Глядя в микроскоп на красные кровяные тельца, Райли ожидала, когда зажужжат её часы. Она установила таймер на каждые пять секунд. Пять. Десять. Пятнадцать.

— Давай же, детка.

Никогда ещё не доходило до тридцати. Двадцать. Двадцать пять.

— Дерьмо.

Клетки, которые были идеальной круглой формы и здоровые, теперь погибли. За двадцать восемь секунд.

— Неудача? — Наставник, доктор Грегори, положил руку ей на плечо, и Райли вздрогнула. Грегори один из самых блестящих гематологов в стране. Но она ненавидела его манеру распускать руки. — Ты получишь результат в следующий раз, дитя.

— Я уже не ребёнок. Мне двадцать девять лет. И тебе действительно нужно отступить на шаг.

Гнев покалывал кожу Райли, и тело кипело напряжения. Волна головокружения захлестнула, и Райли на мгновение упёрлась руками в лабораторный стол, медленно и сдержанно дыша.

Будто его толкнули, доктор Грегори споткнулся о собственные ноги и вернулся на место.

— Эта партия была такой многообещающей, — сказала она, начиная убирать оборудование. — Она нейтрализовала загрязняющие вещества почти сразу… по крайней мере, так казалось. Но потом все эти вещества будто вернулись и стали сильнее в десять раз. Такого в принципе не может быть.

— Небольшой отпуск пойдёт тебе на пользу, — сказал Грегори, вынимая из-под прицела микроскопа предметное стекло и бросая его в мусорное ведро. — Твои исследования тебя подождут. Ты ценный член команды, Райли. Знаю, что успеха ты не добилась, но за шесть месяцев у тебя прогресс больше, чем у кого-то другого за последние три года. Будь терпелива. Ещё есть время.

— Нет, нет времени. — Райли не могла сказать Грегори, что лично заинтересована в этом проекте. Что если не способна остановить деградацию клеток, не сможет долго над этим работать… потому что будет мертва. — Да, конечно, ты прав, — бодро ответила она. — К тому же, Ирландия сама себя не посмотрит. Увидимся через десять дней.

Закончив складывать оборудование, она выбежала из Исследовательской лаборатории медицинского центра Университета Сан-Франциско и дала волю слезам. С самого несчастного случая, Райли знала, что у неё мало времени. На заводе по производству полупроводников были многочисленные нарушения техники безопасности, и Райли оказалась не в том месте и не в то время. И всё потому, что в тот день решила поехать в школу на автобусе. Отравление тяжёлыми металлами обычно поддавалось лечению, но тело Райли отказывалось от любой попытки. Её кожа была такой бледной, что без макияжа казалась почти серой, а в зелёных глазах появились серебряные искорки. Но хуже всего то, что её красные кровяные тельца свихнулись — они размножались, как сумасшедшие.

Райли приходилось раз в две недели сдавать пинту крови, чтобы поддерживать давление в норме, и всего неделю назад кардиолог предупредил, что ей повезёт, если так продолжиться следующие пару месяцев. Её сердце слишком изношено.

Опустившись на стул в своей маленькой кухне, она зубами обвязала резинку вокруг руки. Одна пинта сейчас как раз могла бы помочь ей пережить поездку в Ирландию. И после этого… ну… она пустит всё на самотёк

Все тридцать минут поездки до замка Райли прижималась носом к окну туристического автобуса. Ирландия была такой красивой. От архитектуры в городах — зажигательной смеси старого и нового — до роскошных густых лужаек и двориков, которые, казалось, были вечно зелёными — Райли не могла на всё это насмотреться.

Что-то внутри тянулось к этому месту, и с каждой милей тяга становилась лишь сильнее. Райли нуждалась в этой поездке. В этом отпуске. В этом последнем хорошем впечатлении.

Небольшой автобус свернул на узкую просёлочную дорогу с выбоинами, и болтливый туристический гид взяла микрофон.

— Дорогие мои, мы будем на месте через несколько минут. Замок Бонни принадлежит одной семье уже на протяжении двухсот лет, и нам очень повезло получить доступ к его территориям и множеству комнат. Но собственник по-прежнему живёт в этих помещениях, поэтому простое напоминание: не стоит слоняться там, где не разрешено, и не стоит открывать закрытые двери. Если вы потеряетесь, просто стойте на месте. Кто-нибудь из служащих замка вас найдёт и вернёт в группу.

— Ого. — Райли шумно втянула воздух, когда в поле зрения появилось огромное каменное строение. Пятиэтажный замок, с тремя высокими башнями, которые навевают мысль, а не ждёт ли в одной из них Рапунцель своего спасителя.

Сад был идеально ухожен — живые изгороди, подстриженные в великолепные формы, красивая лужайка, простирающаяся влево, и подъездная дорожка, выложенная плиткой всех оттенков серого.

— Всё следуйте за мной, — сообщила гид. — И запомните: если возникнут какие-то вопросы, то меня зовут Арвен.

Райли устроилась в хвосте группы, желая получить как можно больше свежего ирландского воздуха. В отличие от большинства членов группы, у неё не было фотоаппарата, и она даже телефон из кармана не достала. Нет, Райли хотела получить воспоминания старым добрым способом. Что хорошего ей принесут фотографии?

— В то время, когда замок был построен, его окутала мистика, — начала рассказ Арвен. — Собственник, которого звали О'Курраин, был отшельником. По слухам у него было десять детей, но никто не видел его жену, и поговаривают, что он убил её, пока та спала, после рождения девочки. Остальные дети были мальчиками…

Она почти не помнила, как вернулась в отель. В голове были лишь картинки, проносящегося мимо моря зелени. Идя по коридору к своей комнате, она нашла ключ, и не прошло и пяти минут, как уже лежала на кровати, свернувшись калачиком и гадая, не начало ли это конца.

— Прошу, — прошептала она. — Дай мне перерыв. Лишь… ещё восемь дней.

У неё оставались месяцы. А должно бы год. Ну, не меньше полугода. Она не понимала, почему внезапно так устала.

Два часа спустя она проснулась от стука в дверь.

— Обслуживание номеров, мисс. — Глубокий голос с ирландским акцентом показался смутно знакомым. Мальчик, которого она встретила утром? Нет, не он. Кто-то другой… Но когда она успела заказать еду?

— Я ничего не заказывала… — Взгляд тёмных глаз не отрывался от её лица. Погодите… Она что-то заказывала. Стейк и картошка фри. А ещё красное вино. При мысли о еде у неё потекли слюнки. Райли посторонилась. — Ладно, входите, — пробормотала она.

— Оставьте дверь открытой, — бросил мужчина, когда она хотела пойти за ним. — Не позволяйте незнакомцу поймать вас в ловушку в собственном же номере.

— Ох, да. — Почему она об этом забыла? Потому что мысли были сосредоточены на бифштексе.

— С вами всё в порядке? — спросил он, ставя поднос на маленький столик в углу. — Выглядите бледной.

— В… Всё хорошо. К-хм, сколько с меня? — Она смотрела на поднос, смутно осознавая близость мужчины. От него пахло дорогим табаком и кожей. Даже от этого у неё едва не потекли слюнки. Уф, лучше у неё слюнки потекут из-за чего-нибудь другого. В животе громко заурчало, и она прижала руку к прессу. — Ой, как неловко.

— Вы уже заплатили, мисс Скотт. Больше ничего не нужно. — Мужчина вышел, остановился и повернулся к ней. Она оторвала взгляд от подноса с едой и посмотрела на мужчину. Вблизи его глаза были тёмно-синими, так что разница между зрачком и радужной оболочкой была почти чёрной и… знакомой.

— Мы… знакомы? — Райли шагнула к нему, вглядываясь в черты лица. Резко очерченная челюсть, чёрные волосы длиной до воротника рубашки, узкие чёрные джинсы, обтягивающие мощные бёдра. — Мне кажется… мы уже встречались…

Он округлил глаза, синеву которых поглотила чернота.

— Нет, мисс Скот, мы не знакомы. Вероятно, вы видели меня в отеле. Вот и всё. Теперь ешьте и отдыхайте. Обещаете?

— Да. — Она кивнула, желание съесть бифштекс стало непреодолимым. — Спасибо?..

— Деклан, — добавил он и прошептал что-то по-гаэльски себе под нос. — Спокойной ночи, мисс Скотт

— Доктор, — крикнула она ему вслед: — Доктор Скотт. — У неё начали слезиться глаза, она вытерла их, а когда снова подняла веки, мужчины уже не было.

Закрыв дверь, она всё съела. Еда была настолько вкусной… восхитительнее всего, что она ела дома в последние несколько месяцев. И когда закончила, вынесла поднос в холл и забралась в постель. Сон тут же на неё нахлынул, но что-то в глубине сознания было… неправильным.

Она с трудом пробиралась сквозь мысли. Мужчина, который принёс еду… Как его звали? Как бы она ни пыталась, не могла вспомнить. Пока её тело не расслабилось, и на выдохе она прошептала:

— Деклан.

Во сне темноволосый мужчина с настолько синими глазами, что казались почти чёрными, обнимал её, а когда шептал что-то, чего она не могла разобрать, чувствовала себя такой… умиротворённой и полностью в безопасности.

Что же он шептал?

— Акушла? — произнесла она, открыла глаза и села.

Она редко видела сны… или редко вспоминала их. Но красивый мужчина с глубоким голосом и восхитительным акцентом не выходил из головы всю ночь. Включив воду в душе, она провела по шее и ощутила лёгкий электрический разряд.

— Какого дьявола? — Осмотрев себя в зеркале, она ничего не нашла. Ни отметин, ни шрамов… ничего. Но ощущение, ей точно не померещилось. Вероятно, она неудобно спала и защемила шейный нерв. Подставив темноволосую голову под струи, она начала расслабляться. Мысленно вернувшись к экскурсии по замку Бонни, Райли попыталась вспомнить конец истории, которую рассказывал гид о скелетах. Клетки. Пленники. Потом… пара чернильно-чёрных глаз. Тёмная комната. Прохладные руки на спине. Запах крови. И что-то удивительное. Богатый, мужской аромат. Кожа, табак и пряности. Опьяняющий.

Райли взвизгнула, когда вода стала холодной.

— Проклятье. — Как долго она пробыла в душе? Смыв остатки мыла, она выключила воду и завернулась в полотенце. Но никак не мгла согреться. Ни после того, как высушила волосы. Ни после того, как надела толстый красный свитер и джинсы. И даже ни после трёх чашек горячего кофе за ирландским завтраком.

Час спустя, когда она проходила через двери отеля, на мгновение замешкалась, чувствуя головокружение.

— Прошу, ещё несколько дней. Я всё делаю правильно, — пробормотала она себе под нос. Ухватившись за перила, она выпрямилась. — Я справлюсь, я дойду до Национальной библиотеки и запечатлею её в памяти.

— Девушка, с вами всё в порядке? — Крупный мужчина — вероятно, килограмм сто крепких мускулов — взял её за локоть и помог сесть на скамью в нескольких футах от лестницы. — Вы выглядите усталой. — Его акцент далеко не ирландский. Может, шотландский? Райли посмотрела в его карие глаза и почти разочаровалась, что они не тёмно-синие.

