшить «поиск сокрытого» до второго уровня?

– Правильно понимаете.

– Сто двадцать пять стоит улучшение, и еще пятнадцать я возьму за установку. Гарантия сохранности вашего пита – семьдесят пять процентов.

– Работаем. Сохраните уже его, пожалуйста, мне он еще очень нужен, да и подружились мы.

– Отключите питомца, и дайте мне четыре часа.

– Ну что, птиц, бывай, скоро увидимся.

– И тебе попутного ветра в горбатую спину.

– Спасибо, ты сама любезность, – едко прокомментировал посыл Жданов. – Отключись!

– Зря вы так сроднились с питом, – осуждающе заметил Ветеринар, забирая птицу. – Это просто механизм с интеллектом, он может погибнуть, на то он и робот, чтобы собой жертвовать ради вас. А вы, делая из него друга и привязавшись, как к живому, просто не сможете подставить его под выстрел.

– Знаю, – развел руками Юра. – Только я не могу иначе. Если бы это было нечто тупое, я бы к нему так и относился. Но это уже не совсем робот.

– Дело ваше. Но статистика против вас – те, кто используют питов именно как роботов, живут дольше, чем те, кто относится к ним как к друзьям. Четыре часа, – напомнил крафтер, – или выслать на почту?

– Сам заберу. Ваши деньги. – И Юра быстро перевел запрошенную сумму.

Все, он опять остался с тем, что было до «школы», – ровно шесть тысяч.

– Благодарю, – получив очки, кивнул мастер. – Я отправлю извещение, как закончу.

Юра развернулся и вышел, и тут же нос к носу столкнулся с Яком, который как раз входил в зоомагазин.

– Ты чего это сюда? – удивился Жданов.

– Отрядного сокола починить нужно, наконец-то средства выделили.

– Понятно, давай сдавай и пойдем посидим где-нибудь, я проставлюсь.

– Нет, Шах, извини, нам уже ехать пора, сейчас сдадим и двинем отсюда, делу время, потехе час.

– Ну, бывай, бычара, – обняв друга, напутствовал Юра. – Может, встретимся еще.

– Встретимся, – уверенно заявил тот. – Как буду в какой контрольке, я тебе вызов сделаю. Или сообщу, когда поедем куда-то, и пересечемся тут, в Кадетске.

Распрощавшись с Яком, Юра прикинул, как лучше убить время. Казино уже себя показало и вполне оправдало затрату, поэтому бывший капитан решил немного поиграть. Тот же стол с низкими ставками, вот только игроки уже другие, не было болтливого Пана, как и осторожного разумного соседа. Игра шла вяло – туда-сюда. За три часа Жданов все же поднял пару тысяч, но теперь это казалось очень несерьезным, еще накануне у него было семьсот с лишним, а теперь на счету жалкие восемь, на которые теперь можно разве что купить какой-то низший скил. Конечно, есть «крушитель», который стоит прилично очков, но отдавать его сейчас не имело особого смысла.

Юра посмотрел на часы, до назначенного Ветеринаром времени оставалось еще тридцать минут. Пользуясь прибытком, Жданов перебрался в кафе с сэндвичами и, спустив сотню очков, съел вкусный и хороший бутерброд, запивая очень неплохим пивом. И все время, пока жевал, он думал, откуда берутся это мясо, хлеб, и вообще, откуда еда в Вышеграде, ведь город явно не голодает, живет там миллионов тридцать. А для снабжения требуются огромные поля и пастбища. Значит, есть места, где Система растит все это?

Юра уже собирался уходить, когда из-за соседнего столика поднялся детина со шрамами на всей морде и, подойдя к нему, рыгнул луком и острым перцем прямо в лицо.

– Ты, что ли, Шах? – спросил он, нависая над Ждановым.

– Не, чувак, ты промахнулся, меня звать Штирлиц.

Детина сильно озадачился подобной постановкой ответа. Наверное, привык к тому, что человек, над которым он вот так нависает, только блеет и кается.

– Ну, мы все выяснили? – разморозил подвисший мозг здоровяка Юра.

– Ты врешь, – наконец промычал «собеседник».

– Назовись, – потребовал бывший капитан.

– Зови Каганом, а ты, Шах, ходи и оглядывайся, мы тебя все равно найдем.

– И где я тебе успел в суп плюнуть? – поинтересовался Юра.

– Ты убил двоих наших, ты взял много чужого.

– Было ваше, стало наше, – с усмешкой продекламировал Шах.

Каган взревел и занес руку, и тут в ухе Юры, да и, похоже, всех присутствующих, раздался Системный голос:

– Несанкционированный доступ в Систему, подключение будет немедленно разорвано.

Секунда, и громила пропал. Юра удивленно завертел головой.

– Алиса, – мысленно позвал он, – я не понял, это что такое было?

– Несанкционированное вторжение со стороны выжженных территорий, изредка мясники могут проникать в Кадетск. Это сложно и очень рискованно, он может застрять тут, а его тело через некоторое время умрет.

– То есть этот Каган приперся сюда специально ради меня? Что-то слабо верится.

– Нет, у него была иная цель, сейчас Система устанавливает, что делала виртуальная оболочка этого мясника в Кадетске, а сюда он заскочил покушать, темная Система также оплачивает услуги своих бойцов, очки идентичные.

– Они могут тут торговать?

– Да, могут, а их подручные, такие как Пан, выносят купленное за пределы купола и передают мясникам. Именно в результате их действий был спровоцирован кризис с тариилом. Огромное количество металла было скуплено на рынке Системы и буквально исчезло. После смерти Пана, поскольку наследников у него не было, все имущество перешло в собственность Системы, в его хранилище обнаружено много стратегического сырья.

– Чем дальше в лес, тем толще партизаны, – задумчиво произнес Юра.

Посмотрев на часы и обнаружив, что пора забирать Эдгара, Жданов поднялся и направился в зоомагазин.

Птиц, уже активированный, ждал Юру. Он нагло устроился на ветке искусственного дерева и отвешивал похабные комплименты боту-продавщице, которая тупенько хихикала.

– Эй, пернатый, хватит барышню смущать, пошли домой, – позвал Жданов, хлопнув себя по плечу. – Тебе все сделали?

– В лучшем виде, – довольно заявил Эд, опускаясь на плечо напарника. – Все встало, как родное.

– Вы можете заглянуть в меню, дабы удостовериться, – сообщила ботша.

Шах так и сделал, внимательно прочитал то, что теперь значилось в характеристиках биокибернетического искусственного организма модели «ворон». Благодаря скилу «зоолог» второго уровня он мог мысленно общаться с птичкой на дистанции в два километра, поиск сокрытого сильно прокачался, теперь птиц мог раскусить маскировку второго уровня, даже если объект находился в здании, правда, рядом с окном. Просвечивание стен тоже оказалось на уровне.

– Круто, птиц, очень круто, – погладил ворона по голове Жданов. – Ты теперь мои глаза в небесной синеве.

– Куда ты без меня, болезный? – довольно отозвался напарник. – Пошли в берлогу, мне подзарядка нужна. Пока тот, кого ты называешь Ветеринаром, а по правде он самый натуральный вивисектор, тестил мои способности, он мне всю энергию слил.

Юра отдал мысленный приказ, и уже через секунду оказался в берлоге. Эдгар снялся с плеча, перелетев на насест, уронил голову на грудь и накрылся крылом, так он давал понять, что спит.

Юра не стал его трогать, прикурил сигарету и вспомнил, что так и не пополнил запас табачных изделий. Он тут же открыл торговый раздел и приобрел сразу блок сигарет, опустошив счет на полтысячи. Затем улегся на кровать и принялся листать раздел с системными заданиями. Завтра утром нужно было заняться делом.

Выжженные земли встретили его запахом гари. Везде, насколько хватало глаз, простирались руины кварталов метрополиса, где-то в недосягаемой вышине парил Эдгар, выискивая опасности. Жданов поудобнее перехватил новую винтовку. Он был собой доволен, не зря потратил очки на апгрейды. Правда, не обошлось без косяка: недостаточно хорошо изучив установленный на броню перк маскировки, он фактически остался без него, поскольку для активации нужен был изученный скил. А его не было, и очков, чтобы приобрести его, не хватило, цена на умение кусалась, первый уровень стоил сразу пятьдесят кусков.

– Вижу рейдера, разбирает боевого робота, древняя жестянка, латаная-перелатаная, – доложил ворон, – сто метров справа.

– Не то, – мысленно отозвался Юра, – ищи «кротов».

Он ушел с центральной улицы и теперь перебегал от одних развалин к другим. Двигался не спеша, шаг за шагом, сканируя в прицел местность.

– В километре висит дрон, модель «02-„снайпер“» в режиме маскировки, второй этаж, выбитое окно, взял на прицел центральную улицу.

– Уже что-то, – обрадовался Юра и, применив умение «твой взгляд», осмотрел позицию беспилотника. – Следи за ним. Если ничего не изменится, я выйду прямо на него метрах в пятидесяти.

Жданов перебежал к следующему укрытию, проверил установки винтовки, активировал глушитель и запрограммировал пулю на бронебойку. С минуту обшаривал в новый прицел местность, что-то пустовато в секторе, уже полтора километра от купола отошел, а ничего серьезного так и не встретил.

Крадучись он подобрался к углу нужного дома, снова посмотрел на обнаруженного дрона глазами ворона, тот кружил в километре над землей едва различимой точкой. Противник был на месте, маскировка первого уровня не могла скрыть его от новых возможностей птица.

– Эдгар, снижайся, – приказал Жданов, – пролетишь мимо окна, он тебя пушкой сопровождать станет, но подстрелить не сможет, реакции у него недостаточно. И, как только он скинет маскировку и подставит борт, я его уложу. Задача понятна?

– Да, Шах, – отозвался птиц. – Две секунды.

Юра поднял голову и увидел, как Эдгар камнем упал вниз, встал на крыло метрах в двадцати над землей и, не слишком торопясь, влетел в промежуток между домами.

Юра сделал шаг, выходя из-за угла, и вскинул «дырокол». Секунда, и борт поворачивающегося дрона в прицеле, выстрел. Удар бронебойной пули по корпусу летающей жестянки отбрасывает ее в глубь комнаты. Обратно она уже не появилась.

– Досмотр, – мысленно приказал Юра напарнику.

– Готов, – сообщил птиц, пролетев мимо окна.

– Патрулируй сверху, а я его пока выпотрошу.

Ворон резко взмыл и затерялся в синеве.

Жданов поднялся на второй этаж, дрон грудой железа лежал у стены, в борту у него было маленькое отверстие, тянуло паленой изоляцией. Это уже не маленькая «таблетка», это полноценный боевой агрегат размером полтора метра в длину. Под брюхом автоматическая пушка с впечатляющим калибром. Точная и дальнобойная. Юра, вооружившись купленным еще в «школе» набором инструментов, быстро снял крепежи. Ствол у крафтеров стоил две тысячи, дорогой выстрел уже отбился. Затем настал черед боекомплекта, он был маленький – всего тридцать зарядов в туго скрученной ленте. Причем десяток эта зараза уже где-то отстреляла. Не первый день летает. Убрав боезапас в рюкзак и запихнув туда же ствол, Юра принялся за потроха. Маскировочный прибор, система наведения, а вот «мозги» Жданов раздолбал в хлам, последним трофеем стал модуль памяти. Конечно, целиком дрон стоил почти двадцать тысяч, но сейчас Шах не планировал возвращаться в пояс. Но все равно то, что он вытащил, тянуло тысяч на двенадцать. Хорошее начало.

Юра прикинул вес загруженного рюкзака – килограммов пятнадцать. Достав колбу с водой, он сделал пару глотков.

– Внимание, – мысленно сообщил Ворон, – со стороны кварталов в сторону купола двигается группа людей, красные ауры, шесть человек. Идут по параллельной улице, справа, сто пятьдесят метров.

На мясников Жданов тоже взял контракт от Системы, причем убитый в выжженных землях мясник стоил дороже, чем убитый в оборонном поясе.

Юра быстро посмотрел глазами ворона и понял: ему не светит, это крутые ребята в хорошей броне с отличным оружием. Даже если он свалит одного, остальные его на запчасти разберут.

– Я закончил, наблюдай за ними, но не выдавай себя, – приказал Жданов. – Атаковать не будем, не по Сеньке шапка.

– А ты быстро учишься, – отозвался птиц. – Я уж хотел тебя остужать, когда ты на них налететь соберешься, эти парни и две бабы тебе голову отвинтят и скажут, что так и было. Вот черт, меня засекли, у них своя птичка есть, – завопил Эдгар. – Боевой сокол, мне от такого не удрать.

– Давай ко мне, – скомандовал Жданов, – вместе будем драпать.

Он быстро переключился на взгляд ворона, пытаясь оценить ситуацию, птиц камнем падал вниз прямо к выбитому окну, где еще недавно маячил дрон, а в метрах десяти следом, стремительно сложив крылья, несся сокол мясников. Терять напарника Шах не собирался. Подскочив к окну, он вскинул «дырокол», мысленно запрограммировав оставшиеся патроны в магазине под ЭМИ, лучшего средства борьбы с такими вот птичками. Первым в новейший прицел попал Эдгар, и тут же стал зеленым, система «свой-чужой» работала на пять с плюсом, а уже через секунду ярко-красным обозначился вражеский сокол. Он был очень быстр и отлично защищен, автонацел был не в состоянии зафиксировать цель.

Юра начал стрелять короткими очередями по два выстрела, когда до «сладкой парочки» осталось сто метров, и вполне естественно промахнулся, слишком быстр был питомец мясников. Он мгновенно прекратил преследование, поняв, что сокол вытащил его под огонь хозяина. Выйдя из пике, птица противника ушла вправо под прикрытие стены и мясников.

– Сваливаем, – приземляясь на плечо Юре, мысленно завопил Эдгар, – они скоро будут тут.

– Ага, так мы от них и ушли, сбегая по лестнице, – прокомментировал ситуацию Жданов, – у них, между прочим, птичка в воздухе. Не хочешь вернуться и пощипать этому соколу перья?

– Не очень, – отозвался птиц.

Юра присел около входа, быстро выглянул наружу и тут же спрятал голову, в него не стреляли, но противник уже занял позицию и теперь спокойно мог простреливать всю улицу. И шансов у Юры проскочить двадцать метров до ближайшего укрытия не было в принципе.

– Вляпались, – коротко и емко охарактеризовал ситуацию Жданов.

Шах завертел головой, пытаясь найти выход. Если с этой стороны его зажали, значит, и с другой тоже. А выход на центральную улицу завален обломками обрушившейся стены. Быстро не пробиться. Дом часто использовался как площадка для боевых действий, вокруг куски пластиковых стен, отбитые крупным калибром.

– Может, под землю уйдем? – предложил ворон. – Вон там щель, технический коридор и наверняка спуск в подвал, а из него обязательно есть проход в подземные коммуникации.

Шах задумался. О подземельях выжженных земель он был наслышан, там еще опасней, чем наверху. И рейдеры лезли туда только от большой нужды. Внизу во тьме хватало ловушек, а еще эти тоннели обожали боевые андроиды. Там они чувствовали себя полными хозяевами и имели колоссальные преимущества. Лезть под землю не хотелось, но подыхать от рук мясников хотелось еще меньше. Юра еще раз быстро выглянул и чуть не получил пулю в голову, та просвистела всего в паре сантиметров и вошла в стену. За ту секунду, что он видел улицу, Жданов успел заметить двух мужчин, бегущих к дому. Еще двадцать секунд – и уходить будет поздно.

Вскочив, Юра подбежал к завалу. Осмотрев преграду, он тяжело вздохнул: между обрушившимся потолком и полом был узкий лаз сантиметров сорок, не больше. Стащив рюкзак, Шах плюхнулся на пузо и, активно работая локтями, пополз вглубь. На секунду ему показалось, что задница застрянет, но этого не случилось. Зацепившись штанами, он все же протиснулся и рюкзак втянул. Затем поднялся на ноги. Птиц же гордо прошествовал в лаз пешком с поднятой головой, словно демонстрируя, как плохо быть большим.

Именно в этот момент в дом влетела граната, бабахнуло здорово. Рюкзак вырвало из рук, и он отлетел на пару метров, самого Жданова сбило с ног и приложило спиной об пол. Сев, он потряс головой, пытаясь сообразить, что случилось. Вокруг тьма, щели больше не было, обвалившийся потолок окончательно запечатал выход. За завалом переговаривались мясники, слышно их было плохо, похоже, они пока мозговали, куда смылся противник. Коридор давным-давно лишился своего живучего освещения, так что пришлось доставать фонарь, без ночного зрения будет тяжко, столько полезных скилов еще не выучено.

Птиц взлетел и занял место на левом плече.

– Нужно уходить, пока они не догадались завал просветить, – посоветовал пернатый.

Юра был с ним полностью согласен. Короткий коридор кончился уже через пару метров, обычная винтовая лестница вела вниз, даже двери тут никогда не было.

Шах стал, не торопясь, спускаться. Рейдеры очень часто минировали подобные спуски – довольно выгодное занятие, имея скил «минер». Потратив на мину две тысячи, можно было поднять на обломках подорвавшегося андроида тысяч десять, а то и пятнадцать. Тут все зависело от того, на что мину программировать – на шрапнель или ЭМИ.

Мины не было, зато было тело. Юра не спешил приближаться, закрепил фонарь на куртку, в которую теперь были вшиты пластины, а сам вскинул винтовку, прицелившись в силуэт. Сначала подумал, что это очередной охотник нашел свой конец, оружие его валялось шагах в трех. Вот только оно было очень странным, таким человеку пользоваться неудобно: оно напоминало полукруг с тупым окончанием и толстым отверстием ствола, без рукояти, из красного непонятного материала, с тускло-светящейся батареей, вставленной снизу. Больше всего это напоминало крупный пистолет.

– Птиц, ты слышишь мясников?

– Нет, – мгновенно ответил Эдгар. – Ты зря думаешь, что они за тобой будут гоняться, они уже двинулись искать новую добычу. Зато я вижу боевого андроида третьего поколения, которого не до конца ушатали.

– Он жив?

– Не знаю, – отозвался птиц, – по виду жестянка жестянкой.

Жданов решил не рисковать. Он вскинул винтовку, мысленно программируя выстрел на ЭМИ, и тут его противник ожил. Юра даже не понял, куда тот исчез, просто выстрел рванул пустоту, был черный человекоподобный робот – и исчез.

Юра отступил на шаг, прижимаясь к стене и пытаясь понять, куда делся противник. Теперь тоннели не казались ему хорошей идеей, если тут такие бодрые андроиды бегают, то ему и шагу не пройти. Он сдохнет, и, возможно очень скоро.

– Эд, где он?! – отходя к лестнице так, чтобы хотя бы ограничить пространство атаки, выкрикнул он вслух.

– А мне откуда знать? У него маскировка четвертый уровень, это ликвидатор. Спица только однажды такого добыл. И то едва жив остался. Если ты надеешься его своей пукалкой успокоить, забудь. Его даже «крушитель» третьего уровня не возьмет.

Жданов стал мрачен, подыхать очень не хотелось, он водил стволом, надеясь хоть немного, но задержать противника. Бывший мент слышал об андроидах третьего поколения. Их было очень мало, внешне они похожи на охотников в шлемах с открытыми забралами. Определить, что они не люди, можно только по отсутствию ауры. Очень многие жестянщики погибли, не решившись выстрелить в рейдера первыми, а потом было уже поздно. Причем ликвидаторы предпочитали ближний бой энергетическими клинками, с их скоростью и защитой мало кто мог пережить такую встречу.

– Не надейся на ЭМИ, – словно прочитав мысли Юры, заявил Эдгар, – только бронебойка. Может, повезет, ведь его потрепало. Первым уровнем «эмок» только дронов вырубать, а этот защищен даже от третьего.

Шах последовал совету и перенастроил пули на бронебойки, в магазине было пятнадцать зарядов, один он потратил на «снайпера», две короткие очереди на сокола, значит, в остатке десять.

– Может, ушел?

– Ага, держи карман шире, – язвительно заявил птиц, – вот сейчас тебя убьет и уйдет. Не хочешь завещание составить на своего дружка с телячьей фамилией?

– Если сдохну, выбирайся и лети к нему, – решил Юра.

Он снова взял фонарь в руку и медленно согнул ее в локте, на который положил винтовку, этакий вариант стрельбы по световому пятну. Эффективность так себе, но по-другому никак не получалось. Яркий луч обежал стены подвала, это была больше кладовка – четыре на три, мусор, какие-то разбитые пластиковые ящики справа и больше ничего. Пусто. Ноль.

Юра сделал шаг. Ничего. Затем еще один. Свет фонаря послушно разгонял тьму. Удар по ногам из пустоты был так внезапен и силен, что Шах не удержался и рухнул вперед, саданувшись лбом обо что-то жесткое.

– Он лежит справа, – пробился сквозь боль голос Эдгара, который успел взлететь и теперь болтался под невысоким потолком.

