К тому моменту, когда началось опасное путешествие по стране, которую я давно считала разрушенной, я не понимала, кем была и в кого превращалась. Мои способности становились сильнее с каждым днем, как и страх перед предстоящим. Все, в чем я была уверена, — я сделаю все, чтобы не стать похожей на Люцифера и чтобы защитить тех, кого люблю, даже если это означало отгородить их от меня.
Чего бы это ни стоило, я намеревался уберечь Ривер, даже если мои действия в конечном счете вобьют клин между нами. Я был обязан защитить Ривер, как бы трудно это ни было сделать с началом нашего путешествия. Я не остановлюсь, пока Люцифер не умрет, не остановлюсь, пока не заявлю свои права на трон, но к этому времени Ривер уже будет рядом со мной. Главное, сохранить ей жизнь до этого момента.
Бренда К. Дэвис
Вымощена
Серия:
Eva_Ber
Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления!
Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения.
Спасибо.
Глоссарий
Адхен демон — озорной эльфоподобный демон.
Лоза Акалия — пурпурно-черные цветы с оранжевыми ягодами. Опутывает жертвы и медленно высасывает их кровь. Красные листья. Острые, похожие на иглы присоски под листьями.
Канагский демон — мужчина — инкуб, женщина — суккуб. Их сила основана на сексе, а питание душами происходит на менее регулярной основе, нежели у других демонов. Поцелуй канагского демона способен поработить.
Кароу лоза — густые черные лозы. 6-дюймовые-длинные шипы. Растут вокруг гнезд канагских демонов.
Краетонс — последователи Люцифера.
Гатес — врата, которые всегда охранял Варколак. Они использовались для путешествия на Землю до того, как Люцифер вошел в ад.
Горгульи — их когти содержат парализующее вещество, которым они обездвиживают своих жертв. Когда жертва оказывается беззащитна, горгульи сдирают с нее кожу по одной полоске и съедают ее.
Призраки — души могут сопротивляться вознесению на небеса, но у них нет выбора, когда дело касается Ада.
Адские гончие — первая пара адских гончих, также рожденных от огня творения, восстала с первым Варколаком. Они разделяют родственную душу и подчиняются Варколаку.
Ланавур демон — 3-я печать.
Мадагансы — звери, обитающие в Аду. Напоминают кабанов с гигантским бивнем в центре лба. Испещренная красными и черными пятнами кожа. Из отверстия в верхней части головы вырывается струя дыма. Вытянутые, круглые черепа. Раздвоенные копыта.
Палитоны — последователи Кобаля.
Ревениры — похожие на мумии скелеты. Оглушающий крик. Высасывают жизнь из жертв с помощью «поцелуя».
Скеллеины — стражи врат.
Стена — огораживает весь Вашингтон, Орегон, Калифорнию, Аризону, Нью-Мексико, Техас, Луизиану, Миссисипи, Алабаму, Джорджию, Флориду, Южную Каролину, Северную Каролину, Вирджинию, Мэриленд, Делавэр, Нью-Джерси, Коннектикут, Род-Айленд, Массачусетс, Вермонт, Нью-Гэмпшир и Мэн. Блокирует части Невады, Нью-Йорка, Пенсильвании и Арканзаса. Подобная стена пересекает часть Европы.
Рейф — извращенный и злобный дух, который может быть поглощён демонами. На земле они появляются только ночью.
Варколак демон — рожденный из пламени Ада. Только один человек может существовать одновременно. Когда он умирает, следующий восходит из огня творения. Самый быстрый и жестокий из всех демонов. Это единственный вид, который умеет создавать и открывать естественные врата внутри Ада, а также закрывать их. Они управляют адскими гончими.
ЯЗЫК ДЕМОНОВ
Mah lahala — моя любовь
Mjéod — медовуха или демонический напиток.
СЛОВАРЬ СИМВОЛОВ
Люди взяли некоторые символы и превратили в то, что стало известно, как Старший Футарк, либо просто руны.
Еайз — наклоненная Z — скорость, обостренные чувства и защита.
Рисаз — прямая линия с треугольником, прикрепленным к середине — разрушительная сила.
С
Зенак — три волнистые линии — вечный огонь и жизнь.
Зива — две буквы V с линией, соединяющей вершину, как клыки — хранительница адских псов. Эта метка считается даром силы, выносливости и мужественности. Считается благословением и проклятием, поскольку указывает, что обладатель носит частицу души адского пса.
Глава 1
— Ривер, Ривер проснись.
Я неторопливо потянулась. Из меня вырвался тихий вздох, когда я инстинктивно повернулась к сильным пальцам, ласкающим мою щеку. Распахнув глаза, я увидела Кобаля, смотрящего на меня, и мое сердце екнуло. Было трудно поверить, что я когда-то находила его обсидиановые глаза, без белков, немного тревожными. Теперь они согревали меня, заставляли мои пальцы сжиматься и распаляли жар между моих бедер.
Мой пристальный взгляд изучал его точеное лицо, отмечая углы сильной челюсти, заостренный подбородок, орлиный нос и высокие, широкие скулы. Темно-каштановые пряди в черных локонах сверкали в тусклом счете фонаря, стоящем на ночном столике. В отличие от нашей первой встречи его волосы отросли, волнами спадая на глаза. Почему-то такая длина придавала ему более соблазнительный и опасный вид, если это вообще было возможно.
Мои глаза задержались на его полных губах, и я вспомнила обжигающе поцелуи. Вспомнила, как его язык переплетался с моим самым необычным образом, пробуя на вкус. Было невозможно сопротивляться и не раствориться в тех ощущениях и эмоциях, которые он так легко вызывал во мне.
Мое сердце наполнилось любовью. Мой.
Я принадлежала ему. Кобаль объявил меня своей избранной. В ответ на близость мужчины укусы на моей коже стало покалывать. Эти рубцы были своеобразной меткой, чтобы все люди и демоны знали, кому я принадлежу, даже если укусы исчезнут.
Я тоже пометила его. Мои глаза пробежались по его шее, где слабый намек на мои зубы портил бронзовую кожу. Один из моих укусов пришелся как раз над кончиками замысловатых языков пламени, покрывающих тело Кобаля. Когда я кусала, то не вполне понимала в то время, что заставило меня пойти на этот шаг, но с тех пор я осознала, что всему виной была моя демоническая сторона, стремящаяся заявить права на избранника.
Мне не нравилось, что рубцы стали бледнее. Это вызывало во мне желание исправить упущение.
Кобаль задержал дыхание, а его пальцы на моей щеке замерли, когда я улыбнулась. Я приподнялась, открывая объятия, когда вдруг вспомнила, что произошло на прошлой неделе. Из меня вырвался испуганный крик. Схватившись за одеяло, я подтянула его к груди и вскарабкалась на кровати Кобаля.
Может, я и спала в его постели, но он не делил ее со мной с тех пор, как оторвал голову женщине, пытавшейся меня убить, из-за чего я велела ему уйти. Я знала, что в тот момент Кобаль защищал меня. Что когда он увидел, как Эйлин атакует, то потерял контроль, из-за чего демонические инстинкты вышли на первый план.
Да, Эйлин пыталась убить меня, но никто не заслуживал такой смерти. Ее кончина была жестокой, а Кобаль не выказал никаких угрызений совести по этому поводу. Он не понимал, почему я расстроилась из-за его поступка.
Мы были слишком разными, чтобы когда-нибудь начинать работать вместе. Боль пронзила мое сердце при этой мысли.
«
Это была ложь. Я отдалилась от Кобаля не из-за того, что он сделал, и не из-за того, насколько мы отличались друг от друга, а потому, что была ошеломлена. Потому что во сне встретилась со своим предком, Люцифером.
В том сне Люцифер обещал использовать меня как оружие, чтобы уничтожить Кобаля. Воспоминание об этом заставило мою кровь похолодеть. Я все еще чувствовала зло, исходящее от Люцифера и омывающее мою кожу. Он предсказал, что я буду такой же злой. Кобаль считал, что я никогда не смогу стать похожей на Люцифера, но я не была в этом так уверена. В то время как я видела в Люцифере своего далекого предка, остальные демоны, включая Кобаля и самого Люцифера, считали его моим отцом. У многих людей в семье были паршивые овцы, а я делила ДНК с самим дьяволом, и это приводило меня в ужас.
Я не была настолько глупа или глубоко погружена в отрицание, чтобы не признать, что мой страх перед словами Люцифера был той причиной, по которой я отступила от Кобаля. Я не могла быть катализатором его гибели, когда так сильно любила его и когда он был единственным в своем роде, кто пережил Люцифера.
Кобаль никогда не говорил, что любит меня, но я знала, что он заботился обо мне. Наши судьбы были связаны до тех пор, пока моя смертная жизнь позволяла это, но будет лучше, если мы продолжим придерживаться дистанции между друг другом. По крайней мере, так я говорила себе тысячу раз на дню с тех пор, как мы перестали спать вместе и по большей части прекратили разговаривать.
В общем, теперь я рвала себя в клочья, стараясь держаться от него подальше. Когда-то я связывалась с Кобалем через его сны. Там я видела его фантазии обо мне, фантазии, которые в конце концов воплотились в жизнь, но с тех пор, как я втянула Люцифера в свой сон, то каким-то моя способность общаться с Кобалем или кем-либо еще через сны пропала.
До Люцифера я никогда бы не подумала, что могу контролировать свои силы таким образом. Тем не менее я подозревала, что моя подсознательная часть, которая первоначально связалась с Кобалем и Люцифером, пыталась защитить мое сердце и разум, убедившись, что в данный момент я ни с кем не пересекалась. Или, может, во всем этом не было ничего подсознательного, а моя способность контролировать сны росла по мере обретения новых сил.
Иногда по ночам я размышляла о том, чтобы снова попытаться проникнуть в сны Кобаля, но меня беспокоило то, что я могла там увидеть. Может, ему снились другие женщины? Или он все еще грезил обо мне? Я сомневалась, что сумею продолжать держаться от него на расстоянии, если увижу, как его тело снова и снова двигается внутри меня, не тогда, когда я жаждала его прикосновений каждую секунду каждого дня. Если бы он мечтал о ком-то другом, то мое и без того разбитое сердце никогда бы этого не перенесло.
Мои глаза были прикованы к адским гончим на его левой руке, когда он изменил положение тела. Псы выглядели настолько реалистично с этими острыми как бритва клыками и изогнутыми когтями, что я практически чувствовала их дыхание на своем лице. Пламя окружало гончих так, что они, казалось, были готовы выпрыгнуть из его руки.
На второй руке по коже кружило еще больше пламени. Внутри огня располагались замысловатые знаки, которые, как однажды объяснил Кобаль, были из его древнего языка. Черные отметины на обеих руках начинались с тыльной стороны ладоней и поднимались к плечам. Кончики пламени затрагивали основание его шеи, прежде чем спуститься к груди.
Сейчас я не видела их, но знала, что каждая из его грудных мышц имела круговой рисунок пламени, как и на его лопатках. Остальная часть прекрасно отточенного тела Кобаля была лишена каких-либо отметин.
Я знала его тело почти так же хорошо, как собственное. Знала, каково это чувствовать его глубоко внутри себя, знала каждую впадинку и изгиб его рельефных мышц, и я ясно помнила вкус его кожи. Я провела множество часов в его объятиях.
Вздрогнув при воспоминании о тех мгновениях, я плотнее укуталась в одеяло. Кобаль выгнул бровь, а затем выпрямиться во весь рост. На фут выше моих пяти футов девяти дюймов роста, он был самым массивным мужчиной, которого я когда-либо видела, и обладал широкой грудью, бедрами размером с бревна и руками, напоминающие большие ветви. И я позволила ему уйти.
«
Да, я не собиралась оспаривать это утверждение, но я сделаю все возможное, чтобы попытаться защитить его, даже если это причинит боль нам обоим.
— Что ты здесь делаешь? — спросила я, гордясь тем, что мой голос звучал спокойно. Хотя на самом деле я хотела лишь приласкать отметины, бегущие по его коже, и прильнуть к Кобалю всем телом, чтобы обнять его и на некоторое время отгородиться от всего мира.
— Я пришел за тобой, — сухо ответил он. Кобаль окинул меня взглядом с отстраненной холодностью, которая поразила меня. Я презирала это, даже зная, что сама была виновата в подобном отношении. — Одевайся.
— Мы уже уходим? — выпалила я, бросив взгляд на часы, стоящие на подставке рядом с фонарем.
Сегодня мы должны были начать миссию по походу в центр разрушенной страны и к самому Аду. Меня предупредили, что мы отправляемся на рассвете, но планы, должно быть, изменились, так как часы показывали полночь.
— Нет. Одевайся и пойдем со мной, — приказал он.
— Зачем?
— Неужели тебе обязательно подвергать сомнению каждое мое слово?
— Да.
На его виске запульсировала вена. Я не понимала, почему спорила с ним. Но знала, что это был наш самый долгий разговор за последние дни, поэтому я хотела сделать все возможное, чтобы диалог продолжался.
— Это очень важно. Одевайся, Ривер.
Кобаль повернулся на пятках и вышел из палатки. Единственным признаком того, что он приходил, было то, как колыхнулась откидная створка, возвращаясь на свое прежнее место. Я посидела с минуту, прежде чем откинуть одеяло и свесить ноги с кровати. Затем я натянула льняные коричневые брюки и коричневую рубашку, которые стали основой моего гардероба с тех пор, как я оказалась по эту сторону стены.
Коричневый был цветом, который добровольцы носили до тех пор, пока не заканчивали обучение. Единственным отличие на униформе была повязка, используемая для обозначения групп. Моя была желтой, но как только я начала тренироваться с солдатами, которые должны были отправиться в путешествие, то перестала ее носить.
Мне предстояло отправиться на миссию вместе с солдатами, одетыми в зеленую форму, но я не просила другой одежды, чтобы соответствовать остальным. Я выделялась среди всех с тех пор, как меня привезли сюда, поэтому уже ничего не могло помочь мне слиться с остальными людьми.
Кроме того, Корсон, один из заместителей Кобаля, сообщил нам во время последнего совещания по поводу похода, что демоны краетонсы, те, кто были на стороне Люцифера в этой войне, разорвут нас в клочья и искупают в нашей же крови независимо от цвета одежды. Приглушенные оттенки, которых мы придерживались, должны были помочь нам немного лучше слиться с окружающей средой.
Также во время своего выступления Кормон добавил несколько ободряющих слов о том, чтобы мы ожидали всего и вся. Большинство существ, которые должны были встретиться на нашем пути, были ужасны и более смертоносны чем все, что мы когда-либо могли представить. Тот факт, что Корсон носил блестящие красные серьги из бисера, свисающие с заостренных кончиков эльфийских ушей, никак не облегчал страх, вызванный его словами.
Я знала, что путешествие будет ужасным, а многие, вероятно, не переживут поход, но старалась не думать об этом. Размышления о неизвестном были гарантированным способом разорвать и без того тонкую грань, удерживающую мое самообладание.
Мои эмоции были сравнимы с американскими горками с тех пор, как я была вынуждена оставить свою семью и приехать сюда. Не помогла и новость о том, что я являлась наполовину демоном и ангелом, а также единственным живым потомком Люцифера. В довершение всего я влюбилась во властного, высокомерного, вспыльчивого демона, который украл мое сердце прежде, чем я успела это осознать. У меня не получалось справиться с беспокойством касательно того, чем это все закончится.
Я провела щеткой по своим волосам цвета воронова крыла, прежде чем положить ту на прикроватный столик. Нырнув через полог, я вошла в главную часть палатки, где стояли стол и буфет. Я старалась не смотреть на койку, на которой спал Кобаль после нашей ссоры, но глаза совершенно не подчинялись командам моего мозга.
Мое сердце екнуло, когда я поняла, что его кровать снова была нетронутой. И где же он спал? Неужели Кобаль вернулся к костру, людям и демонам, которые пришли туда, чтобы заняться сексом? Он убил человека, но женщины в городе все еще желали его. Я ненавидела то, как они смотрели на Кобаля, практически пуская слюни, когда он проходил мимо. Несмотря на свой смертоносный, зловещий вид, демон источал сексуальность, из-за чего женщины тянулись к нему, как пчелы к меду.
«
Но хоть убейте, я не сумела вспомнить причину разрыва, когда вышла из палатки и увидела его стоящим со скрещенными на груди руками рядом с откидным пологом. Теплый июльский ветерок взъерошил волосы Кобаля, когда он окинул меня взглядом. Лунный свет ласкал его тело, будто признавая его родство с ночью… что, по моему мнению, во многих отношениях было правдой.
Наблюдая за ним, я не могла проигнорировать воспоминания о том, как мои ладони ласкали его неумолимую плоть, прикасаясь к каждому изгибу и впадине мышц, соленый вкус его кожи под моими губами и пульсацию члена внутри моего тела. Звуки экстаза и одержимости, которые издавал Кобаль, проникая в меня, эхом отдавались в моей голове.
Я сжала кулаки и отвернулась, так как воспоминания угрожали утянуть меня в свои глубины. Кобаль оторвал голову женщине. Он может заботиться обо мне, но никогда не сумеет любить так, как человек любит другого человека. В том смысле, как я любила его.
«
Я чувствовала, что моя защита стала слабеть, когда Кобаль встретил мой взгляд и склонил голову.
«
Кобаль упрекнул меня в истерике. Ладно, тот факт, что он упомянул об этом во время ссоры, все еще раздражал меня. Может, я действительно немного истерила, так как все еще была покрыта кровью женщины, которую он убил. Но Кобаль мог бы не высказывать так открыто свое мнение. Хотя он никогда раньше не скрывал своих мыслей и не отличался тактичностью. На самом деле мне безумно нравилась его честность, даже если иногда правда причиняла боль. Однако сейчас я признавала, что была ошеломлена его действиями в тот день и не совсем ясно мыслила.
В последнее время он не спал со мной в палатке, заселив сюда Бейл.
«
Мне удалось снова найти свою гордость и поднять подбородок, с вызовом посмотрев на Кобаля. Он казался таким же, как и все остальные мужчины, которые входили и выходили из жизни моей матери на протяжении многих лет. Я попыталась ухватиться за эту мысль, но в глубине души знала, что это неправда.
Если бы я не оттолкнула его, то Кобаль никогда бы не ушел к другой.
Глава 2
— Пойдем со мной, — приказал Кобаль и отошел от палатки.
Я нахмурилась, глядя на его широкую спину, но последовала за ним по склону холма к городу. Лунный свет освещал дорогу достаточно хорошо, из-за чего необходимость в фонаре отпадала. Красные огни на верхушке стены отбрасывали на землю тени, то вспыхивая, то исчезая. За те два месяца, что я прожила здесь, я привыкла к этим огням и редко обращала на них внимание, но сейчас красное свечение казалось зловещим.
— Что происходит, Кобаль? — спросил я, когда мы преодолели уже половину склона.
— Боишься, что я причиню тебе вред?
Я не винила его за угрюмость, но чувствовала, пока смотрела на его спину, как моя гордость рвется наружу.
— Я никогда раньше не боялась. И не собираюсь начинать сейчас.
Он оглянулся на меня через плечо, сощурив глаза, когда увидел мой пристальный взгляд.
— Потому что ты можешь сама о себе позаботиться?
Мои зубы могли сломаться от того, насколько сильно я их стиснула, пытаясь сохранить хоть какую-то приятность в своем ответе.
— Могу.
Это не было ложью, я могла о себе позаботиться. Возможно, я не умела отрывать головы или выпускать из рук волны огня, как это делал Кобаль, но я научилась собирать энергию жизни, которая пульсировала в земле. Кроме того, я бы сумела собрать достаточно огня, чтобы поджечь его задницу.
Кобаль знал о навыке обращения с огнем, но свою растущую способность владеть энергией жизни я сохранила в тайне, с намерением позже удивить его. Мы перестали разговаривать прежде, чем я смогла показать свою увеличившуюся силу, к тому же мы прекратили вместе тренироваться. Также я скрывала свои растущие способности от Бейл и Корсона, двух демонов, которые начали обучать меня, когда отношения между мной и Кобалем закончились. Не то чтобы я не доверяла им, но Кобаль однажды предупредил меня, что нужно держать в секрете все мои силы, поэтому я до сих пор придерживалась его совета.
— Хорошо, что я так хорошо тебя обучил, — заявил он и отвернулся.
Итак, это официально положило конец любой нежности, которую я чувствовала к нему. Меня так и подмывало швырнуть в него шар из энергии жизни, чтобы показать, как хорошо я самостоятельно тренировалась в последнее время. Тем не менее, хоть мне и хотелось задушить его в половине конфликтов, я никогда не делала ничего, что могло бы причинить Кобалю физическую боль.
Я впилась ногтями в ладони, сверля сердитым взглядом спину Кобаля. Вскоре мы добрались до школы, которая использовалась как столовая, где ежедневно обедали все люли. Меня охватило любопытство, когда я зашла в здание. Но я больше не просила Кобаля разъяснить ситуацию.
Мы шли по кафелю, из-за чего наши шаги были довольно громкими. Флуоресцентные лампы над нами отражались в полу, который из-за этого ослеплял. Что бы меня не ждало, это было очень важно, так как свет в здании всегда отключался на ночь. Электричество было бесценно, ведь большая его часть шла на поддержание стены, которая теперь отделяла разрушенные Штаты от все еще нетронутых отдаленных районов.
Я счастливо жила в одном из этих отдаленных районов и не замечала войны, которую люди и демоны вели против Люцифера и его последователей, пока моя мать не выдала моих странностей. Солдаты забрали меня у братьев, а потом привезли сюда.
Мы завернули за угол, и я замедлилась. В коридоре стояли мужчины и женщины, с которыми сегодня я должна была отправиться на миссию. Все повернули головы в мою сторону, прежде чем поспешно отвернуться и найти что-то еще, на чем можно было сосредоточиться. С тех пор как я поджарила уродливое, похожее на кабана существо, известное как мадаганс, люди чувствовали себя неловко рядом со мной. А когда мой бывший оторвал голову женщине, будто та была всего лишь куклой Барби, то солдаты вообще стали меня избегать.
Вместе с людьми собрались и пять демонов, приближенных к Кобалю. Корсон прислонился к стене, жуя жвачку и кокетливо улыбаясь хорошенькой рыжеволосой женщине. Желтые птицы свисали с кончиков его заостренных ушей. Кобаль ненавидел, когда Корсон носил серьги, которые ему дарили женщины, занимавшиеся с ним сексом. Я же находила это забавным, так как он был единственным, кто имел чувство юмора.
Кобаль как-то обмолвился, что Корсон был адхен демоном, — озорным эльфоподобным демоном — что вполне подходило ему, учитывая уши, характер и гибкое телосложение. Его черные волосы были такого темного цвета, что при свете отливали синевой. Неаккуратно остриженные локоны обрамляли его узкое лицо.
Глаза лимонного цвета остановились на мне. Корсон выдул пузырь жвачки, переводя взгляд с меня на Кобаля. Я чувствовала напряжение, исходившее от нас обоих, пока мы стояли неподвижно в коридоре и решительно отказывались смотреть друг на друга.
— Кто-то капризничает, когда его будят, или у нас очередная любовная ссора? — обратился ко мне Корсон.
Вдруг я поняла, почему Кобаль так часто желал сорвать серьги с ушей Корсона. Кобаль резко повернулся к нему. Корсон оттолкнулся от стены и вытащил серьги. Он ухмыльнулся мне, когда Кобаль вновь отвернулся. Я хмуро посмотрел на него в ответ, что только вызвало у демона более широкую улыбку.
Корсон и Бейл стали теми двумя, с кем я в последнее время проводила больше всего времени. Бейл всегда была сдержана, а Корсон постепенно стал моим единственным другом в этом месте. Как бы он временами ни раздражал меня, я наслаждалась его обществом.
Возможно, я и считала его единственным другом, но при выборе Корсон всегда предпочтет Кобаля. Кобаль был его королем. Они провели вместе многие века, борясь и сражаясь в попытке исправить то, что Люцифер разорвал на части, когда вошел в ад. Я была обычной женщиной, которую судьба свела с Кобалем. И казалось, что эта судьба обладала изощренным чувством юмора. Избранный царь Ада вступил в отношения с потомком своего злейшего врага, да еще и смертным. О да, кто-то где-то хорошо посмеялся над этой ситуацией.
— Что происходит? — прошептал я Корсону, когда Кобаль отошел, чтобы поговорить с Бейл и Мораксом.
— Скоро все узнаешь, — ответил он и вновь надел серьги.
— Корсон…
— Ничего плохого, — заверил он.
Я вопросительно посмотрела на него, но он тут же повернулся и заговорил с Верин. Потрясающая — единственное слово, которое я могла придумать, чтобы описать Верин. Если ее видели люди из нашего измерения, которые могли заглядывать за завесу, как это было с некоторыми существами из мира демонов, то Верин послужила бы источником легенд о сиренах и суккубах.
Ее волосы и глаза были цвета солнца. Кончики локонов касались изгиба тонкой талии. Большинство мужчин и некоторые женщины останавливались, чтобы посмотреть, когда Верин проходила мимо, но она была избранной Моракса, а никто в здравом уме не рискнул бы связаться с ним.
Моракс казался грозным и странным в глазах любого человека, с которым сталкивался, да и, вероятно, даже нескольким демонам. Его кожа в виде чешуек переливалась насыщенными оттенками зеленого. Добавьте к этому шесть футов и два дюйма роста, длинный мощный хвост, острые как бритва зубы, две пары одновременно моргающих век и оранжевые змеиные глаза. Большинство людей были готовы бежать, как только видели шестидюймовые рога, растущие из его лысой головы и изгибающиеся навстречу друг другу.
Никто не собирался нападать на Верин с Мораксом даже в миле отсюда. Я не сомневалась, что Моракс сделал бы смерть любого смельчака очень неприятной. Мой взгляд остановился на укусах на их шеях, которые обозначали, что они нашли избранных друг в друге.
Еще до того, как я поняла, что означали эти метки, они каким-то странным образом завораживали меня. Теперь я знала, что моя демоническая часть инстинктивно распознавала значение укусов.
Метки Кобаля на мне постепенно исчезали. Да и мои укусы на нем практически пропали, но я так сильно хотела вернуть их, что почти ощущала вкус плоти Кобаля, которая поддавалась натиску моим зубам. Я задрожала от мучительного желания и закрыла глаза, чтобы не чувствовать притяжение, которое пыталось подтолкнуть меня к Кобалю. Притяжение, от которого я никогда не смогла бы избавиться независимо от того, насколько большую дистанцию установила между нами. Наша связь не могла быть разорвана.
Почувствовав себя немного более уверенно, я открыла глаза и увидела, как Шакс подошел к Верин и Корсону. Большинство женщин повернулись, чтобы проследить за Шаксом. При росте шесть футов один дюйм он выглядел самым человечным и самым красивым из демонов. Его светлые волосы волнами ниспадали на точеное лицо, которое, вероятно, больше подошло бы ангелу, нежели демону. Его желтые цвета подсолнечника глаза излучали тепло, а одежда облегала тело, как перчатка.
— Заканчиваем заполнение едой последнего грузовика, — заявил Шакс.
— Хорошо, — ответила Верин.
Движение в первых рядах людей привлекло мое внимание. Полковник Ульрих Макинтейр, или просто Мак, как его называли большинство, высунул голову из столовой. Он что-то пробормотал Бейл и Кобалю, а те кивнули в ответ.
Огненно-рыжие волосы Бейл замерцали в свете ламп, когда она повернулась лицом к людям, стоявшим позади. Из-за красной кожи она выглядела так, словно была соткана из огня. Она одарила дикой улыбкой ближайшего парня, который совершил ошибку, попавшись на том, что пялился на ее впечатляющее декольте. Глаза цвета лайма прошлись по мужчине, из-за чего его взгляд опустился на собственные ботинки.
Кобаль развернулся и прошел вдоль ряда людей, чтобы встать рядом со мной. Мою кожу стало покалывать из-за его близости. Его огненный запах заполнил мои рецепторы, когда я глубоко вдохнула. Я подавила желание обхватить себя руками в тщетной попытке сохранить самообладание, когда он повернулся лицом к остальным.
— Как только вы войдете в эту дверь, то за вами установят пристальное наблюдение. Имейте в виду, все, что вы скажете, будет услышано. Если хотя бы один из вас упомянет что-нибудь о том, что находится по эту сторону стены, то каждый человек в той комнате будет вынужден остаться, — заявил Кобаль. — Ни для кого не будет пути назад.
По комнате прошел ропот, пока люди пытались понять, о чем он говорил. Я уставилась на прямую линию подбородка Кобаля, размышляя над его словами.
— О том, чем мы занимаемся, нельзя говорить открыто, вообще нельзя, иначе вам и вашим семьям придется расплачиваться за последствия ваших действий, — продолжил Кобаль.
Я перевела взгляд на дверь, когда гул толпы мгновенно стих. Этого не могло быть. Никому, кто не вызвался добровольно, не разрешалось подходить к стене. Я была одним из тех исключений, которое пришлось неохотно принять, так как демоны пытались найти потомка Люцифера. И в моем лице они наконец-то сорвали джекпот.
Мак широко распахнул дверь. Люди переглядывались, прежде чем зайти в смежную комнату. Когда первые исчезли внутри и послышались радостные крики, очередь все быстрее и быстрее начала проходить через дверь. Я застыла, пытаясь осознать происходящее, а мое сердце лихорадочно забилось в груди.
Неужели там были мои братья? Они ждали меня? Я была слишком напугана, чтобы узнать ответ, слишком напугана способностью своей матери все портить. Я могла войти в дверь и обнаружить, что там меня никто не ждал. Когда последний человек переступил порог, рыдания и смех раздались в коридоре. Мак толкнул дверь чуть шире и выжидающе посмотрел на меня.
— Ривер? — поинтересовался Мак.
Обсидиановые глаза Кобаля были непроницаемы, когда встретились с моими. Он обещал, что постарается устроить мою встречу с братьями до отправления на миссию, но это было до того, как я приказала ему убираться из моей жизни. Неужели отказ изменил его мнение на мой шанс снова увидеться с братьями?
Нет, он не мог так поступить. Может, Кобаль и не очень уважал человеческую жизнь, но не был жестоким. Он не привез бы сюда семьи других людей, проигнорировав моих братьев, но я все равно не могла пошевелиться.
Что-то в выражении его лица изменилось. В нем появилось нежность, которую я не видела уже несколько дней.
— Иди, — подбодрил он гораздо более добрым тоном, чем раньше.
Мне потребовались все силы, чтобы сделать первый шаг. Как только я осмелилась, то мои ноги уже не касались пола, пока я не оказалась по ту сторону двери. Столовая была переполнена людьми, которые плакали и смеялись, обнимались и оживленно разговаривали. Поднявшись на цыпочки, я лихорадочно оглядела толпу в поисках Гейджа и Бейли.
— Сестра!
Я резко повернулась направо и увидела бегущего ко мне Гейджа с Бейли на руках, из-за чего на мои глаза навернулись слезы. Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как я слышала свое имя из уст брата и видела их любимые лица.
Из меня вырвался сдавленный крик, когда я споткнулась, прежде чем побежать к ним. Бейли поднял голову с груди Гейджа, когда увидел меня. Он вынул большой палец изо рта и выкрикнул мое имя:
— Ривер!
Я обхватила их руками и крепко прижала к себе.
Глава 3
— Что здесь происходит, Ривер? — спросил Гейдж, когда мы устроились в углу за столом в дальнем конце комнаты. Проигнорировав стол, мы сели на полу. В то время как возле остальных семей крутились и следили за разговорами старшие военные мужчины и женщины, такие как Мак, за мной присматривал единственный демон в комнате, который мог полностью сойти за человека — Шакс.
— Я не могу говорить об этом, — пробормотала я, забирая Бейли из рук брата и усаживая его к себе на колени.
Я откинула пряди прекрасных светлых волос Бейли с его пухлого лица. Он свернулся калачиком у меня на груди и прижался к моей шее. Я почти забыла, какой он был теплый и мягкий. Почти забыла запах его детской присыпки и молока, которое он пил. Бейли так сильно вырос за эти два месяца. Я скучала по брату. И понимала, что могла пропустить все оставшиеся дни его жизни.
Пока я находилась здесь, то старалась не позволять мыслям о братьях и дыре, которая образовалась в моем сердце, поглотить меня. Теперь же вся печаль и одиночество, вызванные разлукой с ними, переполнили меня эмоциями.
Бейли вытащил большой палец изо рта и уставился на меня.
— Не плачь, Ривер.
Я подавила рыдание и наклонилась, чтобы поцеловать его в лоб.
— Ничего не могу с собой поделать. Я так рада вас видеть.
Он закрыл глаза и прижался носом ближе к моей груди, стиснув в кулачках мою рубашку. Я крепче обняла его, прежде чем сосредоточиться на Гейдже.
— Как у вас дела?
Он откинул назад прядь своих светло-песочных волос. Локоны стали длиннее с тех пор, как я видела брата в последний раз. Его карие глаза были встревожены из-за меня, а веснушки на щеках и носу стали более заметны из-за загара.
— У нас все хорошо, — ответил он.
— Лиза и Асанте хорошо к вам относятся?
— Да, мы в полном порядке, честно. Мы скучаем по тебе.
Я положила руку на его щеку.
— Я тоже очень по вам скучаю. Вас хорошо кормят?
Гейдж откинулся назад и развел руки.
— Разве я выгляжу так, будто голодаю?
— Похоже, ты даже немного прибавил в весе, — призналась я.
— Десять фунтов, — гордо заявил он. — Благодаря работе Асанте в качестве охранника и еды, которую нам обещали, когда увозили тебя, у нас даже остаются излишки, поэтому мы часто раздаем пищу нуждающимся.
— Здорово, — с трудом выдавила я, сглотнув комок в горле. По крайней мере, хоть что-то хорошее вышло из моего уезда. Я поцеловала Бейли в макушку, когда он тихо засопел. — Как она?
— Так как мы больше не заботимся о ней, то ей приходится чаще выходить на улицу. Несколько раз я видел ее в городе, но не стал разговаривать. Впрочем, мало кто контактирует с ней, — Гейдж сразу понял, кем была «она». Наша мать, та самая, которая сдала меня в надежде получить какую-то выгоду. К счастью, она лишилась и своих детей, и то, что хотела выудить.
— Она все равно никогда толком не общалась с людьми, — заметила я.
— Сейчас она стала изгоем, потому что сдала собственного ребенка, — в голосе Гейджа звучали стальные нотки, и я впервые осознала, насколько он повзрослел. В мое отсутствие Гейдж превратился в мужчину. Его голос изменился и стал более глубоким, а над верхней губой появились светлые волоски.
— Я так горжусь тобой, — прошептала я.
Он немного отстранился.
— За что?
— За то, каким ты стал, за то, что ты заботишься о Бейли, за то, что ты был моей опорой.
— Я был бы достоин твоей гордости, если бы помешал им забрать тебя. В итоге ты оказалась той, кого они искали?
Я взглянула на Шакса. Демон едва заметно покачал головой.
— Я не могу говорить об этом, — пробормотала я.
Гейдж посмотрел на демона, стоящего в отдалении, и наклонился ближе.
— Как насчет тебя, здесь с тобой хорошо обращаются?
— Я в полном порядке.
Его пристальный взгляд пробежался по мне.
— Ты сильно похудела.
— Мы много тренируемся. Поверь, еды здесь хватает на всех.
Я сдержалась и не прикрыла ладонью свою шею, когда глаза брата остановились на исчезающих отметинах, ведь если бы я это сделала, то лишь усилила бы его любопытство.
— Это что… укусы?
У меня закружилась голова, когда я попыталась придумать какой-нибудь правдоподобный ответ.
— Ах, нет… это уколы. Именно так они прививают нас.
Я не сумела определить, купился он на это или нет, так как его глаза были прикованы к моей шее.
— Ривер…
— Правда, я в полном порядке, — я взяла его за руку и крепко сжала. — Каждый день я узнаю что-то новое, у нас есть много еды и теплый кров. Я бы предпочла быть дома с вами, но сейчас это не реально.
— Почему они позволили нам прийти сюда?
— Не знаю.
— Что не так с этой стеной? Что происходит, раз они так не хотят, чтобы мы видели и знали о другой стороне?
Меня не удивило, что Гейдж сразу определил самую суть дела, он всегда был умным.
— Я не могу обсуждать что-то подобное, Гейдж. Пожалуйста, не спрашивай меня об этом.
Брат выпятил челюсть и недовольно сжал губы.
— Нам выделили не так уж много времени.
— Да, не много.
— Ты когда-нибудь сможешь вернуться?
— Я сделаю все, что в моих силах, чтобы это произошло, — поклялась я. — Чего бы это ни стоило.
Я не смотрела на Шакса, когда давала обещание. Я боялась, что он снова отрицательно покачает головой. Но если я каким-то образом переживу это путешествие в Ад, то воссоединюсь со своими братьями, чего бы мне это ни стоило.
— Расскажи, что происходит в городе, как у всех дела. Есть ли какие-нибудь новые сплетни? — спросила я. — Чем ты занимаешься?
Он подвинулся ближе ко мне, прижавшись плечом к моему плечу. Гейдж начал рассказ о том, что происходило в городе, и о том, что он стал чаще встречаться с девушкой по имени Вишенка. Я заметила интерес между ними еще до того, как меня увезли. Гейдж положил голову на мое плечо, подавил зевок и продолжил повествование. Я обняла его и прижала к себе, когда его голос стал еще более приглушенным.
Я думала о том, что брат повзрослел, но продолжал прижиматься ко мне как когда-то в детстве. Пока бушевала война, я лежала ночью без сна, обнимая его и молясь, чтобы мы дожили до утра. После войны Гейджа мучили кошмары. Он часто просыпался среди ночи и приходил ко мне в комнату. Он знал, что лучше не обращаться к нашей матери.
Когда ему исполнилось восемь, я иногда просыпалась и слышала, как он плачет по ночам, так как решил, что уже слишком взрослый, чтобы забираться ко мне в постель. Насколько мне было известно, ему все еще снились кошмары, но Гейдж прекратил говорить о них после рождения Бейли и стал закрывать дверь спальни. Он был полон решимости быть сильным, старшим братом для Бейли.
Я подняла голову и уставилась в потолок, борясь со слезами, навернувшимися на глаза, когда ощутила теплое дыхание братьев на своей коже и вдохнула их знакомые, любимые ароматы. Все это организовал Кобаль. И хоть он привел сюда все семьи тех, кто уезжал завтра, я знала, что он сделал это для меня. Я никогда не смогу как полагается отблагодарить его.
Склонив голову, я прижалась щекой к голове Гейджа. Я старалась не засыпать, ведь то немногое время, что у нас оставалось, пролетело бы слишком быстро, но сон все равно утащил меня в свои глубины.
***
Стоя в одном из коридоров, ответвляющихся от столовой, я наблюдал, как Ривер подбежала и обняла своих братьев. Самый младший протянул к ней руки и с нетерпением перелез в ее объятия. Тот, что был постарше, улыбнулся и обнял ее. Уголки моих губ дрогнули от ее смеха и радости в глазах.
Такая редкая, такая мимолетная улыбка. Мне казалось, что с тех пор, как я видел ее в последний раз, прошли месяцы, а не дни. Ривер больше не улыбалась мне, а рядом с людьми у нее и вовсе не было причин это делать. Они почти не разговаривали с ней, большую часть времени пытаясь игнорировать.
Ей было очень одиноко здесь. Я никогда не задумывался об этом, пока не увидел слезы, наполняющие ее глаза при виде братьев. Редкие веснушки на ее носу стали более заметны в резком свете, как и шрам в углу правого глаза. Шрам, который она получила в детстве из-за инцидента с рыболовным крючком. Полированное ожерелье из морских раковин, которое она всегда носила, сияло в свете ламп над головой.
Ясный фиолетовый цвет ее глаз мерцал, заставляя их ярко выделяться на фоне загорелой кожи и черных как смоль волос. Мой жадный взгляд пробежался по ее округлому лицу и гордому подбородку, чтобы запомнить выражение настоящей радости. Многие не посчитали бы ее красивой, хотя на самом деле Ривер была прекрасна. Для меня она была самой великолепной женщиной в мире. Я бы отдал все, чтобы дарить ей подобное счастье каждый день до конца ее жизни. Вместо этого я собирался разлучить ее с семьей, чтобы втянуть в бесконечный кошмар, который она, возможно, не переживет.
Это был единственный способ спасти нас всех. К тому же Ривер была намного сильнее, чем думала. Она уже выстояла против мадагансев и ревениров. Выдержала недоверие и уединение, с которыми столкнулась в лагере. Приняла все, что я давал на тренировке, а затем и в моей постели.
Я был полон решимости проявлять нежность, пока был внутри нее. Ривер была смертной, а я не хотел причинять ей вред, но она никогда не позволяла мне сдерживать себя и приняла мою метку, мои притязания и мой ненасытный аппетит с рвением, которое более чем соответствовало моему. Я никогда не верил, что найду свою избранную, и уж точно не ожидал, что она окажется смертной дочерью Люцифера, моего злейшего врага. Но Ривер несла в себе нечто большее, чем я когда-либо мечтал увидеть в избранной. Вот только она выбрала жизнь без меня.
Я должен был уйти и дать ей свободу, о которой она просила, но не мог. У меня не было выбора, Ривер должна была остаться со мной. Я был единственным, кто мог защитить ее от нависшей над нами угрозы, а Ривер, возможно, была единственной, кто был способен положить конец царству ужаса Люцифера.
Люциферу уже удалось сломать одну из печатей Ада. Если у него получиться разрушить еще больше, пока врата открыты, то никакая стена не сумеет удержать ужасы, живущие в аду, подальше от человеческой расы.
Я не мог позволить Ривер вернуться к ее прежней жизни, так как с действующими вратами та не продлится долго.
Кроме того, Ривер принадлежала мне. Сейчас она злилась на меня, и я понимал, что плохо справился в случае с женщиной, которая пыталась убить Ривер, но когда я увидел, как Эйлин бросилась на нее с ножом, то отреагировал так, как должен был, убив человека. Ужасное выражение забрызганного кровью лица Ривер, пока она смотрела на меня так, словно впервые видела, навсегда запечатлелось в моем сознании. Я ненавидел этот взгляд и то, что именно я стал его причиной.
Если бы я мог что-то изменить, то все равно убил бы ту женщину, но сделал бы это в гораздо более уединенной обстановке вдали от Ривер и человеческих глаз. Как бы мне это не нравилось, но теперь мы были частью человеческого мира, значит, я должен был считаться с их мировоззрением. Никто из них не воспринял смерть той женщины хорошо.
После инцидента люди стали исключительно недоверчивы к демонам, а особенно ко мне. Вот почему я попросил Мака собрать здесь все семьи, а не только родню Ривер. Первоначальный план состоял в том, чтобы привезти к стене лишь братьев Ривера, но потом мы решили собрать остальные семьи в знак доброй воли и чтобы напомнить солдатам, за что они сражались. Мне не нравилось нянчиться с низшим, чрезмерно чувствительным человеческим видом, но я бы делал это снова и снова, лишь бы видеть сияющее выражение лица Ривера.
Я верну ее, но не стану извиняться за убийство Эйлин. Это было необходимо. Рано или поздно Ривер придет в себя, она была обязана это сделать. Я надеялся, что это произойдет раньше, а не позже, так как не думал, что сумею вынести более долгую разлуку со своей избранной.
Каждую ночь я лежал без сна, слушая, как она спит, и вдыхая ее запах. Я мучил себя воспоминаниями о том, каково это быть внутри Ривер и крепко прижимать ее к своей груди во время сна. Я больше не мог этого выносить, поэтому последние две ночи спал на земле недалеко от палатки. Снаружи я не слышал ее вздохов, пока она ворочалась в беспокойном сне.
Мне казалось, что она вернется в мои сны, но этого так и не произошло, хотя я всегда грезил о ней. Я не знал, было ли это связанно с тем, что она полностью закрылась от меня, или с тем, что она отгородилась от всего после встречи с Люцифером.
Я положил руки по бокам металлической двери, ведущей в столовую, и выпустил когти, которые вонзились в бетонную стену, наблюдая, как Ривер сидела в углу со своей семьей. Они склонили головы близко друг к другу, пока нетерпеливо разговаривали. Цвет кожи братьев сильно отличался от самой Ривер, но я видел некоторое сходство во всех их чертах. То, как они наклоняли головы или махали руками во время взаимодействия между собой, делало их очень похожими. Самый маленький, Бейли, насколько я помнил, сжал ее рубашку в своих крошечных кулачках и закрыл глаза.
Вот так будет выглядеть Ривер, укачивая наших детей. Она будет дарить им любовь, светясь от радости, как и своим братьям. Я так сильно хотел этого, что задрожал от желания, но затем вспомнил, что она велела мне убираться из ее жизни. Мои когти проделали дыры в стене. Осколки бетона упали к моим ногам, громко ударившись о плитку. Я хлопнул ладонями по стене и отвернулся.
Я изо всех сил старался взять себя в руки, пока шел по коридору к Маку, Бейл и Корсону. Этот демон снова вставил чертовы серьги себе в уши. Я с трудом подавил желание сорвать безделушки.
— Как все проходит? — поинтересовался Мак.
— Кажется, люди счастливы, — если честно, я смотрел только на Ривер. — Спасибо за то, что все устроил.
— Ты был прав. Встреча поможет им довериться вам, а вы как раз нуждаетесь в этом для того, с чем столкнетесь в будущем.
— Как отреагируют люди в лагере, когда узнают, что здесь произошло сегодня ночью? — спросил Корсон у Мака.
— Без сомнения, они будут недовольны, — Мак вздохнул, — но, по моему мнению, все уже поняли, что не всегда могут получить то, что хотят. Если сегодня все пойдет хорошо, я распоряжусь, чтобы еще несколько семей были приглашены для кратких, контролируемых визитов. Будущие свидания будут происходить по другую сторону стены с меньшими группами, но такие встречи с семьями помогут укрепить моральный дух.
— Если мы добьемся успеха, то, возможно, больше не будет смысла охранять стену, — заметила Бейл.
— Верно, — согласился Мак.
— Итак, у нас все готово к отъезду? — поинтересовался я.
— Готово, — быстро ответил Мак.
— Хорошо, — я прислонился к стене, желая дождаться утра тут, но через полчаса обнаружил, что снова бреду прочь. Шакс был внутри, наблюдая за Ривер, но я не мог удержаться, чтобы снова не увидеть ее улыбку. Стоя перед дверью и смотря на Ривер, я чувствовал, как тоска пронзает мои внутренности.
Глава 4
— Ривер, — я подняла голову и зажмурилась из-за тусклых солнечных лучей, проникающих сквозь окна кафетерия. Тепло у моей груди заставило мое сердце забиться быстрее. Я посмотрела на Бейли и Гейджа, уютно устроившихся в моих объятиях. — Нам пора уходить.
Слова Шакса заставили меня сосредоточиться на нем. Я старалась не плакать, крепче обнимая братьев. Гейдж пошевелился, а Бейли прижался губами к моей шее, согревая мою кожу своим дыханием. Я не успела насладиться встречей с братьями, а нам было пора снова расставаться. Может, на этот раз навсегда.
Я едва сдерживала рыдания.
— Мне пора уходить, — прошептала я, когда Гейдж поднял голову с моего плеча.
Его глаза наполнились слезами. Он сморгнул их и прикусил дрожащую нижнюю губу.
— С нами все будет хорошо. Я позабочусь о нем, — пообещал брат.
— Я даже не сомневаюсь, — я стиснула его руку и на мгновение прижалась лбом к его лбу. — Я сделаю все, что в моих силах, чтобы снова увидеться с вами.
Я попыталась оторвать от себя Бейли, но он крепко обнял меня за шею. Его ресницы защекотали мою кожу, когда малыш распахнул глаза.
— Нет! — закричал он, когда я снова попыталась отстраниться.
— Мой вонючий жучок, вам пора уходить, — выдавила я. — Мы скоро снова увидимся.
Я поцеловала и обняла Бейли, прежде чем Гейдж забрал его.
— Нет, нет, нет! — запротестовал Бейли.
Его крики, пронзающие мое сердце, ранили гораздо сильнее, чем любые вопли ревениров. Мое горло сжалось, из-за чего стало трудно дышать. Бейли замахал руками и попытался высвободиться из объятий Гейджа. Шакс отошел от нас на несколько шагов к столу и уставился на одну из боковых дверей.
Расправив плечи, я наклонилась и поцеловала Бейли в макушку.
— Все будет хорошо, Бейли. Я буду всегда любить тебя.
Бейли расплакался, когда я обняла их обоих.
— Они говорили, что я должен отпустить тебя, но я не хочу! — всхлипнул он.
Я откинула волосы с лба Бейли и наклонилась, чтобы поцеловать его раскрасневшиеся щеки.
— Знаю, Би, но мне нужно идти. Я обещаю сделать все возможное, чтобы увидеть вас снова как можно скорее. Я люблю тебя.
Бейли судорожно всхлипнул, но все же перестал кричать и цепляться за меня.
— Я люблю тебя, — пробормотал Гейдж. — Будь осторожна и береги себя.
— Я тоже люблю тебя.
Я отвернулась и зашагала к главному выходу прежде, чем начала кричать в отрицании посреди столовой.
«
Я присоединилась к другим солдатам, выходившим за дверь. Я чувствовала запах их слез, ведь они снова покидали своих близких, но еще видела решимость в плечах. Приглушенные рыдания тех, кого мы оставили, преследовали нас до самой двери.
Оглянувшись, я в последний раз помахала братьям рукой и улыбнулась, прежде чем выйти в коридор и отправиться в путешествие, где, скорее всего, меня ждала смерть. Слезы текли по моему лицу, но не из-за возможной потери жизни, а из-за вероятности больше никогда не увидеть родных. Они были всем моим миром с тех пор, как родились, но если моя смерть означала спасение их жизней, то я была готова пойти на это.
Я вытерла слезы и остановилась возле Кобаля, стоявшего у двери на улицу. Он посмотрел на палатки на вершине холма, прежде чем повернул голову и сосредоточился на мне. Я понятия не имела, о чем он думал, но когда глаза Кобаля встретились с моими, то на его челюсти дернулся мускул.
— Спасибо, — произнесла я.
Его полные губы оставались сжатыми еще с минуту, но затем Кобаль все же заговорил:
— Нам нужно было восстановить доверие людей.
Я уставилась на него, не зная, как отнестись к заявлению.
— Думаю, у вас получилось.
— Правда? — поинтересовался он.
Я действительно не понимала, как это воспринимать. Некий способ Кобаля извиниться? Если так, то мне стоило признать, что ему было не за что просить прощения. Кобаль поддался инстинктам, когда убил Эйлин, а я немного расстроилась из-за своей человечности. Он не должен был извиняться за то, кем являлся. Может, в моих глазах его действия были неправильными, но на самом деле Кобаль поступил как обычный демон. Услышать его извинения было все равно, что ожидать, будто акула попросит прощения у рыбы, которую съела.
Кобаль продолжал выжидающе смотреть на меня, пока я пыталась понять, что он имел в виду. Неожиданно он развернулся на пятках и пошел прочь.
— Ты поедешь со мной, — слова были брошены мне через плечо. — И если вздумаешь спорить или выкинуть что-нибудь еще, то я прикажу пристегнуть тебя ремнями к машине на глазах у всех.
Мне стоило разозлиться из-за его высокомерного приказа, но он привел сюда, хоть и ненадолго, моих братьев, поэтому внутри меня не осталось гнева. Впрочем, я была уверена, что это чувство не продлится долго.
***
Я не мог оглянуться, пока шел по траве мимо припаркованных машин, которые должны были увезти нас отсюда. Слезы в ее глазах разрывали меня изнутри, а крики ее младшего брата эхом отдавались в моих ушах. Я никогда раньше не испытывал сочувствия к людям, пока в мою жизнь не вошла Ривер. Я бы никогда не предпринял нечто такое, что могло бы осчастливить людей, потому что их счастье ничего для меня не значило.
Теперь все, чего я хотел — видеть радость Ривер. Я хотел этого даже больше, чем заполучить трон… трон, ради которого я трудился все свои полторы тысячи шестьдесят два года. Врата должны были быть закрыты, Люцифера стоило остановить, но прямо сейчас я бы отказался от плана, вернул бы Ривер Бейли и увез их далеко от этого места.
Но в конце концов печати не выдержали бы и сломались, заставив Люцифера почувствовать, что его растущая армия была достаточно сильна, чтобы ходить по Земле и преодолевать препятствия, с которыми он мог столкнуться, тогда стена бы рухнула. Впрочем, до этого момента Ривер была бы счастлива.
А потом она все равно бы погибла.
Мои когти впились в ладони, когда я сжал кулаки. Я решил придерживаться цели, которую определил со второй секунды своего появления на свет, но уже не ради получения трона, а из-за Ривер. Я намеревался убить ублюдка раз и навсегда, чтобы подарить Ривер жизнь, которую она заслуживала, даже если это означало, что наши пути навсегда разойдутся.
Наконец, почувствовав себя достаточно уверенно, чтобы посмотреть на Ривер, я взглянул на ее склоненную голову. Взгляд девушки был прикован к ботинкам, пока она шла за мной через двор к палаткам. Откинув полог палатки, я дождался Ривер, пропустил ее вперед и зашел следом.
— Собирай вещи, — приказал я гораздо резче, чем намеревался.
Мои глаза остановились на ее устах, когда она подняла голову, чтобы посмотреть на меня. Я вспомнил сладкий вкус ее губ, когда аромат свежего дождя и влажной земли затронул мои рецепторы в носу. Мой член затвердел из-за растущего желания к Ривер.
Исчезающие отметины на ее плоти чуть не заставили меня невольно зарычать. Мои руки сжались в кулаки, а когти удлинились, когда я воспротивился порыву схватить девушку и снова заявить на нее права. Демоны видели в Ривер мою избранную и без этих отметин. Они чуяли на ней мой запах, но я хотел, чтобы люди тоже знали. Она была моей.
— Что ты делаешь? — ахнула она, когда с моих ладоней на землю скатились капли крови. — Кобаль, прекрати!
Когда она подошла и схватила меня за руку, я вырвался из ее хватки. Сейчас ее прикосновения слишком сильно влияли на меня, сводя мое сопротивление на нет.
— Не нужно! — прошипел я сквозь зубы. — Не стоит сейчас прикасаться ко мне, если только ты не собираешься снова подпустить меня к своему телу.
Краска сошла с ее лица, когда она перевела взгляд с моих рук на мое лицо. Ривер излучала отчаяние, но в ее запахе ощущался растущий голод. Она могла бы снова приказать мне убраться из ее жизни, но все равно не сумела бы скрыть свою тягу и потребность во моих ласках.
— Кобаль…
— Я готов овладеть тобой прямо сейчас, Ривер, так что, либо скажи «да», и я раздену тебя быстрее, чем ты успеешь моргнуть, либо собери вещи, чтобы мы могли уйти.
Ее тело инстинктивно качнулось в мою сторону, прежде чем Ривер сделала быстрый шаг назад. Разочарование пронзило меня. Все демонические инстинкты вопили, чтобы я взял ее, заявил права и еще раз пометил. Под моей кожей извивались гончие, выражая свое недовольство.
Я не знал как, но каким-то образом мне удалось сдержаться, не притянуть Ривер в свои объятия и не прижаться к ее губам в поцелуе. Не в силах отрицать желания своего тела и демонические инстинкты, Ривер уступила бы мне, но это не продлилось бы долго, так как в игру все равно вступила бы ее человеческая сторона. Гнев Ривер вернулся бы, заставляя ее ненавидеть меня еще сильнее.
Я хотел, чтобы она пришла в мою постель, но по своему желанию, а не потому, что мы оба потеряли контроль над собой.
— Я не хотела, чтобы между нами все было вот так, — прошептала она.
— Разве? — я стиснул зубы.
Она отпрянула.
— Нет, не хотела.
— Иди, Ривер.
Девушка замешкала, прежде чем развернуться и убежать в другую палатку. Она оглянулась из-за полога и открыла рот, чтобы что-то сказать, но затем замерла и скрылась из виду. У меня перехватило дыхание.
Если я не верну ее в ближайшее время, то предстоящее путешествие обещало быть мучительным.
Глава 5
Когда я закончила собирать вещи и покинула комнату, то обнаружила, что Кобаля уже не было в палатке. Выйдя на улицу, я нашла демона в нескольких футах от импровизированного дома. Кобаль выглядел более сдержанным, а с его ладоней больше не капала кровь. Солнечные лучи выделяли его светлые пряди среди каштановых волос и подчеркивали мускулы на руках и плечах.
Во мне вспыхнули любовь и желание, но я быстро подавила эти чувства. Я заметила голодный блеск в янтарных глазах Кобаля, когда всего несколько минут назад он смотрел на меня. Эти янтарные глаза даже больше, чем окровавленные ладони, выдавали отсутствие у него самоконтроля. Я знала, что они приобретали такой цвет только тогда, когда Кобаль либо был сильно возбужден, либо жаждал чей-то смерти. Поскольку я понимала, что он никогда не причинил бы мне вреда, то это могло означать лишь одно.
Сдержанность, которую проявлял Кобаль, заставляла меня любить его еще больше, но я не могла отдаться потребностям своего тела и сердца. Когда я отвернулась от него в платке, то мне показалось, будто мое сердце вырезали из груди и втоптали в землю, но ведь я действовала во благо нас обоих, верно?
Я перевела взгляд на его шею. Мое сердце екнуло, а что-то внутри закричало, так как укусы, которые я оставила на его плоти, полностью зажили и исчезли. Любой демон знал, что я принадлежала Кобалю даже при отсутствии его меток, но сумели бы они определить без этих шрамов то, что он также принадлежал мне?
Это не должно было иметь значения, но имело.
Ни разу не оглянувшись, Кобаль повел меня к двадцати машинам, ожидавшим своей очереди. Большинство были пикапами, но было и несколько легковушек. Ранее мы приняли решение оставить тяжелые военные грузовики здесь на случай, если потерпим неудачу в нашей миссии.
Людям понадобилась бы техника, чтобы защитить стену и набрать новых добровольцев, если бы мы погибли. Кроме того, небольшие машины требовали меньше горючего, к тому же если по пути произойдут какие-либо поломки, то мы бы без труда нашли детали для замены. Все машины были загружены продовольствием, водой и бензином. Я чувствовала, что по сути мы должны были ехать на бомбах замедленного действия, но это было лучше, чем идти пешком всю дорогу.
Нас предупредили, что вся радиация от ядерных зарядов, выпущенных правительством в центр страны, была поглощена Адом, никак не повлияв на демонов и существ внутри.
Я не знала, кто были те подопытные крысы, которые проверяли эту теорию, но мы были уверены, что их кожа не отвалилась и у них не выросли хвосты. Также были взяты пробы радиации воздуха, но там ничего не обнаружили. В земле все еще была некоторая доля радиации, но не настолько серьезная, чтобы представлять опасность для здоровья и заставлять людей носить защитные костюмы, хотя я бы не отказалась от одного. Меня и так считали достаточно странной даже без третьего глаза и лишней руки.
Воздействие радиации на жизнь в окрестностях и вокруг до того, как Ад поглотил ее, было минимальным. Опять же, так нам говорили, но я все еще не могла избавиться от уверенности, что по дороге мы встретим пауков и комаров размером с небоскреб, или людей, которые обратились к каннибализму и теперь жили в горах.
Я поежилась от такой возможности. Демоны предупреждали нас, что во время путешествия мы встретим много ужасных созданий, а после мадагансев и ревениров я понимала, что они будут действительно страшными. Я очень надеялась, что все эти ужасы были порождением демонов, а не последствием от решений людей.
От меня не ускользнуло, как сильно изменился мой взгляд на мир за эти два месяца. Когда-то я всего лишь надеялась поймать рыбу. Теперь же я надеялась не встретить мутировавших существ, а только демонов на нашем пути в Ад.
— Мы поедем в этом, — обратился ко мне Кобаль и похлопал по кузову белого пикапа, прежде чем с напряженными плечами уйти.
Со вздохом я бросила свои сумки в кузов, затем подошла к пассажирской стороне и мужчине, стоящему у двери. Я узнала его из-за группы солдат, с которыми тренировалась всю прошлую неделю. Но мы никогда не разговаривали друг с другом, поэтому я не знала его имени.
Я всегда выделяла этого мужчину, поскольку именно он защищал меня перед Эйлин, прежде чем она предприняла попытку убийства. Кроме того, он был тем несчастным, кто держал Эйлин за руку, когда Кобаль отрывал ей голову.
Когда я приблизилась, его глаза цвета индиго пробежались по мне. Его темно-каштановые волосы были сбриты, оставляя только короткий ежик. Расправив плечи, мужчина походил на гордого военного… моя полная противоположность. Чрезвычайно красивый, с квадратной челюстью и точеными чертами лица, он был, по крайней мере, шесть футов два дюйма роста из твердых мышц, но по какой-то причине мне мужчина казался маленьким и каким-то скучным.
На нас упала тень, привлекая мой взгляд к Кобалю, который подошел к водительской двери пикапа. Именно из-за него все мужчины теперь выглядели для меня такими маленькими и непривлекательными. Пристальный взгляд Кобаля прошелся по нам обоим, прежде чем он открыл дверь.
— Залезай, — хрипло приказал он.
— Ты первый, — обратилась я к мужчине и указала на дверь.
Я отказывалась сидеть между ними и так близко к Кобалю. Я больше не доверяла своим реакциям на него, особенного после произошедшего в палатке. Кобаль искушал меня залезть на его колени и сорвать одежду, чтобы добраться до плоти под ней.
Мужчина выглядел так, будто я велела ему залезть в занятый гроб, тем не менее он открыл дверь и забрался внутрь. К счастью, у пикапа не было выпуклости между сидениями, иначе я бы чувствовала себя неуютно, заставляя его сидеть там. Сняв катану1 со спины, я положила ее в кузов, прежде чем поправить кобуру с пистолетами на боку. Сделав глубокий вдох, я забралась в пикап и закрыла дверь, последний раз взглянув на ту жизнь, которую знала.
Мужчина сгорбил плечи, стараясь не прикасаться ни ко мне, ни к Кобалю. Я не чувствовала себя оскорбленной его действиями, ведь теперь все люди вокруг поступали также, тем не менее я начала задумываться о правильности просьбы, чтобы он сидел посередине. Бедняга не смог бы двигаться после сегодняшнего дня, если продолжил бы все время быть таким напряженным.
Я проигнорировала суровый взгляд Кобаля, когда опустила стекло и положила руку на горячую металлическую дверь. Я сомневалась в способности Кобаля управлять автомобилем, пока он не завел его и не переключил рычаг на привод. Не то чтобы неумение водить имело значение, но я, к примеру, не знала этого, да и не была уверена, что незнакомец рядом со мной тоже был в курсе. Когда Кобаль обхватил руль руками, то я с облегчением увидела, что его трехдюймовые когти втянулись, а черные ногти снова стали нормальными.
Кобаль первым покинул город. Он выехал на разбитую дорогу, за которой я часто наблюдала. Дорога тянулась в бескрайнее ничто нашей страны от тренировочного поля, где мы проводили множество часов тренировок с тех пор, как я приехала. Теперь я понимала, что это буквально была дорога в Ад.
Посмотрев в зеркало, я обратила внимание на многочисленную группу добровольцев, солдат и демонов, оставленных для защиты стены. Все они собрались там, чтобы посмотреть, как мы уезжали. Очень многие рассчитывали, что мы не подведем. Закрыв глаза, я сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. У нас все получится. Я должна была найти способ и добиться успеха.
Мы не успели преодолеть даже милю, а обугленные остатки домов уже начали портить окружающий пейзаж. Красные и серые кирпичные трубы поднимались из нескольких развалин. У некоторых домов остались нетронутые веранды в отличие от разрушенных стен, а у других сохранилась аж половина строения, свидетельствуя о жизни, которая когда-то их наполняла.
К моему горлу подкатил ком, когда мы проехали мимо детской площадки. Зеленая трава, колыхающаяся под незримым ветром, выросла настолько, что стала касаться нижней части качелей. Металл качелей прогнулся посередине, сгибаясь под тяжестью разъедающей его ржавчины. Замок, сделанный из шин и дерева, прогнулся и почти касался земли.
Бейли с удовольствием играл бы даже в таком разваливающемся на части замке. Мне казалось, что я слышала гулкий смех детей, которые когда-то здесь бегали.
Отвернувшись от детской площадки, я сосредоточилась на изрытой колеями дороге, прежде чем напоминание о Бейли заставило меня снова заплакать. Кобаль сбавил скорость до десяти миль в час, чтобы сориентироваться на дороге. Нам обещали, что если все пойдет хорошо, то мы доберемся до места назначения через неделю.
Я очень сомневалась, что все пойдет хорошо, но держала свой пессимизм при себе. Я уже попала в черный список людей, поэтому не стоило ухудшать ситуации, добавляя ко всему прочему мою мрачную и обреченную личность.
Я клацнула зубами и ударилась коленом о бардачок, когда мы подпрыгнули на большой колее. Мужчина рядом со мной зашипел, так как резкий толчок чуть не заставил его коснуться меня. Мне было интересно, продолжили бы люди также настороженно относиться к моей персоне, если бы узнали, что я была частично ангелом, а не демоном. Вот только мне приказали скрывать ото всех данный факт.
Для людей я была каким-то странным человеком, который мог поджечь все вокруг и трахался с демоном, оторвавшим голову женщине.
На их месте я бы тоже не стала со мной разговаривать.
Глава 6
Прошел добрый час, но Горбатый оставался неподвижным, как статуя, а Кобаль смотрел на дорогу так, словно это был враг. Напряженное молчание начинало действовать мне на нервы. В итоге я решила, что должна перестать называть мужчину Горбатым.
— Как тебя зовут? — спросила я.
Он вздрогнул от моего голоса. После всего прошедшего времени я должна была привыкнуть к реакции других на мое присутствие, но не привыкла, поэтому его вздрагивание заставило меня отшатнуться. Я повернулась к окну, ожидая, что мужчина притворится, будто не слышал меня, и попыталась стряхнуть ноющую боль, которая появилась из-за его реакции. Они ненавидели меня так сильно, что не переносили даже звук моего голоса.
Я подняла руки и потерла виски, стараясь не обращать внимания на мужчину рядом.
— Я старший сержант Сью Хоксон, — произнес он.
Когда он заговорил со мной, то мои брови выгнулись до линии роста волос.
— Сью? — недоверчиво переспросила я, уверенная, что ослышалась.
Мужчина снова вздрогнул, но я поняла, что причиной его дискомфорта был не мой голос. Это был сам вопрос. Повернувшись, он сосредоточил на мне глаза цвета индиго.
— Да.
Я закрыла рот и пару раз моргнула, уставившись на мужчину. У него было самое странное имя, которое когда-либо давали парню, но кто я была такой, чтобы судить? Я была потомком Сатаны, которого нельзя было называть Люцифером.
— А мне еще казалось, что моя мама сделала странный выбор, когда назвала меня Ривер.
Его полные губы изогнулись в улыбке.
— Видимо, вкус моей мамы был еще хуже.
— Что такого плохого в Сью? — Кобаль перевел взгляд с дороги на нас.
Плечи Сью взлетели до самых ушей, когда он резко отшатнулся от Кобаля. Я с трудом сдержала смех, заметив это движение, ведь таким образом Сью явно пытался защитить свою голову и шею. Кобаль, должно быть, тоже понял это, так как нахмурился и вновь сосредоточился на дороге.
— В большинстве случаев именем Сью называют девочек, — объяснила я.
— Давай не будем приукрашивать. Имя Сью дают только девочкам, — возразил сержант.
— Почему твоя мать назвала тебя в честь женщины? — требовательно спросил Кобаль, всегда отличавшийся тактом.
Сью в итоге расслабился, что даже позволил себе повести плечами.
— Она была большой поклонницей Джонни Кэша2.
Теперь растерялась я. Я вопросительно посмотрела на него, надеясь, что Сью объяснит, но не желая давить в случае, если он замолчит.
Сью провел рукой по ежику на голове, прежде чем снова заговорить:
— Одна из его песен называется «мальчик по имени Сью».
— Ох, — выдохнула я. — Не уверена, что знаю слова песни.
— Отец уходит, но перед этим дает сыну имя Сью, чтобы сделать его жестче, — объяснил Сью. — Мой отец погиб в авиакатастрофе еще до моего рождения.
— Мне очень жаль.
Он пренебрежительно махнул рукой.
— Много лет назад.
— Я немного помню мотив, — я улыбнулась, радуясь, что со мной снова заговорил человек. — Значит, твоя мама считала, что имя Сью сделает тебя круче?
— Да, и, как я уже упоминал, она любила Джонни Кэша.
— Почему же тогда она не назвала тебя Джонни?
Он фыркнул от смеха.
— Я задавал себе этот чертов вопрос много раз на протяжении всей своей жизни.
— Думаю, что могу понять ее доводы, если она верила, якобы это имя сделает тебя сильнее.
— Можешь понять? — поинтересовался он. — Большинство людей зовут меня Хок из-за моей фамилии, но носить имя Сью было очень весело в начальной школе.
Я прикусила губу, чтобы не рассмеяться, и прислонилась к дверце пикапа. Кобаль постоянно посматривал на нас, поэтому мой взгляд упал на побелевшие костяшки его пальцев на руле. Он выглядел так комично, сидя в машине. Его голова была немного наклонена, чтобы не биться о крышу. Если бы у Кобаля были рога, то они, вероятно, пробили бы крышу насквозь. Его колени касались нижней части руля.
— Откуда ты родом? — спросила я у Сью.
— Фалмут.
— Серьезно? — я оживилась, когда он назвал город рядом с тем, в котором я выросла. Сью не только заговорил со мной, но и знал наш дом и океан. Мои пальцы пробежались по ракушкам на моем ожерелье, когда на меня нахлынули воспоминания о соленом запахе океанской воды. — Я из Борна.
Он расплылся в широкой улыбке.
— Соседи. Мы всегда надирали вам задницы, ребята, когда играли в бейсбол в средней школе.
— Я не присутствовала на матчах, — ответила я. — После бомбежек я заботилась о своей семье, поэтому у меня не было времени ходить в школу, а тем более заниматься спортом.
— Именно поэтому я и вызвался добровольцем, как только появилась такая возможность. Это обеспечило мою мать и сестер. Мой отчим умер от рака, когда мне было четырнадцать. Сколько тебе лет?
— Двадцать два, а тебе?
— Двадцать пять.
Мы разговорились о доме и о том, чего нам больше всего не хватало. Обсудили то, как все было устроено до войны и насколько ужасны были месяцы, в которых царили неопределенность и хаос. Я не могла поверить, как приятно было говорить с тем, кто понимал, каково это покинуть дом и оказаться здесь.
Кобаль больше не произнес ни слова и не посмотрел ни на кого из нас, но я знала, что он прислушивался к каждой фразе, ведь периодически его тело напряглось, а руки крепко стискивали руль.
***
Сью не двигался, практически не моргал и не дышал с тех пор, как час назад голова Ривера упала на его плечо. Пока мужчина решал, что делать с Ривер и со мной, то выглядел так, будто хотел попытаться прыгнуть в лобовое стекло, чтобы выбраться отсюда.
Я бы нашел его дилемму и выражение лица забавными, если бы мысль о его физическом контакте с Ривер не заставляла меня так нервничать. Вместо того чтобы рассмеяться, я старался сдержаться и не выкинуть Сью в окно, чтобы самому сесть на его место и поддержать голову Ривер.
Казалось, он понимал, в какой опасности находился. Я слышал, как быстро колотилось его сердце в груди. На лбу Сью выступил пот. Мужчина источал резкий запах страха. За все время, пока Ривер спала, он не сдвинулся ни на дюйм, слишком боясь прикоснуться к ней, чтобы оттолкнуть.
Я отчетливо помнил то ощущение, когда в прошлом она прижималась ко мне головой. Тепло и гибкость ее тела, аромат лимонов и свежего дождя, исходящий от шелковистой кожи — все это стало частью меня. Запахи всегда были чем-то, на что я остро реагировал. За всю свою жизнь я никогда не чувствовал и не ощущал ничего более великолепного, чем Ривер. Ее тело, двигавшееся подо и надо мной, даря самые восхитительные ощущения, которые я когда-либо испытывал за полторы тысячи шестьдесят два года существования.
Когда она прижимала руку к моему сердцу и доверчиво лежала рядом, то вызывала только восхищение. Ривер была единственной женщиной, с которой я спал всю ночь, единственной женщиной, с которой я когда-либо буду спать. Заявление прав на Ривер что-то изменило во мне, а потом я потерял ее.
Черт!
Я резко рванул руль, свернув на поляну на вершине холма и, доехав, затормозил. На самом деле я и так собирался остановиться здесь на ночь, но в данный момент мне нужно было срочно выбраться из машины. Ривер подняла голову с плеча Сью. Она удивленно моргнула, глядя на мужчину, прежде чем отпрянуть. Ее лицо покраснело, и она прикрыла рот рукой.
— Прости, — пробормотала Ривер.
Сью быстро кивнул, а его взгляд устремился к двери. Я распахнул дверцу и выбрался из тесной машины. Я хотел поднять пикап и перевернуть его на бок, лишь бы больше не залезать внутрь, но, к сожалению, машина еще была нужна нам.
— Что мы здесь забыли? — полюбопытствовала Ривер, вылезая с другой стороны пикапа.
Когда взгляд девушки сосредоточился на горизонте, то по ее телу пробежала дрожь, из-за чего она обхватила себя руками за талию. Я окинул взглядом сгоревший город под нами. Он был в полумиле вниз по склону, но достаточно близко, чтобы рассмотреть руины. С нашего наблюдательного пункта мы могли заметить все, что попыталось бы на нас напасть.
Я видел этот город и раньше, но, наблюдая за глазами Ривер, понял, что тот выглядел пугающим и плачевным. Может, ядерные бомбы и не были сброшены именно в этом районе, но в городе все равно бушевали пожары и проходили сражения. Те немногие сохранившиеся от битв здания были разрушены годами запустения и непогоды.
То, что осталось от строений, было серым или черным от копоти и пожаров, но на дорогах и вокруг цвела трава, деревья снова пускали корни, а жизнь возвращалась в прежнее русло. Олени двигались среди обломков, на ходу жуя траву. Я знал, что среди зданий прятались и другие, более коварные животные, но сейчас олени были в безопасности и могли позволить себе спокойную прогулку.
— Пора закончить этот день, — пояснил я.
— В этом городе есть ревениры? — спросила она.
Я отвернулся от угасающего солнечного света, отражающегося от некоторых закопченных окон, чтобы посмотреть на Ривер.
— Возможно, но я сомневаюсь в этом.
— Почему? — поинтересовался Сью.
— Животные до сих пор живы. Ревенирам не обязательно питаться людьми. Без жизненной силы ревениры умирают.
— Раз ревениры питаются животными, то значит ли это, что мы можем наткнуться на кучу гниющих, мумифицированных зверей, которые ищут жизненную силу? — спросила Ривер сдавленным голосом.
— Нет, раньше оживали только демоны, а теперь люди. Адские животные, такие как мадагансы, просто погибают после встречи с ревенирами. Они недостаточно сильны, чтобы восстать из мертвых.
— Хорошие новости, — пробормотал Сью.
— Завтра мы поедем туда? — Ривер махнула рукой в сторону города.
— Туда, — подтвердил я. В последний раз я преодолевал этот путь много лет назад, когда возвращался к неестественным вратам. Наше путешествие будет нелегким, и я знал, что придется сделать не один крюк, но сейчас это был самый короткий путь.
Подойдя к задней части пикапа, я вытащил спальный мешок для Ривер.
— Следуй за мной, — приказал я.
Я заметил, как ее упрямство поднялось вместе с выпяченным подбородком. Но Ривер не стала спорить, вместо этого повернувшись к своему новому другу.
— Увидимся позже, Сью.
— Зови меня Хок, пожалуйста, как и все остальные.
Я стиснул зубы, когда она улыбнулась сержанту, но не сдвинулся с места, когда Ривер подошла ко мне.
— Я сама найду себе место для ночлега, — заявила девушка.
— Я предпочитаю, чтобы ты держалась подальше от людей.
В ее глазах промелькнула боль, тем не менее она зашагала рядом со мной, направляясь к деревьям.
— Я тоже человек.
— Ты же знаешь, что это не совсем так.
Я так и не понял, как мне удалось довести ее до бешенства, но взгляд, который Ривер бросила на меня, подсказал, что она с радостью загнала бы мои яйца мне же в глотку.
Хорошо, что она еще не полностью освоила управление потоком жизни.
— Как по мне, то я больше человек, нежели что-то другое. Во мне нет безразличия, а еще я испытываю сострадание и любовь, — ответила она.
— Демоны тоже умеют любить.
— Не думаю, что мы говорим об одинаковых чувствах.
— Нет, — рыкнул я. — Наша любовь глубже, сильнее, и в состоянии поддерживать вечную связь. А как любят люди?