— Всё хорошо, просто голова закружилась. Пройдёт через пару минут.

Она попыталась отдёрнуть руку, но он сжал её, а другой заправил локон волос ей за ухо. Костяшки его пальцев задели чувствительное место на шее, и Райли вздрогнула.

— Может, кому позвонить? Меня зовут Эван. Я сторож. Врача может вызвать?

— Н-нет, э-э-э… офицер? — Она осмотрела его. Он охранник, судя по униформе, но у Райли так кружилась голова, что она и не заметила этого.

Он улыбнулся.

— Просто Эван. Ты слишком мила для официальных званий. — Он раскраснелся и отступил на несколько дюймов. — Прошу прощения, не хочу показаться навязчивым, просто… ты заставила побеспокоиться.

— Время от времени… со мной такой происходит, — тихо ответила она. — Ничего страшного. — Лишь отравление тяжёлыми металлами, которое убьёт меня через несколько недель.

— Хорошо. — Он сунул руку в карман жилета и протянул ей белую визитку. — Если что-нибудь понадобится, пока ты здесь, позвони, ладно?

Теперь настала очередь Райли краснеть. На мгновение ей показалось, что офицер собирается пригласить её на свидание. Но когда она взглянула на карточку, увидела два телефонных номера под его именем.

— А чей другой номер… Эван?

— Мой мобильный. Можешь звонить в любое время. — Он одарил её застенчивой улыбкой, и Райли почти растаяла, когда он встал и одёрнул жилет. — Ну, мне лучше вернуться в патруль.

Уходя, он бросил долгий взгляд через плечо, и Райли вскочила на ноги.

— Эван? — крикнула она.

— Да? — Он остановился и повернулся, а улыбка стала шире.

— Меня зовут Райли.

Он поклонился, снимая фуражку.

— Очень приятно, Райли. Не потеряй номер.

Райли сунула визитку в карман и помахала рукой, прежде чем отправиться в библиотеку. Может, сегодня вечером… она позвонит этому симпатичному офицеру. Она не могла завязать отношения… ни с кем. Но весёлая ночь в отпуске разве плохо?

Он чувствовал аромат Райли. Запах её крови и следовал за ним, двигаясь всё быстрее, пока не ворвался во двор.

Его рычание эхом отразилось от стен, когда он узнал запах других вампиров, которых когда-то знал. Они когда-то считались его братьями. Но не сейчас. Особенно после того, как попытались убить его. И у них Райли.

Глаза Деклана стали алыми… он почувствовал перемену — ночь вокруг стала… ярче, светлее.

Он заметил следы от ботинок Райли на лёгком налёте пыли булыжной мостовой. Капля крови рядом со скамейкой. Ещё одну в метре от неё.

Замерев, он прислушался. Ничего.

Проклятье. Почему он не догнал её на супер скорости, как только вышел из паба? Потому что не хотел пугать. Но теперь она наверняка в ужасе. Если ещё жива.

Банда Южного Дублина известна своей жестокостью. Они пытались покончить с Декланом, когда он отказался помочь им убивать людей ради еды.

Деклан понятия не имел, куда они перенесли логово, но старший, который лично обратил, по крайней мере, двоих из пяти, имел определённые склонности, которые требовали плотной звукоизоляции. Вероятно, они должны находиться глубоко под землёй. Деклан закрыл глаза и потянулся внутрь себя, пытаясь вызвать ту слабую связь, которая была у него с Райли. Её кровь ещё текла по его жилам, и, как ни странно, он не чувствовал, что слабеет, даже спустя сутки. Он был сыт. Наполнен. Силён.

Вот. Он повернулся налево и сделал два шага вперёд. Запад. Они увели её на запад. Пройдя в противоположный конец двора, он нашёл маленькую калитку, и, благодаря сверхъестественному зрению, уловил пару прядей чёрных волос, зацепившихся за грубое дерево. Ещё одна капля крови. Ещё следы. Она сопротивлялась. Пока… Деклан опустился на одно колено и провёл пальцами по булыжнику. Они либо вырубили её, либо зачаровали.

— Я найду тебя, Райли, — прорычал он. — И тогда ублюдки заплатят. — Поднявшись, он снова сосредоточился на добыче и бросился бежать.

Перед глазами всё плыло, а в голове стучало при каждом слабом ударе сердца. На протяжении пяти часов пятеро вампиров стучали по клетке, наслаждаясь её криками и слезами. Она молила их отпустить её или ослабить цепи. Даже убить. Лучше смерть, чем это.

Сейчас вампиры спали.

Патрик, который, по-видимому, был главным, наконец, освободил её, влил в горло полбутылки воды и втолкнул в грязную ванную, чтобы облегчить боль в мочевом пузыре, прежде чем снова запереть в клетке. Райли лежала на боку, прижимая к себе сломанное запястье, и у неё болел живот из-за сильного голода. Старый банан, который Стефан бросил в угол клетки несколько часов назад, испещрён жёлтыми и коричневыми пятнами, и от одной мысли об этом тошнило. Может, лучше просто позволить себе умереть с голоду? Вот только на это… могут уйти недели.

Она вцепилась зубами в банан, но как только мясистый плод попал в рот, её вырвало, и она отшвырнула отвратительную штуку прочь. Не с таким отчаянием она хотела есть… Пока что, но скоро так и будет.

На глаза навернулись слёзы от понимания, что она никогда отсюда не вырвется. Эти ребята слишком сильны и быстры. А учитывая, сколько крови они взяли… она даже не думала, что сможет стоять.

Райли осторожно провела рукой по шрамам, образовавшимся на шее. Вампиры реальны. Как она могла быть такой глупой? Убегать по Дублинским улицам поздним вечером, не имея ни малейшего представления, куда направиться? Что бы ни желал красавец из паба… вероятно, остаться с ним было бы лучше. Закрыв глаза, Райли попыталась представить его лицо. Эти тёмные глаза и волосы — немного лохматые и такие густые — и полные губы. Что-то в нём взывало к ней, и стоило о нём подумать, как скрытые потоки гнева, разочарования и страха бежали по венам. Но эмоции казались такими чужими, будто они не её.

«Я схожу с ума. Видимо, близиться смерть. Боже, прошу. Пусть она придёт быстро».

Свернувшись в клубок, она позволила себе расплакаться, пока храп вампиров не затих.

Райли едва шевелилась, пока он бежал по улицам Дублина. Успокаивало лишь тихое, слабое дыхание, обдающее его шею, хотя Деклан беспокоился из-за слабости её сердцебиения.

Наконец, он добрался до Ауди. Нажав кнопку дистанционного запуска, когда был ещё в квартале от машины, Деклан осторожно устроил Райли на пассажирском сиденье, пристегнул и прыгнул за руль. Он заставил себя не превышать скорость. Не стоит сейчас привлекать внимания. Как только они свернули на автостраду, Деклан посмотрел на бессознательную Райли и сказал:

— Райли, ты меня слышишь? — С её губ слетел слабый стон. Проклятье, Деклан надеялся, что это да. — Меня зовут Деклан, я везу тебя к себе домой. Там ты будешь в безопасности, и больно уже не будет, но тебе нужно продержаться несколько минут. Ты справишься? — Он взял её за руку, и она слабо сжала его пальцы.

Запах крови Райли сводил с ума и потому что он хотел ещё этого восхитительного нектара, и потому что не мог смириться с тем, что его действия привели к тому, что у неё шла кровь.

— Прости, — прошептал он.

— Больно… — Единственное невнятное слово разорвало то, что осталось от его души. Чёрт, он хотел обнять её. Утешить.

— Знаю, акушла. Осталось недолго. — Если Райли откроет глаза, он может зачаровать её, хоть и не думал, что получиться. Она узнала его, вспомнила, как он кормился. Может, Деклан растерял навык? Или в Райли было что-то особенное? Что-то, помимо вкуса крови.

Деклан объехал дом, нажал на кнопку и стал ждать, когда откроются металлические ворота, пукающие в подземный гараж. Через пять минут он уже нёс Райли в ванную.

Свитер первым полетел в мусор, открыв взору окровавленный белый бюстгальтер, многочисленные синяки и, что хуже всего, пулевое ранение, едва не задевшее лёгкое.

Деклан был так занят тем, чтобы вытащить Райли, что едва заметил рану у себя в боку. Запах серебра обжёг нос, и Деклан задрал рубашку.

— Проклятье. — Пуля прошла чуть выше почки, и хотя кровь ещё шла, рана не смертельная. Хотя должна быть. — Ты просто чудо, Райли. Моё чудо, — пробормотал он.

То, что он должен сейчас сделать… Как же он боялся реакции Райли.

Оскалив клыки и разорвав рукав до локтя, он прокусил запястье, сжал кулак и заставил сердце биться быстрее, качая кровь, которая каала на рану. Прямо на глазах плоть начала срастаться, а дыхание Райли выровнялось. Когда он убрал руку, рана была покрыта смесью его и её крови. У него потекли слюнки, и он рискнул взглянуть Райли в глаза. Всё ещё закрыты. С тихим стоном он провёл языком по руке, наслаждаясь богатым вкусом. Восхитительно. Лучшее, из всего, что он пробовал за всё существование. И эти ублюдки замучили бы её, убили и бросили тело в безымянную могилу.

— Тебе должны поклоняться, акушла. Оберегать и лелеять. Не мучить и… пытать.

Кровь на шее засохла, так что Деклан намочил тряпку под горячей водой и осторожно помыл кожу. Только отчаявшийся вампир попытается съесть засохшую кровь. Проколов указательный палец, он капнул свою кровь на каждую из шести колотых ран. Шрамов не останется. Он позаботится об этом. Деклан тщательно проверил каждую деталь и выругался, когда почувствовал, как сломанные кости двигались у неё в запястье.

— Я не хочу заставлять тебя, милая, но без этого ты не исцелишься.

Она попыталась открыть глаза, но не ответила. Прислушиваясь, Деклан проклинал медленное биение её сердца. Козлы взяли слишком много крови.

— Просто, доверься мне. — Снова разрезав вену, он раздвинул губы Райли и прижал запястье к её рту. — Пей, Райли. — На несколько секунд она замерла, а потом… сглотнула. Один раз. Второй. Третий. — Достаточно. — Когда он убрал руку, Райли застонала, словно соскучилась по вкусу. — Тебе понравилось? Ты странная, — сказал он со смешком, запечатывая рану.

Если бы её недавно не мучили, он искупал бы её, но вместо этого отнёс в свою постель. Достав пижаму, сам надел от неё брюки, а мягкую атласную чёрную футболку надел на Райли, после того, как раздел до трусиков.

— Райли, ты меня слышишь? — Она застонала, но не открыла глаз. — Наклонившись и коснувшись лбом её лба, он вложил в её мысли столько своей воли, сколько смог. — А теперь отдыхай, доктор Райли Скотт. Спи до завтрашнего заката, и я всё тебе объясню.

Его человек выглядела такой неуверенной. Во всём на свете. И Деклан не мог винить её за это. После всего пережитого, он почти ожидал, что она будет вести себя… дико. Но она просто натянула одеяло до груди и принялась теребить его края, пока Деклан наливал виски в стакан со льдом.