Жданов откатился в сторону, винтовка улетела, когда ему подрубили ноги. И теперь валялась у спуска в подземные коммуникации в двух метрах от него. Рука Жданова наткнулась на незнакомое оружие андроида, он схватил его, пытаясь понять, как оно работает, пальцы легли в кольцо, обнаружившееся с другой стороны полукруглого горбатого ствола. Андроид на руках полз к нему, волоча за собой обрубки ног. Еще два метра – и он сможет дотянуться до Шаха, а в рукопашке с металлическими культяпками тягаться бессмысленно. Руку обожгло льдом, захотелось отшвырнуть подальше эту уродскую пушку, но поздно, клин из серебристого металла толщиной в палец сверкнул в свете выроненного фонаря и вошел точно в грудную пластину железяки, тот дернулся в сторону Жданова, а потом рухнул лицом вниз и затих.

– Эдгар, как думаешь, теперь готов?

Птиц, не торопясь, опустился на плечо Юры.

– Похоже. Я не вижу никаких активных процессов, это просто кусок псевдоплоти на тарииловом скелете. Ты хоть представляешь, сколько стоит эта штука?

– Может, и представляю, только не знаю, как ее отсюда вытащить.

Бывший капитан встал на ноги и тут же сел обратно, боль в правой ноге, на которую пришелся основной удар, была адская, из глаз непроизвольно хлынули слезы.

– Эдгар, посмотри правую ногу своим особым зрением. Можешь сказать, эта тварь мне ее ушибла или сломала? Если сломала, то дела наши совсем поганые.

Птиц склонил голову.

– Цела кость, – обрадовал он, – но ушиб ноги впечатляет. Самое время достать твою аптечку, которую ты, к счастью, не забыл обновить после последнего рейда.

Юра дополз до лестницы, на которой он скинул рюкзак, чтобы не мешал, и достал из кармана зеленую пластиковую коробку с красным крестом. Жданов обреченно вздохнул – похоже, когда рванула граната, острый кусок пластика угодил точно в нее, пробив насквозь. Вытащив осколок и откинув крышку, он быстро изучил содержимое: регенератору не повезло, комплект был недорогим – обыкновенные шприцы разбиты в хлам. Обезболивающее тоже не уцелело, зато нашлась портативная шина, очень удобная штука. Переломы она, конечно, не сращивает, но с ее помощью можно несколько часов ходить на поврежденной конечности.

– Как же не везет с этой аптечкой, – прошипел Шах, стягивая сапог и штаны, сейчас он ничего не боялся, на все было наплевать.

Разорвав упаковку, он начал наматывать нечто эластичное вокруг щиколотки, на которую пришелся удар железной лапищи. Как этот урод не раздробил ему ногу? Непонятно. Похоже, он промазал, ведь андроид одним движением может пробить грудь человека насквозь. А тут нога уцелела, причем в довольно уязвимом месте.

Закончив бинтовать, Юра нажал пальцем сенсор с краю бинта, и тот, стянув ногу, плотно зафиксировал ее. Жданов поднялся на ноги – боль была, но уже не настолько сильная.

– Падла железная, – сплюнув, сообщил темноте Шах.

Одевшись и натянув сапог, он приступил к сбору трофеев.

– Добыча неплохая, – подвел итог досмотра птиц, наблюдая, как его напарник запихивает в рюкзак непонятное оружие, – везучий ты. Хорошо, что эта жестянка тебя не энергетическим клинком ударила, ты слишком близко стоял, а она не могла двигаться.

– Ага, повезло, – согласился Юра. – Еще бы самому это унести. Я от мясников ушел, я от андроида ушел. Теперь бы от костлявой живым уйти.

Ноги ликвидатора обнаружились на лестнице, ведущей во тьму подземелий, прямо возле довольно впечатляющей воронки, похоже, кто-то все же поставил мину. Юра осмотрел их. Псевдоплоть на них выглядела настоящей плотью, даже кровоточила. Правда, кровища вся уже вытекла. Запихнув искусственные конечности в рюкзак, Шах вернулся к андроиду. Попробовал поднять, получилось. Тот весил под сотню с лишним. Конечно, дотащить можно, но не по темным коридорам, без прикрытия.

Юра развернул на браслете карту сектора, естественно, она была неполной, подземные тоннели вообще не были обозначены.

– Эд, как думаешь, тут все дома имеют выходы в эти технические коммуникации?

– Все. Тут же еще подземные транспортные магистрали. Или ты думаешь, восьмиполосные дороги или воздушные скоростные поезда могли обеспечить плотность транспортных потоков огромного города с населением в десять с лишним миллиардов? Фактически под этими руинами на глубине сотни метров есть еще один город.

– И что, они туда по этим лесенкам спускались? – озадачился Жданов.

– Нет, конечно. Спускались с помощью телепортов, которые тут в каждом доме были. А это техническая лестница – так, на всякий случай.

– То есть, спустившись вниз, я могу попытаться выйти в соседнем доме?

– Попытаться можешь, – согласился птиц, – но многие выходы завалены специально, так что не во всякий дом можно попасть. А телепорты давно не работают.

Юра задумался, пробиться через завал наверху точно не выйдет, взрыв гранаты запечатал все намертво. Оставался один путь – вниз, с роботом на загривке и рюкзаком, который весит около двадцати кило. Но бросать добычу было жалко, а расчленить самому андроида третьего поколения Юра не смог бы. Поэтому, закинув винтовку за спину, Жданов перевесил на грудь рюкзак и, взвалив на загривок робота, вооружившись его пистолетом и молясь, чтобы он еще раз выстрелил, потопал вниз. По счастью, мин больше не было, и спустя двадцать минут бесконечного спуска он оказался в широком коридоре с четырехполосной дорогой и даже тротуарами.

Свет фонаря скользил по стенам, левая рука немела, за спиной болтался слегка укороченный, но тяжелый робот. Жданов на секунду переключился на возможности ворона, тот прекрасно видел в темноте на полкилометра. Правда, все вокруг было серым, но лучше хоть что-то видеть, чем идти чуть ли не на ощупь.

Шах несколько минут разглядывал подземное шоссе, выбирая направление. Это была не главная магистраль, но все равно сорок метров в ширину вполне впечатляли. Освещение отсутствовало, если, конечно, не считать фонарика, а он просто неспособен осветить огромные подземные пространства. Но пока было тихо, никаких страшных андроидов не наблюдалось.

«Верти башкой на триста шестьдесят градусов, – попросил мысленно бывший мент птица. – Малейшее движение, сразу говори».

– Слушаюсь, ваше превосходительство, – с издевкой сообщил птиц.

– Договоришься ты у меня, язва пернатая, – пригрозил Юра, – отдам Ветеринару, пусть тебе мозги почистит.

– Ага, и будешь, как дурак, сам с собой разговаривать. Кто кроме меня тебя слушать станет?

Тоннели метрополиса были не настолько пусты, как могло показаться, в них имелось очень много интересного, луч фонаря постоянно натыкался то на кости, то на обломки роботов и дронов. На другой стороне улицы стояла полностью выпотрошенная небольшая аэроплатформа. Юра укрылся за ней, сбросив свою ношу, и перевел дух. Несмотря на улучшенные умения, таскать на горбу сто тридцать килограммов все же тяжеловато.

– Дрон летит, и не один, – сообщил ворон, глядя направо.

Жданов выключил фонарь и активировал способность «твой взгляд». Все стало серым, метрах в пятистах посредине проезжей части летели сразу три «таблетки», что очень напоминало головной дозор. Держались они широкой цепью метрах в пяти друг от друга. Следом за ними парила парочка «снайперов», эти летели рядышком и довольно беспечно. А дальше, метрах в десяти, – сразу шесть моделей «04-„Прорыв“».

Юра не смог бы взять их даже бронебойкой, эти дроны рассчитаны на противодействие пехоте, они были отлично защищены со всех сторон. Их можно сжечь только разрядником или свалить очень крупным калибром, чем-то вроде чудовища, которое носил Сурок, брат Граната. Даже «крушитель», расправляющийся на небольшой дистанции с боевыми андроидами второго поколения, против них не плясал.

Юра замер, стараясь даже не шелохнуться. Если заметят, всё, конец. Но «таблетки» прошли мимо, а следом за ними скрылись в темноте и остальные. Еще пару минут Жданов сидел, дыша в полвздоха.

«Везучий ты, – мысленно сообщил Ворон, – только „таблетки“ в режиме сканера шли, а они эту платформу просветить не смогли, остальные летели с минимальным обеспечением, стараясь экономить батареи».

«Странно это, – подумал Жданов, – что-то многовато народу в секторе».

После чего снова взвалил свою ношу и нырнул в первый попавшийся технический коридор, который должен был логично закончиться ведущей к свету лестницей. Не вышло, коридор оказался обвален буквально метрах в трех от входа. Пришлось, используя «твой взгляд», искать другой, ворон теперь стал глазами Шаха и смотрел точно по курсу. Было жутко непривычно, картинка в голове есть, а глаза как будто в стороне, хотя что значит «как будто»?

«Теперь я еще и поводырь», – мысленно возмутился птиц.

Юра промолчал, Эдгар был прав.

Следующий коридор оказался так же завален, а вот третий был чист, только несло оттуда тухлым мясом. С одной стороны, хороший признак, с другой – покойник там не просто так образовался.

Останки нашлись метров через двадцать – похоже, кто-то старательно минировал все доступные выходы. Кому не повезло – честному рейдеру или мяснику, было совершенно неясно, тушка разорвана в клочья «лягухой» – самой популярной и массовой миной первого поколения с возможностью маскировки второго уровня, шрапнельным зарядом из тысячи игл, которые отлично убивали не только людей, но и боевых андроидов первого поколения.

Шах брезгливо покосился на то, что еще недавно было человеком или мясником, ну да не суть. Прыгающая на полметра мина, с круговым радиусом поражения, выкашивала все в радиусе тридцати метров. Не реагировала она только на хозяина, получив положительный отклик на «свой-чужой». Разминировать ее, конечно, можно: используя высокий уровень маскировки, подкрасться и взломать, но необходим навык «сапер» второй ступени. Так что этот мертвяк, сам того не ведая, открыл Юре дорогу. Труп оказался не единственным, чуть ближе к взрыву нашлась еще одна пара ног. Жданов брезгливо порылся в останках, оружие было так искорежено, что с ним даже возиться не стоило, и так вес приличный. На втором трупе был надет броник из пластин с мусорщиков, но иглы превратили броню в решето, и, скорее всего, он просто ничего не стоил, а возиться в гниющих кишках не хотелось. Зато Эд плавно снялся с плеча и как порядочный ворон принялся клевать падаль.

– Оставь, – брезгливо попросил Жданов. – Нам отсюда выбираться нужно, воняет жутко.

– Между прочим, постоянное использование умений жрет ресурсы моего аккумулятора, – заявил птиц, – и, переработав эту гниль, я хоть немного восполню заряд. И вообще, мне нужна новая хорошая батарейка. После того как меня «приласкала» Чума, расход увеличился. Так что задумайся.

– Договорились. А теперь двинули отсюда, – стараясь не дышать, попросил Юра. – Кстати, как думаешь, как давно эти тела тут валяются?

– Три дня, – ответил птиц и, наконец, снявшись с остатков ноги, взлетел обратно на плечо напарника. – Поехали. Я сейчас буду сканить на другие сюрпризы, надеюсь, моя улучшенная способность «поиск сокрытого» позволит нам не присоединиться к этой парочке.

Больше ловушек на пути не оказалось, кроме одной банальной сигналки, которую птиц разминировал довольно экстравагантно. Настроена она была на звук шагов, поэтому птиц подлетел к мине и, саданув клювом с выбросом ЭМИ, сжег к чертям все ее мозги. Юра даже сунул ее в рюкзак, который еще немного и будет по швам трещать.

– Барыга и жмот, – заметив это, провозгласил Эдгар.

– Я что, виноват, что в этом тухлом Эдеме приходится тащить всякое барахло? – возразил Жданов. – Иначе не проживешь.

Наконец они выбрались из подземелья, поднялись на второй этаж здания, в котором оказались. Несколько минут Жданов изучал обстановку, прислушивался, приглядывался, обшарил все, что было доступно, в прицел. Где-то в полукилометре шел бой, эхо выстрелов металось по руинам, работало что-то серьезное и скорострельное.

– Давай на взлет, – приказал он ворону, – наблюдай, нам теперь без проблем нужно до купола добраться, а это почти два километра.

«Фантазер, в поясе сейчас не меньше опасностей, а может, и больше», – мысленно ответил Эдгар, взлетая.

Слишком умный птиц снова был прав, сейчас в пояс лезут мясники.

Юра слегка сместился и продолжил наблюдение за центральной дорогой, на краю которой оказался. Вот в сторону выстрелов, жужжа, пронеслась аэроплатформа. Вооружена она была впечатляюще, на лафете автоматическая крупнокалиберная спарка с круговым сектором, не меньше двадцати миллиметров, следом еще две платформы, но уже грузовые, в них человек семь народу, тоже не выглядят бедными родственниками, в хорошей броне черного цвета с крестами на груди, с системными пушками, все в шлемах.

Юра начал задумываться о покупке шлема. Сегодня в подземелье его выручил Эд, а если бы ворона не было, нарвался бы на дронов гарантированно со своим фонариком.

– Все чисто, можешь двигать, ни одного объекта рядом с тобой. Ближе всего бой в километре по правую руку, рейдеры пытаются развалить старого паука с прислугой из пяти штурмовых дронов «прорыв». Те платформы, что ты видел, им в тыл пошли.

Юра взвалил на спину добытого андроида, спустился на первый этаж, несколько секунд постоял возле стены, избитой пулями, прислушиваясь, потом высунул голову, осмотрелся и, согнувшись в три погибели, побрел к куполу.

«Что за однообразная архитектура? – думал он. Винтовые дома чередовались с богатыми шпилями. – Плановая застройка, все одинаковое». Наверное, когда дома были новыми, они выглядели более приятно, но сейчас – грязные, заброшенные, в стенах дыры, остекление, или что тут использовалось, выбито, многие фасады увиты плющом, пробившимся через дорожное покрытие, зеленые изгороди, кое-где пострадавшие от огня, разрастались в парки.

– Прямо по курсу три рейдера, идут не скрываясь, – доложил Эдгар. – Дистанция триста.

Жданов не стал испытывать судьбу и нырнул на параллельную улицу, укрывшись за кучей мусора. Он перевел дух. Пока вроде бы удача на его стороне, но предстояло пройти еще немало.

– Андроиды, их много, очень много, это массированная атака.

Юрий переключился на зрение пернатого напарника. И точно, к куполу из глубины выжженных земель двигалась масса роботов – сотни, если не тысячи. Сейчас до них километра три, но расстояние быстро сокращалось. Множество дронов и боевых роботов, несколько артиллерийских моделей старых, но вполне себе пригодных. Сейчас они окапывались, готовясь к обстрелу, их прикрывало сверху довольно внушительное количество авианесущих дроидов второго поколения, вокруг которых сновали мелкие дроны типа штурмовых и снайперских. Рейдер, выскочивший непонятно откуда, оказался в сотне метров перед этой лавиной, он на секунду ошарашенно замер. А потом по нему прошлась крупнокалиберная очередь… Он успел вскинуть щит алого цвета, вот только это не помогло, и крепкий мужик завалился на разбитую дорогу.

Юра мазнул по браслету и открыл экстренный канал связи. Все, кто в пределах десяти километров, получат сигнал.

– Говорит кадет Шах, – вышел он в прямой эфир, – наблюдаю скопление боевых роботов по фронту в квадратах четырнадцать, пятнадцать и шестнадцать сектора шесть, в квадратах один, два и три сектора семь. Всем находящимся поблизости рейдерам: повторяю, внимание, наблюдаю скопление боевых роботов, включая авиацию и артиллерийские системы при поддержке пехоты.

Сигнал ушел, а Юра, взвалив себе на горб свой трофей, рванул в сторону купола. Хотелось бросить эту надоевшую железку, но сейчас она прикрывала его спину. Пусть щит был тяжеловат, зато очень надежен. Бежать он не мешал, хотя без него Шах несся бы гораздо быстрее.

– Засада прямо по курсу, – сообщил Эдгар, – три «крота» на перекрестке, двести метров. Летишь прямо на них.

Браслет Жданова замигал многочисленными вызовами, но сейчас Шах даже не останавливался. Он благополучно обошел «кротов», хотя дважды в него стреляли – тяжелая пуля угодила в спину, швырнув вперед, но и она не могла повредить его импровизированному щиту из ликвидатора, только рожей проехался по дорожному покрытию, содрав кожу.

Пернатый лазутчик, висящий в двух километрах над землей, постоянно сообщал Юре новости. Из пояса выдвигались отряды кадетов, занимая крайние дома у купола, выстраивая рубеж обороны. Справа и слева вслед за Юрой из сектора уходили другие рейдеры.

Вот один из них, бегущий по параллельной маленькой улочке, упал и больше не поднялся, в матово-серебристой броне прямо между лопаток было дымящееся отверстие размером с кулак, после таких не выживают. На последней сотне метров разрыв снаряда справа обрушил угол дома, который завалился прямо перед Ждановым, перерывая дорогу. Легкие пули снова барабанят по спине андроида, который оказался отличным щитом.

Юра снова ушел на параллельную улицу и, едва успел упасть на брюхо, ракета просвистела прямо над ним и угодила в окно на шестом этаже. Взрыв, куски стен, летящие на улицу, и тело в черной броне выпало из образовавшегося проема. Правда, рейдер оказался живучим, метрах в трех от поверхности он вскинул правую руку, из которой вылетело фиолетовое облако. В него он и плюхнулся, затем поднялся на ноги и, покачиваясь, поднялся на облаке к шестому этажу и снова скрылся внутри здания. Словно в отместку, из пробитого ракетой отверстия заработала крупнокалиберная турель, обрабатывая что-то в стороне, откуда наступал противник.

– Живой? – пробился через звон в ушах голос Эда. – Если ты не уберешься, окажешься на нейтралке, тут буквально позади тебя концентрируется ударный кулак с полсотни боевых андроидов.

Юрка вскочил и рванулся к рубежу. Последние полсотни метров он летел под непрекращающимся обстрелом, одна пуля рванула рукав, вторая зацепила икру, но сделанную Электриком броню не пробила.

– Эй, – закричал кто-то сверху, – назовись!

– Шах!

– Так это ты народ поднял? Молодец, рисковый. А дроида чего не бросил, жаба задушила?

– Если бы не моя жаба, я бы сюда не дошел, дважды в спину прилетало.

Разрыв, недолет метров сорок, но тугая ударная волна бьет в спину, волочит по дороге, разделяя Жданова и ценного андроида. Вскочив и утерев ладонью разбитый нос, Юра оттаскивает свою добычу за линию обороны и снова взваливает на спину, тащит к куполу. Вот мутноватая голубая пелена остается позади, ворон исправно несет дежурство, мимо Шаха бегут к линии обороны запоздавшие рейдеры. Вот появилась банда на аэроциклах, человек сорок, на спинах у всех по голове дроида, это те самые кочевники. В небе сотни птиц. Там, за спиной, разгорается битва. До контрольки осталось пройти чуть больше полутора километров. Сейчас Шах не готов встать в строй.

Жданов сидел за стенкой и набивал магазин «дырокола» патронами, ситуация была довольно печальная – осталось не больше двух десятков. К «крушителю», лежащему на коленях, вообще четыре. Второй день продолжалась битва за сектор, кадеты упорно удерживали узкую полоску домов, отделяющих выжженные земли от купола. Удачней всего оборона велась там, где располагались оплоты, которые могли поддержать рейдеров огнем автоматических пушек. Только вот силы защитников все убывали. Прошлая ночь стоила очень дорого, со всех сторон в сектор полезли мусорщики. Их ждали, но быстрые, стремительные твари возникали словно из ниоткуда, прямо посреди обороняющихся, и прежде чем такого удавалось завалить, он успевал убить троих, а то и четверых. А тут еще и роботы вперед перли, битого «железа» перед позициями было столько, что за день не перетаскать.

Юра быстро переключился на парящего в вышине Эдгара. Ворон держался из последних сил, батарея птица была на исходе, клевание трупов для переработки мяса в энергию не могло восполнить и двадцати процентов. А трупов хватало. Те, с кем Шах начинал удерживать этот дом, давно погибли, на смену им приходили другие, чаще всего свежаки.

Спятившие гражданские андроиды, поставленные темной Системой в строй, ползали по полю боя, собирая куски разбитых собратьев, и утаскивали их в тыл.

Жданов запрограммировал патроны на бронебойки. Сейчас они работали лучше всего. Его рюкзак, доверху забитый бесценными трофеями, лежал рядом. Еще немного – и воевать будет нечем. Поначалу все складывалось неплохо – диверсионные группы, собранные из лучших кадетов, скрытно по тоннелям прошли в тыл роботам и уничтожили половину их артиллерии. Сразу стало легче, потери уменьшились, только вот назад вернулись немногие. Те, кому удалось пробиться к своим, рассказывали, что там собираются тысячи железяк, самых разных – от примитивных «таблеток» до нескольких десятков новейших андроидов четвертого поколения, которых не брали даже крупнокалиберные системные снайперские винтовки третьего уровня. Самыми эффективными оказались ручные пушки двадцатого калибра с боеприпасами из таррия и разрядники четвертого уровня, только их было всего несколько, и те, кто мог ими пользоваться, довольно быстро погибли, на таких враги наседали особенно яростно.