— Мне бы хотелось думать, что они любят до самой смерти, но…
Я остановился, чтобы посмотреть ей в лицо, когда ее слова затихли.
— Но что?
— Но некоторые уходят или вынуждены уйти. Другие… меняются и становятся незнакомцами.
Вот оно, то, что я считал корнем трещины между нами. Люцифер забрался в голову Ривер, появившись во сне, и обратил ее страхи против нее же. Я не мог дождаться, когда убью придурка.
— Поверь, я никогда не уйду, — заявил я. — И не изменюсь.
Ривер нахмурилась.
— Я не имела в виду тебя.
— А ты сумеешь уйти или измениться?
— Время покажет, — пробормотала она. Ривер разорвала наш зрительный контакт и оглядела место, где мы стояли. — Здесь я должна сегодня спать?
Меня охватило разочарование. Мне хотелось встряхнуть Ривер и потребовать, чтобы она поговорила со мной. В то же время я жаждал притянуть ее к себе и обнять. Тем не менее, Ривер намеренно сменила тему разговора, но если она продолжит в том же духе, то только больше отдалится от меня. Отвернувшись, я провел рукой по волосам, решив на время отступить.
— Нет, — я возобновил шаг, ведя девушку к роще деревьев, которые обезопасили бы ее намного лучше, нежели люди, разбившие лагерь на поляне.
— То, что я держусь подальше от людей, не поможет мне добиться их доверия, — заметила она.
— Но тут ты в большей безопасности.
— Они не представляют для меня угрозы. Эйлин была счастливой случайностью. Она была одержима тобой и видела во мне препятствие для ваших отношений.
Напоминание о случившемся заставило мои клыки удлиниться. В прошлом я спутался с человеком, из-за которого Ривер чуть не погибла, но я никогда ничего не обещала этой женщине, никогда не предлагала развить наши отношения до чего-то большего, нежели единственный сексуальный контакт.
— Ее рассудок был нездоров, — рыкнул я.
— Может, твои суждения тоже были не совсем здоровы, — возразила она.
— Нас связывал только секс, — мне было ненавистно наблюдать за содроганием Ривер от этих слов, но нельзя было отрицать того, что произошло между мной и Эйлин.
— Она бы не согласилась с данным утверждением.
— Она была идиоткой, которая, если бы не пыталась убить тебя, до сих пор была бы жива.
— Мы такие разные, — пробормотала Ривер.
— Так и есть, — подтвердил я. — Твое сострадание к женщине, которая с радостью увидела бы тебя в гробу, приводит меня в замешательство. Я никогда не пойму этого, но все равно приму, — Ривер немного наклонила голову, окинув меня изучающим взглядом. — Ты должна смириться с тем, что любой, кто представляет для тебя угрозу, встретит насильственную смерть от моей руки независимо от того, пригласишь ты меня снова в свою постель или нет.
Ее глаза потемнели при воспоминании о том, чем мы когда-то занимались. Ривер инстинктивно пошатнулась в мою сторону. Когда я подошел ближе, у нее перехватило дыхание. Ривер прикусила нижнюю губу и подняла голову, чтобы посмотреть на меня. Запах ее возбуждения заставил мой член затвердеть.
— Он использует меня против тебя, — прошептала она.
— Ни у кого не будет такой возможности.
— Я могу стать такой же, как он.
— Ложь. Я никогда в это не поверю.
Ее руки поднялись ко мне, но затем вновь упали. Ривер покачала головой и сделала шаг назад.
— Ривер…
— Кобаль! — крик отвлек ее внимание от меня, переключив на Бейл, которая шагала по траве к нам. Я открыл рот, чтобы приказать Бейл оставить нас, но ее следующие слова заставили меня передумать: — Мы что-то заметили на горизонте!
Я схватил Ривер за руку, притянув к себе, чтобы защитить, и пошел вместе с ней прочь от деревьев к холму, где собрались демоны и несколько человек. Я встал между Бейл и Корсоном, рассматривая то, на что указывали демоны. Ледяной холод пробежал по моей спине, когда я узнал существ на горизонте.
— Что это такое? — выдохнула Ривер.
— Ланавуры, — процедил я сквозь зубы. — Третья печать пала.
— Теперь по земле ходят кошмары, — пробормотала Верин. — Значит, вторая печать тоже была сломлена.
— Черт, — пробормотал Корсон. — Нехорошо, ох как нехорошо.
Нет, в этом определенно не было ничего хорошего, особенно учитывая то, что было заперто за второй печатью. Я взглянул на адских псов на своей руке. Я все еще не чувствовал разрыва связи между мной и гончими, но мне нужно было как можно скорее добраться до них, чтобы выяснить, что произошло. Выяснить, как врагам удалось сломать печати, которые я оставил под защитой псов. Если Ривер сумела бы закрыть врата, то я бы вернулся в Ад, чтобы найти ответы, ускользающие от меня сейчас.
— Здесь нам угрожает опасность? — спросила Ривер.
— Нет, если не будем попадаться им на глаза, — ответил я. — Иди к людям и возьми немного еды. Я должен назначить охрану. Шакс, ты сопровождаешь Ривер.
— Знаешь, — тихо заявила она, — приказывать мне — это не сексуально и уж точно не мило. А еще мне не нужен телохранитель.
С этими словами Ривер повернулась на пятках и пошла прочь. Я подавил стон. Каждый шаг, который я делал ей навстречу, приводил, как казалось, к двум шагам назад. Шакс замешкал, переводя взгляд с меня на Ривер.
— Иди, — приказал я, зная, что это обидит Ривер, но не желая оставлять ее без защиты.
Он кивнул и последовал за девушкой. Ривер подошла к тому месту, где собрались люди, чтобы поглазеть на ланавуров, двигавшихся в тусклом свете, освещавшем город. Шакс следовал за ней по пятам.
Отвернувшись, я хмуро посмотрел на Бейл и Корсона и увидел, как они хихикают, пытаясь скрыть смех.
— Тактичность, — обратился ко мне Корсон.
— К черту тактичность.
— Да, но тактичность, вероятно, поможет тебе снова вернуться в ее постель.
Корсон попятился, а его ухмылка исчезла, когда я подошел ближе. Меня больше всего бесило то, как он отзывался о Ривер, нежели его легкомысленное поведение.
— Успокойся, — посоветовал Моракс, встав между нами и положив руку мне на грудь. — Он не понимает этой связи, Кобаль. Если повезет, однажды он все испытает на своей шкуре.
Корсон пристально посмотрел на него, прежде чем снова сосредоточиться на мне. Моракс толкнул Корсона плечом в спину.
— Не стоит шутить с огнем, Корсон, — услышал я шепот Моракса. — Лично я не понимаю, как он до сих пор держит себя в руках.
У меня не было другого выбора, кроме как держать себя в руках.
Я снова сосредоточился на городе и существах, движущихся вдалеке. Нам придется сделать все возможное, чтобы держать людей подальше от этих тварей. Я видел, что эти существа делали с демонами. Поэтому не хотел представлять, что они могли сотворить с людьми, тем более здесь присутствовала Ривер.
— Может, выберем другой путь? — поинтересовался Корсон.
— Они, вероятно, уйдут еще до утра, — пробормотала Бейл.
— Я тоже считаю, что они уйдут, — добавила Верин. — Их и так осталось очень мало.
— Согласен, — кивнул я.
Я бы убил их всех, если бы они пришли сюда, но ланавуры могли нанести большой урон прежде, чем я успел бы их уничтожить.
Глава 7
Мои глаза затрепетали и открылись. Я лежала совершенно неподвижно и смотрела в ночь, пытаясь вспомнить, где находилась и что меня разбудило. Деревья покачивались легким июльском ветерком, я была в спальном мешке, а свежий аромат летнего воздуха напомнил мне, что мы покинули стену и разбили лагерь в лесу.
Затем я услышала шум. Мой взгляд сосредоточился на лесной чаще. Мои щеки опалило жаром, когда я узнала приглушенные стоны секса, доносящиеся из-за деревьев справа. Листва загораживала мне обзор, поэтому я не видела, кто там прятался. Казалось, они были в пятидесяти футах или около того, но лес искажал и отражал звуки, поэтому я не могла быть уверена.
«
Я не думала, что выдержу, если буду слушать, как он занимается сексом с другой.
От одной мысли об этом у меня скрутило живот. Я почувствовала непреодолимое желание закричать и расплакаться. Несмотря на наше расставание, я бы убила его, если бы в данный момент он прятался в лесу с другой женщиной. Если честно, я не думала, что Кобаль способен проявить подобную жестокость, занимаясь сексом с кем-то другим настолько близко ко мне, но когда дело доходило до наших отношений, я практически не отличала верх от низа.
Мужчина хрюкнул, а женщина издала приглушенный крик. Это не было похоже на Кобаля, но, возможно, он все же решил проявить доброту и попытаться скрыть свой голос. Перевернувшись на бок, я закрыла подушкой уши, чтобы заглушить звуки, и обнаружила пару абсолютно черных глаз, смотрящих на меня с места в нескольких футах, где лежал в спальном мешке Кобаль.
Лунный свет ласкал его обнаженную грудь, освещая татуировки пламени и точеный выпуклый пресс. Слово «пресс» не могло в точности описать эти мышцы. Каждый мощный мускул его тела был совершенен. Мои руки сжались от желания провести пальцами по его подбородку и почувствовать гладкость безволосой кожи. Этот порыв заставил меня ахнуть, а сердцебиение ускориться.
— Они разбудили тебя, — пробормотал он более хриплым, нежели обычно, голосом.
— Я думала, что это ты, — я поняла, что мой мозг все еще спал, когда с моих губ сорвались эти слова.
Он впился взглядом в мое лицо и подпер голову рукой.
— Нет, если только ты не пожелаешь присоединиться ко мне в этом лесу. Просто скажи, и сегодня я окажусь внутри твоего тела.
У меня пересохло во рту от его слов и воспоминаний, которые те вызвали. Я отчетливо помнила, как его тело двигалось внутри меня. Вкус и запах Кобаля. Его кожа под моими губами и пальцами. Жесткая длина эрекции, пока он двигал бедрами в ритме с моими. Я чувствовала себя наполовину одурманенной этими воспоминаниями, а ведь он лишь смотрел на меня непоколебимым взглядом.
— Ты вернулся к костру, — сумела выдавить я.
Сейчас это был самый весомый аргумент, который держал меня подальше от Кобаля, так как все остальные причины уже давно были забыты. Кобаль говорил, что я была его избранной и что он заявил на меня права, но когда я прогнала его из своей постели, то он с радостью вернулся к оргиям, проходящим каждую ночь у большого костра, который демоны разжигали у стены.
Кобаль нахмурился, глядя на меня.
— Нет, не возвращался.
— Тогда где ты был? — мой голос прозвучал более обвинительно, нежели я хотела, но острый нож ревности терзал мое сердце. — Ты оставил Бейл присматривать за мной и не вернулся в палатку.
Он настолько сильно стиснул зубы, что я услышала скрип.
— Ты думала, что я занимаюсь сексом с другой?
«
— А разве нет?
— Нет. Я осознаю, что ты частично человек и была воспитана как одна из них. Ты переняла от людей эмоции и не полностью понимаешь демонов или то, как мы живем, но ты моя избранная. Ты можешь не понимать, что это значит для демона, или в частности для меня, но уясни, что в моем сердце нет места для другой. Я не испытываю желания к чужим женщинам, да и они никогда не сумеют меня удовлетворить. Мне пришлось покинуть палатку, чтобы не забраться к тебе в постель. Я спал на земле снаружи, где ночью не мог тебя слышать, но все еще был в силах защитить.
У меня не было слов, так как его тирада заставила мое тело дрожать, а сердце воспарить. Тем не менее, существовала еще множество причин, почему нам не стоило возобновлять отношения. Просто мне нужно было вспомнить их, вот только в данный момент мое тело не заботилось о том, что бормотал мой мозг.
— Я смертная, — прошептала я.
Я не знала, почему вспомнила об этом, тем более эта тема была единственной, которую мы не затрагивали в наших отношениях. Я должна была состариться и умереть, а он остался бы таким же, как прежде, прожив еще тысячелетия или сотни тысячелетий.
Его ноздри затрепетали, а ногти на мгновение удлинились, превратившись в когти, прежде чем снова втянуться.
— Знаю.
— Ты останешься один, когда я умру.
— Я никогда не останусь один, пока буду помнить о тебе.
— Корсон рассказал мне о своих родителях. Он упомянул, что его мать не смогла пережить потерю отца и бросилась в пламя.
Мускул на его челюсти дернулся.
— И ты боишься, что я поступлю также?
— Больше, чем ты думаешь.
— Не стоит.
— Легче сказать, чем сделать. В моем сне Люцифер…
— Он лгал, Ривер, — процедил Кобаль сквозь зубы. — Демоны становятся сильнее, когда находят своих избранных, и он это знает. Твои силы растут и будут расти, он тоже это знает. Люцифер сделает и скажет что угодно, лишь бы остановить тебя и меня. Ты никогда не сможешь стать похожей на него, никогда.
Вокруг нас стрекотали сверчки, а на небо набежали облака, скрывая часть лунного света, освещающего поляну.
— Ты веришь, что Люцифер мой отец, а он верит, что я стану злой. Моя мать всегда утверждала, что я была испорченным и развращенным порождением Сатаны. Может, Люцифер был прав, а ты не хочешь замечать этого, потому что я являюсь твоей избранной?
Его губы растянулись в оскале, обнажая удлинившиеся клыки.
— Женщина, лежащая передо мной, та, которая так крепко и с такой любовью обнимала своих братьев, никогда не сумеет стать злой. Ты далека от алчности и порока. Твоя мать и Люцифер пытались сломить тебя, но им это не удалось.
— А если он использует меня против тебя? — прошептала я сквозь ком в горле, образовавшийся от его слов. Я не остановила Кобаля, когда он протянул руку и провел большим пальцем по моей щеке. — Я — то единственное оружие против тебя, которого у него никогда не было.
— Люцифер не сумеет заполучить тебя. А еще ты та сила, которой у меня никогда не было, и он это знает.
Его пальцы пробежались по моему лицу. Кобаль смотрел с таким благоговением, от которого у меня перехватило дыхание. Когда он так взирал на меня, я чувствовала себя самой красивой женщиной в мире.
— Я не могу простить то, что ты сделал с Эйлин, — прошептала я.
До меня донесся слабый, огненный запах его кожи, когда он подвинулся ближе. Я решила, что от него пахло лучше, чем от океана. Кобаль был противоположной силой моря, которое стало неотъемлемой частью моей жизни до нашей встречи. Огонь и вода были для меня всем.
— Я знаю, что иногда плохо справляюсь со своими эмоциями. Но это только потому, что я должен сохранять тебе жизнь столько, сколько мне позволено. Когда я увидел ту женщину, пытавшуюся тебя убить, и не смог вовремя добраться…
Кобаль замолчал. Впервые в жизни я увидела в нем уязвимость, о существовании которой даже не подозревала. Цвет расплавленного золота его глаз лишил меня дыхания. Я любила обсидиановые омуты, но эти янтарные глаза, гораздо более человеческие с белками вокруг роговиц, были дикими и похожими на волчьи. Они отображали суть Кобаля.
— В тот момент я сошел с ума. И я не могу пообещать, что подобного не повторится. Это произойдет вновь, если на карту будет поставлена твоя жизнь, — заявил он. — Я без колебаний сделаю это снова. Но не на твоих глазах. Я больше не буду поступать так с подобной поспешностью. И я не убью человека, если в этом не будет крайней необходимости.
Я лежала неподвижно, не зная, что сказать или сделать. Кобаль был заносчивым, властным, нетерпеливым и жестоким, но он действительно заботился обо мне. К тому же я отдала ему свое сердце еще до того, как осознала это. Я была связана с ним каким-то странным образом, который не могла объяснить и отрицать.
— А если Люцифер как-то завладеет мной? И не говори, что этого никогда не случится. Возможно все. Что произойдет в этом случае?
— Тогда я сделаю все, что в моих силах, чтобы вернуть тебя.
— Его нужно остановить.
— Знаю.
Я вцепилась в его ладонь. Взгляд Кобаля оторвался от моих губ, сосредоточившись на глазах.
— Чего бы это ни стоило, его нужно остановить.
Его рука стиснула мою.
— Я сделаю все необходимое, чтобы исправить то, что разрушили Люцифер и люди.
— И если потребуется, принесешь меня в жертву.
Я чувствовала, как ярость заклокотала в нем, заставляя мускулы напрячься.
— Я сделаю то, что должен. Тысячи демонов, которые сражаются за меня, зависят от моего решения. Они находятся в таком состоянии уже более полутора тысяч лет. Я не подведу их.
Я положила ладонь на его щеку, наслаждаясь теплой плотью. Мое тело отреагировало так, будто было голодным и наконец насытилось, поддавшись на встречу Кобалю. Золотисто-белые искры жизни заплясали по моим пальцам.
— Я буду защищать твою жизнь ценой собственной, Ривер, — прошептал он.
— Я боюсь того, кем могу стать.
— Понимаю, но подобного не произойдет.
Я больше не спорила с ним. Кобаль верил в меня, а я верила в него.
Моя рука сильнее прижалась к его щеке, когда он выдержал мой взгляд. Между моих ног образовалась влага, когда мое изголодавшееся тело приготовилось к тому, чего ему так не хватало. К Кобалю.
Издав низкий горловой рык, он разместил руки на моей талии и притянул к себе вместе со спальным мешком. Его зубы врезались в мои, когда его рот захватил мои губы в жестокой атаке. Я с нетерпением приветствовала это вторжение, открывая рот требовательному прикосновению его языка. Проскользнув мимо моих губ, его язык ринулся в мой рот, пробуя меня на вкус глубокими, проникающими толчками, от которых я чуть не сошла с ума от желания.
Слишком долго. Я отказывала нам обоим слишком долго.
Я нуждалась в Кобале и в том приливе жизни и силы, который он дарил мне. Нуждалась в том, чтобы он оказался внутри меня, снова заявляя права и отмечая. Чувственный танец его языка с моим заставил меня вцепиться в его волосы и потереться об эрекцию, словно я была дикой женщиной.
Да, мы оба умирали от похоти, и меня не волновало насколько грубо ко мне прикасался Кобаль. Я так сильно хотела, чтобы он оказался внутри меня, что поймала себя на том, как лихорадочно вожу ладонями по его спине и груди. Схватив мой спальный мешок, Кобаль резко дернул его. Я не знала, расстегнулась ли молния или ткань просто разорвалась, впрочем, мне было все равно. Ночной воздух, коснувшийся моей кожи, никак не охладил пыл, растущий во мне.
Из меня вырвалось хныканье, когда Кобаль отстранился и пробормотал у моих губ:
— Не отступай, не отказывай мне. Если мы сделаем это сегодня, Ривер, то я больше никогда не отпущу тебя. Никогда.
Его янтарные глаза впились в мои, излучая страсть. Я не могла дышать, не могла думать. Я знала, что он имел в виду, знала, что если снова попытаюсь сбежать, то он никогда не позволит мне уйти. Впрочем, если я вновь оттолкну его, то лишь помогу уничтожить человека, которым он был сейчас, превратив его в нечто гораздо более дикое и безразличное, как Люцифер.
Могла ли я снова ринуться в эти отношения? Могла ли отбросить все сомнения и тревоги, чтобы полностью отдаться ему? Потом я вспомнила слова Корсона, сказанные мне сразу после нашего расставания с Кобалем: «ты выживешь без него?».
Ответ был тем же, что и тогда — нет.
Эта мощная связь между нами, неопределенное будущее и слова Люцифера пугали меня, но я не могла продолжать жить без Кобаля. Он был частью меня.
Его взгляд стал отрешенным, а хватка ослабла, когда он начал отстраняться, пока я пыталась собрать все мысли воедино.
— Я никогда больше не попрошу тебя уйти, — прошептала я.
Тело Кобаля задрожало от напряжения, прежде чем что-то внутри него, казалось, полностью разрушилось. Резкий звук, который он издал, напомнил мне животное, защищающее свою пару. Мои пальцы впились в выпуклые мускулы его широкой спины, когда Кобаль наклонился, прижимая меня к своей груди.
Его ладони вцепились в мою рубашку. За несколько секунд до того, как он разорвал ткань, открывая мое тело своим рукам, я вспомнила, что раньше, чтобы спасти свою одежду, раздевалась перед встречей с Кобалем. Сейчас же я была полностью одетой на случай, если нам придется быстро уходить. Кобаль не стал утруждать себя попытками найти застежку лифчика, просто разрезав одним из своих когтей переднюю часть.
Я глубоко вдохнула, выгибаясь на встречу Кобалю, когда он разорвал поцелуй, чтобы жадно облизать и приласкать мою обнаженную плоть. Я извивалась под ним, умоляя телом о большем и ища освобождения от ошеломляющих ощущений, пронизывающих меня. Я считала себя в основном человеком, так как хорошо понимала людей, но в его объятиях я была чем-то совершенно иным. Чем-то необузданным и примитивным.
Мои ногти впились в его спину. Кобаль приподнял мои бедра и уперся членом в лоно так, что мое дыхание участилось, а тело стало неудержимо извиваться.
Его язык ласкал мой сосок, кружась вокруг ореола, прежде чем жадно втянуть тот в рот. Он сосал плоть, покусывая зубами.
— Кобаль!
С одной стороны я хотела избавиться от этих терзаний, а с другой, желала, чтобы эта чудесная пытка не прекращалась. Когда Кобаль отпустил мой сосок, я почувствовала, как его четыре клыка оцарапали чувствительную плоть моей груди, а затем последовал укус. Крик блаженства застрял в моем горле, когда волны удовольствия захлестнули мое тело. Мои руки вцепились в его волосы, прижимая ближе, когда Кобаль снова отметил меня как свою. Я не осознавала, как сильно скучала по этим моментам, пока все мое тело не закричало от облегчения и блаженства.
Он отпустил мою грудь, прежде чем прикусить мое плечо, а затем шею. Я вновь впилась ногтями в его спину, заставляя Кобаля застонать. Уткнувшись лицом в его плечо, я не удержалась от порыва укусить. Я вцепилась в его плоть, чтобы еще раз отметить в предупреждение остальным. Я была близка к оргазму лишь от его вкуса и ощущения его натиска. Казалось, напряжение в моем теле перешло на новый уровень.
Его руки вцепились в мои брюки, отрывая пуговицу и разрывая молнию.
— Сильнее, — прорычал он мне на ухо. Мои зубы с большей силой сжались на его плече, пока он стаскивал с меня испорченную одежду, чтобы обнажить мои ноги. — Сильнее, Ривер.
Я почувствовала, как руки Кобаля завозились с пуговицей на его брюках, а затем услышала, как рвется ткань. Я вонзилась глубже в его плоть, проливая кровь. Горячий поток влаги наполнил меня, просачиваясь в мое тело.
Глава 8
Я потерял контроль, когда Ривер прижалась ко мне своей пышной грудью и вонзила маленькие зубки в мою плоть. Я никогда не забывал, как удивительно было держать ее в своих объятиях, но сейчас ее взгляд и стоны поражали. Когда я протолкнул ладонь между бедер Ривер, то ощутил ее запах и чуть не кончил.
Черные кудряшки, прикрывающие ее естество, были уже влажными от желания, пока мои пальцы скользили по восхитительному теплому телу.
— Такая мокрая, — прошептал я на ее ухо. — И все для меня.
Ривер ослабила хватку зубов, вынуждая меня запутаться пальцами в ее волосах и прижать еще ближе.
— Только для тебя, — выдохнула она, уткнувшись в мою шею.
Я потянул ее за волосы так, чтобы она обнажила нежный изгиб своей шеи. Пораженный и не в силах совладать с собой, я вонзил в Ривер клыки, одновременно толкнув палец в тугое опаляющее лоно. Ривер закричала, требовательно прижавшись к моему пальцу. Чтобы растянуть ее, я добавил еще один палец, подготавливая Ривер к моему вторжению.
Она просунула руку между нами и обернула пальцы вокруг члена, лаская и заставляя мои бедра двигаться на встречу ее хватке. Мне хотелось растянуть процесс на несколько часов, но если Ривер собиралась продолжать в том же духе, то вскоре я пролил бы семя на ее тело.
Искры жизни танцевали на кончиках ее пальцев, сверкая в ночи и мерцая на моей коже. Я извлек клыки из ее шеи, чтобы посмотреть, как искры освещали красивые черты лица и изящество аметистовых глаз Ривер, изумленно смотрящих на меня. Я встречал множество красивых женщин за свою долгую жизнь, но все они бледнели по сравнению с Ривер, особенно благодаря этим искрам, играющим на ее лице и придающим ей неземной свет.
Ривер принадлежала мне. Сейчас она находилась на своем месте, где и останется в последующем. Я снова подался вперед, погружая пальцы глубже в лоно. Наклонив голову, я провел языком по одному из ее тугих смуглых сосков, наслаждаясь вздохом, который издала Ривер.
— Кобаль!
Мое имя на ее губах заставило меня содрогнуться. Ривер погладила подушечкой большого пальца головку члена, размазывая капельку влаги, образовавшуюся на чувствительной коже. Член дернулся в ее хватке, требуя освобождения. Позже я обязательно исследую ее тело. А сейчас я должен был оказаться внутри нее, прежде чем полностью потерял бы над собой контроль.
***
— Я должен быть внутри тебя.
Его слова едва проникли в мое обескураженное сознание. Затем пальцы Кобаля покинули лоно, а член выскользнул из моей хватки. Он приподнял мои бедра, впившись пальцами в мою кожу. Я почувствовала миг, когда головка члена прижалась к моему входу, а затем в меня проникла твердая, толстая эрекция, и тело Кобаля подчинило мое.
Дом. Я снова оказалась дома.
Я не могла дышать, не могла думать ни о чем, кроме своего желания к Кобалю и экстаза, сотрясающего меня. Почему я так долго отказывала нам обоим? Почему потратила так много времени впустую вместо того, чтобы быть с ним?
Я забыла обо всех разногласиях, а мое сердце объяло любовью, когда мои мышцы жадно стиснули жесткую длину, которая растянула меня до такой степени, что я уже не могла определить, где заканчивался Кобаль и начиналась я. Он был частью меня, а я была частью его. Повинуясь инстинкту, я снова впилась зубами в его плечо и лизнула соленую кожу.
Мои руки вцепились в его упругую задницу, когда он отстранился, прежде чем снова войти в меня. Но вскоре я отпустила Кобаля, жадно глотая воздух, так как меня захватила буря нашего воссоединения. Я была так близка к освобождению, в котором отказывала себе, так близка к краю.
Из меня вырвался громкий стон, когда Кобаль резко отстранился. Он поднял и перевернул меня так, что я оказалась перед ним на четвереньках. Мои пальцы зарылись в прохладную землю, когда Кобаль встал на колени позади меня и раздвинул мои ноги. Он снова направил член к лону и толкнулся внутрь.
Жизненная сила под моими ладонями и ощущение Кобаля внутри заставили еще большее количество искр заплясать по моим пальцам. Вскоре их сияние распространилось и на мои запястья. Кобаль приобнял меня за талию для поддержки, когда мои руки ослабли.
Я не могла дышать. Меня настолько сильно поглотили ощущения, бушевавшие в теле, что я не могла думать ни о чем кроме того, насколько происходящее было правильным. Кобаль брал меня с дикостью, которую никогда не позволял себе раньше, и мне это нравилось. Сейчас я жаждала его толчков больше, чем своего следующего вдоха.
Сжав мои длинные волосы в кулаке, Кобаль потянул за пряди, заставляя меня поняться и прижаться спиной к его груди, одновременно продолжая входить в мое тело. Второй ладонью он обхватил мое горло, следя за тем, чтобы хватка оставалась свободной. Мои пальцы впились в руку Кобаля, когда его следующий укус вызвал новые волны удовольствия, пронзающие мое тело.
Когда он извлек клыки из моего горла, то прикоснулся губами и овеял дыханием мое ухо.
— Готова кончить вместе со мной, Ривер? — его пальцы сжались на моем горле. Другая рука пробралась между моих ног и дразняще коснулась клитора. Я поддалась навстречу его пальцам, пока он безжалостно входил и выходил из меня. — Готова?
— Да! — ахнула я, сходя с ума от потребности в освобождении.
Кобаль ускорился, продолжая ласкать меня пальцами. В итоге я сдалась, а мое тело словно развалилось на куски, когда волны экстаза накатили на меня, вынуждая мои конечности ослабнуть от оргазма. Кобаль вновь погрузил свои клыки в мое плечо, прежде чем резко выйти из лона. Когда он прижался к моей спине, я почувствовала, как его горячая сперма омыла мою кожу.
Его дыхание было прерывистым, когда он перестал кусать меня, зарылся лицом в мою шею и выдохнул. Я хотела, чтобы Кобаль кончил внутрь и наполнил меня, но, несмотря на величину этого желания, знала, что это была плохая идея. Он не проливал в меня семя с тех пор, как мы пришли к выводу, что беременность на данном этапе могла обернуться катастрофой.
Как только Кобаль отстранился, позволяя ночному воздуху коснуться моей кожи, меня сотрясла дрожь. Подобрав испорченную одежду, он нежно очистил мою спину, прежде чем уложить меня на землю и накрыть мое тело своим. Кобаль натянул на нас обоих спальный мешок и перекатился, чтобы я оказалась на его груди.
— Я был слишком груб с тобой. Я причинил тебе боль? — поинтересовался он.
— Нет, не причинил. Я… это было потрясающе, — выдохнула я.
Его пальцы пробежались вверх по моей руке, прежде чем остановиться на одном из укусов на шее.
— Во время обещаний я был совершенно серьезен. Я не позволю тебе снова сбежать, — его голос был хриплым и сиплым. Кобаль крепче обнял меня и прижал к своему телу.
Я провела ладонью по его мокрой от пота коже.
— Знаю. Я больше не попытаюсь расстаться, но это не значит, что мы не будем спорить в некоторых вопросах.
Его дыхание защекотало мою шею, когда он усмехнулся.
— Я и не ожидал, что ты перестанешь отстаивать то, во что веришь.
— Хорошо.
— Сегодня мы начали с чистого листа, Mah Kush-la.
Услышав это нежное обращение, в переводе с его родного языка означавшее «мое сердце», я почувствовала, как по мне разлилось тепло. Прошло слишком много времени с тех пор, как я слышала эти слова.
— Очень на это надеюсь.
Я ощутила, как его член удлинился у моего бедра, прежде чем снова скользнуть в меня.
Глава 9
— Тебе пора бы перестать портить мою одежду.
Я посмотрел на Ривер, которая держала перед собой изодранную рубашку и лифчик.
— Я бы предпочел, чтобы ты вообще ничего не носила, — с улыбкой признался я.
Она наклонила голову и положила руки на свои обнаженные бедра.
— Ты бы предпочел, чтобы я разгуливала перед всеми в чем мать родила?
Моя улыбка исчезла при мысли о том, что кто-то, кроме меня, увидит ее тело. Мой взгляд с восхищением пробежался по ее полной груди и плоскому, слегка мускулистому животу. Округлые бедра Ривер были соблазнительны, но далеко не так заманчивы, как черные кудряшки, скрывающие от меня лоно. А эти бедра, я стал твердым, просто думая о том, как раздвину ее ноги и зароюсь туда лицом, пробуя Ривер на вкус. Благодаря тренировкам она была подтянутой, но все еще обладала нужными изгибами, а ее выносливость почти соответствовала моей.
— Никто не должен видеть тебя в таком виде, — заявил я.
— Но именно это и произойдет, если ты продолжишь портить то немногое, что я захватила с собой в поход.
— Хорошее замечание.
— Мне понадобится кое-какая одежда из грузовика.
— Я принесу, — я подошел и поцеловал ее в лоб. Когда я вдохнул запах Ривер, то закрыл глаза, стиснув девушку в своих объятиях. Я ненавидел это уязвимое, незнакомое чувство внутри. Сейчас я вел Ривер навстречу возможной смерти, хотя на самом деле хотел защитить от любого вреда.
Она была смертной, но не обладала слабостями, как большинство людей. В Ривер было больше смертоносной силы, чем во многих демонах, с которыми я сталкивался за свою долгую жизнь, но она все еще могла быть убита одним ударом. Я мог бы покончить с ее смертностью, лишить самой большой уязвимости, но какой ценой? Во что она превратится, если я обращу ее? Переживет ли Ривер это? Захочет ли она попытаться стать бессмертной, когда узнает о риске?
Вопросы, на которые я хотел получить ответы, но не мог сейчас обратиться с ними к Ривер. Когда все закончится, я бы обязательно обсудил все с ней.
— Кобаль, я до сих пор голая.
— Знаю, — мои руки заскользили по ее ногам, направляясь к развилке между бедер.
— Нам пора уходить.
— Мы так и сделаем.
Ривер рассмеялась и отступила.
— Сейчас, — я хотел снова обнять ее, но она уже была вне моей досягаемости. — Если мы не уйдем, то скоро нас начнут искать.
Я застонал от разочарования, но Ривер была права. Окинув взглядом окружающий лес, я вдохнул, улавливая любой намек на угрозу, но все, что обнаружил, — дикие животные, пробирающиеся сквозь подлесок, и птицы, порхающие между деревьями. Убедившись, что здесь Ривер будет в безопасности, я поднял спальный мешок и накинул тот на ее плечи, прежде чем поцеловать девушку в нос.
— Скоро вернусь.
Потребовалось всего несколько минут, чтобы взять ее одежду и немного еды, прежде чем вернуться. Я наблюдал, как она оделась, а потом протянул ей завтрак. Ривер с жадностью съела яблоко и вяленую говядину, а затем встала, надела на пояс кобуру с пистолетами и застегнула ее.
Почти все люди собрались вокруг машин, когда мы вышли из леса. Держа Ривер за локоть, я повел ее к пассажирской двери грузовика, где стоял Сью.
Все люди следили за нами глазами, но не переговаривались и не шептались как в день, когда я впервые продемонстрировал свою привязанность. Хотя нельзя было отрицать, что мы снова были вместе. У каждого из нас на шеях находились метки.
— Я хочу, чтобы машину вел ты, Сью, — приказал я и протянул мужчине ключи, когда мы подошли.
— Хок, — поправил он и взял связку.
Я не обратил внимания на его замечание, повернувшись к Ривер.
— Поезжай с ним, — мускул на ее челюсти дернулся, когда она стиснула зубы. Поэтому я заставил себя добавить: — Пожалуйста.
Она немного расслабилась.
— А как же ты? — спросила она.
— Я хочу прогуляться по городу вместе с остальными. Среди зданий слишком много мест, где кто-то может прятаться. Мы будем готовы на случай нападения.
— Я пойду с тобой.
— Я бы предпочел, чтобы ты была в машине.
— Я сильнее, чем ты думаешь, — настаивала она.
— Знаю.
— Тогда позволь мне пойти с тобой.
Мой взгляд сосредоточился на метках на ее шее, четыре набора отпечатков моих верхних и нижних клыков, которые неоднократно в нее погружались. Моя. Моим первым побуждением было отказать Ривер и приказать сесть в грузовик, но это повлекло бы лишь ее гневный взгляд и холодность. Она только вернулась ко мне, а я не хотел рисковать очередным расставанием, но подобная уступка противоречила всем моим инстинктам, которые требовали уберечь Ривер.
«
Вот только обычно я не выбирал сражения. Я был законным королем Ада. Одно мое слово и все в округе повиновались. Ривер была единственной, кто оспаривал мои решения. Единственной, у кого хватало на это мужества.
— Я соглашусь, если ты будешь выполнять мои приказы на случай нападения, — кивнул я.
Улыбка осветила ее лицо. Очевидно, при общении с Ривер лучшим вариантом был компромисс, ведь она довольно подпрыгнула на носках, сжимая мою руку.
— Я буду послушной.
Я поднял голову, заметив, как Корсон прикусил губу, скрывая веселье. Мой сердитый взгляд заставил его отвернуться, но плечи демона продолжали трястись от смеха. Новые сережки с синими перьями, свисавшие из его ушей, так и умоляли о том, чтобы их сорвали. Ривер поспешила к задней части грузовика и вытащила катану, которую ранее оставила там. Она перекинула оружие через плечо и поправила, прежде чем выжидающе посмотреть на меня.
— Уходим! — рявкнул я.
Ривер зашагала рядом со мной, когда машины начали спуск к остаткам разрушенного города. Пока мы направлялись к зданиям, она постоянно касалась меня рукой. Ее правая ладонь покоилась на одном из пистолетов, пристегнутых к поясу.
За последние пару месяцев Ривер стала чрезвычайно искусной в использовании оружия, но именно жизненная энергия, которую она могла призывать, была ее самым смертоносным секретом. Если бы только Ривер развила эту способность. Бейл и Корсон в один голос утверждали, что она продвинулась в практике, тем не менее сила не была развита так хорошо, как хотелось бы мне. Я верил, что навык будет расти по мере использования, и не сомневался, что Ривер придется как минимум несколько раз призвать силы, прежде чем мы доберемся до неестественно созданных врат.
На самом деле мы не могли откладывать сроки отправки в путешествие. Чем дольше мы бы прождали, тем больше печатей сумел бы вскрыть Люцифер, уничтожая жизнь на земле. Ему потребовалось тринадцать лет, чтобы понять, как сломать первую печать, зато теперь они быстро разрушались. Не существовало никакого способа выяснить, сколько печатей, кроме первых трех, уже было уничтожено.
Люди имели эффективное оружие против демонов, но если все печати падут, то человечество не сумеет справиться с наплывом адский существ. Им ничто не поможет. Равновесие между небом, землей и Адом обеспечивало людям безопасность и сохранялось на протяжении сотен тысяч лет. Но шесть тысяч лет назад Люцифера изгнали с небес, вот только вопреки надеждам ангелов он не умер, каким-то образом найдя способ попасть в Ад.
Его желание захватить власть в преисподней привело к многочисленным битвам и войнам, в которых принимали участие и погибали мои предки. Я был первым Варколаком, который множество раз сражался с Люцифером и выживал. Тринадцать лет назад наши битвы перенеслись в человеческое царство, так как люди открыли неестественные врата в Ад. Я впервые не сумел закрыть врата, из-за чего те фактически положили конец разделению между нашими двумя мирами.
Когда врата впервые распахнулись и демоны хлынули на землю, то люди запаниковали и попытались уничтожить нас. Вскоре они поняли, что оружие может замедлить нас, а бомбы — убить некоторых существ. Но в большинстве случаев все попытки уничтожить демонов лишь еще сильнее их злили.
Мак оказался достаточно умен и не попытался напасть на меня, когда я впервые столкнулся с ним и его маленькой армией сопротивления через год после того, как люди стерли границы Ада. Мы были той лучшей помощью, которую люди когда-либо могли получить в борьбе с Люцифером, чтобы удержать его от хождения по земле.
Запрокинув голову, я посмотрел на ясное небо и полуденное солнце, опаляющее пейзаж вокруг. Жар солнца не шел ни в какое сравнение с адским пламенем. Я почти не вспотел, хотя многие люди отчаянно пытались спрятаться в тенях, которые могли найти. Ривер вспотела больше, чем я, тем не менее жара оказывала на нее меньшее воздействие, чем на остальных.
Еще одна черта демона. Еще один признак того, что Ривер могла перенести нахождение в Аду, если не сумела бы закрыть врата, а мы не смогли бы вытащить Люцифера.
Плохо, что я самолично вел ее так близко к Люциферу и Аду, но во мне еще теплилась надежда, что Ривер никогда не попадет туда. Это был мой дом. Место, где я был выкован из огня творения и где не должна была находиться Ривер. Если бы я смог отвоевать свой трон, то провел бы много времени с Ривер на земле.
Грузовик рядом со мной заскрипел, подпрыгивая на ухабистой дороге. Зеленая трава скрывала основания окружающих зданий. Плющ забрался настолько высоко, что поглотил обветшалые фасады.
Несмотря на разросшиеся растения, повсюду были видны следы войны и разрушений. Я понял, что Ривер заметила останки скелета у основания фонтана, когда она шагнула поближе ко мне. Куда бы я ни посмотрел, повсюду были видны груды костей, лежащих среди травы.
— Столько жизней погибло, — прошептала Ривер.
Когда мы миновали еще одно здание, вороны раздраженно закричали, хлопая крыльями. Еще больше птиц взмыло в небо из разрушенного здания с красным кленом, растущим в центре. Под обломками я заметил очередные останки мертвых, пойманных в ловушку и навсегда забытых в разрушении.
— Кто-нибудь пережил то, что случилось здесь, в этих штатах? — спросила она.
— Некоторые пережили. К примеру, Мак.
— И он тоже? — пискнула Ривер.
— Да. Мак был в Чикаго, когда границы между нашими мирами стерлись. Он служил в армии и в тот день получил приказ немедленно покинуть город. Ваше правительство пыталось эвакуировать как можно больше людей, когда ворота открылись, но при виде демонов, покинувших Ад, запаниковали. Как и страны на другом конце света. Они начали запускать бомбы, в надежде остановить поток существ и спасти остальных людей.
— Но на демонов это не повлияло?
— При прямых попаданиях некоторые погибали. В итоге поток уменьшился, так как демоны стали более осторожными по отношению к людям. Радиация на нас не действует, но бомбы могут повлечь смерть. Человеческие лидеры были достаточно умны, чтобы понять, что не могут постоянно пытаться уничтожить нас.
— Почему?
— Потому что я убил бы их прежде, чем позволил бы этому продолжаться. Последователей Люцифера, краетонсов, действительно нужно остановить, но я не буду стоять в стороне и смотреть, как люди уничтожают весь мой вид из-за своей ошибки. Это ужасно.
— Значит, ты считаешь, что сумел бы добраться до нашего президента и всех лидеров по всему миру, чтобы убить?
— Я уверен, что сумел бы. Ничего сложного.
Ее взгляд оценивающе пробежался по моему телу.
— Нет, ничего сложного. Только не для тебя.
— Кроме того, они не знали, что Ад поглотил большую часть радиоактивных осадков. Сначала ваши лидеры прекратили бомбардировки, потому что считали, что если будут продолжать в том же духе, то радиационное облучение убьет все человечество. К тому времени, когда они осознали, что могут добавить парочку бомб, мы уже объединили силы. Демоны и люди договорились о сотрудничестве, чтобы построить стену, обучить добровольцев и уничтожить краетонсов. Затем, после видения Бейл, мы стали искать тебя.
Ривер нахмурилась, изучая осевшее здание, прежде чем повернуться ко мне.
— Так странно размышлять о том, что ты искал меня четыре года, прежде чем мы встретились.
— Я искал тебя с того самого момента, как впервые вышел из огня творения, — я не осознавал этого до встречи с ней, но теперь видел истину.
Мое сердце екнуло, когда Ривер посмотрела на меня так, что можно было определить как удивление. Эта женщина с демоническим и ангельским происхождением была гораздо более хрупкой, нежели я считал, но иногда, когда она смотрела вот так, то заставляла меня чувствовать себя слабым человеком. Если бы с ней что-нибудь случилось…
«
— Держу пари, ты не ожидал, что твоя избранница окажется человеком, а тем более потомком Люцифера, — усмехнулась Ривер.
Я понимал, что она не считала себя дочерью Люцифера, но это был факт. По моему мнению, таким образом Ривер дистанцировалась от ублюдка, создавшего ее.
— А еще ты наполовину демон, — напомнил я.
Улыбка тронула уголки ее губ.
— И наполовину ангел. Держу пари, ты и этого не ожидал.
Я наклонился к ней и прижался губами к ее уху.
— Но трахаешься ты как демон.
Она так быстро покраснела, что я почувствовал жар, исходящий от ее тела. Взгляд, который Ривер бросила на меня, заставил бы большинство мужчин прикрыть свои яйца, но я слышал учащенное биение ее сердца и прерывистое дыхание.
Откинув выбившуюся из хвоста на ее голове прядь волос, я задержал пальцы на щеке девушки, прежде чем отойти. Ривер все еще смотрела на меня, будто не могла решить, нанести удар или обнять, хотя чистый аметист ее глаз потускнел до более светлого фиолетового цвета. Она резко остановилась и подняла голову, изучая поверхность здания позади меня. В эту секунду я понял, что у нее опять началось видение.
Я осознавал, что во время видений Ривер было невозможно привести в чувства. И я презирал то, какой уязвимой она становилась. Схватив девушку за руку, я сосредоточился в надежде, что Ривер втянет меня в свое видение, как это было раньше, чтобы я тоже мог увидеть это. Но ничего не получилось. Ее глаза уже возвращались к своему нормальному цвету, а секундой позже она пришла в себя.
— Там что-то есть, — выдохнула Ривер. — Отвратительное, ужасное, — она вытащила пистолеты. — И это приближается.
— Стоять, — скомандовал я, хлопнув ладонью по боку пикапа.
Хок затормозил с такой силой, что грузовик дернулся, а шины завизжали. Я повернулся, чтобы посмотреть на сгоревшее здание, на котором была сосредоточена Ривер, когда остальные машины остановились на дороге. Внутри искореженных стальных балок и груды битого стекла не было никакого движения, но я не сомневался в видениях Ривер. Если она что-то видела, то это скоро появится.
— Вылезайте из грузовиков и приготовьте оружие! — отдал я следующий приказ. Хок приоткрыл дверцу пикапа на дюйм, прежде чем я снова захлопнул ее. — Тебя это не касается. Ты должен вытащить отсюда Ривер, если я так решу, — отчеканил я. Ривер мельком посмотрела на меня. — Ты согласилась следовать моим указаниям, — напомнил я.
Девушка стиснула зубы, но затем быстро кивнула. Мое внимание вернулось к зданию, в частности к этажам, возвышающимся над нами. Начали раздаваться хлопки дверей, пока люди покидали грузовики и подходили ближе. В наступившей тишине я услышал шорох наверху и заметил рваные остатки занавески, вылетевшие из окна и упавшие на стену здания.
Корсон и Бейл встали по бокам от Ривер. Секунды переросли в минуты, но вскоре мое внимание к разбитому окну привлекло цоканье. Серый коготь изогнулся вокруг края стальной рамы. Мой взгляд остановился на нем, так как коготь продолжал стучать по раме. Было невозможно определить, с каким демоном или адским существом мы столкнулись, не видя всего тела.
В этот момент из окна высунулась голова. Мои губы разомкнулись, обнажая удлинившиеся клыки, а из пальцев вырвалось пламя, поднявшееся до самых плеч.
— Горгульи, — прорычал Корсон.
— Серьезно? — выпалил человек.
— Да, — ответил Корсон.
Я наблюдал, как существо выползает из разбитого окна. Чешуйчатая, сланцевого цвета кожа трескалась и шелушилась, пока тварь неторопливо спускалась на четвереньках по зданию. Липкая, похожая на клей субстанция на лапах помогала горгулье передвигаться. Трехфутовый хвост метался из стороны в сторону, как у скучающего кота, не оставляя сомнений, что мерзость охотилась.
Существовало мало существ, которых я находил по-настоящему уродливыми, но горгульи занимали особое место. Вытянутые морды, горчичного цвета глаза и острые как бритва зубы, которые клацали, когда горгулья приближалась к жертве. Этот щелкающий звук усиливался по мере продолжения спуска, а хвост стал дергаться быстрее.
Горгулья расправила крылья за спиной и взмахнула ими. Края крыльев задели уцелевшее стекло, оставив на поверхности неровные трещины. Несколько человек испуганно вскрикнули. Люди должны были держаться вместе, иначе их всех перебьют, а мы не могли позволить себе так рано потерять участников похода. Мне нужно было, чтобы они помогли уберечь Ривер.
— Приготовить оружие! — скомандовал я. — И что бы ни произошло, избегайте царапин от их когтей!
— Их? — переспросил солдат.
Словно по сигналу, как минимум пятнадцать горгулий выпорхнули наружу и расселись на разрушенные края зданий. Они были так же неподвижны, как и их каменные собратья в человеческом мире. Люди научились весьма достоверно воссоздавать тварей, которых видели сквозь завесу, когда-то разделяющую наши миры. Горгульи, возможно, были переданы практически идентично.
Неподвижность горгульи и ее способность замирать на долгие годы были хорошо известны миру демонов. Существа часто впадали в спячку, когда не могли убивать и питаться. Живущие отдельно от всех в Аду, за второй печатью, горгульи призывались для наказания демонов, которые пытались поднять восстание и потерпели неудачу, или для худших душ, которые вошли в Ад. Их когти содержали парализующее вещество, которым они обездвиживали жертвы. После обездвиживания жертвы горгульи сдирали с нее кожу по одной полоске и неторопливо съедали.
Когда кроме мышц и костей больше ничего не оставалось, горгульи дожидались восстановления плоти и начинали весь процесс заново. Однажды я стал свидетелем подобного акта, но, хотя я оценил жестокость и мучительность происходящего, никогда не возвращался, чтобы снова посмотреть на это.
Все горгульи одновременно взмахнули крыльями шириной в три фута, отчего по зданию и всем собравшимся внизу пронесся легкий ветерок. Прежде чем одновременно взлететь, они издали вопль. Когда существа налетели на нас, в воздухе раздались выстрелы.
Глава 10
Пламя, вспыхнувшее на коже Кобаля, когда причудливые горгульи взмыли в небо, согрело мое тело. Крылья тварей со свистом рассекали воздух, пока они неслись на нас. В детстве меня пугали летающие обезьяны из «Волшебника страны Оз». Но по сравнению с горгульями те монстры были даже симпатичными.
Вокруг начали раздаваться выстрелы. Я подняла свой глок и прицелилась в горгулью, которая целенаправленно летела к Кобалю. Мои способности были гораздо более смертоносными, чем любая пуля, но я не хотела прибегать к ним, так как не факт, что сумела бы их контролировать. Я не желала рисковать, потому что могла что-то испортить, или уничтожить какое-нибудь здание, или убить, что еще хуже, кого-то из демонов и людей.
Мой выстрел попал в жилистое крыло горгульи. Черная слизь брызнула в воздух, лишь еще сильнее разозлив тварь. Рев существа сотряс землю под моими ногами. Тем не менее горгулья не сбилась с курса.
Кобаль выпустил из руки струю огня, которая сумела немного пошатнуть существо. Он обхватил меня рукой за талию, притянул к себе и развернул в другую сторону, будто я не видела надвигающуюся опасность. Горгулья сложила крылья за спиной, приближаясь к нам со скоростью и точностью ракеты.
Кобаль резко повалил меня, вдавил в землю и перекатился. Его тело накрыло мое, защищая, когда еще одна горгулья пронеслась над нами. Каким-то образом Кобалю удалось перевернуться и выпустить еще одну струю огня. Пламя поразило существо, объяв его кожу. Горгулья завизжала, отлетая назад и кувыркаясь, из-за чего ее тело стало напоминать огненный шар, а затем врезалась в каменный фонтан.
Вокруг нас гремели выстрелы, но отвратительные существа ныряли из стороны в сторону, уклоняясь от пуль со сверхъестественной грацией. Те, кто был ранен, не подавали признаков замедления, продолжая атаку.
Пламя, играющее на коже Кобаля, росло до тех пор, пока вся верхняя часть его тела не была поглощена огнем. Я не знала, почему оно не опаляло мою кожу, но чувствовала растущий жар.
Окруженная криками ужаса и паники, я сосредоточилась на пробуждении собственного огня. Страх был самым большим стимулом для моего пламени, а в данный момент мое сердце хотело выпрыгнуть из груди из-за ужаса. Во мне было столько адреналина, что пламя могло полыхать весь день.
Огонь замерцал на моих пальцах и быстро охватил запястья. Вскочив на ноги, Кобаль резко обернулся, когда в воздухе раздались выстрелы и крики людей. Подняв перед собой пылающие руки, я забралась под грузовик и перекатилась на другую сторону, держа ладони подальше от одежды.
Кобаль защищал людей на той стороне, но здесь были и другие, кто нуждался в помощи. Когда я высунула руки и голову с другой стороны, то перед моим носом щелкнули клыки. Движение откинуло мои волосы назад и овеяло горячим, прогорклым дыханием.
Я нырнула обратно под машину, стараясь не блевать, так как между зубами существа висели и раскачивались полосы кожи. Горгулья засунула морду под грузовик. Когти щелкали по разбитому асфальту, пока существо высматривало меня под машиной.
Я оглянулась на бензобак, ведь когда один из когтей оказался в сантиметре от моей руки, то ту охватило пламенем. Это был лишь вопрос времени, когда горгулья доберется до меня. Я могла бы вернуться и спрятаться за Кобалем, но не была готова сдаться монстру, пока еще нет.
Рассчитав время щелканья челюстей, я дождалась, когда тварь закроет пасть, и вцепилась в морду. С моей ладони посыпались кусочки шелушащейся кожи, так как чешуя горгульи была похожа на наждачную бумагу. Прежде чем тварь вновь успела открыть пасть, из моей руки вырвался жаркий поток огня, опаляя морду.
Существо издало вопль и вынырнуло из-под грузовика. Ветерок овеял мои щеки, когда горгулья захлопала крыльями. Тварь взмыла в небо и скрылась из виду. Мой взгляд поднялся к шасси. К счастью, оно не загорелось.
С минуту я неподвижно лежала, пытаясь справиться с бешено колотящимся сердцем, а затем выкатилась из-под грузовика. Огонь потрескивал на моих ладонях, когда я выпустила его в воздух. Далеко от адского пламени, которое мог призывать Кобаль, но огонь попал горгулье в живот и отбросил ее, визжащую, назад.
Вскочив, я широко расставила ноги, ощущая, как огонь поднялся до локтей. Очередная горгулья развернулась и ринулась в мою сторону, в это же момент еще одна вылетела из-за здания напротив. Огромное количество существ заполняли воздух своими небольшими телами. Тени танцевали на асфальте, кружа над людьми, а затем существа вновь нападали. Крики солдат, окружавших меня, становились все громче по мере атак горгулий.
Хок высунулся из пассажирского окна рядом со мной и выстрелил из пистолета в существо, пикировавшее на меня. Черная слизь покрыла плоть твари, тем не менее она продолжала приближаться с вытянутыми смертоносными когтями.
Я дождалась, когда горгулья окажется всего в пяти футах от меня, и выпустила новую струю огня. Тварь взвыла, но не сбавила темп. Когда надо мной пролетела горгулья, я рухнула на землю, закинула руки за голову и откатилась в сторону. Чешуйчатые твердые крылья оцарапали мое плечо, а затем врезались в кузов грузовика, оставляя кривую царапину на металле. Два колеса грузовика поднялись в воздух, но затем машина снова рухнула на землю под весом приземлившейся в кузов горгульи. Я и не подозревала, что в кузове находилось несколько человек, пока они не закричали, когда сила удара чуть не опрокинула машину.
Меня охватила паника при мысли о том, что существо могло напасть на этих людей, но желтые глаза были сосредоточены лишь на мне. Горгулья открыла пасть, демонстрируя острые зубы и черноту за ними, прежде чем спрыгнуть с грузовика. Существо пролетело над моей головой, затем развернулось и вновь начало атаку.
Хок вытащил еще один пистолет и открыл огонь, а по моим пальцам вновь заплясали язычки пламени. Крылья громко рассекали воздух, пока горгулья неслась в мою сторону. Но вскоре тварь сложила крылья за спиной, пикируя на меня. Я даже не представляла, что кто-то мог нарушить смертельную траекторию горгульи.
Позади раздался металлический скрип, а затем с грузовика спрыгнул и приземлился передо мной Кобаль. Вместо того, чтобы выпустить струю огня, он побежал к существу и в последнюю секунду метнулся в сторону. Ухватившись за кончик одного из крыльев, Кобаль оттащил горгулью назад. Тротуар промялся и треснул, когда он вдавил тварь в асфальт с такой силой, что земля под моими ногами содрогнулась.
Кобаль нанес удар стопой в спину горгульи, сломав ей позвоночник. Существо пронзительно завизжало, когда Кобаль вывернул одно крыло. Еще через мгновение он вцепился в голову твари и вырвал ту из тела. Целое крыло существа лениво упало на землю и замерло.
Кобаль отбросил голову в сторону и перепрыгнул через тело. Он подбежал ко мне, схватил за руку и выставил ладонь перед пистолетом Хока.
— Прекрати стрелять! — крикнул он Хоку через секунду после того, как тот сделал еще один выстрел.
— Нет! — закричала я, когда пуля пробила ладонь Кобаля, из-за чего на плоти появилась кровь. Тем не менее Кобаль не сбился с шага, продолжая подталкивать меня к грузовику. Его янтарные глаза блестели, а тело дрожало от едва сдерживаемой ярости. — Кобаль…
— Со мной все в порядке, — коротко перебил он.
Когда мы подошли, Хок был бледен. Его взгляд остановился на пулевом ранении в руке Кобаля. Хок, должно быть, подумал, что Кобаль убьет его. И хоть я знала, что это был несчастный случай, часть меня действительно хотела растерзать солдата.
— Подвинься! — рявкнул Кобаль.
Хок отполз от двери, тогда Кобаль открыл ее и втолкнул меня внутрь.
— Что ты делаешь? — требовательно спросила я.
— Увези ее отсюда! — приказал он Хоку.
— Кобаль… нет… я не могу… я не оставлю тебя, — заикаясь, запротестовала я.
— Ты обещала подчиниться любому моему требованию, — напомнил он, прежде чем сосредоточиться на Хоке. — Увези ее отсюда и не возвращайся. Сохрани ей жизнь, как и себе. Если с ней что-нибудь случится или если она сбежит, то я самолично убью тебя.
— Кобаль! — я схватила его за руку, прежде чем он успел закрыть дверь. — Нет! Я должна помогать в таких сражениях!
— Нет, тебя необходимо уберечь от подобных битв, пока мы не доберемся до врат.
Я открыла рот, чтобы снова закричать, но поняла, что он не поддастся на уговоры. Я дала ему обещание. Тем более пока мы спорили, вокруг умирало все больше людей.
— Как мы найдем тебя?
— Я приду за тобой, — он обхватил мои щеки своими большими ладонями и поцеловал в лоб, прежде чем отстраниться. — Уезжай! — приказал он Хоку. — И не возвращайся.
Кобаль захлопнул дверцу прежде, чем я успела выскочить наружу, а Хок нажал на газ.
— Держитесь! — крикнул Хок в окно со стороны водителя.
Шины завизжали на асфальте, пытаясь получить сцепление с разрушенной дорогой. Я нащупала ручку над головой в тот момент, когда грузовик рванул вперед. Крик сзади заставил меня резко обернуться. Вот тогда я поняла, кому кричал Хок.
С кузова выпал и покатился по асфальту мужчина. Я и не подозревала, что в кузове прятались люди, а Хок, казалось, не заботился об их безопасности, поскольку даже не попытался сбавить скорость.
Женщину и мужчину, оставшиеся в кузове, отбросило назад, из-за чего они перелетели припасы и врезались в задний борт. Мужчина выпал, но каким-то образом ухитрился зацепиться за борт в последнюю секунду. Я видела побелевшие костяшки его пальцев, вцепившиеся в край. Меня напугал тот факт, что мы тащили по земле солдата.
Женщина бросилась к мужчине и схватила его за запястье. Я вздохнула с облегчением, когда его голова показалась из-за борта. Затем он перекинул ногу, и женщине удалось помочь ему забраться обратно внутрь.
— Не делай этого! — рявкнул Хок, когда моя рука легла на дверную ручку.
— Но им нужно помочь в борьбе с тварями!
— Я не знаю, кто ты такая, но верю своим глазам. Ты умеешь призывать огонь и происходишь от человеческого рода, а не от демонов. К тому же миссию организовали только тогда, когда появилась ты. На протяжении всей подготовки к походу нам было ясно, что самое важное — это сохранить тебе жизнь. А я сделаю все возможное, чтобы выполнить свой долг, — сгорбленный мужчина, который провел большую часть вчерашнего дня, стараясь не прикасаться ко мне и Кобалю, исчез. На его месте появился солдат. Он смотрел на меня безжалостными глазами цвета индиго. — Он убьет меня, если ты выйдешь из грузовика. Лично мне нравится, когда моя голова на своем месте. Довольно симпатичная голова.
Моя рука упала с ручки. Я не могла оспорить заявление Хока и смириться с тем, что Кобаль убьет его из-за меня. Я развернулась на своем месте, взглянув на бойню позади. Мне пришлось сглотнуть подступившую к горлу желчь при виде разбросанных по дороге ног и рук. Кишки и кровь как людей, так и горгулий орошали землю. На фоне выгоревшего серо-черного города кровь придавала ему яркие краски.
Пока я наблюдала, в воздухе вспыхнуло пламя, освещая существ, пикирующих на Кобаля и других, которые собрались вместе, чтобы выступить единым фронтом против нападающих. Я понятия не имела, сколько людей осталось в живых, но уже не слышала выстрелов с той же частотой, что вначале.
Краем глаза я заметила, как что-то несется по дороге. Мои глаза округлились, когда я увидела Корсона, который, наклонив голову и размахивая руками, мчался к нам гораздо быстрее, чем я когда-либо считала возможным. Он легко сократил расстояние между нами и уже бежал рядом с грузовиком. Тут я обратила внимание на двух горгулий, которые отделились от остальных и бросились в погоню за нашей машиной.
— Не сбавляй скорость! — крикнул Корсон, когда Хок начал тормозить.
Хок снова нажал на газ. Корсон пробежал еще добрых пятнадцать футов, прежде чем схватиться за борт грузовика и запрыгнуть в кузов. Я начала возиться с окном позади, и в этот момент две горгульи спикировали на Корсона. Демон с сережками, из которых свисали синие перья, издал яростный рев. Я уставилась на когти, вырвавшиеся из пальцев его рук. Корсон низко пригнулся и рубанул горгулью, парящую над ним, белыми когтями длиной более фута.
Я распахнула окно как раз в тот момент, когда черная слизь и внутренности брызнули на Корсона и мне в лицо. Отпрянув, я стала лихорадочно вытирать теплые брызги, покрывавшие мои губы и ресницы. Выпотрошенная горгулья рухнула на дорогу, перелетев машину. Она подпрыгнула на асфальте и остановилась в десяти футах прямо перед грузовиком.
Хок резко повернул грузовик, чтобы не задеть стофунтовое существо размером с немецкую овчарку. Не готовая к такому движению, я упала на бок Хока, а шины протестующе завизжали по асфальту. Трое в кузове вскрикнули, когда их откинуло на борт. Женщина чуть не упала, но Корсон схватил ее за запястье и дернул назад. Каким-то образом ему удалось не повредить ее плоть своими смертоносными когтями. Корсон подтолкнул женщину к кабине, прежде чем повернуться лицом к оставшейся горгулье.
Я оттолкнулась от Хока и снова повернулась к окну, заметив, что город исчез из виду. Дорога сужалась, зажимая бока машины скалами, пока мы взбирались все выше и выше.
— Что ты делаешь? — спросил Хок, когда мои пальцы сомкнулись на краю раздвижного окна.
— Помогаю, — ответила я.
Я вылезла в окно, извиваясь и брыкая ногами, чтобы забраться в кузов. Вывалившись в кузов, я приземлилась на бутылку с водой, которая впилась в мои ребра. Женщина пригнулась и выстрелила из ружья, когда горгулья, не совершая ошибки и не бросаясь на Корсона, как это сделала другая, ринулась к ней.
Я ухватилась за окно, собираясь с силами, прежде чем встать на ноги. Корсон взглянул на меня, когда горгулья повернулась и направилась к нам. Существо открыло свою ужасную черную пасть и закричало. Огонь объял мои пальцы. Пламя было не таким сильным, как раньше, из-за чего я сделала вывод, что моя демоническая способность вырабатывать огонь уставала намного быстрее, чем моя ангельская способность собирать и удерживать энергию жизнью. Тем не менее пламя до сих играло на моей плоти.
Корсон отступил в сторону, когда горгулья напала. Я поняла, что существо нацелилось на сам грузовик, так как оно изменил курс и ринулось к задним шинам. Если бы горгулье удалось нанести удар, то грузовик перевернулся бы.
Пламя вспыхнуло на моей плоти, когда я подняла руки и позволила огню найти выход. Пламя вырвалось из меня короткой очередью, но этого оказалось достаточно, чтобы поразить существо и сбить его с курса. Горгулья закричала, когда огонь опалил ее тело, и врезалась в скалы, расположенные по обеим сторонам дороги. Каменные стены сотряслись от удара. Я подняла руки, чтобы защитить голову, когда на грузовик посыпались булыжники. Куски рассекали мою плоть, проливая кровь.
Я осмелилась поднять взгляд, когда услышала грохот, похожий на раскат грома. Даже учитывая растущее расстояние от того места, куда врезалась горгулья, я чувствовала, как земля дрожала под грузовиком, ведь удар заставил некоторые из окружающих камней и валунов осыпаться со скал. Сначала казалось, что они медленно скользили к земле, но потом масса стала двигаться быстрее. Камни врезались друг в друга, выглядя как огромное облако катящейся пыли.
Я могла лишь стоять и глазеть на обвал, куда падали все новые и новые камни. Мое сердце екнуло, когда часть пыли рассеялась, открыв моему взору груду валунов, перегораживающих дорогу позади нас.
— Нет! — крикнула я. Подняв голову к небу, я заметила пламя и дым, поднимающиеся высоко на горизонте от города, который мы оставили позади, из-за чего мои колени подогнулись. — Кобаль, — прошептала я.
— С ним все будет хорошо. Они найдут способ обойти обвал, — заявил Корсон. Опустившись на колени, он заглянул в окно, чтобы переговорить с Хоком. — Продолжай ехать и ни за что не останавливайся.
Глава 11
Наклонившись, я схватился за шасси пикапа и поднял машину, отшвырнув от себя. Металл погнулся и скривился, а стекла разбились вдребезги, когда грузовик упал на крышу и стал перекатываться с боку на бок. Машина покатилась к зданию, раздавив четырех горгулий своей тяжестью. Припасы рассыпались по всей улице. Бутылки с водой, одежда и еда были разбросаны повсюду. Люди пытались убраться с пути летящих обломков.
Еще одна горгулья приземлилась справа от меня, побежав вперед на задних лапах, прежде чем упасть на четвереньки и прыгнуть через дорогу, как собака. Бейл сделала выпад и схватила тварь за хвост, резко развернув ее. Она ударила существо о дорогу, сломав кости и размозжив голову, прежде чем быстро закружиться и выпустить обмякшее тело. Горгулья взмыла в воздух и с резонирующим грохотом врезалась в окна соседнего здания.
Раздались новые выстрелы, которые убили еще двух горгулий, разбрызгав их кровь по асфальту. Я окинул взглядом кровь и смерть, окружающие нас, прежде чем сосредоточиться на двух оставшихся тварях. Они прыгали между зданиями из стороны в сторону, избегая пуль, выпущенных людьми.
Я сжал кулаки, из-за чего моя кожа натянулась на ране, оставленной Хоком, но уже практически зажившей. Я осознал, что так проявлялась сила из-за образованной связи с Ривер. Я всегда исцелялась быстрее, чем другие демоны, но не так молниеносно.
— Не стрелять! — крикнул я, когда горгульи сели на корточки на крыше одного из зданий.
Горчичного цвета глаза следили за нами, клыки были обнажены, а хвосты подергивались в воздухе. Мы не могли уйти, не уничтожив тварей. В ином случае они бы продолжили преследование, привлекая к нам ненужное внимание. Стоило быстро убить горгулий.
Я отослал Ривер, чтобы уберечь ее, но будь я проклят, если надолго расстанусь с ней. Сейчас там было слишком много опасностей, чтобы оставаться без моей поддержки.
Как бы мне ни хотелось уехать с Ривер, я не мог так поступить. Нужно было уничтожить горгулий и сохранить как можно больше человеческих жизней. Я был самым серьезным оружием против горгулий, поэтому если бы я повернулся к людям спиной, то мог получить гарантированный мятеж.
Корсон позаботится о ее безопасности. Для людей он был добродушным и веселым, но когда его выводили из себя, то демон становился почти таким же смертоносным и безжалостным, как я. Вот почему я отправил с Ривер именно его, а не кого-то другого.
Огонь продолжал играть на моих запястьях, пока я наблюдал за горгульями. Они не переговаривались, но я чувствовал, что они общались друг с другом, планируя свой следующий шаг. Призыв гончих ничего бы не дал. Они были безжалостны, но не могли летать и взбираться на остатки небоскреба, к тому же я не хотел, чтобы люди знали о моей способности привлекать псов.
— Что дальше? — спросила Бейл.
— Разорвем их в клочья, — ответил я, — вот только я не думаю, что они добровольно согласятся спуститься сюда и принять смерть.
Моракс вышел вперед и запрокинул голову, чтобы посмотреть на горгулий.
— Нет, они собираются переждать и последовать за нами.
— Я подполю их, — заявил я. — Будьте готовы, когда я применю пламя.
Шакс захрустел костяшками пальцев.
— Так и сделаем.
Переступая через разбитое стекло, части тел и останков горгулий, усеявших улицу, я не сводил глаз с двух существ, сидевших на подоконнике в добрых семидесяти футах надо мной. Слюна стекала по их подбородкам и падала на землю липкими брызгами. Моя верхняя губа скривилась от отвращения, когда я вошел в здание, обходя куски зазубренного металла, валяющихся на полу.
Щелканье когтей горгулий по стальным балкам наверху привлекло мое внимание к их теням, двигающимся по тому, что осталось от крыши. Ржавый металл, который рухнул в центр здания, стоял под странными углами по соотношению к полу, покрытому мхом. Какие-то животные, скорее всего мыши и крысы, бросились прочь, чтобы спрятаться от меня под обломками.
Повернувшись, я запрокинула голову и посмотрел на горгулий, которые поднялись еще на десять футов. Они принюхались, прежде чем одна из горгулий осторожно перелезла через борт и немного спустилась по целому стеклу. Тварь не подходила близко, боясь огня вокруг моих ладоней и запястий.
Вторая взгромоздилась на стальную балку, скребя по той когтями и создавая громкий визгливый шум. Я услышал, как снаружи несколько человек вскрикнули от этого звука. Я стиснул зубы, желая, чтобы твари подошли ближе. Таким образом я мог бы положить конец сражению и вернуться к Ривер.
Горгульи могли сидеть там до скончания веков, ожидая, пока мы все умрем. Но моя плоть была той, которую они хотели бы разорвать больше всего на свете, поэтому я рассчитывал заманить тварей в ловушку. Может, я и не был первым демоном Варколаком, который запер горгулий за печатью, но именно я позаботился о том, чтобы они оставались изолированными.
Я дождался, когда горгулья сделала еще один шаг в мою сторону, прежде чем выпустить стену огня по внутренней стороне здания. Оставшиеся стекла в окнах разлетелись во все стороны и рухнули на землю, поднимая грохот, который заглушил испуганные крики людей. Первая горгулья отпрянула прежде, чем огонь успел добраться до нее, и прыгнула в безопасное место на верхних уровнях к своей подруге.
— Твою ж мать, — прорычал я, сосредоточив пламя на креплениях, удерживающих остатки здания.
Благодаря моему огню сталь начала нагреваться и светиться оранжево-желтым цветом. Крепления, удерживающие разрушенное войной здание, провисли, когда металл накренился. Горгульи отступили, так как стена под их лапами начала проседать.
Твари вылезли из окна и побежали вниз по фасаду здания, когда оно начало прогибаться под удушающим жаром пламени. Их липкие лапы позволяли опережать поток обломков разрушающегося здания, которые падали на улицу. Грохот нарастал, пока не стал отдаваться эхом в моих ушах и не разнесся по всему городу.
Я сдержал пламя, когда снаружи снова раздались выстрелы. Побежав вперед, я перепрыгнул через обломки, покрывавшие пол, так как здание рушилось под тяжестью расплавленных стальных балок. Пригнувшись, я ринулся вперед, когда стена накренилась над дверным проемом, угрожая заблокировать выход.
Подняв руки, я метнул пламя, чтобы отбросить в сторону обломки, жаждущие похоронить меня под своим сокрушительным весом. Я успел выкатиться в дверной проем, когда здание рухнуло с оглушительным грохотом, сотрясшим землю.
Вскочив на ноги, я перепрыгнул через пикап, когда одна из горгулий бросилась на Верин, сбив ее с фонтана. Моракс взревел от ярости, ринулся вперед и прыгнул на спину горгульи, когда та приземлилась. Отведя руку назад, Моракс ударил кулаком в затылок чудовища и вырвал ему язык из задней части черепа.
Оставшиеся люди вокруг меня отшатнулись, испугавшись бьющегося в конвульсиях существа. Моракс схватил горгулью за голову и резко вывернул шею. Тварь упала, рухнув в фонтан, а Верин поднялась на ноги. Моракс схватил ее и притянул к своей груди, чтобы обнять.
Обернувшись, я увидел Бейл и человеческого мужчину, отходящих от останков последней горгульи. Я узнал в нем капитана Тимоти Тресдена, солдата, которого Мак назначил командовать человеческими войсками. Ростом пять футов восемь дюймов, он был невысок, но крепко сложен с толстой шеей и широкими плечами. Его темно-коричневая кожа была забрызгана черной кровью горгульи, которую он с Бейл уничтожили. Вытерев кровь, Тимоти одним движением пальцев швырнул слизь на землю. Его темные глаза на мгновение встретились с моими, прежде чем сосредоточиться на бойне, которая произошла вокруг.
Я окинул взглядом человеческие тела, разбросанные по земле, прежде чем сосредоточиться на выживших. Мы начали с пятидесяти человек. Теперь их осталось всего несколько дюжин. Я знал, что люди понесут тяжелые потери, но не ожидал, что это произойдет в первый же день за пределами лагеря.
— Черт! — прошипел я.
— Отсеиваем слабых, — пробормотал Шакс.
— Как думаешь, сколько еще печатей пало? — спросил Моракс.
Я стиснул зубы. В этот момент я почувствовал, как во мне зашевелились гончие, ища ответы на вопросы, что же случилось с их собратьями, ответы, которых я хотел выяснить также сильно, как и они. Псы в каком-то ухищренном смысле были частью меня. На мне была метка Зивы, хранительницы адских гончих. Я носил адских псов на своем теле и внутри себя, хотя ни один другой Варколак не имел подобных способностей. Гончие давали мне силу, защищали, но также делали гораздо более изменчивым в настроении, нежели Варколаки, которые были до меня.
Я приветствовал благословение и проклятие, которые шли рука об руку с моей душой, но сейчас что-то происходило, чего я никак не мог допустить. Гончие не были мертвы. Я бы почувствовал это через узы, связывающие нас, но что-то случилось во время охраны печатей. Я должен был выяснить, что именно, и сделать это как можно скорее.
Вскрытие печатей нужно было остановить. За этими барьерами скрывалось множество мерзостей. Мерзостей, которые никогда не должны были видеть огня Ада, не говоря уже о свете человеческого мира. Моим предкам потребовались тысячи лет, чтобы запереть всех тварей. Значит, я не мог заковать всех сразу.
Я мог бы в сию минуту открыть врата и вернуться, чтобы проверить собак, но не был готов рисковать и оставлять Ривер одну. Опять же, я мог бы сейчас найти ее, отвести обратно к стене и уйти, но это лишь задержит наше путешествие к неестественным вратам, на что Люцифер, вероятно, и рассчитывал. У меня не было другого выбора, кроме как двигаться вперед и надеяться, что гончие смогут сохранить оставшиеся печати.
— Что это были за… твари? — спросила какая-то женщина, ее голос постоянно срывался, что означало приближающуюся истерику.
— Горгульи, — спокойно произнес Шакс. — Но с ними покончено.
— Покончено! — она пронзительно завизжала. — Оглянитесь вокруг! На земле валяются практически все части человеческого тела! Зачем мы здесь? Мы не можем противостоять этим существам!
— Довольно, — успокаивающим тоном произнес капитан Тресден.
— Нас привезли сюда, чтобы использовать как приманку? — с каждым словом голос женщины становился все громче. Ее карие глаза закатились, когда она посмотрела на кровь и части тел, разбросанные по улице.
Я ненавидел людей, которые впадали в истерику, но должен был быть осторожным, чтобы не нарушить хрупкое доверие, восстановленное после встречи солдат с семьями. Если бы сейчас я просто развернулся и ушел, то это никак не помогло бы делу.
— Нет, вас привезли сюда не в качестве приманки, — ответил я.
— Нет? Они разгромили нас! — женщина заломила руки перед собой и переступила с ноги на ногу.
— Мы будем лучше подготовлены к тому, что произойдет дальше, — заявил Шакс и одарил ее обаятельной улыбкой, которая всегда добавляла ему популярности среди женщин Ада и Земли. — Горгульи жили вместе многие тысячи лет. Скорее всего, они не расстались даже тогда, когда покинули Ад.
— Что это значит? — требовательно спросил другой человек.
— Либо мы убили всех до единой, либо горгулий осталось совсем немного. Их никогда не было много.
— Мы не были готовы к подобному, — захныкала женщина.