— Выпьешь, Райли?

— Ты же видел меня в баре.

— Да, но две пинты пива за четыре часа — ничто по сравнению с лучшим ирландским виски.

— В медицинском колледже я пила даже тогда, когда все остальные ординаторы валялись под столами.

От её деловитого тона глубоко внутри Деклана — в том месте, о существовании которого он и не подозревал — зародился смех.

Схватив бутылку, он неторопливо подошёл к кровати, протянул ей стакан и наполнил его, после чего долил себе ещё. Чокнувшись с Райли, он отошёл и сел в кресло посередине комнаты, между кроватью и дверью. Если Райли хотя бы раз во время рассказа Деклана не попытается сбежать, он будет шокирован.

Первым глотком Райли осушила половину стакана.

— Вперёд, Деклан, рассказывай, — произнесла она хрипло. — Мне нужно знать.

— Мне триста двадцать лет, акушла. Я жил во время войн и голода. И никогда не умру. К тому же лишь пара вещей может меня убить.

— Например? — уточнила Райли.

Выгнув бровь, Деклан задумался, как много можно рассказать. Но уже пообещал не лгать. Так что… опустить некоторые факты было не лучше, чем солгать.

— Обезглавливание. Кол в сердце. Серебряные пули. И… солнечный свет.

Дрожащими руками Райли поднесла стакан ко рту. Отпив ещё виски, она поставила стакан на стол.

— Ты сгораешь на солнце, как… в книгах?

— Многие страшилки и сказки частично или полностью основаны на фактах. — Он небрежно пожал плечом, но тут же пожалел об этом жесте, вспомнив, что чувствовал, когда проснулся в первый раз и был поглощён ненасытной жаждой крови новообращённого. — Никто не знает когда и как появился первый вампир. На протяжении веков мы существовали, скрываясь ото всех.

— И ты… пьёшь кровь. — Она прижала пальцы к самой сладкой вене и вздрогнула, будто ещё чувствовала раны. — Ты… пил мою кровь.

— Да. — Он откинулся на спинку. — Туристическая компания каждый день приводит ко мне в подвал двадцать человек. Когда я голоден… зачаровываю одного из туристов, кормлюсь от него и отпускаю.

У Райли перехватило дыхание, и она не сводила с Деклана глаз. Она такая сильная.

Желание омыло тело, согревая кожу и наливая член кровью.

Нет, Райли слишком много пережила.

Если он не возьмёт себя в руки, она заметит его эрекцию. Отвернувшись от Райли, он включил экраны безопасности напротив кровати.

— Когда гид ведёт группу в подвал, я выхожу сюда, — он указал на дверь, ведущую на узкую лестницу, — и жду. Но никогда не беру больше, чем может дать человек. И отпускаю их с желанием вернуться в отель и отдохнуть.

— Ты их не убиваешь.

Деклан напрягся, но заставил себя успокоиться и повернулся к Райли.

— Я уже два столетия не убивал ради еды. И больше никогда не убью. В этом нет необходимости. Полпинты крови могут насытить на два-три дня. Большинство людей, от которых я питаюсь, даже ничего не замечают. Их преследует лишь усталость.

Райли прикусила губу и снова потянулась за виски.

— Ты только полпинты и берёшь?

— Это даже меньше, чем сдают в банк крови. — Он уставился на свои босые ноги. Весь день он проспал на полу. Прямо рядом с кроватью, чтобы слышать происходящее и, если Райли проснётся в ужасе, тут же оказаться рядом. Взять её за руку и нежно погладить по внутренней стороне запястья, если ей вдруг приснится кошмар. Так и случилось около трёх часов дня. — У тебя я взял больше… Не смог устоять, акушла. Твоя кровь — уникальна. Отличается от прочей. Она очень сильная.

Зелёные глаза Райли потемнели, а печаль окутала её красоту вуалью.

— Я умираю, Деклан.

Ради скорости и манёвренности для поездки в Дублин он выбрал мотоцикл. Деклан съездит в отель Райли, соберёт кое-какую одежду, а потом заедет в ближайший магазинчик за продуктами.

Проклятье. Он не спросил, что ей нравится.

Ветер трепал волосы и кусал за щеки, напоминая, что Деклан если и не жив, то, по крайней мере, присутствует в этой реальности.

За минувшие три столетия он стал циником. Осознание того, что будет существовать вечно, если кто-то или что-то не убьёт его, лишило драгоценности, которую он хранил в своей прошлой жизни. Но с Райли ощутил искру, которой лишился в момент, когда очнулся в тюрьме сира, наполовину одичавшим и жаждущим крови. Подавив дрожь, он выжал газ и погнал мотоцикл быстрее. Деклан не хотел надолго оставлять Райли. Он увидел истину её слов в глазах, когда она сказала, что останется, но ещё заметил в них страх. Она справилась с правдой лучше, чем большинство, хотя, как он предполагал, атака, и кормление от неё просто удаляют стадию отрицания.

От вида, опустошённой и слабой, Райли в цепях, кровь закипала, и Деклан повернул к логову Патрика. Его не волновало, что идея ужасна, что может натолкнуться на очередных охотников, или хуже. Банда Патрика одержима жаждой мести. Эти монстры заплатят. Все до единого.

Он нашёл Райли на бархатной кушетке. Она накинула на хрупкие плечи шерстяное одеяло, которое Деклан хранил более трёхсот лет.

— Ты замёрзла?

Румянец на щеках делал Райли моложе двадцати девяти лет, и он находил смущение милым. Затем выругался себе под нос за то, что позволил себе чувствовать… что-то к человеку.

— Немного. В замке ведь нет центрального отопления?

— Нет. — Подойдя к большому камину в центре комнаты, он опустился на одно колено. — Но старые методы иногда лучше.

— Я думала, — она подалась вперёд, и одеяло сползло, — что огонь может убить тебя. Тебе не нужно…

— Огонь может и человека убить, Райли. Но вы на нём готовите, зажигаете свечи, как и… атмосферу. — Кинув четыре полена в очаг, он налил розжига и бросил спичку. Замечательное изобретение — жидкость для розжига. Одна из небольших современных роскошей, которые пришли по вкусу, вместе с машинами, техникой и натяжными простынями. — Я не боюсь закончить существование, — тихо добавил он, когда пламя начало потрескивать. — Иногда я думаю, что это стало бы облегчением.

— Почему?

Подойдя к бару, он налил себе щедрую порцию виски и выгнул бровь, смотря на Райли.

— Н-нет, спасибо. Вообще, сколько тебе нужно, чтобы напиться?

— Бутылка? Две? Зависит от того, как давно я питался. Сегодня, не уверен, что хватит всего виски в мире.

Хотя, когда он осушил половину стакана, начал чувствовать, как гул притупляет чувства. Прислонившись спиной к стойке бара, он наблюдал за Райли. Она так прекрасна. Такая… живая. Он не должен привносить свою тьму в её мир. И всё же желал рассказать всё… будто она очаровывала его, а не наоборот.

— Деклан, почему ты хочешь умереть? Или… покончить со своим существованием? — Она закуталась в одеяло и ждала, наблюдая за Декланом.

— Вампир, который создал меня, не оставил выбора, — ответил он, после того, как опустошил стакан и налил ещё. — Я учился в Тринити колледже и, как большинство молодых людей, был немного взбалмошный. Не приходил домой до глубокой ночи, пил, гулял с друзьями. — Боль той ночи затопила чувства, и Деклан ещё отпил виски. Если он не будет осторожен, то напьётся. — Его звали Ангус. Хищник и в человеческой жизни. Он зачаровал меня, затащил в тёмный переулок и осушил.

Райли на мгновение прикусила губу.

— Осушил?

— Чтобы создать другого вампира, нужно полностью осушить человека, а в последнюю секунду перед смертью, напоить кровью из своей вены.

— Фу, — сказала она, сморщив нос. — Зачем это кому-то?..

— Ты удивишься, насколько сильным может быть желание жить, акушла. Особенно когда не знаешь последствия действий. — Он поставил стакан и подбросил в огонь ещё полено. — На следующую ночь, я очнулся в этом самом замке. В одной из камер. Вместе с человеком. Испуганным беспризорником, который бился в истерике и кричал на языке, которого я никогда не слышал.

— Боже!

Деклан крепко зажмурился.

— Я был так голоден. Мой сир знал, что я не смогу устоять перед… едой.

— Человеком.

— Да. — Задаст ли она следующий вопрос? Когда он выдержал её взгляд, увидел, как напряглись черты её лица.

— Ты убил его.

Кивнув, Деклан допил остатки виски.

— Новообращённый вампир почти не контролирует себя. Кровь… как наркотик. Первый глоток — чистый экстаз. И сир не желал учить меня… сдержанности.

Глаза Райли загорелись тёмно-зелёным светом, и Деклану показалось, что он заметил в них янтарные искорки.

— Сколько их было? — Когда он не ответил, она выпрямилась. — Скольких ты убил?

— Слишком много.

— Деклан. — Единственное слово вырвалось почти рычанием, хотя он не думал, что она на такое способна.

— Где-то около двухсот пятидесяти. Я не вёл счёт. — Деклан напрягся и засунул руки в карманы… в основном потому, чтобы не налить себе ещё виски. — Уже более двухсот лет я не убивал людей. И никогда больше не убью.

Райли с явным недоверием посмотрела на него, и он сделал несколько шагов вперёд, пока она не напряглась, а затем упал на колени.

— Райли, посмотри мне в глаза.

— Зачем? Ты можешь очаровать меня, и я забуду? — Уставившись в огонь, она тяжело вздохнула. — Я не повторю этой ошибки во второй раз.

— Клянусь душой матери, никогда больше не буду очаровывать тебя.

Судя по его словам или серьёзному тону, она поверила, потому что медленно повернула голову. Её нижняя губа слегка дрожала, пока она не зажала её между зубами.

— Ублюдок, который заставил меня пытать и убивать сотни — возможно, тысячи — людей… Я сбежал от него. Как только набрался сил, нашёл других, кого он создал, и мы восстали против него. Вшестером мы положили конец его существованию. Вскоре после я купил этот замок.

— Почему?

Деклан нахмурился.

— Не понимаю.

— Почему ты хочешь жить… э-э-э существовать там, где замучили так много людей? — Она вздрогнула и посмотрела в сторону лестницы в подвал. — Ты спишь этажом выше…

— Этажом выше от того места, где восстановил некое подобие… человечности. Где спас других от его порочности. В частности, он охотился на ведьм. Экспериментировал на них. Думал, что, возможно, есть способ поглотить их магию. В самом конце у него было трое заключённых. Одна погибла в бою, спасая меня. Двое других, освободившись, прожили долгую жизнь за пределами Голуэя.

Райли теребила край одеяла, проводя тонкими пальцами по шерсти.

— Больше двухсот лет?

— Контроль вампира укрепляется с каждым годом. Как и сила. Я узнал, как часто мне нужна кровь. Читать биение человеческого сердца, чтобы не взять слишком много и не дать пострадать человеку. И я пытался учить других. Даже тех зверей, которые тебя похитили.