Жданов лег на брюхо и медленно выставил ствол в дыру в стене, причем так лег, чтобы пуля, влетевшая в его своеобразную амбразуру, не задела его. Автоприцел быстро нашел цель – полуживой андроид с оторванной ногой полз в тыл.

– Сука, хрен тебе, а не больничка, – прошипел Шах, медленно нажимая спуск.

«Дырокол» слегка дернулся в сильных руках, бронебойная пуля почти беззвучно полетела в цель, попадание пришлось недобитку точно в затылок. Все, этот теперь точно не скоро в строй встанет.

– Эд, как там дела?

– Солнце садится, – отозвался птиц как-то очень равнодушно. – Питов в небе почти не осталось. Заряду минут на сорок, потом просто рухну.

– Закончил жаловаться? – устало спросил Жданов, выискивая новую мишень.

И та нашлась – в доме напротив появилась голова мясника. Появилась и исчезла, забрызгав мозгами все вокруг. Тут же оттуда ответили сразу три ствола. Пули свистели где-то выше, позицию Юры пока не вскрыли. С верхних этажей мясникам ответили. Несколько минут продолжалась перестрелка, затем все стихло.

– Вот же сука, – возмутился Эдгар, – почти попал. Ухожу к тебе, тут дрон снайперский начал выцеливать летунов, только что серьезного сокола завалил.

– Давай, все равно батарея твоя скоро сядет.

Юра откатился в сторону и достал из чужого рюкзака, который теперь тоже стал его, последнюю банку тушенки и то, что осталось от запасов воды. Хватит на пару глотков.

Ворон влетел в окно и тут же сел на пол под прикрытие стены. Не прошло и секунды, как засвистели пули, мясники вот уже сутки пытались избавиться от следящих за ними с недосягаемой высоты питомцев.

– Шах, валим, – скатываясь вниз по лестнице и заглядывая к Юре, кивнул Лор, который вот уже три последних часа координировал оборону дома. – Мы отходим, весь рубеж сваливает за защитный экран. – Выпалив это, он рванул вниз.

Следом за ним топали бойцы, таща автоматическую турель – то, что не давало противнику окончательно сломить сопротивление на этом участке. Юрка закинул «крушитель» за спину, натянул рюкзак, схватил в левую руку трофейный и рванул следом за остальными. На полу так и осталась вскрытая тушенка, которую Жданов даже попробовать не успел.

– Что за спешка? – спросил он у бегущего впереди рейдера, парня лет восемнадцати, но в довольно впечатляющей броне.

Вроде бы тот представлялся как Хрящ или Хлыщ, Юра не запомнил, много их было, теперь вон лежат в подвале, на куски порубленные. А что делать? Мир такой.

– Лор сказал, что Система отводит людей, ночью здесь займут оборону роботы. И вроде еще какое-то секретное оружие хотят опробовать.

На это Юра только хмыкнул, этих сказок он за два дня наслушался столько, что задолбался лапшу с ушей снимать. А кто вышибет отсюда роботов противника, ведь они неизменно займут оборонительный рубеж? Но это был вопрос риторический.

Они выскочили на улицу. Где-то справа в полукилометре нехило рвануло, похоже, противник допетрил, что люди оставляют позиции, и решили послать вдогонку пару снарядов. Но там были крутые ребята, за секунду до разрыва кто-то подбросил вверх «приманку», и снаряд навелся на нее, силы у швырялы было много, и взрыв произошел на высоте в полсотни метров, отделались легко.

Ворон, который взмыл вверх, как только они покинули рубеж, снова начал поставлять информацию:

– Роботы пошли вперед, с ними мясники, много, несколько тысяч. Еще пару минут – и они захватят ваши старые позиции.

– Понял тебя, но нам осталось всего двадцать метров.

Юра проскочил экран одним из последних и тут же получил системное сообщение:

– Внимание всем кадетам, с этого момента оборонительный пояс Вышеграда находится на осадном положении, выход за пределы купола запрещен. Всем кадетам, принимавшим участие в отражении атаки, начислены премии. У вас есть двенадцать часов на то, чтобы привести себя в порядок и пополнить боезапас, затем вам надлежит взять обязательное системное задание на оборону периметра и занять указанные позиции. Об изменении режима чрезвычайного положения будет сообщено дополнительно.

Теперь стало все ясно: никто не будет занимать оставленный рубеж, не будет никаких роботов и секретного оружия. Система, просчитав последствия еще одной ночи, пришла к выводу, что потери превысят любое допустимое значение, очень много людей погибло, упершись насмерть.

Жданов завертел головой, через купол проходили последние оставшиеся защитники, многие, как и он, тащили трофеи. Молодой паренек, волочивший за собой тушку какого-то робота с оторванной головой, вдруг споткнулся и упал. Он был последним, больше за спиной у Юры никого не было. Видимо, парню прилетело в ноги, поскольку он, бросив добычу, попытался ползти, а из-за дома, который еще недавно обороняли, вылетел дрон «03-„разведчик“» с легкой автоматической турелью. Парню с перебитыми ногами не уйти, еще пара секунд – и его нашпигуют пулями, как буженину морковью.

Жданов делает шаг назад, падает на колено и вкатывает короткую очередь в легкую лобовую броню дрону. Тот взрывается прямо в воздухе.

– Возьми трофей, – сквозь боль просит раненый парень, – я совсем на мели.

Юра знает, что такое «на мели», и делает лишний шаг. Хватает андроида без головы за руку, рывком швыряет его за границу купола. Раненый вползает сам. Секунда – и они оба оказываются в безопасности.

Юра присаживается рядом со стонущим телом. Похоже, это новичок – шмотки дешевые, оружие крафтовое, но так себе, какой-то гаусс второго уровня.

Появляется платформа, тормозит рядом с ними, из кузова выпрыгивают два мужика с зелеными аурами и белыми повязками на рукавах – санитары. Они молча закидывают раненого, который скрипит зубами, в кузов.

– Мужики, трофей заберите, – просит он сквозь слезы.

Те несколько секунд смотрят на андроида второго поколения, валяющегося на асфальте, и забрасывают его следом к добытчику. Платформа уносится дальше, подбирать раненых. Юра же, подняв брошенный рюкзак, медленно топает в сторону контрольки, сейчас тут можно ничего не опасаться, все начнется ночью – и штурм и мусорщики, но в данную минуту в поясе только свои.

Найти пустую капсулу оказалось легко, очень много народу погибло сегодня за куполом. Юра бросил оба рюкзака на пол, разбирать их сил не было.

– Вызов, – сообщила Алиса, – крафтер Электрик.

– Соедини.

На браслете открылось окно, в котором появилось усталое лицо мастера.

– Живой? – первым делом спросил он.

– Живой, – отозвался Жданов. – Ты оценил навороченного андроида, что я тебе вчера отправил?

– Да, очень крутая железяка. Я даю за него четыреста пятьдесят тысяч, больше никто не даст. Цены проседают, на рынок за последние дни очень много железа попало. И за его оружие еще сто, такого мы еще не встречали, с ним нужно разобраться. Кроме того, я уверен, ты гешефт от Системы за него получил.

– Получил, – не стал скрывать Юра, – сто тысяч дали за уничтожение опасного врага. Мне вообще много плюшек упало, геройский уровень сразу на два подняло, теперь плюсом шестьдесят очков дают.

– Это хорошо, – согласился Электрик, – ты очень результативен. Ну что, принимаешь?

– Принимаю, по рукам, переводи очки.

Браслет пискнул. Юра заглянул в сообщение – счет пополнился больше чем на полмиллиона, это не считая того, что Система заплатила ему за ликвидатора и участие в войне, ну и за трупы тех, кого он в бою грохнул. Итого вышло очень неплохо – восемьсот двенадцать тысяч плюс то, что дали за сбитого вначале «снайпера», а это еще одиннадцать.

– Ладно, бывай, герой, – усмехнулся крафтер. – Или у тебя еще что ценное есть?

– Есть немного, – усмехнулся Юра, – пока ты тут пушки грейдил, я там глотки резал, образно, конечно.

– Смотри, сейчас народ много всего тащит, цены упали, – напомнил Электрик. – Давай, не тяни, у меня время в обрез, мне в реал нужно. Иначе через двадцать минут Система выкинет.

Юра начал выкладывать добытое.

– У меня семь паразитов «темный шаг» с мусорщиков, пять комплектов глаз, пластин тридцать четыре, зубья пилы – четырнадцать, зубы тоже все выдернул с шести тушек, последней не повезло, я из «крушителя» всю морду снес. Это то, что касается ночных тварей.

– Как я сказал, цены просели, – виновато развел руками Электрик, – пластины по тысяче за штуку, больше не дам, «шаг» – в тридцать пять, пилы тоже дорого не возьму – по тысяче за комплект. На них в последнее время спрос невысокий. Глаза, зубы – это тебе к химикам, могу подсказать пару хороших ребят, с которыми в дружбе.

– Давай, мне тоже знакомства полезные нужны.

Браслет снова пискнул, пришли контакты.

– Получил, ну что, я согласен.

– Тогда в темпе отправляй, я посмотрю, что да как, и закину очки на счет.

Юра быстро переправил трофеи с мусорщиков в пользовательский ящик Электрика, и через пять минут счет пополнился еще почти на триста тысяч. С остальным железом, которое он вытащил, нужно было разбираться более досконально.

Юра разделся и, взяв полотенце, хотел уже направиться в душевую, но потом остановился, есть же очки, хватит по общественным душевым лазить. Зайдя в Систему, он быстро купил душевую кабину и унитаз. Минута – и все это появилось вместе с маленькой комнаткой. Счет уменьшился на двадцать тысяч, но это того стоило. Еще в пятерку обошлась машинка для чистки и стирки. Закинув в нее броню и нижнее белье, Шах отправился в душ, и целых пятнадцать минут нежился под теплыми струями. Сейчас он чувствовал себя человеком. Очень захотелось спать. Ворон, сидящий на «зарядке», перешел в режим ожидания, прикрыв голову крылом. Глядя на него, спать захотелось еще больше, но сейчас это было слишком большой роскошью. Открыв системные сообщения, Юра обнаружил, что Система сделала ему поистине царский жест, он получил доступ в Нижний Вышеград.

– Офигеть, – прокомментировал Юра это знаковое событие. – Алиса, это за что мне такое привалило?

– Система решила поощрить героя, который, рискуя жизнью, предупредил о нападении противника.

– Ну спасибо. Дожить бы еще до посещения этого замечательного места. Открой статистику за последние двое суток.

– Вашу или общую по Системе?

– Общую, хочу прикинуть потери.

– За последние двое суток в результате оборонительных боев против роботов, мясников и мусорщиков погибли шестьдесят одна тысяча сто одиннадцать кадетов, – доложила Алиса. – Это самые внушительные потери за последние десять лет с того момента, как был оставлен второй оборонительный пояс.

– Это происходит только в нашем секторе?

– Нет, Вышеград полностью блокирован, сейчас его окружают около полумиллиона различных роботов. Так же в боях участвуют около ста тысяч мясников. Количество мусорщиков подсчитать невозможно. Но за предыдущую ночь их потери составили одиннадцать тысяч особей.

– А скольких они убили? – язвительно поинтересовался Жданов, поскольку сам видел, как один мусорщик возник словно ниоткуда прямо посреди комнаты и убил шесть человек. Те как раз пожрать сели. Конечно, это был молодняк, кто провел в Эдеме не больше недели, но все равно, шесть тел – это шесть тел.

– Мусорщики убили больше двадцати шести тысяч кадетов, еще три тысячи тяжело ранены.

– Сколько всего кадетов обороняют купол?

– В информации отказано, – довольно резко ответила Алиса.

– Понятно, оставим это. Какова ситуация сейчас?

– После отступления с оборонительного рубежа ситуация стабилизировалась, прорывов не зафиксировано, атаки противника на данный момент прекратились.

– Закрыли вопрос. Мне нужно подумать.

Юра быстро открыл свои характеристики, нужно было прикинуть, как развивать себя дальше. Во-первых, нужно купить маскировку, ему ее жутко не хватало. Открыв раздел скилов, Шах выбрал маскировку и, оплатив, оказался в белой мгле. Двадцать минут дикой боли, и вот он снова валяется на кровати.

– Умение активировано, – сообщила Алиса. – Возможности вашего костюма с возможностью маскировки расширены. Желаете ознакомиться?

– Позже, дай в себя прийти.

– Слушаюсь.

– Эдгар, собирайся к Ветеринару, – позвал Жданов, когда оклемался и связался с зооархитектором, – будем тебе мощную батарею ставить. Сказал, за пару часов справится.

Птиц высунул голову из-под крыла и уставился на Жданова.

– Загонишь ты себя, Шах, этими модернизациями, – заботливо произнес он. – Я ведь чую, что ты не остановишься.

– Не остановлюсь, – согласился с птицем Юра, – очень много умений нужно изучить.

Он оделся в чистое белье, натянул броню и хлопнул себя по левому плечу. Эдгар снялся с зарядника и перелетел на плечо.

– Шеф, гони, два счетчика, – скомандовал языкастый ворон.

– Ага, бегу и спотыкаюсь, – мысленно настраиваясь на зоомагазин, отозвался Жданов.

Секунда – и он оказался прямо возле прилавка. Ветеринар уже ждал его.

– Батарейку поставлю, пять дней автономной работы гарантирую. Как я и говорил, восемьдесят тысяч плюс двадцать за работу.

Юра открыл счет и перевел необходимую сумму.

– Давай, Эдгар, слазь, трамвай дальше не идет.

– Снова отдаешь этому живодеру.

– Топай, через пару часов увидимся.

– Не сдохни смотри, пока меня нет, – только успел сказать птиц, прежде чем Жданов его отключил.

– Языкастый он у тебя, – заметил Ветеринар, – хотя я тебе это уже вроде бы говорил.

Забрав ворона, он исчез, оставив за прилавком бота. Жданов посмотрел на полупустые клетки. Медведя, которого он видел тут, когда впервые зашел, тоже не было.

– Хороший день?

– Да, Система купила очень много животных и распределила между рейдерами, которые потеряли своих при обороне периметра. Это ведь расценивается как восстановление боевой единицы. Если бы вы потеряли своего ворона при этих событиях, то вам бы его тоже восстановили с теми же возможностями. Или вы могли бы выбрать себе другого пита, но уже с доплатой разницы.

– Хрен вы мне эту болтливую язву восстановите, прикипел я к нему, – ответил Юра и снова оказался в своей квартире.

Теперь нужно решить, что качать. И вопрос этот очень важный.

Первым делом Юра залез в магазин мастеров крафта, его интересовал шлем, дешевые поделки до двадцати тысяч он отмел фильтром. С полчаса он изучал различные типы шлемов, те, что крепились к сетовой броне, он тоже отмел, без брони они были бесполезны, а вкладываться в новую, он не желал, у него не было столько денег.

В итоге осталось всего два варианта. Один вариант – полный шлем с забралом первого класса, с ночным зрением и тепловизором. Второй – черный открытый шлем из пластин мусорщиков наподобие омоновской сферы с прозрачным забралом, на который проектировалось изображение, посылаемое ему питомцем. Необходим навык «зоолог» второго уровня, ночное зрение и все тот же тепловизор, причем тоже второго уровня. Держал он выстрел из системного оружия первого уровня и крафтового оружия второго. Правда, Юра сомневался, что в отличие от шлема выдержит его шея. Благодаря микрокамере, вделанный в затылочную часть, была возможность проецировать на щиток картинку со спины. Правда, другие перки уже невозможно установить. Вполне достойный девайс, и стоил он так же. Если глухой шлем стоил всего тридцать две тысячи, то этот семьдесят шесть. И Жданов не стал скупиться, перевел мастеру очки, и уже через минуту стал обладателем сего девайса и очередного аккумулятора на пояс.

На один лишь шлем Юра решил не полагаться – это техника, а ей свойственно ломаться, а значит, видение во тьме не должно зависеть от железок. К счастью, эта способность обошлась ему довольно дешево, она относилась к полезной, но не самой дорогой, поэтому всего пятнашка. Но лежал он после ее приобретения минут сорок. Кое-как дополз до стола, вытащил из пачки сигарету, закурил. Захотелось пить, раковины на привычном месте не обнаружилось, она сама по себе переместилась в новую ванную комнату. Напившись ледяной воды, от которой зубы сводило, он полностью пришел в себя.

Раздавив окурок в пепельнице, Юра взялся готовить ужин. Хотя что такое готовить ужин в квартире, где нет кухни? Конечно, можно было перенестись в Кадетск и поесть там, но сил и времени на это не было, очень хотелось спать. Поэтому Жданов вскрыл банку консервированной ветчины, а следом сосиски, достал хлеб и всухомятку сжевал все это. Потом быстро пополнил боеприпасы, окончательно добив свой фонд и закинув туда новую двадцатку. Купил резко взлетевшую в ценах «медицину». То, что раньше можно было взять за сотню, теперь стоило около трехсот, химики наживались на рейдерах. При этом уронили цены на мусорщиков. Когти, глаза и зубы, которые он добыл, тянули едва ли на двадцать пять, а позавчера за эту цену брали комплект с трех мусорщиков. Юра вздохнул и продал потроха оптом. Ждать роста цен было некогда, без специальных контейнеров глаза хранились максимум двое суток.

– Только что пришло сообщение от Ветеринара, – сообщила Алиса, – ворон готов, можно забирать.

Жданов в одно мгновение оказался в зоомагазине.

– Забирайте, готово, – торопливо заявил хозяин, протягивая Шаху птица.

– Торопитесь?

– Не представляете как, буквально обвал на заказы, вы вовремя успели, сейчас я бы ответил, что раньше, чем через трое суток, вы своего ворона не получите. У остальных зооархитекторов ситуация идентичная. Артефакторы тоже зашиваются, обвал заказов на ремонт и перепрошивку боевых андроидов. В данный момент Система откуда-то перекидывает в пояс множество автономных боевых роботов. Все, мне пора.

Юра кивнул и, взяв в руки Эдгара, вернулся в берлогу.

– Ворон, активация, – скомандовал он.

– О, уже дома, – обрадовался птиц, – этот вивисектор опять вещал, что ты со мной неправильно общаешься.

– Забей, у нас с тобой отдельные отношения. Давай-ка взглянем на твою новую батарею. Неплохо, полный заряд рассчитан ровно на пять суток автономной работы. В случае активного использования перков заряд сокращается до трех суток. Но это без всяких подзарядок.

– А ты чем занимался, пока этот живодер меня потрошил? – поинтересовался птиц.

– Купил шлем, выучил «ночное зрение».

– Если шлем, зачем скил?

– Просто на всякий случай. Ладно, а теперь посиди на своей жердочке, мне нужно решить, что выучить дальше.

– Ты же хотел «рывок»? – напомнил птиц.

Шах кивнул – только вот к нему нужен еще и скил «энергетик». Дорого очень выходит. Почти все что есть сожрет.

Юра задумался: технически он перестанет зависеть от аккумуляторов, это огромный плюс. Но вот окупится ли подобная трата?

Он открыл меню и начал изучать характеристики. Что ж, все хорошо, он сам сможет аккумулировать энергию, примерно полный запас будет генерироваться за час, очень неплохо. Юра сел и начал высчитывать, на сколько этого хватит при разных умениях, выходило: один рывок, четыре щита третьего уровня, две судороги такие, какими пользовалась Чума. Шлем мог работать круглосуточно, даже не цепляясь к источникам питания. И самое главное – одного полного заряда хватало, чтобы наполовину заполнить новую батарею Эдгара.

– Решено, штука крайне полезная.

Мысленно выбрав «изучить», он приготовился к боли.

– Кадет Шах, вы выбрали умение «энергетик», позволяющее вашему телу самостоятельно аккумулировать энергию. Цена улучшения – четыреста тысяч очков. Подтверждаете?

– Подтверждаю, – ответил в белую мглу Жданов.

– Изменение вашего организма займет сорок минут. Вы готовы?

– Да.

И пришла боль. Все, что он испытывал до этого, было детским лепетом, на этот раз Система поддерживала его, не позволяя отключиться, как в предыдущих случаях. Сорок минут в огне. Если бы Юра знал, насколько будет больно, он бы ни за что не стал учить этот скил. Но теперь сдавать назад поздно. И только когда Система выкинула его на кровать, он потерял сознание. В себя он пришел от орущего будильника, который был заведен на шесть утра по меркам внешнего мира.

Жданов сполз с кровати и добрался до санузла, полчаса ушло на то, чтобы привести себя в порядок.

– Алиса, – хрипло позвал он. – Скил установлен?

– Да, Шах, чтобы посмотреть заряд, нужно вызвать меню умения. Все так же, как с «дыроколом». Просто мысленно произнеси: «Меню энергетика».

Юра, сидящий скрючившись под теплыми струями, последовал совету Системы. Прочитав информацию, он обнаружил, что может завязывать на умение скилы и предметы, достаточно было указать, что будет питать энергетик, и это автоматически замкнется на новую способность. Сейчас были две позиции, которые можно привязать, – шлем и щит. Но тратить на них подпитку просто глупо, с этим отлично справлялись четыре шаробатареи на поясе.