— Были, — ответил я. — Вам всем заранее сообщили, чего стоит ожидать. Сообщили, что многие не выживут, но вы все равно вызвались добровольцами. Каждый из вас получил подготовку, чтобы защищаться. Даже после того, как вы стали свидетелем нападений существ из Ада, вы все еще верили, что легко одолеете здешних тварей. Не одолеете. Мы надеялись, что помимо ревениров все остальные печати сохранились, но они были уничтожены, значит, скоро мы столкнемся с очередными мерзостями. Вы можете либо ожесточиться, либо умереть. Пусть каждый сам за себя сделает этот выбор.
Закончив с женщиной, я повернулся и пошел прочь, чтобы осмотреть повреждения, нанесенные транспортным средствам и припасам. Из двадцати машин осталось только десять грузовиков. Нам нужно было спасти все, что можно, из провизии, прежде чем мы продолжим путь. Демоны проводили меня глазами, но благоразумно предпочли не упоминать сейчас слово «такт».
— Соберите все, что сможете из разбросанных припасов, — приказал я. — Мы уезжаем через пять минут.
Женщина заплакала. Остальные люди выглядели бледными и ошеломленными, глядя на разорванные останки своего отряда. Мы выбрали лучших из лучших среди солдат, охранявших стену, но нападение горгульи потрясло многих из них.
Существовали некоторые ситуации, с которыми не могло справиться человеческое сознание. Независимо от того, насколько хорошо мы обучили солдат, часть из них развалились на части, столкнувшись с существами, с которыми мы планировали встретиться. Впереди нас ожидало еще больше тварей, может, не столь смертоносных, как горгульи, но других, более ужасных. Мы уже выяснили, что освободились еще и ланавуры, а по сравнению с ними горгульи казались котятами.
Мой взгляд вернулся к дороге, по которой Хок вывез Ривера из города. Я отослал девушку ради ее безопасности. Теперь я должен был вернуть ее.
— За работу! — рявкнул я на тех, кто продолжал стоять без дела.
Люди немедленно разбежались, чтобы попытаться спасти то, что могли из разрушенных транспортных средств и человеческих останков.
Глава 12
— Что дальше? — спросила я у Корсона. Так как пикап подпрыгивал на рытвинах и ямах, испещряющих дорогу, мне пришлось придерживать свои волосы, выбивающиеся из хвоста.
— Мы направляемся к месту, где должна состояться встреча с Кобалем, — ответил он.
Мои колени ослабли от облегчения. Корсон и Кобаль договорились о встрече до того, как меня выслали из города. Я сползла вниз, прислонившись спиной к кабине грузовика.
— И где это? — полюбопытствовала я.
— В пятнадцати милях отсюда расположен город. Он не так сильно разрушен, как те, которые мы уже видели.
— Существуют города, которые в некотором роде сохранились нетронутыми? — спросила женщина.
— Да, — ответил Корсон. — Их немного, но они есть.
— Обвал замедлит их передвижение, — заметил мужчина.
— Верно, — согласился Корсон, прежде чем взглянуть на меня. — Но он справится.
Мужчина и женщина отодвинули в сторону несколько мешков с припасами и устроились поудобнее. Черная слизь покрывала некоторые холщовые мешки, но я надеялась, что это никак не повлияло на припасы внутри. Корсон продолжал стоять, втянув когти и просунув одну руку в открытое окно грузовика, чтобы не упасть. Кровь горгульи забрызгала его лицо и одежду, но демон не обращал на это никакого внимания. Корсон изучал горизонт с безжалостностью, которую я никогда не замечала в нем раньше.
Я поняла, что Кобаль не просто так отправил его со мной.
В итоге я повернулась к мужчине и женщине. Я тренировалась с ними до того, как мы покинули стену, но было в этих двоих нечто еще, что терзало мой разум.
И тут я вспомнила эту женщину с миндалевидными, насыщенно синими глазами и черными волосами, которая успешно отрубила руку демону во время спарринга, когда Кобаль и Мак отбирали кандидатов для путешествия. Я наблюдала за схваткой в тот момент, когда женщина нанесла удар демону, хотя многие потерпели неудачу.
Отрезав руку демону, она отделилась от группы подающих надежды и подошла к мужчине, который сейчас сидел рядом. Этому мужчине ранее удалось отрезать ухо у демона. Тогда я позавидовала их легкомысленному общению, ведь они обменялись улыбками и дали друг другу пять.
Я протянула руку, ожидая, что они отвергнут рукопожатие, так как не сумела удержаться и не попытаться найти немного такого же легкомысленного общения.
— Я Ривер Доусон.
— Первый сержант Эрин Чой, — ответила эффектная женщина и крепко пожала мою руку. Использование ранга при представлении было резким напоминанием о том, что остальные люди рядом в отличие от меня были военными. Хотя после отъезда со стены все немного расслабились, по крайней мере я больше не замечала официальных приветствий.
Гладкие черные волосы Эрин, доходящие до мочек ушей, блестели на солнце. Изящные черты лица, безупречная кожа с намеком на загар, изящный нос и полные губы. Она была примерно на пять дюймов ниже меня и имела миниатюрное телосложение, из-за чего казалась хрупкой, но я почувствовал огромную силу в нашем рукопожатии.
— Приятно познакомиться, — я повернулась к мужчине, сидевшему рядом с ней, и протянул ему руку.
Он схватил мою ладонь и энергично затряс.
— Сержант Ансельмо Варгас, но все зовут меня просто Варгас.
Золотой крест, висящий на его шее, поймал и отразил луч света, когда мужчина наклонился ко мне. Черные волосы Варгаса были коротко подстрижены. Капельки пота покрывали оливковую кожу и выступающие скулы. Его глаза были такого насыщенного карего цвета, что казались черными, но в них все же были заметны золотистые искорки. Варгос был худощав, а рука, сжимающая мою, была покрыта жесткими мозолями.
— Приятно познакомиться, — кивнула я.
— Как и мне, — ответил он.
Я отпустила его ладонь и прислонилась спиной к кузову, стараясь сдержать улыбку от осознания, что никто не съежился и не замешкал, прежде чем пожать мою руку. Возможно, то, что рядом со мной не было Кобаля, делало их немного храбрее, а может, потому что я отбросила горгулью в скалу и спасла нас. Так или иначе, я снова почувствовала себя человеком и наконец-то ощутила вкус нормальной жизни, которой мне так не хватало.
Но почему? Я задумалась, барабаня пальцами по своим коленям. Что такого замечательного было в этой нормальной жизни?
Я поняла, что там не было ничего хорошего, по крайней мере для меня. Попытка быть нормальной вылилась в годы сокрытия своих способностей, в годы стресса, так как меня могли разоблачить и окрестить уродцем. Четыре долгих года боязни быть найденной, когда военные, ищущие людей с особыми способностями, начинали распространять листовки.
Может, для меня был важен не сам факт нормальности, а принятие кем-то еще, кроме братьев и Кобаля. Я пришла к выводу, что радуюсь своим способностям. Вероятно, меня было сложно назвать мастером, но я училась и совершенствовалась каждый день. Сила жизни дала мне прилив энергии и заставила почувствовать связь с миром так, как никогда раньше до проявления этого навыка. К тому же метание огня существенно возвышало мои шансы выжить.
Тем не менее я скучала по людям. Дома моей лучшей подругой была Лиза, впрочем, городок был настолько маленьким, что я знала практически всех. Люди уважали и заботились обо мне, даже когда моя собственная мать отреклась.
Я наслаждалась силой жизни, связанной и сплетающейся вокруг меня в осязаемые волны, которые никто другой на этой планете не чувствовал, судя по рассуждениям Кобаля. Мне не нравилось чувствовать себя оторванной от жизни, включай тех людей, которые не хотели иметь со мной ничего общего.
Обхватив ноги руками, я стала наблюдать на странным сочетанием сгоревших зданий и процветающей природы, восстанавливающей землю, пока Хок вел машину. Время от времени я замечала диких животных, пробирающихся сквозь маленькие стройные деревья, растущие вдоль дороги. Среди молодых ростков виднелось несколько старых, более крупных деревьев, которым каким-то чудом удалось пережить удары бомб и влияние Ада, обрушившихся на землю.
Я хотела вернуться к Кобалю, но пройдут часы, а может и дни, прежде чем отряд сумеет обойти завал на дороге. Посмотрев на небо, я ожидала увидеть одну из чудовищных тварей, снова пикирующих на нас, но оно оставалось благословенно чистым.
— Куда дальше? — уточнил Хок, сбавляя скорость.
— Пока прямо, — ответил Корсон.
Повернувшись, я встала на колени в кузове, чтобы посмотреть на приближающийся город. Мои брови удивленно изогнулись при виде домов, выстроившихся вдоль дороги. Некоторые из них имели почерневшие крыши и покрытые сажей стены, но большинство оставались нетронутыми. Пустое напоминание о лучшем месте и лучшем времени.
По какой-то причине эти все еще стоящие дома казались мне более одинокими, чем сгоревшие и разрушенные строения, мимо которых мы проезжали раньше. Я представляла людей и семьи, которые жили здесь раньше, смех детей, бегавших по улицам, и голоса соседей, делившихся сплетнями через белые заборы. В домах были барбекю и бенгальские огни, слезы и веселье. До войны там была любовь, но открытие врат принесло смерть.
Птицы щебетали и пели, порхая между деревьями. Белки и другие животные спешили в редкий лес при звуке приближающегося грузовика.
— Так странно, — пробормотала Эрин.
Варгас встал и широко расставил ноги. Оглядев окрестности, он произнес:
— Удивительно, ведь прошло столько лет.
— Наверняка здесь оставались выжившие, — обратилась я к Корсону.
— Уверен, так и было, — ответил Корсон.
— Где же они? — спросила я.
— Более взрослые вызвались добровольцами и были приняты в ряды войск, охраняющих стену. Остальных переселили в лагерь неподалеку от границы с Канадой. Им не разрешили пересекаться с жителями вашей страны. Также поступили с теми, кто пережил открытие врат на другой стороне Земли. Их отвезли в лагерь на границе с Италией. Правительства пытаются предотвратить раскрытие правд о причинах всех этих разрушений, — пояснил Корсон. — Выживших держали отдельно и под постоянной охраной, пока не завершили постройку стены.
— То есть, они стали пленниками, — прошептала Эрин.
— Лучше, чем альтернатива, — ответил Корсон, пожав плечами, отчего голубые перья, свисавшие с его ушей, закружились.
— О чем речь? — уточнила я.
Корсон пристально посмотрел на меня.
— Смерть.
Варгас поцеловал крест, висевший на его шее, прежде чем повернуться и сосредоточиться на окружающих нас домах.
— Они бы не стали… — начала Эрин, но ее голос затих.
— Разве? — поинтересовался Корсон. — Если хоть что-то из правды выйдет наружу, то вызовет крупное восстание против правительств, виновных в этой неразберихе. Не говоря уже о том, что это, скорее всего, приведет перепуганных людей к открытию сезона охоты на демонов.
— В итоге они пришли бы к согласию, — заявила Эрин.
— Но сколько драгоценного времени займут переговоры? Сколько жизней будет потеряно и сколько еще печатей падет, пока Люцифер продолжал бы готовиться к возвращению на Землю?
Я вновь села и устроилась в кузове. Положив подбородок на колено, я смотрела за проносящимися мимо зданиями. Люди по эту сторону стены, которые жили здесь раньше, имели свои устои, но в итоге им навязали новую судьбу, которая зависела от событий, а не от их выбора. Они пережили уничтожение разрушением, которое человеческое правительство невольно создало, открыв врата.
— Меня всегда интересовало одно, — произнес Варгас. — Почему демоны, преследующие Люцифера, не рассредоточились по стране до того, как была выстроена стена?
— Краетонсы, которые следуют за Люцифером, остались с ним в Аду. Палитоны, которые следуют за Кобалем, держались рядом с ним и подчинились приказу рассредоточиться по земле. Многие другие адские создания, к примеру мадагансы, не самые умные в мире. Они похожи на ваших животных, диких и смертоносных, но их мыслительные процессы не предполагают захвата мира. Сбитые с толку и дезориентированные тем, что их выпустили на свободу, они не уходили далеко от врат. К тому времени, как они начали расходиться, во многих местах уже начали возводить стену, а мы пришли к непростому соглашению с людьми.
— Непростому? — поинтересовалась Эрин.
— Нас не встретили с распростертыми объятиями. Люди, как правило, плохо переносят перемены и неизвестное. А мы, по моему мнению, отличная комбинация первого и второго.
— Так и есть, — согласилась я.
— В общем, существование демонов заставило ваши нетерпимые головы взорваться, — такое заявление вынудило меня посмотреть на Кортона, но он лишь улыбнулся в ответ. — Они не очень хорошо относятся и к таким, как ты.
— Они не знают, что со мной делать. По крайней мере, власти осознают, что демоны отличаются, и принимают вас такими, какие вы есть. Они могут не понимать всего, на что вы способны, но главное, что демоны пытаются помочь.
— А каково ваше мнение? — его голос затих. Корсон многозначительно посмотрел на Эрин, Варгаса и Хока.
— Во-первых, — начал Варгас, усаживаясь обратно, — как я понял по твоим словам, людей не хотят просвещать в то, что происходит по эту сторону стены и что наше правительство приложило руку в открытию врат. Но если ты спрашиваешь мое мнение, то люди со временем привыкли бы к правде. Если представится такая возможность.
— Хаос, который может возникнуть до того, как люди приспособятся к истине, погубит то, что осталось от вашей цивилизации, — возразил Корсон. — Поэтому никто не хочет рисковать.
Прижав колено к груди, Варгас постучал по нему пальцами, обдумывая слова Корсона.
— Возможно, ты и прав, но вряд ли у нас когда-нибудь появится шанс узнать, что произойдет при этом варианте.
— Скорее всего, нет, — согласился Корсон.
Варгас сосредоточился на мне.
— Во-вторых, ты тоже права, Ривер. Мы в курсе, что представляют собой и на что способны демоны, но ты похожа на нас. Ты приехала из человеческого города, но обладаешь демоническими способностями. Мы понятия не имеем, кто ты и на что способна.
— Я человек, — ответил я. — По большей части, — честно добавила потом.
— Возможно, она наша единственная надежда покончить с этим хаосом, — заявил Корсон.
— Никакого давления, — фыркнула я.
Корсон повернулся и посмотрел на меня немигающим взглядом.
— Никакого.
Я так и не поняла, то ли он не уловил сарказма, то ли действительно так думал. Кобаль тоже считал, что не оказывал давления, но я-то знала, что все ожидали от меня проявления каких-то сверхспособностей. Единственная проблема заключалась в том, что я, возможно, уже обнаружила все свои навыки, вот только навряд ли они имели какое-то отношение к закрытию неестественных врат в Ад или убийству Люцифера.
— Тогда кто же ты еще? — спросил Варгас.
— Вообще-то тебя это не касается, — вставил Корсон.
— Не понимаю, почему они не могут знать, — возмутилась я.
— Потому что еще слишком рано.
Я раздраженно вздохнула и повернулась к Варгасу и Эрин, которые с любопытством наблюдали за мной.
— Я прожила большую часть жизни, веря, что являюсь человеком. И я по большей части человек. Даже похожа на одного из вас, а не на кого-либо другого.
Когда я закончила, то почувствовала пристальный взгляд Корсона, но твердо выдержала напор, высоко подняв подбородок. Варгас и Эрин были частью миссии. Им было приказано сохранить мне жизнь, значит, они сделают все возможное, чтобы выполнить долг, оставалось лишь озвучить причину такого внимания. Варгас и Эрин заслуживали знать, почему должны рисковать своими жизнями ради меня.
— Этой информации вполне достаточно, — проскрежетал Корсон.
— Это обнадеживает, даже если ты можешь озвучить лишь данный факт, — кивнула Эрин.
Я улыбнулась ей, благодаря за слова поддержки. Женщина улыбнулась мне в ответ, прежде чем снова сосредоточиться на городе. Наклонившись, Корсон положил кулак на кузов грузовика и повернулся ко мне. Я посмотрела на тыльную сторону его ладоней. Когти пропали, поэтому я попыталась найти хоть какие-то доказательства того, что они вообще существовали, но его плоть выглядела совершенно гладкой и нормальной.
— Уверена, что ты больше человек, чем кто-либо другой? — спросил он тихим голосом, чтобы никто нас не услышал.
Прежде чем я успела ответить, демон отвернулся, чтобы окликнуть Хока через окно:
— На этом перекрестке направо. Мы ищем школу с большим полем позади. Там мы подождем остальных.
Я все еще пыталась разгадать вопрос Корсона, когда Хок повернул. Конечно, во мне было больше от человека, нежели от кого-то другого, верно? Я была смертной, как человек, а мои части тела не отрастали вновь после отсечения. По крайней мере, я считала это невозможным. Да и не хотела проверять данную теорию.
Я любила Кобаля, а Корсон зачастую был веселым и добродушным, но на самом деле все демоны были эмоционально отстраненными. Если только эта эмоция не являлась гневом или страстью, которые были понятны каждому. Я была далека от отстраненности или отчужденности в чувствах и придавала более серьезное значение сексу, чем демоны. До меня Кобаль рассматривал секс как облегчение потребности без привязанностей.
Было ли мое поведение таким эмоциональным, потому что я была больше человеком, нежели ангелом или демоном? Или это происходило, потому что я воспринимала себя как человека из-за долгого проживания с людьми?
Я все еще была смертной, но придавал ли мне данный факт человечности, или это обычное следствие моего рождения на Земле? Моя способность порождать огонь происходила от демонов, а навык призывать силу жизни от ангелов. Мои видения и пророческие способности могли принадлежать и человеческой стороне, поскольку некоторые люди обладали экстрасенсорными способностями.
«
Мой желудок заурчал, когда июльское солнце достигло верхней точки в небе. Его лучи грели мою кожу, но это тепло не беспокоило меня также, как других. Эрин обмахивала рукой свое раскрасневшееся лицо, а Варгас вытирал испарину со лба. Пот запятнал его одежду, вынуждая ткань прилипнуть к телу, словно вторая кожа.
Может, способность переносить жару означала, что я была по большей части демоном?
«
Я подняла голову, чтобы окинуть Корсона обвиняющим взглядом, ведь именно он вложил эту мысль в мою голову, но демон не обращал на меня внимания, а если бы и обратил, то, вероятно, был бы удивлен. Я посмотрела на припасы, когда мой желудок снова заурчал. После событий прошлой ночи и сегодняшнего дня все, что я хотела, — немного еды, возможность помыться, где-нибудь поспать и Кобаля. Но я могла осуществить только два первых желания, так как никогда бы не заснула, пока Кобаль разбирался с теми тварями.
Хок въехал на стоянку возле школы, обогнул ее и остановил пикап у задней стены здания. Выбравшись из грузовика, мы быстро нашли еду и напитки в мешках с припасами, которые вытащили из кузова. Устроившись в тени строения, мы стали есть и пить в тишине.
— Должно же здесь быть место, где мы могли бы привести себя в порядок, — пробормотала я, когда наш перекус закончился, а все вещи были снова упакованы и разложены в кузове. — Насколько я помню, школы оборудуют раздевалками и душевыми.
Корсон посмотрел на здание, потирая гладкий подбородок и изучая кирпичный фасад.
— Мы не знаем, прячется ли что-нибудь внутри. К тому же школа слишком большая, чтобы мы могли быть точно уверены, что остались одни. Обыск может занять несколько часов.
— Наверное, там полно крыс и других животных, — предположила Эрин.
— Возможно, мы могли бы воспользоваться каким-нибудь домом, который находится в приемлемом состоянии, — предложила я.
Я затаила дыхание, ожидая ответа Корсона. Мне отчаянно хотелось смыть с себя липкую слизь горгульи, но если демон решил бы, что нам лучше остаться здесь, то я бы не стала спорить. Я не хотела упускать ни малейшего шанса первой увидеть Кобаля.
Корсон продолжал смотреть на здание, прежде чем опустил руку и окинул взглядом свою испачканную слизью рубашку.
— Да, лучше пробраться в один из домов.
Я едва сдержалась, чтобы не обнять его за шею и не поцеловать в щеку. Корсон усмехнулся, когда понял мою реакцию. Мои руки снова упали по бокам. Я поспешно отступила.
— Все в порядке. Я знаю, что неотразим, — заявил он, подмигнув.
Я рассмеялась и запрыгнула в кузов грузовика.
— К сожалению, я не ношу сережек.
— Это нарушение условий сделки. Я обожаю украшения.
Варгас закатил глаза, Эрин рассмеялась, а Хок посмотрел на Корсона так, словно у него выросла еще одна голова.
— Чертовы демоны, — пробормотал Хок, уходя.
— На самом деле ты тоже хочешь иметь столько же сережек, сколько есть у меня, — крикнул ему вслед Корсон. Хок показал ему средний палец через плечо. Корсон забрался в кузов и встал рядом со мной. — Мы же не расскажем Кобалю об этом разговоре, верно? — спросил демон.
Я усмехнулась, когда Хок выехал со стоянки.
— Конечно, нет, — пообещала я.
Глава 13
Мы ехали по городу, ища, где бы остановиться. Через несколько минут Хок припарковался перед несколькими домами, которые были в относительно приличном состоянии. Наша четверка подошла к самому красивому дому с наименьшим количеством виноградных лоз и растительности, пытающихся захватить фасад. Я не знала, каковы наши шансы найти внутри водопровод, но была готова рискнуть, лишь бы не сидеть весь день в крови горгульи.
Ступив на покосившееся крыльцо, я заметила россыпь красной краски, облупившейся от дома. Когда я зашагала дальше, одна из досок треснула под моей ногой и со скрипом приподнялась на дюйм.
Убедившись, что доска не сломалась, я подняла голову, окинув взглядом улицу. Я затаила дыхание, пробежавшись глазами по притихшей дороге. Треск, вероятно, не был таким уж громким, но все еще отдавался эхом в моих ушах. Я была уверена, что если кто-то или что-то скрывалось поблизости, то точно уловило этот звук.
— Все в порядке, — подбодрил Хок. — Было не громко.
Я оторвала взгляд от дороги, когда Корсон повернул дверную ручку. Демон толкнул дверь, но разбухшее дерево накрепко засело в раме. Положив ладонь на дверь, Корсон прислонился к ней плечом и надавил сильнее. Дерево с треском поддалась напору, заскрипев ржавыми петлями.
Корсон пригнулся и забежал внутрь, полностью выпустив когти. Остальные сняли оружие с предохранителей, хотя, как по мне, то у нас не было бы шанса выстрелить, так как Корсон уничтожил бы любую угрозу. С каждым шагом кончики когтей демона скребли по деревянному полу, царапая поверхность и поднимая пыль.
Войдя в дом, я застыла и глубоко вдохнула, оглядываясь вокруг. Казалось, мы попали в прошлое, ведь с того дня, как упали бомбы, внутри ничего не трогали. Слой пыли, покрывающий помещение, был таким толстым, что если бы у меня была аллергия, то я бы заполучила сильный приступ, чиханием выдув все пылинки из комнаты. Вонь заплесневелого, старого, гнилого дерева поразил мои рецепторы, заставляя сморщить нос от удручающего запаха.
Позади меня чихнула Эрин, а мой нос защекотало так сильно, что у меня заслезились глаза. Я вошла в гостиную следом за Корсоном, рассматривая покрытые пылью фотографии на каминной полке и маленький подсолнух, проросший в центре камина.
Я не представляла, как семечко попало сюда, может, его уронила в трубу птица или притащило какое-нибудь животное, но веселый желтый цветок был единственным ярким пятном в сером окружении дома. Подсолнух высоко поднял бутон, пытаясь поглотить небольшой поток света, просачивающийся в дымоход. Я пристально смотрела на цветок, разрываясь между благоговением перед признаками жизни и красоты, борющимися за существование, и плачем от пустоты и потери, охватывающими это место.
Когда-то это был чей-то дом, вот только теперь его можно было окрестить лишь как гниющее строение. Я отвела взгляд от цветка и сосредоточилась на остальном убранстве дома. На стенах до сих пор висели картины, но стекла покрывал такой слой пыли, что у меня не получалось разглядеть изображения. Вязальные спицы и корзина с нитками стояли рядом с креслом-качалкой у камина.
Я потерла ладонями руки, пытаясь прогнать мурашки. Меня так захватило внутренняя составляющая дома, что я не заметила, как все ушли. Я нашла всю компанию на кухне, где они столпились у раковины. Эрин поворачивала краны, но вода отказывалась появляться.
— Наверное, корни деревьев повредили трубы, — предположил Хок.
— Или вода шла из колодца, но без электричества насос не работает, — заметил Варгас.
— Возможно, — согласился Хок. — В любом случае, здесь мы не найдем ничего полезного.
Корсон кивнул в сторону задней двери.
— Попробуем зайти в следующий дом.
Я проследовала за ними на улицу и через задний двор подошла к соседнему дому. Мой взгляд пробежался по растущим деревьям и наступающему на дом лесу. Раньше я представляла смех тех, кто когда-то жил здесь, теперь же во мне резонировали их слезы и крики, пока люди бежали от внезапно обрушившейся войны.
Я чувствовала пустоту внутри, запустение и холод, несмотря на почти стоградусную дневную температуру3. Смерть тяжело нависала над моей душой, пока мы шли к заднему крыльцу соседнего дома.
Дверь была приоткрыта. Либо ее не закрыли убегающие люди, либо вновь открыла невидимая рука. Корсон первым вошел внутрь. Слой пыли в доме не был таким толстым, как в предыдущем, но гниющие листья, грязь и различные обломки усеивали некогда выложенный плиткой пол.
Пока все сосредоточились на кухонном кране, я прошла в гостиную и остановилась, глядя на толстые зеленые виноградные лозы, проросшие в полу. Лозы вились по фасаду серого каменного камина, из-за чего сквозь растительность виднелись лишь проблески былого великолепия.
Меня что-то притягивало к камину. Не в силах сопротивляться своему желанию, я зашагала вперед, осторожно обходя гниющие половицы, и встала перед очагом. Толстые лианы оцарапали мою кожу, когда я просунула руку сквозь поникшие зеленые листья. Гранит камина холодил мою кожу, пока я вслепую ощупывала камень.
Обнаружив рамку с фотографией, я достала ее наружу. Вытерев пыль, покрывающую стекло, я взглянула на выцветшую картинку. Края фотографии загнулись, но я сумела рассмотреть семейный портрет. Мужчина и женщина гордо улыбались, стоя позади двух маленьких мальчиков и одной девочки. Все дети тоже расплылись в широкой улыбке и каждый демонстрировал по крайней мере один отсутствующий зуб.
Я держала фотографию перед собой, не в силах оторвать взгляд от семьи, которой больше не существовало. Я не знала, откуда взялась эта уверенность, что семья на фотографии уже не была такой же, как до разразившейся войны.
— Здесь тоже нет воды, — заявил Корсон.
Мои глаза не отрывались от фотографии, а пальцы гладили лицо маленькой девочки, которая смотрела из-за стекла. Она взирала на меня из другого мира, мира, к которому я не могла прикоснуться.
«
Откуда взялась эта идея? Я потрясла головой, пытаясь избавиться от странной мысли, что каким-то образом сумела бы связаться с девочкой, где бы она ни была.
Только не здесь, не сейчас. Она ушла за пределы нашего мира. Ее забрали из семьи еще до войны.
— Ривер.
Мои руки сжались вокруг рамки, когда я попыталась переключить внимание с фотографии на Корсона.
— Ты меня слышишь? — спросил демон.
— Здесь нет воды, — хрипло повторила я.
— Мы собираемся заглянуть в следующий дом.
— Подождите.
— Подождать?
У меня не было ответа на вопрос, но я знала, что в этом доме было то, что стоило увидеть, нечто большее, нежели находящееся в данной комнате. Отойдя от Корсона, я направилась к лестнице. Всмотревшись в темноту, скрывающую верхнюю половину ступеней, я побежала вверх, не заботясь о том, что ждало меня впереди и что дерево могло рухнуть под моим весом.
— Ривер! — взвыл Корсон за моей спиной.
Добравшись до верхнего пролета, я на несколько секунд застыла в холле. Тусклый свет просачивался из-под грязных занавесок в конце коридора. Пылинки плясали в воздухе, когда я шагнула и остановилась перед первой дверью справа. Еще много лет назад я перестала сомневаться в странных инстинктах, которые вели меня по жизни и в ведениях. Но до встречи с Кобалем я никогда не получала ответов на свои вопросы.
Только он сумел объяснить, кем я была и что отличало меня от всех остальных, казалось бы, нормальных людей. Может, мне и не нравились пояснения, которые предоставлял Кобаль, но я не отрицала их истину. Теперь я не задумывалась о пережитом или о событиях в ведениях, так как знала, что это повлечет за собой то, что стоило просто принять.
Я обхватила и повернула дверную ручку. Но дверь осталась закрытой, ведь дерево вздулось от непогоды и многолетнего пренебрежения. Прижавшись плечом к дереву, я надавила на дверь пару раз, а затем отступила и толкнула всем весом.
— Ривер! — Корсон раздраженно фыркнул, когда добрался до верхней ступеньки и подошел ко мне в коридоре.
Наконец, дверь поддалась напору и распахнулась. Я споткнулась и шагнула вперед, прежде чем обрела равновесие. Дверь с грохотом ударилась о стену и отскочила назад, но я придержала дерево рукой. Недоверчиво уставившись на убранство помещения, я испуганно отступила.
Это комната принадлежала маленькой девочке. По крайней мере, я предполагала так из-за кровати с балдахином и стен цвета сахарной ваты. Ткань балдахина с годами выцвела, а пыль мешала различить цвет, но даже сквозь грязь и старость до сих пор проступали ярко-розовые пятна.
Мой взгляд блуждал по комнате, пока сердце екало и колотилось таким причудливым образом, что я даже стала подумывать о начале сердечного приступа. Куда бы я ни посмотрела, на меня взирали лица ангелов. Не одно или два, даже не дюжина или около того, а сотни, возможно, тысячи, выстроившихся вдоль полок от пола до потолка.
Все маленькие херувимы были покрыты пылью, но я все еще могла различить выражения их лиц и позы. Большинство молились, у некоторых были расправлены крылья, а другие играли друг с другом, стоя на облаках. Одни являлись фарфоровыми куклами, вторые — миниатюрами, но многие все же были вырезаны вручную и раскрашены.
Я никогда не видела ничего подобного. Они были прекрасными и необыкновенными, но что-то в ангелах заставляло мою кожу покрываться мурашками. Херувимов было так много.
Стоявший рядом со мной Корсон удивленно открыл рот. Его глаза блуждали по комнате, будто ангелы собирались ожить и напасть на него. После всего увиденного с тех пор, как моя прежняя жизнь осталась позади, я бы не удивилась ожившим куклам, но на самом деле не думала, что подобное было возможное. Что-то мне подсказывало, что нечто, манящее меня в комнату, не являлось плохим, а ожившие фигурки представляли собой жуткое зрелище.
Мой взгляд упал на табличку, висевшую у окна. Я зашагала по скрипящему полу, чтобы снять вывеску. Стерев пыль, я увидела надпись «Анджела», написанную розовым цветом.
Я провела пальцами по имени, и в моем сознании возникли образы: смех и счастье перед болью и потерей. Дни, когда девочка играла со своими братьями на детской площадке, а потом лежала в постели с мягкими игрушками, сгрудившимися вокруг, пока ее тело истощалось.
Никогда прежде мне не удавалось заглянуть в чужую жизнь. Я не знала, могло ли случиться что-то подобное, или мне было суждено увидеть только короткую жизнь Анджелы, но новое событие по какой-то причине не пугало.
— Они называли Анджелу своим ангелом, — пробормотала я. — Рак забрал ее слишком молодой.
— О чем ты? — спросил Хок из-за моей спины.
Я посмотрела на мужчину, стоявшем в дверном проеме с выражением, почти идентичным лицу Корсона, когда демон осматривал комнату. Оба выглядели готовыми защищаться от нереального восстания ангелов. Следующим поднялся Варгас. Его глаза расширились при виде комнаты, а пальцы потянулись к кресту на шее, но затем рука вновь упала. Появилась Эрин, которая сделала шаг в комнату, прежде чем быстро отступить.
— Иногда я просто кое-что знаю, — ответила я и повесила табличку на прежнее место.
Подняв голову, я провела рукой по мобилю4. Мои пальцы пробежались по висящим херувимам, которые заплясали в воздухе под моим прикосновением. Отвернувшись от мобиля, я подошла к окну, чтобы посмотреть на тихую улицу.
Я прикусила губу, подавляя вздох, когда передо мной материализовался мерцающий образ девочки, стоящей на тротуаре. Ее пшенично-светлые волосы ниспадали локонами на плечи, а ярко-зеленые глаза ярко блестели на солнце, освещающее ее прозрачное тело. Она выглядела как девчушка с фотографии, Анджела. Она даже была одета в тот же красно-белый клетчатый сарафан с фотографии.
Я понимала, что это нереально, маленькая девочка не существовала, но не могла отвести от нее взгляд. В моей жизни происходило множество странных событий, от некоторых я отмахивалась и быстро забывала, а другие оставались со мной, но ничего подобного никогда не случалось раньше. Я закрыла глаза, потерев веки кончиками пальцев. Когда я открыла их снова, то девочка стояла там же. Прозрачное видение, которое удерживало мой взгляд.
— Ты видишь ее? — спросила я, когда Корсон подошел и встал рядом.
— Кого?
Я не была удивлена полученным ответом, хотя в тайне надеялась, что ее видел кто-то еще.
— Никого. Мне показалось, что я кого-то увидела, но, видимо, это было ошибкой.
Маленькая девочка продолжала пристально смотреть на меня, пока ее прелестные черты искрились в лучах солнца, проникающих сквозь тело. Ее можно было описать только словом «ангел». Я прижала пальцы к стеклу, когда девчушка замерцала и исчезла, прежде чем снова обрести форму на другой стороне дороги. Она повернулась и подняла руку, указывая на горизонт. Я проследила за ее пальцем, пока не заметила нечто вдоль линии роста деревьев на дальнем склоне холма.
— Что это? — спросила я и указала на быстро двигающиеся фигуры. Я так и не поняла, было ли это расстояние, игра света или реальность, но они, казалось, плыли по земле.
Корсон сощурил глаза, посмотрев в указанном мной направлением.
— Ланавуры, — рыкнул он. Я вспомнила упоминание названия существ, которые прошлой ночью бродили по городу. — Нужно покинуть это поселение.
— Но как же Кобаль? — возмутилась я.
— Он найдет тебя, но не раньше, чем они обнаружат нас. Сейчас рядом нет достаточного количества оружия или людей, чтобы справиться с ланавурами. Поверь, ты не захочешь схлестнуться с ними. Горгульи намного безобиднее.
От этих слов в моих жилах застыла кровь. Я действительно не хотела связываться с чем-то хуже горгулий. Отвернувшись от окна, я схватила с полки одного из ангелов. Я понятия не имела, что заставило меня это сделать, но когда я выбегала за дверь вслед за остальными, то несла в руках игрушку.
Глава 14
Я впился взглядом в валуны, преграждающие дорогу, и ощутил возрастающую ярость, так как заметил смятые остатки крыла горгульи, торчащие из-под обломков. Мы могли бы перелезть через обвал, но это означало оставить все припасы и машины. К тому же пеший путь занял бы гораздо больше времени, учитывая наличие в отряде смертных.
— Черт! — рявкнул я.
Схватив валун размером с небольшой автомобиль, я поднял его и отшвырнул в сторону. Глыба ударилась о скалу напротив, рассыпавшись на мелкие кусочки, которые рухнули на вершину гигантской груды на нашем пути. Люди бросились врассыпную, когда мелкие камешки запрыгали по асфальту.
Я посмотрел на следующий валун, намереваясь отбросить тот в сторону, но Ривер отделяла от меня сотня подобных глыб. Нам понадобились бы часы, чтобы разобрать проход и проехать. Я опустил камень. Огонь вспыхнул на моих запястьях и поднялся к локтям, когда я уставился на препятствие. Пламя было бесполезно против камня. Сила оттолкнет валуны, но из-за скал, расположенных по обе стороны дороги, им было некуда деться.
Повернувшись, я сосредоточился на дороге. Несколько миль позади располагалась развилка, которая, скорее всего, вела к городу, куда направились Корсон и Ривер, или, по крайней мере, пролегала недалеко от него.
— Нам придется вернуться, — заявил Моракс.
— Знаю, — пробормотал я. — Возвращаемся!
Вокруг меня то, что осталось от человеческого отряда, вернулось к машинам. Пикапы начали сдавать назад до тех пор, пока не нашли место, чтобы развернуться. Я сел за руль грузовика, а Бейл забралась на пассажирское сиденье. Когда остальные машины остановились, дожидаясь меня, я развернулся и проехал вперед, чтобы встать во главе колоны.
Доехав до развилки, я стал набирать скорость. Когда я вдавил педаль газа в пол, то мне было наплевать на скрип и глухой стук колес пикапа. Я должен был добраться до Ривер, должен был увидеть ее, должен был знать, что она в безопасности.
Объезд занял гораздо больше времени, чем мне хотелось, но в конце концов мы въехали в город, в котором я договорился о встрече с Корсоном. Солнце село час назад, луна висела над верхушками деревьев, освещая дорогу почти так же хорошо, как фары.
Я уловил намек на запах свежего дождя, принадлежащий Ривер, аромат, который исходил от души девушки и был ее неотъемлемой частью. Но запах был очень слабым, свидетельствуя о том, что Ривер уже покинула город. Мои руки сжались вокруг руля, пока я боролся с желанием оторвать тот от грузовика.
Ранее мне не был знаком страх, но теперь он являлся моим постоянным спутником. Они приехали сюда и никогда бы не ушли, если бы что-то не случилось.
А если кто-то похитил Ривер?
Склонив голову, я попытался сохранить самообладание. Мои ноздри затрепетали, а мышцы напряглись.
— В чем дело? — спросила Бейл. Я услышал в ее голосе какую-то заминку, которой никогда не было раньше.
— Их здесь нет, — прорычал я.
— Откуда ты знаешь?
— Просто знаю.
Она подняла руки и прислонилась к двери, чтобы увеличить расстояние между нами. Я нажал на газ и направился к школе, где велел ждать Корсону. Пока я ехал, то обнаружил следы запаха Ривер в разных домах города. Мне захотелось проверить все строения на наличие каких-то признаков того, куда направились Корсон и Ривер после школы.
На перекрестке я начал поворачивать к школе, но Бейл схватила меня за руку и указала на знак на другой стороне дороги. Я был так сосредоточен на пути к месту встречи, что не заметил белую простыню, накинутую на вывеску и обвязанную вокруг столба.
Буква «Р» едва поместилась в нижней части простыни, исписанной чем-то похожим на кровь. Когда мы приблизились, сквозь открытые окна грузовика я учуял незнакомый запах воска. Я не знал, что они использовали, чтобы написать послание, но это была не кровь.
— Ланавуры, — проскрежетал я.
— Они не могли остаться здесь, — заметила Бейл. — У них не было другого выбора, кроме как уйти.
Я кивнул, но мои зубы начали пульсировать от того, насколько сильно я стиснул их.
Бейл сжала мою руку, привлекая внимание.
— Корсон с остальными будут следовать тем же маршрутом, что и мы, пока могут. Мы не так уж сильно отстаем, но ты должен дать людям отдохнуть. Они не могут придерживаться такого же темпа, что и мы.
— Значит, они будут спать посменно, но мы продолжим путь, пока не найдем Ривер.
— Кобаль…
— Мы опаздываем не больше чем на несколько часов. Люди отдохнут, как только мы догоним их. Здесь мы тоже не можем остаться на случай, если ланавуры по-прежнему где-то рядом, — Бейл отпустила мою руку и откинулась на спинку сидения. Я больше не смотрел на нее, пока ехал по дороге. — Следи за наличием других знаков.
— Договорились.
***
Когда взошло солнце, я села за руль вместо Хока. Я впервые в жизни управляла машиной. Сначала у меня дрожали руки, а сердце стучало громче, чем полтергейст по стенам, но, вцепившись в руль, я почувствовала себя увереннее. Теперь мне оставалось лишь удерживать грузовик в центре дороги и прекратить пытаться использовать обе ноги на педалях.
Когда передо мной выбежала белка, я нечаянно ударила одновременно по тормозам и по газу. Грузовик с визгом рванул вперед, а затем резко остановился. Корсон, Эрин и Варгас врезались в кабину грузовика внезапным стартом и торможением. Позади меня раздались стоны, когда их тела с многочисленными тяжелыми ударами встретились с металлом.
— Простите! — крикнула я.
— Пользуйся только одной ногой, — в сотый раз повторил Хоук, глядя на меня с пассажирского сиденья покрасневшими от усталости глазами.
— Хорошо, — пробормотала я и с усилием убрала левую ногу с педали тормоза.
Через некоторое время я освоилась, а все, кроме Корсона, уснули. Он стоял спиной к окну позади Хока, полузакрыв глаза и наблюдая за проплывающим мимо пейзажем. Насколько мне было известно, демон умел спать. Кобаль же спал с закрытыми глазами. Впрочем, все они были разными видами демонов, обладая индивидуальными особенностями.
— Нужно оставить еще один знак, — через полчаса заявил он, подтверждая мои сомнения относительно его сна.
Я съехала на обочину и выпрыгнула из грузовика, не задействовав ручник. Теперь моя левая нога свисала из двери, топчась по земле, а правая пыталась найти педаль тормоза. Грузовик резко дернулся, но, к счастью, никто больше не врезался в кабину.
— Обязательно пользуйся ручником, — пробормотал Хок, не открывая глаз.
— Спасибо за информацию.
— Обращайся в любое время.
Я подняла ручник и осторожно сняла ногу с тормоза. Ожидая, что произойдет, я затаила дыхание, но грузовик так и не сдвинулся с места. Ухмыляясь и борясь с желанием похвалить себя, я выпрыгнула из машины. Серьги Корсона раскачивались из стороны в сторону, пока он переводил взгляд с моей персоны на грузовик с таким выражением, которое ясно говорило, что демон считал грузовик умнее меня.
— Я никогда не водила машину, — заявила я, защищаясь.
— Но раньше ты же видела, как это делается, верно?
— Прошло много лет с тех пор, как я в последний раз наблюдала за вождением машины. И я сомневаюсь, что ты вышел из Ада со знанием человеческих предметов.
— Мы заранее выяснили многое о людях, прежде чем выйти, — возразил Корсон, пока мы шли к красному знаку остановки на обочине. Под мышкой у демона была зажата одна из простыней, которые мы забрали из дома Анджелы. — Я следил за людьми больше, чем многие другие.
— Зачем? — полюбопытствовала я.
Он накрыл табличку простыней, прежде чем надежно привязать к столбу.
— Даже не знаю. Нужно же было чем-то заниматься. Вы саморазрушительный, сумасшедший вид, но за вами интересно наблюдать.
— Что-то вроде мыльной оперы для демонов.
— Это еще что такое?
— Телесериалы, которые моя мать раньше любила.
— Я почти не смотрел ваше телевидение.
— Любопытно. Что мне написать?
Я достала тюбик красной помады, который мы нашли в доме Анджелы. Это было единственное, что мы сумели обнаружить для написания записки, так как все остальное за эти годы высохло.
— Оставайтесь на прежнем маршруте.
— Может, нам стоит остановиться и подождать их?
— Нет, я знаю место, где безопаснее всего остановиться и подождать, — ответил он. — Пока мы не доберемся туда, нам нужно держаться как можно дальше от ланавуров.
— Насколько они плохи?
— Ужасны.
Само слово никак на меня не повлияло, а вот затравленный взгляд в глазах Корсона заставил вздрогнуть. Если демоны не хотели сталкиваться с ланавурами лицом к лицу, то я определенно предпочла бы держаться подальше.
— Стоит ли мне намекнуть в записке, куда мы направляемся?
— Нет, никто и ничто не должен знать конечный пункт прибытия. Кобаль все поймет.
Мой желудок скрутило при мысли о том, что кто-то еще мог преследовать нас в данный момент. Я поднесла губную помаду к простыне и начала писать.
Я закрутила помаду и вернула колпачок на место.
— Как думаешь, сколько людей выжило после нападения горгулий? — поинтересовалась я.
— Даже не могу предположить.
Я склонила голову, когда воспоминания об истерзанных телах и криках всплыли в моем сознании.
— Я не хочу, чтобы из-за меня кто-то умирал.
— Они умирают не из-за тебя. Они умирают, чтобы защитить тебя.
— Есть разница?
— Да. Существует вероятность, что ты сумеешь спасти весь человеческий вид. Достойное дело, за которое солдаты готовы сражаться и жертвовать собой. Они умирают, потому что некоторые из людей крупно облажались.
— Но если я не смогу закрыть врата или одолеть Люцифера? — спросила я.
— Тогда мы придумаем новый план.
— Новый план, — пробормотала я, всматриваясь в горизонт.
— Кобаль не остановится, пока не догонит нас, — подбодрил меня Корсон.
— Знаю.
Я жаждала увидеть его, хотела, чтобы сейчас он был рядом со мной. Я должна была убедиться, что с ним все в порядке и что горгульи не причинили ему вреда. Глубоко внутри я верила, что почувствовала бы серьезное ранение или смерть Кобаля, но не из-за способности знать и предвидеть некоторые события, а потому что моя душа ощутила бы его потерю. Мы были скреплены друг с другом неразрывной связью.
Моя рука автоматически поднялась, чтобы коснуться отметин на шее. Мое сердце бешено забилось от осознания того, что они начали исцеляться. Нечто примитивное шевельнулось во мне, но я сразу же распознала пробуждение демонического инстинкта, который был слишком сильным и изменчивым, чтобы принадлежать к человеческой стороне, слишком сексуальным и собственническим, чтобы относиться к ангельской. Скоро Кобаль вернется.
— Что ты увидела на улице в доме Анджелы, когда смотрела в окно? — тихо спросил Корсон, когда мы направились к грузовику.
Я остановилась, а мой взгляд упал на крошечную, коленопреклоненную фарфоровую фигурку ангела, которую я украла из дома и поставила на приборную панель грузовика. После того, как я протерла херувима от пыли, то сумела четко разглядеть его пухленькие щечки, зеленые глаза и пшенично-светлые волосы. Он смотрел в небо с умиротворенным видом, подняв голову и расправив крылья.
Я неосознанно схватила ангела, очень похожего на Анджелу. Сейчас я уже не верила в совпадения в этом мире. По крайней мере в те, которые касались меня.
К тому же я никогда не была поклонницей талисманов удачи. Я всегда знала, что если чему-то было суждено произойти, то это обязательно случиться. Никакие кроличьи лапки, клевер, идолы и даже молитвы не могли изменить судьбу, но в данный момент я не могла заставить себя расстаться с ангелом.
— Мне показалось, что я кого-то увидела, но это было ошибкой, — по какой-то причине я чувствовала, что должна сохранить существование Анджелы в секрете.
— Ясно, — пробормотал он.
Я не знала, поверил ли мне Корсон, но он прекратил расспросы.
— Как далеко мы от того места, где, по-твоему, безопасно?
— Сегодня вечером уже прибудем.
— Отлично, — я вернулась к грузовику. — Хочешь, я уступлю тебе место водителя?
— Я верю, что ты все же научишься вождению, а вернее, я на это надеюсь.
Это придало мне уверенности. Я села за руль и повернула ключ зажигания, чтобы завести машину. Вдруг я вспомнила, что перед тем, как нажать на педаль газа, нужно было переключить скорость, чего я не сделала в первый раз, когда попыталась управлять этой штукой.
«
Глава 15
— Кажется, я знаю, куда ведет их Корсон, — заявила Бейл, когда солнце стало садиться за горизонт.
Я тоже довольно хорошо представил, куда направлялся Корсон, когда прочитал последнее оставленное для нас сообщение. Идея была гениальной, но я не знал, как отреагирует Ривер на то, что обнаружит, когда они доберутся до места назначения.
— Перл, — пробормотал я.
— Да. Мы должны остановиться, Кобаль, хотя бы ненадолго. Люди уже несколько часов не ели и не ходили в туалет.
Меня охватило негодование. Я чувствовал себя совершенно неуравновешенным. Впрочем, так оно и было с тех пор, как я посадил Ривер в грузовик и велел Хоку уехать. Теперь я был близок к ярости, так как во мне нарастала враждебность гончих. Ривер была моей избранницей, поэтому псы жаждали вернуть ее так же сильно, как и я.
Я не привык к пронзающей меня уязвимости. Это я привел сюда Ривер и поклялся защищать ее, но сейчас она оказалась рядом с бесчисленными врагами, охотящимися за ней. Люцифер встречался с Ривер и знал, как она выглядела, значит, его последователи тоже были в курсе.
Я хотел двигаться дальше, так как не мог сделать еще один вдох, пока Ривер вновь не окажется рядом, но Бейл была права. Люди нуждались в передышке. Солдаты принесли бы мало пользы, если бы были слишком измучены, чтобы продолжать.
«
Но в отличие от меня они не будут также давить на людей. Мы догоняли группу, к тому же Корсон, скорее всего, направлялся в Перл, где можно было найти безопасность на некоторое время или, по крайней мере, до тех пор, пока не появились бы мы.
Демоны упорно избегали Перл. Я сомневался, что кто-нибудь из людей, если бы они выжили, подошел бы к этому району. Корсон, вероятно, безумно боялся каждую секунду, пока приближался к месту назначения, но он сделал бы все возможное, чтобы уберечь Ривер.
С минуту я смотрел на красную надпись на вывеске, потом распахнул дверцу грузовика и вышел. Я направился к пикапу, где сидел капитан Тресден.
— Остановка на полчаса, — быстро отчеканил я.
Он кивнул и вылез из грузовика, прежде чем рявкнуть приказ остальным солдатам. Верин, Моракс и Шакс подошли к нашему пикапу, чтобы присоединиться ко мне и Бейл.
— Думаешь, Корсон едет в Перл? — спросил Шакс.
— Да, — ответил я, положив руки на кузов грузовика. Моя нога постукивала по земле, пока люди спешили в лес и забирали еду из припасов. Большинство солдат решили сначала справить нужду, чтобы при надобности поесть уже в дороге.
— Ненавижу это место, — пробормотал Моракс.
— Именно поэтому Корсон и отправился туда, — заметила Бейл. — Его ненавидят все.
— Верно, — Моракс повернулся, чтобы посмотреть на деревья, когда люди снова появились из их темных глубин.
Отвернувшись, я окинул взглядом горизонт, прежде чем оттолкнуться от грузовика. Я спустился по дороге, миновав знак, написанный Ривер, и направился к небольшому холму. Выглянув из-за вершины, я вгляделся в лес, ища хоть какой-то намек на то, что кто-то скрывался среди деревьев в сгущающихся сумерках.
Ланавуры были где-то там. В отличие от горгулий, они разделялись, когда двигались по земле. Им нравилось нападать стаями, поэтому они разбивались на небольшие группы и рассредоточивались по округе.
Мое внимание привлекло движение. Некоторые ветви и листья зашуршали и затрещали. Я задержал дыхание, ожидая, когда враг выдаст себя. Среди деревьев промелькнуло что-то красное, но быстро исчезло. Сделав шаг вперед, я заметил, как кусты покачнулись, открывая двух людей, мужчину и женщину, крадущихся среди листвы.
Предполагалось, что все люди покинули этот район много лет назад. Но я всегда подозревал, что некоторые избежали эвакуации. Учитывая все то, с чем приходилось иметь дело людям по эту сторону стены, было удивительно, что кто-то из них выжил самостоятельно. То, что они пережили, увидели и сделали для выживания в дикой местности, превратило их в жестоких сукиных детей или окончательно свело с ума.
В любом случае, я не хотел, чтобы они встретились с нашими солдатами. Никто не мог определить, с какими людьми мы столкнулись бы.
Парочка пробралась между деревьев и вскоре скрылась из виду. Я остался на месте, не желая поворачиваться и уходить. Я не верил, что мужчина и женщина не попытаются нагрянуть, чтобы добраться до наших припасов. Если они заметили еду, то обязательно вернуться. Они бы не сумели выживать так долго, не изучая окружающую среду и не обладая инстинктами убийц.
Я почувствовал присутствие Бейл прежде, чем она заговорила:
— Полчаса уже прошло.
— Собери людей и прикажи им готовиться к атаке. Мы спустимся, убедимся в безопасности, а потом продолжим, — ответил я.
— Что ты видел?
— Двух человек, но их может быть больше. Они в любом случае попытаются устроить ловушку.
— Как раз то, что нам нужно, — пробормотала она и отвернулась.
Я оставался на холме до тех пор, пока Бейл не вернулась с другими демонами, которые рассредоточились рядом. В листве промелькнуло что-то блестящее, скорее всего винтовка или оптический прицел. Да, они определенно знали о нашем присутствии и ждали.
Глава 16
— Им нужны припасы, — пробормотала Бейл.
— Да, — согласился я.
Капитан Тресден подошел и встал на вершине холма рядом с нами.
— В чем дело? — поинтересовался он.
— Люди с оружием. Они устроили засаду в лесу, — резко ответил я.
— Я поговорю с ними, — предложил он.
— Они не станут слушать. Эти люди живут здесь уже тринадцать лет. Я могу гарантировать, что их не затронут твои слова, — заявил я.
Его губы сжались, а глаза сощурились. Мое внимание привлекло еле заметное движение ветки футах в ста справа от меня. Люди были достаточно решительны, чтобы подойти ближе. Я больше не замечал ни проблесков от оптических прицелов, ни какого-либо движения, но до меня дошел едких запах немытых тел.
— Они приближаются, — отчеканил я, прежде чем повернуться к Тресдену. — Прикажи солдатам не стрелять, пока не возникнет крайней необходимости в убийстве. Мы нападем на них до столкновения.
— Хорошо, — ответил он, прежде чем уйти, чтобы подготовить солдат.
— Я бы предпочел не убивать людей без надобности, — обратился я к демонам, собравшимся вокруг.
Все они обменялись удивленными взглядами.
— Серьезно? — удивилась Верин.
Я посмотрел на солдат позади нас, которые готовили оружие и занимали оборонительную позицию. Когда я снова повернулся к Верин, то ответил ей на нашем родном языке:
— Да. Ты предпочла бы убийство?
— Нет, — ответила Верин и перебросила свои золотистые волосы через плечо. — Просто я никогда не думала, что услышу от тебя проявление сочувствия к бедственному положению человеческого вида.
Я отвернулся. Может, до встречи с Ривер я не стал бы так реагировать, ведь большую часть времени не испытывал симпатии к людям. Но эти выжившие отличались от многих, с которыми я сталкивался на протяжении последних лет. Они сумели продержаться здесь, в дикой местности, все это время.
— Теперь они, наверное, больше демоны, нежели люди, — заметил я.
— Скорее всего, — согласилась Бейл.
— Каков наш план? — спросил Моракс, стуча хвостом по земле и хрустя костяшками пальцев.
— Мы застанем их врасплох, напав со спины. Если кто-то умрет в процессе, то так тому и быть, но попытайтесь сохранить как можно больше жизней, — приказал я. Повернувшись, я подошел к Тресдену и солдатам. — Мы попытаемся усмирить их без боя, — когда я заговорил, то снова перешел на английский. — Если кто-то из них проскользнет мимо нас и доберется сюда, стреляйте на поражение.
— Ясно, — ответил Тресден.
— Может, кто-нибудь из нас пойдет с вами? — спросила молодая женщина.
— Нет, оставайтесь здесь и защищайте запасы на случай, если что-то пойдет не так.
Я сомневался, что что-то может пойти не так. Выжившие могли быть более дикими, чем многие, с которыми мы привыкли иметь дело, но они все еще оставались людьми. Уходя, я кивнул и жестом приказал демонам следовать за мной в лес, который уже был объят ночью. Скользнув в тень деревьев, я почувствовал легкий трепет возбуждения и начал охоту.
***
Я вышла из грузовика, чтобы рассмотреть массивное здание. Внутри строения до сих пор горел свет, много света. На некоторых заправочных станциях по ту сторону стены еще осталось электричество, но я никогда не видела такой освещенности. Я понятия не имела, откуда в этом месте было столько электричества, но улица перед зданием была залита, хотя небо было черным как смоль, ярким светом, который заставлял меня пожалеть об отсутствии солнцезащитных очков.
Облака закрыли луну и звезды несколько часов назад, из-за чего теперь только наши фары освещали дорогу. Однако примерно в четверти мили отсюда здание сверкало в ночи, как маяк.
Большие металлические навесы снаружи здания закрывали по меньшей мере двадцать бензоколонок. Некоторые имели шланги, свисающие с серебряного потолка к гладкой, мощеной парковке. Эта стоянка была одной из немногих, где асфальт не был разрушен погодой или войной.
Почти нетронутая поверхность скорее тревожила, чем успокаивала. Почему это место так сохранилось?
Слева от меня мерцала неоновая вывеска с надписью «у Перл». Сияние от вывески и отблески от здания пробивались сквозь туман, низко стелющийся над землей.
— Что это за место? — спросила я.
— Кажется, раньше их называли стоянками для грузовиков, — ответил Корсон.
Вот тогда-то я и увидела потемневшие слова «стоянка для грузовиков Перл Рединг» под вывеской. Лампы, используемые для освещения стоянки, должны были потухнуть за эти годы.
— И сюда мы целенаправленно ехали? — обратилась я к Корсону.
— Да, — ответил он, в этот момент что-то зашевелилось за одной из жалюзи, закрывавших витражные окна, которые занимали весь фасад здания.
— Что это было? — Варгас поднял винтовку и плотно прижал приклад к плечу.
Мои руки легли на пистолеты, когда я снова уловила движение за одним из окон. Ободряющая тяжесть катаны давила на мою спину, но я напомнила себе, что самое смертоносное оружие находилось в моих руках.
Свет снаружи и ослепительное сияние, льющееся из щелей в жалюзи, делали это место слишком привлекательным. Каким образом мы могли спрятаться здесь и дождаться прибытия Кобаля с отрядом? Никто в радиусе четверти мили не мог не заметить здание.
Почему Корсон привел нас именно сюда?
Я напрягала зрение, пытаясь разглядеть что-то за жалюзи, но так ничего и не увидела.
— Ваше оружие не подействует на то, что находится внутри, — на последнем слове все головы повернулись к Корсону.
— Почему это не звучит обнадеживающе? — нервно усмехнулась Эрин.
— Потому что не должно, — ответил Корсон.
— Во что мы ввязываемся? — требовательно спросила я.
— Ничего смертельного. Внутри неприятно, но, скорее всего, там не окажется ни людей, ни демонов.
Вообще-то я не считала какую-либо часть нашего путешествия привлекательной, но если даже Корсон называл это неприятным, то мы, вероятно, возненавидим каждую секунду пребывания в здании. По крайней мере, находящееся внутри не собиралось нас убивать, и это было плюсом.
Я прошла за Корсоном к двери, а Хок засеменил следом. Эрин и Варгас прикрывали наши спины. Пока мы направлялись к зданию, то наши шаги отдавались эхом, так как были единственным звуком в душной ночи.
Несмотря на яркий свет, справа от меня виднелись темные закоулки. Немного сияния, льющегося из окон и падающего на нас из-под навесов над головой, пронзало темноту возле здания. Решетки нескольких закусочных на колесах, припаркованных в переулке, сверкали в скудном свете, который падал на них. Если спущенные шины и ржавеющие кабины были хоть каким-то признаком, то машины простояли здесь как минимум несколько лет. Насколько я могла судить, ни к одному из грузовиков не было прицеплено прицепа.
Подойдя к зданию, Корсон взялся за металлическую ручку и распахнул дверь. С другой стороны зазвенели колокольчики. Четкий, чистый звук был чрезвычайно громким в окружающей нас тишине. Но не это поразило меня больше всего. Сильнее шокировало то, что Корсон вошел внутрь так, будто владел этим местом.
Мы все обменялись озадаченными взглядами, продолжая стоять за дверью. Никто из нас не собирался проявлять ту же беспечность, что и Корсон. Я достала пистолет, когда Хок поставил ногу на низ закрытой стеклянной двери и осторожно толкнул ту носком ботинка. На этот раз зазвенели не колокольчики, в что-то другое. Я протиснулась мимо Хока, размахивая пистолетом из стороны в сторону и быстро осматривая помещение, в то время как остальные вошли следом.
Корсон стоял передо мной, ухмыляясь, так как я удивленно открыла рот от представшего моему взору зрелища. В закусочной были забиты все кабины. Некоторые из посетителей повернулись боком, чтобы посмотреть на нас, другие отвернулись от стойки, но еще больше, которые двигались по черно-белой плитке, покрывающей пол, просто замерли.
Внутри находилось по меньшей мере пятьдесят человек, а может, и больше. На всех лицах посетителей отражался тот же шок, что и на моем. Я хотела шагнуть назад, но дыхание Хока овевало мою шею, так как он преградил мне путь к отступлению. Варгас поцеловал свой крест, а у Эрин был такой вид, словно она предпочла бы снова оказаться лицом к лицу с горгульей.
— Тебе здесь не место! — крикнула нам какая-то женщина и положила руку на свое упитанное бедро. Все в ней было серым от цвета кожи до ситцевого платья и фартука. Ее взгляд презрительно пробежался по нашей группе. — Никому из вас здесь не место.
Охренеть.
— Мы заглянули, чтобы немного передохнуть, — заявил Корсон, пренебрежительно махнув рукой.
— Вам здесь не место! — настаивала женщина.
Корсон указал нам на табуреты у стойки.
— Устраивайтесь.
Сидевшие на этих стульях посетители бросили на демона злобные взгляды и скрестили руки на груди. Люди не хотели покидать свои места, а я не собиралась их к чему-либо принуждать. Наша группа не сдвинулась с места. Никто не осмелился даже пошевелиться, так как женщина с грозным выражением на лице направилась к нам.
— Вам здесь не рады! — закричала она.
— У тебя есть два варианта, — отчеканил Корсон. — Ты дашь нам спокойно посидеть и подождать, либо она, — он ткнул большим пальцем через плечо на меня, — сожжет это место дотла. Выбирай.
— Корсон! — прошипела я, не желая портить убранство здания. Я понятия не имела, на что были способны эти люди после подобной провокации.
Демон молча посмотрел на меня через плечо. Женщина остановилась и сосредоточила на мне свои выцветшие серые глаза. Она опять уперла руки в бока, пока скользила по каждому из нас взглядом. Если бы женщина начала топать ногами, как бык, то я бы убралась отсюда прежде, чем она кинулась на меня с дракой.
— Она на это не способна! — заявила женщина и ткнула в меня пальцем.
— Верь во что хочешь, но я бы посоветовал не испытывать судьбу. Возвращайся к своим делам и оставь нас в покое, — заявил Корсон. — Мы всего лишь дождемся друзей, а потом уйдем.
Эта мысль, похоже, совсем не обрадовала женщину. Мой желудок скрутило, когда все в помещении сосредоточились на мне. Волосы на моем затылке встали дыбом, а ладонь, сжимавшая бесполезный пистолет, так вспотела, что мне пришлось убрать оружие обратно в кобуру, чтобы не уронить его на пол. Мне было неприятно, что Корсон использовал меня как угрозу, тем не менее это заставило женщину держаться от нас на расстоянии.
Женщина продолжала изучать меня, как препарированную лягушку, пока ее лоб не разгладился, а рука не упала с талии.
— Я знаю, кто она, — пробормотала она.
По толпе пробежали шепотки, а некоторые посетители сделали шаг ко мне. Я чувствовала их интерес своей кожей.
— Это она, — прошептал кто-то. — Демоны нашли ее.
Я ощутила пристальные взгляды Варгаса, Эрин и Хока.
— Откуда вы знаете, кто я? — поинтересовалась я.
— Слухи. Загробная жизнь меньше, несмотря на предрассудки людей, особенно по эту сторону барьера между нашими мирами, — ответила полная женщина.
Итак, даже в загробной жизни существовали сплетни. Это было странное, охренеть-какое-правдоподобное заявление.
Корсон отступил в сторону и снова указал на стойку. На этот раз обитатели стульев поспешили убраться с дороги, из-за чего Корсон направился к обтянутым винилом сиденьям. Мы вчетвером не двигались еще целую минуту, прежде чем осторожно последовать за демоном, когда он уселся на один из табуретов.
Я повернулась боком, чтобы ненароком не задеть кого-нибудь. Я не имела понятия, что произойдет при соприкосновении, да и не хотела выяснять. Я почти добралась до табурета, когда моя рука прошла прямо сквозь человека, который встал, чтобы пропустить нас. Мурашки побежали по моей замерзшей плоти, когда меня, наконец, накрыло осознание происходящего.
Мы попали в закусочную, полную призраков.
Глава 17
Я, сгорбившись, сидела на табурете, не желая двигаться, так как возле моих локтей парили призраки. Реально парили. Их ноги не касались земли, а головы с любопытством поворачивались из стороны в сторону, рассматривая меня. Я старалась не пялиться на серые, прозрачные фигуры, но чем дольше я сидела, тем больше призраков собиралось вокруг.
— Ты действительно та, за кого себя выдаешь? — спросил мужчина с бакенбардами и стрижкой помпадура5. Он был одет в брюки-клеш и старую рубашку на пуговицах, верхушка которой была расстегнута, демонстрируя верхнюю часть груди, а также ботинки на плоской подошве, с закругленными носами и шнуровкой.
— Я не знаю, что обо мне говорят, — пробормотала я, отодвигаясь от призрака с помпадуром, когда он подплыл ближе.
— Ключ ко всему происходящему. Ответ, который мы все ищем, чтобы снова исправить мир.
Совсем никакого давления.
Я даже не пошевелилась, но махнула рукой, чтобы он отодвинулся, так как мне не хотелось снова прикасаться к одному из них.
— Я в этом не уверена, — пролепетала я.
— Вы реально считаете, что речь шла о ней? — еще один призрак обратился к остальным.
— Демон заявил, что она может сжечь это место голыми руками, но в ней нет ничего демонического. Должно быть, она та самая, о которой все говорят, — прошептал молодой человек в изодранных остатках серой униформы. Судя по одежде и широкополой шляпе, он был солдатом в гражданской войне.
Видимо я была самой горячей темой в сплетнях загробной жизни. Даже после всего, что я видела за свою жизнь и эти последние пару месяцев, данный факт казался удивительным. Я смутно вспомнила, как в детстве мама сидела и смотрела разные ток-шоу. Сейчас я чувствовала себя героем такой передачи, который сидел на сцене, слушая осуждение зрителей. Оставалось лишь дождаться момента, чтобы кто-нибудь встал и крикнул:
«
Я вздрогнула от этой мысли и попыталась отодвинуться от проплывавшего мимо старика с круглыми очками на кончике выпуклого носа. Он окинул меня взглядом, будто я выступала в шоу уродцев. Ох, кого я обманывала, я реально была уродцем, но они-то являлись чертовыми призраками, поэтому не стоило так явно выражать свое любопытство. Они могли бы немного поддержать меня.
— Не кричи на нее, Этель, — заявил еще один и подплыл к женщине, которая первой заговорила с нами. — Она могла бы помочь нам.
В ответ на заявление мои брови удивленно выгнулись. Я посмотрела на Корсона, который перегнулся через стойку и стал махать рукой на призрака с помпадуром. Образ ладони, двигающейся сквозь тело мужчины, был таким же успокаивающим, как сон на стеклянной кровати.
— Кыш! — рявкнул Корсон.
Мужчина надул губы, но тут же отплыл и завис у одного из столов.
— Что это за место? — тихо спросил Варгас.
— Они слышат тебя, — ответил Корсон. — Нет причин шептать. Призраки имеют форму тумана, но все равно слышат, как открылись врата за милю отсюда, не так ли, ребята?
Призраки разразились множеством возмущенных комментариев, такими как хрен и мудак, после комментария, который еще больше смутил меня. Корсон повернулся на табурете спиной к стойке и небрежно облокотился на нее, опершись локтями о гладкую поверхность. Демон даже улыбнулся, разглядывая недовольные лица, уставившиеся на него.
— Это правда, — ответил Корсон на свой же вопрос. — Именно поэтому вы здесь.
— Ничего не понимаю, — пробормотала Эрин.
— Некоторые из них застряли потому, что испугались и не попали на небеса, хотя должны были. Души могут воспротивиться отправке на небеса. Но когда дело доходит до Ада, то у них нет выбора.
— Почему? — спросила я.
— На небесах добрые люди пожинают плоды своих трудов. Если они решили отказаться, то это их выбор. Однако, никто не может избежать наказания Ада, если заслужил его по праву. Те души, которые не захотели двигаться дальше, попадают в ловушку на Земле, пока им не предоставится еще один шанс вознестись на небеса. Но большинство призраков находятся здесь, потому что не заслужили ни Рая, ни Ада. Они застряли, потому что у них не хватило мужества быть достаточно плохими для Ада и не хватило порядочности быть достаточно хорошими для Рая, — объяснил Корсон.
Кто знал, что призраки умели хмуриться? Я только это выяснила, так как хмурые взгляды сосредоточились на Корсоне. Если бы они были из плоти и крови, то, без сомнения, попытались бы надрать задницу демону.
— Корсон, будь повежливее, — прошептала я.
— Зачем? Большинство из них не были хорошими людьми. Вот почему они здесь. Призраки платят свою кару до тех пор, пока не отбудут весь срок.
— Подожди, — Варгас помассировал пальцами свои виски. — Хочешь сказать, что Земля — это Чистилище?
— Вы удивлены? — усмехнулся Корсон.
Я нахмурилась, не зная, как ответить на вопрос. Мы сидели в закусочной, полной призраков, так могло ли быть что-то еще более удивительное?
— Если вы обдумаете всю полученную информацию, то мои слова обретут смысл. Призраки заперты здесь, наблюдая, как мир продолжает существовать, наблюдая, как их близкие умирают и отправляются туда, куда они попасть не могут. Мертвые должны видеть, как вы все живете своей жизнью, и постоянно задаваться вопросом, когда же, наконец, придет их время для того, чтобы покинуть этот мир, — продолжил Корсон.
— Звучит ужасно, — выдохнула я и посмотрела на фигуры, теснящиеся возле нас. — Так почему вы все собрались на этой стоянке?
— Здесь расположены одни из врат, — заявил Помпадур.
— Врата куда?
— На небеса, — ответил он, будто я соображала так же туго, как тягучий кусок смолы. Хотя в данный момент я действительно чувствовала, что мой разум был покрыт слизью, как и все остальное внутри.
— Это не врата, — ухмыльнулся Корсон, закатив глаза. — Призраки всегда все преувеличивают.
— Тогда о чем речь? — уточнила я.
— Когда человек умирает, его душа проходит через портал, который некоторые называют вратами. На самом деле я не знаю, можно ли называть таким образом этот проход. В районе, где мы сейчас находимся, в прошлом наблюдалась высокая концентрация смертей. А в областях, где много смертей, множество душ, которые заслужили переход в Рай или Ад, покидают Землю, оставляя некий отпечаток.
Я прикусила губу, чтобы не рассмеяться, когда Помпадур показал Корсону средний палец.
Корсон мило улыбнулся в ответ и продолжил:
— Места, насыщенные отпечатками, как правило, привлекают призраков, желающих сбежать из Чистилища. Мертвые околачиваются здесь в надежде, что один из многочисленных порталов, которые ранее уже срабатывали, откроется снова, — он вытянул руку, показывая на всех посетителей закусочной. — Вы в любом случае не сумеете пересечь черту, — объявил Корсон. — Вы должны отсидеть свой срок. Болтаясь здесь, ни один из вас ничего не добьется. Никакие врата не откроются, пока вы не посчитаете себя достойным идти дальше.
Миловидное привидение в юбке-пудель6 поднесло пальцы к подбородку и щелкнуло ими в сторону Корсона. Ее юбка не шелохнулась, когда девушка отвернулась. Мужчина, одетый, как мне показалось, лишь в форменную рубашку, повернулся и проплыл сквозь стену. Я тяжело сглотнула при виде чего-то настолько человеческого, проходящего сквозь что-то твердое.
— Иногда порталы открываются, — возразила Этель.
— Потому что дух, ошивающийся здесь, отслужил свое, а не потому что кто-то нашел ключ к обходу правил, — возразил Корсон. — Глупцы.
— Срань господня! — выпалил Хок, привлекая всеобщее внимание. — Это действительно стоянка грузовиков, а не Святого Петра!
Варгас, Эрин и я посмотрели на него так, словно он сошел с ума, хотя в данный момент я не стала бы винить его в безумстве.
— Чего? — переспросила я.
Краска сошла с его лица. Хок выглядел почти таким же пепельным, как призраки, плавающие вокруг.
— Песня называется «человек на луне», — пробормотал он. — Она очень нравилась мне в детстве, но я никогда бы не подумал, что текст основан на реальности.
Название песни показалось мне странно подходящим к ситуации, учитывая мои ощущения, будто я оказалась на другой планете, когда еще один призрак проплыл мимо.
— Иногда люди могут заглянуть в другие измерения и увидеть необъяснимое, — пояснил Корсон. — Автор песни, возможно, в какой-то момент подсмотрел за призраками.
— Так это место было возведено для того, чтобы сюда приходили призраки? — поинтересовалась я.
— Нет, люди построили стоянку, потому что это был доходный бизнес. Призраки пришли сюда из-за местоположения здания и потому что могли, — ответил Корсон.
Может, поэтому я увидела Анджелу на обочине дороги? Была ли она призраком? С другой стороны, Корсон и другие не заметили ее, хотя могли ясно видеть привидений стоянки. К тому же Анджела имела яркие краски в своем облике, в то время как эти мертвые были серыми и блеклыми.
Я повернулась к Корсону.
— Значит, призраки общались с людьми, которые приходили сюда?
— Нет, люди не могут видеть привидения, а вернее, не могли раньше, — объяснил Корсон. — Конечно, некоторые духи были сильнее других. Если мертвый обладал способностями в человеческом облике, то мог сохранить силу. Только эти редкие духи были способны продемонстрировать свое присутствие окружающим. Вы называли их призраками, хотя некоторые были известны как полтергейсты. Также существовали люди, которые умели разглядеть призраков за завесой, но по большей части привидения парят на заднем плане, наблюдая и ожидая своей очереди, чтобы пройти дальше.
— Я… э-э… позволю себе не согласиться. Я прекрасно его вижу, — пробормотала Эрин. Она отодвинулась от двадцатилетнего мужчины в круглых очках и с волосами до плеч. Его рубашка, подходящая под галстук, имела сероватый оттенок, как и все остальное. Он пытался заглянуть за рубашку Эрин, поднимаясь все выше в воздух. — Извращенец, — обвинила она.
Мужчина ухмыльнулся, показал знак «мира» и поплыл прочь.
— Оно того стоило, — обратился он к другому.
— Иисус, — пробормотала я и плотнее прижала рубашку к груди, когда несколько призраков мужского пола направились к нам.
— Может ли Иисус помочь нам? — взволнованно спросил Помпадур.
Я пристально посмотрела на него, прежде чем покачать головой.
— Я… не знаю.
— Нет. Не может. Чертовы призраки. Дождитесь. Своего. Времени, — рявкнул Корсон, заработав еще больше средних пальцев и грубых жестов от мертвой, прозрачной толпы.
Я отодвинулась от одного из привидений, нависшего надо мной, склонившего голову и пытающегося увидеть хоть что-то через мою руку у горла.
— Отвали, приятель. Может, у тебя и нет тела, но я найду способ надрать твою задницу.
— Она найдет, — подтвердил другой и толкнул его локтем.
Оба отлетели, прежде чем обратить внимание на Эрин.
— И я надеру вам задницы за нее тоже! — рявкнула я.
Я начинала понимать очевидную неприязнь Корсона к призракам.
— Спасибо, — поблагодарила Эрин. Она держала верхнюю часть рубашки, прижатой к груди.
Да и я не была готова убрать руку со своей рубашки. Некоторые женщины-призраки сновали вокруг Хока и Варгаса с восхищенным блеском в глазах. Вот только солдаты не обращали на них никакого внимания.
— Почему мы можем видеть их сейчас? — обратилась я к Корсону.
— Потому что в момент прорыва в Ад все замысловато сплетенные стены, отделяющие миры и скрывающие их друг от друга, были разнесены в клочья. Призраки больше не прячутся за завесой, спокойно представая перед людьми.
— Почему тогда мы не видели их до сих пор? — спросила я. — Прошло уже тринадцать лет.
— Потому что мы предпочитаем не смотреть на текущую жизнь, — ответил мужчина в сером мундире. — Здесь нам гораздо спокойнее и приятнее.
— Плюс все эти крики, — Помпадур покачал головой. — Через некоторое время страх людей начинает утомлять, поэтому большинство из нас стараются держаться подальше от живых.
— Демоны питаются вот такими душами? — уточнила я.
Ближайшие к нам призраки быстро отшатнулись, а некоторые прошли сквозь стену и исчезли.
— Нет. Может, они и надоедливые маленькие засранцы, но честно отбывают свое наказание. Мы не имеем к ним никакого отношения.
— Ох, — выдохнула я, наблюдая, как некоторые призраки снова придвинулись ближе. Они улыбались, подпрыгивая в воздухе. — Где именно мы находимся?