— Значит, из тебя не очень хороший учитель, — фыркнула она

Горячая волна гнева и разочарования пробежала по телу, и сердце несколько раз громыхнуло в груди.

— Я старался предотвратить убийства. Брать только то, что нужно, и оставлять людей в блаженном неведении и целыми. Просто, как после сдачи крови. Но Патрик — главарь банды — отказался от такой идеи. Несколько недель спустя, один из вампиров — мужчина, которого создал Патрик, но который ненавидел убивать — предупредил меня, что Патрик планирует заставить меня убить человека. Возможно, много людей.

— Как это? — прошептала Райли.

Губы Деклана скривились в усмешке.

— Заковать в серебряные цепи и морить голодом, пока я не одичаю. А потом бросить человека к моим ногам.

Райли вздрогнула и подавила тихий стон. Чёрт, он хотел прикоснуться к ней, обнять и утешить. Но, судя по ужасу в глазах, она считала его чудовищем. Которым… он и был.

— Я встретился с ним за полчаса до восхода солнца. Выбил из него дерьмо и оставил там, где он едва успел укрыться, прежде чем сгорит дотла. Он выжил, но поклялся, что если я когда-нибудь снова ступлю на его территорию, найдёт способ покончить со мной.

Райли с трудом сглотнула и плотнее закуталась в одеяло.

— И ты это сделал. Прошлой ночью. Чтобы спасти меня.

Кивнув, Деклан сел на диван, стараясь держаться как можно дальше от прекрасной Райли.

— Когда ты улетаешь обратно в Америку?

Райли нервно теребила край одеяла.

— Через пять дней, а что?

— Не уверен, что в Дублине тебе безопасно. Учитывая моё участие в твоём освобождении и… тем, что случилось, когда Патрик и его клан кормились от тебя, я боюсь за тебя, Райли.

— Не понимаю, что произошло. Чёрт возьми, я ничего не понимаю с тех пор, как вошла в подвал замка.

Она провела рукой по чёрным кудрям, и Деклан почувствовал запах шампуня. Ему нравился аромат Райли. В этой женщине ему нравилось всё.

— Я всё расскажу, но сначала должен спросить — что ты помнишь?

Она округлила глаза, и он услышал, как колотится её сердце.

— Т-ты хочешь, чтобы я… выпила твою… кровь?

— Да, — сказал он, опуская руку от ужаса в её голосе. Поднявшись, он принялся расхаживать по комнате. — Райли, я чувствую связь с тобой, и мне не нравится мысль об этом мире без тебя. И я по твоим глазам вижу, что ты не хочешь умирать.

Райли откинулась на подушки.

— Ты и вправду думаешь, что твоя кровь способна… вылечить меня?

— Я думаю, что было бы глупо не попытаться. — Когда взошло солнце, окрашивая экран монитора Деклана в бледно-голубые и розовые тона, эмоции Райли, словно река, хлынули в него. Сожаления. Печаль. Желание. Она не хотела уходить из этой жизни. — Прошу, акушла. Ты не превратишься в вампира. Самое худшее, что может произойти… ничего.

Она снова начала покусывать губу, и Деклану захотелось провести большим пальцем по её измученной плоти или — что ещё лучше — поцеловать её, чтобы она не смогла причинить себе ещё больше вреда.

— Хорошо, — наконец, прошептала Райли, неуверенность, страх и желание вспыхнули в её зелёных глазах.

Деклан выпустил клыки и вонзил их в запястье. На долю секунды его руку пронзила острая боль, но было плевать. Его жизнь была полна боли, и он быстро исцелится. Когда хлынула кровь, он запустил пальцы в её волосы, наклонил голову и прижал запястье к её губам. Она напряглась, и по коже прошелестел намёк на панику, но когда она сглотнула, расслабилась в его объятиях.

— Ещё немного. — Деклан сосредоточился на сердцебиении, желая, чтобы кровь текла быстрее, и, решив, что она достаточно выпила, прошептал: — Райли, проведи языком по ранам, это поможет запечатать их.

Отняв руку, он показал ей отсутствие отметин, и Райли выгнула брови с лёгкой улыбкой на губах.

— Ух ты.

— Как теперь себя чувствуешь? — Деклан взял её руку, цвет кожи которой на глазах приобретал здоровый вид.

— Ну… Я могла бы пробежать марафон. Или отправиться в поход. — Она ахнула, когда Деклан показал ей цвет кожи. — Господи… неужели, сработало?

— Да, по крайней мере, на какое-то время. — Он хотел спать, как бывало каждый раз на рассвете. — Мне нужно отдохнуть. Ты… останешься?

Она выглядела такой неуверенной, и Деклан заправил прядь волос ей за ухо, а затем коснулся самой сладкой вены. Райли вздрогнула, почти поёжилась и отстранилась.

— После того, как ты кормился от меня, последствия были приятными. Лёгкое покалывание или искра. Но сейчас… просто больно.

Он не мог вынести её боли. И то, как она, морщилась на подушках.

Протянув руку, он провёл кончиками пальцев по едва заметным красноватым отметинам. Кому-то другому кожа показалась бы идеальной, но, благодаря усиленным чувствам, он заметил лёгкую припухлость.

— Можно я?..

Райли кивнула и затаила дыхание, когда Деклан придвинулся ближе. Обхватив её затылок, он поцеловал вену, проводя клыками по коже, но стараясь не пустить кровь. Больше никаких неприятных воспоминаний. Поцелуи были целомудренными, но он возбудился, а Райли, казалось, растаяла.

— Лучше? — спросил он.

Он вдохнул её сладкий аромат, который словно окутал его.

— Д-да. Как?..

— Укус можно исцелить, — прошептал Деклан. — Как и кровь исцеляет. Звери, которые напали на тебя, с лёгкостью могли залечить раны… если бы захотели.

Долгое мгновение они не двигались. Деклан заставил себя дышать, чтобы запомнить аромат Райли, на случай, если она уйдёт из его жизни, и он больше никогда её не увидит.

Она повернула голову, и её губы оказались в нескольких дюймах от его рта. Но она не успела поцеловать его, зазвонил телефон Деклана.

— Чёрт, — пробормотал Деклан, когда Райли резко отстранилась. Войдя в спальню, он выхватил из кармана пальто телефон. — Шеннон, выбирай следующие слова очень осторожно, приятель.

— Почему банда Патрика охотится за тобой?

— Дерьмо. Потому что время Патрика на этой земле закончилось, и я приложил к этому руку. Но я сделал это не один.

Райли застыла в дверном проёме, снова закусив нижнюю губу. Деклан протянул руку, надеясь, что она поймёт намёк и подойдёт. Когда она не двинулась с места, он повернул телефон. Если она подойдёт ближе, сможет всё услышать. С лёгким раздражением она прижалась к нему, и он наслаждался её мягкими изгибами.

— Что значит «не один»? В Дублине нет ни одного вампира, кроме меня, который не считал бы тебя идиотом.

— Охотники. Трое. В том числе и высокий, долговязый, которого я видел раньше. Этот придурок выстрелил в меня.

Райли выдохнула, и Деклан понял, что она думала, будто он «сдаст» её Шеннону. Расскажет другому вампиру об её крови и на что она способна. Он покачал головой и одними губами произнёс:

— Никогда, — прежде чем снова переключить внимание на телефонный звонок, где Шеннон говорил:

— Ну, тогда держись подальше от Дублина. После смерти Патрика они все одичали. Стивен трусливо сбежал. Ходят слухи, что он болен. А Мики в бешенстве. За последние сутки он убил двух женщин. Я не покину свою квартиру и не выпущу Мэри из виду, пока всё не закончится.

— Расскажи мне о Стивене, — прорычал Деклан, и Райли вздрогнула, но не двинулась с места. — Мы не «болеем», Шеннон. И ты это знаешь.

— Да, ну… когда я его увидел, он производил чертовски хорошее впечатление трупа. Приятель, у него глаза налиты кровью. Не просто покраснели, а кровавые. Он твердил, что сгорает. — Шеннон пробормотал что-то, подозрительно похожее на «чокнутый», и откашлялся. — Слушай, Деклан, не знаю, во что ты ввязался, но если не будешь осторожен, тебе конец.

— Знаю. Держись от него подальше, понял? — Шеннон один из его… единственный его друг. Если он его потеряет, останется совсем один.

— Сделаю всё, что в моих силах. Ты знаешь, как со мной связаться. — Шеннон положил трубку, и Райли пристально посмотрела на него.

— Значит… я убила ещё одного. — У неё дрожал голос, проклятье. Деклану ничего так не хотелось, как утешить её. Но что он мог предложить? Ничего. Её кровь… сделала что-то с вампирами. Что-то, что могло бы покончить с ними. И Деклан не мог понять, почему он всё ещё дышит.

— Останься со мной, акушла. Отдохни до вечера. А я сделаю несколько звонков и узнаю больше о Стивене.

Она высвободилась из его объятий, сделала два шага и споткнулась. Деклан подоспел с ней, прежде чем она упала, подхватил на руки и понёс к своей кровати.

— Ты только что выпила мою кровь и не должна чувствовать себя такой слабой. — Он снова осмотрел её ногти, с облегчением отметив, что у них здоровый розовый оттенок. — В чём дело?

— Просто… это уже слишком. Вампиры. Моя кровь убивает их. Я ничего в этом не понимаю. Я учёный, Деклан. — На её глаза навернулись слёзы, и она со злостью утёрла их. — Я плохо справляюсь без… ответов.

Он взял её за руку и поднёс пальцы к своим губам, поцелуем стирая слёзы.

— Обещаю, Райли. Я найду необходимые тебе ответы. Но я давно не спал и боюсь, что от меня будет мало толку, пока я не отдохну. И, несмотря на мою кровь… ты ещё исцеляешься.

Она кивнула, и он помог ей снять туфли. Затем уложил под одеяло и встал, но она схватила его за руку.

— Останься со мной. — Отчаяние в её голосе пронзило копьём то место, где, как он думал, когда-то была его душа. Сжав её пальцы, он обогнул кровать и вытянулся как можно дальше от неё.

— Хорошо.

Пока она не прикасалась к нему, он мог контролировать желание, но когда она придвинулась ближе и обняла его за талию, возбуждение пустило всю кровь к паху. Деклан хотел Райли. Больше, чем хотел… Он ничего так не хотел за всю свою вампирскую жизнь. Но Райли слишком хрупка и напугана. И если Деклан сдастся, не знал, сможет ли когда-нибудь отпустить её.

Открыв глаза, она обнаружила, что лежала одна. Она напрягла все чувства, но слышала лишь тишину, разбавляемую лёгким скрипом стен и потрескивания огня из соседней комнаты.

Деклан подумал об её тепле.

Однако встать оказалось не так уж просто — вскочив с кровати, она по инерции чуть не упала вперёд.

«Что со мной?»

Быстро посмотрев на ногти, она была шокирована — до сих пор розовые. Может ли кровь Деклана вылечить её? И если так… ей нужно найти способ изучить кровь вампира.

Когда умывалась в ванной, Райли поняла, почему чувствовала себя так непривычно. Слабость, с которой она жила более семи лет исчезла, и Райли более чем бодра.