– Ты себя видел? – поинтересовался ворон со своего насеста, когда Жданов на дрожащих ногах вышел из ванной.

– Я выгляжу точно так же, как себя чувствую, – отозвался бывший мент.

– Шах, ты что, так на тот свет торопишься?

– Да я уже на нем, и это ни хрена не рай. Моя прежняя жизнь могла бы считаться раем, несмотря на все недостатки. А теперь я по уши в дерьме. Кроме того, мне постоянно делают больно. Ладно, птиц, мне нужно поесть и посмотреть новости, пойдешь со мной?

Эдгар снялся с насеста и уже через секунду занял свое законное место на левом плече.

Ужинали в местном фастфуде. Ворон спокойно сидел на плече, а Жданов жевал сэндвичи с мясом, зеленью и острым соусом, запивая все это крепким кофе. Народу было мало, обычно жизнь Кадетска в это время если не кипела, то была оживленной, а сейчас в забегаловке всего пять человек. Причем выглядели они уставшими.

Юра развернул экран браслета и стал читать новости пояса. За ночь была двадцать одна попытка прорыва, очень активно действовали мусорщики. Защитники пояса потеряли две тысячи человек за ночь. Очень хорошо себя проявили системные роботы, которые были выдвинуты на наиболее опасные участки. Ситуация, по мнению Жданова, складывалась погано. Он просмотрел новости Вышеграда, вот где никого не колыхало, что происходит за периметром. Вернее, не так, очень колыхало, но только букмекеров и тех, кто делал ставки. Остальные словно не заметили тысяч погибших. Зато богатеи Верхнего города на этаких больших вариантах аэроплатформ летали любоваться войной, зависая в паре километров над землей.

Еще одной напастью стали новички. Теперь, когда пояс оказался в полной блокаде, а всех безумных роботов и мясников из него выбили, численность неопытных новичков, мяса, стала просто колоссальной. Никто не знал, что с ними делать. Контрольки больше всего походили на лагеря беженцев, капсул не хватало. Было введено даже временное правило: недавно поступившим на Свалку давался всего один час в капсуле на сутки. Кадеты, участвующие в боях, получали права доступа в Систему без всякой очереди. Мясо сперва начало качать права, случилось несколько десятков инцидентов, в результате которых несколько особо наглых новичков были убиты, остальные получили по мордасам. Противопоставить что-либо прокачанным бойцам пояса они не могли, будь ты трижды матерый спецназовец или качок – фанат железа, считающий себя неимоверно крутым. Даже самая хлипкая девчонка, пообтесавшаяся в Эдеме, укладывала этих борзых, мнящих о себе слишком много, мужчин на землю одним ударом.

Юра дожевал бутерброд и одним глотком допил кофе, самочувствие стало гораздо лучше. У него в запасе имелось несколько часов, а за это время нужно изучить «рывок», прикинуть остатки очков и разобрать трофеи.

Очередное изменение Жданов перенес довольно легко, сон восстановил силы, дав организму прийти в себя. Запитав новый скил на «энергетика», Юра решил его испытать. Внимательно прочитав инструкцию, Жданов усмехнулся: умение было далеко не безопасным, например, встреча со стеной грозила очень вероятной смертью или десятком переломов и отбитыми внутренностями. Поэтому нужно было четко видеть конечную цель, активация проходила, как и все в Эдеме, посредством мысленного приказа.

Юра сдвинул кровать в сторону и отошел к дальней стене.

– Рывок, – скомандовал он про себя, держа взглядом точку.

Он почувствовал, как нечто незримое буквально толкнуло его вперед, словно растворив в пространстве, стало очень холодно. Одно мгновение, и бывший капитан обнаружил, что стоит в заранее намеченном месте. По спине пробежали мурашки, ощущение озноба уходило, но далеко не мгновенно. Рывок прерывался в трех случаях: твердое препятствие, которое крепче, чем кадет, завершение прыжка в намеченной точке, ну и достижение предельной дальности, в случае Шаха – четыре метра. Оставшиеся очки он решил спустить на щит третьего уровня. Обходился он Жданову в двести шестьдесят тысяч. Дорого, но очень нужно. Трижды щит спасал ему жизнь, это было одно из самых полезных умений.

Настало время выпотрошить рюкзаки. Усевшись на пол, Шах вытряхнул наружу все, что удалось набрать во время обороны дома. Трофеи от мусорщиков уже ушли, осталось только железо. Прежде всего Юра отложил в сторону немного изувеченный здоровенный револьвер впечатляющего калибра, он достался ему в наследство от погибшего напарника, крепкого бывалого рейдера, с которым они вместе обороняли этаж. Броне не повезло, как и оружию: крупнокалиберный снаряд, угодивший в грудь Барона, буквально разметал того по всей комнате, уцелели только пистолет и сапоги. Отличные сапоги, с перком «прыжок», теперь можно без проблем брать высоту, которую брал Бубка с шестом. Юру бы тоже размазало вместе с рейдером, если бы он не вышел на лестницу по большой нужде.

Револьвер рейдера был тем еще чудовищем – системный, второй уровень, патрон идентичный тому, что использовался в «дыроколе», только короче. Мысленное программирование, но в отличие от винтовки позиций было всего три – экспансивка, ЭМИ и бронебойка. Дальность стрельбы – пятьдесят метров. Установлены два перка – бронебойка второго уровня и «только хозяин» – невидимость для всех, кроме хозяина, пока хозяин жив. Жданов тоже не видел этого ствола, пока Барон не погиб. В тот момент Юра и сунул револьвер в рюкзак вместе с двумя шестизарядными скорозарядниками. И теперь он прописан как владелец системного пистолета второго уровня под названием «тролль». Похоже, назвали так потому, что он был довольно крупным. Если верить описанию, метров с десяти он пробивает броню андроида второго поколения, правда, не грудную, а спинную, та потоньше. Электрик был по уши занят, и ремонтировать пистолет не взялся, зато подсказал хорошего мастера, который за пять сотен очков исправит повреждения и заменит расколотую батарею. К счастью, запасная батарея у Жданова имелась своя. Опять же трофейная, снятая с пояса Карбида.

Пока «тролля» ремонтировали, Шах разобрал остальные трофеи. Он с одним пареньком, владевшим очень полезным скилом «энергетическая кошка», вытащили с нейтралки почти десяток андроидов второго поколения и поснимали с них много всего полезного. И сейчас перед Юрой лежала довольно впечатляющая горка – четыре системы наведения, столько же элементов питания, два маскировочных модуля, их очень активно брали артефакторы, не все кадеты хотели учить маскировку. Еще имелась система «свой-чужой» и неповрежденная голова андроида третьего поколения класса «защитник».

– А неплохо ты прибарахлился, – заметил наблюдающий за ним ворон. – Я так понимаю, пока я там, в вышине, вел разведку, ты таскал с нейтралки вкусняшки?

– Что ты придуриваешься? – отмахнулся Юра, прикидывая цены на рынке. – Ты же прекрасно с твоей высоты видел, чем я был занят вместе с Полюсом. Будешь меня доставать, я тебя перекрашу в белый цвет, будешь белой вороной.

– Ты не посмеешь! – возмутился птиц.

– А ты проверь, – спокойно посоветовал Шах и принялся за торги.

Голову андроида и системы самонаведения забрал Электрик, маскировку – его приятель, носивший гордое прозвище Фултон, питание расхватали незнакомые Жданову мастера. Пять минут – и все трофеи ушли. Цены, конечно, сильно упали за последние дни, раньше все это стоило сто пятьдесят тысяч, а теперь едва сто пять натянул.

Юра прислушался к себе и понял, что способен к новым изменениям. Тяжело вздохнув, открыл раздел скилов и выбрал щит третьего уровня. Двести шестьдесят тысяч растворились, словно их и не было.

Было больно, но оно того стоило. Теперь щит сменил зеленоватый цвет на красноватый, получил способность к трансформации, три активации по три минуты в час и площадь восемьдесят на метр сорок.

Переведя дух, Жданов выкурил сигарету. Забрал из почты вернувшийся револьвер. Больше сегодня он не рискнет ничего изучать, несмотря на то что у него на счету еще сто двадцать тысяч.

Последним приобретением стал системный шкаф на тридцать ячеек, за столько же тысяч очков. Убрав туда все ценное, Шах стал собираться, его ждали очередные сутки на рубеже, системное задание на сто пятьдесят кусков было обязательным.

– Это что? – опешив, спросил Юра. Вопрос был адресован самому себе, но ответил на него, конечно, птиц.

– Мясо, некоторое с именем, некоторое настолько свежее, что еще даже очередь за прозвищем не отстояло.

Жданов разглядывал толпу людей в обычной гражданской земной одежде, кое-кто был в общевойсковом камуфляже. На глаза попались два молодых парня в полицейской форме, совсем зелень, лет двадцать. Старики, женщины, мужчины от двадцати до сорока, все вокруг напоминало эвакуационный центр, словно кто-то взял и выдернул сотни человек из их домов в чем те были. Видел Шах такое во время угроз терактов.

«У нас проблема», – произнес он мысленно.

– Ты только сейчас осознал это? – удивленно поинтересовался Эдгар. – Добро пожаловать в Эдем.

Человек в броне, с оружием в руках и диковинной птичкой на плече, выбравшийся из капсулы, моментально стал объектом пристального внимания.

– Внимание, новички, – бубнил под потолком бесящий всех без исключения стандартный, монотонный голос Системы. – Вы получили предварительный инструктаж от вашего ловца. Как только придет ваша очередь, вы пройдете в капсулу и получите новое имя и небольшие подъемные средства. Просьба исполнять приказы роботизированных помощников, следящих за порядком. В случае неповиновения к вам будет применена сила, вплоть до уничтожения.

– Жесткие меры, – заметил Эдгар.

Жданов не ответил. Он пробился к выходу и закурил. Осмотрелся – вся зеленая зона забита людьми, одни выглядели злыми, другие растерянными, третьи равнодушными, женщины в большинстве случаев плакали.

– Эй, боец, – нагло и требовательно крикнули откуда-то справа, – дай закурить.

Юра посмотрел на крикуна. Как и ожидалось, здоровенный бритый бугай в борцовской майке с мышцами молодого Шварценеггера.

– Ты ж спортсмен, тебе курить вредно, – наставительно произнес Жданов.

– Что, думаешь, если пушка есть, то ты крут? – мгновенно втянулся в конфликт бугай. – Давай один на один без твоей пукалки? Я тебя пополам сломаю.

Юра прислонил винтовку к стене.

– Ну, попробуй, крутой ломатель спичек.

Ворон взмыл вверх, каркнув на прощание:

– Убей его.

– В кого ты такой кровожадный? – крикнул Юра вслед Эдгару.

Качок если и удивился говорящей птице, то виду не подал. Бить он не стал. По-бычьи наклонив голову, он ринулся на Жданова, планируя ухватить того за пояс и выполнить угрозу – сломать позвоночник.

Шах решил поэкспериментировать: выставив руку, он сложил фигу – раз, и возник алый щит, на который мгновением позже налетел фанат железа. Электрический разряд, и гора плоти, отброшенная назад, медленно осела на асфальт. Бугай попытался встать, но ноги его не держали.

Жданов забрал свою винтовку. А ведь Система обещала, что при контакте с андроидом он сможет вырубить его надолго. Хотя черт его знает, может, на железку лучше действует. Зрители разошлись, стараясь держаться от валяющегося качка подальше.

Юра не испытывал никакого удовольствия от этой победы, даже в прошлой жизни он бы уработал эту тупую гориллу. И дело не в том, что ему хотелось подраться, он разом избавил себя от любого навязчивого и неприятного внимания в свой адрес.

Раньше на контрольку приходили люди, которым судьба дала шанс добраться до безопасного места, теперь сюда стекались все, кого Система вытащила за ночь. Естественный отбор временно прекратил работать. И это будет продолжаться, пока не восстановится определенный ход событий. Раньше логика происходящего была неясна, но вот сейчас она стала прозрачней, чем вода из экологически чистых горных озер. Но рано или поздно Система найдет способ фильтровать новичков.

Браслет пискнул, извещая, что поступила новая информация. Жданов открыл сообщение, быстро пробежался по тексту и только потом вспомнил, что можно мысленно приказать прочесть его.

Поступившее предложение оказалось крайне заманчивым: Система предлагала выбрать себе в напарники любого обитателя контрольки из свежаков; пять дней полной опеки на рубеже обороны. «Мясной балласт» полностью вешался на шею Шаха, за исключением оружия, боеприпасов и кормежки, за это отвечала сама Система. Награда – сто тысяч.

– Принимаю, – мысленно подписался Жданов.

Юра огляделся в поисках кандидатов. Стоило ему оформить контракт, как над головами собравшихся вокруг свежаков зажглась маленькая иконка. У тех, кто еще не прошел инициацию, она была пустой, а у тех, кто уже обрел имя, с восклицательным знаком. Работать надо именно с ними.

Юра бросил взгляд на борзого качка, иконки с именем не было, а аура синяя, не такой уж и поганый чел, только привык к своей крутости, отсюда и борзость. Жданов начал вглядываться в ауры, в основном были нейтральные или зеленые, хотя хватало и красноватых, это чаще всего потенциальные мясники, хотя и не всегда, мясником не мог стать только герой или зеленоватый – очень добрый человек.

Полчаса Юра бродил с этажа на этаж кубика, выискивая себе напарника. Ментов он отмел сразу, оба были ярко-алыми. Синих и зеленых Жданов тоже игнорировал, первых по причине того, что это лотерея, вдруг мясником обернется, стоит за купол выпустить, а тратить время на обучение вероятного противника не хотелось. Со вторыми просто не хотел связываться, добрые люди прекрасны, но их проблема в том, что они добрые, а тут нужен человек, которому можно доверить спину.

Двух героев, попавших ему на глаза, он отмел с ходу. Первый герой – женщина лет сорока, ему было неприятно спрашивать, как она погибла, но все же задал этот очень важный вопрос, который ее опечалил, но она все же ответила. У нее в машине отказали тормоза, выбор был прост: протаранить битком забитый пешеходный переход или врезаться в столб. Она сознательно, не инстинктивно, выбрала столб, за что получила свою белую ауру. Но ее подготовка была отвратительной – высокая, субтильная, с длинными ногами. Про таких говорят – модельная внешность. Приятная барышня, но с такой в бой не ходят. Да и мягкая она, не годится для задуманного. Наверное, из нее вышел бы отличный лекарь, есть тут такая категория кадетов, по аналогии с играми их называют хилерами. Они – штатные лекари, качают исключительно умения, касающиеся медицины и поддержки, вроде снятия усталости, иногда «контроль», что удобно при допросах.

Второй кандидат – мужик тридцати двух лет, который погиб, пытаясь вытянуть с карниза соседку-самоубийцу. Женщину вроде бы спас, а сам не удержался. Поначалу Юра хотел ему сделать предложение, но быстро передумал – это был язвительный, несдержанный человек с неприятным чувством юмора. Странно, что он вообще полез на карниз за самоубийцей. Но и здесь оказалось все просто: он адреналинщик. То есть опять мимо, такой в бою не прикроет, а гарантированно подставит.

Третьего героя Юра нашел внизу рядом с капсулами – паренек лет восемнадцати, мрачный, он сидел у стены в самом углу под лестницей, уронив голову на руки.

– Птиц, ты помалкивай, пока я говорить буду, – попросил Жданов, – незачем пареньку на говорящего ворона отвлекаться.

«Как скажете, ваше высокоблагородие», – мысленно отозвался ворон.

Юра присел рядом и легонько толкнул парня в плечо.

– Как звать?

– …

– Коротко и понятно, – согласился Жданов, – хорошее имя, а я Шах.

«Какой милый паренек, – не удержался от мысленного посыла Эдгар. – Я его почти люблю».

«Заткнись», – так же мысленно попросил Жданов.

Парень поднял голову и уже более заинтересованно посмотрел на нового собеседника.

– Чего надо? – после минутной паузы взаимного разглядывания спросил он, причем большую часть времени он таращился на замершего птица.

– Один вопрос: жить хочешь?

– Затрахаешься ты меня убивать, – мгновенно огрызнулся пацан.

Что-то было в нем хищное, звериное. Невысокий, но и не низкий, крепкий, ладный. Говорят, бабам такие нравятся. Смуглый, похож на итальянца.

– Захочу убить, ты и секунды не выстоишь, тут мир такой, не живут здесь долго новички.

– Мне уже говорили, – сбавив тон, ответил собеседник. – Только, смотрю, у вас, суперменов, проблемы.

– А ты наблюдательный, далеко пойдешь, если не сдохнешь из-за своего шершавого характера. Итак, предлагаю тебе начать наш разговор сначала. Как Система нарекла?

– Чехом, – помолчав, наконец ответил парень. – И не нарекла, я сам выбрал.

– Я Шах, – игнорируя выпад, снова представился Юра. – А теперь повторю свой вопрос: ты жить хочешь?

– Хочу.

– Это хорошо, поскольку я тебе могу предложить шанс. Местное божество, а проще говоря Система предложила рейдерам взять себе напарника из новичков на пять дней на боевом рубеже. Мне за это, как говорил мой ловец, гешефт упадет, и ты с голым задом не останешься. Но прежде чем мы договоримся, если, конечно, ты согласен рискнуть своей шкурой в реальном бою, я должен узнать одну очень важную вещь. – Жданов специально сделал паузу, изучая парня, тот был спокоен и заинтересованно ждал вопроса. – Как ты погиб?

Несколько минут парень молчал, сверлил взглядом собеседника и играл желваками, похоже, он надеялся, что мужик с вороном заберет обратно свой вопрос. Но Шах терпеливо ждал. Ему не привыкать к допросам, и не таких ершистых и борзых колол.

– Дело было так, – нехотя произнес Чех. – Жила у нас во дворе девочка Зоя. Соседка моя по подъезду.

Юра понимающе подмигнул. Чех отрицательно покачал головой.

– Ты не понял, она действительно маленькая девочка, десять лет всего. Маньяк завелся в городе, говорили, похищал детей прямо на улицах, они за ним, как собачки, шли, безвольные. Больше их живыми не видели. Я с тренировки возвращался, когда увидел, как незнакомый мужик уводит Зойку. Ну, я за ним кинулся, долго раскачиваться не стал, уже три года карате занимаюсь, дал ему вдоль хребта. Он не ожидал, девчонку выпустил, она словно проснулась, заревела и кинулась бежать. Я уже хотел ему навалять по полной, когда он мне нож под ребро сунул, да так быстро, что я сделать ничего не успел. Упал я почти сразу, холодно стало, словно кровь замерзла. Я только видел, как в арку вбегают какие-то мужики, один вроде даже в форме, и начинают его бить, а он все орал: «Я больной, не бейте, меня лечить нужно». Тут один ему на шею со всей дури наступил, он захрипел и сдох. И я через минуту. Только помню, как Зоя на меня смотрела своими кукольными большими глазами. Так тепло смотрела, словно понимала. Только вот он, падла, тоже тут оказался, я его десять минут назад видел. Мне показалось, вокруг него какая-то чернота. А он меня узнал, ухмыльнулся так нагло. Найду скотину и убью.

– А я тебе помогу. Как он выглядел?

– Да как обычный человек, плащ брезентовый черный, кепка нелепая.

– Эдгар, найди эту суку и сделай так, чтобы он вышел за территорию контрольки.

Птиц, ни слова не говоря, взмыл вверх и начал кружить под потолком.

– Так он живой, что ли? – удивился парень. – Я думал ты с приветом, типа чучело таскаешь.

– О птице после, он сейчас ищет твоего убийцу. А потом погонит прочь из защитной зоны. А мы пойдем следом. Итак, я предлагаю тебе на пять дней стать моим напарником. Я постараюсь вдолбить в твою голову некоторые знания. Если будут трофеи, поделюсь, Система кое-что на первое время подкинет, для тебя сплошная выгода. Но решай быстро.

– Согласен. Но эту суку мы завалим. Нельзя, чтобы такие люди по земле ходили.

– Тут много таких, но вот конкретно эту суку отпускать нельзя. Я слышал про это дело. В прессе его нарекли птицеловом. Он на месте похищения маленькую пластмассовую птичку оставлял. А значит, ты жил в Томске.

Парень кивнул.

– Верно.

– Нашел, – доложился Эдгар, – он на улице, держится подальше от людей. Почти на границе контрольки. Жду вас и выгоняю прочь.

– Пошли, Эд нашел твоего убийцу, надо быстрее с ним разобраться. Время дорого.

– Эд?

– Сокращение от Эдгар, – усмехнулся Юра, – наглый биокибернетический ворон-разведчик, язва, вредина и очень полезный член моей команды. Ничего, если решишь пойти ко мне во временные напарники, то познакомишься с ним поближе. Незабываемое ощущение.

– Он разумный? – продираясь следом за Ждановым, спросил Чех.

– Не обижайся, но он поумнее тебя и, наверное, даже меня. Самообучающийся искусственный интеллект, нам такие возможности и не снились.

Как ни странно, парнишка не обиделся.

– И дорого такой стоит?

– Начальный уровень без улучшений обойдется тысяч в восемьдесят, может, в сто. Эдгар после последних апгрейдов около двухсот пятидесяти, может, трехсот, а вообще, я его в карты выиграл. Не веришь? Можешь потом сам у него спросить. А вот и твой маньяк.