— Геттисберг, Пенсильвания7.
Этот город я помнила из уроков истории. Холодок пробежал по моей спине, когда я вновь посмотрела на человека в серой форме, прежде чем заметить еще одного мужчину, покидающего комнату.
— Оу, — ахнула Эрин.
— Логично, — пробормотал Хок.
— Значит, люди не приходят сюда не потому что стоянка находится в зоне бедствия, а потому что сталкиваются с десятками призраков, которые парят вокруг и кричат им убираться, — я подвела итог. — Но почему сюда не наведываются демоны?
— Потому что с таким количеством призраков, собранных в одном месте, существует весомый шанс нарваться на открывшийся портал, ведущий на небеса. Врата не заберут демона или того, кого там не ждут, да и ни один ангел не выйдет поздороваться, но быть так близко к чему-то, ведущему в Рай, не соответствует нашему представлению о веселом времяпрепровождении. Кроме того, призраки раздражают.
Я не могла с этим поспорить.
— Как и демоны, — заметил Помпадур и подплыл ближе. — К тому же вы довольно уродливы.
— Я больше привлекаю дам, нежели ты, призрачный мальчик, — ответил Корсон.
— Не насмехайся над мертвыми, — я никогда бы не подумала, что когда-либо произнесу эту фразу.
Я потерла виски, когда призраки снова окружили нас.
— Ты не можешь помочь нам? — спросила молодая женщина. Ее волосы были убраны под шляпку, а платье прикрывал фартук. — Я отказалась от шанса уйти, так как хотела убедиться, что мой ребенок и муж справились с моей смертью, но они покинули Землю много лет назад, как и их отпрыски, а я до сиих пор остаюсь здесь.
Умоляющий взгляд, который, по моему мнению, когда-то был карим, стиснул мое сердце.
— Я ничем не могу тебе помочь, — прошептала я сквозь комок в горле.
Женщина теснее прижалась ко мне, из-за чего ее ледяная фигура коснулась моей руки.
— Но ты могла бы поговорить с ангелами.
— Боже мой, — пробормотал Варгас.
Я нахмурилась, когда он уставился на меня и перекрестился.
— Я не умею разговаривать с ангелами, — обратилась я к солдату. Повернувшись на табурете, я снова посмотрела на призрака. — Подобное не числится в моих способностях. Прости.
Она потянулась, чтобы схватить мои ладони, но туманная плоть прошла прямо сквозь меня. Прохладный ветерок и холод, пронизывающий мою кожу, были единственным признаком прикосновения привидения. А еще я почувствовала ее боль, как свою собственную. Склонив голову, я отрывисто выдохнула. На призрака, который дотронулся до меня немного раньше, подобной реакции не было. Я не знала, почему так остро отреагировала на девушку. Я действительно хотела помочь ей, вот только не знала как.
— Не обращай на них внимания, — заявил Корсон. — Они будут следовать за нами до самых врат Ада, если решат, что ты можешь что-то предпринять.
— Ей нужна помощь, — прошептала я.
— Очень жаль, — ответил он и поднялся с табурета.
Призраки отпрянули от демона, когда он шагнул вперед. Мертвые заняли место позади Корсона, пока он проходил мимо. Все привидения были прозрачными. Из-за густой толпы призраков Корсон казался волнистым и слегка искаженным. Демон обошел стойку, чтобы осмотреть убранство внутри. Еще больше мертвых скользнуло ближе, плавая вокруг и поворачивая головы, чтобы посмотреть на меня.
— Ты когда-нибудь пробовала разговаривать с ангелами? — спросила Этель.
— Нет, — ответила я, желая, чтобы они оставили меня в покое. — Мне вообще не стоило сюда приезжать.
Возможно, большинство из них отбывали наказание, которое, вероятно, заслужили, но я не могла сдержать жалость. Должно быть, находиться в такой ловушке и не иметь возможности общаться с любимыми было невыносимо. Ведь если бы они появились перед близкими, то те убежали бы с криками. Еще более ужасным было оставаться на Земле, тогда как все родственники уже перешли в другие миры.
— Сейчас нам лучше переждать именно здесь, — Корсон так и не поднял на меня глаза, обыскивая полки стойки.
— Да, тебе не стоило приезжать, — согласилась Этель. — Ведь ты могла привести за собой врагов, но, может, ты поможешь нам прежде, чем они выследят тебя.
Я удивленно моргнула, глядя на женщину, а Корсон фыркнул:
— Вот почему я ненавижу призраков. Вы всегда стремитесь избежать наказания и печетесь только о себе. Кто-нибудь из вас когда-нибудь задумывался о том, что, возможно, причина, по которой вы застряли здесь, заключается в эгоизме?
— Мы обитаем на Земле, не будучи ничем существенным в течение многих лет подряд! — возразила Этель. — Так о чем нам еще думать, кроме как об обретении свободы?
— По крайней мере, у вас есть загробная жизнь, — ответил Корсон. — Я же после смерти никуда не попаду. Пуф, пыль на ветру.
— Серьезно? — удивилась Эрин.
— Да, — кивнул демон и затолкал обратно под стойку коробку с покрытыми пылью столовыми приборами, которую вытащил ранее. — За бессмертие приходится платить, поэтому дальше нас ничего не ждет. То же самое и при смерти ангела. Однако, на небесах довольно стабильно, ведь они уже выбросили весь мусор к нам.
Я не упустила горечь в его голосе. Точно такие же эмоции я слышала от Кобаля, когда он рассуждал об ангелах. Демоны, возможно, и не были их смертельными врагами, как всегда считало человечество, но когда ангелы сбросили Люцифера с небес, а он нашел способ попасть в Ад, то ангелы заслужили гнев многих демонов.
— Интересно, — пробормотал Хок.
— Ох ты ж Боже мой, — протянула Этель и снова уперла руки в бока. — Ты будешь жить вечно, но если случайно умрешь, то никуда не попадешь. Бедняжка. Не вздумай умирать.
Корсон отвел взгляд от пыльной стопки выцветших меню в своей руке. Он положил их на стойку и наклонился к женщине. Судя по выражению его лица, если бы призрак имела тело, то ее кишки уже бы были размазаны по столешнице.
— Бедняжка здесь ты, Этель, — заявил он. — И получила ты именно то, что заслужила. Попробуй в следующий раз быть порядочным человеком или хотя бы благородным призраком, — он повернулся к ней спиной и пошел прочь.
— Убирайся отсюда! — приказала Этель таким громовым тоном, что волосы на моих руках встали дыбом.
— Корсон! — я стиснула зубы.
Он продолжил шагать к качающимся серебристым дверям кухни, не обращая внимания на призрака, мечущего взглядом кинжалы в его спину.
— Кажется, он разозлил ее, — пробормотал Хок, когда над головой Корсона замерцал свет, прежде чем снова ярко вспыхнуть.
Глава 18
Я бесшумно крался по лесу, принюхиваясь и высматривая людей. Где-то вдалеке пронзительно закричала сова, но я не сумел разглядеть птицу сквозь ветви, нависшие над моей головой. Лунный свет, просачивающийся сквозь деревья, заставлял тени плясать на сосновых иголках и листьях, покрывающих землю.
Следуя за сильным запахом немытого тела, я подошел к человеку, лежащему на животе. Из-под его шляпы торчали ветки, а лицо и одежда были заляпаны грязью, пока он смотрел на дорогу с винтовкой на плече. Остановившись, я жестом велел Мораксу обойти его справа, а сам начал заход слева.
Пробираясь между деревьями, я наблюдал за Мораксом, который двигался со свернутым над головой хвостом и смертельным выражением на лице. Демон отделился от деревьев и зашел за спину мужчины. В этот момент я появился с другой стороны. Когда глаза мужчины метнулись ко мне, он ахнул и развернулся, чтобы прицелиться в мою грудь.
Моракс ударил кулаком в висок человека, прежде чем тот успел понять, что произошло. Глаза мужчины закатились. Он рухнул на землю. Моракс вырвал винтовку из его вялой хватки. Демон перевел взгляд с мужчины на винтовку и напряг мускулы, собираясь нанести еще один удар в висок человека. Но изначально я приказал оставить всех в живых. В итоге Моракс опустил винтовку, уперев ее приклад в землю.
— Выбрось оружие, — требовательно произнес я. Моракс бросил винтовку в нескольких футах от себя у подножия небольшого дуба. — Пойдем.
Я углубился в лес, с легкостью двигаясь между деревьями. После столетий маневрирования по коварным тропам Ада многочисленные препятствия Земли было легко преодолеть.
Прохлада лесной тьмы коснулась моей кожи. Запах разлагающихся листьев и сосновых иголок, усеивающих пол, заполнил мой нос, тем не менее я до сих пор различал вонь человеческого пота. Она вела меня вперед, туда, где прятались другие люди.
Позади бесшумно пробирались сквозь кусты демоны. Это измерение не было нашим домом, но за последние тринадцать лет мы привыкли к местности. Приспособились так, как я никогда не считал возможным, когда мы только прибыли. Теперь Земля стала такой же частью нас, как Ад.
Взобравшись на небольшой валун, я уселся на вершину и опустился на колени, чтобы осмотреть лес. Все, чего я хотел с момента прибытия, — уничтожить Люцифера, вернуться домой и заявить права на трон. После встречи с Ривер я все еще жаждал всего этого, но также не забывал мечтать о присутствии рядом своей избранной. Однако, чем чаще я размышлял о нашем будущем, тем больше понимал, что предпочел бы держать девушку подальше от Ада насколько это было возможно, особенно от того, что там происходило.
Я никогда не представлял свою жизнь на Земле, но, глядя на окружающую местность, понимал, что не оставлю Ривер даже после победы над Люцифером. Во всяком случае не навсегда. Это был мир Ривер, значит, я буду жить здесь вместе с ней.
Люди случайно освободили нас, но сейчас я уже не хотел запирать себя в недрах Ада. Может, демонам и не полагалось свободно разгуливать по человеческому миру, но за шесть тысяч лет, прошедших с тех пор, как ангелы изгнали Люцифера, случилось множество ситуаций, которые не должны были происходить.
Ангелы начали этот хаос, люди ускорили процесс, когда создали врата, а мы должны были разгрести беспорядок. Если бы мы захотели, то могли бы наслаждаться пребыванием в этом измерении, при этом нам было бы не обязательно общаться с людьми. Мы могли спокойно обосноваться в тех местах, которые были разгромлены во время войны.
Оглянувшись, я посмотрел на остальных, сидевших на валуне позади. Сколько демонов предпочли бы остаться здесь, если бы нам все же удалось закрыть неестественные врата? Конечно, всем пришлось бы время от времени возвращаться в Ад, чтобы поддерживать бессмертие и питаться, но захотели бы они пожить на Земле?
Все те, кто решил бы остаться, должны были держаться ближе ко мне, чтобы иметь возможность иногда уходить в Ад. Я мог бы сохранять контроль над своим королевством, управляя единственными вратами, как и должно было быть. Сначала жизнь здесь была бы неспокойной, если бы люди воспротивились нашему присутствию, но в итоге у них не осталось бы выбора. Им пришлось бы смириться с нами, так как мы бы не отказались от своих намерений.
Отвернувшись от демонов, я положил одну ладонь на прохладный камень, а вторую на колено и снова вдохнул окружающие запахи. Если мы в ближайшее время не обнаружим всех людей, то я сожгу этот лес, чтобы уничтожить врагов. Может, в данный момент я и не хотел их убивать, но каждая секунда, потраченная на поиски, была тем временем, которое Ривер провела без меня.
— Ты чувствуешь их запахи? — прошептала Бейл.
— Да. Уже близко.
Я слез с валуна и зашагал по направлению запаха людей. Низко пригнувшись, я остановился, когда заметил красный рукав рубашки, выглядывающий из-за дуба. Не говоря ни слова, Шакс проскользнул мимо меня и зашагал к цели. Поскольку все мы сражались вместе на протяжении столетий, общение не было чем-то необходимым, чтобы определить действия друг друга.
Шакс был уже в нескольких футах от рубашки, когда остановился и нахмурился. Шагнув вперед, демон вцепился в ткань и дернул ту на себя.
— Черт! — прошипел я, когда понял, что он держал рубашку, в которой не было человека.
Треск веток заставил меня обернуться. Из дупла выбрались три человека. Их лица покрывали грязь и земля, а к одежде были прикреплены ветки и листья. Они прятались всего в нескольких футах от нас, но я едва мог уловить их запах. Люди отлично скрыли свое присутствие за ароматами леса.
Да, они определенно многому научились за время пребывания в дикой местности.
Они подняли ружья и одновременно выстрелили. Я зарычал, когда одна из пуль попала в мое плечо, а другая вонзилась в живот. Боль объяла мое тело, так как они продолжили пальбу.
Глава 19
Я слезла с табурета, когда Корсон подошел к серебристым дверям, а Этель проследовала за ним. Демон поднял голову, взглянув на мерцающий свет, прежде чем пересечь порог. Остальные призраки расступились, пропуская меня вперед.
— Не могла бы ты поговорить с ангелами по поводу нас? — спросил меня извращенец в рубашке с галстуком.
— Поверь, ангелы не слышат меня. Даже если бы они слышали, то, вероятно, посмеялись бы надо мной, — ответил я. — Я не святая и не думаю, что они высоко оценили бы факт моего существования.
Это ведь они вышвырнули Люцифера с небес. Я сомневалась, что ангелы захотели бы иметь дело с его последним потомком.
— Это не правда, — настаивал извращенец.
— Прости, но у меня нет никакого контакта с толпой ангелов.
«
Мои руки оставили полосу на пыльной поверхности металлических распашных дверей, когда я толкнула их. Они заскрипели, но, двигаясь относительно легко, качнулись внутрь. Приборы из нержавеющей стали на кухне были покрыты пылью, из-за чего не сверкали в свете ламп, но я все же могла разглядеть серебристый металл, выглядывающий сквозь грязь. Корсон осматривал холодильники и бытовую технику в другом конце комнаты, пока Этель ошивалась рядом с ним. Она смотрела на него так, словно была уверена, юудто он жаждал что-то украсть.
Я подняла голову, чтобы посмотреть на лампы над Корсоном.
— Откуда свет? — спросила я.
— Может, призраки и не умеют многого, но у них хорошо получается вырабатывать свет, — пояснил Корсон, проводя пальцами по углу шкафа. — До падения завесы люди иногда видели подобный свет ночью, изображая его на картинах. Когда большое количество призраков собираются вместе, то производят много света, фокусируя его в лампочках и тому подобном. Поскольку они боятся темноты, то им нравятся ярко освещенные помещения.
— Призраки боятся темноты? — удивилась я.
— Боятся. Думаю, тьма напоминает им о тех минутах или часах, или сколько там заняло это времени, прошедших с момента смерти и воскрешения духа. Правильно, Эти?
Женщина проигнорировала его вопрос.
— Кажется, я слышал о чем-то подобном, — пробормотал Хок за моей спиной.
Я оглянулась через плечо. Я не слышала, как он вошел в кухню, тем не менее мужчина стоял в дверях с недоверчивым выражением на лице, которое, вероятно, отражало мое собственное.
— Никто и вас не знает, каково это застрять в промежутке, — заявил Помпадур, паря вокруг Хока. — Там абсолютная и бесконечная тьма. Вы просыпаетесь, не понимая, что с вами происходит, но осознавая, что вы умерли. Затем, наконец, вы снова видите свет, тогда приходит понимание, что вы превратились в призрака и застряли между мирами. Если бы кто-то из вас оказался в такой темноте, то тоже бы невзлюбили ее.
Я представила чувство паники, которое испытали привидения. Это было бы похоже на пробуждение в гробу в шести футах под землей. Похолодев от этой мысли, я потерла руки и отвернулась.
— До глобальных изменений многие призраки переходили с места на место, придерживаясь света, тем более никто не догадывался о нашем присутствии. Сейчас мы больше не можем передвигаться незаметно, а, чтобы всегда оставаться на свету, электричества не хватает. Кроме того, те из нас, кто пробыл здесь дольше, обычно преодолевают страх темноты, — добавила Этель, защищаясь.
— Вот поэтому вы и оказались на этой удивительно яркой стоянке для грузовиков, — ответил Корсон.
Этель с визгом бросилась на демона, но остановилась в нескольких дюймах от него. Корсон выгнул бровь, окинул ее взглядом и отвернулся.
— Это правда! — рявкнула она, прежде чем обратиться ко мне: — Через некоторое время мы преодолеваем страх, по крайней мере некоторые из нас, но куда нам еще идти, если ни на эту стоянку?
Я не знала, что на это ответить. Беспомощно подняв руки, я пожала плечами. Я бы тоже осталась с другими призраками, а не бродила в одиночестве. В конце концов, несчастье любит компанию.
Помпадур маячил за моим плечом, пока я ходила по кухне. Я повернулась и увидела, что его затуманенные глаза были сфокусированы на мне.
— Я ничем не могу тебе помочь, — раздраженно рявкнула я.
— Ты была отмечена, — пробубнил он.
Корсон остановился и повернулся к нам лицом.
— Я же просил оставить ее в покое.
Его взгляд метнулся к Корсону.
— Не просил.
Помпадур подплыл так близко, что если бы он был человеком, то оказался бы на мне. Я отступила, но он снова подлетел. Ага, мне определенно не нравились призраки, или, по крайней мере, назойливые и надоедливые, которые пялились на мою шею.
— Ангел, отмеченный демоном, — пробормотал Помпадур.
— Я не ангел! — возразила я.
— Но у тебя ангельские глаза.
— Откуда ты вообще знаешь, какие глаза у ангелов? — требовательно спросила я.
— Возможно, нам и не позволено попасть в Рай или Ад, но иногда мы видем сквозь завесу. У всех ангелов такие же глаза.
Мне уже говорили об этом.
— Оставь меня в покое.
— Эй, отойди, парень, — приказал Хоук. Он шагнул вперед и попытался оттолкнуть Помпадура. Рука Хока прошла прямо сквозь призрака, заставив мужчину вздрогнуть.
Помпадур отскочил в сторону и направилась ко мне, но тут на нас налетел Корсон. Его когти вытянулись, а глаза полыхали желтым огнем. Корсон, возможно, и не мог дотронуться до привидений, но Помпадур все равно отплыл от меня на несколько футов.
— Я сказал, отвали от нее! — выплюнул Корсон.
— Ты можешь разговаривать с ангелами, даже если запятнана демоном. Они в любом случае ответят, — настаивал Помпадур.
— Я не запятнана! — крикнула я. — И все, с кем я разговариваю, находятся в нашем измерении.
Я отвернулась, но Помпадур вновь возник передо мной. Я была зла и испытывала искушение ударить призрака, но отмахиваться от тумана выглядело нелепо.
Прежде чем я успела что-либо произнести, Корсон поднял руку и раскрыл ладонь. Я заметила лишь намек на что-то белое, прежде чем демон сдул это на Помпадура. Призрак гневно посмотрел на Корсона, но отступил, когда демон приблизился.
— Свали, — прорычал Корсон.
Помпадур развернулся и убежал обратно в зал.
— Что это было? — спросила Эрин с порога. Я и не заметила, как они с Варгасом подошли к открытой двери. — Теперь он дуется в углу.
— Соль, — ответил Корсон и поставил на стойку синий контейнер. — Им это тоже не нравится, правда, Эти?
Женщина сердито посмотрела на демона, прежде чем скрыться в соседней комнате.
— Как она влияет на них? — уточнил Варгас.
— Жалит их туманные задницы. Призраки оставят нас в покое на некоторое время, но у меня такое чувство, что они в любом случае еще поиграют на нервах Ривер, — заявил он. — Я не предполагал, что они узнают, кто ты такая.
— Логично, что они все поняли, — пробормотала я и оглянулась на главную комнату.
— Почему? — спросил Корсон.
— Потому что, как и я, они больше никуда не вписываются.
Варгас, Хок и Эрин обменялись смущенными взглядами. Корсон положил руку на стойку и втянул когти, наблюдая за мной.
— Мы должны вернуться в зал, — наконец, произнес он.
Я направилась к дверям, но остановилась, когда мир вокруг меня исчез. Теперь я стояла в центре парковки, уставившись на трех демонов, которые наблюдали за зданием.
В сиянии строения глаза двоих из них горели красным. Существа скалились, открывая рот и демонстрируя острые как бритва зубы. Третий обладал черным взглядом, но, в отличие от Кобаля, его глаза больше походили на человеческие, с белыми белками вокруг черной радужки.
Демоны не видели меня, но казалось, что я стояла прямо перед ними, внимательно их разглядывая. У двоих с красными глазами носы были заменены свиными пятаками, а вместо были рук похожие на омаров клешни. Однажды Кобаль заявил, что если мне когда-нибудь выпадет несчастье столкнуться с демонами низшего уровня, то я сразу же замечу их разницу во внешности в сравнении с демонами высшего уровня, которые зачастую носили рога и хвосты. Глядя на этих двоих, я осознала правоту Кобаля. Два отвратительных существа точно относились к низшему уровню. Значит, они были физически сильны, как демоны, но не обладали ценными способностями.
Тем не менее, третий демон с черными глазами был потрясающе красив. Его серебристо-белокурые волосы обрамляли скульптурные черты лица, из-за чего я не могла отвести от него глаз. Прекрасный и смертоносный, совершенный и бездушный. Я инстинктивно ощущала это всей своей сущностью. Он бы улыбался и смеялся, отрывая конечности от тел и рассеянно отбрасывая их в сторону.
— Призраки, — фыркнул демон со свиным носом.
— Если верить привидению, которого мы только что встретили, то наша цель находится там, — ответил красавчик. — Возможно, мертвые все-таки служат какой-то цели. Пойдемте.
Видение закончилось для меня резким возвращением в тело. Моя нога, застывшая в воздухе, когда видение началось, опустилась на пол. Я попыталась выбросить из головы навязчивые образы и ощущение пронизывающего предательства. У призраков не было причин быть преданными кому-либо из нас, тем не менее сотрудничество с этими монстрами резало, словно нож. Я надеялась, что предатель проведет вечность в Чистилище.
— У нас гости, — обратилась я к остальным. — Один из летающих ублюдков рассказал им о нашем визите.
— Что за гости? — спросил Корсон.
— Трое демонов. Два нижнего уровня со свиными пятаками вместо носов и один… ну, он потрясающий.
— Если я когда-нибудь выясню, как изгнать призраков, то вернусь сюда за каждым из вас! — крикнул Корсон.
— А их невозможно изгнать? — спросила Эрин.
— Насколько мне известно, нет, — быстро ответил он. — Они просто переезжают в другое место. Следуйте за мной.
Он поспешно пересек кухню, остановился у стойки и наклонился, чтобы вытащить еще несколько контейнеров с солью. Тут до меня дошло, что именно поэтому Корсон исследовал все полки. Демон схватил еще два контейнера с солью и встал. В кухню влетела девушка в шляпке.
— Что-то приближается, — отчаянно прошептала она, остановившись и зависнув передо мной. Ее встревоженные глаза метались по сторонам, пока она размахивала руками. — Вы должны бежать.
— Я не убегаю, — проскрежетал Корсон, прежде чем взглянуть на меня. — Обычно, — исправился он.
— Если за нами последуют призраки, то это нас выдаст, — заметил Варгас.
— Я же просила не дразнить их, — обратилась я к Корсону, который бросил на меня взгляд, ясно говоривший, что он намеревался задушить меня при первой возможности.
Все остальные отошли от демона на шаг, но я не cдвинулась с места. Девушка подплыла ближе ко мне.
— Нет, они не пойдут за тобой. Они не любят его, — она покосилась на Корсона. — Они не любят никого из его вида. А вот ты им нравишься. Они верят в тебя и думают, что ты тот самый ключ, — пробормотала она. Казалось, что в ее глазах стояли слезы.
Было ли на этой планете хоть что-нибудь, что не возлагало на меня надежды?
— Рональд никогда не любил никого из нас, — продолжила она. — Поэтому, по моему мнению, он и пошел к демонам. Ему было наплевать на всех призраков.
— Рональд? — переспросила я.
— Солдат, который ушел.
Я вспомнила солдата, который еще в самом начале встречи скрылся за стеной.
— Как тебя зовут? — спросила я у девушки, стоящей передо мной.
— Дейзи.
— Приятно познакомиться, Дейзи, — и мне действительно было приятно. Остальные ее прозрачные спутники мне не нравились, но если я все же когда-нибудь поболтаю с ангелами — речь шла о большом «если» — то обязательно замолвлю за Дейзи словечко.
— Как и мне, Странница мира.
— Прошу прощения? — выпалила я, в то время как остальные испуганно переглянулись.
Дейзи приоткрыла свои губки, чтобы ответить, но звон колокольчиков входной двери заглушил ее слова. Мы все замерли, сосредоточив взгляды на двери, ведущей в зал, где Этель кричала демонам, что им здесь не рады. По крайней мере, это было ее всеобщее приветствие, а не индивидуальное для нас.
— Где они? — раздался вопрос в зале. Я сразу узнала голос красивого демона.
Дейзи мотнула головой в нашу сторону и полетела к проему в задней части кухни. Она исчезла за дверью, не заставив ту сдвинуться ни на сантиметр. Корсон взял соль и подтолкнул меня вперед.
Я тоже захватила контейнер с солью и последовала за Дейзи в дальний конец кухни. Девушка утверждала, что призраки не пойдут за нами, но я не собиралась продолжать путь без единственного средства устрашения, которое у нас было против мертвых.
Глубоко вдохнув, я собралась и положила ладонь на холодную металлическую дверь. Я не знала, заскрипят ли петли, впрочем, это не имело значения, ведь у нас не было выбора, кроме как пробраться внутрь здания. Прижавшись к двери, я медленно толкнула ее, ожидая, что какой-нибудь шум выдаст нас.
К счастью, дверь не издала ни звука. Я вошла вместе с остальными, следовавшими за мной по пятам. Оказавшись на другой стороне, я остановилась, чтобы засунуть контейнер с солью за пояс брюк и надежно прижать тот к боку.
Отдернув рубашку, я достала из кобуры один из пистолетов и направила тот перед собой. Мои руки, возможно, и были самым смертоносным оружием, но я не хотела слишком рано растрачивать силы. Нет, для демонов было бы полным потрясением, если бы я подпалила их задницы или выстрелила шаром из энергии жизни, спрятанным в земле.
Мы прошли по небольшому коридору и оказались в похожей на пещеру комнате. Я подняла взгляд в поисках Дейзи и замерла. Мое сердце екнуло при виде тысяч прозрачных лиц, которые повернулись, когда мы вошли на склад, заполненный коробками с припасами, сложенными от пола до потолка вдоль стен.
Все эти глаза уставились на нас. Некоторые из призраков выплыли вперед. Большинство просто склонили головы в любопытстве. Многие привидения выглядели скучающими, в то время как другие подпрыгивали с энергией пятилетнего ребенка, который только что за один присест съел весь праздничный торт.
Соль, спрятанная за поясом моих брюк, ощущалась совершенно бесполезной, так как привидения все ближе и ближе подходили к нам.
Глава 20
Еще две пули попали в мое плечо, заставив отступить на шаг. Я развернулся и ринулся в сторону, когда очередной свист пуль прозвучал в ночи. Легкий ветерок овеял мою щеку, когда меня почти зацепило выстрелом. Только что мне чуть не попали прямо между глаз.
— Черт! — рыкнул я.
Бейл вскрикнула, а на ее бедре, пропитывая брюки, появилось кровавое пятно. Моракс ринулся к Верин и повалил ее на землю. Тело демона дергалось от каждого попадания. Намереваясь отвлечь внимание от пары, я отскочил в сторону, когда прозвучал еще один выстрел.
Я мчался через лес, пока пули попадали в деревья рядом с моей головой, взрывая кору. Мои когти вытянулись, а клыки заострились и удлинились. Я должен был немедленно покончить с людьми, но все никак не решался их убить. Выжившие пробыли здесь так долго, что вызывали у меня восхищение своей хитростью и силой, которые для этого потребовались. К тому же я пообещал Ривер, что воздержусь от убийств, если в этом не будет крайней необходимости.
Однако, если в ближайшее время пальба не прекратится, то я подожгу идиотов и покончу с этим. Пули обжигали мою плоть, пока прокладывали себе путь из моего тела. Я продолжал бежать по лесу, кружа вокруг людей.
Женщина держала меня на мушке, следя за моими движениями между деревьями. Я двигался слишком быстро для человеческих реакций, поэтому больше ни одна из пуль не пронзила мою плоть. Положив руки на валун, я перепрыгнул через него. Пули отскочили от твердой поверхности, а осколки камня взлетали в воздух. Я забежал за валун и выскочил с другой стороны, перепрыгнув через бревно, прежде чем повернуться и броситься на женщину.
Ее пули пролетели рядом с моей кожей, но не попали в цель. Я почти догнал женщину, когда какой-то мужчина встал перед ней и поднял винтовку, целясь в меня. Я прижал руку к дулу, когда он выстрелил. Пуля проделала дыру в моей ладони, а после я выдернул винтовку из хватки мужчины.
Он открыл было рот, но я с громким треском ударил его прикладом по лбу. Кровь окрасила его кожу, голова дернулась назад. Мужчина рухнул на землю.
— Нет! — закричала женщина.
Развернув винтовку, я направил на женщину оружие. Теплая кровь сочилась из дыры в моей ладони и капала на землю, пока женщина вызывающе смотрела на меня в ответ, нацелив пистолет в мою грудь.
— Брось оружие! — рявкнул я.
Еще один мужчина, стоявший рядом с ней, подошел ближе и встал у своего бессознательного приятеля. Мужчина поднял винтовку и прицелился в Шакса.
— Ты все равно убьешь нас, — ответила она.
— Если бы я хотел вашей смерти, то вы уже были бы мертвы, — чтобы подчеркнуть фразу, вокруг моих запястий вспыхнуло пламя. — А теперь опусти оружие!
Ее рука дрогнула, а голубые глаза расширились от вида огня. В итоге женщина опустила оружие. Шагнув вперед, я вырвал винтовку из ее хватки и отбросил ту в сторону. Шакс и Бейл приблизились к мужчине. Оба демона выглядели так, будто жаждали его смерти. Шакс выхватил винтовку из рук мужчины и швырнул ту в лес.
— Моракс, ты в порядке? — крикнул я.
Он покачал головой и сел. В задней части черепа демона виднелась рана от попадания пули, а плечи и спина были испещрены дырами.
— Отлично, — проворчал он, когда из его затылка, наконец, выпала пуля.
Верин села перед своим избранным, обхватив ладонями его щеки. Она наклонилась и поцеловала Моракса, прежде чем смерить человеческую женщину убийственным взглядом. Женщина удивленно уставилась на пару, а я опустил винтовку, уперев приклад в землю.
— Как тебя зовут? — спросил я.
— Какая разница? — с вызовом ответила она.
Я пожал плечами и бросил винтовку у дерева.
— Никакой.
— Почему бы просто не убить нас? — возмутился мужчина.
— Я не обещала, что не прибегну к смерти, — пробормотала Верин, вытирая кровь со щеки Моракса.
Сидевшая напротив меня женщина выгнула белокурую бровь и потерла рукой испачканный грязью лоб. Ее светлые волосы были заплетены в косу и свисали через плечо. Листья и ветки украшали прическу, заставляя женщину сливаться с окружающим лесом.
— Бейл, вернись и прикажи остальным отступить, а на обратном пути захвати веревку, — попросил я.
Она кивнула, повернулась и бесшумно исчезла в лесу.
— Я скорее умру, чем стану пленницей, — процедила женщина сквозь стиснутые зубы.
Я усмехнулся, скрестив руки на груди.
— Мы не берем пленных. Вы оба останетесь здесь.
Ее глаза расширились, когда пришло осознание моих слов.
— Связать и оставить нас в лесу можно приравнять к убийству. Ты даже не представляешь, что здесь творится.
— Слишком хорошо представляю. Надейтесь, что ваши друзья придут в себя вовремя и снимут путы. Я не оставлю вас на свободе, после попытки устроить засаду.
— Никто из нас не нападал из засады. Это вы пришли на нашу территорию.
— Рена…
— Ш-ш-ш, — зашипела она на мужчину, когда он заговорил.
Верин помогла Мораксу подняться на ноги. Пара что-то обсудила тихим шепотом, а затем Верин вырвалась из объятий своего избранного. Она пристально посмотрела на двух людей, потом подошла и встала рядом со мной.
— Как же, по-твоему, это называется? — спросила Верин. — Вы собирались напасть на нас при спуске с холма.
— Я бы назвала это защитой нашей собственности, — легкомысленно ответила Рена.
— Припасы и грузовики принадлежат нам, Рена, — заметил я, из-за чего ее разъяренный взгляд сосредоточился на мне.
Рена скривила губы в усмешке.
— Нет, если они на нашей территории. Кроме того, нам часто приходится защищаться от таких демонов, как ты.
Эта женщина раздражала меня, но что-то в ней напоминало Ривер. Скорее всего, речь шла о нежелании отступать. Обе женщины были упрямы и непокорны, но в Рене присутствовало еще что-то дикое, чего не было у Ривер. Рена могла отрубить кому-нибудь голову так же легко, как и пожать руку.
— Ты понятия не имеешь, что я за демон, — заявил я, когда услышал грохот приближающегося грузовика. — Или то, на что я способен. Считай, что вам повезло, раз у ваших тел до сих пор есть ноги, а во ртах шевелятся языки.
Впервые с начала конфликта Рена выказала некий намек на тревогу, так как краска отхлынула от ее испачканного лица. Под слоем грязи и грубым поведением женщина, возможно, даже была хорошенькой, хотя это было трудно определить.
— Если бы не мы, весь ваш вид был бы уже мертв! — рявкнула Верин. — И поверь, когда я утверждаю, что сейчас ты ходишь по лезвию ножа.
Рена бросила на нее враждебный взгляд и сжала губы.
— Успокойся, — пробормотал Моракс и положил руку на плечо Верин. — Со мной все в порядке.
Верин глубоко вдохнула, прежде чем расслабить плечи. Она провела пальцами по засохшей крови, которая собралась у исцеляющейся щеки Моракса.
— Да, ты в порядке, — прошептала она.
Глаза Рены метались между демонами, прежде чем сосредоточиться на мне. Я ответил ей таким же пристальным взглядом, сохраняя непроницаемое выражение лица несмотря на ощущение жжения, так как из моего тела продолжали выходит пули. Раздался хлопок закрываемой двери. Через минуту к нам подошла Бейл с веревкой в руке.
— Вы не можете связать нас и оставить здесь, — заявил мужчина. — Тогда просто убейте. В конце концов, это хоть какое-то проявление милосердия.
— Заманчивое предложение, но я обещал кое-кому, что постараюсь больше не убивать людей. Может, оставить вас здесь приведет к смертному приговору, а может, и нет. В любом случае, это не моя проблема, — ответил я. — Вытяните руки.
Рена еще выше подняла подбородок, но не пошевелилась.
— Либо ты сделаешь это добровольно, либо я вырублю тебя и свяжу. По моему мнению, у тебя больше шансов выжить в сознательном состоянии, — произнес я.
Женщина замешкала, прежде чем выставить перед собой руки. Взяв ее за запястья, я связал их вместе, прежде чем обернуть другой конец веревки вокруг дерева и завязать на узел, пока Шакс и Бейл опутывали мужчину. Подняв винтовку, я прислонил ту к дереву.
— Не все из нас монстры, — пробормотал я.
Она дернула веревку и подняла руки вверх.
— Ты в этом уверен?
Жестокая улыбка изогнула мои губы, когда я наклонился.
— Ты понятия не имеешь, какие на самом деле монстры, но если мы потерпим неудачу, то скоро это выяснишь. Если подобное произойдет, то ты вспомнишь наш разговор и поймешь, что я был прав.
— Потерпите неудачу в чем? — уточнила она.
— Если я увижу тебя снова, то убью, — заявил я, игнорируя вопрос. Рена сердито посмотрела на меня, но ничего не ответила. — Пойдемте, — обратился я к остальным. — Мы и так потеряли слишком много времени.
Чувство срочности подгоняло меня, пока я бежал через лес к ожидающим грузовикам. Мне нужно было добраться до Ривер, пока не стало слишком поздно.
Глава 21
— Черт, — пробормотал Корсон, глядя на призраков, парящих и устремляющихся к нам.
— Пожалуйста, не зли их, — прошептала Эрин.
— Сюда, — крикнула Дейзи, появившись перед нами.
Я попыталась рассмотреть всех призраков, но там было так много разных возрастов, эпох и рас, что я не сумела полностью осознать увиденное. Они сгрудились вокруг, охлаждая воздух своей близостью, пока Дейзи вела нас по бетонному полу огромного склада.
Ни один из призраков не прикасался ко мне, тем не менее волосы на моих руках встали дыбом. Температура в помещении опустилась до градусов двадцати, а моя тонкая коричневая рубашка не была приспособлена к подобному. Теперь я поняла, почему стоянка так ярко освещалась. Здесь было достаточно призраков, чтобы выработать свет на целый город.
— Это она? — спросил один из них, проплывая мимо и слишком пристально вглядываясь в мое лицо даже в сравнении с извращенцем и чокнутым Помпадуром.
— Тихо, — прошептала Дейзи. — За ними охотятся. Мы должны предоставить им безопасное место.
— Это она? — снова спросил он.
По мере нашего продвижения вперед я стала осознавать, что призраки действительно не имели понятия о манерах, насущных вопросов касательно жизни и смерти и осторожности. Дейзи исчезла за навесными дверями, вынуждая меня поспешить убежать от тысяч призраков, уставившихся на нас.
Одна из дверей скрипнула, когда я толкнула ее, но недостаточно громко, чтобы это услышали в отдалении. Я думала, что мы окажемся на улице, как только покинем склад, но вместо этого мы вошли в очередную комнату, полную призраков. В помещении, которое, как я предполагала, служило еще одной кладовкой, не было абсолютно ничего, кроме призраков и нас. Я поняла, что мы не могли скрыться от них. Даже если нам удалось бы избавиться от демонов, то точно не от всех этих долбаных призраков.
— Это ты? — требовательно спросил мой новый настойчивый преследователь.
— Я это я, — ответила я, жалея, что не могла в данный момент спрятаться в чане с солью.
Призрак развернулся так, чтобы оказаться менее чем в футе от меня, из-за чего я резко затормозила. Он выглядел ненамного старше меня, а его военная форма имела крой и дизайн современного времени.
— Я не могу разговаривать с ангелами, — раздраженно рявкнула я, прежде чем он успел спросить.
Он немного повисел передо мной, прежде чем ринуться к массе других, образующих круг не более чем в пяти футах от меня. Пока привидения метались перед нами, то напоминали размытый серый пузырь. Я не могла определить, были они взволнованы или восхищены, но мне хотелось как можно быстрее покинуть это место.
— Может, тебе стоит сказать, что ты можешь разговаривать с ангелами, — пробормотал Варгас.
— Я не собираюсь лгать им, — заявила я.
— Они последуют за нами до самого Ада, если Ривер заикнется о подобном, — прокомментировал Корсон. — Возможно, призракам и не нравится передвигаться по ночам, но днем они могут преодолевать большие расстояния.
— Ты можешь закрыть неестественные врата в Ад? — спросила женщина, подплывая ко мне.
Я невольно отступила.
— Не знаю.
— Думаю, ты справишься.
Хорошо, что у меня была поддержка призрачного населения.
— А, по-моему, она слишком тощая и слабая, — возразил какой-то призрак.
Ладно, у меня не было поддержки
— Согласен, — пробормотал кто-то из присутствующих.
Не существовало ничего лучше для моей самооценки, чем оскорбления от толпы мертвых.
— Внешность бывает обманчива, — пробормотал другой призрак.
— Мне кажется, что она выглядит сильной.
— Может, так и есть.
— Интересно, на что она способна?
Я постоянно вертела головой из стороны в сторону, пытаясь уследить за говорившими.
— Она же Странница мира, конечно, в ней есть сила.
Опять эти слова. Я нахмурилась, когда заявление заставило всех мертвых стать более взволнованными, а их шепот громче.
— Что это значит? Что такое Странница мира? — уточнила я, но они либо не услышали вопрос, либо решили его проигнорировать, продолжая кружиться и возбужденно переговариваться между собой.
— Тихо, — шикнула Дейзи. — Они пришли за ней. Если вы не успокоитесь, они найдут ее, лишив нас последней надежды.
Ропот призраков стих, как и постоянные метания. Дейзи махнула нам рукой и прошла через еще одни навесные двери. Я замешкала, желая еще раз спросить призраков про Странницу, но Эрин подтолкнула меня вперед.
— Позже, давай сначала выберемся отсюда.
Я уступила ей, когда призраки снова приблизились ко мне. Варгас и Корсон первыми открыли дверь. Я последовала за ними и резко остановилась, так как мы попали в гараж.
У одной стороны стоял грузовик. Пассажирская дверь была открыта, демонстрируя взору черный салон и пару пушистых кубиков, свисающих с зеркала. Я заметила пыльные и выцветшие фотографии, торчащие из-за закрытых солнцезащитных козырьков.
Отсутствие призраков в комнате заставило меня резко затормозить по другую сторону двери. После стольких встреч с мертвыми по пути сюда гараж казалась ненормально пустым. Единственным источником света была обычная лампочка, свисавшая с потолка рядом с окном водителя грузовика.
— Почему здесь нет привидений? — обратилась я к Дейзи, когда мы догнали ее в задней части гаража.
— Странно пахнет, — пояснила она.
Я обменялась взглядом с остальными. Здесь пахло моторным маслом, резиной, дизельным топливом и смазкой, но ничего такого выдающегося, что я нашла бы отталкивающим.
— А что конкретно не нравится? — уточнил Хок.
— Не знаю, — рассеянно ответила она. — Просто неприятный запах.
Что-то еще, помимо соли, отпугивало призраков. Мне так хотелось выяснить, о чем шла речь. Ведь если бы меня начали преследовать мертвые, которые верили в мою связь с ангелами, то я бы разлила вонючую жидкость по бутылочкам и использовала ту вместо духов.
— Что, по мнению призраков, я могу для них сделать, кроме как поговорить с ангелами? — полюбопытствовала я, когда девушка остановилась у единственной металлической двери.
Она оглянулась на меня через плечо.
— Возможно, ты сумеешь закрыть врата.
— В чем польза для призраков?
— Мы хотим снова стать невидимыми. Одно время все считали, что нет ничего хуже, нежели быть невидимыми и не иметь возможности общаться с живыми. Мы ошибались. Теперь нам стало ясно, что нет ничего хуже, нежели быть постоянным источником страха для большинства людей. Конечно, существуют люди, которые принимают нас, но по сути мы стали изгоями, запертыми здесь, в середине какого-то захолустья.
— Если я закрою врата, вы вновь станете невидимыми? — поинтересовалась я.
— Будем надеяться, — прошептала она.
Я не стала упоминать, что существовала вероятность в моей не компетенции при закрытии врат. Я сама старалась не думать об этом. Если я потерплю неудачу, то подведу все человечество и демонов. Ну и призраков, как выяснилось. Если бы я размышляла обо всем этом слишком много, то уже забралась бы в черную яму, где когда-то работали механики под грузовиком, прижала колени к груди и больше никогда оттуда не вылезала.
Мне было всего двадцать два года, а они свалили на меня ответственность за все судьбы, о существовании которых я даже не подозревала. Глубоко вдохнув, чтобы успокоиться, я ощутила, как тяжесть всего мира легла на мои плечи. Теперь я знала, что чувствовал Атлас, вот только он был титаном, а я всего лишь простая смертная. Может, я и не была полноценным человеком, но все еще не могла игнорировать смерть и увечья.
Теперь тысячи, а может, и миллионы призраков по всему миру либо верили, либо сомневались в том, что я сумею сотворить то, чего сама не понимала.
Но если вы не осознавали своих действий, то это еще не означало, что за этим последует неудача. Это лишь докажет всем, что они были неправы.
Я постоянно утешала себя, но на самом деле крах стал бы преследовать меня до конца дней. Я бы без конца винила себя.
— Ты в порядке? — спросила Эрин, стоящая рядом.
Я заставила себя ответить, несмотря на ком в горле:
— Да.
— Эта дверь ведет на улицу, — объяснила Дейзи.
В комнате позади нас раздались крики:
— Убирайтесь! — в ответ завопил кто-то.
— Не рады! Не рады! — призраки словно повторяли мантру, перекрикивая любой другой шум.
— Пора выбираться отсюда, — пробормотал Корсон.
Дейзи исчезла за дверью. Корсон схватил ручку и повернул ее с такой силой, что та отломилась. Демон распахнул дверь. В переулке совершенно не было света, когда мы ступили в тихую ночь. Я застыла, обнаружив, что Дейзи прижалась к стене здания, почему-то выглядя бледнее, чем раньше.
— Дейзи, ты в порядке? — поинтересовалась я.
— Ненавижу темноту, — прошептала она.
— Невероятно, — пробормотал Варгас.
— Возвращайся внутрь, — попросила я. — Спасибо за помощь.
— Мы постараемся отвлекать их как можно дольше. Желаю удачи. Я верю в тебя, — выпалила она, прежде чем улететь обратно в здание.
Глава 22
— Ты когда-нибудь задумывалась о том, чтобы остаться на Земле после закрытия врат? — спросил я у Бейл, пока вел грузовик.
Я едва обращал внимание на колеи и ямы дороги, из-за чего мои зубы постоянно клацали, а голова билась о крышу. Большинство пуль покинуло мое тело, а плоть начала восстанавливаться, но тряска вынуждала некоторые раны вновь раскрыться, пропитывая свежей кровью одежду.
— Задумывалась, как и каждый из нас, — ответила она. — Но решение все равно за тобой. Только ты можешь позволить нам остаться.
Я взглянул на Бейл, прежде чем объехать дыру на нашем пути. Шины прокрутились по траве и грязи, покрывающей обочину дороги, забрызгав шасси, прежде чем я вывел грузовик обратно на дорогу.
— Ты тоже размышляешь об этом? — спросила она.
— Да.
— Из-за Ривер?
— Она в какой-то мере повлияла на это, — признался я.
— А что еще повлияло?
— Нас угнетали ангелы и люди в течение тысяч лет. Я не вижу причин снова запираться в Аду, раз нам это не нужно. Раньше стоило держать наше существование в секрете, потому что измерение преисподней граничило с человеческим миром, но теперь необходимость в этом отпала. Мы больше не должны хранить тайну. Конечно, большая часть человеческого населения все еще не знает о нашем существовании, но я не могу придумать, почему бы нам не заселить пустующие районы после завершения миссии.
— Вокруг тебя все время будут бродить демоны, ищущие еду и продление бессмертия. Ты не сумеешь открывать врата настолько часто, чтобы мы могли выжить на Земле. К тому же в Аду до сих пор живут существа, которых нельзя выпускать на свободу, — заметила Бейл.
Голод обжег мои вены и заставил желудок содрогнуться при упоминании о еде. Я уже забыл, когда в последний раз питался. Прошло больше недели, но я не мог сейчас остановиться, даже если бы поиск съедобных душ занял всего несколько минут.
— В самом начале мы столкнемся с многими проблемами, но я не понимаю, почему мы должны отказаться от мира света, если только из-за нас он остается таким, — заявил я. — Большинство, вероятно, предпочтут вернуться в Ад, но некоторые захотят остаться.
— Большинство захотят остаться, — тихо возразила она.
Я вопросительно посмотрел на Бейл.
Со вздохом она оторвалась от двери, к которой прислонялась, и села прямо.
— Многие из нас предпочли бы жить здесь. Тут и запах лучше. Люди зачастую раздражают, но некоторые бывают приятны. Ты и сам должен понимать, что жизнь на Земле более комфортна. Даже несмотря на то, что нас считают монстрами, меня это вполне устраивает. Люцифера в любом случае нужно остановить, а врата закрыть, но после многие демоны захотят остаться.
— Почему ты не говорила мне об этом раньше?
— Я даже не предполагала, что ты тоже задумывался о подобном варианте. Ты всегда был так непреклонен в победе над Люцифером и возвращении в Ад. Там твой трон.
— Значит, мой трон перенесется сюда.
— А если люди начнут возражать? — спросила Бейл.
— Как по мне, то у них не будет выбора.
Губы Бейл изогнулись в улыбке.
— Нет, не будет. Если ты решишь вернуться в Ад, то мы последуем за тобой, хотя я предпочла бы остаться. Ад был единственным домом, который мы знали на протяжении веков, но мне действительно нравится Земля. К тому же это родина нашей королевы, которая относится к тем немногим людям, заслуживающих уважения и восхищения, при том так считаю не только я.
Мускул дернулся на моей челюсти, когда мы подпрыгнули на очередной колее.
— Если бы я мог, то подарил бы ей бессмертие, но до конца миссии это невозможно. Я не могу рисковать ее жизнью, пока врата остаются открытыми.
— Знаю.
Я снова сосредоточился на дороге, а вернее на свете фар, отражающегося от асфальта.
— Мы приближаемся к Перл.
Но прибыли ли они вовремя?
***
— Пойдем, — позвал Корсон.
Демон повернулся спиной к зданию, и мы направились к грузовикам без прицепов, которые я заметила на парковки еще по прибытию сюда. Подойдя к передним шинам большого синего грузовика, мы встали на колени у бампера, чтобы осмотреть стоянку, в то время как Эрин, Варгас и Хок продолжали следить за зданием позади.
Я увидела наш белый пикап, припаркованный примерно в ста пятидесяти футах отсюда. Так близко и в то же время невероятно далеко.
— Мы собираемся добежать до пикапа? — поинтересовался Варгас.
— В здании демоны шли за нами по пятам. Может, нам действительно удастся добраться до пикапа, — заметила я.
— А если они разделились перед входом в здание, из-за чего один из них сейчас там? — предположил Корсон. — Пули причиняют нам боль, но не останавливают, а твои способности слишком слабы, чтобы полагаться на них в данный момент.
— Они стали лучше, — напомнила я.
— Да, но готова ли ты бездумно побежать к пикапу, выдав демону наше местоположение? Речь не о тех существах, с которыми мы пересекались раньше. Это последователи Люцифера. К тому же там есть демон высшего уровня, который обладает некими способностями.
Я содрогнулась от смысла слов Корсона и расчета, который, вероятно, использовали наши преследователи. Один из них ожидал нас у входа. Почему-то я догадывалась, кто именно притаился в тени. Я почувствовала себя пойманной в ловушку, когда посмотрела на дверь позади, прежде чем снова повернуться и взглянуть на наш пикап. Почему видения не приходили по моему желанию?
— Ты что-нибудь слышишь или видишь? — спросила я.
— Из здания никто не выходил, — ответила Эрин.
— Они не задержатся там, — заявил Хоук.
Варгас подполз поближе к остальным.
— Мы не можем просто продолжать сидеть здесь.
— Подождем и посмотрим, кто выйдет через черный ход, — ответил Корсон.
— Вдруг, они решили разделиться и окружить нас? — уточнила я.
— Тогда они уже напали бы.
— Может, стоит обойти здание и выйти с другой стороны? Нам придется оставить грузовик, но, похоже, это произойдет в любом случае, — как только я произнесла это, то мои пальцы напряглись от желания схватить ангела, забытого на приборной панели.
Талисманов удачи не существовало.
Но несмотря на это осознание, я хотела вернуть ангела.
— Нам не хватит времени добраться до двери, прежде чем они выйдут, — возразил Корсон.
— Мы можем сесть в один из этих грузовиков и подождать, пока они уедут, — предложил Хок.
Корсон поднял голову, изучая двери над нами.
— Рискнем. Вы двое сядьте вон в тот, — он указал на Хока и Эрин, а потом на синий грузовик слева. — Ты идешь туда, — приказал демон Варгасу и ткнул пальцем в красный грузовик справа. Наконец он повернулся ко мне. — А ты останешься со мной.
Все трое встали и осторожно направились к дверям грузовиков. Хок подождал, пока Эрин заберется внутрь, а затем последовал за ней. Варгас не стал возиться с дверью, вскарабкавшись в открытое пассажирское окно. Вслед за Корсоном я обогнула красный грузовик и подошла к черному. Поднявшись, Корсон обхватил ручку и осторожно распахнул пассажирскую дверь, прежде чем отступить в сторону и махнуть мне рукой, чтобы я поспешила.
Я забралась внутрь. Демон залез в машину следом за мной и бесшумно закрыл дверь.
— Оставайся здесь.
Он жестом предложил мне устроиться поудобнее, а сам продвинулся вперед на сиденье рядом с водителем. Лежа, Корсон наклонил голову, чтобы посмотреть в зеркало заднего вида. Я откинулась на спинку сиденья и повернулась так, чтобы тоже наблюдать за отражением в зеркале.
С помощью зеркала я рассмотрела еще больше грузовиков в переулке. С этого места мне не были видны гаражные двери, но переулок был как на ладони. Я могла бы заметить демонов, если бы они оказались в двадцати футах от грузовика.
Мое сердце колотилось о ребра, а по лбу и вискам струился пот. Я уняла дрожь в руке, когда прижала пистолет к груди. Мне казалось, что я превратилась в кусок камня. Все мои мышцы замерли, я сама едва дышала, а время, казалось, стало тянуться бесконечно.
Внутри грузовика пахло плесенью и чем-то звериным, вероятно, мышами или каким-то другим диким животным, которое сделало этот грузовик своим домом. Сиденье подо мной было покрыто трещинами, а пружины впивались в мои спину и задницу. Пучки желтого поролона торчали из кусков виниловых сидений, которые в некоторых местах были сгрызены. Свет от фасада здания тускло освещал приборную панель.
Что-то скрипнуло под грузовиком, заставив Корсона резко повернуть голову. В мое тело хлынул поток адреналина. Когда раздался визг, Корсон расслабился, а мои плечи поникли от осознания, что звуки издавало какое-то животное, крадущееся в ночи. Я немного приподняла голову над приборной панелью, но не заметила ни теней, ни движения на ярко освещенном тротуаре.
Корсон схватил меня за руку и дернул вниз. Он указал на свое ухо, прежде чем снова опуститься на сидение. Мое внимание сосредоточилось на зеркале. В этот момент в поле моего зрения появились первый ботинок и штанина. Я напряглась и стиснула зубы.
Вот и вторая нога, а затем третья и четвертая. Два демона. Я посмотрела на Корсона, читая правду в его глазах. Третий, которого я окрестила красавчиком, ожидал нас у входа в здание.
Демоны молча прошли мимо моего отражения в зеркале. Когда они остановились возле грузовика, то под их сапогами захрустел щебень. Мне казалось, что я чувствовала их присутствие даже через металл, разделяющий нас. Демоны продолжали неподвижно стоять и всматриваться в ночь.
Легкие горели из-за моего отказа дышать. Я ожидала следующего действия демонов.
Затем я вновь услышал хруст камней, когда они продолжили путь. Я не обманывала себя и не рассчитывала на то, что они ушли окончательно или что нам удалось их обмануть. Нет, они вернутся, когда грузовики останутся единственными местами, которые не подверглись проверке.
Глава 23
Я вышел из грузовика, чтобы осмотреть руины, загораживающие середину дороги. Четыре перевернутые машины пересекали проезжую часть, плотно прилегая друг к другу, а также к скале и ограждению на противоположной стороне дороги.
— Они должны были проехать здесь, — пробормотал я, отходя от двери со стороны водителя. — До Перл осталось пять миль.
— Возможно, они вернулись назад, — предположила Бейл, но я уловил в ее голосе сомнение.
— Машины разместили здесь совсем недавно, — заметил я.
— Почему ты решил так? — спросил кто-то из солдат.
— Из машины все еще вытекает бензин, — я указал на маленький перевернутый красный автомобиль и капли бензина, скопившиеся у бензобака. — Речь не идет об автокатастрофе. Машины специально бросили на дороге.
— Зачем кому-то делать это? — удивилась Верин.
Холод пронзил мое сердце, а клыки удлинились.
— Они знают, где Ривер.
— Откуда им это известно? — спросила Бейл.
— Призраки, — усмехнулся Шакс.
— За всем стоит Люцифер, — пояснил я. — Он кого-то отправил за ней.
— С чего ты взял? — спросил Шакс.
Я перешел на демонический язык, чтобы ответить. Меня не волновало, что люди нас не понимали, главное, чтобы у них не было лишней информации о Ривер.
— Ривер связалась с Люцифером во сне, который приснился некоторое время назад. Он узнал, что она моя избранница и его отпрыск. Может, он и не был в курсе, где она жила раньше, но догадался о ее американском происхождении, потому что разговаривал с ней на северо-восточном диалекте. Должно быть, он отправил кого-то из своих приспешников на поиски Ривер, а они в свою очередь ее обнаружили.
— Черт, — выругался Моракс.
Отчаявшись добраться до нее, я бросился к одной из перевернутых машин. Мои мускулы напряглись, а на лбу выступил пот, когда я вцепился в крышу машины. С низким рычанием я поднял автомобиль с земли и отбросил прочь. Скрежет металла раздался в тишине, когда машина подпрыгнула на дороге.
Пружины и стекло разлетелись по всей дороге, прежде чем машина врезалась в ограждение и опасно покачнулась на боку. Под тяжестью ограждение выгнулось, но выдержало. Машина скатилась на обочину насыпи.
Отвернувшись, я схватился за передний бампер другой машины и наклонился, чтобы поднять ее. Моя рубашка порвалась на спине, когда я отбросил автомобиль в сторону. Вновь раздался скрежет металла, скользящего по асфальту и оставляющего искры, но я едва заметил это, так как уже переключил свое внимание на помятый грузовик и, наконец, внедорожник.
Когда я закончил, то обнаружил разбитую дорогу, бесконечно уходящую в ночь. Ривер была всего в пяти милях от меня, но казалось, что нас разделяли сотни миль. Подбежав к пикапу, я не стал дожидаться, когда Бейл полностью заберется внутрь, прежде чем нажать на газ. Она громко выругалась и схватилась за дверь, чтобы закрыть ее.
— Успокойся, Кобаль, а то сотрешь шины, — предупредила она.
Я стиснул зубы, когда грузовик подпрыгнул на ухабах так сильно, что мои колени ударились о руль, а голова — о крышу. Тем не менее я не сбросил скорость. Мы были очень близко, но я чувствовал, как Ривер ускользала от меня.
Она была в опасности. Кто бы ни преследовал Ривер в данный момент, он отвел бы ее к Люциферу, где подверг пыткам, чтобы сломить. Или убил бы, если почувствовал, что она не принесет пользы.
Я бы скорее умер, чем позволил кому-нибудь причинить ей такую боль.
Во мне нарастало незнакомое чувство. Нечто большее, чем страх, большее, чем отчаяние. Мне потребовалась минута, чтобы точно определить эмоцию — ужас. Я никогда не испытывал подобного раньше. Даже когда Люцифер чуть не убил меня много лет назад, я не чувствовал ужаса. Тогда я знал только гнев и решимость выжить, чтобы уничтожить врага.
Ривер принадлежала мне, а я должен был защищать ее и лелеять. Но сейчас я начал понимать, что в моих чувствах существовало нечто большее, нежели лишь образованная связь избранных. Я заботился о Ривер, уважал и восхищался, но только в данный момент осознал, что еще и любил ее.
Когда-то я заявил ей, что демоны умели любить. И я не шутил. Однако я никогда не представлял себя, испытывающего подобное. Я видел любовь между Мораксом и Верин, как и между другими демонами. Был свидетелем любви родителей к своим отпрыскам. Вот только у меня не было родителей, да и прежде я никогда не любил какую-либо женщину.
Образовать связь с избранницей было одним, но сейчас речь шла о чем-то совершенно ином, более глубоком. Я не знал, почему не замечал этого раньше и почему не обсуждал свои чувства с Ривер, но теперь я все осознал. В моей груди росла любовь к Ривер, сжимая сердце и заставляя сильнее давить на педаль газа.
Грузовик застонал, съехав с дороги, и рухнул вниз с такой силой, что под ним что-то треснуло.
— Кобаль! — прошипела Бейл, ударившись головой о потолок.
— Держись!
Я крутанул руль, чтобы избежать дыры, которая могла бы разорвать колесо, если бы мы ехали даже на десяти, а не на шестидесяти миль в час. Ни одна из других машин не успевала за нами, за исключением той, которую вел Шакс, да и то он отстал уже на добрых пятьдесят футов. Бейл вцепилась в ручку над своей головой, но все равно врезалась в пассажирское окно с такой силой, что стекло треснуло от удара локтем. Она потерла ушиб и сердито посмотрела на меня.
Нам оставалось всего две мили до стоянки грузовиков, когда очередная колея на дороге заставила пикап высоко подпрыгнуть. При приземлении то, что раньше издало треск, теперь рухнуло с оглушительным грохотом. Весь грузовик закачался, а затем колесо со стороны пассажира отлетело от машины. Грузовик накренился вправо, бампер устремился вниз, прежде чем врезаться в асфальт.
Искры посыпались на лобовое стекло, когда машина заскользила по дороге. Пикап практически прорубал себе путь, кроша асфальт, прежде чем полностью остановиться, из-за чего задница грузовика высоко задралась. Я уперся руками в крышу, собираясь с силами, когда понял, что грузовик вот-вот перевернется.
Скрип наполнил кабину, когда задние колеса поднялись так, что машина встала на передний бампер. Пикап на секунду замер, а потом с громким визгом перевернулся. Я стиснул зубы от удара. Перелетев через ограждение, грузовик стал катиться по склону.
Мир превратился в размытое пятно. Припасы вывалились наружу, разбиваясь об окно позади. Наконец, стекло не выдержало. Осколки разлетелись по кабине. Металл сминался и рвался в нарастающей какофонии звуков. Пакеты с едой, водой и одеждой летали по кабине, нанося удары по моим бокам и лицу. Грузовик еще раз перевернулся, прежде чем остановиться на пассажирской стороне возле рощи деревьев.
Крыша надо мной была измята, оставаясь прямой только в том месте, где я разместил руки. Мой бок и челюсть пульсировали от боли из-за ударов обломков. Окинув взглядом свое тело, я понял, что не получил значительных травм.
— Бейл? — позвал я.
— Я в порядке, — пробормотала она. Я наблюдал, как она поднялась с пола. Кровь стекала по ее щеке, когда Бейл сосредоточилась на мне, но я не заметил на ней каких-либо дополнительных ран. — Фантастическая езда.
Не обращая внимания на Бейл, я оторвал руль от панели и отшвырнул тот в сторону. Подняв ноги, я нанес удар стопами в лобовое стекло, которое каким-то чудом уцелело. Осколки разлетелись под моими ботинками. Ухватившись за то, что осталось от крыши, я выбрался из-под обломков. Как только я сел на помятые и разбитые остатки капота, то повернулся, чтобы взять Бейл за руку и помочь ей выбраться из разрушенной машины.
Она со спутанными волосами устроилась рядом, осматривая холм, с которого мы рухнули.
— Мне нужно идти, — я прыгнул, из-за чего мои ноги с глухим стуком ударились о мягкую землю.
Не оглядываясь, я помчался по насыпи к дороге. Во мне бурлила ярость, а сердце бешено колотилось о ребра. Я был намерен разорвать в клочья и искупать в собственной крови любого, кто посмел тронуть хоть один волосок на голове Ривер.
Бейл громко выругалась. Я услышал ее шаги, когда она побежала за мной. Фары грузовика Шакса осветили проезжую часть. Он остановился на вершине холма как раз в тот момент, когда я прорвался через сломанные деревья, которые были смяты при падении грузовика с холма.
— Оставайся с людьми! — рявкнул я. — Подожди, пока они не догонят нас!
Повернувшись, я побежал вниз по дороге, заставляя себя двигаться быстрее, чем когда-либо прежде.
Глава 24
— Что же нам делать? — прошептала я.
— Если они вернутся, то ты ничего не сумеешь предпринять, кроме как остаться в этом грузовике. Кобаль надерет мне задницу, если с тобой что-нибудь случится.
Я знала, что Корсон ощущал мой гневный взгляд, нацеленный на его спину, тем не менее демон даже не потрудился оглянуться. Я воздержалась от заявления, что могла сама о себе позаботиться. Было бессмысленно что-то доказывать, он все равно бы не передумал.
Рука Корсона потянулась к ручке, когда верхняя часть тела до талии Дейзи материализовалась из пола грузовика. Мы с демоном резко отшатнулись. В мой рот хлынула кровь, когда я прикусила язык, чтобы не закричать. Дейзи опустила ресницы с выражением, которое я приняла за смущение, хотя было более вероятно предположить, что она боролась со смехом.
— Не делай так больше! — зашипел Корсон.
— Простите, я пришла предупредить, что они у входа в здание, — извинилась она.
— Мы знаем.
— Спасибо, Дейзи, — улыбнулась я и строго посмотрела на Корсона.
Он ответил мне хмурым взглядом, прежде чем снова повернуться к зеркалу. Голова и туловище Дейзи оставались наполовину внутри грузовика, наполовину снаружи. От этого сбивающего с толку зрелища по моей коже побежали мурашки. Я хотела попросить девушку либо войти, либо выйти, но не сумела заставить себя произнести обидные слова. Мы бы не продвинулись так далеко без ее помощи, к тому же Дейзи бросила вызов тьме, чтобы прийти нам на выручку.
— Я могу сделать что-нибудь еще, чтобы помочь? — спросила она.
— Ты сделала более чем достаточно, — заверила я.
— Задержись, чтобы они не заметили твоего ухода, — приказал Корсон и положил руку на ручку двери.
— Ты не можешь пойти туда, — прошептала я.
— Но и здесь я не могу остаться, — ответил он.
Я открыла рот, чтобы возразить, но меня остановил приглушенный звук щелчка. Демон приоткрыл дверцу достаточно широко, чтобы покинуть грузовик и приземлиться на землю.
— Оставайся здесь, — обратился он ко мне, прежде чем тихо закрыть дверь.
Слегка приподняв голову, я осторожно выглянула из-за приборной панели, наблюдая, как Корсон появился перед грузовиком. Я затаила дыхание, когда он зашагал расслабленной походкой к бензоколонкам и фасаду здания.
— Когда они увидят его? — спросила я у Дейзи.
— Как только он завернет за угол. По крайней мере, они были именно там, когда я направилась к вам.
Я повернулась и положила руку на ручку двери. Корсон однозначно устроит мне нагоняй, но я не могла оставить его одного.
— Не могла бы ты опуститься под грузовик и сообщить, безопасно ли мне выходить?
Дейзи прикусила нижнюю губу и расправила плечи. Она заметно пошатнулась, что я приняла за дрожь, прежде чем исчезнуть в полу. По сути я была готова к ее появлению, тем не менее мой пульс участился, когда голова Дейзи появилась в футе от моей.
— Ты можешь выходить, — прошептала она.
— Спасибо. Возвращайся в дом, Дейзи.
Она снова заметно вздрогнула, прежде чем исчезнуть в тумане, за которым я едва могла уследить глазами. Я не думала, что когда-нибудь привыкну к образу призраков, проходящих сквозь барьеры. Это было слишком странно. Я глубоко вдохнула и напрягла руку на ручке, прежде чем бесшумно открыть дверь.
Выбравшись из грузовика, я поспешила к задней двери, пока Корсон не заметил меня и не слетел с катушек. Я опустилась на колени у заднего левого угла грузовика и высунула голову из-за ржавого бампера как раз в тот момент, когда Корсон подошел к зданию. Поднеся пальцы к голове, он помахал рукой, прежде чем выстрелить три раза из пистолета в то, чего я не видела.
— Эй, ублюдки! — крикнул он. — Как по мне, то вы настолько же тупы, насколько и уродливы!
Демон действительно любил раздражать окружающих.
Корсон резко свернул в переулок. Опустившись на четвереньки, из-за чего мелкие камешки впились в мою плоть, я перекатилась под грузовик, а затем доползла до переднего колеса. Приподнявшись, я прижалась спиной к потрескавшейся резиновой шине. Мои легкие горели, а дыхание сперло.
Благодаря любимому занятию Корсона дразнить кого-то, два демона со свиными мордами погнались за ним в переулок. Их шаги громко отдавались в ночи, когда они следовали мимо входа в гараж и вокруг задней части здания.
Я оставалась неподвижной, прижимаясь к покрышке и ожидая, когда появится красавчик. Мне не пришлось долго ждать. В начале переулка показались его черные брюки и блестящие ботинки. Похоже, красавчика совершенно не интересовала погоня за Корсоном. Впрочем, я не считала, что Корсон ожидал подобного, так как он был настроен на более жесткий план «разделяй и властвуй».
— Я знаю, что ты здесь, — крикнул красавчик в переулке. Его голос был практически так же красив, как и сам демон. — Я чувствую твой запах.
Странный звук вдоха, который он издал после заявления, заставил меня съежиться. Я понятия не имела, кем являлся этот демон, но все равно не собиралась показываться ему. Уж лучше я бы умерла. Хотя такой исход был вполне вероятен.
Нет, я понимала, что существа делали все возможное, чтобы взять меня живой, значит, мне предстояло пережить нечто гораздо худшее, чем смерть. Кобаль утверждал, что если бы его метки на моем теле исчезли, то демоны все равно почувствовали бы, кому я принадлежала. Так было ли достаточно только запаха Кобаля, или им нужно было посмотреть на меня, чтобы осознать, кем были оставлены метки?
Я погрузила пальцы в землю. Больше всего я боялась, что меня схватят демоны краетонсы, чтобы привести к Люциферу и использовать как оружие против Кобаля. Сейчас этот страх мог воплотиться в жизнь. Сделав глубокий вдох, я поправила катану на спине, чтобы успокоиться. Я не позволю произойти подобному.
Что случилось бы с Кобалем, если бы я погибла? Он отмахивался от вопросов о влиянии смерти избранного на демона, но мать Корсона покончила с собой, когда умер его отец.
Возможно, это было правдой, но сейчас это не имело значения. Все, что было важно, — попытка выжить в столкновении с монстром и избежать захвата.
Я крепче прижалась к резине, желая каким-то образом раствориться в ней, как Дейзи. Я прислушивалась к хрусту, который издавали ноги красавчика при каждом шаге. Раздражающая мелодия, которую он насвистывал, заставила меня стиснуть зубы.
Я впилась руками в шину, когда повернулась, чтобы посмотреть на демона. Прогнившие кусочки резины осыпались из-под моей хватки, а некоторые прилипли к плоти. Красавчик замер по другую сторону от меня, остановившись так близко, что если бы я протянула руку, то сумела бы коснуться носка его черного ботинка. Я оставалась неподвижной, ожидая удобного момента, чтобы напасть. У меня был только один шанс.
От красавчика исходила сила. Энергия демона буквально потрескивала на моей коже. Мои пальцы зудели от желания нащупать пульс его жизни. Этого оказалось бы достаточно, чтобы сформировать большой шар «я собираюсь надрать тебе задницу», вот только красавчик никогда бы не предоставил мне времени призвать силу. Он не излучал столько же жизненной силы, как Кобаль, но больше, чем Корсон и другие демоны.
— Ну же, девочка, давай не будем играть в игры. Это ниже твоего достоинства, — его голос прозвучал ненормально громко в неестественной тишине, окружающей стоянку грузовиков. Хотя, возможно, мои чувства просто обострились.
Он резко повернулся, и прежде чем я успела догадаться о его намерениях, звук скрежетания металла пронзил мои барабанные перепонки. Я вздрогнула от скрипа за несколько секунд до того, как раздались выстрелы. Дверь грузовика упала на землю, разбросав грязь и гальку и отпружинив от покрышки, за которой я пряталась.
Стрельба прекратилась. Варгас закряхтел, когда красавчик, приподнявшись на носках, наклонился к грузовику. Нет! Я не хотела, чтобы кто-то пострадал из-за меня.
Выкатившись из-под грузовика, я увидела, как красавчик вытащил Варгаса за лодыжку и стал раскачивать солдата в воздухе, словно детскую куклу. Существо намеревалось медленно разрывать Варгоса на части.
Схватив дверь, которую красавчик уронил на землю, я подняла ее и ударила демона под коленные чашечки. С такого близкого расстояния я рассмотрела, что он был облачен в какую-то черную защиту или броню, защищающую его спину до середины икр. Красавчик подогнул колени, но каким-то образом все же удержался на ногах. Встав, я снова подняла дверь и ударила демона по спине. На этот раз он, наконец, отпустил Варгаса, который упал на голову.
Тело Варгаса рухнуло на землю, не двигаясь. Я не сумела определить, был ли солдат мертв или просто потерял сознание. Впрочем, у меня не было на это времени, так как мое внимание было сосредоточено на враге. Мои руки, дрожащие и частично онемевшие от второго удара, разжались, отпустив дверь.
Красавчик повернулся ко мне, но сейчас он выглядел уже не так хорошо, потому что пули, выпущенные Варгасом, пробили ему лоб, оторвали кусок щеки и застряли в нижней челюсти. Его язык двигался во рту, касаясь того места, где раньше была плоть.
Под моим взглядом его тело начало выталкивать пули, которые извивались, словно черви, поднимающихся из земли во время дождя. Я понятия не имела, мог ли Кобаль или кто-то другой сделать нечто подобное, так как никогда не видела, чтобы в кого-то из них стреляли. Кобаль говорил, что человеческое оружие причиняло демонам боль, но для лишения жизни требовалось что-то более серьезное. Очевидно, нужно было больше трех пуль в лицо, к тому же я не знала, сколько еще пуль пронзило тело красавчика, прежде чем ему удалось обезоружить Варгаса.
Черные глаза красавчика злобно сверкнули и впились в меня. Дрожь пробежала по моей спине, а когда я встретила его взгляд, то на меня нахлынуло чувство дежавю. Глаза, которые когда-то имели цвет и тепло, теперь не выражали ничего, кроме злобы и жестокости в угольно-черных глубинах.
«
Я не понимала, откуда знала это имя, но когда оно появилось в моей голове, то пришло осознание его правильности.
«
У меня сперло дыхание, а кровь превратилась в лед, когда я осознала, что красавчик был одним из ангелов, падших с небес вместе с Люцифером.
— Черт, — выдохнула я.
Его полные губы изогнулись в улыбке, а крылья за спиной зашевелились, но не расправились. Такие же черные, как у Люцифера в моем сне. Я знала, что при раскрытии крылья будут уродливыми и смертоносными, как у моего предка. Азот стоял так близко, что я видела опасные, серебристые кончики крыльев, покоящиеся позади его головы. Эти наконечники были не такими длинными, как у Люцифера, но могли бы своими добрыми тремя дюймами выколоть мне глаза. Я не осмеливалась опустить взгляд, хотя и так помнила, что внизу у ужасных крыльев были еще два серебристых кончика.
— Не очень вежливый способ поприветствовать своего дядю, — пробормотал он все еще приятным голосом, когда его лицо практически восстановилось. — Меня прислали в качестве приветственного подарка, дитя, чтобы заверить тебя, что ты попала в нужное место. Твой отец шлет тебе привет.
Мой желудок скрутило, когда я поняла, что Азот был тем самым подарком, который Люцифер обещал мне во сне. Он отправил этого ангела, а возможно, и других, чтобы найти и вернуть меня, так как все они искренне верили, что Люцифер был моим отцом.
Как только это закончится, я намеревалась хорошо поблевать.
По крайней мере, остальные не слышали слов Азота. Варгас все еще не пришел в себя, если не умер, а Хок и Эрин находились слишком далеко, чтобы уловить суть разговора. Может, они и стали относиться ко мне немного лучше, но я сомневалась, что кто-то захотел бы общаться с потомком Люцифера.
Развернувшись, я ринулась в сторону, когда одно из черных крыльев замахнулось, пытаясь сбить меня с ног. Ветер, вызванный этим движением, взметнул мои волосы. Крыло просвистело всего в нескольких сантиметрах над моей головой. Азот хотел сохранить мне жизнь, но ему было все равно, получу ли я в процессе какие-нибудь травмы.
Рванув вперед, я перекатилась и снова ухватилась за выбитую дверь. В этот момент Варгас зашевелился и уставился на меня затуманенным взором. Солдат немного дрожал, но все же сумел поднять пистолет. Я воспользовалась дверью, как щитом, когда Азот снова нанес удар крылом.
Толчок о металл отбросил меня на Варгаса. Моя спина врезалась в его грудь. В итоге мы оказались прижаты к покрышке моим сумасшедшим, ангельским дядей. Кончик крыла Азота заскрежетал по металлической двери, словно ногти по классной доске. Я съежилась и подавила желание закрыть уши руками.
— Залезай под грузовик, — приказала я Варгасу.
Тяжелое дыхание Варгаса раздавалось прямо у моего уха.
— Я могу выстрелить в него еще раз.
— Это лишь разозлит его.
Неожиданно Азот ударил кулаком в дверь с такой силой, что на ней осталась вмятина. Я скосила глаза и посмотрела на идеальный отпечаток кулака дядюшки, который теперь касался кончика моего носа. Металл заскрипел, когда он отдернул руку. Воспользовавшись моментом, я уперлась ногами в дверь изнутри. С громким криком я оттолкнула металл, направляя дверь прямо на Азота и заставляя падшего ангела отступить.