— Деклан? — На плоском экране монитора, висевшего на стене, было видно, что уже почти стемнело, и туристический фургон припаркован на широкой подъездной дорожке. Потом появилось изображение подвала, и небольшая толпа собралась вокруг женщины, одетой в тёмно-синюю униформу.

— Боже. Он собирается кормиться.

Собственническая волна желания грозила захлестнуть, и Райли бросилась к двери, за которой находилась лестничная клетка. Порыв холодного воздуха пронёсся по коридору, принеся с собой аромат Деклана, и тело Райли словно ожило.

Босиком, перепрыгивая через две ступеньки, она пробежала к чулану и ворвалась в его темноту. Деклан резко обернулся. В дверях подвала стоял молодой человек лет двадцати с затуманенными глазами и расслабленным телом. Райли посмотрела в глаза Деклану и покачала головой.

«Не надо. Не питайся от него».

Она не знала, откуда взялось это желание, но от мысли о том, что вампир погрузит клыки в… кого-то ещё по спине скользил холод. Целеустремлёнными и умелыми движениями, Деклан вернул внимание на молодого человека. Его низкий голос был едва слышен в тёмной комнате.

— Ты вернёшься к туристической группе и ничего обо мне не вспомнишь. — Парень пошаркал в подвал, и Деклан закрыл дверь с почти незаметным щелчком. — Райли? Надеюсь, ты понимаешь последствия того, о чём только что попросила меня.

Сделав два шага, она оказалась в его объятиях, и когда запрокинула голову, его губы приоткрылись.

— Не питайся ни от кого. Не сегодня. Деклан, я хочу, чтобы ты пил из меня.

Он запустил пальцы в её волосы, а когда поцеловал, слегка царапнул клыками язык. Несмотря на прохладу тела, его рот был сродни бархатному жару, и желание затопило тело. Ей снился Деклан. И то, как она… была его. А наяву ей этого не хватало. Она не могла остаться. Не могла провести остаток дней в замке — неважно, сколько их пять или пять тысяч. Но могла быть с ним эту ночь. Прижавшись к его бёдрам, она почувствовала пульсирующий под брюками член, и скользнула рукой по груди и чётко очерченному прессу Деклана, к поясу.

— Пока нет, — выдавил он, подхватив её на руки, и бросился в спальню.

Тёмный лестничный пролёт превратился в размытое пятно, когда Деклан бежал по нему. Через мгновение он положил Райли на толстое одеяло и выпрямился, его грудь вздымалась, а руки были сжаты в кулаки.

— Ты уверена, акушла? Хочешь накормить меня?

Она выдержала взгляд его тёмно-красных глаз, замечая торчащие из-под верхней губы клыки.

— Да.

— Но не только этого ты хочешь.

Когда Райли откинулась на подушки, кофта потёрлась о соски, посылая маленькие электрические искры до самой сердцевины. Райли была так возбуждена, что не знала, сможет ли долго скрывать это от него… или захочет ли.

— Нет. — Сняв кофту, она кинула её на пол, и низкий рык вырвался из горла Деклана.

— Райли. — В единственном слове читалось столько эмоций, и глаза Деклана стали ещё краснее, когда перед его штанов выпирал от явного возбуждения — Секс… я могу причинить тебе боль.

— Можешь, но не причинишь. — Скользнув к краю кровати, она расстегнула ремень, затем верхнюю пуговицу на чёрных брюках Деклана. Легчайшим прикосновением она провела рукой по выпуклости сквозь дорогой материал, и Деклан вздрогнул. — Я видела тебя во сне. Всё это видела. И находясь рядом с тобой, лишь этого я хочу. — Он начал расстёгивать пуговицы на рубашке, открывая всё больше скульптурной груди, и Райли облизнула губы. — Все… вампиры в такой форме? — спросила она.

— Мы остаёмся в той физической форме, в которой нас обратили. — Деклан прищурился. — Надеюсь, ты не хотела… найти других вампиров и любоваться ими? Я не делюсь.

С лёгким вздохом она покачала головой.

— Не ищу и не стану любоваться. Только… тобой. Прошу, Деклан. — Проведя ладонями по его груди, затем по плечам, она сняла с него рубашку. — Я так не поступаю.

— Как? — прошептал он, нежно проводя клыками по её шее. — Бросаешься на вампира, с которым только что познакомилась?

— Бросаюсь на кого угодно. Хочу кого угодно. Прошло… столько времени. — Райли не смогла сдержать стон, когда Деклан поцеловал в чувствительное место за ухом. — Боже. Я не понимаю, почему так… хочу тебя, но хочу.

Деклан напрягся и взял её за плечи.

— Райли, посмотри на меня.

Она подчинилась, потому что, чёрт возьми… не могла сделать ничего другого, услышав этот командный голос.

— Клянусь, я не зачаровываю тебя. Ты мне веришь? Это важно.

В красных глазах вспыхнули искорки голубого, и Райли не увидела в них ничего, кроме честности и заботы.

— Верю. Я хочу этого, Деклан, клянусь. Хочу тебя больше всего на свете.

Рыкнув, он стянул с неё спортивные штаны. У Райли мурашки побежали по коже от осознания, что она была перед Декланом лишь в красном бюстгальтере и трусиках.

— Я чувствую твой запах, акушла. Твоё возбуждение. Он опьяняет. Интересно, там на вкус ты тоже, как солнце?

Райли опустилась на кровать, раздвинув ноги. Перед Декланом она хотела быть дерзкой, смелой… всем.

— Хочешь выяснить?

— Да, чёрт возьми.

Он сбросил штаны, и при взгляде на чёрные трусы можно было подумать, что они вот-вот порвутся от натяжения. У этого мужчины было в одежде что-то не чёрное? Впрочем, плевать. Зрелище… впечатляло.

— Ляг на спину, — приказал Деклан, и Райли легла на середину кровати, откинувшись на подушки. Скользнув рукой ей за спину, он расстегнул бюстгальтер, и, когда грудь оказалась открытой, он её обхватил. — Как только тебя увидел, Райли, захотел. Не знаю, почему я выбрал тебя среди всех остальных. — Деклан обнял её, прижимаясь прохладной кожей к соскам. — Я никогда не поступал так раньше. Но ты… Я звал тебя, — он поцеловал её в висок, — мысленно. И ты повернулась. — Он скользнул губами по её щеке к подбородку и вновь к уху. — У меня всё это было очень давно, Райли.

— Да. Нам… нужна защита? — Она не знала про секс с вампиром. Может ли она забеременеть? — У меня… в сумочке есть…

Деклан исчез, вернувшись через несколько секунд с сумочкой в одной руке и фольгированным квадратиком в другой.

— И… почему они у тебя есть? — спросил он, выгнув бровь. Хотя он говорил игриво, её захлестнула сильная волна собственничества.

— Я думала… ну, может… последняя интрижка. В отпуске. Перед концом.

Он зарычал, притягивая её к себе и лаская обнажённую спину.

— Ты не умрёшь, акушла. Не так скоро. Если мне придётся каждый день до конца твоего человеческого существования давать тебе кровь, я найду способ.

— Деклан… — Она с трудом произнесла его имя сквозь комок в горле. — Не знаю, сможешь ли ты меня вылечить. Да и плевать. Просто… займись со мной любовью. — Положив руку ему на щеку, она наслаждалась моментом. — Я ошиблась. Про интрижку в отпуске. Когда я купила презервативы, думала, что, может, найду какого-нибудь симпатичного парня и займусь с ним диким сексом в ванной. Но лишь раз. Вот только я этого не хочу. А хочу, чтобы это что-то значило. А происходящее между нами что-то значит, да?

У него потемнели глаза, и он наклонился к её губам.

— Да, Райли. Значит.

Когда Деклан заправил ей за ухо прядь волос, она чуть не рассмеялась. Этот жест настолько человеческий, хотя ничто другое в этом мужчине не было человеческим. Он двигался с такой грацией, и каждое движение давалось ему легко и спокойно.

— Ты можешь передумать, агра, — сказал он, касаясь пальцами её шеи. — Если не хочешь дать мне свою кровь, я могу подождать до завтра.

— Нет. — Сев и натянув одеяло на грудь, она встретилась с ним взглядом. Сейчас его глаза стали бледнее, но всё ещё были красные. А кожа желтоватого оттенка. И хотя Райли не понимала почему, чувствовала его слабость и потребность. Но закрадывались сомнения. — Деклан, я хочу. Но… после того, что случилось с… — Она не могла произнести имя другого вампира. Совсем не хотелось вспоминать боль.

— Ты не представляешь для меня никакой опасности, Райли, — заверил он её, словно прочитав мысли, и вновь погладил пальцами по шее. — Позволь мне заменить память о том, что эти животные сделали с тобой. — Кивнув, она попыталась расслабиться, но тело не слушалось. Деклан прислонился к изголовью кровати, а затем заключил Райли в объятия. — Будет больно, но только мгновение. А потом придёт… удовольствие, я надеюсь.

Сердце бешено колотилось в груди, и Деклан медленно провёл рукой по её спине. Это помогло успокоиться, и Райли выдохнула.

— Я готова.

Он обнажил клыки, и Райли склонила голову. От первого касания она ахнула, но низкий стон помог ей успокоиться. Пока клыки не прорвали кожу. Вскрикнув, Райли вцепилась в руки Деклана, боль от укуса разлилась по телу, как жидкий огонь. Но так же быстро, его заменило приятное тепло, и Райли начала наслаждаться. Низкий рокот в груди Деклана становился громче, и она чувствовала, как Деклан с каждой секундой набирал силу. Сделав последний глоток, он прижался губами к ранам, замирая в таком положении, пока Райли испытывала такое наслаждение, о котором и понятия не имела.

— Райли, ты уникальная, — прошептал он, когда, наконец, отстранился. Его глаза вновь стали тёмно-синего цвета, он внимательно осмотрел её лицо, затем нахмурился. — Я взял слишком много.

— Я чувствую себя… прекрасно, — сказала она, но затем комната начала слегка вращаться. — Ну, наверное…

Деклан поднёс своё запястье к её рту.

— Пей, агра. Глоток-другой. Это поможет.

Когда его густая кровь потекла по языку, зрение стало острее, и Райли жаждала большего. Страх сжал её сердце в тиски. Она не должна этого хотеть или нуждаться в этом.

— Райли? Ты как? — Деклан положил руку ей на щеку, раны на запястье уже затянулись. Его улыбка согрела её до самых кончиков пальцев ног.

— Невероятно, — прошептала она и прижалась к нему, надеясь хоть ненадолго стереть мрачные мысли и страхи. Поднеся пальцы к шее, она наслаждалась маленькими электрическими искорками, пробегавшими по телу. — А… шрамы остались?

— Нет, но тело будет помнить. — Деклан запечатлел поцелуй на её нежной коже, и Райли захотелось вновь ощутить этого мужчину в себе. Будет ли в этот раз всё иначе? Раз в ней есть его кровь.

Когда он встал с кровати, Райли поймала его за руку, с удивлением обнаружив, что его кожа почти тёплая.

— Останься со мной.

— Тебе нужно поесть.