Они остановились, прикрывшись группой людей, которые что-то активно обсуждали.

– Эд, – мысленно позвал Жданов, – гони его в руины, там прикончим. Надо же, эта гнида успела получить имя.

Птиц в раскачке не нуждался, он спикировал на ничего не подозревающего мужчину в болоньевом длинном плаще и нелепой клетчатой кепке. Тот не ожидал нападения сверху. Птицелов закричал, попытался отмахиваться руками, когда мощные искусственные крылья хлестнули его по лицу. А потом рванул прочь в сторону руин. Робот, занимающийся охраной, вроде бы навелся на ворона, но потом развернулся, поняв, что повторного нападения не будет.

Жданов и его новый напарник неторопливо последовали за убегающим в панике маньяком. Секунда – и он скрылся в руинах дома, а Эдгар стал нарезать круги над ним, не давая скрыться и затеряться в мертвых кварталах пояса.

Руины оказались не такими уж и пустыми, тут собралось человек двадцать из новичков. Чего они ждали, Юре было совсем не ясно, ну да хотят сидеть, пусть сидят.

– Куда мужик в плаще побежал? – спросил он у того, что сидел на ступеньках парадного входа.

Мужчина с бледно-синей аурой махнул куда-то себе за спину.

Маньяк нашелся у выхода на лестницу черного входа, он стоял и вытирал кровь, сочащуюся из двух довольно глубоких ран. Похоже, Эд не забыл добавить удара когтями. Хоть и не сильного. Захотел бы причинить вред по-настоящему, превратил бы лицо в кровавую маску, а если бы Жданов приказал убить, хватило бы одного удара клювом. Увидев парня, а рядом с ним вооруженного мужика, маньяк мгновенно понял, что птица и их появление связаны. Он рванулся на лестницу, но там его уже ждал Эдгар. Развоевавшийся ворон снова атаковал, заставив противника отступить в единственно возможном направлении – вверх.

Они поднялись на второй этаж, лестница на третий была разрушена взрывом. Птицелов метался по второму этажу, ища путь к спасению. Он затравленно рванул руку под плащ и вытянул оттуда револьвер – сразу видно, переделка из газового.

– Держись за мной, – приказал Жданов парню.

– Я сам! Он мой, – гордо заявил Чех.

– Торопишься умереть? – с усмешкой спросил Юра. – Не волнуйся, у тебя еще будет шанс. Сейчас ты учишься, и первый урок – выполнять приказ старшего.

Напарник послушно кивнул и отступил за спину.

Жданов не спеша направился к Птицелову.

– Бросай железку, болезный, – предложил он и лениво закинул «дырокол» за спину, где тот прилип к броне, словно был ее частью. Этот фокус показал ему один рейдер, пока сидели в обороне пояса. Рюкзак этому теперь не мешал, Юра переделал крепления, как только добрался до виртуальной берлоги.

Револьвер со взведенным курком гулял в руке психопата, того просто трясло от страха.

– Не трогай меня, я болен, мне нужно лечиться.

– Я тебя вылечу. Они ведь тоже тебя умоляли?

Лицо Птицелова расплылось в мечтающей улыбке.

– Да, это было самое прекрасное, – с нежностью произнес он. – Они были такими невинными…

Грохнул выстрел, маленькая пуля угодила Жданову в грудную пластину, вшитую под наноткань. Да даже если бы и не было ее там, все равно эта пукалка не смогла бы причинить никакого вреда, даже «макарка» бы не взял ткань костюма. Юра не остановился, гремели выстрелы один за другим, и вот курок щелкнул вхолостую. Жданов подошел и забрал у растерявшегося маньяка пистолет, с наслаждением услышал хруст ломающихся пальцев. Кинув оружие напарнику, который не очень ловко, но все же поймал пукалку, он заглянул в полные ужаса глаза.

– Не-е надо, – рухнув на колени, взмолился маньяк, – я болен.

И тут Чех рванулся вперед, он ухватил револьвер за довольно длинный ствол и стал лупить по спине скрючившегося подонка. Он бил не глядя, куда попадал. Юра не спешил вмешиваться. Сначала Птицелов вопил, моля о пощаде, потом только орал, затем хрипел. Раздался хруст, это раскололся череп, а парень все бил и бил, вокруг летели брызги крови, мозги, мелкие куски костей.

– Хватит, – положив ему руку на плечо, произнес Жданов. – Он мертв.

Парень поднялся, он весь был забрызган кровью. Растерянно посмотрев на свои руки, он шмыгнул носом. Жданов думал, заплачет, но нет, вытерев их об спортивные штаны, он бросил презрительный взгляд на труп, потом победно посмотрел на Шаха.

– Я же сказал, он мой.

– Твой, – согласился Юра, – только еще не все. Про мусорщиков слышал?

Чех кивнул.

– Вот и хорошо, – вяло улыбнулся бывший мент, после чего достал из петли на рюкзаке топор и бросил в руки паренька. – Закончи дело, тело нужно расчленить.

Вот здесь парень не выдержал, его стошнило.

– Надо. Это, так сказать, последнее прости, не нужно плодить в поясе тварей. Они убьют много людей.

Парень утерся и жалобно посмотрел на Юру.

– Может, ты? – слабым голосом попросил он.

– Твой труп, тебе и заканчивать. И это не последний раз. Не думай, что это человек, это свиная туша, кусок мяса для разделки. Делай!

Окрик подействовал, и парень, не слишком умело замахнувшись, словно пытался чурбак расколоть, нанес удар.

– Чего это вы тут сотворили? – раздался за спиной растерянный настороженный мужской голос.

– Не отвлекайся, – приказал Чеху Жданов, после чего повернулся к забредшему сюда мужику, он вроде бы видел его. – Выдавили прыщ, пока он не успел стать язвой, – ответил любопытствующему Юра. – Главное правило – видишь труп, имеешь возможность, отруби руки, ноги и голову, иначе ночью он станет мусорщиком.

Мужик в футболке с принтом незнакомой металл-группы почесал щетину.

– Это понятно, а за что грохнули? Вроде неопасный был.

– Для тебя неопасный, – неожиданно твердо и зло отозвался Чех, – а вот десять маленьких девочек уже никогда не вернутся домой. Слышал про томского Птицелова? – Он резко взмахнул рукой, в которой был топор, и стряхнул с лезвия кровавые капли, после чего вернул «инструмент» Жданову.

Любопытный фанат тяжелой музыки сказал: «Понятно» – и утопал прочь.

Юра и его новый напарник спустились вниз. Похоже, мужик уже успел всем рассказать о произошедшем, так как местные обитатели провожали их настороженными взглядами.

– Что дальше? – спросил Чех.

– Тебе лет сколько?

– Семнадцать, почти восемнадцать, без пары месяцев.

– Хорошо, – хлопнув по плечу парня и едва не сбив того с ног, заявил Жданов, – теперь будем делать из тебя рейдера. Насколько это возможно. Эдгар, давай обратно, – позвал он птица.

Черный ворон спикировал бесшумно и впился когтями в накладку.

– Эй, мелкий, – каркнул Эд, – а ты не только на язык острый. Вроде даже, как вы, люди, говорите, яйца имеешь. Не сдохнешь, далеко пойдешь.

– Я же говорил – хам и язва, – усмехнулся Юрий.

Они миновали зеленую стену, окружающую контрольку, и тут парень замер. Несколько секунд он тупо таращился в пустоту, потом повернулся к Жданову.

– Ты тоже это слышал?

– Нет, системные сообщения занудного механического голоса слышит только тот, кому они адресованы. И чем тебя порадовали?

– За уничтожение злодея я получил от Системы пять тысяч очков и статус героя второго уровня.

– Очень неплохо, я свою первую пятерку зарабатывал дольше. А теперь пойдем, сейчас я запихну тебя в капсулу, и ты получишь экипировку от Системы, у тебя появились кое-какие очки. Советую их потратить на себя. Есть три параметра очень важных – сила, ловкость и выносливость. У тебя хватит очков только на один. Так что советую качать выносливость, в ближайшие дни она тебе понадобится.

– Понял, – ответил парень уже более уверенно. Похоже, он постепенно начинал понимать суть происходящего.

– Не помрет, так будет толк, – мысленно прокомментировал происходящее ворон.

Юрий поднимался по ступеням, народ видел крутого местного и послушно расступался, Чех шел следом. Вот освободившаяся капсула всего в паре метров, сразу несколько человек рванули к ней, но один шаг, и Жданов загородил им дорогу.

– Мне нужнее, – доступно объяснил он трем парням лет двадцати.

Те, похоже, уже имели опыт или понимали, чем грозит столкновение с местным, и тихо отвалили. Проблема мяса стояла остро, оно стекалось отовсюду. Даже с того момента, как Жданов вышел из капсулы час назад, ситуация изменилась, новичков прибавилось. Только в пределах его видимости было человек триста.

Шах повернулся к Чеху.

– Залезай. Время дорого. Жду у входа.

Парень кивнул, ему предстояло новое открытие, но Шах не торопился просвещать паренька на тему изменения организма. К этому все приходили сами. Некоторых это ломало: панически боясь боли, они останавливались в развитии и либо быстро гибли, либо начинали заминаться всякой ерундой и все равно гибли.

Юра вышел наружу и, сев на ступени, закурил. У него снова стрельнули сигарету. На этот раз вежливо, поэтому он поделился.

Потом открыл браслет и стал изучать новости. Основной темой пояса было скопление мяса, шаг с кураторством рейдеры восприняли по-разному. Многим идея воспитать напарника пришлась по душе, выбор был велик, но почти всем не нравилось обилие мяса, осадившего контрольки. Второй новостью стало то, что роботы так и замерли, не проявляя особой активности. Раньше они постоянно прощупывали оборону в различных секторах, а за последние сорок минут на всем протяжении линии противостояния – ни одного выстрела.

Рядом с Юрой кто-то опустился, приклад огромной винтовки уткнулся в ступеньку.

– Живой? – поинтересовался знакомый голос.

– Живой, – согласился Жданов, узнав крепыша, который вместе с подругой спас его от Чумы. – А где твоя напарница?

– Нет больше Стрелки, – сразу погрустнел парень, – погибла позавчера ночью, попала в мясорубку. Только я выжил и мясо одно, вот из-за него она и погибла.

– Соболезную, – вполне искренне посочувствовал Жданов.

– Спасибо. Я Токарь.

– Шах.

– Знаю, – очень уважительно заметил собеседник, – ты теперь вроде как знаменитость. Я вижу, ты продвинулся за последнее время. Очень хороший результат за такой короткий срок.

– Слушай, я не пойму, если Система так могущественна, почему выдвижение вражеских роботов было замечено так поздно?

– Интересные у тебя вопросы, и очень правильные. Только мало кто на них может ответить. На самом деле Система не всемогущая. Все, что она дает, не появляется из ниоткуда, никто не знает, как она работает, но сейчас нас не интересует этот вопрос. Ей противостоит точно такая же Система, только еще более агрессивная, и это только один из факторов. Над нашими головами висят несколько спутников, на орбите имеются кое-какие станции. Кстати, именно они занимаются выращиванием еды. Иначе подохли бы мы тут с голоду. Но опять разговор не об этом. Каким-то образом за несколько дней до этого замеса спутники, занимающиеся наблюдением за выжженными землями, связанные в единую сеть, были ослеплены, вирус вывел их из строя, причем половина выбыла навсегда, что очень плохо.

– Откуда ты все это знаешь? В новостях об этом ни слова.

– Рано я тебя похвалил, ты все то же мясо. Новости созданы только для одного – успокоения масс. Информация у меня из очень надежных источников, я же говорил, я имею доступ в Нижний Вышеград. Там живет очень много интересного народу. Врастай, и ты будешь тоже в курсе дел.

– Ну, учитывая, что мне дали доступ, вот развяжусь с двумя системными заданиями и прогуляюсь в этот премилый городок.

Токарь только хмыкнул.

– Премилая клоака. Ну да не о том треп. Как ты уже заметил, наша Система оказалась совершенно не готова, и рейдеры заплатили за это огромную цену. Похоже, сейчас «всемогущая», – он снова с издевкой хмыкнул, – ищет выход из кризиса. Кстати, я так понял, у тебя одно задание на оборону рубежа, второе – взять ученика?

– Да, очки нужны, а за это платят.

– Правильно. Если бы это было сделано раньше, возможно, мы бы уже имели хоть какую-то приличную силу. А теперь вокруг вот это мясо, с которым никто не знает, что делать.

– А Вышеград?

– Вышеград с того момента, как сюда стали тягать нас, превратился в разжиревшую свинью, которая только и делает, что валяется в луже, хрюкая от удовольствия. Он прекратил войну, спрятавшись за нашими спинами. Там есть что-то вроде службы правопорядка, но это марионетки, власть у корпораций, вот у них есть небольшие армии. Но они рассчитаны на войну с людьми, да и мало там бойцов, тысяч сто наберется. Так же имеются банды от пяти до ста человек и пара частных детективных агентств, которые имеют право содержать вооруженные отряды. – Токарь замолчал и пристально посмотрел на Жданова, после чего снова хмыкнул. – Вы прослушали краткий курс о дерьме, в котором мы оказались. И это не метафора, боюсь нам недолго осталось.

– То есть армии суперменов можно не ждать?

– Забудь, все супермены сейчас либо отдыхают, либо закрепились на рубеже. Сюда кинули даже неприкосновенный резерв – боевых роботов последнего поколения.

– Безрадостно, – подвел итог Жданов.

– Нет, Шах, не безрадостно, – поднимаясь, завершил беседу Токарь, – это конец. А вот и мой птенец. Увидимся. – Взяв винтовку наперевес, он отправился навстречу крепкой девахе лет двадцати пяти. Похоже, предпочитал работать исключительно с женщинами.

– Что ж ты не сказал, что устанавливать скилы – это больно? – обвиняюще заявил Чех, садясь рядом.

– Пальчик прищемил? – поинтересовался Жданов. – Это то, что каждый выясняет сам для себя. В первый раз я чуть не сдох, я изучил сразу пять скилов, а ты один и уже ноешь.

– Пять? – вытаращив глаза, не веря, переспросил ученик.

– Пять, – подтвердил Жданов, – силу, выносливость, ловкость, зоолога и щит. А теперь их у меня гораздо больше. Так что если не готов терпеть боль, то загнешься, тут выживают только те, кто готов идти вперед.

– Я готов, – с жаром заверил парень.

– Это хорошо. Что там тебе Система выделила?

– Крафтовая винтовка Гаусса второго уровня, пять сотен бронебойных выстрелов, рюкзак со жратвой. Все.

– Понятно, чего-то подобного я и ожидал. – Он посмотрел на оружие в руках Чеха. Пластиковый каркас полностью скрывал обмотку и батареи, система булл-пап, магазин выстрелов на тридцать. Калибр впечатляющий. – Дальность?

– Пять сотен метров, – отчеканил парень, – поражает андроидов первого уровня, легкие дроны, средние в борт.

– Дальше, чем на сто, работать не придется, – успокоил Жданов. – Каков ресурс батарей?

– На полном заряде три тысячи выстрелов.

– Понятно. – Юра поднялся. – Ну что ж, пойдем, нам выделили место, на рубеже пока вроде тихо, но когда это кончится, неясно. Жалко, у тебя нет оружейного навыка, а то можно было бы вооружить тебя «крушителем», вон из рюкзака двустволка торчит.

– Серьезный калибр.

– Серьезный, – согласился Шах. – Дистанция – все те же сто метров, но уверенно валит андроидов второго поколения и все дроны. Мусорщики его люто ненавидят.

Место, назначенное Системой, оказалось на третьем этаже дома, который стоял метрах в пятидесяти от купола, прямо за куполом шли руины выжженных земель с тем же удалением.

Птиц болтался в воздухе вместе с пятью подобными ему разведчиками. На первом этаже расположились два серьезных рейдера при пулеметах огромного калибра, один из них имел внушительного питомца – бурого медведя, закованного дополнительно в броню. Серьезный козырь в ближнем бою.

Всего в доме расположилось восемнадцать человек. Командовал обороной суровый дядька лет пятидесяти со снайперской винтовкой, которая больше напоминала ствол от зушки. Звали его Джоном.

– Зачем мясо притащил? – тут же поинтересовался он.

– Джон, ты когда в последний раз у контрольки был? – в свою очередь спросил Жданов.

– Дня два, я тут сплю, нечего мне там делать.

– Так вот, там толпами бродит мясо в неимоверных количествах. Система задания рейдерам дает, берешь мясо на пять дней, получаешь сто тысяч.

Джон пристально посмотрел на Чеха.

– Герой. Герои нам нужны. Мало их у нас.

Парень, не очень понимая, в какой замес угодил, с ходу ляпнул:

– А куда они деваются?

– Да вон в тех домах остались. – Он махнул рукой в сторону выжженных земель, намекая на старый оборонительный пояс, – изрубленные в подвалах лежат. Не живут тут герои. – Он обреченно вздохнул, сплюнул и ушел на свою позицию.

– Не дрейфь, салага, – ободрил Чеха Жданов, – мне тоже это говорили, но вот уже месяц прошел, а я живой. Быть героем просто, мертвым еще проще, так что включай башку. Понял?

Чех кивнул.

– Хорошо, а теперь давай я буду потихоньку рассказывать тебе про наше житие.

Но рассказать он ничего не успел: копошащиеся в руинах выжженных земель роботы решили, что пора разобраться с кожаными ублюдками. Напротив дома, где расположились Шах и Чех, формировался ударный кулак – два тяжелых робота прорыва обороны, старые, здоровенные, но отлично защищенные, десяток «04-„Прорыв“» штурмовых дронов, с полсотни боевых андроидов второго поколения, ну и напоследок – в задних рядах стояла парочка ликвидаторов, новеньких, словно только что с конвейера, а в окнах оставленного рубежа маячили мясники в немалых количествах. И врагов было много: в четыре раза больше, чем тех, кому придется их останавливать.

– Ну, держись, Чех. Везучий ты! Только приперлись и сразу в такой замес.

– А купол их не задержит? – как-то неуверенно спросил парень.

– Забудь, они сейчас артой брешь метров в пятьдесят проделают. Так что дерись, пока можешь, бежать тут все равно некуда.

Первый снаряд рванул с недолетом в паре десятков метров и правее на полсотни, а вот второй положили точно напротив них, дырища в куполе вышла знатная. И тут же в нее влетела еще пара снарядов, заставляя всех укрываться. А через мгновение на дом обрушился шквал огня. Роботы, пользуясь прикрытием, медленно пошли в атаку.

– Эд, это только у нас или везде?

– Молись, если умеешь, – отозвался ворон, – это финальный штурм. Похоже, кольцо сжимают.

Жданов пожалел, что не выучил «гренадера», системные гранаты сейчас были бы в тему.

Нашлось у защитников кое-что посерьезней, чем гранаты.

Эд транслировал картинку прямо на забрало шлема, висел он высоко, чтоб затруднить снайперским и штурмовым дронам прицеливание. Картинка выходила эпическая – роботы прорыва, не встречая ответного огня, медленно ползли вперед, их крупнокалиберные пушки с впечатляющей скорострельностью крошили стены, за ними, прикрываясь массивными пятиметровыми корпусами, двумя колоннами шли андроиды. Вот до бреши, которая очень медленно, но стягивалась, оставалось двадцать метров, когда «кожаные ублюдки» показали, что тоже кое-что могут.

Из-за дома вынырнула мобильная платформа, с другой стороны дома еще одна. Жданов глазам не поверил: там стояли ракетные установки, напоминающие пусковые обычных НУРСов. В принципе, они ими и оказались, по двадцать ракет на робота, залп в упор, промазать нереально. Выпустив все до единой, платформы рванули в укрытие. Только правая спрятаться не успела, крупнокалиберный снаряд угодил в кабину, полыхнуло, и на землю рухнула груда бесполезного железа.

Результат был впечатляющим. Не все ракеты добрались, некоторые были сбиты в полете, но и того, что долетело, хватило. Похоже, заряды были с разной начинкой – и кумулятивные, и объемного взрыва. Правый робот взорвался изнутри и развалился на две половины. Второй лишился передних лап, получил пробитие брони, с корпуса посрывало все навесное оборудование, пушки были искорежены так, что не могли вести огонь. С первого этажа вылетела одинокая ракета, вроде небольшая, но, угодив точно в пробитую ранее брешь, она рванула, и в туловище робота появилась дыра размером с легковой автомобиль, во все стороны торчала раскуроченная броня. Зашатавшись, недобиток рухнул на брюхо и замер. Досталось и свите андроидов второго поколения – их разбросало метров на двадцать, многие были сильно повреждены, из десятка «прорывов» уцелело семь, двое лишились своего оборудования и части брони. Только ликвидаторы куда-то исчезли, нигде не было видно тел в черной броне.

Огонь противника тут же ослаб. «Вали их!» – заорал что есть мочи Джон. Откуда-то сверху его винтовка довольно громко послала свою пулю в сторону дрона.

Юра отлично видел, как в лобовой плоскости дрона появилась дыра размером с приличный кулак. Подбитый «прорыв» завертелся на месте, потом его швырнуло в сторону, он налетел на подломившуюся лапу штурмового робота и взорвался.