Я не стала задерживаться и смотреть, что произошло, а быстро закатилась под грузовик позади Варгаса и выскочила с другой стороны. Я прислонилась спиной к кузову со стороны пассажира, пытаясь успокоить дыхание и выработать план действий. Если бы мне удалось заманить Азота на открытую местность, то я смогла бы поразить его огнем. А вот в тесном пространстве я опасалась использовать свои способности.
Я уперлась рукой в землю, ощущая под собой энергию жизни, но, как и в случае с огнем, не осмелилась использовать навык среди грузовиков.
— Ну же, дитя, ты действительно думаешь, что меня это остановит? — съязвил Азот с другой стороны грузовика.
На самом деле я считала, что его ничто не остановит, но мы должны были двигаться дальше.
Водительская дверь грузовика напротив нас начала открываться. Я ринулась вперед и снова захлопнула дверь, прежде чем та успела распахнуться больше чем на дюйм. Эрин высунула голову из окна.
— Спрячься, — одними губами произнесла я.
Я продолжала держать руку на двери, игнорируя взгляд «если бы я могла убить», который Эрин бросила на меня. Я напряглась, стараясь услышать, что происходило вокруг. Сейчас солдаты были в безопасности и вне поля зрения Азота, я же в свою очередь надеялась, что все так и останется. Варгас стоял за моей спиной, глядя в противоположную сторону, пока мы ожидали следующий шаг Азота.
Громкий стон прозвучал в тишине. Я понятия не имела, что случилось, пока грузовик, под которым мы перемещались ранее, не накренился.
— Беги! Беги! Беги! — крикнул Варгас.
Побежав, я стала цепляться за землю и камни под ногами. Рухнув вниз, я перекатилась под грузовик с Варгасом, следовавшим за мной, когда другой грузовик с громким треском ударился о землю позади. Порыв ветра швырнул пыль в мои глаза, когда я обернулась.
Я поспешно вытерла прилипшие к ресницам зернистые пылинки. Мое тело замерло, когда я обнаружила, что смотрю на крышу грузовика. Рядом со мной содрогнулся Варгас.
— Мы должны продолжать двигаться, — тяжело дыша, пробормотал Варгас.
— Да, — прошептала я.
Выкатившись из-под грузовика, мы выскочили с другой стороны, в этот момент Хок распахнул дверцу и спрыгнул вниз. Эрин следовала за ним по пятам. Я не пыталась остановить их. Если Азот решил бы перевернуть и этот грузовик, то они оказались бы в ловушке, имея только один выход. Мы стояли, прислушиваясь к хрусту от шагов Азота, который шел к нам через стоянку.
— Выходи, выходи, где бы ты ни пряталась! — нараспев крикнул он. Вот тогда я решила сначала поджечь его яйца.
Глава 25
— За грузовик, — скомандовал Хок и махнул рукой в сторону задней части машины.
Это не принесло бы нам большой пользы, но дало еще немного времени, чтобы подготовиться к атаке Азота. Мы успели добраться до задней части грузовика, когда Азот подошел к месту, которое мы занимали ранее. Хок схватил меня за руку и указал на мои пистолеты, пока Варгас перезаряжал свой.
— На счет три, — произнес Хок одними губами. Я кивнула и вытащила из кобуры один из пистолетов. В любом случае, для меня было выгоднее пока придержать свою способность метание огнем. Чем меньше падшие ангелы знали обо мне, тем лучше. Хок поднял один палец, потом два, потом три.…
Выйдя из укрытия позади грузовика, мы вчетвером открыли огонь по Азоту. Пистолет успокаивал меня, хоть я и знала, что оружие было бесполезным против ангела. Его тело и плечи стали резко и быстро дергаться из-за пронзающих пуль.
Губы Азота изогнулись в усмешке, а крылья скрылись за спиной. Он бросился вперед так быстро, что я едва успевала отслеживать его перемещение. Азот ударил рукой в грудь Варгаса. Варгас отлетел, вскоре его тело приземлилось на землю с громким стуком. Он поднял клубы пыли, подпрыгнув на земле, и остановился около здания.
Хок напал на Азота, но ангел вцепился в ствол Глока и вырвал оружие из хватки солдата, словно речь шла о водяном пистолете. Я выронила пистолет, когда Азот атаковал самого Хока. Прежде чем ангел успел схватить мужчину, я подняла ладони и выпустила поток пламени. Азот отпрыгнул, когда промежность его штанов вспыхнула. Ярость исказила черты его лица, когда он стал сбивать огонь, объявший его одежду, прежде чем тот успел распространиться.
Хок посмотрел на ангела, затем отвернулся и подобрал свое оружие. Эрин сделала еще три выстрела, прежде чем ее пистолет щелкнул, оповещая о пустом магазине. Женщина медленно отошла от Азота. Я подняла руки, обуздав свой страх, чтобы выпустить еще один залп огня. Пламя вырвалось из моих ладоней, но Азот блокировал поток, обернув крыльями свое тело в защитном жесте. Огонь закружился вокруг ангела, ударяясь о его крылья и освещая их красно-оранжевым сиянием. Пламя выделило вены, по которым текла черная кровь. Крылья были очень похожи на те, которыми обладали летучие мыши.
Я взяла на заметку, что плоть на крыльях ангелов была огнеупорной.
— Бегите! — крикнула я Эрин и Хоку, когда Азот шагнул в нашу сторону, все еще держа крылья поднятыми, чтобы защищаться от огня.
— Не без тебя! — заявил Хок.
Хок попытался схватить меня, но я увернулась от его руки и ринулась на встречу расправляющимся крыльям Азота, ударив его кулаком в щеку. Ангел отшатнулся, больше удивившись ударом, чем силой, так как его голова едва пошатнулась. Я не предоставила ему время для осознания происходящего и подняла ногу, нанеся удар в грудь и оттолкнув еще на шаг назад.
— Ривер! — крикнул Хок. — Беги!
Ему не пришлось повторять дважды. Развернувшись, я ринулась между грузовиками к стоянке. Мои стопы раздавали громкий стук благодаря утоптанной грязи и камням переулка, а руки и ноги двигались быстрее, чем когда-либо прежде. Я не оглядывалась назад, постоянно смотря вперед. Я просто не хотела видеть то, что было позади. Азот с радостью разорвал бы солдат на куски, но теперь ему придется преследовать меня.
Я забежала под свет бензоколонок, но даже не потрудилась направиться к нашему пикапу. Даже если бы я сумела добраться до машины, то от этого было бы мало толку. Ранее Азот поднял грузовик, значит, смог бы опрокинуть пикап быстрее, чем я скажу «бу». Кроме того, я не могла оставить без внимания своих соратников. Может, я и не знала местонахождение Корсона, но понимала, что он не оставит нас.
Я была на полпути к бензоколонке, когда что-то ударило меня в спину, из-за чего я полетела головой вперед к асфальту. Свист хлопающих крыльев заставил поток воздуха врезаться в мою спину. В этот момент я осознала, что на меня спикировал Азот. Вот тебе и любящий дядюшка.
Остановившись у края парковки, мое избитое и покрытое синяками тело запротестовало, но я встала на четвереньки. Я уже почти поднялась на ноги, когда нечто толкнуло меня в спину. Мои колени затормозили об асфальт, из-за чего струйки крови потекли по моим голеням, вынуждая брюки прилипать к телу.
Перекатившись на спину, я подняла взгляд и увидела, как Азот крадется ко мне. Все шесть футов крепких мускулов и убийственной решимости. Он все еще был по меньшей мере в пятидесяти футах от меня, слишком далеко, чтобы толкнуть во второй раз. Тогда что же произошло?
Я огляделась, но не заметила присутствия какого-нибудь другого существа, даже проплывшего мимо призрака. Мои глаза сосредоточились на окнах здания на стоянки грузовиков, из которых выглядывали бесчисленные лица. Их туманные тела пересекали жалюзи.
Поднявшись, я с помощью рук заставила себя сесть. Я уже было хотела встать, когда Азот махнул.
— Лежи, — приказал он.
Не в силах сопротивляться давящей на меня невидимой силе, я снова была отброшена назад. Телекинез. Осознание подобной возможности заставило мой желудок сжаться. Я поняла, как ему удалось перевернуть грузовик. Вот только как теперь, черт возьми, мне сбежать от ангела. Все это время он играл со мной. По выражению лица Азота было ясно, что он устал от новой игрушки.
Его блестящие черные ботинки приблизились ко мне. Изодранные остатки штанов продемонстрировали отсутствие нижнего белья, но, к счастью, их хватало, чтобы прикрыть пах.
— Ты ничто, — пробормотал он. — Люцифер будет счастлив познакомиться с тобой, дитя.
Мне удалось опереться на локти, чтобы не валяться на спине, но я обнаружила, что это были единственные движения, которые мне удалось выполнить.
Опустившись на колени рядом со мной, Азот приподнял мою голову с помощью пальца.
— Только посмотри на эти ужасные отметины на шее, — его губы скривились в жестокой улыбке. — Ты определенно дочь своего отца, идешь за самым сильным, привязывая его к себе. Твой отец не смог сокрушить их лидера, значит, им займешься ты.
— Я совершенно не похожа на него! — выплюнула я.
— Это мы еще посмотрим. Интересно, какими еще способностями ты обладаешь?
— Ривер! — рев Корсона привлек наши взгляды, когда он выскочил из-за другого угла закусочной. Демон бежал с полностью вытянутыми когтями, с которых капала на асфальт флуоресцентно-зеленая кров. Также кровь покрывала его одежду и волосы. Два других демона так и не появились. И, судя по виду Корсона, они уже никогда не вернуться.
Азот встал, возвышаясь надо мной, словно башня. Он поднял руки и отшвырнул Корсона, прижав демона к стене закусочной. Из того места, где я оставила остальных солдат, раздались выстрелы. Я обернулась и увидела, что все трое стояли в конце переулка с поднятыми пистолетами. Монстр передо мной развернулся, махнув рукой. Я с ужасом наблюдала, как пули, рассекавшие воздух, застыли в нескольких дюймах от его лица.
— Твои друзья не понимают, что я заполучил тебя, значит, мне все равно, выживут ли они, — благодаря едва заметному движению запястья пули развернулись и унеслись прочь быстрее, чем мог отследить мой смертный взгляд.
— Бегите! — заорала я, но они уже скрылись в тени грузовиков.
Полный боли крик раздался из темноты. Когда Азот отвлекся, я дернулась в сторону и вытянула ноги. Мои стопы врезались в лодыжки Азота, из-за чего ангел пошатнулся. На кончиках моих пальцев вспыхнуло пламя. Подняв ладонь, я метнула в спину Азота очередной залп, но ангел успел развернуться и отбить огонь, отправив его в ночь.
— Тебе повезло, что он хочет заполучить тебя живой! — рявкнул он.
Мне удалось встать и сделать два шага, прежде чем что-то снова ударило меня. Я закричала, когда мои руки врезались в землю, а из ободранных коленей потекло еще больше крови.
Краем глаза я заметила, что Корсон сумел отстраниться от здания и направиться к нам. Его шаги были вялыми, тело наклонено, а руки вытянуты вперед, словно он преодолевал невидимый барьер, пытавшийся его сдержать.
Я прижала руку к асфальту и глубоко вдохнула, пытаясь утихомирить бушующие эмоции. Страх подпитывал огонь, но именно сильные чувства помогали мне погрузиться в жизненную силу, текущую вокруг. К сожалению, в данный момент страх преобладал над остальными переживаниями.
Сделав еще один глубокий вдох, я закрыла глаза, ища поток жизни, обитающий в земле. Толстый слой асфальта частично блокировала энергию, тем не менее на кончиках моих пальцев появились искры.
Как-то Кобаль заявил, что энергия жизни была моим самым смертоносным оружием. С тех пор я стала гораздо лучше обращаться с навыком, но так и не сумела призывать силу в моменты, когда мое тело пронзал ужас.
Азот повернулся и заметил золотисто-белые искры, танцующие на кончиках моих пальцев. Выражение тоски, заполнившее его лицо, было настолько сильным, что у меня перехватило дыхание. Ангел застонал от боли, а его тело пронзила дрожь.
Однажды я предположила, что Люцифер стал таким извращенным и безжалостным, потому что каким-то образом потерял связь с потоком жизни, который ощущали все ангелы. Сейчас, глядя на лицо Азота, я убедилась в своей правоте.
Возможно, падение с небес положило начало разложению ангелов, но разрыв связи со всем живым полностью их разрушил. Значит, Люцифер в итоге говорил правду. Я могла стать злой. Подобная вероятность текла по моим жилам.
Взгляд Азота переметнулся на мое лицо. Благоговение и тоска исчезли, сменившись такой глубокой ненавистью, что она потрясла мою душу.
— Это правда! — прошипел он.
Я вскинула другую руку и с криком выпустила еще один огненный шар. Я так устала от этих придурков, от всех до единого. Азот попытался отбить залп, но пламя зацепилось за его рукав, опалив лицо. Пока он отвлекся на огонь, я перекатилась и вскочила на ноги.
«
Я побежала, не оглядываясь. Мне практически удалось достигнуть края парковки, когда чья-то рука схватила меня за шею. Я не успела даже моргнуть, а меня уже оторвало от земли.
***
У меня перехватило дыхание, когда я оказался на вершине холма. Я смотрел на ярко освещенную стоянку грузовиков менее чем в полумиле от меня. Двигаясь слишком быстро, я оставил Бейл позади, но знал, что она скоро появится. Вспышка пламени привлекла мое внимание к месту, где на асфальте у ног какого-то существа лежала Ривер. Я не мог определить нападающего из-за пламени, исходящего из рук моей избранной.
Ривер вскочила на ноги и побежала через стоянку. Корсон тоже ринулся вперед, словно освободившись от какого-то невидимого сдерживающего барьера. Демон набросился на того, кто атаковал Ривер. Когда Корсон прыгнул и замахнулся, то я заметил его когти. Пламя погасло, из-за чего враг, кто бы это ни был, повернулся лицом к демону. Напавший на Ривер закричал в агонии, когда когти Корсона вонзились в его бок.
Корсон снова замахнулся, но, даже не пошевелив ни единым мускулом, враг подбросил его в воздух и отшвырнул. Корсон ударился об асфальт и прокатился на заднице к зданию. Развернувшись, существо снова бросилось за Ривер.
Я чуть не проревел ее имя, но вовремя сдержался. Я бы все отдал, чтобы дать ей знать о своем присутствии, но в данный момент не мог отказаться от элемента неожиданности.
Я был уже на полпути, спускаясь со склона, когда понял, что враг был не демоном, а падшим ангелом. Азот. Его черные крылья на мгновение затрепетали, когда он повернулся ко мне спиной, а серебристые волосы замерцали в струящемся лунном свете. Он обхватил рукой шею Ривер, отрывая ее от земли. Ярость заставила пламя вырваться из моих рук и охватить запястья. Никто никогда не посмеет так обращаться с моей избранной, чтобы затем остаться в живых и рассказывать об этом.
Мои мышцы набухли и напряглись, когда гончие с ревом взвыли. Способные двигаться быстрее меня, псы могли добраться до нее раньше, нежели я. Выставив вперед левую руку, я ощутил, как волна силы пробежала по моему телу и спустилась к кончикам пальцев. Я выпустил гончих на волю. Сучка, Феникс, вырвалась из меня огненным шаром первой. Пламя окружило ее, когда она приземлилась на землю. Ее глаза вспыхнули, когда она подняла голову, чтобы посмотреть на меня. Крукс, ее пара, следовал за ней по пятам.
Отвернувшись от меня, гончие превратились во вздымающиеся огненные шары, которые дрожали от тяжелых прыжков и скачков во время бега к Ривер. Пламя и искры тянулись за псами, тускнея по мере отдаления псов.
Азот пронес Ривер несколько шагов, а затем отшвырнул. Она упала на асфальт, прежде чем отползти в сторону. Ривер двигалась вперед, пока не добралась до края парковки. Заложив руки за спину, Азот стал насвистывать какую-то мелодию и медленно идти за Ривер, играя с девушкой, как кошка с мышью. Ангел пока не заметил гончих, так как стоял к ним спиной, но когда он все же обратит внимание на псов, то игра закончится. Ангел сделает все возможное, чтобы похитить Ривер.
Девушка совершила последний рывок и погрузила ладонь в землю. Я заметил, как ее тело содрогнулось. Ривер подняла голову и широко раскрыла глаза, глядя на гончих, несущихся к ней с холма. Мне стоило раньше показать их. Теперь же Ривер не понимала, что это были ее защитники, а не новые враги.
Азот сделал еще один шаг, когда она перевернулась на спину. Золотисто-белые искры света заплясали на ее руке, прежде чем Ривер повернула ладонь и выпустила поток жизни. Мощный залп, подобного которому я никогда не видел раньше. Свет поразил Азота в грудь, швырнув его через парковку. Его руки взметнулись в воздух, прежде чем ангел рухнул на асфальт. Азот заскользил на спине и врезался в одну из бензоколонок.
Мое сердце воспарило от радости из-за растущей способности Ривер владеть подобной смертоносной силой, а затем резко упало. Ее навыки были эффективны против падших ангелов.
Значит, это сработает против Люцифера. Она могла встретиться с ним лицом к лицу.
Собаки промчались мимо Ривер с ревущим воем, от которого задребезжали стекла в закусочной и задрожала земля под моими ногами. Азот встал как раз в тот момент, когда Феникс поднялась на мощные задние лапы и прыгнула.
Глава 26
Я лежала, разинув рот, и смотрела на бензоколонку, в которую швырнула Азота. Маленькие искры продолжали плясать на моих пальцах, когда ангел поднимался на ноги. Земля подо мной содрогнулась от топота животных, которые неслись к нам.
Мое сердце бешено заколотилось при внезапном появлении новых врагов. Мое тело было покрыто синяками и ссадинами больше, чем когда-либо прежде. Мне только что надрал задницу ангел, но теперь я должна была еще и пережить сражение с очередными созданиями.
Звери взвыли, проносясь мимо, из-за чего в моих ушах зазвенело, а некоторые призраки в закусочной отпрянули от окон. Я никогда не видела ничего более удивительного и впечатляющего, чем тускнеющее пламя, тянущееся за массивными существами.
Азот вскочил на ноги за секунду до того, как на него прыгнуло первое животное. Тварь широко открыла пасть и выпустила шестидюймовые крючковатые когти, готовые вцепиться в плоть ангела. Зверь набросился на Азота, вонзив клыки в его предплечье. Они покатились по асфальту. Тварь напоминала аллигатора в смертельном броске, у которого с пасти свисал Азот.
Второе существо остановилось, посмотрело на происходящее, наклонив голову, и изменило направление, бросаясь на меня. Я с помощью локтей отползла назад, прежде чем, шатаясь, подняться на ноги. Изначально существа были нацелены на Азота, но, возможно, они оказались так же неразборчивы в своем желании убивать, как и мадагансы. Я подняла руки, приготовившись нанести удар по существу, но животное так и не достигло меня, резко затормозив и встав между мной и Азотом.
Я стояла, таращась на существо, которое снова взревело и обнажило клыки, заставившие бы саблезубого тигра съежиться. Его гладкая черная блестящая шерсть встала дыбом, а передняя часть тела немного сгорбилась. Сверкающие янтарные глаза напомнили мне о…
Кобаль!
Я подняла голову и осмотрела дорогу, но из-за кромешной тьмы и яркого света от стоянки едва сумела различить предметы в пятидесяти футах от себя. Кобаль был где-то там, должен был быть, ведь передо мной находились гончие, которые были скрыты в его теле.
Церберы. Взирая на гигантскую голову, я понимала, почему их так называли. Пес был похож на волка, но доисторического, который мог разорвать тираннозавра. Его голова доходила мне до подбородка, а широкие плечи — до груди.
Тварь могла раздавить меня одной лапой. Тем не менее гончая продолжала охранять меня, стуча когтями по асфальту, пока металась из стороны в сторону, желая присоединиться к битве. В это время второй пес повалил Азота на спину и вонзила когти в его живот, разрывая чувствительную плоть. Должно быть, боль была мучительной, но Азот не издал ни звука, пытаясь разжать челюсть животного и оттолкнуть его голову.
Я не видела, но почувствовала, как Азот выпустил заряд энергии, чтобы сбросить пса. Существо покатилось по земле и ударилось о стену здания. Еще несколько призраков отскочили от окон, прежде чем снова осторожно выглянуть наружу.
Гончая передо мной издала жуткий рык и рванула вперед, в это же время что-то выскочило из тени бензоколонок и приземлилось на спину Азота. Мне потребовалась секунда, чтобы узнать Кобаля, так как его лицо было искажено маской чистой ярости, а глаза горели янтарным огнем. Несмотря на беспокойство, меня переполнили облегчение и любовь. Кобаль пришел, с ним все было в порядке.
Огонь объял его запястья, предплечья и плечи. Кончики четырех клыков блеснули, прежде чем погрузиться в горло Азота. Ангел закричал и поднял руки, пытаясь сбросить Кобаля. Дернув головой, Кобаль отстранился от шеи Азота и выплюнул кусок плоти.
Кобаль впился когтями в грудь ангела, разрывая плоть и проливая еще больше крови на землю. Гончие беспокойно расхаживали перед дерущимися, махая хвостами, пока запах крови Азота распространялся по округе. Кобаль схватил Азота за горло, поднял и швырнул на асфальт.
Ангел отправил еще одну волну телекинетической силы, которую почувствовала даже я, несмотря на приличное расстояние между нами. Кобаля отбросило на несколько футов, тем не менее он не перелетел через парковку, как Корсон и гончая. Либо Азот устал, либо его сила не имела такого эффекта на Кобаля.
Пес, ранее охранявший меня, набросился на Азота и вцепился в его голову. Ангел взвыл, заколотив руками по зверю, чтобы освободиться. Стряхнув оцепенение, охватившее меня с того момента, как мне удалось швырнуть Азота, я вытащила катану из ножен за спиной и побежала к ангелу.
Приблизившись к Азоту, я крепко сжала рукоять, прежде чем поднять катану и изо всех сил рубануть. Меч просвистел в воздухе, прежде чем погрузиться в шею ангела. Я предполагала, что с помощью одного удара сумею отделить его голову от тела, но катана едва вошла на два дюйма, прежде чем застрять в жилистых мышцах.
Азот вцепился в лезвие, которое разорвало плоть до костей. Рядом со мной появился Кобаль, который сразу оттолкнул меня и обернул ладонь вокруг рукояти, выдергивая катану. Подняв меч, Кобаль опустил его с такой силой, что голова Азота отделилась от тела. Гончая сразу проглотила деликатес, отчего у меня свело желудок.
Катана с грохотом упала на землю, когда Кобаль уронил ее. Он схватил меня за руку и притянул к себе. Тошнота в моем животе ослабла, когда Кобаль обнял и приподнял меня. Я обвила руки вокруг его шеи и прижалась к демону всем телом. Гончие бродили рядом, потираясь о мои ноги, которые висели в воздухе.
Несмотря на все происшедшее, мое тело инстинктивно отреагировало на Кобаля. Непреодолимое желание еще теснее прильнуть к нему обрушилось на меня, как дождь. Мои руки лихорадочно пробежались по его плечам и спине, пока я пыталась убедить себя, что он действительно пришел.
— Кобаль, — я почувствовала медный запах крови и вонь бензина, смешенного с естественным, огненным ароматом Кобаля, когда уткнулась лицом в его шею.
Он зарылся носом в мои волосы, а затем заскользил губами по щеке, приподнимая пальцами мой подбородок и поворачивая голову. Мое сердце забилось в ритме стаккато, когда его золотистые глаза поймали мой взгляд.
Желание.
Почувствовав это, Кобаль завладел моими губами в безжалостном поцелуе, который проник прямо в самую сердцевину моей души. Его язык толкался в мой рот, клыки царапали мои губы, проливая кровь, но я не обращала на это внимание. Я запуталась пальцами в волосах Кобаля, притягивая ближе, когда почувствовала жесткое свидетельство его возбуждения, восставшее и соблазнительно льнущее к моему изнывающему лону.
Я совсем забыла о том, где мы находились, обо всех своих шишках и синяках, так как мой мир сосредоточился только на Кобале. Он был всем, что я могла ощущать и наслаждаться. Наше дыхание смешалось, став одним целым. Я вцепилась пальцами в его плечи, когда Кобаль схватил меня за волосы и потянул назад, чтобы углубить поцелуй.
— Ох, — выдохнула я в его губы.
Язык Кобаля, пьянящий и требовательный, ласкал мой в диком танце, который заставлял меня дрожать и ощущать слабость. У меня никак не получалось насытиться им. Я не позволяла себе думать о том, что, возможно, могла больше никогда не увидеть его, хотя подобная мысль была постоянным беспокойством в глубине моего сознания. Я не хотела отпускать Кобаля.
Одна из гончих зарычала, пронзая туман желания и возвращая меня в реальность. Кобаль прерывисто выдохнул в мои губы, когда прервал поцелуй. Он с минуту смотрел на меня, прежде чем опустить на землю.
Обхватив мое лицо, Кобаль нежно сжал его в своих ладонях, втянув черные когти.
— Ты в порядке? — я едва узнала его голос из-за хрипотцы. В глазах Кобаля сверкало отчаяние.
— Да. Остальные… — я вспомнила крик боли, который услышала, когда Азот перенаправил пули. — Остальные!
Я отстранилась от Кобаля и повернулась, чтобы найти Хока, Варгаса и Эрин, стоящих у угла здания. Все солдаты были бледны и с темными кругами под глазами, но их плечи были гордо расправлены. Варгас прижимал руку к плечу. Между пальцами мужчины сочилась кровь. Остальные двое казались невредимыми. Все трое направились к нам.
Корсон подошел к телу Азота и пнул одно из черных крыльев, из-за чего оно повторно шлепнулось о землю.
— Серьезный урон для Люцифера. Он только что потерял одного из своих высших ангелов.
Хоть Азот был мертв, Кобаль все равно встал между мной и ангелом. Его тело напряглось при взгляде на изуродованное тело.
— Знаю.
Я думала, что ему доставит радость такое развитие событий. Вместо этого он выглядел так, словно собирался посетить поминки. Кобаль поднял глаза и встретился взглядом с Корсоном. Между ними произошел какой-то безмолвный диалог, но прежде чем я успела задать вопрос о чем именно, заговорила Эрин:
— Это был ангел? — спросила она сдавленным голосом.
— Азот, — пробормотала я. — Один из ангелов, павших вместе с Люцифером.
Кобаль нахмурился.
— Откуда ты знаешь, кто это был?
Я посмотрела на демона, прежде чем снова сосредоточиться на черной крови, стекающей по шеи Азота.
— Просто откуда-то знаю.
Я решила подождать момента, пока мы не останемся наедине, прежде чем передать все слова Азота и его реакцию на искры, вырывающиеся из моих пальцев. Искры, которые подействовали на него гораздо сильнее, чем огонь. Неожиданно я осознала, что так взволновало Кобаля. Произошедшее означало, что я могла использовать свою силу против Люцифера. Кобаль и Корсон уже пришли к подобному выводу.
Осмелилась бы я подойти так близко к Люциферу, чтобы воспользоваться своим навыком управления потоком жизни? Я не боялась его, не боялась смерти, но не хотела умирать. Впрочем, я была готова отдать жизнь за любимых и бесчисленное множество других существ, если бы не осталось другого варианта. Однако, я беспокоилась, что Люцифер мог каким-то образом сбить меня с пути. Он-то точно знал, что разорвало связь ангелов с потоком жизни. Мог ли он сотворить подобное со мной?
Хотя сейчас это не имело значение. Нам еще предстояло преодолеть большое расстояние, прежде чем мы оказались бы у этой точки. Я побеспокоюсь о развитие событий тогда, когда мы окажемся у врат Ада. Сейчас мне стоило волноваться о пути до места назначения. Повернувшись, я посмотрела на дорогу, но не увидела ни одного едущего пикапа. Зато я заметила Бейл, которая выбежала из тени и направилась к нам через стоянку.
— Где все остальные? — спросила я. Мой голос прозвучал пронзительнее, чем я ожидала.
— Скоро прибудут, — заверил меня Кобаль. — Мы бегом быстрее добрались до тебя.
— Потому что ты уничтожил нашу машину, — пробормотала Бейл.
Я вопросительно взглянула на Кобаля.
— Небольшой несчастный случай, — заявил он, небрежно пожав плечами.
Мой взгляд пробежал по его телу. Гладкую челюсть покрывали синяки, в уголке правого глаза виднелась кровь. Рубашка отсутствовала, а брюки были усеяны дырами, вокруг которых засохла кровь. На груди были блеклые, сморщенные следы от чего-то похожего на…
— Это пулевые ранения? — требовательно спросила я.
— У нас произошла стычка с небольшой группой людей, которые выживали в этом районе в течение длительного времени. Я оставил их в живых.
— Они стреляли в тебя?
— Стреляли.
Я стиснула зубы. Мысль о том, что кто-то причинил ему боль, заглушила всю радость, возникшую из-за новости о выживших.
— Я бы убила их.
Его губы изогнулись улыбке, из-за которой мое сердце екнуло, а напряжение в плечах немного ослабло. Кобаль пробежался пальцами по моей щеке, отбрасывая в сторону выбившиеся пряди волос, и шагнул ближе.
— Я же обещал, что буду терпимее к людям.
— Только не к тем, которые пытаются тебя убить!
Его улыбка стала еще шире. В ответ я вернула ему гневный взгляд.
— Кажется, в какой-то момент я говорил тебе то же самое.
Черт. Я облажалась, что было хорошо ему известно, так как в его глазах искрилось веселье.
— То, как ты убил Эйлин, было неправильно и, ну, шокирующе, — пробормотала я. — Но…
— Но? — подбодрил он к продолжению, когда мой голос затих.
Я подняла глаза, чтобы поймать столь любимый взгляд Кобаля. Мое сердце забилось быстрее, когда я сомкнула пальцы вокруг запястий Кобаля, а мое тело инстинктивно потянулось к нему. Меня наполнил поток его жизненной силы, который немного ослабил усталость и боль от борьбы с Азотом.
— Но теперь я лучше понимаю, почему ты поступил так. Я рада, что ты сохранил в живых напавших на тебя людей.
Кобаль усмехнулся, когда я отпустила его запястья.
— Значит, рада?
— Да, — неохотно согласилась я. — Но если они снова попытаются сделать что-то подобное…
— Я уже пообещал им смерть, если мы еще раз встретимся.
— Отлично.
Наклонив голову, он коснулся губами моего уха и прошептал так, чтобы нас больше никто не услышал:
— Мне нравится, когда ты жестока, Mah Kush-la.
— Я слишком резко отреагировала на Эйлин, — пролепетала я в ответ. — Я… пришла в ужас. Меня пугало то, что рассказал Люцифер в моем сне, пугало насилие, которое исходило от Эйлин, а потом и от тебя.
Его рука слабо сжала мою шею.
— Понимаю, но я буду защищать тебя от Люцифера всей своей сущностью.
— Сумеешь ли ты защитить меня от самой себя, если это будет необходимо?
Кобаль судорожно вдохнул, подавляя дрожь в мышцах.
— Я буду делать все необходимое, чтобы мир восстановился и чтобы ты была в безопасности.
Я прижалась лбом к его груди, закрыв глаза из-за тепла, окутавшего меня. Мои пальцы пробежались по точеным мышцам пресса Кобаля. Я неосознанно пыталась постоянно к нему прикасаться. Противоречие между его шелковистой кожей и твердостью мускулов всегда заставляло мой рот наполняться слюной, а пульс учащаться. Я никогда не могла насытиться нашими ласками.
— Я причинила тебе боль своим отказом, — я вздрогнула от этих слов, так как меня пронзил гнев на саму себя. Я впервые признала это. Может, я и пыталась каким-то образом защитить Кобаля, но также я ранила и напутала его. — Прости.
Кобаль напрягся, прижавшись ко мне, и крепче стиснул мою шею.
— Я понимаю, почему ты считала свой поступок правильным. Также я осознаю, что плохо отреагировал на Эйлин. Я сожалею об этом и приношу свои извинения за то, что ее смерть произошла на твоих глазах. Мы оба ошибались, когда дело коснулось той женщины, — прошептал он мне на ухо. — Подобной ситуации больше не повторится. Как и событий, последовавших за ней.
— Нет, не повторится, — поклялась я. Его мускулы расслабились. Я не сумела сдержать улыбку, когда Кобаль поцеловал меня в лоб и отошел. Я подняла голову, чтобы посмотреть на него. — Ты в порядке?
— Теперь да. Я больше не оставлю тебя одну.
Я усмехнулась, когда Кобаль повернулся к остальным. Мне тоже не хотелось оставлять его одного. Корсон и Бейл окинули меня внимательным взглядом, в то время как остальные переводили глаза с Азота на Кобаля и обратно. Я заметила, что все держались на расстоянии от гончих, окруживших нас защитным кольцом.
Варгас, Эрин и Хок выглядели так же растерянно, как если бы кто-то вручил им головоломку из десяти тысяч пазлов, заявив, что у них был всего час на ее составление. Неожиданно Бейл и Корсон улыбнулись.
— Она умеет призывать и управлять потоком жизни лучше, чем я думала, — пробормотала Бейл.
— Я практиковалась, — призналась я.
— Хитрая, как демон, — усмехнулся Корсон, подмигнув мне. Вдруг я осознала, что в их глазах отражалось восхищение.
— Та золотисто-белая штука, которой ты поразила ангела, называется жизнью? — удивился Хок.
Глава 27
— Да, — ответила я, заслужив осуждающий взгляд Кобаля.
— Каким образом ты управляешь ей? — поинтересовался Варгас.
— Это не ваше дело, — ответил Кобаль прежде, чем я успел открыть рот.
Я нахмурилась, но его подбородок был напряжен, а глаза холодны, как камень, когда он незаметно покачал головой. Я понимала причины, по которым Кобаль держал мою родословную в секрете, но наша команда заслуживала получить хоть какие-нибудь ответы. Когда Кобаль повернул меня так, чтобы я не видела глаз ребят, в которых отражалось любопытство, то я поняла, что мне не удастся раскрыть даже минимум правды.
Одна из гончих села у моих ног и зевнула, потираясь мордой о мою руку. Густая шерсть оказалась неожиданно мягкой, учитывая, что речь шла о животном из Ада, которое недавно полакомилось головой падшего ангела.
Не сумев сдержаться, я пробежалась пальцами по густой шерсти, из-за чего заслужила одобрение зверя судя по тому, как он прижался ко мне головой. Гончая пыталась быть нежной, но все равно своей силой заставила меня отступить на шаг.
— Полегче, Феникс, — приказал Кобаль.
Гончая лизнула мою кожу шершавым языком, но это не было неприятно.
— Феникс? — переспросила я.
— Да, это самка, а Крукс, — Кобаль указал на более крупного пса, который подбежал ближе, чтобы потереть о мою вторую руку, — самец и ее пара.
Я не сумела сдержать улыбку, когда гончие окружили нас.
— Они прекрасны.
— Я должен призвать их обратно, — заявил Кобаль.
Мне было очень любопытно посмотреть, как это работает. Кобаль отошел от меня на несколько футов. Гончие побежали следом и послушно уселись по обе стороны от него. Кобаль положил ладони на головы псов. Мускулы на его спине вздулись и напряглись, а вены на руках вздулись. В этот момент гончие стали напоминать туман.
Кобаль глубоко вдохнул и запрокинул голову. Он никогда не казался мне более суровым и красивым, как в мгновение исходящей от него силы. Его тело словно засасывало гончих.
Отметины на руках и груди Кобаля покрылись рябью, когда собаки исчезли так же легко, как волна, отступающая от берега. Наблюдая за происходящим, я стала лучше понимать, почему именно Кобаль обладал таким сильным потоком жизни. Я никогда прежде не встречала ничего, что могло бы сравниться с его уровнем силы. Поток жизни внутри земли был огромен, но рассеивался по всему миру. Мощь Кобаля была сосредоточена исключительно в нем. Вот почему Люцифер не сумел уничтожить Кобаля, как это было со многими его предками.
Во всем мире не существовало ничего похожего на Кобаля, ничего, что могло бы с такой же легкостью загнать гончих в клетку. Мои пальцы отчаянно желали пробежаться по его спине, почувствовать рельефные изгибы мускулов, двигающихся под моей ладонью, почувствовать, как его сила пробуждается и течет подо мной, внутри меня.
Моя грудь заныла от желания ощутить прикосновения Кобаля. Чтобы он обхватил их руками, чтобы склонил голову и.…
Я потрясла головой, пытаясь избавиться от непрошенных мыслей, но когда Кобаль повернулся, я не сумела сдержаться и шагнула к нему навстречу. Приняв его протянутую ладонь, я прижалась к демону, наслаждаясь его объятиями. Дрожь в теле Кобаля не имела ничего общего с силой, которую он вобрал в себя. Эта дрожь означала лишь голод по мне.
Я предположила, что сейчас он подхватит меня на руки и унесет в какое-нибудь уединенное место. Я бы не стала сопротивляться, но Кобаль ничего не предпринял. Он зарылся лицом в изгиб моей шеи, царапая клыками мою плоть. Я затаила дыхание, ожидая почувствовать его укус. Тело Кобаля содрогнулось от сдержанности, когда он отстранился от моей шеи и прижался губами к моему виску.
— Скоро, — прошептал он.
Мое сердце быстро заколотилось, когда я прижалась щекой к его лицу.
— Я скучала по тебе.
— Я скучал больше, чем ты можешь себе представить.
Свет фар, прорезавший темноту на вершине холма, привлек мое внимание к цепочке машин, приближающихся к нам.
— Они прибыли, — выдохнула я.
— Нам пора уходить, — заявил Кобаль.
Он не отпустил меня, вместо этого приподняв и направившись к нашему пикапу.
— Подожди! — крикнула я, прежде чем мы добрались до грузовика. Я стала извиваться в его руках до тех пор, пока он не опустил меня на землю.
— Что случилось? — спросил он.
— Я должна поблагодарить их.
— Кого?
— Призраков.
Кобаль сосредоточил внимание на здании, скривив верхнюю губу в усмешке при виде прозрачных фигур в окне.
— Один из них сдал тебя.
— Один из них сдал. А остальные помогли, — я вырвалась из его объятий, но Кобаль схватил меня за запястье прежде, чем я успела отойти.
— Как бы мне ни было неприятно это признавать, но они действительно помогли, — произнес Корсон, подходя и становясь рядом со мной.
Демон вытащил серьги из ушей, швырнув их на землю, когда Кобаль бросил на него угрожающий взгляд.
— Я должна поговорить с ними, — продолжала настаивать я.
Кобаль сжал мое запястье.
— Я пойду с тобой.
Я пересекла стоянку, направляясь к зданию. Кобаль шел следом, а остальные шагали позади. Когда мы приблизились, призраки отпрянули от окон.
Я хотела толкнуть дверь, но Кобаль опередил меня. Звон колокольчиков затих, когда Кобаль придержал дверь, пропуская меня вперед и шагая следом. Внутри мы столкнулись с хаотично мешающимися обезумившими призраками. Некоторые скрылись на кухне, другие порхали под потолком столовой и прятались в кабинках.
Этель, наша не очень дружелюбная и приветливая встречающая, больше не кричала, чтобы мы выметались из здания. Она стояла у кухонной двери, а рядом с ней парил Помпадур. Многие полупрозрачные тела выглядели немного бледнее, если это было возможно, чем в последний раз, когда я их видела.
— Они сожгут наше убежище дотла.
— Больше не будет укрытия.
— Опять наступит тьма.
— Во всем виноват Рональд. Только он. Рональд привел сюда демонов. Мы ничего не делали, — панические голоса призраков напоминали громкий гул, так они одновременно говорили друг с другом.
— Я пришла поблагодарить вас, — крикнула я достаточно громко, чтобы они услышали меня, несмотря на бесконечную болтовню. — За оказанную помощь.
Призраки над нашими головами замедлились, из-за чего их тела и черты лица стали более четкими. На стене, отделяющей кухню от зала, появилась пара дюжин голов.
— Гребаные призраки, — пробормотал Кобаль. Он шагнул ближе ко мне, в защитном жесте касаясь грудью мое руки, и окинул комнату взглядом, который говорил, что он подожжет все здание, если мертвые сделают хоть одно неверное движение в сторону любого из нашей группы.
— Я такого же мнения, — раздался у меня за спиной голос Корсона.
Эрин, Варгас и Хок наблюдали за призраками, которые стали окружать нас.
— Что она только что сказала? — спросила одна из голов.
Дейзи вплыла в комнату и зависла передо мной.
— Она сказала спасибо.
Я улыбнулся девушке.
— Тебе отдельная благодарность.
Дейзи расплылась в улыбке, прежде чем переключить внимание на Кобаля. Некоторые призраки подлетели ближе, толпясь возле Кобаля. Они крутили головами и поворачивались, изучая то меня, то Кобаля.
— Законный король Ада и Странница мира. Никто бы никогда не поверил, что это возможно, — пробормотала Этель, подплывая ближе.
Я снова хотела уточнить, что означало «Странница мира», но призрак в юбке-пудель отвлекла меня, когда подобралась ближе к Кобалю. Я уловила похоть в ее глазах, пока она рассматривала демона. Если бы у нее было тело, я бы надрала ей задницу.
— Он довольно… опасен, — пробормотала она.
— Ты имела в виду аппетитен, — ответила ей другая женщина. Оба призрака обменялись смешками.
Некоторые мертвые мужского пола подлетели ко мне и Эрин. Я отступила, когда один из них начал подниматься надо мной, поворачивая голову из стороны в сторону, чтобы заглянуть под мою рубашку.
— Отвали! — зарычал Кобаль, когда понял, что пытался сделать призрак.
Мужчина надулся, но когда повернулся, посмотрев на Кобаля, его обида сразу испарилась, а серый цвет лица сменился на белый. Никто из других призраков не рискнул приблизиться ко мне. Корсон встал перед Эрин, впиваясь взглядом в любого, кто пытался направиться к ней.
— Они все извращенцы, — с отвращением пробормотал Хоук.
— А после того, как мы помогли тебе, ты поговоришь с ангелами о нас? — спросил Помпадур.
— Я же говорила, что не могу… Я не знаю как, — пояснила я, начиная сожалеть о своем решении вернуться и поблагодарить призраков.
— Но ты можешь попытаться, — настаивал он.
— Нет, не могу.
— Смирись с полученным ответом, бестелесный. Тебе в любом случае придется потусоваться здесь еще какое-то время, — усмехнулся Корсон.
— Перестань провоцировать их! — прошипела Эрин, прежде чем улыбнуться и помахать призракам. — Всем спасибо!
Дейзи подплыла поближе ко мне.
— Удачи, — пожелала она. — Ты сможешь это сделать.
— Надеюсь, так и будет, — я еле сдержалась и не дала ей обещание проверить, смогу ли как-нибудь вызволить ее из этого плена. Если бы я произнесла это, то орда призраков преследовала бы нас до конца путешествия. Впрочем, может я и не сказала это вслух, но мысленно зареклась сделать все, что было в моих силах, чтобы помочь ей уйти.
— Пойдем, — позвал Кобаль и подтолкнул меня к двери. — Спасибо за то, что помогли ей, — обратился он к призракам, прежде чем закрыть дверь.
Глаза Корсона округлились, а Бейл резко подняла голову, услышав слова благодарности Кобаля. Признаться, я тоже была немного удивлена. Я не могла припомнить, чтобы когда-либо слышала, как он говорил кому-то простое спасибо. Кобаль даже не взглянул на своих ошеломленных друзей, когда наклонился, чтобы подхватить меня на руки. Я улыбнулась, прежде чем обнять его за шею и положить голову ему на плечо.
Когда я оглянулась, призраки вновь стояли у окон, наблюдая за нами. Некоторые женщины даже обмахивались веерами. Я отвернулась, когда Кобаль зашагал через парковку к грузовику. Он поцеловал мой лоб и открыл пассажирскую дверцу пикапа, устраивая меня на сиденье.
— Ты поведешь, — обратился он к Бейл, прежде чем забраться внутрь, затем поднять меня и усадить к себе на колени.
Пока остальные забирались в кузов, Кобаль крепко прижимал меня к груди. Хок и Корсон начали рыться в сумках, вытаскивая бинты и предметы первой помощи. Они передали все необходимое Эрин, которая опустилась на колени рядом с Варгасом.
— В других машинах есть свободные места, — заявил Кобаль, повернувшись к открытому окну в середине грузовика.
Эрин подняла голову, перестав обрабатывать руку Варгаса. Пуля оторвала кусок кожи на его бицепсе. Женщина пристально посмотрела на меня, прежде чем сосредоточиться на Кобале.
— Мы остаемся вместе, — отчеканила она.
Глава 28
Прохладная вода, омывающая меня, казалась раем после нескольких часов пребывания в грязи, крови и черной слизи. Я энергично терла кожу куском лимонного мыла, а затем переключила внимание на волосы.
Намылив их шампунем, я помассировала кожу головы, прежде чем нырнуть под воду. После второго омовения волос, я взяла опасную бритву и начала брить ноги. Из-за Азота мои бока и бедра были испещрены синяками, но я привыкла к подобным травмам с тех пор, как прибыла в тренировочный центр. В конце концов они исчезнут.
Приведя себя в порядок, я рассказала Кобалю все, что болтал Азот в течение нашего боя. Все это время Кобаль оставался на берегу, пристально наблюдая за мной. Его единственной реакцией на мои слова был насыщенный расплавленный золотистый цвет глаз.
— Азот был тем подарком, который обещал мне во сне Люцифер. И он реально считал себя моим дядей.
На челюсти Кобаля дернулся мускул.
— Выкованные из одной сути, ангелы считают себя братьями и сестрами, так что это имеет смысл.
— Итак, приятно узнать, что я унаследовала целый отряд безумных бесноватых ангелов, которые считают себя моими тетями и дядями, а может моими сестрами и братьями, — пробормотала я и снова намылила руки.
— Ты не была создана так же, как они. Ангелы, вероятно, не увидят в тебе сестру, но, очевидно, примут за родственницу.
— Восхитительно. Все ли ангелы обладают телекинезом, как Азот?
— Не все, но некоторые все же имеют подобную силу. Азот был одним из самых могущественных ангелов. Убив его, ты навредила Люциферу.
— Отлично. Он заявил, что я определенно дочь своего отца, так как завлекла одного из самых сильных демонов. А еще он сказал, что раз мы трахаемся, то теперь Люцифер сумеет тебя одолеть.
Кобаль приподнял губы, продемонстрировав клыки.
— И ты поверила ему?
Я не поверила ему. Наши отношения с Кобалем были основаны на страстном желании. Я знала, что отчасти меня тянуло к Кобалю из-за демонического наследия, которое признало в нем моего избранного и пожелало заявить на него права, тем не менее по большей части причиной нашей любви стал сам мужчина и его нежность в отношении меня. Однако я боялась того, что падшие ангелы, казалось, верили, будто я была ключом к его падению.
— Когда я возобновила наши отношения, то сделала свой выбор. Я верю в тебя и в нас. А еще я намерена наслаждаться нашим счастьем каждый день до конца своей жизни, но ты должен понять мой страх, — воскликнула я.
Его клыки втянулись, а напряжение покинуло тело.
— Да, но ты же понимаешь, что мы вместе не из-за Люцифера.
— Конечно, — согласилась я. Я знала, что мои следующие слова, вероятно, разозлят Кобаля, но он должен был их услышать: — Также я видела выражение лица Азота, когда он заметил искры жизни на моих пальцах, прежде чем я нанесла ему удар. Такой… потерянный и… надеющийся. Такой сломленный. Думаю, я была права. Ангелов, которые были сброшены с небес, разрушило и сделало такими извращенными и злыми именно потеря их связи с потоком жизни. Возможно, я повторила бы их участь, если бы лишилась этой силы.
Я затаила дыхание, ожидая взрыва отрицания со стороны Кобаля, якобы я никогда не смогла бы стать такой же, как они. Раньше он всегда яростно опровергал слова Люцифера.
Но он оставался неподвижным. Кобаль смотрел на воду из-под полуопущенных век, а не на меня. Мое замешательство все росло, пока я наблюдала за ним. Я ожидала увидеть гнев, когда открыла свои мысли, а не печаль, исходящую от него сейчас.
Наконец, Кобаль снова поднял на меня глаза.
— Тогда мы должны убедиться, что ты никогда не потеряешь эту связь.
— Согласна, — кивнула я, но его лицо так и осталось печальным. — Почему ты так расстроился?
— Ты снова рядом, значит, меня ничего не может расстроить.
Но я не поверила его словам. Что-то было не так, но у меня не было ни сил, ни желания прямо сейчас разбираться в этом. Я закончила бриться и в последний раз нырнула под воду. Выплыв на поверхность, я откинула волосы с лица и направилась к берегу. Моя усталость улетучилась, когда глаза Кобаля жадно пробежались по моему телу.
Его волосы были влажными от недавнего купания в реке, из-за чего локоны приобрели черный цвет, свисая вокруг лица и прилипая ко лбу и щекам. Мое тело напряглось, пока я упивалась его видом.
Я не ожидала, что Кобаль раньше меня вылезет из воды, натянет штаны и будет стоять на страже во время моего купания. Мне казалось, что он овладеет мной, затем подарит мне укус и облегчит страсть, растущую во мне с тех пор, как мы расстались. Вместо этого, когда я шагнула к нему, он распахнул и завернул меня в полотенце.
Кобаль хотел меня, я видела это по пламени в его глазах и возбуждении, натянувшем его штаны, тем не менее, вместо того, чтобы притянуть меня в свои объятия, он вытер полотенцем мои руки и тело, а затем неохотно отпустил меня и отступил. Кобаль протянул мне чистую одежду, которая была заранее подготовлена и лежала на большом камне на берегу реки.
Я не стала заморачиваться и не захватила нижнее белье. Натянув и застегнув брюки, я надела рубашку. Не говоря ни слова, Кобаль поднял фонарь, стоявший на берегу, взял меня за руку и повел к импровизированной палатке, которую соорудил, накинув брезент на несколько веток. Перед тем, как мы отправились купаться, он аккуратно расстелил на земле одеяла. Я не видела поблизости никого из нашей группы и не слышала их из-за стрекота сверчков.
Кобаль отодвинул полотно и жестом пригласил меня войти. Оказавшись внутри, я повернулась лицом к демону в тот момент, когда он закрыл вход.
Кобаль поставил фонарь и взял расческу, лежавшую рядом с рюкзаком. Его руки аккуратно обхватили мои плечи, разворачивая меня. Взяв прядь моих волос, он приподнял ее и с нежной осторожностью провел щеткой по спутанным локонам.
Процесс был настолько успокаивающим и интимным, что я не понимала, как реагировать, поэтому просто наблюдала за светом от фонаря, танцующем на зеленом брезенте. Пока мы стояли рядом, казалось, что мир за этими стенами перестал существовать. С ласковой заботой Кобаль полчаса возился с моими спутанными волосами, пока они не рассыпались по плечам мокрыми прядями, сразу намочившими рубашку.
Кобаль отложил щетку и, вновь обхватив руками мои плечи, повернул меня лицом к себе. Я подняла голову и затаила дыхание от опаляющего напряжения в его глазах. Он желал меня так же сильно, как и я его, но сначала Кобаль решил позаботиться о моих потребностях. Я не верила, что можно любить его еще сильнее, чем в данный момент, но, похоже, ошибалась.
Его ладони пробежались по моей рубашке. Я уже хотела отстраниться и быстро стянуть одежду, пока Кобаль не разорвал ее, но он ухватился за подол и неторопливо потянул его вверх, оголяя мой живот. Я подняла руки. Кобаль стянул с меня рубашку и отбросил ту в сторону. Его ноздри раздулись, пока взгляд блуждал по моему телу. Кобаль только что наблюдал за моим купанием, но сейчас создавалось впечатление, будто он впервые видел мою обнаженную грудь.
Раньше наши занятия любовью всегда были дикими и поглощающими. Кобаль нуждался во мне больше, чем в необходимости дышать.
Сейчас та же отчаянная настойчивость светилась в золотистых глазах мужчины, но его прикосновения были нежными и неторопливыми. Он пробежался тыльной стороной пальцев по моему животу, лаская кожу и посылая огненный шторм страсти через мое тело. Я так сильно хотела ощутить его внутри, что испытывала боль. Тем не менее я оставалась неподвижной, так как мне было любопытно, что же он задумал.
Его рука поднялась, чтобы обхватить мою грудь и погладить подушечкой большого пальца мой нетерпеливо восставший сосок. У меня перехватило дыхание, когда Кобаль опустил голову, всасывая вершину моей груди. Я запустила пальцы в его влажные волосы, чтобы притянуть ближе. Костяшки его пальцев снова заскользили по моим бокам, прежде чем его ладони обхватили мою задницу. Кобаль притянул меня к себе, посасывая и облизывая мой сосок, прежде чем слегка прикусить его.
— Ох! — ахнула я, поддавшись бедрами ему навстречу.
Кобаль прижал меня к своему телу, затем поднял и отнес к груде одеял у стены. Опустившись на колени, он уложил меня на спину и сел на пятки, чтобы расстегнуть пуговицу и молнию на моих брюках, а затем избавиться от них. Его пальцы приласкали мои бедра, скользя по моей коже в дразнящем танце, который заставлял меня задыхаться и отчаянно желать, чтобы он ослабил страсть, которую постоянно разжигал во мне.
— Я чуть не потерял тебя, — пробормотал Кобаль, не сводя с меня глаз. — Азот был так близок к тому, чтобы забрать тебя.
— Я все еще здесь, — прошептала я.
— Всегда здесь, всегда со мной, — прохрипел он.
— Да.
Не отрывая от меня взгляд, Кобаль наклонился и поцеловал меня в колено. Его ладони раздвинули мои бедра еще шире, а язык обжег мою плоть, направляясь к ноющему центру. Мое сердце быстро заколотилось от возбуждения, тем не менее я попыталась сомкнуть ноги, когда его язык добрался до той части, которая так жаждала его ласк.
Кобаль надавил руками на внутреннюю сторону моих бедер, удерживая их раскрытыми.
— Хочу попробовать тебя на вкус, Ривер. Я буду смаковать каждый дюйм твоего тела, если ты позволишь мне.
У меня перехватило дыхание от этих слов, из-за чего я задрожала. Я хотела этого, хотела получить ответ на вопрос, каково это почувствовать его губы там. В наших общих снах я видела, как он делал со мной подобное, поэтому жаждала этого действа. Мысль о том, что сейчас Кобаль сотворит такой интимный жест, заставляла меня нервничать так же сильно, как и сгорать от страсти.
Не желая отказывать ему ни в чем, я раздвинула ноги шире, позволяя Кобалю удобно устроиться между ними.
***
Мой член так сильно натягивал штаны, что мне пришлось стиснуть зубы от боли. Однако я был полон решимости попробовать Ривер на вкус, провести с ней время, насладиться ею. Мои пальцы пробежались по ее плоти. Я вдохнул пьянящий запах лимона и дразнящий аромат свежего дождя шелковистой кожи, которым обладала только Ривер. Синяки, покрывавшие ее тело, вызывали во мне ярость, но прикосновения и осознание того, что она снова была в безопасности в моих руках, помогло мне успокоиться.
Я оцарапал клыками внутреннюю сторону ее бедер, прежде чем погрузить их в ее плоть. Ривер дернулась, откинув голову назад, и низко застонала, выгнув спину над одеялом.
Мои метки на моей избранной.
Я обхватил ее грудь, разминая и массируя плоть, одновременно скользя большим пальцем по затвердевшему соску. Я не мог оторвать взгляд от завораживающего вида полной груди и выражения экстаза на лице Ривер. Она была так невероятно красива, что я мог часами отказывать себе, лишь бы наблюдать за ней в момент наслаждения.
Такая соблазнительная смесь демона, ангела и человека.
Слишком много ангела. Так много, что теперь я понимал невозможность сделать ее бессмертной, так как это могло разорвать ее связь с потоком жизни.
«
После извлечения клыков из ее плоти, я слизнул капельки крови, прежде чем провести языком по ее коже в поисках того, что искал. Запах возбуждения Ривер становился все сильнее, обостряя мой инстинкт удовлетворить и дать ей освобождение, в котором она нуждалась.
Мои глаза упивались видом ее влажных кудряшек и лона. Неотразимо, как и сама Ривер.
Обхватив руками ее попку, я приподнял ту и прижался губами к лону. Тепло и влага Ривер окутали меня. Я застонал, когда мой язык заскользил по ее плоти. Ее вкус и запах дождя опалили мои чувства. Ривер двигала бедрами, поднимая и опуская их в поисках моих прикосновений.
Я не мог насмотреться на нее. Полная грудь Ривер покачивалась в такт ее движениям, а руки лежали по бокам, вцепившись в одеяло. Взяв ее правую руку, я поднес ту к ее груди. Ривер застыла, посмотрев на меня затуманенным взглядом, когда я провел ее рукой по ее же груди, потирая большим пальцем темный сосок.
Отстранившись от ее пьянящего вкуса, я поднял голову.
— Позволь мне посмотреть, как ты ласкаешь себя.
Ривер прикусила нижнюю губу, будто не была уверена, но под натиском моей ладони начала двигать рукой, растирая и разминая грудь. В этот момент золотисто-белые искры заплясали по моей и ее коже. Ривер была восхитительна, ласкова и нежна, раскованна и полна желания угодить. Она была всем, о чем я когда-либо мог мечтать видеть в моей избранной, и даже намного больше.
Моя голова снова опустилась между ее ног. Я наблюдал, как ее рука ласкает то одну грудь, то другу. Еще шире раздвинув бедра девушки, чтобы исследовать ее плоть, я погрузил язык глубоко в лоно. Неторопливо убрав одну ладонь с ее зада, я погладил клитор большим пальцем.
Мой член пульсировал от желания оказаться внутри Ривер, чтобы разрядиться в ее теле, тем не менее я продолжал трахать девушку языком, наблюдая за ее раскованными движениями, наслаждаясь ее расплавленным жаром и сладким вкусом на моих губах.
— Кобаль! — она тяжело дышала, мотая головой из стороны в сторону, а ее бедра требовательно поднимались и опускались под моим языком. Ривер вновь выгнула спину и откинула голову назад, когда я в очередной раз провел большим пальцем по клитору, подталкивая ее к краю. Я жадно впитал опаляющую волну ее оргазма, проталкиваясь все глубже в лоно с каждым криком Ривер.
Не в силах больше сдерживаться, я отпустил Ривер и сел, чтобы стянуть с себя штаны. Мой член нетерпеливо дернулся, когда ошеломленный взгляд Ривер сосредоточился на нем, а ее пухлые губы изогнулись в соблазнительной улыбке. Устроившись между ее ног, я обхватил член и направил его в теплое, тугое влагалище.
Резко поддавшись вперед, я по самое основание погрузился в ее тело, уютно устроившись в единственном месте, которому действительно принадлежал. Ад, Рай и Земля — все это не имело значения, пока я был внутри Ривер. Я наклонил голову, лаская пальцами изгибы ее лица.
— Моя, — прорычал я в ее губы.
Ривер обхватила меня за щеки и провела языком по моему рту.
— Мой.
— Да, — согласился я и отстранился, прежде чем снова толкнуться внутрь Ривер.
Ее поразительные аметистовые глаза потемнели, когда девушка встретилась со мной взглядом.
— Я люблю тебя, Кобаль, больше, чем когда-либо могла представить.
Я впервые услышал подобные слова. Они пронзили мое сердце, стискивая грудь. Я в изумлении посмотрел на Ривер.
— Я тоже люблю тебя, — для меня Ривер была чем-то большим, нежели обычной избранной. Эта несносная, властная, упрямая, гордая, любящая женщина была для меня всем. Не существовало ничего, что я не сделал бы, чтобы защитить ее. — Ты действительно мое сердце, Mah Kush-la.
На ее глаза навернулись слезы. Стиснув Ривер в своих объятиях, я прижал девушку к себе и погрузил клыки в ее шею, потерявшись в наслаждении, которое могла дать мне только она.
Глава 29
Проснувшись на следующее утро, я прижалась к теплому телу Кобаля, уткнувшись лицом в его крепкую грудь. Я еще не была готова продолжить путь. Мне хотелось забыть про миссию, чтобы раствориться в Кобале и маленьком коконе, который мы создали. Я так сильно скучала по нему. Мое тело жаждало его каждую секунду во время расставания, но когда Кобаль вернулся, мир решил сделать все возможное, чтобы разлучить нас еще раз.
Он притянул меня ближе к своей груди.
— Уже рассвело, — пробормотала я.
— Рассвело, — согласился он, опустив руку и схватив меня за задницу.
— Нам стоит заняться подготовкой.
— Я уже готов.
Я не сумела сдержать смех, когда Кобаль крепче обнял меня, прижавшись ко мне твердым возбужденным членом. Я перестала заботиться о подготовке к путешествию, когда он толкнулся в мое лоно. Опустив голову, я поцеловала его в шею, прежде чем укусить за плечо, чтобы оставить метку на плоти.
Час спустя я неохотно отстранилась, собрала одежду, полотенце и стала ждать Кобаля, чтобы вернуться к ручью и искупаться. К тому времени, как мы вновь попали в лагерь, группа уже практически полностью собралась.
Я залезла в грузовик и устроилась посередине, чтобы Хок сел рядом. Корсон, Варгас и Эрин забрались в кузов к Бейл, которая уже заждалась их. Подойдя к водительской двери, Кобаль протянул руку и через окно схватил мою фигурку ангела, стоящую на приборной панели.
Я резко наклонилась, вцепившись в запястье Кобаля, прежде чем он успел забрать ангела.
— Что ты делаешь? — требовательно спросила я.
Он посмотрел на меня, а затем перевел взгляд на статуэтку в своей руке.
— Ненавижу этих крылатых уродов.
— Знаю, но фигурка останется, — Кобаль выгнул брови в ответ на нотку отчаяния в моем голосе. Стоило признать, я и сама удивилась, тем не менее не смогла позволить ему забрать ангела. — Я, хм… я нашла его и хочу сохранить.
У меня перехватило дыхание, когда Кобаль поставил ангела обратно на приборную панель. Забравшись в грузовик и сев рядом со мной, Кобаль сосредоточил внимание на статуэтке.
— Зачем она нужна тебе? — спросил он.
— Честно говоря, не знаю, — призналась я. Я действительно так и не поняла, зачем взяла статуэтку.
— В этой жуткой комнате было, наверное, тысячи ангелов, — заявил Хок. — Ривер захватила только этого.
— Что за комната? — заинтересовался Кобаль, заводя грузовик и выезжая на дорогу.
Я рассказала ему про дом и комнату, которую мы обнаружили, опустив часть с Анджелой. Мне нужно было еще немного времени, чтобы попытаться самостоятельно разобраться в случившимся, но все остальное я не стала утаивать.
— Я поняла, как только увидела, что он нужен мне, — закончила я. — Сейчас я не готова расстаться с этой статуэткой.
— Ясно, — пробормотал Кобаль, хотя я знала, что он понял это примерно так же, как и я.
— Как думаешь, сколько еще времени пройдет, прежде чем мы доберемся до врат? — спросила я, чтобы отвлечь нас всех от ангела.
Костяшки пальцев Кобаля, расположенных на руле, побелели, тем не менее он не отвел взгляд от дороги.
— Три, может, четыре дня.
Я отвернулась, прежде чем он успел заметить тревогу, которую вызвали во мне его слова. Я не знала, что произойдет, когда мы доберемся до врат, но боялась потерять Кобаля.
— Я позабочусь о тебе, — пообещал он.
— Знаю. К тому же я стала сильнее и научилась гораздо лучше контролировать поток жизни. Просто мне трудно сохранять спокойствие, забыть о страхе и призвать силу, когда на меня нападают.
Кобаль с минуту смотрел на дорогу, потом сосредоточился на мне.
— Насколько хорошо ты освоила навык?
Я взглянула на людей в кузове грузовика. Их головы были наклонены в сторону окна, хотя глаза были намеренно сосредоточены на другом месте. Я была готова покляться, что даже Хок, сидящий рядом, затаил дыхание, при этом не отвел взгляд от пассажирского окна. Кобаль тоже посмотрел на солдат, из-за чего мускул на его челюсти дернулся. Он не знал, можно ли доверять им, хотя я доверяла.
На стоянке грузовиков мы все выжили только благодаря друг другу. Солдаты видели, на что я была способна, и знали, кем являлся Азот. Люди по-прежнему не имели понятия, кто я такая, но осознавали, что на моей спине красовалась гигантская мишень для демонов и падших ангелов. Тем не менее сегодня они снова забрались в пикап вместе со мной. Каждый из них понимал, что даже в присутствии Кобаля и других демонов находиться рядом со мной было намного опаснее, нежели вдали.
«
— Гораздо лучше, чем раньше. Во время нашего расставания я много тренировалась, хотя начала еще до размолвки. Мне хотелось удивить тебя.
Кобаль убрал одну руку с руля и сжал мою ладонь. Я сразу же почувствовала, как под моими пальцами запульсировала волна силы.
— Позже ты покажешь мне, на что способна, — попросил он.
— Ничего впечатляющего.
Кобаль улыбнулся.
— Все, что ты делаешь, впечатляет.
Было так странно слышать и видеть его таким. Демон всегда был отчужденным и бессердечным, кроме тех случаев, когда оставался наедине со мной. Сейчас Кобаль стал более открытым и любящим. Потому что он любил меня. Я вздрогнула из-за воспоминания о наших признаниях в любви, из-за чего на моих руках вспыхнули бело-золотистые искры.
Я прикусила губу, не в силах оторвать взгляд от обсидиановых глаз Кобаля. Его пальцы погладили тыльную сторону моей ладони, из-за чего мои внутренности превратились в кашу. Отвернувшись, Кобаль снова сосредоточился на дороге, продолжая сжимать мою руку.
Я посмотрела на людей в кузове грузовика и на Хока, но никто из них не задал ни одного вопроса, которые, по моему мнению, крутились в их головах. Бейл и Корсон обменялись взглядами и покачали головами. Вдруг оба ухмыльнулись, прежде чем толкнуть друг друга локтями.
Я подавила приступ смеха в ответ на их веселье и повернулась, чтобы посмотреть на проплывающий мимо пейзаж. Мы миновали еще несколько почти нетронутых городов, а также парочку настолько опустошенных, что туда даже не успела пробраться растительность, чтобы вернуть себе землю. Вскоре разрушенные районы стали появляться все чаще и чаще, а нетронутые — все реже и реже.
Между руинами сновали животные, но ни одного человека. Впрочем, я не хотела встретить таких же людей, с которыми столкнулся Кобаль. Пару раз нам приходилось поворачивать назад и искать объездной путь, поскольку мы натыкались на рухнувшие мосты или полностью заблокированную дорогу. Многое изменилось с тех пор, как Кобаль был здесь в последний раз. Во время пересечения нескольких мостов я даже задерживала дыхание, так как была убеждена, что сейчас мы рухнем в воду или на дорогу, хотя в итоге каким-то образом строения выдерживали.
Солнце уже практически касалось горизонта, когда Кобаль въехал на большое поле позади сгоревшего здания и припарковал грузовик. Я не знала, где мы находились, к тому же после целого дня постоянных поворотов если бы кто-то сказал, что мы проехали всего пять миль от первоначальной остановки, то я бы поверила.
Открыв дверцу, Хок выбрался наружу, а я последовала за ним. Размяв спину и мышцы, я стала помогать Кобалю и остальным вытаскивать припасы, которые могли понадобиться ночью. Устроив место для ночлега, я села и поужинала с Варгасом, Эрин и Хоком, пока демоны и капитан Тресден беседовали возле рощи больших вязов.
Когда Кобаль подошел к нам, на небе уже появились звезды. Опустившись на колени рядом со мной, он заправил выбившуюся прядь волос за мое ухо и поцеловал в щеку. Кобаль протянул мне ладонь, которую я с готовностью приняла. Поднявшись на ноги, я отряхнула траву с задницы, прежде чем последовать за ним к роще вязов.
— Мне нужно поесть, — пробормотал он.
— Я пойду с тобой.
— Возможно, ты предпочла бы не быть свидетелем этого, даже если могла бы видеть призраков, что довольно сомнительно.
— Я должна узнать больше о том, что происходит. В конце концов, я наполовину демон, — с улыбкой заявила я.
— По большей части ангел, чем кто-либо другой.
— Думаю, мы оба знаем, что это ложь.
Кобаль усмехнулся, но я не упустила намек на печаль в его глазах.
— Возможно, ты совершенно не заметишь всего процесса, — предупредил он.
— Я готова к этому.
— Только не говори, что я не предупреждал тебя.
Я хотела спросить Кобаля о том, что так расстроило его, но передумала. Мое любопытство понаблюдать за его приемом пищи было сильнее, чем потребность позадавать вопросы. Ведь если бы я начала давить, то Кобаль мог передумать.
Он взял меня за руку, когда мы повернулись и направились в лес. Я заметила множество порхающих сверчков между деревьями, а также крошечные точки света в темных кронах. Лучшее во всей этой поездке — мы так и не столкнулись с насекомыми-переростками, желающими полакомиться человечиной. Меня не беспокоили жуки, но мысль о пауках-людоедах заставляла мой желудок сжаться.
Сверчки громко стрекотали, пока Кобаль уверенно шагал по лесной подстилке. Он положил руки на упавшее дерево, прежде чем повернуться ко мне, обхватить меня за талию и легко приподнять. Я не удержалась и поцеловала его, когда он поставил меня с другой стороны дерева.
— Не отвлекай меня, — пробормотал Кобаль.
— Да я бы никогда, — ответила я и игриво толкнула его в бедро.
Он двигался настолько быстро, что я даже не заметила руку, которая обхватила мою талию и прижала к его боку. Кобаль гладил пальцами мою плоть, пока продолжал шагать по лесу. На опушке он остановился. Листья падали с деревьев, а я смотрела на холм, простиравшийся перед нами.
Яркие звезды освещали черную мглу ночи. Над холмом поднималась ярко-оранжевая луна. Казалось, луна была так близко, что мне оставалось лишь дойти до вершины холма и протянуть руку, чтобы прикоснуться к ней. Захватывающая красота лишила меня дара речи. Я стала наблюдать за подъёмом луны.
Оторвав взгляд от оранжевого шара, я поняла, что Кобаль смотрел не на луну в небе, а на что-то другое. На то, что я не видела из-за нависших над нами крон деревьев.
— В чем дело? — спросила я.
— Духи, — пояснил Кобаль.
Я сощурила глаза, пытаясь разглядеть то, что так увлекло Кобаля.
— Духи?
— Так мы называем души, посланные в Ад, — ответил он. — Они становятся искривленными и деформированными после многих лет пыток, наказаний и нашего питания.
Я знала, что Кобаль каким-то образом питался душами, отправленными в Ад, но понятия не имела, что это влекло за собой.
— Они опасны?
— Некоторые более могущественны, нежели другие, поскольку сумели сохранить способности, которые обрели еще в человеческом облике, но никто не может причинять вред людям. Когда врата открылись, часть духов покинула Ад, но многие все еще живут в его недрах. Однако, где бы ни находились духи, они никогда не смогут сбежать от демона, которых хочет схватить их.
Я подняла голову и снова посмотрела на небо.
— Они все время рядом, но я не могу их видеть?
— Нет. С тех пор, как мы оказались на Земле, они выходят только по ночам. Их скрюченные тела оживают в тени и не могут справиться с солнечным светом.
— Куда же они уходят днем?
— Они прячутся в земле, хотя не могут оставаться там после захода солнца.
— То есть, они выходят погулять каждую ночь?
— Да.
— Значит, они похожи на призраков?
— Вроде того, но призраки всегда обитали на Земле, даже если ты не видела их. Духи никогда не приживутся здесь и будут видны тем из нас, кто питается ими. Ты уверена, что хочешь остаться?
— Да.
— Пойдем.
Потянув меня за руку, Кобаль направился на вершину холма. Оранжевое сияние луны освещало другую сторону холма, с каждым нашим шагом открывая более четкий вид на лес. Район каким-то образом пережил войну. Огромные деревья тянулись к небу. Они были больше, чем любые другие, которые мы встречали в нашем путешествии. С тех пор, как я покинула дом, я не видела так много гигантских деревьев в одном месте.
Кобаль поднял голову, а из его груди вырвался рык. Мускулы на его руках вздулись и напряглись. Я никогда раньше не видела его таким. Сейчас Кобаль был охотником, ищущим добычу. Впрочем, раньше он старался как можно тщательнее скрыть от меня хищническую сторону своей натуры.
— Когда ты в последний раз ел? — поинтересовалась я.
— Давно.
— Потому что пытался как можно быстрее добраться до меня?
Его взгляд сосредоточился на мне, прежде чем снова сфокусироваться на небе.
— Я был вполне способен подождать.
И все же я ненавидела себя за то, что стала причиной такого сильного голода, который, как я чувствовала, исходил от Кобаля. Мои пальцы стиснули его ладонь.
— Раньше у меня получалось втянуть тебя в видения и посещать твои сны, может, я сумею увидеть духов твоими глазами.
— Я не уверен, что тебе стоит смотреть на это, Ривер.
— Я хочу быть в курсе всего, что связано с тобой. Всего.
С минуту Кобаль мешкал, а потом сжал мою руку. Притянув меня ближе, он обхватил ладонью мою шею, провел большим пальцем по моей коже и поцеловал в лоб. Я закрыла глаза, успокаиваясь. Одновременно мои чувства наполнились силой, которой обладал Кобаль.
Я почувствовала открытие, притяжение, подобное тому, что испытывала раньше, когда втягивала Кобаля в свои видения, но сейчас это было более непреодолимо. Теперь мне казалось, словно внутри меня прорвало плотину, а вся сила хлынула наружу, стремясь вырваться из клетки, в которой я держала ее с тех пор, как мне приснился сон с Люцифером.
— Чем чаще ты используешь свои способности, тем сильнее они становятся, — прошептал Кобаль.
Я распахнула глаза, сосредоточившись на его золотистом взгляде. Сначала я видела только Кобаля, но потом почувствовала что-то еще за его широкими плечами. Отвернувшись, я ахнула, когда поняла, что смотрела на небо его глазами. Наверху тысячи и тысячи существ роились в гигантской массе.
Духи проносились над нашими головами быстрее колибри, а их тела имели цвет смолы. Некоторые все еще поднимались из земли, медленно двигаясь. Их пустые рты были открыты, демонстрируя бездну небытия, в которую превратились их души.
Я была готова поспорить на что угодно, что кто-то когда-то спутал эти безглазые существа с длинными, искривленными серыми лицами с мрачными жнецами. Когда духи, покачиваясь, поднимались, то концы их почерневших душ были похожи на одежды, развевающиеся на ветру. Как только они достигли неба, то начинали двигаться так же быстро, как их собратья.
Твари были отвратительны и так холодны, что дрожь пробирала меня до самых костей. Мне хотелось прижаться к Кобалю, чтобы разделить его тепло, но я не могла. Ранее я заявила, что справлюсь с этим, значит, я справлюсь. Мои зубы стучали от холода, тем не менее я не произнесла ни слова. Я могла и сделаю для Кобаля все, что угодно.
— Ривер?
— Я в порядке, — пробормотала я, задаваясь вопросом, действительно ли мой голос звучал так же хрипло, как мне послышалось.
Кобаль погладил мою кожу, но это не согрело меня.
— Мы уходим.
— Нет.
— Ты замерзла.
— Я же сказала, что смогу это сделать, значит, смогу. Я не уйду, пока ты не поешь.
Кобаль отстранился, затем отвернулся и поднял руку к небу. Некоторые духи завизжали. Эти ужасные крики не были похожи ни на что, что я когда-либо слышала раньше. Это были звуки смерти.
Глава 30
Я не видела, чтобы из руки Кобаля что-то выходило, но чувствовала силу в его дрожащих мышцах. Отделив одного от остальных, он притянул извивающегося и бьющегося духа к своей руке. Крик духа перешел в вой, от которого у меня скрутило желудок.
Существо было всего в трех футах от Кобаля, когда он шагнул вперед и схватил его за горло. Дух настолько быстро метался, что вскоре начал напоминать размытое черное пятно. Кобаль закрыл глаза. То, что он сотворил с духом, заставило его бронзовую кожу потемнеть, а золотистые глаза засветиться так, как никогда прежде.
Судорожные движения духа замедлились. Кобаль отпустил существо. Дух завис в воздухе. Его лицо было еще более искажено, нежели раньше, челюсть опустилась еще на дюйм, а глазницы расширились. Я была готова поклясться, что дух смотрел прямо на меня, и ему явно не нравилось то, что он видел. От него исходили злоба и ненависть. Неожиданно существо направилось в мою сторону.
— Отойди от нее! — зарычал Кобаль.
Не обращая внимания на смертоносный подтекст в голосе Кобаля, дух продолжил движение. Кобаль схватил существо и с ревом прижал к груди. Я отступила, когда отметины на теле Кобаля задрожали, а дух закричал так громко, что я подумала, как бы мои перепонки не лопнули. В отличие от призраков, к которым демоны не могли прикоснуться, духи получали значительный урон.