— Мне нужен ты. — Встав на колени, она дала одеялу соскользнуть с груди. — Через несколько дней всё закончится. Мне придётся вернуться домой, и я… больше никогда тебя не увижу. Я хочу одну ночь. Одну прекрасную ночь.

— Если ты так хочешь. — Деклан заключил её в объятия и опрокинул на подушки. — Надеюсь, завтра, агра, ты сможешь прожить без голоса, потому что я собираюсь заставить тебя кричать. Много-много раз.

— Даже если бы я не смогла сказать ни слова, думаю… ты бы меня услышал.

Глаза Деклана потемнели, и на мгновение в них была заметна грусть. Но, моргнув, там осталось лишь возбуждение. И может… что-то ещё. Что-то, от чего она давно отказалась.

Он любит её. Несколько долгих минут Райли стояла, как вкопанная с мокрыми волосами и замёрзшей головой. Как это её угораздило впутаться в такое? И любит ли она его? Проводя пальцами по невидимым шрамам от его неоднократных укусов, она испытывала смешанные чувства — наслаждение, желание, надежда, отчаяние… И все эти чувства перемешались в ней.

С Декланом она чувствовала себя в безопасности. А момент, когда пила его кровь? Ничего в жизни не было столь волнующее. Но страх взял верх. Если она останется, то навеки… И будет привязана к Деклану, не сможет жить без него, не будет в силах устоять перед соблазном выпить ещё немного его крови. Она останется жить… но будет ли человеком? Станет ли такой же холодной и одинокой, как он?

Порывшись в сумке, она нашла телефон. Заряд батареи на двадцати процентах, и этого хватит, чтобы вызвать такси. Она должна выбраться отсюда. Вернуться в отель, и запереться там до вылета. Обслуживание номеров и ирландское телевидение — всё равно же отпуск, верно?

Запихивая вещи в маленькую сумку, она пожалела, что решила попутешествовать по Ирландии. Лучше полетела бы на Гавайи. Или на Аляску.

Но, натянув майку, с трудом сглотнула комок в горле. На один из столбиков кровати была накинута рубашка Деклана. Райли взяла её и надела. Вещь пахла им, и Райли нужно было… что-то. Какая-то частичка его, которую должна сохранить.

Перекинув сумку через плечо, она оглядела роскошную спальню. Неужели она действительно могла оставить его? Все инстинкты говорили остаться, но страх заставлял бежать. У лестницы на второй этаж она остановилась, ведь не могла просто исчезнуть. Он будет волноваться.

В гостиной она нашла листок бумаги и ручку.

«Деклан, прости. Жаль, что нет другого выхода. Но я человек, и хочу остаться такой. Последние два дня… не могу сказать, что они значили для меня. Ты мне небезразличен даже больше, чем я считала. Думаю… я даже могу любить тебя. Но мне нужно вернуться домой. Сколько бы времени мне ни оставалось, я должна прожить его… свободной. С любовью, Райли».

Отложив ручку, она посмотрела на руку. Кольцо, которое Райли купила себе на окончание медучилища — простое золотое кольцо с тремя маленькими рубинами — сверкало в свете ламп. Она оставит ему что-то и от себя. Наследников у Райли не было, и если только его кровь не была чудодейственным лекарством, о котором она молилась, всё равно носить кольцо оставалось недолго.

Сняв его, Райли положила украшение в центр записки и вызвала такси.

Кто-то аккуратно бил Райли по щекам, она застонала и попыталась отстраниться, но смогла лишь дёрнуться.

— Х-х-х-хватит, — пробормотала она, чувствуя вкус крови во рту, и заставила себя открыть лаза. Эван сидел напротив с озабоченным выражением лица и бледными зелёными глазами.

— Райли, ты пришла в себя?

— Ты… к-к-кусок д-д-дерьма, — выдавила она. — Т-т-т-ты меня накачал чем-то.

— Они нашли нас. Я задержался. — Он опустил голову, упёршись локтями в колени.

Райли с трудом моргнула, не понимая, почему левая рука так ноет и почему она до сих пор не может пошевелиться. Когда остальная часть окружения пришла в фокус, Райли ахнула и начала дрожать.

Несколько мужчин собрались вокруг стола в дальнем конце комнаты. Их голоса были знакомы. Крики. Ругань. Выстрелы. Чуть поодаль стоял стол с лабораторным оборудованием… или ей так показалось. Перед глазами ещё всё плыло. Лицо и плечо ныли.

Машина. Они во что-то врезались. Опустив взгляд, она почувствовала знакомый жар слёз в уголках глаз.

Тканевый наручник надёжно удерживал запястье у подлокотника стула, на сгибе локтя воткнута игла, и кровь текла в пакет, подвешенный рядом с бедром. На её взгляд, там уже пинта крови.

— Что вы делаете?

Эван потянулся за стаканом воды.

— То, что должны. Я не наврежу тебе. Нам нужно немного твоей крови. Томми… говорит, что ты сможешь вернуться домой через несколько дней.

— Н-н-несколько д-д-дней? Ты меня… п-п-похитил? Я… — Она сжала пальцами иглу, но Эван быстро схватил её руку и привязал к другому подлокотнику. Путы были не тугими, но снотворное ещё не выветрилось из организма, так что вырваться было невозможно.

— Пей, девочка, — приказал он, прижимая стакан к её губам. — Тебе это нужно.

Райли попыталась отвернуться, но Эван не позволил, да и она так хотела пить. Прохладная жидкость успокоила пересохшее горло, и она перестала сопротивляться. Если хочет выбраться отсюда, должна беречь силы.

— Что ты мне… дал?

— Ничего такого, что должно было до сих пор на тебя действовать, — сказал Эван, ставя стакан на стол. — Быстродействующий миорелаксант, который должен выветриться через час, а прошло уже почти четыре.

Несмотря на туман перед глазами, она осмотрелась, и сердце забилось сильнее. Они были на каком-то высоком этаже — маленькие окна под самым потолком открывали вид на тёмное ночное небо. Если Деклан узнает, что её похитили, не станет искать её над землёй, а нацелиться на банду Патрика, которая прячется под землёй.

— Где я?

— В нашем штабе.

— Меня уже тошнит от того, что я не осознаю происходящего. Чей штаб? Расскажи мне всё немедленно. — Голос дрогнул, и Райли попыталась вложить в него больше силы, но чувствовала себя такой слабой и опустошённой. Почти как тогда, когда впервые проявились симптомы болезни. — Что, чёрт возьми, вы собираетесь делать с моей кровью?

Эван украдкой оглянулся.

— Я позову Томми, и он всё объяснит.

Когда он поднялся и направился к группе мужчин в другом конце комнаты, Райли попыталась вывернуть правую руку, чтобы расстегнуть липучки, но это было всё равно, что пытаться пошевелить пальцами в зыбучих песках.

— Ты лишь сделаешь себе больно, — сказал темноволосый мужчина с британским акцентом, ковыляя к ней. — Похоже, уже целая пинта. Я вытащу иглу.

— Ты Томми? — спросила Райли, когда мужчина прижал ватный тампон к её вене и вынул иглу. — Развяжи меня. Сейчас же.

— Пока ещё нет. — После того как он передал пакет Эвану и мотнул головой в сторону лабораторного стола, схватил стул, повернул его и сел, положив руки на спинку и окинув Райли взглядом. — По-моему, ты не похожа на убийцу вампиров, но уничтожила двоих, когда они кормились от тебя. По моим подсчётам, этот мешок с кровью мог бы убить ещё, по меньшей мере, двоих ублюдков. Значит, ты останешься с нами на несколько дней. Мы тебя будем кормить и обеспечим комфорт, а взамен сдашь шесть или семь пинт крови. В вашей крови, мисс Скотт, есть что-то, что разжижает внутренности вампира, и нам это нужно.

Райли прищурилась, глядя на Томми.

— Не мисс Скотт, а доктор Скотт. Я чёртов гематолог. Так почему бы тебе не перестать объяснять мне мою биологию и не рассказать точно, что случилось с двумя вампирами, которых я якобы «убила».

Томми выгнул бровь.

— Гематолог?

Райли сильно закатила глаза, из-за чего головная боль стала ощутимо пульсирующей, и выдохнула.

— Да. Я доктор, а ещё у меня степень по гематологии. И я умираю от редкого заболевания крови и повреждённых цепей ДНК. Я точно знаю, что не так с моей кровью… по крайней мере, с человеческой точки зрения. Покажи, как она реагирует с кровью вампира.

— Эван? — позвал Томми. — Помоги мне её поднять.

Симпатичный охранник музея — очевидно, это уловка — бросился к ней и открыл липучку с правой руки. Но не успела Райли и пошевелиться, как Томми схватил её за запястье и крепко стиснул. Её подняли и связали руки за спиной.

— Серьёзно? — спросила Райли. — Вы меня только что накачали наркотиками и забрали пинту крови. Думаете, я смогу далеко уйти?

— Не будем рисковать, доктор Скотт, — сказал Томми, прежде чем направиться к лабораторному столу в другом конце комнаты.

Эван продолжал обнимать Райли за талию, пока она не покачнулась и не упала на него, затем поднял и повёл дальше.

— Мне не помешал бы стакан сока или чего-нибудь ещё, придурки, — пробормотала она, когда они остановились рядом с микроскопом.

Томми со вздохом повернулся к одному из незнакомых ей мужчин.

— Найджел, сбегай, принеси даме сок и гамбургер.

Господи. Если она заставит Найджела заехать к ней в номер… Может?..

— А ещё мои лекарства, — крикнула она. — Иначе я умру раньше, чем вы наберёте достаточно крови. Или один из вас, недоумков, захватил мою сумочку, похищая меня?

Эван покачал головой.

— Прости, мы не знали, чтобы тебе это нужно.

Ей и не нужно. Не особо. Но если они поверят, что без лекарств не обойтись, Найджел отправится к ней в отель, и если Деклан придёт сразу после заката, сможет проследить за Найджелом сюда. От мысли о нём, у Райли закружилась голова, а потом по коже скользнули гнев и разочарование. Но это словно не её эмоции. Больше похоже на его. Но ощущение длилось недолго. Должно быть, сказывалась потеря крови.

Томми занялся стёклами и пробирками и, наконец, кивнул на микроскоп.

— Подойди и посмотри. Это твоя кровь.

Она наклонилась вперёд и посмотрела в микроскоп.

— Да. Деформированные эритроциты, слишком плотные и сероватого цвета.

Погодите. Это что-то новенькое. Некоторые клетки… блестели, будто покрыты тонким серебряным блеском. Она натянула на лицо маску, надеясь, что Томми не заметит удивления. Правда, он был слишком занят, набирая пипеткой кровь из другой трубки.

— Сейчас я добавлю вампирскую кровь. Смотри внимательно.

Тёмная, тягучая капля слилась с кровью Райли, после чего красные кровяные клетки Райли пульсировали и трансформировались, прикрепляясь к красивым, круглым шарикам вампира. Затем вещество почернело и приняло форму кристалла… Это сажа? Пепел?

Томми отодвинул предметное стекло, и Райли увидела липкое тёмное месиво.