– Салага, – крикнул Жданов скорчившемуся за стенкой Чеху, – лупи по тем, что на земле разбросаны! Твоя пуколка хоть и с трудом, но должна их брать, морда у них слабая. Понял?

– Да-а, – жалобно проблеял семнадцатилетний отрок и все же нашел в себе силы встать.

Юра же одиночными, почти в упор, расстреливал тех андроидов, какие пытались подняться или уже бежали, стараясь подавить огневые точки людей.

Дом огрызался довольно успешно, вот только молчали рейдеры на втором этаже, да и с первого работал только один пулемет. И вдруг в окно третьего этажа, словно футбольный мяч в кабинет химии, влетел ликвидатор, и сразу стало «весело».

– На брюхо, – скомандовал Жданов напарнику. Тот еще даже не понял, что у них гости, реакция у паренька была так себе, да и не смог бы он ничем помочь Юре.

Робот резко развернулся, из его предплечий выросли энергетические клинки, серьезные, примерно сантиметров по семьдесят пять. В рукопашной с такой тварью у Жданова шансов не было, стрелять в него тоже бесполезно – калибр у «дырокола» не тот. Но козырь у Шаха имелся: мгновение, и на левой руке образовался щит, винтовка полетела на пол, рука цапнула рукоять револьвера. Робот рванул вперед, а бывший капитан ему навстречу, и не просто навстречу, а с новой способностью.

Стало холодно, все расплылось, удар швырнул Жданова обратно, он понял только, что лежит на полу, глядя в потолок, а его противник, отброшенный метров на пять, дергается в конвульсиях. Револьвер Шах, как ни странно, не потерял, три пули отправились в голову андроида, прямо в синтетическую рожу, еще три в корпус, прямо в бок, куда-то в стык пластин. Бронебойки справились, человекоподобный робот замер, в его башке что-то искрило.

– Лежать, железка, – приказал Юра, с трудом поднимаясь с пола.

Его бил озноб. Левая рука висела плетью, кость не выдержала, щит исчез. Салага влюбленным взглядом смотрел на него с пола.

– Чех, что разлегся? К окну, вести огонь по противнику.

– Есть, – бодро отчеканило мясо с именем и, вскочив, взяло на прицел затягивающуюся брешь.

Жданов же добрался до рюкзака и вкатил себе в сломанную руку регенератор. Пара часов, и сломанная кость срастется. Выглянув наружу, он понял, что воевать больше не с кем, атака роботов захлебнулась. Даже их арта лупить прекратила, брешь сократилась метров до десяти. Еще минут пять – и вообще схлопнется.

– Поздравляю, – садясь у стены и глядя на сияющего парня, произнес Юра, – ты пережил свою первую атаку. Причем пережил достойно. Я сейчас спущусь вниз, посмотрю, что с мужиками, которые под нами сидели. Может, разживемся трофеями. Им-то они уже точно без надобности. А ты бди, без доли не останешься, мое слово твердое.

Парень кивнул и принялся осторожно наблюдать сквозь пробитую снарядом дырку.

– Эд, что там с воздуха видно?

– Атака захлебнулась, по полю бродят «трофейщики» из андроидов гражданских модификаций. Собирают, что осталось. Жаль, вам помародерить не удастся.

Юра встал и вышел на лестницу.

– Есть кто живой? – заорал он, глядя вверх.

– Есть, – отозвались с пятого этажа.

– Вроде живы, – крикнули откуда-то сверху, потом подумали и добавили: – В натуре.

Жданов спустился на второй этаж. До атаки там сидели трое, теперь никого, сюда пришелся основной удар. Похоже, влетело что-то серьезное, стены разворочены, повсюду кровавые ошметки. Юра перепрыгнул через дыру в лестнице и спустился на первый этаж, тут тоже живых не было. Зато валялся еще один ликвидатор, разорванный пополам, а рядом с ним фарш из медведя – пит намертво схватился с андроидом третьего поколения. Юра, прихватив робота правой рукой, поволок его наверх.

Из восемнадцати человек выжили десять, командовал обороной теперь мужик с прозвищем Тэ-Тэ. Джону не повезло, прилетевшая с выжженных земель разрывная пуля оставила от головы только шею, шлем не спас.

– Они отступают, – неожиданно ворвался в мысли Жданова голос Эдгара. – Прежний рубеж уже оставлен.

Собравшиеся на пятом этаже выжившие, держащие военный совет, как дальше обороняться, восприняли эту новость с воодушевлением. Чех, вскочив, даже заорал «ура!», чем вызвал улыбки на уставших лицах. А еще через пару минут пришло подтверждение от Системы:

– Противник покидает кварталы, прилегающие к куполу.

– Ну что, мужики, – кто-то достал из рюкзака бутылку водки, – давайте помянем ребят. Джона жалко, он тут почти шесть лет прожил, серьезный был боец. Не повезло.

Другой боец достал еще одну, разлили, у кого во что нашлось. Юра пил из крышки от термоса. Да и что там пить на десять человек? По пятьдесят символических. Посидели, помолчали. Ребята, которые пускали НУРСы, не выжили; видимо, до них добрался третий ликвидатор, который, скорее всего, бегает где-то в поясе. Обратно уйти ему не удастся.

К меркантильному разговору привел Тэ-Тэ:

– Ну что, трофеи по справедливости? Собираем в кучу и ровно на всех, кроме салаги?

– Ни фига, – отозвался Юра, – Чех, как и все тут, рисковал шкурой, труса не праздновал, стрелял, выполнял приказы. Он, может, и мясо, но мясо наше.

Как ни странно, неудовольствия не последовало.

– Шах дело говорит, – согласилась с Юрой единственная женщина в их команде, Троя. Она тоже была из старожилов, четыре года в Эдеме. – Парень себя показал хорошо. Может, он и не внес особого вклада, но все же дрался и имеет право на долю.

– Кто продажами займется? – спросил Тэ-Тэ, больше он вопроса по поводу парня не поднимал.

– Ты и займись, – заявила Троя, – инициатива имеет инициатора. Сейчас загрузим все на уцелевшую платформу, владелец ее погиб, так что она тоже наша по праву. И отвезем все к контрольке.

– Толкаем оптом, очки поровну, – еще раз напомнил Тэ-Тэ. – Все согласны?

Присутствующие разом ответили:

– Да.

В ухе, как всегда в таких случаях, зазвучал голос Алисы:

– Заключено соглашение между Тэ-Тэ, Троей, Шахом, Чехом, Дуболомом, Саркисом, Ротором, Глазом, Шаром и Кондором о равной доле в разделе трофеев. В случае нарушения соглашения Система оставляет за собой право на выбор наказания.

– Шах, – направляясь к лестнице, крикнул Тэ-Тэ, – ты со своим салагой тогда бди на всякий случай. А мы займемся остальным. Потом оставим тебе ребят, а сами сгоняем и толкнем добро. Жалко, блокада еще действует, по ту сторону купола столько нашего железа лежит.

– Да уж, – глядя на разбросанные по выжженной земле останки роботов и два здоровенных подбитых штурма, согласился Юра. – Но не караулить же их?

– А почему нет? – удивился маленький, смуглый, похожий на армянина обладатель внушительного носа Саркис. – Вон тебе задачу нянчить новичка никто не отменял, пусть новенький следит. Как барьер снимут, позовет, главное – стервятников отгонять. Я думаю, на той стороне железа много.

Юра с сомнением покачал головой.

– Пока блокаду уберут, там ничего не останется.

Саркис, не понимая, уставился на Жданова, но тот лишь махнул рукой в сторону купола. Рейдер подлетел к окну, громко выматерился и закричал во всю глотку:

– Суки-и, не троньте, это наше!

Но его, конечно, никто не услышал, из руин выползали мясники, которые сноровисто выковыривали все ценное из сгоревшего железа.

Наконец Саркис бросил изрыгать проклятия и, ухватив за ногу половину ликвидатора, потащил ее вниз.

– Не кинут? – с беспокойством в голосе спросил Чех.

Юра пожал плечами.

– Не знаю, я не так давно тут, только раз работал с напарником, ну и мы вместе все продавали. Способ кинуть есть всегда, и, если Система поймает на мухлеже, будет плохо. Хотя знаю по опыту: дыру в Системе всегда можно найти.

Минут через сорок уцелевшая аэроплатформа, загруженная трофеями, улетела в сторону контрольки, дежурные маялись от скуки, блокада сохранялась. Чех смотрел в рот Трое, которая, не переставая, травила байки, рассказывая о жизни в поясе и за его пределами. Саркис и Ротор играли в карты на очки, занятие крайне забавное – пять тысяч очков гуляли то к одному, то к другому. Юра же смотрел новости. Полноценно нес боевую вахту только ворон, изредка остро критикуя своего напарника.

Новости были так себе, в некоторых местах железякам удалось продавить оборону рейдеров, потери за несколько минут боя были внушительные, погибло три с половиной тысячи кадетов. При ликвидации прорывов еще триста. Натворили железяки немало дел. В трех секторах боевые андроиды и дроны вырезали множество новичков. Система оценила потери мяса в двадцать семь тысяч.

Это кадетам нельзя убивать в зеленой зоне, а вот роботам, подчиненным темной Системе, вдруг это стало разрешено. Пять контролек на западе уничтожены полностью. Еще две пострадали.

– Что в новостях? – изнывая от скуки, поинтересовался Ротор, высокий, слегка полноватый мужчина лет сорока, с лысой головой, на которой даже брови не росли.

– Система планирует изменить подход к обороне пояса. Полагаю, урок пошел впрок и теперь будут созданы постоянные войска на полном балансе.

– Конец вольнице, – подытожил Саркис.

– Ну зачем так? – рассудительно остудила его Троя. – Никто не тронет рейдеров и их образ жизни, но сегодня темная Система преподала нам урок, и, если бы роботы не остановили наступление, мы бы уже были мертвы и дожидались перерождения в мусорщиков. Вон в доме через две улицы всего двое уцелело. Ветераны. Двадцать парней зажмурилось, а тоже ведь не зелень.

– Ты к чему клонишь? – поторопил ее Ротор.

– Да к тому, мой лысый друг, что Система осознала, что тысяча суперкрутых ребят проигрывают тысяче не очень крутых, но хорошо подготовленных и спаянных. Думаю, уже завтра Система на базе мертвых кварталов развернет несколько постоянных военных баз типа коммун, в которые будут загоняться исключительно все новички. Из них будут лепить гвардию, как раз на такой случай. Ты никогда не задавался вопросами: почему у нас только стрелковка? Нет ни серьезной брони, ни воздуха, ни арты? Что мешает мастерам делать гигантские шагоходы с минометом за спиной и ракетами? Да ничего, кроме Системы.

– Это вон только новичкам непонятно. Система знает, что мы можем попробовать взять Вышеград силой.

– Но арта ведь была, – возразил внимательно слушающий Чех.

– Это разве арта? – рассмеялся Ротор. – Это так, детская поделка, довольно эффективная поделка, признаю, но этот крафт самопальный против Системы не пляшет, ты еще не видел серьезной техники, салага. И вот как раз ее у Системы оказалось очень мало. Если бы роботы не ушли, к вечеру в поясе не осталось бы ничего живого. Видел, что натворили два ликвидатора? А ведь один, возможно, до сих пор где-то в поясе. Он один может вырезать половину из здесь сидящих.

– Шах своего свалил, не особо напрягаясь, – попытался возразить парень.

– Не особо напрягаясь? – немного удивленно произнесла Троя. – Шах, расскажи салаге, ему будет интересно, какие шансы у тебя против этой железки были бы, если бы ты не был готов к схватке с ней?

– Ноль, – отозвался Юра. – Она права, напарник, я недавно столкнулся в подземелье с таким вот подраненным, у него ног не было, и эта скотина меня чуть не ушатала. Если бы она запрыгнула к ребятам снизу и влетела сюда в режиме маскировки, мы бы с тобой сдохли, даже не узнав, что нас убило. А так она ввалилась к нам в гости и дала мне десять секунд на подготовку. Действовал андроид не очень эффективно, с моей точки зрения. Ты тут первый день, тебе еще учиться и учиться. Так что слушай, что люди бывалые говорят. И если бы не мое умение, он бы меня все равно свалил. Троя, что ты там говорила по поводу армии?

– А, – вынырнула из собственных мыслей женщина. – Тридцать лет Систему все устраивало, но в последнее время ее темный оппонент сильно изменился – роботы стали действовать эффективней, почти исчезли андроиды первого поколения, «таблеток» в выжженных землях уже не встретить, их вообще стало заметно меньше, они даже не участвовали в этой атаке. Вопрос – почему?

– Потому что бесполезны, – мгновенно заявил Саркис. – Ты ведешь к тому, что наш противник изменился и теперь нужно быть еще осторожней?

– Именно так, – согласилась Троя. – А значит, и наша Система, пытаясь угнаться за соперником, начнет вводить изменения. И первым из них будет создание кадровых частей из новичков.

– Их слишком много, и они слишком разные, от детей до глубоких стариков, – возразил Юра. – Я почти час потратил, бродя среди мяса, в надежде отыскать толкового напарника. Сейчас Систему осаждают полчища бесполезного балласта. Завтра утром его станет на много тысяч больше. Если не изменится критерий отбора, мы просто захлебнемся в бесполезном бестолковом мясе. Куда девать всех вновь прибывших?

Все озадаченно приглянулись, Шах поднял важный вопрос. Если пояс станет безопасным, куда девать ежедневные поставки мяса? Без естественного отбора, когда выживал один из ста, жизни тут не будет.

– Вы наивные чудилы, – раздался от двери голос Тэ-Тэ, похоже, он какое-то время стоял в коридоре и слушал, что говорят. – Вы относитесь к Системе, как к человеку, мерите ее своими человеческими мозгами, чувствами, эмоциями. А это бездушный механизм. Она просто будет больше растворять нежеланных, не будет чушков, живущих на белковой жиже. – Тэ-Тэ прошел в комнату и уселся на патронный ящик. – Она уже приступила к этому. Объявлен набор в солдаты. Оборудуются бастионы, фактически крепости военных городков. Сейчас можно круто подняться, работая на строительствах. Одна часть на сорок километров.

– Не маловато? – удивленно спросил Ротор.

– Системе виднее. Для бывалых рейдеров уже есть миллионные контракты на обучение мяса. Ну да ладно. Вернемся к нашим баранам.

– Остальные где? – спросила Троя, и ее рука легла на рукоять пистолета.

– Остальные остались в контрольке, Система закрыла задание на оборону. Наша рейдерская жизнь возвращается в привычное русло. Завтра на рассвете блокада будет снята.

Юра не знал Тэ-Тэ и доверять ему не желал, поэтому вызвал с браслета Кондора, этот полукиборг с железной левой рукой скинул ему свой контакт – так, на всякий случай.

– Чего надо? – ответил рейдер. – И пары часов не прошло, как расстались.

– Хотел убедиться, что все в порядке, – честно ответил Юра.

– Шах, – заржал уже подвыпивший рейдер, – кого ты «лечишь»? Небось заподозрили неладное, когда Тэ-Тэ без нас вернулся? Все нормально, расслабьтесь, он парень честный, мы свою долю уже получили. Кстати, очень неплохая доля вышла. А теперь меня ждет прелестная нимфа. – И однорукий отключился.

– Извини, – виновато развел руками Юра, глядя на Тэ-Тэ.

Бывший командир выглядел немного обиженным, но в итоге махнул рукой.

– Забей, – после тяжелой паузы наконец произнес он, – всякое тут бывает, правда, чаще все же в выжженных землях. Напарник, с которым мы два десятка раз ходили за купол, выстрелил мне в спину, когда взяли слишком большой куш. Тогда для нас полтора миллиона были очень серьезной суммой. Так что у каждого есть предел. Ваша доля уже на ваших счетах, можете проверить.

Жданов снова заглянул в браслет и убедился, что на счету серьезно прибавилось средств. Помимо остатка добавилось сто пятьдесят тысяч за оборону рубежа. Система посчитала уничтоженных в бою андроидов, включая ликвидатора, это еще сто без малого, ну и деньги от Тэ-Тэ, триста пятьдесят четыре тысячи.

– Впечатляет, – произнес он.

– Еще бы, – хмыкнул Тэ-Тэ, – только винтовка Джона потянула на полтора ляма. Я бы ее себе оставил и вам бы деньгами отстегнул, но зараза заказная, даже после смерти хозяина не сменила, барыга поэтому скинул почти триста тысяч, его можно понять, ломать такую штуку очень дорого.

Юра кивнул.

Саркис закурил, глядя в окно.

– Обидно, все мясникам досталось, – расстроенно произнес рейдер.

Юра, получавший картинку от парящего в вышине Эдгара, мог только посочувствовать – два десятка мясников крепили тушу штурмового робота к какой-то платформе.

– Кстати, мужики, и, конечно же, дама, а не просветите меня? Я недавно оказался в тоннелях, которые раскинулись под выжженными землями. Под нами должны быть точно такие же. Я не понимаю, почему мясники и андроиды не пользуются ими, это ведь сотни возможностей проникнуть к нам, но они упорно ломятся через купол?

– Зелень, а уже салагу взял в обучение, – саркастично прокомментировал вопрос Ротор. – Когда потеряли второй пояс и отступили сюда, Система затопила все эти переходы.

– Водой? – озадачился Жданов.

– Нет, – вмешался в разговор Тэ-Тэ, – специальной пеной, которая расширилась и, затвердев, стала прочнее камня, так что входы из домов туда есть, но все до единого заканчиваются глухой пробкой.

– Что ж, вполне доступное объяснение, – согласился с подобной постановкой вопроса Юра.

– У меня вопрос, – подал голос Чех, – а что у этого города за странная архитектура? Я пока что видел однотипные дома, никаких магазинов, парковок, что это за город такой?

– Это ты, салага, верно подметил, – доставая из рюкзака банку с пивом, усмехнулся Тэ-Тэ, – город этот очень странный. Метрополис, во всяком случае центральная его часть, то есть элитная, похож на концентрические круги на воде, когда камень бросаешь. Этот город очень древний, но ты не найдешь в центре ни одного дома, который старше тридцати лет.

– Дичь какая-то, – не поверил парень, – тут что, плановый снос каждые тридцать лет?

– Будешь смеяться, но да, – отозвалась Троя, она сидела прислонившись спиной к стене, закрыв глаза. – Все, что ты видишь вокруг и намного километров вперед, было центром огромного города. Центральный район теперь зовется Вышеград, вот он сильно изменился, а здесь многое осталось так, как было до большой войны. Раз в тридцать или сорок лет проводился конкурс на застройку, все сносилось под корень и отстраивалось заново по одному проекту. Хотя не совсем так, не по одному, но каждый круг имеет свой стиль, другой круг может выглядеть полной противоположностью. Тут есть огромные скверы и башни-шпили, но в основном преобладают обычные дома. Такой пластиковый дом возводился за пару дней. Не спрашивай почему, особо это здесь никого не интересует.

– А магазины, торговые центры, парковки? Даже банальный кинотеатр?

– Ты забыл, в каком мире теперь живешь? Это мир Системы! Она как раз пришла в жизнь людей лет за десять до последнего перестроения. И войны. Не спрашивай, как это работает. Просто все изменилось, человек с имплантантом, очень недорогим, надо сказать, мог войти в магазин прямо из собственной квартиры. Купил что-то, тут же вернулся. Ты мог погулять по берегу моря и, сделав один шаг, забраться на гору. Правда, если тебе нужно было в другой район или к соседям через улицу, будь любезен, топай ножками. Если идти далеко, пользуйся карами или монорельсовыми поездами.

– Кстати, а где это все? – влез в разговор Юра.

– Демонтировали, – равнодушно отозвался Ротор. Было видно, что тема разговора ему неинтересна. – В отличие от второго пояса первый покидали планово, медленно отступая, вывозя все. А что не вывезли, разбирали стервятники, разобрали и толкнули крафтерам или все той же Системе.

– Ладно, пора мне, отдохнуть надо, – поднимаясь, отозвался Тэ-Тэ. – У контрольки дурдом настоящий. Народу, как на митинге. Все запуганные, чего-то требуют и скандалят, постоянно драки вспыхивают, за баландой местной очередь, я такого сроду не видывал.

– Ты на платформе? – встав и потянувшись, громко хрустнув суставами, спросила Троя.

– Нет, платформу у нас отжали, – грустно произнес Тэ-Тэ, – как и оружие на ней. Видите ли, системная она. Верный миллион упустили. Так что ножками надо идти.

Остальные тоже стали подниматься. И только Жданов не торопился, сейчас ему на контрольке делать было нечего.

– А мы? – поинтересовался Чех.

– А мы пойдем по рубежу шарить, вдруг что интересное найдем, тут сегодня много чего произошло.

– Молоток, зелень, – одобрительно заявил Саркис, – наша порода, рейдерская. Но я, пожалуй, пойду пить, играть и по бабам, очков халявных привалило. Надо оторваться.

Через три минуты дом опустел. Тэ-Тэ и остальные направились в глубь пояса, а Юра с Чехом вдоль купола, поглядывая по сторонам и выясняя, где было жарче всего. Эдгар наконец-то спустился с небес и занял свое привычное место на плече у Жданова.