Метки Кобаля стали черными как смоль. Его кожа приобрела темно-коричневый оттенок, мускулы увеличились, а вены на руках вздулись. Резким броском он отшвырнул существо. Дух упал на землю, а когда попытался взлететь, то снова рухнул вниз, из-за чего ему пришлось отползать от нас.
Кобаль поднял голову к небу, затем снова протянул руку и схватил еще одного духа. На моих глазах он подпитался еще от трех духов, но все они были достаточно мудры, чтобы не беспокоить меня, и сразу возвращались в небо.
Когда он закончил, то повернулся ко мне. Глаза Кобаля сверкали, а кожа светилась от того, что он получил от духов. Я не знала, что произнести, но чувствовала голод по моему телу в его взгляде. Кобаль обнял меня за талию и притянул в свои объятия.
— Нам нужно согреть тебя.
— Духи такие холодные, — пробормотала я.
Кобаль притянул меня ближе и прижал к своему телу. После еды его температура возросла, из-за чего мне казалось, словно я завернулась в теплое одеяло. Я теснее прильнула к нему, пока он скользил ладонями по моим рукам.
— Нужно было быстрее заканчивать с кормлением, — выдохнул он.
— Со мной все в порядке, — я уткнулась носом в его шею. — Что именно ты получаешь от них?
— Я впитываю их сущность, — пояснил Кобаль. — Для духов это подобно пытке. Худшее, что они могут испытать в Аду, поскольку это буквально высасывает их часть. Все демоны питаются таким образом.
— Чем же в Аду питаются ангелы?
— Ангелы тоже питаются душами. Только на небесах даруют душам счастье и блаженство, а мы причиняем страдания. Падшие ангелы приспособились к нашему способу, как только вошли в Ад.
— Возможно, это еще одна причина, по которой они потеряли связь с потоком жизни, — пробормотала я.
— Возможно.
— На самом деле, только падшие ангелы знают, что в действительности сломило их, но вряд ли они поделятся со мной данной информацией, — я вздохнула.
— Нет, не поделятся.
Наклонившись, я поцеловала его в губы.
— Какую еще боль испытывают духи?
— В Аду множество разновидностей пыток. Я бы предпочел не делиться ими с тобой.
Кобаль рассказал бы, если бы я попросила, но мы оба предпочли оставить эту тему. Он провел рукой по моей спине вдоль позвоночника, из-за чего я довольно вздохнула.
— Теперь я чувствую себя лучше.
— Достаточно хорошо, чтобы показать, чему ты научилась? — спросил он.
Мне не хотелось покидать тепло его рук, но я так долго ждала, чтобы показать ему, на что была способна.
— Да. Отпусти меня.
Он разжал объятия. Я неохотно отступила. Глубоко вдохнув, я опустилась на колени и зарылась пальцами в землю. Закрыв глаза, я попыталась избавиться от всех лишних мыслей, сосредоточившись на земле под моими пальцами.
Жизнь, кипевшая в недрах, потянулась ко мне, еще сильнее согревая меня. Я открыла глаза, когда искры золотисто-белого света заплясали по моим пальцам. Я еще глубже зарылась пальцами одной руки в землю, а вторую ладонь подняла перед собой, позволив образоваться шару энергии.
Я перевернула шар, пропуская сквозь него пальцы. Золотисто-белое сияние осветило лицо Кобаля, из-за чего казалось, будто его золотистые глаза засверкали еще сильнее. В последний раз, когда мы тренировались с потоком жизни, я едва могла сформировать что-то размером с яблоко, а во время практик с Корсоном и Бейл я так и не продемонстрировала все свои возможности.
Шар из света запульсировал на моих пальцах, достигнув ладони и став почти вдвое больше баскетбольного мяча.
— В стычке с Азотом у меня впервые получилось произвести нечто подобное. В тот момент жизнь вырвалась их меня фонтаном, а не шаром.
— Я видел. Нанеси мне удар, — хрипло приказал он.
Я замешкала, переводя взгляд с шара на Кобаля и обратно.
— Нет!
Кобаль сосредоточил на мне глаза, и я увидела проблеск гордости в их глубине, а еще стальную решимость.
— Со мной все будет в порядке. Я только поел. Мне нужно выяснить, на что ты способна. Нанеси мне удар.
— Нет.
Он схватил меня за запястье, заставляя шар раздуться еще больше, так как меня затопила жизненная энергия Кобаля. Прежде чем я успела что-либо предпринять, чтобы остановить его, Кобаль развернул мое запястье. Шар покачнулся вслед за резким движением. Я попыталась вырвать руку из хватки Кобаля, но он уже прижал ту к своей груди. Взрыв осветил тьму вокруг нас, на мгновение ослепив меня. Хватка Кобаля на моем запястье исчезла.
— Нет! — крикнула я, когда он отлетел на пять футов и врезался в дерево. От удара Кобаль свернулся калачиком. Я вскочила на ноги и бросилась к нему. — Кобаль! — ахнула я, падая перед ним на колени и сжимая его щеки ладонями. Кобаль повернул голову и заморгал, будто пытаясь сосредоточиться на мне. Я разорвала его обгоревшую рубашку, впившись взглядом в сморщенную, покрытую волдырями кожу. На мои глаза навернулись слезы при виде раны, причиной которой стала я. — Зачем ты сделал это?
— Хороший удар, Mah Kush-la, — пробормотал он и сжал мои руки.
— Зачем ты сделал это? — повторила я. Беспокойство сменилось раздражением, когда он улыбнулся.
Кобаль прижался спиной к дереву.
— Потому что теперь я более четко понимаю, на что ты способна. А ведь твои силы все еще растут. Дополнительная практика только усилит твои способности. Я был готов к удару и к состоянию после.
— Я причинила тебе боль.
— Это я причинил себе боль, — он прижал мои ладони к своей груди по обе стороны от покрасневшей кожи. Некоторые волдыри уже начали исчезать. — Но я быстро восстанавливаюсь. Гораздо быстрее с тех пор, как ты стала частью моей жизни.
У меня задрожала нижняя губа.
— Правда?
— Да, — Кобаль вытер слезу, скатившуюся по моей щеке, затем схватил меня за затылок и притянуть к себе для поцелуя. — Не плачь. Я в порядке.
— Тебе в любом случае не следовало делать это.
— Поверь, я больше не повторю.
Я не смогла удержаться от смешка, когда он улыбнулся мне в губы.
— Ты же в курсе, что насыщаешь меня жизненной силой больше, чем что-либо другое.
— И это хорошо. Я буду подпитывать тебя до конца наших дней.
Я вздрогнула, вспомнив, что у меня осталось не так много дней в отличие от Кобаля.
— Не думай об этом, — выдохнул он, угадав направление моих мыслей. — Сосредоточься на том, что происходит здесь и сейчас. На мне.
Это было невероятно легко сделать, так как Кобаль начал покусывать мою нижнюю губу.
— Ты ранен, — я попыталась отстраниться, но он не отпустил меня, продолжая ласкать мой рот.
— Даже если я буду находиться при смерти, то все равно продолжу желать тебя.
Я посмотрела на его грудь. От рубашки до сих пор исходили завитки дыма, скользя по обугленным бокам, но кожа уже была не такой красной.
— Разве ты не знаешь, что нужно поцеловать ранку, чтобы она быстрее зажила? — поддразнил он.
Я рассмеялась, но затем решительно отстранилась и прижалась к его боку. Моя рука коснулась все еще теплых краев его рубашки, когда Кобаль обнял меня.
— Когда ты соединилась со мной, чтобы увидеть духов, то это был первый раз слияния с кем-то после твоего сна с Люцифером?
— Да, — призналась я и подавила зевок. — Я не хотела снова столкнуться с ним во сне, поэтому перестала пользоваться этой способностью.
— Я не хочу, чтобы ты боялась своих сил, Ривер.
— Я уже не боюсь их. Большую часть времени я даже наслаждаюсь мощью. Но я действительно не желаю пересекаться с Люцифером.
— Понимаю, — пробормотал он.
— Хотя я чувствую, что наша встреча неизбежна, независимо от того, что я делаю.
Кобаль не ответил. Впрочем, в этом не было необходимости, так как мы оба знали, что я была права.
Глава 31
Я наблюдал за Ривер, пока она прижималась ко моему боку, и за ее черными ресницами, покоящимися на щеках. Несмотря на ухабы и рытвины, через которые мы проезжали, она все равно спала. Я провел костяшками пальцев по ее щеке, прежде чем снова сосредоточиться на дороге.
В кузове грузовика подпрыгивали и бормотали проклятия солдаты, тем не менее они сами настояли на поездке с нами. Ранее Ривер рассказала о том, что произошло, пока мы были в разлуке. Я понял, что она завела друзей или, по крайней мере, заслужила их преданность и доверие, пытаясь уберечь от Азота.
Некоторые из людей, наконец, перестали быть придурками и осознали, что она не была объектом для страха и стоила того, чтобы следовать за ней в Ад.
Моя рука пробежалась по ее лицу. Ривер прильнула ближе ко мне и припала губами к моему горлу. Я взглянул на Хока, пока он вел грузовик через ряд выбоин на дороге. Ангел на приборной доске застучал по лобовому стеклу, привлекая мое внимание.
— Мне тоже не нравится эта статуэтка, — произнес Хок.
Я продолжал разглядывать маленького белокурого ангела с зелеными глазами.
— Почему?
— Во-первых, комната, где Ривер нашла его, была жуткой. Во-вторых, тот ангел на стоянке грузовиков был еще большим придурком, чем вы, демоны.
Мои брови удивленно изогнулись в ответ на его заявление. Я не сумел сдержать смех, вырвавшийся из моей груди. Плечи Хока расслабились. Ривер улыбнулась во сне. Я заметил краем глаза, как головы остальных повернулись в нашу сторону.
— Я согласен с твоим утверждением, — кивнул я.
Хок улыбнулся, и я понял, что Ривер изменила динамику наших отношений. Каким-то образом благодаря нашей любви я стал более человечным в их глазах. Два месяца назад подобное привело бы меня в бешенство, но теперь я не обращал на это внимания. Мне действительно нравились эти солдаты. До тех пор, пока они продолжали хорошо относиться к Ривер, у нас не будет проблем. Но если они повернуться к ней спиной, то я убью их.
— Неужели все ангелы похожи на Азота? — спросил Хок.
— Таковы все падшие. К тому же я встречал только таких.
Корсон просунул голову в окно.
— Им опять нужно в туалет.
Чем больше выбоин мы преодолевали, тем чаще людям приходилось останавливаться. Я жестом велел Хоку съехать на обочину. Он припарковал грузовик перед каменной церковью с золотым крестом на фасаде. Церковь казалась совершенно неповрежденной, если не считать зияющей дыры на месте крыши.
Ривер зашевелилась, а ее веки затрепетали. Вскоре девушка слезла с моих колен. Она наморщила лоб и поджала губы, когда заметила церковь без крыши. Ривер с минуту смотрела на здание, а потом перевела взгляд на ангела на приборной панели. Что-то в ее внимании к ангелу заставило мою кожу покрыться мурашками.
Она потерла глаза и подавила зевок.
— Почему мы остановились?
— Люди захотели в туалет.
Ее губы изогнулись в улыбке. Ривер схватилась за ручку и открыла дверь. Я придержал дверцу, пока Ривер выбиралась из грузовика. Остальные люди направились к лесу, но Ривер зашагала к церкви.
— А тебе не нужно в туалет? — поинтересовался я.
— Чуть позже, — пробормотала она.
Я окинул взглядом деревья и окружающую местность, глубоко вдыхая воздух в попытке учуять угрозу. Единственными запахами, которые я уловил были горелая земля и свежая растительность, поникшая под июльским солнцем. Я держался рядом с Ривер, пока она шла к церкви, направляясь к одному из окон.
Прижав ладони к вискам, она приподнялась на цыпочки, чтобы заглянуть в заляпанное грязью витражное окно. Мой взгляд устремился к горизонту, когда мое внимание привлекло какое-то движение. Из-за дома выбежала лань с детенышем. Она навострила уши, когда заметила нас, а затем убежала в лес.
Отступив от окна, Ривер повернулась и зашагала к задней части здания. Я последовал за девушкой. Упавшая балка с поврежденного потолка проделала дыру в стене.
Я схватил Ривер за руку, когда она начала карабкаться по камням, торчащим в дыре.
— Что ты делаешь?
— Хочу осмотреться.
— Там опасно.
— Так и есть.
По цвету глаз Ривер я понял, что у нее не было видения, но что-то в ее взгляде заставило меня разжать руку и позволить ей следовать своим инстинктам.
— Я пойду первым, — заявил я.
Она открыла рот, чтобы возразить, но тут же закрыла и отошла в сторону. Переступив через груду шатких камней, я попал в помещение. Стоя на толстом слое камней и дерева, я стал рассматривать обломки, сваленные на полу разрушенной церкви. Здесь пахло плесенью и гнилью, но я не видел ничего необычного или опасного.
Повернувшись, я протянул руку, чтобы помочь Ривер. Благодаря моей поддержке она перелезла через камни. Я смотрел, как ее взгляд блуждал по высоким стенам, прежде чем сфокусироваться на паре футов мусора под нашими ногами. Она сделала шаг вперед, но я отдернул ее и прижал к себе, чтобы мы вместе зашагали по полу церкви.
— Что привело тебя сюда, Ривер? — спросил я. Мой голос эхом отразился от стен похожего на пещеру здания.
— Я не уверена, что это было нечто конкретное, — она отпустила меня и осторожно двинулась вперед.
Я последовал за ней. Ривер прошла мимо разбитых остатков двух скамей, торчащих из-под обломков. Затем она подошла к алтарю, покрытому деревом и гниющей черепицей с крыши. Девушка нахмурилась еще сильнее, сосредоточившись на витражном окне с ангелом, расположенном позади алтаря. Белокурая голова ангела была поднята к небу, руки молитвенно сложены, а зеленые глаза сверкали в солнечном свете.
— Похож на статуэтку, которая лежит в грузовике, — заметил я.
— Похож, — пробормотала она.
Ривер склонила голову, словно пытаясь что-то услышать или разглядеть в тенях и паутине, свисающей с того, что осталось от стропил. Солнечные лучи пробивались сквозь витражное окно, заставляя множество цветов играть на загорелом лице Ривер и почти любовно лаская ее тело.
В этот момент мне казалось, что мир был так же тесно связан с Ривер, как и она с ним. Ривер говорила, что утрата связи с землей и всем живым разрушит ее, превратив во что-то злое, похожее на Люцифера, и я верил ей. Я не чувствовал ее связи с жизнью и окружающим миром, но знал о своей довольно сложной связи с гончими и о том, что случилось бы со мной, если бы я больше не смог с ними общаться. Я бы не рискнул сделать то, что могло разрушить связь Ривер с землей.
Это означало, что не будет ни ее обращения, ни вечности для нас.
Гончие внутри меня зашевелились. Мои клыки удлинились из-за желания обратить Ривер и все-таки воплотить мечту о вечности. Однако, если во время обращения ее связь с потоком жизни была бы прервала, то Ривер уже не стала бы прежней. Позже она возненавидела бы меня и превратилась бы в копию своего отца. Я был готов умереть, лишь бы подобного не произошло. Я собирался отрицать все свои инстинкты до конца ее хрупкой жизни.
Я наблюдал за Ривер, загипнотизированный тем счастьем и теплом, которые она излучала. Я питался смертью, Ривер — жизнью. Так оно и должно было остаться. Нежная улыбка появилась на ее устах, когда девушка повернулась, чтобы посмотреть на меня.
— Он привел тебя сюда? — спросил я, махнув рукой в сторону ангела из цветного стекла.
— Не все для меня является видением или прозрением. Иногда мне просто любопытно. Несмотря на разрушение, в этом месте все еще есть что-то успокаивающее.
Она чувствовала себя здесь спокойно, а я хотел как можно быстрее выбраться из этого места. У меня была Ривер, и я не мог изменить прошлое. Тем не менее я все еще ненавидел крылатых ублюдков и их создателя за хаос, который они создали, сбросив Люцифера с небес вместо того, чтобы разобраться с ним.
Ривер игриво толкнула меня бедром, когда прошла мимо. Она обошла алтарь, направляясь к задней двери. Стряхнув паутину, свисавшую с дверного косяка, Ривер обхватила ручку. Девушка толкнула дверь, но та не поддалась.
— Какая странная лоза, — пробормотала Ривер.
Ее пальцы потянулись, чтобы коснуться того, чего я не видел со своего места, но от ее слов моя кровь застыла в жилах.
— Нет! Не трогай! — закричал я.
Я перепрыгнул через алтарь и побежал по обломкам. Ее рука все еще была протянута, когда она повернулась с растерянным выражением на лице. Перед ее пальцами лоза изогнулась и дернулась в сторону девушки.
Ривер чуть не упала, когда, отступая, зацепилась каблуком за какие-то обломки. Добежав до Ривер, я схватил ее и развернулся. В этот момент лоза напала. Растение поразило мою спину. Колючие красные листья, словно осколки стекла, разрезали мою рубашку и кожу в попытке добраться до плоти.
— Черт! — выругался я в тот же миг, когда лоза издала громкий крик удовольствия.
Протянув руку за спину, я обхватила трехдюймовую толстую лозу. В то же время вокруг собрались другие лозы, которые пытались загнать нас в ловушку. Ривер ахнула, когда лоза задела ее щеку. В тишине раздался еще один крик растения. Когда на коже Ривер появилась кровь, скатываясь капельками по лицу, мои клыки вытянулись.
Все красные листья встали дыбом. Они делали странные дрожащие движения. Я уже был свидетелем подобного нападения. Тогда лозы были пойманы в ловушку глубоко в недрах Ада, питаясь любыми объедками, которые бросали им. Но теперь они открыли для себя пир на Земле. Иглообразные усики под листьями извивались и нетерпеливо подрагивали.
Я притянул Ривер ближе, пытаясь защитить от лоз, покушающихся на мою кожу. Я схватил растение, когда оно впилось в плоть моего запястья, разрезая до кости. Пламя охватило мою руку и спину, опаляя лозу, из-за чего в тишине раздался ее полный боли крик. Я сорвал с себя горящую рубашку и отбросил ту в сторону, прежде чем ткань успела обжечь Ривер.
Девушка зажала уши руками, когда пламя охватило лозы, поджигая листья, из-за чего крики агонии стали эхом отдаваться от стен. Я старался как можно дальше держать свое пламя от Ривер, но когда оно все же стало распространяться по ее рукам, то я понял, что девушка не отпрянула.
Ее способность высвобождать огонь подпитывалась страхом, но, как и ее сила контролировать поток жизни, оказалось, что также она реагировала и на меня. Я не знал, поняла ли Ривер, что ее пламя соединилось с моим, так как она все еще стояла, согнувшись и спрятав голову от лоз. Как мое пламя не причиняло ей боли, так и ее пламя не обжигало меня.
Отпустив Ривер, я отступил. У меня перехватило дыхание, когда я осознал, насколько Ривер с низко опущенной головой, сгорбленной спиной и пламенем, защищающим и напоминающим сложенные крылья, прижатые к позвоночнику, была похожа на ангела. И все же в Ривер, когда она выпрямилась, было что-то совершенно демоническое, особенно в огне, окружающим ее.
На этот раз ее одежда не сумела избежать контакта с огнем, из-за чего рубашка и лифчик упали, обнажая плоть. Раковины на ее ожерелье нагрелись, но не потрескались, так как пламя не поглотило их полностью.
Ривер сосредоточилась на лозах, все еще извивающихся и скользящих по стене. Они словно сомневались, готовы ли отважиться снова напасть или уйти без боя. Подняв руку, я сделал выбор за них и поджег остальные. Ривер тоже подняла руку, добавляя свое пламя в развернувшееся пекло.
Лозы начали увядать и ломаться, крича и падая на мусор, разбросанный по полу. Ривер опустила руку, когда пламя погасло, и шагнула вперед. Даже без объяснений я понял, что она собиралась потушить огонь. Я схватил ее за запястье прежде, чем она успела это сделать.
— Мы должны выбраться отсюда, — рявкнул я.
— Но церковь сгорит, — запротестовала Ривер.
— Мы не можем остановить это, — дым поднимался от груды обломков под нашими ногами. Пламя пожирало лозы и ползло к тому, что осталось от потолка. — Уходим.
Я приподнял Ривер, прижав ее к своей груди и стараясь максимально закрыть своим телом, а затем направился к отверстию, через которое мы вошли.
— Эти твари мертвы, верно? — спросила она.
— Которые обитали здесь, — ответил я.
Ее лицо побледнело.
— Здесь?
— Скоро они распространятся повсюду.
— Отлично.
Мне стоило уделить больше внимания тренировке Ривер. Впрочем, я и сам должен был быть более подготовлен, но мне и в голову не приходило, что когда-нибудь печати будут сломлены, не говоря уже о скорости происходящего. Лозы были спрятаны за шестой печатью, значит, четвертая и пятая тоже были уничтожены, а их обитатели — свободны.
Гончие. Я чувствовал, что они были живы, но случилось нечто действительно серьезное, раз были открыты еще три печати. Сколько еще пало печатей, о которых мы не знали?
Корсон с вытянутыми когтями прыгнул в дыру, приземлившись на обломки. Его глаза метались из стороны в сторону в поисках угрозы, но вскоре он заметил пламя, поднимающееся на балки и потрескивающее из-под пола. Вслед за ним в дыру залезли Хок и Варгас с ружьями наготове.
— Я слышал крики, — обратился ко мне Корсон, убирая когти и выпрямляясь во весь рост.
— Лоза Акалия, — пояснил я.
Его взгляд сосредоточился на растущем огне.
— Ты уверен?
Я взглянул на кровь, засохшую на моих руках и теле, прежде чем многозначительно посмотреть на все еще сочащуюся кровавую рану на щеке Ривер. Пламя плясало в оранжевых глазах Корсона, когда он снова выпустил когти. Бейл и Эрин появились на вершине обломков и встали рядом с Хоком и Варгасом.
— Дай мне свою рубашку, — приказал я Корсону.
Не колеблясь, он схватился за нижний край и стянул рубашку через голову. Ривер взглянула вниз и округлила глаза, когда поняла, что ее торс был полностью обнажен. Ее щеки стали краснее, чем огонь вокруг меня. Корсон протянул мне рубашку.
— Твой огонь охватил и спину, — объяснил я, отворачиваясь и прикрывая ее, чтобы защитить от чужих взглядов. — Он отреагировал на мое пламя.
— Ясно, — пробормотала она, натягивая рубашку, которая свисала практически до ее колен, отчего Ривер казалась еще меньше. — Раньше огонь шел только от моих ладоней или от запястий к рукам. Этот навык тоже стал сильнее.
— Да, или, по крайней мере, это произошло из-за моей близости.
— Неужели Акалия мертва? — спросил Корсон, когда я снова повернулся к ним лицом.
— Надеюсь, так и есть. У меня нет привычки сжигать церкви, — пробормотала Ривер, пока я помогал ей взобраться на обломки, чтобы присоединиться к остальным.
— Это все равно, что сжечь собственный дом, — заявил Корсон. Взгляд, который Ривер бросила на него, заставил бы обычного человека сбежать. Корсон не сбежал, но сделал шаг назад. — Или нет.
— Нет, определенно нет, — произнесла она. Дым окутывал нас, словно туман, когда мы вышли и повернулись, чтобы посмотреть, как горела церковь.
Глава 32
— Люцифер не остановится, пока не вскроет все печати, не так ли? — спросил Корсон.
Я не хотел думать, что он настолько глуп, чтобы сломать все печати, но точно знал, что он не остановится.
— Печати? — уточнил Хок.
— Печати сдерживают худшее Ада. Существа, с которыми даже демоны не хотят иметь дело. К тому же твари эволюционировали в течение многих лет в ямах. Им не позволяли свободно бродить по Аду из-за того, что они могли делать. Мои предки начали запирать существ сотни тысяч лет назад, но сейчас Люцифер вздумал освободить их. Вы, люди, верили, что существует только семь печатей, но их пара сотен.
Хок побледнел, Варгас поцеловал свой крест, а Ривер задрожала.
— И все эти твари идут сюда? — спросил Варгас.
— Благодаря лозе Акалии мы знаем, что, как минимум, первые шесть печатей уничтожены. Я не в курсе, сколько еще было открыто. Некоторые печати сдерживали существ, которые никогда не смогли бы выжить здесь, поскольку любят тьму и пламя, но многие другие сумели бы прижиться.
Эрин уперла руки в бока и уставилась на меня.
— Зачем Люцифер вскрывает печати?
— Если он сумеет уничтожить печати, то ему даже не придется выходить на Землю, так как здесь будут царствовать все ужасы Ада. После всех зверств он не встретит какого-либо сопротивления. В момент прибытия Люцифера мир уже будет принадлежать ему. Он знает, какой беспорядок создаст. И ему плевать на это. Частью плана с Ривер было попытаться выманить его из Ада. Но теперь навряд ли это произойдет. Эти существа посеют хаос на Земле и уничтожат множество людей и демонов, прежде чем он прибудет, — произнес я.
— Разве они не уничтожат и его, когда он придет? — воскликнул Хок.
— Нет, ведь он освободил их, — ответил я. — Они последуют за ним.
— Твою ж мать, — пробормотал Хок и провел рукой по ежику на голове.
— Даже я не смог бы сказать лучше, — изрек Корсон. — Врата должны быть закрыты.
Ривер выпятила подбородок, когда Бейл и Корсон посмотрели на нее. Хок и Варгас переглянулись.
— Ты можешь закрыть врата? — заинтересовался Хок.
— Не знаю, — ответила она. — Они думают, что могу, но никто не знает наверняка.
— Если она не сумеет закрыть врата и войти в Ад… — голос Бейл затих.
Я стиснул зубы, чтобы обуздать свой гнев, когда Ривер впилась взглядом в Бейл. Я не хотел, чтобы Ривер ступала в преисподнюю, но альтернативы были не лучше, а может, и хуже.
Я мог бы прямо сейчас забрать ее и вернуть к стене, чтобы мы остались там. Однако, стоило признать, что даже я не сумел бы защитить Ривер от всех мерзостей Ада. В конце концов, они превосходили нас численностью. В итоге мы бы проиграли.
Возможно, я и не заботился о большинстве людей, но, оглядываясь на Верин и Моракса, которые бежали к нам, я знал, что не мог пожертвовать теми, кто зависел от меня, чтобы продлить Ривер жизнь еще на несколько лет, если нам повезет. Тысячи и тысячи людей погибли за эти годы, сражаясь за то, чтобы я занял свое место законного короля Ада. Как бы сильно я ни хотел уберечь Ривер от предстоящих сражений, у меня даже мысли не возникало повернуться спиной к тем, кто был потерян, и к тем, кто все еще сражался.
Ривер проникла в мое сердце, о наличие которого я даже не подозревал, но демоны, собравшиеся вокруг, были моими друзьями, последователями и бойцами на протяжении веков, а некоторые, такие как Корсон, более тысячелетия. Они никогда не бросили бы меня. И каждый из них был готов отдать свою жизнь, защищая Ривер ради меня. Поэтому я тоже собирался сражаться до самой смерти ради них.
К тому же Ривер не согласилась бы вернуться. Мне пришлось бы тащить ее, брыкающуюся и кричащую, обратно к стене. Я видел, как она любила своих братьев, значит, Ривер сделала бы все возможное, чтобы у них было будущее.
Она становилась сильнее с каждым днем. Ее способность призывать пламя окрепла. А благодаря силе контролировать поток жизни она усадила Азота на задницу и швырнула меня в дерево, хотя я был готов к удару. Что она сумела бы сотворить, будь у нее больше времени? Вот только время было на исходе, даже я не смог бы выкроить немного, если печати продолжат падать.
— Мы остановим его, чего бы это ни стоило, — пообещал я.
— Может, лучше вернуться? — спросил один из людей, привлекая мое внимание к тому факту, что, пока пламя, охватившее церковь, продолжало расти и вздыматься в небо, вокруг нас собрались все солдаты.
Я чувствовал, как в меня впивались взгляды демонов. Они бы выполнили любой мой приказ, но я знал, что каждый уже взвесил все варианты. Либо продолжать идти вперед и иметь небольшой шанс на успех, либо повернуть назад и столкнуться с разрушительным будущим и почти верной смертью.
— Назад пути нет, — процедил я сквозь зубы.
— Мы не знаем, что встретим! — я узнал в говорившей ту самую женщину, которая впала в истерику из-за горгулий. — Мы уже потеряли половину людей, а теперь ты говоришь, что худшие из обитателей Ада попали на Землю, а в ближайшие дни появиться еще больше тварей.
— Нет ничего хуже нас, — ухмыльнулась Бейл, перебрасывая рыжие волосы через плечо. — Просто даже среди демонов есть довольно глупые особи, но, как вы можете заметить, мы победили горгулий, лоза Акалия сгорела, а ревениры зарыты обратно в землю. Смотрите по сторонам, будьте бдительны, и вы выживете.
— Да, вы победили горгулий, — заявила женщина. — Но многие люди погибли.
— Достаточно, Джеки, — резко выпалил Хок.
— Нет, недостаточно! Не думайте, что мы не заметили, как вы трое заискиваете перед демонами, следуя повсюду за ней и зарабатывая дополнительную защиту.
Злобный взгляд, который она бросила на Ривер, заставил волосы на моем затылке встать дыбом, а губы разомкнуться.
— Кто выбрал эту женщину? — возмутилась Бейл, окинув Джеки уничижительным взглядом.
— Меня выбрали из-за боевых навыков, — сказала Джеки. — Навыков, которые я не могу использовать против таких монстров, как ты и тебе подобные, а также это касается ее, кем бы она ни была.
И снова женщина сосредоточилась на Ривер. Отпустив свою пару, я шагнул к Джеки.
— Я бы посоветовал тебе перестать так пялиться на нее, иначе ты отправишься обратно к стене. Одна.
— Но это верная смерть, — прошептала она, ее нижняя губа задрожала.
— Я же монстр. Мне все равно.
— Кобаль, — произнесла Ривер за моей спиной. Она подошла ко мне, обхватив рукой мое запястье. — Мы справимся, — обратилась она к Джеки. — Все знали, что будут жертвы, как только стена останется позади. Тем не менее нам нужно завершить миссию. Это единственная надежда на то, что кто-то из нас или наших близких сумеет выжить. Стена не продержится вечно. Если мы сейчас вернемся, то все потеряем.
— Конечно, ты хочешь продолжать. Ты одна из них, или кто ты там. Ты спишь с ним, значит, он будет защищать тебя более усердно! — возразила Джеки.
Рука Ривер крепче сжала мое запястье, тем не менее она не смогла остановить меня, когда я направился к женщине.
— Только не голова! — ахнула Ривер.
Джеки отступила на шаг, затем на еще один. Шакс вышел вперед и встал между нами, прежде чем я успел добраться до цели. Он поднял руки в примирительном жесте.
— Я не собираюсь ее убивать! — рявкнул я.
— Запугивание тоже не поможет, — спокойно ответил Шакс.
Я снова сосредоточил внимание на Джеки.
— Ты можешь продолжать рыдать и ныть. Можешь думать о нас все, что угодно, но если еще раз заговоришь с ней в подобном тоне, то я оторву тебе голову, чтобы заставить замолчать.
Джеки удивленно открыла рот, затем снова закрыла и прикрыла тот обеими руками.
— Вот и славно, — пробормотал Шакс. — Дипломатия тебе не свойственна.
— К черту дипломатию. Только мы стоим между ней и смертью. Если ей это не нравится, то скатертью дорога, — мой взгляд переместился на остальных людей, собравшихся позади Джеки. — Возможно, у вас осталось еще лет пять или всего один день, ведь скоро последователи Люцифера наберут силу, значит, доберутся до стены. Когда это произойдет, умрете не только вы, но и миллионы других людей, которым когда-то удалось выжить. Те из вас, кого убьют сразу, будут счастливчиками. Те, кому не повезло умереть, будут порабощены и подвергнуты пыткам. Сейчас к нам направляются дополнительные отряды из людей и демонов. Мы встретимся с ними у врат и найдем дополнительную защиту, — по крайней мере, я надеялся, что они сумеют добраться. Скорее всего, они не встретили горгулий, но печати рушились так быстро, что была вполне вероятна встреча с другими препятствиями. — Все, что находилось за печатями, не будет сосредоточенно в одной области. Существа попытаются заполучить собственную территорию, так как раньше им не позволялось подобное. Если мы сумеем снова закрыть Ад, то многие из них погибнут, — продолжил я.
— А выжившие? — спросил другой человек.
— Мы убьем их.
— Как давно вскрыты печати? — поинтересовался другой.
— Недавно, — ответил Корсон. — Ревениры быстро передвигаются, так как могут вселяться в мертвых. Горгульи умеют летать. Лоза Акалия более нерасторопна, но все же быстрее, чем другие существа, а мы всего в нескольких днях пути от врат, которые ищем. По моему мнению, с момента падения первой печати прошло не больше месяца, даже, скорее всего, около двух недель.
Остальные люди неловко переминались с ноги на ногу. Капитан Тресден, наконец, выступил вперед. Я впился взглядом в этого мужчину, так как мне совсем не нравилось его нежелание взять под контроль своих людей. Капли пота скатывались по его лбу и щекам, пока он смотрел на собравшихся. Капитан Тресден скрывал свое медленно разваливающееся самообладание лучше, чем Джеки, но вскоре сломается и он.
Мы сделали все возможное, чтобы выбрать только тех, кто, как мы верили, выживет в этом путешествии и останется в здравом уме. Тем не менее даже нам не удалось определить тех людей, которые плохо воспримут опасность.
Мой взгляд сосредоточился на Эрин, Хоке и Варгасе, которые стояли рядом с Корсоном и Бейл. Их лица были каменными, а глаза — безжалостными. Кто-то из них мог вполне удачно заменить Тресдена, когда это станет необходимым, может, даже раньше, но этот разговор было лучше провести где-нибудь подальше от горящего здания позади.
— Нам пора уходить, — резко приказал я, когда огонь стал громко потрескивать, а небольшой ветерок гнать дым в нашу сторону. — Пламя привлечет внимание к этому месту.
Взяв Ривер за руку, я крепко сжал ее ладонь и поспешил обратно к грузовику, открыв дверцу, чтобы девушка могла забраться внутрь. Остальные запрыгнули в кузов пикапа и устроились поудобнее. Отвернувшись от церкви, я сел за руль и завел машину. К этому моменту солнце уже опускалось. Нам предстояла совсем небольшая поездка перед очередной остановкой на ночлег, но мы должны были убраться отсюда как можно дальше.
Глава 33
Я нависла над рулем. Костяшки моих пальцев болели, но я не ослабляла мертвую хватку, так как вокруг меня в искусственном туннеле эхом раздавались крики лозы Акалии, которая росла, окутывая дорогу. Новая вспышка пламени слева не отвлекла меня от изрытой колеями дороги. Мы наткнулись на туннель примерно через полчаса после того, как отъехали от горящей церкви.
Сорок пять минут назад я поняла, почему лозы не перекрыли въезд в туннель. Как только последняя машина оказалась внутри, стебли растения опустились в поисках свежего мяса. Я вздрогнула, когда еще больше огня вырвалось на свободу, из-за чего извивающаяся лоза стала издавать жуткие, шипящие крики.
С одной стороны дороги шел Корсон, срезая когтями нижнюю часть растений, которые нападали на него, и отбрасывая их в сторону. Позади него Бейл и Шакс рубили лозы мачете. Моракс и Верин делали то же самое. Демоны были покрыты кровью от порезов, которые отвратительные растения оставляли на их коже, когда им удавалось нанести удар.
Все люди сидели в машинах. Эрин невежливо растянулась поперек Варгаса и Хока, выглядя такой же недовольной, как и оба мужчины. Из-за недостатка воздуха в туннеле и четверых людей в кабине в нашем грузовике установилась духота, в итоге мне становилось все труднее дышать. Впрочем, мое состояние имело мало общего с духотой и больше с заботой о Кобале.
Солнце до сих пор стояло высоко в небе, но лозы, дым и пламя, наполняющие воздух, скрыли любой намек на дневной свет. Кобаль бросил на меня взгляд через плечо, когда я приоткрыла окно, пытаясь впустить в кабину свежий воздух. Сейчас никто из нас не мог похвастаться хорошим ароматом, но воздух снаружи был не лучше. Приторный запах дыма и прогорклая вонь умирающей лозы Акалии достигли моих рецепторов в носу.
— Закрой окно, — приказал Кобаль, прежде чем выпустить еще один залп пламени по извивающимся лозам.
Я пригнулась, когда стебель врезался в стекло в нескольких дюймах от отверстия.
— Ты должен позволить мне помочь. Так будет быстрее, — в сотый раз предложила я.
— Нет. Закрой окно.
— Кобаль, будь благоразумен.
Взгляд, который он бросил на меня, не оставлял места для обсуждений, так как его глаза приобрели потрясающий янтарный цвет. С тех пор, как мы покинули церковь, он стал более раздражительным. А сейчас еще и проявлял упрямство. Я знала, что Кобаль беспокоился о невозможности уберечь мою персону от такой опасности, но он не мог запереть меня.
Я остановила грузовик, но не успела взяться за ручку, как Кобаль ударил ладонью по двери.
— Слушай меня и оставайся внутри, — рявкнул он.
— Кобаль…
— Я сказал нет, Ривер. Если нам понадобится твоя помощь, то я дам знать.
Я прищурилась, глядя на него.
— Нет, не дашь.
Кобаль не стал опровергать мои слова, но пока держал дверь закрытой, опустилась еще одна лоза, разрезая его обнаженную грудь. Если бы я продолжала сидеть здесь и спорить с ним, то он бы позволял лозам издеваться над собой. Я просунула пальцы в открытое окно, ища контакта, каким бы коротким он ни был, с Кобалем. На моих пальцах заплясали искры, когда он прикоснулся ко мне и быстро убрал руку.
— Тогда не стой без дела и возвращайся к работе, — приказала я и закрыла окно.
Он сердито посмотрел на меня через стекло. Я ласково улыбнулась в ответ, хотя чувствовала себя отвратительно, а моя улыбка была вымученной. Я выдохнула с облегчением, когда Кобаль отвернулся от двери и снова сосредоточился на вьющихся лозах.
Хок фыркнул, Эрин захихикала, а Варгас покачал головой. Я снова завела машину и убрала ногу с тормоза. Когда-то этот туннель должен был закончиться. Я надеялась, что скоро мы покинем это место, ведь, насколько я видела, лозы вились вдоль всей дороги.
Мой взгляд пробежался по отвратительным растениям, извивающимся друг на друге. От их ощутимой жажды крови у меня скрутило живот. Крики и вопли лоз собирались преследовать меня в ночных кошмарах до конца моих дней.
— До того, как ты приехала в лагерь, никто не осмеливался противостоять ему, — обратилась ко мне Эрин.
— Большинство до сих пор не могут это сделать, — заметил Хок.
— Верно, — согласилась Эрин, — но стоит заметить, что я уже не так боюсь его, как раньше. Остальные демоны были, по крайней мере, в какой-то степени доброжелательны, ну, во всяком случае большинство из них. Бейл дружелюбна, как кактус, и я практически уверена, что Моракс хочет нас съесть.
— Не думаю, что кто-то из них ест людей, — усмехнулась я.
— Пока нет, но кто знает, — ответила Эрин. — Кобаль любит тебя.
Варгас и Хок хмуро посмотрели на нее, явно не в настроении обсуждать что-то романтическое. Я прикусила губу, чтобы не рассмеяться, глядя на лица мужчин. Они, вероятно, с радостью прямо сейчас вылезли бы из грузовика и пошли бы сражаться с лозами, если бы это помогло избежать разговоров о любви.
— Любит, — ответила я.
Она нахмурилась и поджала губы.
— Когда он оторвал Эйлин голову, никто не знал, как справиться с данным фактом.
— Да уж, — пробормотал Хок и заерзал на сидении. — Парень был в бешенстве.
Эрин закатила глаза.
— Это было очевидно, но многие не понимали, что это из-за любви.
Я посмотрела на нее, прежде чем вернуться в свое согнутое положение над рулем, которое заставляло мою спину кричать в знак протеста.
— Что же они тогда думали? — поинтересовалась я.
— Не знаю, — призналась она. — Какая-то сумасшедшая, демоническая собственническая штука, которая заставила Кобаля решить, будто он владеет тобой. Другие посчитали его сумасшедшим.
— Не владеет, — пробормотала я, — и он не чокнутый.
— Раньше мы никогда не видели подобного, — продолжила Эрин. — Кобаль выглядел таким далеким и смертоносным в те несколько раз, когда появлялся в лагере до твоего приезда, но все оказалось совсем не так. По крайней мере, с тобой. Хотя, по моему мнению, о других демонах он тоже заботится.
— Так и есть, — подтвердила я. — Но я не знаю, как это объяснить.
— Тебе и не нужно, — ответила Эрин.
— Слава Богу, — пробормотал Хок.
Из меня вырвался короткий смешок. Это было приятно, учитывая постоянный крик и гнетущую атмосферу вокруг. Я еще больше склонилась над рулем, надеясь увидеть хоть какой-нибудь признак выезда из туннеля, но все, что мне удалось рассмотреть — непроглядная тьма. Капелька пота скатилась по моему виску, и я поспешно ее вытерла. Я нервно посмотрела на Кобаля, ненавидя тот факт, что он находился снаружи и истекал кровью, не позволяя мне помочь.
— Откуда ты, Эрин? — спросила я, чтобы отвлечься от окружающей обстановки и беспокойстве о Кобале.
— Я или мои родители? — уточнила она. — Насколько я знаю, многим трудно понять мое происхождение.
— И ты, и родители.
— Я родилась и выросла в Бостоне. Мой папа американец в первом поколении, но сам из Южной Кореи, а мама приехала из Ирландии, когда ей было десять лет. У нее все еще есть слабый намек на акцент, — задумчивая улыбка заиграла на ее губах, прежде чем Эрин отвернулась, сосредоточившись на окне. — Я вызвалась пойти к стене, чтобы помочь им позаботиться о моих шести младших братьях и сестрах.
Хок издал долгий свист.
— Семеро детей.
— Ага, нашей семье пришлось тяжело после войны.
— Готова поспорить, что так и есть.
— Откуда ты? — спросила меня Эрин.
— Борн. Я не знаю своего отца, но мать имела итальянские, немецкие, английские и американские корни.
— А ты? — обратилась она к Хоку.
— Фалмут, — ответил он. — Во мне тоже множество наций, но один из предков моего отца приплыл сюда на «Мэйфлауэре»8. Я вызвался добровольцем, чтобы тоже помочь содержать свою семью.
Эрин ткнула Варгаса локтем в ребра.
— Что с тобой?
Он хмыкнул и потер живот.
— Я родился в Перу. Мы переехали в США, когда мне было семь лет, и поселились в Вустере.
— Почему ты вызвался добровольцем?
Варгас пожал плечами.
— Это моя страна, и я буду за нее бороться.
— Хорошая причина, — кивнула Эрин.
Я ожидала, что кто-то спросит о том, кто я такая, но, хотя они должны были задаваться этим вопросом, все промолчали. В один прекрасный день они получат ответ, я позабочусь об этом, но на данный момент все смирились с объяснением, которое дал Кобаль. Каждый из них оказался намного терпимее меня.
Через несколько минут Эрин снова заговорила:
— Мне чертовски нужно в туалет.
— Пожалуйста, не надо, — пробормотал Варгас.
— Я и не собиралась, — тем не менее мужчины вздрогнули, когда она снова заерзала.
Прошел еще один час, прежде чем я увидела слабые лучи света в конце туннеля. Я громко выдохнула и еще ниже склонилась над рулем, пытаясь понять, действительно ли заросли лоз заканчивались, или я так сильно жаждала этого, что мне уже стало мерещиться желаемое.
— Это действительно выход, — прошептала я.
— Думаю, да, — пробормотал Хок, наклонившись ко мне.
Я взглянула на ангела на приборной панели, а затем сосредоточилась на дороге, пока мы не вырвались из лоз. Воздух покинул мои легкие. Я была практически уверена, что мои мышцы никогда не расслабятся, а вонь, исходящая от меня, могла бы убить козу, но мы, наконец-то, были свободны. Я приоткрыла окно и, а когда Кобаль не велел снова закрыть его, опустила стекло до конца. Эрин сделала то же самое с другой стороной. Я жадно вдыхала свежий воздух, наполняющий машину.
Кобаль и Корсон продолжали идти рядом с грузовиком, не желая останавливаться. В итоге Кобаль приказал затормозить лишь через полчаса. Эрин чуть не вывалилась из грузовика, когда я подъехала к обочине. Она ринулась в лес, прежде чем кто-либо успел ее остановить.
— Подожди! — крикнул ей вслед Варгас.
Но Эрин уже исчезла из виду.
— Я приведу ее, — заявил Корсон и побежал в лес.
Мои ноги дрожали, когда я выбралась из грузовика, а одну вообще свело судорогой, но я каким-то образом устояла. Кобаль схватил меня за локоть, когда я, спотыкаясь, наступила на протестующую ногу.
— От меня воняет, — пробормотала я.
— Воняет.
Этот мужчина не ведал, что такое такт. Мне захотелось пнуть его почти так же сильно, как поцеловать.
— От тебя тоже воняет! — возразила я.
Его полные губы изогнулись в милой улыбке, которая заставила меня пересмотреть желание помахать ногой.
— И я воняю, — согласился он.
Корсон и Эрин вышли из леса. Корсон на ходу качал головой.
— В следующий раз помочись на них, — посоветовал ей Корсон.
Варгас и Хок побледнели и нервно переглянулись. Эрин ухмыльнулась Корсону, а затем хитро улыбнулась Хоку и Варгасу.
— Надеюсь, нам не придется проходить через это снова, — пробормотал Кобаль.
— Как и мы, — выдохнул Варгас и потер крест на шее, прежде чем отпустить его.
Подняв голову, я посмотрела на темнеющее небо, где уже появилась первая звезда. Я обернулась и увидела завитки дыма, поднимающиеся над землей от места, где обосновались лозы. Мне не нравилось находиться так близко к ним и дыму.
— Мы отдыхаем пятнадцать минут, ужинаем и возобновляем путь, — приказал Кобаль, словно прочитав мои мысли. Он поцеловал меня в макушку, прежде чем отпустить, и направился туда, где капитан Тресден приказывал солдатам начать разгружать грузовики.
Мужчина замолчал, увидев приближающегося Кобаля. Я не слышала, о чем они говорили, но никто не выглядел довольным, когда Кобаль ушел.
— Они устали, — подвела итог я, когда он вернулся.
— Мы все устали, — рассеянно ответил Кобаль. — Но мы не можем здесь оставаться. Слишком близко к лозам и огню.
Эрин рылась в припасах в поисках еды и воды, в то время как остальные шли по очереди в лес. Пятнадцать минут спустя, когда Кобаль снова выехал на дорогу, мы все жевали сухие пайки и черствый хлеб. Я надеялась на что-то более существенное, но не собиралась жаловаться, по крайней мере, пища утихомирила урчание в животе.
Благодаря опущенным стеклам и тому, что люди опять устроились в кузове грузовика, моя вонь не казалась такой подавляющей. Покончив с едой, я скомкала пакет и спрятала тот в бардачок. Откинувшись на спинку сидения, я сосредоточилась на свете фар, скачущим по асфальту. Тусклое свечение почти не освещало путь. Ночь неуклонно приближалась. Мне казалось, что сейчас мир рухнет, а мы провалимся в никуда.
Или в Ад.
Глава 34
— Холодно? — спросил Кобаль, когда я потерла руки друг о друга.
— Нет. Просто жутко. Будто впереди больше ничего нет, только эта бесконечная дорога, пересекающая нашу страну и ведущая в никуда.
— Она определенно куда-то ведет.
Я глубоко вдохнула и повернулась, чтобы посмотреть на скудный, бесплодный пейзаж, который едва узнавала. Раньше возле разгромленных и сожженных домов росла зеленая растительность и обитали живые существа. Здесь тоже была жизнь, но далеко не такая обильная, да и не сохранилось ни одного дома. Поток жизни, который я ощущала, был незнаком мне. Я совершенно не могла распознать энергию.
Еще через пару часов Кобаль съехал на обочину и припарковал грузовик.
— Мы достаточно далеко от Акалии, чтобы остановиться на ночь. Кстати, я чувствую запах воды, — произнес он.
Наклонившись, чтобы чмокнуть его в щеку, я открыла дверь и вышла. Я стояла, вдыхая свежий воздух со странным приторным запахом, который не был ни приятным, ни неприятным. Он напоминал жимолость и огонь. Такое странное сочетание, что я не могла определиться, то ли мне стоило зажать нос, то ли жадно вдохнуть.
— Что это за запах? — поинтересовалась я.
— Радиоактивные осадки, — Эрин улыбнулась, но я уловила беспокойство в ее тоне.
— Это так? — обратилась я к Кобалю.
— Нет, — ответил он. — Возможно, это какая-то местная растительность.
Варгас перегнулся через борт грузовика и начал копаться в припасах. Он вытащил желтую коробку с металлической ручкой и включил ее, а затем достал черное портативное устройство.
— Это не радиация, — раздраженно заявил Кобаль. — Мы уже проверяли этот район.
— Плевать, — пробормотал Варгас, обходя вокруг грузовика с детектором радиации.
Я наблюдала за ним до тех пор, пока он не вернулся и не убрал приборы.
— Все нормально.
— Это хорошо, — выдохнула Эрин и повернулась к грузовику.
Я тоже так решила.
— Ты что-то говорил о воде, — я повернулась к Кобалю.
— Говорил, — он поднял мою сумку с припасами, прихватив из грузовика и свою.
Перекинув сумки через плечо, Кобаль взял меня за руку и повел через небольшую поляну вниз по насыпи к небольшим соснам и дубам. Пока мы шли, я осматривала лес, отмечая все детали, схожести и различия от того, к чему я привыкла.
Дубовые листья были зелеными, но не блестели, а точнее они были более блекло-зелеными и не такими яркими. Хвоя сосен поникла и, как дубовые листья, тоже была выцветшего зеленого цвета. Здесь явно было что-то не так. Впрочем, этот район мог переживать засуху, по крайней мере, это объяснение подходило.
Пройдя мимо нескольких деревьев, мои опасения по поводу растительной жизни исчезли, так как я заметила большое озеро. Луна светила на воду, освещая ее гладкую поверхность. Светлячки летали над водой, отражаясь на ее поверхности и напоминая падающие звезды.
Сквозь стрекот я услышала отдаленное уханье совы с одного из деревьев напротив. Бодрящий запах воды манил меня. Я уже собиралась раздеться, когда Кобаль потянул меня за руку и указал на небольшую рощу с ивами, нависшими над берегом озера. Они были достаточно высокими, чтобы согнуться под тяжестью листвы и опустить ветви на поверхность воды, создавая естественный, уединенный навес.
Я последовала за Кобалем по берегу озера к деревьям. Рассматривая береговую линию, я не видела никаких признаков засухи. Вода высоко стояла у берегов, которые озеро сформировало в земле. Оказавшись в уединении ив, я отпустила руку Кобаля, чтобы отстегнуть оружие на своем поясе. Бросив пистолеты на берег, я положила рядом катану и нетерпеливо стянула с себя грязную одежду. Кобаль молча разделся и отбросил свою одежду в сторону. Я схватила кусок лимонного мыла и маленькую бутылочку шампуня, прежде чем погрузиться в теплую воду.
Блаженный выдох вырвался из меня, когда озеро омыло мою кожу. Вода стояла достаточно высоко, чтобы покрыть мою грудь. Я опустила голову под воду и снова вынырнула. Я стала мыться, прислушиваясь к звукам, исходящим от других людей, которые спускались к озеру из разных точек леса.
Кобаль встал рядом, прикрывая своим обнаженным телом мое на случай, если кто-то осмелится подойти слишком близко. Хотя никто в любом случае не сумел бы увидеть нас из-за ив. Я окинула взглядом свое тело и нахмурилась, когда поняла, что многочисленные синяки, полученные от Азота, уже исчезали. Они должны были продержаться, по крайней мере, неделю, возможно, две. Тем не менее синяки выглядели так, будто к завтрашнему или послезавтрашнему дню окончательно сойдут.
Опустив руки в озеро, я повернулась к Кобалю.
— Мои синяки заживают быстрее, чем обычно.
Он переключил внимание с людей, которые держались в стороне, и сосредоточился на мне. Его глаза пробежались по моему телу, прежде чем остановиться на поблекшем синяке, тянувшемся вдоль левого бока. Вчера он был черным. Сегодня имел желтоватый-коричневый оттенок.
— Как и я, ты исцеляешься быстрее, — пробормотал Кобаль, шагнув ко мне. Он положил руки на мои плечи и осторожно повернул меня, чтобы осмотреть синяки на моей спине.
— Разве это возможно?
Он молчал, изучая меня, прежде чем снова повернуть лицом к себе.
— Наша связь сделала тебя сильнее. К тому же теперь ты больше полагаешься на поток жизни.
— Но это не так.
— Просто ты не осознаешь этого. Так было всегда. Сейчас ты стала чаще использовать свои способности, из-за чего они начали расти и давать тебе больше энергии. Это помогло ускорить исцеление.
— Ха, — у меня не было другого ответа на это, пока я обдумывала его слова.
— Это хорошо, — тихо подбодрил Кобаль.
Подняв голов, я улыбнулась.
— Хорошо, — согласилась я. — Но странно, хотя я не против исцеления синяков. Возможно, это поможет быстрее залечить сломанные кости.
Он поцеловал меня в лоб, прежде чем отпустить мои плечи и отступить.
— Я в этом не сомневаюсь, но не хочу, чтобы ты получала переломы.
— Как и я.
Я вернулась к купанию, пока Кобаль продолжал следить за лесом. Только когда я смыла шампунь с волос, до меня дошло, что здесь все было по-другому. Я стояла в воде и смотрела на расходящуюся рябь. Подняв голову, я заметила на другой стороне озера несколько человек, купающихся рядом друг с другом. Слева от них, примерно в сотне футов, стояло еще несколько человек.
Пока мои пальцы скользили по поверхности теплой воды, я изучала болезненно выглядящий лес. Я почувствовала пульсацию жизни в озере, но она была более медленной, чем та, к которой я привыкла. Запах был другим, деревья тоже были не такими яркими. Мы приближались к вратам Ада, из-за чего мир менялся.
— Здесь все по-другому, — прошептала я.
Кобаль встал передо мной и снова положил руки на мои плечи. Прикосновение его груди к моей заставило мои соски затвердеть. Я прижалась к демону. Капли воды стекали по его телу ручейками, за которыми мне так хотелось проследить языком. Я наблюдала, как одна капля потекла вниз, а затем упала в воду. Облизнув губы, я пробежалась пальцами по точеным мышцам пресса Кобаля.
— Что именно здесь другое? — спросил он хриплым голосом, когда мои руки опустились ниже.
Я прикусила губу, когда головка толстого члена выглянула из воды, увеличиваясь у меня на глазах. Не в силах сопротивляться желанию, я погладила пальцами шелковистую кожу головки, растирая капельки воды по чувствительной плоти, прежде чем провести рукой по всей его длине. Кобаль задержал дыхание, а его тело содрогнулось под моими ласками. Я улыбнулась и подняла голову, увидев восхищенное выражение на его лице. Он наблюдал, как моя ладонь скользила по члену.
— В чем различия, Ривер? — напомнил Кобаль.
Его рука, ласкающая мою грудь, мешала мне вспомнить, о чем мы говорили.
— Здесь течет совсем другая жизнь, — пробормотала я. — Раньше мир казался мне плавным и податливым. Сейчас он ощущается застрявшим, будто здесь стоит какая-то плотина или… Я не знаю, как объяснить.
По выражению лица Кобаля я поняла, что он собирался перекинуть меня через плечо и утащить отсюда. Я видела этот взгляд несколько раз с тех пор, как мы вышли из церкви. Его рука замерла на моей груди.
— Мы не можем уйти, — заявила я, прежде чем он успел заговорить.
— Знаю, — процедил Кобаль сквозь зубы.
— Мы слишком близко к вратам в Ад. Земля здесь уже не та. Вполне логично, что все изменилось. Просто до этого момента я не рассматривала подобную возможность. Мы справимся.
— Смертная, — слово было произнесено таким хриплым, отчаянным тоном, что у меня защемило сердце, а рука перестала двигаться. Его глаза вновь приобрели янтарный цвет, в них полыхала жизнь и дикость гончих.
— Я всегда была такой.
Он провел рукой по своим мокрым волосам. Я чувствовала его боль и неуверенность. Взяв Кобаля за руку, я повела его обратно к берегу.
— Ривер, — прорычал он, когда я наклонилась, чтобы провести губами по его груди. Мой язык начал слизывать воду с его плоти. Вкус воды из озера на пахнущей огнем коже наполнил мои чувства и распалил желание. — Мы должны поговорить об этом.
— Позже, — пробормотала я, скользя языком по одному из твердых мускулов, прежде чем опустить голову и лизнуть углубление посередине пресса. Искры заплясали на моих пальцах, когда я провела ими по напряженным мышцам Кобаля. Они освещали его шелковистую влажную плоть золотистым сиянием.
Я не могла насытиться его вкусом, запахом и ощущением твердости в своей руке. Наклонившись ниже, я провела языком по пупку Кобаля, но больше всего меня манила соблазнительная головка, выглядывающая из воды. Я еще не прикасалась к нему подобным образом, не пробовала на вкус, но не потому что не хотела, а потому что этого еще просто не случилось. Теперь ничто не мешало мне лучше узнать Кобаля.
Его руки сжали мои плечи. Он перестал дышать, когда мои губы нависли над членом. Очень медленно я провела языком по головке. Член в моей руке затвердел еще больше и дернулся. Улыбка изогнула мои губы, прежде чем я лизнула его.
***
— Черт, — прошипел я, когда рот Ривер обхватил мой член.
Ее язык ласкал чувствительную плоть. Ривер пробовала меня с таким пылом, которого я никогда не видел раньше. Нам следовало кое-что обсудить, но я, хоть убей, не мог вспомнить, что именно. Впрочем, я и не хотел ни о чем говорить, пока наблюдал за ней.
Упершись локтями в берег, я приподнял бедра из воды. Улыбка Ривер стала шире. Она взяла меня глубже, слизывая языком воду, стекающую по стволу, и продолжая работать ртом и рукой над членом. Удовольствие закрутилось во мне спиралью. Я зарылся пальцами в землю на берегу озера.
Я чуть не закричал, когда ее вторая рука опустилась, чтобы обхватить мои тяжелые яйца, и стала перекатывать их. Когда прядь ее волос упала, скрывая черты лица, я откинул ту назад, чтобы снова иметь возможность наблюдать за Ривер. Она распахнула глаза, из-за чего фиолетовые глубины встретились и удержали мой взгляд. Я погладил ее щеку, а заем опустил руку, обхватывая полную грудь. Из Ривер вырвался тихий стон. Девушка снова закрыла глаза.
Я не сумел сдержаться и продолжил исследовать ее тело, лаская бок Ривер, а затем вновь возвращаясь к затвердевшему соску. Она поддалась мне навстречу, касаясь грудью моих бедер и глубже заглатывая член. Ривер сосала и облизывала меня с таким голодом, что я быстро оказался на грани взрыва.
Я стиснул зубы, борясь с желанием кончить. Рано. Жар ее влажного рта на моей плоти был невыносим. Ривер убрала ладонь с моих яиц, чтобы провести той по моему боку, а затем впиться ногтями в мою задницу. В этот момент Ривер еще глубже вобрала член.
Моя свободная рука метнулась и схватила корень ивы, торчащий из воды. Я смотрел, как голова Ривер то опускалась, то поднималась, и терялся в ощущениях от ее языка и рта. Мои пальцы запутались в волосах девушки, притягивая ближе, пока мои бедра двигались в такт ее движениям. Я сопротивлялся желанию сильнее толкнуться в ее рот.
Давление неуклонно росло, пока я не приблизился к критической точке.
— Ривер, я сейчас кончу. Остановись.
Она распахнула глаза, когда я попытался оттолкнуть ее. Аметистовые глубины опалили меня. Ривер не отстранилась, наблюдая за мной.
— Ривер…
Отпустив мою задницу, она подняла руку и вновь обхватила мои яйца. Не в силах больше сдерживаться, я издал гортанный крик и толкнулся в ее рот. Язык Ривер прошелся по головке содрогающегося члена, слизывая всю мою сущность. Вскоре Ривер отстранилась.
Я не сводил глаз с девушки, пока она облизывала губы и поднималась из воды. Капли стекали по ее нежной плоти в озеро. Я только что нашел свое освобождение, но все же снова стал твердым, наблюдая, как вода соблазнительно скользила по гибкому телу девушки.
Выбравшись из воды, я положил руки на талию Ривер и прижал ее к себе.
— Тебе понравилось? — хрипло спросил я, приласкав языком ее ушную раковину.
— Очень, — прошептала она. — Ты восхитителен на вкус, как огонь и соль. Словно наркотик.
Не в силах устоять, чтобы не заявить на нее права, мои клыки вонзились в ее плечо. Ривер обвила ногами мою талию, открываясь мне. Я почувствовал горячую влагу ее лона на своем члене.
***
Пронзительная боль от укуса быстро исчезла, сменившись эйфорией, которую Кобаль всегда дарил моему телу. Я обняла его за шею, притягивая ближе. Он ласкал языком мое плечо, так и не достав клыки. Длительное послевкусие Кобаля на моем языке и губах служило афродизиаком. Я не солгала, когда сказала, что у него был вкус огня и соли. Я хотела большего.
Я нуждалась в нем внутри с таким отчаянием, что царапала гладкую, упругую кожу его спины. Сила реакции Кобаля на то, что произошло между нами, и трепет власти, который эта реакция дала мне, заставляли меня изнывать от желания.
Пьянящее доказательство его возбуждения потерлось о мое влажное лоно, а затем толкнулось в меня и оказалось внутри. Кобаль вошел так глубоко, что, я могла поклясться, коснулся кусочка моей души. Я чуть не застонала от восторга, но сумела подавить возглас, впившись зубами в плечо Кобаля. Искры танцевали по моим пальцам и перескакивали на его плоть. Вода покрылась рябью вокруг нас, когда Кобаль раздвинул ноги, а я начала объезжать его.
Глава 35
— Нам стоит проверить, как работает твоя сила, — заявил Кобаль, как только закончил застегивать штаны.
Я откинула прядь влажных волос и заправила ее за ухо, прежде чем нагнуться и натянуть сапоги. Катана на моей спине сдвинулась из-за движений, а пистолеты подпрыгнули у бока. Взглянув на Кобаля, я стала завязывать шнурки на ботинках и наблюдать, как он запихивал наши вещи в сумки. Обычно после секса Кобаль был расслаблен, но не в этот раз.
— Уверена, с ней все в порядке, — произнесла я. — Я все еще чувствую связь.
— Но не настолько сильно.
— Нет, здесь все… иное, но посмотри, как быстро я восстановилась. По-другому и быть не может.
— То, что ты стала быстрее исцеляться, может быть связано с потоком жизни, который ты черпала из земли. Также причиной может быть энергия, которую ты получаешь от меня или от силы наших избранных уз, — Кобаль повернулся ко мне, чуть не вывалив содержимое моей все еще открытой сумки. — Твоя способность собирать урожай жизни обусловлена жизнью вокруг. Если ты не будешь получать достаточно энергии, то это повлияет на твою силу.
— Хочешь сказать, что это повлияет на меня, — осознание ситуации и вспыхнувший страх заставили мои пальцы отпустить шнурки, а сердце екнуть. — Как на Люцифера.
— Я этого не говорил.
— Но подумал, — теперь я поняла, откуда шло все это сдерживаемое напряжение. По моему телу распространилось ощущение пустоты. Я уже смирилась с тем, что могла умереть. И я была готова отдать жизнь, если бы это было необходимо для спасения моих братьев и многих других, но у меня не укладывалось в голове, что я могла стать чем-то похожим на моего гребаного предка.
— Нет, Ривер, я не думал об этом. Ты же до сих пор чувствуешь связь. Мы должны убедиться, что ты все еще можешь использовать силу в полной мере.
Кобаль не стал бы лгать. Если бы он действительно думал и беспокоился об этом, то сразу сказал бы, но теперь эта идея прочно засела в моей голове.
Глубокий вдох. Один день за раз, одна минута за раз — только так можно было пройти через все это.
— Ну, вообще-то ты совсем недавно чувствовал искры от потока жизни, — напомнила я, надеясь заставить Кобаля улыбнуться и разрядить обстановку. Но это не сработало, судя по решительному взгляду демона.
— Я не ощутил изменений, но ты чувствуешь мир вокруг по-другому. Мы должны понять, как это повлияло на тебя.
— Ладно, скоро мы все узнаем.
— Сейчас.
Сейчас мне хотелось только одного — спать, но по выражению лица Кобаля я понимала, что он не успокоится, пока не выяснит правду. Я была уверена, что Кобаль не сумел бы заснуть, если бы я отказалась исследовать чужеродный поток жизни.
Глубоко вдохнув, я положила руку на землю. Под моими пальцами закружилась скрытая в недрах пульсация жизни, встречая меня. Легкая улыбка заиграла на моих губах, когда начала формироваться замысловатая связь. Возможно, этот район изобиловал иными ощущениями, тем не менее поток жизни все еще находился в земле, напоминая знакомое, уютное одеяло, окутавшее меня.
— Энергия медлительна, — пробормотала я. Вокруг рта Кобаля образовались морщинки, когда он сжал губы. — Но я чувствую ее и могу призвать.
Заверение не возымело ожидаемого эффекта. Кобаль все также неподвижно стоял передо мной. Закрыв глаза, я погрузилась глубже, нащупав медленную пульсацию под пальцами и потянув ту вверх. Сила прошла сквозь мою ладонь и поднялась в предплечье. Я взглянула на руку, практически ожидая увидеть черноту, бегущую по моей коже или под ней, так как поток ощущался как смола, но перед моим взором предстали золотисто-голубые искры вместо золотисто-белых.
Они были более темного цвета, нежели обычно. Искры танцевали на моих пальцах, как маленькие молнии. Я не сумела сдержать улыбку, когда искорки обвились вокруг моего запястья и переместились к локтю.
— Сформируй шар, — приказал Кобаль.
Повернув вторую руку, я позволила искрам вырасти и слиться в единое целое. По мере привыкания поток из земли стал приходить ко мне легче. Энергия начала поступать в шар. Ухмыльнувшись, я подбросила шар, затем перевернула его пальцами и заставила вращаться так быстро, что из него посыпались искры. Как и искры на моих пальцах, энергия, формирующая шар, была темнее по цвету, но я чувствовала сосредоточенную в ней силу.
— А теперь брось его в меня, — пробормотал он.
Я резко подняла голову, услышав его слова. Прежде чем я успела ответить, Кобаль ринулся ко мне. Зная, что он задумал, я перевернула ладонь, отправляя шар обратно в землю. На земле остался обугленный след, от которого поднимался дым.
— Нет, этого больше не повторится, — процедила я сквозь зубы.
Кобаль провел рукой по растрепанным волосам.
— Ты должна проверить свои силы, Ривер.
— И я только что их проверила. Шар выжег землю так же, как и всегда. Нет никакой разницы за исключением того, что сначала мне было немного сложнее притянуть силу, но по мере привыкания мне становится все легче. Однако, причинение тебе боли равносильно тому, что бы ты ощутил, если бы навредил мне.
— Я бы никогда не обидел тебя.
— Знаю! Но если бы это случилось, то что бы ты почувствовал?
— Это уничтожило бы меня.
— То же самое я чувствовала прошлой ночью, когда ты использовал мою силу. Я больше не буду этого делать! — я не могла перестать топать ногой даже несмотря на то, что со стороны это выглядело как капризы. Кобаль должен был понять.
Закрыв глаза, он кивнул и повернулся, чтобы продолжить собирать наши вещи.
— Кобаль, — он взглянул на меня поверх своего напряженного плеча. — Я сумею справиться.
— Знаю.
— Тогда расслабься хоть немного.
Я подошла и встала перед Кобалем. Мои пальцы пробежались по его коже, обрисовывая метки и рисунок огня на руке. Метки дрожали под моими прикосновениями, когда с кончиков моих пальцев вылетали искры. Кожа Кобаля потеплела, а дыхание замерло, когда я погладила свежий след от укуса, который оставила на его плече. Я поднялась на цыпочки, чтобы поцеловать его в губы, когда движение справа привлекло мое внимание. Нахмурившись, я повернула голову, чтобы посмотреть на призрачное видение среди деревьев.
— Анжела, — прошептала я.
Кобаль быстро развернулся, выставив руку, чтобы оттолкнуть меня от несуществующей угрозы. Я схватила его за предплечье, останавливая, и уставилась на девчушку. Сквозь ее тело я видела молодые деревья и подлесок, выстилающий землю. Анжела стояла неподвижно. Ее светлые волосы рассыпались по плечам, а зеленые глаза мрачно взирали на нас. Кобаль посмотрел из стороны в сторону, ища незваного гостя в лесу.
— Ты тоже не видишь ее, — пробормотала я.
— Кого? — спросил он, выпустив клыки и сверкнув глазами цвета расплавленного золота.
— Маленькую девочку. Она стоит прямо перед нами, наблюдая. Сначала, заметив ее из дома, я решила, что она лишь плод моего воображения. Затем я предположила, что Анжела, возможно, является каким-то призраком, но она более яркая, чем любое привидение, вот только ты тоже не видишь ее… — мой голос затих, пока я пыталась разгадать эту головоломку.
— Почему ты ничего не говорила о ней?
— Она не из плохих.
— Ты не знаешь наверняка.
Мои пальцы впились в его руку, пока Кобаль не повернулся, чтобы посмотреть на меня.
— Знаю.
Его мышцы немного расслабились, но я все еще чувствовала враждебность, исходящую от тела Кобаля, когда он повернулся, чтобы посмотреть в указанном мной направлении.
— Ты все еще видишь ее? — спросил он.
— Да.
Пока я смотрела на Анжелу, она подняла руку и указала туда, где мы оставили нашу группу. Мое сердце ушло в пятки.
— Мы должны вернуться! — выпалила я. Кобаль наклонился, чтобы поднять наши сумки, но я схватила его за руку. — Немедленно, мы должны срочно вернуться.
Отпустив руку Кобаля, я развернулась и побежала к лагерю. Я не обращала внимания на подлесок и деревья, рвущие мои брюки и рубашку, перепрыгивая через лежащие стволы и уворачиваясь от препятствий на своем пути. Кобаль держался рядом, хотя был намного быстрее и мог добраться до них раньше меня.
— Оставь меня! — закричала я, когда его рука остановила ветку дерева, чуть не ударившую меня по лицу.
— Никогда.
— Кобаль, ты должен. Что-то не так.
— У тебя было видение?
Может, маленькая Анжела действительно была видением. Просто моя сила выбрала новый способ проявить себя.
— Я просто знаю!
В ту же секунду, как слова слетели с моих губ, раздались выстрелы, а крики разорвали тишину ночи. Мои легкие горели, а ноги казались резиновыми, но я продолжала бежать.
— Поспеши! — крикнула я.
Вместо того чтобы оставить меня позади, Кобаль развернулся, схватил меня за талию и поднял. Мои ноги инстинктивно сомкнулись вокруг него. Я прижалась к груди Кобаля, пока он быстро преодолевал расстояние до лагеря. Мне пришлось уткнуться головой в его плечо, чтобы ветки не хлестали меня по лицу.
Несмотря на дополнительную ношу, он едва успел вспотеть к тому времени, как мы покинули лес. Дыхание Кобаля было не быстрее, чем обычно. Я подняла голову и увидела незнакомые фигуры, снующие между деревьями. Люди стреляли в существ, пока они нападали на тех, кого могли поймать. Лица и фигуры нападавших были скрыты кроваво-красными плащами, покрывавшими их с головы до ног.
Кобаль побежал еще быстрее, когда раздались новые выстрелы. Я заметила, как Хок бросился на одну из фигур, которая в кого-то вцепилась. Хок скалил зубы, пока прыгал на врага, но существо одним лишь взмахом руки отбросило мужчину.
Варгас тоже ринулся в драку, чтобы попытаться помочь, но не успел сделать и двух шагов, как был сбит с ног другой фигурой. Тишина наполнилась шквалом выстрелов. Существо на Варгасе взвыло и отпрыгнуло, прежде чем скрыться за деревьями.
— Держись! — произнес Кобаль мне в ухо, прежде чем резко поднять руку.
Огонь вырвался из его пальцев, проскользил по земле и поразил одно из существ в плаще. Тварь взвыла от боли, когда ее тело вспыхнуло, словно трут. Я уставилась на то место, где меньше секунды назад стоял враг, но у меня не было времени рассматривать, так как Кобаль остановился и выпустил еще одну стену пламени на убегающих существ.
Я не знала, что мной двигало, но я убрала одну руку с шеи Кобаля и схватила его за предплечье. Огонь вырвался из моей ладони, сильнее раздувая пламя Кобаля, из-за чего тот так осветил поляну вокруг нас, будто наступило четвертое июля.
В нем было столько силы. Огонь ласкал мою кожу, согревая тело и заставляя меня дрожать. Кобаль крепче обнял меня за талию второй рукой, прижимая к себе, пока пламя продолжало освещать поляну.
Связь избранных делало демона сильнее. Кобаль упоминал об этом, говорил, что это было одной из причин, по которой Люцифер хотел разлучить нас, но, когда пламя заплясало на наших руках и вокруг запястий, я впервые по-настоящему все осознала. Наша сила росла и сливалась в единую связь, которая наэлектризовала мою кожу.
Закутанные в плащи фигуры закричали и побежали в лес, двигаясь с легкой грацией духов или призраков, но наш огонь не уничтожил бы ни одну из тех тварей так, как этих существ.
Словно на него вылили ведро воды, огонь перестал исходить от Кобаля, втянувшись обратно в его тело. Вместе с его пламенем пропало и мое.
Я едва могла думать, так как мой разум крутился вокруг произошедшего.
— Связь избранных делает нас сильнее, — с трудом выдавила я.
— Да.
— Так вот почему твое пламя не обжигает меня?
— Отчасти. Еще я могу контролировать свою силу лучше, чем ты. Если я не хочу что-то сжигать, то не сжигаю.
— Поразительно.
Я убрала ноги с талии Кобаля и отступила, осматривая нанесенный вред поляне. Трава, которая раньше была зеленой, теперь почернела, а молодые деревья превратились в обгоревшие зубочистки. На земле остались выжженные следы от тварей, которых поджег Кобаль. Кто-то жался к машинам, кто-то плакал, кто-то ухаживал за ранеными, а кто-то, казалось, был готов начать стрелять в первое, что шевельнется.
— Что это за существа? — спросила я.
— У меня есть идея, но, не видя лиц, я не уверен.
Я вздрогнула от звуков рыданий и стонов боли. Затем я шагнула к Варгасу, лежащему на земле рядом с Бейл, но Кобаль снова притянул меня к себе.
— Она позаботится о нем, — заверил Кобаль.
Я искала взглядом Хока и Эрин, но так и не обнаружила места падения мужчины из-за дыма, окутывающего нас. Кобаль, все еще прижимая меня к боку, направился к Корсону. Демон носил две красные серьги, которых не было при нашей последней встрече.
— Канагские демоны, — заявил он, прежде чем Кобаль успел спросить.
— Это кто? — заинтересовалась я.
— Ты знаешь их как инкубов и суккубов, — пояснил Кобаль.
— Серьезно? — выпалила я, прежде чем поняла, что это был глупый вопрос. Учитывая все, что мы видели, меня не должно было удивлять существование подобных тварей.
По крайней мере, я не получила саркастичного ответа. Оба демона просто уставились на меня, а затем отвернулись.
— Нам нужно оценить ущерб. Иди и собери всех, — обратился Кобаль к Корсону.
Кобаль крепче обнял меня, когда Корсон отправился обходить лагерь, и мы зашагали в противоположном направлении. Я продолжала искать Хока и Эрин, но нигде их не видела. Когда мы остановились у грузовика, на котором приехали сюда, у меня в животе возникло неприятное чувство.
Варгас стоял у машины, прислонившись к кабине и положив одну руку на голову, а второй прижимая одноразовый пакет со льдом к виску. Его правый глаз практически заплыл, а из уголков губ сочилась кровь.
— Три машины уничтожены пулями, которые попали в двигатели и бензобаки, — заявил Моракс, когда подошел к нам, стуча хвостом по земле.
— Они кого-нибудь убили? — спросил Кобаль.
— Нет, но забрали пятерых людей, — ответила Бейл.
— Мы должны их найти! — выпалила я.
— Мы не можем задерживать миссию из-за пятерых человек, — возразил Кобаль. — Слишком многое поставлено на карту. Каждая упущенная секунда увеличивает вероятность взлома очередной печати.