— Ты сжигаешь их изнутри, — сказал он. — Ты и есть то секретное оружие, которое мы искали.

— Я не оружие, а человек. — Она вскочила, опрокинув табурет. — И если забыл… вампир спас меня прошлой ночью. И моя кровь ему не повредила. Так что… я не знаю, каким секретным оружием вы меня считаете, но это не так.

Томми схватил её за руки и встряхнул.

— Мне плевать на Деклана Бонни. Я лишь желаю, чтобы он умер, как и все прочие твари. Он спас тебя от себе подобных. И те вампиры решили сделать из тебя рабыню крови. Эту часть ты забыла?

— Нет. — Голос Райли дрогнул, и она попыталась вырваться из хватки Томми. — Я никогда этого не забуду. Как и того ужаса. Но ты предполагаешь, что все вампиры — зло. А это неправда.

— Конечно, правда, — пробормотал он. — Об этом можно не спорить. — Толкнув её к Эвану, он засунул пинту крови в пакет и сунул его в сумку. — Запри её. Через четыре часа возьми ещё пинту. Я иду на охоту.

Эван провёл Райли в маленькую комнату без окон, где стояла только металлическая койка с тонким матрасом, унитаз и раковина.

— Стены звуконепроницаемы и облицованы серебром, — сказал он с оттенком печали в голосе. — Как только Найджел вернётся, я принесу еду сюда. А пока… отдохни немного, Райли. — Уложив её на койку, он снял наручники. — Жаль, что нет другого выхода.

— Деклан не злой. — Она пошевелила пальцами, восстанавливая кровообращение. — Я вспомнила, что случилось, когда он спас меня. Ты тоже там был, да? Патрик пытался осушить тебя, а Деклан спас. Пожалуйста, Эван, отпусти меня. Я улечу из Ирландии первым же рейсом.

Отступив к двери, он покачал головой.

— Они найдут тебя. У нас свои люди по всему миру. А ты… ты наш спаситель.

Голубые глаза Эвана блестели.

— Томми солгал. Несколько пинт? Он никогда на этом не остановится.

Хлопок закрывающейся двери походил на звук опускающейся крышка гроба. Она никогда не сбежит отсюда. Уж точно не живой.

— Деклан, мне так жаль, — пробормотала она, свернувшись калачиком на тонком матрасе. — Не следовало уходить.

Последние шесть часов он только и делал, что читал дневники своего создателя. Он нашёл их несколько десятилетий назад, спрятанные в ржавом металлическом ящике за грудой камней в одной из стен подвала. Но тогда эксперименты и детали, записанные в них, показались ужасными даже для Деклана, и поэтому он убрал их все. Теперь же могут спасти жизнь Райли.

— Ангус О'Курраин, ты был чёртовым сумасшедшим ублюдком, — пробормотал он себе под нос. Страница за страницей подробно описывались ритуалы, которые Ангус проводил над похищенными женщинами. Из людей сделали кровавых рабов и шлюх.

Но ведьмы… как только Ангус обнаружил ведьм и узнал, что в их крови есть магия, свихнулся ещё больше.

«Годы… столетия терпения доказали свою ценность. Последние три члена ковена Дулина обладают самой сильной магией, из всех, что я видел. Двух старейшин нужно постоянно держать с кляпом во рту, потому что всего парой слов они могут заразить меня. А та, что моложе, самая могущественная ведьма за многие поколения».

Летопись продолжалась, описывая каждый эксперимент, каждую руну, которую он вырезал на теле девушки. И каждый раз, когда брал кровь, смешивал со своей и переливал себе.

«Когда я ввожу себе кровь, мгновенно приходит сильнейшая боль. Будто кровь закипает в венах. Но боль длится мгновение, а после… иммунитет длится неделями. Серебро больше не оставляет ожогов. Я проткнул себе руку серебряным кинжалом, и рана зажила в считанные секунды. Магия в их крови чиста и могущественна, но её нужно использовать только в свежем виде. Если я найду способ продержаться магию дольше, смогу дать это лекарство всему клану».

— Проклятье, — выругался Деклан. Его сир придумал способ стать невосприимчивым к серебру. Может, поэтому кровь Райли не повлекла за собой неприятности?

Если кровь Ангуса могла поглотить частицы серебра и превратить во что-то… безвредное, то кровь Деклана могла сделать то же самое для Райли. Он может спасти ей жизнь. И она могла питать его без всякой опасности.

Вытащив последнюю тетрадь, он открыл её. Порочность Ангуса была глубока, и он описал каждую свою жертву в мельчайших подробностях. Много раз. И когда не трогал их, и когда мучил. Под каждым изображением он писал имена и дату.

«Бриджит Скотт, 23 Года. Ковен Дулина. Руны Отилии и Совуло вырезаны на животе. Руна Алгиз — над сердцем».

— Go mbrise an diabhal do chnámha[2], - выругался Деклан на родном языке, надеясь, что ад действительно существует и что Ангус именно в нём, а сам Дьявол постоянно ломал кости мужчины. Скотт. Не самая случайная фамилия. Да и Райли очень похожа на молодую ведьму. Они могли бы быть сёстрами. Поэтому Деклан принёс журнал к компьютеру и начал поиски генеалогии шотландского имени. Через час и несколько тысяч евро — исследования не всегда обходились дёшево — он получил полное генеалогическое древо Райли. Почти три столетия назад, та жертва создателя Деклана действительно была родственницей Райли. И та женщина спасла жизнь Деклана, пожертвовав своей. И если магия молодой ведьмы дала Ангусу иммунитет к серебру…

Деклан очень мало знал о магии, несмотря на то, что он её создание, поэтому поднял телефонную трубку и набрал номер единственного существа, которое могло бы помочь ему собрать кусочки воедино.

Прозвучало шесть гудков, прежде чем раздался хриплый голос.

— Что?

— Маттиас, мне нужна твоя помощь.

Кентавр зарычал в трубку.

— Бонни. В последний раз, когда наши пути пересеклись, с небес посыпались молнии и гром, словно сам Тор жаждал мести. Будь осторожен со своими следующими словами.

— Когда мы сражались, я был новоиспечённым, но ты знаешь больше всех других на свете, а я в отчаянии. Я предоставлю тебе убежище на моих землях до конца твоих дней в обмен на любую информацию, которая окажется полезной. — Деклан заставил себя расслабить хватку, чтобы не сломать телефон. — Что ты знаешь о древнем клане ведьм Дулин?

— Они все мертвы.

— А что, если нет?

В трубке воцарилась тишина, и Деклан взглянул на экран, надеясь, что кентавр не бросил трубку. А потом последовал серьёзный ответ:

— Тогда вся раса вампиров должна быть осторожна. Ты знаешь, что твой сир с ними сделал. А почему ты интересуешься мёртвыми кланом?

— Потому что мне кажется, что я встречал одну из них. Кормился от неё. И Маттиас, у неё прекрасная кровь. Мощная. Ни сравнимая ни с чем, что мне довелось пробовать.

— Последний известный вампир, питавшийся от ведьмы Дулина, сгорел менее чем через полдня. — Кентавр хихикнул высоким тоном, несвойственным его голосу. — Будь осторожен. Смотри не кончи, как он.

Деклан сел за стол и потёр затылок, пытаясь решить, как много рассказать кентавру.

В Дублине есть горстка вампиров, желающая смерти Деклану, ещё фейри и оборотни, которых интересует лишь выживание своего вида… так что его судьба — и судьба Райли — может быть, решена.

— Ты мне не нравишься, Бонни, но знаю о твоих попытках остановить убийства, и уважаю их. Я не хочу, чтобы с тобой покончили.

Это самое близкое к миру, из того, на что мог надеяться Деклан, поэтому рискнул.

— Маттиас, серебро на меня не действует. Не так, как следовало бы. Но верю, что именно поэтому могу питаться от Райли. Но она умирает… или думает, что умирает. Отравление тяжёлыми металлами.

— Давным-давно, когда я был ещё мальчишкой, в нашу деревню пришла ведьма, — сказал Маттиас. — Самая прекрасная из всех встреченных мной. У неё сияла кожа. Я ходил за ней по пятам несколько дней, а потом несколько местных оборотней решили, что она слишком большая угроза, и попытались покончить с ней.

— Времени на долгие истории нет, кентавр. Переходи к делу.

Его Райли где-то там, и пока он ходил, изучал и ждал захода солнца, слышал её голос, умоляющий помочь. Плачущий. Он проецирует? Или связь настолько сильна? Деклан бросил взгляд на экран, проклиная те полчаса, которые остались до захода солнца.

— Их магия связана с эмоциями. Когда стая пришла за ней, девушка испугалась. Она не знала, кем была. Альфа её укусил… оторвал руку. Я прятался на опушке леса, наблюдал. Бонни, это было похоже на то, что сам дьявол обрушил свою силу на мир. Ведьма кричала, и её кровь впитывалась в землю. Остальные члены стаи окружили её и рычали так, словно собирались разорвать на куски. А потом Альфа начал скулить. Девушка… перестала быть красивой. Её глаза покраснели, и она кричала что-то, чего я так не понял. Затем лес начал реветь. Деревья вырвало с корнем, земля задрожала, и ветер поднял грязь и камни вокруг волков. Когда всё, наконец, успокоилось, девушка лежала в центре бойни… целая и невредимая. Пришёл один из местных старейшин и увёл её.

Всё это было совсем не похоже на его Райли. Конечно, она была сильна, но не призывала магию, чтобы спастись от банды Патрика.

— Я не понимаю, какое это имеет отношение к Райли.

— Если она не знает, что она такое, и не использует магию или не знает, как это сделать, это может убивать её.

Перевернувшись, она застонала, когда ссадины на руках запульсировали. После того, как она колотила в дверь, казалось, полчаса, упала из-за головокружения и едва смогла доползти до кровати и забраться на тонкий матрас. Райли не собиралась спать, но не смогла держать тяжёлые веки открытыми.

Дверь с грохотом распахнулась, и в комнату вошёл Томми с диким взглядом.

— Ты издеваешься, чёрт возьми?

Прежде чем она успела ответить, он сжал мясистыми пальцами её предплечье так крепко, что она задохнулась от боли.

Райли слишком устала и ослабла, чтобы сопротивляться, когда он вытащил её в главную комнату и толкнул на стул, а затем привязал запястья, чтобы она не могла встать.

— Твоя кровь ни хрена не делает. Не так, как раньше.

Он обвязал резиновой трубкой её предплечье, и Райли попыталась отдёрнуться и начать вырываться, но Томми позвал Эвана, который надавил ей на плечи, пока Томми связывал ей лодыжки.

— Не сопротивляйся, девочка. Он просто вырубит тебя и всё равно возьмёт кровь, — прошептал Эван ей на ухо.

— Мне больно, — выплюнула Райли и посмотрела на Томми, когда он ввёл иглу ей в вену и заклеил пластырем. В душе начал расти узел гнева и разочарования, согревая изнутри, хотя Райли чувствовала, что слабеет с каждой секундой, и комната начала вращаться. Охотник отступил, и Райли ахнула, впервые хорошо разглядев его с тех пор, как он ворвался в отделанную серебром камеру. Он был в полном беспорядке. Серая футболка вся в багровых пятнах, лицо и руки в синяках.