Удача им улыбнулась уже через пару километров. Из дома, который пострадал наиболее сильно, прямо на них выполз андроид второго поколения. Досталось ему серьезно, но железяка оказалась крепкой. Правая нога оторвана по колено, грудная бронепластина смята, пара дыр в спине, измочаленное псевдолицо. Но оружие все же железка не потеряла, даже выстрелить успела первой, правда, оказалось, что с прицелом проблемы. Снаряд из крупнокалиберной ручной пушки прошел примерно в полуметре над головой Жданова и, угодив в купол, сгорел в яркой вспышке.

«Эти не мажут», – мысленно усмехнулся Юра, успев сделать сразу несколько вещей – вытолкнуть растерянного напарника из-под обстрела и упасть на колено, прикрывшись щитом. «Дырокол» отлично лег в выемку, которую Жданов запрограммировал. Андроид успел выстрелить еще раз – опять мимо, снова взяв на полметра выше. Сделать третий выстрел Юра ему не позволил – прицел безошибочно нащупал самое уязвимое место противника, и, когда пара треугольников совпала, Юра без колебаний нажал на спуск. Бронебойка вошла в грудь, которая и без того пострадала, точно в блок питания, выводя железяку из строя наверняка.

– Салага, живой? – поинтересовался он у сбитого с ног напарника, который, пролетев пару метров по воздуху, теперь выбирался из кучи покрошенного фасадного пластика.

– Живой, – отозвался тот, поднимаясь и потирая ушибленный бок. – Шах, как же ты его проморгал?

– Хороший вопрос, – согласился Юра. – Эдгар, может, просветишь, какого хрена ты просмотрел андроида второго уровня в пятидесяти метрах? Ты его должен был за километр засечь.

– Он, может, и второго класса, – возмущенно закаркал птиц, – но модуль маскировки у него прокачанный.

Юра неторопливо приблизился к развалинам и изучил андроида. Каркас явно от второго, а вот половина начинки была новой, да и пушка серьезная – ствол короткий, калибр крупный, питание ленточное из контейнера за спиной, скорострельность низкая, за пару секунд всего дважды саданул. Жданов открыл карту, изучая район: до ближайшей контрольки полтора километра. Он уже хотел приказать салаге тащить трофей, когда увидел торчащую из-под груды обломков ногу, обутую в местный добротный ботинок, и хороший такой ботинок, явно не простой.

– Чех, хватит скулить, – одернул он парня, который шипел ругательства себе под нос, потирая ушибленный бок. – Прикрывай, а я покопаюсь в груде. Может, еще трофей какой раздобудем.

Парень завертел головой, озираясь, и вскинул свою слабенькую винтовку к плечу.

– Эд, давай на взлет, – мысленно скомандовал Жданов. – Если кто окажется в радиусе трехсот метров, дай знать.

Ворон стартовал молча. Похоже, был обижен на Жданова за необоснованную критику.

Жданов принялся за разбор завала, обломки пластиковых стен были довольно легкими, десять минут – и тело бедолаги лежало в стороне. Прилетело ему нехило – наноткань уже затянула дыры на груди, а вот тело не отремонтируешь. Под одеждой, которую Юра снял, сплошное месиво, кровищи натекло море.

Оружие нашлось под завалом, уже знакомый «крушитель», только не двустволка, как у него, а что-то вроде «Сайги» с магазином, как у помпы, трубчатый на шесть выстрелов. Жданов отложил оружие в сторону.

В рюкзаке обнаружилась сотня патронов, половина разрывных на мусорщиков, половина бронебоек на андроидов и дронов. Не сказать чтобы куш запредельный, но все равно кое-что. Плюс железяка. Тысяч на пятьдесят все это тянуло, хотя, скорее всего, это стоило гораздо больше.

Жданов осмотрел трофейный ствол, этот вариант ему нравился, магазин – это большой плюс, скорее всего, полуавтомат или автомат, а еще он был короче, приклад складывался. Юра даже не раздумывал, ствол и боеприпасы отправились в рюкзак, после завтрака там освободилось место. Хоть по условиям ученичества парень мог претендовать только на очки, если кого-то завалит, и ежедневную плату в размере тысячи очков, которую Шах обозвал стипендией, без трофеев напарника он оставлять не собирался. Одежда рейдера оказалась простой, без улучшений, а значит, ею можно было пожертвовать.

– Чех, давай сюда, – позвал он.

Тот подошел, стараясь не смотреть на раздетое тело, перемазанное в крови. Жданов кинул ему в руки одежду и обувь покойника. Запихни себе в рюкзак, доберешься до контрольки, подгонишь под себя, это очень просто.

– Одежда с трупа?! – брезгливо протянул парень, состряпав презрительную гримасу.

– Мир тут такой, кончай рожу кривить, между прочим, такая одежда хороших денег стоит. Привыкай, тут много что придется с трупов брать. Оружие я себе возьму, – продолжил Юра, – тебе отдам мой «крушитель», очков у тебя хватает, изучишь оружейный навык и сможешь пользоваться. Захочешь – вложишь средства, сделаешь апгрейд. Штука хорошая, особенно против мусорщиков. Мы поняли друг друга?

Парень кивнул, состоянием вещей он был вполне доволен, знал, что по системному заданию Шах ему не обязан ничего отдавать, но «учитель» оказался честным. Убрав шмотки и обувь покойника в рюкзак, он уставился на Юру, ожидая дальнейших распоряжений.

– Ну что сказать, – бывший мент усмехнулся, – работай, салага, – и кинул ему топор. – Что делать, ты знаешь. А я пойду, остальные этажи посмотрю.

Похоже, домик оказался на острие удара, трупов хватало, правда, о них и об имуществе позаботились те, кто выжил, сплошная расчлененка. Мусорщики никому не нужны, во время обучения он поинтересовался у Казана, почему Система повторно не реанимирует крутых бойцов. На что инструктор ответил, что это заложено создателем. При повторном воскрешении получается еще большая жуть, чем мусорщик, совершенно разумный, неубиваемый боец с навыками прежнего владельца и доступом к Системе. Первые эксперименты показали, что одна такая тварь выносит всех вокруг. Решили больше не рисковать.

– Шах, сюда идут люди, – доложил ворон, – свежее мясо, человек двадцать, оружие либо крафтовое, либо обыкновенное земное. Обшаривают дома. Ауры красные и нейтральные. На мирное расхождение можешь даже не рассчитывать, триста метров.

– Понял тебя, наблюдай.

Юра прикинул, что три сотни метров – это не так уж близко, пять минут на принятие решения у него есть. Активировав «твой взгляд», он посмотрел на противника глазами ворона, и только потом вспомнил, что теперь может получать картинку на щиток шлема, хотя та была мелковата, а «твой взгляд» все же давал больше деталей. После минуты наблюдения Юра понял: перед ним готовая банда. В основном подростки – четыре девушки, остальные парни, никого старше двадцати. У некоторых в руках какие-то самодельные дубины. Есть пара автоматов и пистолетов, явно обычные земные, а вот наличие крафтового огнестрела не слишком радовало. Минимум три ствола, похожих на дробовики. Вопрос: где взяли? Сняли с трупов? Многие, такие же, как Юра, зеленые, могли взять учеников. Вопрос: не убил ли «ученик» «учителя»? Или «учителя» погибли на рубеже? Но это не важно, банду нужно валить.

Шах активировал браслет и внимательно изучил задания Системы. Нашлось и такое: «Уничтожение организованных групп мяса, вставших на путь разбоя». И платили неплохо – целых десять тысяч очков плюс по три сотни за каждый труп. Правда, как понять, это просто организованная группа свежаков или банда? Но все выяснилось довольно быстро.

– Они обнаружили раненого рейдера без сознания, – доложил Ворон, – добили ударом в голову, раздевают.

– Как он там оказался? – озадачился Юра. Хотя после боя прошло всего часов пять, всякое могло быть.

Зато теперь никаких вопросов. Можно ликвидировать. Опасность таких молодежных банд бывшему капитану объяснять было не нужно, именно такие устраивали погромы в столице, именно они оказались первым и самым многочисленным ядром протестов, главные провокаторы. Крайне жестоки, пьянели от крови мгновенно, тормозов в их пустых головах просто не было, поэтому их устранение – дело первостепенной важности. Учитывая нарастающее количество свежего мяса, это не последняя стая.

– Чех, сейчас придется немного пострелять, – спустившись по лестнице, сообщил ученику Жданов. – Сюда идет банда из молодых и свежих. Двадцать два человека, некоторые уже успели вооружиться, но оружие в основном земное, местного еще мало.

– Многовато их, – побледнев, заметил парень. – Может, уйдем?

– Можно, тогда они найдут и убьют еще кого-нибудь. Эдгар сказал, что они только что добили раненого рейдера. Так что либо помогай, либо не мешай.

– Их двадцать с лишним, – напомнил Чех.

– Мне они не противники. Задание на уничтожение банды я уже взял. Ты в деле?

Парень кивнул.

– Я с тобой.

– Хорошо. Тогда поднимайся на второй этаж и бери под прицел черный ход, дверь там целая, ее заблокировали изнутри. А я их тут встречу, заодно маскировку обкатаю. Все понял?

– Да, Шах.

– Все правильно, – ободрил его Жданов. – Такие стаи очень опасны, они руководствуются принципом сильного, они будут убивать всякого, кого сочтут слабее. И если представится шанс, они, не раздумывая, шмальнут тебе в спину.

– А Система как на это смотрит?

– Да никак не смотрит. Система – штука своеобразная, она даже мясников пускала в пояс совершенно свободно. Все, время на болтовню вышло. Работаем.

Чех сжал свой «гаусс» так, что пальцы побелели, после чего целеустремленно рванул в глубину дома.

Юра же выбрал правый левый угол от центрального входа, хотя что значит «угол», откуда ему взяться в овальном помещении? Там была пробита амбразура, а снизу навалена гора пластика, причем ее явно обработали чем-то термическим, поскольку она оказалась прочно спаянной.

Шах занял позицию, пули винтовки и револьвера перевел в экспансивные, никаких защищенных целей он не ожидал, так что можно дырявить по максимуму. Уничтоженный андроид валялся в двух шагах от раздетого тела. План был прост: собрать стаю в одном месте, а потом бить почти в упор с максимальной эффективностью. Эдгар транслировал все, что видел, на щиток, картинка показывала, что до подхода банды еще три минуты.

Все произошло так, как Шах и просчитал. За минуту до появления банды он активировал маскировку, слившись со стеной, возле которой сидел. Он прекрасно видел, как через его ноги просвечивает пол, больше всего это напоминало испарение в жаркий день.

Вскинув винтовку, он приготовился стрелять.

Подергав дверь черного хода, «стая» пошла в обход и вскоре ввалилась в холл веселой беззаботной толпой. Первым разочарованием для них стал изрубленный труп без трофеев, но вот наличие неживого андроида воодушевило всех. Правда, для Юры ситуация омрачалась тем, что часть банды ушла в соседний дом.

– Эта штука стоит дорого, – заявил бритоголовый крепыш с нацистскими татуировками на руках. Похоже, он был главным и единственный обладал наноодеждой, у него же была крафтовая пушка, вполне себе серьезная штука, больше всего напоминающая гранатомет с револьверным барабаном. Именно он стал первой жертвой – против системной винтовки второго уровня наноодежка не плясала. Она могла выдержать попадание пуль из пистолета Макарова или предотвратить удар ножом, но все остальное дырявило ее со стопроцентной гарантией.

Экспансивная тяжелая пуля вошла в спину бритого, швырнув того на деваху, которая сжимала в руках самодельную дубину из пластика, нечто среднее между мечом и бейсбольной битой. Восемь человек умерли раньше, чем поняли, что происходит, пули, специально созданные для максимального поражения незащищенных целей, валили противника наверняка. Двое успели рвануть к черному ходу. Жданов даже не стал стрелять им вслед, его интересовало, справится ли Чех, сможет ли он выстрелить в человека?

С улицы вбежал еще один ушлепок, которого поставили на стреме. Он, как и прочие, оказался туповатым и, вместо того чтобы привлечь внимание второй группы, решил выяснить, что здесь за крики, и влетел, сжимая в руках какой-то автомат, а может, карабин. Увидев тела, он загрустил. Больше он ничего разглядеть не успел, поскольку получил пулю в голову. За каждый дорогущий выстрел жаба поднимала голову и начинала душить транжиру, но поднимать шум, стреляя из «крушителя», Жданов не стал.

Встав, Юра сменил магазин, в куче тел кто-то стонал.

Со стороны лестницы послышались негромкие хлопки, так стрелял «гаусс» напарника. Похоже, проблем со стрельбой по людям у парня не возникло. Хотя Жданов в нем сомневался: садить в бою по роботам – это одно, они железяки, а целенаправленно выстрелить в человека – совсем другое. Некоторые из его армейских сослуживцев погибли именно по этой причине, просто не смогли нажать на спуск, когда враг оказывался прямо перед ними.

Теперь нужно было расправиться со второй группой, ну и добить выживших. Юра подошел к валяющимся вповалку телам. Тратить бесценные тарииловые программируемые пули на контроль было безумно жалко. Он поднял лежащий возле одного из тел «ярыгин» – «дырокол» стрелял в бесшумном режиме, легкие хлопки «гаусса» тоже вряд ли кто слышал, а стоит шмальнуть из этой дуры, вторая группа забеспокоится.

Но беспокоиться они начали еще раньше. Жахнул дробовик, кто-то в панике закричал, потом громыхнула автоматная очередь, заполошная, на весь магазин, так стреляют от отчаяния или когда противников много и они очень близко.

– Чех, жди тут, – приказал Юра, бросая «ярыгин» обратно в кучу трупов. – Я иду туда, ты держишь лестницу. Если что, смело стреляй. Ты все понял?

– Да.

– Не да, а так точно, – пробормотал Жданов и выскочил через пролом в стене.

Дом, который обследовала вторая часть банды, сохранился лучше, во всяком случае, низ, верхние этажи были снесены во время утренней атаки, все вокруг засыпано обломками.

Шах, прижимаясь к стене, медленно двинулся к центральному входу. Подумав, он перепрограммировал боеприпасы на бронебойки. Скорее всего, в здании оказался боеспособный андроид, который устроил резню среди мяса.

Переключившись на зрение ворона, бывший капитан оценил ситуацию. Ребята, стоящие на стреме, оказались умнее своего коллеги – внутрь они не побежали, а заняли позицию за крупными обломками, валяющимися у входа. Причем орали на весь район, призывая некоего Мартина, наверное, так звали главаря, застреленного в соседнем доме. Юра высунулся так, чтобы видеть обоих, и двумя выстрелами снял крикунов. Тут же навалилась тишина, не слышно ни стонов, ни борьбы.

– Эд, спускайся, – позвал Шах. – Если есть возможность, пролети через дом, а я твоими глазами посмотрю.

– Эксплуататор, – отозвался птиц, но приказ выполнил.

Юра переключился на зрение ворона. Тот влетел в выбитое панорамное окно, этаже так на пятнадцатом. Здесь было пусто и чисто.

Юра на секунду отключился от него, чтобы проверить, как обстоят дела внизу. Именно в этот момент окно на третьем этаже разлетелось осколками, и прямо на Жданова обрушился враг. Это был самый настоящий киборг, терминатор, кое-где уцелела плоть, из-под нее торчали металлические детали, вся тварь была железной, только, в отличие от ликвидатора, эта штука смогла бы легко сойти за человека даже при личном контакте. Наверное, так же создавали питомцев. Ведь если не знать, вряд ли отличишь Эдгара от обычного ворона.

И теперь этот киборг приземлился туда, где еще несколько секунд назад был Жданов. Шах ушел перекатом в сторону, одновременно стреляя в противника. Половина короткой очереди прошла мимо, а вот другая часть ударила киборга в грудь. Мерзкий звук рикошета сообщил Жданову, что он круто попал. Тварь вскинула руку, в которой сжимала пистолет, на пальцах еще уцелели куски мышц и кожи. Юра быстро активировал щит, мгновение – и в щит влетела светящаяся пуля, напоминающая трассер. Щит мигнул и погас. Шаха буквально смела силовая волна, она пару раз перекувырнула его в воздухе и ударила лицом об мостовую. Рот наполнился кровью и осколками зубов. Помня, что щит три минуты недоступен, Жданов вскочил, пошатнулся, но устоял, винтовка улетела куда-то в сторону, рюкзак остался в доме, где он валил первую группу. Шустрая железяка вскидывала свой пистолет, хотя больше он напоминал обрез с барабанным магазином. Единственный шанс уцелеть – это сделать рывок, вот только куда? Юра находился на открытом месте, четыре метра не спасут.

Пуля ударила киборга в левую часть черепа, заставив того мотнуть головой, словно боксера, который пропустил отличный хук. Это был выстрел Чеха. Юра рванул из кобуры револьвер, мысленно меняя настройки боеприпасов на ЭМИ. Все шесть пуль ушли в голову и корпус, промахнуться с семи метров было нереально. Отдача для такого чудовищного ствола была почти никакой, у «ПМ» и то сильнее. Тяжелый боеприпас сделал свое дело. Возможно, защита киборга смогла бы справиться с одним или двумя попаданиями, но весь барабан… А тут еще Чех добавил, угодив в шею, что-то там сильно заискрило. Содрогаясь, словно в конвульсиях, железяка рухнула рожей на «асфальт».

Жданов вытер рукой кровь, стекающую по подбородку. Количество трофеев росло со страшной скоростью. И главным из них был киборг, про таких сук Шаху даже не рассказывали.

– Ну что, Чех, слазь, будем трофеи разбирать, – крикнул Юра напарнику, который стоял на колене в выбитом окне третьего этажа, продолжая контролировать улицу из своего «гаусса». – Я тебе, салага, круто должен, – полушепотом добавил бывший капитан.

Главарь стаи был еще жив, он лежал лицом вниз и стонал. Юра, достав нож, перевернул тело.

– Мент, – прохрипел тот, – опять ты?

Юра присмотрелся, и точно, лицо нацика оказалось знакомым, это он стрелял в дэпээсников, это его Жданов гнал несколько кварталов, это они убили друг друга в подворотне. И вот новая встреча, она же финальная.

Разговаривать с этим упырем было Шаху не о чем.

– Вали в ад, – выдал бывший капитан напутствие и ударил ножом в сердце, которое чудом не разорвала пуля.

– Ты что, его знал? – спросил Чех, который собирал оружие, валяющееся возле тел, обшаривал карманы, правда, он аккуратно обходил двух девушек. Он даже смотреть в их сторону боялся.

– Ну, как сказать, «знал»? – стягивая с Мартина, скорее всего, именно лысого так звали, одежку из наноткани. – Это он меня убил в том мире, а я его.

– А почему «мент»? – стараясь отвлечься, спросил парень.

– Потому что я капитан полиции, работал в Москве, погиб в тот день, когда начались городские бои.

– Да, жестко там, в столице, все завертелось, – протянулся Чех. Он без особой брезгливости стянул печатку с пальца длинноволосого хмыря. – Неделю кипело. – Но, видя, что напарнику тема не слишком приятна, замолчал. – Пять стволов, – подвел он итог, – из них только один местный, остальные земные.

Шах осмотрел трофеи, ничего интересного, крафтовый ствол оказался тем еще барахлом – модернизированный карабин под охотничий патрон с парой перков. Из такого в лучшем случае можно завалить андроида первого поколения. Для старта неплохо, но лысый тут уже не мясо, почему он не раздобыл нормальное оружие? Конечно, Жданову пару раз крупно повезло, но все равно к концу первого месяца нормальные новички, если они не чушки, уже ходят в выжженные земли, а с такой снарягой там делать нечего. В рюкзаке, который валялся рядом с телом, обнаружились трофеи с убитого рейдера – еще один комплект одежды из наноткани, ботинки, вполне приличный крафтовый шлем, какой-то непонятный шар размером с кулак и системный автомат, короткий, с широким, почти кубическим магазином на три десятка выстрелов. Патроны – идентичные тем, что у Жданова в «дыроколе».

Этот ствол Юра запихнул в рюкзак. За три минуты он осмотрел тела двух девушек. Первой пуля попала в затылок, вырвав лицо и развалив голову надвое, с нее Юра снял пару украшений. Вторая была вооружена каким-то травматом, который он кинул в общую кучу, здесь такие стволы не плясали. Зачем он ей вообще был нужен? Ему показалось знакомым ее лицо, какое-то детское, кукольное, с большими темными глазами. Она с укором уставилась на Юру, и тут он вспомнил, откуда ему знакома эта девица. В тот день, пока еще не заблокировали интернет и сотовую связь, соцсети облетел ролик с казнью двух мальчишек-пэпээсников, которые попались точно такой же стае.

Именно эта соплячка с кукольным милым лицом сидела на бедрах одного из них и наносила удары отверткой в грудь и лицо.

– Тварь, – сплюнув, прошипел Жданов.

Он посмотрел на тела и достал топор. Плодить мусорщиков не хотелось, правда, эта подработка рубщиком мяса ему тоже порядочно осточертела. Но заставлять салагу не хотелось. Он сам убил, ему и рубить.

– Все, здесь закончили, давай посмотрим, что там набил этот киборг. И нужно тащить добычу в контрольку, чувствую, мы сильно поднимемся. Аж две железяки. Вторая вообще эксклюзив.