— Двое из похищенных — это Хок и Эрин, — пробормотала Бейл.
— Нет, — прошептала я, а мое сердце сжалось в груди.
Мускул на челюсти Кобаля дернулся. Он сжал ладони в кулаки и покачал головой.
— Мы не можем остановиться и начать поиски.
Я стиснула зубы, сердито посмотрев на Кобаля. Он был прав, и я знала это. Жизни пяти человек — ничто по сравнению с миллионами, но я не собиралась уходить до тех пор, пока хотя бы не попытаюсь найти солдат.
— Это два наших лучших бойца, — заметила я, зная, что разум, а не эмоции, был лучшим способом переубедить Кобаля. — Они отлично проявили себя в плохих ситуациях и являются лидерами. Многие здесь не могут похвастаться тем же.
Я проглотила слова о том, что также они были моими друзьями. Единственными друзьями, которых я приобрела с тех пор, как приехала сюда. Это не изменило бы решение Кобаля. Он понимал, что такое верность и дружба. Кобаль отдал бы свою жизнь за Корсона и Бейл, но я знала, что если бы кого-то из демонов схватили, то он бы не пошел за ними. Впрочем, они ожидали бы этого, так как нужно было завершить миссию. Возможно, Эрин и Хок тоже не уповали на спасение, но я не могла отступить.
Варгас подошел к нам ближе. Я чувствовала его неодобрение по тому, как он расправил плечи, по морщинкам вокруг рта и глаз, по плотно сжатым губам. Варгас собирался сделать все, что сочтет нужным. Он был солдатом, а я — нет.
— Варгас все еще здесь. Он тоже лидер, — возразил Кобаль. — К тому же у нас есть отличные бойцы. Корсон…
— Я про людей, — добавила я. — Нам нужно больше людей, способных вести за собой. Капитан Тресден бесполезен, как и все остальные.
— Варгас, — напомнил он.
Расправив плечи, я впилась взглядом в Кобаля.
— Я не уйду, не попытавшись хотя бы найти их. Мы все равно останемся здесь до утра. Значит, стоит попробовать.
— Слишком опасно идти ночью. Каждый солдат знал, что подобное может произойти. Значит, они в курсе, что могут быть брошенными, если это будет необходимо для миссии.
— Ты забываешь, что я никогда не была солдатом. Меня привела сюда сама судьба, и, возможно, жизни пяти человек мало что значат по сравнению с общей картиной, но я не собираюсь отказываться от Хока и Эрин. Они бы не оказались от меня.
— Ты и есть миссия. Конечно, они не отказались бы от тебя.
Я посмотрела на него так, словно он дал мне пощечину.
— Пошел на хрен! — слова сорвались с моих губ прежде, чем я поняла, что собираюсь их произнести.
Очевидно, такт и дипломатия Кобаля передались мне, так как я совсем забыла о попытках сдерживать эмоции в пользу разума. Заявление настолько вывело меня из себя, что мой мозг просто отключился. Демоны и Варгас на шаг отступили от нас. Люди, которые искали защиты и собрались вокруг, тоже отошли.
Ноздри Кобаля раздулись. Он прищурился, глядя на меня.
— Пошел на хрен?
— Да, пошел на хрен! — «
Хладнокровие и собранность, которые сейчас преобладали в Кобале, нервировали меня больше, чем если бы он тоже кричал и матерился.
— Как я полагаю, твоих братьев тоже на хрен?
У меня перехватило дыхание, будто кто-то нанес мне удар по дых. Я бы сделала все ради Гейджа и Бейли. Но какой бы сильной не была моя любовь к братьям, я всегда буду ненавидеть себя за то, что бросила своих друзей.
— Это низко, — огрызнулась я.
— Это правда, — ответил он. — Я не собираюсь рисковать тобой, отправляясь на поиски людей.
Кобаль покачнулся на пятках, окидывая меня небрежным взглядом, но я знала, что он выжидал, словно гремучая змеи, готовая атаковать. Я была уверена, что при необходимости Кобаль перекинул бы меня через плечо и унес бы отсюда. Но если бы он попытался провернуть подобное, то я бы поразила его шаром из потока жизни.
— Нет, правда состоит в том, что мы не поворачиваемся спиной к нуждающимся. Не бросаем их. Я не оставлю людей на произвол судьбы, к тому же учитывая то немногое, что я знаю об инкубах и суккубах, это будет ужасно.
Головы тех, кто окружал нас, так быстро закивали, что это могло бы показаться комичным, если бы я не чувствовала, что уже проиграла эту битву. Я была расстроена, и только тонкая нить удерживала меня от потери самоконтроля.
— Ты сядешь в этот грузовик, — произнес он.
— Нет, не сяду.
Кобаль подошел ко мне, наклонился и поднял.
— Прекрати! — прошипела я, не желая брыкаться и орать так, как мне того хотелось. Я собиралась попытаться сохранить то немногое достоинство, которое у меня оставалось, поэтому решила сделать все совершенно по-другому. — Кобаль, отпусти меня.
Не обращая на меня внимания, он открыл дверцу грузовика. Не говоря ни слова, Кобаль втолкнул меня внутрь. Я хотела выпрыгнуть обратно, но он наклонился так, что его лицо оказалось всего в нескольких дюймах от моего. Его глаза приобрели цвет расплавленного золота, а от безжалостного выражения лица у меня перехватило дыхание.
— Я привяжу тебя к машине, если понадобится! — рявкнул Кобаль.
— Если ты сделаешь что-то подобное, то я никогда не прощу тебя. Это не то же самое, что оторвать голову тому, кто пытался меня убить. Защита меня…
— То же самое! — рявкнул он.
— Нет, не то же самое, — я глубоко вдохнула, чтобы успокоиться, а затем продолжила: — Такое решение полностью игнорирует мои чувства, противоречит моим желаниям. Сейчас ты утверждаешь, что тебе неважно то, что я ощущаю по данному вопросу.
— Проблема лишь в том, что я очень оберегаю тебя. Выйди из грузовика, и это будет последний раз, когда ты могла свободно передвигаться, — с этими последними словами он захлопнул дверь.
Во мне боролись обида и печаль. Я наблюдала в боковом зеркале, как Кобаль присоединился к остальной группе. Я знала, почему он так поступал, знала, как сильно его беспокоила возможность моей смерти и как сильно он меня любил, тем не менее мне потребовалось все самообладание, чтобы не взорвать дверь грузовика и не пнуть Кобаля по зад так сильно, что он не смог бы сидеть в течение недели.
Хоть это и было чрезвычайно заманчивая идея, я не поступила так. Существовал лучший способ, точно существовал. Я уставилась в лобовое стекло, стиснув зубы и изучая ночь, все еще освещенную угасающим пламенем. Попытка поговорить с Кобалем ничего не дала. Он не изменил решения и грозил привязать меня к грузовику. Если я сейчас надавлю на него, а он свяжет меня, как скотину, то наши отношения безвозвратно изменятся, и не в лучшую сторону.
Я ненавидела то, что только что сделал Кобаль. Я не дам забыть ему этот момент до конца своих дней. Тем не менее я могла бы понять и все простить, если бы нашла способ добраться до Хока и Эрин.
Глава 36
Я не сводил глаз с напряженной спины Ривер, которая продолжала сидеть в грузовике, кипя от злости. Не имело значения, что она злилась или что я ненавидел доводить ее до бешенства. Все, что было важно, — сохранить жизнь Ривер. Спасать пять похищенных человек было риском, на который я не мог пойти, даже если бы начал уважать Хока и Эрин.
Канагские демоны были не тем видом, с которым следовало связываться Ривер, особенно если эта группа похищала людей. Канаги питались сексуальной энергией, но редко забирали тех, кто не хотел секса с ними, к тому же люди не могли продержаться достаточно долго, чтобы удовлетворить демонов. Я подозревал, чья именно группа забрала друзей Ривер. Но если я был прав, то точно не хотел, чтобы Ривер оказалась рядом с той отвратительной сукой.
Я не очень хорошо переносил опасность для жизни моей избранной.
Когда-нибудь Ривер простит меня, ей придется это сделать. Отвернувшись, я стал помогать собирать разбросанные припасы и приводить в порядок перевернутые грузовики. Корсон бросил на меня недовольный взгляд, когда швырнул ящик с водой в кузов.
— А что бы сделал ты? — требовательно спросил я.
— Только не это, — вмешалась Бейл. — Если бы какой-нибудь парень поступил так со мной, то я бы повесил его яйца себе на шею.
Корсон вздрогнул и инстинктивно прикрыл рукой промежность.
— Черт, Бейл.
Она откинула прядь своих огненных волос.
— Но это правда. Судя по тому, что я знаю о твоей избранной, Кобаль, она не испугалась и не решила отступить. Ривер что-то замышляет, поверь мне.
Я посмотрел в сторону грузовика, где оставил Ривер. Последние полчаса она даже не двигалась. Час назад девушка таяла в моих объятиях, а теперь желала поджарить меня, если бы я подошел ближе.
— Я не хочу, чтобы она приближалась к канагам. Ты не хуже меня знаешь, что эта миссия важнее пяти человеческих жизней.
— Только не для нее, — тихо заметила Бейл. — Ты повторяешь прошлые ошибки, забывая, что она человек, а не солдат, как остальные. Большинство из этих людей служили у стены и участвовали в сражениях по крайней мере пять лет. Намного дольше, нежели Ривер. Они более закаленные, чем она. Ривер пробыла с нами всего несколько месяцев. Солдаты подчинялись правилам, которым она отказывалась следовать с самого начала.
Я продолжал смотреть на затылок Ривер, но затем отвернулся. Бейл была права, но и я тоже.
— Я принял решение и не изменю своего мнения.
— Не могу дождаться, когда увижу, чем это обернется для тебя, — ответила Бейл с улыбкой.
— Такт, Кобаль, ты действительно должен научиться использовать его время от времени, — добавил Корсон.
Я схватил с земли рюкзак и бросил тот в кузов грузовика.
— Я оставил наши сумки у озера, — вспомнил я.
— Я принесу их, — предложил Корсон.
Он побежал через поляну к опушке леса. Снова взглянув на грузовик, я почувствовал приступ паники, так как понял, что Ривер там не было. Я ринулся к грузовику. Вцепившись в дверную ручку, я увидел, что девушка свернулась калачиком на сиденье, положив голову на руки.
Ее пристальный взгляд сосредоточился на мне. Ривер вздернула подбородок, прежде чем отвернуться.
— Ты простишь меня.
Я знал, что Ривер услышала слова, но она даже не взглянула в мою сторону. Хлопнув ладонями по крышке пикапа, я повернулся и зашагал обратно к ухмыляющейся Бейл.
— О да, я определенно не могу дождаться ее ответной реакции, — отчеканила она и отвернулась.
Видимо, для женщины было достаточно сочувствовать бедственному положению другой женщины, чтобы забыть о столетней дружбе. Я хмуро посмотрел на спину Бейл, прежде чем вернуться к сбору припасов.
Вскоре из леса выбежал Корсон, быстро достигнув грузовика, в котором сидела Ривер, чтобы бросить наши сумки в кузов.
— Чем она занимается? — спросил я, когда он подошел ко мне.
— Похоже, спит.
— Хорошо, — я обернулся, когда к нам подошли люди. В свете луны мне удалось разглядеть их изможденные лица и темные круги под глазами. Как бы мне ни хотелось двигаться дальше, солдаты были истощены.
Корсон постоянно напоминал мне про такт. Возможно, оставаться здесь, пока нас до сих пор окутывал дым, было не самым мудрым решением, но люди не могли продолжать путешествие.
— Мы отдохнем до рассвета. А затем снова отправимся в путь, — некоторые солдаты кивнули в ответ на мои слова, но большинство нервно оглядели поляну. — Сегодня канаги больше не вернутся, — заверил я.
Солдаты сгорбились и закивали в знак согласия. Их облегчение было почти осязаемым. Отойдя, я вернулся к грузовику и заглянул внутрь, осмотрев спящую фигуру Ривер. Живая и невредимая. Я уверял себя, что только это имело значение, и жаждал прямо сейчас обнять Ривер, но знал, что она не подпустит меня к себе еще некоторое время.
Я сосредоточился на луне, висящей над деревьями. А если я сам пойду за людьми?
Я бы сумел найти и вернуть их, но тогда Ривер осталась бы здесь одна, беззащитная перед нападением. А отправлять кого-то другого, рискуя их жизнями, я просто не мог. Мы не имели права отдавать еще больше жизней за уже потерянные. Я хотел заставить Ривер понять это завтра после того, как она немного поспит.
Грузовик пошатнулся под моим весом, когда я забрался в кузов и сел спиной к кабине. Я старался не смотреть на сумки Эрин и Хока, сложенные вместе с припасами. Может, они и были людьми, но солдаты хранили верность Ривер и миссии. Они заслужили больше, чем получили.
Я прислонился головой к грузовику, когда Корсон и Бейл тоже забрались в кузов. Они стали готовиться ко сну, а я просто наблюдал за ними. Закрыв глаза, я откинул голову, хотя знал, что сегодня мне не удастся заснуть.
Мои глаза распахнулись, когда два часа спустя из-за горизонта показалось солнце. Я так и не заснул, но задремал на несколько минут до восхода солнца. Поднявшись на ноги, я выпрыгнул из пикапа и подошел к пассажирской двери. Моя рука замерла на ручке, когда я увидел пустое сиденье.
Невозможно!
Кровь взревела в моих ушах. Я так сильно вцепился в ручку, что она сломалась под моим натиском. Обхватив пальцами край двери, я распахнула ту с громким металлическим скрежетом, который разбудил Корсона и Бейл. Они ошеломленно заморгали, когда я сорвал с грузовика дверцу и отшвырнул ту в сторону.
Я замер, ощущая сухость во рту и дрожь в теле от желания разорвать машину на куски голыми руками. Мои глаза остановились на дыре в полу со стороны пассажира. Ривер выжгла дно грузовика. Значит, она отлично контролировала свою силу…
Но это было невозможно. Я бы почувствовал вонь от сгоревших дотла металла и пластика. Хотя в итоге ничего не заметил.
Потом я понял, что Ривер сделала это не с помощью демонических способностей. Нет, это была хитрая ангельская сторона ее натуры. Использование пульса жизни было единственным объяснением отсутствия дыма и запаха.
Бейл и Корсон встали за моей спиной. Должно быть, они увидели дыру в полу одновременно с тем, как ахнули и отступили.
Мое внимание привлек листок бумаги на приборной панели. Я схватил его и прочитал нацарапанные слова.…
«
***
Как только мне удалось незаметно выбраться из грузовика, я побежала в лес, решив как можно дальше отдалиться от лагеря, прежде чем Кобаль заметит мое исчезновение. У меня было около часа, прежде чем Кобаль осознает случившиеся. Вот только я не была уверена, что этого времени было достаточно. Кобаль отправиться за мной, уничтожая все на своем пути, чтобы добраться до меня.
Чего я никак не ожидала, так это встретить прятавшегося в лесу Варгаса.
— Что ты здесь делаешь? — зашипела я.
— Я знаю, что ты не очень хорошо выполняешь приказы. Значит, мне оставалось лишь ждать, когда ты найдешь способ выбраться из грузовика и отправиться за похищенными.
— Я не вернусь.
— Я и не прошу об этом.
— Раньше ты не возражал против того, чтобы оставить их здесь.
Его губы изогнулись в улыбке.
— Я понимаю, что мы должны сосредоточиться на миссии, но, как заметил Кобаль, миссия — это ты, значит, мы обязаны защищать тебя, — ох, как бы разозлился Кобаль, услышав такие слова Варгаса. — Я позабочусь о твоей безопасности. Кроме того, они и мои друзья. Однако, если мы выживем, то не могла бы ты отговорить Кобаля от попытки убить меня?
Я ухмыльнулась.
— Договорились. Нам пора уходить.
Он кивнул в знак согласия и последовал за мной в лес. Я бежала так быстро, что едва успевала замечать, как ветки хлестали по моему телу, царапая и повреждая одежду. Неожиданно я рухнула на склоне холма. Варгас выругался и чуть не потерял равновесие, поскользнувшись на мокрой листве, покрывавшей землю. Его дыхание громко звучало рядом, но ни один из нас не стал мешкать. Мы не могли терять время.
Через четверть мили я поняла, как мне повезло, что Варгас предвидел мои действия и присоединился к походу. Я планировала бежать в том направлении, куда ринулись существа, в надежде каким-то образом наткнуться на тварей или на Анжелу, которая помогла бы мне найти дорогу.
Вместо этого Варгас следовал за черной кровью, оставленной ранеными демонами, которые скрылись в лесу. Кровь, которую я никогда бы не заметила даже при помощи маленького фонарика, который Варгас держал зажатым между зубами. Солнце выглянуло из-за горизонта, когда мы наткнулись на дорогу с брызгами крови, ведущую направо.
Тяжесть катаны, подпрыгивающей на моей спине, успокаивала, пока мы шли по следу. Мои руки опустились на пистолеты на боку, но это было запасное оружие. Пока мы бежали, я была сосредоточена на пульсе жизни, текущем вокруг. Каким-то образом мне удалось извлечь энергию из земли, находясь внутри грузовика. Я не знала, было ли это из-за паники или ярости, но нельзя было отрицать рост моей силы. Сейчас я бы поджарила каждого демона, стоящего на пути возвращения наших друзей.
Мои ноги и легкие горели, но, хоть все здесь было по-другому, земля подпитывала меня. Преодолев милю, Варгас жестом велел нам вернуться в лес. Спрятавшись за несколькими валунами, он снял рюкзак и протянул мне бутылку воды. Я чуть не сорвала крышку, чтобы глотнуть теплой воды. Закончив, я налила немного себе в руки и смыла дорожную пыль, прилипшую к лицу и ресницам.
Было так заманчиво прислониться к валунам и посидеть минутку, но времени для отдыха не было. Я практически чувствовала, как Кобаль дышит мне в затылок. Он в любом случае уже заметил мою пропажу. Значит, Кобаль, который двигался быстрее нас, пришел в ярость.
Я сделала еще один глоток воды и закрыла бутылку крышкой.
— Думаю, мы уже близко, — пробормотал Варгас.
— Почему? — поинтересовалась я.
— Вероятно, они охотятся неподалеку от того места, где живут.
Я снова посмотрела на дорогу.
— Пора выдвигаться.
Мы оставили валуны и побежали по небольшому холму к грунтовой дороге. Каждый мой шаг издавал глухой стук. Вокруг нас поднялась пыль, покрывая мою одежду, волосы и прилипая к поту, стекающему по лицу, но я не позволила себе замедлиться.
Не тогда, когда мы достигли границы тьмы.
Мы с Варгасом резко затормозили у края черного круга, образующего с помощью ветвей и лоз навес вокруг массивного сооружения. Лозы обвивали стены здания, не давая возможности обойти его сзади. Был только один способ попасть внутрь.
Присмотревшись повнимательнее к спутанным ветвям и лозам, я поняла, что лоза не была похожа на лозу Акалию. Это растение имело толстый, черный стебель и шипы длиной с мои пальцы. Я никогда не сумела бы полностью сомкнуть руку вокруг одного из них, если бы вообще осмелилась на прикосновение.
Подняв голову, я стала рассматривать стену в центре лоз. Серые доски были испещрены дырами и трещинами, каждая из которых была так или иначе искривлена, а некоторые прибиты к зданию невпопад. По меньшей мере половина досок покрывали темно-бордовые полосы.
Кровь?
Переключив внимание с досок и обескураживающих перспектив, я напрягла зрение, пытаясь рассмотреть помещение сквозь прозрачную красную материю, покрывающую все окна. Свет свечей, пляшущий за тканью, был единственным источником света в густых тенях, окружавших здание.
Бордель. Я не помнила, где слышала это слово, но оно идеально подходило этому месту. Бордель проклятых.
Я положила руку на оружие, пристегнутое к поясу. Сосредоточившись, я ощутила под ногами вялый пульс жизни. Мне нужно было сконцентрироваться на силе, так как она была нашим лучшим вариантом выбраться отсюда живым.
Какая плохая идея! Я не знала, ждала ли нас там смерть или что-то гораздо худшее, но было слишком поздно поворачивать назад, ведь мы уже прибыли. За мной гнался разъяренный демон, а Хок и Эрин были заперты внутри этого здания.
— Они узнают, что мы пришли, — заметил Варгас.
— Возможно, драки не будет, — мой голос прозвучал совсем не так буднично, как я того хотела.
— Я пойду один, — вызвался Варгас.
— Никто не пойдет туда один.
Его карие глаза впились в меня. Казалось, он обдумывал, что сказать.
— Наша миссия состоит в том, чтобы обеспечить твою безопасность.
Я не сумела сдержаться, чтобы не поморщиться. Все эти разговоры о миссии начинали действовать мне на нервы.
— Прекрати. Я не миссия. Я это я, и я иду туда.
Мой голос звучал гораздо храбрее, чем я себя чувствовала. По моей спине струился пот, а руки дрожали. Я зашла так далеко не для того, чтобы отступать.
— Сомневаюсь, что ты прислушаешься к моим доводам, — Варгас вздохнул.
— Не прислушаюсь, — подтвердила я.
Улыбка тронула уголки его полных губ, прежде чем мужчина снова сосредоточился на здании. Сделав глубокий вдох, я сконцентрировала внимание на чудовищном строении и шагнула вперед. Я чувствовала, как холодная рука смерти ползет по моей плоти, желая обхватить мою шею, когда мы оставили тепло солнца и оказались в тени лоз. Затаив дыхание, я замерла в ожидании нападения лоз, но они не пошевелились, даже когда я сделала еще один шаг.
Как только мы направились к покосившемуся крыльцу, я решила, что Кобаль, когда догонит, имел полное право убить меня. Я не сомневалась, что он найдет меня, но надеялась, что к тому времени мы уже поможем нашим друзьям и пойдем обратно в лагерь.
Мы почти добрались до крыльца, когда на верхней ступеньке лестницы материализовался мерцающий образ Анжелы. Мне было безразлично, что она беспрестанно указывала нам за спину и подпрыгивала на цыпочках, требуя, чтобы мы развернулись и ушли, поэтому я взобралась на первую ступеньку и продолжила идти. Девчушка начала махать руками и снова указала за наши спины. Ее рот открывался и закрывался в словах, которые я не могла услышать.
Анжела вытянула руки перед собой, будто хотела оттолкнуть меня, когда я шагнула с верхней ступеньки на крыльцо. В отличие от призраков, я не чувствовала никакого холода, когда проходила через нее. Она перестала размахивать руками. Когда Анжела повернулась, чтобы посмотреть, как мы остановились перед дверью, в ее глазах отразилась тревога. Если бы я не знала наверняка, то подумала бы, что в них блестели слезы.
Когда я взялась за дверную ручку, то та не поддалась. Я могла бы взорвать дверь шаром энергии или выстрелить в нее из пистолета, но существовала вероятность, что наши друзья находились близко к двери.
Бордель проклятых. И я собиралась постучать в дверь, словно это было какое-то другое место.
Я обхватила пальцами металлический, тяжелый молоток, висящий на двери. Я не знала, что за существо с клыками и заостренной мордой было прикреплено к дверному молотку, но молилась, чтобы подобная тварь не оказалась внутри.
Металл громко лязгнул, создавая эхо. Моя кожа покрылась мурашками, когда дверь распахнулась.
Глава 37
Преследуя Ривер, я уловил в воздухе ее аромат свежего дождя, а также более пряный и мужской. Варгас.
Трое солдат явно продемонстрировали, что были лояльны к Ривер, но я не ожидал такого бунта. Я хотел убить этого мужчину за то, что он пошел с ней, вместо того чтобы остановить.
Легко. Но его смерть давала мне гарантию, что Ривер навсегда откажется от меня. Раз я не мог придушить ее, то с радостью немного придушу его.
Судя по запаху, они были недалеко, но, на мой взгляд, все же слишком далеко. Пока я бежал, то заметил пятна черной крови среди листьев. Тошнотворно-сладкого запаха крови было недостаточно, чтобы сбить меня со следа Ривер, но я презирал эту приторную вонь. Они определенно следовали за канагскими демонами.
Как бы демоны поступили с Ривер, особенно если там была Лилит…
Я отбросил эту возможность. Я бы сошел с ума, если бы продолжал думать об этом. Взобравшись на небольшую насыпь, я выскочил на дорогу, где заметил еще больше кровавых брызг, усеивающих землю, и следы ботинок. Повернувшись, я направился по кровавому следу и все более выраженному и соблазнительному запаху Ривер.
Позади меня на грязной дороге раздались другие шаги, но я не оглянулся на Корсона и Бейл, так как знал, что они следовали за мной. Промедление даже на секунду могло стоить мне жизни Ривер.
***
Мы с Варгасом вошли в похожее на пещеру здание. Я изучала тени, пляшущие над большим помещением, в котором мы оказались, когда тяжелая дверь за нами захлопнулась. Я развернулась, но вместо какого-либо существа обнаружила лишь более светлые и темные тени, сливающиеся таким образом, что мое зрение затуманилось, а затем вновь вернулось в фокус.
«
Повернувшись, я снова сосредоточилась на помещении, ища кого-нибудь знакомого внутри большого, похожего на амбар здания. Карниз над нами провис. Сквозь трещины в потолке виднелись стебли лоз. Стоны наслаждения и горя раздавались то тут, то там, а от стен эхом отражались крики.
За прозрачным красным материалом, свисавшем со стропил до пола, были видны двигающиеся фигуры. Помещение практически не имело перегородок за исключением ткани, разделяющей весь нижний уровень на более мелкие похожие на комнаты секции и лестницы, ведущей на чердак и пересекающей пространство. Еще больше свечей отбрасывало тени на прозрачный материал, загораживающий чердак наверху.
Лестница с чердака вела к сцене в другом конце здания. Мое сердце екнуло, когда я увидела Хока и Эрин, лежащих на сцене с двумя другими солдатами, которые тоже были захвачены. Они казались спящими или без сознания. Я отказывалась верить в их смерть, так как тогда бы они, вероятно, перестали бы представлять ценность для окружающих нас существ. Я не знала, что случилось с пятым человеком, но у меня было довольно хорошее предположение, поскольку стоны становились все громче.
Бледные, тонкие пальцы сжали край красной ткани рядом со мной. У меня перехватило дыхание при виде розовых когтей, резко выделяющихся на красном фоне. Затем появилась голова, и на меня уставилась великолепная блондинка.
Из тени за ее спиной стали выходить мужчины и женщины, двигающиеся с неестественной грацией и обладающие завораживающей красотой. То немногое, что они носили, было настолько прозрачным, что не оставляло места для воображения.
Брови Варгаса, стоявшего рядом, поднялись практически до уровня роста волос. Он крепче стиснул пистолет, когда канагские демоны окружили нас. Твари заинтересованно склонили головы. В их взглядах отражалось любопытство. Существа облизывали губы и смотрели на нас с таким голодом, что мои рефлексы требовали немедленно сбежать.
Тем не менее я не сдвинулась с места, но только потому, что мои ноги словно приросли к полу. Впрочем, я также очень хотела, чтобы мои друзья вернулись в лагерь. Движение сверху заставило всех, кто приближался к нам, отступить на шаг. Мой взгляд сосредоточился на лестнице, по которой спускалась женщина, одетая в прозрачное, кроваво-красное платье, не скрывавшее ни одного изгиба ее тела. Юбка колыхалась вокруг ее икр, пока она двигалась с грацией балерины.
Я не могла оторвать от нее взгляд. Женщина остановилась у подножия лестницы, положив изящную руку на перила. Ее кроваво-красные когти соответствовали цвету волос, ниспадающих на плечи и грудь, обнаженной под прозрачным платьем. Секс сочился из каждой ее поры, и она знала это. Женщина немного высунула язык и облазила рубиново-красные губы. Ее изумрудные глаза изучали нас так, будто она рассматривала какого-то жука, которого собиралась растоптать.
Рядом со мной, словно под действием каких-то чар, стал покачиваться Варгас. Я схватила его за руку, чтобы удержать на месте. Словно придя в себя, солдат покачал головой и расправил плечи. Я еще минуту держала его за ладонь, прежде чем отпустить. Мне нужно было освободить руки.
Что могла сделать эта женщина? Сумела бы она заставить Варгаса против воли подойти к ней? Я слышала легенды об инкубах и суккубах, о том, что они питались людьми во время секса, но понятия не имела, на что они действительно были способны.
Было большой ошибкой приводить сюда Варгаса. Я не знала, чего ожидала от этих демонов, но ошибочно полагала, что если мы будем избегать их постелей, то сумеем беспрепятственно уйти.
Мне и в голову не приходило, что я столкнусь с притяжением, которым обладали существа. Я на сто процентов стоила Кобаля, так как заранее пообещала, что мы выберемся отсюда, вот только для начала мне нужно было лично убедиться в этом. Варгас последовал за мной в это проклятое место, теперь мне стоило позаботиться о том, чтобы он снова покинул бордель. Даже если для этого мне пришлось бы все здесь сжечь.
Расправив плечи, я снова сосредоточилась на слабом пульсе жизни под ногами. Силы было немного, но когда я копнула глубже, под доски, то почувствовала прохладную землю, которая словно сыпалась через мои пальцы.
Я могла бы, возможно, забрать жизненную силу у этих тварей, но предпочла бы не подходить к ним слишком близко в попытке сделать это. К тому же меня не покидало предчувствие, что пульс, который излучали демоны, был бы отвратительным. Однако, если дело дошло бы до драки, то я с наслаждением забрала бы у них жизнь.
Пульс просочился в меня, но, когда женщина шагнула к нам, я сдержала искры, готовые заплясать на моих пальцах. Я предпочитала, чтобы ни одно из этих существ не знало о моих способностях, если только в этом не будет абсолютной необходимости.
— Впервые добыча добровольно пришла к нам, — произнесла женщина хриплым голосом, который заскользил по моей коже, словно шелк.
От нее веяло вседозволенностью, которое теперь было направленно на нас. Варгас снова покачнулся, из-за чего в его глазах отразился шок. Он опустил голову, чтобы посмотреть на свои ноги.
Я должна была вытащить его отсюда!
Подняв подбородок, я выдержала ее взгляд и заговорила:
— Ты забрала наших друзей.
Она отбросила прядь волос за плечо.
— Даже если это так, то теперь они принадлежат нам, как и вы.
— Нет, не принадлежат, как и мы.
— Нет? — она рассмеялась, практически паря над полом, пока шла к нам. — Ты понятия не имеешь, во что ввязалась, дорогая, но скоро узнаешь.
Она обошла Варгаса по кругу, задев пальцами его руку, из-за чего мужчина застонал. Похотливая улыбка, которой она одарила меня, обнажила два маленьких клыка на ее верхней челюсти.
— Я могу отвести его наверх. Он даже не станет спорить. Наоборот, он побежит, спотыкаясь, чтобы добраться туда. А что касается тебя, — обратилась она ко мне. — То, что я буду вытворять с тобой, звуки, которые я заставлю тебя издавать, вынудят тебя молить о пощаде, но в итоге ты начнешь просить о продолжении.
Я сощурила глаза, когда она шагнула ко мне. Ее взгляд остановился на моей шее. Безжалостным толчком она отшвырнула Варгаса и бросилась на меня. Солдат споткнулся, но тут же восстановил равновесие и потряс головой, словно пытаясь прогнать охвативший его туман.
Ее руки сжали мою рубашку. Она потянула меня вперед, но я уперлась ногами в пол и схватила ее за запястья.
— Тебя пометили! — на меня обрушились ее недоверие и ярость.
— Отпусти! — прошипела я, сжимая ее запястья.
Один из ее ногтей разорвал мою рубашку и задел кожу, оставляя маленькие капельки крови на плоти. Женщина наклонилась, глубоко вдыхая. Мое сердце бешено заколотилось в груди, когда она посмотрела на меня из-под густых красных ресниц. Я бы сожгла эту суку, но не позволила бы питаться мной или моими друзьями. Вот только я не хотела начинать драку, ведь мы были в меньшинстве. Нет, если существовал хоть малейший шанс, что мы сумеем уйти отсюда без насилия.
— Аромат такой сладкий, ты полностью созрела, — пробормотала она. — Но от тебя пахнет демоном, — ее взгляд снова сосредоточился на отметинах на моей шее. — Не может быть…
Я встретилась с ее взглядом, когда она отстранилась. Злоба вспыхнула в изумрудных глубинах, а ее губы разомкнулись, снова демонстрируя маленькие клыки.
— Не может быть! — выплюнула она. — Только не человек, он бы не выбрал человека.
Кобаль говорил, что демоны поймут, кому я принадлежу. Очевидно, он был прав, но осознание того, кто был моим избранником, казалось, еще больше разозлило женщину. Мне каким-то образом удалось взять себя в руки, когда я указала на сцену.
— Мы пришли за нашими друзьями.
— Может, он и пометил тебя, но ты вошла в мое гнездо. Значит, теперь ты моя, как и твои друзья. Я сделаю так, что ты будешь истощена от такого сильного желания, что не вспомнишь ни своего имени, ни его.
— Попробуй, и я заставлю тебя кричать в агонии. Нам не нужна драка, просто позволь уйти с нашими друзьями.
Она рассмеялась, затем отпустила мою рубашку и погладила свою грудь, на которой сразу затвердели соски.
— Глупый человек, от канагского демона не спрятаться.
— Если ты знаешь, кто пометил меня, тогда понимаешь, что он уже близко.
— Но сейчас его здесь нет. Это наводит меня на мысль, что он осознал свою глупость, пометив человека. Мужчина-демон редко позволяет своей избраннице долго оставаться вне поля его зрения. И уж точно он никогда не разрешит ей прийти ко мне.
Я не могла объяснить этой женщине, что совершила, да и не собиралась пытаться. Ее приторный запах окутал меня, угрожая удушением, когда она наклонилась ко мне. Покончив с попытками быть милой, я подняла руки и оттолкнула ее на шаг назад. Она буквально плюнула от злости, прежде чем пришла в себя. Я думала, что она бросится на меня и разорвет на куски своими когтями, но женщина даже не пошевелилась. Она впилась в меня своим взглядом и провела рукой по переду своего платья.
Ропот пробежал по толпе. От канагских демонов исходило возбуждение, когда они направились к нам.
Глава 38
Женщина даже не изменилась в лице, когда набросилась на меня, со свистом рассекая воздух когтями. Я отпрыгнула, едва успев увернуться от смертоносного маха у моей шеи. Сейчас речь шла не о Кобале и не о тренировках. Эта женщина жаждала крови, моей крови. Она снова замахнулась, на этот раз желая нанести апперкот, который сломал бы мне челюсть и рассек яремную вену.
Отпрыгнув в сторону, я задела Варгаса, выдернув его из странного оцепенения. Он моргнул, затем достал пистолет и направил тот на женщину. Один из демонов ринулся вперед. Тварь ударила Варгаса по руке, заставляя выронить пистолет. Оружие с грохотом упало на деревянный пол. Варгас замахнулся на демона, но тот уже отскочил, наблюдая за женщиной, которая кружила вокруг меня, как акула, охотящаяся за своей добычей.
Она снова атаковала, дико размахивая руками в нарастающем отчаянии. Прежде чем женщина добралась до меня, мир исчез, а в моей голове промелькнуло дальнейшее развитие драки. Остались только я и она. Я видела каждое ее движение за несколько секунд до реальности. Странное чувство спокойствия снизошло на меня, пока я перемещала руки, блокируя каждый удар.
Когда тварь замешкала, я прислонилась спиной к балке, подняла ногу и ударила ее в грудь. Ошеломленные вздохи зазвучали в комнате, когда женщина отшатнулась и врезалась в другую балку.
Воцарилась тишина. Стук моего сердца отдавался в ушах. Женщина подняла на меня глаза. Ненависть горела в их зеленых глубинах, но также я видела там любопытство и недоверие. Варгас переводил взгляд с меня на женщину и обратно, когда та отошла от балки.
— Кто ты? — прошипела женщина.
— Мы пришли за нашими друзьями, приведи их, и мы уйдем, — отчеканила я.
Она окинула меня взглядом, и на какую-то долю секунды я почти поверила, что женщина согласится на мои условия. Но затем она атаковала так быстро, что мой разум успел осознать ее намерения только тогда, пока тварь практически оказалась на мне.
Прежде чем я успела среагировать на новый выпад, входная дверь распахнулась с такой силой, что сошла с петель, пролетела через всю комнату и ударилась о лестницу. Обломки дверного косяка дождем осыпались на обитателей помещения. Канагские демоны отскочили назад и закинули руки за головы, защищаясь от обломков. Они бросились врассыпную, открывая путь для злющего демона, вошедшего внутрь.
Варгас упал на пол и перекатился, чтобы добраться до пистолета. Заем мужчина вскочил на ноги, оказавшись близко к разрушенной двери. Обломки и шум не остановили женщину, и она снова замахнулась. Я увернулась от когтей, которые летели к моей груди, нырнув в сторону. Они врезались в балку позади меня, вырывая щепки из дерева и издавая такой скрежет, что стекла в окнах задрожали.
Упершись руками в грудь женщины, я оттолкнула ее и пригнулась, чтобы избежать смертельных когтей ее второй руки. Я еще не успела выпрямиться в полный рост, когда чья-то рука обхватила меня за талию и прижала к такой любимой груди. Я бы вздохнула от облегчения, если бы не почувствовала ярость, вибрирующую в мышцах демона.
Кобаль толкнул меня за спину, широко расставив ноги и сосредоточившись на женщине. Варгас встал позади меня, выглядя бледнее, чем обычно. Тем не менее его глаза снова стали ясными, будто та власть, которую имела над ним женщина, пропала.
Ненависть больше не искажала изящные черты женщины. Теперь ее лицо было таким спокойным, что заставило бы ангелов плакать.
— Кобаль, — улыбнулась она, покачивая бедрами.
— Лилит, — рыкнул он.
Она ухмыльнулась и откинула назад свои кроваво-красные волосы.
— Ты же знаешь, я только рада, если ты присоединишься к веселью. Не было никакой необходимости выбивать дверь.
— Я здесь не для развлечений, — ответил он, отталкивая меня назад на еще один шаг.
Я бросила на него недовольный взгляд, но мой протест умер из-за опаляющего напряжения и суровости его янтарных глаз. Если бы я надавила на него сейчас, то неизвестно, чтобы он предпринял. Кобаль оскалился, когда заметил капельки крови на моей коже. Его гнев обрушился на меня волной, которая, я могла поклясться, сдула волосы с моего лица.
Лилит перевела взгляд с меня на Кобаля, а затем презрительно усмехнулась. Прямо на моих глазах отметины на руках Кобаля задрожали в ответ на враждебность Лилит. Я ожидала, что гончие вырвутся из демона, но они остались в клетке, готовясь к бою.
— Ты не мог целенаправленно отметить ее, — недоверчиво пробормотала Лилит.
— Я отмечаю то, что принадлежит мне, — решительно заявил Кобаль.
Вокруг Лилит зашептались канагские демоны. Они опять отступили, освобождая больше места в центре похожего на пещеру помещения. В разрушенном дверной проеме появились тени, на мгновение заслонив небольшой лучик света, проникавший снаружи. Обернувшись, я увидела, как Корсон и Бейл зашли внутрь.
— Принадлежит тебе? — Лилит усмехнулась. — Ну же, Кобаль, мы оба знаем, что ты не сможешь довольствоваться одной женщиной до конца своих дней, — ее когти пробежались по передней части платья. Задержавшись на груди, она погладила свой живот, обнаженный благодаря вырезам по бокам прозрачного материала. — Я отчетливо помню, как это было, и, уверена, ты тоже помнишь.
Кровь отхлынула от моего лица так быстро, что я удивилась, как не потеряла сознание. Тем не менее я сохранила бесстрастное выражение лица, стараясь не выдать своего огорчения. Лилит красноречиво дала понять, что имела в виду. Она источала секс. Я была уверена, что она точно знала, как доставить удовольствие мужчине. Я была в курсе, что Кобаль не был святым, задолго до того, как начала спать с ним, но я даже не могла представить, что у него были подобные женщины.
— Отдай нам остальных, и мы уйдем, — ответил Кобаль, полностью игнорируя ее слова.
Рука Лилит замерла в ложбинке между грудью на обратном пути вверх по телу.
— Ты всегда можешь поделиться, — предложила она хриплым голосом. — Должно быть, она очень вкусная.
— Никто никогда не прикоснется к ней. Если попытаешься, Лилит, то это будет стоить тебе жизни.
— Она так молода и так неопытна. У меня немало желающих, которые могли бы научить ее, как заставить мужчину молить о большем. Я уверена, что ты помнишь, как я заставляла тебя молить о большем.
На этот раз я не сумела подавить дрожь от боли, которую причинили мне ее слова. Я ненавидела это место и всех этих тварей.
— Не помню, — ответил он.
Мне показалось, что на ее идеальных чертах лица промелькнуло, возможно, настоящее страдание. Но затем ее губы вновь изогнулись в улыбке.
— Ты будешь ценить ее еще больше, когда мои люди закончат обучение. Я могу это гарантировать.
Некоторые из устрашающе красивых мужчин выступили вперед. Их идеально точеные черты лица казались неестественными. Некоторые демоны окинули меня взглядом, прежде чем облизнуть губы. Один, с платиновыми светлыми волосами, обхватил свой твердый член и стал ласкать себя, продолжая смотреть на меня.
Быстро шагнув в сторону, Кобаль схватил демона за шею и резко повернул голову, уперев большой палец в челюсть мужчины. Я могла лишь стоять и таращиться на пламя, которое вырвалось из руки Кобаля, поглощая лицо кричащего демона. Глаза твари сгорели, когда огонь вырвался из глазниц и перекинулся на светлые волосы.
Кобаль отбросил пылающее тело в сторону, позволив тому упасть на пол, будто это был не более чем комар, которого он прихлопнул.
— Посмотрите на нее еще раз, и я сожгу вас всех дотла, — прорычал он остальным. Демоны широко раскрыли рты, неотрывно смотря на горящее тело павшего товарища.
Какой бы интерес ни проявлял ко мне кто-то из мужчин, тот мгновенно исчез. Они все посмотрели на меня, а затем сосредоточились на Лилит. Веселье и похоть исчезли из глаз Лилит. Теперь ее зрачки превратились в крошечные точки, сконцентрированные на Кобале с намерением убить.
Глава 39
— Это был мой слуга! — зашипела Лилит.
— У тебя есть другие, — спокойно ответил я, хотя меня так и подмывало сжечь это место, а затем схватить и утащить отсюда Ривер. Я хотел поцеловать ее так же сильно, как и задушить. Она угодила прямо в руки наших врагов.
Лилит перестала контактировать с другими канагскими демонами более тысячи лет назад. Она поработила некоторых из них своей могущественной древней кровью, а затем присоединилась к Люциферу после того, как я покинул ее постель, чтобы больше никогда не возвращаться. Теперь все, на что я мог надеяться, — вытащить отсюда Ривер до того, как Лилит отравит ее своими словами и действиями, но я знал, что она не оставит своих друзей без борьбы.
— Я заставлю тебя просить пощады у моих ног! — крикнула Лилит.
— Давай не будем впадать в истерику по этому поводу. Просто отдай нам мужчин и женщин, которых забрала. В этом случае больше никто не умрет.
— Я разорву ее на куски, — поклялась Лилит.
Я оскалился, когда гончие под моей плотью ринулись к моим пальцам. Они признали Ривер, поэтому любой, кто осмелился угрожать ей, рисковал своей жизнью. Глаза Лилит метнулись к моим рукам, когда знаки задрожали, а на моих пальцах заплясало пламя. Как только мы выйдем, то я сожгу это здание дотла.
Я бросил многозначительный взгляд на гончих, прежде чем снова сфокусироваться на Лилит.
— Кто кого разорвет на куски?
Лилит обольстительно улыбнулась, отбросив свою ярость и вернувшись к своей изначальной роли — соблазнительницы.
— Ну же, Кобаль, нам раньше было очень весело. Мы можем повторить, — она направилась ко мне, шагая по полу так плавно, что, казалось, ее ноги не касались досок. Ривер, стоящая за моей спиной, напряглась. — Ты ведь хочешь посмотреть, как я играю с этой девчонкой?
— Нет. Если твои слуги подойдут к нам, то я сожгу каждого. У меня заканчивается терпение, Лилит.
— Если причинишь вред хотя бы одному моему слуге, то я буду лакомиться ей до тех пор, пока от нее не останется ничего, кроме сморщенной оболочки.
— Лилит, — прорычал я.
Она остановилась в пяти футах от меня и выставила вперед бедро.
— Когда-то нам было хорошо…
— Один раз! — рявкнул я. — И я никогда не возвращался. Твои навыки соблазнения не так сильны, несмотря на самомнение.
За моим заявление последовал удивленный ропот канагских демонов. Для этой группы она была самой могущественной королевой, а слова, которые я произнес, были серьезным оскорблением. Любой демон возвращался после того, как испытал удовлетворение от канага. Одного раза всегда было недостаточно. Считалось, что их одурманивающий поцелуй навсегда заманивал жертву в ловушку, лишая разума от похоти и способности думать о чем-то другом. Канагские демоны питались сексуальной энергией партнера, в то время как тот растрачивался впустую.
В ту ночь, когда мы были вместе, я позаботился о том, чтобы не целовать Лилит. Риск развлечься с ней в постели был равен игре с огнем, но после всех разговоров о канагских демонах и особенно о самой Лилит я решил попробовать свои силы. Тогда я был моложе и глупее, а только что проигранная битва с Люцифером наполняла меня решимостью что-то завоевать. Это было опрометчивое решение и незабываемый опыт.
— Приведите их ко мне, особенно ее, — приказала Лилит своим подданым, указывая пальцем на Ривер. — Сейчас же!
Канаги стали переминаться с ноги на ногу, переводя взгляд с меня на Лилит. Они были любовниками, а не бойцами. Но эта группа демонов была полностью во власти Лилит, так как испытывала зависимость от ее крови. Лилит была исключительно сильной из-за сексуальной энергии, которую высасывала из бесчисленных демонов и людей в течение многих лет, но она не могла сравниться со мной. Если бы она напала, то встретила бы свою смерть. Ее последователи знали это, тем не менее не могли ослушаться ее приказов, к тому же они превышали нас численностью.
— Не обязательно прибегать к драке, — с порога заявил Корсон.
— Вы пытаетесь отобрать наши трофеи, — ответила Лилит. — Я не позволю, — ее пылающий враждебностью взгляд остановился на Ривер. Лилит провела языком по кончику своего клыка. — Она тоже никуда не уйдет. Они оба пришли сюда. Значит, они теперь принадлежат нам.
— У тебя нет шансов против меня, — заявил я.
— Мы превосходим вас численностью.
— Ты будешь первой, кого я убью, — в глазах Лилит не было страха, тем не менее она убрала руки за спину, а соблазнительная поза, которую она приняла, исчезла. — Может, твои слуги и превосходят нас численностью, но, когда я закончу с тобой, вскоре они потеряют свою королеву.
Ее клык рассек рубиновую губу. Струйка крови, выступившая из раны, заставила всех канагов вздрогнуть и начать похотливо блуждать руками по своим телам. Все демоны питались, как и Лилит, сексуальной энергией, но также каждый из ее слуг получал одну каплю ее крови в год. Капля, которая наполняла их таким же количеством энергии, как и подпитка от пяти демонов. Капля, которая удерживала их на крючке еще целый год и заставляла выполнять все ее приказы.
Я заметил, как позади Лилит зашевелился Хок. Он поднял голову, посмотрел по сторонам, а затем схватил Эрин за руку и потряс ее. Девушка заморгала, сосредоточившись на солдате. Хок прижал палец к губам, приказывая молчать. Затем он указал на двух мужчин, которые входили в состав нашей группы. Эрин кивнула и повернулась, чтобы разбудить одного из мужчин, в то время как Хок вытащил пистолет и направил тот на Лилит. Он встретился со мной взглядом, и я слегка кивнул.
— Значит, сумеешь остановить моих слуг? — пробормотала Лилит. — Когда они так голодны.
— Ривер, оставайся позади меня, — приказал я.
Протянув руку за спину, я схватил Ривер за предплечье и дернул в сторону. Хок выстрелил из пистолета. Лилит вскрикнула, когда пуля пробила ей спину и разорвала грудь. Я почувствовал дуновение ветра на своей щеке от пролетающей рядом пули, но не шелохнулся даже тогда, когда та попала в рядом стоящую балку. Канагские демоны вскрикнули от экстаза из-за запаха крови Лилит и бросились вперед, чтобы защитить свою королеву.
Я уклонился от острых когтей, а затем нанес удар огненным шаром, который поразил трех демонов, отправив их лететь в прозрачную материю, покрывающую комнату. Искры и языки пламени взметнулись вокруг людей и демонов, распростертых на подушках. Жертвы настолько сильно потерялись в чарах канагов, что едва двигались, несмотря на распространяющийся огонь.
Я шагнул в сторону и прижал Ривер к балке позади себя, когда Лилит попыталась обойти меня.
— Однажды ты уже ослушалась меня, но сейчас выполнишь приказ! Оставайся позади! — рявкнул я на Ривер.
Ее глаза расширились, а в фиалковых глубинах вспыхнуло пламя. Отвернувшись, я почувствовал, как огонь обвил мои запястья. В следующее мгновение я поднял руку и выпустил на свободу гончих. Ладони Ривер опустились на мои плечи. Ее прикосновение подарило мне дополнительную силу, из-за чего мою кожу стало покалывать, а гончие увеличили свою скорость. Благодаря ее прикосновению и волны силы, смешанной с моей, пламя поднялось еще выше над моими руками.
Гончие растоптали полдюжины канагских демонов своими массивными лапами, пока носились по комнате. Демоны вопили, когда их кости и хрящи трещали под натиском челюстей псов. Корсон и Бейл прокладывали себе путь от двери, уничтожая близстоящих тварей. Хок и Эрин вместе с остальными солдатами на сцене встали и стали стрелять, приближаясь к нам. Варгас стоял рядом со мной, стреляя в канагов, которые пытались незаметно подкрасться.
Лилит потеряла самообладание и сосредоточила свой смертоносный взгляд на Ривер. Я не мог оставить женщину в живых. Для нее не имело значения, хотел ли Люцифер сохранить жизнь Ривер. Лилит собиралась сделать все возможное, чтобы жизнь моей избранной закончилась.
Я продолжал удерживать Ривер у балки, когда Лилит прыгнула на меня, со свистом рассекая когтями воздух. Я схватил женщину за запястье и вывернул его, прежде чем ударить кулаком в ее нос. Кровь хлынула из ее некогда прекрасного лица, заставив канагских демонов снова закричать. В то же время мое пламя продолжило пожирать дерево.
Свободная ладонь Лилит впилась в мою руку, разрывая плоть до кости. Я почувствовал потрескивание силы Ривер на своем плече. Вдруг Ривер резко подняла руку из-за моей спины, и помещение озарилось вспышкой золотисто-белого света. Также, как и в случае с Азотом, взрыв энергии жизни струился из ладони Ривер. Он врезался в середину груди Лилит, отправив ее тело лететь прямо в Хока. Медный запах крови Хока наполнил воздух, так как прежде чем упасть на солдата сверху, Лилит успела полоснуть когтями по его боку.
Теперь неподвижное тело Лилит лежало поперек неподвижного тела Хока. Сквозь дымящуюся дыру в ее груди я видел живот Хока и кровь, просачивающуюся через его рубашку. Канаги замерли, когда сердце Лилит остановилось, а последние капли ее мощной крови разлились по полу. Вопли, которые издали канагские демоны, заглушили ревущий рокот разгорающегося пожара. Демоны падали вокруг своей королевы, обмазывая ее кровью лица и руки, чтобы с жадностью впитать остатки ее жизненной силы.
— Хок! — воскликнула Ривер.
Варгас и Эрин толкали демонов, стоявших на коленях вокруг мертвой королевы, в попытке добраться до своего друга, но канаги сопротивлялись. Ривер стала извиваться за моей спиной. Гончие продолжали бегать по комнате, поглощая свой обед. Корсон и Бейл убили нескольких канагских демонов, которые не успели добраться до королевы, и встали рядом с нами.
Я схватил Ривер за запястье и отступил в сторону, чтобы оттащить ее от балки.
— Присмотри за ней, — приказал я Корсону и протянул ему руку Ривер.
Он сомкнул хватку на ее запястье, настороженным взглядом и с беспокойством рассматривая кончики пальцев Ривер. Гончие кинулись ко мне, топча канагских демонов, пока я безжалостно расталкивал тварей, чтобы добраться до Хока. Канаги стали огрызаться и замахиваться на меня когтями, когда я схватил Лилит за плечо и оттолкнул ее тело.
Зияющая рана, которую Ривер проделала в груди Лилит, отвлекла внимание канагов от меня, и они снова облепили свою мертвую королеву. Хок заморгал, глядя на меня, а потом закрыл глаза и склонил голову. Не имея времени оценить нанесенный ему ущерб, я схватил мужчину за руку, поднял с пола и перебросил через плечо.
Пробираясь назад сквозь пламя и густой дым, заполняющий здание, я протянул руку к запястью Ривер. Корсон с готовностью отдал его мне. Ривер споткнулась, когда я потянул ее вперед, торопясь покинуть растущий ад, но я быстро поймал ее.
— Он жив? — выдохнула она.
— Да.
«
Ее человечность была также одной из самых больших слабостей. Слабость, которая ради спасения друзей чуть не убила ее.
— Подожди! — воскликнула Ривер. — В тенях множество людей и демонов! Мы должны вытащить их из огня!
Я стиснул ее запястье, когда она попыталась вернуться.
— Для них уже слишком поздно, — рявкнул я и потянул ее вперед.
— Ты не знаешь наверняка!
Повернувшись, я обнял ее за талию и приподнял. То, что она увидела на моем лице, заставило ее отшатнуться.
— Знаю, — прорычал я. — В этом здании нельзя никого спасти. Нет смысла пытаться, так как жертвы опустошены и слишком сильно увлечены канагскими демонами.
Ривер перестала сопротивляться, когда я вынес ее на крыльцо и спустился по ступенькам. Я не осмеливался отпустить Ривер до тех пор, пока мы не покинули лозы Карроу, окружающие и затенявшие горящее гнездо канагов. Я поставил Ривер на ноги, но так и не отпустил ее запястье, когда наклонился, чтобы положить Хока на грунтовую дорогу. Я ни на секунду не верил, что девушка не попытается спасти тех, кто все еще был внутри.
Опустившись на колени, я осмотрел раны Хока. Кровь продолжала сочиться из его тела, собираясь в лужу на грязной дороге. Его бок был рассечен достаточно глубоко, чтобы обнажить белые ребра и часть мышц живота. Дыхание Хока было поверхностным, кожа побелела, но я был убежден, что он выживет.
Жар растущего пожара опалял мою спину. Я оглянулся через плечо на охваченное огнем здание. Пламя взметнулось до самых толстых лоз Карроу, заставляя их вспыхивать и увядать. Зловоние лоз, горящего дерева и плоти заполнило мой нос. Никто из канагов не пытался бежать, так как все были слишком поглощены блаженством от крови своей королевы.
Глубоко вдохнув, я, наконец, почувствовал себя достаточно уверенно, чтобы снова посмотреть на Ривер, не сказав и не сделав того, о чем мог бы пожалеть. Тени под аметистовыми глазами резко выделялись на фоне загорелого лица. Я еще не успел решить, как с ней поступить, а Ривер уже обняла меня за плечи и уткнулась лицом в мою шею.
— Прости, — прошептала она. — Я знаю, что это было глупо. Знаю, что подвергла нас всех опасности, но я не могла оставить их, только не их, — Ривер дрожала так сильно, что ее тело вынуждало трястись мое. — Не их.
Часть моего гнева исчезла, и я притянул ее ближе.
— Ты не можешь повторить что-то подобное, Ривер, — пробормотал я, целуя ее в висок. — Ты понятия не имеешь, на что способны эти демоны. Один поцелуй, и ты была бы поймана в ловушку. Ты бы охотно сгорела, как те люди и демоны, потому что они настолько далеко зашли, что даже не думали о спасении. Они даже не кричали.
Зубы Ривер стучали, а спина тряслась под моими пальцами. Поднявшись, я отошел от тела Хока, а Эрин и Корсон опустились на колени рядом с ним. Двое других людей, спасенных из здания, отошли на несколько футов, когда я сосредоточился и вновь поднял Ривер.
— Ш-ш, Mah Kush-la, все кончено, — я убрал волосы цвета воронова крыла с ее лица, прежде чем обхватить подбородок и приподнять голову. — Твои друзья живы.
Она кивнула, а затем вновь уткнулась в мою шею. Я обнял ее. Гончие стали тереться о ноги Ривер, тоже пытаясь утешить. Опустив голову, я прижался губами к ее виску. Будь моя воля, я бы никогда больше не отпустил ее.
Сделав глубокий вдох, она расправила плечи.
— Я в порядке.
Я неохотно поставил ее на ноги и убрал руки. Ривер рассеянно опустила ладонь на голову Крукса, когда сосредоточилась на Хоке.
— Он справится? — спросила она у Корсона.
— Много крови, — он раскрыл рубашку Хока и увидел еще больше крови, текущей из следов от когтей, рассекающих кожу. — Но здесь также и кровь Лилит, — Корсон бросил на меня взгляд, когда понял это. Я покачал головой, и он вернулся к изучению ран Хока. — Несколько швов закроют рану. Но ему может понадобиться переливание крови.
Варгас стянул через голову рубашку. Опустившись на колени рядом с Корсоном, он разорвал ткань на полосы, обвязав ими грудь Хока.
— Пора вернуться в лагерь. Мы можем зашить его там, — пробормотал Варгас.
Корсон схватил Хока за руку и легко перекинул через плечо. Бейл и Корсон посмотрели на Ривер, а потом на меня.
— Она только что сделала то, что я думаю? — спросила Бейл.
— Уничтожила Лилит? Да, это ее рук дело, — ответил я, обнимая Ривер за талию и притягивая ее ближе. Ее взгляд оставался твердыми и непоколебимыми, когда все присутствующие с любопытством уставились на нее.
— Внутри были все существующие канагские демоны? — спросила Эрин.
— Нет, — ответил я. — Есть и другие, но не все они похожи на Лилит и ее последователей. Некоторые на нашей стороне, другие отказываются выбирать сторону, а третьи следуют за Люцифером. То же самое происходит со всеми демонами.
Ривер повернула голову к огню. Пламя отражалось в ее глазах, а отблески танцевали по ее лицу. Развернув девушку, я повел ее по дороге туда, где мы оставили нашу группу.
Глава 40
Я неподвижно сидела на кресле рядом с Кобалем, склонив голову и глядя, как в дыре под моими ногами мелькал асфальт. Со стороны недостающей двери сильно сквозило. Эту дверь, как я узнала позже, сорвал с петель Кобаль в ту же минуту, как обнаружил мое отсутствие.
Моя ладонь опустилась на его мускулистое бедро. Кобаль покосился на меня, черты его лица были суровы и непреклонны. Я чувствовала его затянувшееся недовольство, но все еще не остыла после нашего последнего спора.
— Ты не прислушиваешься ко мне, — тихо упрекнула я.
— Для этого была причина.
— Они живы благодаря нам.
Он стиснул зубы и крепче сжал руль.
— Я не буду обсуждать это. Ты ослушалась меня…
— Я не твоя собственность! — перебила я. — Я твоя избранница. Я позволила тебе отметить меня, разделить мою постель и стать частью моей жизни, самой большой частью, но я не хочу видеть рядом с собой диктатора. Ты командуешь демонами и людьми, но не мной. Я никогда не соглашалась на подобное.
— Как моя избранница, ты принадлежишь мне.
— А ты мне, но я никогда не стану приказывать, перебрасывать тебя через плечо и требовать сидеть на месте, как какой-то собаке.
Его губы изогнулись в усмешке.
— Не думаю, что ты сумеешь перебросить меня через плечо.
Искры заплясали на моих пальцах, которые впились в его бедро. Я сердито посмотрела на Кобаля, пытаясь взять себя в руки. Когда мы начинали бодаться, то это никогда не заканчивалось ничем хорошим, тем не менее я испытывала искушение ударить его головой о стекло со стороны водителя.
Мне потребовалась минута, чтобы успокоиться, а затем я снова заговорила:
— Я понимаю, что мы из разных миров. Ты лидер и боец, привыкший, чтобы тебе повиновались, но со мной нужно разговаривать. Независимо от того, что происходит между нами, наши отношения никогда не сложатся, если ты продолжишь командовать мной, вместо того чтобы просто поговорить.
После слов «наши отношения никогда не сложатся», его тело стало неподвижным, словно камень. Это утверждение разрывало мне сердце и выворачивало внутренности, но оно было правдой.
— Я знаю, что ты любишь меня, — прошептала я.
— Слишком сильно, — прохрипел он.
— И я люблю тебя, но ты не можешь так обращаться со мной.
Его ладонь легла на мою.
— Я не позволю ничему разрушить то, что есть между нами.
Я открыла рот, чтобы ответить, но затем снова закрыла. У меня не нашлось достойного комментария.
— Пожалуйста, не поступай так со мной, — наконец, попросила я.
— Я попытаюсь разговаривать с тобой. Это будет трудно, но я постараюсь, — я улыбнулась и поцеловала его в щеку. Это было больше, чем я ожидала. — Но ты должна слушать меня. Я знаю свой мир и этих существ. Я никогда не хотел, чтобы ты сталкивалась с чем-то подобным.
— Из-за того, что произошло между тобой и Лилит?
Его верхняя губа скривилась от отвращения.
— Она не должна была упоминать при тебе о нашей встрече, но не из-за этого, хотя я бы хотел, чтобы ты ничего не слышала. Я не могу оградить тебя от всего, но хочу защитить от ужаса моего мира насколько это возможно. Ты и так видела гораздо больше, чем большинство людей, которые были подготовлены иметь дело с худшим, а ведь на твоих плечах лежит тяжелая ноша. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы тебе было хоть немного легче.
— Кобаль, — выдохнула я, мое сердце растаяло от его слов. Я не могла продолжать обижаться, когда он говорил так искренне.
— Но ты должна пообещать, что если я опять начну командовать, а тебе не понравятся мои приказы, то ты не попытаешься сбежать. Лучше порази меня огнем…
— Мой огонь не действует на тебя.
— Или поджарь мою задницу одним из своих шаров жизненной энергии…
— Я только что с помощью него убила демона. Значит, я никогда не использую эту силу против тебя.
— Лилит не предвидела подобного, так как не имела понятия, на что ты способна. В следующий раз ударь меня чем-нибудь, я буду готов к этому, но никогда больше не убегай, — сжав мою руку, он поднял ее и положил на свое сердце. — Когда я обнаружил, что ты ушла, — его глаза, когда встретились с моими, напоминали черные бездны эмоций, — то впервые в жизни я ощутил сильных страх.
У меня перехватило дыхание от его уязвимости. Кобаль обладал многими качествами, но среди них не было уязвимости и открытости.
— Больше так не делай, Mah Kush-la.
— Я никогда не сбегу снова, а при споре просто чем-нибудь ударю тебя, — поклялась я.
— Хорошо.
— Знаешь, до нашей встречи я всегда была рассудительной и не отличалась вспыльчивостью, по крайней мере, не проявляла ее так часто.
Кобаль выгнул бровь.
— Сомневаюсь.
— Это правда, — ответила я. — Я должна была заботиться о братьях. Должна была беспокоиться о том, чтобы они были накормлены и как можно лучше защищены от нашей матери. Несколько раз я выходила из себя настолько, что ссорилась с матерью, из-за чего меня выгоняли из дома.
На его лбу запульсировала вена.
— И куда ты шла?
— Я приходила к своей подруге, Лизе, и ее родителям.
— Тебе нравилось жить с ними?
— Нравилось, — призналась я. — Мама Лизы каждое утро готовила нам завтрак. А ее отец всегда играл с нами в игры. Каждый вечер они устраивали семейные ужины. Я ловила для них рыбу не потому, что была должна, а потому, что хотела. Они считали меня частью семьи, соответственно относясь ко мне.
— Тогда зачем ты возвращалась домой?
— Гейдж был огромной занозой в заднице. В итоге моя мать соглашалась впустить меня домой. А я возвращалась из-за братьев. Думаю, родители Лизы приютили бы Гейджа и Бейли, если бы могли, но моя мать никогда бы не позволила этого.
— Почему?
Я снова уставилась на дорогу, проносящуюся под моими ногами, и сала обдумывать вопрос.
— Потому что никто бы не кормил и не ухаживал за ней. Матери было бы некого оскорблять, а она действительно наслаждалась этим. Единственное, в чем она когда-либо находила удовольствие. Причина, по которой я согласилась оставить братьев, когда Мак пришел за мной, заключалась в том, что я попросила о приюте для них у Лизы. Иначе я бы сражалась с Маком до смерти.
Кобаль настолько сильно стиснул руль, что костяшки его пальцев побелели. Он медленно отвернулся, но я ощущала напряжение в его теле.
— Твоя мать била тебя?
— Ее самым серьезным оружием были слова.
— Так она била тебя? — рыкнул он.
Я не отвела взгляд от золотых угольков, полыхающих в его глазах, когда Кобаль снова посмотрел на меня. Если бы сейчас перед ним стояла моя мать, то он выпотрошил бы ее, даже не моргнув глазом.
— Я не могла давать ответную реакцию, — произнесла я, игнорируя вопрос. Я предпочитала не вспоминать те несколько раз, когда была уверена, что она, наконец, осуществит свое желание и убьет меня. — Рядом с ней мне стоило быть как можно спокойнее. Она забрала бы у меня братьев, если бы я что-то предприняла. С тобой же я не могу управлять эмоциями. Ты заставляешь меня сначала действовать, а затем думать.
— Из-за меня ты теряешь контроль.
Я прижалась к его боку.
— Да.
Он прикоснулся пальцами к моему лицу и откинул выбившиеся пряди волос.
— Почему?
— Я не уверена. Мне комфортно рядом с тобой, ведь что бы я ни делала… — мой голос затих, я села и попыталась разъяснить свои мысли: — Ты злишься на меня, пытаешься командовать, но никогда намеренно не причиняешь мне боль. Что бы я ни говорила и ни делала, ты не отворачиваешься от меня, не пытаешься наказать и обидеть. Я оттолкнула тебя, а ты все равно привел моих братьев.
— Если бы я мог, то подарил бы тебе весь мир, Mah Kush-la. А если я когда-нибудь встречу твою мать, то она познает боль.
От его слов у меня перехватило дыхание.
— Кобаль…
— Ты не можешь помешать мне любить тебя. Вот почему ты сопротивляешься и не слушаешься.
— Или, может, я не подчиняюсь, потому что не должна, — ответила я.
Нежная улыбка тронула его губы.
— Нет, не должна.
Я снова прижалась к Кобалю, наслаждаясь теплом его тела.
— Не важно, как сильно ты злишь меня, ведь ты тоже ничего не можешь сделать, чтобы помешать мне любить тебя, — прошептала я.
Он обнял меня за плечи и крепче прижал к себе. Я посмотрела на закрытое окно, отделяющее нас от тех, кто сидел в кузове грузовика.
— Как думаешь, будет лучше, если мы расскажем людям, кто я такая? — спросила я. — Возможно, если они будут иметь представление, за кого сражаются, то немного успокоятся.
Его улыбка померкла.
— Нет. Нельзя предугадать, как они отреагируют. Они могут выкинуть нечто глупое, а мы не можем рисковать. Если бы речь шла только о нашей группе, то, возможно, правда была бы наилучшим выходом, но у врат к нам присоединяться другие люди, а слухи распространяются очень быстро.
— Жить в неведении гораздо страшнее, чем узнать правду.
— А иногда неведение — это блаженство. Многим может не понравиться тот факт, что они сражаются плечом к плечу с дочерью Люцифера…
— Потомком.
— Даже тебе это не нравится. Неужели ты готова рискнуть, ведь нет гарантии, что кто-то из них не попытается выкинуть нечто опрометчивое?
— Не знаю, может и готова, — пробормотала я.
— Но это произойдет точно не сегодня. Давай обсудим данный вопрос в другой раз.
На данный момент я была готова избежать нескольких споров. Я старалась не спать, но гул от езды по дороге и тепло от тела Кобаля окутали меня теплым коконом. В конце концов, усталость затянула меня в свои неумолимые глубины.
Солнце стояло высоко в небе, когда грузовик подъехал к обочине. Я заерзала, прижимаясь к Кобалю. Он обнял меня за талию и поцеловал в висок.
— Пришло время для перерыва на обед, — пробормотал он.
Я неохотно отстранилась. Давление в мочевом пузыре и урчание в животе заставили меня выскочить из проема с отсутствующей дверью. Я быстро сбегала в лес, а по возвращению помыла руки и получила порцию вяленой говядины с банкой бобов.
— Сколько еще осталось? — спросила я Кобаля, когда мы встали рядом с грузовиком.
— День, а может и меньше, — ответил он.
Я проглотила ложку холодных бобов.
— Почти приехали, — пробормотала я.
Его ладонь легла на мою. Казалось, ему просто нужно было прикоснуться ко мне. Приласкав мою кожу пальцами, Кобаль отошел. Я забралась в кузов грузовика, чтобы присоединиться к остальным солдатам, и села на металлическую обшивку.
Напротив меня, прислонившись к перегородке, сидел Хок. Его кожа все еще была серой, а белая повязка, покрывавшая грудь, имела темно-бордовое пятно, но, по крайней мере, он снова был в сознании. К счастью, ему не потребовалось переливание крови. Эрин протянула ему банку фасоли и пакет вяленого мяса.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила я.
— Как будто по моей грудной клетке прошлись чьи-то когти, но я все еще жив, благодаря всем вам.
— Но не благодаря мне, — пробормотал Кобаль. — Я собирался бросить вас.
Эрин выгнула бровь в ответ на его заявление, но никак это не прокомментировала. Хок резко кивнул.
— Я бы тоже поступил так.
Кобаль бросил на меня хмурый взгляд, который я предпочла проигнорировать.
— Этот вариант не рассматривался, — ответила я.
Хок пристально посмотрел на меня, продолжая есть бобы. Эрин одарила меня благодарной улыбкой и подняла вверх большой палец так, чтобы Кобаль не заметил.
— Мне не нравится, что ты пошел с ней, — прорычал Кобаль, обращаясь к Варгасу.
— Оставь его в покое, — попросила я, отставив банку с фасолью на случай, если мне придется ринуться на защиту Варгаса.
Варгас побледнел под безжалостным взглядом Кобаля, но не сдвинулся с места.
— Ты сказал, что Ривер и есть миссия. Я остался с ней.
Кобаль нахмурился, но больше ничего не добавил. Я выскребла ложкой дно банки, смакуя каждый кусочек, прежде чем бросить жестянку в мусорный мешок.
— Пора выдвигаться, — заявил Кобаль и отошел от грузовика.
Мои плечи поникли. Я бы все отдала за то, чтобы просто посидеть под солнцем и понежиться в его лучах. Чтобы насладиться обычными радостями жизни, прежде чем ее отнимут у меня.
Но этому не суждено было сбыться. Я взяла Кобаля за руку и позволила ему помочь мне выбраться из грузовика.
***
Когда мы снова остановились, уже наступила ночь. Звезды начали освещать бесконечное небо, а на горизонте повисла красная луна.
— Кровавая луна, — пробормотала я.
Кобаль молчал, неподвижно сидя на своем месте. Его напряжение неуклонно росло в течение всего дня по мере приближения к месту назначения. Кобаль повернулся ко мне и обхватил рукой мою шею. Его большой палец пробежался по отметинам, из-за чего я вздрогнула.
Он наклонил голову, захватывая мои губы в поцелуе, от которого мои мышцы ослабли, а пульс участился. Открыв рот под натиском Кобаля, я растаяла в его объятиях. Его язык скользнул внутрь, пробуя меня на вкус. Кобаль углубил поцелуй, требовательно и ненасытно, и мой язык жадно сплелся с его.
Отстранившись, Кобаль прервал поцелуй и прижался своим лбом к моему.
— Я бы все отдал, чтобы забрать тебя отсюда, — прохрипел он.
— Знаю.
Он не отпустил меня, потянув за собой, когда вылез из грузовика. Как только мы оказались на земле, Кобаль отстранился и забрал наши припасы из кузова. Я ждала рядом, ощущая, как мое тело отчаянно желает соединиться с ним.
Я понятия не имела, что ожидало нас завтра, но подозревала, что мы практически достигли врат.
Глава 41
Проснувшись на следующее утро, я неторопливо потянулась к Кобалю. Я перевернулась, когда моя рука упала на пустое место, где всего несколько часов назад лежал Кобаль. Подняв глаза, я увидела его, стоящего перед лесом. Я сосредоточилась на его широкой спине, восхищаясь изгибом рельефной мускулатуры и замысловатыми отметинами на коже.
Подперев голову ладонью и упиваясь видом, я решила, что слово «великолепно» не могло в полной мере описать Кобаля. Почувствовав мое внимание, он повернул голову. Раннее утреннее солнце освещало темно-каштановые пряди в его практически черных волосах. Я заметила четкий след от укуса, который оставила на его бронзовой коже прошлой ночью.
Что-то внутри меня отреагировало на этот знак, из-за чего мои пальцы впились в одеяло. Сев, я откинула волосы с плеч. Мои соски затвердели, а сердце забилось быстрее, когда взгляд Кобаля остановился на свежем шраме от укуса, который я намерено демонстрировала, приспустив рубашку с плеча.
— Как думаешь, сегодня мы уже приедем? — поинтересовалась я.
— Да.
Я попыталась выглянуть из-за деревьев, но с того места, где я сидела, не смогла увидеть остальных людей.
— Если придется, то сумею ли я войти в Ад?
— Мы обязательно выясним это, но если найдется способ закрыть врата снаружи, то тебе не нужно будет туда входить.
Я понятия не имела, как должна была сделать это. Я черпала жизнь из земли и умела метать огонь, но закрыть неестественные врата в Ад, которые были неподвластны даже Кобалю… ну, это звучало совершенно безумно.
— Как же Люцифер? Что с ним? — поинтересовалась я.
— Если у тебя получится закрыть врата, то мы позаботимся о нем позже.
— А если я потерплю неудачу?
Подойдя ко мне, он опустился на колени и взял меня за подбородок. Кобаль окинул меня изучающим взглядом, пробежавшись большим пальцем по моим губам.
— Это нельзя считать неудачей.
— С момента видения Бейл и до нашего союза все ожидали, что именно я остановлю это. Последняя надежда. Если я не сумею закрыть врата, то, возможно, смогу сразиться с самим Люцифером. Но если я не потяну и Люцифера, то это будет провалом. Я подставлю всех, кого люблю и о ком забочусь. Подведу все человечество.
Кобаль наклонился, чтобы поцеловать меня.
— И все же ты не сбежала, — прошептал он в мои губы.
— Мне никогда не давали такой возможности.
— Давали. Просто ты не воспользовалась шансом. После нападения горгулий ты могла сбежать. После того, как ты выбралась из грузовика, ты могла сбежать и никогда не возвращаться, но этого не произошло.
— Ты нашел бы меня.
— Я проследил бы за тобой до края земли и обратно, но не стал бы принуждать к чему-либо, Ривер. Уже нет. Если сейчас ты захочешь повернуть обратно, то я сделаю это и найду другой способ одолеть Люцифера. Это только твой выбор. Что бы ни случилось, ты никогда не потерпишь неудачу, только не в этом вопросе.
Наклонившись, я позволила себе забыться в уютных объятиях, которые дарил мне Кобаль. Я на самом деле пыталась убедить себя, что его слова были правдой.
— Как ты поступишь, если это не сработает? — спросила я.
— Буду продолжать сражаться.
Какая жестокая жизнь, но в ней буду присутствовать я.
— Сражайся, несмотря ни на что, — прошептала я. Мои пальцы запутались в его густых шелковистых волосах. — Мой избранник.
Он крепче стиснул меня, оставляя синяки, но я не жаловалась. Сейчас Кобаль был нужен мне больше, чем воздух.
— Если мы победим Люцифера, то ты станешь королем Ада. Тебе придется вернуться, — пробормотала я.
— Нет, не придется. Я позволю демонам перемещаться между Адом и Землей, чтобы сохранять их бессмертие. Если возникнет необходимость, то я также сумею заглянуть туда. Но я всегда буду возвращаться за тобой, Ривер. Ничто не удержит меня от тебя.
«
— Ты готов пойти на это для меня? — уточнила я.
— Я сделаю для тебя все, что угодно. К тому же мы привыкли к этому миру. Нам многое нравится здесь, в отличие от Ада. Возможно, мы не так уж сильно заботимся о людях, но готовы разделить с ними Землю.
Когда Кобаль отстранился, чтобы посмотреть на меня, я рассмеялась над дразнящим блеском в его глазах.
— А если люди не хотят делиться с вами Землей?
Он пожал плечами и провел пальцем по моей переносице.
— Люди имеют право в этом вопросе также, как и мы, когда они разрывали наш мир на части.