— Я твоей кровью пытался заманить одного из членов банды Келли на верфи. И мне не удалось. Я едва выбрался оттуда. Ублюдок выпил весь пакет и ничего! Он даже стал сильнее.

— И виновата я? — Райли перестала сопротивляться и откинулась на спинку стула. Она так устала. — Я не знаю, почему моя кровь причинила боль этому вампиру. Это произошло не сразу, а… часов через двенадцать. Ты… убьёшь меня, если продолжишь забирать кровь.

Эван сжал её плечо.

— Томми, она права. Ей нужна еда. И лекарства.

От щелчка карманного ножа Райли вздрогнула, а затем острая боль пронзила щеку. От запаха собственной крови у неё защипало в носу, и когда Томми встал, лезвие было алым. Он подошёл к лабораторному столу, установил новое стекло и заглянул в микроскоп.

— Чёрт возьми. Она работает, только если свежая. — Бормоча что-то себе под нос, он продолжал смотреть в микроскоп. — Нам придётся брать её с собой на каждую охоту. Добери эту пинту, а потом брось девку обратно в камеру.

Райли закрыла глаза и опустила голову, чтобы скрыть слёзы, стекающие по щекам.

— Девочка, — прошептал Эван, обходя кресло и становясь перед ней на колени, — мы должны вытащить тебя отсюда. Если я ослаблю путы, ты сможешь убежать?

Она не думала, что у неё хватит сил говорить, не говоря уже о том, чтобы бежать. В ответ она лишь слегка качнула головой.

— Сделай… что-нибудь, — прошептала она. — С трубкой.

Эван вытащил иглу из вены, но оставил её приклеенной к коже, а затем провёл тёплыми пальцами по щеке, заправляя прядь волос ей за ухо.

— Притворись, что ты потеряла сознание.

Легко. Райли откинулась на бок, наполовину свесившись со стула.

— Томми! — закричал Эван. — Что-то не так. Я же тебе говорил. Ты слишком много забираешь крови. Она не очнётся. — Он пару раз ударил её по щеке, и Райли попыталась слабо всхлипнуть.

— Тогда вытащи иглу и брось девку обратно в камеру, — прорычал Томми с другого конца комнаты.

Быстрыми и ловкими движениями Эван развязал её запястья и лодыжки, а затем подхватил на руки. Заставив себя зажмуриться, Райли попыталась сориентироваться. Пройдя три шага по коридору, Эван резко свернул направо и оказался в комнате, похожей на обычную спальню. С окном.

— Эван, — прошептала она, — что ты делаешь?

Он поднял створку и перекинул её ноги через подоконник. Узкий карниз и лестница то появлялись, то исчезали из поля зрения, и Райли попыталась нащупать перила, но ноги не слушались.

— Тебе придётся уползать, Райли. Я не могу удержать тебя и спуститься вниз, но могу отвлечь Томми на достаточное время, чтобы ты смогла уйти.

Это единственный шанс сбежать. И если получиться… может, она найдёт способ вернуться к Деклану. Райли уставилась на землю в двух метрах ниже. Сможет ли она? Не разобьётся ли насмерть? А разве это важно? Если не попробует всё равно умрёт.

Дверь с грохотом распахнулась.

— Какого хрена, Эван? — Сердитый голос Томми подстегнул её. Она бросилась вперёд, ухватившись за верхнюю перекладину лестницы, а Эван рванулся к Томми.

Босые ступни скользили по холодному металлу, и адреналин затопил ослабленный организм. Ужас пронзил, как меч. Но он не её.

— Райли! — Рёв Деклана эхом разнёсся в ушах. Деклан пронёсся мимо Томми и Эвана и схватил её за руки, когда она уже собиралась упасть.

— Хватай вампира! — прокричал Томми и раздались звуки выстрелов. Деклан застонал, и по левой руке потекла кровь. Слишком много крови. Райли посмотрела в глаза Деклану, которые стали почти чёрные на фоне бледного лица.

— Агра, беги, — прошептал он, переваливаясь через подоконник.

— Нет! — После ещё одного выстрела, Деклан дёрнулся и его глаза стали алыми, а клыки вылезли из-за губ. — Деклан, пошли со мной!

— Пуля… попала… в сердце, — прошептал он, пытаясь дотронуться до её щеки. — Мне… недолго осталось…

О, чёрт возьми, нет. Райли прижала запястье к его клыкам, и он попытался протестовать, когда Томми и другой охотник схватили его за плечи и начали тащить обратно в комнату.

— Пей, идиот, — прорычала она, обнимая его за шею, удерживая на месте.

Деклан схватил её за предплечье, но вполсилы, хотя вместе им удалось продержаться так долго, чтобы он сделал два глубоких глотка.

Рухнув на землю, когда Деклан отпустил, Райли могла только наблюдать, как он повернулся к Томми и выбил пистолет из рук охотника.

— Ты сделал ей больно, — заявил Деклан низким, глубоким и убийственным голосом.

Ещё один охотник, Найджел, схватил пистолет, и Райли закричала:

— Деклан! Сзади!

Её вампир развернулся с Томми, держа его, как щит, и когда раздался выстрел, лидер охотников застонал и упал в объятия Деклана. Эван подошёл к Найджелу и ударил его сзади по коленям, завалив. Это и нужно было Деклану. Выбросив тело Томми в окно, он бросился к Найджелу и свернул ему шею. Но не успел он приблизиться к Эвану, как Райли крикнула:

— Деклан, прошу. — Она была слишком слаба и смогла лишь приподняться на локте. — Он… пытался спасти меня.

Деклан схватил Эвана за горло, но охотник не сопротивлялся, просто опустился на колени, опустив руки по бокам.

— Да, сделай это… — Он стиснул зубы. — Я это заслужил.

— Я знаю тебя, охотник. — Деклан перевёл взгляд с Эвана на Райли и обратно. — Ты в долгу передо мной.

— И я отплачу. Уведи Райли… Остальные прибудут… через полчаса. — Эван поднял руки, и Деклан толкнул его через всю комнату, схватил пистолет и согнул ствол, прежде чем выбросить его. А потом Райли оказалась в его объятиях.

— Что они с тобой сделали, акушла? — Деклан полоснул себя по запястью и прижал его к её губам. Его кровь — тёплая, густая и насыщенная — потекла по языку, и Райли закрыла глаза, позволяя себе насладиться жизненным нектаром, наполняющим её конечности силой. — Посмотри на меня, — потребовал Деклан. Встретившись с ним взглядом, она всё поняла. Она любила его. Не потому, что спас, и не потому, что его кровь была восхитительным сокровищем, которое она пробовала. И не только потому, что она принадлежала ему.

Проведя языком по ранам на его запястье, она почувствовала, как его кожа снова срастается.

— Тебе нужно ещё, — прорычал он, но Райли покачала головой и разорвала его рубашку. Пулевые ранения — одно над сердцем, другое на плече — были сквозными, но они не полностью закрылись.

— Как и тебе. А ещё нам нужно убраться отсюда. Кто-нибудь обязательно заметит труп на улице.

Райли обняла его.

— Тебе хватит сил бежать?

— Пока ты рядом, я могу делать всё, что угодно. — Он склонил голову и прижался губами к её. Она растаяла под жаром его поцелуя, и ничто не имело значения, кроме Деклана. На задний план ушли все часы, проведённые в ужасе и слабости, когда охотники пытались забрать всю кровь; тайны её крови; угроза со стороны остальной банды Патрика.

Вдалеке завыли сирены, и Деклан прервал поцелуй, поднял её на ноги и повернулся к Эвану.

— А как насчёт тебя, охотник?

Мужчина сидел в углу, прислонившись к стене и подтянув колени к груди.

— Не знаю. Я не хотел причинить тебе боль, девочка. — Повернувшись к Деклану, он поёжился. — Я родился, чтобы охотиться. Воспитан на ненависти, и не ожидал, что вампир спасёт мне жизнь.

— Уходи, — сказал Деклан. — Езжай куда угодно, только не в Дублин. Начни всё сначала. Я не буду преследовать тебя, но если наши пути снова пересекутся, не смогу гарантировать твою безопасность.

Молодой человек кивнул и поднялся на ноги.

— Райли? Ты можешь простить меня?

Она высвободилась из крепких объятий Деклана, протянула руку и коснулась щеки Эвана. Её вампир зарычал, и она бросила на него свирепый взгляд, прежде чем вернуться к Эвану.

— Ты пытался спасти меня. Три раза. Здесь нечего прощать. Просто сделай то, что он говорит. Убирайся отсюда и создай другую жизнь, в которой не придётся убивать.

Эван накрыл её пальцы своими, затем поднёс тыльную сторону ладони к своим губам.

— Береги себя, девочка. Что бы ни выяснилась насчёт твоей крови… береги себя.

Он развернулся на пятках и выбежал из комнаты.

Деклан откашлялся.

— Райли, ты должна ещё кое-что знать.

Она выгнула бровь, позволяя ему заключить себя в объятия.

— А?

— Мы… вампиры, собственники… Вероятно, самые сильные из всех сверхъестественных существ. Я не хочу, чтобы ты прикасалась к другому мужчине… больше вообще никогда.

— Деклан, только ты мне и нужен. Навсегда.

Он бежал так быстро, что они вырвались в ночь прежде, чем она заметила движение.

— Тогда ты со мной, агра. Навсегда.

Его женщина — его ведьма — спала, когда он загонял Ауди в гараж. Они забрали её вещи и машину Деклана, затем заехали в кафе, где купили ей гамбургер и чипсы. Но, закончив есть, она закрыла глаза и уснула.

— Деклан? — Райли дёрнулась в его руках, когда он нёс её в свою… в их спальню. — Где?..

— Мы дома, агра.

— Что это значит? Агра? — Она прижалась к нему теснее, пощекотав дыханием шею.

— Любовь моя. — Поцеловав её в макушку, он направился в ванную. — Не хочу, чтобы на тебе был запах этого охотника, — сказал он, открывая душ.

Райли вывернулась из его рук и стянула окровавленную рубашку.

— И это должно пройти. — Она провела пальцами по ещё заживающим пулевым ранам. — Тебе нужно поесть.

— Вскоре, агра, — пробормотал Деклан, расстёгивая пуговицу на джинсах своей невесты, чтобы стянуть их с бёдер. — Я считал, что неспособен любить. Только не после обращения. Но вчера вечером всё понял.

— Что? — Она запустила пальцы в его волосы, пока он затаскивал её под струи воды.

Деклан уткнулся лицом ей в шею, и её пульс сильнее забился. Как он мог передать, что она значит для него? Не существовало сильных, красивых и совершенных слов, чтобы описать женщину в его объятиях.

Райли отстранилась и встретилась с ним взглядом.

— Поговори со мной.

— Райли Скотт, ты принесла покой моему чёрному сердцу, хотя я считал, что это невозможно. Благодаря тебе я снова обрёл частичку своей человечности. Частичку души. — Деклан взял её руку и прижал к своей груди, где ровно билось сердце. — Я не контролирую ситуацию, агра. Сердце бьётся только ради тебя.