Когда они наконец добрались до контрольки, волоча за собой андроида и киборга, там творился полный бардак: куча свежаков бузила, устроив своеобразный митинг. Народу собралось немало – человек двести. Они стояли плотной стеной и слушали какого-то мужика, который вещал, что им здесь что-то должны.

У входа расположились около десяти рейдеров, среди которых Жданов узнал коротышку Токаря. Рядом с рейдером стояла его ученица уже в костюме из наноткани с системным дробовиком первого уровня.

Юра не стал таранить толпу, она слишком агрессивна: одна вспышка и полыхнет, толпе плевать на собственные интересы, она действует, как единый организм, либо ты с ней, либо против нее.

Шах сделал знак Чеху, и они пошли в обход и до входа добрались, крадучись по стеночке контрольки.

– Живой? – спросил Токарь, тоже заметивший Жданова.

– Да, и, как видишь, с прибытком. – Он указал на набитые рюкзаки и железяки.

– Неплохо. Как тебе удалось свалить чистильщика? Не под твою винтовку цель или всего лишь нашел его?

– Чистильщика? Это, я так понимаю, ты про киборга?

Токарь кивнул.

– Про него самого. Если рассчитываешь заработать на нем, забудь, Система заберет.

– Не понял?

– А чего непонятного? – усмехнулся коротышка. – Это системный боевой андроид четвертого поколения, думаю, тут в толпе есть еще несколько таких же. Их сейчас, наверное, пара тысяч по поясу бегает, решает проблему мяса. Так что Система заберет его себе, ну, конечно, подкинет пару тысяч очков. Оружие тоже конфискует, нам четвертый класс не положен, максимум – третий.

– Понятно.

– Вроде того, а вот за вторую железяку тебе накинут.

– Хорошо, очков лишних не бывает.

– Капсулы есть?

– Есть, – ответил Токарь, – сколько хочешь, Система перекрыла свежакам доступ. Получил имя – вали на все четыре стороны. Вон теперь бунтуют.

– А вы чего тут третесь?

– Задание от Системы – обеспечить порядок, в случае беспорядков подавить сопротивление, рассеять толпу. Кстати, очень неплохо платят, аж пятьдесят тысяч. За последние дни я вообще очень круто приподнялся.

– Ладно, пойдем мы. Надеюсь, моего ученика Система пропустит.

– Это без вопросов, их приравняли к рейдерам, то есть людям полезным.

Жданов, слегка упершись ногами, втащил киборга внутрь контрольки, салага волочил за ним андроида. «Железки» в капсулу не влезли, пришлось волочь в транспортный терминал. Сбросив их, вернулись в зал, и уже через пару минут сидели на квартире Шаха, разбирая трофеи. Токарь оказался прав, за стычку с киборгом им дали по пять тысяч очков на каждого, но оружие четвертого поколения и сама железяка так в квартиру Юры и не попали. Некрафтовое железо, которое они приволокли, удалось спихнуть за пару тысяч, разборщики его взяли очень охотно. Системный автомат первого уровня тоже толкнули, стоил он пятьдесят штук, салага его брать отказался, сказал, что возьмет что-нибудь второго уровня, когда прокачается. Оба «крушителя» оставили, двустволку, как и договаривались, забрал себе Чех. Одежку из наноткани, за исключением одного комплекта с перком «выносливость», толкнули за четырнадцать тысяч. Шарик, найденный в рюкзаке, оказался очень полезной штукой – голографическим муляжом-приманкой, стоил он двадцать пять, но Юра оставил его себе, очень удобно: катнул, и противник видит тебя в совсем другом месте, что-то похожее было у Шварца в фильме «Вспомнить все». Ну и финалом продаж стал андроид. Никаких неожиданностей – четырнадцать тысяч на двоих. Ювелирку Жданов просто запихнул в карман рюкзака и спрятал в шкаф.

– Все, Чех, двигай на прокачку. Какие скилы учить в первую очередь, я тебе объяснил. Только смотри не сдохни, ты меня тогда верных ста тысяч лишишь. А вообще, ты молодец. Как оклемаешься, пойдем с тобой дальше бродить. А я пока тоже кое-какими улучшениями займусь. Дорого мне это встанет.

Напарник кивнул, и через секунду Жданов остался один, ворон давно уже сидел на своем насесте и делал вид, что спит, спрятав голову под крылом.

Юра проверил счет – семьсот пятьдесят четыре тысячи, очень хороший результат за половину дня. Теперь нужно было решать, что изучать. Щит показал себя отлично, рывок тоже оказался очень полезным. Но оба они стоили уже просто запредельно: четвертый, и последний, уровень щита – пятьсот пятьдесят тысяч. Второй рывок обходился чуть дешевле – четыреста двадцать. Либо одно, либо другое. Шах серьезно задумался. И то и то ему жизнь спасло, но щитом он пользовался чаще.

– Решено, будем дальше качать защиту, – пробормотал он себе под нос. – Что останется, спустим на оружейный навык, рано или поздно подвернется хороший ствол третьего уровня.

Юра мысленно открыл раздел скилов и выбрал «щит». «Будет больно», – подумал он и активировал улучшение.

В себя он пришел через час, ощущение было таким, словно побывал в мясорубке, потом кто-то взял, собрал фарш и слепил Жданова заново. Часы показывали, что прошло уже два часа. Ни о каком разгоне оружейного скила и речи не шло, нужен был минимум час, чтобы прийти в себя. Забравшись в душ, Юра беспощадно открыл ледяную воду, стиснул зубы, чтобы не заорать. Подействовало.

Шах оклемался уже через пару минут, во всяком случае, каждое движение прекратило причинять боль, а в глазах не возникали яркие круги. Сделав воду чуть теплее, он позволил себе еще полчаса просто нежиться под тугими струями, от этого процесса его отвлек вызов на браслете.

– Шах, наконец-то я пробился, – на картинке возникло взволнованное лицо Чеха. – Ты что не отвечал?

– Занят был, – отозвался Юра. – Чего хотел?

– Я качнул несколько навыков, которые ты мне сказал. Ну почему это так больно?

– А чтобы ты башкой думал, что качать. Чего хотел? – напомнил Юра.

– Система меня выгоняет. Говорит, мне положены по статусу только три часа.

– Оружие купил?

– Нет, взял второй уровень скила, но со стволом пока не определился, решил с «крушителем» походить.

– Нормальный ход, – похвалил Жданов. – Короче, собирайся и жди меня снаружи, в столовке, сейчас я оклемаюсь и пойдем бродить дальше.

– Понял, – отозвался парень и отключился.

Юра прикинул, что делать. Учить «оружейку» или оставить до следующего раза? Решил выждать. Если его сейчас опять на сорок минут в аут отправит, то он к парню попадет не раньше, чем через полтора часа.

Жданов быстро собрал рюкзак, закрепил на его борту новый «крушитель».

– Опять разгрузку не купил, – тяжко вздохнул Жданов и полез в торговый раздел.

Через три минуты он стал обладателем черной разгрузки без всяких улучшений. Распихав по ней осколочную гранату, голографический муляж и магазины, Шах вышел в реал.

– Ни хрена себе, – только и сказал он, глядя, как роботы, чем-то напоминающие андроидов первого поколения, стаскивали многочисленные тела к аэроплатформам.

– Утилизация бесполезных кожаных ублюдков, – прокомментировал произошедшее ворон.

Жданов цапнул рукоять револьвера, но понял, что угрозы никакой нет, несколько рейдеров совершенно равнодушно шлепали по кровавым лужам и забирались в свободные капсулы.

Обалдевший Чех нашелся там, где ему и полагалось быть. Парень вяло ковырялся в белковой жиже.

– Знаешь, что здесь случилось? – беря рацион и садясь напротив, спросил Жданов.

Парень поморщился.

– То же, что в Москве – провокаторы раскачали толпу, Система зачистила всех, кто не успел разбежаться. – Он мотнул головой в сторону экрана, по которому шли новости. Браслет он, видимо, взять забыл.

– А что ты хотел? – хмыкнул Юра. – Система – механизм, она следует по пути целесообразности, у нее нет никаких этических рамок, ты полезен ей – вот тебе пряник, ты бесполезен – вот тебе кнут, она следует программе эффективности. Думаю, это не только тут происходит?

– Верно, – ответил Чех, – еще три бунта за последний час. Везде было подавлено быстро и кроваво.

– Что ж, Система в своем репертуаре, она эффективна. Те, кто выживет, пройдут отсев и расскажут другим, как его надо проходить. Кроме того, у нее в планах создание собственной армии, эти подавленные бунты пойдут в плюс, слишком много балласта набралось. Ладно, бери рюкзак, хватит кашу размазывать по тарелке. Если наелся, пойдем, нам с тобой пять дней еще гулять, мне очень пригодятся эти очки.

Чех с радостью отодвинул питание для нищих.

– Я готов.

– Тут самообслуживание, – назидательно заметил Жданов, – поднос кидай в утилизатор, – и, показывая пример, направился к железному ящику у стены.

Пять дней пролетели не сказать чтобы быстро, в поясе делать было особенно нечего. Единственной находкой стал погибший рейдер. Видимо, он попался ликвидатору, поскольку на куски его порубили, а вот снарягу не тронули.

После снятия блокады Юра повел парня в выжженные земли, и они шатались там целыми днями. Все медленно входило в привычное русло, возобновились атаки роботов и мусорщиков, но произошло кое-что важное – мясникам закрыли вход в пояс. За эти дни вдвоем они пополнили свой счет еще по сотне тысяч на брата. Чех физически окреп, он накачал мускулы и уже не напоминал того зеленого юнца, который с хмурым видом сидел у стенки и ждал непонятно чего.

Браслет звякнул, когда Юра с напарником завтракали в Кадетске.

– Системное задание «ученичество» выполнено, – сообщила Алиса, – награда сто пятьдесят тысяч.

Чех поднял голову и посмотрел на Жданова.

– Ну что, Шах, рад от меня избавиться?

– А как же, – серьезным голосом ответил бывший капитан, – если бы ты знал, как ты мне надоел своими вопросами. «Шах, а что это? А сколько стоит? А зачем, а когда?» Все, харэ, теперь будешь сам своей головой думать. – Но, не выдержав серьезного тона, рассмеялся. – Не кривись, я пошутил. Но пора действительно разбегаться. Я хочу наведаться в Вышеград, уж коли мне туда пропуск дали.

– Понимаю. А я планирую прибиться к отряду разведчиков, сейчас на соседней контрольке собирается молодняк, хотят идти в дальний рейд, что-то искать.

– Дело твое, но я бы посоветовал тебе не спешить, с непроверенными людьми ходить в выжженные земли – это билет в один конец. Мы с тобой дальше пяти километров не забирались, и то постоянно шкурой рисковали. Много всякой погани в руинах.

– Шах, я услышал тебя. Ты только не пропадай! Как вернешься из города, пошли мне сообщение, может, еще походим вместе, уже как партнеры?

– Там видно будет, – кивнул ему Юра.

Через полчаса они распрощались. Жданов отправился к себе в берлогу, оружейный навык он прокачал полностью еще пару дней назад, это стоило ему сто пятьдесят тысяч. Правда, вот оружия пока что не попадалось, а покупать с нуля очень дорого. Цена на системное оружие такого уровня начиналось с полумиллиона. Свободных очков на это просто не было.

Жданов побрился, привел себя в порядок. Он уже давно решил, что, как только закончит задание, сразу рванет в Вышеград, ему хотелось поскорей осмотреть город, который он вынужден оборонять. Юра взял сто тысяч и поменял их на деньги, которые были в ходу в Нижнем городе. Курс оказался просто безбожным – один к сотне. В итоге получилась тысяча. Правда, все «старички», с которыми он говорил, в один голос твердили, что этого вполне хватит на пару дней загула.

Выйдя из капсулы, Юра удивленно хмыкнул – вокруг была тишина, вот уже несколько дней мясо не поступало, Система на время прекратила таскать погибших из его мира. Пояс сейчас безопасен как никогда, два дня никаких прорывов, люди залечивали раны. В результате трехдневной войны было полностью потеряно одиннадцать оплотов. Погибли Гранат и его брат Сурок. Сидр сообщил, что Тевтон лишился ног, сейчас проходит в клинике реабилитацию и уже получил пару отличных железных протезов.

Пояс медленно оправлялся.

Жданов провел языком по зубам, те были снова ровные, ни одного скола, прямо голливудская улыбка: тысяча очков – и у него во рту полный порядок, даже старые пломбы исчезли. Рюкзак и «дырокол» он оставил в берлоге. В Вышеград с оружием не пускали, исключение делали только для пистолетов – дурь, конечно, редкостная, но с Системой не спорят, так что на поясе у Юры только револьвер и нож. С питомцами та же проблема, и Эдгар остался на жердочке ждать хозяина.

До шлюза недалеко – всего пять километров. Утро было солнечным, Жданов вообще ни разу не видел здесь облаков, хотя все старожилы говорили, что такая лафа скоро кончится, зарядят дожди, в мир Эдема придет осень.

КПП представлял собой бункер с гидравлическим шлюзом. Оказалось, что куполов вокруг Вышеграда два. Один внешний, на границе с выжженными землями, другой внутренний, почти прозрачный, нежно-салатового цвета, едва видимый взгляду и различимый только при ближайшем рассмотрении. Перед гигантским переходным шлюзом висела аэроплатформа. Вот только это уже была не обычная грузовая, которой пользовались кадеты в поясе, а самый настоящий полноценный броневик с ракетами, скорострельной крупнокалиберной пушкой и силовым экраном. Рядом с ней торчала пара рейдеров в отличной броне с большими стволами. Они тут же взяли Жданова на прицел.

– Доступ?

Жданов вытянул руку с браслетом. Рейдер достал сканер и приложил к «напульснику».

– Доступ разрешен, – сообщил голос Системы. – Исключение – центральный сектор Нижнего города.

Рейдер молча спрятал сканер и указал на небольшую шлюзовую дверь.

– Гостевой доступ на пять дней, – напомнил он. – Дальше потребуется полноценная регистрация на один год, для которой необходимо наличие на счету не меньше пяти миллионов очков. Вам все понятно?

Юра кивнул и прошел к двери. Та, шипя гидравлическим механизмом, медленно открылась, приглашая внутрь. Жданов вошел в короткий коридор, заканчивающийся идентичным гермозатвором. Дойдя до середины, Юра услышал, как дверь за ним медленно закрылась.

– Встаньте в желтый круг и закройте глаза, – раздался из динамика женский голос, но принадлежал он не Алисе, которая озвучивала все системные сообщения, – проводится процедура обеззараживания.

Сделав шаг, Жданов послушно вошел в указанную зону. Даже через сомкнутые веки были видны яркие вспышки. Рисковать и подглядывать он не стал.

– Процедура обеззараживания закончена, – сообщила женщина, – можете открыть глаза, проследовать в гостевой центр четвертого пропускного пункта. Там вам подберут одежду и расскажут о правилах и законах Вышеграда. Приятного дня.

– Приятного, – согласился Юра и прошел в открывшуюся дверь.

Гостевой центр был довольно большим залом, сияющим белизной стен. Первым желанием Жданова было взять черный маркер и написать на ближайшей вертикальной поверхности – «здесь был Юра». Эта мысль заставила Шаха улыбнуться.

Первым человеком, который его встретил, был охранник.

– Ваше оружие, – требовательно произнес парень в странной серой форме и черном жилете, больше напоминающем кирасу.

Жданов расстегнул ремень и протянул его служивому, но тот отрицательно покачал головой, указывая вправо. Там, в стене зала, была дверь с надписью на русском языке: «Хранилище».

Юра молча направился туда и вошел без стука. Его встретил еще один охранник. На поясе у него был серьезный пистолет, причем Жданов не смог определить модель, таких он на Эдеме не встречал.

– Подойдите и прикоснитесь к стене в любом удобном для вас месте, – попросил охранник. – Юра послушно выполнил указание, и стоило ему дотронуться до стены, как под ладонью появился голубоватый круг, по которому пробежала зеленая полоса. Секунда, и в этом месте открылась ячейка размером с холодильник.

– Оставьте тут все ваше оружие, одежду, браслет и любые другие электронные приборы, возьмите красную форму и переоденьтесь, это временная роба, пока вы не подберете себе одежду в одном из магазинов.

Юра подчинился. Раздеваться под присмотром не хотелось, но об этом позаботились, от остальной комнаты его отделила мутная голографическая ширма. «Довольно интересный подход», – подумал Юра и, сняв одежду, повесил ее в шкаф. Взамен он надел тапки типа чешек, красные штаны и куртку. Все это было сделано из мягкой приятной ткани. Минута – и вот он готов продолжать путь. Закрыв дверь, он услышал женский голос:

– Ячейка хранения – гостевая, владелец – кадет Юрий Васильевич Жданов, Системное имя Шах. Вы можете забрать свое имущество в любое время, достаточно прикоснуться к стене в любом месте комнаты. Вам все ясно?

– Вполне.

– Возьмите у охранника ваш новый электронный браслет, который является одновременно документами и кошельком. С него у вас есть доступ к вашему счету. В любой момент вы можете обменять очки, добытые в потерянных землях, на вышеградские кредиты.

Парень указал на синий шар с отверстием для руки, стоящий перед выходом.

– Просуньте руку и получите ваш личностный браслет.

Жданов снова выполнил, секунда – и на его запястье сомкнулось нечто совсем невесомое, а еще его что-то кольнуло, быстро, но ощутимо. Юра поморщился.

– Вам введены нанороботы, – верно истолковав немой вопрос Жданова, ответил охранник, – которые растворят ваше тело в случае гибели, мусорщик нам тут не нужен.

Юра извлек руку и внимательно осмотрел приобретение. Браслет оказался белым, как и все вокруг, шириной в три сантиметра, плоский, вот и все, что можно о нем сказать.

– Пройдите в соседнюю комнату, – предложил женский голос, звучащий в ухе. – Там вы сможете подобрать соответствующую одежду. На вашем счете тысяча кредитов.

Примерочной оказалась пустая комната с большим, ростовым, зеркалом.

– И как тут все работает? – вслух спросил Жданов.

– Очень просто. Пройдите к монитору, это то, что вы, земляне, называете зеркалом, дотроньтесь рукой до стекла в любом месте, выберите меню, а дальше примеряйте то, что вам понравилось. В мониторе вы увидите, как на вас будет сидеть та или иная одежда и ощутите, насколько вам будет в ней комфортно.

– Интересно задумано, – ответил в пустоту Жданов, – давайте попробуем.

С нижним бельем он не стал заморачиваться, обычные темные трусы и майка. А вот с одеждой было хуже, сорок тысяч моделей готова была предложить местная Система.

Юра задумался, он просто не представлял, как одеваются в Вышеграде. Выглядеть клоуном не хотелось.

– Система, покажи мне самые популярные вещи, которые носят вышеградцы моего возраста.

Что ж, выбор сузился всего до тысячи моделей. Как пользоваться фильтром, Жданов отлично понял.

– Отметаем официальные костюмы для званых вечеров, спортивную одежду. Покажи повседневную и для отдыха.

Что ж, неплохо, список сократился еще на триста позиций. Юра мысленно достал с вешалки костюм, состоящий из серебристой куртки и таких же серебристых брюк в блестках.

– Темные цвета, – приказал Юра уже раздраженно.

На подбор одежды у него ушло сорок минут. В итоге он остановился на свободных брюках, способных менять цвет, легкой свободной куртке и рубашке без рукавов, которую он мысленно назвал жилеткой. С обувью он определился быстрее, выбрал классические мужские туфли с небольшим каблуком, также способные менять цвет. Фасон их был похож на земной, удобные такие ботиночки. Правда, Юра затруднился определить материал, из которого они сделаны. Что-то вроде нубука или замши. Да и какая разница? Цены кусались, хотя, скорее всего, его жестко обманули. Сто местных кредитов исчезло. Еще сто с него взяли за аренду комнаты в отеле на границе веселого квартала, где он теперь временно был прописан.

Следующие два часа Система рассказывала о правилах поведения, как пользоваться тем или иным устройством, как перемещаться по городу.

Поначалу Жданов думал, что просто не в состоянии запомнить все, что ему говорили, но под конец лекции ему задали несколько вопросов, на которые он, в принципе, раньше не знал ответов. И он ответил на них легко и непринужденно, словно узнал не только что, засыпая под рассказ, а жил по ним десятки лет.

– Ваши способности, действующие в оборонном поясе, временно заблокированы. Добро пожаловать в Вышеград, – раздался в ухе системный голос, а затем открылась дверь на небольшую площадку, находящуюся на высоте сотни метров, где его ждал аэрокар.

Юра подошел к небольшому энергетическому ограждению и посмотрел вниз. Перед ним раскинулся суетливый шумный город: летали в воздушных коридорах аэрокары, спешили по своим делам люди, возвышались огромные небоскребы с голографической рекламой вещей, которые ему были совершенно не нужны. Казалось, этот город гораздо больше Москвы или того же Нью-Йорка, а ведь это всего лишь центральный район метрополиса – города-гиганта, простирающегося до выжженных земель и дальше в бескрайние просторы, мертвого и одновременно живого.

Владимир. Март – апрель 2019-го