С этим я не могла поспорить. Люди создали этот беспорядок. Если последователи Кобаля решили бы остаться здесь после того, как все будет кончено, то так тому и быть. Они были единственной причиной, по которой человеческая раса до сих пор не вымерла.
— Пора уезжать, — его голос был хриплым от желания, когда он отстранился. — Если мы еще немного задержимся здесь, то я уже не уйду, — я кокетливо улыбнулась ему и провела пальцами по его руке. — Искусительница.
— Но тебе это нравится, — поддразнила я.
— Нравится.
Кобаль поцеловал меня в лоб и неохотно отстранился. Поднявшись на ноги, он вернулся к границе деревьев. Я еще с минуту изучала его спину, прежде чем отбросить одеяло и встать. Прошлой ночью, перед тем как заснуть, я натянула штаны и рубашку, а оружие оставила лежать рядом. Я пристегнула оружие к поясу и закрепила катану на спине.
Расчесавшись и почистив зубы, используя бутылку с водой, чтобы сполоснуть рот и сплюнуть, я присоединилась к Кобалю. Солдаты уже собирались в путь, когда мы вышли из леса и присоединились к ним. Положив руки на борт пикапа, я залезла в кузов, решив навестить Хока, Эрин и Варгаса, в то время как Кобаль отправился поговорить с Тресденом и некоторыми другими людьми.
Эрин снимала повязки с груди Хока, пока он жевал кусок черствого хлеба.
— Тебе больно? — поинтересовалась я.
— Удивительно, но нет, — ответил Хок и взял крошку со своей рубашки, чтобы съесть.
— Хорошие обезболивающие, — заметил Варгас.
— Я уже давно не принимал лекарства.
Эрин сняла последнюю повязку. Когда перед моим взором предстал торс Хока, я поняла, что это такое, когда твоя челюсть падает на пол, ведь моя определенно была именно там. Рваные раны от когтей Лилит, пересекающие загорелый мускулистый торс, ранее были сморщенными и казались не менее дюйма в ширину. Сейчас же порезы были розовыми на фоне кожи, где плоть стягивали черные швы.
Кровь больше не сочилась из ран, но не это заставило меня таращиться, словно идиотка, на Хока.
Я не являлась специалистом в медицине, но была уверен, что этим травмам не меньше двух недель, а не один день. Либо Хок был каким-то чудодейственным целителем, либо…
Кусок вяленого мяса и какая-то лаковая смесь, сунутая мне под нос Кобалем, отвлекли меня от груди Хока. У меня потекли слюнки, поэтому я выхватила у него еду и вгрызлась в вяленое мясо. На вкус это было лучше бифштекса. Я едва сдержала стон.
— Ну, я в порядке, — пробормотал Хок, глядя на свою грудь и отвлекая мое внимание от быстрого поглощения еды.
— Потрясающе, — выдохнула Эрин и провела пальцем по краю одного стежка.
Кобаль, стоящий рядом, напрягся и прищурился, глядя на обнаженный торс Хока. Корсон шел к нам, но замер на полпути, увидев грудь Хока. Его взгляд метнулся к Кобалю, который в этот момент стиснул зубы.
— Наложите повязки, — приказал Кобаль.
Мой аппетит поутих от грубости его тона и недоверчивого, почти смиренного выражения лица Корсона.
— Все в порядке? — спросила я.
— В порядке, но рана должна оставаться закрытой, чтобы предотвратить попадание инфекции, — быстро ответил Кобаль.
Он отвернулся от меня прежде, чем я смогла определить выражение его лица. Эрин достала свежую марлю, пластыри и бинты. Очень осторожно она начала обрабатывать рану. Хок даже не вздрогнул, пока Эрин работала.
Я закончила есть, но уже не с таким наслаждением, как вначале. Пока я смотрела на Хока, в моем животе возникло тревожное ощущение. Я старалась игнорировать это чувство, но мои руки дрожали, когда я сняла резинку с запястья и собрала волосы в узел на затылке.
Выбравшись из грузовика, я подошла к Кобалю, стоявшему у водительской двери, и положила руку на его плечо.
— С Хоком точно все хорошо? — тихо переспросила я.
Он едва взглянул на меня, когда ответил:
— Все нормально.
— Ты что-то недоговариваешь.
— Ты же сама видела рану. Хок хорошо восстанавливается.
— Ага, слишком хорошо.
— Кобаль! — крикнула Бейл, привлекая его внимание, когда подбежала к грузовику. — Моракс заметил ланавуров в миле отсюда. Мы должны уезжать.
Кобаль открыл дверцу со стороны водителя.
— Залезай, — отрывисто скомандовал он.
Я ощетинилась в ответ на приказ, но выражение лица Кобаля задушило любой протест против его высокомерных манер. Каждый раз, когда кто-то из демонов замечал ланавуров, то мы убегали. Я не хотела встретиться с одним из них. Бейл обошла машину и забралась на пассажирское сиденье рядом со мной.
Кобаль завел мотор и с визгом шин выехал с поляны. Я не стала оглядываться, когда другие грузовики последовали за нами. Пикап притормозил на дороге, а затем набрал скорость, мчась по разбитому асфальту. Бейл подняла руку, упираясь в крышу, чтобы не вываливаться на проезжую часть.
Я вцепилась в приборную панель, чтобы не получить сотрясение мозга, настолько быстро мы ехали по разбитым дорогам. Передо мной гремела фигурка ангела, смотрящего на небо.
Глава 42
— Почему Хок так быстро исцеляется?
Я чуть не застонал вслух, так как знал, что Ривер просто так не отпустит меня.
— Люди восстанавливаются по-разному, — ответила Бейл.
Ривер поджала губы, услышав слова Бейл. Ее явно не убедило невинное выражение лица Бейл. Я посмотрел в зеркало заднего вида на закрытое окно позади нас и группу, расположившуюся в кузове грузовика.
— Но не настолько кардинально, — продолжила Ривер. — Вчера он был чуть ли не мертв.
— С ним все в порядке, — заверил я.
Я не хотел делиться с ней своими подозрениями о том, что происходило в теле Хока. Тем более, солдата, вероятно, придется уничтожить, даже несмотря на то, через что прошла Ривер ради его спасения. Хок умирал, когда Лилит упала на него. А когда ее кровь смешалась с его… Черт!
Я должен был предположить подобный исход, когда Корсон заметил смешение крови, но в тот момент Хок не казался умирающим. Кровь Лилит, должно быть, проникла в него еще тогда, когда он лежал в здании.
Только время могло показать, сможет ли он завершить изменение, не умерев в процессе. Если он выживет, то от Ривер больше нельзя будет скрыть произошедшее, значит, она узнает о возможном бессмертии, а я бы не хотел этого.
Я жаждал провести с ней вечность, но не мог нанести ей смертельные травмы. К тому же Ривер могла не перенести изменения, или потерять связь с жизнью, что уничтожило бы ее. Ей приходилось разбираться со столькими проблемами, что я не хотел заставлять ее делать еще один выбор.
Ривер повернулась и посмотрела на меня.
— Ты все время твердишь о хорошем состоянии Хока, но не кажется ли тебе, что он уж слишком хорошо восстановился для того, кого еще вчера исполосовали до костей?
Я ощутил на себе пытливый и жалостливый взгляд Бейл. Я понятия не имел, как избежать этого допроса, и Бейл это знала.
— Так и есть, — признался я.
— Что происходит с ним?
— Кровь Лилит помогла ему исцелиться, — ответил я.
Она поднесла руку ко рту.
— Такое возможно?
— Да, иногда.
— С ним все будет в порядке?
— Только время покажет.
Возможно, это была не вся правда, но и ложью это нельзя было назвать. При мысли о том, что мне приходилось лгать своей избранной, мои клыки увеличились. Я чувствовал недовольство гончих, самых преданных созданий в мире, которые зашевелились под моей кожей. Они не хотели рисковать потерей Ривер, но также не могли понять, в каком щекотливом положении я оказался.
Если бы я убил Хока до того, как он завершил превращение, то Ривер бы навеки возненавидела меня. А если бы я рассказал правду, то она могла бы либо принять вечную жизнь и возможное проклятие в моем лице, либо отвергнуть этот дар и найти свою смерть. Я не знал, что было хуже.
Я мог бы выставить смерть Хока как несчастный случай, который стал результатом полученных травм. Я посмотрел в зеркало, сосредоточившись на молодом солдате. Он понятия не имел, что его ожидало. Возможно, лишить его жизни до того, как он поймет происходящее, было милосердием. Но смог бы я снова посмотреть в глаза Ривер после того, как убил бы его? Сумел бы спать рядом и заниматься с ней сексом, зная, что сотворил и как сильно она возненавидит меня, если выяснит правду?
Простым и единственным ответом было «нет». Со временем я бы возненавидел себя, а отношения между нами уже никогда бы не стали прежними.
Осознание этого заставило меня взять Ривер за руку. Она посмотрела на меня, сплетя наши пальцы, а затем положила голову на мое плечо.
— Возможно, нужно все рассказать ему? — спросила она.
— Может и так, но позже. Пусть он хоть немного восстановится.
***
Заходящее солнце освещало красными и оранжевыми тонами здание в центре поляны, из-за чего было практически невозможно прочитать вывеску, висящую над готической двойной входной дверью. Я покачал головой, рассматривая строение, которого не было в прошлый раз, когда я посещал этот район. С последней нашей встречи скеллеины обустроились здесь. Я был готов поспорить на деньги, что группа скеллеинов по другую сторону врат, тех, что в Европе, тоже что-то построили.
Пять лет назад это место все еще было завалено обломками от взрыва, произошедшего, когда люди прорвали завесу, отделяющую их мир от нашего. Также здесь по всюду были разбросаны останки людей, которые погибли в момент взрыва и в первую волну смущенных и разъяренных демонов, которые оказались на Земле. Сейчас я не видел никаких следов останков. А некогда обугленный участок разбитой и окровавленной земли был покрыт зеленой травой.
Когда-то здесь возвышались развалины правительственной лаборатории. Теперь же от них не осталось и следа, а перед новым зданием появились клумбы с цветами. Мало того, что скеллеины занялись строительством, так еще и высадили гребаные цветы.
Как по мне, то здание соответствовало любящим выпить, непредсказуемым, любознательным натурам скеллеинов.
— Что это? — спросила Ривер, когда подняла голову с моего плеча.
— Приехали, — выдохнул я.
Она посмотрела на меня широко раскрытыми глазами.
— Это и есть врата в Ад?
— Здание новое, но врата расположены именно там.
В ожидании Ривер.
Сделав глубокий вдох, я толкнул дверь с такой силой, что петли заскрипели, а сам металл скривился.
— Кобаль…
Ривер замолчала, когда я повернулся к ней и протянул руку. Ощущение ее кожи немного ослабило напряжение, нарастающее во мне. Но сейчас мои эмоции менялись настолько быстро, что уже в следующее мгновение я мог пожечь все вокруг.
— Не отпускай мою руку, — хрипло приказал я.
— Не отпущу, — поклялась она.
Обещание не успокоило ни меня, ни собак. Им не нравилось, что она была здесь, впрочем, как и мне. Я прижал девушку к себе, зарычав на какого-то солдата, который посмел приблизиться к нам.
— Отошел!
Парень поднял руки и поспешно отступил на несколько шагов. Ривер обхватила меня свободной рукой.
— Кобаль, не надо. Ты знал, что это произойдет. Все будет хорошо.
Да, я знал, что это произойдет, но не ожидал, что мне будет так трудно завести туда Ривер.
— Внутри живут существа, которые повергнут тебя в шок, но не причинят вреда. Они охраняют врата также, как я и гончие.
— Если они тоже стражи, то не захотят ли попробовать защитить врата? — спросила она.
— Не от меня.
— Как именно они выглядят?
— Я не совсем уверен, как их описать, чтобы ты поверила. Будет лучше, если ты сама увидишь их.
Она закусила нижнюю губу.
— Звучит интригующе.
— Это описание подходит им, — я повернулся лицом к солдатам, и они осторожно подошли ближе. — Корсон, Бейл, Эрин и Варгас пойдут с нами. Остальные останутся здесь. За вами будут присматривать Верин, Моракс и Шакс. Мы скоро вернемся.
— Я тоже хочу пойти, — заявил Хок и сделал шаг вперед.
— Твоя рана… — начала Ривер.
— Совершенно в порядке, — быстро ответил он. Хок сосредоточил взгляд на мне. — Я хочу пойти. Я могу быть полезен.
Ривер стиснула мою ладонь.
— Ты вроде говорил, что внутри безопасно.
Я не знал, стоило ли вести туда Хока. Но если он начал обращение, то почему бы и нет?
В этом случае у него было больше прав находиться там, чем у любого другого человека. К тому же Хок действительно мог принести больше пользы, чем все остальные. Или превратиться в еще большую угрозу. Если произошло бы что-то подобное, то внутри находились существа, которые с радостью убили бы его, решив тем самым мою проблему.
— Ладно, — сдался я.
— Что насчет других демонов и солдат, которые должны были встретить нас здесь? — спросила Ривер, когда мы направились к зданию.
Я посмотрел на девушку. Ее лицо было бледным, полные губы — сжаты в тонкую линию, а на лбу выступили капельки пота, тем не менее Ривер не замедляла шаг, продолжая идти к зданию.
— Если им удалось преодолеть все трудности, то скоро они уже будут здесь, — ответил я.
— Хорошо. Я хочу поскорее покончить с этим.
Как же мне хотелось уберечь Ривер от всего этого.
— Знаю.
Я оторвал от нее взгляд, когда мы подошли к деревянной лестнице.
Глава 43
Я уставилась на большое деревянное здание. Выцветшая серая черепица покрывала крышу. Пока мы поднимались по ступенькам на крыльцо, я подняла голову и стала рассматривать белую вывеску, висящую на цепях. Цепи поскрипывали, нуждаясь в смазке, от легкого ветерка и раскачивали вывеску.
На вывеске было выведено черной краской название — «последняя остановка».
«
Я чувствовала силу, вибрирующую под его кожей, и недовольство, которое заставляло дрожать метки на его плоти. Гончие пытались освободиться, чтобы защитить меня или, возможно, забрать отсюда, но Кобаль держал их на привязи. Я не могла представить, какое напряжение он испытывал, заставляя свое тело подчиняться воле.
Впрочем, ранее мы как-то справлялись с этим.
Кобаль толкнул одну из больших деревянных дверей, открывая темный зал. Нас окутало вонью алкоголя и плесени. Я поднесла руку к носу, чтобы заглушить несвежие запахи, но остановилась, когда услышала громкую фортепьянную музыку. Веселая мелодия напомнила мне фильмы двадцатых годов о танцах, которые я смотрела в детстве. Сквозь музыку я уловила непрерывный поток болтовни и смеха.
— Это бар? — воскликнул Варгас.
— Последняя остановка на ночь, — усмехнулся Хок и хлопнул себя по лбу.
— Скеллеины построили бар вокруг врат в Ад, — фыркнула Бейл.
— Вас это действительно удивляет? — спросил Корсон.
— Нет, — ответил Кобаль.
— Вовсе нет, — улыбнулась Бейл.
— Кто такие скеллеины? — уточнила Эрин.
— Скоро узнаешь, — ответил Корсон. — Они относятся к одному из двух видов, которые служат стражами врат.
— Кто такие стражи врат?
— Я главный хранитель, но мы все были созданы для того, чтобы только те, кому дано разрешение, могли входить и выходить из Ада. Я контролирую врата, скеллеины решают, кто достоин перехода, а гончие охраняют от любого, кто попытается напасть на меня или нарушить правила. Но Люцифер нашел свой собственный путь в Ад и изменил его, а затем еще вмешались люди, — объяснил Кобаль. — До появления Люцифера некоторым демонам действительно разрешалось проходить через врата. Все стражи работали вместе, чтобы убедиться, что законы соблюдаются, когда демон находился в человеческом царстве.
— Удивительно, — выдохнула Эрин.
— Как скеллеины решают, кто достоин перехода? — спросил Хок.
— Нужно пройти их тесты. Любой, у кого хватило смелости приблизиться к скеллеинам, уже прошел первый. Большинство демонов избегают их, — продолжил Кобаль.
— Это обнадеживает, — пробормотал Варгас и заглянул внутрь бара.
— Все будет хорошо, — ответил Корсон. — В конце концов, Кобаль их король.
— Как и другие стражи, скеллеины почти всегда были сами по себе, — пояснил Кобаль. Он посмотрел на меня сверху вниз. — Возможно, они не были рождены от огня творения, как я и гончие, но они связаны с нами узами. Настолько тесно, насколько это возможно. Поэтому они тоже не любят приказы.
Я улыбнулась, хотя понятия не имела, что делать с этой информацией. Кобаль придержал дверь, пропуская меня вперед. Мерцающие факелы висели в бронзовых канделябрах вдоль стен лестницы, ведущей наверх. Темно-бордовый ковер на ступеньках был кое-где потерт и отчаянно нуждался в чистке, но я все еще могла различить голубые и золотые завитки, украшающие ткань. Еще одна лестница вела на нижний этаж, но факелы не освещали путь. Я почти ничего не видела сквозь тени, сгустившиеся у подножия ступеней.
Кобаль крепко обнял меня за талию, а вторую руку положил на деревянные перила. Пока мы поднимались по лестнице, фортепьянная музыка затихла на несколько секунд, но затем кто-то снова начал с энтузиазмом стучать по клавишам.
Добравшись до верха, я застыла с поднятой ногой. Мое сердце колотилось о ребра, пока мой ошеломленный мозг пытался осмыслить увиденное.
Этого не могло быть, но было.
Моя нога коснулась пола, когда вся наша группа ступила на пролет. Перед нами распростерся подковообразный бар, который занимал практически весь зал. По меньшей мере дюжина столиков была разбросана по периметру, который я могла окрестить только ресторанной зоной. Однако я не думала, что эти существа много ели, по крайней мере, не обычную пищу. Куски дерева, пазлы от мозаик, коробки и другие разнообразные предметы были разбросаны по столам и поверхности бара. Я была уверена, что заметила кубик Рубика на одном из стульев.
Все столики были заняты, но большинство посетителей ошивались вокруг бара с кружками пива. Они все одновременно повернулись к нам, а пианино перестало играть. В баре воцарилась тишина. Мое тяжелое дыхание отдавалось в ушах, пока я пыталась осознать то, что видела.
Я подпрыгнула и чуть не закричала, когда в углу заработали часы с кукушкой. Мои глаза были прикованы к птице, которая прокричала семь раз, прежде чем скрыться из вида. Снова воцарилась тишина, но на этот раз я могла различить тиканье секунд на часах.
— Срань господня, — пробормотал Варгас.
В тусклом свете факелов, окружавших бар, на нас смотрели более сотни черепов, сияющих, как зеркало, и отражающих свет. В их пустых глазницах не было глаз, но мне казалось, что они видели нас насквозь.
Некоторые существа носили шляпы, другие — галстуки, а у третьих на шеях висели цветы или ожерелья, но ни на ком не было ни брюк, ни рубашек, ни платьев. Судя по различным аксессуарам, которыми щеголяли скеллеины, я сумела догадаться, кто был мужчиной, а кто — женщиной, но другого способа различить их не было.
Они клацали зубами, болтая между собой. У них не было ни кожи, ни губ, которые можно было бы растянуть в улыбке, но их челюсти имели такой наклон, что казалось, будто существа ухмылялись. Строение их скелетов напоминали человеческие или, возможно, демонические, так как Кобаль и многие другие в плане телосложения не сильно отличались от нас. Большинство скеллеинов были около четырех с половиной футов ростом. Некоторые немного ниже, другие выше, но все примерно одного роста.
— Кобаль! Это Кобаль! — радостно закричали одни скеллеины.
— Он вернулся, — пробормотали другие.
— Мы думали, он сдался.
— Люди, он привел людей!
— Зачем приводить сюда людей?
— Что это может значить?
— Как думаешь, кто-нибудь из них может быть тем, кого они искали?
Я быстро вертела головой, пытаясь следить за разговорами скеллеинов, заполнивших бар. Мой взгляд остановился на костлявых ногах тех, кто сидел на табуретах, и я поняла, что почти все держались пальцами ног за нижнюю часть стульев.
— А кто именно? — нетерпеливо спросил один из них.
— Он держит ее за руку.
Все скеллеины одновременно уставились на наши руки, прежде чем пустые глазницы сосредоточились на мне. Я попыталась отступить, но позади меня, преграждая путь, стояла Бейл.
— Она хороша собой, — одобрил кто-то.
Я чуть не ущипнула себя, чтобы проверить, не заснула ли. Но на самом деле я знала, что происходящее было совершенно реальным.
— Еще никогда в жизни я не была так встревожена, — пробормотала Эрин.
Мне пришлось согласиться с ней. Я понятия не имела, что с этим делать. Бар был настолько нормальным, настолько принадлежащим нашему миру, и все же являющимся и их миром. Один из скеллеинов, в галстуке и цилиндре, поднял полную кружку пива и залпом осушил содержимое. Я склонила голову, затаив дыхание и ожидая, когда жидкость потечет между костями похожей на скелет фигуры, но ни одна унция не выскользнула наружу. Я также не заметила, как жидкость текла сквозь его тело, хотя ясно видела скеллеина-женщину, сидящую по другую сторону.
— Ay dios mio9, — пробормотал Варгас и поцеловал крест на своей цепочке, когда скеллеин поставил пустую кружку на стойку.
Еще один скеллеин, одетый в широкополую шляпу с большой маргариткой в центре и рубиновым кольцом на правой руке, пробирался по внутренней стороне подковообразного бара. То, что я приняла за скеллеина-женщину, подняло пустую кружку с бара, наполнило и вернуло обратно.
— Что это такое? — прошептала я.
— Скеллеины, или просто скелеты, — ответил Кобаль.
— Да, но они волшебные или что-то в этом роде?
— Это не те скелеты, какими ты их знаешь. Они эволюционировали в Аду, — странное объяснение. Я все никак не могла прийти в себя, потому что существа продолжали наблюдать за нами. — Мы пришли к вратам, — обратился к скеллеинам Кобаль.
— Ты знаешь, что нужно сделать, — ответило одно существо, нетерпеливо потирая костлявые руки.
Обдумывая его слова, я тяжело сглотнула, потому что представляла «что нужно сделать», как нечто ужасное.
Кобаль напрягся и расправил плечи.
— Как ваш король, я не подчиняюсь этим правилам.
— Не подчиняешься, — ответил другой скеллеин. И снова все черные глазницы сосредоточились на мне. Я почувствовала тяжесть их пустых взглядов. — Но людям придется следовать законам.
Я услышала, как Кобаль заскрипел зубами, прежде чем заговорил:
— Вы позволите нам войти во врата.
— Мы позволим войти твоим демонам, так как ранее все они уже проходили испытания и пересекали врата. Однако ты в курсе, что любой новичок должен пройти тесты, чтобы получить допуск. Это закон. Только те, кому суждено войти во врата, смогут это сделать. Но если гончие решат их выгнать, то так тому и быть.
Я посмотрела на метки на теле Кобаля. Гончие могли выгнать нас? Никогда в жизни я не была так сбита с толку.
— Гончие приняли их и разрешили войти. Вы тоже впустите нас, либо я спущу псов, — предупредил Кобаль.
Все скеллеины в комнате одновременно встали. Улыбки, которые были на лицах существ, в одно мгновение исчезли, сменившись на угрожающий оскал. Может, скеллеины и казались хрупкими, как скелеты, но я чувствовала исходящую от них силу. Если бы эти кости решили напасть на нас, то их острые маленькие пальцы сумели бы оторвать плоть от наших тел в считанные секунды.
Кобаль шире расставил ноги, встав передо мной, словно защищая. Его губы разомкнулись, обнажив все четыре клыка, которые удлинились, готовясь к схватке.
— Успокойся, Кобаль, — посоветовал Корсон. — Мы делаем одно дело.
— Что нужно для того, чтобы войти? — выпалила я. — Я могу рискнуть!
— Нет, — ответил Кобаль.
— Она согласна, — нетерпеливо воскликнул один из них.
— Я сделаю это вместо нее, — отчеканил Кобаль.
— Не разрешено! — хором закричали скеллеины.
— У тебя уже есть пропуск. Они должны пройти испытание самостоятельно! — вопили другие.
Я чувствовала себя прыгающим мячом, когда пыталась отследить голоса, доносящиеся отовсюду одновременно.
— Подождите! — крикнула я, чтобы меня услышали сквозь нарастающую какофонию, заполнившую комнату. — Для начала объясните, что я должна сделать!
— Ты ничего не будешь делать, — заявил Кобаль.
— Так в чем суть?
— Ты должна ответить на простую загадку, — ответил скеллеин с тростью, покрутив ее в воздухе, прежде чем стукнуть кончиком по полу.
— Да, да, загадка, — охотно закивали другие, допивая свои напитки. Скеллеин в шляпе с маргариткой быстро наполнил пустые кружки.
— Всего лишь простая загадка или четыре, если остальные соблаговолят присоединиться к тебе, — с улыбкой произнес тот, кто разговаривал с Кобалем.
У меня было очень плохое предчувствие.
— Я не очень сильна в загадках, — призналась я.
— Ох, нет! — закричали некоторые из них.
— Да ты шутишь!
— Было бы жаль потерпеть неудачу.
— Но это единственный способ пройти.
Я едва поспевала за оживленными разговорами, поэтому не сводила глаз со скеллеина с тростью, стоявшего передо мной.
— Что будет, если я ошибусь?
— Мы заберем фунт твоей плоти.
Мой желудок болезненно сжался.
— Я этого не переживу!
— В том-то и дело, что для человека всего лишь одна загадка, — пояснил другой. — У демона мы тоже забираем фунт, но когда он восстановится, задаем другую загадку. Если демон все сделает правильно, то сдаст экзамен. Если ошибется, то мы возьмем еще один фунт. Никто не уйдет, пока не разгадает загадку, как только согласится на условия. Некоторые оставались здесь годами, а другим отказывали в проходе гончие.
Эрин поднесла руку ко рту, Варгас снова поцеловал крест, а я выглядела такой же зеленой, как Хок после этого заявления. Годы пыток в руках пьющих пиво, играющих на пианино скеллеинов были бы Адом на Земле.
— Она никогда не согласится, — заявил Кобаль.
— Тогда она не пройдет. Если ты нападешь, то мы будем сражаться и в любом случае заберем чью-то плоть, — ответил скеллеин. — Но мы же союзники, Кобаль. Мы не хотим драться с нашим королем и соратниками стражами. У нас нет права голоса в данном вопросе. Законы были установлены сотни тысяч лет назад твоими предками, и именно ты оставил нас здесь, чтобы защищать эти врата. Любой, кто хочет пройти, должен выполнить тесты, а загадка — один из них.
— Она твоя королева, — рявкнул Кобаль. — И будет править рядом со мной.
Голоса в баре стали громче.
— Королева, королева!
— Мы должны это отпраздновать!
— Человеческая королева, как странно!
— Но даже королева должна пройти испытание в первый раз, если она хочет пересечь врата!
— Ох, да, она должна!
— Тем не менее, любой, кто не является стражем, должен пройти все ступени, чтобы войти. Так было всегда. И так будет.
Я оставила попытки следить за возбужденной болтовней и просто подождала, пока все снова стихнут. Скеллеин с тростью стукнул той об пол, заставляя всех в баре замолчать.
— Поздравляю, мой король, с обретением королевы, но мы не лжем, ты и сам знаешь, что она должна пройти испытания, чтобы войти. Подобно гончим и демонам, которые следуют за тобой, мы примем ее как нашу королеву, независимо от человеческого происхождения, но ты должен понять, что наши руки связаны законами… — его голос затих, а бездонные глаза сосредоточились на Кобале. Казалось, скеллеин ждал, что король атакует. Я затаила дыхание, ожидая, когда Кобаль набросится и разорвет его на части. Но он оставался неподвижным. Едва сдерживаемая ярость внутри Кобаля жаждала вырваться на свободу, чтобы обрушить разрушение на этих существ и любого, кто встанет у него на пути или будет угрожать мне.
— Законы врат изменились, когда люди ворвались в Ад, — произнес Кобаль. — Теперь другие порядки.
— Это не наши законы! — крикнул кто-то из бара.
— Я хорошо разгадываю загадки, — пролепетала Эрин позади меня. — Могу ли я отгадать за всех?
По толпе снова прокатился возбужденный ропот.
— Никогда раньше такого не было.
— Это может быть интересно.
— Но каждый человек должен доказать, что достоин.
— Наконец, хоть кто-то из них зашевелился.
— Много ли людей пытались пересечь границу? — спросила я, закричав, чтобы быть услышанной.
— О да, — ответил тот, что с тростью. — Вы, люди, такие странные. Некоторые из вас приходят из любопытства, а другие потому что верят, будто чем-то могут нам помочь.
Скеллеины рассмеялись, весело и заговорщически толкая друг друга локтями.
— Третьи утверждают, что Люцифера остался непонятым, а они сумели бы изменить его и исправить ситуацию. Идиоты. Были и такие, кто верил, что он Бог, которому нужно поклоняться. И, конечно, есть еще демоны, ищущие выхода и входа. После того, как люди пробили неестественные врата, мы не сумели остановить поток бегущих из Ада, но с годами нам удалось взять происходящее под контроль, — продолжил тот, что с тростью.
— А как насчет тех тварей, которые скрывались за печатями? — спросил Варгас. — Их вы тоже останавливаете?
Все скеллеины повернулись к нему. Я почувствовала, что враждебность в комнате снова усилилась.
— Возьми свои слова обратно, — прошипел вполголоса Хок Варгасу.
— Не думаю, что смогу, — прошептал в ответ Варгас.
— Существа за печатями — это мерзости, которых никогда не стоило выпускать на свободу. Они не подчиняются никаким правилам, — заявил один из сидевших за стойкой. — Нет возможности остановить их побеги, пока врата не закроют и не перестанут уничтожать печати.
— Мы могли бы помочь в этом вопросе, — произнесла я, и рука Кобаля крепче сжала мою талию.
Тот, что стоял передо мной, воткнул трость в пол и наклонился ближе. Скеллеин склонил голову, изучая меня.
— Ты определенно отметил ее, мой король, — пробормотал он. — Но как кто-нибудь из вас сможет помочь закрыть врата? Вы же люди.
— Наша раса сообразила, как их открыть. Может, мы сумеем придумать, как закрыть, — соврала я.
— Не имеет значения. Вы должны пройти испытания! — крикнул кто-то из бара.
— Скольким людям разрешили пройти? — спросила я скеллеина, уставившегося на меня.
Он помахал костлявой рукой в воздухе.
— Нескольким, но если они надеялись выжить в Аду, то глубоко ошибались.
Замечательно.
— Пусть это сделает та девушка. Бери с нее фунт за каждую загадку, которую она не угадает, — предложил другой.
— Нет! — беспокойство за Эрин сделало мой голос пронзительнее, чем я ожидала.
— Что не так? — спросил тот, кто пристально смотрел на меня.
— Только я собираюсь пройти через врата, — заявила я. — Остальные останутся здесь.
Пальцы Кобаля впились в мою талию, а его грудь завибрировала от низкого рычания. Может, Кобаль и не хотел сражаться с этими тварями, но если я все испорчу, то он разнесет весь бар на куски, даже если они были его союзниками. Кобаль никогда не позволил бы им взять фунт моей плоти. Мне стоило сделать все правильно, иначе я вызову раскол в силах Кобаля. Вот только я действительно была плоха в загадках. Я не могла припомнить ни одного случая, когда дала бы правильный ответ с первого раза.
— Я пойду с тобой, несмотря ни на что, — отчеканила Эрин. — Я зашла слишком далеко и доведу дело до конца.
— Я тоже, — кивнул Варгас.
— И я, — сказал Хок.
Я повернулась к ним.
— Вы не должны рисковать. Просто побудьте здесь, в безопасности, тогда ваша плоть останется там, где должна быть.
— Будут отвечать все или только один? — спросил кто-то из бара, полностью игнорируя мои слова.
— Только один, — крикнула Эрин. — И это я.
— Эрин, нет, — запротестовала я.
— Каждый из нас ответит на свой вопрос, — настаивал Варгас.
Скеллеин передо мной поднял костлявые пальцы и потер подбородок. Я обнаружила, что смотрю на пустое место, где должен был быть его нос, видя затылок.
— Я сделаю все более интересным. Если кто-то из вас правильно ответит на три загадки, то все четверо смогут пройти. Если ошибется, то все четверо потеряют по фунту.
Глава 44
Никогда еще моя кожа не была такой холодной. Я не сумела остановить себя и потерла руки. Мне пришлось бороться, чтобы удержать в желудке мой скудный обед.
— Разве подобное допустимо? — крикнул один из скеллеинов. — Неужели не все должны отстоять свое достоинство?
— А как же законы? — закричали другие.
Скеллеин с тростью пристально посмотрел на нас, прежде чем повернуться лицом к посетителям бара.
— Думаю, если они все будут держаться вместе, то это докажет их достоинство. Законы гласят, что мы на свое усмотрение решаем, достоин ли кто-то пройти через наши испытания. Однако, мы никогда не сталкивались с чем-то подобным раньше, поэтому придем к выводу путем голосования. Те, кто готов позволить одному ответить на три вопроса за всех, поднимите руки.
Они обменялись взглядами, прежде чем все руки в баре взлетели вверх.
— Кажется, мы все согласны, что будет забавно попробовать что-то новое! — заявил скеллеин с тростью, прежде чем повернуться к нам.
— Я не позволю этому случиться, — процедил сквозь зубы Кобаль.
— У меня получится, — настаивала Эрин. Ее глаза цвета океана ярко горели, когда она повернулась к нам лицом. — Я действительно хороша в загадках. И сумею это сделать.
— Ты можешь уйти, — воскликнула я.
— По твоим словам, у тебя плохо получается разгадывать загадки, а у меня хорошо, так позволь рискнуть.
— Ты не обязана нам за спасение от канагских демонов.
— Знаю. Я делаю это ради своих друзей и потому, что никогда не уклонялась от вызова. Также мне очень любопытно, как выглядят эти врата.
— У нас всех одни мотивы, — заявил Хок, а Варгос кивнул.
В моем горле образовался комок. Во мне росло еще больше возражений, но я сдержалась. Я должна была поддержать их решение, даже если оно мне не нравилось. Глаза Кобаля стали пронзительно янтарными, когда я снова сосредоточилась на нем.
Я положила ладонь на плечо Кобаля, отвлекая его внимание от скеллеинов.
— У нас нет другого выбора. Эрин справится.
— Спасибо, — сказала Эрин.
— Ни одна из загадок не может быть связана с Адом или демонами, — громко заявила Бейл. — Люди ничего не знают о нашем мире, а законы всегда были справедливыми.
Скеллеин передо мной потер подбородок, пока одни существа выражали свое неудовольствие по поводу условий, а другие — согласие.
— Загадки будут касаться только того, что имеет отношение к человеческому миру, — изрек тот, что с тростью. Вслед за заявлением раздались радостные удары по стойке и недовольные возгласы, но никто не стал спорить. — Значит, все согласны с условиями?
— Да, — ответила наша четверка.
Кобаль молчал, наблюдая за ходячими, говорящими костями. Скеллеин посмотрел на него, а затем склонил голову.
— Это должно быть сделано, мой король, — пробормотал он. — Если бы она не была твоей избранницей, то ты не стал бы возражать. Если бы не наши законы, то мы бы не затеяли спор, и ты это прекрасно знаешь.
На челюсти Кобаля дернулся мускул.
— Знаю, но если что-то пойдет не так, то мы будем сражаться, — поклялся он.
— Надеюсь, этого не случится. Воистину, все мы хотим следовать только за тобой.
По бару пронесся хор согласия.
— За нашего короля, — воскликнул один из скеллеинов и поднял кружку с пивом.
— За нашего короля! — поддержали остальные, чокнувшись бокалами, прежде чем осушить их содержимое.
— Самые странные гребаные демоны на свете, — пробормотал Хок. Я кивнула в знак согласия.
Скеллеин с тростью снова сосредоточился на Эрин.
— Отважная девушка, — отвернувшись, он поднял руки и повертел трость. — Кто задаст первый вопрос?
— Сейчас моя очередь! — радостно крикнул кто-то из посетителей бара.
Черная бандана, которую скеллеин носил на голове, съехала набок и немного вправо. Левый глаз существа был закрыт повязкой с жемчужиной посередине. Схватив кружку с поцарапанного деревянного стола, он отодвинул шаткий стул и встал. Пока он шел к нам, то по стенкам его бокала плескалась бледная жидкость.
— Невероятно, — произнес Хок. — Это долбаный одноглазый Вилли.
Я не знала, кем был этот одноглазый Вилли, но, несмотря на весь ужас ситуации, еле подавила истерический смех, когда скеллеин приблизился. Происходящее было настолько нереальным, что я не могла поверить в наше нахождение здесь и готовность ответить на загадки ходячих скелетов. Один из которых считал себя пиратом.
Пират остановился в нескольких футах от Эрин. Он допил пиво и поставил стакан на стойку. Хоть я и была в курсе, что этого не произойдет, но продолжала ждать, когда из него потечет жидкость, как это бывало с единственной куклой в моем детстве.
— Точно! — пират хлопнул в ладоши возле правого уха.
Клацанье костей заставило меня вздрогнуть. Затаив дыхание, я замерла в ожидании, что его пальцы отломятся и разлетятся в разные стороны. Но они остались целыми, а челюсть приняла форму, напоминающую улыбку. Шагнув ближе, он уставился пустыми глазницами на Эрин, которая не отрывала от скеллеина непоколебимого взгляда.
— Существует страна, где есть мамы и папы, но нет детей. Книги, но нет библиотек. Зеркала, но никаких отражений. Котята, но нет кошек. Крупный рогатый скот, но нет коров. Леденцы, но нет конфет. Деревья, но нет лесов. Что это за страна? — спросил пират.
Мой желудок сжался. Я была уверена, что пират говорил на каком-то неведомом мне языке. У меня не было ни одной мысли, как понять мусор, который вывалился из его рта. Я не осмеливалась посмотреть на Эрин, так как не хотел добавлять ненужного давления на нее, хотя на самом деле умирала от желания узнать, поняла ли она что-нибудь из сказанного.
Я все еще пыталась понять, на каком языке говорил скеллеин, когда Эрин ответила:
— Это страна двойных букв10.
Весь бар погрузился в молчание, прежде чем по толпе прокатился радостный крик. Скеллеины начали чокаться кружками, разливая пиво по темной деревянной поверхности бара.
— Думаю, это был правильный ответ, — медленно произнес Варгас.
— Да, — кивнул Кобаль.
Хок положил руки на плечи Эрин и с энтузиазмом помассировал их.
— Ты все поняла!
Скеллеин, который задал вопрос, взмахнул пальцами и отвесил Эрин изящный поклон. Отвернувшись, он вернулся к столу и устроился поудобнее. В нашу сторону направился еще один скеллеин. На нем была бейсболка, надетая задом наперед, и пара ковбойских сапог. Мне потребовалось все мое самообладание, чтобы не рассмеяться при виде костлявых ног, исчезающих в огромных сапогах.
Скеллеин остановился перед нами и постучал пальцем по подбородку, пристально глядя на Эрин. Щелчки, которые звучали при соприкосновении пальца с подбородком, были похожи на скрежет ветки дерева по стеклу.
Наконец, он заговорил:
— У меня четыре крыла, но я не умею летать. Я никогда не смеюсь и никогда не плачу. Меня всегда находят на одном и том же месте. Я тружусь беззвучно. Кто я?
У меня не было возможности поразмыслить, что бы это могло значить, так как Эрин уже ответила:
— Ветряная мельница.
Все в баре зааплодировали, включая меня, Хока, Варгаса, Корсона и Бейл. Только Кобаль и Эрин оставались молчаливыми и настороженными. Скеллеин коротко отсалютовал ей и вернулся на свое место, махая остальным существам.
— Почему они так веселятся, когда Эрин разгадывает загадки? — спросила я.
— Они забирают плоть, потому что таков закон, но на самом деле им нравятся сложности и умственные способности, — пояснил Корсон. — Эти демоны обожают загадки и шарады.
Теперь я поняла, что все вещи, разбросанные по бару и столам, были своего рода головоломками, ожидающими своего решения. Скеллеины улыбались нам так же радостно, как лепреконы своим горшкам с золотом. Если бы они не планировали содрать кожу с наших тел при неправильном ответе на загадку, то я, возможно, получила бы удовольствие от общения с этими существами.
Очередной скеллеин поднял кружку и спрыгнул с табурета. Его пальцы застучали по деревянному полу, пока он семенил маленькими шажками в нашу сторону. Остановившись, он снял черную фетровую шляпу.
— Ты прекрасная соперница, мисс. У меня тоже есть загадка, — радостно пролепетал он. — Измерение времени, которое нельзя найти на часах, но можно увидеть на карте. О чем речь?
Эрин поджала губы, обдумывая его слова. Толпа скеллеинов затихла. Я задержала дыхание, но когда секунды на часах с кукушкой превратились в минуты, мои легкие начали гореть. Я не могла заставить себя посмотреть на Эрин. С моего виска до подбородка скатилась капелька пота, но я была убеждена, что вытирание отвлекло бы Эрин, поэтому осталась неподвижной.
Я все ждала, что она выпалит ответ с той же легкостью, как раньше, но через минуту обнаружила, что втягивала воздух в свои изголодавшиеся по кислороду легкие. Жизнерадостная атмосфера бара исчезла, сменившись на что-то опасное.
Еще больше капелек пота покатилось по моей спине, из-за чего к коже прилипла рубашка.
— Ты должна ответить, — сказал тот, кто задал вопрос.
Наконец, я осмелилась взглянуть на Эрин. Она, полузакрыв глаза, постукивала пальцем по губам и что-то бормотала. Сначала я не поняла, что она повторяла загадку, но потом услышала слово «время».
«
— Нужно ответить сейчас, или будет штраф, — заявил скеллеин со шляпой.
Губы Эрин зашевелились, но вскоре она закончила повторять загадку.
— Миссисипи11?
На последних буквах ее голос повысился. Это прозвучало скорее как вопрос, чем утверждение. Я повернулась к скеллеинам, пытаясь утихомирить ускорившийся пульс, и постаралась понять, была ли она права. По сути, в отгадке имелся смысл, но Эрин не была так уверена, как в первые два раза.
Скеллеин снова надел шляпу, сделал глоток и с громким криком поднял кружку высоко в воздух. Я не знала, что означал этот крик. То ли они радовались, что сегодня вечером полакомятся плотью, то ли потому, что загадку разгадали. Скеллеины вокруг бара радостно завопили и затопали ногами по полу.
Кто-то должен был объяснить нам, были ли Эрин права.
Скеллеин поклонился Эрин и засеменил прочь. Он почти добрался до табурета, когда вскинул ноги и щелкнул каблуками на уровне талии.
— Так они спустят с нас шкуру или нет? — спросил Хок.
— Приводи ее снова, Кобаль! — крикнул один из них.
— Врата в конце коридора! — заорал другой.
Думаю, это и был наш ответ. Схватив Эрин, я обняла ее. Следующим ее обнял Варгас. Затем Хок подхватил ее на руки и закружил, громко крича. Эрин чуть не упала, когда мужчина поставил ее на ноги, но Корсон поддержал ее за руку.
— Отличная работа, — кивнул Корсон.
— Спасибо, — улыбнулась она и поправила волосы.
Я взглянула на Кобаля, когда он взял меня за локоть и повел по коридору к стеклянным дверям. Скеллеины откидывались на спинки стульев и тянули ладони к Эрин, когда она проходила мимо. Сначала Эрин нахмурилась, но потом подняла ладонь и стала давать им пять. Скеллеины продолжали громко аплодировать.
— Умная и симпатичная, — с жаром воскликнул один из них. — Леди определенно в моем вкусе.
Эрин покраснела, но продолжила давать пять. Некоторые скеллеины развернулись, тоже протягивая ладони. Странные демоны, немного смущающие своим видом, но их энтузиазм был заразителен. К тому времени, как мы дошли к двери, ведущей в холл, все скеллеины снова весело болтали. Тот, что сидел за роялем, заиграл быструю мелодию, которая заставила многих существ постукивать ногами в такт музыке.
Моя улыбка в ответ на счастье скеллеинов исчезла, когда Кобаль толкнул дверь. Он прижимал меня к себе, пока мы шли по коридору. Тусклые деревянные стены выделялись темно-красным ковром под моими ногами.
— Эти твари тоже считаются демонами? — спросил Варгас. — Или чем-то совсем иным?
— Они относятся к демонам высшего уровня, — ответил Кобаль. — После содеянного людьми, я оставил скеллеинов здесь, чтобы они как можно лучше защищали неестественные врата, а гончие охраняли печати.
— Но с гончими что-то произошло, — произнесла Эрин.
— Да.
— Интересно, — пробормотал Варгас, потирая крест.
Мои пальцы потянулись к ожерелью. Они успокаивающе пробежали по раковинам, когда мы остановились в конце коридора перед другой деревянной дверью. Кобаль положил руку на ручку и посмотрел на меня.
— Это здесь, — выдохнул он.
Я расправила плечи, готовясь к Аду за дверью. Оглянувшись, я услышала отголоски веселой фортепианной мелодии, которая сопровождала праздник скеллеинов. Я была уверена, что, переступив порог, мы больше не услышим музыку.
Повернув ручку, Кобаль открыл дверь.
Глава 45
Я могла только стоять и смотреть на то, что предстало перед нами. Путь сюда состоял из сожженных и разбомбленных домов, руин разрушенных городов, разбитых мостов и дорог, а еще костей, усеивающих ландшафт, но жизнь неуклонно просыпалась. Растения, животные и люди восстанавливали свои земли. Зеленая трава начинала цвести. Птицы пели и щебетали. Вернулись насекомые. Каким-то образом жизнь продолжалась.
Но здесь, здесь не было ничего, кроме смерти и меланхолии, заключенных в четырех стенах, которые, казалось, вот-вот рухнут. Дыры в стенах были наспех заколочены. В комнате не было ни двери, ни другого выхода, кроме того, в котором стояла я. От крыши тоже мало что осталось. Я подняла голову, и солнечные лучи заскользили по моему лицу, даря хоть немного тепла, потому что сейчас я чувствовала лишь холод, пробирающий до костей.
Рассмотрев сломанные доски над головой, я поняла, что когда-то здесь была прочная крыша, которую кто-то разрушил. Когда мой взгляд упал на отчетливую дыру в форме горгульи, то я догадалась кто именно. Твари пробили потолок, когда печать пала, позволяя им вылететь за пределы врат.
Мой взгляд вновь сосредоточился на стенах. Я задалась вопросом, сколько раз существа, избавившиеся от печатей, ломали перегородки. Сколько вообще было уничтожено печатей?
Не было никакого способа выяснить это, не попав в Ад. А остановить побег тварей можно было только закрыв врата.
«
Когда вопрос появился у меня в голове, я уже знала ответ. Он не придет. Люцифер не верил, что я сумею закрыть эту ужасную дыру, и рассчитывал, что я пойду к нему. Я помнила, чего он добивался — смерть Кобаля.
Убить двух зайцев одним выстрелом.
Я хотела отвести взгляд, но мои глаза были словно прикованы к яме. Верхняя часть дыры была по меньшей мере десять футов в ширину и представляла собой зияющую пасть черноты. Я ожидала увидеть пламя, вырывающееся из бездны, но в яме отсутствовали какие-либо признаки огня. С того места, где стояла я, было видно что-то похожее на тропу, ведущую по внутренней стороне дыры, которая была словно вырезана в камне, извиваясь в никуда. Хоть яма не представляла из себя ничего угрожающего, чем дольше я смотрела на нее, тем больше мне казалось, что в комнате практически не осталось воздуха.
— Я представляла что-то более крупное, — пробормотала Эрин.
— В определенный момент так и было. Мне удалось закрыть врата больше чем наполовину, но дальше продвинуться не получилось, — пояснил Кобаль.
— Не понимаю, как скеллеины могут помешать чему-либо войти или выйти из этого, — произнес Хок.
— Они гораздо злее, чем кажутся. Возможно, скеллеины не сумеют сдержать то, что вырвалось из-под печатей или падших ангелов, но уничтожат изрядное количество демонов нижнего и любого более высокого уровня, которые осмелятся сбежать, — заявила Бейл. — Также они остановят тех, кто попытается вернуться.
Я не могла оторвать взгляд от врат. Чернота и пустота дыры заставляли меня чувствовать, будто мое сердце с каждым неуклюжим ударом качало по венам лед. Я прижала руку ко рту, когда отчаяние переросло в слезы.
Мрачное и жестокое, все мерзкое и неправильное в этом мире распростерлось перед нами. Я чувствовала тяжесть душ, которые были загнаны в ловушку, чувствовала их несчастье, как если бы оно было моим собственным. Я подавила стон, когда мое сердце заколотилось в груди, а плечи сгорбились.
— Ривер? — прошептал Кобаль.
Он обхватил мои щеки и поднял мою голову. Его лицо поплыло перед моими глазами, и вскоре я видела уже двух демонов.
— Успокойся, — пробормотал он, проводя большими пальцами по моим щекам. — Сосредоточься на мне. Дыши.
Я поняла, что смутно видела его из-за слез, которые текли по моему лицу и которые я не могла остановить. Удушливые рыдания разрывали мое сердце и скручивали желудок в узел. Кобаль притянул меня к своей груди и заключил в объятия. Мои пальцы впились в его спину, пока я хватала ртом воздух и пыталась облегчить боль, сотрясающую мое тело.
Подняв меня, Кобаль зашагал к двери. Он вынес меня обратно в коридор. Его руки гладили мои волосы, успокаивая. Кобаль сел и усадил меня на свои колени.
— Тише, Mah Kush-la, ты больше никогда не увидишь врата, — прошептал он.
— Что с ней происходит? — спросила Эрин.
Кобаль не ответил. На самом деле я думала, что он просто не знал. Я и сама не знала. В итоге мои слезы иссякли, а печаль в груди уменьшилась. Я судорожно вздохнула. Мои зубы уткнулись в след, который я оставила на шее Кобаля прошлой ночью. Повинуясь инстинкту, я укусила и вскрыла рану. Из меня вырвался выдох удовольствия, когда я почувствовала возобновление связи между нами.
Капли его крови упали на мой язык. Огненно-медный привкус был успокаивающим и знакомым. Руки Кобаля запутались в моих волосах. Я закрыла глаза, когда он повернул меня к стене, защищая от остальных. Я притянула его ближе, роняя последние слезы на его рубашку.
Я неохотно отпустила Кобаля и отстранилась. Он вновь начал гладить мои волосы, убирая их с лица, и искать своим пристальным взглядом мои глаза.
— Что случилось? — требовательно спросил он.
— Я чувствовала их, всех до единого. Души. Страдания. Боль, — я вздрогнула и прижала руку к сердцу. — Все это находилось здесь, внутри меня, так близко и реально.
— Она связана с пульсом жизни, — произнесла Бейл.
— Знаю, — резко ответил Кобаль.
— Значит, она будет черпать энергию и эмоции из Ада.
— Ох, — выдохнула я, осознав это.
Мускул на челюсти Кобаля дернулся.
— Мы уходим, — объявил он.
Он поцеловал меня в нос и уже хотел встать, но я схватила его и потянула назад.
— Нет, не уходим.
— Ты не можешь вернуться туда.
— Могу. Просто изначально я не ожидала такого наплыва эмоций. Теперь я готова к этому.
— Нет…
— Мы не можем повернуть назад, когда зашли так далеко. Я не допущу этого.
— Я не хочу, чтобы ты страдала.
— Каждый из нас должен хоть раз в жизни испытать страдание. Мы обязаны познать горе и утрату. Единственная альтернатива — смерть.
Он напряг ладони, лежащие на моих щеках. Агония на лице Кобаля разрывала меня на части, но мы действительно не могли уйти.
— Не так много. Только не ты, — выдохнул он.
— Это должна быть я.
— Нет.
— Не заставляй меня надирать тебе задницу, — с улыбкой пробормотала я. Его лицо осталось безжалостным, а взгляд — непреклонным. — Я смогу сделать это.
Он взял меня за руки, помогая подняться.
— Если это случится снова, то я вытащу тебя отсюда силой, хочешь ты того или нет.
Я не стала спорить с ним. Мои кости, казалось, разлетелись вдребезги, когда ноги коснулись пола. Глубоко вздохнув, я приготовилась к эмоциональному шквалу, который вот-вот должен был обрушиться на меня. Хок, Эрин и Варгас наблюдали за мной со смешанным выражением беспокойства и неуверенности.
Я продолжала держать Кобаля за руку и черпать из него силу, пока шла вперед. Бейл стояла у двери, неуверенно следя за нами зелеными глазами. Корсон, стоявший по другую сторону, выглядел так, словно его так и подмывало утащить меня отсюда. Я едва заметно покачала головой, зная, что если он выступит против моего возвращения к вратам, то только разожжет желание Кобаля не подпускать меня к этому месту.
Корсон положил руку на дверную ручку. Я кивнула, и он открыл дверь. На его щеке дернулся мускул. Мои ноги дрожали, когда я снова переступила через порог и спустилась по ступенькам. Мое тело ощущалось как спиновое стекло, которое едва удавалось удержать от разрушения.
— Я справлюсь! — я стиснула зубы.
Ладонь Кобаля сжала мою, и очередная волна его энергии успокоила меня. Но я не могла полагаться лишь на наш физический контакт. Высвободив свою руку, я отступила и попыталась сделать еще один шаг вперед. Но обнаружила, что не могу пошевелиться.
«
Закрыв глаза, я сделала еще один глубокий вдох, прежде чем снова открыть их. Отсюда я заметила, что в яме были пещеры или, по крайней мере, туннели. Они ответвлялись куда-то в мрачные недра. Ранее я видела фотографии Большого Каньона, и хоть эта яма была далеко не такой масштабной, было в ней нечто такое, что напомнило мне о чуде света минус вся красота и чудо. Я снова попыталась пройти вперед, но мои ноги остались прикованными к выжженной земле.
— Ты действительно считаешь, что Люцифер не придет за нами? — спросила Эрин.
— Не придет, он будет продолжать пытаться уничтожить печати, — ответил Кобаль.
— А он не захочет остановить Ривер на случай, если она закроет врата? — уточнил Хок.
— Он… он не верит, что я сумею, — процедила я сквозь стучащие зубы.
Кобаль положил руку на мое бедро.
— С чего ты взяла?
— Потому что… он так считает. Люцифер был бы сейчас здесь, если бы думал по-другому.
Это была правда, и мы оба об этом знали.
— К тому же это чужая территория, — добавила Бейл. — Где вы, люди, можете помочь в сражении.
— Плюс скеллеины. Большую часть времени они добродушны и веселы. Главное, не выводить их из себя. Ведь тогда они сдерут плоть с ваших костей, — вмешался Корсон.
— Ага, я вроде как все понял, — пробормотал Хок.
Я сосредоточилась на разговоре, чтобы заглушить окутывающее меня горе, рвущееся из ямы.
— Люцифер будет ждать, когда мы придем к нему. Прошло уже много лет с тех пор, как мы были внутри. Несмотря на то, что нас поддерживают демоны и Ривер, они все равно имеют преимущество в любых неприятных сюрпризах, которые приготовили для нас, — продолжила Бейл. — Вы, люди, не должны заходить туда. Никто из вас не проживет там достаточно долго.
— А я смогу? — хрипло спросила я.
Пальцы Кобаля впились в мою талию, когда он подошел ближе. Ощущение его тела помогло еще больше ослабить эмоции, бушевавшие во мне. Я нашла его жизненную силу, позволяя ей окутать меня.
— Мы надеемся на это, — произнес Корсон.
— А если не смогу?
— Мы будем беспокоиться, как ты почувствуешь себя внутри, только тогда, когда не сможем закрыть врата, — ответил Кобаль. — Разберемся по ходу дела.
Глава 46
Это заняло у меня еще полчаса, но в конце концов я убедил Ривер уступить и покинуть врата на целый день. Черные тени пролегли под ее глазами, которые теперь ярко сияли. Из-за ссутулившихся плеч и безвольно висячей руки в моей ладони она напомнила мне восьмидесятилетнюю старушку, а не энергичную, сильную двадцатидвухлетнюю девушку.
Музыка стихла, как только мы снова вошли в бар. Все смешки прекратились, и скеллеины повернулись в нашу сторону. Тот факт, что любящие выпить и вечеринки стражи построили бар, меня не удивил. Но я никак не ожидал увидеть различия между ними. Я знал скеллеинов больше тысячи лет, и они ни разу не пытались выделить свой пол или личность. Тринадцать лет на Земле все изменили.
Черные глазницы сосредоточились на Ривер.
— Это она, — хором воскликнули скеллеины.
Тот, который изначально встретил нас, спустился с барного стула. Его трость стучала по полу, пока он шел. Может, я и сотрудничал в тесном контакте со скеллеинами больше тысячи лет, но так и не узнал ни одного имени. Да и они никогда не пытались это изменить.
Скеллеин наклонил голову, сосредоточившись на Ривер.
— Не волнуйся, Странница мира, — при этих словах Ривер подняла голову и сжала мою ладонь. — Скоро станет легче.
— Почему ты называешь меня так? — прошептала она.
— Потому что это то, кем ты являешься. Ты можешь ходить по трем мирам, как ни одно другое живое существо, но миры не сбалансированы между собой так же, как и мир смертных. Для того, чтобы ты привыкла к другим условиям, потребуется время, но ты со всем справишься.
— У нас нет времени.
— И все же стоит его найти, моя королева, — ответил скеллеин.
Скеллеин повернулся ко мне, и, несмотря на невыразительное лицо, я почувствовал исходящую от него печаль, хотя не ожидал чего-то подобного от этих существ. Я был уверен, что они были способны только на веселье и создание хаоса.
— Должно быть, тебе было трудно привести ее сюда, — прошептал он. Я промолчал, изучая стоящее передо мной существо. Скеллеины были чем-то гораздо большим, чем я когда-либо осознавал. Он положил руку на плечо Ривер. — Мы верим в тебя, Странница мира.
— Отстань от нее, — прорычал я. — Мы понятия не имеем, что произойдет дальше. Не возлагай на Ривер все свои надежды.
Вспышка в глазах Ривер была единственным признаком того, что она была обеспокоена его словами. Она взглянула на меня.
— Никакого давления, — пообещал я.
Легкая улыбка, которую она подарила мне, немного ослабила мое напряжение. Обхватив рукой ее затылок, я притянул Ривер к своей груди и поцеловал в макушку.
— По трем мирам? — уточнил Хок.
Я даже не попытался предотвратить ответ скеллеина. Эти трое были так же преданы Ривер, как и она им. Пришло время им узнать, кого они защищали.
— Ее демоническая часть в конечном счете позволит ей войти в Ад, а благодаря части ангела, она может попасть в Рай, — ответил скеллеин.
Эрин резко выдохнула позади меня. Хок и Варгас бросили на Ривер оценивающие взгляды.
— Врата Рая открывались только один раз, чтобы пропустить то, что не являлось душой, — когда выбросили Люцифера и других падших ангелов. И эти врата, скорее всего, больше никогда не откроются, — пояснил я троим солдатам.
Они все еще выглядели так, будто понятия не имели, что делать с этой информацией. Тем не менее Эрин и Варгас сумели кивнуть, в то время как у Хока было просто глупое выражение лица.
— Вот почему призраки так настаивали на твоем разговоре с ангелами, — пробормотал Хок.
— Фу, призраки, — простонали скеллеины в один голос, из-за чего Ривер усмехнулась.
— Но если врата Рая когда-нибудь откроются, то она сможет войти. Хотя тоже потребуется период адаптации, — скеллеин с тростью сжал руку Ривер. — Конечно, ей придется придумать, как туда добраться, так как я не вижу никаких крыльев, — он наклонился, чтобы заглянуть ей за спину.
— Крыльев действительно нет, — хрипло ответила Ривер. — Сколько времени мне понадобится, чтобы привыкнуть к Аду?
— Нам еще предстоит это выяснить.
— Слишком многие полагаются на меня. Это должно произойти очень скоро.
— Для того, чтобы на тебя кто-то полагался, ты должна остаться в живых, — рыкнул я.
— Ты сильная и полна энергии. Когда ты вернешься завтра, то будет уже не так плохо, а на следующий день станет еще лучше. Прежде чем ты поймешь это, то уже привыкнешь и сможешь с легкостью противостоять любым ощущениям, — властно ответил скеллеин.
Ривер не выглядела убежденной, когда посмотрела на меня.
— Мы уходим, — заявил я.
Скеллеин отступил в сторону, позволяя нам пройти и спуститься по лестнице. Солнце все еще висело в небе, когда я открыл дверь и выпустил Ривер на свет. Она подняла голову и закрыла глаза, наслаждаясь теплом лучей. Тени под ее глазами посветлели, когда Ривер впитала жизнь, текущую вокруг.
Повернувшись к Варгасу, Хоку и Эрин, я поднял руку, останавливая их прежде, чем они начали спуск по ступенькам.
— Вы никому не расскажете о том, что узнали, либо потеря фунта плоти покажется вам детской забавой по сравнению с моей расправой.
— Ни слова, — поклялся Хок.
— Если я услышу хоть один слушок о том, кто она такая, то убью всех троих.
— Кобаль! — запротестовала Ривер.
— Я так и не поняла, кто она и как это возможно, — ответила Эрин, — но никто никогда не узнает о том, что я услышала. Как насчет скеллеинов, они могут рассказать кому-нибудь?
— Они хранители загадок и секретов. Ничто из того, что они знают или видят, никогда не выйдет наружу. Кроме того, мы говорим о рожденных в Аду демонах, которые помогали держать Люцифера в заточении в течение шести тысяч лет. Они считают, что, когда люцифер попал в Ад, потерпели провал, который с тех пор пытаются исправить, — пояснил Корсон. — Они никогда не расскажут, что им известно о Ривер.
— Понятно, — пробормотал Хок и потер щетину на подбородке и щеках.
Я обнял Ривер за плечи и поспешил уйти от любопытных взглядов людей, оставшихся на поляне. Шакс подбежал к нам и мотнул головой в сторону небольшой рощицы.
— Я расставил ваши вещи там, — он окинул Ривер оценивающим взглядом. — Ты в порядке?
— Да, — кивнула она.
Ривер села на траву рядом с одеялами, к которым привел нас Шакс, и прижала ладони к траве, растущей из выжженной земли. Остальные собрались вокруг нас, наблюдая, как земля под руками Ривер придает ей сил. Вскоре ее лицо приобрело здоровый румянец. Мое сердце наполнилось любовью, когда красивая улыбка изогнула полные губы девушки.
— Я никогда не осознавала, как это питает меня, — пробормотала она.
— Ты и не смогла бы. Ты же никогда не расставалась с потоком, — ответила я. — Я знал, что некоторые твои силы связаны с пульсом жизни, но не понимал, что он питает и тебя. Ты, как и деревья вокруг, насыщаешься от земли.
Ее пальцы погладили траву.
— Скоро я научусь находить силу в Аду.
Являясь наполовину демоном, Ривер умела метать огонь и отмечать своего избранника. Ангельская половина дала ей самые красивые фиалковые глаза, которые я когда-либо видел, и возможность питаться жизненной энергией. Человеческая часть одарила Ривер одной из самых покровительственных и страстных натур, с которыми я когда-либо сталкивался.
Что с ней сделает Ад? Повлияет ли это на нее, сломает ли? Может, именно нахождение в Аду помогло превратить Люцифера в существо, которым он стал сейчас? На Земле я мог поддерживать ее связь с жизнью. Но если Ривер изменится благодаря Аду, то я уже не сумею помочь.
— Ты никогда не должна была принимать в этом участие, — пробормотал я.
— Заключи сделку с дьяволом, — со смехом ответила Ривер.
— Кобаль…
— Мне не нравится это, — перебил я Корсона. — Что с тобой сделает вхождение в Ад? — обратился я к Ривер.
— Существует только один способ узнать, — произнесла Ривер и повернулась к остальным. — Не могли бы вы оставить нас ненадолго?
— Конечно, — кивнул Корсон.
Они скрылись в тени леса, возвращаясь туда, где собрались люди. Поднявшись на ноги, Ривер подошла ко мне. Ее бедра покачивались, а волосы волнами ниспадали на плечи. Остановившись передо мной, она пробежалась ладонями по моей рубашке, а затем прижала их к моей груди.
Ривер удивленно открыла рот, когда золотисто-белые искры заплясали по моей плоти под тканью рубашки. Эти искры были такого же цвета, что и до того, как мы вошли в этот мертвый район страны, где ей стало труднее черпать жизненную силу земли.
— Ты мой самый значимый источник, — прошептала она. — Только ты удерживаешь меня на земле и заставляешь чувствовать себя живой. Ничто другое не может влиять на меня так, как ты. Когда ты рядом, я могу противостоять чему угодно.
— Я беспокоюсь о том, что может сделать с тобой пребывание в Аду и поглощение его силы.
— Я выдержу, — ее руки погладили мой живот и спустились к поясу брюк. Она верила в это. Я тоже верил, но мысль о возможности потерять хотя бы частичку Ривер была невыносима. — Вместе мы сумеем преодолеть что угодно.
Я обнял Ривер, крепко прижимая к своей груди, а затем поцеловал ее. Она застонала, когда я заскользил языком по ее губам. Ее рот приоткрылся, а язык коснулся моего. Я протолкнул язык внутрь, пробуя ее сладкий вкус. Еще больше искр заплясало по моей плоти, когда я прижал Ривер к стволу дерева.
Отстранившись, она нетерпеливо стянула мою рубашку через голову и отбросила ту в сторону. Ее глаза засияли, когда сосредоточились на моей груди, а язык выскользнул наружу, чтобы облизать губы. Голод в ее взгляде заставил мой член затвердеть, натягивая ткань брюк. Я никогда не устану от этой женщины, никогда не смогу насытиться ей.
Ее ладони лежали на моей груди, а пальцы ласкали мои метки. Из-за ее прикосновения моя плоть задрожала. Сила хлынула в Ривер, заставляя искры на ее пальцах расти. И вскоре они уже плясали в ее потрясающих глазах.
— Избранные сильнее в паре, — прошептала она. — Всегда вместе.
— Да, — моя рука запуталась в волосах Ривер, чтобы оттянуть ее голову, прежде чем снова завладеть ее ртом.
Глава 47
В течение следующей недели мы вшестером каждый день возвращались в бар и шли к вратам. И с каждым днем мне удавалось все дольше выдерживать то мучительное воздействие, которое яма оказывала на меня. Я даже смогла подойти немного ближе, хотя еще не добралась до края. Кобаль оставался молчаливым и настороженным, но больше не оттаскивал меня от врат как в тот первый день.
Когда мы уходили, Кобаль уводил меня от остальных солдат и позволял питаться его энергией. Я чувствовала себя батарейкой, нуждающейся в подзарядке. И каждый раз время перезарядки неуклонно сокращалось.
Единственное хорошее в том, что мы не бросились прямо к вратам в попытке найти способ их закрыть — пять других групп демонов и людей из разных секций стены присоединялись к нам в течение всей недели. Некоторые прибыли с горсткой выживших, а другие превышали по численности даже нас. К концу недели к нам присоединилось более восьмидесяти новых людей и двадцать восемь демонов.
— Что будут делать люди, если нам придется отправиться в Ад? — спросила я Кобаля, когда мы вышли из бара после нового рекорда в пять часов у врат.
— Они останутся здесь и будут держать оборону. Все прибыли защищать тебя, только это имеет значение.
— Благодаря твоим словам они кажутся каким-то расходным материалом.
— Мы… — я резко повернулась к Хоку, когда он начал говорить. — Мы все знали это, когда покидали стену. Твоя жизнь всегда была самой важной, но никто не знал почему. Большинство до сих пор не в курсе.
— Ни одна жизнь не важнее другой, — отрезала я.
— Но в данном случае важнее.
Я не стала продолжать спор, и мы вышли на улицу. Это было все равно, что войти в теплый дом после нескольких часов пребывания на холоде. Кончики моих пальцев покалывало, пока жар распространялся по моим конечностям, наполняя жизнью вены. Я все больше привыкала к вратам, чувствуя себя менее истощенной каждый раз, когда мы покидали их, тем не менее мне хотелось побыстрее закончить адаптацию. Я прижалась к Кобалю, когда он поднял меня и понес прочь от остальных.
Позже мы вышли из леса, чтобы присоединиться ко всем. Я устроилась возле огня рядом с Хоком и Эрин, которые разместились на опушке леса, в то время как Кобаль отправился поговорить с группой демонов, собравшихся у лестницы бара. Варгас сидел напротив меня, крутя над огнем вертел с кроликом. За спиной Хока собралась группа вновь прибывших женщин. Они перешептывались и хихикали, прикрываясь руками и наблюдая за ним.
С тех пор, как мы обосновались в лагере, довольно много женщин флиртовали с Хоком. Они кокетничали, хлопая ресницами и отбрасывая волосы на плечи. Хок был красив, этого нельзя было отрицать, но эти женщины вели себя так, словно впервые увидели мужчину.
— Они постоянно ошиваются рядом, — пробормотала Эрин и бросила палку в огонь.
Хок оглянулся через плечо на женщин.
— И сильно раздражают, — ответил он.
— Ты просто неотразим, — поддразнила я, но напряжение не покинуло его плеч. Хок продолжал хмуро смотреть на огонь.
— Приударь за кем-нибудь, — усмехнулся Варгас. — Я бы так и сделал.
Хок положил руку на согнутое колено.
— Уже приударил за одной, но пора забыть о ней.
— Свинья, — упрекнула его Эрин.
— Возможно, но я никогда ничего не обещал.
— Кто она и как ее зовут? — спросила Эрин.
— Тощая блондинка за моим правым плечом. Ее зовут Сара, или заноза в заднице. Думаю, как только ты получаешь лучшее, то забываешь об остальных.
— Фу! — мы с Эрин застонали.
— Ты отвратителен, — Эрин бросила в него пригоршню травы и положила подбородок на колено.
Я заметила за плечом Хока пристальное внимание Сары к Эрин. Неприятное чувство скрутило мои внутренности, но я понятия не имела откуда взялось это ощущение. Я переключила свое внимание с девушки на Хока.
— Согласна с Эрин, — заявила я.
Он улыбнулся, но его взгляд был отстраненным и встревоженным.
— Как твои раны? — поинтересовался Варгас, поворачивая кролика. От восхитительного запаха жареного мяса у меня потекли слюнки.
— Исцелились, — ответил Хок.
— Полностью? — удивилась я, не в силах скрыть потрясение в голосе.
Он посмотрел на меня, прежде чем отвести взгляд.
— Полностью. Остались только шрамы, которые тоже постепенно исчезают.
— Поразительно, — и странно, но я не стала произносить это вслух. Хок и так был достаточно обеспокоен скоростью своего исцеления. Он не нуждался в метающей огонь, собирающей энергию девушке, использующей в отношении него слово «странно».
Кобаль говорил, что кровь Лилит ускорит заживление ран Хока, но скорость действительно впечатляла. Мой взгляд вновь пробежался по Саре и другим женщинам. Пока я наблюдала за ними, то стала поглаживать ладонью траву. Неужели кровь Лилит сделала с ним что-то еще?
— Впечатляет, — пробормотал Варгас. Он вывел меня из задумчивости, коснувшись моей руки.
— А? — промычала я.
— Впечатляет, — повторил он, указывая на мою руку.
Я была так погружена в свои мысли, что не заметила, как на кончиках моих пальцев заплясали золотисто-голубые искры. Я отдернула руку от земли и сжала ее в кулак. Может, солдаты и узнали обо мне многие факты, но я все еще чувствовала себя незащищенной, когда использовала рядом с ними свои силы.
— Что в тебе преобладает? — полюбопытствовала Эрин.
— Человек, или, по крайней мере, так я чувствую, ведь большую часть своей жизни я верила именно в это. Я всегда знала, что отличаюсь от других, но все равно ощущала себя человеком.
— А сейчас?
— Сейчас я уже не знаю. Наполовину демон, наполовину ангел, но все это до сих пор не имеет для меня никакого смысла.
— Как так получилось, что ты являешься смесью ангела и демона? — спросил Варгас.
Я ждала подобного вопроса и была весьма удивлена, что он не возник раньше. Может, они пытались додуматься до этого самостоятельно, а может, боялись спросить, но любопытство в конце концов победило. Они заслуживали знать, но я до сих пор с ненавистью думала о Люцифере как о своем предке, поэтому не хотела с кем-либо делиться правдой.
Я знала, что истина не испортит мнения солдат, но признание данного факта делало все более реальным. Усевшись поудобнее, я прижала пальцы к земле и стала объяснять, как Люцифера низвергли с небес, отправив умирать на Землю, но он каким-то образом нашел путь в Ад, где сумел выжить.
Также я рассказала, как ему удалось оставить потомство за время своего пребывания в нашем царстве и что я являлась последним представителем его отпрысков. Во время всей истории я ни разу не назвала Люцифера отцом, хотя демоны и падшие ангелы упорно продолжали называть его именно так. Я просто не могла заставить себя произнести это, но признала, что он был моим предком.
Солдаты выглядели такими же озадаченными всем этим, как и я, но они не назвали меня лгуньей, а также никто из них не встал и не отказался от миссии.
Варгас поцеловал крест и снова повернул кролика.
— Настоящее чудо, что я могу прикасаться и видеть кого-то такого, как ты.
Слова на секунду вернули меня назад.
— Наверное.
Не в силах больше смотреть на друзей, я перевела взгляд на бар и демонов, все еще стоявших у лестницы. Я знала, что могла найти Кобаля где угодно, так как своим ростом и габаритами он выделялся на фоне остальных.
Двери бара были закрыты, из-за чего я едва слышала звуки пианино. Музыка никогда не смолкала, потому что, как я выяснила, скеллеины редко спали.
Я удивленно моргнула, когда Анджела внезапно материализовалась на крыльце бара. Сложив руки перед собой, она окинула взглядом собравшихся на поляне людей. Каждую ночь на закате она приходила сюда и просто смотрела на нас. Я не знала, что и думать о ее присутствии. Обычно, когда она появлялась, случалось что-то плохое или это было предупреждением, но у меня не было никаких видений о приближающихся врагах, да и в другие ночи ничего не происходило. Казалось, Анджеле было просто любопытно наблюдать за всеми собравшимися вокруг бара.
Тем не менее, образ девчушки вызывал у меня беспокойство. Я все никак не могла забыть, что она была предвестником чего-то плохого.
Кобаль отошел от толпы демонов, закрывая мне вид на Анджелу, и направился к нам, вскоре устроившись рядом со мной. Когда я снова посмотрела на крыльцо, то девочки уже не было. Мой взгляд вернулся к поляне, но все, что я увидела, — люди, толпящиеся вокруг маленьких костров и готовящие ужин. Женщины позади Хока, наконец, сдались и пошли прочь. Сара осталась еще на несколько минут, глядя на Хока с такой тоской, что по моей коже побежали мурашки. Но в итоге она тоже ушла.
Корсон, Бейл, Верин, Шакс и Моракс оставили остальных демонов, чтобы присоединиться к нам у костра. Кобаль обнял меня за талию и притянул к себе на колени. Сидя здесь, чувствуя окутывающее меня тепло пламени и Кобаля, я практически верила, что все будет хорошо.
Мы забрались так далеко, дальше, чем многие другие, кто тоже отправился в это путешествие. По пути я обрела друзей. Притом я даже не могла подумать, что, после того как меня оторвали от дома и бросили в этот неизвестный мир, найду столько преданных людей.
Мир, который подарил мне Кобаль. Я взяла его за руку и потянула ту к себе на колени, удерживая там. Мы достигли нашей цели, вернее, достигли части цели, ведь было еще так много впереди. Я должна была найти способ закрыть врата. Я не знала, как именно, но собиралась выясню это, как только сумела бы подойти достаточно близко, чтобы встать на краю врат.
Если я не смогу придумать, как закрыть врата, то оставался только один выход — войти в Ад и встретиться лицом к лицу с самим Люцифером. Перспектива казалась не такой уж ужасной, как должна была бы быть, в сравнении с тем, через что мы уже прошли. Люцифер выглядел щенком или котенком после горгулий, Азота, смертоносных лоз и канагских демонов. Конечно, я сильно преуменьшила. Впрочем, сейчас я была гораздо лучше подготовлена к встрече с ним, чем когда мы впервые покинули стену, направляясь к вратам.
Пока не настал тот день, когда я закрою врата или столкнусь лицом к лицу со своим предком, я планировала наслаждаться временем с Кобалем и моими новыми друзьями. Я поцеловала гладкую щеку Кобаля, прежде чем положить голову на его плечо и крепче обнять. Не имело значения, что нас ждало впереди, я знала, что мы сумеем пройти через это вместе.
Notes
[
←1
]
[
←2
]
[
←3
]
[
←4
]
[
←5
]
[
←6
]
[
←7
]
[
←8
]
[
←9
]
[
←10
]
[
←11
]